Вернуть Боярство 18

Глава 1

В высоком овальном зале, окутанном клубами дыма и множеством мерцающих огоньков, летающих по помещению, сидело четыре с небольшим десятка человек. Длинные курительные трубки, сигары, папиросы, крепкий чёрный ром и мрачное, невеселое молчание.

Несколько столов и с десяток кресел, сосредоточенное молчание и мрачные взгляды, устремленные в центр помещения, освобожденный от столов и мебели.

Там, из левитирующего на высоте трех метров над уровнем пола прозрачного кристалла вырывался поток изображений, формируясь в живое изображение. Наполненное звуком и светом и даже отчасти передающее магический фон идущего там, в потоке ярких видений, сражения.

— Рагнар Фолькунг идет за твоей головой, имперец. И тебе от меня не скрыться.

Все взгляды в помещении обратились ко мне. Что ж, по крайней мере теперь на меня глядели не с подозрением…

— Я же говорил, что это всё чушь и он не на стороне шведов! — раздался тихий шепот слева от меня.

— Спасибо, господин Романов, за такую веру в меня, — с усмешкой бросил я взгляд на Архимага.

Остальные тоже слегка заулыбались, а некоторые даже чуть смущенно отвели взгляды. Ну да, когда нервный, дерганный и взмыленный гений и надежда Рода Рублевых появился перед нами вместе со своим сопровождающим и заявил, что у него имеется кое-что от Рагнара Фолькунга для Аристарха Николаева-Шуйского, то подозрений во взглядах на меня стало как-то многовато. Что ж, с одной стороны — хорошо, что швед решил не устраивать глупых провокаций и шуток, бросающих на меня тени чужих подозрений.

Плохо другое. Уровень его сил и навыков, показанных в этом сообщении — вот что было по-настоящему худо. Ещё одна гирька на тяжелых весах войны за Прибалтику, в которой всё оборачивалось против нас.

Десять дней назад пришли оглушающие новости — Выборг взят. Не просто взят — под ним разгромлена довольно мощная группа войск, убиты трое русских Магов Заклятий и понесены весьма значительные потери в боевой технике и артиллерии. А на небосклоне мира зажглась новая восходящая звезда — Рагнар Фолькунг. Король Севера, как его теперь кличут, победитель Империи, боевой маг, скрывавший свой истинный уровень сил, сумевший, по слухам, в одиночку отнять жизни двух наших Магов Заклятий.

— Что ж, его сила внушает определенное уважение, но ничего сверхъестественного я не увидел, — заговорил седоусый, молчавший до того мужчина в генеральском мундире. — Я опасался, что на стороне северян кто-то воистину опасный, но… Да, он одолел двоих наших чародеев восьмого ранга, и с учетом его возраста это действительно похвально, однако на этом всё. Я-то думал, что там настоящее чудовище в человеческом облике… А он просто напал на двоих истощенных битвой чародеев и добил их. Тоже мне подвиг! Уверен, сойдись он с Федором Никитичем в честном бою, и тот пришиб бы поганца! Будь проклята эта шведская псина…

В зале раздались согласные голоса — сильнейшие маги и опытнейшие офицеры нашего войска успокаивали себя увиденным, словно малые дети. Я их облегчения и спокойствия совершенно не разделял и впадать в самоутешения, закрывая глаза на очевидно, не собирался. И им этого позволять тоже не собираюсь.

— При всей моей антипатии к шведу, но сойдись он один против обоих этих магов даже разом и в момент их пикового состояния, это ничего бы не изменило, — заговорил я. — Он качественно сильнее. Он совершенно на ином уровне владения боевой магией, что ясно продемонстрировал во время своей стычки с той птицей. Чудовище восьмого ранга априори значительно крепче и выносливее любого мага-человека аналогичного уровня — и тем не менее, ему хватило одного удара, чтобы расправиться с ним.

— При всём уважении, Аристарх Николаевич, не могу с вами согласиться, — возразил мне пожилой Архимаг в генеральском мундире. — Как и было сказано — и Сокол, и наши маги были истощены битвой, и лишь потому так просто проиграли. Безусловно, будет глупо преуменьшать силу и способности шведского выскочки, но и преувеличивать её тоже не стоит.

— Или вы нервничаете оттого, что он пригрозил прийти лично за вашей головой, сударь? — раздался чуть насмешливый голос. — Так можете не переживать — ваша подружка сумеет помочь вам удрать из любой ситуации!

Выхин. Из Рода Выхиных, как несложно догадаться, фаворит и любимчик Императрицы из числа военных, совсем недавно прибывший в Прибалтику во главе двухсот тысячного войска. Видимо, кое-кто ещё не осознал окончательно, что Петроград остался где-то там, далеко, и позволять себе открывать пасть на всех подряд теперь опасно…

Что ж, он здесь всего лишь три дня и за все эти три дня он только и делает, что наживает себе врагов. Видимо, пора поставить его на место — случай уж больно удобный.

Выхин и сам, судя по выражению лица, уже понял, что позволил себе сказать лишнего — вон как побледнел.

— Прошу…

— Вы, сударь, только что оскорбили Главу Великого Рода и Мага Заклятий, — не дал я ему высказаться, неспешно вставая и выходя из-за своего стола, где со мной сидели Тёмный и Светлая. — Причем не меня одного — вы оскорбили разом двух чародеев высшего ранга. Я даже не буду напоминать вам о том, что Маги Заклятий просто по праву силы обладают положением в обществе, лишь немногим уступающим Главам Великих Родов. И что по всем неписаным законам и традициям я могу прямо сейчас обратить вас горсткой праха — без всяких глупостей с дуэлями и поединками, просто по праву человека, что стоит несравнимо выше вас по любым меркам.

— Сударь, я действительно позволил себе лишнего и прошу принять мои самые искренние извинения! — вскочил чародей и торопливо наклонил голову. — Я-а-а…

Давление моей силы заставило поежиться всех присутствующих, кроме Кристины Успенской — той самой чародейки, о которой столь таинственно и в мужском роде упоминал Романов. Волшебница, оказавшаяся настоящим чудом и козырной картой по любым меркам, приобретением, с которым я не собирался расставаться ни за какие коврижки — ибо карманный Маг Заклятий, специализирующийся на пространственной магии, был слишком выгодным приобретением. Боги и Демоны, да я не то, что сделаю всё возможное, дабы прикрыть её от гнева Петрограда — надо будет, я с Императором на кулачках за неё драться полезу!

Этот Выхин очень вовремя высунулся. Кристина всё ещё не слишком убеждена в том, что я готов отстаивать её перед столицей и, если придется, кем угодно другим и всё ещё раздумывает над моим предложением стать частью моего Рода — и судя по гневно раздувающимся ноздрям девушки, слова придурка Выхина её тоже задели. Отлично…

— Но чтобы никто не обвинял меня позднее в излишней жестокости и том, что я не дал вам шанса, я предлагаю вам дуэль. Не со мной, разумеется, — поднял я ладонь, не дав Архимагу шанса отказаться. — Сразитесь с кем-нибудь из моих подчиненных. Здесь и сейчас, по условиям, которые выберете сами.

Я бросил короткий взгляд на Тёмного, но, к моему удивлению, с легкой улыбкой на ноги поднялась Ольга Инжирская. Светлая коротко поклонилась мне, а затем и остальным присутствующим, и заявила:

— Я Ольга Николаева-Шуйская, принятая со стороны господином Аристархом в Род. И я не могу и не хочу молча игнорировать факт того, что кто-то оскорбил моего Главу в моём присутствии. Олег Семенович, если вам достанет мужества — примите мой вызов на дуэль!

Новости о том, что драться придется лишь с недавно взявшей ранг чародейкой, изрядно добавила мужества Выхину. Нормальный цвет лица вернулся к волшебнику, и он, внимательно оглядев ауру Ольги, явственно свидетельствующую о том, что Архимагом она стала не больше полугода назад, он кивнул и ответил:

— Сегодня, после этого совещания. До первой крови, сталь и магия.

— Принимается, — кивнула Ольга, вновь опускаясь в своё кресло.

— Что ж, с этим мы разобрались, — усмехнулся я и напоследок как следует, не скупясь придавил аурой придурка.

Пошатнувшись, Выхин выдохнул сквозь стиснутые зубы и сел на своё место, однако на этот раз открывать рот не рискнул. Ну, хоть немного мозги работают. Непуганные идиоты обитают в столице, ох непуганые…

— Вернемся к шведскому принцу, господа, — напомнил я. — Судя по тому, что мы о нём знаем, он далеко не идиот, а потому ожидать, что он продолжит движение в направлении Петрограда не стоит. Ну и слова о том, что он явится за моей головой, я склонен воспринимать весьма серьёзно… Он заберет все до сих пор не задействованные силы и отправится к нам. И это действительно плохие новости…

— Но причин так уж его страшиться я тоже не вижу, — возразил всё тот же Выхин. — При всем уважении, Аристарх Николаевич — теперь мы знаем, что он силён и опасен, и потому будем готовы. У нас здесь четверо Магов Заклятий — вы, госпожа Успенская, Тойво Валге и Игнат Борисов. Притом господин Тойво, насколько мне известно, куда сильнее погибшего Солдатова — мало того, что он Маг пяти Заклятий, он всегда был сильнее Федора Никитича. Плюс, насколько мне известно, совсем скоро сюда прибудет ещё как минимум семеро Магов — четверо из Александровской губернии и трое из боярских Родов. Прибудут вместе со своими армиями и флотами, что несомненно укрепит наши силы — итого у нас выйдет одиннадцать Магов против восьми, в крайнем случае девяти шведских. Преимущество на нашей стороне — так к чему такая тревога?

— Как удобно, когда в другой конец страны на помощь вассалам Императора прибывают совсем не его войска и сторонники с целью расхлебывать заваренную им кашу… — ни к кому в отдельности не обращаясь заметила Успенская.

На этот раз Выхин благоразумно промолчал, ограничившись недовольным взглядом на чародейке. Впрочем, большинство присутствующих поглядело на неё также — здесь ведь, по большому счету, присутствовали представители Рода Романовых и генералы Имперской Армии и Воздушного Флота. И при них в лицо бросать подобные обвинения Императору было моветоном…

На который Успенской было откровенно наплевать. Десятилетиями скрываясь на богом забытом острове в Балтике, с одной стороны — почти под носом Императора и его ищеек, с другой же в такой дыре, куда они даже не всматривались всерьёз, она ничуть не остыла от своих обид.

Красивая, видная чародейка из обедневшего и распавшегося дворянского Рода, она обладала уникальным талантом и внешностью, сумевшей зацепить самого Императора. Казалось, все условия для того, чтобы возродить Род и привести его на невиданную до того степень могущества и славы, были у неё в руках — будь фавориткой Императора, развивай личное могущество и умело используй положение, чтобы возвеличить свой Род…

Но девица оказалась упрямой и принципиальной и становиться игрушкой для постельных утех венценосца Всероссийского не пожелала. Что вылилось в неудовольствие Николая Третьего, гибель на дуэли её жениха и отчаянную, глупую выходку со стороны разъяренной женщины — там своей магией Пространства буквально разорвала на куски убийцу своего жениха.

Убийцу, носившего капитанские нашивки лейб-гвардии Его Императорского Величества и в момент её нападения находившегося при исполнении своих служебных обязанностей. Девушка Младший Магистр, сумевшая в схватке сдюжить с Магистром Старшим, оказалась вне закона.

Гнев Императора оказался тяжел. Род Успенских лишился дворянского положения, всех владений и привилегий, его представители лишились всех государственных постов — скандал был жуткий, по слухам. Первое десятилетие правления Николая, времена, когда многие лишились влияния, доходов, а иной раз и голов…

Чародейка, увлекающаяся магией Пространства, чудом сумела бежать. И после этого вся её жизнь превратилась в череду побегов и погонь, попыток скрыться и постоянного страха за свою жизнь.

Клятвы, принесенные не Императору лично, а самой Империи — как выдающийся гений они обучалась в Петроградской Академии Оккультных Наук, а потому вынуждена была приносить определенные клятвы на верность стране — не позволяли ей поступить самым простым и логичным образом. Пойти в услужение другому государству и предать Империю с такими клятвами было нереально — она была гением с потенциалом Мага Заклятий, и такие люди, получая образование в столичной или любой иной высшей магической академии Империи были скованы весьма могущественными клятвами. Каждая из которых обходилась Империи в огромную сумму — лишь поэтому такие клятвы не были распространены вообще на всех чародеев, обучающихся в подобных заведениях…

В общем, причин не любить Романовых в целом и Императора в частности у неё было предостаточно. Тем удивительнее был тот факт, что именно служащие на флоте представители Императорского Рода привели её ко мне в критической ситуации…

— Господа, во первых — ещё неизвестно, сколько на самом деле будет чародеев восьмого ранга на стороне противника, — вмешался я. — Возможно, их будет куда больше десятка. Шведы уже показали, что умеют неприятно удивлять… Во вторых — касательно силы принца Швеции. Просто поверьте мне на слово — мало в этом мире найдется тех, кто сможет противостоять этому человеку в бою один на один. И господин Тойво вполне может оказаться неспособен на это. Рагнар использует весьма необычную магию…

Я помолчал, думая, стоит ли продолжать развивать эту тему. С одной стороны — чем больше у наших информации о противнике и о том, что тот явный эксперт в магии Небытия и Серых Пределов, тем лучше. С другой — это тема для отдельной и большой беседы, упоминать же мельком и вскользь не хочу. Мне предстоит ещё немало подумать о полученном послании, в котором была и иная, зашифрованная часть, что открылась лишь мне. Так что потом, это потом…

— И в третьих — господин Рублев, насколько я понимаю, в армии великого князя было не только много солдат — в ней было огромное количество различной боевой техники? На ваш взгляд, много ли удалось шведам захватить машин?

— Более полутора тысяч одних только пилотируемых големов с целым парком ремонтной техники и необходимых специалистов из числа техномагов, — мрачно ответил молодой мужчина. — По предварительным оценкам врагом захвачено от шести до девяти сотен единиц пилотируемой техники. Вдобавок большая часть артиллерии с изрядными запасами снарядов, один из воздушных линкоров и пять крейсеров, запасы алхимии, оружия и артефактов… И это не считая всего того, что было в самом Выборге.

— На пилотируемых големов им ещё нужно будет найти пилотов, не говоря уж о ремонте, — мрачно заметил кто-то. — Наши куда совершеннее шведских, да они и не славились никогда наличием большого количества пользователей данного типа техники.

— Спешу вас расстроить — у них есть друзья-англичане, которые со всем этим охотно им помогут, — бросила Кристина.

— К тому же шведский принц — явно выдающийся маг Духа, так что сломить сознание Адептов, Мастеров и даже Младших Магистров для него проблема не слишком большая, — добавил я. — Не говоря уж о прочем… Эти поганые твари, говоря прямо, нагло ограбили нас самих дабы повернуть полученные трофеи против нас. Шведы итак имеют абсолютное превосходство на море, а сейчас, когда они высадят основные свои сухопутные силы в Эстляндии, нам предстоят весёлые деньки. Можно сказать смело — отныне наше положение из тяжелого превратилось в критическое.

Я зашагал обратно к своему месту в абсолютном молчании. Зашагал, улыбаясь несмотря на всё мною же сказанное — по крови бежал адреналин от предвкушения скорой схватки с равным. И более того — даже несколько превосходящим меня на данный момент врагом. Один из нас обязательно сгинет в этой войне — но второй, возможно, за счет сверхусилий и сложности предстоящей войны, шагнёт на высшую из возможных планок.

Вернется на ранг Великого Мага. Приз, за который я не против утопить в шведской крови всю Эстляндию…

* * *

Вторая глава — к утру.

Глава 2

— Так не расскажешь, откуда у тебя такие приступы верноподданических чувств и желания отстаивать «честь Рода»? — уточнил я у Ольги, облаченной сейчас в красивый и щегольский мундир с моим гербом во всю спину. — Честно сказать, неожиданное, хоть и приятное, рвение с твоей стороны.

Мы стояли на главной площади небольшого городка Плунге. Здесь стояли лагерем почти три с половиной сотни тысяч солдат — дворянские ополчения и регулярные воинские части, собранные в кулак силы, готовые выдвинуться маршем в любом направлении.

Кенигсберг был под осадой шведского флота, но то была пока скорее блокада — атаковать город без поддержки наземных войск было занятием бессмысленным, столь крупный город имело смысл штурмовать лишь при наличии готовых вести городские бои сухопутных частей.

По всей территории Эстляндии, Литвы и Латвии были десятки и сотни отрядов шведов и местной знати, примкнувших к врагам Империи в извечном своём отделиться от Российской Империи. Мелкая падаль, готовая лечь под кого угодно, лишь бы против русских…

С другой стороны, в этих краях было немало и тех, кто прекрасно понимал — Империя изрядно вкладывалась в развитие Прибалтике и своим весьма недурственным уровнем жизни этот край обязан исключительно ей. И с любыми другими правителями эти края превратятся в захудалую и нищую окраину. И это, если честно, немного даже усложнило нам задачу — будь тут подавляющее большинство населения и знати однозначно на стороне северян, мне было бы проще. Я бы просто устроил жуткую бойню, не разбираясь в мотивах и не вникая в ситуацию — действовал бы по принципу лес рубят, щепки летят. Мол, раз вы все так однозначно против нас — ну так и не удивляйтесь, что с вами обращаются хуже, чем с врагами. С предателя спрос всегда выше, чем с противника… А так — нельзя. Половина населения искренне за нас и всеми силами нам помогает, и отвечать им беспощадной резней я не собирался.

И позволять себя так вести не позволял и другим. В частности, Выхину, который командовал большей частью стоящей под городом лагерем армии. В чем и была одна из главных причин его недовольства мной и попыток поколебать мой авторитет…

Очень уж раздражал я столичного царедворца — сопляк, которому лишь двадцать второй год идет, а уже Глава Великого Рода и маг восьмого ранга, герой войны и полководец… А вдобавок, будто всего этого мало, я ещё и обладатель погон генерал-полковника — особым указом Павла Александровича я произведен в звание генерала Имперской Стражи. Что придает любым моим словам и действиям официальный вес — ведь офицеры Имперской Стражи и Армии были равнозначны в правах и обязанностях и имели право командования в обеих структурах. Вообще, конечно, вот так сразу из старшего лейтенанта, коим я закончил службу в рядах Имперской Стражи, в генералы, тем более генерал-полковники, не производят… Но по совокупности заслуг и за счет моего ранга и статуса Главы Великого Рода (кстати, последнее тоже получило документальное подтверждение) подобное исключение было допустимо.

— Странный вопрос, мой господин, — поглядела на меня вполне серьёзно прекрасная волшебница. — Несмотря на то, что у нас в прошлом были мелкие недопонимания, я часть Рода Николаевых-Шуйских. У меня было достаточно времени, чтобы подумать над своим поведением и твоими словами. И я осознаю, насколько глупа была и какую огромную честь ты мне оказал, взяв в Род и сделав Старейшиной. Я более не Инжирская, я — Николаева-Шуйская, и я готова зубами грызть врагов за наш Род и за тебя. Твоя честь — это честь всего Рода… И пусть с моим прошлым говорить о какой-либо чести может показаться глупым — я ведь бывшая шлюха… Но поверь, от этого я ценю твои дары ещё больше — я знаю цену всему, чем ныне обладаю. Лишь благодаря тебе я могу жить в высшем обществе, не пряча глаз — и за это я всегда буду верна своему Роду. Едва ли найдется ещё хоть один аристократический Род, который принял бы меня и моих девочек и мальчиков, защищал бы нас и учил, а так же не стремился использовать как расходный ресурс. Вы приняли нас как равных, дали дом, в котором нас ценят и защищают, не заставляя насильно торговать телом, и мы ценим это.

Мы стояли небольшой группой — Сергей Романов, Кристина Успенская, Темный и сама Ольга. Тёмный, кстати, вновь сменил имя… Удивил меня незадолго до нашего выступления, придя с просьбой создать ему новые официальные бумаги — Василий Семенович Николаев-Шуйский. Имя-отчество, что раньше скрывал, теперь взял настоящие, а вместе с ними — мою фамилию. У меня вообще сейчас сложился уникальный Род — почти четыре сотни человек, с которыми я в кровном родстве даже не числился. Все сильнейшие маги, от Младшего Магистра и выше, взяли мою фамилию и стали частью моего Рода. Правда, при этом все они являлись ненаследными — Род будет существовать, лишь пока есть моя кровная линия.

Проще говоря, случись так, что я погибну, не оставив наследников, и Род будет распущен — вот такая вот заковыка феодального законодательства. Ибо весь Род завязан на мою кровную линию… Впрочем, умирать я не собираюсь. Зато было и преимущество — в сохранении моей крови и моих потомках мои вассалы заинтересованы не просто из чувства верности и благодарности, но и из-за банальной выгоды.

— Эм… — изумленно вскинула брови Кристина, выслушав спич Ольги. — Мне не послышалось? Ты — бывшая… как ты сказала…

— Шлюха, — спокойно ответила Ольга. — Дама с низкой социальной ответственность, подстилка, шкура бордельная и многие другие эпитеты, отпускаемые в адрес представительниц древнейшей профессии. Не нужно смущаться, госпожа Успенская — своим прошлым я не горжусь… Но скрывать его и делать вид, что я чиста аки невинный агнец, не собираюсь.

— Не хочу вас обидеть, госпожа Николаева-Шуйская, — заметил Роман, придя на помощь смущенной чародейке, — но подобные вещи всё же лучше не делать достоянием общественности. Это может повредить репутации — как вашей собственной, так и вашего Рода.

— Я смущаю тебя своей репутацией, господин? — обратилась непосредственно ко мне женщина.

— Глупый вопрос, — вскинул я бровь. — Я вообще-то прекрасно знал, кто ты и откуда ещё до того, как взять в Род. И если бы меня это смущало, то не взял бы… Мне, в общем-то, плевать, чем человек зарабатывал на жизнь до того, как примкнул ко мне. Пока ты верна мне и Роду — остальное меня не интересует.

— Спасибо, господин. А тебя, Вася, смущает, что ты состоишь в одном Роду с бывшей шлюхой? — с усмешкой поинтересовалась она у Темного.

— Да мне наплевать, — пожал он плечами. — Я и сам далеко не белый и пушистый, мне ли кого-то осуждать за прошлое?

— На свете есть лишь трое мужчин, чье мнение для меня действительно что-то значит, — поблагодарила она уже не усмешкой, а искренней улыбкой Темного. — Глава моего Рода, его правая рука Пётр Смолов… Хотя теперь он уже тоже Николаев-Шуйский, но между собой его все до сих Смоловым кличут. И Василий — каждый из них проявил участие и помогал мне, не рассматривая меня как постельную игрушку, а как личность. И лишь они могут меня осуждать — они обладают таким правом, ибо я признаю его за ними. Что же касательно вреда Роду… Если пытаться скрывать это прошлое и делать всё, чтобы оно не вылезло, это обязательно используют против меня. Другие никогда не забудут мне того, кем я была — и будут использовать это против меня и моего Рода. А потому из этого необходимо сделать броню, обратить недостаток в преимущество…

Надо сказать, сейчас на неё в удивлении пялились уже все мы четверо.

— А ты, я смотрю, времени даром не терял, кобелина темномагическая, — послал я телепатическое сообщение Василию. — Возьми её хоть за руку, дурень — девчонке явно нужна поддержка, когда она такие вещи говорит.

Вася, бросив на меня быстрый взгляд, взял девушку за ладонь. Та не изменилась в лице, всё так же тихо улыбаясь, но я заметил, с какой силой она сжала пальцы мужчины. Да уж, кто бы сомневался, что подобный спич ей нелегко дался.

— У нас в целом довольно странный Род, — заговорил я, переключая внимание на себя. — Род изгоев, неудачников и не вписывающихся в нормальное общество дураков. Темные маги, бывшие простолюдины, неожиданно даже для себя добравшиеся до высоких рангов магии, пройдя со мной огонь и воду, ушедшие из Родов, которым они служили чародеи, люди без прошлого вроде того же Смолова, мары и другая нелюдь и даже самая настоящая высшая нежить — а во главе всего этого сборища стоит выдавленный из собственного Рода бывший Наследник Шуйских. Бывшая шлюха в подобной компании смотрится более чем уместно — у нас хватает тех, к кому куда больше вопросов.

— Реинкарнатор, сумевший выделиться даже на фоне себе подобных и меньше чем за пять лет построить с нуля Великий Род, — кивнула Успенская. — Знаете, Аристарх Николаевич, прежде я была довольно… осторожно, скажем так. Ведь меня преследует сам Император, и даже уговоры и убеждения Ромы вмешаться… Я согласилась в основном не потому, что надеялась на реальную помощь с вашей стороны, а из желания отплатить ему за то, что не выдавал меня и столько лет помогал. Но послушав Ольгу, начинаю задумываться о том, что, возможно, мне действительно найдется место среди Николаевых-Шуйских… Вот только действительно ли вы осознаете всю опасность и риски предлагаемого вами шага? То, что я стану представителем вашего, пусть и Великого, Рода никак не изменит того факта, что по законам Империи я преступница и меня вправе убить или схватить каждый. И за то, что вы меня приняли, Император вполне может напрямую начать давить на вас. Вы уверены, что оно того стоит?

— Идёт война, Кристина, — вздохнул я. — Империя в огне, нас давят со всех сторон — здесь Швеция, на юге — Османская Империя, на востоке только-только отбросили Цинь и всё ещё идёт война с Японией и несколькими её союзниками… К тому же я уверен — недалек час, когда в дело вмешается Британия и Франция, и выступят они явно не на нашей стороне. Мы разбили Рейх, это да, да Речь Посполитая пока отступила — но первые всё равно успели нас потрепать, а вторые ударят по нам в ближайшее время, дабы помочь шведам. И всё это стало возможным лишь по причине откровенно наплевательского отношения нынешнего Императора к своим обязанностям. А теперь я ещё и узнаю, что столь редкий и ценный специалист, помощь которого могла бы многое изменить в этой войне, вынуждена прятаться у черта на рогах лишь потому, что наш государь не может смириться с отказом женщины⁈

Я умолк на несколько секунд, гася раздражение. Сделав глубокий вдох и резко выдохнув, я погасил пробежавшие между пальцев искорки электричества.

— Мне плевать на его возможный гнев. И плевать на любые попытки надавить на меня и мой Род с его стороны — я и без того нахожусь в лагере его политических противников и оппозиции. Я без пяти минут зять Второго Императора, мои владения и имущество в Александровской губернии и я уже не раз сходился в бою с Тайной Канцелярией и её представителями, нападавшими на меня и моих подданных. Так что поверь мне — твоё наличие в нашем Роду ничего не изменит. Я же смогу надежно защитить и тебя, и твоих людей — за Уралом, на Фронтире, у Тайной Канцелярии руки коротки. И даровать тебе прощение по твоему делу… Конечно, приговор, вынесенный лично Императором, только он и может, но у меня есть способы получить для тебя помилование. Война, как и любой кризис, время возможностей — я уже начал потихоньку готовиться и прощупывать почву на тему отмены твоего приговора, и у меня есть неплохие шансы.

— Как? — удивился Сергей Романов. — Если речь о Павле Александровиче, то уж извините, но он не сможет провернуть подобное. Особенно с учетом того, что не так давно он чуть ли не в плену Императрицу держал.

— У меня имеются свои связи в Петрограде, — уклонился я от прямого ответа. — И они достаточно влиятельны, чтобы как минимум попытаться решить эту ситуацию. Ну а даже если не получится — что мы теряем? Просто станете частью моего Рода и будете большую часть времени жить в Александровской губернии. Там, на моих землях и в моём родовом гнезде, у Николаевых-Шуйских достаточно сил, чтобы любые враги трижды подумали, прежде чем соваться к нам. И кстати — если согласишься, то я могу принять не только тебя, но и всё, что осталось от твоего Рода. Станете одной из ветвей Николаевых-Шуйских, ты же, помимо того, что станешь одной из Старейшин, будешь главой своей ветви и иметь все возможности помочь своим родичам с адаптацией на новом месте и становлением на ноги.

Успенская не ответила, глубоко задумавшись над моими словами. А я ведь действительно не шутил — у меня до сих пор есть связь с одним из заместителей Залесского, который, к тому же, оказался ещё и близким к новому Магу Заклятий Романовых человеком. Максим Романов, взявший, как оказалось, новый ранг при помощи Федора Шуйского, теперь был достаточно влиятельной фигурой при дворе и с его помощью можно было решить много разных интересных задач… Не бесплатно, разумеется — но мне есть, чем платить. Сторгуюсь на устраивающей всех цене и он уж как-нибудь устроит это помилование.

На противоположном конце площади, наконец, показался тот, кого мы и ждали. Выхин был облачен в зачарованную броню — не тяжелый доспех, коий предпочитало большинство русских боевых магов, а лёгкая броня из кожи и костяных пластин. На изготовление зачарованной брони пошла кожа какой-то твари восьмого ранга, хотя сам доспех был явно седьмого. Недешевая работа — будучи легче и удобнее, он не уступал тяжелым образцам брони за счёт своих материалов. На правом боку волшебника висела боевая шпага, слева торчала рукоять длинной даги — довольно распространённое парное оружие. Не для настоящего боя, а для дуэли — в длинном и непредсказуемом бою лучше иметь что-то другое.

Секундантами чародея были два Старших Магистра — один тоже из Романовых, второй из неизвестного мне Рода.

Что-то представителей Императорского Рода на этом театре военных действий больше, чем любого иного Рода. Впрочем, чему удивляться — Романовы не только самый могущественный, но и один из самых многочисленных Родов…

Секундантами Ольги выступали, разумеется, я и Темный. Плунге был небольшим городком, и даже его центральная площадь, расположенная перед ратушей, была не более нескольких сотен метров. Не знаю, как так вышло, но о предстоящей дуэли знала уже каждая собака в городе — площадь и прилегающие к ней улицы были забиты народом, в воздухе парили сотни магов, и лишь пространство в сто пятьдесят метров диаметром было свободно от людей. Место, что и станет ристалищем.

Бросив волну восприятия, я ощутил, как с десятка два чародеев на разных концах площади творят чары иллюзий — собираются дать картинку происходящего всем тем, кто не уместился на площади или не обладал достаточными способностями, чтобы летать.

Моя Светлая была вооружена длинным кинжалом, мощным амулетом на груди и длинным жезлом из серебристого металла, венчавшегося кристаллом, чуть сияющим золотистым светом. Доспеха на ней не было — на сегодняшний совет она предпочла прийти без брони, а после отказалась отправляться на «Змея» с целью экипироваться полностью.

— Уверена, что хочешь сразиться без брони? — на всякий случай вновь уточнил я.

— Нет, — покачала она головой, с улыбкой шагая вперед. — Пусть думает, что я самоуверенная дура, которой вскружил голову факт достижения седьмого ранга.

— Ну, ведешь ты себя сейчас именно как описанная тобой недалекая персона, — хмыкнул Вася.

— Вот и он будет думать также, — парировала волшебница, поводя плечиками…

Глава 3

Ольга и Выхин начали схватку резко, мощно — со шпаги волшебника сорвался разряд серой энергии, устремившись прямиком к Светлой. Разделяющие их полсотни метров заклятие преодолело за краткую долю мгновения, но застать врасплох волшебницу ему не удалось — обратившись потоком золотого света, чародейка просто распалась на два потока сияния, что пропустили чужую магию сквозь брешь и вновь сомкнулись.

Выхин окутался потоками энергий, дабы спустя полторы секунды предстать в облике огромного, сотканного из Воздуха и воителя. В руках Доспех Стихии держал точные копии того же оружия, что были у самого волшебника. Дага была соткана из огня, шпага же — из не до конца понятной мне серой энергии.

Доспех оказался весьма высокого качества — помимо самого «тела», состоящего из потоков воздушной стихии, сверху появилась броня. Коричневый латный доспех с полноценным шлемом и закрытым забралом коричневого цвета, излучающий магию Земли — противник был весьма недурно обучен. Учитывая уровень Доспеха Стихии, более чем уверен — это что-то из закромов либо Романовых, полученное из-под полы от его покровительницы Императрицы, либо, что ближе к истине, из самых тайных и строго охраняемых секретов Петроградской Академии Оккультных Наук. Ибо Доспех подобной сложности был магией, недоступной даже большинству Великих Родов из числа относительно молодых. У Шуйских, например, Доспех был качеством похуже — не потому, что мой бывший Род был недостаточно хорош, а потому, что они больше специализировались на иных типах боевой магии и не слишком сильно упирали на Доспех. Однако даже так варианты Доспехов Шуйских считались из числа лучших… И тот факт, что у этого Выхина он качественнее, сам по себе говорит о многом.

Элементаль Выхина относился, кстати, к стихии Земли и здесь выступал в качестве брони Доспеха. Весьма интересное и смелое решение, имеющее как свои плюсы, так и минусы…

А вот у Ольги элементаля не имелось. У Благословленной самим Светом имелась возможность использовать Духов Света, но то была тонкая и сложная магия, в которой мы с ней ещё только начали разбираться. В перспективе это даст ей куда больше, чем связь с обычным элементалем, но то — в перспективе, а пока ей приходилось работать чем есть.

Золотое сияние и не подумало вновь принимать облик девушки — вместо этого поток света начал стремительно двигаться из стороны в сторону, уходя от срывающихся со шпаги Выхина разрядов серого свечения. Что-то на стыке магии Воздуха с примесями магии Малефицизма и Ментальной магии — опасная дрянь, являющаяся смесью собственной магии волшебника и чар его артефактного оружия.

Доспех чародея достигал добрых полсотни метров ростом, занимая немалый кусок дуэльной площадки. Вообще, во время дуэлей Архимагов в идеале нужен был судья Маг Заклятий, причем достаточно умелый, дабы гарантировать, что сумеет вовремя вмешаться и защитить любого из сражающихся — дрались Ольга и Олег Выхин до первой крови. В случае чародеев их силы это следовало понимать как до первой пропущенной атаки, и фаворит Императрицы выбрал такой формат весьма неспроста. Доспех, большее число артефактов и вообще сам стиль его боя давали ему максимальное преимущество в подобном противостоянии — на небольшой площади, где у моей Светлой пространство для манёвра было весьма ограничено, бесконечно уворачиваться она не сумела, а бы учитывая уровень качества вражеского Доспеха, то в случае противостояния именно в форме гигантов победил бы, без сомнения, он…

Вот только как и многие дворяне из относительно молодых Родов, он упускал из виду один важный момент — Доспех Стихии среди чародеев из древних Родов, обладающих веками отточенных чар и умений, не зря был весьма непопулярным способом ведения поединка.

А может, уверенность его строилась на том, что Род Николаевых-Шуйских существует слишком недолго, и несмотря на тот факт, что я — могущественный реинкарнатор, я просто физически не мог бы успеть составить для своих слуг и вассалов тактики противостояния прокачанным Доспехам? Не за четыре же года, полных беготни и попыток самому выжить, верно?

В общем, по хорошему, дуэль курировать должен целиком и полностью Маг Заклятий, но… Единственные присутствующие в округе чародеи восьмого ранга — это мы с Кристиной Успенской. Я — глава Рода, в котором состоит Ольга, и инициатор происходящего, Кристина — одна из оскорбленных Выхином сторон, так что пришлось искать иные варианты.

Вот только Ольга сразу предупредила, что она использует довольно специфическую магию и в случае чего надежно её прикрыть и подстраховать присутствующие Архимаги не сумеют. Потому мы пришли к компромиссному варианту — я беру на себя страховку своей подчиненной, несколько других Архимагов совместно страхуют Выхина, а Кристина берет на себя защиту зрителей и города от битвы чародеев седьмого ранга. Её способности к магии Пространства в этом деле подходили лучше, чем у кого бы то ни было.

Ну а судьёй, который определит победителя и проследит за честностью схватки, был выбран Седов Николай Сергеевич — Глава Рода Седовых, нейтрально настроенный к обеим сторонам и прибывший на зов о сборе войск в эти края. Один из немногочисленных Родов первого ранга в Литве, состоящий преимущественно из русских, а не местных…

Серые разряды, не наносящие никакого вреда материальному миру, семь раз вонзились в брусчатку городской площади, так и не задев Светлую. Та же, наконец, нанесла первый ответный удар — тонкий луч золотого света выстрелил прямо из движущегося потока сияния, ударив в правое плечо гиганта.

Тот не дрогнул — лишь брызнули комья густой коричневой энергии, однако элементаль быстро залатал повреждение. В ответ с даги сорвался огромный, метров пятнадцать в поперечнике, шар огня. Разумеется, этот удар прошел мимо, но Выхин и не рассчитывал попасть — пламя, ударив в землю, не взорвалось и не прожгло камень, а разделилось на несколько потоков и ринулось окружать поток золотого света.

Стремительно мечущаяся Ольга двигалась в форме Света так, что уследить за ней было весьма нетривиальной задачей. Ломаными линиями зигзагов она носилась по площади и осыпала не сходящего с места гиганта шквалом заклинаний — копья, серпы, стрелы и просто бесформенные снопы света постоянно били в коричневую броню, но в отличии от первого удара были неспособны нанести хоть сколько-то серьезный ущерб противнику.

Чтобы использовать что-то посерьезнее, девушке, очевидно, требовалось остановиться и потратить на плетение хотя бы несколько секунд — но каждый раз, когда она пыталась это сделать, Выхин тут же удваивал усилия, вынуждая ту вновь срываться в движение…

Вместе с этим над площадью начали со свистом двигаться, закручиваясь спиралями, потоки воздуха, управляемого магом. Приходилось признать — Выхин оказался достаточно недурственным дуэлянтом, достаточно умело использующим все свои сильные стороны и закрывающим ими слабости.

— Кажется, ваша протеже в сложном положении, Аристарх Николаевич, — заметил Сергей Романов. — Выхин вот-вот зажмет её в угол, и тогда госпожа Ольга будет обречена. Но не могу не отметить её исключительное мастерство — суметь принять форму Стихии или Силы мало кому под силу, особенно раньше восьмого ранга. Жаль только, что сейчас это ей скорее вредит, чем помогает.

— Вы спешите с выводами, дорогой друг, — улыбнулся я, разгадав, наконец, замысел чародейки. — Впрочем, не буду портить вам сюрприз — сейчас вы всё увидите своими глазами…

Потоки огня, наконец, загнали Ольгу в ловушку — золотой свет метался, заключенный в кольцо высокого, вздымающегося метров шесть голубого огня. Круг диаметром около восьми-девяти метров, не более — а в небе уже сформировались с десяток сплетенных из серого воздуха волков с гривами из густого, прорезаемого крохотными разрядами фиолетовых молний тумана. В каждом из творений столичного Архимага ощущалась немалая сила, структуры чар были сложны и запутаны — Воздух служил лишь внешней оболочкой и, так сказать, «бронебойной» частью данной атаки. Туман, формирующий нехарактерно длинную гриву «волков» был, по сути своей, концентрацией чар Малефицизма — и именно эта начинка из могущественного боеового проклятия и была основной угрозой моей протеже.

Форма Света, состояние слияния со Стихией, в котором пребывала сейчас Ольга, было весьма сложным и затратным в плане маны делом. Ставшая Светом Ольга могла не опасаться физических атак в принципе, как и большей части низшей и средней боевой магии — сейчас ей урон могли нанести лишь могущественные артефакты или мощная магия, в первую очередь нацеленная на урон энергетическому телу или ауре в целом.

И синий огонь, и серые воздушные волки как-раз таки относились к тем видам чар, которым её нынешняя форма не была помехой — скорее наоборот, в таком виде она была ещё уязвимее. Минусы Слияния со Стихией тоже были весьма значительны — пока Ольга существует в форме потока золотого света, она не способна использовать никаких иных направлений магии.

— Да нет, кажется, Сергей был прав и этот мерзавец победит, — с неудовольствием заметила Кристина. — Всё же не стоило давать ему шансов и задать хорошую трёпку прямо там, посреди собрания…

Ответить я не успел — Выхин, наконец, закончил окончательное формирование своих атакующих чар.

— Порви её, Волчья Стая!

Десятки воздушных волков ринулись вниз, стремительными, размазанными от скорости тенями атакуя Светлую. Одновременно с ними качнулись и стены синего пламени, начав быстро сужаться. Одновременно с этим вниз начало опускаться и всё это время служившее этой ловушке своеобразной «крышкой» незримое покрывало магической энергии.

Оба клинка Доспеха Стихии были направлены вниз, направляя и усиливая атаку. Коричневое сияние дополнительной брони потеряло большую часть своей насыщенности — элементаль Земли тратил немалую часть своего внимания и сил на то, чтобы камень брусчатки под Ольгой надежно блокировал любую возможность сбежать, пробившись через него.

И именно этого дожидалась моя рискованная подопечная, позволяя поймать себя в ловушку и дав врагу уверовать в собственную мнимую беспомощность.

В тот миг, когда пламя почти сомкнулось, опаляя хрупкую девушку, а воздушные волки уже готовились обрушиться на нее не только сверху, но и со всех сторон — пламя Выхина, разумеется, не стало бы помехой для других его чар, всё же бились не парочка Мастеров, а целые Архимаги — Ольга нанесла свой настоящий удар. Тот, ради которого она и готовилась всё это время, усыпляя бдительность противника…

Купол синего пламени играючи рассекло потоком золотого сияния. Чистый, облекшийся в строгую и структурированную форму Свет ударил вперед и вверх — огромный, метров сто с лишним в длину Меч Света ударил по Доспеху Стихии ровно туда, где скрывался его создатель — в почти ставшее прозрачным от оттока маны «забрало» шлема.

Ольга не просто сплела сильное атакующее заклинание — девушка пошла дальше. Она обратила свою суть, свою сущность в «тело» этого заклятия — это было своеобразным Доспехом Стихии, только наоборот. Заклинание, которому я её научил с месяц назад и которому учил всех, кто достиг седьмого ранга — Меч Стихии.

Весьма требовательное к навыкам использующего его чародея, оно на данный момент было доступно в полной мере только Светлой — никто другой пока не достиг уровня, позволяющего столь свободно пребывать и сражаться в форме Стихии.

— Да быть не может! — восхищенно выдохнула Кристина Успенская. — Что это за чары⁈

Меч пронзил Доспех насквозь с такой лёгкостью, будто на его пути были не могучие защитные чары, а самый обыкновенный воздух. Я с усмешкой взглянул на четверку растерянных Архимагов, что должны были страховать Выхина — уверовавшие в победу фаворита Императрицы и не видевшие никаких предпосылок к столь резкому повороту в противостоянии, они попросту не успели среагировать и защитить своего подопечного, самым позорным образом всё прошляпив.

На их счастье, как и на удачу самого Выхина, я понимал — сейчас не то время и место, дабы позволить подобной дуэли закончиться смертью одной из сторон. Не говоря уж о том, что каждый маг высокого ранга сейчас был на вес золота, у Выхина в приведенном им войске хватало друзей, приятелей, доброжелателей и прочего народа, которым подобная смерть их предводителя пришлась бы не по душе. А разброд, трения и враждебность в нашем лагере сейчас было последним, что мне было нужно…

Поэтому сотканный из чистого золота клинок упёрся в щит из фиолетовой энергии с пробегающими по нему разрядами Золотого и Желтого цветов. Доспех Стихии не выдержал и распался лоскутами, пострадавший элементаль Земли с протяжным, слышным только сильным магам воем скрылся в родном Плане Магии, а синий огонь и воздушные волки рассеялись, так и не достигнув своей цели.

Бледный, злой Выхин секунду спустя приземлился на серую брусчатку равнодушного и на удивление не пострадавшего камня центральной площади городка. У мага в резерве было ещё добрых три четверти запаса маны, сильнейшие чары и способности его артефактов остались нетронутыми, и по идее волшебник мог бы ещё долго сражаться… Но какое теперь это имело значение?

Победительница выглядела куда хуже проигравшего. На месте, где находилась рукоять Меча Света, возникла Ольга — бледная, усталая и лишившаяся добрых двух третьих резерва маны, со следами микроповреждений в ауре и изрядным перенапряжением каналов энергии, она, тем не менее, держалась гордо и уверенно, высоко вскинув блондинистую головку и победно улыбаясь.

— Победитель — Ольга Николаева-Шуйская! — объявил судья поединка.

— Это было весьма необычно и, не побоюсь этого слова, нетрадиционно, сударыня, — справившись с собой поклонился Выхин. — Право же, вынужден признать — столь отчаянной тактики я ещё ни разу не встречал. Если это не секрет — чем вы приложили меня под конец? Это ведь явно не действие артефакта, а ваши собственные чары, верно?

— Да, это действительно было моё заклятие, — кивнула Светлая. — Меня этому научил наш почтенный Глава — Меч Стихии. Антипод Доспеха. Как видите, Николаевым-Шуйским есть, чем удивить!

— О да, с этим сложно спорить, — криво усмехнулся он, бросив на меня короткий взгляд. — Но должен заметить, что подобное не сработало бы на мне дважды.

— Если бы это была настоящая схватка, никакого «второго раза» не было бы в принципе, — заметил подошедший Василий. — Кстати, хочу заметить — несмотря на всё ваше оскорбительное недоверие к нашему Главе, именно он спас вашу жизнь, тогда как эти господа изрядно сплоховали.

Хмурые взгляды четверки Архимагов, брошенные на Тёмного, стали тому наградой. Все четверо были из числа тех, кто пришел с войском Выхина, что было довольно показательно.

— Что ж, я полагаю, мне не зазорно уступить столь прекрасной даме, — не повелся на провокацию Выхин. — Думаю, среди подчиненных Аристарха Николаевича — вы, без сомнения, сильнейшая.

— В нашем Роду два Мага Заклятий и шесть Архимагов, включая меня, — ответила Ольга, ослепительно улыбаясь. — И как бы мне не хотелось заявить обратное, вынуждена признать, что среди них я — слабейшая.

— Однако ж… Это будет мне уроком. Господин Аристарх Николаевич, госпожа Кристина Григорьевна — ещё раз приношу свои самые искренние извинения за свою бестактность и грубые слова. Я искренне раскаиваюсь в сказанном и всеми силами постараюсь при первой же возможности загладить свою вину… А пока — позвольте откланятся.

Глава 4

В кают компании «Змея» сейчас находилось лишь четверо человек — я, Кристина, Ольга и Василий. Остальной экипаж судна из числа офицеров крейсера сейчас был либо на постах, либо (большая часть) внизу, в городе, решив провести не часто выпадающий им в последнее время выходной день не на судне. Нет, какая-то часть людей из числа тех, кому сегодня выпало отдыхать, всё-таки решила остаться здесь же, на корабле, предпочтя развлечения пусть и в небольшом, но городе какие-то иные дела, что у них были здесь — к примеру, тренировки в специально отведенных для саморазвития зонах в глубине «Змея», посещение довольно богатой различной магической литературой библиотеки или даже банальный крепкий сон в своей каюте, но таких было куда меньше, чем первых и вторых.

Я сам дал команде три дня отдыха — учитывая, что с момента, как Успенская спасла нашу эскадру, выдернув её при помощи загодя расположенного в бухте ритуального заклятия, мой тяжелый крейсер почти каждый день участвовал в стычках со шведами, людям это было просто необходимо.

После дуэли с Олегом Выхиным мы распрощались с Сергеем Романовым и отправились на борт моего судна. Представитель Императорского Рода итак пробыл вдали от эскадры больше времени, чем планировал изначально — после того, как он и его родичи самовольно отстранили Рождественского от командования эскадрой и назначили на этот пост своего протеже Макарова, мы каждый день ждали ответной реакции Петрограда, и когда Выхин со своей армией добрался до неделю назад на Плунге, он решил отправиться сюда с нами, собираясь лично узнать, каковы будут последствия их поступка. В конце концов — Выхин был фаворитом Императрицы, а отстраненный Рождественский, как и весь его Род, состоял в её партии.

К немалому нашему удивлению, единственным пожеланием Императрицы оказалась просьба — именно просьба, не приказ! — отпустить адмирала Рождественского. Ни о каком восстановлении его в должности или чем-то подобном речи не шло, и Сергей, как старший Романов в этих краях, с этой просьбой, разумеется, тут же согласился. Усугублять ситуацию и доводить её до открытой ссоры с Императрицей Сергей себе позволить не мог — он ведь в Роду даже Старейшиной не являлся. У Романовых полсотни ветвей, и лишь их главы носили титул Старейшин.

— Итак, каковы ваши дальнейшие планы и действия, Аристарх Николаевич? — первой нарушила молчание Кристина, отпивая из своего бокала. — Я ведь не ошибусь, предположив, что вы что-то решили для себя после увиденного послания шведского принца?

— Не ошибетесь, — согласился я. — Больше того, мне понадобиться ваша помощь, и действовать нам необходимо уже сейчас.

— Нужно переместиться? — озвучила она очевидное. — И куда же?

— В первую очередь — в Николаевск, — ответил я со вздохом. — Это столица моих владений, город в Александровской губернии. И вам необходимо будет отправиться со мной и, скорее всего, вы в итоге останетесь в губернии.

— Мне казалось, что услуги специалиста в пространственной магии, особенно моего уровня, понадобятся здесь, — удивилась она.

— Безусловно понадобятся, — кивнул я. — Однако я обещал вам защиту и покровительство, и своё обещание намерен выполнить. А для этого мне необходимо, чтобы до того момента, как с вас будут сняты все обвинения, вы находились в безопасном месте, откуда вас не смогут забрать силой Псы Императора.

— Вы опасаетесь чего-то конкретного, господин? — поинтересовался Вася. — К чему нам готовиться? Неужели вы полагаете, что Тайная Канцелярия настолько обезумеет, что в разгар военной компании явится за Магом Заклятий, да к тому же специализирующимся на Пространстве, дабы похитить её? Это ведь уже будет не просто очередной стычкой внутри Империи, подобный поступок с их стороны в разгар боевых действий уже более чем вписывается в государственную измену!

— Умом Россию не понять, аршином общим не измерить, — процитировал я бессмертную классику с кислым выражением лица. — Если бы ты видел и знал хотя бы о половине того безумия, что я повидал за последние два года внутри страны, тебя бы уже никакой, даже самый сумасшедший и нелогичный оборот дел не удивлял бы. Империя до сих на ногах не благодаря, а вопреки всему, и творящийся в ней кавардак уже давно похоронил бы любую другую державу. Так что да, я вполне допускаю, что в какой-то момент сюда может явиться даже лично Залесский с двумя-тремя Магами Заклятий и парой десяткой Архимагов, дабы насильно забрать госпожу Успенскую.

— Простите, Глава, но звучит это всё как-то… — неуверенно пожала плечами Ольга и покосилась на молчащую Кристину. — Не сочтите за грубость и поймите меня правильно, госпожа Успенская, но не могу не спросить — чем она так ценна, чтобы вы всерьез опасались, что за ней лично явится третий по влиянию и могуществу человек в Империи, да ещё и взяв с собой команду чародеев, сравнимую по боевой мощи много сот тысячной армией? Явится, рискуя в итоге заполучить клеймо предателя и стать окончательно не рукопожатной персоной, нарушив все писаные и неписаные правила, по которым ведутся подобные игры высшей знати?

