Мир Мельхиора 11 — Путь Трибунала

1. Диктатура кошачьих

Всё лучше понимаю, почему Безупречный ходит в форме лысого сфинкса, а не человека. Хотя он мог бы — как и у любого тари, у него была такая форма.

Снаружи накрапывал дождь. Мельхиор стремительно менялся. Второе солнце лишь едва-едва показалось на небе, но изменения в климате были заметны уже сейчас. Раньше над башней Терний мог быть разве что снегопад, а погода гуляла далеко за отрицательными числами. Теперь же, случались и такие дни.

— … Таким образом, Магистр, лучшего момента для вторжения на поверхность может и не представиться, — произнёс Лесат. — Когда одна из сил начнёт одерживать верх, баланс будет не в нашу пользу.

— Значит, альянс кланов… — повторил я, скорее, чтобы просто услышать, как это звучит.

— Второй. Сильнейший клан уже отошёл к Ласке.

— Не называй её так, — я постарался сдержать рвущуюся ярость. — В этом существе нет ничего от Ласки.

— Извини, Син. Она сама себя называет так.

— Конечно, называет. Её цель — максимизация боли. Она знает, что это будет меня бесить.

Парень пожал плечами, но эмпатия ощутила нотки холодного липкого страха.

Хм, и чего можно боятся в мире, где нет смерти?

Наверху происходили дрязги кланов. Некогда игровой мир насчитывал внушительное количество опытных игроков, которые остались в их песочнице на поверхности.

Древние стражи, а говоря игровым языком, непобедимые рейдовые боссы, были специально сделаны так, чтобы никто не попал внутрь. А позже к ним присоединились ещё и местные легенды, вроде Безупречного.

Сейчас никакого смысла охранять этот путь не было. Пустота и так прорвалась не только наверх, но и в саму реальность. Старые правила больше не действовали. Хотя каждый страж решал, пропускать ли кого-то наверх, сам.

Ближайший выход наверх находился за запретным лесом, который лежал во владениях куриной башни, самоходного дома-артефакта Хозяйки Мрака.

В случае её отказа выпустить нас наружу мы могли или искать другой путь, или… прощай, старый страж.

Нет слишком большой цены. Если мир устроен неправильно, кто-то должен его починить.

— Ты уже начал сбор групп наказующих?

— Нет. Ждал подтверждения.

— Тогда приступай. Стандартная связка с обязательным наличием искателя-эмпата. Пусть готовятся в нижнем городе. Сколько потребуется времени?

— Ох, выступаем немедленно? — другого решения он от меня и не ждал.

— У этого мира осталось в запасе не так много времени. Если, конечно, Айзек и его свита не придумают чего-то поэффективней паразитирования на старых легендах.

— Одна из таких легенд сделала тебя тем, кто ты есть, — хмыкнула молчаливая Филин. В последнее время она всё чаще пребывала в пасмурном расположении духа и, что ещё неприятней — благоухая алкоголем.

— Если бы не эта легенда, мне не нужно было бы думать о способе убийства безумного бога.

— И то верно, — хмыкнула Фил. — Но это ничего не меняет. Легенды имеют власть над этим миром. В них верят, и каждый раз утверждая веру в них, разумные делают её сильней.

— Ты слишком много общаешься с Айзеком, — поморщился я.

— Зря ты так, Син, он нормальный мужик.

— Рад, что вы нашли общий язык. Но хотелось бы видеть от его отдела больше пользы.

— Син, с того момента, как он и его люди покинули Землю, прошло не настолько много времени, чтобы решать настолько глобальные вопросы. Зато он почти придумал, как обойти кое-какие особенности перерождения без пустоты. Назвали проект «перелётная птица». Не хочешь поучаствовать, кстати?

— Не интересно, — ответил я, не задумываясь.

— Сейчас понятно, — отмахнулась Филин. — Но вот если ты вернёшь душу Ласки, почему нет?

— Когда верну — тогда и подумаю. Пока что это пустой разговор. Тем более, что остальные желающие очиститься от пустоты уже отправились в чистилище.

— Когда ты так называешь безобидный мир-ивент, мне становится не по себе.

— Механики работают, перекладываясь на рельсы реального мира, — пожал я плечами. — Никто не знает, как столкновение двух вселенных повлияет на будущее всех подлунных миров. Сейчас главное — найти способ уничтожить единственное, что может испортить нам вечный праздник. Если победить пустоту, тебе вообще не придётся никуда уходить.

— Запасные варианты. Как там говорил твой лысый кот?

Я хмыкнул. Сейчас мой наставник большую часть времени пропадал на Земле. Понятия не имею, что он там ищет. Но это его право. Он будет там альфа хищником, так или иначе.

— У него своя игра, как обычно.

Филин кивнула и отхлебнула благословлённой настойки.

Планы по захвату поверхности Мельхиора тоже были необходимостью. Именно туда сбежала в теле Ласки безумная богиня отчаянья. И никто туда явиться мне просто так не даст.

Будет война.

К счастью, война, в которой нет места смерти.

За окнами реяли карминовые флаги культа Трибунала. Официальной религии башни Терний и всех её доменов за пределами долины.

Порталы сейчас были нашим главным сильным местом, потому первое, чем я занялся — это созданием сети нормальных портальных вышек, которая бы охватывала как можно больше мест в обоих мирах.

В Подземье я не слишком пока преуспел, но в бывшем мире-темнице работа двигалась очень быстро. Преимущества культа Трибунала были очевидны всем, кто с нами сталкивался.

До воскрешений уже начали доходить и быстро развивавшиеся земные маги, но в бизнесе главную прибыль получает первый. Тем более, что мы свою репутацию ещё не успели нигде изговнить, и выглядели в глазах людей добрыми миротворцами из высокоразвитого мара.

Трибунал не требовал ничего запредельного, не налагал обязательств, не запрещал верить в других богов.

Единственным подводным камнем на данный момент был только запас маны.

Механика у воскрешения во многом была зависима от уровня воскрешаемого. К примеру, воскресить меня стоило бы так много маны, что пришлось бы скидываться. Правда для этого врагу пришлось бы сперва ещё и захватить все принадлежащие мне башни, потому что я могу возродиться в любой из них и сам.

Люди в понятии системы — существа низкоуровневые. В том плане, что сколько человек за жизнь успевает набрать угрозы по меркам боевых магов?

Средний уровень был до тридцати-сорока. И это уже речь о мастерах боевых искусств и ветеранах боевых действий. Система была безжалостна, сравнивая обычного человека с магическим существом по убойной мощи.

Что удивительно, у тех, кто начинает прокачку, уровень очень быстро летит вверх, будто сама система пытается выправить этот недостаток. Можно сказать, халявный буст для новичков, имевших боевой опыт в прошлом.

Где набивать опыт тоже решили очень быстро. Сильная портальная сеть позволила удешевить порталы между мирами и наладить постоянный переход фарм-групп для получения опыта. Заодно получалось так, что бесплатно зачищали от чудовищ города и брали под контроль опасных шизофреников.

То, куда верящие в безумные вымышленные вселенные открывали свои порталы — отдельный повод для разговора и детальное направление для изучения. Не то, чтобы я в это сильно верил, но вдруг за одним из таких порталов найдётся более эффективное лекарство от пустоты?

Изучением всего этого занимался по большей части Айзек. Как и всеми остальными исследованиями. Чего у него не отнимешь — так это того, что мужик и правда был очень умным, и что более редкое качество для учёного — ещё и хитрым. Так что он достаточно быстро постарался стать незаменимым. Или по крайней мере отчасти заменить Танатоса в некоторых вопросах мироустройства.

— Син? Теперь тебя зовут так? — послышался мужской голос за спиной.

Я даже не заметил его — настолько погрузился в свои мысли.

— Ты построил красивый город, внук. Тебе есть чем гордиться. Некоторые считают тебя почти святым.

— Нет, я всего лишь старший жрец Трибунала, — ответил я.

— Ого! Звучит здорово. Я пока ещё не очень понимаю, что это значит. Ещё разбираюсь с тем, как всё устроено в загробном мире.

— Загробном мире? — не сразу понял я.

— Это ведь не Земля, верно? Здесь все цвета будто ярче. Да и я сам… сам видишь.

Причина, по которой я не узнал родного дедушку была не только в моей погружённости в размышления, но и в том, что на вид ему было сейчас около пятидесяти, а не восемьдесят два. Седина отчасти ушла и вид был на много здоровее прежнего. Да и одежда была — на мельхиорский манер — длинное, с металлическими вставками, эмблемой звёздного зверя и с высоким воротником.

— В таком смысле да, мы уже в раю, — чуть улыбнулся я.

— Но ты не выглядишь особенно счастливым, — заметил он. — И будто сторонишься нас.

— Это… плата за силу, — со вздохом сказал я. — Прости, я сторонюсь лишь потому, что слишком много на себя взвалил и не уверен, что вывезу.

— Я слышал, что говорят в городе о твоей… девушке. Желание её спасти благородно, но действительно ли это то, на что стоит потратить жизнь?

— Это плата за силу, — повторил я. — И я не могу отказаться платить по счетам. Чтобы вытащить вас с того света, мне пришлось перестать быть человеком.

— Мне есть чем гордиться. Мы все гордимся тобой. Но ты бы заходил почаще. Мы можем помочь. Уже записались даже в твою школу магии.

А я и не знал…

— Да, обязательно, — отмахнулся я.

Сложно описать близким то, что ты сходишь с ума. Что внутри клокочет лиловая тьма, а симптомы пустоты всё продолжают усиливаться.

И сейчас я осознавал своё безумие разумом и сердцем. Но что-то тянуло меня немедленно бежать на вершину, к хрустальному саркофагу с Последней Лаской.

Оказавшись там спустя всего несколько минут, я наконец смог вздохнуть с коротким обманчивым облегчением.

Магические средства и проверенная на свойства фармакология с Земли оказались очень действенны. Огнестрельное оружие, включая лёгкие разрывные средства оказались почти бесполезны против магических щитов, регенерации и стихийного тела. А вот химия Земли опережала технологии Мельхиора в разы. Ситуацию исправляла магия и алхимия, но зачем выбирать, если можно объединить?

Так новые средства против пустоты могли подавлять на сутки даже порывы принцев безумия.

Но я был уже на один ранг выше. И потому всё это мне не помогало надолго.

Из головы не выходил Старик. Тот, который был стражем в храме неназываемой. Единственный, кого я знал на таком уровне стихийной связи.

Смена формы на кошачью. По словам Безупречного — лучший способ запереть чувства. Эта форма чуть лучше противостоит влиянию безумного бога. Истинная эмпатия отторгает тёмную.

Плюс, артефакторика и повышение воли. Сейчас в характеристиках под баффами был серьёзный перекос в сторону этой характеристики.

К тому же в этой форме я ещё меньше мог походить на то существо в храме.

Белый кот, будто ангора или сиам без пятен на полукошачьем-полугуманоидном теле. Каким-то таким котом меня видел Мельхиор. Дальше шло полное превращение в кошку. Но бегать под ногами у своих учеников — было бы совсем не солидно.

Короткий беспокойный сон был полон кошмаров. Каких-то глупых и незапоминающихся. Но от них всё равно просыпаешься с бешено бьющимся сердцем и ощущением ужаса.

И то, что этот ужас — всего лишь какой-то эффект в статусе — как-то ни разу не помогало. Помогала вода — медитация с переходом в мир Аквы, который сам по себе целителен для аквы. Единственное, чем мне могла помочь Дафна в моей борьбе с пустотой.

Затем таблетки, запитые эликсиром. В одном городке на земле мы завербовали специалиста, который после ознакомления с синдромом тари, выписал ряд лекарств, которые затем были проверены справкой.

Всё больше и больше ухищрений, и всё меньше и меньше толку. Времени, чтобы привести себя в порядок остаётся всё меньше.

Ну, или ходить как самоубийца, без маны…

— Позволь обнять твой разум, — прошелестел в голове голос Нефтис.

К павшему божеству возвращались силы. Медленно и постепенно — сейчас старшая из дочерей Смерти была слабее не то что меня, моих старших учеников. Её личность была сильно повреждена, а осколки в посохе и амулете — были слишком малы, чтобы вернуть богине её память и личность.

Но определённый отпечаток уже был виден.

По голове словно пробежал холодок. Насчёт «обнять разум» — она говорила беквально. Богиня Покоя что-то затормаживала в голове, так что эмоции проходили вяло и будто мимо меня.

Вместе с утренним дождём над нами под башней уже собирались ударные группы очищающих. Где-то две-трети — земляне. Ещё почти треть — мельхиорцы, бывшие безымянные и ученики. И совсем немногие — зверяне. Практически все представители коренного населения этого мира ушли на службу к подземному королю.

Ветер, залетавший через расщелину срывал сверху куски промокшего от бури снега, которые падали на город, превращаясь в разлетающиеся на капли клубы воды.

Моя любимая погода, как и у любого мага воды. Жаль, что дождь будет заглушать мой голос.

Не долетая до земли, вода обратилась паром, и теперь площадь укрывали мягкие клубы белоснежных облаков.

— Ученики пяти факультетов академии Терний! Вы отобраны как сильнейшие боевые группы. Не так давно большинство из вас присоединились к нам во время миссии на Земле. Сегодня же, как вы знаете, начинается дорога к исцелению других поселений от явления, известного как мёртвая магия.

Термин Безупречного как-то постепенно перетёк в массы, и теперь проклятую стихию называли ещё и так. Поэтично, но всё так же жутко.

— Сегодня можете держаться вольно. Спускаемся в нижний город и идём в тоннели.

— Мы идём в запретный лес? — не удержался один из старших учеников.

Перед единственной локацией вокруг города, куда было запрещено заходить, многие испытывали любопытство. В отличии от меня, мои подчинённые всё реже испытывали страх перед такой условностью, как смерть. Все знали, что в случае гибели их возродят. Так же как их друзей и близких.

Сейчас по ту сторону портала для этого работали храмы Трибунала, стабильно передавая на эту сторону ману. Отмена смерти пока что достигалась лишь обрядами и требовала для поддержания хренову прорву маны.

Впрочем — малая цена за бессмертие.

У меня времени на весь путь, само собой, не было. Потому лично я планирую оказаться в во владениях Хозяйки значительно раньше. Сам лес — всего лишь заповедник монстров, которые уже по силам нашим отрядам.

Серьёзное же препятствие группу будет ждать за переходом. Когда отряды моих боевых магов достигнут поверхности и войдут в крохотный игровой городок Васт, появление новой силы в политике верхнего мира станет очевидно всем. На первое время этот городок станет нашей базой на поверхности и местом встречи с третьим по силе кланом игроков, которые имеют шансы стать нашими союзниками наверху.

Ни секунды на лишние движения и лишние мысли. Время — самый ценный ресурс.

Отдав приказы выдвигаться, я сам слился с Лимфой, как называлась текущая через мой город река, чтобы вынырнуть уже в домене под властью куриной башни Хозяйки.

2. Шаг наверх

Запретный лес выглядел мрачно, даже мрачней, чем прежде.

Местные монстры, завидев армию Терний, разбегались в стороны. Чуть позже, когда мы углубились чуть дальше в запертый среди камней лес, нападение всё же случилось. Виной тому было скорее то, что мы случайно заперли свору волкоподобных чудовищ в тупике, и им хватило глупости или ума решить, что мы специально их загнали в ловушку.

Я в этом участия не принимал, продолжая раз за разом сканировать лес в попытках найти там следы присутствия Хозяйки или её избы.

Нашёл я её, когда уже отчаялся и хотел было плюнуть. Старуха расположилась в дальней части земель, куда я отправил свой туман больше для галочки, чем реально пытаясь пытаясь найти что-то.

Однако куриная башня нашлась именно там. Туман очертил кубический деревянный дом, приподнятый над каменистой почвой на куриных ногах.

Расположившись там, Хозяйка будто открывала нам путь. Раньше её задачей было встречать здесь спускавшихся игроков как рейдовый босс и игровыми методами перекрывать путь в Подземье.

Теперь же она будто показывала, что ей нет никакого дела до тех, кто пытается здесь пройти. Наверное, хороший знак — если бы она осталась верна прежней программе, пришлось бы сражаться. Сил у меня сейчас больше, но воевать с ней было бы свинством с моей стороны.

К счастью, не пришлось.

А вот повидаться хотелось.

Оставив Лесата продвигаться дальше, я сам отправился к хижине старухи.

Живая постройка при виде меня развернулась задом, говоря о том, что делать мне здесь было нечего.

Однако когда я постоял где-то секунд тридцать, сомневаясь между тем чтобы проявить настойчивость или уйти. И вновь, когда я уже принял решение уйти и начал разворачиваться — избушка развернулась сама и спустила лестницу.

Я прошёлся наверх, ловя запах свежей выпечки.

— Входи… глашатай, — произнёс глубокий старческий голос.

— Я не глашатай, — ответил я и открыл дверь.

Внутри было так же, как я запомнил в первый раз. Печь, развешанные по стенам травы, паутина, домашняя утварь, самовар, старые стулья, метла в отдалении. Разве что тот угол со мхом, который в прошлый раз она угробила в целях демонстрации, теперь был девственно чист.

— Ты сам выбрал такую судьбу и не говори мне, что это не так, — горько усмехнулась старуха.

— Я выбрал или судьба выбрала за меня?

— Тоже хороший вопрос. Может, мой старый друг, твой наставник, виновен? Это ведь он тебя сделал кошачьим посланником. И вот ты являешься с дырой в груди и обманчиво-белой кошачьей мордашкой. Но скажи, а почему вообще оказался в долине Терний?

— Пришёл сам.

— Верно. Потому что решил гоняться за обречённой девочкой вместо того, чтобы быть с богиней, о которой мечтают многие.

— Проклятие тари, — бросил я.

— Но ты ведь тогда ещё не был тари? — усмехнулась она. — Или это была судьба кошачьего посланника? Что-то со временем не то, не складывается…

— В чём цель этого разговора? — прервал я старуху. — В прошлый раз здесь было гостеприимней.

— А тебе нужны мои пирожки, пушистик? Разве я не показала, что путь открыт?.. — спросила она с хитрым прищуром. — Ладно, давай свои фрукты, глядишь и сделаю чего.

Я положил на стол из инвентаря горсть маракуй из долины.

— Спасибо, что с запасом, уважил старушку. Теперь давай поговорим, о чём ты хотел, не-глашатай. — кривая улыбка превратилась в хищный оскал, который удивительно гармонировал с образом старухи с длинным крючковатым носом и спутанными седыми волосами.

— Так почему я оказался в долине и не остался с богиней Надежды?

— Ты хочешь, чтобы я ответила? — удивилась старуха. — Хорошо. Потому, что от твоей души были крохи уже тогда. Ты был слишком неразумен, чтобы понять свой выбор. А она — слишком нерешительна, чтобы запереть тебя силой, пока не восстановит утраченные части души.

— А это возможно? Исцелить сожранные пустотой участки души?

— Возможно, конечно. Да только не для таких, как ты.

— Почему?

— Потому что ты найдёшь свою смерть гораздо раньше, пушистик.

— Значит, технически, это возможно?

— Значит, технически, ты мне не веришь? Я ведь тоже кое-что могу. Может даже поболе, чем паучиха, продавшая душу той, у которой собственной не имеется.

— Я здесь, чтобы задать те же вопросы, которые задаю всем, с кем встречаюсь. Как убить сама знаешь кого? За этот ответ я готов щедро заплатить.

— Не предлай расплатиться, если не понимаешь цены, пушистик. Она ведь может быть не в золоте и не в мане.

— Нет слишком большой цены и нет слишком ценной крови.

— Ответ, достойный служителя Тиши. Я думала, культ Нефтис будет меньше напоминать орден её сестрицы, — старуха вздохнула. — Впрочем, от неё осталось ещё меньше за эти годы. Аспектный бог не так вечен, как стихийный… ополосни-ка фрукты и порежь, внучок.

Я легко мазнул левой рукой, и обжигающий пар вымыл их, а затем превратился в лезвие спресованной воды и прорезал напополам.

Старуха отвернулась спиной и принялась длинной серебристой ложкой выковыривать содержимое в заранее подготовленное, видимо к моему приходу, тесто.

— Они — лишь части силы своей матери Мортис, тогда как Пустота — это стихия. Стихию невозможно убить, пока есть сила, с которой она едина. И вот ты здесь, внучок, спрашиваешь меня о том, как совершить то, что невозможно.

Чем-то этот разговор напоминал давний разговор с Айзеком, когда он только присоединился к башне Терний. К счастью, здесь речь шла о магии — её я по крайней мере изучал в академии.

— Если легенды дают реальности силу, то почему не может быть пророчества о том, что эту тварь убью я?

— Убьёшь свою Ласку?

— Это лишь оболочка. Оболочку я способен вернуть. Мне нужен дух.

— Ты смотришь, но не видишь. Проклятие ослепляет твой дух.

— Конкретные причины есть, почему нет?

— Разве я сказала «нет»? Та, кого ты хочешь убить, и сама ведь всегда шла этим путём. Пробуй. Откуда мне, всеми забытой старухе, знать об этом? Гадание здесь не уместно, пушистик. Особенно когда речь идёт о тех, кто утратил судьбу.

— Значит, шанс есть. Хорошо. Присоединяйся к башне и Трибуналу. Твои знания помогут нам создать новый мир на этой планете.

— Ох… не приведи Рассвет я кому-то передам свои тайны. Тебе же лучше, ежели я так не сделаю. И не спрашивай почему. Это тоже будет не нужный тебе ответ. Эта история ещё не написана. Возвращайся, когда напишешь, и я укажу тебе нужный путь.

— Хватит говорить загадками, ведьма.

— Загадки тем хороши, что в нужный момент ты сам поймёшь, что и зачем было помянуто.

Пирожки приготовились неестественно быстро. Угощение появилось на столе буквально минут через пять, тем не менее, сделано оно было на славу.

Если бы для меня имело значение, что и как я ем.

Привычно проверив на яды, я откусил кусок, пока старуха наливала чай, открутив краник самовара.

Кислое… вроде бы ароматное. Запах хорошо чувствуется кошачьим нюхом. Выпечка сделана как раз чтобы ровно помещаться в руке, немного напоминающей сейчас кошачью лапу.

— Вернёмся к вопросу о пустоте. Как излечить душу?

— Тем же путём, каким она была разрушена, только обратно. И долго, очень долго. Поэтому ты ничего с этим не сделаешь.

— Что это за путь? Возможно, его можно ускорить?

— Это вторая причина, почему для тебя это невозможно.

— Не понял.

— Ты спешишь, пушистый не-глашатай.

— У меня есть имя.

— Да, много имён. Как и у меня. Да тольки называть их без повода — дурной тон. Скажи, как мне тебя звать? — в голосе старухи было любопытство.

Я хотел было назвать своё имя, но понял, что услышать она хочет вовсе не его — прочесть она и сама способна. Скорее, ей интересно, какую регалию я изберу.

Кошачий посланник? Теперь я и сам — один из тари и даже ношу их звериную форму.

Глашатай пустоты? За такую регалию мне убить хочется того, кто так меня назовёт.

Магистр звёздного зверя? Это здесь неуместно.

Ректор Терний? Тоже.

— Пророк Трибунала, — сказал я.

Такого титула у меня не было, но как это работает, я уже понял, и очень скоро он у меня появится, стоит лишь сделать его достаточно известным и подкрепить действием. Основа уже есть, так что это дело времени, конда он появится у меня в инфо.

Одно из правил Мельхиора — путь определяет имя, а имя — судьбу.

— Эвоно как… Что ж, пророк, ты не исцелишь свою душу потому же, почему когда-то отказал богине Надежды ещё не будучи тари с пролятием мантикоров. Разрушение души в первую очередь лежит в утрате желания жить. Саму душу похерить нельзя.

— А пустота?

— А пустота — это отчаянье души, тайное желание которой на самом деле — не быть.

— Хочешь сказать, что душа уничтожает сама себя? Мне есть ради чего жить. Умирать я не планирую.

— Хехе! Умирать никто не планирует, пророк! Но ты вновь всё путаешь. Ты сказал три разные вещи. Жить тебе есть ради чего. Умирать, хехе, не планируешь. А душа — уничтожает сама себя.

— Как?

— Проявляет свою волю. Другое дело, что ты её не понимаешь. Душа многогранна. Лишаясь её части, загаженной той, чьё имя ты уже знаешь, ты теряешь больше, чем кажется. Вместе с ней для твоего ума помирает часть мира. То, чего ты больше не видишь в погоне за тем немногим, что от тебя осталось.

— Ласка была такой частью?

— Чувство человека становится равным чувству тари, когда у него не остаётся никаких других чувств. Ты гнался за тем чувством, которое в тебе осталось, потому что у тебя забрали другие.

— Хм. Значит излечиться от пустоты — это вернуть чувства?

— Способность испытывать чувства к чему-то помимо своей мании, пророк. Разумеешь?

— А на практике…

— Да куда уж конкретнее? Слушай бабушку, пушистик! — улыбнулась Хозяйка. — Не смотри так, прости старую, не удержалась. Так же когда-то давно я встретила того, кто учил тебя быть тари.

Я нахмурился. Звучило как абстракция или метафора.

— Это первый шаг из многих. Но ты не пройдёшь этот путь.

— У меня осталось мало времени, — кивнул я. Глупо скрывать очевидное.

— Верно. Поэтому скоро ты наделаешь ещё больше глупостей. Так ты устроен. Вернее то, что от тебя осталось.

Я скривился и скрасил паузу в разговоре пирожком с чаем. Как и в прошлый раз, они были великолепны. Вот только сейчас я это лишь машинально отметил, не получив никакого удовольствия от угощения.

— Ты спрашивал меня, хотела бы ли я уйти с тобой… — внезапно сказала старуха. — Мне нечего делать в твоей школе для маленьких магов. Но знаешь… может, одного мага я и смогу обучить. Того, которого с каждым днём будет проклинать всё больше разумных.

За пещерным лесом владений Хозяйки развернулась локация Переплёта. Сеть пещер с высокоуровневыми монстрами, призванных ещё перед встречей с рейдовым боссом охладить пыл игроков.

Вот здесь мы уже реально ощутили сопротивление, и немалое. На короткое время я почувствовал себя Танатосом, ведущим рейд против Волн Подземля.

Удивительно, но сейчас те времена воспринимаются с теплотой.

Сперва были какие-то серые черти-карлики, которые появлялись будто из ниоткуда. Эти скосили человек десять из центра рейда благодаря невероятной ловкости, невидимости и порталам.

Затем встретилась странная тварь, напоминающая левитирующий клубок змей. Тварь была слишком странной для места где корпорация ожидала встретить игроков. Существа какой-то неведомой силой умудрялись повышать уровень боли, так что каждый укус становился крайне болезненным.

Система назвала тварь болевым змеем. Хотя именно на змей этот летучий комок походил весьма отдалённо. Монстры пришли внезапно и подло ударили нам в спину, когда мы били мини-босса — гигантского питона.

Питон был зверушкой живучей, сильной, но убиваемой и без моего участия. Потому я больше стоял и посматривал на работу своих учеников. И по этой причине успел вовремя обнаружить напасть.

Твари каким-то образом обошли мой туман сверху и ударили в спину. Сами по себе они были не очень сильными, если не брать мощное сопротивление магии. Но вот особый эффект…

Кто вообще придумал способность, увеличивающую болевую реакцию?

Не знаю, кто из разработчиков задумывал эту хрень, или может это наследие древних времён, когда Мельхиор был закрытым миром с ускоренным временем. В любом случае, тварь заставила нас надолго задержаться, чтобы привести в чувство бойцов.

Укус любой из множества голов левитирующего змеиного шара гарантированно приводил к болевому шоку. Однако перед тем как потерять сознание от невыносимой боли, ученики успевали закричать от неё так, что кровь стыла в жилах.

Смерть я научился исцелять, а вот боль такого уровня — только заранее наложив молитву Дафны и влив в неё немало сил. Позже я именно так и начал делать, и змеиная проблема была решена. Но приводить в чувства раненых пришлось долго.

Эта рядовая стычка была мне небольшой отрезвляющий пощёчиной, напоминавшей о том, что я всё ещё не всесилен. И что смерть далеко не единственное и даже не худшее что может случиться с человеком.

— Бич народа тари, — со смешком прокомментировал после боя старуха. — Ответ природы на магическую катастрофу, которую они устроили.

— Катастрофу? Что-то новое о тари.

— Ничего нового, — качнула головой ведьма. — Ты просто невежественен. Поди думаешь, зачем история тому, кто пишет её сам?

— Я так не думаю, — я отрицательно покачал головой. — Да и цели писать историю тоже не ставлю.

— История прошлого помогает избежать ошибок настоящего, — сказала она. — Эти змейки, как и многие другие существа, были созданы тари, а не асу, как новые.

— Тари выводили химер?

— Высшие маги тари принесли себя в жертву, чтобы закрыть свои земли сам понимаешь от кого. Но магические искажения до сих пор не все вывелись из этого мира. Болевые змеи — наследие тех времён. Любопытно будет взглянуть на последствия твоей войны с Ней.

— Лучше так, чем пришествие этой твари.

— Все твои предшественники думали так же. Например, Харо Пустынный.

Я поморщился.

Ложку дёгтя поверх бочки с ним же внесли уровни болевых змей. Похоже, Мельхиор считал этих существ очень слабыми. Впрочем, другие хищники Переплёта были получше, и в большинстве своём представляли просто сильных существ.

Лишние сутки пришлось провести здесь из-за вынужденного привала на восстановление укушенных. Ещё сутки на путь по переплетению тоннелей.

Название место получило не зря — куски пещеры здесь перемежались с останками руин, настолько древних и огромных, что я заподозрил что всё это место раньше было подземными городом. Но так давно, что даже сказать, кто его построил, было уже невозможно.

К выходу из Подземья на Поверхность мы пришли к раннему утру, хотя я почему-то упорно думал, что над нами вечер. Впереди виднелись зелёные леса и травянистые заросли, густой кустарник и прочая растительность.

После биолюминесцентного разнообразия красок пещеры зелень смотрелась экзотично. Но деревья здесь если и были чем-то особенным, внешне это был просто смешанный лес, разве что чуть выше и масштабней чем в заповедниках бывшего мира-темницы.

Здесь нас ждала страшная засада из местного гоблинского племени. Она стала лёгкой разминкой с утра за чашечкой кофе. Зелёномордые очень быстро бросились бежать, когда поняли что разрыв в силе для них катастрофичен.

К полудню мы вышли на высокий холм, с которого открывался вид на долину. Земли были почти необитаемы — самая окраина тех мест, где жили местные и оставшиеся здесь навсегда игроки.

Единственным островком цивилизации был Васт — крохотная крепость, вокруг которой собралась стихийная деревенька лесорубов. Туда мы и держали путь. К концу этого, максимум следующим днём, мы должны будем взять её под свой контроль и начать строительство башни мага.

3. Темный союз

— Жители Васта! — обратился я с трибуны на площади небольшого лесного посёлка тысяч на восемь жителей, реально заселённого где-то наполовину. — Моё имя — Синаэль тар Мантикор. Тот, кто слышал Пророчество о Падении Зла! Я — голос Трибунала. Судилища, в котором неназываемое зло будет навеки извергнуто в своё измерение!

Я обвёл взглядом толпу и чуть улыбнулся.

Мой ход, А̥͑͜л̃̓҉̛̱̯ѝͫ̔͏̷͕͇͉́и̿ͣ̍̂̈҉̢͏͔͙̖̩̥̀̕сͯͣ̽̃͌̇͜҉̷̖̫̗̠̳̪͞͞͝а̡̡̡̡̧͖͎̞̠͓̯̣̮̝̱͕̭͐͋̅̐ͯ̾̿̂̈́ͧ̐ͯ͋̈́̕͘͢͞͠͝͡͠͡ͅͅ ̸̢̦̦̞̪̲̗̂̐̂̾͛̅́̀͝͠ ͓̙̮̖͚̀ͪ̆͐̇́́̕͘͟ ͉̯͇͊̑͑̀͝͝ ̢̡̥̬͒̿ ̡̘̾

— Нет слишком большой цены и нет слишком ценной крови, — продолжил я — Так говорил орден Тиши безумного лиса, основанный Тефнут. Мы же говорим иначе — нет смерти в пути Трибунала. Мой первый постулат: я запрещаю вам умирать. Суд Трибунала начинается и не окончится, покуда зло не будет низвергнуто.

Я с силой ударил посохом, и за моей спиной, перед ратушой, из земли собрались статуи Дафны и Нефтис, между которыми значилась буква «Т», с горящим по центру кошачьим глазом.

Послышались испуганные возгласы в толпе, и сверху спикировала, встав по КАКУЮ-ТО руку от меня,Хозяйка Мрака. Легендарный персонаж не только по статусу в инфо, но и как символ для игроков. Один из самых известных боссов-стражей, не позволяющих игрокам войти в Подземье.

— Вы все — первые свидетели крестового похода против всего зла мира! — продолжил я. — Никому не избежать Трибунала, даже безумному богу! Так говорит Пророчество! Живите и молитесь за нас, и однажды мы изгоним безумного бога из этого мира! Или живите и помогите нам исцелить мир от скверны!

Снова шум. Редкие жидкие хлопки, словно нехотя разгоравшееся пламя прошлись по толпе. Вскоре к ним присоеденились другие, и наконец это стало больше походить на успешное выступление.

«- Плети клубок, словно собираешь снежный ком, пушистик. Пророчество — это больше чем простые слова. Это ожившая в сердцах идея…» — сказала мне моя новая наставница ещё перед входом в город.

Сейчас она молчала, но и одного её присутствия было достаточно, чтобы игроки прониклись. Ко всему прочему, старушка была самым высокоуровневым боссом на континенте. На счёт этого они, конечно же, сильно заблуждались. Мой собственный уровень уже был выше, чем у неё, а уж зная, что ещё обитает в Подземье…

В любом случае, никакого пророчества ещё не существовало. Но очень скоро оно зародится само собой. Именно это мне и хотела сказать ведьма. Сказка должна родиться сама… Но я ей должен в этом помочь.

* * *

— Ебт, это чё, Баба Яга? Та самая? Да ну нахер!

— Ты лучше на того белого котика посмотри. Тысячный уровень! Он чё, полубог какой-то?

— Очередной непись из эндгейма, до которого мы не успели дойти.

— Да это-то понятно. Я скорее о том, лучше ли это в сравнении с Тишью и поехавшими энигмовцами?

— Ну, вроде грабить и насиловать они никого не собираются, уже лучше, чем «Коршуны Арчи». А вот насчёт рабства вопросы.

— Слышал, чё он сказал? Запрещает умирать?

— Магический мир, хули…

— Не хотел бы я оказаться в вечном рабстве у спятивших неписей…

— Надо было всё же пытаться драпать! Что там по лору полагается, в царство Мортис?

— Может, Саныч был прав, и смерть тут переносит тебя в реальность.

— Эй, ребят, зырьте на того чувака. У него что, калаш? Серьёзнно?

— Наверное, пасхалка от админов. Лол, мемно выглядит.

— Посмеялся бы вместе с тобой, да нам тут жить ещё…

— Храни меня Рассвет… это же мантия инквизитора тари! — лавочник-полукровка, в котором была капля крови волков амуанити, крепко сжал руку маленького сына.

— Разве это не хорошо, папа? Ты же говорил, что мама сможет наконец выбраться из подвала… Тари ведь не забирают женщин?

— Я не знаю, сынок… — на лице лавочника был страх, смешанный с удивлением. — Как бы не оказалось, что эти будут забирать всех…

— Это облик богини Покоя. Старшей и из дочерей Смерти, — указала старуха из цветочной лавки по соседству с полукровками. — Видела в книжке. Значит, и они туда ж, куда средняя сестра подалась, в мстители.

— Марья, вы ведь чуете его ауру? Они пустотники… они питаются душами. А объявлять войну богу-чудовищу…

— На нём мантия инквизитора, — пожала плечами старуха. — Такие во времена тари, да и у ваших предков, охотились на одержимых. Может, у них там с этим не так строго, как у Тиши?

— Пап, пап, так они хорошие или плохие? — настаивал маленький полукровка.

— Я не знаю, сынок… этот мир обезумел… я уже ничего не знаю.

— Это… Механический Филин?

— Я слышал о ней. Она вроде один из топовых игроков на фронтире Мельхиора, да?

— Только она вроде бы пропала уже с пару лет как… в смысле, не играет?

— Почем тебе знать, что не играет? Вот, какой-то квест сдаёт с неписями.

— Неписи конечно писец. Ты когда-нибудь слышал о тысячном уровне? И что за Трибунал?

— Мы так-то и десятой части контента Мельхоты не знаем. Помнишь Кела? Тоже изучал лор, бегал по квестам, и вон теперь где.

— Келемвор конечно легенда, но Филин в своё время была ещё круче.

— Конечно, баба же!

— Да не, класс у неё располагает больше. Она всё на стелсе и хитрости делала. Со стороны смотреть интересней, чем на тупой махач.

— Ага, так я тебе и поверил!

— Да я вообще не о том, блин! Говорю, квесты надо было по фракциям неписей брать, а не вписываться в разборки кланов.

— Ну так то ПВП всяко интересней ПВЕ. Да и сюжетка отстой, всё про разрушенные империи да вымирающих зверян.

— Не таких уж и вымирающих, судя по этому кошаку с тысячным уровнем.

— Вы не туда смотрите, — окликнул двоих друзей третий.

— В плане?

— В прошлое, — пояснил он. — А надо в будущее.

— Говорил я, что статы на мозги влияют, — буркнул один из игроков.

Но третий лишь отмахнулся.

— Если Филин из наших, то может, эти хоть будут адекватны. Не всё ж нечисть и психи…

— Сраный сервер, — мрачно вставил другой. — Вот почему мы не на Лемурии играли? Хардкор, говоришь, робинзонада колонизации нового мира…

— Тише, братан, тише. Помнишь бирюзововолосых с их царём? Может эти тоже могут слышать на другом конце города любой чих.

— Тари слышат ваши эмоции, — послышался женский голос.

К компании подошла девушка, семенившая за третим игроком из команды. Она была сенсором группы, и вдобавок единственная в пати хоть немного разбиралась в местных легендах. Со времён того, как они все застряли в игре, её знания уже несколько раз спасали им жизнь, так что к девушке прислушивались.

— И их лидер — пустотник. У меня от его ауры чуть паника не началась. И Филин — тоже с этой треклятой стихией. Так что как бы она вас самих…

* * *

После короткого выступления я ещё с глазу на глаз переговорил с теми из местных и игроков, которые пожелали к нам присоединиться сразу же. Понятно, что не воспылав верой, а скорее пожелавшие оказаться поближе к власти в городе. Кто-то, чтобы защитить себя, кто-то город, кто-то, чтобы успеть урвать свой кусок в новой фракции на Поверхности.

Все подробности своих задумок сейчас раскрывать для них времени не было — гораздо важней была встреча с представителями альянса кланов, которые пока ещё формально соблюдали нейтралитет.

К сожалению, пустота нейтралитеты не принимала, потому для них мы наверное были надеждой. Хотя они о нас знали ещё меньше, чем мы о них.

Сперва предстояло переговорить с ними, и уже затем продолжать разбираться с Вастом.

Город был мне нужен как перевалочный пункт и транспортная развязка. Сейчас он был полупустым, множество зданий просто были брошены. А у нас в долине уже пришлось первые высотки строить. Вербовка с Земли сильно опережала темпы строительства.

Потому моим единственным пока что приказом для собравшегося стихийного совета оставшихся горожан и игроков, был просто собирать все необходимое для строителсьва башни, выдать всю информацию по каменным карьерам и прочее. Все обьяснения будут уже потом, когда я вернусь.

Когда башня мага будет готова, попробую организовать грузовой портал на Землю и привезти сюда строительную технику. Тогда можно будет быстро расширить город и повысить темпы вербовки землян.

Думая обо всём этом, я смотрел сквозь собравшихся людей, по большей части застрявших в игре игроков. Неписей в городке осталось не так много. Местные хозяева, какой-то мелкий клан, решили, оставшись тут, поиграть в диктатуру.

Местным это не понравилось, но вскоре они оказались в рабстве. Конечно, не у всех, но у князьков из клана. Многие другие, впрочем, не гнушались и сами творить что вздумается. Хотя было и полно просто застрявших здесь игроков, вынужденных мириться с местной властью.

Клановые сами отправили к нам разведку. Мы разведку перехватили, поговорили по душам, просто честно описав расклад, и отпустили обратно.

Вскоре подавляющего большинства клановых здесь не было. Если точнее, всех, у кого были маунты. То есть ездовые твари всех видов. Ну или самые отчаявшиеся скороходы, которые понимали, что если идут местные, то они могут встать на сторону местных и всё припомнить.

Таким образом, второй отряд, который мы приняли в гости — были насмерть перепуганные игроки количеством две штуки и старик из местных, кто-то из квестовых неписей, которых пощадили клановые. Вроде, какой-то советник, бывший в юности кузнецом и ставший им вновь при новом режиме.

Собственно, старший по уровню игрок, какой-то Витар, надеющийся быть полезным новой власти. Его спутником был низкоуровневый маг, которого как я понял, взяли за то, что он немного знал местный лор.

Лишних вопросов не возникло. Треть жителей — игроки, которые боялись линчевания толпой, треть — застрявшие в этих краях игроки-одиночки, часть из которых даже разделила рабскую участь местных. Это сыграло решающую роль в этом странном союзе.

И брошенные своими клановые, и местные, и игроки, понимали что угодили в одну жопу и выбираться из неё лучше вместе.

Вопрос о сопротивлении не стоял. Он даже с топовыми игроками того мелкого клана не особо стоял бы, а здесь и подавно.

Затем город познал вторую волну беглецов — тех, кто были готовы бежать как угодно перед лицом неизвестных высокоуровневых неписей. И вот впереди по обе стороны от дороги я видел тех неудачников, которым бежать было некуда и не на чём.

Не то, чтобы мы окружали Васт или гонялись за кем-то — город был самым западным обитаемым поселением, если не считать пары совсем забитых хуторов, где игроки бывали раз в полгода по квесту.

Бежать отсюда — значит или иметь способ быстрого передвижения, или быть готовым несколько дней подряд выживать в лесу, отбиваясь от монстров. В отличии от первых игр, где вся суть была в прокачке, сейчас многие ходили в виртуал чтобы… просто жить, не видя серые стены ячейки с химической едой, да и просто оттянуть время до ненавистной работы.

Так что застрявших в городе оказалось больше, чем я рассчитывал.

По итогу вся затея с захватом города решилась сама собой, просто благодаря страху ещё до нашего реального появления.

Впрочем, с другими поселениями так просто не будет. Здесь такая ситуация сложилась лишь из-за удалённости места от популярных игровых зон.

— Интересно, на месте ли ещё тот трактир, в котором я пила за удачу перед попыткой прорваться в Подземье.

— Тебе лишь бы бухать, — отмахнулся Терми.

— Как вернёмся — трактиры и всё остальное, — отмахнулся я. — Сначала работа… хотя… не думаю что встреча с каким-то кланом игроков требует присутствия верхушки башни Терний.

