Первый среди равных. Книга VI

Глава 1

Российская Империя

Москва

Кремль

Утреннее солнце несмело пробивалось сквозь тяжелые шторы, будучи не в состоянии осветить кабинет самого влиятельного человека Российской Империи и одного из самых влиятельных людей мира.

Алексей Александрович Романов, или Алексей III, правитель Российской Империи, твердой рукой дернул за шторы, открывая путь солнцу, которое сразу же наполнило кабинет своим теплом и светом.

Своеобразный ритуал, который Император не позволял проводить никому другому. Именно он единолично решал, когда у него в кабинете начинает и заканчивается день. Ведь работать приходится, иногда, круглосуточно, заботясь о жизни и судьбе миллионов подданных, решая государственные дела.

Белая волна, прокатилась по телу мужчины и слегка наэлектризовала волосы на голове, которые тут же легли обратно в идеальную укладку. Это всегда было предметом зависти других Одаренных, ведь быть Магом Жизни означало никогда не иметь проблем со здоровьем и отсутствием энергии. В принципе, можно было даже пренебречь физическими упражнениями — ведь опытный маг Жизни, а именно таким и являлся Император, мог силой воли лепить из своего тела всё, что он захотел бы.

Вот только Алексей Александрович знал, что физические упражнения — это еще и дисциплина, без которой не может быть ничего ни построено ни удержано. И дисциплина должна быть везде — как в личной жизни, так и в государственных делах. И, в вопросах дисциплины Императору не было равных.

Прямо сейчас он был в одних штанах, а его крепкому поджарому телу мог бы позавидовать любой молодой человек. Комплекс обязательных утренних упражнений во внутреннем дворе кремля был выполнен, водные процедуры с обязательной ледяной ванной были закончены, а теперь и солнце в кабинет было допущено волей правителя.

Наступило время утреннего кофе перед завтраком. Алексей Александрович вышел на балкон. Солнце еще не полностью не поднялось над горизонтом, но его косые лучи освещали верхушки зданий Москвы. Город был, как большой живой организм, который неохотно засыпал, и быстро просыпался. Могло показаться, что он вообще не спит, ведь гул жизни присутствовал на его улицах круглосуточно.

Как всегда, практически неслышно, на балконе появился его помощник.

— Ваш утренний кофе, Ваше Императорское Величество и ваша трубка, — с глубоким поклоном, протянул мужчина поднос своему повелителю.

— Спасибо, Иван, — кивнул Император, сначала беря с подноса уже раскуренную невзрачную простую курительную трубку и с наслаждением затягиваясь густым дымом. Первый глоток обжигающе горячего утреннего кофе был особенно приятен и Алексей Александрович зажмурился от удовольствия, подставляя лицо внезапно возникшему порыву ветра.

— Я могу приступать, Ваше Императорское Величество? — задал неизменный вопрос слуга.

— Да, Иван, — кивнул Император и снова затянулся ароматным дымом.

В отличии от вечернего ритуала, когда Император получал всего одну новость, утренняя сводка была более обширной. Алексей Александрович получал структурированную информацию за прошедшие сутки, ответы на свои вопросы, заданные ранее, уведомления о сегодняшних мероприятиях, а также напоминания о важных делах, требующих его внимания.

Если мозг Императора можно было сравнить с мощным компьютером, то доклад Ивана был похож со стороны на быстрый и четкий поток информации, загружаемый в этот самый компьютер. Случайно присутствующий здесь человек вряд ли был способен уловить суть многих сказанных вещей, но для Алексея Александровича такая подача информации была идеальной.

К концу трубки он уже владел исчерпывающей информацией и был готов к наступающему дню. Оставалось лишь несколько уточняющих вопросов.

— Японцы проснулись, значит. Сколько они молчали? Более полугода не было информации, я же не ошибаюсь?

— Никак нет, Ваше Императорской Величество, двести один день назад был последний обмен информации.

— Ясно. Причина смерти австрийского посла подтверждена?

— Да, наши агенты смогли получить доступ к информации, она достоверна.

— Австрийцы?

— Всё еще не дали ответа, Ваше Императорское Величество.

— Пусть молчат, мы будем готовы.

Император смотрел вдаль, но внезапно на его лице появилась улыбка.

— Что говорят о молодом Разумовском?

— Влиятельные рода… гхм… несколько возбуждены, Ваше Императорское Величество. Такая добыча с единственного короткого рейда, причем без участия наших егерей, в истории Тверской аномальной зоны встречается впервые.

— Никаких нарушений?

— Всё в рамках допустимых отклонений и прогнозов, Ваше Императорское Величество. Поражает лишь скорость и эффективность.

— Ай да Разумовский. Ай да сукин сын! — еще шире улыбнулся Император. — Если он будет действовать также и дальше, то как бы мне не пришлось действовать поспешно. А я этого не люблю.

— Мне вмешаться?

— Нет, Иван. Пусть идет, как идет. Свежая кровь нужна не только родам, но и целому государству. Главное быть готовым и контролировать процесс. У нас ведь не будет неожиданностей, Иван?

— Никак нет, Ваше Императорское Величество.

— Вот и славно, — кивнул Алексей Александрович.

Москва стремительно просыпалась под заботливым контролем своего Императора…

* * *

— Скоро буду, Ярослав Константинович. — быстро ответил Ратай.

— Машин побольше возьми, — приказал я. Обсуждать все нюансы нашего похода по телефону точно не стоило, но и промолчать я не мог. Добраться своим ходом до базы наш отряд сегодня уже не сможет. — И Пескарёву позвони. Пусть в тоже выезжает к нам.

— Есть, ваша светлость! — бодро ответил Шатун и отключился.

Я вернул Рыкову мобильник и медленно сполз по стволу сосны на землю. Ноги гудели так, что я почти не слышал ничего вокруг. Тело требовало отдыха и заботы. Пульсировал от постоянной перегрузки Источник. Каким-то загадочным образом, я сумел набрать достаточно энергии, чтобы заполнить аспектом Воздуха половину заготовленных сфер разума. Вот только радости от этого не испытывал. Усталость брала своё, но я заставил себя подняться.

— Что с бойцами бригады? — выпрямившись и мельком осмотрев разбросанные по лесу тела в перепачканном камуфляже, спросил я у Вепря.

— Отдыхают, ваша светлость. — с уважением посмотрев на меня, ответил Ратай. — Вам бы тоже, того… Полежать… А я тут сам за всем присмотрю.

— Дома отлежусь, — криво усмехнулся я. — Раненые?

— Только те, кого ментальным ветром отрубило, — ответил Александр. — Завтра утром придут в себя. А может Берёза с княжной и раньше смогут их на ноги поставить. Верно, Сашок?

Мы прогуливались, а если быть точным, то вяло брели по лесу и ненадолго остановились возле раскинувшегося на земле тела старосты Сумани. Его я опознал только по маскировочному костюму. Сашок лежал, уткнувшись лицом в землю и практически не дышал. Я даже забеспокоился, но Берёза с трудом повернул голову и хрипло выдохнул:

— Угу…

— Угу! — довольно подтвердил Вепрь. Выглядел Рыков настолько счастливым, что у меня возникли серьёзные сомнения по поводу состава той мази, которую смешал Сашок. — Вот и я говорю, что всё прекрасно просто будет! Ребята в себя придут быстро, а потом мы ещё и состав этот чудодейственный обкатаем хорошенько!

— А ты чего такой радостный? — подозрительно спросил я.

— Так есть от чего, ваша светлость! — рассмеялся Ратай. — Сотню вёрст по аномальной зоне отмахали, да ещё и в преддверии гона, и никого не потеряли! Даже тяжёлых раненых нет! Средство, чтобы хоть немного снизить давление блокады нашли! Это уже всех усилий стоило, а что дорогое оно по ингредиентам выходит, так у меня каждый второй из ребят готов прямо сейчас идти обратно в зону на поиски этих чудодейственных растений.

Я скептически осмотрел добровольцев, которые больше напоминали трупы, и присел рядом с Берёзой. Староста дышал тяжело и часто, будто всё ещё бежал. Даже его выносливости не хватило для нашего безумного забега.

— Насколько дорого нам станет твоя мазь, Сашок? — поинтересовался я.

— Очень дорого, ваша светлость, — с огромным трудом приподнявшись и перевернувшись на спину, ответил парень. — Или бесплатно. Тут как смотреть. Если покупать все средства на рынке аномальных ресурсов, то тысяч на двести выйдет одна банка. Её хватит на раз, чтобы обработать человек пятьдесят. Сколько работает пока непонятно, но больше пяти часов точно.

На этот раз я уже немного иначе осмотрел три сотни чумазых бойцов и тяжело вздохнул. Помимо воли, в голове закрутился хоровод цифр и звякнули счёты. Одна банка — пятьдесят человек. Пятьсот человек — десять банок. Десять банок…

— Мы отработаем, князь! — тут же поняв направление моих мыслей, горячо заверил меня Рыков. — Отслужим и кровью выкупим. Для нас это, как воздуха свежего глоток! Мы…

— Вы теперь в родовой дружине, Александр Егорович, — разом выкидывая из головы все сожаления, спокойно ответил я.

Благодаря изобретению Сашка мы сумели выбраться из аномальной зоны, а теперь ещё и помочь в реабилитации Витязям. И плевать, сколько это стоило. Если понадобится, я потрачу ещё десять раз по столько, чтобы полностью снять психоблокаду со своих людей. К тому же, у нас на руках был всего лишь сырой, но рабочий образец. И его можно было доработать. В идеале, у каждого Витязя с собой должна была иметься банка такой мази, чтобы купировать приступы безумия в зародыше.

— А это значит, что все проблемы должен решать глава рода. И я их решу. Сашок, если будет нужно, возьмёшь себе помощников из своих. Первоочередная задача сейчас — создание запаса мази для Витязей. Потом маскировочные комплекты для родовой дружины. Если не будет хватать ресурсов, связывайся с Александром Егоровичем и говори, что тебе нужно из аномалии. Его бойцы доставят всё необходимое или обеспечат охрану твоих сборщиков.

— Понял, Ярослав Константинович. — серьёзно кивнул Берёза. — А с фермой что тогда? Приостановить работы?

— С фермой? — переспросил я и, развернувшись, посмотрел на свою младшую сестру. Нюша сидела немного в стороне от всех остальных членов отряда, спрятавшись за массивным панцирем Шустрика. Питомица княжны распласталась на земле, едва не вытекая из собственного панциря. По зверю деловито ползали детёныши, пытаясь как-то охладить уставшую мать прохладной грязью. — Для управления фермой у вас теперь есть самый настоящий представитель княжеского рода. Боюсь, очень скоро мне самому придётся прилагать некоторые усилия, чтобы попасть на нижние этажи к загонам аномальных зверей.

Нюша, не обращая внимания ни на что вокруг, возилась с двумя маленькими россожами. Детёныши внешне были очень похожи на взрослую особь, но из-за размеров не выглядели такими страшными. По коричневому меху пробегали искорки энергии аспекта Пространства, но сейчас они были значительно слабее, чем в логове. Возможно, дело было в состоянии животных.

Щенки были максимально истощены, словно голодали долгое время. Для меня было непонятно, почему их мать покинула нору, когда её потомство находилось в таком уязвимом состоянии. Причём я был уверен, что возвращаться россож не планировал. А бросать детёнышей на верную гибель было против природы любого зверя. Аномальный он или обычный — разницы не было.

Внешне неуверенные поглаживания и тихий шёпот княжны сопровождались постоянным ментальным давлением. Нюша уверенно налаживала контакт с пространственными зверями. Я тут же подумал о том, что стоит поискать информацию о приручении молодых особей высоких рангов. Шанс найти что-то подходящее был небольшим, но всё же не нулевым. Только делать это нужно было аккуратно. Потому что ко мне в руки попало что-то настолько опасное, что я вообще не понимал, как поступить.

Милые зверьки, с которыми сейчас налаживала контакт моя сестра, очень быстро восстановятся и начнут расти. Под ментальным контролем Нюши маловероятно, что они причинят вред кому-то из жителей Сумани. Девочка уже сейчас весело болтала со своими новыми друзьями и иногда замолкала, выслушивая их ответы. По сравнению с Шустироком, россожи находились на совершенно другом уровне. И по рангу и по развитию. В перспективе, они могли стать таким козырем для моего рода, который сделает Разумовских сильнейшими среди прочих аристократов. Или уничтожит нашу семью окончательно и бесповоротно.

В последнее мне верилось значительно сильнее. Потому что эти звери были связаны с глубинными процессами аномальной зоны настолько сильно, насколько это вообще возможно. Подавить их инстинкты полностью Нюша не сможет. Значит щенки начнут пытаться построить собственное логово. До этого было ещё далеко, но уже сейчас я отчётливо понимал, что никто, вообще никто, не должен знать о том, что мы принесли с собой из этого рейда.

— Сашок, — негромко произнёс я. — У меня к тебе будет очень важная просьба.

— Слушаю, ваша светлость, — немедленно ответил парень и, найдя в себе силы, с трудом сел, глядя мне в глаза.

— Если ты хочешь, чтобы население Сумани жило долго и счастливо, то нужно обеспечить полную секретность фермы. Если нужно — вырой отдельный тоннель, но о россожах не должны знать даже самые близкие твои люди. На данный момент, о щенках знаете только вы с Леной.

При этом я посмотрел на Рыкова и тот уверенно кивнул. Со своими людьми Вепрь поговорит без моего участия, но я и так был уверен в том, что никто из них не станет трепаться о событиях в зоне. Уж слишком чужды были африканцам местные, после того, сколько времени они провели без нормального общения.

— С княжной поговорю я сам, — добавил я. — Александр Егорович — обеспечьте сопровождение Анне Константиновне. Моя сестра и её спутники отправляются в Сумань немедленно.

— Понял, — коротко ответил командир Витязей и жестом подозвал к себе десяток самых выносливых бойцов. Все были в рангах Мастеров и выглядели значительно лучше остальных дружинников.

— Нюша, — подойдя к сестре, позвал я. — Тебе нужно возвращаться в Сумань.

— Сейчас? — удивлённо посмотрела на меня девочка.

— Сейчас, — кивнул я. — Если Шустрик не может двигаться, то тебя понесут ребята Александра Егоровича. Тут не очень далеко — километров пять-шесть.

— Мы справимся, — уверенно ответила княжна. — Но Би и Бо не могут уйти просто так. Они и так преодолели большой расстояние. Да и на новом месте они не выживут. Я не смогу их подпитывать постоянно.

— А что им нужно, чтобы адаптироваться? — понимая, что проблема с пространственными монстрами может разрешиться сама собой, уточнил я.

— Вот это, — указав рукой куда-то мне за спину, произнесла Нюша. Я обернулся и увидел в тридцати метрах от нас ту самую глыбу, которую мы нашли в лежанке россожа. Как её допёрли до границы бойцы Рыкова я вообще не понимал, потому что весила она не меньше пары центнеров. Оставалось только удивляться выносливости и силе Витязей. — Понимаю, что это твоя добыча из аномалии, но прошу пойти мне навстречу. Это дорого, но я уверена, что без этой штуки у меня ничего не получится.

— Бери, — даже не подумал возражать я. Что это за глыба ещё предстояло узнать, но раз она была так нужна россожам, то оставлять её в основной куче добычи не стоило. Просто на всякий случай. Посмотрев на бойцов сопровождения, указал на камень. — Захватите с собой, ребята. Потом в Горынино вас ждать будем.

— Я понимаю, — глядя, как Витязи поднимают самодельные носилки с глыбой, неожиданно произнесла Нюша. — О малышах никто не узнает, Яр. Можешь не беспокоиться.

— Спасибо, — улыбнулся я. — Постарайся отдохнуть, когда вернёшься.

— Обязательно! — весело ответила Аня и бодрой походкой направилась за Мастерами. Следом, с тяжёлым стоном, воздела себя с земли Шустрик. Процессия удалилась в лес, а я коснулся родовой сети.

Колонна машин с Аршавиным была уже недалеко. Параллельно, по другой дороге, к нам приближался грузовик из Себыкино. Прибыть они должны были почти одновременно. Немного пришедшие в себя дружинники, начали подниматься на ноги и стаскивать в одно место рюкзаки с добычей. Просто вываливали их содержимое на землю и отходили в сторону. Я решил сразу подготовить для Пескарёва всё необходимое, чтобы можно было спокойно уехать в Горынино и оставить Олега разбираться с добычей. Последней, к моему сожалению, оказалось не так и много. Вместо горы вышел небольшой холм и я задумался о том, что игра не стоила свеч.

— Самое ценное брали, князь, — явно раздумывая о том же самом, произнёс стоявший рядом Вепрь. — Я вообще удивился, что в логове россожа одно барахло было. Ничего выше третьего уровня ценности. Наши артефакты едва светились у некоторых находок. Но их тоже брали. Надеюсь, получится окупить вылазку, Ярослав Константинович. Как бы так не вышло, что мы всё самое ценное сами сожрали…

— Посмотрим, — безразлично ответил я. — Главное, что целые все вернулись. А там ещё насобираем всякого.

— Это точно! — с заметным облегчением ответил Рыков.

Минут через десять из леса выкатился грузовик. На последнем участке Олег выжал из машины всё возможное и опередил Аршавина. Глава Себыкино выскочил из машины и сразу направился ко мне.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович! — подойдя ближе и крепко пожав мне руку, воскликнул Пескарёв. Он пару мгновений жадно всматривался в моё лицо, а потом всплеснул руками. — Вы бы знали, какая паника поднялась по всему владению, когда Николай Петрович объявил о вашей пропаже в аномальной зоне! Мы даже свои отряды поисковые собрали из жителей Себыкино. Для поддержки ребят Аршавина. Уж не знаю как, но новость эта даже до соседей долетела. Мне Иван Николаевич звонил. Хотел приехать в посёлок со своими людьми, чтобы в поисках участвовать. Но я отказался. Тогда граф сам прибыл. На силу его в посёлке оставил, чтобы с собой не брать! И Ежова эта ещё…

— А с ней что? — чуть улыбнулся я. Готовность обычных гражданских идти за мной в аномальную зону грела, лучше всяких признаний. Я всегда считал, что дела значат больше слов. И сейчас убедился в этом в очередной раз.

— Еле смог отбиться, чтобы дома её оставить! — недовольно воскликнул Олег. — Пришлось вашими словами пригрозить, что ей выходить никуда нельзя. Только после этого угомонилась! Но потребовала, чтобы ей всех раненых доставили.

— Понятно, — хмыкнул я.

— Вам Илья Петрович ещё передал, что всё по плану у него идёт, — добавил глава Себыкино. — Если время найдётся, то в гости звал. Мы тут сотрудничать понемногу начали. Но всё в рамках вашего приказа. Посторонних не пускаем куда не положено. Зато, вот!

Пескарёв достал из кармана куртки странный амулет, похожий на смесь телефона с куском базальта. От артефакта фонило сразу пятью видами энергии, включая обычное электричество.

— И что это? — поинтересовался я.

— Новейшая разработка для проверки ценности аномальных ресурсов! — гордо ответил Олег Дмитриевич. — Лично создана Ильей Петровичем и ещё даже не поступила в продажу артефактного дома Воронцовых. Связана с базой данных имперских служб контроля и скупки аномальных ресурсов и позволяет сразу узнать примерную цену находки.

— Отличная штука, — одобрительно ответил я. — Мы как раз с Александром Егоровичем обсуждали результаты нашего похода. Можете начинать проверку, Олег Дмитриевич.

— Это я с радостью, — довольно усмехнулся Пескарёв и, подойдя к горе нашей добычи, картинно включил подарок Большакова. Послышался длинным писк, а потом магическое устройство отключилось. От смущения Олег резко покраснел и ещё раз нажал на кнопку активации. — Ничего не понимаю! Мы же проверили его в сортировочном цехе…

— Интересно… — когда Пескарёв в третий раз запустил артефакт и тот снова завис, протянул я. На этот раз я стоял ближе и увидел, как оценочная шкала на небольшом экране мгновенно ушла за верхнюю отметку. — Видимо, мы ошиблись в наших расчётах, Александр Егорович, — усмехнулся я, глядя на Рыкова и опять вернулся к производственнику. — Думаю, устройство Большакова не рассчитано на такую нагрузку, Олег Дмитриевич.

Глава 2

— Я… — с головой выдавая своё отношение к сложным артефактам, стукнул ладонью по корпусу Пескарёв. — Я не понимаю, ваша светлость. Ещё час назад всё прекрасно работало!

— И сейчас работает, Олег Дмитриевич, — ответил я и, взяв из кучи какой-то клубень, переложил его на пару метров в сторону. — Просто сканер Ильи Петрович очень чутко реагирует на структуру объекта изучения.

— Я не понял… — озадаченно произнёс Рыков. — Наши проверочные артефакты сломались?

— Нет, — уже откровенно весело, ответил я. — С ними всё тоже в полном порядке. Просто… На Диком Континенте другие параметры ценности. Это будет самое подходящее объяснение. Давайте свой артефакт, Александр Егорович. Проверим их одновременно.

Пескарёв тут же подошёл к выбранному мной клубню и даже встал так, чтобы основная куча добычи находилась позади. В этот раз артефакт издал короткую мелодичную трель и на экране появилась сложная диаграмма. Что она означает глава Себыкино не знал, да и не особенно это его интересовало. Главное, на что обратил внимание Олег — цифры в нижней части изображения.

— Семь и три… — поднял на меня совершенно круглые глаза Пескарёв. — Красная зона. Находка востребована службой скупки и может быть продана по запросу немедленно. Ориентировочная стоимость двадцать шесть тысяч рублей.

— Чудно! — довольно улыбнулся я. Рыков передал мне крайне примитивную, на фоне изобретения Большакова, модель сканера. Там даже экрана не было. Просто выбитые на плоской части камня цифры от одного до десяти. После касания клубня, тройка стала чуть ярче и теплее. — Три!

— Он ошибается! — тут же возразил Олег. — Ведь даже цену примерную моё устройство выдало!

— Нет, Олег Дмитриевич, — покачал головой я. — Просто в Африке такие простые находки никого не интересует. Туда бригады аристократических семей отправляются за куда более серьёзной добычей. Вы можете приступать к сортировке трофеев и погрузке. Если обнаружите что-то совсем уникальное, то свяжитесь с кем-то из Ратаев. Они оба будут рядом со мной в ближайшее время.

Глава сортировочного цеха промычал в ответ что-то невнятное. Дополнительно принуждать Олега заниматься изучением трофеев точно было не нужно. Он и так нырнул в процесс с головой. Из грузовика, повинуясь жесту своего начальника, выскочили двое крепких парней и поспешили на помощь Олегу. Проходя мимо меня оба слегка поклонились и я кивнул в ответ. Этого парни не ожидали и разом сбились с шага.

— Ну где вы там⁈ — недовольно рыкнул Пескарёв. Из слегка растерянного сотрудника офиса, Олег моментально превратился в требовательного руководителя. — Тащите ящики и пару бочек с живой водой!

— Боюсь загадывать… — неуверенно произнёс Рыков. — Я ребятам приказал брать из логова добычу только третьего уровня ценности и выше.

— А ты не загадывай, Александр Егорович. — улыбнулся я. — Олег всё посчитает и скажет примерную сумму. Может мы ещё и на повышенный коэффициент за объем выйти сможем.

— Может… Проследить? — нейтрально добавил Вепрь. — Мои ребята присмотрят, чтобы всё чин чином было.

— Не нужно, — серьёзно ответил я. — У меня не принято следить за своими. Доверие, Вепрь, одна из важнейших вещей, на которых строится могущество рода. Пескарёв выживал в Себыкино все пять лет, что мой род находился в упадке. Он никуда не ушёл и многим другим не дал сбежать в более приятные места. У вас тоже жизнь не сахар была эти годы. Но Олег гражданский и его тут вообще никто не держал.

— Достойно, — вынужден был согласиться Александр. — А сейчас что там? В Себыкино?

— А сейчас там практически восстановленный сортировочный цех для работы с аномальными животными до третьего ранга включительно. — просто ответил я. — Наверное, единственный полноценный так близко к Тверской аномальной зоне.

— Аршавин что-то задерживается… — кивком обозначив, что уяснил мою мысль, перешёл к другой теме Вепрь.

— Сейчас будет уже, — коснувшись родовой сети и проверив положение колонны машин, ответил я. — Минут пять.

Вскоре из леса послышался рёв приближающихся машин. Впереди нёсся тот самый красный пикап, который нас встречал в Москве целую вечность назад. Эта машина уже могла считаться символом моей дружины. Может именно поэтому Аршавин не хотел с ней расставаться и раз за разом восстанавливал её по кусочкам.

— Ваша светлость! — приветственно вскинул руки Шатун и к нему тут же присоединились остальные дружинники на бортах машин. Послышались радостные крики. Я увидел рядом с Ратаем его ветеранов. На первых машинах ехала элита моей дружины. Похоже, Аршавин оголил половину границы ради того, чтобы меня встретить.

Однако, я прекрасно понимал, что так поступить командир моей дружины не мог. Полный экипаж был только на первых двух пикапах. Дальше ехали пустые машины. Ратай даже где-то умудрился достать пару дряхлых автобусов. Небольших, но по нашим тропам на крупном транспорте и не проедешь.

— Здравствуйте, бойцы! — широко улыбнулся я. Этих парней мне откровенно не хватало. Хотя со времени увеличения дружины прошло всего ничего. — Рад, что живы все! Почему посты покинули? Кто границу владений рода охраняет?

— Хватает людей, Ярослав Константинович, — весело ответил Ежа. — Пичуга новобранцев гонит и гонит. Уже девать некуда скоро будет.

— Не завирался бы ты… — тут же нахмурился Шатун и парни сразу затихли, но улыбаться не перестали.

— Как сходили? — спрыгивая на землю и останавливаясь рядом со мной спросил Аршавин. Он пару секунд рассматривал Вепря, а потом осторожно принюхался. Запах мази уже почти развеялся, но для чуткого обоняния Ратая остатков хватило. Шатун оглушительно чихнул и хитро посмотрел на Рыкова. — Перепугались что ли, Саня?

— Ещё как, — оскалился в ответ Вепрь. — Ты бы, Коля, вместо шуток, ребят моих грузить приказал. А то мы под ментальным ветром трижды побывали за сто километров пути по аномальной зоне.

— Ментальный ветер? — тут же стал серьёзным Шатун. — Не знал, что в этом гоне будут звери этого аспекта. Кого встретили, Ярослав Константинович?

— Много кого, Николай Петрович, — уклончиво ответил я. — Александр Егорович прав — давай грузиться. По дороге поговорим, а то мы целый день на ногах.

— Два, — угрюмо поправил меня Аршавин и первым направился к своему транспорту. — И по этому поводу у меня к вам масса вопросов, ваша светлость. Я думал, что мы изначально договорились, что вы одним днём вернётесь.

— Мы так и вернулись, — ответил я.

— Сегодня среда, Ярослав Константинович, — показав мне экран своего мобильника, сообщил Ратай. — Я понимаю, что в аномалии связи нет, но тут всё владение на уши поднялось, когда вы к ночи не вернулись. А когда Анастасия Константиновна узнала, что ещё и младшая княжна с вами ушла, то сама чуть в зону не отправилась. Со всей дружиной. Насилу уговорил ещё день подождать. Хорошо ещё, что на сегодня званый завтрак в Твери был назначен у какого-то барона. А то бы княжна вместе со мной сюда прибыла. Да и расстояние… Я же не первый год в аномалию хожу. Сто километров за сутки… Это даже на машинах не вдруг пройдёшь. А в преддверии гона, да ещё с ранеными на руках… Волшебство да и только…

— Плохо ты своего князя знаешь, Шатун, — устало рассмеялся Рыков. Как только командир Витязей упал на заднее сиденье машины, начала стремительно улетучиваться его непробиваемая выносливость. Только в этот момент я подумал о том, что Александр ни разу не присел за всё время нашего похода. Даже когда мы только попали в логово россожа и весь отряд потерял сознание, Рыков продолжал ходить между своими людьми и проверять их состояние. На обратном пути он тоже всегда держался впереди. Но всякая выносливость имеет границы. — Иначе бы не сомневался, что мы через ад похуже задницы Эраникдже прошли за этот день. До сих пор не верится, что живыми вернулись. Да ещё и с такими барышами. А мазь? Мазь вообще огонь. Я минус, Колян…

Голос Рыкова постепенно слабел. На последних фразах уже сложно было разобрать какие-то отдельные слова. Под конец речь командира Витязей прервалась и послышалось его мерное дыхание. Аршавин, сидевший за рулём пикапа, невозмутимо повернулся и, дотянувшись до полки за задними сиденьями, рывком скинул с него плед. Жест получился настолько естественным, что я почти не обратил на него внимания. Тем более, Ратай в этот момент посмотрел на меня и поинтересовался:

— Что за мазь?

— Изобретение Сашка. Помогло нам временно снять последствия срабатывания ограничителей психоблокады. Не знаю насколько. Нужно проверять ещё, — подумав о том, что между Ратаями постепенно налаживаются доверительные отношения, ответил я. Можно было гарантировать, что Вепрь не сомкнул бы глаз, если бы у него хоть капля сомнений была в командире родовой дружины. Понятно, что Аршавин не стал бы его убивать, но для подобных людей беззащитность очень неприятное чувство. И я решил уточнить этот момент, кивнув в сторону Рыкова. — Что с ним?

— Перегруз, — невозмутимо ответил Ратай. — Минут двадцать поспит, пока мы до Горынино едем, и будет как огурчик. Малосольный, но сейчас это не самый плохой вариант. Только слышать не будет ничего во время сна, даже если стрелять над ухом. Это была очень рискованная вылазка, Ярослав Константинович. Мне бы не хотелось, что вы в будущем подвергали себя такой опасности. И не мне одному.

— Мне нечего тебе ответить, Ратай, — чуть улыбнулся я. Переход на другую тему был внезапным, но вполне мной ожидаемым. Врать верному воину рода я не хотел, а правда слишком сильно расходилась с тем, что хотел услышать сейчас Аршавин. — Если этого потребует долг или обстоятельства, я не стану раздумывать.

— Понимаю, ваша светлость, — сжав руки на руле, кивнул Аршавин. — Я о многом не прошу. Держите рядом кого-то из наших Мастеров и амулет, чтобы мы вас могли в аномалии найти. Пусть и с привлечением аспирантов, но это хоть какой-то шанс. В этот раз у меня вообще вариантов не было. Где логово россожа находится знали только Сашок и Ленка. Куда вы ушли с пятью сотнями полубезумных африканцев тоже неизвестно.

— Кстати! — вдруг вспомнив, что не видел рядом Аларака, произнёс я. — Не видел Кота? Мага Витязей?

— Он похуже Сани выглядел, — ответил Аршавин. — Не знаю, что вы там такое делали в зоне, но этого чернокожего здоровяка втроем к автобусу тащили. Он ещё пытался что-то говорить про род Разумовских и безумных гениев, но я не вслушивался. Вроде принял горячительного после похода и окончательно потерял связь с реальностью от усталости.

— Это вряд ли, — усмехнулся я. — Не из тех этот парень, кто дисциплину нарушает. Тоже устал, наверное. Как и все мы.

— Повоевать пришлось по пути? — осторожно спросил Аршавин. — Как прошли так далеко?

— Бежали в основном, — пожал плечами я. Волнами накатывала усталость и я был не прочь последовать примеру Вепря и подремать. Но половина пути уже была позади и закрывать глаза уже поздно. — В начале сплетение встретилось, но роща огнеростов помогла. Проскочили.

— Что? — подумав, что ослышался, повернулся ко мне собеседник. В этот момент машина угодила колесом в яму и нас изрядно тряхнуло. Сзади недовольно всхрапнул Рыков. — Сплетение? Роща огнеростов⁈

— Ага, — кивнул я. — Мы ещё удивлялись, что не встретил особо никого. А потом вообще только мелочь встречалась всякая и одного ураганного вепря ещё помню. Но его Кот так быстро уделал, что колонне даже останавливаться не пришлось. Это уже потом стало ясно, что зверей мелких рядом не осталось, потому что вокруг логова два десятка четвёрок собралась.

— Что ж… — понимая, что врать я не буду и раз мы вернулись, то как-то преодолели эту угрозу. — Честно скажу, что нам бы тяжело даже против сплетения пришлось. Про остальное… Даже не знаю что сказать… Наверное, нужно поблагодарить Саню за то, что вы вернулись домой целым и невредимым.

— Все вернулись, Николай Петрович, — рассеянно отозвался я. Несмотря на то, что время ещё только подходило к шести вечера, глаза отчаянно слипались. — Сейчас это самое главное. Надо будет с Пичугой поговорить, чтобы временно приостановил набор в дружину. Как у него дела кстати?

— Пытается отбиться от толпы клиентов, — весело хмыкнул Аршавин. У меня вдруг сложилось впечатление, что Шатун испытал облегчение от того, что мы сменили тему. Возможно, ему было неуютно от того, что его люди не смогли бы выполнить ту задачу, с которой справились Витязи. Однако, углубляться в эту тему Шатуну не хотелось. — После того, как стало известно о прохождении родовой дружиной проверки губернатора, началось форменное безумие. Разумовские первыми прошли этот этап в районе Тверской аномальной зоны и это оказалось полной неожиданностью для многих родов. Истомин вообще пытался связаться с теми парнями, которые работали в связанных с его родом семьях. Обещал громадное вознаграждение за подробности прохождения проверки.

— Сколько? — тут же заинтересованно спросил я.

— Двести тысяч! — со смехом ответил Аршавин. — Вчера как раз ко мне человек пришёл. Спрашивал, куда послать князя.

— А не надо посылать, — улыбнулся я. — Нам же скрывать нечего. Верно? Вот пусть и поделятся важной информацией с добрым соседом. Только оплату пусть вперёд берут. А то князь довольно… сложный партнёр. А деньги на нужды дружины пусти.

— Сделаю, — довольно усмехнулся Ратай.

— Только это никак не объясняет интерес к нашему охранному агентству, Николай Петрович, — с сомнением произнёс я. — Проверка была сложной, но даже мы смогли её пройти без глобальных трудностей.

— Так рейтинг дружины обновился ещё, ваша светлость, — ответил Аршавин. — Я разве не говорил? Вчера ещё. Мы теперь в десятку входим. Все выделенные бригады постоянно проходят проверку на текущий ранг. Как только нас одобрили службы губернатора, данные по всем Витязям подтянулись к рейтингу основной дружины. Ну и взлетели мы ещё на десяток позиций. Даже самому не верится! Вот и получилось, что половина фирм в Твери с нами работать хотят. Не каждый может сказать, что его офис родовая дружина из первой десятки охраняет! Статус!

— Как быстро всё меняется… — неодобрительно покачал головой я. Ещё месяц назад все вокруг готовы были добить упавший род при малейшей возможности, а сейчас готовы работать с нами несмотря на имя. А вернее, ради этого имени. — Но нам это сейчас только на руку. Передай Антону, чтобы начинал брать контракты. Но только после проверки. Если вероятный наниматель участвовал в распиле имущества Веги, работать с ними нельзя. Пусть меняет условия набора в дружину и собирает себе команду в агентство. Если нужны будут дополнительные средства для размещения людей в Твери, пусть свяжется со мной. Давно уже пора купить что-то в главном городе губернии. Если возникнут проблемы с проверкой, то пусть попробует связаться с Юрием Колосовым из шестого отдела жандармерии. После нашего выезда в столицу, менталист немного задолжал моему роду.

— Сейчас ему напишу, — остановив машину у ворот Горынино и достав мобильник, ответил Ратай. — Саня! Приехали!

— Уже? — мгновенно переходя от глубокого сна к кристальной бодрости, сел на заднем сиденье Вепрь. — Я тогда пошёл распределять своих. До свидания, ваша светлость.

— До свидания, Александр Егорович, — улыбнулся я. — Спасибо за службу. Коту передайте, что я помню о нашей договорённости. На днях приеду к вам и обсудим следующую вылазку.

— Нам бы к гону начать полноценную подготовку, — проворчал Аршавин.

— И это обсудим, — невозмутимо добавил я.

За выгрузкой Витязей следить не стали. Сил и так было не много и я приказал Шатуну везти меня домой. Родное имение казалось мне таким притягательным, что я даже мечтательно улыбнулся. Кажется, даже запах выпечки тёти Жени усталый мозг сделал почти реальным.

Домой ехали значительно быстрее и всего на двух машинах. Остальные потом должны были разъехаться по всему владению. А когда перед нами открылись ворота, я с некоторым удивлением увидел установленные вокруг южного крыла особняка строительные леса. Там ещё шла работа и я заметил неподалёку от строителей Настю.

— Думал, ты ещё на званом завтраке или на каком-нибудь приёме в Твери, — выйдя из машины и подойдя к сестре, произнёс я. — Рад тебя видеть.

— А я думала, что ты вернёшься ещё вчера вечером, — повернувшись ко мне, тихо ответила Настя. — С Нюшей. Или хотя бы сообщишь о том, живы ли вы.

— Обстоятельства так сложились, — обнимая сестру, ответил я. — Волновалась?

— Чуть не умерла! — зло ответила княжна. — Даже не представляю, что бы я делала, если бы вы оба погибли!

— Но мы не погибли, — спокойно произнёс я. — Всё хорошо.

— Мы приглашены завтра на приём, — угрюмо сообщила Настя. — К графу Добрышеву. Это ближник Пожарского. Может там и сам губернатор появится. Это очень важно, Яр. Надо обязательно ехать.

— Так же важно, как и все остальные приёмы, на которых ты была в последнее время? — поинтересовался я.

— Да, — неожиданно твёрдо ответила сестра и прямо посмотрела мне в глаза. — Возможно, я немного не рассчитала свои силы.

Глава 3

— Будут проблемы? — прямо спросил я. Похоже, не зря я волновался за активность сестры в высшем свете. Времени прошло слишком мало, чтобы Настя глубоко увязла в каких-то интригах, но вполне достаточно, чтобы возникли сложности для нашего ослабленного рода. Хотя мне и не верилось, что Анастасия Константиновна с головой нырнула в водоворот кавалеров и приёмов. Слишком уж трезво мыслила сестра. В некоторые моменты мне даже казалось, что я более импульсивный и порывистый, чем ледяная княжна Разумовская.

— Скорее, могут возникнуть ненужные вопросы от некоторых представителей тверской аристократии, — расплывчато ответила девушка. — У меня был критический недостаток информации и некоторые факторы оказались для меня полной неожиданностью.

— Знаешь, день у меня сегодня выдался очень насыщенным, Насть. — улыбнулся я. — А Николай Петрович даже утверждает, что день был не один. Поэтому я хотел бы услышать внятный ответ на свой вопрос, а не массу словесной шелухи.

— Есть большая вероятность, что на завтрашнем приёме может случиться дуэль между бароном Ожеговым и графом Пелюзиным, — со вздохом ответила Настя. — Я не знала, что они оба знакомы с княжичем Покровским, которого я встретила на приёме в честь открытия консерватории в Твери. Отец княжича имеет большие виды на промышленные площадки в Твери и ведёт переговоры с новым губернатором о предоставлении ему льгот и налоговых послаблений. Из-за нового закона о повышении налогов, старые арендаторы больше не могут соблюдать условия договора. Ожегов как раз и есть тот самый арендатор. Я с ним беседовала по поводу субаренды площадок для размещения складов нашего рода. Ну как беседовала — намекнула, что могу решить его трудности. Барон понял это по-своему и очень воодушевился. Граф Пелюзин входит в партию Пожарских. В Твери он только на месяц и я решила завести контакт в столице на будущее. Вот только московские дворяне как-то странно смотрят на всех остальных. Предложение знакомства барон воспринял довольно неоднозначно.

— Как всё сложно… — хмыкнул я. Опыта подобных дел моей сестре пока не хватало, но размах впечатлял. Настя методично работала на благо рода, пока мы с Нюшей пропадали в аномальной зоне и шастали по лесам. Вот только Анастасии Константиновне не стоило сразу хвататься за столько задач и пытаться везде успеть. Это могло бы существенно облегчить ей жизнь. Я в это болото лезть не планировал и потому просто спросил. — Что от меня требуется?

— Приехать со мной на приём, — коротко ответила Настя. — Побыть рядом. Улыбаться гостям и беседовать о всяких пустяках, вроде погоды и цен на новые лимузины.

— Я не знаю цены на новые лимузины! — со смехом ответил я. — Да и погода меня особо не интересует.

— А меня будто интересует! — вспылила Настя. Она даже отстранилась и начала расхаживать по дорожке из стороны в сторону. — Ты думаешь мне нравится каждый раз смотреть на все эти накрахмаленные морды, которые с утра до вечера пьют шампанское и изображают из себя владык целого мира⁈

— А разве нет? — насмешливо прищурился я. — Когда мы жили в имении баронессы Ключицыной, ты часто говорила о том, что тебе не хватает светской жизни…

— Это нечестно! — гневно посмотрела на меня княжна. — Молодым девушкам положено бывать в высшем свете. Они должны появляться на приёмах и балах, чтобы радовать себя и привлекать внимание кавалеров. Это нормально! Так должно быть.

— Тогда что тебя не устраивает? — уже понимая к чему ведёт сестра, задал вопрос я.

— Что мне приходится вместо развлечений проводить целые вечера за беседами со всевозможными гостями этих бесконечных приёмов, — ответила девушка. — Искать кого-то, договариваться и намекать на возможную выгоду. Доказывать, что состояние нашего рода уже совсем не то, что пару месяцев назад. Искать союзников и пытаться договориться с ними о совместных действиях против очевидных врагов. Я же не глава рода!

— Не глава, — согласно кивнул я.

— Это не моя обязанность! — продолжила Настя. — Почему я должна это делать?

— Потому что ты лучший и самый обворожительный дипломат в семье Разумовских, — честно ответил я. — И ты пользуешься настолько полным и безоговорочным доверием главы рода, что можешь даже заключать союзы от его лица. А ещё никто из нас так ответственно не относится к положению семьи в аристократическом обществе, как ты. И ты старшая сестра. Более опытная и мудрая.

— Прекрати, — разом утратив злой вид, проворчала в ответ Настя и направилась ко входу в особняк. — Как же я устала от всей этой ответственности! Пойдём ужинать, Яр. Ты наверняка с ног валишься от усталости, да и я бы сегодня хотела пораньше лечь отдыхать, раз уж выдалась такая возможность.

— Идём, — беря сестру под руку, ответил я. — Ты молодец, сестричка. Горжусь тобой.

Настя бросила на меня угрюмый взгляд. Но под показным недовольством, конечно же, проявились любовь и удовлетворение. Настя любила меня и мое мнение, как и похвала, были для нее важны. А я и правда был восхищен умениями и навыками моей сестры.

— Хотел спросить, где Олег Дмитриевич нашёл столько строительного оборудования и людей? Думал, он сейчас всех своих в сортировочный цех перевёл…

— Это? — рассеянно уточнила княжна. — Я с Игорем Савельевичем договорилась по поводу реставрации внешней части особняка. Это глава управления архитектуры при администрации Твери. Здание числится в реестре, как памятник истории. Игорь Савельевич любезно предложил заняться восстановительными работами за счёт имперской казны. В этом году им выделили крупные бюджеты на подобные проекты. Нам только доставку обеспечить нужно было, но тут мне знакомый помог. У него небольшая транспортная фирма. И даже транспорт для перевозки аномальных ресурсов есть. В перспективе можно будет его привлечь для постоянного сотрудничества с нашим родом. Ту же доставку из сортировочного цеха обеспечивать.

— И сколько это нам встало? — вспомнив, что средств на счету семьи осталось не так много, как хотелось бы, уточнил я.

— Пара улыбок, бокал шампанского и приятная беседа, — чуть улыбнулась Настя. — Подобные мелочи не особенно важны для влиятельных чиновников и бизнесменов, а несчастной девушке в сложном положении многие готовы помочь просто по доброте душевной.

— И поэтому ты опасаешься, что завтра случится дуэль? — рассмеялся я. — Тоже из-за доброты и желания быть первым в очереди тебе помочь?

— Именно так, — преувеличенно серьёзно кивнула княжна. — Но долго на этом играть у меня не получится, Яр. Желательно уже в ближайшее время переходить от роли жертвы обстоятельств к роли потенциально выгодного партнёра. Но для этого мне нужны какие-то рычаги. Сейчас все заняты только подготовкой к гону и проверкой собственных дружин, но это временно.

— Рычаги будут, — спокойно ответил я. — Пока можешь заняться поиском возможных каналов сбыта аномальных ресурсов растительного происхождения. Без особой конкретики. Нужно узнать кто работает в этом секторе и насколько высока конкуренция.

— Хорошо, — отозвалась девушка. Мы зашли в дом и сразу направились к накрытому столу. Возможно, Настя собиралась ужинать одна, как уже привыкла за последние дни, но слуги заметили моё возвращение и добавили приборов на стол. Блюд тоже однозначно стало больше. — Как Нюша?

— Отлично, — отметив для себя, что Антипа опять нет, ответил я. — В этот раз она показала себя даже лучше. Нам удалось неплохо подтянуть её потенциал аспекта Огня. Ментал стабильно прогрессирует. Я заметил условный переход к новому состоянию психики.

— Я не об этом, Яр, — вздохнула княжна. — Как она себя чувствует? Как воспринимает изменения вокруг и то, что ты раз за разом берёшь её на опасные задания в аномальную зону?

— Сложно сказать, — принимаясь за еду, честно признался я. — Иногда мне кажется, что она в полном восторге от происходящего. Но в другие моменты я замечаю, что она очень сильно устаёт от таких нагрузок. В ближайшее время брать её с собой не буду. Нашёл для неё отличное занятие. Вряд ли Нюша захочет выбираться из Сумани.

— Что значит «в ближайшее время»? — тихо спросила Настя. — Ты опять собираешься идти в аномальную зону? Ты же только вернулся, Яр! Мы и так все волновались из-за вашей задержки.

— Может не прямо сейчас, — ответил я. — Завтра же у нас приём. Да и устал я немного, если честно. Отдохну, чуть разгребусь с делами на этой стороне границы и потом уже подумаю. С Витязями не всё так просто оказалось, Насть. Они в покое и отдыхе долго не выдерживают. Начинает психоблокада срабатывать и они в ярость впадают. Чтобы не было проблем, нужно их боевыми задачами загружать.

— Так и пусть сами ходят! — воскликнула княжна. — Тебе-то это зачем?

— Мне это тоже полезно, — улыбнулся я. — Дома тренироваться не всегда получается.

Беседа плавно перешла на какие-то мелочи, о которых мы не болтали уже очень давно. У меня возникло удивительно тёплое чувство от этого ужина. Не хватало только постоянных беспорядочных вопросов, которыми обычно сыпала Нюша. Тётя Женя, заметив, что мы разобрались с основной частью ужина, подала чай и мы перебрались на кресла в гостиную. Там продолжили обсуждать свежие светские сплетни и происшествия. Настя пыталась ввести меня в курс последних новостей перед важным приемом, а я просто наслаждался общением с сестрой.

О желании лечь пораньше дружно забыли и просидели так ещё час. В камине приятно потрескивало пламя. Аромат травяного чая и земляничного варенья стоял на всю комнату. За это время я успел узнать столько подробностей светской жизни тверских дворян, что можно было написать целую книгу. А потом в гостиную зашла смущённая кухарка и протянула мне простенький мобильник.

— Простите за беспокойство, Ярослав Константинович, — произнесла тётя Женя. — Тут Олег Дмитриевич. Говорит, что не может до вас дозвониться никак.

— Не он один не может, — с сарказмом посмотрела на меня Настя. — Князь Разумовский вообще в последнее время пренебрегает средствами связи. Наверное, чтобы его меньше беспокоили по пустякам.

— Я могу сказать ему, чтобы он перезвонил, ваша светлость. — тут же начала нервничать кухарка. — Но Олег Дмитриевич сказал, что это очень срочно… Вот я и…

— Не волнуйтесь так, тётя Женя, — улыбнулся я и, неодобрительно посмотрев на сестру, протянул руку за телефоном. — Вы всё правильно сделали. Алло, Разумовский слушает.

— Добрый вечер, ваша светлость! Простите великодушно за поздний звонок! Знаю, что вы сейчас отдыхаете, но дело срочное, — видимо, услышав часть нашего разговора, зачастил Пескарёв.

— Нормально всё, Олег Дмитриевич, — ответил я. — Опять проблемы какие-то в Себыкино? До завтра не терпит?

— Не совсем проблемы, Ярослав Константинович, — тут же поспешил успокоить меня глава самого крупного посёлка в моих владениях. — Я закончил с анализом вашей добычи из последнего рейда.

— Хотели сообщить результаты? — озадаченно уточнил я. В чём срочность я всё ещё не понимал.

— Нет, ваша светлость, — окончательно смутился собеседник. — Я решил вас не беспокоить по таким пустякам и самостоятельно решить вопрос с имперскими службами. У меня уже появился проверенный контакт в столице, который курирует закупки сортировочного цеха. Вот я и сбросил ему результаты сканирования. Сразу скажу, что ничего уникального обнаружить в добыче мне не удалось, но там нашлось очень много редких и крайне ценных ресурсов. У меня получилась очень… внушительная сумма. Суть в том, что человек из службы контроля аномальных ресурсов очень заинтересовался моим письмом. Оказалось, что часть из ваших находок очень востребована сейчас на рынке. А в таких объемах их вообще нет. Если мы выставим эти ресурсы на открытую продажу, то можем выручить на пятьдесят процентов больше.

— В чём суть вопроса, Олег Дмитриевич? — примерно поняв ситуацию, остановил объяснения Пескарёва я.

— Мой знакомый может предложить на двадцать процентов больше базовой ставки на весь объем добычи, — перешёл к основной теме своего звонка Олег. — Плюс ещё десять за прямую поставку. У нас с лихвой хватает на индивидуальную партию. Проблема в том, что все машины Кострова, которые возят продукцию сортировочного цеха, сейчас в пути, а наш грузовичок не предназначен для таких перевозок. Да и опасаюсь я его отправлять в такую дальнюю дорогу. С охраной тоже вопрос большой, Ярослав Константинович. На себя я такую ответственность взять не могу. Ну и доставить это всё нужно завтра к утру. Иначе только бонус за прямую поставку получим. Такие дела. Что прикажете делать?

— Минуту, — ответил я и, убрав в сторону трубку, посмотрел на сестру. — Ты говорила, что у какого-то из твоих знакомых есть транспорт для перевозки аномальных ресурсов. Нужен один грузовик. Ночной рейс в Москву. Экспедитор и охрана наша. Платим тройной тариф за срочность. Сможешь договориться?

Вместо ответа, Настя взяла с журнального столика свой телефон и вышла из комнаты в столовую зону. Я слышал, как резко изменился голос княжны. В нём появились такие интонации, которых я раньше вообще никогда не слышал. Жаль, что у Насти не было аспекта Ментала. Могла бы получиться гремучая смесь внешних данных, навыков и магических способностей.

— Георгий Игоревич любезно согласился предоставить машину, — с улыбкой сообщила Настя. — Она через час будет в Себыкино. Дополнительной оплаты не нужно. Транспорт и так простаивал. Барон интересовался, насколько часто нам требуются подобные рейсы и можем ли договориться о длительном контракте.

— Машина будет у вас через час, Олег Дмитриевич, — сообщил я всё это время висевшему на линии Пескарёву. Нужное количество охранников согласуйте с Николаем Петровичем.

— Понял, ваша светлость! — с облегчением ответил глава Себыкино. — Я тогда всех попрошу в охране прокатиться, кто сейчас свободен. Очень уж страшно, что с грузом что-то случится. Экспедитором сам поеду.

— Как пожелаете, — не стал углубляться в подробности я. — Ещё вопрос есть, Олег Дмитриевич. Что у нас с прямыми поставками в Москву? Появилась возможность нанять собственный транспорт, чтобы не зависеть от наших партнёров. Может даже в перспективе перевести все поставки под наш контроль. Пока есть мысль только добычу нашей дружины отдельно возить.

— Отличная идея, ваша светлость! — одобрительно ответил Пескарёв. — У нас тут уже пара ситуаций была, что машины Игоря Юрьевича задерживались сильно. После того, как вы аспирантам выдали амулеты, они такой поток материала в сортировочный цех организовали, что мне скоро ещё одну линию придётся где-то искать. Вывозить это добро тоже приходится быстрее обычного. Только присмотреться к перевозчику надо хорошо. Иначе придётся на охрану дополнительно тратиться.

— Вот и присмотритесь, Олег Дмитриевич, — решил я и вопросительно посмотрел на сестру. Та спокойно кивнула и жестами показала, что возьмёт этот вопрос на себя. — Если хорошо пройдёт всё, то с Анастасией Константиновной проговорите дальнейшие шаги.

— Замечательно, ваша светлость! Большое спасибо за помощь! — понимая, что его небольшая просьба растянулась почти на тридцать минут моего времени, торопливо произнёс Олег. — Всего вам наилучшего и хорошо отдохнуть, Ярослав Константинович. О результатах поездки напишу утром. Мы к этому времени уже в Себыкино вернёмся. Приёмка в главном филиале службы круглосуточно работает.

— До свидания, — попрощался я и тут всё же поддался ворочавшемуся на дне сознания любопытству. Слишком уж Пескарёв волновался за сохранность внезапной поставки. Понятно, что его знакомый сделал всё возможное, чтобы редкие ресурсы привезли именно ему. Мне не верилось, что официальный представитель имперской службы будет устраивать ограбление на дороге. Скорее, тут была попытка нас заставить привезти добычу как можно быстрее. И это был тот редкий случай, когда я не имел ничего против. Громадный долг за спасение Витязей давил на плечи и ни на секунду не давал забыть о себе. Да и других задач, куда требовались серьёзные средства, хватало с избытком. Поэтому мне хотелось хоть какой-то определённости и я позволил себе спросить. — Кстати, о какой сумме за эту поставку идёт речь, Олег Дмитриевич?

Глава 4

— Около четырнадцати миллионов рублей, ваша светлость, — выдавил из себя Пескарёв. Для него подобная сумма была далеко за гранью фантастики. Скорее всего, при моём отце Олегу Дмитриевичу вообще не приходилось сталкиваться с информацией о глубоких рейдах родовой дружины. — Это с учётом всех надбавок и того, что весь материал пройдёт проверку на качество.

— У вас есть сомнения по этому поводу? — поинтересовался я.

— Всегда есть сомнения, Ярослав Константинович, — уклончиво ответил Олег. — Когда речь идёт о паре тысяч рублей, то никто даже не почешется в службе контроля. А когда всего один забракованный объект тянет на двадцать тысяч… Тут совсем иначе к проверкам подходят.

— Я понял, — спокойно ответил я. — Что-нибудь придумаем. До свидания, Олег Дмитриевич.

— Раз нужен целый грузовик, чтобы доставить вашу добычу в Москву, то вы точно удачно в рейд сходили, — слегка улыбнулась Настя.

— Да, — задумчиво кивнул я. — Хорошо получилось. Даже лучше, чем я рассчитывал. Только пару нюансов нужно учесть и вообще замечательно получится. Ты спать?

— Да, — понятливо ответила девушка. — Завтра на приёме надо быть к двум часам дня. Надеюсь, ты не придумаешь себе каких-то дел на утро, чтобы опять умчаться в лес?

— Не придумаю, — улыбнулся я. — Но на место поедем разными дорогами. Возможно, мне придётся раньше выехать в Тверь.

— Спасибо, что предупредил, — немного ворчливо ответила княжна и величественно направилась к лестнице. — Я завтра буду в бежевом. Если вдруг ты надумаешь сменить свой костюм на что-то новое. Номер и адрес портного, у которого мы брали твой прошлый костюм, я тебе скину. Здорово, что ты подумал об этом сейчас и сам спросил!

— Спокойной ночи! — улыбнулся я и пошёл в противоположную сторону — к выходу из дома. На улице уже порядком стемнело, но ночь ещё не вступила в свои права. Найти Аршавина оказалось не сложно — Ратай опять упражнялся в красоте речи перед строем своих подчинённых.

— И если хоть одна зараза где-то напортачит, то я лично отправлю этого засранца подметать улицы Горынино в течение всего следующего года! — под конец прорычал Аршавин. — Может хоть так сможете научиться нормально службу нести, раз мои уроки до вас не доходят! Разойтись по машинам и галопом в Себыкино! Не хватало ещё, чтобы Олег свою охрану ждал!

— Добрый вечер, Николай Петрович, — подойдя ближе, поздоровался я. — Насколько я понял, Олег Дмитриевич вам уже позвонил и обрисовал задачу.

— Да, ваша светлость, — кивнул Ратай. — Сказал, что если мы прошляпим груз, то князь нас обоих на части разберёт. Подумал, что преувеличивает Олег сильно насчёт ценности груза.

— Не преувеличивает, — усмехнулся я. — Если всё нормально пройдёт, то долг по найму вольных для спасения Витязей закроем. Ещё и на бусы останется. Но для этого нужно, чтобы никто из представителей Империи даже не подумал о наживе. Я хочу, чтобы они, как кролики, могли только кивать на слова Пескарёва и на всё соглашаться.

— Тогда одних моих ребят будет мало, — тут же уловив направление моей мысли, ответил Аршавин. — Надо кого-то из Витязей отправлять. Но они без контроля дел наворотить могут. А если я Вепря с тем магом чернокожим отправлю, Ярослав Константинович? Он маг Смерти не из последних, а Саня запросто подтвердить качество любой добычи сможет. Он на этом в Африке собаку съел.

— Разобрались? — заметив, что Шатун стал говорить о своём потенциальном конкуренте в совсем другом ключе, поинтересовался я.

— Да нет, — неохотно ответил Ратай. — Но поболтать немного за жизнь успели. Он под действием той мази почти как раньше стал. Я даже удивился.

— Ясно, — улыбнулся я. — Это хорошая новость. Тогда дальше сам разберёшься. А я спать.

— Хорошего отдыха, ваша светлость, — напоследок пожелал мне Ратай. — Я утром сюда заеду, как из Москвы будем возвращаться. По итогам доложиться.

— И ты поедешь? — удивлённо поднял брови я.

— Дело серьёзное, — ответил Шатун. — Заодно с Вепрем побеседуем по пути.

— Тоже дело, — немного подумав, кивнул я и пошёл обратно в особняк. Там меня ждали холодный душ и заслуженный отдых. Впервые за последнее время, я мог спокойно лечь спать и не трепать себе нервы мыслями о завтрашнем дне. Учитывая, что мне предстоял самый обычный светский приём, волнения не было никакого. Тем более, что рядом со мной будет Настя.

Десять часов полноценного сна превратили меня в совершенно другого человека. Слегка расслабленного и полностью довольного жизнью. Часы показывали семь утра. Я наконец-то зарядил телефон и увидел, что за ночь обо мне никто не вспомнил. И это была ещё одна восхитительная новость этого утра. Ледяная вода в душе быстро прогнала остатки сна. Одевшись, сбежал по лестнице в гостиную и наткнулся на Антипа.

Слуга будто ждал меня ещё со вчерашнего вечера. Выглядел он немного усталым и сонным, что для старика было большой редкостью. Я даже заметил пару складок на обычно безупречной форме, что уже выходило за все грани допустимого.

— Доброе утро, ваша светлость, — поздоровался слуга. — Прикажете подать завтрак?

— Позже, — улыбнулся на ходу я. — Тебя вчера не было. Что-то случилось?

— Я думал, Ярослав Константинович, — сосредоточенно ответил старик. — И пришёл к выводу, что вам нужно поговорить о недавнем происшествии. Но не со мной. Я прошу у вас разрешения покинуть в эти выходные территорию поместья. Грядёт новолуние.

— Разумеется, ты можешь покинуть поместье, Антип, — невозмутимо улыбнулся я.

— Я хотел бы, чтобы вы пошли со мной, Ярослав Константинович. — выдавил из себя слуга. — Если вы считаете это возможным и найдёте на это время.

— Найду, — глядя в чуть бликующие зелёным глаза собеседника, кивнул я. — Обязательно найду Антип. В день новолуния мы выйдем на охоту вместе.

Старик ощутимо вздрогнул и быстро отвёл глаза. Продолжать этот разговор ему было настолько тяжело, что он тут же принялся поправлять приборы на столе. Однако, ему хватило смелости предложить мне пойти с ним в аномалию, а это стоило очень многого. Может даже не мы одни в выходные решим прогуляться.

На улице было ещё прохладно. Густая тень старых деревьев накрывала большую часть территории поместья и под ней в ранние часы ещё сохранялась ночная свежесть. Запах свежескошенной травы смешивался с запахом сырости и мха, который приносил ветер из леса. Я с удовольствием потянулся и посмотрел в сторону ворот. Изначально собирался хорошенько размяться, но, коснувшись родовой сети, понял, что не успею даже начать.

Через десять минут на территорию заехала машина Аршавина. На передних сиденьях я увидел владельца автомобиля и Вепря. Аларак развалился на заднем сиденье, а в кузове сидели ребята из ближней дружины. Пассажиров этой машины вполне хватило бы для уничтожение полноценного укрепления противника. Но выглядели все полностью довольными и умиротворёнными.