— Причина в её специализации, Оля, — пояснил я. — Слишком редки и уникальны маги такого профиля. Магов Пространства восьмого ранга даже меньше, чем Целителей аналогичной силы, и Петроград ни за что не позволит Александровску заполучить столь ценного союзника без боя. Мы и так потеряли непозволительно много времени из-за того, что я наивно полагал, будто по крайней мере на время этой кампании нам никто палки в колёса вставлять не будут. Однако сегодня мне пришло сообщение, что со стороны Канцелярии начались подозрительные шевеления. Что они точно планируют и против кого ни я, ни мои источники не знают, но масштаб подготовки таков, что Залесскому не удалось скрыть её полностью. Акция наверняка будет громкой и масштабной, а вы и сами знаете этих уродов — они в последние годы чаще против Империи действуют, чем против врагов. Потому, пока ситуация не прояснится, я хочу минимизировать риски.

— Если Тайной Канцелярии известно местонахождение цели, и они всерьез захотят её устранить, то никакая крепость в мире не остановит этих… людей, — мрачно заявила Успенская. — Ценю ваше участие, Аристарх Николаевич, и благодарна за предупреждение, но если всё так, как вы говорите, то единственный для меня выход — это снова залечь на дно. И выйти с вами на связь, как вы правильно заметили, уже после того, как ситуация прояснится.

— Этот вариант, конечно, действительно самый безопасный, но я всё же настаиваю на том, чтобы вы отправились в губернию. Насчет же всемогущества Тайной Канцелярии… Есть одно-единственное место, где их можно не бояться. И это не подлежащий сомнению неоднократно проверенный факт.

Кристина с недоумением поглядела на меня, ожидая ответа, и я с ухмылкой продолжил:

— Мой будущий тесть, Павел Александрович, также известный как Второй Император, уже много десятилетий является костью в горле Николая Третьего и в особенности его Канцелярии. И несмотря на всё своё влияние, на всю финансовую, политическую и магическую мощь, Псы Императора мирятся с его существованием, не рискуя устроить на него ни одного покушения. Наш генерал-губернатор держит при себе не меньше пары Магов Заклятий на постоянной основе, боевые отряды из Архимагов и Старших Магистров, в каждом из которых около полусотни опытных боевых магов, и вдобавок ко всему сам является невероятно сильным магом — одним из сильнейших на планете. Плюс сейчас, после всех бед, войн и потрясений, свалившихся на губернию в последние годы, чувство локтя и взаимовыручки в наших краях на невероятном уровне. Как только где-то начинается серьёзная заварушка, туда со всех ног спешат все, кто поблизости… Я хочу, чтобы вы оставались подле Павла Александровича до прояснения обстановки. Вашим силам в губернии найдется обширное применение, а генерал-губернатор, в свою очередь, гарантирует вам безопасность и комфорт.

Да, оставлять её рядом со Вторым Императором, особенно если окажется, что надолго, означало изрядно рисковать тем, что столь ценный приз уплывет из моих рук — Павел Александрович сделает всё, что склонить Успенскую служить лично ему. И имеет все шансы добиться успеха — по любым меркам он в состоянии предложить ей на порядок больше, чем я.

Однако делать было нечего — отпускать Кристину в вольное плавание, дабы та «залегла на дно», было слишком рискованно. Не потому, что я опасался за её безопасность — решившего спрятаться Мага Пространства найти куда сложнее, чем иголку на дне колодца, что Кристина успешно доказала, десятилетиями скрываясь ото всех.

Нет, риск был в другом — она могла не захотеть возвращаться, и тогда о собственном пространственнике восьмого ранга придется позабыть, чего мне бы очень не хотелось. А так — даже если Второй Император сманит её к себе, я всё равно буду в плюсе. Ибо мы с ним союзники и родичи, так что так или иначе её возможности остануться в зоне моей досягаемости…

К счастью, Кристину быстро удалось убедить в моей правоте. И дело было не столько в наличии у меня какого-то особого дара убеждения — откуда бы такая радость — а в том, что волшебница устала десятки лет жить, скрываясь и не поднимая головы. Ей хотелось вкусить плоды своего фактического, достигнутого упорным самоотверженным трудом положения Мага Заклятий, сиречь — высшего аристократа Российской Империи. И под крылом Второго Императора у неё была возможность хоть отчасти вкусить этот плод…

Я настоял на немедленной отправке — она могла в кратчайшие сроки доставить меня во все необходимые мне места, изрядно сэкономив мне время и силы. А ещё могла то, что было мне совершенно точно не под силу — провести порталами Соколовых на мои земли, разрешив крайне напряженную и зависшую на грани никому сейчас не нужного кровопролития с Великим Родом Дороховых. Эта возня и бодание за будущее Соколовых… Как же невовремя мне пришлось бросать все свои дела и отправляться сюда! Надо будет как можно скорее решить этот вопрос…

Но самое главное даже не всё это. Самое главное — это предстоящая мне схватка лицом к лицу с, пожалуй, самым грозным и опасным противником за всю мою новую жизнь. По своему даже более опасным, чем Император Мертвых — тот, несмотря на всю свою мощь, был крайне неопытен в деле открытых схваток с равными.

Здесь же… То, как Рагнар Фолькунг играючи сокрушил сперва чародейку-приручительницу, а затем без особых повреждений прикончил опытного, битого жизнью боевого мага, что ради схватки с ним сжигал саму свою жизненную и духовную энергию, весьма впечатляло. И надеяться, что в этот раз мне снова с неба свалиться нечто, способное в нужный момент вернуть мне всю полноту былого могущества, не приходилось.

Кем бы ни был Король Севера в прошлой жизни, он едва ли хоть сколько-то уступал мне. И прежде, чем с головой ввязаться в эту круговерть, я хотел уладить пару небольших дел…

— Кристина, вот координаты Николаевска и отпечаток Пространственного Маяка…

* * *

Громкая музыка, сияние бесчисленных многоцветных огоньков, летающих над головами многочисленных гостей, разгоняя полумрак, создающий иллюзию интимности и загадочности, множество танцующих мужчин и женщин…

В Зимнем, или, как его ещё звали — Разводном саду, было в самом разгаре веселье. Сотни гостей из самых знатных дворянских фамилий и самых видных и заметных чародеев из Родов попроще, вроде Архимагов и самых влиятельных Старших Магистров… Ну или наиболее красивых их представителей, коим по милостивому дозволению Императора было дозволено услаждать своим присутствием взор представителей августейшего семейства — Николаю Третьему, его жене и цесаревичу, что тоже присутствовали на этом празднике жизни.

Весь цвет так называемых лоялистов — той части аристократии, что поддерживала Петроград и его Императора, вне зависимости от того, к какой из партий… Хотя нет, слово «партия» скорее стоило отнести к лоялистом в целом — для описания групп влияния вокруг Императора скорее подошло бы слово «фракции».

Так вот, столичная знать, вне зависимости от того, к какой из фракций они принадлежали, в самом главном были единодушны и выступали единым фронтом… Ведь и Залесский, и Императрица, и совсем недавно доросшая до того, чтобы о них всерьез задумывались в политических раскладах если не страны, так столицы точно, сторонники бывшего тобольского отшельника Григория Распопова — все они были безусловно на стороне Николая Третьего, прекрасно понимая, что несмотря на все недостатки нынешнего государя, что ни для кого не были секретом, своим положением, богатством, властью и вольностями они обязаны именно ему. И что взойди на престол любой иной Император, от многого, если не всего, чем они сейчас обладают, им придется отказаться. И «отказаться» — это ещё очень мягко сказано…

А потому гуляния, организованные не как обычно — по еженедельному, всем заинтересованным лицам известному распорядку, а, так сказать, «вне очереди» и по личному, отдельному указанию Императора, привлекли повышенное внимание всех трех партий. Редкое зрелище — сегодня в Разводном саду присутствовали лидеры всех трех фракций партии лоялистов.

Более того, с ними сегодня была все самые влиятельные их сторонники и союзники за исключением тех, у кого были действительно важные причины для отсутствия. Николай Третий редко нарушал распорядок своих гуляний и развлечений, предпочитая в них стабильность и постоянство, и почти каждый раз, когда он его нарушал, за этим следовало нечто значительное и важное. Нечто, что вполне могло повлиять на все расклады сил в столице…

— Интересно, что на этот раз взбрело ему в голову? Есть какая-либо информация о том, ради чего всё это сборище? — скучающе поинтересовалась облаченная в весьма вызывающее облегающее алое платье женщина, поигрывая с шампанским на дне хрустального бокала. — Его Величество, на моей памяти, уже лет семь не отходил от привычного и загодя расписанного распорядка… Даже когда устраивал прием в честь этого мерзкого тобольского выродка обошлись без переноса даты и места. Что скажете, друзья мои?

Дама, чье чрезмерно откровенное декольте в любом ином месте и обществе притягивал бы магнитом все мужские взоры, стояла в компании из пяти человек — ещё одной женщины и четверых мужчин. Вся шестерка была высшей аристократией Империи во всех смыслах и отношениях — шестеро Магов Заклятий, четверо из которых, к тому же, были Главами Великих Родов.

Небольшая группа стояло отдельно от общего праздника жизни — большая часть приглашенных была персонами слишком низкого ранга, чтобы рисковать приблизиться и помешать беседе столь могущественных персон.

Впрочем, это не мешало празднику идти своим чередом — молодежь вовсю пила, танцевала и периодически бегала в специально оставленные укромные уголки немалого сада, откуда потом выскакивали разгоряченными, довольными и слегка запыхавшимися…

Гости постарше, разбившись на многочисленные, разбросанные по всему саду группки, общались — делились новостями и слухами, обсуждали происходящее в Империи, наводили нужные связи и заводили полезные знакомства, о чем-то договаривались…

На обычных, плановых мероприятиях подобного толка обычно бывало куда меньше действительно значимых персон, и потому все заинтересованные старались воспользоваться почти уникальным случаем на полную — создавались и рушились союзы, скреплялись предварительные договоры, плелись сети тонких, многоходовых интриг, сверкали яркие, лицемерные улыбки, за которыми таился привычный холод опытных царедворцев…

— Его Императорское Величество, госпожа Ланская, человек весьма неординарный. И угадывать, что именно он замыслил — весьма неблагодарное занятие, — ответил Богдан Залесский. — Лично мне ничего не известно, если вопрос в этом. Впрочем, уверен, совсем скоро мы всё узнаем из первых уст.

— Кстати, господин Залесский — поздравляю с достижением восьмого ранга! — заговорила вторая из присутствующих дам. — Теперь все надежды Императрицы и Распопова на то, что вас вот-вот подкосит старость и вы сойдете с политической арены им на радость наконец-то пошли прахом! Ах, как приятно было видеть, как скривилась рожа этого выскочки, когда он ощутил вашу ауру… Давно я не получала такого удовольствия!

Остальные тоже присоединились к поздравлениям, на что Богдан Ерофимович с улыбкой раскланялся, выражая благодарность.

— Спасибо, дамы и господа, — заговорил начальник Тайной Канцелярии. — Право, мне тоже приятно наконец соответствовать вам полноценно, а не лишь своим положением при дворе! Кстати, не вижу здесь Дорохова. А ведь он только несколько часов назад сообщал, что появится…

— Редкий случай, друг мой — вы и о чем-то не в курсе! — усмехнулся пожилой, но весьма крепко сложенный чародей с заплетенными в конский хвост седыми волосами. — Причем дважды за день! Воистину, уникальная ситуация… Дорохов отменил свое прибытие в столицу в связи с той самой проблемой, по поводу которой он отказался принимать нашу помощь три недели назад.

— Соколовы? — удивился ещё один из присутствующих. — Николаев-Шуйский сейчас в Прибалтике, его войска готовятся к отправке в Эстляндию, как и значительная часть сил Павла Романова… Какие могут быть у Дороховых проблемы с Соколовыми сейчас, когда всем тем, на чьё покровительство и поддержку они могли рассчитывать, банально не до них? Или они нашли себе новых покровителей?

— Высшая нежить, вошедшая в Род Николаевых-Шуйских, оказалась не просто на уровне Мага Заклятий — по словам Дорохова, она как минимум обладатель пяти Заклятий, а то и выше. Всё это время она безвылазно сидела в столице Рода — Николаевске, как привязанная, и не доставляла проблем, а у других достаточно сильных Родов, чьих сил и безрассудства хватило бы, чтобы влезть между волком и его добычей ради столь сомнительного приза, как второсортный Род и новоиспеченный, не обладающий ни должными навыками, ни артефактами Маг Заклятий… Таких дураков даже в Александровске не нашлось.

Сделав небольшой глоток из бокала, чародей продолжил:

— Однако сегодня утром, когда один из соседних с Соколовыми Род привел на их земли значительный отряд своих магов и занял небольшой городок, объявив его своим, всё полетело в тартарары. Ожидалось, что итак не слишком крепкая умом Соколова, которой восьмой ранг добавил изрядное количество необоснованной самоуверенности, явится с горсткой магов и попробует выбить Свечиных своими силами.

— А на что рассчитывали эти Свечины? — подняла бровь первая из дам. — Маг Заклятий, какой бы он ни был — это большая сила. Если там был лишь «отряд» Рода первого ранга, а не основные его силы, то она бы вполне могла их одолеть.

— То была рассчитанная и подготовленная ловушка, — ответил ей волшебник. — В отряде Свечиных тайно находилось двое Архимагов, десяток Старших Магистров и сам Глава Дороховых. Рассчитывали управиться не позднее обеда — в крайнем случае, если старуха не рискнула бы вылезти из своей норы, Виктор планировал наплевать на всё и вместе со всей элитой своего и подчиненных Родов сжечь родовое гнездо Соколовых. Мол, война всё спишет… Однако вопреки их ожиданиям, явилась эта девка-нежить. И не одна с ней был ещё один мертвяк, рыцарь смерти в ранге Архимага. Виктор со своими людьми на всякий случай в самом городишке не сидел, не желая рисковать быть обнаруженным раньше времени, и находился с отрядом в ближайшей рощице. Вот там-то на них и навалилась эта буйная нежить — и по словам Виктора, если бы не одноразовый артефакт телепортации, эта парочка их прямо там и прикончила бы. Они потеряли троих Старших Магистров за двадцать секунд битвы — а ведь это не абы кто, а хорошо экипированные старшие чародеи Великого Рода!

— Позорище, — фыркнул молчавший до того маг. — Мало того, что столько времени не может справиться с какими-то Соколовыми, так ещё и решил обесценить всю возможную выгоду от столкновения с ними. Какой ему толк в уничтожении их Мага Заклятий, если вся эта возня и затевалась-то лишь затем, что бы заставить её стать частью их Рода? И ладно б хоть справился — так ещё и от какой-то непонятной дохлятины пришлось удирать, как зайцу…

В начавшемся обсуждении ситуации Богдан Ерофимович не участвовал, лишь периодически улыбаясь и кивая чьим-нибудь словам. Нет, он не ушел в себя настолько, что отрешился от происходящего — он прекрасно слышал и понимал каждое слово, что говорили его соратники, был способен в любой момент подхватить разговор и даже анализировал услышанное, но мыслями всё же был в другом месте.

Алёна Романова не была «какой-то там дохлой тварью» — Залесский знал, насколько сильна эта нежить. Среди участвующих в разговоре волшебников даже с использований сильнейших артеактов их Родов и регалиями Глав против этого существа выстоять в поединке имела лишь Анна Ланская. Несмотря на свой легкомысленный, более подходящий молодой кокетке, чем могущественному Главе Великого Рода наряд и вызывающий вид она была волшебницей уровня шести Заклятий. И даже её шансы он оценивал как весьма низкие — его собственный подчиненный, куда более опытный и не уступающий ей силой волшебник не сумел совладать с этой нежитью.

И по имеющейся у него информации, которой он твёрдо доверял, Алёна не должна была без крайней нужды покидать территорию Родовых Земель Николаевых-Шуйских. Нет, в крайнем случае она вполне могла бы прийти Соколовым на помощь, использовав магию Пространства или её аналоги — хотя на такие расстояния даже она не сумела переместиться мгновенно.

Дорохов дураком не был — на территории Соколовых и вокруг неё были растянуты площадные сигнальные чары. Он знал это точно — ведь специалисты Тайной Канцелярии помогали с их установкой, дабы устранить риск внезапного появления обладателя силы уровня ранга Мага Заклятий.

Из чего следовало одно из двух — либо нежить прибыла во владения Соколовых ещё до установки сигнальных чар и всё это время терпеливо дожидалась своего часа, либо кто-то, обладающий выдающимися навыками в магии Пространства, перебросил её в нужное время и место, не потревожив при этом сигнализации Дороховых.

Что ж… Первое — полная чушь по причине того, что враждебно настроенный к новообразованному Роду могущественный кровосос всё ещё кружил вокруг их Родовых Земель, и Алёна ни за чтобы не бросила без защиты Николаевск и прочие владения ради того, чтобы неделями торчать в засаде за тысячи километров от Алекандровской губернии. Значит, оставался второй — помощь извне…

Выходит, Николаев-Шуйский и Кристина Успенская прибыли в его Родовые Земли. Причем сделали они это тайно — шпионы в стоящей близ Плунге армии докладывали, что «Змей» находится на месте, а сам проклятый реинкарнатор и его окружение после дуэли с Выхиным отправились на судно. В числе прочих агентов в тех местах был и их Старший Магистр, специализирующийся на магии Пространства, и в последнем отчете он заверял, что никакий магических колебаний, свидетельствующих о попытках перемещения, он не ощущал. А уж целый Старший Магистр, основной специализацией которого была именно эта ветвь магии, уж точно не упустил бы факт использования портала или телепортации…

Кристину Успенскую требовалось устранить любыми доступными методами — одним достаточно важных преимуществ Тайной Канцелярии был тот факт, что в Российской Империи они были единственными, у кого был Маг Заклятий пространственник. Да их и в мире было крайне мало, и каждый считался едва ли не стратегическим ресурсом в своих государствах. И позволять кому-либо в Российской Империи (особенно Николаеву-Шуйскому и Второму Императору) обзавестись собственным пространственником он не собирался…

Что ж, придется корректировать план. Раз уж Успенская уже там, во владениях Николаева-Шуйского, это значительно осложняет задачу — но уж выманить-то он её точно сможет. Главное знать, куда слать требования и угрозы…

Беседа могущественных аристократов оказалась прервана достаточно резко и даже несколько грубовато — каждый из них ощутил внезапный, но мощный ментальный зов. Не телепатию в прямом смысле слова, не мысль-речь другого волшебника, а именно что зов, что было весьма невежливо… Однако возмущаться и негодовать никто даже и не подумал — ибо все знали, кто именно их призывает. Молча переглянувшись, чародеи двинулись к распахнувшейся в трёх шагах от них арке переливающегося темно-фиолетовым сиянием портала.

По ту сторону пространственного перехода их встретил большой, дорого и со вкусом обставленный рабочий кабинет. Дерево, дорогой паркет, длинный, способный легко вместить три дюжины человек прямоугольный стол из Иллюзорного Дуба — редчайшего, почти бесценного дерева восьмого ранга, массивные стулья с обитыми зеленым бархатом спинками…

И сидящий во главе стола хозяин кабинета — Николай Романов, Император Российской Империи собственной персоной.

— Ваш недостойный слуга приветствует Вас, Ваше Императорское Величество! — склонился в низком поклоне Залесский.

Из глубокой, непроницаемой магической тени за спиной Романова на свет выглянул цесаревич Алексей, и Богдан Ерофимович отвесил еще один, чуть менее низкий поклон, приветствуя наследника императорского престола.

Его спутники поспешили повторить жест всемогущего начальника Тайной Канцелярии и выразить свои приветствия. Самодержец в ответ лишь сдержанно кивнул, поигрывая с вращающимся на кончике указательного пальца кинжалом.

Следом за ними начали прибывать и другие приглашенные Императором персоны — Императрица с тройкой поддерживающих её Магов Заклятий и Григорий Распопов в компании четверки Магов Заклятий. Явно свежеиспеченных — слишком явственно ощущалось, что спутникам бывшего тобольского отшельника до сих пор непривычна их новая сила.

Последними прибыли одиннадцать чародеев седьмого-восьмого ранга — Главы Великих Родов, из числа тех, кто в момент зова находился отдельно от лидеров своих фракций.

— Присаживайтесь, дамы и господа, в ногах правды нет, — заявил Николай Третий, когда последняя группа вошла в кабинет и нестройным хором поприветствовала государя. — У меня есть для вас несколько объявлений, которые мне хотелось бы сделать не публично.

По левую руку от монарха сел Богдан Ерофимович, по правую — его супруга. С ними же сели и прибывшие с ними спутники. Император молча, с лёгкой улыбкой поглядел на хмуро поглядевшего сперва на супругу государя, а затем на своего заклятого конкурента — начальника Тайной Канцелярии. Садиться дальше, по одной из сторон стола, выглядело бы признанием своей слабости, но бывший монах в свойственной ему нагловатой, выходящей за грань допустимого манере выкрутился — Григорий Распопов уселся на противоположном конце стола, оказавшись напротив Николая, а его люди расселись по двое справа и слева от своего лидера.

Вообще-то подобное было нарушением этикета. И подобное обычно спускалось никому — но так было до Распопова. Этому раздражающему и Залесского, и Императрицу, и большинство Глав Великих Родов выскочке, возвысившемуся до невиданных высот всего лишь за жалкие несколько лет, подобное поведение по каким-то причинам постоянно сходило с рук…

Остальные одиннадцать Глав Великих Родов расселись между этими тремя группами, каждый рядом с той фракцией, кою поддерживал, и заняв большую часть свободных мест.

И лишь цесаревич так и остался стоять неподвижной статуей за спиной отца.

— Итак, друзья мои, не буду ходить вокруг да около, — откинулся на спинку стула Император Всероссийский. — Ни для кого не секрет, что в последние годы Империя столкнулась с рядом неприятных ситуаций, которые, почему-то, не спешат разрешаться.

Боярство, низкие сословия и даже подавляющее большинство дворянства Империи выразились бы иначе. Во первых — неприятные ситуации это на редкость не подходящее описание для целого ряда достаточно крупных военных конфликтов, в которых страна вынуждена участвовать, причем одновременно. Во вторых, а может даже и в первых, почти каждый гражданин Империи был твердо уверен, что всё происходящее вина в первую очередь лично самого самодержца…

Неужели он сейчас велит накопленными ими силами вступить в войну полноценно? Это было бы…

— И в результате одной из этих затянувшихся неурядиц некоторые из моих верноподданных начали считать, что я недостоин занимать трон своих предков, — положил локти на стол и подался вперед хозяин кабинета. — И до недавних пор меня не беспокоило мнение тех недалеких глупцов, которым подобная крамольная мысль казалась уместной. Я — помазанник Божий, Глава Рода Романовых, законный и единственный властитель всех земель российских со всеми теми, кто её населяет, и оспаривать сей факт богохульство, однако…

Николай Третий сделал театральную паузу, неспешно обводя взглядом лица присутствующих. Как и все присутствующие, начальник Тайной Канцелярии прекрасно владел лицом и контролем ауры, и показать почтительную внимательность и с трудом сдерживаемую праведную ярость ему труда не составило. Император хочет пожаловаться на свою не популярность? Чтож подыграем эгоцентричному гедонисту на троне…

— Однако там, на востоке, всё выше поднимает голову мой непокорный и чрезмерно честолюбивый кузен. Павел Александрович Романов, Старейшина моего собственного Рода и генерал-губернатор Александровской губернии, неблагодарный предатель с черным сердцем, не только не сгинул в войне с Цинь, но даже наоборот — как будто скоро станет ещё могущественнее, чем до вторжения Поднебесной. И всё больше моих подданных начинают тяготеть к этому мерзкому мятежнику… Его даже называют Вторым Императором! От подобных настроений в обществе до открытого мятежа — один шаг. И мне хотелось бы услышать, что думают обо всём этом мои самые доверенные советники…

За столом на некоторое время повисла тишина. Никто не спешил высказаться первым, рискуя вызвать неудовольствие государя.

— Ваше Величество! — решился первым самый наглый, прямолинейный и напористый из тройки наиболее приближенных к Императору человек. — Чего ж тут думать? У вас под стольным Петроградом без дела стоит добрая рать, зазря жалование пропивают да девок местных портят… Поднять их всех да маршем прямо на Александровскую губернию! Здесь, коли глаза меня не подводят, Главы ажно пятнадцати Великих Родов. И это лишь Главы — а ведь там, в саду, ещё представители не менее как десятка Великих. Дополнить наше войско гвардиями сиих Родов, не говоря уж о тысячах Родов поменьше — и пред такой мощью любые потуги мятежников будут жалки, бессмысленны и бесполезны! С Божьей помощью выжжем измену каленым железом, в назидание каждой шельме, дабы неповадно было!

Государь в ответ пламенную, хоть и простоватую, безыскусную и чуть косноязычную речь благосклонно улыбнулся и кивнул.

— В тебе, Гриша, я ни на миг не сомневался… Однако мне хочется выслушать и остальных. Молвите, судари и сударыни!

— Изменники, безо всякого сомнения, заслуживают самого сурового наказания, мой государь, — заговорил один из поддерживающих Императрицу Глав. — И они его получат сполна — никому не уйти от справедливой расплаты за саму мысль о возможности мятежа… Однако разумно ли идти войной на Александровск сейчас? Страна увязла в войнах с соседями, и дела идут не очень хорошо. Турки выбили нас с Балкан и идут на Кавказ, шведы взяли штурмом и сравняли с землей Выборг, в результате чего мы лишились миллионного войска, вырезанного полностью Великого Рода и троих Магов Заклятий. Цинь отброшены, но отнюдь не разбиты — стоит этим любителям мертвяков почуять слабину, и они тут же могут ударить вновь. Да и та же Япония отнюдь не побеждена и ещё вполне может попить немало нашей крови… Государь, коль мы сейчас сцепимся с изменниками, сие может дурно закончится…

— Трус! — презрительно заявил один из сидящих рядом с Распоповым чародеев.

Не из Великого Рода, а обязанный своим рангом алхимическому зелью, созданному тобольским отшельником. Из числа тех редких чародеев, которым не хватало совсем немного таланта для преодоления планки восьмого ранга — для подавляющего большинства Архимагов даже с помощью зелья этот уровень был всё равно недостижим…

Великие Рода не слишком-то жаловали выскочку из-под Тобольска, а потому новая фракция состояла из разного толка государевых людей, коим не нашлось место ни в лагере Тайной Канцелярии, ни среди сторонников чрезмерно проевропейски ориентированной Императрицы.

И все эти «государевы люди» были, как правило, либо из мелкой или средней руки аристократии, либо и вовсе выходцы из неблагородных сословий. Великие Рода презирали их, и они, объединившись в могучую фракцию из тысяч чародеев и обретя собственных представителей восьмого ранга, отвечали высшей аристократии едва ли не ненавистью. Что приводило к конфликтам и ссорам при каждом подходящем и не очень случае. Вот как например сейчас…

Господи, ну что за балаган — подумал с глухим раздражением Залесский.

Он, могущественнейший Маг десяти Заклятий, сильнейший чародей Российской Империи, а то и всего мира, вынужден быть частью дурацкого, бессмысленного в своей абсурдности и контрпродуктивности представления, призванного потешить самолюбие и эго великовозрастного придурка на троне, не способного даже осознать, что вся развернувшаяся сейчас жаркая дискуссия — по большому счету представление, которое вынужденно разыгрывают для самого жалкого Императора в истории немалая часть сильнейших и влиятельнейших людей государства.

Каждый присутствующий ещё в середине речи Николая Третьего понял, что ничего значимого ни объявлено, ни решено сегодня не будет. Ибо никакой реальной возможности решить проблему с окопавшимся в своем медвежьем углу Вторым Императором у лоялистов нет.

А ведь за прошедшие годы у них имелось три вполне реальных шанса закрыть вопрос с кузеном Императора раз и навсегда. Сразу после нападения пятерки Магов Заклятий с их Великими Родами и Кланами на Александровск, в первые двое суток, пока Павел не успел стянуть побольше войск на защиту остатков города и восстановить силы вместе с уцелевшими высшими магами губернии.

Вторая была во время вторжения Цинь, в разгар их противостояния — одна слаженная, сработанная команда из троих Магов Заклятий и трёх десятков Архимагов, укомплектованных лучшими артефактами и расходниками, запросто прикончила бы сибирского Романова. Что может быть легче — вступить в сговор с Цинь, дабы те начали большое сражение, вынудив Второго Императора бросить в сражение все силы, и ударить этой командой ему в спину, выбрав момент, когда он останется с минимумом охраны или даже сам вступит в бой. Да, за это пришлось бы отдать большой кусок губернии, но это была приемлемая цена…

И третий, последний шанс, предполагавший принципиально иной подход, нежели первые два. Не действовать тайно, небольшим элитным отрядом, а объявить его мятежником и двинуть войска — в тот момент, когда Цинь было только-только разбито, и армии мятежного Романова были до предела ослаблены и страдали от страшного дефицита всего и вся — от алхимии до боеприпасов и даже провизии.

Трижды он приходил к Императору, озвучивая эти возможности. И трижды этот напыщенный индюк отвергал его по глупым, бессмысленным причинам.

А сейчас он вдруг озаботился своим мятежным кузеном, скажите пожалуйста! А что дальше? Вспомнит о боярах? Которых можно было разгромить и ослабить на многие десятки лет, а то и навсегда, напав после их войны с Рейхом? Ведь и формальный повод тогда был неплохой — бояре заключили мир с врагом в обход Империи и Императора. Да, имели, по букве закона, такое право — но правильно раскрученная и поданная в обществе, эта история могла развязать им руки. Но и тогда инфантил на троне запретил им действовать…

Каждый раз, когда дело доходит до необходимости реальных действий, Николай Третий превращается в нерешительного, трусоватого размазню, сдающего назад. И если раньше Залесского слабость монарха только радовала, ибо играла ему на руку, то в последние годы она уже не раз вынуждала его отступать там, где нужно было действовать решительно и без проволочек.

Казалось бы, что может проще — просто не ставь государя в известность и действуй на свое усмотрение! Да, с боярами силами одной лишь Канцелярии ничего поделать не удалось бы, но зато того же Павла Романова или реинкарнатора — устранить первого и пленить второго незаметно, силами одних лишь небольших элитных сил, было вполне возможно.

Однако Император в обоих случаях загодя отдал приказы о том, что делать дозволено, а что нет. И если в случае со своим кузеном Залесский хотя бы теоретически мог понять ход мысли Николая — пусть и оставаться с этим несогласным, но по крайней мере понимать его… Нежелание Императора прикончить главную угрозу своему правлению он списывал на банальную сентиментальность — в детстве и юности пара самых талантливых представителей Императорского Рода неплохо ладила и даже дружила. А ещё в случае гибели Второго Императора от рук Канцелярии он мог стать в глазах многих мучеником и символом, что объединит недовольных. До того, как Павел Романов выступит против Петрограда с оружием в руках, дав законный и неоспоримый повод разобраться с собой, всегда существовал риск, что его убийство принесет больше вреда, нежели пользы.

Залесский был не согласен с подобным подходом и ратовал за радикальное решение это проблемы, однако признавал, что определенная логика в противоположной точке зрения тоже имеется. Ну подумаешь, любит человек устроить дискуссию, как им разбираться с его врагом, а потом при каждой реальной возможности это сделать меняет решение? За этим человеком и похлеще странности водились…

Однако тот же реинкарнатор… Ладно, плевать, что это само по себе странно, что Император узнал о его существование не от него и возможно даже раньше него. Но как понимать его приказ насчет парня? Делай что с ним что хочешь, но с одним условием — проблемы и противники, которые ты будешь создавать и посылать на него, должны быть хотя бы теоретически решаемы имеющимися у него силами⁈

И ведь прямые приказы самодержца нарушить он не мог… Вот и приходилось изгаляться, вместо того, чтобы с самого начала отправить за тогда ещё беспомощным пареньком пяток Архимагов, дабы привели с гарантией…

С первого дня на своей должности он всеми способами боролся с душащими и ограничивающими его магическими клятвами, и большую из них он уже давно успешно обошел, обманул, перекинул на других людей, снял или ослабил до безопасного минимума. Держались пока что лишь самые ключевые, но и тут он постепенно одерживал верх.

Например, теперь он имел возможность вести дела даже с теми, с кем Империя вела войну. И это принесло ему уже немало пользы…

— Что ж, достаточно! — прервал, наконец, ко всеобщему облегчению Император всю эту бессмысленную демагогию. — Меня радует, все вы столь серьёзно относитесь к этому важнейшему вопросу. И горячность, с которой вы спорите и предлагаете решения этой проблеме, достойна похвалы, однако, выслушав и приняв к сведению предложения и аргументацию всех сторон я вынужден констатировать, что время решительных мер ещё не наступило. Однако то, как вы полны решимости…

Ну наконец-то! Полтора часа сотрясений, результатом которых, как обычно, стало полное отсутствие результата, подошло к концу, и теперь можно пойти и заняться чем-то действительно важным…

— Задержись, Богдан Ерофимович, — коснулась его разума мысль Императора, когда тот, закончив свой спич, отпустил присутствующих. — Подожди несколько минут за дверью кабинета.

Просьба Николая Романова была несколько неожиданной — обычно после подобных посиделок он шел упиваться вином и развлекаться с очередными фаворитками. Однако спорить и тем более возражать желаниям монарха Залесский, разумеется, не стал. Обойдя входящих в арки пространственных переходов чародеев, он вышел из кабинета, не забыв затворить за собой дверь.

Внутри остались лишь Императрица, сам государь и цесаревич, что так и не обронил ни слова за всё это время. Пытаться подслушивать или, упаси господь, ещё как-то провоцировать охранные чары императорской резиденции — ищите дурака! В этом месте, рискни он стать мишенью защитных систем, даже вся его мощь не спасет от гибели. Оглядев четвёрку замерших истуканами в парадной броне Старших Магистров лейб-гвардии, Залесский лишь молча хмыкнул и принялся терпеливо ждать.

Общение августейшей четы продлилось около четверти часа, после чего дверь распахнулась сама собой, приглашая на разговор заждавшегося гостя.

— Итак, друг мой, рассказывай, — потребовал Николай.

Начальник Тайной Канцелярии миновал две трети немаленького помещения и остановился в нескольких метрах от него. Цесаревич на этот раз сидел справа от государя, на месте, где совсем недавно находилась его мать. Которой, к слову, в кабинете уже не было…

— Что именно, мой государь?

— Ну например, как так вышло, что о наличии у Швеции мощного морского флота, причем вполне себе современного, оснащенного отличными английскими пушками и построенного далеко не самой дешевой магической древесины из наших лесов, стало известно лишь тогда, когда этот самый флот на нас напал? — чуть склонил набок голову самодержец.

Богдану Ерофимовичу вопрос не понравился, если не сказать грубее. Даже не сам вопрос — он-то как раз лежит на поверхности. А вот тон, взгляд, мимика, постановка и построение… И тем не менее своего удивления Залесский ничем не выдал, начав отвечать сходу.

— Шведы строили и копили суда тайно, мой государь, — заявил он. — Держали его подальше, маскировали под суда той же Британии или использовали в отдаленных регионах. Потому они и сумели ускользнуть от нашего внимания!

— Угу… Допустим, допустим… А что насчет Кристины Успенской, что все эти годы скрывалась у тебя под носом — прямо на вшивом эстляндском островке в Балтийском море?

— Государь, она Маг Заклятий школы Пространства. Магов этой специализации, даже с невысокими рангами, найти и уж тем более поймать непросто, что уж говорить о достигшей восьмого ранга?

— Тогда другой вопрос — почему Османская Империя и Британия на пару теснят в море нашего, фактически, единственного союзника — Испанию, что спасла нас в том году от полного разгрома, оттянув на себя изрядную часть османского флота и их чародеев?

— Я не начальник Генштаба Империи, мой Император, и не Министр Иностранных Дел, — пожал он плечами. — А вопрос помощи Испании находится в компетенции этой парочки, в зависимости от выбранного метода помощи…

Император задавал и другие вопросы, и с каждым из них Залесскому все меньше нравилось происходящее. Во первых, Николай Третий никогда всерьез и глубоко не интересовался его профессиональной деятельностью, если речь не шла о выполнение данного им же напрямую поручения или интриг столичной знати. А во вторых — все вопросы, которые он задавал, были из числа тех, честный ответ на которые выставил бы его где изменником, где полностью некомпетентным в своей работе, а где и вовсе практически уголовником.

Николай Третий никогда не обладал острым умом. Наоборот, то был примитивный, очень поверхностный и невнимательный человек… Во всяком случае, так казалось Богдану Ерофимовичу.

Так было до этого дня. Сейчас перед ним сидел насмешливый, ироничный, умный и явно хорошо осведомленный человек, который уже почти откровенно потешался ответам начальника Тайной Канцелярии.

— Давай подведем итоги нашего разговора, друг мой. Я задал тебе одиннадцать вопросов, Богдан, и ни на один не получил внятного ответа. Если суммировать услышанное от тебя, напрашиваются следующие выводы — мою Тайную Канцелярию способен обвести пальца даже ребенок, моя Канцелярия не способна ловить и обезвреживать предателей и шпионов, хотя это вообще ваша самая главная и первоочередная задача. Формирование Рейха, не говоря уж о том, что он изначально был нацелен на нас, подобно тарану на ворота, вы тоже проспали…

— Я не отрицаю, что у нас тоже были и есть ошибки и недоработки, мой Император, — твердо ответил чародей. — Но не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Главное, что побед и успехов у нас счету гораздо больше, чем промахов!

— Видишь, Алексей? — поглядел на цесаревича Император. — У нас топят целые флоты и вырезают полноценные армии, на нас из тумана выныривают неучтенные за десятки лет, потребовавшиеся на их создание флотилии из сотен кораблей, внезапно предают болгарские и прочие «братские» народы, защищать коих от осман мы полезли — а начальник Тайной Канцелярии заявляет, что у них побед больше, чем промахов! Ну ладно…

— Да уж, а ведь они себя едва ли не лучшими в мире открыто величают, — с усмешкой покачал головой Алексей Романов.

Ситуация уже порядком бесила Залесского. За последние десятилетия он окончательно отвык от того, что кто-то может отчитывать его. Даже сам Император никогда прежде не позволял себе подобного обращения в его адрес.

И сейчас, выслушивая, что самое обидное, справедливые в целом упреки, он медленно закипал.

— Я знаю, что это ты устроил так, чтобы мой младший сын отправился с армией к Выборгу. И что это по твоей указке ему внушали идею взять командование битвой в свои руки, а также поучаствовать в сражении лично. Знаю и о том, что ты неоднократно нарушал мой приказ оставить Александровскую губернию. Даже в курсе, что ты лишился одного из своих холуев, послав его разрушить Николаевск…

А вот теперь из тона Императора пропали вообще всякие шутливые, веселые или хотя бы тёплые нотки. Лицо стало непривычно серьёзным, а радужки слегка прищуренных глаз светились тёмно-лиловым светом.

— Я всё это знал и закрывал глаза, глупая пиявка. Мне плевать на твои мелкие махинации, на то, какую награду тебе дал Фолькунг или какого дьявола твои люди больше года вели партизанскую войну в собственной стране против своих же. Повторюсь — мне действительно начхать, что ты делаешь и с кем, пока твои действия не выходят за обозначенные мной рамки и не идут против моих приказов. Но терпеть неповиновение и нарушение моих приказов я больше не собираюсь… Непослушных псов, Богдан, обычно ничего хорошего не ждет. Я их и вовсе убиваю… Так что не забывай, чья ты псина, Залесский, и не разочаровывай меня больше. Ясно?

На миг кровавый чародей не сдержал свою ауру, полную ярости, и так подобно могучему цунами обрушилась на окружающих. Цесаревич, не ожидавший ничего подобного, рухнул лицом на стол, лишившись сознания. Недавно ставший Архимагом, он был неспособен выдержать подобное давление вблизи без активного использования магии. К которой он банально не успел прибегнуть…

Удивило чародея совсем не это. Богдана Ерофимовича Залесского удивила реакция Его Императорского Величества.

— Псина показывает клыки? — вскинул он левую бровь. — Тебя действительно надо хорошенько пнуть, чтобы раз и навсегда запомнил, на кого хвост поднимать можно, а на кого нет…

Внезапная тяжесть рухнула прямо на ауру и саму душу чародея, надавила многотонной каменной плитой на плечи, заставляя сбиться с дыхания и пошатнуться, справляясь с давлением силы сидящего напротив чародея.

Что ж, одно Залесский понял точно — с титулом сильнейшего мага в Империи он явно поспешил.

Глава 5

— Я соскучился, моё солнце и звезды. И счастлив видеть даже такую, хмурую и недовольную мордашку. Иди сюда!

Белокурая красавица в изумрудном, под цвет глаз, платье, шагнула вперед и позволила себя обнять. Крепко прижав к себе пискнувшую от неожиданности девушку, я приподнял её и закружился на месте.

— Ай! Медведь! Варвар! Дикарь! — придушенно и едва сдерживая смех вскрикивала Хельга. — Отпусти! Ну пусти-и-и-и…

Моя невеста уже весело хохотала, беспомощно попискивая в моих объятиях. От былой недовольной и холодной мины не осталось и следа — не ожидавшая от меня подобного поведения девушка сдалась моему радостному настроению.

Остановившись, я приподнял её в воздух, так, чтобы наши лица оказались на одном уровне в десятке сантиметров друг от друга. Глядя в бездну изумрудных глаз с расширенными зрачками, выдававшими радость Хельги, я с улыбкой поинтересовался:

— Так чем я расстроил мою прекрасную госпожу?

— Ничем. Лучше расскажи, кого это ты с собой привел? Что за девка, которую ты, даже не посоветовавшись со мной и остальными, собрался сделать частью Рода? И опусти меня пожалуйста — ты мне всё платье смял и прическу испортил. А нам выходить на Совет — не могу же я туда в таком виде явиться!

— Кристина Успенская, — ответил я, осторожно опустив девушку. — Погоди, какую прическу? Волосы ж просто распущены и за спину откинуты были. Как я мог испортить то, чего не было?

— Ох, Ари… Знаешь, вот ты вроде уже вторую жизнь проживаешь, тебе, по твоим словам, больше трехсот лет — а в некоторых вещах ты как был слеп, так и остался. Тут уж никакая магия не поможет… В общем, просто знай — это была укладка. И не уходи от темы — что там за Успенская и зачем она здесь⁈

— Она Маг Заклятий, и уже это достаточная причина, чтобы желать её заполучить, — пожал я плечами.

Хельга в ответ лишь фыркнула. Вот умеют женщины такое — ни слова не сказала, но одним звуком передала все, что думает по этому поводу и своё отношение к сказанному.

— Погоди, ты что, ревнуешь меня к ней? — дошло до меня. — Серьезно?

— Ревную⁈ Вот еще! — вздернула она подбородок. — Не говори глупостей! Я просто хочу знать, кого и зачем ты к нам привел — если ты не изменил своих планов и не передумал, я скоро буду твоей женой и частью этого Рода. Но если ты решил, что я тебе больше не подхожу…

— Хельга, — перебил я начавшую закипать девушку. — Посмотри на меня. В глаза посмотри… вот, умница. И послушай — я люблю лишь тебя, и все остальные меня интересуют лишь в качестве врагов или союзников. Как женщину я вижу лишь одну тебя. Я хотел объявить это более торжественно и в присутствии всех наших друзей… Ну да Творец-Всесоздатель с ними.

Я взял руку девушки и крепко сжал тоненькие, хрупкие пальчики. Пальчики сильного Архимага, способные сминать незачарованный металл, испуганно дрогнули, но выдергивать ладошку не стала.

— Я не хочу ждать ещё месяц, и потому наша свадьба состоится через три дня. Здесь, в Николаевске. Приглашения уже разосланы всем — и тем, кого мы сами хотели бы видеть, и всей аристократии губернии… Я хотел сделать тебе приятный сюрприз, поэтому молчал, но раз уж оказалось, что ты у меня такая ревнивая…

Хельга молчала целую минуту. А затем, ухватив меня за ворот, швырнула на жалобно скрипнувшую от такого обращения кровать. Глядя, как платье девушки само собой снимается и отлетает в сторону, я решил сдаться на милость моей пленительницы и не оказывать сопротивления. Это оказалось весьма мудрым выбором с моей стороны…

Через некоторое время, лежа на смятых простынях, прильнувшая ко мне и довольная, едва ли не мурлыкающая Хельга вновь напомнила мне о прерванном разговоре:

— Так зачем здесь эта Кристина?

— Ты опять? — тяжело вздохнул я.

— Нет-нет, я сейчас не из ревности, — с усмешкой заверила меня красавица. — Ты сейчас был достаточно убедителен, демонстрируя свою любовь, так что пока что я тебе верю.

— Пока что?

— А ты как думал? Почаще доказывай, если не нравится! — хихикнула она.

— Я постараюсь, родная, — погладил я её по голове. — Что ж, насчет Кристины… Она не просто Маг Заклятий — её основная специализация Пространство.

— Погоди, ты имеешь ввиду… Но это же такие возможности! Она ведь ценнее трех обычных Магов! Как она оказалась в твоих руках⁈

Я рассказал девушке историю нашего знакомства. Да и вообще все, что происходило со мной в Прибалтике.

Благодаря Кристине мы оказались в окрестностях Николаевска за один переход. В самом городе и на десяток километров вокруг него у нас стояла постоянная блокировка Пространства — в последние годы этот тип защитной магии сталь обязательным элементом оборонительных систем любого действительно значимого города. Слишком часто в этой войне вражеские армии сваливались нам наголову буквально из ниоткуда… Да и мы сами не раз использовали сей прием. Однако теперь лихие налеты с телепортацией прямо в центр не ожидавшего подобного города ушли в прошлое.

Мы прибыли буквально минут сорок назад. Я сразу раскрыл ауру и мы полетели над городом, опознанные и Хранителем Источника, и системой магической защиты города. В замке нас встретили Хельга и младший Петька — остальные значимые персоны в данный момент отсутствовали, и дергать их прямо сейчас, чтобы они мчались побросав все дела, я не хотел. Просто всем, кому надо, было сообщено, что я дома и хочу увидеть их всех к восьми вечера.

Петька остался развлекать гостью и показывать ей замок, я же, откланявшись, забрал с собой Хельгу и ушел. По идее, это я должен был сейчас сидеть с гостьей или показывать ей замок, но на этикет я решил плюнуть.

— Ты прав, за Кристину надо держаться обеими руками, — сказала она, выслушав меня. — Если надо будет, хоть второй женой возьмешь — это не принято и порицаемо в обществе, но учитывая нашу ситуацию с полным отсутствием твоих кровных родичей — тебя простят.

— Смотрите-ка, в ком-то проснулся политик и торгаш! — усмехнулся я. — И ты будешь не против, что я с ней сплю?

— А кто тебе это позволит, кобель? — царапнула она коготком. — Ладно, если серьёзно — выдадим за Петю. Привяжем к Николаевым-Шуйским, сделаем одной из нас, примем к себе и остатки её Рода, выделим в отдельную ветвь — у нас их уже итак девять штук, одной больше, одной меньше — погоды не сделает.

— Она разыскиваемый преступник класса «А», — напомнил я. — И ладно бы только это, плевать на идиотов, что попробуют сунуться… Но вот Тайная Канцелярия вряд-ли будет мириться с наличием ещё одного Мага со специализацией в Пространстве.

— Они в любом случае твои враги, так что наличие или отсутствие Кристины ничего особо не меняет. Польза от неё перевешивает все риски.

— Это да… Но я удивлен, что ты против моего решения. Так-то я планировал отдать её под руку твоего отца, — заметил я.

— Я — Николаева-Шуйская, а не Романова, — заявила она. — И теперь я забочусь в первую очередь о нашей семье! Папа же… Если ему будет нужна её помощь, он всегда может попросить об этом — ему ведь мы точно не откажем. А так — наличие Кристины будет ещё одной причиной дружить с нами, а не враждовать. Для всех тех, кто ещё этого не понял…

Мы провели в спальне всё оставшееся до большого Совета Рода время. Я действительно соскучился по Хельге — ведь даже до того, как я отправился в Прибалтику, я почти два месяца был постоянно чем-то занят, не уделяя ей время. Да и она без дела не сидела — так что работа поглотила нас обоих с головой. И эти пять часов, пролетевшие в любовных утехах, разговорах и вине, были воистину прекрасны. И, как и всё хорошее, закончились слишком быстро…

Зал Большого Совета, он же и зал Приемов — длинное помещение с высокими потолками и колоннами по краям, созданное в замке при помощи весьма сложной магии Пространства.

В зале было лишь два сидячих места. Два высоких трона, стоящих на возвышении — мой и Хельги. Пафосно и претенциозно, но мне нравилось. Сидя на своем месте, я воистину ощущал себя тем, кем являюсь — Главой Великого Рода, твердо стоящего на ногах во всей своей силе и славе.

Старейшины стояли обе стороны прямого, ведущего к тронам коридора. Ближе к стенам, между колонн. И глядя на количество Старейшин, я испытывал гордость за созданный мной из ничего Род.

Вернувшаяся Алёна, стоящая по левую руку от Хельги — она не просто Старейшина, она сильнейший член Рода. И знатнейший, если подумать — потомок главной ветви Императорского Рода, дочь предыдущего правителя…

Вдоль стен, по обе стороны зала, ближе к возвышению, стояли Архимаги — оба Пети, Алтынай, Андрей, Темный и Светлая. За ними шли Старейшины попроще — Старшие Магистры. Чародеи шестого ранга, становой хребет Рода, на которых большая часть не самых крупных, но весьма многочисленных проблем и забот.

Сорок три Старших Магистра — и это даже не все, а лишь те, кто был относительно свободен. Ещё двадцать шесть магов шестого ранга отсутствовали — возглавляющие и прикрывающие отряды, что бьют монстров на границах, охраняют наши караваны, идущие с товарами или возвращающиеся обратно…

Это сила. Хоть большинство из них пока новички, но все владеют как минимум базовым набором чар шестого ранга, полученных от меня. А базовый набор полученный от меня — это чары, что превосходят в качестве и эффективности девять из десяти заклятий подобного толка у других Великих Родов. А ещё они непрерывно получали алхимию, артефакты и обладали лучшими площадками для саморазвития — я об этом позаботился.

— Итак, друзья мои, объявляю Большой Совет Рода открытым!

Большой Совет — это не просто формальное собрание высших лиц Рода. Здесь и сейчас каждый из них имел возможность вынести на обсуждение свои идеи и предложения. Выдвинуть обвинения в чей-то адрес, высказать несогласие или вообще протест против каких-либо действий или политики Рода…

Старейшина — это не просто звучный и красивый титул. Старейшины — это люди, которые обладают реальной властью в Роду. Они априори выше положением, чем рядовой члены, они могут приказывать и требовать исполнения своих приказов.

Они те, к кому обращаются со своими проблемами младшие члены Рода. Те, кому доверяют курировать важные направления нашей деятельности — заводы, меньшие города, гарнизоны и отряды, хозяйство Рода, приглядывать за порядком на землях и следить за тем, чтобы соблюдались наши и имперские законы… В общем, это действительно занятые люди, обладающие властью и влиянием. Те, кто постоянно взаимодействует с основной массой членов Рода и его вассалов. И их мнение не учитывать было бы неразумно — на то они и Старейшины, чтобы держать меня в курсе настроений и состояния моих подданных. Поначалу они были больше формальностью, но сейчас, по прошествии более чем полугода, они наконец оформились в то, кем и должны быть — пронизанные связями и договоренностями, представляющие интересы разных групп в Роду и говорящие от их имени. И от их имени идущие на компромиссы, получающие согласия и отказы — политика в чистом виде, как она есть.

