Андрей Низовский

Величайшие музеи мира

© Низовский А. Ю., 2008

© ООО «Издательский дом Вече», 2008

Европа

Австрия

Музей истории искусства в Вене

Музей истории искусства в австрийской столице входит в десятку крупнейших художественных музеев мира. Как и парижский Лувр, осмотреть его экспозиции за один день практически невозможно – если только бегом, наспех. Но разве можно не задержаться перед хранящимися здесь всемирно известными полотнами Брейгеля, Тициана, Тинторетто, Джорджоне?

Музей истории искусства в Вене называют матерью всех австрийских музеев. Его история напрямую связана с австрийской императорской династией Габсбургов. Их вкусам и пристрастиям обязаны художественные коллекции многих музеев Вены. Габсбурги были не только просвещенными монархами и весьма утонченными ценителями искусства, но и щедрыми меценатами. Они пополняли свои картинные галереи бесценными шедеврами живописи, собирали коллекции ювелирных изделий, оружия и древностей. Для работы в своих дворцах приглашали самых известных художников и скульпторов.

У истоков Музея истории искусства стоял эрцгерцог Фердинанд Тирольский (1529–1595). Значительный вклад в умножение сокровищ, составивших потом гордость музея, принадлежит племяннику эрцгерцога – Рудольфу II. Столицу своей империи он перенес в Прагу, и здесь в его резиденции сложилась та необычная и богатейшая коллекция произведений прикладного искусства и скульптуры, которая стала одной из лучших в Европе того времени.

В 1576 г. Рудольф II стал императором Священной Римской империи. Он прославил свое имя покровительством искусствам, и сам любил рисовать, а также полировать драгоценные камни, придавая им желаемую форму. В многочисленных мастерских его дворца лучшие мастера вырезали для него камеи из агата и других камней, вставляли драгоценные камни в прекрасные оправы из золота и серебра. Может быть, увлечение императора гранильным делом и вызвало у него желание сделать себе новую императорскую корону, которая и была изготовлена в самом начале XVII в. в форме диадемы, украшенной драгоценными камнями, а пространство между ними было заполнено жемчугом. Диадему венчают восемь геральдических лилий, покрытых драгоценными камнями и жемчугом, в каждую лилию сверху вставлена крупная жемчужина. Возвышающиеся над венцом пластины наклонены к центру, что делает ее похожей на епископскую митру. На этих пластинах запечатлены некоторые весьма эксцентричные сцены из жизни самого императора, например его прогулки по саду с львом по кличке Отакар, которого он воспитывал с самого рождения.

В Музее истории искусства находится и корона XVII в., принадлежавшая одному из соперников императора Рудольфа – князю Трансильвании. Эта замечательная корона увенчана крупным изумрудом и украшена 188 драгоценными камнями и 214 жемчужинами.

Венский музей истории искусства

Много внимания уделял Рудольф II и своей картинной галерее. Он вырос при испанском дворе, обладавшем блестящим собранием произведений искусства. Здесь у Рудольфа II выработался собственный художественный вкус, который впоследствии позволил ему безошибочно приобретать лучшие полотна: А. Дюрера, Питера Брейгеля Старшего, Корреджо, итальянских маньеристов, которые потом составили славу венскому музею.

В императорской сокровищнице хранились ювелирные украшения работы лучших мастеров, короны, камеи, драгоценные реликвии, всевозможные астрономические приборы. В конце Тридцатилетней войны (1618–1648) часть бесценной коллекции, а также картинная галерея были разграблены шведскими солдатами королевы Христины. Из Праги вывезли 570 произведений искусства, принадлежавших Рудольфу II.

Его преемник, император Матвей I, снова перенес столицу в Вену, куда потом была переведена и большая часть художественных ценностей из собраний Рудольфа II. Следующие правители династии Габсбургов свою бурную собирательскую деятельность во многом направляли на пополнение картинной галереи. Например, при Марии-Терезии из всех дворцов и замков, ей принадлежавших, в Вену были переправлены наиболее ценные произведения искусства. Значительное место в венской коллекции заняло и собрание картин эрцгерцога Леопольда Вильгельма.

Пополнение императорского собрания шло и за счет даров. Так, очаровательный «Портрет инфанты Марии-Терезии» и «Портрет инфанта Филиппа Проспера» кисти Веласкеса оказались в Вене потому, что испанские Габсбурги поддерживали тесную связь с австрийским двором. Стремясь еще больше упрочить союз двух держав, они нередко заключали династические браки. В качестве свадебных подарков в австрийское собрание и поступили полотна Веласкеса.

В XVIII в. императорское собрание стало пополняться еще и путем обмена. Таким образом император Франц II получил от своего брата эрцгерцога Фердинанда (правителя Тосканы) из флорентийской галереи Уффици ряд полотен живописцев итальянской школы, а в XIX в. из Праги были привезены ценнейшие произведения искусства.

Как во время Тридцатилетней войны, так и в эпоху наполеоновского нашествия императорскому собранию был нанесен колоссальный ущерб. В 1809 г. 436 картин в качестве военных трофеев попали в Лувр. К счастью для Австрии, через шесть лет почти все они опять возвратились в Вену.

Как целостный музейный комплекс Музей истории искусства в Вене сложился только к концу XIX в. и был открыт в 1891 г. С этого момента все императорские собрания и коллекции перешли в ведение министерства культуры Австрии и стали собственностью государства. Большую роль в формировании и изучении венского собрания живописи сыграли искусствоведы Густав Глюк и Людвиг фон Бальдас. Их приобретения, а также некоторые частные пожертвования заполнили пробелы, существовавшие ранее в венском собрании. После того как были приобретены полотна голландских и французских мастеров, а также мастеров готики и Дунайской школы, в XVI–XVIII вв. музейная коллекция живописи получила свое завершение.

Д. Веласкес. Портрет инфанты Марии-Терезии. 1659 г.

В 1872–1891 гг. по проекту архитекторов Готфрида Земпера и Карла фон Хазенауэра для музея воздвигли великолепное здание. Вместе с совершенно аналогичным зданием Музея естественной истории оно сформировало ансамбль площади Марии-Терезии: здания-близнецы стоят по двум сторонам сквера с подстриженным кустарником, а между ними – памятник императрице Марии-Терезии. Считается, что при создании этого ансамбля Земпер и Хазенауэр использовали «стиль итальянского Ренессанса», хотя в облике обоих музеев можно усмотреть лишь отдельные его черты. Центральная часть каждого музея напоминает барочную церковь с центральным куполом 60-метровой высоты и башенками. Выстроенные из серого песчаника довольно темного и теплого тона, здания музеев выглядят необыкновенно торжественно.

Оба музея были открыты в 1891 г. в присутствии императора Франца-Иосифа I. Разместившаяся в стенах Музея истории искусства, огромная художественная коллекция Габсбургов впервые стала в полной мере доступной для широкой публики.

Внутри музеи – особенно Музей истории искусств – были отделаны чрезвычайно пышно; парадная лестница Музея истории искусств и сейчас поражает блеском позолоты, сиянием мрамора; в центре первой площадки – беломраморная группа Кановы. Сейчас в основном здании размещены египетские и восточные древности, произведения античного искусства, а также нумизматический кабинет с богатыми коллекциями монет и медалей, богатейшее собрание предметов прикладного искусства. Сначала здесь же находились коллекции старинного оружия и музыкальных инструментов, но позже они были переведены в Хофбург – бывший императорский дворец.

Музей обладает превосходным собранием древнеегипетского, греческого и римского искусства. В его состав входит экспозиция античных подлинников, размещенная на первом этаже, нумизматический кабинет, богатейшее собрание предметов прикладного искусства. Второй и третий этажи занимает картинная галерея. В ней множество шедевров мировой живописи. Картины разных национальных школ и эпох – в основном от XV до XVIII в. – экспонированы в больших залах с верхним светом, занимающих середину здания, и анфиладе кабинетов с боковым освещением.

Итальянская – особенно венецианская – живопись эпохи Возрождения представлена здесь необычайно богато: Джорджоне, Тициан, Тинторетто. Покоряет своим очарованием «Мадонна дель Прато» («Мадонна в зеленом») Рафаэля (1506). Кроме того, выставлена серия полотен Караваждо, в числе которых – «Давид и Голиаф» и «Мадонна дель Росарио» (оба – 1607), несколько больших портретов кисти Веласкеса, картины Рембрандта и Рубенса, несколько лучших произведений Дюрера, среди них – «Мученичество десяти тысяч» (1508) и «Поклонение Святой Троице» (1511).

Собрание нидерландской живописи XV–XVII вв. отражает творчество практически всех представителей этой школы. Главная часть данного раздела – лучшее в мире по полноте и качеству собрание картин Питера Брейгеля Старшего. В него входят 15 его лучших работ, выставленных в отдельном зале: «Битва Масленицы и Поста» (1559), «Детские игры» (1560), «Вавилонская башня» (1563), «Крестный путь» (1564), «Черный день» (1565), «Охотники в снегу» (1565), «Вифлеем» (1566), «Избиение младенцев» (1567), «Крестьянская свадьба» (1568/69), «Крестьянский танец» (1568/69) и др. Эти жанровые композиции дают аллегорическое истолкование всей человеческой жизни.

Рубенс представлен 36 полотнами, дающими представление обо всех этапах творчества великого фламандца. Здесь выставлена созданная им монументальная алтарная картина «Алтарь святого Ильдефонсо» (1630–1632). Среди картин Ван Дейка выделяется «Портрет принца Рупрехта фон Пфальца» – образ юного, романтического аристократа.

Музею истории искусства принадлежит одно из лучших произведений знаменитого флорентийца Бенвенуто Челлини – парадная солонка (сальера), изготовленная по заказу французского короля Франциска I в 1540–1543 гг. Специалисты называют это небольшое изящное изделие из золота с эмалью «Моной Лизой в скульптуре» и оценивают в 50 млн евро. В ночь с 10 на 11 мая 2003 г. сальера была похищена, и нашли ее только два с половиной года спустя, 21 января 2006 г., закопанной в лесу неподалеку от города Цветтль. История с пропажей сальеры стала самым крупным похищением произведения искусства в истории Австрии.

Частью музея является художественное собрание во дворце Нойе Хофбург. Оно включает в себя Хофягдкамеру – коллекцию предметов, связанных с императорской охотой, и Рюсткамеру – коллекцию оружия и доспехов, а также собрание старинных музыкальных инструментов. В структуру Музея истории искусств входят также Музей этнологии (с 2001 г.), Эфесский музей, Шатцкамера, где хранятся сокровища австрийской императорской короны, Конный музей в Штальбурге, Австрийский театральный музей и Музей императорских экипажей и придворных униформ в замке Шёенбрунн. Филиалом музея является замок Амбрас в Инсбруке. В целом собрание венского Музея истории искусства является одной из самых больших и наиболее важных художественных коллекций в мире.

Венский Бельведер

Дворец Бельведер является наиболее совершенным из сохранившихся дворцово-парковых ансамблей Вены. Свое название он получил в 1752 г., уже после того, как стал собственностью императорской фамилии. А первоначально дворец был построен для знаменитого полководца и генералиссимуса – принца Евгения Савойского (1663–1736).

Строительство «обиталища австрийского Марса» растянулось на четверть века. В 1698 г. принц Евгений стал скупать участки на склоне холма, спускавшемся к городу. В 1700 г. здесь начались работы по разбивке регулярного французского парка. Возводить Нижний дворец стали лишь в 1713 г., а центральное здание ансамбля, Верхний дворец, был построен уже в 1721–1723 гг. Ансамбль дошел до нас в почти неизмененном виде, за исключением ныне не существующих зверинца в верхней части парка и оранжереи около Нижнего дворца.

Дворец строился по проекту известного австрийского зодчего Лукаса фон Хильдебрандта (1668–1745). За основу общего плана Бельведера был взят, естественно, Версаль. При этом Хильдебрандт, используя особенности местности, создал оригинальный и совершенно неповторимый ансамбль. По его замыслу в архитектуре и в оформлении обоих дворцов должны были воплотиться воинская слава и величие знаменитого полководца. И Хильдебрандт выполнил свою задачу блестяще. Его творение высоко оценили современники и продолжает вызывать восхищение и в наши дни.

Для ансамбля Бельведера характерно редкостное благородство облика, проявившееся в сочетании парадного величия и непринужденной простоты, широты размаха и соразмерности человеческим масштабам. Оба дворца гармонично сочетаются друг с другом и с пространством парка. Вместе с тем по основному архитектурному замыслу они сильно разнятся: Нижний по сравнению с внушительным Верхним кажется всего лишь садовым павильоном.

С самого начала ансамбль был задуман как бы обращенным лицом к городу. Нижний дворец своим парадным въездом выходит на Реннвег – дорогу, ведущую к центру Вены. За полукругом ворот с двумя павильонами по сторонам раскрывается «почетный двор», окруженный одноэтажными строениями. Они очень просты, и поэтому центральная часть главного корпуса, украшенная колоннадой, кажется особенно нарядной. Эта изящная умеренность присутствует и в легком рисунке орнамента, и в мелких формах декора на стенах дворца. Контрастом им является пышное убранство внутренних помещений. Напоминанием о том, что этот «маленький Версаль» строился для великого полководца и первого вельможи страны, служат многочисленные военные трофеи, шлемы, мечи, щиты, украшающие стены центрального Мраморного зала. Роспись плафона посвящена теме «Апофеоз принца Евгения» и принадлежит кисти итальянского живописца Альтомонте. Здесь, среди белоснежных облаков, Аполлон и другие боги Олимпа прославляют символический дар папы римского – шлем и меч, которые тот преподнес принцу Евгению Савойскому, защитнику христианского мира от турок.

Вена. Верхний Бельведер

Интерьеры залов Нижнего дворца, протянувшихся двумя анфиладами, буквально ошеломляют зрителя пышностью убранства, переливами цветного мрамора, мерцанием позолоты, белоснежной лепниной, золотистыми, красноватыми и голубыми тонами росписей. Мраморную галерею, отделанную красным мрамором и рельефами в технике стукко, сменяет Зеркальный кабинет, пространство которого кажется нереальным из-за обилия зеркальных отражений. Стены и потолок небольшого зала Гротесков покрыты причудливым тонким орнаментом.

От Нижнего дворца открывается великолепный вид на величественный, стоящий на вершине холма Верхний дворец. Между дворцами – регулярный сад с зелеными лужайками, подстриженными кустами, фонтанами, лестницами, бассейнами, декоративными вазами и статуями. Его создателем был французский садовник Клод Жирар, ученик знаменитого Андре Ленотра.

Если Нижний дворец, несмотря на всю свою роскошь, выглядит скорее парковым павильоном, то Верхний дворец сооружен поистине с королевским размахом. Средняя часть здания – трехэтажная, боковые крылья выстроены в два этажа. Статуи, рельефы, сложные обрамления окон, рустовка цоколя играют роль декора, но при этом архитектор точно соразмерил его пропорции: все пластические детали не слишком крупны, они подчинены архитектуре. Отсюда – бросающееся в глаза сдержанное изящество оформления дворца. Большой бассейн, расположенный перед центральным фасадом, отражает и умножает его красоту.

Один из основных архитектурных мотивов Верхнего дворца парадная лестница. Поднимающиеся по ней должны были проникнуться торжественностью момента, ощутить свое приближение к вершинам общественной иерархии. Лестничные марши украшены лепниной, своды поддерживают могучие фигуры атлантов. Лестница ведет на третий этаж, где открывается настоящее царство света и роскоши. Как и в Нижнем дворце, главное помещение здесь – Мраморный зал, стены которого украшают пилястры из красноватого мрамора с позолоченными капителями. В простенках, на потолке, над окнами помещены живописные картины, выдержанные в пышном барочном стиле. С балкона Мраморного зала открывается великолепный вид на Вену, который запечатлен на полотнах многих художников, начиная с XVIII в.

В отличие от Нижнего дворца интерьеры Верхнего Бельведера сохранились далеко не полностью. Однако и то, что уцелело, сохранило дух торжественного величия, характерный для этого дворцового ансамбля. Великолепен зал Фресок, стены и потолок которого покрыты росписями итальянских мастеров Фанти и Карлоне. В некоторых залах Верхнего Бельведера сохранились изящные рельефы, золоченые орнаменты, живопись известных итальянских художников Солимены, Джакомо дель По, Карлоне.

Дворец Бельведер служил летней резиденцией Евгения Савойского более десяти лет. В 1736 г. принц умер. Его наследница в 1752 г. продала дворец австрийской императорской семье. В 1776 г. в Верхнем Бельведере разместилась императорская картинная галерея, перевезенная сюда из дворца Штальбург. В 1781 г. галерея была открыта для публики. В Нижнем Бельведере жили члены имперского семейства вплоть до 1804 г., а во время наполеоновских войн сюда было перемещено художественное собрание замка Амбрас близ Инсбрука.

В 1897 г. Верхний Бельведер реконструировали по проекту архитектора Эмиля фон Фюрстера, и он стал резиденцией наследника австрийского трона, эрцгерцога Франца Фердинанда. Эрцгерцог жил во дворце с 1899 г., а его военная канцелярия находилась в Нижнем Бельведере. В бывшей оранжерее Нижнего Бельведера расположилась созданная в 1903 г. «Современная галерея», где выставлялись работы ведущих австрийских художников той поры. В 1909 г. директор галереи Фридрих Дорнхоффер расширил собрание, стремясь охватить все периоды австрийского искусства. Отныне она стала называться «Императорская и Королевская Австрийская государственная галерея».

После того как в 1914 г. эрцгерцог Франц Фердинанд был убит в Сараево, дворец пустовал несколько лет. В 1918 г., после крушения габсбургской монархии, его постройки были переданы в распоряжение нового музея – Австрийской галереи, созданного на базе прежнего собрания. Коллекции музея были реорганизованы, в их состав вошли произведения не только австрийского, но и мирового искусства. В 1923 г. в Нижнем Бельведере был открыт музей искусства эпохи барокко, а в 1924 г. в Верхнем Бельведере начала действовать галерея искусства XIX в.

После Второй мировой войны, во время которой ансамбль Бельведера подвергся разрушительным бомбардировкам, музей был вновь реорганизован. В оранжерее Нижнего Бельведера разместилось собрание готического искусства, коллекции Верхнего Бельведера пополнились произведениями мастеров национальной школы XX в., а работы европейских художников XIX–XX вв. были переданы в Новую Галерею в Штальбурге, где оставались до 1986 г., а затем снова возвращены в Бельведер. Таким образом, весь архитектурный ансамбль Бельведера ныне сам по себе является музеем и одновременно служит помещением для музеев. Его художественные коллекции охватывают период от позднего средневековья до XXI в.

В Верхнем Бельведере сегодня выставлены произведения австрийских и европейских художников XIX–XX вв. Экспозиция первого этажа охватывает период 1870–1900 гг. Здесь представлены все ведущие стили той поры: историзм, реализм, символизм, импрессионизм. Интересны полотна группы австрийских художников, известных как «воздушные импрессионисты» – Эмиля Якоба Шиндлера, Карла Шуха и Тины Блау. Их работы можно сравнить с картинами французских «барбизонцев» – Жана-Франсуа Милле, Шарля-Франсуа Добиньи и Камилла Коро. В отличие от этих спокойных, «воздушных» работ, купающихся в свете, картины Ганса Макарта (1840–1884) – «короля» австрийских живописцев второй половины XIX в., и близкого ему по духу немецкого художника Ансельма Фейербаха вдохновлены античностью и древней мифологией. Течение символизма выразительно представлено работами Макса Клингера (1857–1920). С шедеврами французского импрессионизма можно познакомиться в Мраморном зале Верхнего Бельведера, где экспонируются произведения Клода Моне, Огюста Ренуара, Эдуарда Мане. Восточное крыло первого этажа отведено под выставку работ Ван Гога.

На втором этаже Верхнего Бельведера – творчество мастеров 1800–1860 гг. Здесь представители неоклассицизма: Ангелика Кауфманн, Фридрих Хайнрих Фюгер и Франсуа Паскаль Симон Жерар. Работы Людвига Фердинанда Шнорра фон Каролсфельда, Каспара Давида Фридриха и Йозефа Антона Коха наглядно характеризуют зарождение и развитие романтизма в немецкой и австрийской живописи первой половины XIX в. Искусство бидермейера (ок. 1820–1860 гг.) представлено многочисленными портретами, пейзажами и жанровыми сценками, авторами которых являются Фридрих фон Амерлинг, Йозеф Данхаузер, Рудольф фон Альт и Фердинанд Георг Вальдмюллер. Галерея Бельведер обладает самым большим в мире собранием картин венского бидермейера.

Г. Климт. Поцелуй. 1908 г.

Венское искусство начала XX в. хорошо представлено на постоянной выставке «Вена 1900-х гг. и искусство классического модерна». Здесь практически безраздельно царят два выдающихся мастера модерна: Густав Климт и Эгон Шиле. Среди выставленных работ – две всемирно известные картины Климта «Юдифь» и «Поцелуй». Многоцветный, разбитый на сотни маленьких цветных панелей причудливый орнамент в полотнах Климта сочетается со стилизованными, но увиденными во всей их привлекательности или неприглядности фигурами людей. В живописи Эгона Шиле развившийся в австрийском искусстве экспрессионизм сочетался с манерами стиля модерн. Его живопись и графика отмечены нервными цветовыми контрастами, отточенным рисунком. Шиле даже иногда считают одним из крупнейших представителей экспрессионизма, хотя он никогда не принадлежал к этому течению.

Нижний дворец был обращен в музей еще в 1808 г. В 1834 г. сюда были перемещены императорский нумизматический кабинет и собрание древностей. В 1923 г. в Нижнем Бельведере открылся Музей барокко, где представлены австрийская живопись и скульптура XVII–XVIII вв. Здесь особенно много работ живописца Франца Антона Маульберча, придворного скульптора Георга Доннера, а также другого крупнейшего австрийского скульптора XVIII в. – Франца Ксавера Мессершмидта. В Мраморной галерее стоят его монументальные и чрезвычайно тонко проработанные портретные статуи императрицы Марии-Терезии и ее супруга, выполненные из свинцового сплава. Хранятся в Бельведере и прославившие мастера «характерные головы» – забавные своеобразные гротескно-типажные этюды. В Зеркальном кабинете можно видеть двухметровую мраморную группу «Апофеоз принца Евгения Савойского», характерную для барокко аллегорию с нагромождением фигур; сам принц показан в сильном, несколько манерном движении. Он немолод, на его обрюзгшем крупном лице, прикрытых тяжелыми веками глазах лежит оттенок отрешенной усталости.

В собрании музея представлены и произведения других мастеров эпохи барокко – Мартино Альтомонте, Павле Трогера, Мартина Иоханна Шмидта. И хотя выставленная здесь живопись отражает в основном религиозную и мифологическую тематику, среди полотен немало портретов государственных деятелей кисти Мартина ван Мейтенса, Яна Купецки и Кристиана Сейболда, картина «Наполеон на перевале Сен-Бернар», выполненная Жаком-Людовиком Давидом в стиле неоклассицизма, а также пейзажи, пасторали и жанровые сценки, дающие наглядное представление о живописи Австрии, Южной Германии и Богемии в эпоху расцвета барокко.

В значительной степени перестроенном здании оранжереи рядом с Нижним Бельведером с 1929 по 1938 г. размещалась экспозиция Современной галереи, а ныне располагается Музей средневекового австрийского искусства, где хранятся памятники XII–XV вв. – скульптура и живопись как безымянных, так и известных мастеров. Основная часть экспозиции посвящена периоду поздней готики. Среди представленных здесь творений – работы тирольского мастера Микаэля Пахера и уроженца Зальцбурга Конрада Лайба, а также мастера из Пассау Руланда Фрюауфа (все – второй половины XV в.); части большого алтаря – шедевр Руланда Фрюауфа.

Венский Бельведер – один из самых известных музеев мира. Его выдающаяся роль в художественной жизни австрийской столицы вполне соответствует его ценности для истории искусства. Бельведеру довелось стать местом и важного исторического события: здесь 15 мая 1955 г. был подписан Государственный договор, положивший начало новому этапу развития Австрии.

Музей Лихтенштейнов

Музей Лихтенштейнов иногда называют самым молодым художественным музеем Вены, хотя на самом деле его история (если брать за точку отсчета 1807 г., когда музей впервые открылся для публичного обозрения) насчитывает около двухсот лет. После более чем полувекового перерыва 28 марта 2004 г. музей вновь распахнул свои двери, открыв для широкой публики сокровища одного из крупнейших и самых старых частных собраний в мире.

Коллекция княжеского семейства Лихтенштейн – ныне суверенных правителей одноименного княжества, одного из самых маленьких государств Европы – начала складываться еще в XVI в. В ту пору в аристократической среде вошло в моду коллекционирование и меценатство, и княжеский дом Лихтенштейнов – одна из самых древних фамилий Европы, история которой восходит к XII в. – не мог остаться в стороне от этого увлечения. Основы фамильной коллекции заложил князь Карл I Лихтенштейн (1569–1627). Назначенный императором Рудольфом II наместником Богемии, он заказал скульптору Адриану де Фризу (1545–1626) две бронзовые скульптуры в натуральную величину: «Христос в темнице» и «Святой Себастьян». Княжеское собрание было значительно расширено сыном Карла I, Карлом Эусебиушем (1611–1684). Его имя связано также с постройкой многочисленных замков и дворцов в Моравии, Нижней Австрии и Вене. Страсть к строительству и меценатству князь сумел привить своему сыну и наследнику Иоганну Адаму Андреасу, с детства внушая ему, что деньги должны использоваться только для того, чтобы оставить после себя «прекрасные и вечные памятники». В дальнейшем князь Иоганн Адам Андреас (1657–1712) существенно пополнил семейную коллекцию, купив ряд полотен Питера Пауля Рубенса (включая цикл «Деций Мус»), Антониса ван Дейка и других фламандских мастеров эпохи барокко. Князь Йозеф Венцель (1696–1772), будучи послом Австрийской империи в Париже, привез из Франции большое собрание работ французских живописцев. Он также заказал известному венецианскому мастеру Бернардо Белотто два вида летнего дворца Лихтенштейнов в Росау; ныне здесь размещается Лихтенштейнский музей.

Построил этот дворец князь Иоганн Адам Андреас, следуя завету своего отца оставлять после себя только «прекрасные и вечные памятники». Первоначально он заказал проект знаменитому венскому мастеру эпохи барокко Иоганну Бернхарду Фишеру фон Эрлаху (1656–1723), однако затем изменил свое решение и обратился к итальянскому зодчему Доменико Эгидио Росси (1659–1715). После 1692 г. над постройкой дворца работал архитектор Доменико Мартинелли (1650–1718). Приняв концепцию Росси, он внес в проект множество изменений и дополнений. Результатом стало строгое, четкое по пропорциям и формам сооружение, напоминающее античные постройки времен Римской империи. В нижнем этаже его – поддерживаемая мощными колоннами сквозная галерея, соединяющая парадный фасад дворца с садовым.

Над украшением здания также работали в основном итальянские мастера. Князь мечтал, чтобы его дворец был внутри целиком расписан фресками, и настойчиво приглашал к себе одного из ведущих фрескистов той поры, Маркантонио Франческини (1648–1729), уроженца Болоньи, расписывавшего зал совета во Дворце дожей в Генуе (эта живопись погибла в 1722 г. во время пожара). Однако длительная переписка со знаменитым болонцем не принесла результата: Франческини соглашался изготовить эскизы для фресок, но не мог приехать в Вену, чтобы лично расписывать княжеский дворец. Впрочем, князю все же удалось уговорить мастера написать для дворца в Росау серию станковых полотен. А залы, комнаты и лестницы дворца расписывали австрийский художник Иоганн Михаэль Роттмайр (1654–1730) и знаменитый итальянец Андреа дель Поццо (1642–1709). Кисти последнего принадлежит монументальный плафон в зале Геркулеса (1704). Стукковое оформление интерьеров создано итальянским мастером Сантино Бусси (1664–1736); это – редкий для Вены образец барочного декора, почти без изменений сохранившегося до наших дней. Князь Иоганн Адам Андреас не пожалел сил и средств и на то, чтобы разбить вокруг дворца роскошный барочный сад, украшенный скульптурами Джованни Джулиани (1663–1774); наряду с парком дворца Бельведер Лихтенштейнские сады являют собой наиболее внушительный пример садово-паркового искусства первой половины XVIII в. в Вене.

Разросшееся художественное собрание Лихтенштейнов переехало в стены летнего дворца в Росау в 1807 г., а до этого оно располагалось в старом княжеском доме в Вене. Князь Иоганн I (1760–1836) пополнил его работами старых голландских и итальянских мастеров, а Алоиз II (1796–1858) коллекционировал работы современных живописцев, заложив основы для уникального собрания венского бидермейера. Внимание князя Иоганна II (1840–1929) было сосредоточено на работах мастеров XIV–XVI вв. Пользуясь советами известного немецкого историка искусства и музейного деятеля Вильгельма Боде (в 1896 г. опубликовавшего первую иллюстрированную монографию о собрании Лихтенштейнов), он приобретал шедевры ранней итальянской и голландской живописи.

Собрание Лихтенштейнов до 1938 г. оставалось одной из достопримечательностей австрийской столицы, играя заметную роль в художественной жизни Вены. Однако гитлеровская оккупация Австрии заставила княжеское семейство из предосторожности перенести фамильную коллекцию из Вены в Вадуц, столицу маленького нейтрального княжества Лихтенштейн. Без малого шестьдесят лет уникальное собрание хранилось в Музее искусств в Вадуце и лишь в 2004 г. вернулось в Вену.

Подготовка к открытию музея велась более трех лет. Лихтенштейнский дворец в Росау был полностью отреставрирован, восстановлены записанные поздней живописью в конце XIX в. великолепные фрески Иоганна Михаэля Роттмайра. На двух этажах на площади 2300 кв. м ныне располагаются драгоценные картины и скульптуры, отражающие все главные периоды художественной истории Европы, от раннего ренессанса до романтизма.

Сегодня собрание Лихтенштейнов включает в себя около 1500 картин, включая шедевры таких мастеров, как Лукас Кранах Старший, Рафаэль, Гвидо Рени, Питер Брейгель, Питер Пауль Рубенс, Антонис ван Дейк, Франс Хальс, Рембрандт; скульпторы Адриана де Фриза и Антонио Кановы. Помимо картин и скульптур в собрании – эмали, изделия из слоновой кости, оружие, фарфор, гобелены и мебель. Огромный – около 600 кв. м – зал Геркулеса украшает великолепная фреска работы Андреа дель Поццо, изображающая Олимпийских богов. В просторном Sala Terrena (итальянская лоджия с росписью и лепниной) посетители могут увидеть великолепную, прекрасно сохранившуюся карету, принадлежавшую императорскому послу в Париже князю Йозефу Венцелю фон Лихтенштейну.

Экспозиция музея во многом уникальна. Например, только здесь и нигде более в Вене можно познакомиться с итальянской живописью эпохи кватроченто; в числе представленных здесь мастеров – сиенец Наддо Сескарелли, Джованни Баронцио, работавший преимущественно в Римини, флорентийские живописцы Лоренцо Монако, Пьеро ди Козимо, Андреа дель Сарто. Триптих «Поклонение волхвов, Распятие и Семь святых» (ок. 1345 г.) долгое время приписывался великому Джотто (1267–1337), однако ныне установлено, что его автором является Джованни Баронцио. В Римини, где работал этот художник, стиль Джотто существенно повлиял на местную школу живописи. На основе единственной подписанной и датированной работы Баронцио, хранящейся в галерее Урбино, триптих датирован приблизительно 1345 г. Андреа Мантенья вошел в историю мирового искусства как живописец, однако в собрании Лихтенштейнов он представлен прежде всего как скульптор: здесь хранится небольшая (35 см) бронзовая статуэтка «Святой Себастьян», созданная, как это недавно установлено, Андреа Мантеньей, возможно, по заказу двора герцогов Гонзага в Мантуе. Другим скульптурным шедевром является «Святой Иоанн Креститель» работы Якопо Сансовино (ок. 1540–1550).

Собрание Лихтенштейнов изобилует превосходными образцами портретной живописи XV–XVII вв. В этой секции представлены работы Рафаэля, Франческо Сальвиати, Бартелеми д’Эйка, Лукаса Кранаха Старшего, Антониса ван Дейка, Франса Хальса. «Потртет саксонского принца-электора Фридриха III Мудрого» кисти Кранаха (1532) является одной из жемчужин этого собрания. Он является частью триптиха, который помимо образа Фридриха III Мудрого включал в себя портрет его брата Иоганна и патрона Лукаса Кранаха – саксонского принца-электора Фридриха Великодушного. Художник изобразил принца как мецената, покровителя художников и ученых (он был фактическим основателем университета в Виттенберге). Здесь нет никаких внешних отличительных признаков власти – ни короны, ни скипетра, ни прочих атрибутов. Властна сама горделивая фигура Фридриха, особенно его лицо, которое художник постарался выписать с почти скульптурной тщательностью. В такой же манере выписаны тонкие руки принца. Зато все остальные части фигура изображены почти силуэтно – этим приемом мастер постарался максимально передать индивидуальность портретируемого.

В числе работ Антониса ван Дейка в собрании Лихтенштейнов хранится «Святой Иероним» (ок. 1615–1616). Эта картина – самая ранняя большая работа художника, где использован религиозный сюжет. Молодой еще в ту пору живописец изобразил Иеронима – автора перевода Библии на латинский язык – одновременно и как святого отшельника, удалившегося в пустыню, и как ученого, занятого своим важным делом на лоне природы, безмятежность которой подчеркивается спящим у ног Иеронима львом.

Картина Рембрандта «Купидон с мыльным пузырем» (1634) в аллегорической форме передает размышления художника о бренности и быстротечности всего сущего. Развалившийся на кровати, покрытой красной тканью, шаловливый Купидон беспечно пускает мыльные пузыри; эти пузыри, увы, эфемерны и недолговечны, как и любовь (Купидон – бог любви), как и вся человеческая жизнь… Это полотно – типичная ранняя работа Рембрандта.

Собрание Лихтенштейнов располагает одной из самой обширных в мире коллекций полотен Рубенса – 33 работы, собиравшиеся на протяжении трех веков и охватывающие все периоды творчества этого мастера. Центром этого весьма репрезентативного собрания является цикл «Деций Мус» (1616–1617), повествующий о подвигах и героической смерти легендарного римского консула Деция Муса, покрывшего себя славой в войне между римлянами и самнитами в 340 г. до н. э. В эпоху античности история Деция Муса была популярным и часто приводившимся различными авторами exemplum virtutis – примером исключительной добродетели. Один из отцов христианской церкви, св. Августин, также приводил пример Деция Муса в качестве образца поведения христиан в обществе. Опираясь на это положение, Рубенс в своих полотнах попытался провести параллель между самопожертвованием римского консула и мученичеством святых.

П. П. Рубенс. Венера у зеркала. Ок. 1615 г.

Рубенс создал этот цикл из шести картин, написанных маслом на картоне («Жертвоприношение и гадание», «Деций Мус готовится к смерти», «Деций Мус обращается к легионерам», «Победа и смерть Деция Муса в бою», «Похороны Деция Муса», «Трофей») по заказу брюссельских производителей гобеленов Яна Раеса и Франса Свеертса; предполагалось, что они будут перенесены на гобелены. В 1693 г. картины приобрел князь Иоганн Адам Андреасо фон Лихтенштейн в Антверпене; они демонстрировались в галерее городского дворца Лихтенштейнов в Вене, с 1807 по 1938 г. были выставлены в Лихтенштейнском дворце в Росау, ныне возвращены на прежнее место.

К числу ранних произведений Рубенса принадлежит «Портрет Клары Серены Рубенс» (ок. 1616 г.), на которой изображена пятилетняя дочь художника; это один из наиболее трогательных детских портретов в истории европейского искусства. Обезоруживающая прямота, с которой ребенок смотрит на зрителя, совершенно нетипична для портретной живописи той поры; она, несомненно, выражает близкие, доверительные отношения между отцом и дочерью. Портрет, вероятно, предназначался для семьи, но не для продажи.

Два сына художника – Альберт и Николаус – запечатлены на двойном «Портрете Альберта и Николауса Рубенсов» (ок. 1626–1627). Как и дочь Клара Серена, это были дети от первого брака Рубенса с Изабеллой Брант. На момент создания портрета мальчикам было тринадцать и девять лет соответственно. Николаус (1618–1655), младший, выглядит очень непосредственно. Он совершенно игнорирует зрителей и, кажется, озабочен только игрой со своим щеглом, которого он привязал к ленте, – популярная детская забава в то время. В отличие от своего младшего брата Альберт (1614–1657) выглядит серьезным, почти взрослым. Известно, что отец с детства прививал ему любовь к чтению и дал мальчику классическое образование. Свою первую поэму на латинском языке Альберт Рубенс написал в возрасте тринадцати лет; книга в его руке ясно указывает на академический склад ума юноши (в конечном счете Альберт Рубенс стал одним из наиболее уважаемых и авторитетных ученых в области греко-римской античности).

«Пейзаж с доярками и коровами» (1616) считается одним из самых первых пейзажных полотен в творчестве Рубенса. Он принадлежит к группе картин, первоначально украшавших дом художника в Антверпене, и оставались они в его владении вплоть до конца жизни. Рубенс писал пейзажи, как правило, по собственной инициативе, свободный от ограничений, накладываемых заказчиками. В картине «Пейзаж с доярками и коровами» художник, по-видимому, оживил образцы итальянской пейзажной живописи.

Коллекция Музея Лихтенштейнов не очень велика – около 3 тыс. экспонатов, однако ее качеству могут позавидовать крупнейшие музеи мира. К этому стоит добавить библиотеку, насчитывающую около 10 тыс. томов; она располагается на первом этаже дворца (сегодня в ней также устраиваются выставки графики). Поскольку в постоянной экспозиции музея выставлена лишь одна седьмая часть собрания Лихтенштейнов, в залах дворца периодически устраиваются временные тематические выставки, посвященные искусству отдельных периодов.

Музейный квартал Вены

Расположенный в центре Вены Музейный квартал входит в десятку крупнейших культурных комплексов мира наряду в Вашингтонским Моллом и берлинским Островом музеев. Здесь на площади в 60 тыс. кв. м разместилось более двадцати крупных, средних и совсем небольших культурных учреждений, в числе которых – Музей Леопольда, Музей современного искусства Фонда Людвига, галерея «Кунстхалле», Детский музей, Хореографический центр «Танцевальный квартал» и т. п. Музейный квартал стал одним из главных центров современного австрийского искусства и одновременно – любимым местом отдыха горожан и гостей Вены. Ежегодно квартал принимает более миллиона посетителей.

В архитектурном облике Музейного квартала удачно объединились старое и новое, исторические и современные постройки. Основой для него послужил ансамбль старых императорских конюшен, построенный в 1713–1723 гг. по проекту Иоганна Бернгарда Фишера фон Эрлаха. С 1921 г. это здание, получившее название «Ярмарочного дворца», использовалось для проведения ярмарок и выставок. Еще в 1980 г. родилась идея создания на его базе крупного культурного центра, однако в реальности к реконструкции бывших дворцовых конюшен приступили только в апреле 1998 г. Тремя годами позже Музейный квартал был открыт (в два этапа – в июне и сентябре 2001 г.). Общая стоимость строительных работ составила два миллиарда евро.

Музей Леопольда

Одной из главных достопримечательностей квартала стал Музей Леопольда – крупнейшее в мире собрание произведений австрийского искусства XIX–XX вв. В его основу легла коллекция Рудольфа и Элизабет Леопольдов, собиравшаяся на протяжении пяти десятилетий. В августе 1994 г. эта коллекция была передана в распоряжение частного Фонда Леопольда, созданного при участии австрийского правительства и Национального банка Австрии. С этого времени фонд организовывал в Австрии и за границей многочисленные выставки, а с открытием Музея Леопольда в Музейном квартале в 2001 г. выдающееся собрание шедевров современного австрийского искусства, включая самую большую в мире коллекцию работ Эгона Шиле, впервые стало в полной мере доступным всеобщему обозрению.

В выстроенном на участке старых императорских конюшен четырехэтажном здании музея – оно выглядит как белый куб, облицованный ракушечником, – разместилось более 5 тыс. произведений выдающихся австрийских мастеров, внесших огромный вклад в европейское искусство рубежа XIX–XX вв.: Густава Климта, Эгона Шиле, Оскара Кокошки, Рихарда Герстля, Альбина Эггер-Линца, Фердинанда Георга Вальдмюллера, Фридриха Гауэрманна, Августа фон Петтенкофена, Антона Ромако, Карла Шуха, Герберта Бёкля, Альфреда Кубина, Эмиля Якоба Шиндлера и многих других. Их картины, рисунки и графические работы охватывают временной период в два века и отражают все художественные направления той поры.

Представителями бидермейера и «старой венской» школы выступают Фридрих Гауэрманн, Иоганн Баптист Райтер и конечно же Фердинанд Георг Вальдмюллер (1793–1865) – крупнейший австрийский живописец первой половины XIX в., профессор Венской Академии художеств. Для его манеры письма характерна почти фотографическая точность в передаче натуры. Представленные здесь пейзажи, портреты, простоватые жанровые сценки, сцены охоты наглядно характеризуют австрийское искусство той поры, когда Вена являлась одним из крупнейших художественных центров Европы. Историческая школа представлена работами Ганса Канона (1829–1885) и Ганса Макарта (1840–1884), на короткое время завоевавшего славу едва ли не самого популярного венского художника. Пейзажи Иоганна Баптиста Райтера, Тины Блау, Ольги Визингер-Флориан представляют собой австрийский вариант импрессионизма. Манерно-экспрессивная живопись Антона Ромако (1832–1889) – портреты, пейзажи, мифологические сюжеты – предвещает появление «венского модерна», представители которого выступали за отказ от консервативных академических традиций. В живописи лидером этого движения был Густав Климт (1862–1918), основавший в 1897 г. объединение художников «Сецессион», членами которого стали, в частности, Карл Молл, Фердинанд Андри, Леопольд Блауэнштайнер. Выйдя в 1906 г. из «Сецессиона», Климт основал Союз австрийских художников, поддерживая молодых художников-новаторов Эгона Шиле и Оскара Кокошку. Творчество Климта, Шиле и Кокошки стало главным вкладом Австрии в мировое искусство.

Более 220 работ Эгона Шиле составляют ядро коллекции Музея Леопольда. Всемирная слава пришла к этому художнику уже спустя 80 лет после его смерти и благодаря неутомимым трудам основателя музея, профессора Рудольфа Леопольда. Он увлекся живописью Шиле в начале 1950-х гг., когда в среде искусствоведов этот художник считался в лучшем случае «талантом местного значения», в худшем – «вырожденцем». В 1955 г. Леопольд отобрал несколько лучших, с его точки зрения, работ Шиле для выставки искусства австрийского модерна в музее Стеделийк в Амстердаме. Эта выставка имела оглушительный успех. Ранее почти неизвестный за пределами Австрии Шиле стремительно попал в первый ранг европейских художников XX в. Следующим шагом стала организованная Леопольдом выставка работ Шиле в США, после которой нью-йоркский Музей современного искусства приобрел несколько акварелей австрийского художника. Потом были выставки в Инсбруке, Лондоне, Вене, Мюнхене, снова в Нью-Йорке… С 1968 по 1971 г. Леопольд работал над большой монографией о творчестве Эгона Шиле – эта книга стала базой для всех последующих исследователей.

Искусство арт нуво в Австрии на рубеже XIX–XX вв. не ограничивалось рамками «Сецессиона», а принимало различные формы. Собрание Музея Леопольда знакомит посетителей с творчеством мастеров важнейших художественных течений той поры: «Кунстлерхауса», наиболее ярким представителем которого был Альбин Эггер-Линц (1868–1926), уроженец Тироля, автор монументальных полотен на исторические темы; «Веркштетте», представленного работами Коломана Мозера и Йозефа Хофманна; «Хагенбунда», в русле которого развивалось творчество архитектора и художника Оскара Ласке (1874–1951). Несколько в стороне от этих направлений находится фигура Рихарда Герстля (1883–1908), одного из ведущих представителей австрийского экспрессионизма. Живопись экспрессионистов представлена в Музее Леопольда и работами таких мастеров, как Герберт Бёкль, Эрнст Людвиг Кирхнер, Ганс Бюдер, Макс Оппенгемер, Антон Файстауэр, Альфред Кубин, Франц Вигеле и др. Кроме того, здесь экспонируются изделия прикладного искусства и оригинальная мебель в стиле «югендстиль» и «венских мастерских». Отдельную часть экспозиции составляет коллекция этнографических материалов из Африки, Океании и Дальнего Востока.

Противоположностью белоснежному кубу Музея Леопольда выглядит сложенное из темно-серого, почти черного базальта, увенчанное куполом здание Музея современного искусства Фонда Людвига (сокращенно МУМОК, от немецкого «Museum Moderner Kunst»). В его стенах размещается одно из крупнейших европейских собраний современного искусства, в котором представлены все авангардные стили XX в. – поп-арт, фотореализм, неореализм и другие революционные направления. Кроме того, здесь можно ознакомиться со сменяющими друг друга выставки современных художников.

История музея насчитывает уже около полувека. Он был открыт 20 сентября 1962 г., первоначально носил название Музей искусства XX в. и располагался в Швейцергартене («Швейцарском саду», между Арсеналом и дворцом Бельведер). Организаторам музея удалось получить для него здание павильона Австрии на Всемирной выставке 1958 г. в Брюсселе (архитектор Шванцер); для музейных нужд его пришлось несколько переделать.

С годами коллекции музея расширились, в частности за счет приобретения крупной коллекции кёльнского собирателя Вольфганга Ханна (так называемое собрание Ханна). В 1979 г. из-за недостатка места его перевели во дворец Лихтенштейнов в Альзергрунде. Несколько ранее началось сотрудничество музея с супругами Петером и Иреной Людвиг из Аахена (Германия), страстными коллекционерами современного искусства. В 1981 г., после долгих переговоров, был основан Фонд Людвига, под эгидой которого были объединены коллекция музея и частная коллекция Людвигов. В 1991 г. музей получил свое современное название – Музей современного искусства Фонда Людвига, а в сентябре 2001 г. его собрание переехало в новое здание, построенное в Музейном квартале, в историческом центре Вены.

Коллекция МУМОК насчитывает более 9000 работ: картины, рисунки, скульптуры, инсталляции, графика, отражающие историю современного искусства от классического модерна до современности, а также фотографии, архитектурные модели и мебель первой половины XX в. В числе представленных здесь авторов – Пабло Пикассо, Василий Кандинский, Рене Магритт, Рой Лихтенстайн, Жоан Миро. В постоянно действующей экспозиции выставлено лишь около 400 работ. Коллекция произведений эпохи классического модерна не очень обширна (что обусловлено в первую очередь поздней датой создания музея), но искусство второй половины XX в. представлено очень полно.

Искусство поп-арта представлено работами Энди Уорхола, Роберта Раушенберга, Джаспера Джонса; неореализм – произведениями Дэниела Сперри, Йоко Оно, Георга Брехта, Марселя Дюшана. Венский акционизм – наиболее существенный вклад австрийского искусства в развитие международного авангарда, представляют Гюнтер Брус, Отто Мюль, Герман Нитш и Рудольф Шварцкоглер.

В Музейном квартале расположена и галерея «Кунстхалле» – выставочный зал, принадлежащий муниципалитету Вены, где регулярно устраиваются выставки современного искусства. В других выставочных залах размещаются, в частности, хореографический центр «Танцевальный квартал», Музей табака, Центр архитектуры и Детский музей. Реконструированный «Флигель Фишера фон Эрлаха» облюбовали художники и творческие группы самых различных направлений в искусстве.

Венский музей естественной истории

«Храмом естествознания» называют расположенный в центре австрийской столице Венский музей естественной истории. Его здание – «брат-близнец» венского Музея истории искусства – действительно выглядит подобно большому храму с 60-метровым куполом, увенчанным статуей античного бога солнца Гелиоса, и изваяниями известных ученых-естествоиспытателей, установленными на балюстраде кровли. Этот музей – не только один из крупнейших естественнонаучных музеев мира (число его экспонатов достигает 20 миллионов). Благодаря почтенному возрасту, изысканной архитектуре, богатому декоративному оформлению, обилию старинной мебели в залах и уникальности коллекций – многим экспонатам уже 250 лет – его можно считать настоящим «музеем музеев». Многие научные дисциплины зародились и развивались одновременно с этим патриархом музейного дела, а некоторые ныне вымершие виды животных (например, Стеллерова корова и тасманийский волк) и птиц еще благополучно здравствовали в те времена, когда венский музей еще делал только свои первые шаги; ныне их чучела можно увидеть лишь здесь и нигде более.

Основы музея заложил Франц I Стефан, герцог Лотарингский и император Священной Римской империи (1708–1765), супруг австрийской императрицы Марии-Терезии. Страстный любитель всяческих редкостей, он около 1750 г. купил у флорентийского ученого Иоганна Байлу (1679–1758) самую обширную и самую известную по тем временам естественнонаучную коллекцию – 30 тыс. всевозможных объектов. В нее входили: редкие окаменелости, моллюски, раковины, кораллы, минералы и драгоценные камни. В отличие от многих других кунсткамер и «кабинетов редкостей» того времени эта коллекция была собрана и систематизирована уже по вполне научным критериям.

Император очень любил свою коллекцию и не жалел никаких средств на то, чтобы расширить ее. Известно, например, что за один только экземпляр редкой раковины он заплатил астрономическую по тем временам сумму в 4 тыс. гульденов, что соответствовало размеру годового жалованья государственного чиновника высшего ранга. Франц Стефан организовал также одну из первых научных морских экспедиций. По его поручению известный натуралист Николаус Йозеф Жакен (1727–1817) в 1755 г. совершил плавание в Карибское море, к Антильским островам, побережьям Венесуэлы и Колумбии. Из этой поездки он привез множество экземпляров живых животных и растений для императорского зверинца и ботанического сада, а также 67 ящиков с естественнонаучными материалами.

После смерти Франца Стефана императрица Мария-Терезия открыла коллекцию покойного императора для публичного осмотра – так было положено начало Венскому музею естественной истории. Самой Марии-Терезии страсть к собирательству была чужда, однако она прекрасно понимала практическое значение естественных наук для процветания государства. Так, она придавала большое значение минералогии, видя в ней источник развития горнодобывающей промышленности. По приглашению императрицы в Вену приехал известный минералог Игнац фон Борн, создавший новые методы разработки месторождений благородных металлов. Императрица поручила ему также заняться упорядочиванием и расширением коллекций музея. Под руководством Игнаца фон Борна музей приобрел характер научного учреждения, ориентированного не только на собирание и изучение естественнонаучных коллекций, но и на исследования, имеющие прикладной характер.

Основой для современного собрания насекомых Венского музея естественной истории послужила коллекция Йозефа Наттерера (отца известного зоолога Иоганна Наттерера), приобретенная в 1793 г. австрийским императором Францем I. В 1806 г. музей приобрел также собрание насекомых Европы, принадлежавшее ученому-натуралисту Иоганну Карлу Мергеле.

Венский музей естественной истории

В 1817 г. император Франц отправил научную экспедицию в Бразилию, бывшую в ту пору португальской колонией. В состав экспедиции входил ученый-натуралист Иоганн Наттерер, которому предстояло провести в Южной Америке целых 18 лет. За это время он собрал и отправил в Вену огромные количества новых экспонатов для музея: чучела и скелеты экзотических животных, гербарии, коллекции минералов. В помещениях королевского дворца вскоре уже не хватало места для столь многочисленного пополнения, и коллекцию Наттерера решили разместить в отдельном здании, получившем название Бразильского музея.

Еще одним успешным научным предприятием, существенно пополнившим коллекции Венского музея естественной истории, стало кругосветное плавание фрегата «Новара» (1857–1859). Его инициатором выступил эрцгерцог Фердинанд Максимилиан, командующий австрийским военно-морским флотом, предоставивший только что построенный фрегат в распоряжение Академии наук и Географического общества. Эрцгерцог сам горел желанием принять участие в экспедиции, однако этому помешала болезнь. Не удалось заполучить на борт «Новары» и ведущих натуралистов той поры, например Александра фон Гумбольдта, но, тем не менее, в плавание на фрегате ушли многие известные ученые: геолог Фердинанд фон Хохштеттер (позднее ставший первым директором Венского музея естественной истории), этнограф Карл фон Шерцер, зоолог Георг фон Фрауэнфельд. В течение двух лет экспедиция исследовала ряд островов в Индийском океане, затем, миновав Зондские острова, подошла к берегам Китая, отсюда – к западному побережью Австралии, а потом, обогнув мыс Горн, вернулась на родину, пройдя в общей сложности 10 600 морских миль. Собранные коллекции минералов, животных, растений и предметов этнографии были огромны. Не могло быть и речи об их размещении в старых дворцовых кабинетах, так что на повестку дня встал вопрос о сооружении отдельного здания для музея.

Последним крупным исследовательским предприятием, совершенным австрийскими исследователями, стала полярная экспедиция на корабле «Тегетгоф» под руководством Юлиуса фон Пайера и Карла Вейпрехта (1872–1874). Отправившееся в высокие широты судно вмерзло в лед и с 21 августа 1872 г. по 27 февраля 1873 г. находилось в дрейфе. 30 августа 1873 г. участники экспедиции открыли ранее неизвестный архипелаг, названный ими Землей Франца-Иосифа, в честь тогдашнего австрийского императора. Так как стиснутый льдом корабль вот-вот мог пойти на дно, путешественники были вынуждены покинуть его. 20 мая 1874 г. они начали свой долгий 2,5-месячный путь на юг. Несмотря на все трудности сложного путешествия, ученые наряду с журналами наблюдений и путевыми записками сумели благополучно доставить в Вену и часть собранных естественнонаучных коллекций.

Между тем еще в 1871 г. архитекторы Готфрид Земпер и Карл фон Хазенауэр приступили к строительству в Вене на Рингштрассе обширного ансамбля из двух музеев, которые были призваны украсить австрийскую столицу и дать приют двум значительно разросшимся императорским коллекциям: художественной и естественнонаучной. Торжественное открытие Венского музея естественной истории состоялось 10 августа 1889 г. в присутствии императора Франца-Иосифа I. В 39 залах музея на площади 8700 кв. м разместились уникальные минералогические, зоологические, ботанические, палеонтологические и этнографические коллекции. В числе выставленных здесь экспонатов – гигантский дымчатый топаз весом 117 кг; золотые и серебряные самородки из Перу, колумбийские изумруды; 25-метровый, прекрасно сохранившийся скелет диплодока – вымершего миллионы лет назад динозавра, самого большого обитателя суши, когда-либо жившего на нашей планете; знаменитая на весь мир «Венера Виллендорфская», 11-сантиметровая статуэтка, изготовленная палеолитическим человеком 25 тыс. лет назад; фантастический букет из 2102 алмазов и 761 драгоценного камня, вставленный в вазу, выточенную из цельного кристалла горного хрусталя, – подарок, преподнесенный императрицей Марией-Терезией своему мужу. Коллекция метеоритов, хранящаяся в Венском музее естественной истории, считается самой большой в мире (более 1500 экспонатов). Еще один любопытный объект – механический планетарий, построенный в XVIII в. механиком Иоганном Георгом Нестфеллем. Уникальность музейного собрания эффектно подчеркивается художественным декором фасада и внутренних помещений, символизирующим историю освоения человеком окружающего мира, а также сотней картин, написанных маслом известными художниками второй половины XIX в.; на них горные разработки, исторические ландшафты и пейзажи далеких стран.

Экспозиция первого этажа посвящена разнообразию животного мира – от насекомых до высокоразвитых млекопитающих. Многие из выставленных здесь чучел представляют не только познавательную, но и историческую ценность: их возраст составляет более 200 лет и они служат своеобразным памятником искусству таксидермистов XVIII в. Кроме того, многие животные в наши дни уже считаются вымершими или находятся на грани исчезновения. На втором этаже демонстрируются огромная коллекция минералов, образцов полезных ископаемых и окаменелостей, кости гигантских динозавров, а также произведения искусства доисторического человека.

Технический музей в Вене

Расположенный в венском районе Пенцинг Технический музей принадлежит к числу старейших научно-культурных учреждений австрийской столицы. Основу его собраний составила уникальная коллекция императорского-королевского Кабинета национальной фабричной продукции, созданного по инициативе императора Франца I еще в 1807 г. Цели создания этого кабинета были сугубо прагматические: предполагалось, что он будет способствовать развитию австрийских ремесел и промышленности и продвижению продукции национальных производителей на международные рынки. Со всех концов обширной империи Габсбургов в Кабинет присылались изделия самого разнообразного назначения – от предметов роскоши, порой изготовленных в единичных экземплярах, до образцов серийной продукции массового спроса. Таким образом в собрании Кабинета накопилась весьма внушительная коллекция изделий австро-венгерской промышленности начиная с первых лет XIX в. Напомним, что многонациональная империя Габсбурга являлась одной из самых крупных экономических областей Европы, так что эта коллекция по сути представляет собой картину всей европейской промышленности той поры.

Венский технический музей

В 1908 г. на основе разросшихся собраний Кабинета национальной фабричной продукции было принято решение организовать Технологический музей торговли и промышленности. Строительство специального здания для него началось в 1909 г., однако из-за событий Первой мировой войны открылся музей только в 1918 г. Ныне Технический музей в Вене является одной из достопримечательностей австрийской столицы. Здесь на площади 22 тыс. кв. м разместились экспозиции, посвященные истории науки, техники, промышленности, транспорта. Особый акцент сделан на проблемы энергетики и взаимодействия технических достижений с природой и стилем человеческой жизни, однако в целом это не специализированный музей – это музей техники вообще. Его экспозиция понятна и интересна всем – от специалиста до простого обывателя.

Наиболее любопытная часть музейного собрания – это коллекции бывшего императорского-королевского Кабинета национальной фабричной продукции, рисующие широкую и яркую картину европейской промышленности в XIX в. Вдохновленные вниманием императора к их проблемам, австрийские промышленники и изобретатели наперебой старались преподнести свою продукцию в наилучшем виде, порой создавая уникальные, даже фантастические вещи, очень оригинальные по замыслу, но, увы, бесполезные в практическом применении. Другие изобретения, наоборот, становились достоянием всего человечества. В любом случае для промышленности тех лет характерен исследовательский дух, безудерждное стремление к экспериментированию и поистине юношеская отвага, с какой молодые инженеры первой половины XIX в. брались решать такие сложнейшие задачи, которые еще ни разу не вставали перед человечеством. Каждое из представленных изделий имеет свою собственную историю, тесно связанную с социальными и экономическими переворотами того времени.

Музей еще только строился, под ним даже была сооружена показательная каменноугольная шахта. Шахтеры из каменноугольного бассейна Карвин, расположенного близ современной чешско-польской границы, воссоздали здесь типичный облик тогдашних каменноугольных разработок, с оборудованием начала XX в. В 1954 г. эта выставка-шахта была дополнена участком, характеризующим развитие горного дела в середине XX в. Наконец, в 1999 г. шахту снова расширили: здесь разместили машины и механизмы, демонстрирующие технологический уровень конца XX в. Таким образом, сегодня здесь представлена вся история горной промышленности на протяжении последних ста лет.

Всем известно, какую важную роль в жизни современного человека играет энергетика. Раздел «Энергия» рассказывает об истории использования человеком различных видов энергии. Экспозиция раздела выстроена в хронологическом порядке и включает в себя три секции. «Эра ремесел» охватывает период от первобытных времен до начала эпохи индустриализации. В этот продолжительный период человечество использовало лишь самые примитивные виды энергетических установок – всевозможные водяные колеса, ветряки и механизмы, приводимые в действие мускульной силой. Следующая секция посвящена «Эре электростанций» и охватывает период от начала промышленной революции до XX в. Источники энергии становятся разнообразней – пар, газ, электричество – однако производится она децентрализованным способом. Электростанции снабжают энергией лишь отдельные фабрики либо небольшие по размерам территории. Третья эпоха, «Эра сетей», наступает в XX в. Производство энергии становится централизованным. Разветвленные системы трубопроводов, линий электропередач и электрических кабелей поставляют энергию от места производства в любую точку планеты.

Отдельный раздел музея посвящен всевозможным двигателям: паровым, внутреннего сгорания, электрическим. Открывает экспозицию «отец всех двигателей» – паровой двигатель Джеймса Уатта (1736–1819). Запатентованный в 1769 г. и построенный в 1776 г., он впервые «добрался» до Австрии только спустя полвека – в 1825 г. Кульминацией эпохи паровых двигателей и одновременно завершением этой главы в истории промышленной революции стал горизонтальный паровой двигатель для автомобилей (в Австрии начал использоваться в 1908 г.). В числе наиболее выдающихся экспонатов – парный паровой двигатель, один из двух, сохранившихся во всем мире до наших дней, а также «готический» паровой двигатель Прика (1872), замечательный образец творчества венских инженеров XIX в. Здесь же можно видеть паровой двигатель с подогревом (1853) и горизонтальный паровой двигатель второй половины XIX в. Все эти механизмы находятся в рабочем состоянии и их запускают специально для посетителей каждое первое воскресенье месяца.

Раздел экспозиции, посвященный роли техники в повседневной жизни человека, вероятно, наиболее близок каждому посетителю музея. Выставленные здесь экспонаты представлены в контексте истории и текущих проблем человечества: каким образом то или иное изобретение, о котором мы порой даже не вспоминаем, повлияло на наш быт? А между тем еще совсем недавно холодильники, пылесосы, бытовые компьютеры, системы видеонаблюдения были просто неизвестны большинству населения земного шара…

Один из самых интересных разделов музея – секция музыкальных инструментов, одна из старейших в экспозиции. К моменту образования Кабинета национальной фабричной продукции в 1807 г. Австрия уже славилась своими производителями органов и фортепиано. Мало кто знает, что и аккордеон был изобретен в Вене в 1829 г. Изготовители музыкальных инструментов постоянно стремились улучшать свои изделия, порой следуя методу проб и ошибок. Эти эксперименты в конце концов привели к появлению в начале XX в. первых электронных инструментов.

Одним из самых первых клавишных инструментов стал клавесин, звук на котором извлекался не ударом, а щипком: клавиша приводила в движение упругие язычки, а они, в свою очередь, зацепляли струну. Около 1710 г. Бартоломео Кристофори, клавесинный мастер из Падуи, создал первый gravecembalo col piano e forte («клавесин с тихим и громким звуком»). В инструменте Кристофори звук извлекался деревянными молоточками с обшитыми упругим материалом головками. Теперь исполнитель мог играть тише или громче – piano или forte. Отсюда и пошло название нового инструмента – пианофорте, а позднее – фортепиано. Клавесин и фортепиано использовались параллельно на протяжении нескольких десятилетий, но к концу XVIII в. устаревший клавесин окончательно исчез со сцены и возродился только в XX в., когда возникла мода на клавесинную музыку.

Австрия всегда славилась своими мастерами органнного дела. Считается, что этот сложный и чрезвычайно многоплановый инструмент был изобретен греками в Александрии Египетской около 250 г. до н. э. Первоначально он использовался в развлекательных целях, например в цирковых представлениях. В Средние века в Центральной Европе орган начал использоваться в церковной службе. В конце XIX в. он приобрел еще одну роль – концертного инструмента, и огромные органы, изготовленные лучшими мастерами, стали устанавливаться в концертных залах. Гораздо раньше, в XVII в., были созданы маленькие органы с механизмами автоматического управления. Их устанавливали в музыкальных часах. Такие «часы с органом» отличаются поистине удивительным звуком и являются сегодня очень большой редкостью. Первые музыкальные автоматы также появились в XVII в., а около 1800 г. была изобретена новая разновидность музыкального автомата: музыкальная шкатулка.

Успехи в области радиовещания в начале XX в. вызвали к жизни ряд новых музыкальных инструментов, в первую очередь электронных – сегодня их можно рассматривать как далеких предков синтезатора и электронного органа. До 1930-х гг. многие австрийские и немецкие фирмы, особенно в Берлине, активно занимались созданием электронных инструментов; эти разработки были на время приостановлены из-за прихода к власти нацистов и начала Второй мировой войны. Только в 1950-х гг. идеи создателей электронных инструментов получили дальнейшее развитие.

На редкость богат раздел транспорта. Достаточно сказать, что «железнодорожная» часть экспозиции даже выделилась в отдельный Железнодорожный музей в Штрассхофе, раскинувшийся на площади 8,5 га, где демонстрируются многочисленные транспортные средства, средства связи и обеспечения. Здесь можно увидеть и самый старый австрийский паровоз KFNB «Licaon», построенный в 1851 г. и до сих пор находящийся в рабочем состоянии, и электрический локомотив OBB 1198.05 образца 1927 г., в просторечии именуемый «крокодилом».

Конная железная дорога между Линцем и Будейовицами, вступившая в строй 1 августа 1832 г., стала первой на европейском континенте железной дорогой общественного пользования. Первоначально ее цель состояла в том, чтобы улучшить транспортировку соли из Зальцкаммергута в Чехию. В 1836 г. линия была расширена от Линца до Гмюндена. В последующие годы дорога стала использоваться и для пассажирского сообщения, особенно на южном отрезке пути до Гмюндена. Несмотря на то что в 1837 г. начала функционировать первая в Австрии паровая железная дорога, конная железная дорога между Гмюнденом и Будейовицами продолжала действовать до 1855 г.

Чрезвычайно интересна хранящаяся в музее коллекция императорских салон-вагонов XIX – начала XX в. С пуском первой паровой железной дороги в 1837 г. австрийские промышленники справедливо рассудили, что члены правящего императорского дома и другие высокопоставленные лица не преминут воспользоваться этим новым видом транспорта. Различные железнодорожные компании немедленно стали разрабатывать различные модели комфортабельных вагонов, предназначенных для «придворных поездов» («хофцуге»). Первый императорский салон-вагон встал на рельсы в 1845 г. Особенно любила железнодорожные путешествия императрица Елизавета («Сисси»), в 1860–1870-е гг. объездившая всю Австро-Венгрию, и все же, как показала практика, удобства салон-вагонов оказались весьма относительными. Документы свидетельствуют, что императрица более всего жаловалась на холод и плохое отопление. По настоянию ее церемониймейстера, австрийские железнодорожные компании наконец смогли обеспечить императрицу набором салон-вагонов, воплотивших в себе самые последние технические достижения того времени.

В начале XX в. австрийские железные дороги начали электрифицировать. В 1903 г., после экспериментов с использованием однофазных и трехфазных систем электроснабжения, на вооружение была принята наиболее удачная система постоянного однофазного тока пониженной частоты с напряжением контактного провода 15 тыс. в и частотой 15 гц (спустя некоторое время она была увеличен до 16 2/3 гц). Узкоколейная железная дорога в долине Штубай, вступившая в строй в 1904 г., стала первой в Европе электрифицированной железной дорогой.

Отдельный раздел экспозиции Технического музея посвящен истории авиации. В Австрии одним из самых известных пионеров воздухоплавания был конструктор Иго Этрих (1879–1967), построивший в 1900–1901 гг. свой первый планер, однако при пробных запусках он потерпел неудачу. В 1903 г. Этрих познакомился с молодым инженером Францем Вельсом и благодаря сотрудничеству с ним создал в последующие годы множество удачных летательных аппаратов. Самой знаменитой моделью конструктора стал оригинальный по схеме самолет «Таубе», широко использовавшийся в Первую мировую войну.

Во многом уникальная экспозиция Технического музея в Вене принесла ему международную известность. В его стенах регулярно проводятся тематические выставки, посвященные различным техническим достижениям. В музейной медиатеке хранится огромный аудиовизуальный архив, где исследователи могут получить доступ к информации из сферы технологии, науки, политики, истории, повседневной жизни, литературы, музыки.

Бельгия

Королевский музей искусства и истории

Королевский музей искусства и истории в Брюсселе принадлежит к числу крупнейших музеев Бельгии и является ядром большого музейного комплекса, известного как Королевские музеи искусства и истории (в его состав входят также Королевский музей оружия (Музей Халских ворот), Японская башня и Китайский павильон). Основанный в 1835 г., он насчитывает сегодня в своих фондах около 650 тыс. экспонатов, проливающих свет на историю и культуру пяти континентов (за исключением Черной Африки), от доисторических времен до наших дней. Здесь представлена, в частности, крупнейшая в мире археологическая коллекция, рассказывающая о древней истории той части Европы, где ныне располагается Королевство Бельгия. Это собрание начало формироваться еще во второй половине XIX в., когда на территории Бельгии впервые стали проводиться серьезные археологические исследования. Экспонаты, выставленные в этой части музея, охватывают период в полмиллиона лет.

О быте палеолитических охотников рассказывают многочисленные каменные и костяные орудия труда. Около 5500 г. до н. э. в жизни древних обитателей северо-запада Европы происходит качественный скачок: человек становится оседлым и в основном занимается разведением крупного рогатого скота и земледелием. В этой части экспозиции можно увидеть миниатюрную модель деревни той поры, реконструированной на основе находок, сделанных учеными в Хаспенгоуве (Бельгия). К 2000 г. до н. э. на территории Бельгии появляются первые металлические изделия, а приблизительно с 750 г. до н. э. – железо как результат расширившихся торговых связей с другими областями Европы. По-видимому, эта торговля весьма обогатила местную племенную верхушку, так как с этого времени в погребениях знати начинают появляться многочисленные золотые украшения. Пик роскоши приходится на кельтскую эпоху, когда здешние земли населяли племена бельгов, родственные галлам. К числу истинных шедевров коллекции музея относится великолепная золотая оковка рога для питья (ок. 400 г. до н. э.).

В 57 г. до н. э. легионы Юлия Цезаря двинулись на покорение Галлии, и в жизни кельтских племен, населявших территорию нынешней Бельгии, наступила новая эпоха. Римские завоеватели быстро нашли общий язык с местной аристократией, которая уже более пятисот лет была связана с югом Европы благодаря торговому обмену с греческими городами-колониями на побережье Средиземноморья. В северной части Галлии была образована обширная римская провинция Бельгика, охватывавшая не только территорию современной Бельгии, но и север Франции, Люксембург и часть современной Германии. Сеть новых дорог связала между собой различные части страны, были основаны новые города. Период процветания этих земель под римским владычеством дал археологам богатейшие коллекции находок, ныне хранящихся в четырех залах Королевского музея искусства и истории, где представлены многочисленные изделия из металла, керамики и стекла, монеты, резные каменные саркофаги и надгробные памятники.

Брюссель. Королевский музей искусства и истории

В конце V в. на территорию римской Галлии вторглись франки, и к середине следующего в. полностью захватили ее. Предводитель франков Хлодвиг (481–511) вел свой род от легендарного Меровея, по имени которого династия франкских королей именовалась Меровингами, а период истории Западной Европы с конца V до начала VIII в. ныне условно именуют меровингским. В Северной Галлии (современной Бельгии) пришлое население оказалось в большинстве, и здесь дольше сохранялись самобытные черты их общественного уклада и культуры. Сегодня в погребениях франкских вождей эпохи Меровингов археологи находят богато украшенное оружие, золотые кольца, серьги, фибулы, подвески, пряжки, ожерелья, несущими на себе отпечаток «варварского» искусства древних германцев.

Коллекции отдела древностей Королевского музея искусства и истории известны далеко за пределами Бельгии. Они охватывают огромный период человеческой истории, от первых цивилизаций Месопотамии и долины Нила до расцвета античного Рима. Всемирную известность приобрел выставленный в экспозиции музея рельеф с изображением Гильгамеша, героя шумеро-аккадского эпоса (Месопотамия, 2250–1900 гг. до н. э.). Впечатляющее собрание искусства Древнего Ирана охватывает период с 6000 г. до н. э. до VII в. н. э. и представлено, в первую очередь, изделиями из металла и керамики. Основу этой коллекции, одной из самых обширных в мире, составили предметы из раскопок в Луристане, которые вела бельгийская археологическая экспедиция во главе с Луи ван ден Берге.

Древнеегипетский рельеф

Богатейшая египетская коллекция музея начала складываться в 1850 г., первоначально на основе подарков, сделанных частными лицами. Во второй половине XIX в. были сделаны два значительных приобретения: куплена египетская коллекция Г. Хагеманса (1861) и получено в дар собрание Э. Меестера Равенстейна (1884). Однако в наибольшей мере расширение египетской коллекции музея связано с именем Жана Капара (1887–1947), крупнейшего бельгийского египтолога, который сумел не только заинтересовать меценатов, но и организовать первую бельгийскую научную экспедицию в Египет (1937).

В настоящее время египетский раздел имеет более 11 тыс. экспонатов, освещающих все периоды истории Древнего Египта. Помимо нескольких всемирно известных шедевров здесь представлены сотни предметов обихода египтян, свидетельствующих об их религиозных воззрениях, суевериях, культуре и быте. Неизменный интерес посетителей музея вызывает небольшой заупокойный храм эпохи пирамид, воссозданный из подлинных деталей и украшенный чудесными фресками. К числу наиболее важных объектов относятся так называемая Брюссельская Леди – скульптура архаичного периода, изображающая неизвестную женщину; считается, что это один из самых ранних женских образов в древнеегипетском искусстве (ок. 2650 г. до н. э.); высеченная из камня голова фараона Микерина (ок. 2500 г. до н. э.); рельеф с портретом царицы Тийи, супруги фараона Аменхотепа III (приблизительно 1375–1360 гг. до н. э.).

Греческое собрание музея в основном сформировалось во второй половине XIX – начале XX в. на основе предметов, поступивших главным образом из частных собраний. Центром этого раздела экспозиции является обширная коллекция греческих ваз, одна из самых больших в мире, охватывающая период с бронзового века до эпохи эллинизма.

Эпоху Древнего Рима предваряет Этрусский зал, а о собственно римской цивилизации рассказывают преимущественно находки, сделанные бельгийской археологической экспедицией при раскопках города Апамеи, во времена Римской империи являвшегося одним из крупнейших культурных центров Ближнего Востока. Основанный ок. 300 г. до н. э. Селевком I Никатором, соратником Александра Македонского, и названный в честь его жены Апамы – персидской принцессы, этот город был одним из трех главных городов Римской Сирии. Согласно официальной переписи населения, здесь проживало 117 тыс. одних только полноправных граждан.

Посетители музея могут восхищаться умелой реконструкцией знаменитой Большой колоннады, некогда пересекавшей Апамею с севера на юг, но самым главным сокровищем является одна из лучших в Европе коллекция римских мозаик, представляющих различные течения этого искусства на Ближнем Востоке в IV–V вв. н. э. Лучшие образцы мозаик дал раскопанный археологами обширный дом, который считают дворцом правителя города. Отсюда, в частности, происходит великолепная мозаика со сценами охоты (вторая половина V в.) – одно из лучших произведений искусства Восточного Средиземноморья римской эпохи. Центром римской экспозиции служит макет Рима в пору его наивысшего расцвета (конец IV в.), созданный в 1937 г. французским архитектором Полем Биго в масштабе 1: 400. Музей обладает также множеством мраморных и бронзовых скульптур римского периода.

Византийская коллекция музея была основана в 1979 г. и является единственным в Бельгии публичным собранием подобного рода. Она включает в себя объекты не только собственно византийской эпохи, но и происходящие из разных мест византийского мира, включая Грецию, Россию и Ближний Восток. Здесь демонстрируются греческие иконы XVII–XVIII вв., в числе которых – «Христос Пантократор», «Синод архангелов», «Распятие со святым Мелетием». Три шедевра происходят с севера России. На иконе новгородской школы «Св. Иоанн Богослов и Св. Ефрем Перекомский(?)» (датируется 1500 г.) в двух регистрах изображены св. Иоанн Евангелист, диктующий Евангелие своему молодому секретарю, Прохору, внизу – монах, держащий в руках камыш; по всей видимости, это св. Ефрем Перекомский (ум. в 1492 г.), основавший в 1438–1450 гг. монастырь близ Новгорода и прокопавший канал («прокоп», диалектное «переком») от озера Ильмень к монастырю. Икона «Спас Нерукотворный» также происходит из Новгорода и датируется XVIII – началом XIX в. Третьим шедевром является «Собор Богородицы» (XVI в.).

Весьма значительная коллекция коптских тканей, насчитывающая около 550 экспонатов, занимает промежуточное место между искусством христианского Востока и исламским собранием. Эти произведенные в Египте ткани относятся к периоду с III по XII в.

Пожалуй, центральное место в экспозиции музея занимает огромная коллекция европейского декоративного искусства VIII–XX вв. Здесь представлены работы мастеров разных стран, стилей и направлений: романское искусство сменяется готическим, ренессанс – барокко, неоклассицизм – искусством арт деко. Столовое серебро, ювелирные изделия, фарфор, керамика, костюмы, кружево, бронза, мебель, скульптура, гобелены, ткани, стекло, витражи – все виды прикладного искусства нашли свое отражение в этой огромной экспозиции. Наибольший интерес представляют портативный алтарь из Ставелота (Бельгия, ок. 1150 г.); фрагмент алтарной росписи с изображением Страстей Христовых (Брюссель, ок. 1470–1480 гг.); цикл из 10 гобеленов с историей апостола Иакова (Брюссель, 1528–1534); скрипка, изготовленная в Делфте в начале XVIII в.; скульптура сфинкса в стиле арт нуво (Брюссель, 1897).

Отдел неевропейских цивилизаций объединяет археологические, этнографические и художественные коллекции, происходящие из Америки, Азии и Океании. Африка представлена только памятниками исламского искусства, происходящими с севера континента. Китайская коллекция экспонируется отдельно в так называемом Китайском павильоне, а японская – в Японской башне (оба этих музея входят в комплекс Королевских музеев искусства и истории).

Очень богатая американская коллекция разделена на две секции: Америка доколумбова и Америка этнографическая. Помимо сокровищ великих цивилизация майя, ацтеков и инков здесь представлены произведения мастеров менее известных культур Нового Света. Поражает разнообразие материалов, с которыми работали мастера доколумбовой Америки: золото, глина, дерево, камень, текстиль… Вторая часть коллекции объединяет этнографический материал, собранный уже в эпоху освоения Америки европейцами. Шедевром этой части собрания является уникальный плащ из птичьих перьев (Бразилия, культура Тупинамба, XVI – начало XVII в.).

Очень богато и разнообразно представлена в музее искусство народов Юго-Восточной Азии. Более 3 тыс. экспонатов раскрывают широкую картину культуры Вьетнама, начиная от эпохи неолита до XIX в. Среди них выделяются ритуальный бронзовый топор и большие бронзовые барабаны культуры Донгшон (VI–I вв. до н. э.), керамическая ваза II в. н. э., монохромная керамика XI–XIV вв. Искусство Камбоджи представлено десятками больших каменных скульптур, типичных для раннесредневекового кхмерского искусства – результат работы бельгийских археологов в Камбодже в 1930-х гг. Творчество мастеров Таиланда и Бирмы ярко характеризуют скульптуры из позолоченной бронзы, дерева и терракоты. Особым разнообразием отличается индонезийская коллекция; многие представленные здесь экспонаты были приобретены бельгийскими этнографами и любителями-коллекционерами еще в XIX в.

Искусство Гималаев представлено двумя коллекциями очень хорошего качества. Речь идет, во-первых, о коллекции бельгийца Леона Верберта, работавшего в Китае и собравшего более 600 редких памятников тибетской, монгольской и китайской культуры. 385 предметов из этой коллекции было приобретено в 1956 г. бельгийским государством. В их числе – изделия ритуального назначения, бронзовые и деревянные статуи, расписные полотнища-танка. Последние датируются периодом XVII–XIX вв. и происходят главным образом из провинций Амдо и Кхам на востоке Тибета. Вторая коллекция – это собрание полковника Макдональда, долгое время служившего в Индии и подарившего музею в 1930-х гг. свое собрание бронзовых скульптур и ритуальных предметов.

Стержнем коллекции Индии, Пакистана, Афганистана и Шри Ланки является религиозное искусство. Таинственная цивилизация долины Инда (городская культура Хараппы и Мохенджо-Даро) представлена статуэтками животных, маленькими идолами из обожженной глины и весьма схематичными женскими фигурками. Две большие статуи, изображающие Будду и бодхисатву и датированные началом н. э., олицетворяют знаменитое искусство Гандхары, которое подчас называют «греческим искусством в Индии». Несколько рельефов, высеченных в сланце, иллюстрируют сцены из жизни Будды. Бронзовая статуя Шивы Натараджи (Южная Индия, начало XIII в.) принадлежит к числу шедевров музейной коллекции. Она создана в эпоху, когда в Южной Индии правила могущественная династия Чолов, строившая целые города-памятники. Многорукий бог Шива изображен в неистовом танце, символизирующем вселенские циклы создания и разрушения.

Коллекция исламского искусства включает в себя около 1200 экспонатов, происходящих преимущественно из Египта, Ирана и Турции. Она сосредоточена преимущественно на текстиле и керамике, хотя здесь представлены все грани искусства обширного исламского мира: изделия из металла, стекла и дерева, ковры, лаковые изделия, миниатюра и иллюстрированные рукописи, относящиеся к периоду 600–2000 гг.

Благодаря совместной франко-бельгийской экспедиции, совершившей в 1934–1935 гг. плавание на учебном судне «Меркатор», существенно пополнилась океанийская коллекция музея. Отдельный зал посвящен духовной культуре острова Пасхи: здесь выставлены каменные и деревянные статуэтки, а также огромная, 6-тонная каменная фигура бога-покровителя рыбаков (между 1000 и 1680 г.).

Отличающиеся большим разнообразием и представляющие несомненный художественный и научный интерес коллекции брюссельского Королевского музея искусства и истории привлекают не только многочисленных посетителей, но и специалистов их разных стран мира. Экспозиция почти ежегодно пополняется новыми экспонатами.

Королевские музеи изящных искусств в Брюсселе

Королевские музеи изящных искусств – значительный и наиболее известный музейный комплекс Бельгии. Этот огромный музей разделен на две части – Музей старинного искусства (XV–XVII вв.) и Музей современного искусства (XIX–XX вв.). В состав комплекса входят также два музея, посвященных творчеству отдельных художников – музей Константэна Менье (1831–1905) и музей Антуана Виртца (1806–1865).

В настоящее время в фондах Королевских музеев насчитывается более 20 тыс картин, рисунков и скульптур. Ядро собрания составили произведения искусства, конфискованные в 1794–1798 гг. французскими революционерами. В 1801 г. первый консул Французской республики Наполеон Бонапарт распорядился создать на основе этого собрания Брюссельский музей. В 1811 г. вся собственность музея перешла к городу Брюсселю, а в 1835 г. король Леопольд I создал на его основе национальный музей. В последующие годы его собрание было увеличено не только путем новых приобретений, но и за счет пожертвований от многочисленных меценатов.

Музей старинного искусства располагается в бывшем дворце Карла Лотарингского. Здесь собраны картины XV–XVIII вв. и часть скульптурной коллекции, включая выдающееся собрание работ мастеров эпохи барокко. Значительную часть экспозиции занимает творчество великих живописцев XV–XVI вв. из Южных Нидерландов – так называемых фламандских примитивистов: Рогира ван дер Вейдена, Дирка Боута, Ханса Мемлинга, Иеронима Босха.

Брюссель. Королевские музеи изящных искусств

Знаменитый фламандский художник Ханс Мемлинг (1440–1494) представлен здесь своими широко известными работами «Мученичество св. Себастьяна» (ок.1470) и «Портрет Виллема Морееля и его жены» (1482). Иероним Босх (ок. 1460–1516) известен работами, наполненными демоническими существами; эти картины демонстрируют исключительную независимость этого великого мастера от традиций его времени. Однако на выставленном в брюссельском музее полотне «Распятие на кресте» (1480–1485) ничего подобного нет. Эта картина полностью соответствует иконографической традиции XV в., кроме того, это одна из немногих работ Босха, содержащих портрет дарителя (донатора). Донатор, стоящий на коленях, молится о спасении. Его сопровождает Святой Петр (личность донатора не известна, только его имя – Петр (Питер), что обозначено присутствием его святого покровителя). Повернувшись к св. Иоанну Богослову, Петр представляет своего подопечного и просит заступиться за него. Св. Иоанн, в свою очередь, просит Деву Марию воззвать к своему Сыну. Фоном для этой сцены служит, по-видимому, реальное или почти реальное место на окраине какого-то фламандского города (он виднеется вдали), где действительно пытали осужденных преступников: сломанная виселица, разбросанные кости…

В зале Питера Брейгеля демонстрируются три всемирно известных холста этого великого мастера, проведшего в Брюсселе последние годы жизни.

«Падение восставших ангелов» (1562). Архангел Михаил, облаченный в золотые латы, сражается с многоглавым драконом. Его светящаяся фигура выглядит маленькой и хрупкой среди сонма омерзительных демонов. Но уже трубят победу крылатые ангелы! Толпы корчащихся тварей устремляются вниз, за пределы картины – во тьму кромешную. Рано или поздно мир будет очищен от этой мерзости…

«Падение Икара» (ок. 1558 г.). На холме, возвышающемся над усеянной кораблями бухтой, пахарь, пастух и рыбак занимаются своей повседневной работой. Никто из них не замечает бьющих по воде ног Икара, упавшего с небес и тонущего далеко от берега. Гибель античного героя – лишь незначительный эпизод в ничем не нарушаемом ритме Вселенной…

На полотне «Перепись в Вифлееме» (1566) в качестве антуража используется типичный пейзаж покрытой снегом фламандской деревни.

Другие произведения мастера представлены копиями, выполненными его сыном, Питером Брейгелем-Младшим, включая внушительную картину – «Битва Масленицы и Поста».

В числе итальянских полотен XVI в. музей имеет ряд прекрасных работ Тинторетто. Немецкая школа представлена произведениями Лукаса Кранаха Старшего и Конрада Фабера, а живопись XVII в. – блестящими картинами Якоба Йорданса (в их числе «Аллегория Изобилия», 1623 г.; «Праздник Бобового короля», конец 1630-х – начало 1640-х гг.), множеством портретов Антониса ван Дейка – итальянского и антверпенского периодов, замечательным ансамблем полотен Давида Тенирса Младшего. Музей располагает также обширным собранием голландских мастеров XVII в. Здесь представлены жанры «золотого века» голландской живописи: библейские сцены Абрахама Блумарта, портреты Рембрандта и Франса Хальса, жанровые сценки Адриана ван Остаде, Габриэля Метсю и Яна Стена, пейзажи Якоба ван Рёйсдаля и Николаса Берхема, маринистика Яна ван Гойена и Лудольфа Бакхейзена. Гордостью музея является зал Рубенса, размещающий более 20 картин этого великого живописца. В их числе – «Снятие с креста», «Мученичество святой Урсулы», «Мученичество святого Ливина». Говоря об искусстве XVIII в., следует упомянуть замечательные картины Франческо Гуарди и Хуберта Роберта. Известная картина Жака-Луи Давида «Смерть Марата» (1793), как и ряд других работ, относящихся к концу XVII в., являются уже частью собрания Музея современного искусства.

Размещенный в прекрасном неоклассическом здании, связанном с Музеем старинного искусства, Музей современного искусства демонстрирует позднюю часть собрания Королевских музеев. Приблизительно 200 картин, большей частью бельгийских художников, дают яркое представление об искусстве Бельгии и Европы XIX–XX вв. Здесь хранится прекрасное собрание работ бельгийских сюрреалистов, включая картины Рене Магритта (1898–1967) «Черная магия» (1933–1934) и «Царство света» (1954). Есть в экспозиции музея и полотна Пабло Пикассо, Марка Шагала, Генриха Мура. В отдельном зале – последнем в наземной части музея – представлено творчество Джеймса Энсора (1860–1949), выдающегося бельгийского художника-символиста.

Отдельный корпус отведен XX в., спрятанный под землю, чтобы не портить исторический архитектурный ландшафт площади перед историческим дворцом. В этой части коллекции выставлено множество работ бельгийских концептуалистов и кинетистов, особое внимание уделено участникам творческих объединений «Кобра», «Три мудреца» и «Молодая бельгийская живопись».

У западного фасада Музея старинного искусства расположился Сад скульптур, открытый для публики в 1991 г. Его посетители могут полюбоваться «Рекой» Аристида Майоля, помещенной в центре декоративного водоема. Дополнением к этому шедевру великого французского ваятеля служат скульптуры, созданные мастерами XX в. – Эмилио Греко, Бернхардом Хайлигером, Дольфом Леделем, Паулем Ханрецем.

Ж.-Л. Давид. Смерть Марата. 1793 г.

Королевский музей изящных искусств в Антверпене

В Королевском музее изящных искусств в Антверпене разместилось весьма представительное собрание картин, скульптур и рисунков XIV–XX вв. Основа этой ныне всемирно известной коллекции была заложена еще в XV в., когда антверпенская гильдия Святого Луки получила от городских властей в свое распоряжение зал для регулярных встреч ее членов. Эта гильдия, просуществовавшая с 1382 по 1773 г., была цеховой организацией городских живописцев. Антверпен XV–XVII вв. являлся художественной столицей Фландрии. Это город Антониса ван Дейка и Питера Пауля Рубенса, Якоба Йорданса, Давида Тенирса, Яна Брейгеля Старшего (сына Питера Брейгеля), одно время являвшегося главой антверпенских художников.

«Палата искусств», как стали называть зал гильдии, использовалась не только для встреч художников и торжественных празднеств. Здесь хранились многие наиболее яркие работы антверпенских мастеров. В 1663 г. по предложению Давида Тенирса Младшего (1610–1690) под покровительством гильдии была основана художественная Академия, которая должна была «обучать искусству живописи, ваяния, перспективы и книгопечатания», а также способствовать развитию изящных искусств. Поощряя молодые таланты, Академия начала покупать их произведения, а когда в 1773 г. гильдии были упразднены, художественная галерея гильдии Святого Луки в «палате искусств» также перешла в собственность Академии. Уже в то время в собрании гильдии находились «Портрет Абрахама Графеуса» кисти Корнелиса де Воса, «Святое семейство с попугаем» Рубенса и три картины Якоба Йорданса.

Следующим этапом в истории музея стала массовая конфискация произведений искусства в антверпенских церквях, монастырях и других общественных зданиях в годы французской оккупации Антверпена (1794–1796). Эти художественные сокровища были вывезены во Францию, однако в 1815 г., после падения наполеоновского режима, около 40 работ были возвращены. «Одиссея» 26 картин, включая полотна Рубенса, завершилась в итоге в музее Академии.

В первые годы существования музей, с 1810 г. размещавшийся в постройках упраздненного монастыря миноритов, располагал собранием преимущественно работ художников второй половины XVI–XVII вв. Художественные коллекции музея начали быстро расти в XIX в. за счет щедрых пожертвований частных лиц. В 1823 г. голландский король Вильгельм I подарил музею две картины: одну – Тициана, другую – Давида Тенирса младшего. Он же в соответствии с королевским декретом от 25 марта 1827 г. ассигновал музею субсидию для приобретения произведений современного искусства в салонах Амстердама, Антверпена, Гента и Брюсселя.

Антверпен. Королевский музей изящных искусств

В 1840 г. собрание музея обогатилось бесценным наследством Риддера Флорента ван Эртборна, бывшего мэра Антверпена. Обладая безошибочным художественным вкусом, этот известный в свое время меценат собрал большую коллекцию полотен XV–XVI вв. В их числе были работы Яна ван Эйка, Рогира ван дер Вейдена, Ханса Мемлинга, Жана Фуке, Симоне Мартини, Антонелло да Мессины. В течение XIX в. еще множество произведений искусства, включая современные, вошли в состав музейного собрания.

В результате здания Академии, даже после ряда реконструкций и расширений, оказались слишком тесными и уже не могли вмещать все художественные сокровища. В 1873 г. муниципалитет Антверпена постановил отвести для постройки нового здания музея участок земли на месте снесенного Зюйдеркастела (Южного замка) – старой испанской крепости времен герцога Альбы (кон. XVI в.). Спустя 17 лет, 11 августа 1890 г., новый музей был официально открыт.

Построенное в псевдоклассическом стиле по проекту И. Виндерса и Ф. ван Дейка, его здание эклектично по архитектуре и перегружено украшениями, однако оно хорошо приспособлено для экспозиции самой обширной и лучшей в Бельгии художественной коллекции, ныне насчитывающей более 7200 произведений искусства – в том числе 3200 картин, 3600 рисунков и гравюр и 400 скульптур – и охватывающей период от фламандских примитивов до мастеров XX в. Здесь выставлены превосходные работы Ж. Фуке, Г. Мемлинга, Рогира ван дер Вейдена, Я. ван Эйка, Франса Хальса, Яна Брейгеля Старшего, Якоба Йорданса, Ж.-Л. Давида. Но главное сокровище музея – это конечно же работы раннего Рубенса. Нет сомнения, что Рубенс в зрелые годы писал артистичнее, чем в молодости, и поздние его полотна тоньше по мастерству и мысли, однако среди них нет картины, где гений художника открывался бы со столь внезапной, ошеломляющей силой, как на полотнах, хранящихся в Антверпенском музее: «Поклонение волхвов», «Троица», «Удар копьем»… Но, быть может, самая незабываемая из них – «Снятие с креста», уменьшенная копия полотна, хранящегося в антверпенском соборе Нотр-Дам-д’Анверс.

В музее достаточно полно представлено и искусство XIX–XX вв. Имена представленных здесь авторов впечатляют: Огюст Роден, Джеймс Энсор, Хенри ван дер Вельде, Якоб Смитс, Рик Воутерс, Пьер Алехинский, Амедео Модильяни. Но главное сокровище музея – это все-таки живопись величайших художников Фландрии XVI–XVII вв., родиной которых был Антверпен…

Музей Грунинге

Муниципальный музей Грунинге в Брюгге называют сокровищницей старого фламандского искусства. Это всемирно известная коллекция картин, одно из самых богатых собраний Бельгии – не очень обширное, но не уступающее по значению антверпенскому Королевскому музею изящных искусств – представляет собой самое полное собрание старой и современной живописи Фландрии. Шесть веков фламандской (с XIX в. – бельгийской) живописи, от алтарей Яна ван Эйка до инсталляций Пола де Кейзера, сосредоточились в 11 залах этого небольшого, в сущности, музея – мирового класса.

Его официальное название – Муниципальный музей изящных искусств. Район, где располагается музей, еще с XIII в. назывался «Грунинге» (фламандс. Groeninge) – зеленый, из-за обилия растительности. Основу музейной коллекции составило собрание картин города Брюгге, принадлежащее муниципалитету. Оно начало формироваться в XVIII в., однако за три века до этого Брюгге приобрел славу крупнейшего центра южнонидерландской школы живописи, представителей которой сегодня принято называть «фламандскими примитивистами». С этим городом самым тесным образом связаны жизнь и творчество таких выдающихся мастеров мирового искусства, как Ян ван Эйк и Ханс Мемлинг.

В 1898 г. это собрание было раздроблено, часть полотен передана в фонды Музея современного искусства. Картины старых (до XVIII в.) мастеров были оставлены в помещениях городской Академии в надежде, что когда-нибудь для них удастся построить подходящее здание. Эту мечту удалось осуществить лишь спустя три десятилетия.

Здание музея было построено в 1929–1930 гг. на земле, принадлежавшей бывшему аббатству Эекхоут. Архитектор Ж. Вирин избрал для него модернистский стиль. Дизайн внутренних помещений можно назвать минималистским – белые стены, красные ковры на полу. Экспозиция прекрасно организована, система освещения разработана по последнему слову музейной техники. Здесь нет традиционных музейных запасников – все новые поступления сразу попадают в «публичный архив», на стенды депозитария, стоящие прямо в залах, так что посетители могут сразу оценить приобретения, сделанные музеем за последние десять лет.

Ядро музейной экспозиции – всемирно известное собрание фламандских мастеров XV–XVI вв. Однако политика музея всегда предусматривала, что в его стенах должно быть представлено и искусство более поздних периодов, так что сегодняшняя коллекция Грунинге располагает широким диапазоном живописцев эпохи ренессанса и барокко, и творчество мастеров неоклассицизма и реализма XVIII–XIX вв., бельгийского символизма, модернизма и фламандского экспрессионизма. Имеется также небольшая, но ценная коллекция современных бельгийских художников (после 1945 г.).

«Визитная карточка» музея – «Богоматерь каноника ван дер Пале» Яна ван Эйка (1436). Мария с младенцем изображена сидящей на троне, в церкви романской архитектуры (в ней явно угадывается церковь Св. Донациана в Брюгге). Рядом стоят святые Донациан и Георгий. Здесь же – заказчик картины, каноник Георг ван дер Пале. Это полотно поражает глубоким психологизмом, проникновением в глубины человеческого характера; ван Эйк добивается почти вещественной осязаемости всех деталей картины. Буквально ощутимы пергаментная кожа старого ван дер Пале, светящаяся золотым шитьем риза архиепископа Донациана. Дева Мария и Богомладенец с милосердием смотрят на погруженного в размышления каноника.

В числе других шедевров музея Гронинге – произведения Иеронима Босха («Страшный суд»), Гуго ван дер Гуса («Успение Богоматери»), Питера Пурбуса («Страшный суд»), Ханса Мемлинга («Алтарь Св. Христофора»), Герарда Давида («Крещение Христа», «Суд Камбиза»).

Искусство «фламандских примитивистов», без сомнения, самая ценная часть коллекции музея. Однако немалый интерес представляет и собрание произведений эпохи барокко и классицизма, так же как и бельгийских художников-экспрессионистов начала XX в. и движения «Кобра» второй половины XX в. Среди представленных в этой части экспозиции произведения – романтико-ностальгические полотна Поля Дельво и сказочные, волнующие воображение работы Рене Магритта.

Сравнительно небольшие размеры музея позволяют осмотреть его всего за пару часов. Каждый зал имеет своего рода тему, основанную на том или ином художественном направлении или периоде, и это позволяет зрителю сравнивать и противопоставлять различные стили, мастерство художников, их интерпретации того или иного сюжета и т. д. В любом случае качество представленного здесь искусства превосходно, и недаром этот относительно небольшой музей входит в число самых знаменитых художественных галерей мира.

Болгария

Национальный археологический музей

Болгарская столица славится своими музеями, рассказывающими о многовековой истории страны, и частными галереями современного искусства, отразившими жизнь новой Болгарии 2000-х гг. В Софии насчитывается свыше двадцати разных музеев. В каждом из этих собраний обычно хранятся произведения не одного, а нескольких видов искусств. Так, например, в Национальном археологическом музее кроме собственно археологических экспонатов, извлеченных из земли, хранятся также древние иконы, мозаика, художественные изделия из металла, произведения бытового искусства. Этой богатейшей коллекции способны позавидовать лучшие музеи мира.

София. Национальный археологический музей

Археологический музей – «отец» всех болгарских музеев. Идея создания первого общеболгарского музея оформилась в кругах болгарской интеллигенции еще в 40-х гг. XIX в. Его основы начали закладываться уже в первые месяцы после освобождения Болгарии от турецкого ига. При создании Публичной библиотеки при ней была организована небольшая музейная коллекция, которая вскоре переросла в музейный отдел. Пополнение его собраний предметами старины шло в основном за счет подарков от частных лиц. Особую активность проявляли учителя провинциальных школ, которые со всех концов Болгарии слали в Софию все, что с их точки зрения представляло историческую ценность.

В 1892 г. музейный отдел отделился от Публичной библиотеки в самостоятельное учреждение, а 1 января 1893 г. указом болгарского князя Фердинанда был преобразован в Национальный музей. Было задумано, что его экспозиция будет посвящена многовековой истории болгарских земель, поэтому в первые же годы своего существования музей освободился от всего, что не соответствовало его новому профилю. Естественнонаучная коллекция была передана университету, а оставшиеся материалы сгруппировались по трем разделам: древности, нумизматика и этнография.

Музею было отведено здание бывшей Буюк-мечети, построенной турками в 1451–1494 гг. После изгнания турок из Болгарии это здание пустовало. Во время Освободительной войны 1877–1878 гг. в нем располагался госпиталь, потом министерство народного просвещения устроило в нем библиотеку, однако оказалось, что здание мечети совершенно не подходит для хранения книг. Впрочем, многие сомневались и в том, что оно подойдет и для музея. Так, известный чешский ученый Константин Иречек (1854–1918), много лет проработавший в Болгарии и внесший немалый вклад в становление болгарской науки (в 1881–1884 гг. он даже был министром народного просвещения Болгарии), оценивал выбор Буюк-мечети как «крайне неподходящий». Но, как бы то ни было, крупнейшая археологическая коллекция Балканского полуострова вот уже более ста лет продолжает оставаться в этом здании.

Музей официально был открыт для публики 18 мая 1905 г. С самого начала он являлся не только образовательным, но и научным учреждением. Сотрудники музея первыми начали вести археологические раскопки на территории Болгарии, их находки значительно обогатили музейные фонды. Уже в конце XIX в. началось планомерное исследование остатков столиц раннесредневекового болгарского государства – Плиски и Преслава, в первые десятилетия XX в. ученые вели раскопки римских городов Никополиса ад Иструм и Эскус (Гиген), фракийского святилища бога Асклепия, раннехристианской церкви Св. Софии в Софии. С 1911 г. на музей возложили задачу составления археологической карты Болгарии.

Одновременно музей использовал значительные средства на покупку предметов старины и художественных произведений, принадлежавших частным лицам. В итоге собрания музея настолько расширились, что уже в 1906 г. было решено выделить его этнографические коллекции в самостоятельный Этнографический музей. В 1909 г. музей в Буюк-мечети получил официальное наименование Национальный археологический музей, а в его структуре были созданы четыре отдела: древности, средневековья, нумизматический и художественный. В 1920 г. к ним добавился отдел предыстории.

В период 1938–1944 гг. к зданию Буюк-мечети были пристроены два крыла, что позволило переустроить экспозицию музея и открыть для всеобщего обозрения множество ценных памятников старины, ранее неизвестных широкой публике. В конце Второй мировой войны музей сильно пострадал от бомбардировки, сгорела часть музейной документации и библиотеки, однако, по счастью, основные фонды остались целы. После ремонта в 1948 г. музей вновь открылся для посетителей. Одновременно из его состава был выделен художественный отдел, на основе которого была создана Художественная галерея.

Сегодня постоянная экспозиция музея размещена в четырех залах: зале Предистории, зале Сокровищ, Центральном зале и зале Средневековья. Здесь представлены находки со всей территории современной Болгарии, от периода верхнего палеолита (1–1,5 млн лет до н. э.) до эпохи Второго Болгарского царства (1185–1396).

Экспозиция доисторического периода расположена в нижнем этаже северного крыла и в хронологическом отношении охватывает целую эпоху от палеолита до ранней и средней бронзы (1 600 000–1600 гг. до н. э.). Это самый длинный период в истории человечества – от появления на Земле первых людей до первых письменных свидетельств о народах, населявших в древности земли современной Болгарии. На дату появления доисторического человека на этих землях проливают свет находки в пещере Козарника: им 1,6 млн лет. Экспонаты этого раздела включают в себя орудия труда и охоты, изготовленные первобытными обитателями Болгарии их камня, кости, рога. Здесь же демонстрируются кости и зубы давно вымерших животных, с которыми приходилось сталкиваться доисторическому человеку: пещерного медведя, саблезубого тигра, гигантского оленя, широколобого лося, мамонта. Особого внимания заслуживает ряд уникальных экспонатов, имеющих мировое значение: фрагмент камня с вырезанным на нем рисунком – самым древним в Европе (найден в пещере Темна-дупка) и гравированная кость из пещеры Козарника, имеющая возраст 1,1 млн лет – первый во всей Европе рисунок на кости (разумеется, из числа дошедших до наших дней).

Значительное место в этой части экспозиции занимает большая археологическая коллекция из раскопок в Караново. Доисторический человек жил в этой местности на протяжении нескольких тысячелетий, и сегодня ученые находят здесь богатейший материал, относящийся почти ко всем периодам ранней человеческой истории – от раннего неолита до начала бронзового века. В числе находок – уникальные антропоморфные и зооморфные фигурки, печать с таинственными пиктограммами, напоминающими знаки зарождающейся письменности, маленькие керамические алтари и другие предметы культа.

Эпоха ранней и средней бронзы (3100–1600 гг. до н. э.) представлена каменными молотами, с помощью которых древние металлурги добывали руду, керамическими сосудами, и конечно же бронзовым оружием, ритуальными предметами и украшениями. К этому же периоду относится и появление первых изделий из золота – из этого металла, в частности, изготавливали амулеты. Многосторонний духовный мир человека того времени нашел свое проявление в исключительно разнообразных предметах ритуального назначения. Среди этих находок есть несколько настоящих шедевров доисторической пластики: портретная голова мужчины из раскопок в Габарево, модель монументального храма из Коджадермена, коллекция статуэток, найденных на северо-востоке Болгарии.

Болгария – страна кладов. Об этом напоминает экспозиция зала Сокровищ, расположенная на втором этаже восточного крыла. Здесь выставлен ряд всемирно известных золотых кладов, найденных на территории Болгарии, золото из древних погребений, отдельные предметы, имеющие высокое художественно-историческое значение и датируемые периодом от эпохи поздней бронзы до поздней античности. Чеканные бронзовые сосуды и изделия из стеклянной пасты указывают на торговые связи, существовавшие с VI в. до н. э. между землями Болгарии и Центральной Европой, Пелопоннесом, Ближним Востоком.

В I тысячелетии до н. э. большую часть Балканского полуострова населяли фракийцы – многочисленный народ индоевропейского происхождения. В знаменитой «Илиаде» Гомера они упоминаются главным образом как воины, коневоды и земледельцы, имевшие укрепленные города. На многих страницах этого эпического повествования говорится о высокой художественной культуре древних фракийцев. Своего расцвета фракийская культура достигла в VIII–VII вв. до н. э. Благодаря интенсивным торговым связям и активным контактам с греческими колонистами, при дворах фракийских правителей возникали настоящие центры художественных ремесел. Большое распространение получили живопись и скульптура, особенно производство золотых и серебряных изделий. Сегодня болгарские археологи при раскопках погребений фракийской знати находят бесценные сосуды из золота и серебра, украшенные изящными орнаментами и изображениями на религиозные и мифологические сюжеты. В музеях Болгарии сегодня хранятся уникальные, единственные в своем роде произведения фракийского искусства – изделия из золота, серебра бронзы и различных сплавов. Они представляют собой своеобразное сочетание местных традиций с греко-римским искусством. В нем также присутствуют черты еще более древних искусств – крито-микенского и иранского. Находки уже в наше время множества золотых и серебряных кладов прославили мастерство фракийских ювелиров на весь мир.

В зале Сокровищ хранятся три широко известных клада: Вылчетринский, Луковитский и Николаевский. Они принадлежат к трем различным периодам истории древней Фракии: эпохам поздней бронзы – раннего железа, раннеэллинистической и римской эпохам.

К знаменитому кладу золотых изделий из Вылчетрина определение «самый-самый» можно применить многократно: это – самое древнее фракийское золото, найденное на территории Болгарии. Это и самый большой золотой клад Фракии. Наконец, это и наиболее таинственная находка, относящаяся к фракийской эпохе: действительно, что можно сказать о назначении загадочного сосуда, состоящего из трех соединенных друг с другом золотых ковшей, явно не предназначавшихся для черпания жидкостей, ибо в каждом из них имеется сквозное отверстие?

Эти удивительные предметы были найдены при случайных обстоятельствах в 1924 г. в урочище Долгите лозя, к северо-востоку от села Вылчетрин в Плевенском округе. В начале 1925 г. клад поступил в Национальный археологический музей. Он состоит из 13 золотых предметов общим весом 12,425 кг. Некоторые из них имеют настолько необычную форму, что даже трудно определить их назначение. В клад входят большой круглый сосуд с двумя ручками («супница»), один большой и три малых ковша, два больших (диаметром 0,37 м) и пять малых дисков и один совершенно необыкновенный трехчастный сосуд в виде трех соединенных друг с другом ковшей эллиптической формы (о котором упоминалось выше). Когда находчики извлекли эти предметы из земли, они находились в полной сохранности; позже при дележе добычи часть их была серьезно повреждена.

Металл, из которого изготовлены сосуды, содержит приблизительно одинаковый процент золота, серебра, меди и железа. В их обработке и украшении использовались электрон (сплав золота и серебра), никель и олово. Все изделия выполнены в одинаковом стиле и с использованием одной и той же техники, часть их (малые ковши и диски) имеет почти равные массы; они просты по форме и разительно отличаются от подобных изделий, созданных древнегреческими мастерами. Что-то иранское неуловимо присутствует в их декоративном оформлении. А мастерство, с которым изготовлены сосуды, просто поражает: лишь с помощью микроанализа удалось установить, что верхние части некоторых из них представляют собой не одно целое с нижними, а искусно спаяны с ними серебряным припоем.

Ряд исследователей Вылчетринского клада считает, что комплект драгоценных сосудов неполон – в нем не хватает подставки к трехчастному сосуду (возможно, она была изготовлена в виде колесницы) и других явно «напрашивающихся» предметов. Неясно, присвоили ли их нашедшие клад крестьяне (хотя они клялись, что сдали все предметы полностью) либо они были утрачены еще до того, как сокровище попало в землю. Неясно и то, когда были пробиты отверстия в ковшах трехчастного сосуда – ведь их наличие полностью исключает использование этих ковшей по их прямому назначению!

Кстати – а для чего вообще предназначались предметы Вылчетринского клада? Здесь ученые практически единодушны: все эти сосуды, несомненно, имели ритуальный характер. Возможно, ими пользовались фракийские жрецы, о которых упоминает Гомер в «Илиаде» и «Одиссее», а возможно – фракийские цари. Известно, что во многих обществах древности один человек совмещал функции царя и жреца. Но означает ли это, что в окрестностях села Вылчетрин в 1400–1300 гг. до н. э. – именно к этому периоду относится клад, существовало древнее святилище или резиденция фракийских царей?

Луковитский клад серебряных изделий и украшений относится ко времени расцвета фракийской культуры. Ученые датируют его второй половиной IV – началом III в. до н. э. Подобно многим другим фракийским кладам, он был найден при абсолютно случайных обстоятельствах: в 1953 г. крестьяне, пахавшее поле в урочище Балана, к востоку от городка Луковит (Северная Болгария), зацепили плугом и вывернули на поверхность большой глиняный горшок, в котором находилось 15 серебряных сосудов и три комплекта конского снаряжения – общим числом более 200 предметов.

Клад быстро разошелся по рукам, и лишь часть его успела попасть в руки приехавших в Луковит ученых. Остальную часть клада удалось найти и конфисковать у недобросовестных приобретателей только спустя два года. Однако отдельные вещи продолжали поступать в Национальный археологический музей в Софии вплоть до 1986 г.

В своем современном виде клад из Луковита включает в себя 6 серебряных чаш, 5 фиалов, 4 ковша и около двухсот всевозможных декоративных предметов из серебра – бляшек, пластинок, подвесок, колец и т. д. – служивших украшением конской сбруи. Скорее всего, это было личное имущество какого-то местного князька или видного представителя племенной аристократии. Луковитский клад особенно интересен тем, что в нем ярче всего отразились особенности позднего фракийского искусства IV – начала III в. до н. э. Изделия из этого клада выполнены в так называемом скифском зверином стиле и напоминают, в частности, клады, найденные в разное время в курганах Украины (Мартыновский клад на Киевщине, Перещепинский на Полтавщине и т. д.). Сбруйные пластинки и бляшки украшены изображениями сидящих сфинксов, человеческих голов, разнообразных животных: львов, оленей, собак. Встречаются и образы всадников, столь характерные для фракийского искусства. На двух серебряных пластинках из Луковитского клада изображен лев, терзающий оленя; несчастная жертва упала на колени под тяжестью хищника. На другой пластинке два всадника преследуют льва – уже почти настигнутый, он падает под копыта коней… Эти образы во фракийском искусстве имеют определенный социальный смысл и связаны с прославлением царской власти.

Блюдо из Луковитского клада

Один из самых больших и наиболее пышно украшенных фиалов Луковитского клада, к сожалению, дошел до нас в плохом состоянии – фактически от него уцелело одно днище, большая часть венчика отсутствует. Однако даже сохранившаяся часть наглядно демонстрирует, сколь сложен и богат был декоративный его узор. Покрывающий сосуд орнамент из равнобедренных треугольников имеет очень древнюю историю и уходит корнями еще в эпоху раннего железа. Считается, что он связан с какими-то магическими традициями. Сосуд украшают и два концентрических ряда орнамента, составленного из женских головок, чередующихся с пальметками-трилистниками – вероятно, это многократно повторенный образ Великой богини-матери – главного божества фракийцев.

Изображения на сосудах из Луковитского клада наводят на мысль об их ритуальном использовании. Один из ковшиков, вероятно, предназначался для обрядов, связанных с культом воды и небесной влаги: в украшающих его трех горизонтальных фризах – образы рыб, водяных птиц и быка. Водяная птица – одна из самых распространенных образов в искусстве Центральной Европы, Фракии, Греции и Ирана XI–VI вв. до н. э. Этот древний образ продолжал сохраняться и во фракийском искустве IV в. до н. э. А образ быка, на первый взгляд далекий от темы водной стихии, на поверку оказывается тесно связанным с ней: на Древнем Востоке бык являлся атрибутом бога бурь и дождей. На одной из иранских чаш само божество изображено в образе быка, изливающего изо рта благодатный дождь, орошающий землю.

Украшения из клада, обнаруженного в Николаево, иллюстрируют практически все техники, использовавшиеся древнеримскими ювелирами. Это – набор наиболее популярных в то время украшений, высоко ценившихся римскими патрициями. Его дополняют другие находки, относящиеся к тому же периоду: клад из Базаурта и собрание украшений, гемм и камей из римских некрополей в Мизии и Фракии.

На двух этажах Центрального зала музея собраны памятники, иллюстрирующие все периоды истории Юго-Восточной Европы – от поздней бронзы до позднего средневековья. Здесь можно видеть множество великолепнейших произведений античной скульптуры и пластики. Особенно интересны бронзовая статуэтка оленя (VIII в. до н. э.) и римский саркофаг II–III вв. н. э., найденный в окрестностях Ловеча.

На первом этаже экспонируются произведения, ярко характеризующие художественную культуру античного и ранневизантийского периодов. К ним относятся саркофаги знатных римлян – в ряде случаев это огромные, настоящие архитектурные сооружения; мозаичные полы из древней церкви Св. Софии с типичными символическими изображениями раннехристианского периода; найденная при раскопках в Софии плита, на которой изображены цирковые представления (III–IV вв.), и др. Здесь же можно видеть единственную в мире «каменную афишу» с программой цирковых игр.

Одним из прекрасных произведений античной скульптуры, хранящихся в Национальном археологическом музее, является надгробная плита Анаксандра, датируемая V в. до н. э. Эта плита была случайно найдена в конце XIX в. в Созопол – древней Аполлонии. На стеле изображен пожилой мужчина со склоненной головой и посохом в руках; у ног его – ласкающаяся собака. Что-то гомеровское есть в этом образе, тонко и лирично передающем состояние глубоко задумавшегося человека.

Бронзовая статуя Аполлона из Стара-Загоры лишена рук и части ноги; похоже, что в левой руке Аполлон держал лиру. По мнению болгарских ученых, ее автор, по-видимому, принадлежал к кругу последователей школы великого древнегреческого скульптора Праксителя. Еще одной скульптурой из школы Праксителя является «Отдыхающий сатир». Фигура и сейчас не утратила непринужденности позы, хотя у нее отсутствуют руки и ноги. Слегка склоненная в задумчивости голова, чуть заметная улыбка и мудрая грусть на лице сатира. Это прекрасное произведение искусства было найдено в селе Рибен Плевенского округа. Ученые полагают, что она является копией одной из работ самого Праксителя. Возможно, что «Отдыхающий сатир» был вывезен из Италии во II в.

Значительным скульптурным произведением рубежа эллинистического и римского периодов является колоссальная мраморная статуя из села Гиген Никопольского округа, датируемая I в. Высота ее свыше трех метров. Судя по всему, эта скульптура изображает Деметру. Характер произведения подсказывает, что его автор был из окружения Праксителя.

Мраморная голова богини Афины считается одним из лучших экспонатов музея. Скульптура сильно повреждена, но ее строгие античные черты дают яркое представление об идеале красоты и величия, мудрости и простоты, так любимом в эпоху развитого античного искусства.

Бронзовая голова римского императора Гордиана III была найдена при раскопках в селении Никюп Тырновского округа. Эта скульптура также сохранилась; тем не менее портретные черты хорошо просматриваются. Столь же определенными портретными чертами наделена мраморная голова римского гражданина (также из села Гиген). Это произведение не только реалистично, но даже натуралистично: изображен человек невысокого интеллекта, с глубокими морщинами на лбу и носом неправильной формы.

Вызывает интерес раздел, посвященный истории раннего христианства на болгарских землях. К настоящему времени ученые нашли на территории Болгарии остатки более чем 200 церквей, относящихся к IV–VI вв. Большинство из них было разрушено язычниками в эпоху Великого переселения народов. Найденные среди руин изящные архитектурные детали, предметы для литургии характеризуют высокий уровень раннехристианского искусства и демонстрируют самые разнообразные его проявления. В экспозиции музея выставлена обширная коллекция архитектурных украшений древних церквей: капители различных типов, фрагменты резных амвонов и алтарных преград. Здесь же можно видеть бронзовые мощехранительницы, детали светильников и фрагмент уникальной стенной росписи из «Красной церкви» в Перущице (V в).

Центральным местом экспозиции музея являются залы, посвященные приходу протоболгарских племен на земли Балканского полуострова и истории Первого (680–1018) и Второго Болгарских царств. Открывает этот раздел выполненная в натуральную величину копия всемирно известного Мадарского всадника, высеченная на скале близ селения Мадара. Этот памятник, единственный в истории европейской культуры, тесно связан с историей зарождения и становления средневековой Болгарии.

Группа кочевых тюркоязычных племен, известных под общим собирательным наименованием болгары, впервые появляется на страницах исторических хроник в конце V в. В состав этого племенного объединения входили и народы, в свое время пришедшие из Центральной Азии вместе с гуннами, и, возможно, древнемадьярские (венгерские) племена. В 630-х гг. часть болгар – оногуры и кутригуры – образовали в степях Причерноморья государственное объединение, именуемое «Великая Болгария». Не просуществовав и тридцати лет, «Великая Болгария» пала под ударами хазар, и составлявшие ее народы рассеялись по разным направлениям. Предводитель оногуров Аспарух повел свой народ на запад. Так как именно болгары-оногуры впоследствии во многом составили будущую болгарскую народность, за ними в научной литературе закрепилось название «протоболгары».

Сначала протоболгары временно остановились в нынешней южной Бессарабии, а затем переправились через Дунай и вступили в Добруджу, на территорию нынешней Северо-Восточной Болгарии. Чтобы расправиться с пришельцами, византийский император Константин IV Погонат в 680 г. предпринял поход против протоболгар, но потерпел полное поражение. После этой крупной победы Аспарух двинулся на юг и дошел до Стара-Планины. Он заключил союз с вождями местных славянских племен и уже вместе с ними продолжил военные действия против Византии. В 681 г. император Константин Погонат был вынужден заключить с Болгарией мир, обязавшись при этом выплачивать ежегодную дань. Таким образом было положено начало славяно-болгарскому государству, столицей которого стал город Плиска.

Весьма благоприятной предпосылкой сближения славян и протоболгар служило то обстоятельство, что в первые же годы существования славяно-болгарского государства в нем возникли и получили развитие смешанные поселения. Такой была и сама столица, где жили бок о бок и славяне, и протоболгары, о чем свидетельствуют археологические раскопки.

На втором этаже Центрального зала представлены многочисленные находки, сделанные учеными при раскопках двух первых болгарских столиц – Плиски и Преслава. Они охватывают все стороны жизни и быта раннеболгарского государства. Пышные украшения из благородных металлов, меди и бронзы – частью изготовленные местными мастерами, частью привезенные из Византии, Восточного Средиземноморья и Западной Европы – соседствуют со скромной глиняной посудой, орудиями труда и детскими игрушками. Обращает на себя внимание бронзовая фигурка музыканта, играющего на лютне, найденная среди руин Плиски. Разнообразные языческие амулеты, изображение шамана на керамической плитке свидетельствуют о том, что кочевники-болгары, пришедшие из далеких степей Центральной Азии, еще долгое время придерживались своих древних обычаев и культов, несмотря на то что болгарская аристократия почти поголовно приняла христианство.

Средневековая Болгария стала главным центром славянского просвещения. С письменной традицией болгар связаны две азбуки – глаголица и кириллица. Одной из древнейших кириллических надписей является надпись на надгробной плите из Преслава (Х в.). Высокий уровень средневековой болгарской письменной культуры демонстрируют белоглиняные глазурованные керамические таблички с литургическими текстами X – XI в., найденные среди руин Преслава. Завершает эту часть экспозиции выполненная на основании археологических исследований реконструкция интерьера христианского храма эпохи Первого и Второго Болгарских царств. В его центре – шедевр болгарской иконописи XIV в., двусторонняя икона «Богородица с Иоанном Крестителем и Видение Иезекииля» из Поганово. Алтарную нишу занимают сокровища средневекового болгарского искусства: керамическая икона «Св. Федор» из Патлейны (Х в.), мозаичная икона «Богоматерь с младенцем» из Фракии и икона, на серебряной ризе которой выгравирован автограф дарителя – болгарского царя Ивана Александра (XIV в.). Здесь же хранится знаменитый золотой наперсный крест из Плиски, украшенный множеством изображений из жизни святых.

Огромно нумизматическое собрание музея, насчитывающее более 200 тыс. монет, медалей и печатей. В их числе – античные монеты, чеканенные в Мизии, Фракии и Македонии; античные подделки; монеты «варварских» народов и средневековых болгарских царей исламского периода; печати царей Симеона и Петра, монетные клады, число которых уже подходит к сотне. Подобной коллекции могут позавидовать многие крупнейшие музеи мира. Впрочем, Национальный археологический музей в Софии во многом не уступит самым прославленным музейным собраниям.

Национальный исторический музей

Созданный в 1973 г., Национальный исторический музей в Софии распахнул свои двери перед посетителями лишь в 1984 г., в дни празднования 1300-годовщины создания Болгарского государства. Ныне он является одним из крупнейших музеев Балканского полуострова. Его экспозиция, насчитывающая более 650 тыс. экспонатов, в широком контексте европейской истории рисует историю болгарских земель от доисторических времен до наших дней. В отличие от Национального археологического музея, здесь представлен преимущественно «исторический» период, охватывающий эпоху от VI в. до н. э. до XX в. н. э. Лишь самый первый, открывающий экспозицию, зал посвящен предыстории (VI в. – середина I тыс. до н. э.).

В середине I тысячелетия до н. э. на землях современной Болгарии складывается сильное фракийское государство – Одрисское царство. Его правители основывали города, строили хорошо укрепленные царские резиденции с дворцами, сложенными из огромных каменных блоков, а также завязывали тесные отношения с внешним миром, в первую очередь с греками. В конце IV в. до н. э. царь Севт III построил новую столицу, носившую его имя – Севтополис. Город был создан по регулярному плану, с пересекающимися под прямым углом улицами, центральной площадью, застроенной храмами и украшенной статуями, каменной цитаделью, под защитой которой располагался царский дворец с колоннадами и роскошным убранством внутренних помещений.

К фракийскому периоду относится и множество богатейших кладов, найденных на территории Болгарии. Многие из найденных в болгарской земле драгоценностей экспонировались в крупнейших музеях Европы. В залах Национального исторического музея выставлены золотые и серебряные предметы из кладов в Златинице, Синеморце, Кралево и Якимово (IV – I вв. до н. э.), Капитан Андреево (III в.). Здесь же можно увидеть сокровища знаменитых кладов из Рогозена, Летницы, Могиланского кургана.

София. Национальный исторический музей

Небольшое болгарское селение Рогозен, расположенное в 43 км к северу от города Враца, в 1986 г. стало местом сенсационной находки: здесь был обнаружен самый большой клад изо всех, когда-либо найденных на фракийских землях. Он состоит из 165 сосудов из позолоченного серебра, датируемых концом V – началом IV в. до н. э. Общий вес клада составляет ни много ни мало – 20 килограммов!

Скорее всего, Рогозенский клад представляет собой собрание фамильных драгоценностей аристократического рода, относившегося к местному фракийскому племени трибаллов, а может быть, это имущество культового центра трибаллов, располагавшегося где-то в окрестностях Врацы. Коллекция эта составлялась на протяжении многих лет: с V в. до н. э. до 40-х гг. IV в. до н. э. Вероятно, сокровище было зарыто в землю при каких-то экстремальных обстоятельствах – нашествии врагов, междоусобице и т. п.

На шестнадцати сосудах Рогозенского клада выгравированы греческие надписи, в которых упоминаются имена царей Котиса I и Керсиблепта и фракийских мастеров, по-видимому, изготовивших эти драгоценные изделия; некоторые надписи носят дарственный характер. Девять сосудов отличаются особенно богатым исполнением, их украшают сцены из фракийской и греческой мифологии. Одна из чаш посвящена эпизодам борьбы Геракла с амазонками. Фракийский мастер изобразил знаменитого героя еще совсем юным, безбородым и обнаженным. В правой руке он держит меч, а левой протягивает царице амазонок Ипполите пояс; настороженная Ипполита направляет на героя копье. За фигурами людей виднеются передние части (протомы) животных – коня и фантастического полульва-полугрифона…

Большое количество золотых и серебряных предметов конской сбруи содержал клад из Летницы – налобники, наузники, нашивные бляшки и т. д. Среди находок были и хорошо сохранившиеся железные удила. Практически все предметы богато украшены. Несколько бляшек даже образуют целый иллюстративный цикл, посвященный подвигам некоего фракийского героя. Он изображен в виде всадника, бросающего копье, сражающегося с дикими хищниками – медведями и волками… Часть предметов клада из Летницы, несомненно, изготовлена греческим мастером, в то время как другие – местными фракийскими мастерами. Специалисты датируют эти изделия IV в. до н. э. и считают их весьма ценной находкой, проливающей свет на мифологию фракийцев и их верования, что позволяет лучше понять культуру и мировоззрение этого древнего народа.

Клад из Могиланского кургана, в отличие от многих других, был найден не случайными людьми, а учеными. В 1965–1966 гг. они вели охранные раскопки Могиланского кургана в городе Враца. Под древней насыпью археологам удалось обнаружить три погребения, в каждом из которых были похоронены по два человека – мужчина и женщина (по-видимому, муж и жена). Первая гробница была полностью ограблена еще в древности, зато две другие сохранились сравнительно хорошо. В одной из них – погребении номер 3 – среди разбросанных костей лежали два кувшина – золотой и серебряный – и несколько золотых украшений. Но наиболее богатым оказалось погребение номер 2, расположенное в южной части кургана. Здесь археологи нашли остатки колесницы, запряженной двумя конями. Скелеты коней были буквально усыпаны серебряными бляшками и пластинками, украшавшими истлевшую кожаную сбрую. Возле останков похороненного здесь пожилого мужчины лежали два серебряных кувшина, четыре серебряных фиала, богато украшенный серебряный наколенник (кнемида) с позолотой, бронзовый шлем и четыре бронзовых сосуда; рядом с останками молодой женщины были найдены лавровый венок из чистого золота – он весил 205 г! – и многочисленные золотые предметы: массивные серьги, украшенные фигурками сфинксов и растительным орнаментом, пуговицы, булавка, ложечка, нашивные бляшки.

Богатые находки наводили ученых на мысль о том, что в этой гробнице могли быть похоронены знатные представители фракийского племени трибаллов, обитавших на землях нынешнего Врачанского края. Возможно, среди них была фракийская принцесса – именно ее голову украшал золотой лавровый венок… Датой погребения считается IV в. до н. э.

Один из найденных в Могиланском кургане серебряных сосудов-фиалов отличался особенно богатым декором. От днища к вершине радиусами расходятся полосы орнамента; к центру с внутренней стороны прикреплена круглая позолоченная серебряная пластинка, обрамленная концентрическими рядами полосами круглых бусин. Эта широкая рамка окружает центральное круглое поле, в котором отчеканен профиль Афродиты.

Другая находка в Могиланском кургане – золотой кувшин – принадлежит к числу шедевров фракийской торевтики. Создавший его мастер вложил в это выдающееся творение свои незаурядные способности и воплотил в нем религиозно-мифологические представления своего народа. Фриз из пальметок отделяет вытянутое горло кувшина от его округлой центральной части; ручки оформлены в виде «гераклова узла», а венчик и донце украшены насечкой. Две крылатые колесницы-квадриги симметрично расположены по обе стороны пальметты. Обращенные в профиль лица возничих в колесницах переданы с почти портретной точностью.

Трудно однозначно объяснить смысл этой сцены. Некоторые авторы считают, что здесь изображен бог Аполлон на своей крылатой колеснице. Другие убеждены, что в образе возницы изображен какой-то фракийский царь. Возможно, две колесницы символизируют своеобразную двойственную природу солнечного божества: в религиозном сознании фракийцев оно одновременно представляло собой день и ночь, лето и зиму, свет и тьму. Таким образом получала свое образное выражение идея вечного круговорота, чередования противоположных начал в природе. С другой стороны, колесница – хорошо известный в Древнем мире атрибут царской власти. Состязания колесниц нередко служили способом испытания достоинств будущего царя. Особенно красноречив в этом отношении известный греческий миф о Пелопсе, который выиграл состязание на колесницах с Эномаем, царем города Писы; позже он стал основателем знаменитой микенской династии Пелопидов. И в древней Фракии колесница, несомненно, служила символом царского достоинства – достаточно вспомнить восторженные эпитеты, которые используют Гомер и Еврипид, описывая коней и колесницы легендарного царя Резоса, или обычай погребать царей вместе с их парадными колесницами, хорошо известный по раскопкам фракийских погребений.

Экспозиция третьего зала Национального исторического музея посвящена эпохе становления средневекового Болгарского государства и его истории вплоть до завоевания Болгарии турками (VII—XIV вв.). В ней нашли свое отражение и события Великого переселения народов, и короткая история «Великой Болгарии», основанной ханом Кубратом (632–665) в степях Причерноморья, в бассейнах рек Днепр и Кубань. Под натиском хазар в конце VII в. часть болгарских племен была вынуждена уйти за Дунай, где было основано Болгарское ханство (681–864). Особую роль в становлении раннесредневековой Болгарии сыграли славянские племена, поселившиеся на Балканах еще в VI в. Памятники этого периода, связанные с культурой высшей аристократии, – медальон хана Омуртага, сосуды из благородных металлов, украшения – свидетельствуют о культе хана и роли родовой аристократии у древних болгар. Предметы быта простых болгар – амулеты, глиняные сосуды, орудия труда, детали одежды – выглядят гораздо более скромно и практически не имеют выраженных этнокультурных признаков; они могли принадлежать представителям любого кочевого народа той поры.

Принятие христианства в 864 г. укрепило позиции верховной власти, ускорило процесс консолидации болгаро-славянского государства, способствовало созданию единой культуры. В IX–X вв. Болгарское государство уже являлось заметной политической силой в Юго-Восточной Европе. Ценными свидетельствами эпохи являются печати-моливдовулы князя Бориса-Михаила (852–889), царей Симеона Великого (893–927) и Петра (927–970). Культура Преслава, тогдашней столицы Болгарии, представлена богатыми коллекциями парадных и литургических сосудов, каменной и металлической пластики, ювелирных изделий. Достоверно известны бывшие владельцы некоторых предметов: например, огромный золотой перстень весом 61,15 г принадлежал царю Калояну (1197–1207). Часть экспозиции посвящена истории болгарской Церкви и, в частности, Охридской архиепископии и Тырновской патриархии. Представление о высоком искусстве болгарских ремесленников той поры дают 11 кладов, содержащих богатые украшения из золота и серебра.

Экспонаты четвертого зала связаны с самой трагической страницей в истории болгарского народа – эпохой турецкого владычества (1396–1878). Этот почти пятивековой исторический отрезок принято делить на два периода – позднего средневековья (XV–XVII вв.) и болгарского национального возрождения (XVIII–XIX вв.). В это суровое время единственным фактором, объединявшим народ, служила христианская вера, поэтому неудивительно, что значительную часть этой части музейной экспозиции занимают памятники церковного искусство. Особое внимание уделено ведущим художественным школам той поры – Чипровцам и Охриду. Период национального Возрождения отмечает начало борьбы болгар за независимость. В 1876 г. начинается Апрельское восстание, в 1877 г. – русско-турецкая война, которую в Болгарии называют Освободительной. Подписанный 3 марта 1878 г. в Сан-Стефано мирный договор восстановил независимость Болгарского государства. Об этом бурном периоде болгарской истории рассказывают многочисленные экспонаты: оружие, знамена, награды, исторические документы и фотографии, печатные материалы, плакаты, карты. В пятом зале музея представлена история Третьего Болгарского царства (1878–1946), а следующий зал отведен народной культуре. Здесь можно увидеть традиционную одежду болгарских крестьян, образцы народного прикладного искусства, орудия труда, предметы быта. Отдельный зал посвящен раскопкам на месте античного города Аполлония Понтика (современный Созополь).

Археологический музей в Пловдиве

Археологический музей в Пловдиве – один из лучших и старейших в Болгарии. Он существует с 1882 г. Созданный первоначально как археологическо-нумизматический кабинет, к 1920-м гг. провинциальный пловдивский музей разросся до размеров крупного столичного. Ныне в его коллекциях насчитывается около 100 тыс. экспонатов. И совсем не случайно Пловдив стал «археологической столицей»: разнообразие и обилие найденных в окрестностях города следов древних культур свидетельствует о том, что эта земля была заселена очень давно.

В музее хранится и экспонируется множество экспонатов первобытного искусства, начиная с неолита, эпохи бронзы, железа, а также фракийского и античного искусства, в том числе около 600 изображений знаменитых «фракийских всадников», высеченных на каменных плитах. Таких плит в болгарских музеях многие сотни. Больше всего их собрано в софийском и пловдивском Археологических музеях. Изображение всадников высекалось обычно на прямоугольной плите размером от 20–25 см до 1 м в высоту, часто с закругленным верхом. Изображения были строго каноничны: всадник был обращен, как правило, вправо. Конь его или медленно ступает, или скачет галопом. Всадник поражает дикого зверя, чаще всего вепря. Всаднику сопутствуют две собаки.

Как полагают ученые, в основе этого изображения лежит культ бога Хероса, которому фракийцы сооружали многочисленные святилища. Умерших очень часто изображали на надгробных плитах в образе этого бога. В сегодняшней Болгарии нет уголка, где бы не встретился рельеф с изображением Хероса на коне.

Пожалуй, самым известным экспонатом музея является знаменитый золотой клад из селения Панагюриште Пловдивского округа, датируемый IV в. до н. э. Он был найден в декабре 1949 г. при совершенно случайных обстоятельствах. Известие о находке клада из Панагюриште буквально взбудоражило научную общественность: открылась новая страница древней истории Болгарии.

Входящие в состав клада семь золотых ритонов, амфора и блюдо, изготовленные методом холодной ковки, представляют собой не случайный набор драгоценной посуды, а тщательно подобранный сервиз, принадлежавший, по всей видимости, одному из фракийских царей. И по богатству – общий вес золотых предметов составляет более 6 кг – и по красоте и изяществу отделки эти предметы уникальны. А огромный сосуд-фиал весом 846 г чистого золота и диаметром 25 см вообще является рекордсменом во всем античном мире.

Чеканные рельефы, покрывающие сосуды, кажется иллюстрируют всех богов и героев античности. Улыбаясь, сидит в легком хитоне Афина, подняв одной рукой боевой шлем и опираясь другой на круглый узорчатый щит. Чуть поодаль стоит Афродита и восседает на троне Гера. Рядом – Парис. В левой руке он держит скипетр, правая немного поднята – такое впечатление, будто он что-то объясняет богиням… Второй ритон посвящен подвигам Геракла и Тесея. Геракл побеждает киренейскую лань, борется с марафонским быком. Тесей – силач с детским лицом. На других сосудах можно видеть Диониса в окружении неистовых вакханок, Артемиду и Аполлона с луками в руках, крылатую Нику с печально склоненной головой. Три ритона выполнены в виде женских голов – судя по всему, это амазонки. Еще один сюжет посвящен событию неизвестному нам, но, по всей видимости, хорошо известному в древности: из-за двустворчатых дверей дворца с колоннами видны руки и голова испуганного старика. Он с ужасом смотрит на бегущих ко дворцу воинов, размахивающих мечами. Воины жестоки и сильны, и нет спасения немощному старику даже за кованными дверями… Напряженное душевное состояние героев находит свое выражение в позах, жестах, взглядах.

Долгое время среди специалистов шли споры: где изготовлены эти роскошные сосуды и к какой эпохе их следует отнести? То, что это не древнефракийское искусство, ученые разобрались довольно быстро, но нельзя было и утверждать, что их родина «коренные» греческие области. Скорее всего, кубки появились на свет в греческом центре, находящемся за пределами материковой Греции.

Болгарский исследователь Иван Венедиков, основываясь на тщательном и разностороннем анализе (изучая весовые системы различных греческих городов), пришел к выводу, что этот сервиз вышел из ювелирных мастерских малоазийского города Лампсака. Ему удалось определить, что соотношение между весом сосудов из Панагюриште и содержанием в них золота соответствует персидской весовой системе, а точнее – весу персидских монет – статеров, которые чеканились и в греческих городах Малой Азии. Ближе всех к эталону (по весу и по содержанию золота) оказался статер, чеканившийся в Лампсаке: в этом городе персидский статер в IV в. до н. э. был чуть полновеснее обычного. Вот такая сложная родословная у панагюриштенских сосудов: их изготовили греческие ювелиры в малоазийском городе Лампсаке, стоявшем на фракийской земле и испытавшем влияние ахеменидской Персии…

Датой изготовления сосудов считается рубеж IV–III вв. до н. э. В ту пору Фракия была вовлечена в орбиту важных политических событий, сотрясавших античный мир. В 370 г. до н. э. эта область стала плацдармом, с которого Александр Македонский начал свой поход в Персию. В 323 г. до н. э., после смерти Александра, правителем Фракии стал Лисимах, сподвижник великого полководца. Бесконечные войны, непрекращающиеся восстания фракийцев, стремившихся сбросить с себя чужеземное иго, истощали страну. А в 278 г. до н. э., спустя два года после смерти Лисимаха, Фракия подверглась кельтскому нашествию… Организованного отпора фракийцы дать не смогли. Люди бежали в неприступные горы. Видимо, именно тогда и оказались в земле панагюриштенские ритоны.