— А знаешь… — задумалась Филин. — Ты прав. Прямо сейчас пойду и развлекусь как-нибудь, хоть бы и в тот же трактир. Кто со мной?

От группы отделилась ещё несколько разумных вместе с Фил, и они свернули на соседнюю улицу. Перед нами же вскоре появились восточные ворота города.

— Крупнейший город в этом регионе — Порт Мару. Пр идее тарийский, но там с начала игры живут люди.

— Это он принадлежит тому клану?

— Да, третьи в рейтинге кланов игроков. Первые — Энигма. Это с ними мы встретились у храма в Клинковой Роще. Они держат власть над большей частью континента. И они же присягнули на верность сам знаешь кому. Вторые — в союзе с неписями. Баланс кланов на сервере только начинал устаканиваться, когда всё началось.

— Странно слышать от тебя слово «непись», — заметил я. — Ты ведь для них тоже такой же.

— Так от них и набрался, — улыбнулся парень, ничуть не смутившись.

— Они не поклоняются пустоте? С ними пытались связаться?

— Нет, но есть основания полагать, что они с Тишью. От нас к их землям слишком далеко, и через необитаемые леса. Как по мне — они нам сейчас не нужны.

— Да лишь бы мы им не стали нужны для удара в спину.

— Мы их заметим раньше, — пообещал Лесат. — Специфика местности. Слишком долго нужно будет идти незамеченными.

Поверхность Мельхиора была особым сервером для избранных хардкорщиков, готовых потерять аккаунт из-за багов и остаться без поддержки администрации, ради впечатлений первооткрывателя. Это был своего рода полузакрытый бета-тест, куда попадали за особые заслуги, особый донат и порой — просто за очень большое желание. Первые добровольно решившие присоединиться к Трибуналу игроки говорили, что таких квестов было даже не так и мало, как раз для любителей экстрима.

Наверное, сейчас многие жалеют, что пошли сюда, а не в какой-нибудь уютный мир бытового фентези. Официально такого не было, но на Лемурии вроде как к тому всё шло — подавляющее число игроков там вообще воспитывало виртуальные семьи.

— Тогда вышли разведку. В местной ратуше или библиотеке должны быть старые карты этих земель. Гарантировано должны быть и заброшенные шахты с гоблинами, и башни с призраками, и вымершие сёла. Организуй народ пройти всё это и что можно — использовать для дела.

— Ага, как вернёмся, — кивнул друг.

Дорога от Васта шла ещё двое с половиной суток, но у нас были способы ускорить процесс магией и волшебными существами Подземья.

С наступлением вечера над нами вновь появилась фигура Хозяйки. Она не любила появляться под солнцем и не жаловала яркий свет. На площади она появилась лишь по моей просьбе. На переговорах она была нужна с той же целью — как один из сильнейших известных рейдовых боссов, которого ещё никому из игроков не удавалось пройти.

Собственно, уровни лидерского состава и были главным аргументом на любых переговорах. Количеством последователей мы пока что сильно уступали. Чтобы обучить новых магов до уровня старших учеников, то есть к сотым-двухсотым уровням, требуется куда больше времени, чем у нас было.

Встреча была у стен городка Лихолесья. Он находился на пересечении дорог к Васту, порту Мару, какому-то ещё крупному городу к северу, и тропы через горы. За ними уже были те земли где сейчас правил второй по силе клан.

Сам городок некогда был относительно оживлённым для этих пустынных мест, но недавних событий он не пережил. Скорее всего, что-то не поделил с одним из бандитских кланов.

Глянув на время через инфо, я перевёл взгляд на деревянную крепость.

Над брошенным частоколом реял красно-коричневый флаг с гербом в виде какого-то жутковатого символа из треугольника с пятеркой глаз. Сразу видно — старались игроки, а не местные.

«Адские крысы» — так назывался клан. Его так назвала в честь себя игрок с ником Лилит. И до слияния миров они были по большей части наёмниками. Теперь же этот клан собрал вокруг себя тех, кто не спешил переходить на сторону Тиши или безумного бога.

Ничего особенного от этой встречи я не ждал, предполагая увидеть перепуганных до полусмерти игроков, готовых заключить союз хоть с самим дьяволом. Видать уже успели насмотреться на методы тех и других.

Однако увиденное меня удивило.

Лилит, лидер клана «Адские крысы», герцог 606 уровня.

Высокая девушка с короткими белыми волосами была одета в сет легендарных артефактов, и эмпатия не уловила от неё ни капли страха. Как и её замы, с восхищением глядящие на своего лидера едва ли не истекая слюной.

С ними были ещё трое — представители кланов поменьше. И вот те — боялись. Правда, не нас, а своего лидера.

Интересный расклад, который всем своим видом говорил, что союзник к нам пришёл не как отчаянный проситель, а как равный партнёр.

И пусть в качестве, по уровням, они нам уступали, количество сильно меняло дело. Высокоуровневых игроков было здесь более чем достаточно.

4. Башня Васта

— Мастер Синаэль, владыка подземного мира, — глубоким чарующим голосом произнесла эффектная высокая девушка с идеальной фигурой и короткими белыми волосами, над которыми располагались закрученные чёрные рожки демона.

Вернее, тифлинга. Демонического полукровки.

По лору мира они были почти людьми, с некоторыми склонностями от предка-демона, но не более. В целом, раса не должна слишком сильно влиять на её мышление как игрока.

Свои слова девушка сопроводила церемониальным уважительным поклоном, чего мождно было ожидать скорее от непися, чем от одного из топовых игроков.

— Вам наврали. Королём Подземья называет себя Лииндарк Многоцветный. Что вам ещё говорили о нас и кто?

— Мастер Лесат. Мастер Энкейл.

Энкейл? Он-то тут что забыл?

— Что говорил Энкейл?

— Не так быстро, котик, это не допрос, — улыбнулась полудемон.

— Я просто хочу понимать степень вашего заблуждения относительно меня и моих возможностей. От этого зависит то, как мы будем общаться дальше.

— Что ж, давайте начистоту без лишней патетики, мастер Синаэль. Я ничего о вас не знаю, лишь о том, что у вас своя академия магии где-то под землёй. И видела ваши… видела вашу силу. Мои враги обзавелись дружбой с этим вашим королём и держат треть континента благодаря неписям, появившимся хрен пойми откуда. А другие — заключили союз с местным главным злом. И я знаю, что вам что-то нужно здесь. Что-то, что нельзя получить через короля или главного злодея. Пока всё так?

Я кивнул.

— Вы последними выбрались сюда и по каким-то причинам не можете или не хотите заключать союз с другими силами. Следовательно, — девушка покрутила пальцем. — У вас нет потенциальных союзников здесь, кроме нас. Я нахожусь в такой же ситуации. И вот мы здесь. Возможно, наши интересы будут хотя бы не противоречить друг другу. Остальное… как-нибудь переживём.

— Прямолинейность похвальна — сказал я. — Каковы ваши цели?

— О, небольшого королевства будет достаточно. На треть континента, можно сказать почти в нынешних его границах. От берегов бесконечного леса до северных и восточных рукавов Златогорья.

Я прикинул по карте. Игровая часть Мельхиора ограничивалась континентом, который располагался на экваторе планеты в узкой обитаемой зоне. Боее восьмидесяти процентов поверхности были покрыты ледником, так что этот континент был практически всем что известно игрокам.

Что находится на экваторе в других частях планеты — большой вопрос, но какие-то острова есть точно, так что самые умные наверное уже направили туда свои корабли. В условиях игры это была бессмысленная условность а сейчас — прекрасная реальность.

— Впрочем, если в планах стоит повоевать, то я не против расширения. Вижу, у вас мантия инквизитора тари. Будем искоренять ересь? Ах да, вспомнила… — рогатая девушка засветилась и провела языком по зубам, после чего расплылась в улыбке. — Кажется, знаю. Было у Смерти, владычицы Мельхиора три дочери. Старшую звали Нефтис, владыкой Покоя. Среднюю Тефнут, владыка смертной Тиши, которая сейчас спелась со зверянами… И третья, младшенькая Ал…

— Молчи! — одёрнул я её. Вернее, она запнулась за миг до того, как я её остановил. Она знала, что я так отреагирую. Опасный противник. Хорошо, что реальной власти у неё немного, и крохотное королевство альянса кланов просто поделят две другие фракции.

— Значит, ты тоже веришь, что её имя призывает беду?

— Её имя искажает истину, — поморщился я. — И оно действительно имеет силу. Если мы сотрудничаем, то здесь будет первый принципиальный пункт. Любое поклонение и любая связь с культом этой… системной ошибки, будет караться. В этом мы солидарны с орденом Тиши.

Есть! Эмпатия уловила её удивление и интерес. Слов о системной ошибке она не ждала от непися. Хочешь управлять противником — удивляй его!

— Системной… ошибки, так вы сказали, мастер Синаэль?

— Совершенно верно. Как вы сказали, было у Мортис три дочери. И как вы поняли, я несу слово её старшей дочери. В глобальном вопросе мы солидарны с вашими северными соседями. Пустота должна быть изгнана любой ценой.

Здесь демонесса помрачнела. Скорее всего подумала, что ввязалась в религиозный культ фанатиков.

— Однако… Мы не разделяем методы Тиши и придерживаемся здравой логики, потому пытаемся установить суть этого явления, в том числе через средства мира старшего порядка, системным методом.

— Системным? Вы… понимаете, что этот мир — игра? — опешила Лилит.

— Нет. Это вы не понимаете, что он больше ею не является. Я могу свободно открывать портал в ваш родной мир, Лилит. Не желаете проведать близких?

Девушка побледнела. Похоже, одна из тех, кого, даже не смотря на сложный сервер, новая жизнь обрадовала.

— Н-нет, спасибо…

— Зря. Ваш мир освобождён от власти корпораций и правительств. Ваши соотечественники пополняют ряды Трибунала, а ваши учёные сотрудничают с нами, чтобы уничтожить общую проблему и начать наконец нормально жить в новом мире.

— Лилит, мы должны… — начал было один из спутников девушки. но осёкся под её тядёлым взглядом и потупился в пол.

Я окинул эмпатией игроков.

Да! Они мои! Если раньше эмоционадльный фон относительно меня был нейтральным, и основные мысли были лишь о том, как бы не впасть в немилость к беловолосой, то теперь они смотрели на меня, как на надежду!

Создавалось впечатление, что я первая адекватная сила на всём континенте, да ещё и новости о Земле… нет, им большинство не поверило.

— Вы сказали, что можете открывать порталы… в мой мир? — уточнила она.

— И открою в ближайшем крупном городе с башней магов. Это единственное условие для открытия врат. У вас есть такая?

Разумеется, она у них была, и наверняка не одна, а хоть штуки три. Треть континента всё-таки, одна из игровых зон. Как минимум по одной в каждой столице княжеств, которых там было… не помню, в такие детали я не вдавался.

— Да, есть, мы проводим вас до города.

— Не нужно, мы уже строим свою. Потом соединим в портальную сеть. Сможем перебрасывать силы в случае нужды. Как насчёт увеличения численности населения?

— О каком количестве идёт речь?

— В вашем мире многие хотели бы сюда попасть. На Земле сейчас не безопасно.

— Ещё вопрос. Оружие, которое у вашего спутника…

— Да, из вашего мира. Вам оно ни к чему. У нас есть люди с опытом обращения с ним.

— У нас тоже есть такие! — возразила тифлинг.

Она всё ещё торгуется? Ну, не зря она и её альянс держались против пустотников и Тиши. Хотя скорее всего, потому и держались, что эти две фракции были заняты друг другом и едва ли принимали альянс кланов в расчёт.

— Хорошо, это решаемый вопрос. Кто правит Поверхностью меня мало волнует. Да и Подземьем — тоже. Я… — я задумался, подбирая нужный образ. — … моя задача в том, чтобы этот мир просто не угробили. Мне плевать, кто им правит, если это не пустота. В противном случае не будет существовать ни нас, ни вас, ни Тиши.

— Я слышала, что она бессмертна. Есть конкретный план?

— Есть пророчество о том, что безумный бог падёт от руки идущего под знаменем другой дочери героя, — сформулировал я ещё одну версию.

Фраза звучала максимально нейтрально, так чтобы новое пророчество подходило любому служителю Трибунала или Тиши. Пусть все стараются. Хотя в будущем, по словам Хозяйки Мрака, оно само обрастёт нужными подробностями.

— Кто кричит чаще и громче всех о своих планах, тот часто их проваливает. Тайна должна быть окутана ореолом тайны, а не быть лозунгом в пропаганде. Важно зацепить их сердца и умы, а не внушить свои мысли. Позволь всему идти просто. — так она говорила ещё перед входом в Васт.

Сейчас меня услышали эти лидеры кланов, и они наверняка не будут держать язык за зубами. Где-то случится утечка, затем она окажется в кабацких сплетнях, и там предсказание будет зреть.

Лишь бы только хватило времени мне самому до этого момента продержаться.

Можно было забросить в легенду что-то о том, что случится это должно до того как первый жрец Покоя сойдёт с ума, но чем больше условий, тем меньше шанс успеха. От меня здесь вообще должен быть минимум — только толчок. А там повезёт — и легенда сама меня выберет как вершителя. Но это уже не так важно.

— Значит, очередная легенда, что добро победит, — странно усмехнулась Лилит. — Как же много скрытого контента мы не успели найти до того, как всё началось… Если другие сервера тоже застряли, там уже давно есть гайд на любую пылинку, и всем правят топовые кланы!

— Пустота придёт и туда, в этом можете не сомневаться.

— Но силы добра ведь всё равно победят, раз так предсказано? — обезоруживающе улыбнулась тифлинг.

Каверзный вопрос.

— Конечно. Но пророчество не свершится без героев. Возможно, этим героем будете вы, или кто-то из ваших подданных, — ответ у меня был в духе образцового непися.

Пророчеству плевать было как свершаться, оно будет идти по пути наименьшего сопротивления, если окрепнет. А тогда, если паравоз разогнан, остановить его будет уже очень непросто. Будет нужен герой — оно само его найдёт, даже если герой будет против.

Все наши с Лаской попытки идти против пророчества по итогу пошли котам под хвост.

На этом наши переговоры были окончены. Их итогами я был доволен — союзник убеждён, что мы намного могущественнее чем они думали. Спокойствие и уверенность покоряют сердца. Ещё бы такое спокойствие мне иметь на самом деле…

Отойдя от орденских я едва дождался, чтобы выпить зелье покоя.

Стало заметно легче.

В качестве жеста доброй воли альянс кланов передал мне карту расположения их войск, сеть защитных укреплений с отметками городов и экономически важных объектов. Плюс отметки с перезапускаемыми данжами и области обитания всевозможных существ.

Это было с их стороны символом доверия к нам. Если бы я оказался на стороне их врагов, одной этой информации уже бы хватило чтобы к чертям разнести их оборону.

Но я предавать никого не собирался. Нам нужны и города, и верующие.

Большинство городов Поверхности были или руинами, или вымирающими городками под властью последнего лисьего императора, известного своей слабостью. Большая часть континента пребывала в руинах седой старины — следствие истории очень древнего мира. Или скорее, специальная подводка к приключениям о покорении постапокалиптического фентези. Дух робинзонады и развития в сложном мире…

— Видел, как они пялились на автомат? — не удержался Лесат.

— Видел, — устало ответил я, массируя виски. — Знали бы они, насколько они бесполезны перед регенерацией.

— Не так уж и бесполезны, — улыбнулся друг. — Один умелец из людей Айзека придумал как на лазерном гравере покрывать пули миллиметровыми письменами рун. Поверь, Син, за сплавом технологий с магией будущее.

— Я и не сомневался никогда, — отмахнулся я, думая о том как великий Ректор, он же по-сути мощная нейросеть, отыгрывающая древнего иллитида, нагнула всё человечество.

— Что-то я слишком часто о них слышу.

— Ну, сам Айзек оружие принципиально не делает, но у него много крутых ребят работает. Всё на благо дела. Смотри:

Лесат вскинул автомат и одиночной пулей попал в крючковатое дерево. Послышался хлопок активации и я ощутил холодок — руны были криомантскмми, и попадание заморозило ствол и часть веток.

— Неплохо! — одобрил я. — Пусть и для меня личное оружие сделает, а то не солидно как-то.

Вот игровые условности и начали отступать под суровой реальностью Лазерная гравировка может сделать то, на что у мага-ритуалиста со специализацией рунического ювелира, ушло бы с неделю работы.

Магия вопрос противостояния другой магии закрывала. Если есть такое, значит скоро будут и пули с антимагией и разными стихийными эффектами, вплоть до некромантских.

Васт поднял первую башню магов спустя мучительные пять дней. Крохотный городок не имел ресурсов для её возведения практически никаких, равно как и почти не имел нужных для этого специалистов.

Для этого из долины Терний были организованы первые постоянные караваны. Союз с Хозяйкой сделал переходы в тех краях почти безопасными, а дальше пришлось запускать постоянные рейды для фарма высокоуровневых монстров. Держать путь вручную пока что было сподручнее, но в будущем нужно будет подумать, как сделать маршрут безопасным и без кучи народу.

В долину же многие материалы поступали прямиком с Земли.

Наверху на строительство собирали всех, кто только мог хоть чем-то мог помочь. Платили за работу едой, но никто не жаловался — она сейчас была ценнее любой валюты.

Каждый день отправлялось минимум по два-три каравана гружённых стройматериалами телег в компании идущих пешком рабочих под прикрытием учеников академии.

Дня с четвёртого удалось начать переводить караваны на грузовики и машины. Топливо доставляли тоже с Земли, что было очень неудобно. В будущем Айзек обещал предоставить двигатель на основе магии и алхимии Мельхиора, но такие поступят к нам на службу ещё о-очень не скоро.

К концу пятого дня в Васте с новой башенки был открыт первый грузовой портал. Машины уже успели взбудоражить местных и игроков, но это было лишь начало грандиозных планов.

Из порталов появилась тяжёлая строительная техника и новые бригады рабочих, нанятых на Земле.

Местные с ужасом взирали на громадные механизмы и рои строительных дронов. С этого момента изменения в Васте стали разрастаться в геометрической прогрессии. Часть домов перестраивалась, часть сносилась. Появилось несколько высотных зданий, а основу города теперь состовляли пятиэтажки.

Земные архитекторы с мельхиорскими заранее приготовили планы работ. Предполагалось провести во все дома удобства, к каким привыкли земляне. Да и местные тоже заодно пусть радуются.

Времени им, по их словам, дали ничтожно мало, но даже просто постройка домов и поддержка коммуникаций для них — уже хорошо. Вопросами глобальной экономики я пока не задавался — тяжело было надолго удерживать мысли о чём-то не связанном напрямую с моей целью.

Если пули с ритуалистикой докажут свою эффективность, наверное понадобятся заводы по их производству, и лазерная гравировка промышленных масштабов. Может, проще будет делать их уже на Земле, и доставлять порталами? Тогда нужно строить что-то для сбора маны. Как минимум, посвятить местные реки и озёра Дафне.

Хотя, мана нам тоже нужна и не только ради порталов, так что лучше всё таки отстроить тут, и попробовать отливать сразу с рунами. Надо пробовать… а ещё лучше делегировать эти задачи кому-то ещё.

Я тяжело вздохнул, глядя на планы построек и предложения относительно развития города. Вздохнул и потянулся в инвентарь к зелью Покоя. Но вместо него рука наткнулась на что-то пушистое.

— Есть новости, Синаэль, — произнёс многоголосый шёпот Подвального.

— Надеюсь, хорошие? — спросил я, ожидая очередной подставы.

— Сам-то как думаешь? — с ехидной усмешной переспросил кот, прыгнул на ворох бумаг и уселся прямо по центру стола. — Ага, вижу по твоему лицу, что думаешь ты правильно.

— Не тяни сородичей за интимные места. Что случилось?

5. Небо Поверхности

— Думаю, у меня есть чем тебя заинтересовать. Знаешь, с основанием этого культа у меня становится больше моогущества. Ещё немного и я смогу называть себя младшим богом.

— И?

— Мы с Дафной следили за мирами и слоями измерений. И заметили много интересного. Пустота распространяется по всем, будто волна. Она захватывает мир, паразитируя на его легендах, как это было здесь, собирает жатву из страха и других негативных чувств и уходит дальше.

— Всё ещё не понял, чему здесь радоваться.

— Помнишь, как было в Мельхиоре? Она возродится, чтобы собрать свою жатву и вновь уйти в спячку, пожирая чужие судьбы. Никогда она не уничтожала Мельхиор подчистую, но этого хватало чтобы загнать всех в тупик. Местные стихии вытесняют её.

— Вытесняют — имеешь ввиду изгоняют из мира? — удивился я. — То есть проблема пустоты разрешится просто сама собой?

Под конец я уже не скрывал иронию.

— Мряф! Нет! Я о том, что она физически её вытесняет. Уже в течении одной жизни. Вопрос лишь в том, чтобы это влияние было и в достаточном количестве. И было передано доступным душе способом.

— Предлагаешь просить народ в храмах молиться за ментальное здоровье верховного жреца?

— Ну, на самом деле это могло бы сработать, если молитва будет добровольной. В общем-то это именно так и работает, между нами-полубогами говоря.

— Погоди, то есть как это? — я вспомнил как сам думал о принципах божественности. — Всё настолько просто?

— Большая личная сила плюс последователи, — пожал плечами Подвальный. — Сейчас… ты как, в себе сейчас?

— Да, зелья, лекарства и медитации, плюс очень много амулетов на волю.

— Смотри не перестарайся, приятель. Сильный перекос характеристик это всегда не к добру. Но в общем, вот…

Меня коснулась лапа фамильяра. Я инстинктивно моргнул и открыл глаза уже в небольшом погребе. Пахло сыростью, по ржавой лестнице наверх ползали слизни. В деревянных коробах лежала… картошка?

На деревянных полках банки с консервацией. Помидоры, огурцы, кабачки…

Низкий потолок чуть выше двух метров, да и само помещение метра в два с лишним.

Мелькнуло узнавание. Погреб из моего детства! Уже с трудом помню те времена, когда у людей погреба были!

На душе стало как-то чуть теплее. Едва ли не впервые с того момента, как на меня обрушилось проклятие.

— Ощутил? — улыбнулся кот. — Между прочим, это правило не мельхиора. Здесь богов назначали админы по специально отобранным архетипам. Все прочие — просто очень сильные маги. Но здесь есть вера, которая полностью её заменяет. Она более чем материальна, мой друг. Говоря понятным тебе языком, вера имеет обменный курс с маной.

— А зачем мы в моём подвале из детства?

— Это осколок моего собственного астрального мира, Син! Не смотри, что он маленький, скоро я такие подвалы из воспоминаний и снов буду строить, что годами странствовать можно! По божественной терминологии Мельхиора это значит, что я уже не просто астральный зверь, а малый подвальный бог.

— Если у тебя есть внутренний мир, значит ты бог?

— Если захочешь, чтобы тебя канонизировали как святого мученика и молились, проси у Дафны. У меня в церкви и так процент безбожно маленький! А ведь я идейный вдохновитель всего этого, как-никак! Мряф! Или у твоего осколка богини — зачем ей вообще мана, она же овощ?

— А возрождать мёртвых ты сам будешь?

— Всё, молчу, уделал. Просто интересно, что это за божество выйдет. У тебя три осколка, верно? Остальные ты не собирал? Сколько их вообще? По идее намного больше, иначе овощем бы она у нас не была.

— Она не овощ, — немного обиделся я за своего покровителя. — У неё это не так работает.

— А как? — навострил уши Подвальный.

— Она спит большую часть времени, — сказал я. — Не тупит или что-то такое. Просто спит. Затем иногда просыпается, вполне вменяемо делает пару каки-нибудь дел, и снова в спячку. Так что она просто много спит.

— Богиня сонной смерти, — усмехнулся кот.

— Не подходит, Селена не поймёт, — чуть улыбнулся я.

— И что за дела она делает?

— Пытается решать вопросы верующих.

— Как?

— Как может, со всей своей силой старшей дочери Смерти, владыки Покоя. Утешает, исцеляет, возрождает…

— Случайных верующих?

— Да. Я понимаю, к чему твой вопрос. Младшая сестра воплощение зла, а средняя сестра помешана на мести с самым радикальным культом против неё.

— И там и там кровь тари сработала как некая форма помешательства, очень искажённую холодной навской кровью эмпатию. Это единственная слабость вашей генетической ветви моего вида. У младшей это проявилось в желании чувств, на которые она неспособна. Вечный неутоляемый голод. Тефнут как извечный враг пустоты родилась после предательства сестры…

— Думаю, у Нефтис тоже он есть, но другой. — кивнул я.

— Очень интересно, — улыбнулся кот.

— Жалость и сопереживание. Она не выносит чужую боль, входит в положение каждого и потому не способна никого осуждать или желать зла.

— Это то, что у неё проявляется чрезмерно? Как мания? Аналогично сёстрам? — забросал меня вопросами Подвальный. — Это же может стать проблемой?

Скрывать это было бессмысленно. Достаточно найти несколько человек, кому она уже помогала.

— Да, возможно. Но скорее по причине того, что придётся вытаскивать откуда-то её саму. Всё пытается выложиться на полную каждый раз, сопереживает каждому больше чем себе. Тоже, полагаю, черезмерно.

— Тогда не удивительно, что она погибла первой.

— Будто эмпатию выбросили наружу, чтобы она ощущала боль вообще всех вокруг, — продолжил я мысль.

— Погоди-ка, теперь, когда ты об этом так говоришь… у нас на руках получается ешё одно безумное божество? — насторожился Подвальный.

— В каком-то роде да. А ты как хотел? Только пока слишком сонное, чтобы делать что-то сложнее разрешения кухонных ссор или исцеления алкоголизма.

— Слушай, Син… мне чисто любопытно, ты же в курсе, что у вас с Лаской, когда всякое злое зло будет повержено, тоже будут подобные котятки? Мельхиор, помнится, в итоге предпочёл расствориться в духе планеты, чтобы сдерживать пустоту.

— Я понимаю, почему проблемы были у легендарных персонажей, но не понимаю, почему я не могу влить оставшуюся у меня кровь древних и сделать из неё подходящую по расе зверянку.

— А, и правда, — посветлел кот. — А я уж думал будут опять проблемы через пару тысяч лет. К слову, что она думает о сестре?

— Сочувствует, что же ещё, — с горькой усмешкой сказал я. — Но при этом, она до смерти напугана. Младшая что-то с ней сделала — просто так боги на осколки не распадаются.

— Ясно. Во главе культа ей становиться нельзя. Она наша уязвимость.

— Ты видишь здесь других богов Смерти?

— Твой друг, маг фрактала, разве не носит в себе частицу Тефнут?

— Хочешь добавить её в Трибунал? Добавим нашему культу немножко красок священной мести?

— Всё-всё, не продолжай. Нефтис так Нефтис. Жалость не самый большой порок. Она больше саму нашу богиню до безумия доведёт. Младшая и средняя ведь тоже не сразу сломались. Богиня Забвения до этого правила не одну сотню лет, не устраивая геноцид.

— Ты сам начал. Я вообще просто слушаю твои новости про исцеление от пустоты.

Однажды мне нужно будет избавить и себя, и Ласку от этой пакости на душе.

— Да, проявление аспектов стихии созидания. И как я уже сказал, через доступный канал связи. В твоём случае это Ласка. Осталось только сделать её магом созидания. Ну, или стать им самому, но у тебя четвёртый ранг связи с её природным антагонистом, а на неё пустота действует в пол силы. Здесь навская кровь сыграла тебе на руку.

— Тогда спасибо за новости, — кивнул я, и впервые за долгое время позволил себе подумать о том, что однажды моя миссия завершится, и начнётся настоящая жизнь. Без безумия и морока в голове, снова управляя собой как раньше.

Вырисовывалось что-то вроде плана действий, но смотрелся он пока дыряво — отсутствовало то место, где я или кто-то другой изгоняет называемую из этого мира. Но это было особенностью работы с магией судьбы. Чем больше условий — тем больше ограничений. Легенда должна вызреть сама в умах разумных.

Но хорошее настроение продержалось недолго. Дальше следовала рутина, без которой на этом этапе было не обойтись.

Следующие порталы были предусмотрены в порту Мару — городке, который занимал союзный клан демонических крыс. К северу был крупный проблемный город Амантия, фактически принадлежащий к альянсу кланов, но там постоянно что-то случалось. Крупнейший город отсюда к лесам и третий по дороге к Васту через разрушенное поселение, в котором мы вели переговоры.

Дальше была болотистая местность, в основном состоящая из сёл и крохотных городков. Крупнейший город этого места был населён болотной нежитью и высокоуровневыми монстрами. Не по вине игроков — это была серия высокоуровневых данжей времён, когда всё это было игрой.

Его в будущем нам предстояло отстроить, а сейчас все просто обходили окрестности некрополя стороной. И за ним был третий крупный город с башней. Некогда королевство, на троне которого по-факту сейчас сидел крупнейший из союзных кланов, присягнувший «крысам».

Столица звалась Минако и была богатой за счёт обширных посевов и идущих через город дорог к порту Мару — торговому сердцу этой части континента.

Меня эти места интересовали в первую очередь возможностью для внесения башен в общую портальную сеть и установке порталов на Землю.

Клановые, увидевшие выходящие из порталов современные строительные бригады с дроидами и дронами, выпали в осадок и были счастливы лишний раз заявить о своей преданности.

Мы же решали главный вопрос — желающих переселиться было так много, что я всерьёз подумывал о восстановлении всех древних руин и расселении там людей.

Земляне действительно главной мечтой сейчас ставили переезд в другой мир. Что не удивительно — экология была в такой заднице, что даже дышать там было опасно, плюс полная неопределённость в будущем и общая мрачность перспектив. В большинстве мест на планете до сих пор анархия и столкновения кланов первых магов… или домены опасных сумасшедших.

Многие из новых граждан Мельхиора — практически все, кто прежде был атеистом или не задумывался о вопросах веры — поверили в Трибунал. Такие день ото дня приносили нам ману в храмах, давая желаемое всем его составляющим.

По итогу Дафна получила два новых мира, где она могла возродиться в случае гибели, а её статус в божественной иерархии воды уже был выше среднего.

Подвальный тоже одной лапой вступил в божественность, чего так хотел.

Нефтис по идее должна была восстанавливаться, но процесс шёл пока с переменным успехом. Но без личного бога загробного мира культ был бы неполноценным.

Если верить логике всего сказанного, скорее всего вера людей сработает с ней так же, как моё пророчество — недостающие части её души могут нарисоваться из образа, какой нарисуется у последователей относительно неё. Но это уже предположения.

— Кя! — бело-серый комок шерсти заметно окрепшей пещерной мантикоры пролетел через комнату в башне Васта.

Быстрее всего будет пролететь в одиночку, а затем уже с налаженной портальной сетью начать развитие ускоренными темпами.

Я потрепал верного спутника за ухом. Мантикора выгнулась, подставляя лоб и довольно щуря глаза. Затем в меня ткнулся мокрый сопливый нос зверя.

На душе было пасмурно, так же как и на небе.

Слова Подвального о стихии созидания и аспектах напомнили о недавнем разговоре с Айзеком. Учёный среди прочего называл уже установленные аспекты этой стихии. Надежда и Радость — значились в их числе.

Это значит, что обоим хватило бы и магии света, чтобы избавить меня от распада души от воздействия пустоты. Да, потребовалось бы время, но ведь никто тогда и не спешил. Пророчество бы или не началось, или заглохло.

Во всяком случае, для меня — кто-то другой тоже мог встрять и оказаться на моём месте.

Говорил Айзек и ещё про один аспект. С его божественными воплощениями я знаком не был — это наверное что-то с шуточного сервера, куда можно перемещаться на праздничный ивент.

Но ведь это говорит и об аспекте в целом. Любовь тари тоже должна подходить.

Выходит, как ни крути, нужно лишь победить чудовище.

План начинал обретать форму.

Я забрался зверю на спину, и тот с разбегу выскочил в огромное окно.

По лицу забили капли дождевой мороси. Я ощутил недовольство Искролапы — воду мантикора не жаловала.

— Лети над нижним слоем облаков, — сказал я. — Начнём с Аману.

Наверное, тогда я впервые признал, что Поверхность Мельхиора ничуть не уступала по красоте Подземью.

Облака.

Они были совсем не такими, как на Земле, а странно делились на несколько слоёв в атмосфере, нависая друг над другом. Местные ветры часто дули в разных слоях в разные стороны, отчего снизу создавалось ощущение бесконечности.

Показать бы это Ласке…

Взлетев над нижним слоем, я усилил облачную ауру от холода.

Мы зависли между двумя слоями. Где-то вдалеке били молнии — на втором слое облаков тоже начинался дождь, но чуть в стороне от города.

Получен эффект: +500% к остроте зрения (высшее зелье ясности).

Немного отлетев от города, мы вышли из пасмурной зоны, и облаков стало меньше. Внизу открылся вид на окраины освоенных игроками земель. Здесь по большей части был эндгейм контент. Всё что для новичков было в северо-восточном королевстве, в противоположной части континента. За горами, что кажутся золотыми в свете солнца.

Затем игроки из начальных песочниц отправлялись в основном в лисьи земли, в последнюю империю зверян. Мелкие княжества и города-государства полудикого, лежащего столетиями в руинах юга — были уже эндгейм контентом для тех, кто на острие прохождения сюжетных линий.

Дальше по мере прокачки игроки должны были набрать полный рейд из ребят с уровнем Лилит и штурмовать пещеры. Предполагалось, что к тому моменту феномен ошибки с магией пустоты разберут и проблемы уже не будет.

— Кя-а! — предупреждающе мяукнула мантикора и передала ментальное послание, отметив место впереди.

С севера по широкому тракту шла армия. Пока что слишком далеко, видел я их лишь благодаря усиленному зрению. Но тем не менее — это была синеокая нежить.

Тишь? Что здесь забыла Тишь⁈

Я поискал глазами командира и благодаря системе наткнулся на идущий за армией нежити отряд зверян, и вот у них лидер был виден хорошо — высокий темноволосый зверянин в белом плаще с шарфом.

Он ехал на диковинном животном, отдалённо напоминавшем огромного крота, где-то самую малость ниже земного слона. Так что сверху поместилась помимо лидера ещё зверянка с большими чёрно-белыми глазами и волосами-перьями.

С трудом я узнал в этих двоих спутников Лииндарка, подземного короля.

Прошлая наша встреча с волчьим посланником закончилась так себе. Единственный местный среди игроков на пути к Клинковой Роще обвинял меня в том, за что я и сам всё время чувствовал вину.

Теперь вот ещё подъехало объяснение механики происходящего.

— Нефтис, а ведь твой аспект тоже особенный, верно?

— Познай Покой, Синаэль… — пронеслось среди облаков.

— Будем считать, что да, — ответил я сам себе. В инфо появился небольшой баф к защите от влияний на разум.

Теоретически, Покой тоже мог бы в таком случае что-то изменить, если Нефтис войдёт в полную силу.

Искролапка поняла меня правильно, и начала резко снижаться.

Погода позволяла нам притвориться одним из множества облаков. Остальное же могла сделать вода.

Я сконцентрировался, активировал облачные владения и потянулся сознанием вниз.

Воды вокруг сейчас было полно, так что проблемы налаживания контакта не составило. Я стал одним целым с окружавшим лидера группы туманом и принялся вслушиваться в идущий разговор.

— … Милый, не ной, у мастера нет никого с большим дамагом.

— Да, но я же не некромант, Ули!

— Для этого у нас есть мастер Тогами Распадный. Ведь так? — ответила девушка, имея ввиду молчаливого синеокого лича, третьего всадника гигантского крота.

Лич в общении заинтересован не был и смотрел в одну сторону, не проявляя интереса ни к чему вокруг.

— Стоп. Кажется, здесь маг воды, который взял под контроль часть пространства, — насторожился лидер группы.

— Значит, на летучем звере был всё же разумный? Странно, этот вид мантикор совершенно дикий. На них так не летают.

Затем лидер группу встал и принялся собирать вокруг себя энергию. Я ощутил волну энергии, которая стирала информацию на мане, делая её свободной. Будь я сейчас внизу, могло бы и выбить из заклинания, а так просто оборвался контакт.

Антимагия?

Что здесь забыли сподвижники подземного короля?

6. Под флагом Трибунала

Официальная встреча была чуть позже.

Владыкой в этих землях был альянс кланов, потому и общаться в первую очередь им. Я тоже там буду присутствовать. Но конечно же не лично, а с помощью навыков контроля пространства.

Темноволосый зверянин — скорее всего маг-сенсор. Система назвала его:

Ашер Безграничный. Кардинал Церкви Полуночи. Иерарх 856 уровня.

Его спутница-зверянка была королевским егерем с уровнем ниже. А скелет — очевидным культистом Тиши в ранге епископа. Здесь костяная башка не оставляла сомнений.

Улинрай Ангел мира Клеток, Епископ Церкви Полуночи. Королевский егерь 710 уровня.

Тогами Распадный, Епископ Церкви Полуночи: тихое аббатство. Высший некромант 904 уровня.

Грозные имена и уровни говорили о том, что на встречу должен явиться кто-то такой же грозный, но не я сам. Лииндарка я здесь не видел, как и патриарха культа Тишины.

И назвали ж ещё… Тихое аббатство. Такое чувство, что Харо Пустынный всё ещё жив. Только у него может быть настолько скверное чувство юмора.

Кто там ещё был в этой шайке по словами Лилит? Новый лисий император? Едва ли он на что-то там сильно влияет. Да и кланы игроков на поверхности, находящиеся под предводительством некоего игрока Келемвора составляют ничтожное меньшинство.

В общем, лидером фракции никто из троицы не был.

От этого на душе поднялось лёгкое раздражение. Орден копил свои силы тысячи лет. Зверяне Подземья тысячи лет вымирали, но там ещё тоже полно всяких легендарных ребят.

Нам же приходится создавать свою силу из ничего за короткое время.

Всё, что сейчас есть у Трибунала — это искусство портала и союз с каким-то хилым альянсом кланов, которые оказались зажаты между фанатиками-некромантами и неадекватными психопатами.

Что ж, пусть высоких уровней у нас нет, очень скоро Трибунал станет самым многочисленным. Безоговорочно многочисленным. Портал — наше главное преимущество.

Глава крыс, она же узурпатор трона в старом королевстве, которое занимало прежде Аману и порт Мару, с окружавшими их более мелкими населёнными пунктами, тоже посчитала что ей здесь делать нечего.

Потому на переговорах был неизменный Лесат, прирождённый дипломат. И вместе с ним двое из альянса кланов. Второй и третий по уровню, как я понял.

На фоне гостей все трое выглядели на порядок слабее. Хотя грозными именами тоже разжились. Оно и понятно — система, как ни крути, подстраивалась так, чтобы игрокам было интересно. Она оценивала поведение и стремления каждого и стремилась подобрать интересные приключения и подходящие регалии в жизни.

С остальными было так же, но на игроках, до столкновения реальностей, это проявлялось сильнее всего. Даже слабенький игрок уровню к сотому получал какую-нибудь регалию, чтобы не чувствовать себя неудачником.

Как говорится, в этом мире каждый второй — избранный.

Оба игрока держались с достоинством, надо отдать им должное. Хотя, у них ведь души привязаны к башням, и в отличии от башен магов внизу, для игроков воскрешение было свободно за плату или по истечению кулдауна для любого игрока и в любой башне, где тот хоть раз побывал и привязался.

У этой троицы тоже наверняка есть свои альтернативы башням, или даже те же башни, которые строятся во всех крупных городах, где есть маги. Глобальные заклятия иначе не наложить. В лисьей столице и каких-нибудь крупных городах.

На месте Лииндарка и Тиши я бы поставил и парочку своих где-то. Да и игрок, не озаботившийся личным безопасным местом респауна — очень плохой игрок. А такой бы не встал у руля рядом с королём Подземья, Харо Пустынным и лисьим императором.

Таким образом выходит, в реалиях Мельхиора, для окончательной победы над кем-то нужно убивать не существо, а захватывать все его зоны влияния в виде башен, особых навыков и артефактов.

А как обстоят дела с пустотниками?

— Мию нари! — приветливо улыбнулся Лесат и помахал рукой.

Уровни они наши выдели издали, потому едва ли испытывали опасения. Перевес был на их стороне. Но сенсорный навык в то же время давал понять, что троица здесь не одна и за ней присматривают.

— Мию нарэ, — с лёгким удивлением отозвался главный в троице. — Хотите присоединиться к Церкви Полуночи?

— Можем спросить у вас тоже относительно Трибунала, — нисколько не растерялся Лесат.

— Что ещё за трибунал? — подал голос скелет.

Нежить открывала рот, вернее двигала нижнюю челюсть. Но голосовых связок там не было — голос исходил из лазурного сияния где-то за черепушкой.

— Эти земли принадлежат Альянсу Кланов и культу Трибунала.

Кардинал бросил взгляд на костлявого союзника. Похоже, для него это была не политическая уловка, а реально новость.

— Не глупите, присоединяйтесь к нам. Пустота ведь изведёт всех под корень, — резко перевёл тему Ашер. — А ведь она не единственная наша проблема в этом мире. Получите автономию, но в глобальных вопросах нам нужно действовать сообща.

Похоже, он решил, что мы какое-то небольшое королевство.

— Полностью с вами согласен! — кивнул Лесат. — Сёстрам ни к чему воевать. Старшая была бы рада встать на одну сторону со средней.

Вся троица мгновенно напряглась. Не нужно было даже обладать двумя видами эмпатии, чтобы это почувствовать. Достаточно было глянуть, как они изменились в лице.

Справедливости ради, они не могли знать ни о каком Трибунале. Мы только-только вышли из пещер в том регионе, который стратегически был бессмысленным и для пустотников, и для Тиши. Едва ли они думали о чём-то кроме противостояния друг с другом.

— Старшая? — переспросил скелет.

— Владычица Покоя, старшая из Дочерей Смерти.

— Нефтис?

Лесат едва заметно кивнул и улыбнулся шире.

— Этот регион находится под властью бандитской шайки под предводительством клана наёмников-ренегатов «демонические крысы», — с сомнением произнёс Ашер.

Хорошо. Лидер их группы похоже сам не совсем понимает что здесь происходит. Значит, это не провокация, а недоразумение? Хорошо бы. Нам второй фронт ни к чему. Но, зная уставы Ордена Тиши, они легко могут потребовать что-то вроде выдачи всех пустотников на костры инквизиции. Включая меня и моих заражённых проклятой стихией друзей.

— Такой клан значится среди множества верующих Старшей из Дочерей Смерти.

— С каких пор? — уточнил скелет с нажимом.

— С недавних, — ничуть не смутился Лесат. — Если желаете встретиться с нашим руководством, назначайте время и место.

— Кто ваш лидер? — собрался Ашер. — Каковы цели вашего культа?

— Не стоит называть простым культом пантеон богов, заключивших союз во имя свержения безумного чудовища. А наши лидеры смотрят на нас с небес.

Общее направление разговора мы, разумеется, продумали заранее.

Если где-то мелькнёт череп Пустынного ублюдка, на встречу вместе со мной пойдёт его брат и Безупречный. А может, и кто ещё захочет присоединиться. Не стоило отметать этот вариант.