— Мой господин, а вы к нам… ну, надолго? — подал голос один из Старейшин.

— А что, уже гонишь меня обратно, Матвей? — усмехнулся я прошедшему со мной всю дальневосточную эпопею ветерану. — Неудобно свои делишки в моем присутствии проворачивать?

— Да ну вы что, господин! — возмутился под смешки остальных пожилой волшебник. — Я наоборот — хотелось бы, что бы вы остались! Ну или, коль уходите, Христом-Богом заклинаю — ну возьмите с собой побольше наших! И меня возьмите, нето я плесенью покроюсь… Я же знаю вас, Аристарх Николаевич — вы уж не обижайтесь, но дури… То бишь удали лихой, молодецкой через край. Всегда в самую гущу лезете, где вас и прибить могут. А я не хочу, чтобы вас прибили! Хельга Павловна, конечно, женщина мудрая и уважением всеобщим пользуется заслуженно, но всё ж — без хозяйской твердой руки Роду тяжко приходиться. Нам всем спокойнее будет, коли подле вас будет отряд надежных боевых магов, что сумеют, случись такая нужда, и спину прикрыть, и из боя вытащить, коли не дай Бог ранят…

— Матвей, я тебя услышал, друг мой, и обязательно учту всё тобой сказанное, — под улыбки присутствующих поднял ладони в примирительном жесте я. — Но сейчас разговор не о моей безопасности, а о делах Рода.

— Так а что вы улыбаетесь? Смешное что-то услышали? Не дай боги Аристарха Николаевича прибьют — как это скажется на этих ваших «делах Рода»?

Матвей, раскрасневшийся и возмущенный, с вызовом оглядел присутствующих, явно надеясь, что найдется кто-то достаточно безрассудный, чтобы вступить в этот бессмысленный спор, но дураков не нашлось. Улыбки, покачивания головой и молчание были ответом Старейшине.

— В этот раз я возьму с собой отряд поддержки, — обратился я к нему. — Со мной будут почти все наши Архимаги, а также три десятка Старших Магистров. Тебя, так и быть, тоже включим в список. Доволен?

— Полностью, господин! — поклонился чародей, возвращаясь на своё место.

После первого, пусть и весьма своеобразного, выступающего, лед тронулся и Старейшины начали отчитываться. Для них это был непривычный формат — мы впервые проводили этот Совет как положено. Но народ втянулся, и дело пошло весьма резво.

В целом, в самых общих чертах, я итак знал, как у нас дела. Но мои знания были примерно на уровне «всё нормально, происшествий не было», а тут получилось куда подробнее. И интереснее для меня — ведь сейчас я слушал о плодах, посеянных и взращенных за всё то время, как мы прибыли из Магадана

И дела шли весьма неплохо. Даже лучше, чем я надеялся в самых смелых ожиданиях. Тысячи магов низших рангов, получивших дар на Нежатиной Ниве, за эти месяцы окончательно пристроились и влились в жизнь наших земель.

Почти две трети работала на наших артефакторных и алхимических производствах, на разного рода аграрных работах — поддерживая своей маной и помогая расти быстрее и лучше магическим растениям низших рангов или увеличивая питательность и урожайность почвы на землях, отведенных на весну под засадку и засев.

В этом плане нам очень повезло. Используемые нашими друидами чары на повышение урожайности земли требовали огромных вливаний маны — причем не разово, а постоянно, ибо иначе очень быстро прекращали работать.

Мало у кого было достаточно свободных чародеев, которые могли бы на постоянной основе сливать ману в землю — для такого их требовались тысячи. У тех же Великих Родов она были — но то были офицеры, артефакторы и прочие важные для существования Рода люди, оставлять которых на постоянной основе без сил было бы глупо и невыгодно. Те же боевые маги — на Фронтире в любой момент может случиться что угодно, и если ты попадешь под удар, когда почти все твои маги пусты…

У нас же было решение этой проблемы, и мы его использовали. И теперь в скором времени намеревались перестать зависеть от поставок провизии… Хотя бы частично. Вырастим рожь да пшеницу, ну или что там растят, картоху, лук и прочее — цены на еду сейчас космические по сравнению с европейской частью страны. А у нас будут нормальные, раза в четыре ниже нынешних — люд будет в восторге.

Заводы тоже радовали — они работали в шесть смен, круглые сутки — заказами мы были завалены по уши. И военные, и производители бытовых артефактов.

Количество заводов увеличилось — когда я улетал несколько недель назад, дополнительные производства только строились, а сейчас стояли и вовсю работали. Сейчас у нас уже было семь оружейных и четыре бытовых производства, плюс четыре алхимические лаборатории по производству препаратов от первого до третьего ранга. И в истерзанной несколькими войнами и вторжениями провинции всё это разлеталось, как пирожки.

Подросло и население. Несколько магов восьмого ранга, мощнейшая армия, воздушная эскадра и больше тысячи чародеев от четвертого до шестого ранга — под такой защитой хотели жить очень многие. Тем более народ справедливо считал, что все, наша губерния уже отвоевалась и в ближайшее время будет спокойно.

Николаевск уже начал обрастать дополнительными, находящимися за пределами городских стен кварталами — рассчитанный на три сотни тысяч населения город уже населяли свыше четырех сотен тысяч. Работы в городе и окрестностях для народа было навалом, а вот с жильем наметились проблемы — однако люди в складчину нанимали строительные бригады с магами земли, что специализировались на строительстве, и те вовсю строили многоэтажные, простые дома.

Это тоже была головная боль — требовалось всё это как-то упорядочить, увеличить линию укреплений и так далее… И всё это требовало денег — собственно, с просьбой выделить ещё денег и вышла мэр города. Крик души усталого, измученного человека даже меня пробрал.

— Мы выделяли вам двести тысяч на прошлой недели, Анна Васильевна, — строго ответила за меня ничуть не впечатленная Хельга. — И вы клятвенно заверяли, что всё просчитано и денег хватит на месяц. А теперь, не прошло и пяти дней, а вы уже снова клянчите… Я начинаю сомневаться в компетентности — только ещё не решила, в чьей. В вашей или вашей команды…

— Я с самого начала говорила, что не подхожу на эту должность! — возмущенно всплеснула руками та. — Сделайте милость, снимите меня с этой должности — сил нет следить за работой моих «помощников» и не давать воровать! Вы говорили, что со временем сама всё пойму и научусь с помощью советников — но, видать, правду говорят, что старого пса новым трюкам не выучить. Я боевой маг — была им всю жизнь и останусь до гроба, видать. Командовать ротой? Батальоном? Да хоть бригадой — пожалуйста! Бить тварей или прикрывать своих щитами — с удовольствием! Но копошиться в этих бумагах с норовящими меня надуть хапугами — сил моих нет! Моя бы воля — я бы им всем головы поотрывала!Шестидесятилетняя Анна Васильевна Николаева-Шуйская, выглядящая на лет тридцать за счет сердца Сибирского Дракона шестого ранга и за счет этого не только подросшая в ранге, но и получившая продолжительность жизни от трёх до пяти веков, тоже была из тех, что на Нежатиной Ниве дралась до конца и по колено в крови. В тот день благодаря нашей с Императором Мертвых Силе Душ она, в числе многих, взяла пятый ранг. А с Сердцем Дракона чуть позже — уже шестой.

— Что там у вас с деньгами? — вмешался я в начинающуюся ссору.

А власть Хельги далеко не так абсолютна, как я считал. Нет, её уважают и так далее, но до беспрекословного повиновения очень далеко. Впрочем, оно и неудивительно — как и везде, у нас на высших должностях стояли в основном сильнейшие, а не умнейшие. Да, здесь присутствовали и исключения — маги меньших рангов, но тоже имеющие статус старейшин. Мой Шапкин и вся его команда — в ней был лишь один Старший Магистр. Остальные — пиковые Мастера и Младший Магистр, сам Шапкин. Прочие, судя по аурам, тоже получившие сердца шестого ранга, скоро возьмут пятый ранг… Но ещё не взяли, и все равно моим указом стали Старейшинами. Я помню, с кем начинал и насколько много они сделали для меня и Рода тогда. Я обещал им Великий Род, в котором они будут не рядовыми дружинниками, а кем-то большим. И обещание сдержал…

Кстати, никаких предубеждений к этим ребятам за их относительно низкие ранги ни у кого не было — почти все, кто сейчас находился в зале, в своё время сами были рядовыми чародеями моей гвардии и служили под началом кого-нибудь из этой десятки. Потому относились к своим бывшим командирам с уважением.

В общем, первый серьезный Большой Совет Рода затянулся надолго и кончился глубоко заполночь. Я вообще-то планировал лишь сделать пару объявлений и распустить народ, но перед самым началом моя красавица посоветовала мне послушать людей и вообще провести его, как положено.

Нет, её резоны мне были понятны… Но лишь слушая людей, решая их споры, обещая в чем-то помощь, кого-то хваля, кого-то порицая… В этот момент я невольно подумал — надо было устраивать это раньше и чаще.

Людям нужно было выговориться. Услышать оценку их трудов от своего господина, от того, за кем они пошли в своё время и идут до сих пор. Будучи людьми военными в большинстве своём, они хотели видеть своего командира и знать, что он о них не забыл.

В общем, часам к четырем утра я слушал уже последнего из Старейшин. И, надо сказать, слушал внимательно и с интересом — ибо это был никто иной, как Владимир Приходько, доросший до ранга Старшего Магистра. Обладатель сердца лешего, что был почти седьмого ранга…

— Рубежи на направлениях, откуда лезут твари, укреплены, конечно, хорошо, но этого недостаточно, господин Аристарх, — твердо говорил он. — Помните, в те времена, когда мы вместе служили в Имперской Страже, мы оказались отрезаны от основных сил и были вынуждены выживать в тылу врага?

— Такое не забудешь, — кивнул я. — Твоё тайное убежище в лесах тогда спасло нас всех.

— Моя мысль в чем — обустроить вокруг границ на расстоянии двух дневных переходов такие вот лежбища-укрытия, усиленные чарами и имеющими запасы самого необходимого — лечебной алхимии, пищи да патронов. Создать сеть вокруг наших территорий — чтобы наши люди, что отправляются на охоту за тварями, было куда отступить и отсидеться в случае неприятностей. А в идеале — создать артефакт, способный подать сигнал о помощи и точно указать, откуда он исходит.

— И снова я тебе отвечу — ну нет у нас ресурсов, чтобы подобными проектами заниматься, — устало, но решительно заявил Петр. — Задумка, признаю, действительно хорошая и пользы принесет немало — но сейчас мы её реализовать нечем!

— Неужели казна настолько пуста, что даже на такое не хватает? Мы немало добычи с ребятами продали и можем взять на себя половину, даже две трети расходов — но всю сумму нам не потянуть.

— Да золота как раз вдосталь! — хмуро ответил Петр. — Только вот что ты тем золотом построишь? Золото само по себе колдовать не умеет, чтоб ты знал! Нет свободных землевиков-строителей, нет лишних магических материалов на производство артефактов-маскировок для каждого убежища, нет ритуалистов, что соединят всё это в сеть… Короче — единственные, кого ты сейчас найдешь на свой проект вдосталь — это землекопы. Они тебе за копейки сколько угодно землянок накопают… А вот спецов свободных нету, и даже золотом это сейчас не решить!

— Можно дождаться, когда освободятся, можно оторвать от второстепенных работ…

— Второстепенная работа — это твоя задумка с убежищами, — оборвал его Петр. — Они заняты работами, от которых толку вдесятеро больше.

— Это какими, например? — вмешалась Алтынай. — Неделю назад освободились, закончив свои работы, семеро магов-строителей. Один шестого, один пятого и пять четвертого. Хорошие, грамотные спецы, их даже нолдийцы хвалили. Хотела я к ним обратиться, пошла искать — а их нету, и след простыл… И у дома их лидера, Старшего Магистра, я ощутила твой запах. Куда деваются эти строители⁈

— Это закрытая информация, — спокойно ответил Пётр. — Дело, касающееся внутренней и внешней безопасности Рода, которой занимаемся я и мои люди.

А мысленно, уже для одной Алтынай (я подслушал на автомате, из любопытства) он добавил:

— Они живы-здоровы и через дней десять вернутся, но мне и моим людями позарез требуется, чтобы они закончили свою работу.

Этого ответа хватило, чтобы Алтынай кивнула и не стала продолжать. Приходько же переводил взгляд с меня на Петра и, кажется, уже понял, что и в этот раз его проект отвергнут.

Однако, на удивление, в дело влезли пятеро других Старейшин. Говорящий от лица всей своей десятки Шапкин и четверо других, занятых на разных направлениях. Прямо в зале, за пару минут была, они договорились о том, кто чем может помочь. Послушав их и прикинув все за и против, я, вопреки кислым лицам некоторых, согласился профинансировать строительство. Пусть будет — я слишком хорошо помню, каково это, оказаться слабым Учеником с горсткой слабаков и не магов в тылу монстров. Такие убежища сохранят нам немало жизней…

В общем, в полчетвертого утра Совет был наконец окончен. Старейшины уходили в целом довольными — многие спорные вопросы и моменты, разрешить которые имел право и мог лишь я, Глава, наконец были решены. Да и вообще — бывшим простолюдинам весьма польстило и понравилось, дало ощутить весь объем изменений в их жизни — ещё несколько лет назад они были никем, а сейчас выходили с Большого Совета Рода, причем Великого. Выходили не мелкими служками, а Старейшинами и могучими магами…

Не стали продолжать и мы — я с Хельгой ушёл в спальню, и до самого обеда пробыл именно там… А вот затем, поев и немного выпив, собрал Малый Совет — тот, в который входили самые значимые и доверенные члены Рода. Ну и самые сильные, само собой…

Здесь же была и Кристина Успенская, с которой надо было уже что-то решать. Нашу гостью представил Петя, который, оказывается, действительно провел с ней вчера весь день.

— Что ж, раз с расшаркиваниями закончено, можно уже перейти к делу, — заявил я, усаживаясь во главе длинного стола.

Остальные тоже расселись — места хватало всем.

— Госпожа Успенская, у нас имеется два варианта решения вашей проблемы, — продолжил я официальным тоном. — Первый, самый простой и очевидный — я договорюсь с господином генерал-губернатором, чтобы вы были всегда подле него. Рядом с ним, как вы понимаете, вы будете в полной безопасности — он и сам весьма силен, и охрана соответствующая.

— Он, может, и силен, но у Тайной Канцелярии найдется кто-то, кто сможет как минимум взять его на себя, пока меня убивают!

Она это сейчас всерьез?

— Во первых, госпожа Успенская — Тайная Канцелярия никогда не решится напрямую напасть на господина Романова — он Старейшина Императорского Рода и глава второй по силе и значимости ветви. И это только самое банальное и первое, что пришло в голову — причин, по которым этого не произойдет, великое множество.

— А во вторых — Алёна, продемонстрируй нашей гостье всю свою ауру, пожалуйста.

— Как скажешь, мой господин, — довольно улыбнулась она.

Обрушившееся могучее давление Мага Заклятий семи Заклятий заставило Кристину побледнеть и пошатнуться. Нет, это её не сломило — волшебница создала защиту, не пропускающую давление, почти мгновенно. Однако цель была не в том, чтобы доставить ей дискомфорт…

— Алёна значительно уступает в силе, навыках и количестве великолепнейших артефактов нашему генерал-губернатору. Как вы думаете, много ли есть магов, что рискнут выйти против такого противника?

— Хорошо, я поняла. А какой второй вариант?

— Он, не буду скрывать, мне больше нравится и выгоден нам напрямую, — честно сказал я. — Вы и все ваши родичи, сейчас лишенные статуса Рода и обладающие лишь личным дворянством, станете частью Николаевых-Шуйских. Отдельной ветвью, представлять которую будете вы — в качестве не просто Старейшины, но и члена нашего Малого Совета, в который входят самые доверенные и влиятельные члены Рода. Я не могу гарантировать вам, что с нами вам будет лучше, чем у Павла Александровича, но могу сказать так — мы много раз сталкивались и даже сражались с Тайной Канцелярией, в том числе с их Магами Заклятий. И ещё ни разу не проиграли!

Кристина задумалась. Чародейка молчала с пару минут, и я был уверен, что она выберет первый вариант — это был самый очевидный и логичный выбор. И второй вариант я предложил лишь по настоянию Хельги.

Чтож, ответ Кристины определенно меня удивил.

— Я стану частью вашего Рода, Аристарх Николаевич, — решительно заявила она и посмотрела на Хельгу. — Не обижайтесь, Хельга Павловна, но я помню те времена, когда ваш отец и нынешний Император ещё были дружны. Знаю, ныне их отношения абсолютно противоположны, но… Я уже однажды обожглась на дружбе с одним из влиятельных Романовых. Возможно, я слишком мнительна, но проверять не хочется. Как говорится, лучше синица в руке, чем журавль в небе. Да, простите за сравнение с синицей, Аристарх Николаевич, я не хотела оскорбить…

— Да всё впорядке, я всё понимаю, — с довольной ухмылкой отмахнулся я. — Тем более если сравнивать нас и Павла Александровича — то разница примерно соответствует сказанному вами. Чтож — предлагаю не терять время и принести все необходимые клятвы на Алтаре Рода. А после продолжим Совет — и вы будете уже не гостем, а одной из участников.

Алтарь Рода находился как раз недалеко, парой этажей ниже — в самой защищенной части моего замка. Находящийся на четвертом этаже донжона большой кабинет, в котором и я с ребятами иногда отдыхали перед камином, сидя или лёжа на шкурах. Там были шашки, шахматы, тавлеи, несколько дорогущих артефактов, позволяющих моделировать сражения или целые войны — каждый из игроков командовал своей армией из маленьких, кажущихся живыми человечков семь-восемь сантиметров ростом… Артефакты седьмого ранга, способные воспроизвести почти любые реальные войска и технику всех сколь либо значимых держав. Место, где Петр был неизменным чемпионом — с ним тягаться мог лишь я, но я не слишком часто здесь бывал.

В общем, это место имело небольшой секрет — тщательно замаскированная и укрытая чарами дверь в стене, ведущая во вторую половину помещения. Там, в расширенном магией Пространства зале и лежал зачарованный, полный сил и магии необработанный крупный камень в два человеческих роста. Алтарь Рода Николаевых-Шуйских во всей красе!

Мы с Кристиной обменялись всеми необходимыми клятвами, которые мы засвидетельствовали перед Алтарем, а затем девушку охватило сперва алое, а затем золотое и зеленое свечения.

Создавал Алтарь я, и он был частичным отражением моих сил. И эти свечения — то, что он перенял от моих Молний.

Девушка сжала кулачки, зубы заскрипели а из с силой зажмуренных глаз потекли капельки слёз. Будь на её месте не то, что не одаренный, а кто-то ниже Младшего Магистра — его бы убило. Но Маг Заклятий, пусть и явно не боевая и не имеющая ни характера, ни опыта воина, выдержала, почти не пикнув.

Алтарь Рода… То, что он сделал, сложно объяснить, и такое удается сделать только с Архимагами и выше — Магистры, хоть и выдержат процедуру, но толку от неё не получат.

В общем, кровь Кристины теперь отчасти схожа с моей, что ли? В ауре, энергетике и самой оболочке душе тоже некие отметины, что делают её Николаевой-Шуйской — чем-то вроде какой-нибудь мой четвероюродной сестры. Кстати, все, добравшиеся до седьмого ранга, тоже уже бывали здесь. Через минут сорок девушка достаточно пришла в себя, чтобы мы вернулись к остальным и продолжили совет.

— А вот теперь скажите мне, как там дела с Соколовыми? — обратился я к присутствующим. — Что там Дороховы?

— Дороховы, руками третьих Родов, всеми силами не дают Соколовым уйти, — ответил Петр. — Постоянное давление и стычки на границах, провокации и оскорбления… Им тяжело сейчас даже на своих Родовых Землях — а уж о том, чтобы собраться и двинуться к нам и речи не идет. Дороховы и их прихвостни уничтожат Род, если те двинуться к нам — они будут слишком уязвимы в походе. Недавно они вообще решили устранить саму Соколову — захватили один из городков на их землях, перебили с особой жестокостью всех бойцов и магов, взятых в плен после боя. Ну и в городе начали куролесить… А в лесу тем временем засел сам Дорохов с несколькими приближенными. Вот только на его беду в тот момент там была Алёна, прибывшая, чтобы попытаться воззвать к разуму Дороховых… Что ж, даже удирал он из рук вон плохо — Алёна успела прикончить нескольких Старших Магистров. И теперь они явно собираются ударить всеми силами, не тратя время на игры. А полновесная армия Великого Рода… Едва ли даже Алёна сумеет отразить их атаку.

— А много их, этих ваших Соколовых? — поинтересовалась Кристина.

— С их гвардейцами, ближними слугами и вообще всеми теми, кто был согласен переехать в наши края вместе с Родом — тысяч одиннадцать. И это не считая всего их скарба… Понимаю, о чем вы подумали, Кристина, но даже вам вряд-ли…

— Одиннадцать тысяч человек даже с частью их имущества я могу провести сюда в один заход. Сильные артефакты и всякие там воздушные суда и пилотируемых големов — второй. В общем, часиков за пять-семь управимся. Правда, это всё с условием, что не будет блокировки пространства — иначе всех за раз не унесу.

Вот сейчас на спокойно сидящую женщину впились сразу все взгляды.

— Так чего мы ждем? — первым заговорил Петя, потирая руки. — Открывай портал, Крис — пойдем творить добрые дела!

Глава 6

Портал открывался с явным трудом. Так как с нашей стороны никаких помех не было, ибо мы находились на достаточном отдалении от Николаевска, чтобы нам не мешала блокировка пространства, вывод напрашивался сам собой — что-то мешало Кристине с той стороны.

— Соколовы, при всем желании, никак не могли бы создать блокировку пространства, — заметил Петр. — У них ни магов нужной направленности, ни уж тем более столь редких и сложных артефактов по определению быть не может.

— У них свой Маг Заклятий, — напомнила Светлая. — Чародеи восьмого ранга могут многое.

— Если у них есть необходимые навыки и знания, — возразил ей Темный. — Без знаний и умений ранг магии сам по себе мало что значит.

— Ну конечно! — фыркнула Ольга. — Что-то я не видела, чтобы сильно умелые и много знающие Мастера побеждали Архимагов!

— Потому что тот, кто сумел стать Архимагом, как минимум должен хорошо владеть магией шестого ранга и быть достаточно знающим и умелым чародеем относительно своих предыдущих рангов — иначе как он взял седьмой ранг? — не отступился Темный. — Так что Мастер, конечно, Архимага не одолеет…

— Но вот допустим в Роду Шуйских боевой маг, не способный одолеть дворянина на ранг ниже себя, если тот не из Великого Рода, считается слабым, — поддержал я Васю. — Да и Великие Рода из числа дворян… Сильнейшие, вроде тех же Воронцовых — это бывшие бояре, выбравшие отказ от независимости и пошедшие на поклон к Романовым. То есть, по факту — представители весьма древних Родов, обладающие богатым опытом и знаниями предков. Которые они отлично дополняют обучением в Академии Оккультных Наук… А так — если брать дворянские Великие Рода и боярские, то в девяти поединках из десяти победят бояре. А всё почему? Потому что знаний и навыков больше — родовые секреты, улучшенные и отточенные обучением в Московской Академии Магии, дают поразительные результаты.

— То есть вы всерьез заявляте, что боярин-Мастер почти гарантированно одолеет Младшего Магистра из обычного дворянского Рода и победит любого дворянина из Великого Рода равного себе ранга? — поглядела на меня Оля.

— Естественно, — кивнул я. — А скажи на милость — как по твоему ещё боярство как сословие могло бы сохраниться? Боярских Родов на порядок меньше, чем дворянских, новых бояр Императоры никогда не создавали, последний раз дозволение на создание боярского Рода давалось ещё при Иване Грозном… Так как столь малочисленные в сравнении с дворянством и Императорским родом бояре могли бы до сих пор оставаться одной из ведущих сил Империи? У них нет выхода, кроме как быть лучшими во всем и постоянно об этом напоминать — иначе боярство будет сожрано Императором.

— Ну, переоценивать бояр тоже не стоит, — заметила Хельга. — У них сколько, девять Великих Родов да шесть десятков Родов поменьше. Не слишком много, разве нет?

— И все шесть десятков Родов — шестьдесят три, если быть точным — имеют в своем составе хотя бы двух Архимагов. По общепринятым обозначениям классов среди аристократии — они все очень сильные Рода первого ранга. Только по официальным данным среди бояр более десятка Магов Заклятий и почти полторы сотни Архимагов. Напоминаю — все эти ребята сильнейшие в своих рангах, а каждый Род хранит массу накопленных за века, а то и тысячелетия могущественных артефактов… Плюс не забывайте — у них лучшая армия на континенте, на их землях полный цикл военного производства — от воздушных судов до артиллерии и големов. Как пилотируемых, так и обычных… Бояре очень сильны. Я говорю это не потому, что выгораживаю их — просто это объективная реальность, и не стоит о ней забывать.

На некоторое время повисла тишина. Кристина, сосредоточенная на своей работе, молча плела сложную, запутанную вязь заклинания восьмого ранга школы Пространства. Девушке потребовалось около десяти минут, чтобы закончить начатое, но когда она закончила и пустила в ход своё творение, все присутствующие немного поежились.

Очень неприятное ощущение, когда реальность, в которой ты находишься, на миг преображается во что-то вроде мягкого, растекающегося желе — и ты остаешься единственным твердым, не затронутым существом в этой текучей дряни.

Но ощущение продлилось лишь секунду — а затем потоки ряби, пройдя мимо нас, втянулись в сжавшийся до полутора метров в диаметре портала.

— Моя авторская работа, — сообщила довольно улыбающаяся Кристина. — Если с той стороны нет как минимум Архимага Пространства пиковой мощи, обвешанного артефактами нашей школы, в чем я крайне сомневаюсь, то Текучий Мир им не остановить.

— Что он делает, этот твой Текучий Мир? — спросил Петя. — Ну, кроме этого мерзкого ощущения?

— Он ненадолго нарушает сам принцип стабильности Пространства, — ответила девушка. Увидев по лицу Пети, что тот ничего не понял, она пояснила. — Блокировка Пространства — она ведь не в прямом смысле его блокирует. Это попросту невозможно — зато можно довести и усилить до предела так называемый принцип стабильности. Он отвечает за то, что бы Пространство было достаточно крепким, чтобы оно не разваливалось на молекулы и атомы. Чтобы не дать никому использовать магию Пространства, обычно используют чары или артефакт, который словно бы добавляет силы, выводит этот самый принцип стабильности на передний план. Это и называют Блокировкой Пространства — самый распространенный и популярный способ…

Она замолкла на несколько секунд, словно бы к чему-то прислушиваясь, и довольно улыбнулась. А затем портал разом, скачком расширился до пятиметровой махины.

— Как я и сказала — самый распространенный. И естественно, Маг Заклятий с основной специальностью школы Пространства просто не может не уметь справляться со столь примитивными попытками помешать. Мой Текучка на несколько секунд взбаламутил там всё пространство, и после этого Пространство на время вернулось в норму. Секундочку…

Портал, до того едва светящийся, загорелся пурпурным пламенем и перестал мигать и дергаться, успокоившись.

— На той стороне множество людей, — предупредила Кристина. — Я не разобрала, сколько и кто именно, но их немало и они настроены недружелюбно.

— Ничего страшного, если это люди Дорохова и его прихвостней — им же хуже, — улыбнулся я. — Ну что ж… Алёна остается здесь, охранять Кристину пока она занята портало. Хельга, я и Петька — первая партия, Петр, Вася и Оля — вторая. У вас командир Петр, делайте, что он говорит и как говорит не задумываясь. Поняли?

— Я не подведу, склонил голову, — заявил Петя.

— Что же, тянуть кота за причинное место и правда нет. Я иду первым, Петя за мной и замыкающая Хельга. Готовы?

— Да, учитель, — ответил он.

Моя возлюбленная просто кивнула головой.

Я шагнул в портал девушки и оценил восприятием качество работы. Что ж, признаю — это на голову превосходит всё, что я мог бы выдать в этом разделе чародейства. Надежно, качественно, а самое главное — это короткий портал. Пять шагов в абсолютной темноте — и я выхожу за тысячи километров от Николаевска, оказываясь лицом к лицу с десятками гвардейцев и чародеев. Где-то позади этой толпы даже пытается скрыть свое присутствие… Ну-ну, умник. Потренируйся хотя бы ещё пару десятилетий, прежде чем пытаться меня дурить.

— Стоять! Кто такие? По какому праву…

— По праву силы, — перебил я его. — Я Аристарх Николаев-Шуйский, Глава Великого Рода и маг восьмого ранга. Здесь земли моих друзей, в гости к которым я пришел. Господа, советую вам дать внятное и удовлетворительное объяснение своего присутствия, иначе я буду вынужден принять меры.

Моя аура свободно разливалась вокруг, оказывая подавляющий эффект на сотни метров во все стороны. На гвардейцев это действовало не слишком хорошо, а вот магам низших рангов пришлось весьма туго — Ученики шатались, как пьяные, некоторые даже падали. С Адептами дела обстояли схожим образом.

— Я Анатолий Говоров, Глава Рода, — выполз на свет божий пытавшийся до того прятаться Архимаг. — Господин Николаев-Шуйский, прошу вас свернуть ауру и перестать давить на моих подчиненных. Между нами нет вражды, господин!

Я хмыкнул, сворачивая ауру. Признаться, я ожидал, что как только выйду начнется бойня — если бы они напали первыми, я бы просто смел всех. Но нет, мне попались достаточно сообразительные ребята, додумавшиеся сперва спросить, кто это собственно приперся, а уж потом думать, стоит ли лезть в драку.

Я не мог сейчас начать бойню. Если хоть один присутствующий выживет — а выжившие будут однозначно, то они могут обратиться в Имперский Суд — высшую правовую инстанцию, разрешающую тяжелые споры аристократов. Откроет доступ к разуму, а там будет видно, кто начал бойню.

Это будет необоснованная агрессия и криминал — убийство такой кучи народа. Приговор будет достаточно суров — и он будет исполнен, ибо гарантией его исполнения выступают все Великие Рода и сам Императорский Род. Имперский Суд действительно беспристрастен, и именно поэтому у него такая поддержка. В столь сложносбалансированном государстве, дабы оно продолжало нормально функционировать, всегда есть инструменты, поддерживающие баланс. И Имперский Суд — один из них.

— Скажите своим людям опустить оружие, — потребовал я. — И отменить активацию боевых артефактов, иначе я сочту это угрозой своей жизни. Перед вами Глава Великого Рода и Маг Заклятий, ничтожества! Проявите почтение, или, клянусь снежными вершинами Кавказа, я переломаю вам ноги!

Бойцы опустили оружие и под моим злым взглядом отвесили нам поклоны. Все, включая Говорова-Архимага.

Итак, раз мы уладили это недоразумение, то вернемся к моему первому вопросу — какого махрового демона здесь творится и почему тут целая армия в самом сердце владений Соколовых?

К нам уже прибыли Архимаги и Старшие Магистры — из всех пяти Родов, что тут присутствовали. Даже войска Дороховых… Кстати, где сам этот недоумок, не умеющий признавать поражения. Довел, придурок, ситуацию до того, что Соколовы будут их ненавидеть веками и при любом удобном случае гадить — мощно, регулярно и жестко.

— Сударь, при всем уважении к вам, вашему Роду и вашему положению, вынужден потребовать, чтобы вы и ваши спутники покинули эти края! — уверенно заявил пожилой Архимаг в цветах Дороховых и с гербом на нагрудной пластине.

— Потребовать? Покинуть? — поднял бровь уже пришедший Петр. — Скажите на милость, война Родов объявлена?

— Да, — ответил чародей. — Всё по закону, и вы не имеете права вмешиваться.

— Вообще-то имеем, — мои слова заставили старика нахмуриться. — Госпожа Соколова приняла меня как учителя и дала вассальную клятву, а Род Соколовых с сегодняшнего дня упраздняется. Теперь они одна из ветвей Николаевых-Шуйских. И если вы на них нападете… Моя армия состоит из людей, всю жизнь сражавшихся на фронтире, а затем прошедших сложнейшую кампанию в Магадане… И их у меня больше тридцати тысяч. Уверяю вас, мои суда, летающая крепости, артиллерия и боевые маги, а также всё тоже самое в отношение полутора десятков ближайших ко мне Родов. У меня даже Магов Заклятий больше и они сильнее вас. И когда моя армия будет готовиться к штурму уже вашей столицы, вы вспомните, как не послушали меня сегодня. И проклянете свою ненужное упорство.

Чародей заколебался, задумался о сказанном. Вообще, если он бы решил нас прикончить, они бы одолели нас в бою. Тут были реально все силы этой губернии — вся армия Великого Рода и пять Родов первой категории… Они потеряли бы многих — но мы бы погибли… Ну или кто-то попытался бы сбежать, но линкор, четыре крейсера и тридцать с лишним эсминцев…

Мощно.

— Мы позволим вам свободно пройти к Соколовым, но окончательное решение, что делать с этой ситуацией, будет принимать наш Глава. Я не обладаю достаточными полномочиями.

— И где ваш Глава? — уточнил я.

Ибо я реально, сколько не старался и не сканировал всё на километры вокруг, не обнаружил даже намека на мага восьмого ранга в лагере и его окрестностях. Соколову в крепости почуял, через портал тоже Кристину, чуял и Алёну…

— Его пока нет, но он скоро прибудет, — ответил Архимаг.

— Тогда мы пойдем к Соколовым, — потерял я интерес к разговору.

Мои союзники были заперты в Родовой крепости. Именно крепости — мощные бастионы, высокие башни, донжон смещен влево, на вершине что-то посверкивает — явно какой-то гостинец для нападающих.

Мы спокойно отправились к крепости. Подойдя поближе, мы просто взлетели через стену и приземлились напротив Соколовой.

— К сожалению, я не смогу отдать вам долг, сударь, — заявил она. — Скорее всего сегодня мой последний день на свете. И я, и мой Род…

— Побереги дыхание, не произноси пафосных речей. Лучше скажи — если у вас появится шанс уйти прямо сейчас, много с собой скарба?

— Ну… Оружие, доспехи, амуниция, две батареи артиллерии, потом вся наличность Рода в нескольких сундуках. Еще разного рода инструменты, плюс артефакты и алхимия Рода, его же библиотека и самые дорогие и нужные установки артефактные…

— Много. Долго будете собирать.

— Да уже давно все собрано. Мы ведь собирались сегодня уйти с этих проклятых земель, но вот оно чем закончилось…

— Что скажешь — повернулся я к прибывшей чародейке, появившаяся рядом мной.

— Всех за один заход осилю… Вот только они быстро поймут, что происходит и постараются мне помешать. Учитывая, сколько там гвардейцев и магов — у них вполне может получиться.

— За это не переживай — ответил я. — Если начнут бить — я с ребятами прикрою.

— У них армия пяти Родов первого ранга плюс войска Великого, — напомнила Кристина.

— А у нас Алёна! — с улыбкой приобнял я и привлек к себе нашу прекрасную нежить. — И уверяю тебя — я бы не позавидовал тому, кто рискнет попасться ей под горячую руку!

— Да ну что вы говорите, господин, — чуть смутилась она. — Вы преувеличиваете мои способности, господин. Но я польщена, что вы так меня цените.

Да уж. С Алёной у нас довольно странные отношения — пока я разбирался с печатями, я слишком сильно взаимодействовал с ней своей душой. Это очень сильно наложилось — нас, если честно, сильно тянуло друг к другу. Не как мужчину и женщину даже — это было нечто другое, нечто большее и неясное. Вот как сейчас — я приобнял и притянул её к себе совершенно неосознанно. А одетая в легкомысленное алое платье девушка как-то слишком сильно прижалась ко мне…

— Ладно, это всё, конечно, прекрасно, но дело надо делать, — вмешалась Хельга. — Госпожа Соколова, прикажите людям начать готовится к переходу. Крис, где тебе будет удобнее открыть портал? И вообще, судари и сударыни — мы тут не на прогулке, у нас здесь дело, причем рискованное. Начинайте действовать!

Соколова выглядела, надо сказать, весьма удивленной. Недоверчиво и неуверенно оглядев нас, женщина развернулась и начала рассылать десятки телепатических сообщений. Я с интересом огляделся — крепость была, конечно, немаленькой, но одиннадцать тысяч человек… Где они их тут могли разместить, хотел бы я знать?

— А у них в этой башне весьма приличные чары Пространства, — словно услышав мои мысли, кивнула Кристина на донжон. — Куда более совершенные, чем те кривые поделки, что у тебя в замке.

— Я не мастер в магии Пространства, — пожал я плечами, отпуская Алёну. — Твердый троечник, не более. И хитроумности в этой области магии предпочитаю надежность. Лучше уметь немного, но хорошо, чем многое, но плохо.

— Хм… Ну, так-то да, согласна, что-то в этом есть. Но если ты позволишь — я бы многое изменила в той части заклятий, что касаются Пространства. И в твоей резиденции, и в Николаевске в целом, — предложила она, шагая в центр довольно большого внутреннего двора.

— Было бы неплохо, — бросил я ей в спину. — Ну а теперь — поработаем… Готовимся ставить барьер, судари и сударыни! Петры, Хеля, Алтынай, Оля и Вася — составьте круг и готовьтесь по моему сигналу начать действовать. Хельга — ты сердце круга, с тебя защитный купол. Справишься?

Моя невеста была уже не просто на пике ранга Архимага — она уже даже чуть превышала эту планку. Но с прорывом пока не спешила — по её словам, нужна была определенная подготовка, чтобы провести его правильно и с максимальной выгодой. Да и энергетику плененного мной балрога, которого я подарил ей, выгоднее всего было усвоить на нынешнем ранге — так будет больше толку и выгоды. Кстати, именно за счет этой энергии Хельга и превышала планку Архимага, не переходя на следующий ранг… Страшно подумать, сколько в ней будет мощи, когда она наконец возьмет восьмой ранг.

— Алёна, ты в бой без моего приказа тоже не вступай, — велел я женщине. — Приготовь одно из своих Заклятий, что-нибудь масштабное и разрушительное, и жди. Я скажу, когда и куда им бить.

— Принято, — кивнула она.

— А что делать мне? — поинтересовался Арндрей.

— Ты будешь рядом с Алёной — когда она вступит в бой, тогда и ты. Твоя задача — прикрывать её и страховать тылы. Всё же она у нас не слишком опытный вояка, всякое может случиться.

— Понял, — кивнул могучей, закованной в сталь головой рыцарь смерти.

Бездействие врагов продлилось недолго. Они послали астрального вестника — специализированного и дорогого духа, что преодолевает в считанные минуты сотни, а иной раз и тысячи километров, путешествуя через Астрал.

— Скоро прибудет либо их Глава, либо придет приказ атаковать, не дожидаясь его, — предупредил я своих. — Хельга, можешь уже начинать сплетать защиту.

— Едва-ли они начнут сражение без своего Главы, зная, что здесь аж четверо магов восьмого ранга, — возразила моя невеста. Правда, несмотря на своё возражение, послушно начала плести чары, пользуясь подпиткой товарищей. — Расклад сил не в их пользу.

— Соколову они за Мага Заклятий не считают. Кристина, когда откроет портал, будет поглощена исключительно его поддержанием. Следовательно, против них только два полноценных Мага Заклятий с группой Архимагов и гвардией Рода Соколовых. Ну, плюс у нас их Родовое гнездо, которое должно быть неплохо укреплено… Но у них артиллерия, пилотируемые големы, ритуальные круги, боевые артефакты седьмого и восьмого ранга и ещё много всяких интересностей — Великий Род, который несколько сотен лет копил силы и могущество, не может быть так слаб, чтобы оказаться беспомощным перед парой магов восьмого ранга…

— Мой господин, ты, конечно, опытный воин, но кое в чем ошибаешься, — прервала меня Алена. — Ты оцениваешь все Великие Рода одной мерой. Я Маг семи Заклятий, ты реинкарнатор с огромным боевым опытом и немалой мощью, у нас семь Архимагов и один пусть слабый, но Маг Заклятий и укрепленная крепость с гарнизоном. Против нас же — пять Родов первого ранга и один Великий… Великим являющийся не больше трех веков. О какой такой силе может идти речь в их случае? Это армии боярских Родов даже без магов восьмого ранга могла бы нас одолеть в этом бою — ибо боярским родам, в большинстве своем, больше тысячи лет, а иным и более двух тысяч. Там даже не являющиеся Великими обладают очень мощными армиями, а какие-нибудь Шуйские или Морозовы вообще гарантированно бы нас тут смели. Но Дороховы… Большинство дворянских Великих Родов на порядок отстают от древних Великих Родов — иначе мой отец не стал бы терпеть этих бояр. Так что не переоценивай силу наших врагов. Без Мага Заклятий они нас не одолеют.

Что ж, если подумать, слова Алёны звучат более чем логично. Я не видел в полном составе, в полноценном, развернутом варианте войск ни одного Великого Рода — даже там, в Магадане, оба Великих прислали своих Глав и с ними весьма ограниченное количество войск и магов, дабы не рисковать вообще всеми силами. Да чего уж — их Главы даже не взяли с собой регалии, сильнейшие артефакты Рода.

Пока жил у Шуйских, я так или иначе видел, слышал и сталкивался с боевыми силами Рода. И после возвращения памяти, оценивая всё, что я о них знал, я дал им весьма высокую оценку — и перенес эту оценку на всех. А зря…

На краю чувствительности широко раскинутых сенсорных чар я ощутил пространственную аномалию — кто-то использовал чары, дабы побыстрее добраться сюда. И этот кто-то ощутил мои чары — и сразу ударил по ним, отсекая моё восприятие. Впрочем, самое главное я уловил — пришелец был не один. Трое человек, и все — обладатели восьмого ранга…

— Прибыло трое Магов Заклятий, — сообщил я. И послал телепатией вопрос Кристине. — Как там у вас дела? Скоро начнете?

Отвечать девушка не стала, ибо ответ я понял и без слов — за моей спиной в ход пошло могущественное и сложное заклятие, создавшее здоровенный и мощный портал. Причем абсолютно игнорирующий Блокировку Пространства, вновь включенную Дороховыми. Видимо, будучи уже здесь, Кристине не требовались особые усилия, дабы преодолеть эту помеху. Впрочем, справедливости ради — Блокировка Дороховых не шла ни в какое сравнение с той, что использовали Тайная Канцелярия и Второй Император. Артефакт или что у них там было, используемый нашими врагами, был на порядок хуже. Даже моя собственная, установленная в Николаевске, была надежнее.

— Судари и сударыни Соколова и Николаевы-Шуйские, — раздался усиленный магией голос, видимо, Дорохова. — Предлагаю вам, во избежание напрасного кровопролития, сдачу в почетный плен. Обещаем, что будем обращаться с вами в соответствии с вашим высоким статусом и отпустим сразу по получении выкупа!

— Вот это наглость! — возмутилась Алена.

— Согласен полностью, — усмехнулся я. — Ждите здесь и будьте готовы ко всему.

— А ты куда? — поинтересовалась Хельга.

— А у меня сейчас будет раунд агрессивных переговоров, — широко, во все тридцать два зуба улыбнулся я.

— Ну да. Ты — и переговоры, — со вздохом покачала головой моя возлюбленная под улыбки остальных.

* * *

Со следующей главы начинается платная часть книги. Спасибо каждому, кто покупает книгу, а не читает у пиратов — только благодаря вам она продолжает выпускаться! Ну и вдвойне спасибо тем, кто делает подарки)))

С уважением, Ваш Автор!))

Глава 7

Я взлетел над крепостными стенами и неспешно полетел в сторону рядов вражеской армии. Три особенно могущественных ауры ощущались особенно четко — никто из прибывших и не думал скрывать свою силу.

Преодолев половину разделяющего крепости и осаждающих пространства, я остановился. Подлетать ближе или, тем паче, приземляться в ряды противника и останавливаться рядом с этой троицей я не собирался — ищите дураков в другом месте. Да и согласно всем неписаным правилам и традициям, переговоры на поле боя велись на равноудаленном от обоих войск расстоянии.

— Что же вы замерли, сударь? — разнесся все тот же усиленный чарами голос. — Вот мы, стоим прямо перед вами. Пропала решимость? Великий и прославленный молодой герой Империи, Сибирский Мясник — и такая нерешительность… Видимо, слухи, как это обычно и бывает, сильно преувеличивали вашу смелость.

Да он охренел⁈ Мало того, что это откровенная грубость, так ещё и не просто тет, а тет или в лицо, а из рядов целой армии и так, чтобы слышали все присутствующие…

— Вижу, господин Дорохов, что вам не знакомы правила и традиции, принятые среди воинов, — ответил я, также усилив голос чарами. — Что ж, тому, кто всю жизнь сражался лишь с теми, кто не мог дать достойный отпор, неоткуда знать такие вещи…

— Ты на переговоры вышел, идиот! — ворвалась мне в голову яростная мысль от Хельги. — Ты только усугубляешь ситуацию!

Отвечать Хельге я не стал, даже свою речь не прервал, продолжая свою мысль:

— Но я, как более опытный и, как вы правильно заметили, бывалый и признанный воин, так и быть, просвещу вас. Когда противоборствующие стороны хотят провести переговоры, их представители встречаются на равном удалении от войск обеих сторон. А не заманивают посланника в ряды своих войск к троим чародеям восьмого ранга… Вы, господин Дорохов, что-то перепутали — я не едва взявшая восьмой ранг госпожа Соколова, а за моей спиной не горстка многократно уступающих вам войск. Если бы я хотел войны, здесь были бы полки моих гвардейцев — закаленных, прошедших огонь и воду ветеранов, с которыми были бы сотни таких же магов. И поверьте — если вы принудите меня всё же довести наш конфликт до точки невозврата… Я и мои приближенные так или иначе выберемся отсюда. Да, придется бросить Соколовых… Но зато когда мы вернемся в силах тяжких, со всей мощью объединенных сил моего Рода и наших союзников, Великий Род Дороховых запросто может стать лишь строчкой в летописях. Если вам такая перспектива не кажется привлекательной — вот он я, один. Стою и жду вас. Если же нет… Что ж, начинайте битву — и потом не жалуйтесь на последствия!

— Боже, и на что я вообще рассчитывала… — раздался в моем разуме тяжелый вздох Хельги.

— Не переживай, милая, я знаю, что делаю, — ответил я.

И, как ни странно, я действительно знал. Такие, как Дорохов, осторожные, трусоватые, тщательно выбирающие цели и предпочитающие действовать исподволь, исподтишка и чужими руками и выходящими на открытый бой лишь тогда, когда противник окончательно обессилен и не способен дать отпор — такие люди понимают только один язык. Язык силы.

Проявлять вежливость? Глотать оскорбления из опасения спровоцировать врага? Или, ещё лучше, послушно прилететь к нему в лапы? Ха! Да если бы я так поступил, любые переговоры были бы бессмысленны! Он бы просто потребовал полной капитуляции и в случае отказа тут же начал бы битву. Причем меня бы назад никто не отпустил в любом случае — и никакие отмазки из разряда мне нужно сообщить остальным и посовещаться не сработали бы.

Конечно, может статься и так, что мой ответ его спровоцирует и он тут же начнет битву — но даже так я всё сделал правильно. Ибо отсюда я вполне смогу отразить их первые удары и вернуться к своим. А так как теперь, после нашего краткого обмена любезностями, я абсолютно не доверял и не верил в порядочность Дорохова, то я, совершенно ничего не стесняясь, призвал доспехи и копьё, а также активировал одно из вложенных в броню заклятий. Лишь шлем сделал прозрачным — так его защитные свойства падали раза в два с половиной, но зато лицо было открыто. Если начнется бой, вернуть шлем в основной режим я, скорее всего, успею… Возможный риск компенсировался тем, что так, а соблюду необходимый уровень вежливости и этикета.

Так я и стоял, держа в руках грозное Копьё Простолюдина, в могучих латных доспехах и окруженный прозрачно, чуть отливающей сферой синей энергии — Сфера Сущности Моря, очень мощные чары моей Личной Магии, что в бою было бы применить почти нереально — основанные на магии Воды, в которой я был пусть и неплох, но отнюдь не гением, они были хороши всем, кроме скорости их сплетения. Не меньше семи-восьми секунд даже с применением эфира, а без него — и все тридцать-сорок. Бездна времени в бою чародеев моего уровня…

А вот вложенные в артефакт, обеспеченные достаточным количеством маны и врезанные с помощью самого дорогого и редкого манапроводящего металла, подключенные к здоровенному аквамарину, вмонтированному в броню в качестве ещё одного мощного накопителя маны… В этом варианте эти чары были великолепны — мысленная команда и они мгновенно активируются. Просто прекрасная штука!

С полминуты мне никто не отвечал. Движения со стороны троицы Магов Заклятий тоже не наблюдалось, так что я уже начал подумывать о том, что они просто сами зачем-то тянут время… Но тут один из троицы взмыл в воздух и полетел в мою сторону.

— Здравствуйте, Аристарх Николаевич, — представился выглядящий лет на двадцать чародей. — Воронин Николай Игнатович, Глава Рода Игнатовых к вашим услугам.

— Рад знакомству, Николай Игнатович, — уважительно кивнул я собеседнику. — Жаль, конечно, что оно состоялось в таких условиях, но что уж тут поделать…

— Вы правы, досадное совпадение, — улыбнулся он. — Но увы — мы имеем то, что имеем.

Вежливый. И спокойный. Довольно силён, имеет при себе несколько мощных артефактов, скорее всего регалии Главы Рода. Судя по ауре — лет сто пятьдесят-семьдесят. По меркам чародеев восьмого ранга — зрелый муж в самом расцвете лет. Открытое, красивое лицо, на котором блуждала лёгкая тень улыбки, внимательные, умные глаза — надо признать, он внушал симпатию и доверие.

Вот только несмотря на то, что внешне мы выглядели молодыми парнями примерно одного возраста, на деле здесь стояли два старика. Один полтора, другой три века возрастом… Так что на внешний вид и всякие «невольные симпатии» ни один из нас не мог повестись даже теоретически.

— Думаю, пора обсудить то, ради чего мы оба здесь, господин Николаев-Шуйский, — продолжил он.

— Слушаю вас, господин Воронин, — кивнул я.

— Думаю, вы согласитесь с тем, что расклад сил явно не в вашу пользу. Против вас армия, в которой, помимо обычных аристократов, большая часть сил Великого Рода плюс три Мага Заклятий. За вами же — многократно уступающая числом, не говоря уж о боевой мощи, войско одного загибающегося Рода, что является лишь реликтом ушедшей эпохи. Один из ваших Магов занят поддержанием портала, второй — неумелая, лишь недавно взявшая ранг женщина, которая скорее Архимаг с переизбытком сил, чем полноценная чародейка восьмого ранга. Из боеспособных высших магов — шестеро Старших Магистров Соколовых, которых я упомянул лишь из вежливости, да семеро уже ваших Архимагов плюс ещё одна чародейка нашего уровня. Спору нет, вы и ваши вассалы — грозная сила, с которой невозможно не считаться, однако даже так в случае боя мы однозначно одержим верх. У нас почти сотня Старших Магистров и пятнадцать Архимагов — вам просто не на что рассчитывать.

