Орден Багровой бури. Книга 4

Глава 1

Российская империя. Город Москва.

— Кто бы ты ни был, лучше сдавайся, — говорит, выходя вперёд, один из магов.

Сила от него исходит внушительная. Глаза ярко горят красным, будто у какого-нибудь монстра из разлома, в руке он держит зачарованный топор, по лезвию которого бегают электрические разряды.

— Давай представим, что сдаваться я не хочу. Есть другие варианты? — спрашиваю я.

— Есть. Я отрублю тебе ноги и буду допрашивать, пока ты не скажешь, на кого работаешь, — маг приподнимает своё оружие.

— У-у, какой ты жестокий. Ладно, не переживай, я сразу понял, что доброго разговора не получится. Кстати, у меня тоже топор есть. Смотри, — улыбнувшись, говорю я и призываю Кардинала.

Он появляется в слепящей вспышке и с молниеносной скоростью летит навстречу врагу. Тот выпускает свой топор, и он отражает неминуемый, казалось бы, удар Кардинала. Два магических топора вступают в схватку, яростно звеня.

На меня моментально обрушивается град заклинаний. Темноту подвала разрывают разноцветные вспышки, грохот закладывает уши.

И конечно, меня это только радует. Я впитал очень много маны из их магии.

Убить они меня не пытались. Часть заклинаний была нацелена на то, чтобы пробить защиту, а другая — чтобы оглушить меня.

Бросаю взгляд на пленника. Тот сжимается в углу, прикрывая голову покалеченными руками, на которых не хватает нескольких пальцев. Щиты, которыми я накрыл его, держатся — основной удар пришёлся всё же на меня.

На несколько мгновений становится тихо. Из-за поднявшейся пыли ничего не видно, только Кардинал со своим противником продолжают звенеть где-то под потолком.

— Он что, сдох? — спрашивает кто-то.

— Нет, — отвечаю я и срываюсь с места, одновременно нанося удар струнами.

Чувствую, что получается пробить чью-то защиту. Судя по предсмертному хрипу — минус один враг.

— Взять живым! — орёт главарь.

«Ох, плохая идея. Лучше бы вы попытались меня убить. Так у вас был бы хоть мизерный шанс выбраться живыми из этого подвала», — думаю я.

Ношусь по комнате, уворачиваясь от всех атак. Астральными струнами перехватываю и отправляю обратно заклинания. При необходимости вытягиваю из них ману, чтобы сохранять скорость. Струнами Хаоса разрушаю вражеские щиты. Как только очередной противник лишается брони, угощаю его астральными стрелами. или его собственным заклинанием.

Минус один. Ещё минус один. Бац, и минус два!

Время от времени смотрю на пленника, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Его и не пытаются задеть, но магии вокруг слишком много, порой прилетает. Приходится подпитывать его астральный щит.

Над головой раздаётся пронзительный звон, а следом на пол с жалобным лязгом падают остатки топора. Топорище разрублено на три части, лезвие загнуто на девяносто градусов. Кардинал со вспышкой возвращается ко мне и зависает в воздухе рядом. Он тоже выглядит потрёпанным — древко покрыто царапинами, а лезвие сколами. Топор посылает эмоции радости и усталости одновременно.

Отзываю его. Кардинал молодец, со своим противником справился. Дальше я сам.

Когда врагов остаётся только шестеро из двенадцати, до их главаря доходит, что это не шутки. Тугодум какой-то.

— Убейте его! — приказывает он и создаёт шар из зелёного пламени.

Вонзаю обе струны Хаоса в его защиту и разрушаю. Маг не успевает даже отправить свой шар — я перехватываю заклинание прямо у него в руках и взрываю. От противника остаются только ошмётки, которые разлетаются по всему подвалу.

С потолка сыпется крошка, стены покрываются трещинами. Одна из колонн, расположенных в комнате, угрожающе хрустит. Наше сражение не проходит для здания даром — похоже, старому заброшенному складу недолго осталось.

— А-а-а! — на меня с воплем бежит бородатый верзила, занеся над головой двуручный меч.

Одной струной вырываю меч у него из рук, другой делаю подсечку — и получается так, что верзила напарывается на собственный клинок.

В астральный доспех прилетает несколько молний подряд. Их отправитель моментально оказывается наказан. Схема та же — ломаю доспех струной Хаоса и отправляю пучок астральных стрел прямо в изумлённое лицо.

— Мелкий, за подмогой! — рявкает кто-то.

— Стоять, Мелкий! — приказываю я, хватая низкорослого мага струнами поперёк живота.

Он пытается телепортироваться, но уже не может. Струной Хаоса я вытягиваю из него всю ману, и он падает без сознания.

— Никакой подмоги, засранцы. Лавочка запасных не работает, дерёмся до конца оставшимся составом, — зловещим тоном говорю я.

Их осталось трое, если не считать Мелкого, который пока жив и валяется в отключке. Враги пытаются объединить свои заклинания и обрушиться на меня один сокрушительный удар. Если им так хочется — то пожалуйста…

Дожидаюсь, когда они создадут заклинание, одновременно вытягиваю ману из их щитов. Кажется, они до сих пор не поняли, как я это делаю. Да и с чего бы им понять? Ставлю своё поместье, что они вообще не сообразили, каким образом я перебил всех остальных.

Чтобы перехватить объединённое заклинание трёх магов, приходится использовать почти все свои струны. Ого, серьёзная штука! Я даже вытягиваю из неё часть маны, прежде чем швырнуть обратно. А то есть риск, что от взрыва потолок рухнет и мы все окажемся здесь погребены. Это в мои планы не входит.

Я вообще планировал закончить вечер совсем иначе! Аукцион прошёл так здорово, мы с Ларисой прекрасно провели время. Можно было бы отправиться в ресторан, а потом, глядишь, и ко мне в поместье… Но увы, отказать в просьбе светлейшей императрице-матери я тоже не мог. И не только потому, что она так похожа на мою бабулю из прошлой жизни. Сделать так, чтобы член монаршей семьи оказался у тебя в долгу — это дорогого стоит.

Обо всём этом я размышляю уже тогда, когда мои противники лежат бездыханными, а пыль оседает на пол. Моих ушей снова достигает треск, который с каждым мгновением становится всё громче. Смотрю на колонны вокруг и вижу, что они вот-вот обвалятся.

Оборачиваюсь на пленника, который до сих пор сидит, сжавшись, в углу.

— Эй, ты там живой? Валить надо!

Он с ужасом убирает покалеченные руки от лица и оглядывает трупы вокруг.

— Ты что, их всех убил⁈

— Почти всех. Один без сознания. Давай, шевели ногами! — хватаю его за руку струной и дёргаю на себя.

Одна из колонн переламывается пополам, и часть потолка рушится. Обломки падают именно в тот угол, где сидел пленник. Бежать быстро он не может, поэтому закидываю его на плечо, как мешок, и почти что вылетаю из подвала.

Прямо за моей спиной рушатся оставшиеся колонны. Обломки бетона разлетаются, как осколки от гранаты, и стучат по астральному доспеху.

Взбежав по лестнице, оказываюсь в коридоре, и пол под моими ногами начинает ходить ходуном. Кажись, я прав, всё здание сейчас сложится, как карточный домик. Блин, в какой стороне выход⁈

Ладно, плевать. Побегу наугад. Вон окно, сгодится!

С треском выбиваю окно собой и почти нос к носу сталкиваюсь с тремя автоматчиками. Патрульные, которые, разинув рты, смотрят на трещащий по швам склад.

— Парни, тревога! Какой-то псих пробрался в подвал, освободил пленника и перебил всех магов! — указывая за спину, кричу я.

— А-а… Что? Кто это сделал? — тупо моргая, спрашивает один из бойцов.

— Я, кто же ещё, — с усмешкой отвечаю.

Ещё во время разговора я успел опутать патрульных струнами, а теперь расшвыриваю их в разные стороны, как котят, и убегаю в темноту. За спиной раздаётся грохот, и земля вздрагивает под ногами. На миг обернувшись, вижу, как рушится одна из стен склада.

— Ладно, беру свои слова назад. Красочное окончание вечера, — с полуулыбкой бурчу себе под нос.

— Что? — спрашивает пленник.

— Ничего. Тебя как зовут-то?

— Светлан.

— Надо же. Редкое имя.

— Смотря где. Я родом из Болгарии, — объясняет он.

— Понятно. Ладно, про жизнь свою потом расскажешь, если скучно будет. Сейчас надо уйти, как можно дальше, а потом добраться до аэропорта, — говорю я, впитываю ману из кристалла в кармане и добавляю себе скорости.

Жаль, что у меня нет с собой амулета. В этот раз я бы не стал его использовать, поскольку посторонним нельзя знать о его возможностях. А вот если я сам окажусь в подобной ситуации, то он бы мне явно пригодился. Делаю себе мысленную пометку — отныне всегда буду носить родовой амулет при себе, нечего хранить его в сейфе. В конце концов, он просто красивый, почему бы и нет.

Скоро мы оказываемся довольно далеко от разрушенного склада, в каком-то тихом дачном посёлке. Свет в домах не горит, а часть из них выглядит заброшенными. Заваливаемся в один из домиков, где я усаживаю пленника на скрипучую лавочку, а сам опускаюсь прямо на пол. Прислонившись к стене, с наслаждением вытягиваю ноги.

Светлан, кривясь, пытается устроиться поудобнее, но у него не получается. Понимаю. Судя по виду, на нём живого места нет — пытали парня весьма усердно.

— Спасибо… А тебя-то как зовут? — спрашивает он.

— Это не важно. Можешь звать меня З… Зигзаг, — говорю первое, что приходит в голову.

— Спасибо, Зигзаг. Я тебе жизнью обязан.

— Погоди благодарить. Вот сначала в Петербург вернёмся, сдам тебя Анастасии Фёдоровне, тогда и скажешь спасибо. А пока что ещё ничего не кончено.

Нахмурившись, Светлан согласно кивает:

— Ты прав. Знаешь, с кем ты сражался?

— С какими-то магами, — пожимаю плечами я.

— Это не просто какие-то маги. Я узнал их нашивки — это были люди из спецотряда Чёрная Рысь. Знаешь, кому они служат?

— Тому, кто взял тебя в плен и приказал пытать?

Парень невесело хмыкает и снова кивает.

— Да. И этот человек — князь Киреев.

Он с ожиданием смотрит на меня, будто ждёт, что я как-то впечатлюсь этим именем. Увы, мне оно ни о чём не говорит.

— Ты правда не знаешь, кто это? — собеседник верно разгадывает мою реакцию, точнее, её отсутствие.

— Правда.

Светлан качает головой и рассказывает:

— Денис Александрович Киреев — самый могущественный аристократ в Москве и области. Здесь вся власть у него, никто и шагу ступить не может без его ведома. Не думаю, что нам с тобой удастся добраться до аэропорта и вообще покинуть город… Даже Анастасия Фёдоровна нас не спасёт, пока мы здесь.

— Анастасия Фёдоровна не спасёт, а я спасу. Давай-ка для начала немного тебя подлатаем. Сиди смирно, — говорю я, поднимаясь.

— Ты что, целитель?

— Типа того, — неопределённо машу рукой в воздухе.

Используя астральное зрение, нахожу на теле Светлана акупунктурные точки и осторожно погружаю в них струны, сделав их предельно тонкими. А затем, нужным образом преобразуя астральную энергию, пропускаю её в тело бедолаги. В этом мире я впервые лечу кого-то другого, и немного переживаю, всё ли пройдёт как надо. Так что действую предельно аккуратно.

К счастью, всё проходит наилучшим образом. Часть ран на теле пациента заживает, поверхностные ссадины исчезают вообще без следа. У него даже взгляд становится бодрее.

— Ну, как? — спрашиваю я, убирая струны.

Светлан встаёт, пару раз приседает и делает несколько шагов по крохотной комнатке.

— Отлично… Ещё раз спасибо!

— Пожалуйста. Погнали в аэропорт. Я не думаю, что твой Киреев рискнёт задержать самолёт, принадлежащий императрице-матери.

— Ха! Ты думаешь, тебя сюда доставили на её самолёте? Скорее всего, он зарегистрирован на левую одноразовую фирму, а после сегодняшнего полёта сменит и цвет, и бортовые номера. Как будто исчезнет. В том-то и фокус, что Киреев не знает, на кого я работаю! Иначе бы сразу убил, — мрачно заканчивает Светлан.

— Вообще-то я сюда прилетел обычным рейсом. Не переживай, до Петербурга мы всё равно так или иначе доберёмся. Сначала попробуем простой способ, если не получится — будем искать варианты. Пошли, — говорю я и открываю скрипучую дверь домика.

Не успеваем мы выйти на улицу, как невдалеке раздаётся приближающийся звук мотора. Темноту прорезает свет фар нескольких автомобилей. Мы со Светланом забегаем за угол.

Высунувшись, я вижу, что машины останавливаются у въезда в посёлок. Двери открываются, и наружу выходят вооружённые люди.

— Рассредоточиться и обыскать дома. Они могут быть где-то здесь, — звучит приказ.

— Так точно, — раздаётся ответ.

Нифига себе. Похоже, что Светлан не обманул — у графа Киреева в Москве всё схвачено. Судя по всему, нас ищут в каждом закоулке.

— Ты же не маг? — шепчу я, повернувшись к Светлану.

Он мотает головой.

— Тогда придётся ещё ненадолго притвориться мешком картошки.

Он только разводит руками — мол, что же поделать. Я закидываю его на плечо и, ускорившись, даю дёру из посёлка. Мочить врагов и оставлять следы не вижу смысла. Лучше смоемся по-тихому, а они пусть ищут.

Перемахивая через заборы, я скрываюсь в темноте. Отбежав на достаточное расстояние, достаю телефон и включаю навигатор, чтобы понять, в какой стороне аэропорт и насколько далеко.

Пока мы добираемся до места, приходится ещё несколько раз ускользнуть от ищеек. А когда, наконец, оказываемся возле аэропорта, то натыкаемся на сплошное оцепление. Арендованный самолёт, на котором мы должны были улететь, либо уже захватили, либо он улетел, опасаясь раскрытия.

На всякий случай проверяю, не звонил ли мне кто-нибудь. Может, Константин и его люди готовы организовать нам эвакуацию? Нет, похоже, ничего такого не предвидится. Сам выбирайся, барон Зверев.

Логично, впрочем. Мне чётко сказали, что спецслужба Анастасии Фёдоровны не собирается вмешиваться. Нельзя допустить, что враги поняли, чьим агентом является Светлан.

— Что будем делать? — спрашивает он, пока мы сидим в кустах неподалёку от аэропорта.

— Надо найти машину и уезжать, — отвечаю я.

— Думаешь, они ещё не перекрыли трассы?

— Перекрыли, конечно. Но мы поступим хитро — проберёмся за их блокпосты и уже потом найдём машину. Они же не смогут взять под контроль все дороги от Москвы до Питера, — говорю я.

— Как знать. Я тебе говорю — князь Киреев очень могущественный человек, — бурчит Светлан.

— Но не могущественней императорской семьи, в конце концов! Когда покинем Московскую область, ему останется только локти кусать. Пошли.

— Я сам пойду! Надоело у тебя на плече болтаться.

— Ладно, ладно. Только давай пободрее. Сейчас, давай я тебе сил добавлю, — говорю я, снова выпуская струны, чтобы наполнить тело спутника астральной энергией.

Эффект будет не слишком мощным, потому что тело не-мага слабее. Потом Светлану ещё и придётся расплачиваться дикой усталостью, но это не страшно. В его же интересах, если мы свалим отсюда этой ночью.

Остаётся найти тачку, но не думаю, что у нас с этим возникнут проблемы…

Российская Империя. Город Москва. Городская резиденция князя Киреева.

Денис Александрович Киреев в ярости хватает со стола нефритовую статуэтку и швыряет в начальника своей разведки, который принёс печальные новости. Гвардеец в последний момент успевает уклониться, и статуэтка врезается в шкаф из красного дерева, оставив на дверце трещину.

— Ты бредишь, что ли⁈ Как один человек мог перебить Второй коготь Чёрной Рыси? Весь отряд, который мог против целой армии сражаться⁈

— Это правда, ваше сиятельство, — сквозь зубы произносит разведчик.

— Ещё поогрызайся мне! Где доказательства⁈

— У вас на родовой почте.

Киреев с размаху садится на кожаное кресло и включает компьютер. Открыв родовую электронную почту, он просматривает видеозапись из подвала, где держали пленного агента. Всё происходит слишком быстро, мелькают десятки заклинаний, но сомнений быть не может. Действительно, один человек явился и перебил один из его лучших отрядов.

— Сука, — только и говорит Денис Александрович, закрывая видео.

— Мы подозреваем, что это был человек старой императрицы. Также, как и наш пленник, — докладывает разведчик.

— Но на этот счёт доказательств у тебя нет.

— Нет. Один так и не сознался, а второй… Вы сами видели.

— Да уж, видел. Лучше скажи, что теперь⁈ Этот подонок нарыл такие сведения, что, если они попадут не в те руки, я могу сразу ложиться в могилу! — кричит Киреев и бьёт по столу кулаком.

— Простите, ваше сиятельство. Следовало сразу убить его, как я и предлагал.

— Хочешь сказать, это моя вина⁈ Мы должны были узнать, на кого он работает!

Денис Александрович хватает со стола золотой слиток, который использует, как пресс-папье. Разведчик группируется, готовясь уворачиваться от очередного снаряда, но князь передумывает и кладёт слиток на место. Гневно выдохнув, он массирует виски и говорит:

— Ладно. Где они сейчас? Надеюсь, вы их обнаружили?

— Конечно, ваше сиятельство. Они пробрались через наши блокпосты на северной трассе и угнали машину. Направляются в сторону Петербурга. Кстати, это косвенно доказывает, что они работают на императрицу-мать.

— Не факт. Они могут работать не только на старуху, но даже на самого императора или на кого-то ещё… Мало, что ли, в Питере влиятельных дворян⁈ Тот же князь Чернов, например! — выкрикивает Киреев.

— Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство. Мы следим за машиной. Как только они встанут на ночлег, мы их схватим, — говорит разведчик.

— Нет. На этот раз не надо никого хватать. Просто убейте обоих, а тела уничтожьте, чтобы ни крупинки от них не осталось. Отправь за ними Первый и Третий коготь Рыси, этого урода нельзя недооценивать. Ясно⁈

— Так точно, Денис Александрович. Будет сделано, — разведчик кланяется и, когда князь машет рукой, с облегчением покидает кабинет.

Российская империя. Московская область. Рядом с кафе «У атамана».

На светящейся вывеске придорожного кафе изображён лихо отплясывающий казачок с тарелкой супа в одной руке и шашлыками в другой. Взглянув на вывеску, маг Чёрной Рыси усмехается:

— Я тут хавал пару раз. Борщец вообще зачётный.

— Сейчас дело сделаем, и можно будет зайти отведать, — подмигивает ему другой боец.

— Заткнулись оба. Не о том думаете, — рычит командир.

— Так точно, — в голос откликаются бойцы.

Командир, окатив их хмурым взглядом, прикладывает два пальца к виску. Настроив ментальную связь между членами двух отрядов, отдаёт мысленный приказ:

«Внимание! Цели на парковке, в сером седане. Приказ уничтожить. Цель-один не представляет угрозы, цель-два владеет очень мощной магией. Этот ублюдок порешил Второй коготь. Используйте самые мощные заклинания, не жалейте маны. Вопросы есть?»

В голове командира тишина, это значит — вопросов нет.

«Выдвигаемся. Атаковать по команде», — мысленно командует он.

Первый и Третий коготь, окружив парковку, подбираются к нужной машине. Маги поддержки осторожно прощупывают обстановку, но не видят никаких сигнальных или защитных заклинаний. Судя по всему, цели мирно спят и не подозревают, что жить им осталось несколько секунд.

«Готовы? Убейте их!» — приказывает командир.

На серый седан со всех сторон обрушиваются самые разные заклинания и шквал пуль. Не только обычных, но и артефактных, способных с лёгкостью пробить любой магический доспех. Другие машины, стоящие рядом, взрываются, обломки асфальта разлетаются во все стороны. Грохотание стоит такое, будто наступил апокалипсис. Уютная тихая ночь на минуту превращается в филиал ада.

— Хватит! — вслух приказывает командир Чёрной Рыси.

Он и все его подчинённые смотрят и ждут, когда перестанет дымить. И когда это происходит, никто из них не может поверить своим глазам.

Серый седан стоит неповреждённый. Вокруг него появился глубокий ров, все другие машины превратились в кучи пылающего железа, но на машине целей нет ни царапины.

— Это… как это возможно? — недоумённо спрашивает кто-то.

Дверь седана медленно открывается, и наружу показывается молодой темноволосый мужчина. У него на плече сидит какой-то маленький рогатый монстр с фиолетовой шерстью. Оба одновременно зевают, и мужчина говорит:

— Всем привет. Что, уже вставать пора?

— Ты кто такой, мать твою?.. — севшим голосом спрашивает командир.

— Я тот, кто побросает ваши головы в эту яму, если не дадите спокойно уехать, — неизвестный кивает на ров в асфальте.

— Не думай, что сможешь так просто уйти!

— Понятно. Ладно, вы сами этого захотели. Начнём, — разминая шею, говорит мужчина, а потом бросается вперёд со скоростью молнии.

Магический доспех командира неведомым образом исчезает. Последнее, что он успевает увидеть — это задорную улыбку незнакомца.

Российская империя. Где-то на окраине Санкт-Петербурга.

— Эй, Светлан. Просыпайся, приехали, — говорю я.

— Что? — он продирает глаза и оглядывается, а затем вздрагивает, будто увидел что-то невероятное.

Светлан смотрит на меня огромными глазами, и на его лице медленно расцветает широкая улыбка.

— Мы правда в Петербурге?

— Правда. Добро пожаловать домой. Смотри, за тобой уже приехали, — киваю вперёд.

Напротив нас останавливается в ноль тонированный чёрный внедорожник. Из него выходят двое мужчин и решительно направляются в нашу сторону. Мы со Светланом выходим навстречу.

Одним из мужчин оказывается уже знакомый мне Константин. Мельком взглянув на Светлана, он приближается ко мне и молча протягивает руку. Я так же молча её пожимаю.

— Едем. Её величество хочет немедленно тебя видеть, — второй мужчина берёт Светлана за плечо и тащит к машине.

— Подождите!

Светлан подходит ко мне и крепко обнимает.

— Спасибо. Теперь уже можно, да?

— Да, теперь можно. Пожалуйста. Больше не попадай в такие передряги, — хлопнув его по спине, отвечаю я.

— Ну, это как получится. Вряд ли мы ещё раз увидимся… Жаль, я не могу ничего тебе подарить. Просто знай, что я буду вечно тебе благодарен!

— Не переживай. Твой спаситель получит достойную награду, — подаёт голос Константин.

Светлан кивает и уходит в машину, пару раз бросив на меня взгляд через плечо. Когда он садится в салон, Константин достаёт из внутреннего кармана пальто толстый конверт и вручает мне.

— Благодарность от её величества.

— Спасибо, — кивнув, убираю конверт за пазуху.

— Не буду требовать от тебя доклад. Думаю, что наш агент сам всё расскажет. Знай, что ты выполнил очень важную миссию на благо Российской Империи. Можешь гордиться собой.

— У меня и без того было, чем гордиться. Но буду иметь в виду, — усмехаюсь я.

Не отвечая на мою улыбку, Константин бросает взгляд на машину, на которой мы приехали, и говорит:

— Этот транспорт надо уничтожить. Тебя подвезти?

— Не-а, сам доберусь. Всего хорошего, — отвечаю я.

— Береги себя, — говорит на прощание Константин и садится в серый седан.

Обе машины уезжают, а я прогуливаюсь по тихим, ещё спящим окраинам Петербурга. Заметив по пути работающую кофейню, захожу внутрь, заказываю себе крепкий чёрный кофе и овсяную кашу со свежими ягодами. Завтрак чемпиона.

Когда наедаюсь, чувствую, что меня начинает клонить в сон. Ну ещё бы, очередная бессонная ночка, да ещё и такая активная. Сейчас вызову такси и поеду к себе в поместье отсыпаться.

Достав телефон, вдруг вижу сообщение от Ларисы. Оно очень короткое, но о многом говорит:

«Ты в порядке?» — спрашивает Огонёчек.

«Конечно, красотка. Что со мной может случиться?» — пишу я и тут же печатаю ещё одно сообщение вдогонку:

«Прости, что вынужден был вчера тебя покинуть. Обязательно компенсирую в другой раз».

Несмотря на ранний час, ответ приходит моментально:

«Хорошо, что ты в порядке, а мне вчера так понравился мой образ, что я кучу фоток наделала… Хочешь, пришлю?»

«Ещё бы!» — пишу я.

Лариса заваливает меня фотографиями. Большая часть из них — в том платье, которое мы вчера выбрали, и с макияжем. На одном снимке она то ли специально приподняла подол платья, то ли так получилось, но я вижу резинку чулка и тонкую полоску гладкой кожи над ней.

М-м, эротичненько…

Но в самом конце она зачем-то присылает фотографию в пижаме, уже без макияжа и вычурной причёски. Не знаю, может, случайно прикрепила. Но когда вижу её в таком образе, то у меня перехватывает дыхание.

«Последняя фотка лучше всех», — пишу я.

«Ой, блин, удали! Я там страшная:(», — отвечает Лара.

«Нет. Ты на ней красивее, чем на всех остальных. Ладно, позже спишемся. За мной такси приехало», — отправляю сообщение, уже выходя на улицу.

«Хорошо. Мне вчера очень понравилось, спасибо за вечер», — пишет напоследок Лариса.

«Да, мне тоже вчера всё понравилось. И, кажется, постепенно у меня появляются насчёт тебя серьёзные намерения, Огонёчек…» — думаю я.

Российская Империя. Санкт-Петербург. Зимний дворец, личные покои императрицы-матери.

Выслушав доклад Светлана, Анастасия Фёдоровна благодарит бедолагу за службу и отправляет его к целителям, а затем вызывает к себе Константина. Глава «Неясыти» появляется уже через минуту и, переступив порог, низко кланяется:

— Доброе утро, ваше императорское величество.

— Доброе утро, Костя. Теперь ты расскажи, как справился барон Зверев? Я вижу, что миссия выполнена, но хочу знать подробности, — императрица-мать кивает на стул напротив себя.

Усевшись, Константин начинает:

— Как вы уже знаете, Светлана схватили люди князя Киреева. Когда Андрей прокрался в место его заключения, на них напали люди из Чёрной Рыси.

Седые брови императрицы подпрыгивают на лоб:

— Неужели? И он справился с ними?

— Со всеми, ваше величество. Но это был только один отряд. На трассе их атаковали снова, на этот раз два отряда Рыси. Никто из них, насколько мне известно, живым не ушёл.

— Это невероятно!

Константин коротко кивает:

— Согласен. Если Зверев справился с ними, он явно незаурядная личность. Черная Рысь — пожалуй, одно из лучших подразделений ликвидаторов в империи. Было.

— Да, ты прав… Я имею в виду, насчёт Андрея. Человека с подобной силой я не встречала за всю свою долгую жизнь, — задумчиво произносит Анастасия Фёдоровна.

— Он нам ещё пригодится, ваше сиятельство. Разрешите взять его в разработку.

Императрица качает головой:

— Нет-нет, Костя, не заигрывайся. Не стоит просто использовать мальчика и тем более втёмную. Он должен понимать, на что идёт, и ощущать нашу поддержку там, где ему это понадобится. Деньги деньгами, а связи связями. Агента из него не сделать, а взаимовыгодное сотрудничество это именно то, что будет выгодно и ему, и нам.

— Как пожелаете, ваше величество, — покорно кивает глава Неясыти.

Анастасия Фёдоровна смотрит в окно и говорит уже будто бы сама себе:

— Кроме того, мне кажется, он не врал в тот раз на балу, когда сказал, что я похожа на приснившуюся ему бабушку. Несмотря на свою феноменальную силу, он такой милый юноша… Мне кажется, я тоже начинаю испытывать к нему тёплые чувства. Я бы хотела, чтобы у меня был такой внук, как он. Внимательно следите за ним. Если у барона Зверева возникнут трудности, которые он не сможет решить самостоятельно — немедленно сообщите мне.

— Так точно, ваше величество.

— Ну и конечно, имейте в виду на случай, если нам самим что-то понадобится. Будет глупо не просить его о помощи. Я думаю, он не откажется вновь оказать услугу мне и всей империи…

Глава 2

Российская Империя. Санкт-Петербург.

Чуть было не уезжаю на такси домой, но вовремя вспоминаю, что моя машина осталась возле аукционного дома. Блин! Надеюсь, с ней ничего там не случилось. Там, конечно, центр города, а не тёмный переулок на окраинах, но мало ли. Тачка дорогая, будет обидно, если кто-нибудь успел угнать её или снять с неё колёса.

Вспоминаю, что у меня в телефоне есть приложение, а в машине установлен спутниковый маячок. Можно посмотреть, где она находится.

С удивлением обнаруживаю, что автомобиль стоит возле моего поместья. Не понял, как это так?

Еду домой и обнаруживаю тачку не просто целой и невредимой, а превосходно отполированной. Подозвав Матвея, спрашиваю:

— Слушай, кто мою машину доставил?

Прораб разводит руками:

— Не знаю, господин. Когда я сегодня утром приехал, она уже здесь была. Я ещё удивился, что вас нет, а обе машины здесь.

— Ладно, понял. Как у нас с ремонтом?

— С отделкой на втором этаже заканчиваем, уже на первом этаже черновую начали делать. Всё в порядке, ваше благородие, в скором времени останется вам только мебель купить да территорию в порядок привести, — Матвей обводит рукой колючие кусты и заваленную стройматериалами землю вокруг.

— Ох, если бы! Мне ещё столько всего предстоит сделать. Старое здание казармы вы уже снесли? — спрашиваю я.

— Конечно. Только фундамент остался. Эксперты его проверили, он лет сто ещё спокойно простоит, так что можно новую казарму прямо на нём ставить.

— Прекрасно, тогда можешь распорядиться, чтобы приготовили проект. Рядом нужно будет поставить ангар для машин, а под ним — большой подвал. Прям во всю площадь ангара, — объясняю я.

— Дорого выйдет, ваше благородие, — цокает языком Матвей.

— Деньги не проблема. И готовься, что после казармы мы будем строить что-то ещё. У меня большие планы, — подмигиваю я и направлюсь к своему внедорожнику.

Подойдя, собираюсь открыть дверь и тут замечаю на переднем сидении коробку. Так, не нравится мне это. Мало того что кто-то доставил мою машину к дому, он ещё и какую-то посылку оставил. А вдруг там бомба?

На всякий случай надеваю астральный доспех и осторожно открываю дверь. Выпускаю струну и делаю её как можно тоньше, а уже затем залезаю ей внутрь коробки, чтобы на ощупь понять, что там внутри.

Ткань какая-то. И обувь, вроде. А ещё какие-то шелестящие штуки, вроде шариков, завёрнутых в фольгу. Ничего не понимаю, но бомбу это вроде не похоже, и магии я тоже не чувствую.

Открываю коробку и смеюсь сам над собой. Да уж, моя паранойя порой переходит границы. Но лучше перебдеть, чем валяться мёртвым, поэтому всё в порядке.

В коробке оказываются аккуратно сложены мой костюм и туфли, которые я вчера надевал на аукцион. Зато теперь понятно, кто доставил и заодно отполировал мою машину — люди Анастасии Фёдоровны позаботились.

Кроме моей одежды, в коробке оказывается набор шоколадных конфет, завёрнутых в золотистую фольгу, и записка, от которой пахнет знакомым изысканным парфюмом. Духи императрицы.

«Спасибо за помощь, Андрей. Прости, что испортила вечер с девушкой. Пригласи её на свидание, и отведайте вместе этих чудесных конфет — их готовил лучший кондитер императорского двора», — написано в записке.

Подписи нет, но и так понятно, от кого это. Приятно.

Пробую одну конфетку, и глаза сами закатываются от удовольствия. Вкуснятина, никогда не пробовал ничего подобного. Даже в моем прошлом мире. Обязательно угощу Ларису, главное, самому всё не слопать.

Чувствую зов Щелкунчика, который просит дать и ему попробовать. Мне становится его жалко, и я выпускаю его.

— Только одну! — говорю строго и бросаю ему конфету.

Монстрик ловит её в полете. Проглотив, смотрит на меня огромными глазами и протягивает:

— Ку-усна… Мона щё?

— Сказал же, одну. Остальное для Ларисы.

— Ну, друг! — умоляет Щелкунчик.

— Нельзя. Пошли спать, — забираю коробку, захлопываю дверь машины и иду в сторону поместья.

— Шли, — бурчит монстрик, топая за мной.

Прячу конфеты в холодильник и перед тем, как идти в душ, на всякий случай отзываю Щелкунчика. Помывшись, я наскоро вытираюсь полотенцем и, не одеваясь, падаю на кровать. Конрад проследит, чтобы ко мне никто не входил.

Удобно устроившись на упругом матрасе, отправляю душу в Астрал и отключаюсь.

Российская Империя. На востоке от Санкт-Петербурга. Поместье князя Чернова.

Граф Беркут никак не мог прийти в себя после аукциона. Воспоминания о нём постоянно и внезапно всплывают в памяти. Вроде бы удаётся отвлечься на дела, но потом бац! И в голове возникает довольное лицо Зверева, слышится удар молотка аукциониста и возглас «Продано!»

Стиснув зубы от ярости, Сергей Егорович с силой бьёт кулаком по спинке автомобильного сидения перед собой.

— Всё в порядке, ваше сиятельство? — спрашивает водитель.

— Смотри на дорогу! — рявкает в ответ граф.

Водитель благоразумно молчит и сосредотачивается на дороге. Они уже подъезжают к поместью князя Чернова, впереди видятся знакомые строения.

Гвардейцы князя пропускают их на территорию, а сам князь встречает на крыльце, будто дорогого друга. Только вот на лице его нет ни капли дружелюбия.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — выйдя из машины, Беркут коротко кланяется.

Чернов кивает в ответ и говорит:

— Доброе утро, Сергей Егорович. Рад видеть. Идёмте, позавтракаем вместе. Мой повар приготовил чудесные оладьи. Вы любите смородиновое варенье?

«Что за чёрт⁈ Какое, нахрен, варенье? Зверев унижает нас обоих по всем фронтам, смеётся мне в лицо, а ты про варенье!» — возмущается про себя Беркут, но вслух говорит:

— Да, ваше сиятельство. С радостью разделю с вами завтрак.

Они проходят в светлую столовую с большими окнами и усаживаются за длинный стол. Слуги подают им еду, наливают кофе и бесшумно удаляются.

— Приятного аппетита, — говорит Чернов, накладывая себе оладьев.

— Спасибо, и вам, — натягивая улыбку, отвечает Сергей Егорович.

Перед глазами у него опять возникает улыбка Андрея Зверева, а в голове раздаётся возглас «Продано!»

Меч, который служил их семье уже не первое поколение, ушёл к врагам рода… Какое унижение!

Запихнув в себя пару оладий с пресловутым смородиновым вареньем, Беркут не выдерживает и говорит:

— Роман Витальевич, мы не могли бы обсудить, что происходит?

Чернов, прожевав очередной кусочек, невозмутимо спрашивает:

— А что происходит?

— Надеюсь, вы шутите. Я говорю о бароне Звереве. Всё, что мы сделали против него в последнее время, не принесло никакого результата. Я рисковал, проворачивая эту авантюру с фальшивой контрабандой, и что в итоге? Зверев вышел сухим из воды, и прилюдно опозорил меня! — не выдерживая, Сергей Егорович бросает вилку на стол.

— Спокойнее, граф, — сдвинув брови, говорит Чернов.

— Я не могу быть спокоен. Сначала он унизил меня на приёме у княжича Полтавского, затем продал мой меч на аукционе. Вы ведь наверняка уже слышали.

— Конечно. Ну и что?

— Для вас это не имеет значения⁈ — закипая, спрашивает Беркут.

Князь откладывает приборы и, вытерев рот салфеткой, спокойно отвечает:

— Послушайте. Зверев унизил и меня, тоже неоднократно. Он уничтожил моих вассалов, несмотря на мою поддержку. Надерзил мне на императорском балу. И да, он легко разобрался со всеми проблемами, что мы попытались ему устроить. Мы только немного потрепали ему нервы, и то не факт. Это я тоже расцениваю как унижение.

— И что вы собираетесь с этим делать? — бурчит Сергей Егорович.

Сделав глоток кофе, Чернов отвечает:

— Мы не будем сдаваться. Есть и другие способы навредить Звереву. У меня уже имеется план, которым я с радостью с вами поделюсь.

«Вряд ли у нас что-то получится. Этот подонок будто неуязвим! Но князь прав, отступать нельзя. Зверев уже так сильно меня унизил, что без мести просто не обойтись», — думает про себя граф Беркут.

Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

Просыпаюсь под вечер и обнаруживаю на телефоне кучу пропущенных звонков. Парочку от Виктора, один от командора и один, совсем недавний — от Олега Костоломова.

Кузнецу я перезваниваю в первую очередь. Взяв трубку, он сразу же переходит к делу:

— Здравствуйте, Андрей Алексеевич. Ваш меч готов.

— Что, уже? — удивляюсь я.

— Да. Всю вчерашнюю ночь и весь сегодняшний день над ним трудился. Самому хотелось поскорее закончить. Но вы не подумайте, не ради денег. Просто очень уж хороший меч получился, — с таким теплом в голосе заканчивает Олег, как будто говорит про своего ребёнка.

— Если приеду часа через полтора, вы ещё будете на месте? — спрашиваю я.

— Я всегда на месте. Жду вас, барон, — отвечает кузнец.

Щелкунчик валяется рядом со мной на спине, раскинув лапки и причмокивая во сне. Наверное, ему снится что-то очень вкусное. Решаю не будить малыша, отзываю его прямо так, спящим. Надев спортивный костюм, бегом спускаюсь вниз, на ходу заводя машину через брелок.

Очень уж хочется поскорее забрать свой меч!

Добравшись до мастерской Костоломова, стучусь в дверь, и мне открывает какой-то подмастерье. Узнав меня, с поклоном приглашает внутрь и провожает в отдельный зал, где стоят бархатные диванчики, а на стенах висят настоящие произведения оружейного искусства. Не только мечи, но также топоры, алебарды и покрытые искусной гравировкой винтовки и револьверы.

Неожиданно начинается настоящее представление. В комнате приглушают освещение, в центр выносят деревянный постамент, и направляют на него небольшой, но яркий прожектор. В торжественной тишине появляется сам Костоломов, неся на вытянутых руках мой меч, и кладёт его на постамент.

Отполированный до блеска клинок и металлические детали на эфесе переливаются в свете. Кузнец отходит на пару шагов и кланяется.

— Меч для вашего благородного рода, барон Зверев. Прошу, познакомьтесь с ним.

Он так и сказал: не «ознакомьтесь», а «познакомьтесь». Как будто передо мной живое существо.

Встаю с дивана, подхожу к постаменту и беру меч в руки. Он тут же отзывается на моё прикосновение. Чувствую, как по клинку пробегает волна силы, и металл начинает тихо звенеть.

— Отлично, — шёпотом произносит кузнец.

— Прекрасный меч, Олег, — говорю я, водя им в воздухе и оценивая баланс.

— Он будет служить вашему роду верой и правдой долгие поколения, ваше благородие, как я и обещал.

— Не сомневаюсь. Спасибо вам, что так быстро сделали его для меня.

— Пожалуйста. Как я и сказал, мне самому было приятно над ним работать.

— Хочу немедленно проверить его в деле. Сейчас переведу вам остатки платежа и обязательно обращусь ещё раз. Мой род будет расти, наверняка понадобятся и другие мечи, — говорю я, подходя к Костоломову и пожимая ему руку.

— Буду рад помочь, ваше благородие. Ножны сейчас принесут, их я сделал для вас бесплатно.

— Ещё раз спасибо, — киваю я.

Выходя из мастерской, отправляю кузнецу остатки гонорара через приложение, а затем сажусь в автомобиль и мчу домой. Вернее, не совсем домой, а к казарме Хрипунова… то есть, тьфу, к казарме моего отряда Стражей. Надо прекратить называть те владения, что я отвоевал, бывшими владениями Рогова или Хрипунова. Это всё теперь моё, чьё было раньше — уже неважно.

Проезжая через свои владения, с удовольствием отмечаю, что патрульные из «Сибирского дозора» исправно несут службу. Мой автомобиль они знают и, заметив его, останавливаются и отдают честь.

Подъехав к казарме, жму на клаксон и не отпускаю, пока наружу не выбегает Георгий, а следом за ним Борода с пулемётом в руках.

— Командир! Чего случилось-то? — спрашивает Борода, опуская оружие.

Не отвечая на его вопрос, я выпрыгиваю из машины и командую:

— Всем построиться! Немедленно отправляемся в разлом.

— Орден тревогу объявил? — Борода лезет в карман за телефоном.

— Отставить! Выполнять приказ командира! — рявкает Георгий.

Вскоре весь мой отряд тут же стоится перед казармой. Пока они собирались, я заглушил машину и повесил новый меч в ножнах на пояс. Осмотрев строй, приказываю:

— За мной бегом марш!

И срываюсь с места, отправляясь в сторону своих «родных» владений. В Крепость ночи мы сегодня опять отправимся через портал, не хочу открывать его здесь. Скоро у нас появится специальное укромное место — я неспроста велел Тимофею сделать под будущим ангаром ещё один подземный ангар. Это будет что-то вроде нашего портального зала.

Ну, а пока он не построен, будем открывать портал где-нибудь в глуши. Мои ещё не до конца осушенные болота в самый раз подходят. Уже темно, и работники отправились по домам. Никто нас не увидит.

На бегу выбираю подходящее место, и командую:

— Стоп! Готовность две минуты. Борода!

— Я, — откликается тот.

— Где твои очки? Их же вроде изготовили.

— Э-э, да, командир. Вот они.

Смущаясь, Страж достаёт из кармана круглые очки и надевает их. С его суровым лицом и густой чёрной бородищей он и правда смотрится в них довольно комично. Сдерживаю улыбку и киваю:

— Хорошо. Покажешь, на что ты в них способен.

— Так точно, — бурчит Борода.

Я открываю портал и мотаю головой — мол, вперёд. Мрак отдаёт приказ, и отряд заходит внутрь. Я иду последним.

Оказываемся в том же пустынном коридоре в Крепости ночи. Уже привычное место. Портал я оставляю открытым и отдаю приказ найти нам хороший разлом для охоты.

— Сегодня цель — добыть как можно больше трофеев. Поэтому ищите разлом с как можно большей активностью монстров, — приказываю я.

— Есть, — отвечают разведчики и отправляются выполнять задание.

В итоге мы отправляемся в разлом шестого уровня, представляющий из себя руины города, окруженные пустыней. Воздух раскалён так сильно, что больно дышать, и нашим магам поддержки приходится экстренно создать охлаждающий купол для всего отряда.

Едва успеваем отойти от портала, как из-под песка выпрыгивают десятки мелких, но очень злобных тварей. Они похожи на тушканчиков-переростков, только вместо передних лап у них зазубренные костяные лезвия.

Отряд действует быстро и слаженно. Даже команды не нужны — все прекрасно знают свои задачи и начинают действовать. Поддержка ставит защиту, стрелки открывают огонь, сдерживая первый натиск, боевые маги готовят заклинания. С тушканчиками мы справляемся быстро.

Но вот когда проходим чуть дальше, и бархан впереди начинает шевелиться — становится уже не так весело. Потому что бархан оказывается на самом деле спящим гигантским быком, которого просто занесло песком.

— Мрак, командуй, — говорю я.

— Рассредоточиться! Оборонительный строй! — выкрикивает Георгий.

Бойцы разделяются на три отряда, в каждом из которых есть свой маг поддержки. Боевые маги тоже создают защитные заклинания — барьеры изо льда или камня. Огонь вряд ли способен причинить вред монстру, который выживает при такой жаре.

— Получай, говядина! — раздаётся вопль Бороды.

Звучит несколько сухих хлопков, и все три гранатомётных снаряда врезаются точно в голову быка. Борода радостно орёт, подпрыгивая на месте, и остальные поддерживают его.

— Красавец! — говорю я.

Правда, монстра эти попадания только злят. Глаза наливаются кровью, и он срывается с места.

Я выступаю вперёд, обнажая меч. Что ж, пора проверить его в деле, как я и собирался…

— Не стрелять! — приказываю и бегу на быка, который уже сам несётся на меня, поднимая тучу песка.

Чтобы немного отвлечь монстра, призываю Кардинала. Топор, обнаружив врага, увеличивается в размерах и пытается подсечь быку лапы. Здоровяк оказывается неожиданно ловким и подпрыгивает, пропуская Кардинала под собой, а прямо в прыжке лягает его задними лапами, отбивая далеко в сторону.

Какой проворный! Посмотрим, как увернёшься от моего нового меча.

Пропускаю через рукоять астральную энергию, и клинок начинает светиться фиолетовым.

— Отряд, сохранять спокойствие! — выкрикиваю я.

Предупреждаю их, потому что сам не до конца уверен, насколько силён мой меч. Это очень мощный артефакт. Несмотря на то, что он сделан специально под меня, мне ещё предстоит как следует им овладеть.

Применив его силу, я чувствую, как он начинает вытягивать ману из защитных заклинаний наших магов, причём так быстро, что заставляет удивиться. Я тут же прерываю процесс, но несколько щитов наших магов успевают исчезнуть.

Радиус действия меча впечатляет, но не могу же я оставить своих без защиты. Вот бычара — другое дело. Он как раз окружил себя магической бронёй.

Интуитивно настраиваю силу артефакта, чтобы он не забирал ману из заклинаний моего отряда, и вытягиваю энергию только из щита монстра.

Это вообще не то же самое, как если бы я вытягивал ману струнами. Энергия идёт не в моё ядро, а собирается вокруг клинка, как сладкая вата на палочке. Мне остаётся только нанести удар, и мана сокрушительной волной устремляется вперёд.

Бычара успевает наклонить рогатую башку, намереваясь меня ударить, когда эта волна врезается ему прямо в лоб. Раздаётся громкий хлопок, монстр переворачивается через себя и застывает. Только дым идёт из его головы — вернее, из того, что от неё осталось.

— Впечатляет, командир! — выкрикивает Мрак.

— Спасибо. Я и сам впечатлился, — с улыбкой говорю я, разглядывая меч.

Да уж, Костоломов как следует постарался. И это ещё далеко не всё, на что способно моё родовое оружие!

Зачистка протекает без проблем. В заброшенном городе мы находим немало ценностей, вроде глиняных табличек с записями и других предметов культуры. Исследователи такие вещи с руками отрывают — очень уж им интересно изучить иные миры. Хотя я по своему опыту знаю, что человеческие цивилизации в разных мирах не слишком-то отличаются друг от друга.

Пока мы исследуем занесённые песком улицы, я случайно подслушиваю разговор двух Стражей. Один из них рассказывает другому какую-то байку про проклятые артефакты. Другой (я по голосу узнаю Сыча) отвечает:

— Это что! Я тут читал в новостях, пару лет назад на раскопках дочь какого-то слуги случайно нашла артефакт. Этот артефакт тут же привязался к ней. Да так, что отвязать сразу не смогли, а когда поняли, что этот артефакт носит в себе жуткое проклятье, даже пытаться перестали. Никакие некроманты и проклинатели не смогли уничтожить этот артефакт, несмотря на то что пытались уничтожить его даже вместе с девочкой.

— Нифига себе. А что за проклятие-то там? — спрашивает первый Страж.

— Хрен его знает, журналисты наверняка всё переврали. Вроде какую-то неизлечимую болезнь вызывает. Убивает тебя медленно и мучительно, — рассказывает Сыч.

— И что стало с этой девчонкой?

— Сначала её вместе с отцом держали взаперти. Думали, что она опасна, и это проклятие может на других людей перекинуться. Но когда поняли, что этот артефакт убьет только саму девочку и абсолютно безопасен для остальных, отпустили их. Кто только не пытался тайну артефакта разгадать, и учёные, и маги, ни у кого не получилось.

— А девочка, получается, так и болеет?

— Ну да. Страдает жутко, но артефакт при этом не позволяет её убить. Такое вот проклятие, прикинь? — заканчивает Сыч.

— Да-а, врагу не пожелаешь…

— Это всё у нас в империи случилось? — спрашиваю я, подойдя к Стражам.

— Ой, командир. Простите, мы тут о всякой чепухе заболтались, — кается Сыч.

— Расслабься, всё в порядке. Так эта девочка живёт в России?

— Да. Где-то не очень далеко от Петербурга, вроде.

— А что ещё известно? Заинтересовало меня это проклятие.

— Сейчас я вам скину, — Сыч достаёт телефон.

Внутри разломов телефоны не работают, но это при условии, что с вами рядом нет связиста с нужным оборудованием, который настроит связь между членами отряда. У нас такой специалист имеется.

Сыч присылает мне ссылку на новость, которую он читал. Там есть даже фото этого таинственного артефакта, представляющего из себя каменный диск, на котором изображены руны Хаоса. Во мне пробуждается азарт — очень хочется взглянуть на артефакт вблизи. Вдруг получится подчинить его с помощью печати Пожирателя или преобразовать его могучую силу себе на пользу? Заодно и бедную девочку спасу от проклятия.

Надо будет попросить Тимофея узнать, где сейчас найти эту девчонку, и наведаться к ней в гости. Почему бы и нет, вряд ли её отец откажется от надежды на избавление от проклятия.

Зачистка пустынного города занимает у нас ещё несколько часов. Монстров мы перебили всех, но вот ценностей и ресурсов здесь ещё много. Не проблема! У меня ведь есть не только отряд боевых Стражей, но и два отряда добытчиков, состоящих из ветеранов ордена.

Так что оставляю нескольких бойцов у входа в разлом, чтобы не пускали халявщиков. С остальными возвращаюсь на родовые земли и звоню добытчикам. Раскрывать им секрет того, что я могу открывать порталы, не боюсь. Во-первых, они тоже принесли клятву верности. Во-вторых, я уже успел убедиться в их надёжности и добропорядочности, пока они работали в моём «домашнем» разломе. Ну, том самом, где дохлая гидра и реки из её крови.

Добытчики вскоре прибывают, и я открываю для них новый портал — в тот самый разлом, который мы с бойцами только что зачистили. Охрана им не нужна, они тоже вооружены — хотя сражаться с монстрами не могут по разным причинам, но постоять за себя по-прежнему способны.

— У вас время до утра. Потом нужно будет закрыть портал, — говорю я командиру добытчиков.

— Так точно, ваше благородие. До утра немало успеем набрать, — отвечает тот, и следом за своими людьми заходит в портал.

Вместе с боевым отрядом возвращаюсь к казарме, и Стражи отправляются спать, ну а я еду на машине к своему поместью и тоже ложусь в кровать. Спать не хочется, поэтому отправляюсь в глубокую медитацию. Давненько я ей не занимался, и напрасно. Продолжать развивать свой дар необходимо.

Рано утром прихожу в себя и тут же отправляюсь на болота к порталу. Добытчики меня уже ждут, и рядом стоят два грузовика, доверху набитые трофеями.

— Молодцы. Теперь отвезите всё на базу и сдайте, как положено, — говорю я, закрывая портал.

— Нам что-то из этого понадобится, ваше благородие?

— Не-а, меняйте всё на деньги. Я уже отложил себе ресурсов из того, что мы с бойцами добыли, — отвечаю я.

Призываю Щелкунчика с Кардиналом, и мы отправляемся на пробежку. Когда возвращаемся домой, Матвей показывает мне план будущей казармы, который я утверждаю и даю добро на начало строительства.

— Я могу часть людей снять с осушения болот, так что приступим уже сегодня, — говорит прораб.

— Отлично. Насчёт поставок материалов я сейчас договорюсь, — киваю я, доставая телефон.

Едва успеваю пообщаться с уже знакомыми производителями кирпичей и бетона, как мне звонить Виктор. Почему-то мне сразу кажется, что это не просто дружеский звонок.

— Витёк, привет!

— Здорово, Зверюга. Слушай, у меня проблемы. Можем обсудить? — непривычно угрюмым тоном спрашивает Самойлов.

— Конечно, дружище. Что случилось?

— Какая-то мразь и мне решила трудности устроить. На фабриках, которые мне от Ватагина достались, ночью случились диверсии. Проводку там испортили, оборудование повредили. Примерно, как у тебя на текстильном заводе. Но это не самое интересное, — начинает рассказывать Виктор.

— А что самое интересное? — уточняю я.

— Сегодня утром пожарная инспекция прибыла, как по заказу…

— Почему «как»? Скорее всего, по заказу и прибыла. Извини, я тебя перебил. Что дальше?

— Угрожают закрыть мою кондитерскую фабрику, и пекарню тоже. Кучу нарушений нашли. Их не волнует, что часть нарушений ещё от Ватагина осталась и я просто не успел ничего исправить, а часть появилась благодаря ночной диверсии! Короче, не знаю, что и делать, — вздыхает Самойлов.

— Ты отцу звонил? Может, он связями поможет? — спрашиваю.

— Звонил. Он отказался помогать. Говорит, я дал тебе возможность научиться управлять родом, вот и тренируйся. Я не смогу вечно решать за тебя все проблемы, поэтому нарабатывай свои связи и решай проблемы самостоятельно.

— Ну что ж, разумно, — говорю я.

— Так-то оно так, но мне надо срочно со всем разобраться, иначе предприятия закроют!

— Сейчас приеду, вместе что-нибудь придумаем. Это наверняка князь Чернов и его подручные гадят.

— Думаешь? — с сомнением спрашивает Виктор.

— Уверен. У них не получилось нанести урон моим делам, поэтому они принялись за моих союзников. Тем более, ваш род участвовал в той войне, и вам они тоже хотят отомстить. А с тобой-то справиться наверняка попроще, чем с твоим отцом, — объясняю я.

— Да, ты прав. Так что, приедешь?

— Уже в пути, — говорю я, садясь в машину.

Приезжаю в поместье Виктора, которое раньше было поместьем барона Ватагина. Когда я был здесь в последний раз, то оставил на крыльце обезглавленный труп барона… Даже непривычно, что теперь в этом месте живёт мой друг.

Мы с ним вместе отправляемся на его кондитерскую фабрику. По дороге я рассказываю Самойлову, как себя вести и что сказать пожарным инспекторам. Успеваем вовремя, пожарники как раз собирались уезжать. Мы поймали их уже садящимися в машину.

— Здравствуйте, уважаемые. Меня зовут Виктор Борисович Самойлов, я хозяин этого предприятия, — говорит Виктор, приближаясь к ним. Я иду следом и пока молчу.

Лидер инспекторов, усатый дядька в сером костюме, кланяется ему и говорит:

— Здравствуйте, ваше сиятельство. Послушайте, мы понимаем, вы рассержены из-за того, что фабрику придётся закрыть, но…

— С чего вы вообще решили провести проверку? — перебивает Самойлов.

— Вчера вечером нам поступил анонимный звонок от одного из ваших работников. Он жаловался на плохое состояние проводки и другие пожароопасные обстоятельства.

— И вас не смутило, что этой же ночью кто-то специально испортил проводку? Когда я вступил во владение фабрикой, то проводил собственную инспекцию, и всё было в порядке.

Усатый инспектор качает головой и говорит:

— Простите, но сейчас всё НЕ в порядке. Поэтому…

— Поэтому у нас есть сутки на устранение проблемы, согласно закону, — вмешиваюсь я.

— Вы вообще кто такой? — хмурится инспектор.

— Барон Зверев, Андрей Алексеевич. Рад знакомству.

Лицо усатого тут же меняется, и он начинает мямлить:

— Э-э, да, вы правы, есть сутки на устранение проблемы… Но вероятность серьёзного пожара на предприятии слишком высока, мы не можем допустить…

— Дайте угадаю, кто-то заплатил вам за то, чтобы закрыть мою фабрику? — угрожающе хмурится Самойлов и делает шаг вперёд.

— Неправда!

— Виктор, он врёт. Думаю, пора вызывать полицию. Или самим разговорить его, — положив руку на эфес новенького меча, говорю я.

Инспектор бледнеет и отступает, упираясь спиной в автомобиль. Его помощники прячут взгляды, делая вид, что их здесь нет. Усатый поднимает руки и говорит:

— Хорошо-хорошо, господа. Признаю, мы поторопились. У вас есть сутки, чтобы со всем разобраться.

— А у вас есть минута, чтобы убраться, — улыбаюсь я.

Пожарники исчезают так быстро, что я даже рассмеяться им вслед не успеваю. Виктор качает головой и хлопает меня по плечу.

— Спасибо, Андрюха.

— Не за что, ты бы и сам и справился. Я только пару подсказок дал.

— Да он как твоё имя услышал, чуть в штаны не наделал, — усмехается Самойлов, но потом сразу же становится серьёзным и добавляет:

— Если это правда Чернов и компания мне гадят, я не хочу так этого оставлять.

Кивнув, я решительно говорю:

— Ты прав, дружище. Я тоже собирался донести до них, что нельзя лезть в мои дела. Пора нанести ответный удар. Вместе.

Глава 3

Санкт-Петербург. Кабинет адвоката Тимофея Ульянова.

Мы с Виктором отправились к Тимофею и попросили его выделить нам комнату для совещаний. Собственно, адвоката мы тоже пригласили поучаствовать. Налили себе кофе, заперли дверь, Самойлов сотворил заклинание полога тишины, и мы начали планировать своё наступление.

Я первым беру слово:

— Итак, у нас три основных врага. Князь Чернов, граф Ярыгин и граф Беркут. Чернов из них самый могущественный, поэтому я предлагаю взяться за него позже. Ярыгин самый хитрый и осторожный, он почти не светился, когда они пытались подпортить мои дела. А Беркут — самый слабый, так что лучше всего начать с него.

Виктор кивает:

— Ты прав. Совсем недавно его род был сильнее нашего, но теперь всё изменилось. После того, как ты не раз унизил его, репутация рода Беркутов солидно пострадала. Экономика тоже упала, потому что другие дворяне не хотят сотрудничать с ним, опасаясь за собственную репутацию.

— Вот именно, — киваю я.

— Я слышал, что ему не хватает денег для поддержания гвардии, поэтому он распустил часть солдат, — злорадно усмехается Виктор.

— Разве солдаты сейчас важны? Мне казалось, вы не хотите объявлять ему прямую войну, — подаёт голос Тимофей.

— Не собираемся. Но мало ли, вдруг он сам обидится и решит напасть. Лучше быть в курсе, — говорю я.

— Какие предложения? С чего начнём? — спрашивает Самойлов и делает глоток кофе.

Я тоже пробую кофе. М-м, неплохо. Тимофей купил себе неплохую кофемашину за мой счёт.

— Предлагаю действовать зеркально. Они отбили у меня поставщиков — кому-то угрожали, кого-то перекупили, кого-то просто уболтали. Значит, мы лишим Беркута поставщиков товаров, которые нужны ему для заработка. Чем он занимается? — спрашиваю я.