— Доброе утро, бойцы! — когда все дружинники выгрузились из машины, поприветствовал их я. — Как съездили в столицу?

— Чудесно, ваша светлость, — рассмеялся Полоз. — Таких рож у приёмщиков я ещё в жизни не видел!

— Доброе утро, Ярослав Константинович. — поздоровался Аршавин, а следом за ним Вепрь.

— Спокойного утра, князь, — сверкнул белоснежной улыбкой Аларак. — Красивый у вас главный город. Большой! Коту понравилось. Только люди плохие. Злые и жадные.

— Нам бы побольше таких переговорщиков, — усмехнулся Шатун. — Может и Старковский бы дал цену выше рынка, чтобы далеко ездить не пришлось.

— Как всё прошло? — поинтересовался я.

— Приехали, выгрузились, — пожал плечами Аршавин. — Потом проверяющие пришли. У Олега всё, как обычно, по высшему уровню упаковано и обработано было. Он весь остаток дня этим занимался. Но мало служащим показалось. Забраковать решили часть добычи. И по бросовой цене принять.

— Жадные, — неодобрительно цокнул Аларак.

— Вот их Вепрь с Котом и проучили, — уже откровенно рассмеялся Шатун. — Нет бы признать свою ошибку, так они ещё охрану вызвали и нас выгнать попытались.

— Злые, — добавил маг Смерти. — Нехорошо.

— Та-а-ак… — только представив себе вторжение моего отряда на территорию центрального офиса службы контроля аномальных ресурсов, протянул я. А ведь там были не только два Ратая и маг Смерти, но ещё и несколько десятков моих дружинников. А может и Вепрь кого-то из своих Мастеров взял. — И чем это всё закончилось?

— Они не смогли доказать, что указанные образцы не соответствуют заявленному уровню качества упаковки и обработки, — лениво сообщил Рыков. — Пришлось платить компенсацию. Если бы Олег заранее не договорился о конечном размере бонуса, то можно было и больше выбить. Но и так неплохо получилось, Ярослав Константинович. Нам сказали, что средства поступят на ваш счёт сразу после открытия Имперского банка.

Насколько я помнил, банк открывался в районе половины девятого и до этого времени оставалось всего несколько минут. Если бы не отдельный пункт в договоре займа, то я бы сегодня вообще никуда не поехал. Ну может только на приём с Настей. А так придётся ехать в главный офис банка. Это было довольно странное условие. Я даже специально уточнял у менеджера, почему его нельзя убрать.

Основной мой счёт и счета рода находились в Имперском банке. Раз деньги и так поступили к ним, то логично было бы просто перевести их с одного счёта на другой и закрыть кредит. Но мне подробно объяснили, что нужно также подписать массу дополнительных бумаг, чтобы полностью закрыть договор займа. А если это происходит ещё и досрочно, то бумаг становится вдвое больше.

Идти против системы в этом случае я не видел никакого смысла. Иногда проще пройти всю аномальную зону из конца в конец, чем убедить какого-нибудь бюрократа нарушить священный кодекс его службы. Тем более, что ехать в столицу губернии мне всё равно было нужно. А так можно было совместить полезное с необходимым.

— Скоро узнаем, — ответил я и посмотрел на африканцев. — Вы как? Со своими связывались?

Учитывая, что следов вонючей мази на командире Витязей я не увидел, значит он опять в любой момент мог потерять контроль. В такой ситуации, рядом был необходим Аларак. А вот как справлялись с этим оставшиеся в Горынино дружинники, стоило узнать раньше.

— Порядок, — моментально поняв, что я имею в виду, ответил Рыков. — Сегодня ещё ничего не было. Обычно первый заход ночью случается. Даже удивительно, что после такой нагрузки ничего не было. Спал, как младенец. Ни кошмаров, ни тревог… Красота!

— А остальные? — уточнил я.

— Кому мази в аномалии не досталось, ещё в себя не пришли, княже, — ответил Вепрь. — Вот-вот сутки должны закончиться. Нам бы к своим вернуться, чтобы Аларак мог помочь оклематься пострадавшим.

— Езжайте конечно, — не стал возражать я. В качестве сопровождения для Имперского банка и светского приёма эти двое подходили слабо, поэтому я изначально решил брать охрану из ребят Аршавина. — Николай Петрович, распорядитесь выделить машину офицерам Витязей. С остальными что, Александр Егорович?

— Как я, — коротко ответил Рыков. — Триста рыл. Спали всю ночь и даже не орал никто от ужаса. Такие дела, Ярослав Константинович. Я такого даже после корректировки не помню.

— Не было потому что такого, Кот точно говорит, — добавил Аларак. — Никогда.

— Если вы не против, я бы пару отрядов для охраны Сумани выдел, ваша светлость, — осторожно предложил Рыков. Аршавин тут же нахмурился, но Вепрь не дал ему ничего сказать. — Знаю-знаю, Коля, что там теперь твоя база. За сам посёлок я не беспокоюсь, пока ты там. Мы за границей зоны будем. Просто на всякий случай. Ну и вдоль соседской территории я бы ребят пустил. Тоже на всякий случай. Если князь, — кивнув мне и повернувшись к Аршавину, произнёс Рыков, — и командир родовой дружины решат, что в этом есть смысл и необходимость.

— Это уже к Николаю Петровичу вопрос, — улыбнулся я. Даже не знаю, на что сейчас были готовы члены бригады Витязей, чтобы обезопасить жизнь человека, который изобрёл надёжное средство от их кошмаров. Регулярные патрули точно были только первым шагом полноценной стратегии. — С ним разбирайтесь. Но это терпит. Можете по пути до Горынино обсудить. А мне в Тверь нужно сегодня.

— Дела? — одновременно посмотрели на меня оба Ратая.

— И не только, — ответил я. В этот момент сработало оповещение на телефоне. На экране мобильника отобразилась сумма в шестнадцать миллионов триста сорок тысяч рублей. Пополнение пришло на четырнадцать с половиной. Получалось, что компенсация, выбитая Котом и Вепрем, составила около полумиллиона рублей. Очень увесистое извинение за доставленные неудобства получилось. Остальное накопилось благодаря непрерывной работе сортировочного цеха и неусыпному контролю со стороны его руководителя. В целом, дела рода уже точно нельзя было назвать безнадёжно плохими. Однако, я прекрасно понимал, насколько быстро можно потратить эти средства. И даже планировал это сделать, раз уж собрался ехать в Тверь. — Оплата пришла. Благодарю за помощь в доставке добычи. Николай Петрович, мне бы мою старую команду охраны, раз у нас кадровый голод чуть уменьшился.

— Как прикажете, ваша светлость, — невозмутимо ответил Аршавин и жестом приказал Полозу, Еже и Борову отправляться на смену ребятам Морошки. — Мы поехали тогда. Анастасия Константиновна сегодня в имении будет?

— Нет, — покачал головой я. — Тоже поедет. Мы вместе на приём приглашены. Отряд охраны можно увеличить, но не усердствуй сильно.

— Проблемы могут быть? — в точности повторив мои мысли, уточнил Шатун.

— Ничего такого, с чем бы нельзя было разобраться при помощи мирных переговоров, — успокоил главу родовой дружины я.

— Коту нравятся переговоры! — тут же оживился Аларак. — Можно я тоже поеду с князем? Прошлый раз здорово переговоры прошли!

— Тебе ещё наших откачивать, — подтолкнув мага Смерти в сторону машины, проворчал Рыков. — Поехали уже.

Ратаи сели в машину, а я уже собрался идти в дом завтракать, как зазвонил мобильник. Я даже улыбнулся и проверил время. С того момента, как мне на счёт поступили деньги, прошло меньше пяти минут. Похоже, информация внутри имперского банка распространяется со скоростью молнии.

— Князь Разумовский слушает, — принимая вызов, произнёс я.

— Доброе утро, Ярослав Константинович, — прозвучал из динамика сухой голос сотрудника банка. — Это Сидак. Вам удобно разговаривать?

— Планировал сесть завтракать, но могу потерпеть три-четыре минуты, — сразу обозначив максимально возможную продолжительность беседы, ответил я. — Доброе утро, Геннадий Алексеевич.

— Кхм… — немного сбившись от моего безразличного ответа, кашлянул Сидак. — Я по поводу последнего пополнения вашего счёта, ваша светлость. Мне сообщили, что вам поступил подозрительный перевод на огромную сумму и я вынужден начать проверку по этому случаю. Обычно служба контроля аномальных ресурсов подобные суммы согласовывает с другими инстанциями. Вернее, в тех нескольких случаях, когда подобные суммы вообще были выплачены кому-то из добытчиков, это требовало длительного согласования. Возможно, произошла какая-то ошибка.

— Никакой ошибки нет, Геннадий Алексеевич, — шагая ко входу в дом, ответил я. Похоже, эта беседа будет не такой продолжительной, как я думал. — Просто добыча из последнего рейда моей дружины в аномальную зону оказалась крайне востребованной. И я решил уступить настоятельной просьбе представителей службы и не выставлять добытые ресурсы на открытые торги.

— Вот как… — задумчиво произнёс Сидак. — И вы…

— И я сегодня в первой половине дня планирую заехать в банк, чтобы закрыть кредитный договор, — завершил за собеседника его фразу я.

— А позвольте узнать, ваша светлость, когда вы вернулись из рейда? — осторожно уточнил банкир. — Насколько я понимаю, вы тоже были со своими дружинниками.

— Всё верно, Геннадий Алексеевич. Мы вернулись вчера днём. В районе обеда, — ответил я. — Это имеет какое-то значение?

— Возможно, — явно что-то обдумывая, ответил Сидак. — Если у вас найдётся тридцать минут свободного времени, то я буду рад выпить в вашей компании чашечку кофе.

— Думаю, утрясти все дела по кредитному договору получится через менеджера банка, Геннадий Алексеевич. Он сможет ответить на все интересующие меня вопросы.

— Это действительно так, Ярослав Константинович, — согласился со мной банкир. — Но рядовой сотрудник банка ничего не сможет вам рассказать о большом переполохе в службе внешнего наблюдения за магической активностью аномальной зоны, который случился вчера утром. Понимаю, что времени у вас не так много, поэтому могу подъехать в любое кафе, где вам будет удобно со мной встретиться, если не хотите общаться на территории банка. Что скажете, ваша светлость?

Глава 5

Усадьба Рода Истоминых

первый круг Тверской аномальной зоны

Два человека молча сидели на веранде огромной усадьбы и неторопливо пили чай, наслаждаясь закатом. Ну, или делая вид, что наслаждаются, ведь мысли их были далеки от спокойствия и умиротворения.

— Так как будем действовать, Михаил Юрьевич? — осторожно прервал молчание граф Олег Сергеевич Корчаковский, глава рода Корчаковских, владетель территории второго круга аномалии.

Князь Истомин криво усмехнулся и отхлебнул чаю, скривившись.

— Нет, это решительно невозможно пить, — решил он. — Ждан! Налей нам с графом коньяку!

— Да, ваша светлость! — стоящий неподалеку слуга, тут же схватил хрустальный графин с янтарной жидкостью и два бокала, проворно поставив их перед господами и разлив ароматную жидкость.

— Будем, — хмуро кивнул князь и, не чокаясь и не смакуя дорогой напиток, просто, как водку, выпил её одним глотком.

Граф же осторожно отпил маленький глоток и поставил бокал обратно на стол. У него не было настроение пить прямо сейчас. Но, судя по всему, князю доза алкоголя помогла. Скорее морально, ведь организм сильного Одаренного, коим являлся князь Истомин, вряд ли вообще почувствовал эту порцию алкоголя.

— Быстряков так и не определился, но он в самом лучшем положении. Столичные… — скривился князь в презрительной гримасе. — Не думаю, что он захочет нам помогать, ведь по-факту, как раз у него проблем нет.

— А светлейший? — осторожно уточнил граф.

Тут уж князь рассмеялся.

— А светлейший сейчас занят губернаторскими делами, пытается проявить себя и выслужиться перед нашим батюшкой Императором.

— Но ведь… — граф продолжал говорить осторожно и медленно, как делал всегда, не зря его считали чрезвычайно предусмотрительным и осторожным в делах человеком. — Это же хорошо… для нас? Что князь Пожарский стал губернатором?

— Для нас? — с удивлением посмотрел на графа князь. — Нет никаких «нас», Олег Сергеевич. И не было никогда. Если бы не мы разобрали «Вегу» на кусочки, то это сделал бы кто-то другой. То, что мы действовали на тот момент, сообща, не подразумевает никаких «нас».

— Но я думал… — нахмурился граф, однако Истомин уже взмахнул рукой, приказывая слуге налить еще, выпил снова и бесцеремонно перебил гостя.

— Что ты думал, Олег Сергеевич? На тот момент мне не были нужны линии для низкоранговых тварей, но чтобы не пропадать добру, я предложил тебе их забрать. Просто, по-соседски. И, помнится, что тогда ты совсем не возражал против этого, а даже наоборот!

Глаза у графа Корчаковского невольно сузились и тут же на лицо вернулось его обычное обеспокоенно-подозрительное выражение лица. За последние дни он уже несколько раз проклял свою жадность, которая втянула его пять лет назад в это сомнительное мероприятие по разделу «Веги» — предприятия Разумовских.

Его обычная осторожность тогда была нивелирована холодным расчетом и ожиданием быстрой и большой прибыли от участия в разделе имущества. Род Корчаковских никогда не отличался большим достатком или выдающимися членами рода, но благодаря своей педантичности и умению быть благодарным, получил владения во втором круге аномальной зоны, встроившись в «пищевую цепочку» родов-охранников аномалии.

Небольшое предприятие по переработке аномальных тварей, по-сути, дублировало и страховало более мощный центр переработки соседей — рода Истоминых. На жизнь хватало и даже оставалось, но эта постоянная зависимость от крупного и более сильного рода несколько напрягала. Как правило, Корчаковские старались действовать в рамках закона, но по закону подлости, единственное сомнительное дело, внезапно, стало грозить неприятными последствиями.

— Молодой Разумовский смог удивить. Слухи о его «подвигах» уже дошли до столицы, что уж говорить о местных владетелях, которые были в курсе, чего это стоило молодому князю и, самое удивительное, как он смог этого достичь? Причем, так быстро!

— Не переживайте, Олег Сергеевич, — продолжил князь, задумчиво глядя на третий наполненный бокал, как будто раздумывая — пить или не пить. — Пока претензий к вам не поступало, подозреваю, что эта часть имущества «Веги» их интересует не особо. Предполагаю, что услуги Бетюжина обойдутся Разумовскому дороже, нежели весь тот хлам, что вы забрали.

На этой фразе у графа дернулся глаз, судя по всему, алкоголь всё-таки добрался до мозга князя, раз он перестал следить за словами. Да, они оба понимали, что Корчаковские буквально находились на положении вассалов Истоминых. Неофициально, но тем не мнеее. Однако, князь практически никогда вслух не позволял себе вольностей, ведь в аристократической среде это было чревато.

— В общем, Олег Сергеевич, повторюсь. Не берите в голову. Тем более, что сейчас начнется гон, а, как вы знаете сами, в это время может многое случиться. Учитывая состояние рода Разумовских, есть ненулевая вероятность, что они просто не переживут это мероприятие. Рано волноваться, Олег Сергеевич, рано… — он на секунду замолчал, прислушиваясь к ощущениям. — Прошу меня простить, но мне нужно ненадолго отлучиться. Природа зовет.

Князь встал и направился в уборную, а граф задумался. «Состояние Разумовских»? А какое у них сейчас «состояние»? Конечно у самого Корчаковского не было возможностей и знакомств Истоминых, но кое-какие осведомители были и у него. К примеру, о прибытии «Витязей» говорили в Твери все, а рейтинг дружины Разумовских был виден невооруженным взглядом в открытом доступе. К примеру, у самого графа на данный момент дружина была слабее. А с другой стороны — для второго круга достаточно.

Как будто услышав его мысли, зазвонил телефон. Это был его начальник производства.

— Олег Сергеевич, здравствуйте! — раздался в трубке напряженный голос.

— Говори, — коротко бросил граф, взглянув в сторону усадьбы и убедившись, что князь еще не вернулся.

— Звонил мой знакомый из центрального офиса службы контроля аномальных ресурсов. Разумовские сдают добычу. По самым скромным подсчетам, на десять миллионов.

— На сколько⁈ — невольно, граф повысил голос. — Ты там пьяный, что ли?

— Никак нет, ваше сиятельство. На десять миллионов. А скорее — еще больше. Это добыча с одного единственного рейда.

— Узнай всё подробней. И быстро.

Граф нажал отбой, потому что в дверях показался умиротворенный и улыбающийся Истомин. Вот вам и слабый род с юнцом-князем. Кажется, политические ветра подули в другую сторону. Нужно прикинуть стоимость оборудования. Возможно, правильным решением будет проявить инициативу первым. А заодно, посмотреть на молодого князя вживую…

* * *

Я ненавидел, когда меня пытались вынудить что-то сделать. Банкир сейчас балансировал на тонкой грани. Очень сложно было удержать равновесие между излишним давлением и желанием сохранить нормальные отношения. Но Геннадий Алексеевич не зря столько времени общался с представителями аристократии. У него получилось не вызвать у меня неприятных эмоций сразу. А готовность банкира принять мои условия встречи только добавляли ему очков. Судя по всему, ветер в верхах администрации губернии снова сменился и Сидак пытался возобновить отношения в деловом ключе. Другом или союзником моего рода он уже вряд ли когда-то сможет стать, но полезность сотрудника Имперского банка отрицать было глупо.

— В районе десяти часов я буду у вас в филиале, — выдержав невероятно долгую паузу, наконец произнёс я. Это была ещё одна проверка. Простая, но довольно эффективная. Только кажется, что минута — это очень мало. Когда твой собеседник в важный момент замолкает на целых шестьдесят секунд, невольно пытаешься понять, что происходит и почему он молчит. Сидак ждал. Терпеливо и спокойно, что говорило о его серьёзных намерениях встретиться со мной даже после таких выходок. — Кофейня на третьем этаже вашего офиса меня вполне устроит.

— Буду ждать, ваша светлость, — с тщательно скрываемым облегчением, ответил Геннадий Алексеевич. Судя по всему, он был готов к моему отказу. Возможно даже предусмотрел несколько запасных вариантов, чтобы как-то повлиять на моё решение. — Заодно подготовлю все документы для закрытия вашего долга, чтобы вы не тратили время на визит к менеджеру банка.

— Благодарю, Геннадий Алексеевич, — ответил я. — Тогда до встречи.

Убрав телефон, пару мгновений смотрел в пространство перед собой. За последние сутки произошло что-то очень серьёзное. Отношение ко мне изменилось слишком сильно. Статус дружины всё же не тянул на то, чтобы Сидак начал суетиться и пытаться навести мосты. Банкир вообще был не из тех людей, которые нервничали по любому поводу. Достаточно было вспомнить, как он общался с представителем князя Антипова и реакцию последнего на появление Сидака. А ведь тогда Алексей Андреевич был в полной силе и ему вообще мало кто мог перечить в Твери.

Пока думал, перед носом открылась дверь и на меня вопросительно посмотрел Антип. Я настолько задумался, что так и стоял на крыльце, держась за ручку двери.

— Изволите завтракать, ваша светлость? — привычно невозмутимым тоном, уточнил слуга. После нашего утреннего разговора, старику явно стало легче. Он для себя принял решение и этого было достаточно, чтобы Антип мог вернуться к исполнению своих обязанностей.

— Да, — ответил я. — Анастасия Константиновна еще не спускалась?

— Будет через пару минут, — не задумываясь, ответил старик. Я понимал, что Антип не поднимался на второй этаж, но сомневаться в его словах и не подумал.

— Замечательно,. — улыбнулся я. — Что на завтрак?

Тётя Женя, пользуясь редким моментом, постаралась показать всё своё мастерство. Я жадно осмотрел накрытый стол, пытаясь определиться, с чего начать. Вскоре спустилась в гостиную Настя. Антип ошибся минуты на три, но это могло быть просто совпадением и сестра задержалась где-то по пути.

— Доброе утро. Ты ещё не уехал? — удивлённо посмотрела на меня княжна. — Я думала, что ты рано утром отправишься в Тверь.

— Спешить некуда, — приветственно помахав сестре рукой, ответил я. — Приём же только в два часа.

— Приём… — вздохнула Настя. — Как раз хотела с тобой поговорить на эту тему. Ты же на одном из вездеходов в Тверь поедешь? Я тогда прикажу второй подготовить для выезда на официальное мероприятие.

— Требуется особая подготовка транспорта? — удивлённо поднял брови я.

— Когда едешь на светский приём на боевом вездеходе, которые девяносто процентов времени проводит в лесных болотах, то готовить его необходимо, — грустно улыбнулась Настя. — Хотя бы отмыть машину хорошенько надо и герб родовой повесить на капот. Так хотя бы видимость специального транспорта возникает.

— Недавно ты говорила, что это лучший способ выехать в свет, — весело напомнил я. — В потоке слёз врагов, так сказать.

— Это верно! — рассмеялась Настя. — Но иногда устаёшь всем доказывать, что это твой выбор, а не обстоятельства. Номер портного ты получил?

— Да, — кивнул я. Сообщение от сестры пришло ещё вечером. — Спасибо. Сколько ему потребуется времени, чтобы всё сделать?

— Мерки твои у него есть, — пожала плечами девушка. — Думаю, за час сможет всё подготовить. Но лучше всё же заранее подъехать.

— Понял, — кивнул я и принялся доедать потрясающий омлет с овощами и грибами. — Тогда постараюсь закончить с делами пораньше. Приятного аппетита! Я побежал!

— Хорошего дня, князь, — неодобрительно покачав головой, вздохнула Настя.

Я быстро вышел на улицу и сразу направился к машине. Издалека вездеход выглядел вполне прилично. Но вблизи сразу становилось понятно, о чём говорила княжна. По всему корпусу виднелись царапины на краске, а по низу виднелись длинные грязные разводы. В одном месте из-под днища торчал кусок ветки, который прицепился где-то по дороге. В целом, ничего критичного для рабочей лошадки дружины. А если учитывать остальные плюсы вездехода, то вообще отличный выбор. Для езды по лесу.

— Поехали! — усаживаясь в кресло, приказал я Еже. Он, как и раньше, занял место водителя. Полоз и Боров сидели в салоне. На всех дружинниках был новенький камуфляж и выглядели они абсолютно счастливыми. — Чему радуетесь, бойцы?

— Новому дню, Ярослав Константинович! И тому, что снова вы нам охрану свою доверили, — весело ответил Полоз. — В прошлый раз, когда с вами в Тверь ездили, совсем иначе всё было. Тут пара наших недавно в увольнительную ходили. Так их в городе чуть не споили. Мы такого уже много лет не видели, чтобы столько людей пообщаться с дружинниками Разумовских хотели. Ребята рассказывали, что все только и спрашивают, что дальше будет князь делать.

— Интересно… — усмехнулся я. — И что дружинники говорят?

— Что их князь абы с кем планами своими не делится, — рассмеялся Боров. — И что наше дело маленькое — приказы выполнять. Но по шапке любопытным раздать можем запросто.

— Неплохо, — улыбнулся я, но для себя отметил, что давление на моих людей сильно возросло и враги рода могут пустить в ход не самые приятные методы.

Машина выехала на шоссе и Ежа втопил педаль газа в пол. По пути успел узнать у охранников примерное положение дел среди бойцов рода и настроения людей. Если вкратце, то боевой дух дружины находился на такой высоте, что с земли его даже не видно было. Многие готовы были не только на этой стороне границы, но и в аномалии свою преданность показать.

Когда уже миновали въезд в город, я вдруг обратил внимание на яркую рекламную вывеску и толкнул в плечо Полоза, указывая направление.

— Что скажешь? — поинтересовался я.

— Стоящая вещь, — уверенно кивнул дружинник. — Но цена заоблачная просто.

— Ежа, меняем маршрут, — приказал я. — Проспект Защитников, строение тридцать.

— Понял, — уверенно перестраиваясь сразу через несколько рядов, ответил водитель.

Минут двадцать спустя мы остановились у громадного стеклянного здания. На просторной парковке стояли сверкающие машины одной из самых элитных мировых марок. В рекламе салона говорилось, что у самого Императора в личном гараже целых пять моделей. И я очень сомневался, что кто-то рискнёт приукрашивать или откровенно врать в таком щепетильном вопросе.

В большом выставочном зале было практически пусто. Клиенты, которые могли себе позволить себе покупку в этом месте, так рано не вставали. Я прошёлся по залу, рассматривая выставленные машины, но той, что мне приглянулась на рекламном щите, не увидел. В какой-то момент позади деликатно кашлянул сотрудник салона. И даже в этом звуке мне почудилось некоторое превосходство.

— Меня зовут Алексей. Я чем-то могу вам помочь? — когда я наконец развернулся к молодому на вид мужчине, произнёс он. Причем, в этот момент очень профессионально улыбнулся, но я успел заметить, как парень рассматривает мой потрёпанный камуфляж. — Должен вас сразу предупредить, что в нашем салоне очень длинная очередь на покупку автомобилей, господин. Как я могу к вам обращаться?

— Ярослав Константинович, — представился я. — В этом зале представлены все модели вашей марки, Алексей?

— Только те, которые можно приобрести без предварительного согласования, Ярослав Константинович, — ответил менеджер.

— Жаль, — задумчиво ответил я. — На въезде в город видел рекламу вашего салона. С кем мне нужно поговорить, чтобы приобрести автомобиль, который там изображён?

— Понимаю о чём вы, Ярослав Константинович, — расцвёл улыбкой Алексей. Как и все люди, работавшие в сфере обслуживания аристократов, этот парень отлично умел чуять деньги. Ни мой внешний вид, ни возраст, с толку его не сбили. — Это флагманская модель нашего бренда. В продажу поступила всего пару месяцев назад. Нам прислали всего два демонстрационных автомобиля в максимальной комплектации. Мы их только успели подготовить, но ещё не выставили в зал.

— Очень своевременно, — улыбнулся я. — Я беру.

— Дело в том, что демонстрационные образцы не продаются, Ярослав Константинович, — чуть виновато улыбнулся Алексей. — При цене в двести пятьдесят тысяч рублей за машину, ждать придётся около месяца. Эта модель вызвала немалый интерес среди представителей высшего общества всей Российской Империи.

— Алексей, у меня не так много времени, поэтому буду краток, — прямо посмотрел на собеседника я. — Если машина окажется в имении рода Разумовских в течение двух часов, то доставщик получит сверху десять процентов стоимости автомобиля. Уверен, в этот ранний час в салоне найдётся человек, готовый прокатиться по трассе до моего владения. А для салона вполне достаточно и одного демонстрационного образца.

— Нам потребуется несколько минут, чтобы подписать все необходимые документы, ваша светлость, — быстро ответил Алексей. — К моему огромному сожалению, достаточно квалифицированных водителей у нас немного и я не готов доверить столь важную миссию никому из них. Поэтому отгоню машину лично, как только мы всё оформим.

— Приятно иметь дело с профессионалом, — широко улыбнулся я. Спустя двадцать минут мы уже покинули парковку у автосалона, а ещё через десять я уже был на крыльце филиала Имперского банка. Встреча с Геннадием Алексеевичем была назначена на десять и у меня оставалось ещё достаточно времени, чтобы никуда не спешить.

В холле меня уже ждал охранник Сидака, который, вежливо поздоровавшись, проводил меня к лестнице на верхние этажи. Банкир ждал в том же кабинете, где мы общались в прошлый раз. На столе были разложены документы по моему договору займа. Геннадий Алексеевич был во всеоружии и выполнил все взятые на себя обязательства.

— Доброе утро, Геннадий Алексеевич, — усаживаясь напротив банкира, поздоровался я. — Хотел бы сразу узнать, в чем ваша выгода от нашей встречи. Можно в двух словах, чтобы я понимал, сумеем ли мы договориться.

— Мне очень импонирует ваш деловой подход к решению вопросов, Ярослав Константинович, — улыбнулся Сидак. — Но в двух словах точно не получится. Начну с того, что господин Зейд, в частном порядке, просит организовать коридор через ваши владения для него и его людей в аномальную зону.

Глава 6

— Начало довольно многообещающе, — улыбнулся я. — Дело в том, что я не так давно общался с Леонидом Евгеньевичем. Насколько я успел понять, господин Зейд не относится к тому типу людей, который спрашивает у кого-то разрешения, если ему срочно нужно что-то сделать. Учитывая, что за спиной этого человека стоит светлейший князь Пожарский, мне трудно поверить, что правой руке губернатора требуется разрешение главы небольшого рода, чтобы пройти в аномальную зону.

Сидак слегка улыбнулся, будто его тоже забавляла сложившаяся ситуация. На своей земле губернатор мог позволить себе практически любые вольности, которые не противоречили приказам Императора. Вплоть до того, что князь Пожарский мог ввести собственные силы на территорию любого владения в первой линии обороны аномальной зоны, под предлогом повышения обороноспособности территории. И сразу становилось понятно, что в деле замешано что-то ещё, кроме желания проверить ситуацию в зоне.

— Не перестаю удивляться уровню вашего понимания ситуации вокруг рода Разумовских, Ярослав Константинович, — одобрительно произнёс Геннадий Алексеевич. — Далеко не все главы родов обладают подобными способностями к анализу. Я бы сказал, что это свойства людей из первой двадцатки сильнейших.

В кабинет зашла официантка с подносом в руках. На нём стояли две большие чашки капучино. Собеседник неплохо подготовился к нашей встрече и не поленился изучить мои вкусы.

— Наверное, эти слова должны меня вознести на вершину гордости за себя и свою уникальность, Геннадий Алексеевич, — негромко рассмеялся я и Сидак неожиданно ко мне присоединился.

— Вовсе нет, ваша светлость, — произнёс банкир. — Это не лесть, как вы могли подумать, а всего лишь констатация факта. Я очень много общаюсь с представителями аристократических родов и мне есть с чем сравнивать. А ещё на данный момент уже очень многие влиятельные люди в Твери знают, что вы всегда держите своё слово и очень педантично придерживаетесь законов Российской Империи. В некоторых случаях даже чересчур педантично. Господин Зейд в этом немного сомневался и я взял на себя смелость убедить его в том, что без вашего разрешения появление сил губернатора на территории вашего владения может нарушить статус Последнего.

— А это означает войну, — задумчиво кивнул я. Участвовал ли Сидак в этих переговорах или просто сейчас пытался поднять собственную ценность, я не знал. Проверить это можно было только в случае приватного разговора с Зейдом, но тот наверняка не станет распространяться о том, что его кто-то сумел переубедить или остановить. По сути, Геннадий Алексеевич вполне мог воспользоваться полученной случайно информацией, чтобы выставить себя моим союзником. Вопрос в том, зачем ему это нужно. — Уверен, без вашей помощи конфликт был неизбежен, Геннадий Алексеевич. Спасибо, что поговорили с Леонидом Евгеньевичем. Но ответ на свой изначальный вопрос я так и не получил.

— Скажем так… — выдав замысловатую дробь пальцами по столу, замедленно ответил Сидак. — Я не хочу быть врагом князя Разумовского. Ни сейчас, ни в будущем. И готов для этого прикладывать определённые усилия.

— Которые не будут, между тем, слишком обременительными, — улыбнулся я.

— И вы снова правы, ваша светлость, — слегка поклонился банкир. — У всего есть свой предел. Скажем так, в длительной перспективе, я крайне заинтересован в том, чтобы у рода Разумовских всё было хорошо. Мы готовы содействовать вам в решении конфликтных ситуаций с другими представителями аристократии или властями Империи.

— Это хорошая новость, Геннадий Алексеевич, — благодарно кивнул я.

Сохранить невозмутимое выражение на лице оказалось довольно трудно. Я знал Сидака уже достаточно давно и был абсолютно уверен в том, что этот человек десять раз обдумывает каждое своё слово, перед тем как его произнести. И это был первый случай, когда в разговоре мелькнуло это странное «мы». «Мы» кто? Даже когда Сидак общался от лица правления Имперского банка, он говорил только о себе. Словно он лично мог повлиять на какие-то решения организации. А сейчас у него просто не повернулся язык говорить только от своего имени.

— Однако, я прекрасно понимаю, что в нашем мире никакая поддержка не бывает бесплатной. Со своей стороны я готов вести все финансовые операции своего рода исключительно через Имперский банк. Основные активы тоже могу держать у вас. — выдержав небольшую паузу, добавил я. В принципе, при таком раскладе я ничего не терял. Всё равно Имперский банк давал самые лучшие условия для аристократов и уходить из него я не собирался. — Боюсь, что большего предложить не смогу, потому что не представляю, где задействованы ваши интересы.

— Этого вполне достаточно, Ярослав Константинович, — слегка усмехнулся Сидак. — Не всё в этом мире решается при помощи денег, но с ними определённо проще. Если у вас возникнет необходимость в новом кредите, то вы можете обратиться напрямую ко мне.

— Я так и планировал сделать,. — практически не соврал я. Банкир открыл папку с моим договором займа и пробежался глазами по тексту договора. Некоторое время он молчал, а я пил кофе и наблюдал за сменой эмоций на лице Геннадия Алексеевича.

— Учитывая все особенности первого займа, я могу в несколько раз увеличить лимит вашей кредитной линии, — наконец произнёс Сидак. — Должен признать, что подавляющее большинство наших клиентов даже решения по рассмотрению их заявок ждут дольше, чем вы пользовались средствами банка, ваша светлость. Если подсчитать… То вам хватило четырёх дней, чтобы полностью закрыть кредит. Вы же планируете полное погашение сегодня, Ярослав Константинович?

— Именно так, — кивнул я.

— Тогда подпишите эту форму, — подвинув ко мне лист бумаги по столу, произнёс банкир. — Я распоряжусь о переводе средств с вашего счёта, как только мы закончим с документами. Что вы скажете по поводу проезда Леонида Евгеньевича и его людей транзитом через вашу территорию?

— Скажу, что в целях обеспечения безопасности первого круга аномальной зоны я готов предоставить коридор и, если это необходимо, полноценное сопровождение для представителей губернатора, — невозмутимо ответил я. — Можете так и передать господину Зейду. Только мне заранее нужно знать дату и время визита Леонида Евгеньевича.

— Он об этом сообщит лично вам, ваша светлость, — спокойной произнёс Сидак. — Если с основной частью мы закончили, то я хотел бы перейти к сути вопроса с визитом Леонида Евгеньевича. Об этом я говорил во время своего последнего звонка вам, Ярослав Константинович. И, отчасти, этот момент крайне интересует меня и не только меня.

— Я вас слушаю, Геннадий Алексеевич, — разом обозначая свою позицию и показывая, что рассказывать ничего не планирую, ответил я.

— Да. Кхм… — кашлянул представитель банка. — Разумеется. Вчера с самого утра в службе контроля магических возмущений начался форменный бедлам. Сигналы тревоги следовали один за другим. Показатели контрольных артефактов скакали у таких значений, которые бывают только во время гона. Многие даже подумали, что выход зверей начался досрочно. Нужно ли говорить, что среди служащих поднялась настоящая паника. На данный момент, кроме вашей дружины и дружины барона Кострова, ещё никто так и не прошёл запланированную проверку. В каком состоянии находятся силы защитников первого круга аномальной зоны известно было только по статистике прошлого года. А она далеко не всегда верная.

— Насколько мне известно, этим вопросом светлейший князь занялся в первую очередь, — удивился я. Учитывая, что нас проверили всего за несколько часов, что за следующие дни должны были провести испытания остальных дружин первого круга. Пусть не всех, но владетелей на границе не настолько много, чтобы экзамены занимали столько времени. Вскользь выданная Сидаком информации обладала немалой ценностью. Наверняка о реальном положении дел в Тверской губернии знали далеко не все аристократы. — И почему же было решено проводить вылазку через мою территорию?

— Потому что в течение вчерашнего дня все возмущения, зафиксированные артефактами, резко потеряли силу и локализовались в той части аномальной зоны, где находятся владения рода Разумовских, — ответил представитель банка. — И нам очень интересно, почему это произошло. Скажем так, мы крайне редко видели возмущения подобного масштаба. А когда я узнал, что вы в этот момент находились на территории аномальной зоны, то было принято решение всеми возможными способами помочь установить истину.

— То есть, вас интересует, что именно произошло в аномальной зоне вчера? — прямо спросил я у собеседника. За обилием красивых фраз о взаимной помощи и поддержке скрывался вполне конкретный интерес — Сидаку и тем, кого он представлял на самом деле, нужно было узнать, что я такого сделал в аномальной зоне, что все артефакты зафиксировали начало гона. — Я правильно понимаю, Геннадий Алексеевич?

— Скажем так, меня вполне удовлетворит отчёт группы Леонида Евгеньевича, ваша светлость, — слегка улыбнулся Сидак. — Но раз есть возможность пообщаться с очевидцем, то ей глупо пренебрегать. При этом я понимаю, что вы можете мне отказать и спокойно приму ваш отказ.

Пока я раздумывал над просьбой собеседника, Геннадий Алексеевич достал мобильник и отправил несколько сообщений. На мой телефон пришло оповещение, что со счёта рода списали деньги и следом появилось сообщение от Имперского банка, что мой займ успешно закрыт.

Сидак делал всё возможное, чтобы не показывать своё реальное отношение к ситуации. Но в некоторых жестах проскальзывало его нетерпение. Банкир несколько раз успел поправить папку с документами, пару раз взглянул на часы, а к кофе так и не притронулся за весь наш разговор. Сотруднику банка был очень нужен мой рассказ. А раз так, то нужно было хорошенько подумать, что именно говорить и что я с этого могу получить. Просто так делиться информацией я не собирался. Несмотря на весь профессионализм группы Зейда, ничего действительно интересного они в аномальной зоне не найдут, даже если доберутся до того места, где раньше находилось логово россожа.

— Зачем вам это, Геннадий Алексеевич? — прямо глядя в глаза собеседнику, спросил я. — В чём интерес сотрудника Имперского банка относительно непонятной активности в аномальной зоне?

— Мои интересы простираются дальше стен этого заведения, Ярослав Константинович, — улыбнулся в ответ Сидак. — Скажем так, я представляю интересы группы лиц, для которых имеет огромное значение стабильность текущего миропорядка. И аномалии являются неотъемлемой частью этого порядка. Мы не хотим, что Российскую Империю постигла судьба Африканского континента.

— Понимаю, — кивнул я. Последняя фраза была добавлена с небольшой задержкой. Словно собеседник тщательно подбирал те аргументы, которые помогут меня убедить. И надо сказать, что получилось у него неважно. — Тогда мне действительно стоит поделиться с вами тем, что мы видели в аномальной зоне, Геннадий Алексеевич.

— Внимательно вас слушаю, Ярослав Константинович, — изобразил максимальное внимание представитель банка. Я некоторое время собирался с мыслями. Что и как говорить было критически важно. По факту, именно этот вопрос стал причиной всех действий, которые предпринял Геннадий Алексеевич до и во время нашей встречи.

— Думаю, вам известно, что часть моей дружины состоит из представителей выделенной бригады моего рода, которая ранее служила на Диком Континенте? — начал я и продолжил после того, как собеседник утвердительно кивнул. — Мне пришлось взять половину всех сил моего рода для глубокого рейда в аномальную зону. Это был единственный вариант быстро погасить долг вашей организации. Оставлять эти обязательства на период после гона мне не хотелось. По многим причинам.

— И я прекрасно вас понимаю, ваша светлость, — кивнул Сидак. — Как минимум, цены на огромное количество видов аномальных ресурсов просядут в несколько раз из-за обилия предложений на рынке. Разве что аномальные растения и полезные ископаемые останутся в цене.

— Верно, — сделав для себя отметку в памяти на этот счёт, кивнул я. — Возможности моих дружинников позволяли рассчитывать на добычу высокого ранга. Поэтому мы запаслись снаряжением на крупного зверя и ушли в рейд. И очень сильно удивились, когда ничего из крупняка не встретили по пути. Мы прошли почти сорок километров и только после этого поняли, почему не сумели выполнить основную задачу своей вылазки. Я не знаю, что это было, Геннадий Алексеевич. Ничего подобного раньше не встречал. Более того, мои подчинённые тоже не смогли определить, что заставило чудовищ устроить настоящее побоище.

— И как это выглядело? — жадно спросил собеседник. Я видел, что Сидак жадно впитывает каждое моё слово. Подобное нельзя было связать с обычным интересом. Глаза банкира сияли каким-то странным фанатизмом и я решил добавить красок.

— Как настоящее безумие, — будто погружаясь в тяжёлые воспоминания, ответил я. — Десятки высокоранговых зверей насмерть сражались другу с другом. В небе полыхало зарево магической энергии такой силы, что я не видел ничего вокруг. А потом чудовища начали умирать. Из них будто забирали саму жизнь. Мы бежали, по пути успевая урвать самые ценные части гибнущих тварей, до самой границы. Если честно, я бы и сам не прочь был познакомиться с результатами проверки Леонида Евгеньевича, чтобы хоть немного понять, что это было. Но в том, что никто из моих людей в ближайшее время не пойдёт в зону, я практически уверен.

— И это очень разумное решение, Ярослав Константинович, — залпом выпив остывший кофе, ответил представитель банка. Он часто дышал и выглядел так, словно пробежал последний участок пути вместе с нами. Для человека, который очень беспокоится о странных процессах в аномальной зоне, реакция довольно странная. — Я передам вам все сводки по проверке следов недавних возмущений, как только сам их увижу. Благодарю вас за этот разговор, ваша светлость. Это было крайне познавательно и очень важно для понимания общей обстановки в преддверии гона. Если я ещё чем-то могу вам помочь, то смело звоните в любой момента.

— Спасибо, Геннадий Алексеевич. — поднимаясь из-за стола, произнёс я. — Что из документов мне нужно забрать с собой в качестве подтверждения закрытия договора займа?

— Да-да… Конечно, ваша светлость, — немного суетливо выхватив из папки несколько листов и передав их мне, воскликнул банкир. — Простите. Задумался немного.

— Хорошего дня, Геннадий Алексеевич, — кивнул я. — Вы сегодня не планируется появиться на приёме у графа Добрышева?

— И вам всего наилучшего, Ярослав Константинович, — кивнул мне Сидак, а затем спохватился, как будто до него с опозданием дошел мой второй вопрос. — Не планирую. Дел в разы больше, чем обычно. Буду до утра сидеть в офисе, а потом опять на работу.

Выйдя на улицу, некоторое время стоял в тени колонн главного офиса тверского отделения Имперского банка. Беседа с Сидаком заняла немного больше времени, чем я планировал, но оказалась крайне информативной. До такой степени, что я теперь не знал, что мне с новыми знаниями делать.

— Едем, — добравшись до машины, приказал я охране. — К торговому центру братьев Белушевых. Где находится особняк графа Добрышева, в котором сегодня будет приём знает кто-нибудь?

— Я знаю, ваша светлость, — ответил Боров. — Это недалеко от этого торгового центра. Чуть больше квартала по прямой.

— Хорошо, — мельком взглянув на часы, ответил я. Время уже подходило к одиннадцати. Если нигде не будет накладок, то буду на месте даже раньше назначенного срока. — Тогда можно не торопиться.

Торговый центр встретил полупустыми галереями и сонными работниками бесчисленных магазинов. Нужное мне ателье находилось на втором этаже и занимало довольно много пространства. Меня на входе встретила пара обворожительных девушек, которые начали наперебой предлагать разные костюмы.

— Мне нужен Пётр Никифорович, — немного удивившись напору работниц, произнёс я. — Его должны были предупредить, что зайдёт князь Разумовский.

Обе девушки, казавшиеся то ли сёстрами, то ли просто очень похожими друга на друга, мгновенно переглянувшись, кардинально изменили тактику. Исчезли малейшие попытки навязывания товаров и услуг. Будто уровень сервиса вырос в несколько раз.

Пётр Никифорович оказался очень пожилым мужчиной со следами боевого прошлого. Возможно, этот человек в молодости были Воителем или даже Мастером. По крайней мере, отточенность движений с головой выдавала в нём опытного воина. Пышные старомодные бакенбарды были тщательно уложены, а обширная залысина наполирована до блеска. В совокупности с маленьким ростом и очень худощавым телосложением, получался удивительно располагающий внешний вид. Ну и традиционная мерная лента на шее.

— Доброе утро, ваша светлость, — первым поздоровался портной. — Должен признать, вы очень быстро развиваетесь. Старые мерки уже точно никуда не годятся. Прошу за мной. Снимем новые размеры и вы расскажете мне, что именно хотите получить.

— Мне нужен костюм в бежевых тонах, — тут же ответил я. — Похожий на тот, что мы брали у вас в прошлый раз.

— В прошлый раз у вас был костюм для официального приёма, Ярослав Константинович, — покачала головой Пётр Никифорович. — В нём крайне неудобно биться на дуэли. Я бы рекомендовал вам более свободный вариант.

— Я не планирую сегодня биться на дуэли, — улыбнулся я.

— Очень зря, ваша светлость, — останавливаясь посреди пустого просторного помещения и жестом показывая мне, что нужно поднять руки, хмыкнул портной. — У меня на днях был барон Ожегов и он очень даже настроен наколоть кого-нибудь на саблю. После него за костюмом к сегодняшнему мероприятию пришёл граф Пелюзин, который тоже предпочёл более свободный наряд.

— Думаю, эти господа планируют что-то решать с кем-то другим. По крайней мере, ни с одним из них я лично не знаком, — невозмутимо ответил я и тут же увидел в зеркале скептическую улыбку на лице Петра Никифоровича.

Глава 7

— На вашем месте, я бы не был столь категоричен, ваша светлость, — вздохнул портной. — Сейчас во всех салонах Твери только и говорят о том, что молодой Разумовский уже почти стал самым влиятельным аристократом в губернии, после светлейшего князя Пожарского. Что глава рода Разумовских настолько хорош, что никто не способен его затмить.

— Какая чушь! — рассмеялся я. — О каком влиянии может идти речь, если я практически не покидаю свои владения?

— Это вам лучше знать, Ярослав Константинович, — пожал плечами Пётр Никифорович. — У каждого слуха и каждого домысла есть что-то в основе. А сейчас, после того как стало известно о вашем героическом и таком прибыльном выходе в аномальную зону…

Это была неприятная новость. Наверняка портной обслуживал исключительно представителей знати. Профессия Петра Никифоровича относилась к тем, что позволяют на короткой ноге общаться с очень влиятельными людьми. Когда от тебя зависит внешний вид могущественных аристократов, невольно получаешь часть их ауры власти. По крайней мере, общаются с тобой клиенты уже совсем иначе. Стилисты, портные, парикмахеры и личные водители… Таких профессий было много. И, к сожалению, часть этих людей слишком сильно слепла из-за света своих клиентов, превращаясь в высокомерных засранцев. К счастью, Пётр Никифорович и здесь сумел выделиться, оставшись нормальным адекватным человеком.

Поэтому, ничего удивительного не было в том, что портной знал последние светские сплетни. А вот тот факт, что он владел информацией о последнем рейде моей родовой дружины, который завершился буквально вчера днём, мне очень не понравился. Если добавить к этому, что полноценные результаты этого похода в финансовом выражении стали известны даже мне только сегодня утром, получалось совсем скверно.

— А как давно тверским дворянам стало интересно состояние дел небольшого рода? — опуская руки и разворачиваясь спиной к портному, поинтересовался я.

— С тех самых, как Инга Аскольдовна Воронцова-Калинина стала активно представлять свою новую подругу в высшем свете, — измеряя моё плечо, невозмутимо ответил Пётр Никифорович. — Я вообще ещё ни разу не видел, чтобы одна юная особа сумела так быстро завладеть умами такого количества молодых людей. Ничего удивительного, что вас недолюбливает каждый второй наследник в нашей губернии, Ярослав Константинович. И, при этом, скорее всего хотел бы подружиться. Противоречивые чувства. Быть братом такой девушки, да ещё при том, что она вами искренне восхищается… Тут планка для возможных кавалеров задрана так высоко, что не всякий решится к ней подойти.

— Статус княжны сам по себе ставит требования моей сестры достаточно высоко, — возразил я. — И они обоснованы, Пётр Никифорович.

— Всецело с вами соглашусь, ваша светлость, — живо ответил портной. — Снимите камуфляжную куртку, будьте любезны, Ярослав Константинович. Учитывая, что княжна регулярно ставит вас в пример своим ухажёрам, редко кто выдерживает больше одного вечера. И, насколько мне известно, так поступает теперь не только ваша сестра. Думаю, большая часть местной знати хотела бы сделать своих отпрысков хоть немного похожими на вас.

Под курткой на мне была только простая белая футболка. Я планировал купить полный комплект одежды уже в Твери, поэтому не особенно заморачивался со своим внешним видом. Футболка хоть и была практически новой, но портной очень верно подметил — за последнее время я очень серьёзно прибавил в мышечной массе. Развитие аспектов неизбежно тянет за собой физическое тело. Просто для того, чтобы оно могло выдержать новый нагрузки. Правда, требовалось это только когда аспектов у одарённого было больше одного.

— Пётр Никифорович! — заглянула к нам в комнату одна из помощниц портного. Напротив меня стояли несколько зеркал и я прекрасно видел, что девушка смотрит куда-угодно, но точно не на хозяина магазина. — Там клиенты пришли…

— Ну так работайте, Света, — искренне не понимая, зачем пришла сотрудница, ответил мужчина. — Я занят! И буду занят ещё минут двадцать точно.

— Хорошо, — быстро ответила Света и, бросив на меня ещё один красноречивый взгляд, исчезла за дверью. Похоже, местные хищницы скоро дойдут до крайней степени голода и уже готовы перейти от длительного ожидания к активным действиям. Я прислушался к себе и вдруг понял, что дикий шторм магической перестройки внутри тела наглухо блокировал привычные процессы. Но я точно так же знал, что через какое-то время этот шторм утихнет и тогда физиология потребует своего.

— И вы считаете, что эта неприязнь настолько сильна, что кто-то попытается вызвать меня на дуэль сегодня? — прямо спросил я.

— Сильнее может быть только желание понравиться вашей сестре, Ярослав Константинович, — слегка улыбнулся портной. — Но я практически уверен, что кто-нибудь сегодня попытается доказать, что хоть в чём-то лучше вас. Я подготовил для приёма у графа Добрышева две дюжины костюмов и сейчас говорю о том, в чём действительно почти уверен, ваша светлость.

— Благодарю, Пётр Никифорович, — замедленно кивнул я. Похоже, приём будет не таким уж беспроблемным, как я думал вчера.

— Мы закончили, ваша светлость, — отойдя на несколько шагов в сторону, сообщил портной. — Ваш заказ будет готов через час. Если прикажете, я приглашу специалиста, который поможет вам привести себя в порядок перед приёмом.

— Было бы здорово, Пётр Никифорович, — кивнул я. Дополнительное время тратить на поиски толкового парикмахера не хотелось, а с портным явно работают только профессионалы. — Сколько с меня?

— Четыре тысячи рублей, Ярослав Константинович, — ответил мужчина. — Девочки примут вашу оплату, а я немедленно займусь подготовкой вашего заказа.

Попрощавшись и расплатившись, я вышел из магазина и некоторое время бесцельно гулял по торговому центру. Глаза буквально разбегались от разнообразия всевозможных товаров. В торговом центре можно было найти всё, что угодно. Только с одним «но» — кошелёк у искателя должен был обладать завидной толщиной. Простые люди в это место если и заходили, то крайне редко.

Минут через двадцать у меня состоялся очень эмоциональный разговор с Настей. Сестра высказала мне всё, что обо мне думает, долго ругалась, а потом благодарила. К моменту, когда мы закончили разговор, я уже вернулся к магазину Петра Никифоровича и некоторое время наблюдал за работой его помощниц. Девушки действовали очень уверенно и окружали каждого клиента настоящими облаками заботы и внимания. Учитывая, что большинство посетителей были мужчинами, многие готовы были ждать своей очереди по часу. Довольно интересный маркетинговый ход.

— Ярослав Константинович! — уже давно заметив меня, вышла из магазина Светлана. — Пётр Никифорович просил вам передать, что заказ готов.

— Благодарю, Светлана, — любезно улыбнулся я.

— Если я могу быть ещё чем-то полезна… — слегка опустила взгляд девушка. Румянец на щеках сотрудницы магазина показался мне почти натуральным. Актрисой помощница портного была превосходной. А может в этот раз не только роль отыгрывала.

— Проводите меня к вашему начальнику, Светлана, — с улыбкой ответил я и тоном дал понять, что это действительно всё, что мне требуется от этой девушки.

— Разумеется, ваша светлость, — немного обиженно ответила Света и, соблазнительно виляя округлыми бёдрами, направилась ко входу в магазин. — Следуйте за мной.

Спустя ещё тридцать минут я вышел на улицу и глубоко вдохнул свежий воздух. Пётр Никифорович не зря считался очень хорошим специалистом в своём деле. Как и в прошлый раз, костюм был безупречен. И я даже не сомневался, что он тон в тон попадёт в наряд Насти. В этом отношении портной был крайне щепетилен.

— Ваша светлость! — заметив меня, воскликнул Полоз. Охранники удивлённо рассматривали меня некоторое время, будто видели впервые. Наверное, слишком привыкли к тому, что я постоянно ношусь по лесам в рваном камуфляже. — Выглядите отлично! Куда дальше?

— Дальше вы домой едете, ребята, — ответил я и на лицах дружинников тут же появились очень недовольные выражения. — Я назад с княжной поеду. А до особняка графа Добрышева пешком прогуляюсь.

— Николай Петрович велел вас одного в городе не оставлять, Ярослав Константинович, — угрюмо сообщил Ежа.

— Меня больше двух часов не было, — с улыбкой ответил я. — И ничего — цел. Один квартал пройду как-нибудь.

— Ваша светлость… — начал было Полоз, но осёкся под моим тяжёлым взглядом. Время уже близилось к четверти второго и лёгкая прогулка мне точно не помешает. Потом много часов придётся провести в закрытых залах, заполненных множеством людей и тяжёлыми ароматами дорогих парфюмов.

Дружинники молча сели в вездеход, но с места машина так и не сдвинулась. Я развернулся на месте и пошёл к широкому проспекту, который вёл в нужном мне направлении. Точный адрес особняка мне уже успел сообщить всезнающий портной. Да и пропустить заставленный шикарными автомобилями участок дороги было крайне сложно.

Оказалось, что подобные мероприятия всегда сопровождались множеством зевак. Я впервые был на приёме в Твери. Ужин у графа Старковского и вечер у прошлого губернатора не в счёт. Там мероприятия проходили на закрытой территории. А тут…

Кто-то стоял с камерами в руках, а кто-то просто глазел на прибывающих гостей. Судя по разговорам, единого мнения среди наблюдателей не было. Одни откровенно истекали злобой, а другие искренне восхищались прибывающими дворянами.

Среди аристократов тоже не было единого настроя. Часть дворян просто выходила из автомобилей и быстрым шагом удалялась ко входу в особняк, где ждал распорядитель. Но были и те, кто откровенно наслаждался вниманием публики. Они приветственно махали руками людям с камерами и даже подходили ближе, чтобы те могли задать свои вопросы.

— Граф Пелюзин прибыл! — в какой-то момент послышался восхищённый женский голос чуть в стороне. — Смотри, машина с московскими номерами. Снимай, Дима! Сейчас попробую узнать, что думает граф по поводу этого приёма!

Женщина начала проталкиваться ближе к ограждению, а я чуть сместился, чтобы увидеть одного из тех людей, которые вынудили княжну обратиться ко мне за помощью. Из длинного чёрного автомобиля вышел высокий мужчина лет тридцати. Он окинул цепким взглядом толпу людей и моментально преобразился. Хмурые складки на лбу исчезли, а на лице появилась очень приятная улыбка. Мужчина сразу заметил заинтересованную в его персоне журналистку и направился к ней.

Я же прислушивался к своим ощущениям и старался не выдать свой интерес к графу. В том, что среди аристократов есть сильные одарённые ничего удивительного не было. Но далеко не каждый маг мог похвастаться таким качественным уровнем сокрытия собственного дара. Кто-то стремился скрыть свои возможности, потому что они не дотягивали до нужных по статусу, а кто-то просто не хотел, чтобы секретное оружие его рода стало достоянием общественности. К кому относился граф Пелюзин я пока не понял.

Маскировка графа была выполнена на таком высоком уровне, что у меня даже сначала сложилось впечатление, что дара у него нет вовсе. Но потом воздух принёс отголоски магических процессов, которые сопровождали активность Источника каждого мага. Скрыть эти всплески полностью было невозможно, но и информации они толком никакой не давали. Кроме того, что граф был магом, узнать у меня ничего не получилось и это вызвало неожиданный интерес.

Рядом со мной как-то незаметно образовалось пустое пространство. Люди невольно отходили, почуяв напряжение магического поля. Для тех, у кого не было дара, это было сродни странному чувству, которое заставляет тебя держаться подальше от опасных мест. Объяснить логически это чувство довольно сложно, но человеческий разум часто и не стремился ничего объяснять.

На меня граф никакого внимания не обращал, а мне это было только на руку. Иногда подобное наблюдение со стороны могло дать значительно больше данных, чем долгая беседа или даже допрос. Пелюзин постоянно менялся. Есть такая порода людей, которые очень быстро и качественно меняют маски. В зависимости от ситуации, они могут менять своё поведение на сто восемьдесят градусов. И это был самый неприятный для меня тип людей. Потому что крайне сложно было определить, как в действительности к тебе относится собеседник.

Вскоре прибыли ещё несколько автомобилей с дворянами и на небольшом участке проспекта у особняка графа Добрышева стало тесно. Наверное, внутри произошёл какой-то затор с приёмом гостей, потому что людей на улице скопилось удивительно много. Взглянув на экран мобильника, увидел сообщение от Насти и двинулся к краю толпы.

В какой-то момент шум на улице разом притих и головы людей повернулись к проезжей части. Там остановилась очередная машина и я точно знал, что ни у кого, кроме моего рода, в Твери такой нет. А когда из автомобиля вышла Настя, стало ясно чего дожидался всё это время граф Пелюзин.

Имение рода Разумовских.

Первый круг обороны Тверской аномальной зоны.

Нервы княжны Анастасии Разумовской были напряжены, как струны. Хотелось снять все украшения, распустить волосы и завалиться на кровать. Дня на два или три. Чтобы вообще никто не беспокоил и только тётя Женя приносила прямо в комнату свежие булочки и обжигающий чай…

— Э-э-эх… — тяжело вздохнула Настя и ещё раз повернулась перед ростовым зеркалом, а потом изобразила обворожительную улыбку. Сегодня всё должно быть идеально.

С того момента, как она занялась активным восстановлением статуса семьи, времени прошло не так много. Пара недель, а может даже меньше. Если бы не бешеная активность брата, то прогресс в переговорах мог занять месяцы. Но Яр пёр вперёд, как бешеный зубр, решая сложнейшие задачи одну за другой. Пропустить подобные вещи местные дворяне просто не могли себе позволить, потому что многие жили в полной зависимости от родов-хищников.

Так называли тех, кто занимал первый круг аномальной зоны. Самые сильные, самые богатые и влиятельные семьи, которые подминали под себя всех остальных дворян. Кто-то, как Воронцовы, лояльным отношением и приближением к своей главной компании. А кто-то, вроде Пожарских или Антиповых, действовал более жёстко, превращая соседей и партнёров в вассалов. И тут на арене появляются Разумовские. Снова. Буквально, восстают из пепла, как мифический феникс.

Настя невольно саркастически улыбнулась, вспомнив, как её встречали на первом званом завтраке, куда привела княжну Инга Аскольдовна. Сколько тогда было насмешливых взглядов и снисходительных улыбок. Сколько сил ей пришлось потратить, чтобы спокойно улыбаться в ответ и знакомиться. Знакомиться, знакомиться и ещё раз знакомиться. Иногда за один вечер Настя повторяла своё имя по сто раз. Имена, титулы, род деятельности, связи… Горы информации оседали в голове княжны в ожидании своего часа.

А потом всё начало меняться. Сначала был фактически уничтожен князь Антипов. После этого отношение к Насте сменилось со снисходительного на настороженное. Многие тогда ждали, что наглых выскочек сотрут в порошок друзья Алексея Андреевича, но этого не случилось. О том, кто держал в кулаке половину тверских аристократов все мгновенно забыли. А многие даже вздохнули с облегчением. И эта тихая благодарность позволила Насте начать действовать.

Накопленные знания пошли в ход. Пара бесед на одном вечере. Упоминание незначительных деталей и вот уже кто-то сумел заключить выгодную сделку благодаря молодой княжне. Один эпизод, два, три, пять… И Настя стала желанным гостем на многочисленных мероприятиях. И на это не повлияли не только её действия.

Дворяне всегда чувствовали, где можно получить максимальную выгоду. А когда стало ясно, что молодой хищник будет и дальше расти, увеличивая собственное влияние, многие решили успеть заскочить в последний вагон отходящего поезда. Оказать помощь, когда это действительно нужно и не так уж сложно, решили многочисленные знакомые княжны. Кто-то словом, а кто-то, более рисковый, и делом. Все были уверены, что такой вклад станет очень выгодной инвестицией. Потому что Ярослав Разумовский поистине пугал многих опытных аристократов.