Редчайшим произведением фракийского искусства является и погребальная маска, по-видимому, фракийского вождя римского периода (I в.), выполненная из серебра и найденная во вскрытом археологами саркофаге. Это единственный подлинный скульптурный портрет фракийца. В маске нет ничего условного, она воспроизводит реальные черты человека, умершего почти две тысячи лет тому назад. На лоб покойного была наложена повязка, какие тогда носили фракийцы, его также украшал золотой венец, от которого остались отдельные лепестки.

Пловдивский Археологический музей обладает богатой и разнообразной коллекцией произведений древнегреческого искусства V–IV вв. до н. э., найденных в гробницах фракийских царей, открытых в районе сел Дуванли и Чернозем. Значительную часть этого собрания занимают аттические черно– и краснофигурные вазы, серебряные фиалы и скифосы, украшенные сценами из греческой мифологии. Золотые и серебряные изделия из селения Дуванли Пловдивского округа датируются V в. до н. э. Эти предметы извлечены из фракийской гробницы и являются ярким доказательством высокого уровня ювелирного искусства фракийцев. Высокими художественными качествами наделены рельефы с изображением Медузы, богини Ники, едущей на колеснице пасущегося зверя. Особенно интересны произведения с явными чертами стилизации в духе «звериного стиля».

Коллекция античной скульптуры включает в себя 50 мраморных портретных голов, статуи богов и героев. Из хранящихся в музее произведений античного искусства привлекает внимание мраморный рельеф, изображающий сцену чествования почитаемых фракийцами богов, приносящих людям здоровье (III в. до н. э.). Изображенные почти во весь рост фигуры отличаются большой выразительностью.

Предшественником Пловдива был античный Филиппополь. Сегодня среди руин древнего города, лежащих прямо под улицами современного Пловдива, археологи то и дело обнаруживают памятники античности. Пловдивский музей располагает превосходными образцами мраморных архитектурных деталей, некогда украшавших культовые и общественные постройки Филиппополя I–IV вв. – театра, стадиона, форума. В экспозиции музея можно увидеть большие фрагменты архитрава, колонны и капители, некогда служившие украшением городского стадиона, а также стоявшие при входе мраморные пилястры с изображенными на них атрибутами Гермеса и Геракла. Не менее обширны и коллекция римской мозаики из жилых домов древнего Филиппополя, а также собрание надгробных стел, памятников и саркофагов.

В собрании музея широко представлена и эпоха болгарского национального Возрождения: церковная утварь, старопечатные книги, украшения, предметы быта. Нумизматический отдел насчитывает в своем фонде около 60 тыс. монет, датируемых от VI в. до н. э. до XX в. н. э. К числу древнейших памятников денежного обращения принадлежат электровые и серебряные монеты VI–IV вв., чеканенные в Кизике, Афинах и на острове Тасос. Значительную часть собрания составляют золотые, серебряные и бронзовые османские монеты XV–XIX вв. различных номиналов. Весьма представительна и коллекция западноевропейских монет XVI–XIX вв., отчеканенных различными европейскими монархами. Дополняют это богатейшее собрание коллекционные болгарские монеты XX в.

Этнографический музей «Етыр» в Габрово

Болгарский город Габрово известен всему миру как столица юмора. О нем рассказывают легенды. Однако реальный Габрово – это прежде всего город мастеров. По преданию, он и основан был мастером-кузнецом, Рачо Ковачем, и во все века славился своими ремесленниками. Сегодня об этих славных традициях напоминает «Етыр» – этнографический парк-музей под открытым небом, расположенный на окраине Габрово и посвященный истории болгарских ремесел. Здесь воссозданы старинные габровские промыслы и быт XVIII–XIX вв.

На первый взгляд Етыр никаким другим словом, кроме как «поселок», и не определишь. Ну, может быть, еще «слобода». Однако всего лишь на первый взгляд. Ибо в действительности это музей ремесел под открытым небом, а официальное название его такое: архитектурно-этнографический комплекс «Етыр».

Габрово. Этнографический комплекс Етыр

Етыр построен в 1960-е гг., когда многие в Болгарии стали понимать, что старым ремесленным традициям грозит исчезновение. На свете есть немало этнографических экспозиций, расположенных под открытым небом, но габровцы, несмотря на их легендарную «скупость», превзошли многих. Они воссоздали в первозданном виде ремесленные мастерские, построенные сто и даже двести лет назад, свезли сюда наиболее интересные постройки со всего округа, а то, что не смогли сохранить или перенести, реконструировали. А затем созвали мастеров, знакомых со старой технологией, вручили им точные копии старинных инструментов и сказали: «Творите!»

Вскоре здесь заработали водяная мельница, мастерские по изготовлению деревянной посуды, ножей и галунов, красильня, лесопильня. Затем в «Етыре» появились мастера кузнечного и столярного дела, шляпники, ювелиры, вязальщицы и вышивальщицы, гончары, ткачи… Так и значится «Етыр» в справочниках – действующий, живой музей!

Все здания в «слободе» построены по типу конкретных домов известных старых мастеров – с мастерскими и лавками на первом этаже и жилыми помещениями – на втором. Ни одна мастерская не повторяет другую. В них смонтированы подлинные станки, приспособления и механизмы, которые собирались по всему габровскому краю. Вы можете заглянуть в кузницу, ковроткацкую или ювелирную мастерскую. Все, что делают руки мастеров, продается тут же, в маленькой лавке (разумеется, старинного образца), сложенной из тесаного камня и крытой плоскими каменными плитами. Говорят, в этом тоже проявился характер местных жителей: если из чего-либо можно извлечь выгоду, габровец извлекает ее обязательно и не сходя с места.

Ныне в «Етыре» можно увидеть «в действии» двадцать видов ремесел. При этом – никакого электричества! Все станки и приспособления приводятся в действие водой. Вода вращает мельничные жернова и валы токарных станков, точила и веретена, движет гребни чесальных машин и деревянные механизмы шерстобитни, приводит в ход мощные пилы, взрезающие толстые лесины. Вода струится по наклонным канавкам и канальчикам, несется по деревянным желобам, брызжет из-под заслонок, бьет «гейзером» и, успокоившись, стекает в быструю реку Сивеку, чтобы потом влиться в Янтру и продолжить путь к Дунаю…

Из горна вылетает сноп розовых искр. Это мастер качает мехи, раздувая огонь. Потом он переносит раскаленную заготовку на наковальню и звонко бьет молотом. Под его ударами рождается лезвие охотничьего ножа…

Женщины развешивают на перекладинах между врытыми в землю столбами тяжелые, с длинным ворсом «халиште» – ковры из овечьей шерсти. С перил мостика свисают новенькие, яркие – красные, зеленые, желтые – только что выстиранные покрывала и коврики. Стирают их здесь же, в огромном деревянном чане, куда с силой обрушивается вода. Она бешено колотит ткань, так что никаких моющих средств, к радости габровцев, не требовалось. Очевидно, это был первый в истории «патент» на стиральную машину, «Паспорт» к машине в местном варианте звучит так: «Вода чистая, белье белое, а мыло – целое»…

На крутящемся валу, приводимом в действие силой воды, насажена деревянная болванка. Мастер прижимает к ней резец, вьется мягкая стружка, и из грубой древесины начинают проступать очертания плоской деревянной миски – «гаванки», или фляги для ракии, или глубокой солонки. Когда требуется внимательно осмотреть изделие, мастер берется за длинный рычаг, снаружи опускается заслонка, преграждая путь воде, вал останавливается…

В пламени паяльной лампы, усиленном вдуваемым через трубку воздухом, плавится серебряная проволока. Металл капает крохотными каплями и застывает на куске асбеста. Ювелир осторожно берет их щипчиками и припаивает к основе – получается зернь. А то разогревает витую из нескольких нитей проволочку и плетет узоры, или наносит на украшение точные штрихи и наплавляет черновой сплав. Рядом поблескивает законченная филигрань…

В древней деревянной постройке жернова перемалывают зерно. Специальное устройство громко трещит, показывая, что бункер почти пуст, и зовет мельника – дать работу «разошедшемуся» жернову. В деревянном ларе возвышается холмик муки – она родилась из пшеницы несколько минут назад. Сама мельница-долапкиня весьма преклонного возраста: ей уже более полутора столетий…

Музей дробится, распадается на картинки. Складываясь вместе, они образуют машину времени. Она делает скачок через много десятилетий и переносит посетителя музея в прошлое. О том, что передо вами все же музейная экспозиция, напоминает лишь одна деталь: надписи возле домиков – «Сооружения не трогать!». А потрогать так хочется…

Мастерские и лавки, расположенные по другую, левую сторону реки, представляют собой так называемые ремесленные ряды. Здесь продаются керамические, кожаные, золотые, серебряные и медные изделия – образцы художественных ремесел, старинные болгарские деревянные музыкальные инструменты и др. Не забыты и кондитерские изделия, которые приготовляют по старинным рецептам. Посетители могут посидеть за чашечкой кофе в старой кофейне.

Но вот наступает вечер, и город мастеров затихает. Сложив свои инструменты, разъезжаются по домам ремесленники. Кроме сторожей здесь не остается ни души: ведь «Етыр» – это город-музей, в котором никто не живет…

Ватикан

Ватиканские музеи

В 2006 г. одна из крупнейших художественных коллекций мира – Ватиканские музеи – отметила свое 500-летие. В ее фондах хранятся сотни бесценных произведений искусства, созданных выдающимися мастерами разных эпох, и нужно потратить несколько дней, чтобы осмотреть их. Ежегодно Ватиканские музеи посещают около 4 млн туристов. «У античных музеев, собранных папами, есть настоящая мировая слава, – писал в “Образах Италии” П. П. Муратов. – Даже католические паломники считают свое дело неисполненным до тех пор, пока не увидят Лаокоона и Аполлона Бельведерского. Даже совсем равнодушные к искусству и к древности люди считают положительной необходимостью для себя прогулку по залам Пио-Клементинского музея и Галереям Кьярамонти и Браччио Нуово. Это дань, которую современное человечество платит античности с наибольшим единодушием, с наибольшей покорностью».

Вид на Ватикан от собора Св. Петра

Первое упоминание о существовании художественной коллекции («кабинета редкостей») при папской библиотеке относится ко временам понтификата папы Сикста IV (1471–1484). Все же принято считать, что начало ватиканским собраниям положил папа Юлий II, в 1503 г. поместивший во внутреннем дворе дворца Бельведер, построенного Иннокентием VIII, мраморную античную статую Аполлона, некогда украшавшую садик при римской церкви Святого Петра в Цепях. В 1506 г. к ней добавилась ныне знаменитая скульптурная группа «Лаокоон» работы родосских мастеров Агесандра, Атенодора и Полидора. Это мраморное изваяние было найдено в винограднике на Эсквилинском холме. До нашего времени дошло описание находки Лаокоона, принадлежащее перу Франческо да Сангало, сына известного архитектора Джулиано да Сангало, вместе с Микеланджело Буонаротти, присутствовавшем при этом событии. Папа Юлий II отправил их туда, чтобы эти авторитетные мастера лично удостоверились в художественной ценности статуи. Находка получила огромный резонанс – ведь об этой скульптуре упоминал еще Плиний! По рекомендации Микеланджело и Сангало папа немедленно купил скульптуру у владельца виноградника. «Лаокоон» был установлен в Ватиканских садах и спустя месяц открыт для всеобщего обозрения. 14 января 1506 г. – день находки статуи – считается днем рождения Ватиканских музеев.

Первоначальным ядром собрания стала коллекция античных статуй, собранных папой Юлием II в так называемом Внутреннем дворике статуй, который сегодня известен как Октагональный двор. Эти художественные коллекции в настоящее время размещены в различных зданиях в пределах музейного комплекса. Со временем коллекции так разрослись, что встал вопрос о необходимости выделения отдельных музеев. Папы Бенедикт XIV (1740–1758) и Климент XIII (1758–1769) основали два музея при Ватиканской Апостольской библиотеке: Священный (Museo Sacro, 1757) и Светский (Museo Profano, 1767). Позже папа Климент XIV (1769–1774) и кардинал Баски (будущий папа Пий VI) решили преобразовать в музей бывший дворец папы Иннокентия VIII, расширить старые и построить новые помещения для расширившихся коллекций. Строительные работы, которые длились 15 лет, были поручены архитекторам Симонетти и Кампорези. Старый антикварий для статуй был переделан, к нему пристроили восьмиугольный портик, и все эти помещения приспособили под музейные залы. Новый музей получил название Пио-Клементино (по имени Пия VI и Клемента XIV). Римские папы были в числе первых европейских суверенов, открывших художественные коллекции своих дворцов для широкой публики.

В 1797 г. договор между папой Пием VI и наполеоновской Францией лишил ватиканские музеи огромного числа бесценных произведений, которые были вывезены во Францию. Следующий папа, Пий VII (1800–1823), стремясь возместить потери, в первые же годы своего понтификата начал собирать произведения античного искусства. Собрание быстро пополнялось. Позднее для него по проекту архитектора Стерна было построено новое здание, которое получило название «Браччо Нуово» («Новое крыло»). В 1807–1810 гг. при участии выдающегося скульптора Антонио Кановы был организован музей Кьярамонти.

Художественные ценности, вывезенные во Францию, были возвращены в Рим только в 1816 г. по решению Венского конгресса. Среди возвращенных произведений было 73 картины, которые собраны в апартаментах Борджа. В 1822 г. был открыт музей в «Новом крыле» («Браччо Нуово»). Папа Григорий XVI (1831–1846) основал Этрусский музей (1837), куда поступали предметы из раскопок в Южной Этрурии, начавшиеся в 1828 г.; Египетский Музей (1839), коллекции которого пополнялись в результате археологических исследований в долине Нила, и Латеранский Светский музей (1844), где были собраны барельефы, статуи и мозаики римского периода. В 1854 г., при папе Пие IX, в Латеранском дворце открылся Христианский музей, в основу собрания которого легли находки в римских катакомбах, где собирались первые христиане – саркофаги, скульптуры, фрески, надписи. Позже к ним добавились экспонаты из раскопок в Остии (1856–1869) и Порто (1866). В 1910 г., во время понтификата св. Пия X, собрание музея пополнилось секцией, содержащий 137 надгробий из древних еврейских некрополей в Риме, большей частью с кладбища на Виа Портуэнсе, пожертвованные владельцами земли – семейством маркиза Пеллегрини-Кьярантотти. Спустя полвека собрания Светского и Христианского музеев были переведены, по просьбе папы Иоанна XXIII (1958–1963), из Латеранского дворца в новое, специально построенное здание в Ватикане. В 1970 г. они были вновь открыты для публики, получив названия Грегорианского Светского музея и Христианского музея Пия.

В 1926 г. папа Пий XI организовал Миссионерский Этнологический музей с собраниями материалов, происходящих из католических миссий в разных странах Африки, Азии и Америки. Первоначально он располагался в верхних этажах Латеранского дворца, а позже, по просьбе Иоанна XXIII, был переведен в Ватикан, где разместился в том же здании, что и другие собрания из Латеранского дворца. В 1932 г. окончательно выделилась в отдельный музей Ватиканская пинакотека. 23 июня 1973 г. папа Павел VI (1963–1978) открыл в апартаментах Борджа собрание современного религиозного искусства, в том же году был основан Ватиканский Исторический музей. С 1987 г. он располагается в папских апартаментах Латеранского дворца. Его собрание включает в себя собрание портретов пап, реликвии папской гвардии, богослужебные и церемониальные предметы, вышедшие из употребления. В качестве отдела Исторического музея действует Музей транспорта, основанный папой Павлом VI в 1973 г.; в его экспозицию входят автомобили и железнодорожные вагоны римских пап последнего века.

Помимо названных, в комплекс Ватиканских музеев входит ряд построек, отдельных залов и помещений, составляющих дворцовый ансамбль Ватикана: дворец Бельведер, Верхние галереи, апартаменты св. Пия V, апартаменты Борджа, капелла Николая V (Никколина), расписанная Фра Беато Анджелико, капелла Урбана VIII, знаменитая Сикстинская капелла и не менее знаменитые Станцы и лоджия Рафаэля, Галерея гобеленов, где выставлено собрание гобеленов и тканей XVI–XVII вв., Галерея карт и др.

Общая протяженность музейных залов и галерей составляет около семи километров, и почти невозможно осмотреть все художественные собрания Ватикана за один день. Это настоящий микрокосм западной цивилизации: от египетских мумий и этрусских золотых украшений до греческой и римской скульптуры, от шедевров Ренессанса до современного религиозного искусства. Миллионы туристов приносят Ватиканским музеям ежегодный доход в размере около 20 млн долларов, и большая часть этих средств тратится на обслуживание музейных залов и реставрацию экспонатов. Штат музейных работников сравнительно невелик – около 300 человек: экскурсоводы, охрана, научные сотрудники. Имеется несколько хорошо оснащенных лабораторий и рестарационных мастерских, где первоклассные специалисты – искусствоведы и реставраторы – колдуют над старинными полотнами, гобеленами, мозаиками, давая им вторую жизнь.

Ядро ватиканского собрания античной скульптуры составляет Музей Пио-Клементино, занимающий часть помещений дворца Иннокентия VIII (дворца Бельведер). Этот дворец первоначально служил летней резиденцией пап. В 1771 г. папа Климент XIV открыл в его стенах галерею греческих и римских скульптур, происходящих преимущественно из раскопок в Риме и его ближайших окрестностях. Некоторые из них украшали виллу императора Адриана близ Тиволи и «Золотой дворец» императора Нерона. Они послужили исходными моделями для скульпторов эпохи Возрождения, вдохновлявшихся античным искусством.

Следующий папа, Пий VI, значительно обогатил и расширил музейное собрание. Позднее по имени двух своих основателей музей и получил свое современное название Пио-Клементино. Реконструкция отведенных под его экспозицию залов дворца велась под руководством М. Симонетти и Дж. Кампорези. Ныне основная часть музейной коллекции выставлена в десяти залах: Зале греческого креста, Круглом зале (Ротонде), Галерее муз, Галерее животных, Галерее статуй, Галерее бюстов, Галерее масок, Октагональном дворике, кабинете Апоксиомена, и атриуме «Бельведерского торса».

Первым залом является Зал греческого креста. Он оформлен по проекту М. Симонетти в египетском стиле, хотя статуи фараонов, фланкирующие вход, представляют собой имитацию XIX в. В плане зал имеет вид равноконечного греческого креста, отсюда и его название. Его украшают несколько превосходных римских мозаик (в том числе одна, изображающая фазы Луны, II в. н. э.) и статуй II–III вв. Среди скульптур выделяются фигура юного императора Октавиана Августа – одна из немногих древних статуй, у которой голова никогда не была отделена от туловища, и скульптурный портрет Юлия Цезаря. Наиболее интересны два огромных порфировых саркофага, в одном из которых некогда покоился прах матери императора Константина – императрицы Елены, в другом – его дочери, Констанции. Саркофаг Елены (нач. IV в. н. э.), обнаруженный близ Виа Лабикана, украшен рельефными сценами битв. Саркофаг Костанции (350–360 гг. н. э.), найденный среди руин мавзолея на Виа Номентана, украшен раннехристианской символикой: головками ангелов, изображениями агнцев, виноградных гроздьев и караваев хлеба. Позади саркофага находится статуя шагающей женщины, исполненная в натуральную величину, – как считается, это единственный дошедший до наших дней портрет легендарной царицы Клеопатры.

Следующий зал, круглый, и носит название Ротонды. Он создан в 1780–1782 гг. М. Симонетти по образцу римского Пантеона. Пол украшает мозаика I в. н. э. из Отриколи, изображающая битву греков с кентаврами, тритонами и нереидами. В центре – огромная монолитная порфировая ваза, найденная среди развалин «Золотого дворца» Нерона; стоящие вдоль стен 18 статуй и бюстов изображают римских и греческих богов и героев. Особенно выделяется среди них огромная бронзовая с позолотой статуя Геракла (II в.) – единственная позолоченная статуя, сохранившаяся со времен античности. Здесь же – колоссальная голова Юпитера из Отриколи (IV в.), беломраморная статуя императора Клавдия в облике Юпитера, увенчанного венком из дубовых листьев, бюст императора Адриана и большая скульптура, изображающая его фаворита, прекрасного юношу Антиноя. Обожествленный после гибели в Египте, Антиной изображен в облике бога Диониса-Осириса. Мастер, изваявший эту статую, явно стремился подражать великому скульптору классической Греции Праксителю. Но как и в других произведениях времен Адриана, призванных возродить красоту классической скульптуры, в портрете Антиноя наглядно виден чисто академический подход к греческому искусству. Воздействие греческих образов IV в. до н. э. несомненно, но формы, которые у Праксителя были органическими, естественными и не нуждались в подчеркивании, здесь по-римски укрупнены и монументализированы. Свисающие на лоб густые локоны кажутся плотными и вязкими. Резко отмечена грань между волосами и лбом. Полными и сочными показаны губы. Как и в других скульптурах, поверхность мрамора заглажена слишком сильно и тщательно отполирована.

Большая открытая арка соединяет Ротонду с восьмиугольным Залом муз, созданным в 1782 г. по проекту М. Симонетти. Его украшают шестнадцать колонн из каррарского мрамора. В зале выставлены мраморные статуи Аполлона и муз, покровительниц различных видов искусства (II в. н. э.), а также гермы римской работы с изображениями греческих философов. Из девяти муз – спутниц Аполлона здесь представлены только семь. Они найдены среди руин виллы императора Адриана в Тиволи и, как считается, представляют собой копии греческих бронзовых оригиналов.

Рядом с Залом муз расположена Галерея животных. Она содержит самое богатое в мире собрание античных скульптур, изображающих различных животных. Здесь выставлено около 150 статуй, многие из которых являются ценными произведениями искусства. Исполненные в цветном и белом мраморе, они отличаются тонким техническим мастерством. Часть скульптур представляет собой копии греческих и римских оригиналов, выполненные по заказу папы Пия VI итальянским скульптором Франческо Антонио Францони (1734–1818), часть других составлена Францони из подлинных античных фрагментов.

Лаокоон. I в. до н. э.

Из Зала животных можно пройти в соседнюю Галерею статуй, но, прежде чем сделать это, стоит выйти в Октагональный (бывший Бельведерский) дворик, где собраны самые выдающиеся шедевры из собрания Музея Пио-Клементино. По пути можно полюбоваться двумя изваяниями свирепых молосских собак работы мастеров пергамской школы (I в. до н. э.). Октагональный дворик, отделенный от Зала животных небольшим вестибюлем, является историческим ядром Ватиканских музеев: именно здесь папа Юлий II разместил первые классические скульптуры из своего собрания. В 1775 г. М. Симонетти, осуществлявший реконструкцию дворца по заказу папы Пия VI, перестроил прежний квадратный Бельведерский дворик в октагон, а в 1803 г. в его четырех углах были устроены отделенными аркадами небольшие ниши-кабинеты. Ныне в этих кабинетах помещены всемирно известные скульптуры «Лаокоон», «Аполлон Бельведерский» (римская копия с работы Леохара IV в. до н. э.), «Персей» и «Атлеты» (работы итальянского скульптора А. Кановы, 1800) и «Меркурий» («Гермес»; римская мраморная копия с греческого бронзового оригинала Праксителя).

Знаменитый «Аполлон Бельведерский» – мраморная римская копия 130–140 гг. н. э. с бронзового оригинала афинского скульптора Леохара. Эта скульптура была найдена близ Гроттаферраты около 1490 г. и перенесена в Ватикан в 1503 г. В другом кабинете – всемирно известная скульптурная группа «Лаокоон». Она была найдена на Эсквилинском холме в 1506 г., и присутствовавшие при этом открытии Микеланджело и Антонио да Сангалло сразу опознали в ней шедевр великих греческих мастеров Агесандра, Полиодора и Афинодора, описанный Плинием. Скульптура была отреставрирована Микеланджело, который заменил отсутствующую правую руку Лаокоона; ныне она, в свою очередь, заменена подлинником, найденным в 1950-х гг. В третьем кабинете Октагона стоит мраморная статуя Гермеса (Меркурия) – римская копия II в. с бронзового оригинала великого Праксителя, некогда находившегося в священной Олимпии. Долгое время считалось, что эта скульптура изображает Антиноя. Четвертый кабинет, «Кабинет Кановы», содержит три неоклассических статуи: «Персей», «Атлеты» и «Дамоксен», изваянные Антонио Кановой (1757–1822), крупнейшим итальянским скульптором конца XVIII в. Они были установлены здесь после того, как большинство античных шедевров из Ватиканских музеев было вывезены Наполеоном в Париж.

Из Октагонального дворика дверь ведет в круглый вестибюль. С левой стороны от него расположен кабинет Апоксиомена, в центре которого стоит превосходная римская копия статуи атлета «Апоксиомен» с оригинала работы Лисиппа (IV в. до н. э.). С правой стороны от круглого вестибюля находится небольшой внутренний дворик-атриум, носящий название атриума «Бельведерского торса». В трех его нишах-кабинетах выставлены знаменитая скульптура эпохи позднего эллинизма «Бельведерский торс», статуя Мелеагра (римская копия II в. с оригинала Скопаса IV в. до н. э.) и римские саркофаги, принадлежавшие членам известной патрицианской семьи Сципионов. Наиболее известен и интересен конечно же «Бельведерский торс». Найденный во времена папы Юлия II в Кампо Фуори, он представляет собой воплощение античного идеала мужской красоты. Неясно, кого изображала эта статуя: Геракла, сидящего на львиной шкуре, – как полагают одни исследователи, или отдыхающего Аякса, как считают другие. На мраморе сохранилась подпись автора: Аполлоний, сын Нестора (греческий скульптор I в. до н. э.). «Бельведерский торс» оказал большое влияние на скульпторов эпохи Высокого Возрождения; им вдохновлялся великий Микеланджело, работая над фресками Сикстинской капеллы.

Большой открытый проем в стене соединяет Зал животных с Галереей статуй. Она перестроена во времена Климента XIV и Пия VI из небольшого летнего павильона, примыкавшего ко дворцу Иннокентия VIII и украшенного в XV в. фресками Андреа Мантеньи и Пинтуриккьо. Ныне здесь выставлено несколько прекрасных римских копий с греческих скульптур. Особенно выделяются «Аполлон Сауроктон» (римская копия с бронзового оригинала Праксителя IV в. до н. э.), «Пригнувшаяся Венера» (римская копия с оригинала Дедалоса из Вифинии, III в. до н. э.), «Эрос из Ченточелле» (эллинистическая копия с оригинала IV в. до н. э.), «Спящая Ариадна» (копия с эллинистического оригинала III–II вв. до н. э.), а также «Плач Пенелопы», «Амазонка» из виллы Маттеи, «Сон Ариадны», несколько монументальных греческих стел и так называемые канделябры Барберини.

Галерея статуй переходит в Галерею бюстов, разделенную аркадой на четыре небольшие комнаты. Здесь собраны более ста бюстов античных богов и богинь, римских императоров, патрициев и простых граждан. Вот целая портретная галерея римских цезарей: юный Август – тонкогубый, с острым носом; кудрявый «философ на троне» Марк Аврелий; печальный Адриан, с волосами, упавшими на лоб; жестокий Каракалла, похожий на итальянского бандита… Эффектно смотрится статуя императора Нервы (I в. н. э.) с подчеркнутой пространственностью форм. Он изображен с обнаженным торсом и красивыми складками тоги на коленях, восседающим на скале, подобно Юпитеру. В статуе императора Клавдия (41–54 гг. н. э.) цезарь предстает перед народом уже как полубог. В его жесте – открытый призыв к поклонению. Клавдий изображен подобным богу Юпитеру. Эффектна поза, аккуратно причесаны спускающиеся на лоб пряди волос, красиво уложены на плечах складки лент, тщательна дробная и мелкая отделка дубового венка. И все же пышная мишура всевозможных атрибутов и украшений не может скрыть зловещего взгляда императора, ожидающего почестей…

В следующем небольшом зале, Галерее масок, экспонируется несколько превосходных мозаик. Название зала происходит от украшающей его пол мозаики, найденной в 1780 г. на вилле Адриана в Тиволи, на которой изображено несколько масок. Сама галерея представляет собой часть перестроенного в XVIII в. летнего павильона, примыкавшего ко дворцу Иннокентия VIII. Вдоль стен зала размещены мраморные античные статуи, среди которых особенно интересны и известны «Сатир», изваянная из пентеликонского мрамора «Танцующая женщина» (найдена в окрестностях Неаполя), «Три грации» (римская копия с эллинистического оригинала) и римская копия знаменитой «Афродиты Книдской» (с оригинала Праксителя, IV в. до н. э.).

Примыкающая к Галерее масок группа помещений Бельведерского дворца является своеобразным продолжением экспозиции Музея Пио-Клементино. Северную часть коридора Пирро Лигорио занимают Зал колесницы и Галерея канделябров, созданная в 1785–1788 гг. Последняя представляет собой обширную лоджию, разделенную на шесть секций арками из разноцветного мрамора. Каждую секцию украшает большой мраморный канделябр (отсюда название галереи). Галерея канделябров наполнена статуями, фрагментами древних фресок, саркофагами и вазами, выполненными римскими мастерами. Среди большого числа экспонатов особое внимание обращают на себя «Аталанта» (римская копия с греческого оригинала V в. до н. э.), «Мальчик с гусем» (мраморная римская копия с бронзового оригинала конца III в. до н. э.), эллинистическая статуя «Старый рыбак», статуя Артемиды Эфесской времен императора Траяна (копия известной статуи многогрудой богини Артемиды из Эфеса, чьи груди, как считается, символизируют пчелиные соты – знак изобилия).

Весьма протяженная – 120 м! – Галерея карт была построена в 1578–1580 гг. О. Мачерино и по воле папы Григория XIII (1572–1585), реформатора календаря, расписана в 1580–1583 гг. великолепными фресками, изображающими географические карты всех областей Италии, главных островов Средиземного моря, папских владений во Франции, а также сцены осады Мальты, сражения при Лепанто и крупномасштабные карты морских республик Венеции и Генуи. Эта галерея считается самой красивой в ансамбле Ватиканских музеев. Автором проекта росписей является монах-доминиканец Игнасио Данти – известный математик и космограф, непосредственным исполнителем – его брат Джироламо. Для того чтобы создать 40 живописных настенных картин (32 больших – 320×420 см, и 8 меньшего размера), им потребовалось три года (1580–1583). Сводчатые потолки галереи расписывала группа художников-маньеристов во главе с Чезаре Неббия и Джироламо Муциано.

Следующая галерея носит название Галереи гобеленов. В 1814 г. в ее стенах была открыта выставка фламандских гобеленов XVI в. и итальянских гобеленов XVII в. Фламандские гобелены созданы в знаменитых брюссельских мастерских Питера ван Эльста; многие из них выполнены по рисункам великого Рафаэля и, возможно, его учеников. Из работ фламандских мастеров интересны также гобелен 1549 г., изображающий смерть Юлия Цезаря, и серия гобеленов «Времена года». Итальянские гобелены, созданные в 1600-х гг., изображают преимущественно сцены из жизни Маффео Барберни, избранного в 1623 г. римским папой под именем Урбана VIII (1623–1644).

Ватиканский Музей Кьярамонти основан папой Пием VII на седьмом году его понтификата при участии выдающегося скульптора Антонио Кановы и назван по имени основателя (светское имя Пия VII – Барнаба Луиджи, граф Кьярамонти). Это музей классической скульптуры. Ядро его собрания – главным образом римские статуи, некоторые из них – копии более ранних работ греческих мастеров. Помимо статуй, здесь собраны античные бюсты, алтари, архитектурные детали, урны, саркофаги – общим числом более тысячи, различные и по происхождению, и по художественной ценности.

Музей состоит из трех частей: Коридора, Нового крыла (итал. Braccio Nuovo) и лапидария. Коридор – большая арочная галерея, разделенная на 60 секций. По обеим ее сторонам тянется бесконечный ряд статуй, бюстов, саркофагов рельефов – всего около 800 экспонатов, относящихся к римской эпохе. Наибольший интерес представляют колоссальная голова Афины эпохи императора Адриана (117–138 гг. н. э.), рельеф I в. н. э., изображающий «Три Грации» (в XXXI секции), и два греческих подлинника: «Дочери Ниобы» – рельеф, изваянный из беотийского известняка, и голова бога морей Посейдона (Нептуна). Другая часть музея – лапидарий, где собрано более 3 тыс. каменных табличек, скрижалей и саркофагов с надписями. Это одно из самых больших в мире собраний подобного рода.

Новое крыло (Браччо Нуово), построенное в 1817–1822 гг., – жемчужина не только Музея Кьярамонти, но и всего ансамбля Ватиканских музеев. Его творцом является архитектор Рафаэль Стерн; после его смерти в 1820 г. работы возглавил Паскуале Белли. Выстроенное в духе неоклассицизма здание поражает своим почти абсолютным совершенством, строгой симметрией всех частей, гармоничными пропорциями и умело устроенной системой освещения. Интерьеры украшены позолотой, алебастром, египетским гранитом, полы выложены цветным мрамором. Весь этот антураж как нельзя лучше соответствует великолепной коллекции античных скульптур, собранных в стенах Браччо Нуово.

В просторном светлом главном зале, отделанном мрамором, в нишах вдоль стен расставлены двадцать восемь статуй, между нишами на мраморных консолях – двадцать восемь бюстов. Их дополняют двадцать настенных рельефов. Здесь собраны самые лучшие в эстетическом отношении произведения античной скульптуры. Особенно выделяются прекрасная римская копия статуи Демосфена с бронзового оригинала Полиевкта (III в. до н. э.), мраморная копия «Силен и Дионис» с оригинала Лисиппа (IV в. до н. э.), две копии с оригиналов Поликлета (V в. до н. э.): «Раненая Амазонка» и «Дорифор». Здесь хранится и прекрасная коллекция римской портретной скульптуры.

Этрусский музей занимает верхний этаж дворца Иннокентия VIII (1484–1492) и часть смежного здания времени Пия IV (1559–1565). В его залах сохранились фрески Федерико Бароцци и Федерико Дзуккари (1563), Санти ди Тито и Никколо Чирчиньяни делле Памаранче (1564). Григорианский Этрусский музей – таково его полное название – основан в 1837 г., в понтификат папы Григория XVI. Основой для его создания послужили археологические находки на территории Южной Этрурии в 1828–1836 гг., в те времена входившей в состав Папского государства.

В 1830–1840 гг. при раскопках были открыты важнейшие центры этрусской культуры – Вульчи, Тарквинии, Кьюзи. Античная Этрурия охватывала не только Тоскану, но и некоторые районы Умбрии и весь северный Лациум – территорию протяженностью в 200 километров с севера на юг, между рекой Арно и Тибром, до 1870 г. входившую в состав Папского государства. Этрусский город Цере располагался на месте современной деревни Черветери. Именно в Черветери был найден один из самых знаменитых некрополей этрусков. Этот «город мертвых» занимал более 350 гектаров.

В 1835 г. священник Алессандро Реголини и генерал Винченцо Галасси обнаружили в Черветери необычную гробницу. Она оказалась абсолютно нетронутой – за прошедшие двадцать пять веков покой мертвых не нарушил ни один человек: ни грабитель, ни ученый, ни искатель приключений. В дальнем углу первой погребальной камеры располагалось бронзовое смертное ложе. По-видимому, здесь был похоронен лукумон – этрусский князь. Останки усопшего давно истлели, рядом стояла совершенно не тронутая временем небольшая, почти игрушечных размеров бронзовая колесница – точная копия этрусской триумфальной колесницы, на которой в годы своей земной жизни разъезжал вождь этрусков. Рядом стояли конические бронзовые вазы с изображениями грифонов, небольшой жертвенник-треножник, бронзовые статуэтки… В ногах умершего лежал миниатюрный бронзовый щит. Такими же щитами была увешана противоположная стена гробницы.

Этрусский женский вотивный портрет

Небольшая, наполовину заделанная кирпичом дверь вела в следующую погребальную камеру. Со сводчатого потолка свисали бронзовые вазы, на полу – серебряные безделушки, множество флаконов из-под духов… Целая гора женских украшений безошибочно позволяла угадать место, где некогда лежала усопшая – очевидно, супруга вождя. Покрытая орнаментом золотая пластина покоилась на груди, золотые серьги и браслеты украшали уши и руки, ожерелье – шею. За двадцать пять веков от той, что когда-то носила эти украшения, не осталось и следа. Вещи лежали на месте…

Ныне все находки из гробницы «Реголини-Галасси», приведенные в порядок и отреставрированные, собраны в одном из залов Этрусского музея в Ватикане.

С ликвидацией Папского государства в 1870 г. музей лишился возможности пополнять свою коллекцию материалами раскопок, и в дальнейшем его рост осуществлялся только за счет случайных приобретений и нескольких крупных пожертвований. Важными событиями стали покупка собрания этрусских древностей Фалькони (1898), пожертвование коллекционера Марио Астарита (1967), покупка коллекции Гиачинто Гульельми (1987). В 1937 г. по завещанию маркиза Бенедетто Гульельми музей получил коллекцию произведений этрусского искусства из некрополя в Вульчи.

Экспозиция Этрусского музея размещается в двадцати двух залах и содержит материалы IX–I вв. до н. э., начиная от эпохи железного века до вхождения этрусских городов в состав Римского государства. О тысячелетней истории этрусков рассказывают многочисленные предметы, изготовленные из бронзы, серебра, золота, керамика разных эпох. Неотъемлемой частью экспозиции является большое собрание греческих ваз, найденных в этрусских некрополях, и италийских ваз, произведенных в эллинизированных городах Южной Италии. Смежная с Этрусским музеем секция посвящена римским древностям, найденным при раскопках в Риме и области Лациум.

Через два года после образования Этрусского музея, в 1839 г., в нижнем этаже того же здания был открыт Египетский музей. Как и Этрусский, он носит название Григорианского, так как был основан папой Григорием XVI. Основу собрания музея, у истоков которого стоял известный итальянский египтолог, священник-варнавит Луиджи Унгарелли, составила коллекция древностей, в свое время вывезенная из Египта римским императором Адрианом (117–138) для украшения своей виллы в Тиволи. Другая часть собрания сформировалась за счет частных коллекций, приобретенных в течение XIX в. В 1952 г. Египетский музей получил в дар коллекцию Грасси, состоящую из предметов искусства эпохи эллинизма.

Музей невелик – он занимает всего девять залов, однако собранное здесь большое число художественных произведений, начиная с амулетов и кончая колоссальными статуями фараонов, дает представление об искусстве периода расцвета и могущества Древнего Египта и времени его упадка. В экспозиции музея – драгоценные папирусы, включая знаменитую Книгу Мертвых, мумии людей и животных, богатейшая коллекция священных скарабеев, скульптурные изображения богов и фараонов. Экспозиции двух последних залов рассказывают о древней истории стран Ближнего Востока и Месопотамии.

Григорианский музей светского искусства (бывший Латеранский) основан папой Григорием XVI в 1844 г. С 1970 г. он размещается в специально построенном здании, расположенном параллельно зданию Ватиканской пинакотеки. В четырех секциях музея выставлены памятники греческой и римской скульптуры, барельефы и мозаики римского периода. В коллекции музея имеется несколько оригиналов греческих скульптур, среди которых три фрагмента из афинского Парфенона и голова Афины, датируемая около 460 до н. э. В музее есть также секция, посвященная римским копиям с греческих оригиналов; особенно выделяется бронзовая группа «Афина и Марс», сделанная с оригинала Мирона V в. до н. э., и копия эллинистической мозаики, изображающей пол зала с остатками обильного обеда. Об этой мозаике сообщал еще римский писатель Плиний.

В отделе, посвященном римской скульптуре республиканского и имперского периодов, среди прочих экспонатов хранится алтарь Викомагистров (I в. н. э.) и два рельефа, изображающие приезд императора Веспасиана в Рим и отъезд императора Домициана (оба найдены в 1939 г.). Здесь выставлено множество предметов декоративного убранства саркофагов, в частности скульптурные фризы гробницы Гатериев, изображающие пейзажи Древнего Рима и реалистические сценки повседневной жизни римлян. Полагают, что несколько поколений членов семьи Гатериев были потомственными строителями, и они рекламировали свои услуги, изображая на саркофагах те римские здания, в постройке которых они принимали участие (включая знаменитый Колизей). Не менее интересны две мозаики III в. с изображениями атлетов, найденные в термах Каракаллы. Лапидарий – собрание древних надписей, преимущественно эпитафий, содержит множество надписей I–III вв. на греческом, еврейском и латинском языках, найденных в римских катакомбах.

В 1854 г., при папе Пие IX, в Латеранском дворце открылся Христианский музей, в основу собрания которого легли находки в римских катакомбах, где проводили службы первые христиане – саркофаги, скульптуры, фрески, надписи. Позже к ним добавились два зала экспонатов из раскопок в Остии (1856–1869) и Порто (1866). В 1910 г., во время понтификата св. Пия X, собрание музея пополнилось секцией, содержащий 137 надгробий из древних еврейских некрополей в Риме, большей частью с кладбища на Виа Портуэнсе, пожертвованные владельцами земли – семейством маркиза Педдегрини-Кьярантотти. Спустя полвека собрания Светского и Христианского музеев были переведены по просьбе папы Иоанна XXIII (1958–1963) из Латеранского дворца в новое, специально построенное здание в Ватикане. В 1970 г. они были вновь открыты для публики, получив названия Григорианского Светского музея и Христианского музея Пия.

Сегодня в экспозиции Христианского музея представлены произведения искусства, приобретенные Святым Престолом в XVIII–XIX вв., артефакты, обнаруженные при раскопках римских катакомб. Здесь нет ни впечатляющих художественных полотен, созданных великими мастерами живописи, ни мраморных статуй. При этом экспонаты этого музея захватывают не менее, чем залы, наполненные предметами античного и ренессансного искусства. Каждый из них рассказывает о вере и надежде первых христиан, свидетельствует об их обращении, мученичестве, благочестии. Вероятно, именно это придает главную ценность произведениям искусства, хранящимся в Христианском музее.

Хотя новая религия утверждалась в столице Римской империи постепенно и незаметно, произведения христианского искусства первых веков от Р. Х. достигли высокого художественного уровня. Среди более чем тысячи экспонатов музея – множество реннихристианских саркофагов, покрытых рельефами с изображениями библейских сцен. Зрительные образы нередко дополняются текстами из Ветхого и Нового Заветов. Так, «саркофаг Ионы» (IV в.) украшает искусная резьба – сцены приключений Ионы, проглоченного китом, сопровождающиеся большим отрывком из библейской Книги Ионы. На этом же саркофаге изображены Ной, отправляющийся в плавание на ковчеге, Иисус Христос, воскрешающий Лазаря, и апостол Петр, в момент, когда крестил своих тюремщиков.

Частое сопоставление сцен из Ветхого и Нового Заветов показывает, что ранние христиане легко умели распознавать евангельскую весть, вложенную в еврейские Священные Писания. На одном из саркофагов изображена сцена сотворения Богом Евы из ребра Адама, а под ней помещена сцена Рождества Христова: Иисус, «новый Адам», рожден от Марии – «новой Евы». Через крещение христиане рождаются к новой жизни и входят в Церковь, которая суть Тело Христово; таким образом, они, как говорил апостол Петр, становятся «причастниками Божеского естества». Христианский смысл смерти открывается в свете Пасхальной тайны смерти и воскресения Христа: для христианина смерть есть завершение его нового рождения, начатого крещением, и вступление в жизнь вечную. На раннехристианских саркофагов изображено великое множество сюжетов и символов, выражающих твердую веру в Христа и надежду на вечную жизнь.

Реннехристианское искусство было тесно связано с современным ему языческим. Даже изображение Христа в образе Доброго Пастыря происходит от античных образов пастуха. «Я – пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец», – говорит Иисус в Евангелии от Иоанна (Ин., 10: 11). Первые христиане легко признали Христа в языческом образе пастуха, наполнив его новым значением. Раннехристианские художники видели Христа и в образе легендарного певца Орфея, сына бога искусств Аполлона. Как повествуют мифы, Орфей с помощью своей музыки приручал диких животных, и его образ стал символическим изображением Христа, который преобразовывал жизни грешников. Присутствие языческих элементов в раннехристианской скульптуре наглядно демонстрирует, как культура первых веков христианства постепенно внедрялась в господствующую в ту пору языческую культуру, наполняя ее новым содержанием и преобразуя изнутри. Ранние христиане не отвергали и не принижали творений античных мастеров, но использовали их воздействие на души и думы для проповеди евангельского Откровения. Языческие образы были для них «семенами Слова», рассеянные Богом в Древнем мире. При этом искусство первых христиан, несомненно, является библейским, основанным на Священном Писании. Сегодня христиане всех конфессий могут видеть в нем свои общие корни.

Христианский музей располагает значительным фондом золота. Здесь представлены произведения декоративного искусства, изделия из слоновой кости, печати, монеты, столовые сервизы, позолоченное стекло, гравированные предметы, кольца и памятные медали. Интересно, что многие из этих предметов, например красивые стеклянные медальоны с портретами апостолов Петра и Павла, выполненные из тонких листков золота, рассчитаны на восприятие при искусственном освещении – свете факелов, ламп и пр. Это напоминание о тех временах, когда христиане не могли свободно исповедовать свою религию и жестоко преследуемые властями совершали литургию в римских катакомбах, куда нет доступа солнечным лучам. Об этом красноречиво свидетельствует и собрание терракотовых масляных ламп, в свете которых последователи Христа преодолевали целые мили подземных туннелей – живая иллюстрация к словам апостола Иоанна: «И свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин., 1: 5). В римских катакомбах находили и продолжают находить сотни памятников эпохи раннего христианства. В их числе – многочисленные вотивные дары, нередко весьма искусной работы, выполненные из драгоценных металлов. На двух изящных серебряных флаконах с рельефными портретами апостолов Петра и Павла выгравирована надпись: «Petivi et accepi, votum solvi» («Я просил, и я получил, и я выполнил свой обет») – несомненное свидетельство веры первых христиан. Эти и другие предметы – перстни-печати с монограммой Христа, бронзовые медальоны и др. – проливают свет на повседневную жизнь римской раннехристианской общины.

Знакомство с художественными сокровищами Ватикана следует завершить в Ватиканской пинакотеке. Ватиканская картинная галерея была основана в 1790 г. папой Пием VI (1775–1799). Собранные в папских дворцах картины были первоначально размещены в одном из отделений коридора, построенного еще Пирро Лигорио (1510–1583) и расписанного в конце XVIII в. Бернардино Нокки, Доменико дель Фрате и Антонио Марини. Первое собрание насчитывало 118 полотен и имело очень короткую историю, прервавшуюся в 1796 г., когда в соответствии сперва с Болонским перемирием 1796 г., а затем с Толентинским договором 1797 г. десятки лучших картин Ватиканской пинакотеки были вывезены в Париж.

К замыслу создания в Ватикане художественной галереи, открытой для публики, вернулись только в 1817 г., после падения Наполеона, когда художественные ценности, вывезенные во Францию после 1797 г., были возвращены в Италию лишь по решению Венского конгресса. Среди возвращенных шедевров были и семьдесят три картины прежней Ватиканской пинакотеки. Первоначально из разместили в апартаментах Борджа, но их явная неприспособленность для демонстрации больших художественных коллекций заставила искать для пинакотеки новое помещение. Сперва она переехала в апартаменты Григория XIII, затем в Галерею гобеленов, потом в апартаменты Пия V и, наконец, опять вернулась в апартаменты Григория XIII. За эти годы собрание продолжало расти за счет новых покупок и пожертвований. При св. Пие X (1903–1914) в состав пинакотеки вошла замечательная коллекция византийского искусства и много произведений итальянских примитивов, которые до этого хранились в Латеранском дворце и в Ватиканской библиотеке.

Джентиле да Фабриано. Св. Николай воскрешает трех детей, помещенных в рассол. 1425 г.

В 1908 г. пинакотеку перевели в одно из крыльев Бельведерского дворца. Однако из-за небольших размеров этого помещения для художественной галереи было решено построить новое здание, могущее обеспечить надлежащие условия хранения и экспонирования картин. Воплотить в жизнь этот проект удалось только в 1932 г., в понтификат папы Пия XI (1922–1939). Новое здание галереи было построено по проекту архитектора Луки Бельтрами, на месте так называемой Садовой площади. Пинакотека была открыта 27 октября 1932 г.

Сегодня в восемнадцати залах пинакотеки выствлено около 460 картин – от работ так называемых примитивов (XII–XIII вв.) до полотен выдающихся художников XVIII–XIX вв. В основном здесь представлена итальянская школа живописи, хотя есть и работы мастеров других стран (Л. Кранах, Мурильо, Т. Лоуренс).

Экспозицию открывает зал с работами итальянских художников-примитивов XI–XIII вв. Это еще не Возрождение, а Предвозрождение или Проторенессанс. Проторенессансные веяния появились в итальянской культуре уже в XIII в., а иные находят их даже в искусстве XII в. и еще более далекого XI в. В числе выставленных здесь работ – произведение неизвестного мастера римской школы «Страшный суд» (XI в.), «Св. Франциск Ассизский» Маргаритоне д’ Ареццо, «Мученичество Святого Стефана» Бернардо Дадди, «Мадонна с Младенцем, Св. Михаилом и Св. Урсулой» Аллегретто Нуци.

Искусство треченто представлено во втором зале работами таких известных художников, как Джотто, Симоне Мартини, Бернардо Дадди, Пьетро Лоренцетти, Джованни ди Паоло, Никколо ди Томмазо. Особенный интерес представляет «Триптих Стефанески» кисти Джотто, представляющий Христа на троне, окруженного ангелами, со сценами распятия св. Петра и мученичества св. Павла; в пределе изображена Богоматерь на троне. В следующем зале выставлены работы мастеров кватроченто: «Увенчание Марии небесной славой» флорентийца Флорентино Липпи, «Чудеса Св. Николая» умбрийского мастера Джентиле да Фабриано, «Мадонна» Беноццо Гоццоли и две картины Фра Беато Анджелико: «Жизнь Св. Николая» и «Мадонна с Младенцем, Св. Домиником и Св. Екатериной».

В четвертом зале почти безраздельно господствует живопись выдающегося умбрийского художника-монументалиста Мелоццо да Форли (Мелоццо дельи Амбрози, 1438–1494). Его ангелы, играющие на музыкальных инструментах, заполняют почти все пространство зала. Эти монументальные фрески – увы, лишь небольшая сохранившаяся часть росписи купола римской церкви Санти Апостоли (Святых Апостолов), в свое время принесшей Мелоццо да Форли небывалую славу. Это был первый пример декоративной живописи, предназначенный для рассматривания ее снизу вверх. Многие художники решали впоследствии ту же задачу, но впервые она была поставлена и с поразившей всех легкостью разрешена Мелоццо да Форли. Церковь Святых Апостолов в Риме была одним из важнейших памятников итальянской художественной истории, однако реставраторы и строители XVIII в. сбили всю живопись Мелоццо и переделали храм «в духе времени». От грандиозного ансамбля остались лишь фрагменты фресок, изображающие ангелов, поющих и играющих на различных инструментах, которые бережно хранятся теперь в Ватиканской пинакотеке. «Ангелы» Мелоццо – самые известные из его работ.

Мелоццо да Форли был любимым художником папы Сикста IV. В Ватиканской пинакотеке сегодня хранится большая фреска Мелоццо, изображающая Сикста IV, окруженного племянниками и торжественно поручающего гуманисту Бартоломео Платине библиотеку, собранную и размещенную им в залах Ватикана. Эта фреска, исполненная по заказу папы Сикста IV, некогда украшала одну из стен Ватиканской библиотеки. «Фреска Мелоццо да Форли – самый значительный из художественных памятников кватроченто в Риме, – отмечает П. П. Муратов. – Из художников этого века только Пинтуриккио представлен в Риме своими лучшими произведениями… Перед фреской Мелоццо зритель не сомневается в том, что здесь ему встретилось одно из произведений, отмечающих вершину искусства кватроченто, и что автор его должен быть поставлен в ряду величайших художников той эпохи, наравне с Боттичелли, Пьеро делла Франческа, Беллини, Мантеньей и Лукой Синьорелли. Перед нами открывается грандиозная и светлая архитектурная перспектива, составляющая достойный фон для шести монументальных фигур. Папа Сикст IV сидит в кресле, и его твердый профиль обращен к стоящему перед ним на коленях Платине с такой торжественной неподвижностью, какая встречается только в изображениях богов на античных рельефах. Сзади него видны высокий и суровый кардинал делла Ровере, будущий Юлий II, и изнеженно-красивый фаворит, кардинал Пьетро Риарио. Два молодых вельможи, в тяжелых отороченных мехом шубах и с золотыми цепями вокруг шеи, замыкают группу слева. Их лица выражают решительность, и в их позах есть вызов всякой опасности; младший из этих людей, вероятно, Джироламо Риарио. Между изображенными лицами нет никакого действия, в этом групповом портрете каждое из них позирует на своем месте… Мелоццо был могучим живописцем, вероятно, самым темпераментным изо всех владевших искусством кватроченто. Это особенно выражено в широком распределении больших цветных поверхностей. Каждая из фигур входит в композицию со своим тоном: серебристо-серым – платина, белым – папа, пурпуровым – делла Ровере, сиреневым – Джироламо Риарио, вишневым – его товарищ. В архитектуре преобладает цвет белый с золотом, рядом с которым видны зеленые стены второй комнаты и синеющее сквозь окна небо. Чистой прелестью этих тонов, легких и светящихся каким-то жемчужным блеском, никогда нельзя насладиться до конца. Сиреневый, вишневый и зеленый цвета Мелоццо принадлежат к числу величайших колористических откровений Италии».

Перейдя в следующий зал, мы впервые встретим работу художника неитальянского происхождения: «Пьету» Лукаса Кранаха-Старшего. Здесь, как и в шестом зале, представлены работы мастеров чинквеченто. В седьмом зале полотна Перуджино и Пинтуриккьо служат своеобразным введением в искусство великого Рафаэля, которому целиком посвящен восьмой зал. Здесь находятся главные сокровища Ватиканской пинакотеки – три большие картины Рафаэля: ранняя «Увенчание Девы Марии небесной славой», более поздняя «Мадонна ди Фолиньо», написанная художником в период расцвета его таланта, и огромная «Преображение», последняя работа мастера. Ее заказал Рафаэлю кардинал Джулио Медичи (будущий папа Климент VII). Художник не успел закончить картину – ее дописывал Джулио Романо. В зале Рафаэля находятся и десять знаменитых гобеленов, исполненных по его картонам. Они были заказаны папой Львом X в 1516 г. для украшения Сикстинской капеллы и изготовлены в брюсселькских мастерских. Непревзойденными образцами монументальной живописи стали выполненные для этой серии картоны Рафаэля «Чудесный лов рыбы» и «Паси овец моих». По словам немецкого историка искусства Генриха Вёльфлина, «эти картоны были сокровищницей, из которой художники черпали формы для выражения движений человеческой души. Удивление, испуг, страдание, величие и достоинство воплощены здесь с таким совершенством, что иных форм для них Запад не мог и представить себе».

Девятый зал – это прежде всего «Кающийся Иероним», незаконченная картина Леонардо да Винчи, и «Пьета» Джованни Беллини. В десятом собраны полотна мастеров школы Рафаэля и венецианской школы. Выделяются две работы Тициана – «Мадонна Фрари» и «Портрет дожа Никколо Марчелло», а также две картины Веронезе «Аллегория Свободных Искусств» и «Видение Св. Елены». Одиннадцатый зал отражает тот сложный период в истории итальянской живописи, когда господствующими в ней направлениями являлись поздний маньеризм и болонский академизм. Творчество одного из основателей художественной академии в Болонье, Лодовико Каррачи, представлено здесь картиной «Троица с мертвым Христом». В этом же зале собрана небольшая коллекция полотен Ф. Бароччи: «Отдых на пути в Египет», «Обретение стигматов Св. Франциском Ассизским» и др.

Одним из бесспорных шедевров Ватиканской пинакотеки является находящаяся в двенадцатом зале картина «Положение во гроб», исполненная Микеланджело да Караваджо (1573–1610). Караваджо – один из тех художников, которых можно открыть для себя только в Италии, а точнее – в Риме. Здесь, в галереях Капитолия, Дориа, Боргезе, Национальной галерее, Ватиканской пинакотеке, в церквах Сан Луиджи деи Франчези и Санта Мария дель Пополо, творчество этого художника представлено с исключительной полнотой.

Могучая сила искусства Караваджо буквально затмевает другие полотна, размещенные на стенах зала. А ведь здесь собрана прекрасная коллекция живописи XVII в.: «Кающаяся Мария Магдалина» и «Уверение Фомы» Гверчино, «Распятие Св. Петра», «Мадонна с Младенцем, Св. Фомой Аквинским и Св. Иеронимом», «Св. Матвей и ангел» Гвидо Рени, «Мученичество Св. Эразма» великого французского живописца Никола Пуссена (1594–1665). Характерно, что даже в последней картине, написанной в 1628–1629 гг., явственно присутствует дух великого Караваджо: в первые годы своего пребывания в Италии Пуссен невольно был захвачен обаянием его искусства. Еще одна картина Пуссена, «Победа Гедеона над мадианитянами», хранится в следующем, тринадцатом зале. Здесь же представлено несколько работ блестящего мастера монументально-декоративной живописи эпохи зрелого барокко Пьетро да Кортона (1596–1669): «Видение Св. Франциска», «Давид, убивающий льва», «Давид и Голиаф».

Четырнадцатый и пятнадцатый залы посвящены живописи второй половины XVII–XVIII вв. Здесь интересны прежде всего картина выдающегося испанского художника Бартоломе Эстебана Мурильо «Мученичество Св. Петра» (четырнадцатый зал), два полотна самого значительного мастера итальянской живописи рубежа XVII–XVIII вв. Джузеппе Мария Креспи «Святое семейство» и «Портрет папы Бенедикта XIV», работа английского художника Томаса Лоуренса «Портрет короля Георга IV» (пятнадцатый зал). Следующий зал целиком посвящен творчеству австрийского художника Петера Венцеля (1745–1829). Далее – интереснейшая выставка работ Джованни Лоренцо Бернини, относящихся к периоду, когда этот выдающийся скульптор и архитектор работал над кафедрой Св. Петра.

Завершает экспозицию Ватиканской пинакотеки собрание византийских, греческих и русских икон XV–XIX вв. К числу самых древних принадлежат две иконы новгородской школы «Успение Богоматери» (XV в.) и «Св. Николай с житием» (рубеж XV–XVI вв.). Здесь же интересная икона «Увенчание Девы и святых» работы неизвестного греко-венецианского мастера начала XV в.

Великобритания

Британский музей

Британский музей в Лондоне называют самым большим музеем мира. Точно подтвердить, так это или нет, невозможно, но в любом случае он входит в ведущую пятерку мировых музеев. Собрание Британского музея, ныне насчитывающее более 13 миллионов экспонатов, представляющих все континенты, охватывает всю историю человеческой культуры, с глубокой древности до наших дней.

В основу этой всемирно известной коллекции легло собрание лондонского врача и ученого-натуралиста сэра Ганса Слоуна (1660–1753). Страсть к естественным наукам завладела им еще в юности. В 1687 г., в возрасте 27 лет, Слоун получил предложение занять пост врача при губернаторе Ямайки, и с удовольствием отправился в это дальнее путешествие, распахнувшее перед ним совершенно новый, неизведанный мир. Менее чем за два года Слоун собрал на Ямайке интересную естественнонаучную коллекцию, насчитывавшую более 800 объектов. Вернувшись в Лондон и сделав блестящую карьеру (в частности, он был придворным врачом при Георге I, королеве Анне и Георге II), он стал весьма богатым и уважаемым человеком. До последних своих дней Слоун не утратил интереса к коллекционированию. К концу жизни его коллекция насчитывала более 71 тыс. различных экспонатов, в том числе 40 тыс. книг, 7 тыс. рукописей, множество естественнонаучных препаратов, включая 337 гербариев, а также старинные гравюры и рисунки (среди них работы Альбрехта Дюрера), монеты, предметы старины из Египта, Греции, Рима, Ближнего и Дальнего Востока и Америки. Не желая, чтобы после его смерти это во многом уникальное собрание было распылено – он хотел, чтобы его коллекции оставались в Лондоне, «где благодаря большому стечению народа от них была бы наивысшая польза», Слоун завещал его королю Георгу II и английской нации, при условии, что государство изыщет средства и выплатит его оставшимся без отца дочерям сумму в размере 20 тыс. фунтов, что было намного ниже реальной стоимости коллекции.

Хотя король Георг первоначально без энтузиазма отнесся к такой перспективе, британский парламент очень быстро нашел нужные средства и в 1753 г. принял акт о создании Британского музея на основе коллекции Слоуна. Формальное согласие с этим актом король выразил 7 июня 1753 г. По решению парламента, в фонды нового музея были включены еще две частные библиотеки: книжное собрание сэра Роберта Коттона, большинство книг которого относилось к эпохе королевы Елизаветы (1558–1603), и библиотека графов Оксфордских. В 1757 г. сюда добавилась еще и Королевская библиотека, собранная различными британскими монархами. Таким образом, Британский музей одновременно стал и национальным музеем и национальной библиотекой.

Богатое собрание было решено разместить в доме Монтегю, расположенном в лондонском районе Блумсбери. Музей открыл двери для публики 15 января 1759 г. С самого начала доступ в его залы был свободным, без всякой входной платы (эта традиция сохраняется до наших дней), хотя первое время и был ограничен: посетителей пускали группами, по 15 человек в каждой, в сопровождении гида, так что в день музей мог принять не более 60 человек (к началу XIX в. эта цифра выросла до 120 человек). Подобная практика была прекращена в 1810 г., однако вплоть до 1836 г. в целях охраны общественной нравственности сюда пускали только людей «пристойного вида», а по выходным и праздничным дням музей не работал, чтобы ограничить приток представителей низов общества, в том числе «матросов с верфей и девиц, которых они могут с собой привести».

С самого начала музей действовал не только как образовательный, но и как научный центр. Уже в январе 1759 г. в его стенах открылся читальный зал для ученых. Однако еще долгое время Британский музей представлял собой нечто среднее между библиотекой и кунсткамерой. В его экспозиции были выставлены, главным образом, манускрипты, книги, монеты и медали. Разнообразие в строгую и чопорную обстановку вносили египетская мумия, заспиртованная голова грифа, свинья-циклоп… Среди занимательных экспонатов был один из двух рогов, выросших на голове некой Мэри Девис, чей портрет (с двумя рогами) был вывешен тут же рядом. В течение нескольких последующих лет после открытия музей получил в дар несколько крупных книжных собраний, включая библиотеку Томасона и библиотеку Дэвида Гаррика. Преобладание в его экспозиции книг, рукописей и естественнонаучных коллекций начало уменьшаться в последней трети XVIII в., когда в 1772 г. музей приобрел крупное собрание античных ваз, принадлежавшее сэру Уильяму Гамильтону (1730–1803), британскому послу в Неаполе. В 1778 г. выставка экзотических предметов, привезенных экспедицией капитана Джеймса Кука, открыла для посетителей музея волнующий мир далеких Южных морей. В январе 1784 г. сэр Уильям Гамильтон пожертвовал музею еще одну крупную коллекцию предметов старины, включавшую колоссальную мраморную ногу бога Аполлона – фрагмент античной статуи.

Лондон. Британский музей

Бурный территориальный рост Британской империи, начавшийся на рубеже XVIII–XIX вв., открыл перед британскими учеными, коллекционерами и любителями старины необычайно широкие возможности. Весь земной шар распахнул перед ними свои сокровища. В начале XIX в. фонды музея значительно пополнились за счет обширного собрания греческой и римской скульптуры. После поражения французов в Египте в 1801 г. британская армия конфисковала большее количество произведений древнегипетского искусства и памятников старины, собранных французскими учеными, состоявшими при армии Наполеона. В 1803 г. эта коллекция была передана Британскому музею. В числе этих памятников оказался ныне знаменитый Розеттский камень, послуживший ключом к дешифровке египетских иероглифов. Деятельность Генри Солта, британского генерального консула в Египте, связана с формированием ныне огромного собрания древнеегипетской монументальной скульптуры, начало которому положил колоссальный бюст Рамсеса II.

Рамсес II. XIII в. до н. э.

Деятельность агентов британского правительства по приобретению предметов старины в странах Ближнего и Среднего Востока значительно облегчалась тем обстоятельством, что правящие там консервативные мусульманские режимы не испытывали ни малейшего интереса к старине. Искусство Древнего Египта, Месопотамии, Греции и Рима воспринималось ими как глубоко чуждое, «языческое», а первоклассные произведения мастеров древности – «идолами» чужих, давно исчезнувших с исторической сцены народов, которые можно было без зазрения совести уничтожать, использовать в качестве строительного материала и т. д. Поэтому столковаться с турецкими или египетскими чиновниками европейцам не представляло ни малейшего труда, к тому же волшебное слово «бакшиш» открывало любые двери. В 1799–1803 гг. Томас Брюс, граф Элджин, британский посол в Оттоманской империи, сумел снять со знаменитого Парфенона в Афинах (в то время Греция входила в состав турецкой империи) большое количество мраморных скульптур, исполненных под руководством гениального Фидия, и в 1806 г. переправить их в Англию. В 1816 г. эти шедевры античного искусства были приобретены Британским музеем. В эти же годы собрание греческой скульптуры пополнилось знаменитым рельефным фризом из храма Аполлона Эпикурия в Бассах (Пелопоннес). В 1825 г. с покупкой ассиро-вавилонской коллекции Клавдия Джеймса Рича было положено начало собранию древностей Ближнего Востока. Эти и другие приобретения обеспечили Британскому музею широкое международное признание и репутацию одного из крупнейших собраний античных древностей.

Уже к началу XIX в. старый дом Монтегю не мог вмещать всех разросшихся коллекций музея. Задача сооружения нового музейного здания была возложена на основанный еще в 1802 г. Строительный комитет, однако работы по его возведению начались только в 1823 г. Строился музей по проекту и под руководством архитектора Роберта Смайрка; обветшавший дом Монтегю разобрали в 1843 г. Новое здание Британского музея, построенное в 1823–1852 гг., выдержано в стиле позднего классицизма, который в то время получил широкое распространение. Круглый читальный зал с железным каркасом, строительство которого закончилось в 1857 г., стал подлинным шедевром архитектора.

С 1840-х гг. Британский музей начал тесно сотрудничать с только встающей в ту пору на ноги археологической наукой, поощряя проведение раскопок в крупных центрах мировых цивилизаций. Одним из первых мероприятий подобного рода стала экспедиция Карла Феллоу, отправившаяся в Ксанф (Малая Азия) и исследовавшая некрополь правителей древней Ликии. В 1857 г. Карл Ньютон обнаружил остатки знаменитого Мавзолея в Галикарнасе, входившего в список семи чудес света Древнего мира. Позднее другой археолог, Джон Вуд, раскопал руины другого тогдашнего чуда света – храма Артемиды Эфесской.

В 1840–1850-х гг. музей поддерживал раскопки Остина Генри Лэйярда, открывшего остатки двух великих столиц Древней Ассирии: Калаха и Ниневии. Среди прочего, здесь был найден знаменитый шедевр мирового значения – рельеф «Умирающая львица», относящийся к эпохе правления царя Ашшурбанапала (668–626 гг. до н. э., ныне хранится в Британском музее). На нем изображена смертельно раненная львица, исполненная трагического величия. В ее тело вонзились стрелы, у нее перебит позвоночник, но, волоча парализованные задние лапы, она в последнем отчаянном усилии пытается подняться. Львица приподняла верхнюю часть туловища и, вытянув морду, застыла в предсмертном рывке. Этот рельеф – создание великого ваятеля – по глубине экспрессии и проникновенности можно смело поставить рядом с лучшими произведениями мирового искусства.

Самой значительной находкой археологов в Ниневии стала ныне знаменитая на весь мир библиотека царя Ашшурбанапала. Она состояла из 30 тыс. систематизированных и классифицированных табличек с царскими указами, дворцовыми записями, религиозными текстами и магическими заклинаниями, эпическими повествованиями, песнями и гимнами, текстами, содержащими сведения о медицине, астрономии и других науках. Здесь же обнаружены таблички с одним из величайших произведений мировой литературы – шумерским эпосом о великом Гильгамеше, бывшем «на две трети богом и на одну треть – человеком». Вероятно, тогда это была самая большая библиотека в мире, которая с полным правом может быть названа первой систематизированной библиотекой Древнего Востока. Почти все таблички, составлявшие коллекцию, сейчас находятся в Британском музее. Многие из них изданы или достаточно подробно описаны в каталогах. Эти тексты являются сегодня основным источником по истории Месопотамии. Другой знаменитой находкой в Ниневии стал архив царей Ассирии. Среди найденных здесь более двух тысяч писем и около двухсот их фрагментов являются личной корреспонденцией царей, охватывающей период от Саргона II до Ашшурбанапала.

Тогда же, в середине XIX в., окончательно определилась специализация Британского музея. Вместо «универсального» музея ему отныне предстояло стать музеем человеческой цивилизации. В 1845 г. естественноисторические коллекции музея перевели в новое здание на улице Кромвеля в Южном Кенсингтоне. На базе этих коллекций в 1887 г. был создан Музей естествознания. Национальная библиотека окончательно «отпочковалась» от Британского музея в 1997 г. Богатейшие этнографические коллекции покидали музей ненадолго: в 1970 г. на их основе был создан Музей человечества, но ныне они вернулись под крыло Британского музея.

На протяжении всего XX в. собрание музея продолжало пополняться первоклассными памятниками древнего и нового искусства. Раскопки знаменитого археолога Леонардо Вулли в Месопотамии в 1922–1934 гг. явили миру сказочные золотые сокровища из царских гробниц в Уре Халдейском (ок. 2600 г. до н. э.); позже фонды Британского музея пополнились материалами из раскопок того же Вулли в Алалахе. Еще в 1882 г. музей стал соучредителем Фонда египетских исследований, под эгидой которого британские ученые на протяжении многих лет вели раскопки в Египте.

Сегодня искусство Древнего Египта занимает самое большую долю в постоянных экспозициях Британского музея. Но и те семь галерей, где оно демонстрируется, могут одновременно показать только около 4 % (110 тыс. экспонатов) всей огромной древнеегипетской коллекции, самой большой в мире из числе находящихся за пределами Египта. Она включает в себя объекты, относящиеся ко всем периодам древнеегипетской истории – от додинастического (ок. 10 000 г. до н. э.) до эпохи раннего христианства (V–VI вв.) – и происходящие практически из важнейших археологических участков в Египте и Судане. Большая часть предметов из этого собрания найдена в гробницах и связана с культом мертвых, игравшим большую роль в жизни Древнего Египта. В отдельном зале выставлены мумии и саркофаги – общим числом около 140. Наиболее богатый раздел – монументальная пластика Нового царства (XVI–XI вв. до н. э.). К числу всемирно известных памятников относятся колоссальный бюст Рамсеса II (так называемый Малый Мемнон, ок. 1250 г. до н. э.), несколько скульптурных портретов фараона Аменхотепа III (1350 г. до н. э.), фрагмент накладной бороды Большого Сфинкса (ок. 1300 г. до н. э.), гранитная статуя Сенусерта III (1850 г. до н. э.). При входе в один из залов выставлен легендарный Розеттский камень (ок. 196 до н. э.), с высеченным текстом декрета в честь царя Птолемея V. Эта черная базальтовая плита была найдена в 1799 г. французскими солдатами близ города Розетта. Благодаря высеченной на нем надписи – трижды повторяющегося текста, сделанного в различных системах египетской письменности и параллельным переводом на греческий язык, Жан-Франсуа Шампольон (1790–1832) сумел расшифровать египетские иероглифы. Здесь же находится «Абидосский список» – большая стела из храма Сети I в городе Абидос, на которой высечены имена правивших Египтом фараонов, начиная с первого фараона Менеса до Рамсеса II.

В египетской коллекции музея хранятся папирусы (ок. 800 документов), знакомящие мир с литературными произведениями, богословскими сочинениями, религиозными гимнами и мифами, научными трактатами, записями исторических событий, а также с деловой и личной перепиской, юридическими документами. В музее хранятся и так называемые Книги мертвых. Здесь же представлены изделия ремесла, керамики, стеклянные и фаянсовые вазы, ювелирные украшения, скарабеи, росписи со стен фиванских гробниц (XVI в. до н. э.): «Земледельцы с гусями», «Охота на водяных птиц», «Певицы и танцовщицы» и др. В собрании Британского музея находится более 30 фаюмских портретов I–IV вв. н. э., в числе которых «Саркофаг с портретом Артемидора из Фаюма» (нач. II в.), «Портрет молодой женщины из Эр-Рубайят» (II в.), «Портрет мужчины из Хавары» (нач. II в.).

Столь богато представленное искусство Древнего Египта являет собой лишь малую часть сокровищ Британского музея. Здесь в более чем ста залах на площади 75 тыс. кв. м разместилась едва ли не вся история человечества, представленная в важнейших ее памятниках. Насчитывающее около 280 тыс. объектов собрание древностей Переднего Востока является крупнейшим и наиболее всесторонним в мире. Оно охватывает Месопотамию, Персию, Аравийский полуостров, Анатолию, Кавказ, Сирию и Палестину с доисторического периода до прихода на эти земли ислама в VII в. н. э. В числе представленных здесь экспонатов – шесть крылатых быков с человеческими головами, некогда охранявших входы во дворцы правителей Ассирии, многочисленные каменные рельефы из дворцов ассирийских царей, включая знаменитый рельеф со сценами охоты на львов, глиняные таблички из библиотеки Ашшурбанипала в Ниневии и легендарное золото из царских гробниц в Уре, «штандарт из Ура», Черный обелиск Салманасара III, «Цилиндр Кира» из Вавилона, прекрасное собрание бронзовых изделий из Урарту.

Высочайшим достижением ассирийского искусства стал монументальный рельеф, расцвет которого приходится на IX–VII вв. до н. э. Каменные панели украшали интерьеры дворцов ассирийских царей. Сюжетами являлись сцены многочисленных битв и походов, кровопролитные сражения. Многие из этих рельефов, хранящихся в Британском музее, ныне вошли в золотой фонд мирового искусства. В их числе – рельефы из дворца Ашшурнасирапала II в Калахе «Осада города», «Атака колесниц», «Беглецы, переплывающие реку» (883–859 до н. э.), ритуальные сцены в честь богов: «Крылатое божество с орлиной головой», «Крылатое божество».

Модель колесницы, запряженной четверкой лошадей из Амударьинского клада. V–IV вв. до н. э.

К числу всемирно известных шедевров принадлежат золотые изделия так называемого Амударьинского клада, найденного в 1877 г. в долине Аму-Дарьи при не вполне ясных обстоятельствах. Хранитель и издатель клада О. М. Дальтон ныне включает в него 16 объемных фигурок, 5 сосудов, 26 рельефных изделий, 53 пластинки с оттиснутыми изображениями, 16 перстней и печатей, 30 браслетов, 31 мелкое украшение и 1 золотую персидскую монету – всего 176 предметов. При публикации клада все изделия были классифицированы; оказалось, среди них имеются предметы, принадлежащие к греческому, скифскому или так называемому варварскому стилю. Однако основную долю клада составляют изделия персидского стиля. Некоторые из них изготовлены еще во времена великой империи Ахеменидов, павшей под ударами армий Александра Македонского. Некоторые из них, несомненно, привезены из центральных областей Персидской державы. К числу последних относятся золотая персидская монета – дарик с изображением царя в характерной зубчатой короне и халцедоновая цилиндрическая печать с батальными сценами, в которых персы побеждают врагов, а над полем битвы парит верховное божество Ахура Мазда. Часть других изделий изготовлена уже позже, но по всем канонам древнеперсидского искусства.

Переднеазиатская коллекция музея существенно разрослось за счет раскопок в Южном Ираке, которые вели ученые, преимущественно британские, в межвоенный период. Группа каменных рельефов из Телль-Халафа представляет собой результат работы экспедиции Макса фон Оппенгейма в Телль-Халафе (1920). Из раскопок в Эль-Убейде (1919 и 1923–1924) происходит обстановка реконструированного шумерского храма, включая статуи львов, отлитых в натуральную величину, панель, изображающую фантастического львиноголового орла Имдугуда – все находки выполнены из бронзы.

Залы Британского музея сгруппированы в отделы: первобытное общество, Древняя Греция и Рим, англо-римские древности, средние века, монеты и медали, Япония и Западная Азия, гравюры и рисунки. Среди экспонатов, представленных в отделе первобытного общества, можно увидеть охотничье оружие и инструменты различных эпох, а также «Человека из Линдоу» – его почти нетронутые останки через 2 тыс. лет после смерти были обнаружены в одном из болот Чешира. Отдел Древней Греции и Рима располагает одним из самых больших в мире собраний греко-римской античности (более 100 тыс. экспонатов), начиная с эпохи бронзы (ок. 3200 г. до н. э.) до периода правления римского императора Константина I (IV в. н. э.). Помимо огромных коллекций произведений крито-минойского, кикладского кипрского и этрусского искусства, собрание включает в себя множество греческих черно– и краснофигурных ваз, римских изделий из стекла и серебра. Жемчужинами собрания являются знаменитый скульптурный фриз Парфенона, одно из лучших творений древнегреческих скульпторов, статуя кариатиды – одна из шести сохранившихся подобных статуй, украшавших знаменитый портик Эрехтейона на афинском Акрополе, мраморные скульптуры из храма Аполлона Эпикурия в Бассах и скульптуры из знаменитого Мавзолея в Галикарнасе, причисленного к семи чудесам Древнего мира. В их числе – фрагменты «Амазономахии» – длинного рельефного фриза, изображающего битву греков с амазонками, и две колоссальные статуи, идентифицированные как скульптурные портреты царя Мавзола и его жены Артемисии. Когда-то обе фигуры стояли на колеснице, запряженной четверкой коней, но до наших дней сохранились только одно колесо и фрагменты двух коней.

Британский музей обладает одной из самых больших и всесторонних коллекций этнографических материалов из Африки, Австралии и Америки. Более 350 тыс. объектов охватывают всю 2-миллионолетнюю историю этих трех континентов. 70 тыс. экспонатов рассказывают о материальной культуре Азиатского континента, от эпохи неолита до настоящего времени. В их числе буддийские статуи, выдающееся собрание китайских картин, фарфора, лака, бронзы, нефрита, множество произведений исламского искусства: керамика, миниатюры, изделия из стекла и металла; самое большое в Европе собрание японского декоративного искусства…

Четыре с половиной миллиона экспонатов разместились в залах, анфилада которых протянулась на шесть с половиной километров. Невозможно хотя бы вкратце рассказать обо всех редкостях и сокровищах музея, которые выставлены в 94 залах и галереях. Британский музей настолько богат, что даже для беглого осмотра всех его залов понадобится не менее семи дней. Вот уже на протяжении двух с половиной веков он остается одной из главных достопримечательностей Лондона. Музей принимает около 6 миллионов посетителей в год – почти на миллион больше, чем парижский Лувр.

Лондонская Национальная галерея

Лондонская Национальная галерея, расположенная на Трафальгарской площади, открыла свои двери для посетителей 9 апреля 1839 г. Однако истинной датой ее основания считается 1824 г.

Лондон. Национальная галерея

По сравнению с большинством европейских государств Великобритания довольно поздно приступила к формированию национальной художественной коллекции, открытой для широкой публики. Крупнейшие художественные галереи континентальной Европы, типа Уффици во Флоренции или Прадо в Мадриде, создавались из королевских или княжеских художественных коллекций, которые в последующем были национализированы. В отличие от них, собрание британских монархов остались (и до сих пор остается) во владении королевской семьи.

Проекты создания художественной галереи (практически с нуля), открытой для публичного доступа, начали рождаться один за другим еще в конце XVIII в., однако британское правительство долгое время прохладно относилось к подобной затее. Лишь после окончания наполеоновских войн интерес к этой теме в правительственных кругах начал возрастать. Для того чтобы давняя мечта лондонских любителей искусства воплотилась в жизнь, потребовалось стечение двух обстоятельств: неожиданная выплата военного долга Австрией и… смерть известного банкира и мецената Джона Джулиуса Ангерстайна.

Джон Джулиус Ангерстайн (1735–1823), крупный лондонский торговец, банкир и покровитель искусств, был выходцем из России. Он родился в Санкт-Петербурге, и долгое время ходили слухи – впрочем, безосновательные – что он являлся незаконнорожденным сыном великой княгини Елизаветы Петровны, русской императрицы. В Лондоне Ангерстайн появился приблизительно в 1749 г. и за свою долгую жизнь приобрел широкую известность, став одним из крупнейших британских предпринимателей. Он также прославился как меценат и собиратель произведений искусства. Именно его коллекция и легла в основу будущей Национальной галереи.

Ангерстайн скончался в январе 1823 г., а уже в следующем году британское правительство на деньги, полученные в счет уплаты военного долга Австрией – 57 тыс. фунтов, – приобрело 36 картин из коллекции покойного банкира. В их числе были полотна Рафаэля, «Похищение сабинянок» Рубенса, «Христос и грешница» Рембрандта. Имелись в собрании Ангерстайна и произведения английских мастеров, в том числе широко известная серия Хогарта «Модный брак» (1743–1745), а также «Автопортрет» и «Портрет лорда Хитфилда» сэра Джошуа Рейнолдса. В целом же в первые три десятилетия истории галереи ядром ее коллекции оставались картины итальянских мастеров XV–XVI вв.

Национальная галерея открылась для публики 10 мая 1824 г. В первые десять лет она размещалась в прежнем особняке Ангерстайна – доме № 100 на улице Пэлл-Мэлл, а потом еще какое-то время в доме № 105 по этой же улице. Большая заслуга в создании Лондонской галереи – в том виде, в каком она существует сейчас, – принадлежит художнику и коллекционеру Джорджу Бомону. Сам Бомон в 1826 г. передал в дар галерее свое собрание старых картин, в которое входили такие шедевры, как «Пейзаж с замком Стен» Рубенса, «Агарь и ангел» Клода Лоррена, «Венецианский вид» Каналетто и многие другие. Его примеру последовали и некоторые другие собиратели, которые завещали галерее свои коллекции живописи. Частные пожертвования на протяжении долгого времени служили главным источником пополнения галерейных фондов (ныне они составляют примерно две трети собрания).

Примерно в эти же годы галерея сама начала делать приобретения. В 1825 г. была куплена превосходная крошечная «Мадонна с корзинкой» Корреджо, за ней последовали «Вакхическая пирушка» Никола Пуссена и «Вакх и Ариадна» Тициана. Последняя вошла в число самых выдающихся полотен всей галерейной коллекции. Написана она в 1520–1523 гг. для феррарского герцога Альфонсо д’Эсте; ее сюжет воспевает (вслед за римским поэтом Катуллом) встречу бога вина и веселья с Ариадной, прекрасной дочерью критского царя Миноса.

В Лондонской национальной галерее хранится и всемирно известный шедевр Яна ван Эйка «Портрет четы Арнольфини» (1434), уникальное явление в европейской живописи того времени. Художник впервые изобразил людей в окружающей их повседневной обстановке. Сюжет картины выбран без всякой связи с религиозной темой или библейскими образами, что определяло тогда тему почти всякого художественного произведения.

На картине, в небольшой уютной комнате, изображен итальянский купец Джованни Арнольфини со своей молоденькой женой. Оба нарядно и празднично одеты, позы их неподвижны, лица полны самой глубокой торжественности. Скромная бюргерская обстановка и обыкновенные люди, изображенные Яном ван Эйком, становятся источником особой поэтичности, предвещая пути дальнейшего развития нидерландского и голландского искусства.

Картина сохранилась исключительно хорошо, хотя ей пришлось пройти очень долгий путь, прежде чем она оказалась в Национальной галерее. В начале XVI в. «Портрет четы Арнольфини» принадлежал герцогине Маргарите Пармской, наместнице Нидерландов. Позднее картина очутилась в Испании и в XVIII в. входила в королевскую коллекцию в Мадриде. Во время наполеоновского нашествия французы вывезли ее в Брюссель, где она в 1815 г. была куплена британским генералом Геем. Он привез ее в Англию, а в 1842 г. подарил Лондонской Национальной галерее.

Фонды музея быстро росли, так что крошечные размеры особняка Ангерстайна очень быстро перестали удовлетворять возрастающим требованиям экспозиции. В 1832 г. на Трафальгарской площади началось сооружение нового здания галереи. Архитектор Уильям Уилкинс намеревался построить настоящий «храм искусств», однако финансовые трудности и компромиссы с городскими властями и наблюдательным советом музея привели к тому, что честолюбивый проект оказался выхолощен. Законченное к 1838 г. здание современники сочли неудачей, полным провалом архитектора. Имя Уилкинса и его неуклюжее детище на какое-то время даже стали предметом насмешек, в которых без устали упражнялись досужие газетчики, однако со временем лондонцы привыкли к этой новой достопримечательности своего города, насмешки постепенно стихли, и к концу XIX в. уже было невозможно представить себе Лондон без купола Национальной галереи. Впрочем, от первоначальной постройки Уильяма Уилкинса до наших дней без изменений дошел только главный фасад. Коллекции Лондонской Национальной галереи быстро увеличивались, и уже к середине XIX в. остро встал вопрос о создании дополнительных экспозиционных площадей. Требовались и соответствующие условия для хранения и реставрации полотен. В 70–80-е гг. XIX в. к зданию галереи был сделан ряд пристроек, но коренным образом это проблему не решило. И лишь открытие в 1897 г. галереи Тэйт дало возможность распределить все коллекции между двумя этими музеями. Было решено передать в галерею Тэйт все работы британских художников, рожденных после 1790 г. Это позволило Национальной галерее избавиться от многих лишних картин, но сохранить при этом произведения Хогарта, Тернера и Констебла. Что касается произведений зарубежных мастеров современного искусства, то в течение всего XIX в. Национальная галерея их попросту не имела. Эта ситуация была исправлена только в 1917 г., когда музей унаследовал собрание картин импрессионистов, принадлежавшее сэру Хью Лану.

В 1855 г. впервые была установлена должность директора Национальной галереи (вместо прежних хранителей), которую занял художник и знаток искусства Чарльз Лок Истлейк. Он был наделен самыми широкими полномочиями и систематически получал в свое распоряжение крупные суммы на пополнение галерейных собраний. В сопровождении своих ближайших помощников Истлейк ежегодно отправлялся на континент, объезжал старинные дворцы, церкви и монастыри, посещал художественные салоны и известных коллекционеров, в поисках новых приобретений для своего музея. Благодаря его стараниям Лондонская галерея за десять лет стала обладателем подлинных сокровищ. В числе купленных Истлейком картин (всего он приобрел 148 картин за границей и 46 – в Англии) были «Крещение Господне» Пьетро делла Франческа (1448–1450), «Моление о чаше» Дж. Беллини (ок.1460), «Поклонение волхвов» Сандро Боттичелли (1470), два автопортрета Рембрандта. Свою собственную коллекцию живописи Чарльз Истлейк также завещал Национальной галерее.

Галерейные собрания продолжали пополняться и в последующие годы. Так, в 1884 г. были приобретены картины «Мадонна Ансидеи» Рафаэля («Мадонна на троне со Святым Иоанном Крестителем и Святым Николаем», ок.1504–1506) и «Мадонна в скалах» Леонардо да Винчи (до 1508 г.). Затем настало время великих мастеров испанской школы. Сначала был куплен «Портрет Филиппа II» Веласкеса, в 1883 г. галерея получила в дар картину того же мастера «Христос у колонны», а через десять лет по частному завещанию – еще одно полотно Веласкеса, «Христос у Марии и Марфы». Примерно в это же время были куплены три работы Франсиско Гойи.

Коллекция из 42 картин, пожертвованных доктором химии Людвигом Мондом в 1909 г., стала одним из самых крупных приобретений в истории Лондонской Национальной галереи и значительно расширило собрание старых итальянских мастеров в ее фондах. В числе этих картин было «Распятие с Девой Марией, святыми и ангелами», или, как еще называют это полотно, «Распятие Монда». Оно написано Рафаэлем в 1503 г. и относится к его ранним работам. В ней еще очень заметно большое влияние его учителя, Перуджино, – и по тому, как Рафаэль рисует головы святых, и по тому, в какие одежды их одевает.

В 1906 г. Национальная галерея стала обладателем всемирно известного шедевра Веласкеса «Венера перед зеркалом» (1644–1648) – наверное, одного из самых узнаваемых женских образов во всем мировом искусстве. В 1914 г. эта картина чуть не погибла – некая Мэри Ричардсон напала на нее с ножом, желая таким странным образом выразить протест против ареста своей соратницы в борьбе за избирательные права для женщин. Реставраторам удалось спасти пострадавшее от ударов ножа изображение. Спустя несколько дней группа других суфражисток покушалась на пять работ Дж. Беллини, стремясь тем самым «привлечь внимание к тяжелому положению британских женщин». Эти нападения заставили галерею закрыться на несколько месяцев. Лишь в августе 1914 г., когда началась Первая мировая война и «социально озабоченные» женщины переключили свое внимание на другие животрепещущие проблемы, музей открылся вновь.

Д. Веласкес. Венера перед зеркалом. 1644–1648 гг.

В годы Второй мировой войны собрание Национальной галереи было эвакуировано из Лондона и рассредоточено в нескольких безопасных местах на севере Уэльса. Тогдашний директор музея, Кеннет Кларк, предлагал вообще отправить картины за океан – в Канаду, однако премьер-министр Уинстон Черчилль имел другую точку зрению: «Пусть их укрывают в пещерах или подвалах, но эти картины не должны покидать наш остров!»

В послевоенный период галерея продолжала увеличивать свое собрание, хотя приобретать шедевры старых мастеров с каждым годом становилось все труднее. В 1962 г. она стала обладательницей «Мадонны с Младенцем, Св. Анной и Св. Иоанном Крестителем» Леонардо да Винчи (1508). В 1972 г. ее собрание пополнила «Смерть Актеона» Тициана (1562). Галерея продолжает пользоваться значительной поддержкой частных лиц; так, в 1985 г. сэр Поль Гетти пожертвовал музею 50 миллионов фунтов. Последним крупным приобретением галереи стал миниатюрный шедевр «Мадонна с младенцем» (известная также как «Мадонна с гвоздиками»). Эта маленькая (28,5 × 22,5 см), ювелирно выполненная работа была написана Рафаэлем в 1507–1508 гг. во Флоренции. Ее последним владельцем был герцог Нортумберлендский. В 1991 г. он отдал холст на временное хранение в Лондонскую Национальную галерею, а в 2004 г. музей выкупил ее за 21 млн фунтов. Каролина стала девятым произведением Рафаэля, хранящимся в фондах Лондонской галереи. Всего же музей располагает сегодня более чем 2300 картин, охватывающих период с середины XIII в. до начала 1900-х гг. Конечно, это собрание невелико по сравнению с крупнейшими национальными галереями континентальной Европы, однако по качеству оно не уступает таким гигантам, как парижский Лувр, мадридский Прадо или петербургский Эрмитаж. При этом величайшие европейские школы живописи представлены в лондонской экспозиции самыми прославленными именами, а порой и лучшими работами этих мастеров.

Итальянская живопись составляет самый большой раздел собрания. В экспозиции представлены жемчужины итальянской школы живописи: шесть полотен Боттичелли, в том числе одна из самых знаменитых его картин «Венера и Марс»; картины Фра Беато Анжелико; Антонелло да Мессина; Мазаччо; Паоло Учелло; Фра Филиппо Липпи; Пьеро Делла Франческа; Андреа Мантеньи; Пьетро Перуджино. Здесь можно увидеть две картины Микеланджело: «Погребение Христа» (1497–1498) и «Мадонну с Младенцем и маленьким Иоанном Крестителем» («Манчестерская мадонна», ок. 1495 г.). Кроме того, в экспозиции представлены также картины «Сон рыцаря» (1504–1505), «Мадонна с Младенцем и маленьким Иоанном Крестителем» (1509–1510), «Проповедь св. Иоанна Крестителя» (ок. 1505 г.). Маленькая картина «Сон рыцаря» дает представление о раннем творчестве Рафаэля, когда ему было немногим более двадцати лет. Юному рыцарю на этой картине, как и самому молодому художнику, грезятся сладкие сны. Но даже во сне приходится делать непростой выбор – между книгой и цветком, между тяжким и легким жизненными путями. К этому же периоду относится и картина «Проповедь Святого Иоанна Крестителя». Исследователи предполагают, что это единственное дошедшее до нас изображение из пределлы (нижней створки алтаря) Мадонны Ансидеи в Перудже. Декоративная манера письма и некоторая схематичность в построении композиции напоминают о том, что молодой Рафаэль в эту пору находился под влиянием своего учителя Пьетро Перуджино. «Мадонна с Младенцем и маленьким Иоанном Крестителем» была создана в Риме в период творческой зрелости художника – в 1509–1510 гг. Задумчив и прекрасен лик Богоматери, весь образ которой – само совершенство.

Очень полно представлена в собрании Лондонской Национальной галереи итальянская живопись XVI в.: Джорджоне («Поклонение волхвов», 1503–1504), Тициан («Мужской портрет» («Портрет Ариосто», 1509–1510)); «Семья Вендрамин», 1545–1547; «Явление Христа Марии Магдалине» (ок. 1511–1612 гг.); «Мадонна с Младенцем, маленьким Иоанном Крестителем и св. Екатериной» (1525–1530); «Вакх и Ариадна» (1523); «Смерть Актеона», 1570–1576; «Аллегория Благоразумия», 1565–1570; Паоло Веронезе (серия «Коварство, Уважение, Презрение, Счастливый союз», ок. 1575; «Семейство Дария перед Александром», 1565–1568; «Обращение Марии Магдалины» (ок. 1550 г.); «Поклонение волхвов», 1573), Тинторетто («Происхождение Млечного Пути», 1578–1588; «Св. Георгий с драконом», ок. 1555 г.). Среди итальянских картин XVII в. – полотна Микеланджело да Караваджо («Встреча в Эммаусе», 1601; «Соломея с головой Иоанна Крестителя», 1607–1610; «Мальчик, укушенный ящерицей», 1595–1600), Франческо Гварди, Антонио Каналетто, Джованни Баттиста Тьеполо.

Коллекция нидерландской школы живописи в Лондонской Национальной галерее – одна из самых значительных в Европе. Она включает четыре полотна Яна ван Эйка, произведения Кампена, Мемлинга, Кристуса, ван дер Вейдена, Боутса, Давида, Босха, Рубенса, Рембрандта. Здесь можно увидеть две картины великого голландского художника XVII в. Яна Вермеера, и это немало: по всему миру они наперечет. В галерее выставлены и произведения крупнейших испанских художников: Эль Греко, Мурильо, Риберы, Сурбарана, Гойи. Величайший живописец Испании Диего Веласкес представлен в музее девятью полотнами.

По сравнению с испанской, итальянской и голландской немецкая и французская коллекции не столь богаты. Но тем не менее имена Кранаха, Альтдорфера, Гольбейна, Дюрера, Каспара Давида Фридриха, Ватто, Пуссена, а также знаменитых французских мастеров конца XIX – начала XX в. – Клоде Моне, Эдгара Дега, Огюста Ренуара, Винсента ван Гога, Поля Сезанна – говорят сами за себя. Пейзажи и портреты Т. Гейнсборо, Дж. Констебля, У. Тернера и Т. Лоуренса, сатирические работы Хогарта представляют британскую художественную школу во всем ее своеобразии.

В 1992 г. королева Елизавета II торжественно открыла большую пристройку к западной части галереи – «Крыло Сейнсбери», сооруженное по проекту американского архитектора Вентури оно отвечает самым высоким требованиям современности. Залы «Крыла Сейнсбери» имеют различную высоту потолка – это сделано для того, чтобы можно было с максимальным эффектом разместить алтарные образы итальянских художников XV в. и меньшие по размеру портреты нидерландских и немецких мастеров.

Галерея Тэйт

В музейной иерархии Лондона Галерея Тэйт входит в ведущую пятерку, уступая по популярности лишь Британскому музею и Национальной галерее. Первоначально она задумывалась как музей британского искусства, но со временем в ее собраниях заняли большое место и произведения зарубежных художников XIX–XX вв.

Здание галереи – тогда она называлась Национальной галереей британского искусства – построено в 1897 г. по проекту архитектора Сиднея Дж. Смита и на средства сахарного магната Генри Тэйта, чье имя сегодня и носит музей. Новый храм искусства расположился на месте, где некогда стояла старинная лондонская тюрьма Миллбэнк, снесенная в 1892 г. В основу собраний музея легли полотна британских живописцев, до 1897 г. хранившиеся в Лондонской Национальной галерее, и личная коллекция живописи и скульптуры, подаренная нации сэром Генри Тэйтом. Первые полвека Галерея Тэйт являлась филиалом Национальной галереи, и лишь в 1955 г. оба музея юридически отделились друг от друга.

В 1917 г. известный лондонский коллекционер и меценат сэр Хью Лейн завещал галерее свою большую коллекцию произведений современного искусства. Так родилось второе направление ее деятельности. Одно время галерея именовалась даже Национальной галереей современного зарубежного искусства. Первое время ее фонды пополнялись исключительно за счет частных пожертвований, но в 1946 г. английское правительство предоставило галерее право самостоятельных закупок произведений искусства.

В 1939 г., когда началась Вторая мировая война, галерея была закрыта, а ее собрания рассредоточены по стране и укрыты в безопасных местах. Как показали дальнейшие события, эта мера оказалась весьма предусмотрительной: во время ожесточенных бомбежек Лондона гитлеровской авиацией здание Галереи Тэйт сильно пострадало, до сих пор на его западном фасаде можно видеть следы осколков авиабомб. В 1945 г. восстановленная галерея вновь распахнула свои двери для посетителей.

В наши дни Галерея Тэйт по праву считается крупнейшим в мире собранием произведений британского искусства, охватывающего период с 1500 г. и до наших дней. В нем насчитывается около 4,5 тыс. живописных полотен и 1,5 тыс. скульптурных работ. Здесь выставлены картины крупнейших английских художников XVI–XX вв., включая Блейка, Эпстайна, Гейнсборо, Херста, Хокни, Россетти, Спенсера, Стаббса и других. Исторические и современные работы расположены в непосредственном соседстве, что дает возможность сравнить их и увидеть нечто новое как в произведениях великих, так и неизвестных широкой публике авторов. Настоящим сокровищем является огромная «Тернеровская коллекция» – более 37 тыс. полотен, графических работ и архивных документов, связанных с жизнью и творчеством выдающегося английского живописца и графика Уильяма Тернера (1775–1851). Галерея – мировой центр встреч всех любителей британского искусства, здесь регулярно проходят тематические выставки и экспозиции.

Современная Галерея Тэйт – это целый музейный комплекс, в который входят старая («Тэйт Британия») и новая («Тэйт Модерн», открытая в 2000 г.), галереи, филиалы в Ливерпуле («Тэйт Ливерпуль», 1988) и Сент-Ивсе («Тэйт Сент-Ивс», 1993).

В начале 2000 г. завершился один из крупнейших проектов в сфере современного искусства – постройка нового здания галереи Тэйт. Точнее, речь шла о реконструкции старого здания Бэнксайдской электростанции, построенной в 1947–1963 гг. Электростанция закрылась в 1981 г. В конце 1980-х гг., когда стало окончательно ясно, что собрание Галереи Тэйт переросло размеры старого здания на Миллбэнк, было решено приспособить пустующее здание электростанции для музейных целей. Многие предрекали этому проекту провал из-за слишком высокой стоимости – 210 млн долларов. Однако дирекция галереи сумела убедить и государство, и инвесторов в целесообразности финансирования проекта. Часть денег была получена от лотереи. Авторами проекта стали швейцарские архитекторы Жак Херцог и Пьер де Мерон, получившие за него премию Прицкера – высшую награду в мировой архитектуре. Они сумели соединить вековые художественные традиции с техническими возможностями нового тысячелетия. Например, был создан целостный стеклянный фасад, отдельные части которого соединены болтами. Создается впечатление, что все сооружение парит в воздухе.

Ныне в 80 залах галереи «Тэйт Модерн» разместилось национальное собрание международного современного искусства модерна. Здесь представлены все важнейшие художественные течения XX века: кубизм, фовизм, сюрреализм, символизм, минимализм, экспрессионизм, концептуальное искусство, поп-арт. В числе выставленных работ – произведения Пикассо, Матисса, Дали, Магритта, Уорхола. О популярности новой экспозиции свидетельствует хотя бы тот факт, что за первые полгода после открытия новое здание галереи Тэйт посетило 3 млн человек.

Галерея Курто

Галерея института Курто – один из самых известных художественных музеев Лондона. Она известна прежде всего своей коллекцией полотен художников-импрессионистов. Рядом с очаровательной буфетчицей «Бара в Фоли-Берже» Эдуарда Мане – «визитной карточкой» музея, пейзажами Моне, Писсаро и Сислея соседствуют полотна Боттичелли, Тинторетто, Рубенса, Кранаха и ван Дейка.

Институт Курто был создан в 1931 г. на базе частного собрания картин французских импрессионистов и постимпрессионистов, принадлежавшего богатому текстильному магнату Сэмюэлю Курто (1876–1947). Это собрание оставалось недоступным для публики до 1958 г., когда институт Курто впервые открыл свою галерею на площади Уоберн в Блумсбери. В 1990 г. галерея переехала в исторический дворец Сомерсет-Хаус на берегу Темзы (построен в 1770–1790-х гг.).

На протяжении всего XX в. собрание института Курто непрерывно пополнялось за счет частных пожертвований, крупнейшими из которых стали две коллекции старых мастеров, принадлежавшие виконту Ли Ферхэму и Марку Гамбье-Перри (в последней было особенно много картин итальянских живописцев). Собрание графа Антуана Сейлерна, содержащее ряд полотен Рубенса и Тьеполо и завещанное Галерее Курто в 1978 г., пополнила ту часть музейной коллекции, где представлены работы мастеров XVII–XVIII вв.; другое частное собрание, сэра Роберта Витта, также ставшее достоянием музея, включало около 3,5 тыс. рисунков, преимущественно британских и итальянских художников, но в нем также были работы голландских, фламандских и французских мастеров. В 1967 г. галерея приобрела множество английских акварелей.

Сегодня Галерея Курто, по существу, представляет собой музей частных коллекций. Каждой крупной коллекции, поступившей в течение XX в. в ее фонды – Сэмюэля Курто, Роджера Фри, Ли Фэрхэма, Марка Гамбье-Перри, Антуана Сейлерна, – посвящены отдельные залы. Всего в галерее насчитывается 530 картин, 7 тыс. рисунков и 15 тыс. гравюр, а также произведения средневековой, ренессансной и современной скульптуры, фарфор, изделия из металла, мебель, текстиль. Музей невелик, однако по качеству представленных здесь художественных работ он не уступит многим ведущим музеям мира. Гордостью его коллекции является превосходное собрание импрессионистов, а также полотна Лукаса Кранаха («Адам и Ева», 1526), Антониса ван Дейка («Се, Человек», 1625) произведения Паоло Веронезе, Джованни Баттисто Тьеполо, Франсиско Гойи, Томаса Гейнсборо, Бена Николсона, Грэхема Сазерленда и др. Очень своеобразная атмосфера выставочных залов делает галерею похожей на домашний музей.

Открывает экспозицию зал наследия Гамбье-Перри. Здесь представлена художественная коллекция Томаса Гамбье-Перри (1816–1888), собиравшаяся в 1830–1870-х гг. Помимо картин, она включает стеклянную посуду, майолику, изделия из металла. Первоначально Гамбье-Перри собирал произведения итальянских живописцев XVII в., но к 1850-м гг. обратился к флорентийскому искусству XIV–XV вв. Большинство своих приобретений он делал во время частых путешествий за границу, особенно в Италию. К числу наиболее ценных его приобретений принадлежит картина Ботичелли «Святая Троица с Иоанном Крестителем, Марией Магдалиной, Товием и ангелом» (1490-е гг.).

В трех следующих залах разместилась центральная часть экспозиции: коллекция Сэмюэля Курто, одно из лучших в мире собраний французских импрессионистов и пост-импрессионистов, включающее в себя знаменитые шедевры Клода Моне («Осень в Аржантее», 1873; «Антибы», 1888; «Ваза с цветами», 1878–1882), Камилла Писарро («Станция Лордшип-Лейн. Далидж», 1871; «Набережная в Руане», 1883), Альфреда Сислея («Лодки на Сене», ок. 1877; «Снег в Лувесьенне», ок. 1874), Огюста Ренуара («Ложа», 1874; «Портрет Амбруаза Воллара», 1908), Эдуарда Мане («На берегу Сены», 1874; «Бар в Фоли-Берже», 1882), Эдгара Дега («Спартанские девушки вызывают на состязание юношей», 1860–1862; «Две танцовщицы на сцене», 1874; «Дама у окна», 1871; «После ванны», 1889), Поля Сезанна («Пруд Сестер в Осни», 1877; «Высокие деревья в Жа де Буффан», ок. 1883 г.; «Гора Св. Виктории с большой сосной», ок. 1887 г.; «Курильщик», 1892; «Игроки в карты», 1892–1895; «Озеро в Аннеси», 1896), Анри Тулуз-Лотрека («Жанна Авриль, входящая в «Мулен Руж»«, 1892; «Ужин вдвоем», 1899), Винсента ван Гога («Автопортрет с перевязанным ухом», 1889; «Персиковые деревья в цвету», 1889), Поля Гогена («Те Рериоа», 1887; «Никогда больше», 1897).

В двух других залах расположились коллекции виконта Ли Фэрхэма (1868–1947) и графа Антуана Сейлерна (1901–1978). Ли Фэрхэм начал собирать свою коллекцию вскоре после того, как в 1922 г. завершил свою политическую карьеру. У него не было какого-то специального образования в области искусства, и он собирал картины, руководствуясь собственным вкусом, а не советами искушенных специалистов. Несмотря на этот несколько авантюристический подход, виконт сумел приобрести несколько выдающихся полотен мастеров итальянского ренессанса и британских художников XVIII в. К моменту его смерти в 1947 г. собрание Фэрхэма насчитывало более 150 произведений искусства.

В противовес экспансивному Фэрхэму, граф Антуан Сейлерн (1901–1978), австрийский эмигрант, поселившийся в Англии в 1939 г., был профессиональным искусствоведом, а главной его страстью и одновременно предметом научных интересов был Рубенс. Помимо превосходного собрания картин, в котором имелось несколько прекрасных работ Рубенса («Моисей и медный змий», 1610; «Снятие с креста», 1611; «Семья Яна Брейгеля», ок. 1612), а также полотна Брейгеля, ван Дейка и Тьеполо. Сейлерн собрал обширную коллекцию рисунков, в том числе произведения Рембрандта, Рубенса, Тьеполо и даже Микеланджело («Сон человеческой жизни»). Он также обладал небольшим собранием работ современных ему австрийских художников, включая Оскара Кокошку. После его смерти в 1978 г. Галерея Курто получила по завещанию 138 картин и 354 рисунка.

В следующем зале выставлена коллекция произведений серебряных дел мастеров XVIII в., собиравшаяся тремя поколениями семьи Курто, к которой принадлежал и основатель галереи. Далее следует выставка бронзовых скульптур Эдгара Дега. Ее происхождение довольно необычно. Известно, что Эдгар Дега (1834–1917) был прежде всего живописцем, однако в последние годы много работал в области скульптуры. Его статуэтки движущихся лошадей, танцующих балерин и женщин за утренним туалетом были сделаны из хрупких, недолговечных материалов – глины и воска. После смерти художника осталось более 150 таких скульптур, из которых лишь менее половины можно было считать сколько-нибудь долговечными. Отобрав наиболее прочные из них, А.-А. Эврар перевел их в бронзу. Процесс отливки занял тринадцать лет.

Работы мастеров XX в., демонстрируемые в галереях второго этажа, включают в себя более 100 произведений искусства, большей частью принадлежащих различным частным собраниям. Здесь можно познакомиться с настоящими шедеврами, среди которых – «Красный пляж» Матисса, блестящая коллекция фовистов и работ группы мюнхенских художников, известных как «Der Blaue Reiter» («Голубой всадник»). Это Василий Кандинский, Алексей Явленский, Габриэль Мунтер, Хайнрих Кампендонк, Август Мацке. Дополнением к ним служат скульптуры ряда известных мастеров конца XIX – начала XX в., включая Родена, Майоля, Архипенко и Лоуренса.

Собрание Уоллес

Собрание Уоллес – национальный художественный музей, расположенный в центре британской столицы. Как и многие другие музеи Европы и США, он был создан на основе частной коллекции, в данном случае – коллекции семьи Уоллес, собиравшейся на протяжении нескольких поколений. В его экспозиции представлены замечательные произведения европейского искусства XVIII–XIX вв.

Начало коллекции положил в 1760 г. сэр Фрэнсис Сеймур-Конуэй, первый маркиз Хертфордский (1719–1794), и вплоть до 1880 г. ее неустанно пополняли его потомки. Особенно большой вклад внесли последний, четвертый маркиз Хертфордский и его рожденный вне брака сын и наследник сэр Ричард Уоллес (1818–1890). Все представители этого семейства были яркими, своеобразными личностями, и фамильная художественная коллекция отражает особенности их индивидуальных вкусов. В 1897 г. леди Уоллес, вдова сэра Ричарда, завещала это собрание британскому народу.

Лондон. Хертфорд-Хаус – место хранения собрания Уоллес

Музей открылся для публики 22 июня 1900 г. в Хертфорд-Хаус на Манчестерской площади и за исключением двух перерывов из-за двух мировых войн продолжает действовать до сих пор. В соответствии с условиями завещания леди Уоллеса, его собрание является закрытым, то есть никакие новые произведения искусства не могут быть добавлены в его фонды, так что фамильная коллекция семьи Хертфорд-Уоллес представлена здесь в законченном и нетронутом поздними дополнениями виде. В 25 залах музея – непревзойденное собрание французской живописи эпохи рококо, севрский и мейсенский фарфор, первоклассная коллекция оружия и доспехов, лиможские эмали, итальянская майолика. Самые древние экспонаты датируются XIV в., здесь можно увидеть и произведения искусства эпохи средневековья и Ренессанса, однако стержнем собрания является французская живопись и декоративно-прикладное искусство XVIII в. Собрание Уоллес представляет собой лучшую коллекцию подобного рода, находящуюся за пределами Франции.

Одновременно с этим музей располагает множеством работ именитых европейских живописцев XIV–XIX вв. Считается, что среди английских музеев собрание Уоллес по качеству представленных работ превосходит только Лондонская Национальная галерея. Помимо французской живописи XVIII в. в собрании Уоллес особенно ярко представлены голландские и фламандские художники XVII в., хотя имеется также и ряд работ выдающихся итальянских, испанских и английских живописцев. Среди них – Тициан, Рубенс, Рембрандт, Хальс, Веласкес, Пуссен, Каналетто, Гейнсборо, Лоуренс, Ватто, Буше, Фрагонар и Мейссонье. Имеется также прекрасное собрание английских и французских акварелей XIX в., включая работы Бонингтона, Тернера, Жерико, а также более трехсот миниатюр XVI–XIX вв., преимущественно французских. К лучшим и наиболее известным работам, хранящимся в собрании Уоллес, принадлежат «Смеющийся кавалер» Франса Хальса (1624), «Танец под музыку времени» Никола Пуссена (ок.1634–1636), «Качели» Жана-Оноре Фрагонара (1767–1768). Собрание содержит также многочисленные картины Рембрандта, включая один из автопортретов мастера.

Коллекция скульптуры насчитывает около 500 работ. Здесь представлены все главные европейские школы, от средневековья до XIX в. Наиболее важную часть собрания составляет французская скульптура: бронзовый бюст короля Карла IX (ок.1570), работы выдающегося французского скульптора эпохи Ренессанса Жермена Пилона (ок.1537–1590), два мраморных бюста работы Ж.-А. Гудона (1741–1828), превосходная коллекция бронзовых скульптур XVIII – начала XIX в., включая скульптурные портреты, произведения на мифологические сюжеты и уменьшенные копии работ известных мастеров. Собрание итальянской скульптуры включает произведения известных мастеров Ренессанса: «Сидящая Венера», единственная дошедшая до наших дней работа падуанского ваятеля Джованни Фондули да Крема и бюст Христа работы Пьетро Торричиано, исполненный для Вестминстерского аббатства. К XVIII в. относится очаровательная скульптурная группа «Купидон и Психея» Филиппо делла Валле, созданная во Флоренции около 1732 г. Собрание Уоллес обладает самой лучшей в мире коллекцией севрского фарфора XVIII в., охватывающей все периоды – от 1740-х гг., когда в Венсенне была впервые основана Королевская фарфоровая мануфактура, до 1756 г., когда центр производства фарфора был перенесен в Севр, от периода расцвета в 1760–1770-х гг. под патронажем Людовика XV и маркизы Помпадур и до упадка фарфорового производства в годы кровавой французской революции. Здесь широко представлена и блестящая эпоха рококо, и строгий неоклассицизм. Музей располагает также неплохой – около 140 предметов – коллекцией итальянской майолики эпохи Ренессанса (это вторая половина XV – конец XVI в.), изготовленной в различных художественных центрах – Кафаджиоло, Кастельдуранте, Фаэнце, Сиене, Урбино и Венеции. Имеются в собрании и мейсенский фарфор XVIII в., китайский фарфор, испанская средневековая керамика, знаменитая керамика из Изника (Турция), французский фаянс.

Коллекция европейского и восточного оружия насчитывает более тысячи предметов и является одной из самых обширных и важных в Великобритании. Самые ранние части доспехов датируются XIV в., самый древний меч – X в. Холодное оружие большей частью изготовлено индийскими, персидскими и турецкими мастерами в XV–XIX вв., в то время как доспехи преимущественно индийские и персидские относятся к XVIII–XIX вв. Прекрасное собрание огнестрельного оружия охватывает период XVI–XIX столетий.

В собрание Уоллес входит также большая коллекция золотых табакерок, преимущественно работы парижских мастеров XVIII в., изделия из серебра, эмали, стекла, камня, охватывающих целую эпоху от средневековья до XIX в. Наиболее интересными экспонатами этой части собрания являются кубок работы английских мастеров эпохи Стюартов; портрет Маргариты Франузской 1555 г. – единственная подписанная работа Жана де Кура; чаша, целиком вырезанная из огромного кристалла дымчатого кварца, – работа Джованни Амброджил Мизерони, выполненная по заказу императора Священной Римской империи Рудольфа II.

Галерея Уоллес пользуется заслуженной славой одного из лучших музеев Европы и одного из самых популярных музеев Лондона. Ежегодно ее посещают десятки тысяч человек.

Музей Виктории и Альберта

Лондонский музей Виктории и Альберта – старейший и самый большой в мире музей декоративно-прикладного искусства и дизайна, или, как говорили в старину, художественно-промышленный музей. Его экспозиция отличается редкостным разнообразием: гипсовые копии римских скульптур и итальянская пластика эпохи Возрождения соседствуют с китайским фарфором и японскими ширмами, картины Джона Констебла – с работами крупнейших мастеров фотографии, мебель от Уильяма Морриса – с афишами Тулуз-Лотрека. Ряд тематических коллекций музея – драгоценностей, текстиля и костюма, керамики и стекла, фотографии, миниатюр, акварелей и рисунков британских художников и др. – имеют статус национальных.

Эта лучшая в мире коллекция произведений декоративно-прикладного искусства и живописи создана по инициативе и при участии принца Альберта, супруга королевы Виктории. В 1841 г. он был избран председателем Комиссии по делам науки и искусств, которой было поручено наблюдать за внутренней отделкой нового здания Парламента, а спустя еще два года он стал президентом Королевского Общества живописи. Мысль о создании музея впервые возникла у принца Альберта после проведения в Лондоне Всемирной выставки 1851 г., первой в истории человечества (тогда она называлась «Большая выставка изделий промышленности всех наций»). Тысячи произведений промышленности и прикладного искусства были привезены со всего мира и выставлены в специально построенном на территории Гайд-парка Хрустальном дворце (позже сгоревшем). Выставка имела огромный успех и принесла большую прибыль. Вся выручка (186 тыс. фунтов стерлингов) была передана комиссии по делам науки и искусств, возглавляемой принцем Альбертом. Он предложил пустить эти деньги на создание нового музейного городка в Южном Кенсингтоне (реализовать удалось лишь часть задуманного проекта). Сегодня этот комплекс музеев и культурных учреждений, куда входят Музей естествознания, Музей науки, Королевский Альберт-Холл и мемориал Альберта, носит название Альбертополиса. Его частью является и Музей Виктории и Альберта.

Выставка 1851 г. показала, что Англия, являясь ведущей на тот момент индустриальной державой, по качеству производимых товаров начала отставать от лучших изделий из стран континентальной Европы. Задача вновь создаваемого Промышленного музея (так первоначально назывался Музей Виктории и Альберта) состояла в том, чтобы поднять стандарты художественного образования и промышленного дизайна, привить английским изготовителям, а заодно и широкой публике, «вкус к изящным предметам обихода». Первый директор музея Генри Коул говорил, что музей должен стать «общедоступной школой» и всемерно способствовать культурному развитию и эстетическому воспитанию рабочих и ремесленников, что принесло бы несомненную пользу британской экономике. В первые годы существования музея даже режим его работы подчинялся ритму жизни производственных рабочих: он открывался не утром, как большинство других музеев, а вечером, когда рабочий день на заводах, фабриках и в мастерских заканчивался и люди могли использовать свое свободное время для посещения музея и побродить по его освещенным газовыми рожками залам. Экспозиция также была подчеркнуто демократична, в противоположность «высокому искусству» Лондонской Национальной галереи и чопорной учености Британского музея. Основу собрания Промышленного музея составили изделия мировой промышленности, привезенные на Всемирную выставку 1851 г. Знакомство с ними расширяло кругозор английских рабочих и ремесленников, давало толчок к поиску новых форм и идей.

Лондон. Музей Виктории и Альберта

Промышленный музей распахнул свои двери для посетителей в мае 1852 г. Первоначально он размещался в доме герцогов Мальборо, в сентябре того же – года переехал в Сомерсет-Хаус, а в 1856 г. перебрался в Южный Кенсингтон.

На протяжении всего XIX в. коллекция музея постоянно росла. Одновременно с ней разрастался и музейный комплекс. Сегодня здание Музея Виктории и Альберта представляет собой сложный ансамбль построек, возводившихся в разное время и разными архитекторами; в его облике отразились художественные вкусы разных эпох. Апофеозом этого долголетнего строительства стало сооружение главного корпуса музея, растянувшееся на десять лет – с 1899 по 1909 г. Возведенный из красного кирпича и портландского камня по проекту архитектора Астона Уэбба, он вытянулся на 240 м. Первый камень в основание нового здания заложила 17 мая 1899 г. королева Виктория – это было ее последнее появление на публике. В том же году музей получил свое современное название – Музей Виктории и Альберта. Церемония открытия главного корпуса состоялась 26 июня 1909 г. в присутствии уже другой королевской четы: Эдуарда VII и королевы Александры.

Музей продолжал непрерывно развиваться на протяжении всего XX в. Во время Второй мировой войны он получил незначительные повреждения от осколков авиабомб. В последующем музейные галереи пережили несколько реконструкций. Работы по расширению экспозиционных площадей продолжаются по сей день, так как собрание музея продолжает пополняться. Сегодня оно насчитывает около 4,5 млн экспонатов: здесь представлено европейское, индийское, китайское, японское, исламское прикладное искусство, живопись, скульптура, стекло, витражи, драгоценности, доспехи, оружие, костюмы, стекло, изделия из металла, фарфор и керамика, мебель, фотографии. Все это выставлено в 150 галереях, охватывающих пространство в 7,5 акров, однако и этих экспозиционных площадей хватает только на то, чтобы представить лишь небольшую долю всего гигантского музейного собрания.

Экспозиции ряда галерей посвящены искусству различных стран и народов – Дальнего Востока, Южной и Юго-Восточной Азии, исламского мира. Галерея китайского искусства открылась в июне 1991 г. Большинство представленных здесь художественных работ создано во времена династий Мин (1368–1643) и Цин (1644–1911), но здесь можно увидеть и объекты, относящиеся к годам правления династии Тан (618–906) и более ранним эпохам: таковы, например, метровой высоты бронзовая голова Будды, датируемая ок. 750 г., и вырезанная из нефрита голова лошади, которой 2 тыс. лет. Классические образцы китайского прикладного искусства включают в себя лак, шелк, фарфор, нефрит и эмаль; представлены также традиционные китайские костюмы разных эпох. Поистине уникальным является лаковый столик, изготовленный в императорских мастерских во времена правления императора Сюаньдэ (1426–1435).

Галерея японского искусства охватывает преимущественно период с 1550 по 1900 г. В числе наиболее древних экспонатов – статуя Будды Амиды Нёрай (XIII в.). Так называемый сундук Мазарини, датируемый 1640 г., являет собой яркий пример мастерства ремесленников Киото середины XVII в. Здесь же можно увидеть оружие и доспехи самураев, изделия из лака, фарфора, гравюры на дереве, ширмы, ткани и образцы традиционного японского костюма, включая кимоно.

В обширном разделе прикладного искусства Южной и Юго-Восточной Азии представлены изделия мастеров Индии (в ее колониальных границах, то есть с Пакистаном и Бангладеш), Бирмы, Камбоджи, Таиланда, Индонезии, гималайских королевств и Шри-Ланки. Галерея индийского искусства (охватывает период VI–XIX вв.) включает в себя обширное собрание скульптуры, главным образом религиозного характера – индуистской, буддистской и джайнской. Очень богато и разнообразно представлено искусство эпохи Великих Моголов: портреты императоров, нефритовые кубки для вина, золотые столовые приборы, инкрустированные изумрудами, алмазами и рубинами. Во все времена Индия являлась крупным производителем текстиля, и в Музее Виктории и Альберта эта сторона деятельности индийских ремесленников представлена очень полно и разнообразно: от тончайшего муслина разных цветов до тяжелой парчи, расшитой золотой и серебряной нитью. Здесь же экспонируются ковры из Агры и Лахора, образцы традиционного индийского костюма из разных провинций. Одно из самых необычных изделий, демонстрируемых в Индийской галерее, – так называемый «Тигр Типу Султана» – статуэтка с заводным механизмом внутри, изготовленная в Майсоре в 1795 г. и изображающая тигра, терзающего британского солдата (по другой версии – чиновника британской Ост-Индской компании). Она получила свое название по имени Типу Султана, правителя Майсора, по заказу которого была изготовлена. В 1880 г. музей британской Ост-Индской компании подарил это необычное творение индийских ремесленников музею Виктории и Альберта.

Произведения мастеров далеких Гималаев – это непальские бронзовые статуэтки и вышивки, тибетские свитки и ритуальные объекты. Искусство Таиланда, Бирмы, Камбоджи, Индонезии и Шри-Ланки представлено многочисленными изделиями VI–XIX вв. из золота, серебра, бронзы, камня, терракоты и слоновой кости.

Раздел, посвященный искусству обширного исламского мира, охватывает в пространстве Ближний Восток, Среднюю Азию, Афганистан, Северную Африку и Андалусию, а во времени – двенадцать веков, с VIII по XX в. В постоянной экспозиции представлено только 400 объектов – это около 10 % всей коллекции исламского искусства, которой располагает музей. Ее кульминационным пунктом является великолепный Ардабильский ковер (1539–1540) размером 10,5×5,3 м. Изготовленный, по-видимому, в Тебризе (Персия), он первоначально украшал мечеть в Ардабиле. В 1890 г. этот ковер, сильно поврежденный, был приобретен британским торговцем и после реставрации занял свое место в экспозиции Музея Виктории и Альберта. Другой шедевр – кувшин X в., вырезанный из цельного блока горного хрусталя. В галерее выставлено множество прекрасных экземпляров Корана, относящихся к различным периодам и демонстрирующих высокое искусство арабской каллиграфии. Самый большой по размерам экспонат – резной, инкрустированный слоновой костью деревянный минбар (кафедра проповедника) XV в., некогда находившийся в одной из каирских мечетей. Среди других произведений искусства исламских стран изделия из стекла, керамики (включая знаменитую керамику из Изника) и металла, ковры (собрание персидских ковров в Музее Виктории и Альберта принадлежит к числу лучших в мире). Здесь же – большая коллекция поливных – бирюзовых, синих, белых – изразцов из Турции, Узбекистана, Персии и других стран Среднего Востока.

Британскому искусству в Музее Виктории и Альберта отведено пятнадцать галерей. Здесь демонстрируются более 4 тыс. изделий, охватывающих период от 1500 до 1900 г. Вся экспозиция условно разбита на три главных раздела: эпоха Тюдоров и Стюартов (1500–1714), георгианская Англия (1714–1837) и викторианская Англия (1837–1901). Впрочем, в этих разделах представлены работы не только британских, но и европейских художников и мастеров прикладного искусства, а также импортные изделия из Азии, включая фарфор, ткань, гобелены и шпалеры. Общий контекст экспозиции – постепенное возрастание национального богатства и мощи Британии – «владычицы морей», распространение ее торговых связей по всему миру, сопровождавшееся созданием и расширением Британской колониальной империи. К числу наиболее известных работ, демонстрирующихся в этой части музейной экспозиции, принадлежат полихромный терракотовый бюст короля Генриха VII работы Пьетро Торриньяни (1509–1511), резные двухметровые изображения геральдических животных – быка, грифона, барана и лосося (1519–1521), шкатулка с письменными принадлежностями (1525), принадлежавшая Генриху VIII, сделанная из грецкого ореха и дуба, оправленная в кожу, украшенная росписью, позолотой и гербом короля; огромная, инкрустированная мозаикой из различных пород дерева кровать (1590–1600), на которой могут спать двенадцать человек; уникальный серебряный набор для вина (1719–1720) работы Энтони Нельма, состоящий из бочонка, большого ведра для охлаждения вина и сосуда для мытья бокалов. Это единственный полный набор подобного рода, дошедший до наших дней.

Национальное собрание драгоценностей, хранящееся в Музее Виктории и Альберта, насчитывает более 6 тыс. изделий, относящихся к временам Древнего Египта, Древней Греции, Древнего Рима, средневековья, XVII–XIX вв. – вплоть до наших дней. Большой интерес у посетителей неизменно вызывают замечательные античные золотые украшения – греческие, римские и египетские. Среди них особо выделяется золотой браслет греко-бактрийской работы III в. до н. э., найденный при раскопках на берегах Аму-Дарьи. В числе других примечательных экспонатов – работы знаменитых ювелиров Картье и Фаберже, алмазные украшения для платья, изготовленные по заказу русской императрицы Екатерины II, браслет, некогда принадлежавший несчастной французской королеве Марии-Антуанетте, изумрудное ожерелье, подаренное Наполеоном его приемной дочери Стефании Богарне в 1806 г. Значительную часть собрания составляют коллекция драгоценных камней леди Кори, пожертвованная музею в 1951 г. и включавшая в себя украшения с алмазами XVIII–XIX вв., и собрание более чем 800 драгоценных камней – от средневековья до начала XIX в. – подаренное музею в 1977 г. Джоан Эванс, крупным ученым-геммологом.

До наших дней дошло не так уж много подлинных образцов одежды, которую носили в XVIII–XVII вв., и уж тем более – в Средние века. Тем интереснее коллекция костюма, хранящаяся в Музее Виктории и Альберта и насчитывающая более 14 тыс. предметов одежды, относящихся преимущественно к последним четырем столетиям. Поскольку повседневная одежда прежних веков практически не сохранилась, здесь доминируют образцы праздничных, парадных нарядов, порой сделанных специально к какому-либо торжественному случаю. Музей располагает также более чем 30 тыс. образцами текстиля – главным образом, западноевропейского, хотя в коллекции представлены все континенты. Охватывая период с III по XX столетие, это собрание текстиля является одним из самых больших в мире.

Экспозиция отдела мебели не менее богата и разнообразна. Здесь хранится более 14 тыс. изделий – начиная от гобеленов и ковров и заканчивая музыкальными инструментами и часами. Доминирует, конечно, мебель – преимущественно западноевропейская, от Средневековья до наших дней. Большой интерес представляет убранство и обстановка двух полностью сохранившихся комнат XVIII столетия: Парижский кабинет 1778 гг., отделанный изящными деревянными панелями, и великолепный Итальянский кабинет 1780 г., с куполообразным потолком и наборным паркетным полом. Не менее интересна коллекция мебели в стиле рококо, изготовленной немецкими мастерами ок. 1750 г. и некогда украшавшей кабинет саксонского короля Августа III. «Гвоздем» экспозиции XIX в. является прихотливо исполненный Французский кабинет (1861–1867) работы мастера М. Фурдинуа, воспользовавшегося весьма разнообразными материалами: эбеновым деревом, липой, падубом, грушей, грецким орехом и красным деревом, а также мрамором. К числу наиболее драгоценных экспонатов относятся четыре девонширских охотничьих гобелена – очень редкие изделия мастеров средневековья, изображающие охоту на различных животных; почтенный возраст и внушительные размеры гобеленов делают их уникальными. Среди музыкальных инструментов выделяются скрипка знаменитого мастера Антонио Страдивари, датируемая 1699 г., и гигантский контрабас, авторство которого приписывают Гаспаро да Сало; когда-то он принадлежал Доменико Драгонетти (1763–1846), знаменитому итальянскому контрабасисту и композитору.

Английский серебряный сосуд XVI в.

Собрание стекла, керамики и фарфора в Музее Виктории и Альберта – самое большое и наиболее всестороннее в мире. Более 75 тыс. его экспонатов представляют здесь все континенты и все эпохи. Очень полно представлен в собрании мейсенский фарфор – «порцелиновая» фабрика в Мейсене (Саксония), основанная в 1710 г., стала первой в Европе фарфоровой мануфактурой. Здесь же можно видеть прекрасные образцы севрского фарфора XVIII–XIX вв. Собрание британского фарфора XVIII в. – самое большое и самое прекрасное в мире. В нем представлена продукция всех английских фабрик, лучшими из которых считаются фабрики в Челси и Уорчестере. Ну и, конечно, экспозиция была бы не полной без китайского и японского фарфора. Коллекция произведений мастеров Китая и Японии в Музее Виктории и Альберта является одной из лучших в мире – равно как и непревзойденное собрание итальянской майолики и знаменитой керамики из Изника (Турция).

6 тыс. изделий из Африки, Англии, Европы, Америки и Азии охватывает всю 4000-летнюю историю создания стекла. Самые древние представленные в экспозиции образцы происходят из Древнего Египта. Египетских мастеров сменяют древнеримские, затем мастера средневековья и ренессанса (к последнему периоду относится и изделия знаменитых венецианских и богемских мануфактур). Имеется великое множество хрустальных люстр, английского и зарубежного производства. Собрание витражей – возможно, самое прекрасное в мире. Оно охватывает период от XII по XX в. Часть наиболее выдающихся образцов происходит из знаменитой часовни Сент-Шапель в Париже.

Более 45 тыс. экспонатов знакомят с работами мастеров по металлу из всех концов мира. В этом разделе экспонируются изделия из золота, серебра, меди, свинца, олова и различных сплавов, оружие и доспехи, бронзовое литье, художественная ковка и эмали. Одних только произведений золотых и серебряных дел мастеров в фондах музея хранится более 10 тыс., но в постоянной экспозиции выставлено лишь около 15 % этих сокровищ. Они сгруппированы по темам – религиозное искусство (включая христианские – римско-католические, англиканские и греко-православные – и еврейские литургические сосуды и предметы культового назначения), британское серебро до 1800 г., британское серебро 1800–1900 гг., современные изделия английских серебряных дел мастеров, европейское серебро. В собрании музея хранится древнейшее из дошедших до наших дней произведение средневековых английских ювелиров – серебряный позолоченный кубок, датируемый 1496–1497 гг. Одно из самых больших изделий – Херефордская алтарная преграда весом почти 8 т, высотой 10,5 м и шириной 11 м, созданная Джорджем Гилбертом Скоттом в 1862 г. для собора в Херефорде. Основа ее изготовлена из дерева и литого чугуна, снаружи преграда украшена кованым железом, бронзой и медью. Арки и колонны покрыты полированным кварцем и мозаичными панелями.

К числу уникальных экспонатов принадлежит 58-сантиметровый «Глочестерский подсвечник», датируемый 1110 г. Сделанный из позолоченной бронзы, он представляет собой очень редкий образец средневекового художественного литья. К тому же периоду относится «реликварий Бекета» (ок. 1180 г.) – рака из позолоченной бронзы, изготовленная для хранения останков св. Томаса Бекета.

В Музее Виктории и Альберта экспонируется множество позолоченных столовых приборов из серебра, так как средневековый этикет отводил им очень большое место. Ими же за обеденным столом обозначали места для наиболее почетных гостей. Независимо от своей формы, эти вещи являлись драгоценным украшением любого стола. Одной из наиболее замечательных изделий является солонка «Корабль Бёргли» в форме плывущей на всех парусах бригантины. Эта солонка-корабль была изготовлена парижским мастером Пьером Фламароном в 1527–1528 гг. Основание ее как бы «изрезано» морскими волнами, а сирена поддерживает на хвосте раковину, которая одновременно является и корпусом судна. На корме бригантины сделано специальное углубление, в которое насыпали соль. Другое любопытное изделие – сосуд для горячих напитков «Эшли-Купер» с подносом к нему. Напиток из горячего вина или эля, смешанного с кусочками хлеба (или жидкой овсяной кашей), яйцами, сахаром и пряностями, начали употреблять еще в XIV в., но особую популярность он приобрел в XVII в. Эта горячая смесь хорошо восстанавливала силы и ее часто давали больным, а также женщинам после родов. Сосуды для напитка имели две ручки, а крышки их часто делали плоскими, чтобы использовать их как подносы для самих сосудов. Именно такой прибор и представляет собой сосуд «Эшли-Купер», сделанный из позолоченного серебра в 1665 г. Сам сосуд и поднос к нему покрыты сценами охоты на дикого кабана и дикого оленя.

В Музее Виктории и Альберта хранится также так называемая Драгоценность Каннинга. Она изготовлена примерно в 1580 г. и украшена крупной жемчужиной неправильной формы, которая использовалась в качестве торса водяного на самой «Драгоценности». Голова водяного сделана из золота, лицо и руки его покрыты белой эмалью, а хвост украшен цветной эмалью, рубинами и бриллиантами. В правой руке водяной держит кривой ятаган, а в его левой руке – ажурный щит, также украшенный эмалью и самоцветами. С «Драгоценности» свисают три подвески из жемчужин неправильной формы и несколько вставленных в одну оправу рубинов. Легенда утверждает, что «Драгоценность Каннинга» – дар герцога Медичи императору Моголов. «Драгоценность», по-видимому, долгое время действительно находилась в Индии, так как именно там живот водяного был украшен рубином с гравировкой, а снизу добавлены жемчужные и рубиновые подвески. В конце 1850-х гг. это во многом уникальное изделие приобрел в Дели граф Каннинг, являвшийся в то время генерал-губернатором Индии. Позднее «Драгоценность Каннинга» не раз переходила из рук в руки, пока ее не приобрела миссис Э. Хакнес за 10 тыс. фунтов стерлингов и не передала в дар Музею Виктории и Альберта.

Очень большое место в экспозиции музея занимает коллекция живописи, гравюр, рисунков и фотографий. В нее входит 1130 масляных полотен британских и 650 полотен европейских художников, 6800 акварелей и пастелей, 2 тыс. миниатюр. Жемчужиной музея является серия из семи (первоначально их было десять) рафаэлевских картонов. Специалисты считают, что они исполнены или самим Рафаэлем, или его учениками и предназначались для гобеленов, заказанных папой Львом X для Сикстинской капеллы. Картоны выполнены на библейские сюжеты: «Повеление Иисуса Христа Петру», «Смерть Анания», «Петр и Иоанн исцеляют хромого», «Павел и Варнава в Листре», «Волшебник Елимас, пораженный слепотой», «Проповедь святого Павла в Афинах» и «Чудесный улов рыбы». Кроме этих семи оригинальных картонов в музее имеются еще три их копии. Здесь же демонстрируется фреска Пьетро Перуджино, созданная им в 1522 г. для церкви Кастелло ди Форитньяно в Перудже – одна из последних работ живописца.

Живопись XIX в. представлена прежде всего работами У. Тернера и большим собранием картин, акварелей и рисунков Дж. Констебла, в числе которых – широко известный «Вид собора в Солсбери из епископского сада» (1823). Внушительной коллекцией работ Констебла музей обязан, главным образом, щедрости частных собирателей. Первым дарителем стал Джон Шипшенкс, богатый владелец мануфактур в Йоркшире, материально поддерживавший художника в последние годы его жизни. В 1857 г. он подарил свое собрание английской живописи – 233 картины – Музею Виктории и Альберта. В число подаренных Шипшенксом картин входило шесть полотен Констебла, хотя при жизни художника он купил только одно из них под названием «Пруд возле Бранч-Хил, Хемпстед». Остальные были приобретены Шипшенксом в 1838 г. на аукционе, устроенном после смерти художника. Больше всего Шипшенксу нравилась картина Констебла «Заливные луга близ Солсбери». Впоследствии один из биографов Констебла вспоминал, как яростно сражался Шипшенкс на аукционе со своими соперниками за право обладать этой картиной, которая была в свое время отвергнута жюри Королевской Академии за «ужасный зеленый цвет».

Многие другие работы Констебла были подарены музею родственниками художника, в том числе миссис Э. Констебл, вдовой одного из его сыновей. Передача картин музею состоялась в 1880 г., но затем многие из них были выставлены на аукцион.

Самым щедрым дарителем оказалась дочь Констебла Изабель, передавшая в 1887–1888 гг. Музею Виктории и Альберта 95 картин, 297 рисунков и три полных альбома с набросками своего отца. Все эти сокровища прежде принадлежали не только Изабель, но и двум ее сестрам, Марии Луизе и Лайонел; но после их смерти вся коллекция оказалась в ее руках, и она решила сделать ее достоянием «английского народа». Помимо картин и рисунков Изабель подарила музею большое количество писем Констебла и несколько его любимых книг и гравюр.