Тимофей тут же начинает перебирать лежащие перед ним бумаги. Мы с Виктором заранее предупредили его, что собираемся обсудить, поэтому он успел навести справки.

— У него несколько предприятий, коммерческие помещения в городе, служба доставки грузов… Наибольший доход, судя по всему, приносит завод безалкогольных напитков. Соки, лимонады, всё в таком духе, — отвечает Ульянов.

— Лимонадик, значит. Понятно. Без каких поставок он не сможет обойтись? — уточняю я.

Самойлов пожимает плечами и начинает перечислять:

— Вода и сахар важнее всего, без них ни один лимонад не сделаешь. В большинство других напитков тоже добавляют сахар. Ещё красители и вкусовые добавки. Собственно, это всё.

— Тогда предлагаю лишить графа Беркута сладенького, — улыбаюсь я.

— Перекупить поставщиков сахара? — Тимофей поднимает глаза от бумаг.

Я киваю:

— Да, начнём именно с этого. А где он берёт воду, из городского водопровода?

— Скорее всего. На заводе должны стоять системы водоподготовки. Не думаю, что он где-то заказывает воду бочками, — пожимает плечами Виктор.

— Надо подумать, как лишить его доступа к воде, чтобы производство точно встало. Но сначала сахар. Погнали — Тимофей, узнай, у кого Беркут покупает его. Мы с Виктором обратимся к этому поставщику и предложим свои условия, получше. Нам ведь тоже нужен сахар — мне на консервном заводе, тебе на кондитерской фабрике, правда? — поворачиваюсь к Самойлову.

— Конечно. Я не против увеличить объёмы производства, — смеётся Витёк.

Мой адвокат быстро находит поставщика, у которого граф Беркут закупает сахар. Это оказывается барон Леонид Михайлович Сладков — надо же, какая говорящая фамилия. Интересно, он именно поэтому занялся продажей сахара? Как бы там ни было, он крупнейший поставщик в столице.

Тимофею даже не приходится искать для меня телефон Сладкова — я вспоминаю, что виделся с ним на императорском балу и мы обменялись номерами. В тот раз я не запомнил, чем он занимается, уж слишком много новых лиц встретил тогда.

Сразу же звоню ему:

— Здравствуйте, ваше благородие. Это барон Зверев, я бы хотел обсудить с вами сотрудничество.

— Андрей Алексеевич, рад слышать вас! Чем могу помочь? — с готовностью интересуется Леонид Михайлович.

— Знаете, я расширяю производство на консервной фабрике. Выпускаем новую линейку фруктовых консервов, и мне требуется крупный и надёжный поставщик сахара. А мой друг, наследник графа Самойлова, владеет кондитерской фабрикой и тоже заинтересован в поставках.

— Рад, что вы обратились ко мне, Андрей Алексеевич. К сожалению, я вряд ли смогу поставлять вам необходимый объём. У меня уже и так много клиентов, а увеличить производство я физически не могу, — печальным тоном заканчивает Сладков.

— Не отказывайтесь так сразу, Леонид Михайлович. Давайте обсудим цену. Мы с Виктором Борисовичем готовы платить больше ваших нынешних клиентов. Уверен, вы сможете отказаться от некоторых из них в нашу пользу. От тех, например, сотрудничать с которыми опасно для репутации, — усиленно намекаю на Беркута.

Судя по всему, Сладков сразу же понимает, о ком я, и говорит:

— Да-а, ваше благородие, вы правы… Честно скажу — я буду очень рад работать с вами. Вы стали весьма известны в последнее время, может быть, и мне перепадёт кусочек вашей славы, — смеётся барон.

— Непременно. Мы всем будем рассказывать, что наши продукты такие вкусные именно благодаря вашему сахару, — с улыбкой отвечаю я.

— Дело даже не в этом. Я думаю о будущем, понимаете? Есть те, кто растут и развиваются, есть те, кто падает и могут потянуть за собой… Я и сам уже думал о том, чтобы разорвать сотрудничество с одним человеком. В конце концов, консервы очень важный продукт, не так ли? Долго хранятся и всё такое. А от лимонада, например, никакого толку, — говорит Сладков.

— Совершенно верно, Леонид Михайлович, — соглашаюсь я. Да, мы с ним точно друг друга поняли.

— Направьте мне официальное коммерческое предложение. Мои специалисты с ним ознакомятся, и мы сегодня же пришлём вам договор.

— Договорились, ваше благородие. Спасибо за понимание.

— Вам спасибо, Андрей Алексеевич! — прощается Сладков.

— Неужто ты так легко с ним договорился? — удивляется Виктор, когда я кладу трубку.

— Надо просто знать, на что надавить, — подмигиваю я.

Мы составляем совместное коммерческое предложение и отправляем его на электронную почту Сладкова. Он тут же отвечает, что всё получил и прикажет немедленно отправить нам договор.

— Тимофей, изучи договор. Если всё в порядке, то сразу подпишем, — говорю я.

— Конечно, ваше благородие, — кивает адвокат.

Пока он разбирается с бумагами, мы с Виктором думаем, как можно лишить Беркута доступа к воде. Устроить какую-нибудь аварию не вариант, мы же не террористы какие-нибудь. Кроме завода противника, наверняка и обычные люди пострадают, если мы повредим водоснабжение.

— На его завод, возможно, идёт какая-нибудь отдельная труба. Может, наймём мага земли, чтобы закупорил её? — предлагает Виктор.

— Среди моих наёмников есть маг земли. Неплохой вариант, только надо убедиться, что обычные люди не останутся без воды.

— Надо достать подробную схему городского водоснабжения. Но это стратегическая информация, в интернете её не найдёшь, — задумчиво морща лоб, говорит Самойлов.

— Ничего, я знаю, кто может нам в этом помочь, — говорю я и снова беру в руки телефон.

Звоню Александру — магу крови, который работает в имперской канцелярии. Он до сих пор мне должен за то, что я не сдал его полиции за взятку. Которую, кстати, ему тоже дал Беркут, чтобы попытаться обвинить меня в поклонении Хаосу. Как иронично, что сейчас именно Александр поможет нам наказать графа за все его делишки.

Маг крови, немного поломавшись, соглашается достать для нас схему. Тем более, нам нужен не весь Петербург, а только один район. Скоро получаю на одноразовую электронную почту, которую тут же специально создал, несколько файлов. Мы с Виктором просматриваем их и убеждаемся, что к заводу Беркута идёт отдельная труба из расположенной неподалёку насосной станции. Если мы её закупорим, это никому не принесёт вреда. Кроме Сергея Егоровича, конечно.

Звоню командиру «Сибирского дозора», и с он радостью соглашается выделить мага земли для задания. Кто бы сомневался, что наёмники откажутся от дополнительных денег.

— Сегодня ночью Беркут останется без воды, — говорю я, положив трубку.

— А завтра без поставок сахара, — добавляет Тимофей, заходя в кабинет.

Он кладёт перед нами два экземпляра договора и сообщает:

— Я всё проверил. Условия честные, подводных камней нет. Цена сахара, конечно, выше, но ненамного. Вы сами это предложили господину Сладкову.

— Конечно, никаких проблем, — киваю я и первым ставлю свой автограф на договоре.

Виктор, тоже оставив подпись, говорит:

— Посмотрим, как Беркут теперь запоёт… Кстати, пока ты со своими наёмниками говорил, я решил узнать, чем занимается младшенький. Оказывается, Михаил собирается на днях открыть ночной клуб.

— Да ладно? Нам с тобой везёт! — со смехом говорю я.

— Ещё бы. На открытие может явиться любой желающий… Ты думаешь о том же, о чём и я? — скалится Самойлов.

— Хочешь прийти туда и как следует повеселиться?

— Вот именно. Думаю, нам даже стараться не придётся, Миша сам всё испортит, — кивает Виктор.

Решаем, что так мы и поступим, и на этом прощаемся. Я сажусь в машину и собираюсь ехать домой, но потом вдруг резко меняю направление. Достаю телефон и звоню Ларисе:

— Огонёчек, привет. Свидание. Сегодня, прямо сейчас. У меня.

— Привет… Что? — сонным голосом бурчит она.

— Ты спишь, что ли?

— Угу. Я только час назад из разлома вернулась.

— Одевайся, я уже почти возле твоего дома. Поедем ко мне, конфет поедим.

— Каких ещё конфет? — удивляется Лара.

— От лучшего кондитера императорского двора, и я не шучу. Одевайся.

— Ладно, сейчас…

Подъезжаю к её дому, но приходится постоять ещё минут пятнадцать, прежде чем Огонёчек спускается. Она одета по-простому: в джинсы и футболку с длинным рукавом, волосы собраны в хвост. Выхожу из машины и иду ей навстречу, чтобы подхватить на руки и немного покружить.

— Ай! Андрей, отпусти меня!

— Не-а, не отпущу. Всё, я тебя украл! — смеюсь я и несу её к машине.

— Дурак, люди же смотрят, — бурчит Лариса.

— Ну и что? Пускай завидуют, — говорю я и целую её.

Отправляемся ко мне. По дороге заезжаем в кафе и берём ужин с собой. Я заранее звоню Матвею, чтобы отпустил работников по домам, а Холодова прошу отвести охрану от поместья. Не хочу, чтобы нам с Ларисой кто-то мешал.

Ужинаем под открытым небом, болтаем о всякой ерунде и без конца смеёмся. Когда темнеет, мы ложимся на траву, едим подаренные Анастасией Фёдоровной конфеты и смотрим на звёзды, рассказывая друг другу, кто какие созвездия знает.

Дует прохладный ветер, и Огонёчек всё ближе придвигается ко мне.

— Замёрзла? — спрашиваю я, прижимая её к себе.

— Я не могу замёрзнуть, — усмехается Лариса и создаёт заклинание тепла.

— Вот блин. А я тут собирался романтичный жест совершить, отдать тебе свою кофту.

— Хочешь покрасоваться своими мышцами? Я уже всё видела, не парься. Мы же с тобой в сауне были, забыл?

— Помню. Хочешь ещё раз посмотреть? Или даже потрогать? — улыбаюсь я.

— Зверев! — Лара шлёпает меня ладонью по груди, но следом тут же кладёт на неё голову и тихо добавляет:

— Не сейчас.

— Ладно-ладно, не будем торопиться. Какие ты ещё созвездия знаешь? — спрашиваю я, снова обращая взгляд к небу.

Так мы и лежим до глубокой ночи, пока Огонёчек не засыпает у меня на груди. Любуюсь её милым личиком, а потом и сам засыпаю.

Утром отвожу Ларису на базу Стражей, у неё сегодня дежурство в оперативном отряде.

— Совсем забыл вчера спросить. Хочешь пойти в ночной клуб? — спрашиваю я, когда Лара уже собирается выйти из машины.

— Я не любительница таких заведений. Думаю, приличным девушкам там не место, — отвечает она.

— Правильно думаешь. Но мы туда пойдём по делу. Беркут-младший открывает свой клуб, и мы с Виктором собираемся порадовать его своим визитом, — с улыбкой говорю я.

— А-а, ну тогда я не против. Увидимся, — Огонёчек чмокает меня в щёку и выходит из машины.

Я решаю, что самое время зайти к командору, раз уж я на базе. Заодно и кофе попью.

Дмитрий Сергеевич не отказывается меня принять. С интересом выслушивает, как проходят тренировки и охотничьи будни моего отряда, радуется, что Георгий снова вернулся в строй.

— Командор, я всё хочу спросить: вы мне столько работников выделили, включая прораба, они уже долго работают. Вам они самому не нужны? — спрашиваю я.

— Никаких проблем, Андрей. Наоборот, я рад, что люди при деле. К тому же ты мне платишь за то, что используешь мои трудовые ресурсы, — подмигивает Дмитрий Сергеевич.

— Как иначе. Просто у меня куча планов по освоению земель. Если у вас есть ещё, как вы выразились, трудовые ресурсы — с радостью ими воспользуюсь.

— Хм, надо подумать. У меня заканчивается плановый ремонт дорог во владениях. Думаю, что через недельку-другую смогу выделить тебе ещё пару бригад, — кивает командор.

— Отлично, будет очень кстати, — киваю я.

Мы болтаем ещё немного, и я уезжаю к себе. Когда возвращаюсь в поместье, ко мне подходит Пётр Васильевич, командир «Сибирского дозора».

— Андрей Алексеевич, по поводу ночного задания, — говорит он.

— Слушаю.

— Всё сделано в лучшем виде. Труба наглухо закупорена. Чтобы вернуть подачу воды, им придётся всё раскапывать и менять трубу.

— Прекрасно, Пётр Васильевич. Спасибо. Поблагодарите мага земли за хорошую работу от меня, — говорю я и вручаю Холодову пачку наличных. Задание не совсем официальное, поэтому я предпочитаю расплатиться так.

— Всегда рады помочь, ваше благородие, — поклонившись, отвечает наёмник.

Ну что ж, теперь лимонадный завод Беркута точно встанет. Без воды он работать не сможет, и поставок сахара мы его тоже лишили. Да, Сергей Егорович наверняка найдёт себе другого поставщика. Точнее, других — ведь ни у кого в Петербурге нет таких объёмов и низких цен, как у Сладкова. Значит, ему придётся заключать контракт с несколькими компаниями, что усложнит рабочие процессы, да и платить за нужное сырьё придётся дороже.

Пусть Беркут прочувствует на себе, как это «приятно», когда кто-то вмешивается в твои дела.

И это только первый шаг…

Через несколько дней проходит запланированное открытие ночного клуба Беркута-младшего. Заведение расположено недалеко от набережной Невы. Миша устраивает из открытия настоящее шоу — с прожекторами, полуголыми моделями, раздающими бесплатное шампанское на улице и громкой музыкой. Сам он стоит на улице в костюме, встречая первых посетителей своего клуба.

Интересно, что он думает, когда видит, что перед входом останавливается два белых лимузина? Наверное, он считает, что ему дико повезло и в его клуб сейчас завалится большая компания, готовая потратить кучу денег.

В общем-то он прав. Но только вряд ли он будет рад, когда увидит, что это за компания.

Мы с Виктором не поленились, обзвонили всех своих друзей в ордене Стражей и пригласили их с собой. Когда Беркут-младший видит нас, приветливая улыбка тут же пропадает с его лица. Точнее, она превращается в злобный оскал, лишь отдалённо напоминающий улыбку.

— Мишаня, привет! — кричу я на всю улицу.

Со мной рядом идёт Лариса в соблазнительном коротком платье. Следом шагает Виктор, его под руки держат сразу две девушки. А за нами из лимузина выходит целая толпа Стражей.

По-моему, у Михаила начинает дёргаться глаз, когда он всех нас видит.

— Что ты здесь делаешь, Зверев? — цедит он, когда я приближаюсь ко входу.

— Как что? Приехал поздравить тебя с открытием клуба. Поздравляю с открытием клуба!

— Спасибо, — выдавливает Беркут.

Виктор, подойдя, тоже здоровается:

— Привет! Мы хотим повеселиться и выпить. В меню есть лимонад или коктейли с соком вашего завода? Хотя нет, вряд ли. Я слышал, у вас какие-то проблемы с производством.

Михаил сжимает кулаки и гневно раздувает ноздри:

— Если мой отец узнает, что это ваших рук дело…

— Ты о чём вообще? Я просто слышал, что у вас проблемы. Ты нас в чём-то обвиняешь? — спрашивает Самойлов.

— Нет.

— Вот и правильно. Так мы войдём?

— Нет, — сквозь зубы отвечает Беркут.

Мы с Виктором переглядываемся, будто в недоумении. Хотя на самом деле на это и рассчитывали. Чуть-чуть спровоцировать противника и добиться того, чтобы он сам устроил скандал.

— Я что-то не пойму. Это приличное заведение или свинарник какой-то? — громко спрашиваю, чтобы все остальные, кто собирается войти в клуб, меня услышали.

— Вот именно. Это приличное заведение, поэтому вам сюда нельзя! — объявляет Беркут.

— Не понял. То есть барон, наследник графа и их друзья из ордена Стражей, которые хотят отдохнуть после защиты мирных людей от монстров, не могут войти? — хмуро уточняет Виктор.

— Вот именно, — подтверждает Михаил.

Обернувшись, я вижу, что многие люди уже почуяли конфликт, достали телефоны и снимают нас. Отлично, то, что нужно.

Самойлов качает головой и говорит:

— М-да, а я-то думал, что ты наконец-то взялся за ум. Видимо, приличным людям в твоём клубе не место. Ладно, ребята, пойдём! Здесь недалеко есть бар «Пантера», там точно будут рады нас принять!

— Вот и валите, — бурчит Беркут.

Мы с Виктором одновременно вонзаем в него взгляды. Беркут аж отшатывается, будто мы его толкнули.

— Повтори, что сейчас сказал, — спокойно прошу я.

— Ваше благородие, по-моему, Михаил Сергеевич имел неосторожность оскорбить нас, — вместо него отвечает Виктор.

— Я не собираюсь вас пускать! Езжайте в другое место! — вопит Беркут.

— Да мы уже и сами не хотим к тебе идти. Но ты зря решил, будто можешь нас прогнать, как бродячих собак. Ты оскорбил меня и моих друзей, поэтому я вызываю тебе на дуэль. Немедленно! — рявкает Самойлов.

Миша бледнеет и молчит. Бросает взгляд на охранников, стоящих у двери, но те явно не собираются за него заступаться. Если бы мы просто устроили драку — другое дело. Вмешиваться в дворянскую дуэль они не имеют права.

— Надеюсь, ты не собираешься отказываться, Мишаня? — спрашиваю я, мотая головой в сторону толпы.

Да уж, свидетелей много. Если он откажется от дуэли, это будет позор. В новостях будут писать не про открытие классного заведения, а про то, как его владелец струсил и отказался от поединка. У Беркута теперь есть только один шанс спасти положение — принять дуэль.

— Я согласен, — скрипя зубами, отвечает он.

— Прекрасно! Какой тип дуэли предпочитаешь? — уточняет Виктор.

— Магия без оружия.

— Отлично, — кивает Самойлов и подмигивает мне.

Я улыбаюсь в ответ. Всё случилось именно так, как мы и планировали.

Стражи помогают расчистить пространство, маги поддержки накрывают место дуэли куполом, чтобы заклинания случайно не задели зрителей. Все вокруг снимают происходящее на телефоны, но я вижу также и нескольких журналистов с камерами. Видимо, они приехали осветить открытие нового ночного заведения, но мы подкинули им более интересное событие.

Я выступаю в качестве секунданта Виктора, на стороне Беркута — один из его прихлебал. Остались еще те, кто ему в рот заглядывает. Или Миша его возле себя страхом держит, а может и платит, кто его знает?

— Начинайте! — командую я.

Беркут призывает целый ворох светящихся метательных кинжалов, и один за одним отправляет их в Самойлова. Тот спокойно отражает их, даже не сходя с места, и атакует противника потоком молний. Щит Михаила выдерживает, и он бросается в ближний бой, призвав двуручную секиру.

Виктор решает с ним поиграть. Не атакуя в ответ, он просто уворачивается от всех ударов, даже не блокирует их. Позволяет Беркуту выдохнуться, а затем атакует одним не очень-то сильным заклинанием.

Михаил летит через всю площадку и врезается спиной в купол. Виктор выпускает ещё одну молнию и рушит его щит.

— Я сдаюсь! — раздаётся испуганный вопль.

— Стоп! Дуэль окончена. Михаил Беркут сдался, победил Виктор Самойлов! — объявляю я.

«Лучше бы позволил себя вырубить. Было бы не так позорно, как сдача», — думаю про себя.

Самойлов подходит к Беркуту и благородно помогает ему встать, а затем говорит:

— Твой меч.

— М-меч? — Миша на глазах бледнеет, как полотно.

— Да. Ты же проиграл.

Будто во сне, Беркут беспомощно оглядывается и затем отцепляет от пояса короткий меч. Виктор забирает его и подходит ко мне:

— Андрей, это тебе! Подарок в коллекцию.

— Что ты, не стоит. Он твой, — отказываюсь я.

— Бери! Он ведь нас обоих оскорбил. Я получил удовлетворение в схватке, а ты получишь меч. Так будет честно.

— Спасибо, дружище, — с улыбкой говорю я, принимая меч.

Мы с Виктором пожимаем друг другу руки и обнимаемся, а затем Самойлов объявляет:

— Ладно, здесь больше нечего делать! Погнали в «Пантеру»!

Стражи приветствуют это предложение радостными возгласами, и мы пешком отправляемся в расположенный неподалёку бар. С нами следует немало из тех, кто собирался войти в клуб Беркута, но теперь, похоже, передумал.

Уходя, оглядываюсь на Михаила. Он так и стоит посреди тротуара, будто статуя. Представляю, что скажет его отец, когда узнает, что очередной их меч оказался у меня. Интересно, а когда они у них закончатся?

— Барон Зверев! Ваше благородие! Можно вас на пару слов? — рядом вдруг появляется грудастая блондинка с диктофоном в руках.

— О, а я вас помню. Мы виделись перед балом в Зимнем дворце. Журнал «Дворянская смута», не так ли? — уточняю я, не сбавляя шага.

— Всё верно, ваше благородие, — игриво улыбается блондинка.

Встретив хмурый взгляд Ларисы, она принимает более серьёзный вид и даже застёгивает одну пуговицу на блузке.

— Кхм-кхм. Ваше благородие, скажите, вы специально спровоцировали Михаила Беркута на дуэль?

— Никто его не провоцировал. Мы с друзьями хотели отдохнуть, но увы, владелец нового ночного клуба оказался слишком груб. А в дуэли участвовал мой друг, не я.

— Но вам достался меч побеждённого! Что вы скажете по этому поводу?

Я с ухмылкой пожимаю плечами:

— Что тут скажешь. Как я уже говорил на одном приёме, Беркуты просто не умеют пользоваться оружием, вот и проигрывают свои мечи на дуэлях один за другим. Благодаря подарку от моего дорогого друга Виктора Самойлова, у меня в коллекции теперь снова три родовых меча Беркутов. Не буду скрывать, я этому рад.

— А что насчёт… — начинает блондинка.

— Всё-всё, хватит вопросов. Всего доброго, — отмахиваюсь я.

Журналистка переключает своё внимание на Виктора. Лариса, бросив на неё опаляющий взгляд, спрашивает у меня:

— И часто к тебе подваливают такие развратные репортёрши?

— Ты про то, что у неё грудь напоказ? Это такая тактика, чтобы привлечь внимание. Ревнуешь? — усмехаюсь я.

— Пф! Вот ещё, — Лара задирает носик.

— Ревнуешь, — смеюсь я, обнимаю её за талию и целую в щёку.

— Ничего я не ревную. Просто она мне не понравилась.

— А мне понравилась…

— Что⁈ — Лариса резко поворачивается ко мне, и в её глазах вспыхивает жаркое пламя.

Громко смеюсь и снова целую её:

— Говорю же, ревнуешь! Я шучу, Огонёчек. Плевать мне на эту блондинку. Знаешь, что? Завтра мы с тобой пойдём на свидание. В какой-нибудь хороший ресторан, как положено. А то ведь после аукциона так и не сходили.

— Я подумаю, — отворачивается Лариса.

— Завтра заеду за тобой в шесть. Надень то платье, в котором была на аукционе, ты в нём просто бесподобна.

— Ладно, — смягчается Лара. Я-то знаю, что ей самой очень понравилось, как она выглядит в том платье.

Скоро мы всей компанией добираемся до бара и заходим внутрь. Здесь играет музыка, но не слишком громко, так что у меня есть возможность подумать. Журналистка натолкнула меня на интересную мысль — можно ведь не только ударить по экономике Беркута, но и продолжить шатать его репутацию. Дать интервью по поводу аукционов, рассказать о прошедших дуэлях, показать свою коллекцию мечей, среди которых три почётных места занимает оружие рода Беркутов.

Зачем стесняться? Сергей Егорович не стеснялся, когда пытался подставить меня и выставить контрабандистом.

Звоню Тимофею и прошу его организовать для меня пресс-конференцию, на что адвокат отвечает:

— Я могу этим заняться, ваше благородие, но… В общем, не сочтите за наглость, это вряд ли входит в мои обязанности. Я юрист, а для подобных дел вам нужен секретарь.

— Я доплачу, — говорю я.

— Дело не в этом. У меня очень много работы, а вам действительно нужен личный помощник, который возьмет на себя подобные задачи. В конце концов, вам уже по статусу положено такого иметь. Как насчёт моей племянницы? Она сейчас работает здесь, помогает с бумагами. Отлично бы справилась с такими задачами. Работа с бумагами и со СМИ, организация вашего времени, различные мелкие поручения.

— Хорошо. Тогда я завтра приеду к тебе и лично с ней поговорю. Как её зовут?

— Алиса. Хорошая девушка, ответственная.

— Договорились. Завтра побеседую с ней. Можешь завтра утром сразу поручить ей заняться пресс-конференцией — проверим её в деле, — приказываю я.

— Как скажете, ваше благородие. Хорошего вечера, — прощается Тимофей.

Мой вечер и правда проходит хорошо, но до конца вечеринки решаю не оставаться. Завтра много дел. Прощаюсь со всеми, отвожу Ларису домой и еду к себе.

По дороге размышляю над тем, что с Беркутом мы разобрались достаточно быстро. Насколько мне известно, он до сих пор не смог решить проблему с водой, так что производство напитков встало. Сергей Егорович несёт колоссальные убытки, и даже когда восстановит водоснабжение, продолжит их нести, ведь ему придётся покупать сахар дороже, чем раньше.

Поэтому можно взяться за следующего противника, а именно — за князя Чернова. Именно он мой главный враг, ведь это по его указу Хрипунов и Рогов в своё время напали на мой род. А потом и на меня самого.

Первый удар я тоже собираюсь нанести по экономике. Чернов занимается многим вещами, но главный доход ему приносит производство артефактов. Непростое дело, в которое нельзя так просто войти — для промышленного производства магических предметов требуется лицензия от императорского двора. Однако есть исключения — если продавать артефакты, изготовленные собственными руками, то таких ограничений нет.

С этого и начну, у меня есть все возможности. Разломных материалов достаточно, нужные навыки тоже имеются. В прошлой жизни я создавал такие артефакты, что монаршие особы готовы были полцарства за них отдать. Однако допускать незнакомых людей к секретам производства таких вещей я бы в любом случае не стал. Так или иначе придётся начать с малого и делать всё своими руками.

В то же время подготовиться к будущему массовому производству лучше прямо сейчас.

Подъезжая к своим владениям, я сворачиваю на северные земли — так я стал называть бывшие владения Рогова. Активирую астральное зрение, чтобы лучше видеть в темноте, и осматриваю хозяйственные постройки, что стоят далеко от поместья. Да, эти помещения отлично подойдут для производства артефактов.

Завтра отдам приказ Матвею, чтобы начали потихоньку готовить их. А сам в это время начну подыскивать оборудование и поставщиков материалов. Не всё, что понадобится, можно отыскать в разломах. Где-то будут нужны обычные металлы, а где-то реагенты и вещества, которые производят на химзаводах.

Следующий день я провожу в звонках и разъездах. Поручаю Георгию сводить отряд в какой-нибудь разлом, а сам отправляюсь знакомиться с Алисой. Девушка и правда оказывается очень ответственной — к моему приезду она уже подготовила список изданий и независимых журналистов, которых можно пригласить на пресс-конференцию. Решаю принять Алису на должность своего секретаря и утверждаю список.

Конференция проходит тем же днём. С удовольствием даю интервью и отвечаю на все, даже на самые каверзные вопросы. Репортёры остаются довольны — им только в радость написать несколько гадостей о графе Беркуте. Тем более, что им за это ничего не будет, поскольку я говорил только правду.

Вечером я покупаю большой букет роз и еду за Ларисой. Когда она выходит из подъезда, у меня в очередной раз перехватывает дыхание. Ну разве можно быть такой красивой? Это же настоящее преступление!

— Чудесно выглядишь, — вручая ей букет, говорю я.

— Ты тоже, — улыбается Лариса.

Скоро мы приезжаем в ресторан, который по праву считается лучшим в столице. И самым дорогим, но для меня это не проблема. Официант проводит нас к столику, который расположен в глубине ресторана и отгорожен от общего зала бархатными шторами. Здесь нас никто не потревожит.

Официант наливает нам по стакану воды, ставит цветы в вазу, зажигает свечи и удаляется, обещая вернуться через десять минут, чтобы принять заказ. Но не проходит и пары минут, как шторы отодвигаются, и наше с Ларисой уединение оказывается нарушено.

Ого. Не ожидал увидеть здесь этого человека…

Глава 4

Российская империя. Санкт-Петербург. Ресторан «Барокко»

Когда появляется незваный гость, у Ларисы отвисает челюсть. Я же невозмутимо встаю и делаю вежливый поклон.

— Добрый вечер, ваше императорское величество.

— Здравствуй, Андрей. Ты представишь мне свою прелестную спутницу? — спрашивает Анастасия Фёдоровна.

Тут Лара оживает, подскакивает и кланяется.

— Здравствуйте, ваше величество. Большая честь познакомиться. Меня зовут Лариса Темникова, член ордена Стражей, — скороговоркой выдаёт она.

— Рада с тобой познакомиться, Лариса. Какая ты красивая! Тебе очень повезло, Андрей, — императрица с улыбкой поворачивается ко мне.

— Спасибо, ваше величество, — одновременно отвечаем мы, а затем я добавляю:

— Присаживайтесь. Будем рады разделить с вами ужин.

— Что ж, раз ты приглашаешь — не откажусь, — Анастасия Фёдоровна садится на мягкий стул.

Сегодня она одета гораздо проще, чем при наших прошлых встречах. Скромное вязаное платье и аккуратная шляпка — если мельком взглянуть, то и не скажешь, что перед тобой самая влиятельная женщина империи. Брошь в виде розы, на которую я постоянно обращаю внимание, приколота к воротнику.

— Прошу вас, не смущайтесь. Я не собираюсь слишком долго мешать вашему свиданию. Просто немного поболтаем по-дружески, и я вас оставлю, не буду портить романтику, — по-доброму прищуриваясь, говорит императрица.

— Что вы, для нас большая честь… — начинает Лариса.

— Девочка моя, перестань. Я уже и сама начинаю смущаться. Кстати, твоя фамилия мне знакома. Ваша семья получила дворянство за заслуги перед орденом Стражей, не так ли?

— Да, ваше величество. Перед орденом и перед Родиной, такая была формулировка.

— Я горжусь такими людьми, как вы. Передавай своим родным самые тёплые пожелания от меня.

— Спасибо, ваше величество, — краснея, кивает Лариса.

Вскоре появляется официант и принимает у нас заказ. Императрица берёт только салат и чай, Лариса заказывает лишь какие-то закуски. Похоже, у неё пропал аппетит при виде монаршей особы. Ну, я не стесняюсь, беру и салат, набор закусок, и жаркое по-русски с говядиной и грибами.

Мило беседуем о всяких пустяках, так что даже Огонёчек со временем расслабляется и перестает с опаской смотреть на Анастасию Фёдоровну. Съев свои закуски и выпив чай, Лариса просит извинить её и уходит в уборную. Императрица бросает взгляд ей вслед и поворачивается ко мне:

— Какая красавица. Надеюсь, ты не водишь столь милую девушку за нос, Андрей?

— Как можно, ваше величество. У меня серьёзные намерения, — отвечаю я.

— Рада слышать. Вы отлично смотритесь вместе, — говорит она и, сделав глоток чая, понижает голос:

— Хорошо, что я встретила тебя здесь. Хочу лично поблагодарить за спасение Светлана. У него были очень важные сведения, которые принесут пользу всей империи.

— Пожалуйста, Анастасия Фёдоровна. Рад был помочь.

— Надеюсь, ты доволен наградой?

— Ещё бы. Конфеты были просто объедение, — улыбаюсь я.

Императрица улыбается в ответ и, поставив чашку на блюдце, спрашивает:

— Слышала, будто есть какие-то деловые проблемы. Кажется, у твоей консервной фабрики трудности с поставщиками?

— Это устаревшая информация. Кое-какие загвоздки остались, но в целом я разобрался с проблемой. Мы даже стали выпускать новую линейку консервов из дичи, — отвечаю я.

— Вот как! Что ж, рада слышать. Я так и знала, что ты из тех людей, которые умеют решать проблемы.

— Ещё я неплохо умею их создавать, — усмехаюсь я.

— Звучит двусмысленно… Надеюсь, ты не собираешься кому-то вредить?

— Только тем, кто вредит мне, ваше величество.

— Ах да, про твоё противоборство с некоторыми столичными дворянами я тоже наслышана. Не вижу в этом ничего плохого. Око за око, как говорится. В среде аристократов нельзя по-другому, иначе сожрут, — пожимает плечами Анастасия Фёдоровна.

— Вы правы. Я и так был слишком добр к некоторым своим противникам.

Императрица с улыбкой добавляет:

— А к некоторым не очень. Ну да ладно, это дело прошлое. На самом деле я хотела немного помочь тебе с твоей консервной фабрикой.

— Я слушаю, — говорю я.

— Есть один крупный фермер, который поставляет овощи для императорского двора и сейчас как раз ищет новых клиентов, чтобы сбывать излишки товара. Продукты высочайшего качества, как ты можешь догадаться, но они быстро портятся и в самый раз подойдут для консервов. Этот фермер весьма щепетилен в выборе партнёров и не станет сотрудничать с теми, кого плохо знает. Однако если я замолвлю за тебя словечко, он с радостью согласится. Как смотришь на это?

— Буду очень рад с ним поработать, ваше величество. Думаю, мои продажи повысятся, когда люди узнают, что я сотрудничаю с поставщиком императорского двора, — отвечаю я.

— Значит, договорились. Тогда жди звонка. Больше не буду вас отвлекать, — Анастасия Фёдоровна встаёт, и я тоже встаю, чтобы поклониться на прощание.

Когда она уходит, Лариса как раз возвращается из уборной. Императрица отводит её в сторону и что-то тихо говорит на ухо. Девушка смущённо улыбается и кивает. Погладив её напоследок по плечу, Анастасия Фёдоровна уходит.

— Ого! Откуда ты её знаешь? — громким шёпотом спрашивает Огонёчек, когда садится за стол.

— Познакомились на балу в Зимнем дворце. Надеюсь, у тебя проснулся аппетит? Попробуй жаркое, очень вкусно, — предлагаю я.

Наколов на вилку кусочек мяса, протягиваю Ларисе. Она немного удивлённо смотрит на меня, но затем, мило улыбнувшись, пробует мясо.

— М-м, и правда, очень вкусно! Закажу себе такое же, — соглашается она.

Как раз в этот момент заходит официант. Я заказываю жаркое, бутылку вина и сырную тарелку, после чего мы продолжаем наш романтичный ужин.

Когда переходим к десерту, Лариса, сделав глоток вина, вдруг говорит:

— Я хочу вступить в твой отряд.

— Почему только сейчас? — спокойно спрашиваю я и отправляю в рот кусочек пирожного.

— Ну… Только не смейся, — смущается Огонёчек.

— Обещаю, не буду.

Опустив взгляд, она сминает руками салфетку и рассказывает:

— Я боялась своих чувств. Не хотела быть слишком близко к тебе, чтобы… ну, чтобы окончательно не влюбиться.

— Понимаю. Что же изменилось сейчас?

— Теперь я больше не боюсь себе признаться, что влюбилась в тебя, — подняв на меня глаза, отвечает Лариса.

Улыбнувшись в ответ, я накрываю её ладонь своей и говорю:

— Никаких проблем. Если теперь ты хочешь быть поближе ко мне, я только за. Потому что и сам хочу, чтобы ты была рядом. Так что я радостью возьму тебя в отряд.

— Спасибо, — тихо отвечает она.

— Не за что. Может, закажем ещё одну бутылку вина? — спрашиваю я.

— О, нет! Ни за что. Если я выпью ещё бокал, то могу перестать себя контролировать.

— Правда? Официант, ящик вина сюда!

— Зверев! — она забирает руку и шлёпает меня по ладони.

— Шучу-шучу. Если не хочешь торопить события, всё в порядке, — с улыбкой отвечаю я.

Мы ещё немного сидим в ресторане, а затем я отвожу Ларису домой и еду к себе. Уже приближаясь к владениям, вдруг слышу на улице громкий грохот. Бросив взгляд на запад, вижу на небе тонкую кроваво-красную полоску.

Опачки, Багровая буря! Зашибись. Давно ждал.

Активирую печать Пожирателя, готовясь поглотить энергию Хаоса, и одновременно достаю телефон.

— Мрак! Как готовность?

— Готовность номер один, командир. Видим, что буря начинается, — отвечает Георгий.

— Молодцы. Как только закончится — выдвигайтесь.

— Есть какие-то особые приказы или действуем по инструкции?

— По инструкции. Зачищайте любые разломы в пределах досягаемости. Подели отряд на группы по пять человек, если будут разломы выше четвёртого уровня — объединяй группы.

— Так точно, — отвечает Мрак.

Только успеваю пересечь границу владений, как Багровая буря разыгрывается на полную. Остановив машину, выпрыгиваю из неё и сажусь в позу лотоса. Печать Пожирателя начинает гореть огнём, пропуская через себя энергию Хаоса.

Я весь покрываюсь потом и стискиваю зубы. Ох ты ж блин, в этот раз энергии гораздо больше, чем обычно! Это буря сегодня такая сильная или дело в чём-то другом?

Судя по всему, два в одном. Сосредоточившись, я оцениваю концентрацию энергии Хаоса вокруг и понимаю, что она гораздо больше обычной. В норме энергия Хаоса, как и энергия Астрала, есть всегда и везде. Но там, где её больше всего сосредоточено, открываются разломы — Багровая буря, принося с собой много тёмной энергии, провоцирует этот процесс.

И вот здесь, на моих землях, концентрация Хаоса почему-то особенно велика.

Почему я не заметил этого раньше? Ведь это не первая Багровая буря, которую я встречаю в своих владениях. Ответ приходит сам собой: после того, как я закрыл аномальный мега-разлом, концентрация сильно упала. Но после парочки бурь она снова повысилась до опасных пределов.

Встаю и оглядываюсь. На кроваво-красном небе мелькают чёрные молнии, ураганный ветер пригибает деревья к земле. На моих глазах открывается белый портал, следом ещё один. Два разлома первого уровня.

Обернувшись, вижу, как открывается ещё один белый портал и один красный — второй уровень.

Нихрена себе. Не многовато будет?

Чувствую, как энергия Хаоса сворачивается в тугой узел прямо передо мной. Похоже, вот-вот откроется ещё один портал. Струной Хаоса поглощаю хаос из этого узла. Едва начав открываться, портал не успевает сформироваться полностью и исчезает.

Вот это да. Неожиданно удачный эксперимент. Хаос стал гораздо лучше подчиняться мне, чем раньше…

Впрочем, я успел предотвратить появление лишь одного разлома. А я только поблизости вижу четыре. Нет, пять — за деревьями мерцает ещё один белый портал. Багровая буря заканчивается, рокот грома постепенно стихает. Из ближайшего разлома вылезает жукобраз, шевеля своими длинными противными усами.

Призываю Щелкунчика и указываю на насекомого. Заметив его, монстрик угрожающе рычит и поднимает шерсть дыбом. Похоже, что он до сих пор считает жукобразов своими злейшими врагами.

— Возьми его, малыш! — приказываю я.

Щелкунчик со злобным воплем бросается вперёд. Я тем временем призываю Кардинала и отдаю мысленную команду разобраться с другими монстрами, которые весьма активно лезут из других порталов.

Мои питомцы справятся. Твари первого и второго уровня для них пустяки. А мне нужно позвонить на базу Стражей.

— Зверь, я база. Слушаю, — моментально отвечает дежурный, и одного гудка не успевает пройти.

— Свяжи с аналитиками. Надо знать, сколько разломов открылось на моих владениях.

— Аналитики ещё работают. Сейчас скажу, данные подгружаются. Жди, не вешай трубку.

— Ага, — говорю я, наблюдая, как Щелкунчик с яростью откусывает голову жукобразу, а Кардинал кромсает шестилапых ящеров.

В скором времени дежурный, кашлянув, докладывает:

— Нихрена себе. Тридцать шесть разломов в твоих владениях.

— Уровни?

— Двадцать восемь первых, семь вторых и один пятый. Помощь нужна?

— Не-а, мы с отрядом сами справимся. Спасибо, — говорю я и кладу трубку.

Пока я беседовал с дежурным, мне несколько раз пытался дозвониться Георгий. Перезваниваю ему.

— Командир, разлом второго уровня открылся прямо рядом с казармой. Я отправил туда группу зачистки. Судя по приложению ордена…

— Я только что говорил с дежурным. В моих владениях тридцать шесть разломов. Слушай приказ: выдели десять человек, главным поставь Сыча. Пусть заблокируют пятый уровень, чтобы монстры не разбежались. Всем остальным зачищать первый и второй уровень.

— Закрываем? — уточняет Мрак.

— Да. Но если увидите какие-то редкие ресурсы, оставляйте открытым. В пятый пойдём все вместе.

— Приказ принял, выполняем.

— Увидимся возле портала пятого уровня, — говорю я и кладу трубку.

— Ваше благородие! — раздаётся вопль откуда-то со стороны.

Оборачиваюсь и вижу, как ко мне бежит патруль наёмников. Они на ходу расстреливают пару шестилапых ящеров, а когда приближаются, спрашивают:

— Какой приказ? Мужики докладывают, разломы повсюду!

— Защитить строителей и доставить к поместью тех, кто работает на болотах. Держать оборону. Монстры слабые, вы справитесь. Передайте Конраду, что я велел накрыть дом куполом.

— Так точно! — отдав честь, наёмники бегут выполнять приказ, одновременно передавая мои слова по рации.

Щелкунчик и Кардинал разобрались со всеми тварями, что успели вылезти. Новые пока что не стремятся наружу.

— За мной! — выкрикиваю я и прыгаю в ближайший разлом.

Это первый уровень, поэтому не вызывает у меня никаких сложностей. Не обращая внимания на монстров, я с помощью печати Пожирателя отыскиваю, где находится сердце, и бегу к нему. Тварей, что пытаются атаковать меня по пути, Кардинал и Щелкунчик жестоко наказывают.

Сердце расположено на черепе какого-то здоровенного монстра. Обросший травой, он напоминает скалистый холм — если бы не глазницы, я бы и не понял, что это череп.

Даже не приближаюсь к сердцу, издалека расстреливаю его астральными стрелами. Когда чёрная сфера лопается, бегу к выходу, на всякий случай отозвав питомцев. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь из них случайно отстал и погиб в закрывающемся разломе.

Выскочив наружу, вижу перед собой группу жукобразов, которые пируют на трупах ящеров. Не трачу время, на ходу рублю монстров струнами и забегаю в следующий разлом, второго уровня.

В общем, если коротко, вечерок проходит жарко. Закрывать разломы первого и второго уровня просто, но муторно. Хорошо, что «Сибирский дозор» обеспечил оборону гражданских и важных объектов, а бойцы из отряда Зверева закрыли все разломы, до которых я не успел добраться.

Парочку, как я и просил, они оставили открытыми — Мрак доложил, что в одном из них видели поле с редкими растениями, а в другом — открытую жилу ценных минералов. Перебить всех монстров внутри они, конечно, не успели. Свою помощь в этом неожиданно предложили добытчики — им тоже не хотелось сидеть без дела. А с тварями первого уровня они как-нибудь справятся.

Теперь нам остаётся разобраться только с разломом пятого уровня. Когда прибываю к нему, вижу перед бирюзовым порталом кучу мёртвых монстров, среди которых есть даже синие виверны. Не совсем взрослые, не совсем детёныши — что-то типа слётков, если сравнивать их с птицами. То есть птенцы, которые только учатся летать.

— Сыч, докладывай! — приказываю я, приближаясь.

— Работаем, командир. Патроны почти закончились, двое наших ранены, — он кивает на лежащих в стороне бойцов.

— Серьёзно?

— Их виверна зацепила, яд в кровь попал. Мы им зелье дали. Выживут, но пару дней теперь сражаться не смогут.

— Отвезите их в казарму. Мрак и остальные уже на подходе, пойдём на зачистку.

— Так точно! — Сыч отдаёт честь и передаёт мой приказ остальным.

Как я и сказал, скоро показывается Георгий с остальными Стражами. Состав тоже не полный — кто-то, видимо, получил ранение или по другой причине выбыл.

Потом разберусь, почему так получилось. В идеале должно быть так, чтобы мой отряд никогда не нёс потерь — ни ранеными, ни тем более убитыми. Хотя я реалист и понимаю, что такое не всегда возможно.

— Анализ уже провели? — спрашиваю я.

— Так точно. Внутри очень низкая температура, похоже на ледяную пустыню. Кроме синих виверн, возможны морозные демоны, зимние великаны и другие подобные твари, — докладывает Сыч.

Пожав плечами, я говорю:

— Как и всегда в зимних разломах. Снежные черви тоже наверняка будут. Готовность пять минут! Поддержка, с вас согревающие заклинания. Боевики, медитируйте и готовьте огненные заклинания. Стрелки, не используйте гранаты, возможен сход лавины, если там есть горы, или разломы в ледяном покрове. Борода, тебя касается.

— Чего сразу Борода, — поправляя круглые очки, бормочет тот.

— Гранатомёт оставь, говорю. Хватит с тебя и пулёмета.

— Ладно, ладно… — нехотя подчиняется тот.

Как только проходят отведённые пять минут, мы заходим внутрь. Сыч не ошибся — внутри действительно ледяная пустыня. Куда ни глянь, снежные барханы и ледяные глыбы. Далеко впереди из снега торчит гигантская замерзшая рука — судя по всему, там покоится зимний великан.

Судя по моим ощущениям, сердце здесь одно, вот только находится оно далеко от портала. Ну и ладно, я в любом случае не собираюсь закрывать этот разлом. Пятый уровень, в конце концов! Здесь наверняка есть много полезных ресурсов, надо только до них добраться.

— Внимание! Делимся на две группы. Я командую первой, Мрак второй. Зачищаем разлом от всех монстров, сердце не уничтожаем. Вопросы? — спрашиваю я.

— Никак нет! — отвечают бойцы.

— Тогда погнали! — киваю я и первым иду вперёд.

Нельзя сказать, чтобы зачистка получилась весёлой. Здесь оказывается много сильных монстров, и моим ребятам приходится попотеть. Я не всегда вмешиваюсь, позволяя Стражам выложиться на полную. Помогаю только когда вижу, что есть реальная угроза, а потом объясняю, как исправить ошибки.

В общем, снова тренируемся, как и всегда.

Когда добиваем морозного архидемона, я вдруг обнаруживаю торчащий из сугроба прозрачный кристалл. Сначала думаю, что это лёд, и отворачиваюсь. Но мое чувство магии так настойчиво сигналит мне, что я вот-вот упущу что-то важное, что я решаю посмотреть поближе.

Ух ты, да это же преобразующий кристалл! Редкая штука, способная очищать и преобразовывать разные виды энергии. В прошлой жизни я с таким встречался, но так и не нашёл ему должного применения. Однако в этой жизни всё по-другому. У меня теперь есть печать Пожирателя миров, и чувствовать связь с Астралом я стал лучше после того, как душа пролетела через Поток Мироздания.

В общем, надеюсь, что получится как-то использовать преобразующий кристалл. Надо запомнить, где он находится, а то среди этих чёртовых льдов всё одинаковое.

— Внимание, я Мрак! У нас проблемы, — раздаётся в рации голос Георгия.

Боец протягивает рацию мне, и я спрашиваю:

— Командир на связи. Что у вас?

— Здесь старейшина великанов. Ростом метров тридцать, и у него сильная магия. Мы сами его не завалим.

— Не провоцируйте его. Мы скоро будем, — приказываю я.

— Так точно, — отвечает Мрак.

Мы с первой группой уже, как раз, возле сердца разлома. Я опутываю его струной Хаоса и несу за собой. В любом случае надо переместить его поближе к порталу. Но сначала посмотрим, что там за старейшина великанов такой.

— А он и правда здоровенный, — говорю я, когда поднимаюсь на вершину холма и вижу монстра в долине внизу.

— Ещё бы. У него печень размером с грузовик, наверное, — усмехается Георгий.

Я понимаю, что он имеет в виду. Из печени великанов делают зелье, временно увеличивающее физическую силу. Печени такого гиганта хватит на мно-ого зелий.

Орден отвалит нам хорошие деньги за тушу старейшины. Пожалуй, этих денег хватит, чтобы построить новую казарму рядом с моим поместьем.

— Слушай приказ. Активировать походные щиты. Поддержка — подпитывайте. Не хочу, чтобы здоровяк пришиб вас вон той ледяной скалой. Я подойду к нему и уничтожу магическую броню. После этого вы открываете огонь по ногам из тяжёлого оружия и магией. Снайперы — бейте по глазам. Когда великан упадет, я его прикончу. Вопросы? — спрашиваю я, проведя инструктаж.

— Никак нет. Лео, Кадык — ставьте щиты. Остальные, занимайте огневые позиции, — Мрак распределяет бойцам задачи, ну а я трусцой направляюсь к старейшине.

Он замечает меня раньше, чем хотелось бы. Сначала издаёт рёв, от которого поднимается метель и всё вокруг трясётся. И да, после этого он отламывает и швыряет в меня ту ледяную скалу. Напитавшись маной, подпрыгиваю и рублю её струнами на две части.

Великан снова ревёт, и воздух наполняется острыми ледяными кольями. Выставляю пару щитов и машу струнами перед собой, расчищая пространство от снарядов.

Когда добираюсь на нужную дистанцию, вонзаю струны Хаоса в броню гиганта. Маны в ней много, так что придётся какое-то время попрыгать. Великан, само собой, пытается меня растоптать и пытается, надо сказать, неплохо. Только всё равно слишком медленно.

Когда защита исчезает, я резко ускоряюсь и разрываю дистанцию. Секунду спустя с холма летит мощный залп заклинаний.

Даже несмотря на размеры великана, его ноги подкашиваются от такого слаженного удара. Он падает на четвереньки и пытается призвать какую-то магию. Но я уже снова рядом, и разрушаю, не успевшее оформиться, заклинание. После этого вонзаю все свои струны в ухо монстра. Достав до мозга, устраиваю блендер внутри черепа великана.

Застыв на мгновение, он падает мордой в снег и больше не шевелится.

— Готово, — я отряхиваю руки.

Полная зачистка продолжается ещё несколько часов, но мы, всё же, с ней заканчиваем. Потерь нет, парочка легкораненых не считаются. Я подпитываю сердце уже изученным методом, чтобы разлом не закрывался. Добытчикам предстоит здесь как следует поработать. Одного только старейшину непросто будет разделать, а в его туше много полезного.

Хотя, я думаю, можно попросить командора, чтобы прислал дополнительных добытчиков. Или рекрутов, например — для них получится неплохая тренировка, разделывать огромных монстров тоже надо уметь.

Кажется, что всё закончено, но по болотам успело разбежаться немало тварей. Отправляю Георгия и остальных на их ликвидацию, а сам иду подпитывать сердца в других разломах, которые решили оставить открытыми. Заодно посмотрю, что там в них есть.

В одном из разломов первого уровня раскинулся просторный луг, на котором растёт множество полезных алхимических трав. Распространённых, но кто сказал, что массовость — это плохо? Наоборот, из них можно делать популярные и недорогие зелья.

Я уж не говорю о том, сколько на этом лугу растёт красивейших цветов. Можно будет открыть небольшой цветочный магазинчик. Необычные разломные цветы, да ещё такие чудесные, будут пользоваться спросом. Много денег не принесут, но надо использовать все возможности, чтобы прославить род Зверевых.

А что касается зелий — самому мне некогда готовить в производственных масштабах. Надо нанять алхимика.

Выйдя из разлома, достаю телефон и звоню Алисе на рабочий номер.

— Секретарь барона Зверева, меня зовут Алиса, чем могу помочь? — раздаётся в трубке её мелодичный голосок.

— Молодец, правильно отвечаешь, — улыбаюсь я.

— Здравствуйте, ваше благородие! Есть какие-то поручения?

— Да. Узнай, где можно нанять хорошего алхимика. Лучше всего того, кто раньше не работал на другого дворянина. Чем быстрее, тем лучше.

— Через полчаса дам ответ, ваше благородие, — отвечает Алиса.

— Спасибо, — говорю я и кладу трубку.

Уже минут через двадцать девушка действительно перезванивает:

— Я провела небольшое исследование. Если вы хотите новичка, то лучше всего нанять выпускников академий. Есть несколько хороших вариантов, но самой лучшей считается академия Тулы. Ну, если не считать императорскую академию, но её выпускники работают только на корону. В Туле как раз на днях будет очередной аукцион.

— Аукцион? — переспрашиваю я.

— Официально это называется распределением выпускников. Аристократы могут предложить выпускникам условия, а те сами решают, к кому хотят пойти на службу. Выпускники даже могут поторговаться с будущими нанимателями, — объясняет Алиса.

— Какая интересная система. Запиши меня на эти торги, купи билет на самолёт и забронируй гостиницу.

— Конечно, ваше благородие. Я взяла на себя смелость и уже сделала это. Ваша гостиница находится недалеко от нужной вам академии.

— Молодец, Алиса. Продолжай в том же духе, и повышение не заставит себя ждать, — говорю я.

— Рада стараться, господин барон, — счастливо отвечает девушка.

Последствия открытия разломов устраняли ещё пару дней. Монстры не просто разбежались, но и попортили кое-где систему осушения болот и сломали кое-какое брошенное строителями оборудование и машины. Но в целом ничего страшного, могло быть и хуже. Мы с отрядом сработали оперативно и качественно.

Возвращаюсь в разлом пятого уровня, который стал одним из моих «домашних». Интересно разобраться с преобразующим кристаллом. На что он способен? И на что буду способен я, если научусь им пользоваться?

Ух, аж руки чешутся.

Изучив структуру кристалла, в том числе энергетическую, я приступаю к работе. Надо немного обработать кристалл, изменить его форму и чуть-чуть подправить порядок магических связей. Звучит просто, а на деле занимает всю ночь. Но спать мне совсем не хочется, в сердце пылает азарт.

Когда заканчиваю с обработкой и полировкой, сажусь в позу Лотоса. Направляю астральную энергию в кристалл. Задача — «очистить» энергию, чтобы придать ей больше силы и новые свойства.

Получается не сразу, мне приходится найти наилучший маршрут для энергии через структуру кристалла. Но, в конце концов, у меня это получается.

Тем же образом пытаюсь провести через кристалл энергию Хаоса. Тоже получается.

Изучать свойства очищенных энергий мне ещё предстоит. Но больше всего сейчас волнует вопрос, можно ли их объединить? У меня уже получалось сплетать разные струны, но струна Хаоса при этом быстро разрушалась.

Увы, здесь меня ждёт разочарование. Несмотря на очищение, две энергии не хотят сливаться воедино. Ладно, ничего. Это только начало. Мне предстоит много интересных экспериментов.

Решаю вернуться домой, потому что через несколько часов улетает самолёт в Тулу. Надо успеть собрать вещи и доехать до аэропорта.

Как только выхожу из разлома, получаю звонок от своего адвоката.

— Да, Тимофей?

— Ваше благородие, я нашёл информацию о той девочке с проклятым артефактом, — говорит он.

— Помню про такую. И где она живёт?

— Вам несказанно повезло. Они с отцом живут в деревне рядом с Тулой.

— Ты прав, мне везёт! Значит, после аукциона в академии поеду к ним… Спасибо, Тимофей. Передай Алисе, чтобы арендовала для меня машину. Хочу сам проехаться по тульской земле.

— Передам, ваше благородие. Счастливого пути. Привезите мне магнитик, — шутит Ульянов.

— Я тебе лучше печатные пряники привезу. Вкусные, должно быть.

— Буду рад попробовать, ваше благородие.

— Тогда привезу, попьём чаю вместе. До встречи, — говорю я и сбрасываю звонок.

Надо же, как хорошо всё складывается! Я давно мечтал начать путешествовать по России. А тут целых два полезных повода, да ещё и в одном месте.

Глава 5

Российская империя. Санкт-Петербург. Аэропорт Пулково

В аэропорт приезжаю на такси. Бросать свою машину здесь на несколько дней не хочу, даже на платной стоянке. Пусть лучше возле поместья стоит вместе с пикапом, наёмники проследят за сохранностью. Личным водителем я пока не обзавёлся, хотя по статусу положено — но, с одной стороны, пока что не хочу никого пускать за руль своей тачки. Сам не накатался.

Поэтому такси. Пока еду и попиваю бесплатную водичку, думаю о том, что, с другой стороны, водитель всё-таки необходим. Руки свободны, не приходится следить за дорогой — но при этом едешь, куда надо. Удобно.

Надо попросить Алису, чтобы помогла найти несколько вариантов, чтобы было их кого выбрать.

Кстати, об Алисе. Девочка молодец, хорошо выполняет свои обязанности. Проходить регистрацию на рейс мне не нужно, она всё сделала. Просто показываю код на телефоне, после чего меня на автомобиле доставляют к самолёту.

У меня место в бизнес-классе: отдельное шикарное кресло и собственное пространство, отгороженное от остальных перегородкой. Рядом с креслом стоит сенсорный монитор, через который можно заказать различные напитки, блюда и услуги. Подумав, заказываю апельсиновый сок и набор горячих закусок. Лететь недалеко, но я не против заморить червячка.

В воздухе решаю расслабиться. Даже не медитирую, просто втыкаю на мониторе какое-то кино, попиваю сок и тупо расслабляюсь. Иногда можно себе позволить. Тем более, что поездка в Тулу совсем не развлекательная, мне предстоят дела.

Когда на месте выхожу из самолёта, возле трапа меня уже снова ждёт машина. Водитель отвозит меня на парковку, где уже ждёт другой автомобиль, арендованный. Пересаживаюсь в него, на этот раз за руль, и отправляюсь в путь. Ехать приходится по навигатору, я здесь раньше никогда не был.

Хм, а город-то красивый. Древний, это сразу видно. Много узких улочек и старинной архитектуры, хотя и современных зданий тоже хватает.

Добираюсь до гостиницы, где Алиса забронировала мне номер, я заношу в номер свои вещи, принимаю душ и подхожу к окну. Хороший вид, с двадцатого-то этажа. И сразу видно, что город провинциальный, хоть и крупный. Как-то даже в воздухе чувствуется, что жизнь здесь медленней и проще. Не по мне.

Алхимическая академия, куда мне нужно сегодня вечером, находится через дорогу напротив. Далеко ходить не придётся.

Раздаётся звонок моего телефона. Номер незнакомый. Беру трубку:

— Алло?

— Здравствуйте, Андрей Алексеевич! Меня зовут Марьяна, я секретарь Тульской академии алхимиков. Ваше благородие, я хочу подтвердить ваше участие в распределении выпускников.

— Да, всё в силе. Я уже в городе, прямо сейчас смотрю на вашу академию, — отвечаю я.

— Отлично, рада слышать! Тогда ждём вас сегодня вечером. Форма одежды вечерняя, просим соблюдать этикет. Всего доброго!

— До свидания, — говорю я и сбрасываю звонок.

«Аукцион» начнётся только через несколько часов. Слишком мало времени, чтобы отправляться за город к проклятой девочке. Там-то можно и надолго застрять.