Если же прибудет лишь Лииндарк — сложно сказать, чем закончится эта встреча. Тёплых чувств ко мне он не питает. Но питает ли достаточную ненависть, чтобы начать войну из-за одного моего присутствия? Тоже не думаю.

Значит, на этой встрече при любом раскладе должен будет присутствовать Безупречный.

— То же могу спросить и о вас, — нарушил тишину Лесат. — Насколько я знаю, уважаемые господа из Ордена Тиши были в союзе с Иерархией Ассари?

Скелета аж перекосило, насколько это возможно для мертвеца. И где их хвалёное равнодушие?

— Орден Тиши находится в союзе с любой силой, готовой бороться с абсолютным злом неназываемого бога-чудовища! — отреагировал костлявый.

— В таком случае, у нас общие цели, — продолжил Лесат.

— Хотите сказать, вы здесь, чтобы бороться с пустотой?

— Именно так. Государство, официально поклоняющееся воплощению абсолютного зла должно быть уничтожено, а люди спасены от диктатуры чудовища, — подтвердил мой друг главное.

Затем он сделал небольшую паузу и продолжил:

— Вернёмся к вопросу о том, что вы здесь делаете?

Ашер замялся.

— Уже ничего.

— Если здесь есть что-то нужное для вас, возможно, мы могли бы помочь?

Предложение было формальным. Само собой, что бы они тут не делали, делиться с нами они этим не захотят.

— Не стоит, — подтвердил мои мысли Ашер. — Спрошу у вас тогда ещё что. Какое отношение Трибунал имеет к Иерархии и другим кланам старших зверян?

— Полагаю, никакого, — ответил Лесат, — если не считать сотрудничество с последним тари, как за союз со всем видом.

Упоминание его имени было сделано не просто так. Парень получил указания при возможности почаще сыпать известными именами. Безупречный, Хозяйка, Лакомка, Танатос и так далее. Хотя конкретно Лакомка присоединилась к нам исключительно в качестве учёного и преподавателя магии, а Танатос и вовсе только пожелал нам удачи с новым начинанием и пообещал помочь с подготовкой элитных подразделений.

Это уже было очень много, но в реальной политике Трибунала они не участвовали в общем-то никак. Танатос преследовал свои цели, которые я пока что не понимал. Он всегда вёл свою игру, и то, что сейчас он якобы показывает открытые руки без карт — говорит лишь о том, что его игра на этот раз чуточку тоньше, только и всего.

Но и упоминания одного Безупречного хватило, чтобы троица отнеслась к нам намного серьёзней. Одно наличие такой фигуры среди нас говорило очень о многом. И о непримиримой вражде с пустотой, и вместе с тем ключевые различия с идеологий Ордена.

— В таком случае, я передам ваши слова владыке Лииндарку, — ответил Ашер.

— Будем благодарны, — обезоруживающе улыбнулся Лесат.

Темноволосый зверянин кивнул и направил своего странного зверя обратно.

Троица смиренно пошла по тропе обратно, как и пришла, не предпринимая никаких попыток устроить сюрпризы.

Короткий разговор прошёл напряжённо, но нам удалось повесить достаточно крючков интриги, которые не позволят им напасть сразу. Переговоры точно должны состояться.

Чего я сам от них хотел и как видел грядущее общение?

Пока что я не знал. Цель у нас была общая, но идеологических разногласий было критически много. Не говоря уж о том, что если за этой организацией действительно стоит Харо Пустынный, я забью на всю высокую политику и сделаю всё, чтобы прикончить тварь навсегда.

Разумом я понимал, что пустотники в таком случае только поржут и будут потом пировать на наших костях. Но тот, кто поднял руку на Ласку должен быть стёрт в порошок, а воспоминания о нём уничтожены системным путём, как это было с неназываемой.

Иначе думать не получалось. Внутри вскипала ярость.

Впрочем, правильный фанатик Тиши должен был сам опокончить с собой, когда осознал, что именно он и поспособствовал пробуждению зла.

Без Харо может, всё бы и не зашло так далеко.

В конце концов, он мог убить меня, а не Ласку.

За этими мыслями я не заметил, как троица скрылась за резким спуском на плато, где состоялась эта встреча.

— Син? Как думаешь, зачем они здесь? — спросил Лесат, когда я собрался верхом на мантикоре из сгустков тумана.

— Сам хотел бы знать. Была бы здесь одна Тишь, сказал бы, что ищут людей на принесение в жертву и обращение в нежить, — сказал я и ощутил волну страха от одного из игроков и напряжения от другого.

— У меня вообще этот союз пока слабо укладывается в голове, — пожаловался Лесат. — Насколько я знаю, у подземного Короля тёрки со змеями. А Тишь была их союзником во время нападения на Доминион.

— У меня тоже, — признал я. — Лииндарк, помнится, ещё передавал предложение о том, чтобы мы его пустили в город змей бить.

— Вот и я к тому же. Бывшие союзники на стороне друга их злейшего врага. Это странно.

Я бросил взгляд в сторону парочки игроков. Конечно же, они всё слышали и конечно же, они расскажут об этом во всех подробностях Лилит. Ну да и чёрт с ними.

Отсюда мы спустились вниз за крупную торчащую скалу, напоминающую зуб дракона, в низину предгорий. Там я призвал облачную башню и открыл портал в Васт.

Оба молчаливых игрока последовали за мной. Через башни всё равно домой было добираться ближе. В Васте к этому моменту уже был стационарный портал в Порт Мару для них.

— Как продвигается восстановление сторожевых и наблюдательных вышек на севере? — это был первый вопрос, который я задал группе управляющих. Сейчас это была сборная солянка из Нирала, Лесата, самоназванного главы игроков Васта и троих землян, имеющих реальный опыт управления крупными проектами.

— Пока только разведку направили, — признался Нир. — Это вроде как было не приоритетное направление…

— Теперь приоритетное, — оборвал я его. — Пусть будут.

— Поставить гарнизоны в ключевых точках? — предложил идущий за мной следом Лесат.

— Пока упор на наблюдение. Война с нами для них невыгодна. Но вероятность того, что всё пойдёт не по плану есть, и немаленькая.

— Пустотники будут рады такому повороту, — заметил Нирал.

— Это само собой. Но ты знаешь Тишь.

— Значит, приоритет на вышки по границе… — задумался один из людей.

Это был глава крупного строительного проекта, который, в отличии от подавляющего большинства своих коллег-начальников, вызывал у подчинённых уважение и доверие. Редкий феномен для мира-темницы, где наёмный рабочий был бесправным материалом.

Двое других были — архитектор и логист. В общем, все трое представители небоевых занятий, которые сейчас были нужней всего для Трибунала.

— С доставкой материалов будет беда, — заметил специалист по логистике. — В здешних лесах дороги такие, что вездеходом не пройти.

— Задействуйте магию, — устало сказал я.

— Думали, — ответил Нирал. — Но порталы для каждой мелкой башенки — слишком жирно по мане.

— Значит, думайте, как удешевить, — сказал я. — Использование левитации для машин, пробуйте ритуалистику, пространственную магию… Если ничего не выгорит, хрен с ним, зовите ритуалистов и чертите порталы. Не хочу сюрпризов в тылу в самый неподходящий момент.

— Принято, Син, — кивнул Лесат.

— Сделаем, — добавил пытающийся выслужиться игрок.

Затем следовали отчёты о том строительстве, которое уже велось. Желание людей оказаться в магическом мире, где зелья исцеляют смертельные недуги, относительно безопасно, и самое главное — никакие правительства и корпорации не считают тебя за бесправный скот, говорило само за себя.

Проектов была уйма, и уже в первой трети докладов я понял, что психические силы начинают постепенно давать сбои. Мысли начинали всё чаще крутиться по кругу, в котором всё так или иначе касалось Ласки и захватившего её тело монстра.

Так происходит всегда. Мысли склонны привлекать ещё больше мыслей. А когда одна мысль заполняет собой всё, затмевая все прочие, начинается настоящая неадекватность фанатика. Проклятие, которое будет гнать меня вперёд вопреки здравому смыслу.

Чем больше ты о чём-то думаешь, тем ещё больше ты об этом начинаешь думать дальше. Такой вот парадокс. И его действие я ощущал всё более явно.

За окном раздавалось пение птиц. Погода стояла солнечная, но в то же время едва заметно накрапывал лёгкий летний дождик. Погода и природа в Мельхиоре были совершенны. Наверху — ничем не хуже, чем в пещерах, только чуть ближе к нормальности.

Глоток холодного, светящегося зелья Покоя. Нынешняя версия мало чем напоминала прежнюю. Это была уже где-то десятая версия состава. Каждый фиал заключённых в воду белых разводов, напоминающих застывшие в зелье светящиеся облака, теперь имел легендарный ранг и включал в себя кропотливую работу алхимиков, ритуалистов и земных учёных, плюс лично наложенные благословения двух богинь.

Выпил. Выдохнул. Посмотрел в каменный потолок башни, затем обернулся к окну.

Раньше дождь всегда меня радовал. Я почему-то вспомнил, как он поднимал мне настроение даже в худшие дни, ещё в мире-темнице, где я сам был бесправным и лишённым надежды винтиком безжалостного механизма зашедшего в тупик общества.

А ещё у меня была семья.

Следом за мной шаг в шаг шёл фамильяр. Эмпатией я чувствовал безусловную любовь и доверие пещерной мантикоры. Существо, с которым я прошёл всё Подземье, прошёл обучение в академии и дошёл до статуса магистра. А теперь и первожреца нового культа.

Почему я просто не могу успокоиться и наслаждаться тем, что есть?

Где норма для человека, который сумел бы вовремя отступить и для тари, у которого никогда не было такого шанса из-за одержимости?

— Мастер Синаэль, — послышался неуверенный мужской голос.

Я обернулся и посмотрел на одного из своих недавних спутников. Третий по уровню игрок в Альянсе, представлявший какой-то не очень успешный клан, присягнувший крысам.

Маг с ником Северный Ветер. Класс — меркурий. Если не ошибаюсь, один из легендарных у воздушников.

— Я думал, вы уже вернулись в Порт Мару.

— Мишаня так и сделал, — немного растерявшись ответил игрок. — А у меня эм… дело есть.

— Ко мне? — удивился я и потёр виски белой рукой-лапой.

— Да, мастер. — повторил он, собравшись с силами.

Эмпатия ощутила страх, направленный в мою сторону. Он боялся меня. Или скорее, пустоты во мне — с тех пор, как Мельхиор стал для него реальностью, пришлось пересмотреть приоритеты. Смерть тела больше не казалась чем-то страшным. А вот разрушение души, тем более разрушение крайне болезненное — более чем.

— Не волнуйся, человек. Мы на одной стороне и делаем одно дело, — приободрил я его. Хотя не уверен, что попал в нужную точку. Парень смутился ещё больше. Как раз таки потому, что одно дело мы с ним не делали:

— Кое-кто хотел бы с вами встретиться, мастер. Если желаете, я мог бы вас сопроводить в нужное место.

Вот так просто?

— Кто? — требовательно спросил я.

— Келемвор, глава клана «Лорд и скоморохи».

— Имя вроде бы слышал. Название клана — впервые. Кто-то из Тиши.

— Из Церкви Полуночи, — поправил игрок, и эта правка сама собой намекала на то, кому на самом деле принадлежит верность Северного Ветра.

— Если ему есть о чём со мной поговорить, я открыт для диалога в любое время, — проворчал я.

— Кел хотел бы показать вам кое-что. И выдать кое-какую информацию на счёт общего врага всех разумных существ.

А вот это уже меняло дело. Если, конечно, это не тупая ловушка на любопытных.

Видимо, маг подумал о том же, потому поспешно добавил:

— Речь идёт об одном данже, — сказал он. — Это нужно увидеть своими глазами. И конечно, вы можете взять с собой всех, кого пожелаете.

— Включая Лилит? — уточнил я. Брать её я не собирался, но прояснить момент стоило.

— Исключая Лилит, — ещё больше поёжился парень. — Но ведь у вас есть куда более верные и сильные сторонники, чем любой из игроков, верно?

Намекает на Безупречного с Хозяйкой?

Думал я не долго.

— Когда и где?

7. Новая переменная

— Этой ночью в полночь. Вот здесь.

Ваша карта обновлена.

Я изучил, что нового появилось на карте, и увидел отметку с данжем.

К востоку от Минако, крайняя точка, куда мы могли перенестись башней — там пролегала горная гряда, через которую шла тропа, зовущаяся змеиным перевалом. А затем — резко к северу, где холмогорья, были отмечены руины безымянного замка.

Фактически, на территории королевства людей, по легенде эмигрировавших сюда из другого мира. Собственно, это и было официальной легендой насчёт игроков здесь. Вроде как некогда звёзды встали особенным образом, случился парад планет, и появилась возможность нырнуть порталом в любой из Подлунных Миров.

Вот тогда некоторые отчаявшиеся души и перенеслись сюда добровольно. Вроде, были и подробности в легенде — о магах и королях которые в этом участвовали. И осталось ещё достаточно лазеек как сюда попасть через другие одиночные квесты.

В любом случае, эта часть жизни Подлунных Миров была полностью прописана программистами, сценаристами, и просимулировать нейросетью. Часть объясняющего лора для игроков. Здесь же были крайне редкие неписи-маги, которые позволяли отправиться в Мельхиор за донатную валюту. Даже интересно, как с этим обстоят дела сейчас, когда платину покупать не у кого.

Сейчас, конечно, всё это не так важно. Местные пришлые народы уже родные миры успели позабыть, и многие слились с местными видами зверян. Помнят, как было на самом деле, разве что эльфы-переселенцы или какие-нибудь вампиры.

Времени до полуночи оставалось как раз столько, чтобы успеть добраться в нужное место с небольшим запасом. Это говорило о том, что мой собеседник прекрасно осведомлён о моей скорости перемещения, включая как систему башен, так и навыки.

— Подвальный, ты же всё слышал? — спросил я у мрака, когда остался один.

— Мрр… конечно, — ответил многоголосый шёпот.

— Тогда передай Безупречному, что он мне нужен. Мне довольно толсто намекнули, что лучше взять с собой сильных местных.

Второго «сильного местного» я нашёл на вершине башни. Старуха вовсю пользовалась тем, что больше не привязана к своей пещере, а может насладиться ночным ветром.

По небу вокруг башни Васта летала в ступе великая Баба Яга, наводя ужас на жителей города.

Как и всегда, она уже знала, что я приду, и уже заходила на посадку. Но очень медленно, облетая башню по кругу.

— Доброго вечера. Сегодня над городом пасмурно. Не прохладно летать?

— Я не была здесь оч-чень долго, — растягивая слова, сказала древняя ведьма. — Когда проживёшь с моё, будешь иначе смотреть на многие вещи.

— Один человек желает встретиться со мной на чужой территории.

— Хочешь, чтобы я составила тебе компанию?

— Как и Безупречный.

— А-а, старый котяра. Буду рада его повидать.

— Тогда отправляемся через башню сейчас.

Третьим из местных я долго думал взять Харо Книгозмея. Связаться с ним и вытащить его к нам было бы очень сложно, но новости о создании некоей Церкви Полуночи сильно всё меняли и придали бы ему мотивации прийти.

Но… нужен ли мне такой спутник? Брать Харо туда, где мог оказаться ближайший пособник его брата — хорошая ли это идея? Вероятность конфликта и непредвиденных событий от этого решения возросла бы в разы.

К тому же, со мной уже было то, что намного сильнее одного Харо.

На моей стороне триумвират богов Трибунала.

Так что вместо Харо я решил взять тех, о ком мне ничего не говорил посланник. Терми и Филин.

В портальном зале они уже ждали. Оба, правда, выглядели сильно скучающими. Фил так и вовсе была пьяна.

— Не рановато ли ты с бутылкой?

— Отстань, комок меха. Тебе моей печали не понять, — буркнула девушка и вновь приложилась к бутылке.

— Это правда помогает тебе подавлять пустоту?

— Ты говоришь о вреде алкоголизма в мире, где можно возрождать мёртвых, регенерировать новые органы по щелчку пальцев и…

— Крышу лечить здесь умеют даже хуже, чем на Земле. Там хотя бы изобрели психиатрию и фармакологию.

— А зачем оно здесь? — удивилась девушка. — Здесь сумасшествие — это всегда одержимость каким-нибудь волшебным дерьмом, нет?

— О, старый друг! — послышался голос старухи. Хозяйка Мрака влетела в окно портальной башни.

— Значит, вы тоже здесь, мессера…

— Решил на старости заделаться полубогом нового культа? — старуха улыбнулась, демонстрируя набор кривых зубов, большая часть из которых была из разных металлов.

— Мы подобрались к вершине мироздания. Кто бы мог подумать, что так будет, когда мы познакомились в Небесном городе моего брата?

— Теперь, когда ты говоришь это… хочется сварить чаю и посидеть в тепле у камина, как в старые времена.

— Успеете, — нехотя прервал я их разговор. — Я буду активировать переход.

— А к чему спешка, ученик? — спросила ведьма. — С каких пор пророк Трибунала беспокоится о том, чтобы успеть к какому-то юнцу на встречу?

Я поморщился. Ведьма была права. Из-за одержимости стать на шаг ближе к цели, я совсем позабыл о таких вещах.

— Значит, ты теперь будешь учить его обращаться с Судьбой? — подытожил Безупречный и обернулся ко мне. — Как далеко заведёт тебя твоя одержимость?

— Настолько, насколько это понадобится, чтобы выполнить задачу.

Лысый кот тяжело вздохнул.

— Что ж, он прав, мессера. Ещё будет время, — поддержал меня Безупречный. — О функционировании нового культа я не знал. И чем больше об этом думаю — тем меньше вижу общих точек интересов у моего дальнего родственничка с культом средней дочери.

— Их больше, чем ты думаешь, пушистый… — начала было ведьма, но в этот момент помещение залил яркий белый свет.

Мы сами стали светом, живой энергией, взлетевшей под купол башни, чтобы спустя миг собраться в тех же всполохах света за сотни километров от Васта. В башне города Минако.

— … сам подумай, — невозмутимо продолжила старуха. — У них обоих общая цель — очистить Мельхиор от всей нечисти. Мой зятёк ведь мечтает начать новую золотую эру сиинтри. Шестой старший народ. Пустота не нужна им обоим с безумным лисом.

— А дальше их пути расходятся.

— Может быть так, а может… кто знает? — улыбнулась старуха. — Ну что, ученик, куда ты хотел нас привести?

По эту сторону портала нас уже встречали суетливые маги. По большей части, игроки. Минако был крупным и относительно освоенным городом, где были свои сильные гильдии.

Здесь судьба сложилась не так печально, как с Вастом, который до нашего появления превратился в обитель насилия и рабства. Кланы игроков оказались относительно приличными и адекватными, к тому же в городе не было однозначного лидера. Любой из трёх крупнейших кланов, напади он на другой, сразу же подставиться под третий.

Но и отношения между ними хоть были напряжёнными, но не настолько, чтобы устраивать борьбу в мире, ставшем их новой реальностью. Потому город застыл в шатком равновесии, поделенный тремя группами игроков.

Здесь к ним в двери и постучались захватившие фактическую власть крысы из Порта Мару. Этот город стал третьим крупнейшим в их империи, если не считать пятна с гипотетическим городом в руках нежити.

Отношение с местными в результате этого сложилось в целом нейтральное и даже равное. Многие имели семьи среди бывших неписей. Особенность современных игр — люди ищут то, чего им не давала реальность. Сейчас это в норме вещей, и в безопасных зонах это частое явление.

Это же было главной причиной отсутствия перехода внутреннего конфликта за власть в городе к острой фазе.

Впрочем, с крысами ссориться тоже никто не стал. Оценили расклад сил, посовещались, соотнесли свои возможности с возможностями крыс и альтернативу в виде соседнего королевства, в котором был полнейший хаос, и согласились на объединение.

Тем более, что демонические крысы не требовали ничего особенного. Официально — союз кланов, во главе с сильнейшим по уровню игроком, с высоким рейтингом. Всего-то согласиться на небольшой налог и общую линию обороны. Последнее — всё равно неизбежно с учётом соседей и опасности самого региона, так что это было Минако даже на пользу.

Обо мне и некоторых моих легендарных спутниках, здесь слышали. Переполошенные внезапным визитом три правящие городом гильдии собрали группу по встрече. Наверное, думали… даже не знаю, что они думали. Встретить нас, выказать уважение, просто поглазеть — эмпатия в любом случае считала только страх.

Раньше Хозяйка Мрака была самым мемным непроходимым боссом. Сейчас — реальностью, которая полностью соответствовала мифам о ней.

Готов поспорить, кто-то подумал про пирожки с человечиной или превращении в жабу. К счастью, пирожки она предпочитает фруктовые.

— Мастер Синаэль! Мы рады приветствовать вас в Минако… — начал было один из них.

— Не стоит, — оборвал я его. — Мы здесь проездом. Как проходит строительство храма Трибунала?

— Мы… только начали, — опасливо ответил игрок. — Нужно ещё немного времени…

— Скоро у вас тоже откроем портал на Землю и пригоним современную строительную технику. У кого остались родственники по ту сторону — составьте списки. Отправим к ним людей.

— Так… значит, это правда? Порталы на Землю реальны? — спросила женщина, лидер другого местного клана.

— Сами всё увидите. Магия пришла в ваш родной мир так же, как вы остались здесь. Теперь вы вольны сами выбирать, где вам жить. Способности, к слову, сохранятся независимо от выбора.

— Тогда… на Земле должен быть сейчас хаос, — задумался первый из игроков.

— Так и есть. Это сейчас не очень безопасное место. Открылись разломы и в другие миры, и не все они безопасны. Я бы вам рекомендовал забирать близких сюда. Составьте списки, потом поговорим об этом.

— А можно не только родственников? — уточнила женщина.

— Мельхиор практически не заселён. Можно всех, чьи имена вы сможете вспомнить и за кого поручитесь.

— В ближайшие пару сотен лет он превратится в большой зеленеющий рай, — мечтательно заметила Хозяйка очень к месту. — Видели солнце?

— Их два… — подала голос третья из игроков. До этого она просто молчала и боялась нас, потому не проронила ни слова.

— Да… — проскрежетала старуха. — Мельхиор снова зазеленеет, как в моём детстве. Если пушистик предлагает тебе перевезти сюда семью, радуйся. Если, конечно, нас всех не поглотит одно злое божество, эхехехехе…!

Неприятный, режущий слух смех чуть отрезвил игроков.

— Потом поговорим об этом всём, — напомнил я о времени. — Как я сказал, мы здесь проездом. Эта башня — крайняя точка для прыжка порталом по владениям альянса кланов.

— П-понятно, — кивнул игрок.

Один минус всего этого похода, это что новые союзники будут в курсе моих действий. Наверняка лидеры Минако уже сообщили об этом крысам. Впрочем, это уже излишняя подозрительность.

Дорога в нужное место была лишь одна. Во всяком случае, официально на карте. Я уже привычно обратил нас в облако и потянул над тропой Змеиного перевала на восток.

Нам самим нужно было чуть севернее, но открытого пути не было.

Хозяйка полетела перед нами без моей помощи. Где-то на трети пути она резко свернула с тропы в горы, минуя далёкую деревеньку, от которой нужно было держать путь строго на север, если бы мы шли пешком.

Но лишний раз где-то светиться было не нужно. Мы и в Минако-то не спускались, а просто вылетели прямо из башни.

Вскоре впереди показались холмы и невысокие горы рукава златогорской гряды, самого длинного горного массива, пролегающего отсюда аж в древние земли тари, по словам Безупречного.

Здесь они были тоже высокими, но вполне преодолимыми. Потому мы даже не останавливались.

— Это уже близко, — прозвучал голос Хозяйки, отчётливо слышный сквозь завывавния ветра и иную форму. — Старые руины Ральфа четырнадцатого. Я была здесь когда-то. Что интересного ты хотел мне здесь показать?

Ведьма начала снижаться, и я последовал за ней.

Ману такой способ путешествий выжирал просто лошадиными порциями, но имея столько башен с источниками, мог себе позволить быть чуточку вездесущим.

Мы вынырнули из облачной формы на каменной лестнице у входа.

Позади тянулся извилистый путь между гор. Он уходил вниз, к далёкой деревне за перевалом. Сама же крепость была древней и почти не сохранилась.

— Кто такой Ральф? — спросил я, как только обрёл способность говорить.

— Пёс, — отмахнулась старуха. — Старый упрямый пёс, не пожелавший спускаться в Подземье. Снега загнали его сюда, где он мирно и окончил свой век, ещё до того как сюда пришли иномирцы. Так говорила моя бабка. Я застала это место склепом, но могу тебе точно сказать, что у этого места нет никаких секретов.

— Если речь идёт о чём-то древнем, возможно, но что, если сюда было нечто новое привнесено позже? — не согласился Безупречный.

— Ты что-то понял? — спросил я.

— Что-то, — уклончиво сказал он. — Это место… будто твоим миром пахнет.

Хороший же у него нюх.

Я ничего не ощущал. Вдалеке были обыкновенные развалины, потемневшие от времени и местами захваченные растениями. Ночной горный ветер был прохладным и нёс в себе крупицы снега.

Если здесь предполагалась засада — самое время.

Но древняя крепость не подавала признаков жизни.

Послав вперёд себя ману, я проверил туманом ближайшие помещения по ту сторону врат. Сами ворота были массивными, из какого-то чудом сохранившегося дерева, оббитого металлом. Но сдержать они уже никого не могли и навеки застряли в приоткрытом виде.

По ту сторону было большое помещение. Скорее всего, какой-то зал. Ничего необычного… если судить только на ощупь.

Я продолжил заполнять помещение стелющимся у самых ног туманом, затем активировал владения и стал един со стихией.

Создавалось ощущение, что здесь пусто.

У нас в запасе было ещё некоторое время до встречи, но попасть сюда можно быстрее нас только одним способом — прямым порталом. Или заранее тут сидеть, еще до того, как отправить гонца. И то и то вполне реально.

Тогда получается та же засада, только сперва позволяющая мышкам запрыгнуть самим в мышеловку.

— Син, когда ты успел здесь побывать? — с лёгкой насмешкой спросил Безупречный.

Я проследил за взглядом лысого убийцы.

Справа от двери вверх уходила вязь проводов с резиновой изоляцией. Дальше они шли на останки смотровой башни, где темнели солнечные панели. Их я поначалу принял за зеркала — универсальный способ защиты от магии.

Внутрь я входил уже с большей опаской.

Ещё одна организация переселенцев с Земли? Мои конкуренты по порталам, получается. И кто у нас, интересно, нарушает монополию Трибунала?

Внутри оказался большой зал. Ничего примечательного — каменные руины, и только. Но пахло вовсе не сыростью, а резиной и электричеством.

На всякий случай, я укутал себя облачным телом и другими защитными чарами.

Терми щёлкнул пальцами, призывая несколько кубов фрактала, источавших свет. Затем заставил их светиться ярче.

Ждать дольше тот, кто пригласил нас в гости, не стал.

По всему залу зажглись яркие электрические огни.

— Это ведь не технологии сорамин? — спросил я скорее с иронией, чем с реальной на это надеждой.

— Это технологии колдеров, — сообщил незнакомый голос.

— Полагаю, Келемвор из Церкви Полуночи?

— Да, — ответил голос, а затем появился и его обладатель — прямо посреди зала.

Чиффари с типичным для их расы насыщенным вишнёвым цветом волос.

— Ты один? — удивился я.

— Ага, меня и одного на вас хватит.

Я приподнял пушистую белую бровь.

— Да шучу я, просто шучу. Наставник у меня юморной, вот и понабирался всякого. Знаете, как оно бывает — начнёшь шутить и не можешь остановиться, даже когда это становится уже не уместно.

— Зачем ты хотел встретиться? — я почувствовал себя немного глупо рядом с этим разговорчивым типом. Примчался хрен пойми куда и чтобы что?

— Для начала, как и говорил, показать кое-что. Но желательно, чтобы это не дошло пока к крысам и другим игрокам. Хотя… как знаешь. Всё равно шило в мешке не утаишь. Просто немного, знаешь, не хочется вываливать вот так результат долгой работы. А этим вопросом я занимаюсь уже довольно давно.

— Каким вопросом?

Игрок коснулся какой-то кнопки, и электрические лампы осветили крупное механическое устройство. Нечто вроде арки из металла и проводов, в которой бегали молнии.

Я сделал несколько шагов к устройству, пытаясь понять, что вижу.

Системная справка выдавала лишь «неизвестное устройство», но у меня были способы узнать больше.

В голове прозвучала любимая фраза Подвального. «Нет ничего, что можно от меня скрыть…»

Метка повисла на агрегате, и вскоре слова системной справки изменились.

Агрегатор эфирно-волнового перехода.

Активирует врата в другой мир.

8. Ад внутри ада

— Это портал, — пояснил я своим спутником.

— Да уж понятно, что не нужник, — хохотнула старуха. — Да только мудрёный какой-то. Ишь, хитрецы, используют пленную силу молнии.

— Здесь были люди с Земли, — сказал я. — Есть другая организация, которая сотрудничает с бывшим миром-темницей. Или это изначально… корпорация?

— Это люди, — подтвердил Келемвор. — Но ни те, ни другие. Это люди отсюда, из Подлунных. На Земле таких порталов пока нет.

— А если точнее? Откуда тогда это здесь?

— Очевидно, что из мира, подобного Мельхиору. Если точнее, с соседнего сервера. Ты ведь в курсе, что сервера по лору — это планеты разных планов?

— Разумеется, — кивнул я.

— Это Ад, ставший адом дважды. До слияния, назовём это так, это был сервер про зомбач. Как ты знаешь, Подлунные Миры избегали космофан, да и в целом фэнтези победило реализм. Но был ещё один небольшой сервер — зомби-апокалипсис. Не шибко большой и популярный, но и не маленький.

То, с какой уверенностью он говорил с игровой терминологией пятёрке игровых неписей, с его точки зрения, это как-то не очень хорошее начало общения. Или наоборот, он откуда-то знал, что мы это поймём.

Безупречный достаточно общался с нами, а у Хозяйки мудрость и проницательность в разы выше моих даже сейчас.

— Полагаю, им там не очень уютно, — кивнул я. — К чему ты клонишь?

— Проблема в космологии. Здесь будет проще показать, если не боишься, — улыбнулся Келемвор и шагнул в воронку из молний, которая собралась буквально за несколько мгновений до его подхода.

Он первым шагнул в портал.

— Портал двухсторонний, — добавил единственный спутник Келемвора — маг, оказавшийся кротом у клана крыс. — Совершенно безопасен.

И протянул руку в сторону воротки в приглашающем жесте.

— Я войду первым, Синаэль, — сказал Безупречный и пояснил. — У тебя больше шансов разобраться сам знаешь с кем.

Не дожидаясь ответа, кот шагнул на ту сторону, придерживая широкополую шляпу с пером.

Я последовал за ним, но медленно. Ожидая подвоха.

Однако спустя несколько секунд лысый кот вернулся.

— Грязный мир, — сказал он. — Дышать сложно. Воняет мертвечиной, но без некромантии. Это странно.

Затем в портал шагнул и я сам.

Мелькнула вспышка. Принцип действия был непривычным, но убить меня таким образом всё равно сейчас невозможно. Вернусь в одной из множества своих башен.

Однако вскоре в лицо дохнуло чем-то тошнотворно-сладковатым… точно, мертвечина.

Первое что я сделал — это активировал ауры и очистил водой воздух вокруг себя.

Магия здесь была и работала в полную силу.

Но… не восстанавливалась. Вообще.

Осознав это, я развеял магию и вместе с ней ещё несколько не сильно нужных сейчас обкастов.

Затем осмотрел помещение — большой дырявый ангар с серыми стенами. Помещение намекало на советскую эпоху с уклоном в лёгкий футуризм. Был заметен научный уклон помещения — футуристичные аптечки на стенах, со слабо подсвеченным алым крестом, множество проводов и оборудования, выполненного в той же стилистике, что и техногенный портал.

На стенах — плакаты в стиле политических лозунгов того времени. Но вот язык был совершенно незнакомым, скорее всего даже не земным.

— Добро пожаловать на Колдерию, Синаэль, первожрец Трибунала.

— Повторное приветствие и с таким пафосом заставляет меня думать, что это ловушка, — поморщился я. — И зачем ты нам это показываешь? Старый ангар?

— Кусочек павшей империи, которую поглотил вырвавшийся на свободу вирус. Но вот его хозяева, из тех кто выжил, искали путь отсюда уже очень давно. Представь себе, они ещё до известных тебе событий, узнали о существовании жизни в Мельхиоре. Первые их базы были построены с космических кораблей, представь? Порталы появились уже намного позже.

— Очень интересно. Как это поможет мне уничтожить зло? Нам, я так понимаю — ты ведь тоже часть Тиши?

— Церкви Полуночи, — поправил Келемвор. — Это немного разное.

— Главное — цели, а не названия.

— Как скажешь. Так вот, магии здесь не задумано — всё-таки это история про то, как выживальщики стреляют по зомби из автомата, а не вот это всё ваше фэнтези…

— Я играла в Колдерию, — перебила его Филин. — Механика ясна.

— И фиксится источником стихийного бога, — добавил я.

— А, да… с этим тоже проблемка. Но ты можешь попробовать. Чуть попозже.

— Хм… «Проблемка», говоришь? Предлагаешь заманить её сюда?.. — понял я. — Хотя нет, скорее перетащить. Вряд ли она сама сюда сунется.

— Кто…? А, да, понял. Ну, тебе виднее. Пользуйся на здоровье.

— Значит, она останется без регенерации маны, и её можно будет истощить. Но она может догадаться уйти порталом.

— Догадаться — может, — кивнул собеседник. — Уйти — нет. Это… не совсем закрытый мир, но близко к тому. Этому месту вообще сильно не повезло. Оно слишком на многое наложилось.

— Поясни.

— Ну, начнём с космологии, — сказал Келемвор и принялся медленно вышагивать по ангару. — Мельхиор отпущенный в свободное плаванье, как ты знаешь, практически замёрз. Крохотная полоска по экватору — это всё, что есть от планеты.

— Скоро второе солнце вновь сделает Мельхиор обитаемым.

— Вот как? Ну, тогда может и здесь будет чуть повеселее. Изначально это обычная зелёная планета чуть меньше Земли и значительно меньше Мельхиора. Разработчики просто не прописывали все эти подробности, и по косвенным намёкам после воплощения мира в реальности, Колдерия оказалась за Мельхиором. Так что на эту планету очень внезапно пришёл новый ледниковый период.

— Хе, значит планета ещё и обречена на оледенение?

— Ну, я не физик. Звезда Амбер, местное солнце, чуть больше по размеру, чем Солнце. А Колдерия, получается, где-то за Плутоном. Может, как Эрида с более круглой траекторией. Сколько там было, за Плутоном, по температуре?

— Это место обречено, — пояснил я ведьме с лысым убийцей.

— Всё бы изменила сильная магия, но тут возникает вторая проблема… Ну, с ней ты сам скоро познакомишься сам.

— Есть ещё один момент. Враг всего сущего не так нуждается в мане. Пустота берётся из раскола души. Своей или чужой. Местных, говоришь, вы забрали…

— Не всех, но в целом да, надолго ей тут еды не хватит, придётся кромсать свою душу.

— Значит, расчёт на это? Хм, — я задумался. — Скорее, она впадёт в спячку, как в Мельхиоре. Хотя… где она потом здесь найдёт двух богов с чистыми душами и расу в золотой эре развития. Разве что, если местные каким-то чудом выживут.

— С этим тоже не выйдет, — покачал головой игрок. — На этой планете не существует богов. Колдеры — народ сугубо атеистичный.

— Получается, покинуть это место можно только через портал. Который работает совсем не на магии, — понял я наконец всю задумку.

— Что насчёт выживших игроков? — встряла Филин.

— Насчёт них не беспокойтесь, — отмахнулся Келемвор. — Всех более-менее адекватных мы вывезли. Как и местных. Но кто-то из них здесь остался, да. Можете поискать их, только зачем?..

— Спасибо за сведения. Мои разумные займутся изучением этого места. Что ты хочешь в обмен на эту информацию?

— Я? О, ничего. Это подарок. Приветствие и жест доброй воли от Харо Пустынного.

Раскалённая плеть пара окружила горло Келемвора.

Я шагнул ближе и посмотрел ему в глаза.

— Харо жив? Где эта тварь⁈

— Тише, — улыбнулся мой собеседник, не испытывая ни капли страха. — Сейчас вы с ним на одной стороне, разве нет?

— Ты понимаешь, кому ты служишь, идиот⁈ Если бы он не ранил Ласку, наш общий враг бы не пробудился!

— Не ищи дыры в пророчестве, чтобы оправдаться, глашатай, — ответил Келемвор.

— Значит, это я здесь оправдываюсь? Его фанатизм и безумие разрушило всё!

— Скорее, разрушила судьба, Сианаэль. Младшая из дочерей смерти, если угодно. Стечение обстоятельств. А ещё — фанатизм моего друга и твоё собственное безумие, принц Делирия.

— От делать вам нечего, языками чесать, перекладывая вину друг на дружку, будто горячие пирожки… — с усмешкой остановила наш спор Хозяйка Мрака.

— Да я и не оправдываюсь. Меня там вообще не было! — буркнул Келемвор.

— Ты прав… цели у нас одни, — с огромным трудом выдавил я. Потребовалась вся моя воля, чтобы успокоиться. Хотелось разорвать на части посмевшего тронуть Ласку, и я был готов прямо сейчас отыграться даже на его слуге.

Но… дело превыше всего. Вернуть Ласку важнее, чем мстить за неё. Когда она вновь откроет глаза, мне будет уже плевать на какого-то падшего лисьего императора. Если Ласка будет не в обиде, хоть в лысую черепушку его поцелую.

Глупые мысли помогли сбить охватившую меня ярость.

— Рад, что ты это понимаешь, приятель! — улыбнулся Келемвор, но глаз у него задёргался, а уверенности поубавилось. — Тогда на этом вторая часть нашего общения заканчивается. Дальше, думаю, я пойду, пока меня пустотой не заразили, хехе. Удачи! Кстати, был рад увидеть легендарную Филин!

Всё произошло слишком внезапно.

Вспыхнуло яркое, неестественно-лазурное пламя, которое охватило вдруг фигуру, и на пол упали уже обугленные останки тела.

Я по привычке активировал воскрешение, но…

— Это не он, — заметила Фил. — Круто.

Девушка отсалютовала остатками алкогольной настойки.

На полу лежало тело незнакомого светловолосого мужика с клиновидной бородкой. Он совершенно не походил на того, с кем я общался несколько секунд назад.

— Любопытно, — произнёс Безупречный. — Его меняли физически. Как-то подделали облик без магии.

— Пластическая хирургия? — задумался я.

— Ээ… гаруспики? Не суть. Тело видоизменили и подселили в него чужую душу. По части переноса душ Харо Пустынный лучший специалист Мельхиора. Это ведь он создал аниматургию из некромантии с изнанкой.

— В любом случае, теперь понятно, что это была ловушка для нас, — сказал я.

Только сейчас я, прокрутив в логах наш диалог, понял, что сам Келемвор ни разу не сказал ничего про богиню отчаянья.

Второй игрок всё это время стоял рядом с порталом. Как и стоял до этого по ту сторону. Потому никто не обратил внимания, как он сразу, едва только вспыхнуло синее пламя, шагнул на ту сторону.

Портал погас на моих глазах.

Я от избытка чувств ударил кулаком по стене и фиолетовое пламя отожрало ещё часть души и разума.

Проклятие! Нужно быть осторожней.

Нашарил зелье покоя и успокоительное. Запил второе первым. Стало чуть легче.

— Значит, заперли здесь фактического главу конкурентов на голову врага всего сущего, — хмыкнул Безупречный. — Не удивлюсь, если через некоторое время откроется второй портал, и ты воссоединишься Лаской.

Я скрипнул зубами.

— Если бы всё было так просто, он бы честно мне рассказал весь план, и я бы остался здесь добровольно на столько, сколько нужно, — сказал я. — Скорее, я думаю что эта Церковь — полна кротов и перебежчиков от пустотников.

— Поверь, Харо и Тефнут бы никогда не…

— Тише вы оба, — остановила нас старушка. — Думать след не о том, как мы попали в ловушку, а как мы будем из неё выбираться.

Кот кивнул, отошёл на пару шагов и плюхнулся на холодный бетонный пол в медитацию. Лишь натянул лапой шляпу пониже, чтобы скрыться от электрического освещения.

— Син, слушай, это не наша система, — подал голос Терми.

— М-м?

— Сам посмотри.

Я призвал инфо и по душе пробежали ледяные мурашки недоброго предчувствия.

Там было совсем не то, что я привык там видеть…

Синаэль тар Мантикор

Вид: мутант (фелиноморф)

Класс: старший медик 7 разряда

Статус: здоров, безумен

Оружие: резная палка из неизвестного дерева

Панель была совершенно непривычной и не похожей на мельхиорскую. Расплывчатые данные зелёным машинным текстом в футуристичной рамке.

— Слышала, Неф, тебя палкой назвали.

— Со мной разговаривает этот мир… не так, как прежде, — задумался и Безупречный.

— Это система Колдерии, — пояснила Фил. — Меня, кстати, тоже в мутанты записали. Как и вас, полагаю. Здесь не предусмотрены стандартные расы. Только люди, мутанты и зомби.

— Здесь и мутанты есть? Та крыса о них не говорила…

— Просто мобы, — отмахнулась Филин. — Ничего интересного.

Панель с заклинаниями тоже исчезла. Но для работы было достаточно и памяти. Запас маны у меня достаточно большой. На некоторое время хватит, но не на прямой портал домой.

Расстояние между планетами могло сослужить очень плохую службу со стоимостью перехода.

Затем проверил работу инвентаря. Слава Рассвету, он работал почти так же, только изменился дизайн, и футуристичные зелёные надписи выдавали почти на всё названия и описания в стиле «неизвестная трава», «неопознанная жидкость».

Земным вещам и тому, в чём магии не было, повезло больше. Там названия чаще были правильными и в некоторых случаях даже описывались свойства. К примеру, у земной фармакологии.

Когда я уже было решил, что с этой стороны проблем не будет, и попытался закинуть в инвентарь пока что не нужный посох, как понял что это… невозможно.

Обычно достаточно было открыть инфо со вкладкой инвентаря, а затем физически перетянуть нужный предмет в неё. Но здесь посох просто проходил сквозь.

— Фил, что здесь с инвентарём? Как он работает?

— Почти так же, но размер меньше. Предполагается, что это твоя сумка, а не переносное измерение-склад.

Я хмыкнул и покачал головой. Мой инвентарь на склад как раз и походил.

Затем заглянул в раздел с навыками. Здесь список просто стал совсем скудным. Всё связанное с магией исчезло — остались лишь физические, вроде плаванья и кулинарии, и умственные типа проницательности.

Но тем не менее, пользоваться силой я всё ещё мог. Контроль воды работал прекрасно. Заклинания — тоже. Только теперь о том как их применять, нужно было помнить.

Если так, то лучше будет перейти на конкретные способности, по старинке. Неизменённое заклинание требует меньше маны.