В свои семнадцать лет этот парень творил такие вещи, что его дела стали главной темой большинства неофициальных встреч. Если бы Настя не знала, как тяжело это всё даётся её брату, то сама бы уже горела желанием познакомиться с таким удивительным молодым человеком. Но для этого нужно было соответствовать не только статусом, но и другими внешними атрибутами.

Девушка повернулась к окну, за которым виднелась стоянка транспорта и пара её охранников, намывающих вездеход перед выездом. Из груди княжны снова вырвался протяжный стон, который, правда, быстро перешёл в громкий удивлённый возглас.

В воротах имения остановился роскошный новый автомобиль представительского класса без номерных знаков. Охранники поместья тут же принялись допрашивать водителя, а тот начал показывать им какие-то бумаги. Настя ощутила прилив тревоги и решила узнать в чём дело. А когда узнала, то не могла понять, смеяться ей или плакать.

После долгого разговора с главой рода, девушка с наслаждением села на заднее сиденье новенького автомобиля и приказала выезжать. По пути она не могла удержаться, нежно поглаживая кожу подлокотника и вдыхая неповторимый аромат роскоши. Если бы Ярослав знал, насколько ей было тяжело каждый день появляться на людях на вездеходе… Вот только Настя отлично понимала, что не может позволить себе сказать об этом брату. До этого они вообще ездили на раздолбанном пикапе и даже вездеход стал великим достижением и трофеем Яра. А теперь…

Девушка не заметила, как машина добралась до места. Настолько тихо было в салоне, что ей казалось, будто они летят в пустоте. Когда они пересекли границу города, Настя написала сообщение брату и расслабленно откинулась на спику кресла, с нетерпением ожидая реакцию гостей на её прибытие. Когда автомобиль наконец остановился, окрылённая новыми ощущениями, княжна вышла из машины и тут же наткнулась взглядом на широкую улыбку графа Пелюзина.

Встретить его прямо у входа в особняк она точно не рассчитывала. Взгляд девушки заметался в поисках хоть кого-то знакомого, чтобы отсрочить неприятную встречу, но все, как на зло, смотрели только на её машину.

— Как здорово, что я сразу вас встретил, Анастасия Константиновна, — уверенно подходя к девушке, широко улыбнулся граф. — Я хочу, чтобы вы на сегодняшнем приёме были моей дамой сердца. Хочу, чтобы все видели, что вы пришли со мной.

— Боюсь, вашим желаниям не суждено сбыться, граф, — внезапно прозвучал рядом голос Яра и Насте показалось, что пространство вокруг заледенело. Даже дышать стало трудно. — У Анастасии Константиновны сегодня другие планы и другой кавалер.

Глава 8

— Боюсь, вашим желаниям не суждено сбыться, граф, — стремительно пряча дар за множеством обманных слоёв маскировки, произнёс я. Протянутая к ладони Насти рука Пелюзина медленно опустилась и граф чуть развернулся ко мне. — У Анастасии Константиновны сегодня другие планы и другой кавалер.

Я ощутил давление чужой силы в районе своего Источника и хищно улыбнулся. На лице аристократа появилось безразличное выражение, но я отчётливо видел, что Пелюзин в ярости. Одной из неприятных черт подобных людей было их умение крайне быстро адаптироваться к меняющейся обстановке.

— А… — чуть снисходительно усмехнулся граф. — Младший брат. Ярослав, кажется. Вам стоило бы знать, юноша, что вашей сестре уже пора озаботиться собственным статусом. А для этого нужно появляться на людях с достойными представителями дворянства.

Возможно, со стороны казалось, что мы очень мило беседуем. Граф улыбался. Я тоже держал на лице приветливое выражение. После моего появления, Настя немного расслабилась и сейчас уже вовсю искала способ остановить назревающий конфликт. Вот только сестра не обратила внимание, что конфликт уже был в разгаре. Слова Пелюзина настолько близко прошли по грани оскорбления, что это мог не заметить только слепой. И спускать подобного я не собирался.

— Так и есть, граф, — безразлично улыбнулся я. — У княжны сегодня лучшая пара из всех возможных на этом приёме. А вы можете поискать подходящую пару среди своих фанаток.

Я кивнул в сторону так и стоявшей неподалёку журналистки, которая не спускала глаз со своего кумира. О чем девушка спрашивала Пелюзина я прекрасно слышал и там дело было вовсе не в том, что ей приказали собрать материал о конкретном аристократе. Другое дело, что к благородными или хотя бы одарённым девушка не относилась. Появиться с подобной парой на официальном мероприятии для графа было равносильно признанию в том, что он давно уже не принадлежит к дворянскому сословию.

— Мне говорили, что вы слишком много о себе думаете для молодого человека вашего возраста, — явно борясь с приступом бешенства, процедил Пелюзин. — И я не зря отвечал, что вам просто ещё никто не преподал серьёзного урока. Возможно в таком случае вы бы более внимательно следили за своими словами, обращаясь к представителю благородного рода Пелюзиных.

— Искренне надеюсь, что вы пожелаете стать тем самым учителем, которого мне так не хватало, граф, — тихо рассмеялся я. Рука Насти сжалась на моей ладони, но я не обратил на это внимания. Я смотрел исключительно на графа и ждал. Первым заявлять о дуэли мне не хотелось, потому что это лишало части преимуществ. Если бы не Право Последнего, то свой вызов Пелюзин получил бы ещё несколько минут назад. Но так я мог объявить войну всей Российской Империи, а это в мои планы не входило. А вот если меня вызовет сам граф, то расклад будет в разы интереснее. И я точно смогу его убить без серьёзных последствий.

— Вот как? — поднял бровь дворянин. — Что ж, не имею ничего против того, чтобы поучить уму-разуму зазнавшегося провинциала. Особенно когда тот сам на это напрашивается. Я вы…

— Замечательный сегодня день, господа! — бесцеремонно перебил Пелюзина появившийся словно из-под земли Зейд. — Рад, что сегодня в гостях у граф Добрышева собрались такие разные люди. Вы не поверите, кто сегодня ещё будет на приёме, господа!

— Здравствуйте, Леонид Евгеньевич! — с невероятным облегчением в голосе, поздоровалась с помощником Пожарского Настя. Я коротко кивнул магу и тот ответил тем же. — Я очень рада вас видеть. Знаете, на улице так шумно… Мероприятие ещё не началось?

— Добрый день, Анастасия Константиновна, — улыбнулся Зейд. — Слухи не врут — вы действительно с каждым днём становитесь всё прекраснее.

— Рад вас видеть, Леонид Евгеньевич! — будто ощутив поддержку со стороны Зейда, довольно улыбнулся Пелюзин. — Вы действительно очень вовремя. У нас тут состоялся небольшой конфликт и я хотел бы вас попросить выступить моим секундантом.

— Дуэль? — с улыбкой поинтересовался Зейд, хотя и так было понятно, что он присоединился к нашей беседе не просто так. — Дуэль это прекрасно! Защита чести и достоинства одна из главных отличительных черт аристократии. Обожаю смотреть на дуэли! Особенно если они действительно серьёзные и идут до смерти одного из участников. С кем у вас возникла ссора?

— С этим молодым человеком, — лениво указал в мою сторону Пелюзин. Ледяной вид графа дал трещину и я на мгновение увидел его ликующую улыбку. Правда, потом, повернувшись к Леониду Евгеньевичу, он снова спрятался за подобострастной маской.

— С этим? — будто впервые меня увидев, удивлённо переспросил помощник Пожарского. Только в этот момент я понял, что маскировка у этих двоих очень похожа. Вот только Зейд нёс её без особых усилий, а Пелюзину приходилось постоянно контролировать своё состояние. Это стало заметно только когда у меня появился нормальный ориентир. — Что ж… Боюсь, не смогу вас выручить в этот раз, ваше сиятельство.

— У вас другие планы, Леонид Евгеньевич? — растерянно спросил граф. — Мы ещё не обговаривали с князем время встречи и условия… Я был бы очень признателен за ваше участие. Это гарантирует, что у Евгения Александровича не будет вопросов к моему роду в случае смертельного исхода.

— Конечно у светлейшего князя не будет вопросов к вашему роду, Олег Петрович, — добродушно улыбнулся Зейд. Вот только его улыбка очень быстро превратилась в жестокий оскал. — Потому что вы вызвали князя Разумовского и он вправе сам устанавливать правила. В любом случае, участвовать в этом мероприятии я не буду. Потому что не хочу быть замешанным в убийстве.

— Возможно, не всё будет так серьёзно, Леонид Евгеньевич, — негромко и довольно фальшиво рассмеялся Пелюзин. — Я буду снисходителен со своим оппонентом.

— Вы не поняли, граф, — светски улыбнулся Олегу Петровичу помощник Пожарского. — Вопросов к вашему роду у губернатора не будет. Это правда. Но их не будет только потому, что подобные вещи принято спрашивать у того, кто остался в живых во время дуэли. И я сильно сомневаюсь, что это будете вы, ваше сиятельство. Всего хорошего, Ярослав Константинович. Княжна!

— Что это значит, Леонид Евгеньевич⁈ — когда маг, как деревянную куклу, потянул Пелюзина за собой, возмущённо спросил граф.

— Леонид Евгеньевич, — напоминая о себе, негромко произнёс я. Зейде сделал всё возможное, чтобы не дать мне убить этого графа, но это было огромное одолжение для Пелюзина. То, как вёл себя граф по отношению ко мне и моей сестре, лично для меня поступок представителя губернатора никак не менял. — Мне кажется, вы немного торопитесь забрать с собой этого мужчину. Мы не договорили.

— Ярослав Константинович, понимаю ваше недовольство и приношу свои извинения за то, что вмешался в ваш разговор, — ловко сдвинув пунцового от негодования графа себе за спину, натянуто улыбнулся Зейд. — Граф Пелюзин также приносит свои искренние извинения и с радостью выплатит назначенную вами виру за свой проступок. Уверен, что вы будете справедливы в своих требованиях, ваша светлость.

— Я не хочу больше видеть этого человека в Твери или любом другом месте, где появится кто-либо из рода Разумовских. Никогда.

— Что ж… — замедленно кивнул Леонид Евгеньевич. — Я думал, что вы ограничитесь финансовой компенсацией, но такой вариант графа тоже устроит. Учитывая скорость роста вашего влияния и активности Анастасии Константиновны… Я прослежу, чтобы ваше пожелание было исполнено в точности, Ярослав Константинович.

— Приятного вечера, Леонид Евгеньевич. — кивнул я.

— Объяснитесь, господин Зейд! — когда пара направилась ко входу в особняк, прошипел Пелюзин. — Это возмутительно!

— Обязательно, Олег Петрович, — преувеличенно серьёзно ответил Зейд. — Это действительно очень важно. Просто я хочу, чтобы вы действительно поняли всё, что я вам сейчас скажу. Ваша жизнь имеет огромное значение для светлейшего князя и всей Российской Империи. Я не могу допустить, чтобы вы так глупо погибли из-за пустячной ссоры.

— Я⁈ — кажется, граф был ошарашен.

— Вы, — нимало не смущаясь, подтвердил свои слова Зейд.

— Этот юнец меня оскорбил! — запальчиво ответил Пелюзин, окончательно потерявшись в происходящем.

— Вам очень повезло, Олег Петрович, что рядом с князем оказалась его сестра, — хмыкнул в ответ Зейд. — Поговаривают, что при ней Ярослав Константинович действует значительно мягче и дипломатичнее.

— О чём вы, Леонид Евгеньевич? — недовольно спросил граф. — Пара успешных вылазок в зону за счёт дружинников рода ни о чём не говорят! Чего стоит он сам большой вопрос.

— Поверьте, ваше сиятельство, я знаю о чём говорю, — весело ответил Зейд. — Я видел это своими глазами. А ещё…

Пара зашла в особняк граф Добрышева и моя воздушная нить, сопровождавшая удаляющихся мужчин, тут же оборвалась. Настя, которую я за это время отвёл немного в сторону, не проронила ни слова. Только кивала дальним знакомым и мило улыбалась репортёрам.

— Один вопрос решили, — переключая внимание на сестру, произнёс я. — Думаю, в ближайшее время, Олег Петрович очень сильно подумает, прежде чем смотреть в вашу сторону, Анастасия Константиновна.

— Яр… — растерянно опустила глаза княжна. — Прости, я не знала, что встречу графа прямо на входе. Рассчитывала, что мы приедем вместе и подобных встреч можно будет избежать…

— Всё разрешилось благополучно, — тепло улыбнулся я. — Поэтому можешь расслабиться и наслаждаться мероприятием.

— А если бы дело дошло до дуэли? — когда я взял сестру под руку и повёл её ко входу в особняк, спросила Настя.

— Тогда бы я его убил, — издалека улыбаясь и махая рукой братьям Старковским, невозмутимо ответил я.

— Яр! — поражённая моей жестокостью, выдохнула девушка.

— Поверь, это был бы самый простой, гуманный и быстрый способ прекратить любые попытки давления на нашу семью, — ответил я. — Меня задевать никто не решится. Нюша в безопасности. Остаёшься только ты. К тому же, сама стремишься оказаться именно там, где проще всего тебя достать.

— Каждый занимается своим делом и выполняет свои задачи! — упрямо ответила Настя.

— Знаю, — повернувшись к сестре, слегка улыбнулся я. — Поэтому и сказал, что мне проще было убить этого Пелюзина, чтобы больше к тебе никто не лез.

— Хорошо, что Зейд оказался рядом, — тихо ответила Настя. В моих словах она не сомневалась и прекрасно понимала, что попусту я о таких вещах говорить не стал бы. — Наверное, это первый раз в моей жизни, когда я порадовалась тому, что рядом оказался кто-то из свиты светлейшего князя Пожарского.

— Леонид Евгеньевич за нашей беседой наблюдал с самого начала, — усмехнулся я. — Я давно тут стою и заметил его ещё двадцать минут назад.

— Значит, он изначально прекрасно понимал, к чему может привести ваш конфликт? — тут же начала прорабатывать ситуацию княжна. — Тогда почему вмешался только тогда, когда вызов на дуэль уже почти состоялся?

— Потому что именно так мог показать своё нейтральное отношение и возможность сотрудничества, — пожал плечами я. — У Леонида Евгеньевича свои выгоды в данной ситуации.

— Например? — подняла бровь Настя.

— Например, не допустить на территории нового губернатора грандиозного скандала с вызовом на дуэль аристократа, воспользовавшегося Правом Последнего, — рассматривая гостей в огромном зале, рассеянно ответил я. — Или желание получить часть тех данных, которые он хотел получить после всего увиденного во время проверки нашей дружины. А может добавить веса своим словам когда возникнет необходимость совместной работы с Разумовскими. Вариантов много и далеко не факт, что мы знаем хотя бы часть из них.

— Понятно, — задумчиво ответила сестра.

— Как выглядит тот барон, который может создать проблемы сегодня? — заметив, что нас пристально рассматривают некоторые молодые люди в зале, уточнил я. Братья Старковские решились только подойти поздороваться. Если при первых наших встречах парни немного робели из-за нашей разницы в официальных статусах, то сейчас вообще опасались даже глубоко дышать рядом со мной. Только Костя решился спросить у Насти о каком-то пустяке, но его брат тут же утащил родственника куда-то в глубину зала.

— Его тоже хочешь убить? — вроде бы весело спросила Настя, но в глазах девушки я увидел настороженность. Похоже, теперь она уже была не так уверена в правильности своей просьбы о моём присутствии на приёме. Оказалось, что мои методы решения проблем недостаточно дипломатичны.

— Хочу посмотреть на человека, который решился вступить в открытый конфликт с графом Пелюзиным, — улыбнулся я. Возможно, мне показалось, но княжна переживала за судьбу второго участника трёхстороннего конфликта значительно больше, чем за жизнь Олега Петровича.

Пелюзин мне откровенно не понравился. Подобные люди всегда вызывали у меня стойкое отторжение. Рассчитывать на помощь сильного союзника в трудную минуту это одно. И совсем другое к месту и не к месту пользоваться именем своего покровителя в таких ситуациях, где вообще стоило бы промолчать или извиниться. При этом граф, скорее всего, неплохо фехтовал. Этого ему хватало, чтобы уверенно чувствовать себя на дуэлях с молодыми дворянами. Вряд ли он использовал при этом свой дар, потому что магом Олег Петрович был откровенно слабым. По крайней мере, мои воздействия, которые привели к вмешательству Зейда в нашу беседу, Пелюзин вообще не заметил. А ещё граф очень любил использовать своё положение и нарываться на конфликты. Возможно, даже весьма успешно, раз об этом знал Леонид Евгеньевич.

В отличие от меня, большую часть времени проводившего в лесах и не особенно вникавшего в светскую жизнь других аристократов, барон Ожегов должен был очень хорошо знать графа если не лично, то через общих знакомых. И отсюда напрашивался вывод, что барон был готов устроить дуэль со столичным гостем, если это потребуется.

— Пока не вижу его, — пробежавшись глазами по многочисленным гостям, с заметной задержкой ответил Настя. — Но, думаю, Константин Александрович обязательно подойдёт к нам сам, если увидит. Добрый вечер, Роман Андреевич. Не думала, что вы решитесь так быстро вернутся к светской жизни. Как ваше здоровье? Уже поправились?

— Благодарю, Анастасия Константиновна! — бодро ответил подошедший к нам пожилой мужчина в старомодном костюме. — Благодаря вашему совету, дело пошло значительно быстрее. Добрый вечер, ваша светлость. Рад познакомиться с вами лично.

— Ярослав Константинович, знакомьтесь — Подольский Роман Андреевич, — мгновенно сориентировавшись, представила мне мужчину княжна. — Лучший архитектор Тверской губернии. Надеюсь, однажды Роман Андреевич займётся восстановлением внутренней обстановки нашего родового гнезда.

— Но однажды, а уже через пару недель, ваша светлость, — тут же весело возразил Подольский. — Наслышан о вас, Ярослав Константинович. Наслышан. Теперь, после личного знакомства, я практически обязан принять заказ вашей сестры. Обещаю, что верну имению рода Разумовских тот вид, который оно имело при Константине Александровиче.

— Очень на это надеемся, Роман Андреевич, — улыбнулся я. Энергии в этом старике хватило бы на троих молодых. Такие люди обычно искренне болели своей профессией и не мыслили жизни без любимой работы. Если Подольскому запретят трудиться, то он просто умрёт. — Рад был познакомиться.

Архитектор ушёл и мы наконец двинулись в глубину зала. Настя сознательно начала забирать влево, чтобы не лезть в самую гущу гостей. Целый час я делал именно то, о чём мы изначально договаривались с Настей — болтал о погоде и ценах на новые автомобили. Оказалось, что мою сестру знают буквально все на приёме. При этом меня многие гости вообще видели впервые. И я очень быстро понял, что появляться Насте на подобных мероприятиях было отличной идеей! Но, без меня…

Это стало понятно, когда к нашей паре со всех концов зала начали стягиваться пожилые семейные пары. Если бы они вели себя так же, как Роман Андреевич, то ничего плохого я бы не заподозрил. Вот только новые знакомые тащили с собой своих дочерей и очень хотели, чтобы я непременно с ними познакомился. И какое из поколений больше жаждало этого знакомства сказать я бы не взялся.

В какой-то момент я поймал себя на мысли, что уверенность графа Пелюзина основывалась на конкретном опыте. Поведение некоторых благородных девиц несильно знатных родов ничем не отличалось от сотрудницы ателье Петра Никифоровича, которая практически прямо предлагала мне своё тело. Тут ситуация была несколько более завуалированная, но такая же гадкая. Родители могут сватать своих детей возможному жениху, но никак не предлагать их кому-то ради сиюминутной выгоды.

Я очень быстро устал от толпы людей вокруг и повёл сестру к выходу во внутренний двор особняка. Там располагался просторный сад, где ещё практически не было гостей. Это уже ближе к вечеру, когда аристократы устанут от общения друг с другом, начнётся деление на небольшие группы. А сейчас можно было погулять в тишине. О толпе людей на приёме напоминал только небольшой гул. Правда, совсем пустым сад не был. Довольно быстро мы увидели несколько гуляющих групп гостей и Настя вдруг потянула меня к одной из них.

— Это он! — прошептала сестра. — Надеюсь, получится обойтись без ссоры. Я бы этого не хотела, Яр.

— Учту, — весело хмыкнул я. Мы свернули с основной дорожки к небольшой беседке, куда только что зашли три человека. Одна девушка и пара мужчин. Одни чуть полноватый, а второй очень сильно напоминал габаритами Аршавина. — Кто нам нужен?

— Тот, который крупнее, — чуть покраснев, ответила Настя.

— Истинный Вершитель всегда заботится о своих людях, — внезапно прозвучал из беседки голос, который я ни разу не слышал за последние тысячи лет. Он буквально приковал меня к месту, будто превратив камень.

— Берннхард? — невольно вырвалось у меня.

Глава 9

— А вы всё так же придерживаетесь своей теории, Виктор Романович, — чуть обогнав меня, чтобы первой войти в беседку, весело произнесла моя сестра. Едва услышав голос княжны, крупный мужчина молниеносно обернулся и я снова испытал стихийный приступ воспоминаний. Если добавить этому человеку пол сотни шрамов и столько же лет, то сходство станет абсолютным. — Здравствуйте господа! Простите, что помешали вашей стихийной лекции.

Пара, беседовавшая с бароном, настороженно смотрела на меня. Настю они однозначно уже видели раньше и знали, а кого княжна привела с собой в первый момент определить не смогли. Я стоял в тени беседки и это мешало рассмотреть наше с сестрой сходство. Я даже задумался о том, почему внезапное появление постороннего вызвало подобную реакцию. Будто они обсуждали детали заговора против Императора.

— Счастлив видеть вас, Анастасия Константиновна! — очень искренне воскликнул Виктор Романович. Он, в отличие от своих спутников, буквально излучал радушие, будто готов был обнять весь мир. — Не стоит обвинять меня в излишнем давлении на своих друзей, княжна. Каждый имеет право знать настоящую историю нашего мира.

— А вы с ней знакомы? — окончательно придя в себя, поинтересовался я. Ожегов посмотрел на меня и приветливо улыбнулся. Правда, в глазах барона всё равно застыл вполне очевидный вопрос, на который я решил сразу ответить. — Прошу простить, что вмешался в ваш разговор, господа. Меня зовут Ярослав Константинович Разумовский. По счастливому стечению обстоятельств, я прихожусь братом Анастасии Константиновне.

— Приятно познакомиться с вами лично, ваша светлость, — первым протягивая мне совсем не аристократическую ладонь, снова улыбнулся барон. Похоже, он вообще любил улыбаться, а рукопожатие этого человека оказалось предсказуемо мощным. Словно я засунул руку в гидравлический пресс. Вообще мужчина выглядел настоящим богатырём. Кровь с молоком. Соломенного цвета волосы и яркие голубые глаза только дополняли впечатление деревенского громилы. И только лицо выдавало, что этот человек далеко не так прост, как может показаться. Чем-то барон мне напомнил Глыбу. Только аспект у него был другой. Огненный. — Ожегов Виктор Романович. А это мои хорошие друзья, граф и графиня Мальцевы. Что же касается вашего вопроса, Ярослав Константинович, то я убеждён, что никто из ныне живущих ничего не знает о делах далёкого прошлого. Княгиня Разумовская могла бы подтвердить мои слова. Ваша матушка очень хорошо разбиралась в этом вопросе.

Это было неожиданное заявление. Княгиня занималась поисками информации для исследований прежнего главы рода в таких областях, куда не стоило заглядывать посторонним. И слова барона о Вершителях это лишний раз подтверждали. Но теперь хотя бы можно было понять, насколько эта тема вообще известна в современном мире. Заодно и отношение этого интересного человека к княгине Разумовской можно узнать.

— Вы были знакомы? — спросил я. Правильная речь, интересные обороты и явное отношение к научным кругам. Ожегов был наполнен противоречиями, как истинный носитель силы Огня.

— Только заочно! — ответила за Ожегова моя сестра. — Они работали вместе над одной теорией во время учёбы Виктора Романовича в МАМИ. Эта работа даже выложена на портале Академии.

— Должен сказать, что лучшего руководителя практики у меня в жизни не было, — улыбнулся Виктор Романович. — Отчасти, именно тогда я решил изучить вопрос подлинности некоторых находок из далёкого прошлого более подробно и даже разработал метод проверки. Но это не так интересно, как некоторые вещи, которые мне удалось узнать в ходе исследований.

— О Вершителях? — нейтрально поинтересовался я. Изображать интерес мне не пришлось. Эта тема действительно меня волновала и до этого момента я был уверен, что подобная информация хранится в строжайшей тайне, если вообще известна кому-то. По крайней мере, ни о себе, ни о своих братьях и сёстрах, никакой информации в открытом доступе я не нашёл. Возможно, просто не там искал.

— Не только, ваша светлость, — рассмеялся барон. Мельком взглянув на сестру заметил, что Настя с неподдельным интересом слушает Виктора и это внимание со стороны княжны заставляет барона смущаться и немного путаться в словах. — Но я бы сказал, что образ Вершителей имел огромное значение для представителей древнего мира. Особенно периода до глобального сдвига реальности, который связывают с получением людьми магических сил.

— Довольно интересно, — улыбнулся я. Первое впечатление постепенно развеивалось и я всё больше убеждался, что с моим последним генералом этот человек не имеет ничего общего. Возможно, если бы Берннхард жил в другое время и пошёл другим путём, то он мог стать бароном Ожеговым. Так же, как и я никогда не думал, что буду поднимать с колен почти уничтоженный аристократический род в стране, до появления которой в мире должно было пройти несчетное количество времени.

— Вы даже не представляете, сколько всего с этим связно Ярослав Константинович! — горячо воскликнул Ожегов и я краем глаза увидел, как граф Мальцев слегка закатил глаза. Вполне возможно, что Виктор Романович оказался чересчур увлечён своей теорией. Однако, представители рода Мальцевых стойко держали удар и даже не зевали. — Я бы сказал, что древние люди напрямую связывали появление своей силы с Вершителями. Это был собирательный образ природы, носивший черты всех известных нам сил сразу. Где-то Вершитель владел воздухом и тьмой, что принципиально невозможно для живого существа. А где-то другими невозможными парами аспектов. Таким образом древние хотели показать, что есть существа, которые значительно выше людей. Во многих культурах вершители обладали статусом значительно выше правителей и жрецов разных культов.

— Почему вы решили, что есть невозможные пары аспектов, Виктор Романович? — спросил я. Тот же Антипов прекрасно смешивал разные аспекты, чтобы получить грязный Эфир. Если это было возможно с энергиями, то и люди могли сочетать в себе подобные качества. Тем более, что носители пары аспектов известны давно. — Если древние говорили, что есть свидетельства существования подобных пар.

— Это не Виктор Романович так решил, ваша светлость. — произнесла графиня Мальцева. — Это подтверждено современной магической наукой. Множество испытаний с энергиями доказали, что человеческое тело не может выдержать одновременно один стихийный аспект и один тяжёлый. Про пару тяжёлых даже говорить не стоит. Поэтому, истории древних летописцев можно считать всего лишь выдумками.

— Поэтому вы уверены, что эти Вершители всего лишь собирательный образ, ваше сиятельство? — решила принять участие в беседе Настя.

— Именно так, Анастасия Константиновна, — убеждённо заявил барон. — В любом другом случае, до нас дошло хотя бы одно имя подобных существ, а не только описания их дел. Например, если брать великое сражение Вершителей, которое описывал в одном из своих трудов Мустафа Ферджад. По его словам, та битва стала причиной разделения континентов и возникновения в Африке первой аномальной зоны. Однако, мы прекрасно знаем, с чем в реальности связана современная форма материков нашего мира.

— Но по аномалиям точных данных ни у кого нет, Виктор Романович, — вставил своё слова граф. — И вы не можете отрицать, что битва ваших Вершителей могла стать причиной нарушений в нашем мире.

— Не могу, Дмитрий Фёдорович, — вынужден был согласиться Ожегов. — Но вы только представьте себе тот масштаб энергий, которые должны быть задействованы при таких сражениях! Подумайте о том, как должно кипеть и плавиться пространство, когда в ход идут мириады сфер маны! Там не аномалия, а настоящая дыра в пространстве и времени должна была образоваться!

— Яр! — чуть тронула меня за руку Настя. — Ярослав Константинович?

Я вдруг понял, что не вижу ничего вокруг. Исчезла беседка и люди в ней. Перестало существовать тело. В голове бурлили воспоминания о струнах реальности и океанах энергии, которые я мог пускать вход по велению одной мысли.

— Да, — открывая глаза и усилием воли возвращаясь к реальности, произнёс я. — Виктор Романович прав — масштаб поражает!

— Благодарю, ваша светлость, — весело ответил барон и наставительно поднял палец. — И вот здесь мы возвращаемся к тому моменту, на котором я остановился, господа. Образ истинного Вершителя, сохранившийся в некоторых трактатах Поднебесной, отличался от всех остальных именно тем, что в первую очередь заботился о своих людях. Отчасти, именно поэтому политика Первой Империи так сильно завязана на развитие общества. Я считаю это признаком древних учений, которые появились на заре развития магии. Учитывая, что Поднебесная к этому времени была уже полноценной страной, то ничего удивительного нет в том, что они переняли эту философию. Если честно, то иногда мне кажется, что нашему Императору стоило бы отправить к восточным соседям пару делегаций для обмена культурным опытом.

— Барон! — с намёком посмотрела на Ожегова графиня и тот смущённо улыбнулся. — Думаю, что не только я устала от энтузиазма Виктора Романовича. Как вы смотрите на то, чтобы вернуться к остальным гостям? Думаю, там уже закончили официальную часть и можно наконец перейти к развлечениям.

— Уверена в этом, — ответила Настя. — Граф Добрышев говорил, что сегодня будут особенные гости из столицы. Какая-то труппа с совершенно новой постановкой.

— Театр? — поморщился Ожегов и я невольно улыбнулся. Сестра не торопилась давать повод Виктору Романовичу активно действовать, но при этом держалась между нами, а не с моей стороны. Этого для меня уже было достаточно, чтобы определить отношение Насти к барону.

— Мне тоже не особенно нравятся всякие новые прочтения старых постановок, Виктор Романович, — произнёс я. Возвращаться в особняк не хотелось. Кроме толпы людей и сомнительных разговоров, ничего интересного там меня не ждало. — Не хотите ещё прогуляться? Анастасия Константиновна?

— Уверена, что граф не оставит меня в трудной ситуации, — проникновенно посмотрела на Дмитрия Настя.

— Разумеется, ваша светлость, — тут же ответил граф и его супруга выразительно посмотрела на мужа. — Вы можете на нас положиться, Ярослав Константинович. Мы с супругой не отойдём от вашей сестры ни на шаг.

— Благодарю, ваше сиятельство, — кивнул я и посмотрел на Анастасию. Сестра понятливо кивнула. Мне требовалось некоторое время, чтобы лично пообщаться с бароном и княжна будет максимально избегать любых своих знакомых, пока я не вернусь. — Барон?

— В дальней части сада есть замечательный уголок с живой изгородью, ваша светлость, — улыбнулся Ожегов. — Там крайне редко бывает кто-то посторонний.

— Хотел узнать, как у вас обстоят дела в последнее время, Виктор Романович? — когда мы обсудили все возможные мелочи и наконец могли перейти к серьёзным вещам, задал вопрос я. — Анастасия Константиновна говорила, что у вашего рода возникли определённые трудности после введения нового налога.

— Только на одном направлении, Ярослав Константинович, — поспешил меня заверить барон. Но сразу стало понятно, что именно это направление и служит главным источником доходов для его семьи. — У нас есть недвижимость в столице, которая с лихвой перекрывает все расходы нашего рода. Да и, признаться честно, расходы эти не так велики. После того, как погиб в аномальной зоне мой отец, из всего рода остались только мы с сестрой. Отчасти, поэтому я нахожу общение с вашей сестрой таким интересным. Для юной девушки, которая пережила такие тяжёлые события, она удивительно оптимистична и восхитительно радуется жизни.

— Понимаю, — улыбнулся я. Ожегов был старше меня примерно на десять лет. Для главы рода это был достаточно юный возраст. Про себя я вообще не говорю. Но при этом рассуждал Виктор Романович очень здраво. — Возможно, это не моё дело, но иногда стоит избавиться от тяжёлых активов, которые тянут из вас силы и нервы.

— Это не так просто, как может показаться, ваша светлость, — невесело усмехнулся Ожегов. — Не думаю, что вам стоит погружаться во все детали договорённостей, которые были достигнуты между моим отцом и прежним губернатором. Если коротко, то отказаться и выйти из арендного договора я могу только после очень больших отступных. Я консультировался с рядом специалистов и все, включая господина Бетюжина, сказали, что проще платить аренду ещё десять-двадцать лет, чем пытаться расторгнуть договор.

— Ну, если даже Григорий Антонович так сказал, то ситуация крайне сложная, — задумчиво ответил я. Юрист мог найти лазейку даже в договоре с дьяволом и ему можно было полностью доверять в подобных вопросах. — А могу я полюбопытствовать, о цифрах какого порядка идёт речь?

— Сам арендный договор стоит моему роду около ста тысяч рублей в месяц, — не особенно скрываясь, ответил барон. — Для крупной площадки почти в центре Твери это совсем не много. А если добавить, что мы построили несколько складов для хранения особо ценных аномальных ресурсов на территории, то бизнес всегда приносил хорошую прибыль. Вот только последние изменения в налоговой сфере заставили всех наших арендаторов съехать. А потом оказалось, что отец переложил на них все дополнительные налоги, связанные с арендной территорией. По кругу у меня получается около полумиллиона затрат в месяц. Сумма большая, но пока справляюсь.

— Но при этом предложение от желающих взять в аренду территорию не принимаете? — уточнил я.

— Потому что их нет, Ярослав Константинович, — хмыкнул в ответ Ожегов. — Князь Покровский сделал всё возможное, чтобы никто не решился со мной работать. А ему самому эта земля нужна для постройки нового торгового центра. И, как вы понимаете, лишнее звено в виде текущего хозяина земли, князю совершенно не нужно.

— Интересно… — обдумывая новую информацию, произнёс я. — И вы говорите, что у вас есть склады для хранения аномальных ресурсов, Виктор Романович? А каких?

— Любых, ваша светлость, — ответил барон. — Там широкая вариативность. Отец не знал, кто именно будет с ним работать и сразу брал максимально широкий диапазон. От частей аномальных зверей, до растений и минералов. Вот только быстро стало понятно, что ингредиенты местные владетели и сами прекрасно перерабатывают и сдают.

От следующего вопроса меня отвлёк звонок мобильника. Извинившись перед собеседником, я отошёл не несколько шагов и принял вызов.

— Что-то срочное, Николай Петрович? — минуя несколько этапов беседы, сразу спросил я.

— У Витязей заканчиваются лечебные артефакты, ваша светлость, — поняв, что я занят, быстро ответил Ратай. — Рыков сообщил, что после марша многим требуется медицинский осмотр. Их немного подлатали после возвращения с Дикого Континента, но вы уж сильно их умотали на прошлой вылазке.

— Ну так отправь к ним Ежову, Николай Петрович! — недовольно произнёс я. — В чём проблема?

— Я пробовал, Ярослав Константинович. — честно ответил Аршавин. — Но она упёрлась, как баран, и сказала, что без вашего разрешения она даже за границу жилой зоны Себыкино не выйдет.

— Что ж, в таком случае можешь передать Елизавете Алексеевне, что моё разрешение у неё есть, — ответил я и, дождавшись реакции Ратая, повесил трубку. Вернувшись к барону, пару секунд смотрел на собеседника, а потом произнёс. — А как вы смотрите на то, чтобы род Разумовских взял у вас в аренду всю территорию на два месяца, Виктор Романович? Договор о безвозмездной субаренде вам завтра же пришлёт господин Бетюжин.

— Безвозмездной? — зацепился за важный момент барон. — Почему безвозмездной, ваша светлость?

Глава 10

— Понимаю, что звучит это довольно странно, но сейчас это самый оптимальный вариант для нас обоих, Виктор Романович, — улыбнулся реакции собеседника я. — Мне нужна временная складская площадка в Твери на время поиска подходящих складов для выкупа. Вам нужен арендатор. Насколько мне известно, расторгнуть договор с вами в одностороннем порядке администрация губернии не может, пока есть хотя бы один действующий контракт.

— Это действительно так, Ярослав Константинович, — подтвердил барон. — Именно поэтому князь Покровский так усиленно старается очернить мою репутацию.

— Раз вы сами не планируете расторгать договор из-за угрозы неустойки, то остаётся только опасность таких действий со стороны второго участника договора, — невозмутимо ответил я. — Сейчас у вас есть возможность заключить контракт субаренды, который позволит вам оставить землю за собой. Я практически уверен в том, что через пару месяцев всё устаканится и налоговая нагрузка в связи с близким гоном аномальных зверей снизится. К вам вернутся прежние арендаторы, а я за это время присмотрю себе что-то в Твери.

— Меня устраивает такой вариант, ваша светлость, — немного подумав, произнёс Ожегов. По сути, он ничего не терял. Платить налоги ему придётся и так, и эдак. — Что требуется с моей стороны и кто будет заниматься охраной арендованной вами части территории?

— От вас требуется только подписать договор, который вам пришлёт Григорий Антонович, — ответил я. — Безопасность склада возьмут на себя представители моего охранного агентства. Если это необходимо, то могу предложить их услуги для всей вашей территории, ваше сиятельство. На первые два месяца бесплатно. В качестве бартера.

— И снова соглашусь, Ярослав Константинович, — прекрасно понимая, что попадает в сильную зависимость от моего рода, серьёзно кивнул Виктор. — Но я хочу, чтобы оба договора были пересмотрены через два месяца. Желательно, чтобы срок контрактов был прописан в обоих документах.

— С возможностью продления, — добавил я.

— С возможностью продления, — согласился Ожегов. — Кто будет принимать склад?

— Кто-то из моих командиров дружины. Точнее пока сказать не могу, Виктор Романович, — ответил я.

По-хорошему, на это направление надо было ставить того, кто хорошо разбирался в вопросе. Но таких людей у меня было критически мало. Сашка из Сумани забирать не хотелось, да и Витязи в таком случае всей бригадой переселятся в Тверь. В Себыкино тоже подходящих кандидатур я не видел. Нужно будет поговорить со старостой Сумани. Может он посоветует кого-то из своих.

Оказалось, что для качественного развития экономического влияния рода в разных направлениях требовалось огромное количество правильно подготовленных людей. Если на первых этапах я мог воспользоваться тем, что сохранилось со времён прежнего главы рода, то сейчас этот резерв был практически исчерпан.

Вариантов дальнейших действий я пока видел всего два и оба мне не очень нравились. Можно было переобучить или отправить куда-то для повышения квалификации кого-то из гарантированно верных роду людей. Это был долгий, но довольно выгодный в перспективе путь. Пример того же Пескарёва показывал, что такие инвестиции всегда окупаются. Другое дело, что пары лет на обучение пополнения управленцев у меня просто не было. Специалисты мне были нужны прямо здесь и сейчас. Это прошлый глава рода мог позволить себе ротацию кадров и медленную подготовку новых специалистов. Второй вариант заключался в поиске надёжных партнёров, которые смогут разделить со мной риски совместных производств и ответственность за ведение бизнеса. Минус тут скрывался в частичной зависимости от решений партнёров и их целей. Ну и делить прибыль многие любили значительно больше, чем ответственность.

— Тогда свяжитесь со мной, когда появится ясность по этому вопросу, ваша светлость, — попросил Виктор. Мы шагали по длинной аллее в направлении особняка графа Добрышева. Я вдруг понял, что за два часа на приёме я даже не видел хозяина мероприятия и вообще не представлял, как он выглядит. Барон при этом думал о своём. Я видел, как он прислушивается к шуму праздника, долетавшему до нас из открытых окон особняка. — Вы хотели ещё что-то обсудить, Ярослав Константинович?

— Нет, ваше благородие, — улыбнулся я. — С делами мы закончили.

— Тогда, с вашего позволения, я присоединюсь к остальным гостям, — нейтрально произнёс Виктор. Сохранить безразличное выражение на лице у него не получилось. В отличие от графа Пелюзина, актёром барон был неважным и предпочитал честный диалог.

— Разумеется, Виктор Романович, — даже не подумал останавливать спутника я. — Можете идти, а я вас скоро догоню.

Барон, быстрым шагом, направился к зданию. Можно было не сомневаться, что просто так он бродить среди гостей не будет, а станет искать своих друзей и мою сестру. Я довольно редко ошибался в людях и мог сказать, что Ожегов оставил после общения приятное впечатление. Даже не манерами или внешностью, а каким-то смутным чувством честности. Чуть снизив скорость, достал телефон и набрал Бежанова.

— Добрый день, Григорий Антонович. Разумовский беспокоит. Удобно?

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — в привычной ворчливой манере ответил юрист. — Не отдыхается вам на приёме у Александра Ивановича?

— Отдыхается, — усмехнулся я. — Но приятное полезному не мешает. Хотел воспользоваться вашими услугами. Мне нужно составить договор аренды склада на территории барона Ожегова.

— Не самый лучший вариант, ваша светлость, — проворчал в ответ Бетюжин. — Москва сильно интересуется этим участком, а это значит, что велика вероятность разорения Виктора Романовича.

— Вот как? — удивлённо произнёс я. Сам барон был значительно оптимистичнее настроев в этом вопросе. — Всё настолько серьёзно?

— Состояние рода Ожеговых не так велико, как они хотят показать всем окружающим, — ответил юрист. — Постоянные инвестиции в недвижимость сохранили средства, но сейчас дают не так много дохода, чтобы закрыть проблемную территорию. Стратегия увеличения арендных площадей забуксовала из-за того, что Ожеговы сделали очень большую ставку на все сферы, связанные с добычей из аномальных зон. Я бы не рекомендовал вам связываться с этим объектом, Ярослав Константинович. Считайте это бесплатной оценкой рисков с моей стороны.

— Благодарю, Григорий Антонович, — удивившись щедрому жесту со стороны собеседника, ответил я. — Но я уже принял решение и договорился о сотрудничестве с Виктором Романовичем.

— Что ж… Надо было озвучить стоимость консультации заранее, — вздохнул юрист. — Что от меня требуется?

— Вы знакомы с составом имущества барона? — уточнил я.

— Разумеется, — фыркнул в ответ Бетюжин.

— Меня интересует один полный склад с запасом места для организации небольшого производственного цеха по обработке растительных ресурсов из аномальной зоны, — начал перечислять я. — Пространство для парковки транспорта и доступ к воротам на территорию. Желательно собственным. Охрану объекта будет обеспечивать агентство Антона Козырева. Договор на два месяца аренды. Аренда безвозмездная, но вам нужно указать, что все налоговые обязательства по этой территории принимает на себя род Разумовских. На всё время контракта.

— Ловко! — неожиданно рассмеялся Бетюжин. — Так выгодно Ожеговы ещё никогда свои склады не сдавали! Я бы сказал, что это слишком накладно, но, учитывая ваше Право Последнего, ход крайне логичный. Договор будет готов в течение пары часов. Что-то ещё, ваша светлость?

— Ещё нужен договор на тот же период с тем же охранным агентством, — добавил я. — Тоже безвозмездным. На обеспечение безопасности всей территории.

— На месте барона Ожегова я бы руками и ногами ухватился за такого клиента, — хмыкнул юрист. — По крайней мере, самый сложный период в этом году его род точно сможет пережить без проблем. Контракты будут готовы одновременно, Ярослав Константинович. За мои услуги вам нужно будет оплатить восемь тысяч рублей.

— Благодарю за помощь, Григорий Антонович, — ответил я и положил трубку. Наконец-то можно было присоединиться к гостям и «насладиться» праздником.

Это был удивительно бесполезный опыт. Вернувшись на приём, обнаружил, что все гости увлечённо следят за скачущими на сцене артистами. Кого они изображали я так и не понял. Благо, продолжалось это не особенно долго. Потом начался фуршет. На противоположной стороне зала я мельком увидел графа Добрышева, но он был так занят общением с Пелюзиным и Зейдом, что не обращал внимания ни на что вокруг.

Судя по тому, что вокруг нас постоянно находилось свободное пространство, слух о нашей ссоре с Олегом Петровичем уже стал достоянием общественности. К Насте вообще никто не подходил и девушка наслаждалась обществом барона Ожегова. Мальцевы скоро ушли и мы остались втроём. Чувствовал я себя довольно странно. Как охранник важной персоны, которому очень не нравится его работа. Возможно, это сказывалось на моём внешнем виде, потому что некоторые юноши, с которыми я встречался взглядом, тут же опускали глаза.

— Если ты устал, то можем уехать, — заметив мои мучения, в какой-то момент негромко произнесла Настя и я удивлённо посмотрел на сестру. — Надо было сказать и мы могли раньше покинуть приём.

— Можно было уехать раньше? — удивлённо посмотрел я на княжну.

— Конечно! — очень натурально удивилась девушка, а потом немного ворчливо добавила. — Мы же не наказание отбываем, а наслаждаемся светской жизнью. Я на таких мероприятиях каждый день бываю, а то и не по одному разу. Видишь, как тут здорово и интересно? К тому же, основную задачу этого выезда ты решил ещё в самом начале приёма.

Я молча смотрел на сестру. С одной стороны, хотелось возмутиться тем, что она ничего не сказала насчёт возможности уйти, а с другой — я искренне восхищался самоотверженностью княжны, которая каждый день добровольно принимала участие в этих парадах тщеславия. Да ещё и не стояла с кислой миной, как я, а налаживала связи с другими родам. И первые плоды этой методичной работы я уже видел.

— Провожу вас до выхода, если вы не против, — тут же предложил Ожегов и Настя благодарно кивнула барону.

Машина ждала на парковке неподалёку. Водитель открыл для нас дверь, я пожал Виктору руку, а Настя тепло попрощалась. Барон предложил встретиться лично во время приёма складской территории.

— Возможно, Виктор Романович. До свидания, — не стал давать чёткий ответ я. В этот момент Ожегову пришло сообщение и тот на некоторое время отвлёкся. А когда спохватился, мы уже сели в машину. Я успел заметить совершенно круглые глаза барона. Наверное, Бетюжин не поленился сообщить Виктору, что финансовые проблемы его рода остались позади.

— Чем планируешь заняться? — поинтересовалась Настя.

— Пока не решил, — нейтрально ответил я. — Скажи, а у тебя, случайно, нет знакомых в среде профессионального образования?

Поселок Горынино

Владения Рода Разумовских

Первый круг Тверской аномальной зоны

Елизавета Алексеевна Ежова, как всегда, скрывала свои эмоции. Девушка давно привыкла держать их при себе и не показывать окружающим, хотя сегодня, почему-то, сильно нервничала.

Лиза обладала аспектом Жизни — одним из самых ценных аспектов в этом мире. Аспектом, которым владел сам Император. Аспектом, который позволял спасать множество жизней. И предрасположенность именно к этому аспекту проявлялась в человеке достаточно рано, просто во внешнем виде его владельца.

Обладатели аспекта Жизни никогда не болели, их развитие было стремительным и «правильным». Выражение «пышет здоровьем», скорее всего, было придумано именно в тот момент, когда смотрели на карапуза с аспектом Жизни.

Лиза родилась в семье торговца средней руки. Её батюшка, Алексей Егорович, содержал посудную лавку в Ярославле, открытую еще его дедом. Семейный бизнес не приносил много денег, но шестеро детей были сыты и одеты, а старшие уже помогали отцу в торговле.

Лиза была младшим, шестым ребенком в семье. Никогда и ни у кого из предков по обеим линиям не было магического дара, поэтому у родителей и в мыслях не было, что их маленькая Лизонька может быть магом. Она росла и радовала родителей ровно до четырех лет, когда отец неловко упал с приставной лестницы и сломал руку. Суровый Алексей Егорович отнесся к этому, как досадному неразумению, врач наложил гипс и в тот же день, работящий отец семейства вернулся к работе, орудуя одной рукой.

Вот только Лизе было жалко папеньку и она вечером, когда все отдыхали после рабочего дня перед телевизором на большом диване, удобно устроилась у отца под боком, взяла фломастеры и начала рисовать на гипсе цветочки, чтобы, как она выразилась: «всё быстро зажило».

Рисовала она три вечера, а проснувшись на четвертый день, Алексей Егорович внезапно понял, что рука у него абсолютно не болит. Ну, он порадовался, что медицина ушла далеко вперед и забыл про это, наслаждаясь жизнью и дальше, точнее — напряженно работая.

Однако через полтора месяца, после снятия гипса и контрольного снимка, дежурный врач городской клиники удивленно посмотрел сначала на снимок, затем на Алексея Егоровича и ненавязчиво поинтересовался, работает ли он в найме или на себя. Узнав, что он работает на себя, врач очень удивился — у пациента не было причины симулировать болезнь, поэтому врач просто поинтересовался, к чему был этот спектакль. Тут уж удивился Алексей Егорович, в жизни никогда и никому не совравший.

Подняли старые снимки, нашли врача, кто гипсовал Алексея Егоровича и у всех присутствующих возник вопрос «Какого хрена?». Не было ни малейшего признака перелома! Однако, присутствующий на этом спонтанном совещании старый завотделением, имеющий опыт общения с магами Жизни начал задавать уточняющие вопросы, когда увидел разрисованный детской рукой гипс.

Тогда Лизу и идентифицировали, как потенциального мага Жизни. Что тогда началось! Буквально всем аристократическим родам Ярославля внезапно потребовалось обновить свои посудные запасы, приобретя новые сервизы. Предложение опеки поступали одно другого лучше. Вот только, благодаря тому же пожилому завотделением, Алексей Егорович знал, что верить аристократам себе дороже. А еще он узнал про имперскую программу поддержки одаренных, семьи которых не могут позволить себе их обучение. И он воспользовался этой программой. Денег, выплачиваемых Империей хватило на хорошую школу, после которой Лиза успешно прошла Ритуал Пробуждения, получив отличный результат потенциала девять из пятнадцати. Ну, а дальше был МАМИ и трудный путь наверх.

Лиза с детства сталкивалась с пренебрежительным отношением к себе и своей семье. Сначала в школе для потенциальных одаренных в Ярославле, где она училась сплошь с отпрысками благородных семей. Затем в МАМИ, где уже пробужденные будущие маги также в подавляющем большинстве были высокородными. Но, в МАМИ уже было проще. Ведь кроме неё было еще несколько сокурсников, родившихся в простых семьях. И как-то так получилось, что все они держались особняком, поддерживая и оберегая друг друга.

Вот только «поддержка» была разной, а конкретно от её друга — Феди Карза, который сейчас сидел рядом с ней на заднем сиденье пикапа, она была наиболее сильной. Они были больше, чем друзья, хотя парой они не были. В основном — из-за её желания, ведь Федор Семёнович, скорее всего, был бы счастлив при таком развитии событий.

— Стой!!! — неясная тревога накрыла Лизу, вырвав её из раздумий.

Водитель пикапа — дружинник Разумовского резко затормозил. Из кузова сзади раздались ругательства бойцов группы сопровождения, которые чуть было не посыпались за борт от такого торможения.

— Руки бы тебе поотрывать, Снегирь за такое вождение! И в жопу вставить — им там самое место! — громко выкрикнул какой-то Гридень. Да, абы кого в сопровождение аспирантов не ставили, даже если они путешествовали по условно-безопасной территории владений Разумовских.

— Что такое, Лиза? — сразу же напрягся Карз.

— Чувствуешь? Смерть? — нахмурилась Лиза.

— Д-да… — неуверенно сказал Фёдор, нахмурившись.

— Фух, напугали, Елизавета Алексеевна, — повернулся к ней водитель. — Это ж негр из Витязей охранную систему, видимо, настроил. Головешка долбанная!

— Кто⁈ — удивилась Лиза.

— Ну негр… африканского аборигена Витязи к себе взяли. А он как раз маг Смерти. Аранак кажется… или Абрек какой-то… не помню как его звали…

— Аларак, дятел! — раздался негромкий, но глубокий голос и буквально из воздуха возник молодой крепкий мужчина в странном маскхалате. — И боже упаси тебе его негром еще раз назвать. В лучшем случае, любой из наших оторвет тебе голову, ну а в худшем — Аларак тебя сам проклянет, а это я тебе скажу — гораздо хуже смерти.

— А ты что еще за хер с бугра? — Снегирь был явно смущен, что прозевал появление постового, но попытался, по привычке, перейти в наступление.

— Ничему вас, мякишей, жизнь не учит, — слегка улыбнулся Витязь. — Вот выбить бы тебе пару зубов, сразу же голову включать научишься, прежде, чем языком ворочать.

— Да ты… — Снегирь открыл дверь и полез наружу с твердым намерением ввязаться в драку в борзым коллегой.

— Ну-ка, тихо! Снегирь, отставить! — неожиданно для себя крикнула Лиза.

— Елизавета Алексеевна, при всём уважении, но наглеца нужно проучить, — покосился на Лизу боец, но всё же остановился.

Из кузова спрыгнула шестерка сопровождения. К оружию никто не тянулся, но Лиза видела, как сжимаются и разжимаются кулаки. Дружинники явно готовились к хорошей драке. Вот только Витязя соотношение семь к одному, похоже, ничуть не смущало. Более того, казалось он был только рад. По-крайней мере, радостный оскал на его лице, который должен был означать улыбку, ширился всё больше и больше.

— Он их раскатает тонким слоем, — тихо шепнул Фёдор Лизе на ухо. но, она и сама это видела. Да, с ней было семь Гридней, вот только стоящий перед ней молодой человек, лишь слегка старше её самой, был определенно не ниже Ратника, а возможно — даже уже Мастером. При этом, учитывая его опыт, он точно умел убивать. А учитывая общий «диагноз» Витязей…

— Отставить, я сказала!!! — Лиза вылезла из машины. — Имя, должность боец!

— Во как! — восхитился Витязь, с прищуром глядя на Лизу. — Деловая какая. Змей я. Черпаков Алексей Артёмович. А должность? Все мы сейчас дружинники нашего славного князя.

Лиза попыталась вспомнить списки, которые она просматривала перед поездкой сюда. Точно! Черпаков! Двадцать шесть лет, заместитель Рыкова. Чрезвычайно молод для Мастера, но уже достиг этой ступени.

Лиза открыла рот, чтобы продолжить диалог, но недалеко раздался еще один веселый молодой голос, с неуловимым акцентом.

— Смотрите кого к нам принесло! Живчик! И какой симпатичный живчик! Змей не раскатывай губу, Коту она тоже нравится!

С одного бока от девушки зарычал Карз, а с другого весело засмеялся Змей. Лиза, нахмурившись повернулась в сторону голоса и увидела, как из открывшихся городских ворот, широко улыбаясь и демонстрируя ослепительно белые зубы, к ним идет высокий черный молодой мужчина.

Одет он был только в штаны и тяжелые военные ботинки, а мускулистый торс, плотно покрытый татуировками, отливал черным в солнечных лучах.

— Чур Кот первый на лечение!!! — весело засмеялся он.

Глава 11

Имение рода Разумовских.

Первый круг обороны Тверской аномальной зоны.

Ещё бы немного и я мог бессовестно уснуть прямо в пути. Машина плыла над землёй настолько мягко, что ощущение движения совершенно терялось. Пейзаж за окном превращался в декорацию, а тихая приятная музыка служила фоном. Настя со мной беседовать не стремилась и с кем-то активно переписывалась. Судя по частым взглядам в мою сторону, я был основной темой беседы.

Мысли лениво дрейфовали вокруг темы поиска новых специалистов для нужд своего рода. Сестра, к моему удивлению, помочь в этом вопросе не смогла. Я уже начал было думать, что у княжны во всех сферах современного общества появились контакты. Однако, времени прошло слишком мало, чтобы Настя могла просить о помощи знакомых своих приятелей. Для этого нужно было перейти на другой уровень доверия. Единственный совет, который дала Анастасия — обратиться к графу Кривошееву. Но этот вариант напрашивался с самого начала.

Использовать его я не хотел по нескольким причинам. Уже работающая на территории моих владений группа аспирантов отлично справлялась с поставленными задачами, но за ними требовался постоянный присмотр и я до сих пор не знал, кто из них работает на меня, а кто на всех сразу. Ставить на ответственные новые направления подобных людей однозначно не стоило. Второй причиной была узкая специализация выпускников МАМИ. Вернее, их слегка ограниченный подход к решению сложных задач. Проблемы решались с позиции классической магии, а мне часто не подходили такие способы.

Сашок вообще не обладал никаким дополнительным образованием, но он был гением. Самородком, который сумел найти такой путь, на который больше никто не обратил внимания. Вот только открытие своё парень сделал именно потому, что сил решить задачу у него не было. Можно было открыть небольшую школу в Сумани. Ну или курсы организовать, на которых староста сможет хотя бы часть практических знаний передать. Но когда ему этим заниматься? Между подходами по смешиванию мази для Витязей, созданием маскировочных костюмов для всей дружины и дрессировкой аномальных зверей?

Допустим, последнюю задачу возьмёт на себя Нюша. Младшая и так заливает всё подземелье своей энергией, приучая маленьких россожей к новому способу общения. Более мелкие звери точно из-под контроля не выйдут. Но об этом надо будет отдельно поговорить с сестрой. Всё же, полностью отправлять её в свободное плавание я пока был не готов. Создание маскировки можно доверить Скопе, да и среди других суманьцев есть умельцы. Рецепт мази Сашок мог расписать подчинённым по пунктам, чтобы они просто выполняли определённую последовательность действий. Магии там не было, поэтому смешать состав мог кто угодно. И всё равно я не хотел тащить старосту Сумани в Тверь. Слишком ценный кадр.

— Инга Аскольдовна передаёт тебе большой привет, Яр, — когда машина остановилась у крыльца особняка, сообщила Настя. — И спрашивает, когда они с супругом могут приехать к нам в гости.

— Графине тоже передай привет и мои сожаления, что мы не увиделись на сегодняшнем приёме, — выйдя из машины и подавая сестре руку, ответил я. — Граф Калинин только недавно заезжал к нам в имение…

— Яр, — красноречиво посмотрела на меня сестра. — Ну ты же понимаешь, что пятиминутная деловая встреча и полноценный официальный визит супружеской пары — это совершенно разные вещи! После этого род Разумовских будет выгоднее выглядеть для всех окружающих.

— Я ничего не имею против визита Калининых, Насть, — устало улыбнулся я. Оказалось, что всего одно официальное мероприятие настолько меня морально утомило, что хотелось прилечь отдохнуть. Желательно, до утра. — Но мне ближе другой подход. Я бы сказал, что лучше быть кем-то, чем казаться. Общественное мнение для нас уже не имеет такого критического значения, как месяц назад. Тогда род мог погибнуть от любого чиха. Сейчас всё уже иначе.

— Тогда что насчёт визита друзей, которые очень хотят обсудить последние события в Твери и посмотреть, как мы живём? — зашла с другой стороны княжна и я невольно улыбнулся. Надо признать, что Инга Аскольдовна сделала для Разумовских чуть ли не больше, чем её супруг. Отказать этой женщине я бы не смог даже при серьёзных на то причинах. А когда таковых нет…

— В пятницу, — произнёс я. Настя довольно улыбнулась и величественно ушла в дом. Я пару минут стоял у крыльца, а потом пошёл следом за сестрой. Внезапно, принял решение бороться с моральной усталостью другими методами.

Минут через двадцать, сняв новенький костюм и с удовольствием натянув на себя привычный камуфляж, вышел на улицу. До казармы идти было совсем недалеко. Там я застал привычную картину — мои охранники что-то бурно обсуждали со своими соратниками из охраны имения.

— Полоз, Ежа, Боров, — не обращая внимания на то, как подскочили со своих мест бойцы, произнёс я. — За мной.

— Куда едем, Ярослав Константинович? — разом забыв про все разговоры, пошли к выходу дружинники.

— Не едем, Полоз, — с улыбкой ответил я. — Ножками пойдём.

С собой брать ничего не стал. Чтобы привести в порядок мысли, решил использовать самый надёжный и веками проверенный метод — нагрузить до предела тело. После недавнего рейда в аномальную зону, пришёл к выводу, что выносливости мне не хватает. Если бы не умение распределять часть энергии Источника по организму, я бы свалился ещё по пути к логову россожа от переутомления. В этом отношении, любой Витязь мог дать мне приличную фору. Начать решил с пробежки, но дойти успел только до ворот имения. После слов Насти о том, что до меня практически невозможно дозвониться, оставлять дома телефон не стал и это решение сразу же мне аукнулось.

— Разумовский, — не глядя приняв звонок, излишне грубо произнёс я.

— Помешал, Ярослав Константинович? — прозвучал из динамика осторожный голос Козырева. — Могу перезвонить в другое время…

— Говори, Антон, — медленно выдохнув, спросил я.

— Мне прислал документы по договору какой-то юрист, — сообщил Пичуга. — Там всё в порядке. Я проверил.

— Здорово, — ответил я. Слова Антона меня немного развеселили. Он просто не знал, что договор готовил лучший специалист Твери. — Подписывай. Ты же глава охранного агентства. Я всё согласовал с бароном.