Что ж, тогда я просто пройдусь по улицам, загляну в местные магазины. Я же Тимофею обещал местных пряников привезти. Может, и для себя что-нибудь присмотрю. Бесполезные сувениры мне не интересны, однако я слышал, что в Туле продают отличные инструменты для артефакторов. А я как раз собрался заняться изготовлением артефактов, так что взгляну.

В холле отеля я заказываю кофе с собой и пешком отправляюсь по улицам. Никуда не тороплюсь, разглядываю незнакомые уютные улочки и следую за наитием.

Сначала мне попадается магазин со сладостями, где я покупаю сразу десяток пресловутых пряников. Они так аппетитно пахнут, что решаю попробовать один и не замечаю, как съедаю его весь. Действительно, отличные пряники! Надо будет взять побольше.

Вскоре замечаю вывеску магазина, где торгуют оборудованием для производства артефактов. Само собой, здесь не продают промышленные машины для штамповки амулетов, например. Здесь торгуют инструментами для тех, кто производит магические предметы вручную. Именно это я и собираюсь делать, так что мне сюда.

— Здравствуйте, господин! — радушно приветствует меня продавщица, когда я захожу внутрь.

— Здравствуйте, — улыбаюсь в ответ. Женщину не назовёшь красавицей, но она каким-то образом сразу располагает к себе.

— Чем могу помочь? Вы ищете что-то конкретное?

— Мне нужен верстак для зачарования, рунная таблица, гравер с набором насадок, горелка, пара керамических тиглей… — перечисляю я, бродя вдоль витрин. Продавщица только и успевает выкладывать нужное на прилавок.

Когда я заканчиваю перечислять, она оглядывает кипу выбранных мной товаров и уточняет:

— Вы уверены, что вам всё это необходимо? Господин, если вы желаете попробовать себя в изготовлении артефактов, не обязательно сразу тратить столько денег. Можно арендовать мастерскую или связаться с опытным мастером…

— Поверьте, я знаю, что делаю. Сколько с меня? — спрашиваю я, доставая банковскую карточку.

Женщина называет сумму. Я прикладываю карту к терминалу, после чего говорю, обводя свои покупки рукой:

— Это всё нужно доставить в Санкт-Петербург, в поместье барона Зверева. Когда сможете привезти?

— Отправим сегодня же, ваше благородие. Думаю, что завтра всё это уже будет у вас дома.

— Хорошо. Спасибо вам за помощь, — говорю я и выхожу обратно на улицу.

Что ж, теперь у меня есть всё необходимое для того, чтобы начать изготавливать артефакты. Надо только определиться, что именно делать, а для этого изучить ассортимент Чернова. Я же не просто собрался влезть в артефакторику, а с целью ослабить экономику врага. Так что сначала надо изучить, в какие точки бить.

А пока, пожалуй, зайду в ресторан. Говорят, в Туле отлично готовят рыбу, вот и попробую…

Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. База ордена Стражей.

Командор Фурин только что изучил отчёты, поступившие после недавней Багровой бури. И не мог поверить в то, что увидел.

Но вряд ли весь отдел аналитики решил над ним подшутить. Цифры, которые он увидел, были на сто процентов правдивы. И получается, что отряд Зверева за короткое время добыл почти столько же ресурсов, сколько все прочие оперативные отряды вместе взятые.

Удивительно! И это, уж не говоря о том, как быстро они закрыли разломы, открывшиеся во владениях Андрея. Закрыли, кстати говоря, не все — несколько оставили для того, чтобы выгрести из них все трофеи подчистую. Интересно, как у Зверева это получается — в смысле, оставлять разломы открытыми? Ведь аналитики видят, что ресурс «домашних» разломов Андрея падает, но потом вновь восстанавливается.

Видимо, дело в той печати Хаоса в его душе. Видимо, Зверев научился с её помощью поддерживать разломы и не давать им закрываться до тех пор, пока он сам этого не захочет. Интересно, какой ещё потенциал есть у этого парня? Может, рано или поздно научиться закрывать разломы, даже не входя в них? Это было бы великолепно, особенно, если Андрей сможет научить такому навыку других. Пускай даже и ценой печати Хаоса в душе.

Командор снова пробегается взглядом по цифрам и качает головой. С ума сойти. Если так пойдёт и дальше, то отряд Андрея будет так же эффективен, как всё столичное отделение ордена. Эта мысль вызывала у Дмитрия Сергеевича одновременно радость и какое-то неясное волнение.

Как бы там ни было, надо найти способ как-то поддержать отряд, чтобы они могли зачищать разломы ещё эффективнее. От финансирования Зверев отказался, но можно придумать, как помочь ему иначе.

«Пожалуй, стоит доложить верховному командору и обсудить это с ним. Теперь у меня на руках факты — барон Зверев не просто сам силён, он делает сильнее других. Если мы дадим ему возможность развернуться на полную, он изменит орден и сделает его могущественнее, чем когда бы то ни было», — думает Фурин.

Подумав ещё немного, он звонит секретарю:

— Зайди ко мне и возьми документы, надо сделать копии. Ещё позвони в главное управление ордена и назначь мне встречу с верховным командором. Лучше всего сегодня.

— Хорошо, командор, — с готовностью отвечает секретарь.

Положив трубку, Дмитрий Сергеевич снова берёт в руки отчёт и смотрит на цифры.

— Знаю, что правда, а всё равно не верится! Ай да Зверев, ай да молодец… Далеко пойдёшь! — говорит он сам себе.

Российская Империя. Тула. Академия алхимиков.

Перед началом распределения выпускников для нанимателей устроили небольшой фуршет. Я успел познакомиться с несколькими людьми, которые не впервые участвуют в подобном мероприятии. Узнал важные детали о том, как всё происходит.

После фуршета нас приглашают в отдельный зал, где мы рассаживаемся по местам, и на сцену выходит ректор академии.

— Дамы и господа! Рад приветствовать вас на сегодняшнем распределении выпускников. Как и всегда, я вижу перед собой полный зал желающих нанять наших юных алхимиков в свои рода. Это может означать только одно — наша академия продолжает оставаться одной из лучших в Российской Империи! — он делает паузу, видимо, надеясь на аплодисменты. Они звучат, но какие-то жиденькие.

Ректор, кашлянув, продолжает:

— Думаю, что большинство из вас знакомы с порядком. На всякий случай объясняю правила: сначала выйдут все выпускники. По цвету значка у них на груди вы сможете определить оценку мастерства, которую дала им академия. От лучшего к худшему: белый значок, красный, жёлтый, оранжевый, синий. Учтите, что даже те, кто не получил высшую оценку, способны принести вам пользу и могут обладать скрытыми талантами, — снова немного помолчав, ректор говорит:

— Выпускники будут по очереди представляться и рассказывать о своих талантах. Вы можете предлагать им условия работы, а они могут согласиться с ними или выдвигать встречные условия. Решение зависит только от выпускника, они — не товар. Прошу соблюдать этикет и взаимное уважение. Спасибо за внимание, скоро мы начнём.

Поклонившись, мужчина покидает сцену. Через пару минут звучит торжественная музыка, и на сцену выходит группа юношей и девушек — всего человек тридцать в одинаковых зелёных пиджаках. У них на груди, как и обещалось, приколоты значки разных цветов. Я не слишком обращаю внимания на значки и начинаю изучать ауры выпускников.

Одна из лучших академий в империи, говорите… Ну да, среди них немало сильных алхимиков. И чем выше уровень значка, тем сильнее аура. Можно хотя бы быть уверенным, что преподаватели адекватно оценивают мастерство учеников.

Но среди тех, кто носят белые или красные значки, я не вижу никого выдающегося. Будущие крепкие специалисты, не более того. Мне же нужен тот, кто сможет стать великим.

Внимательнее присматриваюсь к ученикам. И вдруг замечаю необычную структуру в ауре одного из них. Скромный на вид парень с узкими глазами, стоящий позади других. У него на лацкане значок синего цвета — то есть худший из возможных.

Однако, рассмотрев структуру некоторого образования в его ауре, как следует, я вспоминаю, что такие же структуры были у сильнейших алхимиков из моего прошлого мира. Похоже, что в этом мире об этом еще не знают, и мне предстоит поработать над тем, чтобы парень раскрыл свой талант. Но всё равно, он — настоящий алмаз, из которого я смогу сделать бриллиант.

Кажется, я только что нашёл своего алхимика. Осталось только его «выкупить».

Тем временем торги начинаются. Вперёд выходит парень с белым значком и представляется.

— Меня зовут Артём Власов, родом из Ярославля. Дважды лучший ученик на курсе, обладатель имперской премии за лучшее лечебное снадобье среди студентов, все выпускные экзамены сданы на высший балл. Я рассчитываю на службу в достойном роду, глава которого позволит мне проводить эксперименты и обеспечит лучшим оборудованием, — с изрядной долей пафоса сообщает он.

Дворяне один за другим начинают делать ему предложения. С каждым разом сумма жалования становится всё более впечатляющей, не говоря уже о прочих условиях. Какой-то барон даже предлагает ему в жёны свою дочь-бастарда. Довольно щедро, учитывая, что парень простолюдин. Неужто барону так сильно нужен талантливый алхимик?

В итоге Власова выкупает князь Киреев. Сначала я не обращаю на это внимания, а потом между ушей будто молния проносится.

Князь Киреев! Это же тот самый, кто держал в плену человека императрицы. Это его спецотряды пытались прикончить меня в Москве. Вот так встреча.

Поворачиваюсь и отыскиваю взглядом этого Киреева. Широкоплечий мужик с копной чёрных волос. Судя по виду, он чрезвычайно доволен, что сумел завладеть лучшим выпускником. Артём Власов с официальной точки зрения действительно лучший.

Отворачиваюсь. Хрен с ним, с этим князем. Он не знает, что это я освободил Светлана.

Следующей выступает девушка по имени Ольга, у которой тоже фамилия Власова. Они с этим Артёмом двойняшки, что ли? Похожи немного.

У Ольги тоже белый значок и немало регалий. И её тоже «покупает» Киреев. Наверное, сейчас он жутко гордится собой — смог привлечь к себе самых перспективных молодых алхимиков.

«Мой» парень выходит одним из последних. Помявшись, он говорит:

— Меня зовут Багдыр Мундусов. Я коренной алтаец, из народа челканцев. Мне известны древние рецепты снадобий моего народа, и я…

Он вдруг замолкает, не зная, что сказать дальше. Поправив пиджак, он с трудом продолжает:

— Учёба давалась мне нелегко, но я чувствую, что во мне скрыт талант, который не смогли распознать преподаватели. Я очень хочу проявить себя и надеюсь, что среди вас найдётся человек, который поможет мне это сделать.

Ого, как по заказу. Мы точно друг другу подходим, хотя остальным алтаец явно не слишком понравился. Преподаватели, сидящие в стороне, смотрят на Багдыра с явным презрением, да и ученики у него за спиной посмеиваются.

— Предлагаю должность помощника моего постоянного алхимика. Стандартный оклад, проживание в общей комнате для слуг. Одежда и питание за мой счёт, — лениво предлагает какой-то старик.

Багдыр еле заметно мотает головой.

— Предлагаю работать на меня, юноша, и готовить ветеринарные зелья для моего скота. Проживание в отдельном домике с лабораторией, свой огород с алхимическими травами, стандартный оклад, — звучит голос какой-то женщины.

На это предложение парень отвечает заинтересованным взглядом. Представляю, что у него на уме — если жить в отдельном доме с лабораторией, можно проводить эксперименты и никто не узнает. К тому же свой огород, неплохо. Но затем он снова мотает головой — не устраивает.

Больше никто не горит желанием «выкупить» алтайца. А он, побледнев, смотрит на тех, кто уже сделал ему предложение. Но повторять они не хотят, а Багдыр уже отказался.

Похоже, что, если я сейчас не выступлю, ему придётся всю жизнь подрабатывать каким-нибудь подмастерьем рыночного зельевара. Такой талант будет закопан в землю!

Подняв руку, я предлагаю:

— Барон Андрей Алексеевич Зверев, Санкт-Петербург. Предлагаю должность родового алхимика, высокое жалование с возможностью роста, собственную лабораторию и комнату в отдельном поместье. Я член ордена Стражей, поэтому вы будете получать бесконечный поток самых редких ингредиентов. В будущем я собираюсь запустить промышленное производство зелий, у вас есть шанс стать главным алхимиком моего предприятия.

Весь зал смотрит на меня с удивлением, включая Багдыра. Ещё бы, такие условия выставляли не всем выпускникам даже из числа лучших. И вдруг одному из худших предлагают такие перспективы.

— Я согласен, ваше благородие, — негромко отвечает Багдыр, и кланяется.

— Вы подтверждаете условия, барон Зверев? — смотрит на меня ректор.

— Да.

— Наш секретарь составит контракт на основе вашего предложения. Вы не сможете изменить его, только в мелких деталях.

— Я помню, уважаемый. Пусть составляет, — говорю я и сажусь.

Аукцион вскоре заканчивается, и люди начинают расходиться. Ко мне подходит секретарь с двумя копиями договоров. Я делаю их фотографии и отправляю Тимофею. Через несколько минут он отвечает, что всё в порядке, можно подписывать.

Оставляю автограф, и вскоре ко мне, опустив голову, приближается Багдыр.

— Ваше благородие, спасибо, что взяли меня. Я и не рассчитывал на подобные условия. Я заметил, что вы даже не пытались сделать предложение другим выпускникам. Я вас чем-то заинтересовал? — спрашивает он.

— Ты прав. В твоей магической ауре есть необычная структура, которая вызвала моё любопытство. Ты получишь именно то, что просил — я стану тем, кто поможет тебе раскрыть свой настоящий талант в обмен на верность.

— Спасибо, ваше благородие, — низко кланяется парень.

— Пожалуйста. Где здесь хороший алхимический магазин? — интересуюсь я.

— На соседней улице. Вы хотите сразу купить для меня оборудование?

— Да. Поехали, — говорю я и отправляюсь к выходу. Багдыр семенит за мной.

— Ты говорил, что знаешь древние алтайские рецепты? — спрашиваю я, садясь за руль арендованной машины.

— Д-да, ваше благородие… Только у меня ни разу не получилось ничего приготовить, — смущённо отвечает алхимик.

— Почему?

— Если бы я знал… Мне известны только состав снадобий и нужные заклинания. Но есть, похоже, какие-то тонкости, которые предки не передали мне.

— Хм. Понятно. А что это хоть за снадобья?

— Самые разные. Исцеляющие, усиливающие магическую и физическую силу… Мне известен рецепт зелья, который может на время превратить человека в оборотня, — отвечает Багдыр.

— Ого. Не уверен, что мы будем выпускать такое на рынок. Но со всем остальным разберёмся. Можно сделать отличную рекламную кампанию. Древние алтайские снадобья — звучит таинственно и впечатляюще, — с улыбкой говорю я, выворачивая руль.

Через пару минут мы паркуемся возле магазина для алхимиков. Машин рядом много — не я один решил тут же купить оборудование для нового работника. Видимо, надо поторопиться, чтобы всё лучшее не раскупили.

Когда оказываемся внутри, я убеждаюсь, что здесь все прочие выпускники. Магазин удачно разместился — здесь и студенты закупаются, и преподаватели, да и сама академия наверняка имеет договор с владельцем. А в дни распределений здесь наверняка всегда столпотворение, прямо как сейчас.

— Выбери посуду, с которой тебе будет удобно работать. Бери всё лучшее, понял? — киваю в сторону полок, где стоят колбы, реторты и прочее лабораторное стекло.

— Брать только необходимое? — уточняет Багдыр.

— Нет. Всё, что будет полезно и сделает твою работу эффективнее, — отвечаю я и направляюсь в сторону полок с ингредиентами.

На меня и на моего нового алхимика все косятся, но я не обращаю внимания. Взяв корзинку для покупок, складываю в неё то, что может пригодиться. Не все алхимические ингредиенты можно найти в разломах.

— Ваше благородие, здравствуйте. Разрешите вопрос, — подойдя, шёпотом говорит какой-то дворянин.

— Слушаю.

— Почему вы купили этого юношу? Судя по всему, вы могли бы позволить себе кого-то получше.

— А он и есть лучший. Просто никто, кроме меня, этого не понял, — спокойно отвечаю я и ухожу к другой полке, оставив дворянина в недоумении.

Оставляю свои покупки на кассе и оглядываясь в поисках Багдыра. Замечаю его возле полки, где выставлены колбочки для готовых зелий. Неподалёку от него стоят двойняшки Власовы. Они косятся на алтайца и посмеиваются, даже не скрываясь. Багдыр смущённо складывает в тележку упаковки колб и делает вид, что не замечает.

Подхожу к ним и спрашиваю:

— Добрый день. Я могу узнать, в чём причина вашего веселья?

— Добрый день, ваше благородие, — томно мурлыкает Ольга.

— Здравствуйте. А почему вы спрашиваете? — интересуется её брат Артём.

— Поосторожнее со словами, выпускник, а то я же и рассердиться могу. Так о чём таком смешном вы говорили? Вас что, забавляет мой новый алхимик?

Артём кланяется и отвечает:

— Простите, ваше благородие, мы с сестрой не хотели вас оскорбить. Просто мы не понимаем, зачем вы наняли алтайца. Он совсем бесполезный, вы могли бы взять кого-то получше.

— Тебя, например? — усмехаюсь я.

— Это был бы неплохой вариант, — с улыбкой отвечает парень.

— В целом да. Но я мне достался кое-кто получше.

— Осуждаете мой выбор? — раздаётся за спиной низкий голос.

Обернувшись, вижу перед собой князя Киреева.

— Здравствуйте, Денис Александрович, — улыбаюсь я.

— Вы знаете моё имя?

— Слышал.

— Я тоже слышал ваше на аукционе, но не запомнил. Барон Зверев, не так ли? — прищуривается, будто вспоминая, Киреев.

— Андрей Алексеевич. Рекомендую запомнить, — отвечаю я.

Взгляд князя недобро темнеет. Бросив взгляд на Багдыра, который с изумлением рассматривает эту сцену, Денис Александрович снова поворачивается ко мне и говорит:

— Рекомендуете, значит? А я рекомендую вам быть придирчивее в выборе слуг. От этого парня и правда не будет толку, какое бы дорогое оборудование вы ему ни купили.

— Не советую вам сомневаться в моих способностях. В том числе и в той, что я умею находить таланты даже на помойке, — спокойно отвечаю я.

— Удачи вам с этим, барон, — фыркает князь.

Посмотрев на алтайца, я задумчиво усмехаюсь и предлагаю:

— Как насчёт небольшого пари, ваше сиятельство? Убедимся, чей выбор более оправдан.

— Что вы имеете в виду? — спрашивает Киреев.

— Пусть Артём и Багдыр одновременно сварят исцеляющее зелье. Чьё получится лучше, тот выиграл.

— И что получит победитель?

— Все покупки проигравшего, — я киваю на тележки в руках Власовых.

— Вы будите мой азарт, Андрей Алексеевич, — ухмыляется князь и, подумав, добавляет:

— Хорошо, согласен! Здесь есть всё нужное, пусть алхимики приступают.

— Договорились! — пожимаю ему руку, и мы отправляемся к работникам магазина.

Они соглашаются выделить нам пару столов в лаборатории задней части магазина. Багдыр, когда понимает, что всё это не шутка, бледнеет и хватает меня за рукав:

— Ваше благородие, зачем? Я же проиграю.

— Не проиграешь.

— Но у Артёма даже премия есть за лучшее исцеляющее зелье!

— Он всё равно не умеет того, что умеешь ты. Сейчас я тебя научу. Слушай меня внимательно, — говорю я и начинаю объяснять Багдыру, как он должен пропускать через себя энергию.

С первого раза активировать редкую структуру, которая есть у него в ауре, парень не сможет. Но хотя бы немного маны через неё пройдёт, и зелье от этого станет значительно качественнее.

Когда я заканчиваю объяснять, алтаец качает головой:

— Нас не учили так делать. Вы уверены, что это поможет?

— Конечно. Верь мне, — киваю я.

— Хорошо. Я сделаю всё, как вы сказали, — кланяется Багдыр и отправляется к лабораторному столу.

Они с Артёмом приступают к изготовлению зелья. Власов, конечно, хорошо и быстро работает. Грамотно готовит и смешивает ингредиенты, всё в нужной последовательности. Идеальный контроль пропорций и всех остальных параметров, включая магические. Всё по учебнику, и это как раз его слабая сторона. Нет фантазии, он просто ремесленник.

Багдыр же, подчиняясь моим указаниям и своему вдохновению, творит зелье иначе. Именно творит — его процесс наполнен страстью. Вижу, как он правильно проводит ману, чтобы придать зелью нужные свойства. Молодец.

Когда зелья готовы, мы зовём местного алхимика, чтобы рассудил нас. Тот пробует зелья на вкус и запах, добавляет в них какие-то проверочные реагенты и выносит вердикт.

— Это зелье просто идеально, — он приподнимает колбу Власова.

Брат с сестрой и князь Киреев одновременно расплываются в победоносной улыбке. Алтаец опускает голову. Я невозмутимо жду, сложив руки на груди.

— Но вот это — настоящий шедевр. Думаю, оно способно излечить даже большие открытые раны, — заканчивает алхимик, приподнимая зелье Багдыра.

— Что? — парень резко поднимает голову, не веря тому, что услышал.

— Твоё зелье лучше, юноша. Молодец, — отвечает ему седой алхимик.

Багдыр на несколько мгновений застывает с открытым ртом. А потом вдруг вскидывает руки в воздух и радостно кричит. Похоже, для него эта победа много значит.

— Думаю, итог пари ясен, ваше сиятельство, — невозмутимо говорю я.

Князь окатывает Артёма взглядом, который не сулит ничего хорошего. Тот громко сглатывает и прячет глаза.

— Пари есть пари. Я оплачу товары, которые они выбрали, и вы их получите, — холодно говорит Денис Александрович, продолжая сверлить Власова взглядом. Резко повернувшись ко мне, он добавляет:

— Надеюсь, вы не станете распространяться об этом случае.

— Вы хотите назвать меня сплетником, ваше сиятельство?

— Нет, барон, что вы. Просто предупреждаю, что я строго слежу за своей репутацией.

— Правильно делаете. Как вы заметили, я тоже никому не позволяю задевать свою. Хорошего дня, — учтиво кивнув напоследок, я выхожу из лаборатории.

Багдыр спешит за мной и на ходу громко шепчет:

— Барон, барон! Как это у меня получилось? Я никогда не готовил такого хорошего зелья! Этот мастер очень опытный, он пару раз вёл у нас занятия. Дождаться от него похвалы — это чудо!

— В этом случае поздравляю, ты совершил чудо. Давай заберём наши покупки и подарки от князя. У меня ещё есть дела, — с улыбкой говорю я.

Нам бесплатно достался отличный набор оборудования — Денис Александрович денег не жалел, а теперь всё вынужден отдать мне.

Часть предметов я прошу отправить доставкой в моё поместье, но кое-что мы повезём с собой. Нагруженный сумками Багдыр отправляется в мой номер в гостинице, ну а я еду за город, в деревню Фёдоровка. Она расположена в живописном месте рядом с Архангельскими прудами. Тихое уединённое место.

Народу на улицах мало. Когда заезжаю в деревню, останавливаюсь рядом с первым встречным дедком и спрашиваю:

— Здравствуйте. Я ищу мужчину с дочерью, они…

— Проклятых ищете? — сразу догадывается дедок.

— Да.

— Последний дом по улице, возле самой воды. Осторожнее там, — говорит старик и шаркающей походкой удаляется.

Пожимаю плечами и еду в указанном направлении. Нужный дом сразу видно — заросший двор, закрытые шторами окна. Обитатели явно не любят принимать гостей.

Паркуюсь возле калитки и захожу на территорию. Раздаётся треск кустов, и ко мне с лаем несётся здоровенный чёрный пес.

— А ну, тихо! — приказываю я.

Пёс вдруг останавливается и перестаёт лаять, только грозно рычит.

— Тихо, дружок. Сидеть! — приближаясь к собаке, говорю я.

Пёс прижимает задницу и начинает вилять хвостом. Чует, что лучше мне подчиниться.

— Кто здесь? — на пороге вдруг показывается интеллигентного вида мужчина в жилетке и круглых очках.

— Здравствуйте. Меня зовут Андрей Алексеевич Зверев, я барон из Петербурга. Приехал предложить помощь, — говорю я, поглаживая собаку.

Мужчина смотрит то на меня, то на пса, а потом кланяется:

— Здравствуйте, ваше благородие. Меня зовут Мирон Благодеев. Вы хотите осмотреть мою дочь?

— Да.

— Простите за грубость, но я вам откажу. Уже очень много специалистов разного толка пытались избавить её от проклятия. Мне это надоело, я хочу, чтобы моя девочка прожила спокойно… столько, сколько ей осталось, — мрачно заканчивает он.

— Я могу её вылечить.

— Вы не представляете, сколько раз я это слышал, — качает головой Мирон.

— Представляю. Но поверьте, я очень много дел имел с проклятиями. К тому же, я член ордена Стражей, — говорю я.

— Стражи тоже пытались нам помочь… Я не хочу опять ни на что надеяться.

— Просто позвольте мне осмотреть её, и я сразу скажу, смогу ли помочь. Дальше решение будет за вами.

Вздохнув, мужчина молча освобождает дверной проём. Я вхожу в дом и разуваюсь, а Мирон так же молча приглашает меня в коридор.

Ещё когда мы только приближаемся к двери спальни, я чувствую энергию Хаоса. Много. Печать Пожирателя начинает неприятно жечь.

Девочка лежит на кровати, безразлично глядя в окно. На наше появление она никак не реагирует. Кожа бедняжки приобрела зеленоватый оттенок, под глазами чёрные круги.

— Привет, малышка. Меня зовут Андрей, а тебя?

— Света, — тихо отвечает девочка, не посмотрев на меня.

— Сколько тебе лет, Света?

— Десять лет, семь месяцев и одиннадцать дней, — говорит она.

Бедняга. Как же сильно нужно страдать, чтобы считать дни в таком возрасте?

Оглядевшись, я замечаю треснувший бронзовый кубок рядом с кроватью. Без слов подхожу к нему и выпускаю струны.

— Вам что-нибудь понадобится? — тихо спрашивает Мирон.

Я мотаю головой. Струны Хаоса уже внутри магической структуры кубка. Она сложная и неподатливая, приходится работать аккуратно. Чем глубже я погружаюсь, тем сильнее становится сопротивление, но я легко гашу его, впитывая тёмную энергию и тут же усиливаясь от неё.

Главный узел структуры отлично спрятан. Если его уничтожить, связь девочки и артефакта будет разорвана. Но, как только я пытаюсь это сделать, узел просто исчезает! Точнее говоря, перемещается в другое место сложной паутины магических нитей.

Чёрт возьми, придётся искать его заново…

«Хм-м… Что ты собрался делать, человек?» — раздаётся в моей голове низкий рокочущий голос.

«Ты ещё кто такой? Свали нахрен из моей головы», — мысленно отвечаю я.

«Меня зовут Гаршагон, и если бы ты увидел меня, то сразу сошёл бы с ума!!!»

«Ты демон? Не пытайся меня пугать, рогатый. Всё равно ты сидишь в этом кубке и никуда не денешься», — усмехнувшись, отвечаю я.

Злобно рыкнув, демон кричит:

«Мне просто нужно подходящее тело! И твоё как раз подойдёт… Послушай, человек. У тебя всё равно не получится уничтожить артефакт. Даже если сможешь, то девочка умрёт. Я заберу её с собой, клянусь всеми кругами ада!»

«Посмотрим», — пожимаю плечами я.

«Ты готов рискнуть? Может, мне убить её прямо сейчас?» — спрашивает демон, и я чувствую сильный всплеск магии.

Света вдруг кричит и выгибается, будто в агонии. От её неистового вопля дрожат стёкла в окнах. Мирон кидается к ней:

— Что происходит⁈ Барон, что с ней⁈

«Скажи ему, что через десять секунд она умрёт. Либо прими мою сделку, человек», — урчит у меня в мыслях демон.

«И что же за сделка?» — ради интереса спрашиваю я.

«Прими проклятие на себя. Стань моим сосудом. Вместе мы очень многое сможем… Девочка выживет, а ты получишь силу демона. Разве тебя это не прельщает? Давай, человек… Или я прикончу её прямо сейчас, всё равно надоела. Ну, что скажешь?»

Глава 6

Тульская область, деревня Фёдоровка. Дом семьи Благодеевых.

— В артефакте живёт демон. Я смогу его убить, но ей придётся ещё немного потерпеть. И вам тоже, — говорю я Мирону, не глядя на него.

— Барон, остановитесь! Она же умирает! — со слезами на глазах умоляет мужчина.

Ничего ему не отвечаю. Демон в моих мыслях тем временем издевательски хохочет и добавляет силы проклятию. Бедная Света уже не может кричать от боли и бессильно падает на кровать. Кажется, она потеряла сознание.

— Доченька! Что с ней⁈ Что вы сделали⁈ — рыдая, вопит Мирон.

«Последний шанс, человек. У тебя есть несколько секунд. Готов убить девчонку на глазах её отца?» — спрашивает демон.

«Знаешь, в чём твоя ошибка, Гарш… Как там тебя. Никогда не пытался запоминать имена демонов», — спрашиваю я.

«Я не допускаю ошибок, человек. Отвечай, ты станешь моим сосудом⁈»

«Твоя ошибка в том, что ты слишком много болтаешь. Вы, демоны, слишком тщеславны и чересчур горды», — усмехаюсь я.

Пока рогатый пытался меня уговорить, я снова нашёл главный узел в проклятии. И теперь не медлю — одним ударом вонзаю в него обе струны Хаоса и вытягиваю силу.

В моей голове раздаётся душераздирающий вопль. Кубок на тумбочке ходит ходуном, из трещин на его поверхности валит чёрный дым. Накрываю кубок астральным щитом, чтобы не дать останкам демона распространиться, и вытягиваю остатки его сил.

Ох, ни хрена себе. Серьёзную порцию Хаоса я сейчас пропустил через печать… Жжёт так, будто клеймо приложили. Терплю и беру из тёмной энергии максимум — и чувствую, как в этот самый момент становлюсь сильнее. Третья и четвертая струны Хаоса вырываются сами собой. Я сходу отправляю их в дело, вонзая в структуру кубка и обрывая последние нити связи со Светланой.

Чувствую, как лопается связь девочки и артефакта. Вопль демона затихает. Вытерев пот со лба, я поворачиваюсь к девочке.

— Она не дышит! — плача, говорит Мирон.

Включаю астральное зрение и вижу, что ей действительно плохо. Проклятие успело нанести последний удар и почти прервало жизнь Светланы. Душа уже готова покинуть тело.

Нет уж, я не позволю.

Выпускаю астральные струны и осторожно ввожу их туда, где наблюдаю сильные повреждения ауры. Впускаю столько энергии, сколько способно выдержать детское тело. Ну давай, Светик, главное, сама не сдавайся…

Девочка вдруг открывает глаза, делает резкий вздох и кричит:

— Папа!

Резко сев на кровати, она хватает отца в объятия и плачет.

— Всё кончилось, папа! Его больше нет, — сквозь слёзы говорит она.

— Т-ты уверена? — крепко прижимая её к себе, дрожащим голосом спрашивает Мирон.

— А вы посмотрите на неё. Проклятие снято, — говорю я.

Мужчина с трудом отнимает дочь от себя и смотрит на её лицо. По нему видно, что я не вру — кожа девочка стала нормально цвета, и в мутных глазах появилась жизнь. Она даже находит в себе силы улыбнуться сквозь плач.

— Девочка моя!.. — Мирон тоже заходится в рыданиях.

Я покидаю комнату, прихватив с собой кубок. Не хочу мешать трогательной семейной сцене.

Прохожу на кухню, где вижу чайник и коробку с пакетированным чаем. Я бы сейчас лучше выпил кофе, но и чай пойдёт. Наливаю себе — уверен, Мирон не обидится, что я немного похозяйничаю у него дома.

Почти залпом выпив горячий чай, изучаю структуру артефакта. Демона внутри него больше нет, но осталось ещё полно энергии Хаоса. Оставлю кубок себе — пригодится, если мне понадобится много тёмной энергии.

Эксперименты с преобразующим кристаллом стоит продолжать, я уверен, что результаты будут интересными. Надо только проявить немного упорства, а с этим у меня нет проблем.

Минут через пятнадцать Мирон подходит ко мне и вдруг встаёт на колени, низко склонив голову:

— Ваше благородие. Простите, что не хотел впускать вас. Я не знаю, как благодарить, я ваш должник до конца жизни.

— Брось, поднимись, — отвечаю я.

— Не смею, ваше благородие. Вы спасли жизнь моей дочери! Как я могу вам отплатить?

— Встань, пожалуйста, — говорю я.

Мирон поднимается сам, но взгляд от пола отрывать не может. Сев на стул рядом со мной он бормочет:

— Просто назовите сумму. Я буду исправно платить вам каждый месяц до конца жизни.

— Ты думаешь, я ради денег это сделал? Мне было интересно попробовать свои силы и справиться с тем, с чем никто другой не мог ничего сделать. К тому же, я не стану вгонять тебя в долговое рабство из-за жизни ребёнка. Это недостойно аристократа, — объясняю я.

— Тогда что я могу для вас сделать? — мужчина наконец-то поднимает на меня глаза.

— Ничего не нужно. Оставлю себе этот кубок в качестве оплаты. Ну, ещё я чаю выпил. Кстати, вам есть на что жить-то? Может деньги нужны? — отвечаю с улыбкой.

— Денег действительно не хватает, но я не стану их брать у вас. Даже взаймы. Я опытный дворецкий и работал во многих благородных домах Российской Империи. Из-за проклятья дочери, я не мог найти себе работу по специальности, потому что должен был почти все время находиться рядом с ней. А теперь, благодаря вам, я смогу полноценно исполнять свои обязанности, и найти высокооплачиваемую работу для меня не проблема., — отвечает Мирон.

— Вы, правда, дворецкий?

— Один из лучших в Российской империи. Я потомственный дворецкий. Мой прадед служил при имперском дворе, отец тоже в юности был слугой у принца, нынешнего императора. Даже самые могущественные рода теперь возьмут меня на работу.

Я усмехаюсь:

— Какое любопытное совпадение. В моём поместье, как раз, заканчивают ремонт, и мне нужен не только дворецкий, но и полный штат прислуги.

— Тогда я с удовольствием пойду служить вам и своим трудом выплачу свой долг. Если вы пожелаете принять меня на работу. С прислугой тоже не возникнет проблем, ваше благородие! Нанимать хороших слуг и следить за их работой — часть обязанностей дворецкого! — с воодушевлением отвечает Мирон.

— Мне нужны не просто хорошие слуги, а надёжные, — замечаю я.

— Я понимаю, господин. Поверьте, я буду верен вам до конца своих дней. Если вы позволите, я мог бы порекомендовать на ключевые должности своих людей — у меня была надёжная команда. Большинство из них сейчас работает в разных домах, но по первому моему зову они перейдут под мое начало.

— Ты доверяешь этим людям?

Мирон кивает и поясняет:

— Готов поручиться жизнью за каждого. Когда моя дочь оказалась проклята, я был вынужден распустить этих людей. Почти все они работали со мной долгие годы, я беспрекословно им доверяю.

— Учти, если это пустые слова, то придется ответить жизнью. Предательства я не прощаю, — спокойным тоном предупреждаю я.

— Конечно, ваше благородие. У меня нет привычки бросать слов на ветер.

— Рад слышать.

— Поверьте, Андрей Алексеевич — с этой командой не возникнет никаких проблем! Я понимаю, человек вашего положения опасается, что в его дом могут проникнуть шпионы и другие зловредные личности. Можете быть спокойны — мои люди создадут крепкий костяк для прислуги вашего рода. Они смогут не только содержать ваше поместье в надлежащем виде, но и вычислять возможные диверсии и предательства. С нами у вас будет меньше шансов нарваться на шпиона и не распознать его вовремя! — объясняет Мирон.

— У меня нет причин сомневаться в том, что ты говоришь правду. Но учти, всех твоих людей и тебя тоже проверит мой юрист. Не говоря уже о том, что каждый пройдёт со мной личное собеседование, — отвечаю я.

— Нам нечего скрывать. Любые проверки, какие захотите.

— Хорошо. Дорога всех кандидатов до поместья и обратно, если понадобится, за мой счёт.

Взяв кубок, я встаю и спрашиваю:

— Когда сможете приступить к работе?

— Начну обзванивать своих людей немедленно. А отправиться к вам в поместье готов хоть сейчас! — Мирон тоже поднимается. Помявшись, он добавляет:

— Ваше благородие, надеюсь, вы понимаете. Я не могу оставить дочь одну…

— А что случилось с её матерью?

— Умерла. Я вынужден один воспитывать Свету, — грустно сообщает он.

— Понятно. Не переживай, для твоей дочери мы тоже найдём какую-нибудь работу и обеспечим образование. При условии, что вы с командой действительно хорошо проявите себя.

— Не сомневайтесь, господин, — кланяется Мирон.

— Тогда завтра утром жду тебя в аэропорту. Продиктуй мне свой номер, позже скину подробности, — говорю я, доставая телефон.

Мирон диктует свой номер, я напоследок пожимаю ему руку и уезжаю. На выезде встречаю того же дедка. Похоже, старичок просто гуляет туда-сюда по улице. Завидев мою машину, он машет рукой, мол, притормози.

— Господин, а чего тама случилось? Вопли по всей деревне слыхали.

— Ничего. Просто я снял с девочки проклятие. Дедуль, а здесь можно у кого-нибудь пирожков домашних купить?

— Как снял? К нам же со всей империи маги приезжали, ничего поделать не смогли! — удивлённо распахнув глаза, шамкает дед.

— Ну, вот так. Пирожков-то можно где взять?

— Дык это… Бабка моя печь собиралась. Пойдёмте, угостим вас! Это ж надо, проклятие снял… Никто не мог, а он снял! — причитает дедок, направляясь в сторону своего дома.

Его жена, радушная румяная бабуля, приглашает меня на ужин, но я отказываюсь. В гостинице меня ждёт Багдыр, да и выспаться охота, завтра в дорогу. Беру у бабушки десяток пирожков, оставляю деньги и уезжаю. Денег они брать не хотят — похоже, чисто по-человечески благодарны мне за спасение девочки. Но я всё равно впихиваю бабушке несколько купюр и прощаюсь, на ходу уминая ещё тёплый пирожок с картошкой.

Когда сажусь в машину, сразу призываю Щелкунчика на заднее сидение. Он, когда почуял пирожки, сразу скулить начал.

— На, лопай, — протягиваю ему пакет, не забыв отложить несколько штук для себя.

Бабулины пирожки оказываются выше всяких похвал. Я с удовольствием съедаю все, что отложил для себя, а Щелкунчик уминает свои вместе с пакетом.

— Кусна! Мона щё? — спрашивает он.

— Знал, что ты это спросишь. Больше нет, малыш.

— Дём в лом? Остры кусна! — лепечет Щелкнунчик, перелезая на переднее сидение.

— Э-э… Что ты сейчас сказал? Пойдём в разлом, там монстры вкусные?

— Ага, ага! — кивает он.

— Не-а, сегодня не пойдём. Отдохнём в гостинице, а потом полетим домой.

— Омой! Ома рашо, — монстрик опирается передними лапками на панель и смотрит в лобовое стекло.

— Ты прав, дома хорошо. Тем более, ремонт почти закончили, и слуги у нас скоро появятся… Скоро будет вообще замечательно.

— Рисаудет? — спрашивает Щелкунчик, поворачиваясь ко мне.

— Чего?

— Риса. Нёчек! Удет?

— Лариса-Огонёчек? Что будет? — не догоняю я.

— Нечёк ома удет? Ыть!

— Будет ли она с нами жить? Ну, пока не знаю. Может быть, — пожимаю плечами у меня вдруг возникает очень большое желание позвонить Ларисе.

Недолго думая, достаю телефон и звоню ей по видеосвязи, поставив телефон на специальный держатель. Лара через несколько гудков берёт трубку. Судя по комбинезону, убранным в хвост волосам и трясущемуся изображению, она на выезде.

— Разлом поехала закрывать? — спрашиваю я.

— Ага. Мой братец тот ещё говнюк. Посреди ночи на закрытие отправил.

— Он всё правильно делает. В моём отряде халявить не получится, — усмехаюсь я.

— Я не халявлю! Но он специально меня весь день гоняет, — жалуется Лариса.

— Конечно, ты же новенькая. Надо проверить.

— Меня⁈ Я его сестра, он досконально знает меня и мои навыки! Зачем проверять⁈

— Потому что порядок такой. Твой брат чётко следует инструкциям, теперь это часть его обязанностей. Лучше расскажи, как дела? Соскучилась по мне? — подмигиваю в камеру.

Огонёчек смущенно улыбается и отвечает:

— Немножко. Вот так, — и показывает щёлочку между двумя пальцами.

— Ну вот. А я по тебе вот так соскучился! — распахиваю руки так, что они не влезают на экран.

— Осторожнее, ты же за рулём! — пугается Лариса.

Пока мы дурачимся и подшучиваем друг над другом, не замечаю, как добираюсь до гостиницы. Но прерывать разговор не хочу. Отозвав сопящего Щелкунчика к себе в душу, захожу в гостиницу и поднимаюсь на свой этаж, продолжая болтать с девушкой.

— Сейчас тебя со своим алхимиком познакомлю. Хороший парень, перспективный, — говорю я, открывая дверь в номер.

Как только я это делаю, чувствую — что-то не так. Не знаю, что именно, но интуиция врать не будет.

— Подожди, перезвоню, — говорю я и сбрасываю звонок, не дожидаясь ответа.

— Андрей, что… — успевает сказать Лариса.

Надев астральный доспех, захожу в номер и закрываю дверь. Не зря я это сделал — как только щёлкает замок, прямо передо мной в магической вспышке появляется какой-то мужик. Похоже, он прятался где-то в другом номере и телепортировался сюда, когда увидел, как я вошёл.

У него в руке электрошокер, и какой-то непростой. Разряд, само собой, не может пробить астральный доспех, зато я понимаю суть оружия. Оно должно было парализовать магическое ядро.

Ну да, ну да. Все вокруг же думают, что я обычный маг и со мной можно справиться подобными средствами.

Ладно, подыграю чутка.

Дёрнувшись, отбрасываю руку с электрошокером и спрашиваю:

— Ты кто такой?

— Тебя чё, не берёт? — удивляется мужик.

— Почему, пробрало. Что-то чувствую, — говорю я, морщась и потирая грудь.

— Ха-ха! Ну всё, тогда звезда тебе! — радуется он.

Мне не нравится его злорадная улыбка, поэтому точным ударом в подбородок отправляю мужика в нокаут. Правда, из комнаты тут же появляются ещё трое с укороченными автоматами в руках.

— Не дёргайся, Зверев. Ты сейчас без магии, поэтому давай без глупостей. Мы не собираемся тебя убивать, — объясняет лидер группы.

— А нафига вы тогда припёрлись? — разводя руками, интересуюсь я.

— Верни то, что принадлежит князю Кирееву, и вопросов не будет. Может, врежем тебе разок за Серёгу, — он кивает на своего бесчувственного товарища.

— Вас послал Киреев и решил даже этого не скрывать, я правильно понял?

— Ты думаешь, Денис Александрович боится такого, как ты? Ты слабо понимаешь, сколько у него власти. Верни оборудование и скажи спасибо, что он решил поступить с тобой благородно.

Я с усмешкой качаю головой и говорю:

— Ничего я ему не верну. Пари было честным, он проиграл. Поэтому забирайте своего Серёгу и валите нахрен отсюда. Я тоже поступлю благородно и не стану вас калечить.

— По-хорошему не хочешь, да? Сделайте ему массаж, парни. Разомните ботинками рёбра как следует, — лидер кивает на меня.

— Вы сделали свой выбор, — пожимаю плечами я.

Автоматы головорезов были опутаны струнами, как только они вышли в коридор. Теперь мне достаточно дёрнуть, и оружие летит к моим ногам. Противники не успевают даже удивиться — в следующий миг я выпускаю залп астральных стрел по их ногам.

Номер наполняется воплями боли и грязными матами. Подхожу к валяющимся на полу противникам и по очереди вырубаю двоих. А потом струной стискиваю глотку главного и наклоняюсь к нему:

— Слушай внимательно. Передай своему князю, что я ничего не верну и что так поступать недостойно. Пусть больше не посылает ко мне никого, иначе он сам нарвётся на проблемы, которых ему лучше избегать. Понял?

— Да, — еле слышно сипит мужик, пытаясь нащупать невидимую удавку.

— Молодец. Где Багдыр?

— Там. Мы его не трогали…

На всякий случай заглядываю в комнату и вижу алтайца, связанного по рукам и ногам, с кляпом во рту. На первый взгляд и правда невредим.

— Багдыр, ты в порядке?

Тот быстро-быстро кивает. Показываю ему большой палец и возвращаюсь в коридор.

— Вы же сами уберётесь из гостиницы, полицию и скорую не надо вызывать? — спрашиваю у задыхающегося бандита.

Он мотает головой, мол, не надо. Убираю струну и киваю на выход. Остальные как раз начинают шевелиться, приходя в себя. Скуля и хромая, как побитые собаки, они медленно покидают мой номер.

— Автоматы заберите! Меня с ними в самолёт не пустят, — говорю я им вслед.

Когда последний из них оказывается снаружи, я захлопываю дверь и иду в комнату, чтобы развязать алхимика. Как только вытаскиваю у него изо рта кляп, Багдыр громко вдыхает и вопит:

— Ваше благородие! Они ворвались! Обманули меня, сказали, ужин в номер! Я думал, может, вы заказали ну и открыл, а они…

— Расслабься, всё хорошо. Кто же знал, что Киреев такой злопамятный, — говорю я.

«Хотя, если вспомнить Москву, я мог бы и предположить такой исход. Не думал, что он станет пачкать руки в чужом городе», — добавляю про себя.

— Я успел заклинание сотворить, а они меня шокером… Почему на вас не подействовало? — спрашивает алхимик.

— Броня хорошая. Ты точно в порядке?

— Да, господин. Испугался только.

— Ничего, пройдёт. Настоящий ужин не приносили?

— Нет, — мотает головой Багдыр.

— Тогда закажи себе чего-нибудь или спустись в ресторан поужинай.

— А вдруг там опять они, — бледнеет алтаец.

— Пошли их на хрен. Ты теперь член рода Зверевых и находишься под моей защитой. Если кто-нибудь решит тебе навредить — знай, что я заступлюсь. И если кто-то угрожает мне или моим верным людям, он редко уходит живым. Эти парни исключение. Некогда мне сейчас ввязываться в войну родов с Киреевым. Другие планы у меня, — объясняю я.

— Хорошо, ваше благородие… Тогда я пойду в ресторан! — гордо задрав подбородок, сообщает парень и решительно направляется к двери.

Похоже, он таким образом решил побороть свой страх. Отличная работа — нет другого способа обуздать своих демонов, кроме как сражаться с ними.

Я уже наелся пирожками по дороге, поэтому принимаю душ и отправляюсь в кровать. Багдыр, когда вернётся, поспит на диване. Утром мы отправимся в аэропорт, где встретим Мирона с дочерью, и все вместе полетим в Петербург.

Дела в Туле завершены: пряников накупил, алхимика нанял, девочку от проклятия спас и даже дворецкого с командой слуг получил, чего вообще не собирался делать. Пора возвращаться домой!

Где-то в небе между Тулой и Москвой. Личный самолёт князя Киреева.

— Повтори, — хмурится князь.

В динамике телефона раздаётся неловкое покашливание. Затем собеседник повторяет слово в слово то, что только рассказал:

— Шокер на него не подействовал. Он вырубил Серёгу, потом…

— Мне не интересно слушать, как он вас избил. Что он сказал после этого?

— Он попросил передать вам, что ничего не вернёт и что вы поступаете недостойно. Сказал, чтобы вы больше никого не присылали, иначе можете нарваться на проблемы, которых вам лучше избегать. Это всё.

Не прощаясь, Киреев сбрасывает звонок и швыряет телефон на столик перед собой. Жмёт на кнопку вызова стюардессы, и когда та появляется, приказывает:

— Виски безо льда. Быстрее!

— Да, господин, — кланяется девушка и бежит исполнять поручение.

Меньше, чем через минуту она приносит князю виски. Тот жестом отсылает стюардессу прочь и делает большой глоток, глядя в иллюминатор, за которым проплывают облака.

Что же это такое? Какой-то барон выиграл у него пари, справился с его головорезами и даже вздумал угрожать! Князю не верилось, что это происходит с ним. Он привык, что перед ним все унижаются и готовы сделать всё, лишь бы не вызвать его гнев.

Этот Зверев другой. Совсем не испугался, хотя слава князя явно дошла и до него. Не зря он сказал, что слышал имя Киреева.

Тогда какого хрена он позволяет себе подобную дерзость⁈

Денис Александрович так сильно сжимает в руке бокал, что стекло начинает трещать. Поддавшись ярости, он швыряет бокал в стену и тот разлетается на мелкие осколки.

— Ваше сиятельство, всё в порядке? — в салон тут же забегает стюардесса.

— Убери, — князь кивает на осколки.

— Да, конечно… Сейчас.

— Быстрее, тварь! И принеси мне новый бокал. Пошевеливайся!

— Как скажете, ваше сиятельство, — девушка мечется на месте, не зная, за что схватиться в первую очередь. Решает, что лучше сначала принести виски, и вскоре возвращается с ним.

Киреев выхватывает у неё бокал и опрокидывает его залпом, а затем достаёт телефон и набирает номер начальника своей разведки.

— Слушаю, Денис Александрович, — отвечает тот.

— Найди мне информацию про барона Андрея Зверева из Петербурга. Всё найди: кто такой, с кем сотрудничает, с кем враждует. Всё, что сможешь, и быстро, понял⁈ Результат нужен до того, как мой самолёт сядет в Москве. Это будет через двадцать минут, — кинув взгляд на золотые наручные часы, говорит князь.

— Так точно, ваше сиятельство. Уже работаю, — отвечает разведчик.

Он справляется вовремя, хоть и самолёт уже начинает заходить на посадку. Позвонив князю, докладывает:

— Знаете, про этого Зверева много чего есть. Что самое интересное — все новости свежие. Он стал активен только несколько месяцев назад, а до этого его как будто не существовало.

— Что конкретно ты узнал?

— Он член ордена Стражей, отмечен несколькими медалями, командир отдельного вольного отряда. Обладатель высокого рейтинга в ордене и нескольких рекордов по добыче разломных ресурсов. Владеет обширными землями, совсем недавно победил в войне против трёх противников и отобрал у них всё имущество. В ходе войны убил одного графа и одного барона, вчетвером с друзьями сдерживал наступление армии в течение суток… Мне продолжать?

— Достаточно. Я правильно понимаю, что он обладает огромной магической силой? — уточняет князь.

— Да, ваше сиятельство. В интернете много слухов, точно неизвестно, как действуют его способности. Но пока что никто не смог его победить, — отвечает начальник разведки.

— Как интересно, — бормочет Киреев и вспоминает, как неизвестный одиночка освободил его пленника и перебил три отряда Чёрной Рыси.

Подумав, он отдаёт новый приказ:

— Копай глубже. Узнай, с кем связан Зверев. Проверь, нет ли у него знакомств при императорском дворе или даже с самой императорской семьёй. Сделай мне на него полное досье! Время до завтра.

— Есть, ваше сиятельство, — покорно отвечает разведчик, и Денис Александрович сбрасывает звонок.

Глядя на задницу стюардессы, которая продолжает выметать осколки, он думает, что всё это пахнет проблемами. Чутьё на подобные вещи у князя отличное.

А если появляется проблема — её надо решить. Любыми способами.

Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Владения барона Зверева.

— Добро пожаловать в ваш новый дом, — говорю я, первым выходя из машины возле своего поместья.

Багдыр, Мирон и Света выходят следом. Дворецкий удовлетворённо кивает — похоже, ему по душе будет заботиться о таком поместье. Девочка поворачивается ко мне и говорит:

— Очень красивый дом, ваше благородие!

— Спасибо, Светочка. Ты можешь обращаться ко мне просто «Андрей», но только когда мои солдаты не будут видеть. Договорились? Это будет наш секрет, — говорю я и подмигиваю.

— Хорошо, Андрей, — улыбается Света.

Мирон смотрит на часы и говорит:

— Ваше благородие, уже через пару часов прибудет пара человек для собеседования. Камердинер и личный водитель. Вы будете готовы с ними поговорить?

— Да, конечно. Тимофей уже проверил всех твоих кандидатов, осталось только побеседовать лично. Проходите в дом! Для вас на втором этаже приготовили комнаты, строители покажут. Багдыр, для тебя тоже есть комната, но сначала мы с тобой сходим в подвал. За мной, — приказываю я и первым иду к поместью.

Алхимик торопится за мной. По дороге встречаем Матвея, который докладывает, что им осталось совсем немного. Буквально несколько дней, и ремонт в поместье будет полностью закончен, после чего можно будет отправить все рабочие силы на строительство казармы.

— Отлично. Смотри, вон тот интеллигентный мужчина с дочерью — мой новый дворецкий. Покажи ему здесь всё, ладно?

— Конечно, господин барон. Буду рад помочь, — кивает прораб.

Мы с алтайцем заходим в дом и затем сразу же спускаемся в подвал. В большой комнате, той самой, где находился портал к сердцу мега-разлома, уже стоят коробки с нашим оборудованием. Доставка оказалась чуть быстрее нас.

— Это твоя временная лаборатория. Поработаешь здесь какое-то время, а потом отправишься на северные земли. Там готовят помещения побольше, где будет уже промышленное производство, — говорю я.

— Просторно, — только и говорит Багдыр, осматриваясь.

— Тебя устраивает?

— Да, господин. У меня никогда не было личной лаборатории, поэтому я рад чему угодно.

— Ты не понял. Я хочу, чтобы ты хорошо работал, для этого тебе нужны комфортные условия. Если что-то не так — скажи, исправим, — объясняю я.

— Всё в порядке, правда. Мне здесь нравится, тихо и спокойно. Никто не будет мешать, — отвечает алхимик.

— Вот и хорошо. Тогда можешь немедленно приступать к обустройству. Там наверху есть пара столов, я прикажу строителям спустить их, остальную мебель привезут завтра. Послушай, какие зелья тебе надо будет готовить в первую очередь…

Я рассказываю Багдыру, чего от него жду, а тот внимательно слушает и запоминает. Что-то даже записывает в заметки на смартфоне. Я также объясняю ему, как продолжать развивать свою редкую магическую структуру.

— Каждое утро мы с тобой будем ходить на пробежку. Тебе в любом случае нужны свежий воздух и физическая активность, чтобы не зачах тут в подземелье. Но мы с тобой будем проводить это время с двойной пользой. Я научу тебя особой технике медитации и циркуляции энергии. Скоро ты сможешь делать такие зелья, что даже твой ректор позеленеет от зависти, — говорю я.

— Спасибо, ваше благородие! Скажите, а можно будет, когда я изготовлю крутое зелье огненной защиты, отправить его в мою академию? — спрашивает алтаец.

— Зачем?

— Преподаватель по защитным зельям говорил, что я никогда не смогу сделать достойный продукт.

— А-а, ты хочешь утереть ему нос? Без проблем. Отправим зелье вместе с открыткой с наилучшими пожеланиями, — смеюсь я.

— Ещё раз спасибо, господин! — алхимик низко кланяется.

Оставляю его заниматься обустройством лаборатории. Мне есть что посоветовать ему по этому поводу, но пока лезть не буду. Это Багдыру здесь работать, пусть всё делает так, как ему удобно.

Поднявшись на первый этаж, вижу, что дворецкий уже взял дело в свои руки. Он ходит по коридору, строго осматриваясь, и отдаёт указания строителям:

— Пожалуйста, уберите вот этот пролитый клей. Вы представляете, как сложно оттирать его, если он засохнет? Или вы хотите, чтобы осталось пятно на полу?

— Всё в порядке, Мирон? — спрашиваю я.

— В полном, ваше благородие. Благодарю за комнаты, нам со Светой там будет очень уютно.

— Вижу, ты уже приступил к работе.

— Конечно. Не люблю тратить время попусту, — кивает дворецкий.

— Это мне по душе. Похоже, мы с тобой отлично сработаемся, — с улыбкой отвечаю я.

Российская империя. Санкт-Петербург. Городская резиденция графа Беркута.

— Ваше сиятельство, у меня есть что доложить насчёт барона Зверева, — говорит капитан гвардии, войдя в кабинет Сергея Егоровича.

Беркут морщится, услышав это имя. Он убирает стакан с томатным соком, который успел поднести к губам, но не сделал ни глотка.

— Говори.

— Есть сведения, что он почти закончил ремонт в своём поместье и нанимает прислугу. Он нанял дворецкого и тот привлекает на ключевые должности своих доверенных людей. Но им понадобится и обычная прислуга. Мы можем заслать шпиона, — рассказывает гвардеец.

Подумав над этими словами, граф хмыкает и удовлетворённо улыбается.

— Хорошо. Подбери людей, которые справятся с этой задачей. Когда у нас появится шпион в его доме, это откроет много возможностей.

— Будет сделано, ваше сиятельство, — капитан кланяется и выходит из кабинета.

Беркут откидывается на кресле и делает глоток сока. Что же, вот и шанс добраться до Зверева. Уничтожить его силой не вышло, подставить не вышло, придётся брать хитростью.

Торопиться не стоит. Когда-нибудь Зверев проиграет, он же не может быть полностью неуязвим! Просто не стоит торопиться, и тогда родовые мечи Беркутов обязательно вернутся домой…

Глава 7

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

Доверенные люди Мирона прибывали в следующие несколько дней. Тимофей их всех проверил, я провёл личные собеседования — и отправлять обратно никого не пришлось. Все мужчины и женщины оказались профессионалами с хорошей репутацией. Так что у меня появились личный водитель, камердинер, шеф-повар, садовник и другие люди, которые будут обеспечивать комфорт и безупречный вид моего поместья.

Они быстро взяли дело в свои руки, и я совсем перестал заботиться о том, что сегодня буду есть на ужин или что надо заправить постель. Точнее, раньше я её вообще не заправлял, теперь этим занимался камердинер.

Я стал чувствовать, что расслабляюсь в этом благополучном уюте, и на какое-то время чуть не поддался праздности. Деньги есть, чистоту и вкусную еду обеспечивают слуги, что ещё нужно? Можно почивать на лаврах, да?

Как бы не так! Я начал с удвоенной силой заниматься собственной прокачкой и развитием предприятий. Прислуга освободила мне время для более важных дел, чем варка яиц на завтрак, только и всего. Это не значит, что я могу завалиться на диван и свесить ножки. Работа продолжается.

Очередным вечером Мирон приносит мне в кабинет вечерний чай и говорит:

— Ваше благородие, я очень рад, что моя команда подошла для работы в вашем поместье.

— Ты шутишь? Таких опытных людей попробуй найди. Тем более, им можно доверять, — говорю я, принимая чашку с чаем.