— Начнём с разведки и создания источника, — принял я решение. — Собирать с нуля слишком дорого, так что сначала попробуем найти воду здесь. Нужен большой водоём. Если без магии создать не выйдет, тогда придётся тратить ману.

На саму разведку ману я тоже не тратил, хотя можно было распустить туман и выяснить примерную карту этого места. Но если враг в целом понятен, такие меры были и не нужны.

Если бы здесь водились монстры, соизмеримые с силой высшего мага Мельхиора, здесь бы не выжил ни один человек без сверхспособностей.

Ангар имел три выхода. Два вели вглубь некоего подземного комплекса. Освещения не было, Филин уже доставала из инвентаря магические светильники. Работали они так же, хотя без подпитки естественного магического фона вокруг, из которого и бралась регенерация маны, вечными они как в Мельхиоре, не будут.

Дальше шли один за другим коридоры, соединяющие большие залы с оборудованием. Второй переход вёл, судя по всему, к жилым модулям внутри комплекса.

Третий выход из ангара — был выходом во внешний мир.

К нему я и подошёл, ощутив самое прекрасное явление природы для мага воды — дождь. Здесь он был холодным и…

Капля упала на открытую лапу и зашипела, больно обжигая кожу.

— Кислотный дождь… и весьма концентрированный, — произнёс я для остальных.

— Идём внутрь? — предложила Филин.

— Внутри мы вряд ли найдём место для источника… Хм, интересно, подойдёт ли озеро из кислоты? Вода в осадках тоже содержится, иначе я бы так хорошо стихию не ощущал.

— Если есть жилые модули, то может быть и запас воды, — задумался Терми.

— Оставим как запасной вариант. Воды потребуется тогда слишком много, и её нужно будет собрать в одном месте, чтобы создать видимость водоёма. Хотя… может быть подошли бы цистерны, если у них есть некое центральное водоснабжение.

Снаружи был вечер. Где-то в отдалении послышался вой. Точно не волчий. Не решусь даже предположить, что это там за тварь.

Мутанты, хах… Сочувствую тем игрокам, которые здесь остались.

На улице уже было холодно. Где-то близко к нулю, но ещё не перешло за его границы. Планета удерживала остатки тепла. Долго, точно без вмешательства со стороны не обошлось.

Мокрые клочья грязного снега, сбитые в комки и прибитые грязью, здесь тоже были.

Перепады температуры создавали плотный густой туман. В том числе и из воды, хотя лично в него я бы без костюма химзащиты или активной ауры не вошёл.

Костюмы, кстати, тоже были — висели на стене вместе с серыми противогазами.

Что ж, погулять по другому миру с другой системой я не против. Но боюсь, нагуляюсь я слишком быстро. Запас зелий и прочности моей психики ограничен максимум двумя-тремя сутками.

Так что если я не придумаю способ вернуться в Мельхиор в течении этого времени, Харо Пустынный сможет праздновать победу над злым пустотником в моём лице.

9. Истинный Ад

Главная проблема виделась мне во времени, а не в мане или другой планете.

Без нормально работающей системной справки было сложнее. Придётся действовать наугад, не зная, как именно отреагирует мир на порталы и прочее.

Для начала — нужен сильный источник маны. Затем можно будет думать про облачную башню и организацию магического портала.

Личного запаса мне хватит только при условии, если я найду крупный резервуар с водой.

— Терми прав, — вмешалась Филин. — Здесь должны быть цистерны с технической водой. Тебе подойдёт такая?

— Главное количество. И отсутствие совсем странных примесей. Лучше всего речная, но разбег там довольно большой. Даже дистиллят использовать можно. А вот с кислотой, наверное, уже не сработает. Нужно пробовать.

— Дафна — слабое божество, — произнесла Хозяйка Мрака скрипящим голосом. — Слабое и глупое, раз полезла сюда и ввязалась во всю эту историю.

— Тем не менее, выиграла она уже очень много, — не согласился Безупречный. — Думаю, очень скоро её глупость, стараниями Подвального, приведёт её к становлению очень опасным игроком.

— Посмотрим, куда понесёт Трибунал его второй столп.

Они говорили о Нефтис. Осколки сознания богини в посохе и в амулете едва ли могли подарить ей достаточно времени в реальности.

Вскоре мы встретились с первыми здешними обитателями.

Это была троица зомби, с которой разобрался Безупречный своей рапирой.

Несколько минут мы потратили, чтобы понять, с чем имеем дело и почему существо без некротической энергии функционирует. Оказалось — всему виной какая-то паразитическая дрянь.

Центров сосредоточения паразитов у твари было несколько, и уничтожить существо окончательно можно было только сжигая их. Но если попасть в средоточие этой самой паразитической дряни, например, избавить от головы, можно надолго существо парализовать.

В общем, классическая игра про зомби.

— Если что, зомби здесь были и до слияния миров, так что это скорее всего даже не бывшие люди, а бывший код, — сообщила Филин больше себе, чем нам.

Она со скрипом открутила пробку с новой бытылки. Сделала глоток.

— Дай-ка сюда, доченька, — попросила её Баба Яга.

Старуха сделала глоток настойки, затем что-то прошептала и вернула девушке.

— Заговор на прояснение разума, — шепнул на ухо Подвальный.

— А ты не подглядывай, блохастый! — буркнула Хозяйка. — Интересный выбор астральной зверушки.

— Если ты тут, значит астрал работает? — спросил я у своего контрактного духа.

— Я пришёл вслед за тобой, очевидно же. Мр-р… Интересное место. Здесь нет печати ни одного из богов. Хотя отметился Харо Пустынный. Через несколько тысяч лет миром будет править их культ, но… это мы исправим. Пойду метить тер-риторию.

— Не забудь потом передать карту окрестностей, — напутствовал я его.

Цистерны с водой охранялись новым выводком зомби. И помогать Безупречному пришлось нам всем. Здесь же появились зомби-мутанты, выстреливавшие языками или взрывавшиеся при приближении в попытке заразить и нас.

Зомби-маг это наверное страшно.

Труда это нам не составило. Иметь бы источник маны, можно было бы попробовать разные способы изменений. Но сейчас старался обходиться простейшим — просто посылал сжатый поток воды, отсекавший части незащищённой плоти.

Этот трюк требовал очень высоких параметров мудрости с интеллектом и ещё более высокого навыка стихийного контроля. Но хоть и не был специальным заклинанием, обходился дешевле парового взрыва.

Варить зомби оказалось гораздо затратней по мане.

Друзья и наставники тоже старались экономить ману. Терми махал мечом без фрактала, Филин стреляла из арбалета, Безупречный, показывая чудеса акробатики, нарезал большую часть врагов в капусту.

Впереди в полумраке виднелись цистерны с водой.

Их месторасположение я определил стандартной чувствительностью к родной стихии.

Наверху нас ждало ещё несколько зомби, часть из которых стреляли костяными шипами.

На плече у одного из зомби был изрядно вымазанный автомат, напоминавший Калашников. А морда зомби была закрыта противогазом, правда, с разбитыми стёклами.

Вода внутри резервуаров наполовину пересохла и слегка застоялась. Но в первой кто-то умудрился ещё и утонуть. Наверное, это не придётся по душе инфантильному водному божеству, так что лучше будет освятить под источник второй резервуар. Там хотя бы никто не плавал…

Я внутренне обратился к Дафне и произнёс слова посвящения источника.

Так замер на некоторое время. Ничего не происходило — ни со второго, ни с третьего раза.

Странно, ёмкость была достаточно вместительной. Даже наполовину пересохнув… ладно, это паршивая лужа, кого я обманываю.

Попробовать слить обе цистерны воедино?

Напрямую мана из воды тоже не тянулась. Нужно было в ней рассеивать свою, чтобы управлять.

Пока я изучал ёмкости, Безупречный в одиночку зачистил полноценную волну монстров с мутантами внизу. Уровень сложности этого мира пока что не впечатлял. Хотя, предполагается что здесь ходят плюс-минус обычные люди с автоматами, а не легендарное существо, которое не одну сотню лет оттачивало искусство владения оружием.

Нужна вода…

Или для начала — просто высокое место. Тогда можно попробовать применить владения. Частички воды должны быть здесь в любом случае. Но это тоже трата маны.

— Фил, здесь бывают вышки или что-то такое? Должно же быть?

— Карты у меня нет, как ты понимаешь. Я здесь не так-то и много была. Знаешь, я ведь любила лор, глубокие проработанные миры со множеством сложных легенд и отсылок. А здесь банальный неудавшийся эксперимент, мутировавший вирус и появление зомби. Просто классическая сборка штампов. Разве что с атмосферой здесь хорошо поработали… не отнять.

На стенах всюду в изобилии висели пропагандистские плакаты и символы. Высокие здания, массивные монолитные колонны.

Чтобы найти башню, потребовалось потратить ещё некоторое время.

Я всё сильнее ощущал лежащий на психике груз дебафов. Пока ещё это не сильно влияло, но долго я на зельях не протяну.

Наверх башни я шёл едва ли не бегом. К тому моменту мы уже обзавелись противогазами — благо здесь они были в изобилии в разных шкафчиках. Здесь же нашли лечебную панель, которая восстанавливала организм если к ней прикоснуться. Технология очень странная для реальности, но вполне логичная для игры.

Вид, открывшийся мне оттуда не сильно радовал. Место было пустынным городом-призраком. Большую часть занимали комплексы зданий. А дальше начиналось что-то вроде моря.

В отличии от мельхиорских, оно больше походило на неприятную стоячую лужу с неестественного цвета зеленовато-коричневой водой и торчащим крупным мусором. Зрелищная картина распада, хотя и не особо реалистичная, с учётом торчащего крыла самолёта рядом с плавающими наверху цистернами.

Применять магию не потребовалось — хватило и собственных глаз.

Кислотный дождь закончился, и небо казалось безопасным.

Я попробовал активировать призыв фамильяра и к своей радости услышал знакомое «Кя!»

Крылатая кошка потёрлась мне о ногу, и на миг стало легче дышать. Я словил себя на том, что до боли сжимаю зубы, а мысли снова унеслись к Ласке. Пришлось вытащить из инвентаря ещё один фиал зелья покоя. Они уже начинали действовать хуже…

Формула посвящения источника снова не сработала. Перебор с количеством жидкости?

Мы с Искролапой приземлились у кромки воды. Надеюсь, что воды.

Подошёл поближе к зелёной массе. Вспомнил кислотный дождь и решил не окунать туда ноги, а для начала бросить, например, палку.

Ну, шипеть она не стала. И импульсу маны подчинялась. Очень грязная, ядовитая, и вообще странноватая, но вода. Для управления она требовала больше маны, чем полагается. В цистернах в сравнении — вообще подземный источник.

Кстати, может, поискать их?..

Запасы маны безграничными не были.

— Что скажешь, Подвальный? — обратился я к контракту.

Тот, как я и думал, прекрасно меня слышал.

— У стихийного бога здесь нет зацепок, — произнёс он с лёгким удивлением. — В этом мире никогда не поклонялись никаким богам воды? Да и вообще… это место отторгает богов.

— То есть богиню Пустоты сюда тоже не скинуть?

— Физически — легко. Но дух её оживёт везде, где есть её аспект. Кроме, кстати, этого мира. Любопытный эффект.

— А тебе сюда ходить ничего не мешает?

— А должно? — покачал головой кот. — Мне же пока ещё никто не молится… ну, массово.

— Естественного восполнения маны здесь тоже нет. На чистый портал мне не хватит сил. Ритуалистика тоже работать не будет. Хитрая ловушка…

— Не думай о проблемах, Синаэль, думай о возможностях, — улыбнулся Подвальный Кот.

— Возможности… это какие?

— Вот и думай, какие, — улыбнулся он. — Я просто учу тебя правильно мыслить.

— Что-то у меня слишком много наставников появилось, не находишь?

— Как много ошибок в слове «спасибо», — кот картинно покачал головой.

Ваш интерфейс был обновлён.

Я открыл панель инфо, и обнаружил в дополнение к зелёному тексту оранжевый, который дополнял описания всего, что я видел вокруг.

— Спасибо, — повторил я.

Теперь я мог сам отслеживать в инфо, сколько у меня осталось маны, и снова следить за состоянием статусов от пустоты. Пока что в списке была только тревога и нервное напряжение. Звучит не так страшно, если не знать, что я опустошил зелье покоя менее чем минут пять назад.

На всякий случай вывел оповещения о получении новых статусов, чтобы лучше отслеживать влияние проклятой стихии.

Путь обратно занял ещё меньше времени — подгонял начавший вновь моросить дождь. Пока что не такой едкий, как прошлый, но мало ли… Да и Искра никогда не была любителем воды.

Заглянул в стоимость заклинаний и понял что астральные врата на Землю и в Мельхиор построить мне вполне по силам и отсюда, но цена… у меня столько не было.

Небо начало казаться мне личным врагом, а голову начали заполнять мысли о кровавой расправе над всей кодлой, зовущейся Церковью Полуночи и Орденом Тиши. И особенно этот поганый клан игроков!

Был ещё один способ заплатить за портал. Взять силу у Пустоты. И тогда от настоящего меня останется ещё меньше.

Кто-то должен довести всё до конца. Уничтожить неназываемое зло, чтобы оно больше не разрушило ни чью судьбу. Уничтожить или сдохнуть, пытаясь. Иной судьбы для себя я не вижу.

Если я заплачу стихии новой частью своей души, я перейду на вершину четвёртого ранга стихийной связи… если очень сильно повезёт. Но скорее я бы ставил на появление первого после неназываемой, пустотника такого уровня. Хотя у неё, наверное, связь ещё выше…

Я бы не колеблясь пошёл бы на это, но шансы что из портала выйдет что-то способное соображать — почти нулевые.

Это будет бессмысленная жертва. Или даже наоборот, открыв портал, я сброшу на Мельхиор ядерную бомбу в виде себя!

Неужели Келемвор хотел именно этого?

Но ведь такой поворот событий — это смерть для всех, кроме тех кто служит чудовищу.

Может, он предал своих и переметнулся?

Изменение статуса: паранойя пустоты.

Нет… всё не так…

Враг знал, что я этого не допущу. Зачем мне сказали брать с собой самых сильных неписей? От них тоже хотели избавиться? Или… четыре замучанные и разрушенные души, заражённые пустотой — достаточная плата за портал в Мельхиор?

Небольшая жертва — и я вернусь домой с остатками своей души.

Небольшая жертва… которая будет щедро оплачена. Памятник Безупречному, почитание Филин и Терми как святых мучеников…

Боги, нет, что я такое несу!

Это не могут быть мои мысли!

Получен статус: паника пустоты.

Из инвентаря появился флакон с зельем покоя. Открываю и пью до дна. Нервно глотаю холодную горьковатую жидкость, запивая успокоительное.

Смотрю на статус.

Смотрю на статус…

Смотрю на статус…

Почему он не меняется?

По лбу стекла одинокая струйка пота.

Пью ещё одну. Достаю самокрутку с листьями серны по рецепту Хозяйки.

Получено +20 ед. к воле.

Двадцать единиц — это очень много. Норма для человека — восемь — говорит в голове учительским голосом Танатос.

Обратная сторона этой дряни в том, что теперь я буду слишком уверен в своей правоте.

Если и это не поможет — оставался флагерий.

Заклинание, выжиравшее ману…

Я представил себя бегающим в костюме мага с автоматом от орд зомби. Кошачьи рефлексы делают меня сильнее обычного человека, и у меня есть ручная пещерная мантикора.

Впереди показался вход в ангар — тот, у которого мы вышли из портала.

Мы собирались встретиться здесь с остальными. Поскольку враг достаточно слаб, бродить по одиночке было вполне разумной затеей. В крайнем случае было универсальное решение в виде заклинаний и прочих способностей, требующих маны.

Я пересёк черту входа в ангар. Все уже были здесь.

— Син! Удалось найти что-нибудь? — спрашивала Фил.

— Похоже, маны воды мне так просто не видать. Здесь нет места богам.

— Есть способности конденсировать ману из окружающего пространства, — задумался Безупречный вслух.

— И сколько им обучаться, для справки? — спросил я. — Или у тебя есть книга навыков с собой?

— Перебираю варианты, — отмахнулся лысый убийца.

Получен статус: слуховые галлюцинации.

— Убей, убей их всех, вырви души, — послышался настойчивый шёпот. — Тебе хватит на это сил! А затем вернись и разорви всё, что посмело встать у тебя на пути!

В голову полезли мысли и образы, где я всевозможными способами убиваю и пытаю всех собравшихся.

Перевёл взгляд на Искролапу и подумал… а ведь в ней тоже есть душа.

Стихия отчаянья обожает предательство.

Отшатнулся.

— Син, с тобой всё в порядке? — спросил Терми.

— Да… — выдавил я и открыл инвентарь.

Ещё одна бутылка. Хотел было закинуть пустую банку обратно, но вспомнил, что инвентарь из-за бага с размерами работает сейчас лишь в одну сторону.

— Что вы нашли? — продолжил я.

— Здесь на нижнем уровне есть бассейн, — сказал Терми. — Его походу как охладитель использовали.

— А ещё я нашла что-то вроде дозиметра радиации. И он мне не нравится. Здесь везде… на грани нормы, — сказала Филин. — Как бы это не какая-нибудь атомная станция ко всему прочему. Хотя, если бы она могла взорваться, то уже давно это сделала… наверное.

— Я чувствую в тебе жажду крови, ученик, — обратил внимание Безупречный.

— Да… долго я не протяну, но время ещё есть.

На наставника я старался не смотреть — воображение рисовало всякую жуть, которую я могу с ним сделать.

Если бы кто-то здесь мог читать мысли, подумал бы, что я конченый маньяк. Я сам себя чувствовал кем-то подобным — слишком много сил уходило на то, чтобы постоянно держать в голове нить адекватности.

Нет, я никогда не причиню вред никому из здесь присутствующих.

— Тогда ты никогда не вернёшь Ласку и останешься здесь навсегда, — прошептали голоса в голове.

— Мне… нужно побыть одному, — с огромным трудом заставил я себя проговорить.

Получен статус: произвольные искажения.

Проход в сторону вышки над комплексом слегка плавал, а стены угрожающе нависали и давили на голову. Стало вдруг нечем дышать.

Сердце сковало уже не страхом, а ледяным ужасом. Подскочила паническая атака.

Я принялся повторять про себя, что это всё — лишь влияние стихии. Мне бояться здесь абсолютно нечего. Местные монстры не представляют угрозы. Друзья тем более желают мне добра. Ну а до Келемвора мы ещё доберёмся…

Нужно раздавить их мерзкую секту, посмевшую встать между мной и моим покоем!

И для этого мне нужна сила.

Они погибнут как герои. Во имя Трибунала.

— Ищите водоёмы. Не разделяйтесь — здесь может быть что угодно. Пробуйте свои способы привлечения маны. Портал обратно — только вопрос времени.

Я не соврал ни в едином слове. Я бы и сам вышел из этой ловушки без помощи пустоты, имей хоть немного больше времени в запасе. Есть ведь и другие способы получить ману. Безупречный прав. Медитация плюс высокий навык контроля. Простая сублимация маны. Или может, что-то из объединения стихий. Перевод в некую универсальную ману… теоретически и то, и то может помочь.

Нужно лишь время…

Зелий покоя в инвентаре было ещё прилично. Я старался чтобы в запасе всегда было несколько десятков.

Но что делать, если и их сил уже не хватает?

— Син? — обернулась ко мне Филин.

Я увидел в воображении несколько способов, как можно заставить девушку испытывать максимум болезненных негативных чувств, которые так любит проклятая стихия.

— Оставь его, девочка, — сказала Хозяйка. — Ему самому след разобраться со своими демонами.

Как будто этот способ есть, — фыркнул я и грубо вырвал из рук Филин бутылку с крепкой настойкой.

К чёрту зелья — никакого проку от них!

А затем направился к выходу в коридор, в сторону вышки, в сопровождении одной лишь пещерной мантикоры, на которую я старался просто не смотреть.

Внутри клокотала чужая ярость и агрессия, которую я как мог пытался погасить старой доброй дыхательной гимнастикой. Вдох-выдох…

Второй способ получить ману у пустоты тоже есть.

Если не хочешь дарить ей чужие души — всегда можно отдать часть собственной…

Погрузиться в своё безумие, вспомнить о Ласке и о древнем зле, похитившим её тело и облик. И собрать всю силу на создание нового портала на Землю. Странно, но туда портал стоил дешевле.

Я сконцентрировался на физических ощущениях. Попытался почувствовать ткань карминовой мантии инквизитора. Плотно облегающую тарийскую обувь. Успокаивающую, слегка прохладную поверхность посоха…

— Мой жрец… как бы я хотела забрать себе всю твою боль… — послышался тоненький голос Нефтис через проклятия пустоты.

Голоса в голове даже перестали проявлять изобретательность. Они просто без остановки изрыгали проклятия против меня, моих близких, богов, мира, жизни…

— Ты слишком слаба, — ответил я.

— Моя сестра выдержала пустоту. И я тоже смогу.

— Ты не такая, как она, Нефтис. Мы с тобой так много вместе прошли. Я знаю тебя лучше, чем себя…

— Её пустота идёт вовне. Она ищет то, что заполнит дыру в её сердце, но сама не способна любить. Я же — оберну всё это внутрь.

— Против себя?

— Я бы отдала всю себя, если бы могла так добавить этому миру хоть немного покоя.

— Твоя жизнь стоит больше.

— Я божество-неудачник, Синаэль.

Возникло огромное желание сломать серый посох и разбить хрупкий кристал фосфофиллита в навершии. Сорвать и разбить амулет, подаренный Арахной.

— Сделай это. Я унесу с собой часть твоей пустоты. Унесла бы всю, но я и правда, очень слабое божество-неудачник.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её, — тихо прошептал я.

А затем повторил снова и снова.

Нефтис затихла, слушая молитвы себе.

Я закрыл глаза и положил на колени посох. Ощутил ледяной бирюзовый кристалл.

Один бог в этом мире был.

Настоящий ад находится не снаружи. Истинный ад всегда находится внутри.

На панели инфо показатель маны сделал первый маленький шаг в сторону заполнения шкалы. Мана, что касалась аспекта покоя и проходила через силу осколков богини замораживала мысли. Внутренний диалог начал гаснуть, и остался лишь мой собственный голос, повторяющий будто мантру слова молитв Нефтис.

— Синаэль! — в голосе Нефтис послышалось удивление и даже недоумение.

Я открыл глаза. Мир перестал ездить, двоиться, а состояние стало чуточку лучше. Похоже, мне удалось заморозить мысли и обезвредить внутренний диалог, заражённый проклятием пустоты.

Состояние было зыбким и казалось, шаг в сторону и я снова превращуюсь в опасного безумца.

— Мой жрец! — воскликнула радостная богиня. — Я чувствую ещё один осколок моей души! Он в этом мире!

10. Луч надежды

Я поднялся на негнущихся ногах и осмотрелся.

Логики в этом не было. Никакого осколка Нефтис здесь быть не могло.

Если только его кто-то сюда не засунул. Например, Келемвор.

Но тогда что же получается? Что он не враг, а наоборот, помочь хотел? Почему тогда просто нормально не сказал всё как есть? Зачем этот цирк?

Сконцентрировался. Примерно понял, где находится нужное место. Где-то в глубине комплекса, куда мы ещё не заходили.

В биении сердца я ощутил пульсацию знакомой энергии, как в посохе и амулете.

Сошёл с места. Со сжатыми до боли зубами и изо всех сил рвущимся наружу бешенством. Не удержался и по пути ударил стену изо всех сил кулаком. Без магии, просто чтобы ощутить отрезвляющую боль.

Призвал над собой небольшую тучу и устроил себе тёплый душ прямо над головой. Как и любого мага воды, контакт с родной стихией работал как способ успокоиться и повысить боевой дух. Да, это стоит маны. Но лучше уж так. Всё равно что-то мне подсказывает, скоро придётся использовать флагерий и вообще лишиться магических сил.

Или этого враг и добивается?

Под угрозой заражения мёртвой магией обычно быстро вспоминаются все мотивы и готовность их выдавать.

Так, тихо, Синаэль. Тихо.

Ласки рядом не было, и я ощущал жгучую ненависть ко всему вокруг за этот факт. Включая себя. При этом я отдавал себе отчёт, что это ненормально — последствия влияния проклятия на разум, не более. Двойного проклятия, если считать особенности тари.

Обернулся назад. Увидел, что пол за мной плавился и превращался в покрытое пустотными миазмами месиво. С каких пор пустота так сильно влияет на материю?

Мысли в голове были одна хуже другой. Я старался их забивать другими. В какой-то момент начал петь песни, повторять стихи, молитвы — всё, что приходило в голову, просто чтобы забить внутренний диалог. Затем выпил ещё пару зелий покоя, убедился, что даже они больше не действуют. Взгляд упал на бутылку с алкоголем в инвентаре — Фил он помогал, и мне может. Но не хотелось бы из-за этого наоборот потерять контроль и сорваться.

Духовный след довёл меня до большого окна с выбитыми стёклами.

Я стоял перед внутренним двориком. Вот почему мы не исследовали это место — нам не было нужды сюда выходить.

Это была квадратная площадка, достаточно широкая. Заасфальтированнная дорожка по периметру, за ней — клумбы мёртвых растений и дерево. Большое и ветвистое, и на удивление — живое. Местная ненормальная погода с кислотными дождями его уже почти прикончила, однако оно было ещё живо, судя по чахлой зелёной поросли внизу.

Раньше дерево было очень густым и ветвистым, потому верхние ветви похоже немного защищали собой нижние. А дожди здесь бывают не только ядовитыми.

Сейчас тоже накрапывал дождь. Крайне слабый. И вода была дерьмовой — уж я как маг воды на раз это чувствую. Но это была именно вода. Грязная, немного отравленная, но вода.

Я шагнул в окно и упал на асфальт, где разлился лужей и собрался вновь.

Направился к дереву.

Нечисть тоже была тут как тут. Но я ей даже обрадовался. Есть на ком выместить злобу.

С силой вонзил посох в начало земляной насыпи бывшей клумбы и резко развернулся к врагам.

Ко мне бросилось несколько зомби. Усиленная реакция позволяла легко уклоняться. С несколько минут я просто занимался рубкой ходячих покойников. Затем подоспели мутанты, и старая тактика начала давать сбой.

Плевуны и твари с длинными острыми языками сильно мешали, сбивая с ритма сражения дальнобойными атаками.

Пришлось использовать мерцание, одну из расовых способностей. Короткий портал позволил выскочить прямо перед одним таким. Ледяные когти нарезали голову аккуратными блинчиками.

А ещё спустя миг — в меня вонзились сназу три языка окруживших это место тварей.

Так себе попытка убить водного мага. Я просто обратился в кипящий пар, сварив конечности мутантов.

Короткий портал к следующему — с ним я рассправился ещё быстрей, но сразу за этим последовала попытка крепких обьятий со стороны неестетсвенно раздутого мертвяка.

Последовал противный грохот и меня с ног до головы окатило зелёной мерзостью и слизью.

Система, как я и просил, оповестила о новом сюрпризе. Правда на этот раз не от пустоты:

Получен статус: заражение мутализмом.

Раса «фелиноморф» будет изменена на «мортус» через 36 мин.

Вот значит как?

Активировал снежную чистоту. По телу прошлась волна маны, вымывающая всё лишнее из организма. Статус исчез, но ненадолго. Почти сразу же меня попытался обнять второй такой же. А стоило от него уйти коротким порталом — как на новом месте меня уже встечали плевуны, изрыгающие заражённую слизь.

Если где-то существовала шкала ярости, то сейчас она была опасно близка к своему заполнению.

Ненависть переросла в жажду крови. Я позабыл о том, как ценна в этом мире мана, и разлился туманом, охватывая всё поле боя. Посмотрим, как эта мерзость будет противостоять боевому магу в полной силе!

Я принялся с бешеной скоростью перемещатся по полю боя с мутантными зомби. На доли секунды я собирался перед противником, наносил удар и тут же переносился в другое место. Контроль воды позволял быть по-настоящему вездесущим.

Затем сам не заметил, как принялся применять и другие умения. Зомби продолжали лезть во внутренний дворик со всех щелей. Я увидел, как твари бодро шагают в окна по всему периметру. И нужно сказать, простых ходячих здесь уже почти не было. Всё больше было мутантов, и появлялись новые виды.

Для рейда местных это была бы верная смерть, но не для боевого мага. Даже трёхметровые громилы, бронированные мутанты с наростами костной ткани, ваншотались. Правда, уже паровым взрывом.

Следом за ними пошли быстрые зубастые твари, в которых от людей уже почти ничего не осталось. Потом — что-то летучее и очень отдлалённо напоминающее человека. И наконец, вишенка на тортике. Какая-то невнятная жуткая тварь с уродливым растянутым ртом на белой морде, два разных глазных отверстия, отсутствие носа, несколько рук, белый халат учёного и ореол из зеленовато-бурой заразы.

Однако опасней была его свита — несколько мертвецов в противогазах и камуфляжных костюмах, полностью закрывавших тела. Твари сохранили остатки разума, которых хватило на то, чтобы начать поливать всё поле боя случайными выстрелами.

Водное тело на огнестрел плевать хотело — так я думал, и это доказал бывший мир-темница. Но здесь похоже вооружение шагнуло чуть дальше. Первая же попавшая по мне пуля вызвала жгучую боль и изменение статуса:

Получен статус: радиационное облучение.

От места попадания по телу прошлась волна, и вместе с ней появилась целая простыня эффектов — слабость, тошнота, ожог, деградация костных тканей…

За первой пулей незнакомого, но крайне опасного оружия последовали вторая и третья. И все они, хоть и пролетали через состоящее из воды тело насквозь и не могли навредить напрямую, тем не менее едва не прикончили меня на месте.

К счастью, на душу радиация не влияет. А потому я просто пересобрал своё тело из воды заново. Ничего сложного для мага моего уровня. Но мана начинала опасно близко подходить к концу.

— Отдайся мне… Синаэль… отдайся пустоте… стань един с пустотой… я дам тебе силы…

— Заткнись, — пробормотал я сам себе.

Телепорт, удар, минус один.

И сразу распадаюсь туманом.

Трассеры радиоактивных пуль проходят через упавшие на землю облака.

Я выныриваю перед следующим. Он успел среагировать, но паровой взрыв разнёс оружие у него в руках.

Вся вода вокруг была едина со мной, а я — видел через неё всё поле боя. Оставалось лишь насыщать нужное место паром и маной и подрывать.

Вскоре четвёрка была обезврежена.

Сражение с самим местным боссом заняло времени ещё меньше. Я вышел перед ним из портала лишь для того, чтобы увидеть как сконцентрированная внутри него влага паровым взрывом разнесёт его тело на мелкие вываренные ошмётки.

Налетевший ветер растрепал белую шерсть и вишнёвую мантию инквизитора.

Я стоял на кровавом пятне, которым некогда был многорукий мутант.

Вот же мразь… почему он умер так быстро?

Нужно было воззвать к пустоте. Вдруг их остатков интеллекта хватило бы на жертву проклятой стихии?

— Я дам тебе силу бороться и с ними. За отчаяньем скрыты и другие аспекты… хочешь стать одним из них?

— Заткнись, — повторил я голосу в голове.

— Хочешь касаться своих врагов энтропией? Развеивать материю в прах? А может, хочешь стать первым, кто коснётся антиматерии? Обращать деволюцией врагов в неразумных тварей?

— В задницу их себе засунь! Я — маг воды!

Каждый шаг давался с трудом. Голоса слышались всё громче. Пылающие пустотной одержимостью глаза пытались найти вокруг хоть какие-то признаки жизни. И наткнулись на Искролапу. Мантикора тоже принимала участие в бою.

Сжал зубы ещё сильнее.

Я никогда не причиню этому существу вреда. Никогда. Что бы там не кричали голоса.

Каждый шаг давался с трудом, а голова работала едва ли не в четверть силы. Потому даже простая мысль активировать флагерий до меня дошла не сразу.

Ману я и так почти всю растратил на бой, и теперь потеря остатков уже не ощущалась так критично. Спасибо мутантам, что позволили сбросить часть накопившейся агрессии.

Убито зомби: 114

Убито некроморфов: 61

Убито высших мортусов: 20

Убито умертвий: 7

Ого. Разве их было столько?

Посмотрел на окровавленные руки. От останков зомби меня очищала вода, так что не смотря ни на что, я оставался чистым. Кровь была моей. Похоже, побочка от флагерия.

В голове прояснилось далеко не сразу. Сперва несколько секунд не было вообще ничего, кроме слабости и головокружения от списания всей маны. Затем с запоздангием по всему телу открылись раны. Я понял, что кровь течёт из глаз, носа, ушей… жуткое зрелище, должно быть.

Стело дерьмово. Весьма дерьмово, я бы сказал. Но — физически. В голове прояснилось. Не знаю, что конкретно делал флагерий — эффект был неприятным и по своей воле использовать навык было сущим мазохизмом. Однако это работало.

Искролапа потёрлась о ногу и преданно заглянула в глаза.

— Я никогда не подниму руку на своих, даже если это будет означать мою собственную смерть и безумие, — сказал я это больше себе чем ей. — Предательство самый мерзкий из грехов.

Опираясь на Искру, я дошёл до дерева и буквально свалился под ним, прижавшись спиной к серому стволу.

Серому…

Способность здраво мыслить постепенно возвращалась и возвращала меня в реальность. Мрак отступил. Я ощутил почти спокойствие. Серое дерево — это ведь та порода, которую я встретил в храме Нефтис. В самом начале своего бесконечно долгого пути длиной в жизнь.

Искролапа на миг скрылась из виду, чтобы вернуться спустя минуту с серой палкой в руках. Посох выглядел сломленным, полным выщерблен, сколов и трещин, будто был готов рассыпаться в руках. Как и кристалл в навершии — фосфофиллит почти раскрошился в пыль.

Однако всё это ничего не значит для этого артефакта.

— Неф, чисто из любопытства, а по какому принципу он меняется? — спросил я у пустоты.

По серой палке у меня в руках прошлись бирюзовые, слабо подсвеченные линии.

— Адаптируется под настроение владельца, — отозвалась богиня.

— И где твой осколок?

— Повесь амулет на дерево, — попросила Нефтис.

Что я и сделал. Камень тускло засветился бирюзой, как и посох. Затем оба фосфофиллита начали медленно мерцать в такт сердцебиению. Я положил руку на сердце и понял, что оно у меня сильно замедлилось. Наверное, я давно уже не чувствовал себя так спокойно.

Почти катарсис. Жаль, что это всё ненадолго.

— Откуда здесь древо покоя?

— Я… не знаю, — растерянно ответила она.

— Мог ли его сюда закинуть Харо или кто-то ещё?

— Не знаю…

— Филин говорилиа, здесь нет никаких богов. Этот сервер — просто зомбач. С радиацией, мутантами и всем таким. Вообще другой сеттинг.

На это Нефтис ничего не ответила. Расколотое божество сливалось с деревом. По всей изувеченной коре потянулись бирюзовые линии. Я почувствовал, нет, ощутил всем телом, как начал меняться мир вокруг.

Сраду даже не понял, что именно она делает, но затем вспомнил, как сам много раз посвящал водоёмы Дафне. Сейчас происходило нечто подобное, только основную работу делала сама Нефтис. Моего вмешательства не требовалось.

Посох тоже засиял и начал менять очертания. В землю упёрлись появившиеся из него корни, а от бирюзового камня к дереву потянулись бирюзовые же силовые линии. Изогнутые, будто те же коренья.

Это длилось наверное, минут пять-десять, после чего вдруг прогремело сразу несколько «взрывов». С громким звуком, будто проваливается каменный пол, по всему дереву одновременно из коры вырвались средоточия бирюзовых кристаллов.

Волна изменений прокатилась по древу выше. Там, где была обломана кора и древо было мертво, постепенно начала проявляться жизнь. Чахлые остатки пожжёных больных листьев обрели новую силу, а на мёртвом участке стали вырастать новые. Светящиеся бирюзой.

Сгущался вечер, потому древо было отчётливо видно, и вскоре именно оно стало основным источником света вокруг.

Затем к нам вывалилось несколько запоздавших за товарищами зомбаков во главе с мутантом. Они решительно направились к древу, но по пути сначала один, затем другой, начали останавливаться и замирать, глядя перед собой.

— Работает, — заметил я с усталой улыбкой.

Я свалился у корней дерева, и сверху тут же оказалась Искра, шершавым языком вылизывая лицо.

Улыбка стала чуть шире.

Но где-то вдалеке уже начала скалиться неназываемая тварь. Я начал ощущать тревогу. Пока ещё самую малость, и совсем не влияющую на мышление. Но… первый звоночек, как говорится. Ненадолго же хватает этого навыка. А ещё раз его уже не кастуешь — маны нет…

— Здесь действительно есть… мой отпечаток. Этому дереву не место здесь.

— Значит, завезли извне…

— Подойди, мой жрец. Станет легче.

Я с трудом встал. Искра выпустила меня из лап и села рядом, обернув хвостом лапы. Потрепал боевого товарища по пушистой голове и коснулся древа. То выгнулось и начало оплетать меня свежими побегами серых ветвей. Затем — медленно поднимать меня вверх.

Ствол вдруг треснул, и из трещины полился насыщенный светло-бирюзовый свет. Ветви поднесли меня вровень с ним, так что я смог заглянуть внутрь и понял, что светится камень.

— Всё дерево — это осколок? — удивился я. — Настолько большой?

— Большой, но не настолько, — мягко сказала она. Сейчас сам всё поймёшь.

Ветви понесли меня ближе к разлому. Голова закружилась и цвета вокруг начали искажаться. Свет становился ещё ярче, а всё остальное — наоборот, неестественно тускнело на фоне бирюзовых огней.

А затем — вспышка.

…

— Сестра… зачем ты делаешь это? Им же… ох… за что? Они ведь доверили тебе свои жизни?

— Мне интересно.

— Интересно? Им же больно! Они доверили тебе свои жизни. Разве ты не бог?

— Бог, — охотно ответила ослепительной красоты девушка, до боли напоминавшая Ласку.

Образы проступили с запозданием, но вскоре я смог разглядеть залитое солнечным светом поле, полное трупов.

— Ты должна защищать своих верующих… Я… Мы вместе попросим маму их вернуть.

Нефтис здесь выглядела тоже иначе. Без вечной печати скорби, без гримассы боли завязанных глаз, с которыми её везде изображали позднее. Правильные черты лица, чистые светло-бирюзовые глаза, напоминающие фосфофиллит. Волосы были заметно длиннее. Угольно-чёрные, как и у всех навов. Бледная, почти белая кожа.

Однако аристократические правильные черты благодаря большим красивым глазам, делали её немного наивной и будто потерянной. Будто не смотря на то, что она была старше, она казалась заблудившимся солнечным ребёнком, в отличии от младшей, которая больше напоминала малолетнего живодёра.

Слишком зловещей улыбкой тонких губ и хищно прищуренными глазами, она смотрела на сестру с насмешливым любопытством, как на забавную зверушку. А на тела зверски замученных разумных существ она вообще не обращала внимания. Эти игрушки уже отыграли свою роль и были сразу забыты.

Однако даже так на фоне младшей из дочерей старшая проигрывала — та даже через образ, даже с учётом флагерия и других факторов — она была настолько красива, что хотелось упасть на колени и целовать землю, по которой она ходила. Не может существо обладать такой паранормальной красотой.

— Их нельзя вернуть, Неффи, — пояснила младшая. — Когда они убили всех, к кому испытывали любовь, что-то сломалось. С ними стало не интересно играть. Они больше ничего не чувствуют. Только лопочут какая я красивая. Кажется, я сломала их.

Я ещё раз осмотрел пространство вокруг. Люди, эльфы, тари, асу, аму, кое-кто из полуразумных пещерных видов, которые в Доминионе считались монстрами.

— Они… ты что же, ничего не чувствуешь? — не поверила собственным словам Нефтис. Лицо девушки ещё больше побледнело, сделав похожей на призрака.

— Когда они приносили жертвы — чувствовала. Было забавно. А потом стало скучно. Вот решила тебе показать. Знаю, ты любишь такие истории.

— Алииса… — на лице у богини проступили светящиеся бирюзовые слёзы. — Что бы ты чувствовала, если бы умерла я или Теф? Или… наши мама и папа…

— Интересный вопрос, — задумалась младшая.

— Ты… ты чудовище, сестра… Почему ты продолжаешь всё это делать? За что ты так поступаешь с ними?

— Ты единственная, кто знает мой секрет, Неффи. Если ты расскажешь маме, об этом, она меня точно изолирует и запечатает в чаше. Тогда всё это прекратится.

— Если бы я хотела, то рассказала бы ещё во время того случая с котятами.

— Ой, это всего лишь звери… я их крики уже переросла. Хотя, звери священные, так что может запечатала бы и за них.

Нефтис покачала головой.

— Сестра… — старшая обняла младшую и крепко прижала к себе. — С тобой что-то не так, но мы справимся. Ты всегда можешь обратиться ко мне. Я не оставлю тебя, Лиис…

Младшая с отвращением оттолкнула старшую.

— Не прикасайся! — её аж перекосило от отвращения. — Мерзость!

А отстранившись, презрительно бросила:

— Нельзя вернуть то, чего нет, тупая ты овца… но она мне и не нужна, догоняешь? Я уже нашла способ сделать жизнь ещё интересней. Хотя твою идею тоже надо бы как-то опробовать.

— Мою идею…? — не поняла наивное божество.

— Мне вот интересно. Сдашь ли ты меня, если я скажу, что однажды найду способ вскрыть и твою душу?

— Ты — моя сестра, Алииса. Я никогда тебя не брошу. И найду способ вылечить тебя… Я найду способ вернуть тебе способность к эмпатии!

11. Аспекты

Я очнулся от сна под серым деревом. Сверху всё ещё моросил дождь, а в памяти стояли образы божественных дочерей. Бесконечно наивной Нефтис и её бесконечно жестокой сестры.

Капли стекали по лицу. Красная мантия промокла, а ниже пояса была ещё и грязной. Когда я сюда шёл, не сильно смотрел по сторонам.

Это было первое за много дней утро, в которое я не чувствовал неконтролируемого ужаса проклятой стихии. Я с удивлением осознавал, что полностью себя контролирую. Мысли текли спокойно и ровно, как у нормального человека.

Мне не хотелось никого убивать, я не рвался в Мельхиор, не думал кругами об одном и том же. Будто самый обычный человек со здоровой психикой.

Захотелось смеяться от радости.

Я и забыл, каково это — быть нормальным.

Под действием зелий, лекарств и магии ощущения совсем не те. Будто ты наблюдаешь за собой отстранённо и даже не совсем в своём теле.

Но сейчас…

— Неф? — обратился я к божеству. Причина моего хорошего самочувствия могла быть только одна.

— Да, Синаэль. Я здесь, — произнесла она в моём сознании.

— Это надолго? Что ты сделала?

— Моя сила и связь с Покоем стала выше. Теперь любое влияние моего аспекта в твоих руках будет намного сильней.

— Ясно, — я чуть сник. Глупо, конечно, надеяться, что пустота исчезнет сама собой.

Открыл инфо и изучил свои параметры. Дебафов от проклятой стихии не было. В остальном — всё по-старому.