— Я поэтому и звоню, ваша светлость, — быстро ответил Козырев. — Хотел разрешения спросить на смену офиса. Наш совсем не подходит для серьёзной конторы, да и ребят уже за полсотни — не помещаемся все.

— Мы говорил уже об этом, Антон, — произнёс я. — Как только появится такая возможность, сразу тебе сообщу.

— Так это… — немного растерянно ответил Пичуга. — Я думал, что вы в курсе. Вы же сказали, что всё согласовали с Виктором Романовичем…

— Ты о чём? — подозрительно спросил я. Мозг работать уже не хотел. Сознание упрямо твердило, что у меня критический информационный перегруз и требовало длительного отдыха. Или хотя бы ударной физической нагрузки.

— От меня только что вышел господин Ожегов, Ярослав Константинович, — доложил Козырев. — Он сообщил, что в распоряжение моего агентства, на всё время действия договора охраны, переходит одно из жилых строений на складской территории барона. Там и комнаты для проживания есть, и для офиса нормальное место. Тот склад, который вы арендовали, в ста метрах находится. Ну я и подумал, что…

— В целом, правильно подумал, Антон, — ответил я. — Молодец. Начинайте переезд, а я может на следующей неделе к вам заеду на новоселье. Что с новыми контрактами у тебя?

— Даже не знаю, ваша светлость, радоваться или волноваться начинать, — бодро ответил Пичуга. — На данный момент, я уже по максимуму взял. Людей не хватает даже с учётом пополнения. Три десятка объектов взяли под охрану. Из них треть крупные, а не просто забегаловки, как раньше. Если прикажете, то ещё людей наберу. Ну… Не упускать же возможность, когда работа сама в руки плывёт! У меня сейчас чистый доход на конец месяца за сто тысяч рублей перевалил. Кто бы знал. Что столько можно на обычной охране зарабатывать!

— Справишься? — прямо спросил я. — Деньги деньгами, но работу надо качественно выполнять, Антон. Напоминаю просто, что теперь от этого зависит репутация рода Разумовских.

— Справлюсь, Ярослав Константинович, — уверенно ответил Козырев.

— Тогда делай, — дал добро я и, следуя возникшей мысли, продолжил. — Прибыль пока в агентство вкладывай. Транспорт и снаряжение ребят начинай обновлять. Если нужно будет, то мне скажи. А лучше сразу скажи, сколько денег нужно, чтобы для твоих людей десяток городских машин закупить. Чтобы не стыдно было на них герб моего рода наклеить и по Твери с ним ездить.

— В двести тысяч уложусь без проблем, Ярослав Константинович, — немного подумав, ответил Антон. — Но это только к концу лета. Раньше у меня не получится нужную сумму набрать. Кто оформлением машин займётся у меня есть. Сам долго думал насчёт единого транспорта.

— Фото эскизов оформления машин пришли Анастасии Константиновне, Антон, — приказал я. Сам я заниматься этим не планировал. Только Насте надо будет сказать, что эти машины жители будут постоянно видеть на улицах города. Может она как-то сможет это использовать на пользу роду. — Если она одобрит, первый образец хочу увидеть когда приеду на новоселье в ваш новый офис.

— Через неделю? — растерянно переспросил Антон.

— Через неделю, — подтвердил я и, опережая следующий вопрос, добавил. — Деньги сейчас переведу. Машины бери с запасом по качеству. Никаких старых и битых.

— Понял, ваша светлость, — как-то заторможенно пробормотал Козырев. — Всё сделаю.

— Вот и договорились, — улыбнулся я и повесил трубку. Потом открыл приложение Имперского банка, перевёл на счёт охранного агентства триста тысяч рублей и, поставив телефон в режим полёта, посмотрел на переминавшихся неподалёку охранников. — Ну что, орлы? Полетели?

За пример взял недавний разговор с Рыковым. Тогда командир Витязей сказал, что его парни пробежали восемьдесят километров по пересечённой местности просто для того, чтобы выгнать из головы лишнюю дурь. Учитывая, что выгоняли они последствия магического ментального давления, получилось очень даже неплохо. Но для меня пробежка должна была стать разминкой и полностью тратить силы я на неё не хотел. Хватило бешеной гонки по аномальной зоне.

Бежали ориентируясь на сигналы родовой сети. Вернее, это я ориентировался, а парни просто неслись по обеим сторонам от меня. Вперёд никто не лез, потому что дружинники не знали, куда я сверну в следующий момент. А я наслаждался полной свободой и силой своего тела.

Всего три аспекта давали мне удивительные возможности. Из моих спутников двое были высокого воинского ранга, но оба только первое время снисходительно посматривали на своего князя, который выдумал для себя очередное странное развлечение. Потом взгляды стали серьёзными, а через час мы выглядели как четыре потных и почти загнанных коня.

Остановиться за это время я разрешил всего один раз. Когда мы случайно вылетели из леса прямо посреди боя. Родовая сеть давала в этой точке засветку и я решил проверить, что там происходит. Оказалось, что группа под руководством Буйвола уничтожала водяного ырга.

Маг воздуха, создававший в этот момент достаточно сложное для своего уровня заклинание, удивлённо уставился на нашу группу и потерял контроль. Магическая конструкция начала разваливаться, угрожая зацепить атаковавших зверя дружинников и я вынужден был вмешаться.

Работать с чужим плетением всегда сложно. Особенно если оно уже потеряло контроль и начало схлопываться. Ничего серьёзного сделать я уже не успевал, поэтом грубо вогнал в центр плетения мощное сопряжение на основе энергии аспекта Воздуха, чтобы продлить существование заклинания, и дал сильный импульс всей конструкции, запуская её к вершинам деревьев.

Не знаю, как должно было сработать это заклинание по задумке Буйвола, но на ырга обрушился поток ревущего воздуха. Зверя прижало к земле, распластав, как букашку, а дружинники из сопровождения мага дали дружный залп, добивая монстра.

Мы рванули дальше в лес, а на поляне остался удивлённо хлопающий глазами аспирант. У меня даже возникло желание узнать, сколько ему понадобится времени, чтобы прийти в себя.

— Привал! — замедляясь и выравнивая дыхание, приказал я. — Три минуты.

— Ярослав… Константинович, — хватая ртом воздух, простонал Боров. Он был самым слабым из моих охранников и почти отстал в какой-то момент. — Ну нельзя же так!

— Кто сказал? — удивлённо поднял брови я. По лицу тёк пот, но настроение было просто отличное. — Недавнее пополнение моей дружины доказало, что очень даже можно. По крайней мере, марш в сорок километров с глыбой в два центнера весом Витязи выдержали. А значит вы тоже сможете.

Упоминание африканцев разом испортило настроение моим охранникам. Наверняка они знали больше меня об отношении остальных дружинников к Витязям, но при мне об этом старались не говорить. Но такое сравнение не понравилось даже ветеранам, а обычных бойцов вообще могло вогнать в уныние.

— Расстроились? — прямо спросил я, но мне никто не ответил, хотя и так всё было понятно. — И зря. Вы, элита моей дружины. Если что-то смогли сделать другие воины, то и вы это можете. Я не хочу видеть ваши расстроенные лица. Я хочу видеть злость. Здоровую злость людей, которые могут стать лучшими в своём деле. А вы можете стать лучшими. Но для этого придётся впахивать. И тренироваться. Отдохнули?

— Бежим дальше, Ярослав Константинович? — уточнил Полоз.

— Нет, Андрей, — покачал головой я. — Сейчас у нас будет спарринг. Ты первый.

— Ваша светлость… — чуть смущённо ответил дружинник, но потом посмотрел на отдувающегося Борова и задорно улыбнулся. — До первого падения? Или до крови?

— Что кровь? — насмешливо ответил я. — Кошка царапнет — тоже кровь. Кто первый на траве окажется, тот выбывает.

— Ну… Ну как скажете, Ярослав Константинович, — переглянувшись с остальными, пробормотал Полоз. И мгновенно атаковал.

Удар получился чуть смазанным. Уйти у меня получилось только в самый последний момент. Я отвёл кулак противника в сторону и ударил в ответ. Андрей блокировал и резко взвинтил темп. Удары сыпались со всех сторон и несколько мгновения я только защищался. Мелькнула мысль использовать ту технику, которая помогла мне когда-то в бою с Ратаем, но я не стал этого делать. Ведь затеял я эту тренировку именно с целью узнать пределы своих возможностей без магии.

Однако, очень быстро стало понятно, что одного дружинника для такой проверки мало. Я видел дыры в защите Андрея и мог их использовать. Даже пару раз обозначал удары в уязвимые области. Противник в какой-то момент понял, что я работаю не в полную силу и хотел разорвать дистанцию, но я его опередил.

— Боров! — рявкнул я и на помощь Андрею пришёл второй дружинник. Ещё пара минут боя и снова наступило равновесие. Я перестал реагировать на окружающее пространство, но запас сил всё ещё оставался достаточно большим.

Разум постепенно погружался в боевой транс. Я отслеживал все действия противников. Ежа оставался в стороне максимально долго, но потом сам понял, что его соратники вот-вот сдадутся и пошёл в атаку.

Ещё минута. Скорость движений возросла до такой степени, что я видел только размыты очертания людей вокруг. Долгое время рядом было три противника. Парни часто сражались вместе и хорошо понимали друг друга. Они рисовали узор, который мне нужно было прочитать, чтобы нигде не ошибиться. А потом этот узор вдруг сломался и в схватку влетел четвёртый противник, а за ним пятый…

Новые соперники не давали мне ни секунды, чтобы осмотреться. Они были на одном уровне мастерства с Полозом и Ежей, но действовали гораздо более жёстко. Уклоняться стало сложнее и я ударил на опережение, выбивая из схватки Борова. Парень осел на траву и поспешно отполз подальше.

— Он даже магию не использует, слабаки! — внезапно грянул над поляной голос Вепря. — Ну, кто ещё хочет навалять своему князю? Его светлости нужно выложиться по максимуму!

Командиру Витязей никто не ответил, но количество противников рядом со мной тут же начало увеличиваться. Мгновение я анализировал ситуацию, а потом по телу хлынул поток усиливающей энергии сразу трёх аспектов.

Глава 12

Вода. Мышцы поют от перегрузки. Каждое движение перетекает в следующее настолько плавно, что невозможно понять, где заканчивается одно и начинается другое. Нет смысла бить в ответ. Пока нет. Врагов слишком много. Они мешают друг другу и я легко скольжу между противниками, заставляя их защищать меня своими телами.

Воздух. Тысячи точек зрения. Тысячи взглядов и возможностей воздействовать на ситуацию. Едва ощутимо толкнуть руку противника, чтобы он потерял равновесие во время удара. Тут же приходит чувство чужого присутствия позади. Аспект мягко упирается в стопу, увеличивая скорость движения вдвое. Ещё немного и можно будет начинать.

— Ну же, дармоеды!!! — весело ревёт где-то за пределами этого безумия Вепрь. — Нахрена князю такие бойцы, которые его даже целым взводом поймать не могут? Или вы думаете, что я с Аршавиным за вас всю работу делать буду?

Огонь… Пора!

Единственно верный момент. Разум чётко фиксирует десять противников вокруг. Время становится тягучим, как патока. На лбу мгновенно высыхает пот. Три аспекта сливаются в одну неудержимую силу и я взрываюсь серией атак. Всего одно касание на каждого врага. Воздух позволяет двигаться в разы быстрее обычного человека. Противники измотаны и ничего не успевают сделать. Со стороны это могло показаться одной яркой вспышкой, которая раскидала толпу дружинников вокруг меня.

— Слабаки!!! — весело заржал Рыков. Я так тяжело дышал, что с трудом различал оглушительный рёв Ратая. В ушах пульсировала кровь, а тело наконец сравнялось по усталости с перегруженным разумом. — Я даже не удивился. Елизавета Алексеевна, подберите этих неучей. Разрешаю вам добить особо безнадёжных. Незачем им портить белый свет своим существованием.

Только в этот момент я заметил рядом с командиром Витязей главного и единственного лекаря в моих владениях. Лису рядом с Вепрем рассмотреть было довольно сложно. Рыков раза в четыре превосходил аспирантку шириной плеч и вёл себя очень шумно. А у Ежовой даже Источник тлел едва-едва, что говорило о сильнейшем эмоциональном потрясении. Почти шоковом состоянии.

— Что вы такое говорите, Александр Егорович⁈ — с трудом пролепетала девушка. — Разве можно добивать раненых, если их ещё можно спасти? Мы же не в Африке, где вы творили чёрт знает что! Здесь цивилизованные земли Российской Империи!

Видимо, встроенный сарказм помог девушке немного прийти в себя. Она замедленно подошла к ближайшему дружиннику и быстро сплела простое восстанавливающее заклинание. Ожоги после моих атак должны были остаться небольшие, потому что я бил по энергетике противников. Большинству нужно было просто полежать пятнадцать минут, чтобы прийти в себя. Но долг лекаря требовал поставить всех на ноги немедленно.

— Если хотите, можем продолжить, ваша светлость, — неожиданно предложил Рыков и я вдруг понял, что Ратай говорит абсолютно серьёзно и никакой издёвки в его словах нет.

— На сегодня тренировка окончена, Александр Егорович, — с улыбкой ответил я. — Просто надо было скинуть накопившееся напряжение.

— Если ещё столько накопите, то вы в Горынино к нам сразу едьте, ваша светлость, — улыбнулся Вепрь. — А то мои совсем обленились. А если князь сам пример покажет, то и у меня повод будет этих лоботрясов погонять.

— Куда уж сильнее, — рассматривая вяло шевелящихся на земле бойцов, хмыкнул я. Рыков выставил против меня не самых сильных из Витязей, но даже так мне пришлось очень сильно постараться, чтобы выйти из тренировочного боя победителем. Если бы среди противников была пара Мастеров, то результат мог быть совсем другим. С подготовкой у африканцев было всё в полном порядке. — А где Кот?

— Где-то выясняет отношения со Змеем, — отмахнулся Рыков. — Под видом совместной тренировку с земляным магом, сопровождавшим целительницу. Сильно приглянулась парням зеленовласка.

От таких слов Ратая, работавшая с очередным раненым Ежова, ощутимо вздрогнула, но к нам так и не повернулась. Я невольно улыбнулся и покачал головой, представив борьбу этих троих за внимание Лисы. В том, что Глыба тоже неравнодушен к девушке я не сомневался с нашей первой встречи.

— Какие планы, Ярослав Константинович? — поинтересовался Вепрь. — Может, пора рейд вдоль границы устроить? А то засиделись ребята…

— Засиделись? — удивлённо поднял брови я. — Мы же только пару дней, как вернулись из рейда. Или?

— Да, — хмуро кивнул командир Витязей. Такое острое желание вернуться в аномальную зону могло возникнуть только в одном случае — африканцев снова потихоньку накрывало безумие и им требовалась очередная доза адреналина. Такими темпами, их придётся скоро переселить в аномалию. Я думал, что у нас хотя бы неделя будет…

— А что с мазью, которую Сашок придумал? — уточнил я.

— Мало ингредиентов, ваша светлость, — ответил Рыков. — Это ещё одна из причин, по которой я прошу разрешения на глубокий патруль. Берёза обещал дать пару своих ребят со зверушками, чтобы поискать нужные травы и корешки.

— Что ж… — задумчиво ответил я, но окончательное решение по запросу Рыкова принять не успел. Звонок мобильника раздался в самый неподходящий момент и я тяжело вздохнул, доставая из кармана телефон. — Разумовский.

— Добрый вечер, ваша светлость. Зейд беспокоит. Удобно? — произнёс помощник Пожарского.

— Слушаю, Леонид Евгеньевич, — ответил я и, опережая собеседника, добавил. — Вы по поводу коридора в аномальную зону?

— Всё верно, ваша светлость, — чуть удивлённо отозвался Зейд. — Мне сообщили, что у вас нет принципиальных противоречий по поводу моего запроса.

— И это действительно так, Леонид Евгеньевич, — невозмутимо ответил я. — Защита границы аномальной зоны наша общая задача. Единственное, меня интересует, почему вы решили пройти в зону через мою землю?

— Направленный характер возмущений, Ярослав Константинович, — явно ожидая этот вопрос, ответил маг. — У службы контроля свой регламент решения подобных вопросов и обычно этим занимаются имперские егеря. Но в случае вашего рода путь официальных запросов очень долгий и было принято решение работать в частном порядке. Я взял на себя смелость подготовить маршрут, по которому будет двигаться мой отряд и могу его выслать вам. Если вас всё устроит, то мы можем начать рейд. На какой срок по коридору я могу рассчитывать, ваша светлость?

— Сутки, — почти без раздумий, ответил я. Давать Зейду лишнее время мне не хотелось. Что именно он будет искать я примерно представлял и ограничить его по времени мог только таким образом. — Потом у меня запланированы другие мероприятия.

— Какие-то особые условия? — уточнил Леонид Евгеньевич.

— Вы проходите до нужной вам точки аномальной зоны по согласованному маршруту и также возвращаетесь обратно, — ответил я. — Целью рейда объявлено изучение активности магических сил в аномальной зоне, поэтому я рассчитываю, что охотиться в моей зоне ответственности или решать какие-то свои вопросы вы не станете, Леонид Евгеньевич. Я иду вам навстречу и рассчитываю на вашу честность.

— Я согласен на все озвученные вами условия, ваша светлость, — с небольшой задержкой, ответил помощник Пожарского.

— Когда вы хотите начать рейд? — задал следующий вопрос я.

— Предположительный маршрут и состав рейдовой группы я вам уже направил, Ярослав Константинович, — неожиданно ответил собеседник. — Если это не противоречит вашим планам, то мы хотели бы начать немедленно. Мой отряд ждёт вашего решения на трассе в двадцати километрах от границы ваших владений.

— Тогда можете выдвигаться, господин Зейд, — ответил я. Приближалась ночь, но отряду Леонида Евгеньевича она вряд ли станет помехой. — Вас встретят на границе.

— На той же тропе? — когда мы попрощались и я повесил трубку, деловито уточнил Рыков.

— Гостей встретит Аршавин, Александр Егорович, — ответил я. — Для тебя и твоих людей у меня будет другое задание. И Змея с Котом позови. Нужно ввести их в курс дела.

Граница Тверской аномальной зоны

Владения Рода Разумовских

Леонид Евгеньевич Зейд уже давно служил роду Пожарских. Причем, выбор он этот сделал осознанно, единственным возможным для него самого способам — по праву силы.

Будучи выходцем «из народа», Леонид поднялся с самого дна. Нет, это недостаточный эпитет. Он выгрыз себе дорогу с самого дна. И под «дном» тут подразумевается дно буквальное.

Родился он в трущобах промышленного поселения на Алтае, не имеющего даже названия, а лишь являющийся придатком к гигантскому коксохимическому заводу. Отец и мать работали на заводе. Вот только отец погиб в пьяной драке, когда маленькому Лёне не исполнилось и пяти, а мать окончательно спилась и умерла от цирроза печени двумя годами позже.

В семь лет Леонид прибился к шайке беспризорников, которые подворовывали на местном рынке, уплачивая «дань» старшим товарищам. Там он продержался до девяти лет, когда в результате полицейской облавы был пойман и попал в детское исправительное заведение, расположенное в Новосибирске.

Именно там он почувствовал в себе что-то странное. А именно — необычную тягу к воде и понимание её сущности. Да, он любил воду с детства и, несмотря на чудовищные условия жизни, он всегда находил время поплавать в, черной от промышленных выбросов, местной речушке. Его друзья крутили пальцем у виска, во-первых — от ужасного качества воды в реке, а во-вторых — из-за того, что маленький Леонид купался там круглогодично! Но, ему самому каждый раз при соприкосновении с водой становилось легче, а вода вокруг него как будто очищалась сама собой, не желая причинять мальчику вред.

В интернате всё завертелось с неожиданной стороны. Началось с того, что «старшаки» решили с порога научить новичка манерам и оттащили его для разборок в местный туалет. Вот только закончилось это всё отрезанной рукой старшего хулигана и многочисленными порезами тела его подельников. Когда рыдающего от боли хулигана отнесли в лазарет, он что-то кричал о воде, которая превратилась в лезвие и отрезала ему руку, которой он пытался макнуть Леонида в грязный унитаз. Вот только причиной, после последующего осмотра, признали лопнувшую трубу и упавший на руку тяжелую чугунную крышку сливного бачка. Да, «срез» был слишком ровный… но… водяное лезвие? Серьезно⁈

Тем не менее, Леонида больше не трогали. Особенно после еще пары показательных моментов. Случайных падений в душе или того странного случая, когда обычный дождь посреди жаркого лета превратился в тяжелый град…

В шестнадцать лет из интерната был устроен выпуск. Да, воспитанники всё еще были несовершеннолетними, однако, дальше их ждал путь в профтехучилища, после которых из них должны были получиться крепкие молодые профессионалы, так необходимые промышленности Российской Империи.

Вот только Леонид не попал в училище. Он исчез из города и поля зрения воспитателей и полиции, а через два года возник, ни много не мало, в Московской Академии Магических Искусств, где прошел Пробуждение с невероятным потенциалом четырнадцать из пятнадцати в аспекте, конечно же, любимой Воды.

Вот только обучаться в Академии парень не остался. На тот момент еще не ставший главой рода, 38-летний Евгений Александрович Пожарский забрал юношу к себе в родовую бригаду «Пепел», с которой он отправился, дабы помочь союзному роду противостоять очередному гону, в самую крупную аномалию Российской Империи — Иркутскую.

И в течение следующих лет он «скакал» с группой Пожарского по всему миру, лично побывав практически во всех самых значимых аномалиях, в том числе, ненадолго задержавшись в Африке. Зейд превратился буквально в цепного пса рода Пожарских. Не нужны были наставники, перспективного молодого человека тренировали лучшие боевые маги Империи. Не нужно было тренировочных мишеней, его врагами были живые твари из аномалий. Ему не нужна была теория, ведь у него была самая жесткая практика — выживание в нечеловеческих условиях.

Насколько сильно он не любил аристократов, наживающихся на бедах простого народа, настолько сильно он стал предан лично Евгению Александровичу Пожарскому. Столько всего было пережито вместе, что в один прекрасный день, когда его господин сказал «Фас!», Леонид подчинился. А всего-то Евгений Александрович решил, что старый глава рода Пожарских, его родной отец, чересчур засиделся на своем месте в родовом имении Пожарских в Москве…

И с того дня всё изменилось…

У него теперь было свое подразделение, под его командованием служила почти сотня магов второго и третьего круга. Плюс три сотни бойцов в рангах гридней и воителей, вооруженных и снаряженных по последнему слову как военной, так и магической науки. Прямо сейчас с ним было пятьдесят магов и две сотни бойцов, которых должно было хватить для выполнения задания великого князя.

Их встретили у границы территории рода Разумовских два вездехода, в которых находилось по пять дружинников. Негусто, учитывая, что у самого Леонида Евгеньевича была колонна из десяти грузовиков, в которых находились бойцы отряда и четыре микроавтобуса с магами. Плюс два бронетранспортера сопровождения.

Встретил их командир дружины Разумовских — Ратай Аршавин. Встретил с полагающимся уважением, хотя насмешливый взгляд, брошенный Ратаем на бронтранспортеры сопровождения, не ускользнул от внимательного Леонида Евгеньевича.

И вот тогда случилась первая небольшая размолвка. Имея на руках карту аномалии и прилегающих территорий, Леонид Евгеньевич заранее спланировал наиболее оптимальный маршрут движения к логову россожа, который и являлся главной целью их рейда. Однако, Аршавин, а скорее его князь, перестроили маршрут, немного, но уйдя в сторону от первоначально задуманного направления.

На резонный вопрос «почему», Ратай, не моргнув глазом ответил, что исключительно «из соображений безопасности важных гостей». В другое время бы Леонид Евгеньевич обязательно поспорил с борзым Ратаем, вот только было несколько нюансов. Статус «Последнего» у Рода Разумовских, близкий гон, где понадобятся все силы без исключения, да и что греха таить — некоторое уважение, которое заслужил молодой князь своими действиями. Тем более, что крюк получался действительно несущественным.

И вот теперь они добрались до края аномальной зоны и его люди вышли из машин, окончательно снаряжаясь для серьезного рейда.

— Какие-то советы будут, Ратай? — улыбнулся Леонид Евгеньевич, подходя к расслабленному Ратаю, который абсолютно безэмоционально смотрел за приготовлениями его отряда.

— У меня есть один совет, ваше благородие, но вы к нему всё равно не прислушаетесь, — усмехнулся в густую ухоженную бороду Ратай.

— И всё-таки? — вопросительно посмотрел на Ратая Леонид Евгеньевич.

— Не нужно вам туда ходить, ваше благородие. Гон близко. Хлопотно это и опасно.

Тут Леонид Евгеньевич не выдержал и рассмеялся.

— То есть ты думаешь, тебе и молодому князю сделать это было под силу, а мне и моим людям нет?

— Я не ходил с князем, ваше благородие, — пожал плечами Ратай и на лице у него явно появились признаки недовольства.

— Вот как? — удивился Леонид Евгеньевич. — А с кем был князь?

— С дружинниками рода, — просто ответил Райтай и по его честным голубым глазам стало понятно, что большего из него не вытянешь.

А ведь это было очень странно, что самый сильный боец дружины не сопровождал молодого Разумовского в его безумном рейде вглубь аномалии, из которого он вернулся не только живым и здоровым, но еще и ценной добычей, которая позволила решить практически все финансовые проблемы рода!

— Что ж, мы пошли, — неожиданно даже для самого себя, Леонид Евгеньевич оповестил Ратая.

— Удачи, — кивнул тот беззаботно. — Мы будем тут, когда вы вернетесь. Если что-то пойдет не так, нашу волну вы знаете. Ваше снаряжение, уверен, справится, — кивнул Ратай на уникальные, и чертовски дорогие рации, частично способные работать в условиях аномальной зоны.

Леонид Евгеньевич просто махнул рукой. Все его люди понимали его с полуслова, выстроившись в нужный походный ордер. И они вступили на территорию аномальной зоны…

Отойдя две сотни метров вглубь, Леонид Евгеньевич подозвал к себе своего заместителя.

— Что ты там почувствовал, Крот?

Барон Максим Петрович Корнев был двоюродным племянником князя Пожарского и обладал аспектом Огня. Несмотря на свой относительно молодой возраст в тридцать два года, он уверенно взял третий круг и имел уже второй ранг. Совсем немного до третьего ранга и дальше до четвертого круга. И тогда, его дядя обещал племяннику свою собственную группу, возможно даже легендарный «Пепел», который возглавлял сам Евгений Александрович и который сейчас находился в Африке.

— Огнерост, Водяной, — немного неуверенно сказал маг Огня, прислушиваясь к своим ощущениям. — Целая роща. Старая роща и сильная. И совсем на границе аномалии. Там, где был проложен наш изначальный маршрут.

— Ты уверен, Крот? — нахмурился Леонид Евгеньевич. — Не может быть он так близко, его бы давно местные собрали, да и кто бы дал так близко от границы набрать ему силу?

— Ты ж меня знаешь, Водяной, — угрюмо прищурился Корнев.

— Знаю, — кивнул Леонид Евгеньевич. — И поэтому удивляюсь вдвое больше.

— Может небольшой крюк сделаем? — выражение лица Корнева сменилось с недовольного на просящее. — Мне две сферы осталось. Как раз бы заполнил.

— Так торопишься сбежать от меня, Крот? — рассмеялся Леонид Евгеньевич

— Да нет, что ты! — смутился его зам. — Останусь сколько нужно, даже после получения четвертого круга, ты ж меня знаешь. Но, сила — это всегда сила. Твоя же поговорка, Водяной!

— Да, сила — это всегда сила, — кивнул Леонид Евгеньевич и, посмотрев на часы, на секунду задумался. Он обещал Разумовскому, что будет придерживаться маршрута и точно знал, что молодой князь очень резко может отреагировать, если узнает об обмане. Но и своих людей Зейд прекрасно понимал. Леонид поднял голову, ища взглядом подчиненных. — Свят, Уголек, Ласка! Время обеда! Крот накрывает на стол и хочет поделиться с друзьями!

Еще три мага Огня выступили вперед, с улыбкой глядя на Корнева, который совсем не выглядел желающим «поделиться». Но, приказ командира не обсуждается. Маршрут был мгновенно перестроен и они все двинулись параллельно границе аномалии в сторону рощи огнероста. Всего два с половиной километра и вот они уже около цели.

— Действительно, роща. И действительно сильная, — рассмотрев деревья поближе согласился Леонид Евгеньевич. — Вот только… Крот! А не кажется тебе, что с такой энергетической системой роща должна быть в разы больше? Что за чертовщина тут творится?

— Это бы я и хотел у вас узнать, ваше благородие. Кажется, вы немного сбились с пути. Подсказать дорогу? — внезапно раздался насмешливый голос из пустоты неподалёку.

Глава 13

Там же

В то же время

Леонид Евгеньевич мгновенно обернулся, только сейчас почувствовав присутствие человека. Не мага. Да, воина, но не мага. Как он, чёрт возьми, смог подобраться так близко⁈

Молодой мужчина, стоявший буквально в десятке метров, одной рукой небрежно закинул штурмовую винтовку на правое плечо и широко улыбался, глядя на ошеломленную элитную группу светлейшего князя.

— Ты кто такой? — раздраженно бросил Зейд, пытаясь разобраться в чем он просчитался. Да нет, всё нормально, он четко ощущает этого человека. Да, силён боец! Хоть молодой, но уже явно Мастер. Похоже, самородок. Но, он не мог подобраться к ним так близко!

Стоял незнакомец за охранным периметром явно сконфуженных бойцов группы, но их артефакты не смогли обнаружить воина заранее. Будто тот чувствовал, где проходит невидимая граница охранных барьеров.

— Я-то? — как будто удивился боец. — Я Змей. Дружинник князя Разумовского. Повторюсь. Кажется, вы заблудились. Вам в другую сторону. Показать в какую?

— Сами разберемся, — недовольно ответил Леонид Евгеньевич. Он был зол на себя и на своих людей, но выполнение задания нужно продолжить. Второй раз Разумовский точно их не пропустит через свои земли, а теперь ещё и проблемы наверняка появятся из-за этого странного парня. У командира группы даже мелькнула мысль решить вопрос максимально простым способом, но он сразу же её отогнал. Слишком опасны такие действия в отношении людей молодого князя. Да и боец выглядел слишком уверенным. Поэтому Зейд взял себя в руки и дружелюбно улыбнулся. — Сейчас подчистим здесь аномальную растительной и продолжим движения.

— Не-а, — протяжно произнес боец, назвавшийся Змеем. — При всём уважении, ваше благородие, извините, не знаю вашего прозвища, но мой князь разрешил вам пройти по его территории и указал где именно вы можете это сделать. Если я правильно научился читать карты, то вы и все ваши люди сейчас находитесь в трёх километрах от разрешённого коридора.

— Ты в своём уме, боец? — не выдержав, рявкнул Зейд. — Мы в аномальной зоне! Какие, к чёрту, коридоры⁈ Я запрашивал коридор у Ярослава Константиновича по его земле. За границей аномальной зоны другие законы. И наши договорённости…

— Продолжайте, — аж зажмурившись от удовольствия, проурчал Змей и Зейд моментально замолчал. — Я с радостью передам ваши последние слова моему князю.

— По законам Империи, внутри аномальной зоны нет другого собственника на землю, кроме Империи, а я — уполномоченное лицо губернатора! — уже понимая, что диалог превращается в полнейший бред, решил зайти с другой стороны маг.

— Согласно вашему запросу… — демонстративно достав из кармана засаленную бумажку, протянул дружинник. — Вы просили князя Разумовского об услуге в частном порядке. Что-то изменилось, господин Зейд?

Расслабленность мгновенно покинула голос Змея. Это почувствовали все, кто находился рядом с командиром отряда гостей. Дружинник перестал разыгрывать из себя случайного прохожего и чётко дал понять, что Разумовский направил его сюда с одной целью — показать Зейду, что тот находится на чужой территории и что не стоит нарушать договорённости.

— Я обязан доложить о найденной роще в егерский корпус, — с намёком кивнув в сторону аномальных деревьев, произнёс Зейд. — Вы намеренно мешаете нам обезопасить окрестности границы аномальной зоны.

— Это еще нужно доказать, — снова пожал плечами боец и зловеще улыбнулся. — А вот то, что вы нарушили договор с моим князем, доказывать не придётся. Ярослав Константинович находится под действием Права Последнего, а уполномоченный представитель губернатора сначала нарушил все озвученные в присутствии свидетелей договорённости, а потом использовал имя своего господина и даже Императора, чтобы коварно ограбить ослабленный род. Род, доверившийся светлейшему князю Пожарскому и его репутации. Стоит ли говорить, что Ярослав Константинович просто вынужден будет обратиться в верховный суд или к самому Императору в этой неприятной ситуации?

Из груди Леонида Евгеньевича вырвалось злобное шипение, но дружинник на это не обратил никакого внимания. Почти все, кто хоть немного знал Зейда, уже бежали бы в ужасе, а Змей только показательно посмотрел на свои часы и неторопливо продолжил:

— Если мне не изменяет память, то вы получили коридор на двадцать четыре часа, Леонид Евгеньевич. Скажу так, как человек, уже прошедший тот путь, который вам только предстоит пройти. Это о-о-очень ограниченный отрезок времени. Вам бы поспешить. Ну, или мы можем всё это время подискутировать по поводу этих милых ёлочек. Решать вам!

— Давай просто уничтожим эту рощу и пойдем дальше, Водяной, — не зная всех сложностей ситуации, шепнул стоящий за спиной Леонида Евгеньевича Корнев. — А потом пусть они доказывают, что мы что-то нарушили самому светлейшему.

— Коту кажется, что пылаш смелой воды перепил. Ты бессмертный что ли? — раздался с другой голос, со странным акцентом и в спину всем присутствующим дохнула сама Смерть.

Краем глаза Леонид Евгеньевич увидел, как с хрипом оседает на землю Вестник — его маг Смерти второго круга, редким талантом которого он так гордился. Хотя именно это зрелище удержало Леонида Евгеньевича от резких поступков. Это сработала уникальная способность носителей аспекта Смерти. В присутствии более сильного коллеги, остальные испытывали сильнейший дискомфорт, иногда даже теряя сознание. Что и произошло сейчас с Вестником. Именно поэтому носители этого аспекта буквально на дух не переносили друг друга и иметь в одном отряде двух магов Смерти было практически невозможно. Исключениями были родственники, но магов Смерти во всей Империи можно было по пальцам пересчитать и каждый из них был на вес золота.

А маг такой силы мог быть только из рода… Тут Леонид Евгеньевич увидел говорившего и понял, что нет, с родом он не угадал.

— Ты еще кто такой? — сделал шаг навстречу темнокожему здоровяку, который с усмешкой рассматривал оцепеневшего Корнева, Ласка.

— Я Кот, — охотно пояснил темнокожий. — А ты сильный водянчик, молодец. Чувствую, был на моей родине?

— Приходилось, — кивнул Корнев и, наконец придя в себя, недобро прищурился. — Ты смеешь препятствовать нашим действиям? Представителям губернатора?

Однако, ни его тон, ни его голос, похоже, совсем не произвели впечатление на темнокожего.

— Брат Змей предположил, что вы заблудились. Кот может показать нужное направление. Надо? — он забавно склонил голову набок, а в его больших карих глазах заплескались темные искры.

— Водяной, — сзади подошел командир его группы поддержки, но Леонид Евгеньевич уже всё видел и сам. Да и злость, наконец, отступила и он понял кто перед ним сейчас. Витязи. Бойцы, с искалеченным разумом, выделенной бригады рода Разумовских, которых этот юнец притащил прямо в сердце Империи. А еще стали понятны слова Ратая. Получается, молодой Разумовский ходил в глубокий рейд с этими отморозками⁈

Со всех сторон медленно, не делая резких движений, приближались еще дружинники Разумовского. Их было сильно меньше, чем его людей, всего сорок два человека, вот только выражение на их лицах… Казалось, что их глаза буквально умоляют: «Ну давайте же! Нападите на нас! Пожалуйста!». И это было чрезвычайно странно! И жутко.

Да, справиться со всеми ними, группа Леонида Евгеньевича могла бы без особых проблем, даже учитывая наличие мага Смерти, который как бы не был Магистром, как и сам Зейд! Вот только… Это ему точно сейчас было не нужно!

Несколько секунд в нем боролись, раздражение, злость, ущемленное самолюбие и здравый смысл. И последний победил.

— Двигаемся дальше по маршруту, — зло бросил он. — Подхватите Вестника, пока мы не отойдем от… этого.

— Доброй охоты, сильный водянчик! Еще встретимся! — ослепительно улыбнулся темнокожий махая напоследок рукой.

— Обязательно встретимся, — пробурчал себе под нос Леонид Евгеньевич. — И следующая встреча тебе не понравится…

Отряд двинулся обратно к коридору, стремительно переходя на бег. Леонид Евгеньевич отлично умел пользоваться своим даром и предпочитал контролировать ситуацию вокруг постоянно. Именно поэтому он увидел, как окружавшие их бойцы буквально растворяются в пространстве. Это в очередной раз доказало, что шутить с Разумовским не стоит. А теперь ещё с Евгением Александровичем объясняться из-за этого инцидента с нарушением коридора…

Леонид всегда отличался трезвым умом и умением тщательно анализировать ситуацию. Бег не мешал ему думать, но мысли и выводы портили настроение всё сильнее и сильнее. Вскоре Зейд пришёл к выводу, что любое упоминание рощи огнеростов может превратиться в настоящую катастрофу для постепенно крепнущего влияния светлейшего князя. Скандал с участием молодого Разумовского мог вызвать серьёзные вопросы со стороны Императора и ответов на них у Евгения Александровича точно не будет.

От осознания дурацкой ловушки, в которую он угодил, Зейд зарычал в голос. А потом для себя твёрдо решил, что не только он сам, но и никто из его отряда ни словом не обмолвятся о найденных зарослях огненных деревьев. Главное, чтобы Пожарский сам откуда-то не узнал об этом. Иначе Зейд попадёт в очень сложную ситуацию.

Приняв окончательное решение, Леонид отбросил лишние мысли и сосредоточился на происходящем. Слова Витязя пульсировали в голове и не давали магу покоя. Пять сотен безумцев из сердца Дикого Континента с трудом прошли по тому же маршруту. Сначала Водяному казалось, что это полная чушь, но уже через пару часов, когда ночь окончательно вступила в свои права, он понял, что имел в виду Змей.

Волны обезумевших чудовищ атаковали отряд до самого утра. Что-то подобное происходило в Африке во время сложных волн. Звери третьего и чётвёртого рангов шли вместе со всевозможной мелочью. Отряд двигался так медленно, что к утру они прошли всего две трети намеченного маршрута. Когда немного рассвело и возникла небольшая пауза между атаками тварей, Зейд обернулся и увидел, как далеко позади бесследно исчезают убитые ими чудовища.

Маг стоял на вершине пологого холма и отлично видел, как туша ураганного вепря скрылась за невидимым полем. А потом в десятке метров из пустоты появился уже знакомый силуэт Змея, который весело помахал представителю Императора рукой.

Имение рода Разумовских.

Первый круг защиты Тверской аномальной зоны.

— Как успехи? — разделывая ножом идеально приготовленную яичницу, спросил я у Аршавина.

Предыдущим вечером мне стоило немалых усилий быстро всё организовать и правильно проинструктировать Змея и Кота, чтобы они не наделали ошибок из-за избыточного энтузиазма. Оба горели желанием проявить себя и это могло развернуть ситуацию самым неожиданным образом. Хорошо, что Рыков правильно понял мою идею и сумел быстро донести её до подчинённых.

Аршавину я позвонил лично. Нам повезло и Ратай в это время находился в Сумани. Поэтому он смог сразу взять с собой ребят Санька с их ручными земляными буйволами. Учитывая ситуацию, я решил воспользоваться случаем и закрыть сразу несколько важных задач. Одной из ключевых проблем был поиск необходимых ингредиентов для составления блокирующей воздействие психической блокады мази. Можно было не сомневаться, что Витязи смогут обеспечить безопасность разведчиков и поисковиков. Им пришлось бы немало поработать и сильно рискнуть, но они бы справились. Вот только зачем, если у нас внезапно появился качественный таран для зачистки территории.

В том, что Зейд попытается меня обмануть я не сомневался ни секунды. Пропустить громадное облако энергии рощи огнеростов не смог бы и вчерашний выпускник МАМИ. А среди команды Леонида Евгеньевича таких не было. Мне оставалось только объяснить Змею, как максимально доходчиво показать гостю, что он очень сильно меня огорчил своим поведением. А потом идти следом и собирать всё необходимое моему роду, включая свежие трупы аномальных чудовищ.

— Лучше самых оптимистичных прогнозов, ваша светлость, — присаживаясь напротив меня за стол, рассмеялся Ратай. Он приехал по первому моему звонку, чтобы доложить о событиях ночи лично. Выглядел Николай Петрович бодрым, но обмануть меня у него не вышло. Этой ночью Ратай не спал, собирая информацию от выстроенной до самой границы аномальной зоны цепочки сборщиков. — После встречи с Витязями, Зейд попёр к цели, как бешенный лось по горящему лесу. Должен сказать, что его ребята очень хорошо подготовлены. Потерь у Леонида Евгеньевича нет, хотя накрошили зверей они очень прилично.

— Сколько? — намазывая поджаренный кусочек свежего хлеба толстым слоем масла и присматриваясь к баночкам с разным вареньем, с интересом спросил я.

— Подсчёт ещё идёт, Ярослав Константинович, — осторожно ответил Аршавин. — Олег в этот раз считает сам, поэтому цифры очень примерные. Что-то не понравилось Пескарёву в артефактном сканере. Но там только зверей четвёртого ранга уже за полтора десятка туш перевалило. Гости даже самое ценное не берут. Поэтому за миллион точно будет. А может и больше. Они же до места ещё не добрались даже.

— Хорошо, — улыбнулся я. Скорее всего, Змей прислушался к моему совету и временами показывался на глаза бойцам Леонида Евгеньевича, чтобы те не теряли бдительности. Вряд ли гостей интересовала добыча с чудовищ, но, после первых нарушений, я был настроен проследить за полным соблюдением остальных договорённостей. — А с растениями что?

— Не могу сказать, ваша светлость, — покачал головой Ратай. — Что-то точно нашли. Ребята рыщут по зоне всю ночь напролёт. С ними по два десятка Витязей с каждым. На три группы сборщиков уже двенадцать мешков чего-то собрали и на нашу сторону границы переправили. Если хотите, я Сашку позвоню, чтобы точнее узнать. Он разбором добычи своих занимается.

— Не нужно, — покачал головой я. Отвлекать старосту Сумани от работы мне не хотелось. Не так важно было, сколько и чего нашли сборщики. Главное, что выстроенная схема отлично работала. В крайнем случае, можно было докупить нужные ресурсы за счёт добытых группой Зейда ингредиентов из аномальных зверей.

— Там Витязи присматривают за находками, Ярослав Константинович, — добавил Шатун. — Они больше всех заинтересованы в успехе поисков. Вроде как уже на десяток банок мази насобирали. Если на всю глубину рейда гостей зайдут, то может и больше получится. Меня просили уточнить, нужно ли забирать те туши, которые недалеко от логова россожа остались?

— Нет, — уверенно ответил я. — Они были одной из заявленных целей рейда господина Зейда. И Сидаку я говорил, что мы ничего из той добычи не брали. Не хочу, чтобы кто-то из этих двоих заявился к нам с вопросами. Сами найдут — сами убедятся, что я говорил правду. Остальное не наша забота.

На самом деле, причин было больше, но перечислять их все в разговоре с Ратаем я не видел смысла. Например, неадекватная реакция Геннадия Алексеевича могла заставить представителя банка пойти на очень активные действия, если он не получит желаемую информацию о положении дел в аномальной зоне. А мне его внимание было не нужно. Особенно в свете того, что я собирался через пару дней отправиться на длительную ночную прогулку с Антипом.

— Тоже верно, Ярослав Константинович, — довольно улыбнулся Аршавин.

— Ещё что-то интересное можешь рассказать, Николай Петрович? — заметив улыбку Шатуна, спросил я.

— С Прохором пообщался вчера, ваша светлость, — ответил Ратай. — Новости есть по Антипову и его семейству. Странные, я бы сказал.

— Поехали тогда, — заканчивая завтрак, поднялся из-за стола я. — По пути к особняку барона Кострова мне расскажешь, как там командир дружины наших соседей поживает.

Глава 14

— Если хотите, я предупрежу дружинников барона Кострова, что к нему приедет гость, — пока мы шли к машине, предложил Аршавин.

— Не нужно, — покачал головой я. — Барон будет у себя в имении. Мы с ним так договаривались, но у меня всё времени не было заехать к соседу.

— По делам? — осторожно уточнил Ратай и я невольно улыбнулся.

— Знаешь, Николай Петрович, иногда так бывает, что можно и просто в гости заехать, — ответил я. — Для меня всё же есть разница. Одно дело, когда ты в гости едешь и можешь попутно что-то обсудить. И совсем другое, когда едешь к человеку только ради того, чтобы решить какие-то дела. С Игорем Юрьевичем, к счастью, скорее первый вариант, чем второй. Что с Кожедубом?

— Хорошо всё с Прохором, — аккуратно выводя вездеход с парковки, ответил Аршавин. — Только новые хозяева не особенно лучше старых.

— Это я уже понял, — усмехнулся я. — Когда из Москвы возвращались.

— Ну да, — подтвердил Ратай. — Во всех остальных направлениях ситуация примерно та же. Начали с повышения сборов с населения владения. Вернее, порезали содержание и снабжение всего, чего только можно. Направили в приграничную зону аномалии три четверти своих сил и всех ребят Кожедуба, чтобы максимально выпотрошить зону до начала гона. Дружинники возвращаются только чтобы сдать добычу и подлечиться, а потом снова уходят в аномалию. Прохор сказал, что дела до окружающих владений им нет никакого. А ещё Кожедуб просил передать, что они и дня не простоят после начала гона.

— А вот с этого места поподробнее, — понимая, что именно эта информация может очень сильно повлиять на мои планы по защите владения, приказал я.

— Они не бойцы, — невозмутимо ответил Шатун. Мы катили по грунтовой дороге в сторону границы с владением Кострова и повсюду я видел следы присутствия своих людей. Если в первые дни после возвращения мы ездили по диким лесам, то сейчас пропустить многочисленные следы колёс и боёв мог только слепой. Родовая сеть тоже активно участвовала в защите моих земель. После качественного восстановления, накопление энергии пошло значительно быстрее. Быстро проверив состояние сети, пришёл к выводу, что можно начать модернизацию. Если не сильно задержусь в гостях, то приступлю прямо сегодня. Аршавин некоторое время молчал, подбирая нужные слова, а потом продолжил. — Налётчики, грабители, старатели… Не знаю, как правильно их назвать. Такие приходят в подходящий момент, чтобы получить максимум выгоды. Но я не верю, что кто-то из них станет жертвовать своими жизнями ради защиты Империи или жителей владения.

— Алексей Андреевич подобрал, мягко горя, не очень хорошую кандидатуру для договора патронажа, — хмыкнул я. Очень многие главы аристократических семей жаждали получить место в первой линии защиты аномальной зоны. Вот только мало кто из них действительно понимал, насколько это тяжёлое бремя. — Ожидаемо.

— Гости с Дальнего Востока пытаются очень агрессивно зарабатывать на тех процессах, про которые знают очень мало, — произнёс Ратай. — Прохор считает, что они могут спровоцировать сильную реакцию аномальной зоны, но он не может их остановить. Только сообщил, что его люди держатся ближе к границе с нашей территорией. Если что-то пойдёт не так во время начала гона…

— Я предупрежу Александра Егоровича, чтобы он встретил Кожедуба и его людей на границе, — кивнул я. — Но для нас это не очень хороший вариант. Переманивать чужих дружинников на свою сторону… Пока Прохор официально служит Антиповым, я смогу только дать ему временное убежище, а потом ему всё равно придётся вернуться на землю Алексея Андреевича.

— Если Прохор всё ещё будет служить князю, — хмуро поправил меня Аршавин.

— Насколько я помню, супруга главы соседской дружины в очень плохом состоянии и живёт только благодаря усилиям князя Антипова, — произнёс я. — Кожедуб не из тех людей, которые могут забыть о подобном или предать.

— Екатерина была укушена жересом, Ярослав Константинович, — негромко сообщил Шатун и, видя непонимание на моём лице, продолжил. — Это очень редкая тварь, которая живёт в глубинных частях аномальной зоны. Ближе шестидесяти километров от границы их вообще ни разу не видели. А дальше… Туда вообще редко кто заходит и ещё реже возвращается.

— Но данные об этом существе есть? — посмотрев на главу родовой дружины, уточнил я.

— Есть, — неохотно кивнул Николай Петрович. — Ну как данные? Я бы назвал это скорее байками старожилов зоны, чем официальными сводками.

— Если рейд Антипова встретил и убил это существо, значит должны быть и официальные данные, — предположил я.

— Рейд Антипова встретил жереса и сбежал, оставив заслон из самых сильных бойцов и магов, — угрюмо ответил Ратай. — В этот заслон попала жена Прохора и он сам остался тоже. Вот только жерес пошёл за основной массой и даже не обратил внимания на то, что его кто-то пытается перетянуть на себя. Десять сильных магов и три десятка бойцов, из которых пятеро были Ратаями и Мастерами. Жерес просто пронёсся мимо, оставив после себя только облако смертельного яда. Кого накрыло полностью, тот умер мгновенно. Кого частично — тех удалось дотащить до границы. Основной рейд ушёл только потому, что тварь не пошла дальше отметки шестидесятого километра. Там вторая граница зоны находится. Условная, но её тоже не пропустишь.

— Интересно… — задумчиво протянул я. Это какой же силы должен быть монстр, что он может только в глубинных слоях аномалии жить? Если даже близкая добыча не заставила чудовище покинуть привычную территорию, то это означало, что прибыль от охоты не перекрывала потери. А какие тогда должны быть эти энергетические потери? — Мне нужна подробная характеристика чудовища, Николай Петрович.

— Нет! — мгновенно возмутился Ратай. — Даже не думайте, Ярослав Константинович! Даже не думайте. Ни с Витязями, ни даже с полным подразделением Зейда. Это самоубийство!

— Я не говорю, что пойду искать этого жереса, Ратай, — рассмеялся я. — Не нужно так переживать. Но понимать, что это за зверь и чем он может угрожать при встрече мне нужно.

— Вот об этом я и говорю! — проворчал в ответ Аршавин. — Во-первых, я прекрасно знаю, как вы используете подобную информацию. Иглобой до сих пор снабжает наше производство заряженной аспектом Жизни водой. Во-вторых, жерес встречается только дальше шестидесяти километров от границы. Как при каких условиях вы с ним можете «случайно» встретиться, ваша светлость?

— Уел, — широко улыбнулся я. — Но в ближайшее время я туда точно не пойду, Николай Петрович. Не с такими силами. Рассказывай.

— Жерес внеранговый зверь, — подозрительно покосившись на меня, ответил Ратай. — Можно сказать, что это что-то вроде искалеченной формы семикрылого.

— Подробности, Николай Петрович, — требовательно произнёс я. — Мне нужны подробности.

— Аномальные звери становятся носителями аспектов в сплетениях. Когда попадают туда случайно, — издалека начал Шатун, но я не стал ему говорить, что это мне давно известно. Ратай не был особо болтливым человеком и раз заговорил о таких простых вещах, то это имело значение. — На внешнем кольце рождаются только монстры первого ранга. Для получения второго им приходится много жрать и далеко не все доживают до момента увеличения собственной силы. На втором ранге часто добавляется ещё один аспект или вырастают силы первого. Как было с земляным ыргом, которого мы недавно добыли.

— Это при условии, что зверь был обычным, — уже понимая к чему клонит Аршавин, добавил я.

— В точку, ваша светлость, — кивнул Шатун. — Если зверь был, например, третьего ранга и попал при это в сплетение, то он наверняка сдохнет. Вот только верно это лишь для внешнего кольца аномальной зоны. Что и как происходит в ядре никто не знает…

— Официально, — чуть выделив голосом слово, произнёс я.

— Легенды говорят, что иногда в ядре зоны рождаются очень сильные чудовища, — не глядя на меня, проворчал Ратай. — Когда зверь сам идёт в сплетение за силой, то он становится чем-то вроде семикрылого. Стабильным, закрытым и достаточно умным, чтобы хорошо использовать дарованные силы. А если случается какая-то проблема или зверь пытается сбежать от погони и влетает в подобное место, то рождаются твари вроде жереса.

— С каким аспектом? — первым делом уточнил я.

— Дело не в аспектах, Ярослав Константинович, — покачал головой Николай. — У ядра зоны просто нет монстров с одной или двумя силами. Там меньше трёх только у новорожденных щенков. Или таких, как черыги. Это…

— Знаю таких, — нейтрально кивнул я. — Встречали во время одной из вылазок.

— Понятно, — смерив меня долгим взглядом, ответил Аршавин. — Проблема жересов в том, что эти чудовища постоянно фонтанируют разными силами. Они не умеют контролировать этот процесс. Некоторые считают, что подобный монстр не может прожить долго, потому что убивает себя в какой-то момент.

— Но ты считаешь иначе, — по тону собеседника поняв, что тот не согласен с общей теорией, уточнил я.

— Я считаю, что вариантов больше одного, — угрюмо ответил Шатун. — Раз монстр может сдохнуть от своей силы, то может и стабилизироваться. А это уже совсем другая история. Потому что, в отличие от семикрылых, жересам доступно шесть аспектов! Жену Прохора тварь отравила слитым потоком Смерти, Тьмы и Воздуха. Они так переплелись в шлейфе чудовища, что почти превратились в единую уродливую силу.

— Неудачно сложился тот рейд, — проворчал я.

— Почему неудачно? — удивлённо спросил глава моей дружины. — Найти-то они жереса нашли, просто силы не рассчитали. Такое тоже часто бывает с подобными тварями.

— Что? — растерянно переспросил я. — Целью похода был именно этот монстр?

— Я понял так, — пожал плечами Ратай. — По крайней мере, Прохор сказал, что нашли тогда добычу на свою голову. Лучше бы сразу вернулись.

— Вот как… — усилием воли давя ураган мыслей в голове, протянул я. Пока выводы делать было рано, но ситуация с исследованиями Антипова резко менялась. — А когда это всё произошло ты сказал?

— Я не говорил, — не обратив внимания на моё закаменевшее лицо, ответил Ратай. — Лет восемь назад, примерно. Точнее не скажу. Но уже тогда ваш отец с Алексеем Андреевичем не в ладах были. Привет парни! Как служба?

Вездеход остановился у неприметного поста дружинников барона Кострова. Он находился чуть дальше нашей границы в удобном углублении пограничной засеки. Можно было не сомневаться, что в завалах было оборудовано много хороших огневых точек. Последняя фраза Николая Петровича была обращена к постовым, но я её почти не слышал.

Восемь лет… Даже если Ратай где-то ошибся, то этот срок всё равно был больше, чем прошедшее с момента казни отца и старших братьев время. Даже предположительная инсценировка гибели княгини Разумовской случилась раньше. В тот момент, когда прежний глава моего рода отправлял на Дикий Континент выделенную бригаду Витязей за редкими ресурсами для своих исследований, Алексей Андреевич Антипов пытался поймать в глубинных территориях Тверской аномальной зоны уникальное чудовище. Монстра, который мог стать источником всех аспектов сразу для тех исследований, которые сосед вёл уже тогда. Если добавить к этому полученную мной схему конденсации грязного Эфира из лаборатории Антипова, то получалось, что сосед продвинулся в поисках дальше, чем мой отец. Или нет?

Аршавин закончил болтать с соседскими дружинниками и вездеход двинулся дальше. Пару минут в салоне стояла полная тишина. Ратай следил за дорогой, а я пытался провести сравнительный анализ тех данных, которые были в дневнике отца и достижений князя Антипова. В итоге пришёл к выводу, что пути сильно отличались и почти не пересекались.

Антипов пытался найти способ создать новый тип энергии на основе аномальных зверей и сделать так, чтобы им могли пользоваться все. Вернее, у него не было другого выхода. Пойти по пути главы рода Разумовских сосед просто не мог. Мой отец тоже искал способ конденсации Эфира, но у него расклад был совсем другой. Родовой дар, доставшийся Разумовским от вершителя Элгора, превращал их во владельцев уникального сочетания сил и аспектов, которые могли, в теории, создать чистый эфир. Вот только без помощи самих Разумовских, повторить это никто не мог.

Только представив себе ту власть, которую мог получить мой род, у меня закружилась голова. Партия амулетов с чистым эфиром могла перевернуть ход любого сражения. Десяток артефактов на основе этой энергии легко стал бы причиной сменить правящую династию. И это только то, что первым приходило в голову.

Во рту мгновенно всё пересохло. Следом за первыми мыслями пришли следующие. Если до Императора дошли слухи, над чем работает мой отец, то ничего удивительного в судьбе старших мужчин моего рода не было. И теперь хотя бы частично стало понятно, зачем была устроена показательная казнь. Слугам правителя Российской Империи нужен был дар моих родственников. Мой дар. Вот только одного они не знали.

Если большинство родовых сил можно было, хоть и с огромными оговорками, адаптировать через специальные артефакты и множество реликвий к работе с носителями того же аспекта, то родовая сила моей семьи без крови не работала вообще. Это было одно из тех условий, которые я сам предусмотрел в далёком прошлом. Тогда без моего одобрения ни один носитель силы не мог использовать магию. Суть запрета немного изменилась с веками, но принцип остался тот же.

— И поэтому мы выжили… — уставившись в одну точку, едва слышно произнёс я.

— Да, ваша светлость, — кивнул Аршавин и я удивлённо посмотрел на Ратая. — Ещё как выжил. За этими разговорами про жену Прохора, я чуть не забыл про княжича. Что?

— Ничего, — тряхнув головой, чтобы немного прийти в себя, ответил я. — Что там с княжичем? Ты про младшего Антипова?

— Да, ваша светлость, — сворачивая к имению барона Кострова, ответил Аршавин. — Прохор и про него мне порассказал немного. Сильно переменился княжич после того, как выздоровел. Очень сильно. За ум взялся. Всё книги какие-то штудирует и из своей квартиры тверской на улицу почти не выходит. Вроде даже какой-то труд научный затеял писать о влиянии разных аспектов на организм одарённого.

— Хорошо, — одобрительно произнёс я. — Всё лучше, чем по кабакам таскаться.

— Это верно, Ярослав Константинович, — остановив вездеход на парковке и повернувшись ко мне, согласился Шатун. — Вот только Антон Алексеевич теперь постоянно старшего брата своего донимает, чтобы тот заставил отца сменить политику в отношении Разумовских. И с другом своим, Быстряковым-младшим, постоянно созванивается и обсуждает что-то подолгу. Сын графа с отцом своим последнее время тоже не в ладах сильно.

— И? — вопросительно поднял брови я.

— И в их разговорах часто название одного аномального зверя мелькает, ваша светлость. Семикрылого, — негромко ответил Ратай. — Прохор мужик очень умный. Два и два сложить без проблем может. Он ещё тогда спрашивал, не встречали ли мы кого у границы. Одним словом, дал он мне адрес в Твери, где супруга его лечение проходит. Если вдруг она на поправку после всех этих лет пойдёт, то за ответом Кожедуба дело не встанет.

— Понял, — кивнул я и открыл дверь, выходя из машины. — Надеюсь, супруге Прохора действительно станет легче в скором времени. Ты меня не жди, Николай Петрович. Я позвоню, когда забирать меня можно будет. Это не раньше середины дня точно.

— Как прикажете, ваша светлость, — кивнул Шатун. — Что Прохору передать?

— Что мне завтра в Тверь по делам нужно, — ответил я. — Выходные на носу, а я так до магазина Воронцовых и не добрался. Пора дружины нормально снаряжать. Вот в пятницу и поеду.

— Спасибо, ваша светлость, — расцвёл улыбкой Аршавин. — Так и передам всё.

Вездеход уехал, а я двинулся в сторону бани. Дружинники на пограничном посту заранее сообщили барону, что я еду к нему в гости. Потому что за огромными окнами бани виднелся приглушённый свет. Что это всё приготовлено для меня я был уверен ровно до того момента, как увидел стоящую у входа в здание пару мужчин. Одни из них был Игорь Юрьевич, а второго я видел впервые.

— Добрый день, господа, — подойдя ближе, первым поздоровался я и на лице незнакомца появилась очень слабая и осторожная улыбка. Будто он сделал что-то такое, что могло мне очень сильно не понравиться.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович! — протягивая мне руку, довольно улыбнулся Костров. — Очень здорово, что вы решили ко мне заглянуть именно сегодня, ваша светлость! Знакомьтесь, граф Олег Сергеевич Корчаковский.