— Не сомневайтесь. Но этих людей не хватит, чтобы закрыть все потребности поместья. Я правильно понимаю, что со временем здесь будет жить кто-то ещё?

— Конечно. Ты хочешь сказать, что нам нужны ещё слуги?

— Да. К сожалению, их придётся нанимать со стороны. Я знаю, как вы щепетильно относитесь к вопросам безопасности, но не вижу другого выхода. Искать прислугу через знакомства будет слишком долго, — говорит дворецкий.

— Ты прав. Хорошо, можешь подать объявления, только передай Тимофею, чтобы он проверял каждого соискателя. Если у него не возникнет вопросов, можешь пригласить на собеседование. Проводить будешь сам, а затем предоставишь мне кандидатуры на одобрение, — объясняю я порядок найма.

— Как скажете, Андрей Алексеевич. Желаете что-нибудь к чаю?

— Нет, спасибо. До завтра, Мирон.

— Приятных снов, — кивает дворецкий и уходит из комнаты.

Приятных снов, значит. Нет, сегодня у меня другие планы. Хочется немного глубже заняться своим развитием, пока есть свободное время. И для этого у меня есть весьма интересный инструмент.

Достаю из сейфа тот самый кубок, в котором жил демон, проклявший дочь Мирона. Девочка, кстати, быстро пришла в себя и стала обычным жизнерадостным ребёнком. Поразительно, насколько гибкая психика у детей.

Поставив кубок перед собой на стол, устраиваюсь поудобнее и собираюсь начать эксперименты с энергией Хаоса, когда передо мной вдруг появляется Конрад.

— Блин, Конрад! Не появляйся так внезапно.

Тот хмуро бурчит в ответ:

— Я не умею иначе, господин. Значит, вы наняли дворецкого?

— Конечно. Тебя это беспокоит?

— Нет, я же понимаю, что мёртв и не могу исполнять бытовые обязанности. Просто хотел сказать, что я тоже буду внимательно следить за слугами. В том числе за господином Благодеевым, — говорит Конрад.

— Конечно, посматривай за ними. Будешь моими глазами и ушами. Кому я точно на сто процентов могу доверять, так это тебе, — киваю я.

— Благодарю за доверие, господин. Знаете, эта вещь перед вами очень опасна. Что вы хотите с ней сделать?

— Не переживай, для меня она не опасна. Я могу взять под контроль ту энергию, что скрыта в ней.

— Мне кажется, я когда-то слышал подобные слова. Незадолго до того, как в нашем поместье и вокруг него открылись разломы, — задумчиво морща лоб, сообщает призрак.

— Правда? То есть мега-разлом открыли с помощью какого-то артефакта?

— Не уверен. Но речь, как мне кажется, шла о подобной силе, — Конрад с неприязнью глядит на кубок и с поклоном добавляет:

— Будьте осторожны, господин.

— Я всегда осторожен.

— Тогда желаю вам удачи в вашем эксперименте, — призрак ещё раз кланяется и исчезает.

Сосредоточившись, я активирую печать Пожирателя и призываю из кубка энергию. Печать сразу же начинает сильно жечь. Но также я чувствую, как становлюсь сильнее, поэтому лёгкое неудобство можно и потерпеть.

Энергии Хаоса в кубке ещё хоть залейся, а я вытягиваю её тонкой струйкой, чтобы вобрать максимум пользы. Как знать, когда ещё мне попадётся столь могущественный артефакт. Покойный демон набил его тёмной энергией под завязку.

Продолжаю развитие до полуночи, а потом аккуратно прерываю связь и некоторое время просто медитирую. Когда печать Пожирателя перестаёт жечь, то поднимаюсь и призываю накопленную в ней энергию Хаоса.

Чувствую, что теперь я способен на нечто новое. Подчиняясь интуиции, придаю энергии не привычную форму струны, а пытаюсь создать что-то вроде астральной брони. Может, у меня получится создать броню Хаоса?

Выходит не броня, а кое-что другое — сфера, окружившая меня всего на несколько секунд. Дольше она не смогла продержаться и распалась. Моего уровня владения Хаосом пока не хватает, чтобы поддерживать её долго. Но зато я успел понять, какими свойствами обладает эта сфера.

Как и струны Хаоса, она может легко разрушать чужую магию. Не впитывать ману, а просто развеивать. Таким образом, сфера Хаоса создаёт вокруг меня непроницаемый для любой магии барьер. Насколько бы сильным ни было заклинание — оно просто исчезнет.

Отличная штука. В критический момент может выручить. Прикрыть союзников тоже можно, почему бы и нет. Надо только научиться удерживать сферу дольше, чем на несколько секунд.

Но это уже завтра. Сегодня нужно отдохнуть.

Убираю кубок обратно в сейф, одним глотком допиваю давно остывший чай и отправляюсь в спальню. После вечерних экспериментов засыпаю, как убитый, но посреди ночи меня будит грохот. Даже в окно смотреть не надо — этот гром я отличу от обычного за доли секунды. Наступает Багровая буря!

Мигом подрываюсь с кровати, надеваю комбинезон и хватаю стоящий в углу рюкзак.

— Конрад, купол!

— Да, господин, — тут же появившись рядом, отвечает призрак и поднимает руки в воздух.

Через окно вижу, что поместье окружается полупрозрачным магическим щитом. Но я вижу и кое-что ещё. Свет Багровой бури необычно яркий — в этом мире я такого ни разу не видел. Да и гром грохочет так, как будто небо трескается. Это явно не просто так.

На тумбочке вибрирует телефон. Сначала я думаю, что это Мрак, но это оказывается Дмитрий Сергеевич.

— Слушаю, командор.

— Андрей, нужна помощь твоего отряда. Буря идёт необычайно мощная, аналитики прогнозируют открытие нескольких крупных разломов в центре города.

— Вы хотите, чтобы мы приехали? — уточняю я.

— Да. Никто не сможет закрыть их быстрее вас. На твоих землях тоже откроется несколько разломов, но я готов отправить пару оперативных отрядов для зачистки. Вы нужны нам в городе, Андрей. Сможешь помочь?

— Да, конечно. Выдвигаемся немедленно.

— Как немедленно? Буря только начинается! Выдвигайтесь сразу после окончания!

— Мы справимся, командор. На связи, — говорю и бросаю трубку.

Тут же звоню Георгию и отдаю ему приказ:

— Все по машинам и быстро в сторону Петербурга. Я догоню.

— Разрешите уточнить, выезжаем прямо сейчас? — спрашивает он.

— Да. Конца бури ждать не будем. Быстрее, быстрее!

— Так точно, — отвечает Мрак.

Прыжками спустившись по лестнице, я выскакиваю на улицу и сажусь за руль пикапа. Завожу мотор и резко выворачиваю руль. Притормозив у края купола, говорю дежурным наёмникам:

— Передайте Холодову, я уехал в город. Оборона земель на нём. Для закрытия разломов прибудут оперативники Стражей. Не подведите, понятно?

— Есть, господин барон, — отвечают наёмники.

Выехав на трассу, я вижу впереди автомобили своего отряда. Обгоняю их и пристраиваюсь впереди.

Буря к тому моменту набирает силы. Всё небо становится кроваво-красным, в нём без конца сверкают чёрные молнии, а грохот стоит такой, будто рядом одна за другой рвутся бомбы.

В приложении Стражей мне поступили координаты, куда нужно ехать. И правда, почти самый центр города, недалеко от Московского вокзала. Если монстры вырвутся там наружу — жертв будет много.

Пространство вокруг наполняется огромным количеством энергии Хаоса. Я пропускаю её через себя и практикуюсь в создании сферы антимагии — думаю, можно её так назвать. Учитывая, сколько энергии у меня есть в доступе, сфера с каждым разом становится больше и держится дольше. У меня получается окружить сначала только себя, потом себя вместе с машиной, а потом — всю нашу колонну.

Что интересно — сфера ограждает и от Хаоса в том числе. То есть мои люди не получают никакого ущерба от тёмной энергии.

Въезжаем на пустые улицы города, не сбавляя скорости, и несёмся к нужному месту. Когда приближаемся, на моих глазах там открывается чёрный разлом — шестой уровень. Сурово.

Резко торможу и выпрыгиваю из машины. Мои бойцы останавливаются позади и тоже выходят на улицу, готовые к бою. Вижу среди них Ларису, и улыбка сама собой возникает на лице. Подмигиваю ей, а затем отыскиваю взглядом её брата:

— Мрак! Я внутрь, вы разбирайтесь с остальными.

— Так точно, — кивает он.

— Ни один монстр не должен отойти от портала! Покажите класс, Стражи! — говорю я напоследок и забегаю в разлом.

Плюх!

Войдя, я сразу же оказываюсь в воде и от неожиданности ухожу под неё. Вынырнув, осматриваюсь и не вижу вокруг ни единого клочка суши. Только бескрайнее море, и мутную границу разлома далеко впереди.

Вот чёрт, мне придётся здесь задержаться. Сердце, судя по всему, где-то глубоко подо мной.

Ныряю, настроив астральный доспех так, чтобы он пропускал через себя кислород. На меня тут же бросается черепаха с острым клювом — отсекаю ей башку струной и плыву дальше.

Неудобно драться под водой! Особенно с кальмарами, которые охраняют сердце разлома. Эти твари оказываются неожиданно ловкими и постоянно пытаются схватить меня своими щупальцами. Конечно, им это не удаётся, но раздражает.

Сердце я решаю не уничтожать сразу. Всплывать это не то же самое, что убегать, могу ведь и не успеть. Поэтому тащу сердце за собой, обхватив его струной Хаоса, и забираю с собой через портал.

Выйдя из портала, оказываюсь на поле битвы. Часть моих бойцов, включая Ларису, ведёт бой с монстрами, которые лезут из открывшихся рядом разломов. Вижу два бирюзовых портала и один жёлтый — непростой набор, и твари из них лезут сильные. На моих глазах подъезжает два броневика с оперативными отрядами, которые сразу же вступают в сражение.

Но это всё в порядке вещей. Удивительно другое. Багровая Буря до сих пор продолжается!

Офигеть. Я ведь немало времени провёл в морском разломе. Полчаса реального времени точно. Впервые вижу, чтобы буря длилась так долго.

Это можно означать только одно. Стабильность Завесы падает, и прибытие Пожирателя миров становится ближе. Такая долгая Багровая буря — яркий знак этого.

Конечно, это не значит, что он заявится на днях или даже через месяц. Но он всё ближе. Неужели так сильно хочет меня добить? Что ж, надеюсь я успею подготовиться к его приходу и сумею его удивить.

Чёрный портал за моей спиной закрывается. Я подбегаю к Ларисе, швыряю сердце куда-то к нашим машинам и спрашиваю:

— Где Мрак?

— Пятый уровень, — она кивает на бирюзовый портал.

— Ты в порядке?

— В полном. Мы тут справимся, иди, — улыбается девушка.

— Увидимся, Огонёчек, — целую её в щёку и бегу к другому порталу пятого уровня, от которого сильно разит энергией Хаоса.

Как только вхожу, на меня бросается багряная свора. Десятки псов, покрытых огнём вместо шерсти, а с ними волколаки, трёхглавые церберы и другие собакоподобные твари. Выпускаю все свои струны и врубаюсь в их нестройные ряды. О добыче не думаю, плевать. Надо поскорее закрыть разлом.

Стоят нескончаемые рёв и визг, вспыхивают яркими кострами убитые псы, оставляя после себя кучки пепла. Прибывают новые твари — какие-то летучие выродки с огромными когтями и целая стая великаньих слепней. Судя по насекомым, здесь меня ждёт какой-то крупный монстр.

Печать Пожирателя горит огнём, пропуская через себя щедрый поток энергии. А враги всё прибывают, стремясь на силу печати, как на маяк.

Призывать на помощь Щелкунчика не рискую — здесь как-то слишком жарко, в прямом и переносном смысле. А вот Кардинал уже давно веселится, взяв на себя воздушных тварей.

Когда битва заканчивается, я сажусь на землю и вытираю пот со лба. Ничего себе, горячо меня здесь встретили. Но это даже хорошо — думаю, что большая часть монстров разлома здесь и полегла.

Использую печать, чтобы обнаружить, в какой стороне находится сердце. Чутьё подсказывает, что оно где-то по правую руку, но при этом не стоит на месте. Этот факт плюс появление слепней — ставлю все свои деньги на то, что разлом поддерживает очень сильная тварь.

Что ж, пойду с ней знакомиться.

Преодолевая холмы, поросшие высокой жёсткой травой, я бегу в нужном направлении. Появление здешнего босса не заставляет себя ждать — судя по всему, он тоже меня почуял.

Это оказывается гигантский пёс с четырьмя глазами. Мощный, как бульдозер, с клыками, напоминающими обломки скал. Это же гирм! Пожалуй, самый сильный собакоподобный монстр, которого я знаю. Будет интересно с ним справиться.

— Хороший пёсик. Ко мне! — с улыбкой приказываю я, усиливая астральный доспех.

Гирм издаёт громогласный лай, при котором у него из пасти летит слюна, а затем бросается вперёд. Из четырёх его глаз вылетают невидимые, но оттого не менее мощные проклятия. Активирую сферу Хаоса — надо же попробовать её в бою.

Эффект получается, что надо — заклинания развеиваются, будто их и не было. Струнами хлещу по морде пса, оставляя несколько глубоких борозд. Морда у него и без того вся в шрамах, хуже не будет.

Гирм яростно рычит и распахивает пасть. Помимо вони, из неё вылетает сокрушительный поток энергии Хаоса. Он настолько сильный, что на пару мгновений разлом искажается — всё вокруг теряет краски и дрожит, как картинка на сломанном телевизоре.

Похоже, пёсик понял, что поиграть со мной не получится и сразу применил своё мощнейшее оружие.

Я успеваю выставить несколько астральных щитов один перед другим и всеми четырьмя струнами Хаоса пытаюсь перехватить поток. Это не легче, чем голыми руками остановить горную реку, но у меня получается.

Такое чувство, будто я пытаюсь усмирить гигантскую змею. Высасывая из потока силы, одновременно заставляю его изменить направление. Гирм получает собственной магией в морду и сначала улетает на вершину холма, а затем катится вниз и неподвижно застывает.

— И что, это всё? Я думал, мы с тобой мячик побросаем и всё такое, — говорю я.

Гирм не отвечает. Кажись, у него шея сломана.

От тела монстра ко мне снова отправляется энергия Хаоса — на этот раз не такая убийственная, так что с лёгкостью беру её под контроль и пускаю на развитие.

Ух, да здесь порция немногим меньше, чем была у демона в кубке… Поэтому неудивительно, что я чувствую очередной скачок сил, и у меня появляется ещё две струны Хаоса.

Теперь их шесть. И это, гирм вас задери, серьёзная сила! Магией меня теперь точно не возьмёшь.

В тот миг, когда монстр окончательно испускает дух, разлом начинает закрываться. Ускорившись, бросаюсь к телу монстра. Не мешкая, вскрываю струнами его грудь и вырезаю сердце. Не особо аккуратно, но пойдёт. Жалко, всю тушу с собой не утащишь, в ней много ценного! Но важно поскорее закрыть разлом, поэтому в другой раз. Наверняка, это не последний гирм, которого я встречу.

Схватив сердце подмышку, рассекаю псине череп, струной вырываю из мозга магический кристалл и спешу к выходу. Выскочить из разлома успеваю в последний момент, сразу за моей спиной он закрывается.

Георгий и его группа уже тоже здесь. Слышатся одиночные выстрелы — это добивают раненых тварей. Открытых разломов больше нет.

Вернее, их нет поблизости. Короткий взгляд в приложение Стражей показывает, что сегодня в городе открылись десятки разломов. К счастью, большинство из них невысокого уровня.

Убираю телефон и командую:

— Отличная работа! Но мы ещё не закончили. Значит, так — разделиться на четыре отряда по пять человек. Мрак, назначь командиров, общее командование на тебе. Тьма, со мной.

— Есть, — откликается Лариса на свой позывной.

— Закройте все разломы в городе. Вышли из одного — бронируйте следующий. Добычу не собирать, вообще. Сразу направляйтесь к сердцу и уничтожайте его. Вопросы? — спрашиваю я.

— Никак нет, командир! — отвечает отряд.

— За работу, — киваю я и хватаю Ларису за руку.

— Это у нас такое свидание? — на бегу спрашивает она.

— Ага. Нравится?

— Ещё бы! — смеётся девушка.

— Вот и славно, наслаждайся. Ночка нам явно предстоит долгая…

Недалеко от Санкт-Петербурга. База ордена Стражей.

Утром командору Фурину положили на стол отчёт о прошедшей ночью Багровой буре и её последствиях. Аналитики со всего мира сходились на том, что это была самая сильная зарегистрированная Багровая буря за всю историю. Она продолжалась чуть ли не в пять раз дольше, чем обычная, и разломов открылось тоже необычайно много. Не факт, что их все успеют закрыть до того, как случится новая буря, но только не в Санкт-Петербурге.

Здесь орден Стражей закрыл все разломы в городе и теперь успешно зачищал область. А главную роль в этом сыграл отряд Зверева — впрочем, после этой ночи их стали называть по-другому.

Багровые Стражи. Такое прозвище в интернете они получили потому, что выдвинулись на задание, когда вовсю еще гремела буря. Их видели и снимали на телефоны многие гражданские из своих квартир. Прибыв к Московскому вокзалу, они оперативно закрыли разломы высоких уровней, а затем разделились и…

Поставили рекорд, закрыв самое большое количество разломов за одну ночь.

— Удивительно, — бурчит Дмитрий Сергеевич, откладывая документы.

— Что именно, командор? — раздаётся голос.

Командор переводит взгляд искусственного глаза на капитана Радова, который сидит в кресле, изучая свою копию отчёта.

— Багровые Стражи. У них просто поразительная эффективность, — отвечает Фурин.

— Не поспоришь. Зверев продолжает нас удивлять, да?

— Это уж точно…

— Его сила может нам очень скоро пригодиться. Потому что меня сильно беспокоит прошедшая буря, — хмуро говорит Герман.

— Это не первая аномальная буря на моей памяти.

— Настолько сильных ещё не было. Но, я думаю, ещё будут. Это то, о чём я постоянно вам говорю, командор! Хаос становится сильнее. Что, если мы просто перестанем справляться? Что, если бури будут приходить всё чаще и мы не будем успевать закрывать разломы? Монстры заполонят нашу страну и весь мир.

— Не нагнетай, Герман. Мы справляемся. Император в курсе, верховный командор тоже. Меры предпринимаются, — говорит Дмитрий Сергеевич.

— Я вам верю, командор. Но не слишком верю тем, кто наверху. А ещё — я почти доказал, что в ордене есть предатели, — сообщает Радов.

— Кто? — сведя брови, спрашивает командор.

— Пока рано говорить. Но я вот-вот возьму эту тварь за жабры… И кстати, Зверев может мне помочь. Думаю, мы вместе справимся с этой сволочью.

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

Багровые Стражи. Неплохо звучит.

Сначала нас так прозвали в интернете, потом журналисты подхватили, а уже через пару дней название решили сделать официальным. Меня и всех членов моего отряда представили к наградам и подарили новенький броневик. Улучшенной модели, между прочим, с увеличенным количеством боезапаса и дополнительным огнемётом на крыше. Против некоторых тварей будет очень эффективно.

На боках броневика нарисовали герб моего рода и символ отряда, который я предварительно утвердил. Теперь все будут видеть, кто едет.

Я позволил бойцам устроить праздник, но уже на следующий день приехал к ним с утра, и мы вместе отправились в Крепость ночи. Безусловно, мы показали великолепный результат и спасли город от разрушений, но это значит только то, что надо развиваться дальше. Мы можем стать ещё эффективнее.

Поэтому я делаю график тренировок ещё строже, а в рацион бойцов добавляю укрепляющие зелья, которые готовит Багдыр. Употребляя эти снадобья, мои Стражи будут гораздо быстрее повышать силу души и магический потенциал, если он есть. Не говоря уж о том, что станут физически сильнее и быстрее, у них улучшатся рефлексы и даже мозговая активность.

Столь мощная Багровая буря, кстати, и правда плохой знак. Я слышал, это даже обсуждали с императором. Начинаю думать, а не стоит ли мне рассказать, что на самом деле это означает? Может, в этом мире люди окажутся разумнее и подготовятся к приходу Пожирателя как следует?

А то в Аркелиме мне не очень-то хотели верить, по многим причинам. В первую очередь из-за страха.

Ладно, здесь я торопиться не буду. Посмотрим, как будут развиваться события дальше. Если что, у меня есть верный отряд борцов с Хаосом, и я уверен, что со временем он расширится. Уже пора подумать над тем, чтобы начать набирать рекрутов.

Этим утром после завтрака я собираюсь отправиться в город, чтобы разобраться с кое-какими бюрократическими делами. Ненавижу бюрократию, и для неё у меня есть Тимофей — но иногда приходится лично ездить на встречи с чиновниками и подписывать какие-то документы.

Уже когда обуваюсь в прихожей, ко мне подходит Мирон и говорит:

— Ваше благородие, позвольте проводить вас до машины.

— Конечно, — отвечаю я. По лицу дворецкого видно, что он хочет сообщить нечто важное, что нельзя слышать другим.

Мы не спеша отправляемся на парковку, и Мирон начинает издалека:

— Как вам новая прислуга, ваше благородие? Устраивает их работа?

— Ты имеешь в виду тех, кого мы наняли со стороны? Вроде нормально работают, я их почти не замечаю. Какие-то проблемы?

Благодеев кивает:

— Один из лакеев странно себя ведёт. Я знаю, ваш юрист уже всех проверил, и вы сами с ними говорили… Но, похоже, мы всё-таки пропустили шпиона.

— Почему ты так думаешь? — спрашиваю я.

— Он наблюдает за всем, обращает внимание на элементы охраны и расположение её ключевых узлов. В свободное время много гуляет, изучая ваши владения, все подходы и подъезды. Старается не заходить туда, куда запрещено, но, если вдруг приходится там бывать по работе, обращает внимание на всё.

— Одним словом, ты думаешь, он собирает информацию, — задумчиво произношу я.

— Уверен, ваше благородие. Он ведёт себя тихо и много слушает. Всё, что говорят наёмники, другие слуги, Стражи и, конечно, мы с вами, — отвечает дворецкий.

— Ясно.

— Уволить его?

— Нет, не надо торопиться. Надо узнать, кто его нанял, а для этого кое-что сделать. Я подумаю над этим. Вернусь к обеду, — говорю я, открывая дверь машины.

— Как скажете, ваше благородие. Приятной дороги, — поклонившись, Мирон отправляется обратно в дом.

Сделав все свои дела в городе, я и правда, возвращаюсь к обеду. Прошу накрыть мне стол во дворе. Дворецкий сразу понимает, что нам предстоит разговор и отпускает всех слуг, говоря, что сам меня обслужит.

Он приносит мне поднос с едой и аккуратно расставляет всё на столе.

— Спасибо, Мирон. Садись, налей себе кофе, — говорю я, кивая на соседний стул.

— Благодарю, господин.

— Слушай, что надо сделать. Сейчас ты пойдёшь и дашь этому слуге какую-нибудь работу в коридоре рядом с гостиной. После обеда мы с тобой пойдём в гостиную и будем обсуждать одно дело. Подыграй мне, как будто я спрашиваю у тебя совета. Вот и всё.

— Хотите, чтобы он подслушал и передал дезинформацию своему господину? — уточняет Мирон.

— Всё верно.

— Отличная идея. Я пойду, дам ему поручение, — говорит дворецкий и встаёт из-за стола.

Я тем временем звоню Виктору:

— Здорово, Витёк! Как оно?

— Привет, Зверюга. Всё отлично. После того, как я стал больше сахарного печенья производить, прибыль выросла, — смеётся Самойлов.

— Отлично, рад слышать. У меня на консервах тоже всё отлично, да и текстильный завод радует.

— Ну ещё бы с консервами было плохо! Ты же теперь с поставщиком императорского двора сотрудничаешь, — с оттенком зависти говорит Виктор.

— Слушай, я хотел тебя кое о чём попросить. Сможешь открыть левую фирму на чужое имя? Лучше сегодня же.

— Смогу. А зачем?

— У меня среди слуг появился шпион. Я хочу узнать, кто его подослал и заодно немного наказать его за дерзость. Без применения силы. Скорее всего, это кто-то из наших с тобой общих друзей, — отвечаю я.

— Тогда никаких проблем.

— Да, и как только откроешь фирму, скинь мне её банковский счёт. Я перечислю деньги, надо будет скупить на всех складах Стражей медный корень. Знаешь такой?

— Конечно, знаю. Он почти во всех разломах первого уровня растёт.

— Да, и он дешёвый. В том-то и фокус, — усмехаюсь я.

После того, как заканчиваю обедать, отправляюсь в гостиную. Дворецкий уже там, делает вид, что протирает окна. А слуга в коридоре полирует светильники — если подойдёт чуть ближе, будет отлично нас слышать.

Мы с Мироном начинаем общаться на отвлечённые темы, а потом я говорю:

— Есть одна идея для нового предприятия. Очень перспективная, хочу поделиться с тобой.

— С радостью послушаю, ваше благородие, — откликается дворецкий.

— Есть такой ингредиент под названием медный корень. Он считается почти бесполезным, его часто используют как удобрение для других алхимических растений. Но я сумел найти в нём скрытые свойства!

— Неужели?

— Да. Представляешь, из него можно делать зелья, укрепляющие здоровье, и на этом можно заработать кучу денег. Рецепт простой, нужно просто нагреть корень и затем резко охладить, тогда-то и откроются эти самые свойства. Надо только как можно быстрее заключить договор с поставщиком медного корня, потому что в Петербурге только один такой поставщик. Если не получится заключить с ним договор, то дело прогорит не начавшись, — заканчиваю я.

— Тогда вам следует озаботиться этим, ваше благородие. Или вы желаете, чтобы это сделал я? — отвечает Мирон.

— Желаю, но не буду торопиться. Всё равно никто другой не знает о свойствах этого корня. Думаю, недельку можно подождать, я как раз всё приготовлю. Будь добр, принеси мне минеральной воды, — я киваю в сторону коридора, мол, гони отсюда этого шпиона, он достаточно послушал.

— Конечно, — дворецкий кивает и выходит из комнаты.

Я удовлетворённо раскидываюсь на диване. Теперь остаётся лишь немного подождать.

Таинственный негодяй попался на крючок уже через два дня. В фирму, которую открыл Виктор, поступил заказ — некая компания желала скупить все запасы медного корня, не обращая внимания на завышенную во много раз цену.

Отличненько. Мы с радостью согласились продать весь корень и получили неплохую прибыль. Компания-покупатель, само собой, тоже была зарегистрирована на чужое имя, но разве это проблема?

Я обязательно выясню, кто прислал ко мне шпиона, и как следует его за это накажу…

Глава 8

Российская империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

— Наверное, это самая выгодная сделка в моей жизни, — смеётся Виктор, выкладывая на стол между нами подписанный договор.

Слуга приносит нам чай и выходит из гостиной, неслышно прикрывая за собой дверь. Я беру документ и смотрю на цифру внизу. Да уж, прибыль и правда, впечатляющая. Мы сумели заставить нашего противника вывернуть карманы. Теперь осталось только узнать, кто он.

— Как ты собираешься узнать, кто на самом деле владеет компанией? — дублируя мои мысли, спрашивает Самойлов.

— Есть один отличный частный детектив, который помог мне узнать, что барон Светлаков заодно с Ярыгиным. Я уже подключил его. Заодно и Тимофей работает, пробует найти информацию через официальные каналы, — объясняю я.

— Неплохо. А с моей фирмой что? Закрывать?

— Через пару недель. Надо только подчистить хвосты, чтобы враг не смог понять, как именно мы его обдурили, — говорю я.

— Это не проблема. Мои юристы уже занимаются, — кивает Витёк.

Раздаётся звонок моего телефона. Взяв его в руки, смотрю на экран и усмехаюсь:

— А вот и детектив. Кажется, он уже выполнил задание. Алло?

— Здравствуйте, ваше благородие. Я нашёл то, что вы просили. Это было просто, — говорит сыщик.

— И кто же контролирует подставную фирму?

— Граф Сергей Беркут. Информация стопроцентная, все доказательства я могу предоставить в цифровом виде.

— Это Беркут, — говорю я мимо трубки.

Виктор смеётся и даже хлопает в ладоши. Да, я тоже рад, что это именно Беркут. В последнее время мы и так нехило его потрепали, а после этого трюка экономика Сергея Егоровича потерпит просто сокрушительный удар.

— Спасибо за работу, сударь. Я пришлю к вам своего человека, чтобы забрал доказательства. Остатки гонорара сейчас перечислю, — говорю я детективу.

— Рад сотрудничать, ваше благородие, — отвечает он и кладёт трубку.

Мы с Витьком пожимаем руки, радуясь, что получилось в очередной раз утереть нос Беркуту. Учитывая, что у него до сих проблемы на заводе напитков, да и клуб Мишани вроде как загибается, едва начав работу — мы нанесли противнику ощутимый ущерб. Он не сразу сможет оправиться, а если не образумится — то его дела будут становиться только хуже. Уж мы об этом позаботимся.

Я подхожу к двери, открываю её и приказываю слуге, который протирает пыль неподалёку:

— Позови ко мне Мирона.

— Сию минуту, ваше благородие, — кланяется тот и, оставив тряпку, спешит исполнить поручение.

Вскоре дворецкий заходит в гостиную. Я жестом показываю, чтобы запер за собой дверь. Когда Мирон приближается, я говорю ему:

— Мы узнали, кто подослал шпиона. Это был граф Беркут — ты уже слышал это имя.

— Да, конечно. Его родовые мечи превосходно смотрятся в вашей коллекции, господин, — с лёгкой улыбкой отвечает Благодеев.

— Я не хочу, чтобы он раньше времени понял, что мы его надули. Поэтому надо сделать вот что: скажи шпиону, что я решил повысить его за хорошую работу и назначить дворецким в западном поместье. В том, которое раньше принадлежало Хрипунову.

— Там разве кто-то живёт? — спрашивает Виктор.

— Нет, в том-то и дело. Но всё равно это очень ответственная задача, не так ли? Следить за целым поместьем. Пусть думает, что заслужил мою благосклонность, но так я отодвину его подальше, а при необходимости буду скармливать другую дезинформацию, — говорю я.

— Изящный план, ваше благородие, — с поклоном произносит дворецкий.

— Я бы сказал коварный, — усмехается Самойлов.

— Главное, что эффективный! Выполняй, Мирон.

— Как скажете, — ещё раз поклонившись, он удаляется.

Повернувшись к Виктору, я спрашиваю:

— Останешься на обед? Мой повар отлично готовит. Не хуже, чем у Писемского.

— Да ладно, не верится. Я никогда не забуду тех поросят на празднике в честь победы, — с сомнением говорит Витёк.

— Тогда прикажем приготовить поросёнка, чтобы ты убедился! — с усмешкой говорю я и достаю телефон, чтобы позвонить на кухню.

Российская империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Загородное поместье графа Беркута.

Прошло несколько дней после того, как Сергей Егорович выкупил весь медный корень у единственного поставщика в Петербурге. Он до сих пор ходил в предвкушении и потирал руки. Благодаря своему шпиону он не только лишил Зверева возможной прибыли, но и сам отлично заработает!

Корень, судя по всему, пришлось купить по сильно завышенной цене, но это не беда. Потенциальная выручка намного превышает затраты.

Все дела будут вестись через подставные фирмы, так что Зверев не догадается, кто именно украл у него идею. А даже если догадается — плевать. Теперь уже ничего не изменишь! Все запасы медного корня, которые есть в столице, теперь находятся на складе рода Беркутов.

Улыбнувшись своим мыслям, Сергей Егорович заходит в алхимический цех, расположенный на границе его владений. Ему навстречу почти выбегает главный алхимик рода и низко кланяется:

— Доброе утро, ваше сиятельство. Чрезвычайно рад вашему визиту.

Хорошее настроение графа тут же портится. Если алхимик так расшаркивается — значит, что-то не так.

— Докладывай. Что со снадобьем из медного корня? — хмуро спрашивает Беркут.

— Ваше сиятельство, мы упорно экспериментируем, но пока, к сожалению…

Сергей Егорович взрывается:

— ЧТО⁈ Я ведь рассказал вам рецептуру! Корень нужно нагреть, потом резко охладить, и тогда откроются его скрытые свойства!

— Ваше сиятельство, мы пробовали, но это не дало результата. Мы пробовали и другие методы обработки, но, увы, — алхимик склоняет голову.

— Идиоты! Может быть, вы просто не умеете нормально работать⁈ Зачем я только вам плачу!!! — орёт Беркут.

Лицо его багровеет, глаза наливаются кровью. В голове невольно возникает мысль о том, что Зверев мог очень хитро его обмануть.

Нет, нет, не может быть! Он не мог вычислить шпиона. Тем более, вчера тот даже получил повышение — значит, Зверев точно ничего не подозревает. Сергей Егорович просто не хотел верить в то, что его обвели вокруг пальца, заставив купить бесполезный корень за бешеные деньги.

— Продолжайте! Сделайте всё, что можно и что нельзя, тоже! Вы обязаны добиться результата! — продолжает кричать он.

— Как скажете, ваше сиятельство, — не смеет спорить алхимик.

Резко развернувшись, Беркут вылетает из цеха, будто ураган. Пульс громко стучит в его висках, зубы стиснуты до боли. Неужто Зверев всё-таки его обманул? Похоже на то, но…

Нет. Это просто невозможно. Сергей Егорович просто не мог заставить себя смириться с подобной мыслью. Это бы означало, что он снова проиграл Андрею.

Быстрым шагом идя к машине, он думает:

«Как бы там ни было, наше с ним противостояние зашло уже слишком далеко. Я потерял уже четыре родовых меча из шести… Моя репутация в заднице! Не говоря уже о финансовых потерях. Если так пойдёт и дальше, я рискую потерять всё. Я должен что-то придумать, но нельзя же идти мириться и тем самым унизить себя ещё больше⁈ Необходимо придумать способ поквитаться со Зверевым. Так, чтобы раз и навсегда…»

Российская империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Владения барона Зверева.

— Как видите, строительство идёт полным ходом! — докладывает Матвей, обводя рукой мою будущую казарму.

Пока что строители только начали возводить стены. Зато подземное помещение, которое я заказывал, почти готово — экскаваторы вырыли необходимое углубление, рабочие залили бетоном не только фундамент, но и стены. Теперь надо дождаться, когда раствор в стенах засохнет, и можно будет приступать к дальнейшей работе — то есть делать крышу и ставить сверху ангар, в котором будет храниться техника.

— Учитывай, что здесь будет стоять много машин и бронетехника. Потолок подземного зала должен быть крепким, — говорю я.

— Конечно, ваше благородие. Сделаем на совесть, для поддержки колонны поставим. Не извольте беспокоиться, — с поклоном отвечает прораб.

— Хорошо. Поедем, посмотрим, как продвигается строительство дороги, — я разворачиваюсь и направляюсь своему пикапу.

Дорога между моими землями и владениями Писемского почти закончена. На границах поставили блокпост — я не думаю, что когда-нибудь буду враждовать с добрым соседом, но мало ли что. Если вдруг получится так, что на нас нападут и враги захватят его земли, надо иметь хотя бы небольшую линию обороны.

Вообще, мне следует задуматься над тем, как оборонять свои владения в случае атаки. На границах надо организовать пропускные и наблюдательные пункты, запланировать систему траншей, чтобы в случае чего гвардейцы смогли быстро выкопать их по готовой схеме.

Сначала только гвардейцев надо найти… До сих пор нет ни единой мысли, где можно нанять верных людей. История со шпионом среди слуг только усилила мою подозрительность. Как я могу нанимать людей с улицы и давать им в руки оружие, если противники так и норовят заслать ко мне кого-нибудь? Не хотелось бы, чтобы в самый ответственный момент моим бойцам начали стрелять в спину «свои» же.

В общем, торопиться пока не буду. Если кто-нибудь рискнёт объявить мне войну — справлюсь сам. К тому же, теперь у меня есть наёмники и Багровые Стражи, которые тоже наверняка пойдут сражаться за меня, хотя и не обязаны. Официально они служат в первую очередь ордену, несмотря на то, что принесли мне клятву верности.

Когда мы с Матвеем направляемся в северные земли, раздаётся звонок. Это Холодов, командир «Сибирского дозора».

— Слушаю, Пётр Васильевич, — говорю я.

— Ваше благородие, к поместью приехал какой-то человек. Он отказался представиться и требует немедленной встречи с вами, — докладывает наёмник.

— Правда? Ну, пускай подождёт. Скажите слугам, чтобы проводили его в гостиную и угостили чем-нибудь. Я вернусь где-то через час, — отвечаю я.

— Как прикажете, — говорит Холодов.

Мы с Матвеем отправляемся дальше. Изучаем существующие постройки и строим планы по поводу того, что будем делать дальше. Прораб рассказывает мне, как идут работы в будущих алхимических цехах — пока что там только вынесли всё ненужное и приступили к отделке стен.

Впрочем, с этим и не нужно торопиться. Багдыр пока осваивается, и только начал развивать свой талант. Ещё рано ставить производство зелий на поток.

А вот что касается артефактов — этим стоит заняться. Необходимое оборудование, которое я купил в Великом Новгороде, ждёт. Пока что руки не дошли заняться изготовлением артефактов, хотя в уме я уже подобрал материалы и составил все чертежи.

Через несколько минут Пётр Васильевич снова мне звонит:

— Ваше благородие, гость не хочет ждать. Он отказывается проходить в дом и требует, чтобы вы немедленно явились.

— Прямо-таки требует? Тогда скажи ему, что он может отправляться восвояси. Кто он вообще такой, чтобы что-то требовать? — искренне удивляюсь я.

— Он показал удостоверение имперской тайной канцелярии. Мой маг посмотрел на печать и сказал, что она подлинная.

— Надо же. Ну, даже если он служит самому императору, то не может ничего от меня требовать, когда приезжает ко мне домой. Поэтому пусть ждёт или уезжает, как ему хочется, — говорю я и кладу трубку.

— Всё в порядке, Андрей Алексеевич? — уточняет прораб.

— В полном. Поехали дальше, — киваю я.

В итоге к своему поместью я возвращаюсь только через полтора часа. Издалека вижу чёрный представительский седан без номеров и с полностью тонированными окнами. Когда паркуюсь, из автомобиля выходит человек в деловом костюме и решительно направляется в мою сторону.

— Барон Зверев, не так ли? — спрашивает он, приближаясь.

— Да. С кем имею честь?

— Моё имя неважно. Вам доложили, что я вас жду? Доложили, на кого я работаю⁈ — грубо интересуется мужчина.

— А вам доложили, что я свободный человек, дворянин и терпеть не могу незваных гостей? — невозмутимо отвечаю вопросом на вопрос.

— Я служу в тайной имперской… — собеседник лезет в карман пиджака за удостоверением.

— Да-да, я в курсе. По-вашему, это даёт вам право мне приказывать? Вовсе нет. Выкладывайте, что у вас, — говорю я.

Возмущённо вздохнув, мужчина цедит сквозь зубы:

— С вами хотят встретиться. Как можно быстрее. Вы не представляете, кого заставили ждать.

— Раз этот человек до сих пор меня ждёт, значит, он заинтересован во встрече. Назовите адрес, — говорю я.

— Поедем вместе на моей машине, — агент тайной канцелярии кивает на стоящий за его спиной тонированный автомобиль.

— Учтите, что если это ловушка, вы умрёте первым, — замечаю я.

— Вам показать удостоверение? Магическую печать на нём невозможно подделать! — возмущается мужчина.

— Не надо. Просто имейте в виду то, что я сказал, — улыбнувшись напоследок, я направляюсь к машине.

Агент, пробубнив что-то под нос, идёт следом и садится за руль. Когда мы выезжаем из моих владений, то направляемся не в город, а в противоположную сторону. Конечно, это усиливает мои подозрения. На всякий случай заранее призываю доспех и готовлю струны. Мало ли что.

Мы добираемся до неприметного домика в маленьком коттеджном посёлке. С первого взгляда ничто не предвещает угрозы, но я не дурак. Достаточно просто чуть внимательнее посмотреть по сторонам.

Вон тот мужик, который стрижёт газон в доме напротив, наверняка агент под прикрытием. Очень уж подозрительно он косится в нашу сторону. Женщина у окна в другом доме тоже неспроста решила сегодня повесить новые шторы. Да и вон та машина в конце улицы набита бойцами, я в этом уверен.

Впрочем, всё это не означает засаду. Честно говоря, я думаю, что это Анастасия Фёдоровна решила снова со мной встретиться. Наверное, у неё опять есть какая-то просьба.

С другой стороны, зачем ей все эти предосторожности? Могла бы приехать ко мне в поместье сама или назначить встречу в городе. Мы ведь уже обедали вместе в с ней и Ларисой в ресторане, и ничего плохого не случилось.

— Я подожду здесь, — бурчит агент, взглядом указывая на домик.

— Моё обещание в силе, если что. Специально не буду никого убивать, пока не доберусь до вас, — с усмешкой говорю, открывая дверь.

Мужчина ничего не отвечает, только недовольно кривится.

Пройдя через ухоженный сад, я машу рукой женщине, которая вешает шторы в соседнем доме. Она приподнимает руку в ответ.

Когда захожу внутрь, сразу чувствую сильную охранную магию. Похоже, здесь заранее разместили артефакты. Не понимаю, зачем столько предосторожностей? Это точно не императрица-мать, со мной хочет побеседовать кто-то другой… Интересно, кто?

— Андрей Алексеевич? Я здесь, — раздаётся мужской голос из гостиной.

Прохожу туда и вижу накрытый стол — чай, печенье, такие же конфеты в золотой фольге, как подарила мне Анастасия Фёдоровна. Мужчина тоже кажется знакомым, хотя имени его я точно не знаю.

— Здравствуйте. Кажется, мы уже где-то встречались, — говорю я, садясь за стол.

— Вам не кажется. Вы могли видеть меня балу в Зимнем дворце. Я один из телохранителей его императорского величества.

— Которого из них? — уточняю я и беру в руки чашку. Проверяю с помощью астрала — яда нет.

— Самого императора, Андрей Алексеевич. Меня зовут Павел, — улыбается мужчина.

— Рад знакомству, Павел. Вы всегда привлекаете столько агентов для того, чтобы встретиться с одним человеком?

— О чём вы? Я здесь один, не считая того, кто вас сюда привёз.

— Ой, да ладно. Я не удивлюсь, если в посёлке нет никого, кроме служащих имперской канцелярии. Мужчина напротив, женщина в окне, машина в конце двора, я уж не говорю про водопроводчиков на въезде. Спорю, что у них в ящиках оружие, а не инструменты, — говорю я и делаю глоток чая.

Павел смеётся и шутливо грозит мне пальцем:

— Вас не проведёшь, барон! Да, вы правы, мы предприняли некоторые меры безопасности. Так было необходимо, учитывая вашу силу.

— Понятно. Тогда позвольте ещё один вопрос: как я могу быть уверен, что вы тот, за кого себя выдаёте?

— Мы знали, что вы спросите. Послушайте: император хочет попросить вас об услуге. Её величество Анастасия Фёдоровна рекомендовала вас как человека ответственного и верного Российской Империи. Вот доказательство, — Павел достаёт из кармана брошь в виде розы и кладёт на стол.

Это же та самая брошка, которую так любит носить императрица-мать! Проверяю её магическую структуру и убеждаюсь, что это именно она. Подделки быть не может. Столь уникальный и мастерски сделанный артефакт не получится воссоздать в деталях.

— Хорошо. Я слушаю, — говорю я и делаю ещё глоток чая. Он восхитительный.

Павел кивает, и улыбка сразу исчезает с его лица. Приняв серьёзный вид, он говорит:

— Дело щепетильное и касается государственной безопасности. Надеюсь, вы понимаете — то, что я сейчас вам расскажу, не должно покинуть пределов этой комнаты.

— Само собой, — пожимаю плечами я.

— Тогда вот в чём суть. Императору известно, что иностранные шпионы нелегально покупают в России редчайшие разломные ресурсы. Мы хотим попросить вас выступить в качестве продавца и выйти на них, чтобы в итоге задержать. Вы прекрасно подходите для этой роли, поскольку вас уже ложно обвиняли в контрабанде, и многим известно, что вы с Багровыми Стражами добываете много ресурсов.

— Всё, что вы говорите — правда. Только вот вопрос, зачем мне это? — спрашиваю я, продолжая попивать чаёк.

— Разве вы не хотите послужить на благо Родины? — Павел с искренним удивлением задирает брови.

— А разве я не служу? — тоже немало удивившись, интересуюсь я. Допив чай, ставлю чашку на стол и говорю:

— Я член ордена Стражей и защищаю людей от монстров. Как вы только что заметили, я добываю много ресурсов, чем неплохо пополняю казну империи. В конце концов, я дворянин, у меня есть несколько предприятий, и я плачу хорошие налоги. По-вашему, этого всего недостаточно? Зачем мне соглашаться на рискованное дело?

Пожевав губами, Павел спрашивает:

— Сколько вы хотите?

— Вы невнимательно слушали. Денег у меня и без того достаточно, титул есть, земли есть. Зачем мне ввязываться в какие-то опасные авантюры? — покачав головой, спрашиваю я.

— Конечно, вы не обязаны. Но, возможно, вы не так меня поняли… Это ни в коем случае не приказ и не требование. Это личная просьба императора. Думаю, что если вы её выполните, для вашего рода откроются новые возможности, — вкрадчиво говорит Павел.

— Это уже звучит совсем иначе. Что ж, в таком случае я не против поработать на благо страны. Выкладывайте детали, — киваю я.

— Непосредственных покупателей пока не смогли вычислить, но у нас есть контакты посредников. Они подданные Российской Империи, поэтому должны быть сурово наказаны. Но сначала вам предстоит с ними связаться и договориться о продаже ресурсов. Вот телефоны, — мужчина выкладывает на стол лист бумаги, на котором напечатаны несколько номеров.

— И что, мне просто позвонить им и сказать «привет, купи у меня контрабанду»? — усмехаюсь я.

— Нет, конечно. Скажите, что вы от Носорога. Такое прозвище у ещё одного посредника, который за помилование для семьи согласился стать нашим информатором, — сообщает Павел.

— Только для семьи? Сам он не будет помилован?

— Нет. Для предателей есть только одна кара.

— Поддерживаю, — киваю я.

— Также добавьте, что вы сотрудничали с Криком и Черномордым. Это весьма известные в преступных кругах, но уже покойные контрабандисты. Их упоминание вызовет доверие к вам.

— Хорошо. И что конкретно мне нужно сделать, когда я договорюсь о встрече? — спрашиваю я.

Павел усмехается и разводит руками:

— Встретиться, что же ещё. Договоритесь о сделке. Дальше действуйте по обстоятельствам. Задача — вычислить покупателей и арестовать их. Мы не будем вмешиваться, поскольку подозреваем, что среди наших людей есть крыса.

— Крыса в тайной имперской канцелярии? У каких-то контрабандистов?

— Всё не так просто, Андрей Алексеевич. Мы почти уверены, что нашим врагам покровительствует какой-то сильный дворянин… Кстати, мы благодарны, что вы с орденом прижали Монстроедов. По крайней мере, в столичных землях они почти исчезли, — произносит Павел.

— Про Монстроедов тоже говорили, что над ними стоит какой-то крутой аристократ. Это что, один человек? — уточняю я.

— Вполне возможно, поэтому я про них и вспомнил. Мы пока даже не можем предположить, кто это. Не берите в голову, ваше благородие, этого ублюдка мы тоже рано или поздно вычислим! — с уверенностью заявляет мой собеседник.

— Уверен, что так и будет, — я пожимаю Павлу руку и встаю.

Тот же хмурый агент довозит меня обратно до поместья, а затем уезжает. Я вызываю к себе Георгия и протягиваю ему список номеров возможных посредников.

— Позвони им со своего телефона. Скажи, что тебя зовут Мрак и ты говоришь от лица человека по прозвищу Зверь. Контакт тебе дал Носорог, мы раньше работали с… как их там… с Криком и Черномордым. У нас есть товар, и мы хотим его продать. Всё запомнил?

— Да. Могу я узнать, зачем это всё? — спрашивает Георгий.

— Можешь, конечно. Один очень влиятельный человек попросил меня накрыть контрабандистов, которые работают с иностранцами. Вот этим мы с тобой сейчас и займёмся, — объясняю я.

Георгий решительно кивает и сразу же начинает звонить. Как и все Стражи, он терпеть не может тех, кто занимается незаконной добычей и продажей разломных ресурсов.

Первые два номера оказываются липовыми, но на третий раз нас ждёт удача. Посредник долго задаёт вопросы, а я подсказываю Мраку, что отвечать, чтобы не спалиться. В конечном итоге назначаем встречу завтра в Крепости ночи. Безопасней места не придумать — в том плане, что там за нами вряд ли кто-то сможет проследить.

Георгий вызывается отправиться со мной, чтобы убедиться, что со мной ничего не случится. Я только отмахиваюсь — даже если посредник приведёт с собой охрану, они не смогут причинить мне вреда. Планируется мирная сделка, а не смертоубийство.

На следующий день после пробежки я надеваю неприметный спортивный костюм и спускаюсь в подвал. Зайдя в пустую комнату, запираю железную дверь на замок изнутри и активирую родовой амулет, создавая портал в Крепость ночи. Ну, а потом спокойно захожу туда и оказываюсь в уже знакомом пустынном коридоре.

Спокойно отправляюсь в условленное место, которое расположено на дальней стене замка. В той стороне мало внутренних разломов, поэтому и народу обычно нет. Хотя Стражи частенько разбивают на стене временные лагеря, но в этот раз там никого не было.

Поднимаюсь на стену и смотрю вперёд, на мутную границу разлома. Даже когда слышу за спиной негромкие шаги, не оборачиваюсь.

Рядом со мной встаёт невысокий человек с длинными волосами, убранными в хвост, и в медицинской маске на лице. Подготовился, чтобы я не смог его запомнить.

— Здравствуй, Зверь, — говорит он.

— Привет. Давай без вежливостей, сразу к делу. Сними-ка эту хрень со своего лица.

— Зачем? — хмурится мужик.

— Затем, чтобы я видел твоё лицо. Ты же моё видишь, не так ли? И наверняка знаешь, кто я. Так не пойдёт, — говорю я.

Продолжая хмуриться, посредник медленно снимает маску и спрашивает:

— Доволен?

— Не очень. Ты ещё тот урод. Ладно, не принимай близко к сердцу. Итак, у меня есть много товара, о котором не знают в ордене. Я готов его продать по хорошей цене.

— Что за товар? — интересуется мужик.

— Всякий. Растения, камни, сушёные органы монстров. Есть кровавый хрусталь, есть радужные камни, из-за которых меня чуть не арестовали, — кривлюсь я, отыгрывая роль.

— Насколько мне известно, ты сумел выкрутиться.

— Я и второй раз выкручусь. Поэтому, если задумал меня подставить — лучше сразу откажись от этой идеи.

— Я не собираюсь подставлять тебя, Зверь. Моим покупателям нужны ресурсы, а мне нужно, чтобы они покупали много и часто, — скалится посредник, показывая неровные жёлтые зубы.

— Значит, интересы всех сторон совпадают. Вот примерный список того, что у меня имеется. Покажи своим покупателям. Встретимся через неделю и обсудим первую поставку. По телефону больше не связываемся, — говорю и протягиваю собеседнику лист бумаги, на котором заранее от балды написал названия и количество разных ресурсов.

— Принято. Тогда через неделю на этом же месте, — кивает посредник, и мы расходимся в разные стороны.

Ну, вот и славно. Через недельку ещё раз встретимся с этим уродцем, утвердим поставку, а затем уже накроем покупателей. Пока что всё идёт, как по нотам.

Возвращаюсь в пустынный коридор, захожу в портал и оказываюсь в подвале своего поместья. Выйдя в коридор, сталкиваюсь с Багдыром:

— Ваше благородие! А я думал, кто там заперся, — удивляется он.

— Были кое-какие дела. Пойдём в твою лабораторию, покажешь мне, как у тебя получается варить зелья по новым техникам.

— Конечно, идёмте! Я каждый день практикуюсь. Надеюсь, вы будете довольны, — алтаец чуть ли не вприпрыжку отправляется в сторону лаборатории.

Едва успеваю посмотреть, как он использует техники, которым я его научил, как в кармане звонит телефон. Это капитан Радов.

— Привет, Герман, — говорю я, нажав на кнопку ответа.

— Привет, Андрей. Слушай, есть разговор. По поводу твоего Кравченко и Крепости ночи.

— Кравченко не мой, но я готов тебя выслушать. Ты что, нашёл доказательства, что он сплавляет товар налево? — спрашиваю я.

— Да, — отвечает Радов.

— Нихрена себе. Серьёзно?

— Да. Вернее, не совсем. Я обнаружил махинации в бюджете Крепости, которые указывают на то, что часть добычи командор Кравченко продаёт не тем людям. Но доказательства не стопроцентные, поэтому надо кое-что сделать. Я уже связался со спецслужбами короны, однако мне потребуется твоя помощь. Не откажешь?

«Вы что там, сговорились? Сначала одни просят меня накрыть контрабандистов, теперь капитан просит почти о том же самом. Стоп, а что, если эти истории связаны и у меня получится убить двух зайцев одним выстрелом?», — думаю я, а вслух говорю:

— Конечно, Герман, я помогу. Что ты хочешь сделать?

— Небольшую секретную операцию…

От авторов:

Здравствуйте, уважаемые читатели.

Девятая глава четвертой книги из серии «Орден Багровой бури» будет опубликована 03.01.2025 г. в 00:00 по Мск. Мы приносим вам свои извинения, но в этом году мы тоже решили устроить себе праздник, пока нас жены из домов не повыгоняли:))

С наступающим вас новым годом, всего вам самого наилучшего!

С уважением к вам, Алексей и Александр.

Глава 9

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

— План следующий. Мы отправимся в Крепость ночи. Сходим в разлом высокого уровня, набьем трофеев, а затем пометим добычу. Со мной будут имперские спецагенты, они владеют специальными заклинаниями, которые очень тяжело распознать, — объясняет мне свой план Герман.

— Ага, то есть вы хотите дождаться, пока Николай Васильевич продаст добычу налево и отследить товар? — догадываюсь я.

— Вот именно, — отвечает Радов.

— Неплохой план. Я в деле. Когда ты собираешься отправляться?

— Немедленно. К вечеру будем возле Крепости, переночуем, утром отправимся в разлом. Затем придётся остаться там ещё на несколько дней и дождаться, когда помеченный товар окажется у покупателей.

— Возьми с собой новичков ордена, чтобы Кравченко ничего не заподозрил. Скажем, что у нас тренировочная миссия, а мы с Багровыми Стражами типа приглашённые эксперты, — предлагаю я.

— Отличная идея, так и сделаем. Я всё оформлю через нашего командора, чтобы не спугнуть Кравченко, — соглашается капитан.

— Тогда увидимся на месте, — говорю я.

Мы с Германом прощаемся, а потом я возвращаюсь в лабораторию к алтайцу. Даю ему несколько советов по поводу исцеляющих зелий, а потом мы пробуем создать снадобье по одному из древних рецептов, известных Багдыру. Он знает, что и в каких пропорциях надо добавить, когда применить определённые заклинания — и мы делаем всё по списку. Но увы, по итогу получается просто густая жижа с хвойным ароматом без каких-либо магических свойств.

Алхимик вздыхает:

— Вот так всегда, ваше благородие. Я всё делаю так, как рассказывали мне дед и отец, но ничего не получается.

— А у твоих отца и деда получалось? — задаю резонный вопрос.

— Некоторые снадобья, самые простые. Дед всю жизнь положил на то, чтобы заставить эти древние рецепты работать, но так ничего и не добился. Видимо, мы утратили какой-то секрет, — разочарованно заканчивает Багдыр.

— Не сдавайся, понял? Если с ингредиентами всё верно, то значит, дело в магии. Кстати! Алтайская магия в основном ритуальная, не так ли? У вас шаманы и всё такое? — спрашиваю я.

— Ну… да. Думаете, нужно провести какой-то ритуал? Вообще наш род уже давно не проводил никаких ритуалов. Ведь кругом все пользуются магией. Поэтому, я не знаю, какой именно ритуал нужен.

— Подумай, — говорю я.

Багдыр и правда задумывается. Водит пальцем по строчкам в потрёпанной книге, где записаны рецепты, и что-то бубнит себе под нос.

— Я понял! Во второй фазе, когда мы применяем заклинания к обработанным ингредиентам! — выкрикивает он и начинает освобождать пространство в центре комнаты.

Я отхожу к двери, чтобы не мешать ему. Продолжая что-то бормотать, Багдыр начинает заново готовить ингредиенты снадобья, а затем расставляет их на полу в некоем специальном порядке. Покопавшись в своих вещах, он вдруг достаёт обтянутый кожей шаманский бубен и колотушку с мехом на конце.

— Ого. Так у тебя и реквизит имеется, — слегка удивляюсь я.

— Фамильная вещь. Я редко её использую, только когда нужно спросить совета у духа предков, — немного смущается Багдыр.

Встав по центру комнаты, он начинает что-то негромко петь на родном языке и монотонно стучать в бубен. Одновременно призывает ману, пропуская её через свою уникальную структуру, как я его учил. Наблюдаю с любопытством — сочетание древней народной магии и техники из другого мира может дать интересный эффект.

Ритуал продолжается довольно долго. Не прерывая пения, Багдыр смешивает компоненты зелья, применяет к ним заклинания, и в итоге у него получается густое тёмно-зелёное снадобье. Я из другого конца комнаты чувствую, что в нём скрыта немалая сила.

— Получилось? — будто сам у себя спрашивает Багдыр.

— Вроде бы. Какой эффект должен быть? — интересуюсь я.

— Оно должно временно усилить зрение, сделав его острым, как у орла. А также позволить видеть невидимое, — объясняет алтаец.

— Хорошо, давай я попробую. Пойдём на улицу, — говорю я и сразу же выхожу в коридор.

Багдыр, схватив склянку, спешит за мной.

— Ваше благородие, вы уверены⁈ Я вот не уверен… Вдруг опять что-то не получилось или эффект будет не таким. А вдруг вы ослепнете? — причитает он.

— Даже если вместо снадобья зрения у тебя получился ослепляющий яд — это тоже неплохой результат. А со мной всё будет в порядке, можешь не беспокоиться, — говорю я.

Выходим на улицу, и я протягиваю руку. Алхимик нерешительно подаёт мне снадобье, и я залпом его выпиваю.

— На вкус неплохо. Кисленькое, с хвойными нотками, — причмокнув, говорю я, и тут чувствую, как начинается действие зелья.

Перед глазами всё покрывается мутной пеленой, как будто я надел грязные очки. Но уже через пару секунд пелена трескается, и я понимаю, что снадобье сработало как положено. Если сфокусироваться, я могу разглядеть тычинки на цветах, которые растут в километре от крыльца.

— Поздравляю тебя, Багдыр. Оно великолепно, — говорю я, пожимая алхимику руку.