Пожертвования частных благотворителей весьма существенно пополнили собрания музея и в количественном, и в качественном отношении. В 1901 г. Константин Александр Ионидес завещал музею свое собрание из 82 превосходных картин, в числе которых были работы Ботичелли, Тинторетто, Коро, Гюстава Курбе, Делакруа, Эдгара Дега, Жана-Франсуа Милле, Габриэля Россетти, а к этому – более 1 тыс. рисунков и гравюр. Сегодня собрание Музея Виктории и Альберта насчитывает ок. 10 тыс. рисунков британских и ок. 2 тыс. рисунков старых европейских мастеров, включая работы Альбрехта Дюрера, Джованни Бенедетто Кастильоне, Бернардо Буонталенти, Антонио Веррио, Жана-Огюста-Доминика Энгра и Обри Бердслея. Собрание фотографии содержит более 500 тыс. изображений – от момента изобретения фотографии до сего дня.

Не менее богато и собрание скульптуры, имеющее статус национального. Оно насчитывает более 17 тыс. произведений пластики и охватывает период с 400 по 1914 г. Здесь представлены все жанры – надгробные памятники, скульптурные портреты, аллегории, мифологические сюжеты, религиозная скульптура, парковая скульптура, включая фонтаны, архитектурный декор. В числе использованных материалов – мрамор, алебастр, известняк, терракота, дерево, слоновая кость, гипс, бронза, свинец.

Коллекция итальянской скульптуры эпохи Возрождения, выставленная в музее, считается одной из наиболее значительных за пределами Италии. В числе представленных здесь имен – Джованни Пизано, Донателло, Антонио Росселино, Андреа дель Вероккьо, Антонио Ломбардо, Андреа делла Роббия, Джакопо Сансовино, Бенвенуто Челлини, Джакомо делла Порта, Джамболонья (выставленная в музее картина «Убийство Самсона филистимлянами» (ок.1562) – его самая лушая работа, хранящаяся за пределами Италии), Бернини («Нептун и Тритон», ок.1622–1623). Самым объемным экспонатом является алтарная капелла из церкви Санта-Кьяра во Флоренции (1493–1500), созданная Джулиано да Сангалло (ее высота – 11,1 м, площадь – 5,4 м). Большое место в экспозиции занимает собрание гипсовых копий всемирно известных произведений пластики, в числе которых – точная копия знаменитой колонны Траяна Риме и «Давида» Микеланджело, а также двух других «Давидов» работы Донателло и Вероккьо. Две скульптуры Антонио Кановы – «Три грации» (1815–1817) и «Спящая нимфа» (1822) – находятся в совместном владении Музея Виктории и Альберта и Национальной галереи Шотландии; каждая из статуй по очереди экспонируется в одном из этих музеев. Коллекция скульптур Родена в собрании Музея Виктории и Альберта – одна из самых больших за пределами Франции, она насчитывает более 20 работ. Большинство их подарено музею самим скульптором в 1914 г.

Раздел архитектуры в Музее Виктории и Альберта – единственная на Британских островах постоянная музейная экспозиция, посвященная историю архитектуры. В числе ее экспонатов – модели, фотографии, подлинные элементы ныне несуществующих зданий и архитектурные проекты. Музей располагает самой большой в мире библиотекой архитектурных рисунков – их здесь более 600 тыс. Кроме того, в фондах музея хранятся дневники, журналы путешествий, письма, записные книжки, эссе, статьи и более 700 тыс. фотографий, запечатлевших памятники архитектуры всего мира. Собрание включает в себя и фрагменты несохранившихся зданий, например два фрагмента фасада дома 1625 г., украшенных деревянной резьбой, с окнами в свинцовых переплетах – редкий образец рядовой лондонской архитектуры, уцелевший в большом пожаре Лондона 1666 г. Имеется также несколько архитектурных деталей от итальянских зданий эпохи Ренессанса – порталы, камины, балконы. В центральной архитектурной галерее выстроились в ряд колонны из различных построек и относящиеся к различным периодам, в числе которых – колонны из знаменитого дворца гранадских эмиров в Альгамбре.

Органической частью Музея Виктории и Альберта является Национальная Художественная библиотека – одна из крупнейших в мире по декоративно-прикладному искусству, в фондах которой насчитывается более 800 тыс. названий. К числу главных сокровищ библиотеки относится Кодекс Форстера – три переплетенных вместе небольших пергаментных записных книжки с собственноручными записями и чертежами Леонардо да Винчи. В собрании библиотеки – ранние издания греческих и латинских авторов: Эсхила, Аристотеля, Гомера, Тита Ливия, Овидия, Пиндара, Софокла и Виргилия. Большая коллекция иллюстрированных рукописей XII–XVI вв. включает в себя «Псалтырь Эдвина» из Кентерберийского аббатства, «Карманный часослов» их Реймса, молитвенник из аббатства Сен-Дени (Париж). Собрание гравюр насчитывает более 500 тыс. листов, в том числе работы Рембрандта, Уильяма Хогарта, Анри Матисса.

Музей Виктории и Альберта, основанный как «общедоступная школа», до сих пор сохраняет важную образовательную роль; его посещение входит в обязательный план учебных программ английских школьников. Однако и без этого музей пользуется огромной популярностью, ежегодно его посещает около 2,5 млн. человек. Музей имеет пять филиалов, в числе которых – Музей театра (ныне закрыт; планируется вновь открыть его в новых галереях Музея Виктории и Альберта) и Музей детства.

Музей детства

Лондонский Музей детства пользуется огромной популярностью не только у детей, но и у взрослых. Он существует уже несколько десятков лет, и здесь демонстрируются игрушки всех времен и народов – немецкие куклы с румяными личиками, раскрашенные японские самураи, итальянские марионетки, мексиканские духовики, склеенные из пальмового листа, индийские слоны, богородские медведи и кузнецы, вырезанные из дерева…

Игрушки делали все народы и во все времена. Но родиной «игрушечной индустрии» является Германия. Именно здесь в XVII в. это занятие стало источником пропитания для десятков, а потом сотен ремесленников. Появились целые гильдии игрушечников, объединявшие токарей по дереву, столяров, резчиков и граверов, раскрасчиков. Изделия немецких ремесленников хранятся во многих музеях мира, в Музее детства им посвящена отдельная экспозиция.

Неизменной любовью и популярностью в красочном и разнообразном мире игр и игрушек пользовались (и пользуются) различные фигурки, изготовлявшиеся из бумаги, картона, жести, олова, глины, дерева, которые в обиходной речи обычно просто называют солдатиками. Но эти фигурки далеко не всегда представляют собой воинов: они могут изображать торговцев и ремесленников, актеров и придворных. Почетное место среди них, конечно, занимают «настоящие» оловянные солдатики. Правда, со второй половины XX в. их потеснили пластмассовые фигурки.

«Родина» оловянных солдатиков – тоже Германия, а точнее, Нюрнберг, «игрушечная столица» Европы. Они изготовлялись с большим искусством, с точным соблюдением особенностей униформы, а в комплекте с ними продавались всякие другие вещи – холщовые палатки, которые можно было собирать и разбирать, пушки на колесах и т. п. Рост «классического» нюрнбергского солдатика – 3 см, а кавалериста – 4. Их отливали и плоскими, и объемными, а в 1893 г. английский игрушечник Уильям Бритэн изобрел способ отливки пустотелых объемных солдатиков.

Если из солдатиков, хранящихся в лондонском музее, можно формировать целые армии, то из представленных здесь деревянных лошадок соберутся огромные табуны. Каких только лошадок здесь нет – обычных палочек-скакалок с лошадиной головой, коней-качалок, карусельных, крылатых, на колесиках… Многие из них в упряжной и верховой сбруе, в чепраках и попонах.

В отделе мягкой игрушки почетное место занимают плюшевые мишки – друзья многих поколений не только английских детей. Несколько британских фирм специализируются на их производстве, причем помимо самих мишек выпускается и специальный «медвежий гардероб» – коллекция одежд, в которых можно наряжать своих любимцев. Впрочем, этот гардероб не идет ни в какое сравнение с тем великолепием, которое выставлено в зале старинных кукол. Неизвестно, что впечатляет больше – сами куклы, или их роскошные платья, сшитые 50, 100, а то и 200 лет назад!

Многие из этих нарядов сшиты ведущими модельерами XIX–XX вв.: куклы служили как бы «испытательным полигоном», где обкатывались идеи будущих модных коллекций. Так костюм одной из кукол создан знаменитой модельершей рубежа XIX–XX вв. миссис Леттер Экстон. В отличие от германских игрушечников, англичане делали кукольные головы не из папье-маше, а из воска, добиваясь таким образом скульптурной рельефности. Кукол часто продавали обнаженными, чтобы по мере надобности переодевать их в новые платья. У некоторых именитых кукол были даже собственные модельеры и портные.

В отделе заводных игрушек восторг вызывают кивающие клоуны, танцующие балерины и целые километры игрушечных железных дорог. Обезьянка с мандолиной (1875) вертит головой, открывает рот, «строит глазки» и при этом одной лапой щиплет струны. Прежде чем спешить с вопросом: «Как ее только не разломали дети?», следует вспомнить, что до второй половины XIX в. заводные игрушки производились, главным образом, для взрослых…

«Оптические игрушки пользовались успехом в эпоху королевы Виктории, поскольку не только потешали, но и просвещали, ознакомляли детей с азами натурфилософии», – сообщает табличка в отделе оптических игрушек. Мир оптических игрушек – это всевозможные калейдоскопы, стробоскопы, фантаскопы – «волшебные фонари», и гораздо менее известные зоитроп и праксиноскоп. В 1902 г. немецкий инженер Эрнст Планк изобрел фильмоскоп для показа диафильмов, и это изобретение оставалось популярным вплоть до 1980-х гг. Возможно, у кого-то еще пылится на антресолях одна из моделей фильмоскопа с набором диафильмов к нему… А те, кто никогда не видел этого аппарата, могут познакомиться с ним и с его историей в лондонском Музее детства.

При словах «настольные игры» у многих сразу всплывает в памяти «Монополия», однако 100–150 лет назад дети играли совсем в другие игры. Например, в игру «Добродетель торжествует, порок наказан» (1818). В отделе настольных игр хранятся десятки подобных, ныне давно забытых игр, когда-то развлекавших и назидавших детвору.

В отдельном зале выставлено более 30 игрушечных домиков, интерьер которых полностью повторяет домашнюю обстановку давно минувших дней. Их можно рассматривать долго и подробно. Так, в трехэтажном домике, принадлежавшем в конце XIX в. девочке по имени Эми Майлс, устроено около дюжины помещений: комната для хозяев, детская, помещения для мужской и женской прислуги, прачечная, буфетная, чулан, бильярдная… Все комнаты меблированы, а некоторые даже «населены» куклами.

Самый неожиданный в музее – отдел детских наказаний. В Англии вплоть до XIX в. «в воспитательных целях» применялись розги, ремни и палки. Даже при поступлении в некоторые учебные заведения с родителей учеников взималась плата за розги. И глядя сегодня на эти «экспонаты», с горечью думаешь о том, как хрупок мир детства, и о том, что бывает он отнюдь не безоблачным…

Музей восковых фигур мадам Тюссо

Лондонский Музей восковых фигур, расположившийся в роскошном здании на Бейкер-стрит, распахивает свои двери ровно в 10 часов утра. Но задолго до открытия приходят туда восемь женщин, каждая из которых имеет диплом скульптора. Одни из них принимаются смахивать пыль со знаменитостей, другие – поправлять на них грим, парики, бижутерию.

Здание музея по английским меркам просто великолепное. Оно было построено в 1941 г., после того как немецкие бомбы превратили в руины прежний Музей восковых фигур. В залах растут пышные пальмы, и их надо поливать. Вокруг фигур много стильной мебели. Женщины не только собирают пыль в кулечки, но и осматривают карманы, портфели и прически своих подопечных. Однажды шутники поломали у канцлера Коля восковые пальцы, пытаясь утащить его чемоданчик-дипломат. Чарли Чаплину затолкали за рубашку недожеванные бутерброды, а одному советскому политику прилепили за ухо кусочек сыра…

Произошло это потому, что (согласно британским законам) в британских музеях позволено все, что не запрещено. Среди восковых фигур нет таблички: «Руками не трогать» – поэтому особый надзор здесь за мальчишками. Эти неугомонные озорники любят подрисовывать фигурам усики, делятся с ними жвачкой, которую потом приходится отдирать пинцетом. Надо присматривать и за девчонками, которые норовят по-своему подправить на восковых персонажах воротничок, складки платьев, локоны.

Работы всегда много, ведь каждый месяц полагается прибавлять к коллекции десять новых фигур. Изготовлять их сложно, но еще труднее подбирать кандидатуры.

Шотландская королева Мария Стюарт

В галерее восковых фигур собраны все выдающиеся исторические личности. Наполеону I посвящены целых два зала, в которых представлено множество принадлежавших ему вещей. В частности, здесь выставлены его коляска, захваченная англичанами в битве при Ватерлоо, его походная постель, на которой он умер, и другие вещи.

Музей посещает более двух миллионов человек в год, и персоны с кратковременной мировой известностью их, конечно, не привлекут. За многолетнюю историю музея выявилось, что привлекательность выставленной скульптуры длится по крайней мере пять лет. Но бывает и так, что готовый и раскрашенный «кандидат» из мастерской сразу отправляется в запасник.

Любому посетителю сразу бросается в глаза, что здесь учитывают интересы прежде всего английской публики. Предпочтение отдают королевским семьям от Генриха VIII до наших дней. Есть красочный уголок, целиком посвященный адмиралу Нельсону. И конечно же представлены все знаменитые английские рок-певцы.

Давно прославилась Комната ужасов, в которой вместе собраны знаменитые английские воры, мошенники, убийцы, включая и легендарного Джека Потрошителя. Среди них фигурируют и главные деятели французской революции. Здесь же выставлены две настоящих гильотины. Одна из них, как поясняют экскурсоводы, послужила для казни французского короля Людовика XVI.

Сейчас у входа в эту комнату поставлен Адольф Гитлер. Целых 100 фунтов стерлингов должен заплатить тот, кто пожелает провести ночь в этой комнате. Говорят, что ужас, вызываемый этой компанией преступников, излечивает от алкоголизма и азарта тех, кто проигрывает на скачках казенные деньги. Комната ужасов явно заколдована, ибо однажды, когда весь музей сгорел, фигуры злодеев все оказались целыми…

Работа над восковой фигурой – очень тонкое искусство. Кандидат, согласившийся на сеансы, теряет немало времени, пока его зарисуют во всех ракурсах, сделают 24 цветных фотоснимка. Только час уходит на обмеры – от кончика носа до мизинца на ноге. Разумеется, приходится выдерживать и сеанс снятия гипсовой маски. Некоторые кандидаты дарят свои костюмы, дают советы, какую бы позу они хотели принять или какую усмешку желали бы видеть на своем лице.

Капризнее всего оказываются артисты и политики. Спокойнее и сговорчивее спортсмены. Аристократы часто звонят в дирекцию музея и напоминают, что мода, например, на колье изменилась и необходимо его заменить на их восковой фигуре. Кроме того, они часто требуют, чтобы их «омолодили»…

Более двухсот лет назад, когда только начиналась эпопея восковой скульптуры, подготовительная процедура была не только утомительной, но и крайне неприятной. Пионер нового искусства швейцарец аптекарь Филипп Куртиус делал маски из сырой глины. Пока материал застывал, кандидат на фигуру дышал через два гусиных пера, вставленных в ноздри…

Однажды у Куртиуса появилась ученица, дальняя родственница, которую он высоко ценил за хорошую зрительную память, умение быстро рисовать, подмечая характерные черты моделей, а также за ее скромность, миловидность и покладистый характер. Это и была будущая мадам Тюссо.

Ее истинное имя – Мари Гроссхольц. Она родилась в Страсбурге в декабре 1761 г. В семействе Куртиуса она собиралась учиться аптечнмуо делу. Но так как хозяин аптеки решил отказаться от медицины и целиком перейти на более доходное дело – изготовление восковых фигур, уговорить юное создание помогать в художественном ремесле было делом нетрудным. Мари оказалась одаренным скульптором.

Вскоре пожилой доктор медицины переехал с Мари в Париж. Добрый дядюшка еще в Швейцарии сначала удочерил свою ученицу, а затем формально женился на ней, чтобы передать потом ей не только известную в Европе фамилию, но и свое новое дело: он верил в талант Мари.

В 1780 г. на акварельные работы Мари обратила внимание королева Мария-Антуанетта, и Мари Куртиус становится придворной художницей и учительницей рисования в Версале. Там она рисовала не только придворных дам, но и своего любимого Вольтера, которого видела еще в детстве, а также Бенджамина Франклина, часто посещавшего Версаль.

В Париже Мари днем сидела за кассой кабинета восковых фигур, а вечерами помогала делать «головы» Клеопатры, герцога Орлеанского, Мольера, Руссо и других знаменитых французов. За день до взятия Бастилии санкюлоты реквизировали фигуры аристократов, чтобы с гневными криками пронести их по всему Парижу, а затем сжечь.

Несколько позже якобинцы принуждали Мари делать слепки с окровавленных голов казненных ими Людовика XVI и Марии-Антуанетты, а также принцев и герцогов, с которыми она была знакома. Указания ей тогда давал палач Сансон…

После смерти Куртиуса Мари в 33 г. выходит замуж за парижанина Франсуа Тюссо. Но в это время интерес к ее художественным работам во Франции, потрясаемой революционными событиями, полностью угасает. В 1802 г., успев полностью разориться, сделать портрет Бонапарта, она с большим трудом перебирается в Англию. Из вещей у нее были только чемоданы с 30-ю ее лучшими работами.

В Англии мадам Тюссо сначала переезжает из города в город со своей коллекцией, а потом снимает помещение в Лондоне, на Бейкер-стрит. Умело проведенная рекламная кампания привлекает много посетителей, и через несколько лет небольшой кабинет превращается в знаменитый музей. Окруженная богатством и славой, мадам Тюссо умерла в возрасте 90 лет.

Ее дело продолжили дети и внуки. Затем музей, получивший всемирную известность, был куплен компанией Charterhouse, которая бережно хранит традиции мадам Тюссо до наших дней.

Единственная фигура помещена в музее за стеклом – это восковой двойник Вольтера. Он создан руками самой мадам Тюссо в 1778 г. «Она была талантлива, изобретательна и трудолюбива», – поясняют гиды каждой группе посетителей.

В последнее время сотрудники Музея мадам Тюссо пришли к заключению, что его необходимо коренным образом реконструировать. «Перед вами восковая фигура Жана Поля Марата, которому только что нанесла смертельный удар кинжалом Шарлотта Корде, – рассказывает посетителям сотрудница музея. – Эта фигура, как и все остальные, выполнена мастерски. Но у нее есть и серьезный недостаток: музейный Марат безмолвствует. А ведь убитый в 1793 г. знаменитый деятель французской революции перед смертью, наверное, стонал и хрипел». Работники музея решили заставить «заговорить» некоторые из своих экспонатов. Все планы реконструкции пока не раскрываются, но уже кое-что известно. Например, посетители теперь не только увидят в Комнате ужасов многих знаменитых убийц, их жертвы и сцены средневековых пыток, но и услышат леденящий кровь хруст костей, вопли людей на дыбе и предсмертные крики несчастных, приговоренных к мучительным казням…

Лондонский музей естествознания

Музей естествознания – один из трех больших музеев, расположенных в лондонском районе Южный Кенсингтон (два других – Музей науки и Музей Виктории и Альберта). Его история самым непосредственным образом связана с историей Британского музея и восходит к 1753 г., когда английское правительство приобрело собрание сэра Ганса Слоуна (1660–1753), в состав которого входил ряд естественнонаучных коллекций.

Первоначально коллекции Слоуна входили в собрание Британского музея. В последующие годы естественнонаучная часть собрания начала расширяться; в частности, она значительно пополнилось за счет экземпляров, собранных ботаником Джозефом Бэнксом во время его плавания с капитаном Куком в 1768–1771 гг. В конце 1850-х гг. профессор Ричард Оуэн, руководитель отдела естествознания Британского музея, заключил, что его коллекции нуждаются в отдельном здании. Для этих целей был приобретен земельный участок в Южном Кенсингтоне, и в 1864 г. молодой манчестерский архитектор Альфред Уотерхаус разработал проект нового музея. Строительные работы начались в 1873 г. На Пасху 1881 г. музей открыл свои двери для посетителей, хотя переезд коллекций из старого здания Британского музея продолжался до 1883 г.

Лондон. Музей естествознания

Даже после открытия Музей естествознания юридически оставался структурным подразделением Британского музея и официально именовался Британским музеем (естествознания). Лишь в 1963 г. английский парламент принял акт, согласно которому Музей естествознания стал полностью независимым от Британского музея. В 1986 г. в его собрание вошли коллекции упраздненного Геологического музея. Ныне Лондонский музей естествознания является одним из крупнейших в мире из учреждений подобного рода. Многие из его экспонатов, учитывая их возраст, имеют не только научную, но и историческую ценность – например, коллекции Джозефа Бэнкса, привезенные из его тихоокеанских путешествий, и коллекции Чарлза Дарвина, собранные во время плавания на «Бигле».

Собрание музея включает в себя около 70 млн экспонатов – животных, растений, полезных ископаемых и окаменелостей – со всех концов мира. Они организованы в пять основных отделов: ботаники, энтомологии, минералогии, палеонтологии и зоологии. Это целый океан научных знаний. Здесь можно увидеть и чучело давно вымершей птицы додо, и скелет огромного синего кита, тысячи причудливых окаменелостей и редких минералов. Есть и гости из космоса: в коллекции музея насчитывается около 3200 метеоритов.

Лондонский музей естествознания особенно известен своей выставкой скелетов динозавров. Ее главной достопримечательностью является Диппи – скелет огромного 35-метрового диплодока, подаренный музею известным американским промышленником Эндрю Карнеги. Его доставали в Лондон в 36 корзинах, и 12 мая 1905 г. воссозданный сотрудниками музея Диппи предстал перед публикой, вызвав большой интерес средств массовой информации. С годами динозавр стал своеобразной «визитной карточкой» музея.

Не менее известен и так называемый зал Кита, где демонстрируются 25-метровый скелет синего кита, а рядом – муляж этого животного в натуральную величину. Работа по изготовлению этого муляжа заняла четыре года (1934–1938) и обошлась в немалую сумму. В то время это была самая большая модель в мире (ее длина – 28,3 м).

К числу особо ценных экспонатов музея принадлежит Арчи – гигантский кальмар длиной 8,62 м, попавшийся в сети рыбаков в марте 2004 г. неподалеку от побережья Фолклендских островов. Его в замороженном виде доставили в Лондон, где специалисты подготовили для Арчи специальный акриловый резервуар длиной 9,45 м. Этот «аквариум» заполнили раствором формалина и установили на стенде из нержавеющей стали, где теперь его могут видеть посетители музея.

В Музее естествознания ныне хранится и скелет небольшого кита, в январе 2006 г. заплывшего в Темзу. Была предпринята попытка переместить кита в море. Его загнали на мелководье и подняли на баржу, которая направилась вниз по течению к устью Темзы. Однако, несмотря на все усилия спасателей, животное погибло.

По закону, принятому еще в 1324 г., все выброшенные на берег киты считаются собственностью британской короны. Поэтому останки кита были переданы в Музей естествознания. После соответствующих работ скелет морского животного был выставлен для всеобщего обозрения.

Лондонский музей располагает огромной естественнонаучной библиотекой, насчитывающей в своих фондах тысячи книг, периодических изданий, рисунков, картин, гравюр, рукописей и карт. Музей ведет большую научную работу, входя в число крупнейших в мире научно-исследовательских организаций естественнонаучного направления.

Филиалом лондонского Музея естествознания является Зоологический музей в Хертфордшире, основанный бароном Уолтером Ротшильдом в начале XX в.

Национальный музей науки и промышленности

Национальный музей науки и промышленности – группа британских музеев, включающая в себя Музей науки в Лондоне, Национальный железнодорожный музей в Йорке, Национальный музей средств массовой коммуникации в Брэдфорде и Музей транспорта в Шелдоне.

Как и Музей Виктории и Альберта, лондонский Музей науки берет свои истоки во Всемирной выставке 1851 г. Эта выставка принесла большие доходы, которые принц Альберт предложил употребить на создание нескольких крупных образовательных учреждений. Первым из них стал музей в Южном Кенсингтоне (будущий Музей Виктории и Альберта), открывшийся 24 июня 1857 г. Экспозиция размещалась в громоздком уродливом сооружении из листов рифленого железа на железном каркасе – лондонцы прозвали это возведенное на скорую руку здание «котельной». Это был художественно-промышленный музей, но в его собрании имелось и несколько разделов, посвященных науке и технике, например выставка научных приборов. Здесь также демонстрировались некоторые промышленные артефакты типа первого парового двигателя Дж. Уатта, морского парового двигателя Симингтона образца 1788 г., локомотивы «Пыхтящий Билли» (1814) и «Ракета» Стефенсона (1829).

В 1860-х гг. расширившиеся научно-технические коллекции были постепенно перемещены в здания, первоначально построенные для Международной выставки 1862 г. Эти собрания продолжали возрастать. Серьезным шагом вперед стала выставка научных приборов, прошедшая в Лондоне в 1876 г.: многие из ее экспонатов вошли в собрание музея.

В 1899 г. королева Виктория положила первый камень в основание здания Музея Виктории и Альберта. В 1909 г., когда музей открылся, его собрание было ограничено только художественными коллекциями. Отдел науки и техники, наконец, административно отделился от него и получил официальное название Музея науки (неофициально оно использовалось с 1885 г.).

Здание музея было построено в 1913–1928 гг. (работы задержала Первая мировая война). Оно, однако, оказалось тесным для разросшихся коллекций музея, так что из-за недостатка места к концу 1930-х гг. ряд менее важных экспонатов был перемещен в хранилище. Вторая мировая война завершила разгром музея: галереи были закрыты, большинство экспонатов эвакуировано из Лондона и возвращено только в 1950 г. После войны Музей науки пришлось фактически создавать заново. Его старые здания были теперь непригодны, в 1949 г. их пришлось разобрать, чтобы начать строительство нового корпуса. Новые музейные галереи открылись в период между 1963 и 1969 гг. Одновременно изменилась философия музейной экспозиции: акцент начал смещаться от демонстрации новейших научно-технических достижений к сохранению британского научно-технического наследия. Ряд тематических выставок выделился в самостоятельные музеи: в 1975 г. открылся Национальный железнодорожный музей в Йорке, в 1983 г. – Национальный музей фотографии, кино и телевидения в Брэдфорде (ныне Национальный музей средств массовых коммуникаций). В 1979 г. музеем было приобретено большое летное поле близ Суиндона, где ныне демонстрируется коллекция старых самолетов и транспортных средств. Все эти музеи ныне объединены в рамках крупного музейного холдинга под общим названием Музей науки и промышленности.

В настоящее время собрание собственно Музея науки насчитывает около 300 тыс. экспонатов и охватывает такие отрасли научного знания, как астрономия, физика, химия, математика, геология. Экспозиция рассказывает о развитии методов научного познания мира здесь; демонстрируются разнообразные приборы XVIII–XX вв. В галерее математики, например, можно увидеть большое собрание логарифмических линеек, включая самый ранний дошедший до нас экземпляр. Здесь же представлены различные чертежные инструменты, начиная с тех, что были найдены в руинах Помпей, и ранние аналоговые компьютеры. В галерее геодезии, посвященной истории картографирования, хранится двухфутовый теодолит, до 1828 г. использовавшийся на съемках в Ирландии, а затем, до 1860-х гг., – в Англии. Здесь же собрана большая коллекция педометров (шагомеров), мензул, уровней, теодолитов, компасов и фотографического оборудования.

Экспозиция галереи часов рассказывает о способах, какими люди на протяжении веков определяли время. Здесь можно увидеть часы песочные и солнечные, водяные и механические, башенные и настенные, карманные и наручные – всего более 500 разновидностей. Галерея метеорологических инструментов знакомит с тем, как ученые начиная с 1700-х гг. измеряли уровень осадков, атмосферное давление, температуру воздуха, скорость ветра, влажность. Здесь можно узнать, как формируются дождевые облака и где находится самое холодное место на Земле, получить новейшую информацию о состоянии земной атмосферы и возрастающей угрозе глобального изменения климата.

Галерея материалов – одна из наиболее интересных в музее. Помимо широчайшего разнообразия материалов, когда-либо применявшихся человечеством – от древнеегипетского стекла до современных композитов – и изделий из них, здесь можно увидеть фантастические произведения человеческих рук, плоды смелых экспериментов: картонный стул, стальное свадебное платье, стеклянный мост…

Энергия пара более 300 лет являлась движущей силой британской торговли и промышленности. Даже в наши дни паровые турбины производят значительную долю электроэнергии. В витринах зала энергетики демонстрируется обширное собрание различных типов паровых двигателей и их полноразмерных рабочих моделей, начиная от двигателя, построенного Джеймсом Уаттом, и паровой турбины, разработанной и построенной Карлом Парсонсом. Галерея аэронавтики рассказывает, как человечество воплощало свою многовековую мечту о полете. Здесь можно увидеть и чертежи летательных аппаратов, относящиеся к эпохе Ренессанса, и более 100 моделей самолетов, и собрание авиадвигателей, начиная с того самого, который поднял в 1907 г. в воздух первый британский аэроплан. Контрастом по отношению к нему служат мощные двигатели современных реактивных лайнеров. Сами самолеты демонстрируются на летном поле в Суиндоне. Этот бывший аэродром времен Второй мировой войны ныне служит последним пристанищем для множества образцов авиатехники 1910–1990-х гг.

Национальный железнодорожный музей в Йорке

Во многих странах мира существуют музеи железных дорог. Однако крупнейший из них находится в Великобритании, в городе Йорк. Здесь собрано непревзойденное собрание локомотивов, подвижного состава, железнодорожного оборудования, документов и вообще всего того, что связано с емким понятием «железная дорога». Эта огромная экспозиция напоминает о том, что британские железные дороги – старейшие в мире. Еще в 1825 г. компания «British Railway» открыла первую железнодорожную линию между Стоктоном и Дарлингтоном. Ее протяженность составляла всего 32 км, и служила она в основном для перевозки угля, но это была первая в мире постоянно действующая железная дорога.

Сегодня Национальный железнодорожный музей в Йорке насчитывает миллионы экспонатов. На почетном месте – паровозы. Зрелище этого стада «мамонтов» эпохи промышленной революции никого не оставляет равнодушным. Собрание музея включает в себя 103 локомотива, датирующихся от 1813 г. до настоящего времени, – от паровоза «Ракета» Роберта Стефенсона до «Мэлларда» – самого быстрого в мире парового локомотива, а также 177 других единиц подвижного состава. Весь полет конструкторской мысли, все ее воплощения, подчас удивительные, представлены здесь в исключительной полноте.

Так, паровозы конструкции английского инженера Муррея (1765–1826) двигались по… зубчатым рельсам. Созданный Мурреем паровоз перемещался по ним с помощью дополнительного зубчатого колеса, которое входило в зацепление с зубьями на рельсах. Паровоз такой конструкции был способен развивать скорость до 30 км/ч и тянуть состав из 30 вагонеток, нагруженных углем. Кроме того, Муррей строил паровозы усовершенствованной конструкции по проекту Д. Бленкинсона, используя сдвоенные паровые машины.

В 1812 г. в Англии появился «шагающий» паровоз инженера Брентона. Но в 1813 г. Хедли Уильям построил первый паровоз с совершенно гладкими ободьями колес, наглядно доказав, что силы сцепления между ободом и рельсом вполне достаточно и нет нужды изобретать какие-то дополнительные рельсы с зубьями. Спустя еще годы знаменитый английский изобретатель Джордж Стефенсон (1781–1848) впервые поставил на рельсы своего неуклюжего «Блюхера» – «дедушку» всех паровозов. А в 1823 г. Джордж Стефенсон вместе со своим сыном Робертом (1803–1859) основал первый в мире паровозостроительный завод в Ньюкасле. Именно Стефенсон создал стандарт рельсовой колеи – 1435 мм, который ныне принят в большинстве стран мира.

В 1828 г. директора железной дороги Ливерпуль – Манчестер установили приз для самого быстрого паровоза. В этом соревновании победил паровоз «Ракета», созданный Дж. и Р. Стефенсонами. При максимальной скорости 48 км/ч «Ракета» могла тянуть поезд весом 14 т. Этот паровоз окончательно доказал, что паровые двигатели превосходят гужевой транспорт во всех отношениях, и заложил основу для развития железных дорог в XIX в. И в сентябре 1830 г. на железной дороге Ливерпуль – Манчестер уже появились скоростные поезда, перевозившие пассажиров и тяжелые грузы.

Йорк. Национальный железнодорожный музей

Сегодня «Ракета» – почетный экспонат в экспозиции Национального железнодорожного музея. Здесь же хранятся многие другие железнодорожные раритеты, например, локомотив «Купернаб» («Coppernob») – «Медноголовый», разработанный Эдвардом Бари в 1846 г. для Фарнесской железной дороги. Верхняя передняя часть его парового котла обшита полированной медью, отчего паровоз и получил свое название. Он честно прослужил на британских железных дорогах почти полвека, но не оставил после себя никаких «преемников»: оказалось, что идеи Эдварда Бари представляют собой устаревшую и тупиковую ветвь развития парового двигателя. В 1898 г. «Медноголовый» был отправлен в почетную отставку, и его установили в застекленной витрине на станции Хилл. Во время Второй мировой войны немецкие бомбы упали на станцию, витрина была разрушена, а осколки бомб повредили локомотив в нескольких местах. До сих пор в его котле можно видеть отверстия – достаточно большие, чтобы просунуть в них пальцы.

Но если «Медноголовый» – это скорее просто «рабочая лошадка» английских железных дорог, то локомотив «Мэллард» («Mallard») вошел в историю как паровоз-рекордсмен: 3 июля 1938 г. он установил абсолютный мировой рекорд скорости для паровозов: 202,9 км/ч! Ныне он также находится в экспозиции Национального железнодорожного музея.

Особый раздел экспозиции занимают «дворцы на колесах». Так называют личные поезда британских монархов. Посетители музея имеют редкую возможность осмотреть роскошные спальни, столовые и салоны на колесах и узнать, что королева Виктория (1837–1901), оказывается, очень любила путешествовать поездом, а Георг VI (1936–1952) предпочитал ездить в бронированном вагоне… Впрочем, с максимальным комфортом стремились устроиться пассажиры не только королевских поездов – ведь скорость первых составов была все-таки еще медленной и путь по железной дороге занимал много времени. В экспозиции йоркского музея можно видеть и роскошные салон-вагоны, в которых каждое купе имеет собственный вход, и самые первые открытые вагоны, где пассажиры сидели на деревянных скамейках под навесом.

Откуда начинается поездка по железной дороге? Ясное дело, с вокзала. Кстати, само слово «вокзал» – английского происхождения. В XVII в. так назывался парк с концертным залом, располагавшийся в пригороде Лондона. Он принадлежал миссис Джейн Вокс и назывался «Вокс-холл» (Vauxhall). А в 1825 г. это название получил первый «настоящий» вокзал.

Вокзал – это билеты, багажные квитанции, станционные часы и колокола, табло, информирующие об отходе и прибытии поездов… Представить себе железную дорогу без этого невозможно. В музее представлена богатейшая коллекция железнодорожных билетов, отдельный зал отведен различным видам часов – висевших когда-то на платформах различных станций, в служебных помещениях, кабинах локомотивов… А сигнальное оборудование – свистки, духовые рожки, сирены, звонки, семафоры? А различные виды телеграфа: световой, звуковой, электрический? А путейское оборудование: стрелки, фонари, указатели?..

Мир железной дороги поистине неисчерпаем. И экспозиция Национального железнодорожного музея наглядно подтверждает это: достаточно сказать, что здесь собрано более трех миллионов экспонатов! В отделе пассажирского быта хранится около 6 тыс. предметов, некогда сопровождавших путешественников, всевозможные столовые приборы – от серебряных ножей и вилок середины XIX в. до бумажных стаканчиков начала 1980-х гг. В другом отделе можно видеть инструменты железнодорожников – от гаечных ключей и молотков до свистков и билетных щипцов. Особый раздел экспозиции занимает история почты. Здесь можно увидеть, как велась и ведется сортировка писем на железной дороге, и сравнить самые ранние примитивные почтовые вагоны с современным почтовым поездом.

Фотографическое собрание музея насчитывает более 1,4 млн дагерротипов и фотографий – от 1850-х гг. до сегодняшнего дня. Эти фотографии, сделанные как профессиональными фотографами, так и частными лицами и энтузиастами-любителями, представляют собой настоящую летопись железных дорог. На них запечатлен не только прогресс железнодорожной техники, но и те технологические и социальные изменения, которые были вызваны воздействием железных дорог на окружающую среду. Помимо фотографий в музее хранится большое количество произведений живописи, рисунков и гравюр, иллюстрирующих развитие железных дорог начиная с 1825 г. В коллекции музея – работы Спенсера Гора, Стенхоупа Форбса, Абрахама Соломона и других известных художников. Здесь представлены как акварели, портреты, пейзажи, так и эскизы некоторых наиболее известных железнодорожных эмблем.

Архивное собрание музея – настоящая энциклопедия технической мысли. Оно содержит до миллиона томов различной технической документации, рисунков, эскизов и чертежей локомотивов, вагонов и другого подвижного состава начиная с 1820 г. вплоть до нынешнего дня. Вся история железнодорожного дела представлена здесь с исчерпывающей полнотой.

Особую часть экспозиции занимает коллекция монет и медалей, связанных с историей железных дорог или посвященных железнодорожной тематике. Ее открывает коллекция древнеримских монет, найденных в различных районах Великобритании при прокладке железных дорог – оказывается, железнодорожное дело тоже может послужить на пользу исторической науке! В экспозиции хранятся и многочисленные юбилейные и памятные монеты разных стран, связанные с историей железных дорог, медали за службу на железных дорогах и т. д.

В музее выставлена и большая коллекция моделей железных дорог, однако наибольший интерес вызывают демонстрации действующей старинной железнодорожной техники – ежедневно проводятся до 14 подобных мероприятий, неизменно собирающих большое количество публики. Ну и в завершение осмотра музея стоит прокатиться по «настоящей» старинной железной дороге – пусть и миниатюрной, но зато в полной мере воссоздающей всю атмосферу, все звуки и запахи паровозной эры…

Национальный музей средств массовой коммуникации в Брэдфорде

До 1 декабря 2006 г. этот музей носил название Национального музея фотографии, кино и телевидения. Ныне он называется Национальным музеем средств массовой коммуникации – это переименование отразило ту важную роль, которую играют сегодня в жизни человечества медиасредства. От фотографического образа к кинематографу, от кинематографии – к телевидению. Такова общая канва экспозиции музея, посвященная истории видеоинформационных средств.

Музей в Брэдфорде является одним из филиалов лондонского Национального музея науки и промышленности и одним из самых современных и наиболее популярных (из числа расположенных за пределами Лондона) британских музеев. Ежегодно его посещает около 600 тыс. человек.

Впервые музей открыл свои двери для посетителей 16 июня 1983 г. Ныне в его собрании насчитывается более трех миллионов экспонатов высокой исторической и культурной ценности. Достаточно сказать, что здесь хранятся «три кита», на которых зиждится современное медийное пространство – первый фотографический негатив, первая в мире «движущаяся картина» – прообраз первого кинофильма, и первый телевизионный видеоматериал.

Собрание фотографии в фондах музея – одно из наиболее обширных в мире. Оно включает в себя архивы лондонского Королевского фотографического общества, газеты «Дейли Геральд», музея фирмы «Кодак» и демонстрирует все эстетические и технические достижения фотографии, от самых ранних экспериментов с камерой-обскурой до современного цифрового оборудования. Представлены также все основные жанры, творческие направления и сферы применения фотографии. В 1989 г., в канун празднования 150-летия изобретения фотографии, музей открыл галерею «Кодак», где демонстрируется часть огромного собрания фотографического оборудования (в целом оно насчитывает около 10 тыс. единиц), начиная с 1840-х гг. до сегодняшнего дня.

В разделе кинематографии собрано более 13 тыс. экспонатов, многие из которых относятся даже не к истории, а к предистории кино – «волшебные» и «магнетические» фонари», зоотропы, мутаскопы, стробоскопы, стереоскопы, «оптический театр» и др. Здесь можно увидеть и уникальные аппараты, созданные на заре кинематографической эры, – например «хронофотографический аппарат» с 16-ю объективами для съемки последовательных фаз движения, изобретенный французским фотографом Луи Огюстином ле Пренсом (1841–1890) в 1886 г. Пренс стал первым, кто воплотил в жизнь идею кинематографа, – он мог не только снимать движение, но и проецировать его на экран. В своем аппарате он впервые в истории применил светочувствительную бумажную ленту – прообраз будущей кинопленки, которая наматывалась на барабан (как в фотоаппарате с роликами), проходила позади объектива и наматывалась на другой барабан. Для перематывания ленты Пренс придумал прорезать по ее краю специальные отверстия – перфорации, в которые попадали зубчики колеса лентопротяжного механизма. Пренсу также удалось осуществить проецирование заснятого изображения на экран.

В 1888 г. Пренс получил английский патент на аппарат с одним объективом и бумажной лентой (позже он заменил ее целлулоидной). Этот аппарат делал от 10 до 12 изображений в секунду. В 1889 г. Пренс создал проекционный аппарат с одним объективом и дуговой лампой. Благодаря его изобретениям почти все трудности относительно создания полноценного киноаппарата были благополучно разрешены. Оставалась последняя – создание скачкового механизма, поскольку равномерное движение ленты при съемке не давало качественного изображения движения.

Первый в истории примитивный скачковый механизм изобрел и применил английский фотограф Уильям Фризе-Грин в своем хронофотографическом аппарате в 1889 г. Фризе-Грин также впервые применил только что появившуюся перфорированную целлулоидную пленку. Уже в 1889 г. Фризе-Грин снял в Гайд-Парке свой первый фильм и продемонстрировал его на фотографическом съезде в Таунн-Холле, а в 1890 г. состоялась публичная демонстрация его фильмов в Королевском фотографическом обществе. Съемочная камера Фризе-Грина с перфорированной целлулоидной лентой имела все элементы кинематографа. Ныне ее можно увидеть в экспозиции музея в Брэдфорде. Здесь демонстрируется и хронотографическое оборудование Этьена-Жюля Марея – французского физиолога и изобретателя, внесшего немалую лепту в создание кинематографа. В 1882 г. Марей изобрел так называемую фотографическую винтовку, которая была способна со значительной быстротой запечатлеть последовательность 12 снимков на диске, вращавшемся при нажатии на затвор. К 1889 г. он уже использовал длинную бумажную ленту со светочувствительным слоем – прообраз кинопленки, что позволяло делать 100 снимков в секунду. Тем самым Марею удалось запечатлеть движение с помощью фотографирования одним аппаратом. А в 1893 г. он создал новый хронофотографический аппарат с целлулоидной пленкой. Пленка в нем двигалась прерывисто, делая мгновенные остановки с частотой 20 отдельных снимков в секунду, тем не менее Марею удалось снять с помощью своего аппарата несколько фильмов о движении живых существ.

Примером еще одной попытки овладеть тайной кинематографа являются приборы знаменитого американского изобретателя Томаса Эдисона. В 1891 г. при помощи аппарата, названного им кинетографом, Эдисон снял один из первых кинофильмов, где был показан человек, приподнимавший шляпу и кланявшийся. Два года спустя он завершил работу над кинетоскопом – просмотровым аппаратом, в котором был использован принцип прерывистого движения пленки мимо глазка, вмонтированного в крышку. Поначалу такие аппараты можно было встретить лишь на ярмарке и в парках аттракционов, однако их растущая популярность привела в конечном итоге к открытию специальных кинетоскопических салонов по всей Америке.

В 1895 г. свой кинопроектор и киноаппарат запатентовали братья Огюст и Луи Люмьеры. Летом и осенью того же года они сняли десять коротких фильмов по 16 м, которые явились основой для коммерческих сеансов конца 1895 – начала 1896 г. Именно братьям Люмьер выпала самая громкая слава в деле создания кинематографа.

В экспозиции хранятся образцы оборудования киностудий 1910–2000-х гг. – включая первый в мире стол звукооператора, относящийся к эпохе зарождения звукового кино, и первую в мире камеру с долбизвуком, а также киноафиши из всех стран мира, фантастические изобретения мастеров грима и реквизита, включая знаменитые клыки Дракулы, автомобиль Ford Anglia из фильма «Гарри Поттер и тайная комната» и др. Отдельный раздел посвящен истории взлета и падения любительского 16-миллиметрового фильма.

Два месяца спустя после своего открытия в 1983 г. музей реализовал один из самых известных и популярных своих проектов: в строй вступил первый и самый большой в Великобритании IMAX-кинотеатр (второй экран начал эксплуатироваться пятнадцатью годами позднее) с экраном высотой в пять этажей и шестью звуковыми каналами. Формат IMAX был разработан группой канадских ученых в 1970 г. Уникальная технология использует самый большой размер кадра за всю историю мирового кино. Размеры криволинейного или купольного экрана в IMAX-кинотеатрах могут составлять до 24 м в высоту и 30 м в ширину. Фильмы формата IMAX снимаются на 70-миллиметровую пленку, на которой кадр расположен в продольном направлении. Для удобного обзора всего купола кресла в театрах IMAX имеют большой наклон (25–30 %). Первый IMAX-кинотеатр был построен в 1971 г. в Торонто. На данный момент в мире действуют более 200 IMAX-кинотеатров (один в Москве). Необычайно реальное изображение на экране высотой с многоэтажный дом и ультрасовременная звуковая система превращают зрителей в участников событий: действие выходит из привычной плоскости и разворачивается прямо перед зрителем.

В 1993 г. музей пополнился еще одним новшеством – Синерамой. Это изобретение было впервые продемонстрировано в 1939 г. на международной научной выставке в Нью-Йорке. Синерама представляла собой совершенно новый способ проецировать кинематографическое изображение на экран: вместо одной камеры использовалось одиннадцать, каждая из которых выводила отдельную картинку. Объединив их вместе, можно было достичь намного более глубокого и масштабного изображения, чем посредством одной камеры. В последующие годы изобретение было усовершенствовано, количество камер сократилось до трех, качество отображаемой картинки улучшилось. 30 сентября 1952 г. на Бродвее состоялась премьера первого фильма, показанного посредством Синерамы. Несмотря на дороговизну билетов, зал был переполнен. Сферический экран, на котором транслировалось изображение, превосходил обычные в 6 раз и охватывал весь радиус зрения, создавая полную иллюзию присутствия. Шестиканальный звук доносился из многочисленных динамиков, расставленных по всему залу. Зрители были потрясены реалистичностью происходящего. «Как будто ощущаешь себя внутри фильма. Мне казалось, именно я – главный герой», – делились впечатлениями посетители. После огромного успеха Синерамы подобные кинотеатры стали открываться повсеместно. Однако сейчас в мире функционирует лишь три общедоступные Синерамы, одна из них – в музее в Брэдфорде.

Отдельный раздел экспозиции посвящен телевидению. Здесь представлена вся история этого самого молодого вида искусства, начиная от первых попыток передачи образов электромеханическими и электронными методами и первого экспериментального телеприемника 1923 г. Музей располагает обширной коллекцией телевизионных приемников, телевизионных камер и огромным архивом телевизионных коммерческих передач.

В 1986 г., отмечая 50-ю годовщину начала регулярного телевещания на Британских островах, музей открыл две творческие диалоговые телевизионные студии, которые предоставляют посетителям редкую возможность лично присутствовать при рождении телевизионных передач. Эти две музейные телестудии регулярно выходят в эфир и используются как учебная база для студентов школы информатики при Брэдфордском университете. Студии также задействованы в рамках чрезвычайно популярного проекта Молодежного ТВ – программы, предназначенной для привлечения молодых творческих сил к созданию телевизионных программ. В 1994 г. был запущен проект TV Heaven, сделавший доступным обширное собрание классических британских телевизионных программ, начиная с 1946 г. Каталог программ насчитывает более 1 тыс. наименований, и посетители музея могут по своему вкусу выбирать те из них, которые им хотелось бы посмотреть.

Совместно с Брэдфордским университетом музей реализует ряд учебных программ, включая искусство компьютерной мультипликации. Три раза в год музей становится площадкой международных кинофорумов: Брэдфордского кинофестиваля (в марте), фестиваля «Bite the Mango», представляющего кино разных стран (в сентябре) и Брэдфордского фестиваля анимационного кино (в ноябре). В 2002 г. была открыта выставка, посвященная 40-летию выхода на экраны первого фильма о Джеймсе Бонда. Ее посетители могли познакомиться со многими неизвестными подробностями того, как создавались знаменитые фильмы «бондианы», а также своими глазами увидеть знаменитые изобретения, которыми орудовал агент 007, – мини-подлодку, замаскированную под крокодила, кредитную карточку-ключ, телекамеру, спрятанная в носу плюшевой собаки.

Экспозиция музея постоянно меняется, потому что меняется мир вокруг нас. Появляются и развиваются новые технологии, стираются различия между различными средствами коммуникации. Последние годы ознаменовались взрывом цифровых технологий, в частности цифровой фотографии, и музей не может не откликаться на эти новые веяния. В ближайшее время готовится открытие экспозиции по истории Интернета, а также реконструируется галерея анимационного кино, чтобы в ней можно было представить достижения цифровой мультипликации.

Национальный морской музей в Гринвиче

В XVIII – начале XX в. Великобританию именовали «владычицей морей». Британские корабли бороздили океаны, британский флаг можно было увидеть в любом уголке мира. С именами английских моряков связаны многие важные открытия и громкие военные победы. О богатейшей морской истории Великобритании рассказывает экспозиция Национального музея в Гринвиче – крупнейшего морского музея в мире, в коллекциях которого собрано около 2,5 млн экспонатов. Здесь нашло свое отражение все: судостроение и навигация, астрономия и гидрография, далекие исследовательские плавания и морская торговля, сражения на морях и географические открытия. Знаменитая Королевская обсерватория в Гринвиче, через которую проходит нулевой меридиан, является частью Национального морского музея. Кстати, «рождение» нулевого меридиана тоже связано с морской историей Великобритании: в конце XVII в. английские моряки приняли меридиан, проходивший через Гринвичскую обсерваторию, за точку отсчета. До этого, и еще много лет после, моряками разных стран в качестве нулевого меридиана выбиралась долгота порта отбытия или столицы соответствующего государства. Лишь в конце XIX в. международное сообщество пришло к согласию считать нулевым Гринвичский меридиан.

Национальный морской музей был создан в 1934 г. Король Георг VI официально открыл его 27 апреля 1937 г. Музей располагается в Гринвичском парке, на юго-востоке Лондона, и занимает сразу три исторических здания: бывший загородный дворец королевы Марии, построенный в 1635 г. по проекту известного архитектора Иниго Джонса (является частью Гринвичского дворцово-паркового ансамбля, который в 1997 г. был включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО), здание бывшего Гринвичского госпиталя (позже – и Королевского военно-морского колледжа) и здание, в котором до 1948 г. размещалась Королевская Гринвичская обсерватория.

История этого одного из самых прекрасных архитектурных ансамблей на Британских островах начинается в XVII в. Военно-морской госпиталь в Гринвиче был учрежден в 1694 г. под патронажем королевской семьи с целью помощи морякам, которые по возрасту, из-за ран, увечий или по другим причинам оказались неспособны продолжать военную службу. Для постройки госпиталя был отведен участок к югу-востоку от Лондона, на берегу Темзы, на территории загородного королевского дворца. Знаменитому сэру Кристоферу Рену, приглашенному в качестве архитектора, предстояло преобразовать частное владение в ансамбль публичных зданий. Проектируя Гринвичский госпиталь, Рен обратился к образу Версаля – в те годы эта пышная резиденция французского короля служила законодательницей мод в Европе.

Национальный морской музей в Гринвиче

Над убранством созданного Реном «Зала с росписями» работал выдающийся английский живописец Джеймс Торнхилл (1675–1734). Построенный в качестве столовой для пансионеров госпиталя, он считается одним из самых больших сооружений подобного рода в Европе, и уж конечно – самым красивым. Рен разработал его проект в 1698 г., пять лет спустя зал увенчали кровля и купол. Джеймсу Торнхиллу потребовалось девятнадцать лет, чтобы украсить зал росписями, вошедшими в золотой фонд английского искусства.

Росписи зала в аллегорической форме прославляют морскую мощь Британии. Центральный сюжет – «Мир и Свобода, торжествующие над Тиранией». В образе Мира и Свободы представлены английский король Вильгельм III Оранский (правил в 1688–1702 гг.) и его супруга королева Мэри, а в образе Тирании – французский король Людовик XIV, в отчаянии сжимающий сломанный меч.

Живопись Верхнего зала посвящена теме «Триумф Британии на морях». И снова в центре – британская королевская чета, на этот раз королева Анна (1702–1714) и ее супруг, принц Георг Датский. Их приветствуют аллегорические фигуры, символизирующие четыре части света – Европу, Африку, Азию и Америку. «Америка» одета в традиционный индейский наряд, «Азию» сопровождает верблюд, «Африку» – лев, а «Европу» – белый конь.

Пока Торнхилл работал над убранством зала, в Гринвич прибывало все больше пансионеров, и скоро даже эта громадная комната оказалась слишком маленькой, чтобы разместить всех. Тогда в качестве столовых пришлось использовать помещения в подвальном этаже здания. А в январе 1806 г. в «Зале с росписями» состоялось прощание с телом адмирала Нельсона, смертельно раненного в морской битве при Трафальгаре, но одержавшего в этом бою последнюю свою победу.

В 1869 г. Гринвичский госпиталь перестал использоваться в качестве дома призрения для моряков. Позже в нем разместился Королевский военно-морской колледж. Однако первая попытка превратить госпиталь в музей была предпринята еще в 1823 г., когда в «Зале с росписями» разместилась Национальная галерея военно-морского искусства – около 300 портретов, картин и предметов декоративно-прикладного искусства. В 1873 г., когда здания госпиталя уже занимал Королевский военно-морской колледж, при нем был открыт военно-морской музей.

Современный Национальный морской музей в Гринвиче – это разнообразное и обширное собрание британского военно-морского наследия, от изъеденных морской водой старинных якорей до униформы моряков разных времен. Коллекции музея включают в себя карты, модели судов, научные и навигационные инструменты, хронометры, монеты, медали и оружие. Отдельные разделы экспозиции посвящены таким выдающимся личностям, как лорд Нельсон и капитан Джеймс Кук.

Собрание моделей судов в Гринвичском музее – самое большое в мире. Оно насчитывает около 3200 единиц, причем многие из этих моделей созданы еще в XVII–XVIII вв. и сами по себе представляют определенный исторический интерес. К этому следует добавить подлинные экземпляры различных плавательных средств – лодки, пироги, каноэ и т. п., изготовленные разными народами в разные времена, включая доисторические. Вся история кораблестроения проходит перед глазами посетителей музея.

В отделе навигационных и астрономических инструментов можно увидеть множество старинных астролябий, секстантов, квадрантов, армиллярных сфер, солнечных часов и телескопов, а также более 200 моделей земного шара (глобусов). Большинство этих предметов имеет возраст в 200–300 лет, а самые древние – порядка 800 лет. Музей также имеет в своем собрании более 1 тыс. морских хронометров и корабельных часов.

Более 100 тыс. морских карт, от средневековья до наших дней, не только рассказывают о развитии картографии, но и проливают свет на историю исследований и географических открытий, совершенствования методов навигации. Многие из представленных здесь карт связаны с важными событиями военно-морской истории: они принадлежали известным военно-морским и политическим деятелям и до сих пор хранят пометки, сделанные ими. Самые ранние карты-портуланы выполнены на пергаменте и охватывают преимущественно Средиземноморский бассейн. Более поздние итальянские, испанские и португальские карты содержат новую информацию, полученную в результате исследовательских плаваний конца XV – начала XVI в. В XVII в. пергаментные портуланы были окончательно вытеснены картами, отпечатанными на бумаге. В тот период лидерство в гидрографических исследованиях лидировали голландцы, издавшие множество прекрасных морских атласов. В 1720 г. свою собственную военно-морскую гидрографическую службу создала Франция, в 1795 г. – Англия. Значительный вклад в гидрографию внес капитан Джеймс Кук в результате его тихоокеанских рейсов 1768–1780 гг.

Коллекция морских флагов насчитывает более 1 тыс. единиц, от флагов маленьких семейных фирм и яхт-клубов до крупнейших пароходных компаний. Некоторые из этих флагов имеют длинную и любопытную историю создания. Обширное собрание морской униформы включает в себя около 7 тыс. образцов повседневной и парадной флотской одежды, начиная от первого форменного костюма моряка королевского военно-морского флота, утвержденного в 1748 г. Здесь можно увидеть и мундир адмирала Нельсона (1758–1805), который был на нем в день Трафальгарского сражения. В собрании также находится небольшое количество образцов форменной одежды служащих британской Ост-Индской компании, обладавшей монополией на торговлю с Востоком с 1600-х гг. до начала XIX в. Помимо мундиров в коллекции музея представлено множество элементов униформы: эполеты, пуговицы, знаки различия, должностные знаки и т. п.

Не менее интересно и разнообразно хранящееся в музее собрание холодного и огнестрельного оружия, от мечей и кинжалов до нарезных орудий. Помимо европейского здесь представлены образцы оружия различных туземных племен – копья, луки, стрелы, бумеранги, включая коллекцию оружия полинезийских воинов, собранную капитаном Куком и его спутниками во время плавания в Тихом океане.

Собрание монет и медалей насчитывает около 5 тыс. экземпляров. Оно включает в себя военно-морские награды со всех континентов, а также памятные и художественные медали из Европы и Америки. Прекрасная художественная коллекция Национального морского музея по полноте и разнообразию не уступит лучшим галереям Британии: здесь собрано более 4500 картин, охватывающих период 1530–2000 гг., множество миниатюр, рисунков, акварелей, гравюр и скульптур. Естественно, что все экспонаты этого собрания так или иначе связаны с морской тематикой. Великолепно собрание голландских и фламандских художников-маринистов XVII в., не менее интересны полотна английских живописцев XVII–XVIII вв.: морские пейзажи, батальные сцены на море. Рядом с ними – множество портретов британских адмиралов и капитанов, самые ранние из которых датируются эпохой Тюдоров (XVI в.). Среди авторов представленных работ – выдающиеся мастера английской живописи, включая Хогарта, Рейнольдса и Гейнсборо. Очень интересны картины Уильяма Ходжеса, созданные им во время плавания вместе с капитаном Куком в Южные моря (1772–1775). Наиболее известная картина, хранящаяся в музее – «Сражение при Трафальгаре в 1805», написанная Дж. Тернером по заказу короля Георга IV в 1823 г. Собрание гравюр и рисунков насчитывает около 60 тыс. экземпляров, в том числе 30 тыс. – работы голландских маринистов XVII в. (включая 1400 рисунков Виллема ван дер Вельде Старшего и его сына, тоже Виллема) и британских художников XVIII–XX вв.

В собрании музея хранятся личные вещи адмирала Нельсона и реликвии, связанные с погибшей экспедицией Джона Франклина. В 1845 г. эта экспедиция на двух кораблях отправилась в арктические широты на поиски Северо-Западного прохода и бесследно исчезла. Лишь в 1854 г. были найдены ее первые следы и установлено, что Франклин и его товарищи погибли. Большинство находок, сделанных в районе гибели экспедиции, было передано британскому Адмиралтейству и позднее поступило в фонды Гринвичского музея.

Музей обладает также самой большой в мире морской исторической библиотекой (около 100 тыс. томов) и обширным архивом, включающим помимо письменных документов фото– и киноматериалы.

Национальная галерея Шотландии

Национальная галерея Шотландии – лучший и главный музей Эдинбурга. Его размеры сравнительно невелики, однако собрание принадлежит к числу лучших в Европе. Один из залов галереи отведен для гравюр и рисунков, остальные – для полотен западноевропейской школы от эпохи Возрождения до конца XIX в. В их числе – работы Филиппино Липпи, Перуджино, Эль Греко, Гойи, Рафаэля, Тициана, Веронезе, Бассано, Тьеполо, Ф. Хальса, Ван Дейка, Рубенса, Рембрандта; целый зал отведен произведениям Пуссена. Из работ французской школы XVIII в. выделяются картины Ватто и Шардена, французское искусство XIX в. помимо Делакруа и Домье представлено такими именами, как Курбе, Писсарро, Сислей, Дега, Моне, Сезанн, Сера, Ван Гог, Гоген, Боннар. В залах галереи – работы крупнейших мастеров английской школы и шотландских художников XVIII–XIX в.

Эдинбург. Национальная галерея Шотландии

Датой рождения галереи является 1859 г… Первоначально в ней экспонировались произведения живописи и скульптуры из собрания Института поощрения изобразительных искусств Шотландии (позднее названного Королевским институтом), Академии художеств и различные памятники искусства, завещанные в 1835 г. Эдинбургскому университету. В 1906 г. галерея получила собственные фонды для расширения коллекций, а в 1907 г. – первого постоянного директора. За первые полвека существования музея его коллекции разрослись за счет подарков или завещаний, сделанных частными лицами. Так, например, в 1960 г. галерея получила в дар коллекцию Мейтланда – 21 произведение французской школы конца XIX – начала XX в.

К числу шедевров Национальной галереи относится маленькая картина Филиппино Липпи (1457–1504) «Благовещение», очевидно, некогда являвшаяся частью большого алтарного образа. Исполненная около 1496 г., она принадлежит к поздним работам этого прославленного итальянского мастера конца XV в. Обращают на себя внимание произведение неизвестного мастера феррарской школы конца XV в. «Мадонна с Младенцем» и фрагмент работы Пьетро Перуджино (ок. 1450–1523), изображающий четыре обнаженные мужские фигуры.

Кульминационной точкой в экспозиции итальянской школы является зал, где собраны воедино полотна из коллекции герцога Сазерленда. «Парад шедевров» открывает «Святое семейство с пальмой» Рафаэля. Считается, что это произведение, относящееся к раннему, флорентийскому периоду творчества художника, было исполнено около 1507 г. В этом полотне многое уже предвосхищает более зрелые творения Рафаэля.

Второй шедевр Рафаэля в залах Национальной галереи – так называемая Бриджуотерская мадонна. Исполненная около 1508 г. и, так же как «Святое семейство с пальмой», относящаяся к флорентийскому периоду творчества художника, она, однако, производит впечатление более зрелой и поздней работы. В отличие от предыдущего полотна, эта работа обращает на себя внимание совершенством формы и мастерством рисунка.

В этом же зале находятся четыре картины Тициана, относящиеся к различным периодам его творчества и раскрывающие разные грани его щедрого таланта.

«Три возраста человека» – раннее полотно, исполненное около 1515 г. Тициан обращается в нем к одной из любимых тем эпохи Возрождения, воплощающей философские размышления о жизни и смерти. Детство, безмятежное и беззаботное, олицетворяют сладко спящие младенцы, которых Тициан изобразил в правой части своей картины. Юноша и девушка с двумя свирелями в руках – аркадские пастух и пастушка, неотрывно глядящие друг на друга, – воплощают в картине юность, лучшую пору человеческой жизни. Эта группа – главная в композиции, именно она определяет эмоциональный строй всего полотна. И как бы отгоняя мысль о старости и смерти, художник отодвигает далеко в глубь картины маленькую фигурку одинокого старика, сосредоточенно взирающего на череп, который держит в руках.

Около 1520 г. Тицианом была написана «Венера Анадиомена». Образ выходящей из воды Венеры, по-античному целомудренный и по-венециански чувственный, кажется столь законченным и столь цельным, что «Венера Анадиомена» воспринимается поистине как воплощение идеала женской красоты.

Два огромных полотна, «Диана и Актеон» и «Диана и Каллисто», исполнены Тицианом в конце 1550-х гг. для испанского короля Филиппа II. Оба они свидетельствуют о наступлении новой фазы в творчестве Тициана. Преобладающие в обоих полотнах тона – малиново-синие, золотистые и коричневые – не яркие, а приглушенные, чуть блеклые. Краска ложится на полотно сильными, беспокойными мазками. Известно, что эти картины были отосланы в Мадрид в 1559 г. Тициану шел тогда уже седьмой десяток. Первое из полотен изображает юношу Актеона, который, охотясь, случайно увидел богиню Диану во время купания. На второй картине представлен тот момент мифа о Диане, когда разгневанная богиня узнает, что одну из ее нимф, прекрасную Каллисто, соблазнил Юпитер, явившись к ней в обличье самой Дианы.

В Национальной галерее Шотландии хранятся прекрасные работы Тинторетто: «Снятие с креста» и «Мужской портрет», а также большая композиция Паоло Веронезе «Марс и Венера». Веронезе неоднократно обращался к этому сюжету. И хотя исследователи обычно отдают предпочтение другим вариантам картины, тот, что принадлежит Национальной галерее Шотландии, относится, безусловно, к числу самых запоминающихся полотен музея.

«Марс и Венера» Веронезе находилась в коллекции Национальной галереи уже в момент открытия музея в 1859 г. К числу шедевров галереи, также приобретенных еще в середине XIX в. и входивших в основное ядро ее коллекций, относятся «Поклонение волхвов» Якопо Бассано (исполнено в начале 1540-х годов) и два полотна Тьеполо: трехметровое «Нахождение Моисея» и «Встреча Антония и Клеопатры». Первую картину относят к тому периоду творчества, когда Тьеполо уже достиг высот своего мастерства. В ней художник как бы отдает дань творениям своего знаменитого предшественника Веронезе, и его композиция призвана воскресить в нашей памяти полотна золотого века венецианской живописи. Вторая работа представляет собой небольшой эскиз к одной из фресок Большого зала палаццо Лабиа в Венеции, исполненных в 1745–1750 гг. и являющихся общепризнанным шедевром художника.

Эль Греко. Спаситель. Ок. 1600 г.

В одном зале с полотнами Веронезе, Бассано и Тьеполо находятся и произведения мастеров испанской школы. Великий Эль Греко представлен здесь двумя картинами, из которых «Спаситель» сразу же привлекает внимание своей эмоциональной силой. Это произведение было исполнено, очевидно, в конце 1590-х гг. и, скорее всего, является одним из ранних вариантов изображения Христа для так называемого апостоладос – цикла картин, посвященных Христу и двенадцати апостолам. Единственная в Национальной галерее картина Диего Веласкеса – «Женщина, готовящая яичницу» – относится к 1618 г., то есть к раннему периоду творчества художника. Это одна из жанровых сцен, которые Веласкес часто писал в Севилье, в пору юности, еще до приезда в Мадрид в 1623 г. В коллекцию испанской живописи входит и картина Франсиско Гойи (1746–1828) «Доктор». Исполненная в 1780 г., она представляет собой один из картонов, созданных Гойей для Королевской гобеленовой мануфактуры в Мадриде.

Среди немногочисленных произведений нидерландской живописи особый интерес представляют четыре композиции, принадлежащие кисти одного из крупнейших мастеров второй половины XV в. – Гуго ван дер Гуса (ок. 1440–1482). Они двухсторонние, то есть написаны на обеих сторонах двух больших деревянных досок, и были исполнены, очевидно, около 1478–1479 гг. специально для эдинбургской церкви Пресвятой Троицы, основанной в 1462 г. матерью шотландского короля Якова III. Картины Гуго ван дер Гусу заказал Эдуард Бонкил, настоятель церкви. Долгое время считалось, что они представляли собой створки алтаря, центральная часть которого до нас не дошла. Ныне преобладает мнение, что эти картины украшали створки органа, изготовленного во Фландрии в 1466–1467 гг. для церкви Пресвятой Троицы, при непосредственном содействии шотландского короля Якова III, большого любителя музыки. Очевидно, именно этот орган и изображен на одной из композиций. В ней же на первом плане изображен и сам заказчик – преподобный Эдуард Бонкил. Черты его лица столь живы, что не возникает сомнения в том, что изображение писалось с натуры. Предполагается, что Бонкил специально ездил в Нидерланды, чтобы сделать заказ Гуго ван дер Гусу. Парное к створке с портретом Бонкила, на второй доске – изображение Святой Троицы.

На оборотной стороне створок изображена коленопреклоненная королевская семья. На одной створке – Яков III и его сын, будущий король Яков IV, над которым возвышается фигура св. Андрея, небесного покровителя Шотландии; на другой – супруга Якова III, Маргарита Датская, и св. Канут, покровитель Дании. Эта живопись, по-видимому, исполнена не рукой Гуго ван дер Гуса.

Коллекция фламандской живописи в Национальной галерее Шотландии включает в себя две работы Рубенса: одну, раннюю (ок. 1618 г.), изображающую голову св. Амвросия (этюд к картине, хранящейся в Вене), и большую композицию «Пир Ирода», по-рубенсовски эмоциональную и яркую. Антонис Ван Дейк представлен картиной «Св. Себастьян» и двумя портретам, оба из которых написаны в 1623–1627 гг., во время пребывания художника в Италии.

Очень хороши три работы Франса Хальса, особенно два портрета, мужской и женский, исполненные в обычной для зрелых работ Хальса манере. Имена людей, изображенных Хальсом на этих портретах, неизвестны, но, как и все портреты его кисти, они на редкость выразительны. Единственное в собрании галереи полотно Яна Вермеера «Христос у Марфы и Марии», исполненное около 1654 г., считается, возможно, самым ранним из произведений этого яркого и своеобразного художника. Долгое время автор картины считался безымянным, однако в начале XX в., после снятия потемневших слоев лака, на полотне была обнаружена подпись художника. Национальная галерея получила эту картину в подарок и ныне она числится среди ее важнейших шедевров.

Пять полотен Рембрандта, которые можно увидеть в залах галереи, относятся к различным этапам творческого пути великого мастера. «Портрет молодой женщины» датирует 1634 г. Он был написан на заказ еще в то время, когда удача и слава сопутствовали молодому художнику. Уже этой, ранней работе мастера присуща такая жизненная сила и трепетность, что, если поместить рядом с ней пусть даже первоклассный портрет кисти малых голландцев, отличие будет очевидным. Этот портрет Рембрандта близок к традиционному типу женского портрета, процветавшего в Голландии в первой половине XVII в.

К 1650 г. относится маленькая композиция на библейский сюжет, традиционно называемая «Самуил и Анна». «Автопортрет» Рембрандта, датированный 1657 г., – еще одна грань раздумий мастера о своей жизни. К числу лучших работ Рембрандта относится великолепная картина, сюжет которой и дата написания до сих пор остаются спорными. Условно ее называют «Женщина в постели». Нечеткая дата, обозначенная на полотне, позволяет отнести его к 1640-м гг. Считается, что полотно изображает Хендрикье Стоффельс, верную подругу Рембрандта; другие исследователи склонны видеть в изображенной на портрете женщине Гертье Диркс, няню Титуса, сына художника. Обращает на себя внимание некоторое сходство картины с хранящейся в Эрмитаже «Данаей» Рембрандта.

Экспозиция французской живописи в Национальной галерее Шотландии начинается с произведений Никола Пуссена (1594–1665), главы французского классицизма XVII в. Отдельный зал занимает его знаменитая серия картин, посвященных семи таинствам христианской церкви. Эти величественные, монументальные полотна оставляют большое впечатление. Эдинбургская серия «Таинств», исполненная с 1644 по 1648 г. в Риме, является второй по счету серией картин художника на эту тему. Для своего времени они стали новшеством. Тема, выбранная Пуссеном, встречалась в произведениях художников северных стран, но была необычной для юга Европы. К тому же впервые каждому из таинств было посвящено отдельное полотно, тогда как до Пуссена все сцены таинств объединяли в одной композиции. Эти мастерски исполненные произведения были высоко оценены современниками. Друг Пуссена, Шантелу, один из государственных деятелей Франции, заказал себе копию прославленных полотен, но Пуссен не захотел повторяться. В 1640-е г. он уже отчетливо осознавал, что работы 1630-х гг. не отвечают его новым, грандиозным замыслам. Так возникла вторая серия полотен, сильно отличающаяся от первой, исполненная в «высоком стиле», как его именовали современники Пуссена. В 1648 г. Пуссен сообщал в письме к Шантелу, что ему хочется, чтобы эти его картины помогли людям обрести доблесть и мудрость, необходимые каждому, дабы противостоять превратностям судьбы.

Основные произведения французской живописи XVIII в. были приобретены Национальной галереей в 1861 г. по завещанию потомков выдающегося шотландского художника Алана Рэмзи. Жемчужиной этой части собрания является «Венецианский праздник», одна из лучших картин Антуана Ватто (1684–1721). Она принадлежит к самым поэтичным по настроению картинам Ватто и отличается исключительно изысканной манерой исполнения. Название картины, в которой нет ничего специфически венецианского, происходит от одноименного балета, поставленного парижской Оперой в 1710 году.

В коллекции французской живописи XVIII в. выделяются и два натюрморта Жана Батиста Симеона Шардена (1699–1779). Оба они относятся к позднему периоду творчества художника. Большую редкость представляет «Ваза с цветами» – единственный у Шардена натюрморт с цветами.

Три первоклассных пейзажа Гюстава Курбе – «Река в горном ущелье», «Деревья в снегу» и «Волна» – входили в коллекцию Мейтланда, пожертвованную в дар музею в 1960 г. Два первых полотна были написаны в 1864–1865 гг., когда Курбе много времени уделял работе над пейзажами в окрестностях своего родного города Орнана. «Волна» относится, очевидно, к 1871 г. и является одним из последних среди многочисленных вариантов этого мотива.

Полотна импрессионистов, также поступившие в Национальную галерею из коллекции Мейтланд, охватывают различные этапы в истории этого художественного течения. Так, «Вид реки Марны у местечка Шеневьер», исполненный Камилло Писарро, относится к 1864–1865 гг., к тому периоду, когда импрессионизм как таковой еще не сложился. С другой стороны, пейзаж Альфреда Сислея, написанный во время его пребывания в Англии, вскоре после первой нашумевшей выставки импрессионистов, открытой в 1874 г. в ателье фотографа Надара, принадлежит к годам расцвета импрессионизма. Более поздний период представлен пейзажем Клода Моне «Тополя на реке Эпт» (1891–1892). Эта картина создавалась как раз в то время, когда Моне, поселившись в местечке Живерни под Парижем, начал писать свои знаменитые серии полотен, изображающих один и тот же пейзаж в разное время суток, при различном освещении. Небольшое полотно все пронизано светом; трепещет листва, вибрирует воздух и отражение в воде деревьев и облаков. Все окутано легкой воздушной дымкой, какая бывает в природе в жаркие дни.

Творчество Эдгара Дега (1834–1917) представлено в галерее разнообразными произведениями, позволяющими увидеть и его родство с импрессионистами, и его отличие от них. Блистателен портрет флорентинца Диего Мартелли, писателя и художественного критика, одним из первых выступившего в защиту импрессионистов и начавшего собирать их произведения. В двух других полотнах, изображающих танцовщиц перед выходом на сцену, внимание художника концентрируется на передаче движения, на искрящемся свете. Пастель 1890-х гг., относящаяся к большому числу изображений женщин за туалетом, позволяет увидеть изменения, которые Дега вносил в процесс работы в поисках наиболее выразительной и естественной позы.

С коллекцией Мейтланд в Национальную галерею Шотландии поступило и два полотна Винсента Ван Гога. Одно, раннее, представляет собой исполненный в темных непрозрачных красках этюд головы крестьянской женщины в белом головном уборе. Множество подобных этюдов было создано художником в 1885 г., когда появилась его первая большая картина «Едоки картофеля». В ту пору Ван Гог, живший в Голландии, еще не имел представления об импрессионизме, сыгравшем затем важную роль в развитии его таланта. К последующему этапу творчества Ван Гога относится второе его полотно из коллекции Мейтланда – «Фруктовый сад в цвету», написанное в Арле на юге Франции в начале 1888 г. Обе работы явились прекрасным дополнением к уже имевшейся в галерее поздней картине Ван Гога «Оливковые деревья», исполненной в Сен-Реми осенью 1889 г.

Среди лучших полотен этой коллекции выделяется работа Поля Сезанна «Гора Св. Виктории» – одно из многочисленных воплощений мотива, занимавшего мысли художника в 1880–1890-х гг. Могучая масса горы, как бы неподвластной солнцу и ветру и вместе с тем окутанной светом и воздухом, привлекала Сезанна в его поисках непреходящих ценностей природы. Кажущийся на первый взгляд незаконченным, этот пейзаж отличается тщательной продуманностью, строгой структурностью композиции. Тончайший подбор широких пятен светло-синего и светло-коричневого, вместе с оставленным кое-где нетронутым белым холстом, создает ощущение наполненной светом воздушной среды.

Тремя работами представлен Поль Гоген. В их числе – пейзаж, написанный им на острове Мартиника, и картина «Битва Иакова с ангелом». Созданная в 1888 г. во Франции, в Понт-Авене, она стала первой крупной работой Гогена, в которой он почти полностью порвал с принципами импрессионизма. Действительность здесь соединяется с вымыслом: женщины-бретонки в больших традиционных белых чепцах наблюдают явившееся им, как некая реальность, видение библейской сцены борьбы Иакова с ангелом. «В этой картине пейзаж и борьба существуют для меня лишь в воображении этих молящихся женщин как результат проповеди. Вот почему такой контраст между этими реальными людьми и борющимися на фоне пейзажа фигурами, которые нереальны и непропорциональны», – писал Гоген жене в июне 1892 г.

П. Гоген. Битва Иакова с Ангелом. 1888 г.

Третье полотно Гогена в Национальной галерее называется «Три таитянские женщины». Оно создано в 1899 г., во время второй поездки Гогена на остров Таити.

Коллекция английской живописи в Национальной галерее Шотландии не очень велика. Тем не менее здесь представлены все крупнейшие имена в истории английской живописи периода ее расцвета в XVIII – первой половине XIX в. «Портрет сестер Уолдэгрейв», принадлежащий кисти Джошуа Рейнольдса (1723–1792), президента английской Академии художеств, может дать прекрасное представление и о его творчестве, и о высоком уровне искусства портрета в Англии второй половины XVIII в. В галерее есть образцы творчества Ричарда Уилсона – отца английского пейзажа; здесь есть несколько, как обычно, маленьких картин Джорджа Морланда, идиллического певца английской деревни XVIII в. Несомненным шедевром галереи является «Портрет миссис Грэм» кисти Томаса Гейнсборо (1727–1788), самого блистательного художника Англии второй половины XVIII в.

В первой половине XIX в. популярность английского пейзажа вышла далеко за пределы Британских островов. Об этом периоде рассказывают полотна трех крупнейших английских пейзажистов, хранящиеся в Национальной галерее Шотландии – Джона Констебля, Ричарда Паркса Бонингтона и Джозефа Мэллорда Уильяма Тернера. Предметом гордости музея является полотно Дж. Констебля «Долина Дедэм», приобретенное в 1944 г.

Три зала Национальной галерее отведены шотландским мастерам живописи. В их числе – Аллан Рэмзи (1713–1784), первый крупный шотландский художник; Генри Реберн (1756–1823), крупнейший живописец в истории шотландского искусства. Его творчество относится к периоду расцвета шотландской культуры; полотна во многом родственны картинам старших английских собратьев по кисти, Рейнольдса и Гейнсборо. Неповторимы по своей оригинальности исполненные Реберном портреты именитых шотландцев, представителей старинных кланов, изображенных в полный рост, в колоритных национальных костюмах, гордо держащих в руках оружие. К наиболее знаменитым принадлежит портрет полковника Макдонелла-оф-Гленгарри (ок. 1812 г.).

Славу известнейшего шотландского художника первой половины XIX в. Дэвида Уилки (1785–1841) составили в основном картины с изображением жанровых сцен. Шестнадцать полотен Уилки, экспонируемых в Национальной галерее, показывают, насколько разнообразен диапазон его работ. Помимо произведений Уилки в залах, отведенных шотландскому искусству XIX в., выделяются полотна Дэвида Скотта (1806–1849). Его запоминающиеся композиции на литературные и исторические сюжеты отличаются романтической таинственностью; он охотно черпает сюжеты из произведений Гомера, Шекспира, Мильтона, английских романтиков начала XIX в. В заключительной части экспозиции привлекают внимание пейзажи одного из самых значительных шотландских художников второй половины XIX в. – Уильяма Мак Таггарта (1835–1910). Его творчество связано с художественной школой Глазго, получившей известность в 1880-х гг. и развивавшейся в тесном контакте с искусством Франции, что не помешало, однако, мастерам этой школы сохранить свой оригинальный почерк. Примером его ранних произведений в Национальной галерее является «Весна» (1864): двое крестьянских детей отдыхают на залитом солнцем, заросшем цветами берегу реки. Некоторая сентиментальность в изображении детей – дань салонному искусству середины века.

Общая черта всех без исключения залов – высокое качество представленных работ. Почти каждое художественное произведение – откровение. Неожиданности подстерегают зрителя на каждом шагу, и оказывается, что четырнадцать не таких уж больших по площади залов Национальной галереи Шотландии по насыщенности впечатлений не уступят лучшим музеям Европы.

Картины художников XX в. экспонируются отдельно, в Шотландской Национальной галерее современного искусства. Этот музей возник сравнительно недавно – в 1960 г., и располагается в здании, выстроенном в XVIII в. и с 1877 г. принадлежавшем Королевскому ботаническому саду. После передачи его в 1959 г. Национальной галерее современного искусства, интерьеры были модернизированы, а сад приспособлен для размещения экспозиций. Снаружи строгое каменное здание сохранило свой облик, типичный для сурового шотландского классицизма XVIII в. Среди выставленных здесь пяти тысяч работ обращают на себя внимание «Циркачка», картина английского художника первой половины XX в. Мэтью Смита, творчество которого складывалось под воздействием искусства Матисса и Сезанна; выразительный мужской портрет кисти Уолтера Сиккерта, одного из ведущих художников Англии конца XIX – начала XX в., пропагандировавшего в своей стране искусство импрессионистов; «Рельф», композиция, исполненная патриархом английского абстракционизма Беном Никольсоном (1962); картина австралийского художника Сиднея Нолана «Леда с лебедем» (1958), полыхающая поливинилацетоновыми красками; акварель швейцарского сюрреалиста Клее (1927); живописно-напряженное полотно «Лето в разгаре», написанное австрийским экспрессионистом Оскаром Кокошкой (1938–1942), и ряд других. Об экспериментаторских началах в живописи накануне Первой мировой войны напоминают несколько произведений Михаила Ларионова и Натальи Гончаровой. Среди произведений шотландской школы выделяется сочностью и силой мазка «Натюрморт с черной бутылкой» кисти художника Пепло, исполненный в начале XX в.

Несомненной удачей галереи является экспозиция скульптуры, устроенная под открытым небом, в саду, окружающем здание. Зеленая лужайка перед домом отдана произведениям крупнейшего английского скульптора Генри Мура. Его произведения рассчитаны на восприятие прежде всего в природном окружении. В экспозиции музея фоном для больших бронзовых фигур, которые Мур уподобляет громадам выветренных скал, служат плотные кущи кустарника и вдали – гряды холмов, нависших над Эдинбургом. По другую сторону здания, в круглом бассейне, заросшем кувшинками и тростником, как бы готовясь войти в воду, стоит бронзовая «Девочка» английского скульптора Рега Батлера.

Художественная галерея Уолкера

Галерея Уолкера – главный художественный музей Ливерпуля. В ее стенах размещается одна из самых обширных художественных коллекций Англии; порой ее даже называют Северной национальной галереей.

История этого собрания берет свое начало в 1819 г., когда Ливерпульское Королевское общество приобрело 37 картин из коллекции Уильяма Роско, местного адвоката, политического деятеля, историка и филантропа. Он был также известен как знаток и любитель искусств, особенно интересовашийся произведениями итальянских и нидерландских старых мастеров. С 1843 г. бывшая коллекция Роско демонстрировалась в специально построенном здании на улице Кокпитт – верхний этаж занимали картины, нижний – скульптура.

В 1851 г. муниципалитет Ливерпуля приобрел собрание дипломных работ выпускников Ливерпульской Академии. С 1810 г. Академия устраивала ежегодные выставки-продажи картин и скульптур своих членов и была известна тем, что в ее рядах было множество сторонников нового художественного течения, родившегося в Англии в середине XIX в. и получившего название «прерафаэлитов».

В 1849 г. три живописца – Уильям Холмен Хант, Данте Габриэль Россетти и Джон Эверетт Миллес – выставили на суд публики три своих картины: «Риенци», «Изабелла» и «Юность Марии». Эти полотна были таинственны и необычны, они притягивали взгляд яркими красками и странными сюжетами. Все они были подписаны загадочной монограммой «PRB». Вскоре тайна монограммы открылась: это был символ творческого объединения художников – «Братства прерафаэлитов» (англ. PreRaphaelite Brotherhood).

Первоначально оно состояло из 7 человек: Дж. Э. Миллеса (1823–1896), Уильяма Холмена Ханта (1827–1910), Данте Габриэля Россетти (1828–1882), его младшего брата Майкля Россетти, Томаса Вулнера (1825–1892), Джорджа Стивенса (1817–1875) и Джеймса Коллинсона (1825–1881). Эти живописцы называли себя «прерафаэлитами», так как считали, что в творчестве надо ориентироваться на художников, предшествовавших Рафаэлю. Творчество прерафаэлитов было тесно связано с литературой – произведениями итальянского поэта эпохи Возрождения Данте Алигьери, английских поэтов Джона Мильтона и Уильяма Шекспира, давно забытыми средневековыми балладами и легендами, в которых прославлялось поклонение прекрасной даме, самоотверженность рыцарей и мудрость волшебников. Многие из этих сюжетов нашли отражение на полотнах художников-прерафаэлитов. Они противопоставляли холодному академизму «священный огонь», «живую веру» так называемых примитивов, отвергнутых эстетикой нового времени, стремились к возрождению «наивной религиозности» средневекового искусства. Одним из основных художественных принципов прерафаэлиты считали максимальную достоверность изображаемого, вплоть до мельчайших, самых незначительных деталей.

Художественная галерея Уолкера. Скульптура Рафаэля перед входом в музей

«Братство прерафаэлитов» просуществовало до 1853 г., оказав влияние на творчество английских художников последующих лет. Ныне ряд исследователей склонен рассматривать прирафаэлитов как первое авангардистское движением в искусстве. Считается, например, что Данте Габриэль Россетти, по существу, стал предтечей европейского символизма. В XX в. художественные идеалы изменились, и искусство прерафаэлитов, стремившееся к почти фотографической передаче действительности, на время было забыто, отошло в тень. Однако начиная с 1970-х гг. произошел всплеск интереса к художественному наследию прерафаэлитов. В конце XX в. было основано «Братство руралистов», творческие позиции которого фактически совпадают с идеалами прерафаэлитов. Считается, что искусство прерафаэлитов в немалой степени повлияло на молодого Дж. Р. Р. Толкиена – автора знаменитой эпопеи «Властелин колец».

Ливерпуль был единственным в Англии провинциальным городом, где в середине XIX в. сложилась своя собственная школа прерафаэлитов, фундаментом которой являлась Ливерпульская Академия. В те годы крупные ливерпульские торговцы и промышленники охотно приобретали полотна прерафаэлитов для своих собственных собраний, многие из этих работ в последующем вошли в фонды галереи Уолкера.

В 1852 г. британский парламент принял акт, предусматривающий создание в Ливерпуле общественной библиотеки, музея и художественной галереи. Библиотека и музей открылись в 1860 г. В 1871 г. в залах библиотеки прошла первая Ливерпульская осенняя художественная выставка, организованная городским муниципалитетом. Переняв традиции ежегодных выставок Королевской Академии, она представляла современную живопись и скульптуру; посетители тут же могли приобрести понравившиеся работы. Эти выставки, в дальнейшем проводившиеся ежегодно, пользовались большим успехом и приносили, в свою очередь, средства, необходимые библиотеке и ливерпульскому Комитету искусств для пополнения городского художественного собрания. В 1871–1910 гг. на выручку от проведения выставок было приобретено около 150 работ.

Между тем городской художественной галереи, как таковой, еще не существовало, хотя ее создание было предусмотрено решением парламента от 1852 г. Причина была банальная – отсутствие средств. Однако в 1873 г. неожиданно отыскался меценат – сэр Барклай Эндрю Уолкер (1824–1893), крупный ливерпульский пивовар и общественный деятель, долгое время избиравшийся мэром города. Уолкер не был покровителем искусств или коллекционером, но славился своим великодушием и горячей любовью к родному городу. Видя проблемы, стоящие на пути становления городской художественной галереи, он пожертвовал на эти цели огромную по тем временам сумму – 20 тыс. фунтов. Ныне Ливерпульская художественная галерея носит имя своего благотворителя.

Симоне Мартини. Обретение отрока Иисуса в Храме. 1342 г.

28 сентября 1874 г. принц Альфред, герцог Эдинбургский, заложил первый камень в основание будущей Художественная галереи Уолкера. Построенная по проекту местных архитекторов К. Шерлока и Г. Вейла, она открылось 6 сентября 1877 г. Сегодня Галерея Уолкера является одним из наиболее выдающихся художественных собраний Великобритании. Здесь представлено множество картин итальянских и нидерландских художников 1350–1550 гг., европейское искусство 1550–1900 гг., в том числе полотна Рембрандта, Пуссена и Дега, британское искусство XVIII–XIX вв., включая великолепное собрание викторианской живописи и прекрасную коллекцию прерафаэлитов, обширное собрание гравюр, рисунков и акварелей. Собрание скульптуры в галерее Уолкера – одно из самых значительных во всей Великобритании, а коллекция предметов декоративно-прикладного искусства – одна из лучших в Европе. Она охватывает период от Ренессанса до конца XX в.

К числу наиболее известных картин, демонстрируемых в галерее Уолкера, относится «Обретение отрока Иисуса в храме[1]» Симоне Мартини. Она была создана в Авиньоне (Франция), служившим в то время резиденцией папского двора, и является одной из немногих подписанных работ великого мастера. Латинская надпись по краю рамки гласит: «Симоне Сиенец написал меня в лето Господне 1342». Эта же картина стала последней крупной работой Мартини – в 1344 г. художник скончался.

«Мадонна с Младенцем и святым (Иоанном Крестителем?)» Бартоломео Монтаньи (1450–1523) – еще один шедевр в собрании галереи Уолкера. Высказывалось предположение, что бородатый мужчина, изображенный на этой картине, – герцог Франческо Гонзага, правитель Мантуи и известный покровитель искусств. К произведениям живописи эпохи раннего Реннесанса принадлежит и «Триптих со сценами Страстей Христовых, Распятием и мессой Св. Григория» работы так называемого мастера Аахенского алтаря. Этот анонимный немецкий художник, живший ок. 1480–1520 гг., назван так в связи с лучшей своей работой – алтарем, ныне находящемся в Аахенском соборе (Германия). Хранящийся в галерее Уолкера триптих был создан им ок. 1500–1505 гг. по заказу Херманна Ринка, бургомистра Кёльна, для его фамильной часовни в церкви Св. Колумбы (Кёльн). На лицевой стороне триптиха изображены девять эпизодов Страстей Христовых, группирующихся вокруг центральной сцены – Распятия. На обороте в левой части триптиха изображена сцена омовения рук Понтием Пилатом; предполагается, что среди представленных здесь фигур художник изобразил и самого себя. В правой части он поместил эпизод явления Христа папе Григорию Великому во время мессы; свидетелями этой сцены по прихоти заказчика являются сам Херманн Ринк и члены его семейства, а местом действия служит, по-видимому, фамильная капелла Ринков в кёльнской церкви Св. Колумбы.

Собрание искусства XVII в. изобилует прежде всего голландскими пейзажами и портретами. Здесь также представлены работы Рембрандта, Рубенса, Пуссена и Мурильо. «Мадонна с Младенцем, Святой Елизаветой и маленьким Иоанном Крестителем» Питера Пауля Рубенса является одной из наиболее известных и популярных работ мастера; с нее было снято множество копий и гравюр. Предполагается, что два младенца, изображенные на картине, – это сыновья художника от его второй жены Елены Фоурмент, на которой Рубенс женился в 1630 г.

«Автопортрет в образе молодого человека» Рембрандта был первой картиной этого великого художника, попавшей на Британские острова. Она была преподнесена королю Карлу I в начале 1630-х гг. одним из его придворных, сэром Робертом Керром, который, в свою очередь, приобрел это полотно (наряду с другой картиной Рембрандта «Старуха: мать художника», которая до сего дня находится в Королевском собрании) после посещения Гааги с дипломатическим визитом в 1629 г. После казни короля Карла в 1649 г. картина была продана вместе с другими произведениями искусства из Королевского собрания.

Написанный в 1644 г. «Вид Дордрехта» представляет творчество выдающегося художника первой половины XVII в. Яна ван Гойена (1596–1656). Ван Гойен очень много и охотно – более двадцати раз, с разных точек и при разных погодных условиях – писал виды этого голландского города. Вновь и вновь на его полотнах появляется могучая дордрехтская церковь Грооте Керк с недостроенным шпилем, встающая над рекой Маас. Морские ветры надувают паруса и поднимают волны, раскачивающие рыбачью лодку. Гойен мастерски пишет небо. Кажется, оно занимает большую часть картины, и его бледная синева мягко контрастирует с общим серовато-коричневым тоном полотна, соответствующим обычному для Голландии пасмурному рассеянному освещению. Общий коричневатый тон оживляется ярким красным плащом человека в лодке.

Триптих «Мадонна с младенцем во славе», принадлежащий кисти великого испанского художника Бартоломе Эстебана Мурильо (1618–1682) был создан по заказу Амвросио Игнасио Спинолы-и-Гусмана, архиепископа Севильи (1670–1684) для его частной капеллы в архиепископском дворце. В годы наполеоновских войн (1808–1814) во дворце размещался штаб французского маршала Сульта, который присвоил картину себе в качестве военной добычи. Однако в его распоряжении оказались только две боковые части триптиха. Полностью произведение Мурильо оказалось воссоединенным лишь после того, как боковые части картины были приобретены британским коллекционером лордом Оверстоном.

В XVIII в. Ливерпуль, когда-то незначительный морской порт, увеличился до размеров второго по значению города Англии. Этот рост, связанный с бурным экономическим развитием города, способствовал превращению Ливерпуля в один из наиболее важных художественных центров страны. Богатые торговцы, занявшись на досуге коллекционированием произведений искусства, способствовали становлению и развитию местной школы живописи. Большое количество экспонатов из частных коллекций ныне хранится в Художественной галерее Уолкера. Особенно интересен Янтарный кабинет – «дальний родственник» знаменитой Янтарной комнаты из Царского Села. Этот изящный барочный комод с двумя створками и множеством выдвижных ящичков, уникальное произведение мастеров-резчиков по янтарю, было создано ок. 1700 г. в Гданьске. По-видимому, он предназначался для частного «кабинета редкостей», или кунсткамеры, мода на которые широко распространилась на рубеже XVII–XVIII вв. Возвращавшиеся из дальних плаваний моряки привозили с собой всевозможные «кунстштюки»: яйца страуса, нефритовые статуэтки, перья райских птиц. Янтарный кабинет предназначался для хранения наиболее драгоценных экспонатов подобной коллекции. Кроме того, выдвижные ящики могли использоваться для хранения более практических вещей – письменных принадлежностей, драгоценностей, настольных игр.

Галерея Уолкера наиболее известна своим собранием картин XIX в. Как уже говорилось выше, Ливерпуль имел тесную связь с движением прерафаэлитов, и это в полной мере нашло свое отражение в экспозиции музея. Коллекция прерафаэлитов в собрании галереи Уолкера является одной из лучших в мире. В числе представленных здесь работ – «Лоренцо и Изабелла» Джона Эверетта Миллеса, «Козел отпущения» и «Триумф невинности» Уильяма Холмена Ханта, «Благословенная Дева» Данте Габриэля Россетти, «Старик Конистон» и «Залив Morecambe» Грега Дэниела Уильямсона, «Девушка с кувшином эля и трубками» и «Логово дракона» Джеймса Кэмпбелла, «Возлюбленные и жены» Джона Ли и др.

В галерее Уолкера щедро представлено и искусство XX в. Экспозиция музея охватывает практически все художественные течения прошедшего века.

Художественный и археологический музей Эшмолин в Оксфорде

Музей Эшмолин – один из четырех музеев Оксфордского университета и самый старый публичный музей в Великобритании. История сохранила точную дату его открытия – 24 мая 1683 г. Созданный на основе частных собраний, с годами он приобрел славу одного из самых значительных музеев страны.

Музей Эшмолин. Главный вход

Музей Эшмолин назван так в честь его основателя, Элиаса Эшмоула (1617–1692), богатого адвоката и собирателя древностей. Эшмоул и сам обладал неплохой коллекцией старинных монет и редких книг, а в начале 1660-х гг. он вдобавок унаследовал большую часть собрания редкостей, принадлежавшего его другу – садовнику, путешественнику и коллекционеру Джону Традесканту Младшему (1608–1662). Начало этому собранию положил еще его отец, Джон Традескант Старший (ок. 1570–1638). Оно включало в себя старинные монеты, книги, гравюры, минералы и чучела редких животных, в том числе чучело нелетающей птицы додо (дронта), исчезнувшей к началу XVIII в. На протяжении полувека это собрание хранилось в лондонском доме Традескантов и в определенные дни было доступно широкой публике за умеренную плату. Один из видевших ее в 1634 г. зрителей писал, что она состоит из «чучел зверей, птиц, рыб, змей, драгоценных камней, раковин, перьев, любопытных образчиков резьбы по дереву, картин, медалей, монет и тому подобных диковин».

В 1677 г. Элиас Эшмоул подарил все свои коллекции Оксфордскому университету, где когда-то учился. При этом он настоял на том, чтобы для хранения коллекции было сооружено подходящее здание. В 1683 г. собрание открылось для публики, став первым общедоступным музеем в Великобритании. Этот шаг многими современниками был воспринят с неодобрением: считалось, что всевозможные «собрания диковин», привезенных из разных концов света, и коллекции древностей и картин старых мастеров могут быть по достоинству оценены только «образованными» людьми, поэтому практически все художественные и естественнонаучные собрания той поры были доступны только узкому кругу «истинных ценителей». Открытие публичного музея в Оксфорде расценивалось как «либерализм»: гость из Германии, посетивший музей в 1710 г., выражал свое неудовольствие из-за присутствия в его залах «простонародья».

На протяжении 150-ти лет в деятельности музея преобладали естественнонаучное направление. Новых поступлений было немного, за исключением собрания этнографических материалов, доставленных капитаном Куком из его тихоокеанского рейса 1772–1775 гг. Тем временем неизбежные процессы старения привели к тому, что к 1820-м гг. значительная часть экспонатов из коллекции Традескантов попросту истлела. Хранители музея Джон Дункан, занявший этот пост в 1824 г., и его брат Филип, сменивший его в 1829 г., предприняли ряд экстренных мер, чтобы спасти коллекции от гибели. Было приобретено множество новых экспонатов. Музей носил естественнонаучный характер до тех пор, пока в середине XIX в. при Оксфордском университете было решено организовать новый музей естественной истории (ныне Оксфордский университетский Музей естествознания), в который была передана вся естественнонаучная коллекция музея Эшмолин. Лишившись наиболее важной части собрания, музей попытался найти для себя новую нишу, обратив внимание на успехи только-только зарождающейся в ту пору археологии.

Первое крупное поступление материалов подобного рода произошло еще в 1829 г., когда собрание музея Эшмолин пополнилось англосаксонскими древностями из раскопок в Кенте. В последующие десятилетия в экспозицию вошли собрания археологических материалов из раскопок на Британских островах, в Риме, многочисленные предметы старины были куплены от имени музея в Египте и на Ближнем Востоке.

В 1884 г. хранителем музея был назначен Артур Эванс (1851–1941) – в ту пору еще молодой, никому не известный ученый. С его именем связана целая эпоха в истории музея. Благодаря энергии Эванса его собрание начало ежегодно пополняться 1,5–2 тыс. новых экспонатов, происходящих преимущественно из Европы и Восточного Средиземноморья. Здание, в котором музей размещался с 1683 г., просто не могло справиться с таким притоком, и Эванс убедил власти университета отвести музею новое помещение. Выбор пал на выстроенное в 1841–1845 гг. по проекту Чарльза Роберта Кокерелла (1788–1863) неоклассическое здание на улике Бомон, где с 1845 г. размещались художественные коллекции Оксфордского университета. Переезд музея на новое место завершился в 1894 г., а в 1908 г. археологические собрания музея Эшмолин и коллекции Художественной галереи были объединены. Так родился Художественный и археологический музей Эшмолин.

Ныне в музее существует четыре отдела: западноевропейской живописи, восточного искусства, антиквариата и нумизматики. Музейное собрание отличается редкостным разнообразием: от каменных инструментов, изготовленных первобытным человеком полмиллиона лет назад, до фарфора, стекла, картин и офортов, созданных мастерами XX в. В его фондах сохраняется и небольшое количество экспонатов из коллекции Традескантов, среди которых имеется очень любопытный предмет: ритуальная мантия, принадлежавшая вождю одного их индейских племен Северной Америки, еще один экспонат – знаменитое чучело дронта. Несмотря на то что оно сильно повреждено от времени, его продолжают хранить в музее.

Музей славится богатыми коллекциями древнеегипетского искусства и итальянских рисунков периода Ренессанса, а также одним из самых прекрасных в мире собраний фарфора, майолики и керамики.

Главными сокровищами музея Эшмолин являются рисунки Микеланджело, Рафаэля и Леонардо да Винчи, картины Пьеро ди Козимо, Клода Лоррена, Джона Констебла, Пабло Пикассо, акварели и картины Тернера, а также одно из лучших собраний прерафаэлитов. Здесь можно увидеть и знаменитую картину Паоло Уччелло «Ночная охота» (1465–1470). Это одна из поздних работ художника, написанная примерно в то же время, что и часть алтарного образа из церкви Святого Духа в Урбино. Об истории ее создания ничего не удалось узнать, несмотря на все усилия исследователей. Некоторые историки искусства предполагают, что эта работа мастера иллюстрирует некое (возможно, утраченное) литературное произведение того времени.

Экспозиция отдела археологии помимо обширного собрания древностей из Египта и Нубии включает в себя самую лучшую, за пределами Греции, коллекцию памятников крито-минойской цивилизации. И это не удивительно – ведь ее первооткрывателем был не кто иной, как Артур Джон Эванс. Отправившись в 1900 г. на Крит, хранитель Оксфордского музея еще не знал, что пройдут годы – и он станет всемирно известным ученым, почетным и действительным членом всевозможных академий и обществ, имя которого на протяжении многих лет не будет сходить со страниц газет и журналов. Именно ему, Артуру Эвансу, за исключительные заслуги перед наукой получившему от английского короля титул сэра, суждено было открыть одну из величайших цивилизаций древности, названную крито-минойской.

Ко времени прибытия на Крит Эванс уже имел репутацию серьезного ученого, знатока древнеегипетской письменности. Он был человеком упорным и наделенным подлинной исследовательской страстью. В первый же день пребывания на острове он посетил развалины города Кносса и невдалеке от руин, относящихся к античному времени, увидел земляные бугры, которые, как подсказала ему интуиция археолога, таили в себе остатки каких-то древних строений.

23 марта 1900 г. Эванс приступил к раскопкам. Он сам впоследствии говорил, что не очень надеялся на крупное открытие. Однако буквально через несколько часов в раскопе появились очертания древнего здания. Двумя неделями позже изумленный Эванс стоял перед остатками строений, покрывавших площадь в два с половиной гектара.

Между тем в Лондоне Эванса ждали дела. Но результаты раскопок его так заинтересовали, что он решил вернуться через год и заняться тайной открытого им здания. Тогда он еще не представлял, что на разгадку этой тайны ему потребуется не один год, а четверть века…

Пифос с изображением осьминога. Крит. Минойский период Около 1450 г до н. э.

Вернувшись на следующий год на Крит, Эванс провел здесь почти сорок лет. Шли годы, а работам все не было конца. Сорок лет в разных местах острова – на севере, южном побережье, востоке – копал Эванс, ибо поверил, что обнаруженное им здание – не что иное, как развалины легендарного Лабиринта, дворца критского царя Миноса… Об этом он даже заявил публично. Сообщения о сенсационных раскопках на Крите появлялись во всех газетах и журналах Европы. Из непостижимых глубин тысячелетий вставала великая цивилизация – столь древняя, что уже для современников Гомера она была тысячелетней легендой. И когда Эванс по праву первооткрывателя дал этой цивилизации имя «минойская» – имя, взятое из легенды о царе Миносе, – никто не посмел его оспорить.

Сэр Артур Эванс умер в 1941 г. в возрасте девяноста лет, заслужив признательность всего человечества открытием великой цивилизации, беспримерным по своему значению…

В собрании музея Эшмолин хранится и ряд важных экспонатов, связанных с английской историей: посмертная маска Оливера Кромвеля, арабская церемониальная одежда, принадлежавшая знаменитому Лоуренсу Аравийскому, и уникальная «драгоценность Альфреда» – англосаксонское золотое украшение, изготовленное в конце IX в. Надпись на нем гласит: «AELFRED MEC HEHT GEWYRCAN» – «Альфред приказал меня сделать». По-видимому, речь здесь идет об англосаксонском короле Альфреде Великом (871–899).

Еще один интересный экспонат – скрипка, изготовленная в 1716 г. знаменитым мастером из Кремоны Антонио Страдивари. По условию прежнего владельца скрипки, пожертвовавшего ее музею Эшмолин, на ней нельзя играть ни при каких обстоятельствах. Благодаря этому скрипка до сих пор находится почти в первоначальном состоянии и считается одним из наиболее ценных инструментов Страдивари, дошедших до наших дней.

Очень любопытно собрание «колец любви», очень популярных в Англии и Франции в XV–XVII вв. Эти простые по исполнению золотые кольца служили символом и свадебным подарком. На внешней (реже – на внутренней) стороне каждого кольца выгравирована короткая надпись, выражающая чувства дарителя. На ранних кольцах надписи делались на архаичном норманно-французском языке, позже использовались латинский, французский и английский языки. Считается, что именно эти гладко отполированные кольца с лаконичными надписями, сделанными старинными шрифтами, вдохновили оксфордского профессора Дж. Р. Р. Толкиена на создание образа Единого кольца в эпопее «Властелин Колец».

Имея статус университетского, Художественный и археологический музей Эшмолин поддерживает тесные связи с факультетами и колледжами Оксфордского университета, а его собрание служит дополнительным образовательным и исследовательским ресурсом для ученых и студентов Оксфорда и других учебных заведений как в Англии, так и за границей. Одновременно он остается общедоступным музеем, привлекая посетителей со всех континентов.

Музей в Айронбриджском ущелье

Айронбридж называют «родиной промышленной революции», «колыбелью европейской промышленности». Сегодня этот небольшой музейный городок, расположенный в глубокой лесистой долине, выглядит уснувшим. Но два века назад здесь кипела жизнь: над ущельем поднимались дымы, небо полыхало огнями доменных печей, гремели кузнечные молоты… Именно здесь родилась современная технология производства чугуна, появились первые железные рельсы, первый паровой локомотив, здесь был построен первый железный мост.

История Айронбрижского ущелья тесно связана с историей Колбрукдейлских железоделательных заводов, а те – с историей пяти поколений семейства Дерби, местных предпринимателей, наряду с родственными семействами Фордов и Рейнольдсов, заложивших основы местной индустрии. Абрахам Дерби I (1678–1717) в 1704 г. основал медеплавильный завод в Бристоле. Он и его партнеры производил медные кастрюли; проблема была в том, что процесс этот был весьма трудоемок, а продукция – слишком дорогой для рядового потребителя. Абрахам Дерби увидел выход в том, чтобы изготавливать литые горшки из железа, а точнее – из чугуна. В 1707 г. он запатентовал собственное изобретение: метод отливки чугунных горшков и других изделий из чугуна в песчаные формы. Вместо традиционного древесного угля Дерби предложил применять кокс – новшество, значительно удешевлявшее производство железа и открывавшее путь для небывалого расширения сферы применения этого металла.

В следующем году Дерби арендовал старую домну в Колбрукдейле (Шропшир) и произвел первые успешные опыты по плавке железа с коксом. Абрахам Дерби II (1711–1763), сын Абрахама Дерби I, к 1735 г. освоил доменную плавку целиком на коксе, без добавления древесного угля. В близлежащих селениях Хорсехей и Кетли были построены новые чугунолитейные заводы, и компания взяла под свой контроль всю горную промышленность края, с использованием собственного сырья и сети конных железных дорог. При сооружении подобных дорог в качестве рельс употреблялись деревянные бревна, которые в отдельных случаях для прочности обшивались железом. По этим «рельсам» лошади тянули деревянные вагонетки с рудой. Считается, что именно отсюда пошло название «трамвай», что означает «бревенчатая дорога».

Первые дороги с железной колеей появились на английских рудниках в 1738 г. Они заменили быстро изнашивавшиеся и очень неудобные в эксплуатации деревянные рудничные дороги. В первое время колеи изготавливались из чугунных плит, в которых были устроены желобки для колес. Но эти рельсовые плиты оказались непрактичными и дорогими.

Настоящие железные рельсы стали производить с 1767 г. Толчком для этого послужила необходимость сбыта продукции чугунолитейного производства, чрезвычайно быстро развивавшегося в Англии. Владельцы Колбрукдейлских железных заводов первыми в истории заменили на одной из местных рудничных дорог деревянные пути железными рельсами. Результаты оказались настолько эффективными, что в том же году были перестроены все подъездные пути к шахтам и рудникам Колбрукдейла. Вскоре железные рельсы стали применяться на всех рудниках Англии.

Продукция Колбрукдейлских заводов с каждым-годом расширялась и усложнялась. Венцом этой деятельности стал чугунный мост Айронбридж через реку Северн под Колбрукдейлом. Для своего времени это был неслыханно смелый проект, осуществление которого потребовало от его авторов большой изобретательности. Изящные пропорции моста еще типичны для архитектуры XVIII в., но, тем не менее, он стал символом уже другого времени – английской промышленной революции XIX в.

Мысль о создании сборного моста из чугунных деталей впервые была сформулирована архитектором Томасом Ф. Причардом из Шрусбери. Эта идея очень понравилась Джону Уилкинсону – богатому фабриканту, владельцу чугунолитейного завода, который был настолько влюблен в железо, что даже получил прозвище «Айрон Мэд» (Iron Mad) – «Железный сумасшедший», «Железный безумец». Уилкинсон действительно отличался весьма экстравагантными поступками: свято убежденный в том, что люди недооценивают всех возможностей стали и чугуна, он демонстративно носил чугунную шляпу, без конца изобретал всевозможные чугунные и стальные конструкции, построил первые корабли со стальным корпусом и даже похоронен был в чугунном гробу, а на его могиле установили чугунный обелиск. Его увлекла мысль о сооружении чугунного моста, и он привлек к ее реализации Абрахама Дерби III, внука Абрахама Дерби I.

Мост Айронбридж

В 1777 г., после нескольких неудачных проб, на заводе Дерби были отлиты первые детали моста. Все конструкции монтировались на месте и доставлялись к месту строительства уже в собранном виде. В 1779 г. мост был установлен, на это понадобилось несколько месяцев. Длина пролета моста составляет 30,6 м, его вес – 384 т.

В первый день 1781 г. мост был торжественно открыт. Он быстро стал главной местной достопримечательностью. К мосту сразу зачастили туристы, его избрали своим излюбленным местом художники. В 1795 г. чугунный мост подвергся первому серьезному испытанию на прочность – Северн вышел из берегов и все каменные мосты были снесены небывалым паводком, однако чугунный устоял. Это стало маркой высокого качества, лучшей рекламой заводам Дерби, и принесло им новые строительные подряды. Дело стремительно расширялось, вокруг заводов и чугунного моста вырос целый город, получивший название Айронбридж.

Зимой 1802 г. инженер Ричард Тревитик построил для Кобрукдейлской компании первый в мире паровой локомотив, предназначенный для рельсового пути. Правда, эта конструкция оказалась не очень удачна и пришлось ждать еще двадцать лет, прежде чем великий изобретатель Джордж Стефенсон успешно решил эту проблему.

С окончанием эпохи наполеоновских войн для британской железной промышленности наступили трудные времена. В 1818 г. доменные печи Колбрукдейла погасли навсегда. С этого времени Колбрукдейлская компания сконцентрировала свою деятельность только на литейном производстве; в викторианскую эпоху здесь выпускалось художественное чугунное литье, находившее спрос далеко за пределами Англии. Со смертью Альфреда Дерби II (1850–1925), руководившего компанией с 1886 по 1925 г., история семейного предприятия закончилась.

В 1967 г. обширное наследие индустриального прошлого Колбрукдейла было передано под защиту Музея Айронбриджского ущелья. Сегодня здесь на площади в 6 кв. миль раскинулся целый музейный комплекс под открытым небом, в состав которого входят 35 исторических объектов, десять из которых – музеи. Еще в начале 1970-х гг. чугунный мост и большинство заводских сооружений было умело, с большим тактом и воображением, реставрировано, и сегодня многочисленным туристам демонстрируются целые цеха, где стоят старинные станки и машины, которые до сих пор находятся в исправном состоянии. В полной неприкосновенности сохранились плавильные печи, домны, мастерские.

Ядром всего ансамбля является Музей чугуноплавильного дела в Колбрукдейле. К комплексу относятся также Музей фарфора на территории старой Куолпортской фабрики, Музей декоративных изразцов на бывшей фабрике Крейвен-Даннел. Еще одна интересная достопримечательность комплекса – доменная печь, в которой Абрахам Дерби I впервые вместо древесного угля применил кокс. В Блист-Хилл реконструирована жизнь викторианского городка XIX в. с лавками, магазинами, ремесленными мастерскими, пекарней и даже действующим литейным производством. По улицам здесь ездят запряженные лошадьми кэбы, а для того, чтобы посетители музея могли приобрести себе что-нибудь на память, им придется обменять в местном отделении банка современные деньги на символические монеты эпохи королевы Виктории. И повсюду можно увидеть железные изделия местного производства XVIII–XIX вв. – от литых чугунных решеток и тумб до знаменитого Железного моста.

В музейных собраниях представлено множество гравюр, рисунков и картин XVII–XX вв., посвященных прежде всего индустриальной теме. О жизни металлургов и шахтеров Шропшира расскажут орудия труда, предметы быта, старинные фотографии. Археологическое собрание включает в себя материал, обнаруженный учеными при раскопках в Айронбриджском ущелье, преимущественно относящийся к эпохе расцвета Колбрукдейлских заводов. Отдельные экспозиции посвящены декоративно-прикладному искусству местных умельцев: здесь представлены образцы куолпортского фарфора, изразцов и терракот из Крейвен-Даннел, колбрукдейлское фигурное литье.

Ежегодно музей в Айронбриджском ущелье посещает около 300 тыс. человек, четвертую часть которых составляют школьники. В ноябре 1986 г. индустриальные памятники Айронбриджа, включая знаменитый Железный мост, внесен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Венгрия

Венгерский национальный музей в Будапеште

Здание Венгерского национального музея (архитектор М. Поллак, 1837–1847 гг.) – один из лучших образцов архитектуры классицизма. Его фасады отличаются величавой гармонией, восьмиколонный коринфский портик украшают рельефные цинковые скульптуры. Женская фигура с лавровым венком в руке – символическое изображение Паннонии – выполнена по проекту Р. Монти скульптором Л. Шаллером. Справа и слева от нее – аллегорические фигуры, изображающие искусство, науку, историю и славу. Незабываемое впечатление производит анфилада выставочных залов. Музей включает в себя и крупнейшее в стране собрание книг – Государственную библиотеку им. Ф. Сечени.

Граф Ференц Сечени, разносторонне одаренный и по-европейски образованный человек, сознательно стремился превратить семейную библиотеку и семейные коллекции в собрания, имеющие важность для всей страны. В ноябре 1802 г. он передал свои коллекции в дар венгерскому народу. Коллекции эти были поистине богатейшие – чего стоило одно только собрание предметов старины и монет, основу которого составили римские монеты из раскопок города Сирмиума. Собирая свою библиотеку, граф прежде всего стремился приобретать книги венгерских авторов или те, которые так или иначе были связаны с его страной. Уже с 1786 г. он рассматривал их как основу для «государственной библиотеки».

В сопроводительном документе при передаче ценностей говорилось, что библиотека должна отныне носить название «Bibliotheca Hungarise Comitum Szechenyi Patriae sacrata» – «Венгерская Библиотека, которую пожертвовал родине граф Сечени» (она носит его до настоящего времени). В 1825 г. был составлен каталог всех экспонатов и оказалось, что граф Сечени вместе с библиотекой подарил Венгрии более 20 тыс. экспонатов своей коллекции, в том числе 11 884 гравюр, 1156 рукописей, 142 книги, 2675 монет и медалей, 495 предметов старины, карты, картины. Памятник Ференцу Сечени, установленный в саду Венгерского национального музея в Будапеште – лишь скромный дар уважения и благодарности, которые питают венгры к создателю своего музея и Национальной библиотеки.

Сначала сокровища графа Сечени размещались в монастыре паулинов в Пеште. Но коллекции стали быстро пополняться, музейные собрания увеличивались, и вскоре понадобилось другое, более подходящее помещение.

Долгое время музей находился под покровительством королевского наместника герцога Иосифа, который с большим вниманием относился ко всем его нуждам. Еще в 1807 г. по его поручению архитектор Йожеф Хилд разработал проект здания для музея, однако он не был осуществлен: приобретенный для этой цели участок земли оказался слишком маленьким. Позже его обменяли на другой, но и после этого строительство долгое время задерживалось – не было достаточно средств. Только в 1836 г. Национальное собрание Венгрии выделило необходимые для строительства деньги. На этот раз разработка проекта была поручена архитектору Михаю Поллаку. Строительство началось летом 1837 г., однако в 1838 г. случилось опустошительное наводнение, которое надолго остановило все работы. Окончательно здание музея было возведено лишь спустя десять лет после закладки первого камня.

Венгерский национальный музей в Будапеште

Оно вошло в историю венгерской революции 1848–1849 гг. В саду музея происходили революционные выступления молодежи и народные митинги, а в парадном зале состоялось заседание верхней палаты Государственного собрания Венгрии. Поэт Шандор Петёфи выступал со ступеней главного фасада перед огромными массами народа со своими революционными стихами.

После поражения национально-освободительной борьбы для Венгрии наступили тяжелые времена, что отразилось и на жизни музея. Все его собрания сначала хотели даже отправить в Вену, а сам музей обложили большими налогами. Но на защиту национального достояния выступила венгерская общественность. Чтобы собрать нужные средства, в парадном зале музея стали давать благотворительные концерты, на одном из которых выступил композитор Ференц Лист.

Правительство мало заботилось о Национальном музее. Здание постепенно ветшало, а собрания и коллекции не пополнялись. Исключение составляла лишь Картинная галерея, для которой удалось приобрести несколько живописных шедевров. Однако со временем положение стало меняться к лучшему. В собраниях музея накопились уже такие богатства, что некоторые из отделов выделились в самостоятельные музеи. В 1872 г. в рамках Венгерского национального музея был образован самостоятельный Этнографический музей. В том же году от него отделился Музей прикладного искусства. В недрах Национального музея зародился и Музей естественной истории. Его основательницей стала Юлия Фештетич – супруга Ференца Сечени, которая еще в 1808 г. подарила музею свою богатую коллекцию минералов. В 1896 г. на основе части собрания Венгерского Национального музея был создан Художественный музей.

Нынешнее собрание Венгерского Национального музея преимущественно посвящено истории не только Венгрии, но и в широком смысле – всего Карпатско-Дунайского региона, и охватывает период от палеолита до XVIII в. Очень интересно и необычно археозоологическое собрание. Его организаторы представили широкую картину истории живой природы Карпатского бассейна за последние 12 тыс. лет. Собрание насчитывает 78 513 скелетов и отдельных костей всех крупных млекопитающих, некогда обитавших в Карпатско-Дунайском регионе.

Отдел, посвященный доисторическому периоду (400 тыс. г. до н. э. – 100 г. до н. э.) насчитывает в своем собрании около 100 тыс. экспонатов, многие из которых уникальны. Особую часть экспозиции составляет собрание римских древностей. В ходе двух войн (35–33 гг. до н. э. и 13–9 гг. до н. э.) римские легионы покорили большую часть Задунавья, и в западной части современной Венгрии была создана обширная римская провинция Паннония. На протяжении почти 400-от лет она имела огромное военно-стратегическое значение для Римской империи, и Рим не жалел ни сил, ни средств для ее укрепления. На месте современного Будапешта существовало сразу несколько римских поселений и укрепленных пунктов, главным из которых был город Аквинкум. Во II в. его население достигло 30 тыс. человек. Вдоль Дуная протянулась мощная линия пограничных укреплений, отделявших римский мир от «варварского». Сегодня в распоряжении археологов оказались остатки многих десятков римских поселений, укрепленных лагерей, вилл, некрополей.

Начал собирать римские древности еще граф Сечени. Сегодня в собрании более 65 тыс. экспонатов; оно является одним из наиболее важных и полных в Европе. Особую его часть составляет лапидарий – более 300-от римских стел, надгробных памятников, саркофагов и т. д. с высеченными на них надписями.

Значительное место в музейной экспозиции занимает коллекция эпохи Великого переселения народов. В V–IX вв. через Карпатский бассейн прошло множество разноязыких народов: квады, маркоманны, языги, сарматы, готы, карпы, бастарны, вандалы, аланы, гунны, авары, славяне… Определить этническую принадлежность оставленных ими памятников материальной культуры порой бывает невозможно. В то же время эти памятники отличаются редкостным разнообразием, многие изделия были изготовлены еще в Монголии и на Алтае – там, откуда начали свой путь степные народы. Собрание этого раздела насчитывает более 100 тыс. уникальных объектов – в том числе около 1 тыс. золотых – представляющих собой одну из самых богатых в мире коллекций художественного и исторического наследия тюркских, германских и финно-угорских народов эпохи раннего средневековья. Наиболее ценные памятники – золотая гуннская диадема из Чорны (Венгрия), гуннский котел из Тёртеля (Венгрия), клад золотых вещей из сокровищницы вождя гепидов (найден в Силадьсомлё, ныне Румыния), и набор погребальных предметов из могилы знатного авара в Бюкше (Венгрия). Собрание включает орудия труда, оружие, украшения, предметы быта, воссоздающие повседневную жизнь простых людей. Завершает эту часть музейной экспозиции коллекция изделий каролингской эпохи из раскопок в Залаваре (Западная Венгрия): колокол, найденный среди руин паломнической церкви Св. Адриана, фрагменты витражей с уцелевшими остатками свинцовых оконных переплетов, части мраморных резных наличников.

Между 1000 и 500 гг. до н. э. группа венгерских (мадьярских) племен обособилась от основного массива финно-угорских народов, обитавших у подножия Уральских гор. В 896 г. семь мадьярских племен пришли в Карпатский бассейн во главе со своим вождем Арпадом, став одной из последних волн Великого переселения народов. Процесс освоения мадьярами территории Среднего Подунавья, растянувшийся на весь X в., в венгерской истории обозначается особым термином – honfogalas, «обретение родины». Этому периоду посвящен центральный раздел экспозиции Венгерского Национального музея. Материалы собраны в основном в некрополях X–XI вв. Истории становления средневекового венгерского государства во главе с династией Арпадов отведен отдельный зал, где представлены, в частности, ювелирные украшения и литургические объекты, имеющие большой художественный интерес.

В 1526 г. армия турецкого султана Сулеймана I разгромила войска венгерского короля Лайоша (Людовика) II в решающей битве при Мохаче. Король Лайош погиб, турки заняли всю южную часть страны, Венгерское королевство распалось. Центральные области Венгрии постепенно были заняты турками; в 1541 г. в их руки перешла столица страны Буда (ныне Будапешт). 150 лет турецкого владычества стали настоящим бедствием для страны. Этот период представлен в собрании музея обширными коллекциями турецкого оружия, текстиля, керамики, монет. Часть экспонатов – из раскопок, ведущихся учеными на территории Венгрии, часть – приобретение музея.

Эпоха позднего средневековья (1301–1711) представлена двумя обширными разделами, где демонстрируется множество находок, сделанных археологами среди руин венгерских городов, замков и селений. Эпоха войн с турками и последующее турецкое владычество привели к тому, что почти все памятники средневековой истории в Центральной и Южной Венгрии, включая церкви и некрополи, были уничтожены. Собрание музея включает в себя, в частности, архитектурные детали из Будайского замка, резные надгробные плиты, фрагменты церковной скульптуры.

Коллекция старинных колоколов начала складываться еще в конце XIX в. Наибольший приток экспонатов был связан с периодом Первой мировой войны. В 1916 г. из-за нехватки цветных металлов для производства боеприпасов правительство реквизировало все церковные колокола; их них было отобрано 27, отлитых до 1770 г. и имеющих большую историческую ценность. Эти колокола вошли в собрание Венгерского Национального музея. В годы Второй мировой войны коллекция колоколов, насчитывавшая в ту пору 46 объектов, подверглась серьезным повреждениям, несколько колоколов расплавились в огне пожара, охватившего здание музея.

Самый древний колокол в собрании отлит в XIII – начале XIV в. Есть в коллекции и несколько колоколов XV в., но большинство относится к XVI–XVII вв. На многих из них сохранились имена мастеров-литейщиков.

Собрание стеклянной посуды, фарфора, фаянса и майолики охватывает период XII–XIX вв. и посвящено не только истории производства этих изделий, но и рассказывает об образе жизни венгерской аристократии, дворняства и буржуазии. Многие предметы связаны с именами выдающихся деятелей венгерской истории и имеют не только художественную, но и историческую ценность. В коллекции широко представлено венецианское стекло XVI–XVII вв., богемский хрусталь XVIII–XIX вв., знаменитый венгерский фарфор фабрики «Херенд», основанной в 1826 г. Очень интересно собрание аптечной посуды XVIII–XIX вв., изготовленной из различных материалов – дерева, фаянса, стекла.

Нумизматический кабинет хранит в своих коллекциях около 300 тыс. греческих, римских, кельтских, западноевропейских, турецких, а также венгерские монеты – все их образцы от момента их появления вплоть до нашего времени. Наиболее ценными экспонатами Нумизматического кабинета являются золотые солиды V в. из Сиканча, динарий короля Иштвана I, золотые монеты в 100 и 50 дукатов трансильванского князя Михаила Апафи.

В 1960-х гг. под крыло Венгерского национального музея перешел ряд региональных музеев, посвященных отдельным периодам и событиям венгерской истории: музей короля Матьяша Корвина в Вишеграде, музей Ракоци в Шарошпатаке и музей Кошута в Моноке. В 1985 г. к ним присоединился музей Эстергомского замка.

Германия

Берлинский «Остров музеев»

Знаменитая берлинская улица Унтер-ден-Линден приводит к Шлоссбрюкке – Замковому мосту. Многие века, вплоть до середины XX в., здесь действительно стоял старинный замок, с которого и началась история Берлина. После войны его снесли власти ГДР, чтобы на освободившемся месте построить уродливую громаду Дворца Республики.

Мост Шлоссбрюкке соединяет город со знаменитым «Островом музеев», омываемым со всех сторон рекой Шпрее. Это настоящее царство тишины, воды, зелени и великолепной архитектуры, которой в современном Берлине осталось не так уж много.

«Остров музеев» – средоточие культурной жизни Берлина. Еще в начале XIX в. здесь начал складываться грандиозный музейный комплекс, в который сегодня входят пять прославленных на весь мир художественных галерей и хранилищ древностей. В их числе – знаменитый Пергамский музей.

История берлинских музеев берет свое начало на исходе XVIII в. Европа той поры грезила идеями Просвещения. В Париже, столице революционной Франции, королевское собрание Лувра было превращено в общедоступный музей. Мысль о создании подобного музея в Берлине владела и лучшими умами тогдашней Пруссии, к их числу принадлежал и известный немецкий ученый и общественный деятель Вильгельм фон Гумбольдт (1767–1835). В 1819 г. он возглавил комиссию по созданию прусского Королевского музея.

К тому времени прусский королевский дом располагал весьма незначительными собраниями. Почти весь XVIII век Пруссия провела в жестоких войнах, поглощавших огромные средства. И хотя бранденбургские курфюрсты, а позже прусские короли никогда не чуждались собирательства и охотно приобретали произведения искусства (яркий пример тому – знаменитая Янтарная комната, созданная по заказу короля Фридриха I), возможности их не были столь велики, как у монархов Англии, Франции, Испании или Австрии. Пруссия в то время являлась всего лишь одной из частей раздробленной Германии, хотя и самой крупной.

В XIX в. ситуация начала меняться. Окрепнув после победоносных войн с Наполеоном, Пруссия претендовала на ведущую роль в деле объединения Германии. Создание национального собрания произведений искусства стало делом национального престижа. Поэтому король Фридрих Вильгельм III охотно поддержал инициативу общественности по созданию Королевского музея. В 1815 г. в Париже было куплено собрание Джустиниани, собиравшего картины Караваджо и его учеников. В 1821 г. Пруссия целиком купила коллекцию английского купца Эдварда Солли, состоявшую приблизительно из 300 картин – преимущественно мастеров итальянского кватроченто. В числе немногочисленных произведений нидерландской школы находились шесть фрагментов знаменитого Гентского алтаря, созданного братьями ван Эйк. В 1828 г. было положено начало собранию египетских древностей. Впоследствии музейные собрания расширялись благодаря раскопкам немецких археологов в странах Средиземноморья и Ближнего Востока, а также покупкам произведений искусства в других странах Европы.

Музей Боде

В 1830 г. на острове посреди Шпрее открылся первый музей. Его неоклассическое здание было построено в 1824–1830 гг. по проекту архитектора К. Ф. Шинкеля. Научным консультантом музея стал профессор теории искусства Берлинской Академии Алоиз Хирт (1759–1837). Он стремился собрать в его стенах шедевры, сосредоточенные по дворцам и пригородам Берлина, и создать «школу хорошего вкуса для всей нации». Однако пока коллекции подлинников были немногочисленны, и пробелы в экспозиции восполняли гипсовые слепки со скульптурных памятников и копии живописных произведений.

Музей на острове стал вторым после мюнхенской Пинакотеки публичным музеем Германии. Сегодня за ним закрепилось название Старого музея. За последующие сто лет рядом с ним выросли здания еще четырех музеев. Ныне они заполняют остров почти целиком.

В 1830–1868 гг. директором Старого музея был Густав Фридрих Вааген. За это время музейная коллекция значительно разрослась, и часть ее была переведена в построенный в 1843–1847 гг. по проекту архитектора Фридриха Штюлера Новый музей. Он был открыт для публики в 1857 г. и первоначально предназначался для демонстрации гипсовых слепков со знаменитых античных статуй, дающих представление о развитии искусства.

В 1871 г. Берлин стал столицей объединенной Германии. На карте Европы появилось новое большое государство, претендовавшее на роль общеевропейского лидера. С этого времени начинается бурный рост коллекций берлинских музеев: столица Германии не должна была ни в чем уступать столицам других мировых держав!

Старая Национальная галерея (1864–1874) открылась на «Острове музеев» в 1876 г. Ее здание, напоминающее античный храм, сооружено Иоганном Генрихом Штраком по проекту Штюлера. В 1897–1904 гг. был построен музей кайзера Фридриха в стиле необарокко (архитектор Эберхард фон Ине). Он задумывался как музей эпохи Возрождения, однако в экспозиции были представлены и картины художников XVII в. С 1956 г. этот музей носит названия Музея Боде – в память о первом генеральном директоре королевских музеев Вильгельме фон Боде (1872–1929).

Боде возглавил дирекцию берлинских музеев в 1905 г. С его именем связан расцвет «Острова музеев». В 1911 г. весь раздел гипсовых копий был исключен из музейного фонда и в качестве учебных пособий передан университету. Боде заново перегруппировал все коллекции: античная скульптура разместилась на первом этаже Старого музея, картины старых мастеров – на втором. Старая Национальная галерея целиком отводилась для произведений искусства XIX в. Под крышей музея кайзера Фридриха Боде объединил живопись, скульптуру и художественные ремесла XVIII в.; здесь были собраны полотна Франца Хальса, Рембрандта, Рубенса. Все коллекции формировались только из подлинников. Многие из них были приобретены при участии самого Боде.

Рубеж XIX–XX вв. – время, когда немецкие археологи одно за другим делали выдающиеся открытия. Раскопки Г. Шлимана, К. В. Дерпфельда, Р. Кольдевея, К. Хумана и других явили миру истинные шедевры, созданные мастерами древности. Коллекции Берлинских музеев значительно пополнились за счет находок, сделанных немецкими учеными в Греции, Малой Азии, Междуречье и Египте. Специально для хранения археологической коллекции в 1909 г. на острове по проекту архитектора А. Месселя начали возводить грандиозное здание Пергамского музея. Из-за Первой мировой войны и послевоенной разрухи он долгое время простоял недостроенным и был завершен только в 1930 г. архитектором Л. Гофманом.

Еще в 1907 г. Боде задумал создать Немецкий музей. Но он открылся уже после смерти своего создателя – в 1930 г., заняв северное крыло Пергамского музея. Здесь демонстрировались произведения живописи Германии и Северной Европы XV–XVIII вв.

1933–1945 гг. – самое тяжелое время для «Острова музеев». После прихода к власти нацисты развернули идеологическую борьбу, захватившую и сферу искусства. В 1937 г. часть Старой Национальной галереи, где размещалось так называемое дегенеративное искусство, была закрыто для посещений. Спустя годы вся коллекция новейшего искусства была разгромлена, 164 полотна попросту уничтожили. А в 1939 г., когда Германия развязала Вторую мировую войну, «Остров музеев» закрылся для публики. Далее были жестокие бомбардировки немецкой столицы англо-американской авиацией в 1943–1945 гг., а в 1945 г. – штурм Берлина советскими войсками…

Все здания музеев были разрушены. Лучшая часть их богатейших коллекций первое время хранилась в бункере противовоздушной обороны в берлинском парке Фридрихсхайн. В 1944–1945 гг. большинство предметов, в основном крупноформатных (среди них – около полутора тысяч картин), были переправлены в штольни старых шахт в центральной части Германии. На «Острове музеев» в частично затопленных бомбоубежищах остались часть картин, коллекции антикварных рам, собрание миниатюр и почти все научные и архивные материалы.

В конце войны большая часть произведений искусства из берлинских музеев попала в руки западных союзников. Те, что оставались в поверженной немецкой столице, в мае 1945 г. перешли под советский контроль. В 1945–1949 гг. основная их часть была отправлена в Москву и Ленинград (ныне – Санкт-Петербург).

Пергамский музей

В годы войны погибло или бесследно пропало около полутора тысяч картин из берлинских художественных собраний – не только с «Острова музеев», но и из других галерей Берлина. В их числе – 8 полотен Рубенса, произведения Синьорелли, Караваджо, Ван Дейка, Йорданса, Мурильо, Сурбарана, Лебрена, Курбе. Это утраты не только Германии, но и всего человечества.

Только в 1957 г. американская военная администрация передала ФРГ спасенные коллекции берлинских музеев. В 1958 г. Советский Союз также вернул большую часть своих трофеев правительству ГДР. «Остров музеев» оказался в восточной части Берлина, находившейся под советским контролем. С 1961 по 1989 г. Берлин был разделен надвое: его западная часть была изолирована, а восточная окружена стеной. Воссоздание сильно разрушенных музеев шло с большим трудом. В 1963 г. для публики открылись лишь 10 залов музея кайзера Фридриха, переименованного в музей Боде.

В сентябре 1990 г., после падения Берлинской стены и объединения Германии, пришло время объединить разобщенные коллекции «Острова музеев». Почти десять лет ушло на то, чтобы отреставрировать здания музеев и заново разместить в них некогда богатейшие музейные собрания.

В Старом музее в настоящее время экспонируются бронзовые и мраморные античные скульптуры, вазы, ювелирные украшения, мозаики, фрески и коллекция знаменитых фаюмских портретов из Египта. В Старой национальной галерее выставлена европейская живопись и скульптура XIX – начала XX в., от эпохи французской революции до Первой мировой войны. Здесь же демонстрируется большое собрание полотен импрессионистов – Э. Мане, К. Моне, Э. Дега, О. Ренуара, П. Сезанна.

Здание музея Боде открылось после ремонта только в 2004 г. В его залах можно увидеть собрание скульптуры и прославленную коллекцию позднеантичного и византийского искусства.

Пергамский музей, или Пергамон, – самый популярный музей Берлина. Ежегодно его посещают до 800 тыс. человек. Это целый комплекс, имеющий три крыла: в первом находятся образцы классической архитектуры, во втором – древности Ближнего Востока, в третьем – Немецкий музей, посвященный искусству Северной Европы. Здесь можно совершить увлекательное путешествие почти в любую из прошлых эпох, побывать в давно исчезнувших городах Малой Азии и Месопотамии, в буквальном смысле пройти через врата древнего Вавилона, по широкой каменной лестнице подняться к подножию величественного Пергамского алтаря; ему музей и обязан своим названием.

Пергамский алтарь. II в. до н. э.

Знаменитый Пергамский алтарь (180–160 до н. э.), рельефы которого изображают битву богов и титанов, находится в центральном зале музея. Посвященный Зевсу и Афине, он был найден археологом Карлом Хуманом при раскопках города Пергама, столицы небольшого эллинистического государства в Малой Азии. В соседнем зале находятся ворота Милетского рынка (120 н. э.) – прекрасный образец римской архитектуры императорской эпохи.

Южное крыло Пергамона занимает Переднеазиатский музей. Главный его экспонат – знаменитые врата богини Иштар, главные парадные ворота древнего Вавилона, сооруженные царем Навуходоносором II (605–652 до н. э.). Здесь можно увидеть рельефы из дворцов ассирийских царей, колоссальные статуи крылатых быков-шеду.

Египетский музей до 1945 г. входил в комплекс «Острова музеев». Во время войны многие его экспонаты погибли при пожаре, часть коллекций была увезена в СССР. Сейчас в состав собрания входят более 2 тыс. предметов, охватывающих период с III тыс. до н. э. до римской эпохи. Оно временно хранится в берлинском замке Шарлоттенбург и в ближайшие годы будет переведено в Новый музей – по окончании его реставрации.

Вместе с Египетским музеем в Новый музей собирается переезжать и Музей древней и древнейшей истории, в котором хранится экспозиция, охватывающая историю Европы от каменного века до раннего Средневековья. В это собрание входили вещи из раскопок легендарной гомеровской Трои, обнаруженные в 1870-х гг. знаменитым археологом Генрихом Шлиманом. Часть коллекции Шлимана после войны осталась в Германии, другая часть ныне находится в Государственном музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина в Москве.