Мана восстанавливалась. Взглянул на дерево и благодаря навыку контроля понял, что она идёт от него. Проблема с отсутствием магии решена. Теперь построить портал и уйти отсюда будет не сложно. Лишь бы только все были целы.

Выходит, Орден Тиши — нам не враг?

Благодаря тому, что я здесь оказался, я смог собрать ещё один осколок души Нефтис. Но вопросов оставалась — уйма. Например, как он вообще здесь оказался. Готов поспорить, разработчики точно в простую стрелялку с зомби столь сложных механик бы не встраивали. Здесь вообще не было параметров веры и маны — я их вижу в здешней системе лишь благодаря дополнениям моего астрального контракта.

На ногах спала Искра. Пещерная мантикора тоже поняла, что я проснулся. И даже ощутила, что я уже чувствую себя лучше. А потому подошла ближе, чтобы шершавым языком лизнуть меня в лицо.

Пришлось отстраниться. Процедура даже в её детстве была сомнительной с учётом шипов на языке зверя.

Почесав её за ухом, я открыл инвентарь и достал кусок мяса мантикоре, и та заурчала, лакомясь своим завтраком.

— Можешь подойти, Филин, — сказал я с улыбкой в сторону тени фрезии.

Мрачная тень, пошатываясь, вышла из под навеса через выломанную дверь. Тела зомби никто не убирал, так что пол был покрыт вываренными останками. Так себе зрелище.

Но девушка этого будто не замечала.

В руке была пустая бутылка настойки. В глазах — пустота.

Я поднялся ей навстречу. Девушка без слов уткнулась лбом мне в грудь и в таком положении попыталась покачать головой.

— Я была не права, Син. А вы с Терми — правы. Не стоило мне брать тогда эту стихию.

— Благодаря этому ты стала тем, кто ты есть.

— От тебя исходит такое спокойствие… я пришла сюда, чтобы умереть. Думала, ты окончательно потерял контроль и убьёшь меня.

— Нет, Фил, я не сдаюсь так просто, — я нежно погладил её по голове. — Да обретёшь ты покой в объятиях её.

Девушка вздрогнула.

— Тебе-то зачем умирать? Ты ведь нашла лазейку.

— Да, мир ивента, — растерянно сказала Филин, отстраняясь и с удивлением глядя на меня. — Как я могла забыть? Мы с Айзеком даже план разработали…

— Пустота скрывает от тебя большую часть жизни. Когда приходит настоящая душевная боль, ты не видишь ничего вокруг. Параметры мудрости и интеллекта — лишь цифры. Не важно насколько ты умён, если ты сам не хочешь ничего видеть и понимать. Любая одержимость — враг разума.

— Сейчас ты и впрямь похож на жреца.

— Я и есть жрец. Аква, если точнее.

— Что случилось?

— Здесь был осколок Нефтис.

— Нашей Неф? — удивилась Филин. — То есть я тоже так могу сделать молитвой?

— Можешь.

— А откуда он тут?

— Это хороший вопрос.

Интересно, что у неё там за способы избавиться от мёртвой магии пустоты? Я впервые за долгое время начал ловить себя на мыслях о чём-то, кроме основной цели.

Нет, конечно. Увы, мне этот путь не грозит. Я не оставлю Ласку. Дело здесь даже не в проклятии тари, а в том, что кроме меня ей помочь в принципе некому. Я не нарушаю слов, которые даю. А там… кто знает?

— Сколько это будет действовать? — уже куда более осмысленным голосом спросила Филин.

— Сам не знаю. Как и Нефтис.

— Хм. Значит, мы можем делать Нефтис сильнее, и эффект будет расти?

— Только если мы найдём другие осколки. Но я не знаю даже, существуют ли они вообще. То, что мы нашли этот — чудо.

Организованное чужими руками чудо, конечно, но всё равно. Я ведь даже не искал другие. Сама Нефтис не знала, что есть ещё.

— А это — древо Покоя? Осколок был в нём?

— Да. Неф его поглотила. Фил, где остальные?

— Ну… я как и ты — ушла бродить. Сам знаешь, какие мысли накрывают под мёртвой магией. Классное, кстати, название придумал твой лысый наставник.

— Найди всех и иди к вышке. Скажи, что я в полном порядке и апнул божественный навык. Пусть порадуются и успокоятся.

— А ты?

— Сделаю из вышки башню мага и подвяжу дерево как источник. Потом будем соображать портал. И можно праздновать плюс один мир для заселения.

— Шутишь? Зачем тебе это богами забытое место?

— Хаос, — пожал я плечами. — Помнишь, что второе солнце просыпается? Скоро вся поверхность Мельхиора растает и станет обитаемым раем. Колдерия, думаю, будет на очереди.

— Даже не представляю, зачем тебе все эти земли.

— В кои-то веки я могу трезво мыслить своей головой. Дай навыдумывать глобальных планов на будущее. Вот ты вернёшься из своего мира-испытания, очистившись от пустоты. А тут тебя ждёт процветающая империя со мной во главе. Круто же?

— Непривычно видеть тебя в хорошем расположении духа.

— Да, — кивнул я. — Самому непривычно.

Запрыгнув на спину мантикоре, я взлетел в ночное небо над заброшенной базой. Зомби снаружи провожали меня тоскливо-равнодушным взглядом. А я гладил мягкую шерсть самого верного друга и летел к башне, которая перенесёт меня домой.

Душу переполняли желания, до этого скрытые проклятой стихией. Хотелось увидеть семью, которую я буквально вернул с того света. Посмотреть на людей, которые доверили мне свои жизни, и сделать их жизнь в новом мире лучше. Увидеть своих учеников, друзей, Долину Терний. Всё, что я на самом деле так любил всей душой, и что от меня прятало проклятие тари.

— Почему именно тари? — задал я вопрос Нефтис, когда мы приземлились на вершине дозорной вышки над комплексом.

— Не вини их. Каждый вид предназначен для той среды, в которой он родился. Тари появились в мире, где были только тари и те, кто могли разделить их чувства. Это вид, рождённый для вечности.

— Ты ведь тоже тари.

— Я полукровка. У моей сестры ледяная воля нава перекрыла эмпатию, которая так ей нужна. Её эмпатия, искажённая пустотой, стала ненавистью и презрением ко всему живому. То, что вызывает радость у тари — любовь, дружба, семья… всё это ей отвратительно. Даже телесное прикосновение ей отвратительно.

— А ты?

— Моя эмпатия волей нава была рассеяна, потому я не могу не любить. Но я люблю всех без исключения, Синаэль. И тебя, и мою безумную сестру, которую нужно спасти.

— Её невозможно спасти.

— Я знаю, — неожиданно сказала она. — Но разве тебе самому знание сильно мешает рваться спасать Последнюю Ласку?

Получено владение:

Башня Комплекс Р-18214К-ИМ

Хозяин: Синаэль тар Мантикор

Источник: образец Р-18214К-ИМ-01

Стихия: вечный покой.

Кажется, работает.

Уроки Танатоса не пропали даром, и базовую ритуалистику я знал хорошо. Правда, со жреческим уклоном, так что портал будет немного нестандартным. Обычно я всё проделывал через воду.

Однако система приняла башню. А Подвальный каким-то образом дорисовал недостающие части интерфейса по мельхиорскому принципу.

Управлять вместо маны энергией божественного покоя было во много раз сложнее. Сила не чувствовалась и не ощущалась физически. Скорее, что-то тяжёлое и неповоротливое, но при этом почти неуловимое и нематериальное.

В процессе выяснилось, что сам процесс работы с этой силой уже дарит успокоение. Это тоже требовало в будущем ряда экспериментов, чтобы понять, как это вообще устроено и как использовать. А самое главное — надолго ли это сможет сдерживать растущие проявления пустоты.

Рано или поздно я всё равно дойду до пятого уровня связи со стихией.

С другой стороны, может, тогда у меня появится способ уничтожить неназываемую, пусть даже и заняв в итоге её место.

— Сила старшей дочери? — задумчиво проговорил Безупречный. — Значит, вот зачем это было нужно.

— Ты что-то знаешь?

— Нет, — из мрака выходили мои наставники — лысый кот и старуха. А рядом с ними — Филин. Здоровая и жизнерадостная, как в первый день нашего знакомства.

— Значит, теперь ты можешь обходиться и без направляющей силы, — довольно улыбнулась Хозяйка Мрака.

— Поясни, — насторожился я.

— Те, кто тебя сюда заманили, знали, кого ты возьмёшь с собой. Лысик может чуять твоё состояние. А я — уж немного ему подсобила в управлении.

— Вы… помогали мне не сойти с ума? Как?

— Есть способы, — старуха почему-то посмотрела на сидящую рядом со мной Искру.

— А где Терми? — бросил я Филин.

— Его я не смогла найти. Сейчас пойду за ним.

— Не нужно, — я порылся в настройках и дал полный доступ к башне всем своим спутникам. — Вот, теперь мана начнёт регенерировать. Просто ждите здесь, я сам схожу.

Фил понимающе кивнула.

Терми — пустотник, как и мы с ней. И проходил он, скорее всего, через то же, что и мы этой ночью.

Теперь уже можно было заниматься настоящей магией, хоть и осторожно.

Я начал испарять влагу и смешивать её со своей маной. Теперь облачные владения мне будет чем поддерживать, а уж с их помощью просканировать мой новый домен будет не сложно.

Всё, куда дотянется водный пар.

Наверное, тот кто придумывал класс облачного мага, именно это направление и хотел развить. Пар выдавал слабый урон в сравнении с ледяными стрелами и водными лезвиями. Чуть лучше хилл, но всё ещё уступающий чистой воде. А вот разведка и контроль у пара были несопоставимо лучше.

Есть.

Эманации пустоты отсутствовали. Но была небольшая область, в которую туман проникнуть не мог. Или там бункер с герметичной дверью или…

Подобный эффект давал фрактальный барьер. Во времена фрактальной чумы в Доминионе я насмотрелся на работу этой способности. И уже не раз соприкасался с барьером туманами.

Короткий полёт с Искролапой. Чувство тоски за близкими и за Лаской. Надежды, что всё закончится всё же хорошо.

В конце концов, кому приструнить богиню, как не её старшей сестре?

— Мы с тобой должны победить твою сестру. Если есть идеи, как её остановить, запечатать, исправить… называй как хочешь — делись. Иначе пострадает гораздо больше способных чувствовать созданий.

— Наша с тобой беда в том, что мы не можем сделать правильный выбор, жрец. Наша суть затмевает нам разум.

— Ты поможешь мне? Вытупишь в бою с ней? Как Тефнут.

— Какая Тефнут?

— Твоя сестра, — нахмурился я.

— Нет. КАКАЯ Тефнут? — повторила она. — Та, что основала Тишь с Харо Пустынным, или та, что живёт под сердцем другой ветви её расколотого сердца.

— Кя! — радостно крикнула крылатая кошка и пошла на резкое снижение.

Впереди показался обособленный сектор комплекса. Тупиковая часть, проход к которой был давно обрушен почти до основания. Здесь мантикора и приземлилась, в месте, где была проломлена крыша и отсутствовали верхние этажи.

Здесь нас ждала засада из десятка зомби с парочкой мутантов и втрое больше валявшихся тел тех, кто встать уже не мог.

Узнавался характерный почерк друга. Многие мертвецы сейчас пребывали в состоянии идеально ровно нарезанных кубиков из плоти и кости.

Имея в запасе возвращавшуюся ману, это не стало проблемой. Головы мертвецов разлетелись кровавой пылью в паровом взрыве.

Отдельный комплекс был местом отдыха. Когда-то. Теперь же здесь лишь валялось несколько тел. Впереди — выцветший красный диван, от которого почти ничего не осталось.

Дальше — смотровое окно от пола до высокого потолка, в окружении иссохших растений. За окном — обрыв в пропасть.

Друг стоял спиной ко мне.

Шагнул было к нему, но столкнулся с незримой преградой, которая не впускала внутрь водный пар.

— Сион.

— Это имя уже устарело, — заметил я.

— Без разницы. Рад, что ты ещё в адеквате. Зачем ты здесь?

— Если ты снимешь барьер, я могу облегчить воздействие пустоты. Как сделал себе и Филин.

— Я тоже могу. Фрактал — очень странная сила. Она очень многое может. Но редко что-то способна понять. Просто системный код, ставший магией, и в котором так легко накосячить.

— Если так, тогда тем более снимай барьер. Мы возвращаемся в Мельхиор.

Но друг покачал головой.

— Ты возвращайся, если так хочешь.

— В чём дело, говори прямо.

— Эта игра не должна была стать реальностью.

— Колдерия? — не понял я.

— Мельхиор… да все они. Знаешь, пока ты был занят, я был в бывшем мире-темнице. И в тех мирах, которые открылись оттуда. Их так много, что не исследовать за всю жизнь.

— Твоя жизнь вечна.

— А психика — нет, — покачал он головой. — Но я не об этом. Правила двух вселенных очень плохо совместимы. Пустота — это ведь не безумное божество, а то, что разрушает вселенные. Все. Это… помнишь Айзек говорил про разные мерности?

— Он много чего говорил.

— Да… ты ведь одержим и не видишь другие пути. Поэтому и не понял. Это похоже на лоскуты… ладно, я умничаю просто потому, что у меня есть фрактал, — друг чуть улыбнулся, возвращая тень прежнего Терми из трактира Мыши.

— Будто с тобой дела обстоят иначе, — хмыкнул я.

— Конечно, иначе. Каждое отчаянье уникально. И моё отличается от твоего. Ты живёшь ради Ласки. У тебя есть место рядом со своей семьëй и учениками. А я… сам не знаю, кто я и зачем живу.

— Ты — моя правая рука. Тот, кто прошёл со мной Подземье, Академию и Волны.

— Нет, — покачал он головой. — Та книга говорила не об этом.

— Какая? — не понял я.

— Та, что мы нашли в Подземье. Запечатанный артефакт. Мы ещё решили, что это магия пустоты.

— А это не так?

— Нет, Синаэль. Это был очень древний артефакт, что старше, чем дочери Смерти. Я до сих пор не понимаю, как этот предмет там оказался и почему я смог в него заглянуть.

— От артефакта разило пустотой, — припомнил я.

— Конечно. Ведь это дневник того, кто создал эту стихию. Этот артефакт — путь к её созданию.

— Тогда понятно, почему у тебя так тогда подскочила связь с этой дрянью. И что с того? Причём здесь фрактал?

— Книга была создана тари для тари. Поэтому на выходе она всегда даёт для них отчаянье, как главную противоположность своей сути. Но я прочёл книгу, будучи человеком.

— И что это меняет.

— Для меня книга нашла другой аспект-антагонист. И чем больше повышается моя связь со стихией тем больше понимаю, насколько опасно то, что было выпущено на свободу в миры созидания. Пустота постучится в каждый, в той или иной форме.

— Чтобы остановить это, мы и работаем. Просто напоминаю.

— Если бы вопрос можно было решить грубой силой, я бы просто скормил безумное божество Энтропии.

Терми щёлкнул пальцами. Глаза друга вспыхнули непривычным оттенком лилового, с тёмно серым оттенком, и от него во все стороны пошли линии из вязкой, напоминающей грязную воду энергии. И в следующее мгновение каждый предмет или часть стены, которые коснулась эта сила, рассыпались в пыль.

12. Проблески света

— Что это? — опешил я.

— Энтропия. Второй аспект Пустоты, — ответил Терми. — Стихии нужны новые боги в новых мирах, и она их найдёт или создаст. Как минимум, для трёх основ пустоты.

— Трёх основ?

— Книга показала мне. Человек… любое разумное существо Мельхиора или Земли — есть плоть, разум и дух. Отчаянье безумной богини — это смерть души. Единственный способ не исказить, а именно разрушить душу. Убить самое желание души жить. Противоположность сути тари. Она обращает духовное в пустоту. Энтропия — это разрушение материи. Но в Мельхиоре она появиться не могла. Правила его мироустройства не содержат такого аспекта. В Мельхиоре не портится еда и нет износа предметов, сам знаешь. Поэтому ей нужен был человек. Тот, в ком заложено понимание такого процесса.

— И этот человек — ты?

— Нет, — покачал головой Терми. — Вернее, не обязательно. Им может стать любой человек с Земли. Ну, или с одной из её версий из соседних веток реальности планеты.

— Хочешь сказать, скоро должен появиться ещё один бог пустоты? Возможно, мы сможем его привлечь на нашу сторону. Пустота ведь поглощает себе подобных…

— Я знал, что ты так скажешь, — чуть усмехнулся Терми. — Я сам мог бы им стать. Стихия уже дала мне свою силу. Когда я открыл книгу. Энтропия растёт слишком медленно, но скоро и в Подлунных мирах заметят, что они приобрели нечто новое от реальности, так же как сама реальность получила систему. А когда-нибудь появится и ещё один аспект. Анти-разума или деградации, хотя у него скорей всего будет какое-то другое название — это уже мои размышления.

Барьер между нами исчез, но липкое ощущение магии энтропии оставило свой след вокруг. Комната стала казаться ещё более заброшенной, предметы вокруг нас будто состарились. Мебель выцвела, даже огонь стал более серым и слабым, а дрова в камине — трухлявой кашей, от чего пламя сперва вспыхнуло, а затем быстро начало угасать.

Но ещё более мерзкой была картина в магическом мире. Энергетический фон вокруг будто пожрало что-то. Мана вновь прекратила восстанавливаться. Даже во рту встал на миг гнилостный привкус.

— Почему ты не говорил об этом? — ошарашенно спросил я.

— А ты бы понял? Особенно под одержимостью. Это буквально идеальное оружие. Мне такая дрянь нахрен не нужна. Я собираюсь избавиться от этой стихии в первую очередь! И не буду использовать её, как оружие. Тем более, что внутри разных аспектов у этой стихии совсем другая специфика. Я уже проверял. Энтропия не поглощает отчаяние, как это происходит в бою двух обычных пустотников. В этом случае она усиливает его.

Как много оказывается вокруг тайных великих стихий, но ни одну из них нельзя использовать в моей битве…

— Я понимаю сейчас, — сказал я. — Здесь был спрятан осколок Нефтис. Сейчас она помогает сдерживать мой разум, и я могу мыслить адекватно.

— Радует, — чуть улыбнулся друг.

Я поднял руку в его сторону. Терми встал передо мной, принимая благословение Нефтис.

— Да обретёшь ты покой в объятиях Её.

— Уже, — кивнул Терми. — Но моё решение от этого стало крепче. Я не могу рисковать тем, что пустота подтолкнёт меня использовать эту силу. В Мельхиоре я единственный носитель этой силы. Но на Земле это явление — одна из общеизвестных истин мироустройства.

— Тогда… что ты будешь делать?

— Да вот как раз сидел и думал. Спасибо за молитву, теперь будет думать легче. Конкретики пока нет, как ты понял. Но кто-то должен защитить Землю и близкие миры… ну или хотя бы дать им шанс. Может быть даже тем же фракталом.

— Идём. Я сделал рабочую башню и могу открыть прямой портал. А потом подумаешь, если надо — хрен с тобой, иди спасай мир по-своему. Будем решать проблемы по мере поступления.

Терми улыбнулся.

Хорошее настроение в предвкушении грядущих перемен не оставляло. Наверное впервые за последнее время.

Знать бы, где есть ещё такие осколки и как их найти…

Засиял открывшийся портал башни. Я открыл переход к башне Терний, и вскоре мы оказались в портальном зале моего дома.

К ледяному саркофагу, как обычно, я не направился. А вдумчиво осмотрел с вершины башни раскинувшийся крупный город. Вдалеке виднелся Древосвет. Надо бы с ним переговорить как-нибудь, как будет время.

Внизу — второй городок, выстроенный на руинах. Там, где раньше летали пустотные каменные головы и прочая нечисть. В центре — росло фрактальное древо. Когда-то давно я обещал срубить его, как искажённую аномалию. Об этом просил сам Древосвет, его родственник. Но сейчас в этом не было никакой нужды. Древо вовсе не было источником пустоты и даже не виновато в том, что все пустотные твари ходили сюда как на паломничество, пожрать немного фрактала.

Теперь сам фрактал… Что конкретно такое фрактальная чума, и как она работала тогда в Доминионе? Заражённые просто читали куски какого-то числового кода. Хотя по словам Терми, это совершенно безвольная стихия. Просто магия программного кода.

Древо в этом плане представляет собой… даже не знаю что. Но это что-то нужно исследовать.

Ещё в голове мелькнули воспоминания о брошенной кем-то фразе, что стихия скрывает от меня часть параметра мудрости. Здесь тоже было о чём подумать.

Времени бы…

Последняя мысль стала первой задачей для решения. Пока я мог видеть мир без искажений от пустоты, нужно было успеть задать нужные направления для будущего безумного Синаэля, когда вечно растущая связь со стихией превысит порог сдерживания трёх осколков Нефтис.

Затем следующий проблеск сознания будет, когда я найду четвёртый. Если он есть.

Думай, Син, пока есть чем!

Первым был приказ собирать информацию о культе Нефтис и любые слухи о богине в прошлом. Таких было очень мало, ничтожно мало, чего уж там… но и рабочих рук тоже было в избытке.

Такую задачу очень легко сделать общей для всех мельхиорских владений Трибунала. Всё же это корни и истоки нашего общего культа и общей богини, возвращающей умерших с того света.

Понять, что нужно будет такой добыть, как только он будет найден, думаю я смогу даже будучи в неадеквате. Просто потому что есть цель даже более фанатичная чем священная рана каждого пустотника. Это естественное природное стремление каждого живого существа сбежать прочь от стихии отчаянья.

Вторым был приказ — готовиться к масштабному походу на третье королевство Поверхности, где первый клан игроков, Энигма, присягнул на верность богу-чудовищу.

Неназываемое зло, засевшее там, лучше всего сокрушить как можно раньше, пока враг не укрепился. Первый ход должен быть за нами.

Наш главный козырь — дарованная старшей дочерью Смерти вечность. Главный козырь врага — полное разрушение этой вечности. Так что расклад пока не в нашу сторону. Погибший от пустоты с высокой вероятностью возродится таким же пустотником. И тогда наши бессмертные войска очень быстро перейдут на сторону противника.

Тишь… Орден Тиши.

Тихое аббатство Церкви Полуночи, как они себя называют.

Харо Пустынный, убийца Ласки и один из виновников текущего положения вещей.

Келемвор, игрок с Земли, лидер примкнувших к Церкви землян.

Лииндарк Многоцветный, самопровозглашённый король Подземья, у которого ко мне есть давние счёты.

Их главный козырь… как-то связан с фракталом. Это некроманты где-то откопали первых заражённых фрактальной чумой, и использовали на них некромантию. Так функционеры Тиши смогли подчинить себе эту стихию через владевших ею мертвецов.

Третье, что я сделал — это открыл врата в надземный Васт и с него запустил ворона Нефтис. Сигнальное заклинание, которое найдёт игрока.

'У вас оригинальные способы заводить знакомства, Келемвор.

Меня интересуют другие осколки старшей сестры твоего бога. Это стало бы хорошим началом нашего сотрудничества.'

Когда-то культы Тишины и Покоя были союзниками. Они могли бы стать ими вновь.

Последним стало посещение центральной башни Трибунала в бывшем мире-темнице.

Получившие силу от системы маги, служащие Трибуналу и прошедшие первые подготовку как ритуалисты, сейчас создавали новое для Мельхиора оружие — зачарованный огнестрел, благословлённый священным Покоем.

Здесь большую часть времени наместником сидел Лесат. Зачарованное оружие было его разработкой. Но была у него и ещё одна задача.

Наместника Трибунала я встретил в компании Терми, который и раньше часто здесь бывал. Теперь я знал зачем — для изучения иных миров.

Третьего посетителя этого места я увидеть не ожидал.

— Магистресса Лакомка? — удивился я. — Доброго цикла.

— На этой планете принято говорить «добрый день» — улыбнулась она. — Было бы странно не исследовать иномирные владения организации, к которой я принадлежу.

— И как впечатления?

— Очень странное место. Действительно, иной мир. Зачем вы строите одинаковые дома? Это же… скучно? Ещё и похожие на муравейники. С такими странными давящими на голову потолками…

— Это называется эффективность и строительство по шаблону. И экономия, да.

— Технология жидкого камня прекрасна. Как и многие другие. Но вот это не пойму… Лесат говорит, что это просто привычка. Я слишком долго жила в Мельхиоре.

— Погоди, я думал, все старшие магистры тоже были попаданцами, как и мы. И ты тоже…

— Мельхиорский год где-то в три раза больше земного. В Мельхиоре я прожила более двух сотен лет. На Земле… даже не помню. Около двадцати пяти лет мне было, когда я перешла сюда. Если честно, я уже ничего не помню. А я — самый молодой магистр после Танатоса… до последних кадровых перестановок. Такие, как Ирис едва ли уже помнят, кем были раньше.

— Значит, это ностальгия?

— Нет. Никаких ностальгических чувств, — покачала головой Книжная Лакомка. — Меня интересуют здешние технологии. И самое главное — здесь её глаза вспыхнули радостным предвкушением — книги!

— Я думал, ты знаешь всё, что знают книги.

— Не волнуйся, впереди ещё много сотен лет, которые мне будет нечего читать. Скоро моя поговорка будет справедлива и для этого мира.

— А что потом?

— Начну изучать иные миры, разумеется!

Ну да, что ещё я мог ожидать от неё услышать?

Вскоре появился и сам Лесат.

Он прилетел на реактивном ранце сразу на балкон, как только получил моего водного ворона.

— Привет! Всегда мечтал иметь такую штуку, и вот теперь она у меня есть. Чуть доработал магией и ритуалистикой, вообще шикарно вышло. Хочешь?

— Зачем мне? У меня есть Искра.

— Ты здесь редкий гость. Есть дело, шеф?

— Для начала узнать, в каком состоянии у нас вооружение и эксперименты с ним. В ближайшие дни мы начнём наступление в королевство Энигмы. Врываемся и идём прямым маршем на Город Мастеров. Так называется их столица.

— И ты хочешь знать, будет ли стрелять наше новое оружие?

— Нет. Я хочу знать, сколько ты можешь собрать и обрисовать ритуалистикой военной техники. Собирай всю захваченную, рисуй и готовь к отправке.

— Если б ты подождал ещё немного, я бы тебе показал первые разработки танков из мифрила и булата.

— Нельзя ждать, пока противник ещё больше окопается.

— Окей, кое-какие разработки у меня были. Но хочешь — можем просто наложить ещё полный обкаст перед боем.

— Само собой. Но нам нужны дальнобойные орудия и авиация. Магический апокалипсис пришёл внезапно и сразу везде, и люди не успели наделать глупостей. Здесь должно быть полно оружия.

— Дело не в оружии, а в ритуалистах… у меня не так много специалистов для твоих запросов и срочности.

— Я направлю ещё из Мельхиора. Главное, организуй их работу, — заверил я. — Второй вопрос — что у нас с изучением порталов в другие реальности и с проявлениями неконтролируемой магии у сумасшедших?

— Схема как это работает нам уже примерно ясна. Терми регулярно ходит в рейды на ту сторону.

— Есть шанс вытащить парочку плазменных бластеров или готовых служить иномирцев?

— А, вот ты о чём… Подвижки есть, но небольшие. Всё не делается так быстро, Син. Исследуем. Недавно вышли на контакт с другой версией Земли. Всё как говорил Айзек — вокруг полно других версий этого мира, с различными изменениями. В зависимости от разных исторических решений в разное время, и иногда разных условий развития. Мы назвали этот эффект «эхо»…

— У нас нет времени, Лесат, — тяжело вздохнул я. — Не только у меня растёт синхронизация с пустотой. Порождения сам знаешь кого становятся сильнее день ото дня. Если мы будем ждать, пустота успеет пустить корни в других мирах, и тогда численный и технический перевес уже будет неизвестно за кем.

— Син… а что с Тишью?

— Пока не знаю. Но это не влияет на наши планы. На сторону пустотников они в любом случае не перейдут. Этого достаточно. У нас больше ресурсов, больше бойцов, на порядок лучше оружие. И у нас есть бешеная мотивация. Трибунал позволяет вернуть близких и обрести бессмертие. Трибунал даёт подконтрольную магию, которая лечит и превращает жизнь в сказку. На подконтрольных нам землях нас считают лучшим, что случалось с этим миром за последние годы. Что может пойти не так?…

Поутру в башню Васта прилетел ворон Тиши.

Лазурная птица, представляющая собой объятый голубым огнём птичий скелет, говорила о том, что послание пришло лично от Харо Пустынного:

«15:00. Середина золотого тракта. Возьми своих лидеров. Обсудим твоё PS:D»

Да, в конце послания был чёртов смайлик!

Ни ограничений по количеству спутников. Ни требований. Ничего. Хоть явись туда целой армией. Жест доверия или проверка?

В любом случае, я там будут. Со всей компанией, которая побывала на этих переговорах. Плюс в состав группы войдут… глава крыс на правах главного союзника. Если сама захочет, но зная её — гарантированно не упустит шанс побывать на такой исторической встрече.

Селена Сонная Смерть, Лесат… Возможно, кто-то из лучших учеников башни из числа землян, связанных с военным делом. Кто лучше разбирается в земном оружии на случай, если диалог будет конструктивным, и мы действительно будем обсуждать что нужно.

Впрочем, у наших организаций действительно общая цель. Старшие сёстры идут усмирять обезумевшую младшую.

Золотой тракт — это одна из очень ограниченного числа дорог между горной грядой Златогорья, разделяющей владения альянса кланов и союзом Церкви Полуночи.

Утром следующего дня во главе небольшого, но очень сильного отряда я уже осматривал это место воочию.

Фактически — дорога шириной метров в шесть-семь, зажатая между отвесных скал, уходящих далеко вверх. Ходили слухи, что место было создано искусственно какими-то древними владыками. По моему мнению — они были почти правы — скорее всего тропу прорезал дизайнер по задумке сценариста, а то непорядок, что ни одного нормального пути нет, а так — атмосферное место, где будут делать сотни скриншотов.

А ещё — здесь невозможно было разминуться или устроить засаду. Любого противника будет видно издали. Высота скал слева и справа от нас делала их похожими на бесконечные монолитные стены. Даже с навыком полёта — всё равно будешь виден издалека.

Здесь почти всегда царил полумрак. — солнце просто не попадало сюда прямыми лучами за исключением времени, когда оно становилось ровно над ним. Примерно в пятнадцать часов.

Когда время начало подходить к этому сроку, мы увидели вдалеке группу по встрече.

Вся троица в сборе, как я и боялся. Мёртвый лис, его ученик-игрок и подземный король. И с ними — какие-то незнакомцы. Нежить, зверянин… Переговоры будут совсем не простыми.

Но главное, чтобы их итог был правильным.

13. Тишина и Покой

— Хе-хе-хе, что, жаждой крови уже не горишь?

— Горю, но теперь она стала холодной, — улыбнулся я. — Значит, все пришли лично?

— В истории Надземья это место часто служило для переговоров. Так же часто, как и для засад.

— У такой засады были бы нежелательные последствия независимо от победившей стороны, — сказал я.

— Рад, что мы оба это понимаем.

Лииндарк старался на меня не смотреть. И в целом он казался совсем другим. Будто и его тоже косулась мрачная длань судьбы. Но нежить и игрок выглядели довольными.

— Сперва благодарю за осколок. Хотя не понимаю, почему вы просто не передали его напрямую.

— Напрямую не получалось, — сказал Келемвор. — А с тобой говорить не так просто, когда от тебя разит пустотой. Знаешь, эта стихия навязывает свою волю и эмоции другим. Так что твоё раздражение видно невооружённым глазом.

— Что ж, дело ваше. Где остальные осколки?

— С этим боюсь, проблемка, — снова вернул инициативу к себе Харо Пустынный. — Нефтис пала слишком давно, и большая часть осколков уничтожена её сестрой.

— Зачем?

— Я не чудовище, чтобы мыслить как чудовище. Я приличный аниматург, — снова хохотнул Харо. — Скорее всего пошли на опыты. Я знаю один, например — вселять осколок в живое существо и сводить их с ума обоих.

— У меня есть один, — нехотя и не глядя буркнул Лииндарк. — Но он послужит гарантией нашего временного союза. А то вдруг ты в середине пути передумаешь и сдашь нас пустотникам?

— У нас общий враг. Отступить мне не позволит моя кровь и звериное имя, — ответил я равнодушно, как мог.

— Возможно, есть и другие. Сеть шпионов Доминиона куда шире нашей. Орден лишь недавно воскрес. Всё с нуля, косточку к косточке… эх, — картинно усмехнулся приземистый скелет с горящими лазурными глазами средней из дочерей Смерти.

— И какова вероятность их отыскать?

— Не больше, чем найти осколок Тефнут.

В этот момент эмпатия ощутила, как сжался Терми. Он, как и я, понял что Харо намекает на то, чтобы обменять осколки. Но пойти на это я не мог. Хорошо, что разговор случился пока я в здравом уме.

— Если узнаю о таком, обязательно поделюсь.

— Взаимно! — кивнул Харо. — А это — пусть будет подарок от средней сестры для старшей. Того, что от неё осталось.

— Сёстрам нет нужды враждовать друг с другом, — закинул я удочку. — Мы могли бы поделить этот мир между двумя культами.

— По какому принципу? — заинтересовался Лииндарк.

— Пополам, — пожал я плечами. — Всё честно.

Забавно, что при этих словах приободрились сразу все игроки, с обоих сторон.

— Нужны точные границы, — заявил Лииндарк.

— Сейчас это не к спеху, — отмахнулся я. — Точную границу провести будет сложно, потому как со вторым солнцем планета избавится от ледников. Но если есть какие-то приоритеты, связанные с вашим историческим прошлым — мы готовы к диалогу.

Мельхиор был больше Земли, особенно если учесть пещеры. С головой хватит для чего угодно.

— Согласен, — кивнул Харо. — Если с этим всё, давайте сразу к нашему дельцу!

Скелет хлопнул в ладоши костяшками и потёр их друг о друга.

— Обсудим стратегию очистки нашего мира от лишних элементов? — предположил я.

— Именно! Хаха! Я знал, что мы сработаемся, мой друг!

К дальнейшему диспуту, уже по существу, присоединились и остальные пришедшие на встречу.

Фигуры Хозяйки Мрака и Безупречного за моей спиной сильно помогали в переговорах, при том что они даже не сильно участвовали. Старуха не стесняясь курила трубку и разглядывала идеальный разрез гор по обе стороны от нас. Лысый кот вникал, но отстранённо. Он-то прекрасно читал эмоции и мои, и моих собеседников.

— Давно не видел тебя, древняя. Всё так же кашляешь и хромаешь? — обратился вдруг Харо.

— Всё так же морозишь косточки в холоде? — Хозяйка адресовала в этой фразе основателю Тиши так много эмоций, что даже эмпатия растерялась и не смогла это расшифровать. — И тебе не хворать…

— Значит, глашатай под твоей защитой? Говорят, к старости у многих одиноких дам просыпается любовь к кошачьим…

Я на всякий случай призвал из инвентаря посох Нефтис. Пусть будет поближе, на случай если мне понадобится упокоить излишне разговорчивую нежить.

— Тише, Син, он про всех говорит в таком тоне. Видишь, как грубит мне? — остановила меня Баба Яга. — Не обращай внимания и зри в суть. Относись, как к ходячим косточкам. А ты не провоцируй его, костяной лис. Ты бы с тем что у него творится внутри, и часу бы не продержался.

Странно, но на Харо это произвело впечатление.

— Ты говорила, что никогда не встрянешь в войну сестёр.

— Теперь эта война стала войной за все миры. Обычно меня описывают, как древнее зло, что крадёт по ночам детей. Может, захотелось на старости остаться в памяти как Та, Кто Пыталась?

— Пыталась? Значит, ты сама не веришь в положительный исход?

— Другой возможности может не быть уже никогда.

— Значит, даже так… — в голосе великого аниматурга больше не было обычной насмешки. — Хотя, будь оно иначе, ты бы так себя не вела.

— Я надеюсь, что этот союз будет честным, — проскрежетала старуха. — Потом деритесь сколько душе угодно, мальчики, но только когда дело будет сделано.

— Я тоже на это надеюсь, — добавил Безупречный. — Зло должно быть уничтожено любой ценой.

— Полностью разделяю твоё мнение, лысый, — кивнул коренастый скелет мёртвого лиса. — Здесь главный вопрос в том, как именно нам сделать самое главное. Как убить то, что не может быть убито?

— У нас у всех здесь одна цель, — подтвердил я.

— Тогда в чём ваш план?

К нам подошёл поближе Лииндарк. Бросил на меня странный взгляд. Злой, но будто более глубокий, словно за ним скрывалось большее, чем обида за Рин или то, как меня использовало пророчество.

— Разве ты не слышал, аниматург, о новом пророчестве? Великое зло будет повержено рукой одного из героев, идущих под знаменем дочери смерти. Может быть, это буду я, может быть ты, а может — король Лииндарк Многоцветный.

Я вежливо кивнул зверянскому владыке.

— Значит, пророчество. Интересный путь, — кивнул Харо. — Но времени слишком мало.

— В чём твой план? — спросил я.

— Я — скелет простой. Нет разумного — нет проблемы. Сперва нужно уничтожить физическую аватару. Что скажешь об этом? Она ведь в теле твоей подружки?

Я сдержался от крепкого мата.

— Твоими стараниями.

— Я просто уничтожаю сосуд. И сейчас — и тогда.

— Уничтожение аватары ничем не поможет — тварь просто возродится. Даже мы с тобой это можем через привязку к любой башне.

— С башнями мы разберёмся. Готов ли ты убить свою подружку своими руками?

— Мне нужна её душа, — ответил я. — Она не принадлежит тому телу, в котором находится.

— Вот оно как… — потянул Харо и резко посветлел. — Тогда же всё становится на свои места!

Я на миг представил, как выглядит ситуация с его стороны.

Мантикор тари на стадии мании. Плюс одержимый пустотой, которая эту манию усиливает. Чего бы я сам ожидал от такого героя? Большинство пустотников в такой ситуации просто преклонило бы колено перед богом-чудовищем.

Или же вело интриги и готовило подлость во имя Её, выступая как ложный союзник.

Отсюда и риск. Почему бы кто-то вроде меня желал смерти своей миирам’торрин?

— Если уничтожить аватару, я верну её в новом теле, — добавил я то, что хотел слышать Харо. Эти слова уже были своего рода гарантией нашего союза. — Но есть проблема. Так мы не избавимся от проблемы в целом. Пустота возродится вновь. Так было в эру сорамин и тари.

— Да, и я снова загоню её туда, где ей место, — кивнул Харо. — Но ты прав, что это не решение в глобальном смысле. Оно звучит немного иначе.

— Как?

— Нужно уничтожить всё то, что привязывает тварь к этому миру. Любое упоминание о ней. То, чего хотели добиться демиурги извне со стихией фрактала, вырезав само имя. Но они не смогли дойти до конца.

— Предлагаешь стереть всем память? — удивился я.

Вообще, технически это возможно. Полное обнуление воспоминаний всех причастных, изоляция пустотников, или лучше их принудительное лечение известными методами. Жестоко, но этот парень некогда собирался спасать мир путём превращения всех живых в нежить, чтобы тех не заразило проклятой стихией.

На этом фоне идея с памятью достаточно щадящая. Тем более, что можно сделать это не варварскими методами Тиши, а провести разъяснительную работу и позволить сохранить несвязанную с третьей дочерью память в записях и даже кристаллах памяти.

Каков шанс, что через сколько-то лет какие-то конспирологи додумаются до истинных причин и таким образом несознательно опять возродят эту тварь?

Всё возможно.

— Думаю, наши планы прекрасно согласуются друг с другом, — кивнул я. — Теоретически это возможно. Владыка Покоя может помочь с этим, но это должно проходить добровольно и с разъяснением… впрочем, это обсудим позже. Сперва нужно устранить сосуд, как ты говоришь.

— Мы не имеем права похищать у людей их память о роде и близких, — зло бросил Лииндарк.

— Поэтому и говорю, что нужно обсуждать, — я пожал плечами. — Нас интересует только удаление всего, что связано с пустотой и её божеством. Это сложнее, но технически возможно. Но… мы делим шкуру неубитого зверя.

— Хах! Да, мы снова ушли в дебри, — Харо Пустынный вновь был в хорошем расположении духа. — Пожалуй, в наших землях не хватает в последнее время чего-то доброго, так что пророчество о герое и падении нашего общего врага хорошо подойдёт.

Может, всё лучше, чем я думал, и у нас действительно возможен адекватный союз?

Если подумать, с подземным королём зверян он же общий язык нашёл. Лииндарк точно не из тех, кто поддержит планы массового превращения своих подданных в нежить.

Дальше начались обсуждения конкретики.

Страны, занимающие половину континента, не падают за одну ночь. Но падают за три. О том, чтобы тащить армию через лес или тем более по этому тракту — и речи не шло. Потому объединить силы в один ударный кулак всё равно не получится.

Однако после того, как и мы, и они пересечём разветвление Златогорского хребта, зажмём противника у воды, зайдя к нему с двух сторон. Бежать отсюда можно разве что на какие-нибудь острова, но это будет уже агония.

Столица будет со стороны зверян и Тиши. Вместе они успеют быстрее пробиться к Городу Мастеров. Нам же придётся проходить через опустошённое войной королевство к югу от владений пустотников.

На путь по нему придётся потратить дополнительно где-то двое суток.

Основные войска Тиши сейчас находились во владениях империи чиффари. Последняя старшая зверянская раса уже откровенно угасала и сократилась до крохотного королевства.

Тем не менее там сохранилась башня, с помощью которой Тишь накрыла анафемой и пологом мрака свои земли. Я сделал себе пометку поискать заклинание «туманного Альбиона», которое позволяло скрыть мои владения в пределах башен магов водным туманом.

Но даже так… будем откровенны, и у меня, и у них есть шпионы. Особенно у нас — ведь в отличие от Церкви Полуночи мы не устраиваем охоту на пустотников, а пытаемся направить их гнев в правильное русло.

У Ректора это в своё время не вышло, но у него не было и аспекта Покоя, так что некоторые пустотники начали становиться на путь верующих в Трибунал.

Поэтому нападать нам придётся с некоторым рассинхроном. Тишь возьмёт на себя основное внимание врага. И это был правильный ход с точки зрения тактики — речь шла о нежити, которой на магию пустоты будет плевать. Да и самой Тиши на такую потерю по большей части будет плевать.

Мы были более уязвимы к проклятой магии. Потому некоторая задержка допустима. Заодно избавимся от возможного удара в спину. В тех местах тоже была башня магов.

А уже от неё мы будем направляться в Город Мастеров. Некогда главный игровой центр сервера. К тому моменту его должны будут осаждать орды нежити. Харо Пустынный пообещал, что «эту ночь мертвецов они запомнят навечно. Жаль рассказать им будет некому… да и нечем».

И вот когда мы приблизимся к башне врага, появится зверянская коалицая с Лиинарком и игроками с их стороны. И тогда осада превратится в штурм со всех направлений.