Глава 15

Быстро перебрав в памяти лица знакомых тверских дворян, Корчаковского среди них не нашёл. Если учесть, что Настя ещё перед визитом на приём бывшего губернатора зарядила меня фотографиями всех потенциально полезных аристократов губернии, то ничего серьёзного из себя Олег Сергеевич не представлял. Однако, торопиться с выводами я не стал.

— Приятно познакомится, ваше сиятельство. — слегка кивнул я гостю барона. И в этот момент граф показал фантастическую ловкость.

Иногда в высшем обществе возникают неловкие моменты. Кто-то считает себя выше других, а кто-то гордится тем, что стоит на одной ступени с высшими аристократическими семьями. Когда подобные заблуждения сталкиваются с реальностью, случаются довольно неожиданные ситуации.

Приветствия среди дворян могли отличаться в зависимости от степени знакомства. Кто-то мог пожать руки, а кто-то даже кивком собеседника не удостаивал. Когда мы встретились в первый раз с князем Истоминым, то выразил своё отношение к моему роду именно так. Я же не торопился с подобными жестами и выбрал умеренно светский вариант. А вот граф Корчаковский явно рассчитывал на большее и уже тянул в мою сторону руку. А потом перевёл неловкий жест в изящный поклон. Костров только вздохнул и неодобрительно посмотрел на меня. Он у себя дома вообще игнорировал любые правила этикета. Особенно если ему было лень их соблюдать.

— И я рад познакомиться с вами лично, Ярослав Константинович. — не моргнув глазом из-за случившегося недопонимания, улыбнулся граф. — О вас так много всего говорят, что был готов увидеть настоящего волка аномальной зоны, а не молодого юношу. Как вам удаётся столько всего успевать, ваша светлость? У меня постоянно не хватает времени даже на простые дела. И это при том, что мои владения находятся во втором круге обороны.

— Граф Корчаковский управляет землями за владениями князя Истомина. — пояснил Игорь Юрьевич. — Идёмте в баню, господа. Там продолжите ваше знакомство.

Короткое пояснение Кострова будто вскрыло запечатанную кладовку в памяти. Я снова увидел лицо Истомина, с его характерным презрительным выражением. Такие люди почему-то всегда были уверены, что им должен весь мир просто за то, что они жили на этом свете. А когда князь наконец избавил нас от своего общества, то рядом с ним возник граф Корчаковский. Я не смог его вспомнить сразу, потому что видел Олега Сергеевича всего раз и то мельком. А вот то, что он официально входил в свиту Истомина, могло сильно повлиять на наше дальнейшее знакомство.

— Не всегда возраст имеет решающее значение, Олег Сергеевич. — слегка улыбнулся я. Дружеский визит к соседу стремительно превращался в словесную дуэль с непонятным гостем Кострова и это сильно портило мне настроение. Задач и проблем в последнее время и так было достаточно много, поэтому я на ходу повернулся к барону и спокойно спросил. — Может мне в другой раз заехать, Игорь Юрьевич. У нас всё же соседский разговор о делах обороны первого круга.

— Так его сиятельство не ко мне приехал, — хмыкнул в ответ Костров. Несмотря на разницу в титулах, барон спокойно говорил о госте так, будто его рядом с нами не было. Я сделал на этот счёт заметку у себя в памяти, а ещё отметил, что сам граф на подобный ход со стороны Кострова никак не отреагировал и только чуть ускорил шаг. Ровно настолько, чтобы можно было сказать, что он просто не слышал наш разговор. Правда ушёл он так быстро, что реально перестал нас слышать. — Олег Сергеевич очень интересовался вашими предпочтениями в напитках, ваша светлость. Возможно, хотел сделать презент или что-то подобное. Вот только ни я, ни кто-либо ещё в нашей губернии о вас толком ничего не знает. О чём я графу и сказал. А насчёт гостя можете сильно не переживать, Ярослав Константинович. Он ненадолго заскочил.

— Благодарю, — быстро раскидывая в голове слова собеседника, слегка кинул я. Этим мне и нравился Игорь Юрьевич. Всего парой фраз барон сумел выдать всю необходимую информацию для того, чтобы я мог сделать важные выводы в отношении Корчаковского. — Тогда наши вопросы

— Обязательно, ваша светлость, — широко улыбнулся барон. — После третьего пара, а может даже после четвёртого.

В терминологии Кострова это означало, что гость уедет в течение часа. Может чуть больше. Но всё получилось немного иначе. Когда мы зашли в раздевалку, граф уже скинул пиджак и замедленно расстёгивал белоснежную рубашку. Я приветливо кивнул Олегу Сергеевичу и неожиданно увидел на его лице выражение суровой решимости.

— Мне нужно с вами поговорить, Ярослав Константинович, — произнёс граф.

— Я пошёл на первый пар, — проходя мимо нас в дальнюю часть помещения, нейтрально произнёс барон. — Присоединяйтесь, как всё решите, господа.

На этом запал Корчаковского как-то сошёл на нет. Мне достаточно сложно было понять этого человека. С одной стороны, он предпринял массу действий, чтобы добиться со мной встречи. Для полноценного владетеля, пусть и второго круга обороны, это уже было странно. Многие могли просто позвонить или найти другие варианты связаться со мной напрямую. Граф пошёл обходными путями, что говорило о его желании скрыть от посторонних свой интерес. Почему это было так я примерно предполагал — князь Истомин был не из тех людей, которые одобрили бы подобные действия кого-то из своей свиты.

При этом уверенности и решительности графу явно не хватало. По моим ощущениям, он был из тех, кто будет отмерять двадцать семь раз, прежде чем отрезать. А значит о том, чтобы начать действовать этот человек задумался уже давно. Вот только до конца со своим отношением к собственному порыву Корчаковский так и не определился. И это не давало ему покоя.

— Я внимательно вас слушаю, ваше сиятельство, — решил я подтолкнуть графа в нужном направлении. — Понимаю, что слухи обо мне ходят самые разные, но я вас уверяю, что наш разговор останется только между нами.

— У меня для вас есть предложение, ваша светлость, — будто бросаясь в холодную воду с головой, выпалил граф. — Во время раздела имуществ корпорации вашего рода, князь Истомин предложил мне забрать часть оборудования из Себыкино. Тогда я посчитал это отличным вариантом, потому что дела у моего рода шли не очень хорошо. Но сейчас понимаю, что это было ошибкой. Я хочу вернуть вам всё, что мне передал князь Истомин. Но если он об этом узнает, то у меня будут огромные проблемы, потому что мой род практически полностью финансово зависит от соседа.

— Благодарю вас за откровенность, Олег Сергеевич, — улыбнулся я. — Для меня всегда имеет большое значение честность собеседника. И я буду честен с вами в ответ. Как вы смотрите на то, чтобы ваш род стал самостоятельным и независимым от Истоминых?

Поселок Себыкино

Первый круг обороны Тверской аномалии

Зона ответственности Рода Разумовских

Елизавета Алексеевна Ежова сидела в задумчивости на подоконнике, глядя на улицу, где вовсю кипела жизнь.

Вообще, с момента их появления во владениях Разумовских, который произошел совсем недавно, здесь многое изменилось. Приехали они, по-сути в руины, на которых как-то поддерживали жизнь немногочисленные фанатики. Нет, они не то что выживали в прямом смысле этого слова, нет. Они «выживали» — в смысле жили без особой цели и смысла, полностью полагаясь на принципы и призрачную надежду.

Не зря их считали фанатиками. Род Разумовских был практически уничтожен, надежды на его восстановления практически не оставалось, но люди здесь жили и на что-то надеялись. К слову, Елизавета могла понять, если бы остались отбросы и неудачники, которым некуда идти. Но нет, что дружинники во главе с Ратаем, который мог найти работу у любого из родов на отличных условиях, что староста Себыкино — являвшийся отличным специалистом, которого бы оторвали с руками и ногами. Большинство людей были именно такими — умными, умелыми и, безусловно, смелыми. Ведь первый круг обороны аномальной зоны был далек по безопасности от городского парка.

Так вот, за то недолгое время, что они здесь провели, всё поменялось просто кардинально. И выглядело это так, как будто в этом месте появилось новое сердце. Елизавета усмехнулась. Это было недалеко от истины. Тут и появилось новое сердце. Сильное, молодое и очень… изобретательное! Молодой Разумовский был что-то с чем-то!

Елизавета в своей жизни видела много аристократов. Еще больше она видела молодых аристократов — многочисленных отпрысков знатных и не очень родов. И она точно понимала, что Ярослав Разумовский — поистине уникальный! И не только среди молодежи — Елизавета встречала не так много благородной молодежи, которую интересовало что-то, кроме выпивки и веселого времяпровождения. Да, сила, влияние и власть, а также, иногда, хорошую успеваемость это не отменяло, вот только всё это молодые аристократы делали из-за ответственности перед родом, традиций и обычаев, а также просто обыденной необходимости. Так жили их отцы, деды и так далее. Но, свободное время они тратили на развелечения. Потому что были молоды, влиятельны, богаты и потому что просто могли.

Разумовский был другим. Совершенно другим. Он, в буквальном смысле этого слова, «жил» Родом. И это было видно невооруженным взглядом. У него не было свободного времени, у него не было желания развлекаться, у него не было другой задачи, кроме заботы о благополучии рода.

Глядя на него, пару раз у Елизаветы возникал невольный вопрос — откуда в этом теле столько энергии? Нет, что касается тела, с ним было всё в порядке, причем более чем. Будучи магом Жизни, Елизавета такое чувствовала прекрасно. Развитый не по годам, атлетически сложенный и… вполне симпатичный юноша.

Но, даже не это было главным. Главным была та энергетика, которая непременно заходила впереди молодого князя в любое место, куда бы он не направлялся. И эта энергетика буквально сбивала с ног людей, которые были старше и сильнее его, не говоря уже об жизненном опыте и влиянии в обществе. И это было что-то необъяснимое. Это как энергетика молодого и здорового зверя, который бросал вызов дряхлеющему вожаку. Вот только Разумовский, казалось, бросал вызов всем вожакам без разбора, причем абсолютно не заботясь об их силах. А ведь многие из них находились в расцвете своих сил!!!

— Тук-тук! — дверь в ее кабинет распахнулась и внутрь зашел, как всегда угрюмый Фёдор Сергеевич Карз.

Елизавета задумчиво оглядела не чужого по-сути ей человека. Фёдор был её коллегой, товарищем и любовником. Был ли он её другом? Сложный вопрос, ответа на который у Елизаветы не было. Но он точно не был её «парнем». Причем, исключительно по её инициативе.

Она привычно пробежалась по фигуре Фёдора. Высокий, крепкий, черты лица несколько простоваты, но ясные голубые глаза смотрят честно и открыто. Про таких мужчин иногда говорят, что «за ним, как за каменной стеной». Елизавета, в принципе, была с этим согласна. Лично за неё Фёдор готов убивать. Это было, кстати, не простым оборотом речи, а доказанным фактом.

Вот только… Не было в нём чего-то… чего-то такого… что есть, к примеру в молодом Разумовском! Елизавета сама удивилась своим мыслям. Разумовский был младше их на пять лет, да и как можно сравнивать молодого обученного мага и… И тут она буквально улыбнулась своим мыслям. Потому что после «и» продолжения у неё не было. Не могла она найти подходящих эпитетов для молодого князя.

— Привет, — улыбнулась она дежурной улыбкой и привычно приняла его короткий поцелуй.

Для коллег-аспирантов их отношения не были тайной, но вот широко их старались не афишировать. И это также было желанием Елизаветы, с которым Фёдор, скрепя сердце, согласился.

— Привет, — хмуро кивнул он и сел на стоящий у стены стул, не сделав больше ничего. К примеру — не обняв её и даже не погладив… гхм… по пятой точке.

— Ты всё еще дуешься за Горынино? — улыбнулась Елизавета, хотя при этом и сама ничего не предприняла, так и оставшись сидеть на подоконнике.

— Вот еще, — фыркнул Фёдор.

Елизавета покачала головой. Она знала этого мужчину уже долгое время и чем-чем, а умением врать он не отличался. Да, собственно говоря, казалось, Фёдор был в принципе не способен врать, ну или пытаться что-то скрыть. По-крайней мере от неё. У него буквально всё было на лице написано.

В Горынино получилось, надо признать… забавно.

Витязи. О-о-о-очень интересные люди! Обычные дружинники Разумовских, с которыми они ходили в составе групп были весьма интересными индивидами, многим отличающиеся от привычного образа аристократической дружины, но вот Витязи были еще более интересными экземплярами.

Елизавета знала историю их появления, это не было тайной. Тем более, она примерно представляла как работает «блокада» для подразделений в Африке. В общих чертах конечно же, но знала об этом гораздо больше, чем многие другие выпускники МАМИ. Это объяснялось просто. Как маг Жизни она была на особом счету. Все маги Жизни являлись мобилизационным ресурсом Империи. Да, среди других аспектов были также свои особенности, но именно маги Жизни могли принести наибольшую пользу своей стране в случае крупномасштабного военного конфликта. Так что они принадлежали, в первую очередь — Империи, а лишь во вторую очередь — себе или роду. Поэтому их образование несколько отличалось от академического парой интересных курсов, до прохождения которых все абитуриенты, без исключения, подписывали гору бумаг.

Елизавета знала, для чего это блокада нужна, как она работает и что бывает, если её не обновлять. И последнее она увидела во всей своей красе во время посещения Горынино!

Сказать, что её это потрясло — это ничего не сказать! Пять сотен потенциальных безумцев, а возможно — в ближайшее время и трупов, это то еще зрелище! Но, не это конкретно потрясло ее сильнее всего, а отношение этих «ходячих мертвецов» к своей ситуации.

Казалось, что все Витязи, как один, абсолютно не волновались ни по поводу своего нынешнего состояния, ни по поводу своего, уже ближайшего, будущего. Изначально, Елизавета восприняла их повышенный энтузиазм и неприкрытое веселье, как признаки помешательства. Ну не может быть такого, чтобы взрослые люди не понимали всю серьезность той ситуации, в которой оказались. А потом… а потом она явственно почувствовала «дух» Разумовских. И это ее немного напугало.

Напугало, в первую очередь тем, что чувство было абстрактное и необъяснимое. Елизавета, которая всегда полагалась на разум и здравый смысл, не могла понять, что общего у молодого здоровяка, Мастера по кличке Змей, или же у чёрного крепыша с прозвищем Большой Кот с молодым Разумовским!

Но, что-то общее у них, несомненно было. Что-то… чего так не хватало «надежному» Фёдору. При том, что Фёдора она знала долго, а этих двух увидела впервые. Было в них обоих что-то то самое «звериное», что она почувствовала в молодом князе.

И Фёдор также почувствовал то, что она почувствовала. И это ему сильно не понравилось! Дело чуть не дошло до открытого конфликта, который чудом удалось замять. А ведь Фёдор, похоже, даже не понял, по какому краю пропасти он тогда прошелся. И дело даже не в маге Смерти, сила которого просто ужасала. Да, Лиза первый раз видела так близко носителя этого редкого аспекта, но исходящую от него угрозу почувствовала чётко. При том, что выглядел он чрезвычайно дружелюбно, широко улыбаясь и откровенно флиртуя с ней.

Дело в том, что Фёдор вряд ли справился и с молодым дружинником. Мастера получить не так-то просто, но и тут есть нюансы. Просто… эти двое были прирожденными убийцами. И речь не шла об убийствах тварей, которые для них были просто работой и с которой они справлялись, без сомнения, очень хорошо. Нет, Елизавета чувствовала, что они умели убивать людей. Быстро и эффективно. Фёдор, выросший, как и она, в тяжелых, далеко не тепличных условиях и всего добившийся сам, выглядел по сравнению с ними «домашним мальчиком».

Вот только сам он этого не понимал, а когда Витязи решили приударить за Елизаветой, чуть не слетел с катушек. А Витязям только этого и было нужно — это было видно по их глазам. Нет, вряд ли Фёдора бы убили, всё-таки они на одной стороне, но вот отметелили бы его знатно — было у Елизаветы такое предчувствие.

Пришлось ей самой всё разруливать, жёстко обламывая новоявленных «ухажеров». Вот только тут проявилась еще одна их особенность. Похоже, эти бравые парни вообще не принимали отказов! Нет, они не наглели и не борзели, но шипение Елизаветы воспринимали как досадное недоразумение, которое в скором будущем обязательно исчезнет! И это также отличалось от большинства виденного Елизаветой поведения аристократов. Да у этих двоих было самоменине выше, чем у некоторых сыновей великих князей! Вот только откуда⁈

Дверь открылась и гурьбой в комнату зашли три их остальных коллеги. Фёдор тут же убрал обиженное выражение с лица, заменив на обычное отстраненное, а Дима Колесников с порога хмуро поинтересовался.

— И что за спешка, да еще и секретность?

— Садитесь! — легко спрыгнула с подоконника Елизавета. — Пора уже нам определиться, на какой мы стороне…

Глава 16

Корчаковский очень долго смотрел на меня и молчал. Это был действительно крайне осторожный человек, который тщательно взвешивал каждый свой шаг. Главная проблема была в том, что занимался этим Олег Сергеевич постоянно. И если сейчас он пришёл ко мне с желанием наладить отношения и заручиться поддержкой, то потом мог прийти точно так же к кому-то другому. К светлейшему князю Пожарскому например. Или к своему прежнему покровителю. Вот только я прекрасно понимал, что произойти это может в одном единственном случае — если граф поймёт, что позиции его союзника стремительно слабеют и нужно искать другой вариант поддержки.

Кто-то мог сказать, что так крысы бегут с тонущего корабля и что подобным людям доверять нельзя. У всех свой опыт и своё мнение в таких щекотливых делах. Я был уверен, что глава рода Корчаковских крайне умелый дипломат и замечательно ориентируется в обстановке вокруг Тверской аномальной зоны. Иначе он бы ко мне не пришёл.

Вторым доводом в пользу моего нового знакомого было положение его рода. С этим всё тоже было не так просто. Костров сказал, что Корчаковские занимали территорию во втором круге обороны. Это власть и влияние. Не такие серьезные, как у дворян-пограничников, но тоже немалые. Тот же Старковский очень даже хорошо себя чувствовал и в плане доходов, и в плане своих связей. Моя старшая сестра очень неплохо изучила важных представителей аристократии Тверской губернии и Олега Сергеевича среди них не было. Несмотря на земли во втором круге и близость к Истомину. Означать это могло только одно — род графа принадлежал к тем, кого негласно принято было называть «прилипалами».

Когда нет собственных ресурсов, а влияния недостаточно для самостоятельной политики, приходится приспосабливаться. Приходится искать варианты, при которых твой род сохранит позиции или даже улучшит их за счёт сильных союзников. Таким, до текущего момента, был для Олега Сергеевича князь Истомин. А теперь я открыто предлагал собеседнику пойти против своего благодетеля.

— Это невозможно, ваша светлость, — наконец вымученно улыбнулся граф. С него словно слетела маска дворянского лоска и осторожности, обнажив лицо уставшего от постоянной борьбы человека. — Вы должны дать мне слово дворянина, что эта беседа останется только между нами. Понимаю, что требовать что-то я не вправе, но иначе говорить открыто просто не смогу. Игорь Юрьевич уверен, что вы серьёзно относитесь к подобным вещам, а барон отлично разбирается в этом вопросе. Со своей стороны я даю вам слово дворянина, что предмет нашей беседы останется тайной для других людей до того момента, пока вы сами не решите с кем-то поделиться этой информацией.

— Слово дворянина, — невозмутимо кивнул я и Корчаковский будто стал немного ниже ростом. Возможно, граф не до конца понимал, что рассказывать о его тайнах мне банально некому, да и не входило подобное в мои привычки. Я мог поиграть на нервах собеседника, но не видел в этом никакого смысла — Олег Сергеевич и так поставил себя в очень уязвимое положение своим визитом к Кострову.

— Барон Костров…хорошо разбирается в людях, — усмехнулся граф. — Не ожидал.

— Почему вы считаете, что ваш род не сможет выйти из-под протекции Истоминых, Олег Сергеевич? — не желая ставить в ещё более неловкое положение собеседника, перешёл к делу я.

— Потому что большая часть территории моего рода, фактически, работает на нужды соседа, — слегка кивнув мне в качестве благодарности, ответил Корчаковский. — Переработка аномальных зверей первых рангов, снабжение населённых пунктов на территории Истоминых, поставки его дружине… Много всего. До определённого момента это было крайне выгодно для моего рода, Ярослав Константинович. Так действовал мой отец и мой дед. Тактика оправдывала себя поколениями, но мы не задумывались об обратной стороне такого сотрудничества. На текущий момент, все контракты на снабжение убыточны. Вернее, они приносят такой минимум доходов, что я могу только покрывать все издержки.

— Что мешает вам заключить новые контракты с другими владетелями первого круга? — уточнил я.

— Мне нечего им предложить, ваша светлость, — невесело улыбнулся граф. Выглядел он при этом как человек, полностью осознающий собственное положение. — Все договоры с Истомиными заключены на длительный срок. И расторжение контракта по любому направлению потянет за собой лавину последствий. Михаил Юрьевич не зря считается в Твери одним из лучших знатоков права. Всего несколько ошибок с моей стороны могут превратиться в настоящую катастрофу для всего рода Корчаковских. Неустойки будут такими, что их даже мои внуки будут выплачивать.

— Но при этом вы всё равно пришли ко мне, — с интересом посмотрел на Олега Сергеевича я.

— Потому что я не хочу, чтобы мой род стал целью Разумовских, — предельно честно ответил граф и это тоже стоило ему немалых усилий. Признать, что ты опасаешься мести какого-то мальчишки, да ещё находясь под защитой сильного княжеского рода… Это ставило под вопрос не только твои возможности, но и статус твоего покровителя. — Пять лет назад я принял участие в разделе имущества корпорации Разумовских, Ярослав Константинович. Пусть опосредованно, пусть мои люди и не участвовали в атаке на ваши земли. Но оборудование Веги сейчас стоит на моей земле и я готов вернуть его с дополнительной компенсацией, чтобы между нашими родами не было старых обид и конфликтов. Если вас устроит сумма в пятьсот тысяч рублей, то я готов перевести деньги на счёт Разумовских в день возвращения оборудования.

— Мне нужно подумать, Олег Сергеевич, — услышав скрип открывающейся двери, ответил я. В раздевалку зашёл Костров. Барон был ярко красного цвета и от него густо валил пар. Окинув нас хмурым взглядом, Игорь Юрьевич молча прошёл мимо и шумно упал в бассейн. Послышалось довольное фырканье, словно рядом плавал гигантский кот.

Граф кивнул и ушёл следом за бароном, а я направился в парилку. Костров разогнал температуру почти до восьмидесяти. В воздухе стоял густой аромат трав и масел. Я уселся на полок и закрыл глаза. Корчаковскому я не соврал. Мне действительно нужно было подумать.

Что мог предложить мне граф, чтобы был смысл с ним сотрудничать? Просто взять деньги и оборудование не вариант. Нужно хорошо изучить контракты графа и Истоминых, прежде чем делать выводы, но и так можно было сказать, что потеря оборудования для переработки аномальных тварей могла стать причиной разорения Олега Сергеевича. Это мне было не нужно. Сумма отступных тоже не особенно впечатляла.

Хорошо нагревшись, вышел в зону отдыха, по пути забрав свой телефон. Карту приграничных территорий Тверской аномальной зоны найти было нетрудно и владение Корчаковских я отыскал очень быстро. А как только его увидел, в голове родилась интересная идея. Охладившись в бассейне, выбрался к беседующим о чём-то мужчинам.

— Олег Сергеевич, — усаживаясь на простую деревянную лавку и беря в руки запотевший бокал с квасом, произнёс я. — А почему вы считаетесь владетелем второго круга обороны, если ваша территория касается границы аномалии?

— Всего километр, Ярослав Константинович. — мгновенно поняв о чем я говорю, ответил граф. — По сути, там только узкий коридор между землями князя Истомина и графа Новикова. Буферная зона. Я там держу часть родовой дружины, но ещё ни разу не было проблем или прорывов. Можно сказать, что это курорт для опытных бойцов. В аномальной зоне этот кусок границы перекрывают сильные соседи, а свои границы они блюдут и без моего участия. Перешеек надежно защищён и моим бойцам только остаётся иногда отлавливать всякую мелочь, которая забредает из аномалии. Пару раз даже крупных зверей второго ранга ловили!

— Крупных зверей… — понимая, насколько далёк Корчаковский от реалий аномальной зоны, эхом повторил я.

— Второго ранга, — негромко рассмеялся Костров. — Надо сказать, что вы не особенно расстраиваетесь по этому поводу, Олег Сергеевич. Многие сильно переживают, когда теряют добычу.

— Мне хватает того, что поставляют в цех на моей территории дружинники князя Истомина, — нейтрально ответил граф, но я тут же понял, что его задела эта тема.

В зону отдыха вошёл крепкий мужчина в полевом камуфляже и что-то шепнул барону. Костров недовольно поморщился, но всё же неохотно поднялся.

— Покину вас ненадолго, господа, — сообщил Игорь Юрьевич.

— Вам нужно докупить оборудования для работы с монстрами второго и третьего ранга, Олег Сергеевич, — когда Костров ушёл, произнёс я.

— Это… достаточно затратно и бессмысленно, ваша светлость, — немного подумав, ответил граф. — Михаил Юрьевич обрабатывает ресурсы такого плана у себя, а другие соседи не станут ко мне отправлять добычу. Многие связаны с Истоминым договорённостями и обязательствами. Да и, честно говоря, миллиона рублей на покупку такого оборудования у меня просто нет.

— Ну, как минимум, половина суммы у вас точно есть, ваше сиятельство, — широко улыбнулся я. — Вторую половину я переведу вам, как только мы утрясём все детали. Считайте, что это моя плата за предоставление в пользование моего рода зоны отдыха на вашей территории. Такой вариант дополнительного заработка ваши контракты с Михаилом Юрьевичем не запрещают?

— Вроде бы нет… — очень осторожно ответил Корчаковский. Когда дело дошло до конкретных действий, в Олеге Сергеевиче проснулась его врождённая осторожность. Помимо того, что это не должно быть запрещено прямо, могли возникнуть ещё и проблемы с самим Истоминым. — Мне нужно проконсультироваться по этому вопросу.

— У меня есть отличный специалист, — улыбнулся я. — Можете обратиться к господину Бетюжину.

— Боюсь, его услуги мне не по карману, Ярослав Константинович, — честно признался граф.

— Считайте, что это мой вклад в наше плодотворное сотрудничество, Олег Сергеевич, — невозмутимо ответил я. — Для меня важно убедиться, что мы не встретим подводных камней, когда начнём действовать и я готов заплатить за уверенность в этом вопросе.

— Как скажете, ваша светлость, — неожиданно согласился Корчаковский и впервые нормально улыбнулся. — Если это имеет значение, то коридор внутри аномальной зоны тянется на десять километров. Эту зону соседи считают нейтральной и туда не заходят.

— Отличная новость, — кивнул я. — С заказом оборудования не тяните, Олег Сергеевич. Его нужно получить до начала гона и расположить там, где сейчас находится база ваших дружинников у аномалии. Сможете всё организовать так, чтобы зона переработки была готова в течение недели?

— Смогу, — с какой-то бесшабашной уверенностью, кивнул Корчаковский. — Людей и техники мне хватит. Ангары подходящие тоже есть. Только охрана нужна будет соответствующая…

— Об этом можете не беспокоиться, ваше сиятельство, — ответил я. — Группа моих людей будет отправлена к вам на длительный отдых. Они займутся обеспечением безопасности и поставками ресурсов для цеха переработки. Ваша задача — создать видимость активности и усиления собственной дружины на этом участке. Доходы от переработки и продажи ресурсов делим пополам. Доставку продукции в Москву я организую по своим каналам. Контакты с представителем транспортной компании будут у моих людей. Им также необходимо будет обеспечить доступ на производственную площадку. И ещё — рядом с местом проживания моих дружинников не должно быть никого постороннего. И в том числе ваших людей.

— Понятно… — сильно растерявшись от потока моих инструкций, пробормотал Корчаковский. Только сейчас он начал осознавать, частью чего невольно стал. — Я всё сделаю, ваша светлость. Где и когда надо будет встретить ваших людей?

— Подготовьте для них казармы и запасы продуктов, Олег Сергеевич, — ответил я. — Это наиболее важно. В субботу они выйдут на контакт с вашим патрулями на границе аномальной зоны.

— Они придут из аномалии? — почти испуганно уточнил мой собеседник. — Ярослав Константинович, но там же почти сто километров от ваших владений!

— Это не проблема, ваше сиятельство, — невозмутимо ответил. — Вам нужно выполнить свою часть договора, а о своей я позабочусь сам. С Григорием Антоновичем я вам рекомендую связаться уже сегодня.

— Немедленно ему позвоню, — кивнул Корчаковский и неуверенно посмотрел в сторону раздевалки. — Тогда, если вы не против, я вернусь к себе, чтобы начать подготовку к совместной работе.

Я мог поклясться, что в глазах графа плясали азартные искры. То ли он всерьёз решил изменить положение своего рода, то ли Истомин его настолько достал, что Олег Сергеевич готов был рискнуть почти всем. Для меня разницы не было. Главное — я смог получить дополнительный источник дохода за пределами моей территории и новую точку влияния на ситуацию в приграничной зоне аномалии.

— Конечно, Олег Сергеевич, — кивнул я. — Это было бы просто прекрасным решением.

Когда граф, распрощавшись, ушёл, я позвонил Бетюжину и проговорил с ним все детали. Немного удивившись озвученной за услугу сумме, попросил подготовить все необходимые документы к вечеру. Юрист запросил за свою работу удивительно скромный гонорар, объяснив это тем, что Михаил Юрьевич готовил все документы у него и нет необходимости в глубокой проверке. Слухи о глубоких познаниях князя Истомина оказались немного преувеличены — на самом деле князь назубок знал только номер Григория Антоновича, но обычно этого хватало.

— Поздравляю, Ярослав Константинович, — с довольной улыбкой, произнёс вернувшийся Костров. Барона не было удивительно долго и я за это время успел дважды сходить в парилку и полностью остыть. Настроение было чудесным и я только отсалютовал Игорю Юрьевичу бокалом. — Граф унёсся домой на крыльях надежды. Должен признать, что таким я Олега Сергеевича не видел уже лет семь-восемь. С тех самых пор, как он стал главой своего рода.

— Ноша главы рода иногда сильно давит на плечи, — слегка улыбнулся я. — Иногда хочется отдать её кому-то другому. Ну или чтобы кто-то большой и сильный вдруг пришёл на помощь и решил все твои проблемы.

— Отлично сказано, ваша светлость! — рассмеялся барон. — Вот только к этому возрасту уже понимаешь, что большим и сильным должен быть ты и мечты могут сильно навредить.

— Бывает и так, — не стал спорить я. — У вас случилось что-то, Игорь Юрьевич?

— Рабочие моменты, — отмахнулся Костров. — Ырга мои лоботрясы не смогли вовремя остановить. Чуть до посёлка не добрался зверь. Совсем они ошалели после этой вспышки недавней. Того и гляди гон раньше времени начнётся.

— Не начнётся, — покачал головой я. — Иначе бы господин Зейд не рванул в аномалию со всеми своими людьми.

— Не рванул бы, — согласился Костров. — Евгений Александрович очень ценит своего ручного пса. Губернатор ни за что не даст Леониду Евгеньевичу глупо погибнуть под волнами обезумевших чудовищ. Странно, что Зейд решил к вам обратиться, ваша светлость, а не ко мне. Всё проще со стариком договориться, чем с носителем Права Последнего.

— У Леонида Евгеньевича были свои основания для подобного хода, — ответил я. — Хотя не буду скрывать, что для меня его просьба оказалась очень выгодной. По поводу того, ради чего вы звали меня в гости, Игорь Юрьевич. К сожалению, я не могу передать вам информацию о разработках моих людей. Никому постороннему я эту тайну доверить не могу.

— Роли доброго соседа, который не раз помогал молодому главе рода, уже недостаточно? — ворчливо уточнил Костров.

— Боюсь, что нет, Игорь Юрьевич, — покачал головой я и неопределённо добавил с лёгкой многозначительной улыбкой. — Тут нужно что-то более серьёзное…

— Эх… Похоже пришло время объявлять об официальном союзе. А то так и помру в одиночестве, — притворно нахмурился старый барон и я уже широко и открыто улыбнулся. Такой разговор мне нравился.

Глава 17

От Кострова ехал с полным ощущением хорошо проведённого времени и качественного отдыха. Со свойственной ему прямотой, Игорь Юрьевич выдал устраивающий его расклад. Кострова не особенно любили тверские дворяне и барон отвечал им тем же. Поэтому долгое время мой сосед находился в некоторой изоляции от остальных владетелей первого и второго кругов аномальной зоны. Сил и возможностей барону хватало с избытком чтобы быть самодостаточным и такое положение вещей всех устраивало.

Но с моим возвращением ситуация сильно изменилась. Равновесие в приграничной зоне покачнулось. Сначала выпал из обоймы Антипов, державший сто семьдесят километров границы. Пусть и половину всей протяжённости князь контролировал чисто номинально, но никто не сомневался, что Алексей Андреевич сможет защитить свои владения от угрозы аномальных тварей. Да и обычным людям своего не отдаст.

Потом сменился губернатор и ветер перемен подул в другую сторону. Игорь Юрьевич обмолвился, что к нему не только Корчаковский напрашивался в гости. Многие в Твери знали, что барон общается со мной чаще других соседей. На данный момент, владения моего рода уже нельзя было считать просто жирным куском добычи, который может себе забрать сильный претендент. Судьба Антипова многих отрезвила. Да и видимые извне перемены на моей земле нельзя было игнорировать. Объёмы поставок аномальных ресурсов постоянно росли. Количество людей тоже увеличивалось. Те, кто пережил период упадка, работали с удвоенной силой, потому что видели результат своих действий.

Однако, при этом все понимали, что это только начало. Впереди предстояло ещё огромное количество работы. И на стремительном восстановлении территорий и влияния моего рода мог поставить жирный крест приближающийся гон.

Одной из причин, по которым я решил начать сотрудничество с Корчаковским, стала попытка обезопасить себя на случай серьёзных проблем после атак чудовищ. Граф обязан был поддержать Истомина в случае прорывов монстров, но обязанности грудью встречать тварей на первом этапе у него не было. Это давало возможность разместить часть добывающих мощностей на чужой территории и предложить свои услуги в случае необходимости. Как бы это не было грустно, но одной репутации недостаточно для решения сложных задач. Нужны были деньги. Много денег. И я уже ощутил, насколько проще жить, когда у тебя на счетах достаточно средств.

Сотрудничество с бароном наконец перешло из разряда дружеской помощи в полноценный союз. Костров принёс с собой все необходимые документы, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что наше решения окончательное и обоюдное. На сиденье рядом со мной лежала пухлая папка с гербом рода Игоря Юрьевича. Теперь каждый из нас был обязан выступить на помощь в случае нападения на земли союзника. Твари это будут или кто-то другой — решили дипломатично умолчать. Чем шире можно было трактовать текст договора, тем лучше. В плане экономической помощи тоже были определённые договорённости, но там изменений не добавилось. Главное — теперь я мог говорить от лица нас обоих в случае конфликтных ситуаций с другими аристократами, а это сильно добавляло веса моим словам. А ещё барон сам предложил сделать меня ведущим в нашем союзе. Это стало для меня неожиданностью, но Игорь Юрьевич только рассмеялся.

— Учитывая скорость вашего развития, Ярослав Константинович, таких как я скоро станет очень много, — сказал тогда Костров. — И все будут тянуться за вами. А мне и так хорошо.

Аршавин укатил куда-то на границу для проверки дружины и меня забирал Полоз. Андрей временами поглядывал на меня в зеркало заднего вида, но заговорить со мной так и не решился. Что интересовало парня я так и не узнал. А когда вернулся домой, стало не до того. Едва вездеход заехал на территорию имения, к машине решительно направилась Настя. Увидев выражение лица сестры, понял, что бездельничать остаток дня, как я планировал недавно, не получится.

— И я рад тебя видеть, Насть! — опережая сестру, первым начал я. — Чудесный сегодня день! Как считаешь?

— Замечательный просто, — быстро ответила девушка. — Ты со мной поедешь?

— Куда? — пытаясь понять, что задумала старшая, первым делом уточнил я.

— Я сестру уже неделю не видела, — спокойно ответила Настя. — Она за это время дважды в аномальной зоне побывала и в походах участвовала. Ты едешь?

Последний вопрос прозвучал из открытой двери вездехода. Княжна уже заняла своё привычное место и требовательно смотрела на меня. С одной стороны, я мог просто отказаться. Тащить меня насильно сестра точно не станет и весь её напор был признаком желания показать важность этой поездки. Самое интересное, что Настя это сама прекрасно понимала и я видел, как выражение на её лице из требовательного постепенно становилось просящим.

С другой стороны, мне самому очень хотелось побывать в Сумани. По телефону узнавать, как там устроились детёныши россожа, было как-то не с руки. Да и с Сашком нужно было пообщаться. При этом отпускать сестру одну было несколько… чревато. В первую очередь массой вопросов, которые легко можно было решить на месте.

Внутри само по себе родилось подзабытое раздражение. То чувство, когда кто-то смеет мне возражать. Я тряхнул головой, сбрасывая наваждение. Кажется, накопленная усталость сказывается. Решительный настрой на долгий отдых постепенно уступал место валу нерешённых задач. Простаивала в подвале особняка конструкция для создания артефактов. Давно не подавал вестей Большаков и я всё больше беспокоился за наши совместные наработки по конденсации грязного Эфира. После разговора с Аршавиным, не отпускала мысль о том, что надо бы съездить в Тверь. Там было, как минимум, три места, куда я хотел заглянуть. А это всё требовало времени…

— Если не хочешь ехать, то я не настаиваю… — заметив выражение моего лица, осторожно произнесла Настя. — Мы с Нюшей прекрасно пообщаемся и вдвоём. Думаю, у неё очень много новостей накопилось. А ты отдыхай. Я потом тебе позвоню, как назад соберусь…

— Едем, — решительно забираясь обратно в машину, произнёс я. — На обратном пути в Себыкино заглянем, если не сильно поздно возвращаться будем.

— А туда зачем? — поинтересовалась Настя.

— По делам, — хмуро проворчал в ответ я. — Не всё же главе рода развлекаться и отдыхать.

— Прости, Яр, — опустила взгляд Настя. — Я не хотела ломать твой отдых. Просто… Ты за это время хотя бы немного общался с Нюшей. Я боюсь, что нам будет трудно теперь. После того, как она изменилась…

— Не обращай внимания, Насть, — ласково улыбнулся я, погладив её плечу. — Уже почти середина дня, а это для князя Разумовского и так большой отдых. Почти отпуск! Сейчас ещё к сестре в её вотчину скатаемся и можно возвращаться к делам.

— Ты так говоришь, будто наша младшая уже самой главной в Сумани стала! — рассмеялась Настя, но я её не поддержал. Девушка резко осеклась и серьёзно посмотрела на меня. — Или она действительно там теперь всем заправляет?

— Я не знаю, Насть, — честно ответил я. — Вот вместе и посмотрим. Андрей! Едем в Сумань.

Вездеход тут же плавно тронулся с места и покатил к воротам. Ехать было минут сорок и за это время мы успели обсудить с сестрой итоги последнего приёма. Ожегов уже напомнил о себе, прислав княжне громадный букет цветов и гору мелких подарков. Настя упорно делала вид, что это её нисколько не трогает, но получалось у неё не очень хорошо. Барон явно нравился моей сестре и это нужно было учитывать.

— Остатки акций Веги сильно лихорадит, Яр, — стремясь уйти от темы с благодарным бароном, сообщила Настя. — Можно хорошо покататься на том объеме, который мы уже выкупили. Сумму вложений можно удвоить, а может и того больше.

— Не стоит, — покачал головой я. — Докупай внизу. Чем больше у нас будет доля в конечном итоге, тем лучше. С чем связана лихорадка узнавала?

— С чем связана? — удивлённо посмотрела на меня сестра. — Ты серьёзно, Яр? Половина держателей акций обычные инвесторы. Кто-то ждал, пока вырастет актив, кто-то просто похоронил деньги ещё при нашем отце и не стал вытаскивать. Ещё есть те, кто выкупил доли в самый тяжёлый период для нашего рода. По сути, большие объёмы акций забрали вместе с имуществом компании. И теперь такие рвачи судорожно пытаются сбросить активы, чтобы вернуть деньги, когда поняли откуда ветер дует.

— Понял, — примерив слова сестры на сегодняшнюю беседу с графом Корчаковским, задумчиво ответил я. Похоже, моя репутация бежала впереди меня самого. Опережать события и реакции людей теперь станет сложнее. Преимущество «слабой» дружины я уже потерял. Теперь стремительно уходил в прошлое статус несмышлёного мальчишки. Ещё немного, и мои магические возможности тоже перестанут быть тайной для окружающих. Однако, последнее не станет такой уж большой потерей. Главное, чтобы до начала гона никто не задавал лишних вопросов. — Особо отличившиеся пытаются отбелить имя и репутацию.

— Примерно так, — кивнула Настя. — Проблема в том, что мы не можем определить, кто именно продаёт и кто покупает. Для этого нужны очень серьёзные связи на самой верхушке экономической системы Империи. Даже главам сильнейших аристократических родов далеко не всегда удаётся получить доступ к подобной информации. Но для нас это не так и важно.

— Почему? — тут же спросил я. В голове уже крутились примерные варианты того, как можно выкрутиться из ситуации. Долгов при этом прибавится, но пару вариантов я видел.

— Потому что для нас важна только цена, по которой хотят продать, — ответила сестра. — И мне нужна будет твоя помощь в одном вопросе.

— Я весьма заинтересован, — улыбнулся я. — Что от меня требуется?

— Террор, — кротко ответила княжна и мило затрепетала ресницами.

— Что, прости? — подумав, что ослышался, переспросил я.

— Я выставила очень большие заявки на выгодных для нас уровнях цен, — смущённо пояснила сестра. — Анализ колебаний цены показывает, что акции Веги резко падали в цене каждый раз, когда появлялись серьёзные новости о твоих достижениях. И с течением времени эти просадки становились всё сильнее. Если говорить о сути моей просьбы… Было бы здорово, если бы ты сделал заявление в стиле, что виновные в гибели наших родичей будут наказаны самым суровым образом.

— Отца и братьев казнили люди Императора, — возразил я. — Нужно подумать несколько раз, прежде чем делать подобные заявления.

— Я вовсе не это имела в виду! — моментально побледнела девушка. Любой аристократ в нашей стране находился под постоянной угрозой смерти. Власть правителя была абсолютной и не работала только в исключительных случаях, вроде Права Последнего. Но даже так способов уничтожить наш род хватало с избытком. — Только в отношении тех, кто замешан в распиле Веги.

— И у тебя есть конкретные имена? — прямо спросил я. Несколько фамилий из этого списка я отлично знал. Антипов, Пожарский, Истомин, Быстряков… Вполне возможно, что Настя знала значительно больше меня.

— Да, — кивнула княжна.

— Ты понимаешь последствия? — задал следующий вопрос я.

— Да, — выдержав мой взгляд, твёрдо ответила Настя. — Это единственный шанс добиться поставленной цели, Яр. В любом другом случае, мы рискуем продолжить болтаться в воздухе без цели и смысла.

— Хорошо, — кивнул я. — Мне нужно подготовиться и я сделаю заявление. При случае. Не факт, что оно даст тот эффект, на который ты рассчитываешь, но я понимаю о чём ты говоришь. И предупрежу тебя заранее. Возможно, к этому времени ситуация на рынке изменится.

— А может и не только на рынке, — добавила сестра и я кивнул. Стоили остатки корпорации отца такого риска? Определённо нет. Ничего ценного там уже давно не осталось и в любом случае всё придётся начинать с нуля. Важно ли было возвращение Веги под руку Разумовских? Определённо да! И не столько ради восстановления справедливости, сколько для того, чтобы показать всем вокруг, что мы ничего не забыли и ничего не простили.

— Почти на месте, ваша светлость, — сообщил Полоз. — Тут это… Дежурные…

Вездеход остановился в сотне метров от границы Сумани. Я выглянул из пассажирского отсека, чтобы убедиться в том, что правильно понял водителя. На дороге перед нами стояли три похожих на громадные кучи прошлогодней листвы существа. Тот факт, что я не видел ни одного из них магическим зрением только подтверждал принадлежность патрульных к моей дружине. Ну и родовая сеть. С её помощью я даже имена этих троих мог выловить. И тех семерых, которые окружили наш вездеход.

— Свои! — высунувшись в окно, помахал рукой я.

Витязи исчезли так же бесшумно, как появились. Несмотря на сильную загрузку из-за визита отряда Зейда, Рыков не оставил самую ценную для него часть моих владений без должного присмотра. Да и Сашок, как оказалось, не терял времени даром, снабдив целый отряд своей фирменной маскировкой.

Когда машина остановилась у границы посёлка, о нашем прибытии уже знали. Навстречу вышел улыбающийся староста и его бессменная спутница. Выглядел Сашок сильно уставшим, но очень довольным собой.

— Дальше ехать нельзя, Ярослав Константинович, — заглянув к нам в салон, сообщил Сашок. — Анна Константиновна не велит. Теперь внутри посёлка своим ходом только передвигаемся.

— Ого… — удивлённо покачала головой Настя. Для неё наша младшая сестра всё ещё оставалась маленькой девочкой, за которой нужно было постоянно присматривать. Да и ни один обычный человек не принял бы факт того, что всего за пару недель из капризного ребёнка кто-то мог превратиться в полноценного правителя своего маленького королевства. — А где сейчас… Анна Константиновна?

— У себя, — бросив в мою сторону вопросительный взгляд, ответил староста. Я кивнул, разрешая говорить открыто и парень тут же расслабился. — Если хотите, то я вас прямо сейчас провожу. Как раз время обеда у княжны. Можно будет поговорить спокойно.

— Ведите, Александр, — ослепительно улыбнулась Настя и парень мгновенно поплыл. С манерой общения Насти он был незнаком и это Сашка подвело. Молча шагавшая неподалёку Лена густо покраснела, но ей хватило сил сдержаться. Статус Насти и моё присутствие рядом сыграли свою роль. В другом случае могла случиться абсолютно безобразная драка.

— Конечно, ваша светлость, — выдохнул староста. — Сию минуту. То есть… За мной, значит, следуйте.

Полностью удовлетворённая достигнутым эффектом, Настя величественно покинула автомобиль и благосклонно кивнула Сашку. Реакция Скопы только ещё больше улучшило настроение княжны. Староста не знал куда себя деть и покраснел, как рак.

— Прекращай, — проходя мимо сестры, шепнул я и весело подмигнул гениальному изобретателю. — Рассказывай, как дела, Сашок.

— Всё хорошо, Ярослав Константинович! — выпалил парень. — Даже отлично. Мои ребята уже собрали больше сорока комплектов маскировки для дружинников. Половину бойцам Николая Петровича передали, но он сказал, что его людям они без надобности. Поэтому всё остальное Витязям отдаем. Они сами подгоняют. Оказалось, что знаний у них поболе моего. Но саму основу всё равно нам приходится делать.

Ощутив себя в привычной теме, Сашок немного расслабился и стал говорить значительно увереннее. Настя, прислушавшись к моей просьбе, держалась позади и с любопытством глазела по сторонам. Насколько я знал, она была в Сумани впервые и я видел серьёзные сомнения сестры по поводу того, что Нюше стоит оставаться в этих руинах и дальше.

— Что с мазью для Витязей, Сашок? — спросил я. — Мне в ближайшее время понадобится хороший запас. Получится что-то сделать?

— Уже получилось, ваша светлость, — гордо ответил наш проводник, но тут же опомнился. — А сколько надо? Мы ещё не всю добычу перепроверили, но я уже за десять банок могу ручаться. Может ещё пять получится намешать.

— Хватит, — кивнул я. Староста вёл нас к тому самому зданию, где находилась ферма аномальных зверей. Ещё на подходе, Настя начала замедляться, почуяв странный магический фон вокруг здания.

— Ярослав… — позвала меня сестра. — Что в этом здании?

— В этом? — кивнув на бетонную коробку с темным провалом входа, уточнил я. — Резиденция княжны Разумовской.

— А почему там такой бешеный фон аспекта Пространства? — осторожно спросила Настя.

— Так это… работает Анна Константиновна, — удивлённо посмотрел на нас Сашок. — А я вам разве не говорил?

— И над чем же работает княжна? — ощущая биение энергии Пространства под всем посёлком, уточнил я.

Глава 18

Инстинкт заставил меня качнуться в сторону и оттолнуть Настю. На том месте, где я стоял мгновение назад, распахнулось окно ближнего перехода, из которого вывалилась здоровенная каменная глыба. Я едва успел набрать в грудь воздуха, чтобы возмутиться, как на пути глыбы возник другой портал и она бесследно исчезла. Ощущение было такое, будто кто-то нёс перед собой непосильную тяжесть и выронил её на мгновение. Правда, потом поймал и потащил дальше.

— Улитка! — зло рыкнул я и Настя ощутимо вздрогнула. Мой злобный рёв остался без ответа. Пару мгновений спустя история повторилась. Явно знакомые с похожими ситуациями Берёза и Скопа быстро переместились под стену ближайшего здания. Несмотря на свою неприязнь, Лена утащила за собой мою сестру и только я один остался стоять посреди дороги. — Нюша!!! А ну прекрати немедленно!!!

На этот раз я не стал сдерживаться и отпустил Источник. В магическом плане это выглядело, как небольшой взрыв. Волна смешанной энергии трёх аспектов хлынула во все стороны, заполняя собой пространство. И даже так младшая сумела пробиться.

— Опять кого-то придавило? — прозвучал испуганный голос младшей сестры. Шёл он справа и немного сверху. Я с трудом удержался от того, чтобы не дотянуться до Улитки и не выдернуть её к нам, а медленно повернуться.

На высоте трёх метров над землёй светилось крохотное пространственное окошко. Всего десяток сантиметров в поперечнике. Однако, я точно знал, что на его создание было потрачено не меньше энергии, чем на перемещение недавнего валуна. За окошком виднелись круглый глаза Нюши. Как только сестра увидела меня, переход начал уменьшаться, будто младшая пыталась спрятаться.

— Что это было? — недовольно спросил я.

— Случайность, Яр, — буркнула в ответ княжна. — Я ведь всех предупредила, чтобы по ближайшим улицам не ходили сегодня. И вообще… Нужно было сказать, что ты приедешь. Я же не знала…

— А если бы знала? — рыкнул я. — Или если бы твою старшую сестру раздавило этим булыжником? Кто был бы виноват? А ну прекрати!

Окошко перестало сжиматься и раскрылось в полноценный портал. Настя наблюдала за нашей перепалкой абсолютно круглыми глазами и даже не пыталась вмешаться. Под моим суровым взглядом, Нюша вышла из портала, а следом за ней попытались вывалиться многочисленные обитатели подземелья. Вот только стоило девочке лениво махнуть рукой, как вал аномальных монстров замер на границе пространственного перехода. Пара маленьких россожей, несколько подросших шустриков, земляной буйвол и неизвестно кто ещё. Звери жалобно смотрели на свою хозяйку и не смели даже пошевелиться

— Дорогая моя Анастасия Константиновна, — идеально копируя тон прилежного ребёнка, произнесла Нюша. Она опустила голову, добавила в голос вины и раскаяния и даже теребила в руках край перепачканной камуфляжной футболки. — Приношу вам свои искренние извинения за доставленные неудобства. Не по злому умыслу, а из-за неловкости и неопытности я создала угрозу жизни вашей светлости и взбудоражила нервы. Еще раз смиренно молю о прощении.

— Аня… — выдохнула Настя. Старшая сестра даже успела бросить в мою сторону негодующий взгляд, но наваждение оказалось недолгим.

— Ты этого хотел⁈ — резко развернулась ко мне Нюша. — Доволен? Я извинилась. Теперь могу вернуться к работе⁈

— Сколько ты уже держишь их? — молниеносно перемещаясь вплотную к Улитке, произнёс я. Девочка попыталась отреагировать, но действовала так, будто увидела моё движение с задержкой в несколько секунд. — Когда ты спала в последний раз?

— Какая разница? — попытавшись вывернуться из моих рук, проворчала в ответ Аня. — Отпусти!

Я не ответил. Вместо этого положил ладонь на лоб Нюше и выпустил плотный поток энергии аспекта Огня. У членов одной семьи сила имеет примерно одинаковый состав. Поэтому моя энергия легко проникла в тело сестры и пробежалась по её энергосистеме, впитавшись после этого в Источник.

— Какого хрена, Сашок⁈ — чувствуя, как обмякло в руках тело сестры, зло посмотрел я на старосту Сумани. — Я кому приказал за ней присматривать?

— Простите, ваша светлость… — побледнев до состояние накрахмаленной скатерти, проблеял в ответ Сашок. Он, да и все остальные, впервые видели меня в такой ярости. Только спустя пару мгновений я понял, что мой Источник полыхает в полную силу, выплёскивая из себя одну волну маны за другой. Люди вокруг прерывисто дышали и даже пошевелиться не могли. — Мы же не знали… Пара дней всего прошла…

На мгновение закрыв глаза, отбросил в сторону лишние эмоции и направил поток энергии в нужное русло. Вода помогала восстановить разорванные от перенапряжения связи в теле Нюши, а родственный ей Огонь заполнял опустевшие каналы. Моя вина. Я недоглядел и не дал достаточно полные инструкции. И Сашку, и Аршавину, и самой Нюше.

Староста Сумани галопом сорвался с места и убежал куда-то в сторону главного жилого корпуса. Лена бежала за ним следом и на ходу выслушивала отрывистые команды Берёзы. Оба скрылись из вида всего за несколько секунд, но я даже внимания на это не обратил.

Глупо было думать, что так увлечённая своим даром маленькая девочка остановится ради банального перерыва и освежающего сна. Кому это нужно, когда у тебя под контролем пара удивительных пространственных зверей и ещё куча всякой другой живности? Хорошо, что Настя меня уговорила поехать сегодня в Сумань. Даже не знаю, что бы сестра делала с младшей, если бы обнаружила её в таком состоянии.

Настя подошла ближе и села рядом со мной прямо на землю. Тонкий поток энергии аспекта Воды создал вокруг нас защитный купол с очень насыщенной средой внутри. Как всегда бывало в минуты максимального напряжения, сестра готова была сделать всё возможное, чтобы я справился со своей задачей. Это потом будет скандал, вопросы и обвинения. Потом будут долгие разговоры с далеко идущими выводами. Сейчас нужно было помочь Нюше.

Как только девочка отключилась, захлопнулось пространственное окно. Все питомцы младшей остались в подземелье, но ненадолго. Пока я возился с восстановлением энергетики Нюши, звери нашли путь на поверхность и из ворот «фермы» повалил поток аномальных животных. За пару мгновений они окружили нас со всех сторон, продолжая приближаться, пока не упёрлись в барьер Насти.

— Они давят… — с некоторым напряжением в голосе, сообщила сестра.

— Отпусти, — приказал я и княжна тут же развеяла магическую преграду. Улитки и россожи тут же двинулись дальше, забираясь на Аню и на нас с Настей. Звери действовали сообща, пытаясь максимально защитить свою хозяйку. Шустрик перекрыла своим телом направление к жилому корпусу, россожи улеглись на груди Нюши, а улиточная малышня закрыла конечности. Разные монстры действовали, как единый организм. И на ум приходило только одно слово. — Стая… Даже не думал, что у неё получится так быстро.

— О чём ты? — тут же встревоженно спросила Настя.

— Не обращай внимания. — ответил я. — Просто мысли вслух. Мы больше не нужны. Можно отойти.

— Сколько ждать, пока она проснётся? — не делая попыток подняться и держа на коленях голову сестры, спросила Настя.

— Недолго. — уверенно ответил я. — Всё необходимое мы уже сделали. Остальное доделают звери. Видишь?

— Они отдают энергию? — озадаченно произнесла сестра и посмотрела на меня в ожидании подтверждения. Мне оставалось только кивнуть. Процесс шёл не очень быстро, но уверенно. — Но почему? Они же не под контролем. Она без сознания. Зачем они пытаются её привести в чувство?

— Потому что она их объединила, — просто ответил я. — Обычно такое происходит после нескольких месяцев совместной работы разных существ. Очень ограниченно. И если мы кому-то расскажем, что видели подобное своими глазами, то нас сочтут безумцами.

— Похоже, удел Разумовских творить невозможное, — невесело рассмеялась Настя, а потом очень серьёзно посмотрела на меня. — Она могла погибнуть, Яр.

— Нет, — уверенно ответил я и кивнул в сторону стаи чудовищ. — Они бы не дали. Или перестали бы подчиняться, или ещё что-то придумали. Это похоже на общий разум. Довольно примитивный, но уже осознающий себя.

— Знаешь, будь я сильно любопытной, обязательно бы спросила тебя, откуда ты знаешь такие нюансы работы с редкими аспектами, о которых даже магистры не в курсе, — глядя куда-то в сторону, тихо произнесла Анастасия.

— Если бы ты спросила, то я бы ответил, — в тон сестре ответил я. Но мы оба знали, что подобное не произойдёт. Никогда. Потому что некоторые вещи лучше вообще не знать. Похожий разговор у нас состоялся очень давно. Тогда я ещё осваивался в теле умирающего мальчика. Я метался в бреду и говорил очень много странных вещей. Ни до, ни после этого Настя не напоминала мне о том периоде.

— Врун, — едва слышно прозвучало с земли и в тот же миг среди аномальных зверей началась безумная праздничная пляска. Даже улитки скакали на едва ожившем теле младшей княжны Разумовской, хотя они физически не способны были на такие трюки. — А ну прекратите все! Пожалуйста. Шустрик, ну хоть ты им скажи. Ты же старшая!

Послышался стремительно приближающийся топот. От жилого здания, обвешанные всевозможными сумками, бежали человек пять местных жителей. К моему удивлению, на лицах у всех была такая искренняя тревога, что я только головой покачал. Возглавлявший реанимационную бригаду Сашок почти рухнул рядом с Нюшей.

— Что с Анной Константиновной, Берёза? — начали наперебой спрашивать суманьцы. — Что давать сначала? Какую настойку? Саня!

— Не надо, — с невероятным облегчением, выдохнул Сашок и осторожно снял с княжны пару улиток. — Уже не надо ничего. Ну и напугали вы нас, Анна Константиновна.

— Я сама себя напугала, — честно призналась девочка. — Зелогон дай. Только свежий. И тряпку.

Мы некоторое время наблюдали за происходящим со стороны и не вмешивались. Нюша очистила с ладоней и лица потёки слизи. Из горла выдула поллитровую склянку какой-то мутной жижи и тяжело поднялась, угрюмо уставившись на нас. Вернее, на Настю.

— Это недоразумение, Насть, — тщательно подбирая слова, произнесла Нюша. И я ощутил, как пробудился дар младшей княжны. В сторону Насти тут же рванули россожи и начали тереться о ноги девушки. — Я просто немного не рассчитала силы и увлеклась. Это больше не повторится. Понимаю, что тебе сложно поверить мне на слово. Могу тебе регулярные отчёты отправлять о своём состоянии или письма присылать каждый день.

— Приличные девочки не используют свой дар против членов своей семьи, — строго ответила Анастасия, хотя я прекрасно видел, насколько ей тяжело играть роль старшей сестры. — И тем более для того, чтобы оправдаться и избежать наказания. Я считаю, что тебе нельзя оставаться здесь без присмотра и нужно вернуться в родовое поместье.

— Ну На-а-асть!!! — молниеносно сменила тактику Нюша. — У меня тут много новых знакомых. Я учусь общаться с другими людьми и даже управлять маленьким поселением. Ну пожалуйста! Ну приезжай тогда ко мне хоть каждый день. Скажи ей, Яр! Меня нельзя забирать!

— Это невыносимо! — коснувшись пальцами переносицы, вздохнула Настя. — Пусть этот вопрос решает глава рода Разумовских. Я своё слово уже сказала.

— На меня скинула, значит, — хмыкнул я. В принципе, чего-то подобного я ожидал. Поэтому решение у меня уже было готово и я строго посмотрел на младшую. — Если я узнаю, что ты спишь меньше восьми часов в сутки, то ты вернёшься в имение, а все твои питомцы отправятся на свободу. Я понятно излагаю?

— Вполне, — кисло ответила девочка.

— Настя будет приезжать к тебе в гости два раза в неделю, — продолжил я. — Я тоже буду заглядывать по возможности. Сашок и Аршавин будут докладывать мне о твоём расписании каждый день. Если ты ещё раз так себя выжмешь, то с самостоятельными тренировками мы на этом закончим.

— Ну Яр!!! — возмутилась Нюша. — Ты же сам каждый раз по грани ходишь! Пару раз еле откачали тебя! А мне даже тренироваться запрещаешь.

— Что⁈ — тут же повернулась ко мне Настя и я угрюмо уставился на младшую. — Я чего-то не знаю о вашем походе?

— Анна Константиновна имела в виду, что я сильно устал во время обратного пути от логова россожа, — предупреждающе глядя на Нюшу, ответил я. — Тогда все очень устали.