Картинная галерея в Берлине

Берлинская Картинная галерея – один из ведущих художественных музеев Европы, известный своей коллекцией работ старых мастеров XIII–XVIII вв. Галерея была основана вскоре после окончания эпохи наполеоновских войн, в 1823 г., и открылась для посетителей в 1830 г. Ядро ее коллекции составили 378 картин, принадлежавших прусскому королю Фридриху II Великому (1712–1786); позднее собрание пополнилось новыми приобретениями. Первое здание галереи – ныне оно известно как Старый, или Королевский, музей – сооружено по проекту архитектора Карла Фридриха Шинкеля.

Международная слава берлинской коллекции связана с именем известного немецкого искусствоведа и музейного деятеля Вильгельма фон Боде (1845–1929), который был директором галереи в 1890–1929 гг. Благодаря его усилиям было сделано много существенных приобретений, и коллекция раскрывает почти все аспекты европейского искусства. При нем, в 1904 г., галерея переехала в недавно построенное здание Музея кайзера Фридриха (теперь этот музей носит имя Боде), который задумывался как музей искусства Ренессанса. Однако быстрое пополнение коллекций Берлинской галереи привело к тому, что в ее собрании оказались представлены едва ли не все европейские художественные школы XV–XVIII вв.

Вторая мировая война нанесла серьезный ущерб коллекции. Здание музея было разрушено, погибло более 400 картин, прежде всего большого формата. Галерея фактически прекратила свое существование, так как уцелевшие полотна были разделены: одна часть была передана Западному Берлину, другая – Восточному, и лишь после падения Берлинской стены собрание было воссоединено. В 1998 г. объединенную коллекцию перевезли в новое здание, входящее в комплекс берлинского Культурного форума.

Сегодня в собрании Берлинской галереи насчитывается около 1400 шедевров европейского искусства XIII–XVIII вв., включая произведения таких мастеров, как ван Эйк, Брейгель, Дюрер, Рафаэль, Тициан, Караваджо, Рубенс, Вермеер и Рембрандт. Экспозиция раскинулась на площади около 7 тыс. кв. м, а протяженность экскурсии по всем 72 залам музея составляет почти 2 км. Каждый зал посвящен одному художнику или группе художников определенного периода или жанра. Особенной известностью пользуются восьмиугольный зал Рембрандта и зал, где выставлены пять Мадонн Рафаэля.

Два главных раздела экспозиции представляют итальянскую живопись XIII–XVI вв. и нидерландскую живопись XV–XVII вв. В итальянской коллекции картины Рафаэля, Тициана, Боттичелли. Жемчужинами голландской части собрания являются произведения таких знаменитых мастеров, как Франс Хальс, Рёйсдаль и Вермеер. Ключевой момент – зал Рембрандта, где представлено шестнадцать работ этого художника, в том числе «Похищение Прозерпины» (1632), «Моисей, разбивающий скрижали Завета» (1659), «Иаков, борющийся с ангелом» (1660).

В берлинской Картинной галерее хранится восемь картин Яна ван Эйка; кстати, до нашего времени дошло немного работ этого мастера. Здесь же выставлены «Нидерландские пословицы» Брейгеля (1559). Фламандская живопись XVII в. представлена произведениями Рубенса и ван Дейка.

В собрании галереи находится немало работ мастеров так называемой эпохи Северного Ренессанса. В их числе – Лукас Кранах, Ганс Гольбейн Младший, Альбрехт Альтдорфер («Отдых на пути в Египет», 1510), Конрад Витц, Бальдунг Грин. Творчество Альбрехта Дюрера представлено восемью полотнами, включая «Мадонну с канарейкой» (1506), «Молящуюся Марию» (1518), «Портрет Иеронима Хольцшуэра» (1526). Наконец, в собрании галереи экспонируются полотна французских художников XVII в., в том числе Пуссена и Клода Лоррена. Итальянская, французская, немецкая и английская живопись XVIII в. представлена в шести залах. Эта роскошная коллекция включает в себя картины Каналетто, Ватто и Гейнсборо.

Немецкий исторический музей

28 мая 1695 г. бранденбургский курфюрст Фридрих III (с 1701 г. – прусский король Фридрих I), отдал распоряжение заложить в Берлине на Унтер ден Линден здание Цейхгауза. Первым архитектором Цейхгауза стал Иоганн Арнольд Неринг. Его сменил Мартином Грюнберг, а завершал строительство (в 1698–1699 гг.) знаменитый зодчий Андреас Шлютер. Отделка фасадов велась под руководством Жана де Ботда. Окончательно грандиозное строительство было завершено только в 1730 г. Знаменитую улицу Унтер ден Линден украсило великолепное здание, одна из лучших светских построек периода барокко в Северной Германии.

С 1731 по 1876 г. Цейхгауз использовался прусскими вооруженными силами как арсенал, являясь крупнейшим в Пруссии складом оружия. В 1877–1880 гг. здание реставрировал архитектор Фридрих Хитциг, после чего в его стенах открылся музей прусской военной истории, или, как его громко именовал император Вильгельм I, «пантеон прусско-бранденбургской армии». После Первой мировой войны Цейхгауз, который до тех пор был в собственности военного министерства, вошел в состав Государственных собраний произведений искусства.

В 1939 г. Гитлер распорядился передать военные музеи в Берлине, Мюнхене и Дрездене в распоряжение вермахта, и экспозиция музея вплоть до 1944 г. оставалась одним из инструментов германской милитаристской пропаганды. Зимой 1944/45 г. здание Цейхгауза серьезно пострадало от авианалетов, а в 1945 г. союзническая военная комендатура Берлина закрыла военный музей в Цейхгаузе. Реконструкция здания продолжалась с 1948 по 1965 г.

С 1952 г. в Цейхгаузе располагался Музей немецкой истории, основанный по распоряжению Центрального комитета Социалистической единой партии Германии (СЕПГ). Это был крупнейший исторический музей истории в бывшей Германской Демократической Республике. В сентябре 1990 г. он был ликвидирован последним правительством ГДР, а его коллекции и собственность, включая Цейхгауз, передали Немецкому Историческому музею, основанному тремя годами ранее Федеративной Республикой Германией и магистратом Западного Берлина.

Сегодня Немецкий Исторический музей сохраняет за собой звание одного из крупнейших исторических музеев Германии. Своеобразным прошлым музея объясняется тот факт, что в его стенах собраны едва ли не крупнейшая в Европе военно-историческая коллекция – оружие, знамена, униформа, награды и т. п., и большое число предметов, произведений искусства, фотографий и документов, связанных с историей бывшей ГДР (1949–1990). Помимо этого музей располагает обширными коллекциями графики, декоративно-прикладного искусства, нумизматическим собранием.

Немецкий исторический музей

Военно-историческая коллекция Немецкого Исторического музея тесно связана с историей Цейхгауза и происходит от арсенала прусско-бранденбургских курфюрстов, а позже королей. Несмотря на тяжелые утраты, понесенные в годы Второй мировой войны и послевоенную эпоху, она остается одной из лучших в Европе. Коллекция включает в себя историческое оружие, доспехи, униформы, знамена, награды, рисунки и гравюры на военную тематику, связанные большей частью с немецкой военной историей, от Средневековья до Первой мировой войны.

Историческое оружие, коллекция которого насчитывает более 5 тыс. единиц холодного и приблизительно 3,5 тыс. единиц ручного огнестрельного оружия, датирующегося XV–XX вв., – центр военно-исторического собрания. Наряду с оружием массового производства, типичным для своего времени, здесь можно увидеть множество опытных образцов, а также уникальных экземпляров, созданных по эскизам и при участии выдающихся мастеров – Альбрехта Дюрера, Зебальда Бехама, Андреаса Шлютера и других. Это подлинные произведения искусства. Многие из образцов старинного оружия происходят из известных центров оружейного производства различных стран – Германии, Италии, Испании – и несут на себе клейма знаменитых оружейников. В коллекции музея широко представлено личное оружие известных европейских монархов, в том числе представителей дома Гогенцоллернов, а также крупных военачальников. К числу наиболее старых и известных принадлежит рапира Альбрехта Валленштайна (1583–1634), знаменитого полководца времен Тридцатилетней войны. Здесь можно увидеть и оружие, использовавшееся армиями различных стран в войнах XIX–XX вв. Исключительная полнота и разнообразие коллекции делают ее незаменимым подспорьем для специалистов.

В собрании музея представлено около 9500 образцов униформ и предметов военного снаряжения, главным образом происходящих со складов бывшего Цейхгауза. Основная часть коллекции относится к XVIII столетию, однако есть и множество образцов униформ XIX–XX вв. В прошлом эта коллекция традиционно ограничивалась историей Пруссии, однако позднее музей начал приобретать и униформы немецких и европейских государств. Собрание не ограничивается униформами армий и военизированных организаций, но включает в себя и образцы гражданской форменной одежды – транспортников, почтовиков, Красного Креста, лесоводов, а также политических и молодежных организаций, в разное время существовавших в Германии: бойскаутов, НСДАП, гитлерюгенда, федерации демократической молодежи и пионеров. Среди экспонатов – форменная одежда, которую носили различные выдающиеся личности: короли Фридрих II Великий, Фридрих Вильгельм III, королева Луиза, императоры Вильгельм I и Вильгельм II, Бисмарк, Карл Либкнехт, Эрнст Тельман.

Происхождение богатейшего собрания графики относится к XIX в., когда Цейхгауз еще использовался как склад оружия. Однако ее систематическое развитие и пополнение началось только с 1952 г., в эпоху ГДР. Руководствуясь марксистско-ленинской концепцией истории, музей собирал графические работы, преимущественно связанные с революцией 1848 г. в Германии, историей рабочего движения, немецко-советской дружбы и строительством социализма. В коллекции музея есть немало работ немецких художников, получивших известность еще во времена Веймарской республики, но в дальнейшем поставивших свой талант на службу социалистической ГДР. Собрание включает в себя также множество графических работ – виды городов, пейзажи, портреты, плакаты, карикатуры – созданных в XIX в., включая часть коллекции саксонского короля Фридриха Августа II. В целом коллекция графики Немецкого Исторического музея насчитывает приблизительно 80 тыс. работ, охватывающих период с конца XV в. до современности.

Восточногерманский Музей немецкой истории и западноберлинский Немецкий Исторический музей независимо друг от друга – один в 1952 г., другой в 1987 г. – начали собирать нумизматические коллекции. Ныне объединенная коллекция Немецкого Исторического музея насчитывает около 70 тыс. монет, 5 тыс. медалей и 60 тыс. бон. Она отражает все важнейшие события денежно-кредитной истории Германии, начиная от эпохи Древнего Рима до наших дней. Здесь представлены не только денежные знаки регулярных выпусков, но и многочисленные виды денежных знаков, выпускавшихся в связи с чрезвычайными обстоятельствами: «осадные» монеты XVI–XIX вв., военные выпуски различных немецких городов и деньги, обращавшиеся в лагерях для военнопленных в период Первой мировой войны.

Коллекции знамен и флагов, насчитывающей около 2 тыс. единиц, посвящен отдельный раздел экспозиции. Это собрание – крупнейшее в Германии. Открывают его знамена и штандарты эпохи Бранденбурга (XVII в.), а завершают флаги различных спортивных и рабочих организаций, обществ и торговых гильдий. В коллекции есть совершенно уникальные экспонаты – например, флаг Варенна, использовавшийся при аресте французского короля Людовика XVI, а также несколько революционных флагов 1848 г. Помимо знамен и штандартов прусских полков здесь хранится множество трофейных знамен, захваченных в период наполеоновских войн и войн с Австрией (1866) и Францией (1870–1871).

В структуру музея входит специализированная научная библиотека, имеющая в своих фондах большое количество редких книг и рукописей, а также множество исторических гравюр, атласов, карт, таблиц по истории униформ.

Музей Гумбольдта

Берлинский Музей естествознания, или Музей Гумбольдта, коллекция которого насчитывает более 25 млн экспонатов, является крупнейшим музеем естествознания в Германии и одним из самых больших в мире. Исторически сложилось так, что сфера интересов музея сосредоточена на трех областях знания: палеонтологии, минералогии и зоологии.

Начало минералогической коллекции было положено еще в 1700 г. Музей Гумбольдта до сих пор хранит в своих фондах часть собрания минералов из Королевского кабинета художеств и естественных наук. Создание в 1770 г. Берлинской Академии горной промышленности значительно способствовало росту минералогических коллекций. В 1789 г. хранителем собрания стал молодой профессор Дитрих Людвиг Густав Карстен. Ему удалось значительно пополнить коллекцию новыми образцами минералов, так что к концу XVIII в. комнаты Академии искусств, где хранилось собрание Королевского кабинета минералов, уже не вмещали всего обилия экспонатов. В 1810 г. коллекция была перемещена в Новый Монетный двор, расположенный в историческом центре Берлина. Следующим важным шагом в истории собрания стало основание Вильгельмом фон Гумбольдтом Берлинского университета в 1810 г. (ныне университета Гумбольдта). Минералогия являлась одной из университетских дисциплин, так что в 1814 г. университет приобрел коллекцию минералов Королевского кабинета и перенес ее в свое главное здание, расположенное на Унтер ден Линден. Собрание было переименовано в Университетский Минералогический музей. В 1857 г. в структуре музея был образован отдел палеонтологии, в 1854 г. – отдел петрографии и общей геологии. К 1886 г. собрания музея настолько увеличились, что для них было выстроено новое здание на Инвалиденштрассе. Общедоступный Музей естествознания открылся в нем 1 февраля 1890 г.

Во время Второй мировой войны зданию и коллекциям музея был нанесен очень серьезный ущерб. Восточное крыло было разрушено и с тех пор полностью не восстанавливалось.

В 1969 г. минералогическая и петрографическая коллекции были объединены с другими известными берлинскими естественнонаучными собраниями: палеонтологии, зоологии, ботаники и антропологии, а сам музей стал называться Музеем естествознания университета Гумбольдта. В 1993 г., после воссоединения Германии, его экспозиция была разбита на три подразделения, получивших названия институт минералогии, институт зоологии и институт палеонтологии.

В Музее Гумбольдта

Коллекция минералов в собрании музея сегодня насчитывает около 240 тыс. экземпляров, из них только около 4,5 тыс. доступны для осмотра. Это обширное и исторически важное собрание включает в себя образцы приблизительно 75 % всех известных полезных ископаемых в мире. Особый акцент сделан на региональную минералогию, особенно полно представлены полезные ископаемые Гарца, Силезии и Рейнланда. В 1889 г. музею были пожертвованы образцы минералов из Богемии и Австрии. Из-за тесных и давних отношений Германии со странами Скандинавии и Россией в коллекции широко представлены полезные ископаемые этих стран. Еще в 1803 г. русский царь Александр I пожертвовал берлинскому собранию большую коллекцию минералов, а Александр фон Гумбольдт и Густав Розе значительно пополнили его новыми образцами во время своего путешествия по Уралу и Алтаю в 1829 г. Музей обладает одной из самых известных и представительных коллекций полезных ископаемых и минералов, происходящих из Юго-Восточной Африки (Намибия).

Формирование коллекции метеоритов началось еще в 1781 г., когда была приобретена коллекция минералов Карла Герхарда (1738–1821), включавшая в себя фрагмент железного метеорита. В дальнейшем многие известные коллекционеры того времени жертвовали музею метеориты. Русский царь Александр I в 1803 г. подарил берлинскому собранию еще один фрагмент того же самого железного метеорита. В 1817 г. было приобретено 17 метеоритов, находившихся в коллекции известного химика Мартина Клапрота (1743–1817), а Эрнст Флоренс Фридрих Хладни, фактический основатель метеоритики как науки, пожертвовал музею свою драгоценную коллекцию, насчитывавшую 41 метеорит. Еще 9 метеоритов стали подарком Александра фон Гумбольдта, который собрал их во время своих путешествий по всему миру. В наши дни метеоритная коллекция Музея естествознания насчитывает приблизительно 4100 метеоритов, происходящих из более чем 1500 различных мест.

Зоологическая коллекция своим богатством и разнообразием в значительной степени обязана немецким экспедициям конца XIX – начала XX в., например, глубоководной экспедиции 1898–1899 гг., немецкой антарктической экспедиции 1901–1903 гг. и экспедиции Сунда, 1929–1931 гг. В собрании можно увидеть чучела ныне вымерших животных, таких как квагга и тасманийский сумчатый волк.

Немецкие экспедиции, работавшие на рубеже XIX – XX вв. в Германской Восточной Африке (ныне Танзания), сумели собрать богатые палеонтологические сокровища. Коллекции окаменелостей настолько обширны, что в экспозиции музея сегодня выставлено менее 1 % всего собрания. Но и этого вполне достаточно для того, чтобы привлекать в музей толпы посетителей. Два экспоната пользуются всемирной известностью: самый большой в мире восстановленный скелет динозавра и наиболее полно сохранившиеся останки самой древней на планете птицы, археоптерикса.

Огромный скелет брахиозавра выставлен в центральном зале музея. За исключением нескольких мелких костей этот остов древнего чудовища сохранился почти целиком – большая редкость! Скелет был найден в Танзании и восстановлен в 1909–1913 гг. немецким палеонтологом Вернером Яненшем. Высота его составляет 11,72 м, длина – 22,25 м. При жизни это длиннохвостая травоядная рептилия с длинной шеей, вероятно, весила около 50–55 т.

В этом же зале хранится отпечаток археоптерикса – возможно, самая известная в мире окаменелость. Тело, подобное динозавру, крылья, заканчивающиеся когтями, длинный, как у ящерицы, хвост… И все-таки это птица! Об этом ясно свидетельствуют прекрасно сохранившиеся в камне отпечатки перьев. Впрочем, некоторые исследователи полагают, что археоптериксы – это боковая ветвь пресмыкающихся, показывающая возможный путь развития от них к птицам. Предполагают, что археоптерикс не был способен к свободному полету, а мог только перепархивать с дерева на дерево, при передвижении на деревьях возможно использовал и когти крыла. Согласно другой точке зрения, археоптерикс вел наземный образ жизни, а при надобности мог перелетать на короткие дистанции.

Найденный в известняковых карьерах в 1880 г., археоптерикс из берлинского Музея естествознания – один их пяти, чьи останки были обнаружены учеными, и при этом лучше всего сохранившийся. Первая находка останков археоптерикса – отпечаток одного-единственного пера, найденный в 1860 г. в Баварии, также находится в собрании музея.

Дрезденская галерея

День 13 февраля 1945 г. стал трагическим в истории Дрездена. Авиация союзников жестоко бомбила город, во время налетов было сброшено около 8 тыс. фугасных и 50 тыс. зажигательных бомб, превративших город в огненный факел. Погибло 35 тыс. жителей, почти все исторические памятники были разрушены. Не избежал печальной участи и знаменитый архитектурный ансамбль Цвингера, одно из зданий которого занимала известная всему миру Дрезденская галерея. От него остались одни развалины, на месте галереи высились обугленные остовы стен…

Дрезденская галерея

История знаменитой галереи восходит еще к XVI в., к эпохе правления саксонского курфюрста Фридриха III Мудрого (1486–1525). Он покровительствовал художникам, пригласил к своему двору Лукаса Кранаха и давал заказы Альбрехту Дюреру, чьи полотна до сих пор являются украшением Дрезденской галереи. Его преемник, курфюрст Август I, в 1560 г. основал в своем замке в Дрездене кунсткамеру – собрание всякого рода забавных исторических и естественно-этнографических редкостей. В его коллекциях были монеты, гравюры и несколько картин. Саксонские курфюрсты покупали картины и в XVII в., но это были лишь отдельные приобретения.

Официальной датой основания Дрезденской картинной галереи считается 1772 г., когда Август II Сильный, курфюрст Саксонии (с 1694) и король Польши (с 1697), распорядился учесть все имеющиеся в фамильном собрании картины и переместить их в специально приготовленное для них здание старых конюшен. Сын и преемник августа Сильного, курфюрст Август III (1733–1763) превратил придворное собрание в одну из крупнейших сокровищниц европейской живописи. По его поручению премьер-министр Саксонии Генрих фон Брюль организовал целую сеть агентов, которые на аукционах в Париже, Венеции и Антверпене приобретали для дрезденской коллекции не только отдельные произведения, но и целые собрания. В 1746 г. была куплена коллекция моденского герцога Франческо III д’Эсте, насчитывавшая около 100 полотен. В их число входил шедевр Тициана «Динарий кесаря». В 1847–1855 гг. архитектор Готфрид Земпер возвел в левой части дворца Цвингер новое крыло в неоренессансном стиле, контрастирующее с барочной архитектурой основного здания. Сюда из старых конюшен переехала картинная галерея саксонских курфюрстов, насчитывавшая к тому времени около 2200 полотен.

В годы Второй мировой войны шедевры европейских мастеров из картинной галереи Дрездена были эвакуированы и укрыты в известняковых каменоломнях, благодаря чему смогли уцелеть, в то время как здание галереи, построенное Земпером, было сильно разрушено в результате бомбежек. В августе 1945 г. картины были вывезены в Советский Союз.

В 1956 г. картины из собрания Дрезденской галереи были возвращены тогдашней Германской Демократической Республике. В ожидании этого события еще в 1955 г. началось восстановление разрушенного войной здания галереи, однако к намеченному сроку она не была завершена, и в течение полугода полотна экспонировались в Берлине. 5 июня 1956 г. Дрезденская галерея открылась вновь – сперва частично, а в 1960 г. – полностью. В 1988–1992 гг. ее здание было реконструировано с целью максимально приблизить его к историческому облику.

Джорджоне. Спящая Венера. Ок. 1510 г.

Собрание старых мастеров Дрезденской картинной галереи справедливо считают одним из самых лучших в Европе. Здесь представлены работы более чем 700 художников, творивших в эпоху Ренессанса и барокко. В этих относительно узких хронологических рамках искусство Европы представлено на удивление полно, что является особенностью собрания Дрезденской галереи. В ее коллекции наиболее известные работы таких ведущих мастеров XVI в., как Рафаэль, Джорджоне и Тициан. Всемирную славу принесла галерее «Сикстинская Мадонна» Рафаэля. К сокровищам Дрезденской галереи относится «Мадонна с младенцем и четырьмя ангелами» Тициана. Это раннее произведение создано художником в 1512 г. – примерно через четыре года после смерти его друга и учителя Джорджоне, когда самому Тициану было немногим более двадцати лет. В числе других работ Тициана в собрании Дрезденской галереи знаменитый «Динарий кесаря» (ок. 1516), «Мария с Младенцем и святыми», «Портрет мужчины с пальмовой ветвью», «Портрет молодой женщины с опахалом». Творчество Джорджоне представлено его широко известной «Спящей Венерой» (ок. 1508–1510), одним из шедевров мастера. В залах Дрезденской галереи можно увидеть и работы художников кватроченто: Антонелло да Мессина, Андреа Мантенья, Сандро Ботичелли и представителей более поздних периодов – маньеризма и барокко.

Дрезденская галерея обладает лучшими работами ведущих живописцев старонемецкой и старонидерландской школ: Яна ван Эйка, Дюрера, Кранаха и Гольбейна. Не менее важно собрание голландской и фламандской живописи XVII в. Большим количеством работ исключительно высокого качества представлены Рембрандт и его последователи. Коллекция включает в себя также картины Яна Вермеера («Девушка с письмом», «У сводни»), Якоба ван Рёйсдаля («Еврейское кладбище близ Оудкерк»), Рубенса, Иорданса и ван Дейка. На редкость полно представлена в собрании испанская и французская живопись XVII в.: Веласкес и Рибера, Сурбаран и Мурильо, Пуссен и Лоррен. Дополнением к великолепному собранию полотен служит прекрасная архитектура Готфрида Земпера.

Дрезденская галерея – один из наиболее популярных музеев Европы, ежегодно его посещают сотни тысяч человек.

Старая пинакотека в Мюнхене

Три крупных мюнхенских музея – Старая и Новая пинакотеки и Пинакотека современного искусства, образуют один из крупнейших музейных комплексов в Европе. Каждый из этих музеев посвящен определенному периоду в истории искусства: в Старой пинакотеке демонстрируются произведения старых мастеров, в Новой – европейское искусство от классицизма до ар-нуво, в Пинакотеке современного искусства представлено творчество мастеров XX в.

Мюнхенская Старая пинакотека – одна из самых старых и наиболее известных в Европе картинных галерей. Ее история берет свое начало еще в XVI в., когда Вильгельм IV, герцог Баварии (1508–1550) заказал ряд картин нескольким наиболее известным художникам той поры. Герцог Альбрехт V (наследник Вильгельма IV) собрал около 700 картин, из которых до наших дней сохранились немногие – за долгие годы своего существования коллекция баварских курфюрстов претерпела немало невзгод, понесла много потерь – и по прихоти своих владельцев, и в результате разграблений и войн.

Старая пинакотека в Мюнхене

Принц-электор Максимилиан I (1597–1651) прославился как первый по-настоящему серьезный коллекционер в правящей баварской династии Виттельсбахов; питая особый интерес к немецкой живописи XVI в., он приобрел множество картин, среди которых ценные работы Альбрехта Дюрера, в частности «Четыре апостола» и «Алтарь Паумгартнеров». Кроме того, Максимилиан I заложил основы коллекции произведений П.-П. Рубенса. Его внук Максимилиан II (1679–1726), одно время занимавший должность губернатора Испанских Нидерландов, купил много полотен голландских и фламандских художников. Его кузен Иоганн Вильгельм, пфальцграф и электор Рейнского Палатината (1690–1716), также собирал картины нидерландских живописцев. В 1777 г., после воссоединения Баварии и Палатината, художественные галереи Мангейма, Дюссельдорфа и Цвайбрюккена были перемещены в Мюнхен. Картинная галерея баварских правителей пополнилась в XVIII в. и полотнами, находившимися в собственности церквей и монастырей и в связи с политикой секуляризации церковного имущества перешедшими в руки государства.

Баварский курфюрст Людвиг I (1825–1848), еще будучи кронпринцем, начал собирать произведения живописи, питая особый интерес к произведениям старых немецких и голландских мастеров и шедеврам итальянского Ренессанса. В годы его правления было закуплено много живописных полотен в Италии (например, «Оплакивание Христа» Сандро Боттичелли). В 1826 г. Людвиг I купил в Кельне у братьев Буассере великолепнейшую коллекцию, в которую входили произведения немецких и голландских мастеров XV в. В ней был и небольшой триптих изысканнейшей красоты, который в инвентарных списках именовался «Жемчужиной Брабанта». Исследователи предполагают, что это работа Дирка Боутса. Из последующих приобретений в мюнхенскую Пинакотеку попала небольшая, полная невыразимой прелести картина Рафаэля «Мадонна дома Темпи».

Для размещения разросшейся коллекции требовалось новое здание. Оно было выстроено по проекту и под руководством архитектора Лео фон Кленце. Очень современное по тем временам, здание мюнхенской Пинакотеки послужило образцом для других музейных зданий в Германии и во всей Европе.

Строительство Новой пинакотеки завершилось в 1836 г. По решению курфюрста, картинная галерея была сделана доступной для широкой публики. На протяжении последующих лет собрание продолжало постоянно пополняться. Во второй половине XIX в. в него поступили ранняя работа Леонардо да Винчи «Мадонна с Младенцем» и многие другие произведения. Но вместе с тем галерея несла и потери. Так, по прихоти наследника Людвига I в 1852 г. было продано 1500 «негодных» картин, в том числе работы А. Дюрера, Кранаха, Грюневальда и Альтдорфера. Нанесло урон баварской Пинакотеке и наполеоновское нашествие, когда из Мюнхена увезли 71 картину. Правда, впоследствии 36 полотен вернули, но 45 так и остались в Лувре.

Леонардо да Винчи. Мадонна с Младенцем

В XX в. пинакотека продолжала пополнять свои коллекции произведениями старых мастеров. Перед Первой мировой войной мюнхенское собрание стало обладателем полотна Эль Греко «Снятие одежд с Христа», в дальнейшем были приобретены «Страна лентяев» Питера Брейгеля, раннее полотно Тинторетто «Вулкан, Венера и Марс» и «Пейзаж с дюнами» Якоба ван Рёйсдаля.

Во время Второй мировой войны пинакотека была закрыта. Картины сначала хранились в Мюнхене, затем в 1942 г. вывезены из города и спрятаны в надежных убежищах, что позволило спасти их от бомбардировок. Само здание музея жестоко пострадало от авианалетов. На то, чтобы восстановить его, потребовалось пять лет (1952–1957). К сожалению, довоенные интерьеры безвозвратно погибли.

В пинакотеке нет ни произведений скульптуры, ни графики, ни предметов прикладного искусства, ни старинной мебели. В ней выставлены только картины – великолепное собрание европейской живописи XIV–XVIII вв., от позднего Средневековья до заката эпохи рококо. Некоторые пробелы в собрании объясняются особым пристрастием различных правителей из династии Виттельсбахов к отдельным живописцам и отдельным периодам в истории европейского искусства. Чтобы заполнить их, пинакотека, начиная с 1960-х гг., приобретает картины соответствующих жанров и направлений, особенно полотна XVIII в.

Наиболее многочисленной по своему составу является коллекция немецкой живописи. Картина «Битва Александра Македонского с Дарием», с которой, собственно, и началась мюнхенская галерея, покидала свое место один раз, когда она 15 лет украшала кабинет Наполеона. В пинакотеке картина помещена так, что видна уже издали; она неудержимо притягивает к себе посетителя и завораживает его. Альтдорфер изображает битву, когда она уже подходит к концу, и кони поспешно уносят колесницу потерпевшего поражение Дария. Несмотря на невероятно большое количество сражающихся, в их гуще можно различить отдельных людей со всеми деталями их воинского облачения и вооружения. Вверху слева взошла луна и осветила своим мягким, таинственным светом притихшие дали. Одновременное изображение на картине двух небесных светил имеет символическое значение – всемирную значимость совершающегося события.

Рядом первоклассных произведений представлен в Пинакотеке и выдающийся немецкий живописец Ганс Гольбейн Старший. Здесь выставлены два его триптиха: Кайсгемский алтарь и «Алтарь Святого Себастьяна». Последний предназначался для доминиканской церкви монастыря Святой Екатерины в Аугсбурге. На центральной створке алтаря – казнь Святого Себастьяна, римского воина, который за исповедание христианства был расстрелян язычниками из луков. На боковых створках предстают одухотворенные образы святых Елизаветы и Варвары.

Коллекция голландской живописи XVI–XVIII вв. в собрании Старой Пинакотеки является одной из лучших в мире. Здесь представлены работы Рогира ван дер Вейдена («Алтарь Св. Колумбы»), Дирка Боутса («Вот, Агнец Божий»), Лукаса ван Лейдена («Мадонна с Младенцем, Марией Магдалиной и донатором»), Иероним Босх (фрагмент «Страшного суда»), Рембрандт («Святое семейство»), Франс Хальс («Портрет Виллема Гроса»), Питер Ластман («Одиссей и Навсикая»), Карел Фабрициус («Автопортрет»), Якоб ван Рёйсдаль («Пейзаж с ручьем и дубами»). Фламандскую живопись XVI–XVIII вв. представляют Ганс Мемлинг, Питер Брейгель Старший, Ян Брейгель Старший, Рубенс, Антонис ван Дейк, Якоб Йорданс. Пинакотека обладает на редкость полным собранием итальянской живописи XIII–XVIII вв., включая шедевры Фра Анджелико, Сандро Ботичелли, Филиппо Липпи, Рафаэля, Леонардо да Винчи («Мадонна с Младенцем»), Антонелло да Мессина, Тициана («Тщеславие», «Потртрет Карла V»), Тинторетто («Христос в доме Марии и Марфы»), Гвидо Рени, Тьеполо, Франческо Гуарди, Каналетто.

Более скромно выглядят коллекции французской и испанской живописи XVI–XVIII вв. Тем не менее и эта часть собрания представлена первоклассными мастерами: Никола Пуссеном («Мидас и Вакх»), Клодом Лорреном («Изгнание Агари»), Франсуа Буше («Потрет мадам де Помпадур»), Жаном-Оноре Фрагонаром («Девочка с собакой»), Веласкесом («Портрет молодого испанского дворянина»), Хусепе де Риберы («Святой Бартоломей»), Франсиско Сурбараном и Мурильо.

В общей сложности мюнхенская пинакотека насчитывает в своем собрании несколько тысяч картин европейских мастеров XIII–XVIII вв. Из-за недостатка места в постоянной экспозиции выставлено около 800 полотен. Ряд картин демонстрируется в многочисленных филиалах пинакотеки, расположенных в нескольких городах и замках Баварии; в частности, с живописью эпохи барокко можно ознакомиться во дворце Шляйссхайм.

Новая пинакотека в Мюнхене

Новая пинакотека – один из крупнейших в мире музеев, посвященных искусству XIX в. Основанный баварским королем Людвигом I, он открылся 25 октября 1853 г. Музейное здание было построено в 1846–1853 гг. по проекту архитекторов Фридриха фон Гертнера и Августа фон Фойта. Согласно первому каталогу музея, его коллекция первоначально состояла из 302 картин, которые являлись собственностью короля. В дальнейшем собрание продолжало пополняться. Важным событием стало приобретение в 1905–1914 гг. большого количества работ французских импрессионистов – 44 картины, девять скульптур и 22 рисунка.

Здание пинакотеки было полностью разрушено во время Второй мировой войны. Его даже не стали восстанавливать, и в 1949 г. развалины были полностью разобраны. Новое здание музея открылось для посетителей только в 1981 году.

Собрание Новой пинакотеки (картины и скульптура) охватывает период от конца XVIII в. до начала XX в. Оно насчитывает более 3 тыс. полотен, из них в постоянной экспозиции находится около 400, а также 50 скульптур. Открывают экспозицию произведения ведущих мастеров второй половины XVIII столетия: Франсиско Гойи, Жака-Луи-Давида, Иоганна Фридриха Тишбайна и Антона Графа. Как и в Старой пинакотеке, каждый зал посвящен творчеству либо одного живописца, либо одному направлению или школе.

Новая пинакотека располагает одной из крупнейших, за пределами Великобритании, коллекций английской живописи XVIII – начала XIX в., с шедеврами Томаса Гейнсборо, Уильям Хогарта, Джона Констебля, Джошуа Рейнольдса, Томаса Лоуренса, Генри Реберна, Джорджа Стаббса и Дж. Тернера. Очень широко представлена немецкая живопись XIX в., от представителей классицизма (Фридрих Овербек, Фридрих Вильгельм фон Шадов, Генрих Мария фон Гесс, Питер фон Корнелиус) и романтизма (Каспар Давид Фридрих, Карл Ридрих Шинкель, Карл Блехен) до реалистов круга Вильгельма Лейбля и Адольфо Менцеля и немецких импрессионистов (Макс Либерман, Макс Слефогт и др.).

Новая пинакотека обладает множеством работ ведущих французских художников XIX в. – представителей романтизма и реализма (Э. Делакруа, Т. Жерико, Г. Курбе, Ж.-Ф. Милле, О. Домье), а также одной из лучших в Европе коллекций французских импрессионистов – О. Ренуара, Э. Мане, К. Моне («Клод Моне в лодке», 1874), П. Сезанна, П. Гогена («Женщина под деревом манго» («Королева красоты», 1896), Э. Дега, К. Писарро, А. Сислея, В. Ван Гога («Подсолнухи», 1888). Искусство символистов и мастеров арт-нуво (нач. XX в.) представлено работами Джованни Сегантини, Густава Климта, Поля Синьяка, Анри де Тулуз-Лотрека, Джеймса Энсора, Эдварда Мунка («Женщина в красном платье», 1889), Пьера Боннара и Эгона Шиле. Собрание живописи дополняют скульптуры известных европейских мастеров – Бертеля Торвальдсена («Адонис», 1813–1816), Антонио Кановы («Парис», 1810–1816), Огюста Родена, Макса Клингера, Аристида Майоля, Пабло Пикассо и др.

Пинакотека современного искусства в Мюнхене

Пинакотека современного искусства также входит в ансамбль «Кунстареал» – музейного комплекса, состоящего из трех крупнейших картинных галерей баварской столицы. Здесь на выставочном пространстве более 15 тыс. кв. м представлено творчество мастеров XX в., от 1910-х гг. до нашего времени – живопись, графика, скульптура, фотография.

Построенная по проекту немецкого архитектора Стефана Браунфельса, Пинакотека современного искусства открылась в сентябре 2002 г. после семи лет строительства. Здание имеет четыре угловых крыла, соединенных центральной ротондой, и в каждом из них развернута собственная экспозиция: живопись, архитектура, графика и дизайн. В коллекции представлены различные художественные движения XX столетия: экспрессионизм, фовизм, кубизм, «Баухаус», сюрреализм, абстрактный экспрессионизм, поп-арт, минимализм и др. На первом этаже западного крыла демонстрируются работы мастеров классического модерна: Пабло Пикассо, Анри Матисса, Жоржа Браке, Хуана Гриса, Умберто Боччони, Роберта Делоне, Рене Магритта, Хуана Миро, Оскара Кокошки, Ласло Мохоя-Надь, Отто Дикса, Макса Эрнста, Сальвадора Дали. В музее также представлено творчество представителей двух ведущих объединений немецких художников первой половины XX столетия: группы «Мост» и «Голубой всадник» (Эрнст Людвиг Кирхнер, Эрих Хеккель, Карл Шмидт-Роттлуф, Эмиль Нольде, Франц Марк, Авкуст Маке, Пауль Клее, Алексей Явленский и Василий Кандинский).

На первом этаже восточного крыла галереи демонстрируется современное искусство начиная с 1960-х гг. Кроме того, ряд залов пинакотеки отведен под показ обширного собрания графических работ, которое начало складываться еще в XVII в. Ныне это одна из крупнейших коллекций Германии, включающая в себя шедевры Альбрехта Дюрера, Рембрандта, Микеланджело и Леонардо да Винчи, а также произведения мастеров более позднего времени: Поля Сезанна, Анри Матисса, Пауля Клее и других.

Глиптотека в Мюнхене

Король Баварии Людвиг I мечтал превратить Мюнхен в «немецкие Афины». По его заказу архитекторы Карл фон Фишер и Лео фон Кленце создали в 1815–1830 гг. на Королевской площади (Кёнигс-платц) подобие античного форума. Площадь окружили роскошные неоклассические постройки, а на ее северной стороне выросло здание Глиптотеки, целиком построенное из мрамора и своим обликом напоминающее ионический храм. Здесь предполагалось разместить богатое королевское собрание греческой и римской скульптуры.

Глиптотека

Термин «глиптотека» в буквальном смысле означает собрание резных камней (гемм и интальи), а в широком – собрание произведений пластики вообще. Король Людвиг в 1806–1830 гг. сумел собрать одну из самых великолепных коллекций античной скульптуры. Через своих агентов ему удалось приобрести «Медузу Ронданини», «Фавна Барберини», а в 1813 г. – фрагменты двух скульптур, некогда украшавших фронтон храма Афины на острове Эгина (так называемые Эгинские мраморы).

Фавн Барберини. Ок. 200 г. до н. э.

Здание мюнхенской Глиптотеки само по себе представляло произведение искусства. До наших дней оно дошло, увы, со значительными утратами. Средину главного фасада занимает восьмиколонный портик, поддерживающий треугольный фронтон. По замыслу строителей, его украсила скульптура Афины, покровительницы пластических искусств. По обеим сторонам портика в стенных нишах были установлены шесть мраморных статуй (три справа и три слева). Такие же ниши со скульптурами были устроены на боковых фасадах. Статуи изображали известных в древности покровителей искусства – Перикла, римского императора Адриана, а также знаменитых ваятелей древности и нового времени. Залы музея были расписаны фресками.

Вторая мировая война не пощадила музей. Здание было разрушено, погибли и скульптуры, и фрески. Музей открылся вновь только в 1972 г., после долгой реставрации, и в современном виде, безусловно, уступает былому великолепию. Однако экспозиция Глиптотеки за истекшие десятилетия стала еще богаче, чем была: к скульптурам из коллекции Людвига II, благополучно пережившим войну, добавились новые приобретения.

Сегодня в собрании Глиптотеки хранятся скульптуры, датирующиеся от архаичного периода (приблизительно 650 г. до н. э.) до эпохи Римской империи (ок. 400 г. н. э.). Особенно замечательны так называемый Мюнхенский курос (Аттика, ок. 540 г. до н. э.), «Аполлон Тенейский» (Коринф, ок. 560 г. до н. э.) и знаменитые скульптуры из храма Афины на острове Эгина. Из этого храма происходят даже не один, а два набора скульптурного убранства, относящиеся к разным временам. Оба они были обнаружены археологами, причем установлено, что первоначальный храм был разрушен во время Пелопоннесской войны, а позднее на этом месте был сооружен новый храм. При этом остатки первоначального храма были просто засыпаны землей.

Классический период (490–323 гг. до н. э.) представлен прежде всего скульптурным портретом Гомера (460 г. до н. э.), статуей Диомеда (430 г. до н. э.), «Медузой Ронданини» (440 г. до н. э.), надгробной стелой Мнесарета (380 до н. э), статуя Эйрины (370 г. до н. э.) и «Александром Ронданини» (приблизительно 338 г. до н. э). Самой известной скульптурой, относящейся к эллинистическому периоду (323–146 до н. э.), является знаменитый «Фавн Барберини» (220 г. до н. э.). Среди известных римских копий греческих скульптур – «Мальчик с гусем» (приблизительно 250 г. до н. э.) и «Пьяная женщина» (ок. 200 г. до н. э.)., авторство которой приписывается Мирону из Фив. Глиптотека обладает большой коллекцией римских бюстов, самыми известными из которых являются бюсты императоров Августа (ок. 40 г. н. э.), Нерона (65 г.), Септимия Севера (200 г.) и его супруги Юлии Домны (195 г.). В экспозиции музея можно увидеть также другие известные скульптуры, рельефы и мозаики, а также коллекцию античных ваз, бронзовые и золотые украшения.

Картинная галерея на вилле Ленбаха (Ленбаххаус)

Этот музей, расположенный на бывшей вилле живописца-портретиста Франца фон Ленбаха (1836–1904), приобрел всемирную славу благодаря своей коллекции современного искусства, и в первую очередь – работам художников из объединения «Голубой всадник». Эта группа, просуществовавшая всего три с небольшим года – с 1911 по 1914 г., – наряду с группой «Мост» оказала решающее влияние на формирование экспрессионистского направления в немецкой живописи. В состав объединения входили Василий Кандинский, Франц Марк, Август Маке, Алексей Явленский, Марианна Веревкина, Лионель Файнингер и другие. К «Голубому всаднику примыкали также художники Габриэла Мюнтер и Пауль Клее.

Считается, что название этого объединения происходит от одноименной картины Кандинского, созданной в 1903 г. По другой версии, название «Голубой всадник» – плод совместного творчества основателей группы, Василия Кандинского и Франца Марка. Лошадь – излюбленный мотив полотен Марка, а голубой и синий – любимые цвета Кандинского.

«Голубой всадник» не провозглашал никакого художественного манифеста, но тем не менее стал самым заметным явлением художественной жизни предвоенной Германии. 18 декабря 1911 г. в Мюнхене открылась первая выставка «Голубого всадника», на которой 14 художников показали 43 своих работы. С января 1912-го по июль 1914 г. эта выставка совершила путешествие по всей Европе; с творчеством «голубых всадников» познакомились Кельн, Берлин, Бремен, Франкфурт, Гамбург, Будапешт, Осло, Хельсинки, Тронхейм и Гетеборг. С 12 февраля по 2 апреля 1912 г. в Мюнхене прошла вторая выставка «Голубого всадника». Художники издали также одноименный альманах. В нем были опубликованы литературные и нотные тексты, рисунки, литографии, политические статьи.

С началом Первой мировой войны группа распалась. Франц Марк и Август Маке погибли на фронте. Кандинский, Веревкина и Явленский были вынуждены вернуться в Россию. После войны, в 1923 г., Кандинский, Файнингер, Клее и Явленский предприняли попытку возродить объединение, однако эта идея оказалась нежизнеспособной.

Когда в 1957 г. в день своего 80-летия художница Габриэла Мюнтер сделала Мюнхену подарок – огромное собрание картин Василия Кандинского и других членов группы «Голубой всадник», власти города решили, что для хранения сокровищ нет лучшего места, чем вилла Ленбаха – Ленбаххаус. Этот дом во флорентийском стиле был построен архитектором Габриэлем фон Зейдлем в 1887–1891 гг. для Франца фон Ленбаха – художника-портретиста, пользовавшегося огромной известностью в кайзеровской Германии. Достаточно сказать, что он был близким другом канцлера Отто Бисмарка и не раз принимал его в своем доме. В 1924 г. виллу приобрели городские власти Мюнхена, и с 1929 г. в нем размещалась городская картинная галерея, где было представлено творчество преимущественно мюнхенских художников второй половины XIX в., в том числе членов представителей «мюнхенского сецессиона» – Ловиса Коринфа, Макса Слефогта и Фритца фон Унде. Сегодня их существенно потеснили работы группы «Голубой всадник» – для прежней экспозиции отведены лишь несколько комнат на первом этаже, остальные же залы и весь второй этаж заняли художники-авангардисты. Первые произведения Кандинского, Марка и их соратников попали в музей еще до войны. Во времена гитлеризма, когда произведения «дегенеративного искусства» было предписано изымать из всех немецких музеев и уничтожать, коллекция Ленбаххауса, предусмотрительно хранившаяся на чердаке, уцелела. Эти картины впоследствии составили ядро постоянной экспозиции Ленбаххауса. После дальнейших пополнений эта коллекция стала самым большим в мире собранием работ «Голубого всадника» и раннего Кандинского.

Германский музей

Германский музей (Музей естествознания и техники) в Мюнхене считается самым большим в мире музеем науки и техники. Идея о его создании родилась в 1903 г. на встрече Ассоциации немецких инженеров, а инициатором ее выступил мюнхенский инженер-электротехник Оскар фон Мюллер. Его предложение было единодушно одобрено, ряд предпринимателей, научных учреждений, государственных деятелей и промышленных фирм предложили финансовую помощь. Городские власти Мюнхена выделили для нужд музея Угольный остров на реке Изар, после чего он был переименован в Музейный остров.

12 ноября 1906 г. в стенах мюнхенского Национального музея открылась временная экспозиция Музея естествознания и техники. Кроме того, выставки начинают прибывать из Мюнхена, Германия, из-за границы, включая коллекции от баварской Академии. На следующий день, 13 ноября, был заложен первый камень в основание здания Музея естествознания и техники на Угольном острове. В этом здании музей разместился только спустя 20 лет; 2 мая 1925 г. его торжественно открыл Оскар фон Мюллер, которому в ту пору исполнилось семьдесят лет.

Первоначально Музей естествознания и техники ориентировался на показ образцов мировой техники. Однако вскоре в его экспозициях ведущее место заняла немецкая техника, поэтому за музеем прочно закрепилось другое, более известное название – Германский музей.

Германский музей

В конце 1944 г. музею был нанесен серьезный ущерб бомбежками, здание было разрушено, на 80 % пострадала примерно пятая часть экспозиции. Первая постоянная выставка в восстановленной части музея открылась уже в мае 1948 г., однако полностью экспозиция была воссоздана только к 1965 году.

Сегодня Германский музей является обладателем более чем 100 тыс. экспонатов, представляющих примерно 50 областей науки и техники. Приблизительно 28 тыс. экспонатов демонстрируется в главном задании на Музейном острове, другие – в музее транспорта в Терезиенхоэ, открывшемся в 2003 г., в ангаре на бывшем аэродроме Шляйссхайм и в филиале Германского музея в Бонне, открытом в 1995 г. Коллекции охватывают огромный период в несколько тысячелетий – от каменного века до настоящего времени – и отличаются редкостным разнообразием. Здесь можно увидеть первый самолет, построенный братьями Райт, первую немецкую подводную лодку U1, первый компьютер, первый вариант двигателя инженера Рудольфа Дизеля, первый автомобиль «Карл Бенц» 1885 г. (в музее транспорта), легендарный самолет «Дуглас»-DC3 (на аэродроме в Шляйссхайме). Отдельные разделы посвящены освоению космоса, сельскому хозяйству, астрономии, радио, электроэнергетике, геодезии, физике, химии, хронометрии, компьютерам, цифровым технологиям, гидравлическим машинам, навигации, горной промышленности, металлургии, станкостроению, микроэлектронике, добыче нефти и природного газа, производству бумаги, строительству мостов и туннелей, текстильным технологиям, телекоммуникациям, музыкальным инструментам, системам мер и весов…

В залах Германского музея

В зале «Геология» по одну сторону от входа располагается барельеф «Бог Саваоф», олицетворяющий сотворение мира, по другую – большая картина «Извержение вулкана», под которой расположились вулканические «бомбы» в натуральную величину. В центре зала – модель земного шара в разрезе, и на нем цветом обозначена узенькая (в один сантиметр) полоска земной коры. Это наглядно демонстрирует, как неглубоко еще проник в земные недра человек, добывая полезные ископаемые.

После «Геологии» следует зал, посвященный землетрясениям. В нем выставлено несколько приборов, регистрировавших землетрясения в разные времена человеческой истории. Например, аппарат 1703 г. сделан из дерева в виде перевернутого вверх дном горшка, по краям которого радиусом нарезаны желобки. Принцип действия этого прибора очень прост: на его плоскую крышку помещалась капля ртути. При малейших колебаниях почвы ртуть скатывалась по желобкам вниз, фиксируя этим грозящую опасность. Статическое положение ртути означало отсутствие признаков землетрясения.

Зал «Горное дело» имеет колоссальную площадь: он занимает подвал, уходящий под землю на три этажа. Работу горняков, старые и новые способы добычи полезных ископаемых можно увидеть в шахтах, располагающихся прямо под экспозиционным залом. Интерьеры шахт перемежаются небольшими залами, в которых размещены коллекции шахтерских ламп и кислородных аппаратов, показывается работа водяного колеса для поднятия в ковшах руды, вагонетки и первое машинное сооружение для доставки рабочих в глубинные шахты. Например, здесь демонстрируется бур для разведочных геологических работ. Внимание посетителей привлекает и другой бур, часть которого выступает на поверхности зала, а сам он тянется на глубину всех трех подвальных этажей. Диаметр этого бура составляет 3 м.

В нижнем ярусе зала «Горное дело» размещены образцы полезных ископаемых, большие монолиты гранита, сланца и других минералов. Здесь же размещены коллекции горных пород с отпечатками вымерших животных: например, в темном сланце видны отпечатки ихтиозавра, жившего 140 млн лет назад.

Целый зал отведен надземной молельне рудокопов XVI в. Здесь прежде всего интересен орган, действующий и по сей день, а также целый ряд предметов, которыми пользовались средневековые рудокопы. Большой интерес у посетителей вызывает зал «Обработка металлов», в нем создан специальный интерьер с различного рода станками и механическими приводами. Эта экспозиция воссоздает механическую мастерскую XIX в., а самым древним экспонатом этой коллекции является токарный станок 1767 г.

В 1856 г. Генри Бессемер устроил большой грушеобразный железный конвертор, который еще называют «бессемеровской грушей». Одним из первых, кто оборудовал такой «грушей» свои заводы, был известный германский промышленник Крупп. В Мюнхенском музее демонстрируется подлинная «бессемеровская груша», работавшая на заводе Круппа в 1866 г. Она вмещала до шести тонн расплавленного чугуна. «Груша» разрезана пополам, причем одна ее сторона демонстрирует процессы плавки, а другая – внешний вид и характер скрепления металлической «груши».

Германский музей буквально завален временно и постоянно работающими установками. Большинство из них демонстрируется в работе, и музей весь день живет в рабочем ритме: то в одном, то в другом его зале слышатся стук, лязг, свист или скрежет… Любопытно, что и руководство музея, и фирмы, бесплатно снабжающие музей экспонатами, охотно идут на то, чтобы «портить» тот или другой экспонат, машину или целую производственную установку. По существу они «выводятся из строя» для их лучшего наглядного экспонирования. А кроме того, таким образом немецкие промышленные фирмы рекламируют себя.

В зале «Химия и химические технологии» представлены экспонаты, которые человечество использовало с древнейших времен. Здесь посетители знакомятся с копиями знаменитых росписей в испанской пещере Альтамира, сделанных 12 тыс. лет назад. Исключительный интерес представляют реконструированные производственные мастерские – часовщика, сапожника, шварцвальдская кузница 1803 г. и стекольный завод XIX в., а также алхимическая лаборатория и «Лаборатория Лавуазье». Заканчивается осмотр музея отделом фотографии и залом «История музыкальных инструментов».

Ежегодно Германский музей в Мюнхене посещает около 1,3 млн человек.

Гамбургский Кунстхалле

Кунстхалле (буквально – «дворец искусств») в Гамбурге – ведущий художественный музей Северной Германии и один из наиболее известных в Европе. В его собрании – приблизительно 3 тыс. картин и около 400 скульптур, представляющих различные жанры и направления европейского искусства. Более всего гамбургский музей известен своей коллекцией немецкой живописи XIX в., хотя в его собрании имеются шедевры, относящиеся к разным периодам, начиная с XIV в.

Ансамбль Кунстхалле состоит из трех зданий. Первое было возведено в 1863–1869 гг. архитекторами Георгом Теодором Ширрмахером и Германом фон дер Худе; два других построены в 1919 и 1997 гг. Одно крыло музея полностью посвящено современному искусству.

Ф.-О. Рунге. Автопортрет. 1803 г.

Международную известность музей приобрел уже в 1890-х гг., когда его первый директор, Альфред Лихтварк, возглавивший Кунстхалле в 1886 г., развернул бурную деятельность по формированию коллекций молодой картинной галереи Гамбурга. Вскоре музей мог похвалиться работами выдающихся немецких живописцев Средневековья (мастер Бертрам и мастер Франке) и периода романтизма (Филипп Отто Рунге, Каспар Давид Фридрих), а также полотнами французских импрессионистов (Курбе, Мане, Ренуар, Боннар), что отражало несомненное стремление организаторов галереи идти в ногу со временем. Эта политика продолжалась и в последующие годы. В 1920-х гг. музей приобрел ряд работ европейских художников – представителей новых художественных движений (Кокошка, Кандинский, Нольде, Пикассо). Самой большой удачей стало приобретение известной картины Эдуарда Мане «Нана» (1877), которая до сих пор остается своеобразной «визитной карточкой» гамбургской коллекции.

В 1937 г. пришедшие к власти нацисты устроили ревизию художественного собрания Кунстхалле, изъяв и уничтожив 74 картины и около 1200 рисунков и графических работ, – они были сочтены произведениями «дегенеративного искусства». После 1945 г., в очень трудный для музея период, сотрудники Кунстхалле сумели заново воссоздать коллекцию современного искусства, которая вскоре стала одной из лучших в Германии.

Ныне собрание Кунстхалле разделено на четыре секции: галерея старых мастеров, галерея искусства XIX в., галерея классического модерна и галерея современного искусства.

В галерее старых мастеров представлено северонемецкое искусство, голландская и итальянская живопись XV–XVII вв. Помимо произведений мастеров позднего Средневековья, преимущественно гамбургских – мастера Бертрама, мастера Франке, анонимного «Мастера поясных женских фигур», Яна Массиса и Ганса Гольбейна Старшего, здесь можно увидеть работы известных голландских и фламандских живописцев, включая Рембрандта («Симеон в храме», 1628–1629), Рёйсдаля, Рубенса.

Кунстхалле обладает одной из самых значимых коллекций немецкой живописи XIX в., а точнее – периода 1800–1914 гг.; эти даты отмечают начало и конец эпохи. Раздел открывается работами художников эпохи романтизма, которых сменяют представители немецкого импрессионизма. Начало XX в. отмечено появлением в немецкой живописи новых течений – авангарда, экспрессионизма и абстракционизма.

Экспозицию галереи искусства XIX в. открывают полотна Филиппа Отто Рунге (1777–1810), ведущего мастера эпохи раннего романтизма, работавшего в Гамбурге. Лучшую часть его художественного наследия составляют портреты. В «Автопортрете» (1805) поэтическое восприятие действительности сочетается со строгим и точным мастерством рисунка. С удивительной тонкостью и тщательностью исполнен «Портрет родителей» (1806), около которых примостились их внуки. Суровые, скорбные морщинистые лица встревоженных стариков воспринимаются резким контрастом рядом с маленькими розовощекими внуками, глядящими на мир широко открытыми глазами.

Главным объектом изображения другого немецкого художника-романтика, Каспара Давида Фридриха (1774–1840), стала природа. В собрании Кунстхалле представлено 14 его работ. Излюбленные мотивы Фридриха – пустынные скалистые громады, которые он пишет в различное время дня, любуясь их плавными очертаниями, игрой света, переливами красок на каменных глыбах. В лучах заходящего либо восходящего солнца они подчас утрачивают свою материальность, превращаясь в подобие миражей. Человек в пейзажах Фридриха – маленькая одинокая фигура, затерянная в необъятных просторах холодного мира, или уносящийся в мечту созерцатель. Поэтично залитые солнцем «Луга под Грейфсвальдом» (1820–1830) напоминают чудесные описания природы у писателей и поэтов-романтиков.

Расцвет реализма в немецкой живописи ознаменован творчеством Адольфа Менцеля (1815–1905), сочетавшего блестящий дар живописца и рисовальщика с добросовестностью ученого-историка. Лучшие качества Менцеля-живописца проявились в картинах и этюдах, написанных непосредственно с натуры. Искусство Менцеля получило признание далеко за пределами Германии. Критик В. Стасов называл его «одним из самых великих художников». Традиции реализма в немецкой живописи последней трети XIX в. развивал Вильгельм Лейбль (1844–1900) и художники его круга. В своих поздних работах Лейбль переходит к импрессионистской манере живописи. Один из залов галереи отведен творчеству так называемых германо-римлян – немецких художников, учившихся в Риме: Ансельма Фейербаха, Арнольда Бёклина, Ганса фон Маре и Адольфа Хильдебранда.

Европейская живопись представлена в галерее прежде всего работами французских художников второй половины XIX века: Курбе, Дега, Тулуз-Лотрека, Гогена, Ренуара, К. Моне, Сислея и Сезанна. Творчество Эдуарда Мане помимо знаменитой «Нана» представлено также портретами поэта Анри Рошфора (1881) и оперного певца Жана-Баптиста Фора в роли Гамлета (1877). Отдельный зал посвящен живописцам барбизонской школы: Теодору Руссо, Шарлю Франсуа Добиньи, Камиллу Коро и другим.

Отдел современного искусства обладает коллекцией мастеров классического модерна, считающейся едва ли не лучшей в Германии. Здесь находятся работы немецких художников из группы «Мост» – Эрнста Людвига Кирхнера, Карла Шмидта-Роттлуффа, Эмиля Нольде, членов объединения «Голубой всадник» – Франца Марка, Василия Кандинского, Августа Маке и Алексея Явленского, объединения «Баухаус» – Пауля Клее, Оскара Шлеммера, Лионеля Файнингера, а также полотна Пикассо, Эдварда Мунка, Рене Магритта, Марка Шагала, Оскара Кокошки и других признанных мастеров. Новые художественные направления, появившиеся в искусстве после 1945 г., представляет экспозиция галереи современного искусства.

Музей Вальрафа-Рихартца в Кёльне

Музей Вальрафа-Рихартца – самый старый музей Кёльна. Иногда его называют энциклопедией искусства XIV–XIX вв.: здесь представлены почти все важнейшие европейские художественные школы, от фламандских примитивов до французских импрессионистов. История музея связана с именами двух меценатов: ученого и коллекционера Фердинанда Франца Вальрафа (1748–1824), завещавшего городу свою обширную коллекцию произведений искусства самых различных жанров и периодов, и кёльнского торговца Иоганна Хайнриха Рихартца (1795–1861), на средства которого было построено первое здание музея на площади Миноритов.

Открылся музей в 1861 г. В 1943 г. его здание было полностью разрушено в результате бомбардировочного налета; коллекцию, однако, удалось почти полностью спасти. В 1957 г. музей открылся вновь. В 1986–2001 гг. он размещался в одном здании с музеем Людвига, а в 2001 г. вновь переехал – на этот раз в специально построенное для него помещение.

Экспозиция музея состоит из трех главных разделов. На первом этаже выставлена живопись позднего Средневековья, преимущественно так называемой кёльнской школы. На втором этаже представлено искусство эпохи Ренессанса и барокко. Самый верхний этаж занимают работы мастеров XVIII–XIX вв. – картины и скульптуры. В 2001 г. этот раздел экспозиции пополнился собранием швейцарского коллекционера Герарда Корбуда, включающей в себя около 170 полотен импрессионистов и неоимпрессионистов. Это собрание находится в музее на постоянном показе, оставаясь в собственности семьи Корбуда.

С. Лохнер. Мария в беседке из роз. 1440-е гг.

Основную часть музейной коллекции составляет немецкая живопись, хотя в ней имеются и прекрасные работы мастеров большинства других западноевропейских школ. Историческое ядро коллекции сформировано произведениями 1250–1550 гг. Наиболее полно представлена позднеготическая живопись; эта часть собрания является одной из лучших в Европе. Живопись мастеров кёльнской школы 1300–1550 гг. представлена 290 картинами. Искусство Кёльна занимает особое место в истории немецкой средневековой живописи, выделяясь не только большим числом созданных в эту пору работ, но и их высоким качеством. К числу лучших произведений кёльнской школы относится «Мария в беседке из роз» (1440-е гг.) Стефана Лохнера (ок. 1410–1451). Произведения этого мастера представляют собой кульминацию кёльнской готической живописи.

В Музее Вальрафа-Рихартца хранится и «Мадонна с Младенцем», принадлежащая кисти выдающегося итальянского мастера эпохи треченто Симоне Мартини (ок. 1284–1344), а также запрестольный образ, созданный фламандским живописцем Якобом Ван Утрехтом (ок. 1479–1525) в 1515 г. для кёльнской церкви Святого Мартина.

В отделе искусства эпохи барокко – полотна Рубенса, Рембрандта и других мастеров живописи конца XVI–XVII вв. Музей также обладает прекрасным собранием живописи XIX в. и небольшим собранием скульптуры. Коллекция графического искусства насчитывает около 75 тыс. работ. В 1957 г. при музее была создана библиотека, которая ныне насчитывает более 130 тыс. томов.

Музей Людвига в Кёльне

Музей Петера Людвига в Кёльне – музей частный и сравнительно молодой. Основанный в 1976 г., он стал первым музеем современного искусства в Кёльне. Ныне это самый посещаемый музей современного искусства в Германии, обладающий прекрасной коллекцией немецкой живописи первой половины XX в. и многочисленными шедеврами мирового искусства второй половины XX в.

Основой для музейного собрания явились две крупные частные коллекции. Одна из них – собрание Йозефа Хаубриха, пожертвованная городу Кёльну в 1946 г. В ней представлено искусство преимущественно межвоенного периода (1914–1939), в том числе ряд работ немецких экспрессионистов. Другая часть – собрание немецкого промышленника-мецената Петера Людвига, обладавшего тонким художественным вкусом, и его жены Ирены, состоящее из произведений современного искусства, в основном поп-арта и насчитывавшее 350 полотен. Людвиг также пожертвовал музею большую коллекцию русского авангарда 1906–1930 гг. и несколько сотен работ Пикассо. Это собрание в дальнейшем пополнила вдова мецената, Ирена Людвиг, подарившая музею 774 произведения великого испанского художника. Таким образом, сегодня коллекция Пикассо в Музее Людвига считается третьей по значимости, после музеев Пикассо в Барселоне и Париже. Музей носит имя Петера Людвига как фактического его основателя. В нем сегодня представлены практически все главные направления искусства XX в.

Музей Людвига обладает также крупнейшей за пределами США коллекцией американского поп-арта, включая множество работ Энди Уорхола, Роя Лихтенштейна и Джорджа Сигала. Со времени своего основания музей продолжает систематически собирать произведения современного искусства, в его коллекции хорошо представлено немецкое искусство 1970–1980-х гг. и различные авангардистские направления.

В 1986–2001 гг. музей располагался в одном здании с Музеем Валльрафа-Рихартца. В январе 2001 г. последний переехал в новое, специально для него построенное здание, так что Музей Людвига дополнительно получил в свое распоряжение около 8 тыс. кв. м выставочного пространства.

Картинная галерея старых мастеров в Касселе

Сравнительно небольшой город Кассель обязан своими несравненными художественными сокровищами ландграфам, а позднее (с 1803 г.) курфюрстам Гессенским. Вплоть до 1866 г. Кассель оставался столицей Гессен-Касселя, небольшого княжества в западной части Германии. Правители Гессена, подобно многим другим королевским домам Европы, на протяжении нескольких поколений занимались коллекционированием. Состав княжеских собраний отражал личные вкусы различных правителей: одни интересовались астрономией и естественными науками, другие предпочитали изделия декоративно-прикладного искусства, третьи увлекались живописью, четвертые – древностями; одни занимались коллекционированием для собственного удовольствия, другие упорядочивали и систематизировали коллекции своих предшественников. Собрания кабинета искусств и кабинета редкостей Гессенских ландграфов легли в основу богатейших собраний живописи, скульптуры и декоративно-прикладного искусства, которыми ныне располагают Кассельские государственные музеи.

В XVIII в. музейные собрания, как правило, размещались в различных приспособленных для этих целей помещениях. Между тем именно в Касселе было построено одно из первых в Европе музейных зданий – Фридерицианум. Законченное в 1779 г., оно специально предназначалось для размещения коллекций и библиотеки гессенских ландграфов. В наши дни здесь размещается художественная галерея современного искусства.

В 1866 г. Пруссия аннексировала Гессен-Кассель, а княжеские коллекции перешли в собственность государства. В 1924 г. на их основе было создано музейное объединение под названием «Кассельские государственные коллекции произведений искусства». В 1992 г. оно было переименовано в «Государственные музеи Касселя».

Коллекции Государственных музеев включают в себя ювелирные изделия, изделия из стекла, янтаря, слоновой кости, гессенский фаянс, фарфор из Мейсена, Касселя, Фульды, а также Китая и Японии, скульптуру, текстиль и гобелены, мебель, княжеский «Мюнцкабинет» – собрание монет, медалей и камей. Все эти сокровища представлены в Гессенском земельном музее. Художественное собрание гессенских ландграфов, ныне Картинная галерея старых мастеров, располагается в старинном замке Вильгельмсхоэ. Здесь представлены произведения европейских мастеров поздней готики, эпохи Возрождения, барокко и классицизма. Особый раздел составляет голландская и фламандская живопись XVII в.

Истоки кассельской картинной галереи берут свое начало в XVI в., когда Анна Мекленбургская, вдова гессенского ландграфа Вильгельма II, в 1509 г. заказала Лукасу Кранаху Старшему маленький алтарь в память о ее скончавшемся супруге. В наивысший степени собрание пополнилось в период 1748–1756 гг., когда ландграф Вильгельм VIII через своих дипломатов и агентов приобрел в Голландии, Париже, Брюсселе, Антверпене, Венеции и разных городах Германии около 800 картин. Для их хранения в 1749–1751 гг. за дворцом ландграфа было построено специальное помещение. В 1877 г. картины переместили в здание так называемой Новой галереи, где они оставались до начала Второй мировой войны. С 1976 г. картинная галерея занимает три этажа в старинном замке Вильгельмсхоэ.

Кассельская галерея – шестая в мире по количеству произведений нидерландской живописи (разумеется, за пределами Нидерландов), занимая это место следом за Лувром, Прадо, Нью-Йорком, Лондоном и Эрмитажем. Во многом это объясняется тем обстоятельством, что кассельский курфюрст Вильгельм VIII стал штатгальтером голландского города Бреды и мог за бесценок приобретать картины старых голландских мастеров.

Рембрандт. Иаков благославляет детей Иосифа. 1656 г.

Огромная анфилада несравненного собрания голландской живописи завершается залом Рембрандта, где выставлено девять полотен великого живописца. В их числе – «Автопортрет» (1626), «Портрет Николауса Брейнинга» (1652), «Зимний пейзаж» (1646) и одно из лучших полотен зрелого Рембрандта – «Иаков благословляет детей Иосифа» (1656). Для этой картины знаменитый художник выбрал не самый эффектный, но очень значительный эпизод библейского рассказа. Иосиф, подводя своих сыновей к престарелому Иакову для благословения, ставит старшего, Манассию, справа от отца, а младшего, Ефрема, – слева. Однако ослепший Иаков возлагает правую руку на голову младшего внука, намереваясь благословить его первым. Иосиф решает, что произошла досадная ошибка. Он пытается восстановить должный порядок и переложить правую руку отца на голову своего первенца, но Иаков возражает: «Знаю, сын мой, знаю, и от него произойдет народ, и он будет велик, но меньший его брат будет больше его» (Быт., 47: 19).

В Галерее Касселя можно увидеть еще множество шедевров других европейских мастеров: Альбрехта Альтдорфера («Распятие: Христос на кресте, Мария и Иоанн», 1515–1516), ван Дейка («Портрет Франса Снейдерса с Маргаритой де Вос», ок. 1621), Хендрика Тербрюггена («Флейтист», 1621). В Кассельской галерее находятся два варианта последней картины: другой вариант называется «Пастух с флейтой». В следующих залах – «Портрет дворянина» Тициана, «Лот с дочерями» Тинторетто, потрясающая «Юдифь» Лукаса Кранаха, «Портрет Элизабет Тухер» Альбрехта Дюрера, «Матерь Долороза» Риберы… Четыре века европейской живописи, представленные произведениями лучших мастеров, проходят перед глазами.

Обновленная в 1931 г. графическая коллекция музея насчитывает примерно 50 тыс. рисунков, гравюр, плакатов и иллюстрированных книг. Истоки этого собрания можно проследить вплоть до начала XVII в.

Государственная картинная галерея в Штутгарте

Картинная галерея в Штутгарте первоначально задумывалась как музей при Королевской школе изящных искусств, с большой коллекцией гипсовых слепков и копий, кабинетом гравюры на меди, а также залами и ателье для занятий студентов основанной в 1829 г. художественной школы. Неоклассическое здание галереи (ныне оно носит название Старой галереи) было построено в 1839–1843 гг. по проекту архитектора Готлиба Георга фон Барта. 1 мая 1843 г. галерея, носившая в ту пору название Образовательный музей изящных искусств, открылась для публики. В 1881–1887 гг. к зданию были пристроены еще два дополнительных крыла, чтобы разместить разросшиеся коллекции.

В 1944 г. здание музея было полностью разрушено в результате авианалетов. На его восстановление потребовалось 12 лет (1946–1958), хотя экспозиция галереи открылась во временно приспособленном помещении уже в 1948 г. Ныне собрание Старой государственной галереи включает в себя пять крупных коллекций: работы старых немецких мастеров 1300–1550 гг.; итальянская живопись 1300–1800 гг.; нидерландская живопись 1500–1700 гг.; немецкая живопись эпохи барокко; искусство 1800–1900 гг. (романтизм, импрессионизм). Ядро музейного собрания составляет коллекция картин, принадлежавшая Вюртембергскому королевскому дому. В собрании немало шедевров старых мастеров, таких как Йорг Ратгеб, Каналетто, Мемлинг и Рембрандт. Живопись XIX в. наряду с весьма внушительной коллекцией так называемого швабского классицизма представлена всеми основными художественными течениями, от прерафаэлитов до символизма и от романтизма до импрессионизма. В залах Старой галереи экспонируется также коллекция графики, насчитывающая множество рисунков, акварелей, коллажей, иллюстрированных книг, плакатов и фотографий.

Открытие 9 марта 1984 г. Новой государственной галереи ознаменовало превращение штутгартского музея из провинциальной картинной галереи в один из ведущих музеев Европы. Здание, построенное в 1977–1983 гг. по проекту шотландского архитектора Джеймса Стирлинга, рядом со зданием Старой галереи, многие считают спорным: очевидно, что Стирлинг был вдохновлен образом знаменитого Центра Жоржа Пампиду в Париже. Авангардистскому облику здания вполне соответствует и характер размещенных в нем коллекций. Здесь представлено только искусство XX в., в том числе работы Пикассо («Мать и сын», 1905; «Женщина, бегущая по берегу», 1922), Анри Матисса, Оскара Шлеммера, Хуана Миро, Сальвадора Дали, Пита Мондриана, Франца Марка («Маленькие желтые лошади», 1912), Василия Кандинского, Пауля Клее, Марка Шагала, Йозефа Бойса. Зал инсталляций последнего является гордостью и стержнем всего собрания. Имеются в собрании и работы Нео Рауха и Мартина Киппенбергера. Внутри расположен дворик-галерея современной скульптуры.

Картинная галерея в Штутгарте является одним из наиболее посещаемых музеев в Германии.

Государственный музей труда и технологии в Мангейме

Музей труда и технологии в Мангейме открылся в 1990 г. и принадлежит к числу немецких музеев нового поколения. В отличие от более старых и традиционных музеев, здесь делается акцент на показ экспонатов в действии, а также на роли человеческого труда, являющегося фундаментальным фактором в развитии культуры. Таким образом, экспозиция музея рассказывает не только об истории техники, но о социальной истории, так как они неразрывно связаны между собой.

Посещение мангеймского музея часто сравнивают с путешествием во времени. Здесь, в авангардистском здании, построенном в 1985–1989 гг. на площади около 8 тыс. кв. м, представлена вся история индустриализации Юго-Запада Германии в XVIII–XX вв. Эта история представлена через призму важнейших событий общественной истории: наполеоновских войн, объединения германских земель, прихода к власти нацистов и экономического скачка, совершенного послевоенной Германией. Каждый из 16 главных залов музея посвящен одному из этих важнейших периодов. Открывает экспозицию зал, посвященный науке, технике, экономике и общественной жизни юго-западных немецких земель в эпоху Просвещения. От доиндустриальных времен и наполеоновской эры рассказ переходит к ранней фазе индустриализации, затем к эпохе бурного промышленного роста и событиям Первой мировой войны. Завершает это путешествие через век зал, посвященный технологическим революциям нашего времени.

Большинство старинных машин и аппаратов, представленных в экспозиции музея, находятся в рабочем состоянии и привлекают множество посетителей. Здесь есть целая бумажная фабрика, датируемая началом 1870-х гг., машины которой приводятся в действие большим водяным колесом весом около 5 т. История этой фабрики начинается с передачи технологии из Англии в 1820-х гг., когда два немецких предпринимателя купили английскую бумагоделательную машину и организовали в Хейльбрунне первое в Южной Германии бумажное производство. В музее можно увидеть и то, как производят бумагу традиционным кустарным способом.

Другим примером действующего экспоната является маленькая текстильная фабрика, ткацкие станки которой также приводятся в действие водяным колесом. Это – точная реконструкция текстильной фабрики в Эльзахе в Шварцвальде. Ее самые старые ткацкие станки датируются 1870 г. Этот небольшой заводик работал до 1986 г. Сотрудники музея спасли его оборудование от уничтожения буквально в последнюю минуту.

Музей в Мангейме имеет собственную паровую железную дорогу. Правда, ее линия очень короткая и не простирается далее музейного парка. Перед тем как отправиться с путешествие, машинист паровоза расскажет пассажирам об истории появления железных дорог в Южной Германии, о технических особенностях паровых железных дорог и о том, в каких условиях жили и работали первые железнодорожники. Экспозиция, посвященная истории автотранспорта, напоминает о том, что Юго-Западная Германия по праву может считаться колыбелью современного европейского автомобилестроения: именно здесь жили и работали известные изобретатели и предприниматели Карл Бенц, Готлиб Даймлер и Вильгельм Майбах. Завершает экспозицию зал, посвященный производству современной компьютерной техники.

Помимо постоянной экспозиции музей в Мангейме регулярно устраивает выставки на «непрофильные» темы, такие как генетика, бионика, физика и т. д. Ежегодно музей посещает около 200 тыс. человек.

Естественно-научный музей Зенкенберга во Франкфурте

Музей Зенкенберга во Франкфурте-на-Майне является одним из крупнейших музеев естествознания в Германии. Особенно популярен он у детей, приходящих в восторг от огромной коллекции скелетов динозавров и моделей этих монстров в натуральную величину. Собрание останков доисторических ящеров в музее Зенкенберга – крупнейшее в Европе. Здесь есть исключительно редкие или просто уникальные экспонаты, например окаменевшие останки динозавра с прекрасно сохранившейся кожей. Кроме того, музей обладает большой и разнообразной коллекцией чучел птиц – около 1 тыс. экземпляров.

Здание, в котором располагается музей, построено в 1904–1907 гг. Ныне музей принадлежит Обществу исследования природы имени Иоганна Христиана Зенкенберга[2] и тесно связан с деятельностью Научно-исследовательского института зоологии, ботаники, геологии, палеонтологии и палеоантропологии им. Зенкенберга. Весьма выразительными средствами экспозиция музея рассказывает об истории Земли и ее древних обитателях. Она насчитывает около 400 тыс. экспонатов, среди которых – карликовый слон, древняя лошадь из Мессели, скелет птеранодона, череп трицератопса… Следуя отпечаткам огромных лап титанозавра в каменном полу, можно выйти во внутренний дворик со стеклянной крышей, где стоит внушительный скелет этого гигантского доисторического ящера. В числе экспонатов музея – окаменелые останки пситтакозавра (Psittacosaurus) с хорошо заметными щетинами на хвосте и окаменевшим содержимым желудка. Большой интерес у посетителей неизменно вызывают скелеты королевского тираннозавра, игуанодона и рогатый череп трицератопса – «визитная карточка» музея.

Хотя динозавры в первую очередь привлекают посетителей, музей Зенкенберга располагает также большой коллекцией животных каждой из эпох истории Земли – грызунов, рептилий, рыб. Здесь, например, можно увидеть скелет предшественника современной лошади, который жил приблизительно 50 млн лет назад и достигал в высоту около 60 см. Есть в экспозиции музея и один из двадцати сохранившихся во всем мире экземпляров квагги, которая с 1883 г. считается вымершей. Имеются в музее и останки древних приматов, которые считаются дальними «родственниками» человека, например почти полный скелет прямоходящего австралопитека (Австралопитека afarensis).

Необычная экспозиция музея Зенкенберга пользуется большой популярностью, ежегодно ее посещают около полумиллиона посетителей.

Музей Гутенберга в Майнце

Музей Гутенберга – один из самых старых в мире, посвященных книгопечатанию. Расположенный напротив исторического собора в самом центре Майнца, родном городе знаменитого первопечатника Иоганна Гутенберга (1399–1468), он привлекает туристов и специалистов из всех уголков земного шара.

Музей был основан в 1901 г. Инициаторы его создания, группа граждан Майнца, стремились таким образом отметить 500-летие со дня рождения великого земляка. Этот проект был детищем Карла Дзятцко, профессора из Гёттингена, признанного специалиста по истории раннего книгопечатания.

Торжества по случаю 500-летнего юбилея Гутенберга, с большим размахом проведенные в Майнце в июне 1900 г., послужили главным толчком в деле создания музея. Уже спустя год, 23 июня 1901 г., Музей Гутенберга открылся для посетителей. Он был задуман не столько как музей великого первопечатника, как музей книжного и вообще печатного дела, экспозиция которого должна была продемонстрировать плоды, выросшие из семени, однажды посаженного Иоганном Гутенбергом. Многие издатели и изготовители печатных машин пожертвовали музею книги, различные типографские приспособления и машины. Эти пожертвования сформировали основу музейной коллекции. Первоначально музей занимал всего две комнаты в старом дворце майнцских курфюрстов, где также размещалась городская библиотека. Поэтому многие редкие и красиво изданные книги, хранившиеся в довольно богатом книжном собрании Майнца, также перешли в собственность музея. Таким образом, постепенно сформировалась экспозиция, охватывавшая почти весь 500-летний период существования печатной книги. Со временем в структуре музея были сформированы отделы книжной графики, экслибриса, бумаги, методов печати, искусства книги и др.

В Музее Гутенберга

Незадолго до начала Первой мировой войны, в 1912 г., музейной собрание переехало в новое здание библиотеки. А в 1927–1932 гг. экспозиция музея постепенно заняла старинный позднеренессансный дом «У римского императора» в историческом центре Майнца. За два года до этого местные умельцы сумели воссоздать точную копию мастерской Гутенберга. Эта историческая реконструкция вызывала и неизменно продолжает вызывать интерес во всем мире, ее неоднократно показывали на различных международных выставках. А 1926 г. собрание музея пополнилось драгоценной реликвией – подлинной Библией Гуттенберга.

Во время войны здание музея было разрушено, однако экспонаты заранее вывезли в безопасное место. В 1945 г. музей уже смог открыть для осмотра часть экспозиции. В 1962 г. реставрация дома «У римского императора» была завершена, одновременно было открыто новое, современное крыло музея.

В 1978 г. музей стал обладателем еще одного экземпляра Библии Гуттенберга – она была приобретена в Нью-Йорке. Ныне экспозиция, посвященная истории изобретения печатной машины и началу книгопечатания, является в музее центральной. Помимо этого в собрании представлено большое количество старинных рукописных и печатных книг, гравюр, различное типографское оборудование XVII – начала XX в. Благодаря уникальности многих хранящихся здесь экспонатов Музей Гутенберга давно и прочно завоевал славу одной из главных достопримечательностей Майнца.

Греция

Национальный археологический музей в Афинах

Золотая «маска Агамемнона», роскошные золотые диадемы и ожерелья, бусы из цветных камней, перстни-печати, золотые, серебряные и бронзовые сосуды, украшенные рельефными изображениями… Все эти предметы, найденные знаменитым Генрихом Шлиманом среди руин и гробниц древних ахейских городов Микен и Тиринфа, сегодня можно увидеть в Национальном археологическом музее в Афинах. В его стенах собрана великолепная коллекция произведений искусства Древней Греции – от эпохи неолита до римского времени.

Здание Национального музея, построенное в 1866–1889 гг. архитектором Ланге в стиле неоклассицизма, стоит в глубине обширного зеленого сквера. Его фасады украшены слепками с известных греческих статуй. Три зала первого этажа музея занимают памятники неолита и эпохи бронзы. Наибольшую ценность среди них представляет интереснейшее собрание произведений искусства микенской Греции II тыс. до н. э.

Афины. Национальный археологический музей

Большая часть вещей, заполняющих обширный зал, происходит из царских погребений, открытых в 1876 г. в Микенах Шлиманом. Широко известны великолепные золотые погребальные маски, некогда закрывавшие лица умерших. Здесь же хранится парадное оружие микенских царей. Бронзовые клинки царских кинжалов инкрустированы золотом, серебром и чернью, чрезвычайно подробно изображены на них сцены охоты на львов, леопард, нападающий на диких уток среди зарослей папируса…

Из раскопок царской гробницы в Вафио близ Спарты происходят два золотых кубка, украшенные рельефными изображениями. Их создал безымянный критский мастер около 1500 г. до н. э. На одном из них живо представлена сцена поимки диких быков в сети, на другом – приручение пойманных животных.

В соседнем зале собрана коллекция знаменитых кикладских идолов. Такие выточенные из мрамора статуэтки изготавливались в III тыс. до н. э. на Кикладах – группе островов, входящих в Эгейский архипелаг. Это – памятники культуры загадочного народа, известного под именем пеласгов, который населял материковую Грецию и острова Эгейского моря задолго до прихода греков. Некоторые из этих идолов, очень приблизительно передающих очертания человеческой фигуры, достигают одного метра в высоту.

В Национальном музее в Афинах собрана обширная коллекция скульптуры эпохи греческой архаики (VII–VI вв. до н. э.). Это куросы – статуи обнаженных юношей, победителей в состязаниях, и коры – юные женщины, облаченные в хитоны или плащи. Их лица озаряет знаменитая загадочная «архаическая улыбка», которая вызвала горячие споры еще в XIX в., когда были открытые первые скульптуры подобного рода. Удивительная улыбка! Трудно подыскать ей точный эпитет. В ней проскальзывает игривая насмешка, но откровенно насмешливой ее не назовешь. Эта улыбка застывшая, не совсем естественная, какая-то даже условная, но в ней сквозит особое очарование, передающееся всему образу.

Колоссальная статуя куроса, найденная на мысе Сунион, является образцом скульптуры конца VII в. до н. э. Другая (ок. 525 г. до н. э.), найденная в 1936 г. в Анависосо (Аттика, по выразительности передачи живого человеческого тела предвосхищает достижения греческой скульптуры позднейшего периода. Поэтическая надпись, высеченная на базе статуи, возвещает, что она стояла на могиле некоего Кройса, юного воина, павшего в битве.

Курос, найденный на мысе Сунион. VII в. до н. э.

В афинском музее собрана интереснейшая коллекция бронзовых греческих скульптур. Первое место среди них, несомненно, принадлежит статуе Посейдона, найденной в 1928 г. в море у мыса Артемисион на острове Эвбея. У этого мыса во время войны с персами греки разгромили персидский флот. Считается, что найденная статуя была воздвигнута в честь этой победы.

Бог моря изображен грозно наступающим на врага. Его обнаженная атлетическая фигура исполнена силы и величия, мощно раскинуты руки, прекрасное лицо хранит олимпийское спокойствие; в правой руке Посейдон сжимал несохранившийся до наших дней трезубец. Существует предположение, что автором этой статуи был Каламид – выдающийся греческий скульптор второй четверти V в. до н. э.

Две другие известные бронзовые статуи Национального музея относятся к IV в. до н. э. Статуя юноши была найдена в 1900 г. близ острова Антикитиры. Вероятно, она принадлежит к числу творений школы знаменитого скульптора Лисиппа. Кого изобразил мастер – Париса с яблоком, Персея с головой Медузы или атлета, бросающего мяч – неизвестно. Также неясно, кого изображает другая статуя юноши, найденная в море близ Марафона в 1925 г. Этот полный очарования образ близок поэтическим скульптурам Праксителя.

Мудрым спокойствием дышит лицо философа, фрагменты статуи которого также были найдены в море близ острова Антикитиры. Голова угрюмого и мрачного кулачного бойца, происходящая из Олимпии, считается произведением скульптора IV в. до н. э. Силаниона. Прекрасным образцом позднеэллинистического портрета является мужская голова с острова Долос – удивительно живая, с выразительным взглядом инкрустированных глаз…

В залах второго этажа Национального археологического музея собрана богатейшая коллекция греческой расписной керамики. Наиболее ценной ее частью являются огромные «дипилонские амфоры», найденные в Афинах близ Дипилонских ворот, и не уступающие им по величине вазы VII в. до н. э. так называемого коврового стиля. Особенно интересно собрание античных ваз VII в. до н. э. из раскопок в местечке Анагирос в Аттике. В других залах представлены превосходные образцы аттических краснофигурных ваз, терракотовых статуэток и фигурных сосудов. В Национальном музее есть также обширные разделы, посвященные эпиграфике и нумизматике.

Музей афинского Акрополя

В далекие времена, когда ахейские цари возводили «крепкостенные» дворцы, сложенные из громадных каменных глыб, а их дружины нападали на Крит и побережье Эгейского моря, в Аттике, на Акрополе – скалистом холме высотой 156 м, расположенном в центре равнины, орошаемой рекой Илиссом и его притоком Эриданом, возник город Кекропия – будущие всемирно известные Афины.

По преданию, Афины основал легендарный царь Кекроп. С именем другого легендарного царя – Эрихтония (или Эрехтея, хотя в отождествлении двух этих имен есть большая путаница), сына бога-кузнеца Гефеста и богини Земли Геи, связано установление в Аттике культа богини Афины и переименование Кекропии в ее честь. Потомком Эрихтония был царь Эгей, сын которого Тесей убил Минотавра и освободил Афины от тяжелой дани критскому царю.

Еще во II тыс. до н. э. территория Акрополя совпадала с первоначальной территорией Афин и была обнесена оборонительными стенами. Особенно мощные укрепления были устроены с западной, пологой стороны холма. Здесь был воздвигнут Эннеапилон – «Девятивратие», бастион с девятью воротами. За стенами находился древний дворец афинских царей – «дворец Эрехтея». Позднее в нем появилось святилище богини Афины, а еще позднее все постройки светского характера переместили в другие места, и Акрополь превратился в средоточие религиозной жизни древних Афин. За ним закрепилось название Священной скалы – здесь располагались многочисленные святилища богини Афины, покровительницы города.

Вид на Афинский Акрополь и Парфенон

Создание величественного ансамбля Акрополя связано с победой греков в греко-персидских войнах. Представители всех греческих городов приняли (449 г. до н. э.) план застройки Священной скалы, предложенный Периклом. Грандиозный архитектурно-художественный ансамбль должен был стать достойным памятником великой победе. Целые горы белоснежного мрамора доставлялись к подножию Акрополя. Лучшие греческие зодчие, ваятели и живописцы почитали за честь работать во славу общепризнанной столицы эллинского искусства. В строительстве Акрополя участвовало несколько архитекторов. Но, согласно Плутарху, главным был Фидий. В ансамбле чувствуется его замысел, наложивший свою печать на детали всех главнейших памятников.

Вратами афинского Акрополя служат монументальные Пропилеи. Они построены в 437–432 гг. зодчим Мнесиклом. От Пропилей брала свое начало торжественная дорога к Парфенону и другим святыням Акрополя, обрамленная низкими каменными стенами участков, посвященным различным богам. По обеим ее сторонам располагались предназначавшиеся им многочисленные посвятительные дары – статуи, скульптурные группы, сокровищницы различных греческих городов.

По ту сторону Пропилей вырастала стоявшая на главной площади Акрополя гигантская бронзовая статуя Афины Промахос, Афины-воительницы, изваянная Фидием. Бесстрашная дочь Зевса олицетворяла военную мощь и славу своего города. За площадью поднимались колонны Парфенона, великого храма, под сенью которого некогда стояла другая статуя Афины, тоже изваянная Фидием: статуя Афины-девы, Афины Парфенос.

Парфенон был построен в 447–438 гг. до н. э. архитекторами Иктином и Калликратом под общим руководством Фидия. Вершина античного зодчества, Парфенон уже в древности был признан самым замечательным памятником дорического стиля. Эрехтейон – второй по значению памятник Акрополя. Если Парфенону отводилась роль общественного храма, то Эрехтейон скорее храм жреческий. Здесь совершались главные таинства, связанные с поклонением Афине. Перед Эрехтейоном со времен глубокой древности росла священная олива, появившаяся от удара копья богини Афины, а в углу у западного фасада храма располагался Кекропейон – могила и святилище легендарного Кекропа, первого царя Аттики. Над ним сегодня возвышается всемирно известный портик кариатид – архитектурный символ Эрехтейона. Существует предположение, что прообразами кариатид Эрехтейона послужили аррефоры – служительницы культа Афины, избиравшиеся из лучших семей Афин. В их функции входило изготовление священного пеплоса, в который ежегодно наряжали древнюю статую Афины, хранившуюся в Эрехтейоне.

Богиня Афина выступает на Акрополе и еще в одной своей ипостаси – Афины Ники, богини победы. Первое святилище Ники на Акрополе было разрушено персами во время греко-персидских войн. В 448 г. до н. э., по случаю мира, закончившего войну с персами, было принято решение о постройке на Акрополе нового храма Афины Ники, или, как его еще называли, храма «Бескрылой Победы»: хотя богиня победы Ника всегда изображалась крылатой, Афина Победительница не могла, да и не должна была иметь крыльев.

Стоявшие рядом Пропилеи и храм Афины Ники взаимно дополняли друг друга. Их архитектурная связь создавала неповторимый ансамбль при входе на священную скалу Акрополя. Храм построил архитектор Калликрат в 427–424 гг. до н. э. Это изящное небольшое сооружение, построенное из мрамора, имеет размеры 5,6×8,3 м. Во времена турецкого владычества храм Ники был разобран и использован для строительства укреплений. В 1830-х гг., после обретения Грецией независимости, турецкое укрепление было аккуратно разобрано, и храм Ники сложили заново. Другим новшеством, появившемся на Священном холме в XIX в., стал музей Акрополя – одно из главных археологических современных учреждений Греции и один из наиболее значительных музеев в мире.

Здание музея построено по проекту архитектора Панагиса Калкоса в 1865–1874 гг. и расположено к востоку от Парфенона. Оно имеет очень простые, кубические формы и заглублено в землю, чтобы его очертания не нарушали ансамбля классических памятников. Внутри, в небольших и таких же скромных залах, размещены великолепные шедевры древнегреческой скульптуры, найденные археологами на Акрополе. Наиболее интересную и ценную часть коллекции составляют статуи и фрагменты скульптурного декора храмов, разрушенных персами при захвате Афин в 480 г. до н. э. Они воскрешают перед нами искусство архаических Афин.

При входе в музей посетителей встречает изваяние совы – священной птицы Афины, датируемая 500 г. до н. э. В вестибюле напротив входа располагается скульптура V в. до н. э., приписываемая Алкамену, ученику Фидия, и изображающая Прокну, мифическую царицу Фракии. Здесь же – бюст Александра Великого, вероятно, работы знаменитого Леохара, изваянный по случаю посещения македонским царем Афин после его победы при Херонее в 338 г. до н. э.

В первых залах музея находятся фронтонные скульптуры, исполненные из пороса (мягкого известняка), частично сохранившие свою первоначальную богатую раскраску. Один из древнейших (конец VII – начало VI в. до н. э.) – небольшой фронтон с изображением Геракла, борющегося с Лернейской гидрой. Он украшал здание похожее на маленький храм или сокровищницу. В центре представлен Геракл, справа от него извиваются змеиные головы гидры, слева стоит его спутник Иолай с колесницей героя.

Архаические храмы часто украшались изображениями различных животных и мифических существ, наделенных, как считалось, способностью отвращать зло. На фронтонах часто изображались львы или львицы, терзающие добычу, – мотив, известный еще в искусстве микенской Греции. Большой выразительностью отличается группа, изображающая львицу, терзающую теленка. Это фрагмент фронтонной скульптуры, датируемой приблизительно 600 г. до н. э. и украшавшей, возможно, древний храма Пфины Полиады. От другого фронтона, на котором были изображены два льва, напавшие на бессильно распростертого на земле быка, сохранились лишь фигура быка и лапы львов.

В ту эпоху были распространены и изображения змей и змееногих существ. Их извивающиеся тела прекрасно заполняли углы фронтонов. Из мифологических героев особой популярностью пользовался Геракл. Его подвигам посвящены многие фронтонные композиции Акрополя. Помимо уже упомянутого фронтона с гидрой в залах музея представлены фронтоны, изображающие введение Геракла на Олимп, борьбу героя с морским чудовищем Тритоном. Этой последней теме посвящен самый интересный из фронтонов. В левой его половине – Геракл, стоящий на коленях рядом с огромным чешуйчатым телом Тритона, которого он душит, обхватив руками. Этой группе в правой части фронтона соответствует фантастическая фигура трехтелого змееногого чудовища Тифона. Хорошо сохранилась первоначальная роспись этих изображений: черные волосы и бороды (у третьей головы Тифона борода зеленовато-синяя, отсюда условное название: фронтон «Синей бороды»), красноватые тела, красно-черные переплетающиеся тела змей. Фронтон этот дошел до наших дней не полностью – не сохранилась его центральная часть; существует много вариантов ее восстановления.

Мосхофор. Ок… 560 до н. э.

Какие здания украшали эти фронтонные скульптуры, относящиеся к первой половине VI в. до н. э.? Об этом до сих пор спорят ученые, не приходя к единому мнению. Во всяком случае, многочисленные фрагменты фронтонов и других архитектурных деталей свидетельствуют, что уже в это время на Акрополе имелось несколько богато украшенных скульптурой зданий. Кроме того, территорию святилища украшали различные статуи. Самой ранней из найденных на Акрополе мраморных статуй (ок. 570 г. до н. э.) является так называемый Мосхофор – человек, несущий на плечах теленка. Надпись, высеченная на прямоугольной базе, свидетельствует, что эта статуя была поставлена афинским гражданином Ромбом или Комбом. Очевидно, изображен он сам, с жертвенным животным на плечах, принесенным в дар богине Афине. Лицо Мосхофора оживлено условной «архаической» улыбкой. Выразителен бычок, мягко и безвольно лежащий на плечах хозяина.

Интересна статуя всадника (ок. 560 г. до н. э.). Голова его представляет собой слепок с хранящейся в Лувре так называемой головы Рампин. Она была найдена на Акрополе в 1877 г. и куплена французским дипломатом Рампином. А спустя одиннадцать лет была найдена и сама фигура. Понадобилось еще несколько десятилетий, чтобы доказать, что голова и торс относятся к одной статуе, являющейся, несомненно, произведением крупного художника. Этого всадника иногда еще называют Персидским, потому что его одеяние, несомненно, восточного происхождения. Статую окружают изваяния других, больших и малых, всадников, образуя выразительную конную группу. Мраморная собака в середине зала, как считают, когда-то охраняла вход в святилище Артемиды Брауронии.

В том же зале можно видеть и другое произведение неизвестного мастера, изваявшего «Персидского всадника», – статую юной девушки, коры, в строгой и простой одежде – пеплосе. Смело и прямо смотрят ее темные глаза на зрителя, прелестно лицо, правильные черты которого представляют классический тип греческой красоты. На длинных, падающих на плечи волнистых волосах, на губах и глазах сохранилась красная краска.

На Акрополе было найдено несколько десятков статуй кор, различных по размерам и времени исполнения. «Кора в пеплосе» является одной из самых ранних в этой серии. Большинство статуй относится ко второй половине VI в. до н. э., когда в Аттике работали ионийские скульпторы. Они создали новый тип коры, быть может, менее выразительный по сравнению с «Корой в пеплосе», зато более нарядный. Одна подле другой стоят в залах музея эти статуи с застывшими на лицах улыбками, в пышных, спадающих красивым каскадом складок одеждах, образуя самое обширное в мире собрание статуй подобного рода. На большинстве статуй сохранились остатки первоначальной раскраски, что заставляет задуматься о том, как красочно выглядел Акрополь в древности. В статуях кор ярко проявляются характерные черты архаической скульптуры. Несмотря на традиционность поз, неподвижность и фронтальность в трактовке фигур, они полны неизъяснимой прелести и очарования еще наивного, во многом незрелого, но удивительно искреннего искусства.

Выделяется своим размером (2,55 м) кора работы знаменитого афинского мастера Антенора. Он переработал ионийский тип в духе более крепкого и сильного аттического искусства, создав исполненный величия и монументальности, хотя и лишенный утонченности и изящества, образ.

Статуя «Задумчивой коры» – одна из самых поздних и привлекательных (ок. 500 г. до н. э.). Полузакрытые глаза ее смотрят грустно и загадочно, четко очерченные губы не улыбаются, отчего лицо выглядит более естественным и выразительным.

Привлекает внимание статуя «Сумрачной коры», посвященная, как видно из надписи на базе, богине Афине Эвтедиком. Это последняя по времени статуя такого типа. Она близка голове юноши, исполненной тем же не известным нам по имени мастером. Обе скульптуры выдержаны в старых, архаичных формах, но ощущающиеся в них непосредственность и жизненность исполнения предвосхищают достижения искусства классического времени.

В следующем зале доминируют фрагменты мраморных фронтонов древнего храма Афины времени Писистратидов (ок. 520 г. до н. э.). Сюжет фронтонов – «гигантомахия», борьба олимпийских богов с гигантами. Центральное место занимает Афина, у ног ее – поверженный ею гигант Эндой. Здесь впервые в аттической скульптуре появляется образ торжествующей, победоносной Афины. Достоин внимания маленький (высота 0,54 м) рельеф с изображением Афины. Богиня стоит, опершись о копье, задумчиво склонив увенчанную высоким шлемом голову. По тонкости исполнения это один из лучших аттических рельефов второй четверти V в. до н. э.

В залах, хранящих произведения классического искусства, большой интерес представляют фрагменты скульптурного декора Парфенона. Из нескольких находящихся в музее плит его фриза выделяются рельефы восточного фасада храма с изображением трех сидящих божеств – Посейдона, Аполлона и Артемиды, а также богини луны Селены на колеснице. Большая часть плит относится к фризу северной стороны и изображает участников Панафинейского шествия. Представлены также фрагменты фронтонных скульптур Парфенона, преимущественно западного фронтона: изображение Кекропа и его дочерей, часть торса Афины, фрагмент дерева оливы с обвившейся вокруг него змеей, колоссальный бюст Посейдона, головы коней и т. д. Большая статуя Афины, датирующаяся концом IV в. до н. э., воспроизводит тип Афины Парфенос Фидия.

В следующем зале находятся фрагменты фриза Эрехтейона (409–406 гг. до н. э.), поражающие контрастом миниатюрных белых фигур и темного, почти черного, фона. Великолепен фриз балюстрады храма Афины-Ники. От всего фриза сохранилось около одной трети плит. Тема его рельефов – празднование победы над врагами. Крылатые богини победы – Ники – ведут к алтарю Афины жертвенных животных, украшают трофеи. В центре и по краям фриза трижды изображена присутствующая на торжестве Афина; она сидит на скале, как бы отдыхая после ратных трудов, у ног ее – круглый щит. Особенной известностью пользуется плита фриза с изображением Ники, снимающей сандалии перед жертвоприношением. Более высокий, чем на фризе Парфенона, рельеф, создающий выразительную игру светотени, подчеркивает динамизм композиции.

В застекленной витрине со специальной атмосферой хранятся подлинные кариатиды Эрехтейона (кроме одной, находящейся в Британском музее). Кариатиды, ныне поддерживающие портик Эрейхтейона – увы, лишь их точные копии. Мера эта оказалась вынужденной: сегодня памятники Акрополя, пережившие войны и человеческий вандализм, подвергаются техногенным опасностям. Вот уже несколько десятилетий кислотные дожди и ядовитый смог разъедают белый мрамор древних храмов. Существует множество планов спасения Акрополя, но пока ни один из них не реализован, так что реставраторы, вероятно, еще долгое время не останутся без работы.

Археологический музей в Ираклионе

Остров Крит расположен в самой крайней точке огромной горной дуги, протянувшейся через Эгейское море к Малой Азии – маленький темный камень на «винноцветной» ладони моря. Легенды и мифы Древней Греции прославили этот остров сказаниями о богах и героях, прекрасных царевнах и о первом полете человека в небо.

На Крите, в пещере горы Дикта, родился верховный бог Олимпа Зевс – сын «Великой матери» Реи. Она бежала сюда, спасая своего сына от людоеда-отца, титана Кроноса, пожравшего всех своих остальных сыновей, опасаясь, что один из них, согласно предсказанию, свергнет его. Пчелы приносили маленькому Зевсу мед, коза Амальтея кормила его своим молоком, нимфы охраняли его. До сих пор сохранилась эта огромная пещера, вход в которую скрыт зарослями тамариска.

Сюда, в обетованный цветущий край, перенес Зевс по морю, превратившись в златорогого быка, похищенную им красавицу Европу – дочь финикийского царя. И здесь, на Крите, Европа родила от Зевса сына – будущего правителя острова, Миноса.

Легенды рассказывают, что царь Минос был столь жесток и высокомерен, что боги в наказание послали ему сына-чудовище. Это чудовище явилось плодом не менее чудовищного греха, совершенного женой Миноса – Пасифаей. Она отличалась неслыханным сластолюбием. Зная это, бог морей Посейдон подослал к Пасифае белоснежного быка, от которого она и родила Минотавра, человека с бычьей головой, питавшегося человечьим мясом.

Минотавр жил в огромном дворце – Лабиринте, построенном на Крите знаменитым зодчим Дедалом, с бесчисленными коридорами, столь хитроумно запутанными, что ни один смертный, раз попав во дворец, уже не мог выйти оттуда и погибал в пасти Минотавра. Каждые девять лет жители заморских земель, подвластных Миносу, присылали семь юношей и семь девушек в жертву Минотавру.

Отважный герой Тесей, сын афинского царя Эгея, убил Минотавра и, совершив этот подвиг, благополучно выбрался из лабиринта по клубку ниток, который дала ему влюбленная в него красавица Ариадна, дочь царя Миноса.

С Крита взлетели Дедал и Икар на крыльях из перьев, скрепленных воском, но Икар слишком высоко поднялся к солнцу, воск растаял, и он упал в море, в память о нем названное потом Икарийским.

На Крите великий Геракл совершил свой седьмой подвиг – укротил знаменитого критского быка, переплыл на нем море и доставил быка в подарок афинскому царю Эврисфею…

Бесчисленны художественные произведения, созданные на эти сюжеты и в античном мире, и в эпоху Ренессанса. Имена их героев по сей день остаются нарицательными. И возможно, этим легендам так и суждено было остаться легендами, если бы однажды на Крит не приехал Артур Джон Эванс, хранитель Оксфордского музея Эшмолин. Именно ему суждено было открыть одну из величайших цивилизаций древности, получившую название крито-минойской.

Однажды сэра Артура Эванса спросили, почему он, не колеблясь, заявил о том, что открыл «Дворец Минотавра», хотя никаких достоверных фактов, подтверждающих правоту его слов, еще не было. Он ответил: «Я поверил в ариаднину нить истории – мифы». Ему возразили: «Но ведь они слишком красивы, чтобы показаться истиной?» Тогда Эванс сказал: «Любой самый красивый узор на ковре вышит обычной нитью, скрученной из овечьей шерсти. Так говорят на Крите. Я забыл про фантастические узоры и увидел нить, скрученную из фактов…»

Сейчас в любом труде, посвященном истории Крита, можно увидеть детальный план «Дворца Миноса» в Кноссе, составленный в результате раскопок Эванса, его учеников и коллег. 16 тыс. кв. м составляла его площадь. В нем было множество залов, пристроек, кладовых, соединенных бесконечными лестницами, коридорами, переходами. Более тысячелетия строился Лабиринт – столько же, сколько существовала минойская цивилизация.

О своих исследованиях Эванс рассказал в четырехтомном труде, в котором разделил всю историю крито-минойской культуры на три основных периода: раннеминойский, уходящий в бронзовый век (III–II тыс. до н. э.), среднеминойский (примерно до 1600 г. до н. э.) и позднеминойский – самый короткий, заканчивающийся примерно 1250 г. до н. э. Период расцвета критской культуры Эванс отнес ко времени перехода от среднеминойской к позднеминойской эпохе – то есть примерно к 1600 г. до н. э., предположительному времени жизни и царствования Миноса. Оказалось, что раскопанные Генрихом Шлиманом циклопические крепости-города в материковой Греции – Микены и Тиринф, поразившие исследователей своим богатством и мощью, первоначально были всего лишь провинциальными городами минойской державы.

Тысячи предметов, обнаруженных на Крите и сэром Артуром Эвансом, и другими учеными, хранятся в Археологическом музее Ираклиона, современной столицы острова. Этот музей – крупнейшее в мире собрание произведений искусства и исторических памятников крито-минойской цивилизации, уникальное по своей красоте и законченности. Посетителей неизменно поражает богатство и разнообразие экспозиции. Большинство представленных здесь объектов происходят из Кносса, остальные – из других мест острова. К числу всемирно известных памятников минойской культуры принадлежат хранящиеся в музее Ираклиона Фестский диск, «Богиня со змеями», вазы из Айя-Триады и Като Закроса, подлинные фрески из дворца в Кноссе, изображающие игры с быком (в самом Кносском дворце их теперь заменяют копии).

Богиня со змеями. II тыс. до н. э.

История музея в Ираклионе берет свое начало в 1883 г. Тогда это был просто обычный музей местного значения. Его расцвет связан с началом широкомасштабных раскопок на Крите, предпринятых сэром Артуром Эвансом и его коллегами, британскими и греческими археологами. В 1904–1912 гг. по настоянию греческих ученых Иосифа Хадзидакиса и Стефаноса Ксантудидеса для разросшихся коллекций музея были выстроены новые помещения. В 1937 г. по проекту архитектора П. Карантиноса началось сооружение нового сейсмостойкого здания, однако эти работы прервала Вторая мировая война. В результате военных действий музею были нанесены значительные повреждения, однако благодаря мерам предосторожности, предпринятым профессором Н. Платоном, его бесценное собрание было сохранено. В 1952 г. музей снова открылся для публики.

Для того чтобы бегло осмотреть двадцать музейных галерей, обычному посетителю, вероятно, потребуется около двух часов, но тому, кто захочет более глубоко и всесторонне познакомиться с выдающимися шедеврами древней крито-минойской цивилизации, понадобится, вероятно, несколько дней. Экспозиция охватывает период в 5 тыс. лет – от неолита до греко-римской эпохи. Основная часть собрания сформирована из материалов раскопок, ведущихся на Крите начиная с 1884 г., и она непрерывно пополняется. Здесь представлены все стороны жизни древнего Крита – художественная, социальная, экономическая.

Один из самых известных шедевров минойского искусства в собрании музея Ираклиона – знаменитая «Богиня со змеями», найденная Артуром Эвансом в 1903 г. Эта терракотовая статуэтка женщины, держащей в каждой руке по змее, датируется приблизительно 1600 г. до н. э. «Богиней» ее называют условно, так как, строго говоря, неизвестно, кого именно изображает эта фигурка. Предполагается, что это может быть некое домашнее божество, связанное с культом плодородия. Высказывалась интересная гипотеза, что жители Крита могли называть эту богиню Ариадной, и таким образом Ариадна греческого мифа – это критская «Змеиная богиня», уменьшившаяся в греческом фольклоре до масштабов царской дочери.

Фресковая живопись была одной из наиболее важных форм минойского искусства. Первыми среди народов, чье художественное творчество дошло до нас, критяне радостно залюбовались видимым миром – с восхищением, со страстным желанием запечатлеть земную красоту. Главным украшением дворцовых покоев была живопись. Стены залов покрывали великолепные фрески, краски которых остались спустя тысячелетия столь ярки и свежи, что, казалось, были нанесены лишь вчера. «Даже наши рабочие чувствовали их волшебное очарование», – писал Эванс. В сравнении с искусством Египта и Месопотамии эта живопись раскрывает перед нами совершенно новый, волнующий мир.

Главная и единственная тема росписей – мирная, цивилизованная жизнь. На фресках изображали юношей, собиравших на лугах крокусы и наполнявших ими вазы, и девушек среди лилий. У этих людей вполне европейское обличье. При этом мужчин было принято изображать с красновато-коричневой кожей, а женщин – с молочно-белой.

Вот они танцуют в роскошных садах, пируют, держа в руках серебряные кубки и золотые чаши, оживленно беседуют, сидя в непринужденных позах на садовых скамейках. В их взорах и выражениях лиц – истинно французский шарм. «Парижанкой» назвал Артур Эванс одно из изображений молодой женщины, обнаруженное в Кносском дворце. Кажется невероятным, что эти люди жили несколько тысячелетий назад.

Еще одна любимая тема критских художников – море; пленительны изображения летающих рыб, дельфинов, рыб. Эти мотивы очень часты и в живописи, и в замечательной критской керамике, например в знаменитой «Вазе с осьминогом». Каждодневное созерцание моря, море как источник главных земных благ – все, что связано с морской стихией, – в содержании и стиле критского искусства, будь то фреска или раскрашенный керамический сосуд.

Среди многочисленных фресок, скульптур, рельефов, изображающих то учтивые беседы изящных женщин с изнеженными мужчинами, то диких животных и птиц, то морскую флору и фауну, один образ встречается с удивительным постоянством – образ быка.

Бык изображался в скульптурах; на фресках, сосудах, кольцах и в мелкой пластике, на изделиях из слоновой кости и глины, золота, серебра и бронзы. Сосуды для религиозных возлияний изготовлялись в виде бычьих голов, а алтари украшались бычьими рогами.

Наиболее ярко образ быка в критском искусстве выступает в ритуальном роге-ритоне, найденном в Кносском дворце. Ритон выполнен в виде бычьей головы из черного стеатита с глазами из горного хрусталя. При взгляде на этого мощного и благородно-величественного быка невольно вспоминается тот самый бык, чей образ принял повелитель богов Зевс и потому вызвал доверие Европы, что был прекрасен.

Акробатические игры с быком. Фреска из Кносса. II тыс. до н. э.

Фрески дворца в Кноссе запечатлели странный обычай, отголоски которого сохранились сегодня только в Испании и Португалии – игры с быком. Что это – изображение простой игры, гимнастических упражнений критян? Но действительно ли это была игра? А может быть, это – документальное свидетельство того, о чем повествует миф о Минотавре? Могла ли эта легенда объяснить содержание рисунков? Может быть, действительно существовал на Крите религиозный обряд, во время которого священному быку бросали на растерзание афинских юношей и девушек, и на этих фресках изображено жертвоприношение Минотавру, чье имя, возможно, буквально означало «бык Миноса»? А за этим кровавым ритуалом в окружении своих придворных наблюдал сам правитель Кносса с маской священного быка на лице…

Народ, населявший остров, любил море и во многом был связан с ним. Моряки, рыболовы, скотоводы, пахари составляли значительную часть населения Крита. Они обрабатывали плодородные равнины острова и собирали богатые урожаи, разводили сады и виноградники, пасли скот. Критяне были и искусными ремесленниками, они строили хорошие суда, отлично умели обходиться и с камнем, и с бронзой, и с железом, и с золотом, знали гончарный круг, обработку дерева, ткачество. Только относительно высокое для своего времени развитие техники, ремесел, сельского хозяйства могло послужить фундаментом для критской культуры.

В конце III тыс. до н. э., примерно в XXII в. до н. э., на острове появляются первые дворцы, а поселения становятся первыми городами-государствами в Европе. Сколько их было в то время, сказать точно пока нельзя. Наиболее могущественным из них стал Кносс на северном побережье острова. Из Кносса через весь остров – с севера на юг – была проложена широкая дорога, связавшая разобщенные сельские поселения. Именно в это время и были заложены первые камни легендарного Лабиринта. И отныне почти на тысячелетие вся судьба не только Крита, но и большей части материковой Греции оказалась связанной с историей и судьбой этого гигантского дворца.

Такие огромные дворцы, как Лабиринт, могли появиться лишь в обществе, где использовался труд рабов. Археологические раскопки свидетельствуют о том, что уже в конце III тыс. до н. э. на Крите начало складываться древнейшее на территории Европы рабовладельческое государство, имевшее свою письменность и свою регулярную наемную армию (открыта фреска, на которой изображен отряд воинов-негров во главе с белым командиром). Первоначально состоявший из нескольких самостоятельных городов-государств (таких же, какие возникнут спустя тысячелетия в Древней Греции), Крит затем оказался под властью кносского царя.

Весь остров, как выяснили исследователи, был покрыт сетью дорог, сходившихся к Лабиринту и охранявшихся сторожевыми постами. Владыки Крита имели огромный мощный флот, надежно оберегавший подступы к острову, – только этим можно объяснить отсутствие крепостных стен вокруг критских дворцов, городов и сторожевых крепостей на побережье.

Критский флот безраздельно господствовал в Средиземноморье, подчинив власти кносских царей «многие земли». Греческий историк Фукидид писал в своей Истории: «Минос раньше всех, как известно нам по преданию, приобрел себе флот, овладел большей частью моря, которое называется теперь Эллинским…» – и добавлял, что правители земель, покоренные Миносом, по первому требованию его поставляли галерников для критского флота. И, как впоследствии в разных концах земли, там, где проходил Александр Македонский, появлялось множество «Александрий», так и в эпоху владычества Крита на Пелопоннесе, Сицилии и других островах Средиземноморья, даже в Аравии, появляются города и поселения, именуемые Миноями.

Упоминания о могучей Критской державе встречаются не только в легендах. О грозном царе Миносе, царствовавшем на Крите, о его мощных эскадрах, о том, как критяне послали экспедицию на Сицилию, писал «отец истории» Геродот. Аналогичные сведения сохранились и у Аристотеля: положение державы Миноса во время ее расцвета, сообщал он, было таково, что царю удалось овладеть едва ли не всеми островами и странами Эгейского моря. Может быть, к этому времени и следует отнести сказание о страшной дани, наложенной на Аттику царем Миносом, – семь юношей и семь девушек ежегодно?

Свой золотой век Крит переживал между 1600 и 1400 гг. до н. э. Эгейское море стало Критским морем. Богатство и мощь Крита обеспечивались его безраздельным господством на море. В то время, когда Египет и Месопотамия строили речные суда с округлым дном, кораблестроители Крита спускали на воду килевые корабли. Устойчивые и крепкие критские корабли бороздили Средиземное море из конца в конец. Вторая половина XVI в. до н. э. была золотым веком Крита: после того как минойские военные корабли очистили море от пиратов, мощь Критского царства стала несокрушима.

Критская держава стояла в одном ряду с такими колоссами Древнего мира, как Египетское, Хеттское и Вавилонское царства. Греческий миф повествует о том, что Европа была похищена быком-Зевсом от берегов Азии и увезена им на Крит. Ретроспективно Европа и Крит сходятся в одной точке: именно крито-минойская цивилизация стоит у истоков всей европейской культуры…

Казалось бы, ничто в то время не могло даже поколебать могущество Крита. Но в конце II тыс. до н. э. происходит катастрофа – загадочная, до сих пор до конца не объяснимая. В развалины превращаются города Кносс, Фест, Агиа-Триада, Палекастро, Гурния – одновременно, словно в один день, в один миг! От тысячелетиями копившейся мощи не осталось ничего. Великая империя пала – как Минотавр под мечом Тесея…

Загадка происхождения и гибели народа, населявшего Крит, и поныне остается главной для всех археологов, для всех ученых, занимающихся древнейшим периодом античной истории. Кто же все-таки был создателем критской культуры, строителем замечательных дворцов Кносса и других городов и поселений острова? Кто жил на Крите до прихода туда греков?

Согласно Гомеру, остров населяли пять различных народов – критяне, кидоны, ахейцы, дорийцы, пеласги. По сведениям Геродота, критский царь Минос не был греком, однако Фукидид свидетельствует об обратном. Артур Эванс склонялся к гипотезе об африканско-ливийском происхождении населения Крита. Дерпфельд, бывший сотрудник Шлимана, в 1932 г. утверждал, что критское искусство зародилось в Финикии. Есть гипотеза о том, что предками критян являлись хетты, выходцы из Малой Азии, и кртияне говорили на языке, близком к хеттскому, – то есть были индоевропейцами. Есть и прямо противоположная точка зрения – цивилизация Крита создана не индоевропейцами. Высказывалось предположение, что вся критская культура является лишь частью ахейской, т. е. греческой. Однако многое говорит за то, что уровень развития греческой цивилизации был в то время значительно ниже критского.

Нитью Ариадны, которая вывела бы из этого лабиринта, могла бы стать письменность. На Крите обнаружено несколько тысяч табличек со знаками линейного письма, в том числе архив Кносса. Эти знаки различны – существует линейное письмо «А», более древнее, и линейное письмо «Б», относящееся к XV–XIV вв. до н. э. Последнее представляет собой тексты на греческом языке, записанные критскими знаками и в критской манере слогового письма. Это может означать только одно: в XV в. до н. э. Кноссом правили говорившие на греческом языке чужеземцы. Что касается линейного письма «А», то попытки его расшифровки до сих пор не увенчались успехом.

Возможно, что древнейшие жители Крита говорили на языке, который исследователи называют «минойским»; не был ни греческим, ни вообще индоевропейским и не состоял в родстве ни с одним из известных науке языков. Расшифровка письма «А» помогла бы не только приподнять завесу над некоторыми тайнами древних письменностей, но и выяснить ряд нерешенных вопросов, связанных с историей Крита. Дополнительную неразбериху вносит еще один тип критского письма – иероглифический.

Памятником этой письменности является знаменитый терракотовый диск диаметром в 15 см, найденный итальянским археологом Луиджи Пернье 3 июля 1908 г. на южном побережье Крита, среди руин Фестского дворца, разрушенного катастрофическим землетрясением около 1400 г. до н. э. Ныне Фестский диск хранится в Археологическом музее Ираклиона. На протяжении сотни лет тревожит он воображение ученых.

Загадка Фестского диска – одна из величайших тайн мировой истории. Для чего он был создан? Где и кем? Что означает? Ответов нет, одни предположения. Ученые расходятся и датировке диска: одни полагают, что он был создан между 1850 и 1600 гг. до н. э., другие датируют его 1400 г. до н. э., третьи относят к XIV в. до н. э.

Фестский диск. XVII в. до н. э.

Диск изготовлен из обожженной глины и имеет 15 см в диаметре и толщину чуть более 1 см. С обеих сторон на нем помещено более двухсот никому не понятных знаков, расположенных по спирали, – очевидно, это какая-то форма иероглифической письменности. Знаки разделены радиальными линиями на группы. Слова? Предложения? Или надпись на диске слоговая, то есть отдельные знаки обозначают слоги, а не буквы?

Всего на диске имеется 241 символ, включая 45 уникальных, объединенных в 61 «слово» – 31 на одной стороне и 30 на другой. Ученые установили, что знаки были выдавлены на глине с помощью специальных штампов, после чего диск был обожжен в огне для придания ему долговечности. Но неужели эти штампы изготовили только для одного-единственного диска? Не может быть! А раз так, то где-то должны находиться и другие надписи, изготовленные тем же способом!

Должны. Но их нет. Символы, сопоставимые со знаками на загадочном диске, в небольшом количестве найдены среди других критских надписей (сегодня за этой письменностью закрепилось название «критская иероглифика»). Известны и примеры спирального расположения надписей: подобные тексты находят и на Крите, и в Эгейском бассейне, и в Этрурии. То есть нельзя говорить, что Фестский диск не имеет никаких подобий в окружающей его культурной среде. Однако при этом он по-прежнему остается уникальным явлением. Надпись на Фестском диске не расшифрована до сих пор, несмотря не бессчетные попытки, и серьезные ученые склонны полагать, что она будет расшифрована лишь в том случае, если найдется еще достаточное число аналогичных надписей.

Столь же неясным, как и критская письменность, предстает конец минойского царства. Он был неожиданен и мгновенен. Что погубило великую цивилизацию? Сэр Артур Эванс ясно различил три периода разрушения, с временным разрывом около 200 лет.

На острове происходили какие-то катастрофы, после которых Кносский дворец дважды перестраивался заново. Первая произошла около 1700 г. до н. э. И дворец в Кноссе был разрушен. Версия о том, что это дело рук каких-то вражеских племен, не особенно доказательна. Скорее всего, виновато землетрясение. Ведь дворец в Фесте тоже погиб, но позднее. Впрочем, не исключено, что он был разрушен тогда же, но просто не до такой степени.

Около 1600 г. до н. э. жизнь вновь налаживается. Это было время второго, главного периода расцвета Крита. Из руин восстанавливаются старые дворцы: они перестраиваются и улучшаются.

Спустя 200 лет наступил конец. Буквально в одно мгновение произошло что-то ужасное. Едва ли не до основания были разрушены целые города. Весь остров лежал в развалинах, был покрыт кровью и пеплом. После этого удара Крит уже не поднялся.

Сэр Артур Эванс считал, что разрушение минойского дворца явилось следствием какого-то мощного природного катаклизма. При раскопке кносского дворца он обнаружил те же признаки внезапной и насильственной гибели и разрушений, какие были в Помпеях, погибших в результате извержения Везувия: брошенные орудия труда, оставшиеся незавершенными различные изделия и произведения искусства, внезапно прерванная домашняя работа. Катастрофа произошла около 1400 г. до н. э. (с разницей плюс-минус пятьдесят лет). Месяц, когда произошла катастрофа, ученые называют почти точно: конец апреля – начало мая. Определить это помогли следы пожара, обнаруженные на остатках стен критских зданий. Оказывается, в это время дул сильный ветер, который сносил дым пожарищ почти горизонтально к северу. Такой ветер на Крите дует только во второй половине апреля – начале мая.

Вероятно, города Крита были разрушены мощным землетрясением. Как следствие этого, возник пожар. «Люди, – пишет Эванс, – были захвачены врасплох, судя по следам, все произошло чрезвычайно быстро. Вот, к примеру, тронный зал кносского владыки. Он был найден в состоянии полнейшего беспорядка. В одном из углов лежал опрокинутый большой сосуд из-под масла, рядом находились какие-то культовые сосуды. Вероятно, царь поспешил сюда, чтобы в последний момент совершить какую-то религиозную церемонию. Но, очевидно, не успел ее закончить. Следы насильственно прерванной работы видны и в домах ремесленников, художников».

Еще в 1939 г. греческий археолог Спиридон Маринатос высказал предположение о том, что главной причиной упадка и гибели минойской цивилизации стала редкая, гигантская по масштабам природная катастрофа. В 100 км к северу от Крита, в группе Кикладских островов, лежит маленький остров Тира (Санторин). Геологи установили, что в древности здесь произошло извержение вулкана Санторин и землетрясение, повлекшее за собой проникновение морской воды внутрь вулканического конуса и, наконец, колоссальной силы взрыв самого Санторина, уничтоживший большую часть острова. Это случилось около середины II тыс. до н. э. В результате пострадала значительная часть Эгейского архипелага, включая остров Крит. Мощная волна-цунами, вызванная взрывом вулкана, произвела ужасающие опустошения во всех бухтах и гаванях островной минойской державы и, таким образом, практически уничтожила критский флот. И тогда на ослабленную страну с материка двинулись полчища иноземных завоевателей – греков-ахейцев…

Вероятнее всего, именно греки-ахейцы нанесли сокрушительный удар по критской культуре. Раскопки показали, что и в Кноссе, и в Фесте, и в других местах – везде были разрушены и сожжены дворцы и поселения. В последние годы наука нашла новые доказательства в пользу того, что именно ахейцы завоевали Кносс. Можно предположить, что легендарная победа Тесея была символическим изображением победы, одержанной прибывшим с материка завоевателем, который разрушил дворец Миноса. Как бы то ни было, факт остается фактом: где-то около 1400 г. до н. э. рухнула власть Миноса. Начался распад державы легендарного царя.

Дворцы и скульптуры, фрески и украшения, вся блестящая материальная культура, созданная критоминойской цивилизацией, дважды сыграла огромную роль в формировании европейской и мировой культуры и искусства.

Первый раз – в период своего расцвета, когда она стала началом, основой многого из того, что и поныне дорого всем нам, передав свои знания и искусство пришедшей ей на смену древнегреческой, эллинской, цивилизации.

Второй раз – когда археологи извлекли на свет погребенные веками и, казалось, навсегда забытые следы этой культуры, когда «не помнящее родства» человечество было внезапно потрясено высоким совершенством заново открытой древней культуры и как будто стало припоминать свою кровную связь с ней, то называя «парижанками» пленительных критянских женщин, изображенных на стенах Кносского дворца, то сопоставляя все лабиринты мира с Лабиринтом Минотавра. Профессор Спиридон Маринатос и его последователи пришли к выводу, что греческий философ Платон, описывая в VI в. до н. э. гибель легендарной Атлантиды, имел в виду не мифический остров в океане, а минойскую цивилизацию в Восточном Средиземноморье, погибшую «в один день и в один час» в результате взрыва вулкана Санторин.

Был ли Крит легендарной Атлантидой? Что за загадочный народ населял остров, на каком языке он говорил? Каким богам поклонялся? Увы, все это покрыто тайной. Но независимо от того, были или нет критяне в кровном родстве с греками, памятники критского искусства приносят нам из глубины веков неопровержимое свидетельство того, что Крит был подлинной колыбелью древнегреческой, а значит, и всей европейской цивилизации. Во всяком случае, мы не знаем другой колыбели, более ранней…

Дания

Национальный музей в Копенгагене

В 1806 г. библиотекарь Копенгагенского университета Расмус Нируп опубликовал книгу под названием «Обзор национальных древностей». К тому времени он уже организовал при университете небольшую коллекцию археологических находок и теперь предлагал создать учреждение более масштабное – Датский национальный музей древностей. Проект библиотекаря-энтузиаста требовал больших сил и средств, но правительство отнеслось к его затее весьма благосклонно.

В 1807 г. был образован «Королевский комитет по охране и собиранию национальных древностей», секретарем которого и стал Расмус Нируп. Средства, отпущенные правительством, позволили Нирупу в короткий срок собрать большое количество экспонатов, в число которых он включил и свою частную коллекцию. В 1807 г. был образован Датский национальный музей древностей. Тогда же к работе в музее был привлечен молодой купец, нумизмат и археолог-любитель Кристиан Юргенсон Томсен (1788–1865), сменивший в 1816 г. Расмуса Нирупа на посту секретаря Королевского комитета. Впоследствии Томсен стал первым хранителем Национального музея. Эту должность он занимал в течение почти полувека, вплоть до своей смерти.

Музей был торжественно открыт для публики в 1819 г. Томсен обычно сам водил по нему посетителей. Он систематизировал не только коллекции музея, но и то, что до того в беспорядке хранилось в университетской библиотеке.

Национальный музей в Копенгагене

Изучая экспозиции Национального музея, датский ученый Ведель-Симонсен еще в 1813 г. предложил периодизацию первобытной истории человечества по трем эпохам. Он писал: «Вначале древние жители Скандинавии делали оружие и орудия труда из камня и дерева. Затем они стали использовать медь, а еще позднее – железо. По этому признаку развитие их культуры можно разделить на три эпохи: век камня, век меди и век железа. Между этими периодами нет четких и однозначных границ. Они заходят один на другой, и можно не сомневаться, что после появления меди беднейшая часть сообщества продолжала еще пользоваться каменными орудиями, а после появления железа – медными».

Развивая идеи Ведель-Симонсена, Томсен в 1836 г. разработал «систему трех веков». Он доказывал, что не только древние жители Скандинавии, но и все человечество прошло в своей истории через последовательные стадии развития производственных навыков: каменный век, предшествующий применению металлов, бронзовый век и железный век. Такой подход послужил для Томсена ключевым при построении экспозиции Национального музея в Копенгагене. Томсен установил четкую связь между характером материальных памятников и их возрастом. Поскольку выделенные им стадии следуют одна за другой во времени и каждой из них присущ обширный набор артефактов, можно отнести любой из них к той или иной стадии. С тех пор периодизация первобытной истории по трем эпохам – каменный, бронзовый и железный века – стала классической. Позже такие археологи, как Монтелиус (1843–1921) и другие, усовершенствовали систему трех веков, разделив каменный век на палеолит (древний каменный век), мезолит (средний каменный век) и неолит (новый каменный век) и даже установив еще более дробное членение.

Коллекции Национального музея быстро разрослись, и вскоре для них потребовалось новое помещение. Музей был переведен во дворец Кристиансборг, построенный в 1743–1744 гг. по проекту Николая Эйгтведа и в XVIII в. служивший резиденцией королевской семьи. Экспозиция музея остается в стенах этого дворца до сего дня. Разделенная на несколько крупных отделов – археология, этнология, нумизматика, этнография, естествознание и др., – она охватывает 15 тыс. лет датской истории и предыстории, начиная с момента, когда первые группы доисторических охотников на северных оленей появились на территории современной Дании. Наиболее яркая группа экспонатов связана с эпохой бронзы и раннего железа. К ней принадлежат знаменитые «Колесница Солнца», мумия девушки из Эгтведа, серебряный котел из Гундеструпа и золотые рога из Галлехуса.

«Колесница Солнца» является одной из самых впечатляющих находок всей датской предыстории. Она была обнаружена в 1902 г. при случайных обстоятельствах в болоте Трундхольм на острове Зеландия (самый большой остров Дании). Это совершенно уникальное произведение древних мастеров – нигде в мире больше не найдено ничего подобного. Оно состоит из большого диска, одна сторона которого покрыта тонким слоем золота, поставленного на шесть колес и запряженного бронзовой лошадью; центр диска украшен (с обеих сторон) рядом кругообразных и спиральных узоров. На краю диска находится петля, соответствующая петле на груди лошади, и можно предположить, что первоначально они были соединены веревкой или цепью. Во рту лошади проделано отверстие – вероятно, для узды. Фигура лошади объемна – если вспомнить, что подобный прием не имеет аналогов в этот период, то легко понять, насколько изумительным произведением искусства она является. Тело со стройными ногами и выразительные черты лошадиной морды говорят о том, как хорошо художник знал и любил свою натуру. Шея животного украшена рядом тонких линий, изображающих гриву, а глаза навыкате окружены звездообразным мотивом.

Колесница Солнца

Очевидно, «Колесница Солнца» была связана с каким-то солярным культом, существовавшим у древних. Она символизирует сияющее на небе Солнце, солнечный день. Вторая сторона темная – это ночь, время, когда Солнца на небе нет (другая интерпретация: одна сторона диска олицетворяет Солнце, другая – Луну). Но все это не более чем догадка, и мы не располагаем реальным знанием о мыслях и верованиях, вдохновивших создателей этого необычного произведения искусства.

В 1921 г. общеевропейской сенсацией стала еще одна находка – прекрасно сохранившееся тело так называемой девушки из Эгтведа. Как показали данные дендрохронологии, она умерла около 1370 г. до н. э. и была погребена под большим курганом высотой 4 м и диаметром около 30 м. В 1921 г. курган раскопали археологи. В основании могильного холма находился дубовый гроб, ориентированный по линии восток – запад. Его доставили в лабораторию Национального музея в Копенгагене, и когда подняли крышку, внутри оказались хорошо сохранившиеся останки худощавой девушки 16–18 лет, ростом 160 см, с длинными светлыми волосами. Кости истлели, но кожа, ногти и зубная эмаль прекрасно сохранились. Тело было обернуто в воловью кожу. В головах умершей поставили маленькую коробочку из бересты, где лежали, по-видимому, принадлежавшие ей вещи – приколка, бронзовые булавки и шерстяной шнур – возможно, это была лента для волос. Девушка была одета в короткую юбку из шнурков, соединенных у талии и по низу, и короткую рубашку из шерсти, оставляющую талию обнаженной, с рукавами, достигающими локтя. На запястьях у нее были бронзовые браслеты. Талию опоясывал шерстяной пояс с затейливыми кисточками и с большим бронзовым диском, украшенным спиралями. К поясу был прицеплен роговой гребень. Возле колен девушки кто-то из сородичей положил букет тысячелистника (очевидно, погребение совершалось летом) и поставил небольшое берестяное ведерко, сшитое с помощью лыка. Исследование осадка показало, что в нем находился напиток, сваренный из пшеницы, меда, болотного мирта и брусники. В ногах девушки лежал узел из шерстяной ткани, содержащий обугленные кости ребенка в возрасте шести-семи лет. В этом кроется какая-то тайна: почему ребенок был кремирован, а девушка – нет? Не был ли ребенок положен в могилу в качестве жертвы?

Гундеструпский котел

Ни одна из реликвий древней Европы не вызвала в свое время столько споров, как знаменитый серебряный котел из Гундеструпа, хранящийся ныне в Национальном музее в Копенгагене. Его иногда называют кельтским «котлом изобилия». Он был найден разобранным на отдельные части в 1891 г. в торфяном болоте близ небольшого датского селения Гундеструп в Ютландии.

На протяжении многих лет считалось, что этот котел, изготовленный кельтскими мастерами, был привезен из Галлии в III в. до н. э. Однако сегодня в среде ученых возобладало мнение, что он был создан в начале I в. до н. э., а некоторые относят его даже к более позднему времени и считают, что он изготовлен в начале нашей эры. Мастерство, с которым выполнен котел, поистине замечательно. Этот огромный (одна только ручка его весит около килограмма!) сосуд – одно из самых поразительных произведений кельтских литейщиков – снаружи и внутри покрыт орнаментированными серебряными пластинами. Чеканщики обильно украсили его фигурками людей, животных и мифологических чудищ. Сюжеты изображений посвящены религиозным темам. На внешней стороне котла – изображения различных богов и богинь, на внутренней – сцены из мифов, связанных с соответствующими культами. С внутренней стороны на дне котла изображена сцена заклания быка – главного культового животного кельтской религии. Вся композиция иллюстрирует некое событие, смысл которого пока неясен. Ученые пытаются истолковать отдельные сцены и идентифицировать отдельных персонажей – например человека в рогатом шлеме. Некоторые видят в нем изображение прославленного кельтского героя Кухулина.

Хотя мотивы изображений являются, несомненно, кельтскими, в них присутствует элемент, чуждый галльской традиции. Поэтому исследователи пришли к выводу, что котел был создан где-то в восточных областях кельтского мира, скорее всего – в Венгрии или Моравии, а может быть, и в Дакии. Здесь были распространены те же религиозные концепции, что и у западных кельтов. В Данию котел скорее всего попал как военный трофей, а в торфяное болото был брошен в качестве благодарственного жертвоприношения богам. Факт его обнаружения в Скандинавии, куда кельты не доходили, служит одним из многочисленных примеров широкого распространения кельтского искусства в Европе.

Золотые рога из Галлехуса (Северный Шлезвиг) относятся к эпохе германского железного века (V в.). Судьба этих уникальных в художественном и историческом отношении изделий весьма драматична. Эти два больших золотых рога были найдены практически в одном месте, но в разное время. Оба рога хранились в королевском Кабинете редкостей, но в 1802 г. их украл оттуда ювелир и часовщик Нильс Хейденрейх. К тому времени, когда полиция напала на след злоумышленника и арестовала его, преступник успел переплавить похищенное. Бесценные творения древнегерманских ювелиров обратились просто в желтый металл…

В последующем на основе сохранившихся рисунков и описаний несколько раз изготавливались копии этих рогов. Ныне демонстрирующиеся в музее два новых рога сделаны в 1979–1980 гг. на основе новейших научных исследований, и, как считается, они стоят гораздо ближе к оригиналам, чем предыдущие копии.

Оба рога первоначально имели одинаковые размеры. Первый рог, неповрежденный, найденный в 1639 г., весил 3,2 кг, имел в длину 75,8 см, диаметр устья составлял 10,4 см. Второй рог, найденный в апреле 1734 г., был сильно поврежден – от него остался только центральный сегмент. На нем была вырезана руническая надпись на древненорвежском языке. Оба рога состояли из спаянных друг с другом широких колец, каждое из которых было покрыто чеканными фигурами. Эти фигуры, вероятно, изображали события из какой-то норвежской саги, которая не дошла до наших дней. По другой версии, эти образы связаны не с норвежской, а с кельтской мифологией. Так, среди них можно встретить изображение с рогами и ожерельем, очень похожее на кельтского бога Цернуноса (сходное изображение можно встретить, например, на серебряном котле из Гундеструпа). На это же указывают дополнительные иконографические элементы, таких как козел, змеи, олень – животные, обычно связанные с Цернуносом. Вероятно, эти рога использовались для ритуального питья, а впоследствии были либо принесены в жертву, либо зарыты в земле как сокровище, хотя последнее сомнительно.