Он неверяще смотрит на меня и тихо спрашивает:

— Правда?

— Чистейшая. Острота зрения многократно усилилась. Ты владеешь магией иллюзии?

— Немного, ваше благородие, — кивает Багдыр.

— Сбегай в дом, возьми какую-нибудь вещь и наложи заклинание невидимости.

Алтаец ветром поднимается вверх по крыльцу и через минуту возвращается, держа в руке молоток. Я чувствую, что на него наложено заклинание, но это не мешает мне его видеть. При этом я совсем не применяю астральное зрение.

— Это молоток. Поздравляю тебя ещё раз, — с улыбкой говорю я.

Алхимик от радости кричит и подбрасывает молоток в воздух. Вовремя хватаю его струной, чтобы невидимый инструмент не разбил кому-нибудь голову.

— Ой. Простите, ваше благородие, я на эмоциях, — кается Багдыр.

— Всё в порядке. Сделай несколько таких зелий — они пригодятся моим Стражам, особенно снайперам.

— Конечно. Обязательно! Теперь я и другие рецепты хочу опробовать. Только сначала сбегаю в тот разлом, где луг, надо растений набрать. Спасибо, господин барон! Если бы не вы, я бы в жизни не догадался! — возбуждённо тараторит алхимик.

— Да перестань, догадался бы. Шаманские принадлежности у тебя же были, рано или поздно ты додумался бы их применить. Рад за тебя. Желаю хорошо поработать, а мне пора, — хлопнув Багдыра по плечу, отправляюсь в дом.

Алтаец кланяется и торопится на парковку. Я выделил ему квадроцикл, чтобы не тратил много времени на дорогу к разлому с лугом.

Поднимаясь по крыльцу, я звоню Георгию и отдаю приказ — подготовить отряд к длительной вылазке. Предположительно на неделю, возможно, и дольше.

Надеваю комбинезон Стража, вешаю на пояс пистолет с заряженными артефактными патронами, беру с собой рюкзак и складываю в него запас провизии. Собираюсь как следует поохотиться в Крепости ночи — ведь пока мы пометим товар, пока сдадим его, пока Николай Васильевич сплавит его незаконным покупателям… Это займёт время. А уходить я не намерен, хочу своими глазами увидеть завершение этой истории.

Я давно подозревал, что Кравченко дурит не только меня, но и орден. Соваться в это не хотелось по разным причинам, но теперь тверскому командору пора заплатить по счетам.

Пешком отправляюсь в казарму Стражей. В Крепость мы отправимся через портал, но затем я его закрою. Нельзя ведь, чтобы он висел открытым всё время, пока мы там будем. Когда понадобится вернуться, я открою новый в один из домашних разломов.

Когда добираюсь до казармы, отряд уже готов выдвигаться. Создаю портал в их спальном помещении, и мы все заходим в него. Я иду последним и сразу же закрываю портал.

— Какие задачи, командир? — спрашивает Георгий.

— Зачистка. У нас время до вечера, надо успеть зачистить какой-нибудь жирный разлом. После этого я приведу сюда добытчиков, а ночевать отправимся в гостиницу на базе, — машу рукой куда-то в сторону основного портала Крепости ночи.

— Так точно, — кивает Мрак и отдаёт приказы разведчикам.

Скоро они находят для нас отличный разлом четвёртого уровня — внутри густой лес, полный хищных тварей и не менее хищных деревьев. Ресурсов внутри много, а монстры, по нашим меркам, не особо сильные. Идеальный вариант для поставленной мной задачи.

Когда полностью зачищаем разлом, отряд отправляется наружу. Я поручаю Георгию зайти к Кравченко и предупредить, что мы останемся на базе на какое-то время. Сам же, взяв с собой Ларису, возвращаюсь в пустынный коридор и открываю портал в домашний разлом. Тот, где луг и множество цветов.

Пока мы идём к выходу, я как-то неожиданно даже для себя беру девушку за руку. Такое ощущение, что мы просто не спеша гуляем, наслаждаясь красотой вокруг и ароматом цветов.

— Слушай, Огонёчек, а ты разбираешься во флористике? — спрашиваю я, пока мы идём к выходу.

— Немного. В старших классах школы я подрабатывала в цветочном магазине. А что, ты хочешь этим заняться? — интересуется она.

— Что же ты раньше молчала? Конечно, хочу! Смотри, сколько вокруг красивых цветов, из них можно составить чудесные букеты. Я раздумывал открыть цветочный магазин, разломные цветы наверняка будут пользоваться спросом.

— А что, неплохая идея, — улыбается Лариса.

Отпустив её руку, я тут же начинаю собирать цветы. Добавлю зелёные колосья и травы, которые, как мне кажется, отлично дополняют букет. Вместо бумаги использую широкие листья вроде лопуха, только гладкие и блестящие, приятные на ощупь. В качестве ленточки использую длинную фиолетовую траву.

— Это тебе, красавица, — с улыбкой вручаю букет Ларисе.

Она смеётся:

— Ты уверен, что тебе требуется помощь? Очень красиво получилось. М-м, а пахнет как… Такие букеты и правда будут пользоваться спросом!

— Рад, что тебе понравилось, — улыбаюсь я.

Когда выходим из разлома, я звоню добытчикам и ставлю им задачу собрать все ресурсы в зачищенном нами разломе. Портал приведёт их прямо в него, а на выходе Мрак поставил охрану, чтобы другие Стражи не сунулись.

Мы же с Ларисой возвращаемся в цветочный разлом и вместе собираем другие букеты. За этим мирным и романтичным занятием пролетает несколько часов, но мы не замечаем времени. Когда устаём, то просто ложимся на мягкую траву и разговариваем о разном, а потом засыпаем в объятиях друг друга.

Не переживаю о том, что меня потеряют. Георгий и без меня сможет встретиться с Радовым. Если что-нибудь случится, меня найдут.

Когда наступает утро, мы с Ларисой умываемся водой из родника, текущего здесь же, а потом возвращаемся в Крепость ночи.

Багровые Стражи и Радов со своим отрядом, оказывается, нас уже ждут. Герман подозрительно смотрит на нас с Ларисой, а затем подходит, чтобы пожать руку.

— Спасибо, что согласился помочь, Андрей.

— Пожалуйста, Герман. Если Кравченко ворует у ордена, он должен быть за это наказан.

— Вот именно. Он пока что ничего не подозревает, поэтому действуем по плану. Твои разведчики уже отыскали разлом, в котором мы сможем добыть нужные ресурсы. Я знаю, какие трофеи Кравченко продаёт налево в первую очередь. Их мы и достанем, чтобы уже гарантированно прижать его, — говорит капитан.

— Тогда вперёд, — говорю я.

Мы отправляемся к нужному разлому. Пока идём, Герман шёпотом спрашивает у меня:

— Между вами с Ларисой что-то есть?

— Да. Мы пара, — спокойно отвечаю я.

— Почему-то я был уверен, что вы сойдетесь, — улыбается Радов.

Делаем всё, как запланировали — зачищаем разлом, выносим ресурсы. Имперские спецагенты, которых Герман привёл под видом новичков ордена, выборочно накладывают на добычу специальные заклинания. После чего капитан со своим отрядом отправляются наружу, а мы с Багровыми Стражами продолжаем охоту.

Проходит несколько дней, и проходят они весьма плодотворно. Добываем много ресурсов, отлично тренируемся. Мои ребята с каждой новой вылазкой становятся сильнее и профессиональнее. Если работаем полным составом, то даже радужный разлом становится для нас почти что лёгкой прогулкой.

Одним ранним утром, когда я сплю в гостиничном номере на базе, раздаётся звонок от Германа:

— Андрей, это я. Спецагенты получили сигнал. Добычу увезли со склада туда, куда не должны были. Кравченко собирается уезжать с базы — судя по всему, будет проходить сделка.

— Отлично. Накроем их во время продажи или подождём, пока довезут до склада? — спрашиваю я, вставая с кровати.

— Подождём. Спецслужбы готовы, они снимут сделку на видео. Кравченко арестуем на обратном пути на базу. Товар дадим довезти до склада, нам надо узнать, где он находится. Сможешь помочь во время штурма? Там наверняка будет сопротивление, — спрашивает капитан.

— Конечно. Поэтому я и согласился помочь. Сейчас я приведу отряд в готовность.

— Спасибо. На связи, — отвечает он и кладёт трубку.

Первым делом звоню Мраку и отдаю приказ, а затем захожу за Ларисой. Вместе с ней и Щелкунчиком отправляемся на пробежку. Одетая в леггинсы и короткую спортивную маечку в облипку, она выглядит невероятно соблазнительно. Специально бегу чуть медленнее, наслаждаясь видом сзади. Хотя и спереди там есть на что полюбоваться, ещё как…

Постоянно поглядываю на телефон, ожидая информации от Радова. Наконец, он скидывает сообщение: «Сделка состоялась. Кравченко возьмут спецслужбы. Покупатели едут на запад, выдвигайтесь».

— Огонёчек, стоп! Пора, — говорю я.

— Наконец-то. Разберёмся с этими выродками! — злобно отвечает Лариса.

— Ты офигеть какая сексуальная, когда злишься.

— Перестань! Я вовсе и не злюсь. Наоборот, радуюсь, что мы задержим контрабандистов.

— Менее сексуальной ты от этого не становишься, — усмехаюсь я.

Ускорившись с помощью маны, мы резво добираемся до гостиницы и переодеваемся. Георгий и остальные Багровые Стражи уже выдвинулись, но догнать их не проблема. Садимся на машину и вскоре присоединяемся к своим.

Мне снова звонит Герман:

— Они добрались до места. Амбар в заброшенной деревне, сейчас скину тебе координаты.

— Хорошо. Как действуем? — спрашиваю я.

— По обстановке. Вы сможете зайти к ним с севера? Остальные направления обеспечат мои ребята и спецагенты.

— Не проблема.

— Постарайтесь брать их живыми. Но если будут сильно сопротивляться — убивайте. Никто не расстроится, — говорит капитан.

Добравшись до места, мы с отрядом оставляем машины в перелеске и пешком, соблюдая осторожность, приближаемся к деревне. Я держу связь с Радовым, который координирует всю операцию.

Когда мы подбираемся ближе, моё магическое чутьё сигналит об опасности. Сообразив, что к чему, я звоню капитану:

— Будьте внимательны. Судя по всему, среди них есть маг Хаоса. Вблизи деревни, кажется, поставлены заклинания-ловушки. Обходите их.

— Принял, спасибо, — отвечает Герман.

Деревня, где контрабандисты организовали свою базу, выглядит жутковато. Пустые дома с выбитыми окнами, заросшие улицы, брошенные автомобили. Такое чувство, будто жители бежали отсюда из-за какого бедствия. Вполне возможно, что когда-то здесь открылся разлом, который не успели вовремя закрыть.

Контрабандисты наивно не стали выставлять дозорных — наверное, решили, что хватит и охранных заклинаний. Очень зря, и скоро они в этом убедятся.

— Готовы? — спрашивает по телефону Герман.

— Да, — отвечаю я.

— Тогда вперёд!

— Вперёд. По возможности брать живыми, но не обязательно. Маг Хаоса на мне, — говорю я, сбросив звонок.

— Так точно. Отряд, к бою! — приказывает Георгий.

Снайперы атакуют первыми и ликвидируют нескольких противников. В следующий миг на контрабандистов со всех сторон обрушивается шквал свинца и заклинаний. Стрелки и боевые маги поддерживают огонь на подавление, в то время как штурмовики, в числе которых и я, бросаются вперёд.

Врываемся на заросшие улицы. Мне навстречу выбегает какой-то худой мужик с двустволкой в руках. Струной вырываю у него ружьё и его же прикладом бью мужика по лбу. Смешно взмахнув руками, будто исполняя пьяный танец, он падает на землю.

Лариса, сосредоточившись, создаёт мощное заклинание, которое окружает всю деревню стеной пламени. Ничего себе! Её сила однозначно выросла за то время, что Огонёчек провела в моём отряде.

— Умничка моя! Теперь никто из них точно не сбежит, — послав Ларисе ободряющую улыбку, я отправляюсь дальше.

Маг Хаоса среди врагов действительно есть. Он, к тому же, оказывается призывателем, и вызывает на помощь несколько сильных монстров. Один из них, похожий на медведя с рогами, бросается на капитана Радова.

Герман без сомнений идёт навстречу твари и останавливает её одновременным ударом двух своих мечей. Голова медведя отделяется от тела и падает в траву. Ух ты, а капитан тоже времени даром не терял. Издалека чувствую, что сила его души тоже выросла — хоть Радов и не маг, с помощью своих артефактных клинков он способен на многое.

Маг Хаоса пытается призвать ещё какую-то тварь. Но я уже рядом и не позволяю ему этого. Струной вытягиваю хаос из заклинаний, а затем и связываю самого мага. Тот отчаянно пытается выбраться, а когда понимает, что это бесполезно, пытается уйти красиво. Наполняет тело энергией Хаоса, явно собираясь превратить себя в мощную бомбу.

Как бы не так! Вонзаю в его ядро струны Хаоса и вытягиваю всю энергию. Маг теряет сознание.

Видя его поражение, остальные контрабандисты спешат сдаться. Они бы в любом случае не выстояли.

На мага надевают блокирующие ток маны наручники, а на всех остальных — обычные. Один из задержанных оказывается иностранцем и громко возмущается на ломаном русском:

— Я подданый Брытанска Империя! Вы отвечать! Казнить вас всех!

— Лучше захлопнись. У тебя и так большие проблемы, будешь угрожать — только хуже сделаешь, — рекомендует Герман.

— Фак ю! Вы все умирать! — продолжает вопить тот.

Радов, не смущаясь, прописывает британцу рукоятью меча в челюсть и аккуратно укладывает на траву.

Оглядывая остальных пленников, я спрашиваю:

— Монстроеды?

— Да, господин, — покорно отвечает тот, кого я вырубил его же ружьём. Уже пришёл в себя, только шишка на лбу осталась.

— Надо же. То есть Кравченко не просто продаёт разломные ресурсы кому попало, он ещё и сотрудничает с Монстроедами? — спрашиваю я, поворачиваясь к Герману.

— Сам видишь, — хмуро отвечает тот.

— Видимо, тогда, когда Монстроеды проникали в Крепость ночи и убивали там наших, это было с его позволения. Ну, Николай Васильевич, ты мне за это ответишь, — качаю головой и направляюсь к амбару, где находится склад контрабанды.

Захожу внутрь и аж присвистываю. Судя по всему, перед отправкой они какое-то время копили товар. Потому что разломных ресурсов здесь много, и среди них есть довольно редкие.

Слышу какой-то шорох в глубине амбара и активирую астральное зрение. Может быть, это всего лишь мышь, но…

Ха-ха, нет, это не мышь. Вижу, как за ящиками кто-то прячется. Даже не подхожу, просто выпускаю струны и хватаю засранца.

— А-а! Какого хрена⁈ Отпустите! Я ни при чём! Я простой человек! — орёт он, пока я по земле тащу его к себе.

— Ага. Ты, наверное, просто мимо проходил, а сюда поссать зашел? — усмехаюсь я.

— Я случайно! Я заблудился! Я ничего не знаю!

— Тогда можешь не бояться. Тебя допросят и отпустят, — обещаю я.

Но как только пленник оказывается рядом, и я вижу его лицо, то начинаю хохотать:

— Нет, похоже, что никто тебя не отпустит! Узнаёшь меня?

— З-зверь? — заикаясь, спрашивает уродливый посредник.

Да, тот самый, с кем я недавно договорился о поставке. Выходит, что я оказался прав, и эти задания оказались связаны. Вот и славно. Мне это только на руку.

— Ты серьёзно попал, дружок. Буду с тобой честен: до этого я водил тебя за нос, чтобы выйти на иностранных покупателей. Ответь-ка мне на один вопрос. Я же правильно понимаю, что это всего лишь перевалочный пункт? — спрашиваю я.

Посредник ничего не отвечает, только смотрит на меня и часто моргает. Видимо, слишком шокирован произошедшим.

Щёлкаю пальцами у него перед лицом и говорю:

— Эй! Не беси меня, отвечай на вопрос.

— Д-да.

— Что да?

— Это перевалочный пункт. Но я не знаю, где настоящий склад, — лепечет он.

— Слушай, если не будешь сотрудничать — тебя казнят. Но если будешь паинькой, то я смогу убедить командование, чтобы тебя отправили на каторгу. Что лучше, сдохнуть или жить, трудясь на благо страны? — спрашиваю я.

— Лучше жить, — сглотнув, отвечает посредник.

— Полностью тебя в этом поддерживаю. Поэтому давай, говори.

— Честно, не знаю! Мне такого не говорят, моя задача — свести продавца и покупателя, — скулит он.

— Допустим. И кто в этом случае продавец, командор Кравченко? — спрашиваю я.

— Да…

— А покупатель?

— Британская разведка… Ну или кто они там. Англичане, в общем, — сознаётся посредник.

— Нехорошо так поступать. Ладно бы ты продавал ресурсы внутри страны, но сплавлять их англичанам это полный ай-яй-яй, — качаю головой я.

— Знаю, знаю! Простите меня, — со слезами на глазах канючит уродец.

— Ладно, не плачь. Я попрошу, чтобы тебя отправили на каторгу, если на суде ты чистосердечно во всём признаешься и дашь показания против Николая Васильевича. Главная падла в этой схеме всё-таки он, — говорю я и, схватив посредника за шиворот, выволакиваю на улицу.

Последующие дни выдаются очень суматошными. В Крепость ночи прибывают императорские прокуроры и дознаватели, инспекция ордена Стражей и другие высокопоставленные лица. По Твери проходит волна арестов чиновников и банкиров, которые помогали Кравченко в его тёмных делишках. Спецслужбы накрывают несколько складов, где британские покупатели хранили ресурсы, предназначенные для отправки за границу.

Меня тоже не раз допрашивают, поскольку я имел с Николаем Васильевичем деловые связи. Но ни в каких махинациях не участвовал, и это легко проверить. Тем более, я сам участвовал в аресте преступников.

Процесс надолго не затягивается. Через три дня командора Кравченко лишают звания, конфискуют всё имущество в пользу короны и казнят. Капитана Радова за блестяще проведённую операцию награждают медалью и предлагают занять должность тверского командора, на что Герман с радостью соглашается.

Я подхожу к нему после торжественного построения на базе возле Крепости и крепко жму руку:

— Поздравляю, Герман. Ты это заслужил. Отлично смотришься в командорском мундире!

— Спасибо, Андрей. Ты мне очень помог, — Радов обнимает меня и хлопает по спине, а затем добавляет:

— Насчёт твоего процента от дохода Крепости ночи. Всё в силе. Я даже готов увеличить твою долю, особенно если ты готов и дальше вкладываться в инфраструктуру базы. Вообще, что касается гостиницы и прочих предприятий — отдаю всё тебе. В отличие от покойного Кравченко, я не делец, мне важнее защищать людей. Я вообще собираюсь перенести штаб в другое место, а здесь оставлю заместителя. Кстати, не хочешь на эту должность?

— Нет, благодарю. У меня другие планы, — улыбаюсь я.

— Знал, что ты откажешься, но был обязан предложить. Ещё раз спасибо, Андрей! — улыбнувшись, Герман поворачивается к другим Стражам, которые хотят поздравить его с повышением.

Я решаю не оставаться на запланированный праздник, и вместе со своим отрядом возвращаюсь домой через портал. Мы отпразднуем по-своему: приготовим казан плова, нажарим шашлыков и погудим на свежем воздухе.

Едва успеваю зайти домой, чтобы переодеться, как у меня звонит телефон. Номер скрыт, но я догадываюсь, кто это может быть.

— Алло?

— Здравствуйте, Андрей Алексеевич. Это Павел.

— Здравствуйте, Павел. Полагаю, вы слышали о том, что я со всем справился?

— Конечно. Сегодня наши люди захватили последний из известных складов контрабанды. Вы с капитаном… прощу прощения, с командором Радовым отлично поработали вместе. Невероятное совпадение, что вы одновременно взялись за одно и то же дело.

— Ну, Герман уже давно копал в этом направлении. А вот вы и правда, очень вовремя появились, — с улыбкой говорю я.

— Такая у нас работа, — смеётся в ответ Павел.

«Да, да, конечно. Вы наверняка знали, что Радов подбирается к правде, и вовремя подсуетились. Чтобы не только ордену достались все лавры. Хотя, конечно, помощь спецслужб была неоценимой, и без них в любом случае не обошлось бы», — думаю я.

— Андрей Алексеевич, я благодарю вас от лица Российской Империи. Пока что только на словах, но будьте уверены, материальная награда тоже последует, — говорит Павел.

— Вы же помните, я не ради денег пошёл на это. Но спасибо. Увидимся.

— Всего доброго, ваше благородие, — прощается агент.

Приняв душ и переодевшись, я выхожу на улицу, где Лариса уже разожгла костёр, а бойцы начинают жарить шашлык. Похоже, что сегодня нас ожидает незабываемый вечер!

Санкт-Петербург. Центральное управление ордена Стражей. Кабинет верховного командора.

— Здравия желаю, ваше сиятельство, — войдя в кабинет, командор Фурин кланяется.

— Проходи, Дима, садись, — верховный встаёт из-за стола и указывает на кресла возле окна.

Дмитрий Сергеевич располагается в кресле, которое оказывается тесновато для его мощного тела. Фёдор Витальевич Коршунов, верховный командор ордена, садится напротив. Невысокий и узкоплечий, он выглядит довольно щуплым, но не стоит обманываться. Внутри Коршунова скрывается огромная магическая сила. Глубокий шрам от виска до подбородка говорит о том, что в своё время верховный не раз сражался с монстрами.

— Я позвал тебя, чтобы поговорить о Багровых Стражах и их командире, — сообщает Фёдор Витальевич.

— Об этом стоит поговорить, — кивает Фурин.

— Успехи этого отряда невероятны. Я изучил твои отчёты и не поверил, что это всё правда. Барон Зверев очень силён, да и не глуп тоже. Быстро смог сколотить капитал, помог Радову вывести Кравченко на чистую воду. Эх, Коля. Погубила тебя всё-таки жадность, — Коршунов качает головой.

— Он получил то, что заслужил, — хмуро отвечает Дмитрий Сергеевич.

— Бесспорно. Но он был неплохим командором. Крепкий хозяйственник, с ним тверское отделение работало почти безупречно. Ещё посмотрим, как справится Радов… Ну да ладно, вернёмся к Звереву. Крайне перспективный юноша, почему он не хочет стать офицером? — спрашивает Фёдор Витальевич.

Фурин пожимает плечами:

— Свободу любит. Я уже не раз предлагал, но он всегда отказывался.

— Жаль, очень жаль. Впрочем, он и на своём месте приносит ордену немалую пользу. Надо как-то его поощрить и дать возможность развиваться, что думаешь?

— Конечно, надо. Я ведь уже и сам предлагал.

Коршунов задумчиво кивает и продолжает:

— Да, зря я раньше не обращал на это внимание. А теперь, ты представляешь, сам император попросил меня наградить Зверева.

— Сам император? Неужели слухи об Андрее уже и до него дошли? — удивляется Дмитрий Сергеевич.

— Думаю, там не только слухи. Точно не могу сказать, но мне кажется, барон Зверев как-то сотрудничал с императорской семьёй… Впрочем, это не наше дело, лучше не вмешиваться. Но наградить барона необходимо! Устрой мне встречу с ним, Дима. Скажем, через неделю. Я к тому времени подумаю, как можно отблагодарить его и всё подготовлю. Думаю, что Зверев будет приятно удивлён…

От авторов:

Уважаемые читатели, с это недели мы переходим на график выкладки глав 5/2. Следующая глава будет опубликована 06.01.2025 г.

С уважением к вам, Алексей и Александр.

Глава 10

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

После того, как закончилась короткая, но содержательная эпопея с контрабандистами, я полностью погрузился в создание артефактов. Мы с Виктором успешно наказали на экономическом поле графа Беркута, теперь настала очередь князя Чернова.

Можно было взяться за графа Ярыгина, но этот хитрый жук явно впечатлился примером Беркута и понял, что пахнет жареным. Он пригласил меня и семью Самойловых на ужин, где долго рассыпался в извинениях и преподнёс нам дорогие подарки. Мне, например, подарил позолоченный щит с гербом Зверевых, чтобы я мог повесить его в своём поместье.

Само собой, я ни на грамм не поверил Кириллу Родионовичу и долго изучал щит на предмет скрытой магии или шпионского оборудования. Ни того, ни другого не нашёл. Но всё равно, подозревая подлянку, не стал вешать щит дома. Вдруг он ворованный или ещё что-нибудь? Спрятал его в подвал в западном поместье.

Тем не менее, прогиб Ярыгина был засчитан, и мы с Виктором решили его пока не трогать. Если это не хитрый манёвр, то будем считать, что он сдался.

Поэтому теперь наша цель — Чернов.

Артефакты приносят ему уйму денег, и в первую очередь я решил бить по самому больному. Как следует изучив ассортимент, который выпускает его фабрика, я обратил внимание на кинжалы для самообороны. Довольно массовый продукт, но всё равно дорогой, поскольку дворяне часто покупают такие кинжалы для своих дам или детей. Особых навыков они не требуют, а за счёт магических свойств помогут постоять за себя в случае опасности. Понятное дело, что у каждого охрана и все такое, но защита лишней не бывает.

Так что я решил сделать несколько подобных кинжалов. Только продавать их дешевле, а заодно использовать другие хитрости, чтобы нанести экономике Чернова как можно больший ущерб.

Я использовал готовый клинок, который лишь заточил нужным образом и нанёс необходимую гравировку. Сделал эфес, украсил его простенькими драгоценными камнями и наложил чары.

Первый же кинжал получился изумительным. Гораздо качественнее, чем те, что производит князь Чернов. Долго не думая, я изготовил ещё несколько таких же, и ещё один особенный, на который у меня был отдельный план.

Закончив на сегодня работу, выхожу из мастерской и звоню Алисе:

— Слушаю, ваше благородие, — приятным голосом отвечает моя секретарша.

— Организуй приём в моём поместье. Барон Зверев приглашает петербургских аристократов на новоселье и заодно хочет поделиться радостной новостью. Обязательно пригласи графа Ярыгина, я хочу показать своим недругам, что они потеряли союзника. Также пригласи барона Светлакова, чтобы все видели, что я благородно отношусь к проигравшим. Граф Беркут и князь Чернов не должны присутствовать, — инструктирую я.

— Всё записала, ваше благородие, — щебечет в ответ Алиса.

— Для гостей должны быть приготовлены какие-нибудь небольшие, но милые подарки. Да, и пригласи семью Темниковых.

— Хорошо, господин. Есть что-то ещё? Пожелания по развлечениям для гостей и угощению? Нам нужны музыканты или украшение зала?

— Насчёт всего этого свяжись с Мироном. Приём должен состояться через неделю.

— Всё будет сделано, ваше благородие, — отвечает девушка.

Мы прощаемся, и я с чувством выполненного долга иду спать. А наутро меня ждёт сюрприз.

Просыпаюсь от звука уведомления на телефоне. Смотрю на экран и не сразу понимаю, в чём дело. Через приложение Стражей мне пришло срочное сообщение о том, что меня вызывают в центральное управление.

Это хорошо или плохо? Думаю, что хорошо, потому что я не косячил. Скорее, меня хотят похвалить за помощь капитану Радову в поимке злостного предателя.

Встреча назначена на полдень, время подготовиться у меня есть. Сначала отправляюсь на привычную пробежку — теперь со мной бегает не только Щелкунчик, но ещё и Багдыр. Алтайцу понравилось так разминаться утром, к тому же, мы много говорим о развитии его таланта. Парень впитывает знания, как губка, и тут же применяет их на практике. Я с ним не ошибся.

После пробежки отправляюсь в душ, бреюсь и надеваю парадный мундир Стражей, на который вешаю все свои медали. Не ради того, чтобы повыпендриваться, верховный командор и без того наверняка в курсе, сколько у меня наград. Просто так положено, насколько я понимаю, это официальная встреча на высшем уровне.

Сажусь в автомобиль и еду. Центральное управление ордена находится, как нетрудно догадаться, в центре Петербурга, недалеко от Адмиралтейской площади.

У въезда на территорию дежурят до зубов вооружённые Стражи, однако для меня открывают шлагбаум, едва успеваю приблизиться. Охранники вытягиваются в струнку и отдают честь. Приятно. Но я всё-таки и правда не рядовой член ордена, а командир вольного отряда.

Паркуюсь, после чего поднимаюсь по высокому крыльцу, а мне навстречу выходит, цокая каблучками, сногсшибательная блондинка. Судя по мини-юбке и полупрозрачной белой блузке, она гражданская.

— Андрей Алексеевич, рада вас видеть. Меня зовут Мария, я секретарь верховного командора. Позвольте вас проводить, — сверкая белозубой улыбкой, говорит блондинка и жестом приглашает меня внутрь.

Следую за ней. Мы проходим через мраморный холл и оказываемся в лифте.

— Позвольте, я нажму, — Мария тянется к кнопке последнего этажа, то ли случайно, то ли намеренно касаясь грудью моего плеча.

Поднимаемся долго. От девушки приятно пахнет цветочными духами, и она постоянно косится на меня, поправляя волосы и прикусывая нижнюю губу.

— Извините, вы женаты? — решается спросить она. Ого, похоже, я сильно ей понравился.

— Нет, но у меня есть девушка, — честно отвечаю я.

— Ей очень повезло, — с придыханием говорит Мария.

— Спасибо за комплимент, — улыбаюсь я, и тут лифт останавливается.

— Идёмте, — девушка, тронув меня за плечо, идёт вперёд, преувеличенно активно виляя бёдрами.

В кабинет верховного командора ведут двойные деревянные двери. Остановившись возле них, Мария осторожно стучится. Изнутри доносится голос:

— Войдите!

— Прошу, Андрей Алексеевич, — блондинка открывает для меня двери и чуть кланяется, как бы приглашая заглянуть в декольте.

— Благодарю, Мария, — киваю я и вхожу. Двери за моей спиной бесшумно закрываются.

Просторный кабинет наполнен солнечным светом, бьющим из ростовых окон. На стенах висят мечи и головы монстров разломов, а по центру комнаты стоит массивный стол, за которым расположился неожиданно мелковатый мужчина. Когда он поднимает лицо, я вижу глубокий шрам от виска до подбородка. На пару с сильной магической аурой это говорит о том, что человек явно на своём месте. Ему явно пришлось через многое пройти, чтобы оказаться в этом кабинете.

— Барон Зверев! Наконец-то мы встретились, — верховный командор встаёт и направляется ко мне.

— Здравствуйте, Фёдор Витальевич, — я глубоко киваю и пожимаю протянутую руку.

— Безмерно счастлив познакомиться, Андрей Алексеевич. Должен сказать, я по-настоящему впечатлён вашими успехами, — скользнув взглядом по моим медалям, говорит он.

— Стараюсь, командор. Самое интересное ещё впереди.

— Я думаю точно так же! Поэтому и вызвал вас к себе. Для начала, позвольте наградить вас официально, — Коршунов достаёт из кармана кителя бархатную коробочку, внутри которой оказывается ещё одна медаль. Он достаёт её и произносит:

— От лица ордена Стражей объявляю благодарность за верную службу и высокие результаты. Орден и Российская Империя гордятся вами.

С этими словами командор прикалывает медаль мне на грудь и ещё раз пожимает руку.

— Спасибо, — отвечаю я.

— Не за что, Андрей. Это меньшее, что я могу сделать. Но это, кстати, не всё. Давайте присядем, — Коршунов указывает на стоящие у стены кожаные кресла.

Садимся. Командор берёт со столика коньяк в коллекционной бутылке и наливает нам. Протянув мне бокал, он поднимает второй и говорит:

— За ваши успехи, Андрей!

— Спасибо, — повторяюсь я.

Сделав глоток, Коршунов отставляет бокал и откидывается на спинку кресла, сцепив руки в замок.

— Итак. Я изучил отчёты об эффективности Багровых Стражей. Как я уже сказал, вы и ваши люди произвели на меня невероятное впечатление. Вы не только защищаете людей от монстров, но и приносите большой доход ордену и Российской Империи.

Молча киваю в ответ. Похвалы с меня уже достаточно, пора бы переходить к сути. Коршунов, кажется, правильно понимает мою реакцию, потому что говорит:

— Именно поэтому я принял решение, что пора расширить ваш отряд.

— Я уже и сам думал об этом, командор.

— Отлично, значит, наши мысли совпадают! Сколько сейчас человек в отряде, двадцать два вместе с вами?

— Так точно, — киваю я.

— Предлагаю взять ещё сорок человек. Справитесь с таким пополнением?

— Конечно. Мой заместитель всегда поможет при необходимости.

— Я собираюсь объявить набор среди членов ордена по всей Российской Империи. Чтобы Багровые Стражи пополнились лучшими из лучших! — Коршунов решительно хлопает ладонью по подлокотнику.

— Благодарю, командор.

— Это ещё не всё. Вся экипировка новых бойцов, включая бронемашины, будет оплачена из казны ордена и короны. Да, я знаю, что вы предпочитаете сами обеспечивать своих людей. Но прошу не отказываться! Сам император замолвил за вас слово, — понизив голос, говорит Фёдор Витальевич.

Я соображаю, что император таким образом выражает материальную благодарность за задержание контрабандистов. Поэтому решаю и правда не отказываться — в конце концов, это заслуженно. Кормить и снабжать новых членов отряда расходниками я всё равно буду за свой счёт.

— Не смею отказываться от такой щедрости, — говорю я.

— Вот и прекрасно. Что ж, Андрей Алексеевич, думаю, на этом всё. Буду следить за вашими дальнейшими успехами, — Коршунов поднимается и протягивает мне руку.

Я ставлю бокал с недопитым коньяком на стол, пожимаю верховному командору руку и направляюсь к выходу. Мария ждёт меня за дверью. Хм-м, по-моему, блузка у неё была застёгнута на одну пуговицу больше. Я так сильно ей понравился, что она решила соблазнить меня прямо в центральном управлении ордена?

— У меня через десять минут перерыв. Может, выпьем кофе? — спрашивает она, когда мы спускаемся в лифте.

— Спасибо за предложение. У меня много дел, — отвечаю я, стараясь не смотреть на краешек кружевного лифчика, который выглядывает из-под блузки.

— Не отказывайтесь, Андрей Алексеевич. Здесь рядом есть гостиница, там подают просто шикарный кофе, — сверкая глазками, произносит блондинка.

Лифт как раз останавливается на первом этаже. Улыбнувшись, я говорю:

— Какая вы настойчивая.

— У меня много достоинств, ваше благородие, — мурлыкает Мария, приближаясь ко мне.

— Не сомневаюсь, но, к сожалению, я не тот, кто готов их раскрыть. Не обижайтесь, дело в не в вас. Всего доброго.

Девушка явно расстроена, но всё же выдавливает улыбку и говорит:

— Буду рада видеть вас снова. Возможно, в следующий раз наша встреча пройдёт иначе.

Ничего не отвечаю на это, только киваю и ухожу.

Выйдя на крыльцо, вдыхаю свежий воздух и невольно улыбаюсь. Отлично, мои достижения заметили уже на самом верху. Состав Багровых Стражей скоро увеличится втрое! И это только бойцы, нам также понадобятся механики, оружейники и другой обслуживающий персонал. Не говоря уж о том, что надо будет увеличить и отряд добытчиков — надо будет, кстати, позвонить Дмитрию Сергеевичу и поговорить об этом. Наверняка есть и другие ветераны ордена, готовые заняться относительно безопасной работёнкой в разломах.

Как бы там ни было, я доволен. И уверен, что это только начало.

Неделя пролетает незаметно. Все приготовления к приёму в моём поместье проходят почти незаметно для меня — Алиса и Мирон взяли на себя все обязанности, меня лишь просят утвердить то или иное и предоставляют отчеты.

За день до приёма я беру Ларису, и мы едем в город.

— Опять новое платье? — вздыхает рыженькая.

— Говоришь так, будто наряжаться для тебя в тягость, — усмехаюсь я.

— Нет. Но я всё равно чувствую себя немного не в своей тарелке на светских мероприятиях. Сам знаешь, я боевой маг, а не кисейная барышня.

— Конечно. Поэтому ты мне так и нравишься. Кстати, в комбинезоне Стражей ты выглядишь просто бесподобно. Но на дворянском приёме дамам положено быть в вечерних платьях. Я бы тоже в спортивный костюм оделся, но этикет не позволяет.

— Значит, у меня нет выбора. Ладно, платье так платье.

— Выберем такое, чтобы ты в нём всех поразила. В конце концов, на этом приёме ты предстанешь как моя официальная девушка, и должна выглядеть достойно рядом с хозяином дома, — подмигиваю я.

— Официальная… девушка? — Лара почему-то бледнеет.

— А чего ты так удивляешься? Мы с тобой встречаемся, это уже ни для кого не секрет, — пожимаю плечами я, паркуя машину возле магазина женской одежды.

Мы находим для Ларисы потрясающее красное платье с открытыми плечами. Оно великолепно подчёркивает фигуру и сочетается с цветом волос девушки.

На следующий вечер к моему поместью начинают съезжаться десятки автомобилей. Хорошо, что строители успели засыпать гравием площадку под парковку. В числе моих гостей — командор Фурин с супругой, семья Самойловых, барон Светлаков и множество других дворян. Часть из них я вижу впервые в жизни, а с другими уже встречался на императорском балу и других приёмах.

Жаль, что кап… то есть, командор Радов не смог приехать. Слишком много дел на новой должности. Но в качестве подарка на новоселье он передал мне бутылку дорогущего коньяка и голову красной виверны на щите, чтобы повесить на стену. Надо полагать, это очередная благодарность за то, что на испытании я спас ему жизнь, выручив из когтей именно такой виверны.

Граф Ярыгин не явился, сославшись на то, что заболел. Ну да, конечно. Знаю я такую болезнь, воспаление страха называется. Кирилл Родионович испугался, что князь Чернов разозлится, если он явится ко мне в гости. Что ж, понимаю.

Князь Чернов Роман Витальевич хоть и не явился сам, поскольку не был приглашен, однако прислал человека с подарком в виде придверного коврика и собачьей миски.

Наверняка он рассчитывал, что это будет принято, как оскорбление — типа он считает меня псом. Но я только посмеялся.

— Передай своему господину, что мне понравился подарок. Напишу на этом коврике его имя, чтобы не забывать, кто его подарил, и буду вытирать об него ноги. А вот миску верну обратно. Подожди секунду, — оставив посланца на пороге, я иду в дом, беру со стола пару канапе, бокал шампанского и возвращаюсь. Бросив еду в миску, выливаю туда же шампанское, отдаю ошарашенному мужчине и говорю:

— Передай князю Чернову угощение от меня. Всего доброго, — улыбнувшись напоследок, захлопываю дверь.

Приём проходит отлично. Все гости восхищаются ремонтом, который я сделал в своём поместье. Еда, напитки и организованные развлечения тоже доставляют всем удовольствие.

А затем наступает время самого важного. Я стучу вилкой по бокалу, привлекая внимания. Музыканты перестают играть, стихают разговоры. Все смотрят на меня.

— Дамы и господа! Прежде всего, благодарю вас всех за то, что прибыли сегодня в мой дом. Мне было очень приятно слышать ваши добрые слова и поздравления с новосельем. И получать подарки тоже, конечно! — добавляю я, вызывая короткий смех среди гостей. Затем продолжаю:

— Но я позвал вас не только для того, чтобы похвастаться ремонтом. Недавно я увлёкся изготовлением артефактов и хочу предложить вам приобрести несколько своих изделий. Спешу заметить, что изделия высочайшего качества, однако я готов продать их за бесценок. Поэтому не думайте, будто я решил таким образом окупить приём!

Присутствующие снова смеются, а я подаю знак слуге, и он выносит широкий поднос, покрытый бархатной тканью, на которой лежит несколько созданных мной кинжалов.

— Эти клинки предназначены для самообороны. Подобные производит фабрика одного известного аристократа, но я смело утверждаю, что мои изделия не уступают им качестве. Скорее, даже превосходят. Граф Назаров, не соизволите ли убедиться? — я беру один кинжал и протягиваю его рукоятью вперёд стоящему неподалёку седому мужчине.

Граф Назаров — известный коллекционер артефактов и прекрасно в них разбирается. Попросив его осмотреть артефакт, я проявил уважение к его опыту, да и гости прислушаются к графу скорее, чем ко мне.

Назаров внимательно изучает кинжал, щёлкает ногтем по клинку и прислушивается к звону. Водит пальцем по гравировке, применяет какое-то изучающее заклинание и удовлетворённо хмыкает:

— Превосходный артефакт.

— Он ваш, граф. Благодарю за оценку, — с лёгким поклоном говорю я.

— Правда? Спасибо, ваше благородие! — искренне радуется Назаров.

— А теперь, кто-нибудь хочет приобрести такой же кинжал, качество которого так высоко оценил его сиятельство? — спрашиваю я, и зал как будто взрывается.

Те несколько кинжалов, что я изготовил, разлетаются как горячие пирожки. Люди довольны приобретением, а те, кому не досталось, тут же начинают заваливать меня вопросами:

— Барон, когда вы сможете сделать ещё⁈

— Ваше благородие, мне нужно три таких кинжала для моих племянниц!

— Когда?

— Когда?

— Чуть позже обязательно займусь этим. Пожалуйста, оставьте заявку моему дворецкому. Если вы хотите купить партию, это тоже можно устроить, — отвечаю я, а затем поднимаю ладонь, призывая к молчанию, и говорю:

— Это ещё не всё. Как насчёт небольшого аукциона, дамы и господа?

Подаю знак, и в зал заходят две специально нанятые модели. Обворожительно улыбаясь, девушки несут на бархатной подушке ещё один кинжал. Он почти такой же, как и остальные, если не считать золотой рукояти и бриллианта на эфесе.

— Этот особый кинжал достанется тому, кто готов предложить наибольшую сумму. Все деньги пойдут на благотворительность, тем людям, которые пострадали от монстров из разломов. Начнём? — спрашиваю я.

Граф Назаров в следующий миг называет такую сумму, что я не думаю, будто кто-то захочет с ним потягаться. Однако ошибаюсь — другие гости перебивают его ставку, и торг становится всё азартнее. Но в итоге кинжал всё-таки достаётся Назарову. Чему и он, и я очень рады.

После этого слуги приносят для всех новую порцию шампанского и десерт, чтобы отметить завершение аукциона. Чуть позже объявляются танцы, а затем гости понемногу начинают расходиться.

Когда мы с Ларисой выходим на крыльцо, чтобы проводить Самойловых, я вижу, как по дороге к поместью приближается машина. Кто-то из уже уехавших гостей что-то забыл?

Из автомобиля выходит человек в деловом костюме, который с некоторым удивлением разглядывает праздничное оформление поместья. Заметив меня, он быстрым шагом приближается. Низко поклонившись, говорит:

— Добрый вечер, ваше благородие! Надеюсь, я вас не потревожил.

— Добрый вечер. Как видите, сегодня у меня и так много гостей. Чем могу помочь? — интересуюсь я.

— Я прибыл от лица её императорского величества Анастасии Фёдоровны, чтобы передать вам это, — мужчина достаёт из внутреннего кармана конверт с золотыми уголками и двумя руками протягивает его мне.

— От кого⁈ — у Виктора и его отца, которые ещё не успели далеко отойти, отвисают челюсти.

Собственно, то же самое происходит и с другими гостями, которые услышали фразу посланника. Только Лариса не удивляется. Она-то уже в курсе, что я неплохо знаком с императрицей-матерью.

— Благодарю, — сдержанно отвечаю я и забираю конверт.

Хоть меня и гложет любопытство, не хочу открывать его при всех, поэтому убираю его в карман. Пусть будет почва для слухов — я не против, чтобы люди гадали, что же за послание передала мне Анастасия Фёдоровна.

Посланник снова кланяется и немедленно возвращается к машине, пожелав нам приятного вечера.

— Зверюга, что за дела? Ты знаком с ней? — начинает допытываться Виктор.

— Немного. Танцевали с ней на балу в Зимнем дворце, — пожимаю плечами я.

— С самой императрицей-матерью? И ты остался жив после этого? — округляет глаза Самойлов-старший.

— Ну что вы, Борис Анатольевич. Анастасия Фёдоровна очень милая женщина.

— Безусловно, но… не самая милосердная. Говорят, что в прошлый раз мужчине, который пригласил её на танец…

— Отрубили голову, знаю. Моя, как видите, на месте, так что можете не беспокоиться, — усмехаюсь я.

— Я просто удивлён, что ты получаешь послания от столь высокопоставленных людей, — объясняет граф Самойлов.

Он явно хочет спросить, что же в письме, но благоразумно решает не проявлять излишнего любопытства. Ещё раз пожав мне руку, он уходит к машине. А вот Витёк оказывается более настойчив. Буквально подпрыгнув ко мне, он шипит:

— Что там? Покажи!

— Разве можно вскрывать послания от коронованных особ прилюдно? — наигранно удивляюсь я.

— Зверюга, не издевайся! Я же твой друг! А Лариса теперь вообще твоя девушка! Ты от нас обоих собираешься скрывать⁈

— Только от тебя, — смеюсь я.

— Тоже мне, друг, — кривится Самойлов.

— Ой, да ладно тебе, не дуйся. Я шучу. Давайте все вместе посмотрим, — бросив взгляд по сторонам, я убеждаюсь, что поблизости никого нет, и достаю конверт.

Лариса и Виктор затаили дыхание, пока я вскрываю конверт. Достаю прямоугольник из фактурной бумаги, скрытый внутри, и читаю, что на нём написано.

— Нихрена себе! — выкрикивает Витёк.

— Это… это правда? — расширяет глаза Лара.

— Вряд ли её величество решила нас с тобой разыграть. Так что да, Огонёчек, это правда. Анастасия Фёдоровна приглашает нас с тобой на ужин в Зимний дворец, — киваю я, ещё раз перечитывая написанное.

— Нихрена себе, — уже тише повторяет Самойлов.

— А… а что я надену? — как-то испуганно смотрит на меня Лариса.

Я громко смеюсь и спрашиваю:

— Ну как же, дорогая! Придётся завтра снова поехать в магазин за новым платьем.

— Доченька, всё в порядке? Ты какая-то бледная, — рядом с нами неожиданно появляется Алиса Фёдоровна, мама Ларисы.

— Да, всё хорошо. Просто нас пригласили на званый ужин во дворец, вот она и разволновалась немного, — объясняю я.

— Куда вас пригласили⁈ — Алиса Фёдоровна становится такой же бледной, как её дочь.

— Да что вы так удивляетесь, в самом деле? Это просто ужин. Успокойтесь. Давайте я вас провожу до машины, — я подставляю маме Ларисы локоть, она берёт меня под руку, и мы вместе идём на парковку.

— Я понимаю, ты не последний человек в столице. Хотя на ужин во дворце не всякого князя приглашают, но тем не менее… Почему мою дочь тоже позвали? — спрашивает Алиса Фёдоровна.

— Потому что её величество уже видела нас вместе и сказала, что мы красивая пара, — с улыбкой отвечаю я.

— Правда? Ну, то есть, я тоже так считаю…

— Не волнуйтесь. Мы просто поужинаем в высшем обществе, нас же не на допрос вызывают, — говорю я.

Помогаю женщине усесться в машину, а следом усаживаю и Ларису, перед этим чмокнув её в щёку. Сегодня Огонёчек ночует не в казарме, а дома у родителей. На завтра я дал ей выходной от дел отряда, и не напрасно, как выяснилось.

— Завтра утром заеду за тобой, поедем выбирать платье.

— Хорошо. Только заедь пораньше, мне ещё надо будет к визажисту! И к парикмахеру тоже, и к мастеру по маникюру! — тараторит Огонёчек.

— Тише, тише. Ты уже сегодня сделала себе маникюр, он у тебя идеальный. До завтра не испортится. Всё будет в порядке, расслабься. Подумаешь, ужин! Вы такой шум из этого устроили, — наклоняюсь, чтобы ещё раз чмокнуть Ларису в щёку и закрываю дверь автомобиля.

Они с родителями уезжают, а скоро отбывают и все остальные гости. Слуги начинают наводить порядок в поместье, ну а я отправляюсь спать. Нет, на самом деле, официальное приглашение от императрицы — событие не рядовое. И я тоже слегка волнуюсь. Потому что вряд ли Анастасия Фёдоровна решила позвать меня просто так, от нечего делать.

Я уже убедился, что хоть она и выглядит, как моя покойная бабуля из прошлой жизни, но внутри она далеко не такая. Она опасная и расчётливая женщина, которая ничего не делает напрасно. Возможно, ей опять что-то нужно от меня, а может быть…

Ладно, посмотрим. Не люблю загадывать. А пока что нужно выспаться — приём прошёл как надо, однако я всё равно утомился.

Раздеваюсь, падаю на кровать и с чувством выполненного долга отключаюсь.

После утренней пробежки принимаю душ и собираюсь ехать в город. Но едва отъезжаю от поместья, как вижу едущий навстречу чёрный седан без номеров. Ух ты, знакомая машина.

Останавливаюсь и жду, когда она подъедет. Седан останавливается рядом со мной, и водитель опускает стекло.

— Надо же! Я ожидал увидеть того хмурого типа, — говорю я, заметив за рулём Павла.

— Он доложил, что у вас случилось небольшое недопонимание. Было принято решение больше вас не сводить, — отвечает он.

— Он какой-то нервный. Вы бы проверили его на профпригодность. Впрочем, это не моё дело. Я чем-то могу помочь, Павел?

— С вами желают встретиться. Прямо сейчас.

— Кто? — спрашиваю я.

Вместо ответа он просто показывает пальцем вверх. До меня сразу же доходит, что может означать этот жест.

— Вы серьёзно? Сам имп…

— Не надо вслух. Да. Поэтому надо ехать прямо сейчас, на моей машине, — говорит Павел.

— Хорошо, — недолго думая, я выхожу из своего автомобиля и пересаживаюсь к агенту.

Мы отправляемся в город, где подъезжаем к неприметному старинному зданию. Судя по вывеске, здесь располагается адвокатская контора. Но судя по количеству камер и охранных артефактов — это скорее замаскированный штаб имперской канцелярии.

На входе меня проверяют специальным заклинанием и просят оставить родовой меч.

— Только вы его не трогайте. Я ещё и сам с его силой не до конца освоился, — предупреждаю я, снимая клинок с пояса.

— Конечно, ваше благородие, — вежливо отвечают охранники.

Павел отводит меня на третий этаж и затем кивает на дверь в конце коридора. Иду к ней, думая, что в последние дни слишком много влиятельных людей желают встретиться со мной. Верховный командор, императрица-мать, а теперь и сам монарх… С ума сойти можно.

В прошлой жизни я был знаком со всеми правителями, со многими дружил и запросто мог явиться в гости без приглашения. Но в этом мире я к подобному ещё не привык. Да и российский император гораздо более могущественная личность, чем любой из королей Аркелима.

Когда подхожу к двери, она сама открывается мне навстречу. Проём закрыт магической завесой, которая не пропускает ни свет, ни звук. Такое чувство, будто я шагаю в пустоту.

Но пройдя через завесу, оказываюсь в обычной комнате. Справа от меня возле окна стоит мужчина в идеальном костюме. Заложив руки за спину, он смотрит на улицу. Его сильнейшая магическая аура плотно заполняет всё пространство вокруг.

— Здравствуй, Андрей, — произносит он. Даже от его голоса разносятся волны мощнейшей магии.

— Здравствуйте, Александр Николаевич.

Император поворачивается ко мне, осматривает, а затем слегка улыбается и подходит, на ходу протягивая руку. Пожимаю её.

— От лица Российской Империи и от себя лично благодарю за службу, барон. Вы помогли нам раскрыть целую сеть незаконных складов и нанести удар по недружелюбной иностранной организации, — говорит он, глядя мне в глаза.

— Спасибо, ваше величество, — отвечаю я.

— Ты уже виделся с Коршуновым? Он передал тебе мою благодарность?

— Да, ваше величество. Спасибо.

— Это меньшее, что я могу сделать. Ты заслужил гораздо более весомую награду. Впрочем, она тебя ждёт, — Александр Николаевич кивает мне за спину.

Обернувшись, вижу два меча в ножнах, лежащие на столе. Один меч побольше, а другой поменьше, будто предназначен для женщины или ребёнка.

— Что это? — спрашиваю я.

— То, что принадлежит тебе по праву. Мечи рода Зверевых, утерянные после той войны, случившейся тридцать лет назад. Я смог их отыскать и в качестве своей благодарности вручаю тебе, — отвечает император.

— Ни хре… то есть, спасибо, ваше величество!

Александр Николаевич смеётся и говорит:

— Пожалуйста, Андрей. Эти мечи в любом случае должны были вернуться домой. Ещё раз благодарю за службу! Рад был встрече.

С этим словами он возвращается к окну и отворачивается. Я понимаю, что аудиенция окончена, да и сказать императору мне особо нечего. Разве что спросить, будет ли он сегодня на ужине во дворце.

Ну, если будет, то встретимся. Забираю мечи и выхожу из комнаты, стискивая их в руках.

Так, похоже, что покупка платья для Ларисы немного откладывается. Успеем! Появилась задача важнее.

Я должен немедленно вернуться в поместье и отнести мечи к потайной двери в своём кабинете!

Глава 11

Российская империя. Санкт-Петербург.

Я так сильно хочу поскорее вернуться домой, чтобы отнести мечи к потайной двери, что решаю рискнуть. Отыскиваю тихий тупиковый переулок, а потом захожу за мусорные баки.

— А-а! — вдруг раздаётся вопль.

За баками уже кое-кто есть. Там сидит бомж и поедает шаверму, а у него в ногах лежит лохматая чёрная собака. Бомж пугается моего появления и прижимает еду к себе, а собака подскакивает и начинает лаять.

— Я её купил! Честное слово! — вопит мужик, а собака продолжает тявкать.

— А чего тогда так испугался? Видимо, украл всё-таки у кого-то.

— Нет-нет, клянусь. Не трогайте меня!

— Да нужен ты мне. Молчать! — рявкаю на псину.

Собака тут же замолкает и прижимается к хозяину, а тот обнимает её одной рукой, второй стискивая свою несчастную шаверму.

— На, купи себе ещё одну. Прямо сейчас, — говорю я, протягивая бомжу купюру.

Мужчина верно понимает мой намёк и спешит немедленно убраться. Осторожно взяв грязными пальцами деньги, он прячет их в карман и встаёт.

— Спасибо, господин. Черныш, идём.

Бомж встаёт, забирает свой пакет, в котором звенит стекло, и уходит.

Убеждаюсь, что он свалил и вокруг больше никого нет, после чего создаю портал с помощью родового амулета. Тут же прыгаю в него и, оказавшись в домашнем разломе с лугом, закрываю портал.

— Ваше благородие? — звучит рядом удивлённый голос.

Поворачиваюсь и вижу своего алхимика.

— О, Багдыр, привет. Как дела, как сам?

— Да всё отлично, господин барон. Вот, за травками пришёл, а тут вы. Не знал, что вы можете порталы создавать, — с восхищением произносит алтаец.

— Вот и дальше делай вид, что не знаешь. Вообще-то это родовая тайна, и даже не все члены рода об этом знают. Одним словом, держи язык за зубами.

— Конечно. Я могила.

— Хорошо. Тогда увидимся, — говорю я.

Хлопнув Багдыра по плечу, я трусцой направляюсь к выходу из разлома. Висящие за плечами мечи бьются о спину, будто бы подгоняя. Я и сам тороплюсь. Очень уж хочется посмотреть, что будет! Понятное дело, что для открытия двери всё ещё не хватает одного артефакта, но зато Конрад опять сможет вспомнить что-то новое и наверняка обретёт новые силы.

Я спешу и по другой причине — сегодня мне предстоит ужин в Зимнем дворце. Надо ехать в город, покупать Ларисе платье, да и с собой что-нибудь необходимо взять. Насколько я понимаю, приходить на подобный ужин принято с небольшим подарком для хозяина. Бутылка вина или хотя бы букет цветов для Анастасии Фёдоровны будут очень кстати.

А поскольку приглашает меня очень высокая персона, выбору подарка надо уделить достаточно внимания, чтобы не ударить в грязь лицом.

Как только выхожу из портала, в кармане тут же начинает звонить телефон. Кто бы сомневался, что это Лариса.

— Андрей, ты что, проспал? Почему телефон недоступен? Я уже в городе! — вместо приветствия она заваливает меня вопросами.

— Спокойствие, Огонёчек. У меня возникли неожиданные, но важные дела, — говорю я.

— Важнее, чем ужин во дворце? Мне же нужно выбрать платье! А под платье сделать соответствующий макияж! И…

— Так, стоп! Лариса, ты же не первый день меня знаешь. Мы всё успеем сделать. Если хочешь, можешь начать выбирать платье без меня. Я кое-что сделаю и приеду в город, — прерываю я ее излияние.

— Не хочу выбирать одна, — бубнит Лара.

— Тогда зайди в кафе, возьми кофейку и расслабься. Я скоро приеду, и мы всё успеем. Договорились?

— Договорились, — вздыхает девушка.

— Отлично. На связи, — говорю я и сбрасываю звонок.

Только успеваю подойти к поместью, как рядом со мной появляется Конрад и ахает, глядя на торчащие у меня из-за плеча рукояти мечей.

— Господин! Господин! — причитает он, будто не в силах сказать ничего другого.

— Да, Конрад, это они. Мечи рода Зверевых вернулись домой, — с улыбкой говорю я.

— Господин, вы истинный наследник рода! Истинный владыка этого поместья и всех земель вокруг! Вы по-настоящему достойны титула и звания главы рода! — расхваливает меня призрак, и лицо его выглядит так, будто он плачет от радости. Хотя слёз, конечно, нет. Бесплотное существо не может плакать.

— Брось, это не совсем моя заслуга. Я, конечно, сделал кое-что, но мечи достал другой человек и передал их мне, — отмахиваюсь я.

Призрак взмахивает руками и громко возражает:

— Какая разница! Если бы вы не сделали это «кое-что», тот человек не отдал бы вам мечи просто так, верно? Значит, это ваша заслуга!

— Хорошо-хорошо. Можешь продолжать рассказывать, какой я молодец, пока поднимаемся наверх, — смеюсь я и захожу в дом.

— Это приказ, господин?

— Нет, это шутка. Идём в кабинет, обсудим наше общее дело, — говорю я, направляясь к лестнице.

— Здравствуйте, господин. Разве вы не уехали в город? — мне навстречу выходит Мирон.

— На удивление сложный вопрос. Давай не буду отвечать на него, ладно? Прикажи всем слугам покинуть третий этаж, — говорю я, уже поднимаясь по лестнице.

— Конечно, господин, — кланяется дворецкий и берётся за рацию. Дом у меня большой, поэтому обслуживающий персонал обеспечили рациями с зашифрованными каналами для связи друг с другом.

Когда поднимаюсь на третий этаж, там уже никого нет, кроме Конрада, который в нетерпении летает туда-сюда возле двери в мой кабинет. Слуги уже спустились по другой лестнице, специально для них предназначенной.