— Один визит Насти и два отчёта в неделю, — почуяв под ногами твёрдую почву, выпалила Аня и я растянул губы в зловещей усмешке. — Ой! Я поняла, Яр! Ну зачем ты так сразу? Раз нужен каждый день отчёт, то я ничего против не имею. И Насте я всегда рада. Пусть хоть три раза в день приезжает.

— Почему поле аспекта Пространства под всем посёлком? — закрывая на этом тему самостоятельного проживания младшей сестры в Сумани, задал вопрос я.

— Компенсация, — пожала плечами девочка. — Нужно куда-то скидывать излишки энергии, пока в основном направлении роем.

— Так… — тяжело вздохнув, проворчал я. — А теперь давай подробности. И пошли посмотрим, что вы там роете совместными усилиями. Сашок!

— Я всё запомнил, ваша светлость! — быстро ответил парень. — Всё сделаем.

— Хорошо. Пока свободен, — кивнул я и повернулся к Нюше. — Веди, рудокоп.

— Откуда знаешь? — удивлённо округлила глаза девочка.

— О чём? — не понял я.

— О том, что мы руду нашли, — растерянно ответила Нюша.

— Какую руду? — тут же заинтересовалась Настя. — На нашей равнине сроду никогда не было никакой руды.

— Серебро, — охотно ответила Улитка. — Толстая жила прямо под поселком. Глубоко, — добавила она после некоторых раздумий.

— Так, стоп! — разом прерывая безумный разговор, поднял руку я. — Давай по порядку. Как вы оказались под поселком? Еще и «глубоко»?

По пути на нижние уровни фермы, мы услышали удивительную историю. Оказалось, что оба россожа не очень хорошо чувствуют себя далеко от булыжника из их родного логова. А булыжнику плохо на поверхности земли. Путём долгих обсуждений, было принято решение провести ряд экспериментов. В течение двух часов стало понятно, что артефакту из жилища россожа становится лучше под землёй. Нехитрые расчёты привели к выводу, что чем глубже, тем камню «лучше». Ну, они и начали копать. Но в процессе работы «экспедиции», Шустрик нашла крупную серебряную жилу. Аномальная улитка служила главным землеройным орудием образовавшегося картеля. Россожи отправляли на поверхность излишки руды, Шустрик укрепляла своды слизью, а все остальные утаптывали дорогу и постепенно опускали артефакт на нижние уровни «шахты». И уже там Би и Бо вдруг почувствовали, в каком направлении надо копать, чтобы стало совсем хорошо не только глыбе, но и им самим.

Я с интересом взглянул на небольшой террикон, образовавшийся из выработанной земли. С ним тоже нужно что-то делать.

— Рискну предположить, что рыли вы в сторону границы аномальной зоны? — рассматривая метровую дыру в стене, произнёс я. Нюша решила не тратить силы Шустрика на высоту потолка тоннеля. Самой улитке хватало, а все остальные были ниже неё, ну а княжне, похоже, было не зазорно и на карачках ползать — вон колени какие грязные.

— Не совсем, — самодовольно ответила младшая княжна. — Я тоже сначала подумала, что звери просто хотят вернуться к повышенному магическому фону. Но оказалось, что им нужна точка на границе аномальной зоны. Если не проходить к поверхности, то можно остановиться на глубине десяти метров.

— Россожам нужно нормальное логово, но сами они его сделать не могут, — сделал вывод я. — Это слишком далеко от Сумани, Нюша. Если это место обнаружит кто-то из сильных чудовищ, то мы просто не успеем вовремя прийти на помощь.

— Не обнаружат, — гордо возразила мне сестра. — Я уже обо всём договорилась.

— Мне иногда кажется, что меня подбросили в семью Разумовских, — вздохнула Настя и устало посмотрела на Аню. — С кем ты могла договориться в аномалии, Нюша?

Улитка с задорной улыбкой посмотрела на меня. Вариантов у сестры было больше моего, но я всерьёз рассматривал всего два. И один из них казался крайне маловероятным. Я поднял руку и отправил вниз по тоннелю импульс энергии аспекта Огня. Через минуту пришёл отклик и я удовлетворённо кивнул.

— Снова просьба? — деловито уточнил я.

— На этот раз сделка! — заявила Нюша и я заинтересованно поднял бровь.

— Рассказывай, — требовательно произнёс я.

Глава 19

— Серебро, значит, — глядя на пару десятков крупных дымящихся сосен, задумчиво произнёс я.

Узнать подробности договора младшей княжны с рощей огнеростов можно было только со слов Нюши. Сестра сообщила, что растительный разум просил чистый металл в обмен на защиту нового логова россожей. Самих зверей деревья тоже обещали не трогать, а это открывало просто невероятные возможности.

Полностью безопасное логово и сразу два зверя, способные спокойно передвигаться по смертельно опасной даже для тварей четвёртого ранга роще. Буквально через несколько месяцев можно будет вообще забыть о патрулировании этого участка границы, потому что никто из аномалии не сможет прорваться на нашу сторону. Я даже не был уверен, что во время гона кто-то сумеет пройти огненную преграду. Но вопросов тоже хватало.

— Зачем оно им? — явно размышляя в том же направлении, спросила Настя. Мы надолго задержались в гостях у Улитки и выехали из Сумани только ближе к вечеру. Я приказал Полозу отвезти нас к той точке, под которой Нюша собиралась организовать логово и мы предсказуемо нашли на поверхности язык рощи огнеростов. Растения выполняли наш прошлый договор и тратили всю получаемую рощей энергию на переселение к моей границе. С нашей стороны деревья только слегка дымились, но даже так спутать их с обычными не смог бы никто. — Я бы поняла, если бы они просили уголь или нефть. Всё-таки, это что-то горючее. Может понадобится в период, когда мало другого питания. Но металл… Это очень странно.

— Согласен, — кивнул я. — Но мы очень мало знаем о развитии подобных растений. Вообще о рощах огнеростов известно очень мало. Может они переходят в какую-то новую форму, как и другие обитатели аномальной зоны. Там всё развивается по своему пути. Меня смутила только фраза Нюши насчёт чистого металла. В древности серебро использовали маги для создания надёжного оружия против таких же, как они сами. С определёнными изменениями под конкретные аспекты, но этого хватило, чтобы за этим металлом закрепилась слава убийцы всевозможной нечисти. Мутантов, монстров и всего подобного. Чистым его стали называть значительно позже. Но роща огнеростов явно имела в виду что-то другое.

— Может это означало материал из-за пределов аномальной зоны? — предположила Настя. — Без воздействия усиленного магического поля и влияния многих аспектов?

Слова сестры будто взорвали у меня в голове бомбу. Почти минуту я недоверчиво смотрел на дымящиеся деревья, а потом быстрым шагом направился к вездеходу. Самым логичным было позвонить Сашку, чтобы тот остановил Нюшу, но делать этого я не стал. Слишком велика была вероятность того, что хрупкое доверие, возникшее между княжной и странным коллективным разумом, будет разрушено из-за нашего вмешательства. Вместо этого я решил развернуть ситуацию себе на пользу. Вот только это потребует немало усилий.

— Гони домой, Полоз, — приказал я.

— В Себыкино не поедем? — заметив моё оживление, осторожно уточнила Настя.

— Не сегодня, — рассеянно ответил я и достал мобильник, чтобы узнать время. — А может и не завтра даже. Половина седьмого… Может и повезёт.

Калинин ответил на мой звонок с небольшой задержкой. В целом, я мог сформировать заказ через сайт артефактного дома, но тогда была вероятность, что привезут его только через пару дней. Напрямую было надёжнее.

— Добрый вечер, Александр Викторович, — первым поздоровался я. — Не отвлекаю?

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — ответил граф. — Что-то срочное?

— Мне нужно полторы сотни болванок для стационарных точек фокусировки и пол тонны жидкого эстрия, — понимая, что директор филиала артефактного дома чем-то занят, быстро перечислил я. — Желательно сегодня вечером или завтра утром.

— Эмм… — растерянно протянул граф. — Не знал, что вы купили горнодобывающую фабрику, ваша светлость. Оптовые заказы для промышленных предприятий проходят через головной офис в Москве. Куда нужно будет доставить заказ?

— Ко мне в имение, ваше сиятельство, — ответил я. — Это для личного пользования.

— Пятьсот литров раствора для травления металлов и нанесения магических символов? — осторожно переспросил Калинин. — Вы уже перешли к этапу массового создания амулетов в Себыкино, Ярослав Константинович? Илья Петрович говорил недавно, что стабильности в этом вопросе добиться ему пока не удалось…

— Впереди гон, Александр Викторович. — невозмутимо и предельно честно ответил я. — У меня недостаточно дружинников, чтобы надёжно защитить все населённые пункты в своих землях. Приходится искать другие варианты.

— Я понял, ваша светлость, — с ощутимой паузой ответил граф. Куда я планировал потратить такой объем магической жидкости, которого целому заводу хватало на месяц, мой собеседник придумать так и не смог, но дальше расспрашивать меня не стал. — Сейчас проверю остаток на основном складе. Если хотите, можете подождать минуту или я вам перезвоню позже.

— Я подожду, — легко согласился я. Настя молча наблюдала за моими приготовлениями, но я понимал, что это только до первого удобного момента.

— Запас болванок есть на нашем складе в Твери, — спустя ровно минуту сообщил граф. — Эстрий есть на центральном складе, но там только четыреста литров. Вас устроит?

— Да, — тут же ответил я. Жидкость брал с большим запасом, поэтому согласился без колебаний.

— Доставить сможем только завтра утром, Ярослав Константинович, — добавил Калинин. — Сожалею, но таковы правила центрального склада.

— Буду ждать, — вынужден был согласиться я, хотя руки уже чесались приняться за дело. Но чем себя занять до утра я и так найду. — Спасибо за помощь, ваше сиятельство. Счёт выставите на моё имя в Имперском банке.

— Семьсот двенадцать тысяч рублей вместе с доставкой, — нейтрально сообщил Александр Викторович.

— Замечательно, — ответил я. — Хорошего вечера, Александр Викторович. И ещё раз спасибо вам за помощь.

— Это может стать очень большой ошибкой, Яр, — прямо глядя мне в глаза, произнесла Настя. — Ты уверен, что оно того стоит? Может посоветоваться с кем-то из Витязей на этот счёт? Наверняка кто-то из их знакомых сталкивался с подобными ситуациями. Или хотя бы отдалённо похожими.

— Обещаю, что не стану совершать опрометчивых шагов и подвергать опасности жителей нашего владения, — подняв руку, торжественно произнёс я.

— Ну я же серьёзно! — надулась Настя. — А если ты сломаешь границу аномальной зоны своим экспериментом?

— Не сломаю, — ответил я. — Наверное. Но однозначно не дам её сдвинуть в районе границы наших владений.

Уже на подъезде к имению, позвонил Большакову. Беседовать с главой артефакторов по телефону нужно было крайне осторожно. К счастью, учёный знал об этом не хуже меня.

— Добрый вечер, Ярослав Константинович! — преувеличенно бодро поздоровался артефактор. — А мы тут с Павлом Григорьевичем как раз о вас вспоминали. Давно вы к нам не заглядывали.

— Добрый вечер, Илья Петрович, — поняв, что придётся сократить разговор ещё больше из-за присутствия рядом Хромова, ответил я. — Да времени всё не было. Из одних дел в другие бросаюсь. А по какому поводу меня вспоминали?

— Да Павел Григорьевич всё ещё ворчит из-за вашего приказа его на территорию сортировочного цеха не пускать, — усмехнулся в ответ Большаков. — Предлагает на меня всякое повесить, чтобы он мог в любой момент мне на помощь прийти. А я что-то не готов на себе побрякушки лишние таскать. Сильно они на настройку оборудования влияют.

— Тут вам виднее, Илья Петрович, — приняв к сведению повышенную активность Хромова, отозвался я. — До этого момента у Павла Григорьевича ни одного повода сомневаться в безопасности вашей команды не было. Если он так волнуется за вашу судьбу, то могу предложить пару десятков бойцов к вам приписать из моего особого подразделения. Они недавно из Африки вернулись и точно никого постороннего к вам не подпустят.

На заднем фоне послышался голос главы охраны артефакторов, но слов я не разобрал. Судя по ответу Большакова, Хромова моё предложение не устраивало.

— Это мы позже обсудим, Павел Григорьевич, — наконец произнёс артефактор. — Но ваши амулеты я на себе таскать всё равно не буду. Так вы по какому поводу звонили, ваша светлость?

— Если честно, то хотел пригласить вас в гости, Илья Петрович, — ответил я. — В неформальной обстановке пообщаться. А то мы всё о работе, да о работе… Ну и есть у меня личный к вам вопрос. Может подскажете что-то с высоты вашего опыта.

— У вас возникла задача, с которой вы не можете справиться в одиночку? — тут же сделал стойку учёный. Как я уже успел узнать, подобные вопросы вызывали у Ильи Петровича особо жгучий интерес.

— Скорее, мне требуется помощь в оптимизации, — с улыбкой ответил я. — Можем обсудить это завтра за совместным завтраком, Илья Петрович. Мои люди заберут вас в районе восьми часов утра. Передайте Павлу Григорьевичу, что я беру на себя всю полноту ответственности за вашу безопасность на это время. Пусть займётся обеспечением надёжной охраны ваших подчинённых.

— Я всё передам, Ярослав Константинович, — ответил Большаков. — До свидания. С нетерпением буду ждать утра.

— До свидания, Илья Петрович, — попрощался я и завершил звонок. Вездеход въехал на территорию имения и я повернулся к Насте. — Нам ещё нужно что-то обсудить?

— Вроде бы всё обговорили. — пожала плечами княжна. — Ты завтра в имении будешь?

— Да. — кивнул я.

— Мне в Тверь нужно, — сообщила Настя. — С чем-то могу помочь из дел там?

— Вроде бы нет, — немного подумав, ответил я. — Если что-то вспомню, то я тебе наберу.

Сестра спокойно кивнула и ушла к себе, а я ещё пару минут стоял на крыльце, обдумывая свои следующие действия.

— Добрый вечер, Ярослав Константинович, — заметив мою заминку, возник рядом со мной Антип. — Велите подать ужин?

— Да, — рассеянно ответил я. — Нужно хорошо поесть. И кофе. Передай тёте Жене, что мне понадобится очень много кофе.

— Как прикажете, ваша светлость, — чётко поклонился слуга и бесшумно исчез. Я прикинул время. До назначенной совместной охоты оставалось чуть больше суток и старик уже начал меняться. Если не знать на что обращать внимание, то изменения эти были практически незаметными. Чуть менялась пластика движений, слегка изменялись походка и взгляд. Наверняка прошлые поколения моих родичей тоже обращали внимание на эти особенности, но глубоко разбираться в природе древнего слуги никому в голову не пришло.

За ужином я практически не видел, что ставила передо мной Евгения. Настолько сосредоточился на контроле сигналов родовой сети, что вилка иногда надолго зависала в воздухе. К моменту окончания ужина на небольшом столике у входа в гостиную меня ждал здоровенный термос с кофе и гора всевозможных булочек. Я забрал всё это богатство вместе со столом и направился к спуску в подвал. Этой ночью спать мне точно не придётся.

Сложнейший клубок заклинаний радостно встретил меня, сообщая о готовности работать на благо рода. В семье Разумовских встречались не только сильные маги, но и талантливые артефакторы. Каждое поколение вносило в систему защиты что-то своё, но никто ещё не замахивался на такие масштабные изменения, какие собирался начать я.

Конструкция для создания артефактов требовала тщательной калибровки под конкретную задачу. Пока о каких-то результатах вообще говорить смысла не было. Без тщательного анализа всех факторов это было невозможно. Но подготовиться к запланированной на завтра работе я мог уже сейчас.

Мне потребовалось двенадцать часов, чтобы создать все необходимые сопряжения и нарисовать предварительную схему узлов для создания единой цепи артефактов. К счастью, для этого не требовалось много сил и энергии. Только знания, которых у меня хватало с избытком. К восьми утра, опустошив термос и дважды устроив набеги на кухню, я закончил начатое и отправился встречать главу артефакторов.

Свою группу охраны предупредил ещё вчера. Чтобы избежать навязчивого внимания со стороны Хромова, приказал Полозу собрать полноценный конвой для транспортировки Большакова. Когда напротив меня остановился вездеход, из него выбрался счастливо улыбающийся учёный.

— Доброе утро, ваша светлость! — весело поздоровался артефактор. — Если бы вы знали, как я вам благодарен за эту возможность побыть отдельно от вездесущей охраны артефактного дома!!!

— Доброе утро, Илья Петрович, — пожимая руку гостю, улыбнулся я. — Готовы завтракать?

— Если честно, я уже с шести часов на ногах и поел дважды, — признался Большаков. — Проклятые нервы! Весь извёлся в раздумьях о вашей задачке. Но я с радостью составлю вам компанию пока вы будете завтракать. Наверное, только ради меня поднялись в такую рань?

— Если честно, то я ещё не ложился, — спокойно ответил я. — Пришлось готовиться к вашему визиту, чтобы мы смогли уложиться в максимально сжатые сроки. Не хотелось бы, чтобы Павел Григорьевич решил взять моё имение штурмом из-за вашего долгого отсутствия.

Мы оба сдержанно посмеялись. Активность Хромова ощутимо портила жизнь нам обоим, но в моих словах была только доля шутки. Наверняка у хозяев артефактного дома возникнут вопросы насчёт странных встреч князя Разумовского и их доверенного специалиста за пределами зоны внимания охраны. Но это только в том случае, если мы не справимся за один день. А так всё оставалось в рамках прихоти молодого аристократа, которому взбрело в голову приблизить к себе обычного, хоть и очень умного, человека.

За завтраком быстро выяснилось, что Большаков, несмотря на худобу, умел и любил поесть. Ароматы свежей выпечки и масса разносолов на столе взбудоражили аппетит учёного и он моментально забыл, что уже ел недавно.

Когда перешли к чаю, в столовую зашёл Антип. Слуга сообщил о доставке материалов от артефактного дома и уточнил, куда их выгружать. Илья Петрович с интересом смотрел на большой грузовик с гербом Воронцовых, из которого вытаскивали одну коробку за другой.

— Пару коробок и одну канистру неси в подвал, Антип, — приказал я. — Остальное пока можно на улице оставить. — Прошу за мной, Илья Петрович.

— И что это? — оказавшись в приспособленной для работы с артефактами сокровищнице, поинтересовался Большаков. — Пока вижу только слегка устаревший рунный стол, ваша светлость.

— Конструкция связана с родовой сетью на моей земле, — начал пояснять я. Антип принёс и поставил у входа в помещение часть закупленных материалов и молча удалился. Я достал из коробки болванку амулета и положил её в рабочую зону рунного стола. — Нам нужно создать полноценный приёмник внешней энергии.

— Рассеянной? — деловито уточнил Большаков. — Это довольно обыденная задача, ваша светлость. Не для всех, но для опытных артефакторов точно. Я могу предложить вам готовое решение. Насколько помню, подходящие варианты есть даже в открытой продаже.

— Амулет должен работать с направленной энергией аспекта Огня, — добавил я. — Её нужно трансформировать в обычную ману.

— Уже интереснее… — задумчиво пробормотал Илья Петрович. — Что-то подобное используют Пожарские в своих северных владениях. Но это уже из разряда индивидуальных разработок.

— А ещё амулеты должны принимать заряд в условиях аномальной зоны и успешно передавать его в родовую сеть, — закончил с описанием задачи я и артефактор удивлённо уставился на меня.

— А… Позвольте вопрос, ваша светлость… — осторожно произнёс учёный. — Обычно, когда кто-то из людей идёт в аномальную зону, им требуются все их силы и даже накопители с амулетами, чтобы выжить. К тому же, возникает очень серьёзное препятствие в виде границы аномалии, преодоление которого требует чудовищного объема энергии. Все ранние опыты в этом направлении были признаны неудачными…

— Потому что исследователи не сумели создать заряд нужной насыщенности, — закончил за артефактора я и тот азартно сверкнул глазами.

— Боюсь, за день мы не управимся, ваша светлость, — произнёс Илья Петрович. — И я был бы очень вам признателен, если бы вы позволили мне присутствовать на испытаниях вашего изобретения.

— Сначала нужно создать амулет, — приглашающе указывая на рабочую зону, ответил я.

Мы начала около девяти утра и после этого прерывались только дважды, чтобы перекусить. К девяти вечера наконец получилось связать всё воедино и после пяти неудачных попыток получили условно рабочий амулет. Условно, потому что без полевых испытаний гарантировать какой-то результат было невозможно.

Большакова отправлял в Себыкино чуть ли не силой, но всё равно пришлось пообещать, что я поделюсь с ним конечными результатами. Настю за этот день я так и не видел, зато Антип появлялся с завидной регулярностью. В районе одиннадцати вечера, слуга снова напомнил о себе. Я к этому времени уже закончил с работой и сидел в любимом кресле в гостиной, наслаждаясь треском камина.

— Скоро полночь, ваша светлость, — негромко произнёс Антип. — Если вы не передумали…

— Не передумал, — поднимаясь из кресла и уверенно шагая к выходу из дома, ответил я. — Охоте быть. Веди, рхаз.

Глава 20

Губернаторский дворец

г. Тверь

Великий князь Евгений Александрович Пожарский задумчиво стучал пальцами по огромному дубовому столу, за которым он сидел, глубоко погрузившись в роскошное кожаное кресло. Князь находился в раздумьях и единственный гость в его просторном кабинете не торопился прерывать думы князя.

Леонид Евгеньевич Зейд всегда тонко чувствовал своего господина, точнее, его настроение и прямо сейчас был несколько напряжен. Это выражалось, в первую очередь, в его позе. Обычно расслабленный и, по мнению многих других приближенных Пожарского — даже нагловатый, Зейд сейчас сидел на стуле с ровной спиной. В стеклянном стакане с серебряным подстаканником медленно остывал нетронутый чай.

Новости об их походе в аномалию были восприняты князем весьма противоречиво. В целом — задача была выполнена. Причем выполнена с минимальными потерями — всего два трупа и четверо тяжелораненых бойцов группы, ну а «легких» уже поставили на ноги и вернули в строй. Для такого глубоко рейда — это было очень и очень хорошо, тем более, что «кадровый резерв» Пожарских был, поистине, неисчерпаем. А сам Зейд, как и его господин, жил и действовал по правилу: «Выживают сильнейшие».

Но вот всё, что произошло в процессе самого похода, так сказать «побочные» явления и результаты, несколько расстроили князя. Начиная с доклада о Витязях, их экипировке, поведении и, самое главное, результаты «сканирования» самих членов «африканской» части дружины Разумовских.

Самое важное и неожиданное, конечно же — наличие среди дружины Разумовского одаренного с аспектом Смерти. Весьма сильного одаренного, между прочим! Пожарский, по своему обыкновению, немедленно проверил его, используя все свои связи и возможности, после чего задумчиво хмыкнул. На немой вопрос Зейда, князь просто повернул к тому монитор. На экране возникла карточка бойца.

Иван Иванович Иванов.

Одаренный.

Возраст: 27 лет.

Место рождения: Неизвестно.

Аспект: Смерть (потенциал неизвестен).

Принадлежность к роду: Простолюдин.

Ну и дальше абсолютно общая информация и близко не отражающая самой сути темнокожего мага. Да, фотография тоже отсутствовала, что было весьма странно для такой щепетильной организации как Бюро Надзора.

— Иван Иванович, значит, — не удержался от улыбки Зейд, но глядя в абсолютно серьезные глаза князя, тут же осекся. — Это же явный подлог документов, не так ли?

— Занимайся, Леня, своими боевыми делами. Они у тебя отлично получаются. И не лезь в бюрократию и крючкотворство, — у князя раздраженно дернулся глаз. — Всё в порядке с документами. Я не знаю, как они это провернули, но у него даже гражданство есть. И да, по паспорту он действительно — Иван Иванович Иванов, — князь поклацал мышкой и картинка на экране поменялась. — Вот.

Зейд бросил взгляд и увидел копию паспорта. Всё так, как и сказал князь. А дата выдачи паспорта — около года назад.

— Как они так смогли и кто этим занимался? — удивился Зейд.

На это Пожарский вздохнул еще раз.

— Привет от покойного Разумовского. Остатки привилегий. Ну же, Лёня! Напряги мозги!

Зейд нахмурился, но тут же вспомнил их собственный вояж с бригадой «Пепел» по всему миру. Да, князь был прав, Зейд никогда не любил, да и не хотел возиться с бумагами, презирая бюрократию. Но он вспомнил несколько перспективных иностранных одаренных, которых князь завербовал к себе в бригаду, помимо денег посулив гражданство Российской Империи. И выполнив свои обещания. Там было что-то про «боевые заслуги» и «высокую полезность для государства». И да, решал эти вопросы глава рода. Видимо, покойный Константин Разумовский оставил какую-то работающую процедуру для главы Витязей.

Ну, а дальше был доклад по стычке с Витязями. Несмотря на полную преданность господину и безусловное доверие, Зейд всё-таки упустил несколько несущественных моментов диалога. С легким стыдом осознав, что ему было неудобно. Тут же стыд сменился на злость. Зейд не успел отрефлексировать за то короткое время, пока они вышли из аномалии и добирались в Тверь, где его уже ждал с немедленным докладом князь. А раздумывать над ситуацией внутри аномалии, по понятным причинам, было не с руки. Но, вот сейчас, проговорив всё вслух, Зейд внезапно понял, что ему не нравятся Витязи. Очень не нравятся!

Собственно, суть доклада заключалась в том, что Разумовский не врал. Они нашли место, где предположительно располагалось логово россожа. Почему «предположительно»? Да потому что самого логова уже не существовало. В отряде Зейда не было одаренного с аспектом Пространства — слабый одаренный этого аспекта в боевой группе был бы бесполезен, а сильный… А сильных пространственников в Империи было пересчитать по пальцам. И да, он как-то лично видел в деле Магистра аспекта Пространства. Это было… впечатляюще.

Но, уловить колебания аспекта Пространства было несложно. В этом месте всё ещё находилась своеобразная «аномалия в аномалии», произошедшая в результата деформации пространства. Да и, собственно, косвенных признаков хватало с избытком — десятки трупов сильных аномальных тварей валялись вокруг предположительного места расположения логова. Хотя, если быть точным — остатков трупов. Аномалия не дремлет и всегда находятся желающие сожрать собрата, дабы усилиться самому.

Как будто прочитав мысли Зейда, князь «отмер».

— Ты уверен, что звери около логова перебили друг друга сами?

Зейд не торопился отвечать. Зная князя, он понимал, что любое слово может и будет использовано против него. И он понимал почему Князь задал этот вопрос.

— Мы тщательно изучили останки. Ну, насколько позволяла ситуация. Дело в том, что из-за спешки мы шли быстро и очень… неаккуратно. Переполошили аномалию и времени на изучение было в обрез, — Зейд неторопливо, но чётко произносил слова, пристально наблюдая за князем, точнее пытаясь понять его реакцию. Но, как всегда безуспешно. Пожарский выглядел рассеянным, глядя в пространство мутным взглядом и производя впечатление человека, которому совершенно неинтересно сказанное. Только это было ошибкой. Большой ошибкой! Что-что, а внимательность князя к деталям была поистине легендарной. Тем не менее, Зейд продолжил доклад. — Я не поручусь на сто процентов, что все они погибли исключительно в драке между собой. Тем более, что судя по всему, в рейд пошла вся бывшая бригада Витязей. А это полтысячи бойцов. Скажем так, думаю, это был смешанный бой. К моему сожалению, полную картину боя восстановить невозможно.

— Хорошо, — приняв, наконец какое-то решение, кивнул князь, первый раз с момента прихода Зейда, взглянув ему прямо в глаза. — Задача выполнена, ты молодец. Займись аттестацией других дружин владетелей первого круга. По моим данным, меньше недели осталось у нас на всё про всё. Свободен.

— Это… всё? — Зейд не смог сдержаться.

На лице у Пожарского возникла вполне себе веселая улыбка.

— А что ты хотел? Пойти и уничтожить дружинников Разумовского за то, что они на тебя косо посмотрели? Или грохнуть мага Смерти, чтобы доказать самому себе, что ты самый лучший? Что ты хочешь, Лёня? Скажи мне прямо.

— Виноват, ваша светлость, — потупил взор Зейд. — Херню спорол.

— Вот именно Лёня! Вот именно! — тут уже князь рассмеялся. Судя по всему, он уже нашел решение какой-то проблемы, но об этом все остальные узнают, как всегда, в самый последний момент. Враги — прямо перед своей смертью. — Выполняй приказ, а мне нужно сделать несколько звонков. В любом случае — наша главная задача — пережить гон с минимальными потерями. А лучше, вообще, без них. От результатов выполнения этой задачи сильно зависит реакция Императора и будущее моего рода. А следовательно — и твоё будущее, Лёня. Вот так-то!

* * *

Антип замер на долгих пять секунд и только после этого поспешил за мной. Последнее слово вырвалось у меня само-собой, но я практически сразу понял, что оно обязано было прозвучать. Древний слуга рода Разумовских воспринял непонятное слово, как само-собой разумеющееся и даже не подумал что-то спросить.

Одного этого было достаточно, чтобы сильно задуматься. Язык Вершителей, на котором мои братья общались с миром, невозможно было использовать обычному человеку. Помимо звуков, использовалось сочетание разных аспектов, вплоть до чистого Эфира. Даже сильные носители моей силы иногда умирали в попытке повторить за мной пару фраз. Однако, люди всегда отличались невероятным упорством. Особенно если видели в далёкой перспективе серьёзную выгоду.

Овладеть речью Вершителей мечтали многие, но в конечном счёте это не удалось никому. Хотя некоторые попытки были значительно ближе к успеху, чем другие. Мы отдавали часть своей силы и наблюдали за тем, как её станут использовать. Иногда помогали в развитии, а иногда уничтожали целые поселения, которые сворачивали на кривые дорожки безумия и алчности.

Люди оказались очень изобретательной расой. Кто-то начинал совершенствовать мир вокруг, кто-то пытался менять законы природы или выводить новых живых существ. Но были и те, кто менял себя. В зависимости от аспекта, получались самые удивительные мутанты, но дальше всех зашли носители силы Жизни. Им было проще других контролировать процессы изменения и сохранять свой разум после самых неудачных мутаций.

Так появились существа, сыгравшие серьёзную роль в моём противостоянии с другими Вершителями. Те, кто сумел адаптировать нашу речь для передачи простых сигналов и команд, которые можно было понять в любом состоянии. Каждое слово этой речи несло множество смыслов. Десятки образов сливались одну мысль.

Я вдохнул прохладный ночной воздух и чуть сдвинулся в сторону. Антип прошёл мимо и свернул с дороги к воротам имения. Логично было предположить, что через главный выход мы не пойдём. За десятилетия проведённые на службе моего рода, старик должен был протоптать целую дорогу до аномальной зоны. Вот только я сильно сомневался, что кто-то посторонний мог найти эту тропинку.

— Я бы рекомендовал вам взять с собой воду, Ярослав Константинович, — негромко произнёс Антип. Слуга не оборачивался, но я уже видел, что тщательно спрятанная в его теле энергия аспекта Жизни уже начинает пробуждаться. В первую очередь это должно было сказаться на глазах. — И оружие.

— В этом нет необходимости, Антип, — вытягивая на ладонь немного воды из окружающего воздуха, ответил я. Рост силы сказался на моих возможностях крайне положительно и я уже мог игнорировать некоторые условные ограничения одарённых моего круга. — Охота должна быть чистой. Иначе мы не узнаем правду. Ведь так?

Старик дёргано кивнул. Он чуть согнулся и ускорился. Мне пришлось тоже прибавить, чтобы не отстать. Фон аспекта Жизни вокруг Антипа постепенно усиливался и я заметил, что начинаю терять старика из вида, хотя он шагал в пяти метрах передо мной.

Ограду прошли насквозь, будто бетонной стены вокруг имения не существовало. В одном месте блоки неплотно прилегали другу к другу и старик удивительно ловко проскользнул между ними. Я бы там однозначно застрял, поэтому просто перепрыгнул трехметровый забор, воспользовавшись небольшой опорной линзой аспекта Воздуха.

Родовая сеть сообщала, что нас никто не заметил. Аршавин потратил массу сил на то, чтобы заставить охрану тщательно относиться к своим обязанностям, но этого оказалось мало. Антип настолько хорошо знал порядки дружины, что даже не приостановился ни разу и мы легко обошли все патрули.

В кармане звякнул полученным сообщением телефон. В лесной темноте яркий экран резанул светом по глазам и его тут же закрыла ладонь слуги. Однако, я успел увидеть короткое сообщение от Аршавина.

«Ночная прогулка?»

Бдительный Ратай, похоже, даже спал в обнимку с амулетом, который я ему передал. И, скорее всего, сумел настроить его так, чтобы родовая сеть показывала ему мои передвижения. Для этого было достаточно сфокусировать внимание на поместье, но я не думал, что Аршавин будет целенаправленно этим заниматься.

— Лиш-ш-шнее, князь. — произнёс Антип. Он старался сдерживаться, но получалось всё хуже.

«Да» — коротко ответил я Шатуну и тут же полностью отключил телефон. Спорить с Антипом в этом вопросе я не собирался. Да и мне отвлекаться на посторонние разговоры точно не стоило. Постоянный контроль магического фона спутника давал очень противоречивые сигналы. Внутри Антипа постепенно пробуждалось ещё одно существо. Сильное, опасное и полностью завязанное на аспект Жизни. Настолько, будто ничего, кроме магической энергии в нём вообще не было.

Это было неправильно. Те изменённые, что стремились подготовить своё тело для нового этапа эволюции, кардинально отличались. Они были единым существом. А древний слуга рода… Я отчётливо видел в нем вторую энергосистему, которая не могла принадлежать человеку.

— Антрадераг, рхаз, — вкладывая в голос энергию аспектов Огня и Воздуха, произнёс я. Антип резко замедлился и быстро оглянулся на меня. Второе слово он точно знал. Оно означало дружественное существо, с которым говоривший мог разделить риск совместного сражения или убийства чужака. А первое… Если объединить в одно слово все смыслы этого понятия, то оно означало сомнение. Сомнение в том, что мы двигаемся по правильному пути. И в том, что мы достигнем своей цели.

— Ве-е-ерь мне, рхаз, — прошипел в ответ Антип и, припав к земле, перешёл на бег.

Слуга был старым ещё в тот момент, когда родился мой дед. Никто не помнил его молодым. Возможно, даже тот человек, который был главой рода Разумовских в момент появления Антипа, уже знал его пожилым человеком. Поэтому сложно было ожидать от старика такой запредельной скорости.

Моя недавняя пробежка с родовыми дружинниками уже через пару минут показалась мне лёгкой прогулкой. Антип стелился над землёй, как утренний туман. Я наполнил тело маной, чтобы просто оставаться неподалёку от своего спутника и удерживать заданный им темп. Однажды отпустив его больше, чем на семь метров, мне пришлось воспользоваться родовой сетью, чтобы найти старика.

С такими данными, из Антипа мог получиться идеальный шпион и убийца. Я точно знал, что нужно искать и куда смотреть, но всё равно находился в постоянно напряжении. Граница аномальной зоны приближалась удивительно быстро. В километре от перехода в зону, старик резко остановился. Неестественно и странно замерев прямо посреди шага. Любой нормальный человек тут же потерял бы равновесие, но Антип стоял, будто его вообще не касались законы гравитации.

— Опасность? — негромко произнёс я, вспомнив о том, что слуге было очень трудно говорить в таком состоянии. Рука старика молниеносно поднялась, указывая куда-то в сторону владений Антиповых. Я заметил, как начали светиться слегка деформированные ногти на руках спутника. Только после этого за рукой повернулась голова. Зеленые глаза старика светились угловатыми зрачками.

Родовая сеть мгновенно откликнулась, показывая странную картину размазанного следа. Точно такой же оставлял после себя мой проводник, но там энергии было немного меньше.

— Десять километров, — удивившись расстоянию, на котором Антип почуял похожее на него существо, произнёс я. — Двигается в сторону аномальной зоны. Скорее всего, окажется там раньше нас.

Моя последняя фраза будто сорвала лавину. Антип издал нечленораздельный рык и просто исчез. Такую скорость я не видел даже у Ратая в самых опасных ситуациях. Человек просто не мог так двигаться. У него бы банально порвались мышцы и связки. Вот только Антип уже не был человеком. И я с удивлением понял, что я не знаю, что из себя представлял древний слуга моего рода, а все мои прошлые предположения разваливались на части.

Километр. Расстояние достаточно большое, особенно если ты бежишь по дикому лесу, а не по чистой дорожке стадиона. Нам потребовалось секунд тридцать, чтобы добраться до границы аномальной зоны. Антип летел по диагонали, словно видел траекторию другого такого же существа. Я постоянно держал в разуме сигналы родовой сети и сразу понял, что нас тоже заметили.

Мы оказались внутри аномальной зоны раньше почти на минуту. Этого оказалось достаточно, чтобы Антип окончательно выпустил на волю обитавшую внутри него сущность, завершая трансформацию, и я наконец увидел, что из себя представляет древний слуга рода Разумовских на самом деле.

Глава 21

Бешеная гонка прекратилась так же внезапно, как началась. Антип замер посреди длинной поляны. Низкорослое подтянутое существо с мощными лапами слегка пригнулось к земле, скрываясь за высокой травой от случайных взглядов.

Почти идеальный контроль аспекта Жизни. Наверняка мощнейшая регенерация и ещё масса характерных признаков сильных адептов этого аспекта. И всё бы хорошо, только от сознания слуги моего рода не осталось и следа. Передо мной стоял полноценный аномальный зверь четвёртого ранга. Сильный, умный и чертовски опасный.

В тридцати метрах от нас едва заметно шевельнулись кусты. На поляну вышел почти такой же монстр. Может шкура слегка отличалась цветом и в целом противник Антипа был немного меньше. Разлитый вокруг моего спутника магический фон полностью скрывал его от другого зверя. Но я при этом оставался без маскировки и предсказуемо привлёк внимание монстра.

Источник мощно пульсировал в теле, готовясь отдать всю накопленную энергию. Заметив, что зверь медленно направился в мою сторону, я чуть сдвинулся, готовясь встретить его в прыжке. Моторика движений противника была похожа на крупных кошек. Пластичная, мягкая, хищная… Учитывая аспект Жизни, монстр должен был атаковать в ближнем бою. На той скорости, с которой мы бежал к аномалии, достаточно было одного попадания, чтобы разорвать врага на две окровавленных половины.

Антип не двигался. Совсем. Невозможная для любого живого существа неподвижность, превращавшая слугу с статую. Только светящиеся глаза сопровождали каждый шаг второго монстра. Секунды текли всё медленнее, а потом время понеслось вскачь.

Хлынула в тело энергия аспекта Воздуха. Руки налились жаром живого огня, создавая передо мной защитный барьер. Выстрелил собой в мою сторону живой зверь. Мускулистое чёрное тело играло мышцами под абсолютно голой кожей. Я удивительно близко увидел перед собой звериную морду. Мелькнула мысль, что это действительно изначально были какие-то кошки, вроде рысей, но очень давно. А потом мой противник исчез.

Его просто снес Антип. Слуга ударил с такой силой, что я отчётливо услышал сочный хруст чужих рёбер. Вряд ли для подобных зверей это могло стать критической раной, но приятного однозначно мало. Два удара практически слились в один. Первый от столкновения двух монстров, а второй от их совместного удара в ближайшее дерево.

Полувековая берёза содрогнулась от столкновения. В стороны полетели ошмётки коры. Послышался громкий визг, а следом за ним угрожающий рёв. Если бы не аспект Воздуха, которые помогал мне удерживать высочайшую скорость, я бы наверняка пропустил содержание этого странного разговора.

Упрощённый до максимума древний язык мой ускоренный до предела мозг распознал с задержкой в несколько мгновений. Помимо целой гаммы чувств, визг поверженного зверя сообщал о том, что он вышел на охоту и не хочет вражды. И не хотел в прошлый раз.

Антип при этом был явно доминирующей особью и великодушно изгнал нарушителя со своей территории. За исчезнувшим в зарослях зверем остался ощутимый след страха. А ещё я наконец понял, где ощущал раньше похожую по составу энергию Жизни. Не зря юрист Григорий Антонович Бетюжин не хотел выходить из машины у меня в имении.

— Что дальше? — когда вернулся гордый собой чёрный зверь, присев рядом, спросил я. — Ты поведёшь? Или я?

Монстр долго смотрел на меня своими светящимися глазами и наконец медленно развернулся в сторону центра аномалии. Здесь родовая сеть уже не могла мне помочь и приходилось ориентироваться на собственные ощущения и поведение спутника. И при этом не забывать отслеживать состояние аномального чудовища, которое бежало рядом со мной.

В последнем я был уже практически уверен. Ничего общего с человеком или человеческой энергетикой в этом звере не было. Если можно было представить максимально обычного обитателя глубинных территорий аномальной зоны с одним аспектом, то он должен был выглядеть именно так.

Антип вёл меня кружным путем мимо рощи огнеростов. Я видел далеко впереди красноватую полосу огненных деревьев, но мой проводник правильно рассудил, что ему туда соваться не стоило. В какой-то момент я заметил, что зверь подёргивает головой из стороны в сторону, будто пытается увидеть что-то невидимое. Или слышит далёкое эхо чужих голосов.

Учитывая расстояние, на котором мой слуга заметил Бетюжина, у меня вряд ли могло получиться найти причину беспокойства Антипа, но я всё же решил попробовать. Доступ к силе Воздуха давал мне больше возможностей для разведки, чем два других аспекта вместе взятых. К этому времени мы пробежали уже километров восемь и всё ещё не встретили ни одного противника. Причина этому было несколько.

Недавно мы проходили в этих местах с Витязями. Уже тогда вспышка странной энергии прилично выкосила местных обитателей. Потом бурно развивалась роща огнеростов, а следом за этим прошёлся отряд Зейда и мои сборщики. Ничего удивительно, что все местные попрятались кто куда мог. Но охота не охота без добычи. И я решил помочь Антипу. Отчасти потому, что чувствовал свою вину за сорванное поглощение энергии во время полнолуния, а отчасти потому, что хотел увидеть это существо в деле.

— Стой, — негромко произнёс я и Антип мгновенно остановился. — Мне нужно несколько секунд.

Энергия Воздуха сформировалась в клин и унеслась в небо. Бесшумный взрыв могли заметить только носители этого аспекта. Волны разошли на сотни метров во все стороны, выстраиваясь в тончайшие нити. Полноценную информацию через них получить было невозможно — слишком тонкие и рассеянные. Но общее направление и отголоски чужого присутствия я уловить мог. А потом оставалось только сфокусировать усилия в нужном направлении.

— Там! — указывая вперед и немного правее, произнёс я. — Твои сородичи. Двое.

Антип рыкнул в ответ что-то неразборчивое и ускорился. На этот раз я направил воздушный клин вдоль земли по ходу нашего движения и подорвал его ровно в том месте, где ощутил большое скопление аспекта Жизни. И это стало ошибкой.

Спустя несколько мгновений весь воздух вокруг меня пришёл в движение и выстрелил моим телом вверх. Мне повезло и рядом оказалась приличных размеров лужа. Получилось немного сэкономить на создании защитной водяной линзы. Я почти успел завершить барьер, как его разорвала в клочья когтистая лапа.

Ждать второго удара я не стал и атаковал сам. Яркая вспышка пламени обожгла крупного зверя в районе глаз. Серия мощных ударов по корпусу. Часть воздуха уходит от тела монстра, лишая его возможности дышать. Использую остатки водяной линзы, чтобы сковать противника и превратить его в здоровенную глыбу льда. Замороженная тварь, как здоровенный метеор, обрушивается на землю и разлетается вдребезги. Вот только зверь, к моему удивлению, тяжело поднимается на ноги.

Кровавые раны стремительно исчезают. Тварь слегка покачивает, но она упрямо шагает вперёд. Из пасти монстра капает кровь. Слышится хриплое дыхание, перерастающее в рык.

— Ррарз! — рычит монстр. Чуть пригибаюсь, готовясь встретить противника контратакой, но зверь не двигается. Он ждёт. И только после этого, получив мгновение передышки, разум перевод смысл рёва противника.

— Это моя земля, — отвечаю чудовищу. — Я здесь хозяин.

Метрах в двадцати от нас слышатся звуки борьбы. Хрустит под когтями шкура, взлетают в воздух капли крови. Антип и его противник сходятся и расходятся, проверяя друг друга на прочность. Старый слуга моего рода нечасто сталкивался с такими сильными противниками и поэтому осторожничал. Знал он этих двоих или нет — можно будет узнать позже. Но я чётко видел, что чужаки охотились вдвоём.

— У вас всё еще есть шанс уйти сейчас, — заставляя голос вибрировать от сочетания трёх аспектов, произнёс я. — Я не стану вас убивать. В этот раз.

Зверь оскалился, показывая острейшие клыки, и пошёл по кругу. Я не двинулся с места и просто создал на пути монстра огненную стену. Яркое пламя заставило противника шарахнуться в сторону и я, воспользовавшись моментом, на всей доступной скорости ударил кулаком по клыкастой морде. Лишённый опоры зверь полетел на землю, где его моментально покрыла изморозь. Двигаться противнику стало сложнее, мой резерв опустел на треть, но быстро восстанавливался. Я добавил холода и сделал шаг ближе.

— Уходите. Сейчас! — громко повторил я. — Или умрёте.

В ответ послышался победоносный рёв Антипа. Насколько я успел понять, внутри своего вида особи друг друга не убивали, но очень жёстко реагировали на нарушение своей территории. А вот почему они все пытались пройти именно по территории Антипа, мне было не ясно. Если все монстры такие же старые, как слуга моего рода, то уже давно должны были выработать чёткую систему знаков. Но тут всё решалось обычными драками.

Своего противника Антип одолел, хоть и с некоторым трудом. Старик тяжело дышал, а его враг остался на почтительном отдалении, не пытаясь подняться с земли. Оказавшись против двоих, примороженный зверь зло зарычал, но природа заставляла его признать поражение и подставить нам шею. Удовлетворившись увиденным, Антип развернулся на месте и вопросительно посмотрел на меня, предлагая двигаться дальше.

— Идём, — согласно кивнул я и ещё раз окинул долгим взглядом обоих монстров, тщательно запоминая состав исходящего от них аспекта Жизни.

Через несколько секунд мы перешли на бег и после этого уже ни разу не оборачивались. В какой-то момент я понял, что спутник ведёт меня к какому-то конкретному месту. И я узнал его, как только мы остановились.

В глубоком овраге царила густая тьма. Не магическая, а самая обычная. Почти отвесные стены и густые кроны деревьев по периметру даже днем делали это место довольно сумеречным. Но для Антипа это не имело значения. Да и для меня тоже.

Старик шёл на зов своего аспекта и мог почувствовать это место даже с вырезанными глазами. От находившегося на дне оврага небольшого водоёма шёл мощный поток энергии Жизни. Он пропитывал земляные стены, его жадно поглощали деревья и кусты поблизости и только это не давало всем обитателям аномалии узнать о таком идеальном сплетении.

Антип осторожно спустился по отвесной стене и шумно принюхался. Пару мгновений зверь стоял на берегу водоёма, а потом с довольным фырканьем вошёл в воду и скрылся с головой. По сравнению с той водой, которую собирал Пескарёв с иглобоя, содержимое пруда на дне оврага было буквально даром богов по сравнению с дождевой лужей. Я бы сказал, что в этой воде было больше энергии Жизни, чем самой воды. Её было настолько много, что для обычного человека подобная концентрация могла стать смертельной.

Я некоторое время стоял наверху, а потом принялся искать что-то подходящее, чтобы забрать с собой хотя бы пару литров удивительной жидкости для подробного изучения. В сети гуляли самые разные слухи о том, что в аномалии, если очень сильно повезёт, можно найти лекарство от всех болезней. Почти эликсир бессмертия. Судя по тому, что Антип недавно упоминал знакомого графа, который жил в этих местах шесть сотен лет назад, часть этих слухов имеет под собой какие-то основания.

На фоне моих планов по увеличению доли аномальных растений в добыче рода, такая находка могла стать существенным подспорьем. Правда, на многое рассчитывать точно не стоило. Вполне возможно, что Антип и ему подобные приходят сюда для пополнения внутренних резервов каждое полнолуние или даже чаще. Лишать странных обитателей аномальной зоны их источника долголетия было довольно опрометчиво. Хорошей реакции при этом ждать точно не стоило. В лучшем случае, будут убиты сборщики в аномалии. А может и за её пределами начнутся проблемы.

Тот же Бетюжин мог доставить массу хлопот. Сам Антип вряд ли станет угрозой для кого-то из моих близких, но и защищать нас не станет. А ещё были, минимум, два подобных существа, которые тоже обитали где-то неподалёку, раз смогли выйти на охоту примерно в одно время с нами. И это только те, о ком я узнал сегодня. Сколько всего обитало рядом с Тверской аномальной зоной подобных особей сказать было невозможно. Если добавить к этому их чудовищную продолжительность жизни и регулярные встречи во время охоты, то с размножением проблем у этого вида не было. И мне сильно повезёт, если на следующий день после начала разработки ценного источника на моё имение не обрушится стая практически невидимых для родовой сети бесшумных убийц.

— Наверное, этот омут стоит оставить в покое… — задумчиво рассматривая найденную толстую ветку, пробормотал я. Однако, немного воды с собой всё же решил взять.

Кусок дерева оказался очень прочным и достаточно толстым, чтобы я смог выжечь в нём приличных размеров полость. Буквально за пару минут мне удалось сделать примитивную походную флягу на полтора литра жидкости. Остаток деревяшки обрезал водяными лезвиями и подогнал плотную пробку.

— Антип! — негромко позвал я. В темноте на дне оврага тут же возникли два зелёных пятна. Света туда падало очень мало, но глаза зверя светились сами по себе. И сейчас гораздо сильнее, чем по пути к аномальной зоне. — Сейчас я спущусь вниз, чтобы набрать воды из твоего источника. Вот столько.

Показав флягу, я дождался пока зверь отплывёт подальше и осторожно спустился по склону. Стараясь не касаться поверхности воды и удерживая свою самодельную флягу за оставленный для этой цели сучок, наполнил емкость и поднялся наверх.

— Нам нужно возвращаться, — сообщил я. — Думаю, кто-то ещё из твоих знакомых захочет сегодня искупаться.

Зверь внизу презрительно фыркнул и я невольно улыбнулся. Пока Антип сам не решит уйти, никто к оврагу не подойдёт. Право сильнейшего действовало среди животных в разы лучше, чем среди людей. Но слуга тоже считал, что нам пора домой.

Ночь перевалила за середину, а бежать до границы аномальной зоны было не меньше, чем два десятка километров. Хорошо если к утру доберёмся до поместья. Я был уже третьи сутки на ногах и это начинало сказываться. Голова гудела от напряжения, а ноги от усталости. Контролировать окружающее пространство стало тяжелее, но теперь основную роль взял на себя мой спутник.

После купания, Антип стал немного крупнее, окончательно став похожим на дикого аномального зверя. По пути домой я всё время наблюдал за своим слугой и у меня при этом возник только один вопрос. Зачем это существо и ему подобные вышли когда-то к людям?

Что толкнуло этот странный вид, способный так хорошо скрываться от любого наблюдения, пойти на симбиоз с обычными людьми и столько лет жить в человеческом обществе? Если бы речь шла об изучении для дальнейшего уничтожения, то звери могли действовать иначе. Вряд ли им требовалось больше шести столетий, чтобы познакомиться с моим видом и найти все его слабые места.

И всё это время Антип делал всё возможное, чтобы верно служить моему роду. Примерно тем же самым, но в сфере права, занимался Бетюжин. То есть, эти существа были нацелены на порядок, законность и верность данному слову. Для монстров из глубины магической аномалии это крайне странно.

В момент пересечения границы аномальной зоны, по телу слуги прошла светящаяся волна энергии аспекта Жизни. Сущность аномального зверя начала втягиваться в тело старика, возвращая ему привычный вид. Даже одежда осталась на месте и была совершенно чистой. С каждым шагом Антип всё ближе переходил к своей обычной форме, но теперь у меня имелись очень серьёзные сомнения в том, что эта форма была изначальной.

— Антип? — когда слуга перешёл к тому состоянию, в котором я с ним разговаривал во время полнолуния, произнёс я. — Зачем вы живёте среди людей?

— Мы ждём, рхаз, — шипяще ответил слуга. Он попытался сказать что-то ещё, но не сумел. Я слишком поздно ощутил изменения в глубине его сущности и слуга рухнул на землю в жестоких судорогах.

Глава 22

— Ты как, княже? — прозвучал из темноты в пяти метрах от нас, знакомый голос. — Сам дальше справишься?

— Где он⁈ — от разочарования и злости хотелось орать в голос. Я быстро присел рядом с Антипом и попытался привести его в чувство, но в такой ситуации это было невозможно. — Уберите его подальше!

— Кого? — озадаченно переспросил Вепрь.

— Кот! — не выдержав, заорал я. — Двести шагов назад и не двигайся, пока я не разрешу!

Время стремительно уходило. Я видел, что Антипу становится легче, но точно так же видел, как истекает время для нормального разговора. Взаимосвязь разных аспектов имела разную природу. Зная определённые нюансы, можно было значительно усилить свои заклинания и ослабить вражеские. Это было верно и для живых существ, особенно если они изначально были носителями противоположно направленных аспектов.

— А что сразу Кот? — послышался недовольный голос чернокожего мага. Он стремительно удалялся, но отголоски ворчания африканца ещё долго доносились до нас. — Только и всего, что пакость пожирательную к земле прибил. Гнать-то за что? Вот и помогай…

— Что за дела, ваша светлость? — подойдя ближе и присаживаясь рядом со мной, спросил Рыков. Он скинул маскировочную маску и я увидел в предрассветных сумерках удивлённое лицо Ратая. — Антип?

— Вы что тут делаете? — тяжело вздохнув и смирившись с тем, что вмешательство Витязей лишило меня возможности нормально поговорить с необычным аномальным существом, задал вопрос я.

— Аршавин позвонил, — коротко ответил командир Витязей. — Сказал, что князь в ночь ушёл в аномальную зону с какой-то хренью непонятной. Кто бы знал, что это старикан-слуга…

— Ясно, — проворчал я.

— А что вы с Антипом сделали, Ярослав Константинович? — спросил Рыков. Он однозначно знал старика дольше моего, но в таком состоянии видел его впервые. — Кажется, хреново ему сильно.

— Нормально ему, — возразил я. Потом, немного подумав, открыл свою флягу и полил водой бледное лицо старика. Антип судорожно вздохнул и распахнул глаза. — Лежи! Потом поговорим.

— Так это… — почесав затылок, произнёс Александр. Если бы я не знал, через что пришлось пройти этому человеку, то мог бы сказать, что Вепрь смутился. — Мы пойдём тогда? Или вас до имения подвезти? У нас тут и машины недалеко есть…

— Подвезите, — не стал возражать я. Как и в прошлый раз, из-за вмешательства в процесс поглощения энергии аспекта Жизни, состояние Антипа было неважным. Но теперь я знал, что это лишь малая часть маны, которую слуга получил во время купания в источнике. А значит с ним всё будет в полном порядке. Но тащить его на себе до поместья желания не было. И то, что я был чертовски разочарован, было очевидно для всех.

Когда грузились в машину, я ощущал стоявшего далеко в лесу Кота. Опытный маг Смерти поступил максимально правильно и эффективно в возникшей ситуации. Он использовал минимум энергии для получения максимального результата. Носители аспекта Жизни очень остро реагировали на избыточный фон противоположной силы. Африканец выпустил большой объем сырой маны Смерти и этого хватило, чтобы вырубить ослабленного старика. Другое дело, что ситуация могла повернуться совершенно иначе, если бы Антип был в полной силе. Жизнь и Смерть… Вечное противостояние противоположностей…

Доставив нас к особняку, отряд Витязей быстро укатил в Горынино. Остался только Рыков, который первым делом уточнил можно ли им забрать Кота или тот так и должен остаться посреди леса до моего разрешения уйти?

— Конечно можно! — устало ответил я. — Передайте Алараку, что он всё сделал правильно. В понедельник пусть приедет в Себыкино. За выходные собери отдельный отряд из ста человек. Такой, чтобы их можно было оставить одних на чужой территории.

— Для каких задач? — тут же уточнил Рыков.

— Охота в аномалии на монстров второго и третьего рангов, — ответил я. — Контроль процесса их переработки на территории потенциального союзника рода Разумовских. Охрана участка расположения производства.

— Я не могу отправить с ними Кота, ваша светлость, — без раздумий, ответил Александр. — А без присмотра толкового мага, у ребят могут начаться проблемы с адекватностью.

— Рядом будет минимум посторонних и гражданских, — поглядывая в сторону крыльца особняка, сообщил я. Время подходило к шести утра и я не хотел встретить Настю или кого-то ещё. Сил на разговоры уже почти не осталось. Дико хотелось спать. — Насчёт запаса мази для этого подразделения я уже распорядился. Заберёте всё необходимое в Сумани. Но скажи ребятам, чтобы сильно не расходовали. Неизвестно, когда получится восполнить запасы.

— Но маги всё равно нужны, Ярослав Константинович, — упрямо повторил Рыков. — Если не для восстановления моих ребят, то для защиты владений рода они точно понадобятся.

— Возьми двоих аспирантов, — предложил я. Голова соображала уже откровенно плохо и я не мог понять, чего от меня добивается командир Витязей. — Там участок небольшой совсем. В несколько километров. Огневика и воздушника можешь забрать. Скажи Аршавину, что я разрешил.

— Я не об этом, ваша светлость, — глядя мне в глаза, негромко произнёс Вепрь. — Мы во время прохода за отрядом Зейда видели всякое. Времени совсем мало осталось. Неделя край. А может и меньше. Мы всё возможное сделаем, чтобы удержать границу. Но сами знаете… Когда твари с тяжёлыми аспектами прут, одних пушек мало. Не выстоим мы, Ярослав Константинович. Ну или только посёлки удержать сможем. А если твари во второй круг прорвутся или дальше, то сами знаете, что получится.

— Потеря репутации и права владеть территорией на границе аномальной зоны, — кивнул я. — Навсегда. В этом отношении законы Империи одинаковы для всех. Я в курсе. У тебя есть конкретные предложения?

— Грифы, — осторожно произнёс Вепрь. — Нам с ними пришлось прилично пройти до убежища. Очень профессиональные ребята. И надёжные. Их главный обмолвился, что уже какое-то время хочет завязать с наёмничеством. Просто не было подходящего случая. Но если кто-то предложит хорошие условия…

— Это сложно, — покачал головой я. — В прошлый раз они обошлись роду довольно дорого. Сейчас ситуация с финансами получше, но и нанять этот отряд нужно не на разовую операцию. Да и волна сейчас в Африке в самом разгаре. Но ты свяжись с их главным. Вдруг получится узнать что-то интересное. А может на родной земле и ценники у Грифов ниже будут. Настолько, что даже скромный небольшой род сможет позволить себе их услуги на пять-шесть месяцев. С полным содержанием и обеспечением за наш счёт. К сожалению, Право Последнего накладывает ряд ограничений на вербовку магов в ряды родовой дружины. Но бывает и так, что кандидаты не связаны обязательствами с другими аристократами и сами заявляют о своём желании служить кому-то по официальным каналам.

— Я вас услышал, Ярослав Константинович, — кивнул командир Витязей. — Если мне что-то станет известно, то я обязательно вам сообщу.

Я кивнул и направился ко входу в особняк. Антипа унесли к нему в комнату сразу, как только мы прибыли. Прежде, чем подниматься к себе, я зашёл в комнату слуги и присел на его кровать. Старик был в сознании и попытался приподняться, но его удержал.

— Сегодня была хорошая охота, — произнёс я и слуга чуть смущённо улыбнулся, будто не понимал, о чём я говорю. Как сосуществуют в этом человеке две разных сущности мне ещё нужно было разобраться. В одни моменты он сам подходит и ведёт себя так, будто знает всё на свете, а в другие, как сейчас, вообще не понимает, о чём с ним говорят.

— Рад, что вам понравилось, Ярослав Константинович, — нейтрально ответил Антип и я понял, что сейчас продолжать разговор бессмысленно. Даже мелькнула мысль напоить старика захваченной из аномалии водой, но я тут же её отогнал. Неизвестно, как это повлияет. Скорее всего, придётся ждать следующей возможности пообщаться. Может за пару-тройку дней до полнолуния старик снова сможет говорить на нужную мне тему.

— И я рад, — улыбнулся я. — Отдыхай сегодня. Если Евгения зайдёт, скажи ей, чтобы меня не беспокоили.

— Как прикажете, ваша светлость, — кивнул слуга и я ушёл к себе.

Мысли ходили по кругу, заставляя снова и снова вспоминать о тех существах, которых мы встретили сегодня в аномальной зоне. Вопросов было слишком много. Не так давно я размышлял об эволюции внутри аномалии. Все обитающие в этом странном месте существа стремились получить как можно больше сил и способностей. Вот только никто не знал, зачем они были нужны чудовищам.