Помимо этих необычных рогов в Национальном музее хранится огромная коллекция рогов для питья, которые использовались главным образом членами различных купеческих и ремесленных гильдий во время общих трапез. Они сделаны из рогов преимущественно южноевропейского рогатого скота и имеют металлическую отделку. Во время пиршеств эти рога, наполненные хмельными напитками, передавали из рук в руки как знак солидарности членов гильдии. Если кто-нибудь проливал напиток из рога, то он должен был заплатить штраф в пользу гильдии.

В залах, посвященных средневековому периоду, демонстрируется и множество гораздо более прозаических вещей, принадлежавших обычным людям: орудия труда крестьян и ремесленников и грубая повседневная одежда. Уникальна коллекция предметов одежды из средневековых погребений в Гренландии. Как известно, этот холодный, покрытый льдом остров был колонизирован викингами в XI–XIV вв. и колония некоторое время процветала, однако в XIV в. ее связи с Европой оборвались. Колония быстро пришла в упадок, в Европе о ней забыли, а ее население погибло при неясных обстоятельствах. Много лет спустя, уже в XX в., датские археологи, раскапывая старые кладбища гренландских колонистов, нашли в них прекрасно сохранившиеся ткани, головные уборы, предметы одежды, оружие и орудия труда.

Экспозиция музея включает в себя также несколько интересных камней с руническими надписями XII–XIV вв., уникальные «золотые алтари» датских церквей XII–XIII вв., забавное собрание средневековых металлических рукомойников, изготовленных в форме животных – чаще всего львов – или всадников. Исторической реликвией является так называемый «крест королевы Дагмар». Он был обнаружен в 1695 г. в средневековом погребении в Рингстеде и стал частью королевского Кабинета редкостей. Предполагалось, что крест мог принадлежать королеве Дагмар, супруге датского короля Вальдемара Победителя. Известно, что она умерла в 1212 г. и была похоронена в Рингстеде. Сегодня ученые склонны полагать, что этот крест скорее всего принадлежал сестре короля Вальдемара, Рикице.

В коллекции Национального музея нашла также свое отражение техническая и научная революция, связанная с эпохой Ренессанса. К этому периоду относится ряд интересных научных инструментов, созданных ведущими учеными и изобретателями той поры. В 1543 г. Каспар Фопель из Кёльна изготовил армиллярную сферу, то есть модель вселенной с Землей в центре, вокруг которой вращаются 11 колец, представляющих орбиты Луны, Солнца, планет и звезд. Интересно, что эта сфера, хранящаяся ныне в Национальном музее Дании, была создана в том же самом году, когда великий польский астроном Николай Коперник опубликовал свою книгу «О вращении небесных сфер» (по злой иронии судьбы она вышла в свет в день смерти ученого). В этой книге он утверждал, что Солнце, а не Земля является центром вселенной.

В Национальном музее можно узнать много интересных фактов из истории датского государства и народа. Здесь хранятся предметы, связанные с именами различных исторических деятелей, судьба которых порой бывала трагична. Так, в музее можно увидеть топор, которым в 1772 г. отрубили голову Иоганну Фридриху Струэнсе. Немец по происхождению, он был личным врачом психически больного датского короля Кристиана VII и благодаря своим незаурядным способностям с 1770 г. стал фактическим правителем страны при недееспособном монархе. Он модернизировал Данию в соответствии с идеями просвещения, модными в Европе XVIII в. Аристократия, однако, была не в восторге от его прогрессивных замыслов. Использовав тот факт, что Струэнсе был любовником королевы, противники первого королевского министра его обвинили в «оскорблении величества» и приговорили к смертной казни.

В Национальном музее хранится и интересный портрет, написанный темперой и долгое время остававшийся загадочным. На нем изображен среднего роста мужчина с высоким лбом, с коротко остриженными вьющимися волосами, одетый в роскошную сорочку, украшенную драгоценными каменьями. После долгих исследований историки и искусствоведы пришли к выводу, что это портрет Ивана Грозного. Судя по надписи, портрет был написан в 1565 г., когда Иван IV добавил к своему титулу звание «самодержец». Теперь ученым оставалось установить, как же попал этот портрет в Национальный музей в Копенгагене?

В музейных архивах было выяснено, что до 1828 г. он находился в Королевской кунсткамере. В инвентарной описи кунсткамеры портрет описан очень кратко: «Старинная мужская голова написана московским манером». О происхождении его не сказано ни слова, но на обороте сильно обветшавшей бумаги сохранилась часть латинской надписи. Всю надпись прочесть не удалось, но на ее оставшейся части сказано, что «это редкий портрет Московского царя Ивана Грозного… привез с собой к датскому королю господин Габель при отъезде из Москвы в феврале 1677 г.».

Именно в этот год в Москве находился датский посол Фридрих фон Габель, который от имени датского короля Христиана V вел переговоры о заключении русско-датского союза. Видимо, через него царь Федор Алексеевич и передал редкий портрет своему «брату» – датскому королю, который поместил его, наряду с другими драгоценностями, в кунсткамеру. Кунсткамера была ликвидирована в 1828 г., хранящиеся в ней сокровища были переданы в разные музеи, а портрет – в этнографическое отделение копенгагенского Национального музея.

Государственный музей изобразительных искусств

Государственный музей изобразительных искусств в Копенгагене – национальное художественное собрание Дании. Созданный на основе частного королевского собрания картин, гравюр и рисунков, он открылся для публики в 1843 г. В 1896 г. музей переехал в новое здание, построенное по проекту архитектора Вильхельма Далерупа, в котором до сих пор размещается основная часть его коллекций. Экспозиционных площадей музею не хватало с самого начала, но эта проблема была решена только в 1998 г., когда параллельно со старым зданием музея было построено новое (архитектор Анна Мария Индрио). Оба музейных крыла связаны друг с другом стеклянной крышей, под защитой которой разместилась аллея скульптуры, и пешеходными мостиками, соединяющими первые этажи.

Копенгаген. Государственный музей изобразительных искусств

В экспозиции музея прослеживается семисотлетняя история европейского искусства – от раннего Ренессанса до наших дней. Собрание насчитывает около 9 тыс. картин и скульптур, приблизительно 300 тыс. акварелей, гравюр и рисунков, более 2600 гипсовых копий лучших работ ваятелей античности, средневековья и Ренессанса. Основная часть коллекции старых мастеров происходит из Кунсткамеры датских королей. В 1750 г., когда уроженец Германии Герхард Морель стал хранителем собраний короля Фредерика V, он предложил создать отдельную коллекцию картин. Затея была весьма честолюбивой: художественное собрание датских монархов не должно было ни в чем уступать коллекциям других европейских королевских домов и аристократических семейств в самой Дании. По всей Европе агенты Мореля скупали картины и скульптуры итальянских мастеров, полотна нидерландских и немецких художников.

Самым важным приобретением за время пребывания Мореля на посту хранителя Кунсткамеры стала картина Андреа Мантеньи «Страдающий Христос». Среди других выдающихся мастеров, работы которых можно увидеть в залах Государственного музея изобразительных искусств в Копенгагене, – Тициан, Тинторетто, Якопо Бассано («Казнь Иоанна Крестителя», ок. 1550), Лукас Кранах, Рубенс, Франс Хальс, Рембрандт. Очень полно представлено в собрании фламандское и голландское искусство XVI–XVII вв.

Существенную часть музейной экспозиции занимает современное искусство. Помимо работ Пикассо, Брака, Леже, Руо и Модильяни музей владеет весьма представительным собранием американского и немецкого современного искусства, прекрасной коллекцией картин Эмиля Нольде (1867–1956), одного из ведущих мастеров экспрессионизма («Тайная вечеря», 1909), и двадцатью работами Анри Матисса («Площадь в Сен-Тропе», 1904; «Мадам Матисс» («Зеленая полоса»), 1905, и др.).

Хотя зарубежное искусство играет важную роль в собрании копенгагенского музея, главное место в нем отведено все же датскому искусству XVII–XX вв. В течение всего XIX в. музейное собрание пополнялось почти исключительно работами датских художников, и ныне здесь собрана непревзойденная коллекция картин мастеров так называемого золотого века датской живописи (первая половина XIX в.) – В. Эккерсберга, К. Кёбке, Й-Т. Лундбю и др.

В отдельном разделе представлена королевская коллекция гипсовых копий. Она начала создаваться еще в середине XVIII в. и была призвана познакомить датчан с классическим искусством Европы, от античности до Ренессанса. Гипсовые отливки с известнейших произведений мастеров прошлого, статуи греческих богов и бюсты римских императоров, христианские образы с порталов средневековых романских и готических соборов служили в качестве натуры студентам Датской Академии искусств.

Коллекция гравюр и рисунков, ныне насчитывающая около 300 тыс. работ, начала создаваться еще в XV в. Жемчужиной ее можно считать превосходное собрание гравюр Альбрехта Дюрера, подаренное самим художником датскому королю Христиану II в 1521 г. В коллекции музея хранится и любопытная серия из четырех портретов, представляющая двух русских царей – Михаила Федоровича и Алексея Михайловича – и двух легендарных восточных правителей. Она попала в Данию не позднее 1696 года; портреты эти изначально принадлежали королевской Кунсткамере.

Глиптотека «Нового Карлсберга»

Глиптотека «Нового Карлсберга» – художественный музей в Копенгагене, основанный в XIX в. «пивным королем» Карлом Якобсеном (1842–1914). Его отец, Якоб Якобсен (1811–1887), в 1847 г. основал компанию «Карлсберг» по производству пива, построив завод на западной окраине Копенгагена. И он сам, и его сын Карл вошли в историю Дании не только как владельцы известной фирмы, но и как крупные меценаты. Якоб Якобсен положил начало семейной коллекции произведений искусства, отдавая особое предпочтение античной скульптуре. Карл разделял интерес своего отца к коллекционированию, хотя учеба в Париже в 1860-х гг. не прошла для него даром – он предпочитал французскую скульптуру, а позднее увлекся современным датским искусством и античностью.

По возвращении из Франции Карл Якобсен основал свой собственный пивоваренный завод, получивший название «Новый Карлсберг». Продолжая семейные традиции, он щедро жертвовал средства на культурно-просветительские цели. Более всего Карл Якобсен прославился тем, что подарил Копенгагену знаменитую статую Русалочки, ставшую ныне одним из символов датской столицы.

Стремясь обеспечить будущее семейной коллекции, уже в то время являвшейся крупнейшим частным собранием Дании, Карл Якобсен в 1882 г. основал художественно-скульптурный музей под названием Глиптотека «Нового Карлсберга» (по названию пивоваренного завода), а в 1888 г. пожертвовал его датскому народу. Здание Глиптотеки построил в 1897 г. архитектор Вильгельм Далеруп – этот год и считается годом рождения музея. Этот же архитектор спроектировал большой, покрытый куполом, зимний сад, соединивший здание музея с новым крылом, сооруженным в строгом неоклассическом стиле в 1906 г. по проекту Хака Кампманна. Третье крыло музея было возведено уже в 1996 г. (архитектор Хеннинг Ларсен).

Несмотря на то что музей теперь принадлежал муниципалитету, Карл Якобсен оставался его директором вплоть до своей смерти в 1914 г. На этом посту его сменил его сын, Хельге Якобсен. Он страстно увлекался современным французским искусством и, став директором Глиптотеки, организовал зал современной живописи. Любовь Хельге Якобсена к творчеству Гогена стала одной из причин того, что в Глиптотеке сегодня собрана внушительная коллекция работ этого художника. Однако более всего этот копенгагенский музей славится своим собранием скульптуры – одним из лучших в Европе. Он и первоначально задумывался как музей скульптуры (термин «глиптотека» означает собрание скульптуры).

Сегодня собрание Глиптотеки насчитывает в общей сложности более 10 тыс. работ. Главный акцент – французская и датская скульптора и живопись XIX–XX вв., однако в музее имеются и отделы древнеегипетского искусства, античной – греческой и римской, а также современной скульптуры. Коллекция этрусских древностей – одна из самых обширных за пределами Италии. Не менее полно представлено искусство Древнего Рима, в первую очередь скульптура. Этот раздел экспозиции охватывает период II в. до н. э. – V в. н. э.

В собрании Глиптотеки хранится самая значительная в мире коллекция датской скульптуры периода «золотого века» датского изобразительного искусства (1800–1850 гг.). Это время является эпохой расцвета датской художественной культуры, что не в последнюю очередь объясняется ее тесным соприкосновением с художественной жизнью других стран Европы.

Галерея «Нового Карлсберга» славится своей обширной коллекцией французских импрессионистов и постимпрессионистов. Здесь выставлены полотна Моне, Писсарро, Ренуара, Дега, Сезанна, Ван Гога, Тулуз-Лотрека и Боннара. В коллекции Глиптотеки имеется около 40 картин Гогена, в том числе «Бретонская пастушка», «Конькобежцы в парке Фредериксборг», «Таитянская женщина с цветком», «Двое детей». В экспозиции представлены его керамика, деревянная скульптура и исполненные в других техниках произведения. Гоген, как известно, был тесно связан с Данией и неоднократно посещал Копенгаген.

Хранящаяся в музее коллекция скульптур – около 30 работ – является одной из лучших за пределами Франции. В экспозиции также имеются бронзовые скульптуры Эдгара Дега, включая ряд его балерин, и многочисленные работы норвежско-датского скульптора Стефана Синдинга (1846–1922). Раздел скульптуры XX в. включает такие работы, как «Девочка, расчесывающая волосы» Пикассо и «Семейный портрет» Джакометти.

Глиптотека «Нового Карлсберга» является одним из самых популярных художественных музеев Дании, ежегодно ее посещает около 350 тыс. человек.

Ирландия

Национальный музей Ирландии

Национальный музей Ирландии – главный музей страны. Его коллекции охватывают сферы материальной культуры, декоративно-прикладного искусства и естествознании. Сегодня музей состоит из четырех отделов, по существу – самостоятельных музеев, три из которых расположены в Дублине и один – в графстве Мейо.

Национальный музей, первоначально называвшийся Дублинским музеем науки и искусства, был создан в 1877 г. В его распоряжении были переданы этнографические и естественнонаучные коллекции Королевского Дублинского Общества и собрания ряда образовательных учреждений, таких как колледж Королевской Ирландской Академии и Тринити-колледж.

В августе 1890 г. открылось здание Национального музея, построенное в духе «викторианского палладианства» по проекту архитекторов Т. Дина-старшего и Т. Дина-младшего. Его фасады и интерьеры украшены поистине с королевской роскошью: декоративная каменная кладка, резьба по дереву, мозаика, цветная майолика, глазурованные изразцы. Ныне в этом дворце расположились археологические и исторические коллекции Национального музея. Они насчитывают более 2 млн артефактов, охватывающих период от 7000 г. до н. э. до позднего Средневековья. Экспозиция включает в себя также богатую коллекцию египетских древностей и историческую выставку, рассказывающих о событиях, предшествовавших провозглашению независимости Ирландии в 1921 г.

В собрании музея – множество золотых изделий кельтской эпохи, а также всемирно известная коллекция раннесредневековых литургических предметов и драгоценностей, к числу которых принадлежат знаменитая чаша из Ардага и брошь из Тары. Многие из этих уникальных изделий древних мастеров были найдены в XIX в. при случайных обстоятельствах и случайными людьми и уцелели только благодаря вмешательству Королевской Ирландской Академии – иначе большая часть золотых предметов была бы попросту пущена на переплавку. В наши дни ирландцы с гораздо большим уважением относятся к своему историческому наследию. Примером тому может служить уникальная «Болотная Псалтырь». Этот редкий памятник раннего Средневековья, датированный IX–XI вв., в июле 2006 г. нашел и извлек из топкой почвы бульдозерист. Пергаментная книга из 20 страниц, в кожаном переплете, была обнаружена в раскрытом состоянии, на листе с 83-м псалмом. Удивительно, что эта тысячелетняя книга вообще смогла сохраниться! Ныне эту уникальную находку можно видеть в Национальном музее.

Вторая секция Национального музея Ирландии – Музей естествознания. Некогда он принадлежал Королевскому Дублинскому Обществу и был открыт еще в 1857 г. Сегодня его коллекции насчитывают около 2 млн экземпляров, они накапливались на протяжении более чем двух веков. Основа собрания была заложена в конце XVIII в., и в последующие годы пополнение музейных фондов велось по двум направлениям: зоология и геология. Ботанические коллекции были переданы музею Национальным Ботаническим садом в 1970 г. Сегодня в собрании музея можно увидеть любопытные экземпляры животных из Ирландии и далеких уголков земного шара, многие из которых давно перешли в разряд вымерших.

Дублин. Национальный музей. Казармы Коллинза

В сентябре 1997 г. в бывших казармах Коллинза открылась секция истории и декоративного искусства Национального музея. Ее собрания отражают экономическую, социальную, политическую и военную историю Ирландии за последние три века. В дополнение к этому здесь представлена большая коллекция ирландского, европейского и восточного декоративного искусства: оружие, мебель, серебро, керамика и стекло, ткани и костюмы. Одним из наиболее интересных экспонатов является китайская фарфоровая ваза, изготовленная около 1300 г.

Последним подразделением Национального музея стал Национальный музей народного быта в парке Турлуг (графство Мейо), открывшийся в 2001 г. Это – единственная часть Национального музея, расположенная за пределами Дублина. Сегодня в его экспозиции насчитывается приблизительно 50 тыс. объектов, разносторонне характеризующих традиционный быт ирландцев.

Испания

Прадо

XVIII век вошел в историю Европы как век просвещения. Передовые умы Испании, как и повсюду в Европе, начинает занимать мысль о необходимости создания публичных музеев. В XVIII в. в Испании особенное внимание обращали на естественные науки, поэтому было решено, что первый публичный музей будет посвящен естествознанию.

В 1785 г. для него было отведено место в большом парке Прадо, откуда и произошло впоследствии название музея. Здание возводилось по проекту выдающегося архитектора Хуана де Вильянуэва и представляет собой лучший образец испанского классицизма XVIII в. Однако музей не был достроен – этому помешали смерть короля Карла III в 1788 г., абсолютное равнодушие к делам культуры его преемника – короля Карла IV, а позднее – и это явилось главной причиной – наполеоновское нашествие.

Музей Прадо

Только в 1814 г. был издан указ об окончании строительства здания, к тому времени уже сильно пострадавшего от наполеоновских войск. В работе по восстановлению Прадо главную роль сыграл архитектор Антонио Лопес Агуадо. Изменилась и концепция музея – теперь было решено разместить в нем художественные сокровища королевских дворцов, апартаменты которых в то время обновлялись в духе современных вкусов. Первыми в музей были переданы произведения, хранившиеся во дворцах Мадрида и Аранхуэса.

Музей Прадо был торжественно открыт 19 ноября 1819 г. В постановлении об его открытии было сказано: «Целью музея является давать знания, воспитывать художественный вкус как у учеников, так и у профессоров художественных академий, а также и у иностранцев, чтобы создать Испании славу, которую она заслуживает». Таким образом Прадо со дня открытия становится общедоступным музеем.

В начале коллекция Прадо состояла из сравнительно небольшого количества картин: их было всего 311. Произведения отбирались с большой строгостью. Так, совершенно не допускались картины с обнаженной натурой: из дворцовых собраний их передали в закрытые фонды Академии Сан-Фернандо. Постановлено было даже сжечь эти картины, но за них вступился маркиз Санта Крус – гофмаршал двора Фердинанда VII и член Совета Академии.

Основой музейного собрания послужили коллекции картин, собранные испанскими монархами на протяжении трех веков. Вначале эти полотна предназначались главным образом для украшения дворцовых покоев и церковных капелл. В XVI в. большую роль в пополнении королевской коллекции сыграли военные походы Карла V в Италию и долгое пребывание императорского двора в Брюсселе. Карл V охотно приобретал произведения иностранных мастеров. Его любимым живописцем был Тициан. В 1548 г. король заказал ему свой конный портрет в память победы под Мюльбергом.

Карл V почти не жил в Испании, он предпочитал Брюссель. Там во дворце и хранились приобретенные им коллекции картин Тициана, Моро, Якопо Бассано и других известных живописцев. Впоследствии часть этих коллекций была привезена в Испанию Маргаритой Австрийской, королевой Нидерландов. Большинство картин из этих собраний теперь находится в Прадо.

Сын Карла V, Филипп II, став королем, не покидал Испании. Он расширил королевские коллекции картин и украсил ими дворец Алькасар в Мадриде, загородный дворец Прадо, перестроенный им для своей третьей жены Елизаветы Вальде, а позднее и Эскориал – дворец-монастырь, любимое место пребывания Филиппа II в последние годы жизни. Сокровища Эскориала король сделал относительно доступными для обозрения. Фаворит Филиппа II Луис Мендес Аро писал испанскому послу в Лондоне дону Алонсо де Карденас: «Он (Эскориал) является как бы театром, через который в продолжение года беспрерывно проходит большое количество иностранцев, чтобы полюбоваться его великими чудесами».

Подобно своему отцу, Филипп II высоко ценил итальянскую живопись и продолжал давать заказы Тициану, который писал для него портреты и аллегорические картины. Очень охотно Филипп II приобретал и картины Иеронима Босха – вероятно, его прельщала изощренная фантазия этого художника. Не случайно поэтому в Прадо оказалось лучшее полотно Босха «Сад наслаждений».

В том, что королевские коллекции значительно пополнились при Филиппе II, большую роль сыграл Веласкес, бывший придворным художником короля и его главным советником в вопросе приобретения предметов искусства. Одна из поездок Веласкеса в Италию основной своей целью имела покупку картин и скульптур для украшения дворцовых помещений: «В 1648 г. был послан Его Величеством дон Диего Веласкес в Италию с особым поручением к папе Иннокентию X, чтобы получить от него помощь в покупке оригиналов живописи и античных статуй…» Веласкес особенно высоко ценил венецианских мастеров – за богатство и свободу их живописной техники. Ему удалось приобрести ряд выдающихся произведений Веронезе, Тинторетто и Бассано, которые теперь украшают стены Музея Прадо. Много прекрасных картин было куплено во время распродажи коллекции казненного английского короля Карля I, среди которых были такие шедевры, как «Смерть Богоматери» Мантеньи, «Автопортрет» Дюрера и другие.

В 1628 г. в Мадрид с дипломатическим поручением приезжал Рубенс. Роль дипломата не мешала великому художнику и в Мадриде заниматься живописью. Написанные им здесь картины были приобретены королем. Другие произведения Рубенса («Сад любви», «Три грации», портрет Марии Медичи и другие) были куплены уже после смерти художника.

…Постепенно количество картин в Прадо увеличивалось: в 1821 г. их было уже 512, из них 194 – мастеров итальянской школы. В 1819 г. вышел первый каталог Прадо, составленный Луисом Эусеби. Начиная с этого времени издания каталогов Прадо стали регулярными, они выходят через каждые четыре-пять лет. Экспозиция музея заметно пополнилась в 1826 г., когда в Прадо были переданы многие картины, хранившиеся в Академии Сан-Фернандо. К этому времени Музей Прадо располагал 724 живописными полотнами, было положено начало собранию скульптуры. Значительно обогатило Прадо и разрешение забрать часть картин из Эскориала, а также основанного в 1840 г. музея монастыря де ла Тринидад, где хранились произведения искусства, вывезенные из испанских монастырей, закрытых в 1836 г.

Со временем Прадо становится все более независимым от королевского двора. В составе дирекции музея появляются люди искусства. Особенно плодотворной была деятельность художника Хосе Мадрасо, ставшего в 1837 г. директором музея. Самая знаменательная дата в истории Прадо – 1868 г., когда он из королевского музея был преобразован в музей города Мадрида. Изменился и характер его пополнения, теперь уже независимого от вкуса его покровителей. Ранее в Прадо почти отсутствовали картины испанских художников XV–XVI вв. – эпохи испанского Возрождения. Мало было картин голландских и английских мастеров. Администрация музея начала заполнять эти пробелы: была куплена коллекция картин Бермехо, а также введено в основную экспозицию большинство картин Гойи, до того хранившихся в запасниках. Новые поступления из Эскориала пополнили собрание Прадо такими шедеврами, как «Снятие с креста» Рогира ван дер Вейдена и «Сад наслаждений» Иеронима Босха.

В XX в. музей получил значительные подарки от ряда частных коллекционеров. В 1915 г. много картин пожертвовал Прадо известный собиратель Пабло Босх. В их числе были «Мадонна с Младенцем» Моралеса и «Увенчание Девы Марии небесной славой» Эль Греко. В 1919 г. швейцарец Эрлангер преподнес в дар музею росписи Гойи из «Дома Глухого» с их фантастическими образами, созданными неукротимой фантазией великого живописца. В 1930 г. Фернандес Дюран передал Прадо свою ценнейшую коллекцию прикладною искусства, а также ряд картин, среди которых были «Колосс» и «Автопортрет» Гойи, а также «Мадонна с Младенцем» Рогира ван дер Вейдена. В этом же году музей получил большой денежный дар от графа де Картагена, что позволило приобрести ценные произведения Сурбарана, Яна ван Скореля, Рибальты и других. В 1946 г. в музей пополнился двумя картинами Франсиско Гойи, выполненные им в Бордо, – «Иоанн Креститель» и «Молочница».

В Прадо часто устраиваются выставки. Некоторые из них имеют всеевропейское значение. В 1927 г. здесь состоялась выставка произведений испанских мастеров, которая затем демонстрировалась в Риме и Париже. Большая экспозиция, посвященная Гойе, была открыта в 1928 г. К этому было приурочено издание богато иллюстрированного каталога, в который вошли картины, до этого не известные широкой публике.

Д. Веласкес. Пряхи. Ок. 1657 г.

В настоящее время Музей Прадо наряду с Лувром, Британским музеем, Дрезденской галереей и Национальной галереей в Лондоне входит в число величайших музеев мира. Коллекция Прадо насчитывает более 3 тыс. живописных полотен. Параллельно с пополнением собрания идет интенсивная работа по расширению здания музея, в нем производятся перестройки и достройки, в результате чего было открыто 19 новых залов. Это дало возможность широко демонстрировать произведения не только величайших представителей испанской школы живописи – Эль Греко (Доменико Теотокопули), Веласкеса и Гойи, но и не менее прославленных представителей других художественных школ – итальянца Тициана и фламандца Рубенса.

Музей Прадо исключительно богат собранным в нем шедеврами мирового искусства. В его стенах хранится целый ряд выдающихся произведений Тициана, Веронезе, Рафаэля, Эль Греко, Дюрера, Рубенса, Рогира ван дер Вейдена. Все наиболее известные полотна Веласкеса – «Вакх», «Кузница Вулкана», «Сдача Бреды», «Менины» и «Пряхи» – находятся в Прадо. Только здесь можно увидеть его знаменитую серию придворных шутов, великолепные конные портреты испанских королей, виды парка виллы Медичи в Риме и другие. Только в Прадо можно по достоинству оценить и всю широту диапазона творчества Гойи.

Из-за исключительно благоприятных климатических условий картины в Прадо сохранили присущую им первоначальную свежесть красок.

Музей Тиссена-Борнемиссы

«Я не могу взять картины с собой на небо, куда я надеюсь сам в скором времени попасть. Так что, как ни печально будет для меня это расставание, но моя коллекция останется здесь».

Эти слова барон Ганс Генрих Тиссен-Борнемисса произнес в одном из интервью за три месяца до своей кончины. Ему исполнился 81 год. За плечами была долгая жизнь, годы неутомимого труда и заслуженная слава «короля коллекционеров». Его собрание живописи стало крупнейшей в мире частной коллекцией. По своему значению оно уступает только коллекции английской королевы, которую частной можно считать лишь условно.

Барон Тиссен-Борнемисса был последним из великих меценатов Европы. В этом отношении он явился продолжателем традиций своей семьи. Наследник «стальных королей» Тиссенов, сын Генриха Тиссена и венгерской баронессы Маргит Борнемиссы, он после войны возглавил семейный концерн. Еще его дед, основатель династии Август Тиссен, выходец из простой семьи, в конце XIX в. покупал рисунки Дюрера и Рембрандта, заказывал скульптуры у Огюста Родена. Семейную традицию продолжили его сыновья Фриц и Генрих. В 1920–1930-е гг. они, пользуясь биржевым крахом и экономическим кризисом, по смехотворным ценам купили несколько сотен работ старых мастеров – прежде всего «малых голландцев», средневековых немецких живописцев, итальянских художников эпохи Возрождения. Из этой коллекции барону Тиссену-Борнемиссе досталось лишь несколько десятков картин. Они и легли в основу его собрания, в котором спустя полвека насчитывалось уже более 1600 полотен крупнейших художников с мировым именем.

«Я предпочитаю собирать то искусство, которое понимаю и в котором разбираюсь», – говорил барон. Тиссен-Борнемисса собирал прежде всего картины старых мастеров, однако он охотно покупал полотна и импрессионистов, и представителей классического модерна – Моне, Ван Гога, Пикассо, Кандинского. О значении его коллекции говорят хотя бы такие факты: во всем мире лишь один-единственный портрет кисти Рембрандта находится в частном владении. И как вы думаете, где? В коллекции Тиссена-Борнемиссы. Лишь одна картина Альбрехта Дюрера попала в частные руки – естественно, в собрание барона…

В 1985 г. барон женился на «Мисс Испании», актрисе Кармен Сервера (это был его пятый по счету брак) и, отойдя от дел, переехал на постоянное место жительства в Испанию. А в начале 1990-х гг. заговорили о том, что барон собирается продать свою знаменитую коллекцию. Борьбу за нее вели Великобритания, Швейцария, США, Германия. Однако в 1992 г. Тиссен-Борнемисса продал свое собрание испанскому государству – за 330 млн долларов. Эта сумма составляла лишь около трети реальной стоимости собрания, однако барон, как всегда, руководствовался в этом деле своим любимым девизом: «Достоинство превыше богатства».

Для хранения и демонстрации коллекции был отведен старинный дворец Вильяэрмоса, заложенный в XVII в., перестроенный в начале XIX в. в стиле неоклассицизма и перепланированный для своего нынешнего предназначения по проекту архитектора Рафаеля Монео в 1992 г. Музей Тиссена-Борнемиссы находится в самом центре Мадрида, напротив знаменитого Музея Прадо. Сегодня здесь демонстрируются скульптуры, ковры, предметы прикладного искусства, но главное сокровище музея – это более 800 картин, от фламандских примитивистов до современного авангарда. В их числе – полотна Ван Эйка и Кранаха, Риберы и Мурильо, Кандинского, Пикассо и Дали.

Барон Тиссен-Борнемисса скончался 27 апреля 2002 г. в своем поместье в Сан-Фелиу-де-Гишолс под Жироной в провинции Каталония. А летом 2004 г. открылось новое крыло Музея Тиссена-Борнемиссы – это 8 тыс. кв. м помещений. Здесь выставлены более 300 произведений искусства, приобретенных уже вдовой барона, Кармен Тиссен-Борнемисса. Новая коллекция значительно пополнила галерею таких направлений и течений, как голландская живопись XVII в., импрессионизм и постимпрессионизм, живопись США, ранний авангард XX в., фовизм и экспрессионизм в немецком искусстве.

С появлением нового собрания картин постоянная экспозиция Музея Тиссена-Борнемиссы насчитывает более 1 тыс. произведений. На основе этого собрания созданы филиалы музея в Мадриде и Барселоне. Сегодня Музей Тиссена-Борнемиссы считается крупнейшим в Испании – после знаменитого Музея Прадо и Музея современного искусства Королевы Софии. Он пользуется огромной популярностью. Ежегодно его посещают более 600 тыс. человек.

Музей королевы Софии

Официальное название этого музея – Национальный музей «Центр королевы Софии», однако в народе за ним давно закрепилось название Музей королевы Софии. Расположенный в одной из вершин так называемого золотого треугольника искусств в Мадриде (две других вершины составляют Музей Прадо и Музеи Тиссена-Борнемиссы), он был открыт 10 сентября 1992 г. и назван по имени королевы Софии, супруги правящего испанского короля Хуана-Карлоса.

Музей размещается в здании старинного госпиталя XVII в., построенного архитектором Франсиско Сабатини. В последующие годы оно неоднократно подвергалось различным модификациям и дополнениям, а в 1970-х гг. власти Мадрида подняли вопрос о его полной разборке. В 1977 г., после долгих споров, здание было объявлено историческим и архитектурным памятником национального значения, и было решено использовать его в качестве музея. В 1980 г. начались обширные работы по реконструкции. В 1988 г. королевским декретом вместо прежнего Музея современного искусства был образован Национальный музей «Центр королевы Софии», и тогда же в отреставрированных помещениях бывшего госпиталя открылась временная экспозиция. Работы по реконструкции и переоборудованию здания продолжались еще четыре года, и лишь 10 сентября 1992 г. в присутствии короля Хуана Карлоса и королевы Софии музей был торжественно открыт.

Музей королевы Софии – национальное собрание современного искусства. Здесь находятся работы преимущественно испанских художников XX в. В их числе – Хуан Грис, Хоан Миро, Хулио Гонсалес, Эдуардо Чильида, Пабло Паласуэло, Пабло Гаргальо, Луис Кордильо, Лусио Муньос, Хорхе Ортега, Хосе Луис Гутьеррес Солана и множество других. Однако всемирную известность музею принесли хранящиеся здесь работы Сальвадора Дали и Пабло Пикассо, и прежде всего, самая знаменитая «политическая» картина XX в. «Герника». Ее значение в истории искусства огромно. Однако и поныне нет единого мнения об этом произведении. Одних оно потрясает своей художественной силой, пронзает, как крик страдания, гнева и протеста, других оставляет в смущенном недоумении. Своеобразная творческая манера Пикассо вызывала и до сих пор продолжает вызывать споры вокруг «Герники».

Непосредственным поводом для создания «Герники» (картина предназначалась для испанского павильона Всемирной выставки 1937 г.) стали события гражданской войны в Испании. 26 апреля 1937 г. бомбардировщики немецко-итальянского воздушного легиона «Кондор» уничтожили баскский город Гернику на севере Испании. Независимо от политических оценок происходивших в те годы событий, эту бомбардировку, от которой пострадали прежде всего тысячи невинных людей, следует считать варварским актом, прологом к тем жестоким авианалетам, которым подвергались города Европы во время Второй мировой войны. Гибель Герники вызвала негодование во всем мире. Пабло Пикассо (1881–1973) присоединился к этому протесту средствами искусства. В 1937 г. он создает свою грандиозную трагическую композицию.

В «Гернике» Пикассо не воспроизводит события и не пытается выстроить сюжет; его полотно вообще не содержит изображения чего-либо определенного, а являет собой художественный символ всемирной катастрофы. Вся картина наполнена фрагментами, обломками реальных и фантастичных, изобразительных и отвлеченных мотивов живой и неживой природы, которые рушатся, разламываются под напором чудовищного вихря. Безжалостные деформации человеческих тел убедительно, материально, почти физически дают почувствовать ужас истребления людей, кошмарную абсурдность самой идеи убийства.

Композиция «Герники» напоминает калейдоскоп: хаотично разбросанные, пересекающиеся друг с другом формы уложены строго на свои места в безупречно выверенном порядке. Цветовая гамма очень гармонична – черно-белая, но резкая экспрессия картины буквально рвется за пределы холста. В этом отношении «Герника» очень схожа с агитационным плакатом. Недаром некоторые исследователи называют это творение Пикассо «монументальной графикой, созданной живописными средствами». Отдельные изображения покрыты рядами мелких черточек – имитацией газетных страниц, что еще более усиливает публицистическую направленность картины. В то же время сложная система образов и предельная субъективность способа выражения лишают «Гернику» историчности: это – не рассказ о бомбардировке реального испанского города, но потрясающей силы свидетельство о бесчеловечности, преступности фашизма. В драме Герники, уничтоженной фашистскими бомбами, Пикассо увидел символ гибели, в которую фашизм ввергает все человечество. Таким образом «Герника» становилась и тревожным пророчеством, и орудием борьбы. Позже в одном из своих комментариев к «Гернике» Пикассо говорил, что «за мир нужно бороться». И великий художник боролся так, как умел: созданные им «Герника» и «Голубь мира» стали художественными символами XX в.

Постоянная экспозиция музея размещена на двух этажах, втором и четвертом. На втором выставлены работы художников-авангардистов 1900–1939 гг. (от начала XX в. до окончания гражданской войны в Испании), на четвертом – произведения мастеров послевоенного периода. Музей королевы Софии располагает также обширной библиотекой по искусству, насчитывающей более 100 тыс. книг, 3,5 тыс. звукозаписей и почти 1 тыс. видеозаписей.

Национальный археологический музей

Национальный археологический музей в Мадриде был основан в 1867 г. в соответствии с декретом королевы Изабеллы II. Первоначально его цель состояла в том, чтобы служить хранилищем археологических, нумизматических и этнографических коллекций, собранных испанскими монархами и до того хранившихся в Королевской библиотеке, Королевском кабинете натуральной истории, Королевском нумизматическом кабинете и т. п. Позже собрание музея пополнилось за счет покупок, пожертвований и материалов археологических раскопок, а сам музей приобрел характер не только образовательного, но и крупнейшего научного учреждения страны.

Мадрид. Национальный археологический музей

В первые годы своего существования музей временно располагался в особняке, известном под названием Казино королевы, которое некогда принадлежало Исабель де Браганса, супруге испанского короля Фердинанда VII (1813–1833). В 1895 г. все фонды музея были перемещены туда, где находятся и поныне: в неоклассическое здание, построенное в 1867–1892 гг. по проекту архитектора Франсиско Хареньо де Аларкона. В 1968–1981 гг. оно было частично реконструировано, чтобы разместить увеличившиеся коллекции.

Постоянная экспозиция музея посвящена истории Иберийского полуострова начиная с доисторических времен до XIX в. Она включает в себя также коллекции древностей Египта и античной Греции. Основные разделы экспозиции посвящены доисторическому периоду, иберийским, кельтским, греческим и римским древностям. Эпоха средневековья представлена тремя разделами: вестготским, мусульманским и периода реконкисты. К этому следует добавить сокровища нумизматического кабинета. Вся эта уйма предметов разных времен расположилась в 39 залах на трех этажах, и чтобы даже бегло осмотреть всю экспозицию, потребуется по крайней мере два с половиной часа.

К числу наиболее интересных и важных экспонатов относятся частично реконструированные росписи, сделанные доисторическим художником в знаменитой на весь мир пещере Альтамира, сокровища вестготских королей («Клад из Гуаррасаре») и таинственный женский бюст, известный под названием «Дама из Эльче».

Альтамира – обширная известняковая пещера на севере Испании, близ города Сантандер, в Кантабрийских горах, получившая всемирную известность своими древнейшими наскальными рисунками. Ее называют «Сикстинской капеллой первобытного искусства». Пещеру, вход в которую еще в древности был засыпан обвалом, случайно обнаружили в 1868 г. Спустя несколько лет ее исследованием занялся испанский археолог и спелеолог дон Марселино де Саутуола. Во время одного из посещений пещеры девятилетняя дочь Саутуолы неожиданно обнаружила на низком потолке бокового грота удивительные рисунки. Ученый пришел к выводу: росписи Альтамиры – дело рук первобытного человека.

Они свидетельствуют о том, что первобытные охотники были далеко не такими примитивными, какими представлялись ранее. Эти современники мамонтов и шерстистых носорогов своими росписями демонстрируют такой художественный уровень, который оставался недостижимым для последующих поколений людей в течение многих тысячелетий. Но в отличие от позднейших художественных эпох о том времени не осталось ни письменных свидетельств, ни косвенных упоминаний, поэтому о смысле и назначении этого искусства специалисты могут лишь догадываться по размещению рисунков, гравюр и скульптур, по сюжетам изображений, а также на основании археологических находок.

Изображения Альтамиры относятся к мадленской культуре позднего палеолита. Их возраст насчитывает 15,5 тыс. лет. Почти сразу от входа в мягкой глине пещерных стен появляются сплетения процарапанных линий, постепенно переходящие в головы и тела животных. В третьем зале черными контурными линиями изображены лошади и бизоны. Наряду с нарисованными и высеченными на скале фигурами зверей здесь есть и рисунки, отдаленно напоминающие человеческие тела. Рядом видны красно-коричневые отпечатки ладоней и знаки разнообразных форм, смысл которых не разгадан.

Первобытные художники искусно использовали естественные рельефные выступы на скальной поверхности, что усиливало пластический эффект изображений. Несколько уверенных штрихов – и неровности скалы превращались в мастерски исполненные изображения лежащих бизонов.

Для фресок чаще всего применялись различные минеральные красители. Желтая, красная и коричневая краски обычно приготовлялись из охры, черная и темно-бурая – из окиси марганца. Белая краска вырабатывалась из каолина, различные оттенки желто-красного цвета – из лимонита и гематита, древесный уголь давал чернь. Связующим веществом в большинстве случаев была вода, реже – жир. В Альтамире были обнаружены и большие морские раковины, в которых хранились краски.

Широко известный и до сих пор остающийся предметом острых дискуссий полихромный бюст, высеченный из камня и известный под названием «Дама из Эльче», был найден при случайных обстоятельствах 4 августа 1897 г. в Алькудии, приблизительно в 2 км к югу от города Эльче (провинция Аликанте). Французский знаток древностей Пьер Пари приобрел скульптуру и отправил ее во Францию. Вплоть до начала Второй мировой войны она экспонировалась в Лувре. В 1940–1941 гг. правительство Виши и испанское правительство вели переговоры о возвращении «Дамы из Эльче» в Испанию, и 27 июня 1941 г. скульптура была наконец выставлена в мадридском Музее Прадо, а затем перемещена в Национальный археологический музей, где и остается до сих пор.

Находка «Дамы из Эльче» вызвала большой интерес в научных кругах и заставила ученых пристальнее взглянуть на культуру древних иберов. Считается, что скульптура создана в IV в. до н. э. мастерами с Иберийского полуострова, однако в ней несомненно присутствуют следы иных культурных веяний: одни специалисты полагают, что эллинистических, другие – этрусских, третьи видят в «Даме из Эльче» признаки тесных иберо-карфагенских связей, а некоторые исследователи даже находят в «Даме из Эльче» черты искусства американских индейцев. Бюст, как принято считать, изображает женщину (некоторые полагают – мужчину), облаченную в очень сложный головной убор со странными большими «катушками» по обеим сторонам лица. Отверстие в задней части скульптуры указывает на то, что она, возможно, использовалась как погребальная урна.

Дама из Эльче

Знаменитый клад из Гуарассаре представляет собой клад золотых предметов исключительной ценности – вотивных[3] корон и крестов, украшенных драгоценными и полудрагоценными камнями – некогда пожертвованных одной из толедских церквей вестготскими королями. Клад был найден в 1858 г. в Гуаррасаре поблизости от Толедо, древней столицы королевства вестготов. Находившиеся в его составе предметы были разделены: часть их ныне хранится в Музее Клюни в Париже, другая – поступила в королевскую коллекцию в Мадриде и ныне находится в Национальном археологическом музее. Наиболее ценными находками оказались две золотые вотивные короны, украшенные сапфирами, жемчугом и другими драгоценными камнями. Одна корона представляла собой дар короля Рецесвинта, другая – короля Свинтилы. Корона Свинтилы была украдена из музея в 1921 г. и так никогда и не была найдена. Помимо этих двух корон в состав клада входило несколько других корон меньшего размера и множество вотивных крестов. Были в составе клада и золотые пояса, но они также бесследно исчезли.

Национальный художественный музей Каталонии

Во второй половине XIX в. в Каталонии стало набирать силу движение по восстановлению и сохранению самобытного культурного наследия этой испанской провинции, в итоге увенчавшееся созданием Музея каталонского искусства. Он был открыт 11 ноября 1934 г. в Барселоне, в залах Национального дворца, построенного на вершине горы Монжуик в 1926–1929 гг. для Всемирной выставки 1929 г. Музей, где были собраны произведения искусства XI–XVIII вв., просуществовал всего два года: в 1936 г. в Испании началась гражданская война, и он был закрыт. Его коллекции были эвакуированы – частью во Францию, в Париж, частью в небольшие городки на франко-каталонской границе. Лишь в 1942 г., после того как в Испании укрепилось правительство генерала Ф. Франко, музей был открыт вновь; его экспозиции пришлось восстанавливать на протяжении двух лет. В 1945 г. в здании бывшего барселонского арсенала открылся Музей современного искусства Каталонии, коллекции которого охватывали период с XIX по XX в.

В 1990 г. собрания старого Музея каталонского искусства и Музея современного искусства были объединены под общим названием Национального художественного музея Каталонии. В его структуру вошли также отдел рисунков и гравюр, Нумизматический кабинет Каталонии и библиотека истории искусства. Позднее, в 1996 г., был создан отдел фотографии. Отдельные секции реорганизованного музея открывались для доступа посетителей постепенно: в 1995 г. – отдел романского искусства, в 1997 г. – готического; в 2000 г. публика смогла увидеть собрания произведений искусства ренессанса, барокко и XIX–XX вв. Официальное открытие музея состоялось в 2004 г., в присутствии испанской королевской четы.

Здесь находится крупнейшее в мире собрание средневековой каталонской живописи. В нем преобладают росписи церквей, алтари, культовая скульптура.

Романская живопись Каталонии XI–XIII вв. – по-настоящему значительное явление в истории мировой культуры. В ее образном строе привлекают напор, энергия, ощущение весомости и молодой, зреющей силы. Особенность Каталонии – необычайно высокая плотность сохранившихся монументальных памятников XI–XIII вв. на сравнительно небольшой территории; в остальной части страны раннесредневековых росписей сохранилось сравнительно мало. Большая часть монументальных росписей ныне перенесена в музей. Некогда они украшали небольшие сельские церкви и часовни, что открывало путь к проникновению в христианскую по содержанию живопись чисто фольклорных элементов. Из-за своего размера и высокого качества живописи эти фрески являются уникальными. Не меньшую ценность представляют произведения средневековых каталонских резчиков по дереву, скульпторов, серебряных и бронзовых дел мастеров и эмальеров.

Развитие готического искусства в Каталонии началось в XIII в. В музее этот раздел представлен очень полно и разнообразно: фресковая живопись, изделия из металла и эмали, скульптура из камня и дерева, резьба по слоновой кости. Две секции специально посвящены скульптуре XIV – начала XV в. Особые залы отведены также отдельным живописцам той поры или определенным темам, например, погребальному искусству, изображениям Девы Марии или скульптурам донаторов.

В разделе искусства эпохи Ренессанса и барокко представлены работы испанских, итальянских и фламандских мастеров XVI–XVIII вв. Основу этой коллекции заложили произведения местных, каталонских мастеров, и в дальнейшем она увеличивалась главным образом за счет пожертвований от частных лиц. Особенность ее в том, что в отличие от многих других собраний подобного рода она отражает вкусы не монархов и аристократов, а представителей демократических слоев, в первую очередь зажиточных горожан. Искусство XIX – первых десятилетий XX в. представлено работами местных, каталонских мастеров, в первую очередь – великого архитектора и декоратора Антонио Гауди. В этот период художественная жизнь Каталонии была на редкость бурной, одно художественное движение сменяло другое: неоклассицизм, реализм, модернизм, ноусентизм, «поколение 1927 года», авангард; многие из этих направлений пустили глубокие корни на каталонской земле.

В Национальном художественном музее Каталонии выставлена также часть коллекции барона Тиссена-Борнемиссы, включающаяся в себя произведения каталонского искусства середины XIX – второй половины XX в., а также европейскую живопись и скульптуру от готики до рококо.

Нумизматический кабинет обладает обширной коллекцией монет, медалей и бон Каталонии и соседних территорий, насчитывающей в общей сложности 130 тыс. единиц, начиная с VI в. до н. э. и до настоящего времени. Коллекция медалей насчитывает 7800 экземпляров, самые ранние из которых отчеканены в Италии в XV в. В отличие от большинства других музеев, где нумизматические коллекции, как правило, недоступны или только частично доступны для обозрения, коллекция Национального художественного музея Каталонии экспонируется практически целиком – двадцать семь стеклянных витрин с монетами и медалями позволяют получить весьма полное представление как об истории денежного обращения в Каталонии, так и о мастерстве медальеров разных веков.

Музей Пикассо в Барселоне

Этот музей – один из самых популярных и наиболее посещаемых музеев Барселоны. Он обладает одной из самых обширных коллекций работ Пабло Пикассо (1881–1973), выдающегося испанского художника XX в.

В творчестве Пикассо Барселона занимает особое место. Он приехал в этот город еще юношей, в 1894 г., когда его отец получил работу преподавателя в городской Академии изящных искусств. Именно с Барселоной связано становление Пикассо как художника.

Его талант формировался в художественной атмосфере каталонской столицы начала XX в., где в ту пору жил и творил великий Антонио Гауди (мастерская Пикассо находилась напротив дома, построенным Гауди). Каталонские художники, вместе с которыми Пикассо часами просиживал в кафе «Четыре кота», заново открыли для него мир Эль Греко, Сурбарана, средневековой каталонской скульптуры. Хотя Пикассо в итоге покинул Испанию и отказался вернуться туда в период правления Франко, он очень любил Барселону, и в знак этой любви в феврале 1970 г. пожертвовал городу около 900 своих полотен, гравюр и рисунков. За два года до этого художник уже подарил музею своего имени «Портрет Хайме Сабартеса в голубом» (1901) и знаменитую серию «Менины» (1957).

П. Пикассо. Автопортрет. 1901 г.

Музей Пикассо в Барселоне открыл свои двери 9 марта 1963 г. Так как Пикассо находился в оппозиции к правительству генерала Ф. Франко, музей первоначально он назывался Собранием Сабартеса. Основу его коллекции составили работы Пикассо, подаренные городу Хайме Сабартесом-и-Гуалем, близким другом художника и его личным секретарем с 1935 г. Ныне музей занимает комплекс из пяти средневековых дворцов в Готическом квартале Барселоны, а в его постоянной экспозиции представлено более 3500 работ Пикассо. Большинство этих произведений относятся к раннему этапу творчества художника (некоторые даже выполнены им еще в 9-летнем возрасте), к так называемым голубому и розовому периодам, когда Пикассо жил и творил в Барселоне. По существу, это самое исчерпывающее собрание его ранних работ.

Экспозиция музея состоит из трех разделов: живопись и рисунки, гравюры и керамика. В первом – картины и рисунки Пикассо, начиная от первых его художественных опытов, относящихся к периоду жизни и учебы в Ла-Корунье, Барселоне и Мадриде, вплоть до отъезда в Париж в 1904 г. Все работы размещены в хронологическом порядке, поэтому посетители могут проследить все этапы творческого роста молодого художника. Вершиной коллекции, несомненно, является «Менины» – серия из 59 вариаций на темы прославленных шедевров Веласкеса. Другая ключевая работа, «Арлекин», относится к 1917 г., когда Пикассо работал в Риме вместе с балетной труппой Сергея Дягилева и познакомился со своей будущей женой, русской балериной Ольгой Хохловой. Впоследствии он отправился вместе с ней в Барселону, чтобы представить ее своей семье, и провел несколько месяцев в столице Каталонии. К этому периоду относятся «Арлекин» и еще несколько важных работ, отмечающих переход художника от кубизма к переосмыслению классицизма, что, по-видимому, объясняется впечатлениями, полученными им в Италии.

Музей располагает превосходной коллекцией гравюр художника. Особенно полно представлен период 1962–1972 гг. В истории гравюры Пикассо – одна из ведущих фигур, из-за его неоспоримого мастерства, обилия новшеств, которые он использовал, плодовитости и богатства используемых методов. Отдел керамики включает в себя 41 работу Пикассо. Все они были созданы между 1947 и 1965 гг. и наглядно демонстрируют иконографические и технические новшества, введенные Пикассо в искусство керамики. Эта коллекция была подарена музею вдовой художника Жаклин в 1982 г.

Музей Сальвадора Дали

Правильное название этого музея – Театр-музей Сальвадора Дали. Он построен на развалинах театра, сгоревшего в 1939 г., когда полыхавшая в Испании гражданская война добралась и до небольшого каталонского городка Фигерас. Именно здесь, в семье провинциального нотариуса, родился в 1904 г. Сальвадор Дали – противоречивый, эксцентричный, никого не оставляющий равнодушным художник, «король сюрреализма», ставший одним из символов XX в.

«В шесть лет я хотел стать кухаркой, в семь – Наполеоном. С тех пор мои амбиции неуклонно росли», – пишет художник в своей книге «Тайная жизнь Сальвадора Дали, написанная им самим». Маленький Сальвадор был застенчивым и ласковым и одновременно быстрым и диким, с любопытным, проницательным взглядом. Чудесная природа Каталонии будила воображение впечатлительного ребенка. Сам Дали пишет о своей родине как о «раненой земле, в пейзажах которой соединились оборванные скалистые берега с разбивающимися о них беспокойными волнами».

С ранних лет он пытался привлечь внимание к своей личности. Его беспокойная натура искала выхода, провоцируя родителей, а затем и публику эксцентричными, шокирующими выходками. Со временем Сальвадор превратился в фигуру почти легендарную. Изобретя персонаж «Дали», великий мистификатор никому не раскрывал своего истинного «я», эксплуатируя имидж «сумасшедшего гения».

Совсем недалеко от Фигераса расположен замок Пуболь, или замок Гала – памятник страстной любви художника. Гала – Елена Дмитриевна Дьяконова, родилась в России, в Казани. В возрасте 18 лет ее отправили в Швейцарию – лечить туберкулез, где она познакомилась со своим первым мужем, Полем Элюаром. С Дали она встретилась в 1929 г. Официально они поженились лишь в 1948 г., после смерти Элюара. А замок для своей жены Дали прибрел двадцать лет спустя, и на протяжении всех последних лет их совместной жизни он служил летней резиденцией Галы, куда сам Дали мог войти только с ее письменного разрешения. Интерьеры замка созданы по рисункам Дали – все картины, скульптуры, мебель, украшения выдержаны в его неповторимом стиле.

Главный вход в Музей Сальвадора Дали в Фигерасе

За 70 лет своей творческой жизни Дали создал более 1200 полотен, тысячи рисунков, скульптур, украшений, написал ряд сценариев и снял вместе с Бунюэлем фильм «Андалузский пес», ставший классикой сюрреализма. Апофеозом творчества Дали стал его театр-музей, многообразный, как сама жизнь, в которой эксцентричный художник исполнял роль комедианта.

Идея создания этого музея зародилась у Дали в 1960 г. На протяжении четырнадцати лет он был полностью увлечен воплощением этого проекта в жизнь. Городские власти отдали в его распоряжение руины театра и предложили использовать их по его собственному усмотрению. Но вместо того, чтобы снести развалины, Дали решил восстановить здание, насколько это было возможно. Так возник «музей-театр». Идея его заключалась в том, чтобы создать художественное пространство, оказавшись в котором посетитель сможет без объяснений экскурсовода открыть для себя загадочный мир Сальвадора Дали…

На холме, в окружении кипарисов высятся темно-красные стены музея. Он был открыт 28 сентября 1974 г. На его крыше и башнях красуются гигантские яйца, балансирующие на тупом конце. Стеклянный купол парит над круглым внутренним двором. Здесь не встретишь обычных в таких местах групп туристов, внимающих объяснениям человека с указкой – каждый волен трактовать увиденное на свой лад. И, может быть, поэтому здесь нет типичной «музейной» тишины.

Гулкие стены многократно усиливают разноязыкий говор толпы. К голосам людей примешиваются самые необычные звуки. Вот слышится таинственная, почти небесная музыка, и зеркальный крест с золотым распятием внутри приходит в движение… В другом месте публика терпеливо ожидает своей очереди, чтобы, взобравшись по шаткой лестнице на спину одногорбого верблюда с надписью «Кэмэл», увидеть сквозь специальную линзу интерьер одной из комнат музея: то что казалось обычной кушеткой, камином, висящими над ним картинами и занавесом, превращается в человеческое лицо. В другом зале рядом с картинами, в нишах-алтарях, обитых темно-красным «театральным» бархатом и разукрашенных перьями фазанов, нагромождены рог носорога, хищные белые челюсти таинственной рыбы, хрупкий скелетик летучей мыши… Здесь во всем – театр, во всем – игра. Самые обыденные предметы становятся здесь частью феерического действа, в котором участвует каждый посетитель.

Экспозиция музея, на первый взгляд, лишена всякой логики и являет собой смесь стилей и направлений, в которых работал мастер. Каждый посетитель в зависимости от своих интересов и фантазии открывает для себя мир великого сюрреалиста. А сюрреализм – это мир, увиденный глазами пяти-шестилетнего ребенка, когда самые обыкновенные вещи кажутся сказочными и таинственными, а невероятное мы принимаем как само собой разумеющееся…

По гранитным плитам, которыми выложен пол центрального зала театра-музея, ежедневно проходят сотни людей. Но не каждый из них знает, что под одной из этих плит находится склеп, в котором покоится сам «король сюрреализма». Это решение Дали принял за несколько дней до смерти. Первоначально он завещал похоронить себя рядом с женой в Пуболе. В подвале замка, где похоронена Гала, до сих пор стоят два саркофага. Но один из них пуст – буквально в последнюю минуту Дали изменил свое решение. Впрочем, некоторые утверждают, что Дали с самого начала планировал разместить свой склеп в подвале музея-театра. Правду мы уже так никогда и не узнаем.

На плите, по которой ежедневно проходят тысячи ног, нет ни имени, ни дат жизни. Многие посетители даже не замечают этой простой надгробной плиты. Такова была последняя воля художника.

В маленьком Фигерасе проживает всего 40 тыс. человек, но ежегодно сюда, чтобы посетить знаменитый Театр-музей Сальвадора Дали, приезжает более 800 тыс. туристов. Во многом спорная и противоречивая фигура Дали, несомненно, наделенная огромным талантом, и после своей смерти заставляет своих поклонников самим решать – гений он или сумасшедший…

Город искусств и науки в Валенсии

Одно из наиболее выдающихся творений современной европейской архитектуры, Город искусств и науки в Валенсии, в самые короткие сроки приобрел широчайшую популярность. По замыслу создателей, этот футуристический «город в городе» должен был ознаменовать наступление нового тысячелетия, а его «инопланетный» облик призван напоминать о том, что это музей современной, космической эры.

Автором этого гигантского комплекса (его периметр составляет около 7 км) является выдающийся испанский архитектор Сантьяго Калатрава (род. в 1951 г.), которого сегодня сравнивают с великим Антонио Гауди. Представить современную архитектуру без Калатравы просто невозможно. Построенный им «город в городе» располагается в самом центре Валенсии, в осушенном русле реки Турии. После большого наводнения 1957 г. реку пустили по новому руслу, проложенному к югу от города, а прежнее, осушенное, превратили в парк протяженностью 10 км, пересекающий центр города. Плоская равнина бывшего правого берега Турии и была избрана в качестве места для постройки Города искусств и науки.

Огромный архитектурный комплекс был заложен в июле 1996 г. и вводился в строй поэтапно. Первой в 1998 г. открылась «Полусфера», в 2000 г. распахнул свои двери Музей науки принца Фелипе, в 2002 г. – крытая прогулочная галерея с висячими садами и самый большой в Европе океанариум, и, наконец, в 2005 г. – последний объект, Дворец искусств королевы Софии.

Одно из самых впечатляющих сооружений – «Полусфера», или «Глаз мудрости». Это необычное строение, занимающее площадь 14 тыс. кв. м, спроектировано Сантьяго Калатравой в виде человеческого глаза, широко распахнутого навстречу тайнам космоса. Этот удивительный глаз даже «мигает» при помощи стальных и стеклянных ставней, которыми управляют гидравлические подъемники. Гигантская полусфера окружена прямоугольным бассейном площадью 24 тыс. кв. м, и кажется, будто она плывет по воде.

Под белоснежной бетонной оболочкой посетителей ожидает множество сюрпризов. На гигантском 900-метровом вогнутом экране площадью 900 кв. м и диаметром 24 м одновременно демонстрируются три аудиовизуальных программы: фильмы единственного в Испании кинозала IMAX, лазерное шоу Omniscam и показ астрономических эффектов в планетарии. Программы сопровождаются комментариями на четырех языках, транслирующимися одновременно по шести стереоканалам. Полностью компьютеризированная астрономическая система планетария демонстрирует всю небесную сферу со звездами и планетами, а уникальное лазерное оборудование позволяет имитировать различные астрономические явления.

Центральная часть комплекса – Музей науки принца Фелипе. Некоторые сравнивают это удивительное творение Сантьяго Калатравы со скелетом тиранозавра, другие видят в нем спинной хребет огромной доисторической рыбы. Распахнувший свои двери для посетителей 13 ноября 2000 г., Музей науки принца Фелипе ныне является одним из наиболее посещаемых музеев в стране. Здесь на трех этажах на площади 30 тыс. кв. м (общая площадь здания составляет 40 тыс. кв. м) раскинулись современные диалоговые экспозиции, позволяющие рядовому посетителю открыть для себя волнующий мир современной науки и на какое-то время почувствовать себя смелым экспериментатором, постигающим тайны мироздания. Это один из немногих современных музеев, где нет табличек со строгими надписями «Руками не трогать!», а посетители активно вовлекаются в процесс открытия мира. Тем самым люди учатся думать, наука теряет в их глазах характер окутанного тайной «жреческого» знания, доступного немногим. Научно-техническое образование самых широких слоев населения – одна из главных задач музея. Кроме того, музей является центром международных научных встреч и конференций.

Рядом с музеем располагается «Океанографик», или «Подводный город», – самый большой океанариум Европы, где обитает около 45 тыс. рыб и других морских обитателей, принадлежащих приблизительно к 500 видам – от белых китов, моржей и морских львов до акул, дельфинов и мурен. Здесь представлены все главные морские экосистемы планеты, от Средиземноморья и Красного моря до холодных вод Арктики и Антарктики. Общая площадь океанариума составляет 110 тыс. кв. м, а объем – около 42 млн л. В отличие от трех других основных зданий комплекса, его строил не Калатрава, а другой испанский архитектор – Феликс Кандела. Помимо досуговой и образовательной, окенариум имеет еще важную научную роль: он является крупным международным центром по изучению флоры и фауны мирового океана. Научные и образовательные проекты контролируются Международным научным комитетом, состоящим из известных специалистов, работающих в крупнейших океанариумах, научно-исследовательских институтах и университетах Европы и США.

Сооружение Города искусств и науки завершилось с вступлением в строй в октябре 2005 г. величественного оперного дома – Дворца искусств королевы Софии. На площади приблизительно 37 тыс. кв. м здесь разместились большой зрительный зал, учебные классы, аудитория, театральная студия. Помимо зрелищной функции, Дворец искусств играет роль крупного учебного центра, воспитывая у молодежи интерес к танцу, театру и классической музыке.

За сравнительно короткое время Город искусств и науки стал одной из главных достопримечательностей не только Валенсии, но и всей Испании. Ежегодно его посещает около 4,5 млн человек.

Музей изящных искусств в Севилье

Сложившаяся в XVI в. на юге Испании севильская школа живописи дала миру целую плеяду величайших живописцев. Достаточно назвать имена Мурильо, Сурбарана, Веласкеса, Эрреры, Алонсо Кано, Вальдеса Леаля. С конца XVI в. севильская школа заняла ведущее место в испанском искусстве. Севилья притягивала к себе и художников других школ, сюда стремились попасть мастера из разных городов Испании.

Многие произведения севильских мастеров сегодня хранятся в Музее изящных искусств в Севилье. Он помещается в здании XVII в., построенном по проекту архитектора Хуана де Овьедо. В 1810 г., во время французского нашествия, здание сильно пострадало от пожара. 16 сентября 1835 г., после восстановления, в нем был открыт музей.

После всех переделок и реконструкций здание музея представляет собой постройку, близкую классическому стилю. Его фасад выходит на Музейную площадь (Пласа дель Мусео), на которой в 1864 г. был установлен памятник Бартоломе Эстебану Мурильо, уроженцу Севильи, одному из крупнейших испанских художников XVII в. Мурильо и Сурбаран – два этих имени составили славу севильской школы. Вряд ли кто-либо мог соперничать с ними в известности и популярности в родном городе. Сегодня эти имена составляют славу Севильского музея изящных искусств.

Этот музей может быть вполне справедливо назван городским – в нем преобладают работы мастеров севильской школы. Если и встречаются произведения мастеров других школ, то они незначительны. Экспозиция музея насчитывает более 850 экспонатов, среди которых преобладает живопись. Скульптура занимает скромное место. Большинство картин было передано в музей из церквей и монастырей Севильи и ее окрестностей.

Для оформления вестибюля и внутренних дворов использована знаменитая севильская керамика. Замечательное керамическое панно находится во внутреннем дворе дель Алхибес. На нем изображена Мадонна – покровительница монахов-доминиканцев. Панно выполнено Христофором Аугуста в 1577 г. Вестибюль и галереи внутренних дворов украшают изразцы, ранее находившиеся в монастыре Св. Павла (XVI в.).

На первом этаже музея есть несколько замечательных работ севильских живописцев, среди которых мастерством, а также эмоциональностью образов выделяется «Благовещение», приписываемое Алехо Фернандесу. Рядом находится зал произведений Франсиско Пачеко. Этот художник родился в Санлукаре де Баррамеда, в молодости жил в Мадриде, затем в Толедо, где познакомился с Эль Греко. В зале представлены картины Пачеко на сюжеты из жизни святых, а также портреты. Наиболее интересные из них помещены в соседнем зале, получившем название зала Роэласа. В зале Пачеко выставлены также картины Алонсо Васкеса (работал с 1590 г.), среди которых находится известное полотно «Отплытие Св. Ноласко». На ней изображена сцена отплытия св. Ноласко в Алжир для выкупа попавших в плен христиан. В лодке сидит сам святой Ноласко, а рядом на носу с веслом в руках стоит лодочник, в котором многие видят знаменитого писателя Мигеля Сервантеса, автора «Дон Кихота». Сцена из жизни святого представлена как реальный эпизод повседневной жизни.

В зале Роэласа привлекает внимание огромная картина Хуана де Роэласа «Мучение св. Андрея» (1612). Это его лучшее произведение. Художник родился в Севилье, но много лет работал в других городах. В Севилье он провел последние годы своей жизни. В молодости художник жил в Италии, влияние которой сказалось на его творчестве. Полотно Роэласа – самое большое не только в музее (5,2×3,46 м), но вообще среди произведений той эпохи.

Любопытна история этой картины. Она была оценена севильскими художниками в 1 тыс. дукатов, но заказчик не хотел выплачивать Роэласу эту сумму, считая ее чрезмерной. Тогда картина была послана для вторичной оценки во Фландрию, где фламандские мастера оценили ее в три раза дороже. Такая оценка говорит не только о признании ее высокого профессионального уровня, но и о каких-то сторонах дарования художника, оказавшихся близкими фламандцам.

Эль Греко. Портрет сына художника Хорхе Мануэля Теотокопули. Ок. 1603 г.

В отдельной комнате экспонируется единственная в музее картина Эль Греко (1541–1614) – портрет сына художника, Хорхе Мануэля Теотокопули. Картина подписана полным именем мастера, грека по происхождению, учившегося в Италии, затем переехавшего в Испанию, где он прожил до конца жизни. Известно, что у Эль Греко были постоянные заказчики в Севилье, где с конца XVI в. существовал оживленный художественный рынок. Картинами торговали очень широко, так как бесконечное количество самых разных людей всех званий и сословий охотно приобретали здесь полотна перед своим отъездом в Америку. Картины Эль Греко пользовались настолько большим успехом, что художник поручил своему ближайшему помощнику специально следить за отправкой полотен в Севилью.

Но если портрет Эль Греко – единственная картина художника в музее, то творчество Франсиско де Сурбарана (1598–1664), вся жизнь которого была связана с Севильей, представлено здесь самыми выдающимися полотнами мастера. «Апофеоз Св. Фомы Аквинского» (1631) – лучшее из полотен Сурбарана. Художник получил заказ на эту большую картину от коллегии Св. Фомы. Полотно поражает необычайной мощью, величием и монументальным размахом, звучностью и силой цвета. Вверху изображены слева – Христос и Мария в нежных голубовато-розовых одеждах, и справа – св. Петр и св. Доминик. Они выглядят почти видением среди легких, серебристых, тающих облаков, раскинувшихся по обе стороны от излучающего свет голубя – Святого Духа. Средняя часть картины отличается необычайной пластической мощью. В центре стоит Фома Аквинский, по бокам восседают отцы Церкви. Характерное лицо Фомы Аквинского делает вполне справедливым предположение, что оно написано с эконома Коллегии св. Фомы – Нуньеса де Эскобара. Черно-белые одежды монаха доминиканского ордена, в которые облачен св. Фома, прекрасно гармонируют с насыщенными красными и голубыми с золотым узором одеяниями отцов Церкви. В картине преобладают два тона – золотистый и красный, создавая величаво-торжественную атмосферу события. Кажется, что в этом полотне Сурбаран достиг такого единства всех живописно-пластических компонентов, такой значительности образов, которых нет ни в одной из его картин. Современники признали его лучшим произведением Сурбарана.

С конца 30-х и до середины 40-х гг. XVII в. Сурбаран писал серию «святых женщин». По существу, это современницы художника, молодые севильянки, изображенные им под видом различных святых. В них есть особая привлекательность лирического характера, хотя мастер очень сдержан в проявлении чувств и эмоций. Грация и естественное благородство, особая горделивая манера отличают наиболее привлекательные образы этой серии. Смелостью и тонкостью красочных сочетаний выделяются изображения св. Инесы, одетой в лиловое платье и желтое покрывало, и особенно св. Доротеи в платье изысканных лиловатых тонов и желтом полосатом шарфе. Это подлинный живописный шедевр. Исследователи считают, что картина «Св. Доротея» относится к серии «сивилл», написанных для госпиталя де ла Сангре в Севилье в период 1640–1650 гг.

В мужских образах святых и в портретах Сурбаран с большим вниманием относится к выявлению характера и внутреннего состояния человека. К числу таких превосходных картин принадлежит портрет миссионера Луиса Бельтрама (1525–1585). Как никто другой, Сурбаран умел использовать выразительность белого цвета в одеждах, придавая своим полотнам какую-то особую торжественную ясность и величавость.

Впечатляет необычная по цвету «Мадонна де лас Куэвас» («Мадонна – покровительница картезианцев»). Больше всего поражают в картине сочетания красных и голубых тонов и какой-то особый сияющий светлый тон одежд коленопреклоненных монахов. Истинно «сурбарановской» красотой отличается натюрморт – цветы у ног Мадонны.

В XVII в. эта картина хранилась в сакристии картезианского монастыря в Севилье. Для того же монастыря Сурбаран написал и картину «Чудо в трапезной монастыря при посещении ее Гуго Гренобльским» (1630). Согласно легенде, монахи, нарушив пост, ели мясо, которое при появлении св. Гуго во время трапезы превратилось в угли. Сила воздействия картины – в необычайной пластической выразительности фигур и цвета, сиянии белых тонов в соседстве с голубыми и розовыми.

Бартоломе Эстебан Мурильо (1617–1682) наследовал славу и популярность Сурбарана в своем родном городе. Среди его многочисленных картин, выставленных в музее, «Мадонна с салфеткой» – одна из самых прославленных. Она дает представление о тех качествах, за которые Мурильо высоко ценился в свое время и ценится сейчас. Русский путешественник XIX в. В. П. Боткин, побывавший в Севильском музее, в своих «Письмах об Испании» писал: «Мадонны Мурильо – увлекательные прелестные севильянки со всей живостью и выразительностью своих физиономий». Столь же восторженно отзывался он и обо всей живописи Мурильо.

Современником Мурильо и его коллегой по Академии был Хуан Вальдес Леаль (1622–1690), работавший в Севилье и Кордове. Этот талантливый мастер отразил в своем творчестве многие стороны культуры Испании второй половины XVII в. Он любил эффекты освещения, ирреальный свет, но вместе с тем умел с почти материальной осязательностью передавать предметы – блеск ювелирных украшений, листы и переплеты книг, прозрачность стекла… В Севильском музее хранится несколько работ Вальдеса Леаля, к числу которых относится философско-аллегорическое полотно «Конец земной славы».

Кроме живописи периода расцвета севильской школы в музее экспонирован целый раздел искусства XIX–XX вв. Однако этот период определяют полотна местных художников, не отличающихся высоким художественным уровнем.

Италия

Капитолийские музеи

Многим из нас еще с детства знакомы легенды, повествующие о ранней истории Рима: о братьях Ромуле и Реме, вскормленных молоком волчицы, о гусях, спасших Рим от нападения галлов. В любом школьном учебнике, в любой книге, посвященной искусству Древнего Рима, можно найти изображения «Капитолийской волчицы», «Мальчика, вынимающего занозу», «Умирающего галла»…

В залах Капитолийских музеев

Эти хрестоматийные скульптуры, как и все, что связано с древнеримской историей, сегодня можно увидеть во дворцах-музеях, увенчивающих вершину Капитолийского холма в Риме. Фасады дворцов выходят на площадь, созданную по проекту великого Микеланджело. Само это место буквально дышит историей. Здесь некогда высился храм Юпитера – центр общественной жизни Древнего Рима. У его стен шумел рынок, здесь обнародовались императорские декреты и собирались римские граждане для обсуждения важных дел. Здесь «гуси Рим спасли», своим галдежом разбудив стражу во время ночной вылазки галлов; здесь после убийства Цезаря Брут обратился с пламенной речью к римлянам; здесь Сивилла предсказала императору Августу рождение Христа. Здесь в 1341 г. венчали лавровым венком великого поэта Петрарку.

В 1536 г. по случаю прибытия в Рим императора Карла V площадь Капитолия была реконструирована. Микеланджело задумал ее как театральную сцену. Взгляду человека, поднимающегося по великолепной мраморной лестнице на вершину Капитолийского холма, открывался прекрасный ансамбль дворцов Палаццо деи Сенатори (Дворец Сенаторов), Палаццо деи Консерватори (Дворец Консерваторов) и Палаццо Нуово (Новый дворец). Дворец Сенаторов, перестроенный из старой ратуши по проекту Микеланджело, был украшен новым фасадом, балконом и лестницей, у основания которой стоят древние мраморные статуи (I в.), олицетворяющие реки Тибр и Нил, а центральная статуя богини Минервы является сегодня своеобразным символом Рима. Фасад дворца украшают герб римского сената и буквы S.P.Q.R. – «Senatus Populusque Romanus», «Сенат и народ Рима».

Это торжественное оформление как бы готовит посетителя Капитолия к тому, что ждет его в анфиладе парадных дворцовых залов. Такую же роль играет и знаменитая конная статуя императора Марка Аврелия (180 г. н. э.). Это единственная из бронзовых конных статуй, оставшихся от Древнего Рима. Прежде памятник был покрыт позолотой, следы которой кое-где видны и поныне. В Риме бытует поверье, что Судный день настанет, когда статуя Марка Аврелия вновь засияет позолотой.

Когда-то статуя стояла в центре Капитолийской площади, а ныне увидеть ее можно в застекленной нише во дворе Палаццо Нуово. Этот дворец, строго говоря, и носит название Капитолийского музея, однако из-за близкого соседства и ансамблевого единства весь комплекс капитолийских дворцов сегодня называют Капитолийскими музеями.

Капитолийский музей (Палаццо Нуово) – первая в европейской истории галерея художественных сокровищ, открытая для обозрения широкой публики. Начало ей было положено в 1471 г., когда папа Сикст IV передал в дар римлянам несколько древних скульптур. В дальнейшем коллекция музея также в основном пополнялась за счет собраний Ватикана. Например, папа Пий V подарил Капитолийскому музею коллекцию статуй греческих и римских богов. Сюда поступали и древние скульптуры, в изобилии обнаруживавшиеся в римской земле при строительных работах.

Современный Капитолийский музей – настоящая сокровищница искусств. Здесь выставлены знаменитые римские скульптуры «Умирающий галл» (другое название – «Умирающий гладиатор»), полная девичьего изящества и стыдливости «Венера Капитолийская», «Дискобол», «Отдыхающий сатир» Праксителя. Здесь можно познакомиться с лучшей в мире коллекцией римской портретной скульптуры. В зале Философов – десятки бюстов античных мудрецов, среди которых можно узнать Сенеку и Лукреция. За ним следует зал Императоров со знаменитым скульптурным портретом Юлия Цезаря. Вся история императорского Рима оживает в этих стенах: одряхлевший, коварный Тиберий, буйный Калигула, безвольный чудак Клавдий, Нерон с капризным лицом, обжора Вителлий, остроумный и рачительный Веспасиан, «божественный» Тит, свирепый Домициан, мудрый Траян, алчный Север, поклонник прекрасного Адриан, безалаберный красавец Коммод, изваянный в образе Геркулеса… Другие залы музея украшают скульптуры и бюсты римских матрон с затейливыми прическами, надменных патрициев с брезгливо поджатыми губами, богатых дельцов, цирковых наездников, актеров. В эту пеструю компанию «затесался» даже один древнеримский сапожник.

Во дворе Палаццо деи Консерватори, стоящего на противоположной стороне площади, посетителя встречают фрагменты колоссальной статуи императора Константина Великого. Она представляла собой огромную конструкцию из деревянных балок, задрапированных гигантской парчовой тогой. Мраморными были только голова, руки и ноги. Только они и сохранились до наших дней, и теперь лежат во дворе по отдельности; на их фоне очень любят фотографироваться туристы.

В многочисленных залах музея собрана богатейшая коллекция картин, гобеленов, мозаик, древних саркофагов и барельефов, изделий из бронзы. Здесь хранится подлинник знаменитой на весь мир «Капитолийской волчицы», созданной на рубеже VI–V в. до н. э. этрусским мастером Вулкой. Она была установлена на Капитолийском холме в ознаменование великого для Рима события – свержения власти этрусских царей. В 65 г. до н. э. статуя была повреждена молнией: на ее задних лапах и сегодня можно заметить оплавленные места. В числе других прославленных сокровищ музея – хрестоматийный бронзовый «Мальчик, вынимающий занозу», «Бюст дамы» эпохи Флавиев (I в. н. э.), подаренный музею монахом Джузеппе Фонсека, министром при дворе португальского короля Иоанна V. Не менее известен бюст Брута (III–II вв. до н. э.) – яркий пример этрусско-италийского искусства. Примечательны покрытые эмалью глаза Брута, придающие его взгляду особую выразительность.

Второй этаж дворца занимает пинакотека. Среди картин старых мастеров – полотна Тинторетто, Веронезе, Беллини, Тициана, Гверчино, Веласкеса, Рубенса, Ван Дейка и Караваджо, в числе работ которого особенно выделяются «Цыганка» и «Иоанн Креститель».

Галерея Боргезе

Римская Галерея Боргезе была основана в XVII в. кардиналом Сципионом Боргезе, известным меценатом и собирателем произведений искусства. Для размещение своей коллекции он построил дворец, позже получивший название виллы Боргезе. В 1633 г., незадолго до смерти, кардинал, стремясь сохранить коллекцию в целости, передал ее в ведение специальной комиссии, которая должна была следить за выполнением его воли: по условиям завещания, собрание картин и скульптур не могло быть разделено и должно было в целости переходить от одного наследника к другому.

В начале XIX в. тогдашний владелец виллы Камилло Боргезе женился на Полине Бонапарт, сестре императора Наполеона, молодой экстравагантной женщине, любившей шокировать римское высшее общество скандальными выходками. Она согласилась позировать полуобнаженной знаменитому скульптору Канове, изобразившему ее в виде Венеры-победительницы, грациозно возлежащей на ложе и держащей в левой руке яблоко, врученное ей Парисом. Эта работа вызвала настоящий «скандал в благородном семействе». Боргезе показывали скульптуру лишь своим близким друзьям – и то по вечерам, при свете свечей. Потом часть коллекции по настоянию венценосного родственника семьи – Наполеона – была перевезена в парижский Лувр. Однако, несмотря на это, экспозиция галереи Боргезе и сегодня остается чрезвычайно интересной: здесь собраны великолепные античные скульптуры и мозаики, бюсты римских императоров, картины Гирландайо, Доменикино, Рафаэля, Караваджо, Тициана, Ботичелли, Веронезе.

Официально датой основания галереи принято считать 1902 г., когда частная коллекция семьи Боргезе была приобретена итальянским государством и открыта для широкой публики. Как и все галереи Рима, Галерея Боргезе невелика и значительно уступает и миланской галерее Брера, и знаменитым флорентийским Галереям Уффици и Питти.

Рим. Галерея Боргезе

Нижний этаж галереи занимает коллекция скульптуры, включающая ряд образцов античной пластики и лучшие произведения Лоренцо Бернини (1598–1680), выдающегося архитектора и скульптора итальянского барокко. Коллекция скульптур Бернини в Галерее Боргезе заслуженно пользуется всемирной славой. В галерее находится 11 его скульптур – ни один музей мира не может похвастать таким количеством работ этого мастера. В их числе – «Бюст кардинала Шипионе Боргезе», «Давид», «Аполлон и Дафна» и прекрасная терракотовая модель для конного памятника Людовика XIV, которую Бернини выполнил в 1678 г., участвуя в конкурсе в Версале (жюри, однако, предпочло менее экспрессивную, но более торжественную статую Жирардона).

На втором этаже разместилась пинакотека, славящаяся картинами Рафаэля («Мужской портрет» и «Положение во гроб»), Корреджо («Даная»), многочисленными произведениями Караваджо и Паоло Веронезе («Св. Антоний, проповедующий рыбам» и «Иоанн Креститель»). Подлинными шедеврами галереи Боргезе являются необычайно живой «Мужской портрет» Антонелло да Мессина (ок. 1473) и прекрасные полотна Тициана. Его «Земная и небесная любовь» (ок. 1515) проникнута воспоминаниями об ушедшем друге – знаменитом художнике Джорджоне. Она покоряет ощущением гармонии и драгоценности мира, которое воплотилось и в тихом, удивительно просторном пейзаже, и в золотистости неба, и в теплой ласковости воздуха, и в свежести красок человеческого тела, в том, как струятся по обнаженным женским плечам золотые локоны волос. В этой картине есть недостающее образам Рубенса сочетание чувственно-полнокровного и в то же время изысканного, даже бережного восприятия природы, человека, наготы.

Вторая замечательная картина Тициана, хранящаяся в Галерее Боргезе – «Венера, завязывающая глаза Амуру» (написана после 1565 г.). Это прекрасный образец поздней живописной манеры мастера.

Помимо галереи на территории парка Боргезе размещаются музей старинных пушек, многочисленные фонтаны и монументы, уникальные водяные часы. Здесь сохранился и дом, в котором имел обыкновение отдыхать великий Рафаэль.

Национальная римская галерея (Галерея Барберини)

Национальная римская галерея, самая молодая художественная коллекция Рима. Однако здесь собрано большое количество первоклассных произведений итальянских мастеров XIX–XVI вв. Среди галерей Рима это собрание выделяется вполне современной экспозицией; Ватиканская пинакотека, галереи Боргезе и Дориа-Памфили выглядят на ее фоне довольно старомодно.

Национальная римская галерея разместилась в двух зданиях, одним из которых является палаццо Барберини. В 1625 г. папа римский Урбан V из рода Барберини купил этот дворец у герцога Сфорца, после чего была произведена его значительная реконструкция. Во внутренней отделке дворца большое участие принимал известный художник Пьетро да Кортона. До сих пор во дворце Барберини сохранилась его прославленная роспись плафона главного зала, где в сложных, полных безудержной фантазии картинах переплелись христианские и мифологические аллегории.

Рим. Палаццо Барберини

Стены залов дворца были украшены гобеленами. Они выпускались фабрикой, которая находилась в соседнем здании и была основана в 1635 г. одним из племянников папы – кардиналом Франческо Барберини. Он же собрал и богатейшую библиотеку. В 1902 г. эта библиотека была передана в Ватикан, а сам дворец в 1930 г. приобрело итальянское государство. Вскоре его второй этаж со знаменитыми росписями Пьетро да Кортона был отдан под Национальную галерею.

Художественные собрания галереи возникли из слияния нескольких крупных частных коллекций. В основу его легло собрание кардинала Неро Корсини, дворец которого является второй частью галереи. Этот дворец кардинал купил в 1737 г. Для убранства его залов и комнат приобретались самые лучшие произведения изобразительного и прикладного искусства, и уже к 1740 г. коллекция Корсини насчитывала 600 полотен. Спустя полтора века князья Томмазо и Андреа Корсини подарили коллекцию итальянскому государству. Позже она пополнилась собранием герцога Дж. Торлониа, сюда же поступили 187 картин из Галереи дель Монте ди Пьета. Таким образом в палаццо Корсини собрались несколько больших коллекций, поэтому встал вопрос об их объединении в одно собрание. Так в 1895 г. была образована Национальная галерея античного искусства. Позже она вошла в состав Национальной римской галереи.

В палаццо Барберини сейчас находится собрание картин, написанных до XVII в., а в палаццо Корсини экспонируется более поздняя живопись. К числу сокровищ Национальной галереи принадлежат картины «Мадонна с Младенцем» Симоне Мартини, триптих

«Страшный суд» Фра Анджелико, «Святая Магдалина» Пьеро ди Козимо, «Портрет дворянина» работы Бартоломео Венето, «Портрет Форнарины» Рафаэля, «Святое семейство» Фра Бартоломео, «Портрет Стефано Колонна» Бронзино. Очень интересен «Нарцисс» Караваджо. Превосходен «Портрет Филиппа II» кисти Тициана, где в облике испанского короля подчеркнуты болезненно-мечтательная усталость и одновременно холодная решимость фанатика. Другой работой Тициана, хранящейся в музее, является авторская копия знаменитого полотна «Венера и Адонис», написанного в 1554 г. по заказу короля Карла V. Картина эта имела такой ошеломляющий успех, что художник повторял этот сюжет с небольшими вариациями несколько раз. В галерее хранится один из таких вариантов. Он происходит из собрания шведской королевы Кристины. После ее смерти в 1689 г. картина побывала в нескольких коллекциях, а потом была приобретена герцогом Торлониа и подарена им Италии.

Тинторетто представлен в Национальной римской галерее картиной «Христос и грешница», проникнутой состоянием тревожной напряженности. Изображая евангельский сюжет, Тинторетто интересуется не столько самим событием, сколько состоянием людской толпы, охватившим ее после слов Иисуса Христа. Тревога, овладевшая людьми, наполняет и природу. Несмотря на то что действие разворачивается под гигантским портиком, у зрителя складывается впечатление, будто оно происходит в бескрайнем пространстве. Этому способствует виднеющееся в разлете гигантских арок море, сливающееся с простором неба, по которому плывут свинцовые тучи. Для увеличения экспрессии Тинторетто использует прием удлинения человеческих фигур, свойственный маньеризму.

Такой же прием использует на своих полотнах Эль Греко. В Римской национальной галерее хранятся два из трех полотен, написанных им для алтаря школы августинцев в Мадриде – «Поклонение пастухов» и «Крещение Христа». По предположениям некоторых искусствоведов, они являются повторением алтарных картин или эскизов к ним. Из других картин художников-неитальянцев, хранящихся в Римской галерее, особенно примечателен известный «Портрет Генриха VIII, короля Англии» работы Гольбейна.

Галерея Дориа-Памфили

Галерея Дориа-Памфили – крупнейшая в Риме частная коллекция произведений искусства, размещенная в палаццо Дориа-Памфили на Виа дель Корсо. Как дворец, она остается в собственности римского аристократического семейства Дориа-Памфили.

Д. Веласкес. Портрет папы Иннокентия X. Ок. 1644 г.

Начало этой обширной коллекции картин, скульптур, мебели и гобеленов было положено еще в XVI в. Ее собирали несколько поколений семейств Дориа, Памфили, Ланди и Альдобрандини, связанные друг с другом тесными родственными узами. Нынешняя коллекция включает в себя и картины и обстановку из дворца Памфили на пьяцца Навона, принадлежавшие папе Иннокентию X, который завещал их своему племяннику Камилло Памфили. За четыре века коллекция значительно разрослась. Ныне в ее составе насчитывается более 400 картин первоклассных мастеров XV–XVIII вв.: Рафаэля, Тинторетто, Тициана, Корреджо, Караваджо, Джан Лоренцо Бернини, Яна Брейгеля, Веласкеса. Галерея доступна для публики только три раза в неделю.

Коллекция Дориа-Памфили разместилась во втором этаже дворца, в закрытой лоджии, огибающей дворовое каре. Здесь на стенах сплошным ковром размещены картины, среди которых много первоклассных работ итальянских и нидерландских мастеров XVI–XVII вв. Дворцовая часовня, построенная архитектором Карло Фонтана в конце XVII в., также является частью художественного собрания.

Часть залов посвящена тематическим коллекциям: зал Кватроченто (XV в.), зал Чинквеченто (XVI в.), зал Сеиченто (XVII в.), зал Пуссена, где наряду с работами Никола Пуссена выставлены пейзажи Клода Лоррена.

В галерее № 1 демонстрируются картины Тициана («Ирод», «Саломея с головой Иоанна Крестителя»), Тинторетто, Веронезе, Корреджо, Бордоне, мраморный бюст Олимпии Памфили работы Алессандро Альгарди. Особый интерес представляют три полотна Караваджо, относящиеся к числу самых значительных произведений художника: «Кающаяся Магдалина», «Отдых на пути в Египет» и «Иоанн Креститель». В галерее № 2 выставлены полотна Людовико Карраччи («Святой Себастьян»), Якопо Бассано, Доссо Досси, Пармиджанино, Андреа дель Сарто, произведения фламандских и голландских мастеров, включая «Земной рай» Яна Брейгеля Старшего.

Комната Андреа Дориа связана с именем известного итальянского флотоводца, адмирала и политического деятеля, дожа Генуэзской республики Андреа Дориа (1466–1560). Здесь хранится портрет Христофора Колумба кисти Яна Госсарта (Яна ван Мабюзе) и потрет Андреа Дориа работы Себастьяно дель Пьомбо. В Зеленом салоне можно увидеть большой гобелен середины XV в. с изображением средневековой легенды об Александре Великом, бронзовый бюст папы Иннокентия X, изваянный Алессандро Альгарди, придворным скульптором дома Памфили (из которого происходил папа Иннокентий X), и «Благовещение» Филиппо Липпи.

Наиболее известное произведение галереи – «Портрет папы Иннокентия X» (1644) работы прославленного испанского мастера Диего Веласкеса, картина одновременно и восхищающая и пугающая необычайной обнаженностью человеческого характера. Иннокентию X было семьдесят шесть лет, когда его изображал великий испанский художник. На портрете в кресле сидит грузный, багроволицый старик с мясистым красным носом, растянутым ртом, редкой щетинистой бородкой и пронзительным, сверлящим взглядом. Поразительно верно передал Веласкес тяжелое, грубое лицо папы, повернутое вполоборота к зрителю. Голова вылеплена широкими уверенными мазками разной величины, формы и плотности. Легкими прикосновениями кисти написаны волосы усов и бороды. Особенно поражают глаза на багровом лице: властность, жестокость, проницательность и недоверие чувствуются во взгляде. Говорят, что, увидев свой портрет, изумленный папа воскликнул: «Слишком верно!»

С первого взгляда портрет кажется исполненным только в красных и белых тонах. Но внутри этих основных тонов несказанное богатство тончайших градаций – знаменитых «валеров» Веласкеса. Различные оттенки красного цвета (бордовый, лиловатый, вишневый, пламенеюще-оранжевый) создают феноменальную цветовую насыщенность и вместе с тем тонкость общего живописного решения.

С 1927 г. портрет хранится в отдельной небольшой комнате вместе с бюстом Иннокентия X работы Бернини.

Национальный этрусский музей «Вилла Джулия»

Национальный этрусский музей в Риме был основан в 1889 г. Предполагалось, что в нем будут собираться и экспонироваться доримские древности области Лацио, главным образом этрусков и фалисков, происходящие из раскопок, проводившихся в Лацио, между Тибром и морским побережьем. Однако несколько сезонов раскопок, проводившихся итальянскими археологами в этрусских городах Вульчи, Черветери, Вейи, дали огромное количество материала этрусского происхождения, а приобретение коллекций этрусских древностей Барберини (1908) и Кастеллани (1919) еще больше увеличило это собрание. Таким образом, музей области Лацио окончательно превратился в Этрусский музей, который ныне является самым представительным в мире собранием предметов искусства и быта этрусков, этого интереснейшего и во многом еще загадочного народа, оставившего неизгладимый след в истории Рима и всей мировой цивилизации, высокие достижения которого римляне позже преднамеренно принизили.

Музей расположен в здании римской виллы Джулия, построенной в 1551–1553 гг. для папы Юлия III при участии таких архитекторов, как Микеланджело, Вазари, Амманнати, Виньола. Некоторое время вилла принадлежала Ватикану, и здесь останавливались прибывавшие в Рим высокие гости. Постепенно она приходила в упадок и долгое время была в запустении, пока в 1889 г. в ней не разместили музей. Его первоначальные коллекции значительно увеличились и продолжают пополняться за счет материалов раскопок в Лацио, Умбрии и Южной Этрурии. Помимо самой представительной в мире коллекции этрусских древностей музей располагает лучшим в мире собранием греческой керамики: этруски, как известно, высоко ценили изделия греческих гончаров, и множество чернофигурных и краснофигурных греческих ваз было помещено в этрусские могилы в качестве погребального инвентаря.

Музей разделен на несколько секций и содержит различный археологический материал из раскопок главных этрусских городов и некрополей. Здесь можно увидеть знаменитого Аполлона из Вей (конец VI в. до н. э.) работы мастера Вулки – того самого, который работал над строительством храма Юпитера на Капитолии и создал всемирно известную Капитолийскую волчицу. Две другие известные скульптуры – «Богиня с ребенком» (возможно, богиня Лето, несущая маленького Аполлона, конец VI в. до н. э.) и очень сильно поврежденный, но не утративший своего великолепия «Геркулес с ланью» (конец VI в. до н. э.). В другом зале демонстрируется саркофаг со львами (середина VI в. до н. э.), найденный в Черветери, к северу от Рима, и терракотовый саркофаг с изображением супружеской пары – один из шедевров этрусской скульптуры, также происходящий из Черветери (конец VI в. до н. э.). В одном из последних залов музея посетителей ждет еще один всемирно известный шедевр этрусского искусства: циста Фискорони (III в. до н. э.), великолепная бронзовая урна на трех фигурных ножках в виде когтистых львиных лап, которые опираются на сплющенные туловища лягушек. Крышку украшает ручка в виде Диониса, опирающегося на плечи двух сатиров. На цисте сохранилось имя изготовившего ее мастера – Новиуса Плавтиуса, и надпись: «Дидия Малкония дарит своей дочери».

В собрании музея широко представлены находки из этрусских некрополей (саркофаги, погребальные урны), великолепная бронзовая пластика, предметы повседневного быта: глиняная посуда, стекло, золотые и серебряные украшения. Совершенно уникальным явлением предстает колесница из Кастро, найденная в одной из этрусских гробниц вместе со скелетами некогда запряженных в нее лошадей.

В 1990-х гг. музей был реконструирован, и в марте 2000 г. его значительно обновленная экспозиция вновь стала доступна для посетителей.

Музей римской цивилизации

Музей римской цивилизации располагается достаточно далеко от центра итальянской столицы, в районе ЭУР (Esposizione Universale di Roma), построенном для Всемирной выставки 1942 г., которая так и не состоялась из-за начавшейся Второй мировой войны. Работа над этим огромным комплексом парадных, церемониальных и жилых зданий началась в 1939 г. Муссолини придавал большое значение проекту, так как, по его замыслу, район ЭУР должен был стать «лицом» тогдашней фашистской Италии. Здание музея, первоначально носившее пышное название «Дворец римской цивилизации», было спроектировано архитекторами Пьетро Асчери, Джузеппе Бернардини и Чезаре Пасколетти и построено в 1939–1941 гг. Открытие музея состоялось только в 1955 г.

Первоначальное ядро музейного собрания относится еще ко времени Археологической выставки 1911 г., организованной по случаю празднования 50-летия объединения Италии. Экспозиция музея, как это следует из названия, посвящена истории древнеримской цивилизации – от ее зарождения до окончательного краха в V в. н. э. 59 залов музея кратко, но исчерпывающе рассказывают о том, как поселение на Капитолийском холме, первоначально состоявшее из кучки жалких хижин, постепенно превратилось в огромный город храмов и дворцов, блестящую столицу едва ли не всей тогдашней ойкумены. Каждый зал посвящен отдельному периоду в истории древнеримской цивилизации или правлению одного императора. Здесь представлено сравнительно немного археологического материала – гораздо больше собрано гипсовых копий известных римских статуй, архитектурных сооружений, бюстов императоров и исторических деятелей эпохи Республики и Империи. Все это дополняется картами и схемами, подлинными предметами старины и искусно сделанными реконструкциями, моделями и точными копиями наиболее важных артефактов и памятников. Подобный способ показа позволяет, в частности, показать первоначальный вид и состав многих известных древнеримских памятников, фрагменты которых ныне разрознены и хранятся в различных музеях мира.

Модель Древнего Рима

Первые четырнадцать залов в хронологическом порядке дают краткий исторический обзор Рима от легендарных Ромула и Рема до VI в. н. э. Другие 45 залов посвящены различным аспектам общественной, религиозной, экономической, военной и частной жизни древних римлян. Подобная обстоятельность заставляет многих сравнивать экспозицию музея с иллюстрированной книгой по истории Древнего Рима.

В музее демонстрируются многочисленные памятники позднего имперского и раннехристианского искусства, гипсовые копии знаменитых рельефов колонны Траяна, изготовленные по распоряжению Наполеона III. В одном из залов можно увидеть тщательно воссозданную обстановку библиотеки знатного римлянина эпохи Империи – образцом для нее послужила библиотека на вилле императора Адриана в Тиволи. В дальнем конце зала, в стенной нише, находится статуя Минервы – богини мудрости. В других нишах хранятся греческие и латинские папирусы, листы пергамента, перевязанные красными лентами свитки льняного полотна, вощеные таблички – все они служили материалами для письма. Здесь же можно видеть различные приспособления для письма – стилосы, тростниковые перья, чернильницы, футляры для письменных принадлежностей.

Центром экспозиции является огромная модель древнего Рима, выполненная в масштабе 1: 250, показывающая Вечный город таким, каким он был в пору своего наивысшего расцвета – в эпоху императора Константина (306–337). Размеры модели составляют около 30×30 м и обозреть ее во всем великолепии можно только сверху, со специально устроенного балкона. Перед глазами посетителей открывается вся панорама величайшего города Древнего мира, с огромным Большим цирком (Circus Maximus), где проводились состязания колесниц и который мог вместить 150 тыс. зрителей, с роскошными дворцами и еще целым, не пострадавшим от времени Колизеем, со знаменитыми акведуками, снабжавшими город водой. Эта модель создавалась около тридцати лет – с 1935 по 1971 г., на основе всех доступных источников, главными из которых явились результаты археологических исследований и важнейший документ по топографии Древнего Рима – Forma Urbis Romae, подробная карта Вечного города, созданная ок. 203–211 гг., во времена правления императора Септимия Севера. Эта карта размерами приблизительно 30×15 м, где детально показаны каждая улица и каждый дом, начиная от Колизея и Большого цирка до отдельных лавок и даже лестниц, – настоящий подвиг древних картографов – была тщательно вырезана на мраморных плитах толщиной в несколько дюймов и когда-то украшала стену главного зала в римском храме Мира (Templum Pacis). С распадом Римской империи в V в. н. э. Forma Urbis Romae разделила судьбу Вечного города, павшего под натиском варваров и разрушенного. В течение нескольких сотен лет мраморные плиты либо использовали для постройки новых зданий, либо попросту пережигали на известь. По счастью, рухнувшие обломки разрушенного храма Мира достаточно глубоко погребли под собой фрагменты уникальной мраморной карты, и земля надежно сохранила их. По другому счастливому совпадению, неповрежденная часть стены древнего храма была включена в здание римской церкви Козьмы и Дамиана и таким образом избежала разрушения. В 1562 г. – в эпоху Ренессанса, когда возродился интерес к классической старине, кардинал Алессандро Фарнезе распорядился собрать все известные фрагменты карты и зарегистрировать их. За истекшие с той поры четыре века были найдены сотни новых фрагментов, а сама карта стала объектом интенсивных научных исследований – археологи получили уникальную возможность увидеть древний город как бы с высоты птичьего полета и определить будущие направления раскопок. На сегодняшний день найдено 1186 обломков Forma Urbis Romae, представляющих около 15 % ее первоначальной площади. Однако, несмотря на продолжающиеся поиски, нет никаких сомнений в том, что найти все фрагменты, составляющие карту, никогда не удастся.

Галерея Уффици

Флоренция – столица Тосканы, раскинувшаяся среди зеленых пологих холмов, на берегах реки Арно. Это город-легенда, настоящая столица искусств. С Флоренцией связаны имена Донателло, Мазаччо, Ботичелли, Бенвенуто Челлини, Брунеллески. Отсюда берут свое начало истоки нового искусства Европы.

Флоренция. Галерея Уффици

С набережной Арно через изящную арку можно попасть на знаменитую улицу Уффици. Созданная Джордже Вазари в середине XVI в., она пролегла между двумя одинаковыми домами, в свое время предназначавшимися для различных служб и учреждений двора герцога Козимо I Медичи. Отсюда и происходит название Уффици (от «Ufficio» – служба), давшее имя и разместившейся в этих зданиях знаменитой художественной галерее, являющейся одной из самых значительных картинных галерей в Европе и самым обширным в Италии собранием живописи.

Галерея Уффици занимает верхний этаж двух зданий, образующих улицу Уффици. Уже в XVI–XVII вв. их лоджии и так называемая трибуна предназначались для произведений искусств, собранных герцогами Медичи. В XIX в. из коллекции Уффици были выделены разделы скульптуры эпохи Возрождения и различных археологических редкостей, перешедшие соответственно в галерею Барджелло и в Археологический музей. Из прославленных античных произведений Галерея Уффици сохранила лишь несколько статуй, размещенных в «трибуне» еще во времена герцога Козимо III (XVIII в.). Это, в частности, знаменитая «Венера Медичи» – греческая статуя конца IV в. до н. э., открытая на вилле Адриана в Тиволи в 1680 г. и привезенная во Флоренцию в 1717 г. вместе с «Рабом-точильщиком» пергамской школы III–II вв. до н. э.

Собрание живописи Галереи Уффици – самое обширное в Италии и в отличие от других коллекций весьма разностороннее: кроме итальянских картин здесь имеются прекрасные образцы искусства Нидерландов, Германии, Фландрии, Голландии и Франции. Поистине, это галерея шедевров, и чувствуешь это уже в первом зале, где внимание привлекают произведения Чимабуэ («Мадонна на троне», ок. 1285), Дуччо («Мадонна Руччелаи») и особенно – Джотто. «Мадонна со святыми и ангелами» (ок. 1310), выполненная Джотто для церкви Всех Святых во Флоренции, находится рядом с произведениями Чимабуэ и Дуччо, и это сравнение с потрясающей очевидностью дает понять всю грандиозность переворота в искусстве совершенного этим великим мастером. Джотто полностью отверг принцип «иконы», и традиционный образ Марии с Младенцем приобрел у него характер торжественной, но абсолютно человечной сцены. Богоматерь Джотто спокойно и торжественно восседает на троне, ее фигура и голова держатся прямо, складки покрывала падают почти отвесно. Спокойствие и почти античная ясность черт лица Мадонны позволяют избежать ощущения ирреальности. Величавая фигура Богоматери исполнена большого человеческого достоинства.

В соседнем зале находится триптих, центральная часть которого представляет «Благовещение», выполненный в 1333 г. Симоне Мартини (1285–1344). Это лучшее произведение этого великого мастера из Сиены. Его «Благовещение» волнует нервными ритмами, почти безрассудной порывистостью фигур, сочетанием роскошного золотого фона и ювелирного тиснения одежды ангела с изысканной смелостью, с которой поверх золота брошены голубые тени…

Сандро Боттичелли. Портрет юноши, держащего в руках медаль с изображением Козимо Медичи. Ок. 1474 г.

В XIV в. сосредоточенность Джотто на образе человека сменяется все более расширяющимся интересом к разнообразию и богатству окружающего мира. Джентиле да Фабриано (1360 – ок. 1427) наиболее полно воплотил это мировосприятие в своем «Поклонении волхвов» (1423). С какой любовью и старательностью он заполняет все поле огромной картины многочисленными фигурками! Подобно средневековому хронисту – увлеченно и в то же время с редкой обстоятельностью – да Фабриано повествует как об основном, так и о второстепенном, с ювелирной тщательностью выписывая каждую деталь.

Прекрасную коллекцию итальянской живописи второй половины XV в. открывают портреты герцога Урбинского Федериго да Монтефельтро и его жены Баттисты Сфорца, выполненные в 1465–1466 гг. Пьеро делла Франческа. В этих портретах с особым достоинством проявляется характерная для искусства этого времени строгая объективность изображения человека, являющаяся в большой мере и знаком уважения художника к своему лишенному внешнего обаяния, но необычайно значительному герою. Особенно интересен портрет герцога Монтефельтро. Его резкий, неправильный профиль полон невозмутимого достоинства и исполнен такого же спокойствия, как и расстилающийся вдали пейзаж Умбрии.

В Галерее Уффици находится лучшее и богатейшее в мире собрание картин Сандро Боттичелли (1444/45–1510). Среди его ранних работ в особенности привлекает «Портрет юноши, держащего в руках медаль с изображением Козимо Медичи» (ок. 1474). Это образ, отмеченный особой внутренней энергией. Она чувствуется и в четкости форм мускулистого лица, и в холодной пристальности взора, и в цепкой силе рук, как клещами сжимающих золотую медаль. Во взоре юноши затаилась задумчивость – это взгляд человека, решительная натура и ясный разум которого впервые на миг погрузились в размышления о самом себе, о собственном предназначении… И чем больше всматриваешься потом в картины Боттичелли, тем яснее выступает в его творчестве противоречие между отчетливо выраженным тяготением к воплощению волевых характеров и необъяснимой на первый взгляд мечтательностью. Эту мечтательность иногда считают наиболее характерной чертой творчества Боттичелли. В нем присутствует настойчивое стремление воплотить ту хладнокровную страстность, которая особенно отчетливо проявляется в прекрасном «Поклонении волхвов» (ок. 1477), хранящемся в Галереи Уффици.

В том же зале находятся «Аллегория весны» (ок. 1478), «Минерва и кентавр» (ок. 1485) и знаменитое «Рождение Венеры» (ок. 1485). В «Аллегории весны» Боттичелли изображает благоуханную глубину леса, темно-зеленую листву деревьев, сквозь которую проглядывает чистая голубизна неба, густую, усыпанную цветами траву. Это образ земного рая, где чувствуется ласковое дыхание ветерка. И все же эта картина вызывает в душе чуть щемящую грусть. Ее рождает хрупкая неустойчивость фигур – невесомых, почти призрачных. Кажется, подуй чуть сильнее ветер – и исчезнут унесенные им танцующие грации, Флора, нимфа и сатир, опустеет и погрустнеет «земной рай»…

В картине «Рождение Венеры» почти физически ощущается дуновение прохладного ароматного ветерка, который кружит розовые лепестки облетающих яблоневых цветов, играет золотыми волосами Венеры. Впечатление хрупкости фигур здесь усиливается. Боттичелли настолько высветляет краски, что своими нежными тонами его полотно напоминает выцветшие фрески; рисунок становится как бы вьющимся, почти орнаментальным, хотя и сохраняет четкость.

Более поздние произведения Боттичелли приобретают нервную, почти отчаянную взвинченность. Таково «Благовещение» (ок.1490), где все кажется взметенным порывом ветра.

В соседнем зале находится «Портрет кардинала Карло Медичи» (ок. 1468) работы Андреа Мантеньи – небольшая картина, поражающая заключенной в ней страстностью. Бронзовое от загара, изборожденное резкими морщинами лицо кардинала кажется опаленным снедающим его внутренним огнем.

Среди картин итальянских мастеров конца XV в. интересны работы Доменико Гирландайо («Поклонение волхвов», 1487), Филиппино Липпи («Поклонение волхвов», 1496), Луки Синьорелли («Распятие», «Мадонна с Младенцем на фоне пейзажа») и Пьетро Перуджино («Мадонна с Иоанном Крестителем и Св. Себастьяном», 1493). В том же зале находится «Крещение Христа» (ок. 1470) работы Андреа Верроккьо, где фигура ангела, повернутого в профиль, была исполнена юным Леонардо да Винчи. Рядом – «Поклонение волхвов», созданная Леонардо в 1481 г.; эта картина не была окончена.

В правом крыле галереи собраны художественные произведения XVI–XVII вв. Эта часть коллекции уже не производит того почти ошеломляющего впечатления, как раздел XV–XVI вв., хотя здесь есть великолепные произведения Микеланджело («Святое семейство», 1504–1505), Рафаэля («Портрет Франческо Мария, герцога Урбинского», «Мадонна со щегленком» (ок. 1506), «Портрет папы Льва X с кардиналами Джулио Медичи и Лодовико Росси» (1518–1519), «Портрет Юлия II»), Тициана («Флора» (ок. 1515), «Портрет мальтийского рыцаря» (ок. 1518) и созданная в 1538 г. «Венера Урбинская»).

Галерея Уффици обладает большой коллекцией нидерландской и немецкой живописи XV–XVI вв., в которую входят знаменитый «Алтарь Портинари» Гуго ван дер Гуса (ок. 1476–1478), а также картины Альбрехта Дюрера. К числу бесспорных шедевров галереи относится также картина «Мальчик, строящий карточный домик» Шардена.

Национальный музей Барджелло

Флорентийцы утверждают, что дворец Барджелло – одна из самых красивых средневековых построек в Италии. Об этом можно спорить, но несомненно то, что этот дворец является самым древним общественным зданием Флоренции. Это сооружение крепостного типа, увенчанное зубцами и квадратной зубчатой башней, построенное в 1254–1256 гг., несет на себе печать суровой гордости. Когда входишь в его просторный, обнесенный с трех сторон мощными аркадами двор, кажется, что внезапно переносишься во Флоренцию времен Данте.

Первоначально дворец служил резиденцией начальника городского ополчения (capitano del popolo), а с 1261 г. – подесты, городского судьи. В 1574 г. герцог Медичи отменил этот пост и передал дворец в распоряжение барджелло – начальника городской полиции. Слово «барджелло» происходит от позднелатинского bargillus, а то – от готского bargi и немецкого burg: «замок» или «укрепленная башня». В эпоху итальянского Средневековья «барджелло» назывался начальник городской стражи, отвечавший за поддержание общественного порядка и спокойствия в городе. Во Флоренции он обычно нанимался из числа выходцев из других городов, чтобы предотвратить любые проявления фаворитизма с его стороны. Со временем название «барджелло» распространилось на здание, в котором располагался начальник полиции. Дворец служил также в качестве тюрьмы, а в его внутреннем дворце нередко устраивались казни. Вплоть до 1865 г. дворец Барджелло оставался штаб-квартирой флорентийской полиции. С 1865 г. в его стенах располагается Национальный музей Барджелло, созданный в 1859 г. как музей итальянской (прежде всего флорентийской) скульптуры XIV–XVII вв. В собрании музея ныне насчитывается около 30 тыс. произведений искусства.

Донателло. Св. Георгий. 1419 г.

Первый этаж музея посвящен великим тосканским скульпторам XVI в., включая Микеланджело и Бенвенуто Челлини. Второй – занимают преимущественно коллекции декоративно-прикладного искусства, включающие в себя ювелирные изделия эпохи Возрождения, изделия из эмали и слоновой кости, венецианское стекло. Особенно прекрасен огромный зал Генерального Совета, под высокими крестовыми сводами которого собраны шедевры скульптуры XV в. В центре зала в готической нише стоит решительный, юношески порывистый «Св. Георгий» (1419) работы великого Донателло (1386–1466). В этой скульптуре мастер как бы сконцентрировал героический дух раннего итальянского Возрождения. Здесь же находятся суровый «Иоанн Креститель», очаровательный амур, на редкость гибкий и свободный в движениях «Давид» и другие работы Донателло, изящный «Давид» Верроккьо, а также многие другие, быть может, менее значительные, но столь же яркие и дерзновенные произведения флорентийских скульпторов, включая учеников Донателло – Дезидерио да Сеттиньяно (ок. 1430–1464) и Антонио Росселлино (ок. 1427–1479).

В нижнем этаже можно видеть работы Микеланджело: «Вакх» (1497), тондо, изображающее Мадонну с Младенцем и маленьким Иоанном (ок. 1503), небольшую неоконченную статую Давида (ок. 1530), известного также под названием Аполлона, и, наконец, бюст Брута, выполненный Микеланджело около 1539 г. – как свидетельство его веры в республиканские демократические идеалы. Они вновь всколыхнулись в душе старого скульптора после известия об убийстве в 1537 г. флорентийского тирана Алессандро Медичи и трагической гибели тираноубийцы Лорензаччо.

Брута Микеланджело невольно сравниваешь с его же Давидом, созданным более чем на тридцать лет раньше и ныне находящимся в Галерее Академии изящных искусств во Флоренции. Их роднит изображенное скульптором движение – гневный и гордый, как бы внезапный поворот головы. Но выражения лиц совершенно различны. Лицо Давида, готовящегося к битве, отмечено печатью грозного торжества, особой уверенности, которая придает его чертам спокойствие победителя. Иное – в лице Брута. В искусстве нет, пожалуй, образа, столь сосредоточившего в себе непреклонную решимость. Она сделала жесткими черты лица, взгляд, в котором чувствуется почти слепое упорство и готовность на все ради достижения своей цели. Но в этой концентрации энергии есть оттенок трагической бесперспективности, может быть, упорство обреченного или ярость отчаяния. В противоположность ранним, гладко полированным скульптурам здесь Микеланджело оставляет поверхность шероховатой. Это создает сложную вибрацию светотени, которая окутывает грубые, рубленые формы лица Брута почти неуловимой дымкой.

В этом же зале выставлены работы Бартоломео Амманнати (1511–1592), Баччо Бандинелли (1488–1560), Андреа (1460–1529) и Якопо Сансовино (1480–1570), Джамболоньи (1529–1608). Бенвенуто Челлини представлен небольшой моделью для его «Персея» и несколькими маленькими бронзовыми скульптурами. Кроме того, на втором этаже, в двух залах, экспонируются работы членов сеьмьи скульпторов делла Роббиа – Луки, Андреа, Джованни. Лука делла Роббиа (1399/1400–1482) выполнил ряд прекрасных работ в мраморе (рельефы кафедры для певчих во флорентийском соборе с фигурами поющих и играющих на музыкальных инструментах детей и др.), но главное, чем прославились Лука делла Роббиа и его последователи – племянник Андреа делла Роббиа (1435–1525) и сын племянника, Джованни (1469 – после 1529), – это применение глазурной техники для создания круглой скульптуры и рельефов. Лука делла Роббиа первым использовал цветную глазурь для создания полихромной терракотовой скульптуры – новшество, которое он впервые применил в 1441 г. при создании табернакля церкви в Перетоле близ Флоренции. В этом произведении он соединил мрамор, бронзу и терракоту, частично глазурованную, а частично просто раскрашенную. Начиная с этого времени скульптор много работал в новой технике. Широко известны его многочисленные рельефные изображения Мадонны с Младенцем, где фигуры покрыты белой блестящей глазурью, а фон – матовой голубой, яркой, как небо, Тосканы.

«Мне положительно кажется, что ничто так не помогает оценить и уразуметь искусство делла Робиа, как прогулка по улицам маленького тосканского городка, запруженного шумливой деревенской толпой, – писал в “Образах Италии” П. П. Муратов. – Обыкновенно работы делла Роббиа, собранные во флорентийском Музее Барджелло, оставляют посетителя неудовлетворенным… Рядом с Донателло, Верроккьо и Поллайоло, даже рядом с малыми скульпторами, вроде Мино да Фьезоле, глазури делла Робиа кажутся недостаточно артистичными. В музее они кажутся какими-то ненужными, но это не их вина, это вина музея. Ремесло умирает в музее, как неотвратимо умирает в нем все то, что не может подняться выше уровня жизни, эпохи. Рельефам делла Роббиа не место в музее, в них нет самостоятельной жизни, и красота их погибает, если их разобщить с той простой жизнью, для которой они были созданы – с улицами тосканских городов, с тосканским небом, отражающимся в их “молочно-голубой”, по выражению Патера, глазури. Но сколько им места в нынешней Флоренции, в нынешних городах вокруг Флоренции!»

Отдельный зал посвящен творчеству Андреа Верроккьо (1435/36–1488). Помимо его бронзового «Давида» и «Мадонны с розами» здесь также демонстрируется коллекция бюстов флорентийских граждан, созданных известными мастерами XV–XVII вв. Одна из наиболее важных работ – портрет Констанции Буонарелли работы Джан Лоренцо Бернини (1598–1680).

Музей Барджелло обладает также прекрасными собраниями майолики, тканей, гобеленов, лиможских эмалей, венецианского стекла, изделий из слоновой кости, бронзы и серебра, оружия и доспехов, монет. Многие из представленных здесь экспонатов происходят из коллекций герцогов Медичи, например собрание редких медалей, принадлежавших семейству Медичи.

Галерея Академии изящных искусств во Флоренции

Галерея Академии – один из самых известных музеев Флоренции, хранящий в своих стенах великолепное собрание скульптурных работ Микеланджело, в числе которых – знаменитый «Давид». История этого художественного собрания берет свое начало в XVIII в., хотя флорентийская Академия искусств была основана еще раньше – в середине XVI в., при участии Джордже Вазари, Анджело Бронзино и Бартоломео Амманнати, и первоначально именовалась Академией рисунка. Позже она приобрела более общий характер и была переименована в Академию изящных искусств (Accademia di Belle Arti).

Микеланджело. Давид. 1501–1504 гг.

В 1784 г. великий герцог Тосканский Пьетро Леопольдо основал при Академии художественную галерею, коллекции которой призваны были знакомить учеников Академии с творчеством старых и современных мастеров ваяния и живописи. С течением времени собрание галереи значительно разрослось и обогатилось многими ценнейшими произведениями искусства. Особую известность музею принесла великолепная коллекция скульптур Микеланджело. Галерея стала центром всеобщего внимания в 1873 г., когда здесь впервые был показан знаменитой «Давид» Микеланджело. До этого времени он на протяжении четырех веков стоял на флорентийской площади Синьории, но по причинам безопасности оригинал статуи был перенесен в музей, а вместо него на площади была установлена гипсовая копия. Позже к «Давиду» присоединили другие скульптуры Микеланджело.

Экспозиция галереи устроена на двух этажах, из которых первый этаж является наиболее интересным. Здесь представлены скульптура и живопись тосканской школы середины XIII – конца XVI в. Первые четыре зала знакомят посетителей с творчеством Джованни да Милано («Пьета»), Лоренцо Монако («Благовещение»), Джамболоньи («Похищение сабинянок»), Андреа дель Сарто («Пьета»), Филиппо Липпи («Несение креста», «Св. Иоанн Креститель и Мария Магдалина»). Здесь же можно увидеть сцены из жизни св. Франциска кисти Таддео Гадди, полиптих работы Андреа Орканья, многочисленные табернакли, приписываемые Бернардо Дадди, и переднюю часть расписного ларя «Бракосочетание Адимари» (ок. 1450), изображающую жениха и невесту на фоне флорентийского кафедрального собора, с бело-зеленым зданием баптистерия, виднеющимся на заднем плане.

В зале, посвященном творчеству Микеланджело, всеобщее внимание привлекает колоссальный «Давид», установленный в центре просторной трибуны. Микеланджело создал эту статую в 1501–1504 гг. В образе Давида воплотились героический порыв и гражданская доблесть флорентийцев, сбросивших тиранию Медичи. К этому же периоду творчества великого мастера относится «Апостол Матфей» (1504–1508). Микеланджело задумывал создать для флорентийского собора Санта-Мария дель Фьоре целую галерею скульптурных образов апостолов, но этот проект остался незавершенным. К числу последних скульптурных работ Микеланджело относятся отмеченные трагической экспрессией «Пьета Палестрина», также предназначавшаяся для флорентийского собора (до 1550–1555, разбита Микеланджело и восстановлена его учеником М. Кальканьи), и статуи четырех пленников для первого варианта гробницы Юлия II в старом соборе Св. Петра в Риме. Эти статуи также остались незавершенными. Как никакие другие работы великого скульптора, эти «Пленники» выражают слова Микеланджело о том, что скульптура – это «искусство убирать лишний материал». «Пленники» буквально вырываются на свободу, высвобождаясь из плена холодного камня. «Долгое время, прежде чем перейти в светлые, но равнодушно-музейные залы академии, эти статуи находились в одном из искусственных гротов в садах Боболи, – пишет в “Образах Италии” П. П. Муратов. – Было странно видеть тогда здесь их напряженные движением белые тела и задыхающиеся от усилий лица. Как будто все это нужно было только для того, чтобы поддержать игрушечные губчатые стенки грота! На их широкие и мускулистые руки могла бы спокойно опереться крыша целого мира. Но каково бы ни было их действительное назначение в архитектуре гробницы, нечеловеческое усилие, выраженное в них, это не столько забота об удержании тяжести, сколько желание освободиться от сковывающей их еще наполовину мраморной глыбы. Пленники дошли до нас в неоконченном виде, они едва успели выйти из камня. Микеланджело оставил их в отчаянном порыве найти свою полную гармоническую форму, сбросить с себя тяжесть инертной материи. Трагическое рождение духа из сопротивляющегося ему косного вещества он нигде не изобразил лучше, чем в этих, не оконченных по воле случая, статуях».

Длинный зал, уставленный сотнями скульптур и бюстов, напоминает о том, что флорентийская Академия была призвана взращивать молодые таланты. Отдельно представлено творчество Лоренцо Бартолини (1777–1850) – профессора флорентийской Академии, одного из самых ярких скульпторов первой половины XIX в. В галерее выставлено около 300 работ этого мастера. В последние годы собрание музея обогатилось также коллекцией старинных музыкальных инструментов из консерватории Керубини.

Галерея Питти

С высоты прохода, соединяющего оба крыла Галереи Уффици, открывается прекрасный вид на реку Арно, мост Понте Веккьо и вдали – на темную грузную громаду палаццо Питти, вырисовывающуюся на фоне зелени поднимающихся вверх по склону холма садов Боболи. В настоящее время здесь расположились три музея. На первом этаже – Музей ювелирных изделий (собрание изделий из серебра эпохи Возрождения) и галерея современного искусства. Этажом выше помещается собственно Галерея Питти, или, как ее иногда называют, Палатинская галерея, созданная в основном в конце XVI и в XVII в., но расширяющаяся вплоть до настоящего времени.

После Второй мировой войны Галерея Питти значительно пополнилась картинами из Флорентийской академии и галереи Уффици. Сегодня это одна из лучших в мире коллекций итальянской живописи XVI в. И впечатление от посещения этого собрания едва ли не превосходит впечатление от осмотра Галереи Уффици.

В Галерее Питти есть несколько первоклассных образцов живописи XV в. Но славу собрания составляют картины мастеров Возрождения – в особенности Рафаэля и Тициана. Тринадцать картин Рафаэля позволяют всесторонне познакомиться с творчеством этого великого художника. Здесь находится ряд созданных им портретов, начиная от ранних – так называемого «Портрета беременной женщины» (ок. 1505) и портретов Маддалены и Аньоло Дони (1506), до поздних – портретов кардинала Ингирами, кардинала Бибиенны (1516) и знаменитой «Донны Велаты» (ок. 1514).

Флоренция. Палаццо Питти

В «Донне Велате» художник запечатлел ту женщину, черты которой послужили ему для создания образа «Сикстинской мадонны». Портрет поражает тончайшими серебристо-белыми, жемчужными, оливковыми и золотистыми тонами. В лице женщины проявилась несвойственная прежде картинам Рафаэля золотистость, подчеркивающая легкую розоватость обнаженных плеч и смуглый румянец щек.

Один из шедевров галереи Питти – «Мадонна Грандука», созданная Рафаэлем во Флоренции в 1504–1505 гг. Образ Марии с Младенцем мягко, но отчетливо выступает из черного, с оливковым оттенком бархатистого фона. Каким глубоким значением исполнены ласковая осторожность ее рук, держащих Младенца, мир и тишина опущенного взора, улыбка тихого счастья, таящаяся в уголках рта! Младенец по-детски цепко держится за нее, но в его живом лице, пристальных глазах и непоседливом движении тела уже угадывается стремление оторваться от теплых и спокойных рук матери. Это поразительно верно схваченное состояние, которое бывает у детей, только что начинающих учиться ходить: им еще страшно оторваться от матери, но уже влечет разнообразие окружающего мира. И мать как будто чувствует это первое желание самостоятельности, возникающее у ее ребенка, которого она еще не мыслит отдельно от себя. Его стремление рождает в ней и чувство радости, и невольно примешивающуюся легкую, чуть грустную задумчивость. Без этого удивительного умения Рафаэля уловить тончайшие оттенки переживаний матери и ее отношения к своему ребенку невозможно было бы без создание «Сикстинской мадонны».

В 1514–1515 гг. Рафаэль написал «Мадонну в кресле», где фигуре Марии придано движение, выдающее ревнивое и тревожное желание спрятать Младенца, загородить его от окружающего мира, как бы вновь слить с собой в одно целое. Если сравнить эту картину с «Мадонной Грандука», то бросится в глаза, что в образе Марии прежняя чуть хрупкая простодушная нежность сменяется строгим величием, в движениях появляется гораздо большая сила, а утренняя свежесть красок уступает место столь же ясной, но такой насыщенной гамме, которая скорее способна вызвать ассоциации с красками жаркого летнего полдня. Ничего подобного не было раньше в картинах Рафаэля. Никогда прежде великий мастер не воплощал столь полное чувство ласковой привязанности матери и ребенка, ощущение теплоты материнских объятий. Прежде мадонны Рафаэля были внутренне замкнуты в своем особом, гармоничном и счастливом мире. Теперь впервые появляется связь образа с реальным миром. Во взоре Марии сквозят недоверчивость и отчужденность: она как будто силится вновь уйти от тревожащего ее окружающего мира и вернуть себе замкнутую полноту счастья…

Столь же значительным, как и коллекция картин Рафаэля, является в Галерее Питти собрание полотен Тициана. Здесь хранятся и знаменитый «Концерт» (ок. 1508–1510), часто приписываемый Джорджоне, и выполненная Тицианом копия с рафаэлевского «Портрета папы Юлия II».

Тициан. Портрет Ипполито Медичи. 1533 г.

Удивительно тонко написан «Портрет Винченцо Мости» (начало 1520-х гг.). При всем своем необычайном достоинстве и даже аристократизме портреты раннего Тициана привлекают своей внутренней доступностью, отсутствием грани между ними и зрителем. В Галерее Питти хранится и хрестоматийно известная «La bella» (начало 1530-х гг.). Самое поразительное в этой картине, пожалуй, не красота изображаемой девушки, оттененная богатой одеждой, блеском шелка, мягкостью бархата, искристым золотом, а возникающее ощущение удивительной бережности и осторожной ласковости, с которой Тициан написал этот портрет. Чувство ничем не нарушаемого счастья, спокойного и полного, появляется при первом же взгляде на картину.

Более поздние портреты Тициана рождают уже иные чувства – напряжение и внутренний драматизм. И сам Тициан более неспособен спокойно созерцать своих героев. В «Портрете Ипполито Медичи» (1533) от смягченных черных, серых, синих, зеленых и золотистых тонов мастер переходит к напряженной темно-лиловой гамме, а в «Портрете Пьетро Аретино» (1545) – к сочетаниям оранжево-золотистых, вишневых, красноватых тонов. Широко закручивающиеся мазки, пылающие краски плаща подчеркивают темпераментность, грубую размашистость и внутреннюю мятежность натуры человека.

Наконец, «Портрет Ипполито Риминальди», написанный в конце 1540-х гг. На первый взгляд этот портрет разочаровывает своей скромностью. Но это одно из тех произведений, в которые чем дольше всматриваешься, тем более потрясающий смысл в них открываешь. Здесь все построено на скрытых контрастах. На плотном оливковом фоне, в стиснутом пространстве картины, огромной темной фигуре Риминальди очень тесно. Его лицо бледно, оно осунулось, кажется даже чуть влажным, а спутанные пряди волос как будто прилипли ко лбу. Портрет выдает скрытую, почти безысходную борьбу, происходящую в душе этого человека. Но проницательность зеленоватых глаз, которые будто льдистыми остриями впиваются во всякого, кто приближается к картине, выдает его особую внутреннюю силу.

Ипполито Риминальди не раз сравнивали с Гамлетом. И это верно. Верно потому, что при всей внутренней сложности этого образа в нем нет ни малейшего оттенка слабости – лишь ощущение огромного интеллектуального и волевого напряжения, тяжелой душевной борьбы, в которой побеждает человек, хотя бы и таким усилием, от которого на лбу выступает холодный пот…

Вторая половина XVI в. представлена в Галерее Питти редкими по качеству портретами Тинторетто, среди которых особенно интересен «Портрет Луиджи Корнаро». Только Тинторетто, изображая глубоких стариков, умел передавать ощущение полной погруженности в минувшее, которое всплывает перед их очами, волнует, зажигая молодым огнем остановившийся старческий взор. Этот эффект достигается контрастами темной, но неопределенно-подвижной гаммы фона и одежды со смуглой розоватостью лица, контрастом острого, чуть лихорадочного блеска глаз, с усталой позой, бессилия рук и напряженности лица…

Выйдя из галереи, можно еще раз полюбоваться прекрасной панорамой Флоренции, которая покоряет всякого посетившего этот город и навсегда остается в его памяти.

Национальная галерея делле Марке в Урбино

Город Урбино в провинции Марке тесно связан с именами многих выдающихся итальянских живописцев. Здесь родился Рафаэль Санти (1483–1520), один из величайших мастеров эпохи Возрождения – сохранился дом, в котором он родился и вырос. Теперь здесь находится музей, посвященный великому художнику. В нескольких милях от Урбино родился Донато Браманте (1444–1514), начинавший как художник, а впоследствии ставший знаменитым архитектором. В Урбино жили и работали Паоло Уччелло (ок. 1397–1475), Лука делла Роббиа (1399/1400–1482), Леон Баттиста Альберти (1404–1472), Пьеро делла Франческа (ок.1420–1492), Федериго Бароччи (1535–1612). С творчеством этих и многих других мастеров можно познакомиться в Национальной галерее делле Марке в Урбино, расположенной в бывшем герцогском дворце (Палаццо Дукале).

Герцогский дворец в Урбино, сооруженный по проекту архитектора Лучано да Лаурана (ок. 1420–1479), является одним из наиболее хорошо сохранившихся архитектурных памятников эпохи раннего Возрождения. Он был построен для Федериго да Монтефельтро (1422–1482), ставшего правителем Урбино в 1444 г. При нем этот сравнительно небольшой город пережил свой золотой век, превратившись на короткое время в один из главных культурных центров Италии. Удачливый воин и искушенный дипломат, Федериго да Монтефельтро прославился и как меценат, покровительствуя многим талантливым живописцам и скульпторам своего времени. При его дворе можно было встретить многих знаменитых художников, поэтов и ученых того времени. Построенный им в Урбино великолепный Палаццо Дукале можно считать памятником этому незаурядному человеку. Широко известен его портрет, написанный Пьеро делла Франческа и ныне хранящийся в Галерее Уффици во Флоренции.

«Ни одно из произведений Пьеро делла Франческа не известно так посетителям итальянских музеев, как его портретный “диптих” Галереи Уффици, – пишет П. П. Муратов в “Образах Италии”. – Кто не знает характернейшего профиля с резко изломленным носом и твердым выступом подбородка, каким увековечил Пьеро урбинского герцога Федериго ди Монтефельтро! Кто не помнит его некрасивой и простоватой жены, в нарядной прическе и в платье с парчовыми рукавами, кто не восхищался волшебными пейзажами, на фоне которых изображены эти реальнейшие персонажи, и еще более того пейзажами триумфов, написанными на оборотной стороне портретов, – пейзажами, где все сияет светом и полнится воздухом, свивающимся в нежнейшие туманы, которые плывут над Тразименой и делят цепи далеких конических гор. Герцога Федериго и жену его Баттисту Сфорца Пьеро делла Франческа писал, как человек, особенно близко их видевший и знавший… Так, во все века живописец, самый далекий от простой удовлетворенности схожим с натурой портретом, пишет вдруг свою старую мать или старого друга. Нет ничего неправдоподобного в том, что Пьеро делла Франческа и Федериго да Монтефельтро были друзьями. В истории урбинский герцог не обнаружил черт, которые находились бы в резком противоречии с благородным и возвышенным духом искусства Пьеро. Из всех итальянских дворов второй половины XV в. урбинский двор являл картину едва ли не самую привлекательную».

Со смертью сына и преемника Федериго да Монтефельтро, герцога Гвидобальдо, умершего в 1508 г., закончился и золотой век Урбино. Титул герцогов Урбинских перешел к семейству делла Ровере. После смерти в 1631 г. последнего герцога, Франческо Марии II делла Ровере, Урбино был включен в состав Папского государства. Художественные коллекции, хранившиеся во дворце, были распылены; часть их перенесли во дворец Медичи во Флоренции. Сам Палаццо Дукале был приспособлен под резиденцию папского легата. После объединения Италии бывший герцогский дворец получил статус национального памятника, однако еще долгое время его занимали различные административные учреждения. В 1912 г. в его стенах разместилась Национальная Галерея делле Марке, созданная в 1883 г. первоначально как Галерея Института искусств. Несмотря на многовековое запустение, дворец в ту пору все еще сохранял атмосферу блестящей эпохи Федериго да Монтефельтро. «В комнатах, где отдыхал от битв мужественный Федериго и где боролся с недугом хрупкий его сын, Гвидубальдо, не осталось ни мебели, ни ковров, ни картин, ни статуй, ни книг, – писал в начале XX в. П. П. Муратов. – Все пусто и голо здесь, но цела изумительная скульптурная обработка дверей, окон, каминов, сбережены сокровища тонко изваянных пилястр с канделябрами и трофеями, фризов с амурами, гирляндами плодов и гербами, неприкосновенны ни с чем не сравнимые интарсии в кабинете Федериго, где выложенные из кусочков драгоценных дерев книги, музыкальные инструменты, приборы астролога и геометра, доспехи воина существуют, перестав существовать. Весь вкус и дух того времени, все спиритуальное начало той жизни сохранены здесь».

Ныне Национальная Галерея делле Марке является одним из наиболее важных в мире собранием итальянского искусства эпохи Ренессанса. Великолепные парадные залы на первом и втором этажах размещают богатое собрание картин выдающихся итальянских художников XIV–XVI вв., в числе которых – Джованни Баронцио, Витторе Кривелли, Пьетро Алеманно, Лоренцо Салимбени, Аллегретто Нуци, Мелоццо да Форли, Паоло Учелло, Альвизе Виварини, Андреа дель Вероккьо. Творчество Тициана представлено двумя его известными полотнами «Тайная вечеря» и «Воскресение Христа». Несколько залов посвящены работам живописцев, группировавшихся вокруг двора герцога Федериго да Монтефельтро: фламандца Иоса ван Гента (известного в Италии как Джусто ди Ганд), Педро Берругете, Джованни Санти (отец Рафаэля), Луки Синьорелли, Федерико Бароччи, Тимотео делла Вите.

В Национальной галерее делле Марке блестяще представлено творчество Пьеро делла Франческа, а между тем лишь избранное число музеев может похвастаться тем, что имеет в своем собрании творения этого выдающегося художника. Здесь, в частности, хранятся его знаменитые «Бичевание Христа» (1455–1460), «Мадонна Сенигаллия» (1478–1490), а также «Вид идеального города», приписываемый Пьеро делла Франческа (по другому предположению, автором этой картины мог быть архитектор Лучано да Лаурана, строивший Палаццо Дукале). В числе других шедевров в собрании галереи – «Портрет знатной женщины», известный также как «La Muta», принадлежащий кисти Рафаэля.

В одном из залов посетителя музея ожидает встреча с замечательнейшими произведениями декоративно-прикладного искусства эпохи Возрождения. Эта комната являлась рабочим кабинетом («студиоло») герцога Федериго да Монтефельтро. В «студиоло» и сегодня сохраняется удивительная резная мебель, изготовленная по заказу герцога. Среди декоративных элементов резьбы можно встретить заимствованные из книжных миниатюр натюрморты и изображения музыкальных инструментов. При жизни Федериго да Монтефельтро стены этого кабинета украшали также 28 портретов знаменитых людей; 14 из них до сих пор находятся во дворце, другие можно увидеть в парижском Лувре.

Галерея Брера

На виа Брера в Милане расположен один из крупнейших художественных музеев Италии – Галерея Брера. Основа этого собрания была заложена в 70-х гг. XVIII в., но только при Наполеоне и принце Евгении Богарне оно, пополненное конфискованными в различных церквях и монастырях Северной Италии и даже Венеции произведениями, приобрело свое поистине мировое значение.

Это коллекция почти исключительно итальянской живописи. Иностранные мастера представлены здесь лишь немногими случайными вещами. Основную часть собрания составляют работы мастеров Феррары, Ломбардии и Венеции – от второй половины XV до XVII в.

В числе произведений феррарских живописцев выделяются «Иоанн Креститель» и «Св. Петр» Франческо Коссы. Коллекция ломбардцев особенно славится картинами учеников и последователей Леонардо да Винчи – так называемых леонардесков. Наиболее же обширно собрание мастеров венецианского круга; в нем – полотна Кривелли («Мадонна со свечой»), Джованни Беллини («Оплакивание Христа», «Мадонна с греческой надписью»). Бартоломео Монтанья («Мадонна с Младенцем, святыми и ангелами», 1499), Тициана («Св. Иероним»), Тинторетто («Пьета»), Джованни Баттиста Тьеполо («Кармелитская мадонна»), Пьяцетты («Ревекка у колодца»). Ряд первоклассных произведений характеризует живопись Средней Италии XVI – начала XVII в. (например, «Христос в Эммаусе» Караваджо). Но подлинные сокровища галереи – три находящиеся здесь картины: «Мадонна с Младенцем и поющими херувимами» Андреа Мантеньи (1431–1506), «Мадонна с Младенцем, святыми и герцогом Урбинским» Пьеро делла Франчески и «Обручение Марии» Рафаэля.