В теории всё это звучало вполне осуществимо, хотя и опиралось во многом на домыслы. Реальность, конечно, сделает картину намного сложнее. Особенно с учётом того, как часто наши союзники в обсуждениях упоминали битвы древней старины, где уже успели поохотиться на пустотников всеми возможными методами.

Использование нежити не было чем-то новым. Тишь лишь добавила в эту схему фрактальную чуму и прочую системную магию. Я со своей стороны планировал использовать военную авиацию и дальнобойную артиллерию. Одна ракета по башне — и магические возможности противника резко сократятся. Хотя, там наверняка своя защита.

Тишь со свойственной ей жесткостью даже не брала в расчёт живших в крупнейшем городе игроков. Но вспомнили Келемвор и Филин. После чего принялись за просчёты возможности организовать хоть какую-то эвакуацию игрокам и местным.

Хотя, эвакуацией это назвать было сложно — вначале следует просто пробиться внутрь. Плюс есть шанс, что враг просто обратит в пустотоников всех подряд. О безжалостности третьей сестры слагали легенды.

Теоретический план имел много нюансов и подводных камней, где точное решение как действовать придётся принимать на ходу. Но в целом всё выглядело прекрасно. Осада нежитью не позволит врагу выслать подкрепления своим, так что путь к крепости должен быть лёгким.

А дальше… посмотрим.

На кону стоит покой не только этого мира, но ещё целого множества миров вселенной Созидания сверху.

Пока шло обсуждение, я эмпатией ощупывал всех собравшихся с обеих сторон и пытался понять, кто и что чувствует насчёт этого союза на самом деле. По итогу взгляд упёрся в Лилит.

Глава альянса кланов, не присоединившихся к Энигме, внимательно наблюдала за каждым обронённым словом и наверняка поняла больше, чем хотелось бы.

— Выходит, все сильные мира сего давно знакомы друг с другом? — спросила она, поняв, что я смотрю на неё.

— Этот мир намного старше, чем ты думаешь, — ответил я. — Многие успели прожить тысячи лет в Подземье. А с низким уровнем там столько не живут.

— Хорошо, что я на правильной стороне. Уже жаль Энигму и тех кто поверил им.

— Неназываемое зло может извратить любую, даже самую светлую душу.

— Как извратил вашу, мастер Синаэль, — безобидно улыбнулась глава альянса кланов, но мне этот вопрос не понравился.

— Это излечимо, — коротко ответил я.

Лилит замолчала, обдумывая мои слова. Она прекрасно знала, что пустота с определённого уровня становится неизлечимой одержимостью, но знала и то, что я бы не стал говорить это просто так. Тем более что я глава культа, возвращающего к жизни павших.

Возродить Ласку и уйти с ней… да хоть бы и в тот закрытый мир, что стирает стихийную привязку. Или просто устроить себе тысячелетний отпуск и отправиться изучать стихию созидания, которая в теории может исцелять раны, нанесённые её природным антагонистом. Это было бы ещё лучше — может, принесли бы потом лекарство для всех остальных…

Зародившаяся недавно надежда не покидала душу. Напротив, она всё больше крепла и обретала под собой корни.

Нежить, зверяне, танки и боевая авиация. Против горстки отбитых принцев безумия, присягнувших чудовищу кланов и одного тёмного бога. Я собрал силы, превышавшие силы врага втрое.

Осталось совсем немного, Ласка.

Интерлюдия

Под волей Трибунала

Из огромного портала, наверное самого большого на памяти местных, выехала большая металлическая машина. Тёмная, мрачная и пахнущая смертью.

Боевая техника иномирцев была громкой, мрачной и дурно пахла, как горящая алхимическая лавка. Сами иномирцы, люди со странным оружием и в странных одеждах, сегодня к вечеру должны будут переодеться в металлическую броню.

К счастью, этим заниматься должна была другая бригада. Им же с наставником сегодня всю ночь, как и вчера, красить машины рунической магией.

За последнее время всё вокруг менялось слишком быстро. Прежний монарх был самодур, но сменивший его совет кланов — вообще сборище сумасшедших. Будто власть над королевством попала в руки кучки подростков. Или игроков — сами клановые довольно метко так называли друг друга.

Только они начали привыкать к совету, как пришли бандиты, недавно взявшие власть в Порте Мару. Перепугавшиеся владыки из совета легко присягнули им на верность и флаг над городом опять сменился.

Средняя рыба заглотила малую, и вскоре появились новые налоги и новые обязательства — уже перед демонической крысой… Боги, они даже в названии своей шайки не скрывали истинной сути.

И когда казалось, что хуже быть не может, среднюю рыбку заглотила рыба побольше.

От первых известий о появлении нового культа до того, как религия Трибунала стала официальным курсом для крыс, а значит и для Минако, прошло не так много времени. Мир менялся и царства в нём менялись слишком быстро.

Известие о церкви старшей дочери Смерти, имя которой и помнили-то сейчас единицы, потрясло всех. Хотя казалось, после появления возрождённого культа средней дочери удивляться было уже нечему.

Местные помнили, передавая из уст в уста предания о старых богах, и об ужасе, что раз за разом несла младшая из дочерей.

В том, что эти сказки — чистая правда, ни он, ни его наставник, никогда не сомневались. Достаточно было хоть раз в жизни увидеть змеиную башню или любое другое творение древних в золотую эру, чтобы понять. Сказания не приукрашали, а скорее были неспособны передать истинное величие. А уж те, кто сталкивался с артефактами тех времён — и вовсе принимали на веру любой миф о прошлых веках.

А ещё, все помнили трагедию лисьих братьев-императоров, едва не погубивших мир в страхе перед этой историей. Так что орден Тиши и связанная с ним Церковь вызывали у местных опасения едва ли не больше, чем древнее зло из легенд.

Несколько человек даже перебрались в их круг из лисьих земель — лишь бы быть подальше от некромантов и нежити.

Стоит ли говорить, что возрождение культа старшей дочери воспринималось не многим лучше.

— Если ты не знаешь дряной легенды, связанной с этой Нефтис, это не значит, что таких нет, — сказал тогда его наставник.

Первая железная машина свернула за угол, чтобы оттуда направиться к королевской площади, которую использовали вместо мастерской ритуалиста. Старый король, наверное, сейчас не то что поворачивается, а вертится как юла в своём склепе.

Именно туда придётся направиться и им спустя полчаса, когда закончится обеденный перерыв.

Перепуганный совет, получивший приказы от таких же перепуганных крыс из Порта Мару, сгонял сюда всех, кто хоть немного смыслил в ритуалистике. Желания обычно ни у кого не спрашивали, и чиффари-полукровка Рику, ученик ритуалиста, мог их понять.

Однажды он видел нового владыку, которого прозвали в народе бешеным котом. Подходить и уточнять приказы не очень хотелось. Тем более что несмотря на ажиотаж в преддверии войны старших сестёр с младшей, за работу, пусть и принудительную, щедро платили и относились с уважением.

Во всяком случае, впечатление от самого культа Нефтис в числе его младших служителей, было положительным. Прибывшие из далёкой Долины Терний, о которой Рику даже не слышал, вели себя достойно,, пусть и не без доли фанатизма.

Ритуалисты среди местных, клановых и самих служителей Трибунала на одинаковых правах трудились на площади. Чем больше ученик ритуалиста был в их компании, тем больше начинал менять мнение о происходящем вокруг. Прежде он никогда не задумывался о настолько глобальных вещах, как выживание целого мира.

Детские сказки, вперемешку с семейными преданиями стала хорошей почвой для идей о том, что от счастливой жизни отделяет только одно тёмное существо, одержимое жаждой чужой боли.

В конце концов, даже Тишь творила свои зверства, объясняя это необходимостью победить пустоту. Наверное, что-то они все знали об этой магической хвори.

Наставник — старый эльф, чья семья бежала из далёкого мира Лемурии, когда открылся первый портал сюда много сотен лет назад. Он сам родился уже здесь и был воспитан в том числе и теми же легендами. Ему происходящее сильно не нравилось.

Но Мистраэль думал о том, что война дочерей Смерти — это конец перед великим концом. Рину же помнил, что после каждого прихода тьмы наступал свет для тех, кто выживет. Время роста и невероятных возможностей.

Железные машины обрабатывались массово. Ритуалистика была таинством, но чужаки относились к этому, как к мануфактурной штамповке. Такое отношение немного коробило даже его.

Клановые, тоже привлечённые к этой работе, плевать хотели на условности и расписывали машины с достойным упорством.

Рину посматривал по сторонам, невольно выискивая единомышленников. Тех, кто искренне кричал приветствия Трибуналу.

Бордовые волосы пали на лоб, и полукровка их смахнул, невольно подняв голову к небу.

Вовремя.

Его прочертила железная птица, а следом за нём — железные стрекозы с подвижным гребнем.

Иномирцы с их машинами внушали трепет. Но похоже, тот мир был совсем лишён магии. Бешеный кот, если решения действительно принимает один из последних живых тари в этом мире, не такой уж и бешеный.

Руническое покрытие зависит от размера. По этой причине ещё тари во времена Василия Великого отказались от такого вида оружия, как от бесперспективного из-за малого размера пули и соответственно, очень ограниченного количества накладываемых на неё чар.

Плюс малая область поражения означала, что такую рану будет очень легко исцелить базовой регенерацией.

Но пули рунологи сейчас обрабатывали так же, только в мастерской.

— Ринру, лисья морда, чего завис? — ворчливо пробурчал его учитель.

— А что это там? — ученик указал учителю на железных птиц.

— А это — наша новая работа. После танков завезут самолёты. Размерчики представляешь?

— Да вы шутите!

— Ага. А потом ещё будут железные стрелы.

— А это что?

— Стрелы из жезеза, размером с пол этажа башни мага.

— Из железа? Они хотят, чтобы мы заставили их летать?

— Нет, то же, что и везде. Усиленный набор антимагии. Туда отбирают лучших. Серебряная пыль, печать отторжения, сигилы смещения надо попробовать. Может, терновые оценят.

— Мне кажется, наставник, или вам это нравится?

— Нет, конечно. Но по крайней мере я знаю, что нужно делать. Рисовать руны. Сложные. Там, где их оценят.

14. Тучи над тучами

Леттария сдалась за один день. Мы пересекли гиблые болота, которые оказались не такими уж и гиблыми и преодолевались техникой.

Затем горный перевал. Он стал большей проблемой — просто потому что путь был пусть и не таким узким как там, где мы встречались с Харо и компанией, но всё равно сплошным строем не проехать.

В этот момент мы были уязвимы, но засад никто устраивать не стал.

По ту сторону нас встретила перепуганная стража, которая просто побросала оружие и сдалась.

— Владыка! Молю, не казните! Именем матушки скорбящей заклинаю, не отправляйте к ней! Всё сделаем, что велите!

Офигеть, стража.

— Трибунал не видит преступлений в твоих деяниях человек. Мы не причиним вреда тебе и твоим людям, если они первыми не поднимут оружие против нас. Разве ты не слышал первое правило Трибунала?

— Нет смерти в служении Трибуналу.

— Верно. Присоединяйся к нам, и ты не будешь знать смерти.

Мужик побледнел.

— Вы же… не как Тишь? В некросы? Простите…

— Да ничего он тебе не сделает, — бросила Филин. — Просто пытается завербовать к себе, как обычно.

Девушка была пьяна и за помощь в переговорах была удостоена отрезвляющего «очищения».

— Мы только рады служить. Ээ… Живыми, вот.

— Лучше скажи, чего вас так мало?

— Все воюют… где можно. Эта граница пока что была самым безопасным местом Леттарии, мастер.

— С кем? Разве эта страна не присягнула той, чьё имя навеки забыто и проклято?

— Мастер… Те кто наверху, может, и присягали, но люди ж не идиоты… до этого дня мы выбирали между смертью души и смертью тела. Если вы не несёте того и иного, мы уже рады вас поддержать. Хуже… уже не будет.

— То есть у вас гражданская война? — понял я.

— Ну, одержимый король — чудовище. Герцог Тельван отказался подчиняться, и недавно его казини, вот. В жертву сами знаете кому принесли. Теперь его сын пытается бороться. Хотя сил у него немного.

— Но вы же за официальную власть здесь стоите? — спросил я, глядя на лиловые оттенки в опознавательных знаках формы стражи. Герб Леттарии, золотой парусник, был нарисован фиолетовым вместо привычного золота на сером фоне.

— Мы народ подневольный, мастер! Нас бы в жертву принесли, сделав врага нашего бога сильнее.

О как. А мужик-то не так прост. Умно подаёт вещи — сразу обозначая наш интерес.

— Назови своё имя, человек, — сказал я.

— Степан. Степан Элларис.

Я посмотрел на уши мужика. Да, слегка островатые. Забавно, он полуэльф, но почти все черты унаследовал от человека. А судя по имени не просто человек, а сын девушки-игрока и непися эльфа. Местные люди были по лору переселенцами с Лемурии и Пангеи по большей части, а там имена были под классическое фентези. Степаном бы его назвала скорее женщина с Земли.

В Подлунные Миры многие уходили именно за этим — строить семью. Судя по возрасту, ему уже лет двадцать с лишним. Значит его мать уже давно здесь нашла свою любовь и строила семью с эльфом. При хорошей работе будучи ценным сотрудником, срок жизни мог выходить за рамки сотни лет.

— Как тебя занесло в сотники с таким именем, Степан? — не удержался я. — Кто твои родители?

— Отец зачарователь. Лаэйлин ар Элларис. А мать была ээ… искателем приключений. Она была в клане «лунные тени».

Я посмотрел на идущую рядом с Искролапой на демонической лошади Лилит.

— Когда-то были пятыми. Не захотели под наше крыло и были раздавлены Энигмой.

Эмпатия подсказала, что Стёпа имел на этот счёт немного иное мнение, и даже был бы рад назвать мою спутницу плохим словом. Но понимает, что такие идеи могут быть летальными и совсем не героическими.

— Зря не присоединились, — сказал я. — Теперь как видишь, они сами присоединились к нам.

В конце концов, по тому что я узнал о крысах, клан наёмников имел дурную славу бандитов и вымогателей, которые высасывают из вассалов всё до нитки. Но в нынешние времена банальный грабёж и рядом не стоит с культистами Неназываемой или функционерами Тиши. Тем плевать у кого сколько денег — всё равно убьют.

— Понял, — кивнул Степан.

— Тогда вот тебе и твоим людям первое задание. Идите по своим домам и несите всякому встреченному, кто разделяет ваши взгляды, весть о том, что мы идём. Можешь рассказать всё как видел о нас, правду. И передай мои слова. Мы — это ответ на ваши молитвы. Трибунал — это справедливость. Честному разумному существу нет нужды нас бояться.

— И… что будет дальше? С нами и с… Леттарией?

— Кто творил зло над народом — будет наказан. Кто нёс добро — будет награждён так, как ему и не снилось. Желающие — примкнут к нам в последней битве, этого мира, за которой наступит вечная золотая эра без смерти и пожирателя душ. Те же, кому претит поднимать оружие, смогут мирно работать на благо Трибунала не зная никаких ущемлений.

Степан, как и его люди за спиной, смотрели на нас, не до конца понимая, что происходит. Люди в последнее время здесь явно хорошего видели мало. Гражданская война — это очень весело в игре, но сплошное страдание в реальности.

Парень ушёл к своим, пояснять, что мы от них хотим. Тем, кто сам не слышал.

Но сто человек в железных доспехах против шести сотен танков? Это даже не смешно. А это только передовой отряд. В серьёзных конфликтах на Земле участвовало куда больше сил, чем было у меня. Это всё, что я смог собрать в ограниченные сроки из того, что было добыто путём разграбления воинских частей там.

Многие присоединились и сами вместе с государственной и корпорантской техникой. Потенциал был гораздо больше, вопрос лишь в ограниченности времени. Было бы его больше, Трибунал стал бы сам сильнее и пустотников, и Церкви. Но — в будущем.

Хочется верить, что эти мысли — всего лишь перестраховка.

Того, что у меня есть сейчас достаточно, чтобы взять два королевства, одно из которых и так полудохлое. Плюс союзники из Тиши.

— Лилит, у тебя здесь были личные враги? — спросил я у лидера альянса кланов.

— На южном берегу есть город Риддик…

— Он твой. Бери треть сил, этого должно быть достаточно.

Девушка просияла. Иногда нужно радовать своих вассалов.

— Лесат, — продолжил я. — Ты у нас любишь поговорить. Едь к сыну этого Тельвана. Здесь есть город с названием Тельвания. Думаю, не просто так. Пообещай ему трон Леттарии.

— Зачем? — не поняла лидер демонических крыс.

— Местные его видят альтернативой пустотнику на троне. Охотнее пойдут на службу к нам. А кто правит здесь — не так важно. Трибунал всё равно стоит выше, если будет нужно прямое вмешательство в политику этой страны.

Беловолосый тифлинг кивнула и задумалась.

Эмпатия передала эмоции страха и уважения. Даже интересно, что она услышала в этих словах. Сам я взывал всего лишь к обычной логике в попытке минимизировать лишнюю работу.

— А ты пойдёшь на столицу? — спросила она у меня.

— Зачем она мне? Там Рикка следом за нами с ещё сотней танков и тяжёлых орудий. Она жаловалась, что ей не на чем тренироваться. В Подземье техника из бывшего мира-темницы бесполезна. Потом ещё подтянуться Селена с Илией, если понадобятся маги из академии. У нас такой перевес, при том, что местную власть собственные подданные ненавидят — что они и часа не продержатся при штурме.

— Тогда куда? Они не могли ожидать здесь землян. Альянс кланов бы не справился с Латтерией так быстро.

— Настоящие трудности начнутся к северу, ближе к захваченному Городу Мастеров.

Границу республики, которая была здесь до воцарения теократии неназываемого зла, мы пересекли утром. За всё время путешествия по стране мне ни разу не пришлось вступать в бой.

Встреченные нами населённые пункты устраивали осторожные приветственные мероприятия. Когда женщины и дети сидят по подвалам или выбежали в ближайший лес, а мужчины и старики с бордово-бирюзовыми флагами изображают эйфорию от того, что их хутор перешёл под нашу власть.

К счастью, я понимал их. Пока ещё понимал. Потому старался показать добрые намерения. Так в первой деревеньке мы выяснили, что ко всему прочему в Латтерии голод. Пришлось отправлять Селене послание, чтобы та возвращалась и набирала с собой грузовики с пищей.

После третьего захваченного села в четвёртом нас приветствовали уже чуть более искренне и даже не прятали женщин с детьми. Затем на нашем пути появился крупный посёлок, в котором нас ждал приятный сюрприз — местные линчевали ставленника назначенного неназываемой короля. Собственно, такого же отбитого пустотника, не гнушавшегося жестить с издевательствами над народом.

Когда мы подошли к городу, местные сами открыли нам ворота и вывесили наши флаги на входе. Здесь мы ненадолго остановились — нужно было воскресить погибших при смене власти. Нет смерти в служении Трибуналу. Слово нужно держать.

У врага не было маскирующих заклятий. Здесь я нашёл небольшое озеро и посвятил его Дафне, после чего призвал облачную башню и с неё активировал владения.

Вскоре моим шпионом во вражеском домене стала сама вода.

Церковь Полуночи держала своё слово. Орды нежити уже прошлись сплошным катком до города мастеров. Редкие попытки сопротивления были убиты и обращены в нежить. Почти всё мирное население бежало — кто-то сдался другим фракциям, составляющим Церковь. Кто-то — сбежал к нам.

Потому сейчас со стороны границы к нам бежал не комитет по встрече, а перепуганные крестьяне, выбирающие между мертвецами и одержимыми психопатами. С такой альтернативой и «бешеный кот» как почему-то прозвали меня в Надземье, смотрится разумным выбором.

А дальше — дело показательных чудес и работы кодекса Трибунала, который соблюдался беспрекословно.

Далеко за ордами нежити через горный перевал, ведущий к останкам империи чиффари, шла армия подземного короля. Они подбирали бегущих к ним зверян-полукровок и людей, за которых те были готовы поручиться.

Ещё несколько групп смельчаков пытались самостоятельно лезть в горы по тропам. Где-то там в самом сердце гор существовало королевство дворфов, которое давно отгородилась от всех с началом глобальной заварушки. И всем действительно было не до них. Возможно, они тоже принимали беженцев, но прямого пути из республики туда не было. Только лезть в горы в надежде на чудо.

Итого, к нашему появлению от страны не осталось и камня на камне. Окружение столицы, Города Мастеров — лишь вопрос времени.

Победа над злом была близко.

Так близко, что кажется протяни руку — и сможешь её ухватить.

Но меня почему-то не покидало мрачное предчувствие.

Заражённая пустотой душа не может верить в такие вещи. У пустотников постоянно предчувствия, что всё идёт не так, и вот-вот случится что-то плохое. Одна из самых паскудных вещей в пустоте — это то, что ты перестаёшь доверять самому себе.

Логика же однозначно говорила, что при таком перевесе сил нельзя проиграть.

Враг ожидал максимум треть от того количества войск что мы привели к его стенам. Мы победим.

Осталось уже совсем немного, Ласка.

Интерлюдия

Во мраке

За Её спиной пребывал в вечной страже один из запечатанных на чёрный день богов. Этот был запасным на случай если не получится с Радостью и Надеждой. Но они в точности прошли по грани пророчества, влюбившись в глашатая.

Интересно, где сейчас их раненные неприкаянные души. Всё ещё живы, но обречены рано или поздно прийти к ней, когда душа окончательно осквернится отчаянием и распадётся в ничто.

Сколько бы она не ставила такие эксперименты, они всегда удавались и каждый раз удивляли Её этим.

Что такое любовь?

Что заставляет одно живое существо идти на жертвы ради другого?

Сколько бы она не искала эти чувства, но единственное, что было ей открыто — лишь лёгкое любопытство и удовольствие от понимания, что она — часть всей этой системы. И именно любовь к Ней способна сломать кого угодно.

Единственное существо, которое смело ей отказать, это тари, который уже выбрал другую. Такой может отказать даже богу, за что Она почти истребила этот народ. Страшно представить, что в Ней самой есть доля этой крови.

Тогда почему же она чувствует лишь отвращение, глядя на их счастье?

Что они такое видят, что заставляет их поступать так?

— Богиня, позвольте говорить в вашем присутствии, — произнёс один из её Принцев.

— Разрешаю смотреть на меня… как-там-тебя.

— Что вы, я не достоин…

— Хватит. К Сути.

— Восточный рукав Златогорья пал. Организация, известная как Церковь Полуночи пересекла границу империи. У них тарийские эльшанки золотой эры и дирижабли сорамин.

— Продолжай, — промурлыкала та, чьё имя лишает судьбы.

Посланник склонился ещё ниже, но возможность смотреть на Неё он не мог упустить, потому буквально пожирал глазами живое совершенство, с которым не способна сравниться ни одна женщина во вселенной.

Совершенный облик, идеальный в каждом миллиметре тела.

Во внешности Последней Ласки на троне из окаменелых лап первого дракона пустоты всё больше прослеживалась младшая из дочерей Смерти.

Идеально чистый лиловый свитер с фиолетовой полосой на груди. На самом верху полосы свисал амулет в виде розового сердца. В нём в вечном кошмаре хранились души пустотников, которые силой своей веры в Неё не слились с пустотой, а остались вечно служить Ей.

Та, чьё имя внушает трепет, полулежала на троне, облокотившись об один подлокотник и закинув ноги на другой.

Маленькие глазки с чёрными зрачками нава, тонкие губы, длинный нос, как у её первой наставницы, каре чёрных волос. Следов шрама сосуда больше не было. Хотя теперь его след сменила чья-то засохшая капля крови.

Гонец облизнулся. Повезло же кому-то. Она лично пытала и убила какого-то счастливчика. Или как ещё это могло случиться? Он был готов заплатить за это любую цену.

Некогда он был одним из лидеров крупнейшего клана игроков. Сейчас же был одним из хранителей Её земель. Инстинктивно шагнул к трону, но такого разрешения не поступало. Одержимые кошки, первые искажённые ею представители этого вида, грозно зарычали.

— Сейчас нежить берёт одну деревню за другой. Народ в панике. Бегут кто в город, кто на юг в Латтерию, — продолжил вошедший.

— Как скучно! В городе народа нет, так что можете в расход. Кто придумает самую весёлую историю получит аудиенцию. Так чтоб эмоций побольше. А остальные — пусть бегут. Теффи с тем забавным лисом всё равно сделает скучную нежить.

Кажется, новости не расстроили идеальное существо.

— И… Латтерия. Вчера они перестали выходить на связь. А затем с башен магов нам доложили о вторжении с юго-запада. У них карминовый герб с бирюзой. Мы не знаем, что это за организация. И с ними… военная техника из моего прежнего мира.

— Значит, глашатай уже идёт на зов! Я же говорила, они не будут брать нас в скучную осаду. Будет весёлый штурм!

— Надеюсь. Долгую осаду Город Мастеров не переживёт.

— Да забей, голодная смерть это скучно, проходили. Они точно пойдут на штурм. Вот ты бы стал затевать целую осаду, чтобы встретиться со мной, или принёс бы мне в жертву своё и чужое войско, чтобы поскорей встретиться.

— Конечно, я бы штурмовал, — не задумываясь ответил бывший игрок.

— Круто, я только проснулась, а из-за меня уже началась мировая война! Скорей бы вкусить все те трагедии, которые вскоре произойдут! Я бы тебя обняла за такие хорошие новости, как-там-тебя! Но прикасаться к тебе слишком мерзко, извини.

— Лаэрт, Король Надзирателей. Ваш преданнейший раб, — охотно представился пустотник.

— Да-да, я всё равно забуду, — хрипло сказала она с весёлыми нотками в голосе.

— Я предполагал, что так будет, — добавил Лаэрт, уже не зная что ещё добавить, лишь бы пробыть на секунду дольше рядом с Ней. — Когда над землями альянса кланов появился магический полог…

— Да плевать.

— Крестьяне говорят, что видели в небе железных птиц. Из-за полога мы не могли связаться с агентами…

— И на оправдания мне плевать. Удиви меня.

— На их гербе изображена девушка с завязанными глазами. Это… ведь символ Нефтис.

— Неффи?

Она вдруг резко поменяла положение и присела на троне, закинув ноги под себя.

— Не может быть, я разобрала её по кусочкам. У неё душа была до смешного хрупкая. Представляешь бога, который ноет из-за банального выколотого глаза или оторванной лапы какой-то шавки? Живые игрушки и существуют для того, чтобы развлекать меня. Разве не так?

— Всё так, моя богиня. Позвольте мне выколоть себе глаз ради вас.

— Во-от! Это нормальная реакция здорового человека на меня. Скучная правда, до омерзения. Вы словно букашки, которые лезут вперёд на смерть, даже видя, что их товарищей давят прямо у них перед глазами. Только у тари и их полукровок всё вечно не так как надо.

— Хотите, я принесу вам головы их лидеров?

— Пупок развяжется, если там в союзе с Теффи то, что осталось от Неф и мой глащатай. Но хвалю за суицидальное рвение. Эй, чешуя, хочешь меня порадовать?

На мгновение окаменевшая статуя божественного дракона пустоты пошевелилась и обрела свои привычные чёрные цвета чешуи. Голова нового живого аксесуара самого совершенного существа из всех ожила. Фхайрантаанимар, запасной сосуд посмевший посягнуть на её власть, открыла пылающие пустотой глаза.

— Зачем ты откладываешь игру с моим братцем? Я хочу увидеть, как ты раздавишь его. Как ты раздавишь всех, моя хозяйка.

— Ой, только ты в лизоблюдство не скатывайся. Я позволила быть тебе своим троном лишь потому, что ты единственная не пускаешь на меня слюни… или ты уже? Блин, только не говори что мне нужно опять искать новый трон! Ты и десятилетия не продержалась!

15. Героическая дорога

Я наблюдал с холма за идущими через опустошённые земли ордами нежити.

Их флаги трепетали на ветру под мрачным стальным небом. Природа будто знала, какое экзистенциальное сражение сейчас разразиться на этой земле.

Лазурь и чернота у Тиши с гербом Тефнут, закрывающей себе рот. Нежить шла первой в строю, как пушечное мясо. Кости, вернее. Останки погибшей нежити довольно скоро собирались заново и снова вставали в строй. А если степень уничтожения тела была слишком большой — сливались по нескольку особей в костяных джаггернаутов.

Город Мастеров, крупнейший из ныне обитаемых городов Надземья, находился на самом углу континента. Он застыл в преддверии масштабнейшего сражения со времён кровавого шествия Харо Пустынного.

Крепость возвышалась на нависающей над ледяным морем скале, соединённая грандиозным мостом с башней.

Сразу за отвлекающей на себя внимание нежитью, строились войска Лииндарка. Тёмная бирюза и чернота, на манер той же черноты на флагах у Харо, показывая единство организаций.

— Давненько я не видел этот герб… — я обернулся к Безупречному и с удивлением увидел едва ли не впервые на лысой морде слёзы. По эмпатии ударило сложной и очень сильной гаммой чувств. Радость, надежда и вместе с тем тоска и невыносимая боль.

— Что значит этот символ? — Герб у подземного короля был простенький — изогнутый лист. То ли крапивы, то ли мяты.

— Дом тар Китанэль из Серебряной Башни, — ответил наставник, после чего извлёк серебряный лист на верёвке из-под одежды. — Кстати, это и твой дом тоже.

— Мой?

— Ты мой посланник, забыл? В тебе тоже течёт эта кровь. С того момента, как ты прошёл Клинковую Рощу.

— Тогда для меня честь сражаться с тобой плечом к плечу в последней битве.

— Да, Синаэль. Ты был хорошим учеником.

— Думаешь?

— Ты постиг главное — что такое быть тари.

— Так себе наука, если честно.

— Ты просто не жил в эпоху первых тари. В царстве вечной любви и изобилии.

— А ты жил?

— Нет… — усмехнулся Безупречный. — Но мои предки жили. Сиам Китанэльский и Василий Великий.

Войска с флагом кошачьего дома были многочисленны, да и уровни впечатляли. Стало понятно, что ставка моих союзников в этом бою, именно на них. У меня средний уровень был куда скромнее, но зато имелось тяжёлое вооружение.

Где-то там ещё пестрели флаги империи чиффари и игроков клана Келемвора, но они были каплей в море схлестнувшихся сил.

Мы подступать не спешили, как не спешили и подземники. Первую ноту в этом концерте играть будут ракеты.

Со стороны зверян громко зазвучали боевые гимны и музыка. Порыв яростного ветра растрепал белые волосы и карминовую мантию инквизитора. Я поднял вверх посох Нефтис, и следом за мной поднялись клинки всех присоединившихся к Трибуналу.

А над самыми нашими головами пролетела огромная крылатая ракета — на встречу с башней мага.

Снизу что-то попыталось её сбить, а затем отклонить с курса. В ход пошли стандартные защитные чары по типу охраны ветра. Но рассчитаны они были на стрелы. Хорошо, на усиленные магические стрелы с рунами. Однако в рунической магии решает площадь.

Эту руническую ракету, исписанную письменами по всему корпусу и на внутренних деталях, сбить магией вообще нереально. Даже пустота здесь бессильна — души у ракеты очевидно не наблюдалось.

Прозвучал оглушительный грохот. Справедливость Трибунала поцеловала четырёхуровневую громадину. Укреплённый китарой и адамантом корпус пробил камень и разорвался ярким фейерверком над городом.

Титаническая конструкция начала заваливаться и осыпаться каменной крошкой.

Есть!

Первый ход был за нами. Теперь можно не опасаться, что нас накроет сверху магией.

Нежить долго ждать не стала. Ещё до того, как землю сотряс взрыв от попадания, орды мёртвых двинулись на штурм.

Небо прочертила чёрная дымка от пылающих лазурью камней с требушетов. В ход пошли тараны. Следом за ними потянулись осадные башни, прикрытые металлическими листами.

Искролапа взмахнула крыльями и взлетела в воздух. Так я лучше видел едущую в сторону вражеской крепости вереницу танков.

В ответ крепость начала отбиваться. Как по мне — довольно вяло.

Сотни огненных шаров и десятки заклинаний покрупнее — недостаточно, чтобы остановить даже нежить, не говоря уж о всём остальном.

Я вынул из инвентаря зелье зоркости и взглянул на стены.

Да нет, вроде бы всё в порядке. Почти всю стену заняли клановые. Игроки топового клана и все, кто присоединился к ним. Неписи тоже были, но немного, и вид у них был так себе. Энтузиазмом в защите чудовища они явно не блистали.

Наконец, заработали малые башни. Подключились высокоуровневые маги, и на поле боя расцвели огненные вспышки. Значит, всё не так просто. Но всё ещё мало, чтобы нас остановить.

Но все всё равно было не по себе от ожидания неприятностей. Даже понимание, что это давление стихии на разум, всё равно не помогало избавиться от наваждения.

Если мысли и чувства не дают покоя — нужно превратить их в действия.

Искролапа чуть снизилась. Первые танки подъезжали на огневые позиции. Враг сразу же решил проверить их на прочность, и в первом ряду вспыхнуло зарево мощного заклятия третьего ранга. Мощный сгусток пламени пронёсся к неповоротливой машине и точным попаданием ударил по башне.

Сила пламени предполагала, что магия легко расплавит башню и уничтожит экипаж, но вместо этого огонь развеялся вместе с дымом, а впитавшие ману руны заставили танк светиться огненными письменами, будто новогодняя ёлка.

После этого враг добавил несколько усиленных столбов огня, какими в своё время развлекался Нир во время пути к Роще. Результат был тем же.

В ответ первый же залп зачарованных орудий обрушил часть стены.

Вдалеке двинулась с места армия зверян Лииндарка.

Одновременно с этим поднялись и наши силы. Объединённые силы игроков, учеников академии Терний и присягнувших Трибуналу воинов двинулись в сторону города.

Прогрохотал второй залп, разнося сторожевую башню и ещё часть стены. А спустя миг — ракетные удары начали накрывать малые башни магов. С первого раза разрушить удалось лишь одну — две другие оказались укреплены магическими барьерами. Но и у таких навыков типа абсолютной защиты есть слабость. Они не смогут поддерживать защиту вечно.

Показались обтекаемые корпуса боевой авиации. Новостью они для врага не стали, но многочисленная магия при попадании в самолёты стекала будто жидкость. Но непреодолимой руническая защита не была, и урон никуда не рассеивался, а постепенно сбивал магический щит.

Другое дело, что попасть огненным шаром в движущийся по небу самолёт — это ещё постараться нужно. Здесь больше срабатывала не меткость, а массовость.

Вскоре один из самолётов всё-таки задымился, и пилот катапультировался — его понесло за черту города к холодному морю.

С некоторым запозданием на перехват поднялись боевые птицы, наездники грифонов, боевые химеры и механизмы. Всё же Город Мастеров по лору был центром научной мысли фентезийного Надземья.

Толку, правда, мало что из этого принесло. Неповоротливые машины в стиле стимпанк даже с магией были не конкуренты земным самолётам. Из всего перечисленного прок был только от птиц и химер, если тем удавалось тупо облепить самолёт своими телами, попасться в двигатель и рухнуть вместе с самолётом вниз. Про скорость я и подавно молчу — ни одна из тварей сравниться с современной авиацией не могла.

Ситуацию сильно исправила бы магия, но руническая защита сбивалась не сразу.

— Когда магия начинает проходить по обшивке, пусть летят на базу за новыми рунами, — приказал я по рации Лесату.

Нежити на массовый удар по городу было плевать, как и её хозяину, так что мертвяки продолжали штурм, попадая под дружественный огонь. Этот манёвр мы обсудили заранее. Мертвецы должны были лишь отвлекать внимание, и цели сохранить Харо его войско у меня не было.

Через зелья и благословения снова начинало пробиваться безумие. Подаренное Нефтис время я использовал по максимуму, но оно уже начинало подходить к концу. Хорошо, что все манёвры были согласованы заранее, и сейчас от меня уже не требовалось принимать много решений.

Когда от первой линии обороны остались одни камни, а самолёты, сбросив боезапас, улетали прочь, город уже окружала пехота. Танки и пушки прекратили огонь. Нежить забиралась на остатки стен и лезла внутрь города.

Вверх потянулись клубы дыма. Запахло гарью.

Я подлетел ближе и ещё чуть снизился. Улицы казались пустынными, но не безлюдными. На крышах некоторых домов были группы клановых магов, пытавшиеся отбиваться.

Затем в город начали входить войска Лииндарка. В отличии от нежити они шли строем, соблюдая осторожность и поддерживая щиты. Умирать никому не хотелось.

От общего строя откололась группа с сине-чёрныым стягом — Келемвор и его группа. Вскоре у ворот к ним присоединился отряд с Фил во главе. Они планировали наладить эвакуацию местных.

— Син, есть новости, — послышался новый голос в рации. — Обернись-ка назад.

Я посмотрел в указанную сторону и увидел еещё одно войско, приближавшееся к нам с тыла. Мрачные боевые группы златогорских дворфов и магов под флагами академии и гномьего царства. Над строем летели наездники на грифонах, вивернах и прочая магическая авиация.

Затем я призвал инфо и увидел среди строя несколько выделявшихся высоким уровнем существ. Скорее всего, стражи или легендарные существа из города.

Во главе всего этого войска был Танатос.

К нам спешило подкрепление!

Мы не можем проиграть, — понял я.

— Снижаемся, Искра. Нас ждёт трон чудовища.

Послышался грохот и часть скалы под городом пришла в движение. Из каменного плена вырвались огромные чёрные когти, а затем существо резко поднялось наверх и обняло чёрными лапами обрубок башни мага.

Фхайрантаанимар Вездесущая. Дракон пустоты. Уровень 2450.

Через минут десять должны вернуться самолёты от созданного магами земли аэродрома. Перезаряженными, дозаправленными и со свежими рунами. А до тех пор её придётся сдерживать авиации зверян и гномов.

У меня же была другая задача.

Я начал снижение. Где устроила себе резиденцию, если не в башне магов, лже-Ласка?

Она не была человеком и не мыслила как люди. Как бы мыслило такое существо, как она?

Два варианта. Если она считает себя неуязвимой, то должна быть в башне. Ели нет — в защищённом и хорошо охраняемом замке. То, что мы так легко сумели уничтожить башню говорит о том, что более вероятен второй вариант.

Я же, на самом деле, склонялся изначально к первому.

Замок здесь был двойным. Одна часть традиционно окаймляла Башню. Другая же уходила на небольшую отдельную скалу, нависшую над пропастью на гигантской каменной колонне.

Место неприступное для фэнтезийного средневековья, но, думаю, если направить туда пару ракет…

Самый лучший вариант — тот, где пророчество о падении великого зла исполнится от рук простого солдата. Такая версия пророчества уже ходила в народе. Здесь смысл был именно в том, чтобы пророчество само развивалось и обрастало подробностями.

Как бы мыслило нечеловеческое существо с нечеловеческим разумом?

Почему этот вопрос не даёт мне покоя?

— Син, у нас проблемы, — сообщил Лесат. — В город нас похоже, заманивали. Здесь всё кишмя кишит пустотниками! Нас тут пытается прикончить каждый чёртов кустик!

— Насколько всё плохо?

— Пока не критично, — чуть спокойнее сказал друг. — Но… средний уровень двести-триста, но есть и монстры по шестьсот плюс. Здесь всё вокруг заражено пустотой!

Искра замедлилась и захлопала крыльями над высокими домами с острыми крышами. Я взглянул внимательно вниз и ужаснулся. Пустота пропитывала даже сами дома! Сейчас они выглядели особенно жуткими, будто вырванными со страниц детских страшилок.

Здания то начали двоиться, то подрагивали, будто живые. Окна казались прорезями злобных, полных ненависти глазок.

С ужасом я понял, что возможно спасать здесь уже некого…

— Лети, Искра, — сказал я на ухо пещерной мантикоре. — Дальше ты мне не поможешь.

Кошка поняла меня и взмахнула пушистыми крыльями.

Я в воздухе спрыгнул с неё и разбился каплей воды.

Навстречу из окон выпрыгнули два порождения пустоты, скорее всего перешагнувшие на второй уровень синхронизации.

Под одним вспучилась и взорвалась земля под паровым взрывом. А когда тот попытался ускользнуть — попался в захват из раскалённого пара.

Второй рванул мне навстречу в рывке, и я активировал мерцание тари. Монстр проскочил прямо сквозь мой исчезающий силуэт и вошёл в паровое облако. Затем прозвучали множественные паровые взрывы.

Третий, появившийся будто из ниоткуда, пробил меня со спины пустотной дланью.

Ну, это он зря. Один из основных навыков любого пустотника — возможность поделиться частичкой своей боли с другим. Очень мерзкая способность, сильно поднимающая синхронизацию с пустотой тому, у кого она была меньше.

Я собрался дальше по улице, ведущей к башне, под которой ракеты проверяли на прочность чешую дракона.

Хорошо бы самозванная сестрёнка не заметила меня сейчас. На неё у меня просто нет времени.

Пропитанный пустотой дом по правую руку от меня попытался сделать то, что не вышло у троих одержимых. Сверху на меня обрушилась часть крыши, а затем из окон наружу метнулись ещё две фигуры.

В порождениях пустоты почти не сохранилось ничего человеческого.

Проклятая стихия не просто выжигает душу заражённого. Она заменяет её частичками себя. И однажды каждый пустотник теряет человеческий облик и разум, становясь просто ещё одной безымянной тварью из армий страшнейшей из стихий.

От них я избавился ещё одним паровым взрывом, обрушившим часть дома и перекрывшим часть дороги. Всё равно она была мне не нужна.

Свернув в сторону башни, я приподнял левую руку и начал выпускать туман.

Разреженные частицы маны потянулись по улицам города. Я прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться, а затем через инфо призвал карту. Фиолетовые маркеры отметили множество заражённых, которые прятались практически за каждым углом.

Стала понятна стратегия врага. В последний момент просто превратить всё живое в чудовищ выбросом мёртвой магии пустоты невообразимой силы.

Небо над головой казалось свинцовым. Поганое предчувствие только усугублялось. И то, что в инфо были хорошо видны причины этого в виде стихийных проклятий, сильно не успокаивало.

Но я позволял силе течь сквозь меня. Как ни печально, но пустотник на моём месте справится лучше. На это в своё время ведь и надеялся Ректор — усилить эффект мантикоров проклятием пустоты.

Жаль, что мы так, наверное, и не узнаем, хотел он отомстить людям за свой народ в игре или действительно выбрал лучший для всех путь и пожертвовал собой как герой.

Над головой шлейф из зелёного пламени. Мой первый наставник в Мельхиоре пронёсся над головой на парящем скакуне. За его спиной реяли дополнительные руки, творящие магию.

Вот и Доминион подоспел к нам.

Мы просто не можем позволить себе проиграть! Какого-то логова пустотников недостаточно, чтобы остановить нас.

Позади по всему городу слышались звуки идущего сражения. Никто и не думал, что будет легко.

Опытные ученики академии и маги башни Терний уже перешли к нужной стратегии. Сражение с порождениями пустоты мы тоже предвидели, пусть и не ожидали, что в пустоту здесь обратят всех.

В небо ударили столбы из магии света. Жрецы активно поднимали обереги разума и накладывали чары повышения воли и храбрости.