— Расстановка сил мне итак известна, — поднял я бровь, когда он умолк. — Но, как видите, я всё равно здесь. Едва ли вы рассчитывали, друг мой, что как только вы озвучите итак очевидные вещи я заберу своих людей и уйду.

— Конечно нет, — улыбка на его стала шире. — Просто хотел убедиться, что вы точно осознаете расстановку сил… А ещё давал время вашей союзнице пропустить через портал детей. И намерен говорить с вами, пока она не проведет всех детей и тех стариков, что уже не способны держать оружие.

— Это… Неожиданно, — только и ответил я, вскинув брови от удивления. — Что ж, благодарю вас от имени Соколовых за проявленное великодушие. Но не могу не спросить — как человек, не желающий марать руки в крови детей и стариков, оказался втянут в происходящее? Ведь даже ребенку очевидно, что Дороховы в этой ситуации ведут себя как настоящие гиены.

— Ну, господин реинкарнатор, тут ведь всё не так однозначно, — не согласился он. — Уж вам ли, учитывая, что вы живете уже вторую жизнь, не знать, что никто не любит конкурентов? Учитывая, сколько обид затаили Соколовы на своих могущественных соседей, появление у них Мага Заклятий не оставило Антону выбора — интересы Рода стоят выше личной справедливости, морали и даже, порой, чести. Да и откровенно говоря, Дороховым фактически не оставили выбора — поведение, поступки и даже высказывания Соколовой однозначно и недвусмысленно указывали на то, что стоит их Роду набраться достаточно сил, и они постараются отомстить. Кто бы закрыл глаза подобную угрозу?

— Никто, — согласился я с мыслью собеседника. — И Соколовы действительно наделали глупостей и ошибок, с этим сложно не согласиться. Однако, во первых — Дороховы их старательно и последовательно изводили последние лет восемьдесят, так что не стоит пытаться мне внушить мысль о каком-то мнимом благородстве или, тем более, правоты вашего союзника. Ну а во вторых — как вы правильно заметили, интересы Рода стоят выше личных устремлений. И в интересах моего Рода и моих союзников будет переезд Соколовых на территории Александровской губернии. Так с чего вы решили, что я поступлюсь выгодой своего Рода ради каких-то там Дороховых?

Он что, за дурачка меня держит? Хотя, судя по тому, что он не проявил ни единого признака недовольства, он скорее проверял меня. И, как ни странно, даже был рад моему ответу.

— Вашего Рода, — усмехнулся мой собеседник. — Ваш Род сплошь состоит из вчерашних простолюдинов, коих вы каким-то чудесным образом за каких-то несколько лет превратили в Мастеров, Млаших и Старших Магистров, а некоторых даже в Архимагов. Там нет ваших кровных родичей — у вас с госпожой Хельгой нет детей. Так что давайте будем откровенны — дело лишь в ваших личных интересах.

— Ну во-первых — любой древний Род начинался примерно также, как наш, — заметил я. — Группа людей обладающая магическим даром со своим вождем, захватившая тем или иным способом кусок земли и удержавший его достаточно долго, чтобы все признали их право на землю — вот откуда пошла аристократия. Это сейчас пошла мода — все в Роду обязательно должны быть родней. Мода, корень которой в невежестве — дураки, не знающие историю, искренне считали, что Род обязательно означает кровное родство.

— А это не так? — вскинул брови мой собеседник.

— Родом такая группа людей себя называла исключительно с целью укрепить и монолитизировать себя изнутри, — пояснил я. — Для того, чтобы подчеркнуть и для себя, и для окружающих, что они едины. Ну а уж потом, со временем, через пару-тройку поколений все действительно становились друг другу родичами — браки внутри этих Родов быстро создавали необходимые кровные связи. А уж затем они начинали активнее искать себе жен и мужей на стороне… Так что, господин Воронин, ваши попытки поддеть и смутить меня подначками на тему состава моего Рода бесполезны — я всё делаю правильно, как и полагалось делать издревле. Я скорее даже горжусь этим — никто в истории до меня никогда не создавал Великий Род с такой скоростью.

И я это не из головы взял — я вычитал это из родовых хроник Шуйских, повествующих о временах возникновения Рода.

— Это… Интересно. Полагаю, данную информацию вы вычитали из хроник Рода Шуйских? — дождавшись моего кивка, он продолжил. — Тогда вы правы, у вас Род в самом классическом смысле слова. Да и насчет скорости создания и получения статуса Великого Рода с вами не поспорить. Вы интересный собеседник, Аристарх Николаевич, и я бы с удовольствием продолжил беседу на отвлеченные темы, но дети и старики, насколько я вижу, закончатся через пару минут, так что я вынужден перейти к делу.

— Мне тоже жаль, — улыбнулся я. — Даже странно, как такой человек помогает такому, как Дорохов.

— Что поделать, долги нужно возвращать… — философски ответил Николай, тоже призывая доспехи. — Итак — Глава Рода Дороховых предлагает вам и вашим союзникам покинуть крепость. Разумеется, без Соколовых. Вам дадут беспрепятственно уйти, Соколовым же будет предоставлен выбор — полная капитуляция, на условиях Рода Дороховых, или смерть. В случае, если они примут разумное решение и сдадутся, София Евгеньевна Соколова должна будет принести клятву о том, что никогда не станет намеренно вредить Роду Дороховых. Также она должна будет выйти замуж за Сергея Дорохова — старшего внука от первого сына Главы Рода. Также Соколовы лишаться части владений, что будут распределены между союзниками Рода Дороховых, и им выплатят контрибуцию в сто пятьдесят миллионов рублей. Учитывая не самое лучшее финансовое положение Соколовых, Дороховы согласны дать им в долг упомянутую сумму, как родственникам уходящей к ним в Род Софии. Долг будет беспроцентным сроком на двадцать лет — в случае, если к тому моменту задолженность не будет погашена, на остаток долга будет добавлено пять процентов от непогашенной суммы. И за каждый последующий год просрочки будет добавляться ещё по пять процентов… Это лучшие условия, на какие они могут рассчитывать. Итак, каков будет ваш ответ? У вас минута на размышление — учитывая, что ваша союзница сейчас держит открытым портал, даже это уже много.

Как только он начал свой монолог, я сразу связался с Софией и позволил ей услышать всё, что озвучил Воронин. В конце концов, это её Род, и ей принимать окончательное решение. Выслушав всё, что сказал Николай, она помолчала несколько секунд и спросила:

— Аристарх Николаевич, как вы понимаете, прежде, чем я дам свой ответ, мне бы хотелось услышать ваше решение, — пришла от неё мысль с ярко выраженным оттенком опасения. — Я пойму, если вы решите уйти. Спасибо уже за то, что забрали наших детей и…

— Мы остаемся и примем бой, если вы не намерены сдаваться, — перебил я её.

— Тогда и мы не намерены капитулировать! — решительно ответила она.

— Соколовы отказываются капитулировать, — ответил я Воронину. — А я и мои люди отказываемся бросать их.

— Жаль, — вздохнул мой визави. — Я так надеялся, что голос разума…

Удар длинного двуручного фламберга с волнистым лезвием был быстр и силён, однако если бы меня можно было застать врасплох такими дешевыми фокусами, как атака посреди разговора, я бы никогда не дожил в прошлой жизни до своих трёх с лишним веков.

Сфера Сущности Моря была предназначена для отражения магических атак, так что фламберг, несмотря на то, что был артефактом, не встретил никакого сопротивления — ведь нанося удар, Воронин не использовал никаких его магических свойств.

Молодец, не просто болтал со мной, но и изучал потенциального противника — не грубо и напрямую, сканирующими чарами, а лишь своим восприятием, что является чем-то таким же естественным и нормальным, как зрение или слух. Вот только даже банальное восприятие, если оно принадлежит магу восьмого ранга — это весьма эффективный способ получения информации…

Я держал копьё упертым пяткой в уплотненный воздух, примерно на той же уровне, что и мои ступни. Если бы я попытался его вскинуть и перехватить обеими руками, я не успел бы отразить вражеский удар — а мой интуиция вовсю вопила о том, что не стоит подставляться под удар этого оружия.

Поэтому в момент, когда лезвие уже преодолело половину расстояния до моей груди, я просто дернул, не меняя позиции, Копьём вниз и вбок. В считанных сантиметрах от моего нагрудника одно могущественное зачарованное оружие соприкоснулось с другим и начало отводить его в сторону. Сам я тоже не стоял истуканом, прогнувшись назад и вбок, пропуская чужой удар мимо.

С лезвия вражеского оружия вниз сорвалась густая, чернильно-черная волна энергии. Не теряя времени, я вскинул левую руку, направив указательный палец в сторону Воронина. В долю секунды перед его кончиком появилась шаровая молния сантиметров семь-восемь в диаметре и тут же разразилась потоком яростных Синих и Золотых Молний.

Доспехи Воронина выдержали удар, но самого мага отбросило на несколько десятков метров в сторону. Перехватив копьё двумя руками, я метнулся вперед, стремясь прикончить потерявшего равновесие противника.

Внизу, там, куда улетела сорвавшаяся с фламберга энергия, достигла земли и сдетонировала. Взрыва не было — однако всплеск отвратительной, злобной силы вызывал толику уважения.

Неплохой гостинец приготовил для меня мой обаятельный собеседник.

Вся эта чепуха про то, что он хочет позволить уйти детям и старикам Соколовых, и последующая светская беседа была нужна лишь для того, чтобы я расслабился и пропустил удар. Вот только, друзья мои, там, где вы этим фокусам учились — я преподавал!

Глава 8

Разумеется, опытнейший боевой маг (а в том, что послали самого опытного из троицы сомнений не было, иначе вся их задумка с внезапной атакой теряла смысл) не дал себя прикончить столь просто.

Магические доспехи, даже тяжелые латные, несмотря на все свои достоинства, имеют и свои слабые места. Причем обычно ровно те же, что и их не зачарованные аналоги — подмышки, прорезь шлема и внутренняя сторона бедер. Просто потому, что там волей неволей приходится использовать менее жесткие материалы — чаще всего кожу какого-нибудь магического монстра. А шкура монстров, пусть даже и обладающего даром магии, как правило уступает в крепости зачарованной стали из обладающих волшебными свойствами металлов.

Однако чем выше ранг брони, тем меньше этих слабостей. Броня же седьмого и уж тем более восьмого рангов и вовсе их практически не имела — все те части доспехов, где требовалось использовать кольчужный элемент или кожу, у них был сплошной металл. Которому могущественная магия, вложенная в эти шедевры артефакторики, позволяла с лёгкостью гнуться во все стороны, при этом не теряя в уровне бронирования.

Оставалась лишь одна слабость, которую было никак не решить — прорезь забрала. Чары прозрачности, как я уже упоминал, снижали прочность зачарованной стали в два с половиной и даже в три раза — в зависимости от мастерства изготовителя. И обойти это правило, во всяком случае силами людей, было невозможно — если не вдаваться в подробности, то эта магия сильно конфликтовала при активации с магией Металла. Делать же боевые шлемы сплошными с расчетом на то, что магам седьмого и уж тем более восьмого ранга глаза не очень-то и нужны…

Скажем так, отсутствие зрения для чародеев, особенно высших рангов, совсем не критично. Однако если ты боевой маг, особенно предпочитающий ближний бой, то отсутствие зрения сказывается на твоих возможностях довольно сильно.

Мы все рождаемся обычными людьми и с детства привыкаем полагаться на него. Затем растем, получаем магический дар и развиваем его, шагаем по рангам, осваивая всё новые силы и возможности. Переход с одного ранга на другой, по сути, это процесс эволюции. В первую очередь нематериальных составляющих — ауры и энергетики. Однако, пусть и в меньшей степени, но физическое тело тоже менялось, улучшаясь — иначе, без сильного тела, волшебника сгубит собственная сила. Слабому, хрупкому сосуду ни за что не выдержать давления силы, даже собственной.

Так вот — улучшения тела заключаются не только в том, что оно становится физически крепче, сильнее и выносливее, но и в улучшении нервной системы и органов восприятия, в том числе и зрения.

К восьмому рангу глаза чародея превращались в мощнейший и полезнейший инструмент, без которого сложно в скоротечном, происходящем на невероятных, недоступных взгляду не одаренного человека скоростях правильно рассчитывать и оценивать происходящее.

В обычной обстановке, вне боя — маг, особенно высоких рангов, в зрении как таковом особо не нуждался, будучи способным «видеть» всё с помощью восприятия. Так что именно зрение было не слишком важно разного рода артефакторам, алхимикам, целителям и строителям — всем тем, кто мог выполнять свою работу без лишней спешки. С боевыми магами всё обстояло иначе — и именно потому наши шлемы имели прорези, несмотря ни на что. Да, их защищали особенно мощные силовые поля и прочее, но всё равно — никакие волшебные барьеры не могли сравниться в прочности с сантиметровой толщины прочнейшим слоем брони из самых редких и дорогих магических сплавов, да к тому же дополнительно зачарованным.

Энергетические атаки эти силовые барьеры в забралах держали отлично, почти также, как и сам доспех, а вот перед прямым попаданием оружия высших рангов было слабовато. Чем я и хотел воспользоваться…

Рука в латной перчатке сильным боковым ударом отбила в сторону острый, вытянутый на длину добротного кинжала наконечник Копья Простолюдина. Могучие оружие, уже практически достигшее уровня Живого Оружия, отозвалось разочарованным воем в моей голове — кровожадное копьё страстно желало отнять жизнь столь могучего противника.

Фламберг в руках прекратившего падение чародея рванул в косом секущем ударе снизу вверх, но теперь в нём не ощущалось той, изначальной опасности и угрозы — сейчас это было просто довольно хорошее и качественное артефактное оружие восьмого ранга. И мои латы, едва слышно жалобно скрипнув, выдержали удар.

Одновременно с ударом волнистого лезвия моя правая ладонь, окутанная Черными и Золотыми разрядами, отпустила древко Копья и ударила Воронина в грудь. Могучий треск и грохот разошлись во все стороны ударной звуковой волной. Разряды моих Молний впились в зачарованную сталь — но их было слишком мало, чтобы справиться с самой прочной и толстой частью любого доспеха — нагрудником.

Впрочем, я на это особо и не рассчитывал — единственным шансом быстро закончить схватку было попасть первым ударом Копья Простолюдина в прорезь шлема. Дальше уже ни о каком быстром исходе схватки речи не шло.

Мой удар, хоть и не пробил нагрудник Воронина, сделал главное — с силой запустил спиной вниз моего противника. В тот же миг меня достигла первая атака от одного из оставшихся внизу Магов Заклятий — толстая и длинная струя пламени в форме огромного клинка, сжатая до состояния жидкой плазмы, ударила в Сферу Сущности Моря.

На мою удачу, данная Сфера была особенно эффективна против магии Огня. Именно поэтому я её и выбрал — Огонь был самым распространенным типом боевой магии.

Огненный меч врезался в Сферу и во все стороны брызнули потоки раскаленной плазмы и настоящие водопады возникающей из ниоткуда воды — клинок надавил на всю правую половину Сферы.

Второй Маг тоже уже вскинул руки, выпуская боевое заклятие. Несколько Кругов чародеев — по три четыре Архимага, десятку Старших и несколько десятков Младших Магистров уже тоже заканчивали подготовку для своих ударов… Каждая секунда промедления многократно повышала риск для моей жизни, но всё же я не удрал сразу.

В направлении самого крупного Круга магов ударил поток разноцветных Молний — Синие, Фиолетовые, Желтые и Золотые. За миг до столкновения с возникшим на их пути мощнейшим защитным куполом они слились воедино, превратившись в огромное, толщиной под двадцать метров разноцветное чудовище.

— Сюда! Бей! — перекинул я телепатией образ того, что стояло у меня перед глазами.

Моя атака сломила первый, созданный артефактом барьер, но на это ей потребовалось секунд пять. За это время Воронин, успевший прервать своё падение и уже примеривавшийся снова сойтись со мной накоротке, смог принять правильное решение — и едва справившиеся с одним барьером, растратив на это львиную долю энергии, мои чары бессильно соскользнули со следующего слоя защиты.

А затем мне стало не до всякой ерунда — настала пора расплачиваться за рискованное решение. Незримое обычным зрением здоровенное облако энергии заключило меня в себя — Заклятие одного из стоящих внизу Магов достигло меня. Решил не мелочиться подобно союзникам, что пока использовали лишь магию восьмого ранга, приберегая Заклятия? Разумно…

Сфера постаралась бы заблокировать и этот удар, но на борьбу сразу с двумя столь мощными заклятиями её бы точно не хватило, и она бы пала. И тогда пришлось бы иметь дело уже с двумя угрозами моей жизни. Нет уж, спасибо — усилием воли заставляю Сферу пропустить облако. Это явно не те чары, что убивают одним могучим ударом — тут было что-то хитрое и медленно действующее…

Чары врага впились напрямую в мою ауру и потянулись через неё к энергетике — каналам маны и источникам маны. Меня резанула чудовищная боль — аурные раны причиняли на порядок больше боли, и в отличии от физической её было почти невозможно заблокировать — лишь превозмочь силой воли. Воли, которой у многих не хватило бы. Что ж…

Я — не многие.

Следующим ударом на меня обрушились чары разом двух Кругов — могучий Гравитационный Молот вполне себе восьмого ранга сверху и мощный, сотканный из магмы змей, несущийся снизу. И Плазменный Меч, всё также борющийся с моей Сферой…

Игнорируя боль, я направил вниз кончик копья и позволил его духу применить свою любимую способность — навстречу Змею из магмы ударил тугой, сконцентрированный поток белого пламени, что стал в несколько раз сильнее, чем в дни Магаданской кампании.

Перед Гравитационным Молотом возникло небольшое озеро из тысяч Фиолетовых, Золотых и Желтых разрядов. Войдя в это озерцо «глубиной» около шести метров, своим дном почти касающееся моего шлема, Молот с каждым пройденным метром всё слабел и слабел — мои Молнии впились в сплетенные наскоро чары, разрывая и искажая скрепы и связи маны, создающие сами чары.

Тем не менее, в Молот было вбухано столько силы, что мои Молнии просто не успели полностью разрушить заклинание. Так что вражеский удар меня всё же настиг и швырнул вниз, туда, откуда наверх поднимался Змей из магмы…

Вот только пламя Копья достигло Змея секундой раньше и без труда сокрушило, разметало чужие чары. Белый огонь моего оружия был для меня и моего доспеха безвреден — разумное Копьё прекрасно управляло своей способностью и было способно обезопасить от неё своего напарника.

Ослабленный в несколько раз удар Молота не причинил и четверти того ущерба, на который был рассчитан, а Змей и вовсе меня не достиг. Плазменный Меч тоже остался где-то там, наверху — а вот незримая мерзость, облаком окутавшая меня и впившаяся в ауру, никуда не делась. Что ж, если бы от неё можно было бы избавиться быстрыми рывком, это не было бы Заклятием.

К моменту, когда я тяжело грохнулся о землю, Алена, умница моя, уже ударила своим Заклятием. Там, где окруженный чародеями послабее, стоял Круг магов во главе с пятью Архимагами, сейчас бушевало Заклятие моей соратницы.

Огромное, километров пять-семь в окружности, зона, в которой дневной свет заменило тускло-зеленое сияние, достигающее облаков… А может, пронзающее их и устремляющееся ещё выше.

В ней, этой Зоне измененной реальности, развернулся настоящий Шторм Темного Моря. Бушующая и перекатывающееся могучими волнами, Тьма была подобно воде — густой, плотный чернильный мрак, без единого проблеска света.

Пятое Заклятие Алены. Чары массового поражения, созданные для своего вместилища самим Цинь Шихуанди — величайшим гением в истории этого мира во всех видах Темных Искусств.

Это было Заклятие с четырьмя стадиями. На данный момент Алёна с трудом овладела лишь второй, ито не в полную силу, но даже так — это было страшное оружие.

К сожалению, времени любоваться происходящим у меня не было. Часть врагов отвлеклась на борьбу с новой напастью, и я, не рискуя более испытывать судьбу, окутался Желтыми молниями — весь, от макушки до пят, и дополнительно создал за спиной две пару крыльев.

Уже на бегу я, преодолевая боль, использовал Зеленые Молнии — несмотря на всю мою крепость и несколько торопливо сплетенных заклятий, невидимая мерзость калечила мою ауру. Зеленые разряды энергетику и ауру лечили намного хуже, чем плоть, но всё-таки лечили, а это было главным.

Уже метрах в ста пятидесяти от стены я резко рванул в воздух и полетел внутрь. Вместе со мной по зачарованным камням ударили снаряды вражеское артиллерии и осадные заклятия, мне в спину впилась метко посланная кем-то молния шестого ранга, на которую я даже внимания не обратил, спасибо доспехам. Единственным её эффектом был сильный толчок в спину, от которого я приземлился совсем не там, куда примеривался.

Кувыркнувшись, гремя сталью прочного доспеха, с добрый десяток раз, я, наконец, остановился. И сразу же взлетел вновь — туда, где стояли мои друзья и возлюбленная.

— Что с тобой? — не открывая глаз спросила сосредоточенная Хельга, чей защитный купол накрыл крепость, защищая от заклятий и зачарованных ядер врага.

— Заклятие кого-то из той троицы, — ответил я разом для всех. — Сейчас я им займусь.

Я плюхнулся на задницу прямо там, где стоял, и занялся, наконец, Заклятием. Это мне ещё повезло, что попало именно вот этим, на основе магий Духа, Проклятий (светлого типа. Да-да, проклинать могут не только чернокнижники. Хотя, надо признать, светлым проклятиям во многом далеко до темных), Целительства и Огня — именно последний, за счет Тления, выделенного в отдельный элемент и с помощью магии извращенного, перекрученного и полностью преобразованного в нечто иное, но на основе прежних свойств…

Магия Духа надежно фиксировала чары на цели — чтобы враг не избавился от них посредством какой-нибудь уловки. Ориентируюсь на саму Душу цели, она не знала промахов или ошибок. Что ж, придется одолевать их в лоб…

Боль, несмотря на всю мою выдержку, становилось всё труднее игнорировать. Другие на моём месте свалились бы от неё ещё там, в поле, но я пока держался и готовил ответ терзающей меня гадости.

Так, Проклятие отвечает за отравление и разложение ауры, Целительство безошибочно определяет куда и как лучше впиться, Огонь, вернее Тление, разрушает все защитные чары — отличная связка…

Фиолетовые разряды, оплетенные подобно нитям Золотыми и Желтыми разрядами, сотнями и тысячами начали вырываться из всего моего тела. Пройдя сквозь сталь доспехов, они устремились во все стороны.

Моя аура, аура чародея восьмого ранга, простиралась на три с половиной метров в каждую сторону и на добрый десяток вверх. И по её краям сейчас медленно, но верно прогрызала и калечила меня растекшаяся по всей поверхности чужеродная энергия. В магическом зрении это Заклятие выглядело полупрозрачной серой пеленой, из которой, подобно маленьким ложноножкам вырывались тысячи небольших, сгущенных до полной непроницаемости щупов, пытающихся проникнуть сквозь почти непрерывно возводимые мной защитные чары.

И они достигали цели. Защитные чары ломались за одну-две секунды, и эта мерзость впивалась в мою сочную, яркую ауру, красиво переливающаяся десятками цветов, что постоянно двигались и перетекали с места на место — но при этом не смешивались, сохраняя индивидуальность.

Каждый укус отрывал и растворял в себе кусочек моей ауры. Не накладывай я непрерывно барьеры, эта мерзость уже съела продвинулась бы на добрый метр вглубь, а то и больше. Мерзкая штуковина — попадешь под такую и выбирай — либо бросить все силы на избавление от неё и быть убитым из-за своей беспомощности, либо броситься на заклинателя в надежде успеть его прикончить, дабы снять это проклятие. И в первом, и втором случае шансов было немного…

Выкинув все посторонние мысли из головы, я закрыл глаза и полностью слился сознанием с моими маленькими, грозно шипящими защитниками — Фиолетовыми, Золотыми и Желтыми Молниями. Наметив каждому из тысячи семьсот трех усиленных разрядов по цели, я спустил их с поводка.

Битва Молний с серой мерзости в реальном времени длилась не больше трёх секунд — но для меня, разогнавшего сознание до максимально доступного уровня, прошла целая вечность. Я был не просто зрителем — я генерировал всё новые и новые разряды, следил, чтобы они правильно сливались, направлял их туда, где серость одерживала верх или усиливал те участки, где мои защитники прорвали вражескую защиту и впивались в мягкое, уязвимое «тело» чужой магии — в ту его часть, что была полупрозрачной. На линии соприкосновения сантиметровый слой серости был сгущен до предела…

Враг тоже управлял своим Заклятием — и этот факт превратил наше противостояние во что-то вроде стратегической игры. Наподобие шахмат — только доска была размером во многие сотни метров, а фигур у каждого из игроков были тысячи. И никакой очередности ходов и времени на подумать…

— А-а-а-а!!! — взревел я, последним сверхусилием сметая эту погань. — Ну наконец!

Надо учесть сегодняшний опыт — в системе своих защитных чар на доспехах и тех, что я привык использовать на автомате, есть брешь — Светлые Проклятия. Сегодня я едва не погиб из-за этой фатальной ошибки — как только выберемся отсюда, немедленно займусь этим. Ну а пока…

Я взлетел на стену и поглядел вперед — туда, где стояли вражеские войска. Столп зеленого света уже пропал и Темное Море хлынуло во все стороны. Злой, голодный мрак обращал в ржавую пыль слабо или вообще незачарованный металл, дерево и ткани, слизывал с костей плоть, что исчезала в нем бесследно, нарушал токи заготовленных заранее ритуальных кругов и иных построений, что попадали под его неосязаемые волны…

Не сказаться, что погибали прямо все, попавшие под удар — всё же минус площадных атак, буквально непреложный закон магии, проявлял себя во всей красе. Сильным Адептам удавалось защитить себя, Мастера разворачивали купола на десяток метров вокруг, Младшие Магистры — ещё больше и так далее…

Да и гвардейцы, в большинстве своем, уцелели. Великий Род Дороховых, кто бы что ни говорил, на своих людях не экономил и доспехи своим воинам покупал лучшие из имеющихся в продаже. К тому же и сами гвардейцы, из тех, что поопытнее и постарше, имели один-два амулета или талисмана для дополнительной магической защиты — и Темное Море зачастую оказывалось бессильно перед ними…

А вот гвардейцы из остальных Родов подобным похвастать не моги и потому гибли. Среди Дороховых погибло дай боги сотен пять человек — а вот у их союзников потери шли за тысячу, а то и за две. Притом, что основной удар пришелся именно по Великому Роду.

Алёна, сконцентрировавшись, начала активировать второй уровень Заклятия. Я тоже начал плести свой удар — враги, несмотря ни на что, не остановили обстрела артиллерией и штурмовыми чарами. Часть из них доставалась стенам, часть била в купол, что, начинаясь от кромки стены, простирался над всей крепостью.

Темнота начала преобразовываться, готовясь использовать всю ту силу, что получила в результате убийств — но и враги не дремали. Незримый ветер, вдосталь напоенный магией Света и Воздуха ударил по мраку. А затем там, вдалеке вспыхнули такой знакомой силой десятки… Нет, более двух сотен аур.

Что ж, если на твоей стороне сражается нежить, не стоит удивляться, если против тебя выступят обладатели Святой Магии. На войне против Цинь они были надежными, верными соратниками. А сегодня, впервые в этой жизни, они выступают против меня…

Глава 9

Ауры обладателей Святой Магии двинулись вперед, сметая заклинание Алёны. Стены крепости, содрогаясь, начинали понемногу разрушаться — куски стен, треща и крошась, обваливались вниз. Положение было аховое…

— Мы долго не продержимся! — прилетела мысль Хельги. — По нам бьёт один из Магов Заклятий! Надо уходить!

Раскинув восприятие, я второпях прикинул количество оставшихся Соколовых. Здесь, на стенах, было около семи сотен гвардейцев, что, поминая такую-то матерь в таких-то позах, отчаянно отстреливались чем могли — кто с ружей, а кто из орудий, направляемых магами-артиллеристами.

Чародеев на стене было около полутора сотен — от Учеников до двух Старших Магистров. А остальная масса войск находилась кто внизу, кто в помещениях — но в общем у Рода было ещё сотни три магов да две тысячи гвардейцев. Довольно неплохо для загибающегося Рода, скажу я вам…

— Все свободные маги — мать вашу за ногу, кретины, на стену! Ученики и Адепты — держать малые щиты над собой и ближайшими бойцами! Мастера, Магистры обоих рангов — собрать Круги и атаковать врага! Если вы за себя сражаться не собираетесь, то на кой-демонов хуй я со своими тут за вас загибаюсь, уроды⁈

Проняло. Мявшиеся и державшиеся внизу, под защитой стен и своих собратьев устремились наверх, к нам — Мастера и выше взлетали к башням, где места было побольше и можно было составить нормальный круг, младшие маги бегали и занимали места там, где гвардейцы стояли одни, без прикрытия, и поднимали защитные чары. Не слишком сильные, второй и третий ранг — но этого было достаточно. Ведь прежде, чем долететь до людей, вражеским чарам нужно было пробить два барьера — крепостной и Хельги с ребятами. Так что долетавшее до гвардейцев вполне себе блокировалось Учениками и Адептами.

— София, мать! — продолжил я. — Ты где, курица!!!

Как и в первый раз, я использовал, скажем так, открытую телепатию — это что-то вроде крика, только мысленного и направленного не на одного человека, на вообще на всех в той области, куда шлёшь послание. В данном случае я орал на всю крепость, потому что просто не мог найти её ауры.

— Я здесь! — испуганно отозвалась София, вылетая из окна донжона. — Что делать?

— Быстро к моим Архимагам! Вливайся в круг и отдавай ману по максимуму!

— Есть! — пискнула мыслью испуганная моей яростью женщина.

Во дают люди, честное слово! Их крепость штурмуют, идет бой на пределе сил — а они забились по норам. Да и ладно, это ещё бог с ним — но почему они меня боятся больше, чем врага⁈ Идиоты!

— Хельга! Бросай возню со щитом! Ты сейчас в состоянии сотворить Синего Феникса?

— Если госпожа Соколова будет в нашем Кругу — да! — ответила девушка.

— Начинай готовить! Так… Петр! выходи из Круга — Андрей, займи его место!

— Но у меня мана…

— Там в кругу Хельга и Маг Заклятий, твоя мана никому вреда не причинит. Главное, прогоняй её через Соколову!

Петр стремительно метнулся ко мне и, остановившись в шаге от меня, вопросительно взглянул в глаза — мол, чего придумал?

— Сейчас я прикажу Кристине прекратить страдать этой херней с пересылкой Соколовых и вы отправитесь прямиком в Николаевск. Там поднимай всех имеющихся боевых магов четвертого и выше рангов. Неважно даже, наших или просто прибывающих в городе — не относящимся к Роду предлагай деньги — не скупясь, плевать, во сколько это обойдется! А затем срочно — сюда! И всех стоящих на дежурстве пилотируемых големов сюда! На всё про всё — полчаса! В вашей паре — ты старший. Иди к ней и командуй, куда перемещаться!

— Понял! — серьёзно кивнул Пётр.

Мгновение — и он, раскрыв сотканные из воздуха крылья и полетел к Кристине.

— Крис! Держи ключи от Пространства! — удивил я чародейку. — Прекращай возню с порталом для местных. Пётр скажет, что делать и куда перемещаться — слушайся его, как меня. Всё ясно?

— Но!..

— Никаких но! Все претензии выскажешь, как мы разберемся!

Удивленная женщина лишь всплеснула руками — мол, ну что за⁈

Впрочем, портал для Соколовых она свернула и открыла другой — поменьше, на двоих, в котором они и скрылись.

— Аристарх Николаевич, что происходит⁈ — ворвалось в голову сообщение Софьи Соколовой. — Почему…

— Нам не выстоять самим! Я отправил их за подкреплением! — ответил я чистую правду. — Нужно продержаться полчаса — и прибудут мои люди. Иначе мы все погибнем зря!

Всё, отвлекаться нет времени. Святоши уже смели Тьму, Алёна так и не успела использовать второй уровень. Ну да и демоны с ним!

— Алёна! Ко мне!

Вот она колебаться, задавать дополнительные вопросы и ещё как-либо тратить время понапрасну не стала. Не успел я договорить, как сменившая фривольное красное платье на свой чудесный доспех и длинный зачарованный клинок девушка уже стояла в шаге от меня.

— Как только я пойду вперед, идешь за мной. На тебе прикрытие тыла и флангов, и будь готова использовать свое первое и третье Заклятия!

— Слушаюсь, господин!

Вдох-выдох, собраться. Мышцы резануло болью, во рту появился солоноватый привкус крови, ноги на миг дрогнули — но лишь на миг.

— Господин! — встревоженно вцепилась в меня Алёна.

— Всё нормально! — успокоил я её, поводя плечами.

Хрустнуть бы шеей, да в доспехе не выйдет. Ну да ничего…

Крутанув в воздухе Копье Простолюдина я в последний раз оценил перспективы барьера крепости, оставшегося без поддержки магии моих друзей. В таком темпе он продержится минуты три от силы.

— Стена! — послал я мысль всем. — Слушай мою команду — все вниз! Круги Магов, вас это пока не касается — продолжайте ещё минуты полторы, а затем тоже вниз. Выдайте сейчас максимум!

Красная Молния, что сожгла мою кровь и жизненную силу, напитала меня огромной мощью. Во мне было столько сил, что в меня нынешнего она попросту не помещалась и медленно, по каплям, но истаивала в воздухе. Что же, не буду терять времени понапрасну — надо показать этим самоуверенным скотам, что они сильно неправы в своих намерениях. Очень сильно…

— Сейчас будешь лететь рядом со мной. Буквально со мной — прижмешься сзади и как можно лучше замаскируешь ауру. Как только доберемся до врагов, кидаешь свой Перст на ближайший Круг Магов. Дальше бьёшь чем-нибудь стоящим второй Круг — твоя задача не убить, а заставить круг рухнуть. После — идёшь на помощь мне. Если я изменю план, сообщу сразу. Поняла?

Дождавшись кивка, я активировал заготовленные чары. Доспех Стихии — огромный четырехрукий воин с крыльями за спиной. Тело и доспех — Синие Молнии, в руках клинки из Черных, чернее самого мрака молнии, над головой словно венец кольцо из Фиолетовых Молний. Крылья — их Желтых, в глубине, там, где у человека должно находиться сердце, билась огромная Зеленая Молния в форме шара.

Золотая Молния охватывала великана целиком, покрывала тонким слоем себя каждую из Молний, отдавая им свою энергию и усиливая тем самым их свойства. И лишь Красной Молнии не было видно — ибо я итак использовал её на полную катушку, и на сегодня лимит исчерпан.

Позади меня стояла, крепко прижавшись ко мне и обхватив руками в районе пояса.

Рыцарь из Молний был отнюдь непрозрачен, да ктому же сильно фонил магией высших порядков. К тому же мы сняли все артефакты, спрятав в карманные подпространства, и скрыли ауры, дабы враг не знал, где именно мы в этом Доспехе. Это было весьма важно для моего плана…

Огромный, чудовищный в своей мощи и сложности Доспех Стихии в форме стометрового гиганта одним легким, плавным движением взмыл в воздух, покинув пределы крепости. Ну как покинув — здоровяк и так стоял одной ногой по ту сторону стены.

По нему уже палили некоторые орудия, второпях заряжая всё самое разрушительное, что имелось среди зачарованных снарядов.

Не отставали и маги — сотни чародеев от пятого ранга били вразнобой всем, что у них было, стремясь нанести как можно больше урона, пока гигант ещё далеко. Мастера и нижестоящие маги даже не пытались бить в творение мага восьмого ранга — это было бы бесполезной тратой сил…

Доспех полетел не по прямой, самой короткой дистанции — давать лишнюю возможность врагам безнаказанно осыпать себя атаками он не собирался.

Вместо этого гигант взмыл высоко в воздух, выше облаков — туда, где в резерве спокойно висела вражеская эскадра с линкором, ожидая приказа наконец вступить в бой.

Что ж… Играя по навязанным врагам правилам, никогда не победить. Чтобы побеждать, нужно ломать чужие правила и схемы и навязывать ему свои. Что сейчас и происходило.

Вылетевший из облаков крылатый гигант оказался прямо под днищем одного из эсминцев. Не успевший увернуться от летящей снизу угрозы боевой корабль бросил всю мощность на защитную сферу, все офицеры судна вливали в нее всё, что могли, но…

Взмах меча из Черной Молнии заставил прозрачный, почти невидимый пузырь защиты лопнуть с громким треском. Казалось, кто-то швырнул на каменный пол огромный хрустальный кувшин, что разлетелся на тысячи осколков…

Второй взмах — и резко усилившийся Черный разряд рассекает судно пополам, будто оно сделано из тонкой фанеры, а не из прочнейшей магической древесены, дополнительно обработанной в алхимической смеси и зачарованной на крепкость.

Судно сразу полетело вниз — двумя кусками. Офицеры выпрыгивали в воздух — те, что послабее, начинали лететь вниз, чтобы согласно инструкции на подобный случай, ближе к земле применить свои силы чтобы превратить падений в планирование и безопасно приземлиться.

Мастера и Младший Магистр, положенный по штату эсминцу, держались в воздухе свободно — для них, аэромантов, это была родная стихия.

И лишь несчастные матросы, абордажники и прочие не одаренные, которые составляли как минимум девяносто процентов экипажа судна, были обречены. И никому не было дело до падающих в ужасе людей — ни могучему Доспеху и его хозяину, ни уж тем более перепуганным за свою судьбу остальным судам эскадры.

Крейсера и линкор наконец повернулись к угрозе. Вот только Доспех уже проломил защиту следующего эсминца — мелькнули быстрее мысли два черных клинка, и разрубленное крест накрест судно четырьмя обломками полетело вниз.

Едва суда вознамерились дать залп по наглецу, как тот рухнул спиной вперед следом за уничтоженным им судном — вниз, туда, где плыли густые, плотные массы облаков. Полтора десятка ядер просвистели там, где только что был враг — но поздно.

Командиры судов и все хоть сколь-либо сильные чародеи были шокированы увиденным. Этот Доспех Стихии отличался от любого виденного ими — даже не силой, нет, хотя и разрушительная мощь была удивительна.

Но поражало их другое — этот Доспех двигался иначе, не так, как все остальные. Любой Доспех, даже самый качественный, это в первую очередь временная и редко используемая дополнительная боевая форма чародея. Их движения медленнее, неуклюжее, что в целом объяснимо — Доспех предполагает повышенную защиту и возможность стоять и игнорировать урон. А даже если и нет — это все равно не лучший способ за кем-то гнаться или убегать.

Но Доспех, что напал на них, был другим. Абсолютно другим — создавалось впечатление, что это было полноценное живое существо, прекрасно владеющее своим телом.

Плавные, гибкость, подвижность, скорость, точность, ни единого лишнего движения, скупая, крайне экономная манера боя опытного воина — такого не могло быть, но это происходило. И это должно было пугать всех хоть сколько-то опытных чародеев…

— Господин, вот вы это всё сейчас говорите к чему? И кому? — осторожно поинтересовалась Алена.

Девушка как-то незаметно переползла вперед и теперь прижималась спиной к моей груди. И не только спиной и не только к груди, от чего мне было неловко.

— Я это вслух всё говорил? — удивился я.

— Почти. Посредством телепатии, — пояснила она.

— М-да, — только и сказал я. — Ладно, не отвлекаемся — сейчас начнется основное шоу.

— А как же происходящее внизу? — напомнила девушка. — Я чувствую, что барьеры рухнули. Там сейчас возник сотворенный Хелей Феникс — но этой птички надолго не хватит. Позвольте отправится вниз, к ним на подмогу?

— Нет. Ты нужна здесь. А насчет внизу… Хельга! Создай, напитывай и любой ценой удержи Феникса. Я позову, когда придет время.

Наши долго не продержатся. Феникс из синего пламени издал пронзительный крик и взмахнул огромными, с полсотни метров в размахе крыльями. В сторону вражеских чародеев и гвардейцев, что уже подступали к рухнувшей крепостной стене понеслась ударная волна. Однако это никого не остановило — защитные барьеры перед бойцами безо всякого напряжения отразили её.

Первыми шли бойцы и маги служащих Дороховым Родов — свои же силы Глава Великого Рода расположил в тылу. Разумная предосторожность…

Однако нельзя сказать, что он бросил своих слуг как пушечное мясо без поддержки — все Старшие Магистры и Архимаги Дороховых двигались вместе с наступающими, а над ними летели все трое Магов Заклятий. Двигаются не спеша, раскинули сканирующие чары — ищут пропавший из виду Доспех Стихии. Доспех, который не совсем Доспех…

Сознание вновь начало слегка плыть — призванная мной сущность рвалась в бой, призывала меня начать действовать и давила через нашу связь на мой разум.

— Граехлир, если ты не уймешься — я развею связь и ты отправишься обратно, причем с клеймом нарушителя контракта, — рыкнул я вслух, получив молчаливый, но слегка встревоженный взгляд ничего не понимающей Алены. — Уймись и не беси меня!

Сущность Молнии — вот кого я призвал на помощь в этой битве. Изначально я надеялся, что удастся переждать атаки врагов за барьерами и увести Соколовых, но Дорохов сорвал мне все планы, приведя с собой эту парочку союзников. Три и четыре Заклятия — тот, что посильнее, был как раз их переговорщик, Коля Воронин. Сам Дорохов тоже находился лишь на уровне трех Заклятий.

В иных обстоятельствах они бы не представляли для меня особой угрозы — но сейчас проблема была в том, что они при регалиях Глав своих Родов. А это на порядок повышает уровень их опасности.

Сущность Молний — это по сути дух, который воплощает саму суть Молний. Они живут в основном в Планах Молний или тех уголках вселенной, где силы Молний было в достатке.

В отличие от элементалей, они не заключают контрактов служения с людьми. А ещё они куда сильнее элементалей, лучше понимают и используют свою стихию — в общем, были практически на вершине иерархии Духов Стихий.

Их нереально приручить и подчинить. Да и сделку с ними заключить почти невозможно… Если ты не Великий Маг, основа сил которого как раз-таки молнии.

Сделка. Сущность Молнии воплотиться в моем Доспехе Духа и сразиться на нашей стороне, на время битвы согласившись подчиняться моим приказам. Взамен мне придется изрядно попотеть, скармливая ему немалый объем Черной Молнии, но оно того стоит. Магия — это не только бодания в лоб. Это умение использовать любые доступные ресурсы максимально эффективно. И сегодня я преподам этот урок столь наглядно, что он войдет анналы истории.

Феникс получил первый удар заклятием восьмого ранга. Забившиеся в остатках крепости бойцы и маги обреченно смотрели, как на них надвигается смерть.

Осторожничающие лидеры врага, все время ожидающие внезапного нападения, играли нам на руку. Прошло уже минут семнадцать минут. Если все будет продолжаться в таком ключе, то Петр с Кристиной приведут подкрепление и…

Словно услышав мои мысли, один из тройки волшебников резко вылетел вперед — недалеко, метров на триста от своих. Зависнув в воздухе, Воронин вскинул фламберг, вспыхнувший черным пламенем, и я понял — надо действовать. Подкрепления до боя нам не дождаться, и лучшего момента, чем сейчас, уже не будет.

Феникс гарантированно не выдержит удара Заклятья — это атакующая, а не защитная магия.

— Палец!

Огромный указательный палец из тёмной, излучающей эманации смерти и разрушения энергии возник метрах в пятиста над Ворониным. Заранее подготовленные и всё это время с большим трудом удерживала почти готовые чары.

— Шторм Черного Пламени! — отчетливо заорал Воронин.

Валы черного, бездымного и холодного пламени настоящими цунами закрутились вокруг своего создателя, свиваясь в огромный торнадо, полностью скрывший крохотную фигурку самого Мага.

Палец опустился, надавил на верхушку столпа колдовского огня — две черноты столкнулись в противоборстве. И это словно стало спусковым крючком последующих событий.

Когда три оставшиеся чародея восьмого ранга — я, неизвестный мне волшебник и Дорохов сорвались со своих мест, начал действовать Граехлир. Вселившийся в мой, состоящий из моих собственных Молний Доспех и сам по себе был очень хорош, но с Сущностью Молнии…

В общем, облака в небе смело, открыв ясно, чистое небо — и там, в этом небе, четырехрукий гигант, лежащий прямо на воздухе лицом к небу вскинул все четыре руки с черными клинками-молниями.

Каждый, более-менее стоящий чародей на несколько сотен километров вокруг ощутил невероятное возмущение в токах магической энергии — куда мощнее, чем при использовании Заклятий тройкой чародеев восьмого ранга.

Черные Молнии, питаемые силой Сущности Молний, рванули вверх, растягиваясь и выбрасывая в стороны десятки ветвей-разрядов, что не спешили тухнуть — совсем напротив, наливаясь силой они рвались вперед и вперед…

Три секунды потребовалось Граехлиру, получившему доступ к всесокрушающей силе Черных Молний, чтобы его разряды достигли каждого судна.

— Нет! — взревел всё понявший Дорохов, вскидывая цельнометаллический посох с алым навершием. — Остан…

Линкор выпустил в расслабленно лежащий Доспех Стихии своими чарами восьмого ранга — огромный, метров десять диаметром шар белого пламени рухнул на Доспех.

Неизвестно, каков был бы итог их столкновения — но Сущность Молнии на такие эксперименты был категорически несогласен. Одна из рук немного изменила положение — и Черные разряды, впившись в белое пламя, остановив его движение.

Детонация чар восьмого ранга вышла весьма эффектной, но крайне неэффективной. Сущность Молнии напрягся, и все ощутили, как немыслимые, огромные объемы энергии потекли через вцепившиеся в корабли черные молнии.

Первым взорвался, обратившись в в облако опаленных щепок с горелого людского мяса, какой-то фрегат. За ним корвет, затем пара фрегатов, потом как-то подозрительно задрожал один из эсминцев…

С кристалла в навершии посоха вверх, прямо к неподвижно парящему в воздухе Доспеху Стихии устремились вложенные в семейную регалию Дороховы чары — атака, сравнимая с Заклятием по мощи.

Кроваво-красное, так и разящее магией Крови сияние оформилось в пять полыхающих багровым огнём стрел… Хотя скорее уж копий, судя по размеру. А ещё их дружный залп в одну цель — более чем Заклятие.

Стрелы-копья сорвались на невероятной, немыслимой скорости — однако я, парящий выше своих визави, неспешным, круговым движением в том же направлении, куда летели копья.

Со стороны могло показаться, что ничего не произошло — ну взмахнул копейщик своей длинной стальной дурой, и что? Это даже не взмах, это ленивый перевод копья из одного положения в другое…

Вот только все пять пылающих багровым огнём снарядов разом разлетелись миллионами кипящих красных капель.

— Этрум Руав, Стрелы Пылающей Крови, — хмыкнул я. — Балуетесь запрещенным колдовством, господин Дорохов? Заготовить пять таких стрел — дело непростое… На каждую нужно по сотне детишек не старше семи лет. Пятьсот семилетних детей… Рука не дрогнула?

— Иногда во имя Рода приходится ма…

Растерян, падаль. Не может понять, как я так легко уничтожил его атаку… Что ж, он и не сможет уже никогда… Копьё Простолюдина продемонстрировало мне свою новость, которой я еще не подобрал названия. Теперь оно способно обрушить удар гравитационным копьём куда угодно на расстоянии сотни метров от меня. Чары ближе к верхней грани восьмого ранга — вот что мне досталось. На пролетающие снаряды я потратил пять зарядов. Осталось ещё пятнадцать — а после Копью понадобится как минимум несколько часов, чтобы восстановить способность.

— Да ты что, во имя Рода! — перебил я его. — Пять сотен сопливых мальчишек ради пяти этих твоих кривых, убогих поделок, которые, к тому же, оказались так бесславно уничтожены…

У меня за спиной бушевало настоящее безумие — в огненном торнадо сверкали молнии, били Копья Мрака, Лезвия Пламени Мертвых — изумрудного огня — били Лики Смерти — в ответ летели десятки заклинаний различных школ… Алена сошлась в бою с Ворониным, и сейчас любитель волнистых фламбергов был поуши в проблемах. Алена спокойно, уверенно и максимально экономно в плане сил вбивала в грязь своего противника.

Я вскинул копье за секунду до того, как все началось. И когда сотканная из магии и отливающая оранжевым огромная, почти корабельная цепь метнулась ко мне — я был готов.

Копьё Простолюдина играючи рассек вражеское заклинание, но в следующий миг их прилетели уже десятки. Чары от четвертого до шестого ранга, разнообразные и многочисленные, пяток магических гранат, потоки разноцветного, разносортного магического огня — всё это мои доспехи с честью выдержали, дав мне достаточно времени.

Боевые маги врага, поспешившие на помощь своим предводителям.

Я стоял уже по колено в чем-то. Не знаю, в некой субстанции, образовавшейся из остатков той магии, которой меня сейчас потчевали. Я с трудом поставил сферическую защиту, всё прогибаясь под напором уже нескольких сотен врагов. Маги Заклятий врага сейчас были сосредоточены на уничтожении Доспеха Стихии, через который Граэхлир управлял Черными Молниями, которые уничтожали суда их эскадры — одно за другим, с неотвратимостью злого рока.

Конечно, то, чем сейчас била Сущность Молнии, не было той самой Черной Молнией — в таком количестве они бы мгновенно разнесли эту эскадру.

Дух просто преобразовал свои молнии под цвет моих черных, из которых состояли клинки Доспеха.

Ощутив, как одна обе ауры восьмого ранга удаляются, я дал приказ. И начал считать, постепенно начиная испытывать действительно серьезные опасения и подумывая, что стоит перестать страдать ерундой. Но тогда весь замысел теряет смысл…

Резкий клёкот пролетающего сверху Феникса вернул мне надежду. В ту же секунды атаки прекратились — синее пламя не знало слова жалость. Полыхнув и прокатившись на сотни метров вперед, оно обратило в горелый кусок мяса сотни человек.

К сожалению, сильнейшие маги — пятого, шестого и седьмого остались целы и невредимы. Они итак стояли группами, дабы случись что-то похожее на атакующего синего Феникса суметь прикрытся.

— Угощайтесь, — раздраженно бросил я отступающим магам.

Прицельный удар Зеленой, Желтой и Золотой — отступающий Старший Магистр врага оказался недостаточно проворен и попался мне на глаза. Таракан…

Убийство Старшего Магистра отняло кратчайший, почти незаметный миг — я просто походя метнул молнию. Времени не было — и, не говоря ни слова, я промчался мимо Хельги и ребят, которые вели остатки Соколовых, полетел туда, где сейчас находились мои цели.

Доспех Стихии они уничтожили, молодцы. И Сущность Молнии отправился в свое измерение — правда, от флота врага остался лишь линкор, два крейсера и десятка полтора разномастных судов — от эсминца до корветов.

— Ты! Выскочка! Ты заплатишь мне за это! — ярость Дорохова можно было ощутить физически. С его посоха сорвались десятки энергетических лент, в руке начал загораться маленький огонёк — зародыш Заклятия.

Второй Маг сместился влево, блокируя возможность отступить к своим.

Копьё Простолюдина бьёт перед собой, словно бы в пустоту — но мощнейший, диаметром около семи метров поток белого пламени.

Посох мигом позабыл об уничтоженных зачарованных лент и возвел вокруг хозяина полусферу из темного металла, что исчезла как только пропало пламя.