Милан. Палаццо Брера

Полотно Мантеньи было написано около 1485 г., в период наивысшей творческой зрелости мастера. Особенно прекрасна картина в солнечный день. Ее голубой глубокий и чистый фон пронизан звонкой весенней радостью. Поющие головки херувимов кажутся зримым воплощением этой радости, разлитой в голубизне небес. Среди этого праздничного ликования Мадонна, осторожно придерживающая Младенца, кажется на первый взгляд безучастной. Ее взор опущен; в чертах лица присутствует строгость, спокойная чистота. Но при этом облик Марии отмечен печатью мягкости и мечтательности. Брови удивленно приподняты над широко расставленными глазами, на губах играет чуть заметная улыбка. Здесь в обычно суровом Мантенье открывается особая, совершенно неожиданная глубина нежности.

Ни Мария, ни Младенец не смотрят на зрителя, погруженные в свои мысли и мечты. Но их взоры приковывают к себе наше внимание: черные глаза Мадонны и Младенца – это самые темные и блестящие точки картины, оттеняемые к тому же самым светлым в ней – тоном их лиц…

Картина Пьеро делла Франчески (ок. 1415–1492) «Мадонна с Младенцем, святыми и герцогом Урбинским» написана около 1470–1475 гг. Она стала завершением творческих исканий этого великого мастера XV в. Картина привлекает исходящим от нее ощущением простоты, свободы и достоинства. На фоне просторной ниши свободно и торжественно размещены сидящая Мария, на коленях которой спит Младенец, святые, ангелы и преклонивший колено у подножия трона Федериго да Монтефельтро, герцог Урбинский, изображенный в полном боевом вооружении. В архитектурном фоне преобладают чуть лиловеющие и серебрящиеся теплые и легкие краски. На этом фоне мягко, но четко выделяются загорелые лица святых, легкий румянец на щеках золотоволосых ангелов, блекло-синий с золотом плащ Богоматери, приглушенная темно-лиловая златотканая парча ее платья, светлые краски одеяний ее свиты… В эту музыкальную мягкость мужественную ноту вносит холодно блеснувший металл доспехов герцога.

Чем больше всматриваешься в картину, тем сильнее чувствуешь не только ее лиризм, но и скрытую горделивость, стройность и строгость художественного решения. Реальный мир будто сам распахивается перед художником. Отсюда та поразительно спокойная естественность, которая постоянно чувствуется у Пьеро делла Франчески. Поэтичность картины основана на соразмерности, спокойном и естественном равновесии человека и того, что его окружает. Но, пожалуй, самым привлекательным в творчестве этого умнейшего и изысканнейшего художника-поэта является то, что он очень народен, причем в лучшем смысле этого слова – и по типажу своих образов, и по простодушной чистоте чувств.

Рядом с картиной Пьеро делла Франчески находится «Обручение Марии», написанное молодым Рафаэлем во Флоренции в 1504 г. Это наиболее совершенное из ранних творений Рафаэля. В нем особенно привлекает музыкальность ритмов, движений и силуэтов фигур. Чистая голубизна ясного и прозрачного неба удивительно сочетается с теплым золотистым колоритом полотна.

Галерея Брера является крупнейшим, но не единственным художественным собранием Милана. Помимо нее существуют еще Галерея Польди-Пеццоли, Муниципальная галерея современного искусства, Музей замка Сфорца и пинакотека знаменитой Амброзианской библиотеки.

Пинакотека Амброзиана

Амброзиана – старейший музей Милана. Она открылась для общего пользования еще в 1618 г. Название улицы, на которой стоит здание галереи – виа Кардинал Федерико – напоминает о ее основателе, кардинале Федерико Борромео, архиепископе Миланском.

Кардинал Борромео был известным меценатом, одним из самых образованных людей своего времени. Он являлся поклонником голландской живописи и был личным другом известного нидерландского художника Яна Брейгеля (Брейгеля-младшего, или Брейгеля «Бархатного»). Однако в своей частной галерее он отвел большое место полотнам своих современников, живописцев Ломбардии – земли, где Федерико Борромео родился и вырос.

Галерея Амброзиана создавалась одновременно с одноименной библиотекой – знаменитым собранием старинных книг и рукописей. В 1609 г. для размещения пинакотеки и библиотеки архитекторы Фабио Маньони и Риччино выстроили специальное здание, в котором галерея располагается и по сей день. Его первый этаж занимают преимущественно графические работы, второй – живопись.

Основу галереи составила личная коллекция кардинала Борромео. В последующие годы она пополнялась за счет многочисленных пожертвований от частных лиц. Сегодня здесь представлено несколько сот полотен, преимущественно ломбардских и венецианских художников XV–XVIII вв. – Тьеполо, Бартоломео Виварини, Бергоньоне, Луини, Брамантино.

Амброзиана славится прекрасной коллекцией рисунков и гравюр итальянских и немецких художников эпохи Возрождения. Здесь хранятся замечательные произведения Дюрера, Альтдорфера, Гольбейна, наброски Микеланджело для «Страшного суда», огромный рисованный картон Рафаэля для фрески «Афинская школа» в Ватикане, множество рисунков «леонардесков» (в том числе превосходные портреты Изабеллы Арагонской и Франческо Мельци работы Больтраффио) и конечно же самого Леонардо да Винчи. Гордостью галереи является прославленный «Атлантический кодекс» – большое собрание рисунков и рукописей великого Леонардо.

Коллекция живописи также представляет большой интерес. Здесь нужно отметить «Мадонну с младенцем и донатором» Пинтуриккьо, долгое время приписывавшийся Леонардо, «Портрет Беатриче д’Эсте» Амброджо де Предиса и приписываемый ему «Портрет музыканта». Живопись венецианского Ренессанса характеризуют картины Тициана – в том числе «Портрет воина», возможно изображающий отца художника – и Якопо Бассано («Отдых на пути в Египет»). Среди картин мастеров маньеризма выделяются полотна, странные в своей холодной утонченности: «Поклонение младенцу Христу» Брамантино, «Благовещенье» Пармиджанино, поражающее сочетанием пепельной желтизны фона и лазурно-синего платья Марии, и исступленный по колориту и композиции «Экстаз христианских мучеников» Танзио Варалло – весьма своеобразного мастера, чей мрачный энтузиазм иногда напоминает Эль Греко.

Среди картин мастеров XVII–XVIII вв. обращают на себя внимание маленький натюрморт «Корзина с фруктами» Караваджо, «Рождество Христово» Федериго Бароччи и «Принесение во храм» Д.-Б. Тьеполо. Кроме того, галерея обладает небольшим собранием нидерландских и немецких художников, в том числе картинами Яна Брейгеля, приобретенными еще кардиналом Федериго Борромео. Коллекция полотен Брейгеля – поистине одна из жемчужин галереи.

Исторически галерея неразрывно связана со знаменитой библиотекой Амброзиана – грандиозным собранием древних рукописей, пергаментов и книг. Начало богатейшим коллекциям библиотеки было положено в XVI в., в годы острой теологической полемики католиков с протестантами. В это время Мартин Лютер, основоположник протестантизма, будучи сторонником свободной интерпретации священных текстов, перевел на немецкий язык Библию. В противовес ему лучшие умы Церкви развернули обширную исследовательскую работу, стремясь установить единственную официальную версию Библии, текст которой в максимальной степени соответствовал бы сохранившимся древним подлинникам. На протяжении многих десятилетий старинные манускрипты собирались во всех странах Европы и Ближнего Востока. Местом их хранения стала библиотека Амброзиана.

Сегодня библиотека – одно из крупнейших в Европе хранилищ древних книг. Она продолжает сохранять за собой статус научного учреждения. Чтобы поработать в ее фондах, в Милан приезжают исследователи со всего мира. Здесь хранится более 30 тыс. одних только старинных рукописей и многие тысячи печатных изданий, включая уникальные и чрезвычайно редкие. Безграничное культурное богатство библиотеки до сих пор не изучалось в полной мере с применением новейших методов, так что, возможно, ученых здесь еще ждут самые неожиданные открытия.

Музей замка Сфорца в Милане

Замок Сфорца занимает обширный прямоугольный участок между пьяцца Кастелло и городским парком. По углам – приземистые круглые башни, одетые граненым рустом из серого камня. Стены же и въездная четырехъярусная башня – кирпичные, с красивыми белокаменными вставками. Хотя перед нами сооружение чисто крепостного характера, оно не лишено праздничности, и это ощущение возрастает по мере того, как мы, пройдя под воротной аркой, попадаем сначала на широкий первый двор, а затем, миновав еще одни укрепленные ворота, оказываемся среди дворцовых зданий, некогда принадлежавших могущественным герцогам Сфорца.

Замок Сфорца сильно пострадал в августе 1943 г. от бомбардировок, и только в 1956 г. здесь были завершены реставрационные работы. С большим тактом были восстановлены и по возможности приведены в тот вид, какой они имели в конце XV в., залы двухэтажного дворца герцога Галеаццо-Мария Сфорца. Сегодня здесь разместился музей старинного искусства: в нижнем этаже – произведения скульптуры VI–XVI вв., а в верхнем – мебель, гобелены, картины, характеризующие быт итальянских патрициев XV–XVIII вв., и, наконец, небольшая пинакотека, среди экспонатов которой выделяются «Мадонна с ангелами и святыми» Филиппо Липпи, задумчивая Мадонна Джованни Беллини, необычайно трогательная «Мадонна с Младенцем» Бартоломео Монтаньи и горделивый, глухо рокочущий огненно-вишневыми оттенками на глубоком черном фоне портрет прокуратора Якопо Соранцо работы Тинторетто.

Самая интересная часть этого музея – та, которая разместилась в нижнем этаже. Уже сами музейные интерьеры производят неизгладимое впечатление. Рассеянный свет проникает в залы через глубокие амбразуры сдвоенных готических окон, тихо колеблются за окнами листья деревьев, зеленеет трава во рву. Но массивные решетки, многократно перечеркнув открывающийся пейзаж, напоминают о том, что это – крепость, и тогда приходит чувство тревоги, неясного душевного стеснения…

Удивительно красив зал Асси. Кисть великого Леонардо да Винчи превратила его своды в причудливый шатер из сплетенных ветвей и лоз. Не менее впечатляет зал Коломбины с терракотово-красными стенами и изображениями голубей – символов Святого Духа, окруженных полустершимся золотым сиянием, герцогская капелла с росписями на фоне золотого тиснения и с одиноко застывшей в дальнем углу, исполненной глубочайшей самопогруженности Мадонной работы скульптора Пьетро Антонио Солари – строителя Московского Кремля.

Милан. Замок Сфорца

Нижний этаж в основном отведен памятникам средневековой и ренессансной скульптуры. Тут можно видеть романские рельефы, неуклюжее надгробие Барнабо Висконти работы Бонино ди Кампьоне, готическое распятие, многочисленные произведения скульпторов эпохи Кватроченто, надгробие Гастона де Фуа, изваянное Агостино Бусти, и прекрасный бюст мулатки Кристофоро Ломбарди. Но самыми поразительными экспонатами музея являются мраморная женская голова второй половины VI в. (возможно, портрет византийской императрицы Феодоры) и «Пьета Ронданини» – последнее творение великого Микеланджело.

Голова Феодоры очень красива. Тонкое, нежное лицо выразительно контрастирует с подчеркнуто утяжеленными волосами высокой прически, отягощенной вдобавок каменьями диадемы. Удлиненный овал лица как бы устремляется навстречу этому давлению, брови удивленно приподнимаются двумя полукруглыми арками… Выражение лица решительное, и эта решительность концентрируется и находит выход в особой энергии взора больших глаз. Глазные яблоки сильно выдвинуты вперед, будто дополнительно раздвигают веки, заставляя их еще шире открыться. Кажется, все силы души и тела сосредоточиваются в этой устремленности взора, на редкость пристального, но не концентрирующегося на чем-либо конкретном и не выражающего ничего, кроме этой безотносительной пристальности. Взгляд как бы упирается в незримую преграду, перед которой он обречен пребывать вечно. В этом есть что-то драматически безысходное, подобное извечной жажде человеческого духа выйти за пределы отведенного ему бытия, прорваться в неведомое, впитать в себя бесконечность…

Совершенно противоположное ощущение вызывает «Пьета Ронданини», пронизанная лишь одним, но зато доведенным до предела сознанием крушения мира, в процессе которого сам человек рушится не только духовно, но и физически. Может быть, именно поэтому это последнее творение Микеланджело-скульптора так и не получило своего завершения. К работе над этой скульптурной группой Микеланджело приступил около 1552 г. и возвращался к ней на протяжении всех последних десяти лет своей жизни. Известно, что незадолго до смерти он приступил к полной ее переработке, резко истончив фигуру мертвого Христа, изменив положение головы, плеч, рук (одна из рук первоначального варианта скульптуры так и осталась слева от фигуры, отнятая от нее и повисшая в пространстве).

Строго говоря, название этой скульптуры, как и двух других поздних, «Пьета» Микеланджело («Палестринской» и «Пьета» из Флорентийского собора), неточно. Это сцена не оплакивания (пьета), а скорее положения во гроб. Запечатлен момент, когда близкие Христа теряют его как бы вторично: ведь в оплакивании хотя бы мертвое тело еще принадлежит им. Теперь же и оно уходит из рук, соскальзывает вниз, в могилу… Сам постамент как будто прогибается под ногами Христа. Богоматерь тщетно силится удержать его. Силуэт ее, тесно слитый с фигурой Христа, кажется, весь проникнут желанием сохранить нераздельность, но тело сына уходит вниз, а фигура матери остается все более одинокой в пустоте окружающего пространства. Мария остается совершенно сломленной. Рассматривая скульптуру, замечаешь, что Богоматерь даже не столько удерживает тело Христа, сколько, обессиленная, опирается на него – живая, она ищет опоры в мертвом… Сам материал скульптуры – желтоватый мрамор – утратил здесь прочность, он рассечен, изрезан, изрыт, «измучен» ударами резца. Он тоже распадается, у него тоже нет будущего…

Ничего более трагического искусство позднего Возрождения не создавало.

В Музее замка Сфорца для «Пьета Ронданини» устроено особое окружение. Вокруг нее сделана специальная выгородка – подобие предельно аскетичной капеллы, подчеркивающей нестерпимый трагизм воплощенной Микеланджело неизбежной и ничем уже не восполнимой утраты.

Все посетители Музея замка Сфорца неизменно отмечают необычно высокое мастерство музейной экспозиции, большой успех создававших ее архитекторов – Л. Бельджойзо, Э. Пересутти, Э. Роджерса и инженера Э. Гирингелли.

Египетский музей в Турине

Египетский музей в Турине является вторым в мире – после каирского Египетского музея, – который целиком посвящен искусству и культуре Древнего Египта. Он имеет славу не только крупного образовательного, но и научного центра. С ним связаны имена многих ученых с мировым именем, включая знаменитого Жана-Франсуа Шампольона, который приехал в Турин в 1824 г. и потратил много времени, знакомясь с коллекциями Египетского музея. Именно Шампольону принадлежит крылатая в среде египтологов фраза: «Дорога в Мемфис и Фивы проходит через Турин».

Первым объектом, попавшим в Турин, стала так называемая Скрижаль Исиды (Mensa Isiaca), или Бембинская табличка (по имени кардинала Бембо, которому она когда-то принадлежала) – бронзовый параллелограмм с инкрустацией из серебра, изготовленный в классическом египетском стиле в Риме во II в. н. э. Свое название Mensa Isiaca табличка получила потому, что ее форма напоминает столешницу (по-итальянски – mensa), а иконография связана с культом Исиды. По-видимому, она служила вотивным даром одному из храмов Исиды, каковых во времена империи немало имелось и в самом Риме, и в других городах Италии. Табличка украшена гравированными изображениями египетских богов и их символов, а также иероглифами, значение которых не совсем понятно (по всей видимости потому, что их не понимали сами римские мастера, изготовившие табличку). Подобные произведения сыграли известную роль в египтологии и искусстве западных стран. В 1630 г. эта табличка была приобретена королем Карлом-Эммануилом I Савойским.

В 1724 г. король Витторио Амедео II основал Музей Королевского Туринского университета, где первоначально размещалась небольшая коллекция пьемонтских древностей. Его преемник, король Карл-Эммануил III, заинтересовавшись Mensa Isiaca, в 1757 г. поручил профессору ботаники Виталиано Донати приобретать новые объекты из Египта. Благодаря этому королевское собрание пополнилось тремя сотнями древнеегипетских статуй, преимущественно происходящих из Карнака. Эти приобретения первоначально хранились в университетском музее, а в 1824 г. король Карл Феликс официально основал Королевский музей египетских древностей. Причиной тому стала покупка большой коллекции Бернардино Дроветти, уроженца Пьемонта, участвовавшего в Египетском походе Наполеона, а потом ставшего генеральным консулом Франции в Египте. Коллекция Дроветти состояла из 5268 объектов, в том числе 100 статуй и 170 папирусов, а также саркофагов, стел, мумий, изделий из бронзы, амулетов и предметов быта. Наряду с королевским собранием египетских древностей коллекция Дроветти легла в основу Египетского музея в Турине.

Музейная экспозиция была развернута во дворце XVII в., построенном как иезуитский колледж архитектором Гуарино Гуарини, который позже перешел к Академии наук. Первый каталог музея составлял не кто иной, как Жана-Франсуа Шампольон. С музеем связано имя и еще одного выдающегося ученого-египтолога – Эрнесто Скиапарелли. Ученик знаменитого Гастона Масперо, на протяжении многих лет возглавлявшего египетскую Службу древностей, Скиапарелли в 1894 г. стал директором Египетского музея в Турине. В 1898 г. он отправился в Египет и на протяжении трех лет вел раскопки во многих важнейших центрах древнеегипетской цивилизации: Гелиополе, Гизе, Долине Царей, Асьюте, Гермополисе, Дейр-эль-Медине и др. Дело Скиапарелли продолжил его преемник на посту директора музея, Джулио Фарина. Постоянная археологическая экспедиция Туринского музея вела раскопки в Египте на протяжении трех с половиной десятилетий, с 1900 по 1935 г. Материалы этих раскопок значительно пополнили музейное собрание. Кроме того, фонды музея пополнялись за счет пожертвований и покупок. Последним крупным поступлением стал маленький скальный храм XV в. до н. э., подаренный Италии правительством Египта в благодарность за участие итальянских археологов в международной кампании по спасению памятников Нубии в 1960-х гг.

В настоящее время великолепная египетская коллекция Туринского музея является одной из самых обширных в мире. В постоянной экспозиции насчитывается около 6,5 тыс. объектов, и еще около 26 тыс. хранятся в запасниках, так как музею катастрофически не хватает места. Впрочем, некоторые объекты в действительности представляют интерес только для ученых, а не для широкой публики (например, повседневная глиняная посуда и разрозненные фрагменты текстов на папирусе). Экспонаты, хранящиеся в фондах музея, изучаются специалистами из разных стран мира представляющими различные научные дисциплины.

Два зала постоянной экспозиции заполняют произведения древнеегипетской скульптуры, в числе которых – два сфинкса и массивная статуя Рамсеса II. Со статуей юного Тутанхамона, предстоящего перед богом солнца Ра, связывают ряд несчастных случаев, говорят, что эта статуя несет проклятье. «Галерея царей» представляет скульптурные портреты всех египетских фараонов эпохи Нового царства.

В других залах хранятся объекты меньшего размера – мумии, погребальные принадлежности, предметы быта. В зале папирусов выставлены два из трех принадлежащих музею экземпляра знаменитой Книги мертвых. Одна из них является самой древней известной нам копией этой книги, другая представляет собой полную иллюстрированную версию Книги мертвых. Созданная во времена XVIII династии, она являет собой великолепный пример высокого уровня развития живописи в Древнем Египте. Музей также обладает копией Книги мертвых, принадлежавшей царскому архитектору Кха; этот папирус был найден Скиапарелли при раскопках гробницы Кха в 1906 г.

Галерея Сабауда

Египетский музей занимает первый этаж старого палаццо дель Колледжо деи Нобиле (другое название – дворец Академии наук). Поднявшись по монументальной лестнице, ведущей на второй этаж, оказываешься в совершенно другом музее – Савойской галерее, или Галерее Сабауда, названной так по имени королевской династии Пьемонта. В основе ее лежит картинная Галерея Савойского королевского дома, обогатившаяся приобретениями последующих лет и переданная итальянскому государству в 1860 г. Собрание Галереи Сабауда – одно из крупнейших в Италии.

История галереи берет свое начало еще в 1497 г., когда был создан каталог первых приобретений, сделанных герцогами Савойскими. Коллекция пополнялась на протяжении нескольких веков. 2 октября 1832 г. король Карло Альберто торжественно открыл Королевскую художественную галерею, насчитывавшую в ту пору 365 картин. С 1865 г. галерея располагается на втором этаже дворца Академии наук. Помимо коллекции Савойиского дома, полотен из частных собраний принца Евгения Савойского и семьи Савойских-Кариньяно, собрание галереи включает в себя картины из дворца Дураццо в Генуе, а также произведения искусства, полученные путем покупок и частных пожертвований.

Благодаря особому пристрастию герцогов, а позже королей Савойского дома к фламандской и голландской живописи, галерея обладает сегодня крупнейшей в Италии коллекцией североевропейских мастеров XV–XVII вв. Она включает в себя работы Ганса Мемлинга, Ганса Гольбейна Младшего, Яна ван Эйка, Рембрандта, Антониса ван Дейка и Рогира ван дер Вейдена. К лучшим произведениям фламандской школы живописи принадлежат «Стигматизация Св. Франциска Ассизского» Яна ван Эйка (около 1450 г.) и «Страсти Христовы» Ханса Мемлинга (1470). Великолепным групповым портретом трех старших детей английского короля Карла I Стюарта (1635), принадлежащего кисти Антониса ван Дейка, представлен XVII век. Это полотно, считающееся шедевром детского портрета, английская королева Мария-Генриетта прислала в Турин в подарок своей сестре Кристине, герцогине Савойской. Позже ван Дейк написал две других версии этой картины, одна из которых ныне хранится в Дрезденской галерее, а другая – в английском королевском собрании в Винздорском замке. Еще одна известная работа ван Дейка, хранящаяся в галерее Сабауда, – конный портрет Томаса, принца Савойско-Кариньянского (1634).

Галерея обладает обширным собранием итальянской живописи XIV–XVIII вв. Здесь представлены все ведущие художественные школы и практически все крупнейшие мастера: Фра Анжелико, Андреа Мантенья, Ботичелли, Гверчино, Паоло Веронезе, Филиппо Липпи, Антонио и Пьетро Поллайоло, Гвидо Рени, Джованни Беллини, Тинторетто, Тьеполо, Каналетто… Пьемонтская школа живописи представлена полотнами Макрино д’Альба и Дефенденте Феррари, ломбардская – Гауденцио Феррари. К числу шедевров принадлежат «Мадонна со святыми» Андреа Мантеньи, «Дева с Младенцем» и «Поклонение ангелов» фра Беато Анжелико, «Товия с арханеглом Гавриилом» Пьетро Полайоло, «Товия и три ангела» Филиппо Липпи, «Марс и Венера» Веронезе. Большой познавательный интерес имеет масштабное и очень зрелищное полотно Бернардо Белотто, изображающее панораму Турина в середине XVIII в.

Дворец дожей

Легендарный Дворец дожей в Венеции, «Палаццо Дукале», неизменно привлекает фантастичностью своего облика. Стройные колонны с богатыми капителями, плоские, орнаментированные белыми и кремово-розовыми мраморными плитами стены, огромные стрельчатые окна… Это – лучший образец особой, ни на что не похожей венецианской готики.

Первое здание Дворца дожей было возведено в IX в. В 976 г. оно сгорело, затем было восстановлено, а в 1106 г. сгорело вновь. В XII в. здание подверглось полной реконструкции, а в XIV–XV вв. фактически было выстроено вновь и украшено с неслыханной роскошью. Дворец дожей стал прообразом для многих дворцов в Венеции и других городах.

Большие, пышно украшенные ворота Порта делла Карта, созданные в 1438–1442 гг. Джованни и Бартоломео Бон, открывают доступ во двор Дворца, к Лестнице гигантов (архитектор Антонио Риццо), получившей это наименование потому, что на ее верхней площадке установлены огромные скульптуры работы Сансовино – Марс и Нептун, символизирующие морское и военное могущество Венеции.

Венеция. Дворец дожей

Отделка фасадов Дворца дожей велась в основном в середине и во второй половине XV в., когда прежнее увлечение готическими традициями сменяется стремлением к более гармоничным, ренессансным формам. Впрочем, и здесь венецианцы оказались верны себе, своей любви к живописности, декоративизму. Отказавшись от готической филигранности, они стали поклонниками особой мягкости, закругленности архитектурных форм, несколько перегруженных орнаментом, блещущих разнообразными сортами разноцветного мрамора. Таков восточный фасад Дворца дожей, начатый Антонио Риццо и оконченный в 1489 г. Пьетро Ломбарди.

Парадные залы дворца, куда ведет Скала д’Оро – «Золотая лестница», созданная Сансовино и Алессандро Витториа, поражают своими масштабами и пышным декоративным убранством. Большинство залов в основном сохранило тот вид, который был придан им в последней трети XVI в., после жестокого пожара 1577 г. Восстановительные работы велись очень быстро. Наряду с прославленными архитекторами, живописцами, резчиками (Скамоцци, Веронезе, Бассано, Тинторетто) к работам было привлечено много посредственных художников, написавших огромное количество аллегорических и исторических картин, покрывающих ныне стены дворца и вкомпонованных в его тяжелые позолоченные резные плафоны. Обилие украшений и особенно этих помпезных картин придает интерьерам подчас оттенок безвкусной пышности. И только некоторые из них действительно увлекают своей грандиозностью.

Таков зал Большого Совета, украшенный Веронезе, Тинторетто и Бассано. Это гигантское двухсветное помещение, окна которого выходят на Венецианскую лагуну, является одним из крупнейших в истории архитектуры. Его длина составляет 54 м, а ширина – 25 м. Масштабы и роскошь этого зала поистине поразительны после характерных для Венеции узких улиц, ширина которых редко превышает 4 м.

В простенках между окон помещены многочисленные картины на сюжеты из истории города, а выше тянутся непрерывной лентой портреты дожей Венецианской Республики. Перед восточной стеной на возвышении установлены трон дожа и кресла шести членов Малого Совета. А над ними всю стену занимает исключительная по размерам (почти 22 м в ширину и 7 м в высоту) картина «Рай», исполненная Тинторетто в 1588 г. С удивительным мастерством скомпоновал художник многие сотни фигур, будто увлекаемые завихряющимся космическим движением.

Великолепные батальные и аллегорические композиции украшают резной и позолоченный плафон потолка зала Большого Совета. Несколько батальных сцен буквально заражают своим ожесточенным пафосом. Но все это меркнет, когда в следующем зале видишь «Битву при Заре», написанную Тинторетто в 1585 г. Это огромная картина, перенасыщенная движением, напором масс сражающихся, как бы мгновенно схваченных неистовой кистью художника. Кажется, что стрела только что ударилась о шлем солдата на переднем плане. Тот, который изображен рядом, только что выстрелил, и еще звенит тетива его лука. Слева – воин, падающий с лестницы, бревна, валяющиеся вперемешку с человеческими телами; дальше, на холмах – ожесточенно скачущие всадники и ощетинившиеся копьями ряды пехотинцев. Ядра прочерчивают огненный след, сотни стрел летят во всех направлениях сплошным потоком, способным, кажется, затмить собой дневной свет.

Лучшим из залов, предшествующих приемной Совета Десяти, является зал Антиколлегии, архитектурное убранство которого было создано Скамоцци, а аллегорические панно принадлежат кисти Тинторетто. Это знаменитые картины «Вакх и Ариадна», «Минерва и Марс», «Кузница Вулкана», «Меркурий и три грации», выполненные им в 1578 г., сразу после пожара Палаццо Дукале. Бросается в глаза удивительная лиричность, просветленность этих почти невесомых фигур, будто сотканных из прозрачного воздуха и солнечного света. Ощущением сказочности проникнута даже такая на первый взгляд суровая картина, как «Кузница Вулкана». Особенно привлекает своей утонченной и уже совершенно сказочной красотой картина «Меркурий и три грации». В основе ее композиции – струящиеся диагонали тел трех граций, сплетенные руки которых образуют подобие наклоненного в противоположную сторону эллипса. Благодаря этому создается поразительно музыкальная арабеска, воплощающая плавное скольжение, парение тел в теплом воздухе.

Голубой прозрачный тон неба свеж и ясен. Смуглые, чуть розовеющие обнаженные тела граций кажутся прохладными, но на их поверхности играют жаркие блики света, подобные тем, какие падают в знойный летний день сквозь листву деревьев. Ощущение праздничности и богатства создают переливающиеся тона белых, оливковых с розоватым оттенком, коричневато-вишневых драпировок граций, розовых доспехов и ярко-голубого шарфа Меркурия. Радужная переливчатость цвета усиливает легкость и воздушность картины, в которой более всего поражает сочетание летнего жара и весенней свежести, крупных силуэтов фигур и их невесомости, теплых бликов на поверхности тел и прохлады, веющей от них…

Каждый из залов Палаццо Дукале имел вполне определенное назначение: в одном заседал Сенат Венецианской Республики, в другом происходили приемы послов, в третьем собирался Большой Совет. В одном из небольших залов, расположенных в восточной части дворца, заседали члены Совета Десяти – верховного суда Венецианской Республики. Отсюда осужденных уводили либо в камеры, расположенные под свинцовой крышей Дворца дожей, либо в построенное на набережной лагуны слева от дворца здание тюрьмы Карчери. Туда заключенных вели по закрытому каменному мосту, висящему над каналом. Сквозь каменные решетки окна на мгновение можно было видеть сияющую гладь лагуны и далекий нежно-коричневатый силуэт церкви Сан Джордже. Многие видели это в последний раз в жизни. Немудрено, что мост получил название «Моста вздохов». И после роскоши залов дворца, после прекрасного видения лагуны особенно мрачными кажутся узкие коридоры тюрьмы, маленькие низкие камеры, вся меблировка которых состоит из грубой деревянной скамьи. Источенные временем лестницы ведут вниз. Там, ниже уровня воды лагуны, – самые страшные камеры, сырые, лишенные света, с затхлым неподвижным воздухом и вечной, давящей тишиной…

Галерея Академии художеств в Венеции

История коллекций этой галереи непосредственно связана с возникновением венецианской Академии художеств. Она была создана в XVIII в., и возглавляли ее выдающиеся мастера венецианской школы живописи. Членами Академии художеств были известные художники Венеции, их картины и составили то ядро, вокруг которого впоследствии и стала создаваться сама галерея.

Обособленная в политической жизни, Венеция оставалась независимой и в жизни художественной. Ни в каком другом центре итальянского искусства живопись не развивалась так спокойно, без перерывов и помех.

Захват Венеции французами многое изменил и в судьбе самого города, и в судьбе Академии художеств. При французах были изданы декреты о закрытии монастырей и братств, которые хранили у себя выдающиеся произведения венецианских живописцев. Так, например, в 1807 г. Наполеон I издал указ «о собирании из различных церквей и монастырей предметов искусства в дом упраздненного в революцию монастыря Maria del Carita». Дом этот был построен еще в 1552 г. знаменитым Палладием. Заведовать приобретенными сокровищами и охранять их было поручено известному знатоку дела – графу Чиконьяро.

Все спасенные от гибели драгоценные образцы венецианской живописи легли в основу коллекции Галереи Академии художеств. А теперь она соперничает со всем, что имеет Европа прекрасного и драгоценного. Правда, некоторые из этих картин передали в галереи Рима и Милана, но уже в 1812 г. были сделаны и первые собственные приобретения (в частности, картина Питати «Притча о богаче и бедном Лазаре»).

Вскоре коллекция стала пополняться за счет покупок и пожертвований частных меценатов (графы Кантарини, Манфрини и др.). Австрийский император в 1850 г. купил и подарил галерее пинакотеку графа Ренье, которая осталась после смерти его вдовы. Теперь эти великолепные картины занимают целых четыре зала галереи.

Галерея Венецианской академии художеств – это, собственно, музей венецианской живописи, прочие школы имеют в ней малочисленных представителей. Зато нигде нельзя лучше изучить Тициана, Тинторетто, Веронезе и других славных венецианцев, как в этой галерее. Здесь они представлены более чем в шестистах своих основных и редчайших произведениях.

Гордостью галереи считается картина Тициана «Взятие на небо Богоматери». Некоторые специалисты-искусствоведы считают это полотно лучшим произведением мастера, самым гениальным его творением. Таинственное величие Бога Саваофа самым чудным образом сочетается с неземной восторженностью Богоматери. Сонмы херувимов и серафимов, окруженные светозарным сиянием, еще резче выделяют благоговейное смирение апостолов, молча удивляющихся раскрывшемуся перед ними видению. Все это производит на зрителя такое сильное впечатление, что у того, кто хоть раз видел эту картину, она не изгладится из памяти.

Другая картина Тициана, находящаяся в венецианской галерее, – «Введение Богородицы во храм». Это огромное полотно, в котором выразился весь гений Тициана. Он разместил на картине все, что только можно требовать от самого изысканного и обдуманного произведения. В роскошной архитектурной обстановке, окруженной величественным пейзажем, изображенный на картине народ присутствует при священной церемонии посвящения Девы Марии Господу. Церемония эта совершается на ступеньках и в преддверии великолепного Иерусалимского храма.

Паоло Веронезе представлен в галерее самым масштабным своим произведением – «Ужин в доме Левия». Картина помещена во всю длину громадного зала, и издали она кажется как бы его продолжением. Будто живые люди, отделившись от полотна, сидят, ходят, двигаются, словно подсмеиваясь над иллюзорным обманом зрения посетителей.

Сначала картина эта была написана для рефлектория (трапезной) монастыря святых Джиованни и Паоло. Потом Наполеон вывез ее во Францию, но в 1815 г. картина вернулась на родину. Однако она не попала на свое прежнее место, а была помещена в галерею, где и является одним из ее украшений.

В ней (как и в большинстве картин Веронезе) не следует искать скрупулезной точности в изображении костюмов, деталей и подробностей той эпохи. Напротив, отсутствие на ужине всех апостолов, чисто венецианская архитектура и стиль здания, в котором художник расположил своих действующих лиц (в венецианских костюмах, с чертами лиц знаменитых деятелей того времени), делают «Ужин в доме Левия» столь же венецианским обедом, сколь и знаменитым библейским ужином, освященным присутствием Иисуса Христа. Но зато блеск костюмов, роскошь величественной обстановки и необычайная живопись красок ставят эту картину в число величайших произведений, когда-либо выходивших из-под кисти живописца.

Из старых мастеров венецианской живописи наиболее ярко представлен Бонифачио – знаменитый современник и соперник Тициана. Более двадцати картин этого мастера украшают Галерею Венецианской академии художеств. Именно здесь можно изучить его художественную манеру, по достоинству еще не оцененную. Вне стен Венеции он мало известен, а его произведения, находящиеся в музеях Европы, часто приписывают Тициану, до того близко подходил Бонифачио к великому художнику по манере и колориту письма.

В галерее экспонируется его огромное полотно «Спаситель на троне, в короне Давида, с предстоящими ему святым Марком, Людовиком, Домеником и святой Анной». У подножия трона три небесной красоты ангела играют на лютнях. Рисунок и колорит выполнения этой картины поистине безукоризненны.

Витторе Карпаччо представлен в галерее циклом картин, посвященных жизни святой Урсулы. В XVIII–XIX вв. они были реставрированы, но неудачно. Сейчас картины выставлены в отдельном зале галереи в том порядке, как были первоначально представлены в братстве. Цикл состоит из девяти полотен – «Приезд английских послов», «Прием английских послов», «Сон Урсулы» «Прибытие в Рим» и другие. Самая большая по размерам – композиция «Встреча Урсулы с женихом» – разделена на две части. Слева – сцена в английском порту, справа – в Бретани. На парусе корабля выделяется надпись «Несчастье», а у подножия знамени изображен скорпион – символ несчастливой судьбы.

В. Карпаччо. Приезд английских послов (фрагмент). 1495–1500 гг.

Собрание Академии художеств – лишь малая часть художественных сокровищ Венеции. Знакомиться с живописью венецианских мастеров здесь лучше не в музеях, а в тех церквах и зданиях религиозно-филантропических братств (scuola), для которых они и были в свое время исполнены.

Национальный музей и галерея Каподимонте в Неаполе

Национальный музей и Галерея Каподимонте в Неаполе – одно из крупнейших художественных собраний Италии. Он привлекает посетителей прежде всего своим великолепным собранием итальянской живописи XVI–XVII вв. Впрочем, музей прославился не только живописью: здесь можно увидеть гобелены, бронзу, оружие фарфор. Основу богатейшего музейного собрания составила частная коллекция семейства Фарнезе. В свое время князья Фарнезе пользовались в Риме исключительным влиянием; из их рода вышли несколько влиятельных деятелей Церкви, в том числе папа Павел III (Алессандро Фарнезе, папа в 1534–1549 гг.). Им принадлежало несколько роскошных дворцов в Риме. И почти все Фарнезе были известны как меценаты и страстные коллекционеры.

Начало собранию Фарнезе было положено еще в 1468 г. Особенно активно оно пополнялось во времена кардинала Алессандро Фарнезе-старшего, позже ставшего папой Павлом III. После его смерти расширением семейного собрания занимались его внуки Алессандро (1520–1589) и Рануччо (1530–1565). При первом из них уже сложилось ядро коллекции Фарнезе, основу которой составили полотна крупнейших итальянских и испанских живописцев XV–XVI вв. – Симоне Мартини, Микеланджело, Тициана, Эль Греко, Сальвати Гильельмо делле Порте. Кардинал Одоардо Фарнезе (1573–1626) пополнил ее новыми приобретениями. В 1600 г. он получил в дар собрание живописи, принадлежавшее Фульвио Орсини – знатоку искусств, служившему консультантом у кардинала Алессандро Фарнезе-младшего.

После смерти кардинала Одоардо наполненный картинами и статуями дворец Фарнезе в Риме запустел и постепенно приходил в упадок. Между тем представители другой ветви этого рода – герцоги Пармские – продолжали с неослабевающим энтузиазмом собирать произведения искусства. Еще в 1587 г. собрание герцога Рануччо насчитывало 40 картин – преимущественно живописцев пармской (эмилианской) школы, среди которых было несколько работ Корреджо. А в 1611 г. дворец пармских герцогов украсили полотна и статуи, конфискованные у мятежных синьоров, попытавшихся вырваться из-под тяжелой герцогской руки. В числе этих новых приобретений были картины Джулио Романо, Корреджо и Брейгеля.

Неаполь. Галерея Каподимонте

В конце XVII в. герцог Рануччо II (1646–1694) основал во дворце Пилотта в Парма художественную галерею, куда передал 329 лучших произведений живописи из своей коллекции. Его преемники Франческо (1694–1727) и Антонио (1727–1731) увеличили собрание за счет новых приобретений. А после смерти последнего герцога Пармского вся эта богатейшая коллекция и огромное собрание князей Фарнезе в одночасье стало собственностью единственного наследника – Карла III Бурбона, правителя Королевства обеих Сицилий, занимавшего всю южную часть Италии. Он был сыном испанского короля Филиппа V и Елизаветы Фарнезе – последней из рода могущественных князей. От отца он унаследовал королевский титул, от матери – неслыханные по богатству сокровища Фарнезе, собиравшиеся на протяжении нескольких столетий, одно из крупнейших художественных собраний Европы.

Едва ступив на неаполитанский трон, король Карл поспешил переправить это сокровище в свою столицу. Так в 1734 г. все произведения искусства из дворцов Фарнезе и герцогов Пармских в Риме, Парме и Пьяченце оказались в Неаполе.

Вероятно, от своих предков король Карл унаследовал любовь к искусству и склонность к меценатству. Эти качества в полной мере были присущи и его супруге – Марии Амалии Кристине, дочери саксонского курфюрста Августа III, росшей и воспитывавшейся в Дрездене, одной из культурных столиц тогдашней Европы. Выйдя в 1738 г. замуж за Карла Неаполитанского, она с удовольствием включилась в собирательскую деятельность мужа. В 1739 г. королевская чета инициировала начало раскопок Геркуланума, а затем Помпей: так были заложены основы современной археологической науки. Античные произведения искусства, найденные при раскопках, позволили королевской чете создать в Неаполе музей, равного которому еще не было на свете.

Король Карл построил в Неаполе множество прекрасных зданий. В 1738 г. он заложил на вершине холма Каподимонте охотничий замок. Для его строительства он пригласил архитектора Карасале, строившего в то время в Неаполе театр Сан-Карло, и поручил руководство работами Джованни Антонио Медрано и Антонио Каневари. Строительство растянулось почти на двадцать лет. Наконец в 1758 г. оно было завершено, и в стенах замка разместилась собранная неаполитанской королевской четой огромная коллекция произведений искусства. В то время во всей Европе немногие собрания могли соперничать с ней.

Карл III умер в 1759 г. Его преемник, Фердинанд IV, продолжал пополнять королевскую коллекцию, не питая, впрочем, той страсти к собирательству, какой отличался его отец. Тем не менее к 1799 г. неаполитанское королевское собрание насчитывало 1783 живописных полотна. К его собранию Фарнезе добавилось большое число работ неаполитанских художников – Джованни Паоло Паннини, Франческо Лиани, Рафаэля Менгса, Филиппа Хакерта, Ангелики Кауфманн и Елизаветы Лебран.

В 1799 г. в Неаполь вошли войска Французской Республики. Король Фердинанд бежал на Сицилию, а в стенах дворца Каподимонте с удобством расположился Иоахим Мюрат – знаменитый наполеоновский маршал, вскоре получивший титул короля Неаполитанского.

За время своего 10-летнего господства большую часть коллекции дворца Каподимонте французы вывезли в Париж. В то же время они собрали в его стенах произведения искусства, конфискованные из упраздненных церквей и монастырей Неаполя и окрестностей, из неаполитанского Дворца наук и частных собраний. И когда в 1815 г. король Фердинанд наконец вернулся в Неаполь, его ждал сюрприз: к старой королевской коллекции, вернувшейся из Парижа после падения императорской Франции, прибавились еще десятки первоклассных картин, статуй и других произведений искусства!

Вплоть до окончательного объединения Италии в 1870 г. собрание неаполитанских Бурбонов непрерывно разрасталось. В 1817 г. в его состав вошла коллекция кардинала Стефано Борджиа (так называемый музей Веллетри), включавшая в себя памятники античности, средневековья и полотна известных итальянских мастеров, среди которых – знаменитая «Святая Евфимия» А. Мантеньи. В 1842 г. Бурбоны приобрели известное в то время собрание Доменико Барбайи, директора театра Сан-Карло. А в 1862 г. отпрыск старинного итальянского рода Альфонсо д’Авалос, последний в роде Пескара и Франкавилья, завещал неаполитанскому собранию свою обширную фамильную коллекцию. В числе хранившихся в ней произведений искусства были семь фламандских гобеленов XVI в., изображающих эпизоды знаменитой битвы при Павии (1525). В этой битве отрядами императора Карла V, наголову разгромившими армию французского короля Франциска I, командовал Ферранте д’Авалос, предок дарителя коллекции.

Когда в 1870 г. во главе объединенной Италии утвердилась династия Савойских, неаполитанское королевское собрание стало собственностью короны. Министр двора Аннибале Сакко организовал в Каподимонте Королевский музей, где были собраны коллекции Бурбонов, и Галерею современного искусства, в которой были представлены полотна неаполитанских мастеров XVIII–XIX вв. Уже тогда музеи Каподимонте пользовались европейской известностью и входили в число крупнейших музеев Италии. В 1920 г. дворец перешел в государственную собственность, и его собрания пережили несколько слияний, разделений и перепланировок. А в 1957 г. реорганизованный музей во дворце Каподимонте, переименованный в Национальный музей и галерею Каподимонте, вновь открылся для публики. В наши дни он сохраняет за собой славу одного из крупнейших и самых престижных музеев Италии.

Себастьяно дель Пьомбо. Портрет папы Клемента VII. 1526 г.

Чрезвычайно живописно расположенный, окруженный высокими старыми деревьями, дворец Каподимонте отличается подчеркнуто величественным обликом, характерным для большинства европейских королевских дворцов. Его стены выкрашены в темно-красный цвет, обычный для построек бурбонского периода.

Музей – хранилище неисчислимых сокровищ. Это настоящая энциклопедия итальянской и европейской живописи XIII–XIX вв. Одно перечисление имен способно привести в трепет: Симоне Мартини, Рафаэль, Себастьяно дель Пьомбо, Эль Греко, Ботичелли, Мантенья, Мазаччо, Джованни Беллини, Перуджино, Караваджо, П. Брейгель, Рибера, Пачеко… Жемчужиной собрания являются девять полотен Тициана, в числе которых – «Портрет папы Павла III с племянниками Алессандро и Оттавио Фарнезе» (1546), «Даная и Амур» (1545–1546) и др.

Музей Каподимонте обладает лучшим в стране собранием полотен итальянских художников XVII в. В его экспозиции представлены также гравюры, миниатюры, оружие, мебель, художественные ткани, гобелены, монеты и медали, европейский и восточный фарфор, майолика. В числе экспонатов – подлинные мозаики из виллы римского императора Тиберия на острове Капри. Замечательна маленькая «Фарфоровая гостиная», принадлежавшая королеве Марии Амалии. Она была создана мастерами неаполитанской фарфоровой фабрики Каподимонте по заказу короля Карла III. Необычайно интересно собрание картин иностранных пейзажистов с видами Неаполя XVIII в. Некоторые из них выписаны со столь скрупулезной точностью, что могут служить настоящим историческим документом.

Многие из выставленных здесь сокровищ приобретены уже после Второй мировой войны. В 1958 г. итальянский коллекционер Марио Сиччи пожертвовал музею свою коллекцию из более чем 1300 произведений искусства, которые он собирал на протяжении пятидесяти лет. А в 1960 г. в музей поступило богатое собрание Неаполитанского банка, включавшее в себя замечательные произведения неаполитанских живописцев XVIII в.

Покидая стены дворца Каподимонте, невольно вспоминаешь о том, что в Италии сегодня хранится почти две трети всего европейского культурного наследия. И, пожалуй, нигде, кроме музеев Ватикана, это наследие не представлено в такой исключительной полноте, как здесь, в Национальном музее Неаполя.

Национальный археологический музей в Неаполе

На побережье Неаполитанского залива люди селились еще с древнейших времен. Их привлекали сюда необычайное плодородие почвы, удобренной вулканическим пеплом, мягкий климат, лечебные серные источники и, конечно, красота природы. Древние греки основали здесь город Партенопею, сменившие их римляне построили на его развалинах Новый город – Неаполис. Впрочем, в современном Неаполе следов старины практически нет. «Река жизни текла здесь всегда так стремительно, что на ее природных берегах не осталось исторических отложений», – писал известный русский путешественник начала XX в. П. П. Муратов.

Все «исторические отложения» собраны сегодня в Национальном археологическом музее Неаполя. Колоссальными музеями под открытым небом служат руины древних городов Помпей и Геркуланума, две тысячи лет назад засыпанных пеплом Везувия и восставших из небытия благодаря трудам ученых-археологов.

Национальный археологический музей в Неаполе создан королем Карлом III Бурбоном в 1750-х гг. Основу его коллекций, как и коллекций Музея Каподимонте, составило богатейшее собрание князей Фарнезе, содержавшее, в частности, множество римских статуй, преимущественно копирующих более ранние греческие образцы. Некоторые из них являются ныне единственными дошедшими до нашего времени копиями работ древнегреческих скульпторов, оригиналы которых утрачены. Теперь они экспонируются на первом этаже Национального археологического музея. В их числе – знаменитый Фарнезский бык – скульптурная группа, изображающая мифических героев Амфиона и Зета, мстящими за свою мать и привязывающими жестокую царицу Дирку к рогам дикого быка. Это – римская копия II или III в. н. э. произведения греческих мастеров Аполлония и Тавриска из Тралл, приемных сыновей Менекрата Родосского (ок. 100 г. до н. э.). Статуя была обнаружена среди руин римских терм Каракаллы. Считается, что это самая большая по размерам античная скульптура, дошедшая до наших дней.

Не менее известен Геркулес Фарнезе – гигантская статуя, изображающая знаменитого греческого героя, отдыхающего после подвигов. Эта скульптура представляет собой римскую копию с бронзового оригинала работы древнегреческого скульптора Лисиппа (ок. 320 г. до н. э.). В состав коллекции входят Артемида Фарнезе – римская копия с греческого оригинала, скульптурная группа «Гармодий и Аристогитон», также римская копия с бронзового оригинала, когда-то стоявшего на афинской Агоре, а также большое собрание бюстов римских императоров. Из коллекции Фарнезе происходит и множество античных камей, включая так называемую чашу Фарнезе – камею из сардоникса (ок. 200 г. до н. э.) с изображением Клеопатры I, царицы Египта, и ее сына Птолемея VI. Клеопатра изображена здесь в образе Изиды, супруги Нила, а Птолемей – в образе Гора, сына богини. Это одна из самых больших камей в мире.

Неаполь. Национальный археологический музей

В начале XIX в. собрание музея существенно пополнилось материалами археологических раскопок из Геркуланума, Помпей и Стабии. После объединения Италии бывший музей Бурбонов стал Национальным музеем. После того как от него были отделены библиотека и художественная галерея, музей стал именоваться Национальным археологическим музеем. Ныне это один из ведущих археологических музеев в мире. Его экспозиция развернута в более чем 100 залах.

Неапольский национальный археологический музей обладает третьей по значимости в Италии коллекцией египетских древностей, после ватиканского Египетского музея и Египетского музея в Турине. Основу ее составили два частных собрания – кардинала Стефано Борджа (вторая половина XVIII в.) и итальянского антиквара Джузеппе Пичикьянти (начало XIX в.). Позднее к ним добавились египетские и «псевдоегипетские» артефакты из раскопок в Помпеях и других участках в Кампании. В целом коллекция охватывает все важнейшие аспекты египетской цивилизации от Древнего царства (2700–2200 гг. до н. э.) до эпохи Птолемеев.

Музей обладает самым большим в мире собранием римских фресок. В большинстве они происходят из городов Геркуланума, Помпей и Стабии, погибших в результате извержения Везувия в 79 г. В помпейских домах, замкнутых снаружи, тяготение к созерцанию природы выразилось в живописной декорации стен, раздвигающей их в мир, созданный художником. Без настенной живописи комнаты казались бы тесными и темными. Любовь италийцев к природе породила новый жанр античной живописи – пейзаж, который существовал в Кампании не только как фон мифологических сцен, таких, например, как «Падение Икара» или «Похищение Европы», но и как самостоятельное изображение реального мира. В этих произведениях художники Кампании редко обращались к дикой природе. Им гораздо ближе была природа, обжитая человеком, с красивыми постройками, мостиками через потоки, пасущимися стадами, фигурками людей. Часто встречаются пейзажи с изображением загородных вилл, садов, огражденных изящными решетками, морских гаваней.

В музее хранится маленькая (24×27 см) роспись из Стабий, запечатлевшая гавань. В свободной эскизной манере художник передал реальную картину порта в Неаполитанском заливе. С живым интересом к повседневной действительности он показал опирающиеся на арочные опоры пирсы, пристани с причаленными кораблями, верфи, склады, колонны, увенчанные статуями. Картину оживляют изображенные на переднем плане рыбаки и лодки, снующие по голубой глади. Эта роспись имеет не только художественную, но и большую историческую ценность: глядя на нее, мы можем себе представить, какой вид имели древнеримские морские порты.

На отдельном стенде выставлены четыре росписи из Стабий, которые можно причислить к шедеврам античной живописи. В древности они украшали стены одной из вилл. На каждой из них изображена женская фигура высотой 40 см. Флора и Леда помещены на зеленом фоне, а Диана и Медея – на лазурном. Изящные фигурки написаны тонкой кистью, а их контуры прорезаны резцом. Флора в легких развевающихся одеждах, удаляясь от зрителя в глубину сцены, срывает на ходу цветок. Ее силуэт и движения полны нежной женственной грации. В живописи всего мира не много найдется произведений подобной чистоты и благородства.

Путник и Сивилла. Фреска из Помпеи. I в.

Как редкая драгоценность, была вставлена в стену одного из домов Геркуланума небольшая роспись, исполненная на мраморе. Точными линиями и несколькими монохромными пятнами художник Александр Афинский, оставивший свою подпись, запечатлел женщин, играющих в кости.

В музее хранятся замечательные портреты, найденные в Помпеях на стенах домов. Некоторые из них широко известны, как, например, парный портрет супружеской четы и так называемый портрет поэтессы («портрет Сафо»). Образ молодой женщины овеян дымкой поэтического вдохновения. Задумчиво приложив стилос к губам, она готова записать свою мысль на табличках, которые держит перед собой. Со стилосом, поднесенным к губам, и табличками для письма запечатлена и молодая женщина на парном супружеском портрете. Свиток папируса в руках ее мужа – намек на причастность четы к умственным занятиям, но портрет был найден в доме, в котором находилась хлебопекарня. Весьма вероятно, что на портрете изображен ее хозяин. С искренней чистосердечностью художник передал грубоватое лицо мужчины из простонародья, обросшее редкой бородкой, и миловидное личико его жены, окруженное мелкими завитками волос. Великолепен мозаичный портрет молодой женщины в жемчужном ожерелье, также происходящий из Помпей.

Блестящее мастерство древнеримских живописцев во всей полноте проявилось в натюрмортах. Художники умели передать переливающуюся серебром чешую рыб, прозрачность стекла, сочность спелых плодов. С острой наблюдательностью мастер изображает борьбу кобры и цапли, тщательно выписывая и взъерошенные перья птицы, и напряженное тело змеи… Живопись, открытая в Помпеях, Геркулануме и Стабиях, со всей полнотой отражает художественное мышление римлян.

Не менее важно и интересно хранящееся в музее собрание древнеримских мозаик. Многие из них происходят из «Дома Фавна» в Помпеях. В их числе – знаменитая «Битва при Иссе», изображающая сражение Александра Македонского с персами, возглавляемыми царем Дарием. Это великолепная батальная картина несколько затеняет демонстрируемые тут же мозаики на темы повседневной жизни римлян: сцены жертвоприношений, петушиных боев, а также изображения различных мифологических существ. На верхнем этаже музея экспонируется коллекция изделий из бронзы, найденных среди руин Помпей и Геркуланума. Особенно интересны скульптурный портрет царицы Береники и комичная фигурка пьяного сатира.

Отдельный зал занимает коллекция римского эротического искусства – так называемый Секретный кабинет. Раскопки Помпей открыли миру множество фресок и мозаик, которые с современной точки зрения можно считать непристойными, если не порнографическими, и с 1819 г. они хранятся в «Секретном кабинете», доступ в который был строжайшим образом ограничен. Ныне эти строгости в значительной степени смягчены, хотя за доступ сюда музей взимает отдельную плату.

Нидерланды

Рейксмузеум в Амстердаме

Вдоль набережной одного из каналов Амстердама на целый квартал вытянулось огромное здание. Традиционные в Голландии островерхие крыши и красные кирпичные стены роднят его с окружающими постройками, и, на первый взгляд, оно ничем от них не отличается. Однако в нем разместился один из крупнейших художественных музеев мира – Рейксмузеум, основанный в 1808 г. В его экспозиции сегодня представлены фрагменты деревянных и каменных скульптур, украшавших некогда алтари церквей, произведения ювелиров и шитые золотом облачения духовенства. Однако наибольший интерес представляют произведения живописи – ведь уже в XV в. станковая живопись была ведущей областью нидерландского искусства.

Среди первых полотен, легших в основу коллекции Рейксмузеума, была одна довольно любопытная картина. В инвентарные книги она была внесена под такой надписью: «Ян ван Эйк. Готический храм с фигурами». Ян ван Эйк, основоположник нидерландской школы живописи, был в XV в. едва ли не единственным нидерландским художником, чье имя было широко известно частным коллекционерам. Ему приписывали любую картину, которая казалась достаточно старой. На этот раз ему приписали «Святое семейство» – работу Гертгена тот Синт-Янса, художника конца XV в.

Амстердам. Рейксмузеум

Написанное на небольшой деревянной доске, произведение Гертгена воспроизводит не канонический евангельский текст, а апокрифическую легенду. Согласно этому преданию, у святой Анны (матери Марии) были еще две дочери, дети которых впоследствии стали учениками Христа. В интерьере готической церкви художник изображает престарелую Анну, трех ее дочерей, их мужей и детей. Лица всех отмечены ясностью и безмятежностью: женщины нянчат младенцев, старая Анна отдыхает от чтения, положив на раскрытую книгу свои очки. На каменном полу расположились трое мальчиков в длинных теплых рубашечках и шерстяных чулках с красными заплатками на пятках. Это будущие апостолы Павел, Иаков и Иоанн.

В Рейксмузеуме выставлено также несколько произведений крупнейшего нидерландского художника начала XVI в. Лукаса ван Лейдена. Среди них выделяется полотно «Проповедь в церкви». Церковное здание эпохи Возрождения занимает две трети фона всей картины. Справа вдали видна улица, на которой некий богатый гражданин раздает милостыню беднякам. Этот же дворянин изображен на переднем плане картины: сняв шляпу, он слушает церковную проповедь. Исследователи предполагают, что, возможно, художник и писал свою картину по заказу этого человека, а окружающую его группу людей составляют друзья и родные.

Перед кафедрой проповедника полукругом уселись слушатели: здесь и какие-то странные уродцы, и резвый ребенок, и молодая женщина, с улыбкой смотрящая на зрителя и явно занятая не словами пастора. Здесь же расположилась и спящая женщина, на голову которой уселась маленькая сова – в нидерландском фольклоре олицетворение шутовства и глупости. А на полу вокруг нерадивых прихожан рассыпаны удивительно нежные прозрачные цветы. Эта несколько странная жанровая сцена полна намеков, светлые краски передают настроение какой-то неясной тревоги, так свойственной всему творчеству Лукаса ван Лейдена.

В эти годы большая группа нидерландских художников ориентировалась на итальянское искусство эпохи Возрождения. Одним из крупнейших представителей этого направления был образованный гуманист Ян Скорель. Он побывал в Палестине, несколько лет являлся хранителем античных коллекций папы римского. Скорсель был лицом духовным – каноником собора в Утрехте, но это не мешало ему писать лики женских святых со своей возлюбленной Агаты ван Схонховен. Именно она и послужила прообразом «Святой Марии Магдалины». На картине молодая женщина изображена на фоне фантастического горного пейзажа. Ее оливково-зеленое платье и покрытый великолепным тканым узором темно-красный шарф на коленях соответствуют тем представлениям о костюме святых, которые к тому времени были выработаны итальянскими художниками. По контрасту с темной одеждой лицо Марии написано очень прозрачно. Оно прекрасно и безмятежно, сочетание жизненности и возвышенной, идеальной гармонии приближает картину Яна Сореля к произведениям великих итальянцев.

Но подлинным основателем нидерландской школы живописи был Франс Хальс. Основные его произведения находятся в Гарлемском музее его имени, но несколько картин выставлены и в Рейксмузеуме. Среди них выделяется полотно «Веселый собутыльник». Сейчас уже трудно сказать, был ли этот портрет заказан художнику или он сам выбрал для своей картины жизнерадостного, добродушного балагура-пьяницу. «Веселый собутыльник» относится к числу тех персонажей Хальса, которые близки к народным типам, изображенным на нескольких полотнах художника.

В портрет вплетается и сюжетное действие. Пьянчужка как будто обращается к зрителю, и, уверенный в его полном сочувствии, поднимает бокал и, видимо, произносит речь в честь вина.

Величайшим сокровищем Рейксмузеума является коллекция картин Рембрандта. Еще в конце XIX в. число их было сравнительно невелико, хотя музей и располагал такими шедеврами, как знаменитый «Ночной дозор», «Еврейская невеста» и «Синдики цеха суконщиков». Но за последние полвека дирекция музея и голландская общественность приложили много усилий, чтобы расширить это собрание. Так, в 1959 г. из частного собрания де Брейн выкупили «Автопортрет в виде апостола Павла». Некоторые картины Рембрандта, выставленные в Рейксмузеуме, самому музею не принадлежат, а лишь предоставлены ему на длительное время для экспонирования (например, «Портрет Титуса ван Рейн, сына художника» из Лувра).

Рембрандт. Ночной дозор. 1630-е гг.

Современная экспозиция Рейксмузеума дает широкое представление о творчестве Рембрандта, начиная с его первых самостоятельных работ до поздних полотен. В ней можно видеть не только портреты и картины на библейские сюжеты, но и редкие у Рембрандта натюрморты («Натюрморт с мертвыми павлинами») и пейзажи («Пейзаж с мостиком»).

В Рейксмузеуме находится самое прославленное его произведение 1630-х гг. «Ночной дозор» – групповой портрет руководителей корпорации амстердамских стрелков капитана Баннинга Кока и лейтенанта Рейтенбурха.

Военная тревога, необычайная путаница, сутолока в уличной полутьме… Кажется, что с картины огромного размера – от пола до потолка зала – льются крики толпы, наполняющие весь зал. И всюду желтые, красные, зеленоватые и голубоватые пятна одежды.

На картине ярко освещена фигурка маленькой девочки. Откуда взялась эта девочка, сама как бы излучающая сияние? Весь свет был сконцентрирован на ней – девочке в желтом платье с мертвым петухом за поясом и кубком в руках. И главное, на переднем плане бежала и лаяла собачонка! Эта собачонка первой бросается в глаза зрителям.

Картина должна была быть обычным групповым портретом, и Рембрандту вменялось в обязанность изобразить 16 портретных фигур. Каждый из заказчиков платил (согласно контракту) примерно по 100 гульденов за свой портрет – кто больше, кто меньше, в зависимости от того места, какое его изображение занимало на полотне.

Но вместо 16 фигур Рембрандт дал на полотне 34, тем самым раздвинув рамки группового портрета и превратив его в историческую композицию. Это смутило многих заказчиков, чьи портреты оказались затерянными среди множества безымянных статистов. Поэтому офицерам картина не очень понравилась, они негодовали, особенно сам капитан, образ которого был оставлен в тени. Из-за этого Баннинг Кок просто кипел от ярости. Однако картина дышала такой непререкаемой правдой, как будто крики команды, музыка, барабанный бой и вся эта суматоха мчались на зрителя из глубины крытого сумрачного подворья, откуда выходила группа вооруженных стрелков.

Название этому полотну было дано в конце XIX в., когда сама картина была уже сильно потемневшей. Тогда, в эпоху романтизма, казалось особенно поэтичным видеть в персонажах рембрандтовской картины стражу, которая по ночам обходит город. Однако характер освещения да и весь колорит картины заставляли некоторых искусствоведов сомневаться в таком толковании. В 1946 г. картину тщательно отреставрировали, старый потемневший лак заменили, цвета стали значительно светлее и ярче, но название «Ночной дозор» за картиной так и осталось.

Огромное (359 × 438 см) полотно висит в Рейкс-музеуме на отдельной просторной стене зала. Этот зал некогда был специально предусмотрен архитектором Кейперсом для прославленной картины, которая стала теперь национальной реликвией. В начале XVIII в., когда были упразднены стрелковые гильдии и их имущество перешло к городскому магистрату, «Ночной дозор» из здания гильдии был перенесен в амстердамскую ратушу. Но там не нашлось для картины достаточно обширной стены, и холст был обрезан со всех четырех сторон, особенно широкая полоса была отрезана сверху. Это исказило композицию картины, и теперь «Ночной дозор» сильно уменьшен, а местами даже и поврежден, но, несмотря на все это, остается одним из лучших произведений мирового искусства.

Есть в Рейксмузеуме и произведения иностранных художников – итальянцев, испанцев. Их не очень много, но некоторые из них просто не могут остаться незамеченными. Это парный портрет флорентийского архитектора Джулиано да Сангалло и его отца (работа Пьетро ди Козимо), «Распятие» Эль Греко, несколько портретов Ван Дейка, «Портрет дона Рамона Сатуэ» Гойи и другие.

Музей Стеделийк в Амстердаме

Музей Стеделийк («Городской музей») входит в тройку так называемых великих музеев Амстердама – Рейксмузеум, Стеделийк и Музей Ван Гога. Все они расположены на Музейной площади, образуя один из самых крупных и известных музейных комплексов в мире. Специализация музея – современное искусство. Это одно из самых больших собраний искусства конца XIX – начала XXI в. в мире.

Здание музея было построено в 1891–1895 гг. по проекту амстердамского городского архитектора А. В. Вейссмана в стиле голландского Возрождения XVI в. – из красного кирпича, с высоким щипцовым фронтоном, маленькой башенкой, с фасадом, украшенным скульптурами. В последующие десятилетия музей несколько раз реконструировался, утратив при этом часть своего первоначального убранства.

Стеделийк открыл свои двери в 1895 г. Первоначально это был довольно заурядный городской музей с довольно сумбурной экспозицией. Основу его собрания составила весьма разнородная коллекция произведений искусства и старины, пожертвованная городу Софией-Августой Лопес Суасо де Брюин, включавшая в себя картины, старинную мебель, монеты, ювелирные изделия, часы, серебряные безделушки и прочее. В том же 1895 г. в Стеделийк из Рейксмузеума перенесла свою деятельность Ассоциация по созданию общественной коллекции современного искусства. В дальнейшем именно она внесла решающий вклад в формирование «лица» музея. А до 1920-х гг. музейные фонды наполнялись самыми разнообразными предметами, большая часть которых между 1920 и 1940 гг. была передана другим музеям. С 1930 по 1972 г. здесь хранилась коллекция произведений Ван Гога, позже составившая основу экспозиции Музея Ван Гога в Амстердаме.

В 1938 г. Стеделийк приобрел официальный статус государственного музея современного искусства. Но только после того, как в начале 1970-х гг. были ликвидированы последние залы со старой экспозицией, он превратился в музей, посвященный исключительно творчеству современных мастеров.

С 1945 г. собрание музея начало регулярно пополняться работами художников, представляющих движение «Кобра». В середине XX в. оно объединяло ведущих художников-авангардистов Дании, Бельгии и Голландии («Кобра» – аббревиатура от названий столиц этих стран, Копенгаген – Брюссель – Амстердам). Одновременно с этим начали складываться коллекции немецкого и голландского экспрессионизма, а также живописи и скульптуры, относящиеся к эпохе «классического» модерна. В числе представленных в музее работ – полотна Матисса, Сезанна, Пикассо, Шагала.

В 1958 г. Стеделийк приобрел уникальную коллекцию картин выдающегося русского художника Казимира Малевича, насчитывавшую 29 полотен. Ныне наряду с работами голландских художников из объединения «Де Стил» – Пита Мондриана, Тео ван Дусбурга, Барта ван дер Лека, Геррита Ритвельда – они составляют одно из лучших в Европе собраний абстрактной живописи. Наряду с этим в экспозиции музея представлены все другие направления живописи XX в.: постимпрессионизм, фовизм, кубизм, экспрессионизм, минимализм. Дополнением к этому служит превосходная коллекция голландской фотографии, современного дизайна и мебели.

Музей Стеделийк ежегодно посещает около 400 тыс. человек. В 2006–2008 гг. была проведена коренная реконструкция музея, позволившая увеличить выставочное пространство почти вдвое.

Музей Ван Гога

Не признанный современниками, Винсент ван Гог (1853–1890), ныне всемирно известный голландский художник-постимпрессионист, снискал у потомков невиданную популярность. Лишь спустя сто лет после появления на свет его полотна были по достоинству оценены знатоками и ценителями. Сегодня полотна Ван Гога относятся к числу самых дорогих произведений современного искусства и украшают собрания самых знаменитых галерей и музеев мира. Но лучшее собрание работ этого великого художника находится на его родине – в Голландии, в Амстердаме, где с 1973 г. действует музей, посвященный творчеству Ван Гога.

В основу его собрания легла коллекция произведений Ван Гога, принадлежавшая младшему брату художника, Тео Ван Гогу. Он очень тяжело воспринял смерть Винсента и пережил его всего на полгода. Коллекция картин по завещанию перешла к его вдове Иоанне, а после ее смерти в 1925 г. – к их сыну Винсенту Виллему. В 1962 г. ему, в ту пору уже 72-летнему, было предложено продать унаследованные полотна недавно созданному государственному фонду Ван Гога. Получив согласие владельца, нидерландский парламент выделил средства на приобретение коллекции, и в 1963 г. началось строительство здания будущего музея. Его проект разработал известный архитектор-модернист Геррит Ритвельд. Он не дожил до завершения строительства, и его идеи воплощали в жизнь уже его партнеры. Здание музея отличается простотой и лаконичностью, в нем много воздуха, а работы художника развешены в открытых галереях, обеспечивающих свободный доступ к картинам. Помимо экспозиционных залов на четырех этажах размещаются кинозал, лекционный зал, хранилище и библиотека.

В. Ван Гог. Едоки картофеля. 1885 г.

Первоначально Музей Ван Гога состоял только из одного здания, где размещались и постоянная экспозиция, и временные выставки. В настоящее время оно используется только для показа постоянной коллекции, а временные выставки устраиваются в новом крыле, расположенном на противоположной стороне от главного входа в музей. Оно было построено в 1999 г. по проекту японского архитектора Кишо Курокавы, сумевшего вылепить органичное сооружение из эллипсов, окружностей и волнистых линий. Чтобы уменьшить объем здания, 75 % его основной площади спрятано под землю, а два этажа находятся на поверхности.

Музей в Амстердаме располагает самой большой в мире коллекцией работ Ван Гога – около 200 картин (почти четверть от их общего числа), более 500 рисунков (более половины наследия Ван Гога, включая ранние и даже детские рисунки) и свыше 700 писем (большинство которых адресовано брату художника, Тео). Здесь же хранится коллекция любимых Ван Гогом японских эстампов и его личные вещи. Все работы расположены не по темам, а в хронологическом порядке, так что перед посетителем музея проходит вся жизнь Ван Гога, все периоды его творчества и эмоциональные стадии. К числу лучших и наиболее известных полотен принадлежат «Едоки картофеля» (1885), «Мост через Сену» (1887), «Автопортрет» (1887), «Спальня Ван Гога в Арле» (1888), «Жатва. Долина Ла-Кро» (1888), «Стая ворон над пшеничным полем» (1890), один из трех вариантов «Подсолнухов» с желтым фоном. На первом этаже выставлены картины 1880–1887 гг. Поднявшись выше, посетитель может ознакомиться с работами Ван Гога 1887–1890 гг. На третьем этаже демонстрируются эскизы к различным картинам художника, а на четвертом расположены кинозал, актовый зал и несколько лекционных помещений.

В дополнение к работам Ван Гога музей обладает богатой коллекцией искусства XIX в. Здесь представлены произведения художников – современников и друзей Ван Гога, в том числе Гогена, Моне и Тулуз-Лотрека, и тех, кто вдохновил его – таких, например, как Леон Лермитт и Жан-Франсуа Милле, и тех, кто позже черпал вдохновение в картинах Ван Гога. Это собрание живописи воссоздает культурную среду, в которой жило и развивалось творчество Ван Гога, оно позволяет глубже понять многие события в жизни художника и сравнить его картины с работами других мастеров.

Музей Ван Гога давно превратился в одну из достопримечательностей Амстердама. Ежегодно его посещает более одного миллиона человек. Увы, музей привлекает и внимание воров. За время его существования в него дважды проникали злоумышленники. В 1991 г. чуть было не ставшее трагедией дело обернулось в итоге курьезом: 20 похищенных из музея картин, оцененных в 10 млн долларов (включая знаменитые «Подсолнухи») были обнаружены полицейскими спустя уже несколько часов в машине, припаркованной неподалеку от места преступления. Грабителей так и не нашли: возможно, рискуя быть пойманными, они просто решили бросить картины.

Одиннадцать лет спустя музей был ограблен во второй раз. Рано утром 7 декабря 2002 г. воры, поднявшись по приставной лестнице, разбили окно, влезли в помещение, за считанные минуты добежали до главного зала и похитили две картины Ван Гога – «Вид на Схефенинген» и «Выход процессии из реформатской церкви в Нюэнене», оцененные в 3 млн долларов. Грабители благополучно вернулись через то же окно – несмотря на то что сразу была поднята тревога, полицейские не смогли добраться до музея достаточно быстро, чтобы арестовать их. Тем не менее в декабре 2003 г. были арестованы оба похитителя – одного отыскали в Испании, другой скрывался в Амстердаме. Суд признал их виновными, приговорил к штрафу в 350 тыс. евро и тюремному заключению: организатор получил 4,5 года, его соучастник – 4 года. Украденные картины, однако, так и не были найдены, их судьба до настоящего времени остается неизвестной.

Рембрандтхейс

Музей Рембрандта в Амстердаме располагается в том самом доме, где великий художник жил и работал на протяжении двадцати лет. Семья Рембрандта поселилась в этом богатом патрицианском особняке в ту пору, когда художник находился в зените своей славы. Увы, этому дому суждено было стать сценой личной трагедии Рембрандта: здесь умерли его жена и трое из его детей, художник разорился и в 1660 г. был вынужден переехать отсюда в более скромное жилище.

Амстердам. Дом Рембрандта

В 1639 г. Рембрандт получил заказ написать картину, которая на века прославит его и одновременно станет началом краха его карьеры – знаменитый «Ночной дозор». В январе ого же года он за колоссальную сумму – 13 тыс. гульденов – приобрел этот дом «шириной в четыре окна», стоящий на берегу реки Амстель. Дом был построен в 1606 г. и первоначально принадлежал богатому антверпенскому торговцу Питеру Белтену (1565–1626). В 1627 г. дети и наследники Белтена пригласили архитектора и живописца Якоба ван Кампена (1595–1657), чтобы тот реконструировал дом, надстроив один этаж и изменив существующий фасад. Однако, пока ван Кампен вел все эти работы, в Амстердаме был построен новый фешенебельный район, куда из старого средневекового центра начала перемещаться городская знать. Цены на жилье в старом районе резко пошли вниз, и когда наследники Белтена в 1630-х гг. решили продать свой дом, то они долго не могли найти желающего купить его за ту сумму, которую просили. Тем временем Рембрандт искал себе постоянное пристанище – они с женой жили на съемных квартирах. Художник, находившийся в расцвете творческих сил, хотел, чтобы его дом одновременно мог служить и мастерской и отражать его новое социальное положение. Многие из домов в старом районе были распроданы за бесценок, но Рембрандт согласился на условия наследников Белтена и купил дом фактически втридорога. Правда, он не располагал такой огромной суммой и ему разрешили выплачивать ее в рассрочку.

На первом этаже Рембрандт разместил галерею: он рассчитывал укрепить свое благосостояние торговлей картинами. На втором этаже располагалась мастерская, где работал сам художник и несколько учеников. Несмотря на то что дом был достаточно просторен, для масштабного полотна «Ночной дозор» места не хватило; считается, что свою самую знаменитую картину Рембрандт писал во внутреннем дворе.

Хотя денег он зарабатывал много, однако не мог расплатиться за дом и в 1649 г. прекратил выплачивать взносы. Это стало «прелюдией» к его банкротству. Между 1652 и 1656 гг. художник предпринимал отчаянные попытки достать деньги, чтобы выплатить долг. Однако его дела шли все хуже и хуже. В 1656 г. каждый предмет в доме был скрупулезно описан кредиторами (именно благодаря этим подробнейшим описям исследователи позже смогли восстановить интерьер дома Рембрандта в полном соответствии с тем, каким он был при жизни художника). В 1657 г. все движимое и недвижимое имущество знаменитого мастера, включая сам дом, а также картины и коллекция редкостей ушли с молотка. Овдовевший к тому времени Рембрандт до конца жизни арендовал маленький дом на улице Розенграхт, в котором и умер в 1669 г. Похоронен он был в общей могиле на городском кладбище – где в точности, осталось неизвестным.

Исторический дом, где когда-то жил художник со своей семьей, в начале 1660-х гг. был разделен на две половины. До конца XIX в. здесь жило несколько семей, здание неоднократно реконструировалось и постепенно приходило в упадок. Окончательно снести его, кажется, помешала только память о Рембрандте. В 1906 г. муниципалитет Амстердама купил обветшалое здание и вскоре после этого передал его фонду поддержки Дома-музея Рембрандта, основанному в 1907 г. Опекуны постарались по возможности точно восстановить прежний дом Рембрандта таким, как он выглядел в середине XVII в.; при этом специалисты использовали гравюры Рембрандта и рисунки того времени. В 1911 г. основные работы были закончены, и 10 июня того же года голландская королева Вильгельмина торжественно открыла музей. Впрочем, окончательный облик, приведенный в полное соответствие с исторической правдой, дом принял лишь в 1998 г.

С самого начала музей – по предложению живописца Яна Вета, одного из членов первого попечительского совета музея – был задуман как собрание гравюр и рисунков Рембрандта. Едва ли для них нашлось бы лучшее место, чем тот самый дом, где создано большинство из них! Коллекции музея складывались прежде всего на основе пожертвований – как со стороны частных лиц, так и многих голландских музеев и общественных учреждений. Четыре рисунка Рембрандта были куплены на аукционе в Амстердаме в 1913 г.; в 1915 г. музей приобрел 66 гравюр великого художника, включая некоторые редкие и малоизвестные работы. Сегодня собрание музея обладает самой полной в мире коллекцией гравюр Рембрандта: в нем представлено 260 из 290 графических работ, созданных художников. Кроме того, в 1993 г. музей приобрел четыре оригинальные медные пластины.

В дополнение к коллекции гравюр и рисунков Рембрандта в собрании музея имеется небольшое количество картин голландских живописцев современников Рембрандта, его учителей и учеников. В последние годы музей направляет свои усилия на собирание графических работ предшественников и последователей Рембрандта. Среди самых важных приобретений последних лет – гравюры лейденских художников Яном Ливенса и Иоханнеса ван Влиета, работавших в тесном сотрудничестве с Рембрандтом. Впрочем, политика музея не замыкается исключительно на голландских художниках, находившихся под влиянием Рембрандта, его коллекции включают в себя и работы его более поздних европейских последователей, в том числе немецких и австрийских художников XVIII в. Христиана Вильгельма Дитриха, Георга Фридриха Шмидта и других. Наконец, в экспозиции музея представлено множество поздних копий гравюр Рембрандта, его рисунков и картин.

Музей Рембрандтхейс – одна из наиболее известных достопримечательностей Амстердама. Здесь регулярно устраиваются выставки, коллекции музея привлекают множество поклонников творчества великого художника.

Центр науки и техники «Новый Метрополис» в Амстердаме

Голландский национальный центр науки и техники «Новый Метрополис» – музей сравнительно молодой. Однако он успел стать одной из достопримечательностей Амстердама, прославившись своей необычной архитектурой. Его часто сравниваются с носом огромного супертанкера, вставшего на ремонт в амстердамском доке. Собственно, место, где располагается музей, и представляет собой район старых городских доков – Остердок, так что появление здесь корабля ни у кого не вызвало бы удивления. Если, конечно, не забывать, что этот «супертанкер» – творение знаменитого итальянского архитектора Ренцо Пиано (род. в 1937), создателя не менее знаменитого Центра Помпиду в Париже (1971–1977).

Облицованный листами из окисленной меди, со стеклянным цокольным этажом, этот крупнейший в Голландии центр науки и техники был построен в 1995–1997 гг. Высота сооружения составляет около 30 м, протяженность – 208 м. Оттуда открывается панорама исторической части города. Это одна из немногих возможностей для туристов и самих горожан увидеть Амстердам с высоты птичьего полета, поскольку это довольно «плоский» город и высотных зданий в нем мало. Площадка на крыше используется и как галерея открытого типа: на ней установлены несколько инсталляций, демонстрирующих использование природных источников энергии, в частности ветра, солнца и воды.

Ассиметричное здание музея интересно с любой точки обзора: овальная линия фасада прерывается в нескольких местах вставками, остеклением крыши, разрезами, демонстрирующими интерьер, выступающим объемом кинотеатра. Простота наружных фасадов соответствует интерьеру – по мысли архитектора, это должно заставить посетителей сосредоточить на содержании экспозиции. Внутреннее пространство построено по террасному принципу, что обеспечивает свободный доступ света во все уголки здания. Все этажи в интерьере просматриваются сверху вниз и наоборот, и эта открытость символизирует доступность научных знаний для широкого круга. А в залах-террасах, напоминающих палубы корабля, разворачивается рассказ-игра о законах мироздания, информационных технологиях, тайнах биохимии и генетики, загадках человеческого мозга, законах функционирования общества…

Предшественником нынешнего «Нового Метрополиса» был Музей труда, сущетвовавший в Амстердаме в 1920–1930-х гг. Позднее, в 1950–1970 гг., он носил название Голландского института промышленности и технологий. В 1980-е гг. родилась идея создать на его основе образовательный музей, который будет пробуждать интерес к науке и технологиям с самого раннего возраста.

Музей был торжественно открыт королевой Нидерландов Беатрикс в июле 1997 г. На площади более 11 тыс. кв. м размещаются как постоянные, так и временные выставки. Постоянная имеет несколько разделов: техники, биотехнологии, энергетики, экологии, однако главная цель музея – показать связь между всеми сферами научного знания. Экспозиция рассчитана прежде всего на детей в возрасте 4–16 лет (а также их родителей) и отличается тем, что практически все экспонаты здесь можно потрогать, подвигать и попробовать – то есть сделать то, что в других музеях категорически запрещается. Здесь действует свое правило – трогать руками обязательно! Этот метод показа называется интерактивным, и его главное отличие от традиционного состоит в том, что подобная экспозиция создается не ради самой коллекции и часто даже не на ее основе, а ради какой-то другой цели. Зритель втягивается во взаимодействие, чтобы получить знание или необычный опыт, новые ощущения.

Суть построения экспозиции и взаимоотношений музея с посетителями можно определить как занимательное путешествие между реальностью и фантазией. Каждый посетитель «Нового Метрополиса» – фактически не посетитель, а исследователь. Например, можно поиграть на компьютере в «игру на бирже» или в «бизнес-планирование», а можно принести в этот необычный музей стакан воды из собственного водопровода и тут же, в самой настоящей лаборатории, проанализировать ее химический состав, поэкспериментировать с различными методами очистки воды. Сотрудники музея утверждают, что они всегда демонстрируют процесс, но не результат: главным участником, а то и руководителем процесса является посетитель.

Сегодня в «Новый Метрополис» привозят школьников со всей Голландии (во время каникул, а также в июле и августе музей работает без выходных). Программа посещения музея предполагает не только эксперименты, но и игры, демонстрационные показы, просмотр фильмов и театральных постановок.

Галерея Маурицхейс в Гааге

Только что пролился дождь. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь уходящие тучи, начинают согревать мокрые крыши и стены домов. Подобно бриллиантам, вспыхивают на солнце дождевые капли. Голубеющие в сером небе просветы, дома под красными черепичными крышами, зеленые деревья, их отражения в воде – все сияет яркостью и свежестью, переливаясь бесчисленными оттенками красок, бликами света. Как краток этот волшебный миг! Еще минута – и солнце зальет своими лучами город и реку, и все изменится – уйдет ощущение праздника, свежести, новизны, сказку сменят будни…

Это – «Вид Делфта» Яна Вермера, одно из тех великих полотен, которые принесли всемирную славу гаагскому музею Маурицхейс. В его стенах сегодня собрана великолепная коллекция голландской и фламандской живописи эпохи «золотого века» – XVI–XVII вв. Во всем мире найдутся, пожалуй, еще только один или два музея, способные превзойти это фундаментальное собрание, в котором представлены работы известнейших нидерландских мастеров той поры: Рембрандта, Рубенса, Я. Стена, Я. Вермера, Я. ван Гойена, Ф. Хальса, П. Поттера, С. и Я. Ван Рёйсдалей, Г. Терборха, К. Фабрициуса, Х. Аверкампа, А. ван Бейерена, Ф. Вауэрмана, Э де Витте, Г. Метсю и других.

Ян Вермер. Вид Делфта. 1660 г.

«Маурицхейс» – «дом Морица». Этот старинный дворец, построенный в 1637–1644 гг. Якобом ван Кампеном и Питером Постом и выдержанный в духе классической североголландской архитектуры XVII в., первоначально принадлежал принцу Йохану Морицу Оранскому, графу Нассау-Зигену. Несколько лет он управлял голландскими колониями в северо-восточной Бразилии и, заслужив себе на этом посту довольно дурную репутацию, был отозван правительством Голландских Штатов на родину. Однако в Голландию принц не вернулся, избрав себе в качестве постоянного месте жительства Германию. После его смерти в 1679 г. пустовавший дворец в Гааге перешел в руки государства. А в 1822 г. в его стенах разместилось Королевское собрание живописи. Сегодня это одна из лучших картинных галерей мира.

Музей Маурицхейс расположен в центре Гааги, совсем рядом с правительственными зданиями на Хофвийвер. И хотя в его залах представлены все лучшие творения искусства Нидерландов XV–XVIII вв., ядро собрания составляют признанные шедевры мастеров «золотого века».

Голландия XVII в. – это бурно развивающееся молодое государство, соперничающее с великими державами на морях, теснящее их в торговле. Но самым выдающимся памятником той эпохи стала голландская живопись. В этом небывалом взлете есть что-то иррациональное – ни до, ни после художественная культура Нидерландов не переживала такого блестящего расцвета.

Голландские живописцы той поры, лишенные могущественных заказчиков – монархов, богатых аристократов, иерархи Церкви, – создавали свои произведения в основном на продажу. Нередко они даже торговали своими картинами на ярмарках, а их покупателями были купцы, владельцы мануфактур, богатые ремесленники и зажиточные крестьяне. Картины специально писались небольшого формата – в расчете на скромные по размерам комнаты голландских частных домов (отсюда и родился позже термин «малые голландцы»). И сюжеты этих картин в основном отражали то, что хотели видеть простые голландские бюргеры: пейзажи своей страны, море и корабли, свой быт и дом, вещи, которые их окружают… И конечно, самих себя: многие богатые горожане и члены купеческих ремесленных гильдий охотно заказывали свои портреты: семейные, индивидуальные, групповые. В среде живописцев даже бытовала «узкая специализация»: так, Франс Хальс писал преимущественно портреты, Ян ван Гойен – пейзажи, Виллем Эльст – натюрморты. Большинство этих жанров родилось еще в XVI в., но во всей силе мастерство голландских живописцев развернулось лишь в следующем столетии.

Три этажа Галереи Маурицхейс заполнены работами нидерландских мастеров всех направлений и всех видов жанра – от полотен на библейские и аллегорические темы до окрашенных юмором бытовых сценок. Экспозиция музея регулярно меняется, так что в его залах можно всякий раз открывать для себя что-то новое. Собрание имеет пять разделов – историческая живопись, портрет, натюрморт, пейзаж, жанровая живопись, и невозможно сказать, какой из них интереснее. Здесь захватывает буквально все, и все залы музея проходишь, что называется, на едином дыхании.

В первом разделе властвует, конечно, Рубенс. Его «Райский сад» – один из шедевров Маурицхейса. Не менее интересны полотна «прерембрандистов» – живописцев из кружка, собравшегося вокруг Питера Ластмана, учителя Рембрандта. Они использовали в качестве отправного пункта для своей живописи сюжеты из Библии. Утрехтские «караваджисты» вдохновлялись полотнами великого итальянского живописца Караваджо. Но творчество Рембрандта в итоге затмило своей мощью всех его предшественников. В Маурицхейсе хранится одна из лучших работ Рембрандта, относящаяся уже к позднему периоду деятельности мастера, – «Давид и Саул» (1660-е гг.).

В XVII в. многие считали портрет «низменным» видом живописи – он воспринимался как рабское копирование действительности. Между тем именно собрание голландских портретов XVII в. является гордостью коллекции Маурицхейса. Настоящей жемчужиной, визитной карточкой» музея стала знаменитая «Девушка с жемчужной сережкой» («Головка девушки») Яна Вермера. Другое, не менее знаменитое полотно Вермера, хранящееся в музее Маурицхейс, – «Вид Делфта», по праву считающееся шедевром мирового пейзажного искусства. Создавая его, Ян Вермер (1632–1675) – удивительный, поистине великий живописец, обладавший огромным поэтическим даром, – как будто предвосхитил достижения французских импрессионистов второй половины XIX в.

Слово «натюрморт» прочно вошло в обиход лишь в середине XVII в., но произведения этого жанра начали появляться по крайней мере полувеком раньше. В неодушевленных предметах голландские мастера видели особую, скрытую жизнь, связанную с жизнью человека, его бытом, привычками, вкусами. Особенно популярны были картины с изображениями цветов, которыми богатые горожане любили украшать стены гостиных. «Ваза с цветами» Амброзиуса Босхерта Старшего (создана между 1615 и 1620 гг.) – один из самых ранних и лучших примеров живописи этого жанра. Пышный букет как бы символизирует полную наслаждений жизнь, но умелой кистью живописец наносит несколько штрихов – и в блещущее, переливающееся красками полотно вплетается печальная нота: время быстротечно, человеческая жизнь подобна цветку, что распускается и увядает…

Шумный крестьянский праздник, играющая на клавесине девушка, бойкие торговцы и чопорные матери семейств – люди старой Голландии и их повседневная жизнь запечатлелась на полотнах Геррита Ду, Франсу ван Мериса Старшего, Герарда тер Ворха и, конечно, непревзойденного Яна Стена (1626–1679). Стен, превосходный мастер-рассказчик, умеет превратить картину в настоящее повествование. Его герои беспечны и добродушны, они любят повеселиться – порой даже немного развязно и неумеренно, им свойственен добрый, жизнерадостный юмор. Интересно, что почти каждое голландское жанровое полотно XVII в. содержит в себе такое богатство символики, что можно часами стоять перед картиной, пытаясь разгадать сложный ребус, преподнесенный художником: что означает эта фигура? Что символизирует этот жест, эта деталь? Так простая на первый взгляд картина, воспроизводящая рядовой бытовой эпизод или жизненную ситуацию, неожиданно становится полной глубокого смысла философской притчей.

Пейзаж стал популярен у голландских живописцев в первые десятилетия XVII в. Хендрик Аверкапм, один из самых ранних нидерландских пейзажистов, любил рисовать красочные зимние сцены. Около 1625 г. появился тип пейзажа, выполненный в диапазоне тонов одного-единственного цвета. Наиболее известными мастерами этого так называемого тонального пейзажа были Саломон ван Рёйсдаль и Ян ван Гойен. В пейзажах ван Гойена небо, вода и земля сливаются в единое гармоничное целое, а впечатление глубины, простора создается благодаря удивительной воздушной перспективе: контуры предметов растворяются, тают в далях, которые заволакивает туманная дымка, дома и деревья, берега и здания, кустарники и дюны обретают особую легкость, а небо и облака – подвижность… Вскоре после 1640 г. голландские живописцы отказались от этих приемов и начали делать больший акцент на цвете. К числу лучших произведений этого периода относятся хранящиеся в коллекции Маурицхейса полотна Якоба ван Рёйсдаля «Вид Харлема» и Мейндерта Хоббемы «Лесистый пейзаж с домами». Особый раздел составляют морские пейзажи – какая же Голландия без моря? Наиболее известным художником-маринистом той поры был Виллем ван Вельде Младший. Его полотна служат сегодня украшением Музея Маурицхейс.

Частью музея является Картинная Галерея принца Виллема. Эта обширная коллекция, принадлежавшая штатгальтеру Нидерландов Вильгельму (Виллему) V (1748–1806), была в основном собрана в 1763–1773 гг. и долгое время оставалась крупнейшим в стране частным собранием живописи. Специально для нее принц Вильгельм приобрел дворец Бинненхоф в Гааге, и она стала первым публичным музеем в Голландии. В 1816 г. сын и наследник принца Виллема, король Голландии Вильгельм I, подарил это собрание государству. С 1822 г. оно хранится и экспонируется в Маурицхейсе.

Музей Бойманса – ван Бенингена в Роттердаме

Музей Бойманса – ван Бенингена в Роттердаме, известный своей великолепной коллекцией картин, скульптур и предметов декоративно-прикладного искусства, наряду с амстердамским Рейксмузеумом является крупнейшим художественным собранием Нидерландов. Основу его коллекций составили частные собрания Ф. Я. О. Бойманса (ум. в 1847 г.) и Д. Г. ван Бенингена (ум. в 1955 г.). Первый собирал преимущественно живопись и графику старых европейских школ. Интересы второго, напротив, лежали в области современного искусства. Поэтому сегодня экспозиция музея выглядит на редкость разнообразной.

Бойманс, член муниципалитета Роттердама, завещал свою коллекцию городу в 1847 г. В том же году на основе этого частного собрания был создан городской публичный музей, получивший имя Бойманса. В 1935 г. по проекту архитектора Адриана ван дер Штура было сооружено ныне существующее здание музея; в 1972 г. к нему добавлено новое крыло.

В 1958 г. была приобретена коллекция Даниела Георга ван Бенингена: 104 картины и 27 скульптур, включая полотна Губерта и Яна ван Эйков («Три Марии у гробницы Христа») и Питера Брейгеля Старшего («Вавилонская башня»; вариант полотна, хранящегося в Музее истории искусств в Вене), после чего Музей Бойманса был переименован в Музей Бойманса – ван Бенингена.

Сегодня экспозиция музея имеет четыре раздела: живопись старых мастеров, кабинет рисунка и графики, декоративное искусство и современное искусство. Как и другие голландские музеи, роттердамское собрание старинной живописи концентрируется преимущественно на наследии нидерландских художников. Однако в отличие от собраний Амстердама и Гааги, в центре которых находятся произведения XVII в., Музей Бойманса – ван Бейнингена обладает лучшей в Голландии коллекцией фламандских живописцев XV–XVI вв.: Яна и Губерта ван Эйков, Питера Брейгеля Старшего, Яна ван Скорела, Ганса Мемлинга, Лукаса ван Лейдена. Музей располагает небольшим, но очень интересным собранием картин Иеронима Босха. В числе представленных здесь работ – «Брак в Кане» (1475–1480), две алтарные створки со сценами «Ада» и «Потопа» (1504), «Блудный сын» (ок. 1510).

XVII в. представлен полотнами Питера Санредама, Франса Хальса, Карела Фабрициуса, Яна Стена, пейзажами Филипа Конинка, Якоба ван Рёйсдаля. К числу лучших произведений Рембрандта принадлежит выставленный в роттердамском музее портрет сына художника, Титуса (1655). Коллекция произведений Рубенса насчитывает 26 работ, включая эскизы маслом.

В собрании музее имеется множество работ итальянских художников XV–XVII вв. – Виченцо Фоппа, Джамбатиста Морони, Тициана («Мальчик с собаками»), Тинторетто, Веронезе, Гуарди и Тьеполо («Голгофа»). Французская живопись XVIII в. представлена полотнами Ватто, Шардена, Буше.

Коллекция современного искусства Музея Бойманса – ван Бейнингена – крупнейшая в Нидерландах. Собрание охватывает период в полтораста лет, начиная с 1850 г., когда только зарождалось движение импрессионистов, и кончая сюрреалистическими опытами середины и второй половины XX в. Оно включает в себя произведения «классиков» эпохи – Моне, Писарро, Сислея, Дега, Гогена и Ван Гога, современное искусство – картины Кандинского, Пикассо, Матисса, Шагала, Энсора, Мондриана. Особый интерес вызывает коллекция полотен видных сюрреалистов – Рене Магритта, Макса Эрнста и Сальвадора Дали («Лицо войны», 1940; «Большой параноик», 1936). Искусство второй половины XX в. представлено работами Энди Уорхола, Дональда Джадда, Джозефа Бойса. Коллекцию дополняет собрание современной немецкой и американской скульптуры.

В кабинете рисунка и графики выставлены произведения самых разных школ, начиная с эпохи Средневековья. Здесь можно увидеть работы великих мастеров рисунка и гравюры: Альбрехта Дюрера, Рембрандта, Антонио Пизанелло, Антуана Ватто, Поля Сезанна. Столь же разнообразен и отдел декоративного искусства. Здесь выставлены украшения, домашняя утварь, мебель, предметы быта, начиная от Средневековья до наших дней. Особенно значительны коллекции стекла, серебра, фарфора, персидской, испанской, итальянской и голландской майолики. С 1982 г. музей собирает коллекцию образцов промышленного дизайна, составляющую ныне примечательную часть общей экспозиции.

Музей Франса Хальса в Харлеме

Неподалеку от Рыночной площади Харлема, на улице Гроот Хейлиланд, сохранившей застройку XVII в., стоит здание старой городской богадельни, выстроенное в 1608 г. выдающимся голландским архитектором Ливеном де Кеем (1560–1627). Именно здесь, в этом доме, провел последние дни своей жизни великий голландский художник Франс Хальс (ок. 1580–1666). Ныне в бывшей богадельне размещается Музей Франса Хальса, известный во всем мире как музей «золотого века» голландской живописи.

Коллекции музея складывались постепенно. Основу собрания составили полотна, принадлежавшие городу Харлему и долгое время хранившиеся в городской ратуше. В 1862 г. здесь был официально открыт Музей Стеделийк («Городский музей»), где демонстрировались 123 картины. В дальнейшем собрание продолжало пополняться, и в конечном счете нехватка места заставила музей переехать в другое место – в историческое здание старой богадельни, связанное с именем Франса Хальса. Именно здесь художник писал свои последние групповые портреты – регентов и регентш приюта для престарелых.

Музей Франса Хальса был открыт 14 мая 1913 г. Ныне он занимает ведущее положение среди художественных галерей Нидерландов. В его залах, расположенных вокруг квадратного внутреннего дворика, собрана прекрасная коллекция работ голландских живописцев XVI–XVII вв., преимущественно харлемской школы живописи – Музей Хальса, с самого начала затевавшийся как городской музей, посвящен одной лишь местной художественной традиции. А самым известным художником, творчество которого тесно связано с Харлемом, был Франс Хальс.

Харлем. Музей Франса Хальса

Франс Хальс родился в Антверпене в семье ткача. Его родители были фламандцами, переехавшими в Голландию после того, как Фландрию в 1585 г. заняли испанцы. В 1591 г. семья обосновалась в Харлеме, и с той поры вся жизнь художника была связана с этим городом. Считается, что его первым учителем стал харлемский живописец Карел ван Мандер, хотя в ранних работах Хальса нет никакого заметного его влияния. В 1610 г. Хальса приняли в местную гильдию художников («гильдию святого Луки»).

Франс Хальс стал первым великим мастером голландской школы XVII в., а его творчество сыграло решающую роль в формировании национального искусства. Хальс был исключительно портретистом. Почти все его работы – портреты, и даже те, которые ими не являются (немногочисленные жанровые сценки и совсем редкие картины на религиозные темы), выполнены в портретном стиле. В творчестве Хальса можно выделить три вида портретных композиций: групповой портрет, заказной индивидуальный портрет и особый тип портретных изображений, близкий по характеру жанровой живописи.

Творчество Франса Хальса очень ценили современники, однако в жизни он был человеком невыносимым. Дважды был женат, имел по крайней мере десять детей и постоянно испытывал финансовые трудности. Он так плохо обращался со своей первой женой, Аннеке Хермансз, что она преждевременно умерла в 1616 год; спустя г. Хальс женился на Лизбет Рейнерс, которая тоже хлебнула с ним немало горя: великий художник, увы, был весьма пристрастен к «зеленому змию» и охотно бражничал в кабаках с людьми самого низкого звания. Тем не менее он сумел кое-как содержать свою многодетную семью; однако в 1652 г. все рухнуло окончательно: в удовлетворение судебного иска пекаря, у которого Хальс долгое время брал хлеб в долг, все скромное имущество, принадлежавшее художнику – три матраца и подушки, большой шкаф, стол и пять картин, – было продано с торгов. Хальс впал в абсолютную бедность. Лишь помощь благотворителей, а позднее – муниципалитета Харлема, выделившего Хальсу ежегодное вспомоществование в 200 флоринов, спасла семью художника от голодной смерти.

Остаток своей жизни Хальс провел в городском приюте для престарелых, где создал последние свои картины. Его репутация блестящего живописца не пережила его – вплоть до 1850 г. Хальса вспоминали редко. Во второй половине XIX в. интерес к его творчеству резко возрос. На рубеже XIX–XX вв. он являлся одним из самых популярных старых мастеров, его портретами вдохновлялись молодые живописцы. Покупка в 1865 г. лордом Хертфордом картины Хальса «Улыбающийся офицер» (1624; ныне хранится в собрании Уоллес, Лондон) за огромную по тогдашним меркам сумму в 51 тыс. франков ознаменовала пик интереса любителей искусства к творчеству великого голландского художника. Его работы покупались за баснословные суммы и быстро расходились по музеям и частным собраниям. Особый интерес творчество Хальса вызывало у богатых американских коллекционеров, только-только открывавших для себя европейский рынок живописи – это является причиной того, почему очень много работ Хальса ныне находятся в американских коллекциях.

Дошедшее до наших дней творческое наследие Хальса состоит приблизительно из трехсот картин. Полотна Хальса хранятся в Лондоне, Париже, Берлине, Дрездене, Касселе, Готе, Шверине, Брюсселе, Вене, Нью-Йорке, Петербурге, Гааге, Амстердаме. Однако больше всего работ находится в Харлеме, в музее, носящем его имя. «Я уже говорил, что художник, ищущий хороших и основательных уроков, должен доставить себе удовольствие видеть Хальса именно в Харлеме, – писал Эжен Фромантен. – Во всех других местах, будь то французские музеи и кабинеты Лувра или голландские галереи и коллекции, впечатление, которое производит на нас этот блестящий и очень неровный в своей манере мастер, может быть пленительным, приятным, занятным, но довольно поверхностным, а потому ошибочным и несправедливым. Там Хальс как человек теряет столько же, сколько проигрывает как художник».

Наследие Франса Хальса представлено в Харлеме, его самыми масштабными произведениями – большими многофигурными портретами. Групповые портреты принадлежат к главным работам Хальса и к самым значительным произведениям голландской живописи раннего этапа ее развития. Ныне в харлемском музее демонстрируются пять больших групповых портретов офицеров стрелковых гильдий, три групповых портрета регентов и несколько индивидуальных портретов, принадлежащих кисти Франса Хальса.

«В большом зале Харлемской академии, где хранится много полотен, аналогичных картинам Хальса, он заставляет смотреть только на себя, – замечает Эжен Фромантен. – Хальсу принадлежит там восемь больших холстов. Картины относятся ко всем периодам жизни Хальса и все вместе охватывают его долгий творческий путь».

В собрании музея хранится самая ранняя из известных работ Хальса – «Портрет Якоба Заффиуса» (1611). Ничто из того, что написал художник до 1616 г., не предполагало, что однажды Франс Хальс разрушит все традиции, создав групповой портет «Банкет офицеров стрелковой гильдии Св. Георгия» с фигурами в натуральную величину. Ни в его творчестве, ни в творчестве его предшественников нельзя найти никакого подобия этой великолепной картины, которая стала воплощением силы и оптимизма людей, в битвах с иноземными захватчиками отстоявших независимость страны и создавших молодую Голландскую республику.

Ф. Хальс. Банкет офицеров стрелковой гильдии Св. Георгия. 1616 г.

«Банкет офицеров стрелковой гильдии Св. Георгия» (1616) стал первой большой работой Хальса. Когда она создавалось, художнику было тридцать два года; он еще искал себя. Но при всем этом вещь эта уже весьма выразительна! В 1610–1640-х гг. большую популярность приобрели групповые портреты членов стрелковых объединений – бюргерских добровольческих отрядов, создававшихся для защиты и охраны городов; срок службы в них составлял три года. Сюжетная канва подобных картин – собрание или пирушка членов гильдии, отслуживших трехгодичный срок. Франсу Хальсу неоднократно поступали заказы на создание таких групповых портретов, и каждое из этих полотен становилось своеобразным рубежом в жизни художника, отражая накопленные им творческие силы.

«Банкет офицеров стрелковой гильдии Св. Адриана» (1627) – Хальс в полном расцвете. «Банкет офицеров стрелковой гильдии Св. Георгия» (вариант 1627 г.) – тот же год, но картина еще лучше; техника выше, рука искусней и свободней, во всем – непринужденность и изящество человека, уверенного в себе. «Собрание офицеров стрелковой гильдии Св. Адриана» (1633) – Хальсу сорок семь лет. Это огромное полотно – шедевр зрелого мастера, прекрасный во всех отношениях, не самый эффектный, но самый возвышенный, самый богатый, самый содержательный, самый мастерский. «В игре черных бархатов, шелков, атласов больше фантазии; свет разлит по ним, и другие цвета выделяются на них с такой широтой, уверенностью и в таких созвучиях, каких Хальс не превзошел никогда, – пишет Эжен Фромантен. – Работа кисти сама по себе редкое чудо; краска кладется по надобности густо или жидко, твердо или сочно, жирно или тонко. Фактура свободная, обдуманная, гибкая, смелая; никаких крайностей, ничего незначительного. Каждая вещь написана сообразно ее значению, собственной природе и ценности: в одной детали чувствуется прилежание, другая едва тронута. Гладкий гипюр, легкие кружева, отливающий атлас, матовый шелк, поглощающий больше света, бархат – все это без мелочности, без излишних деталей; мгновенное восприятие сути вещей, безошибочное чувство меры, умение быть точным без долгих объяснений и дать все понять с полуслова, ничего не опуская и лишь подразумевая бесполезное; мазок стремительный, ловкий и точный, как всегда, меткое слово, верно найденное сразу; ничто не утомляет перегрузкой, ничего беспокойного и ничего излишнего; столько же вкуса, как у ван Дейка, столько же технической сноровки, как у Веласкеса, и это при во сто крат больших трудностях, созданных бесконечно более богатой палитрой, поскольку она не ограничена тремя тонами, а дает всю гамму известных тонов, – таковы во всем блеске опыта и вдохновения почти единственные в своем роде достоинства этого прекрасного художника. Центральная фигура в голубом атласе и зеленовато-желтом камзоле – шедевр. Никогда не писали и никогда не будут писать лучше».

«Офицеры и сержанты стрелковой гильдии Св. Георгия» (1639) создан художником в возрасте около пятидесяти лет. Эта картина демонстрирует начавшийся спад в творчестве Хальса. А за два года до смерти, в 1664 г., Хальсом были написаны портреты регентов и регентш (попечителей) харлемского приюта для престарелых. В «Портрете регентов» сквозит чувство разочарования и обреченности. Каждый одинок, каждый существует сам по себе. Безволие и полное душевное опустошение читаются в их облике. На «Портрете регентш» в почти недвижных позах застыли властные, черствые, не знающих сострадания старухи. В них живут глубокая подавленность и оцепенение, словно регентши скованы одним гнетущим и страшным чувством – бессилия и отчаяния перед лицом надвигающейся смерти. В этих полотнах искусство восьмидесятилетнего живописца получило невиданную прежде психологическую проникновенность и драматическую силу. Они представляют нам Хальса совершенно другим – но, увы, не лучшим…

Музей обладает работами не только Франса Хальса, но и других голландских художников XVI–XVII вв. В период становления голландской школы живописи Харлем был одним из главных центров развития не только портрета, но и пейзажа, натюрморта, бытового жанра. XVI в. представлен в собрании работами Хендрика Гольтзиуса, Корнелиса ван Хаарлема и Мертена ван Хеемскерка. Среди мастеров, представляющих «золотой век» голландской живописи, – Якоб ван Рёйсдаль, Ян Стен, Адриан ван Остаде, Ян Верспронк, Питер Клас, Виллем Хеда.

Помимо картин в экспозиции музея демонстрируются стекло XVII в., делфтская керамика, старинная мебель, коллекция кукольных домиков XVIII в. с миниатюрной мебелью, посудой и всеми предметами обихода.

Два других музейных помещения находятся на Рыночной площади, расположенной в самом центре старого города. Одно из них – Вервейхаль, названный в честь Кееса Вервея, одного из ведущих голландских художников XX в. С 1995 г. здесь экспонируется более 7 тыс. произведений современной живописи, включая работы голландских фовистов, модернистов, экспрессионистов и художников, входивших в объединение «Кобра». По соседству с Вервейхалем находится Влеесхаль – великолепный образец архитектуры XVII в. Это здание было построено харлемским зодчим Ливеном де Кеем в 1602–1603 гг. Его увенчивают скульптурные изображения бычьих голов – напоминание о том, что когда-то здесь размещался мясной рынок. В начале 1960-х гг. здание было передано музею, и ныне в его стенах устраиваются выставки картин современных художников.

Национальный музей древностей в Лейдене

Саркофаг Кеку из Фив. Древний Египет. 26 династия

Национальный музей древностей в Лейдене является крупнейшим археологическим музеем Нидерландов. Он был основан в 1818 г. голландским королем Вильгельмом I, а основу его собрания составила коллекция древностей Лейденского университета, включавшая в себя, в частности, 150 греческих и римских статуй. За свою 200-летнюю историю музей несколько раз менял свое местоположение, каждый раз переезжая во все более и более просторные здания, так как его быстро растущие коллекции требовали новых помещений. Стремясь расширить собрание, руководство музея посылало своих агентов за границу на поиски раритетов; в этот период было приобретено множество древнеегипетских и греческих памятников. Начиная с конца XIX в. музей стал регулярно проводить собственные археологические раскопки, как в Голландии, так и за ее пределами – в Египте, на Ближнем Востоке. В эти же годы окончательно определилась политика формирования музейных коллекций – чтобы избежать загромождения разнородными памятниками старины и работать более целенаправленно, было решено ограничить сферу интересов музея только четырьмя темами: Древний Египет, Древний Ближний Восток, греко-римская классика и археология Нидерландов.

Сегодня собрание музея насчитывает более 80 тыс. объектов, из которых только около 6 тыс. находятся в постоянной экспозиции. Среди них – внушительные египетские саркофаги, мумии, папирусы с таинственными письменами, клинописные таблички, греческие вазы, шедевры этрусских мастеров бронзового литья, величественные мраморные статуи римских императоров, золотые драгоценности кельтской и раннегерманской эпохи. Многие из этих экспонатов имеют мировую известность. Таков, например, сложенный из песчаника небольшой египетский храм I в. н. э. из Эллесии. Он был построен по приказу римского императора Августа. Захватив Египет, римляне возвели ряд крепостей вдоль южной границы, и этот храм являлся частью одной из них. Первоначально он был посвящен богине Исиде, а позже использовался как христианская церковь.

В 1960-х гг. египетское правительство начало строить Асуанскую плотину. Под угрозой затопления оказались тысячи древних памятников. По призыву ЮНЕСКО ученые многих стран мира приняли участие в спасении сокровищ Нубии. В этой работе участвовали и археологи из лейденского музея. В благодарность за это египетское правительство подарило храм Голландии. Древняя постройка была аккуратно разобрана камень за камнем, перевезена в Лейден и восстановлена в вестибюле музея.

К еще более древней эпохе относится гранитная статуя царицы Хатшепсут, датируемая приблизительно 1465 г. до н. э. Эта статуя в натуральную величину некогда стояла в погребальном храме Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри. В дальнейшем она оказалась разделена на три части. В 1928 г. голландская королева-мать Эмма подарила туловище статуи Лейденскому музею, в то время как голова и нижняя часть фигуры попали в музей Метрополитен в Нью-Йорке. В 1998 г. все три части были объединены, и ныне тщательно отреставрированная статуя попеременно демонстрируется то в Лейдене, то в Нью-Йорке.

Из древнего шумерского города Лагаш (Южный Ирак) происходит высеченная из черного диорита 14-сантиметровая голова Гудеа, могущественного правителя этого месопотамского государства (ок. 2100 г. до н. э.). Гудеа скорее всего был обожествлен еще при жизни, так как в Лагаше изготовлено множество его статуй. Голова, хранящаяся в Лейденском музее, по-видимому, представляет собой фрагмент одной такой статуи, которая некогда стояла в одном из храмов города. Гудеа изображен молящимся; черты лица изваяны крупно, с четкой проработкой век и бровек. Голова правителя покрыта тюрбаном.

В собрании лейденского музея хранится самый старый рисунок, обнаруженный на территории Нидерландов. Этот фрагмент обработанного кремня (9×5 см) с процарапанным на нем заштрихованным треугольником был найден в 1977 г., во время раскопок стоянки первобытных охотников в Лимбурге. Возраст рисунка составляет 12 тыс. лет. Исследовавшие его специалисты пришли к заключению, что штрихи на камне сделаны намеренно, но с какой целью – неизвестно.

Кельтскую эпоху представляет найденный в окрестностях Утрехта прекрасный бронзовый меч, датируемый приблизительно 1800–1500 гг. до н. э. Он дошел до наших дней абсолютно неповрежденным. Стилистически он входит в группу пяти почти идентичных мечей, найденных в разное время во Франции (Бретани, Бургундия), Южной Англии и Нидерландах. По-видимому, этот меч, как и его собратья, предназначался исключительно для ритуальных целей или служил атрибутом престижа.

В окрестностях Утрехта найдена и уникальная для Нидерландов римская бронзовая пластина с надписью, которая, по-видимому, некогда висела на стене какого-то правительственного здания – таким образом в Римской империи было принято оповещать население о важных официальных решениях. Текст на пластине представляет собой фрагмент императорского декрета. Пластина сильно пострадала еще в эпоху нашествия германских племен, так что сегодня надпись читается с трудом.

К римской эпохе относится и найденный в торфяном болоте парадный шлем из (IV в. н. э.). К его железной, обшитой кожей основе серебряными гвоздиками прикреплены пластины позолоченного серебра. Этот шлем в 1910 г. нашел крестьянин, добывавший торф в окрестностях деревни Дерне (Северный Брабант), и в течение нескольких лет хранил у себя в доме, показывая его всем желающим за деньги (стоимость сеанса составляла десять центов). В конце концов он продал его лейденскому музею.

В собрании музея хранится множество золотых и серебряных предметов, в разное время найденных на территории Голландии. Многие из них оказались в земле во время весьма драматических событий. Так, чрезвычайно изящная золотая фибула диаметром 8,4 см (ок. 800 г.) была найдена в 1969 г. на дне старого колодца – по всей видимости, ее хозяин (или хозяйка) попытался скрыть драгоценность во время одного из набегов викингов. Изделия подобной красоты и сделанные с таким мастерством являются большой редкостью. Изготовленная из золота фибула украшена различными драгоценными и полудрагоценными камнями, включая жемчуг и альмандин, а также цветным стеклом и эмалью. Главным декоративным мотивом служит изображение равноконечного греческого креста. В связи с этим высказывалось предположение, что фибула, возможно, принадлежала духовному лицу. Однако духовенство тогда не было богато, так что ее владельцем скорее всего был какой-то аристократ, возможно даже, связанный с франкским королевским домом.

К эпохе викингов относится и клад серебряных вещей (ок. 850 г.), найденный в 1996 г. на острове Веринген (Северная Голландия). Слитки серебра, монеты, браслеты и ожерелье общим весом 1,6 кг были захоронены в земле в маленьком круглом горшке. Стиль, в каком выполнены украшения, указывает на то, что они происходят из Дании. Очевидно, сокровище принадлежало какому-то датчанину, участвовавшему в набегах на голландское побережье. Это – первый клад викингов, найденный на территории Нидерландов.

Если в XIX – начале XX в. основным источником пополнения музейных коллекций являлись покупки и пожертвования, то в XX в. основная часть новых поступлений связана с археологическими исследованиями, проводимыми голландскими археологами. Лейденский музей является одним из крупнейших археологических учреждений Голландии, его специалисты вот уже много сезонов ежегодно ведут раскопки в Египте (Саккара) и Сирии (Телль-Саби-Абьяд). В течение последних лет исследователи сделали несколько ошеломляющих открытий: в 1998 г. в Телль-Саби-Абьяде обнаружены большой клад золотых изделий ассирийской эпохи и 130 уникальных клинописных табличек; в 2001 г. в Саккаре найдено совершенно нетронутое погребение египетского жреца по имени Меринейт, а в 2002 г. – погребение одного из первых египетских фараонов.

До 1971 г. музей формально входил в структуру Лейденского университета, однако ныне он имеет статус Национального археологического собрания, а владельцем его коллекций является правительство Голландии.

Национальный музей Зейдер-Зе

В 1282 г. море затопило большую часть низинных земель у северо-западного побережья Нидерландов. Так образовался Зейдер-Зе (Южное море) – большой залив, глубоко врезающийся в сушу и отделенный от Северного моря цепочкой Западно-Фризских островов. На протяжении восьми веков это внутреннее море кормило голландских рыбаков и моряков, однако пришло время, и сюда вновь начали возвращаться земледельцы. В 1930-х гг. устье Зейдер-Зе перегородила 30-километровая шлюзовая дамба. Часть отрезанного от моря залива была осушена, другая часть ныне представляет собой озеро Эйсселмер, уже ставшее практически пресноводным. Нидерланды получили 1650 кв. км новых земель, а старинный быт обитателей побережья Зейдер-Зе безвозвратно ушел в прошлое. Ныне о нем рассказывает только экспозиция Национального музея Зейдер-Зе – крупнейшего в Голландии музея под открытым небом, созданного в 1948 г.

В музее, находящемся на окраине города Энкхёйзена, тщательно воссоздана атмосфера повседневной жизни маленького рыбацкого поселка XIX–XX вв., расположенного на берегу Зейдер-Зе. В нем насчитывается около 130 старинных построек, включая жилые дома, общественные здания, лавки и церковь. В большинстве своем они доставлены из населенных пунктов, лежащих на побережье бывшего залива и ныне давно утративших свой прежний характер рыбачьих поселков. В гавани Маркен, воссоздающей облик рыбачьей гавани XIX в., покачиваются на волнах лодки. Пройдя вдоль причала, можно полюбоваться видом поселка, посмотреть, как рыбаки (в их роли выступают сотрудники музея и их добровольные помощники) вяжут и ремонтируют сети. Чуть подальше вырисовываются характерные силуэты трех похожих на большие бутыли печей для обжига извести – ее изготавливали из морских раковин. Над плотиной машет крыльями ветряная мельница. Запах копченой рыбы говорит о том, что вновь заработала деревенская коптильня, где по старинным рецептам готовят свежепойманную сельдь. В городском канале плавают золотые карпы, здесь же стоят лодки с корзинами яблок. Прогулявшись по поселку, можно побывать в мастерской по изготовлению парусов, в кузнице, посетить аптеку, бакалейную лавку, лавку мясника, сырный склад, почту, крестьянский ссудный банк; воочию увидеть, как вяжут сети и морские узлы, изготавливают бочки, плетут канаты и корзины, вырезают традиционные голландские деревянные башмаки-кломпы – всем этим в период с апреля по ноябрь занимаются полторы сотни добровольцев, облаченных в старинные костюмы.

В старинном здании, построенном в 1625 г. в стиле голландского ренессанса, ныне размещается обширная музейная экспозиция, посвященная быту голландских рыбаков и моряков. Она насчитывает более 25 тыс. экспонатов – от инструментов до картин. Наибольшей популярностью пользуется крупнейшее в Голландии собрание моделей старинных парусников и подлинных образцов рыбачьих лодок. Здесь, например, можно увидеть лодку, специально построенную для плавания во льдах («ijsvlet»), и традиционную лодку фризских промысловиков. В музее хранятся также старые фотографии, картины и гравюры, орудия труда и промысла, бытовая утварь и одежда.

Норвегия

Национальная галерея в Осло

Принимая решение организовать национальный художественный музей, норвежский парламент руководствовался стремлением всемерно способствовать развитию молодого национального искусства. Коллекция Национальной галереи формировалась путем приобретений и пожертвований, но в первые годы своего существования музей, в ту пору называвшийся Государственным художественным музеем, не имел ни постоянного адреса, ни постоянной экспозиции. Лишь в 1880 г. Национальная галерея получила собственное здание, в которому в последующие годы были пристроены два крыла – южное (1904–1907) и северное (1918–1924), чтобы в них можно было разместить постоянно растущие коллекции, а также лекционный зал и библиотеку.

Сегодня собрание Национальной галереи включает в себя 4,5 тыс. картин, 900 скульптур, 950 гипсовых копий скульптур известных мастеров, 17,3 тыс. рисунков и 25 тыс. гравюр. Главное место в экспозиции занимает норвежское искусство 1800–1900-х гг. (около 3,5 тыс. работ). При помощи Общества друзей Национальной галереи и благодаря частным пожертвованиям музей смог приобрести ряд шедевров европейского искусства XVII–XIX вв., в том числе «Пейзаж со всадником» Рембрандта (ок. 1659), «Пьета» Делакруа (ок. 1850), ряд полотен французских импрессионистов.

Норвежское искусство представлено в Национальной галерее прежде всего работами выдающегося скульптора Густава Вигеланна (1869–1943) и знаменитого художника-символиста Эдварда Мунка (1863–1944). Бронзовый многофигурный рельеф Вигеланна «Ад» (1893–1897) встречает посетителей уже на главной лестнице галереи. Два зала посвящены творчеству Эдварда Мунка – блестящего живописца, графика, театрального художника, мастера ксилографии, офорта и литографии. Мунк работал во Франции, где испытал влияние Гогена, Тулуз-Лотрека, Ван Гога; на его мировоззрение оказали воздействие А. Стриндберг, К. Гамсун и другие скандинавские писатели-символисты. Драматизм сюжетов своих картин Мунк черпал из собственной жизни и личных впечатлений. Однажды вечером он шел по дороге: с одной стороны вставали городские дома, а с другой тяжело плескались свинцовые воды фьорда. Художник чувствовал себя усталым и больным. Остановившись, он посмотрел на фьорд: садилось солнце, тучи становились кроваво-красными… Так родилась картина «Крик» (1893), в которой Мунк попытался выразить крик природы. Хранящийся ныне в Национальной галерее в Осло «Крик» стал лучшей и наиболее известной работой Мунка. Она предвосхитила рождение экспрессионизма, став своеобразным манифестом этого движения, называемого иногда «искусством крика».

Э. Мунк. Крик. 1893 г.

Другим шедевром Мунка является картина «Больная девочка» (1885–1886). Моделью для художника послужила его сестра Софи. Известны пять вариантов этой картины; оригинал хранится в Национальной галерее в Осло. Здесь же можно увидеть другие работы художника: «Тет-а-тет» (1885), «Улица Лафайет» (1891), «Пепел» (1894), «Автопортрет с сигарой» (1895), «Девушки на мосту» (1899), «Танец жизни» (1899–1900).

В Национальной галерее в Осло можно широко познакомиться с искусством лучших норвежских живописцев XIX – первой половины XX в.: пейзажиста и мариниста Амалдус Кларина Нильсена (1838–1932); живописца и графика Юхана Кристиана Клаусена Даля (1788–1857), основоположника норвежского национального пейзажа (в Национальной галерее выставлены его лучшие полотна «Вид на Фортундаль» и «Стальхейм. Пейзаж с радугой»); Эрика Теодора Вереншёлля (1855–1938), автора жанровых картин, многочисленных портретов, пейзажей иллюстраций к народным сказкам и легендам.

Собрание норвежской скульптуры 1800–1900-х гг. насчитывает приблизительно 900 работ. Творчество зарубежных ваятелей представлено преимущественно работами шведских и датских скульпторов. Музей располагает также небольшой коллекцией античных подлинников (около 140 скульптур и их фрагментов) и собранием гипсовых копий работ старых мастеров, от античности до эпохи Возрождения.

В феврале 2003 г. Национальная галерея вошла в Национальный музей искусства, архитектуры и дизайна, объединивший четыре основных музея Осло: Национальную галерею, Норвежский музей архитектуры, Музей современного искусства и Музей декоративных искусств и дизайна.

Польша

Национальный музей в Варшаве

Национальный музей в Варшаве – главное художественное собрание Польши. Мысль о его создании родилась еще во второй половине XVIII в., в годы правления короля Станислава Августа Понятовского (1764–1795). Первоначальный план, выдвинутый в 1767 г., предусматривал организацию Академии изящных искусств, и при ней – национального музея, Museum Polonicum. Идея эта так и не получила воплощения, а функции музея приняли на себя картинная и скульптурная галереи в Королевском замке в Варшаве. Это было очень богатое собрание: его каталог, составленный в 1795 г., насчитывал 2289 картин, в том числе пять работ Рембрандта, и множество скульптур, гравюр, рисунков, предметов декоративно-прикладного искусства. В последующие годы из-за бурных политических событий эта коллекция в значительной мере была распылена.

Все это время идея о создании Национального музея не умирала в среде польской общественности, однако обретать зримые очертания она начала только в середине XIX в. И вот 20 мая 1862 г. был утвержден устав варшавского Музея изящных искусств. Первоначально он носил образовательный характер, а его коллекции включали в себя не только картинную галерею и собрание рисунков, но и нумизматику, предметы из археологических раскопок, исторические реликвии и т. п. В последующие годы собрание музея существенно пополнилось за счет пожертвований и покупок; в частности, в его состав вошло собрание картин, принадлежавшее Школе изящных искусств Пьетро Флорентини и насчитывавшее около 200 полотен.

В первые годы существования музея приоритет отдавался приобретению работ старых европейских мастеров, прежде всего голландских и фламандских, а также итальянской и французской живописи. Только на рубеже XIX–XX вв. музей обратился к произведениям старых и современных польских художников и скульпторов. Расширение профиля музея способствовало значительному увеличению его коллекций. Между тем с первых дней своего существования музей отчаянно нуждался в помещении. В 1862–1938 гг. его экспозиция меняла свое местоположение около пятидесяти раз, кочуя из дома в дом. Первый проект здания будущего музея разработал в 1913 г. архитектор Стефан Шиллер, однако он не понравился властям. Решено было объявить конкурс на лучший проект музея, но тут вспыхнула Первая мировая война.

В 1916 г., в свете грядущего провозглашения независимости Польши, Музей изящных искусств был переименован в Национальный музей. В 1921 г. городской совет Варшавы утвердил его новый статут и новое название, причем было решено, что отныне собрание музея будет только художественно-историческим; все непрофильные коллекции со временем были выделены в отдельные музеи, либо поступили в другие музейные собрания.

В конкурсе на лучший проект здания Национального музея, проведенном в 1926 г., победителем стал архитектор Тадеуш Тольвинский (1887–1951). Спустя годы в основание будущего музея был заложен первый камень. В 1931–1932 гг. открылись два боковых крыла, а в 1938 г. – основное здание. 18 июня 1938 г. музей был торжественно открыт.

Вторая мировая война, вспыхнувшая 1 сентября 1939 г., нанесла музею тяжелый урон. Во время боев за Варшаву в сентябре 1939 г. сотрудники укрыли все самые ценные экспонаты в подвалах, благодаря чему они были спасены от налетов немецкой авиации. Когда гитлеровские войска вошли в поверженную польскую столицу, в музее появились сперва сотрудники гестапо, а за ними – представители специально созданной Гитлером комиссии. Началось планомерное разграбление художественных сокровищ, в результате чего музей лишился, в частности, «Портрета молодого человека» Рембрандта. И хотя работа по поиску и возвращению художественных ценностей, похищенных гитлеровцами из Национального музея в Варшаве и других польских музеев, началась уже в 1944 г., часть экспонатов так и не удалось вернуть.

Здание Национального музея также сильно пострадало в результате военных действий. В 1947–1952 гг. его галереи открывались постепенно, по мере завершения реставрации. В послевоенные годы собрание музея существенно пополнилось; в частности, в 1972 г. открылась Галерея Фараса, где представлены произведения раннехристианского искусства из Верхнего Египта и Нубии, найденные польскими археологами, работавшими в Египте и Судане в 1960-х гг. под руководством известного египтолога профессора Казимежа Михаловского.

В настоящее время собрание Национального музея в Варшаве насчитывает около 780 тыс. экспонатов, демонстрирующихся в семи постоянных галереях: древнего искусства, Фараса, средневекового искусства, зарубежной живописи, польской живописи, польского искусства XX в. и польского декоративного искусства. Помимо этого в музее регулярно проводятся различные временные выставки.

Экспозиция галереи древнего искусства посвящена культуре Древнего мира и охватывает период в три тысячелетия. В секции Древнего Египта демонстрируются материалы из совместных польско-французских раскопок в Эдфу: сосуды из камня, глины и бронзы, надгробные стелы; саркофаги и погребальный инвентарь из Дейр-эль-Медины – дар французского Института восточной археологии в Каире, египетские древности из частных собраний семьи Чарторыйских (статуэтка Анубиса, погребальная маска из папье-маше и маленькие бронзовые фигурки) и Тышкевичей (Книга мертвых). Культура древнего Ближнего Востока представлена месопотамскими печатями и табличками с клинописью, ассирийскими рельефами и луристанскими изделиями из бронзы. В 1995 г. музей приобрел коллекцию ценных памятников из раскопок польских археологов в Телль-абу-Хафур и Джессе эль-Гарби (Сирия). Раздел искусства Древней Греции охватывает период X – I в. до н. э. и включает в себя весьма представительное собрание аттических ваз, в числе которых – гидрия с самым древним из дошедших до наших дней изображением Сафо. Искусство Древнего Рима представлено в основном скульптурными портретами I–III вв., изделиями из стекла и бронзы.

Св. Анна. Деталь фрески из Фараса

Памятники, демонстрирующиеся в галерее Фараса, открытой в 1972 г., представляют собой результаты раскопок польской археологической миссии, принимавшей участие в крупномасштабной международной операции по спасению древних памятников Нубии, организованной под эгидой ЮНЕСКО в 1960–1964 гг., когда в связи со строительством Асуанской плотины возникла угроза гибели сотен ценнейших древнеегипетских храмов и археологических памятников. Открытие Фараса (ныне – территория Судана), несомненно, явилось важнейшим вкладом польских археологов в нубийскую кампанию. В настоящее время Фарас покоится на дне Нила на глубине около 40 м, но в VII в. он был столицей северной Нубии. Среди целого комплекса религиозных и светских зданий, погребенных в толще песка, экспедиция польского Центра археологии Средиземноморья во главе с профессором Казимежем Михаловским обнаружила большой раннехристианский собор, поражающий своим великолепием. Его стены украшали более 120 отлично сохранившихся фресок. На одной из них (кон. X в.) изображена мученица Дамиенна, дочь губернатора одной из провинций в дельте Нила. Приняв христианство, она умерла мученической смертью в 284 г., в период гонений на христиан во времена императора Диоклетиана. На другой фреске, относящейся к тому же периоду, апостол Петр стоит позади темнокожего епископа Петра, положив руки ему на плечи в знак своего покровительства (Петр, нубиец по происхождению, был епископом Фараса в 974–999 гг.). Фреска начала XI в. изображает Мариана, епископа Фараса в 1000–1036 гг., с характерным оливковым цветом кожи; рядом с ним – Богородица с Младенцем на руках. Все эти фрески находятся теперь в Национальном музее в Варшаве.

Среди наиболее интересных работ, обнаруженных при раскопках, была голова св. Анны с приложенным к губам пальцем, как бы призывающей к молчанию, изображение смуглолицей царицы Марфы и пространное изображение Рождества Христова с пастухами и тремя волхвами. Невозможно перечислить все предметы (такие, например, как прекрасный стеклянный потир XI в.), обнаруженные в руинах большого кафедрального собора и комплекса зданий, включающего дворец епарха – начальника области, два монастыря и еще одну церковь. Обнаруженный на стенах церкви поименный список епископов представляет собой одно из важнейших документальных свидетельств присутствия христианства в Нубии.

Таким образом, польским археологам удалось воссоздать доселе неизвестную главу в истории раннехристианского периода Нубии. Раскопки в Фарасе стали своеобразным состязанием со временем. За четыре рабочих сезона (по пять-шесть месяцев каждый) экспедиции удалось спасти наиболее ценные предметы, и среди них не только церковные фрески, которые были сняты и упакованы в ящики, но также и изделия из бронзы, керамика, надписи и надгробия епископов вместе с захоронениями. Едва экспедиция успела запаковать ящики к отправке, как воды Нила поднялись до холма, где велись раскопки. Несколько месяцев спустя лишь вершины нескольких пальм, возвышающихся над водой, указывали на то место, где стоял Фарас.

Результаты раскопок были разделены между польской и суданской сторонами, и Национальный музей в Варшаве стал владельцем уникальной коллекции африканской средневековой религиозной живописи VIII–XIV вв., насчитывающей более 60 картин. Помимо этого в экспозиции представлены элементы архитектурного художественного оформления собора, древние надписи и стеклянные сосуды из Фараса и Донголы.

В семи залах галереи средневекового искусства демонстрируются памятники готического периода, происходящие из всех исторических областей Польши. Большинство их датируется XV в. Особенно примечателен полиптих «Успение и увенчание Девы Марии небесной славой» (ок. 1390 г.), происходящий из часовни замка в Грудзёнзе и созданный под влиянием чешской живописи, лидирующей в ту пору в Центральной Европе. «Иерусалимский триптих» (ок. 1490 г.) из церкви Девы Марии в Гданьске принадлежит к иной школе живописи, на которую в значительной степени повлияло искусство Нидерландов. Два зала посвящены искусству Силезии второй половины XIV – начала XV в. Помимо монументальных культовых образов («Пьета», 1370; полиптих «Святая Барбара» из Вроцлава, 1477) здесь демонстрируются картины, служившие объектами частного поклонения (маленький дорожный алтарь путешествия из церкви урсулинок, образ Христа, ок. 1400 г.). Трагическое «Распятие» из церкви Тела Христова во Вроцлаве создано под влиянием богословия средневековых мистиков, призывавших верующих духовно участвовать в мученичестве Христа. Примером стиля, названного «прекрасным» и оказавшим заметное влияние на скульптуру и живопись многих областей Польши, может служить картина «Благовещение» (ок. 1480) из церкви Святой Елизаветы во Вроцлаве. Завершают экспозицию галереи памятники начала XVI в., в которых уже заметно влияние ренессансного искусства.

Галерея зарубежной живописи представляет лучшее в Польше собрание европейского искусства XIV–XVIII вв. Оно составляло важную часть экспозиции уже в 1862 г., когда Национальный музей только что был создан. В коллекции очень полно представлена итальянская живопись, включая полотна Боттичелли («Мадонна с Младенцем, Св. Иоанном Крестителем и ангелами»), Тинторетто («Потрет адмирала») и караваджистов. Весьма разнообразны представленные жанры: мифологические и библейские сюжеты (Лука Джордано, Бернардо Строцци), портретная живопись (Джиоакиммо Ассерто), натюрморт (Джузеппе Рекко), пейзаж (Пьетро Темпеста (Питер Мулиер), Марко Риччи), венецианские городские ландшафты – ведуты (Микеле Мариески). Отдельный зал посвящен французской живописи XVIII в. (Ж.-Б. Удри, А. Ватто, Ж.-М. Наттье, Ж.-Б. Грез).

Варшавский музей обладает неплохой коллекцией нидерландской и немецкой живописи XV–XVI вв., а также голландской и фламандской живописи XVII в. Среди ранних работ нидерландских художников особенно примечательно полотно «Мученичество Святого Криспина» Аарта ван ден Боссе и алтарь Святого Рейнольда работы антверпенского мастера Йос ван Клеве – самый ценный памятником «северного Ренессанса» в варшавской коллекции. Ряд работ создан под влиянием итальянского искусства (триптих Мартена ван Хемскерка «Се, человек» и бронзовая скульптура «Бичевания Христа» Адриена де Врие). Немецкая живопись представлена в первую очередь несколькими работами Лукаса Кранаха. В зале Рембрандта экспонируются как несколько полотен этого великого мастера, так и картины его учеников, включая известную работу Карела Фабрициуса «Воскрешение Лазаря». Зал фламандской живописи демонстрирует все богатство художественной жизни Южных Нидерландов XVII в., в том числе полотна школы Рубенса «Мадонна с Младенцем» и «Святое семейство со Св. Иоанном Крестителем, его родителями и ангелами» Якоба Йорданса; коллекцию «северных караваджистов», где выделяется шедевр Хендрика тер Брюггена «Давид, играющий на арфе». Сюжетное разнообразие включает в себя архитектурную живопись, представленную полотном «Интерьер церкви Святого Бавона в Харлеме» Питера Янса Санредама, натюрморты Виллема Хеда, пейзажи Саломона ван Рейсдаля и жанровые сценки Яна Стена и Филипса Ваувермана.

Выставленная в девяти больших залах коллекция польской живописи насчитывает около 7 тыс. работ, относящихся к XVI – середине XX в. Преобладают в этом собрании полотна XIX в. Уникальная картина XVI в. «Битва при Орше» знаменует рождение батального жанра в польском искусстве. Художественные работы братьев Теодора и Кшиштофа Лубенецких писались несомненно под влиянием живописи малых голландцев. Работы XVIII в. создавались под патронажем просвещенного короля Станислава Августа и других представителей польской аристократии. Здесь экспонируется ряд портретов короля и придворных, принадлежащие кисти Марчелло Баккьярелли и Яна Лампи, а также галантная живопись Жана-Пьера Норблена и ведуты Бернардо Белотто (Каналетто). Историческая живопись – доминирующая тенденция в польском искусстве XIX в. – представлена монументальными полотнами выдающегося художника Яна Матейко («Битва при Грюнвальде», 1878). Богатую традицию академической живописи отражают работы таких известных художников, как Александр Кокулар, Владислав Чахорский и Генрих Семирадский. Реалистические тенденции, усилившиеся во второй половине XIX в., отражают полотна художников, прежде всего связанных с Мюнхенской академией искусств: Ю. Брандта, М. Герымского, А. Хмелевского, Ю. Хелмонского, Ю. Фалата и А. Герымского. Импрессионистское течение в польском искусстве представлено картинами В. Подковинского, Ю. Панкевича и Л. Вычулковского. Декоративность ар-нуво пронизывают работы выдающегося мастера польского модерна Юзефа Мехоффера. Основные тенденции в польском искусстве начала XX в. характеризуют импрессионистско-символистские пейзажи Яна Станиславского, живопись Владислава Слевинского и великолепные работы Яцека Мальчевского, одного из самых крупных художников современности, талант которого знатоки сравнивают с талантами Пикассо или Дали. Три отдельных зала посвящены творчеству выдающихся трех польских мастеров рубежа XIX–XX вв.: Станислава Выспянского, Ольги Божаньской и Витольда Войткевича.

Я. Матейко. Битва при Грюнвальде. 1878 г.