Пустота пытается обмануть меня и сбить с толку, вызывая ложные сомнения и опасения. Но факты говорят о том, что объединённые силы взяли под контроль уже половину города.

На площадке перед башней в ожидании меня уже собралась группа поддержки врага из небольшой кучки пустотников во главе с принцем безумия.

Хм, а где же главная гадина? Хочет, чтобы я пришёл к ней в тронный зал сам? Ну-ну.

Даже не став читать имена и уровни своих противников, я двинулся ко входу в сломанную башню.

Потоки вод Стикса собрались обратно, вырисовывая из тёмно-фиолетовой воды фигуру беловолосого тари в мантии инквизитора с древним посохом спящего бога.

Вот и всё, Ласка.

Синаэль, прозванный бешеным котом тысяча сто одиннадцатого уровня, явился в замок за своей принцессой.

16. Настоящее зло

Почуяв присутствие потенциальной добычи, из ближайших домов выпрыгнули те, кто там жил, и кто не успел бежать из города после воцарения младшей дочери Смерти.

Но поймать они успели лишь раскалённый пар. Меня не интересовали разборки с мелочью.

Дорога к башне возвышалась над городом и была у всех на виду. Несколько светлых ступеней, над которыми я промелькнул в форме тумана. Затем я собрался на небольшой площадке между двумя половинами лестницы.

Над головой сгущались тучи и начал накрапывать дождь. Не просто так, само собой.

— Удачи, мой Аква, — услышал я послание Дафны в первых упавших каплях.

Посмотрел на город. Даже отсюда уже открывался хороший вид. Более чем достаточно для глобальной магии.

Активировал владения. Ману можно было больше не экономить совсем. В прямое противостояние с той, кто замучил до безумия не одно божество, Дафна вступать, понятное дело, не будет. Даже такое вмешательство — риск с её стороны.

Связь со стихией была ещё одной причиной, по которой я ещё не сошёл с ума.

Вскоре влага передала мне видения из разных концов города.

Всё было не так плохо, как убеждала меня пустота. Победоносное шествие продолжалось, хоть толпа порождений пустоты и была серьёзной преградой. Но в конце концов, мы к чему-то такому и готовились.

У каждого были и зелья покоя от начальных стадий заражения проклятой стихией. И налаженная система помощи пострадавшим физически или душевно. И численное преимущество всё ещё было за нами.

Главное только суметь им воспользоваться.

Основные действующие лица уже близко. За мной следом сюда прибудет группа Лииндарка. Чуть позже подойдут Келемвор с Филин. Затем начнут подтягиваться люди из альянса кланов и все остальные. Непонятно было только где Харо. Но в том, что он в лепёшку расшибётся, пытаясь уничтожить неназываемое зло — можно быть уверенным.

Запомнив кто где и когда можно ожидать подкрепления, я развернулся и направился дальше, к разрушенной башне магов.

БАМ!!

Прямо под ней сейчас творилось форменное безумие. Гигантский чёрный дракон изрыгал чёрно-лиловое пламя. Танатос и его Искры уже были здесь, тесня чудовище божественного уровня.

Что ж, удачи ему. Фхарантаанимар была явно не совсем вменяема. Прежде она действовала куда более обстоятельно и хитро. Здесь же будто рейд профи пытается затащить очень сильного, но туповатого рейдового босса.

Лестница содрагалась каждые секунд пять-шесть от нового взрыва мощного заклинания.

Протянув руку с посохом в сторону разрушенной башни, я создал облачную и наспех привязал ко всем своим и союзным командирам. Это тоже была оговоренная заранее часть плана. Теперь все, кто достигнут этого места, смогут воскресить павших, призвать подкрепления или уйти домой.

Полубезумный дракон не обратил внимания на такую мелочь, как сгустившийся над обрубком башни туманный ореол.

Сам же я снова принял туманную форму. Чудовище скрылось где-то в малом замке, расположенном рядом с башней. Самое удалённое и защищённое место.

Боится, значит? Хочется верить, что и такому существу доступно это чувство.

На входе меня встретил барьер. Пустота не позволяла проникнуть за его пределы. Пришлось снова возвращаться в физическое тело. Нужно сконцентрировать силы и снять его с помощью Нефтис.

Взгляд застыл на появившемся оповещении, которое я выставил в инфо. Моё безумие возвращалось. Благодаря близости с главным источником пустоты в этом мире, всё происходило слишком быстро.

Мне навстречу выдвинулось шестеро пустотников с каким-то запредельным уровнем. Очередные принцы безумия. Они начали длинную пафосную речь о том, как мне повезло, и как они будут меня убивать, чтобы выслужиться перед хернёй, захватившей тело моей девушки. Я слушал в пол уха, прикидывая как быстрее избавиться от лишней преграды, потратив поменьше сил.

— … и когда я принесу Ей твою пушистую голову, она подарит мне прикосновение и поцелуй! — продолжал пустотник с самой большой цифрой в уровне и самым низким интеллектом.

— Ты хочешь прикоснуться к телу Ласки? — удивился я.

Пустотник удивиться уже не успел — так надышался водными парами, что просто лопнул от радости.

Остальные восприняли это как сигнал к нападению, и следующую минуту нападавшие постепенно превращались в суп. Сдерживаться больше не было никакой нужды. Раз пустота снова взялась за меня всерьёз, хуже уже не будет.

А потому в ход пошёл весь запас заклинаний пустоты и стикса. По итогу двое погибли, двое сошли с ума, а последний оказался счастливчиком и потерял память.

Герой продолжает свой путь.

По обе стороны от лестницы наверх стали подниматься порождения пустоты. Дождавшись конца разборки, они приступили к попыткам прикончить чудом выживших, тогда как часть падальщиков принялась терзать остатки пустотников. Потерявший память догадался бежать вниз, а один из безумцев безудержно захохотал и с криком «я свободен» бросился в объятия левитирующей пустотной твари.

Оба не выдержали и понеслись в волны ледяного океана, окружавшего Город Мастеров.

Небо окрасилось лиловым и алым. Капли дождя превращались в отравленные стиксом стрелы.

Создан новый навык «печать стикса».

Раскалённый пар, густо замешанный с кусочками принудительной пустотной эмпатии, летучим тварям вокруг не понравились. Пустота — единственная стихия, которая не снижает урон по родственным целям, а увеличивает его.

Самый страшный враг пустотника — другой пустотник.

Наконец, я оказался перед массивными воротами. Замок, вернее теперь уже было видно, что скорее храм, был посвящён врагу всех способных чувствовать существ.

На массивной серебряной двери был отпечатан герб третьей дочери.

Только зная, что она на самом деле такое, можно как следует оценить уровень ироничной насмешки над всеми.

'Каждый человек, которого ты встречаешь, сражается в битве, о которой ты не знаешь ничего.

Будь добрым. Всегда.'

И подпись: «та, за кого ты хочешь умереть»

Гербом, как и у других Дочерей Смерти, был силуэт девушки. Только теперь с каре коротких волос и насмешливо высунутым языком.

Дверь со скрипом распахнулась сама.

Я приготовился к очередному сражению. Дождь говорил, что подкрепления отстают максимум на пару минут.

Место оказалось не таким уж большим.

Скорее всего, эта пристройка на скале с длинным мостом к ней — нечто больше культовое, чем подходящее для постоянного обитания. Нормальный человек бы не стал жить в таком месте.

Голые стены без мебели. Серый камень. Холод и ветер, какой был нормой на скале у северного океана. Дальше — пушистый ковёр. Много странного хлама под стенами. Судя по всему — дары и артефакты, сваленные в беспорядке подальше от трона.

Бардак сглаживало обилие растений, стоявших на постаментах. Все искажённые, само собой. С такой мощной пустотной аурой, что каждое потянет на рейдового босса. Но похоже, покидать свои горшки они ещё не могли.

Сами стены были с витражными стёклами, посвящёнными богам, в которых верили в городе до появления младшей из дочерей. Сейчас все цвета поблекли, став чёрно-белыми или с оттенками лилового.

Поверх них были портреты разных разумных. Среди них я с удивлением нашёл и себя. Рядом — перечёркнутый портрет Ласки. Чуть дальше — Маэ и Рин.

Трон… он возвышался в центре, и вокруг него чистота была идеальной. За спинкой горело магическое белое пламя, подсвечивая очертания трона. Подле него — две искажённые пустотой кошки.

Та, чьё имя забыто и проклято, сидела на троне с надменным, презрительным выражением лица.

Лица Последней Ласки, только теперь на безупречном лице не было шрама. Моя миирам’торрин, которую я ни кому не собираюсь отдавать. Даже безумному божеству, способному переписывать души.

— Я ждала тебя, мой глашатай. Почему ты так долго? — прохрипела тварь голосом Ласки.

Позволил себе посмотреть на неназываемое божество Отчаянья.

Сердце забилось как бешеное, словно было готово вырваться из груди. Дыхание перехватило. Внутри что-то защемило так, что первые слова так и остались невысказанными. Я просто не смог выдавить из себя ни одного.

Я знал, что передо мной мой злейший враг. Знал, что передо мной существо, единственное желание которого — сделать так, чтобы я страдал. Истинная причина всех моих проблем. Да и в целом, всех проблем этого мира.

Если бы только этого чудовища не было…

Всё это я знал, повторял себе раз за разом по кругу. Но на другой чаше весов было проклятие тари. Вид, способный полюбить лишь раз в жизни и навсегда. Сраная романтика, которая нежизнеспособная в той реальности, в которой мы живём.

И потому я не мог не видеть, что передо мной было самое совершенное существо из возможных. На грудь наваливалась тяжесть, будто её сдавливало прессом. Я терял мысли и волю от одного только взгляда на изгибы её тела.

Все мои сопротивления, зелья и обкаст едва удерживали от того, чтобы поползти к ней на коленях, как последний червь, целуя землю по которой она ходила.

Но кое-как, может с помощью остатков моей человеческой гордости и упрямства, смог удержаться от того, чтобы опуститься настолько низко.

— Скажи, игрушка, у тебя ещё есть разум? Ты можешь думать о чём-то, кроме меня? — спросила она. — Смотрю, к ползанию пока душа не лежит? Слушай, я тем игрушкам на входе обещала поцелуй за победу. Хочешь?

Тело само против воли вскинулось с горящими от надежды глазами.

— Шучу. Я как-то раз пробовала — блевала три столетия. Но так и быть, обнять могу. Если выполнишь мою маленькую просьбу.

— Какую? — выдавил я.

— У-у, волю качал, — с усмешкой покачала головой не-Ласка. — И как, помогло?

— Что тебе нужно?

— Ответы.

— Тебе? — я снова поднял глаза в искреннем удивлении. Что может быть нужно такой, как она?

— Что, если я немножко поменяю твою картину мира, Си-на-эль? — спросила она с коварной улыбкой. — Ты должно быть думал, что идёшь на последний бой со злым злом, так?

— И?

— А что, если это Я создала ситуацию, что появишься такой вот ты здесь и сейчас?

— Много на себя берёшь.

— Да нет, смотри. Ещё как, можешь соображать? Ты же не думаешь, что первый влюблённый тари в моей жизни? Так вот, меня всегда удивляло, что у вас хватает наглости сопротивляться мне из-за этого забавного дефекта в душе.

— Ты тоже тари.

— Да ты охренел, говорящая игрушка. Я даже не похожа на вас! Так вот, мне захотелось увидеть изнутри это явление и посмотреть, насколько это будет вкусно. Подумать только, ты оборвал пустотой судьбы двух светлых богов, обе из которых могли привести тебя к совсем другому концу. И для тебя, и для всего мира. — существо в теле Ласки улыбнулось, а слова начали двоиться. — Я создала тебя. Только кошачий посланник мог оказаться здесь. И только так, как всё и произошло.

— Зачем тебе это?

— Если спрашиваешь, значит ещё разумен, — довольно кивнула та, чьё имя нельзя называть. — С этим и связана моя просьба. Я хочу знать всё, что ты испытал, тари!

Глаза чудовища зажглись пустотным огнём ещё ярче. Весь мир перестал существовать. Я видел лишь совершенное высшее существо. Ощущал, как скатываются по щекам слёзы от восхищения. Почти катарсис.

Чувство, сродни религиозному экстазу истово верующего.

Тело, помнящее Ласку, сдалось первым. Обманутое сердце сдалось. Разум сдался. И только проклятие мантикоров продолжало искать свой выход.

Я заключил в объятия самое совершенное и самое жестокое существо во вселенной. Почувствовал как по моему разуму пробежалась эмпатия тари, вернее то искажённое нечто, что заменило её.

Мы потянулись друг к другу.

Мир снова сузился — до тонкой полоски пересохших губ.

В мирах ещё не придумали слов, которые описывают это чувство. Нирвана?

Но в последний момент она наклонилась и шепнула мне на ухо.

— Ты созрел, глашатай. Подари мне свою судьбу.

Тепло её дыхания коснулось моего уха.

Я ощутил непередаваемый аромат, исходивший от неё. Что-то сладкое и манящее заполняющее собой всё вокруг.

Тепло… как же тепло… будто никогда не существовало нигде зла. Словно сама концепция зла была иллюзией, и весь мир состоял из одного лишь счастья, радости и божественной безусловной любви.

Я впервые ощутил себя… свободным. По настоящему свободным от всего.

— Прошлое, настоящее и будущее, — продолжила она шептать.

В мире не было никого и ничего, кроме нас.

— Ласка…

Я был свободным от пустоты. Перед глазами проносились воспоминания — лучшие воспоминания вспыхивали и гасли один за другим. И каждый кадр вызвал бурю восторженных чувств.

Она активировала синхронизацию душ, — понял я.

Вдохнул поглубже самый желанный из всех ароматов, покрепче обнял богиню.

Перед глазами проносилось раннее детство, школа, игры, подлунные миры, первая работа в корпорации…

Мельхиор. Кровавая комната. Ритуал призыва и первое сражение с монстрами.

Ласка…

Образ застыл и не желал уходить.

Сейчас я обнимаю её. Мою миирам’торрин. Я победил. Достиг всего, о чём мечтал…

…или нет?

Моя Ласка никогда не была жестоким чудовищем. Она даже своих врагов в академии щадила, хотя могла бы легко заразить пустотой любого из своих мучителей.

Разве это — та Ласка, которую я впервые поцеловал в Долине Смотрящих?

— Продолжай, Син. Мы только дошли до самого интересного. — прошептала она. — Скажи, что ты чувствуешь?

— Да обретёшь ты Покой в объятиях Её.

Безумный бог сразу же разорвала синхронизацию душ, но было уже поздно. Мелькнула бирюзовая вспышка. Лже-Ласка вжалась в холодный трон.

— Ласка! — громко сказал я. — Это не твоё настоящее тело! Сейчас я разрушу сдерживающие твою душу оковы в виде бога-паразита. За это время ты должна вспомнить, кто ты!

— Да как ты посмел, червь? — в голосе слышалось скорее удивление и неверие в произошедшее. — Любой смертный бы на твоём месте…

— Ты всего лишь преграда у меня на пути! Ты родилась из легенды о мантикорах. Легенда о мантикорах тебя и уничтожит!

— Мне нравится твой напор, котик, — вернула на лицо уверенную улыбку младшая из дочерей Смерти и прошептала. — А хочешь стать первым, кто разделит со мной постель? Мерзость, конечно, но…

— За попытку осквернения этого тела я позабочусь, чтобы посмертие у тебя было ещё паршивей, чем жизнь.

— Много же ты о себе возомнил, — повторила она. — Ты всего лишь живая игрушка.

— О, я здесь не один. Ты слишком многим отравила жизнь, А͟л̸͂͌ͫ̽͆̓͊͆̊̔̕͟͢͏̷́҉҉҉̡и̷̧̛̃̌ͦ̈̇̊̒ͧ̋̌̀͟͠͏̴̕͝͞и̷с̸̷̵̢̧̡̱̤̳̭̥̺͙͖͉̖̀̀͘͞͝а̵̵͘͞͠͡҉̢̬̝̬̹̦̩̜̮̺̪͘͘͡.

— Правда в том, глупец, что убив меня ты ничего не изменишь. Невозможно уничтожить Отчаянье.

Интерлюдия

Осколки планов

Штурм города превратился в зачистку пустотного логова.

Враг выжидал столько, сколько это было вообще возможно для безумных порождений пустоты.

И при виде выползающих навстречу ей одержимых, ей хотелось только одного — как следует напиться. Алкоголь, говорят, убивает нервные клетки и заставляет отупеть если регулярно нажираться в хламину.

Глупая надежда, конечно, в мире, где даже смерть перестала быть чем-то окончательным. Впрочем, была ли?

Наверное, Син прав — слишком много общения с Айзеком.

Механический Филин, одна из внутреннего круга первожреца Синаэля, дева прозванная Ледяной Скорбью, пришла спасать людей в разрушенный город, где не осталось ни одного из них.

Механический арбалет, могущественный артефакт тари, сам собирал стрелы из маны. В том числе и пустотной, а лучшее оружие против пустоты — более сильная пустота.

Этим принцесса безумия могла обеспечить новообращённых одержимых сполна.

— Ого! — восхитился Келемвор.

Сам он был тоже неплох. Но на близких дистанциях. Его класс был ей незнаком, хотя знание лора мира всегда было её самой сильной чертой. Наверное, за ним стоит какая-то легенда.

— Выживших мы здесь не найдём, — холодно сказала Фил и сделала несколько глотков травяной настойки из трактира.

— Каково это, быть пустотником в изменившемся мире? — спросил он то, что видимо давно уже вертел в голове.

— Хреново, не видишь? — огрызнулась Фил и пояснила. — Если читал гайды, то знаешь, какие там статусы. Только раньше можно было выйти из игры и подышать свежим воздухом. Насколько это возможно на угробленной корпорациями Земле, конечно.

— Тогда сочувствую.

— Да, главное это лечится, — отмахнулась Фил.

— Правда? — опешил Келемвор. — Как⁈

— Спроси у него, — равнодушно пожала плечами она и указала арбалетом на силуэт всадника на летающей кобыле из зелёного пламени.

— Это Танатос?

— Да. Если всё пройдёт по плану, скоро здесь всех заражённых вылечат. Если есть знакомые пустотники — тащи порталом сюда.

— Ха! Похоже ты что-то знаешь. Прорываемся наверх, к башне?

— Всё самое интересное будет там, как ни крути, — Филин сделала ещё один глоток и поморщилась.

Чёрный дракон с рёвом пронёсся над городом, фиолетовым пламенем охватывая всё под собой. Осквекрнённое проклятием принимало силу, а что прежде было чистым — обращалось во зло.

В городе запахло отчаянием. Каждый пустотник и эмпат ощущал сейчас это.

Их небольшая группа оказалась относительно эффективной. Много внимания они не привлекали, как и планировалось. Но в то же время они были достаточно смертоносны, чтобы быстро преодолевать засады.

А их было невероятно много. Каждые десять метров приходилось пробиваться силой.

Где-то на середине пути им улыбнулась неожиданная удача. Спутница Келемвора почуяла жизнь. Группа чуть свернула, и вскоре навстречу выбежала семья из четырёх человек и ещё несколько человек соседей, которые смогли скрыться от пустоты.

Увидев незаражённых, они решились рискнуть.

Затем был использован портал-артефакт, который переправил беженцев за пределы города. Это событие несколько подняло боевой дух Филин.

В конце концов, если всё пройдёт как задумано, грядущее будет только начало её истории.

Когда их группа достигла башни, бой уже шёл. Ректор Танатос и его элитные боевые маги Доминиона сдерживали несколько принцев безумия с пустотным саммоном.

Потребовалось время, прежде чем она поняла, что именно происходит. Дракон неистовствовал в небе, сражаясь с рыцарем смерти на пламенном зелёном скакуне.

Дыхание пустоты искажало реальность вокруг. Даже камни начинали страдать и ненавидеть. Пустота не могла долго влиять на материю, но при высокой концентрации начинала подчинять само пространство вокруг себя.

— Разломы… Этот бой не может продолжаться долго, иначе здесь откроются врата во владения Пустоты.

— На изначальный стихийный план?

Келемвор кивнул.

Филин и сама это понимала. Но как уничтожить существо, которому подарило часть своей силы темнейшее из божеств?

С высоты подножия обрушенной башни открывался вид на измученный город. Зачистка переходила в районы города, которые не несли стратегического значения. А к лестнице приближалось подкрепление.

У девушки потеплело на душе, когда она увидела в первых рядах старых друзей по пути в Рощу.

Лесат, Матиас, Некуш, Нирал, Хеор…

Дальше — бело-бирюзовые войска Лииндарка. Он тоже был рядом. Даже твари с двухтысячным уровнем не выстоять против такого урона.

Дракон пустоты действовал всё быстрее и казалось, не уставал.

Мелькнула зелёная вспышка смертоносного заклятия, но Фхайран вдруг исчезла во вспышке портала, и оказалась у него за спиной. Потоки пустотного пламени ударили по камням.

Земля готова была стонать от такой концентрации боли и ненависти, который порождала стихия. В ушах отдавались крики попавшихся под лиловое пламя разумных. Один за другим несчастные сходили с ума и бросались друг на друга. Но почти сразу их успокаивали тем или иным навыком.

Сила Покоя в руках посвящённых была внушительным аргументом против новообращёных в проклятые.

— Да, такую тварь вручную ковырять будем долго… — вырвалось у игрока.

— Эй, Кел, — обратилась к Филин к игроку.

— М-м?

— Хорошая игра.

— Ага. Твоя тоже, — ответил ей игрок с печальной улыбкой.

— Ещё свидимся. Это будет короткое путешествие.

Здесь их пути расходились.

Ледяная Скорбь послала ману в артефактный арбалет и принялась посыпать один за другим арбалетные болты в сторону дракона.

Её стелы были мелочью в общем зачете — сейчас здесь были все самые сильные участники этого сражения. Остался только последний страж и затем — финальный босс, которого в суицидальном порыве сейчас сдерживает Син.

Он был готов пожертвовать собой ради дела. Скорее всего, даже сам рвался на тот свет, к своей Ласке.

Затем арбалет был отброшен. Инвентарь всё равно не останется с ней навсегда. Девушка вытащила короткий меч. Не очень привычное оружие, которым она редко пользовалась.

Сила льда и пустоты покрыла лезвие обкастом.

По небу пробежалась яркая вспышка, и на голову дракону полетела комета Феникса. Но тот ушёл от метеора порталом и попытался атаковать мага.

Следующее место портала дракона было у останков башни, но там его ждали щупальца хаосита. Хеор попытался поймать Фхайран — его сила работала против пустоты лучше, но всё ещё слабо.

Новая вспышка портала и новое место. Потоки пламени лились уже почти отовсюду. Несмотря на свои размеры громадный змей был поистине вездесущ.

Однако Фил не покидало тревожное чувство. Может, внушаемое пустотой. Скорее всего, так и есть. Но что если… она выкладывается не на полную?

Скорее всего, пустота поглотила разум некогда гордого властолюбивого змеиного посланника. Отсюда и такая деградация. Син из-за пустоты тоже часто не видел очевидных вещей при высоком интеллекте и мудрости.

Теперь и она сама — боится пустого места. Предчувствий, навязанных проклятой стихией.

Очень скоро всё решится.

— Успокойся, птица. Глотни настойки. Соберись. Хороший игрок готов рисковать, ставя на работу известных механик.

В памяти всплыл разговор в академии.

— Я смогу отправить на ту сторону с вами только очень небольшой объём информации, — произнёс Танатос. — Сохранить все свойства не получится. Механики слишком различны, а у меня там нет права доступа.

— Я — матерь призраков и магистр воды, — в словах Ирис были последние осколки гордости заражённой пустотой чародейки. Ты можешь оставить мне хотя бы эту часть меня?

Танатос кивнул и повернулся к следующему.

— Мне нужны мои мозги и прямые руки. Хороший инженер сделает себе всё необходимое сам — ответил тогда ему Сайрис.

Мимо пронеслась мощная фиолетовая молния. Вороний посланник в последний раз сражался плечом к плечу со своими друзьями. Группа Лииндарка тоже уже была здесь.

Из сгустка мрака над головой дракона собралась фигурка магистра Энкейла. Мастер внутренней безопасности и главный скрытник Доминиона ударом клинка поставил метку на носу у чудовища.

Натянутая защита блеснула магическим коконом. Дракон почуял, что происходит нечто опасное, но не мог ни на миг вырваться из плотного кольца атакующих.

Фхайран взмахнула крыльями, и короткими порталами принялась уходить в небо, но там уже её ждали летающие члены совмещённого рейда.

— Мортис! — обратился к скорбящей богине Танатов, и за длинным двуручным клинком понёсся шлейф едкой зелени. Дракон рыкнул и снова ушел порталом.

— Ареал накха, — активировал навык магистр хаоса, и все пространственные прыжки в области теперь смещались к выбранному центру поля боя.

Такое огромное количество опытных воинов не победить даже ей, — поняла Филин.

Но пусть Фхайрентаанимар стала пустой марионеткой в руках неназываемого зла, этого не могло не знать падшее божество. Где гнев с небес и божественное вмешательство?

Храм, идущий дальше мимо обрушеной башни на глазах Фил начал покрываться чёрно-лиловой рябью. Там происходило нечто, потребовавшее огромной концентрации энергии пустоты.

Началось. Ответный удар Неназываемой.

Значит, Синаэль проиграл и больше не сдерживает её…

Что, если задачей дракона было лишь задержать их?

Почему на душе настолько паскудно, будто всё уже идёт не по плану?

— Уровень! Её уровень растёт! — послышался крик Безупречного.

Фил посмотрела в сторону взлетающего всё выше дракона, который вдруг начал резко набираться сил. По крыльям потекла пустотная энергия, тянущаяся со стороны храма, а и громадный уровень стал с невероятной скоростью расти, пока не скрылся за подписью [уровень скрыт].

Интерлюдия

Власть

— Вы готовы, слуги мои? Самое время выполнить свою миссию до конца.

— И тогда ты оставишь меня в покое? — послышался голос невысокой пустотницы с зачёсанными назад короткими чёрными волосами.

— Тише, Аси, — проворковала Фхайрантаанимар. — Разве ты не рада служить Её первожрецу?

— Я просто хочу, чтобы меня все оставили в покое, — вполголоса прошептала девушка.

На половине лица Дракоши растянулась улыбка. Вторая половина её сущности сейчас парила в воздухе, собирая весь огонь на себя. А здесь оставалась другая, в виде девушки, половину тела которой заменяло чёрное пламя.

— Есть вещи, которые не понять даже таким, как наша любимая госпожа, Аси, — в преддверии финала ей хотелось выговориться, но по итогу рядом с ней не осталось никого, кого бы она смогла назвать другом. Та девчонка из рейда в Рощу, Лесат, Грейси, «братец» Син, Ласка…

— Ты такой же её раб, как и я.

— Она — всё ещё немножко тари, пусть искажённая стихией форма. Она тоже смотрит на мир через призму любви. Разница лишь в том, что она видит всё через её отсутствие. Она не способна любить и в глубине души завидует тем, кто может. Поэтому она выбрала главным блюдом моего влюблённого братца.

— Зачем ты всё это нам рассказываешь? — спросил у неё другой принц безумия.

— Потому, красавчик, что мне хочется, чтобы вы понимали, что будет дальше. Знаешь ведь главный принцип нашей стихии? Где больше всего негативных чувств, тем больше силы Отчаяния, верно?

— На что ты намекаешь? Хочешь нас сожрать? — снова перетянула к себе внимание Аселла.

— Знаешь, почему ассари проиграли пустоте во второй эре? — спросила Фхайран и сразу ответила. — Они не сражались с пустотой. Они делали то же, что и всегда — боролись за власть. Просто наша любимая стихия оказалась слишком разрушительной. Но сама наша прекрасная госпожа не так уж сильно старалась. Лишь дала им средство обогнать конкурентов на пути к власти.

— Мне не нравится, к чему ты ведёшь. Ты работаешь на змей?

— Глупая маленькая Аси. Ты как всегда слишком прямолинейна. Как я могу работать на змей, если я враг ассари? Да и я сама — давно перестала быть змеем. Я — дракон! Великий дракон пустоты, вездесущая Фхайрантаанимар! Есть вещи, которые я всегда буду ставить превыше всего.

— Мы опоздали из-за твоего трёпа, первая, — прорычал падший герой народа аму. — Я слышу шум в храме Великой.

— Тогда что же ты стоишь, беги! Беги, волчок! — промурлыкала двоящимся голосом первожрец.

И он побежал. Настоящий хозяин у пустотника был только один.

Над полем боя зарычала вторая её сущность. Техника работала.

Самая большая боль для неё это даже не отлучение от хозяйки. Больнее всего — быть не первой.

— Слово пламени: жертва, — прошептала вслед бегущим в храм пустотникам первожрец пустоты. — Спасибо за совет, Харо.

Волна мощного пустотного выброса ударила в спины временных товарищей, вызывая всплеск пустотной энергии.

Послышались крики. Игровые правила всё ещё работали, и то, что пустота считала групповым бафом, заставило окончательно сбрендить бегущих пустотников.

Синхронизация, пусть и временно, перевалила за четвёртый ранг. Всё же здесь были лучшие.

Затем девушка активировала заложенный заранее артефакт, и вход в храм перекрыл мощный магический полог, по принципу божественной темницы.

— Так и знала, что ты и здесь всех подставишь.

— А ты не рада? Ты же вроде бы не фанатка пустоты. А моей фанаткой тебе быть вроде бы нравится.

— Иди в бездну!

— Я — дракон, Аси. Я рождена, чтобы править!

По стенам храма потянулись, будто ветви, чёрно-лиловые миазмы.

Главная слабость пустоты — сама пустота.

Правила одни для всех.

За спиной темноволосой жрицы с ровной чёрной чёлкой, половина тела которой состояла из чёрного пламени, раскрылись крылья. Огненное и драконье.

— Ты предала всех в этом мире! — выплюнула Аселла.

— И очень удивлена, почему ты как хорошая девочка не исчезла в числе первых тоже, — усмехнулась Фхайран.

— Последний подарок Колдеруса, — ответила упрямая пустотница, а в больших, пылающих глазах очень злой жертвы, появились жёлтые треугольники.

— Слишком поздно. Я уже бог! — произнесла Фхайрентаанимар, взлетая над запечатанным по технологии темницы богов храмом. Руны засветились ярче, и сила потянулась от новой божественной темницы к своей новой хозяйке.

17. Мрак

— И всё же, я попробую, — сказал я с мрачной полуулыбкой.

— Используешь против меня мою же силу? Любопытно.

— Подобное к подобному, — бросил я и ударил своим новым боевым заклинанием, созданным специально для этого момента.

— Слеза Стикса, — активировал я навык.

Захватившая тело моей Ласки тварь выставила вперёд руку и приняла заклинание. Ничего хорошего это чудовищу не принесло. Кожа выварилась и сразу же заморозилась в лёд.

Ложный бог с неназываемым именем отдёрнулся и болезненно закричала.

— Т-ты… причинил мне боль? — было непонятно, что её ошеломило больше, ощущения тела, или что я вообще посмел это сделать.

— Совсем сдурел?

— Покинь тело Ласки и убирайся куда хочешь! — выпалил я с ненавистью. — Фхайран вон очень даже не против.

— Смеешь мне указывать? Что ж, главное блюдо должно уметь удивлять. Вся эта легенда была создана лишь с одной целью. Чтобы твоё будущее стало моим.

— Ты можешь забрать меня вместо неё, — предложил за меня безумный тари.

Я сразу прикусил язык, чтобы ещё что-нибудь не ляпнуть. Нет, сдаваться без боя я не собираюсь точно!

— Ты всё ещё не понимаешь, глупый кот… Настоящая жертва для меня, это не богини света. Они — лишь первые блюда. Всё это было создано, ЧТОБЫ СТРАДАЛ ИМЕННО ТЫ!

В этот момент дверь в осквернённый храм отворилась, и внутрь ввалилась толпа.

Только не моих союзников. Это были очередные пустотники, призванные сюда этой тварью.

— Кто причинит ему как можно больше боли — станет моим новым первожрецом, — предложило чудовище.

Толпа же ринулась ко мне.

Бегло оценив их уровни и сверив со своими способностями, я мог только молча вздохнуть. Снова задержки. Ни у одного из них нет шансов против тысячного уровня, четвёртой синхронизации с водой и пустотой и двумух гибридных стихий.

Кипящая волна ринулась на вошедших. Буря потерь уничтожает экипировку. Крах реальности похищает всю их удачу. Поле боя превращается в баню, заполненную раскалённым паром.

Пустотные статусы подавляют их волю, и вот на несчастных обрушивается вся мощь безумия четвёртого ранга. Синхронизация душ, базовый навык, позволяющий помериться силами с любым пустотником. На бедолаг обрушилась вся бездна отчаянья, которую я заполнял обильными молитвами, зельями и таблетками.

Лишь немногие нашли в себе силы сопротивляться, но параноидальная паника не лучший советчик. Помещение храма стало одной большой баней. Владениями пара, в котором я был вездесущ.

Первый из оставшихся прожил лишь парой секунд дольше других сумасшедших. Второй — ещё секунды с три. Попытался закрыться от моего удара барьером, когда я оказался у него за спиной.

Парень с силой рубанул, но клинок лишь прошёл через паровую дымку, которой я был. А я — коснулся его лба и прошептал обращение к Нефтис.

Так, сколько их там ещё осталось?

Прозвучал паровой взрыв и крики ужаса.

Пар окрасился алым.

Бешеный кот вышел перед троном богини-чудовища.

Голова последнего принца безумия сделала несколько оборотов вокруг своей оси и шлёпнулась под ноги той, чьё имя не зря было забыто и проклято.

Несколько капель упали на открытые ноги девушки.

Она поморщилась.

Я сменил форму с заляпанного кровью белого кота на человека.

— Ты великолепен, — произнесла она с улыбкой.

Эмпатия поразилась искренности слов девушки.

Снова застыл как вкопанный, буквально парализованный её возможностей.

Вот она, сама суть её силы. Эта её искренняя радость сейчас была такой сильной, что моя эмпатия уловила эту эмоцию, многократно умножив.

Меня буквально захлестнула эйфория от того, что она была рядом. Я вдруг понял, почему все шли пытать других, убивали своих близких, приносили жертвы и уничтожали целые народы ради её улыбки. Потому что ни один наркотик не сравнится с этим.

Одна доза этого абсолютного, ничем незамутнённого счастья — полностью переписывают душу. Заставляют пойти на всё, чтобы повторить это вновь. Ничего не имеет значения, кроме её улыбки.

Вот как это работает.

— Тропой забытья ты… — я начал читать молитву Амнезии, и протянул руку ко лбу Ласки. Не знаю стёрло ли это память бы ей, но наложить амнезию на злейшее существо во вселенной было бы круто.

Но здесь она резко подалась ко мне, уходя из под удара, и рассыпалась мраком — одна из способностей тени Ласки.

— Моя трапеза только начинается, — прошептала она.

Тьма ударила мне по лицу, и я повалился на холодный пол.

Когда же туман вокруг меня рассеялся, я понял, что нахожусь в башне Терний.

Какого…

Пахло гарью, а в ушах звучал шум.

Паршивое предчувствие меня не обмануло.

Я бросился к балкону и с ужасом взглянул на свой город.

Долина пылала. Пылала фиолетовым. На улицах шли бои. Ученики как могли сдерживали натиск одержимых. Однако это был хаос. Город просто не готов был к массивной обороне. Тем более, изнутри.

Боги… сейчас же все силы Трибунала находятся в Городе Мастеров!

Можно было бы быстро перебросить войска через башню магов, но… мы же сами её и сломали!

В ушах раздался смех Ласки, искажённый двоящимися нотками абсолютного зла.

— Я же говорила, глашатай! Я уничтожу всё, что ты любишь! Я доведу тебя до края, когда ты станешь умолять меня о Забвении!

С грохотом провалилась таверна Матиаса внутрь. Мирные жители пытались куда-то бежать, но пустотники были всюду.

— Кстати, это сейчас происходит везде, Синаэль. Ты проиграл. Нужно было лучше искать крыс в своих рядах!

Я ничего не ответил.

Щедро зачерпнул ману из башни и накинул на весь город облачные владения.

Пустотой не исцелить пустоту. Потому я обратился к Нефтис и Дафне.

Над ущельем прогрохотал гром. С неба пошёл благословлённый Покоем дождь.

Но эта стихия не антагонист Отчаянья. Она лишь ослабляла её действие и исцелить мог лишь тех, кто ещё не успел продвинуться дальше первого ранга синхры.

Чудовище снова рассмеялось, и этот смех разнёсся по улицам моего города, вызывая волну заражения проклятой стихией.

Пустота способна отыскать любую трещинку на душе, а у бывших пленников мира-темницы, которые только последние времена успели пожить в своё удовольствие после присоединения к Трибуналу, таких трещин было в достатке.

Проклятие Отчаянья распространяется быстрее, чем лесной пожар. Большинство существ обладают эмпатией, не обязательно даже такой, как тари. Простой человеческой хватит, чтобы боль передавалась дальше.

Увидевший боль — или пережигает её в себе или транслирует дальше. Невозможно защититься от негатива полностью. И чем темнее времена, тем сложнее сохранить душу.

В шёпоте ливня по улицам пронёсся и мой приказ, который сейчас получили все маги воды в городе: спасайтесь, бегите в Подземье!

Люди должны как можно скорее покинуть долину, пока главный источник проклятия находится здесь.

Затем послышался быстро приближающийся шелест и — оглушительный грохот! Башня Терний, на вершине которой я стоял, вдруг накренилась и начала падать на город.

А где моя семья⁈

Их покои были в Башне!

В облачной форме ухожу с падающей конструкции. Пытаюсь сформулировать для башни водную подушку, чтобы люди успели скрыться.

— Каково осознавать, что ты привёл их на смерть?

Я резко обернулся, сходу атакуя слезой. Кипящая волна Стикса прошла мимо.

— Очень скоро я заберу у тебя всё. А затем — отберу твоё будущее. И ты ничего не сможешь мне сделать.

Несколько волн вокруг, чтобы выявить невидимку. Тварь телепортировалась похлеще Фхайран.

— Я СОЖГУ ДОТЛА ТВОЮ ДУШУ!

Я скрутил в тугую спираль крупицы воды в воздухе, сформировал в форму сферы, откачал из неё тепло и взорвал.

Создано заклятие стихии воды 4 ранга «ледяное солнце»

С ближайшего к зависшей фигуры лже-Ласки дома снесло к чертям крышу паровым взрывом.

Тело Ласки отбросило к другой крыше. Что-то хрустнуло, и она повалилась безвольной куклой с вывернутой шеей.

Собрался из воды рядом с ней и занёс руку над её лбом, чтобы наложить Амнезию.

— Знаешь, а ведь она всё чувствует, — произнесла с улыбкой тёмная тварь.

— Тропой забытья…

Тело Ласки вдруг скатилось с крыши вниз, на улицы города.

Я приземлился рядом, попутно отправляя в сторону твари весь спектр боевых заклинаний.

Часть дома, которая нависала над дорогой, повалилась на голову чудовищу, но едва ли это могло её убить.

Младшая из дочерей Смерти уже возвышалась над обрушенным хламом и смотрела на меня пылающими от счастья глазами.

— Знаешь, что я испытывала, когда убивала их? Каждого из твоих воскресших родственников? Ничего. Я предвкушала, как буду рассказывать тебе. Тебе нравится? Хочешь меня?

— Ты больная психопатка, — прорычал я сквозь зубы.

— Оу, правда? — спросила она, швыряя голову мне под ноги.

Боги…

Я едва устоял на ногах. Лишь льющаяся через край жажда мести заменила собой и разум, и само дыхание.

— Больше боли, глашатай! — закричала она.

Мелькали оповещения о новых заклятиях, но я на них даже не смотрел. Просто поливал бездушную тварь всей маной, которая подворачивалась под руку. Каждый камень под её ногами взрывался, дома рушились ей на голову, а собравшиеся в воздухе капли окатывали паром и режущими ледяными лезвиями.

Тварь попадалась наверное каждый третий раз, но умирать даже не думала, восстанавливаясь снова и снова.

Но в состоянии берсерка я не мог этого видеть. Богиня Отчаянья лишь подливала масла в огонь.

— Это ты меня воскресил. Ты меня вытащил. Ты меня хотел! Почему ты не рад?

Запас маны снова подошёл к концу и с новым Дафна не спешила.

Ещё бы — источник был пуст.

Куда исчезла обтекающая башню река?

— Что не так, Син? Что с лицом? Ты же привёл сюда всех, верно? Спас со страшного мира-темницы и привёл ко мне. Какой же ты молодец, Син!

Создано заклинание 4 ранга магии Стикса.

Казнь Трибунала.

Неназываемое божество обхватило в поднявшийся водяной столб искажённой пустотой воды, которая начала сводить с ума и перемалывать тело в кашу.

— У-у, а ты злой, — прошептали у меня за ухом.

Второй водный столб возник в месте, откуда раздавался голос, но это оказался лишь одержимый.

Где-то громко хлопнули ставни. Раздавались крики. На лицо падали капли обжигающе-горячего дождя, совсем не похожего на покой.

— Кстати, я ведь не всех убила. Просто хотела красивый жест сделать. Хочешь знать, кого из них я сделала порождением пустоты?

Из каменной мостовой города вырвалась рука из мутной чёрной воды. Воздух вокруг задрожаю от избытка маны. Я щедро зачерпнул пустотную ману.

Синхронизация со стихией пустота повышена. Текущий уровень: 405%.

— Да! Больше! Больше эмоций! — в экстазе воскликнула тварь, и сразу трое заражённых рядом с нами, бывших горожан, переродилось порождениями пустоты третьего ранга.

Я подскочил к чудовищу и в третий раз попытался наложить покой. Но то, что было изломанной куклой — было живым и здоровым.

Инфо вывело над существом уровень:

Ал̢͙ͯи̼̗ͩͣ́͘и̩͇͔̠ͨͤ̾ͭ͘̕͟͟с̨͒̎̀̋̊͞͝͡҉̲̭̘̬͎а̸̸̡̗̬̹̙̞̼̰ͯ́̿ͨ͑̍͌̀͜͠͡, б̸о͜г̷и̷н̀я̧ ̡О͏т͡ч̨а҉я͠н͘ь͡я̡,͜ ̸в̛л̛а̧д̨ы͠к̀а̀ ̧ж͝е̶с͢т͘о̨к͞о͢с́т̵и͢,̨ ͠в̛ы̸с́ш͜и̢й̸ ̸н͞а͏к͡х͜ ͝1̧4͠ ̀7́7́7̛ ̢у́р͏о͘в̶н̀я̸.͜

Союзник.

Стоило всех моих сил, чтобы понять — тварь просто играет со мной.

Заливистый искренний смех пронёсся над доменом Терний. Но на этот раз её веселье я не разделил. Пустота пятого ранга давила всякое веселье и всякую жалость.

Это существо должно быть уничтожено любой ценой.

В глазах не осталось ничего, кроме кровавого цвета мантии инквизитора.

Единственное, что я не смог ни разу на ней проверить — способности Нефтис.

— Я принесу вам Покой. несчастные души, — я произнёс слова активации. Длинные ленты плетей кары захлестали по обе стороны. От этой силы падшее божество уворачивалось. И в использованных приёмах я видел Ласку.