Отперев артефактную дверь, я захожу в кабинет и запираюсь изнутри. Конрад дополнительно ставит магический барьер, после чего я жму на скрытую в сейфе кнопку.

Происходит уже привычная вещь — один из книжных шкафов растворяется, а за ним появляется дверь. Из пяти символов, полукругом начертанных на ней, горят два.

Мечи у меня за спиной начинают ощутимо вибрировать. Снимаю их и достаю из ножен, после чего приближаюсь к двери. Конрад, не отрываясь, следит за каждым моим движением.

Стоит мне подойти, как оба меча неожиданно и очень быстро вырываются из рук. Такое чувство, будто дверь превратилась в магнит — мечи прилипают к ней крест-накрест. Поочерёдно загораются два новых символа, и теперь их становится четыре. Чтобы открыть дверь, осталось зажечь последний, самый крупный символ.

На клинке большого меча проступают такие же магические знаки, как и на самой двери, а на клинке маленького меча сияет затейливая вязь.

— Конрад, ты знаешь, какие свойства у этих мечей? — я поворачиваюсь к призраку.

Тот не отвечает. Взлетев под потолок, он прижимает пальцы к вискам и так сильно хмурит лоб, будто его мучает мигрень. Похоже, к нему прямо сейчас возвращаются воспоминания и открываются новые силы. Сразу два артефакта Зверевых вернулись домой — надо полагать, призраку нужно время, чтобы справиться с этим.

Ничего, подожду немного.

Достаю из скрытого в серванте холодильника бутылку воды и делаю большой глоток. Сажусь на кресло, наблюдая за призраком, который беззвучно шевелит губами, продолжая потирать виски.

Ожидание затягивается. Уходить я не хочу, несмотря на то что время начинает поджимать — нам с Ларисой действительно нужно многое успеть до вечера. Ну ничего, успеем. Узнать от призрака новую информацию о собственном роде не менее важно, чем побывать на ужине в императорском дворце. А то и важнее.

Пока Конрад переваривает нахлынувшие на него воспоминания, я обращаю свои мысли в другое русло. Мне надо найти последний родовой артефакт, самый сильный. Я даже не знаю, что это за предмет, но с этим призрак вскоре может мне помочь. Зато я догадываюсь, у кого этот артефакт может быть — у князя Чернова.

Само собой, это далеко не факт, но вероятность высока. Ведь именно Роман Витальевич развязал ту войну. И хотя за него воевали вассалы, вряд ли он остался без трофеев. Земли и другое недвижимое имущество достались Хрипунову и Рогову, а вот материальные ценности, включая артефакты, вполне могли отойти князю.

Надо как-нибудь узнать, так ли это. Сам Чернов вряд ли согласиться поделиться информацией. Мы с ним находимся в состоянии вражды — я уверен, что он готовит против меня новые козни, да и сам не сижу сложа руки. Поэтому на вежливую и открытую беседу можно не рассчитывать.

Хм-м… Кажется, есть у меня одна идея, как узнать, что хранится в сокровищнице князя. Для этого надо позвонить другому моему недругу.

И нет, это не граф Ярыгин, который поспешил упасть кверху пузом. Он вряд ли согласится рисковать. Лучше позвонить графу Беркуту. На него у меня есть рычаг давления, и не один. Сергей Егорович с немалой вероятностью согласится на моё предложение.

Бросаю взгляд на Конрада, который не спеша покачивается вперёд-назад, продолжая что-то неслышно бормотать. Процесс идёт, не буду тревожить.

Достаю из кармана телефон и набираю номер графа Беркута. Проходит несколько длинных гудков, прежде чем он берёт трубку.

— Неожиданный звонок, ваше благородие, — вместо приветствия говорит он. Тон голоса не назовёшь дружелюбным.

— Доброго утра, ваше сиятельство. Как настроение? Как идут дела? — спрашиваю я.

— Звонишь, чтобы поиздеваться? — рычит Беркут.

— Если бы я хотел поиздеваться, то собрал бы новую пресс-конференцию и в красках описал нашу с вами дуэль. Скажите спасибо, что я сделал это только в общих словах. Ладно, к сути: приглашаю вас к себе в поместье, Сергей Егорович. Нам нужно обсудить кое-что.

Граф отвечает не сразу, а потом спрашивает:

— Это что, какая-то ловушка?

— Нет. Я намерен сделать вам предложение. Вы всё ещё хотите вернуть свои мечи или нет?

— Хочу, — осторожно произносит Беркут.

— Вот и приезжайте. Скажем, завтра вечером, часиков в семь, — говорю я.

— Хорошо. Я буду.

— Вот и славно. Тогда до завтра, — говорю я и кладу трубку.

Делаю ещё пару глотков воды. В этот момент клинки перестают светиться, мечи отрываются от двери и зависают в воздухе перед ней. Я подтягиваю их к себе струнами и вкладываю в ножны. Как только делаю это, Конрад резко распахивает глаза и выкрикивает:

— Я вспомнил!!!

— Что именно? — уточняю я.

Спускаясь ко мне по воздуху, призрак говорит:

— Очень многое, господин. Я вспомнил имена и лица всех членов вашего рода, которых знал, и даже тех, которых видел лишь на фотографиях. Я вспомнил, как жил и работал в этом доме, исполняя те же обязанности, что сейчас исполняет господин Благодеев… О, сколько я всего вспомнил!

— Рад за тебя, Конрад. А то непросто, должно быть, жить с дырой в памяти, — говорю я.

Конрад кланяется и говорит:

— Вы абсолютно правы. Спасибо, господин, я тоже очень рад. Полагаю, что вам будет интересно узнать больше о своих предках. Но также я уверен, что вам гораздо интереснее услышать о клятве рода и о том, что скрывается за дверью…

Санкт-Петербург. Городская резиденция графа Беркута.

Положив трубку, Сергей Егорович глубоко вздыхает. Встав с дивана, на котором сидел, он проходит в кабинет, по пути бросая слуге:

— Не беспокоить меня.

— Как скажете, ваше сиятельство, — отвечает тот, низко кланяясь.

Зайдя в кабинет, граф Беркут запирает дверь, наливает себе виски и садится за рабочий стол. Сделав глоток, он задумчиво крутит бокал в руке, наблюдая за тем, как играет свет на стеклянных узорах и янтарном напитке.

— Что задумал этот подонок? — вслух спрашивает он сам у себя.

Сделав ещё глоток, отвечает на собственный вопрос:

— Само собой, он не отдаст мне мечи просто так. И деньги ему тоже не нужны. Значит, он хочет о чём-то меня попросить. Вряд ли это будет приятно! Скорее, напротив, это будет мерзко и унизительно.

Скривившись, Сергей Егорович залпом допивает виски и стучит бокалом о стол.

— С другой стороны, это шанс вернуть родовые мечи. Вряд ли у меня получится восстановить испорченную репутацию, с этим уроном придётся смириться. Восстановлением репутации я займусь позже, а сейчас есть смысл хотя бы выслушать Зверева.

С этими словами граф Беркут поднимается из-за стола и решительно говорит сам себе:

— Да, решено! Так я и сделаю. Выслушаю этого мерзавца, может быть, его предложение окажется вполне разумным… А если нет — я всегда могу согласиться для видимости и сделать так, что он пожалеет о попытке меня использовать!

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

— Ты что, всё вспомнил? — вставая с кресла, спрашиваю я.

Конрад с улыбкой качает головой:

— К сожалению, не полностью, господин. Но вспомнил многое, и с радостью готов рассказать вам.

— Очень внимательно тебя слушаю.

— Для начала, теперь я могу рассказать, что находится за дверью. Там — зАмок из другого мира. Постоянный контролируемый разлом, в котором действует уникальное энергетическое поле. С его помощью можно увеличивать силу своего дара, каким бы он ни был, в том числе и магический, — рассказывает Конрад.

— Можно усиливать любой дар? — с сомнением спрашиваю я.

— Абсолютно любой, господин. Этот замок был построен сильнейшими существами во вселенной. Раньше этим замком владел мой род, но, мы не успели добиться нужных результатов. Враги узнали о том, что у нас есть секрет рода, который делает нас сильнее и возжелали отобрать его, даже не зная, что именно нас усиливает. Несколько самых сильных и влиятельных родов нашего королевства объединились и уничтожили весь наш род. Выжил только я, поскольку мне приказали забрать мастер-ключ от этого разлома и найти тех, кто достоин им обладать. Для всех остальных моя родня инсценировала мою смерть до того, как их всех убили. Со временем я нашел достойный и сильный род, который принес клятву. Это был род Зверевых. Я учел ошибки своего рода и разделил мастер-ключ на пять частей, создав из тех артефактов, что мне предоставили, ключи в разлом. И только собрав их все вместе, можно попасть в этот замок. Однако и Зверевы потерпели поражение. Но с вашим появлением, у меня вновь разгорелась надежда. Вы достаточно сильны, чтобы выжить и исполнить клятву, принесенную вашим родом, — рассказывает призрак.

— Мне жаль твою родню, дружище, — говорю я.

— Ничего, господин. Просто нахлынуло, на самом деле я смирился с этим ещё при жизни.

— Почему же ты не открыл его для себя? Почему подарил этот секрет роду Зверевых? — задаю я резонный вопрос.

— Причина проста. Чтобы получить возможность пользоваться благами замка, требуется принести клятву, на которую я бы не решился. Я оставался единственным в роду, и у меня не хватило бы ни сил, не смелости взять на себя такую ответственность, — объясняет Конрад.

— Погоди-погоди. То есть ты и про клятву тоже вспомнил? В чём она состоит?

— Здесь я вынужден разочаровать вас, господин. Помню только то, что клятва связана именно с обретением силы, но в чём именно она состоит… Увы, на этом месте до сих пор пустота, — разводит руками призрак.

— Жаль. Но то, что ты рассказал, уже много. И теперь мне гораздо сильнее хочется проникнуть за эту дверь! — ударив кулаком о ладонь, говорю я.

— Тогда вам нужно отыскать последний артефакт рода. Это скипетр, дарующий главе рода власть над разломом, скрытым за этой дверью, — говорит Конрад.

— Ого. Рад, что ты вспомнил. А у меня возникла идея, где можно найти этот скипетр, но придётся подождать немного. Спасибо, Конрад, что рассказал всё это.

— Пожалуйста, господин. Вам спасибо, что вернули все прочие артефакты! Осталось достать только один, — радостно улыбается призрак.

— Скоро и он будет дома. Кстати, что насчёт твоих сил? Ты получил новые умения?

— Да, конечно! Теперь я могу почувствовать каждого человека на землях нашего рода с любого расстояния и назвать его точное местоположение. Также я и сам могу телепортироваться в любую точку ваших владений и применять боевую магию — правда, не слишком сильную, особенно по сравнению с вашей. И конечно, мой купол стал намного крепче! — заканчивает призрак.

— Отлично. Ещё раз спасибо, Конрад. Мне пора ехать, — говорю я.

— Я помню, господин, у вас назначен ужин с важной персоной. Желаю хорошо провести время, — кланяется призрак.

Попрощавшись, я отправляюсь на улицу. Моя машина осталась на дороге, там, где я встретился с Павлом. Ускорившись с помощью маны, бегу к ней, прыгаю за руль и тороплюсь в город. Лариса наверняка меня уже заждалась.

— Ты знаешь, что не стоит заставлять девушку ждать? — вместо приветствия произносит Лариса, когда подхожу к ней в кафе.

— В курсе. Прости. Дела рода. Не мог отложить, — ответил я, положил наличку за кофе с чаевыми на стол, и мы вышли на улицу.

Мы с ней успеваем сделать всё, что запланировали. Купить новое платье для неё и новый смокинг для меня, чтобы наши наряды идеально сочетались. Заодно заходим в ювелирный магазин, где я покупаю для Лары комплект из кольца и серёжек, а себе беру часы, которые прекрасно гармонируют со смокингом.

В назначенный час мы подъезжаем к Зимнему дворцу. Охрана докладывает о нашем прибытии, и менее чем через минуту подъезжает белый лимузин, из которого выходит слуга и говорит:

— Господин Зверев, госпожа Темникова. Прошу вас сесть сюда. Вашу машину доставят на парковку, а вас — к нужному входу во дворец.

— Хорошо. Одну секунду, — отвечаю я и выхожу из автомобиля.

Помогаю Ларисе спуститься — в её длинном платье и на высоких каблуках не так-то просто это сделать. После чего мы садимся в лимузин и нас отвозят ко вхожу во дворец. Там встречают уже другие слуги и провожают в зал, где состоится ужин.

Стол уже накрыт, горят свечи, ненавязчиво играет пианист. Несколько гостей, среди которых я вижу знакомые лица, общаются возле окна. Анастасия Фёдоровна среди них. Заметив нас, она громко ахает и спешит навстречу:

— Андрей, Лариса! Как я рада вас видеть!

— Взаимно, ваше императорское величество, — отвечаю я и кланяюсь, а Лариса делает книксен.

Анастасия Фёдоровна тепло улыбается, по очереди обнимает нас за плечи и целует воздух рядом с щекой. Офигеть. Надо полагать, это неслыханная честь — чтобы императрица-мать обозначила поцелуй.

Скоро прибывают остальные гости, и мы рассаживаемся за столы. Слуги разливают вино и разносят холодные закуски, а затем горячие. После этого наступает черёд супа, а затем нас ждёт ещё три перемены блюд, и в конце десерт. Всё это время слуги постоянно подливают вино — они такие быстрые и незаметные, что возникает ощущение, будто бокалы вообще не пустеют.

За ужином идёт вежливый светский разговор. Анастасия Фёдоровна уделяет внимание каждому из гостей, давая понять, что неплохо знакома с делами всех присутствующих.

Перед десертом объявляется небольшой перерыв. Гости встают, чтобы немного размяться и посетить уборную. Императрица жестом отзывает меня в сторону. Мы подходим к окну, и я вижу, как императрица-мать накладывает полог тишины.

— Я слышала, Андрей, ты начал производство артефактов, — говорит она.

— Так и есть, ваше величество.

— Я одобряю, что ты продаёшь полезные артефакты по невысокой цене. К тому же, ты пустил часть денег на благотворительность, не так ли?

— Да, бОльшую часть. И намерен продолжать это дело. В конце концов, есть очень много людей, которые пострадали от монстров из разломов. Может быть, я даже со временем создам фонд для поддержки таких людей, — говорю я.

— Прекрасная идея, Андрей, очень благородно. Я была уверена, что ты не алчный человек и рада, что не ошиблась в тебе. Поэтому хочу предложить тебе кое-что. Как ты смотришь на то, что я помогу тебе получить лицензию на производство артефактов? Ты ведь собираешься рано или переходить на промышленные масштабы? — спрашивает императрица.

— Думаю об этом, ваше величество, — уклончиво отвечаю я.

— Я могла бы тебе поспособствовать в этом деле. Кроме лицензии, ты мог бы получить дополнительные льготы на покупку ресурсов у Стражей и обычных материалов у производителей. Плюс какие-нибудь ещё льготы для производства, скажем, снижение налогов или что-нибудь в этом духе… Как ты смотришь на это всё?

— Звучит слишком роскошно, ваше величество, — улыбаюсь я.

Анастасия Фёдоровна улыбается в ответ и как бы утешающе похлопывает меня по руке.

— Понимаю, ты ищешь подвох. Или думаешь, что я хочу сделать тебя зависимым от меня. Это вовсе не так! Я слышала, ты помог моему сыну сделать важное дело, и хочу отблагодарить за это.

— Его величество уже отблагодарил меня, причём не единожды.

— А я нет. К тому же, я действительно хочу, чтобы твоё артефактное дело развивалось. Пойми, Андрей — ты сделал уже очень много полезного для империи. И да, мы с Александром можем снова попросить тебя об услуге. Надеюсь, ты не откажешь нам, но ведь сотрудничество должно быть взаимовыгодным, правда? Поэтому прошу, не отказывайся от моего предложения.

Всего несколько секунд требуется мне на то, чтобы принять решение. Да, не хочется быть обязанным императорской семье, но если это просто жест доброй воли, то зачем вставать в позу? Анастасия Фёдоровна права, наши отношения должны быть выгодны обеим сторонам.

К тому же, если меня снова попросят помочь разобраться с контрабандистами или с тем, кто их покрывает — я же всё равно не откажусь. С радостью брошусь ловить негодяев. Ну, или рвать их на куски, это уж как получится.

— Я согласен, ваше величество. Прошу, не принимайте мои сомнения как оскорбление, — говорю я.

— Что ты, Андрей. Я всё понимаю. Теперь давай вернёмся за стол, — с улыбкой говорит императрица.

Она снимает полог тишины, и мы направляемся к остальным гостям.

Когда вечер заканчивается, слуги подают мою машину. Отрезвив себя с помощью Астрала, я сажусь за руль. А вот Лариса отрезвить себя не может, а вина успела выпить немало, поэтому теперь она достаточно пьяненькая.

— Не хочу ехать к родителям в таком виде. И в казарму тоже не хочу! — говорит она.

— У тебя же отдельная комната со всеми удобствами.

— Всё равно не хочу, — морщится Лара.

— Не вопрос, тогда поехали ко мне, — пожимаю плечами я.

— К тебе в поместье? Ну-у… Только при условии, что ты выделишь мне отдельную спальню, — заявляет Огонёчек.

— Вы ещё и условия ставите, госпожа Темникова! Ладно, будет тебе отдельная спальня. Там даже душ и туалет свои есть, и никто ещё не спал, между прочим. Поехали, — говорю я и добавляю газу.

По ночным дорогам быстро добираемся до поместья. Как только проезжаем границу владений, в салоне вдруг появляется Конрад и говорит:

— Добро пожаловать домой, господин.

Лариса визжит и от неожиданности даже создаёт огненное заклинание. Мигом вытягиваю из него ману — ещё не хватало, чтобы она спалила мой любимый автомобиль.

Я и сам вздрогнул, когда призрак так неожиданно оказался рядом. Видимо, он так испытывает свои новые способности.

— Конрад, не делай так больше! Приказываю.

— Простите, господин. Я уже понял, что напугал Ларису Ивановну, — с виноватым видом произносит призрак.

— Если мне что-то понадобится, я буду тебя звать, договорились? Передай Мирону, чтобы подготовил гостевую спальню на третьем этаже, — приказываю я.

— Хорошо. Простите ещё раз, — отвечает Конрад и исчезает.

Скоро добираемся до дома и поднимаемся на третий этаж.

— Доброй ночи, Андрей, — с улыбкой говорит Лариса и направляется к своей комнате.

— Ты правда поверила, что всё так и будет? — усмехаюсь я.

— Что ты имеешь в виду?

Взяв девушку за талию, я прижимаю её к себе. Лариса ахает, её щёчки сразу же покрывает румянец. Не отрываясь от моих глаз, она шепчет:

— Зверев, отпусти.

— Нет. Так ты правда поверила, что будешь ночевать в гостевой спальне? Есть только один вариант, красавица, — поправляю её волосы и провожу кончиками пальцев по шее.

— Какой? — ещё тише спрашивает она.

— Сегодня ты будешь спать в моей постели.

С этими словами открываю дверь своей комнаты и увлекаю Ларису внутрь. Она не сопротивляется. Её дыхание становится чаще, в глазах сверкают искры возбуждения.

— Тебе повезло, что я выпила. Иначе ни за что не согласилась бы, — шепчет она.

— А может все наоборот, и ты выпила столько чтобы мне сегодня повезло? — медленно расстегивая молнию на спине её платья, спрашиваю я.

— Может и наоборот. А это важно?

— Нисколько, — отвечаю я нежно и целю её.

Заканчиваем почти с рассветом и, обессиленные, засыпаем в объятиях друг друга. А вот просыпаюсь я от возгласа:

— Зверев, ты что наделал⁈

Открываю глаза и вижу Ларису, которая уставилась на красное пятно на простыне.

— То, что тебе вчера очень понравилось, судя по тому, какие звуки ты издавала, — отвечаю я.

— Ты сума сошел⁈ Что теперь делать⁈

— Предлагаю повторить. Мне вчера тоже понравилось.

— Сдурел⁈ Ты воспользовался мной и тебя даже совесть не мучает? — возмущается Огонёчек.

— Ни капельки. Давно надо это было это сделать, — усмехаюсь я.

— Дурак! — отвечает Лариса и шлепает меня по груди ладошкой.

Стянув одеяло, она укутывается в него и идет в душ со словами:

— И не вздумай за мной подглядывать!

Я слышу, как там начинает шуметь вода, поднимаюсь, подхожу к шкафу и достаю оттуда родовое кольцо. Конрад говорил, что оно женское и что его свойства можно узнать только после того, как его наденет женщина из рода Зверевых. Не одеваясь, иду в ванную комнату.

Лара закрылась на замок, но разве для меня это проблема? С лёгкостью вскрываю его и вхожу.

— Зверев, выйди отсюда немедленно! — возмущается Лариса, прикрывая свою наготу руками.

Вместо ответа я вхожу в просторную душевую кабину, встаю на колено, держа кольцо двумя пальцами, и говорю:

— Любимая, выходи за меня замуж.

Лариса застывает на месте, даже прикрываться перестала от удивления.

— Ты сейчас шутишь? — произносит она.

— Нет. Я тебя люблю, ты любишь меня, чего ждать?

— То есть ты делаешь мне предложение в голом виде в ванной, да ещё и с кольцом, которое намного больше моего размера?

— Да.

Лара смотрит на меня, хлопая ресницами. Вода стекает по её прекрасному обнажённому телу, но всё мое внимание обращено на её лицо. Я жду её ответа.

— Андрей, если ты так сильно меня хочешь, то не нужно этого делать. Я не откажу тебе в утренних ласках… Так что, всё в порядке, не переживай. Сейчас всё будет. Иди, я скоро освобожу ванную и дождусь, пока ты примешь душ.

— Мне, конечно, очень хочется повторить то, что было ночью, но я делаю это по другой причине, которую я уже озвучил. Я люблю тебя, ты любишь меня. Ты согласна выйти за меня замуж? — снова задаю я тот же вопрос.

Огонёчек несколько секунд смотрит мне в глаза, не отводя взгляда, а потом отвечает:

— Зверев, ну почему у тебя всё не как у людей? Даже предложение делаешь, застав меня голой в душе… Ну, конечно я согласна!

Улыбнувшись, я надеваю кольцо ей на пальчик, и оно тут же сужается до её размера.

— А это как⁈ Почему оно уменьшилось⁈ — удивляется девушка.

— Это родовое кольцо Зверевых. Очень сильный артефакт.

— Правда⁈ Круто! А что оно делает?

— Понятия не имею, но мы это узнаем, когда ты выйдешь за меня замуж. А теперь давай уже примем душ и сделаем то, что собирались, — отвечаю я, встаю и притягиваю Ларису к себе

Она обнимает меня в ответ и тянется, чтобы поцеловать. Конечно же, поцелуями дело не ограничивается…

Вдоволь насладившись друг другом сначала в душе, а затем и на кровати, мы одеваемся и едем к родителям Ларисы. Надо сообщить им радостную новость и попросить благословения. Уверен, что никаких препятствий не возникнет — чета Темниковых не дураки и понимают, что всё к этому и шло.

Оказываюсь прав. Едва мы появляемся на пороге их уютного домика, как Ольга Михайловна сразу понимает, что к чему. Всплеснув руками, она выкрикивает:

— Неужели! Андрей, это то, о чём я думаю?

— Думаю, да, Ольга Михайловна. Ваш супруг дома? — с улыбкой интересуюсь я.

— Дома. Ваня! Иди сюда, скорее!

— Что-то случилось? — Иван Степанович выглядывает из комнаты.

— Случилось, папа, — слегка смущаясь, отвечает Лара.

— Иван Степанович, Ольга Михайловна. Я хочу жениться на вашей дочери и прошу вашего благословения, — почтительно поклонившись, говорю я.

Отец Ларисы пару раз хлопает глазами, а затем издаёт радостный возглас и бежит ко мне, чтобы заключить в объятия.

— Конечно, мы даём своё благословение! Ты не представляешь, как я рад, Андрей. Буду счастлив назвать тебя сыном!

— Взаимно, Иван Степанович. Буду очень рад назвать вас отцом, — отвечаю я, хлопая его по спине.

Нас приглашают за стол, чтобы немного отметить наше обручение. Лариса хвастается кольцом, которое я ей подарил. Ольга Михайловна тут же начинает обзванивать родных и друзей семьи, чтобы поделиться радостной новостью.

Немного погостив, я собираюсь уезжать. Огонёчек решает на какое-то время остаться у родителей, чтобы обсудить приготовления к свадьбе. Хотя мы не ещё назначили дату, уверен, что у моей невесты появилась уже целая куча мыслей на этот счет.

Когда подхожу к машине, в кармане звонит телефон. Это Георгий. Видимо, известия дошли и до него.

— Алло, — отвечаю я.

— Это правда? — как-то хмуро спрашивает Мрак.

— Смотря о чём ты.

— О вас с Ларисой.

— Правда.

— Охренеть. То есть, я знал, что вы вместе, но почему-то не думал, что вы так быстро поженитесь… — говорит Георгий.

— Всё в порядке? — уточняю я.

— Ты шутишь, командир? Я очень рад, что моя сестра выйдет замуж за такого достойного человека!

— Приятно слышать, Мрак, спасибо. Значит, скоро мы с тобой породнимся.

— Буду рад этому, Андрей! — уверенно заявляет Георгий.

Я отправляюсь в город, заезжаю к Тимофею и подписываю несколько необходимых бумаг. После чего, пообедав в ресторане, еду обратно в поместье.

На парковке стоит два чёрных внедорожника. Не сразу соображаю, что за гости ко мне явились, но потом вижу гербы и всё понимаю.

Значит, Сергей Егорович всё-таки принял моё предложение. И даже вечера не дождался, приехал раньше. Что ж, я не против его принять. Уверен, что граф Беркут не откажется от того, что я хочу ему предложить…

Глава 12

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

— Доброе утро, Сергей Егорович, — говорю я, войдя в гостиную.

Сидящий на диване граф Беркут поворачивается ко мне и встаёт, чтобы коротко поклониться.

— Доброе утро, Андрей Алексеевич. У вас чудесный дом и прекрасный дворецкий. Не везде меня принимают с таким радушием. Это особенно удивительно, учитывая, что мы с вами отнюдь не друзья.

— Вы правы, — с усмешкой замечаю я и подаю знак стоящему возле Мирону.

Дворецкий кланяется и выходит из комнаты, оставляя нас с Беркутом наедине. Я сажусь в кресло напротив графа. Положив руки на подлокотники, смотрю ему в глаза и спрашиваю:

— А как вам чай? Очень вкусный, правда? Это краснодарский, с частной плантации.

— Вкусный. Но я приехал к вам не для чаепития. Давайте перейдём к делу, барон, — Сергей Егорович, сведя брови, отодвигает чашку с недопитым напитком.

— Что ж, давайте. Мне от вас кое-что нужно. Если вы сделаете это, то я верну вам все три родовых меча, включая магическую саблю, которую проиграл господин Суворов. Вы помните, это тот самый бретёр, которого вы наняли в надежде меня победить, — с лёгкой усмешкой произношу я.

— Помню. Что конкретно вы хотите? — хмуро интересуется Беркут.

— После войны, которая случилась тридцать лет назад, были утеряны родовые артефакты моего рода. Большую часть из них я уже отыскал, остался последний. Я хочу, чтобы вы узнали, не находится ли этот артефакт у князя Чернова. Если да, то достаньте его для меня.

Пока я говорю, брови графа ползут всё выше, в конце концов теряясь за светлой чёлкой. Истерично хохотнув, он громко спрашивает:

— Вы издеваетесь⁈

Я невозмутимо пожимаю плечами и отвечаю:

— Нет. Если вы достанете мой родовой артефакт, взамен получите свои родовые мечи. К тому же я уверен, что после этого у вашего завода наладятся дела.

Намекаю на то, что это именно благодаря мне дела завода пошли плохо. Впрочем, Беркут и сам наверняка в курсе, я просто говорю, что могу прекратить атаку и попросить барона Сладкова возобновить сотрудничество с Беркутом.

В глазах Сергея Егоровича полыхает чистый гнев. Судя по лицу, он еле сдерживается, чтобы не заорать на меня. Но самообладание и осторожность у него всё же имеются. Громко скрипнув зубами, Беркут отвечает:

— Я попробую узнать. Но ничего не обещаю.

— Я почти уверен в том, что артефакт находится у Романа Витальевича. Он мог его продать или подарить кому-нибудь, в любом случае, вы сможете отыскать его. Помогите мне, и я заслужите мою благодарность, — спокойно говорю я.

— Хорошо, — цедит граф.

— И да, на всякий случай. Если вы расскажете о нашей маленькой договорённости князю Чернову, я продам все ваши мечи на аукционе. Или вообще переплавлю на умывальники для солдат.

Беркут, судя по лицу, возмущён и даже не сразу находится с ответом. Впрочем, я и не собираюсь больше его слушать. Встаю и зову дворецкого:

— Мирон! Проводи его сиятельство. До свидания, Сергей Егорович. Надеюсь, вскоре получить от вас приятные новости.

— Как я сказал, ничего не обещаю. До свидания, ваше благородие, — бурчит напоследок Беркут и уходит.

Что ж, по крайней мере, он согласился. Это уже неплохо. Сергей Егорович очень сильно хочет вернуть свои родовые клинки, и поэтому наверняка постарается найти хотя бы информацию. Пусть лучше эту работу выполнит граф. Не стоит лишний раз самому подставляться. Подобное лучше делать руками своих врагов, если имеется такая возможность. В случае провала вся вина ляжет на Беркута. Его никто не заставлял и не принуждал. Ему предложили оплату, и он согласился. Граф это четко понимает и не станет сдавать меня, потому что ко мне претензий в этом случае все равно не будет, а вот ему достанется. И не хило так достанется.

А у меня и других дел хватает, особенно после вчерашнего дня, который оказался насыщен важными событиями.

Я вчера сделал предложение Ларисе. Это не было спонтанным решением. Я давно уже определился с выбором, просто вчера подвернулся удачный момент. Да, выглядело это странно, и, наверняка, она ждала не такого предложения, но я поступил правильно. Не стоило тянуть дольше. Я уверен, Лара именно та женщина, которая мне нужна. Красивая, умная, с сильным магическим даром… Мне с ней интересно и хорошо. А после совместно проведённой ночи, я убедился, что эта женщина создана для меня, и отдавать её кому-то другому я не намерен.

Теперь мне предстоит подготовка к свадьбе и сама церемония. С подобным я ещё не сталкивался. В прошлой жизни как-то обошёлся без брака. Надеюсь, что от меня не потребуется слишком многого для организации этого мероприятия, и Лариса с помощью своих родителей и моих слуг сама со всем разберётся.

Конечно, я тоже собираюсь поучаствовать. Но если верить шуткам и слухам, невесты уделяют очень много внимания каждой мелочи, вплоть до цвета салфеток на праздничных столах и количеству вензельков на приглашениях. Я в такие тонкости погружаться не желаю. И займусь тем, что важно не только для меня, но и для всего моего рода.

Вчера на ужине Анастасия Фёдоровна прямо заявила, что готова помочь мне развить артефактное производство! Поэтому тянуть нельзя, надо браться за дело. Во-первых, мне поступили заказы на две дюжины кинжалов, во-вторых, я намерен изготовить другие интересные образцы. Есть идеи для защитных артефактов, для охранных и так далее.

Помещения для открытия производства можно подыскать на северных или западных землях. Надо поручить Тимофею, чтобы подал заявку на получение лицензии, закупить оборудование и сырьё, нанять сотрудников… Со всем этим нет проблем, кроме последнего. Где взять умелых и, главное, верных людей? Этот вопрос преследует меня всё время.

Что ж, у меня есть идея. Зачем я вообще занялся артефактами? В первую очередь затем, чтобы нанести удар по экономике Чернова. Что, если и работников мне позаимствовать у него?

Лёд уже в любом случае тронулся. Я прилюдно заявил, что делаю артефакты и продал несколько изделий. Информация о том, что я получил лицензию на массовое производство, быстро дойдёт до Романа Витальевича. Поэтому можно не скрываться и действовать открыто.

Звоню своему секретарю:

— Алиса, здравствуй.

— Здравствуйте, ваше благородие! Поздравляю со скорой свадьбой!

— Уже узнала?

— Я ваш секретарь и мне положено знать такое. К тому же слухи быстро расходятся, — отвечает Алиса.

— Да уж. Но я звоню тебе по другому поводу. Поищи в открытых источниках информацию на руководителей артефактной фабрики князя Чернова.

— Что конкретно вас интересует? — уточняет девушка.

— Всё. Финансовое и семейное положение, долги, судебные дела, вопросы здоровья… Если у кого-то из них есть проблемы, я хочу об этом знать. Сможешь найти?

— Вряд ли всё из перечисленного можно найти в открытых источниках, — с сомнением тянет Алиса.

— Как ты только что заметила, слухи быстро расходятся. Поищи по социальным сетям. Чем быстрее будет результат, тем лучше, — говорю я.

— Хорошо, господин барон. Я приступлю немедленно, — с готовностью отвечает секретарь. Если она справится с этим заданием, нужно будет перевести её в личные помощницы и поднять зарплату.

Вешаю трубку и решаю посмотреть, как дела у моего алхимика. Не успеваю спуститься в подвал, как мне звонит сначала Виктор, потом его отец, а потом все знакомые Стражи — начиная от командоров Радова и Фурина, заканчивая теми, с кем мы вместе проходили обучение. И да, их всех интересует один и тот же вопрос: когда свадьба⁈

К сожалению, ответа у меня нет. Поэтому отделываюсь одним и тем же ответом: как только, так сразу. И да, конечно, всех позвонивших я заранее приглашаю на праздник. Как иначе? Мы с Ларисой оба члены ордена, не можем оставить своих братьев и сестёр по клятве без приглашения. Возможно, нам вообще стоит устроить отдельный праздник на базе.

Посмотрим! Я, помнится, вообще не собирался глубоко вовлекаться в подготовку к свадьбе. А тут меня со всех сторон пытаются затащить в это дело. Нет уж! Мне надо с алхимиком поговорить, а я уже битый час хожу по двору туда-сюда, отвечая на звонки.

Решаю, что с меня хватит. Отключаю телефон и спускаюсь в подвал к Багдыру. Меня встречают густой запах трав и шаманское пение. Судя по всему, алтаец пробует создать очередное снадобье по древнему рецепту. Дверь заперта, так что мне приходится дождаться, когда Багдыр закончит. Ну, не вламываться же посреди ритуала.

Скоро пение стихает, а потом раздаётся радостный возглас. Так, похоже, у него всё получилось. Вскрываю замок струной и вхожу.

— Как дела, Багдыр?

— Превосходно, ваше благородие! Я изготовил снадобье оборотничества! Тот, кто его выпьет, сможет временно превращаться в животное по собственному желанию!

— В какое животное? — уточняю я.

— Зависит от характера и силы души того, кто выпьет, — объясняет алхимик.

— Ага. То есть это может быть как пещерный медведь, так и землеройка.

— Верно. Хотите попробовать? — Багдыр протягивает мне склянку.

— Нет, спасибо. Скажи лучше вот что: надеюсь, ты за своими экспериментами не забываешь готовить зелья для Багровых Стражей? Скоро прибудут новые бойцы, нам нужно пополнить запасы.

— Готовлю, Андрей Алексеевич. Часть передал вчера вечером, сегодня утром приготовил ещё партию зелий для защиты от огня, — алтаец указывает на ровный ряд бутыльков, стоящий на тумбочке в углу.

— Молодец. То есть, пока со всем справляешься?

— Пока да, господин. Вы намекаете, что пора расширять производство? — спрашивает Багдыр.

— Скоро надо будет. Готовься переезжать в другое помещение и обучать помощников.

— Буду иметь в виду. Тогда и правда нужно пополнить запасы! Переезд и обучение помощника отнимут у меня немало времени. Приступлю немедленно, с вашего позволения.

— Приступай, конечно. Увидимся, — говорю я и ухожу из лаборатории.

Направляюсь в другую комнату в подвале, которую временно использую как артефактную мастерскую. У меня остались материалы для кинжалов — пока есть свободное время, почему бы не сделать парочку?

Через несколько часов мне перезванивает Алиса и докладывает, что получилось найти кое-что интересное. Главный артефактор Чернова, которого зовут Игнат Семёнович Смородин, находится в довольно тяжёлом финансовом положении.

Дело в том, что его отец находится при смерти из-за неизлечимой болезни. Формально неизлечимой, поскольку помощь сильного лекаря или мощное зелье могли бы его исцелить. Но денег ни на то, ни на другое у Игната нет. А сам Чернов, судя по всему, не торопится помогать своему специалисту. И самое главное заключается в том, что главный артефактор не состоит в роду Чернова. Он простой наемный работник. А это значит, что для того, чтобы он уволился и перешел работать в другое место, разрешение главы рода ему совершенно не требуется.

Странно. На месте Романа Витальевича я бы не пожалел средств. Главный артефактор — ценный кадр, для такого стоит постараться. И это при этом, что отец Смородина тоже артефактор, и обучил ремеслу своего сына. Хотя бы в качестве благодарности стоит ему помочь, не говоря уже о том, чтобы принять их обоих в род. Но у князя, видимо, другое мнение.

Что ж, раз он не хочет выручить Смородина, я с радостью этим займусь. Алиса скидывает мне городской адрес квартиры, где лежит его отец, и я сразу же отправляюсь туда в надежде договориться с отцом, чтобы тот пригласил своего сына к себе, чтобы я мог сделать тому выгодное предложение.

Отец Игната живёт в квартире на севере Петербурга. С парковкой здесь беда, поэтому приходится оставить машину на дороге и дальше идти пешком. Поднявшись на нужный этаж, жму на кнопку звонка. Раздаётся приятная мелодия, а потом я слышу шаги за дверью и вижу, как кто-то смотрит в глазок.

— Кто там? — звучит вопрос.

— Тот, кто может спасти вашего отца, — отвечаю я, понимая, что застал у отца самого Игната.

Лязгает замок, и дверь приоткрывается. Невысокий седовласый мужчина осторожно выглядывает и осматривает меня.

— Я вас знаю. Вы барон Зверев, не так ли? — говорит он.

— Верно. А вы Игнат Семёнович Смородин. Рад знакомству, сударь, — кивнув, говорю я.

— Взаимно. Чем могу помочь, ваше благородие?

— Мы так и будем говорить на пороге? — вопросом на вопрос отвечаю я.

— Простите мою грубость, господин, — поклонившись, Игнат Семёнович полностью открывает дверь и запускает меня в прихожую.

Вытерев ноги о коврик, я вхожу. Артефактор указывает на кухню. Мы проходим туда и садимся за стол. Пока мы идём, я замечаю, что он сюда приехал не один, а со всей своей семьей. Вот это повезло, так повезло. Не придется придумывать, как вызволить из поместья Чернова.

Игнат Семёнович предлагает чаю, но я молча отказываюсь. Сев напротив меня, мужчина задумчиво вздыхает и снова спрашивает:

— Так чем могу помочь?

— Это я могу вам помочь. Как я уже сказал, в моих силах спасти вашего отца.

Смородин невесело усмехается и качает головой:

— Это вряд ли, ваше благородие. Его никто не может спасти, кроме сильных целителей, которых и пять человек на весь мир не наберётся. Насколько мне известно, вы не один из них.

— Это не значит, что я не смогу помочь. У меня есть алхимик с уникальным даром и доступ к редчайшим ингредиентам из разломов и не только. Я уж не говорю о том, что и сам владею исцеляющими техниками, которые отличаются от стандартных методов. Так что повторяю: я могу спасти вашего отца. Вы слышали, как я избавил от проклятия девочку, с которым ничего не могли сделать лучшие маги? Здесь похожая история, — заканчиваю я.

Игнат задумчиво покусывает губы, глядя на меня. Вижу, как в его глазах начинает теплиться огонёк надежды, но сразу согласиться артефактор не может, по нескольким причинам.

— Что вы хотите взамен? — наконец, спрашивает он.

— Вашу верность.

— Что это значит?

— Это значит, что я попрошу вас уволиться с завода князя Чернова и перейти работать ко мне. Буквально вчера её величество Анастасия Фёдоровна сообщила, что готова помочь мне получить лицензию на промышленное производство артефактов. Мне нужен начальник производства, и я хочу, чтобы это были вы, — говорю я.

— Так я и подумал… Но вы же понимаете, что нельзя так просто переманивать работников у другого дворянина? — спрашивает Смородин.

— Почему нельзя? Вы же не раб, в конце концов.

— Конечно. Но Роман Витальевич, он… сурово карает тех, кто покидает его службу без предупреждения.

— Понимаю. То есть вы боитесь за себя и свою семью? Как интересно получается — Чернова не волнует, что ваш уважаемый отец умирает, но при этом готов покарать вас за то, что вы уволитесь. Разве это справедливо? — спрашиваю я.

Артефактор неопределённо мотает головой. Вряд ли он считает это справедливым, но и сказать подобную фразу прямо не может.

В глазах его я вижу согласие, поэтому продолжаю мягко давить.

— Послушайте: я предлагаю вам исцеление для отца, щедрое жалованье, жильё и питание за мой счёт. Конечно, если вы при этом согласитесь выполнить пару условий, — добавляю я.

— Каких условий?

— Вы и ваша семья переедете в мои владения. Для вашей же безопасности вам какое-то время будет запрещено их покидать — скажем, в ближайшие полгода. Также я попрошу вас подписать обязательство о неразглашении, поскольку на моём производстве вы узнаете о секретных техниках изготовления артефактов.

— Со всем уважением, вряд ли вы сможете чем-то меня удивить. Я знаю об артефактах всё, — улыбается Смородин.

— Ошибаетесь. С этими техниками вы не знакомы. Вот, взгляните, — я достаю из кармана кинжал, который успел изготовить, пока ждал звонка от Алисы.

Игнат Семёнович с любопытством берёт кинжал и начинает его осматривать. Сначала применяет изучающее заклинание, потом просит позволения сбегать комнату и возвращается с моноклем. Монокль — тоже артефакт, который, скорее всего, позволяет полностью рассмотреть магическую структуру артефакта.

— Поразительно, — шепчет Смородин, возвращая мне кинжал.

— Ну вот. А вы говорили, что я не смогу вас удивить.

— Признаю, я ошибался, ваше благородие, — уважительно кивает артефактор и задумчиво поглаживает подбородок.

Догадываюсь, о чём он думает. Если здесь я его не обманул и смог удивить, то вполне возможно, что и отца смогу вылечить.

— У меня есть время подумать? — спрашивает Игнат Семёнович.]

— Нет. За вами наверняка ведётся наблюдение, да и за мной люди Чернова могут тайно следить. Одним словом, он уже знает, что я здесь был, и завтра просто не выпустит вас с завода.

— Да, он вполне способен так поступить… Но как же я тогда уволюсь? Всё надо сделать по закону.

— Подадите заявление через интернет. Не беспокойтесь, у меня отличный юрист, он поможет всё сделать грамотно.

— А как же мой отец? Его только сегодня увезли в больницу. Что, если князь Чернов возьмёт его под стражу и тем самым заставит меня вернуться?

— Ни в коем случае. Я первым отправлю к вашему отцу людей. У меня есть надёжные бойцы, — говорю я, имея в виду наёмников из «Сибирского дозора». За последнее время я убедился, что им можно доверять.

— Хорошо, ваше благородие! Я согласен! — решается Смородин и стучит кулаком по столу.

— Прекрасно. Тогда жду вас внизу. Не задерживайтесь, — говорю я, вставая.

Уже скоро мы с семьёй Смородиных отправляемся в моё поместье. Как я и предположил, за нами увязывается слежка. Решаю им не мешать — пусть убедятся, что мы едем именно ко мне и доложат Чернову.

Следящим хватает глупости последовать за мной дальше границы моих владений, и это я уже не могу просто так спустить.

— Только не пугайтесь, сейчас здесь появится призрак, — говорю я сидящим на заднем сидении жене и детям Игната.

— Хорошо, ваше благородие, — отвечают они.

— Конрад!

— Да, господин, — он появляется прямо в салоне, всё же заставляя детей коротко взвизгнуть.

— Видишь чужаков, которые едут за нами? Заставь их пожалеть о вторжении на мои земли, только не убивай, — приказываю я.

— Хорошо, господин. Я с ними разберусь, — призрак кланяется и исчезает.

Притормаживаю и смотрю в боковое зеркало. Через секунду машина преследователей вдруг резко уходит в занос и останавливается. Изнутри с воплями выбегает два человека. Судя по всему, Конрад появился и у них в салоне, вызвав неконтролируемый приступ ужаса.

Взлетев высоко в воздух, призрак добавляет жути, швыряя небольшие энергетические сгустки в убегающих. Убить он такими не убьёт, это как если стрелять солью из ружья. Больно, но не смертельно.

На следующий день князь Чернов звонит мне лично, когда я завтракаю. Не беру трубку, потому что не хочется отрываться от чудесного воздушного омлета. А на десерт меня ещё ждёт сливочное пирожное, поэтому Роману Витальевичу приходится подождать.

Он звонит снова и снова, но я беру трубку лишь тогда, когда допиваю кофе.

— Доброе утро, Роман Вита…

— Что ты себе позволяешь, Зверев⁈ — орёт он, даже не здороваясь.

— Давайте-ка повежливее, ваше сиятельство. Или у вас есть желание устроить дуэль? Лично я не против размяться после завтрака.

Чернов не решается продолжать разговор в таком тоне. Гневно дыша в трубку, он спрашивает:

— Я могу узнать, как вы посмели похитить моего работника? Смородин, между прочим, член рода!

— Его никто не похищал. Я сделал Игнату Семёновичу предложение, и он согласился. Вы разве не получили заявление об увольнении? Кстати, не стоит начинать беседу со лжи. Никто из Смородиных не является членом вашего рода, поэтому они вольны уволиться, когда пожелают, — напоминаю князю я про его ошибку.

— Получил! Я склонен считать, что это фальшивка, и ты… вы удерживаете моего артефактора силой!

— Ну, давайте вы поговорите с ним сами. Перезвоню через пару минут, — говорю я и кладу трубку.

Прошу слугу, чтобы он позвал Смородина сюда. Артефактор и его семья временно разместились на втором этаже моего поместья. Игнат Семёнович спускается, и я взглядом указываю на диван, одновременно набирая номер Чернова.

— Алло, Роман Витальевич? Поговорите с ним сами, — я протягиваю трубку артефактору.

Собравшись, тот берёт телефон и говорит:

— Здравствуйте, ваше сиятельство. Что? Нет, меня никто не похищал. Я поехал с бароном Зверевым по доброй воле. Потому что я…

Князь перебивает Смородина. Я не слышу, что конкретно он кричит, но явно угрожает. Игнат Семёнович слушает какое-то время, а потом встаёт и твёрдо говорит:

— Ваше сиятельство! Я неоднократно просил вас помочь моему отцу, и вы каждый раз отказывали! Благодаря мне ваш завод приносит огромные деньги. Сколько бы ни стоило лечение моего отца — это бы окупилось! Но вы поставили своё богатство выше жизни дорогого мне человека. А барон Зверев предложил мне его исцелить, и я согласился. Поэтому прощайте, Роман Витальевич, отныне я служу другому человеку!

С этими словами артефактор сбрасывает звонок и заносит руку, чтобы швырнуть телефон на пол. Вовремя соображает, что это мой аппарат, и с поклоном возвращает.

— Простите, ваше благородие, чуть не разбил на эмоциях, — кается он.

— Всё нормально, я понимаю. Неплохо вы отшили Чернова, — смеюсь я.

— Я теперь вдвойне переживаю за отца. Позвольте спросить, вы отправили к нему людей?

— Ещё вчера. Шесть вооружённых до зубов солдат и два боевых мага. А ещё сегодня к нему поехал мой алхимик. Он изучит анализы, которые ему сделали в больнице и возьмет немного крови вашего отца, чтобы изготовить индивидуальное целебное зелье.

В глазах Смородина блестят слёзы. Он снова кланяется и бормочет:

— Спасибо, Андрей Алексеевич.

— Скажешь спасибо, когда поставим его на ноги. Пока можешь спуститься в подвал, там слева по коридору есть комната, где я сделал себе личную мастерскую. Можешь воспользоваться ей и приступить к работе.

— Какие изделия вы желаете увидеть, ваше благородие?

— А какие самые популярные артефакты производит завод Чернова, кроме кинжалов для самообороны? Вот их и сделай, — отвечаю я.

— Я правильно понимаю, что вы хотите конкурировать с князем? — уточняет Игнат Семёнович.

— Нет, неправильно. Я намерен полностью отвоевать у него рынок. Ладно, Игнат, приступай. Да что там за шум на улице? — я встаю, пытаясь разглядеть, что происходит снаружи.

Выхожу на крыльцо и понимаю, что к чему. На дороге стоят два новеньких, блестящих броневика с гербами ордена и Багровых Стражей — верховный командор постарался, чтобы всё было сделано как надо. Один броневик тяжелее обычного — оснащён дополнительными ракетницами и обладает более толстой бронёй. А второй наоборот, лёгкий, предназначенный для быстрой доставки десанта.

Перед машинами стоят сорок человек. Они были отобраны лично Коршуновым, я никак не участвовал, и это слегка нервирует. Надо будет пробить каждого из них.

— Здравствуйте, бойцы!

— Здравия желаем, командир Зверев! — хором отвечают они.

— Слушай приказ. Дождаться моего заместителя и вместе с ним отправиться в казарму. Сдать документы для проверки и быть готовыми к прохождению боевого испытания. Вопросы?

— Разрешите, командир! — один боец делает шаг вперёд.

— Спрашивай, — киваю я.

— Зачем нужно испытание? Верховный командор отобрал нас, мы лучшие из лучших.

— Я хочу в этом убедиться. Ещё вопросы?

В ответ раздаётся только молчание. Значит, вопросов нет.

— Вольно. Ждите моего заместителя, — говорю я и возвращаюсь в дом, на ходу доставая из кармана телефон.

Сначала звоню Георгию и говорю, чтобы он отправился с новенькими в ближайший разлом и заставил их там как следует попотеть. Потом набираю номер Тимофея и говорю, что скоро ему пришлют копии документов сорока членов ордена Стражей — пусть проверит их по своим каналам. В последнюю очередь связываюсь с командором Фуриным:

— Слушаю, Андрей. Как у тебя дела? — отвечает он.

— Дела отлично, Дмитрий Сергеевич. А вы как?

— Тоже в порядке. Работаем.

— У меня есть небольшая просьба, можете помочь? — спрашиваю я.

— Выкладывай.

— Ко мне прибыли новые члены отряда. Их отобрал Коршунов, я понятия не имею, что это за люди. Хочу убедиться, что они не связаны с другими дворянами и вообще, что за ними нет никаких мутных дел.

— Хм-м… Понимаю твою осторожность, Андрей. Не проблема, просто пришли мне их имена и номера амулетов, — говорит Дмитрий Сергеевич.

— Спасибо, командор. Скоро пришлю.

В итоге проверка прибывших бойцов со всех сторон показывает, что они достойны назваться Багровыми Стражами.

Георгий отправился с ними в разлом четвёртого уровня и впоследствии доложил, что они отлично проявили себя в бою с монстрами. Большой опыт позволил им быстро пройти боевое слаживание и научиться сражаться вместе. От Мрака потребовалось лишь координировать их действия и показать пару хитростей, которым научил его я.

Тимофей сказал, что ни за кем из «новобранцев» не числится преступлений, если не считать нескольких случаев уличных драк. Ребята горячие, набили кому-то морду, это не страшно.

Дмитрий Сергеевич тоже звонит с хорошими новостями. Мол, ко мне прибыли безупречные Стражи, и все простолюдины, в связях с дворянскими родами не замечены.

Что ж, я очень рад таким результатам. Когда бойцы во главе с Георгием возвращаются из разлома, я уже жду их возле казармы вместе со всем старым составом.

— Смирно! — приказывает Мрак.

Стражи беспрекословно подчиняются и встают передо мной в шеренгу. Делаю шаг вперёд и громко объявляю:

— Внимание! Вы все признаны годными к прохождению службы в отряде Багровых Стражей. С этой минуты вы — элита нашего ордена. Вам предстоят тяжёлые тренировки и непростые задания, но я уверен, что вы с ними справитесь. Сегодня отдыхайте, но завтра утром будьте готовы приступить к службе.

— Рады служить, командир Зверев! — в один голос откликаются бойцы.

Кивнув напоследок, я отхожу в сторону и подзываю Георгия.

— Разбуди их до рассвета и устрой беспощадную физическую тренировку. Чтобы они обратно в казарму только ползком могли добраться. Пусть сразу понимают, что у нас здесь не курорт.

— Думаю, они и так уже поняли после сегодняшнего. Но если таков приказ — с радостью их погоняю, — злорадно улыбается Мрак.

— Договорились, — хлопаю его по плечу, сажусь в автомобиль и еду домой.

Когда подъезжаю к поместью, меня вдруг охватывает чувство дежавю. Вижу мужчину в потёртом кожаном пальто, который ходит туда-сюда, осматривая дом и не обращая внимания на наёмников, которые недружелюбно следят за ним.

Увидев, что я подъезжаю, мужчина идёт навстречу и встаёт на дороге, широко расставив ноги. Узнав его лицо, я останавливаю автомобиль и выхожу из машины.

— Господин Суворов! Когда-то лучший бретёр Российской Империи. Вы ли это?

— Да, это я, — кивает Ильдар Суворов, ни капли не смутившись.

— Чем могу помочь? Вы хотите реванш?

— Именно так, ваше благородие. Я обещал, что стану сильнее и вернусь, чтобы победить вас. Этот день настал, — с лёгким поклоном говорит бретёр.

— А вы не задумывались, что я в это время тоже становился сильнее?

— Вот мы и посмотрим, кто из нас способен превзойти другого. Чтобы разжечь ваше любопытство, вот ставка, — Ильдар отодвигает полу плаща и показывает меч в старинных ножнах.

— Ваш родовой клинок? — уточняю я.

— Да. Мой дед и мой отец не проиграли ни одного поединка, пока владели им. Увы, я опозорил их честь тем, что проиграл вам. И хочу это исправить.

— Никаких проблем, Ильдар. Но уже поздновато, как насчёт поединка завтра утром? Вы можете поужинать и переночевать у меня, — предлагаю я.

Немного подумав, Суворов отвечает:

— Спасибо за приглашение, ваше благородие. Я согласен.

— Мой дворецкий выделит вам комнату. До встречи, — я сажусь обратно в автомобиль и еду на парковку.

Дома меня ждёт Лариса. Она начинает рассказывать, что уже придумала, какой танец мы будем танцевать на свадьбе и начинает показывать мне фотографии подвенечных платьев. Но главный вопрос, который её волнует — какую дату мы назначим?

— Сам не знаю, Огонёчек. А сколько времени нужно на подготовку? Недели хватит?

— Нет, ты что! Это слишком мало! — испуганно округляет глаза Лариса.

— Тогда месяц?

— Месяц ещё куда ни шло… Да, я думаю, за месяц справимся.

— Не переживай, при необходимости я буду давать тебе выходные от службы в отряде. Можешь просить о помощи Мирона и Алису, мою секретаршу. Я перекину тебе её номер, — говорю я.

— Секретаршу, значит. Она красивая? — подозрительно щурится Лара.

— Ты что, ревнуешь?

— Я шучу, Зверёк ты мой! — рассмеявшись, Огонёчек целует меня в нос, а потом проводит ноготками по груди и говорит:

— Слушай, а может, мы отправимся в спальню и…

— Ни слова больше! Идём, — подхватываю её на руки, и мы торопимся на третий этаж.

Засыпаем усталые и обнажённые. Но только я успеваю закрыть глаза, как на улице раздаётся грохот. Настолько мощный, что дрожат не только стёкла в окнах, но и весь дом.

— Что это⁈ На нас опять напали⁈ — подскакивает Лариса.

— Нет, солнышко, это всего лишь Багровая буря. Хотя нет… — говорю я, глядя в окно и присвистываю.

— В смысле нет? Что там? — Лара оказывается рядом со мной и ахает, видя яркий багряный вал на западе. — Такое чувство, будто на нас надвигается цунами из крови.

— Вот-вот. Похоже, что нас ждёт самая мощная Багровая буря за всю историю человечества, — говорю я.

Глава 13

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

Не сговариваясь, мы с Ларисой бросаемся одеваться. Натягивая платье, она выкрикивает:

— Мне нужно в казарму!

— Зачем? — невозмутимо спрашиваю я.

— Там комбинезон и нормальная обувь! Ты хочешь, чтобы я сражалась с монстрами в платье и туфлях на каблуках⁈

— Почему бы и нет. Это будет зрелищно, — с улыбкой отвечаю я.

— Зверев!

— Да шучу я. Сейчас поедем в казарму. Конрад!

— Я здесь, господин, — призрак появляется рядом со мной.

— Всё как обычно. Оборона дома на тебе. Ставь купол, помогай наёмникам отгонять монстров, если приблизятся.

— Будет сделано, — Конрад кивает и поднимает руки вверх, окружая поместье магической защитой. После чего исчезает и появляется за окном.

Мы с Ларисой едва успеваем одеться, как наши телефоны издают одновременный сигнал сирены. Это приходит аварийное оповещение в приложении Стражей — нас всех срочно вызывают в город. Как только дочитываю сообщение, поступает звонок с незнакомого номера. Беру трубку:

— Алло?

— Барон, это верховный командор. Послушайте меня, пожалуйста, внимательно, — раздаётся голос Коршунова.

— Слушаю, — говорю я, открывая для Ларисы дверь. Она первой выбегает из комнаты, я тороплюсь следом.

— Это самая мощная буря, с которой мы сталкивались. Мы не знаем, сколько она продлится, но аналитики прогнозируют открытие десятков тысяч разломов по всему миру.

— Это хреново, — отвечаю я.

Фёдор Витальевич невесело усмехается.

— Да уж, хреново. Багровые Стражи нужны нам в Петербурге. Нам всем предстоит суровая ночь, и я прошу вас защитить мирных людей от монстров. Жертвы неизбежны, но нужно свести их к минимуму.

— Считайте, что мы уже в пути, — отвечаю я.

— Знал, что вы не откажете. Спасибо. Вам и вашему заместителю будут поступать особые уведомления в приложении. Увидимся, когда всё закончится, — говорит верховный командор и кладёт трубку.

От очередного раската грома купол за окном начинает мерцать. Я чувствую, как воздух снаружи наполняется колоссальным количеством энергии Хаоса, и заранее активирую печать Пожирателя. Да уж, Коршунов прав — ночка нам предстоит суровая.

— Да⁈ Уже бежим! — кричит Лариса в свой телефон.

— Это Мрак? — спрашиваю я.

— Да. Они уже готовы выдвигаться.

— Отлично, — киваю я.

— Барон Зверев! — в прихожей я неожиданно встречаю Ильдара Суворова. Совсем забыл, что он здесь.

— Извините, вынужден отложить наш поединок. Сами видите, что происходит, — говорю я.

— Никаких проблем, ваше благородие. Прошу, возьмите меня с собой.