Галерея польского искусства XX в. представляет работы, созданные в 1900–1949 гг., давая обзор всех основных художественных тенденций этого периода. В семи ее залах посетители могут познакомиться с живописью группы формистов (А. и З. Пронашко, Т. Неселовского, Р. Витковского, С. Виткевича, Л. Хвистека, Т. Чижевского), капистов (Ю. Чапского, А. Нахт-Самоборского, П. Потворовского, З. Валишевского), художников, представляющих различные направления авангардизма (K. Кобро, В. Стржеминского, Х. Берлеви, Х. Стажевского, М. Щуки), группы львовских художников, тяготевших к сюрреализму (M. Влодарского и др.), «краковской группы» и ее послевоенных продолжателей (T. Бжозовского, Т. Кантора, М. Яремы) и тех живописцев, кто тяготел к традициям народного искусства (Я. Щепковского, З. Стрыеньски). В пяти залах галереи польского декоративного искусства – керамика, ювелирные изделия, часы, гобелены, фарфор, мебель XVI – начала XX в. Национальный музей обладает крупнейшей в Польше академической научной библиотекой художественных каталогов, книг по истории искусства и прекрасной коллекцией старинных карт и гравюр.

Музей в Вавельском замке

Вавельский замок – одна из самых знаменитых королевских резиденций Европы. С самого начала своего основания он был тесно связан с судьбой Польши, вместе с ней переживал периоды расцвета и славы, поражений и неудач. Значительный ущерб наносили Вавелю и многочисленные пожары.

Первые королевские собрания, о которых имеются достоверные сведения, возникли в XVI в. – во время правления последних двух королей из династии Ягеллонов, известных своим меценатством. Широкой славой пользовалось собрание гобеленов короля Сигизмунда Августа. Согласно завещанию короля, это собрание стало общедоступным. Он распорядился, чтобы после смерти его сестер собрание тканей перешло в собственность Речи Посполитой – «во всеобщее пользование». Обладал король и весьма значительной картинной галереей, состоявшей, по предположениям некоторых историков искусства, только из портретов. Многие бесценные предметы покинули Вавель как королевские подарки, как часть приданого или наследства. Так, во время бракосочетания Зофии Ягеллонки с герцогом Брауншвейгским она получила в приданое шпалеры из коллекции своего отца, короля Сигизмунда.

Значительные коллекции были собраны и польскими королями из династии Ваза. Известно, например, что легат папы римского в 1596 г. привез королю Сигизмунду III несколько итальянских картин, а в конце XVI в. в Вавель прибыл испанский посол с картинами и гобеленами. Сигизмунд III приобретал художественные ценности и на Востоке, и в странах Западной и Южной Европы (главным образом, в Италии и испанских Нидерландах). Приобретение картин, гобеленов и всяческих редкостей (египетские мумии, индийские изделия из перьев и т. д.) велось через сеть многочисленных агентов. Так, например, по королевскому поручению купец Сефер Муратович отправился в Персию, чтобы заказать там ковры, шатры и сабли. Он взял с собой рисунки гербов и королевских инициалов, которые должны были быть вытканы на коврах и помещены в орнамент оружия.

Король Владислав IV, сын Сигизмунда III, посетив Нидерланды, свел знакомство с Рубенсом. После смерти великого художника польский королевский дом приобрел большое количество его картин. Владислав IV вел переписку и с Галилеем, а потом купил у него некоторые оптические приборы.

В результате войн и других трагических событий, переживаемых Польшей, Вавельский замок постепенно ветшал, а к началу XVIII в. превратился почти в руины. Новый музей был организован в Вавельском замке лишь в 1918 г. Сейчас здесь постоянно хранится Коронная сокровищница (три первых века существования польского государства национальные регалии хранились в Вавеле временно). Она значительно пополнилась в 1572 г. после смерти последнего Ягеллона, оставившего ценнейшую коллекцию произведений искусства и драгоценностей, которую он собирал в течение долгих лет с любовью и со знанием дела. Но уже с начала XVII в. богатства сокровищницы начали понемногу таять, а самое сильное ее опустошение приходится на конец XVII в. Однако, несмотря на длительный период войн, нашествий и оккупаций, в ней долгое время в нетронутом виде сохранялись коронационные регалии. Среди них было пять корон: первая – главная, вторая – коронационная, третья употреблялась при чествованиях, четвертая – венгерская и пятая – шведская. В Коронной сокровищнице находились еще четыре скипетра, пять держав и два коронационных меча – «Щербец» и «Сигизмундовский».

Крыши Вавельского замка

Конец сокровищнице положил третий раздел Польши и кратковременная оккупация Вавеля прусскими войсками. По приказу прусского короля Фридриха Вильгельма II коронационные регалии были вывезены сначала во Вроцлав (Бреслау), а потом в Берлин. Золото предназначалось для чеканки монет, а драгоценные камни и жемчуг – для продажи.

Сегодня в старинных готических залах королевской сокровищницы, где своды скрепляют замковые камни с гербами Ягеллы и Ядвиги, снова разместились королевские регалии и драгоценности, собранные здесь в первой половине XX в. Особенно ценными среди них являются предметы, связанные с польскими королями или членами королевской семьи, а также экспонаты, имеющие ценность в связи с историческими событиями или прославленными людьми (например, шишак виленского воеводы Миколая Радзивилла Черного). Центром экспозиции служит меч «Щербец» – коронационный меч польских королей; традиция связывает его с Болеславом Храбрым. Помещенный в витрине и подсвеченный холодным светом люминесцентных ламп, он кажется висящим в воздухе. И хотя историки впервые называют его лишь в связи с коронацией на Вавеле Владислава Локетка, о чем напоминает готический щит с орлом Пястов на острие меча, – все же молчаливым доказательством более древнего происхождения меча остается романская гравировка на его рукоятке. Рядом – изысканно орнаментированный, золоченый ренессансный меч Зигмунта Старого, которым король посвящал в рыцари. Громадная хоругвь с государственным гербом Польши – также немой свидетель коронаций польских королей – единственная из богатств сокровищницы, не покидавшая Вавель в годы гитлеровской оккупации и остававшаяся все это время в надежном укрытии.

В этой части замка собрана также первоклассная коллекция оружия разных эпох – начиная с древнейших копий и щитов. Фоном для старинного оружия и орудий служат древние стены из нетесаного камня и грубого кирпича. Наверху, под самым сводом, висят копии знамен войск, одержавших победу над крестоносцами на Грюнвальдском поле: эти копии были выполнены по приказанию Яна Длугоша, первого историка Польши.

Коллекцию оружия отличают как полнота, так и высокое качество экспонатов. Вот некоторые из них. Шлем «хундсгугель» – редко встречающийся тип шлема, который помнит еще битву под Грюнвальдом. Доспехи, полированные и черненые, XV–XVI вв.; среди них – единственная сохранившаяся полностью польская кольчуга, защищавшая все тело с головы до ног. Копье и латы польских гусар, знаменитой «крылатой конницы» XVII в., наводившей ужас на противника. «Крылатыми» называли всадников неспроста: к тяжелым доспехам на плечах воина или к седлу коня были прикреплены два железных каркаса, в которые втыкались ряды металлических «перьев».

В залах Вавельского замка выставлены и великолепные статуи, живописные полотна, старинная мебель. Многочисленные посетители могут увидеть кабинет средневекового алхимика, открыты для обозрения Тронный и Посольский залы. Потолок последнего был декорирован резными кессонами с 194 полихромными головами, вырезанными из липового дерева. Предположительно, они изображали членов королевских династий, надменных вельмож и пажей, бородатых поэтов и ученых, старинных рыцарей и воинов, почтенных бюргеров и изящных придворных дам. Были среди них и аллегорические персонажи – «Голова с бараньими рогами», «Голова с крыльями» и др. Мастерство в передаче индивидуальных черт лица, причесок, головных уборов, деталей костюма демонстрирует высокий профессионализм художника, выдвигая его грандиозный «вавельский пантеон» в ряды выдающихся памятников польского Ренессанса. Время не пощадило «Вавельские головы». После раздела Польши в XVIII в. след большинства из них теряется, множество было отправлено в императорскую резиденцию в Вену. В 1831 г. часть коллекции отправили из Кракова в Варшаву, а потом в Москву, где она хранилась до 1918 г. После революции советское правительство возвратило Польше многие культурные ценности, в том числе и «Вавельские головы».

Знаменитые резные кессоны Посольского зала вдохновили польского скульптора Ксаверия Дуниковского на создание цикла «Вавельские головы» (1925–1929). Работа была начата по предложению известного реставратора Адольфа Шишко-Богуша, возглавлявшего реставрационные работы на Вавеле. У него возникла мысль заполнить пустующие кессоны потолка Посольского зала. Однако в процессе работы Дуниковским был создан совершенно самостоятельный цикл портретов.

Главным сокровищем парадных залов королевского дворца остаются аррасы – огромная коллекция гобеленов, получивших свое название по имени французского городка Аррас, славившегося в XIV–XV вв. производством гобеленов (термин этот был принят не только в Польше, но и во всей Европе до второй половины XVII в.). Эта коллекция, некогда принадлежавшая королю Сигизмунду Августу, уникальна: как никакая другая в мире, она была именно не собрана, а создана по единому заказу, одним центром ткачества, для единого по замыслу ансамбля интерьеров и, естественно, относится к одной эпохе. Коллекция создавалась под бдительным оком королевских поверенных, самолично следивших за работой ткачей в лучших мастерских Фландрии, владельцами которых были такие знаменитые на всю Европу мастера, как Ян Кампенер, Питер ван Эльст, Ян ван Тиген, Биллем Паннемакер. Картины для серии гобеленов на библейские темы – «История рая», «Деяния Моисея», «Потоп», «Вавилонская башня» – созданы самым известным в ту пору художником, Мишелем Коксьеном, прозванным «фламандским Рафаэлем». Прочие аррасы – с пейзажами, с изображениями экзотических зверей и изящных арабесок – выполнены по картинам другого крупного художника того времени, Виллема Тонса. Кроме того, был создан цикл аррасов с гербом и инициалами короля. Искусная композиция, изящество рисунка, тончайшие нюансы колорита – все это ставит вавельские аррасы в один ряд с выдающимися произведениями искусства Ренессанса. С годами коллекция аррасов Зигмунта Августа все же постепенно уменьшалась. Ныне главные серии на библейские темы представлены 130 аррасами, но и это число превышает даже такие богатые собрания, как коллекция аррасов Мадрида и Вены. Кроме того, последние состоят из различных серий, многие из которых оказались в этих собраниях совершенно случайно. Вавельские же аррасы являют собой единый ансамбль, предназначенный специально для интерьера вавельского замка. Их формы и размеры точно соответствуют формам и размерам стен отдельных комнат его и залов.

Национальный музей в Кракове

Национальный музей в Кракове один из крупнейших художественных музеев Польши. Организованный в 1879 г., когда страна была лишена государственности и разделена, он стал первым национальным художественным собранием и вплоть до окончания Первой мировой войны – единственным общедоступным польским музеем.

Начало краковскому музею положила выставка польской живописи, открывшаяся в 1870 г., во время празднования юбилея писателя Юзефа Крашевского. Она занимала всего один зал, располагавшейся на втором этаже Сукенниц – старых торговых рядов, где когда-то торговали сукном. 7 октября 1879 г. краковский магистрат утвердил решение о создании городского музея, в распоряжение которого было выделено два отреставрированных зала на первом этаже Сукенниц. Первое время художественная коллекция насчитывала всего несколько десятков картин, однако благодаря щедрым подаркам, прежде всего частных лиц, она быстро разрасталась. В образованных кругах польского общества считалось весьма патриотичным жертвовать первому национальному музею свои семейные и личные собрания картин, скульптуры, графики, старинные рукописи, предметы декоративно-прикладного искусства, монеты и медали.

Первоначально музей концентрировался в основном на произведениях современного польского искусства. В начале XX в. профиль собрания расширился: в экспозиции появились отделы декоративно-прикладного искусства, нумизматики, оружия и доспехов, археологических и этнографических объектов, документов и исторических реликвий, а также искусства Дальнего Востока. К 1918 г., когда Польша снова стала независимым государством, собрание музея насчитывало около 100 тыс. экспонатов. С 1909 г. его экспозиция размещалась в бывшем военном госпитале на Вавельском холме, построенном австрийскими властями. Однако когда Польша обрела независимость, госпиталь стал собственностью польского государства, и так как его постройки не вписывались в исторический облик Вавеля, было решено его разобрать. Таким образом, музей оставался без подходящего помещения, поэтому одной из первых задач в период после восстановления независимости стала постройка нового здания.

Первый камень в основание будущего музея был заложен 1 июня 1934 г., но начавшаяся спустя пять лет Вторая мировая война прервала работы, и в дальнейшем вплоть до 1970 г. музейная экспозиция размещалась в недостроенном здании. Строительство возобновилось в 1970 г., завершить которое его удалось только спустя 20 лет.

В 1950 г. музей получил статус национального. В том же году к нему в качестве филиала был присоединен музей князей Чарторыйских – самое старое частное собрание Польши, с богатейшими коллекциями шедевров европейского и восточного искусства.

В настоящее время коллекция Национального музея в Кракове насчитывает около 780 тыс. объектов, из них более 300 тыс. принадлежат коллекции музея Чарторыйских. Самые древние экспонаты относятся еще к доисторическим временам, хотя их и немного, так как музей обычно не собирает археологические артефакты, за исключением классической археологии. Ядро коллекции – польское искусство XIV – XX вв. (живопись, скульптура, графика, декоративно-прикладное искусство); музей обладает и весьма значительным количеством произведений западноевропейских мастеров, а также коллекцией византийского религиозного искусства и чрезвычайно ценным собранием восточного искусства, главным образом японского. Нумизматическая коллекция краковского музея – лучшая в Польше. Помимо произведений искусства музей также обладает обширной библиотекой (включающей старые печатные издания, рукописи и карты) и собранием исторической фотографии, в котором множество старинных видов Кракова.

В главном здании Национального музея ныне размещаются три постоянные экспозиции: польское искусство XX в. (живопись, рисунок, графика и скульптура), оружие и мундир, а также выставка художественных ремесел. В здании торговых рядов в Сукеннице – галерея польского искусства XIX в., представляющая произведения художников скульпторов, главным образом связанных с Краковом, в частности Яна Матейко, Юзефа Хелмоньского, Юлиана Фалата, семьи Коссаков. Центр японского искусства находится в современном здании, расположенном на другом берегу Вислы, напротив Вавельского холма. Здесь демонстрируется ценная коллекция японского искусства, собранная в начале XX в. коллекционером и меценатом Феликсом Ясеньским.

Специфика краковского музея состоит в том, что в его структуре имеется ряд мемориальных музеев-филиалов, посвященных отдельным выдающимся деятелям польского искусств: художникам Яну Матейко (1838–1893), Станиславу Выспянскому (1869–1907) и Юзефу Мехофферу (1869–1946). Эти музеи имеют свои собственные экспозиции. Филиалом Национального музея является и знаменитое собрание Чарторыйских.

Музей Чарторыйских

Музей князей Чарторыйских известен тем, что это – самое старое частное собрание Польши, а также двумя знаменитыми шедеврами, хранящимися в его коллекции: «Портрет дамы с горностаем» Леонардо да Винчи и «Пейзаж с добрым самаритянином» Рембрандта.

Музей был основан в 1796 г. княгиней Изабеллой Чарторыйской. Первыми его экспонатами стали трофеи, захваченные у турок в историческом сражении у стен Вены в 1683 г. Княгиня приобрела также собрание герцогов Брабантских, включая их богатую библиотеку, а под влиянием модного в ту пору романтизма – множество «памятных» реликвий: стул Шекспира, фрагменты надгробия Ромео и Джульетты, реликвии, связанные с именами Абеляра и Элоизы, Петрарки и Лауры.

В 1798 г. сын Изабеллы, князь Адам Ежи Чарторыйский, приобрел в Италии два выдающихся шедевра: «Леди с горностаем» Леонардо да Винчи и «Портрет молодого человека» Рафаэля, а также множество римских древностей. После поражения польского восстания 1830 г. князь был вынужден бежать за границу. Он осел в Париже, где в 1843 г. приобрел отель Ламбер, в котором организовал музей; в нем экспонировались многие произведения из фамильного собрания Чарторыйских. После смерти князя Адама Чарторыйского собрание перешло к его сыну Владиславу. Он и его сестра Изабелла значительно расширили коллекцию за счет новых покупок, в числе которых были редкие иранские ковры XVII в., этрусские и греческие вазы, римские и египетские древности, лиможские эмали, старинное оружие и доспехи. Князь Владислав демонстрировал свою редкую коллекцию старинных исфаханских ковров на выставке декоративных искусств в 1866 г. в Париже. Критики, рецензировавшие выставку, увидели в графе «происхождение экспоната» слово «Польша» и написали пространные отзывы о прекрасной коллекции польских ковров, или ковров «Полонез». К тому времени, когда ошибка была установлена, название «Полонез» уже вошло в обиход, и теперь даже в специальной литературе исфаханские ковры XVII в. проходят под этим случайно приобретенным названием.

В 1871 г., после поражения Франции во франко-прусской войне, Владислав Чарторыйский уехал из Парижа, забрав с собой всю коллекцию. В 1874 г. магистрат Кракова предложил ему организовать музей в стенах старого краковского арсенала. Старое здание нуждалось в реставрации, и Владислав Чарторыйский пригласил для этих целей известного французского архитектора и реставратора Виоле ле Дюка, однако тот прислал вместо себя своего зятя и ученика Мориса Ураду. В 1878 г. Музей Чарторыйских в старом арсенале открылся для посетителей.

В 1914 г., когда началась Первая мировая война, вдова Владислава Чарторыйского Мария-Людвика вывезла коллекцию в Дрезден. Собрание вернулось в Краков только спустя шесть лет. В августе 1939 г., когда над Европой нависла тень новой мировой войны, сотрудники музея вывезли 16 ящиков с наиболее ценными объектами в Сеняву, а остальную часть коллекции спрятали в глубоких подвалах старого арсенала. Произведения искусства не пострадали от военных действий, но были захвачены гитлеровцами, оккупировавшими Польшу. Музей был закрыт, его хранитель погиб в концлагере. А 25 января 1940 г. 85 наиболее важных экспонатов из собрания Чарторыйских были отправлены в Дрезден. Доктор Поссе, полномочный представитель Гитлера, решил, что все они достойны того, чтобы быть частью личной коллекции фюрера. Другую часть собрания присвоил Ганс Франк, немецкий губернатор Польши и личный друг Гитлера. В январе 1945 г., когда немцы оставляли Краков, Франк вывез картины в Силезию, а затем отправил их на свою виллу в Нойхаусе на берегу озера Шлирзее. Когда 4 мая американцы арестовали Франка, среди изъятых у него ценностей были полотна «Дама с горностаем» и «Пейзаж с добрым самаритянином». Однако «Портрет молодого человека» и еще 843 произведения искусства из собрания Чарторыйских так и не были найдены и до сих пор числятся в розыске.

После войны музей Чарторыйских был национализирован. В 1991 г. он согласно правилам реституции был возвращен прежним владельцам, и ныне им управляет Фонд Чарторыйских, основанный князем Адамом Каролем Чарторыйским. В 1990-х гг. в музей удалось вернуть три экспоната, ранее считавшихся утерянными, и в их числе – персидский ковер «Полонез» XVII в.

Собрание живописи в музее Чарторыйских, насчитывающее около 400 полотен, – одно из лучших не только в Польше, но и в Европе. Всемирную славу музею принес «Портрет дамы с горностаем» Леонардо да Винчи (ок. 1485 г.). Установлено, что на этой картине, написанной в необыкновенно изящной манере, изображена Чечилия Галлерани, возлюбленная князя Людовико Сфорца, правителя Милана. Художник написал ее портрет в ту пору, когда жил при миланском дворце. Эта картина, наряду со знаменитой Моной Лизой, – одна из лучших работ художника.

Поморский музей в Гданьске

Национальный Поморский музей в Гданьске занимает постройки старинного францисканского монастыря, выстроенного в позднеготическом стиле в первой половине XV в. В 1555 г., во времена Реформации, монахи уехали из города, передав здания городским властям при условии, что они будут использоваться исключительно в академических целях. Позже здесь размещалась муниципальная библиотека, «академическая гимназия» (школа грамматики). В середине XIX в. скульптор Рудольф Фрайтаг (1845–1868), собиратель старины, обратился к прусским властям с предложением организовать музей в историческом здании монастыря, которое к тому времени находилось уже в весьма ветхом состоянии.

Музей, первоначально называвшийся Городским музеем Данцига (Stadtmuseum), открылся в 1872 г. Основу его коллекции составили наследство антиквара Иоганна Готфрида Клозе (1794–1868) и собрание бывшего городского Музея художественных ремесел. В дальнейшем фонды музея пополнялись за счет покупок и частных даров. Раздел средневекового искусства разросся преимущественно за счет пожертвований от церквей; большая часть изделий декоративно-прикладного искусства поступила от местных организаций, главным образом ремесленных гильдий, а также из частных коллекций.

В конце Второй мировой войны здание музея было более чем наполовину разрушено, коллекции рассеяны: некоторые оказались эвакуированными в глубь Германии, другие вывезены в окрестности Гданьска. Значительная часть довоенных собраний была утрачена (так, музей полностью лишился нумизматической коллекции, коллекции изделий из янтаря и собрания дальневосточного искусства), пострадали библиотека и музейный архив. Тем не менее в 1948 г. возрожденный из пепла музей открылся вновь. Позднее его экспозиция была расширена за счет возвращения части пропавших во время войны художественных сокровищ из ГДР и СССР и передачи ряда экспонатов из Национального музея в Варшаве, а также за счет новых приобретений. В 1950 г. музей переименовали в Поморский, а в 1972 г. он получил статус национального.

Собрание музея состоит из нескольких отделов: старинного искусства, современного искусства, этнографии, фотографии. В его структуру входит также выставочный зал «Зеленая брама». Филиалами Поморского музея являются Музей национального гимна в Бендомине и Музей шляхетских традиций в Ваплеве-Велькем. Центральная часть экспозиции – отдел старинного искусства – располагается в старом монастыре францисканцев, остальные отделы занимают различные здания, расположенные по всему городу.

Экспозиция отдела старинного искусства (XIII – первая половине XX в.) на редкость разнообразна и включает в себя коллекции польской и европейской живописи, рисунка и графики, скульптуры, изделий декоративно-прикладного искусства: мебели, ювелирных изделий, изделий кузнечного ремесла, тканей и гобеленов.

Главное сокровище музея – всемирно известный шедевр Ханса Мемлинга «Страшный суд». Этот большой запрестольный образ художник создал между 1467 и 1471 гг. по заказу Анжело Тани, главы Брюггского отделения банка Медичи. Завершена была работа уже после того, как этот пост занял другой тосканский банкир, Томазо Портинари. Образ предназначался для церкви Бадии во Флоренции, основанной Козимо Медичи, однако он так и не прибыл к месту назначения.

Х. Мемлинг. Страшный суд. 1467–1471 гг.

«Страшный суд, – одно из самых известных произведений Ганса Мемлинга, созданных в ранний период его творчества. Композиция центральной части основана на композиции аналогичного алтарного образа, написанного Рогиром ван дер Вейденом несколькими десятилетиями ранее. Однако пластика фигур у Мемлинга отличается большей свободой, а трактовка сюжета – меньшим драматизмом. В то же время мастерская техника, использование ярких и глубоких цветов позволили художнику создать произведение исключительной красоты.

Центральная часть триптиха организована как бы в двух регистрах. Внизу крылатый архангел Михаил в сияющих латах, в развевающемся плаще взвешивает на огромных весах души грешников, восстающие из могил. Над ним изображен Христос на троне, в ярком малиновом плаще, окруженный сиянием многоцветной радуги, рядом с ним – Дева Мария, Святой Иоанн Креститель и апостолы. По углам – ангелы держат в руках символы страстей Христовых. Другие ангелы, парящие между небом и землей, возвещают о том, что пробил час Страшного суда.

Левая панель триптиха изображает спасенные души, которые святой Петр встречает у подножия хрустальной лестницы, ведущей в рай. На противоположной створке – черти с радужными крыльями гонят в ад толпы грешников, сталкивая их в бездну…

История этого шедевра Мемлинга на редкость захватывающа. Томазо Портинари отправил триптих Мемлинга из Брюгге на бургундском галеоне «Святой Матвей». По пути к Италии судно было вынуждено взять курс на один из портов Англии. Между тем как раз в это время шла англо-ганзейская война, и корабли Ганзейского союза блокировали побережье Великобритании. В их числе была и каравелла «Петр из Гданьска», которой командовал капитан Павел Бенеке (Гданьск [Данциг] тоже входил в числе городов Ганзейского союза). 27 апреля 1473 г. «Петр из Гданьска» захватил шедший из Брюгге бургундский галеон и разграбил его груз – сукна, ковры и пряности. Добыча была по справедливости разделена между командой и владельцами каравеллы – Яном Сидинхусеном, Тидеманном Валандтом и Генрихом Нидерхоффом. Найденный в трюме захваченного корабля «Страшный суд» Мемлинга было решено пожертвовать гданьской церкви Пресвятой Девы Марии. Несмотря на протесты семейства Медичи, ходатайства Карла Смелого, герцога Бургундии, и папы римского Сикста IV, шедевр Мемлинга остался в Гданьске. Впрочем, сами горожане даже не представляли, что автором «Страшного суда» является именно Мемлинг, и долгое время авторство триптиха приписывали Яну ван Эйку, а позднее – другим нидерландским мастерам. Только в 1843 г. было твердо установлено подлинное имя автора.

В 1717 г. в Гданьске появился русский царь Петр I. Одна из целей его приезда заключалась в том, чтобы заставить городской магистрат выплатить наложенную на город год назад контрибуцию – 200 тыс. рублей, а также заставить город прекратить торговлю и прочие сношения со Швецией. Другая цель носила частный характер: Петр хотел лично увидеть «Страшный суд», о существовании которого узнал за год до этого. Начался торг: городской магистрат оценивал картину в 100 тыс. рублей, Петр готов был выплатить за нее 50 тыс. в счет полагавшейся контрибуции. В итоге сделка не состоялась. Существует легенда, будто бы Петр пригрозил отцам города, что возьмет картину силой, на что получил ответ: «Хочешь – грабь, но сами не отдадим». Перед лицом европейского общественного мнения Петр не рискнул прослыть варваром…

В 1807 г. в Гданьск, оккупированный французами, приехал барон Виван Данон, недавно назначенный Наполеоном директором Лувра и по совместительству – полномочный представителем по реквизиции произведений искусства из европейских музеев. Граждане Гданьска не сумели защитить свое сокровище, и «Страшный суд» отправился в Париж. Лишь спустя два г. после окончательного падения Наполеона, 18 января 1817 года, триптих был торжественно возвращен на прежнее место, в церковь Пресвятой Девы Марии.

Новым испытанием для шедевра Мемлинга стала Вторая мировая война. Эвакуированный перед самым окончанием войны из Гданьска, «Страшный суд» уцелел в огне боев и бомбардировок. Обнаруженный частями Советской армией в одном из тайников, устроенных гитлеровцами, он был вывезен в Эрмитаж в качестве военного трофея. А 22 сентября 1956 г. триптих был возвращен в Гданьск вместе с другими произведениями искусства. Ныне он демонстрируется в одном из залов Поморского музея; в церкви Девы Марии находится его копия.

Португалия

Национальный музей старинного искусства в Лиссабоне

Национальный музей старинного искусства в Лиссабоне – крупнейший художественный музей Португалии. Он обладает весьма значительной коллекцией живописи, и его экспозиция наиболее полно отражает историю португальского искусства XII–XIX вв.

История музея начинается с Ретроспективной выставки декоративного португальского и испанского искусства, открывшейся в Лиссабоне в 1882 г. Коллекция ныне самого важного в стране музея была сформирована в основном за счет произведений искусства, происходивших из монастырей, упраздненных согласно либеральному закону 1834 г., и позднее обогатилась за счет покупок и щедрых пожертвований. Ныне музей обладает замечательными коллекциями португальской и зарубежной живописи и скульптуры XII–XVIII вв., изделий золотых и серебряных дел мастеров XII–XVIII вв., гравюр и рисунков XV–XIX вв., португальской и зарубежной керамики, гобеленов, текстиля и мебели.

Основанный в 1884 г., музей располагается в двух соединенных друг с другом исторических зданиях – дворце графов Алвор (XVII в.) и монастыре Санто-Альберто (XVII–XVIII вв.). Монастырская часовня – прекрасный образец португальского барокко XVIII в. Она сама по себе является частью музейной экспозиции, маленьким шедевром декоративного искусства – здесь присутствует и позолоченная резьба по дереву, и глазурованные изразцы, и скульптура.

Признанным шедевром эпохи позднего Средневековья является знаменитый полиптих из монастыря Св. Винсента (1460–1470), авторство которого приписывается Нуньо Гонсалвешу, придворному живописцу короля Афонсо V. На шести больших панелях изображено 60 портретов представителей всех слоев тогдашнего португальского общества. Центром композиции является фигура св. Винсента – небесного покровителя Лиссабона, которому пришли выразить почтение все городские сословия.

После работ Гонсалвеша и его современников самую интересную часть экспозиции составляют работы фламандских и немецких художников XV–XVI вв. – Мемлинга, Кранаха, Дюрера, Гольбейна Младшего и, конечно, Иеронима Босха; его фантастический триптих «Искушение Святого Антония» (1505–1506) – одно из главных сокровищ лиссабонского музея.

К образу святого Антония Босх возвращался неоднократно. Этот триптих – самая большая и сложная работа, посвященная этой теме. Для Босха святые подвижники, умевшие силой своей веры преодолевать любые испытания и искушения, с предельной полнотой выражали собой героический тип человека. Слово «искушение», вынесенное в название картины, во времена Босха имело более широкое значение, чем теперь. Оно соответствовало некоему реальному действию – не только греховному помыслу, но и непосредственному нападению на человека представителей темных сил. Предание утверждает, что Антоний настолько рассердил сатану своей верностью Богу, что тот поклялся приложить все старания к тому, чтобы сломить веру святого. Для этого он подвергал Антония непрестанным атакам демонов, а когда им не удалось запугать святого, сам явился к нему в образе прекрасной обнаженной женщины.

Верный своему творческому методу, Босх изобразил мир призрачных видений, мерцающих на фоне неба, и отвратительных созданий, ползающих среди мрачных развалин. Эти фантастические образы заключают в себе множество смыслов, и расшифровать их совсем не просто. Левая часть триптиха написана в напряженной красновато-коричневой цветовой гамме, лишь немного смягченной голубоватыми отблесками. С большим трудом можно отыскать фигуру святого Антония, окруженного колдунами.

В разделе европейской живописи XV–XVIII вв. представлены также работы Пьеро делла Франческа, Рафаэля, Тинторетто, Яна Брейгеля Младшего, Антониса ван Дейка, Сурбарана, Риберы, Веласкеса, Пуссена, Дэвида Тенирса Младшего. Музей также располагает очень большой коллекцией португальской живописи XVI – начала XIX в.

В Национальном музее прекрасно представлены изделия золотых и серебряных дел мастеров XII–XVIII вв., как португальских, так и зарубежных. Среди них – золотой крест из Алкобасы и знаменитая золотая дароносица из Белена. Этот шедевр ювелирного искусства создан в 1506 г. для монастыря иеронимитов в Белене из первого золота, привезенного Васко да Гама из Индии. Считается, что автором дароносицы мог быть Жил Висенти (ок. 1465 – ок. 1537). Он вошел в историю как основоположник португальского театра и «отец португальской драмы». Поэт, драматург, актер и композитор-любитель, по основной профессии золотобитчик, он прославился созданием ряда ювелирных украшений. В разделе декоративно-прикладного искусства около 3200 ювелирных изделий, изготовленных португальскими и французскими мастерами XII–XIX вв., мебель из Португалии и других стран Европы, образцы прекрасного фарфора из всех стран мира. О периоде могущества португальской колониальной империи напоминают многочисленные произведения мастеров Бенина, Индии, Персии, Китая и Японии. В музее можно видеть также фламандские гобелены, богатое собрание церковного облачения, итальянскую полихромную керамику и скульптуру.

Россия

Государственный Эрмитаж

В 1718 г. при раскопках в окрестностях Рима была найдена мраморная скульптура богини любви и красоты Венеры. Ее приобрел Юрий Кологривов, посланный в Италию, чтобы наблюдать за обучавшимися там русскими художниками. Однако в то время в этой стране действовал запрет на вывоз иностранцами произведений древних мастеров. Для переговоров в Италию выехал русский дипломат Савва Рагузинский. Дело кончилось тем, что папа Климент XI просто подарил Петру I статую Венеры.

В 1720 г. после долгих странствий по рекам и по суше в специальном «каретном станке на пружинках» статуя прибыла в Петербург. По этому случаю Петр I приказал устроить праздник в Летнем саду. Впоследствии мраморная богиня была выставлена в Таврическом саду, отчего и получила название Венеры Таврической. Она и стала одним из первых произведений, положивших начало коллекции нынешнего Государственного Эрмитажа.

Французское слово «Эрмитаж» означает «уединенный уголок», «приют отшельника». Павильоны с таким названием по образцу Версаля имелись едва ли не во всех садах, дворцах и парках XVIII в. Предназначались они для отдыха и уединения в интимном кругу. Петербургский Эрмитаж – это продолжение Зимнего дворца, он состоит из трех зданий, соединенных между собой галереями на арках. Первое из этих зданий, ближайшее к Зимнему дворцу, было построено в 1765 году.

Рассказывают, что однажды Екатерина II, проходя по залам Зимнего дворца, случайно заметила там картину Рубенса «Снятие с креста». Полюбовавшись полотном, она вознамерилась устроить при своем дворце художественную галерею. С этого времени императрица стала ревностно заниматься осуществлением своей мечты. Она приказала собрать лучшие художественные произведения из многочисленных загородных дворцов, а также отправила в большие европейские города агентов, которые на аукционах приобретали все, что можно было найти лучшего по части живописи, ваяния, нумизматики, археологии и пр.

Государственный Эрмитаж располагается в здании Зимнего дворца в Санкт-Петербурге

Датой основания галереи Эрмитажа принято считать 1764 г., когда в Петербург прибыла первая крупная партия картин западноевропейских художников. Это была коллекция берлинского купца Гоцковского, состоящая из 225 полотен. Гоцковский усердно скупал и собирал произведения искусства для прусского короля Фридриха II. Однако Семилетняя война настолько истощила королевскую казну Пруссии, что Фридрих II отказался от покупки коллекции, и ее приобрела русская императрица. Постепенно Екатерина II увеличивала свой «пустынный уголок» и собирала в него всевозможные сокровища – картины, камеи, медали, составила в нем прекрасную библиотеку.

Она добивалась славы «просвещенного монарха» и щедрого мецената, потому не скупилась на покупку произведений искусства. Так, например, еще Петр I приобрел в Голландии небольшую коллекцию гемм для Кунсткамеры. Но Екатерина II пошла дальше и создала в Петербурге гигантский кабинет «антиков», как в то время называли всякие резные камни. Размах приобретений царицы был настолько велик, что она сама в шутку окрестила его «обжорством», «камейной болезнью», а свое огромнейшее собрание гемм – «бездной».

«Болезнь» началась в 1799 г., когда в Риме умер живописец А. Р. Менге. Екатерина II приобретала не только его полотна и картоны, но и камею «Персей и Андромеда». Эту камею художник А. Р. Менге привез из Испании, где она испанскому королю показалась слишком дорогой. Своего художественного агента Гримма императрица извещала: «Камея с изображением Персея и Андромеды торжественно помещена в музее в нижнем этаже покоев… Она, в самом деле, близка к совершенству».

К концу XVIII в. в Эрмитаже находилось уже свыше 10 тыс. гемм. «Моя маленькая коллекция резных камней такова, что вчера четыре человека с трудом несли две корзины с ящичками, в которых заключалась едва ли половина собрания, – сообщает императрица Гримму. – Это были те корзины, в которых у нас зимой носят дрова». Самой знаменитой камеей Эрмитажа является «Камея Гонзага» работы неизвестного мастера. Она вырезана из трехслойного агата, который древние называли «сардониксом». Создана камея была в III в. до н. э. в Александрии. На ней изображены профили Птолемея Филадельфа, правителя эллинистического Египта, и его жены Арсинои. Первые упоминания об этой камее относятся к XVI в., когда она принадлежала Изабелле д’Эсте, супруге правителя итальянского города Мантуи герцога Людовико Гонзага, отсюда и название камеи. Великий фламандский живописец П. П. Рубенс, страстный коллекционер резных камней, называл эту камею «прекраснейшей в Европе». На протяжении веков эта «вещица» путешествовала из страны в страну, из рук в руки. В 1814 г. камеей владела Жозефина Богарне, первая жена Наполеона Бонапарта, она и подарила в Париже Александру I этот резной камень. Царь передал «Камею Гонзага» в Эрмитаж.

Вскоре «Эрмитажный павильон» уже не мог вместить все коллекции, и архитектор Фельтен присоединил к нему в 1775 г. новое трехэтажное здание. Нижний этаж его со времен царствования Николая I служил залом заседаний Государственного Совета. В двух других расположились картинная галерея, а также коллекции камей, медалей, драгоценных камней, эстампы, собрание минералов. Галерея эта была воздвигнута по точному образцу (в размерах и украшениях) знаменитых лоджий Ватикана. Великолепные произведения были списаны на полотне в самом Риме.

Третье здание, воздвигнутое в 1788 г. архитектором Кваренги, с двумя первыми соединено сводом, перекинутым через Зимнюю канавку, вытекающую из реки Мойки. В нем располагался Эрмитажный театр.

В 1772 г. на судне «Ласточка» в Кронштадт прибыл в 17 деревянных ящиках драгоценный груз, который отправил из Франции знаменитый философ Дени Дидро. Сам страстный любитель искусства, он купил для русской императрицы картины из знаменитой коллекции Жозефа-Антуана Кроза и барона де Тьера. Так в Эрмитаже навечно поселились «Даная» и «Святое семейство» Рембрандта, «Мадонна с безбородым Иосифом» Рафаэля, «Юдифь» Джорджоне, портреты кисти Ван Дейка, «Даная» Тициана и другие картины. В настоящее время Эрмитаж располагает одной из богатейших коллекций произведений Рембрандта, в которую входят 24 картины, почти все офорты и несколько рисунков великого художника. Они собраны в отдельном зале, открывающемся небольшой картиной «Старик-воин», изображающей человека, которого принято считать отцом Рембрандта. Продолжают коллекцию знаменитые «Флора» (портрет Саскии, жены художника, написанный в годы женитьбы), «Даная», «Святое семейство», «Возвращение блудного сына», «Портрет старика в красном».

В отдельном зале собраны и произведения Питера Пауля Рубенса. Среди них «Снятие с креста» – одно из ранних монументальных полотен мастера, «Пир у Симона фарисея», «Союз Земли и Воды». К периоду зрелого творчества относится «Портрет камеристки», среди поздних монументальных произведений – «Вакх».

По повелению Екатерины II была приобретена и библиотека Вольтера – вскоре после смерти философа. Она состояла из 6800 томов, в том числе в ней было 37 рукописей. Книги находились в прекрасном состоянии и в том самом виде, в каком ими пользовался философ в своем Фернейском замке. Стараниями Вагнера, секретаря Вольтера, все было сохранено в целости. Даже многочисленные бумажные закладки были в тех самых местах, где их оставил Вольтер.

П.-П. Рубенс. Вакх. 1638–1640 гг.

Если Петр I старался привлечь в Кунсткамеру всякого посетителя, то Эрмитаж с самого начала был типичным музеем закрытого типа, совершенно недоступным для широкой публики. «Эрмитаж – не публичный музей, а продолжение императорского дворца», – так охарактеризовал его в 1802 г. граф Д. П. Бутурлин, один из первых директоров Эрмитажа. Сама Екатерина II в письме о приобретении коллекции резного камня писала: «Всем этим любуются только мыши и я».

Для публики Эрмитаж стал доступен только в 1852 г., когда Николай I торжественно открыл «Императорский Музеум» – первый в России художественный музей. Но хотя музейные коллекции и были выделены в отдельную музейную половину, Эрмитаж оставался продолжением царских апартаментов. В музейных залах, среди произведений искусства, часто устраивались различные увеселения и празднества, что вредило картинам, требующим специальных условий хранения.

Кроме того, Николай I ввел специальные «оградительные правила». Печаталось ограниченное количество билетов, «чтобы избежать большого числа посетителей». Дабы посетить музей, студенты Училища живописи и ваяния должны были писать прошения на имя директора Эрмитажа. Художник В. Г. Перов в своих воспоминаниях приводит пример такого прошения: «Имею надобность сделать копии с некоторых картин, находящихся во вверенном Вам втором отделении Императорского Эрмитажа, а потому покорнейше прошу Ваше превосходительство приказать выдать мне билет для входа и копирования».

К бесценным сокровищам Эрмитажа относится коллекция древнего золота, начало которой было положено еще в петровские времена. В конце XVII в. в приалтайских степях, между Иртышом и Обью, промышляли «бугровщики» – искатели ценностей в надмогильных курганах («буграх», как их тогда называли). Многое из найденного кладоискателями безвозвратно погибло, было переплавлено в слитки. Однако довольно значительную часть золотых изделий приобрел уральский заводчик Никита Демидов и в 1715 г. преподнес их в дар по случаю рождения сына Екатерине – супруге Петра I.

Заинтересовавшись этими древностями, Петр I издает указ собирать «старые вещи» и делать чертежи, «как что найдут». И потекли в столицу новые находки. Так сложилась Сибирская коллекция Петра Великого. В нее входит более 250 великолепных украшений – ажурные пряжки и застежки, спирально изогнутые браслеты и гривны, перстни и серьги, а также бляхи от конских сбруй.

В середине XIX в. найденные в Крыму сокровища образовали ядро всемирно известной коллекции «Древности Боспора Киммерийского». А в 1897 г. на одной из улиц Майкопа раскопали скифский курган, сокровища которого тоже пополнили коллекцию Эрмитажа. В могиле вождя одного из прикубанских племен лежало множество драгоценнейших украшений. Голову умершего венчали две золотые диадемы с розетками, шею обвивали ожерелья из золотых, сердоликовых и бирюзовых бус. Из другого кургана, Куль-Оба, происходит роскошная золотая гривна, витой обруч которой украшен инкрустацией из синей эмали и пластичными фигурками скифских всадников.

Памяти Петра I в Эрмитаже посвящен отдельный Петровский зал. Своды его расписаны золотым узором, в который искусно включены короны, двуглавые орлы и латинские вензели. На боковых стенах зала размещены две картины, написанные на холсте – «Полтавский бой» и «Сражение под Лесной». На переднем плане каждой картины изображен Петр Великий на коне. В глубине зала на щите помещен парадный аллегорический портрет, созданный итальянским художником Амикони в 1730 г. На портрете русский царь изображен на фоне моря и кораблей, в сопровождении Минервы – римской богини мудрости и войн. Под портретом стоит трон, сделанный в Лондоне в начале XVIII в. Спинка и сиденья трона обиты бархатом, на котором золотыми нитями вышиты двуглавые орлы. С потолка Петровского зала спускается серебряная люстра, вдоль стен стоят серебряные столы и торшеры.

Среди сокровищ Эрмитажа находится и самая большая ваза России, да и не только России! Колыванская ваза весит 19 т; она сделана из огромной глыбы серо-зеленой яшмы по рисунку архитектора А. Мельникова. Мастера Колыванской гранильной фабрики работали над ней в течение четырнадцати лет и закончили ее в 1843 г.

Чтобы доставить в Петербург драгоценный груз с Алтая, понадобилась повозка, в которую впрягли 160 лошадей. Уложенная на специально спроектированные телеги, ваза начала свой путь из Барнаула в Петербург по рекам Чусовая, Кама, Волга, Шексна. Благополучно добравшись до Зимнего дворца, ваза заняла специально построенный для нее зал, который стал называться Залом большой вазы. А саму вазу стали называть Колыванской по месту ее изготовления. Высота «Колыванского чуда» более 2,5 м, размер овальной чаши – 5×3,25 м, но кажется она удивительно легкой и изящной.

Русский музей

Невозможно точно сказать, когда и у кого впервые возникла мысль о создании музея русского искусства. Все началось с первой большой художественной коллекции – Эрмитажа, в который попадали и некоторые произведения русских живописцев. Но собрание русских картин, имевшееся в Эрмитаже до создания Русского музея, располагалось только в двух залах. Картины размещались без всякой системы, да и выбор их был случайным. В других дворцах, особенно в Царскосельском, бесценные собрания старинных картин были почти недоступны публике.

О необходимости иметь в столице собрание картин русских живописцев впервые задумался Павел I. В Михайловском замке он поместил шесть огромных полотен, представляющих историю страны от Дмитрия Донского до самого Павла. Однако систематического собирания русской живописи долгое время не было, хотя отдельные попытки частного характера делались постоянно.

В 1826 г. художник-романтик Павел Свиньин открыл в своем петербургском доме небольшой музей русского искусства. На первом этаже были выставлены скульптуры Козловского и Щедрина, на втором – полотна Д. Г. Левицкого, О. А. Кипренского, А. Г. Венецианова. Но жизнь этого музея, как и многих других частных музеев, была короткой.

Санкт-Петербург. Государственный Русский музей

Довольно активно идея организации музея русского искусства обсуждалась в середине XIX в. Об этом неоднократно писал и говорил В. В. Стасов, а писатель И. А. Гончаров в 1874 г. выступил в печати с проектом создания в Москве музея национального искусства. Но в первопрестольной еще в царствование Александра II был основан Публичный музей. В него вошло великолепнейшее собрание Румянцевского музея, включавшее приобретенную в 1865 г. картинную галерею Ф. И. Прянишникова – директора почтового департамента, который одним из первых стал собирать картины отечественных художников. В 1893 г. была открыта Московская городская художественная Галерея братьев Третьяковых. Все эти события ускорили появление в столичном Петербурге, не желавшем ни в чем уступать Москве, Государственного музея национального искусства.

Легенду об основании Русского музея часто еще связывают с картиной И. Е. Репина «Николай Мирликийский избавляет от смерти трех невинно осужденных». Император Александр III приобрел эту картину с 17-й выставки Товарищества передвижников, и она, по свидетельству одного из современников, «вызвала… в Государе мысль, тогда же им и высказанную: основать всенародный музей, в котором сосредоточивались бы все лучшие произведения русского искусства».

В отличие от национальных собраний Европы, Русский музей с самого начала задумывался как монархический. И вот 13 апреля 1895 г. царский курьер доставил в Сенат пакет, в котором содержался Высочайший указ об учреждении в Михайловском замке «Русского музея императора Александра III». Спустя три года музей распахнул свои двери для публики.

В одном из залов музея заняла свое место картина-эпопея Карла Брюллова «Последний день Помпеи», и зал как будто озарился заревом разгневанного Везувия, взметнулся «Девятый вал» И. К. Айвазовского; жеманная невеста отвернулась от жениха-майора на картине П. А. Федотова; грозно шагнул скульптурный «Ермак» М. М. Антокольского, а над письмом турецкому султану «захохотали» репинские «Запорожцы»…

Первые древнерусские иконы появились в музее еще в дни его создания. Они перекочевали сюда из коллекции историка М. П. Погодина и церквей Михайловского дворца. В 1913 г. собрание икон пополнилось великолепнейшей коллекцией известного историка и искусствоведа Н. П. Лихачева, в которой было до 1500 экспонатов. Они и составили золотой фонд отдела древнерусского искусства.

В Русском музее находятся четыре иконы, к которым прикасалась рука самого Андрея Рублева. И рушатся временные и исторические преграды, когда смотришь на лики его апостолов Петра и Павла, которые первоначально были выполнены (совместно с Даниилом Черным) для Успенского собора во Владимире. Перед глазами посетителей предстают не просто святые, а святые мыслители – люди добрые и мудрые…

И. К. Айвазовский. Девятый вал. 1850 г.

Из XII в., из глухой монашеской кельи, явился «Ангел Златые Власы». Создавший его безымянный иконописец был большим художником, его «Ангел» представляет собой образ вечной и нетленной красоты. В его огромных, мечтательных глазах светится вечный огонь чистоты и юности. А порой икона становилась чудесным сплавом искусства и истории. Такова икона XV в. «Осада Новгорода суздальцами» – подлинный шедевр древнерусской живописи.

Иконы выставлены в музее в нескольких больших и светлых залах. Они не прижаты друг к другу, не громоздятся сплошными рядами. Вокруг каждой из них – воздух, каждая манит к себе, сосредоточивая на себе внимание зрителя. Золотом и серебром сверкает все собрание, и древнерусское искусство сияет здесь полным своим блеском

До 1917 г. Русский музей пополнялся только за счет частных приобретений и пожертвований. После революции, когда произошло перераспределение ценностей, Русский музей «поглотил» целые частные коллекции и даже музеи (например, собрание Академии художеств).

В 1926 г. сюда поступили произведения русского авангарда из закрытого Музея художественной культуры, а затем и сокровища из ограбленных монастырей и храмов. Правда, ни то ни другое не вошло в постоянные экспозиции, а долгое время хранилось в запасниках.

Кроме живописных полотен в Русском музее находятся скульптуры, прекрасные коллекции графики и образцы прикладного искусства. Это хранилище столь велико и обширно, что его сокровищ достаточно, чтобы открыть отдельные музеи – например, Павла Филонова, Николая Рериха, Александра Бенуа и многих других мастеров живописи.

Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера)

Вот уже без малого три века набережную Невы в историческом центре Санкт-Петербурга украшает увенчанное высоким куполом здание Кунсткамеры – старейшего музея России. Ныне оно стало символом Российской Академии Наук. В его залах расположилась экспозиция Музея антропологии и этнографии, носящего имя своего основателя.

Основу собрания Кунсткамеры составили личные коллекции Петра I, собранные им преимущественно во время заграничных путешествий. Западную Европу Петр впервые посетил в 1697 г., отправившись за границу в составе великого посольства. Здесь он познакомился с кабинетами «кунштов» – всевозможных редкостей. Банки с заспиртованными уродцами тут соседствовали с коллекциями старинных монет, чучела птиц и скелеты зверей – с собраниями минералов. Почти полтора года прожил Петр за границей. Еще тогда он начал покупать книги, инструменты, приборы, оружие, анатомические препараты, гравюры, отправляя их в Россию. Позже, бывая в Европе, царь неизменно приобретал для своей коллекции новые экспонаты – как отдельные предметы, так и целые собрания. Среди них наиболее известна коллекция Альберта Себы – «славное собрание животных четвероногих, птиц, рыб, змей, ящериц, раковин и других диковинных произведений из Ост и Вест-Индии». В 1717 г. Петр за 30 тыс. гульденов приобрел у голландского профессора Фредерика Рюйша его знаменитую анатомическую коллекцию.

Первое время личное собрание Петра I и коллекции по анатомии и зоологии хранились в Аптекарской канцелярии в Москве. В 1714 г. их перевезли в Санкт-Петербург и разместили в залах Летнего дворца. Хранителем («надсмотрителем редкостей и натуралиев») царского «Кабинета редкостей» – Кунсткамеры – был назначен Иоганн Шумахер, а сам кабинет находился в ведении президента Аптекарской канцелярии Роберта Арескина.

В 1718–1719 гг. по всей стране были разосланы указы Петра I «О приносе родившихся уродов, так же найденных необыкновенных вещей», предписывающие «собирать и сдавать губернаторам за вознаграждение все, что зело старо и необыкновенно». И потекли в Петербург всевозможные диковинки и редкости. Везли все: птиц, животных, рыб, травы и коренья, образцы минералов, предметы домашней утвари и одежду, старые рукописи. В архиве Академии наук сохранилось сопроводительное письмо, в котором перечислялись необычные монстры, привезенные из Москвы на двух возах. Среди них:

«1. Барашки. У одного – восемь ног; у другого – три глаза, два туловища и шесть ног (присланы из Тобольска).

2. Младенец с тремя ногами (прислан из Нижнего Новгорода).

3. Младенец с двумя головами (из Уфы).

4. Младенец с глазами под носом, а уши – под шеей (из Нежина).

5. Младенец с рыбьим хвостом, родившийся в Москве».

Но главным источником пополнения собраний Кунсткамеры стали знаменитые «академические экспедиции» первой половины XVIII в., связанные с именами Даниила Готлиба Мессершмидта, Герарда Фридриха Миллера, Петра Палласа, Иоганна Георга Гмелина, Степана Крашенинникова и другие известных ученых той поры. Свою Кунсткамеру Петр I рассматривал не только как собрание любопытных редкостей, но и как инструмент просвещения. Так, говоря о приобретенной коллекции уродцев, Петр подчеркивал ее просветительское значение: «Невежды, чая, что такие уроды родятся от действия дьявольского через ведовство и порчу, чему быть невозможно, но от повреждения внутреннего».

Санкт-Петербург. Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого

В 1718 г. за связь с опальным царевичем Алексеем был казнен адмиралтейств-советник А. В. Кикин, и царская коллекция были переведена в его освободившийся дом неподалеку от Смольного монастыря – знаменитые «Кикины палаты». А в 1727 г. Кунсткамера переехала в новое здание на Васильевском острове. В 1718 г. его специально для этих целей начал строить архитектор Георг-Иоганн Маттарнови, а завершали постройку Николай Гербель, Гаэтано Кьявери и Михаил Земцов. Полностью здание Кунсткамеры было готово к 1734 г. Ныне оно принадлежит к числу немногих сохранившихся памятников архитектуры Петербурга первой трети XVIII в.

При жизни Петра I и вплоть до 1727 г. вход в Кунсткамеру «лицам всякого звания» был закрыт. Немногочисленными посетителями царского музея были преимущественно иностранные дипломаты. В 1724 г., после смерти Петра, Кунсткамера перешла в ведение Академии наук, а спустя три года, когда здание на Васильевском острове уже было почти достроено, двери музея впервые распахнулись для широкой публики.

Согласно воле Петра I, вход в Кунсткамеру был бесплатным: поощряя тягу к знаниям, Петр считал, что «надлежит охотников приучать и угощать, а не деньги с них брать». Посетителям Кунсткамеры предлагались «кофе и цукерброды», их кормили закусками и поили венгерским вином. Гостей музея встречали «суббиблиотекарь» или другие служители, которые любезно водили их по всем комнатам и показывали им редкости с кратким объяснением. Есть свидетельства, что в музей приходило «множество… разного звания народу» и здесь всегда было «великое людство».

В старину и без того причудливые экспонаты любили показывать публике «живописно, художественно». Так, например, скелет сидел, печально подперев челюсть костяшками пальцев. Другой скелет явно намеревался заарканить посетителя сухими кишками, которые, как лассо, были намотаны у него на локтевом суставе. Были в Кунсткамере и живые экспонаты – люди-уроды, которых также демонстрировали публике. «Монстр»-коротышка Фома имел рост 126 см, а на руках и ногах у него было по два пальца, похожих на клешни рака. А великан по имени Буржуа имел рост 2 м 27 см. Петр I сам был высоким и любил высоких людей, ему нравилось, когда Буржуа стоял на запятках его кареты. После смерти Буржуа его скелет и препараты отдельных органов отдали в Кунсткамеру, где они хранятся и поныне.

Коллекции Кунсткамеры разрастались с каждым годом. Однако большая их часть погибла от пожара, случившегося в 1747 г. «Погорела в Академии, кроме немалого числа книг и вещей анатомических, вся галерея с этнографическими коллекциями», – горевал М. В. Ломоносов, очевидец этого события. Стремясь восполнить ущерб, Академия наук разослала по губернским канцеляриям списки утерянных коллекций с просьбой заново собирать вещи, подобные утраченным.

К концу XVIII в. Кунсткамера имела уже довольно значительное собрание экспонатов. Анатомический кабинет насчитывал их 2045, в том числе 179 органов, пораженных различными болезнями. Это служило своего рода наглядным пособием по изучению патологий. Большим числом экспонатов располагали Минералогический и Зоологический кабинеты, а также ботанические коллекции. В путеводителе тех лет с гордостью подчеркивалось: «В нашем хранилище находится не только все, что в иностранных кунсткамерах между редчайшими и достопамятнейшими почитается вещами, но и такие вещи, которых нигде не обретается».

Коллекции музея значительно пополнились этнографическими и естественнонаучными материалами в результате кругосветного плавания экспедиции Ивана Крузенштерна и Юрия Лисянского, а также антарктической экспедиции Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева. Поступали в Петербург и этнографические коллекции из Северо-Восточной Азии, Северной и Южной Америки (коллекции Российско-Американской компании). Особый интерес вызывает коллекция, собранная знаменитым русским ученым и путешественником Николаем Миклухо-Маклаем на Новой Гвинее и островах Океании.

С развитием науки и по мере накопления научных материалов от Кунсткамеры начали отделяться различные научные учреждения: химическая лаборатория, астрономическая обсерватория, ботанический сад. В 1764 г. была создана Академия художеств – в ее ведение отошло все, что было связано с художественными ремеслами и искусством. А в 1830-х гг. на базе Кунсткамеры образовались семь самостоятельных музеев: Этнографический, Азиатский, Египетский, Анатомический, Зоологический, Ботанический, Минералогический и Кабинет Петра I. Часть этих музеев располагалась в двух соседних зданиях на набережной Невы, а Этнографический, Азиатский, Египетский музеи и Кабинет Петра I – в здании Кунсткамеры.

В 1879 г. Этнографический и Анатомический музеи были объединены в Музей антропологии и этнографии, который с 1902 г. (с перерывом в 1918–1991 гг.) носит имя Петра Великого. Музей унаследовал не только коллекции Кунсткамеры, но и ее старинное здание.

В 1992 г. Музей антропологии и этнографии, длительное время существовавший под эгидой Института этнографии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая АН СССР, вновь стал самостоятельным учреждением. В его состав вошел бывший музей М. В. Ломоносова, располагавшийся в здании Кунсткамеры, но являвшийся частью Института истории естествознания и техники. Сегодня собрание Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамеры) является одним из наиболее интересных в мире. Оно насчитывает более 1 млн экспонатов и отражает все многообразие культур народов Старого и Нового Света.

Экспозиция музея рассказывает о происхождении человека, об основных этапах развития человеческого общества и культурных традициях народов мира. В его залах можно познакомиться с уникальной коллекцией произведений декоративно-прикладного искусства Японии, Китая, Полинезии, Австралии, увидеть макеты жилищ, предметы домашнего и хозяйственного обихода, ремесленные изделия, материалы, рассказывающие о быте и традициях народов Африки, Азии, Австралии, Океании, Северной и Южной Америки и Дальнего Востока. А на постоянной выставке «Из собрания первого русского музея – Петербургской Кунсткамеры» представлены первые экспонаты музея из коллекции Петра I, личные вещи императора, гипсовая копия посмертной маски и слепок с оттиска его руки.

Государственный музей-заповедник «Царское Село»

В начале XVIII в. на месте нынешнего Царскосельского дворца располагалась небольшая усадьба, окруженная лесами и пустошами. По-фински она называлась Саари-мойс («мыза на возвышенном месте»), а по-русски – Сарская мыза. Когда в 1703 г. был основан Петербург, Петр I начал жаловать расположенные вокруг строящегося города земли своим приближенным. Сарская мыза первоначально была отдана генерал-губернатору Ингрии и Карелии А. Д. Меншикову, а в 1710 г. «отписана» на супругу царя Екатерину Алексеевну.

В 1717 г. по проекту архитектора И. Браунштейна здесь начали строить первый каменный дворец. Названный по имени императрицы – Екатерининский – он первоначально представлял собой небольшое, крытое гонтом двухэтажное здание. Перед дворцом на искусственно насыпанных земляных уступах разбили сад с парниками и оранжереями, а к западу от дворца был устроен зверинец – отгороженный участок леса, где содержались лоси, кабаны и зайцы для царской охоты. Императорское новоселье торжественно отпраздновали в августе 1724 г. Новую загородную резиденцию вскоре стали называть Царским Селом.

Царское Село. Екатерининский дворец

В 1744–1748 гг., в правление императрицы Елизаветы Петровны, Царскосельский дворец был перестроен по проекту архитектора Андрея Квасова. Однако главные работы в Царском Селе связаны с именем знаменитого архитектора Франческо Бартоломео Растрелли (1700–1771). Сын итальянского скульптора, переселившегося в Петербург при Петре I, к 1750-м гг. он был уже широко известен великолепными постройками в Киеве, Митаве и Петербурге. В Царском Селе мастерство Растрелли проявилось с особой силой.

В 1752–1756 гг. Растрелли заново перестроил Екатерининский дворец. Его фасады, протянувшиеся в длину более чем на 300 м, получили новую архитектурную обработку: огромное количество колонн, пилястр и скульптурных фигур придают дворцу необычайно нарядный и торжественный вид. Стены были окрашены в лазоревый цвет, лепные и резные украшения позолочены. На отделку дворца пошло около 100 кг золота. К сожалению, его интерьеры были практически уничтожены в годы Второй мировой войны и в послевоенные годы были восстановлены заново.

В южной половине дворца выделяется грандиозный Большой зал площадью 846 кв. м. Его стены прорезаны двадцатью четырьмя стеклянными дверями и окнами верхнего яруса. Пышная резьба по дереву, покрытая позолотой, является главным украшением зала. Простенки заполняют зеркала в пышных резных рамах. Роспись плафона была исполнена итальянским мастером Джузеппе Валериани (оригинал не сохранился; восстановлена в 1950–1960-х гг.).

Залы Парадной анфилады также созданы по проектам Растрелли. В их число входила и широко известная Янтарная комната, которая была единственным в мире образцом применения янтаря для декоративной отделки стен. Картинный зал дворца освещается двенадцатью стеклянными дверями и окнами, расположенными в два яруса. Сверкающие золотом двери, украшенные фигурами Минервы и кариатид, огромный плафон, изображающий простор неба, где на облаках восседают античные боги, живописный декор стен и узорный паркет из цветного дерева гармонично сочетаются с хранящейся здесь коллекцией произведений западноевропейской живописи XVII – начала XVIII в. Среди них полотна известных голландских и фламандских мастеров – Эмануэля де Витте, Адриана ван Остаде, Давида Тенирса, Яна Бота, Давидса де Гема и Яна Фейта, а также картины французских и итальянских художников – Жана Марка Наттье, Жака Куртуа, Жака Бланшера, Луки Джордано, Антонио Балестры и др.

С 1780 г. в Царском Селе работал выдающийся шотландский архитектор Чарлз Камерон (1740–1812), приехавший в Россию в 1779 г. В Царском Селе он создал знаменитую Камеронову галерею с «Агатовыми комнатами». По чертежам Камерона создавались интерьеры южных залов дворца, которые сегодня носят название Камероновых комнат. Они отличались особенной изысканностью оформления. Для отделки опочивальни императрицы и примыкающего к ней Синего кабинета («Табакерки») было применено лиловое и ярко-синее стекло в обрамлении золоченой бронзы. В верхнюю часть стен вмонтированы изящные барельефы на античные сюжеты, исполненные знаменитой английской фабрикой «Веджвуд». Для оформления Лионского зала использовали ляпис-лазурь. В Арабесковом зале Камерон ограничился лепкой и декоративной росписью с легкой золотой подсветкой, достигнув при этом исключительного изящества и стройности архитектурного образа.

Зеленая столовая – одна из наиболее интересных комнат, созданных Камероном. Светло-зеленые стены покрыты белыми лепными рельефами в виде лиственных гирлянд, ваз, скульптурных фигур. Убранство зала дополняют медальоны с танцующими амурами и барельефы на мифологические сюжеты. Весь лепной декор был создан скульптором И. П. Мартосом.

В начале XIX в. в Царском Селе работал В. П. Стасов. В 1817 г. им были созданы Парадный, или Мраморный, кабинет и несколько смежных с ним комнат. После пожара 1820 г., причинившего северной половине дворца большой ущерб, Стасов возглавил работы по реставрации всех пострадавших помещений, в том числе интерьеров Растрелли и Камерона. С большой точностью восстанавливая своеобразие архитектуры своих предшественников, он проявил себя художником большого дарования. К сожалению, анфилада комнат, созданная по проектам Стасова в восточной части дворца, также погибла во время войны.

Последняя крупная постройка Царского Села – Александровский дворец – связана с именем архитектора Дж. Кваренги (1744–1817). В начале XIX в. в одном из флигелей Екатерининского дворца было размещено закрытое учебное заведение – Лицей, в котором воспитывался А. С. Пушкин.

Со времен Елизаветы Царское Село служило летней императорской резиденцией. После 1917 г. дворцово-парковый ансамбль был превращен в музей. В 1937 г., в столетнюю годовщину со дня гибели А. С. Пушкина, Царское Село получило свое современное название – Пушкино.

Во время Второй мировой войны дворцовый ансамбль Пушкина очень сильно пострадал. В огне пожара погибла значительная часть Екатерининского дворца, лишь в некоторых помещениях уцелели фрагменты архитектурно-декоративной отделки. Были разрушены павильоны, мосты и плотины, вырублено и уничтожено множество вековых деревьев. С 1945 г. велось восстановление дворца с максимальным приближением фасадов к их виду XVIII в. В 1959 г. открылись первые восстановленные дворцовые залы. В январе 1983 г. дворцы и парки Пушкина обрели статус заповедника, который с 1990 г. называется Государственным музеем-заповедником «Царское Село».

Сегодня в собрании музея насчитывается более 20 тыс. экспонатов. В их числе – коллекции живописи западноевропейских художников XVI–XX вв. и русских художников XVIII–XIX вв., собрание русской, западноевропейской и восточной мебели XVIII–XX вв., многочисленные предметы декоративно-прикладного искусства: китайский, западноевропейский и русский фарфор XVIII – начала XX в., западноевропейские и русские фаянсовые изделия XVII – начала XX в., стекло и янтарь, художественный металл и коллекции оружия, принадлежавшего российским императорам, военные мундиры и гардероб царской семьи, ковры, портьеры, образцы тканей. Книжное собрание включает в себя редкие издания XVI–XIX вв. и книги из библиотек Екатерининского и Александровского дворцов, принадлежавшие российским императорам и членам императорской фамилии.

Одно из самых известных сокровищ музея – знаменитая Янтарная комната. Бесследно пропавшая в годы войны, она была заново воссоздана по старым рисункам и фотографиям в 1980–2002 гг. В этой работе приняли участие историки, минералоги – специалисты по янтарю, химики, художники, скульпторы, резчики по камню. В мае 2003 г., в канун 300-летия Петербурга, посетители Екатерининского дворца впервые смогли увидеть возрожденное янтарное чудо.

Новгородский исторический музей-заповедник

Ко времени революции в Новгороде было два музея, почти не отличавшихся друг от друга по названию: Музей древностей и Древлехранилище. Один состоял в подчинении гражданского, другой – церковного ведомства. Кроме названий, они не имели ничего общего, не координировали свою деятельность и даже практически не контактировали, хотя находились рядом – оба в кремле, через дорогу. Первый музей был основан в 1865 году; второй возник незадолго до революции, в 1913 г.

Великий Новгород. Собор Св. Софии

Основателем Музея древностей был священник Н. Г. Богословский, редкий по уму, широте культурных интересов и прогрессивности взглядов деятель, не пользовавшийся признанием своего духовного начальства. Ему Новгород обязан не только основанием музея, но и Публичной библиотеки. Музей древностей числился в ведении Губернского статистического комитета и размещался в специально приспособленной для этих целей Златоустовской башне кремля.

Уже подступы к музею и площадка перед входом в него подготавливали зрителя к тому, что внутри он увидит древности и всякие редкости. Здесь на кирпичных основаниях были размещены крупногабаритные экспонаты, не боящиеся атмосферных воздействий: каменные кресты, каменные метательные ядра, каменная гробница, просто камни редкой формы, упавший с неба метеорит, три пушки из Кириллова монастыря, два бронзовых льва из аракчеевской усадьбы «Грузино». В первых двух залах музея, самых больших, без всякой системы были размещены иконы, большое количество медных литых и резных образков и складней, древнерусские кольчуги и шлемы, рыцарские латы, пищали, арбалеты, кремневые и барабанные пистолеты, бердыши, секиры, шпаги, сабли, кивера.

В двух других залах музея, а также на лестнице и площадках в самых неожиданных сочетаниях размещались старые железные двери, весы, гири, коллекция валдайских колокольчиков, ртутный барометр, деревянные и лубочные изделия, предметы из археологических раскопок: кремневые скребки, наконечники стрел и копий, бронзовые бусы, подвески, браслеты, а также гравюры и литографии с видами Новгорода, случайные портреты и картины. Среди этой массы экспонатов, без всякой системы накопленных музеем за полвека его существования, были предметы выдающегося значения. Они до сих пор занимают почетное место в экспозиции новгородского музея.

Второй музей, Древлехранилище, находился напротив Музея древностей, в Епархиальном доме. Основой для его создания послужили церковные древности, собранные к XV Всероссийскому археологическому съезду, состоявшемуся в Новгороде в 1911 г. Много старых, вышедших из практического употребления предметов присылали в музей городские и сельские священники. В отношении научности экспозиции этот музей мало чем отличался от первого, разве что был однороднее по составу. Оставаться бы и ему еще одним бесславным провинциальным собранием «церковной старины» – деревянных фонарей, оловянных сосудов, медных кадил и лампад и прочего вышедшего из употребления церковного реквизита, если б не участие в судьбах музея крупных специалистов, столичных ученых, с самого открытия вовлеченных в круг его радетелей. Академики А. И. Соболевский и В. Н. Перетц, профессор Д. В. Айналов, плеяда его учеников – В. К. Мясоедов, Л. А. Мацулевич, Н. Л. Окунев, Н. П. Сычев, А. И. Анисимов – способствовали обогащению музея многими действительно ценными, зачастую первоклассными памятниками древнерусской живописи, прикладного искусства, рукописями, составившими новгородскому Древлехранилищу заслуженную славу.

Новая жизнь новгородских музеев началась после 1917 г. С одной стороны, им предстояло включиться в массовую просветительскую работу, принять тысячи новых посетителей, с другой – обеспечить хранение и использование огромного количества хлынувшего в них после революции нового материала. Экспонаты поступали и из закрытых церквей и монастырей (в городе и в его округе их было бесчисленное множество), из помещичьих усадеб и частных коллекций. Ряд знаменитых древних храмов: Спаса на Нередице, Николы на Липне, Болотова, Ковалева, Федора Стратилата, Рождества на Красном поле, соборы Юрьева и Антониева монастырей – также отошли в ведение музейщиков.

Одним из первых шагов стало объединение коллекций обоих новгородских музеев и замена старомодного названия «Музей древностей» на новое – «Исторический музей». Экспозиция была приведена в более стройный вид, подчиненный некоторому, хотя и не очень строгому на первых порах, плану. Радикально перестроить музей и по-новому организовать всю экспозицию мешал крайний недостаток места. И в начале 1920-х гг. музей переехал в просторные залы бывших архиерейских покоев, примыкавших к Софийскому собору и включавших в себя знаменитую Грановитую палату.

В 1920–1930-х гг. коллекции музея постоянно расширялись за счет новых поступлений. В предвоенные годы число экспонатов достигло 5 тыс., среди которых насчитывалось более 4 тыс. произведений древнерусского искусства. Развитие музея прервала война, нанесшая Новгороду неисчислимые утраты. Лишь два вагона с музейными ценностями удалось эвакуировать на восток…

Сразу после освобождения Новгорода 20 января 1944 г. началось восстановление музея. В 1958 г. после реставрации в московских Государственных центральных художественно-реставрационных мастерских в Новгородский музей вернулась сохранившаяся часть довоенной коллекции. Своеобразным символом возрождения Новгорода стали спасенные фрески церкви Спаса на Ковалеве, которые на протяжении двадцати лет по фрагментам собирались руками художников-реставраторов А. П. Грекова, В. Б. Грековой и их помощников.

Гордостью Новгородского музея являются сокровища знаменитой Софийской ризницы. Они включают в себя десятки широко известных памятников – Большой и Малый сионы (XI–XII вв.), сосуды-кратиры XII в., реликварии, напрестольные и наперсные кресты, панагии, посохи, облачения, шитые пелены, потиры, дискосы, ковши, кадила, книги в драгоценных окладах. Здесь представлены все виды ювелирной техники: литье, чеканка, гравировка, филигрань, эмаль, чернь. Особый интерес представляет коллекция лиможских эмалей из Антониева монастыря, изготовленных мастерами из далекой Франции.

Большой сион. XII в.

Из всех древнерусских городов Новгород особенно богат археологическими памятниками. Многообразен мир предметов, извлеченных археологами из раскопок средневековых усадеб и построек. За пятьдесят лет количество древних предметов в коллекциях экспедиции достигло 125 тыс. Уникальны письма и документы на березовой коре – знаменитые берестяные грамоты, в изобилии сохранившиеся благодаря исключительным по сочетанию качествам культурного слоя Новгорода. Первая берестяная грамота была обнаружена 26 июля 1951 г., теперь их количество превысило 600. Эти памятники древней письменности свидетельствуют не только о высокой степени распространения грамотности среди горожан, не исключая женщин, но составляют принципиально новый вид исторических источников. Они необычайно расширили круг материалов для изучения истории социально-экономических отношений, политического строя и культуры средневековой Руси. Грамоты на бересте позволили во многом уточнить политическую историю Великого Новгорода, полнее осветить вопросы землевладения, ремесла, торговли, повседневной жизни и быта новгородцев.

Сегодня в фондах Новгородского музея хранятся более 150 тыс. экспонатов. За последние годы обновлены экспозиции в художественном отделе, в Грановитой палате, созданы новые выставки, посвященные открытиям в археологии, архитектуре, монументальной и станковой живописи средневекового Новгорода, истории и реставрации новгородских церквей и соборов; ряд выставок развернут в приспособленных для музейного показа памятниках архитектуры после их реставрации, в музее народного деревянного зодчества «Витославлицы». Музейная выставка археологических находок экспонировалась в Москве, Петербурге и за рубежом.

Оружейная палата

Своим названием Оружейная палата не определяет всего круга хранящихся в ней сокровищ. Как музей старинных царских регалий и коронных одежд, драгоценной золотой и серебряной посуды, древнего царского оружия и трофеев, а также богатой конской сбруи и экипажей, она существует лишь с начала XIX в.

В основу ее легло хранилище сокровищ, принадлежавших московским великим князьям и русским царям, известное еще с 1494 г. Великокняжеская, а позже царская сокровищница находилась в ведении дьяков Казенного двора, который размещался между Архангельским и Благовещенским соборами Кремля. В состав Казенного двора входила и Оружничья палата, где хранилась драгоценная царская броня, а также трофеи и оружие, которое присылали в дар иностранные державы. Это каменное здание было построено вместе с каменными палатами Ивана III. Оно было квадратное в плане, с пирамидальной кровлей и двумя окнами, выходящими на Соборную площадь.

К Казенному двору примыкал Запасной двор – огромное здание, в котором, помимо прочего, хранились запасы парадной одежды: она выдавалась придворным чинам при торжественных царских выходах. Здесь же находилось и оружие для ближнего царского войска.

До перенесения российской столицы в Санкт-Петербург много вещей из московской царской казны выдавалось как награда царедворцам – меха, золотые материи, одежда, оружие, золотые и серебряные сосуды. Из нее же посылались дары иностранным державам и выдавались подарки послам.

С 1511 г. Оружничьей палатой стал заведовать оружейничий, который выбирался из людей знатных и родовитых. В 1654–1676 гг. боярином-оружейничим был Богдан Матвеевич Хитрово – способный и энергичный администратор. При нем мастерские Оружничьей палаты начали свою кипучую деятельность. Для этого со всей России были собраны искусные резчики по металлу, кости и дереву, чеканщики, золотых дел мастера, золотошвейки, живописцы, которые писали иконы, расписывали оружие и знамена, а также пасхальные яйца для царской семьи. Им же поручалось украшать стенной живописью царские палаты, дворцовые церкви и кремлевские соборы.

Москва. Здание Оружейной палаты в Московском Кремле

В дальнейшем Оружничья палата превратилась в Оружейный приказ – своего рода целое министерство, в котором служили разные мастера и ремесленники, занимавшиеся уже не только оружием, но и украшениями, посудой и утварью для царского дома. Оружейная палата стала фамильным музеем династии Романовых. Своего расцвета она достигла при царе Алексее Михайловиче.

Оружничьи мастерские существовали до тех пор, пока Петр I своим указом не перевел всех мастеров в Петербург. Остатки прежней царской роскоши в 1720 г. были собраны в новой Оружейной палате, но к этому времени о ней уже никто не заботился. В 1737 г., во время пожара в Кремле, Оружейная палата сгорела, и в огне погибла большая часть старинной «рухляди». То, что удалось спасти, было свалено в помещениях Житного и Сытного дворов Кремля, мало пригодных для хранения ценностей.

В начале XIX в. царь Александр I приказал отстроить для Оружейной палаты специальное здание на месте бывшего дворца Бориса Годунова. В него и были собраны сохранившиеся остатки царских сокровищ, которые легли в основу нынешней коллекции Оружейной палаты. Но здание это не имело сводов и печей, и древние памятники в холода портились от сырости. А во время войны 1812 г. сокровища Оружейной палаты вывезли в Нижний Новгород, чтобы спасти от Наполеона, однако при переездах растеряли много ценного.

В 1851 г. по распоряжению императора Николая I было построено новое двухэтажное здание, в котором палата размещается по сей день. Это обширное здание соединяется с Кремлевским дворцом крытым переходом на арках.

Одна из лучших коллекций Оружейной палаты конечно же оружейная. В ее Оружейном зале собраны пищали, пистолеты, ружья, мушкетоны, а также щиты, саадаки, стяги и знамена. К числу древнейших экспонатов принадлежат два шлема XIII в. Один из них, вероятно, принадлежал великому князю Ярославу Всеволодовичу, погибшему в 1216 г. в междоусобной борьбе с братьями. Шлем найден близ речки Колокши, на месте Липицкой битвы. Рядом со шлемом находилась кольчуга, от времени превратившаяся в ком ржавого железа.

Собранием знамен занята середина Оружейного зала. Здесь выставлено знамя царя Ивана Грозного, сопровождавшее его в Казанском походе. Это же знамя было с Большим полком в крымском походе князя В. В. Голицына. Здесь можно видеть знамена стрелецких полков XVII в. Входит в коллекцию и знамя князя Д. И. Пожарского, бывшее с ним в походе из Нижнего Новгорода в Москву.

В Оружейном зале выставлена и полная коллекция русских орденов (до 1917 г.). Петр I в 1698 г. учредил первый в России орден – орден Андрея Первозванного. Награждались им за воинские подвиги и государеву службу, «дабы, взирая на сии явные знаки милости и преимуществ, ободрить и к другим храбрым и верным услугам и к прочим подвигам в военное и мирное время». Орден имел одну степень, им награждали только лиц царской фамилии и выдающихся полководцев. Орден носили на широкой голубой ленте через правое плечо, девиз его был «За веру и верность».

В других залах Оружейной палаты экспонируются посольские дары – польские, немецкие, шведские. В витрине с посольскими дарами Швеции центральное место среди 200 различных предметов занимает высокий настольный фонтан, или «водяной завод» (так его называли в старинных документах). Сделал этот невиданный сосуд Петер Ор, гамбургский серебряных дел мастер XVII в. Внизу сосуда помещен отполированный, густо позолоченный шар на фигурных ножках. От него вверх идет широкая высокая трубка, украшенная литыми фигурками дельфинов. К этой трубке прикреплены три ряда тарелочек в виде больших раковин. Завершается фонтан фигурой Юпитера, держащего пучок серебряных молний. Нижний шар наполнялся водой, которая, поднимаясь по трубке вверх, разбрызгивалась из пучка молний в руках Юпитера. Стекая вниз, прозрачные струйки освежали заморские фрукты, которыми заполнялись раковины-тарелки.

В Оружейной палате Московского Кремля хранятся и предметы парадного дворцового церемониала: венцы, скипетры, державы, бармы, короны, троны. Придворный церемониал в средние века имел очень большое значение, в нем видели одно из выражений богатства и мощи государства. Государственные регалии выполнялись из золота талантливыми мастерами, украшались драгоценными камнями. К их числу относится царский венец – знаменитая шапка Мономаха. Согласно легенде, киевский князь Владимир Мономах получил ее от своего деда по материнской линии – византийского императора Константина Мономаха. В духовных грамотах московских царей она упоминалась под названием «золотой», а «мономаховой» она впервые названа в завещании Ивана Грозного.

Мнения ученых о происхождении царского венца различны. Одни считают, что шапка Мономаха выполнена в Византии, другие считают ее произведением арабского или арабско-египетского искусства, а третьи вообще утверждают, что она среднеазиатской (бухарской) работы. Так что загадка шапки Мономаха еще остается не решенной.

Шапка Мономаха – уникальное ювелирное произведение конца XIII – начала XIV в. Тулья ее составлена из восьми золотых пластин, покрытых тончайшим, виртуозно исполненным сложным узором, в котором в единое целое сплелись спиралевидные завитки, шестиконечные розетки и цветки лотоса. Часть этого узора исполнена золотыми ленточками с зернью, часть имеет сверху косую насечку, которая создает иллюзию тонкой крученой проволочки.

Первоначально на шапке имелись жемчужные и золотые подвески, потом шапку опушили собольим мехом, увенчали золотым полусферическим гравированным навершием с крестом, а позднее еще добавили драгоценные камни: рубины, изумруды, сапфиры, турмалины и крупный жемчуг. Шапкой Мономаха венчались на царство все московские князья и цари.

Другой венец – шапка Казанского царства. Может быть, она была изготовлена в честь покорения Казанского ханства в 1552 г., но это опять-таки только предположение. Казанская шапка исполнена с большим мастерством и сочетает в себе восточные и типично московские мотивы. Слегка вытянутая золотая тулья ее покрыта густым резным и черневым орнаментом. Опоясывают тулью три ряда ажурных кокошников-«городков», распространенных в русском прикладном искусстве. Венец ее был увенчан густо-красным камнем – китайской шпинелью (разновидность турмалина). В 1627 г. шпинель заменили крупным желтым топазом, закрепленным между двумя жемчужинами, а китайской шпинелью украсили алмазный венец царя Ивана Алексеевича.

В XVI в. роскошь царского двора в Кремле приводила иностранцев в изумление. По рассказам Ганса Кобенцеля, посла германского императора Максимилиана II, во время приема царь Иван Грозный и его сын сидели в одеждах, усыпанных драгоценными камнями и жемчугом, а на шапках сияли «как огонь горящие рубины, величиной с куриное яйцо». «В жизнь мою не видел я вещей драгоценнейших и прекраснейших, – писал Ганс Кобенцель. – Видел я короны святейшего нашего господина Папы, видел корону и все одеяние короля католического, видел многие украшения короля Франции… Поверьте же мне, что все сие ни в малейшей степени сравниться не может с тем, что я здесь видел».

В 1721 г. Петр I провозглашает Россию империей. Торжественная церемония венчания на царство уступает место столь же торжественному и пышному обряду коронации. Шапку Мономаха уже не возлагали на голову царя, а несли впереди торжественной процессии. Древний венец сменила императорская корона.

Для первой русской императрицы Екатерины I была специально изготовлена корона из позолоченного серебра. А в 1730 г. для императрицы Анны Иоанновны была создана новая корона. Каркас ее состоит из двух полусфер и дужки между ними. Выполнены они из серебряной золоченой сетки, на пересечении линий которой укреплены алмазы. В каждой ромбовидной ячейке помещен серебряный цветок с алмазом в центре. Для украшения короны было использовано 2536 алмазов и более 20 других драгоценных камней.

Непременным атрибутом торжественных церемоний были троны. Наиболее древний трон в коллекции музея Кремля датируется XVI в. По преданию, его привезла из Византии Софья Палеолог, вторая жена Ивана III. Однако документы о нем восходят лишь к тому времени, когда «стул костяной» принадлежал Ивану Грозному. Этот трон сплошь оклеен пластинами слоновой кости, с выразительными композициями на темы библейских сюжетов, фигур мифологических животных. Есть здесь и пластины с военными сценами. Ученые считают, что они были добавлены в 1642 г. при реставрации трона.

Еще в XVI в. Русское государство установило постоянные дипломатические и торговые отношения с Ираном. В 1604 г. иранский шах Аббас I подарил Борису Годунову трон, который сплошь украшен золотыми листами с густым тисненым узором и драгоценными камнями. От иранского шаха получил в подарок трон и Иван Грозный. В начале XVII в. этот трон был переделан для Михаила Федоровича. Восточному трону кремлевские мастера придали форму старинного кресла с высокой спинкой.

Самый дорогой, «алмазный», трон принадлежал царю Алексею Михайловичу. Исполнили его иранские мастера по заказу армянской торговой компании. Трон облицован ажурными пластинами из золота и серебра, украшен алмазами, рубинами и бирюзой. На его украшение пошло более 800 алмазов, которые и определили его название. На боковых стенках сидения помещены полосы иранских миниатюр с изображением птиц, животных, растений и сцен охоты. На черном бархате спинки трона изображены два вышитых аллегорических Гения, держащих жемчужную корону.

Алмазный фонд

Начало коллекции Алмазного фонда было положено указом Петра I об отделении предметов, «подлежащих государству», от многочисленных предметов и изделий дворцового быта с тем, чтобы «отныне они составляли славу и гордость Российского государства». Государственные регалии и наиболее редкие ювелирные украшения хранились в специальном помещении – рентерии, который запирался на три замка, ключи от него находились у трех разных лиц (по одному у каждого). Только по высочайшему распоряжению можно было открыть сокровищницу и достать необходимые для торжества драгоценности. После окончания празднеств все драгоценности вновь водворяли в рентерию.

Позже в рентерию, которая стала называться Бриллиантовой комнатой, продолжали поступать ювелирные изделия и редкие камни со всего мира. В 1914 г., в связи с началом Первой мировой воны, «коронные бриллианты», упакованные в пять ящиков, были перевезены в Москву и спрятаны в подвалах Оружейной палаты, где они и пролежали до 1922 г. В холодные апрельские дни 1922 г. эти пять ящиков были вскрыты. Один из них, прочно перевязанный и с большими сургучовыми печатями, был особенно тяжелым. Академик А. Ферсман, который состоял в правительственной комиссии, впоследствии вспоминал: «Когда опытный слесарь, без ключа, открыл этот ящик, внутри его лежали наскоро завернутые в папиросную бумагу драгоценности русского царя, находившиеся до этого в знаменитой бриллиантовой кладовой Зимнего дворца. Сказки из “Тысячи и одной ночи” об индийских драгоценностях, дворец Аурангзеба, сокровища Надир-шаха в Дели – все померкло перед ярким блеском сверкающих самоцветов».

После перевозки ящиков в государственное хранилище собранию было присвоено наименование «Алмазный фонд РСФСР». А в 1924 г. в Москве открылась выставка Алмазного фонда – сначала только для иностранцев.

В 1930-е гг. над коллекцией коронных драгоценностей нависла угроза распродажи. Часть сокровищ попала на международный аукцион. Среди проданных вещей было десять уникальных диадем. К счастью, другая часть коллекции сохранилась.

Долгое время, почти три четверти века, власть в России принадлежала женщинам. И конечно, они старались придать особенную пышность своим дворам. Ничто для них не было слишком дорогим: ни платья, ни утварь, ни драгоценности. Придворные тоже старались не отстать от русских императриц. Начиная с последних лет царствования Петра I все приезжавшие в Петербург иностранцы поражались количеству и качеству драгоценных камней, сверкавших на придворных дамах.

От первой половины XVIII в. ювелирных вещей осталось сравнительно мало. Так случилось отчасти потому, что и материала тогда было накоплено не очень много, сыграло роль и то, что Анна Иоанновна, ненавидевшая Екатерину I, постаралась уничтожить оставшиеся после нее вещи. То же самое сделала правительница Анна Леопольдовна, которая (по словам придворного ювелира Позье) приказала разломать почти все ювелирные изделия своей предшественницы, чтобы сделать вместо них новые.

Целая группа придворных ювелиров, начиная со знаменитых Позье и Дюваля, обслуживала царский двор. Специальные экспедиции посылались на Урал и в Сибирь – за самоцветами. Сегодня среди ювелирных изделий второй половины XVIII в. в Алмазном фонде хранятся государственные регалии – знаки императорской власти: корона, держава, скипетр и Андреевская цепь. Большая императорская корона была сделана в 1762 г. ювелиром Позье для коронации Екатерины II. В ее сквозную оправу вставлено свыше 5 тыс. бриллиантов (самый крупный – в 55 каратов), 75 больших жемчужин, а наверху укреплен один из самых крупных в мире рубинов (более 400 каратов). Этот рубин был куплен в Пекине еще при царе Алексее Михайловиче и когда-то украшал корону Екатерины I.

Держава – это полированный золотой шар, охваченный поясом из бриллиантов в виде стилизованных лавровых веточек. Наверху шара, на сапфире в 200 каратов, укреплен бриллиантовый крест, а на его передней стороне – крупный индийский алмаз в 47 каратов…

Посетители Алмазного фонда могут увидеть знаменитый алмаз «Орлов», отливающий голубоватыми и зеленоватыми тонами, о котором существует множество легенд. Найденный в индийских копях в XVII в., он огранен в виде «высокой розы» и весит 189,62 карата. По одной версии, это один из больших осколков алмаза Великих Моголов, известного под именем «Большой Магнат». Как гласит предание, алмаз долгое время служил глазом статуи индусского божества Шри Ранга в храме Серингапатама, откуда он был похищен французским солдатом-дезертиром, который специально, чтобы проникнуть в храм, принял индуистскую веру. В Мадрасе этот солдат продал камень за две тысячи фунтов стерлингов капитану английского корабля, а капитан в свою очередь продал камень купцу-еврею за 12 тыс. фунтов.

По другой версии, камень был украден у персидского шаха Надира в 1747 г. Алмаз украшал шахский трон. Затем камень попал к армянскому купцу Григорию Сафрасу, который в 1767 г. заложил его в Амстердамский банк, а через пять лет продал племяннику своей жены, придворному ювелиру Ивану Лазареву. Тот перепродал его графу Григорию Орлову за 400 тыс. рублей, пожизненную пенсию в размере 2 тыс. рублей и дворянскую грамоту.

Орлов подарил бриллиант Екатерине II в день ее именин 24 ноября 1773 г. (по старому стилю). В 1784 г. Екатерина повелела вправить алмаз в свой скипетр, и с тех пор он украшает навершие скипетра русских царей. По оценке от 1865 г., скипетр с этим камнем стоил 2 399 410 рублей серебром.

Богата легендами и история алмаза «Шах», из-за которого, как рассказывают, были погублены десятки человеческих жизней. Весом 88,7 карат, чистый и прозрачный, со слегка желтоватой поверхностью, он был найден в Голконде более 500 лет назад. Алмаз сохранил свою природную форму, лишь отдельные грани его отшлифованы. Камень окружает глубокая бороздка, чтобы его можно было подвешивать на шелковой или золотой нитке.

С помощью мелкого алмазного порошка средневековые писцы в разное время выгравировали на сторонах камня три надписи. Сегодня они позволили воссоздать историю камня.

Первая надпись гласит: «Бурхан-Низам-шах II. 1000 год». 1000-й г. Хиджры соответствует 1591-му г. от Рождества Христова. В ту пору в Северной Индии правил император Акбар из династии Великих Моголов. Его войска захватили индийскую область Ахмеднагар и среди драгоценностей правителя Ахмеднагара, Бурхан-Низам-шаха, нашли этот уникальный камень. Когда на престол взошел внук Акбара, Шах Джахан, на алмазе была вырезана вторая надпись: «Сын Джехангир-шаха Шах Джахан шах. 1051 год».

В 1738 г. на индийский город Дели, где тогда хранился камень, напал иранский шах Надир. Он захватил сокровищницу Великих Моголов и переправил алмаз в Персию. Там на камне появилась третья надпись: «Владыка Каджар Фатх Али шах. Султан. 1242».

В конце января 1829 г. во время вспыхнувших в Тегеране беспорядков был убит русский посол А. С. Грибоедов, автор знаменитой комедии «Горе от ума». Стремясь урегулировать конфликт, персидское правительство прислало в Петербург алмаз в дар русскому царю. Таким образом «Шах» вошел в состав коронных драгоценностей.

С 1959-х гг. на территории Якутии началась промышленная добыча алмазов. По традиции, алмазы, вес которых превышает 20 каратов, получают собственные имена и помещаются в Алмазный фонд. Сегодня здесь хранится множество добытых в последние десятилетия алмазов – «Восход», «Юрий Гагарин», «Валентина Терешкова». Найденный в 1974 г. алмаз «Звезда Якутии», долгое время бывший чемпионом среди отечественных алмазов, размером с небольшой лимон, его вес 232,5 карата.

18 декабря 1991 г. израильский ювелир Цви Егуда подарил России уникальный черный бриллиант, ставший вторым черным алмазом в коллекции Алмазного фонда. Его вес – 21,18 карата. Считается, что это первый полированный бриллиант России, изготовленный в 1830–1840 гг. на фабрике Макарова в Санкт-Петербурге. Николай I пожаловал алмаз одному из предков Цви Егуды в знак благодарности за сделку, связавшую царский двор с домом Ротшильдов во Франкфурте.

В Алмазном фонде Московского Кремля хранится самая большая в мире коллекция золотых и платиновых самородков общим весом свыше 300 кг. За всю историю мировой добычи золота найдено около 100 тыс. крупных самородков, из них самородков-гигантов всего несколько десятков. Самый крупный из отечественных самородков был найден в 1842 г. на Урале на прииске Царево-Александровский в долине реки Миасс крепостным Сюткиным. Он называется «Большой треугольник» и весит более 36 кг. Спустя годы, на другом уральском прииске – «Сырков лог» – нашли платиновый самородок весом 9635 г. К сожалению, он был переплавлен. В августе 1904 г. в контору уральских приисков принесли платиновый самородок весом около 8395 г. Он является вторым по величине из найденных на Урале и самым крупным в мире из существующих в настоящее время.

Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина

Мысль об организации музея классического искусства в Москве родилась еще в середине XVIII в. Однако создан был Московский музей изящных искусств – ныне Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина – лишь спустя полтора века, во многом благодаря трудам профессора И. В. Цветаева (1847–1913). Он сумел пробудить общественный интерес к созданию музея классического искусства, собрать средства, добиться постройки музейного здания в центре города и подобрать для него нужные коллекции. Двадцать пять лет своей жизни отдал Цветаев этому благородному делу.

Москва. Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина

Музей создавался под патронажем Московского университета на волне общего культурного подъема, охватившего Европу во второй половине XIX в. Весной 1894 г. на I съезде русских художников Цветаев выступил с призывом ко всем москвичам помочь «просветительными благотворениями» созданию нового московского музея. Его призыв быстро нашел отклик. В фонд музея сразу же поступили пожертвования от известных московских меценатов: П. М. Третьякова, К. Т. Солдатенкова, Н. С. Мосолова, П. И. Харитоненко и многих других. Среди тех, кто откликнулся на призыв Ивана Владимировича, был и Юрий Иванович Нечаев-Мальцев, владелец стекольных заводов в Гусь-Хрустальном. Он внес на музей 300 тыс. рублей, его дар превзошел взносы всех других жертвователей. За 14 лет на строительство и отделку здания, приобретение скульптурных экспонатов Нечаев-Мальцев дал огромную сумму – более 2 млн рублей золотом.

«Сочувствие и приток средств, – писал по этому поводу Цветаев, – видоизменили первоначальную мысль об устройстве при университете обычного учебно-вспомогательного учреждения при кафедре истории и теории изящных искусств и послужили основанием для организации обширного музея, который был бы открыт бесплатно всем и каждому, как музей публичный…»

Для строительства здания музея требовался большой участок, имевший свободные пространства для подхода к нему, чтобы подготовить восприятие зрителя к осмотру музейных коллекций и для того, чтобы кольцо зеленого сквера предохраняло залы музея от пыли и шума городских улиц. Вначале музей предполагали построить на Театральной площади, затем выбор пал на один из немногих еще в то время свободных в центре города участков – площадь бывшего Колымажного двора на Волхонке. Три года потребовалось, чтобы добиться передачи этого участка под строительство музея.

В 1896 г. был объявлен конкурс на проект здания для Музея изящных искусств. Академия художеств обратилась «ко всему архитектурному миру России» с призывом принять в нем участие. Лучшим из рассмотренных был признан проект московского архитектора Романа Ивановича Клейна (1858–1924). На реализацию этого проекта ушло долгих 14 лет.

В течение всего этого времени И. В. Цветаев занимался формированием коллекций будущего музея. Несколько раз менялись планы будущей экспозиции. В итоге было решено, что в новом московском музее будет представлена эволюция искусства с древнейших времен до XIX в.

Цветаев одиннадцать раз выезжал в разные страны Европы для подробного ознакомления с музейными коллекциями, городскими архитектурными памятниками, скульптурой соборов и монастырей, чтобы заказать и получить нужные слепки. Он заказал их с предметов, найденных в древней Трое. Были выполнены копии бронзовых находок из Геркуланума и Помпей и многие другие. Отливки изготовлялись преимущественно в тех музеях, где хранились оригиналы – в крупнейших хранилищах мирового искусства. Из Британского музея поступили слепки громадных рельефов из дворцов ассирийских царей, там же были сделаны многочисленные слепки со скульптур Парфенона. Из Лувра поступили отливки двух крылатых быков-шеду и знаменитой Персепольской капители. Форму с фигуры летящей Ники Самофракийской, украшающей лестницу Лувра, снимали специально для московского музея, а не воспользовались имевшейся старой формой. Оттуда же поступила статуя Венеры Милосской. Из других музеев Франции пришли гипсовые отливы пластики французского Возрождения – Мишеля Коломба и Жана Гудона. К числу редких приобретений относятся слепки с памятников, хранящихся в музеях Ватикана. Многое поступило из Германии. Например, в Берлине снимали формы и делали отливы с рельефов Пергамского алтаря, в Дрездене отливали слепок с портала Фрейбургского собора – так называемых Золотых ворот.

Все это было прекрасно, но, увы, речь шла только о копиях. Между тем Цветаев хорошо понимал, что будущее музея связано с приобретением подлинных произведений искусства. И одним из первых и наиболее важных шагов в этом направлении стало приобретение богатой коллекции египетских древностей, принадлежавших египтологу-любителю В. С. Голенищеву. С ней московский музей вступал в разряд крупнейших музеев Европы.

Торжественное открытие музея состоялось 31 мая 1912 г. Кадры документальной хроники запечатлели начало жизни музея.

После революции Музей изящных искусств начал пополняться экспонатами из различных музеев и частных коллекций. В 1919 г. сюда из бывшего Строгановского училища были переданы античные памятники, в числе которых – очень редкая и интересная греческая расписная керамика, собрание этрусских антефиксов – каменных украшений входов и крыш храмовых построек. Позже в Музей изящных искусств был передан большой комплекс древневосточных и азиатских памятников музея Института классического Востока, созданного в первые годы революции при Историческом музее.

Решающую роль в жизни Музея изящных искусств сыграло придание ему самостоятельного статуса и его объединение с Румянцевским музеем в ноябре 1923 г. Два новых отдела – картинная галерея и гравюрный кабинет – и выросший за годы революции отдел подлинных античных памятников вместе с уникальной древнеегипетской коллекцией В. С. Голенищева превратили бывший университетский музей слепков (каковым, в сущности, и был до этого Музей изящных искусств) в музей оригинальных произведений мирового искусства.

Ж. Б. С. Шарден. Атрибуты искусств. Ок. 1728 г.

Основу картинной галереи старых западных мастеров составили 520 произведений западноевропейских художников бывшего Румянцевского музея, она пополнилась также лучшими образцами из национализированных московских частных коллекций. Большое количество картин было передано из Эрмитажа, юсуповской, шуваловской и других частных коллекций и Ленинградского музейного фонда. 11 ноября 1924 г. состоялось торжественное открытие преображенного Музея изящных искусств. С февраля 1932 г. он стал именоваться Государственным музеем изобразительных искусств, а в дни столетнего юбилея А. С. Пушкина музею было присвоено имя великого поэта. Теперь очень часто, особенно за рубежом, его именуют Пушкинским музеем.

В наши дни Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина, наряду с Государственным Эрмитажем, является одним из крупнейших и наиболее известных музеев России. За прошедшие годы его экспозиция неоднократно менялась, но незыблемым остается его высокий авторитет в музейном мире. К сожалению, постоянный недостаток площади зачастую препятствует полному показу всех богатств музея.

Государственная Третьяковская галерея

Государственная Третьяковская галерея – один из крупнейших музеев России. Ее популярность поистине легендарна. Сотни тысяч людей со всех концов страны ежедневно приезжают в Лаврушинский переулок, чтобы познакомиться с одной из лучших коллекций отечественной живописи. Собрание Третьяковской галереи посвящено исключительно русскому искусству. Именно такой галерея была задумана ее основателем, московским купцом Павлом Михайловичем Третьяковым (1832–1898).

Родоначальник купцов Третьяковых переехал в Москву в 1774 г. из города Малоярославец. Образ жизни всех Третьяковых был самый патриархальный, интересы редко выходили дальше лавки, дома и церкви. Детей воспитывали в строгости, траты на «пустяки» не допускались. Павел Третьяков уже с четырнадцати лет служил в лавке, учился коммерции, набирался опыта. С детства он отличался замкнутостью характера и какой-то недетской серьезностью.

В молодости Павел Третьяков очень любил театр, музыку, библиотеки. Поездка в 1852 г. в Петербург на всю жизнь оставила в нем неизгладимое впечатление. Впервые побывав в Эрмитаже, он просто влюбился в живопись. С этого времени Павел Третьяков и начал собирать произведения искусства. Сначала это были гравюры и лубок. Свои сокровища он часто приобретал в Москве на знаменитом Сухаревском рынке – толкучке, которая с незапамятных времен раскинулась от Самотечной площади почти до Красных ворот.

Датой основания Третьяковской галереи принято считать 1856 г., когда Павел Третьяков приобрел первые работы современных ему русских художников, задавшись целью собрать коллекцию, которая в будущем могла бы перерасти в музей национального искусства. Пройдут годы, и благие намерения молодого коллекционера блистательно воплотятся в жизнь.

Москва. Государственная Третьяковская галерея

В. И. Суриков. Боярыня Морозова. 1887 г.

Ежегодно начиная с 1856 г. в коллекцию Третьякова поступали десятки, а то и сотни работ. При всей своей расчетливости Третьяков не останавливался даже перед очень крупными тратами, если этого требовали интересы дела. Суммы, которые он платил за картины и их собрания, порой превышали десятки тысяч рублей. Третьяков более, чем кто-либо другой из коллекционеров, был лишен вкусовой ограниченности. Считая, что его галерея должна не столько соответствовать его или чьим-то еще вкусам и симпатиям, сколько отражать объективную картину развития отечественного искусства, он покупал заинтересовавшие его картины, невзирая на мнения авторитетов, шум критики и недовольство цензуры. Все художники, молодые и уже знаменитые, мечтали, чтобы их картина висела в Третьяковской галерее, потому что уже сам факт покупки картины Третьяковым был актом общественного признания таланта художника.

Поначалу все, что приобреталось Третьяковым, размещалось в комнатах его жилого дома в Лаврушинском переулке. Но уже к концу 1860-х гг. картин стало так много, что разместить их все не было никакой возможности. В 1872 г. началось строительство специального здания картинной галереи – двухэтажного, состоящего из двух больших залов. «Переселение» картин в новое помещение произошло весной 1874 г. С постройкой здания галереи собрание Третьякова приобрело статус настоящего музея – частного по принадлежности, общественного по характеру, бесплатного и открытого на протяжении почти всей недели для любого посетителя без различия рода и звания.

В 1892 г. Третьяков подарил свой музей городу Москве: «…желая способствовать устройству в дорогом для меня городе полезных учреждений, содействовать процветанию искусства в России и вместе с тем сохранить на вечное время собранную мною коллекцию, ныне же приношу в дар Московской городской Думе всю мою картинную галерею со всеми художественными произведениями». По решению городской Думы Третьяков был назначен пожизненным попечителем галереи, и, как и прежде, он пользовался почти единоличным правом отбора произведений, совершая покупки как на свои капиталы, так и на средства, выделяемые Думой.

В собрании П. М. Третьякова насчитывалось 1287 произведений русской живописи, 518 рисунков и 9 скульптур, а также 75 картин европейских художников – их собрал умерший брат П. М. Третьякова, С. М. Третьяков (ныне эти произведения хранятся в собраниях Государственного Эрмитажа и Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина). «Московская городская Галерея Павла и Сергея Третьяковых» была официально открыта 15 августа 1893 г. Газета «Новости» писала тогда: «Говорят, будто по покупной цене картин Третьяковская галерея стоит полтора миллиона рублей. Подите-ка, купите ее теперь по этой цене! Ей, милостивые государи, нет теперь цены! Она является беспримерным и бесценным художественным собранием».

И действительно, в «Третьяковке» собраны лучшие произведения русской живописи XVIII–XIX вв.: «Грачи прилетели» Саврасова, «Утро стрелецкой казни» и «Боярыня Морозова» В. Сурикова; «Рожь» и «Еловый лес» И. Шишкина, «Княжна Тараканова» Флавицкого; «Березовая роща» и «После грозы» Куинджи; «Московский дворик» Поленова; картины Нестерова, Левитана, Верещагина, К. Брюллова, Венецианова, Боровиковского и многих других художников, знаменитых и не очень.

После смерти основателя галереи опустевший дом Третьяковых был перестроен и приспособлен для нужд галереи. В 1902–1904 гг. весь комплекс усадьбы в Лаврушинском переулке был объединен общим фасадом, построенным по проекту В. М. Васнецова и придавшим зданию Третьяковской галереи архитектурное своеобразие, до сих пор выделяющее его из прочих московских достопримечательностей.

В начале XX в. Третьяковская галерея стала одним их крупнейших музеев России. Она активно пополнялась произведениями как старого, так и нового русского искусства. Новый период в истории галереи начался после ее национализации в 1918 г. За счет поступлений из экспроприированных частных коллекций количество экспонатов в ней к 1930 г. увеличилось в пять раз. В состав галереи влились также собрания ряда малых московских музеев. Коллекции «Третьяковки» были разделены на несколько разделов: древнерусское искусство XII–XVIII вв.; живопись XVIII – первой половины XIX в.; живопись второй половины XIX в. и рубежа XIX – XX вв; русская графика XVIII – начала XX в.; русская скульптура XVIII – начала XX в.; коллекция антикварных рам, мебели, прикладного искусства и огромный (более половины всего собрания галереи) раздел послереволюционной живописи, скульптуры и графики.

В наши дни «Третьяковка» обновилась после реконструкции, а собрание картин продолжает ежегодно пополняться произведениями искусства, созданными отечественными художниками. Коллекция Государственной Третьяковской галереи насчитывает более 100 тыс. произведений искусства. Они размещаются не только в основном здании в Лаврушинском переулке, но и в новом здании на Крымском Валу.

Государственный Исторический музей

В самом центре Москвы, в средоточии напряженной современной жизни, расположен Государственный Исторический музей. Здесь мы можем совершить путешествие в глубь веков и познакомиться с жизнью, совершенно не похожей на нашу.

Москва. Государственный Исторический музей

Исторический музей был основан в 1872 г. по инициативе общественности. Начало собранию положили материалы исторического и севастопольского отделов Политехнической выставки 1872 г. в Москве, устроенной к 200-летию со дня рождения Петра Великого. Задача музею была поставлена следующая: «Собирать и хранить в подлинниках, моделях, слепках, копиях, рисунках и фотографиях разнородные памятники древности и старины, которые в своей совокупности представили бы наглядную картину и по возможности во всех частностях полную картину прошлой жизни как русского народа, так и народов, когда-либо обитавших в пределах Российской Империи».

Московская городская Дума подарила для постройки будущего музея участок земли на Красной площади, где в 1755 г. в старинном здании Земского приказа XVII в. помещались аудитории Московского университета, основанного М. В. Ломоносовым. Закладка музея состоялась в 1874 г. Денег на строительство музея отпускалось недостаточно, и оно растянулось на долгие годы. Был организован сбор общественных пожертвований – и не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и во многих губерниях России.

Сооружение музейного здания велось по плану и под наблюдением инженера А. А. Семенова, фасады оформлялись по рисункам академика В. О. Шервуда. Здание возвели за пять лет, но еще несколько лет оно оставалось без внутренней отделки, пока заведование музеем не перешло в руки графа А. С. Уварова. Он разработал план внутреннего устройства музея и успел частично наполнить экспонатами 11 залов. До 1917 г. были открыты еще 5 залов, экспозиции которых хронологически охватывали историю России до конца XVI в.

В отделке залов принимали участие московские зодчие и художники И. Е. Бондаренко, А. П. Попов, И. К. Айвазовский, В. М. Васнецов. Карнизы, наличники, мозаика полов экспозиционных залов были оформлены и расписаны в духе архитектурно-художественного стиля представляемых эпох. Это убранство дополняли большие картины на исторические темы: живописный фриз «Каменный век» (В. М. Васнецов), картины «Похороны варяга-руса в Булгаре» и «Святослав под Доростолом» (Г. И. Семирадский), «Крещение князя Владимира в Херсонесе» (Ф. А. Бронников).

8 июня 1883 г. Исторический музей был открыт. Комплектование его коллекций происходило усилиями научной общественности всей России, а также за счет даров коллекционеров. В музей поступили собрания Московского археологического общества, Московского университета, частные коллекции Д. Н. Анучина, А. П. Бахрушина, А. Н. Веселовского, П. И. Забелина. Здесь были памятники археологии всех эпох, нумизматическая коллекция, собрание рукописей, старопечатных книг, памятники изобразительного искусства, коллекции русского и западноевропейского боевого и охотничьего оружия, изделий кузнечного ремесла, бронзового и медного литья, научных приборов, собрание усадебной мебели. В состав библиотеки Исторического музея вошли частные книжные собрания А. И. Барятинского, А. А. Котляревского, М. Д. Хмырова, Д. М. Щепкина, а также Чертковская и Голицынская библиотеки.

В первые годы своего существования Исторический музей приобрел ряд частных коллекций предметов старины. Коллекция, пожертвованная в 1905 г. известным московским собирателем П. И. Щукиным, насчитывала 23 911 экспонатов – оружие, фарфор, украшения, образцы художественного литья и прикладного искусства, предметы крестьянского обихода – шкатулки, хлебницы, прялки, колыбели. Коллекцию охотничьего оружия и пистолетов передал предводитель нижегородского дворянства А. А. Катуар де Бионкур, старинных рукописей и книг – ярославский купец И. А. Вахрамеев, художественных произведений – П. Я. Дашков.

С 1881 г. музей официально именовался Императорским Российским Историческим музеем. В ноябре 1917 г. он получил новое название – Государственный Исторический музей. Сегодня это один из крупнейших музеев страны. Его огромное собрание представляет историю и культуру многонациональной России с древнейших времен до наших дней. Здесь хранится около 4,5 млн экспонатов. В музее собраны обширные археологические коллекции, насчитывающие до 1,5 млн предметов. В их числе – знаменитый Бессарабский клад, состоящий из серебряных с золотой насечкой копий, кинжалов, топоров из темно-зеленого нефрита и алебастровых булав. Все эти вещи относятся ко II тыс. до н. э. Нумизматический отдел музея насчитывает 1,7 млн экспонатов, отдел рукописей и старопечатных книг – более 30 тыс. томов.

Кроме главного здания на Красной площади, Государственный исторический музей имеет еще несколько филиалов. В их числе – музеи «Новодевичий монастырь» и «Покровский собор» (храм Василия Блаженного»), палаты в Зарядье, усадьба «Измайлово». Ежегодно музей посещают около 900 тыс. человек.

Музей древнерусского искусства им. Андрея Рублева

Музей древнерусской культуры и искусства им. Андрея Рублева расположен на территории Спасо-Андроникова монастыря, основанного в середине XIV в., и связан с Куликовской битвой и многими другими событиями русской истории и культуры. Здесь сохранился древнейший архитектурный памятник Москвы – Спасский собор (20-е гг. XV в.). В оконных проемах его алтарной части реставраторами были обнаружены остатки фресок, созданных Андрем Рублевым, великим иконописцем Древней Руси. В этом монастыре он был иноком, и здесь же в 1430 г. погребен. Вероятно, именно эта связь с Рублевым и побудила власти в 1947 г. открыть музей древнерусского искусства в Спасо-Андрониковом монастыре.

Решение о создании музея было принято в канун 800-летия Москвы. Первоначально в его фондах насчитывалось всего 317 предметов, причем только копии и фотографии. Первый директор музея Давид Ильич Арсенишвили и его первый научный сотрудник – Наталья Алексеевна Демина в поисках экспонатов ездили буквально за тридевять земель, лазили по чердакам и подвалам, спасали бесценные иконы, портившиеся в заколоченных храмах. Их привозили в Москву, реставрировали, атрибутировали.

В музей поступали иконы из провинциальных музеев. Сюда привозили фрески, снятые со стен разрушенных церквей. Только благодаря самоотверженной работе сотрудников музея был спасен от уничтожения целый пласт отечественной культуры.

Сегодня в музее хранится более 5 тыс. икон – это крупнейшая в стране коллекция. В их числе работы Дионисия, Андрея Рублева. Живопись Андрея Рублева отличает необычайная красота и гармония линий и цвета. Мастер умел создавать глубокие образы с тончайшими душевными движениями. В музее экспонируются фотокопии с прославленных работ Рублева – фрагментов композиции «Страшный суд» из росписей Успенского собора во Владимире. Из оригиналов школы Андрея Рублева выставлена икона Иоанна Предтечи из Николо-Пешношского монастыря, относящаяся к первой четверти XV в. Здесь также представлены копии орнаментов из владимирского Успенского собора.

В числе икон, созданных последователями Андрея Рублева, наибольший интерес представляет хранящаяся в музее икона «Успение Богоматери» (XV в.). Другой замечательный экспонат – иконостас Преображенского собора Спасо-Ефимовского монастыря в Суздале, созданный в середине XVII в.

Кроме икон музей обладает собранием иконных окладов, литургических предметов, рукописных и печатных книг (в том числе – богослужебных и певческих). Но одними функциями хранения деятельность музея не исчерпывается – это еще и известный во всем художественном мире экспертно-реставрационный центр.

В 1991 г. Музей им. Рублева был внесен в список особо ценных объектов культурного наследия России. В год его посещает около полумиллиона человек.

Музей искусств народов Востока

Этот музей был создан постановлением Наркомпроса от 30 октября 1918 г., когда в России еще вовсю полыхала Гражданская война. Первоначально он назывался «Арс азиатика» – «Музей искусств Азии», но чаще его называли просто Музеем искусств Востока.

Комплектование музейных фондов велось за счет коллекций других музеев и собраний частных лиц. Музей был открыт 22 сентября 1919 г. Сначала его экспозиция располагалась в двух залах Исторического музея. В одном были выставлены изделия стран Ближнего Востока (ковры, керамика и металлические изделия), в другом – произведения искусства народов Дальнего Востока (китайская живопись, японские гравюры, изделия из камня и других материалов).

Своеобразные и красочные произведения искусства далеких восточных стран привлекали русских коллекционеров еще в XVIII в. Большинство художественных произведений из стран Востока оседали в помещичьих усадьбах и богатых городских особняках, но после революции все частные коллекции были национализированы. Во вновь организованный музей был передан ряд частных собраний восточного искусства, персидские, кавказские и туркменские ковры из государственных фондов. Всего в коллекции музея в тот период насчитывалось около 1 тыс. предметов.

Важным источником пополнения музейных фондов стали археологические раскопки, начавшиеся сразу же после окончания Гражданской войны. С 1926 г. масштабные раскопки велись на территории Термеза. В числе древних памятников, которые открыла экспедиция, был средневековый дворец XI–XII вв., украшенный высокохудожественной резьбой по алебастру.

Китайский зал музея предваряется вводной экспозицией, в ней представлены модели железных орудий труда IV в. до н. э. – свидетельства высокого уровня сельскохозяйственной техники Древнего Китая. Здесь же выставлены искусно сделанные копии первого китайского компаса и сейсмографа. Китайский сейсмограф – это первое из известных устройств для обнаружения землетрясений. Знаменитый китайский ученый Чжан Хэн создал его в Сиани в 132 г. Внутри большого сосуда (диаметром около 180 см) он поместил маятник, который мог раскачиваться в восьми направлениях. Восемь драконов, каждый с шариком в пасти, были укреплены на сосуде с его наружной стороны. Толчок землетрясения заставлял маятник качнуться, тогда шарик выкатывался из пасти дракона и попадал в открытый рот сидящей внизу жабы. В этот момент прибор издавал своеобразный звук, извещая о землетрясении. Замечая, в рот какой жабы упал шарик, ученые могли определить его направление.

Большой интерес у посетителей музея вызывают исписанные древними иероглифами щитки панцирей черепах, служившие для гадания. Жрецы нацарапывали вопросы на черепашьих панцирях, а потом нагревали их на огне. Полученные от нагревания трещины якобы и отвечали на интересующие людей вопросы. По этим записям китайские ученые узнали много интересного об истории своей страны.

Большим своеобразием отличается китайская живопись, образцы которой широко представлены в Музее искусств народов Востока. Одни из самых ранних произведений китайской живописи были обнаружены при археологических раскопках в районе Чанша. Здесь в 1935 г. нашли картину на шелке – «Женщина и феникс», которая датируется V–III вв. до н. э. Этой картине присущи все характерные особенности китайской живописи, заключающиеся в тонком художественном мастерстве и глубоком смысле.

Китайские картины имеют форму свитка, и в отличие от европейских произведений живописи китайцы не вывешивают свои картины на стенах. Обычно они хранят их в коробках и достают оттуда только по праздникам. Внизу у таких картин-свитков есть круглая палка, концы которой обычно украшены слоновой костью или дорогими породами деревьев. Такие свитки бывают очень длинными, и живопись на них чаще всего носит характер повествования. Например, в музее демонстрируется свиток известного художника Ван Чжень-пэна «Великое собрание духов и бессмертных гениев». На ней художник изобразил жанровые сценки из жизни представителей феодальной знати Китая. Особенно непосредственно и оттого наиболее выразительно показана сцена опьянения.

В Индийском зале представлены произведения древнейшей культуры, истоки которой восходят еще к III тыс. до н. э. В 1921–1922 гг. в долине Инда, в районе Хараппы, а затем в Мохенджо-Даро, производились археологические раскопки, давшие блестящие результаты. Когда-то здесь шумели большие города, окруженные мощными стенами, с многоэтажными домами из кирпича, хорошо налаженной системой водоснабжения и канализации. Народы, жившие в долине Инда 4 тыс. лет назад, уже применяли в своем хозяйстве плуг, умели изготовлять шерстяные и хлопчатобумажные ткани, имели свою письменность. Ученые и археологи нашли во время раскопок и много произведений искусства: каменные и бронзовые статуэтки, печати и амулеты с изображением животных.

В Музее искусств народов Востока выставлена замечательная коллекция индийских миниатюр XVI–XVIII вв. Книжная миниатюра – это иллюстрация к рукописной книге, отсюда происходят и ее характерные особенности – праздничная яркость красок, чрезвычайно разнообразная детализация и тонкость рисунка. Каждая миниатюра рассчитана на то, что ее будут разглядывать с близкого расстояния, так что сама рукопись часто поясняет изображение. И средневековые художники по этой причине не боялись выбирать для своих произведений самые сложные сюжеты.

Самая ранняя из хранящихся в музее миниатюр датируется 1532–1533 гг. Кроме своих художественных достоинств она представляет большую ценность еще и потому, что под ней стоит подпись художника, что является большой редкостью. Эта миниатюра имеет довольно большие размеры, она обрамляется орнаментом, тонким, как золотое кружево.

Для своей миниатюры автор – художник Бальджид – использовал сюжет из произведений персидского поэта Саади. Однажды при дворе султана выступали два акробата-борца. Один из них был учителем, а другой – его учеником. Ученик захотел победить учителя, показавшего ему во время обучения 99 приемов борьбы. Однако был посрамлен, так как наставник победил его, используя последний, сотый приемом.

На сюжет этого нравоучительного рассказа художник создал яркую, праздничную миниатюру, привлекающую посетителей и радующих их глаз чистотой цвета и смелостью сочетания различных оттенков. Миниатюра написана тончайшей кистью, густыми красками; они и по прошествии нескольких веков сияют так, как будто их освещает яркое южное солнце.

К дорогим книгам, которые переписывались от руки тростниковыми перьями, индийские художники выполняли целые серии иллюстраций. В Музее искусств народов Востока хранится одна из лучших в мире иллюстративных серий такого рода, сделанная к книге «Бабур-намэ».

Султан Бабур, выходец из Средней Азии, в 1529 г. завоевал Северную Индию и основал там династию Бабуридов, больше известную под именем Великих Моголов. Бабур был выдающимся полководцем и государственным деятелем, а также образованнейшим человеком своего времени. Он написал мемуары, в которых очень подробно рассказал о важнейших событиях своей жизни – о походах и битвах, об играх и охоте. Большое место в книге он уделил описаниям природы. Иллюстрации к мемуарам султана Бабура были сделаны уже после его смерти, в XVI в., когда искусство миниатюры при его дворе достигло наивысшего расцвета.

На первый взгляд, произведения японского искусства мало отличаются от китайского. В них присутствует та же своеобразная восточная экзотика, которая всегда привлекает своей необычной красотой. В культурах Китая и Японии действительно много общего. Более древняя китайская культура оказывала сильное влияние на развитие культур соседних стран, в том числе и Японии. Несмотря на это, японское искусство чрезвычайно самобытно, иногда даже более смело в выражении чувств и более динамично, чем китайское.

Своеобразным видом японского искусства, не встречающимся в других странах, является народная скульптура – нэцкэ. Нэцкэ – это что-то вроде брелка, с его помощью у пояса прикреплялись ключи, трубка, кисет или коробочка-инро. Первые нэцкэ имели вид самый простой и делались в виде декоративной пуговицы или палочки, постепенно формы их изменялись, и нэцкэ стали выглядеть все замысловатее.

Родиной нэцкэ, как это принято считать, является не Страна восходящего солнца, а Китай. В Китае намного раньше, чем в Японии, стали носить на поясе маленькие предметы, которые назывались чжуй-цзы. К XIV в. в Японии сложилась традиция заимствовать из Китая многие обычаи, в том числе и манеру носить одежду. Первые собственно японские нэцкэ назывались просто «китайская вещь», или «китайская резьба». Но именно в Японии к XVII в. изготовление нэцкэ превратилось в высокое искусство, чего не случилось в Китае с брелками чжуй-цзы.

Нэцкэ изготовлялись из самых разных материалов: слоновой кости, оленьего рога, рогов буйвола и носорога, клыков вепря и медведя, волка и даже тигра, из моржовой кости, а также из древесных корней. Отсюда и произошло название нэцкэ («нэ» – корень и «цкэ» – прикреплять). Изящно вырезанные деревянные нэцкэ носили мелкие торговцы, ремесленники, крестьяне, нэцкэ тончайшей работы в виде зверька или фигурки из слоновой кости можно было увидеть на поясе богача.

Расцвет моды на нэцкэ пришелся на XIX в. Именно тогда появились изделия фарфоровые и лаковые, из коралла и нефрита, окаменевшего дерева и янтаря, из панциря черепахи и стекла. А еще в качестве нэцкэ использовались маленькие тыквы-горлянки, красивые раковины и другие предметы, имевшие ранее совсем другое предназначение (например, служили в качестве детали оправы ножей и мечей). Однако самые знаменитые фигурки вырезались все-таки из дерева и слоновой кости.

Все сюжеты, на которые были созданы нэцкэ, перечислить невозможно. Прежде всего мастера изображали литературных и сказочных героев, и в первую очередь семь богов счастья. Одни фигурки изображали борьбу с демонами, другие – известных архатов, учеников Будды, были нэцкэ в форме любимого народного героя Кинтаро – очень сильного ребенка… А вот нэцкэ, запечатлевшие бытовые городские сценки: на приеме у массажиста, детские игры, образы смешных иностранцев, например фигурка голландца в коротком плаще и с тощими ножками… Изображались и злые силы – демоны, бог ада Яма, рыба-сом, от которой, по народным поверьям, происходят все землетрясения.

Животные и люди нередко изображались с большим юмором. На одной известной нэцкэ показан осьминог, заигрывающий с русалкой; на другой – гуляка, проснувшийся после вечерней попойки. Завзятые игроки носили нэцкэ в форме черепов или змей, по поверью, приносящих им удачу. И конечно же множество нэцкэ изображали очень любимого в Японии бога Дайкоку – бога счастья, добра и веселья. Обычно его изображали веселым и толстым человечком с мешком риса за спиной и несколькими крысами. Древняя японская легенда гласит, что крыса однажды спасла Дайкоку. Когда боги разгневались и хотели сжечь его на костре, крыса посоветовала Дайкоку зарыться в мокрую землю…

В настоящее время подлинные нэцкэ – очень дорогое удовольствие для частного коллекционирования, да и встречаются они довольно редко. В Музее искусств народов Востока насчитывается около 500 маленьких скульптурок нэцкэ. Кроме них внимание посетителей привлекают окимоно – несколько более крупные скульптурки, до 10–12 см, сделанные обычно из слоновой кости.

Политехнический музей

Политехнический музей – крупнейший технический музей России. Расположенный в самом центре Москвы, он был создан по инициативе Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии с целью распространения научных знаний. Начало музею положила Всероссийская промышленная выставка в Москве, посвященная 200-летию со дня рождения Петра I и открывшаяся 30 мая 1872 г. Успех выставки был огромен, за три месяца ее посетили 750 тыс. человек. Экспонаты выставки и составили основу экспозиции будущего музея.

Москва. Политехнический музей

Музей открыл свои двери для посетителей 12 декабря 1872 г. и первоначально располагался в частном доме на Пречистенке. Спустя два года началось сооружение для него специального здания. Автором проекта стал архитектор И. А. Монигетти. И хотя первый этап строительства завершился уже в 1877 г. и коллекции музея смогли перебраться на постоянное место, работы по возведению здания продолжались еще три десятилетия. В 1896 г. открылось правое крыло, а в 1907 г. – левое, с Большой аудиторией.

В первые годы своего существования Политехнический музей являлся скорее научным и общественным центром, где можно было познакомиться со многими передовыми техническими идеями и где обсуждались фундаментальные проблемы науки и техники. Здесь можно было встретить крупнейших ученых той поры – А. Г. Столетова, Н. Е. Жуковского, К. А. Тимирязева, Н. А. Умова, С. А. Чаплыгина, в музее ставились эксперименты и демонстрировались различные технические новшества: радиосвязь, телевидение, телефония, электрическое освещение. Большая аудитория музея превратилась в главный общественный форум Москвы. Здесь публично демонстрировались научные опыты, проводились лекции, диспуты, конференции, литературные вечера, а в революционные годы – политические собрания.

К 1934 г. музей практически утратил свои первоначальные функции, превратившись в выставку технического творчества в СССР. Он начал обретать свое прежнее качество только на рубеже 1960–1970-х гг. Фактически заново начало формироваться музейное собрание. Ныне оно насчитывает более 160 тыс. предметов, многие из которых являются уникальными. Наряду с подлинными историческими материалами и памятниками науки и техники в экспозиции используются макеты и модели, демонстрационные установки. Здесь, например, можно увидеть макет химической лаборатории М. В. Ломоносова, макеты установки прямой перегонки нефти, созданной братьями Дубиниными в 1823 г., и крекинг-установки В. Г. Шухова.

Музей обладает обширными коллекциями научных приборов: геофизических микроскопов, хронометров, вычислительных инструментов, метеорологических приборов, а также средств электросвязи и транспорта, фотоаппаратов, граммофонов и патефонов. Собрание музыкальных автоматов насчитывает около 50 предметов, включая музыкальные машины, часы и фигуры-автоматы. В разделе «Часы и часовые механизмы» можно увидеть часы, созданные И. Кулибиным и другими мастерами XVIII–XIX вв., а в разделе «Вычислительная техника» – комплекс вычислительных машин Голлерита, использовавшийся для подсчета результатов Всероссийской переписи населения в 1897 г. В разделе «Энергетика» выставлены дуговая электрическая свеча П. Н. Яблочкова и первые лампы накаливания А. Н. Лодыгина. В коллекции электрических машин 125 экспонатов, от лабораторных образцов XIX в. до современных, среди которых – магнитоэлектрическая машина Э. Х. Ленца, трехфазный двигатель М. О. Доливо-Добровольского. Не менее интересна экспозиция раздела «Радиоэлектроника и электросвязь», где демонстрируются первый в России электромагнитный телеграф П. Л. Шиллинга, радиоприемник А. С. Попова, различные приемные и передающие устройства: детекторные, ламповые, полупроводниковые, средства записи и воспроизведения звука, коллекции телеграфных и телефонных аппаратов и телефонных станций.

В разделе «Металлургия» на действующих макетах можно проследить весь путь превращения руды в металл. Отдельная экспозиция посвящена истории литейного производства, где представлены образцы литья традиционных художественных центров, в частности Касли и Куса. В отделе транспорта в обстановке, имитирующей городскую среду, демонстрируется коллекция старинных велосипедов, мотоциклов и автомобилей, наибольший интерес представляет единственный дошедший до наших дней экземпляр «Руссо-Балта» 1911 г.

История музея памятна тем, что в его залах и аудиториях в разные годы выступали десятки выдающихся ученых и деятелей культуры. В Большой аудитории музея до сих пор проводятся поэтические и музыкальные вечера и встречи. В комплекс Политехнического музея входит Центральная политехническая библиотека, насчитывающая в своих фондах более 3 млн книг и печатных изданий.

Украина

Музей исторических драгоценностей Украины

…Грабителей, как ни странно, подвел их профессионализм. Вероятно, они были скифами, и поэтому до мелочей знали все детали скифского царского погребального обряда; ценные вещи они искали только там, где им надлежало находиться: парадному оружию – рядом с покойным, шейным украшениям – на шее, драгоценным сосудам – в головах. Иного их размещения в могиле они не могли и предположить. И это, как оказалось, стало подарком для археологов!

В погребальной камере грабители перерыли все. Но свод ведшего в нее коридора-дромоса частично рухнул, и под ним они ничего искать не стали – знали, что там ничего быть не должно. Но именно там, всего в 30-ти см от входа и лежали главные сокровища. Это был меч с обложенной золотом рукоятью, в ножнах, также покрытых золотой обкладкой с рельефными украшениями, и золотая пектораль – парадное нагрудное украшение, гениальное творение античного искусства…

Эти сокровища древних скифов, найденные в 1971 г. в знаменитом кургане Толстая могила (Днепропетровская область) киевским археологом Б. Н. Мозолевским, ныне хранятся в Музее исторических драгоценностей Украины. И не только эти, но и многие другие шедевры мирового значения. Всего же в музее насчитывается более 130 тыс. экспонатов.

Музей исторических драгоценностей Украины был открыт в 1969 г. Его богатейшие коллекции располагаются в Ковнировском корпусе Киево-Печерской лавры. Это систематизированное собрание памятников, раскрывающих историю ювелирного производства на протяжении почти трех тысячелетий. Здесь представлены художественные изделия из платины, золота, серебра, украшенные бриллиантами, рубинами, изумрудами и другими драгоценными камнями.

Экспозиция открывается коллекцией знаменитого «золота скифов». Это – ценнейшие в художественном и историческом отношении образцы древнегреческой торевтики VI–III вв. до н. э., найденные в скифских курганах: золотые украшения женских головных уборов, одежды, оружия, шейные гривны, подвески. Поскольку сами скифы, по сути, не знали изобразительного искусства, практически все предметы, найденные в скифских погребениях, изготавливались греческими мастерами. Чтобы надежнее закрепиться на скифском «рынке», эллинские мастера не просто поставляли в Скифию свою продукцию, но, приспосабливаясь к вкусам и запросам скифской знати, производили изделия, специально предназначенные для сбыта в скифской среде.

Огромную ценность представляют материалы, обнаруженные при раскопках скифских курганов на юге Украины. Это накладка на колчан из Мелитопольского кургана, серебряная с позолотой чаша, украшенная сценами из жизни скифской знати, серебряный ритон (рог для вина), культовая ваза, найденная в кургане Гайманова могила (Запорожская обл.).

Настоящим шедевром мирового искусства является знаменитая золотая пектораль (царское нагрудное украшение), найденная в 1971 г. в кургане Толстая могила. Вес пекторали составляет 1150 г, диаметр – 30,6 см. Три полукруглых фриза, образующих пектораль, заполнены растительным орнаментом, многочисленными, литыми из золота изображениями людей и животных. В центре нижнего фриза – грифоны, терзающие коней, по сторонам – лев и леопард, нападающие на оленя и дикого кабана, погоня собак за зайцами и, наконец, по два сидящих друг против друга кузнечика. В верхнем ярусе помещены изумительные по реализму и тонкости исполнения сцены мирной жизни скифов. В центре – два обнаженных по пояс скифа, снявшие свои гориты с луками, шьют меховую рубаху. Лица и прически их настолько отличаются, что можно предположить: это представители разных этнических групп. По обе стороны этой сцены – мирно стоящие животные с детенышами, жеребенок, сосущий кобылу, юный скиф, доящий овцу, и другой, сидящий. Одной рукой он держит амфору, в другой что-то зажато. Возможно, он намеревается заткнуть амфору со слитым в нее надоенным молоком, возможно – сбивает молоко. Картина завершается летящими в разные стороны птицами.

Скифия. Шейная гривна. Вторая половина I в. н. э.

Каждая из миниатюрных скульптурок пекторали является подлинным шедевром, а вся она в целом – непревзойденное творение выдающегося греческого мастера, жившего в одном из городов Северного Причерноморья (скорее всего – в Ольвии или Пантикапее) в середине IV в. до н. э.

Продолжают экспозицию музея коллекции серебряных и золотых украшений древних славян. К числу интереснейших памятников раннеславянского времени принадлежат серебряные пластины в виде танцующих фигур из Мартыновского клада (VI в.), фибулы, браслеты, серьги, гривны из Пастырского и Харьковского кладов (VI–VII вв.). О широких торговых и культурных связях украинских земель с соседними странами свидетельствуют изделия византийских и иранских мастеров – плетеные из тонкой золотой проволоки гривны, золотые лунницы, медальоны.

Большое место в экспозиции музея занимают яркие и самобытные произведения мастеров Киевской Руси. Изделия, украшенные узорами с использованием позолоты, инкрустации, черни, выполненные в технике перегородчатой эмали, свидетельствуют о небывалом художественном мастерстве ювелиров княжеской эпохи (X–XII вв.). Колты, серьги, подвески, браслеты поражают разнообразием форм, сюжетов и утонченностью работы. Уникальна золотая диадема, украшенная разноцветной перегородчатой эмалью из Сахновского клада (XII в.).

Значительный интерес представляют изделия мастеров Украины, России и стран Востока XVI–XIX вв., выполненные из золота, серебра и украшенные драгоценными камнями, жемчугом, эмалью. Творения киевских ювелиров И. Равича, В. Мощенко, И. Билецкого и других свидетельствуют о тонком художественном вкусе мастеров, виртуозном владении всеми известными в то время техническими приемами – литьем, гравировкой, золочением. Золотой оклад Евангелия, украшенный эмалевым орнаментом, драгоценными камнями и жемчугом, золотые потир и дискос, золотая митра с финифтяными медальонами и драгоценными камнями – лучшие образцы украинского ювелирного искусства XVII–XVIII вв. В нумизматическом отделе собрана обширная коллекция золотых и серебряных монет – древнегреческих, римских, византийских, западноевропейских и восточных, начиная в VI в. до н. э. Здесь же можно видеть первые монеты Киевской Руси – златники и сребреники.

Большой интерес представляет коллекция «Иудаика» – собрание еврейского культового серебра XIX – XX вв. Она занимает особое место среди музейных собраний еврейского искусства не только Украины, но и всего мира. Еще в 1969 г., когда был открыт музей, еврейские серебряные предметы вошли в его собрание. Прошло, однако, почти 10 лет, прежде чем специалисты музея начали трудную работу по возрождению уникальных памятников еврейской культуры. Они поистине обрели второе рождение. Сегодня в коллекции еврейского серебра представлены серебряные ритуальные предметы: венцы, указки для чтения Торы, ханукальные лампы, а также бытовые предметы, изготовленные еврейскими ювелирами.

Отдельный раздел экспозиции составляют современные ювелирные изделия.

Финляндия

Музей Атенеум в Хельсинки

Атенеум – самый крупный художественный музей Финляндии. На протяжении многих лет его собрание формировалось за счет произведений, принадлежащих государству и национальной Академии художеств, экспонатов из частных собраний, подаренных музею коллекционерами. Музей был открыт осенью 1863 г. В 1888 г. его перевели в новое здание, специально выстроенное для него по проекту архитектора Карла Теодора Хейера.

Собрание Атенеума создавалось в тот период, когда большинство шедевров мирового искусства уже прочно заняли свои места в музеях других европейских столиц. И тем не менее в хельсинкском музее можно увидеть работы всех значительных национальных школ Европы – от эпохи Возрождения до XX в. Здесь хранятся полотна Дж. Бассано, Л. Кранаха, Дж. Б. Тьеполо, А. Каналетто, Ф. Буше, П. Гогена, В. Ван-Гога, П. Сезанна, О. Ренуара, А. Модильяни, К. Коро, А. Сислея. Основу небольшого раздела русской живописи составляют 27 картин, подаренных музею в 1919 г. И. Е. Репиным. Из них 20 – работы А. П. Боголюбова, И. И. Шишкина, Н. В. Дмитриева-Оренбургского, В. Д. Поленова, В. М. Максимова, Н. Д. Кузнецова, Н. Н. Дубовского, В. Н. Бакшеева, В. К. Бялыницкого-Бирули. Семь картин принадлежат кисти самого Репина. Среди них портреты Н. Б. Нордман (в тирольской шапочке), Е. Н. Званцевой (1889), дочери художника Надежды (1898), Н. Б. Нордман вместе с Репиным, А. Галлен-Каллела (1920). В последующие годы коллекция русской живописи Атенеума расширилась за счет приобретения произведений художников конца XIX – начала XX в., в том числе А. Н. Бенуа, К. А. Сомова, М. Шагала.

Хельсинки. Атенеум

Полотна мастеров западноевропейской и русской живописи составляют существенную часть коллекции Атенеума. Однако истинное «лицо» музея определяет богатейшая коллекция произведений финского искусства, охватывающее период с XVIII в. до наших дней. Здесь представлены работы финских художников-портретистов XVIII в. – Исаака Ваклина (1720–1758), Нильса Шильмарка (1745–1804), Густава Вильгельма Финберга (1784–1833). К первой половине XIX в. относятся полотна мастеров пейзажа Роберта Вильгельма Экмана (1808–1873) и Вернера Холмберга (1830–1860). Написанные с натуры, они воссоздают прекрасную и могучую природу этой суровой северной страны: гранитные скалы, густые хвойные леса, седые озера. Пейзажи Берндта Линдхолма (1841–1914), создававшего свои полотна под влиянием французского импрессионизма – «Песчаные дюны» (1870), «Прибрежный пейзаж в шхерах Бохуслена» (1875), «В глубине леса» (1882) – наполнены живым дыханием родной природы.