— Испепеление!

Он всё же сплел своё Заклятье… Почти.

Когда во время произнесения ключ-фразы мои Фиолетово-Золотые и Желтые Молнии ударили в начавший преображаться огонёк, ломая и руша связь, путая токи силы — в общем уничтожая всё, до чего могли дотянуться.

— В бою нужно либо колдовать мгновенно, либо с безопасной дистанции, с которой тебе не собьют использование чар, уродливая ты жаба…

Крепкое, хищно сверкающее Копьё поднялось, нацеленное вбок — и настоящая лавина молний из тысяч разрядов всех цветов радуги обрушилась на пустое пространство.

Однако место не пустовало — с яростным, болезненным криком, вспышкой и грохотом второй Маг оказался буквально вбит вниз, в находящуюся в трехстах метрах землю. Стоящий на том же месте, что прежде, двойник истаял.

Внизу же наконце открылся портал — да ещё какой портал! Высотой три метра и шириной добрых четыре десятка, он пропускал десятки, сотни человек в моих цветах — Гвардию Николаевых-Шуйских. Элитные части, максимально укомплектованные лучшими бойцами, почти треть которых — обладатели магического дара…

Мои бойцы выходили полноводной рекой, сразу строясь в отряды и занимая позиции. Впереди всех вылетели разом тридцать семь Старших Магистров и больше сотни Младших — и почти проигравшие Хельга и компания оказались оставлены в покое — враг отошел назад, и приказал сделать тоже своим силам. Гвардия Дороховых выдвинулась вперед, враги принялись готовить и разворачивать артиллерию… Вот только теперь им противостояли не гвардейцы Соколовых.

Мои бойцы, сильные, обладающие магией, опытные и великолепно экипированные — помимо отличных доспехов, обвешанные добытыми в войнах амулетами, артефактами и всем тем, что удалось захватить и приспособить себе на службу…

Вот эти молодцы просто начали в наглую захватывать ближайшие орудия. К ним присоединились маги, да и бойцов всё больше вбегало — интересно, а почему Кристина изначально не могла создать такой крупный портал? С таким мы бы минут за десять-пятнадцать вывели бы всех Соколовых…

Что ж, каждый да займется своим делом.

Активация способности Копья — и пять мощных гравитационных копий обрушились обрушиваются на окружившее Дорохова синее сияние, проминают его, рвут этот свет…

Я срываюсь с места, рывком оказываясь подле противника, но тут сбоку в меня летит сноп фиолетового огня. Щит Суару — полупрозрачная пелена разрослась во все стороны, принимая на себя чары врага.

Удар оказался неожиданно силен — Щит замигал, затрясся, грозясь разрушиться. А ведь противник почти доплел Заклятие.

Я побежал, разгоняя тело Желтыми Молниями. Оба Мага взлетели вверх — Дорохов готовился атаковать, второй, неизвестный мне, держал защитные чары. Что ж… Зря вы так.

Перехватываю копьё в метательную позицию. Золотые Молнии увеличивают физическую силу, и я примериваюсь для броска, параллельно выплескивая разом весь эфир, что я так старательно берег.

Вниз летела всё расширяющаяся сфера пламени, уйти из радиуса поражения которой не оставалось шансов. У Дорохова получилось придумать, воплотить и усвоить на удивление хорошее, мощное и толковое боевое Заклятие.

Чары, что не оставят ничего живого в радиусе пятисот-семисот метров. Не поможет даже защитная магия седьмого ранга — судя по резко опустевшей ауре Главы Рода, объем маны в нем был колоссальный…

Черный. Фиолетовый. Золотой. Желтый. Синий.

Копьё Простолюдина зарычало в моём сознании от боли — я никогда ещё не вливал в него столько молний.

— Потерпи, малыш, — ласково прошептал я копью. — Так надо…

Заклятие врагов уже было в в сотне метров от меня. Пора.

— Эа Морния!

Копьё, окутанное пятью молниями, спокойно погрузилось в огромный шар невероятного жара, чтобы через миг вылететь с другой стороны — но уже не с пятью, а четырьмя Молниями.

Фиолетовая Молния сделала своё дело в одно мгновение. Светящийся шар, несущий колоссальный заряд разрушительной энергии, не долетая до меня с десяток метров мигнул, по нему пробежали сотни Фиолетовых разрядов — и оно лопнуло, обратившись тысячами маленьких, но очень ярких огоньков.

А Копьё, пробив все барьеры запаниковавших Магов, сметя защиту артефактов и пробив дорогие, зачарованные одежды моё Копьё пронзило насквозь Дорохова. А затем мои молнии вцепились в его товарища, пытавшегося бежать — и если бы я не взял под контроль Черные, то он бы погиб.

— Вы становитесь милосердным? — поинтересовалась Алена.

Девушка тащила за ногу бессознательного, обессиленного и с израненной энергетикой Воронина.

— За двух пленных Глав заплатят больше, чем за одного, — пожал я плечами.

— А чего тогда третьего убили?

— А его с его Родом у нас будет отдельный разговор. Для которого этот урод не нужен. А вообще — пойдем к нашим. Бой ещё не кончен…

Глава 10

В момент, когда моя гвардия начала выходить из порталов, дело Дороховых уже было дрянь. Мои бойцы с ходу, на бегу перестраивались в боевые порядки, врезались во вражеские ряды — и разгорелось пламя последней, решающей схватки.

Я много чего могу сказать о том, почему мне не нравится Дорохов, как Глава Рода и человек. Но вместе с тем не могу не заметить — его люди люди дралась зло и решительно, не щадя себя.

Они видели, что я одолел пару Магов Заклятий. Видели, что там, где сошлись Смерть и Пламя, победительницей вышла Алёна. Видели десятки Старших и почти две сотни Младших Магистров, что летели над головами молча, без криков и воплей строящихся гвардейцев моего Рода.

Понимали ли они, сколь мало у них шансов победить? Ясно ли им было, что они идут фактически на верную смерть?

О да, они это прекрасно понимали. Более того, Архимаги и Магистры Дороховых оттянулись к своим, перестроились, взяли командование в свои руки и навалились, стремительно, плечом к плечу, с молчаливой яростью.

Первый клин вражеских бойцов ударил в едва построившиеся порядки моих гвардейцев, спеша навязать ближнюю схватку моим воинам — и две волны закованных в сталь яростных воинов столкнулись в бою.

Дороховы дрались хорошо. Честно сказать, их Глава был воякой слабым и не самым умным — полез в бой без поддержки ближней дружины, ядра боевых сил своего Рода, рассчитывая, что вдвоем они сумеют меня быстро продавить. Им не удалось — я взял верх, и теперь его труп лежал у нас под ногами.

— Они всерьёз решили отбить у нас его тело? — хмыкнула стоящая рядом Алена. — Дураки, лучше бы бежали. Бой проигран, чего они лезут?

— Так велит их честь, — ответил я, поведя плечами. — К тому же при этом дураке их родовые регалии — артефакты Главы. Это очень важные вещи…

Договорить я не успел — сверху, из синевы небес, прямо на нас рухнуло чужое заклятие. Надо было быстрее отступать, не тратя времени на разговоры…

Багровый луч метровой толщины, могущественное атакующее заклинание восьмого ранга, перечеркнуло синь небес, поделив мир пополам. Стоящая рядом Алена успела среагировать вовремя — взмах меча, ударившего снизу вверх, сотворил защитные чары. В полуметре над нашими головами луч сжатого, уплотненного колдовского пламени, что играючи прожгло бы землю под нами на добрые несколько сотен метров, столкнулось с пеленой злого, овеществленного мрака.

Тьма и Огонь сошлись в яростной схватке, с рёвом, гулом и грохотом выясняя, кто здесь альфа, а кто и бета… А то какая-нибудь дельта, если не омега.

От грохота на миг заложило уши — схватка могущественных заклятий продлилась секунд шесть. Алёна была Магом семи Заклятий, закованная в доспехи, не уступающие, а то и превосходящие то, чем пользовался Второй Император. Её меч был тёмным, напоенным злой и жестокой магией артефактом, что выходил даже за рамки восьмого ранга — меч Императора Мертвых был своеобразным аналогом Живого Оружия, превосходящим моё Копьё Простолюдина. Я ещё не видел, чтобы девушка пускала в ход магию, заключенную в это оружие — она и чары доспехов использовала по минимуму, стремясь развивать и оттачивать в первую очередь свои собственные силы и возможности, дополняя их могуществом артефактов лишь в крайнем случае.

Однако сейчас сила меча пошла в ход — и у меня невольно мурашки по спине пробежались, когда я ощутил всю злобную, неистовую ярость оружия, что наконец было пущено в ход на полную катушку. Чудовищный артефакт, наделенный своеобразным, весьма и весьма далеким от привычного нам разумом, жаждал схватки, жаждал боя и схватки — и я ощущал, что ему мало просто драки. Меч хотел крови, меч хотел убийств и боли врага, он жаждал окунуться в чужую кровь и ауру, поглотить душу и энергетику врага… И лишь могучая, подобная стальной горе Воля Алёны, закаленная бесчисленными испытаниями, лишениями и потерями, горем и страданиями, через которые прошла девушка, дабы стать тем, кем стала, подавляла злобную натуру клинка. Пожалуй, любой другой, кому попало бы в руки это оружие, рано или поздно стал бы его рабом — кроме разве что меня, но я особый случай. Я реинкарнатор с могущественным Воплощением Магии, мой разум не покорить никому. Это не значит, что я неуязвим в этом плане — это лишь означает, что меня легче сломить и убить, чем заморачиваться с подчинением.

Мы стояли, окруженные густой, непроницаемой пеленой… нет, не так — мы стояли в центре облака изначальной, злой Тьмы. Могущественная стихия, одна из основополагающих, символических сил мироздания, воплощающая и представляющая не только лишь саму себя, но и всё то, что разум смертных относит к отрицательным, губительным мистическим силам, она несла в себе могущество, которого с лихвой хватало, дабы одним лишь своим присутствием отражать не только ударившее по нам заклятие восьмого ранга, но и прочее…

Там, снаружи этого облака, по нам из всех орудий палили линкор и несколько крейсеров. И не только орудиями, но и всей боевой магией высоких порядков, которой в таких громадинах хватало с лихвой.

А помимо них там, по ту сторону облака, я ощущал десятки… Нет, сотни аур чародеев — от четвертого до седьмого ранга. И все они били по нам своими чарами — не скупясь, не жалея сил, стремясь прорваться и прикончить вражеских лидеров.

Кто бы не перехватил командование вражескими войсками, он был умнее и основательнее павшего Главы. Хорошо, что этот человек перехватил командование войсками лишь после смерти Дорохова и прихода моих войск — иначе, при таких раскладах, мы могли бы и проиграть…

— Отомстим за Главу! — раздался чей-то крик с той стороны мрака.

— Там сотни три боевых магов, — сообщила Алена, чьим светящимся алым глазам окружающий нас мрак не был помехой. — Территорию Мрака я могу поддерживать ещё несколько минут. Наши перестраиваются, и скоро к нам придет подмога — но судя по тому, что я вижу, потери будут немалыми. С обеих сторон — на нас навалились действительно лучшие. Что делать, господин?

— Развей Территорию, — велел я, крохотным импульсом Фиолетовой Молнии сжигая протянувшееся ко мне небольшое щупальце тьмы. — Этот твой Мрак вот-вот кинется на меня, а разбираться с силой твоего меча… Не хотелось бы сталкиваться с его силой. Лучше дадим бой нашим гостям!

— Простите, господин. Мне ещё тяжеловато контролировать силу клинка, нужно больше практики, — вздохнула девушка. — Но я доведу контроль над ним до совершенства, обещаю!

— Конечно доведешь, — усмехнулся я. — У меня на тебя большие планы, дорогуша — ты ещё поразишь мир своей силой.

Алена вполне может стать с моей помощью Великим Магом — спасибо наследию Императора Мертвых, на совесть готовившего свои тела-носители. Даже запасные… Он оставил великолепный задел под создание Воплощения Магии, и мы обязательно пройдем путь становления девушки Великой. Только после того, как сам с этим справлюсь и буду хоть примерно понимать, как действовать, дабы её не прикончило отторжение мира. И когда в Роду Николаевы-Шуйских появится не один, а два Великих Мага… О, этот мир ждут веселые деньки. Особенно одного хитрозадого мертвяка, сидящего на троне в Столице Мертвых. У него появится конкурентка, оспаривающая его верховенство в мире нежити — возможно, моя Алена создаст здесь собственное царство немертвых… Но это дела далекого будущего, а сейчас надо решать текущие проблемы.

Сил оставалось немного. Всё же я всухую разделал двух Магов Заклятий — кто бы что ни говорил, но я молодец. Я уступаю им в половину ранга и не имею Заклятий, по артефактам они меня тоже превосходили — на Родовую регалию у меня пока что тянет разве что Копьё, остальное отличные, но не более того артефакты. Вражеский же Глава… Что ж, это беда многих современных высших магов — даже Архимагам редко приходится выкладываться на полную и сражаться насмерть, а уж Маги Заклятий и вовсе редко имеют настоящий боевой опыт. У них есть сила, но не хватает навыков — чем и пользуемся что я, что шведский принц. Что ни говори, а мы, реинкарнаторы, порождения явно более богатых на войны и кровь эпох, нежели местные, несколько веков не участвовавшие ни в одной стоящей упоминания войне…

— Защита! — мысль-приказ врага была брошена в открытую.

Беспечность или намерены подловить? Посмотрим…

Десятки Доспехов Стихий Мастеров и Младших Магистров в едином, отработанном магическом действии сотворили на моём пути прозрачную, чуть отливающую синевой преграду — и моё Копьё со всей мощью тела высшего чародея, способного ударом кулака пробивать метровой толщины каменные стены, ударило в неё.

Дабы отразить даже такой, обычный с виду выпад оружием, нужны были защитные чары, искусностью и сложностью достойные шестого ранга. Однако пелена передо мной едва тянула в своей сложности на самый низ четвертого — но вопреки общепринятым убеждениям, Копьё Простолюдина не сумело пробить эту преграду. Яростный вой моего Живого Оружия, извергающего из себя поток разрушительного белого пламени, заставил меня чуть поморщиться — гордое копьё посчитало позорным свою неспособность пробить столь неказистую преграду…

Обычно моей силы и искусства хватало, дабы пробивать даже массовые барьеры обычных магов, но, к сожалению, непреложный закон мироздания не знает жалости — порядок бьёт класс.

Я был на два порядка круче и сильнее любого из тех, кто сейчас стоял по ту сторону барьер. И будь там просто куча обычных боевых магов, я бы чувствовал себя волком, пробравшимся в овчарню. Но сейчас…

Передо мной была Дружина, избранный, лучший отряд Великого Рода, что должен был выступать как личная охрана и последний козырь Главы. Тот решил драться без него и погиб, и это было, пожалуй, величайшим из возможных позоров для дружины Дороховых. И они явились смыть его кровью…

Действующие слаженно, как единый механизм, боевые маги даже низших рангов были опасны для любого одиночки. Простенькие защитные чары, но поддержанные таким количеством чародеев, идеально и синхронно подающих в него чары, легко компенсировали все недостатки своего заклятия объемом вложенной в него маны. Белое пламя и наконечник копья не пробились вперед — и дальше последовала ответная атака.

Маны в резерве были сущие крохи, и надеяться на победу с такими остатками было бы глупо. А потому я обратился к своим постояльцам, жителям моего внутреннего мира — к десяткам тысяч душ. И они без вопросов и колебаний помогли мне, поняв всё даже раньше, чем я сформулировал, что именно мне нужно.

Золотистое сияние охватило меня, окутав ореолом Света. Я светился весь, и не только я, но и моё Копьё Простолюдина. Наверное, со стороны я мог показаться эдаким паладином Света или посланником Небес…

Цунами темной, переполненной враждебной магии воды накатило на меня, заключая в огромную, десятка метров размерами водяной темнице. Вот это уже было заклятие посложнее — шестой ранг, самый пик. Гравитация, Малефицизм, Лед, Вода, Молнии и чары Металла — десятки атакующих заклятий обрушились на меня, а ловушка давила так, что надеяться вырваться одним рывком даже не стоило. Дружина действовала хорошо…

— Я помогу, господин! — ворвалась в мой разум мысль Алены.

Восприятием я ощутил, как вскипает мощь в моей подопечной, готовой излиться атакующими чарами восьмого ранга. А ещё отчетливо ощущалась радость и предвкушение её клинка…

— Не вмешивайся, — велел я. — Забери второго пленника и отступи к нашим.

— Но!..

— Это приказ!

— Слушаюсь, мой господин, — недовольно ответила девушка.

Сражение везде, кроме как здесь, уже затихло — обе стороны отвели войска, Хельга и кто-то со стороны Дороховых и их союзников уже обменивались телепатическими посланиями…

— Сдайтесь! — бросил я мысль своим противникам. — Битва проиграна, ваш Глава мёртв! Тут уже не за что драться — вам не победить.

— Чтобы победить, вам тоже придется оставить на этом поле добрую половину своей гвардии и, возможно, лишиться немалой части своих высших магов! У нас ещё остался порох в пороховницах!

Души вливали в меня силу и одновременно держали свою защиту — золотое свечение отражало все удары, что сыпались на меня. Однако я чувствовал, что сильнейшие маги под предводительством Архимага, готовят финальный удар. Удар, который наверняка сумеет пробить мою защиту — сотворенные духами чары были не слишком сложны и надежны, их основным преимуществом, как и у врага, было то количество маны, которое было в их распоряжении.

Сотня тысяч душ, полных сил и даже ставших немного сильнее за почти год, проведенные в моём внутреннем мире, напитавшихся сил от моего Воплощения Магии и изучившие некоторые чары за счет доступа ко всем моим знаниям… Это была грозная сила — одно только количество маны в их распоряжении превышало мой резерв раз в тринадцать-пятнадцать. И они щедро расходовали эту силу — восполняли мой резерв, не считаясь с огромными паразитными потерями. Примерно шестьдесят процентов из вливаемой в меня маны тратились впустую, растворяясь в моём внутреннем мире — но дури у «ребят» было столько, что на это можно было не обращать внимания…

— Не спорю, продолжение битвы дастся нам нелегко, — согласился я с Архимагом Дороховых. — Но вы потеряете ещё больше. Род Дороховых лишиться всех войск и лучших магов. Долго ли после такого поражения вы останетесь Великими? Вас сожрут ваши соседи, все те, кого вы раньше подавляли и держали почти за слуг… Ты уверен, что попытка отомстить за Главу стоит фактической гибели Рода?

Атакующие чары у дружины уже были сплетены. Однако они медлили, не спеша пускать их в ход — даже удары рядовыми чарами прекратились. Я обращался к врагу открыто, так, чтобы слышали все — и я ощутил колебания среди рядовых дружинников…

— Честь велит убить тебя, Николаев-Шуйский, — наконец ответил мне предводитель дружинников. — Я не любил нашего уже погибшего Главу, и он отвечал мне взаимностью. К сожалению, выйдя на поединок с тобой, он не призвал нас на помощь — иначе погиб бы ты, а не он…

Архимаг замолчал, я же вновь раскинул чары восприятия, да и просто огляделся с помощь Небесного Ока — часть сознания воспарила высоко в небо, оглядывая поле боя. Я видел всё — никто не мешал и не ставил блокирующие чары.

Обе армии расходились — через портал Кристины прибыло уже добрых тысяч шесть с половиной воинов. Сам портал уже закрылся, а его создательница, вместе с одной моей знакомой Романовой из ветви Второго Императора, стояли рядом с Хельгой.

Собственно, собравшиеся группой Старшие Магистры, Архимаги и Алёна под командованием Хельги замерли, ожидая, чем кончится мой диалог с врагами. Видя их напряжение и ощутив, как Петя, потеряв терпение, начинает плести заклятие, я бросил им мысль-приказ:

— Не вмешивайтесь!

Дружинники совещались — я ощущал, как между ними, по закрытым от меня каналам, летали десятки и сотни сообщений.

Дружина Великого Рода — то, чем пора бы озаботиться и мне. Двести с лишним Мастеров, около тысячи Адептов, три десятка Младших и четверо Старших Магистров под предводительством Архимага…

Слаженная, умеющая действовать как единый организм дружина, которая оказалась куда более сложным противником, чем неопытный Маг Заклятий. Эти ребята, действуй их Глава в связке с ними, имели шансы подловить меня и прикончить. Но сейчас, окруженные моими людьми… Им не убить меня — но наших людей они могут забрать с собой немало.

— Отдай нам тело и регалии Главы, и мы сдадимся, — пришла мне мысль от их предводителя. — Я понимаю, что вы содрете с нашего огромную контрибуцию… И понимаю, что артефакты убитого вами в поединке врага — ваш законный трофей, однако молю вернуть их Роду. После всего случившегося на нас обрушится немало бед — и родовые регалии нам ох как пригодятся…

Предводитель дружины, седоусый мужчина лет шестидесяти, закованный в латы, вооруженный своеобразным посохом — из металла, покрытый рунами и крупным, с куриное яйцо изумрудом в навершии и длинным сантиметров двадцать длиной лезвие в нижней части, он внушал уважение своим видом.

— Я прошу от имени своего Рода и своего собственного, — с тяжелым вздохом, встал он на одно колено передо мной. — Позвольте забрать тело Главы и регалии.

— Назовись, — велел я. — С кем я разговариваю?

— Григорий Дорохов, Старейшина и командир дружины Рода, — представился воин.

— Ты урожденный или принят в Род через брак? — уточнил я.

— Принят через брак, — подтвердил чародей.

— Мне нравится твоя верность своим, — усмехнулся я. — Что ж, я верну вам тело и регалии, но… Первым моим требованием будет, чтобы тебя освободили от клятв Роду и ты поклялся в верности мне.

— Но у меня семья… — растерялся коленопреклоненный Архимаг. — Как я…

— Заберешь семью, отправитесь жить ко мне, — пожал я плечами. — Это всё легко решается. Но ты будешь служить мне — и тогда я дам шанс твоим Дороховым остаться Великими. Согласен?

Волшебник угрюмо молчал, опустив взгляд. А затем перевел его на лежащего позади меня, в паре десятков метров труп Главы Дороховых. Многое было в том взгляде, очень многое — недовольство, злость, презрение… А затем, подняв голову, он встретился со мной взглядом и твёрдо ответил:

— Хорошо, господин Глава. Я принимаю ваши условия…

* * *

Бояре и боярыни, понимаю ваше недовольство, но поймите и меня — я выдаю немалое количество текста, и иногда мне нужно перезагрузить мозг, дабы суметь работать дальше. К счастью или сожалению, но книга — не колбаса, её ровными кусками в любой момент не порезать. Сейчас вдохновение вновь пришло — ночью будет ещё одна, а может две главы. Сейчас буду писать активнее — сюжет в голове сформировался, и мы двигаемся вперед. И простите, что проебываюсь со сроками — я делаю это не специально и назло, просто чтобы написать что-нибудь стоящее иногда нужно накопить мыслей и вдохновения. И не всегда удается это сделать к обозначенному сроку. Я могу начать писать ради скорости абсолютно мусорно — но, думаю, это не понравится ни вам, ни мне.

Ваш Автор, бояре и боярыни. С наступающим — постараюсь до 31 добить том. Но повторяю — тут как получится. Не судите строго)))

Пы.Сы. Несколько артов — Алена, Аристарх, поле боя, то сё)

Глава 11

Как так получается, что в Великих Родах почти всегда, непрерывно имеется хоть один Маг Заклятий, учитывая, что люди с таким потенциалом — огромная редкость?

Великий Род это в первую очередь не армия, боевые маги и собственная эскадра — нет, эти, без сомнения, важнейшие элементы были возможны только благодаря самому главному. Деньгам.

Личная армия с сильными боевыми магами и прочим требуют огромных расходов. Алхимия на преобразование людей в усиленных магических солдат, особенно таких, что не просто сильны, но и способны на внешние техники благодаря пране, как мои собственные — выстрелить там клином энергии, зависящим от навыков воина — лучшие и самые опытные из моих способны выдавать удары на уровне Мастера или ставить защиту на этом уровне… Чтобы дойти до подобной силы, нужны постоянные тренировки, регулярные битвы, оказываться на грани жизни и смерти… А самые продвинутые покупают себе дополнительные зелья и препараты, способные их усилить — ведь личная сила в нынешние времена, да на службе у постоянно воюющего Николаева-Шуйского.

В общем, сила любого Рода строится на финансах. Заводы, фабрики, шахты, в которых добываются металлы, уголь и прочее — не магические, но тоже нужные и ценные ресурсы, города, сёла и деревни на твоей земле — а Великие Рода владели довольно крупными городами, иной раз с населением в несколько миллионов…

И эти города, платящие налоги Роду, шли огромные прибыли. Пошлины с купеческих караванов, налоги с торговцев и так далее… А ещё отсюда в Род шла свежая кровь — младшие маги их армейских отставников, талантливые простолюдины с большим магическим потенциалом, гвардейцы, слуги, управляющие, смышленые простолюдины, что открывали на деньги Рода свои лавки, магазины и прочее и отдавали не просто налоги, но половину прибыли…

— Бийск, — мрачно произнес стоящий рядом со мной Архимаг. — Миллион триста тысяч населения, крупнее только столица губернии. Фактически вотчина Великого Рода Дороховых. Что будешь делать?

Дорохов Григорий Викторович, бывший глава дружины Великого, а ныне опутанный мощными клятвами и Кровавым Договором со мной. Его прежние клятвы, большая часть из них была снята присутствующими здесь Старейшинами — но были те, что снять под силу лишь новому Главе.

— Он серьезно не собирается открывать ворот? — поглядел я на чародея. — Он что, совсем неадекватный? Если начнется бой, от города камня на камне не останется.

— Но родовое гнездо, стоящий в центре города особняк, останется цел и невредим, — вновь заговорил Костя. — Великий Источник Магии, десятки лет укрепления и вкладывания в него заклятий, артефактов, привязанные духи… Ты умоешься кровью и потеряешь все, но не факт что возьмешь…

— Если я захочу, дружок — я возьму этот город. И особняк меня не остановит — у меня есть, кого на него натравить.

Закованная в сталь Алена даже не пыталась скрывать своей ауры. Как и ауры своего меча… Полная сил и с почти гастрономическим интересом глядящая не суетящихся на стенах воинов. Огромный городской купол её бы вряд-ли надолго удержал… Идеальное орудие для штурма даже Родового гнезда Дороховых — учитывая, что у неё будет более чем мощная поддержка.

— Я не хочу устраивать здесь кровавую баню, — ответил я. — Если ты думаешь, что мне не под силу взять город… Григорий, объясню тебе кое-что, дабы ты осознал ситуацию — у меня есть маг восьмого ранга, специализирующийся на школе Пространства. А в Александровской губернии у меня десятка три с половиной Родов-союзников. Плюс мой тесть — Второй Император. Плюс сам факт — на Фронтире в частности и в нашей губернии особенно сильно чувство локтя. Стоит мне бросить клич — и уже через пару дней здесь будут боевые маги пяти Великих Родов и десятков, а то и сотни Родов поменьше. Пару сотен Старших Магистров, десятков пять-шесть Архимагов и десять-двенадцать Магов Заклятий. Скажи же мне, Дорохов — сколько тогда продержится город?

Григорий промолчал. Впрочем, ответ итак был очевиден… Повисло молчание. Я смотрел на готовый к бою город и думал, как избежать сражения. Больше миллиона мирных жителей, таких же граждан Империи, как и мы… Не воины и даже не враги нам — я очень не хотел, чтобы они познакомились с разрушительной мощью боевой магии высоких порядков…

С момента битвы при Воланске, крепости Соколовых, прошло пять дней. Кристина перекинула оставшихся некомбатантов Соколовых и всех наших раненых в Николаевск — к счастью, бой был скоротечный, а гвардейцы, особенно мои, народ живучий. В первых рядах были экспериментальные ребята — те, кому достались мои эликсиры с Молниями. Конкретно этим ребятам достались Зеленые, что давало им повышенную живучесть — и в результате никто даже не погиб. Битва длилась-то минуты две-три, а затем обе стороны отвели войска.

Естественно, затянись это сражение, и у нас были бы погибшие, причем очень много — но, на счастье, оно не затянулось…

Разобравшись с ранеными и трофеями, пришла очередь четырех Родов, подчинявшимися Дороховым. Главы и их ближайшие, самые влиятельные Старейшины стояли передо мной, хмурые и немного нервные.

— Что ж, господа, — обратился я к четырнадцати пришедшим на разговор со мной аристократам. — К сожалению, мы с вами сегодня оказались по разные стороны поля боя. И удача от вас отвернулась… Но не будем ходить вокруг да около — вы пришли выкупать свободу. Что вы мне предложите взамен?

— Пятьдесят миллионов от каждого из нас, — озвучил цену самый высокий и крепкий среди них. — И ты… вы нас отпускаешь. При оружии и доспехе, вместе с нашим обозом.

— Вы, я так полагаю, Николай, Глава Рода Федотовых. Верно? — поглядел я на него.

— Верно… Господин Николаев-Шуйский, — говорил он тяжело, будто заставляя себя, и я улыбнулся.

Этот Николай старательно придерживался образа недалекого здоровяка, но его выдавал взгляд. Взгляд умного, хитрого и готового на любую подлость, если это спасет его шкуру, человека. Опасный ублюдок… Хорошо, что ему никогда не стать Магом Заклятий, даже с сердцем восьмого ранга — он приложил невероятные усилия и потратил целое состояние на алхимию и специальные артефакты, дабы достичь седьмого ранга.

И теперь ему вряд-ли удастся добраться даже до пика седьмого — но интуиция настойчиво шептала мне, что этот тип несколько опасен даже для меня. А если шестое чувство такого, как я, предупреждает об опасности — стоит прислушаться.

— Интересное предложение, судари. У него может быть лишь два значения, и мне очень интересно, какое вы в него заложили…

— О чем вы, господин Николаев-Шуйский? — спросил один из Старейшин.

— Ну, здесь у вас, если посчитать, тридцать четыре тысячи гвардейцев и около восьми сотен магов различных ступеней. Плюс обоз, в котором немало интересного — от артиллерии и снарядов до провианта. Обозников, кстати, тоже посчитаем — вроде тысяч пять человек… И за всё это двести миллионов. Так скажите мне, что вы пытались мне сказать этим предложением? Что я туп как пробка как пробка и соглашусь на эту лажу? Или это была попытка оскорбить меня?

Я оглядел всех присутствующих уже другим, по настоящему злым взглядам. А ещё надавил Силой Души — не слишком сильно, но так, чтобы проняло.

Четырнадцать Архимагов — вся элита четырех Родов. Эти четырнадцать магов, кстати, вполне могли попробовать меня прикончить — четырнадцать Архимагам, качественно экипированным и действующих слаженно, как единый организм это сила, которая способна задавить большинство Магов Заклятий…

— Я не слышу ответа, судари, — чуть усилил я давление Силой Души.

Некоторые уже, плюнув на гордость, закрылись магией, но большая часть присутствующих не поддалась соблазну защититься и тем выказать слабость…

— Это не была попытка вас обмануть, сударь. И уж тем более ничего о ваших интеллектуальных способностях. — ответил твёрдо стоящий на ногах Федотов за всех. — Это была начальная цена — мы ожидали, что вы будете торговаться и мы поднимем ставку, и так, в процессе торга, найдем среднюю сумму, которая устроит обе стороны. Простите, если вас оскорбила эта сцена, действовали мы не со зла.

— Что ж, раз так, то будем считать этот вопрос, — прекратил я давить.

Вздох облегчения они подавили, но было видно, что сделали это с трудом. Дальше разговор происходил куда более гладко — демонстрация силы в подобных переговорах лишней никогда не бывает.

Сошлись на контрибуции в сто двадцать миллионов с каждого Рода, которые они обязаны выплатить в течении двух лет — по пять миллионов в месяц. Годовой доход Родов первого ранга — от ста пятидесяти до трехсот миллионов рублей, так что сумма контрибуции была для них немалой, но вполне подъемной.

Обоз я, естественно, им не отдал. Как и артиллерию — мы стали обладателями сорока семи орудий и немалым запасом снарядов. Плюс четыре десятка пилотируемых големов — девять тяжелых, соответствующих Старшему Магистру, и тридцать один обычный. Не говоря уж о провизии, патронах, клинках, запасных доспехах, алхимии и прочего, что необходимо готовящейся долго просидеть в осаде армии, ожидающей одного-единственного решающего боя.

Главы и Старейшины ушли весьма недовольными, но мне было плевать — заверенные Еленой Романовой, как представительницей Императорского Рода с достаточно высоким положением в Роду — Архимаг, причем пиковый, это вам не шутки — у меня в руках были четыре документа. С подписями, слепками аур и печатями Глав и, а также подписями их Старейшин, они скрепили наш договор окончательно и бесповоротно.

— Они легко отделались, Аристарх Николаевич, — заметила Елена. — Вы вполне могли бы содрать с них куда больше. Вы оставили у них все артефакты, оружие и доспехи бойцов… Да много всего. Почему?

— Да, дорогой, мне тоже это интересно, — заявила и подошедшая Хельга.

Кристина, оба Петра, Светлый с Темной, Алтынай, Алёна и Андрей — здесь уже были все. И на всех лицах, кроме Алены и Петра, был тот же вопрос, что и у моей невесты.

А вот эта хитромудрая парочка всё прекрасно понимала. Впрочем, Алена десятки лет варилась в котле придворных интриг, и мои детские в её глазах двухходовые комбинации вообще не котировались.

— Потому, что Дороховы потеряли Мага Заклятий, нескольких Архимагов и семерых Старших Магистров. А сейчас я заберу у их армии всё — тяжелую технику, артиллерию и прочее. Конечно, у них всё это есть на складах, в консервации на черный день, так что они быстро восполнят потерянное… Но это значит, что заначек у них больше не будет — и уходящие отсюда четыре Рода об этом знают.

— Соколовы ушли, Дороховы обезглавлены и ослаблены. Теперь сюда полезут те, кто раньше не рискнул бы совать свой нос на территорию Великого Рода. Разные крупные Рода, имеющие счеты с Дороховыми и до этого вынужденные молчать, сейчас начнут припоминать давние обиды. А эта четверка… У них редчайший шанс, и они могут рискнуть — слить все четыре Рода в один, образовав в нем четыре ветви с четырьмя Верховными Старейшинами и Главой — Магом Заклятий. У них наверняка есть скрытый талант, идущий к этой планке… И пока Дороховы уязвимы, они попробуют стать Великими. Отнять солидный кусок земель своих бывших хозяев, накопить богатств, увеличить армию и дождаться перехода на восьмой ранг своего избранника… А может, не станут соединяться, тут гарантировать ничего не могу.

— Но что точно — сейчас все хищники ополчатся на раненого гиганта, — добавил Пётр. — И потому нельзя сильно ослаблять эту четверку — нам же будет лучше, если у них будет достаточно сил, чтобы вцепиться в Дороховых.

— И меня расстраивает, что ты, девочка моя, не разглядела столь простой комбинации, — строго посмотрела на Хельгу Алена. — Даже Старейшины и Главы, только что покинувшие помещение, сразу поняли, почему с ними обошлись столь мягко.

А вот с армией Дороховых было сложнее. Нет, обоз и тяжелую технику с артиллерией они, как и договаривались, отдали без вопросов. В конце концов, когда стало ясно, что у них не осталось ни единого мага восьмого ранга, а из портала один за другим начали выходить Маги Заклятий, всем стало ясно, что битва проиграна. Одиннадцать Магов Заклятий — тут войско одного аристократического Рода, даже Великого, было бессильно.

Маги Заклятий ушли в тот же день — однако все помнили, что у нас есть Кристина, способная быстро привести подмогу, так что не дергались.

Вот только что делать с двадцатью четырьмя тысячами человек? Отпустить — и они тупо вернутся к своим и уже через денек будут вновь готовы воевать. А Наследница, которая моими усилиями теперь Глава, здесь отсутствовала, так что нам предстояло сходить и пообщаться с ней на тему контрибуции.

Выход нашелся благодаря Кристине — провозившись целые сутки, чародейка сплела могущественное заклятие. Опираясь на ритуальный круг — состоящая из вязи незнакомых букв четырехлучевая звезда — они, при поддержке вдобавок и круга магов — почти семь десятков чародеев, от меня и Алены до Старших Магистров, мы вливали в фигуру девушки свою силу. И к концу действа разрядился и остался с истощением даже я. Выдержала и осталась бодрячком лишь Алена — с её-то чудовищным резервом.

Однако эффект стоил затраченных усилий. Лагерь, в котором проживала вся армия сдавшихся Дороховых, стал отдельным, независимым островком Пространства. Теперь оттуда нельзя было выбраться, если ты не мастер Магии Пространства или хотя бы Маг Заклятий. Все прочие не имели шанса разрушить чары Кристины — и любимая тактика той же дружины, мощные совместные удары, тут были бесполезны. Чтобы справиться с пространственной аномалией грубой мощью требовалась магия восьмого ранга — тут была важно не только грубая сила, но и тонкость, сложно составность чар… В общем, куча нюансов, но суть в том, что две недели никто не покинет лагерь. Еды на это время им хватит с запасом — я велел перенесли туда провианта да два десятка дней. Ещё вчера ночью последнюю телегу завезли в их лагерь…

И вот теперь мы стоим перед высокими стенами Бийска и наблюдаем, как враги крепят оборону. Краем глаза я заметил довольную улыбку Григория — рад за своих, что действуют решительно.

— Нынешняя Глава, какая она? — поинтересовался я у чародея.

— Женщина, сорок шесть лет, Архимаг. Ирина Дорохова, третья по старшинству в семье, но её положение Наследницы, как и талант к магии, не афишировали. Старший сын почившего главы, Витя, в пятьдесят шесть лишь Старший Магистр и вряд-ли станет даже Архимагом. Второй сын в схожем положении. Плюс оба сильно уступают в интеллекте своей третьей сестре… В общем, Глава здраво рассудил, что пусть наследницей будет та, кому суждено стать Магом Заклятий и кто при этом на голову превосходит братьев во всех областях управления Родом. Но это держалось в тайне… Однако теперь уже это скрывать слишком сложно… Да и не нужно уже.

— Говоришь, она очень умна, да? — задумчиво повторил я. — Тогда ответь — зачем она готовится к обороне, заранее зная результат этой битвы?

— Потому, что ей известно, что здесь вы едва ли не мимоходом — вам скоро придется вновь отправиться либо к шведам, либо ещё куда. А ещё она понимает, что просто ради самоутверждения вы не поведете своих людей почти на верную смерть. А ещё — не будете бить площадными чарами, опасаясь попасть по мирным.

— Что ж, хитро и разумно, но у меня действительно нет на всё это времени. Алёна, за мной!

— Да, господин!

* * *

Ребят, если не жалко — накидайте пожалуйста лайков. Это очень мотивирует, да и не хочется, что бы этот том стал первым в серии, не набравшим даже тысячу лайков)

Глава 12

Копьё Простолюдина тихо, не ярко засветилось в моей руке. Верный товарищ и напарник чувствовал, что сейчас ему найдется работа — и как всегда был этому искренне рад. И кстати — теперь Простолюдин завершенное Живое Оружие. Пока ещё относительно слабое — но со временем, от сражения к сражению его силы будут расти. Чем больше я буду пускать его в ход по настоящему, тем быстрее оно будет расти в могуществе. Учитывая же, что я не вылезаю из войн и сражений, моё Копье имеет все шансы перегнать в могуществе меня — развиваться он будет быстрее.

Развитие Живого Оружия идет за счет нескольких факторов. Первое — оно потихоньку черпает силу своего хозяина, дабы расти. Учитывая, что я — реинкарнатор, а Копьё способно брать силы из самого моего Воплощения Магии… Теперь способно, когда полностью сформировалось — и мне ещё предстоит поглядеть, к каким интересным эффектам это приведет.

Второй источник — мана из окружающего мира. Третий — часть ауры, праны и энергетики тех, кто падет от моей руки, поглощалась Копьем.

Рядом с тихим лязгом обнажилось другое оружие — длинный полуторный клинок с серебристым лезвием, по которому тянулись цепочки источающих сам первородный Мрак рун. Могучее оружие приняло наиболее удобную для его новой хозяйки форму…

От него тоже рванула волна радости. Вот только какая в ней была жажда крови! Куда более развитый и сообразительный клинок полностью осознал ситуацию и буквально выл хозяйке, предлагая ворваться в город и позволить клинку пустить в ход всю свою мощь…

Учитывая, что в нем до сих даже половина возможностей не изучена, а те, что изучены, заставляют относиться к нему с большим почтением — клинок не врал хозяйке. Ворвись они в город и позволь она вести клинку, он устроил бы бойню среди мирных жителей, напитался бы кровью, сотворил толпы нежити, начал бы вырезать всех на своём пути…

Запусти Алену с этим клинком в город — и он действительно падет без потерь с нашей стороны. Вот только от города ничего не останется… Девушка волевым импульсом без труда преодолела ментальное давление могущественного артефакта, способного подчинить себе почти любого, кто окажется достаточно безрассуден, чтобы рискнуть владеть им. Какой же чудовищной силой воли обладает эта прошедшая настоящий Ад женщина?

— Каков план, господин? — спросила Алена. — Нападем на стены и вырежем пару-тройку сотен солдат и отступим раньше, чем они контратакуют?

— Почти, — улыбнулся я. — Петры, вы оба идете с нами. Алтынай — ты тоже. И да, просто чтобы кое в чем убедиться… Гриша, а скажи-ка на милость — в Роду было много интриг против этой вашей Иры Дороховой?

— Её старшие братья при каждом удобном случае старались выставить её в дурном свете перед отцом, — ответил чародей. — Думали, что господину жить ещё века полтора-два и они в любом случае не застанут день, когда она придет к власти и сможет отомстить. Оба братца боролись за власть и влияние в Роду, и Ира часто была у них на пути.

— То есть она привыкла, что ей все лгут и стараются использовать, верно? — усмехнулся я. — И от окружающих ждет только плохого.

— Она умная женщина, просто недоверчивая, — медленно протянул Гриша, явно пытаясь разгадать, к чему я клоню.

— Давай сюда регалии её папаши, — властно протянул я руку.

— Ты обещал! — вскинулся чародей.

— И я держу слово, — твердо сказал я. — Обещано было, что регалии будут возвращены истинному хозяину. Хозяин же, вернее хозяйка, там, в городе. И я намерен доставить ей эти предметы лично.

Пожилой боевой маг непонимающе уставился на меня. Ну да, ни один разумный чародей бы не стал заниматься той фигней, которую я намерен исполнить.

— Даю слово — всё, сказанное мной истинная правда, — терпеливо произнес я, всё так же стоя с протянутой рукой. — В конце концов, желай я оставить эти регалии себе — я бы так и сделал, и никто бы мне слова не сказал. И если бы передумал и решил их отнять сейчас, я бы без труда сделал это силой. Но я стою, как дурак, с протянутой рукой и вежливо прошу.

Поколебавшись ещё несколько мгновений, он со вздохом повёл, словно оглаживая что-то, правой рукой — и прямо из воздуха появился здоровенный армейский баул.

Пространственного кармана у Гриши Дорохова не имелось, но зато имелся отличный артефакт со свернутым пространством, обладающий одним интересным свойством — пока хозяин не пожелает, этот баул будет летать в нематериальной форме рядом с ним, причем будучи невидим.

В бой, конечно, его не возьмешь — боевая магия пятого и выше рангов наносила ущерб и нематериальным сущностям. А уж в большой битве случайно просвистевшее мимо заклинание шестого или седьмого ранга запросто могло уничтожить драгоценный артефакт. Однако сейчас никакой битвы не намечалось, и потому волшебная сумка болталась рядом с хозяином.

Один за другим на свет божий появились посох, два перстня и амулет в виде настоящих, живых языков пламени на цепочки из гуррата — редчайшего магического сплава. Столь редкого, что я бы не отказался отжать цепь себе и переплавить на что-то более толковое. Но, к сожалению, слово уже дано, а отступаться от него нельзя.

— Райо, Торго, Эрзум, Акрат.

Магические, древние руны вспыхивали одна за другой и вливались в воздушный пузырь, в котором парило оружие. Затем последовал черед ещё двух десятков разных заклятий — маскировочных и защитных.

Выпитые загодя эликсиры как раз начали действовать — и я, встряхнувшись, принялся накладывать чары уже на себя. Защитные, физического усиления, ускорение работы нервной системы… А затем, финальным штрихом, покрылся разрядами Желтых и Золотых Молний.

— Все готовы? — оглядел я своих спутников. — Алтынай, Петя — активируйте свои Молнии, на полную. Петя старший — твой элементаль готов?

— Да, — кивнул он.

— Теперь ты, Алена, — повернулся я к нашей главной боевой силе. — Всё помнишь?

— Никого не убиваю, пробиваем барьеры и отражаем самые опасные атаки, — со вздохом ответила девушка.

Она считала нашу затею откровенной глупостью, а уж приказ никого не убивать — верхом идиотизма, о чем мне честно и сообщила. Правда, сразу добавила, что в любом случае отправится со мной.

— Отлично… Петр — призывай своего дружка. Если я прав и всё получится, то вас ждет приятный сюрприз. Ну а пока — помоги нам, дружище… Алтынай, Петя — Молнии!

Парень и девушка покрылись разрядами — у Пети было аж шесть, у Алтынай же всего две — Синяя и Фиолетовая.

— Вперед!

Наша пятерка помчалась вперед и вверх, стремительно набрав скорость. Я выпустил свои Молнии и, потянувшись к своему Воплощению Магии, заставил его через мои Молнии, слившиеся с теми, что у моих учеников, соприкоснуться, осмотреть их, так сказать.

Убедившись, что моему Воплощению не требуется ни помощь, ни моё внимание, я переключился на происходящее впереди. Все манипуляции с Воплощением заняли у меня около трех секунд реального времени, так что я ничего не пропустил.

Ружейный выстрелы, залпы артиллерии, боевая магия дежурящих на стенах чародеев — всё это было детским лепетом для двух магов восьмого и трёх седьмого рангов. Не это было первой серьезной преградой, а купол барьера города…

За те шесть секунд, что длился наш полёт, управляющие барьером чародеи догадались перекинуть основную мощность барьера на тот участок, через который мы собирались прорваться.

Шести секунд совершенно недостаточно, чтобы такая махина успела уплотниться на полную — иначе нам пришлось бы нелегко.

Однако даже так прорыв барьера не был лёгким. Мои Фиолетовые, Желтые и Золотые Молнии ударили с лезвия Простолюдина, с клинка Алёны вперед рвануло нечто болотно-зеленого цвета — какие-то атакующие чары восьмого ранга, дополнительно усиленные её мечом.

И всё это, ударив в барьер, на смогло его сразу сломить — однако оставило на волоске. Энергия стремительно прибывала, грозя залатать уже почти пробитый участок раньше, чем мы ударим второй раз — но тут вмешался позабытый уже мной элементаль.

Воздух завибрировал, а затем внезапно с рёвом и грохотом словно бы взорвался, ударив при этом строго в барьер — и тот оказался сломлен.

Так мы проникли в город. В первую минуту нам никто и ничего не мог противопоставить. Мы могли бы снести несколько десятков кварталов, убить десятки, а то и сотни тысяч человек — магия восьмого ранга чудовищно разрушительная штука… Да и Архимаги подарками не были.

Нет, нас пытались остановить — один отчаянно смелый Мастер лет двадцати семи, обвязавшись двумя десятками магических гранат и на лету сплетая чары, в которые намеревался вложить всего себя — и ману, и даже жизнь…

Пришлось успокаивать. Я играючи прервал чары смельчака, а затем просто приказал ему уснуть и он грохнулся на плоскую крышу одного из домов, над которым пролетал тот момент. Легкое усилие — и обе связки гранат у меня. Чую, они ещё пригодятся…

А потом началось то, что мы совершенно не предвидели. Какая-то здоровенная тварь, вынырнув прямо из реки, заревела так, что уши заложило.

— Это их тварь⁈ — изумленно спросил Петя.

— Не похоже, — возразил старший Петр. — Когда он вылез, про нас все забыли. Да и эти молнии, что бьют в него, явно не похоже праздничную иллюминацию…

Портал был мгновенный — вот тварь наслаждалась жизнью в своих краях, а вот хрен знает где. Монстр, на удивление, умел телепортироваться на относительно небольшие дистанции в пределах прямой видимости. И учитывая его габариты — в холке около шестидесяти метров — а также восьмой ранг силы, тут сейчас начнется пипец…

Я узнал тварь — земляной дракон. Хотя к драконам он, конечно, отношения не имел ни малейшего. Покрытый грязно-зеленой чешуей, с вытянутой зубастой пастью, длинными передними конечностями почти до земли…

Сверху, с затянутого тучами неба, спустился хобот огромного смерча. Удивленно, а затем и панически заревел могучий монстр — его не просто поднимало в воздух, смерч каким-то образом блокировал возможности телепортации.

Ревущего монстра подняло метров на сто в воздух — а затем нижний край хобота мягко затолкал монстра в глубину ловушки. И когда ветра закрутились так, что воронка превратилась в шар стремительно вращающегося воздуха.

А затем смерч вспыхнул. Несколько секунд — и в небесах словно появилось новое солнце. Много мощи, заклятие пика восьмого ранга, поддерживающие блокировку пространства чары, давление гравитацией — всё исполнено идеально… Вот только здешние умники не учли одного — монстры из числа обитающих вблизи самого Разлома считались сильнейшими и опаснейшими — ведь чем ближе к Разлому обитают чудовища, тем они сильнее. Впрочем, те, кто сейчас руководил обороной города не могли знать подробностей о тварях Разлома — едва ли они бывали на Фронтире… А если и бывали — то в качестве покупателей реагентов для алхимии, а не воинов.

— Сейчас он вернется в город целый и невредимый, — предупредил я.

— Он выдержал такое⁈ — удивилась Алтынай.

— Он выдержит и куда большее, — вздохнул я.

Надо было быстро решать, что делать — уйти из города, оставив его хозяев разбираться с тварью, или остаться здесь и помочь им… Учитывая, что они сидели на Великом Источнике Магии и управляли десятками, если не сотнями заготовленных чар, дракона бы они всё же прикончили бы… Вместе с половиной города.

— Аристарх Николаевич, если я не ошибаюсь? — раздался в моей голове голос молодой девушки.

— Он самый.

— Я признаю поражение в войне Родов и приму ваши условия, только помогите расправится с тварью, пока она полгорода не разнесла!

Что ж, предложение стоящее.

— Слово сказано, госпожа Дорохова. Оно не воробей, вы ведь в курсе?

— Да! Итак, цель прямо перед нами. Действуем так…

Земляной Дракон, уже полностью оправившийся, оглядывался, выискивая.

Три Сине-Фиолетовые, усиленные желтым и золотым, ударили в уже окаменевшую тушу. Атаки моих подопечных лишь осыпали с монстра каменную крошку, что мгновенно отрастала. А вот мои Молнии причиняли твари боль — вот только этого было определенно мало.

В ответ земляной дракон топнул ногой. Здоровенное, метров двадцать в длину каменное копьё, что с бешенной скоростью крутилось, подобно дрели, выстрелило в меня.