— Что? Зачем? — удивляюсь я.

Гордо подняв подбородок, Ильдар заявляет:

— Я хочу помочь вам защитить простых людей. Кроме того, как же мне быть, если вы вдруг погибнете? Я хочу проследить, чтобы с вами всё было в порядке.

Я только смеюсь и отвечаю:

— Ладно, как скажете. Учтите, что вам нельзя входить в разломы согласно закону. Но убивать тех монстров, что вылезут наружу, я не могу вам запретить.

— Благодарю, — кланяется Суворов и открывает входную дверь, пропуская нас с Ларисой вперёд.

Как только выбегаем на улицу, энергия Хаоса врезается в печать с мощью локомотива. Я даже пошатнулся, но сразу взял поток под контроль. С таким количеством тёмной энергии я в этом мире ещё не сталкивался. Отличная возможность прокачаться!

Хаос закручивается в тугой узел прямо перед домом. Начинает открываться портал, судя по мерцанию — радужный. Нет, так не пойдёт. Если здесь откроется разлом высшего уровня, наёмники и Конрад могут не выстоять.

Выпустив струны Хаоса, поглощаю энергию из узла, не дав порталу открыться. Затем, подхватив Ларису на руки, выкрикиваю:

— Держись, Огонёчек! Ильдар, не отставай!

И, ускорившись с помощью маны, бросаюсь вперёд. Лариса от неожиданности взвизгивает и крепко обхватывает мою шею руками. Я несусь со всех ног, и до казармы мы добираемся быстро. Все бойцы, включая прибывших вчера, уже стоят на улице в боевой готовности. Машины заведены.

— Мрак, отправляйся в город! Мы догоним. Этот человек поедет с нами, — говорю я, кивая на Ильдара и ставя Ларису на землю. Она тут же бежит внутрь, чтобы переодеться.

— Так точно, — отвечает Георгий.

Отряд рассаживается по броневикам и отправляется в сторону города. Едва они стартуют с места, как Лара возвращается, уже одетая в комбинезон Стражей.

— Быстро ты. Молодец, — чмокнув её в щёку, снова подхватываю на руки и мы в считанные мгновения догоняем основной отряд. Одна машина притормаживает, и дверь десантного отсека распахивается на ходу. Помогаю Ларисе залезть и, подмигнув ей, оббегаю машину, чтобы сесть впереди, рядом с водителем и оператором орудия.

— Куда конкретно едем, командир? — спрашивает он.

— Сейчас разберёмся, — говорю я, запуская приложение Стражей.

Достаю телефон и вижу то самое уникальное уведомление, о котором говорил Коршунов.

«Багровые Стражи! Задача — защитить Зимний дворец. Аналитики докладывают о возможном открытии нескольких разломов высокого уровня».

Переношу уведомление в сеть наших броневиков. Теперь все увидят его на мониторах. После чего берусь за микрофон и говорю:

— Внимание! Как слышно?

— Командир, я Мрак. Слышу хорошо, — раздаётся в динамике голос Георгия. Офицеры из других броневиков также подтверждают связь.

— Мне позвонил лично верховный командор ордена. Нам с вами будут поступать особые приказы. Первая цель — защитить Зимний дворец. Отправляемся на Дворцовую площадь и действуем по обстановке. Сделайте так, чтобы ни одна тварь не смогла приблизиться ко дворцу! — приказываю я.

Багровая буря тем временем продолжается. Ветвистые чёрные молнии перечёркивают небо, и в нём время от времени открываются микро-порталы. Всего на несколько секунд, но этого хватает, чтобы из них успели выбраться один-два летающих монстра. В небе становится всё больше крылатых тварей, и по ним начинают работать армейские системы ПВО. Помимо раскатов грома, воздух наполняется грохотом зенитных пулемётов и взрывом ракет.

Не нравится мне это. Выглядит уже не просто как Багровая буря, а как настоящая война.

Слежу за обстановкой в приложении Стражей, и по отчётам вижу, что это действительно так. За короткое время весь мир погрузился в состояние войны с монстрами, и ситуация продолжает накаляться. Европа уже пылает. Их организации, подобные нашему ордену Стражей, не справляются, на помощь приходят армия и полиция. Количество разломов зашкаливает. Человечество с таким ещё не сталкивалось.

Ну ладно, европейцы как-нибудь сами справятся. В Российской Империи есть орден Стражей, а в Петербурге есть я и мой отряд. Мы не допустим, чтобы монстры захватили столицу.

По дороге нам неоднократно встречаются порталы низких уровней, из которых лезут твари. На ходу стреляем по ним из орудий бронемашин, но останавливаться некогда. С этой мелочёвкой разберутся оперативные отряды, перед Багровыми Стражами стоит гораздо более важная задача.

На подъезде к Дворцовой площади путь нам перегораживает разлом третьего уровня. Я тут же отдаю приказ:

— Мрак, отправь группу на закрытие! Остальные в объезд.

— Так точно, — коротко отвечает Георгий.

Один из наших броневиков выбрасывает десант, и Стражи устремляются в портал. Остальные едут дальше.

На Дворцовой площади уже идёт сражение. В воздухе чёрной кляксой темнеет разлом шестого уровня, и ещё один радужный разлом мерцает прямо возле Александровской колонны. Какие-то твари, похожие на морских скатов с лапами, лезут вверх по колонне, швыряясь в дворцовую стражу огненными заклинаниями.

— Отряд, к бою! Машины — держать оборону. В сторону дворца не стрелять! Мрак и новый состав, в чёрный портал. Старый состав за мной, в радужный! — приказываю я.

Выпрыгиваю из броневика и первым бегу в сторону разлома. Мне навстречу несутся титанопитеки — старшие родственники скалопитеков, здоровенные приматы с четырьмя руками, владеющие магией металла. Только если они думают, что титановые пластины защитят их от моих струн, то сильно ошибаются!

На бегу отражаю летящие в меня металлические лезвия. Подсекаю ноги двум ближайшим титанопитекам и бросаюсь к их лидеру. Огромный примат превращает все четыре своих кулака в шипастые булавы и издаёт яростный вопль.

Выпускаю залп астральных стрел по ногам. Монстр снова орёт, на этот раз от боли, и падает мордой вперёд. Отрубаю одну из его лап-булав по локоть, и ей же превращаю голову титанопитека в не самое приглядное зрелище.

Остальные твари бросаются на меня со всех сторон. Они не обращают внимания на заклинания и пули остального отряда. Очень уж хотят отомстить за главаря.

Выхватываю из ножен свой меч и активирую его. За прошедшее время я гораздо лучше с ним освоился — не возникает проблем с тем, чтобы вытягивать энергию только из вражеской магии. Заклинания Багровых Стражей остаются активны.

Все титановые доспехи и оружие титанов исчезают, а наполнявшая их мана, копится вокруг моего клинка. Ошеломлённые приматы, окружив меня, вдруг останавливаются и во все глаза смотрят на меч.

— Вот и всё, мартышки, — злобно улыбаюсь я и наношу круговой удар.

Кольцо всесокрушающей энергией расходится в стороны, кромсая титанопитеков на части. Я вовремя останавливаю энергию, не дав ей нанести разрушения Дворцовой площади.

Вокруг становится чуть тише. Охранники дворца издают радостный вопль, но по мне так рано радоваться. Два сильных разлома ещё открыты. Не говоря уж о том, что, судя по сплетению энергии Хаоса, вот-вот откроются ещё.

— Группа, внутрь! Сыч, принимай командование. Я догоню, — указывая на радужный разлом, приказываю я.

— Есть. За мной! — рявкает Сыч и первым запрыгивает в портал.

Лариса на миг останавливается, обнимает меня и целует в губы.

— Будь осторожен, — шепчет она.

— Не беспокойся, Огонёчек. Вы пока найдите, в какой стороне там сердце, — улыбаюсь я и отправляюсь ближе к дворцу.

Энергия Хаоса закручивается в спирали, и рядом со зданием начинают формироваться два портала. Судя по цвету — один пятого уровня и один шестого. Нет уж, пока я здесь, этого не случится!

Вонзаю струны Хаоса в сплетения тёмной энергии и не даю порталам до конца оформиться. Чтобы справиться одновременно с двумя, приходится напрячься. Печать Пожирателя пылает так сильно, что у меня перед глазами темнеет. Но у меня получается разорвать обе спирали, нарушив концентрацию Хаоса. Разломы не успевают появиться.

Пускаю всю поглощённую энергию на развитие. Это по-прежнему больно, несмотря на то, что я отлично умею подчинять себе Хаос. Скрипя зубами, бегу к радужному разлому. Призываю Щелкунчика и Кардинала, которые давно уже посылали мне сигналы о том, что тоже хотят сражаться.

Вбегаю в разлом. Мой отряд ведёт бой у самого портала. Пока меня не было, они смогли продвинуться лишь немного — слишком большое количество тварей на них наседает. Ничего, теперь я здесь, и мы справимся.

Кардинал летит вперёд и вонзается в лоб ближайшему титанопитеку. Щелкунчик с рёвом бросается в атаку, запрыгивает на спину другому примату и одним укусом лишает его головы.

Усилив астральный доспех, я рванул в самую гущу схватки. Мечом вытягиваю ману из вражеских заклинаний, кромсаю монстров струнами и позволяю своим Стражам делать то же самое. Меч на этот раз оказывается не в силах поглотить всю магию приматов — у артефакта есть пределы, и после битвы на площади ему требуется какое-то время на восстановление. Ничего, остатки обезьяньих заклинаний я рассеиваю с помощью струн.

Лариса создаёт сокрушительную огненную волну и отправляет её вперёд. Гудя, волна проносится по полю боя, испепеляя всех ещё оставшихся в живых приматов.

Оглядываю группу и убеждаюсь, что потерь нет, все живы и целы. С парой легко раненых уже работают целители.

С помощью печати Пожирателя определяю, в какой стороне находится сердце разлома, и указываю туда.

— Отправляемся к сердцу! Не обращайте внимания на монстров, убивайте только тех, кто будет мешать. Поддержка, обеспечьте защиту. Вперёд!

— Так точно! — откликается группа.

Забег получается энергичным и не самым простым даже для меня. Не в том плане, что монстры оказываются слишком сильными — просто они мешают быстро добраться до сердца. Приходится отвлекаться и тратить время на то, чтобы уничтожать их.

Сердце охраняется толпой титанопитеков и ещё большей толпой их младших братьев скалопитеков. Перед боем с ними мы берём небольшую передышку, чтобы маги восстановили силы, а стрелки перезарядили оружие. Ну и затем внезапно атакуем монстров.

Такое чувство, будто твари знали, что мы собираемся напасть! Титанопитеки встали в строй и выставили перед собой металлические щиты, которые неплохо выдерживали даже магию. Скалопитеков пустили на мясо, чтобы заставить нас потратить ману и боеприпасы. После чего в атаку бросились старшие приматы.

Я быстро сообразил в чём дело — в стае был шаман, обладающий не только сильной магией, но и неплохим тактическим мышлением. После того, как мы размотали скалопитеков, он понял, что лобовой атакой нас не возьмёшь. Титанопитеки попытались обойти нас с флангов, их первые ряды держали щиты, а вторые поливали нас градом металлических кольев и других снарядов.

К несчастью для них, всё это оказалось бесполезно. Мой меч достаточно восстановился, чтобы я вытянул ману из большей части защитных заклинаний монстров. После чего Лариса и другие боевые маги угостили их такой порцией огня и молний, что от первых рядов приматов остались только кучки пепла.

Ну а дальше — дело техники. Я пробился к шаману и снёс ему башку мечом, после чего выжившие титанопитеки бросились врассыпную. Я разрушил сердце, и мы всей группой покинули разлом, который вскоре закрылся за нашими спинами.

На площади продолжается бой. Охрана дворца и броневики Багровых Стражей сдерживают тварей, которые пытаются прорваться во дворец. Прибыл и ещё один отряд ордена под командованием самого командора Фурина. Дмитрий Сергеевич сражается в самой гуще схватки, ломая монстров, как игрушки.

Пока нас не было, буря уже почти закончилась, но Хаоса вокруг ещё достаточно. Вовремя мы вернулись! Вижу, как тёмная энергия снова набирает концентрацию по правую руку от меня. Наплевав на усталость, бегом бросаюсь туда и не даю очередному разлому открыться.

Ух, как жжёт печать Пожирателя… Такое чувство, будто на моей душе горит свежее клеймо. Больно, но терпимо. Это всё только начало, работы предстоит ещё много.

— Андрей! Что это было⁈ — рядом со мной оказывается командор.

— Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич. Вы о чём? — я выдавливаю из себя улыбку.

— Не делай из меня идиота, пожалуйста. Я видел, что начал открываться разлом, но ты сумел это предотвратить, — хмурится командор.

— Раз вы сами всё видели, зачем спрашиваете?

— Это… твоя печать, да? Ты научился контролировать Хаос? — понизив голос, спрашивает Дмитрий Сергеевич.

— Если вкратце, то да. Может, мы потом это обсудим? — я указываю на летящую в нашу сторону стаю визжащих гарпий.

Командор молча кивает. Его кулаки покрываются магией, и мы вдвоём бросаемся навстречу тварям. Твари обрушивают на нас залп каменных заклинаний и затем пикируют сверху, намереваясь разорвать когтями.

Глупые создания! Лучше бы вы остались в воздухе, прожили бы чуть дольше. А так мы с Дмитрием Сергеевичем и Кардиналом быстро превращаем всю стаю в неаппетитный фарш.

С главной гарпией расправляется Щелкунчик. Порвав твари крыло, он вонзает ей в грудь рога, а потом в несколько укусов проглатывает тушу. Скорчив брезгливую мордочку, он говорит:

— Б-э-э.

— Грустно, но вкусно, да, Щелкунчик? — с усмешкой спрашиваю я.

— Не-а, некусна, — отвечает тот.

Вскоре Георгий и остальные возвращаются из разлома шестого уровня. Подозвав его, я говорю:

— Докладывай. Потери есть?

— Никак нет. Несколько бойцов серьёзно ранены, сегодня сражаться больше не смогут. Им оказали первую помощь, предлагаю доставить в ближайший госпиталь.

— Отставить госпиталь. Мы не можем распылять силы. Я договорюсь, чтобы их подлечили, — говорю я и отправляюсь к дворцовой охране.

Мне навстречу выходит офицер и отдаёт честь.

— Барон Зверев! Примите мою благодарность. Если бы не вы, мы бы вряд ли сдержали натиск этих тварей.

— Да ладно, не прибедняйтесь. Вы сражались, достойно. Во дворце есть целители? — уточняю я.

— Конечно. Кому-то из Багровых Стражей требуется помощь?

— Есть несколько раненых. Вы сможете их принять?

— Нет проблем, ваше благородие. Сочтём за честь, — кивает офицер.

Я пожимаю ему руку и командую своим отнести раненых внутрь. После чего достаю телефон и смотрю, нет ли новых приказов от верховного.

Они есть. Нас просят отправятся на юг Петербурга, где появилось скопление разломов низкого уровня. Оперативные отряды ордена сдерживают натиск тварей, но сил отправиться и закрыть разломы уже нет.

— Багровые Стражи! По машинам! — приказываю я.

По городу мы носимся до утра, истребляя монстров и закрывая разломы. За эту ночь я впитал столько энергии Хаоса, что даже перестаю замечать боль от печати. Такое чувство, будто она всегда была со мной и всегда будет.

К счастью, это не так. С рассветом количество тёмной энергии вокруг начинает стремительно падать, и я чувствую облегчение. Мы как раз закончили зачищать от монстров улицы Васильевского острова, и я ложусь прямо на асфальт, раскинув руки и закрыв глаза.

— Андрей, ты в порядке⁈ — Лариса тут же оказывается рядом со мной.

— В полном, Огонёчек. Просто немного устал, — не открывая глаз, отвечаю я.

— Не пугай меня так больше! Я думала, тебя ранили.

— Всё хорошо. Просто охота немного полежать. Но вряд ли удастся, — слыша очередной сигнал тревоги из кармана, бурчу я.

Достаю телефон и вижу новое уведомление от Коршунова. Он просит отправиться на север от Санкт-Петербурга. Там открылся аномальный радужный разлом. С лезущими из него монстрами справились, отряд Стражей отправился на закрытие, но не вернулся. А недавно из разлома вылезли аж две зелёные виверны и одна красная.

— Блин, ну ладно. Погнали дальше, — говорю я, вставая.

За ночь ряды Багровых Стражей тоже успели слегка поредеть. Несколько парней оказались ранены и выбыли из строя — к счастью, временно. Пара магов во время боя оказались выжаты досуха, и теперь им требуется нормальное восстановление, кристаллами не отделаешься. К счастью, никого не убили. Ильдар Суворов, хоть и не является Стражем, сражался с нами на равных и уничтожил впечатляющее число монстров.

Радужный разлом на севере от города закрываем только к полудню. Внутри оказывается сложная местность — сплошные горы и обрывы, кишащие не только вивернами, но и другими подобными тварями. А в конце нас ждёт настоящий дракон — относительно маленький, правда, молодой ещё. Ему всего лет триста, наверное.

Но, чтобы справиться с ним, всё равно пришлось слегка попотеть. Правда, этот разлом мы зачистили полностью, и я вызвал сюда своих добытчиков. Такие ресурсы упускать нельзя.

Когда выходим из разлома, раздаётся телефонный звонок. Это снова Коршунов.

— Слушаю, Фёдор Витальевич, — говорю я в трубку.

— Андрей Алексеевич! Я не знаю, как вас благодарить. Если бы не вы и ваш отряд, у нас были бы огромные потери.

— Всегда пожалуйста. Я соблюдаю клятву, данную при поступлении в орден, — отвечаю я.

— Спасибо. Не сомневайтесь, что вы и ваши люди будете щедро награждены. С основной частью монстров мы справились, но это ещё не конец. На улицах до сих пор много тварей и разломов, оперативные отряды не справляются. В некоторых других городах ситуация ещё хуже…

— Чем мы можем помочь? — спрашиваю я.

— Если можете, то отправляйтесь к своему знакомому командору Радову. Из внутренних разломов Крепости ночи лезет колоссальное количество тварей. Тверское отделение Стражей не справляется.

— Они сражаются внутри Крепости? — уточняю я.

— Да. Радов не позволил ни единому монстру вырваться наружу, но скоро это может измениться, — отвечает Коршунов.

— Понял. Выдвигаемся, — говорю я.

Положив трубку, я подзываю Георгия и говорю:

— Отправляйтесь в город. Зачищайте улицы, закрывайте разломы. Берите самые крупные, не стесняйтесь. Оперативным отрядам оставляйте то, что попроще.

— С радостью, — кивает Мрак.

— Я возьму с собой Ларису, Бороду и ещё несколько бойцов. Отправляемся в Крепость ночи, так что связи какое-то время не будет. Действуйте по собственному усмотрению, командование полностью на тебе.

— Принято, командир. Я справлюсь.

— Знаю, что справишься. Увидимся, — хлопнув Георгия по плечу, я называю позывные тех Стражей, кого решил взять с собой.

Отходим в сторону, я открываю портал в Крепость ночи и мы сразу же заходим в него. Портал я немедленно закрываю.

В пустынном коридоре, куда мы всегда перемещаемся, тихо. Но стоит немного прислушаться, как мы слышим рычание сотен, если не тысяч монстров, от которого даже стены замка трясутся.

— Последний рывок, друзья. Готовы? — спрашиваю я, впитывая ману из кристалла.

Борода усмехается и потрясает гранатомётом:

— Ещё как готов! Хана им всем!

Лариса и остальные только молча кивают. Я машу рукой, мол, за мной, и первым выбегаю во двор замка.

Ох ты ж! Здесь и правда охренеть как много монстров. Стремясь к единственному выходу из замка, они чуть ли не по головам друг друга идут.

— Ну что ж, приступим, — говорю сам себе, выпуская все струны, какие есть.

С помощью остальных мы расчистили двор и пробились на подвесной мост. Пустыня из пепла, которая раскинулась перед замком, оказалась забита на менее плотно, чем двор. Тысячи разномастных тварей пёрли вперед, на укрепления перед порталом.

— Борода, давай! Здесь точно не промахнёшься, — говорю я.

— Да я и так уже не промахиваюсь, — поправив очки, с усмешкой отвечает тот и берёт гранатомёт наизготовку.

Должно быть, Герман и его люди очень удивились, когда увидели происходящую в тылу у монстров кровавую баню. Сначала Борода пробил брешь снарядами, потом Лариса сотворила колоссальный огненный вихрь, а затем я бросился вперёд, кромсая врагов струнами направо и налево.

Не знаю, сколько это продолжалось. Я впал в своего рода боевой транс и вышел из него только тогда, когда последняя тварь упала бездыханной. Обнаружил себя неподалёку от портала, окруженный изумлёнными взглядами Стражей.

— Андрей, ты? — Герман выступает вперёд.

— Ага. Привет, — я убираю струны и смахиваю с лица пот.

— Как ты…

— Верховный командор попросил помочь, вот мы с ребятами и прибыли. Есть вода? Что-то у меня немного в горле пересохло, — с усталой улыбкой прошу я.

Мне подают флягу, и я залпом осушаю её. Сидящий у меня на плече, Щелкунчик причмокивает и говорит:

— Дру-уг…

— Ты тоже пить хочешь? Сейчас.

— Не-а. Икунчик бона, — морщится он.

— Тебе больно? Что такое? Ты ранен? — беспокоюсь я.

Как это могло случиться? Малыш всю дорогу был в астральном доспехе. Да, ему приходилось сражаться с сильными тварями, но он смог одолеть и главную гарпию, и других больших монстров. А потом сожрать их всех.

— Нинаю. Бона, — продолжает морщиться Щелкунчик, а потом вдруг падает у меня с плеча.

Едва успеваю его поймать. Монстрик без сознания. Прижимая его к себе, я сажусь на пепел и активирую астральное зрение. Надо понять, что с ним.

— Его ранили? Целитель нужен? — наклоняется ко мне Герман.

— Вроде нет. Сейчас, сначала я сам проверю, — отвечаю я, не отрывая глаз от питомца.

Кардинал, обеспокоенно звеня, летает вокруг и посылает мне тревожные эмоции. Отправляю ему в ответ железную уверенность в том, что всё будет в порядке и начинаю изучать состояние Щелкунчика.

Вот блин…

Да он, походу, эволюционирует!

Его тело в порядке, ни единой царапинки. В структурах души нет никаких повреждений, монстрик полностью здоров. Но в то же время структура переживает глубокие изменения, и это может значить только одно — Щелкунчик переходит на следующий уровень развития.

Об этом говорит и то, что он начинает медленно покрываться плотным магическим коконом. Как гусеница, которая превращается в куколку.

— Всё хорошо. Он обязательно очнётся, — говорю я, хотя и понятия не имея, сколько времени займёт метаморфоза.

— Он точно в порядке? — обеспокоенно спрашивает Лариса, положив руку мне на плечо.

Я киваю и отзываю Щелкунчика. Он исчезает в моей душе, пусть там и спит, пока не придётся время проснуться.

— Ты-то как, красавица моя? — поднимаюсь и обнимаю Ларису за талию.

— Устала, — улыбается она.

— Я тоже устал. Пойдём наружу, надо созвониться с остальными и узнать, как дела, — говорю я, за руку ведя девушку к порталу.

Когда выходим из разлома, сразу же звоню Георгию.

— Всё в порядке, командир. Большую часть Петербурга зачистили от монстров, осталось только заняться окрестностями. Но Багровым Стражам дали отбой — верховный командор сказал, что дальше орден справится сам, — докладывает он.

— Вот и хорошо. Мы и без того много сделали, имеем право отдохнуть. Забери всех наших и возвращайтесь в казарму. Мы тоже скоро будем.

— Есть, — коротко отвечает он.

Положив трубку, я взглядом отыскиваю своих и киваю на портал, мол, айда обратно. Не успеваю сделать и шага, как Герман преграждает мне путь.

— В очередной раз хочу сказать тебе спасибо, Андрей, — с серьёзным видом говорит он.

— Пожалуйста. Был рад помочь.

— Если бы вы не появились, мы бы точно не выстояли. Наши силы были на исходе. Будь уверен, что получишь награду не только от командования, но и от моего отделения и меня лично, — заверяет Радов.

— Перестань, не нужно награды. Лучше приезжай в гости, выпьем тот коньяк, который ты прислал мне на новоселье, — говорю я, хлопнув Германа по плечу.

— С радостью, — улыбается тот и уступает мне дорогу.

Санкт-Петербург. Центральное управление ордена Стражей.

— Ну, что скажете, командоры? — спрашивает Коршунов, пододвигая к Фурину и Радову чашки с кофе.

— Я давно говорил, что Багровые бури становятся всё сильнее. Случившееся было лишь вопросом времени, — хмуро отвечает Герман.

— Да. Но мы справились, — потерев бровь над искусственным глазом, говорит Дмитрий Сергеевич.

— Справились. Только очень дорогой ценой. Это была короткая, но всемирная война с монстрами. Во многих странах такие разрушения, что даже сравнить не с чем. Погибли сотни тысяч гражданских, не говоря уже о военных, полицейских и других стражах порядка. Наш Орден тоже понёс немалые потери по всей империи, — говорит Фёдор Витальевич и делает глоток кофе, а затем добавляет:

— Если подобное повториться, особенно в ближайшее время, мир может не выстоять. У людей просто не хватит сил, чтобы закрыть все разломы. Разрушения, толпы беженцев, крах экономики… Это может стать концом цивилизации.

— Не сгущайте краски, — качает головой Фурин.

— Нет, Фёдор Витальевич прав! Мы должны что-то сделать, или следующий раз может стать последним! — решительно говорит Радов. Отодвинув чашку, из которой не сделал ни глотка, он продолжает:

— Послушайте, я уверен, что всё это не просто так. Вы же видели отчёты? Около пятидесяти процентов всех мировых разломов открылось в Российской Империи. Это не просто так.

— Что вы имеете в виду? — спрашивает Коршунов.

— То, о чём я вам уже говорил. Кто-то из высших дворян провоцирует усиление Багровых бурь. Есть свидетельства, что кто-то из влиятельных аристократов покрывает Монстроедов, владеет сетью контрабанды и, возможно, покровительствует магам Хаоса. Я не понимаю, в чём здесь может быть выгода, но она есть.

— Я согласен с вами, командор, — чуть помедлив, кивает Фёдор Витальевич.

— Спасибо. Но простите, это мало что значит. Нам нужно не просто прийти к согласию, а действовать!

— Верно. Вы провели блестящую операцию в Твери и вывели Кравченко на чистую воду. Я так полагаю, у вас появились новые ниточки, и вы готовы продолжить расследование? — в упор глядя на Радова, спрашивает верховный командор.

— Именно. Имперские спецслужбы готовы мне помочь, у них тоже есть достаточно зацепок, — отвечает Герман.

— Тогда займитесь этим. У вас будут все необходимые ресурсы, только скажите, что вам нужно.

— Благодарю, Фёдор Витальевич.

Дмитрий Сергеевич, сделав глоток кофе, тоже вступает в разговор:

— Я поддерживаю стремление Германа найти виновника, хотя не слишком разделяю эту теорию заговора. Спорить не буду, господа, не подумайте. Я хочу сказать, что нам стоит заняться этим вопросом и с другой стороны.

— Что вы имеете в виду? — интересуется Коршунов.

— Ночью, когда мы сражались на Дворцовой площади, я видел кое-что. Андрей Зверев, которого мы все хорошо знаем, смог сделать нечто невероятное. Увидев, как открывается очередной разлом, он подбежал к нему и… не дал открыться.

Радов и Коршунов переглядываются, а затем верховный командор переспрашивает:

— Не дал открыться? Как это?

— Вот так. У Зверева есть уникальные способности, он… умеет контролировать энергию Хаоса, — на миг запнувшись, отвечает Фурин.

— То, что его способности уникальны, для меня не секрет. Но неужели он способен и на такое? — с удивлением уточняет Фёдор Витальевич.

— Да. Я видел это своим глазом, — Дмитрий Сергеевич указывает на обычный глаз, а затем указывает на артефакт. — И этим тоже. Я видел, как он просто высосал энергию Хаоса из того места, где уже начал открываться портал.

— Надо же, — задумчиво произносит Коршунов, откидываясь на стуле.

Фурин кивает и решительно произносит:

— Мы должны поговорить с Андреем и узнать, может ли он обучить таким навыкам других людей. Это наш шанс справиться с бурями, которые становятся всё сильнее. И знаете, я думаю, что бури — это ещё не всё. Кто знает, что может последовать за ними…

Глава 14

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

Герман предлагает остаться у него на базе, чтобы отдохнуть, но я отказываюсь. В гостях хорошо, а дома лучше. Кроме того, надо своими глазами взглянуть на обстановку в моих владениях. Холодов доложил, что они с наёмниками не допустили распространения монстров, а открывшиеся на моих землях разломы закрыли оперативники ордена.

Мы с Ларисой и остальными снова отправляемся внутрь Крепости ночи и заходим в «наш» коридор, где я создаю портал. Выйдя в одном из домашних разломов, сразу отправляемся наружу. Мимо как раз проезжает один из патрулей «Сибирского дозора», и подвозит нас до казармы. Почти одновременно с нами прибывают остальные Багровые Стражи.

Отряд выглядит потрёпанным, но довольным. Никто не погиб, раненые быстро встанут на ноги благодаря нашим целителям и зельям Багдыра. Машинам потребуется ремонт и покраска, но это не страшно. Главное — мы все выжили и без преувеличения совершили подвиг. Если бы не мы, то и Зимнему Дворцу, и всему Санкт-Петербургу пришлось бы гораздо хуже.

— Построиться! — приказываю я.

Стражи строятся в шеренгу, только один человек отделяется и встаёт в стороне. Это Ильдар Суворов — он всю ночь сражался вместе с нами и проявил себя не хуже, чем члены моего отряда. А то и получше некоторых.

Встав перед строем, я объявляю:

— Багровый Стражи! Этой ночью мы доказали, что наш отряд — лучший во всём ордене! Лично я и так это знал. Но сегодня мы доказали это всей столице и всей Российской Империи!

Бойцы издают троекратное «Ура!». Я кричу вместе с ними, поддерживая всеобщее воодушевление, а затем продолжаю:

— Я горжусь всеми вами. Теми, кто уже давно служит под моим началом, и теми, кто пополнил наши ряды только вчера. Вы все — истинные Стражи и настоящие воины! Спасибо за то, что достойно выполняете свой долг. На сегодня и завтра вы свободны от всех обязанностей. Отдыхайте — вы заслужили это как никто другие.

— Рады стараться!

— Командир, разрешите обратиться… не по уставу, — спрашивает Борода.

— Разрешаю, — отвечаю я, Борода выходит вперёд, и все взгляды обращаются на него.

Чуть смутившись, боец снимает круглые очки и сразу становится намного суровее. Оглядев собратьев, он произносит:

— Я не очень умею речи толкать, скажу как есть. Мы все молодцы, это правда. Но если бы с нами не было командира Зверева, хрен бы мы так смогли! Это же он нас научил так сражаться. И кучу монстров со своими питомцами перебил, мы без него точно не все живыми вернулись. Короче, командир, наши заслуги — это ваши заслуги!

— Так же, как и я без вас. Поэтому мои действия и способности никак не умоляют ваших заслуг, — отвечаю я и хлопаю его по плечу, а затем командую:

— Разойдись!

Стражи отправляются в казарму, водители броневиков загоняют машины в гаражи. Я подхожу к Георгию и перекидываюсь с ним парой слов. Прошу побыть моим секундантом на предстоящей дуэли, на что Мрак с радостью соглашается.

Лариса подходит ко мне и обнимает, устало положив голову на плечо.

— Можно мы с тобой отправимся в поместье и ляжем спать? — спрашивает она.

— Не уверен, Огонёчек. Похоже, у меня ещё есть дела, — отвечаю я, ловя выжидающий взгляд Суворова.

— Какие дела? Тебе надо отдохнуть. Всю ночь сражался без передыху.

— Не переживай так за меня. Отдохнуть всегда успею, а вот некоторые вещи ждать не могут. Иди в машину, я сейчас, — чмокнув Ларису в щёку, подталкиваю её к автомобилю наёмников, которые ждут нас неподалёку.

Сам направляюсь к Ильдару. Шагнув навстречу, он отвешивает поклон и говорит:

— Барон Зверев, я искренне впечатлён как вашим мастерством на поле боя, так и тем, как к вам относятся ваши подчинённые. Такое уважение непросто заслужить.

— Спасибо. Я тоже уважаю своих людей и забочусь о них, поэтому они платят тем же в ответ. Господин Суворов, позвольте поблагодарить вас за то, что сражались с нами бок о бок. Ваша помощь была неоценима, — переведя тему, говорю я.

— Не стоит, ваше благородие. Как подданный Российской Империи, я выполнял свой долг. Не мог же я стоять в стороне, когда происходили столь ужасные вещи. Надеюсь, подобное никогда не повторится, — Ильдар качает головой.

Я ничего не отвечаю. Ещё как повториться, и даже в большем масштабе. Подобное происходило в моём прошлом мире, и я знаю, о чём это говорит. О том, что Пожиратель миров обратил свой взор на Землю. Возможно, он уже прямо сейчас пробирается сюда через Вселенную.

— Надеюсь, наша договорённость остаётся в силе? — спрашивает Ильдар.

— Вы по поводу дуэли? Конечно. Предлагаю немного отдохнуть и сразиться, скажем, после полудня. А затем я с радостью приглашу вас на обед, — отвечаю я.

— Одному из нас, я думаю, потребуется помощь целителя, а не обед, — усмехается Суворов.

— Что вы, я постараюсь не калечить вас.

Ильдар хитро щурится и говорит:

— Сомневаюсь, что вы способны на это. Должен признаться, что я преследовал и личные цели, отправляясь сражаться с вашим отрядом…

— Хотели посмотреть, на что я способен? — уточняю я.

— Именно так, ваше благородие. И у меня готов план схватки. Уверен, что вы будете удивлены, — бретёр коротко кланяется.

— А у меня нет плана, я планирую импровизировать. Едем в поместье, господин Суворов. Немного отдохнём и приступим, — я указываю в сторону автомобиля.

Ильдар кивает, и мы вместе отправляемся к машине. Уже когда садимся внутрь, Суворов спрашивает:

— Кстати, вы так и не выбрали тип дуэли, ваше благородие. Снова без правил, как и в прошлый раз?

— Конечно. Разве вы не хотите показать всё, на что способны? — вопросом на вопрос отвечаю я.

Ильдар только улыбается и согласно опускает веки. Сидящая рядом со мной Лариса вздыхает и говорит:

— Только не сражайтесь рядом с домом, ладно? Будет жалко, если какое-нибудь заклинание отлетит и пробьёт дыру в стене.

— Не переживай, солнышко. Я попрошу Конрада поставить купол, — смеюсь я, обнимая её.

Наёмники отвозят нас в поместье. Мирон выходит на порог и с беспокойством спрашивает:

— Андрей Алексеевич! Лариса Ивановна! Вы в порядке? Ох, господин Суворов, вы тоже здесь! Надеюсь, никто не пострадал?

— Всё отлично, Мирон. Попроси, пожалуйста, принести еды в мою спальню и накорми господина Суворова, — приказываю я.

— Будет сделано, ваше благородие. Я слышал, вы и ваш отряд снова превзошли самих себя! — с поклоном сообщает дворецкий.

— Слышал? От кого?

— Как же! На всех новостных сайтах и в социальных сетях только о вас и пишут. Багровых Стражей и вас лично превозносят за защиту императорского дворца и прочие заслуги. Говорят, вы уничтожили больше монстров и закрыли больше разломов, чем все остальные Стражи Петербурга вместе взятые.

— Наверное, так и есть. Не считал, — пожимаю плечами я.

Снова поклонившись, Мирон произносит:

— Простите, не буду больше утомлять вас, Андрей Алексеевич. Поднимайтесь, еду скоро принесут. Вы заслужили отдых.

Мы с Ларисой отправляемся наверх, где вместе принимаем горячий душ. Пока мы моемся, слуги успевают принести поднос, на ккотором стоит супница с наваристыми щами, свежий хлеб и тарелка с овощами и зеленью.

С аппетитом съедаем всё, не оставив ни единой крошки. А затем, обнявшись, падаем на кровать и сразу же засыпаем.

Ровно в полдень я просыпаюсь. Времени прошло совсем немного, но благодаря тому, что я перед сном успел отправить душу в Астрал, силы полностью восстановились. Осторожно встаю, чтобы не разбудить Ларису, одеваюсь и выхожу на улицу.

Ильдар уже стоит на пороге, заложив руки за спину и глядя на небо. Перед дуэлью он оделся в безупречный мундир и гладко выбрился. Совсем другой человек. Я и в прошлый раз убедился, что к дуэлям он относится крайне серьёзно и готовится к ним, как к празднику. Услышав мои шаги, Суворов оборачивается и говорит:

— Спасибо за пунктуальность, ваше благородие. Вы успели отдохнуть?

— Конечно. Где ваш секундант?

— Вот-вот прибудет. А ваш?

— Сейчас вызову, — говорю я и достаю телефон.

Звоню Георгию и прошу подъехать. Он и секундант Суворова приезжают почти одновременно. На стороне Ильдара оказывается тот же молчаливый худой мужчина, что и в прошлый раз, одетый во всё чёрное. Он молча кланяется мне, пожимает руку Георгию и они кратко обсуждают условия дуэли.

Я на всякий случай прошу Конрада окружить дом куполом, хотя поединок мы решаем провести в отдалении.

Я окружаю себя астральным доспехом. Ильдар тоже покрывает себя магической бронёй и берёт в руки тот самый родовой меч, который поставил на кон. Я чувствую, что от соперника исходит значительно более мощная аура, чем в прошлый раз. Суворов не врал — он действительно стал сильнее.

Впрочем, я в этом и так уже убедился, когда наблюдал за ним во время ночных боёв.

— Вы готовы, господа? — спрашивает Георгий, и, получив утвердительные кивки, выкрикивает:

— Начинайте!

В этот раз Ильдар не спешит нападать. Наоборот, он максимально усиливает защиту и осторожно обходит меня, не спуская глаз. Я спокойно стою на одном месте, подбираясь к противнику струнами. Суворов усмехается и спрашивает:

— Никто не знает, каким даром вы на самом деле обладаете, правда?

— Говорите так, будто вы знаете, — отвечаю я.

— Знаю. Но не могу же я сказать это, чтобы наши секунданты услышали.

С этими словами Ильдар растворяется в тени. В первое мгновение я успеваю отследить его перемещение, но затем теряю. Он выпустил за собой заклинания-обманки, которые скрывают его манёвры. Хитрая техника!

Суворов возникает справа от меня и шепчет на ухо:

— Вы используете Астрал.

В ту же секунду он снова исчезает. Появляется с другой стороны и наносит быстрый удар рукоятью меча. Я уклоняюсь и бью струнами в ответ, но Ильдар уже снова растворился в тени.

Так-так. Похоже, в этом мире я впервые сражаюсь с тем, кто соображает, какими способностями я обладаю. Во время прошлой дуэли Ильдар чувствовал мои струны и в первой половине боя даже успевал от них уворачиваться. Похоже, в этот раз до него допёрло, что это не магия, а нечто иное.

Честно говоря, мне это совсем не нравится. Я не хочу, чтобы всем вокруг стало известно о природе моих навыков. Конечно, с Астралом очень сложно справиться, даже если знаешь, чему противостоишь. Но всё равно, это не есть хорошо.

Как он вообще догадался⁈

Все эти мысли проносятся у меня в голове, пока Ильдар атакует меня, появляясь то с одной, то с другой стороны. Он перемещается очень быстро и наносит такие же быстрые удары. Атакующую магию не использует, потому что знает — я способен легко её обезвредить.

Кажется, я знаю, в чём его план. Он надеется меня измотать, при этом сам экономит силы, нападая только мечом. Неплохая задумка, но есть один существенный изъян. Хоть Ильдар и понял, что я использую силу Астрала, ему невдомёк, что истощить меня невозможно.

Призываю струны Хаоса и, когда Суворов в очередной раз появляется за спиной, вонзаю их в его броню. Перемещение не спасает соперника — струны тянутся за ним, и через несколько мгновений защита распадается. Издав яростный крик, Ильдар бросается в лобовую атаку, ускорившись с помощью маны.

Пытаюсь опутать его астральными струнами, но каждый раз промахиваюсь. У Суворова хватает ловкости для того, чтобы увернуться от всего и подбежать вплотную.

Надо же! Он и правда, отлично подготовился. Скорость точно прокачал на полную.

Уклонившись от выпада, я разрываю дистанцию и выхватываю из ножен свой меч. Использовать его силы не собираюсь, иначе поединок быстро закончится. Хочется немного позвенеть клинками.

Я даже снимаю астральную броню, чтобы уравнять наши шансы. Так будет интереснее. Ильдар усмехается и делает короткий поклон. Офигеть, он и правда неплохо чувствует Астрал, раз понял, что я убрал броню.

Мечи встречаются друг с другом, высекая искры. Суворов давит, упираясь ногами в землю и стискивая зубы. Я обвожу его клинок своим и наношу удар по ногам. Соперник вовремя отскакивает и снова бросается на меня.

Поединок становится гораздо увлекательнее, чем до этого. Ловлю себя на том, что улыбаюсь, а Ильдар улыбается в ответ. Мы оба охвачены азартом схватки, и никто не хочет отступать. Мечи звенят без перерыва, моё дыхание становится всё тяжелее, несмотря на усиление тела маной.

Достойный противник, и мне это нравится.

В какой-то момент я перехватываю инициативу и начинаю теснить Суворова. Он не сдаётся, но шаг за шагом вынужден отступать. Собрав остатки сил, он пытается пойти в контратаку. Отразив удар, заставляю Ильдара оступиться и приставляю клинок к его горлу. Мы оба замираем, тяжело дыша.

— Сдавайтесь, — говорю я.

— Нет, — хрипит в ответ Суворов.

— Предпочитаете погибнуть?

Помедлив, он качает головой, едва не порезавшись горлом об мой меч.

— Нет. Я не сдаюсь, барон Зверев, но признаю поражение.

— Здесь есть разница, я понимаю. Вы сражались достойно, — говорю я, убирая клинок.

Ильдар отходит на шаг. Георгий выходит вперёд и открывает было рот, чтобы объявить итоги поединка, но бретёр резко вскидывает руку, призывая к молчанию. Выровняв дыхание, он говорит:

— Дуэль окончена. Барон Зверев одержал победу. В качестве награды он получит то, что было обещано, самую ценную из моих вещей! Родовой меч, имя которому — Буйный.

С этим словами Суворов встаёт на одно колено и двумя руками протягивает мне свой меч. Но, прежде чем я успеваю что-нибудь сказать, он продолжает:

— Однако я вынужден отдать вам, барон Зверев, кое-что ещё. Гораздо более ценное, чем этот меч.

— О чём вы? — спрашиваю я.

— Я отдаю вам свою верность. Готов поступить к вам на службу и выполнять любые приказы до тех пор, пока я не смогу вернуть свой меч в честной дуэли.

— Встаньте, Ильдар.

— Вы принимаете мою службу? — он поднимается и смотрит мне в глаза.

— Послушайте, в этом нет необходимости. Как я сказал, вы сражались достойно. Честное слово, вы стали одним из лучших моих противников. Поэтому я готов вернуть ваш родовой меч прямо сейчас, без всяких условий. В знак уважения, — объясняю я.

Суворов, усмехнувшись, качает головой и говорит:

— Нет, барон, я не могу так поступить. Таков мой путь и путь моего рода. Мой отец был бретёром, мой дед был бретёром, и все мои предки шли этой дорогой. Мы всегда были независимыми наёмниками, но никто не знал, что у нас есть одно правило. Если нас дважды победит на дуэли один и тот же боец, мы обязаны отдать ему свой родовой меч и служить до тех пор, пока не сможем вернуть меч. Такова наша семейная клятва, таков наш путь, и я не отступлю от него.

— И что будет, если я откажу? Вы будете сидеть у порога? — спрашиваю я.

— Именно так. Если прогоните меня, я буду жить в лесу на ваших землях. Если прогоните из своих земель, я буду жить возле границы. И тренироваться до тех пор, пока не смогу вернуть свой меч, — отвечает Ильдар.

Немного подумав, я забираю его оружие вместе с ножнами, а затем крепко пожимаю бретёру руку и говорю:

— Не нужно так мучать себя. Вы приняты, господин Суворов. Уверен, что для столь искусного бойца, как вы, мы обязательно найдём достойную работу. И вы сможете вернуть свой меч, тем или иным способом.

— Спасибо, ваше благородие, — кланяется Ильдар.

— Ну а теперь, как мы и собирались, давайте обедать! Я хочу отметить не свою победу, а то, что ко мне на службу поступил столь благородный и сильный человек, как вы, — говорю я, и мы вместе с секундантами направляемся в сторону дома.

Во время обеда мы с Ильдаром много разговариваем. Первым делом я хочу выяснить, каким образом он узнал, что у меня есть связь с Астралом.

— Я обладаю превосходным чувством магии, ваше благородие. Астральная энергия это не мана, но её я тоже способен чувствовать. Я предположил, что вы используете именно эту силу ещё во время первого поединка. И поэтому практиковался, увеличивая свою чувствительность к ней. А когда мы снова встретились, я убедился, что вы владеете именно астральной энергией, — отвечает Суворов.

— Вот как. Впечатляет. А какими ещё навыками вы обладаете, кроме боевых? — спрашиваю я.

— Я неплохой следопыт, умею выживать в дикой природе, охотиться и рыбачить даже голыми руками. Я хорошо командую людьми, в своё время я руководил группой наёмников и обучал гвардию одного дворянина на Дальнем Востоке. Так что обладаю навыками строевой и боевой подготовки. А ещё я играю на гитаре, — с улыбкой добавляет Ильдар.

— А вот это интересно.

— Гитара? — удивляется бретёр.

— Нет. То, что вы способны обучать солдат. Вы можете помочь собрать надёжных людей для моей будущей гвардии?

Суворов отвечает, не раздумывая ни секунды:

— Конечно. У меня много знакомств. Я могу сделать несколько звонков и подобрать грамотных командиров, которым вы сможете доверить набор основного состава. Да и хороших бойцов тоже смогу привлечь.

— Договорились! Можете приступать. Казарма скоро будет достроена, в ней же должен кто-то поселиться, — говорю я.

После обеда я решаю отправиться в город, чтобы заехать к Тимофею и обсудить кое-какие дела. Не успеваю переодеться в костюм и сесть в машину, как раздаётся звонок телефона. Уже знакомый номер — со мной хочет поговорить верховный командор.

— Слушаю, Фёдор Витальевич!

— Здравствуйте, барон. Вы уже отдохнули после вчерашнего? — интересуется верховный.

— Конечно. Я уже и дуэль успел провести.

Коршунов смеётся и спрашивает:

— Откуда в вас столько энергии, Андрей? Всю ночь сражались, а утром снова в бой!

— Что ж поделать, битвы сами меня находят. Я чем-то могу помочь, Фёдор Витальевич?

— Не совсем. Вы можете подъехать в управление? Нам стоит кое-что обсудить с глазу на глаз, — Коршунов говорит хоть и вежливо, но его тон не подразумевает отказа.

Впрочем, я и не собирался отказываться. Уверен, меня и мой отряд хотят наградить, хотя за предложением о встрече явно кроется и что-то ещё.

— Конечно, командор. Я всё равно собирался в город, — заводя мотор, говорю я.

— Вот и хорошо. Жду, — говорит верховный и кладёт трубку.

Решаю отправиться сразу к нему. Дела, которые мне надо обсудить с Тимофеем, не срочные. Обычные бюрократические заморочки. Где-то требуется моя подпись, где-то надо лично ознакомиться с бумагами и одобрить некоторые договоры, всё в таком духе.

Проезжая через Санкт-Петербург, повсюду вижу последствия ночной бури. Тут и там разбитые стёкла, раздробленный асфальт, следы пожаров и другие разрушения. Кое-где до сих пор валяются трупы монстров, а порой слышатся выстрелы — в переулках до сих пор добивают тварей, успевших выбраться из разломов.

Картина неприятная, но могло бы быть гораздо хуже. В целом продолжается обычная жизнь, люди идут по своим делам, дети играют во дворах и парках. Аж сердце радуется — ведь если бы орден Стражей не среагировал как надо, многие из горожан могли бы не встретить рассвет.

Вскоре я уже поднимаюсь в кабинет верховного командора. Его секретарь Мария в этот раз меня не встречает, вот и хорошо. Не хочу опять отбиваться от её заигрываний.

Стучусь, и Фёдор Витальевич сам открывает мне двери.

— Здравствуйте, Андрей! Входите, присаживайтесь, — он широким жестом приглашает меня внутрь.

Коротко поклонившись, я вхожу и сажусь в кресло. Закрыв двери на замок, Коршунов берёт из бара бутылку коньяка и наполняет два бокала. Вручает мне один из них и торжественно говорит:

— Выпьем. За доблесть, которую проявил ваш отряд. За то, что эта ночь не стала трагедией для нашего города, хотя могла бы. И выпьем за Стражей, что отдали свои жизни во имя долга.

Я молча встаю, приподнимаю бокал и делаю глоток. Фёдор Витальевич залпом опрокидывает свой коньяк, тяжело вздыхает и садится напротив меня. Я тоже опускаюсь в кресло.

— Итак, Андрей. Я снова выражаю благодарность Багровым Стражам за верную службу и за то, что вы спасли многих людей. Насколько мне известно, никто из ваших не погиб?

— Никто, — коротко подтверждаю я.

— Мне остаётся лишь выразить своё восхищение, — Коршунов крепко и долго пожимает мне руку.

— Спасибо, командор.

— Вам спасибо, Андрей. Скажите, что я могу сделать для вашего отряда и вас лично?

— Даже не знаю. У нас всё есть. А то, чего нет, я могу приобрести сам.

— Но я, всё же, не могу оставить подвиг, который вы совершили, без награды! Вам всем будут вручены медали, это бесспорно. И не только от ордена. Мне сообщили, что сам император желает наградить Багровых Стражей за защиту дворца. Но если мы можем сделать что-то, чтобы сделать ваш отряд ещё сильнее и эффективнее — только скажите, — говорит Коршунов.

Я понимаю, что мы действительно заслужили награду, но такая щедрость явно неспроста. Командованию что-то нужно от меня, просто сначала меня хотят умаслить.

— Пока мне нечего просить, Фёдор Витальевич. Если понадобится помощь, я к вам обращусь, — говорю я.

— Вы уверены, Андрей?

— Уверен.

— Хорошо. Рад слышать, что Багровые Стражи полностью самодостаточный отряд, — Коршунов не скупится на комплименты.

Немного помолчав, он говорит:

— Я хотел бы обсудить кое-что из того, что случилось этой ночью. Когда вы сражались на Дворцовой площади, командор Фурин видел кое-что, и рассказал мне об этом. Скажите, вы действительно сумели остановить открытие разлома?

— Да, — киваю я.

— И как вы смогли это осуществить? — наклоняясь ко мне, с интересом спрашивает верховный командор.

Мне приходится немного подумать над ответом и взвесить все за и против. С одной стороны, не хочется рассказывать о печати Пожирателя всем подряд. С другой стороны, Фёдор Витальевич — это не все подряд. Тем более, что Фурин и Радов уже знают про печать.

А самое главное — я понимаю, что этот мир довольно скоро ждёт прибытие Пожирателя, и вряд ли кто-то, кроме меня, способен будет его одолеть. И даже мне сначала нужно будет, как следует прокачаться, в том числе увеличить силу печати и лучше овладеть энергией Хаоса. Рано или поздно я просто не смогу скрывать свою силу.

— Понимаете, Фёдор Витальевич, у меня на душе есть печать, когда-то оставленная сильным монстром. Благодаря ей я могу контролировать энергию Хаоса. Недавно я научился делать то, что видел Дмитрий Сергеевич, то есть предотвращать открытие разломов, — рассказываю я.

— Невероятно… — почти шёпотом произносит Коршунов.

— Я не думаю, что это так уж невероятно. Ведь существуют маги, которые намеренно связали свою душу с Хаосом. Я использую тёмную энергию во благо, вот и вся разница.

— Что ещё вы можете делать? — напрямую спрашивает командор.

— Пока что не слишком много. Но в будущем, когда лучше овладею Хаосом — вероятно, смогу делать так, чтобы разломы вообще не открывались в определённых местах. Есть у меня мысли по поводу того, как этого можно добиться…

Фёдор Витальевич поднимает ладонь:

— Ни слова больше, Андрей. Не нужно раскрывать мне свои секреты, я всё понимаю. Но вы тоже должны кое-что понять! Если вы действительно способны на такие вещи, то сможете сделать нашу страну и весь мир гораздо безопаснее. Поэтому я готов на всё, чтобы вам помочь. Любые ресурсы, любые маги вам в помощь, всё, что угодно! Только скажите.

— Спасибо, командор. Пока что у меня есть всё необходимое, — отвечаю я.

— Хорошо, Андрей. Я верю, что у вас всё получится. Знайте, что на вас возложены надежды ордена Стражей и всей Российской Империи, — серьёзным тоном произносит Коршунов, и я понимаю, что это не просто слова.

После той Багровой бури, что случилась ночью, вряд ли кто-то будет легкомысленно относиться к возможности обезопасить хотя бы часть областей от разломов. А я действительно могу это сделать, нужно лишь нарастить силы и попрактиковаться.

— Договорились, Фёдор Витальевич. Благодарю за доверие, — говорю я.

— Вы его заслужили, барон Зверев! — верховный командор снова пожимает мне руку.

Поговорив ещё немного, мы расходимся. Я отправляюсь по своим делам, но держу в голове мысль о том, что на мне теперь лежит огромная ответственность. Я и без того это понимал, но теперь, когда услышал из уст другого человека, всё стало как-то реальнее.

Пожиратель миров действительно скоро нагрянет на Землю. Это будет уже вторая моя встреча с ним, и на сей раз я собираюсь не просто остановить его, а сделать то, что не получилось в прошлый раз.

Уничтожить ублюдка!

Так что, мне надо с удвоенной силой взяться за развитие, и уделить больше внимания именно владению Хаосом. Потому что если я смогу сделать так, чтобы потоки Хаоса на Земле были настроены нужным образом, то Пожиратель будет слабее, когда окажется здесь. Мне и тем, кто будет сражаться со мной бок о бок, будет проще с ним справиться.

Проходит несколько дней. Лариса начинает подготовку к свадьбе, но я в эти дела почти не лезу. К счастью, Мирон и Алиса с радостью помогают организовать будущее бракосочетание. Вместе с Ларой они выбирают украшения для дома, музыкантов, цветы, меню, программу развлечений и тысячу тех мелочей, о которых я совсем не хочу задумываться.

С помощью Анастасии Фёдоровны и Тимофея я получаю лицензию на производство артефактов. Смородин помогает выбрать нужное оборудование, и мы приступаем к запуску производства. Решаем начать с тех самых кинжалов, а потом уже перейдём к другим артефактам.

Планы у меня большие, и главная цель артефактного дела не заработать денег, а нанести как можно больший ущерб экономике князя Чернова. Ведь я уверен, что он до сих пор точит на меня зуб…

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье князя Чернова.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — войдя в дом, граф Беркут кланяется.

— Здравствуйте, Сергей Егорович, здравствуйте! Рад видеть, — князь Чернов подходит к нему, пожимает руку и похлопывает по плечу, а затем добавляет:

— Я не просто так пригласил вас сегодня. Хочу показать кое-что! Уверен, вы порадуетесь. Идёмте!

Они проходят по длинному коридору и проходят через артефактную дверь, которую охраняют гвардейцы князя. Графа Беркута начинают посещать неясные подозрения, но он держит их при себе.

Наконец, они оказываются в круглом зале, в центре которого в воздухе висит меч. Слегка искривлённый клинок мерцает красноватым цветом и выглядит весьма угрожающе.

— Позвольте представить вам, дорогой граф. Это Зверобой! — с гордостью указывая на меч, говорит Роман Витальевич.

— Зверобой? — Беркут поднимает одну бровь.

— Как вы можете догадаться по названию, это меч был сделан специально для того, чтобы уничтожить одного человека. Который носит фамилию Зверев.

Чернов вытягивает руку, и меч летит к нему. Сжав рукоять, князь с восхищением рассматривает клинок и произносит:

— Он способен лишить Зверева всех его сил. Я уже испытал Зверобоя на своём сильнейшем маге и эффект оказался впечатляющим! После того, как Андрей столкнётся с этим мечом, мы сможем про него забыть!

— Вы собираетесь лично сразиться со Зверевым? — уточняет Сергей Егорович.

— Нет, что вы. Зачем? Я отправлю своих людей, как и всегда, — усмехается Чернов.

Помедлив, Беркут спрашивает:

— В последнее время ваши люди терпят неудачи. Но так ведь не может продолжаться вечно, правда? Тридцать лет назад у вас получилось уничтожить род Зверевых и отобрать у них всё! Если не секрет, ваше сиятельство, это стоило того? Ведь, насколько мне известно, все земли Зверевых получили ваши вассалы.

— Я получил много другого имущества, в том числе родовые артефакты. Так что да, это того стоило. И вы правы, граф! Андрею не может вечно везти. В это раз мы победим! — потрясая Зверобоем, грозно произносит Роман Витальевич.

«Значит, родовые артефакты Зверевых всё же у тебя. Отлично. Это я и хотел узнать. А что касается Андрея… Думаю, здесь дело вовсе не в везении. Но посмотрим, на что окажется способен этот Зверобой. Может быть, мои мечи вернуться ко мне вовсе без усилий…» — думает про себя граф Беркут.

Глава 15

Санкт-Петербург. Зимний дворец, Георгиевский зал.

Георгиевский зал Зимнего дворца произвёл на меня невероятное впечатление. Он поменьше, чем тот зал, где в своё время проходил императорский бал, но отделан ещё роскошнее. Начищенный паркет до блеска чуть ли не слепит, позолоченные люстры искрятся сотнями огней, идущие вдоль стен мраморные колонны делают зал похожим на античный храм.

Мы с Багровыми Стражами стоим в полном составе посреди зала. Нас окружают придворные и гвардейцы Его Величества, одетые в белые парадные мундиры. Напротив нас — императорский трон, от которого исходит сильная и величественная магия. Трон пока что пуст, но император должен вот-вот появиться, чтобы наградить меня и моих людей за проявленную во время Великой бури доблесть.

Великая буря — так журналисты окрестили ту сильнейшую Багровую бурю. По мне так они поторопились. Землю ожидают гораздо более сильные бури, чем эта…

— Её императорское величество Анастасия Фёдоровна Романова! — объявляет камердинер, и шепотки в зале смолкают.

Императрица-мать входит в зал в сопровождении пары охранников, в одном из которых я с трудом узнаю Константина, главу её личной спецслужбы. Одетый в светлый мундир и гладко выбритый, он совсем на себя не похож. Поймав мой взгляд, Константин коротко кивает.

Анастасия Фёдоровна, не обращая внимания на поклоны и приветствия от придворных, направляется прямо ко мне.

— Рада снова видеть тебя во дворце, Андрей, — с улыбкой произносит она, подойдя.