Не мог не видеть — слишком хорошо изучил эти плавные движения, технику перемещений и способности класса тень.

Удар, ещё, ещё — я выныривал из тумана рядом с ней и каждый раз промахивался. Теневой шаг, короткий портал, стихийная форма тьмы.

Ещё один прыжок через раскалённый пар, и я оказался рядом с ней, занося руку над её лбом с молитвой амнезии.

— Нет!! — Ласка в ужасе дёрнулась и закрыла лицо руками.

Я на мгновение замер. В голове прозвучал смех чудовища, после чего безумное божество само коснулось моей груди.

Получено проклятие: пустотный делирий.

Невозможно наложить эффект. Цель невменяема (недостаточно воли для искажения).

Второй раз я не остановился. Вспыхнула бирюза, а затем — мрак.

Пламя. Крики.

— Ты обрёк их всех, глашатай! Ты уничтожил мир! Отдай мне свою судьбу и исчезни в забвении!

Ударил чистой стихией. Вода со всей округи потянулась на вершину места, в котором мы оказались. Внизу горел город, но над ним уже сгущались грозовые облака.

Сдёргиваю с испуганных людей осколки проклятия, чтобы собрать в следующий удар.

Бирюзовая молния бьёт в вершину башни.

Запах гари и пыли. Тварь снова перенесла нас — на этот раз на Землю. На вершину моей первой башни в этом мире, на телевышке.

— Ты обрёк все миры, Синаэль! Теперь ты навсегда проклят! — пронёсся её двоящийся крик. — Ты — моя игрушка! ТВОЯ СУДЬБА ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ!!!

То, что я видел вокруг было ужасно. Пустота уже вырвалась на свободу. Бой был проигран ещё до его начала. Тогда, когда я открыл врата между мирами, впустив игровые правила в реальность. Она лишь… игралась с нами всё это время.

Всё, чтобы собрать как можно больше в финале.

Нельзя постоянно держать жертву в страхе. Тогда она просто сойдёт с ума.

Но если всегда оставлять маленький огонёк надежды, потом можно гасить это пламя вечно. Поэтому она никогда не уничтожит мир и всегда будет оставлять крошки, из которых прорастёт новый.

Теперь это зло попало на Землю. И не одну. Если я правильно помню теории Айзека о пятом измерении и природе созидания… пустота сможет попасть в другие миры.

Эффект эхо…

Эта Земля ничем не отличалась от бесчисленного множества других. Но теперь она — источник дальнейшего распространения того, что Безупречный назвал мёртвой магией.

Поэтому бой и осада вообще не имела никакого смысла. Она уже была всюду.

Однако…

Парадоксальным образом, мне стало плевать.

Когда потерял всё, даже надежду, реальность перестаёт иметь смысл.

Тот, кто уже потерял всё, кому больше нечего защищать, тот уже неуязвим для пустоты. Она не оставила ни капли надежды мне, нарушив собственное правило.

Что она говорила дальше я уже не понимал — потому как впал в подобие боевого транса и просто атаковал силой Нефтис всё, что оказывалось поблизости.

Из охваченного огнём и паникой мегаполиса мы снова переместились в храм. И случилось это не по воле тёмного божества.

Я узнал руны на окнах. Печать сдерживания? Темница богов, в которой была Маэ?

— Ну ка… — начала она, но сразу же получила по лицу бирюзовой плетью воли Нефтис.

На этот раз она не отпрыгивала и не уходила порталами — в руке у неё появился нож. Она умело перерезала плеть. Божественный артефакт вспыхнул чёрно-лиловым пламенем.

Лицо моей Ласки исказилось непривычной и неестественной для неё маниакальной жаждой, которая больше напоминала моё собственное пустотное безумие.

Богиня тоже была одержима своей стихией. Но на её уровне боль простых смертных её уже не устраивает. Она начала воспитывать из них героев, чтобы затем пожирать их души.

Взмах божественного артефакта. Острие не коснулось меня, но я почувствовал, что потерял нечто куда более ценное, чем легко восстанавливаемую часть тела.

— Это мамин подарок, — пронёсся шёпот Нефтис у меня в голове. — Лезвие Забвения.

Значит, вот что она делает, отсекает частицы судьбы других…

— Зачем тебе моя судьба? — спросил я у монстра.

Детский плач. Вместо осквернённого храма я шагнул в комнату высокой башни, за которой виднелся сказочный тропический пейзаж.

На краю дивана смотрела вдаль красивая длинноволосая женщина. Высокая, с удивительными светло-серыми глазами, одетая в серо-серебряное платье.

— Мельхиор просыпается, — тихо сказала она.

— Маэ…?

Девушка медленно встала, покачивая младенца на руках.

— Хаос это не зло, а часть естественного порядка. Наш дом расцветает. Скоро твой народ сможет жить в каждом уголке этой планеты. Твой сын мог бы править целым миром. А в будущем… возможно эта планета станет сердцем звёздной империи. Вот только…

Маэ отвернулась от умопомрачительного вида за окном башни и посмотрела на меня чёрными пустыми глазами.

— … почему ты не выбрал такую судьбу, Син?

Я шагнул к девушке, но образ рассыпался.

Меня снова обступил шум. На этот раз я оказался где-то на празднике.

Вокруг веселились люди. Я увидел смеющихся родителей. Деда по отцовской линии. Бабушка с дедом по линии матери кружились в танце рядом со столом вместе со многими другими.

А дальше сидела, широко улыбаясь, Солнечная Рин. Она играла в окружении чуть подросшей девочки и мальчика на диване. Дети учились управлять большой каплей воды с помощью маны.

— Что, папаша, поздравляю с рождением пятого, — весело хлопнул меня по спине брат.

— Артур? — удивился я.

— Что так смотришь, будто я только со стены вышел. Давай лучше пить! За тебя, брат!

— Ему нельзя, Арк! — с усмешкой бросила Рин.

— Это ещё почему? — возмутился брат.

— А это ты у него спроси. Син, почему ты выбрал не нас?…

Из глаз девушки потекли чёрные слёзы.

Остальные тоже стали поворачивать головы в мою сторону.

А затем начали смеяться голосом неназываемого зла.

— Твоя судьба принадлежит мне, глашатай. Осталось только отдать мне последнюю её часть.

18. Битва накхов

Взмах ножа, и очередное воспоминание исчезло.

— Боже, как вкусно! В твоей жизни могло быть столько счастья, и теперь оно всё моё!

Безумное божество в теле Ласки сейчас походило на наркоманку.

— Ты такой счастливый! Знал бы ты, насколько мала была вероятность такого исхода! Сделай ты иной выбор… даже если бы ты выбрал сонную некромантку, одну из двух влюблённых в тебя учениц книгоедки или друидку! Хочу больше землян! Душа каждого из вас имеет столько вероятностных линий судьбы, что я буду пировать вечно!

Уклоняться было бесполезно. Сейчас, когда она перестала провоцировать меня магией пустоты и перестала играть, она стала на голову лучше во всём. Быстрее, сильнее, могущественнее. Её способности, половина из которых всё ещё была до боли знакомыми навыками Ласки, позволяли ей оказываться рядом со мной, мгновенно телепортируясь несколькими видами порталов.

На это я мог ответить только стихийной формой — облако пара нельзя убить. Однако это лишь растянуло неизбежное. Неуязвимое божество ножом отсекало раз за разом куски моей маны, будто материю. И вместе с ней исчезали воспоминания.

Затем она внезапно послала волну пустоты, выбивая меня из стихийной связи.

Синхронизация ещё немного подросла, а короткое прояснение в голове начало уходить.

Нет слишком большой цены… глупцы. Цена очень даже есть. И она непомерна.

Но я уже её уплатил.

— Флагерий! — принял самое неожиданное решение безумный разум. Только затем я понял, что прояснение в голове временное. И нужно лишь потому, что всё остальное я уже перепробовал.

Снятие стихийных статусов дало новый толчок этому прояснению.

— Познай покой! — прошипел я.

Поднятая ладонь встретила божественный нож, и бирюзовая молния ударила по её рукам. Лже-Ласка рыкнула, будто дикий зверь.

Я заметил вдруг то, что выпадало из виду. Мой прошлый удар, нанесённый во время боя на башне, когда мы оказались на короткий миг на Земле — отметина от него, в виде светло-бирюзового развода так и осталась у неё на плече.

Рана светилась и шла рябью изнутри.

Нефтис…

Вторую рану она получила сейчас. Её ладонь вспыхнула бирюзой, и чудовище отступило.

Я могу наносить ей урон! — пронеслось в голове. — Могу! Я. Должен. Сохранять. РЕШИМОСТЬ!

Я НЕ ИМЕЮ ПРАВА СДАТЬСЯ!

— Почему ты не выбрал нас? — повторила в голове Рин и прижала к себе детей. — Я, как и ты, всегда хотела большую семью. Неужели уничтожать мир было лучше?

— Ты бы мог править империей надежды, Синаэль, — Произнесла Маэ. — Ты предал в первую очередь сам себя. Вместо этого ты пожертвовал нами.

— Ты предал наше будущее.

— Ты предал всех нас! — присоединилась к хору голосов и приближающихся образов некромантка Селена.

— Предал, — добавила Илия.

— Мне жаль тебя, — произнёс я и шагнул в её сторону. — Ты не имеешь ничего собственного и не способна ничего создать. Ты не способна любить и строить семью. Ты можешь только забирать это у других.

— Зато я проживу куда больше тебя, глашатай. Твои счастливые ветви судьбы стоили того! Ты даже не представляешь, чего лишился ради меня. Но знаешь, таких как ты у меня ещё будет мно-ого. А ты закончишься здесь и сейчас.

— Это не то же, что иметь собственную судьбу. Ты сравниваешь реальную жизнь с просмотром сериалов.

А вот теперь её перекосило. Кажется, я попал в точку.

— Флагерий! — применил я навык. — Да обретёшь ты Покой!

— Не-ет! Ты причиняешь мне боль, Син! — голосом Ласки произнесло чудовище. — Я же просто хочу, чтобы меня тоже любили! Разве я не достойна любви?

— Я не верю ни единому твоему слову, — процедил я. — Эмпатия тари передаёт твои чувства как запах гнили. Может, потому, что это и есть твоя настоящая суть?

Тварь стремительно прыгнула ко мне, уходя из под занесённой руки. И я охотно шагнул навстречу.

Нож вошёл в подставленное плечо.

— Тропой забытья ты коснёшься покоя! — шепнул я на ухо абсолютному злу, и бирюзовая вспышка отбросила её метров на пять.

Я шагнул к стене.

Больше никакой магии. Только смирение и молитва.

Не подведи, Нефтис!

Шагнул к противнику. Между нами зависли в воздухе капли чёрно-лиловой крови тёмного божества, которая сразу же растворилась в моей пустоте.

— Я погубил всех нас… великие боги, что в своём безумии я наделал? — дрожащим голосом повторял мужчина в темноте.

— Пап, а когда мы продолжим практиковать некромантию? Мне интересно!

— Нет… нет доченька, папа уходит… Навсегда уходит. Я должен искупить хотя бы часть того, что наделал. Эта стихия должна быть уничтожена, а путь на этот план — навсегда закрыт. Я… боги, что же я наделал… я погубил всех… Морти… милая Морти…

— Папа, что-то не так?

— Если я исчезну, то унесу великое зло с собой, понимаешь? Боги… что я несу, как ты можешь что-то понимать, ты же ещё ребёнок… Сейчас я единственный носитель этой заразы. Всё ещё можно исправить.

— НЕ СМЕЙ! — рыкнула лже-Ласка.

Я протянул руку ей навстречу, и на этот раз она не решилась пустить в ход нож. Помнила, что я охотно пойду на размен.

Амнезия Нефтис была слишком слаба. Всего три осколка против возрождённого бога. Но эта способность, как и нож, позволяла высекать частицы души.

Мы с той, кого все боятся назвать по имени, стояли у стены храма.

Похоже, её портал был нестабильным и, когда место изолировали снаружи печатями божественной темницы, контакт оборвался.

Это значит, что вместе с ним оборвался и прямой контакт чудовища с миром снаружи.

Но продержиться эта защита недолго. Снаружи идёт бой, и по храму периодически прилетает. Место укреплено на совесть, но однажды штурмующие пробьются. Может, это и есть шанс?

За это время я должен успеть сделать как можно больше.

Она не решалась напасть. В глазах горела жажда. Только что слюна не текла при виде того, какие ещё части судьбы у меня может отнять.

Но в то же время, амнезия сильно ей не понравилась.

Понимает ли она, что время сейчас на её стороне?

Тварь попятилась.

— Ласка никогда тебя не любила. Ты принёс в жертву мне всех, кто по-настоящему тебя любил.

— И что?

— Я могу забрать боль. Забрать всё. Когда-то я была богом Забвения.

— Я пустотник, дура. Я хочу увидеть, как ты страдаешь!

Мы решились одновременно. Но моей решимости оказалось больше. Я начал читать молитву за миг до того, как нож отсёк ещё часть моей памяти о себе.

Мимо пронеслись кусочки моего детства, лица, которые мне уже не вспомнить, и события, которых больше нет в этой реальности.

Взамен я услышал сладкой патокой льющийся в уши крик неназываемого чудовища.

Звук текущей воды горячего гейзера. Купальня у источника в пещере, рядом с зеркалом, ширмой и прочей банной утварью.

Девочка с короткими чёрными волосами на вид лет четырнадцати-пятнадцати. Чёрные слёзы текли по лицу, капая в кристально чистый источник.

Знакомый нож касается запястья.

Девочка смотрит в зеркало рядом с купальней.

Её отражение улыбалось кровожадной улыбкой.

— Ты ведь об этой стихии говорил, папа? — тихо произнесла девочка зажигая над ладонью фиолетовый огонёк.

Нож падает на дно источника.

̶С̶е̶х̶м̶е̶т̶ — вывела девочка имя на зеркале пальцем.

Зачеркнула.

Раз, другой, третий, пока на месте имени не осталось идеальное пятно.

Вместо неё поверх были написаны строки.

Твоё истинное имя:…

Тёмная тварь атаковала меня вновь. Я читал в глазах падшего бога панику. Пока ещё только начавшую как следует зарождаться. Но для пустоты хватит и мелкой трещинки.

Синхронизация душ.

Магия связала нас с чудовищем, и в тот же миг я всей своей волей послал зов:

— Ласка! Я пришёл за тобой!

Сперва была тишина, но затем я услышал отклик:

— Она украла у меня всё… даже имя, — произнесла она. — Во мне больше не осталось ничего, Син…

Я — ничто…

Мой дом — Пустота…

— Нет! Я уже лишился всего! Моя жизнь ничего не значит! Ты последнее, ради чего я ещё живу!

— Я не могу…

— Вернись в своё настоящее тело. Ты нужна мне, Ласка!

Бездушный бог всхлипнула. Теневой шаг и портал позволили ей отойти от меня, но что-то пошло не так. Второй теневой шаг выбросил её к стене.

Рядом с бирюзой по телу чудовища пронеслась белая трещина. Ласка восставала. Я чувствовал её, настоящую. Истинный цвет её души всегда был белоснежным. Я узнаю её душу в любом из миров.

Инфо выдало стремительно падающие уровни аватары безумного бога.

Уровень: 12 777.

10 777

9 777.

Наконец, цифра застыла на отметке в семь тысяч семьсот семьдесят семь единиц. Впрочем, это всё ещё в семь раз больше, чем у меня…

Интерлюдия

Жертвы

Ей казалось, что бой станет вечным.

Вездесущий дракон встал на задние лапы и эффектно раскрыл крылья, засветившиеся пустотой.

Уровень уже перевалил за две тысячи, три…

Крылья сияли чёрно-лиловой энергией. Глаза приковывали к себе, требуя встать на колени перед высшим существом.

— Не может быть… Она забрала часть силы аспекта, — услышала она голос Энкейла.

Глава разведки Доминиона был вместе с Танатосом и его Искрами в первых рядах. Опыт лучших бойцов академии говорил сам за себя. Тактика подобрана идеально. Но существ с таким уровнем ещё никто не встречал. Разве что пожиратели имени могли что-то сделать с таким чудовищем.

По лестнице уже бежали на подмогу группы Лесата, Хеора, Некуша и Райшина.

— Нас предали! — крикнул Лесат. — Сейчас Харо сдерживает предателей. Зверяне тоже в бою. Мы пришли с подкреплением.

— Кто? — спросила Фил.

— Союз кланов! Они перешли на сторону пустотников и ударили в спину. И там половина состава — те же пустотники.

— Кажется кто-то заслужил пройти через моих ланцетов, — зловеще улыбнулся Хеор.

— Где остальные? Нир? Матиас?

— Нирал раздаёт вместе со зверянами. Там нужен кто-то с магией огня. А про Матиаса ничего не скажу. Он отступил, уводя за собой группу пустотников.

Наконец, уровень дракона достиг финальной отметки.

Фхайрантаанимар, б̸о͜г̷и̷н̀я̧ ̡О͏т͡ч̨а҉я͠н͘ь͡я̡,͜ ̸вездесущая владыка коварства,̨ ͠в̛ы̸с́ш͜и̢й̸ ̸пироисказитель 7 ̀7́7́7̛ ̢у́р͏о͘в̶н̀я.

Дракон громко зарычал, выплёскивая изо рта проклятое пламя.

Несколько секунд преступного бездействия. Все замерли, поражённые величием открывшегося им зрелища. Желание встать на колени перед Владыкой становилось почти нестерпимым.

Но вскоре этот образ был развеян боевым кличем смутно знакомой пустотницы.

— За Пирамиду! — крикнула Аселла, обрушивая на голову дракона чёрно-фиолетовые ленты пустотной энергии.

— Да как ты посмела!! НА КОЛЕНИ!! — пророкотал дракон.

А в следующий миг его перебила насмешливым хохотом старуха в ступе.

Метла прилетела в глаз дракону, и тот взвыл.

Поток фиолетового пламени вырвался в сторону её противницы, но мимо. Великая ведьма была уже вне досягаемости.

Затем под ногами у существа показалась серая тень лысого кота. Он быстро поднимался по чешуйкам вверх.

Дракон попытался его сбросить, но вниз полетела лишь широкая шляпа с пером диатримы. Лысый кот-убийца вышел на охоту.

Китаровая шпага оставляла глубокие борозды на боку чудовища, а кот подбирался к самой голове.

Дракон взмахнул крыльями и взлетел.

С неба обрушился новый поток пустотного пламени. Сила семитысячного по уровню существа пропитала проклятием саму почву под ногами, и куски мостовой вместе с обломками башни начали собираться в гигантских големов.

Рёв раздавался уже отовсюду. Открылись порталы — высокая концентрация любой стихии приводит к тому, что появляются порождения избыточной силы. В данном случае, на зов явились первородные звери пустоты.

Дракон взвыл. Кот таки воткнул шпагу в какое-то ощутимое место. Затем задрожавшая фигура принялась быстро снижаться, надеясь сбросить нежелательного наездника.

На земле чудовище уже ждали. Големов взяли на себя бойцы первой линии. Все же, у кого была дальнобойные магия или оружие, сразу же переключились на главную цель.

Серия выстрелов, и новый рёв. Тварь выпустила поток вязкой чёрно-фиолетовой энергии и сама же влетела в созданное ею огненное облако.

Послышался быстро оборвавшийся кошачий крик.

— Ты посягнула на то, что тебе не принадлежит!

К своему удивлению, не только Аселла решила свергнуть короткую драконью власть над стихией, но и Арахна.

Син достаточно рассказывал о ней, чтобы сразу узнать знаменитого паучьего оракула. Создателя того пророчества, с которого всё и началось.

Взмахнув крыльями, дракон развернулась к жрице, но получила в лицо заряд пустотной энергии.

Затем снова драконий крик. На голове у чудовища появилась фигурка потерявшего шляпу лысого кота. Глаза его ярко пылали пустотной одержимостью. Пустотник без пустоты наконец-то обрёл мёртвую магию, чего избегал больше тысячи лет.

Шпага вошла в голову бестии. Дракон завизжал и завертел головой от боли. Затем прямо на его пути возник портал.

Однако в последний момент прямо перед ней показался фрактальный барьер Терми. Фхайран резко свернула и призвала другой, но фигура на призрачном зелёном скакуне успела раньше.

Танатос занёс клинок, рубя шею чудовища.

Вниз полился густой ручей крови. Дракон начал рассыпаться фиолетовым пеплом.

— Это стихийная форма! — послышался голос пришедших на помощь зверян. — Бейте магией!

— Лииндарк? — удивилась Филин.

— Всё плохо, — коротко бросил Нирал. — Это была ловушка. Предатели перекрыли нам дорогу. Теперь из города не выйти. А сил у нас нет.

— У Сина есть способность создания башни из воды. Через неё можно будет уйти порталом.

— Порталы у нас тоже есть, как и у зверян. Мы здесь не за этим.

Маг кивнул в сторону летающего чудовища.

— Жаль её. В рейде к Роще она сильно нам помогала. И в академии столько раз вместе пили грибной сидр…

— Это был её выбор, — отрезала Филин.

В небе уже формировалась огненная ловушка. Пустотная энергия будто пуповина несла энергию от логова безумной богини к дракону. Украденная сила вырывала части земли, поднимая новых монстров из ниоткуда.

Замерцали силуэты пустотных саагов. Саблезубые хищники уже начали пировать. Поле боя грозило стать полем погибели. Даже все вместе они не могли справиться с таким противником.

Но этого и не требовал План.

— Готово! Отходим! — прокричал Феникс из Искр.

Элитные бойцы Доминиона бросились врассыпную. Со смехом над полем боя пронеслась Баба Яга, посыпая чёрного дракона проклятиями. Дракон попытался её поймать, но в голову второй раз вонзилась шпага одержимого Безупречного. А следом за ней с не меньшей одержимостью и доступной лишь пустотнику ненавистью, атаковала лентами-лезвиями пустотница Аселла.

— Приди, ХАОС! — крикнул Хеор. Хаосит-гаруспик выглядел ужасно — глаза его пылали проклятой силой, говоря о том, что свою человеческую суть он уже начал терять.

Из земли вырвались щупальца гигантского порождения хаоса.

— Отходим, — скомандовал магистр Хаоса, но маг покачал головой.

— Эту хреновину я заберу с собой, — бросил он.

Лес щупалец опутал дракона по лапам и крыльям, не позволяя вырваться из ловушки. Лишь парочка щупалец откололась от общей массы, чтобы отбросить подальше Литу и Мельхи.

Несколько человек наоборот бросилось помогать удержвать чудовище. Счёт времени шёл на секунды. Райшин накинул пустотные цепи, подобно тем что были у самой Фил. Терми начал формировать ещё один барьер над головой и отступать подальше от окружавших поле боя рун. Другие тоже пытались применять весь спектр сдерживающих навыков.

Прорвавшие оборону внизу войска предателей во главе с лидером альянса кланов были единственными, кто пришёл дракону на помощь, но слишком поздно.

— За тебя, ректор Нархаармис, — едва слышно прошептал Танатос, и активировал переход.

Земля задрожала. Небо потемнело, и в нём стал отчётливо виден зависший образ шестирукой смерти. Новый ректор Доминиона развернул перед собой длинный зелёный текст, напоминавший программный код. А затем части земли начали подниматься наверх.

Вместе с десятками сдерживающих чудовище бойцов, предавшем трибунал ренегатом, самого вездесущего дракона и… её саму.

Вот и всё.

Сердце игрока по имени Механический Филин забилось, как никогда прежде.

Страх. Даже ужас. Даже панический ужас.

И в то же время — решимость.

Она один из лучших игроков. У неё свыше миллиона подписчиков, уступая разве что одной снайперше. Механический Филин не отступает перед трудностями в игре.

Даже если эта игра — сама жизнь.

…да и что такого может случиться на Стене? Это же фановый забег. Уже через пару дней она сможет вернуться. Но на всякий случай, Айзек, не подведи.

Пространство начало делиться. Принудительный портал в закрытый мир отделил всех уходящих от остающихся.

Уже не глядя на тщетные попытки дракона вырваться, она открыла инфо.

Снова вспомнила последний совет перед нападением.

— Хорошо, Филин, а что ты хочешь забрать с собой в другой мир?

— Сигнал маяка, — с улыбкой ответила девушка, протягивая Танатосу артефакт.

Статус: перелётная птица. В случае критического изменения структуры личности будет произведена автоматическая коррекция состояния до зафиксированной.

Дракон в последний раз взвыл и даже сумел в последний миг вырваться. Только одержимый кот и пустотница остались на монстре. Но улететь он уже не успел.

Портал унёс всех в новое приключение.

19. Белая глава

— Неужели ты думаешь, что меня можно уничтожить? — прохрипела она голосом моей Ласки. — Я буду всегда и всюду!

— Ну, уровень сбить тебе удалось. Уже достижение, — усмехнулся я.

— Глупец. Это лишь оболочка. Я буду всегда и всюду. Благодаря тебе у меня впереди миллиарды миров вселенной созидания. Однажды я приду к каждому, глашатай. А ты — будешь всегда помнить о том, что я забрала у тебя всё, что было тебе дорого. Ты просто ещё не успел осознать, верно? Но ничего, у тебя будет много времени. Если ты не сдашься. Меня невозможно уничтожить. Я везде, где есть хоть капля Отчаянья.

— Неужели ты думаешь, что твоя сестра Нефтис желала бы тебе смерти?

На лице неназываемого чудовища впервые мелькнула неуверенность.

В этот момент помещение сотряс грохот, и громадная дверь провалилась внутрь храма. По ту сторону стояли Лииндарк и Келемвор. Где-то за ними спешил Терми. А между ними ринулась фигурка крылатой кошки.

Все трое сходу бросились в атаку. Роль дамагера взял на себя взбешённый зверянин с металлическим диском. Он подскочил коротким порталом, затем резко швырнул в меня какую-то грязную тряпку, и я инстинктивно её поймал.

— Это осколок души! — произнесла внутри меня Нефтис.

Я почувствовал, как некая сила перетекает ко мне от тряпки. Затем мне в лицо будто ударило сильным порывом ветра.

Затрепетавшая мантия инквизитора перекрасилась местами в светло-бирюзовый.

— Моему первожрецу больше подходит этот цвет, — твёрдо произнесла Неф.

А я через эмпатию ощутил новую грань характера богини Покоя, которую открыл новый осколок.

Жертвенность теперь сочеталась с твёрдостью. Нефтис больше не казалась инфантильным ребёнком. Скорее, убеждённой идеалисткой, которая живёт не предавая себя.

Бой в это время продолжался. Уровень неназываемого чудовища больше не падал, а вот здоровье в инфо — более чем. Оружие звериного короля осветилось яркими переливающимися красками.

Моё возвращение в бой сюрпризом не стало, но заставило противника сильно нервничать.

Почему так мало людей? Сюда же поднималась целая армия…

Разум был чист… снова.

Но сердце всё ещё билось в бешеном темпе.

— Спасибо, — бросил я на бегу, но ответа не удостоился. Лииндарк был занят фехтованием с монстром.

Большой кухонный нож лже-Ласки мелькал в воздухе, каждый раз отбивая выпады звериного короля. И не смотря на все его старания он проигрывал.

Моё появление владыка зла восприняла с раздражением — пустота подлила масла в огонь. Богиня пустоты была самым первым и главным рабом этой силы. Пусть и стала им добровольно. Пустота позволяла ей хоть что-то чувствовать за счёт других.

— Я заберу у тебя всё! — крикнула она.

Волна пустотной энергии отбросила звериного короля с игроком.

Пустота свернулась за спиной у чудовища крыльями из лилового мрака. И в клубах фиолетового марева я увидел отражения сотен замученных чудовищем душ.

— УМРИ! — воскликнула тварь, и левая рука лже-Ласки вместе с крыльями вспыхнула, будто небольшое солнце, а в меня полетел сгусток смертельного заклятия.

— Кя! — спикировала на голову твари пещерная мантикора, впиваясь зубами и когтями в тело бога-чудовища.

Смертоносная магия переключилась на Искролапку, и мантикора болезненно вскрикнула.

— ИСКРА, НЕТ!! — воскликнул я.

На глаза против воли начали наворачиваться слёзы.

Она была последним, что держало остатки моей человечности.

Но если это не нужно, я стану монстром. Таким, каких ещё не видел мир. За мою семью. За мой мир. За мою Ласку. И за тебя, Искра!

Четвёртая амнезия попала чудовищу по лбу. Бирюзовая метка теперь покрывала и голову тела аватара. Было больно видеть Ласку в таком виде. Помогала лишь мысль о том, что настоящее тело сейчас не это.

Я сосредоточился, призывая связанный с моей душой артефакт. За спиной появился плотно привязанный ко мне ледяной цепью саркофаг.

— ВАШ ДОМ — ПУСТОТА! — прокричало чудовище.

— ВНЕМЛИ БЕЗМОЛВИЮ! — ответил на боевой клич ученик Харо Пустынного.

— ПОЗНАЙ ПОКОЙ!! — выпалил я, впечатывая благословение Нефтис в грудь бога-чудовища.

Хрип. Вспышка пустотной энергии, от которой союзники отшатнулись, боясь попасть под заражение.

Я же смело шагнул вперёд сквозь чёрно-лиловое пламя.

— Моя смерть в одном мире не изменит судьбу миллионов других, — прошипела она с нотками истеричной обиды.

— Убить? — удивился я. — Я ведь уже говорил. Она любит тебя. Так же как любит все миллиарды живых существ во всех мирах. Поэтому смертью ты не отделаешься.

Чудовище рвануло в сторону. Настоящее чудовище — изломанное и израненное тело Ласки начало рассыпаться. За спиной у божества раскрылся чёрный портал.

По телу пробежался ледяной озноб неописуемого ужаса. Будто нечто запредельное смотрело на нас с той стороны.

— Лиин, — бросил я звериному королю. — Помнишь, мы как-то обсуждали книги по нашим приключениям?

— Да. В твоей, наверное, сплошное нытьё? — спросил он.

— Будто у тебя там юмористический гаремник, — фыркнул я и обратился к чудовищу. — Эта рана останется с тобой во всех мирах, куда бы ты не пришла. В каждом мире, где ты возродишься, появится и эта история как часть твоей судьбы. А ещё с тобой останется моё пророчество. Оно тоже будет жить вместе с этой книгой. Больше ты не будешь неуязвимой.

Чёрная дымка вырвалась из останков тела Ласки, но сияющий разлом раны Неназываемого чудовища никуда не исчез.

Существо предстало тёмным духом, являвшим собой истинную суть неназываемого зла. Сгусток мрака, в котором горели только глаза того, чем на самом деле стала сама суть падшей богини Забвения.

Воплощением зависти ко всем способным чувствовать созданиям.

Я достал из инвентаря свой дневник, который вёл чтобы не сойти окончательно с ума. Вместе с Лииндарком, проделавшим то же самое. А с некоторым запозданием то же самое сделал игрок. И пусть, чем больше — тем лучше.

Книги обратились светящейся пылью и вместе с маной затянулись в бирюзовую рану на теле искажённой души.

— Я не исчезну, глупец!! — продолжало хрипеть чудовище. — Отчаянье не исчезнет никогда! Слышишь? Я войду в каждый мир, где есть те, кто способен чувствовать, и коснусь сердца каждого! Я войду смертельной чумой, что будет опустошать города! Я войду войной, где брат поднимет руку на брата! Я войду голодом, что накроет земли!Я войду, неся смерть и Отчаянье. И я достану до каждого! ОТЧАЯНЬЕ ЗАБЕРЁТ У ВАС ВСЁ!!!

— Но у каждого будет шанс. Вместе с тобой в каждом мире воплотится и эта история. Судьба разнесёт это послание с мантикорами. Всеми, чья душа возьмёт на себя роль медиума, посланника истории о великой тьме, что идёт вместе с тобой и свете, который неизбежно придёт вслед за этим.

— Глупец! Твои сказки никого не спасут, когда я коснусь их сердец!

Да, мы не сможем победить Отчаянье. Но мы сможем сделать первый шаг на пути к этой победе. Следующие шаги будут за теми, кто продолжит эту историю.

— Но когда ты придёшь, они будут знать тебя в лицо, чудовище. И пока каждый сохраняет хоть один из аспектов созидания, ты будешь проигрывать.

— У тебя будет лишь одна попытка, — продолжил Лиин. — Затем ты оставишь мир, в котором тебя отвергли.

— Ты — Отчаянье, но тебе нет места в любящем сердце, — закончил я. — Миры выживут благодаря аспектам созидания. Радость, Надежда, Любовь и Покой способны защитить от тебя. Прочее уже зависит от тех, кто получит это послание. А в остальном — жди Битву Магов!

Эпилог

— Это… победа? — неуверенно спросил Келемвор. — Да ладно?

— Боюсь, это только начало, — мрачно сказал Лииндарк. — Ты видно не в курсе, но нас предали. Пока мы штурмуем этот город, пустотники пируют в других. Кто может — эвакуируется в другие миры. Пустота не исчезла с изгнанием. Девиз Тиши лжет. Цена была слишком большой.

Я тихо закивал.

Победа?

Для них — возможно. Я же победителем себя не чувствовал.

Присел рядом с телом Искры. Закрыл глаза.

— Не знаю, когда и как, но я верну тебя, — шепнул я в пушистое ухо самого преданного спутника.

Воскрешение не активировалось. Не знаю, что за дрянь применила заражённая пустотой тварь, но я найду способ вновь с тобой встретиться, мой друг. Если надо, ещё раз сломаю реальность, мне не привыкать.

Главное сейчас не думать об этом… если хоть на секунду задуматься — я сломаюсь.

Попытался поднять её тело, но оно вдруг рассыпалось, будто пыль.

Я с пару секунд стоял над телом, не веря в то, что только что произошло. Затем запоздало прошептал: спасибо. И до встречи, Искра.

Снял со спины саркофаг и посмотрел на тело Ласки. Вытащил инструмент и одной рукой заиграл лёгкую мелодию. Меня интересовало сейчас только одно. Имена в списках

— Где Безупречный? — спросил я не глядя.

— Дядя погиб в бою с драконом. Хотя твой наставник говорит, что это ещё не конец, так что может, и выберется. Всё же он лучший. Ты жив, потому что он так сказал.

Я уловил холодный и совсем не дружелюбный взгляд звериного короля.

— Лилит нас предала, — добавил Келемвор с иронией. — Кто бы мог подумать? Кот, спроси меня, за что она тебя предала?

— И за что?

— За золото! Её банально подкупили, прикинь? Ну и ещё обещали пост наместника континента. Даже не мира, лол! Кстати, человеческий вид тебе идёт больше. И цвет тоже. Теперь ты больше похож на жреца, чем инквизитора.

— Где Филин и остальные?

— Фил там же, где и твой наставник, — ответил Келемвор. — Но она именно этого и хотела. Теперь быстренько пройдёт бонусную игру и вернётся чистенькой. Кстати, Син, тебе бы тоже пройти лечение.

— Почему она не просыпается? — спросил я.

Как она и сказала, я потерял всё. И теперь жалею, что не согласился на забвение. Поставил личную месть выше. Но я до последнего верил, что это сработает.

Высокая мудрость поддерживает безумие. А безумие пока молчит в ожидании чуда. Очень скоро разум осознает ещё много чего интересного.

Например, что всех, кого я хотел спасти, я уже потерял.

Я победил… но зачем?

Чем это лучше, чем те варианты, что я видел?

Что такое на самом деле любовь, как не помешательство делирия? Если она заставляет идти на такие вещи непонятно ради чего… то зачем она вообще нужна?

И любовь ли это вообще?

Может, куда более настоящая любовь это та, которую я потерял в других ветках судьбы?

— Я всё ещё не простил тебя, — произнёс Лииндарк.

— Я знаю. Это твоё право. Я ухожу.

— Куда? — не понял он.

— В добровольное изгнание. Правь мудро новым миром, король Лииндарк.

Я протянул ему свиток с полным текстом пророчества.

Рука воина одной из дочерей смерти сразит древнее зло, навсегда изгнав чудовище из этого мира.

Не важно, кто это был — текст специально был составлен так, чтобы на роль избранного подходил вообще любой.

Вторая же часть, как и предсказывала Хозяйка Мрака, выросло само за выпивкой в мельхиорских трактирах.

И Мир Мельхиора станет частью миров Созидания. Первым из вынырнувших за пределы проклятия мёртвой магии.

— Правь Мельхиором, Лииндарк. Как подобает наследнику серебряной башни. Кел, позаботься о людях.

— А ты? — удивился Лииндарк. — Что ты задумал?

— Ничего, — вновь покачал я головой. Спроси у него, — я кивнул в сторону Терми. — По словам одного учёного с Земли, эта планета со всеми тремя спутниками окажется на орбите системы, которая будет максимально приближена к здешним. А здесь мне больше нет места.

Я взвалил на плечи ледяной саркофаг и направился к выходу.

Никто не посмел меня остановить. Да и не за чем.

Только Терми у входа в храм молча протянул мне руку.

— Ты был хорошим другом, Син.

— Тоже уходишь… — констатировал я.

— Да, — друг поднял голову к небу, в котором завис непривычно современный для магического фентези корабль.

— Я назвал его Фракталит. Нашёл у колдеров на планете и немного допилил.

Я кивнул. Сказать было нечего.

— Ты тоже был хорошим другом, Терми. Удачи, чтобы ты там не задумал.

— Да, она мне понадобится, — кивнул он. — А мне уже ничто не поможет.

Открыл инфо, заглянул в меню управления группами. Увидел потемневшие имена Безупречного, Филин, Хеора и ещё множества своих боевых товарищей.

Вздохнул.

Затем посмотрел на статус связи с проклятой стихией. Сейчас Нефтис сдерживала одержимость, но все знают, что будет потом. Пустота очень быстро обгонит возможности сдерживания.

А я — снова один в целом мире…

Я направился прочь от города, больше не веря в чудо.

Всё равно мои мечты неосуществимы. Но я по крайней мере сделал всё, что мог.

Не знаю сколько я шёл, погружённый в свои мысли, пока ноги не подкосились, и я не повалился в тёплый ручей.

Где-то неподалёку был горячий источник. Распространённое явление в Мельхиоре.

Вода, мой последний и единственный союзник.

И сейчас у меня достаточно разума, чтобы раствориться в этом ручье, став ещё одной рекой этого мира.

Что ж…

Это была дерьмовая жизнь с редкими проблесками. И это будет очень дерьмовая смерть, какую я и заслуживаю…

— Нет, — прошептал мягкий женский голос.

— Нефтис… я и тебя подвёл…

— Нет. Ты сделал всё правильно. Ты дал всем шанс. Тот, кто пострадал больше всего — ты, Синаэль.

— При чём здесь я?

Богиня рассмеялась.

— В этом весь ты. Взвалить всю вину на себя и превозмогать, сжав зубы. Но правда в том, что ты тоже заслуживаешь шанс.

— Ты слишком добра ко всем без разбора.

Я почувствовал, что кто-то нежно гладит меня по волосам.

Открыл глаза.

— Син? Боги, ты жив… я так испугалась что потеряю тебя…

— Да что со мной станется? — я чуть улыбнулся. — Хотя месть за то, что ты вытворила на Земле была бы знатная.

— Прости… я… я думала я навсегда останусь там. Я… ты ведь знаешь, я ненавижу это тело.

— Зря. Прошлый твой облик теперь прочно ассоциируется сама знаешь с кем. Так что эта Ласка мне нравится намного больше.

Девушка покраснела.

— Ты самое прекрасное, что я видел в обоих мирах, — искренне сказал я, глядя на Ласку в теле человеческой девушки с Земли. — Я сохранил единственную линию судьбы, где к счастью должна прийти ты.

— Для меня не существует счастья без тебя, Синаэль.

Коснулся ладонью лица девушки, и та прижалась к ней.

— Я люблю тебя, — произнесла она. — Спасибо, что выбрал меня.

За этим последовал долгий чувственный поцелуй, который продолжался, наверное, целую вечность. Пока сама реальность вокруг нас не начала приобретать иные краски.

— Я верну тебе всё, что ты потерял, Син. Мы вместе вернём всё, что у нас отняли.

Затем последовала темнота. Короткая, будто где-то у самых границ сна. Я осознал себя летящим в черной пустоте. Будто в космосе, где погасли все звёзды. Наверное, в тот момент мой разум был чище, чем когда бы то ни было в моей прошлой жизни. Или в жизни будущей.

Тогда было очень спокойно. Суета пришла потом, спустя всего пару бесконечно долгих мгновений. Затем я почувствовал холод. Затем появился звук.

Едва слышные всхлипывания, приглушенный шаг, тяжелое дыхание.

— Поганые призыватели. Всегда есть поганые призыватели, — послышался недовольный мужской голос. — Лучше б уж их стреляли на месте, а не пустых.

Я вдруг всё понял, и мне сделалось смешно. Наверное, так смешно и радостно, как никогда. Да что там, я был готов рыдать от счастья!

Я лежал на коленях у Ласки. Это был мой первый день в Мельхиоре.

Значит, богиня как-то смогла дать мне в прямом смысле второй шанс?

Нам. Ласка тоже была рядом.

А затем прислушался к своим ощущениям и понял.

Самое главное.

Мне был дан не просто второй шанс.

Мне было дано нечто большее.

Синаэль, лунный эльф, ученик мага воды 1 уровня.

Стихийная привязка: вода.

Вода.

Просто Вода.

Ничего больше.

Я стал свободен…

PS__________________________________________________________________

Безмерная благодарность всем, кто странствовал с Сином по тропам Подземья.

Большой путь с 20 до 25 года завершается здесь. Эта книга начиналась в одном мире, полном радости и тепла, но завершается уже совершенно в ином. Концепт и мелочи местами менялись в процессе, но финал вышел именно таким, каким планировался ещё на старте первой книги. В куда более добром мире и в более светлое время.

Но это лишь развилка истории о Подлунных Мирах. Один из лепестков грандиозного проекта «Битвы магов» в котором однажды будет свыше 16 циклов. На данный момент на стадии активной реализации или уже закончены следующие из них:

История рассказанная Лииндарком, звериным королём — «Тёмная бирюза» https://author.today/work/series/11081

История, рассказанная Терми — «Корректор реальности» https://author.today/work/series/32109

История рассказанная Арктуром, пленником мира, куда попала часть героев вместе с вездесущим драконом — «Покоривший СТЕНУ» — https://author.today/work/series/24264

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Мир Мельхиора 11 – Путь Трибунала

Content

Мир Мельхиора 11 — Путь Трибунала

1. Диктатура кошачьих

2. Шаг наверх

3. Темный союз

4. Башня Васта

5. Небо Поверхности

6. Под флагом Трибунала

7. Новая переменная

8. Ад внутри ада

9. Истинный Ад

10. Луч надежды

11. Аспекты

12. Проблески света

13. Тишина и Покой

Интерлюдия Под волей Трибунала

14. Тучи над тучами

Интерлюдия Во мраке

15. Героическая дорога

16. Настоящее зло

Интерлюдия Осколки планов

Интерлюдия Власть

17. Мрак

18. Битва накхов

Интерлюдия Жертвы

19. Белая глава

Эпилог

Nota bene