Монстр бил расчетливо и точно — простое вроде заклятие было под завязку залито маной, плюс его вращение…

Я успевал уйти в сторону, но вот Петя с Алтынай — нет. И потому Копьё Простолюдина, объятое Золотыми и Желтыми разрядами вспыхнуло белым пламенем — и я ударил каменную громаду своим Копьем.

Крохотное, смешное на фоне целой скалы, с которой оно встретилось, Копье Простолюдина не извергло белое пламя, а оставило на себе, как усиление. Каменная громадина разлетелась на тысячи мелких кусков, что бессильно, словно пожелтевшие листья осенью, отжившие своё, осыпались вниз.

Сам дракон замер, свернувшись в комок и покрывшись каменной броней. Монстр плёл какое-то сложное заклятие. Так, что я читал об этой твари… Весьма бронированная, хитрая и трусоватая, но притом очень до крови жадная. Управляет стихией земли на уровне мастерства сильного Архимага. Самые опасные способности — способность призвать стаю элементалей и дрожь земли — чудовищной силы землетрясение, меняющее весь ландшафт на десятки километров вокруг.

Моё восприятие, продравшись через все препятствия, ощутил, как эта тварь посылает прямо в землю странные импульсы и чары. И земля ему отвечала! Вот зараза…

— Алена, готовься! Я пробью его броню!

Метров семь-восемь в толщину, да не простой гранит, а щедро напоенный маной и от того прочный как зачарованная сталь. Надо что-то серьезное, что-то пробирающее… А чего нет — пора бы попробовать. Я взлетел повыше, крепко сжав Живое Оружие. Без него не рискнул на подобное, но теперь мой напарник заберет существенную часть ущерба.

— Ответь на мой зов, Черная Молния!

Небеса содрогнулись от яростного грохота самого разрушительного по из всех явлений, что хоть как-то можно привязать к небесам.

Разряд ударил прямо во вскинутое копьё, скользнуло по длинному лезвию, пробежало по древку, проверяя на прочность, и лишь потом, аккуратно, нежно, как любящая женщина, скользнула ко мне. По телу пошла дрожь, и я схватился за выпущенное копье. Мой напарник действительно взял на себя часть давления — столько, что я вернулся в форму.

Что ж, тянуть нельзя — здоровяк ощутил опасность и прекратил общение с матушкой-землей. Броня врага начала стремительно нарастать и покрываться гранитными кольями. Камень темнел, переполняясь магической силой и начиная чуть светится…

Я рухнул с небес подобно чёрному метеору, как ворон, пикирующий с высоты, как частица самого мрака.

Казавшаяся несокрушимой броня земляного дракона не пережила встречи с моей Черной Молнией. От вошедшего на всю длину копья во все стороны побежали тонкие черные разряды. Охватив около трети каменного тела, они вгрызлись в него, вошли и играючи уничтожили.

Земляной Дракон кричал не столько от возмущения или неожиданности — Молнии ранили монстра. Крепкая, толстая чешуйчатая шкура, что сама по себе могла считаться магическим доспехом, она оказалась бессильна против Черных Молний.

Однако использование полноценного боевого заклинания на чистой энергии Черной Молнии далось мне слишком тяжело. Надо чаще использовать эту силу, приучать тело к её нагрузке и со временем я смогу использовать её в полную мощь даже без копья… Но у меня совершенно нет времени и возможности — я едва успеваю разбираться с валом сыплющихся на меня проблем.

Сделав своё дело, я призвал обратно в руку Копьё и отступил. Огромная туша разгневанного монстра начала поворачиваться, скидывая с себя каменную броню как дрянную льняную рубаху — моя атака смяла и разрушила его защиту целиком.

Клинок Алёны вонзился в бок Земляного Дракона, играючи войдя по самую рукоять — для такого клинка чешуя могучего монстра была что бумага…

Монстр заревел от боли. Заревел так, что даже меня пробрало… Могучая ударила по букашке, что держала причиняющий столько боли железный шип.

Ладонь, в которой спокойно умещалась карета, должна была раздавить выскочку, чтобы Дракон сумел зацепить железный шип ногтями и выкинуть! А потом прикончить всю эту бесчисленную орду…

Вот только планам Земляного Дракона было не суждено воплотиться в жизнь. Огромная, вместо того, чтобы играючи смахнуть крохотную фигурку, резко замерла, будто уперевшись в стену.

Однако приглядевшись, все те, кто наблюдал за этой схваткой со стороны, оказались изумнемы — гигантская лапища монстра оказалась остановлена крохотной ладошкой закованной в сталь девушки.

А затем последовало и вовсе удивительное — девушка, совершенно не напрягаясь оттолкнула огромную ладонь. Взревевший Дракон, наконец выбравшись из каменного плена, с силой упал набок, пытаясь раздавить врага. Одновременно с этим он начал воздействовать на землю под своим боком — но было поздно.

Не знаю, что за магию применил меч, почему ему нужно было столько времени на подготовку — но результат был, что называется, налицо.

Огромное тело дернулось в судороге, резко начало худеть, а у могучего монстра восьмого ранга закатились глаза закатились, а из раскрытой пасти хлынула пена и чёрная, густая и перемешанная с гноем и слизью кровь.

Пять секунд — и могучий монстр оказался буквально выжран. Его не просто убили — душа монстра попала в меч, сделав его ещё немного сильнее, а вся прана, скомпактованная и правильно переработанная мечом энергосистема, магические источники… В общем, всё полезное мечом оказалось подано в лучшем виде Алене. И её аура на моих глазах становилась больше, плотнее и насыщеннее.

— Дело сделано, господин, — с улыбкой поклонилась Алена.

— Да, сделано. Ты как всегда великолепна, Алена.

У меня есть кое-какие вопросы, но задам я их точно не здесь.

— Сударыни, — подошел к нам щеголеватого вида мужчина лет тридцати на вид… Но пятидесяти восьми по факту. И Старший Магистр ктому же. Поклонившись дамам, он обратил внимание и на нас. — Судари. Глава нашего Великого Рода приглашает вас в наш особняк — она желает лично поблагодарить героев, которые помогли нам одолеть эту тварь.

— Помогли? — хмыкнул Петя. — Да… ай! Больно же!

— Терпи казак, атаманом будешь, — невозмутимо ответил Петр.

Всё-таки мой ученик иногда не врубается в ситуацию и может ляпнуть лишнего. Хорошо хоть, его старший тезка успел заехать дураку воздушным кулаком по ребрам.

Мы в чужом монастыре, и мы прибыли сюда, чтобы закончить.эту войну без лишней кровию. Если даже местные самым бессовестным образом присвоят себе эту нашу победу — плевать. У меня славы воина и боевого мага итак до небес, да и у тех, с кем я сейчас иду, с репутацией всё в порядке. Вам нужен этот Земляной Дракон — да забирайте, не жалко.

пешком мы шли недолго — уже через пару минут получивший телепатическое послание Старший Магистр предложил нам полететь, дабы не терять времени.

Десять минут спустя мы уже заходили в большой, аскетично, но со вкусом обставленный кабинет.

— Здравствуйте, Аристарх Николаевич. Приветствую Главу Великого Рода. Жаль, что наше знакомство состоялось при столь… неприятных обстоятельствах.

Идеальный книксен. Точно рассчитанный движения — ровно столько, что выказать положенное уважение Главе Великого Рода и Магу Заклятий, но при этом так, чтобы было ясно — она не собирается прогибаться перед нами.

— Что ж, начну с выполнения обещания, — заговорил я, когда все раскланялись. — Я дал слово вернуть эти вещи законной хозяйке — забирайте, сударыня. Наследие вашего Рода и символы власти в нем.

Высшие чары невидимости я наконец снял, и прямо перед изумленной женщиной возникли все регалии её Рода.

— Это воистину бесценный дар. Дар, что, возможно спасет наш Род!

— Не за что, — пожал я плечами. — А теперь, сударыня, предлагаю обсудить условия вашей капитуляции.

— Делу — время, потехе час, да?

В зал как раз зашли Старейшины Дороховых и я понял, что торг будет жаркий…

Глава 13

Итак… Что я могу сказать о нашей ситуации? Род Дороховых вроде как капитулировал, и по идее никаких условий мне права ставить не имел. И, откровенно говоря, мой изначальный план по врыву на их территорию заключался в том, чтобы долететь до их особняка, швырнуть их регалии вниз и также спокойно уйти, прорвавшись обратно.

Не убивая никого — это в идеале. Если бы ситуация прижала, я бы вполне себе начал убивать и, главное, разрешил бы это Алене… Но я о-о-очень сильно сомневаюсь, что дело дошло бы до этого. Подавляющее большинство тех, кто мог бы в прямом бою нам что-то противопоставить, сейчас сидели, огражденные магией Пространства (причем одной из мощнейших среди всех известных Кристине. Даже мощнее, чем её Заклятия) и грызли локти от злости и бессилия. Оставшиеся же… Выдающихся бойцов, прямо скажем, тут было негусто. Сколько-то на всякий случай оставили, но не тех и не столько, чтобы дать бой нам.

Единственной опасностью были чары, завязанные на Родовой Великий Источник Магии, но от них, уверен, мы бы отбились. С реинкарнатором и второй по силе нежитью на планете уж точно.

Это показало бы врагу нашу силу. Силу, до унизительного превосходящую всё, что могут показать Дороховы. К ним, как на прогулку, пришли лидеры врага, причем малой группой, сбросили их Родовые регалии и ушли к себе. Молча и безо всяких потерь. Удар по моральному духу осажденных был бы колоссальный, а в их ситуации всё упиралось именно в мотивацию воинов и магов сражаться. Уж я-то, с моими веками военного опыта, кое-что в таких вещах понимаю.

И да — наличие родовых регалий ничего бы не изменило. Я, на минуточку, прикончил их Главу, Мага трех Заклятий, обвешанного этими самыми регалиями и действующего в паре с ещё одним Магом. Так что наличие этих предметов у Архимага… Ну не смешите моего балбеса Петю, право слово.

Думаю, после этого они бы склонили головы. Быстро, молча и без попыток выпендриваться. Однако, как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. А овраг случился довольно эпичный — целый Земляной Дракон восьмого ранга. Которого мы прикончили, тем самым спасая миллионный город от катастрофы

— Госпожа…

— Алена. Николаева-Шуйская Алена Александровна, — представилась моя спутница.

Я, вынырнув из своих мыслей, изумленно взглянул на неё. Нет, я проводил ритуал принятия её в Род, но то была формальность по своей сути, временная легализация, пока она не определится, какую судьбу выберет.

И потому она всегда была либо Алёна, Лина, Лёля — для друзей и близких, либо Алёна Александровна для всех остальных. Без фамилии, даже там, где по правилам её стоило называть. Даже Второму Императору эта строгая дама непререкаемым тоном заявила, что она сейчас не Романова. И вообще пока что не имеет желания обзаводиться фамилией.

А сейчас назвала. Николаева-Шуйская. И сидит такая спокойная, с прямой спиной и чуть-чуть приподнятым подбородком, создающим ощущения, что на тебя смотрят сверху вниз — истинная представительница высшей аристократии, рядом с которой вся наша четверка смотрится неотесанными невеждами. Ну ладно, не вся четверка — Петр старший тоже неплох, но и он абсолютно теряется на фоне этой дамы.

Однако несмотря на всё внешнее спокойствие и уверенность, я чувствую, через нашу с ней связь, как она волнуется, мечется и даже паникует, с трепетом чего-то ожидая…

А, ну да. Что-то я туплю…

— Я рад, что ты определилась с выбором, — посылаю я ей мысль.

Вкладываю в телепатический посыл всю эмоциональную теплоту, что есть. Для неё это очень важно, а она для меня, после всего того, что мы пережили, снимая её печать и соприкасаясь душами, очень близкий человек. Я сам не могу толком объяснить, как именно близкий — как женщина, как друг, как сестра… Всё вместе и ничего из этого одновременно — но факт в том, что она для меня второй человек после Хельги. И я искренне готов поддержать её выбор… И рад, что этот выбор остановился на нас.

— И рад втройне, что выбор пал на наш Род, — продолжил я. — Я сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом.

— Спасибо, — донеслось в ответ.

Очень тихое, но наполненное глубинной радостью. И через нашу связь я ощутил, как все отрицательные эмоции смывает волной облегчения. Камень размером с гору только что упал с души девушки, на лице мелькнула тонкая улыбка и она перебила Старейшину Дороховых, что-то пытавшегося нам втолковывать и на что-то упирать.

— Милейший, позвольте напомнить вам напомнить — это ваша армия сейчас заперта в ловушке, это ваш Глава и единственный Маг Заклятий убит в бою, и это мы убили тварь, появившуюся в вашем городе. И если бы не мы, вы тут минимум полгорода в порошок бы стёрли вместе с населением. И на этом ваш Род бы кончился даже без нас — не будет Бийска с его Источниками, заводами, мастерскими и лояльным населением, из которого выходят ваши гвардейцы, дополнительные маги из числа простолюдинов, налоги в конце концов. А без всего этого — долго бы вы продержались в статусе Великого Рода?

— Во первых, мы убили бы тварь куда раньше, чем она успела бы устроить серьезные разрушения в городе, — возразил ей другой Старейшина, самый старший из них и единственный Архимаг, помимо самой Главы. — Мы в своём городе, столице Родовых земель, здесь сердце нашей мощи — и уж одну-то тварь мы бы своими силами точно прикончили. Во вторых — даже оставшихся в городе сил и средств более чем достаточно, чтобы отразить любую возможную попытку взять Бийск на меч.

— Можно я не буду сдерживаться и возьму все переговоры на себя? — мысленно попросила Алена.

Как можно простой улыбкой вызывать ощущения, что перед тобой оскаливший клыки хищник я понятия не имею, но моя подруга это смогла. Чуть-чуть изменилось положение кончиков губ, брови немного опустились вниз, глаза прищурились, скулы заострились — и вот перед тобой вместо вежливо-спокойной аристократки уже сидит волчица. Всё такая же источающая ауру благородства и знатности, но — хищница. Всё же есть что-то в полноценном воспитании высшей знать, есть… Мне для подобного эффекта надо аурой или Силой Души давить, а ей простой мимики хватает.

— Вперед, — дал я ей отмашку.

— Насчет же вашего превосходства в силах — у нас тоже есть союзники, и они готовы прийти нам на помощь. Однако мы не хотим продолжать этот бессмысленный конфликт и готовы выплатить определенную контрибуцию, дабы прекратить войну, — добавила новоиспеченная Глава Рода. — Пять сотен миллионов рублей это в несколько раз больше любых потерь Соколовых в этой войне.

— Судари и сударыни, вы, признаться, меня несколько удивляете, — подняла точеную бровку Алёна. — Вы либо поразительно наивны, либо принимаете нас за глупцов. И я даже не берусь сходу решить, как из этих вариантов хуже… Для вас, не для нас — у Рода Николаевых-Шуйских всё прекрасно при любом исходе дела.

— Как красиво вы завернули обвинение либо в идиотизме, либо в наглости, граничащей с подлостью, — улыбнулась Ирина Дорохова. — Но уверяю вас, госпожа Николаева-Шуйская — вы серьёзно недооцениваете ситуацию и переоцениваете силы вашего пусть уже и Великого, но притом весьма молодого Рода. Старые Рода копят силу веками… И сил этих у нас имеется достаточно, дабы неприятно удивить любого противника.

Я, оба Петра и Алтынай при последних словах Ирины не сдержали улыбок. Какая-то Дорохова, чей Род лишь пару веков как Великий, кичиться веками и накопленным могуществом перед дочерью предыдущего Императора Российской Империи! Перед женщиной, что выросла в правящей семье Романовых, одного из древнейших боярских Родов и уж много столетий как правителей Руси! Дороховы только-только стали Великим Родом в дни молодости Алёны!

Да что уж там — мой собственный Николаевск, которому даже пяти лет ещё нет, может похвастаться не меньшей защищенностью! У меня там, помимо куда более мощного, чем Дороховский, гарнизона, имеется Хранитель Источника и, что важнее Дух Огня восьмого ранга, привязанный к Родовым Землям и способный в любой миг, несмотря ни на какие блокировки, прийти на помощь городу.

И она тут рассказывает бредни о их возможностях. Смех, да и только. Блеф, отчаянный и безнадежный.

— Госпожа Дорохова, — вздохнул Петр старший. — Вы, уж простите за прямоту, сейчас городите абсолютную чушь. Учитывая ослабление вашего Рода, на вас совсем скоро… Да возможно, что и уже, со всех сторон навалятся все те, кого вы веками подавляли. Каждый из них попытается урвать свой кусок от ваших земель и богатств, и действовать они будут наверняка в союзе. И как вы намерены тягаться с доброй половиной губернии, во главе которой все окрестные Рода первой категории?

Не дав и слова сказать уже открывшей рот одной из Старейшин Дороховых, Алёна продолжила мысль Петра:

— Вам понадобится армия, что сейчас заперта нашей магией. Без неё единственное, что вы гарантированно сможете защитить, это Бийск да ещё пару замков и городков, где тоже есть мощная защитная магия, крепкие стены с хорошим гарнизоном и достаточное количество Источников. В чистом поле вашими нынешними силами вам ловить нечего — сметут. Нам даже не нужно будет марать руки — мы просто уйдем, и вы даже не сможете нас удержать здесь, в особняке. И не смотрите на меня так — защитные чары вашего Рода сильны, признаю. Для такого относительно молодого Великого Рода — так даже неожиданно сильны, уж не знаю, кто вам помогал в их наложении и какую цену вы за это заплатили…

— Ваши слова, госпожа Николаева-Шуйская, оскорбляют честь нашего Рода! — хлопнул ладонью по столу старик Архимаг, перебив девушку. — Мы сами покорили Великий Источник, сами накладывали чары и возводили магическую защиту — и в особняке, и общую городскую!

Старик, видать, не совсем адекватен, раз решил перебить Алёну и что-то ей высказывать в таком тоне. Хотя, надо признать, моя подруга тоже перешла тонкую черту — считается, что любой уважающий себя Род сам творит свои ритуалы магической защиты в таких местах, как родовые гнезда (главное поместье Рода, самое защищенное место, которое должно в случае беды стать последним и крепчайшим рубежом обороны) и самые важные, ключевые крепости, замки и города. Ибо приглашенные специалисты, конечно, могут возвести и более качественную защиту, вот только ключи от всех созданных ими систем будут не только у заказчиков, но и у тех людей или того Рода, который этим занимался. А это, откровенно говоря, могло изрядно ограничить суверенитет заказчиков. Ведь если дойдет до ситуации, подобной нынешней, вполне возможна ситуация, что враги выкупят эти ключи — и тогда Дороховым конец. Если за контроль над Источником и защитными чарами буду бороться я и Ирина Дорохова, последней не светит и полминуты продержаться.

Поэтому, несмотря на то, что подобное не возбранялось никакими официальными законами, каждый Великий Род должен был ставить свою защиту самостоятельно. Это было ещё одним из многих второстепенных показателей статуса и силы Рода среди себе подобных.

— Господин Дорохов, я искренне пытаюсь быть вежливой и сдерживать себя, — голосом Алены сейчас можно было замораживать реки и озера. — Но если вы ещё раз меня перебьете, мы встанем и уйдем. Вам это ясно?

Старик перевел взгляд на меня, и я сразу понял, что он хочет сказать.

— Она ведет переговоры от моего лица. Её слово — моё слово. Так что советую ответить ей.

— Я вас понял, Алена Александровна, — выдавил Архимаг. — Приношу искренние извинения за мою грубость — я человек старый, а на Род навалилось столько бед… Нервы ни к черту.

— Извинения приняты, — всё таким же ледяным тоном ответила Алена. — Итак, на чем я остановилась… Ах да — чары хороши, и в источнике немало сил, однако…

Она спокойно призвала из подпространства свой меч и заставила его парить в воздухе. И высвободила его ауру, как и свою — и комнату разделил пополам мощнейший барьер, отсекая нас от изрядно напрягшихся Дороховых.

— Не переживайте, я не собираюсь на вас нападать. Просто демонстрирую, что если вы решите нарушить данное нам слово о капитуляции и удержать нас силой — у вас нет на это ни единого шанса.

А аура девушки, кстати, всё ещё потихоньку росла. Вот у меча подросла разом — процента на три, а то и три с половиной. Казалось бы, совсем немного, учитывая добычу… Но в случае этого артефакта три процента это были все сто какого-нибудь оружия ранга седьмого, причем пикового качества.

— Вы абсолютно не владеете ситуацией, судари и сударыни, и вы полностью в нашей власти. Не стройте иллюзий о том, что у нас переговоры — переговоры ведут равные, а вы, после недавнего разгрома, уже ни в коей мере не можете быть нам равными. Надеетесь на подход союзников? Два Рода, которые собирались сражаться с вами плечом к плечу, сейчас судорожно пытаются наладить с нами диалог, чтобы обсудить выкуп их Магов Заклятий. Их армии уже сидят по домам… Как и остатки вашего воздушного флота, что вы предусмотрительно отправили на их земли. Вы сами знаете, что выбора у вас нет, и всё это представление затеяно лишь для того, чтобы выторговать условия получше. Могу вас расстроить — вы отняли у нас дополнительные время, силы и ресурсы вместо того, чтобы сразу признать поражение. И будьте уверены — за это мы с вас тоже взыщем!

Небрежным взмахом спрятав клинок и вновь притушив свою ауру, она закончила:

— В последний раз спрашиваю — вы готовы принять наши условия или окончательно угробите Род?

Мрачные Дороховы в этот момент обменивались десятками мысленных посланий в секунду. Судя по количеству телепатических импульсов, спор у них вышел жарким. Однако в какой-то момент Ирина послала особенно мощный импульс, и Старейшина Архимаг притих, состроив кислу и недовольную мину.

— Я слушаю вас, госпожа Николаева-Шуйская.

— Слушать вы будете моего господина, Главу Великого Рода Николаевых-Шуйских, — заявила она.

— Требование первое — вы передаете нам свой линкор, — заговорил я.

— Он сейчас…

— Госпожа Дорохова, мы всё ещё можем встать и уйти, — напомнил я. — Не стоит играть с нами в детские игры и считать идиотами. В какую бы дыру вы его не отогнали — возвращайте назад. Это понятно?

— Да, — мрачно кивнула она.

— Второе — три миллиарда золотых, — продолжил я.

Сумма весьма весомая даже для Великого Рода, но ничего неподъемного для тех, кто уже не первый век числится высшей аристократией и пользуется всеми преимуществами этого статуса, тут нет. Тот же линкор стоит от полутора до семи.

Я мог бы потребовать больше. И по логике стоило брать гораздо больше, выжав их казну — десять-двенадцать минимум.

— Третье требование — нам нужно пять десятков ваших мастеров-артефакторов в ранге Адепта, двадцать Мастеров и десять Младших Магистров, что будут три года работать на моих заводах и фабриках. И не просто работать — обучать моих людей, указывать на все недочеты и ошибки в организации рабочих процессов и так далее. В общем, выведут мои предприятия на достойный уровень… Так что помимо наставников мне нужны ещё и руководители разных уровней — мастера цехов и начальники отделов.

— Я поняла, чего вы хотите, господин Николаев-Шуйский, — улыбнулась Дорохова. А она умеет держать лицу — вон как искренне, светло улыбается в лицо врагу. — У меня немало опыта в управлении нашими заводами и фабриками, так что я кое-что в этом вопросе понимаю. Скажите, какое количество магов у вас занято на производствах? Сколько, хотя бы примерно, при случае готовы сменить меч на молоток и зубило? Какие ранги?

— Информация не секретная, — мгновенно пришла мысль от Петра.

И начался диалог длиною в десять минут. Я помнил почти все цифры и факты, ибо до отправки в Прибалтику регулярно интересовался и читал отчеты по работе моих предприятий. Если где-то допускал неточность — всё же пять недель прошло с последнего раза, как я заглядывал в документы — Петр приходил на помощь с помощью телепатии.

Услышав все ответы, она ненадолго задумалась, что-то прикидывая.

— Вы знаете, тот факт, что у вас десяти тысяч обладающих даром простолюдинов, которые не задействованы ни в войсках, ни на иных работах.

Да, обладателей дара, набранных на Дальнем Востоке, прибавилось — наконец прибыли все, кого я набрал, но не смог забрать на кораблях. А вместе с ними ещё немало других — бывших военных, мелких магов артефакторов и слабых алхимиков, да даже сманенных и перекупленных у других бывших солдатах, получивших дар магии в день нашей великой победы над Цинь.

— У нас есть специалисты и по оружейному делу, и доспехам, и по разного рода бытовой алхимии и артефактам, — сверкнула она глазами. — Но в первую очередь наш Род специализируется на изготовлении зачарованного холодного оружия. И для гвардейцев, у которых есть четыре уровня зачарованности оружия, и для магов — зачарования вплоть до пятого уровня. В этом — мы в числе лучших в Империи. Лучше нас только Демидовы и Долгорукие. Однако помимо этого наши умельцы умеют И я предлагаю вот что — инструкторов и управленцев, которые помогут довести до ума производства и навести порядок, я прямо сейчас отправлю с вами. В целом их будет около четырехсот человек — ибо на указанные вами объемы работ затребованное вами изначально количество совершенно недостаточно. Мои люди помогут открыть вам и новые производства — потенциал для развития у вас огромный, а учитывая ситуацию в вашей губернии, сейчас у вас уникальный шанс занять её рынки. И этой возможностью грех пренебрегать.

— Неожиданное, но весьма приятное предложение, — кивнул я с довольной улыбкой. — А теперь давайте обсудим «но», которое явственно звучит в вашем предложении.

— Никаких «но», господин Глава! — заверила меня Ира. — Просто небольшой, чисто технический нюанс. Магов уровня Мастера и Младшего Магистра почти не имеет смысла обучать у вас — для их работы необходимо сложное оборудование, которого у вас просто нет. Зачарование пуль до третьего уровня, например, или магических гранат третьего и четвертого, клинков — гвардейские до четвертого, чародейские до пятого… А так же, в принципе, любых артефактов выше второго уровня. До третьего уровня мы можем изготавливать очень многое. Пусть часть ваших людей пройдет обучение здесь, у нас, на всем необходимом оборудовании. Мы также закажем для всё это для вас в необходимых количествах — за наш счет, разумеется.

А ведь нам такого никто не продаст — мы, сторонники Второго Императора, до сих пор в экономической блокаде. Но как это хочет провернуть она? Сложить два и два, когда от Дороховых поступят большие заказы на дорогое и сложное оборудование, которое у них итак имеется, а сами они после поражение в войне с нами отправляют толпу наставников в Николаевск, одновременно принимая наших магов у себя, будет несложно.

И я, разумеется, задал этот вопрос.

— У нас хватает связей, знакомств, должников и просто тех, кого мы крепко держим за причинные места, имея компромат, чтобы не бояться быть пойманными за руку, — ответила Ирина. — Да, после этого поражения мы потеряем некоторую долю влияния… Но не настолько, чтобы это стало помехой в данном вопросе. А уж если вы заставите плененных вами Магов Заклятий принести достаточно серьезные клятвы, чтобы им было проще выполнить ваше требование, чем разбираться с тем, как от них освободиться… Ну, хотя бы месяца на два, а лучше на три — я смогу добыть для Александровской губернии очень много различного оборудования и специалистов по самым критически важным производствам. Да и, если подумать, целый Великий Род, пусть и ослабленный, но имеющий множество связей и возможностей здесь, за чертой Фронтира, ни для вас, ни для вашего тестя точно лишним не будет…

— Так вот к чему ты ведешь, — усмехнулся я. — Что ж… Я могу удовлетворить твою просьбу. Да что там я — за вполне может рьяно взяться сам Павел Александрович. Однако ты ведь должна понимать, что появление войск из нашей губернии может похоронить для вас все возможности вернуться в лагерь лоялистов?

Ирина задумчиво пожевала губы, прежде чем ответить. Сперва я уловил слабый телепатический всплеск, но послание так и не было отправлено. Глубоко вздохнув, женщина решительно заявила.

— Да шли бы они к демонам в задницу, эти лоялисты! Бесхребетные, лживые твари, такие же никчемные, как этот недоумок на троне!

— А ну умолкни, дура! — рявкнул, выпучив глаза от изумления, Старейшина Архимаг. — Ты что.

— А ты закрой пасть, старый маразматик! Я теперь Глава Рода, так что выбирай выражения, дряблый шарпей, иначе упеку в дом престарелых, будешь под антимагическим зельем песком из задницы сыпать до конца дней своих! Ты и такие же дурни как ты уговорили отца полезть в эту авантюру, даже зная, кто покровитель Соколовых!

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов и даже не глядя на потрясенно замершего Старейшину, она продолжила:

— Простите за эту безобразную сцену, господа и дамы. Нервы… Так вот — те четыре дня, пока вы стояли лагерем у остатка крепости Соколовых, я просила поддержки. Каждый божий день через все амулеты на экстренный случай, дающие прямую связь с нашими союзниками. В первые три дня я предлагала различные варианты засады на вас лично, готова была рискнуть собой, дабы заманить вас якобы на переговоры, уверяла, что готова участвовать в любой авантюре… Вела себя как дура, ибо впала в натуральную истерику. Последние же двое суток я пыталась действовать более рационально и прагматично. Предлагала наши деньги, земли, самые ценные артефакты и самые дорогие зелья и эликсиры — из тех, за обладание которыми Рода ниже Великих и войну могли бы устроить. Не стоит и говорить, что доступ ко всем нашим хранилищам магических знаний тоже шел в комплекте — никто не откликнулся… Вместо этого, мрази, устроили диверсию в момент вашего нападения! И ведь явно давно готовились, такое незаметно подготовить — это не одного месяца, а то и года, работа!

Она как-то зло, криво усмехнулась и опустила взгляд. Да уж, монолог вышел весьма эмоциональный. И судя по тому, что я могу уловить силой души — говорила она искренне.

Груз навалившихся на Род проблем, особенно в таком объеме и так резко, давил на плечи женщины неподъемной плитой. Да, её постепенно готовили на роль Главы… Но на роль Главы не последнего среди Великих Рода, с надежной паутиной связей, союзов, договоров, как торговых, так и политических да военных.

Но жизнь сыграла злую шутку — власть пришла ей в руки в момент жесточайшего кризиса, определяющего, жить или умереть её Роду. И вдруг оказалось, что все союзники и соратники отвернулись от Дороховых в самый нужный момент.

Что ж, большинство бы сломалось и не смогли бы найти выхода из ситуации. Решили бы стоять до конца, попытались бы сбежать, или полностью легли бы под нас, как только мы подступили к крепости. Так или иначе — либо полностью уничтожили бы себя, либо позволили бы нам обобрать себя до нитки, а потом стали бы добычей для тех, кем раньше помыкали.

А она молодец. Решила попытаться лавировать меж множества сил, что грозили стереть в порошок Дороховы. Ещё вчера Великий и могущественный, а ныне стоящий на коленях Род.

— Я оценила ваш жест с возвращением регалий. Исполнили обещание, данное дяде Грише, да? Он посылал весточку… Не думала, вы пойдете на это. А ещё я видела, с какой лёгкостью вы прикончили то чудовище. Что ж… Если Бог отвернулся от тебя, то к кому мне идти, как не к Дьяволу? Я предлагаю все возможности, ресурсы, связи, всё, что может предложить мой Род вам и Второму Императору взамен на ваше слово. Мне не нужно ни магических клятв, ни даже официальных бумаг — просто дайте слово, что выполните свою часть сделки и придете на помощь, когда придет нужда.

— А девочка молодец, — хмыкнула Алёна. — Быстро раскусила, на чем вас поймать можно, мой господин. Из неё выйдет толк.

— Как думаешь, стоит соглашаться?

— Да как вы смеете вести себя так, будто безделушку в лавке антиквара…

Начавшую возмущаться пожилую Старейшину спеленали с ног до головы, замотав в десяток слоев, жгуты багровой энергии. Всё произошло столь быстро, что бедолага даже ойкнуть не успела.

А эта Ира хороша, весьма хороша! Пожалуй, из всех Архимагов моего Рода с ней способен потягаться разве что Петр старший со своим элементалем. Что, собственно, неудивительно, учитывая, что ей сорок два и она в полушаге от ранга Мага Заклятий. Гений уровня моего отца, из тех, про кого говорят — рождается раз в тысячу лет. Она носила отличный артефакт, который идеально сочетался с её собственными усилиями по занижению своей силы — поначалу я ощущал её, как довольно слабого Архимага, и лишь пару минут назад разобрался, что мне в ней казалось неправильным. И то лишь благодаря Силе Души — моё магическое восприятие она всё же обманула.

— Не слушайте этих болванов, господин Аристарх, — глядя в глаза попросила она. — Более половины прежних Старейшин в самом скором времени лишатся своих постов — они привели Род к катастрофе, и им больше доверия нет, несмотря на их ранги. Так что слова этой клуши и прочих представителей этой клики уже ничего не значат.

— Девка с характером, потенциалом и амбициями, — ответила Алена. — Я думаю, стоит дать ей шанс.

— Вот и я так думаю, — медленно поднялся я со своего места.

Я неспешно зашагал к Дороховой, обходя стол.

— Раз уж ты решила поиграть в опасную двойную игру, то и играть придется убедительно, — подошел я к замершей, как удав перед кроликом, женщине. — И для этого, в первую очередь, придется сделать так, чтобы никто ничего не узнал. Ты ведь понимаешь, о чем?

— Понимаю, — хрипло ответила она.

— Ну тогда чего ты ждешь? Это должна сделать ты сама.

Она колебалась лишь секунду. А затем, решительно сжав в руке посох, что я вернул ей, и послала поток маны в артефакт.

Старый Архимаг был единственным из четверки Старейшин, кто успел хоть что-то сообразить и попытаться защититься. Каким бы, по словам Иры, глупцом он ни был, но опытом и сноровкой ворчливый старик был не обделен. Я уловил начальные такты защитного заклятия — что-то из стихии Земли, довольно мощное, но при этом простое. Молодец, интуитивно понял, что сейчас важнее скорость, а не мощь.

Однако он не успел. Гений Рода Дороховых, гений, сопоставимый с моим отцом, оказалась быстрее. Магия Хаоса, многоцветные, вызывающие рябь в глазах языки пламени захлестнули всё вокруг в радиусе десятка метров. Уровень контроля поражал — я, конечно, не престарелый Архимаг Дороховых, я закончил плести защитные чары раньше, чем Ира сплела хотя бы пятую часть своего заклинания… Но ни единый язычок пламени не коснулся моих защитных чар — это факт.

— Магия Хаоса — весьма опасная штука, которая никогда не заканчивается ничем хорошим для смертных, — заметил я.

— У нашего Рода очень мало чар восьмого ранга, — пожала она плечами. — А те, что есть, не самые лучшие. Соответственно, и Заклятия, которыми пользовался Отец, далеки от идеала. Я хочу Заклятие на основе чего-то, что действительно может дать реальную силу. Хаос — может. Ну а риск… Без него не достичь вершин.

— Хороший ответ… Что ж, раз у нас сделка, и ты рискуешь не только собой, но и всем своим Родом, то пусть и оплата за неё будет достойной, верно?

Я высвободил Силу Души и коснулся её разума. Не прерывая зрительный контакт, я аккуратно постучал в незримые ворота, прося позволения на короткий контакт — и когда она его дала, я передал ей частичку, малую часть своих знаний. Меньше двадцатой доли того, что я за всё это время даровал своему ученику и прочим близким людям.

Я дал ей знания о пяти заклятиях седьмого ранга. Сильных, мощных заклятиях, из числа лучших — и два из них были масштабируемы. На восьмом ранге они, конечно, уже в число лучших чар не входили… Но был маленький секрет — достаточно талантливый, въедливый, терпеливый и умный чародей сумеет слить их воедино и получить действительно очень, очень мощное заклинание на стыке Огня, Воздуха и Молний.

— Когда достигнешь восьмого ранга — найди способ соединить первое и пятое. Когда сможешь — получишь ещё, — сказал я, разорвав связь. — Не только готовых заклятий, но и знания — настоящие, полноценные знания о природе магии, её законах и многом другом. Не все и далеко не самое лучшее — но уж точно на порядки выше того мусора, который ты изучала до этого… Но всё это, разумеется, только в том случае, если ты будешь выполнять обещанное. И теперь только от тебя зависит, сумеешь ли ты получить достаточно чистых знаний и сильных чар, чтобы сформировать по настоящему мощные Заклятия.

Я развернулся и зашагал прочь из зала. Алена и остальные молча последовали за мной — а на полу осталось лежать четыре обезображенных, изуродованных богомерзким Хаосом трупа. Впрочем, мы еще не успели выйти, как Ирина начала окатывать их пламенем. Заметает следы, молодец…

— Думаешь, стоило, Аристарх? — тихо спросил Пётр.

— Ты не видел её глаз, друг мой, — улыбнулся я. — Вкусив крупинку знаний и получив надежду заслужить ещё одну порцию, она уже не остановится. Да и потом — если мы, в конце концов, одолеем Императора, то её Род мигом возвысится. Этими мыслями она легко заглушит голос совести.

Ибо чтобы действительно убедительно играть несчастную жертву, что вынуждена подчиниться победителям, которых всей душой ненавидит, ей придется сперва прикончить всех высокопоставленных членов Рода, которые слишком преданы Императору, а не своему Роду. А таких, судя по всему, немало.

— Крови-то прольется-а… — присвистнула Алена.

* * *

Новогодний подарок — ибо не уверен, что завтра успею написать проду. Всех с наступающим — обнял, приподнял, к груди прижал, боярынь в щечку поцеловал! Счастья, любви, здоровья — и спасибо, что читаете меня)

Глава 14

Опрометчиво заявленную Хельге свадьбу «через три дня» переносить всё же пришлось. Причем не по моей воле, так что недовольную мордашку моей невесте мне хоть и пришлось лицезреть, но негатив сей был, к моей радости, направлен не в мою сторону.

Павел Александрович услышал о себе много нового и весьма нелестного за закрытыми дверями. Единственная дочь, которой отодвинули свадьбу, даже для весьма властного, сурового нравом и сильного духом человека оказалась испытанием тяжелым. Нет, определенной черты моя невеста не переходила, да и публично своего недовольства отцу не показывала, но мы уже, можно сказать, родственники, так что часть бурь, бушевавших меж отцом и дочерью, я краем глаза видел.

В целом, моя уже почти супруга меня тоже не обделила своим недовольством.

— Мог и настоять на своём, — заявила мне эта упрямица. — Ты Реинкарнатор, Герой Империи и Глава Великого Рода, а чуть появилась возможность отвильнуть от своих слов — тут же ей воспользовался! Так, видите ли, сложились обстоятельства! Аргументы у тестя убедительные, понимаете ли! — передразнила она меня.

— Любимая, но ведь…

— Любимая, в соответствии со всеми «обстоятельствами», правилами приличия и прочей чепухой, не намерена возлежать с мужчиной до брака! — не дали мне оправдаться. — Так нравятся речи моего отца — так с ним и спи!

И захлопнула телекинезом дверь в мои же собственные покои.

— Это, вообще-то, моя спальня… — негромко пробурчал я себе под нос, всё ещё пребывая в замешательстве.

— Что-о-о-о-о-о⁈ — изумленно донеслось с той стороны дверей. — Повтори-ка, милый⁈

— Ничего-ничего! — торопливо крикнул я, поспешно ретируясью

Боги и демоны, слава Творцу-Всесоздателю, что я не успел ляпнуть вслух шутку про то, что уж в своем замке я точно найду, кем заменить невесту до первой свадебной ночи… Иначе, боюсь, бури, с которыми пришлось столкнуться генерал-губернатору, показались бы мне сущим штилем.

— Со всей этой рассудительностью и покладистостью Хельги я позабыл самое главное — она всё-таки женщина, — пожаловался я друзьям. — А всякая представительница прекрасного пола становится слегка сама не своя, когда дело доходит до свадьбы. Вот скажи, Смолов, как тебе удаётся избегать проблем в этом вопросе? Ни разу не видел и не слышал, чтобы Ярослава даже тему эту поднимала, не то, что давила.

— Ну во первых, нам с ней обоим весьма немало лет, — рассудительно заметил мой лучший друг, прикладываясь к кубку с вином. — Женщина в её возрасте и с её положением в обществе это совсем не тоже, что и молодая девица.

— Ну как минимум положением в обществе Хельга как минимум не уступает Шуйской, — заметил на это я. — Ни в коем случае не хочу оскорбить или умалить значение последней, но она лишь одна из Старейшин боярского Рода, пусть и Великого. Хельга же дочь генерал-губернатора Александровской губернии, второго по влиянию и значимости человека в Императорском Роду и во всей Империи. Ну и главы второй по силе ветви Романовых.

— Учитель, вы ведь поняли, что он имел в виду, — укоризненно заметил младший из Петров. — Да, ваша невеста — идеальна со всех сторон, это неоспоримо. Но она молодая девушка, которой всего двадцать четыре года и у которой дату свадьбы постоянно переписывают.

— Важнейшее для моей внучатой племянницы событие переносят в календаре чаще, чем в казарме график нарядов солдатни, — присоединилась Алена. — Не стоило столь опрометчиво обещать ей подобное… Я понимаю, вы привыкли, что она безропотно принимает ваши решения — однако вы, честно говоря, уделяете своей невесте слишком мало внимания. Всегда в движении, всегда на острие атаки, всегда в делах и битвах — вы прекрасный воин и заслуженно называетесь Героем Империи… Однако из-за всего этого вы плохой жених и сомнительный муж. При всем моем к вам уважении, господин.

Что ж, тут придется признать, они правы. А ведь всё это время моя невеста показывала себя не просто с хорошей стороны — она делом поддерживала меня, взяв на себя все организационные хлопоты проектов, что я затеял. Занялась налаживанием связей Рода с окружающей аристократией, обучать членов Рода… Две с лишним сотни Младших и Старших Магистров из простонародья, ещё вчера и не мечтавших о том, чтобы даже Мастером стать, обучать всему, что необходимо знать людям их положения.

Все они, пройдя сквозь горнило тяжелейших войн под моим началом, прекрасно научились убивать — людей, нежить, духов, монстров… Но вот во всем остальном были далеки от аристократов, с молоком матери впитавшим повадки, манеры, образ мышления и все прочие как положительные, так и отрицательные черты урожденного аристократа.

А ещё заводы. Столица Родовых земель и четыре небольших городка-крепости, в которых уже тоже перенаселение — рассчитанные на двадцать тысяч жителей, они по факту уже под тридцать насчитывают.

Мастерские, алхимические производства, регулярные вылазки и контроль над финансовыми потоками Рода… Моя Хельга и небольшая группа её ближних слуг (проверенных, перевербованных, взятых под плотный контроль и связанных клятвами о неразглашении тайн нашего Рода и ещё рядом мер — Смолов, получивший под своё начало столько спецов из Тайной Канцелярии, свой хлеб ел не зря.) были очень эффективны.

Я сам большую часть времени, не связанную с работой и контролем происходящего на важнейших направлениях, посвящал саморазвитию.

Даже сейчас — все прихлебывали из кубков и чаш вино, я же небольшими глотками цедил зелье седьмого ранга — дорогущее, созданное мной лично немалыми усилиями.

Гранитные Берега. Препарат, в основе которого помимо кучи растений, сложного ритуала и тел трёх свежих, убитых не более получаса назад трупов трёх монстров седьмого ранга, было по десять унций крови Хельги и Алены.

Едкая, жгучая дрянь, по вкусу напоминающая самую дешевую и паршивую паленую водку. Причем я чувствовал его полноценно, будто сам был простым смертным — мерзость, которую трудно описать словами. Зато отлично помогает укрепить мои каналы маны, дабы увеличить мою выносливость в магическом плане.

И отлично синергирует со Звездным Потоком — пилюлей, ну или таблеткой, не суть, что расширяет каналы маны и увеличивает их пропускную способность.

Я давно начал готовить полный комплекс алхимии, что ускорит моё развитие в разы, а то и на порядок. Глупо было бы этого не сделать — здесь, в этом мире, где любые магические ресурсы почти под ногами валяются. Пойди да возьми, коль силы есть — а у меня сил было достаточно. Там, где в прошлой жизни мне чаще всего пришлось бы изгаляться и рисковать жизнью, годами ища, а затем с боем и риском собирая нужное, теперь я мог спокойно прийти и забрать. Приятное отличие Главы Великого Рода, за спиной которого настоящая армия и мощная группа высших магов — от одиночки.

Однако, возвращаясь к тому, с чего мы начали — я действительно принимал как должное то, что моя невеста тянула на себе львиную долю работы, пока я размахивал копьём, метал молнии и так далее.

— Ладно, согласен, я неправ, — пришлось мне признать. — Чтож, у нас есть немного времени и я использую его на полную!

— Наконец проведете с Хельгой чуть больше времени, чем требуется на амурные потехи? — немного стервозно поинтересовалась Алена, используя телепатию. — Чтож, начинать надо действительно с малого. Удачи!

И я отправился к девушке. Шесть дней я провел с ней, почти не разлучаясь — днем мы вместе занимались делами, до самой ночи, а затем расходились по своим спальням… Ну как спальням — она в хозяйскую спальню, а я шел либо в Чертог Чародея, либо на полигон за городом. А, ну и под утро всегда посвящал пару часов медитациям на нашем Великом Источнике и работе над его Хранителем. По остаточному принципу — после своей медитации.

Дух рос и развивался действительно семимильными шагами. Я заметил интересный нюанс, неизвестный мне ранее — чем больше развивался Источник, чем больше чар к нему привязывали и чем они были заковырестей, сильнее и разнообразнее, тем больше и быстрее прогрессировал Хранитель.

В общем, свою угрозу оставить меня на голодном пайке до свадьбы девушка была твердо намерена воплотить в жизнь. Упрямая коза…

— В общем, если вы выделите семь миллионов триста восемьдесят (округлю для ровного счета, там на три сорок шесть рублей меньше) рублей, команду из магов от первого до четвертого включительно, в которой будет минимум десять Мастеров, то расширения и приведение ваших производства пуль, снарядов, гранат, в порядок — и выпуск продукции возрастет в шесть-восемь раз. Как и их качество…

Высокий, худой и нескладный Младший Магистр лет шестидесяти сухо прокашлялся в кулак и немного нервно протер лоб платком. Часть репараций от Дороховых — помимо денег и прочего. Толковые мастера-артефакторы, управляющие и прочие, направленные для помощи и налаживании работы моих производств, они крутились тут уже восемь дней — разумеется, под плотным контролем моей СБ.

— Деньги и людей мы вам, разумеется, выделим, господин Дорохов, — совершенно не помню, как его зовут.

Но, учитывая, откуда он и его товарищи, можно смело обращаться по фамилии и не бояться ошибиться.

В общем, сей представитель присланных к нам специалистов, вместе с тройкой своих товарищей — двух Младших и одного аж Старшего Магистров. Подробно расписанный на бумаге и с картой моих Родовых Земель, на которой стояло немало неизвестных мне значков.

— Сколько займет времени займет воплощение в жизнь всего, что вы описали? — продолжила за меня мысль Хельга. — И будьте добры, разъясните значение всех этих меток.

— Это места, где я ощутил наличие магических ресурсов, — ответил Старший Магистр, специализирующийся на Земле. — Я бы посоветовал вам заняться их добычей — там семь разных видов магически активной руды под землей, два скопления твёрдых минералов, с высокой вероятностью являющихся драгоценными камнями с магическими свойствами, и три подземных озера, вода которых невероятно сильно насыщена маной.

— Какого рода мана? — жадно уточнил я.

— Одно — родной стихией, второе огнём, получится весьма недурственный горячий источник…

Неплохо, но…

— И третье — нейтральной маной! — торжественно произнес геомант.

— Прекрасно! — улыбнулся я. — Это воистину прекрасно! Которое с нейтральной маной? Им займемся в первую очередь… Да я лично им займусь!

— Ваши земли чрезвычайно богаты ресурсами, — с нотками зависти заметил геомант. — Здесь можно создать самый настоящий промышленный кластер губернии… Да что там губернии — если всё сделать по уму, то и соседние регионы будут стоять в очереди за вашими товарами и ресурсами. Вот только с нашими нынешними возможностями одни только шахты организовать займет не месяцы даже, а годы.

— У нас хватает магов Земли, — ответила Хельга. — Они помогут вам.

— Боюсь, они лишь будут мешаться, моя госпожа, — вежливо ответил волшебник. — Не буду спорить — я лично видел силу старших чародеев вашего Рода на том проклятом поле, в том числе и силу магов Земли. Однако в нашем случае нужно не умение ловко схлопнуть противника меж двух плит, сделать почву по его ногами болотом, метнуть пару десятков гранитных копий и так далее. Мне нужны геоманты-строители, причем, если вы хотите справиться действительно быстро — это должны быть Мастера и выше.

— Я решу эту проблему, — пообещал я. — Вы же займитесь в первую очередь тем, что можно сделать здесь и сейчас. Будем решать проблемы по мере появления возможности их решить.

Дороховы намёк поняли и, распрощавшись с нами самым почтительным образом, потопали трудиться на благо… Да на благо меня, чего уж тут.

— У нас так много всего, причем полезного и хорошего, что просто нет сил быстро всё переварить и реализовать, — вздохнула Хельга, едва мы остались одни в её кабинете. — Людей-то, даже одаренных, полно — нам все завидуют уже. Вот только не хватает умельцев, что уже сейчас могли бы выйти на заводы, отправляться с шахтерами за рудой и драгоценностями, не хватает магов-строителей, дабы быстро создать шахты и отстроить им жильей со стенами… Слава Богу, что в этот раз ты обошелся исключительной нужной и малогабаритной добычей. Привези ты с собой как с Дальнего Востока половину губернии — мы бы лопнули.

— Ну, в этот раз я был скромнее, — улыбнулся я. — Хельга, радость моя, до меня тут дошло, как редко я это говорю…

— Что говоришь? — удивилась девушка.

— Что люблю тебя! — заявил я.

— Да, редко. Чтож, любить меня я тебе запретить не могу, но…

Моя рука, не успевшая лечь на коленку девушки, была отброшена коротким телекинетическим импульсом. А затем мой стул вместе со мной были решительно и резко сдвинуты подальше, метра на четыре.

— Но до свадьбы любить будешь мысленно! — закончила она.

— Как скажешь, любовь моя, — послушно поднял я ладони.

Дни вновь завертелись, как в калейдоскопе. Днем — вместе с невестой занимаюсь делами Рода, решаю возникающие проблемы, выступаю судьёй в тяжбах и спорах самых влиятельных, могущественных и богатых жителях моих земель…

Последнее — самое муторное. В Николаевске, да и в городках поменьше — Новорезково, Солнечном, Валтайске и Шахтинске (поселение-крепость защищало и обслуживало разом несколько десятков шахт) — уже были небольшие представительства купеческих гильдий, появились и первые свои, состоятельные люди из местных — а с этим пришла и конкуренция, тяжбы и споры.

В Николаевске уже был организован суд и даже назначены судьи.

Свод моих личных законов, которые действовали на моих землях, более чем на девяносто процентов совпадал с официальным судебным кодексом Империи, так что стряпчие быстро составили мне документ. Не вдаваясь в подробности — в основном пришлось дописывать законы, учитывающие местные реалии. Двое судей, естественно, людьми были не случайными — один был представителем СБ, второй — человеком Хельги. Соперники, что исподволь, потихоньку конкурируют друг с другом. Что-то вроде соперничества с целью доказать, кто полезнее…

Днем я, занимаясь делами, постоянно поглощал приготовленную мной алхимию и переваривал, максимально впитывая всё, что могли мне дать дорогущие препараты.