Ряд процессов, происходивших в изменённом пространстве, был известен жителям Империи. За ними наблюдали и явно очень давно. Что это мне давало? Да ничего. Люди, вроде Сидака, не станут делиться с обычными смертными результатами своих наблюдений. Это противоречило их природе. Ценность информации такого плана даже представить было сложно. Если за грязный Эфир развернулась такая борьба, то за данные о природе ядра аномалии вообще запросто убьют.

Однако, для меня имело значение только то, что появилась реальная возможность познакомиться с этими процессами через коренных обитателей аномальной зоны. Осталось только дожить до того момента, как можно будет снова поговорить с Антипом, пережить гон, сохранить при этом владение и дружину. А ещё надо как-то наращивать влияние в районе Тверской аномальной зоны, потому что мне что-то подсказывало, что скоро оно мне очень понадобится.

Это была последняя жизнеутверждающая мысль, которую выдал мой измученный разум перед тем, как отключиться. Когда засыпал, за окном уже было почти светло. А проснулся в полной темноте. И первой реакцией при этом стала активация Источника.

Зрение моментально прояснилось. Предметы стали чёткими и объёмными. Струи воздуха тащили информацию из самых дальних уголков особняка, рассказывая кто и чем занимается. Из всех обитателей имения, не спал только Антип. Слуга сидел на полу в своей комнате и, как только я его увидел, открыл глаза и вопросительно посмотрел на меня. Похоже, чутьё у него оставалось на прежнем уровне даже в те моменты, когда сущность аномального зверя спала.

Коснувшись экрана телефона, посмотрел на часы. Четвёртый час ночи. Несмотря на всю магическую поддержку и молодость, усталость взяла своё. За три дня бодрствования я рассчитался почти сутками крепкого сна. Наступало утро воскресенья и я твёрдо для себя решил, что в этот день даже конец света не заставит меня покинуть родное имение и заняться делами. С удовольствием закрыв глаза, провалился в сон и проспал почти до десяти утра. Наверное, подобную роскошь я позволил себе впервые с того дня, как мы вернулись в родное имение. И меня вообще не беспокоил тот факт, что я сплю уже больше суток.

Утро оказалось просто волшебным. Во-первых, началось оно значительно позже обычного. Во-вторых, внизу меня ждал восхитительный завтрак и полная тишина. Настя укатила куда-то по своим делам. Тётя Женя что-то готовила на кухне, а Антип изображал из себя статую. А ещё у меня на телефоне появилось сразу несколько интересных сообщений.

Одно из них от Аршавина, который дико извинялся за то, что вмешался в какое-то моё дело. Скорее всего, Рыков очень доходчиво объяснил главе родовой дружины, что князь был крайне недоволен появлением поблизости его людей. Самое интересное, что Ратай сам сделал выводы, сам описал все последствия своего поступка и даже отвечать ему необходимости не было.

Ещё одно письмо пришло от Большакова. В прошлую встречу мы были так увлечены моей идеи создания цепи фокусировки из стационарных артефактов, что не нашли времени поговорить о результатах его исследований. Илья Петрович намекнул, что с той частью тела россожа, которая испускала странные импульсы и пыталась начать создание пространственного кармана, происходят довольно интересные вещи. И что мне неплохо было бы к нему заглянуть в самое ближайшее время. Но самое ближайшее, что я мог предложить учёному — понедельник. Раньше из дома я выходить не планировал.

И это твёрдое намерение чуть не дало трещину, когда я прочитал третье сообщение. От Нюши. Мне нужен был отдых. Мне чертовски нужен был полноценный отдых, но в этот момент я очень хорошо понимал свою младшую сестру, которая чуть не довела себя до истощения из-за увлечения работой.

«Дорогой брат, как и говорили с тобой на днях, начали поставки материалов нашим союзникам» — писала Анна Константинновна. — «К радости моей и всех моих знакомых, принято это сотрудничество было отлично с обеих сторон. И плату первую мы получили в полной мере. Столько топлива я ещё ни разу не видела в одном месте. Если будет интересно, расскажу подробнее при личной встрече. Но заранее скажу, что ресурсов потребуется очень и очень много»

Любопытство грызло изнутри похуже черыга. Я боролся с желанием связаться с сестрой и прямо сейчас узнать у неё все подробности. Это же надо! Потрясающий талант Нюши позволял ей вылавливать важную информацию прямо из воздуха. Правильно говорили, что сильным менталистам не нужно базовое образование. Маги этого аспекта вылавливали всё, что им было необходимо, из памяти окружающих их людей и раскладывали у себя в подсознании. Достаточно было поселить неподалёку от младшей княжны пару академиков и вскоре она уже будет знать их предметы не хуже самих учёных. Жаль, что такой прогресс идёт только в состояниях пиковой нагрузки и только до полноценного пробуждения в МАМИ. Иначе бы менталисты уже давно захватили весь мир. Если не силой, то влиянием точно.

В сообщении сестры не было ни намёка на то, кто был нашим союзником и чем мы с ним рассчитывались. Будто младшая прекрасно знала, что не стоит о подобном упоминать в сети или при разговорах по телефону. Но при этом для меня всё было абсолютно прозрачно и понятно. Вот только объёмы нужно было уточнить. Потому что «очень много» у всех могло быть очень разным.

«Заедь ко мне сегодня» — ответил я Нюше. — «Нужно поговорить»

«Уже в пути» — буквально через двадцать секунд, пришло ответное сообщение. — «Буду через пять минут»

Я успел выйти на улицу и предупредить охрану, чтобы ребята открыли ворота и ничему не удивлялись. Анна Константиновна влетела на территорию имения верхом на Шустрике. Большую улитку облепляло всё её многочисленное потомство, а рядом с Нюшей в седле сидели оба маленьких россожа.

— Привет!!! — спрыгивая на землю, помахала мне рукой девочка. — О чём ты хотел поговорить?

— Давай сначала ты, — обнимая сестру, ответил я. — Ты же не случайно ко мне принеслась с утра пораньше?

— Не случайно, — невозмутимо ответила княжна. Вся её аномальная стая, чувствуя себя абсолютно свободно, стремительно расползалась в разные стороны. Шустрик, будто у себя дома, бодро поползла к родной яме. Наверное, хотела показать её своим малышам. Би и Бо скрылись в кустарнике, а мгновением позже я обнаружил их на крыше особняка. Хорошо ещё, что сегодня рабочих не было. — Мне деньги нужны. И материалы для строительства.

— Логова? — деловито уточнил я.

— Нет, — покачала головой девочка. — Нужно Сумань восстанавливать. Я со старостой поговорила — пора возвращать цивилизацию в посёлок. Для логова тоже много чего понадобится, чтобы малышам было комфортно. Я тебе список набросаю, но, думаю, это будет недёшево.

— Разберёмся, — улыбнулся основательности сестры я. — Ты хочешь из финансов рода помощь или свой источник дохода?

— Не уверена, что у меня получится что-то такое быстро организовать, — смущённо ответила Нюша.

— Так ты уже организовала, — ответил я. — Сколько пыльцы огнеросты дали?

— Около трёхсот граммов, — доставая из ветхого рюкзака самую обычную стеклянную банку, ответила девочка. Желтой. И пятьдесят фиолетовой. Будет ещё, но после следующей поставки серебра.

— Я на этот счёт с тобой хотел поговорить, — забирая урожай, ответил я. — Нужно, чтобы серебро сначала ко мне привозили и только после этого отдавали огнеростам. Хочу проверить одну штуку. Аршавину скажи — он организует конвой.

— Без проблем, — пожала плечами княжна. — Что насчёт средств?

— Секунду, — неохотно доставая телефон и набирая номер, ответил я. Ответа пришлось ждать удивительно долго. — Здравствуйте, Виктор Анатольевич. Разумовский беспокоит. Как сейчас обстоят дела с финансированием МАМИ?

Глава 23

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — немного растерянно ответил ректор главной академии магии Российской Империи. — Если честно, не ожидал от вас такого вопроса. Да ещё в выходной день…

— Простите, что беспокою, ваше сиятельство, — без особого сожаления в голосе, ответил я. Примерно представляя себе стоимость одного грамма пыльцы рощи огнеростов, я отдавал себе отчёт, что с таким объемом идти к имперским скупщикам точно не стоит. Вопросов будет просто огромное количество и отговориться тем, что мы собирали эту добычу несколько месяцев, точно не получится. Мне нужен был надёжный канал сбыта, которому хватит средств, чтобы рассчитаться, но при этом достаточно лояльный, чтобы не задавать лишних вопросов. — Так вышло, что ко мне в руки попал один довольно интересный ресурс и я сразу вспомнил о том, что в МАМИ иногда проводят исследования влияния растительных веществ аномального происхождения на силу одарённых.

— Это общеизвестно, ваша светлость, — с некоторым интересом в голосе, произнёс граф Кривошеев. — Но исследования в этом направлении очень затратны и идут крайне медленно из-за дефицита подходящих ресурсов. К сожалению, исследовательские лаборатории под крылом имперской канцелярии забирают основную часть подобных ресурсов для своих целей.

— Отчасти, помня о наших дружеских отношениях и вашей помощи моему роду, я решил сначала позвонить вам, Анатолий Викторович, — ответил я. — Следующий на очереди номер — центральный комитет по контролю аномальных ресурсов.

— Чтобы дать вам внятный ответ, мне нужно понимать, о чём идёт речь, Ярослав Константинович, — явно пытаясь понять весь расклад, замедленно произнёс ректор МАМИ. — В стенах академии изучают далеко не все варианты влияния аномальных ресурсов. Одни вещества усиливают только физические данные одарённых. Другие — конкретные аспекты. Встречаются и те, что могут существенно влиять на развитие Источника, но это крайне редкое явление. Я знаю всего пару вариантов и должен признать, что у нас они были в последний раз месяцев шесть назад. Да и то, всего пару граммов пыльцы удалось добыть.

— Я пришлю вам образец на этой неделе, ваше сиятельство, — ответил я. — И вы примите решение. Думаю, если мы договоримся, задержек в ваших исследованиях больше не будет.

— Я полностью доверяю вам, Ярослав Константинович, — поняв, что выгодная сделка под угрозой, моментально сориентировался мой собеседник. — И обещаю дать справедливую цену за вашу добычу. Сейчас не тот момент, когда стоит откладывать дела на будущее. Я бы сказал, что нужно действовать здесь и сейчас. Можете смело рассчитывать на рыночную стоимость.

— Благодарю, Анатолий Викторович, — улыбнулся я. Думаю, графа будет ждать очень большой сюрприз, когда он увидит содержимое банки от походных консервов. — Пришлите мне, пожалуйста, адрес, по которому нужно доставить посылку. Николай Петрович завезёт вам её сегодня.

— Буду ждать с нетерпением, ваша светлость, — ответил Кривошеев. — Пусть приезжает в имение моего рода под Москвой. Это как раз на вашем направлении.

— Договорились, — глядя на нетерпеливо переминающуюся передо мной сестру, произнёс я. — Средства нужно будет перевести на счёт княжны Анны Константиновны Разумовской в имперский банк.

— Анны Константиновны? — немного растерялся граф. Уверен, прямо сейчас, статус сделки потерял в глазах графа часть веса. Раз я готов был отдать весь доход младшей сестре, то ценность его была не так велика. Впрочем, сказал я это в основном для того, чтобы немного снизить риск для обоих Ратаев, которых я планировал отправить к графу в качестве посыльных. — Как скажете, Ярослав Константинович. Всего хорошего!

— До свидания, ваше сиятельство, — ответил я.

— Ну что? — быстро спросила Нюша. — Сколько он готов заплатить за пыльцу?

— По рынку, — невозмутимо ответил я и, быстро листая список разной добычи на сайте комитета, направился к боковой дорожке. Утренняя прогулка нам обоим точно не помешает. В нужном разделе каталога вариантов было довольно много, но нужную строку я нашёл быстро. — Поздравляю, сестрёнка. Сегодня ты заработала свой первый миллион. За один грамм пыльцы огнероста дают три тысячи рублей. Правда, тут речь идёт об обычном растении, а не о старой и сильной роще. Может и больше получится.

— А когда он заплатит? — тут же задала следующий вопрос сестра.

— Зная графа Кривошеева, я бы сказал, что сразу, — улыбнулся я. — Но могут возникнуть некоторые трудности, когда Анатолий Викторович увидит объем твоей добычи. Как получилось собрать так много за один раз?

— Это не мы собирали, Яр, — пожала плечами Нюша. — Роща надула к месту обмена. Нам осталось только в банку сложить. Если нужно усилить эффект, то скажи, что родовые сборщики, под конвоем двух сотен Витязей, несколько дней трудились.

Я тяжело вздохнул и неодобрительно посмотрел на княжну. Вряд ли граф будет задавать подобные вопросы, но что-то для ответа мне нужно было. Просто на всякий случай. Потому что триста граммов пыльцы — это пара гектаров по пылающему магическим огнём лесу. Далеко не всякий даже начать решится.

— Врать нехорошо, — наконец произнёс я.

— Нехорошо, если не знаешь, как собеседник воспримет твои слова, — возразила девочка. — А если точно знаешь, что он будет счастлив, то почему бы и нет?

— Это скользкий путь, Нюша, — негромко, но очень доходчиво, произнёс я. Девочка хотела что-то ответить, но наткнулась на мой тяжёлый взгляд и опустила голову. — Твой дар позволяет тебе видеть дальше и глубже других. Ты можешь не обращать внимания на слова собеседника и сразу понимать смысл. Осознавать мотивы и причины поступков других людей даже до того, как они сами их поймут или признаются себе.

— Разве это плохо? — тихо спросила княжна.

— Нет, — ответил я. — Это не плохо и не хорошо, Аня. Это никак. Всё зависит от того, как человек использует свой дар. Аспект Жизни может спасать людей ничуть не хуже, чем убивать. Опытный менталист может убирать травмы в психике людей, а может калечить собеседников до неузнаваемости. Главная проблема в другом.

— Я не буду этого делать! — вскинув голову, удивительно резко ответила Нюша и я грустно усмехнулся. Суть проблемы я не озвучивал. Просто вытащил в верхние слои сознания ряд нужных образов.

— Ты уже это делаешь, — спокойно произнёс я. — Неосознанно. Нужно научиться разделять реальные слова людей и их мысли. Я поговорю с Алараком, чтобы он показал тебе, в каком направлении нужно двигаться. Просто хочу предостеречь тебя, что далеко не всегда можно полностью полагаться на свой дар.

— Он никогда не подводит, — гордо ответила девочка. — Я ещё ни разу не ошибалась!

— Ты не ошиблась только потому, что не сталкивалась с серьёзным противником, Нюша, — с каждым словом нагнетая в окружающее пространство хаотично перемешанную энергию трёх аспектов. Привычно закружив хоровод поверхностных мыслей, я начал создавать в разуме многочисленные ловушки. — Но если бы ты столкнулась с кем-то злым. С тем, кто готов причинить тебе вред и кого не остановит то, что ты ещё ребёнок, то результат может быть совсем иным. Ты станешь думать, что полностью контролируешь ситуацию и не заметишь, как станешь управлять поступками всех людей вокруг. А потом среди них найдётся тот, кто сможет тебе противостоять и тогда…

— Хватит! — разом побледнев и тяжело дыша, умоляюще выдохнула Нюша. Оказалось, что она настолько привыкла использовать свой дар на всех окружающих, что даже простой отпор и ограничение контроля ударили по ней откатом и выбили из равновесия. — Прошу, перестань! Я всё поняла!

— Ты невероятно сильна, Нюша, — опустившись на колено рядом с сестрой и глядя ей в глаза, произнёс я. — Сильнее всех менталистов, кого я встречал до этого. Но ты должна усвоить, что у твоей силы тоже есть предел. И что далеко не всегда её можно использовать на окружающих. Считай, что глава рода считает подобное ниже достоинства членов семьи Разумовских.

— Я запомнила, ваша светлость, — предельно серьёзно ответила княжна и я не сомневался, что она действительно усвоила этот урок. Критических ошибок в этом плане сестра совершать точно не станет, но аспект Ментала слишком сложен для одиночного осовоения. Даже сейчас Аня развивалась такими бешеными темпами только потому, что мне удалось создать для неё идеальные условия и направить дар княжны именно туда, где он мог раскрыться полностью.

— Хорошо, — мгновенно убирая всё лишнее из пространства вокруг нас и собственного сознания, тепло улыбнулся я. Нюша слегка покачнулась и испуганно посмотрела на меня. Наверное, для неё всё это выглядело очень странно. Будто из переполненной всевозможным мусором и грязной водой бочки разом исчезло всё содержимое, сменившись кристально чистым горным воздухом. — Тогда у меня будет к тебе одна просьба.

— Чем я могу помочь? — тут же спросила Нюша и я одобрительно улыбнулся. Скорость мышления и реакции Источника сестры были просто феноменальными. Постороннему могло показаться, что девочка ответила мгновенно, но я успел ощутить ещё несколько этапов. Аня привычно активировала ментальное поле, чтобы понять, чего от неё ждут, потом погасила его и смогла вообще убрать от моего тела, чтобы исключить попытки чтения намерений.

— Нужно взять с собой в Сумань один артефакт. Сможешь? — произнёс я. — Хочу разместить его в логове россожей рядом с их камнем. Вы уже начали стройку?

— Ещё нет, — покачала головой княжна. К этому времени мы навернули уже два круга по территории поместья и остановились возле ямы, где раньше обитала гигантская улитка. В этот момент Шустрик показывала своим детёнышам, как правильно дотягиваться до стенки ямы с платформы и что делать, если ты не удержался и свалился на дно. — Но почти докопали до нужного места. Сегодня к вечеру точно доберёмся.

— Отлично, — кивнул я. — Если вдруг почувствуешь, что артефакт мешает развитию твоих питомцев или затрудняет работу, сразу сообщи мне. Хорошо?

— Конечно, — серьёзно ответила княжна, а потом с интересом спросила. — А что за артефакт?

Сколько прошло времени с того момента, как Нюша переехала в Сумань? Около недели? Девочка за это время так привыкла постоянно использовать свою силу, что сейчас будто заново узнавала мир. Тоже интересный и важный опыт. Но по поводу хорошего учителя нужно было думать уже сейчас. Вот только я вообще не представлял, кому могу хотя бы показать свою младшую сестру. Те менталисты, с которыми я был знаком лично, вряд ли станут заниматься обучением, да и показывать сотрудникам шестого отдела жандармерии ребёнка, который уже сейчас перевернул все представления о носителях своего аспекта, точно станет ошибкой.

Рядом с моей младшей сестрой материализовались оба россожа. Звери уже успели облазить всё имение и я был уверен, что малыши оставили в этом месте достаточно меток, чтобы сориентироваться даже через год. Пространственный переход давался обоим достаточно легко, а это означало, что Нюша не полностью выматывала зверей непосильным трудом.

Пушистые малыши были уже по колено своей хозяйке и бодро трусили рядом с моей сестрой. Ко мне оба присматривались осторожно, но агрессии не проявляли. Похоже, девочка не полностью контролировала россожей и те учились действовать самостоятельно.

Спустившись в подвал, показал Ане пару готовых стационарных амулетов. Княжна тут же отправила к ним своих питомцев и те начали подробно изучать новую штуковину. Лизали их и грызли. Пытались катать и забирались сверху. Когда одного зверя придавило, второй, со злым урчанием, бросился на помощь и откатил противную штуку в сторону.

— Нас всё устраивает, — повернувшись ко мне, сообщила Нюша. — Можем забирать?

— Да, — кивнул я. — Через пару дней загляну к вам, чтобы проверить, как всё работает. Серебро ещё не готовили для нового обмена?

— Около двадцати килограммов есть, — ответила княжна. — Нам бы не помешала помощь хорошего мага земли. Очень сложно отделять металл от остальной руды аспектом Пространства. Би сильно устаёт и не может потом работать.

— Тогда собирайте руду, — немного подумав, ответил я. — Стоит экономить силы малышей. Среди аспирантов есть неплохой маг нужной специальности. Всю руду отправляйте к нему. Оттуда я сам договорюсь, чтобы её ко мне привозили. Где ваши запасы лежат?

— У входа в нору, — задумчиво почёсывая обоих россожей, сообщила Аня. — Рядом с земляным отвалом — кучка поменьше.

— Поменьше? — весело спросил я и достал телефон, с которым, похоже, придётся сегодня провести весь день. Зато дома! Я примерно представлял сколько серебра содержится в руде, даже если нам повезло и повстречается самородное серебро. Ну не были похожи Нюша и Ко на горнодобывающую компанию. И с этим тоже нужно было что-то делать.

— Ну, сколько смогли, — развела руками представительница княжеского рода Разумовских. — Мы же не горнодобывающая… Ой! прости, Яр! — Нюша смешно зажала рот грязной ладошкой, неосознанно прочитав мои мысли.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — услышав наконец голос Аршавина из динамика телефона, я всё ещё с улыбкой смотрел на сестру, и шутливо грозил ей пальцем. — Вы по поводу вчерашней ситуации?

— Нет, Николай Петрович, — ответил я. — Со вчерашним уже разобрались. Ты где сейчас?

— В Сумани, — коротко ответил Ратай.

— Нужно прокатиться будет, — сообщил главе родовой дружины я. — Попроси у Пескарёва экскаватор и пару самосвалов. Он как раз завалы расчищает. Только водителями возьми дружинников, думаю найдутся умельцы. Загляни к Анне Константиновне на рабочее место и забери всю руду серебряную. Потом едь в Горынино за Рыковым. В идеале, возьмите с собой ещё по паре своих ребят, которые не станут обузой в случае проблем.

— Через час буду у вас, ваша светлость, — не задавая лишних вопросов, ответил Ратай и отключился.

Анна Константиновна, собрав всю свою многочисленную свиту, укатила обратно в Сумань. Я был полностью уверен, что Аршавин приедет ровно через час и решил использовать это время с пользой. Вопрос с поставкой тестового артефакта был единственным запланированным на сегодня делом. Возникшее попутно дело с продажей пыльцы хотелось завершить одновременно с отъездом Аршавина. Для себя решил, что если будет подходящее настроение, то обязательно поковыряюсь с серебром, чтобы подготовить вторую фазу задумки со стационарными амулетами. А пока решил изучить ту часть добычи Нюши, которая вызывала больше всего вопросов.

Для этого решил использовать конструкцию для работы с артефактами. Это был самый простой способ. Анализ всевозможных свойств разных ресурсов был неотъемлемой частью подобных магических устройств. Немного подумав, создал защитный барьер на основе энергии аспекта Воды. Потом добавил ещё один контур на основе Воздуха и только после этого осторожно положил на рабочую поверхность одну крупинку фиолетовой пыльцы.

Что это за вещество я не знал. И, с большой долей вероятности, этого не знал никто из моих знакомых. Люди давно научились собирать какие-то ресурсы в аномальной зоне. Этим промышляли многие поколения жителей Российской Империи. Что-то получалось найти чаще, что-то встречалось исчезающе редко. Но все эти ресурсы объединяло одно — их забирали силой.

И я ни разу не слышал о том, чтобы обитатели аномальной зоны что-то отдавали по доброй воле. Большинство ныне живущих людей были твёрдо уверены, что это в принципе невозможно. А те, кто что-то знал о подобных вещах, предпочитали сохранять свои знания в тайне от общественности. Если добавить к этому, что на контакт с нами вышел не аномальный зверь, а коллективный растительный разум, принадлежавший крайне редкому виду, то содержимое маленькой баночки с надписью «Масло из особого императорского резерва» становилось поистине бесценным. И далеко не факт, что у нас вообще получится добыть что-то такое ещё раз.

Ровно через час с момента нашего разговора, родовая сеть сообщила, что на территорию поместья въехала машина. Я проморгался и создал поток ветра, чтобы выгнать из подвала весь дым. Двигаться было тяжело, но я очень быстро приходил в себя.

— Доброе утро, ваша светлость! С техникой решил, ребята сами справятся, — вылезая из своего любимого пикапа, произнёс Аршавин и тут же озадаченно посмотрел на мою перепачканную гарью одежду. С собой глава дружины взял пару мастеров из своих. Рыков тоже взял двоих бойцов того же ранга. В итоге, на одной старенькой машине ехал отряд, способный разнести целый взвод. Только Кота не хватало для полного комплекта. — Что-то случилось?

— Всё в порядке, Николай Петрович, — ответил я. — Здравствуйте, Александр Егорович.

— Что за задача? — пока бойцы доставали из пикапа серебро, спросил Аршавин.

— Нужно прокатиться до имения графа Кривошеева и передать ему это, — отдавая Ратаю банку с пыльцой огнеростов, ответил я. А потом достал из внутреннего кармана куртки небольшую пробирку, на которую наложил все доступные мне на данный момент защитный заклинания длительного действия. — И вот это. Передайте его сиятельству, что я буду ждать его звонка.

— Вы уверены, что Анатолий Викторович захочет вам позвонить, ваша светлость? — с интересом рассматривая пробирку, спросил Рыков.

— Даже не сомневаюсь в этом, — усмехнулся я.

Глава 24

Кровь пульсировала в ушах. Кожа по всему телу горела. Сохранять спокойный и невозмутимый вид получалось с огромным трудом. Я еле дождался момента, пока пикап покинет территорию имения, чтобы вернуться в дом. Оба Ратая однозначно заметили моё состояние, но никто из них не стал докапываться до сути и я за это был особенно благодарен.

Вернувшись к себе в комнату, скинул на пол обгорелую одежду и забрался в душ. Ледяная вода обрушилась на голые плечи. В воздух поднялись густые клубы обжигающего пара, будто в душевой оказалась громадная раскалённая глыба. Примерно так я себя и ощущал. Когда дышать стало практически невозможно из-за безумной влажности и жары, создал направленный поток воздуха в сторону окна.

Мне понадобилось больше часа, чтобы прийти в себя. Всё это время из окна моей комнаты валил обжигающий пар, как из работающей котельной. Под конец я замедленно сел на пол и расслабленно подставил лицо потоку ледяной воды. После обжигающего безумия Источника, хотелось хорошенько промёрзнуть. Я выбрался из ванны только после того, как мысли стали тягучими и медленными, будто обледенелые рыбы.

Нюша сделала невозможное. Вернее, я тоже принимал в этом участие, когда впервые бросился на помощь роще огнеростов. А теперь нужно было очень быстро понять, станет ли наше гениальное открытие гибельным для только начавшего полноценное восстановление рода Разумовских. Слишком большой куш. Слишком жирный кусок, которым мог подавиться и куда более сильный владетель.

Прислушавшись к себе, начал изучать все изменения, случившиеся за последний час. Некоторые процессы, на которые другим одарённым требовались месяцы и годы, мой организм прошёл за минуты. Огонь всегда был крайне своевольным аспектом. Настолько, что это даже сказывалось на эмоциональной стабильности адептов этой силы. Удержать в узде его разрушительную мощь стоило огромных усилий и постоянного труда. И главной проблемой всех носителей этого аспекта было долгое и мучительное развитие Источника, чтобы он мог нормально прокачивать и накапливать энергию аспекта огня.

Я подошёл к вороху своей одежды и осторожно достал из кармана куртки маленькую стеклянную баночку. Сейчас фиолетовая пыльца была безопасной. Можно было перевозить её и даже держать в руках без всякой защиты. Но стоило коснуться этого вещества аспектом Огня…

Далеко не каждый одарённый сможет выдержать ту мощь, которая крылась в фиолетовых крупинках. И вопрос был даже не в том, что в момент активации возникал сильнейший поток энергии, как после убийства зверя четвёртого ранга чистого аспекта Огня. А в том, что эта энергия сразу начинала деформировать Источник и раздувать сферы разума. Мне хватило одной частицы, чтобы заполнить весь резерв и сформировать недостающие до первого ранга заготовки сфер. Если в ближайшее время найду что-то подобное из аспекта Воздуха, то получу первый ранг и смогу начать трансформацию сфер для второго ранга.

И вроде бы свойства нового вещества открывали удивительные возможности для всех огневиков. Тот же светлейший князь Пожарский наверняка легко мог смириться с тем, что род Разумовских остался жить. И даже мог назначить меня доверенным партнёром, если бы я отдал ему банку с фиолетовой пыльцой. Мгновенное увеличение сил всех членов рода Евгения Александровича могло запросто покачнуть баланс между высшими аристократами Империи. Именно поэтому я даже не думал о том, чтобы раскрыть секрет своего рода для кого-то постороннего.

Потому что пережить активацию дара рощи огнеростов мог только каждый пятый одарённый. А без моей постоянной поддержки и индивидуальной программы разгрузки Источника — только каждый десятый. Что будет, если весь род Пожарский резко станет сильнее, я прекрасно понимал. И точно также понимал, что случится, если половина родичей светлейшего князя погибнет в погоне за призрачным могуществом. Причём, роль Разумовских в этой ситуации будет одинаково большой. Мы станем целью для многих, вне зависимости от результатов эксперимента.

Можно было передать пыльцу представителям Императора и получить защиту от правителя страны. Добытчика уникального ресурса точно оценят по достоинству. Вот только я искренне сомневался в том, что этот вариант сработает без осечек. О малейших намёках на самостоятельность можно было смело забыть. Да и судьба моих отца и братьев как бы намекала, что справедливость могла повернуться самым неожиданным образом.

Кривошеев в этом отношении мог стать практически идеальным партнёром. Если соблюдать правила предосторожности и правильно подать источник получения нового ресурса. Графу я передал активированный образец, который имел мало общего с обычной пыльцой. Буквально, это было средоточие аспекта Огня, которое оставалось только использовать по назначению. Главное, чтобы Анатолий Викторович не стал изучать мой подарок в домашних условиях. Продавать графу находку я пока не планировал. Нужно было сначала прикинуть стоимость и варианты использования пыльцы внутри рода.

Я свою часть уже получил. Второй раз использовать это вещество если и смогу, то только через время. Весьма длительное время. Когда развитие Источника станет уже не таким активным. Из огневиков оставалась ещё Нюша, но ей пока было рано применять настолько сильные средства. А больше с этим аспектом у нас никого не было. Зато у меня появился очень серьёзный аргумент для тех магов, которые захотят верно служить моему роду. За этими размышлениями меня и застал звонок телефона.

— Разумовский, — даже не взглянув на экран, ответил я.

— Добрый день, Ярослав Константинович. Это Кривошеев, — услышал я крайне возбуждённый голос ректора МАМИ. — Должен признать, что я совершенно не ожидал подобного. Только что у меня был Николай Петрович. Он передал вашу посылку. Обе ваши посылки, — особо выделив голосом последние слова, продолжил говорить граф, — ваша светлость. И, честно говоря, теперь даже не знаю, что мне делать. Первичная проверка основного объёма показывает запредельную эффективность сырья. Как вам удалось найти такое старое растение? Так много старых растений?

— Думаю, это отдельный разговор, Анатолий Викторович, — с улыбкой ответил я. — Отложим его до того момента, как вы приедете к нам в гости. На данный момент, это просто товар, который может помочь нам восстановить прежний статус рода Разумовских. И я готов использовать этот товар по его прямому назначению. Если цена будет справедливой, то вы станете единственным партнёром моего рода в этом направлении, ваше сиятельство.

— Восемь тысяч, — ни мгновения не раздумывая, выпалил Кривошеев. Вполне возможно, что я мог взять и больше. Десять, а может и двенадцать тысяч за грамм. Но озвученная цена и так меня полностью устраивала. Правда, сказать об этом я не успел. — Могу дать даже десять тысяч, ваша светлость. Но тогда мне придётся согласовывать оплату с Имперской канцелярией. Суммы больше трёх миллионов рублей идут напрямую из казны. А вашу поставку я могу провести, как закупку для внутренних нужд лаборатории.

— Меня вполне устраивает ваше предложение, Анатолий Викторович. — невозмутимо ответил я.

— Что же касается второй части вашей посылки, Ярослав Константинович… — тут же воспользовался возникшей паузой граф. — К сожалению, я не могу даже примерно определить стоимость этого вещества. И мне нужно время, чтобы передать его своим специалистам. Ответ смогу дать завтра к вечеру. Основную часть я оплачу сейчас, а по остатку отправлю оплату во вторник. Такой вариант вас устроит?

— Это подарок, ваше сиятельство, — спокойно ответил я. — Но я буду вам очень признателен за информацию о ходе исследований по этому направлению. Возможно, получится обсудить их с вами при встрече.

— Я прошу прощения, но любопытство не даёт мне покоя, ваша светлость, — немного помолчав, произнёс ректор МАМИ. — А почему вы сказали, что оплату необходимо перевести на счёт вашей младшей сестры?

— Потому что у Анны Константиновны возникла потребность в собственных средствах, — невозмутимо ответил я. По сути, это было сугубо дело моего рода и я не видел причин что-то объяснять.

— Как скажете, ваша светлость, — уловив по моему тону, что продолжать не стоит, ответил граф. — Два миллиона четыреста тысяч рублей будут перечислены княжне Разумовской в течение суток. Уже жду середины июля, чтобы наконец увидеться с вами лично, Ярослав Константинович. Надеюсь, ближайшие две недели пройдут для рода Разумовских благополучно.

— Мы все на это надеемся, ваше сиятельство, — ответил я. — Хорошего вам дня. Ещё раз приношу свои извинения, что отвлёк вас в выходной день.

— Я был бы очень не против, если бы меня так отвлекали каждый раз, — рассмеялся в ответ Кривошеев.

— Боюсь, у академии не хватит на это средств, — улыбнулся я.

— А ресурсов, значит, у вас на это хватит, ваша светлость? — весело спросил граф. — Если так, то сегодня я вытянул счастливый билет. До свидания, Ярослав Константинович, и всего наилучшего!

Я убрал телефон и задумчиво уставился на склянку с фиолетовой пыльцой. Что это было? Счастливый билет для моего рода? Или чёрная метка? Иногда я остро жалел, что невозможно было отправиться на десяток лет вперёд и просто почитать старые сводки и мемуары. Это было бы так просто! Но Река времени непрерывна и нерушима. Любые попытки что-то изменить или вторгнуться в течение самой могущественной силы в мироздании всегда заканчивались провалом. За малейшее изменение приходилось отдавать такую плату, что проще было сразу отказаться от подобной затеи.

Некоторые из Вершителей пытались найти лазейки в законах мира, чтобы исправить какие-то прошлые ошибки. Вот только никто не сумел добиться своего. И это те, кто считался среди прочих существ всемогущими. С моими текущими возможностями о подобном и задумываться смысла не было.

Так или иначе, этот ящик уже открыт и запечатать его не выйдет. Был смысл взять под контроль развитие ситуации с пыльцой сейчас, когда о ней почти никто не знал. Потому что потом будет поздно. Зейд знал, что мой род как-то связан с рощей огнеростов. Как только стало бы известно о дикой скорости развития магов аспекта Огня под моей рукой, Водяной не стал бы молчать. Но это всё будет позже. Как правильно сказал Анатолий Викторович — нужно позаботиться о том, чтобы мы все дожили до середины июля. А для этого надо было пережить предстоящий гон.

Прислушавшись к своим ощущениям, с удивлением осознал, что у меня нет сопротивления мысли о предстоящей работе. Не только в будущем, но и прямо сейчас, я готов был тратить свои силы ради благополучия рода Разумовских. Не для того, чтобы выжить самому, а именно для блага рода. Сейчас это были мы трое — я и две моих сестры. Хотя нет… Себе врать точно не стоило. Перед глазами пронеслись лица всех тех людей, которые, как и я, делали всё возможное для блага Разумовских. И я обязан был сделать так, чтобы никто из этих людей не погиб, когда начнётся исход аномальных тварей на земли Империи.

А для этого мне нужно было не только самому быть в максимальной готовности, но и владение защитить всеми доступными способами. Немного посидев, чтобы переварить эту мысль, оделся и пошёл обедать. А потом забрал с собой весь запас серебра, который привёз Аршавин, и отправился в подвал, откуда не выходил до глубокого вечера.

Меня никто не беспокоил, но я не мог полностью изолировать себя от тех ощущений, которые передавала родовая сеть. Постепенно, территория имения заполнялась волнами любопытства. Это было странно и необычно, потому что ощущение складывалось чисто у меня в голове. Пара фраз в одном месте, вопросы вернувшейся домой Насти в другом, короткий разговор между дружинниками… Людей интересовало, почему я сижу в подземелье в своей единственный выходной, но никто не решался спуститься ко мне и спросить.

Двадцать килограммов серебра… Объем не такой уж большой, чтобы возиться с ним целый день. Для подготовки такого количества материала хватало часа даже обычным людям, которые готовили сырьё для многочисленных производств по всей Империи. Нужно было немного терпения и сто миллилитров специальной жидкости, которую я заказал у Калинина. Мне понадобилось одиннадцать часов и почти шесть литров.

Из подвала я выполз далеко за полночь и сразу отправился к себе. Раскатанное в тонкие листы серебро покрывала густая сеть магических символов. Если бы их увидел кто-то из артефакторов Воронцова, то наверняка мог сказать, что создатель подобного чуда потратил время зря. На металлических листах не было ни одно знака выше второго круга. Все сопряжения и связи обладали одной общей чертой — они были максимально простыми и максимально энергоёмкими. Иначе было нельзя.

Утром встал потрясающе бодрым и свежим. Настроение слегка подпортило громадное чёрное пятно в форме моего тела, оставшееся на кровати. Нужно будет заняться контролем Источника в ближайшее время, чтобы в будущем не возникло проблем с аспектом Огня.

— Доброе утро! — спустившись в гостиную и увидев за столом Настю, поздоровался я.

— Доброе утро, ваша светлость! — улыбнулась девушка. — Вижу, вчерашние бдения в подвале пошли вам на пользу.

— Можно и так сказать, — усаживаясь за стол, ответил я. — А ты выглядишь сонной, Настя. Не спала?

— Спала, но недостаточно, — рассмеялась в ответ княжна. — Жаль, что в запас спать не получается. Граф и графиня Калинины передавали тебе пламенный привет. Сказали, что очень сожалеют.

— О чём? — тут же насторожился я. В голове пронёсся табун мыслей, но среди них я не заметил ни одной правдоподобной.

— О том, что глава рода Разумовских не сумел присоединиться к своим горячо ожидаемым гостям в тот день, когда они наконец прибыли в имение рода, — насмешливо ответила сестра. — Ты так крепко и громко спал, что нам пришлось закрыть двери в твоё крыло.

— А… — начал было я, но так и не смог сказать ничего вразумительного.

— Ты пригласил к нам Калининых на пятницу, но я подумала, что ты вряд ли сможешь восстановиться к этому времени, — аккуратно разрезая яичницу, продолжила Настя. — Инга Аскольдовна была в этот день в галерее и я поехала туда же. Визит перенесли на субботу, но это не особенно помогло. Я же не знала, что ты укатишь на всю ночь в аномальную зону! Но Александр Викторович передавал, что очень впечатлён нашими усилиями по восстановлению родового гнезда. Предлагал помощь, но я отказалась.

— Правильно сделала, — кивнул я. — А не выспалась почему?

— Гон близко, — коротко и очень серьёзно ответила Настя. — Дворяне в Твери уже начали готовиться, Яр. Официальной информации пока не было, но она и не нужна. Я думаю, что осталось не больше пяти дней.

— Не больше недели по моим расчётам, — согласился я. — И как это связано с твоей бессонницей?

— Я искала информацию, Яр. — отвела глаза в сторону княжна. — И наткнулась на множество странных слухов и легенд.

— А подробнее? — предчувствуя неладное, уточнил я.

— Мне снятся сны, Яр, — тихо ответила Настя. — Уже достаточно давно, но я всё время думала, что это просто из-за усталости. Знаешь, иногда так бывает, что проваливаюсь в сон без сновидений. Но сны становятся всё ярче. Более чёткими и живыми. Мне кажется, что я схожу с ума…

— Ты только недавно виделась с Нюшей, — попытался успокоить сестру я. — Уж она бы точно заметила, что с тобой что-то не так.

— Только это и успокаивает, — бледно улыбнулась княжна. — Я нашла данные о том, с чем это может быть связано, но мне нужно подтверждение. Я хотела бы с тобой сходить в аномальную зону, Яр. Как можно быстрее. Желательно, прямо сегодня.

Настя говорила с каждой секундой всё быстрее. Будто очень долго думала о проблеме и наконец решила обсудить её с кем-то. А ещё я чувствовал, что сестра очень боится, что я ей откажу. И что для неё это крайне важно.

— Я готов пойти с тобой прямо сейчас. Тебе ничего не угрожает, — дотянувшись до сестры и взяв её за руку, максимально спокойно и уверенно произнес я. — Но ты должна ответить мне на один вопрос.

— Какой? — подняла на меня взгляд девушка.

— Что тебе снится? — прямо спросил я.

Глава 25

— Свет, — тихо ответила девушка и я ощутил, как всколыхнулось пространство вокруг нас от одного этого слова. — Каждую ночь. В последние дни я не хочу идти спать, потому что свет стал ярче. Он наполнен безумной яростью. Будто кто-то светит мне прямо в череп смертельно опасным прожектором. Я чувствую, что за ним что-то есть. Кто-то стоит позади и направляет этот свет. Он может его выключить, но не делает этого. Только включает фонарь ярче и ярче. Я боюсь, Яр. Боюсь, что однажды моя голова не выдержит и сгорит прямо посреди ночи. Не хочу спать. Пока глаза открыты, мне точно ничего не угрожает.

Пылкая речь сестры ненадолго ввела меня в ступор. До этого момента я думал, что Настя мне полностью доверяет и я знаю практически обо всём, что с ней происходит. Если представить, что заполненные светской суетой последние недели девушки сопровождались постоянными кошмарами, то становилось вообще непонятно, как она это всё выдержала. Я поднялся со своего места, подошёл ближе и обнял сестру. Странно, но оказалось, что старшая из оставшихся детей Разумовских нуждалась в поддержке и заботе больше нас с Нюшей.

— Всё будет хорошо, Насть, — добавив в голос крошку силы, убеждённо произнёс я. — Иногда в нашем роду случаются странные вещи, но я уверен, что с ними можно разобраться. Особенно если мы будем действовать сообща.

— Спасибо, — тяжело вздохнув и будто вжавшись в мои объятия, ответила девушка. — Что мне делать, Яр?

— Сначала нужно понять, почему ты так сильно пытаешься выжечь себе мозг, — с едва заметной улыбкой, произнёс я и княжна тут же треснула ладошкой мне по руке.

— Я ведь действительно не сплю уже больше недели! — возмущённо воскликнула Настя. — А ты насмехаешься!

— Вовсе нет, — заверил сестру я. — В твоём разуме и в твоём даре нет признаков постороннего вмешательства. Я не вижу ничего подобного и Нюша не заметила. А значит ты сама пытаешься себе что-то показать. Вот только у тебя ничего не получается.

— Почему? — осторожно спросила сестра. Она пока не приняла мои доводы, а просто знакомилась с другой точкой зрения и примеривала её на себя.

— Потому что мало силы, — пожал плечами я. — Или слабо развит дар. А может у тебя просто нет нужных органов для восприятия подобной информации.

— Третьего глаза? — невесело улыбнулась княжна.

— Как вариант, — серьёзно кивнул я. — В магическом плане. Собирайся.

— Что? — тут же напряглась девушка. — Куда?

— Ты же сама хотела отправиться в аномальную зону? — удивлённо посмотрел я на сестру. — Вот и поедем.

— Сейчас⁈ — округлила глаза Анастасия. — Но у тебя же выходной! И вообще… мне нужно серьёзно подготовиться. Потренироваться и всякое такое…

— Сколько времени за последние две недели ты потратила на тренировки? — направляясь к выходу из особняка, прямо спросил я.

— Около сорока часов, — неожиданно ответила Настя и я, обернувшись, уважительно посмотрел на сестру. Похоже, из всех Разумовских, меньше всех тренировался я. В основном руководствуясь принципом, что практика в боевых условиях — лучший учитель из всех возможных. Но сорок часов… Это по два-три часа ежедневно!

— Удивила, — честно признался я. — Но в любом случае ещё одна тренировка серьёзной роли не сыграет, а на длительную подготовку у нас просто нет времени. Бери с собой только самое необходимое. Одежда удобная. Пойдём налегке.

— А сопровождение? — осторожно уточнила Настя. Сестра уже успела привыкнуть, что я и один могу в аномалию уйти, если это необходимо.

— Будет, — понимая, что сейчас очень неподходящий момент для бессмысленного риска, кивнул я. — Часа на сборы тебе хватит?

— Буду готова через двадцать минут, — поднимаясь из-за стола, ответила княжна.

На мне и так был привычный камуфляж, который менять я не собирался. Заботливый Антип положил мне в шкаф с десяток одинаковых комплектов, поэтому я всегда был готов к вылазке в аномалию или прогулке вдоль границ своего владения. Накопитель тоже был со мной, хотя сейчас его ценность сильно упала. Учитывая возросшие финансовые возможности моего рода и мою личную силу, можно было внести следующие изменения в структуру артефактной пряжки, но на это тоже требовалось время. К моему огромному сожалению, время требовалось буквально на всё и его постоянно чертовски не хватало. Наверное, так ощущали себя люди, глядя на мир из окна движущегося поезда. Вроде бы ты видишь разные ситуации и пейзажи, но эта жизнь всегда остаётся за стеклом и проходит мимо тебя. И у меня всё чаще возникала мысль дёрнуть стоп-кран.

Только сделать это хотелось не посреди мёртвой пустыни, заполненной аномальными чудовищами, а где-то в более приятных и располагающих к отдыху местах. Поэтому станцию с названием «Гон» однозначно надо было проехать.

— Полоз! — выйдя из особняка и заметив у своего вездехода дружинника, позвал я. Парень тут же отбросил тряпку, которой натирал бока машины и поспешил ко мне.

— Слушаю, ваша светлость, — вытянувшись в нескольких шагах от меня, произнёс Андрей.

— Собирай остальных, — приказал я. — Идём в аномалию.

— Надолго? — тут же уточнил дружинник. — Что брать?

— Аршавин вернулся уже? — вместо ответа, уточнил я.

— Сразу в Сумань планировал ехать после Москвы, — ответил бессменный водитель моей машины, оказавшийся удивительно осведомлённым. — Александр Егорович просил передать, что он тоже вылазку в зону планирует. Сегодня в ночь средней группой уйдут. Ровно сто человек. Сказал, что вы в курсе.

— В курсе, — кивнул я. Командир Витязей времени зря не терял и успел собрать отряд для отправки во владение Олега Сергеевича. Может и не стоило так мудрить с тайной переброской дружинников, но я решил перестраховаться. Истомин был не сильно лучше Антипова, а значит лучше иметь пару козырей в рукаве. — Маршрут знаешь?

— Да, — снова удивил меня Полоз. — С Ратаями наши ездили в Москву. Они всю дорогу спорили. В итоге решили, что пойдут по семикилометровой линии. С ними ещё пара суманьцев проводниками пойдёт.

— Хорошо, — задумчиво ответил я. Похоже, даже неуёмная жажда адреналина Витязей оказалась слабее невидимой угрозы приближающегося гона. Даже семь километров было очень большой глубиной для рейда без магов в текущих условиях. Наверняка Рыков уже договорился с аспирантами, но пара ребят второго круга вряд ли помогут при встрече с серьёзным противником. — С собой берите стандартный набор. Мы далеко не пойдём.

— Только охрана? — уточнил Полоз.

— Только охрана, — ответил я.

Через несколько минут из дома вышла Настя и это был тот самый момент, когда я смог со стороны увидеть, какой эффект моя сестра производит на мужчин. Обычный полевой камуфляж смотрелся на девушке, как изысканный костюм от лучших модельеров. Собранные в высокий хвост иссиня-чёрные волосы, сосредоточенный взгляд изумрудных глаз.

— Неужто Анастасия Константиновна с нами пойдёт? — враз охрипшим голосом, просипел Полоз. В мою сторону он вообще не смотрел. Уверен, что если бы у парня что-нибудь было в руках, то он бы обязательно это уронил. Как Ежа, тащивший к машине ящик с каким-то снаряжением.

— Поедет, — невозмутимо ответил я. — Сегодня будете охранять не только меня, но и мою сестру. — хмыкнул я. — Так что не подведите.

— Не подведём, — горячо заверил меня дружинник и тут же поспешил к паре своих товарищей. Наверняка чтобы обсудить расстановку сил в предстоящей вылазке. Ну не станут же они так бурно обсуждать появление моей сестры?

— Я готова, — подойдя ко мне, сообщила Настя. — Оружия у меня нет. Можешь рассчитывать на три-четыре атакующих заклинания первого круга. Аспект Воды.

— Принято, — улыбнулся я и кивнул на готовую к выезду машину. — Садись. Мне нужна ещё пара минут.

Для Насти первый выход в аномальную зону однозначно был делом нервным и весьма сложным. Сестра выглядела напряжённой и встревоженной, но старалась не показывать вида. Мне даже стало интересно, что за легенды такие она раскопала в сети, что так волнуется?

Об этом я её и спросил, как только притащил из подвала весь запас подготовленного серебра и последний настроенный на работу с нашей родовой сетью артефакт. Девушка долгое время отводила глаза и говорить начала только в тот момент, когда вездеход выехал за ворота имения и углубился в лес метров на триста.

— Разное пишут… — неохотно произнесла Настя. — Ты же знаешь, Яр, что сеть — это сплошная свалка. Найти там что-то стоящее можно только если очень этого хочешь. И умеешь искать.

— Насколько я понимаю, у тебя имеются оба этих параметра, — улыбнулся я.

— Ты ведь знаешь, что все эти суеверия насчёт второго имени имеют под собой серьёзные основания? — наконец перешла к сути княжна.

— Конечно, — кивнул я. — Ни один ритуал не станет всеобщим, если в нём нет смысла. Мистического или практического — не так важно. К тому же, главы сильнейших родов Российской Империи совсем не похожи на тех, кто будет слепо следовать народным суевериям. А между тем, у того же князя Пожарского тоже есть второе имя.

— Потому что маг не становится полноценным, пока не пройдёт вторую инициацию, — кивнула Настя. — Желательно, чтобы сначала одарённый прошёл официальное пробуждение и только после этого зашёл в аномальную зону.

— Не знал этого нюанса, — с интересом ответил я.

— Ещё несколько сотен лет назад это было обязательным условием для возможности стать главой рода, — добавила Настя. — Для Императорской семьи всегда имела большое значение возможность отследить все изменения у своих подданных. Особенно у тех, кто мог набрать достаточно силы, чтобы претендовать на трон.

— Таких претендентов не было уже очень и очень давно, — улыбнулся я. — И вряд ли они появятся в обозримом будущем, Насть. Текущее государственное устройство полностью устраивает всех, кто может что-то изменить.

— Суть не в этом, — покачала головой девушка. — Если даже Императорский род понимает важность второй инициации, то сомневаться в этом глупо. Я нашла информацию о том, что можно влиять на результаты этого процесса. Вернее, барон Ожегов поделился со мной одной из своих теорий, когда я рассказала ему о своём интересе к этому вопросу.

— Любопытно, — замедленно произнёс я. Помня об увлечённости барона темой Вершителей, я мог только предполагать, как его теория связана с главной страстью Ожегова. Но если подобная связь действительно имеет место быть, то история возникновения аномальных зон резко обретает крепкий фундамент. И фундамент этот корнями уходит в такое далёкое прошлое, где ещё ходил по свету Вершитель по имени Элгор. — И ты решила эту теорию проверить на себе?

— Не совсем так, — слегка улыбнулась Настя. — У меня просто есть пара предположений на этот счёт и я хочу их проверить. Если что-то подтвердится, то я смогу продвинуться дальше в этом направлении.

— Каким образом, если ты сразу получишь второе имя? — не понял я. Аршавин говорил, что случаи, когда аномалия не реагировала на нового гостя, случались крайне редко. Так или иначе, но реакцию зоны можно было увидеть. И чем сильнее был гость, тем более чёткой и понятной была реакция.

— Я покажу, когда мы приедем, — ушла от прямого ответа сестра и я не стал настаивать.

— Ваша светлость! — глядя на меня через зеркало заднего вида, произнёс Полоз. — Вы не сказали к какому участку границы ехать. Я пока просто в ту сторону еду, но скоро развилка…

— Налево, налево, направо, — на мгновение прикрыв глаза и сосредоточившись на сигналах родовой сети, ответил я. Дружинник молча кивнул и вернулся к управлению вездеходом.

Перекрёстков было не так уж много и Полоз сразу понял, куда я хочу попасть. Родовая сеть не могла пересечь границу аномальной зоны. Слишком серьёзное это было препятствие для сложной магической конструкции. Но увидеть силу магического фона и его оттенок в каком-то конкретном месте я мог без особых проблем. А пропустить яркий оранжевый поток энергии аспекта Огня вообще было сложно. Однако, место это я выбрал не только по этой причине.

Из аномальной зоны, как из старого потрескавшегося кувшина, вытекали десятки и сотни ручейков маны. Разных аспектов и разной мощности, они проходили десятки километров по территории Империи и бесследно исчезали в пространстве. Множество исследователей потратили годы своей жизни, чтобы определить точки перехода нитей маны в другое состояние. Я придерживался мнения, что энергия просто рассеивалась в мире, давая людям возможность использовать магию.

Роща огнеростов подтянулась к границе первого круга обороны аномальной зоны уже в нескольких местах, но достаточно силы деревья набрали только в двух. Одно находилось над будущим логовом маленьких россожей и базой Нюши. Я не сомневался, что младшая будет править Суманью из своего подземелья, окружённая всевозможной живностью. Там я ощущал не только магические деревья, но и брата-близнеца своего амулета.

Второе место выглядело совершенно обычно. Разве что пожухлая трава на обширной поляне могла подсказать, что с этим местом что-то не так. Обилие нитей аспекта Огня сказывалось на обычной природе.

— Я могу пройтись по окрестностям? — высадившись из машины, дисциплинированно уточнила Настя.

— Границу аномалии видишь? — вместо ответа, уточнил я.

— Конечно, — уверенно ответила девушка.

— Полоз, Ежа! — коротко взглянув на дружинников, произнёс я. — От княжны ни на шаг. Настя, ближе двадцати метров к границе не подходи. Там оптические обманы и может выскочить всё, что угодно.

— Я поняла, — спокойно ответила сестра и я на мгновение задержал на ней взгляд. Насколько девушка нервничала перед выездом из поместья, настолько же уверенно вела себя сейчас. Может эта уверенности и была надуманной, но, зная Настю, в это верилось слабо. — А ты сам что планируешь делать?

— Схожу на ту сторону, — невозмутимо ответил я. — Ненадолго.

Княжна только молча кивнула и направилась куда-то вдоль границы аномальной зоны. Следом двинулась вся моя охрана. Если меня они оставлять одного не опасались, то за Настю откровенно переживали. Я же достал из грузового отсека вездехода серебряные листы, стационарный амулет и приступил к работе.

Спустя десять минут, от выбранной мной точки на пересечении нескольких силовых нитей до самой границы аномальной зоны лежала сияющая металлическая полоса шириной в десяток сантиметров. В запасе оставалось ещё больше половины серебра и это был отличный результат. Оставшиеся листы я отложил в сторону и вернулся к началу полосы. Установка стационарного амулета потребовала некоторых усилий. Нужно было не только правильно установить артефакт относительно серебряной трассы, но и соблюсти все нюансы подключения к родовой сети.

От усилий и максимальной концентрации у меня на лбу обильно выступил пот. Со стороны леса слышались приближающиеся голоса людей. Настя уже шагала обратно, а я ещё даже половину работы не сделал. Княжну увидел когда уже почти коснулся границы аномальной зоны. В руках держал охапку листов, а разум максимально разогнал для мгновенного принятия решений. На случай, если роща решит сжечь внезапного и непонятного гостя.

— Нашла, что искала? — поинтересовался я.

— Нет, — покачала головой Настя. — Нужно будет попробовать где-то ещё.

— Тоже хотел предложить этот вариант, — кивнул я. — Здесь мы вряд ли сможем беспрепятственно пройти. Я почти закончил.

Чтобы продемонстрировать серьёзность своих слов, я веером развернул оставшиеся листы серебра и поднял их над собой. Настя посмотрела на них и понимающе кивнула. А потом одновременно произошло сразу несколько событий.

Взгляд сестры мгновенно остекленел и наполнился таким первобытным ужасом, что у меня закаменели челюсти. Руки обжёг мгновенно раскалившийся металл, а прямо у меня над головой родился чудовищной мощности фокус энергии аспекта Света. А потом колонна яростной энергии ударила ровно в то место, где стояла Настя и её охранники.

Глава 26

Разогнанный до предела разум работал удивительно чётко. Я отметил, что меня охватила дикая ярость. Зрение помутилось. Желание убить существо, посмевшее причинить вред кому-то из моих близких разом выкинуло мой дар на совершенно другой уровень. Я успел забыть, что означает сила Вершителя. И окружающий мир, включая обитателей аномальной зоны, тоже успел об этом забыть. Но я готов был напомнить.

Источник мгновенно превратился в бурлящий котёл из энергии трёх аспектов. Привлёкшие чужую атаку листы серебра всё ещё держались. Они принадлежали Земле и связывали всё воедино. Я направил поток чужой силы в зарождающуюся структуру заклинания. На другой стороне границы ожила роща огнеростов. Я ощутил приток энергии аспекта Огня и полный спектр чувств растительного разума. Удивление, стыд, страх, боль…

Воздух ревел в ушах, а по рукам текли потоки воды. От раскалённых листов серебра в моих руках валил пар. Пять аспектов смешались в единый поток за неразличимую долю мгновения и я нанёс ответный удар. Не разбирая, кто именно стоит за лучом света. Не думая о последствиях для себя и окружающих. В этот момент я был полностью уверен, что существо, возникшее на границе аномальной зоны, должно умереть. Прямо сейчас.

Грязный эфир — довольно могущественная энергия. Она в разы сильнее обычных аспектов, но у этой силы есть множество недостатков. Контролировать её мог только очень опытный и очень сильный одарённый. Я едва справился с тем, чтобы перенести фокус созданного заклинания к источнику Света. Но, в любом случае, создать сложные и долговечные конструкции на основе этого типа Эфира никто бы не смог.

Ударная волна снесла меня с ног. Она разошлась во все стороны, круша всё на своём пути. Стволы взрослых деревьев ломались, как спички. Горела земля и ревел над выжженной поляной ураган. Аспекты всеми силами стремились отделиться друг от друга, создавая ещё больший хаос.

В какой-то момент у меня получилось сориентироваться, поэтому приземление прошло нормально. В ноги мягко ударила земля. Родовая сеть бушевала и пыталась одновременно впитать весь объём рассеянной энергии, чтобы за её счёт восстановить выжженый участок. Со стороны Сумани к нам летели несколько машин. Пять десятков человек бежали от Горынино пешком, но двигались при этом ничуть не медленнее автомобилей.

В том месте, где находилась граница аномальной зоны, на земле виднелся полукруг, спёкшейся до состояния камня, земли. Вторая половина следа от моей атаки была скрыта завесой аномальной зоны. А в самом центре вяло трепыхалось на земле крохотное светящееся существо. В это трудно было поверить, но аномальный зверь пережил мой удар и стремительно набирал силу. Но немного времени у меня ещё было и я решил завершить начатое. Давать подобному монстру восстановить силы точно не стоило. Я двинулся к светящейся точке, на ходу создавая в разуме структуру огненного копья. Однако, добить чудовище не успел.

— Не надо, брат! — послышался за моей спиной голос Насти. — Она не причинит вреда. Больше не причинит…

Резко обернувшись, увидел сестру. Настя лежала на земле в том самом месте, где была до начала боя. Рядом с девушкой вяло копошились оба дружинника. Парни были живы и даже почти не пострадали. Учитывая, что наш вездеход практически разделили на несколько неравных частей упавшие стволы деревьев, подобное можно было считать чудом. Но чуда не было. Вокруг девушки явственно ощущалась аура энергии аспекта Света. Она разливалась в пространстве, как густой кисель. Я вдруг понял, что глаза жжёт и хочется отвернуться от сияющего силуэта княжны.

— Ты уверена? — задумчиво посмотрев на медленно пульсирующую жёлтую точку в эпицентре взрыва, спросил я. Спорить с сестрой мне не хотелось. Уверен, она прекрасно понимала, что бой не завершён. Аномальные звери, особенно сложных аспектов, могли продолжать бой даже в более тяжёлом состоянии. А я повторить свою атаку сейчас точно не смогу. Как минимум, мне не хватит для этого пары аспектов.

На земле вокруг княжны можно было заметить ровный круг нетронутой травы. Такой бывает после активации защитного купола. Вот только я не ожидал, что Настя могла использовать заклинания такой силы. Это точно был не второй круг, а может даже не третий.

— Абсолютно, — посмотрев на меня, твёрдо ответила девушка и кивнула на мои руки. — А ты сам как?

Я удивлённо поднял брови и только после этого опустил взгляд. Даже хорошо развитый Источник и умение работать с аспектом Огня не помогли мне справиться с расплавленным металлом. Кисти рук почернели и обуглились, но боли я не чувствовал. Будто организм всё ещё пребывал в шоке от случившегося.