Императрица-мать говорит вполголоса, но в зале такая акустика, что я уверен — её слова слышат все. Анастасия Фёдоровна наверняка специально делает так, чтобы все придворные поняли — барон Зверев желанный гость во дворце.

— Спасибо, ваше величество. Я тоже рад снова находиться здесь, — глубоко кивнув, отвечаю я.

— Слышала, вы с Ларисой собрались пожениться? — продолжая улыбаться, спрашивает императрица и бросает взгляд в сторону Лары, которая стоит чуть поодаль.

— Так и есть, ваше величество. Свадьба состоится через пару недель. Простите, если это прозвучит слишком дерзко, но мы будем рады видеть вас на церемонии.

— Что ты, дорогой! Буду рада присутствовать. Жду приглашения, — коснувшись моего плеча, Анастасия Фёдоровна отходит к трону и встаёт рядом с троном.

По залу тут же проносится волна изумлённых шепотков. «Это надо же! Какой-то барон набрался смелости пригласить на свою свадьбу члена императорской семьи. И она с радостью согласилась! Невероятно!» — примерно такие фразы звучат со всех сторон.

Ну, если уж на то пошло, я не какой-то барон, а самый известный барон Санкт-Петербурга. В этом нет сомнений. О моих заслугах пишут во всех газетах и новостных сайтах, а фамилия Зверев постепенно становится нарицательной. «Ну, ты и Зверев!» — лично слышал, как такое сказал один рекрут другому на базе Стражей.

— Его императорское величество, Александр Николаевич Романов! — произносит камердинер, и в зале снова воцаряется тишина.

Когда император входит в зал, его аура заполняет всё пространство вокруг. Да, силой наш правитель не обделён. Интересно, почему он при этом не вышел сражаться во время Великой бури? Полагаю, посчитал, что это не его уровень.

Все в зале, кроме Анастасии Фёдоровны, склоняются в поклоне, пока Александр Николаевич проходит к трону и садится на него. Положив руки на подлокотники, император жестом призывает к тишине, хотя все и так молчат, после чего произносит:

— Добрый день, дамы и господа. Сегодня мы собрались, чтобы воздать заслуженные почести отряду из ордена Стражей, который именуется Багровыми Стражами. Во время случившейся несколько дней назад бури они проявили героизм, достойный лучших сынов и дочерей Российской Империи. От лица государства и от себя лично я благодарю вас всех.

Александр Николаевич смотрит мне в глаза и кивает. Этот кивок значит больше, чем можно подумать. Далеко не каждый удостаивается его от императора

— Рады служить, ваше величество, — отвечаю я, и остальные Стражи эхом повторяют за мной.

— Я горжусь, что в нашей стране есть такие люди, как вы. Барон Зверев, подойдите.

Стуча начищенными парадными сапогами, я приближаюсь к трону. Император встаёт и спускается по бархатным ступеням мне навстречу. К нам подходит слуга, перед которым на бархатной подушечке лежит украшенный драгоценными камнями орден. Он имеет форму креста, а в центре изображён двуглавый орёл. К кресту прилагается цепь со звеньями в форме щитов — в торжественных случаях орден полагается носить на шее, но можно снять с цепи и приколоть на грудь.

Александр Николаевич берёт орден и говорит:

— За заслуги перед Родиной и отвагу при защите столицы объявляю вас, Андрей Алексеевич Зверев, кавалером ордена Золотого орла.

Я склоняю голову, и Александр Николаевич надевает орден мне на шею. Звучат восторженные возгласы и аплодисменты. Сам император, отойдя на шаг, тоже аплодирует. Я не могу сдержать улыбку — хоть мне и не требуются награды, чтобы осознавать собственную значимость, всё-таки приятно, когда твои заслуги признают. Да ещё и на таком высоком уровне.

После этого я отхожу от трона, а император по очереди подзывает всех остальных Багровых Стражей. Называя каждого по имени, он вручает им медали «За защиту Петербурга», а несколько человек, включая Георгия, Ларису, Сыча и Бороду, дополнительно получают медали «За храбрость».

В конце награждения в честь Багровых Стражей звучит торжественный гимн, после чего нас угощают шампанским, и на этом церемония заканчивается. Когда выходим из дворца, я говорю:

— Ну что, друзья, это надо отметить! Что скажете?

— Да-а! — звучит слаженный возглас.

— Ресторан уже забронирован. Едем! — указывая направление, объявляю я.

Празднуем мы до вечера, но допоздна не засиживаемся. На завтра запланирована жесткая тренировка — отправимся в Крепость ночи, чтобы продолжать совершенствоваться.

Да, мы заслужили награду, и теперь нас считают самым элитным отрядом ордена в Российской Империи. Только это не значит, что можно остановиться в развитии и почивать на лаврах. Наоборот — к элите предъявляются особые требования, и даже, чтобы просто поддерживать звание лучших, надо много трудиться. А, чтобы стать ещё круче, трудиться надо вдвое больше.

В общем, следующим утром мы с рассветом отправляемся в Крепость ночи. Только Лариса остаётся в поместье, чтобы продолжать подготовку к свадьбе. Сегодня ей надо встретиться с флористами и выбрать букет, а затем отправиться на примерку подвенечного платья.

Разделившись на три группы по двадцать человек, мы устраиваем соревнование — отправляемся в разные разломы. Какая группа первой зачистит свой разлом, та и победила.

Одну из групп возглавляю я, другую — Мрак, а третью офицер из нового состава с позывным Грех.

Настоящее имя Греха — Роберт Миллер. Его отец был англичанином, а мать — дагестанкой. Такое вот интересное сочетание кровей.

По сути, Багровые Стражи превратились в несколько отрядов, объединённых общим названием. Да и количество добытчиков тоже увеличилось — многие ветераны ордена захотели пойти ко мне на службу. Я уж не говорю о том, что у нас появились механики, оружейники, работники столовой и другой гражданский персонал.

Теперь меня даже стали в шутку называть барон-командор. Хотя в каждой шутке, как говорится, есть только доля шутки. Потому что Багровые Стражи начинают тянуть на полноценное отделение ордена.

Зачистка разлома проходит весело. Нам противостоят в основном демоны, сражаться с которыми гораздо интереснее, чем со многими другими монстрами, потому что демоны обладают интеллектом.

Зачистив все области разлома, мы с группой добираемся до сердца, которое охраняет парочка церберов и несколько рогатых ублюдков, вооружённых булавами из адского гранита.

— Постарайтесь не сломать их оружие. Адский гранит дорогой, а изделия из него — ещё дороже. Нам за эти дубины кучу денег отвалят, — говорю я.

— Так точно, командир, — отвечает Сыч, готовя защитное заклинание.

— На счёт три в атаку. Раз, два… Стоп! — неожиданно для самого себя выкрикиваю я.

— Что такое? — Стражи обращают на меня удивлённые взгляды.

Я не отвечаю, прислушиваясь к ощущениям. Такое чувство, будто внутри моей души происходит гроза. Печать Пожирателя молчит, и я не сразу понимаю, что со мной — пока не понимаю, что это не со мной.

Это Щелкунчик! Он просыпается!

— Минутку, — говорю я и сажусь в позу лотоса.

Призываю монстрика, но вместо него появляется мутный магический кокон, напоминающий яйцо. Внутри кокона мелькают вспышки, всё быстрее и быстрее с каждой секундой.

— Это Щелкунчик, что ли? — спрашивает Сыч.

— Угу, — отвечаю я, не отрывая глаз от «яйца».

Его поверхность пересекают светящиеся трещины, а потом кокон лопается, и малыш вырывается наружу. Хотя какой он теперь малыш! Щелкунчик заметно вырос, став размером с овчарку. Его шерсть стала темнее, рога удлинились, только задорный взгляд остался таким же.

— Дру-уг! — непривычно низким голосом выкрикивает он и бросается ко мне в объятия.

— Привет, дружище! Как ты себя чувствуешь? — со смехом обнимаю и треплю фиолетовую шёрстку.

— Рашо! Икунчик ырос! — хвастается он.

— Ещё как вырос! Ты теперь совсем большой.

Остальные тоже подходят к Щелкунчику, радуясь его возвращению. Кардинал кружит над нашими головами, без остановки звеня и посылая мне эмоции счастья.

— Мы де? — оглядывается монстрик. Заметив демонов, он застывает и облизывается, а потом вопросительным взглядом смотрит на меня.

— Ты, наверное, проголодался, пока спал? — с улыбкой спрашиваю я и окружаю питомца астральным доспехом.

Щелкунчик бросается на демонов, на ходу распахивая пасть. Когда враги замечают его, один из демонов формирует заклинание и отправляет в монстрика дюжину острых каменных игл. Я не беспокоюсь, ведь астральный доспех защитит и от более серьёзных угроз. Но мой питомец решает проблему по-своему.

В его глотке появляется магическая воронка, и втягивает летящие иглы. Ого, да Щелкунчик не просто вырос, у него появились новые способности! Полагаю, что мелких противников он теперь сможет всасывать в свою пасть, как пылесос.

С помощью подросшего Щелкунчика мы легко справляемся с демонами. С одним цербером он справляется в одиночку, поочерёдно откусив псине все три головы.

Уничтожив сердце, мы в темпе вальса покидаем разлом. Оказавшись в крепости, я с удивлением замечаю, что группа Георгия нас уже ждёт.

— Мы первые, командир! — с широкой улыбкой объявляет он.

— Вижу, молодцы! Сейчас дождёмся группу Греха и повторим соревнование.

— Вызвать добытчиков? — спрашивает Мрак.

— Да, пусть поработают, — киваю я.

Когда я вечером возвращаюсь домой, Лариса выбегает на порог, бросается мне на шею и целует в губы. Её глаза искрятся, как две изумрудные звёздочки.

— Кто-то в хорошем настроении, — замечаю я.

— Ещё бы! Я выбрала платье.

— Правда? Покажи.

— Размечтался! Ты увидишь меня в нём только на свадьбе, — Огонёчек игриво чмокает меня в нос, а потом вдруг резко становится серьёзной и говорит:

— Тебе тоже надо выбрать свадебный костюм. Когда ты этим займёшься?

— Ого, какая ты строгая. Займусь на днях, не переживай. Пойдём в столовую, я проголодался. Привет, Мирон, — здороваюсь с дворецким, который невозмутимо ожидает неподалёку.

— Добрый вечер, ваше сиятельство. Ужин сейчас подадут, — с поклоном говорит он.

— Спасибо.

— Андрей, привет! — на лестнице вдруг появляется Светлана, дочка Мирона. В руках она несёт большой лист бумаги.

— Привет, Светик, — улыбаюсь я.

— Доченька, к Андрею Алексеевичу нужно обращаться «господин» или по имени-отчеству, — наставляет её дворецкий.

— Но он разрешил просто Андрей! — протестует девочка.

— Только когда рядом никого нет, — стреляя взглядом в слугу, который моет пол паровой шваброй в другом конце прихожей.

— Ну, хорошо. Прости, папа. Простите, Андрей Алексеевич.

— Всё в порядке. А что это у тебя в руке? — интересуюсь я.

— Я нарисовала тебя! — Света протягивает листок мне.

На рисунке изображена Дворцовая площадь, судя по Александровской колонне. Справа от неё нарисован радужный портал, из которого вылезает дракон, а на первом плане — я. Светлана нарисовала меня в полоборота, сделав гораздо более широкоплечим и суровым, чем я есть на самом деле.

Между прочим, лицо изображено весьма натурально. Я очень даже похож на себя.

— Отличный рисунок, Света. Ты никогда не думала стать художницей? Мне кажется, у тебя талант, — замечаю я.

— Спасибо, я старалась, — улыбается девочка.

Мирон тоже смотрит на рисунок и одобрительно кивает:

— Действительно, хорошая работа. Молодец.

— Найди для неё хорошего преподавателя по рисованию. За мой счёт, — говорю я.

— За ваш счёт? Чем мы заслужили, ваше благородие? — удивляется дворецкий.

— Как чем? Верной и безупречной службой. Не стесняйся, просто найди преподавателя. Света, можно я оставлю этот рисунок себе? — спрашиваю я.

— Конечно! — с радостной улыбкой отвечает она.

— Спасибо. Повешу у себя в кабинете, — потрепав девочку по голове, я отправлюсь в столовую.

Лариса, которая идёт рядом со мной, как-то подозрительно заглядывает мне в лицо и вдруг говорит:

— Не знала, что ты любишь детей.

— Почему нет? Дети милые. С ними бывают проблемы, конечно, но счастья они приносят гораздо больше. Ты же родишь мне сына? — спрашиваю я.

— Сына? — Лара на миг замирает, расширяя глаза.

— Дочь тоже. Я, пожалуй, хочу троих детей — двух мальчиков и одну девочку. А ты?

— Я тоже хочу троих, — тихо отвечает Огонёчек.

— Вот и договорились. Рад, что у нас с тобой в этом вопросе мнения совпадают, — улыбнувшись, я на ходу целую Ларису в губы.

После ужина мы отправляемся в спальню. Я принимаю душ, а когда выхожу, невеста ждёт меня в постели. Из одежды на ней только белые кружевные трусики. Рыжие волосы распущены и прикрывают грудь.

— Я подумала, что перед свадьбой нам с тобой надо сделать перерыв, чтобы первая брачная ночь была особенной… Но сегодня ещё можно. Иди сюда, — говорит она и манит меня пальчиком.

Дважды меня просить не надо. В тот же миг оказываюсь рядом, и наши взаимные ласки затягиваются до глубокой ночи. Когда мы уже начинаем засыпать, я спрашиваю:

— Слушай, как насчёт свидания?

— М? Свидание? — приоткрыв глаза, уточняет Лариса.

— Ну да. В последнее время так много дел, мы с тобой мало времени проводим вместе. Может, завтра съездим выбрать мне костюм и заодно поужинаем где-нибудь в хорошем ресторане?

— Да ну, ресторан… Может, лучше сходим вместе в разлом? Я давненько не охотилась!

— Шутишь, что ли? Ты же сражалась во время Великой бури.

— Это было что-то вроде войны. А я хочу на охоту, — говорит Лариса, снова закрывая глаза и кладя голову мне на грудь.

— Ну, как хочешь. Давай отправимся на охоту, — чмокнув её в макушку, соглашаюсь я.

Утром, сразу после завтрака, мы приступаем к выполнению нашего плана. Загружаем в мой пикап всё необходимое снаряжение, а затем отправляемся в город выбирать мне костюм. Выбор падает на изящный смокинг цвета слоновой кости. Подбираем к нему галстук-бабочку и рубашку, а также сразу туфли, ремень, запонки, носки и даже нижнее бельё. В день свадьбы всё должно быть безупречно.

Ну а после этого находим в приложении Стражей подходящий разлом и бронируем его.

Слежку я заметил еще, когда мы ехали по городу. Думал, вдруг показалось, или это журналисты охотятся за мной, но теперь понимаю, что это не так. Наблюдатели действуют слишком профессионально для папарацци.

— Огонёчек, похоже, наше свидание будет ещё горячее, чем мы предполагали, — говорю я, поглядывая в зеркало заднего вида.

— Ты о чём это? — спрашивает она, отвлекаясь от выбора праздничных шариков в телефоне.

— За нами следят, и вряд ли с добрыми намерениями. Придётся объяснить им, что так делать не надо, — зловеще улыбаюсь я.

Когда мы выезжаем за город, преследователи отстают. Я останавливаю машину неподалёку от разлома, мы с Ларисой переодеваемся в комбинезоны и берём оружие, после чего я призываю Щелкунчика.

— Как ты вырос! — ахает Лара.

Я уже рассказал ей о том, что монстрик проснулся, но вживую она его ещё не видела. Поэтому такая реакция.

— Ривет! — запрыгивая к ней на руки, здоровается Щелкунчик.

— Ох, и тяжёлый стал! — смеётся Лариса, еле удерживая его.

Я подхожу к разлому и проверяю его с помощью анализатора. Судя по показаниям, внутри нормальная температура и много кислорода. Вероятно, нас ждёт лесная местность. Активность монстров средняя — то, что нужно, для свидания в формате охоты.

— Заходим, — говорю я.

— А те, кто за нами следил? — отпустив Щелкунчика, Огонёчек оглядывается.

— Скоро появятся. Если войдут в разлом — разберёмся с ними там. Если нет — то когда выйдем, — отвечаю я и первым прохожу через портал.

Внутри и правда оказывается лес, но не простой. За рощей из растений, напоминающих бамбук, находятся развалины величественного здания, напоминающего храм. Потрескавшиеся стены обвиты лианами, и над ними парят десятки каких-то тварей. Огнеплюи, что ли? Тогда поблизости может быть виверна.

Я призываю Кардинала и отдаю ему мысленный приказ: оставаться на страже возле портала. Если кто-нибудь войдёт, сообщить и телепортироваться ко мне. Топор, послав мне эмоцию понимания, взлетает высоко в воздух и зависает там.

— Ну что, любимая, начнём наше свидание? — указывая на чёрного крокодила, глядящего на нас из зарослей, спрашиваю я.

— С радостью! — смеётся она и создаёт в руках огненный шар.

Внутри храма оказывается не только куча огнеплюев, которые гнездятся под потолком, но и десятки гоблинов, обитающие в подземельях. В тот момент, когда мы с Ларисой уничтожаем их вождя, Кардинал посылает мне сигнал о том, что в разлом зашли какие-то люди.

Следом топор отправляет «картинку» — мутноватый мысленный образ, благодаря которому я вижу, что за нами пришла команда из пяти человек. Четверо одеты в тяжёлые артефактные бронежилеты, а один вооружён здоровенным мечом.

Как интересно. Похожи на группу профессиональных убийц. Интересно, кто отправил их по мою голову?

— Огонёчек, готовься. Надо устроить засаду на плохишей, — говорю я и поднимаю руку, в которой со вспышкой появляется Кардинал.

— Нет проблем. Молодец, — отвечает Лариса, поглаживая топор по рукояти, отчего он радостно звенит.

Выйдя из храма, мы находим укромное место в зарослях и ждём. Эх, жаль, я не взял свой меч. У одного из врагов явно не простой клинок при себе, было бы интересно потягаться с ним именно на мечах.

Обидно, но да фиг с ним. Справлюсь струнами.

Дожидаемся, когда враги подойдут поближе. Я натягиваю струну у них на пути, после чего касаюсь сидящего рядом Щелкунчика и взглядом указываю на дорогу. Монстрик выскакивает из зарослей, заставляя наёмников застыть на месте.

— Лохиши! Вам езда! — кричит Щелкунчик и бросается наутёк.

Ну, зачем он так грубо? Я ведь уже просил его не выражаться.

— Стоять! — рявкает лидер группы, обнажив свой меч со слегка искривлённым лезвием. Оглядевшись, он добавляет:

— Это ловушка. Он нас спалил.

— Какой ты умный! — громко замечаю я и атакую.

В тот же миг Лариса обрушивает на врагов огненный вихрь, а затем сверху падает Кардинал. Этого хватает, чтобы двое из четверых остались лежать на дороге, а остальные ушли в глухую оборону.

Лариса, согласно плану, на всякий случай остаётся в зарослях. Я выхожу на дорогу, поигрывая невидимыми струнами, и говорю:

— Здорово, засранцы. Варианта всего два: либо вы сдаётесь и рассказываете мне, кто вас нанял, после чего я позволю вам уйти живыми. Либо я убиваю всех вас, кроме одного, чтобы он опять же рассказал мне, кто вас нанял, а потом тоже убью его. Что выбираете?

Мечник, выйдя вперёд, отвечает:

— Третий вариант. Мы прикончим тебя, твоего монстра и твою рыжую шлюху тоже!

Ох, зря он это сказал. Я вонзаю струны Хаоса в бронежилеты двоих врагов, после чего наношу беспощадный удар астральными струнами. Противники падают замертво, остаётся только их лидер. Всё это происходит за несколько мгновений, поэтому он даже дёрнуться не успевает.

— Ты остался последним, и тебе не повезло. Сначала ты расскажешь, кто тебя послал, а потом ответишь за свои слова, — поясняю я.

— Посмотрим. Познакомься со Зверобоем, урод! — рычит он и активирует меч.

По клинку пробегает красное мерцание, и воздух вокруг становится тяжелее. Я чувствую, как от меча ко мне устремляется что-то вроде невидимого шипа, который стремится вонзиться в ядро магии.

Как интересно. Я уже успел немного рассмотреть магическую структуру артефакта и понял, что он создан специально под меня. Да и название об этом говорит. В теории, меч должен лишить меня всех сил, но теория и практика определения разные. Кто бы ни сделал этот меч, он понятия не имел, что меня невозможно лишить связи с Астралом, как ни пытайся.

Решив немного поиграть, я убираю астральную броню и позволяю паразитическому шипу вонзиться в моё ядро. Мана покидает тело за долю секунды, и ядро оказывается парализовано — поглотить новую ману я какое-то время не смогу. Неприятное чувство, и голова сразу начинает кружиться. Разыгрывая спектакль, я пошатываюсь и опираюсь плечом о дерево, стоящее у дороги.

— Андрей! — раздаётся из зарослей крик Ларисы.

— Оставайся там, — вяло машу рукой я.

Мечник криво ухмыляется и идёт ко мне.

— Ну что, козёл, как ощущения? — спрашивает он.

— Во, — показываю ему большой палец и одновременно выпускаю струну.

Зверобой отлетает вместе с кистью противника и падает к моим ногам. Я наступаю на него и встаю прямо, широко улыбаясь.

— А как тебе такие ощущения? Страшно, наверное? — интересуюсь я.

В глазах врага расцветает ужас. Он начинает вопить от боли, а затем срывается с места и бежит.

— Ага, размечтался, — усмехаюсь я и ловлю его струной.

Мужик падает на землю и, пока я тяну его к себе, орёт:

— Сука! Урод! Почему ты не лишился сил⁈

— Да потому что это невозможно, дебил, — невозмутимо отвечаю я.

— Живым не дамся! — орёт противник и выхватывает из подсумка гранату.

Раздаётся взрыв. Я снимаю струны с уже мёртвого тела и бурчу себе под нос:

— Надо же, какой отчаянный. Предпочёл умереть, но не рассказывать, кто его нанял.

— Андрей, ты в порядке⁈ — выбежав из зарослей, Лариса мигом оказывается рядом со мной.

— Конечно, Огонёчек. В полном. Ты слышала, как они назвали этот меч? Зверобой.

— Его что, сделали специально против тебя? — удивляется Лара.

— Именно. Ух ты, — поднимая меч, говорю я.

— Что такое?

— А вот видишь клеймо возле эфеса? Зверобоя создал Олег Костоломов.

— Тот же кузнец, который ковал твой меч? — ещё больше удивляется Лариса.

— Да. Думаю, что теперь мы с тобой легко сможем узнать, кто пытался нас сегодня убить…

Свидание прошло немного не так, как мы рассчитывали. Всё-таки эти придурки сумели испортить нам настроение, да и дел добавили. Но когда я предлагаю после Костоломова всё-таки сходить в ресторан, Лариса не стала отказываться.

— После охоты у меня проснулся аппетит. И не только в плане еды, — мурлычет она, проводя ноготками по моему бедру.

— Стоп-стоп. Не ты ли вчера говорила, что нам следует сделать перерыв до свадьбы?

— Я передумала. Давай сегодня ещё разочек, а потом перерыв, — приближая своё лицо к моему, шепчет Лариса.

— А вот и нет. Всё, временный целибат! Чтобы, как ты и сказала, наша первая брачная ночь была особенной, — целую её в губы и кричу:

— Щелкунчик, где ты там⁈

— Тута! Я фейфас! — явно с набитым ртом отвечает монстрик откуда-то из зарослей.

— А я думаю, чего там монстры орут… Это твой питомец на них охотится, — хихикает Лара.

Собрав все трофеи, включая оружие и броню несостоявшихся убийц, мы выходим из разлома. Сердце я забираю с собой, собираясь продать. После ресторана надо будет съездить на базу Стражей.

А вообще, кстати говоря, надо обсудить с командором вопрос о том, чтобы организовать на моих землях склад, бухгалтерию и всё прочее. Чтобы мы могли сдавать трофеи, так сказать, не выходя из дома. Ничего странного в этом нет — склад будет принадлежать ордену, я просто безвозмездно сдам им немного земли в аренду.

Собственно, как только выходим из портала, я звоню Дмитрию Сергеевичу и предлагаю ему такой вариант. Он обещает подумать и намекает на то, что если мы так поступим, я по факту стану командиром собственного отделения Стражей. Ну, похоже, всё к этому и идёт, я тоже об этом думал ещё вчера. Хотя есть у меня другие мыслишки по этому поводу.

Едем в мастерскую Костоломова. Слуга с поклоном провожает нас в приёмную, а скоро появляется и сам Олег. Войдя в комнату, он видит у меня в руках Зверобой и оглушительно смеётся.

— Знаете, ваше благородие, я ждал, что вы придёте ко мне с этим мечом!

— Да ладно, — не слишком дружелюбно говорю я.

— Конечно. Надеюсь, вы не подумали, что я держу на вас какую-то обиду?

— Зачем вы тогда сделали этот меч?

Костоломов пожимает плечами и отвечает:

— Потому что мне заплатили, вот и всё. Я не могу указывать аристократам, с кем им враждовать. Если вы попросите меня сделать уникальный меч против князя Чернова — я не откажусь.

— То есть Чернов заказал Зверобоя? — приподнимая клинок, уточняю я.

— Да. Обычно я не раскрываю имена своих клиентов, но здесь случай особый. Этот меч заказал князь Чернов, — ещё раз подтверждает кузнец.

— Понятно. Спасибо за информацию, Олег, — вставая, говорю я.

— Пожалуйста, барон. Заходите, всегда рад вас видеть, — кланяется Костоломов.

Чернов, подлюка! Видимо, ему сильно не понравилось, что я отобрал у него мастера и тоже начал заниматься артефактами.

Попытка моего убийства тянет на весомый повод для войны, но я не буду нападать на Чернова. Несмотря на эту провокацию, я лучше продолжу давить на него на экономическом фронте, чтобы сначала ослабить, а потом и вовсе растоптать.

Порой удары по репутации значительно болезненнее, чем смерть на дуэли или войне. А если Чернов не успокоится, можно будет и войну объявить. Или сначала уничтожить его репутацию, а потом и его род, чтобы другим неповадно было идти против меня. Пусть знают, что возмездие их настигнет, даже если весь род Зверевых будет уничтожен, как это случилось тридцать лет назад.

— Ты как? Не сильно расстроился? — спрашивает Лариса, когда мы садимся.

— Что ты. Наоборот, я рад. Смотри, какой роскошный подарок сделал мне Чернов! — усмехаюсь я и бросаю Зверобой на заднее сиденье.

— Ну да, отличный предмет для твоей коллекции, — смеётся Огонёчек.

— Вот именно. Так что не думай об этом, с Черновым я справлюсь. Поехали, поужинаем и поговорим о нашей свадьбе, — говорю я и завожу мотор.

Санкт-Петербург. Городская резиденция графа Беркута.

Когда Сергею Егоровичу доложили о том, что лучшие убийцы Чернова не смогли справиться с Андреем, он испытал смешанные чувства. С одной стороны, раздражение — снова Зверев смог победить, и даже специально изготовленный против него артефакт не помог! С другой стороны, он почувствовал восхищение. Как ни крути, а Зверев великолепный боец, который кажется совершенно неуязвимым.

А ещё Беркут испытал злорадство. Чернов потратил столько денег, и в итоге всё равно остался у разбитого корыта.

— Пора бы уже понять, что тягаться со Зверевым — идиотская затея, — бурчит Сергей Егорович, вставая из-за своего рабочего стола.

Подойдя к окну, он смотрит на вечерний город и достаёт телефон. Набрав номер своего наёмника, дожидается ответа и спрашивает:

— Как дела?

— Всё в порядке, ваше сиятельство. Дворецкий князя нанял меня в качестве слуги, — тихо отвечает наёмник.

— Ты уже узнал, где хранится артефакт Зверевых?

— Да. В личной сокровищнице князя Чернова. Проникнуть туда будет непросто, но я справлюсь. Потребуется лишь немного времени…

Глава 16

Недалеко от Санкт-Петербурга. Владения барона Зверева.

На следующий день случается очередная Багровая буря. Не только орден, но и все силовые структуры империи поднимаются по тревоге, однако в этот раз всё не так страшно. Буря слабее даже обычной — это не более чем отголосок Великой бури.

Тьфу ты, дурацкое название. Тоже мне, Великая! Земля просто ещё не видела по-настоящему масштабных событий такого рода. Но все стали называть эту бурю именно так, вот и ко мне приклеилось.

Ладно, не суть. Когда случается этот отголосок, я отдаю Мраку и Греху команду действовать самостоятельно. Багровые Стражи достаточно обучены, чтобы справиться без меня, тем более, что буря не чета прошлой. А мне надо попробовать кое-что очень важное.

Как только вижу, что небо на западе начинает приобретать алый цвет, я выбегаю из дома. Даже обувь не надеваю, несусь в домашних тапочках. Мирон пытается остановить меня в прихожей, протягивает ботинки, но я только отмахиваюсь. Нельзя терять ни секунды.

На бегу активирую печать Пожирателя. Оказавшись на улице, выискиваю, где формируются наиболее плотные потоки Хаоса, и несусь туда. Краем глаза замечаю, как вдалеке проносится один из броневиков моего отряда — похоже, получили указания из центрального управления.

Теперь только Коршунов и его приближённые офицеры могут отдавать Багровым Стражам приказы, Фурина отстранили от командования нами. Это ни в коем случае не умаляет моего уважения к Дмитрию Сергеевичу, тем более, нас связывает с ним не только служба в ордене.

Нахожу, наконец, достаточно плотный клубок Хаоса. В этом месте с большой вероятностью откроется разлом, когда Багровая буря наберёт обороты. Моя задача не допустить этого, но на сей раз не просто развеяв энергию. Я придумал другой способ.

Призываю все силы печати Пожирателя и начинаю формировать энергетический канал. Своего рода труба, через которую Хаос будет неминуемо протекать, оказываясь рядом.

Канал, само собой, невидимый, но оттого не менее эффективный. Мне приходится напрячься, чтобы создать его, потому что раньше я ничего подобного не делал.

Эксперимент оказывается успешным — к тому времени, как небо становится полностью багровыми, концентрация энергии Хаоса становится максимальной, канал готов. Энергия протекает через него бурным потоком. Клубок ослабевает в одном месте и возникает заново в другом — там, где удобно мне. А именно рядом с уже открытым и освоенным домашним разломом.

В итоге возле одного портала открывается ещё один. Я смеюсь и вскидываю руки вверх от радости. Получилось! Теперь я могу не просто предотвращать открытие разломов, но и делать так, чтобы они открывались в нужном мне месте.

Это достижение гораздо более полезное, чем может показаться на первый взгляд. Не зря я усиленно тренировался после разговора с верховным. Я ведь обещал ему, что смогу найти способ обезопасить определённые места от разломов. Вот, обещание выполнено. Мне ещё нужно улучшить технику и стать сильнее, но через время я запросто смогу создать в Санкт-Петербурге сеть каналов, которая навсегда решит вопрос с разломами в городе.

Из нового разлома осторожно выглядывает костегрыз и принюхивается. О, давно не виделись! При виде этих тварей, которым я придумал собственное название «жабопсы», я невольно начинаю ностальгировать. Потому что это первые монстры, которых я прикончил в это мире.

— Ко мне, пёсик! — произношу я, хватая монстра струной за морду.

Сначала он в панике визжит, но пытается высвободится, хоть это и бесполезно. А потом он чувствует печать Пожирателя и весь его страх как рукой снимает. Костегрыз относится к монстрам Хаоса, и печать притягивает их сильнее, чем, что бы то ни было. Они готовы сами сдохнуть, но попытаться хотя бы разочек меня куснуть.

Решаю не издеваться над бедной тварью и убиваю её быстро. После чего направляюсь к разлому, из которого один за другим выскакивают другие монстры.

— Всем привет! Добро пожаловать в мои владения! — гостеприимно распахивая руки, говорю я.

Костегрызы рады приглашению, и с яростным рёвом бросаются на меня, надеясь устроить пир. К сожалению, это будет последний пир в их жизни, да ещё и несостоявшийся.

Закончив с теми монстрами, что успели выбраться, я захожу внутрь разлома и зачищаю его. Много времени это не занимает — разлом всего лишь первого уровня, для меня это лёгкая прогулка. Даже скучновато.

Полезных ресурсов здесь тоже немного, поэтому решаю не оставлять разлом открытым. Выйдя из разлома, вызываю группу добытчиков и велю собрать все ресурсы, а затем уничтожить сердце. После чего возвращаюсь домой.

В прихожей меня встречает обеспокоенный Мирон, за спиной которого маячит Багдыр.

— Ваше благородие, ну как же так! Разве можно в тапочках на улицу, да ещё и во время Багровой бури? — причитает дворецкий.

— Да ладно тебе. Я не боюсь пораниться об какой-нибудь камешек.

— Я это знаю, Андрей Алексеевич! Мне жалко тапочки, это же ручная работа!

— Вот оно что. То есть ты переживаешь не за меня, а за какие-то тапки? — совершенно искренне удивляюсь я.

— Конечно. Вас ничего не возьмёт, а вторые такие тапочки мы не достанем. Уникальная работа, я, между прочим, немало времени потратил, чтобы выиграть их на торгах специально для вас, — обиженно говорит Мирон.

Я опускаю взгляд на перепачканные землёй тапки и говорю:

— Надо же. Понятия не имел, что они такие ценные. На будущее, Мирон — не надо покупать подобные вещи. Я понимаю, что ты для меня старался, но мне не нужны вещи, над которыми надо так трястись.

— Буду иметь в виду, ваше благородие, — бурчит дворецкий и забирает потрёпанные тапочки.

Ко мне подходит Багдыр и с поклоном говорит:

— Здравствуйте, Андрей Алексеевич. Как ваши дела? Я видел из окна, вы что-то делали с порталами?

— А ты догадливый, — усмехаюсь я.

— Вы же сами обучаете меня секретным техникам. Я понимаю, что ваши навыки гораздо шире, чем могут подумать те, кто вас не знают, — пожимает плечами алтаец.

— Да уж, мы с тобой немало времени вместе провели. Ты что-то хотел мне рассказать?

— Я закончил готовить лекарство для отца Игната Семёновича. Пришлось потрудиться, чтобы подобрать все ингредиенты в нужной пропорции, потому что его болезнь запущена. Но я создал не только классические зелья, а также одно снадобье по древнему рецепту. В общем, получился целый комплекс лекарств, которые надо давать по определённому способу.

— То есть ты лично отправишься в больницу? — уточняю я.

— Да, ваше сиятельство. Дадите мне на всякий случай людей для охраны? А то, я слышал, князь Чернов до сих пор зол на вас с Игнатом Семёновичем.

— Есть такое. Хорошо, передай Холодову, что я поручил тебя сопроводить. Кстати, ты не видел Ильдара?

— Господин Суворов ещё утром уехал. Сказал, что ему нужно встретиться с какими-то людьми.

— Понял. Ладно, Багдыр, увидимся, — говорю я и отправляюсь в столовую.

Значит, Суворов уехал с кем-то встречаться. Это хорошо. Он уже приводил ко мне одного кандидата в офицеры гвардии, но тот человек меня по нескольким причинам не устроил. Мало того, что раньше он служил одному из петербургских дворян и вполне может до сих пор хранить ему верность. Так он ещё и был замешан в похищении дочери другого аристократа.

Я предупредил Ильдара, что подобные люди мне здесь не нужны. Мои офицеры должны быть не только хорошими командирами, но и иметь здравые моральные ориентиры. А связи с другими аристократами лучше вообще исключить — с петербургскими так точно.

Суворов обещал исправиться, и поэтому поиск людей немного затягивается. С моими требованиями непросто подобрать подходящих кандидатов, но ничего, я никуда не тороплюсь.

На следующий день я отправляюсь в западные владения, где уже вовсю работает моё артефактное производство. Смородин развернулся на полную — первую партию кинжалов для самообороны мы уже выпустили на рынок. Теперь готовятся опытные образцы защитных амулетов, фонарей на мана-кристаллах и других предметах массового использования.

Именно на таком ассортименте Чернов зарабатывает большую часть своих денег. И я намерен выбить почву у него из-под ног, продавая те же товары по сниженной цене. У меня есть такая возможность, благодаря полученным от императрицы-матери льготам и собственным запасам магических ресурсов.

Подло? Да ни капельки. Вполне законный способ отхватить у человека, уничтожившего мой род, часть рынка. Это только начало. Он должен ответить за всё совершенное по отношению ко мне и моему роду. Для начала он ощутит беспомощность, и я заставлю его смотреть в бездну и трепетать от ужаса, когда он будет лететь в нее.

Я не знаю, почему Роман Витальевич думает, будто именно на массовых артефактах он способен много заработать. То есть да, он зарабатывает много, но только потому, что много продаёт. А скоро, благодаря мне, станет продавать мало и его предприятию кранты.

У меня другие планы. Я собираюсь выпускать элитные и дорогие артефакты, причём строго ограниченными сериями. Вот на них я и сделаю по-настоящему большие деньги.

Но это в дальнейшем. Сначала я захвачу массовый рынок и заработаю репутацию человека выпускающего качественный товар, который не подведёт в нужную минуту, а уже затем возьмусь за элиту.

За этими размышлениями даже не замечаю, как добираюсь до производственного цеха. Зайдя внутрь, приветствую работников, трудящихся за станками. Потом мне навстречу выбегает сам Игнат Семёнович.

— Ваше благородие! — вопит он и неожиданно заключает меня в объятия.

— Я, конечно, тоже рад вас видеть, но что случилось? — отстраняя его, спрашиваю я.

— Мой отец!.. Он… — в глазах Смородина блестят слёзы.

— Только не говорите, что ему стало хуже, — хмурюсь я. Вроде Багдыр не должен накосячить с зельями, но мало ли.

— Он выздоровел! Полностью! Он уже здесь, приехал полчаса назад! — выкрикивает артефактор и снова порывается меня обнять.

— Ах, вот оно что. Тогда рад слышать. Поздравляю вас, — не давая заключить себя в объятия, отвечаю я.

— Спасибо, ваше благородие. Я обязан вам жизнью отца, и никогда не смогу выплатить этот долг, — Смородин низко кланяется.

— Перестань, никаких долгов. Это было условие твоего поступления ко мне на службу. Я просто сделал то, что обещал. Ты говоришь, он здесь? Может, познакомишь нас? — спрашиваю я.

— С радостью! Отец, можно тебя? — Игнат Семёнович поворачивается к работникам.

Я поворачиваюсь вслед за ним и с удивлением вижу, как один из стоящих за верстаком трудяг поднимает руку и говорит:

— Да-да, сейчас! Одну секунду, пожалуйста!

Мужчина стоит к нам вполоборота, и на голове у него нет ни единого волоска, поэтому выглядит он даже моложе седого Игната. А по тому, как активно он занимается работой, и не скажешь, что ещё вчера этот человек лежал при смерти.

Закончив своё дело, он берёт со стола металлический кругляш, сдувает с него стружку и с довольной улыбкой направляется к нам. Заметив меня, мужчина меняется в лице и тоже замирает в поклоне:

— Барон Зверев, я чрезвычайно рад знакомству. Примите мою искреннюю благодарность.

— Пожалуйста, Семён…

— Борисович. Можно просто Семён. Вы не просто излечили меня, ваше благородие, вы дали мне новую жизнь! Здоровье даже лучше стало, чем было до болезни, и магические силы увеличились. Вот, взгляните! — он протягивает мне амулет, который только что закончил делать.

Я изучаю артефакт с помощью астрального зрения и убеждаюсь, что изделие — высшей пробы. А если добавить к нему мои фирменные техники, получится вообще конфетка.

— Я впечатлён, Семён Борисович. Отличный амулет.

Старик машет рукой:

— Ай, не льстите! Видал я те кинжалы, которые вы делаете сами. Вот это артефакты так артефакты!

— У меня просто есть несколько секретных техник, но до вашего мастерства мне далеко. Я правильно понимаю, что вы тоже хотите работать на моей фабрике? — уточняю я.

— Конечно, а как же иначе. Я всю жизнь этим делом занимался, а куда мне ещё податься, как не к вам? Если примите, конечно же.

— Буду рад, Семён Борисович. Отец и сын, два мастера своего дела, будут помогать мне создавать лучшие артефакты в Российской Империи! Я о подобном и мечтать не мог, — с улыбкой хлопаю обеих Смородиных по плечам.

Вот таким образом я получил, так сказать, двух сильных специалистов по цене одного. Конечно, Смородин-старший тоже будет получать достойное жалованье, но я готов платить им обоим столько, сколько попросят. Потому что с ними я смогу за очень короткое время захватить артефактный рынок.

Кстати, я решил последовать собственной доброй традиции и часть прибыли от артефактов отправлять на благотворительность людям, пострадавшим от монстров из разломов. Уверен, что это повысит мой авторитет, как среди знати, так и среди простых людей.

Время летит незаметно, и постепенно подбирается день нашей с Ларисой свадьбы. Я ловлю себя на двух моментах. Во-первых, я скучаю по любимой, потому что за пару недель до бракосочетания она перебралась к родителям. Во-вторых, я волнуюсь.

Я не из тех мужчин, кто готов жениться несколько раз за всю жизнь. Я делаю свой выбор лишь однажды, и я в нём уверен. Что не отменяет волнения перед настолько важным событием.

К свадьбе всё готово. Поместье и двор уже начинают украшать, на кухню привезли столько продуктов, сколько мне одному хватило бы на год. Но перед тем, как случится одно из главных событий в моей жизни, должно случиться ещё кое-что.

Мальчишник! О да, без такого нельзя обойтись.

Я решил не звать много народу. Пригласил только Виктора, барона Писемского и двух командоров — Фурина и Радова. Герман заранее приехал в Петербург, оставив тверскую базу на своего заместителя. Сделал он это именно затем, чтобы не пропустить мою свадьбу.

Витёк предлагал сходить в стриптиз, но я отказался. Решаю провести мальчишник совсем иначе, а именно в бане. В настоящей русской бане с веничками, медовым массажем, квасом и травяным чаем. Водка тоже будет, если кто-то захочет.

Для этой цели я арендовал целый банный комплекс за городом, нанял пару профессиональных парильщиков, а в качестве угощения попросил своего повара приготовить дичь. Оленину с соусом из брусники, копчёных фазанов и всё в таком духе.

После того, как банщик, как следует отпарил меня веником, и я окунулся в ледяную купель, я понял выражение «заново родился». Ощущения и правда, непередаваемые.

— Я очень рад, что ты женишься, Андрей! — говорит Дмитрий Сергеевич, когда мы все, распаренные, сидим за столом.

— Почему? — спрашиваю я.

— Потому что ты настоящий мужчина. А настоящему мужчине обязательно нужна хорошая женщина. Лариса — хорошая! Уверен, вы будете счастливы вместе.

— Спасибо, командор, — улыбаюсь я.

— Я только до сих пор не пойму, как это вообще случилось, — встревает вдруг Витёк.

— Что именно? — уточняю я.

— Ну, я знал, что вы начали встречаться. Но когда ты успел сделать ей предложение? По-моему, это случилось так внезапно.

— Как ты вообще сделал ей предложение, Андрей? Расскажи, — подливая мне кваса, интересуется барон Писемский.

— Секрет, Валерий Васильевич. Скажем так, это была весьма необычная и немного неловкая сцена, но всё закончилось хорошо, — усмехаюсь я.

— Не понял! Зверюга, давай колись! — требует Виктор.

— Сказал же, секрет. Может быть, потом расскажу. А пока что это наша с Ларисой тайна, — отвечаю я.

Санкт-Петербург. Бар «Тигрица».

— Лариса, а как он сделал тебе предложение? — спрашивает Настя, её подруга детства.

Темникова краснеет и не знает, что ответить. Ну, не рассказывать же, как всё было на самом деле! Конечно, это было приятно, но всё равно… Обычно девушки мечтают о чём-то романтичном и красивом. Получить предложение, стоя голой в душе — это странно.

Зато есть, что вспомнить. Да и вообще, какая разница? Главное не это. Лариса в любом случае была готова выйти за Андрея, в каком бы формате ни было сделано предложение.

— Лари-ис. Всё нормально? — Настя теребит её за плечо.

— Да, конечно, — отвечает она и залпом допивает шампанское из бокала.

— Так ты ответишь на вопрос?

— Рассказывай, нам интересно! — поддакивают другие девушки за столом.

Лара загадочно улыбается и мотает головой:

— Нет, девочки, вам это знать не нужно. Может, как-нибудь потом расскажу. А пока, это наша с Андреем тайна, — отвечает она.

Настя вздыхает и говорит:

— У вас есть своя тайна. Это так романтично!

Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Зверева.

— Ваше благородие, хорошие новости! — Игнат Семёнович выскакивает из машины и бежит ко мне.

— Лучше, чем те, что у меня сегодня свадьба? — интересуюсь я, глядя на то, что декораторы развешивают украшения на фасаде дома, а пиротехники готовят фейерверк на вечер.

Смородин-младший слегка смущается и говорит:

— Ну, вряд ли. Я понял, вы не хотите сегодня отвлекаться на работу, но раз уж я приехал…

— Рассказывай, конечно. Что за новости? — я поворачиваюсь к нему.

— Я только что узнал! Императорский двор, оказывается, тайно сделал закупку наших защитных амулетов из самой первой партии.

— Так, и?

— И теперь они предлагают нам контракт на поставку защитных артефактов для имперских войск! А также выражают заинтересованность в эксклюзивных изделиях для императорской семьи, — с широченной улыбкой докладывает Смородин.

— Ого. Да это и правда, отличные новости, — я не могу удержаться от ответной улыбки.

— Могу я сам связаться с вашим юристом, чтобы он заключил этот контракт? Наши работники готовы немедленно взяться за дело!

— Конечно. Можешь сделать это прямо сейчас. Только больше не отвлекай меня, пожалуйста. Свадьба всё-таки, — говорю я.

— Как скажете, ваше благородие.

— Не забудь сам прийти на праздник! Вы с семьёй приглашены.

— Я помню, господин. Мы будем, — поклонившись напоследок, Игнат Семёнович спешит обратно к машине.

Взглянув на наручные часы, я отправлюсь в дом. Церемония состоится через несколько часов, уже скоро начнут прибывать гости. Будет небольшой фуршет, затем непосредственно бракосочетание, а потом — праздничный ужин, развлечения и всё прочее.

Поднимаюсь в свою комнату, принимаю душ и бреюсь, после чего одеваюсь в свадебный костюм. Хм, а я и правда, отлично в нём смотрюсь. Не зря Лариса посоветовала именно этот цвет.

Рядом вдруг появляется Конрад и растроганно качает головой, осматривая меня.

— Поздравляю, господин. Такое важное событие, я очень рад, что сегодня в роду Зверевых станет на одного члена больше.

— А скоро и другие появятся, — подмигиваю я.

— О, когда у вас родятся наследники, это будет самый счастливый день!

— Ну, до этого ещё как минимум девять месяцев, так что не торопись. Насладимся для начала свадьбой. Ты что-то хотел сказать? — спрашиваю я.

— Всего лишь сообщить, что приехали первые гости. Две машины только что пересекли границы ваших владений.

— Хорошо. Значит, я вовремя оделся. Пойду встречать дорогих гостей, и отправимся за невестой! — говорю я и иду вниз.

Первыми, оказывается, приехали Самойловы в полном составе. Вскоре прибывают Герман Радов с женой, затем командор Фурин со своей семьёй и прочие, прочие… Я и не знал, что мы пригласили так много человек! Дом у меня очень большой, но в нём становится тесновато, когда приезжают все гости.

Мы рассаживаемся по машинам и отправляемся в дом Ларисиных родителей. Проносясь по дорогам, наш кортеж из украшенных цветами автомобилей заставляет всех прохожих оборачиваться.

Когда добираемся до места, то видим, что здесь тоже собралось немало гостей. Так и было запланировано — часть людей приедет ко мне, часть сюда, а затем мы все вместе отправимся на гуляния.

Я выхожу из машины с букетом невесты в руках и подхожу к крыльцу. Мне навстречу выходит Георгий и обнимает.

— Поздравляю, брат. Я ведь уже могу тебя так называть? — спрашивает он.

— Конечно. Спасибо, — с улыбкой хлопаю его спине.

Следом на пороге появляются родители Ларисы, а затем выходит и она сама. При виде невесты моё сердце замирает, а затем срывается на бег. Я перестаю дышать и не могу оторвать от неё глаз. Такой красивой, как сегодня, я её никогда не видел. Что бы ни случилось, этот миг навсегда останется в моём сердце.

— Какая же ты красивая, — говорю я, вручая ей букет.

— Ты тоже ничего, — улыбается Огонёчек.

После этого мы отправляемся в центр города. Шампанское льётся рекой, мы раздаём прохожим конфеты и наливаем всем желающим. Люди поздравляют нас со свадьбой, и каждый считает своим долгом сказать, как прекрасно выглядит невеста.

Нагулявшись, едем ко мне в поместье, где начинается фуршет. Прибывают другие гости, которые решили не участвовать в гулянии по столице.

Одним из последних появляется шикарный белый автомобиль, из которого выходит Анастасия Фёдоровна в сопровождении охранников. Когда другие гости видят её, у них отвисают челюсти. Слухи о том, что мою свадьбу посетит сама императрица-мать, ходили, но в них, по-моему, никто особо не верил.

— Анастасия Фёдоровна, как я рад вас видеть! — поклонившись, я направляюсь к ней.

— Я же обещала, Андрей, — улыбается она, обнимает меня за плечи и обозначает поцелуй в щёку.

— Я слышал, что императорский двор по достоинству оценил мои артефакты.

— Так и есть. Не думай, что это только потому, что ты мне нравишься. Амулеты и правда хорошие, армия готова закупать их вместо тех, что берёт у князя Чернова, — еле заметно подмигнув, говорит Анастасия Фёдоровна и поправляет бутоньерку у меня на груди, а затем спрашивает:

— Ну как, ты готов перешагнуть эту черту? Надеюсь, ты собираешься быть верным и ответственным мужем, как положено?

— Само собой, ваше величество. По-другому никак, — отвечаю я.

— Рада слышать.

— Мы приготовили для вас почётное место, Анастасия Фёдоровна. Я провожу вас, — говорю я, и мы вместе отправляемся к гостям.

Вскоре распорядитель призывает нас пройти на задний двор, где состоится церемония бракосочетание. Гости рассаживаются на приготовленные стулья, а мы с Ларисой встаём под аркой из живых цветов.

Рядом с нами сидит Щелкунчик. Сегодня он тоже празднично выглядит — слуги расчесали ему шёрстку и нацепили на шею бабочку, которую он, конечно, уже несколько раз пытался слопать.

Воцаряется тишина, а затем вдруг музыканты начинают играть торжественный свадебный марш.

Я беру невесту за руку. По коже будто пробегает электрический ток. Когда я смотрю ей в глаза, то не могу поверить, что эта прекрасная, невообразимая девушка вот-вот станет моей женой.

Распорядитель произносит короткую речь, а затем спрашивает:

— Готовы ли вы, Андрей Алексеевич, взять в жёны Ларису Ивановну?

— Да, — без сомнений отвечаю я.

— Готовы ли вы, Лариса Ивановна, стать женой Андрея Алексеевича?

— Да, — кивает Огонёчек.

— Прошу вас обменяться кольцами, — говорит распорядитель.

Щелкунчик встаёт на задние лапы и протягивает нам поднос, на котором лежат два кольца. Я первым надеваю одно из них на палец Лары, а затем она делает то же самое.

— Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту, — торжественно говорит распорядитель.

В тот миг, когда я откидываю вуаль и целую Ларису в губы, я чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Звучат восторженные крики и аплодисменты, Виктор громко свистит, Щелкунчик прыгает выше моей головы, хлопают пробки шампанского и хлопушки. И это веселье, начавшись после нашего поцелуя, не смолкает ещё долго.

Праздничный ужин проходит внутри поместья, где на нас с Ларисой сыплются бесконечные поздравления и подарки. Слово «горько!» звучит столько раз, что я сбиваюсь со счёта.

— У меня уже губы болят, — смеётся Огонёчек, когда мы заканчиваем очередной поцелуй.

— Отдохни немного, выпей шампанского. Думаю, нашим гостям ещё не раз будет горько, — улыбаюсь я в ответ и спрашиваю:

— Ну что, ты уже чувствуешь себя баронессой Зверевой?

— Пока ещё не успела осознать, — отвечает Лара.

— Ничего. Скоро наша первая брачная ночь, и тогда ты точно всё осознаешь.

— Брачную ночь я жду с нетерпением, — поглаживая меня по бедру, мурлычет Лариса.

— Я тоже, дорогая… Ого.

— Что такое? — новоиспечённая жена прослеживает за моим взглядом и тоже говорит:

— Ого. Что он здесь забыл?

— Не переживай. Я не думаю, что он здесь с плохими намерениями, — говорю я, не отрывая взгляда от незваного гостя.

В зал входит никто иной, как граф Беркут. Причём в руках он несёт коробку, упакованную в подарочную бумагу. Неужели там именно то, что я думаю?

Шум в зале смолкает. Самойловы напрягаются, Борис Анатольевич перехватывает вилку так, будто намерен вонзить её Беркуту в глаз. Я же встаю и улыбаюсь, всем видом показывая, что ни капельки не расстроен.

— Сергей Егорович, рад видеть!

— Взаимно, Андрей Алексеевич. Поздравляю вас и вашу прекрасную супругу с этим чудесным днём. От лица всего своего рода желаю вам долгих и счастливых лет вместе, — говорит граф Беркут.

— Мы вас не ждали, но с удовольствием готовы принять. Присаживайтесь, ваше сиятельство, поешьте и выпейте вместе со всеми, — я указываю на свободное место за столом.

— Благодарю, барон. Я заехал лишь поздравить вас. Могу я попросить пару минут наедине?

— Конечно. Дамы и господа, я скоро вернусь! А почему музыка стихла? Давайте что-нибудь повеселее! — говорю я и, поцеловав Ларису в щёку, выхожу из-за стола.

Мы с Беркутом уходим в соседнюю комнату. Я закрываю дверь и Сергей Егорович вручает мне коробку. Внутри явно что-то тяжёлое.

— Я сделал то, что вы просили, — говорит граф.

— Он всё-таки был у Чернова?

— Да. Я нанял первоклассного специалиста, который под видом слуги устроился работать в особняк князя и выкрал ваш артефакт. Вместо него он оставил фальшивку, поэтому Чернов может очень нескоро обнаружить пропажу, — объясняет Сергей Егорович.

— Отлично сработано, ваше сиятельство. Одну минуту, — говорю я и выхожу из комнаты.

Вскоре я возвращаюсь, неся в руках все три родовых меча Беркутов — два обычных и зачарованную саблю, которую в своё время поставил на кон и проиграл Ильдар Суворов.

При виде мечей глаз Беркута возбуждённо блестят. Взяв их, он глубоко кивает и говорит:

— Спасибо, что выполнили уговор, ваше благородие.

— Взаимно, ваше сиятельство. Надеюсь, что наши рода больше не будут враждовать.

— О, поверьте. Я ни в коем случае не собираюсь наступать на те же грабли, — отвечает Сергей Егорович.

— Думаю, вам лучше покинуть поместье через чёрный вход, чтобы гости не задавали лишних вопросов. Слуги вас проводят.

— Хорошо. Ещё раз поздравляю со свадьбой, Андрей. У вас необычайно красивая супруга, — обозначив напоследок поклон, Беркут уходит, а я возвращаюсь к гостям, предварительно отнеся коробку на третий этаж.

Не удерживаюсь и проверяю, что там внутри. Это оказывается скипетр с крупным рубином в навершии. Даже если бы это был не артефакт, подобная вещь стоила бы целое состояние.

Конрад, едва я поднялся на третий этаж, тут же появился и начал умолять, чтобы я отправился к секретной двери.

— Имей совесть, Конрад. У меня свадьба. Не переживай, скоро всё будет.

— Господин, вы обязаны исполнить клятву, данную вашим родом!

— Знаю-знаю, не заводи шарманку. Скоро приду, — говорю я, направляясь обратно вниз.

Честно признаться, меня и самого распирает от желания поскорее открыть секретную дверь и вместе с ней — тайну рода Зверевых. Но гостей бросать тоже нельзя, поэтому я возвращаюсь к празднику. Продолжаю принимать подарки и поздравления, танцевать и веселиться.

К полуночи гости начинают уставать и постепенно расходиться. Обняв Ларису, я целую её в щёку и спрашиваю:

— Ну что, госпожа Зверева, вы готовы к первой брачной ночи?

— Конечно, господин Зверев, — с улыбкой отвечает она.

— Это будет незабываемая ночь, я тебе обещаю. Но вовсе не такая, как ты думаешь.

— Что ты имеешь в виду? — поднимает свои аккуратные бровки Огонёчек.

— А вот сейчас и узнаешь. Идём, пускай гости веселятся, — отвечаю я и встаю, увлекая супругу за собой.

Мы поднимаемся на третий этаж, и по дороге я рассказываю Ларисе о секретной двери, артефактах и родовой клятве, которую мы теперь оба обязаны выполнить.

— То есть сейчас ты впервые войдёшь за эту дверь? — спрашивает Лара, когда мы заходим в кабинет.

— Мы сделаем это вместе, любимая. Граф Беркут даже не подозревает, какой роскошный подарок он мне сделал. Мы с тобой вдвоём откроем тайну нашего рода.

— Нашего… — шёпотом повторяет Лариса.

— Да. Теперь это наш род. Мой и твой, — говорю я, нажимая на кнопку в сейфе.

Книжный шкаф растворяется, и за ним появляется дверь, на котором горит четыре символа из пяти. Самый крупный, пока что лишь мерцает, явно чувствуя близость «своего» артефакта. Конрад, висящий у окна, в нетерпении смотрит то на меня, то на дверь, но не вмешивается.

— Ты готова? — спрашиваю я, доставая скипетр из коробки.

— Готова! — решительно кивает моя жена.

Взявшись за руки, мы подходим к двери. Рубин в навершии скипетра ярко вспыхивает, а вслед за ним вспыхивает и последний символ. Конрад восторженно ахает, дверь приоткрывается, и из-за неё вырывается солнечный свет.

Я полностью открываю дверь и первым шагаю внутрь, ведя за собой жену — туда, где скрыта тайна нашего рода.

Конец четвертой книги из серии «Орден Багровой бури».

От авторов:

Здравствуйте, уважаемые читатели. Спасибо вам огромное, что остаетесь с нами и продолжаете покупать наши книги.

Если вам нравится эта серия, то поставьте лайк под каждой книгой. Если желаете получать информацию о выходе новых глав и книг, то подписывайтесь на обоих авторов, поскольку новость может написать любой из нас.

И да, сегодня мы вас не оставим без дополнительной главы. Прочесть первую главу пятой книги вы сможете здесь: https://author.today/reader/405121/3792531

С уважением, Алексей и Александр.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Орден Багровой бури. Книга 4

Content

Орден Багровой бури. Книга 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Nota bene