Как же я был прав, когда, уходя от Шуйских, решил создать Род. И как же мне повезло, что я попал в эпоху начала больших войн — смутные времена это лучшее время для таких, как я. Тех, для кого война — это обыденная, уже чуть набившая оскомину родная среда обитания.

Четыре года непрерывных войн — и у меня Великий Род. А прошлой жизни мой Род достиг величия довольно поздно — собственно, мне пришлось возрождать его из пепла, будучи уже Великим Магом. И добывать ресурсы и необходимые знания для развития, особенно в нашем, куда более скудном на них мире было очень непросто.

Толи дело сейчас! Необходимые мне редчайшие, ценнейшие Астридики, магические цветы, растут на поляне, где обитает монстр восьмого ранга и его стая? Подтягиваем войска, воздушный флот и сильнейших боевых магов, обещаешь гвардейцам тройные боевые, а небольшой пока ещё личной дружине велишь стоять на месте и ждать моего приказа.

Костя Дорохов, которого я забрал в первую очередь чтобы он организовал мне собственную дружину и натренировал её, к задаче подошел ответственно и выполнял её на совесть, без дураков.

Два Старших и пятеро Младших Магистров, два десятка Мастеров и три сотни Адептов. Пока немного, да и ни о какой слаженности ещё речи не идёт — мои ребята пока не готовы дать бой разъяренному Магу Заклятий и иметь неплохие шансы на победу. Но это пока…

Стая существ, похожих на снежного барса, но в холке достигающие от метра до полутора, с направленными вперед рожками — явно непростыми и, скорее всего, способными выстрелить.

И их вожак — огромный, метра два с половиной в холке снежный барс с аурой восьмого ранга. Ну и пятеро существ седьмого… Да и шестерок, пятерок и Мастеров тут тоже было достаточно.

Эта стая считалась самой грозной в округе. Белые тела этих зимних хищников прекрасно держала и мороз, и жару. А так же почти любой удар человека ножом.

В момент, когда я сам готов был крикнуть в атаку и уже чуть согнул ноги дабы оттолкнуться, стая послала телепатический импульс в нашу нашу сторону — так, чтобы. Заберите, что хотели, как найдете — убираемся мы подождем, пока вы не уйдете.

Сила. Приди я один, и здесь бы уже была знатная драка — десятки и сотни убитых, Молнии против примитивных, но очень мощных заклятий их главаря при активный поддержке остальной стаи — едва ли я сумел бы взять верх.

Но я не один. И главарь тварей, обладатель полноценного интеллекта, благоразумно решил не связывать с войском Великого Рода — десятком тысяч гвардейцев, тремя чародеями восьмого ранга и прочими.

И вот так, считай на халяву, я набрал сотни столь дорогих и редких цветов. Цветов, находящихся в глубинах диких земель, куда с войском потребовался бы не один месяц чтобы пробиться — а тут, при помощи Кристины, всё решилось за день. Один отряд опытных разведчиков, добравшихся сюда и установивших ритуальный круг и артефакты моей новой подданной — и дело в шляпе.

Сотни три с половиной Астридики! Да я в прошлом десяток с трудом нашел, и-то их охранял Каменный Великан. Тварь, едва меня не пришибившая… Долгие годы больше я работал на Род. А теперь, наконец, он начал работать на меня…

Глава 15

Всё когда-то кончается — таков закон вселенной. Особенно быстро кончается хорошее — добыча ценнейших ресурсов при помощи Кристины, способной открыть портал почти в любую нужную точку, если так установить артефакты-маяки и создать одно несложное ритуальное заклятие, которое и Мастеру под силу.

Никто и никогда на Фронтире не добывал ресурсы подобным образом. Чем глубже в территории монстров, чем ближе к Разлому — тем чаще попадалась разнообразная магическая флора. И тем чаще она была запредельной насыщенности маной — качественной, усиливающей её свойства до предела. Величайшая редкость этого мира — разнообразные растения седьмого и восьмого ранга.

— Стоила ли эта чехарда всех потраченных усилий и крови? — поинтересовалась Кристина.

Она сидела вместе со мной на лавке в здании одного из складов-хранилищ, где мы складывали и сортировали добычу. Вернее, сортировали не мы и не бойцы, а алхимики под чутким руководством одного из самых тихих и редко присутствующих на собраниях Рода Старейшин. Ту, о которой я по возвращении лишь через месяца полтора вспомнил…

Баранова Анна Геннадьевна, спасенная некогда из плена Серовых женщина Старший Магистр, любительница артефакторики, неплохой алхимик, ритуалистка… Ещё владела школой магии Огня и магией Крови. Однако она не боец — хотя характер у неё боевитый, за словом в карман не лезет и постоять за себя может похлеще иного мужика.

— Мир, тишь да благодать скоро кончатся, — ответил я ей, наблюдая за возней на складе. — Шведы никуда не делись, как и турки. Почти добитые японцы отбросили моего дядю и его армию, слава Творцу в отличии от боевых магов и солдат, пришедших из ниоткуда, ничего не завезли. Но уже итак ясно, что скоро начнется война с Британией… И всех этих гиен нам необходимо будет выкинуть обратно с выбитыми зубами.

— И ты решил, что всё это обязан сделать именно ты и твои люди? — усмехнулась она.

— Всё не все, но война штука такая… Никогда не бывает чрезмерной подготовки к ней, — пожал я плечами. — Скоро мне придется вновь отправится в Прибалтику, где армии шведов, копивших силы для мести пять веков, жгут села, города и родовые замки тех, кто отказывается склонить голову. Наносят поражение за поражение нашим войскам, а ведет их такой же реинкарнатор, как я — только имевший минимум несколько десятилетий на подготовку. А у меня было лишь менее четырех лет. Поэтому мне нужна каждая капля, каждая крупица силы, чтобы иметь шанс на победу в открытой схватке.

Мы помолчали несколько минут, просто глядя на возню алхимиков.

Это был не просто склад — это одно из экстренных убежищ на случай, если в городе начнется что-то катастрофическое. Битва в полную силу двух Архимагов или, не дай Творец, прорвавшийся сюда Мага Заклятий. Не говоря уж о схватке двух магов восьмого ранга…

В общем, здесь были подземные убежища. Отлично зачарованные земля и стены, сплав магии и технологии. Наложенные лично мной огромные пентакли на полах и потолках помещений позволяю убежищам черпать силу из Великого Источника…

В каждом подобном месте находилось четыре подземных помещения, в каждое умещалось по три сотни человек. Там было всё необходимое — десяток уборных, полтора десятка душевых, запас специально зачарованных на хранение продуктов — трём сотням человек на пятеро суток. Питьевая вода в центре помещения фонтан. Как и душ с уборной, это было чародейством…

Таких мест в городе пока десяток, но программа расширяется. Однако на всех в любом случае не построить. И я бы, может, бросил это весьма дорогое занятие, но была ещё одна функция у этого места. То, ради чего я всё ещё трачу деньги на этот проект…

На самом деле помещений не шесть, а девять. Вот только три последних не предназначались для людей — это были тайные склады, где хранилось редкое сырье.

Экранирование, укрепление, защитные чары и тревога на весь город, — помещения хорошо защищены. Входы скрыты чарами невидимости, очень и очень мощными — их накладывал я под руководством Светлой, а та знает толк в умении обманывать чужой взор. Даже мы были сокрыты от чужих глаз чарами невидимости пока шли сюда — высшей невидимостью и сокрытием из возможных.

— Фатура Штормовая, Царский Желудь, Роза Ветров — два ингредиента акцентируются на чистой стихии Воздухе, Фатура же — на её редком и сложном в освоении ответвлении, магии Молний, — подошла к нам Аня. — И все три нужны тебе сегодня к вечеру максимально обработанные… Ты ведь в курсе, что эти три ингредиента смешавшиеся вместе в магическую кислоту, разъедающую всё и вся.

— Дорогая моя, ты не забыла, от кого ты получила свои знания? — иронично поинтересовался я. — Хочешь поучить учителя, да? Чтож, тогда вот тебе урок — да, два Ветра и Молния не могут сосуществовать вместе. Плоды, обладающие стихией, особенно одинаковой, всегда стремятся поглотить идентичные плоды. И да, обычно в процессе более сильный плод уничтожает конкурента и поглощает небольшую часть его силы. Плоды примерно одной силы просто уничтожат друг друга. Однако эта проблема легко решается либо изолированными контейнерами, либо их просто несут порознь.

— Ага. Зато потом, при добавлении их в само зелье, всё равно начинается реакция и они в лучшем случае из твоего варева сделают протухший супчие. А в худшем — рванет. В твоем случае рванет так, что от лаборатории останешься в лучшем случае ты сам.

— Чтож, судя по твоей самоуверенной мордашке, мне пора показать тебе следующий уровень мастерства. Ты худо-бедно освоила базовый уровень — сейчас покажем средний. Кристина, дорогая — замок, алхимическая лаборатория. Аня — тащи всё перечисленное. Не только эти три, но и вот тут по списку… И поторопись — это в твоих же интересах. Научишься чему-то действительно стоящему.

— Зачем издеваться над девушкой? — покосилась на меня Кристина.

— С чего ты взяла, что я издеваюсь? — удивился я.

— Ну а что значит «научишься»? Она лучший алхимик Николаевска, да чего уж тут — она и в большом городе не затеряется, далеко не худшая в своём деле, — ответила девушка.

— А тебя не смутило, что мы с ней прямо говорили о том, что она получила свои знания от меня? — поднял я бровь.

— То, что ты дал ей книгу или доступ в личную библиотеку не делает тебя алхимиком, — фыркнула любительница быстрых перемещений. — Невозможно быть хорошим воином, тем более настолько хорошим, и одновременно достигнуть успеха ещё в каком-то противоположном направлении магического искусства! Правило одного дара, слыхал о таком?

— Слыхал, — усмехнулся я. — Придумано теми и для тех, кто не способен честно признать свои ошибки и поражения, теми, у кого всегда в их собственных неудачах виноват кто угодно, кроме них самих. Я не в их числе, и на меня эти дурацкие правила не распространяются. И я не просто хороший боевой маг — я алхимик, ритуалист, маг Крови и владею на сносном уровне всеми школами магии, включая Пространство. Где-то чуть лучше, где-то хуже — но почти все виды волшебства за свою жизнь я освоил.

Когда через час Аня вернулась со всем необходимым, я дал Крис координаты и она открыла портал — она была одним из немногих людей в городе, кому город позволял использовать Пространство.

Просторное помещение с несколькими столами, парой висящих прямо в воздухе котлов от которых шел весьма приятный, похожий на мяту запах.

На столах были многочисленные алхимические принадлежности. Колбы, реторты, маленькие горелки, многочисленные вспомогательные артефакты — палочки, амулеты и прочее.

— Что в котлах? — тут же спросила Аня, с жадным интересом разглядывая помещение.

Впрочем, её можно было понять — одно только оборудование, инструменты и прочие принадлежности тянули на сорок-пятьдесят миллионов рублей. Да и ладно деньги — эти предметы делались на заказ, довольно долго, и к мастерам, что выпускают вещи подобного уровня, стоят настоящие очереди. С помощью подобных вещей можно изготавливать сложнейшие алхимические эликсиры прикладывая раз в пять меньше усилий и куда более качественно, чем с обычным оборудованием.

— Как ты достал всё это? — с восхищением протянула Аня, не дожидаясь ответа на первый вопрос. Их же даже до войны было почти нереально купить, а уж сейчас…

— Это трофеи, — честно ответил я. — А насчет котлов — в них почти готовые Эликсир Сущности Ветра в первом и Кара Небес. Они варятся уже много месяцев, сожрали огромное количество различных ресурсов, да ещё и требует немалого количества маны из Источника. Двадцать процентов маны Великого Источника Магии на постоянной основе. Круто?

— Круто! Но вопрос — а кто тогда за ним присматривает, учитывая, что ты любишь внезапно оказаться где-то далеко и в драке?

— Дорастешь до восьмого ранга — смогу научить, а так. Скажем так, уходя я накладываю чары, которые срабатывают в нужный момент и делают мою работу.

— Здорово, — вскинула брови Кристина. — А меня научишь? Я вроде подхожу по требованиям.

— Научу, конечно научу… Но давай не сейчас, ладно? Мы делом заняты… Аня, иди сюда! Буду учить тебя среднему уровню — по моим меркам. Не достигнувших хотя бы этого уровня я за алхимиков не считаю. Просто вечные подмастерья, не больше.

Силой мысли я поднял в воздух все три спорных ингредиента и начал придвигать ближе. Когда все три оказались в метре от лица меж крупной фиолетовой ягодой, напоминающей сливу, здоровенным желудем размером с человеческую голову повисло странное напряжение. И воздух, разделяющий Фатуру Штормовую и Царский Желудь, буквально кипел от двух столкнувшихся в противостоянии сил. Немалых, надо сказать, сил…

— Они будто живые, — заметила Кристина. — Даже жалко как-то…

— Они самые обычный фрукт и орех — просто они насытились маной и каким-то образом преобразовали её в собственное звучание, тональность маны. Ладно, смотрим дальше.

Розу Ветров я разместил над первой парочкой, и дуэль превратилась в битву троих.

— Они скоро перейдут порог, после которого начнет падать их качество! — подергала меня за рукав Аня, увидев, как Фатуру побежали тоненькие разряды молний. — А потом рванут! Крис, забери нас отсюда!

— Стоять! — гаркнул я, увидев, как девушка поднимает руку в знакомом жесте, собираясь открыть портал. — А ты, идиотка, смотри внимательно. Сейчас я буду транслировать тебе напрямую все свои действия.

Внезапно, прежде чем я начал колдовать, по всей лаборатории засвистел ветер, сметая часть драгоценного оборудования на пол. Звук разбитого стекла возместил, заставил меня поморщится. Разбилось что-то, теперь ещё убираться… Достали.

Мана хлынула из меня бурным потоком. Неструктурированная, не преобразованная ни во что, она легко накрыла, утопила в собой все три предмета. Окутанные маной растения даже не думали прекращать противоборство. В грудь чародею ударил сильный удар воздуха, отталкивая его. Что ж, не хотят по хорошему, будет по плохому.

— Когда эти скоты буянят и не успокаиваются от потока твоей маны, надо делать от та-ак…

Моя магия легко с теплой и солнечной, что потихоньку питала всю троицу, превращается совсем в иную, суровую, серьезную, холодноватую, с сероватого оттенка. И через эту ману чувствовалось, что если растения не покорятся, он тут же и уничтожит. Несколько секунд — кампашака перестала буянить.

Я же, не теряя времени использовал на всех присутствующим заклятие поиска, то с поиска нашел небольшой темный комочек у каждого из ингредиентов. Едва оказавшись обнаруженными они, попытались переместиться, раствориться в ауре — но оказались вычленены, безжалостно выдернуты из ауры и уничтожены волевым импульсом.

— Есть вопросы?

— Как ты смог так контролировать чистую ману — манипулировать ей, будто это часть твоего тела, менять полярность ощущения твоей магии… Это ненормально! — воскликнула Аня. — И да — что это были за… сгустки в их аурах, что ты уничтожил?

Я изумленно уставился на девушку. В смысле как использовал? Она же вроде как лучший алхимик в Роду, и я склонен с этим согласиться — недавно я видел изготовленные ей зелья шестого ранга, до идеала далеко, но качество уже на минимально приемлемую планку… И она это делает, не зная даже таких азов⁈

Ладно, сейчас разберемся.

— Начну с последнего — это порожденные силой Разлома мелкие духи-паразиты. Любое действительно сильное растение, добытое вблизи Разлома, слишком пропитано его силой. Обычных и слабых растений это не касается — только начиная с седьмого ранга.

— Если они все трое порождены одной силой, почему они нападают друг на друга, а не на людей? — резонно поинтересовалась она.

— Потому что они и не умеют нападать. Они умеют только выкачивать энергию из доступных источников — человек же к таковым не относится. Накопленная нами мана, усваиваясь, несколько меняет свою природу, становясь частью мага, его энергетики. А вот с другими растениями не так… Как-то ради эксперимента я дал одной такой тварюге сожрать четверых себе подобных — вот тогда он преобразился и попробовал сжечь уже меня. Причем хоть магия и была топорной и примитивной, но в мощи отказать ей было нельзя. И трюки с давлением маны и прочее уже не работали… Пришлось уничтожить цветок. Огненный Одуванчик, мать его…

Обе девушки с интересом слушали, я же, не теряя времени, телекинезом и магией Воздуха заставил взлететь все три растения и порезал пополам, скинув равные доли в оба котла.

— Но все книги, что я читала, утверждали что это правило распространяется на все высокоранговые растения… — растерялась девушка.

— Ты читала литературу, написанную не пойми кем или что-то из архивов второ- и третьесортных Родов. Откуда им что-то об этом знать? У них в жизнь даже в руках подержать такое не имелось, а в книгах умничают… Вот поэтому нельзя слепо верить ни книгам, ни разумным. Любую важную информацию необходимо проверять.

Помолчали, думая каждый о своем. Из задумчивости меня вывел осторожный кашель Крис, которая взглядом показала, что от меня ждут продолжения разговора.

— Первый же вопрос… К сожалению, ты почти не посещала мои занятия для старших магов. Кстати, почему? Я обучал Мастеров, Младших и Старших Магистров, и все они стали сильнее.

— Сильнее… Но я не стремлюсь в боевые маги, — всплеснула руками девушка. — Зимой, когда ты со своей армий воевал с Цинь под Магаданом, мне пришлось повоевать, применяя свою силу. Я умею убивать и умею сражаться, так что…

— Она не хочет туда идти, потому что когда вокруг нее толпа мужчин-магов, особенно сильных боевых, ей становится страшно, — ответила за девушку Кристина.

— Крис!!! — топнула ногой пунцовая Аня.

— Гм… Психологическая травма, значит? — почесал я подбородок. — Ладно, что-нибудь придумаем. А пока внимательно смотри и запоминай, как я это делаю.

Минут десять мне понадобилось, чтобы она сумела повторить правильно. Выплеснулось совсем немного и она быстро распалась, но это был успех. Значит, я не ошибся — у неё весьма немалый талант к алхимии. Не гений или что-то такое — но очень талантлива, безусловно.

Я это упражнение месяц осваивал, правда и был я тогда сопливым Неофитом. Рука Маны — так это называется. В некоторых ситуациях, когда нет возможности прибегнуть к заклятием или ещё какой экстренный случай, эта штука весьма выручает… Однако проблема в том, что подобных ситуаций почти не бывает. Ну единственное — этим способом можно отлично разбираться с призраками. Вот только это, пожалуй, самый редкий тип моих противников и против них куда лучше работает Фиолетовая Молния.

— И что дает мне это умение? — спросила девушка.

— Пока что, как я смотрю, лишь поразительное самомнение, — хмыкнул я. — Ты его ещё не освоила даже! Но вообще — это великолепная тренировка на контроль маны и скорость прогона энергии через каналы маны. Тебе явно не помешает и то, и другое — слабовата ты, Старший Магистр. Будешь ходить обучаться боевой магии и искусству сражаться у Хельги. Я попрошу её…

— Не-не-не, стоп! Я просто алхимик, мне ни к чему эти ваши боевые чары! Да я и сама неплоха в боевой магии!

— Если покажу, для чего на самом деле алхимику это упражнение и объясню, почему я сказал, что алхимиком может зваться лишь тот, кто хоть на этом уровне владеет искусством?

Ане явно хотелось сказать мне что-нибудь нецензурное и, гордо развернувшись, уйти по своим делам… Но она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и с натянутой улыбкой ответила:

— Раз так хочет сам Глава, то куда деваться рядовому члену Рода. Я согласна.

— Отлично, — с усмешкой ответил я. — А теперь смотри внимательно.

Я подошел к котлам и встал напротив, метрах в четырех от них. Я стоял ровно напротив центра промежутка между ними. Закрыв глаза, я вытянул руки в их направлении котлов.

Выплеснувшаяся мана разделилась на два рукава и каждый потек к своей цели. Соприкоснувшись с котлами, она мягко охватила металл, затем затекла внутрь и смешалось с варевом, отдавая свою силу. И не просто силу — я дополнительно корректировал свойства зелья и усиливал нужные мне показатели.

Это была не слишком сильная коррекция — для действительно сильной мне таланта не хватает. Но процентов на семь-десять усилил и, что самое главное, ослабил побочные эффекты процентов на двадцать пять — тут я превзошел самого себя, поставив новый рекорд.

Помимо возможности повлиять на зелье, Рука Маны, соприкасаясь с ним, насыщала твое творение маной. Большинство алхимиков, готовящие действительно важное или сильное зелье, находятся рядом со своим творением весь процесс. Ибо алхимия — это не просто выучить рецепт и собрать реагенты. Это любой дурак может…

Самое главное — сам процесс. Вот-тут и нужен алхимик, который знает и умеет насыщать зелье маной в процессе, а также накладывать необходимые чары во время изготовления. Слабые или давно привычные зелья они варили без особой сложности и не запариваясь, но что-нибудь хотя бы четвертого ранга — это уже становится для них во что-то невероятно сложное… И собственный ранг как чародея тут пусть и влиял на возможности алхимика, но не слишком сильно.

— Ты поняла, в чем суть и в чем преимущество Руки? — спросил я Аню.

— Какой Руки? — не поняла она.

— Прием, которому я тебя научил, называется Рука Маны, — пояснил я. — Поняла, зачем он тебе как алхимику?

— Насыщение маной, — ответила девушка. — В разы плавнее и качественнее. С помощью этой Руки изготовление препаратов происходит раза в три-четыре быстрее, а ещё наложение чар с одновременным её использованием увеличивает их эффективность… Столько преимуществ, а я и не знала… Действительно, тот, кто ей не владеет, не может звать себя алхимиком. Теперь я понимаю и принимаю эти слова. Я ещё не достойна зваться алхимиком.

— Вообще-то я думал ты владеешь Рукой Маны, — признался я. — И собирался посмотреть, как ты её используешь и поправить, если увижу ошибки. Но теперь, зная, что ты, пользуясь столь примитивными методами, как непрямая напитка и прочее, сумела достичь уровня алхимика шестого ранга — ведь зелья твои я видел — поражен уже я. Не буду врать, ты не гений, что рождается раз в тысячу лет и так далее — но у тебя несомненно большой талант и огромный потенциал. Я так понимаю, в Роду туго с литературой по алхимии?

— Нет, есть и вполне себе приличные книги — с рецептами, описаниями и много чем, но читать некому, — призналась она. — Слишком много незнакомых терминов, слишком заумный слог, слишком… Слишком я и остальные наши алхимики мало для этого образованы. Механически возиться с поставленными тобой на поток эликсирами мы ещё можем, ну ещё кое-какие зелья и препараты — девять рецептов.

— А сколько у нас всего алхимиков? — озадачился я. — Я же лично выучил до приемлемого уровня семерых, что были у меня на подхвате раньше. И велел им создать у нас объединение алхимиков.

— Они так и поступили, — ответила за Анну Крис. — Даже я знаю эту семерку. Семь Золотых Поясов, как они себя называют. У них что-то вроде своей гильдии — десятков пять-шесть магов разных рангов у них в подмастерьях, горбатятся ради жалких грошей в надежде собрать по крохам знания. Золотые Пояса изготавливают весьма неплохую продукцию и продают значительно дешевле, чем пришлые — им-то ничего ниоткуда с риском везти не надо, соответственно и перевозку в цену можно не закладывать.

— А Хельга? Или Пётр? Ну на крайний случай этот Мишин — я что, просто так его мэром назначил? — поднял бровь я.

— А к ним не подкопаться — налоги платят исправно, норму по препаратам выполняют и сдают даже чуть больше, кому надо на лапу тоже не забывают платить, чтобы проблем не было — зло пробурчала Аня. — Молодцы — научились у тебя, и вместо того, чтобы поделиться с остальными знаниями, от которых все бы выиграли, сидят… Уверена, они проворачивают немало темных дел. Сидят там у себя и…

— И работают, зарабатывают сами и зарплату свои подмастерьям видимо платят немаленькую, раз у них полсотни чародеев младших рангов, готовых быть у них на побегушках, — с улыбкой перебил её я. — Властям всегда помогают, налоги платят, норму по изготовлению зелий даже перевыполняют… Аня, я понимаю, что тебе, видимо очень завидно и что ты ратуешь за общее дело… Но пусть это будет тебе хорошим уроком.

У Ани сейчас на языке явно очень матерные слова крутились. Однако что такое субординация и где находятся рамки дозволенного она знала отлично. Поэтому, сделав несколько глубоких вдохов и взяв себя в руки, спокойно спросила:

— Господин Глава, не могли бы прояснить, какой именно урок я должна извлечь из данной ситуации?

— Да очень простой, Ань. Большинство людей никогда не будут работать с полной самоотдачей за лозунги и красивые слова — за всех, всем лучше, общая польза… А уж отдавать свой хлеб насущный, то, что им посчастливилось получить благодаря улыбке удачи — знания и навыки алхимии, которыми я делился с ними от скуки… Ты уж прости, но если бы я был на их месте и у меня кто-то что-то «требовал» так внаглую, я точно что-нибудь предпринял бы. А тебя даже не трогал никто, судя по всему. Много ли ты сама знаний окружающим раздала? Что-то я не вижу толп артефакторов, обученных тобой — а ведь их изготовлением, особенно в помеси с магией Крови и Малефицизмом, ты была довольно знаменита в определенных кругах. Что скажешь на это?

Разумеется, ничего она на это не скажет. Я не ребенок и меня пафосными речами на дурость не сподвигнешь.

Но и к этим «Поясам» тоже пригляжусь. Не потому, что они дают на лапу кому-то в страже, а то и в администрации — это, конечно, нехорошо, но мир не идеален, что поделать. Но гоняться за мелкими коррупционерами — ниже моего достоинства.

Приглядеться прикажу своей службе безопасности. Пусть орлы Смолова покопаются в их белье — просто на всякий случай и для очистки совести.

— Ну, для тебя у меня тоже кое-что имеется, — улыбнулся я волшебнице. — Только вот я поставлю условие взамен на знания.

— Какое? — напряглась девушка.

— Ты создашь организацию алхимиков и будешь сама их подтягивать и обучать. Организацию не как своё стороннее дело, а как часть Родового дела.

— Мог бы этого даже не говорить, господин Глава, — вскинула она подбородок. — Я помню, что я теперь не Баранова, а Николаева-Шуйская! К тому же одна из Старейшин, пусть и младших… Разумеется, это будет частью Родового дела. Всё, как заведено издавна — мне четверть прибыли, три четверти Роду. Только должна предупредить — на прибыли мы выйдем не быстро, да и обучить даже одного алхимика дело недешевое…

— Я знаю, — махнул я рукой. — Род выделит всё необходимое — деньги, ресурсы, здание, оборудование, приличные учебники для начинающих и так далее. Время есть — главное, создай хорошую команду, крепкую и спаянную, способную изготавливать хотя бы половину того, что ты сейчас узнаешь. Вы будете изготавливать не всякую мелочь, что потом на центральном рынке с прилавка будут скупать — вы будете делать дорогие, классные и эксклюзивные препараты, предназначенные для аристократов. Дам на выбор два варианта — я могу вложить в тебя разом большой объем знаний — с подробностями, выкладками и прочим, всем тем, что так важно для тебя. Но тогда несколько дней у тебя будут кошмарные головные боли. Их будет невозможно облегчить — ни алхимией, ни магией, ибо Сила Души воздействует на саму душу. Информация будет в ней, а уже через неё попадать в мозг и разум — проще говоря, о том, чтобы забыть хоть букву можешь не беспокоиться.

— А второй?

— А второй — всё тоже самое, только объем информации будет в разы меньший. И никаких болей и вообще негати…

— Первый вариант! — решительно перебила меня девушка.

— Чтож… Отговаривать не буду.

Сила Души пришла в движение, и мы с Аней соприкоснулись разумами и душами. Девушке, вернее женщине, было очень любопытно и очень страшно — всё же не каждый день ощущаешь, как кто-то безмерно более могучий (Сила Души меня показывала таким, какой я на пике сил, а она всего лишь слабенький Старший Магистр) легко и властно вкладывает в тебя нечто, что тебе ещё только предстоит переварить.

— Закончили, — устало повел я шеей, левитируя к нам два кресла из угла помещения. — Присядь, переведи дух. Часа три спокойных у тебя имеются, прежде чем придет боль. Как ты себя чувствуешь?

— Очень странно, — слабо ответила девушка. — В голове десятки образов разом, я буквально каждую секунду вспоминаю что-то новое. Образы, звуки, формулы, различные теории и практический опыт…

Моя рука метнулась быстрее змеи, быстрее мангуста, буквально размазавшейся от скорости стрелой. Мои указательный и средний палец попали точно в цель, в особую точку на шее, «впрыскивая» с них мощное заклятие оглушения и вводя во что-то вроде искусственной комы.

— Я говорил, что ей алхимия и целительство не помогут. И что боль снять нельзя. Но не говорил, что других способов способов обойти неприятные ощущения нет, — пояснил я шокированной Кристине. — Старая добрая кома решает этот вопрос. Процентов на семьдесят — часть боли она всё-таки ощутит даже сквозь неё, ту часть, что выпадет на долю души. Так что посиди с неё денька три… нет, для гарантии — четыре. Заклятие продержит её в коме лишь сутки, так что тебе придется подпитывать его. Тут ничего сложного — плетение открытого типа, знай себе ману вовремя подавай, с этим даже Ученик справится. Так… Ну, вроде это всё, что при ней было. Та-а-а-к… Открывай портал.

— Куда? — спросила Кристина. Девушка всё ещё была удивлена, но шок прошел.

— К её дому. Ну или к твоему жилищу, как удобнее, — охотно пояснил я.

— Так, давай проясним один момент — я не собираюсь четыре дня сидеть с ней и…

— Ясно-ясно, — покивал я. — Портал-то всё же открой, там уж кого-нибудь найду.

Недоверчиво поглядев на меня, Кристина, тем не менее, открыла переход. Подойдя к фиолетовому кругу разрыва в реальности, я повернулся к девушке:

— А тебе что, особое приглашение нужно? — поднял я бровь.

— Да вот подумала, что тут остаться тоже неплохой вариант. К Хеле забегу, давно её не видела…

— Так, подруга — в своей тайной алхимической лаборатории без присмотра я тебе не оставлю. Сюда даже Хельге в моё отсутствие хода нет. Да и вообще — сейчас три часа пополудни, разгар рабочего дня. Зайдешь к Хельге позже, а сейчас — шнеля, шнеля! И проходи первая.

— Да что я…

— Береженого бог бережет, — отрезал я.

Девушка неохотно подошла к порталу. Когда ей оставался лишь шаг, чтобы переступить на ту сторону, я окликнул чародейку:

Уже у самого портала Крис, вздохнув, остановилась и повернулась ко мне:

— Ты же всё равно так или иначе навяжешь именно меня с ней сидеть, верно?

— Ну, приказывать и прям силой давить не буду, но было бы очень хорошо, если бы Маг Заклятий, умеющий телепортироваться быстрее, чем боевые маги атаковать.

— Ей что-то угрожает?

— Не то чтобы угрожает — если бы дело было в угрозах, я бы оставил её здесь. Просто пока она будет в коме, ей будет больно, она будет беспомощна… Из друзей у неё разве что Феркия с Ильхаром, но те сейчас где-то в лесах чудовищ крошат.

— Поняла… Ладно, давай её сюда. Подруга всё-таки… И пришли-те какую-нибудь сиделку, ну или ещё кого — обмывать и обтирать.

— Само собой!

Стоило Крис отправится порталом, я тут же включил восприятие и на полную задействовал весь диапазон чувств. Впрочем, сильно напрягаться и не пришлось — ощущение присутствия ученика обнаружилось сразу.

— Петя! — послал я мысль-сообщение.

Ученик ощущался в замковом дворе, занимался тренировками — работал над контролем. Молодец, приятно удивил…

— Да, учитель? — тут же откликнулся парень.

— Тебе ведь нравится Кристина?

Признаться, я ожидал, что парень хотя бы смутится. Но…

— Да, наставник, нравится, — спокойно подтвердил парень. — А что?

— Гм… А, ну да, я чего сказать хотел — я знаю, где она проведет ближайшие четыре дня одна, вынужденная находиться там безвылазно. Лучше шанса у тебя может и не быть.

— Это да… Слушаю вас внимательно, учитель…

Глава 16

— А в этом году вы рановато организовали тепло, — заметил я, глядя на безоблачное, синее полуденное небо. — Это ж каких колоссальных сил подобная метеомагия стоила! Ресурсы, необходимые для ритуалов, количество привлеченных магов, огромной сложности расчеты, которыми пришлось озадачить не один десяток лучших магов-ритуалистов, пущенные в ход Источники Магии… Господин генерал-губернатор, стоила ли хорошая погода на несколько месяцев раньше положенного подобных, не побоюсь этого слова, чудовищных усилий? Чего ради?

Позади были моя с Хельгой свадьба со всенародными гуляниями, там же, в недалеком прошлом, период активной адаптации Соколовых к новым Родовым Землям, куда они переправили большую часть всего, что имели, со своих старых земель — несмотря на поражение Дороховых и тот факт, что очень многое из того, что у них имелось, просто невозможно перевезти в новые края, они всё же решились теперь обосноваться в наших краях.

Позади были многочисленные вылазки на земли чудовищ, огромная добыча, налаживание быта множества моих новых подданных и многое другое — всего и не перечесть. Приятные, несвязанные по большому счету с войной хлопоты, во время которых я укреплял и усиливал свой Род — Николаевы-Шуйские теперь, по праву, вполне могли считаться одной из сильнейших фамилий нашей великой Империи. Не в первой пятерке, конечно, но уж точно в первой десятке — по моим собственным прикидкам, пусть и весьма грубым, примерно десятыми по могуществу мы и были. Стремительный, невероятно быстрый по любым меркам взлет, подобного которому история не сохранила.

Родись я в более мирные, более благостные времена и подобное было бы попросту невозможно. Не дали бы — не в столь короткие сроки уж точно. Попросту прибили бы на взлете слишком резко поднимающийся аристократический Род и одного много о себе возомнившего выскочку-Главу. Не помогли бы ни память о прошлой жизни, ни стойкость характера, ни потенциальный девятый ранг — пришибли б, как собаку, или в лучшем случае подчинили и опутали клятвами, обязательствами и прочими радостями похлеще раба. Однако сейчас, в период величайшего кризиса государства, такой как я пришелся как нельзя ко двору…

— Всё дело в урожае, — ответил, наконец, Второй Император.

— В каком? — не понял я. — Вроде магические растения, особенно здесь, не сильно-то зависят от природы. Да и…

— Да причем здесь они? — поглядел он на меня. — Дело в самом обычном урожае. Людям этой зимой банального хлеба не хватало больше, чем всего прочего. Голод, холод, отсутствие крыши над головой, стаи мародеров, бандитов, тех же Канцеляристов, монстры — всё это унесло жизней больше, чем Цинь и война. Миллионы погибли, Аристарх — и ещё один подобный год наша губерния не выдержит. Поэтому и приходиться отвлекать силы и ресурсы от иных, военных задач — строительства новых крепостей, создания боевых артефактов и оружия, набора новых солдат и прочего… Экономика губернии не лежит в руинах лишь потому, что у нас были десятилетия относительного мира, за который мы успели скопить немалый запас прочности.

— И я не вижу, чтобы этого запаса могло не хватить на ещё один такой год! — ответил я. — Но… Я понимаю, о чем ты. Не всем повезло родиться сильными магами в богатых Родах…

— О чем и речь. У меня был выбор — бросить все силы на то, чтобы продолжить восстанавливать и наращивать военную мощь или заняться людьми и своей губернией, — вздохнул он. — Признаюсь честно, все мои приближенные, от моего наследника до Глав Великих Родов губернии, требовали и настаивали на продолжении наращивания военной мощи. Сейчас, когда нам выпала относительная передышка, а Петроград волей-неволей все глубже втягивается в пучину этого конфликта, лучший момент для того, чтобы изменить расклад сил в нашу пользу. Но я решил иначе — и недовольных моим выбором великое множество…

Мы оба замолчали, глядя с высоты центральной башни моего замка вниз, на Николаевск. Город сверкал на ясном солнышке чистотою мокрых весенних крыш, крытых разноцветной черепицей. По улицам ходили многочисленные прохожие, в городе шумели и гудели несколько крупных рынков, вдалеке, на окраине, дымили трубы промышленного квартала, где-то вовсю шли строительные работы — возводились новые районы города и выносились вперед крепостные стены, маги-строители трудились в поте лица…

— Красивый, хороший город, — заговорил он вновь. — Гляжу на твой Николаевск и как будто никакой войны и разрухи последних лет и не было. Забавно — ещё три года назад здесь было голое поле с небольшим военным поселением. Дыра, о которой почти никто знать не знал… А сейчас — самый быстрорастущий город Империи. Самый желанный для проживания город Александровской губернии, новый промышленный центр и столица Великого Рода, что способен поспорить в могуществе с сильнейшими и древнейшими фамилиями России. Род, в котором только официально уже двое Магов Заклятий, фактически же, считая мою тетку, трое. И ещё как минимум пятеро чародеев, что потенциально способны достигнуть восьмого ранга — и таки достигнут, если доживут… И всё это — за четыре года, прошедших с момента твоего ухода из Рода Шуйских. Чем станут Николаевы-Шуйские через десять лет? Через двадцать? Не станется ли так, что вы будете реальной угрозой Романовым, способным посягнуть на Императорский Трон?

Сказано всё было спокойным, ровным тоном, однако я не обманывался интонациями — Рода вырезались за гораздо, гораздо меньшее… Покосившись на своего тестя, я поинтересовался:

— Уже видишь во мне угрозу?

— Я видел в тебе угрозу с того дня, как ты с легкостью передал мне в руки ритуал, позволяющий клепать чародеев с шестого по восьмой ранг словно пирожки, — усмехнулся мой тесть. — Уже тогда, мой дорогой зять, мне стало ясно, что ты не вписываешься в любые известные прежде рамки. Тот, кто с легкостью, без условий и попыток что-то выторговать отдает такие секреты в качестве всего лишь доказательства серьёзности намерений по отношению к понравившейся девушки — либо идиот, либо не представляет всей ценности этого секрета… Или же, что кажется самым невероятным, просто обладает знаниями и умениями, в сравнении с которыми данные знания мелочь. Я сделал ставку на третье — и, как оказалось, не прогадал. Кстати, не ответишь на один весьма интересующий меня вопрос несколько личного характера?

— Конечно.

— Малолетний Игнатьев… Да и вообще Род Игнатьевых — почему ты до сих пор не свел с ними счеты, учитывая ваши прошлые обиды? Ты ведь явно не из тех, кто прощает и забывает обиды.

— Ах, это… — усмехнулся я. — Признаться, поначалу, пока у меня не имелось возможности расквитаться с ними так, как мне хотелось, я очень горел мыслью о том, что сделаю с сопляком, как только дорасту до нужной планки силы и влияния. Но, к его счастью, к моменту, когда я набрал сил, он уже был далекой мелочью и досадным воспоминанием о начале моего пути под этим небом. Право слово, в свете всего пережитого во время кампании против Цинь это такая мелочь, что вспоминая об этом становится даже немножко смешно. Возможно, не набери старик Игнатьев столько сил или прояви их Род себя с худшей стороны во время войны, я бы всё же стребовал с них этот должок — но учитывая, что и я, и они в одной лодке, которой правишь в эти нелегкие времена ты, я решил простить их. Убей или покалечь я внука старика Игнатьева, тот непременно затаит на меня злость. Нет, конечно, я не боюсь ни его, ни его Рода — случись конфликт я и мои люди очень быстро сотрем их в порошок… Но заниматься внутренними междоусобицами и сеять раздор в рядах своих же союзников в такое время — это поведение, достойное лишь конченного идиота. Я даже с Дороховыми не хотел дело доводить до прямого конфликта — они просто не оставили мне выбора. Я ведь к Соколовым отправился даже без войска — надеялся, что до прямой конфронтации не дойдет. Ктож знал, что Великим Родом управляет такой идиот? Как-то так…

Воцарилась недолгая тишина. Каждый из нас думал о своем, не торопясь продолжить разговор. Важный, нужный и давно назревший серьезный разговор тет-а-тет, от которого зависело очень, очень многое… А возможно — и вообще все для, причем для нас обоих.

Это становилось слишком очевидно — такими темпами Николаевы-Шуйские действительно со временем имеют все возможности стать настоящей, не иллюзорной угрозой Романовым. Десять-двадцать лет это, конечно, слишком лестная оценка — даже вернись я на пик своего могущества, не стоит забывать, что Романовы уже много веков правят самой богатой и могущественной Империей этого мира. Да, их власть в стране не абсолютна… Однако с началом войны она, как ни странно, весьма окрепла. Бояре потеряли немало сил, в одиночку бодаясь с Рейхом, центр силы всех несогласных с Петроградом дворян — Александровская губерния тоже оказалась изрядно потрепана войной, вынужденная сосредоточиться на выживании, а не политическом и военном усилении.

Под шумок же, во время этих событий, из четырех остававшихся губерний, расположенных вдоль Фронтира, Петроград вышиб всех сочувствующих и поддерживающих Второго Императора — от генерал-губернаторов до влиятельнейших Родов. Теперь вместо четырех там две губернии, и обеими правят его ближайшие помощники и фавориты, кровно заинтересованные в сохранении и укреплении власти Николая Третьего.

Южные провинции с их относительно самостоятельными и вольнолюбивыми аристократами Кавказа, Крыма и вообще Юга России оказались один на один с Османской Империей и утираются кровавыми соплями, с трудом выдерживая её натиск. Склоняющаяся ко Второму Императору Прибалтика во главе с одним из самых могущественных Великих Родов Империи — Валге, тоже истекают кровью, получая удар за ударом от шведов.

Чудовищный, совершенно людоедский способом ослабить внутренних противников посредством всаживания себе же в ногу острого кинжала — но, надо признать, действенный. Все враги Петрограда становятся всё слабее и слабее, тогда как Петроград и сторонники государя лишь наращивают мощь…

— Знаешь, когда ты спас нас в Александровске, показав свою силу, передо мной встал сложный выбор — использовать ли возникшую ситуацию, чтобы опутать тебя клятвами и обязательствами. Выбить, выжать все секреты и тайны, чтобы затем просто по тихому слить — мало-ли в истории было реинкарнаторов, которые имели глупость явить свою истинную суть раньше, чем обретут достаточно сил, дабы защитить себя? В нашу первую встречу ты даже был неспособен создать достаточно эффективную маскировку, чтобы скрыть свою сущность.

Я с интересом покосился на своего собеседника. Издалека заходит…

— И это было бы самое разумное решение. Да, подлое, неблагодарное и отвратительное, но ты и сам понимаешь — рамки обычной, принятой у обывателей морали неприменимы к власть имущим. Цена власти, цена за возможность принести своим людям благо — собственная честь и совесть правителя… И я хорошо это знаю — однако вновь решил проигнорировать глас хладного разума и советы приближенных. И в этот раз я даже не мог списать это на заступничество дочери, как в первый раз — ведь она после сожжения города ещё не один день была без сознания. А ведь когда я пришел к тебе сюда, ещё не до конца определившись с тем, что делать, ты явно ожидал подвоха. Я помню, что ты даже пытался что-то подготовить, дабы попробовать дать мне отпор в случае чего… Что было забавно, учитывая твоё состояние. Если честно, я шёл тогда с намерением полностью тебя подчинить — или убить, если не выйдет. Продемонстрированная тобой сила меня не просто впечатлила, она меня испугала. Показала, сколь опасен ты можешь оказаться в будущем, если вдруг что-то пойдет не так. Однако прибыв и поговорив с тобой, я передумал. Как думаешь, почему?

— Взвесил все «за» и «против», — цинично усмехнулся я. — И решил, что игра стоит свеч. Уверен, дело совсем не во внезапно проснувшейся благодарности и уж тем более не в том, что было между мной и Хельгой. Уж представить перед ней всё таким образом, что твоей вины в случившемся нет, человеку твоего уровня было бы раз плюнуть. Но ты решил сделать рисковую ставку — и сделал… И как, кстати? Она сыграла? Тебя устраивает результат?

— Ставка, да… Хорошо сказано, — кивнул он. — Да, всё именно так, как ты сказал. И она сыграла, пусть и не совсем идеально — ты выступил, как орудие Империи, а не моё лично, против Цинь. На самом опасном направлении их удара, там, где, сложись всё иначе, Цинь Шихуанди опробовал бы свои силы на тройке наших Магов Заклятий, оттяпал пару губерний, а уж потом, со всей мощью армий нежити и демонов, обрушился на нас, соединившись с воевавшей против нас группой армий. Тогда бы нам пришел конец… Да и по возвращению ты сделал немало полезного, с этим не поспоришь. Дважды я ставил на тебя — и оба раза ставка сыграла. Дважды ты спасал меня и губернию.

В моей руке само-собой появилось Копьё Простолюдина. Пока что не в боевой стойке — я держал его в расслабленной левой руке, позволяя древку опираться о камни балкона.

Тело закрыли прочные, доработанные доспехи, сверкающие Золотом — я сумел вложить в них силу своей Молнии, значительно подняв уровень всех усиливающих и дающих дополнительную прочность чар. Над шлемом развивался своеобразный плюмаж в виде конского хвоста — шерсть с головы Белого Волка, монстра восьмого ранга, пожалуй сильнейшего из всех, что мне встречались в этом мире. Взятая не с бою — я бы не одолел это создание… Но оно оказалось разумно, и согласилось на обмен. И теперь полученная в результате ритуала, она несла в себе частичку силы могущественного зверя и даруя моей броне часть своих врожденных чар и свойств…

Усиливающую алхимию я пить прямо сейчас не стал — в непосредственной близости от Второго Императора даже такая мелочь, как опрокинуть в себя несколько пузырьков с магическими составами, может стать фатальной ошибкой. Если уж до драки дойдет, то использую её после того, как разорву дистанцию.

Потоки энергий Великого Источника потянулись ко мне, Дух-Хранитель приготовился спрятаться в его глубинах и уже оттуда оказывать мне поддержку. Активировался Чертог Чародея, потекли ручейки маны, активируя защитные и атакующие чары моего замка…

Разговор подошел к очень, очень опасной черте. Мой тесть не сменил позы, не призвал доспехов с оружием, не начал творить могучих чар, больше того, он словно бы не замечал моих приготовлений, всё также глядя вперед и вниз, на Николаевск.

На город, даже не подозревающий, сколь близок он оказался к катастрофе — ибо начнись битва здесь, внутри его периметра, большая часть барьеров будет неэффективна. Они создавались с расчетом на защиту от врагов снаружи, а не внутри…

— И сейчас я вновь стою перед тем же выбором. Снова вынужден делать ставку, полагаясь на судьбу, чужие решения, слепую удачу… В общем, на всё то, чему я доверять не привык. Я ясно ощущаю — сегодня последний раз, когда я в силах навязать тебе свою волю силой. Последний раз, когда моих сил гарантированно хватит на то, чтобы одолеть тебя несмотря ни на что… С одной стороны — от тебя всегда была только польза. Я многим тебе обязан — и не я один, но и многие жители губернии…

— И мы, если ты позабыл, только недавно официально породнились, — напомнил я, готовый в любой миг призвать свои Молнии. — Так зачем портить наши отношения? Из-за этих опасений, что я могу стать слишком опасен для твоего Рода в целом? Как бы мне не хотелось самому в это верить, но одиночный Великий Род, даже с таким потенциалом, как у нас, на подобное не способен. И в ближайшие как минимум несколько веков мне не собрать за собой достаточно сторонников, чтобы можно было думать о мятеже.

Вместо ответа Второй Император задрал голову вверх, глядя на небо.

— Ну, это с какой стороны поглядеть, — улыбнулся он.

А на поясе чародея появился его чудовищный, монструозной мощи меч. Пока ещё покоящийся в ножнах…

Глава 17

— С какой стороны поглядеть… — повторил спокойно Второй Император, всё так же глядя наверх.

Немного унизительно это признавать, но даже несмотря на то, что я во всеоружии, а он ни меча не обнажил, ни даже доспеха не призвал — преимущество было всё равно за отцом Хельги.

Его сила уже была близка к нижнему пределу возможностей слабого Великого Мага с весьма низкокачественным Воплощением Магии. Ещё не достигла этого уровня, но уже приблизились к нему — когда Павел Романов прибыл на свадьбу дочери, я явственно ощутил, что он взял ещё одну небольшую ступеньку личного могущества. Создал ещё одно Заклятие — и теперь достиг достаточного уровня силы, чтобы моего нынешнего восприятия прекратило хватать на то, чтобы ясно различить пределы его сил.

К тому же он, пусть и на самом базовом уровне, но начал овладевать Силой Души. Причем, к моему удивлению, за помощью ко мне Романов не обращался, но при этом способность хоть в малых объемах, хоть и весьма скромно, но манипулировать этой энергией явно присутствовала.

Как минимум, он теперь был способен целенаправленно и осознанно закрыть себя от моей Силы Души, не прибегая напрямую к магии в привычном её понимании.

Сам факт подобных возможностей говорил о том, что я изрядно недооценил силы Магов Заклятий… А ещё о том, что мне изрядно повезло не напороться за время войн на таких, как он. Хотя в целом, говоря откровенно, сила чародея — это слишком индивидуальный показатель, чтобы вот так на глазок можно было сравнивать. Я привык мерить, ориентируясь на своё шестое чувство, на то, что неодаренные называют интуицией — ибо в отличии от простых людей, интуиция магов опиралась в первую очередь на восприятие реальности. Не только привычными органами чувств, но и магическим восприятием — а это для мага самый важный орган чувств. И чем могущественнее и опытнее маг, тем острее и вернее у него это самое шестое чувство.

В общем — сила параметр достаточно индивидуальный, и одним лишь рангом её измерить получается далеко не всегда. Я сам тому живой пример.

Пожалуй, теперь, сойдись он в бою с Залесским, я бы уже точно не поставил на последнего… И вместе с тем исходило от от моего тестя ощущение того, что он почти добрался до предела отпущенной его рангу силы. Возможно, впереди ещё есть одна, может быть две, в крайнем случае — три мелких рубежа, три Заклятия, но дальше он становиться сильнее напрямую не будет. Не сумеет увеличивать количество, прочность и плотность энергоканалов, объем Источников Маны и так далее — для дальнейшего роста понадобиться уже выйти за рамки нынешних пределов основательно. Эволюционировать, преодолеть грань между Магом Заклятий и Великим Магом — либо так и застыть на уровне сил в лучшем случае посредственного девятого ранга уровня одних Сверхчар.

Ещё одно, очередное наглядное подтверждение древнего, как мир высказывания. Тяжелое время порождает сильных людей, сильные люди создают хорошие времена, а хорошие времена — слабых людей. Ну а слабые люди приводят к тяжелым временам. Своеобразный Уроборос, кусающий свой собственный хвост…

— Скажи мне, показанной тобой в тот день, в Александровске — это предел твоих сил? — заговорил он наконец.