Из леса позади Насти вылетел десяток размытых теней. Если бы я не ждал появления этих ребят, то ударил бы не задумываясь. Полную невидимость для магических способов обнаружения дополняли какие-то самодельные артефакты на основе аспекта Смерти. Но родовую сеть обмануть такими фокусами было невозможно.

Пара Витязей тут же подхватила на руки княжну. Настю за пару секунд утащили в задние ряды прибывшего подкрепления. Следом за моей сестрой, покинули поле боя оба её охранника, а возле меня возник командир отряда. Потом на поляне появились остальные бойцы бригады и вокруг чудовища образовалось вооружённое оцепление.

— Приказы, ваша светлость? — скидывая с лица маску, деловито уточнил Змей. Заместитель Рыкова выглядел слегка сонным и расслабленным. Будто не он сейчас пробежал десяток километров по лесу за какие-то несколько минут. Потом взгляд дружинника остановился на моих руках, но сказать он ничего не успел.

— Проверьте Борова, — опередил собеседника я. — Он в машине был. Зверя не трогать до приказа княжны.

— Змей, там Ласточка! — негромко сообщил своему командиру прибежавший из оцепления боец.

— Врёшь! — на мгновение утратив привычное хладнокровие, округлил глаза заместитель Вепря.

— Клянусь! — недовольно ответил дружинник. — Сам никогда их не видел, но тут точно не спутаешь!

Змей чуть качнулся в сторону границы аномалии, но тут же опомнился и вопросительно посмотрел на меня. Из леса стремительно приближались машины Аршавина. Судя по поведению Витязей, зверь вёл себя достаточно смирно.

— Иди, — разрешил я. — Мы позже подойдём.

Командир отряда Витязей ушёл изучать редкого зверя, а я направился к Насте. Сестру ощущал очень четко. Как яркий маяк посреди безлунной ночи. Девушка пыталась усмирить буйство своего источника, но я по себе знал, что сделать это достаточно сложно. К тому же, энергия аспекта Света продолжала проникать извне в тело княжны. По пути прошёл мимо остатков машины, из которой вытаскивали окровавленное тело Борова. Парень был жив, но ему требовалось лечение. Да и мне тоже.

— Сокол! — выскакивая из резко остановившейся неподалёку машины, рыкнул Аршавин. — Что случилось?

— Рабочие моменты, Николай Петрович, — лениво взмахнул рукой я, обращаясь по имени отчеству, тем самым показывая, что опасности нет и взгляд Ратая тут же впился в почерневшую кожу. — Привезли на инициацию в аномалию Анастасию Константиновну, но зона не стала ждать и решила пойти нам навстречу.

— Понятно… — встревоженно проворчал Аршавин, осматривая последствия внезапной встречи. — И кого же прислала аномалия, чтобы познакомиться с ещё одним членом рода Разумовских?

— Ласточку, — коротко ответил я.

— Второй ранг, — с некоторым облегчением, ответил Ратай. — Даже странно, что столько разрушений из-за этого. Удивлён, что у вашей сестры зверь с аспектом Воздуха.

— Этот зверь с аспектом Света, — поправил главу родовой дружины я и Шатун мгновенно побледнел.

— Что? — с явной надеждой на то, что ослышался, переспросил Аршавин. — Он ещё жив?

— Да, — кивнул я. — Анастасия Константиновна просила его не трогать, пока она не разрешит.

— Это очень сильная и редкая четвёрка, ваша светлость, — предельно серьёзно глядя на меня, сообщил Шатун. — Ей нельзя давать времени на восстановление. По легендам, у этого вида зверей молниеносная скорость восстановления сил. Он может полностью восполнить резерв для новой атаки всего за пару минут!

— Бой закончился больше пяти минут назад, Николай Петрович, — прекрасно понимая, что именно беспокоит Ратая, ответил я и, кивнув на оцепление Витязей, добавил. — И после всего этого зверь был ещё жив.

— Тогда почему… — начал было Аршавин и озадаченно замолчал.

— Это я и планирую узнать, — направляясь к сестре, ответил я.

Настя сидела на земле с закрытыми глазами. Можно было подумать, что девушка дремлет или медитирует. Но вихрь энергии, кружившийся вокруг княжны, говорил об обратном. Свет был сложным в работе аспектом. Категоричная энергия не терпела лжи и уловок. Возможно, это была самая разрушительная сила из всех. Потому что даже Тьма и Смерть могли что-то создавать. А Свет, как только его становилось много в одном месте, уничтожал всё, до чего мог дотянуться.

Понимая, что Настя очень сильно занята и сейчас не стоит её беспокоить, сел рядом и тоже закрыл глаза. Вмешиваться я не планировал, а для наблюдения мне хватало инструментов. Родовая сеть чётко показывала все происходящие с девушкой изменения, мой собственный Источник добавлял этой картине объёма. Данные рекой текли ко мне в сознание, но поверить им всё равно было слишком сложно.

Ритуал получения второго имени был отработан за много поколений одарённых. Даже если он проходил с некоторыми сбоями, результат был один — маг получал некую привязку к аномальной зоне и своё тотемное животное, символизировавшее его силу. Иногда случались сбои, как со старостой Сумани. Иногда новичку приходилось убить зверя, чтобы выжить. Но такое бывало крайне редко. А мы… Вся семья Разумовских была одним сплошным сбоем.

Меня встретил в аномалии зверь пятого ранга, способный управлять Эфиром. Нюше досталась гигантская земляная улитка и она получила своё имя даже до того, как впервые пересекла границу аномальной зоны. И теперь Настя, за которой странный зверь пришёл на эту сторону границы. Монстр, которому удивились даже много повидавшие Витязи. Чудовище, которое моя сестра прямо в данный момент постепенно поглощала, делая частью себя.

Не убивала, чтобы получить посмертную энергию, а именно растворяла в себе целиком. Будто впитывала не только силу, но и саму сущность аномального зверя. Ни о чём подобном я раньше не слышал. Зато однажды встречал на просторах сети древнюю байку про носителя аспектов Света и Воды. В той истории всё закончилось очень плохо, когда маг начал очистительный поход против целой страны. И даже почти добился своего, заливая армии своих врагов реками светящейся воды, оставлявшими после себя только обугленные костяки.

— Этого не случится, — едва слышно произнесла девушка. — Ты зря так волнуешься, Яр. Я тоже нашла ту легенду. И нашла ещё много других.

— Ты говорила, что нужно найти особое место, — открыв глаза и увидев напротив чуть светящиеся глаза сестры, напомнил я. — Обещала рассказать, если всё пройдёт хорошо.

— Всё получилось, — улыбнулась Настя и я тут же заметил, что вокруг стало светлее. Словно кто-то направил на клочок земли возле нас громадный фонарь. От девушки разошлась волна энергии аспекта Света и от места, где лежал аномальный зверь, послышались встревоженные голоса дружинников. — Я сумела взять всё необходимое. Вода помогла правильно распределить новую силу по телу и теперь я контролирую её. Пока не полностью, но уже достаточно.

— С Ласточкой проблемы, — хмуро сообщил подошедший к нам Змей.

— Ушла в аномалию или сдохла? — тут же спросил Аршавин.

— Просто исчезла, — покачал головой командир отряда Витязей. — Без следа. Будто сожрал её кто-то невидимый.

— Как грубо! — тихо рассмеялась Настя. Княжна подняла руку и над её ладонью возникла сотканная из лучей света птичка. Не иллюзия или образ, а самый настоящий аномальный зверь четвёртого ранга.

— Как это… — чуть охрипшим от напряжения голосом, пробормотал Ратай. Что делать никто из дружинников не понимал. Бойцы не могли оторвать взгляд от маленькой ласточки, расположившейся на руке Насти. Птичка деловито начала чистить силовые линии на спинке, потом вдруг насторожилась.

Мгновение спустя вправо ударил мощный луч света, в десяток малых сфер разума. Я ощутил гибель в десятке метров от нас молодой водянки и переход водной энергии в Источник Насти.

— Умница, крошка! — ласково погладив птицу, с улыбкой произнесла княжна.

— Что ж… — немного растерянно произнёс я. — Думаю, с этим вопросом мы разобрались. Все свободны.

— Тебе нужно в Себыкино, Ярослав Константинович, — не отрывая взгляда от новой части своей сущности, произнесла Настя. — И побыстрее.

— Сначала надо закончить здесь с делами, — неохотно поднимаясь на ноги, ответил я.

Пока дружинники проверяли место боя, я нашёл немного деформированные серебряные пластины и восстановил дорожку до границы аномальной зоны. Стационарный амулет остался на месте и его нужно было только немного поправить. Как минимум, нанесённые мной схемы распределения энергии полностью оправдали себя и справились с увеличенной нагрузкой при атаке ласточки. Только края тех пластин, которые находились у меня в руках в начале боя, сильно оплавились.

Работать обожжёнными руками было неудобно, но какие-то невероятные подвиги от меня и не требовались. В какой-то момент начало беспокоить полное отсутствие чувствительности в кистях, но потом я случайно ударился о ветку и понял, что тело только ждало подходящего момента.

В голову ударила искристая боль. Я сцепил зубы и молча пошёл к границе аномальной зоны. Привычный момент перехода почти не заметил, а на другой стороне мгновенно окунулся в тёплую атмосферу рощи огнеростов. Деревья были готовы к бою, но не знали, кого атаковать. Я видел отчётливый след, который оставила после себя ласточка. Аномальный зверь, которого впитала в себя Настя, прилетел откуда-то из центральных областей аномальной зоны. Прилетел очень быстро, словно боялся опоздать на очень важную встречу.

Я уселся на землю и начал осторожно раскладывать серебряные пластины. Край последеней, которая вела на другую сторону границы, постоянно держал в поле зрения, чтобы не допустить ошибку на этапе сборки силовой конструкции.

Восемь пластин сложились в почти идеальную руну проводника. Я немного отошёл в сторону и уложил в последний свободный промежуток оставшуюся пластину. Металл тут же начал нагреваться и менять очертания. Пару мгновений ничего не происходило, а потом я широко улыбнулся.

— Есть! — не смог сдержать улыбку я. Родовая сеть на другой стороне ощущалась удивительно чётко. Пока этого было достаточно. К следующему этапу можно будет перейти, когда я установлю все артефакты на свои места. Только прикинув фронт работ, тяжело вздохнул. Неделя предстояла быть очень насыщенной. И, чтобы всё успеть, начать стоило уже сегодня.

— Получилось? — когда я вернулся на свою сторону границы, поинтересовалась Настя.

— Да, — коротко ответил я. — Чувствуешь?

— Родовая сеть немного заходит в аномальную зону, — прислушавшись к своим ощущениям, ответила сестра. — Ты уверен, что это её не разрушит?

— Не уверен, — честно ответил я. — Но пока считаю такой подход целесообразным. — Николай Петрович, подвезёте нас до Себыкино? Наш транспорт немного испортился, а мне первая помощь нужна.

— Конечно, ваша светлость, — ответил Ратай.

— А можно с вами поехать, Ярослав Константинович? — поинтересовался Змей. — А то у меня тоже травма. Душевная.

— Можно, — немного подумав, согласился я. — Только перед лечением травм на промышленную площадку заедем. Хочу тебя кое с кем познакомить.

Глава 27

К моменту нашего прибытия, в Себыкино все уже знали о моём ранении. Сразу отправиться на производственную площадку не вышло. Появившаяся прямо посреди дороги Ежова грудью перекрыла путь нашему пикапу и не ушла, пока не добилась моего согласия на осмотр.

Не знаю, почему для меня так важно было сначала заехать в сортировочный цех, но я всем нутром чувствовал, что время стремительно уходит. Казалось, что лекарь работает очень медленно, безумно медленно!

— Если будете дёргаться, то ничего не выйдет! — сердито проворчала Елизавета Алексеевна. На лбу целительницы обильно выступил пот. Наверное, так сильно она не напрягалась ни разу за последнюю неделю. — Разве можно было так подставляться, Ярослав Константинович⁈ Ещё несколько часов и вам бы руки даже в Московской коллегии целителей не смогли бы восстановить! Теперь покой и только покой!

— Строгая… — мечтательно зажмурился тихонько сидевший в углу приёмного кабинета Змей. Он сменил маскировочный костюм на обычный камуфляж, но с оружием не расстался. Витязь, несмотря ни на что и вопреки всему, сумел добиться того, чтобы пойти со мной на осмотр к Ежовой. И я практически сразу понял, зачем парень потратил столько сил. В присутствие Елизаветы Алексеевны, вечно безразличная физиономия дружинника становилась удивительно располагающей. А мёртвые серые глаза убийцы меняли цвет. — Разве можно так с князем разговаривать, Елизавета Алексеевна?

— Тебя не спросила, Черпаков! — фыркнула Лиса. Ежова была отличным целителем и прекрасно видела, как на неё реагирует парень. Однако, свои реакции девушка контролировать не стремилась. Может просто не считала нужным, а может думала, что никто не умеет определять эмоциональное состояние мага по активности его Источника. — Зачем опять пришёл? Уже третий раз за два дня! У меня работы по горло. Опять простуда у тебя? Может князю сказать, что тебе на пенсию пора с твоими постоянными болячками?

— Вы не отвлекайтесь, Елизавета Алексеевна, — с улыбкой ответил Змей. — Лечите его светлость. А то у Ярослава Константиновича дела ещё сегодня.

— Дела… — тяжело вздохнула Лиса. — С такими травмами… Что за рана такая странная, ваша светлость? Не огонь, не вода, а будто всё вместе…

— Новое заклинание пробовал, — честно ответил я. — Не рассчитал силы. Ну и железки в руках были. Вот и поплавились. Бывает.

— Бывает! — с восхищением цокнул языком Змей. — Мне бы так безразлично относиться к подвигам! «Змей, говорят, ты один против Светлой ласточки вышел и даже выжил!» Обычное дело. Бывает.

— Светлая ласточка? — переспросила Лиса. Голос девушки остался спокойным, но я ощутил, как дрогнули её руки. — А что это за зверь? Никогда о таком не слышала.

— Да и не только вы, — рассмеялся Витязь. — Только в глубинных территориях зоны водятся. Ума не приложу, чего её на границу занесло.

Я ощутил на себе внимательный взгляд целительницы, но Ежова так и не решилась что-то спросить. Девушка правильно рассудила, что если бы я этого хотел, то уже сам бы начал говорить. А я не хотел. И, взглянув на Змея, дал тому понять, что парню тоже стоит остановиться. Чувства — чувствами, а часть информации о делах родовой дружины посторонним знать не стоит.

Восстановление чувствительности кистей рук заняло больше двух часов. Мне пришлось дважды восполнять резерв целительницы из своего личного накопителя. Лиса выложилась полностью, но результатом я был доволен. Молодая розовая кожа на ладонях немного чесалась, но Елизавета сказала, что это скоро пройдёт.

Пока мы сидели в кабинете лекаря, Аршавин отвёз Настю домой. Пескарёв ждал нас у выхода из здания и сразу начал перечислять всё, чего удалось добиться его людям за последнее время.

— Вы не перестаёте меня удивлять, Олег Дмитриевич. — покачал головой я. — Помощь какая-то нужна?

— Если только официальное ваше разрешение на расформирование жилой зоны, Ярослав Константинович, — немного подумав, ответил глава посёлка. — Мне тогда придётся значительно увеличить расходы на восстановление жилого фонда, но это не повлияет на другие направления деятельности.

— А разве я запрещал такое? — удивлённо посмотрел я на Пескарёва. — Вы же сами эту жилую зону сформировали, сами в ней поселились…

— Тогда нам спрашивать было не у кого, ваша светлость, — с улыбкой ответил Олег. — Выживали, как могли. А теперь народу в Себыкино с каждым днём всё больше и больше становится. Не помещаемся уже. Дети по всем этажам шумят!

— Расселяйтесь, как считаете нужным, Олег Дмитриевич, — вспомнив, что Пескарёв с бесконечной теплотой относится к детям и готов им прощать абсолютно всё, произнёс я. — В этом вопросе я вам полностью доверяю. Как дела у Ильи Петровича? Он к вам не заходил после того случая с россожем?

— Нет, ваша светлость, — покачал головой Пескарёв. — Даже артефакт тот для подсчёта на территории между ангарами передавали. Охранник этот его ни на шаг не отходит. Уже видеть его невыносимо. Как тень за Ильёй ходит. Хорошо хоть сейчас уехал.

— Как уехал? — даже остановившись от неожиданности, переспросил я. Хромова я хотел показать Змею, чтобы узнать его мнение о главе охраны артефакторов. В идеале, нужно было звать с собой Кота, но Аларака с прибывшим подкреплением не было, а вызывать его отдельно я не стал. — Когда?

— Да недавно совсем, — не понимая причины моей остановки в ворота промышленной площадки, бесхитростно ответил Пескарёв. — Пару часов, наверное, назад. Он ещё в жилую зону пришёл. У ворот постоял, но заходить не стал. Только просил передать, его сегодня до вечера не будет. И что безопасность Большакова на вашей ответственности. Да и шут с ним! Только дышать легче станет! В сортировочный цех зайдёте, ваша светлость? Или вы по делам к Илье Петровичу?

— По делам, — обдумывая слова Олега, задумчиво ответил я. — Очень интересно получается… И часто Павел Григорьевич так уезжает?

— Да первый раз за это время, — моментально ответил Пескарёв. — Он постоянно на виду маячит, поэтому точно могу сказать.

— Ладно, Олег Дмитриевич, — пожимая руку главе Себыкино, произнёс я. — Спасибо, что проводили. Николаю Петровичу передайте, чтобы сюда подъезжал. У меня для него задание будет. Дальше мы сами. Змей, ты со мной.

— Хорошо, ваша светлость, — кивнул Олег. — Я тогда на производство пойду. Если нужен буду — напишите только.

Я не ответил, потому что уже шагал в сторону ангара артефакторов. Внезапный отъезд Хромова наталкивал на очень неприятные мысли. С одной стороны, это могло быть обычное совпадение. А с другой… В такие совпадения мне не верилось.

На подходе к ангару, активировал защитный покров и создал несколько простых арканов на основе энергии аспекта Воздуха, чтобы проверить обстановку внутри здания. Предположения у меня были самые разные. От срочного вызова Хромова к руководству, до полноценной диверсии со стороны главы охраны Большакова.

— Внимательно по сторонам смотри, — открывая ворота, негромко произнёс я. — Может что-то знакомое увидишь или почувствуешь.

— Понял, — моментально сориентировавшись в изменившейся обстановке, кивнул Змей.

К счастью, оказалось, что внутри ничего с момента моего последнего визита не поменялось. Нас встретила пара охранников, которые провели к куполу Большакова.

— Классная штука, — нейтрально произнёс Змей. — Видел такие пару раз. Жаль, что самоуничтожались они вместе с командирами местных, которые там прятались.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович! — радостно произнёс заглянувший в переходный тамбур Большаков и я не успел задать Витязю ещё пару вопросов на этот счёт. При главе группы артефакторов делать этого точно не стоило. — Наконец-то вы прибыли! Заходите скорее! В кои-то веки у нас есть возможность поговорить без посторонних ушей!

— А по какому делу уехал Хромов? — уточнил я.

— Не отчитался, — пожал плечами учёный. — Вроде бы в Москву его зачем-то выдернули. Думал у светлейшего уточнить, но у нас очередная волна началась и не до того стало.

— Что за волна? — поинтересовался я. — Часто бывают?

— Помните те странные импульсы, которые испускал орган россожа? — вместо ответа, задал встречный вопрос Большаков и я кивнул. — Нам удалось полностью стабилизировать этот процесс, благодаря вашей подсказке. Но я обнаружил очень интересную особенность. Вернее несколько. Идёмте, ваша светлость. Я всё покажу.

Артефактор провёл меня в то помещение, где команда проводила испытания. Контур конденсации грязного Эфира выглядел уже совсем иначе и больше походил на рабочую схему. От мыслей об этой энергии начали невыносимо чесаться ладони. На другой стороне помещения стоял запечатанный в десяток слоёв стекла артефакт из тела россожа. Каждый слой отвечал за свой аспект и я не сразу понял, зачем это нужно. Большаков начал эксперимент и уверенно заполнил заготовку артефакта в точке фокуса системы конденсации.

— Мы не сразу обратили на это внимание, Ярослав Константинович, — забирая заряженный грязным Эфиром амулет, довольным голосом сообщил Большаков. — Но потом мои растяпы чуть не уронили заготовку и мы обнаружили интересный эффект.

На последних словах Илья Петрович коротко размахнулся и швырнул амулет в защитное стекло над артефактом. Вместо того, чтобы разбить преграду, заготовка неожиданно зависла в воздухе. Я тут же подался ближе и без особого удивления заметил рядом главу артефакторов.

— Тогда ещё не было фильтрующей конструкции, — с детским интересом наблюдая за процессом перехода магической энергии, поделился Большаков. — Нам пришлось раз десять повторить. Очень уж быстро сосёт, гад.

— Действительно, — увидев, как часть тела россожа стремительно опустошает резерв амулета, пробормотал я. Последовательно начал загораться воздух в пространстве между стёклами. В зависимости от аспекта, атмосфера меняла цвет и структуру.

— Артефакт разделяет энергию на те части, из которых мы её собрали, — произнёс Большаков. Он дождался момента, когда все виды энергии придут в движение и дёрнул меня от стекла. — А потом происходит «бум».

— Да, — услышав громкий хлопок и вернувшись на прежнее место, кивнул я. — Это очевидно.

— Хм… — задумчиво посмотрел на меня учёный. — А вот мы разобраться в таком очевидном для вас явлении не смогли. Может вы тогда знаете, почему происходит этот взрыв, ваша светлость?

— Знаю, — улыбнулся в ответ я. — И готов всё вам рассказать, Илья Петрович. В обмен на одну небольшую услугу.

Трасса Тверь-Москва

Чебуречная «У дороги»

— Как ты можешь есть эту гадость, Юрец? — скривился Артур Ибрагимович Аксаханов, глядя на коллегу и друга, который с наслаждением откусывал очередной кусок золотистого хрустящего чебурека. Менталист очень старался, чтобы мясной сок не попал на его белую рубашку. — Это же сплошные канцерогены!

— Не умеешь ты, Артурчик, наслаждаться жизнью, — запив чебурек томатным соком, осторожно промокнул рот салфеткой Юрий Алексеевич Колосов. — Вечно у тебя всё «вредно», «недостойно», «позорно»… И вроде уже давным-давно ты с гор спустился, и в цивилизацию попал, но всё еще душнишь.

— А в глаз? — сурово поинтересовался Аксаханов.

— Рискни, — хмыкнул Колосов и снова впился зубами в ароматное тесто.

Аксаханов покачал головой. Их постоянные взаимные подколки уже стали притчей во языцех среди всего отдела. Однако, был один нюанс. Если кто-то пробовал подобным образом шутить «со стороны», то эта шутка не находила понимания и, иногда, обещание «а в глаз» воплощалось быстро и неотвратимо. То, что дозволялось лучшему другу, для других было «табу».

Отхлебнув зеленого чая без сахара из кружки сомнительной чистоты, Аксаханов покосился на кожаную папку, которая лежала рядом с ним на стуле. Лицо его мгновенно стало серьезным.

Колосов же мгновенно отобразил смену настроения друга. Даже не пользуясь даром, отголоски мыслей доходили до менталиста всегда и везде. Экранировать самого себя от внешнего мира — была первейшая задача каждого менталиста, и главным условием того, что он просто не сойдет с ума. Тем не менее, любой одаренный этого аспекта был обречен жить в мире с постоянно включенным «серым шумом» чужих мыслей и эмоций, изолировать который полностью было просто невозможно.

Запихав последний кусок чебурека в рот, он выпил остаток сока в стакане, и потянулся к очередной салфетке, вытерев губы и руки. После чего налил себе из чайника горячего чая и откинулся на спинку стула.

— Когда ему скажем?

— Да вот, по приезду в Тверь хотел звонить, — всё еще хмурясь, задумчиво ответил Аксаханов.

— А чего тянешь? Новость же хорошая. Князь будет рад. И благодарен, — последнюю фразу Колосов произнес многозначительно улыбнувшись.

— Так-то оно так, но тебя не волнует такая быстрая переклассификация дела? Не удивлюсь, если его быстро закроют, — пристально посмотрел на друга Аксаханов, наконец, оторвав взгляд от папки.

— Опять ты за своё, Артур, — вздохнул Колосов. — Наша работа выполнена, дальше дело за столичными. Разумовский получает свою квартиру, да еще в придачу и старый столичный офис рода. А ты представляешь сколько стоят полтысячи квадратных метров около Кремля?

— Прекрасно представляю, Юр. Но тут дело не деньгах, — покачал головой Аксаханов. — Ты видел вчера лицо Горя на совещании? Романыч был в бешенстве. Кто-то надавил на него. Надавил жестко и безальтернативно.

— И что? — приподнял бровь Колосов.

— Что-что! Юра! Прекращай!!! — горячая кровь взяла, наконец, своё и Аксаханов еле удержался, чтобы не стукнуть кулаком по столу.

Тем не менее, на лице Колосова не дрогнул ни один мускул. Единственное, что он глубоко и немного грустно вздохнул.

— Всё я понимаю Артур, всё понимаю. Но пойми и ты. Это уже не наше дело. Бежанов-старший временно отстранен. Думается мне, что обратной дороги ему уже нет. Подосрал Разумовский старику, хорошо так подосрал. Не уверен, что даже Пожарский будет в это ввязываться.

— А ты думаешь, что он уже не ввязался? — удивился Аксаханов.

— Не-а, — Колосов рассеянно разглядывал распечатанное и заламинированное меню, что лежало перед ним на столе. — Сладенького хочется, минутку, — заявил он без всякого перехода, встал из-за стола и прошел к барной стойке.

Вернулся маг уже с тарелкой с каким-то запредельно-сладким пирожным, вызвав очередной неодобрительный взгляд Аксаханова.

— Почему так думаешь? — попытался вернуть разговор в нужное русло Артур.

— Ему это не нужно, — погружая ложку в белое месиво и затем отправляя ее в рот, ответил Колосов. — Сейчас точно не нужно. Гон на носу. Полномочия губернатора. Пристальное внимание Императора. Нет, думаю, тут кто-то другой подсуетился. Да и смерть этой «мёртвой души» — несчастного юриста, явно не методы Пожарского. Кто-то очень хитрый и… подлый такое подстроил. Предваряя твой вопрос — понятие не имею кто, единственное, что точно — человек оттуда, — Колосов указал пустой ложкой вверх.

— Есть предположения? — прищурился Аксаханов.

— Артурчик, — тяжело вздохнул Колосов и пододвинул к нему блюдо с недоеденным пирожным. — Съешь вот лучше пироженку, кажется у тебя сахар в крови упал и у тебя соображалка отключается. Повторяю, медленно, для тупых горцев. Мы. Свое. Дело. Сделали. Всё.

— Да что ж такое, Юра! — Аксаханов раздраженно оттолкнул блюдце обратно. — Ты же не такой как все! Я точно знаю, тебе тоже за державу обидно!

— Обидно. Согласен, — Колосов снова пододвинул к себе тарелку, положил в рот кусок пирожного и задумчиво пожевал, в конце скривившись. — Вот умеешь же ты все испортить! Аппетит пропал. Напрочь.

Он отодвинул недоеденное лакомство и вздохнул, заглядывая Аксаханову прямо в глаза, подав жестом условный сигнал. Артур, всё поняв, замер и открыл своё сознание.

«За два столика позади тебя. Пара крепких ребятишек, — раздалась мыслеречь друга в голове у Артура. — Их тонированный джип на улице стоит. Разум артефактами закрыт, но кто-то то ли меня недооценил, то ли просто сэкономил. Думают нас с моста в речку сбросить. Вот и думай.»

«Отчаянные. Или тупые. Кто такие?» — тут же отозвался Аксаханов.

«Не наши точно, но и непростые. Давай прощупай аспекты, ты в этом сильней»

«Огонь и Вода. Второй круг точно. Поехали, есть одна мысль.»

«Принято».

— Ну что, спасибо было очень вкусно, — широко улыбнулся Колосов дородной официантке, оставляя щедрые чаевые и получив ответную улыбку в ответ.

Оба жандарма сели в машину.

— Сергеич, трогай помаленьку, — сказал Колосов. — Точно есть не хочешь? Я чебуреков с собой взял.

— Спасибо, но нет, вашбродие, желудок у меня не железный в отличие от вас, молодых, — улыбнулся в усы немолодой водитель.

Машина неторопливо тронулась с места. Буквально сразу за ними двинулся тонированный джип.

— Юра, план такой… — начал Артур, глядя в зеркало заднего вида.

Глава 28

— Вы ставите меня в неловкое положение, Ярослав Константинович, — недовольно проворчал в ответ учёный. — Вообще-то, это наш совместный проект. Я думал, что вы будете в нём участвовать наравне со мной и моими сотрудниками.

— Как я, молодой человек без профильного образования, могу участвовать в изучение такого уникального артефакта наравне с опытными профессионалами из вашей команды, Илья Петрович? — посмотрел я на Большакова кристально честными глазами и тот, не выдержав, рассмеялся.

— Действительно, — произнёс артефактор. — И на что я рассчитывал? Опять всё своими силами… Только зря соглашался на то, чтобы исследования на территории рода Разумовских проходили. Никакой помощи! Да ещё и работать над сторонними задачами приходится.

— Об этом не стоит сообщать вашему руководству, — сразу предупредил я.

— Разумеется, ваша светлость, — немедленно согласился артефактор. — Правление артефактного дома вообще довольно негативно относится к любым сторонним заказам и подработкам.

— Я не об этом, Илья Петрович, — покачал головой я. — А о том, что у вас получится, если вы добавите к вашему эксперименту ещё пару недостающих аспектов.

Большаков, продолжая улыбаться, непонимающе смотрел на меня. А потом улыбка на лице учёного начала медленно гаснуть. Я внимательно следил за выражением лица Ильи Петровича и остановил его ровно в тот момент, когда артефактор готов был бросить меня на произвол судьбы и убежать за источниками недостающих для нового эксперимента аспектов.

— Это очень важно, Илья Петрович, — заглянув в глаза собеседнику, настойчиво произнёс я.

— Я понимаю, ваша светлость, — предельно серьёзно ответил Большаков. — Прекрасно понимаю. Что по поводу вашей просьбы, Ярослав Константинович? Чем я могу помочь?

— Достаточно будет пары ваших ребят, Илья Петрович, — произнёс я. — Мне нужно около пятидесяти стационарных артефактов для моего эксперимента. Такие же, как мы с вами сделали недавно. Первый уже прошёл обкатку.

— Вы меня убиваете, Ярослав Константинович, — глубоко вздохнув и на пару секунд закрыв глаза, чтобы восстановить душевное равновесие, пожаловался учёный. — Нельзя так много интересного и уникального показывать в такой короткий промежуток времени. Это совершенно некультурно по отношению к бедному старому учёному! Знаете, я уже третий раз за последние дни задумываюсь о том, что мне нужно внимательно изучить мой договор с артефактным домом. Особенно пункты о досрочном расторжении контракта.

— Это всё исключительно по вашему усмотрению, Илья Петрович, — слегка улыбнулся я. — Как и договаривались, я вам сообщаю о том, что первичная обкатка прошла успешно. Я кое-что добавил к нашей совместной разработке и общий эффект позволил мне почувствовать родовую защитную сеть внутри границ аномальной зоны.

— У-ф-ф… — покачнулся от моих слов, как от таранного удара, учёный. Наверняка, если бы у него была такая возможность, он бы прямо сейчас унёсся в лес с экспедицией для подробного изучения созданной мной связки артефактов.

— Если у ваших ребят получится создать всё необходимое в течение двух дней, то вы сможете поучаствовать в установке амулетов и отладке сети, — окончательно выбивая почву из-под ног собеседника, добавил я. — Когда удобно будет доставить заготовки артефактов, Илья Петрович?

— Сейчас, — выдохнул Большаков. — Везите всё прямо сейчас. Схема остаётся без изменений?

— Да, — кивнул я.

— Всё будет готово через два дня, ваша светлость. К среде, — лихорадочно прикидывая сроки и всё необходимое для работы, сообщил учёный. — Ребята всё равно сейчас бездельничают. Схему магического воздействия и порядок расположения символов я сейчас набросаю. Начнём в течение часа.

— Замечательно, — улыбнулся я. — Тогда не буду вас отвлекать. Хорошего дня, Илья Петрович.

— Вы обещали, что я смогу принять участие в установке, Ярослав Константинович, — напомнил мне артефактор. — Я очень рассчитываю на это.

— Я всегда выполняю взятые на себя обязательства, Илья Петрович, — невозмутимо ответил я.

— Знаю, — уже переключаясь на другую задачу, рассеянно кивнул учёный. — Осталось только мне выполнить свои.

Когда я выходил из зоны испытаний, Большаков уже полностью сосредоточился на поставленной задаче.

— Что-то интересное заметил? — когда мы вышли из ангара, спросил я у Змея.

— Кроме купола? — уточнил Витязь. — Разве что тотемы на стенах. Но Аларак тоже их ставит везде. Да и мы привыкли, что эти морды страшные защищают от чужого взгляда.

— Их могут только маги создавать? — направившись к машине, где ждал меня Аршавин, спросил я.

— Да любой может, Ярослав Константинович, — пожал плечами дружинник. — Другое дело, что мало у кого они работают. Но на этот счёт я ничего не скажу. Это Кота надо звать.

— Понял, — задумчиво ответил я. Значит, Аларака всё же нужно пригласить на экскурсию по Себыкино. Но это можно и позже сделать. — Николай Петрович, Пескарёва не видели?

— У себя он, ваша светлость, — уверенно ответил Ратай. — С поставщиками что-то по поводу стройматериалов для расширения посёлка решает.

— Ладно тогда, — не желая отвлекать главу Себыкино от дел, произнёс я. — Сами справимся. Нужно перевезти небольшой груз из имения в купол Большакова.

— А что нужно везти? И где это лежит? — доставая телефон, деловито уточнил Шатун. Я едва успел объяснить где оставил ящики с амулетами, как у меня самого зазвонил телефон.

— Разумовский, — мельком взглянув на экран и увидев номер Козырева, ответил я. — Что ты хотел, Антон? Переехали уже?

— Нет ваша светлость, — очень напряжённым голосом, ответил Пичуга. — Я по другому вопросу звоню.

— Случилось что-то? — тут же нахмурился я.

— Проблему мои парни нашли, Ярослав Константинович, — серьёзно ответил Козырев. — Вернее, проблема будет, если находки наши не очнутся в ближайшее время.

— Рассказывай, — потребовал я. Заметив выражение моего лица, сразу подобрались Шатун и Змей. Офицеры родовой дружины переглянулись и поспешили к машине. — Моё присутствие требуется?

— Я вчера контракт очень выгодный заключил, ваша светлость, — торопливо начал говорить Пичуга. Для него такая манера разговора была очень необычна и это серьёзно меня беспокоило. — С бароном Шишкиным. У него несколько пирсов на Волге. Прокат катеров и мелкие развлечения. Сегодня отправил ребят на осмотр территории. Точки охраны старые проверить и нужное количество людей для работы прикинуть.

— Новичков? — поинтересовался я.

— Нет, ваша светлость, — тут же ответил Пичуга. — Для таких дел новички не подходят.

— Ждите, — на мгновение прикрыв рукой трубку, приказал я Аршавину.

— Полную группу отправил, — продолжил тем временем Антон. — Десять человек. Управляющий барона предложил на катере выехать после осмотра, чтобы дальность обычной прогулки и условия понять. Ну и… выловили, на свою голову…

— Антон… — начиная терять терпение, негромко произнёс я.

— Там стрельба началась, Ярослав Константинович, — быстро произнёс Козырев. — Сначала думали, что просто фура влетела в пару легковушек на трассе, но с этого только началось. Мои приказали ближе подплыть и потому всё видели. Фура перевернулась и перекрыла дорогу, отрезав движение из Москвы. С десяток боевиков повылазило, плюс маги… Парни заметили, как с дороги в реку прыгнул кто-то и оттуда начали палить по воде. Ну бойцы и подобрали… Теперь мы барону за дырявый катер денег должны. Чуть не утонула лоханка эта.

— Что с пострадавшими? — возвращая собеседника к наиболее важной части разговора, произнёс я.

— Трое, ваша светлость, — угрюмо ответил Пичуга. — Один мёртвый уже был с десятком дырок в спине. Второй без сознания, будто его магией по полной обработали. Третий их обоих на себе тащил и так и не разжал руки, когда мы их вытаскивали. Вырубился и тоже лежит. Кровь от двух сквозных мы ему остановили, но выживет или нет — непонятно.

— Когда произошло? — прикидывая, что это могло быть и как может сказаться на положении рода, уточнил я. Вообще, стрельба и незаконное применение магии имело очень серьёзные последствия. Наказание за такое грубое нарушение законов Империи было только одно.

— Да только что, ваша светлость, — ответил Козырев. — Ещё везут этих двоих к нам.

— А почему не в больницу? — не понял я. — В Твери достаточно лекарей.

— Нападавшие, Ярослав Константинович, — тихо ответил Пичуга. — Вроде как Воробей видел на них форму имперской гвардии.

— Понял, — молниеносно перестраивая веер возможных последствий, ответил я. Если ребята влезли по незнанию в какую-то операцию по ликвидации опасных преступников, то можно было как-то объясниться с властями. В крайнем случае, договориться о снижении наказания за препятствование имперскому правосудию. — А кто пострадавшие?

— В этом и проблема, Ярослав Константинович, — вздохнул глава охранного агентства. — Жандармы это ваши знакомые. Тот, что без сознания сразу был — Колосов, а второй — начальник его. Не помню фамилию.

— Аксаханов, — уставившись в одну точку, произнёс я. Мозг работал с такой скоростью, что из ушей должен был валить пар. — Гоните на базу барона Ожегова. Мы скоро будем.

— Понял, — ответил Козырев. — Мы туда и так переехали почти. Сообщу своим.

— Шатун, гони за Ежовой и потом на Тверь, — не прощаясь убрав телефон, приказал я Аршавину. — Змей, своим сообщи, чтобы расставили дозоры вдоль внешних границ владения.

— Что случилось-то, Сокол? — срывая машину в крутой разворот, перешёл на боевое прозвище Ратай.

— Проблемы у нас случились, Шатун. — угрюмо ответил я. — Если всё действительно так, то ребята Пичуги влезли в ликвидацию представителей шестого отдела жандармерии бойцами имперской гвардии.

— Твою мать… — ударив кулаком по рулю, выругался Аршавин.

— А что такого? — не понял Змей.

— А то, что имя князя Разумовского в этом деле может привести к казни всего рода, — зло ответил Ратай. — Из-за Права Последнего получается, что чужое государство вмешалось во внутренние дела Российской Империи. А когда двое в драке, то третьему лучше не лезть.

— Не может быть, — после минуты напряжённых размышлений, произнёс я. — Не верю я, что эти двое могли что-то такое делать, что их служба безопасности приказала ликвидировать. Ладно, это на месте уже будем решать. Змей, тащи сюда целительницу и стартуем.

По пути в Тверь, раз уж так получилось, решил пересмотреть свои планы на ближайшие дни. Маловероятно, что у меня получится куда-то выбраться из имения. Если делегировать создание амулетов у меня получилось без особых проблем, то с серебром такой номер не прошёл бы. Его нужно было модифицировать особым образом и без моего участия реализовать этот процесс никто не сможет.

На полсотни амулетов требовалась почти тонна чистого серебра. Рассчитывать на Нюшу и её картель точно не стоило. Вся Сумань обрушится, если младшая княжна вытащить из недр такой объём руды. Благо, подобных ресурсов хватало на открытом рынке. Я быстро нашёл подходящего поставщика и заказал у него тонну материала. Уже в листах, чтобы хоть немного сэкономить себе время.

Как всегда, в минуты максимальных нагрузок, я старался избавиться от самых простых проблем, чтобы оставить себе максимум ресурсов и времени на сложные задачи. Закрыв вопрос с серебром, созвонился с Калининым и договорился о встрече. Граф сообщил, что будет на месте до глубокого вечера и я могу зайти в любое удобное время.

Потом набрал Корчаковского и тот удивительно подробно отчитался о проделанной с момента нашей встречи работе. Оказалось, что совместное производство почти готово и ждёт только первой поставки сырья. Причём Олегу Сергеевичу удалось сохранить это всё в тайне от своего покровителя.

— А поставку первую жду уже сегодня к вечеру, ваша светлость, — в конце разговора сообщил граф. — Признаться, так сильно меня ещё ни разу в жизни не удивляли. Впечатлён, Ярослав Константинович. Очень впечатлён. Всего хорошего.

— До свидания, ваше сиятельство, — ответил я и отложил в сторону телефон. На мгновение прикрыв глаза, пробежался по всем текущим делам. Вроде бы всё сделано. Рука невольно потянулась к крохотной фляжке, которая лежала во внутреннем кармане куртки. Сегодня уже был шанс её использовать, но я не решился. Может, случай ещё предоставится.

— А что надо будет делать, Ярослав Константинович? — когда я открыл глаза, осторожно спросила Ежова. Всё это время целительница вела себя очень тихо и старалась не привлекать к себе внимание.

— Лечить, Елизавета Алексеевна, — вздохнул я. — Огнестрел и, с большой вероятностью, последствия тяжёлого ментального удара. Только вы, как единственный лекарь моего рода, можете помочь в текущей ситуации.

— Лекарь рода Разумовских… — едва слышно повторила за мной девушка. Это были не просто слова и я действительно готов был принять Ежову на службу. Со своей стороны предложение я озвучил. Решится ли его принять аспирантка уже другой вопрос.

— Приехали, — в очередной раз свернув и оставив машину у больших зелёных ворот, сообщил Аршавин. — Дальше пешком. Или надо искать местное начальство, чтобы они дали нам пропуск.

Ратай ещё не успел закончить свою фразу, как ворота начали открываться. На другой стороне стоял барон Ожегов. На лице Виктора Романовича застыло очень серьёзное выражение. Обычно, с такими принимали судьбоносные для себя и окружающих решения.

— Здравствуйте, Виктор Романович, — первым выбравшись из машины, поздоровался я. — Вот и получилось увидеться на вашей территории.

— Жаль, что обстоятельства совсем не те, — пожимая мою руку, ответил барон. — Здравствуйте, Ярослав Константинович. У вас война началась?

— В смысле? — не понял я.

— За последний час на территорию прибыло больше десяти автомобилей с вооружёнными людьми из вашего охранного агентства, — пояснил Ожегов. — Знакомые говорили, что на трассе случилась перестрелка, но об этом нет ни слова в сети. А теперь приезжаете вы с главой своей родовой дружины. Выводы напрашиваются сами собой.

— Не всегда очевидный вывод самый правильный, Виктор Романович, — улыбнулся в ответ я. — Но некоторые сложные вопросы действительно имеют место быть.

— Как ваш партнёр, сразу скажу, что вы можете всецело рассчитывать на помощь моего рода, — неожиданно сообщил Ожегов. Барон очень хорошо понимал расклады и его поступок вызывал серьёзное уважение. По сути, он готов был присоединиться к моему роду в войне против всего мира. — Я привёз с собой отряд бойцов моего рода. Они сейчас патрулируют территорию.

— Как ваш партнёр, я вам сразу скажу, что, по договору, моему роду в данный момент принадлежат здания на вашей территории, — ответил я. — И всё, что там происходит — касается исключительно Разумовских. Если вы попытаетесь попасть в здание, то я сочту это нарушением договора и вынужден буду его расторгнуть. Хорошего дня, Виктор Романович. Надеюсь, у нас получиться пообщаться позже. В более спокойной обстановке.

Ожегов поджал губы и молча отошёл в сторону. Я не собирался оскорблять собеседника и тот прекрасно понимал, что вряд ли сможет мне помочь. Разве что немного отсрочить гибель рода. Пока о подобных жертвах речи не шло, но лучше было обезопасить хорошего человека заранее.

— Работайте, Елизавета Алексеевна, — когда мы зашли на территорию склада, приказал я. У ворот стоял десяток машин с логотипом охранной фирмы, а внутри я увидел толпу мужчин, которые стояли в дальней части пустого помещения.

Лиса резко ускорилась и убежала вперёд. К тому моменту, как мы подошли, целительница уже работала с ранами Аксаханова. Выглядел Артур Ибрагимович неважно, но раны точно не были смертельными. Ежова вполне могла вытащить жандарма без посторонней помощи.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович, — подошёл ко мне Пичугин. — Извините, что так получилось.

— Твои парни всё правильно сделали, — успокоил Козырева я. — Если будет ещё подобная ситуация, то действовать нужно так же. Уверен, скоро всё прояснится и Артур Ибрагимович сможет нам рассказать, что произошло.

Так это будет или нет, я гарантировать не мог. Поэтому следующий час мы все провели в тревожном ожидании. А потом жандарм открыл глаза и тут же попытался атаковать одного из моих парней. Правда, сразу получил хлёсткий удар от Ежовой.

— Лежать! — рыкнула целительница. — И так чуть живой! Сейчас опять всё кровить начнёт. Мне снова раны закрывать?

— Что… — начал было жандарм, но тут его взгляд наткнулся на меня.

— Здравствуйте, Артур Ибрагимович, — поздоровался я. — Стоит ли нам ожидать, что сюда нагрянет императорская гвардия по ваши души?

Глава 29

— Как же я рад вас видеть, Ярослав Константинович! — разом расслабившись, будто у него с плеч свалился огромный груз, выдохнул Аксахнов. Он перестал сопротивляться целительнице и только осматривался по сторонам, в поисках своего напарника.

— Он всё ещё без сознания, — прекрасно понимая, кого ищет жандарм, сообщил я. Мне нужно было понять, как себя вести дальше. Обычно, если человек виноват в серьёзных преступлениях, то это можно сразу увидеть. Но тут всё было точно так же, как и в первый день, когда пара сотрудников жандармерии приехали ко мне в имение. — Сейчас Елизавета Алексеевна закончит с вами и займётся Юрием Алексеевичем. Вы не ответили, Артур Ибрагимович.

— Прошу прощения, ваша светлость, — тут же виновато посмотрел на меня жандарм. — Просто… Немного рассеян из-за случившегося. Похоже, теперь мы с коллегами обязаны вам жизнями.

— С коллегой, — поправил я. — К сожалению, вашего третьего спутника спасти не удалось. Хоть вы его и не отпустили, к моменту, когда мои люди вытащили вас из воды, мужчина был уже мёртв.

— Понял, — мгновенно потемнел лицом Аксаханов. Не знаю, кем приходился Артуру третий жандарм, но реакция у раненого оказалась очень яркой. Такой незамутнённой ненависти я не видел очень давно. Правда, Аксаханов очень быстро сумел взять себя в руки. — Ещё раз благодарю вас за спасение, ваша светлость. Что же касается вашего вопроса, то сразу могу сказать, что вам и вашим владениям ничего не угрожает. Мы с коллегами находились при исполнении и возвращались из командировки в Москву. Нападавших мы заметили заранее, но не знали, что у них есть подельники. Дальше этим делом будет заниматься шестой отдел жандармерии. Если не сложно, дайте мне, пожалуйста, телефон.

Аксаханов позвонил куда-то и назвал короткий код. Жандарму хватило двух секунд, чтобы передать данные о сложившейся ситуации и уже через десять минут в дверь склада вежливо постучали. Когда мы открыли ворота, то обнаружили за ними почти сотню имперских гвардейцев и пару десятков жандармов. Похоже, к складу на территории барона Ожегова прибыли все силы тверской жандармерии. К счастью, недопонимания удалось избежать.

Со мной вежливо поздоровался седой капитан имперской гвардии и попросил его проводить к Артуру Ибрагимовичу. Ещё через несколько минут хромающего Аксаханова и полностью дезориентированного Колосова утащили на носилках гвардейцы. С нами попрощались и сказали, что Аксаханов свяжется лично, как только придёт в себя.

— Что ж… — удивившись такой дикой суете из-за обычной перестрелки, проворчал Змей. — Наверное, это были важные шишки. Не хотите меня тоже осмотреть, Елизавета Алексеевна? Раз уж время у вас свободное появилось. Что-то в горле першит…

— Нет, — отрезала Ежова, которая была явно не настроена на игры с дружинником. — Ярослав Константинович, можно вас на минуту?

— Конечно, — кивнул я и приглашающе указал в сторону ворот. — Что вы хотели, Елизавета Алексеевна?

— Раны одного пострадавшего от обычного огнестрела, ваша светлость, — сообщила Лиса, когда мы ушли достаточно далеко. — Усиленные пули и очень странный эффект внутри ран. Будто они уничтожали части мышц. Я никогда такого не видела. Второй пострадавший подвергся очень серьёзному ментальному удару.

— И? — понимая, что девушка заметила ещё что-то странное, поднял бровь я.

— Там не чистый Ментал, Ярослав Константинович, — ответила Елизавета. — Что-то вроде той силы, что вы использовали для своего нового заклинания. Только более…

— Тёмная, — закончил за целительницу я и та кивнула. — Спасибо, Елизавета Алексеевна. Я приму к сведению ваши слова. Если что-то требуется для вашей работы в Себыкино, то вы можете смело об этом говорить.

— Всего хватает, ваша светлость, — ответила девушка. — Разве что ещё один медик не помешал бы. Или несколько. В преддверии приближающегося гона, одного целителя может быть мало для родовой дружины.

— Постараюсь что-то придумать, — произнёс я. — Алексей отвезёт вас в Себыкино. Мы с Николаем Петровичем ещё в Твери останемся.

— Хорошо, — неожиданно покорно опустила взгляд девушка.

Раздав указания Козыреву и Черпакову, попросил докинуть нас с Ратаем до представительства артефактного дома Воронцовых. С Аршавиным договорился, что тот пока прогуляется по городу и найдёт нужный мне адрес. Раз уж взял на себя обязательства, то надо было их выполнять. Но теперь можно было немного упростить себе жизнь. Нужно было только правильно описать в сообщении задачу и получить утвердительный ответ.

— Здравствуйте, Ярослав Константинович! — поднимаясь из-за рабочего стола, улыбнулся Калинин. — Рад вас видеть! Что-то нужно или решили просто пообщаться заглянуть?

— Сейчас не до праздного общения, Александр Викторович, — улыбнулся в ответ я. — Нужны артефакты. Много. Что-то осталось на складах вашей организации?

— Смотря о чём идёт речь… — внимательно глядя на меня, ответил граф. — Большинство владетелей первого круга обороны готовятся к большим потерям среди рядового состава дружин. Некоторые считают их настолько неизбежные, что не хотят сильно вкладываться в защиту. Насколько сильно вы цените своих людей, Ярослав Константинович?

— Это не очень корректный вопрос, ваше сиятельство, — усмехнулся я и Калинин густо покраснел. Привычка вести дела с людьми вроде Истомина оставила неизгладимый след на манере общения главы филиала. — Поэтому считаю себя вправе задать вам встречный вопрос того же плана. Что есть на складах светлейшего князя, не предназначенное для посторонних и ждущее самого тёмного часа Российской Империи?

— Какой суммой вы располагаете, Ярослав Константинович? — понимая, что уйти от ответа он не имеет права, повернулся к монитору рабочего компьютера граф. — Отдельный амулет или комплекс артефактов? Объём?

— Тысяча штук, — коротко ответил я. — Бюджет в восемь миллионов рублей и вся кредитная линия, которую способен предоставить моему роду артефактный дом Воронцовых. Также понадобятся стационарные накопители и переносные барьеры. Лечебные артефакты в том же количестве. Ещё нужна дополнительная защита от тяжёлых аспектов и личные артефакты-реаниматоры.

Я продолжал перечислять, а Александр Викторович с удивительной скоростью барабанил пальцами по клавиатуре. Только на лице графа появлялось всё более и более задумчивое выражение.

— Вижу, вы действительно готовы на многое, ваша светлость, — удивлённо хмыкнул в конце Калинин. — Семь с половиной миллионов. За всё. С моей личной скидкой.

— Благодарю, ваше сиятельство, — поднимаясь с кресла, ответил я.

— Ярослав Константинович, — посмотрел на меня граф. — Заказ доставят вам завтра в имение. Я надеюсь, что мы с вами увидимся через пару недель. Филиал артефактного дома продолжит работать в обычном режиме. Мы с Ингой Аскольдовной решили ненадолго переехать в наш московский особняк. Слишком уж много неприятных слухов ходит про надвигающийся гон. Мне заказ от администрации города поступил на партию барьеров первого класса. Военные образцы, но имперская канцелярия дала добро на выполнение запроса губернатора. Будьте осторожны, ваша светлость.

— Благодарю, Александр Викторович, — задумчиво кивнул я. Как всегда, из таких вот незначительных деталей складывалась очень объёмная картинка. Тверь находилась в шестидесяти километрах от границы аномальной зоны. Стационарные артефакты были слишком медлительными, чтобы их быстро перебрасывать на опасные участки и там запускать. А значит губернатор планировал выстроить свою линию обороны от вторжения аномальных чудовищ. Осталось дождаться информации о том, где будет размещён первый артефакт, чтобы сделать финальный вывод о масштабах проблемы. — Всего вам наилучшего и хорошей поездки в столицу. Надеюсь, в следующий ваш визит к нам в имение я буду бодр и мы сможем нормально пообщаться.

— Тоже на это надеюсь, — улыбнулся моей шутке граф. — До свидания.

На улице меня ждал Аршавин. Ратай стоял у входа в магазин, будто боялся меня пропустить. Или не хотел, чтобы его видели посторонние. Мимо шагали по своим делам горожане и у меня складывалось полное впечатление, что до нас вообще никому нет дела. Наверное, в последнее время в столице губернии появлялось слишком много представителей родовых дружин, но Шатун всё равно был настороже. Время подходило к трём часам дня я уже хотел есть, но решил отложить обед и закончить с делами.

— Нашёл? — нейтрально спросил я.

— Конечно, ваша светлость, — кивнул Аршавин.

— Настя? — задал следующий вопрос я.

— Уже на месте, — так же коротко отозвался Ратай.

— Веди тогда, — приказал я и сразу начал готовить разум к грядущей работе.

Мне впервые предстояло работать со старшей сестрой и нужно было правильно объяснить ей, что нужно делать. Если Нюша, благодаря своему дару менталиста, узнавала всё ещё до того, как я говорил, то с Настей так точно не выйдет. А ещё меня очень сильно беспокоил аномальный зверь, поселившийся в Источнике моей сестры. С силой воли у княжны всё было в порядке, но если она потеряет контроль, то место Насти займёт очень агрессивная аномальная тварь.

Домой возвращались уже ближе к ночи. Усталые, но безумно довольные собой. Я иногда смотрел на сестру, которая дремала напротив меня. Такой самоотдачи я от неё совершенно не ожидал.

Но, как только Настя увидела, с чем нам предстоит работать, её будто подменили. И она не остановилась ни на секунду, пока мы не закончили. Возможно, мне стоило пересмотреть участие Анастасии в защите владений нашего рода. Особенно если возникнут проблемы с чудовищами аспекта Тьмы. Естественный антагонист вызывал не только естественный гнев самой Насти, но и ослепляющую ярость светлой ласточки.

— Спасибо, — когда мы вернулись в имение и я проводил сестру до комнаты, произнёс я. — Ты очень помогла. Мне одному было бы крайне сложно.

— Я вообще не понимаю, как ты планировал делать это в одиночку, — устало улыбнулась девушка. — Но главное, что всё получилось. Ты ещё работать планируешь? У меня сил никаких нет совсем.

— У меня тоже, — признался я. — Выходной получился немного более насыщенным, чем я себе представлял. Тоже пойду спать, потому что завтра много работы.

В своих расчётах я немного ошибся. Работы было не просто много, а очень и очень много. Столько, что из подвала особняка я вылезал только за едой, да и то лишь в первые два дня. Потом провиант мне доставляли прямо на рабочее место. Единожды чуть не угодив в раскалённую топку магического пламени, бушевавшего в сокровищнице рода, тётя Женя наотрез отказалась спускаться и еду мне таскал старый слуга.

Большая часть работ с серебром была завершена к тому моменту, как позвонил и отчитался о выполнении поставленной задачи Большаков. Глава группы артефакторов сумел вырваться из своей лаборатории почти на сутки и мы провели их в лесу, под конец дня превратившись в пару обожжённых дикарей с фанатично горящими глазами. Но результат того стоил.

Сорок восемь стационарных связующих амулетов родовой сети были установлены вдоль всей границы с аномальной зоной. Оставалось только дождаться подходящих условий для их активации, потому что далеко не везде ещё появились огнеросты.

— Невозможно! — постоянно бормотал Илья Петрович. — Это решительно невозможно. Вся эта конструкция должна уничтожить сама себя. Она уже должна была это сделать!

Я только улыбался, потому что Большаков тут же начинал сам себе возражать и говорить о том, что всё чётко связано. Все знаки и сопряжения расположены просто идеально для поставленной задачи. Но объём!

— Вы ведь понимаете, что для активации подобной конструкции и её стабильной работы требуется просто чудовищное количество энергии, Ярослав Константинович? — в какой-то момент спросил глава группы артефакторов.

— Понимаю, — невозмутимо ответил я.

— То, что у вас получилось связать конструкцию в единое целое в одном месте, вовсе не гарантирует того, что так же получится во всех остальных точка, — настойчиво продолжил Илья Петрович.

— Не гарантирует, — согласился я.

— Аргх… — не сдержался учёный на пару минут вернулся к перетаскиванию серебряных пластин. Однако, надолго его не хватило. — Знаете, Ярослав Константинович, я очень жду, когда хотя бы часть ваших идей дойдёт до финального завершения и хочу лично это увидеть.

— Нашли что-то интересное в контракте с артефактным домом? — с интересом спросил я.

— Нашёл, — признался Большаков и надолго замолчал, собираясь с мыслями. Продолжил учёный только когда мы уже сели в машину и двинулись в обратный путь. — Мне нужны гарантии, ваша светлость. Это очень непростое для меня решение. И могут быть серьёзные последствия для вашего рода.

— Слово дворянина, — спокойно ответил я и глава группы артефакторов медленно кивнул. — Но все текущие обязательства перед родом Воронцовых должны быть выполнены, Илья Петрович.

— Этого достаточно, ваша светлость.

Мне оставалось обработать последний десяток килограммов серебра, чтобы установить два оставшихся артефакта, когда в подземелье появился Антип. Старый слуга был единственным, кто решался меня беспокоить и напоминать о том, что нужно поесть. Он же сообщил какое-то время назад о доставке груза от артефактного дома Воронцовых и о том, что Аршавин, с помощью Аларака, занялся распределением артефактов по отрядам дружинников.

— Добрый вечер, ваша светлость, — негромко произнёс Антип.

— Вечер? — немного потерянно отозвался я. — Уже вечер?

— К вам приехал Александр Егорович Рыков, Ярослав Константинович, — сообщил слуга. — Говорит, что у него для вас очень срочные и очень хорошие новости.

— Новости — это замечательно, тем более хорошие, — с хрустом расправляя затёкшие плечи, ответил я. — Пойдём. Заодно и прогуляюсь немного.

Вепрь ждал у крыльца. Почему-то, в дом заходить Ратай не захотел, но я этому был даже рад. За последние дни я успел забыть, что такое прохладный вечерний воздух.

— Здравствуйте, Александр Егорович, — вытирая с рук сажу, улыбнулся я. — С чем пожаловали?

— С новостями, ваша светлость, — довольно ответил Ратай. — И с благодарностью. Ребята мои уже по полной вами закупленные системы артефактные оценили. Сказка, я вам скажу. У нас такие только при вашем отце были, да и то попроще немного.

— Если выжить помогут, то всё не зря, — ответил я. На данный момент, все финансовые возможности рода нужны были только для одной цели — защитить дружинников и жителей моего владения. Больше ни на что виртуалные цифры на счету в имперском банке не годились. Ими нельзя было реанимировать тяжёло раненого товарища или защититься от атаки чудовища. — Что за новости?

— Вот! — протягивая мне свежую газету, широко улыбнулся Вепрь. — Дождались!

На первой странице популярной столичной газеты была большая статья с интервью. Кричащий заголовок я пропустил и сразу посмотрел на фото подтянутого мужчины в обычном камуфляже на фоне африканской саванны.

— Интересно, — бегая глазами по тексту и наконец найдя нужную информацию, протянул я. А потом поднял вопросительный взгляд на командира Витязей и спроси. — Это то, что я думаю?

— Оно самое, — охотно ответил Рыков. Я хотел ответить, но по разуму ударила внезапная нагрузка. Чуть покачнувшись, сфокусировался на родовой сети и ощутил, как один за другим активируются стационарные артефакты. Стоявший неподалёку Антип слегка вздрогнул и развернулся на восток. Вепрь тоже напрягся и будто прислушивался к чему-то, а потом встревоженно посмотрел на меня. — Это то, что я думаю, ваша светлость?

— Да, — поворачиваясь в ту же сторону, что и старый слуга и рассматривая магическое зарево, поднявшееся над границей аномальной зоны, ответил я. — Началось.

Следующая книга здесь: https://author.today/work/412815

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Первый среди равных. Книга VI

Content

Первый среди равных. Книга VI

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Nota bene