И что ему ответить? Какие слова послужат для него сигналом к нападению, а какие могут остановить и заставить одуматься? Идиотская и совершенно неожиданная ситуация…

— Нет, — решил я не лгать. — То было даже не четверть моей настоящей силы. Наспех возникшие временные каналы, насильно расширившийся основной Источник Маны и имитация дополнительного — со всем этим я не мог проявить сколь-либо серьезной силы относительно своего пика. Будь я в полной силе — бой закончился бы меньше чем за минуту, и никто из той пятерки его бы не пережил. Не говоря уж о том, что в тот день я был очень ограничен во времени — если бы не это, я бы дрался иначе. И всю пятерку бы всё равно пришиб, даже с тем уровнем сил, что у меня был тогда.

— Я помню твои объяснения о том, что из себя представляют маги девятого ранга, — покивал он, наконец опуская голову и поворачиваясь ко мне. — Знаешь, каково количество имеющихся у меня Заклятий?

— Нет.

— Десять. За то время, что минуло с момента проведения ритуала пересадки сердца, я создал ещё три Заклятия — причем сделал это куда легче, чем любое до них. Фактически, все три вместе взятых дались мне проще и быстрее, чем любое одно из сформированных мной до обретения нового сердца, — сказал он. — И я чувствую, что смогу создать ещё три, а то и четыре, хотя это будет посложнее. Это невероятный, легендарный уровень личной силы — самый могущественный Маг Заклятий в истории России обладал как-раз уровнем двенадцати Заклятий. Тот самый реинкарнатор, что весьма значительно усилил и возвысил наш Род ещё до падения Рода Рюриковичей. У него, в отличии от меня, не имелось ритуала Усиления Сущности, да и сложно сравнивать силы живших в разное время людей, но… Давай я открою тебе свою ауру и энергетику — целиком, полностью, чтобы ты мог оценить примерный уровень возможностей, а ты после этого скажешь, насколько это далеко от девятого ранга.

— Я-то не против, но ты ж вроде чуть ли не в драку лезть со мной собирался, дабы будущее Рода обезопасить, нет? — хмыкнув, заметил я.

Опустив лицо, Павел Романов с усмешкой взглянул на меня.

— Расслабься, зятек — я не стал бы отдавать за тебя дочь, если бы всерьез затевал против тебя что-нибудь дурное. И уж тем более не стал бы делать это столь прилюдно — если бы я решил тебя убить, то спланировал бы это так, чтобы извлечь из сего максимальную выгоду. Я думал, ты достаточно узнал меня, чтобы понимать столь очевидные вещи.

— Нет, оно-то понятно — если уж меня и убивать, то так, чтобы ни единого подозрения в твой адрес не было, — согласился я, не спеша отзывать доспехи и оружие в подпространство. — Прибить где-нибудь без свидетелей, подкинуть доказательств того, что за этим стоит Тайная Канцелярия, и с помощью Хельги, что по всем законам станет временной Главой Рода, прибрать мой Род к рукам — со всеми магами, войсками, заводами, ресурсами и финансами. Причем сделать это тогда, когда она будет носить под сердцем моего ребенка — иначе место Главы унаследует либо мой младший брат, либо мой ученик…

— На самом деле обвинять в твоём убийстве, пусть и негласно, Тайную Канцелярию как раз-таки и не стоит, — перебил он меня. — Нет, дать твоим людям дополнительный повод ненавидеть моих врагов было бы идеально… Однако этот тот самый случай, когда лучшее — враг хорошего. Для Залесского это будет подарком судьбы — он с радостью, весьма охотно предоставит всему твоему ближнему кругу доказательства своей невиновности, чего бы ему это ни стоило. И тогда подозрения вполне могут упасть на меня… Идеальным вариантом твоей смерти стала бы гибель в очередном твоём авантюрном рывке на территории Разлома — мол, расслабился, стал слишком самоуверен и напоролся на тварь, что оказалась слишком сильна… Но, опять же — всё только тогда, когда моя дочь уже будет носить твоё дитя. А ещё лучше — когда она его уже родит.

Да уж, душевная у нас складывается беседа — сперва этот умник заставил меня прийти в полную боевую готовность, затем принялся успокаивать, что нападать не собирается… И начал поучать, как ловчее было бы обставить моё убийство в глазах моих же людей.

— Ладно, это всё маловажные детали, — отмахнулся я. — Давай вернемся к обсуждению твоей силы. Я, конечно, с большим удовольствием загляну тебе в энергетику, но для более точного ответа мне понадобится использовать хотя бы несколько сканирующих заклинаний. Я ведь правильно понимаю, что тебе нужна примерная оценка, и открывать прям все свои тайны ты мне не намерен?

— Правильно понимаешь, — кивнул он.

— Тогда приступим.

Аура мага такой силы, как мой тесть, уже сама по себе та ещё броня просто за счет одной только своей силы и насыщенности. А уж если учесть все слои защитных заклятий, что денно и нощно оберегали его разум, душу, энергетическое тело и прочие нематериальные составляющие чародея, то и вовсе на полноценную крепость тянет. Свои чары, артефакты, могущественные ритуалы — когда Павел Романов начал открывать путь моей магии, я невольно поразился тому, насколько серьёзно он подошел к своей защите. Параноик, ей-богу — и это я в комплиментарном тоне выражаюсь.

А ещё это была демонстрация огромного доверия. Конечно, даже сейчас, пустив мое восприятие и магию в свою энергетику, отец Хельги отнюдь не был беспомощен и внимательно наблюдал за моими манипуляциями, но всё равно — задумай я недоброе, то делов могу наделать мама не горюй… Что ж, логику опытного царедворца, правителя и политика в этом вопросе я понимаю — начало разговора у нас было такое, что какой-нибудь широкий жест, в качестве демонстрации мирных намерений, был весьма уместен.

Свет, Огонь — основные школы магии, которые практикует генерал-губернатор, это ощущалось предельно четко. Но вместе с тем он был весьма подкован и почти во всех остальных областях магии — где на твердую тройку, как в магии Пространства, а где и на уверенное четыре, как ритуалистикой. Неплохо, неплохо…

Погрузившись в процесс, я стал осторожно, аккуратно посылать свои Заклятия Познания. Много где моя магия и восприятие натыкались на стены и блоки, куда мне ходу не давал сам хозяин, но даже так — предоставленного им, скажем так, «пространства» было достаточно для общей оценки. Процесс напоминал блуждание по лесу — местами дикому, местами ухоженному не хуже парка. Некоторые тропинки охранялись магией хозяина «леса», в некоторых местах вместо охраны я натыкался на стены или провалы — но процентов восемьдесят территории я осмотреть сумел. Контракты с несколькими могущественными Духами, пара Элементалей, договор с Духом Света — этот мужик оказался полон сюрпризов…

— Ну что? — с нотками нетерпения поинтересовался он, когда я, наконец, открыл глаза. — Насколько велика разница в силах между мной и девятым рангом?

— Как бы тебе сказать… Давай приведу пример, так будет проще. Вот смотри — есть у нас София Соколова, Маг Заклятий. И есть та же Хельга, нет, Пётр — не который мой ученик, а моя правая рука. Так вот — когда ты всё же освоишь ещё пару Заклятий и достигнешь предела, ты будешь в состоянии побеждать таких, как Соколова, Каменев и иже с ними — слабейших из тех, кто добрался до этой планки. Однако стоит тебе столкнуться, допустим, с какой-нибудь Ярославой Шуйской — и она тебя в порошок сотрёт. При этом формально и первые двое, и моя родственница — оба на уровне одного Заклятия.

— А сам ты, среди магов девятого ранга, был ближе к кому — к Ярославе или Соколовой?

— Я был ближе к Федору Шуйскому, — улыбнулся я. — На момент своей гибели же считался и вовсе сильнейшим боевым магом на планете… А откуда такой интерес к этому вопросу?

— Наш мир стремительно меняется, Аристарх, вот откуда. Множество реинкарнаторов, глобальная война, вылезающие будто из ниоткуда высшие маги, демоны, вампиры и прочая погань… Недалек тот день, когда появятся первые достигшие нового для нашего мира ранга — и я хочу как можно лучше представлять, какова будет разница в силах между мной и такими, как ты.

Колоссальна, дружище. Стоит мне стать Великим хотя бы одних Сверхчар — и разрыв станет почти непреодолим. Но говорить об этом вслух я, разумеется, не стал. Воспитание не позволяет…

— Поговорим лучше о ставках и прочей лирике, которую ты упоминал, дорогой тесть, — прервал я затянувшуюся паузу. — Я ведь правильно понимаю, что от меня что-то требуется?

— К сожалению, да. Мне нужно выиграть время, как можно больше времени, дабы восстановить губернию, — вздохнул Павел. — Причем в первую очередь — решить продовольственный кризис и прочие проблемы экономики. И всем Родам, населяющим губернию, также необходимо сосредоточиться на этом. Большинство магов будут заняты именно этим. Одни будут строиться новые заводы и фабрики, дабы налаживать выпуск предметов первой необходимости. Другие займутся помощью крестьянам — все, кто хоть что-то может на ниве друидизма или хотя бы стихий Земли, Воды и Воздуха. Третьи активно займут оборонительные рубежи от весеннего гона тварей Разлома, четвертые уже в деле — поддерживают, поправляют и постоянно перерасчитывают наложенные на всю губернию погодные чары…

Перед нами, прямо в воздухе, возникла иллюзия в виде карты губернии. На ней в разных местах крохотные фигурки человечков были заняты разными делами — строили, начаровывали поля, поддерживали погоду, воевали на границах Фронтира… В общем, занимались всем тем, о чем говорил генерал-губернатор.

— И всё бы ничего, и всё бы замечательно — но остается Прибалтика, — продолжил он, и карта Александровской губернии сменилась на изображение атакованного шведами региона. — Прибалтика и Род Валге, родня по матери Хельги и один из самых наших полезных, могущественных и богатых союзников. Шведы осадили и с суши, и с моря Кенигсберг, там же заперт наш Балтийский флот — вернее то, что от него осталось после всех дроблений и отправки к берегам Японии. Рига пала, как и почти все прибрежные города от Кенигсберга до Таллина — вся береговая линия в руках врага, и они уверенно двигаются вглубь. Надо сказать, среди местных очень много тех, кто приветствует их приход — предателей там каждый второй, и это сильно осложняет дело. В общем…

— Погоди-погоди, — прервал я тестя. — Это всё, конечно, здорово и замечательно, и я уже понял, что ты клонишь к тому, что хочешь отправить меня туда и дальше твои интересы отстаивать. И это бы ещё ладно, с этим я давно согласился, но… Мне кажется или ты сейчас хочешь плавно подвести разговор к тому, что решать твои проблемы я отправлюсь в лучшем случае только со своими людьми?

— Это не только «мои» проблемы, — невозмутимо ответил Романов. — Тойво — дед твоей жены, вы теперь в непосредственном родстве, и ты как союзник должен прийти ему на помощь.

— Да кто спорит, должен так должен, — согласился я. — Но скажи-ка на милость, а сколько войск ты отправишь со мной решать эту самую, как ты правильно заметил, общую проблему? Сколько боевых судов? Сколько магов и каких рангов? Какие Рода выставят своих гвардейцев?

— Самый минимум — с тобой отправится двадцать пять тысяч гвардейцев от более чем полусотни разных Родов, — перешел к сути генерал-губернатор. — С ними — двести семьдесят шесть Мастеров, пятьдесят семь Младших и девятнадцать Старших Магистров, одиннадцать Архимагов да трое Магов Заклятий. Также под твоим знаменем будет находиться девять крейсеров, двадцать один эсминец и шесть десятков судов меньшего класса. Ну и соответствующее количество транспортников — для войск, припасов и всего прочего. Командующим назначаешься, разумеется, именно ты.

— Там шведов, если я ничего не путаю, должно быть больше миллиона, а то и полутора, — поднял я брови. — Иначе они бы не сумели развить столь бурную деятельность на суше… Как ты мне предлагаешь побеждать эту ораву такими силами?

— А вот тут тебя ждет главный сюрприз, — усмехнулся мой тесть. — Боярская Дума таки продавила Петроград и заставила перестать изображать из себя постороннего зрителя. Войска под командованием генерал-фельдмаршала Валентина Романова, представителя главной ветви нашего Рода, выдвигаются в Прибалтику с целью решить на корню вопрос со шведами.

— Чем они проняли столицу? — удивился я.

— Уведомили, что впредь не направят ни единого гвардейца или боевого мага для участия в этой войне, пригрозили отказаться от выплаты налогов и еще много чего интересного заявили. И это, к моему удивлению, сработало… Так что ты отправляешься не в качестве основной ударной силы, а вспомогательной. Волен брать с собой кого хочешь, конечно, но Кристину оставь — она и здесь пригодится…

— Заведи себе своего мага Пространства восьмого ранга и им командуй, дорогой тесть! — возмутился я. — Там, на войне, она мне всяко больше понадобится, чем вам тут!

В общем, я в Прибалтике буду командующим отдельного корпуса Имперской Стражи, под эгидой которого и будут объединены все отправляемые из нашей губернии войска.

Основную массу войск выставит Император и столица, но то будет в массе своей пушечное мясо — Имперская Армия, минимум магов, большинство из которых оставляет желать лучшего, да плюс не усиленные курсом зелий воины, а обычные солдаты — в лучшем случае прошедшие усиление самыми дешевыми, массовыми и от того малоэффективными средствами бойцы.

От нас же, от бояр будут и от Великих Родов из числа лоялистов будет шесть корпусов в составе объединенного войска, в которых будет, скажем так, элита. Плюс с изрядной долей самостоятельности… А не прихватить ли нам с собой побольше транспортников? Ведь если получится дать шведам по рогам, то есть шанс получить в свои руки весьма солидную добычу. Грабь награбленное, как говорится — забрать то, что нахапали эти уроды за время грабежей на наших землях…

Надо начинать подбирать состав магов и бойцов, которых я возьму с собой. И в первую очередь со мной отправится Кристина!

Глава 18

Интерлюдия — эстонские топи

Отряд из пятерых человек с трудом бежал через болото. Опасные для людей топи Куресоо были не тем местом, куда в обычных обстоятельствах решились бы сунуться разумные существа, но сегодня у них просто не имелось иного выхода.

Зачарованные топи были опасны для жизни, даже если вы передвигались по ним в составе большого отряда, при свете солнца и с магами водной стихии. Бывали случаи, когда отсюда не возвращались и возглавляемые Младшими Магистрами отряды — помимо естественных для любой топи опасностей вроде риска оступиться и уйти на дно, здесь имелись и совсем иные риски…

Впрочем, у бегущих в глубь Куресоо людей другого выбора и не имелось. Несмотря на позднее время и густой туман, глушащий звуки, вдалеке, за их спинами, было видно зарево пожара.

Горели леса близ зачарованных стен Ильке-Нуассу, древней крепости на краю этих топей, в которой до сего дня находился мощный гарнизон Имперской Армии и окрестных дворянских Родов. Мощный узел обороны, возведенный, вообще-то, дабы контролировать самый удобный край болот, через который чаще всего пытались выбраться наружу местные твари и служащий одновременно базой, куда свозились его магические дары — ягоды, растения и тела магических тварей. Далеко не Разломные Земли, конечно, но всё же довольно богатый ценной добычей край… А ещё там, дальше, за Ильке-Нуассу располагались несколько десятков сел и деревень, три мелких и один средних размеров города плюс множество месторождений меди, олова, угля и пусть и не лучшего качества, но всё же железа. Не магические — однако ж всё равно достаточно ценные. Именно для защиты этих мест от болотной нечисти и была возведена крепость…

Шведы пришли внезапно. Основные битвы и сражения этого участка Мировой Войны гремели в полутора-двух сотнях от этих мест, плюс Ильке-Нуассу был хорошо укреплен, обладал мощным гарнизоном и даже в случае, если бы шведы дошли сюда, не мог бы им ничем толком помешать. Ведь древняя цитадель стояла впритык к болоту, а не наоборот, никак не способная прикрыть от шведских отрядов окружающие его города и села. Гарнизон был мощным… Но лишь по меркам стоящей в богом забытой дыре крепости областного значения.

И тем неожиданней оказался удар боевой магии высоких порядков, обрушившийся вместе с ложащимися на землю сумерками. Тройка вражеских Архимагов при поддержке полутора десятков Старших Магистров первым же ударом проломил защитный купол крепости — для экономии маны он, согласно протоколу, был в пассивном режиме.

Ни разведчики, ни дальние посты, раскинутые во все стороны и на довольно обширном участке, что в обычное время контролировали и отслеживали попытки болотной живности покинуть свои обиталища, а в военное дополнительно озадаченные бдеть на случай попыток врага подобраться к крепости, ни сторожевые чары — ничто не предупредило воинов обреченной крепости о надвигающейся беде. Но даже так, даже несмотря на первый, пробивший защиту магический удар, обрушившийся на донжон, в котором находился заклинательный чертог и системы управления чарами Ильке-Нуассу, крепость не должна была пасть так быстро — возведенная на двух пусть не Великих, но достаточно крупных магических источниках, с комендантом-Архимагом и пятеркой Старших Магистров, она могла бы сопротивляться не один день…

Если бы не предательство. Самое обыкновенное, черное и неблагодарное предательство Родов Каллас и Лаар, ударивших в спины имперцев. И наверняка загодя позаботившихся о коменданте — сил убить его в прямом бою им бы не хватило, на два Рода у них было всего трое Старших Магистров, да и попытайся они это провернуть, сражающегося за свою жизнь Архимага сложно не заметить… А вот подлить яду в вина эстонцы могли бы запросто. Иначе Романов Семен Васильевич, сосланный за какую-то провинность куковать на этих болотах, сумел бы дать врагам достойный отпор.

Пятерке имперцев относительно повезло — их отряд возвращался с вылазки из топей, когда шведы обрушились на крепость. Отряд в три десятка боевых магов, к чести своей, отнюдь не сразу бросился бежать — поначалу воины рассчитывали, что удастся дать отпор врагу и атаковали с тыла один из отрядов северян. Возглавляемые Младшим Магистром, они сумели рассеять три с лишним сотни вражеских бойцов и чародеев, однако за десять минут, ушедших на схватку, прямо на их глазах рухнул один из участков первой линии крепостных стен и они увидели гвардейцев Родов-предателей, вырезающих гарнизон. А ещё осознали — если Романов до сих пор не вступил в бой, значит, он мёртв. Ибо магией Пространства сей Архимаг не владел отродясь, да и само Пространство, по словам их командира, было заблокировано…

А дальше из крепости наружу прорвался крупный отряд, и присоединившиеся к нему чародеи вместе бросились в топи — лишь там у них был шанс на спасение.

Сотни бойцов и магов разом, вместе несущиеся ночью через эти места шансов на выживание имели мало, и потому отряду пришлось разделиться — небольшими группами шансов на выживание было гораздо больше. И даже так — из четырнадцати человек, составлявших их группу после разделения, девять уже погибли. Все девятеро были простыми солдатами — и потому априори почти не имели шансов выжить в этих местах. Не зря же в вылазки вглубь болот обычных бойцов с собой не брали — тут не встанешь правильным строем, не протащишь артиллерию и прочие техномагические механизмы, используя которые неодаренные имели возможность давать отпор магам и чудовищам. А из одного ружья в этих местах много не навоюешь…

— Федя, стой! — громким, свистящим шепотом рыкнул бегущий вторым мужчина. — Замерли все, мать вашу итить!

Рослый, двухметровый мужчина, что бежал во главе отряда, продемонстрировал настоящие чудеса реакции. На полном ходу, едва завершив прыжок с одной кочки на другую, он замер, так и не распрямив напрягшуюся для прыжка ногу и держа вторую на весу.

Не задавая лишних вопросов, он выставил перед собой тяжелую саблю и напряженно уставился вперед. Скомандовавший замереть невысокий, лет сорока человек с короткой щетиной на усталом лице был облачен в капитанский мундир офицера Российской Империи.

Чародей в ранге Мастера выглядел неважно. Проступившие на лице и открытых участках кожи — шеи и ладонях — вены чуть-чуть светились бледным зеленоватым свечением, под глазами были мешки, достойные не спавшего неделю человека — всё в его облике выдовало начавшуюся интоксикацию от алхимического допинга.

Даже аура не самого слабого одаренного, в обычное время сама по себе способная отпугнуть от их небольшого отряда большую часть местной живности сейчас была на три четверти пуста.

— Наз… — начал было он шепотом, но оказался самым бесцеремонным образом прерван.

Показавшаяся ему подозрительной кочка, от прыжка на которую он удержал своего товарища, пошла лёгкой рябью, стремительно преображаясь и принимая свой истинный облик.

— Р-р-р-у-а-а-а-а-р!

Здоровенная пасть, способная одним махом перекусить пополам ногу взрослого мужчины, с невнятным ревом рванула в стремительную атаку, метя прямо в икру Федора.

Обыкновенный с виду уж, отличающийся от большинства своих собратьев размерами, достойными анаконды, был очень, очень быстр. А ещё, помимо габаритов, обладал несвойственным для его более мелких сородичей количеством крупных, острых зубов. Да что там зубов! Огромная клыкастая пасть могла заставить побелеть шкурой от зависти многих аллигаторов…

У обычного человека в подобной ситуации не имелось ни малейших шансов на выживание — бедолага бы просто не успел бы осознать происходящее, как оказался бы утащен в воду и мгновенно растерзан грозным болотным хищником. Даже большинство прошедших усиления курсом специализированных зелий гвардейцев пали бы жертвами подобной атаки. Разумеется, если то были бы воины не из числа тех, кому посчастливилось оказаться на службе боярских или некоторых Великих дворянских Родов. Но и среди них далеко не каждый обладал бы достаточными ловкостью и сноровкой, дабы пережить подобную оказию…

Однако Федор был человеком из другого теста. Тяжелая сабля засияла тусклым письменами на старославянском, что тянулись вдоль лезвия — и стремительный, мощный встречный удар охваченного горячим багровым огнём лезвия обрушился на шкуру болотного чудовища, умудрившегося разожраться до подобных размеров…

Почти любого другого врага удар самого настоящего Богатыря в ранге Адепта прикончил бы на месте — русские чародеи данной ветви магического искусства заслуженно пользовались славой одних из лучших на планете, разделяя это звание с тяжелыми рыцарями Европы и элитными мастерами боевых искусств Востока. И по части грубой, ударной мощи эти Имперские маги значительно опережали своих коллег — это было сильнейшей стороной Имперской Школы Богатырей.

Однако уж-переросток был всё же в иной весовой категории — болотный монстр обладал аурой четвертого ранга. Да, чудовище перешло на него явно совсем недавно, ещё не успев добрать в силе, массе и магической мощи до эталона, но даже так — пылающая сабля, хоть и пробила чешую, но рана оказалась незначительной, не глубже трех-четырех сантиметров. Однако сказать, что богатырь совсем уж не достиг успеха, было нельзя — зачарованная сталь сбила траекторию броска мощного тела, и длинная, покрытая прочной чешуей туша, в толщине не уступающая молодому дереву, пронеслась мимо отряда, с громким всплеском плюхнувшись в болотную тину.

— За мной! — крикнул, плюнув на попытки соблюсти конспирацию, командир отряда.

Сквозь густой туман, окутывающий ночную топь, пятерка имперских офицеров рванула по возникающий под ногами наколдованный лёд в сторону. Люди бежали не по прямой — потрепанные и усталые офицеры всё ж таки были кадровыми военными, так что даже в такой ситуации оставались верны вбитым на подкорке инструкциям и навыкам. Хаотичные рывки и зигзаги, требовали от создающего для всей группы лёд капитана творить его на весьма широкой площади разом, дабы не рисковать товарищами.

Приказ волшебника четвертого ранга пришелся вовремя — притворявшееся широкой и удобной, обросший мхом кочкой существо показалось наружу полностью.

Под громкий рёв болотной черепахи и рассерженное шипение ужа имперцы стремительно, не чуя под собой ног, рвались вперед.

— Щиты! — бросил мысль-приказ капитан.

Пара Учеников и один Адепт — лейтенанты и старлей — на ходу сотворили за спинами три щита. Никогда до этого эта троица не колдовала с такой скоростью — защитные чары были сплетены так быстро и качественно, что учителя сиих волшебников прослезились бы от гордости за своих бывших подопечных, вышедших из стен трёх разных магических училищ… И это не говоря уж о том, что сделано всё это не просто на ходу, но даже без какой-либо потери скорости. Что сказать — страх и жажда жизни частенько открывают в людях сокрытые до того таланты и навыки, о которых они и сами не подозревали.

Они успели в практически в самый последний момент — пару мгновений спустя от оставшейся позади парочки преследователей прилетели первые гостинцы.

Мощная волна болотной жижи, без труда проламывая оставленный беглецами за спиной лёд и вбирая его в себя, дабы усилить поражающий эффект, ударила в щиты. Мини-цунами, добрых четыре с половиной метра высотой и уходящее вправо и влево, насколько хватало глаз волшебников, едва не захлестнуло отряд. Первые два барьера, поставленные Учениками, не сумели удержать мощи приливной волны — атакующие чары черепахи, чья аура, в отличии от её товарки-змеи, была достойна старого, сильного и опытного монстра четвертого ранга, была, разумеется, не просто потоком взбултыхнувшейся болотной влаги. Попади под её удар беглецы, и без магической защиты пережить её не имел бы шансов даже богатырь.

Две Воздушные Пелены второго ранга были пробиты почти за секунду, одна за другой — однако они пропали отнюдь не напрасно. Центральная часть цунами замедлилась, оторвалась от своих боковых частей, лишь затем ударив в Кокон Воздуха, окружавший отряд — и заклятие третьего ранга сумело погасить удар окончательно, пусть и рассеявшись в процессе само.

Тем и плохи площадные удары боевой магии — чем больше площадь поражения, тем меньший ущерб наносит волшба на отдельно взятых участках. И именно потому грубые, примитивные, но переполненные маной чары четвертого ранга не сумели преодолеть защиту магии рангом ниже.

— Они приближаются! — крикнул Федор. — Под водой! Змея! Метит в тебя, Юра!

Богатыри обладали особенно сильным восприятием по части боя, и направленную жажду убийства от монстра, не пытающегося её сейчас скрывать, он уловил первым. И сразу идентифицирова — чудовище стремилось первым прикончить самую лакомую добычу, которая единственная была способна, по мнению монстра, дать достойный отпор. А потому подлежала ликвидации первой…

Вдалеке, метрах в трёхстах, сверкнуло огненное зарево. Мгновение спустя ушей пятерки достиг звук мощного взрыва — кто-то там, в топях, вёл бой, причем судя по всему, одна из сторон обладала пятым рангом…

Не сговаривась, все пятеро взяли левее, туда, где шел еще один бой. Если им повезет — набредут на своих, да и чудовища, возможно, сцепятся со своими коллегами-конкурентам с той стороны. Не повезет и окажется, что там людей уже добивают — так всё равно шанса оторваться у людей не было.

Здоровенная змея вырвалась из вонючей болотной жижи метрах в десяти правее отряда, не рискнув вновь сразу же лезть в ближний бой — видимо, несмотря на внешнюю незначительность раны, нанесенной саблей богатыря, зачарованная сталь и волшебное пламя, помноженные на громадную физическую силу боевого мага, произвели на монстра немалое впечатление, вновь напомнив ему, что всё ещё не мифический Болотный Царь.

Из распахнутой пасти вырвался плотный, бешенно вращающийся шар спрессованной воды, стремительно полетевший в капитана. Никто из лейтенантов, в том числе и старший, не успели среагировать на новую угрозу, Федор же, хоть и уловил происходящее вовремя, попросту не успевал ничего предпринять — атака шла слева, богатырь же находился по правую руку от своего командира.

Однако ставить крест на раненном и уставшем, но всё ещё живом и вполне дееспособном офицере было рано. Водяной шар, преодолев две трети разделяющего противников расстояния, внезапно словно попал незримую дорожку, изменившую его маршрут.

Вместо того, чтобы ударить в плечо чародея, жидкий снаряд, словно бы закручиваясь вокруг своей оси сменил траекторию полёта и ушел на добрых два метра выше и в сторону от намеченной цели.

— Стоп! В круг!

Десяток водяных плетей, вырвавшихся из топи со стороны вновь нырнувшего ужа-переростка, оказались срезаны широкой и тонкой серповидной волной воздуха, сотворенного Мастером.

Позади с рёвом возникла тихо подкравшаяся черепаха — судя по тому, что её засечь удалось лишь за секунду до того, как тварь подала голос, в их паре именно это чудовище отвечало за маскировку.

Вода вскипела, поднимаясь толстыми столпами вокруг отряда и закручиваясь в своеобразную клетку над их головой — на удивление сработанный дуэт использовал синергирующие чары, и сейчас магам предстояло защищаться от двух заклинаний четвертого ранга разом. А сил на подобное у них уже оставалось немного…

— Беги, Федь, — спокойно, с обреченной усталостью в голосе бросил капитан. — Мы задержим их, сколько сможем…

— И думать забудь! — решительно прервал командира богатырь. — Прикончим тварей и двинемся дальше.

— Это прик…

Фразу капитана прервало начало совместной атаки чудовищ — водяные столпы рухнули вниз. Ледяные щиты приняли на себя все атаки, а пара лейтенантов выпустила по Огнешару в черепаху, пока Адепт, сотворив Воздушное Копьё и ждал момента, чтобы всадить в готовящегося вынырнуть ужа…

Внезапно вода вскипела, поднимаясь наверх десятками тонких Водяных Лезвий и пробиваясь сквозь толстую льдину, служившую отряду платформой. К врагу присоединился третий монстр…

На осколках льдины лежало пятеро израненных, едва дышащих чародеев. Черепаха, уж и гадюка — три громадных чудовища подплывали к добыче каждый со своей стороны. Сегодня у них намечался невиданный пир.

Пир, который был прерван самым грубым и неожиданным образом — потоком Зеленых и Синих Молний. Первые ударили в людей. Вторые же в единый, исчезающе краткий миг обратили пеплом не успевших ничего понять чудовищ…

— Так-так-так… И кто тут у нас? — раздался молодой голос сверху.

Глава 19

— Итак, там, в двух десятках километров сейчас идёт сражение за этот… как его… язык сломаешь с этими куратскими названиями…

— Ильке-Нуассу, — подсказал богатырь, недоверчиво ощупывающий себя.

Изорванная легкая броня из тонкой зачарованной кольчуги и под кольчужной рубахи зияла многочисленными прорехами, из-под которых проглядывала целая, неповрежденная плоть, обтянутая сухой, белой кожей.

А ведь ещё минуту назад на войне было с десяток сквозных ран от водяных лезвий, использованных хитрыми чудовищами. Однако мои Зеленые Молнии играючи исцелили страшные раны всей пятерки — повреждения, нанесенные слабыми монстрами уровня Мастера, для меня были не стоящим упоминания пустяком. Твари с болот, при всей их силе и внешней схожести, обитателям Сибирских лесов не годились даже в подмётки. Любая тварь четвертого ранга с Фронтира порвала бы эту пятерку в одиночку и куда быстрее.

— Да, спасибо, — поблагодарила мужчину Кристина. — А вы — группа выживших. Господин Глава, что будем делать?

— Ты — ничего, — пожал я плечами. — Хотя нет, по хорошему задача для тебя найдется. Собери с болота всех выживших, подлечи кого надо, и перемещайтесь к крепости. Я пока разберусь с происходящим.

— Сударь… И сударыня, — кивнул Кристине чародей в ранге Мастера, предводитель отряда. — Во первых, позвольте выразить свою…

— Потом поблагодаришь, — прервал его я, начиная творить чары телепортации. Благо, перемещаться недалеко — жалкие двадцать километров. — Там люди мрут, пока ты речи толкаешь.

— Господин! — заторопился чародей. — Не знаю, насколько вы сильны, но в любом случае — призываю вас одуматься! Шведов много, у них минимум несколько Архимагов и круг из Старших Магистров! В одиночку вам ни за что не удастся одолеть врага, а отступить спокойно они вам не дадут. Сейчас каждый сильный чародей на счету, так что, несмотря на всю трагичность ситуации, призываю вас…

— Это Николаев-Шуйский, — прервала его Кристина. Увидев растерянный взгляд мага, она добавила. — Тот самый Николаев-Шуйский, который Аристарх и Глава Великого Рода. Ну а я — Кристина Николаева-Шуйская.

— Сибирский Мясник… — тихо выдохнул один из лейтенантов.

— Мне, в целом, больше нравится прозвище Герой Империи, но в целом — да, он самый, — хмыкнул я. — Ещё какие-то жалобы, вопросы, возражения или важная информация имеется?

— То есть, если я правильно понимаю, вы — Маг Заклятий? — с придыханием уточнил богатырь. — Коли так, милостивый государь, прошу — возьмите меня с собой. Вам понадобится человек, который ориентируется на местности, знает, кто за кого и кто свой, а кто предатель, а также ориентируется в происходящем.

С этим спорить было бы глупо. По хорошему, стоило бы взять не его, а предводителя этой группы, капитана в ранге Мастера, но тот, несмотря на моё лечение, все ещё находился в состоянии, оставляющем желать лучшего. Я исцелил раны его тела и снял самые острые и неприятные последствия использования алхимического допинга, но до нормализации его состояния было ещё далеко. Чародею требовался покой и отдых, а отправка со мной на поле боя этому не способствовала бы ни в малейшей мере.

— Хорошо, — согласился я. — Для всех же остальных, судари, доношу следующее — как генерал-полковник Имперской Стражи я приказываю вам и всем, кого наша прекрасная чародейка спасет во время моего отсутствия, не покидать обозначенного ею безопасного места и ждать моего возвращения. Кристина девушка мягкая и милосердная, потому кто-то из тех, кого она выручит, может посетить глупая мысль о неповиновении её приказам… И она, как добрая душа, такого идиота даже убивать не станет, лишь сковав чарами. Так вот, на случай, чтобы подобного не происходило, прошу вас, судари, донести до остальных очень простую мысль — любого урода или дуру, что дерзнут играть с ней в подобные игры, я по возвращении искалечу своими руками. Буду не просто бить — отрывать руки с ногами и запрещать целителям полностью их восстанавливать неделями, а то и месяцами. А самых наглых казню на месте без суда и следствия.

Судя по лицам пятерки и возмущенно-благодарному (не поймешь эти женщин, две противоположные эмоции они каким-то образом умеют соединять в одну. Как — один Творец-Всесоздатель ведает.) их проняло.

— Я… П-передам, господин Николаев-Шуйский, — ответил капитан.

— Вот и отлично… Итак, друг мой — ты готов? — уточнил я у богатыря. Федора Летова, как он представился совсем недавно.

— Да, господин генерал-полковник, — бодро ответил тот.

— Тогда в путь.

— Погодите! — поспешно воскликнул не представленный мне старлей. — Сударь, там заблокировано само Пространство, по словам командовавшей нами полковника Снегиревой!

— Знаю, — усмехнулся я. — Но блокирующие чары такого уровня мою телепортацию не остановят.

Магия Пространства мягко охватила нас со всех сторон. Могущественные чары восьмого невесомым, но мягким давлением теплой тьмы навалились на плечи, и в следующий миг отхлынули, оставляя нас вновь на твёрдой земле. За краткие доли секунды, что мы провели в этой темноте, нас успело перевести на два десятка километров, и мы оказались метрах в трехста от высокой крепостной стены, на которой ещё кипел бой.

Хотя… Скорее там уж добивали остатки сопротивления. Моё восприятие мгновенно охватило всё вокруг на добрых шесть-семь километров — странный туман топей Куресоо, что был способен значительно ограничивать даже восприятие чародеев моего уровня силы. Не полностью, как у магов низших и средних рангов, но весьма значительно.

Ухватив своего спутника телекинезом, я рванул высоко в небо. Пролетая над крепостной стеной, мимоходом швырнул вниз несколько заклятий — первое накрыло защитным полем группу прижатых к полуразрушенной башне бойцов, второй рухнуло вниз здоровенными шарами пламени, что врезаясь в стену среди бойцов врага обращались настоящими всплесками огненной стихии, выжигая нападающих начисто. Маги пытались ставить барьеры, отражать удары стихии сверху — но всё было бессмысленно и бесполезно. И защита, и атакующие чары были седьмого ранга, а среди атакующих остатки наших войск сейчас не было ни одного мага выше третьего ранга.

Во внутреннем дворе крепости бой уже, фактически, был окончен. Пара Старших Магистров, избитые и израненные, в бессознательном состоянии, пятеро Младших и небольшая группа солдат и офицеров, конвоируемые к одной из уцелевших казарм — всё, что осталось от гарнизона.

В небе, в сотне метров подо мной и затаившим дыхание богатырем, парила группа боевых магов старших рангов из числа шведов. Трое Архимагов, восемнадцать Старших Магистров и ещё трое, но стоящих отдельно. Не облаченных в цвета шведской армии, да и вообще в какой-то неизвестной мне цветовой гамме — сине-черно-красных цветах, с гербами неизвестных мне Родов. Увидев эту троицу, богатырь, позабыв о трепете от телепортации и прочих чудес, случившихся с ним за этот вечер, с ненавистью прошептал:

— Каллас и Лаар! Мерзкие выродки…

— Те самые предатели? — поднял я бровь. — Это мы удачно на огонек заглянули, ничего не скажешь…

Вся группа врагов уже обратила внимание на нас — отзвук двух заклятий седьмого ранга, походя брошенных мной несколько секунд назад, дошёл и до них.

Моя аура была сжата и замаскирована под уровень средней руки Архимага. Не хотел спугнуть врагов слишком быстро — если вся эта группа преждевременно рванет в разные стороны, приказав своим воинам драпать во все стороны, то переловить всех мне никак не удастся. Да, какую-то, причем весьма немалую часть, я сумею перебить и пленить, но не более половины. Шанс сбежать будет даже у рядовых бойцов и слабосилков вроде Подмастерий и Учеников, не говоря уж о магах большей силы.

— Ну чтож, судари и сударыня, — обратился я к троице напряженно глядящих на меня шведских одаренных седьмого ранга. — Позвольте приветствовать вас на землях моей бесценной и любимой Родины — Российской Империи. И хоть вы и явились сюда гостями незваными, но как я могу оставить дорогих гостей без достойного приветственного фейерверка?

Все то время, что я неспешно говорил, враги готовили чары. Не скупясь, не делая скидок, на то, что я здесь один (брать в счет удерживаемого в воздухе едва ли не за шкирку Адепта-богатыря в таких раскладах, никто в здравом уме бы не стал), они вполне профессионально поделились на две группы. Треть шведов во главе с высокой и статной, облаченной в рунический доспех скандинавкой-Архимагом сплетала защитные чары, тогда как двое её коллег и двенадцать Старших Магистров весьма резво начали плести атакующее заклятие.

Правда, и я тянул время и разговаривал не просто так, хоть они этого пока и не видели. Да и куда там этой кучке недотеп ощутить, как содрогается в такт всплескам моих Воли и Воображения сами напряженные струны мира, как расходятся в разные стороны тончайшие, неощутимые волны магии, как Акустическая Магия, сопрягаемая напрямую со Стихиями, творит воистину могущественные чары, что готовятся сомкнуться подобно огромной мышеловке, чья стальная дужка рухнет прямо на хребет обнаглевшей крысе, решившей, что можно безнаказанно гадить и отравлять жизнь хозяевам этих земель.

Хозяевам, к которым много возомнившие о себе кураты-предатели никакого отношения не имели. Империя веками вкладывала в Прибалтику ресурсы, защищала её от немцев и скандинавов, что до нашего прихода безнаказанно грабили и жгли эти нищие леса и болота, в которых и городов-то до нашего прихода толком не имелось…

Это наша земля. И мне плевать, что о том думают скандинавы, немцы, да даже та половина местных, что считает иначе.

Прибалтика Российская по праву силы. И если вам есть, что возразить… Что ж, глупые безумцы. Вы сполна познаете значение одной очень древней, очень мудрой фразы, истины, вырезанной на костях мира кровью бесчисленных дураков, не согласных с ней.

Горе побежденным. И все те, кто сегодня сделал неверный выбор, хлебнут этого горя сполна.

Синее пламя с сероватыми отливами по краям сформировалось в огромное облако над головами врагов. Одновременно с этим их окружили незримый барьер могущественной энергии, по краям которого изредка, просвечиваясь в реальность, пробегали цепочки скандинавских рун, сплетенные из чистой маны. Сильно, быстро, умело…

И бесполезно.

— Забавно, — хмыкнул я, стоя прямо в жгучем магическом пламени.

Вражеские чары обрушились на нас с Федором подобно цунами, захлестнули с головой, заключив в огромную, десятки метров диаметром неровную сферу. К чести Адепта, тот никак не показал своего страха, более того, когда волна накатила он сплёл собственные защитные чары. Бесполезные и лопнувшие даже быстрее, чем успели сформироваться — не Адепту тягаться с составными чарами, использованными целым Кругом Магов во главе с двумя одаренными седьмого ранга.

Впрочем, волноваться ему было неочем — часть сил на нашу защиту я выделил заранее. Нас окружала, облегая кожу, Пелена Отторжения. Высшая магия, не просто защищающая от прямого урона, но и создающее пригодные для жизни условия — помимо чудовищного жара, попыток вцепиться в саму ауру и нащупывания самой души жертвы, атака врага выжигала начисто не просто кислород, но и вообще любые газы в области, пораженной этими чарами. Недурственно — видимо, шведский реинкарнатор не скупился на обучение своих слуг. Используемая врагом магия даже казалась мне немного знакомой, как будто… да быть не может такого…

Моя рука вытянулась вперед и на глазах обалдевших от происходящего врагов ухватила клок пламени. Несколько быстрых заклятий, я отсекаю огонь от основного тела вражеских чар, затем мощным всплеском силы отталкиваю остальную массу сине-серой массы от себя, оставшись в небольшом пузыре чистой силы — Фиолетовые Молнии заполонили пространство, образовав здоровенную шаровую молнию, в которой сейчас и находились я с богатырем. И лишь участок вокруг моей руки, был не затронут моей Молнией, иначе это просто уничтожило бы мою добычу.

Это пламя не просто показалось мне знакомым — я знал это заклинание! Знал, ибо не раз видел его в бою — шведская школа магии… Из Швеции моего прошлого мира! Пламень Тюра, в упрощенном и ослабленном варианте, Высшая Магия северян! Чары, способные доставить проблем даже Магу Заклятий первой, самой низшей ступени, ребятам вроде Соколовой и Каменева, чары, что были частью Личной Магии самого Карла Двенадцатого, которые тот оставил в наследие потомкам ещё до того, как сгинул в войне с тогда ещё Московским Царством! И которое позже не раз использовалось врагами — ведь на стороне Темной Звезды были несколько Великих из числа северян!

* * *

Странный, непохожий на других высших магов, которых видел или о которых хотя бы слышал простой русский богатырь из Рода средней руки, его спаситель уже продемонстрировал Федору столько чудес, что тот окончательно уверился — это действительно Аристарх Николаевич Николаев-Шуйский.

Молодой Герой Империи, самый юный в истории Маг Заклятий, чудовище в облике человека, доказавшее Империи — времена мифов и легенд вновь возвращаются в мир.

Времена, когда великие герои и не менее великие злодеи снова ходят по грешной земле, сея смерть и разрушения везде, куда ступает их нога. Монстры в человеческом обличии, о деяних которых затем веками судачат потомки…

Цезарь, Траян, Константин Византийский, Чингисхан, Мехмед Второй Великий, основатель нынешней французской династии Наполеон Первый, Иван Грозный, Петр Великий, Цинь Шихуанди и многие иные… Длинный ряд имен, навеки вписавших себя свои имена в историю — Федор любил этот предмет более прочих, и потому неплохо знал об этих выдающихся индивидах.

И в миг, когда рука Николаева-Шуйского столь играючи отщипнуло кусочек пламени, в котором богатырь ощущал столь чудовищную мощь и сложность, что у него перехватило дыхание, он уверился — человек, с которым судьба свела его в этот вечер, высечет наконечником копья своё имя на скрижали истории. Ибо хоть он и не был выходцем из Великого Рода, сверхталантливым одаренным или просто знающим чародеем, но когда их окружило сплошное поле фиолетового электричества он ощутил — эта магия находится за пределами привычных этому миру рамок.

Наверное, будь он где-то за пределами этого поля или не будь оно направлено в том числе и на его защиту, он бы ничего не понял. Но по воле своего хозяина фиолетовые разряды молний, наполненные чем-то, определения чему он подобрать не мог, защищали и его самого. Играючи, даже не заметив его попытку воспротивиться, разряды пронзили саму его сущность и душу, а странная сила, что смешивалась с этими молниями, прикоснулась к самой сути, к самой сущности русского богатыря.

В момент, когда пристально глядящий на сине-серый язык пламени на своей ладони Аристарх изумленно вскинул брови, неведомая сила словно бы задрожала, нет, скорее даже мелко завибрировала и вошла в резонанс с его душой. Словной опытный взломщик, вооруженный не только природной ловкостью и наработанной сноровкой, но и зачарованными отмычками, она играючи взломала все барьеры и преграды на пути к самой сути его души — и затем затопила её.

Нестерпимо зачесались исцеленные совсем недавно раны от водяных лезвий болотных чудовищ, но Федор не мог двинуть даже пальцем. Свободны оставались лишь глаза — и он вскинул взгляд, глядя на своего могущественного спутника в надежде привлечь его внимание к своей проблеме. Чтобы не происходило сейчас с волшебником, эти процессы были достаточно болезненны и он всерьез опасался свою жизнь. Нет, он не то, чтобы боялся смерти — отдать жизнь в славной схватке потомок многих поколений благородных предков, верой и правдой служивших Империи был бы непротив… Но как и любой разумный человек, по возможности хотел бы отложить сей славный момент на как можно более поздний срок. А уж помереть, выжив в бою под крепостью, оказавшись свидетелем битвы высших магов непосредственно из первых рядов (на что он, собственно, и надеялся, вызываясь отправиться с Николаевым-Шуйским) от того, что защищающая его от врага защитная магия союзника оказалась слишком могущественна и придавила её, как тяжелый, подкованный металлом солдатский сапог мелкого жука… Позор, да и только! Глупейшая и обиднейшая гибель — как ему после такого смотреть в глаза праотцам⁈ Уж лучше б он тогда на болоте погиб, право слово!

Однако увидев лицо молодого волшебника, что, если слухи не врали, был на добрый десяток лет младше его самого, он даже позабыл о собственных проблемах. Ибо лицо юного чародея исказила гримаса изумления и неверия, плавно переходящая в гнев и придавая ему какой-то иной, отличающийся от изначального облик.

Что-то древнее, невероятно, неизмеримо могущественное проглядывало сквозь черты молодого лица. Радужка глаз светилась изнутри, словно пара маленьких прожекторов — яростным, беспощадным ультрамариновым пламенем. Словно хищник, до того прикидывающийся мирным домашним зверьком вдруг явил свою истинную природу и оскалил наполненную громадными клыками пасть…

— Да воздвигнется по слову моему Темница Грозовых Облаков!

Голос, которым были произнесены эти слова, словно бы резонировал с самим окружающим миром, подчиняя его себе и вынуждая действовать согласно стальной, непреклонной воле волшебника. Могущественные, невероятно сложные чары пришли в движение — не одно и не два, а целый каскад сложных чар. Огромная туча сгустилась над разгромленной крепостью, заставляя даже тех, кто находился в самых отдаленных её уголках.

Федор ясно ощутил — вот сейчас всеобщее внимание было окончательно приковано к гордо парящему в небесах великому волшебнику. Ну и к нему, по счастливой случайности оказавшемуся здесь, бок о бок с ним. Черт, да чего ж эти раны так болят-то! Ещё и этот долбанный зуд начинает расходиться по всему телу…

— Погасни, — властно велел волшебник. И всё ещё окружающее их облако пламени словно бы сдуло ураганным порывом ветра. Легко и непринужденно, словно то и не было могущественным заклятием, использованным целым кругом высших магов.

— Начнем с самого важного и неотложного, — заговорил чародей. — С наказания предателей.

Небрежный щелчок пальцев — и троица Старших Магистров из числа предателей, которых, кстати, шведы и не подумали пускать за свои защитные барьеры, просто разлетелась кровавым фаршем. Несмотря на все защитные чары, совместную защитную сферу из ярко сияющего бирюзовым светом и прочие ухищрения — тройка предателей просто в одно мгновение исчезла из списков живых. И лишь мгновение спустя эхо могучего заклятия донеслось до парящих в небе чародеев.

— Господа и дамы, сим призываю вас не отнимать время и силы ни у меня, ни у себя, и просто сложить оружие. В случае любой попытки неповиновения я снимаю с себя всякие моральные и прочие ограничения и попросту устрою здесь бойню. Насчет того, чтобы…

Сейчас Федор, несмотря на почти полное отсутствие контроля над собственным телом ясно ощущал всё на десяток, а то и более, километров вокруг. Ощущал словно бы не своим, а чужим магическим восприятием… Впрочем, чьим именно догадаться было несложно. Ещё бы понять, зачем великий чародей демонстрирует ему это всё…

Кто-то из шведов, видимо, оказался умнее прочих и решил покинуть вдруг резко ставшей слишком опасным местом русскую крепость. Какой-то чародей пятого ранга, окутавшись всеми доступными слоями магической защиты, стрелой рванул прочь от павшей твердыни Империи. Практически стелясь над землей и размазываясь серой тенью от скорости он мчался прочь, однако…

Слепящая дуга могучей синей молнии рухнула с небес, играючи прикончив шведского волшебника пятого ранга. Все предосторожности, о которых беглец предусмотрительно подумал прежде чем предпринять свою попытку ему ничуть не помогли. Увидев судьбу первого беглеца, несколько десятков тех, кто с некоторым запозданием тоже попробовал скрыться с поля битвы замерли в испуге.

По разные стороны павшей твердыни эта картина повторилась с десяток раз — самые быстрые из беглецов оказались попросту испепелены, и это мгновенно остудило пыл остальным беглецам.

— Надеюсь, больше желающих попытать удачу не имеется? — поинтересовался русский боевой маг.

Ответом ему стал импульс могущественной боевой магии — куда более мощной, нежели прежняя попытка напасть. К удивлению Федора предводители шведского воинства оказались далеко не трусами и бежать явно не собирались — опираясь на чувство магического восприятия Николаева-Шуйского он ощутил, что враги в этот раз использовали не собственную магию. Вернее, не только и не столько собственную — их сила и магия ушла на то, чтобы активировать артефакт и ускорить его работу.

Могущественная магия, относящаяся к неизвестной доселе Федору школе волшебства, пришла в действие. Николаев-Шуйский, сразу что-то осознавший, молча ударил вперед появившимся неизвестно откуда копьём, с лезвия которого сорвались перевитые между собой разряды Фиолетовых, Золотых и Желтых Молний, но удар могущественного чародея на этот раз запоздал. Пусть и на самую малость, пусть и на жалкую долю мгновения — но и этого оказалось достаточно.

Из серой дымки, возникшей над защитным барьером шведов, вырвалась закованная в латную перчатку ладонь, раскрытая и выставленная вперед и вверх. Трехцветный разряд магического электричества ударил в нее, но оказался бессилен как-то ей повредить.

— Я искал медь, а нашел чистое золото! — с насмешкой и злым, жестоким весельем в голосе вскричал вышедший из дымки неизвестный чародей. — Не ожидал, что ты рискнешь высунуться из той норы, в которую трусливо сбежал несколько месяцев назад, русский!

* * *

Первая глава следующего тома: https://author.today/work/410139

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Вернуть Боярство 18

Content

Вернуть Боярство 18

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18 Интерлюдия — эстонские топи

Глава 19

Nota bene