Яркой страницей в истории финского искусства стал период национального романтизма, когда многие произведения финских художников и скульпторов создавались под влиянием образов национального эпоса «Калевала». В Атенеуме это направление представлено большим собранием работ выдающегося финского художника Аксели Галлен-Каллела (1865–1931). Работая над темами «Калевалы», художник пришел к выводу, что дух национального эпоса можно передать лишь с помощью стилизации. В картинах «Мать Лемминкяйнена» (1897) и «Проклятие Куллерво» (1899) героический характер народного эпоса передан языком символов. Этому соответствует и манера письма художника: все предметы имеют четкий контур, окрашены в яркие тона.

Широко представлено в Атенеуме и творчество Альберта Эдельфельта (1854–1905), замечательного и весьма разностороннего художника, произведения которого хорошо известны в России. В 1881 г. за заслуги в области изобразительного искусства он был избран членом Петербургской Академии художеств, а в 1898 г. он участвовал в совместной выставке «Русских и финляндских художников», организованной С. П. Дягилевым.

Экспозиция живописи Атенеума дополнена собранием западноевропейской и финской скульптуры. Коллекция европейской скульптуры невелика, но включает в себя и древнеегипетские статуэтки, античную терракоту, произведения средневековых мастеров, а также работы скульпторов XIX – начала XX в., в том числе О. Домье, Э. Дега, О. Родена. Среди произведений финской скульптуры выделяется большой раздел, посвященный творчеству Вяйнё Валдемара Аалтонена (1894–1966) – выдающегося скульптора, живописца и театрального художника, считавшегося при жизни крупнейшим скульптором Северной Европы. В Хельсинки им созданы скульптуры в здании финского парламента, статуя бегуна Пааво Нурми у городского стадиона, памятник Алексису Киви перед Национальным театром. В Атенеуме хранятся 17 работ Аалтонена – портреты, скульптурные композиции, рельефы и этюды к монументальным произведениям. Сред них следует выделить портрет композитора Яна Сибелиуса.

Коллекции Атенеума продолжают пополняться и в наши дни. При музее создано Художественное училище, готовящее живописцев, скульпторов, мастеров декоративно-прикладного искусства.

Франция

Лувр

Расположенный на северном берегу Сены Лувр возник в конце XII в. как одна из парижских крепостей. Его нынешнее здание и стоит на месте крепости, воздвигнутой королем Филиппом Августом около 1190 г. К XIV в. вокруг нее сложился ансамбль королевской резиденции: массивные круглые башни с зубчатым верхом, мощные стены с небольшими оконными проемами, стрельчатые своды… За замком закрепилось название Лувр. Как считают, оно происходит от французского «louve» – «волчица», и связано с королевским зверинцем-волчатником, некогда располагавшемся на этом месте.

Новое здание замка начали сооружать в 1540-х гг. Стройка растянулась на несколько десятилетий. Одно из помещений дворца – «Большую галерею» – король Генрих IV отдал в распоряжение приглашенных им в Лувр мастеров, преуспевших в живописи, скульптуре, ювелирном и часовом деле и других искусствах. В то время в Лувре были устроены ковровые мастерские, здесь чеканились монеты и медали, а с 1640 г. печатались книги.

«Король-солнце» Людовик XIV (1643–1715) предпринял новую грандиозную реконструкцию Лувра. Но в 1682 г., когда королевский двор был перенесен в Версаль, все работы были заброшены. Лувр пришел в упадок. В 1750 г. даже шла речь о его сносе. Вторая жизнь Лувра началась в годы французской революции. 10 августа 1793 г. королевская художественная галерея была открыта для посещений и стала музеем. Свой современный вид замок приобрел в 1871 г.

Париж. Лувр

В настоящее время Лувр занимает огромную территорию – 18 га. Это один из крупнейших в мире музеев, его каталог насчитывает 400 тыс. экспонатов. И хотя в его гигантской экспозиции наряду с шедеврами встречается и множество второстепенных произведений, Лувр по праву занимает ведущее место среди мировых художественных собраний.

Особый колорит Лувру придает огромная стеклянная пирамида во дворе. Ее, вопреки возражениям консерваторов, соорудил американский архитектор китайского происхождения М. Пей. Сегодня она привлекает внимание множества туристов. Подсчитано, что именно благодаря общей модернизации здания, открытию новых залов (создано семь современных галерей, в которых разместили предметы, принадлежавшие французским королям, а также коллекции картин немецких, бельгийских, голландских, скандинавских и российских художников XVIII–XIX вв.) и строительству пирамиды число посетителей Лувра выросло в несколько раз. Перед тем как зайти в Лувр, иностранцы минут 15–20 крутятся возле «пеевского шедевра», фотографируясь на ее фоне. Недаром пирамида стала в середине 1990-х гг. одним из символов Парижа.

Несмотря на обилие раздаваемых бесплатно путеводителей на разных языках, сразу разобраться в хитросплетениях залов и галерей Лувра трудно. Лувр имеет семь «департаментов» и три крыла, а также четыре уровня (не считая подземного, где расположены гардероб, кассы и размещена информация). Первый и второй уровни называются соответственно «ре-де-шоссе» и «антресоль», а третий и четвертый – первым и вторым этажами.

«Департаменты» – это разделы экспозиции. Таких департаментов Лувр насчитывает семь: живопись, графика, скульптура, прикладное искусство, а также древности – восточные, греко-римские и древнеегипетские. Эти департаменты занимают три крыла здания (имеющие собственные имена – Ришелье, Денон и Сюлли). Каждый департамент имеет свои подразделения. Изобразительные искусства делятся в соответствии с той или иной художественной школой, древности – по эпохам.

Луврский музей возник из небольшой коллекции картин и драгоценностей, которую начал собирать король Франциск I (1494–1547). Коллекция являлась собственностью короны, однако в дальнейшем многие предметы из нее исчезли: чем-то короли награждали своих приближенных, что-то раздаривалось фаворитам и фавориткам. Правда, если последние попадали в немилость, то им приходилось возвращать драгоценности в казну.

Сначала коллекция Франциска I хранилась в его любимой резиденции – замке Фонтенбло, позже она была перенесена в Лувр. И несмотря на то, что многое в последующие годы было утрачено, в Лувре и сегодня можно увидеть часть предметов из королевской сокровищницы. Например, зеркало в раме, украшенной изумрудами. Оно было преподнесено королеве Марии Медичи сенатом Венецианской Республики в качестве свадебного подарка. Заглядывая в него, можно представить в нем лицо королевы, каким его изобразил великий Рубенс.

В числе драгоценных камней Лувра находится и знаменитый алмаз «Регент» (в 137 каратов). Он был найден в 1700 г. в Индии, в копях Голконды. Нашедший алмаз невольник-индиец сделал себе на бедре рану и в ней под повязкой спрятал драгоценный камень. Свою тайну он открыл одному матросу, пообещав тому камень взамен за свое освобождение от рабства.

Заманив невольника на корабль, матрос отнял у него алмаз, а самого беднягу выбросил за борт. Затем матрос продал камень за тысячу фунтов стерлингов английскому губернатору форта Святого Георга Питту, чье имя и закрепилось как второе название алмаза – «Питт». Согласно другой версии, Питт в 1701 г. приобрел алмаз у некоего Яхмунда за 312 тыс. франков. Герцог Орлеанский, будучи в то время регентом Франции (отсюда другое название алмаза – «Регент») купил этот камень уже за 3375 тыс. франков для короля Людовика XV. В 1792 г. алмаз вместе с другими драгоценностями короны исчез при разграблении дворца Тюильри, где эти драгоценности хранились. Позже он каким-то загадочным образом возвратился обратно.

Однако Французская Республика нуждалась в деньгах и вскоре заложила алмаз богатому московскому купцу Трескову. Вернуть алмаз во Францию смог лишь генерал Бонапарт, который приказал вправить его в эфес своей шпаги. Можно сказать, что алмаз «Регент» помог Наполеону надеть императорскую корону: в 1799 г. он заложил его, чтобы совершить переворот 18 брюмера. В 1886 г. при аукционной распродаже алмазов французской короны только историческая ценность спасла «Регент» от публичных торгов, и отныне он хранится в Лувре.

Трудно охватить единым взглядом грандиозную экспозицию Лувра. Среди наиболее ценных коллекций – собрание «египетского департамента», одно из самых богатых в Европе, начало которому положил в 1826 г. Франсуа Шампольон, знаменитый египтолог, расшифровавший древнеегипетские иероглифы. В основу собрания легли находки научной экспедиции, сопровождавшей Наполеона в его египетском походе. Сейчас собрание египетских древностей занимает 20 залов. В числе экспонатов – и утонченно-изящная бронзовая статуэтка царицы Карамамы (IX в. до н. э.), и знаменитый на весь мир «Сидящий писец», и незабываемый полихромный рельеф с изображением фараона Сети I, принимающего ожерелье от богини Хатор.

По количеству залов с отделом Древнего Египта соперничает департамент Древнего Востока. Его экспозиция пополнялась в основном за счет археологических раскопок французских ученых, начавшихся в 1881 г. Самый известный из хранящихся здесь многочисленных экспонатов – знаменитый монолит черного базальта с клинописными начертаниями «Свода законов царя Хаммурапи» (XVIII в. до н. э.).

В отделе античного искусства выставлена известная на весь мир Венера Милосская. Она была случайно обнаружена на острове Милос в 1820 г. греческим крестьянином Георгески. С целью выгодно продать свою находку Георгески до поры до времени спрятал статую в загоне для коз. Здесь ее и увидел молодой французский офицер Дюмон-Дюрвиль, участник экспедиции на острова Греческого архипелага. Он сразу оценил хорошо сохранившийся шедевр. Бесспорно, это была греческая богиня любви и красоты Венера. Тем более что она держала в руке яблоко, врученное ей Парисом во время известного спора трех богинь.

Крестьянин запросил за статую огромную цену, а у Дюмон-Дюрвиля таких денег не оказалось. Однако он уговорил крестьянина не продавать Венеру, пока он не раздобудет нужную сумму. Офицеру пришлось отправиться к французскому консулу в Константинополь, чтобы уговорить его купить статую для французского музея.

Но, возвратившись на Милос, Дюмон-Дюрвиль узнал, что статуя уже продана какому-то турецкому чиновнику и даже запакована в ящик. Ее вот-вот должны были увезти. За огромную взятку Дюмон-Дюрвиль вновь перекупил Венеру. Ее срочно положили на носилки и повезли в порт, где швартовался французский корабль.

Но турки сразу хватились пропажи и настигли поклажу со статуей. В завязавшейся потасовке Венера несколько раз переходила от французов к туркам и обратно. Во время этой схватки и пострадали мраморные руки Венеры. Корабль со статуей вынужден был срочно отплыть, а руки Венеры остались в порту. Они не найдены и до сих пор.

В античном зале находится и статуя Ники Самофракийской, о которой поначалу отзывались как «о декоративной фигуре среднего достоинства». Теперь она стоит на высоком постаменте на площадке большой лестницы, расходящейся по обе ее стороны. Устремленная вперед фигура Ники как бы противостоит встречному ветру. Доныне трубит она в свой победный рог, и никакие бури веков не могут заглушить беззвучного шума ее крыльев.

Ника Самофракийская. II в. до н. э.

Картинная галерея Лувра, даже взятая в отдельности, могла бы стать музеем мирового значения. Ядром собрания, известного сегодня на весь мир, стала коллекция Франциска I, заложенная им в XVI в. Ее пополняли Людовик XIII и Людовик XIV. Список шедевров, представленных в собрании Лувра, читается как оглавление учебника по истории искусств, от античности до середины XIX в.: Ника Самофракийская, Венера Милосская, «Парнас» Андреа Мантеньи (1459), «Мадонна дель Росето» Ботичелли (1469), «Корабль дураков» Босха (1500), картины ван Эйка, Учелло, Гольбейна, Рафаэля, Тициана, Тинторетто, Веронезе, Рембрандта, Рубенса, Гойи. Здесь можно увидеть и работы лучших французских художников XVII–XIX вв., в числе которых – «Плот Медузы» Теодора Жерико (1819), «Свобода, ведущая народ на баррикады» Эжена Делакруа (1830), «Класс танца» Эдгара Дега (1874).

Жемчужина Лувра – всемирно известная картина Леонардо да Винчи «Джоконда». Художник писал по заказу флорентийского банкира Франческо делла Джокондо портрет его жены Моны Лизы. Была ли она красива? Что можно сказать об этом сейчас, глядя на бессмертное творение великого гения? Наверное, многие женщины во Флоренции были красивее ее. Но вполне развившаяся фигура ее была совершенна, особенно совершенной формы были ее выхоленные руки. Замечательны простота и естественность, разлитые во всем ее облике. «Нельзя допустить, чтобы эта модель скучала во время сеансов, – подумал Леонардо. – Тогда ничего не получится, кроме мертвенной передачи более или менее сходных с оригиналом черт лица».

И тогда великий художник прибег к следующему приему: во время создания портрета он приглашал музыкантов, которые играли на лире и пели, и шутов, которые должны были постоянно поддерживать в ней веселое настроение, чтобы скука и меланхолия не исказили прекрасные черты ее лица.

Над этим сравнительно небольшим портретом Леонардо да Винчи проработал четыре года «Мне удалось создать картину действительно божественную» – так отзывался сам мастер о своем произведении.

Леонардо да Винчи. Джоконда. 1480-е гг.

22 августа 1911 г. «Джоконда» пропала из Лувра. В 13 часов дня, когда музей открыли для посетителей, ее на месте не оказалось. Среди работников Лувра началось смятение. Посетителям объявили, что музей закрывается на весь день ввиду аварии водопровода.

Явился префект полиции с отрядом инспекторов. Все выходы из Лувра были закрыты, музей стали обыскивать. Но проверить старинный дворец французских королей площадью в 198 кв. м за одни сутки невозможно. Однако к концу дня полиции все же удалось обнаружить на площадке маленькой служебной лестницы застекленный корпус и раму от «Моны Лизы». Сама же картина – прямоугольник размером 54×79 см – исчезла бесследно.

«Утрата “Джоконды”, – это национальное бедствие, – писал французский журнал “Иллюстрасьон”, – так как почти наверняка тот, кто совершил это похищение, не может извлечь из этого никакой выгоды. Нужно опасаться, что он, в страхе быть пойманным, может уничтожить это хрупкое произведение». Журнал объявил награду: «40 тыс. франков тому, кто принесет “Джоконду” в редакцию журнала. 20 тыс. франков тому, кто укажет, где можно найти картину. 45 тыс. тому, кто вернет “Джоконду” до 1 сентября».

Первое сентября прошло, но картины не было. Тогда «Иллюстрасьон» опубликовал новое предложение: «Редакция гарантирует полную тайну тому, кто принесет “Джоконду”. Ему выдадут 45 тыс. наличными и даже не спросят имени».

Но никто не пришел.

Проходил месяц за месяцем. И все это время портрет прекрасной флорентийки лежал спрятанный в куче хлама на третьем этаже большого парижского дома «Сите дю Герон», в котором жили итальянские рабочие-сезонники.

Потом прошло еще несколько месяцев, год, два… Однажды итальянский антиквар Альфредо Джери получил письмо из Парижа, написанное на плохой школьной бумаге неуклюжими буквами. Некто Винченцо Леонарди предлагал антиквару купить исчезнувший из Лувра портрет Моны Лизы. Леонарди писал, что хочет вернуть на родину одно из лучших произведений итальянского искусства. Это письмо было отправлено в ноябре 1913 г.

После долгой переписки и переговоров Леонарди доставил картину в Галерею Уффици во Флоренции. Он был полностью убежден в правильности своего поступка: «Это хорошее, святое дело! Лувр битком набит сокровищами, которые принадлежат Италии по праву. Я не был бы итальянцем, если бы смотрел на это с безразличием!»

К счастью, два года и три месяца, которые «Мона Лиза» провела в плену, не отразились на картине. Под охраной полиции «Джоконда» выставлялась в Риме, Флоренции, Милане, а потом после торжественной церемонии прощания отбыла в Париж.

Следствие по делу Перуджи (такова настоящая фамилия похитителя) шло несколько месяцев. Арестованный ничего не скрывал и рассказал, что периодически работал в Лувре стекольщиком. За это время он изучил залы картинной галереи и познакомился со многими музейными служащими. Он откровенно заявил, что давно уже решил украсть «Джоконду».

Перуджи считал, что «Джоконду» увезли из Италии во времена Наполеона. А между тем Леонардо да Винчи сам привез ее во Францию, выкупив ее у прежнего владельца на деньги французского короля. Картина была королевской собственностью до революции 1789 г., а потом стала достоянием нации.

Однако «патриотические» убеждения обвиняемого сразу померкли, когда выяснилось, что в прошлом он уже привлекался полицией за попытку воровства, да вдобавок за свою «любовь к Италии» требовал полмиллиона франков. И все же приговор суда был довольно мягкий: один год и пятнадцать дней тюрьмы с уплатой судебных издержек. Суд закончился в июне 1914 г., а через два месяца разразилась Первая мировая война, и человечество стало следить за другими событиями…

Музей Орсэ

Создание этого музея стало в 1970-х гг. значительным событием в культурной жизни Франции. Один из крупнейших вокзалов Парижа, утративший свое функциональное значение, должен был превратиться в музей. Одной из главных задач было не только сохранить вокзал в первозданном виде, но и включить его в современную жизнь, придать музею-вокзалу двойную функцию – носителя исторической памяти и художественного явления современности.

Бывший вокзал Орсэ располагается в центре Парижа – напротив Лувра и Тюильри. Он был построен архитектором Виктором Лалу к Всемирной выставке 1900 г. По мнению многих критиков, вокзал стал «лебединой песней французского модерна». Он считался последним достижением техники того времени, самым ультрасовременным из всех – своего рода апофеозом промышленного века Все в нем приковывало внимание современников: громадный зал, огромная высота, циклопические портики, светящиеся часы. Кроме всего этого здание было в высшей степени функционально. Однако со временем оно перестало удовлетворять все ускоряющийся ритм жизни. К концу 1960-х гг. вокзал обветшал и пережил забвение. На смену ему готовилось строительство международного отеля, в конкурсе на проект приняли участие крупнейшие архитекторы того времени (в том числе и Ле Корбюзье).

Париж. Музей Орсэ

Однако в 1973 г. решение о строительстве отеля отменили. Вокзал признали историческим памятником, и его приобрело министерство культуры Франции. Вот тогда-то и возникла идея превратить вокзал в музей искусства XIX в. – с новейшей экспозиционной технологией, но с минимальным изменением архитектуры и структуры самого вокзала, его интерьеров и декора.

Проект нового музея рождался как бы из диалога с прежним его создателем – Виктором Лалу и ставил своей задачей создать уникальную среду для произведений искусства XIX в., но в то же время сохранить и собственную архитектуру вокзала. Однако здание Орсэ по своим прежним функциям никак не «совпадало» с задачами музея искусств. Сложнейшая проблема была все-таки решена группой «АКТ-архитектюр», завоевавшей первое место в конкурсе по реконструкции этого вокзала. Основа концепции проекта этой группы была такова: «Сделать не музей в вокзале, а музей из вокзала».

Идея нашла поддержку и в лице тогдашнего президента Франции Валери Жискар д’Эстена. Программа реконструкции предусматривала, что новый музей должен стать многодисциплинарным – то есть включать в свои экспозиции и демонстрировать живопись, графику, скульптуру, декоративную мебель, произведения фотографии и зарождающегося киноискусства, архитектуру, градостроительство, исторические и документальные материалы. Первые коллекции нового музея формировались из произведений, хранившихся в Лувре и многих других музеях и частных собраниях. Сюда почти целиком было переведено собрание бывшего парижского Музея импрессионизма. Сегодня собрания Музея Орсэ охватывают период с середины XIX в. до начала Первой мировой войны и по хронологическим рамкам занимают место между Лувром и Национальным центром искусств имени Жоржа Помпиду. Своеобразие музейных экспозиций состоит в том, что они построены по принципу постмодернизма, т. е. здесь нет привычной «иерархии художественных ценностей», и рядом со знаменитыми художниками экспонируются «второстепенные» работы малоизвестных живописцев и скульпторов. Зато перед посетителем разворачивается подробная панорама художественной жизни Франции на протяжении более чем полувека.

Самым масштабным помещением нового музея стала центральная галерея, устроенная над бывшими железнодорожными путями, где ныне выставлены коллекции скульптуры. Стеклянный свод обеспечивает равномерное освещение зала, а это для скульптур является безопасным и оптимальным режимом. Грандиозные размеры зала придают еще большую монументальность всей скульптурной экспозиции. Здесь выставлены работы Франсуа Рюда, Камиллы Клодель («Зрелый возраст», 1899), Огюста Родена, в частности гипсовый вариант его памятника Бальзаку (1892–1898), установленного на парижском бульваре Распай. Еще один вариант бронзовой статуи стоит в саду Музея Родена в Париже.

С центральной галереей соседствуют залы, где выставлены произведения живописи и декоративно-прикладного искусства. С одной стороны – это залы Домье, Коро, Милле, с другой – Энгра, Делакруа, Дега, Гюстава Моро. В Музее Орсэ экспонируется широко известная картина Жана-Франсуа Милле «Ангелус» (лат. «Angelus», 1859; чаще ее именуют во французской транскрипции – «Анжелюс», а в советские времена вообще называли «Вечерним звоном»). Эта картина занимает в художественном наследии Франции примерно такое же место, какое занимают в русской живописи второй половины XIX в. «Три богатыря» Васнецова или «Утро в сосновом лесу» Шишкина. Ни одно произведение французского художника не тиражировалось столько раз, как это полотно Милле. По признанию Сальвадора Дали, эта картина с детства производила на него неизгладимое впечатление: он постоянно видел в ней некую скрытую тайну, а опрос общественного мнения, проведенный в начале 1970-х гг. в Торонто (Канада) с целью выяснить отношение простых людей к современному искусству, показал, что по крайней мере в ту пору эта картина Милле пользовалась наибольшей популярностью в Северной Америке, в то время как работы известных современных живописцев вообще не получили признания.

Коллекции импрессионистов и постимпрессионистов размещены в залах верхней галереи. Естественное специфическое освещение этих залов наилучшим образом отвечает цветовой гамме живописных полотен Моне, Сислея, Сезанна, Ренуара, Ван Гога. Здесь экспонируются ряд картин, приобретших всемирную известность, в том числе «Олимпия» (1863) и «Завтрак на траве» (1863) Эдуарда Мане, «Семейный Портрет (Семья Беллели)» Эдгара Дега (1858), «Женщины в саду» (1867), «Регата под Аржантёем» (1872), «Вокзал Сен-Лазар» (1877) и «Собор в Руане» (1894) Клода Моне, «Наводнение в Пор-Марли» (1876) Альфреда Сислея, «Красные крыши» Камилла Писсарро (1877), «Бал в Мулен де ла Галетт» (1876), «Обнаженная на солнце» (1875) и «Девушки за пианино» (1892) Огюста Ренуара, «Дом повешенного» (1873) и «Женщина с кофейником» (1890–1894) Поля Сезанна, «Звездная ночь» Ван Гога (1889), «Ареареа» («Времяпровождение») (1892) и «Прекрасная Анжела» (1889) Поля Гогена, работы Анри Фантена-Латура, Анри Руссо и др.

Овальные залы первого этажа отданы произведениям академической, натуралистической и символической школ. Три из них представляют новое искусство; это произведения Харта и Ван дер Вельде. Для размещения произведений декоративного искусства и графики (рисунков, фотографий, пастелей и литографий) созданы специальные небольшие «темные» помещения. Естественное освещение здесь практически отсутствует, а разработанная система подсветки позволяет видеть лишь экспонаты.

Вообще естественное и искусственное освещение Музея Орсэ является одной из его главных удач: 8 тыс. светильников, прожекторы и галогеновые фонари как бы сливаются в одну симфонию. Во всех залах смонтирована система, отражающая как искусственный, так и естественный свет. Этот свет прежде, чем попасть на полотна, отражается специальными панелями, поглощающими вредные для картин ультрафиолетовые лучи.

Среди других технических новшеств в музее применяется компьютерная система управления климатическим режимом и обеспечением безопасности.

Национальный центр искусств им. Жоржа Помпиду

Центр Жоржа Помпиду прочно вписался в пейзаж французской столицы. Никто и не помнит уже старый квартал Сен-Мерри, на месте которого в одно прекрасное утро парижане обнаружили непроходимые нагромождения металла, стекла, труб, патрубков, люков, раскрашенных в яркие – красный, синий, зеленый, желтый – цвета…

Национальный центр искусств носит имя Жоржа Помпиду (1911–1974) – президента Франции в 1969–1974 гг. В обиходе центр часто именуют Бобур (Beaubourg) – по названию района, где высится эта причудливая постмодернистская постройка, вызвавшая в свое время множество яростных споров. Фасад здания по диагонали пересекает гигантская труба застекленного эскалатора. Поднявшись по нему на верхнюю площадку, можно полюбоваться видами на башню Сен-Жак и собор Нотр-Дам с одной стороны и на холм Монмартр с базиликой Сакре-Кер – с другой. Справа от главного входа в центр расположен фонтан Игоря Стравинского, механические фигуры которого вполне соответствуют духу Бобура – одного из самых известных и необычных зданий Парижа.

Его проект был разработан архитекторами Ренцо Пиано (Италия) и Ричардом Роджерсом (Великобритания), девизом которых было «нести искусство и культуру человеку с улицы». Авангардная архитектура здания, напоминающего нефтеперегонный завод, символизирует основное назначение центра – массовое «производство» и распространение культуры.

Бобур выглядит огромной прозрачной коробкой, опутанной трубопроводами, металлическими и стеклянными конструкциями. В сочетании с прозрачными туннелями эскалаторов все это образует довольно причудливую и яркую картину. Нестандартное решение – вынос коммуникаций на фасады здания – позволило существенно увеличить полезную его площадь. Сегодня в этом «ангаре искусств», как окрестили Центр Помпиду еще в годы его строительства, расположились Национальный музей современного искусства, Институт исследований и координации в области акустики и музыки, библиотека, содержащая более миллиона томов, художественные мастерские для детей, кино– и конференц-залы, кафе и рестораны.

Центр Помпиду открылся 31 января 1977 г. Странная конструкция из стекла и металла поражает воображение не только снаружи. Экспонаты, представленные в Национальном музей современного искусства, вызывают легкий шок, оторопь, бурный восторг и приступы задумчивости даже у видавших виды любителей модерна. Музей поражает богатством своих коллекций: в его залах выставлено около 34 тыс. работ, отражающих период 1905–1960 гг. Современное искусство представлено здесь во всем его многообразии: пластическое, видео, кино, архитектура, дизайн – от неореализма (Тэнгели, Ив Кляйн, Арман, Сезар), до поп-арта (Энди Уорхол, Джаспер Джоунс), минимализма (Карл Андре, Ришар Серра) и концептуализма (Бурен, Козют). В числе художников, полотна которых экспонируются в музее, – Матисс, Лежер, Шагал, Пикассо, Делонэ, Кандинский, Дали, Брак, Отто Дикс, Пит Мондриан, Джакометти.

Центр Помпиду, вероятно, не напрасно называют самой спорной общественной постройкой XX в., однако он давно стал одной из наиболее популярных туристических достопримечательностей не только Парижа, но и всей Европы. Ежегодно его посещают около 8 млн человек.

Музей Родена

Музей выдающегося французского скульптора Огюста Родена размещается в отеле Бирон – старинном особняке на улице Варенн, владельцем которого когда-то был маршал Бирон, военачальник времен Людовика XV. Этот роскошный особняк, окруженный садом, разбитым на трех гектарах, был построен в 1728–1730 гг. архитектором Жаном Обером. В начале XIX в. здесь размещалась резиденция русского посла, затем женский монастырь. В начале XX в. отель перешел в частные руки, в доме устроено несколько студий, сдававшихся в аренду художникам и артистам. Здесь в разное время жили Айседора Дункан, Анри Матисс, Жан Кокто. С 1908 г. часть здания – ряд комнат, обращенных на юг, – занял Огюст Роден. Скульптор был очарован красотой дома и живописностью окружающего его сада. Роден собрал здесь множество своих работ, развесил на стенах коллекцию живописи и собственных рисунков, поставил в парке греческие и римские статуи из своего собрания. Гостями Родена в отеле Бирон были многие выдающиеся люди того времени.

В 1911 г., когда здание отеля было куплено французским государством, Роден предложил план передачи Франции всего своего наследия – скульптур, рисунков, художественных коллекций (включавшими картины Ван Гога и Ренуара), фотографий и архивов – при условии, что в отеле Бирон будет устроен музей, посвященный его творчеству. После согласования всех деталей французский парламент в декабре 1916 г. одобрил это решение. Спустя год Роден умер в своем доме в Медоне под Париже.

О. Роден. Мыслитель. 1880–1882 гг.

Музей Родена открылся в 1919 г. Его организаторы решили разделить творческое наследие художника: в музее в отеле Бирон хранятся завершенные мраморные и бронзовые скульптуры Родена, многочисленные эскизы, этюды и наброски, а также принадлежавшая ему коллекция произведений искусства; незаконченные работы из гипса, глины и макеты ряда известных произведений, отражающие творческий поиск художника, демонстрируются на вилле Родена в Медоне. Ныне музей в отеле Бирон обладает приблизительно 6600 работами Родена, созданными в терракоте, гипсе, бронзе, мраморе, воске, стекле, керамике и т. д. Здесь экспонируются две самые известные работы великого мастера: «Мыслитель» (1880–1882) и «Поцелуй» (1886). Ряд скульптур – в обширном саду музея: здесь на песчаных площадках выставлены монументальные композиции «Врата ада» (1880–1917), «Граждане Кале» (1889) и др. В числе других работ Родена, хранящихся в музее, – «Девушка с розой на шляпе» (1865–1870), «Бронзовый век» (1877), «Уголино» (1882), «Упавшая кариатида» (1882), «Вечный идол» (1889). Отдельный зал посвящен работам Камиллы Клодель (1864–1943), которая на протяжении 15 лет была помощницей, музой и возлюбленной Родена. В помещении псевдоготической часовни, оставшейся от бывшего монастыря, выставлены произведения греческого, римского и египетского искусства, собранные Роденом. Каждое лето здесь устраиваются показы современного искусства.

Вся обстановка музея, включая парк, пронизана особым очарованием дома старого художника. Именно это качество выделяет Музей Родена среди других французских музеев. Это – один из самых популярных музеев во Франции, четвертый после Лувра, Версаля и Музея Орс. Ежегодно его посещает около 500 тыс. человек.

Музей Пикассо

Экспозиция Музея Пикассо в Париже полностью посвящена жизни и творчеству великого испанского живописца Пабло Пикассо (1881–1973). Он впервые приехал в Париж в 1900 г. и впоследствии провел большую часть своей жизни здесь и в Провансе (на юге Франции). После его смерти в 1973 г. многие из работ Пикассо перешли в собственность французского государства, и тогда было принято решение организовать в Париже музей художника.

Большую роль в создании музея сыграл Андре Мальро (1901–1976), французский романист, искусствовед и государственный деятель. Именно он, будучи министром культуры Франции, инициировал принятие закона, согласно которому произведения искусства, имеющие бесспорную художественную ценность, могут приниматься в качестве оплаты налога на наследство. Именно за счет этого французское государство после смерти Пикассо стало обладателем 203 картин, 159 скульптур, 16 коллажей, 88 керамических работ и более 3 тыс. графических работ. В 1990 г. это собрание пополнилось наследием вдовы художника Жаклин Пикассо.

Музей Пикассо открылся в 1985 г. Он располагается в самом сердце Парижа, в отеле Сале, построенном в 1656 г. В XVIII в. здесь размещалась резиденция посла Венецианской Республики, а позднее – Центральная школа искусства и промышленности. В настоящее время музей обладает весьма внушительной коллекцией произведений Пикассо, включающей в себя 251 картину, 160 скульптур, 16 коллажей, 107 керамических работ, около 1500 рисунков, множеством гравюр, а также более 100 тыс. архивных документов, фотографий, писем и рукописей. Это одно из наиболее полных и всесторонних собраний, связанных с жизнью и творчеством Пикассо.

Экспозиция музея развернута в хронологическом порядке, охватывая период 1894–1972 гг. В 20 залах представлены все этапы творчества Пикассо, начиная с ранних картин, созданных им во время своего первого пребывания в Париже, в числе которых – «Автопортрет» (1901), «Селестина» – шедевр «голубого» периода (1904), и «Автопортрет» (1906). Далее идут знаменитые «Девушки из Авиньона» (1908), ставшие одной из ступеней на пути Пикассо к кубизму, за ними – кубистские композиции («Натюрморт с плетеным стулом», 1912) и работы классического периода, включающие в себя «Портрет Ольги в кресле» (1917) и многочисленные рисунки и эскизы костюмов, созданные Пикассо для балетной труппы Дягилева. Сюрреалистический период в творчестве художника представлен «Поцелуем» (1925) и «Распятием на кресте» (1930). Отдельные залы посвящены графике Пикассо, его работам из керамики, а в скульптурном парке размещены скульптуры, созданные мастером в 1929–1950 гг. Завершают экспозицию работы заключительного (1961–1973) периода в творчестве Пикассо, включающие в себя «Сидящего старика» (1970–1971).

В одном из залов музея находится частная коллекция произведений искусства, принадлежавшая Пикассо; в 1978–1985 гг. она экспонировалась в Лувре. Коллекция включает в себя африканские и новогвинейские маски, иберийские изделия из бронзы, картины Коро, Курбе, Сезанна, Шардена, Ренуара, Матисса, Браке, Миро, Руссо. Хронологию жизни и творчества Пикассо дополняют многочисленные фотографии, запечатлевшие художника во время работы и на отдыхе с семьей и друзьями.

Музей Клюни

Музей Клюни, официально именуемый Национальным музеем Средних веков, расположен в Латинском квартале, на углу бульваров Сен-Мишель и Сен-Жермен. Это редкий пример музея, не только обладающего ценнейшими коллекциями, само его здание является уникальным историческим памятником. Средневековый отель Клюни, в котором располагается музей, построен на остатках римских терм, датирующихся III в. н. э. Это единственная римская постройка на территории Франции, где полностью уцелели своды. Римские термы традиционно состояли из трех частей: кальдария (для горячих ванн), тепидария (для теплых ванн) и фригидария (для холодных). Эта последняя часть сохранилась лучше всего. Даже в самые жаркие дни в этом просторном зале высотой 13,5 м, построенном семнадцать веков назад, царит прохлада.

Древнеримский фригидарий представляет собой сегодня одну часть музея Клюни; другая размещается в примыкающем к нему отелю Клюни, частично построенном на фундаментах римской эпохи и являющимся сегодня наиболее выдающимся примером средневековой гражданской архитектуры в Париже. Этот дом был заложен в 1334 г. Пьером Шалю, настоятелем богатого аббатства Клюни в Бургундии. В 1485–1500 гг. клермонский епископ Жак д’Амбуаз перестроил здание, после чего оно приобрело свой современный облик. Это один из лучших образцов поздней («пламенеющей») готики, в которой уже присутствуют элементы ренессанса.

В начале XVI в. в отеле Клюни после смерти мужа, французского короля Людовика XII, жила вдовая королева Мария Тюдор. В XVII в. отель служил резиденцией папским нунциям, в том числе и будущему некоронованному правителю Франции – кардиналу Мазарини. В 1783 г., во времена кровавой французской революции, отель был объявлен государственной собственностью, а затем продан частным лицам.

В 1833 г. здесь поселился Александр Дю Соммерар, коллекционер старины, чьи пристрастия существенно отличались от господствующих в ту пору во французском обществе вкусов. Считалось, что «истинного» любителя и знатока изящных искусств должна интересовать в первую очередь античность, а во вторую – итальянское Возрождение. Дю Сомеррар был в этом смысле «белой вороной»: он собирал предметы искусства Средневековья, заклейменного «просвещенными» людьми того времени как эпоха «варварства» и «мракобесия». Однако эпоха романтизма открыла многим людям глаза на истинную красоту средневекового искусства, а роман Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери» (1831) в одночасье сделал эту тему чрезвычайно модной. Обращение французского общества к сокровищам своей средневековой истории выразилось, в частности, в организации масштабных реставрационных работ, направленных на сохранение крупнейших архитектурных памятников Средневековья, включая знаменитый собор Нотр-Дам де Пари, находившийся на грани разрушения. На этом фоне коллекция Александр Дю Соммерара приобретала особое значение.

Париж. Музей Клюни

После смерти Дю Соммерара в 1842 г. государство покупает его коллекцию и здание старого отеля, а также прилегающие к нему термы. В 1843 г. правительственным декретом был создан музей, первоначально называвшийся Музеем терм и отеля Клюни. Он был официально открыт в 1844 г., а его первым хранителем стал сын Александра Дю Соммерара.

Богатейшая коллекция музея уже к концу XIX в. насчитывала 10 тыс. экспонатов. В последующие годы собрание росло, и ныне оно представляет собой уникальную панораму пятнадцати веков европейского искусства, от эпохи римской Галлии до начала XVI в., от Каталонии до Саксонии, от Англии до Сицилии, от Италии до Северной Европы. Не раз отмечалось, что символично даже местоположение музея: стоящий на фундаментах римских терм средневековый отель Клюни служит наглядным воплощением того, что искусство Средних веков основывается на искусстве античности.

Собрание музея Клюни включает в себя предметы декоративного искусства и материальной культуры V–XV вв.: скульптуру, витражи, изделия из слоновой кости, драгоценных металлов и дерева, лиможские эмали, костюмы, мебель, ткани, шпалеры, иллюстрированные рукописи. Открывает экспозицию небольшое собрание римских древностей, занимающее в помещение бывшего фригидария – галльские и римские надписи, колонна Навта, статуя Юлиана Отступника, золотые и серебряные монеты.

В собрании Музея Клюни на редкость полно и всесторонне представлено романское искусство: скульптуры, фрески, витражи. Особенно богато представлена скульптура XI–XII вв. Эта часть экспозиции дает исторический обзор развития скульптуры не только в Париже, но и во всем Иль-де-Франсе. Здесь собрано множество статуй и архитектурных деталей из аббатства Сен-Жермен-де-Пре, Сент-Женевьев, Сен-Дени и из собора Парижской Богоматери. Большинство этих шедевров средневекового искусства, прославленных еще во времена Меровингов, было уничтожено в годы кровавой французской революции. В музее сегодня можно увидеть 12 резных капителей из центрального нефа церкви Сен-Жермен-де-Пре (начало XI в.), мраморные капители, скульптуры и романские витражи из церкви аббатства Сен-Дени. В 1977 г. в музее открылась интереснейшая экспозиция фрагментов скульптур, некогда украшавших главный фасад собора Парижской Богоматери. Их создание относится к 1220 г. В 1793 г. эти статуи, изображавшие библейских царей, были сброшены на землю бесчинствующей толпой вандалов и обезглавлены. Сами искалеченные фигуры в первой половине XIX в. попали в музей, а отбитые головы бесследно исчезли. Лишь полтора века спустя их случайно нашли во время реставрации особняка генерала Моро. Однако сегодня в Музее Клюни статуи по-прежнему экспонируются отдельно, а головы – отдельно.

Помимо каменных изваяний в музее хранятся прекрасные образцы деревянной скульптуры: в Средние века искусство резьбы по дереву в Западной Европе процветало. Небывалый подъем в эпоху Средневековья переживало и искусство витража. К числу наиболее ранних принадлежат витражи, изготовленные для церкви аббатства Сен-Дени – усыпальницы французских королей, и датирующиеся 1144 г. Они являются гордостью музейной коллекции. Своего наивысшего расцвета искусство витража достигло в XIII в. К этому периоду относятся витражи, перевезенные в Клюни из Сент-Шапель и собора в Руане.

Музей Клюни обладает замечательной коллекцией произведений средневековых золотых дел мастеров и эмальеров. В ее составе – великолепные ювелирные изделия из золота, серебра и бронзы, украшенные эмалью или драгоценными камнями. Многие из них некогда принадлежали известным историческим деятелям, королям, иерархам церкви или богатым аббатствам. Хранятся в музее Клюни и знаменитые сокровища вестготских королей из Гуаррасарре, а точнее, их французская часть – другая часть, принадлежащая Испании, находится в Национальном археологическом музее Мадрида. Жемчужина коллекции – тончайшая золотая «Базельская роза», созданная мастером Минуччо да Сиена в 1330 г. для папы Иоанна XXII. Здесь же можно увидеть богато украшенные кресты, реликварии и многое другое. На редкость полно и многогранно представлено искусство эмали. Посетитель музея имеет возможность сопоставить изделия, выполненные в технике перегородчатой и выемчатой эмали, приемы мастеров византийской, маасской, рейнской и лиможской школ.

Коллекция изделий из слоновой кости по своей полноте и великолепию соперничает только с подобной же коллекцией из Лувра. Она охватывает период от поздней античности до конца эпохи Средневековья. Здесь представлены как уникальные изделия, редкостные по красоте и сложности исполнения, так и достаточно простые, предназначенные для массового потребителя. Некоторые из них имеют весьма внушительные размеры – например статуя Богоматери с Младенцем, одно из самых больших в Европе изделий из слоновой кости, дошедшее до наших дней. Рядом с ней – относительно скромные шкатулки, зеркала, гребенки и другие предметы повседневного пользования. Многие из них относятся к XIII в. и более ранним периодам, но большинство изготовлено в XIV в.

Музей Клюни обладает уникальной по сохранности, полноте и качеству коллекцией средневековых тканей. До конца романской эпохи в Западной Европе производились только самые простые ткани, и потому драгоценные восточные ткани из Ирана, Египта и Византии пользовались большим спросом. Торговля этими товарами являлась важной частью средневековой экономики. С XIII в. европейский рынок начинают наполнять изделия из тканей местного производства; итальянские шелка постепенно вытеснили византийские. Замечательная коллекция Музея Клюни отражает всю историю европейского текстиля, от античности до конца Средневековья, здесь представлены все методы изготовления и художественного оформления тканей, продукция всех крупнейших центров текстильного производства, как восточных, так и европейских – итальянских, испанских, английских. Это собрание настолько огромно, что в постоянном показе находится только малая его часть.

Гобелен «Дама с единорогом». Конец XV в.

Особое место в экспозиции занимают гобелены. Еще со времени открытия в 1843 г. Музей Клюни обладал большой коллекцией гобеленов, в числе которых были два настоящих шедевра: «Освобождение Св. Петра из темницы» (середина XV в.) и «Житие Св. Стефана» (около 1500 г., Брюссель). Последний, 45-метровой длины, вытканный из шелка и шерсти, был создан для собора в Оксерре. На нем в 23 эпизодах представлена история св. Стефана, первого христианского мученика, завершающаяся сценами обретения мощей св. Стефана спустя три века после его гибели и их торжественной доставки в Рим.

Не менее известна и серия гобеленов «Жизнь феодального поместья» (нач. XVI в.), на пяти коврах которой представлены сцены повседневной жизни французской знати: «Вышивание», «Чтение», «Прогулка», «Охота», «Купание», «Галантные сцены». Здесь же можно видеть наивный по сюжету, но оттого еще более трогательный гобелен «Подношение сердца» (начало XV в.). Однако главным шедевром является всемирно известная серия гобеленов «Дама с единорогом» (кон. XV в., Фландрия). Шесть ковров типа мильфлёр представляют собой аллегории чувств: «Зрение», «Слух», «Вкус», «Обоняние» и «Осязание». Последний гобелен называется «Моему единственному желанию». На нем изображена Дама, которая заключает все свои чувства в ларец, чтобы, освободившись от них, целиком посвятить себя Богу – ее «единственному желанию».

К числу сокровищ Музея Клюни принадлежит и большая коллекция предметов повседневной жизни, главным образом относящихся к периоду позднего Средневековья. Она занимает несколько залов. Здесь представлены старинная мебель, столовая посуда (оловянная и глиняная), одежда, обувь, различные бытовые принадлежности. Особый раздел посвящен путешествиям и паломничествам к далеким святыням – в Рим, Саньяго-де-Компостелу, в Святую Землю. Завершает экспозицию зал, где демонстрируются оружие, доспехи и другие объекты, связанные с ведением войны.

Национальный музей естественной истории в Париже

Франция, Париж, дворец Трокадеро. Этот адрес знаком сегодня миллионам людей. Именно здесь расположен один из трех крупнейших в мире (наряду с лондонским Музеем естествознания и Смитсоновским институтом) естественнонаучных музеев – Национальный музей естественной истории. Биология, зоология, палеонтология, антропология, этнология и человеческая предыстория – все эти отрасли знаний представлены здесь в исключительной полноте. Не зря Национальный музей называют «архивом Земли».

«Пращуром» нынешнего музея можно считать Королевский сад лекарственных растений, созданный в 1635 г., при короле Людовике XIII, знакомому многим из нас по роману А. Дюма «Три мушкетера». Надо сказать, что образ, созданный Дюма, во многом не схож с образом историческим. Реальный Людовик XIII отличался весьма пытливым умом, покровительствовал наукам и особенно медицине. По его распоряжению были созданы Минералогический кабинет, кафедра анатомии и хирургии и небольшой придворный музей-кунсткамера для собирания всяческих курьезов. Вместе с Королевским садом лекарственных растений они и составили основу нынешнего Национального музея естественной истории. Сегодня он включает в себя Зал эволюции, посвященный развитию жизни на Земле, Палеонтологическую галерею с прекрасным собранием останков динозавров, ископаемых птиц и насекомых, Минералогическую галерею с более чем 600 тыс. образцов минералов и знаменитый Музей человека – крупнейший в мире антропологический музей.

Галерея минералогии и геологии выросла из Минералогического кабинета короля Людовика XIII, созданного в 1626 г. Первоначально здесь хранились разные минералы и неорганические вещества, обладавшие лечебными свойствами: нефрит для почек, глина для желудка, а также различные соли, лекарственные травы и наркотические препараты. Даже трудно представить, что именно в стенах этого кабинета фактически родилась современная наука минералогия.

Ныне в парижском музее собрана богатейшая коллекция минералов. Известно, что земная кора на 95 % состоит приблизительно из 30 минералов, которые принадлежат к числу самых распространенных на Земле. Однако на сегодняшний день ученым известно более 4 тыс. минералов, из которых многие принадлежат к числу уникальных. Практически весь этот богатейший спектр представлен в парижском Национальном музее. За бронированными дверями хранится около 2 тыс. наиболее ценных минералов и более 3 тыс. редчайших драгоценных камней, в числе которых – исторические камни, входившие в число сокровищ французской короны. В залах Минералогической галереи есть и золотые самородки из Калифорнии, пегматиты из Бразилии, гигантские кристаллы мориона, амазонита, аквамарина, топаза, морганита. Некоторые кристаллы весят от 100 кг до 4 тонн!

Начало знаменитой метеоритной коллекции было положено во второй половине XIX в. Ныне она включает в себя 3050 образцов, представляющих 1146 зарегистрированных случаев падений метеоритов. Самый ранний из них относится в 1492 г; самый большой метеорит весит 625 кг.

Истоки нынешней Палеонтологической галереи Национального музея также берут свое начало в XVII в. Она родилась из собрания курьезов, принадлежавшего Людовику XIII, в числе которого было несколько забавных доисторических окаменелостей. В XVIII в. королевская коллекция значительно пополнилась; в частности, в нее поступили окаменевшие останки крупных позвоночных, найденные в 1739 г. на североамериканском континенте. Сегодня коллекции Палеонтологической галереи включают в себя более 2,7 млн экспонатов, происходящих со всего мира. Особенно интересна коллекция позвоночных – 300 тыс. образцов ископаемых животных, рептилий, птиц и рыб! В палеоботанической коллекции более 200 тыс. экземпляров окаменевших растений, отпечатков листьев, семян и т. д.

Наибольшей известностью пользуется Музей человека. Он является прямым наследником этнографического Музея Трокадеро, основанного в 1878 г., а «дедушкой» ему приходится все та же придворная кунсткамера Людовика XIII, ее собрание в XVIII–XIX вв. обогатилось благодаря исследовательской деятельности нескольких поколений французских путешественников и ученых.

Музей человека создан в связи с проведением Всемирной выставки 1937 г. Направление деятельности музея прямо вытекает из его названия: экспозиции рассказывают о происхождении человека и культурной истории человечества. Входящие в его состав галереи антропологии, человеческой предыстории и этнографии способны захватить воображение каждого, кто интересуется происхождением и историей человеческого рода.

Раздел предыстории человечества насчитывает более 2 млн экспонатов, охватывающих период в несколько миллионов лет – от появления первых гоминидов до изобретения письменности. Основная их часть происходит из археологических раскопок. Треть экспонатов представляет Африку, треть – Францию, и треть – весь остальной мир. Здесь можно видеть ископаемые останки австралопитеков, целую витрину, заполненную зубами древних гоминидных форм, грубо обработанные камни ашельской культуры, которую считают первой человеческой культурой на Земле. В отделе, посвященном неандертальскому человеку, выставлен череп неандертальца, впервые найденный в Германии, в долине Неандерталь, в 1856 г.

Отдельный раздел посвящен знаменитой наскальной живописи верхнего палеолита – культурному феномену, вокруг него до сих пор не утихают горячие споры. Помимо многочисленных картин и гравюр первобытных художников, тщательно скопированных со стен знаменитых пещер Ласко, Фон-де-Гом, Нио и других, здесь в мельчайших подробностях воссоздана обстановка палеолитической пещеры, на полу которой даже лежат обглоданные кости антилопы.

Богатейшие этнографические коллекции музея расположены по географическому принципу. Европу сменяет Азия, Америку – Африка. Инкские мумии, монгольские костюмы, индейские ткани, деревянные скульптуры из Меланезии, полинезийские копья, африканские маски – весь мир представлен здесь с такой удивительной полнотой, что кажется, что за пару часов вы совершили настоящее кругосветное путешествие. Впрочем, эти залы не располагают к спешке. Интересно задержаться, например, в африканских залах, рассматривая причудливые гротескные маски и огромные расписные тамтамы, или неспешно перейти в зал Южной Америки, где демонстрируется удивительный хрустальный череп, изображающий ацтекского бога смерти и подземного царства.

Есть в Музее человека и раздел, экспозиция которого, возможно, способна ранить чьи-то эстетические чувства, однако пользующаяся буквально бешеным успехом у анатомов, антропологов, студентов-медиков и судебных экспертов. Речь идет об антропологической коллекции. Фундамент ее заложил все тот же Людовик XIII, основав в 1635 г. королевскую кафедру анатомии и хирургии. Вскоре в ее собрании появились всевозможные заспиртованные уроды, необычные черепа и скелеты. Сегодня эта коллекция включает в себя около 26 тыс. подобных экспонатов, происходящих из всех уголков света: это черепа, скелеты, мумии, бюсты, гипсовые и восковые слепки, погруженные в раствор формалина целые человеческие тела и отдельные органы, человеческие окаменелости разных эпох… Этот ценнейший материал весьма интересует врачей-палеопатологов, изучающих по костным останкам болезни прошлого, ученых-историков, отыскивающих среди умышленно деформированных черепов следы ритуальных обрядов, антропологов, восстанавливающих облик древних обитателей тех или иных районов земного шара. Коллекции отдела антропологии служат также исследованиям в области медицины, стоматологии, истории искусства, изучения биологического разнообразия и т. д. Сегодня Музей человека – место настоящего паломничества ученых со всего мира, а также студентов – французских и иностранных. Впрочем, музей в одинаковой степени интересен и рядовым посетителям – как взрослым, так и детям. Ведь помимо страшных черепов и оскаленных масок здесь есть очаровательный зверинец и сад тропических растений, где много-много цветов…

Городок науки и техники в Париже

Городок науки и техники – один из самых больших в мире и наиболее посещаемых музеев науки. Он располагается в парке Ла Виллет на севере французской столицы, занимая территорию в 55 га. В XVIII в. здесь была небольшая деревня, а в 1867 г. в Ла Виллет были устроены городские скотобойни и большой мясной рынок. Эта «фабрика мяса» перестала действовать только в 1974 г. И тогда опустевший Большой зал, способный вмещать до 4600 голов крупного рогатого скота, и окружающую его территорию было решено преобразовать в крупный развлекательно-досуговый центр, сердцем которого должен был стать Городок науки и техники – современный интерактивный «музей второго поколения».

Проект городка был разработан архитектором Адриеном Файнзильбером. Первым открыла свои двери в 1985 г. Жеода – гигантских размеров стальной шар, внутри которого размещается один из самых больших в Европе IMAX-кинотеатров на 400 мест с полусферическим гигантским экраном площадью 1 тыс. кв. м и диаметром 36 м. С апреля 2007 г. в Жеоде начала функционировать новая цифровая проекционная система. Благодаря ей зрители могут смотреть фильмы в формате 3D.

Открытие Городка науки и техники состоялось 13 марта 1986 г. и совпало с прохождением кометы Галлея вблизи Земли. Пришельцем из далекого космоса выглядит и расположенное в северной части парка Ла Виллет большое прямоугольное здание с синей крышей; ныне деревья вокруг настолько разрослись, что летом его практически не видно. Атмосфера этого музея существенно отличается от привычной – его экспозиция состоит прежде всего из различных действующих устройств, интерактивных игр и средств моделирования, погружающих посетителей в увлекательный мир современной науки и техники. В этом музее, где нет табличек «руками не трогать», а наоборот, все можно потрогать и даже испытать. Это – практический музей, где знания приобретают посредством личного опыта, и, возможно, именно поэтому он так популярен и у взрослых, и особенно у детей.

Сердце музея – Эксплора, зал, посвященный экспериментам в области физики, космоса, океанографии и др. Его экспозиция – если это можно назвать экспозицией – разработана прежде всего для детей в возрасте 3–12 лет, однако она неизменно вызывает интерес у всех, независимо от возраста и наличия (или отсутствия) технического образования. Другим «гвоздем» является настоящая подводная лодка «Аргонавт», бывшая некогда гордостью французского военно-морского флота, десять раз обошедшая вокруг земного шара. В 1989 г. 400-тонная субмарина предприняла свой последний рейс вверх по Сене и теперь стоит по соседству с Жеодой, вызывая восхищение и любопытство детворы. Для любителей сильных ощущений создан кинотеатр Синакс, где демонстрируются фильмы в трехмерном изображении и с максимально реальными эффектами. Этот кинотеатр с залом на 56 зрителей, по сути, представляет собой высокотехнологичный тренажер, обычно использующийся для обучения пилотов. Он является самым большим в мире тренажером подобного рода. Вполне современно выглядит и планетарий, оснащенный новейшим цифровым оборудованием, позволяющим зрителям путешествовать с планеты на планету и исследовать самые отдаленные звезды и галактики. На территории городка находятся также аквариум, медиа-библиотека и ряд других выставок, посвященных технологии и промышленности. Ежегодно этот необычный музей посещает около 500 тыс. человек.

Военный музей в Доме инвалидов

На левом берегу Сены, напротив моста Александра III, расположился Дом инвалидов, основанный Людовиком XIV для призрения исключенных со службы старых солдат-инвалидов. В наши дни Дом инвалидов стал пантеоном военной славы Франции. В одном из его зданий расположен сегодня Военный музей, а в церкви Святого Людовика (Сан-Луи-де-Инвалид) находятся гробницы маршалов Франции. Здесь же похоронен капитан Руже де Лилль – автор легендарной «Марсельезы».

Военный музей (Музей французской армии) основан в 1905 г. и ныне в его собрании насчитывается около 500 тыс. экспонатов, включая холодное и огнестрельное оружие, доспехи, артиллерийские орудия, образцы униформ, эмблемы и картины. Экспозиция музея раскинулась на площади 12 тыс. кв. м и охватывает период от древнейших времен до конца Второй мировой войны.

Перед самым Домом инвалидов разбит сквер, окруженный декоративным рвом и валом, на котором установлена батарея из иностранных орудий, взятых в различных сражениях. В их числе и два русских орудия из Севастополя. Пройдя монументальные ворота, посетитель попадает в огромный Парадный двор, со всех четырех сторон окруженный двухъярусной галереей. Стены ее расписаны картинами, прославляющими подвиги французской армии. В центральной нише установлена бронзовая статуя Наполеона, имеющая свою историю. Эта статуя была отлита в 1853 г. скульптором Крозатье. Первоначально она увенчивала Вандомскую колонну, заменив собой другую статую Наполеона, изображавшую императора в римском одеянии. В последние годы Второй империи было решено водрузить на Вандомскую колонну прежнюю статую Наполеона, а эту сняли и поместили на одной из площадей в пригороде Курбевуа. В 1870 г. восставшие парижане сбросили ее в Сену. Позже разбитую статую вытащили из воды. У бронзового императора была отбита голова, проломлена грудь. Статую отправили на реставрацию, затянувшуюся на долгие годы. Лишь в марте 1911 г. восстановленную статую поставили на нынешнее место.

С галерей Парадного двора посетители входят в Военный музей и в церковь Святого Людовика. Стены храма увешаны трофейными знаменами, взятыми в боях. Значительная часть трофеев – 1500 знамен – была сожжена в ночь на 31 марта 1814 г., перед вступлением в Париж союзных войск.

Гробница Наполеона

Из церкви, через стеклянную перегородку за алтарем, видна главная достопримечательность Дома инвалидов – могила Наполеона. Это круглый (11 м в поперечнике) и глубокий (6 м) открытый склеп, посередине которого установлен саркофаг с телом Наполеона, воздвигнутый в 1853 г. Он сделан из красного финского гранита – это подарок русского царя Николая I. Массивная крышка саркофага поднимается лишь в исключительных случаях, и тогда через стекло можно видеть потемневшее при бальзамировании лицо Наполеона.

Гроб императора окружают 12 крылатых гениев, между которыми поставлены щиты с трофеями Аустерлицкого сражения – австрийскими знаменами. Здесь же хранятся шляпа Наполеона, его шпага и цепь ордена Почетного легиона.

За склепом в глубине церкви – голгофа, под который и находится вход в склеп. Вход этот заперт, а замочная скважина бронзовых дверей склепа имеет форму латинской буквы «N» и увенчана розеткой ордена Почетного легиона. Над дверями начертаны слова из завещания Наполеона: «Я желаю, чтобы прах мой покоился на берегах Сены, среди французского народа, который я так любил». По обеим сторонам дверей расположены аллегорические фигуры Гражданской и Военной мощи.

Экспозиция Военного музея Дома инвалидов разделяется на две части – Оружейную и Историческую. В вестибюле Оружейного зала выставлены неприятельские орудия, среди которых есть и русские, взятые при Севастополе. В галерее зала, вдоль обеих стен, сплошным рядом выставлены рыцарские доспехи. Здесь же находится коллекция французских знамен, начиная с эпохи Карла Великого. Самые древние знамена той далекой поры не сохранились, но они воспроизведены по рисункам и описаниям. В зале Клебера экспонируется вооружение восточных стран – Китая, Японии, Персии, Индии, Марокко, Кавказа. В одной из витрин посетители могут увидеть шлем турецкого султана Баязета II, а под ним выставлена украшенная драгоценными камнями пороховница.

Потолок Исторического зала затянут шатром китайской императрицы, захваченным в 1900 г. во время подавления боксерского восстания. К Исторической части относится и зал Тюренна, в витринах которого выставлены предметы обмундирования и принадлежности героев наполеоновских войн. Здесь же портрет самого маршала Тюренна; долгое время посетителям показывали ядро, которым он был убит. В этом зале выставлены личные вещи Наполеона: походная шляпа, серый сюртук и мундир, в котором он был в битве при Маренго. Другие вещи императора экспонируются в двух специальных залах. В первом демонстрируются походное кресло, два простых деревянных стула и стол, принадлежавшие Наполеону, когда он был еще поручиком. В этом же зале выставлены его походная кровать, складная табуретка и седло. В одной из витрин – портфель Наполеона и шкатулка с пулей, которой император был ранен в Испании – единственный раз в жизни.

Экспозиция второго зала начинается с портретов родственников императора. Здесь же его походный туалетный прибор в футляре, а также знамя с острова Эльба. Отдельную часть экспозиции составляют сувениры с острова Святой Елены – ломберный столик, мусор из дома Наполеона, его любимая садовая скамейка, чучела его собаки и любимой серой лошади по имени Визирь. В витрине посередине зала выставлены посмертная маска Наполеона и слепок его руки.

Музей Великой войны

Первую мировую войну потрясенное человечество окрестило бойней. Масштабы вызванных ею потерь – прежде всего людских – были беспрецедентны для мировой истории. Одно из самых кровавых сражений произошло в 1916 г. на реке Сомме (Северная Франция). С обеих сторон в нем участвовало 150 дивизий, 10 тыс. орудий, около 1 тыс. самолетов; именно здесь впервые в истории войн были применены танки. Бои на Сомме продолжались с 1 июля по 18 ноября. Потери были огромны, успех союзников, атаковавших германские позиции, – ничтожен. Им удалось лишь продавить германскую оборону в глубину до 10 км на фронте в 35 км. Весь этот клочок земли площадью в 240 кв. км, отбитый у немцев, оказался пропитан кровью: французы потеряли 341 тыс. человек, англичане – 453 тыс., германцы – 538 тыс. человек. Общие потери составили около 1,2 млн человек, не считая гражданских лиц. О кровавых боях на Сомме позже писал участник этих событий, английский поэт Зигфрид Сэссун, в своем стихотворении «Атака»:

Массивный, серо-дымчатый мираж —

Таков в крови рассвета горный кряж.

Опасно иссечен скалистый склон,

Куда попал на карте карандаш,

Куда за танком танк, носами в ров.

Прямой наводкой бьют, создав заслон.

Оружьем всех мастей нагружена,

На проволоку, в орудийный рев,

Пехота прет вперед.

Отражена. На лицах лишь растерянность.

Беги на смерть, спеши на смерть, на смерть ползи…

Грохочет пульс, скрежещет сталь, в грязи

Надежда тонет… Боже, помоги!

1 августа 1992 г. открылся Международный музей Великой войны. Его экспозиция, представленная на трех языках, разместилась в стенах старинного замка Перонн в одноименном городке, расположенном в департаменте Сомма. В 1916 г. Перонн находился в эпицентре кровавых боев; вокруг него сохранилось несколько больших военных кладбищ.

Первая мировая война представлена в музее глазами трех основных ее участников: Франции, Германии и Великобритании. Центром, вокруг которого строится экспозиция, является человек – простой француз, немец или англичанин, в одно мгновение оторванный от мирной жизни и брошенный в грязный мокрый окоп умирать за интересы кучки международных ростовщиков. Крикливая пропаганда изо всех сил оболванивала этих людей, разжигая в них «патриотизм» и призывая к «подвигам», однако мясо, прокручиваемое через мясорубку, не совершает никакого подвига, оно просто превращается в фарш… Человеческое страдание – вот основной стержень музейной композиции. Страдание солдат на фронте и в плену, страдание раненых в госпиталях, страдание людей, оставшихся инвалидами, страдание гражданского населения, погибающего в результате военных действий, страдания людей, превратившихся в беженцев или интернированных в лагерях.

Архитектура музея призвана подчеркнуть это эмоциональное содержание трагедии. Экспозиция каждого из пяти главных залов одновременно иллюстрирует жизнь на фронте и в тылу, отражая в первую очередь социальную, а не военную историю Первой мировой войны. Показ экспонатов сопровождается демонстрацией старой кинохроники времен Первой мировой войны, для чего в залах музея установлено около 60 видеомониторов.

Открывает экспозицию зал предвоенного периода. Многочисленные документы, карты, фотографии рассказывают о напряженной международной обстановке, сложившейся перед 1914 г., об амбициях и претензиях ведущих европейских держав той поры. Выходя из зала, посетитель пересекает большой коридор, протянувшийся с севера на юг: символический образ траншеи и одновременно той роковой черты, которая пролегла в августе 1914 г. между мирной и безмятежной жизнью «до» и наполненной кровью и страданиями жизнью «после». Сумрачный центральный зал еще более нагнетает эту атмосферу тревоги: он отмечает паузу, обозначающую переход от довоенной жизни к ожесточенным военным действиям. Посетитель как бы стоит на пороге великой трагедии. Напоминанием о безвозвратно уходящей эпохе служат монументальные портретные фотографии, запечатлевшие простых людей разных наций в последние мирные дни. И рядом с ними страшными образами грядущей катастрофы выступают 50 гравюр из серии «Война» знаменитого немецкого художника Отто Дикса (1891–1969).

В 1914 г. 24-летний Отто Дикс, студент Дюссельдорфской школы изящных искусств, охваченный «патриотическим» угаром, вступил в армию добровольцем. Четыре года он провел в окопах, участвовал в боях в Пикардии и кровавом сражении на Сомме, был ранен и награжден Железным крестом. Война оказалась совершенно не такой, какой представлял себе молодой романтик. Вместо развевающихся знамен, барабанов и криков «ура!» он досыта насмотрелся на разлагающиеся трупы с оторванными головами и тощих псов, пожирающих человеческие кишки, наслушался криков искалеченных людей, умирающих на колючей проволоке между двумя линиями траншей, и воплей матерей, голосящих над убитыми детьми. Многие годы спустя ему снился один и тот же повторяющийся кошмар: он ползет среди разрушенных домов и рухнувшая кирпичная стена засыпает его живьем. Выдающийся мастер экспрессионизма, Отто Дикс создал в 1920–1924 гг. серию антимилитаристских гравюр, выразив в ней всю свою ненависть к войне. Этот цикл, вдохновленный «Бедствиями войны» Гойи, был призван стереть из его памяти ужасы, пережитые на фронте. Картина Дикса «Траншея» (1923), изобразившая разлагающиеся после сражения в окопе тела солдат с оторванными конечностями, наделала столько шуму, что руководство кёльнского музея Вальраф-Ришартц, купившего картину, вынуждено было спрятать ее в запасники. В 1925 г. тогдашний мэр Кёльна Конрад Аденауэр (будущий канцлер ФРГ) отменил покупку картины и заставил директора музея подать в отставку…

Апокалиптические картины Отто Дикса подготавливают посетителя музея к зрелищу, открывающемуся в следующем зале. Он посвящен первому периоду войны, от ее начала до сражения на Сомме (1914–1916). В центре зала в мелких ямах, выложенных белым мрамором, лежат солдаты, облаченные в форму армий враждующих стран, с оружием и личным имуществом. Эти образы анонимны, как анонимны смерть и солдатская униформа. Их не разделяют ни окопы, ни ряды колючей проволоки – они объединены общим страданием. Перед лицом смерти все различия – национальные, социальные, вероисповедные – стираются. В то же время предметы, хранящиеся в витринах вдоль стен зала, несут максимум личностных признаков. Они рассказывают о том, как в нечеловечески тяжелых условиях люди пытались сохранить свою индивидуальность. В числе экспонатов – пожелтевшие письма с фронта, открытки, семейные фотографии и множество поделок, изготовленных солдатами разных армий в часы затишья. Большинство людей, призванных в армию, составляли крестьяне, ремесленники и рабочие, привычные к труду и заполнявшие свой военный быт изготовлением различных предметов – иногда самых простых, а порой совершенно удивительных. Например, здесь можно увидеть скрипку, сделанную из… металлической коробки для противогаза. Эта изобретательность также являлась отчаянной попыткой сохранить свою индивидуальность, оставить после себя хоть какой-то след – ведь жизнь каждого могла в любую минуту оборваться… Материалы, использовавшиеся для поделок, были самыми разнообразными – пули, патроны, детали униформы, монеты, дерево и солома, кости и мягкий камень. Большинство предметов носит функциональный характер – это ножи, зажигалки, вазы, лампы, пеналы, пузырьки для чернил или музыкальные инструменты, изготовленные из консервных банок или стальных шлемов. Другие поделки имеют чисто декоративное или символическое значение, но все они так или иначе связаны с войной. На многих изделиях вырезаны имена солдат, даты, символы удачи – клевер с четырьмя листочками или цифра «13». В экспозиции музея можно увидеть и каменные блоки с вырезанными надписями и барельефами. Эти свидетельства давно отгремевшей войны были найдены уже в наше время в известняковых карьерах в Пикардии. Имена и адреса, оставленные солдатами разных армий, вновь свидетельствуют об отчаянной попытке людей сохраниться как личность перед лицом смерти.

Экспозиция музея рассказывает и о трагедии гражданского населения в году Первой мировой войны: мобилизация, массовое бегство, вражеская оккупация, смерть, траур. Впервые за всю историю человечества женщины, дети и старики в таких масштабах оказались непосредственно вовлечены в конфликт, и впервые гражданское население понесло такие громадные потери в результате военных действий. Экспонаты, посвященные Франции, Германии и Великобритании, представлены друг над другом на трех уровнях, так что посетители музея могут постоянно сравнивать события, происходившие в этих странах.

Следующий зал посвящен интенсификации конфликта в 1916–1918 гг. К этому времени были уже полностью мобилизованы все экономические, социальные и культурные ресурсы воюющих сторон. Первая мировая война стала первой современной войной, в которой использовались авиация, танки и средства массового поражения; такого уровня насилия история конфликтов еще не знала. Создание новых видов вооружений вело к появлению новых методов ведения войны. Неизмеримо выросла роль технических средств, особенно средств связи – телефонов, радиостанций. В условиях позиционной, окопной войны потребовались новые оптические приборы – перископы, стереотрубы. Для воздушной разведки впервые были использованы автоматические фотокамеры. Все эти технологические новшества того времени можно увидеть в экспозиции музея. Документы, фото– и киноматериалы рассказывают о жизни людей в тылу. Мобилизация 26 млн молодых мужчин привела к тому, оставленные ими рабочие места заняли женщины, дети и старики.

Экспозиция последнего зала посвящена заключению перемирия 11 ноября 1918 г. и послевоенному периоду. Несколько карт, размещенных при входе в зал, демонстрируют посетителям изменение границ в Европе в результате мирных соглашений, подписанных в течение 1919 г. Франция и ее союзники праздновали победу, но она уже таила в себе семена новой войны. Помпезные парады по случаю завершения войны не могли затушевать ни политической нестабильности в Германии и Италии, ни Гражданской войны в России, ни острых национальных конфликтов в Центральной Европе, ни устремлений германских милитаристов, жаждавших реванша.

В общей сложности собрание Музея Великой войны насчитывает более 25 тыс. экспонатов. Тысячи литографий, газетных вырезок, образцов вооружения и униформ, эмблем, открыток, книг и периодических изданий, карт, фотографий на редкость полно освещают всю историю этого крупнейшего международного конфликта первой половины XX в., унесшего жизни более 10 млн человек и искалечившего, по разным оценкам, от 30 до 40 млн. Впрочем, эти цифры до сих пор остаются спорными – в реальности они могли быть еще больше…

Чехия

Национальный музей в Праге

Прогулку по музеям и галереям чешской столицы обычно начинают с осмотра стометрового фасада Национального музея, обращенного к Вацлавской площади. Этот музей главенствует среди музеев страны не только потому, что носит эпитет «национальный», но и потому, что до известной степени он – воплощение всей чешской культуры XIX в.

Монументальное здание музея было построено в 1885–1890 гг. на месте Конных ворот, в возвышенной части Вацлавской площади. Его величественный фасад, оформленный в стиле неоренессанс, увенчивает скульптура покровителя Праги – св. Вацлава в сопровождении четырех святых. Здание музея проектировал архитектор Йозеф Шульц, расходы на строительство составили почти 2 млн золотых крон. Фасад музея украсили аллегорические статуи Чехии с реками Эльбой, Влтавой, Отавой и Крконошскими горами. В нишах боковых башен – фигуры, символизирующие отдельные научные дисциплины; бесчисленное множество всевозможных скульптур украсили также внутренние помещения этого огромного здания. Убранство Национального музея дополняют картины Франтишека Женишека, Вацлава Брожика, Войтеха Гинайса и цикл из шестнадцати картин, посвященный чешским городам и памятным историческим местам, созданный Юлием Маржаком.

Сокровища поступали в музей с помощью общественных подписок, сбора средств по всей стране, по инициативе таких образованных дворян, каким был, например, Кашпар Штернберк. Сегодня в музее выставлены обширные нумизматические коллекции и десятки тысяч минералов; эти экспозиции относятся к числу самых интересных в мире. Не менее любопытны и коллекции зоологические, археологические и палеонтологические. Само здание, однако, уже не отвечает возросшим требованиям, не будучи в состоянии вместить все сокровища, которые собраны здесь многими поколениями, и потому возникли новые филиалы музея, рассеянные по Праге.

В этнографическом филиале на Смихове собраны экспонаты о жизни, труде, культуре населяющих Чехию народов и о культуре славян вообще. История этих коллекций насчитывает много лет и весьма богата событиями, несмотря на то что этнография стала располагать своей научной базой лишь в 1880-е гг. Все началось с коллекций Войты Напрстека, который в 1862 г. основал в Праге Музей промышленности. Музей этот, по его замыслу, должен был способствовать «поднятию труда до уровня искусства». Его супруга, пани Иозефа Напрсткева, вскоре после этого открыла для себя красоту народных вышивок и других видов народного искусства; поэтому она основала в музее новую экспозицию, назвав ее «Работы наших матерей». Коллекция быстро росла – в основном потому, что она возникла около 1877 г., когда собиратели и коллекционеры еще не уделяли достаточно внимания этим изделиям. И таким образом постепенно весь музей заполнили культурно-исторические и этнографические экспонаты, причем некоторые из них со временем стали уникальными.

Экспозиция «Дома чешского села», которая была представлена на Юбилейной выставке в Праге в 1891 г., явилась стимулом для создания этнографической коллекции в Национальном музее; несколько типов сельского интерьера было экспонировано в главном здании музея на Вацлавской площади. И наконец, возник Чехословацкий этнографический музей, коллекции которого ныне размещены в одном из самых красивых ампирных зданий Праги, в летнем дворце Кинских, среди зелени Петршинских садов. Там сосредоточены все этнографические сокровища пражских музеев. Эти экспозиции помогут нам составить представление о забытых народных обычаях, о мебели, которая исчезла из деревенских домов, о народной живописи, керамике, национальных костюмах, резьбе по дереву – о всех видах человеческой деятельности, о тех источниках, на которых зиждилась и развивалась чешская национальная культура.

Пражская национальная галерея

Пражская национальная галерея – истинная сокровищница, насчитывающая свыше 400 тысяч произведений искусства. В их числе – более 13 тыс. живописных произведений, свыше 6 тысяч скульптур, 40 тыс. рисунков и около 300 тыс. произведений графики. Это один из самых больших музеев в Центральной Европе. Здесь собраны замечательные памятники как старого чешского, так и западноевропейского и русского искусства, от Питера Брейгеля и Альбрехта Дюрера до Франсиско Гойи, Оноре Домье и Ильи Репина.

В основу галереи легли коллекции Общества патриотических друзей искусства, основанного в Праге в 1796 г. Если вспомнить даты рождения крупнейших музеев Европы – Лувра (1792), Прадо (1819), Национальной галереи в Лондоне (1824), то нетрудно установить, что Пражская национальная галерея возникла сразу вскоре после создания Лувра и задолго до основания других европейских музеев. Коллекционирование произведений чехословацкого искусства в этот период было тесно связано с патриотически направленной деятельностью чешских просветителей (так называемых будителей), с утверждением национального самосознания, что было характерной чертой эпохи чешского Возрождения (первая треть XIX в.).

Со временем Национальная галерея превратилась в крупнейший музей страны. В XX в. ее собрания достигли таких размеров, что после 1945 г. галерея занимала уже три больших здания – Штернбергский дворец на Градчанах, дворец Кинских в Старом Городе и верхний этаж зданий городской библиотеки. Несколько позднее открылись и другие разделы Национальной галереи – собрание чешской живописи XIX в. в Вальдштейнском дворце (Мала Страна), раздел чешской скульптуры в замке Збраслав.

Прага. Национальная галерея

Основная часть коллекций Национальной галереи сосредоточена в Штернберском дворце, по соседству с Пражским Градом, в великолепном барочном здании, построенном итальянскими архитекторами на рубеже XVII–XVIII вв. Его фасады щедро украшены лепниной, рельефными портретами римских императоров и сценами из античной мифологии. Сейчас в Штернбергском дворце экспонируются памятники старого чешского и западноевропейского искусства. В залах дворца выставлены также русские, итальянские и греческие иконы XVI–XVII вв., памятники средневековой чешской живописи и скульптуры. Этот раздел является одной из самых замечательных частей собрания пражского музея.

Мастер Тржебоньского алтаря. Моление о чаше. XIV в.

Ни в одном музее мира искусство чешской готики не представлено так полно, как в Национальной галерее в Праге. Памятники чешского готического искусства по праву принадлежат к лучшим художественным творениям своей эпохи. Очень интересен алтарь Яна Очка из Влашима – первый образец портрета в чешском изобразительном искусстве. А знаменитый алтарный цикл «Муки Христовы» из Тржебони знакомит с творчеством выдающегося художника европейского масштаба, имя которого, к сожалению, до сих пор остается неизвестным. Большой интерес представляет и чешская готическая пластика, экспонирующаяся в этом же отделе.

В Пражской национальной галерее представлены шедевры всех старых европейских школ. Здесь можно познакомиться с произведениями таких художников, как Эль Греко, Мурильо, Гойя, Гольбейн, Кранах, Дюрер, Рубенс, Рембрандт, Ван Дейк. Среди полотен итальянской школы особого внимания заслуживает «Мадонна с покрывалом» Себастьяно дель Пьомбо (1485–1547); «Портрет Элеоноры Толедской» работы А. Бронзино (1503–1572). Одним из лучших памятников итальянской живописи XVI в. является фрагмент картины «Вознесение Марии», принадлежащей кисти Паоло Веронезе. По своим живописным достоинствам он не уступает лучшим произведениям этого мастера. Коллекцию итальянской живописи в галерее достойно завершает венецианская школа XVIII в.: произведения Дж. Б. Тьеполо, Ф. Гварди и Каналетто.

Коллекция немецкой и австрийской живописи в пражской галерее невелика, но почти каждое произведение отличается высоким художественным качеством. Среди них необходимо назвать прежде всего «Праздник четок» Альбрехта Дюрера. Картина была написана по заказу немецких купцов для алтаря венецианской церкви Св. Варфоломея, служившей усыпальницей немецкой общины в Венеции. Полотно было закончено в 1506 г., а с 1600 г. оно хранилось в Праге, в собрании короля Рудольфа II. Об этой картине сам Дюрер писал: «Она хороша и красива по краскам… Я заставил умолкнуть всех живописцев, говоривших, что в гравюре я хорош, но в живописи не умею обращаться с красками. Теперь все говорят, что они не видели более красивых красок». В стоящей справа под деревом мужской фигуре с листом бумаги в руках изображен сам художник.

Испанскую школу живописи представляют два замечательных художника – Эль Греко и Франсиско Гойя. «Портрет дона Мигеля де Лардисабала» работы Гойи (он собственноручно подписан мастером) принадлежит к лучшим картинам пражского собрания.

В разделе фламандского и голландского искусства XVII в. представлены работы почти всех ведущих мастеров того времени – Рубенса, Ван Дейка, Я. Иорданса, Ф. Хальса, Рембрандта. Среди произведений нидерландской живописи привлекает внимание большая картина Питера Брейгеля-старшего «Сенокос». Мнения специалистов об этой картине расходятся. Одни считают ее работой самого мастера, другие – произведением его ученика. Некоторые рассматривают картину как аллегорию месяца июня, другие – как аллегорию июля. Но каковы бы ни были суждения о «Сенокосе», картина, безусловно, заслуживает внимания.

Лучше всего в пражской галерее представлено чешское искусство XVII–XIX вв. Выдающимся чешским живописцем XVII в. был Карел Шкрета (1610–1674). К числу его известнейших работ принадлежит хранящийся в галерее «Портрет Дионисио Мизерони с семьей». Традиции чешского портретного искусства были продолжены в XVIII в. Яном Купецким (1667–1740) и Петром Брандлем (1668–1735).

Во второй половине XVII в. и в XVIII в. в Чехии получила большое развитие декоративная живопись, предназначенная для украшения интерьеров строившихся тогда в большом количестве дворцов, замков, особняков. В качестве живописца-декоратора особенно прославился В. В. Рейнер (1689–1743), работы которого также хранятся в коллекции пражской галереи. XIX в. представлен произведениями Йозефа Манеса и Йозефа Навратила, который считается основоположником современного чешского искусства. Есть здесь и картины Карела Пуркине, В. Брожика, работы Микулаша Алеша, Маржака, Гинайса и Женишека.

Ряд благоприятных причин способствовал тому, что с начала XX в. коллекция Национальной галереи в Праге постоянно пополнялась произведениями французского искусства XIX–XX вв. Поездки чешских художников и искусствоведов в Париж, выставки французского искусства в Праге, настойчивость и последовательность чешских частных коллекционеров в приобретении произведений французских художников привели к созданию нового самостоятельного раздела музея – французского искусства XIX–XX вв. Особенностью этой коллекции является не только наличие в ней редких произведений, но и большого количества скульптуры.

Среди работ французских художников первой половины XIX в. заслуживают внимание семь картин Эжена Делакруа (1798–1863). Среди них – «Кровопролитие на Хиосе», этюд к его знаменитому полотну «Хиосская резня». Этюд подписан и датирован тем же 1824 г., что и сама картина. Как и большинство пражских картин Э. Делакруа, этот этюд был куплен на выставке французского искусства XIX и XX вв., состоявшейся тогда в Праге.

Выдающийся французский график, живописец и скульптор Оноре Домье (1808–1879) представлен двумя живописными произведениями и одним скульптурным. Его картина «Семья на баррикаде. 1848» датируется 1860 г. и принадлежит к числу лучших творений живописца. Исключительное место в разделе французского искусства занимает и большое собрание пейзажей Э. Будена (1824–1898). Пятнадцать работ мастера позволяют проследить его эволюцию с конца 60-х до середины 90-х гг. XIX в.

Из художников-импрессионистов в пражском собрании представлены Клод Моне, Камилл Писсарро и Огюст Ренуар. Среди трех полотен Писсарро выделяется «Сад в Валь Эрме», относящийся к 1880 г. и характеризующий художника не только как пейзажиста, но и как мастера жанровых сцен. Ренуар представлен полотном «Влюбленные», поэтично изображающим влюбленных в зелени сада, пронизанного солнечным светом.

Собрание французского искусства конца XIX–XX вв. – гордость пражской галереи. Даже простой перечень имен мастеров, чьи картины находятся в собрании музея, позволяет сделать вывод о полноте и разнообразии коллекции. В пражском собрании можно видеть работы В. П. Сезанна., В. Ван-Гога, П. Гогена, Ж. Сера, П. Синьяка, А. Тулуз-Лотрека, П. Боннара, О. Фриеза, А. Руссо, А. Матисса. В Штернбергском дворце экспонируются и произведения французских мастеров скульптуры: Ж.-А. Гудона, Ф. Рюда, А.-Л. Бари, Ж.-Б. Карло, Ш. Деспио, А. Майоля.

Некоторые из хранящихся в галерее памятников по праву принадлежат к выдающимся творениям французской пластики. Таков прекрасный портрет Энгра (1908) работы Э.-А. Бурделя. Исполненный за несколько часов, портрет вошел в число выдающихся произведений французской пластики, заслужил высокую похвалу великого О. Родена. Каждый посетитель Национальной галереи в Праге надолго сохранит в памяти находящиеся там произведения французской скульптуры не только потому, что большинство из них – первоклассные творения выдающихся представителей французской пластики, но и потому, что они удачно, с большим вкусом экспонированы.

Помимо Штернбергского дворца коллекции Национальной галереи хранятся еще в двух зданиях. В Городской библиотеке на площади Вацека можно познакомиться с произведениями художников-модернистов конца XIX – начала XX в. А во дворце Кинских на Староместской площади хранятся десятки тысяч произведений чешской и мировой графики. Выдающийся график своего времени Вацлав Голлар представлен тут огромным количеством работ (после Лондона это, пожалуй, самая большая в мире коллекция подобного рода) – в музее собраны 5 тыс. его графических листов и 40 рисунков.

Литературный музей в Страговском монастыре

Если смотреть на панораму Пражского Града с правого берега Влтавы, то среди множества черепичных крыш, куполов и башен Малой Страны, в зелени ее садов и парков можно увидеть обширный комплекс строений в стиле барокко. Это бывший Страговский монастырь, основанный в 1140 г. королем Вацлавом II. Название монастыря – Страгов – происходит от сторожевых дозоров (сравните с русским словом «стража»), некогда охранявших подходы к городу на Пражском холме.

Ныне в Страговском монастыре возобновилась монашеская жизнь, но в его стенах продолжает действовать созданный в 1953 г. Музей национальной письменности – крупнейший в мире литературный музей. Его экспозиции дают грандиозную картину развития чешской литературы с древнейших времен до наших дней. Бесценным сокровищем музей является не только потому, что здесь собраны уникальные издания и ценнейшие литературные памятники, но и вследствие высокой исторической и архитектурной ценности здания, в котором выставлены эти бесчисленные экспонаты.

Страговский монастырь был обращен в Литературный музей не случайно. С первых же лет своего существования монастырь стал собирателем рукописных книг и разнообразных архивных документов. С годами он превратился в один из самых крупных культурных центров страны, недаром король Владислав отдал сюда на воспитание своего сына – наследника чешского престола.

На протяжении многих веков Страгов славился своей библиотекой – пожалуй, самой богатой во всем Чешском королевстве. Точнее, библиотеками. Потому что книжные сокровища Страгова не только приумножались, но и – история знает три таких случая – исчезали.

В первый раз библиотека погибла в 1258 г., когда по вине монаха, заснувшего у горящей свечи, сгорел весь монастырь. О том страшном пожаре до сих пор напоминает розовый оттенок когда-то белоснежных монастырских стен.

Два века спустя погибла вторая библиотека. Это случилось во время осады монастыря гуситами. Минуло еще два века. Монастырская библиотека снова превратилась в одну из лучших в Европе. Книги закупались за границей, их жертвовали многочисленные завещатели, много старинных рукописей передал Страговской библиотеке король Рудольф II, покровительствовавший монастырю. В 1615 г., как полагают ученые, в монастырском книгохранилище было около 3 тыс. томов.

И вновь несчастье: во время Тридцатилетней войны шведы, взяв Прагу, ворвались на Страгов. Двадцать шесть кораблей с сокровищами Пражского града и Страгова отправили незваные пришельцы по Влтаве к себе на север. В корабельных трюмах лежали и девятнадцать ящиков страговских книг. Вот почему страговские книги можно встретить сейчас в библиотеках и Стокгольма, и Гамбурга, и других городов.

В Страговском монастыре

И все-таки грабителям не удалось вывезти всю библиотеку. Страговские монахи успели передать часть ценных книг горожанам. В надежных тайниках патриоты хранили их до ухода шведских войск.

Четвертая библиотека в монастыре возникла спустя 17 лет. Фонды ее тоже быстро росли, и для их размещения – тем более что старое здание вдруг дало трещины – в 1671 г. был построен зал в стиле позднего барокко, названный Теологическим.

В XVIII в. аббат монастыря Вацлав Майер убедил императора Иосифа II в необходимости сделать книжные богатства Страгова доступными широкой публике. Для этого в Страгове был возведен новый корпус с грандиозным двухъярусным Философским залом. Книги здесь размещены на великолепных резных полках орехового дерева. Эти полки были привезены в Страгов из монастыря в Лоуке у Знойма, для которого они были изготовлены чешским мастером Яном Лагофером в честь окончания Тридцатилетней войны. Потолок Философского зала украшен монументальными фресками, где в виде аллегорических фигур представлены все известные тогда людям науки. Подлинной сокровищницей является и Теологический зал с глобусами первой половины XVII в. и коллекцией самых маленьких печатных книг.

Слава о библиотеке Страговского монастыря разошлась по всей Европе. Многие путешественники считали своим долгом побывать здесь.

В 1787 г. Страгов посетил В. А. Моцарт. В монастырском храме он сыграл на органе чудесную импровизацию, записанную, к счастью, одним из слушателей и часто исполняемую и в наши дни в концертах органной музыки.

Когда после окончания Второй мировой войны стали создавать Музей чешской литературы, Страговскую библиотеку включили в его состав, а помещения монастыря были приспособлены под Пантеон национальной письменности. Сейчас трудно себе представить этот музей в других зданиях – настолько гармонично сочетаются интерьеры помещений с хранящимися здесь старинными рукописями, древними фолиантами, картинами, гравюрами, образцами старинной керамики.

Музей письменности сосредоточил в своих коллекциях рукописи от IX в. до наших дней, литературный архив с письмами и репортажами, рукописями романов, набросками и записными книжками гигантов чешской литературы. Здесь находятся на вечном хранении произведения И. В. Фрича, В. Ванчуры, «Силезские песни» Безруча и завещание Яна Неруды, в котором приводится длинный перечень долгов врачу, портному и книгопродавцам…

В музее можно увидеть подлинное оборудование одной из первых печатных мастерских Чехии. А остатки построек романской эпохи Страговского монастыря считаются самыми значительными в Европе.

В начальных залах экспозиции развернута коллекция древнейших чешских литературных произведений. Среди них – старославянские легенды о святых Вацлаве и Людмиле, историческое сочинение «Хроника Козьмы Пражского», Вышеградский кодекс, Далимилова хроника, автор которой – по-видимому, чешский дворянин – резко выступал против засилья в Чехии иноземцев.

Большой раздел экспозиции посвящен Яну Амосу Коменскому, замечательному мыслителю-гуманисту и педагогу, впервые провозгласившему идею необходимости всеобщего обучения детей на родном языке. Здесь же вышедшее в 1768 г. в Москве издание самого популярного произведения Я. А. Коменского «Orbis pictus» – «Видимый мир в картинках».

А сколько в библиотеке Страгова редчайших изданий, связанных с именами знаменитых чешских писателей и поэтов прошлого столетия! Вот рукописи, книги, фотографии одного из самых «пражских» писателей – Яна Неруды. Уроженец Малой Страны, он любил бродить вдоль крепостных стен Страговского монастыря. Может быть, именно здесь рождались сюжеты многочисленных рассказов, фельетонов и стихотворений Яна Неруды, в которых правдиво и сердечно воспроизведен облик родного города, живо нарисованы нравы дорогих сердцу писателя пражан. Заключительные залы экспозиции знакомят с произведениями современной чешской литературы.

Сегодня книжные фонды Пантеона национальной письменности насчитывают более миллиона томов.

Швейцария

Музей изобразительных искусств в Берне

Музей изобразительных искусств в Берне – государственная коллекция произведений искусства, одно из старейших художественных собраний Швейцарии. Начало ему было положено в первые годы XIX в., когда для Высшей школы рисования в Берне были приобретены гипсовые копии классических старинных скульптур. В 1809 г. на основе этой коллекции было создано Национальное собрание произведений искусства. Спустя четыре года в Берне было основано Общество изящных искусств, художественное собрание которого первоначально состояло главным образом из акварелей и рисунков. Обе коллекции были объединены в 1849 г. В 1876–1878 гг. архитектор Готлиб Хеблер выстроил новое здание для размещения музейного собрания, и

9 августа 1879 г. Бернский музей изобразительных искусств был открыт.

Постоянно растущие фонды музея неоднократно требовали расширения первоначального здания. Ныне в собрании насчитывается более 3 тыс. картин и скульптур, около 48 тыс. рисунков, гравюр и фотографий – эта одна из самых значительных художественных коллекций страны. В ней широко представлено швейцарское и мировое искусство, начиная с эпохи средневековья и до наших дней.

Один из лучших разделов экспозиции – итальянская живопись треченто и кватроченто, украшением которого является небольшая по размерам «Маэста» Дуччо ди Буонинсенья (ок. 1285–1288). Швейцарское искусство представлено превосходными примерами работ бернских художников, начиная от поздней готики до XIX в.; здесь также можно увидеть полотна швейцарских примитивов XV–XVI вв.

Наиболее важная часть собрания – произведения мастеров современного искусства, от импрессионизма до абстракционизма второй половины XX в. Это одно из наиболее полных в мире коллекций мастеров современной живописи, имеющая международное значение. В ее составе – полотна Курбе, Э. Мане, Сезанна, К. Моне, Писарро, Ренуара, Ван Гога, Тулуз-Лотрека, Матисса, Модильяни, Пикассо, Брака, Шагала, Кандинского, Рота. Широко представлены различные твореческие направления 1-й половине XX в.: кубизм, группа «Синий всадник», группа «Мост», движение «Баухаус», сюрреализм. Международную славу принесли бернскому музею работы всемирно известных швейцарских художников XX столетия – Пауля Клее и Фердинанда Ходлера.

Фердинанд Ходлер (1853–1918) был одним из крупнейших мастеров живописи стиля модерн. В Бернском музее изобразительных искусств представлены его наиболее зрелые произведения «Молитва в кантоне Берн» (1881), «Ночь» (1890), «Эвритмия» (1895), «День» (1898–1900), «Дровосек» (1910).

Пауль Клее (1879–1940), один из наиболее оригинальных художников XX в., член «Синего всадника» и один из лидеров экспрессионизма, долгое время жил и творил в Берне. Ныне музей в Берне располагает самым полным в мире собранием работ Пауля Клее – около 2 тыс. картин, рисунков и акварелей. К числу наиболее известных работ мастера принадлежат «Магический театр» (1923), «Ad Parnassum» (1932), «Любовная песнь в новолуние» (1939) «Наскальная флора», «Играющий на литаврах», «Раненый», «Смерть и огонь» (все – 1940).

В графической коллекции музея – произведения Ван Дейка и Рембрандта, однако наибольшую часть собрания формируют работы бернских художников XVIII в. Европейское искусство XIX – XX вв. представлено немногочисленными произведениями отдельных художников, в том числе Камилла Коро, Эдгара Дега, Василия Кандинского, Пабло Пикассо и Сальвадора Дали. Бернский музей владеет одной из самых обширных коллекций рисунков Фердинанда Ходлера (преимущественно предварительные этюды к картинам), большинство из которых подарено музею Гектором Ходлером, сыном художника.

Швейцарский национальный музей

Экспозиция Швейцарского национального музея в Цюрихе посвящена многовековой истории и культуре этой альпийской республики. Здание музея, построенное в 1898 г. архитектором Густавом Гуллем в духе французских ренессансных замков, со множеством башен, внутренних двориков и удивительным парком на острове между реками Зиль и Лиммат, давно стало одной из главных достопримечательностей города.

Музей – обширное собрание памятников археологии и декоративно-прикладного искусства, от доисторических времен до XX в. В его залах нашли свое отражение все исторические эпохи – кельтская, римская, каролингская, искусство готики и позднего средневековья. Здесь собраны произведения ювелиров и серебряных дел мастеров, обширные коллекции монет, текстиля, часов, картин, скульптур, мебели, оружия и доспехов.

В фондах Национального музея наиболее полно представлена археология Швейцарии – от палеолита до римской эпохи. Обширное собрание кельтских древностей, в том числе клады золотых вещей, заставляет вспомнить о том, кельтская культура эпохи расцвета – между 600 и 220 гг. до н. э., когда владения кельтов простирались от Балтики до Средиземноморья и от Черного моря до Атлантического океана, – получила в науке название латенской, так как первые открытия памятников этой культуры были сделаны на поселении Латен, расположенном в Швейцарии, на Невшательском озере. К этому периоду относятся многочисленные статуэтки, скульптуры, надписи, сосуды из благородных металлов. Предметы, относящиеся к римской и раннесредневековой эпохи, рассказывают о культуре не только римских поселенцев в Гельвеции (Швейцарии), но и германских племен – аламанов, франков, бургундцев и лангобардов, а также о начале христианизации здешних земель. Значительную часть коллекции занимает инвентарь раннесредневековых некрополей. У числу наиболее важных экспонатов относятся золотой крест из Стабио, доска из слоновой кости, принадлежавшая консулу Ареобиндусу (506 г. н. э.) и руническая надпись из Бюллаха.

Цюрих. Швейцарский национальный музей

Коллекция изделий серебряных дел мастеров охватывает период с XII по XX в. и представляет собой редкостную по красоте панораму художественной жизни восьми веков. Золотые и серебряные реликварии и церковная утварь XII–XV вв. соседствуют со столовым серебром XVI–XVIII вв.: чарками, кубками, блюдами, бокалами, вазами в форме животных, кораблей и человеческих фигур. Всего коллекция эта насчитывает около 2200 объектов; некоторые из них представляют собой экзаменационные работы на звание мастера, выполнявшиеся цеховыми подмастерьями Цюриха и других швейцарских городов.

Этнографическая коллекция, благодаря разнообразию и широкому спектру представленных в ней работ, является одной из лучших в музее. Она насчитывает более 25 тыс. экспонатов. В настоящее время доступна для обзора лишь малая часть этого собрания, причем демонстрируемая преимущественно в филиалах Швейцарского национального музея.

Совершенно уникальна и необычна коллекция знамен – цеховых, церковных братств, стрелковых союзов, городских, кантональных, ну и, разумеется, боевых. Многие из этих знамен прежде хранились в арсеналах, церквях, городских ратушах и зданиях ремесленных гильдий; под одними шли в бой, под другими торжественно выступали процессии горожан в дни больших праздников. Часть хранящихся в музее знамен представляет собой боевые трофеи, захваченные в войнах. Всего коллекция насчитывает около 800 знамен, самое старое из которых датируется XV в.

Военную тему продолжает обширное собрание доспехов и оружия – самое большое в Швейцарии и одно из самых больших в Европе. Основу его составило историческое оружие, хранившиеся в Цюрихском арсенале и в 1891 г. переданное Национальному музею. На тот момент коллекция насчитывала примерно 12 тыс. единиц, и в дальнейшем она продолжала пополняться. Собрание поражает своим богатством и разнообразием: мечи и кинжалы IX–XIV вв., арбалеты XIV–XV вв., фитильные аркебузы и кремневые мушкеты, первые нарезные штуцеры XVIII–XIX вв., средневековые шлемы, кольчуги, латы, турнирные доспехи, копья, алебарды… Часть предметов имеет иностранное, прежде всего итальянское происхождение, но большая изготовлена швейцарскими мастерами – в частности, здесь можно увидеть пистолеты работы известного цюрихского оружейника XVII в. Феликса Вердера. Отдельный раздел экспозиции рассказывает об истории швейцарских наемных войск, состоявших на службе различных иностранных монархов.

Художественная коллекция Швейцарского национального музея невелика – она включает в себя около 1500 произведений разных эпох, в основном памятников религиозной живописи эпохи поздней готики и раннего Возрождения, а также пейзажи и жанровую живопись XVII–XIX вв. Гораздо интересней собрание витражей и росписей по стеклу XV–XIX вв., насчитывающее более 1200 экспонатов и являющееся одним из самых полных в Европе. Предметы коллекции большей частью происходят из Цюриха и окрестностей, а также из восточных и центральных кантонов Швейцарии. Первоначально эти цветные стекла украшали не только окна церквей и часовен, как это принято считать, но и окна городских общественных зданий – ратуш, цеховых гильдий, стрелковых объединений, а также домов зажиточных горожан. На некоторых из них сохранились имена заказчиков, а порой и годы создания.

Коллекцию витражей сменяет большая коллекция художественного стекла, керамики и фарфора, отдельным разделом которой является большое собрание позднесредневековых изразцов и строительной керамики – фигурных кирпичей, кафельных плиток и т. п. В экспозиции широко представлен также швейцарский и итальянский фаянс, продукция швейцарских, саксонских и французских фарфоровых заводов XVIII–XIX вв. Особой полнотой и разнообразием отличается коллекция изделий Цюрихского фарфорового завода.

Нумизматическое собрание («Мюнцкабинет») Швейцарского национального музея – единственное во всей Швейцарии учреждение, которое систематически собирает и изучает старинные и современные монеты. Коллекция Мюнцкабинета насчитывает примерно 100 тыс. монет и медалей, начиная от кельтской эпохи и до наших дней. Третью часть коллекции составляют монеты швейцарской чеканки. В средние века правом чеканки монет обладали отдельные города, епископства, аббатства и кантоны; помещенные на них изображения отличаются редкостным разнообразием, а сами монеты служат превосходным вспомогательным источником для изучения средневековой истории. К еще более раннему периоду принадлежат монеты раннесредневековых франкских королей – Меровингов и Каролингов. В собрании Мюнцкабинета широко представлены также монеты и банкноты современной Швейцарской конфедерации.

Художественный музей в Цюрихе

Художественный музей в Цюрихе (Кунстхауз) иногда называют «главным музеем Швейцарии», хотя это, конечно же, не так. Но нельзя отрицать того факта, что Кунстхауз – самый известный музей страны и один из наиболее значительных художественных музеев в Европе. У истоков его создания стояла группа местных художников и любителей искусства, основавших в 1787 г. «Цюрихское общество изящных искусств» (Zurcher Kunstgesellschaft). Именно это общество стало движущей силой, вызвавшей к жизни появление городского художественного музея.

Одна из главных целей Общества изящных искусств состояла в том, чтобы всемерно поощрять творчество швейцарских – и особенно местных, цюрихских – художников. Экономический подъем, переживавшийся Цюрихом во второй половине XVIII в., сопровождался всплеском интеллектуальной жизни и открывал новые перспективы для развития изобразительных искусств. На этот период, в частности, приходится расцвет творчества Иоганна Генриха Фюсли (Фузели, 1741–1825), известного швейцарского живописца, графика и теоретика искусства. XIX века принес с собой новые художественные веяние, нашедшие свое отражение в живописи Швейцарии. К числу наиболее значительных мастеров этого периода принадлежит Арнольд Бёклин (1827–1901), один из предшественников символизма. А конец XIX – первая половина XX века связаны с именами самой блестящей плеяды швейцарских мастеров живописи: Джованни Сегантини (1858–1899), Фердинанда Ходлера (1853–1918), Феликса Валлоттона (1865–1925), Куно Амьета (1868–1961), Джованни Джакометти (1868–1933), Альберто Джакометти (1901–1966).

А. Бёклин. Война. 1896 г.

В 1910 г., на волне этого подъема художественной жизни, в Цюрихе открылся Кунстхауз – ныне одна из главных художественных коллекций Швейцарии. Здание музея построено архитектором Карлом Мозером и в последующие годы расширялось, чтобы в нем можно было разместить значительно разросшееся собрание, охватывающее период от Средневековья до XX в. (с акцентом на швейцарском искусстве XIX–XX вв.). В коллекции музея – произведения живописи, скульптуры, графики.

Искусство средних веков представлено в собрании Кунстхауза преимущественно картинами и скульптурами немецких мастеров – всплеск иконоборчества, который пережила Швейцария в эпоху Реформации (XVI в.), увы, оставила фундаментальный пробел в художественной истории Цюриха. Правда, музею все же удалось собрать маленькую, но представительную коллекцию швейцарских запрестольных образов XV–XVI вв. Собрание Кунстхауза располагает также превосходным собранием картин «золотого века» голландской живописи, фламандского и итальянского барокко. Представлены здесь и два великих мастера XVII в. – Рубенс и Рембрандт.

Центральную часть экспозиции занимает швейцарское искусство XIX–XX вв. – от Иоганна Генриха Фюсли и Фердинанда Ходлера до крупнейших мастеров современности Пипилотти Фиста и Питера Фишли. Цюрихский Кунстхауз располагает крупнейшей в мире коллекцией работ Альберто Джакометти, признанного мастера сюрреализма и сына известного швейцарского художника-импрессиониста Джованни Джакометти (работы последнего также представлены в собрании). Зарубежная часть экспозиции известна в первую очередь самым большим за пределами Норвегии собранием работ выдающегося норвежского живописца Эдварда Мунка (1863–1944). В числе шедевров мировой живописи, хранящихся в цюрихском музее – «Маяк у Хосписа» (1864) и «Портрет Виктора Жакмона, держащего зонт» (1865) Клода Моне, «Песчаниковые домики с соломенными крышами в Шапонвале» (1890) Ван Гога, «Прощание с Витебском» (1922), «Война» (1966) и «Мученик» (1940) Марка Шагала, «Женщина с головой из роз» (1935) Сальвадора Дали, «Весь город» (1934) Макса Эрнста, полотна Сезанна, Дега, Тулуз-Лотрека и Утрилло. XX век представлен в собрании музея такими мастерами, как Боннар, Брак, Марини, Мондриан, Пикассо, Руо, Кокошка, Липшиц, Ротко. У входа в музей установлена скульптура Родена «Врата ада», которая так и осталась незаконченной.

Коллекция гравюр и рисунков насчитывает около 80 тыс. работ XV–XX вв. Музей располагает также обширным собранием фотографии, которая, однако, не представлена в постоянной экспозиции; произведения мастеров этого жанра можно видеть только на регулярно устраиваемых тематических выставках. Фотографическая коллекция Кунстхауза постоянно расширяется, в ней представлены оригиналы работы ведущих мастеров этого жанра – Анри Картье-Брессона, Ансельма Адамса, Роберта Франка и других.

Базельский художественный музей

Город Базель расположен неподалеку и от франко-швейцарской, и от немецко-швейцарской границы, и эта особенность отразилась и на облике города, лежащего на перекрестке культур, и на экспозиции Базельского художественного музея – старейшего в Швейцарии и одного из самых старых в Европе. Внушающая трепет коллекция автографов, оставленных в книге почетных посетителей, сама по себе может являться частью музейного собрания: здесь оставили свои подписи австрийский император Иосиф II, прусский король Фридрих III, великий поэт Иоганн Вольфганг Гёте, немецкий драматург Генрих Клейст, знаменитый писатель и ученый Иоганн-Каспар Лафатер…

Базельский художественный музей невелик. Это двухэтажное, П-образное в плане здание; постоянная экспозиция размещена только на втором этаже (первый этаж обычно отводится под выставки), однако на этом небольшом пространстве размещается одна из лучших в мире художественных коллекций. «Центров тяжести» у этой коллекции два – произведения художников верхнерейнской школы 1400–1600 гг. и европейское искусство конца XIX – начала XXI в.

История Базельского музея началась в 1661 г., когда власти Базеля приобрели так называемый амербаховский кабинет – собрание живописи, некогда принадлежавшее известному в городе коллекционеру Базилиусу Амербаху (1533–1591).

Рождение этой коллекции связано с именем его деда, издателя Иоганна Амербаха. Он приехал в Базель в 1482 г., купил дом и открыл в нем типографию. Сначала он вел дело один, а потом вместе со своим компаньоном и последователем И. Фробеном. Они издавали иллюстрированные книги, и для этой цели привлекли первоклассного рисовальщика Урса Графа. Со временем в доме Амербаха составилась коллекция из 110 графических работ. В их числе были гравюры У. Графа и А. Дюрера, с которым Амербах был знаком и даже дружен. С этой небольшой коллекции и началось создание «амербаховского кабинета», который лег в основу собрания Базельского художественного музея.

Г. Гольбейн Младший. Портрет Бонифациуса Амербаха. 1519 г.

Бонифациус Амербах (1495–1562), профессор права Базельского университета, был близким другом Эразма Роттердамского и меценатом, покровительствовавшим знаменитому немецкому художнику Гансу Гольбейну Младшему. Даже фасады его дома украшали росписи Гольбейна. Его сын Базилиус Амербах, как и отец, также стал поклонником творчества Гольбейна Младшего. В его коллекции, насчитывавшей около 50 картин, множество рисунков, гравюр, естественнонаучных объектов, этнографических памятников и книг, работы этого художника занимали почетное место. Базилиус Амербах был известным в Базеле адвокатом, он имел богатую клиентуру и поэтому имел солидные средства для покупки произведений искусства. Покупая картины, Базилиус Амербах старался отыскать для своего собрания и эскизы к ним, поэтому в Кабинете Амербахов сохранилось и большое количество рисунков. Все свои сокровища Б. Амербах разместил в сводчатом зале, который пристроил к семейному дому.

В 1661 г. возникла угроза того, что наследники коллекционера продадут «амербаховский кабинет» в Амстердам. В ситуацию вмешались профессора Базельского университета, по настоянию которых городской муниципалитет принял решение приобрести эту замечательную коллекцию в собственность города и открыть ее для всеобщего обозрения. Это предложение горячо поддержал и бургомистр города Иоганн Рудольф Ветштейн – человек широких и самых разносторонних интересов. На покупку «амербаховского кабинета» было выделено 9 тыс. талеров. Две трети этой суммы выделил муниципалитет, оставшуюся треть – университет, на который возлагалась ответственность за коллекцию. В 1671 г. собрание Амербахов было размещено в доме «У Комара» возле Соборной площади и открылось для публики, став первым общедоступным муниципальным музеем Европы. Вход в него был бесплатным. Каждый четверг во второй половине дня городской музей открывал свои двери для публики. Ученые люди и иностранцы по предварительной просьбе могли посмотреть коллекцию и в другие дни недели. По желанию посетители могли также оставить свои отзывы в «Золотой книге» музея.

В XVIII в. пополнение музейного собрания происходило за счет поступлений от Базельского городского совета. Так, в 1741 г. городские власти перенесли из ратуши в музей картину Яна ван Скорела «Портрет Давида Йориса», в 1770 г. музей обогатился полотном Ганса Гольбейна Младшего «Алтарь страстей». «Портрет Мартина Лютера и его жены Катарины фон Бор» (кисти Кранаха) – это единственный дар горожан Базеля. Регулярные подарки от частных лиц начинают поступать в музей только в XIX в.

Одними из первых стала коллекция профессора Базельского университета Р. Фэша. Он собирал ее вместе со своим братом, а группироваться коллекция начала вокруг двух полотен, которые профессор получил по наследству. Это были «Портрет бургомистра Якоба Мейера» и «Портрет жены бургомистра Доротеи Мейер», написанные Г. Гольбейном Младшим. Профессор добился, чтобы для музея семьи Фэшей был учрежден специальный фонд, правда, распоряжаться этим фондом мог только профессор права. Если бы по каким-либо причинам династия юристов в роду Фэшей прекратилась, то музей должен был бы перейти в собственность Базельского университета, что и случилось в 1823 г.

В 1-й половине XIX в. собрания музея значительно пополнились работами верхнерейских художников за счет крупных частных пожертвований. В числе новых поступлений были, в частности, еще несколько произведений Ганса Гольбейна Младшего, а также ряд полотен «малых голландцев» (Питера да Хоха, Яна Стена и других). Все увеличивающееся собрание уже не могло разместиться в доме «У Комара», и архитектор Мельхиор Берри выстроил в переулке Августинцев новое здание музея. Помимо произведений изобразительного искусства здесь размещались экспонаты по истории, этнографии и естественным наукам.

В истории Базельского музея особняком стоит имя художника и издателя Самуэля Бирмана, который завещал музею не только свою коллекцию, но и половину своего состояния. Он хотел, чтобы на завещанные им средства приобретались полотна швейцарских художников. Именно благодаря этому была создана целая галерея произведений Арнольда Бёклина – на сегодняшний день коллекция картин Бёклина в Базельском музее является крупнейшей в мире. В последующие годы были приобретены картины Т. Штиммера, К. Вольфа, А. Анкера, Дж. Джакометти и других живописцев. Картины, купленные на средства С. Бирмана, заложили основу Отдела нового швейцарского искусства, а в 1904 г. и сам Базель создает в своем городском бюджете специальную статью расходов на приобретение художественных произведений. Помимо полотен швейцарских художников музей стал приобретать произведения французской живописи и скульптуры. Первой была куплена в 1906 г. скульптура О. Родена «Виктор Гюго», потом картина К. Писарро «Деревня близ Понтуаза», следующей стала маленькая картина О. Ренуара «Девушка, лежащая на траве».

С 1936 г. музей располагается в новом здании, построенном по проекту Пауля Бонаца. Его собрание состоит из трех основных разделов: художественный музей (живопись XV – первой половины XX в.), кабинет рисунка и гравюры и музей современного искусства. Полотна из бывшего «амербаховского кабинета» остаются ядром собрания произведений старых мастеров XV–XVII вв. В их числе – картины Конрада Витца, Мартина Шонауэра, Ганса Бальдунга Грина, Лукаса Кранаха Старшего, Матиаса Грюневальда и других. Базельский музей знаменит самым обширным в мире собранием произведений семьи Гольбейнов. Это – наследие Ганса Гольбейна Старшего, его старшего сына Амброзиуса и младшего – тоже Ганса (1497/98–1543), одного из величайших художников Северной Европы, чье творчество тесно связано с Базелем. Уроженец Аугсбурга, Гольбейн Младший приехал в Базель семнадцатилетним юношей. Здесь он женился, здесь получил звание мастера и, наконец, стал одним из самых уважаемых граждан города. С началом Реформации Гольбейн покинул Швейцарию и уехал в Англию. Там он прожил почти всю оставшуюся жизнь, один раз, впрочем, вновь посетив Базель. В этом городе были созданы лучшие его произведения.

Сегодня Базельский музей располагает пятнадцатью картинами Ганса Гольбейна Младшего и множеством его рисунков. Среди шедевров Гольбейна, хранящихся в Базельском музее, – «Портрет Бонифациуса Амербаха» (1519), покровителя художника и основателя «амербаховского кабинета»; «Мертвый Христос» (1521) – длинное, очень узкое (30 × 200 см) полотно, с пугающей силой изображающее измученное тело и погасшие глаза Христа. Существует легенда, что моделью Гольбейну послужил неизвестный, утонувший в Рейне. Картина поражает зрителя прежде всего тем, что связанный с Христом евангельский сюжет художник низводит до скрупулезной анатомии мертвого тела. Некоторые исследователи видят в этом факте некоторое безбожие Гольбейна. В свое время эта картина поразила воображение Достоевского, который устами своего героя в романе «Идиот» говорит, что от нее «можно веру потерять».

Второй шедевр – прекрасный, чуть печальный «Портрет семьи художника» (1528–1529), написанный в нехарактерной для яркой палитры Гольбейна мягкой, приглушенной гамме. Он был создан во время единственного со времен отъезда в Англию возвращения художника в Базель.

Миновав отдел швейцарской живописи XIX в. с огромной коллекцией полотен Арнольд Бёклина (включая знаменитый «Остров мертвых», 1880), кстати – уроженца Базеля, попадаешь в отдел европейского искусства конца XIX – первой половины XX в. (второй половине XX в. посвящена экспозиция Музея современного искусства). Его собрание невелико, но представляет собой настоящую энциклопедия развития искусства нового времени – от Камиля Коро до Фернана Леже. Среди представленных здесь имен – Ренуар, Моне, Писарро, Сезанн, Гоген, Ван Гог, Матисс, Пикассо, Эдвард Мунк, Пит Мондриан. К числу наиболее интересных в экспозиции принадлежат «Падший ангел» (1947) Марка Шагала, «Ad Marginem» (1930) Пауля Клее, «Ветреная невеста» (1914) Оскара Кокошка, «Девственный лес на закате» (1907) Анри Руссо.

Начало коллекции современного искусства было положено в 1920-х гг. В 1959 г. Базельский музей стал первым в Европе музеем, обладающим собранием американского абстрактного экспрессионизма. Помимо живописи, музей обладает крупнейшей в Швейцарии коллекцией графики (около 300 тыс. работ). В собрании акварелей и рисунков представлены произведения выдающихся мастеров XV–XX вв., от Ганса Гольбейна Старшего и Альбрехта Дюрера до Пикассо и Модильяни. Не менее обширна и разнообразна коллекция гравюр, начиная от самых ранних немецких гравюр на дереве.

Международный музей часового дела

За Швейцарией издавна закрепилась репутация страны часовых дел мастеров. Помимо многочисленных часовых фирм, имеющих вековые традиции, здесь сегодня существует несколько музеев, посвященных этому старинному ремеслу. А один из самых известных в мире музее часов находится в городе Ла Шо-де-Фон. Это третий по величине город франкоязычной Швейцарии с населением 40 тыс. жителей. С ним связаны славные имена Ле Корбюзье – великого архитектора XX в., и американского автомобильного магната Луи Шевроле. В настоящее время Ла-Шо-де-Фон – один из крупнейших центров производства часов в Швейцарии.

Музей часов в Ла-Шо-де-Фоне был открыт 24 марта 1902 г. Но история его создания уходит в прошлое еще как минимум на шестьдесят лет. Впервые идею о необходимости такого музея еще в 1839 г. высказал ученый-натуралист Луи Агасси.

Современное здание музея построено в 1974 г. и расположено недалеко от центра города, в тихом живописном парке. Чтобы не разрушать гармонию старого парка, музей построили… под землей. А в самом парке как символ часового искусства были установлены созданные по проекту итальянского скульптора Онелио Виньяльдо огромные часы с органными трубами и подвижным цветовым табло. Цвет табло и музыка часового боя зависят от времени года, а количество цветных пластинок на табло меняется каждую четверть часа.

В коллекции музея сегодня представлено около 4500 экспонатов. В их числе – старинные инструменты, станки, книги. Но главное место занимают все-таки часы. Их здесь насчитывается более 3 тыс. Среди них – античные инструменты измерения времени, астрономические и музыкальные часы, часы солнечные, водяные, песочные…

В музее экспонируется около трех десятков механизмов башенных часов, настенные и напольные часы прошлых веков, множество карманных часов – от самых старинных до выдающихся образцов часового искусства XIX – начала XX в., среди которых есть необыкновенной красоты ювелирные часы, украшенные драгоценными камнями, эмалевыми портретами, картинами из Библии. Есть здесь и часы сверхплоские – толщина механизмов некоторых экземпляров составляет всего 1, 5–2 мм), и очень сложные – с многочисленными дополнительными механическими устройствами.

Часы, изготовленные великим часовых дел мастером Авраам-Луи Бреге («брегеты»), занимают отдельный стенд. В коллекции музея представлены часы, изготовленные и другими знаменитыми часовщиками: Джоном Арнольдом, Фердинандом Берту, Георгом Грагалем… Выставлены редкие образцы часов с движущимися фигурками – некоторые из них демонстрирую посетителям музея в действии. Есть здесь и большая коллекция современных часов. Самые именитые фирмы дарят музею некоторые из своих творений. Иногда это очень дорогие и даже уникальные экземпляры.

В музее собрана великолепная коллекция старинных приборов и инструментов (более 450 экспонатов), с помощью которых изготавливали часы. Например, здесь можно увидеть легендарную «гильоширную машину», которая используется для создания великолепных узоров на циферблатах и корпусах самых дорогих часов.

Для всех желающих открыта астрономическая обсерватория с большим телескопом. Мастерская, где постоянно работают мастера часовых фирм, закрыта для входа посетителей, но за работой мастеров можно наблюдать через стеклянную стену. Библиотека музея, в которой хранятся более 3500 книг и документов, также доступна только специалистам и работникам музея.

Обладая редкой по полноте коллекцией и собрав в своих стенах лучших специалистов, Музей часового дела в 1989 г. организовал Институт человека и времени. Институт занимается историческими и научными исследованиями, издает собственный журнал, а также оказывает услуги по реставрации старинных часов.

Международный автомобильный музей в Женеве

Международный автомобильный музей в Женеве сегодня является крупнейшей в Европе выставкой автомобилей – старинных и не очень. Он довольно молод – свою работу музей начал лишь в марте 1995 г. – но уже успел занять достойное место в числе самых оригинальных музеев этого типа.

Создание музея тесно связано с Международным автомобильным салоном в Женеве – одним из старейших и наиболее популярных в мире. Первое мотор-шоу в Женеве состоялось еще в 1905 г. Выставка, в которой участвовали 59 компаний – производителей автомобилей и запчастей к ним, имела огромный успех. Было решено, что подобные салоны будут регулярно проводиться и в будущем. В 1924 г. выставка достижений автомобилестроительной промышленности в Женеве была официально объявлена Международным мотор-шоу. В том году оно побило все рекорды: 200 участников, 68 тыс. посетителей!

После вынужденного перерыва в годы Второй мировой войны автосалон в Женеве открылся в 1947 г. – первым в послевоенной Европе. В марте 1984 г. здесь с большим успехом прошла выставка велосипедов и мотоциклов, аналогов которой еще не было в истории. И неудивительно, что других претендентов на создание крупнейшего в Европе автомобильного музея просто не могло быть: где же еще быть ему, как не в Женеве!

Сегодня в музее на площади в 14 тыс. кв. м демонстрируется более 500 уникальных автомобилей редких и престижных марок. Его экспозиция наглядно представляет всю историю автомобиля, начиная от самых первых моделей вплоть до самых новейших. Здесь представлены и изделия всемирно известных автомобилестроительных фирм и совсем неизвестные и зачастую диковинные создания, вошедшие в историю автомобильного транспорта лишь в качестве курьезов.

Богатое собрание музея – плод тесного сотрудничества с крупнейшими автомобильными концернами и частными коллекционерами. Здесь представлены как автомобили, выпускавшиеся серийно, так и машины, изготовленные по частным заказам, гоночные автомобили, опытные образцы, мотоциклы и т. д. Разнообразие транспортных средств на выставке просто уникально, однако этим экспозиция музея не исчерпывается. Если стоящая в огромном ангаре автотехника – это, так сказать, готовый продукт конструкторской мысли, то в других залах воссоздана атмосфера напряженных творческих поисков и раздумий, в которой рождались все эти «испано-сюизы», «ситроены», «роллс-ройсы», «гочкисы» и «паккарды». Здесь представлены патенты, рисунки, эскизы, проектные работы, а также различные детали и узлы – бензонасосы, радиаторы, двигатели, колеса, шасси и т. д. Случайному человеку этот раздел экспозиции, может быть, будет и не интересен, зато технически подкованного посетителя он просто восхитит.

А что общего у автомобиля с оружием? На этот неожиданный вопрос дает экспозиция «Автомобили и оружие», открывшаяся в музее в октябре 2003 г. Оказывается, история автомобилестроения тесно связана с историей производства вооружений. Особенно тесно эта связь проявилась во время обеих мировых войн. Многие технологические новшества, сперва внедренные в военной области, позже использовались в гражданском автомобилестроении, и наоборот. Такие известные автомобильные фирмы, как «Ситроен», «Рено», «Паккард», «Гочкис», «Роллс-Ройс», «Фольксваген» выпускали не только и не столько автомобили, сколько оружие, боевую технику, двигатели для самолетов и танков. В наши дни эмблемы многих автомобильных марок отражают их первую профессию – как изготовителей оружия. А знаменитые парижские такси, на которых в 1914 г., во время битвы на Марне, французы молниеносно перебросили к линии фронта целую дивизию, остались памятны нескольким поколениям европейцев.

Было бы, однако, неверным думать, что женевский Автомобильный музей – это лишь склад старой автомобильной рухляди. В реальности музей живет насыщенной, полнокровной жизнью. Одна из главных его целей – демонстрация результатов влияния автомобильной промышленности на экономическую и социальную среду. Здесь регулярно организуются интереснейшие выставки, посвященные истории автомобильных эмблем, автомобилям будущего, автомоделированию, прошлому и настоящему автогонок, демонстрируются частные коллекции старинных автомобилей.

Международный музей Красного Креста и Красного Полумесяца

Еще в 1815 г. на Венском конгрессе для Швейцарии был установлен вечный нейтралитет, которого альпийская республика неукоснительно придерживается до сего дня. С тех пор мирная Швейцария стала родиной многих важных инициатив, призванных хоть как-то смягчить жестокости войны. Именно в Швейцарии Жан Анри Дюнан (1828–1910) основал Международный Красный Крест. В Швейцарии были приняты знаменитые Женевские конвенции о защите жертв войны. И именно в Швейцарии, все в той же Женеве, был основан Международный музей Красного Креста и Красного Полумесяца.

«Каждый перед всеми за всех и за все виноват». Это высказывание Ф. М. Достоевского помещено у входа в музей. Расположенный напротив Дворца Наций, он был открыт в 1988 г., чтобы отдать дань поистине героическим делам сотрудников Красного Креста – тех, кто даже в самые бесчеловечные времена и в самых бесчеловечных обстоятельствах несли милосердие страдающим людям.

Одиннадцать разделов музея рассказывают об истории создания Красного Креста, о его деятельности в самые тяжелые для человечества времена – в годы Первой и Второй мировой войн, о борьбе за гуманное отношение к пленным и гражданскому населению, о добровольцах, которые, рискуя собственной жизнью, отправлялись с гуманитарной миссией во все «горячие точки» планеты. Музей очень современен: здесь нет той застывшей ледяной чопорности, с которой у многих из нас ассоциируется само понятие «музей». Многочисленные фотографии, скульптуры, картины, флаги, документы, вещи дополняются аудио– и видеотехникой, демонстрацией фильмов и слайдов, компьютерными терминалами. Так – через образы, предметы и звуки – оживает история…

Международный Красный Крест был создан благодаря стараниям швейцарского предпринимателя Жана Анри Дюнана. Однако потребность сохранять человеческую жизнь, облегчать страдания людей сохранялась на всем протяжении истории. В числе предшественников Дюнана наиболее известны английская медсестра Флоренс Найтингел и русский хирург Николай Пирогов, заботившиеся о раненых на полях сражений Крымской войны (1853–1856), американка Клара Бартон, взявшая на себя попечительство о страдающих людях в годы Гражданской войны в США (1861–1865). Между тем начиная с середины XIX в. войны становились все более кровопролитными, вовлекая в свою орбиту не только тех, кто проливал кровь по долгу, но и мирное население, стариков, женщин, детей…

24 июня 1859 г. в сражении при Сольферино (Италия) в один-единственный день было убито и ранено свыше 40 тыс. человек. Поле битвы было усеяно убитыми, умирающими, ранеными людьми, между которыми сновали кучки мародеров… Видевший эту картину Анри Дюнан ужаснулся. Он собрал местных крестьян и с их помощью начал разыскивать и выносить с поля тяжело раненных солдат, оказывая им помощь, какая была в его силах.

Вернувшись в Женеву, Дюнан написал статью «Память о Сольферино», в которой он призвал все государства мира «сформулировать некий международный принцип, оформленный в виде соглашения, который, будучи одобрен и ратифицирован всеми государствами, мог бы служить как основание для общественной помощи раненым». В 1863 г. в Женеве был учрежден Международный Комитет Красного Креста. Его первыми членам стали Дюнан, генерал Дюфур, юрист Муанье и врачи Аппия и Монуар.

В течение последующих пятидесяти лет Международный Красный Крест был вовлечен в военные события на всех континентах, кроме Австралии. В фондах музея хранится множество экспонатов и документов, связанных с этим периодом. Здесь можно посмотреть уникальные документальные киноленты тех лет. Трудным испытанием для работников Красного Креста стала Первая мировая война. Однако в эти же годы эта организация пережила бурный рост, в нее вступили тысячи добровольцев.

Одной из главных задач Красного Креста стала работа с военнопленными. Это была категория жертв войны, в то время еще не защищенная Женевскими конвенциями. Сотрудники созданного при Красном Кресте Международного агентства по делам военнопленных проделали гигантскую работу: они создали картотеку на семь миллионов человек, содержавшихся в лагерях для военнопленных, чтобы помочь каждому из них!

Опыт, приобретенный сотрудниками Красного Креста в годы войны, весьма пригодился и в послевоенное время. В 1919 г. была создана Лига (ныне Международная Федерация) обществ Красного Креста и Красного Полумесяца, целью которой стала социальная помощь нуждающимся и помощь терпящим бедствие. В 1929 г. Красный Полумесяц был официально признан и принят всеми мусульманскими странами.

Начавшаяся в 1939 г. Вторая мировая война втянула в свою орбиту 60 стран и унесла жизни почти 40 млн человек (включая 6 млн евреев, погибших в результате геноцида). В разделе музея, посвященном этим событиям, представлено множество уникальных материалов, кино– и фотодокументов, рассказывающих об отчаянных усилиях Красного Креста и Красного Полумесяца оказать помощь людям, брошенным в концлагеря, оказавшихся под пятой оккупации, военнопленным, интернированным. К сожалению, в то время не существовало никаких международных соглашений, позволявших хотя бы юридически защитить гражданское население. Красный Крест фактически не мог сделать ничего реального и для миллионов людей, находившихся в концлагерях. Лишь в 1949 г. были приняты Женевские соглашения, включившие в себя статьи о защите гражданского населения.

Пять последних разделов музея посвящены деятельности Красного Креста и Красного Полумесяца в послевоенный период. А она очень многогранна: это не только забота о пострадавших в многочисленных региональных конфликтах, но и помощь страдающему от засухи населению Африки, жертвам стихийных бедствий в разных районах земного шара, создание медицинских центров и госпиталей, учебная и просветительская деятельность. Посетители музея могут в режиме реального времени получить доступ к самым последним новостям из жизни Международного Красного Креста, посмотреть фильмы, рассказывающий о важнейших гуманитарных акциях.

Основными спонсорами музея являются городской совет Женевы и швейцарское правительство. Их финансовый вклад в помощь музею постоянно увеличивается – ведь благородные идеалы Красного Креста родились на швейцарской земле. А это ко многому обязывает…

Швеция

Стокгольмский государственный исторический музей

Стокгольмский исторический музей – один из старейших в мире. Начало ему было положено еще в 1570-х гг. Музей родился из коллекции монет, ставших ныне частью Королевского нумизматического кабинета. Спустя сто лет к монетам добавились многочисленные исторические документы, долгое время составлявшие главную часть музейного собрания.

Большую роль в формировании музея сыграли археологические раскопки в Бирке, древней столице шведских конунгов, начатые в 1871 г. Хьялмаром Стольпе. Начиная со второй половины XIX в. коллекции музея быстро пополнялись археологическими находками и произведениями средневекового искусства из старинных шведских церквей. Но лишь в 1940-е гг. музей обосновался в собственном здании, построенном в 1935–1940 гг. по проекту архитекторов Г. Шермана и Б. Румаре.

В настоящее время в Стокгольмском музее представлены памятники культуры трех исторических периодов: первобытного, эпохи викингов и средневекового. Бронзовые гонги, мечи, женские украшения, большие бронзовые сосуды, происходящие из Греции и Северной Италии (конец II – начало I тыс. до н. э.), свидетельствуют о давних связях Скандинавии со Средиземноморьем. К эпохе Великого переселения народов (III–V вв.) относятся многочисленные произведения архаического искусства древних германцев. Большинство из них покрыто стилизованными изображениями зверей и человеческих фигур – как, например, золотая, весом 823 г пектораль из Мене, датируемая VI в. Она состоит из семи колец, соединенных друг с другом тонкими золотыми нитями и филигранными изображениями людей и животных.

Стокгольм. Государственный исторический музей

Стокгольмский исторический музей обладает одной из крупнейших в мире коллекций произведений искусства эпохи викингов (конец VIII – середина XI в.). Она дает самое полное представление о повседневной жизни, религиозных взглядах и обрядах древних скандинавов.

Традиционный для германцев «звериный» стиль в изобразительном искусстве эпохи викингов, особенно в ее начале, переживает небывалый подъем. Многочисленные изображения животных, тела которых по большей части стилизованы и образуют сложные орнаменты, запечатлены в дереве, камне и на кости, на брошках, пряжках и других металлических украшениях. Эти животные исполнены живости и напряженной силы. Уже современников поражали скандинавские изделия, с присущими им сюжетами смертельной схватки людей и животных, конвульсивно вцепившихся друг в друга чудовищ. В орнаменте постоянно сохраняется мотив гона зверей, их столкновений и борьбы.

Приблизительно с 700 г. фигуры животных включаются в замысловатую плетенку с бесконечно переходящими один в другой завитками и как бы замыкающуюся в собственном бесконечном движении. В экспозиции музея таким орнаментом украшены застежки-фибулы из золоченого серебра, инкрустированные драгоценными камнями. Попытки исследователей найти источники развития этого стиля за пределами Скандинавии не дали убедительных результатов; этот стиль глубоко оригинален.

Искусство викингов возникло и развивалось уже в христианскую эпоху, представляя собой последний всплеск европейской языческой культуры. Возможно, это обстоятельство объясняет его сумрачный колорит, ощущение грядущей катастрофы. Изучение скандинавских орнаментальных стилей обнаруживает, с одной стороны, общее настроение беспокойства, предельной напряженности, а с другой – многообразие и творческую индивидуальность мастеров. Строго следуя канонам, резчики вместе с тем выявляли свои собственные склонности и вкусы; их индивидуальность пробивается сквозь тенденцию к стилизации.

V–VIII века – время бурного расцвета кораблестроения. Корабль начинает занимать большое место и в религиозных обрядах. Тела умерших помещали в огромные ладьи, достигавшие длины 7–10 м. В ладьи клали также многочисленную утварь, оружие, одежду, жертвенных животных (коня, сокола, собаку).

За пять веков до Колумба корабли викингов (в Европе их называли «северными людьми» – норманнами, а на Руси варягами) достигали берегов Северной Америки, Африки, Византии, стран Средиземноморья, проникали в Каспийское море. Активное освоение мира вело к расширению торговли. На территории Швеции вырастают первые города, и самый ранний из них – Бирка, располагавшийся на острове Бьёркё у выхода из озера Меларен в Балтийское море. О торговых связях Бирки свидетельствуют найденные здесь многочисленные клады монет, относящихся к эпохе викингов (свыше 50 тыс. арабских, более 90 тыс. западноевропейских и около 400 византийских монет). Найденное при раскопках Бирки серебряное с камнями распятие X в. – самое раннее произведение христианского искусства на территории Скандинавии. Однако языческие верования сохранялись здесь вплоть до XI в.

Рунический камень

Остров Готланд до конца средневековья оставался не только важным пунктом балтийской торговли, но и крупнейшим культурным центром Швеции. Здесь долгое время бытовала традиция установки памятных камней-обелисков. Первоначально их водружали на могилах; самые ранние камни имели форму топора, обращенного лезвием кверху (возможно, эта форма имела связь с древнейшими ритуальными топорами). Позднее памятные камни ставили вдоль дорог и на местах народных собраний – тингов. Сегодня известно более 300 памятных камней, установленных с 400 по 1100 г. Многие из них хранятся в Историческом музее в Стокгольме. Высеченные в неглубоком рельефе и раскрашенные, изображения на памятных камнях хорошо воспринимались издали, привлекали внимание. На ранних камнях часто видны солярные знаки, а на поздних можно встретить латинский крест. Орнаментация памятных камней включает и сюжетные сцены, и надписи, и декоративные мотивы.

Хранящиеся в музее памятники раннехристианского искусства демонстрируют просто удивительное смешение стилей. Швеция официально приняла христианство в XI в., но еще долгое время в шведском искусстве христианские символы переплетались с образами древней языческой мифологии. Так, в узоре кованой железной двери церкви из Хёгбю (XII в.), находящейся в экспозиции Исторического музея, древний мотив мирового древа объединяется с чисто христианскими символами – кресты, лилии, звезды. Иногда к христианской символике добавляются даже античные образы, как, например, в изображениях на золоченом алтаре из Броддерторпа (конец XII в.), где над фигурой Христа помещены римские божества Гелиос и Селена на колесницах. В резном убранстве шведских деревянных церквей продолжает сохраняться орнамент-плетенка. В украшении церковной скамьи из Кунгсъёрачюрка (начало XII в.) ясно виден узор-плетенка и вкрапленное в него изображение «зверя».

Прекрасный памятник романского стиля в Историческом музее – созданная мастером-резчиком Сиграфом каменная купель из Тингстада (XII в.) с рельефным изображением сцены поклонения волхвов. Чаша покоится на четырехгранном пьедестале, вырезанном в виде храма с фигурами евангелистов по углам. К числу ценнейших экспонатов музея относятся фрагменты росписей средневековых деревянных церквей, роспись органа из церкви Сундре на острове Готланд (XII в.). В произведениях шведских мастеров XIII–XIV вв. заметно уже влияние немецкой готики. К ним относится прекрасная деревянная статуя мадонны, раскрашенная и позолоченная. Она создана, вероятно, в мастерских города Висбю – столицы острова Готланд и крупнейшего торгового центра той поры.

Сравнительно небольшой раздел экспозиции отведен витражам XIII–XIV вв., происходящим главным образом из церквей Готланда. Широко представлена в музее золотая и серебряная церковная утварь, ювелирные украшения работы мастеров разных европейских стран и местных ремесленников. Особо ценной и впечатляющей в экспозиции Исторического музея является коллекция средневековых тканей.

Национальный музей в Стокгольме

История Национального музея в Стокгольме, как и многих других крупных коллекций, берет свое начало в XVI в., когда дворы европейских монархов охватила едва ли не повальная страсть к коллекционированию. Уже в документе 1548 г. упоминается о полотнах немецких и фламандских живописцев, хранившихся в коллекции короля Густава I Ваза. Но большинство картин старых мастеров – Рембрандта, Рубенса, Веронезе, Кранаха – попало в Швецию в XVII и XVIII вв.

Основу собрания Национального музея составила коллекция «Королевского музея», прежде размещавшегося в северо-восточном крыле Королевского дворца и частично в загородной резиденции Дроттнингхольм. В 1866 г. музей был официально открыт для публики. Здание для него было построено немецким архитектором Ф.-А. Штюлером. Росписи на стенах парадной лестницы выполнены в 1896 г. Карлом Ларсоном, им же в 1907–1908 гг. создана большая фреска «Вступление короля Густава Ваза в Стокгольм в 1523 году» на восточной стене.

Первоначально в этом здании размещались не только художественные, но и культурно-исторические коллекции, весь первый этаж занимал Исторический музей. Сейчас наряду с экспозицией изобразительного искусства один этаж музея занимают залы, где демонстрируются мебель, гобелены, фарфор и фаянс, ювелирные изделия.

Гордость стокгольмского Национального музея – зал голландской живописи XVII в. Здесь представлены работы Ф. Хальса, Э. ван де Вельде, Я. Рюйсдаля, М. Гоббемы. В музее находятся девять полотен Рембрандта, принадлежащих главным образом к 30-м и 60-м гг. XVII в., то есть к периоду расцвета его творчества и к более позднему времени. Стокгольмскому музею принадлежит единственное полотно Рембрандта, написанное им на историческую тему – «Заговор Цивилиса». Эта картина была заказана мастеру в 1661 г. и должна была украсить главный зал Амстердамской ратуши, однако по неизвестным причинам ее вернули автору для исправления. Отказавшись что-либо менять, Рембрандт вырезал центральную часть огромной композиции (первоначальный размер полотна был приблизительно 6×6 м), чтобы продать как станковую картину, а также дописал еще одну фигуру. В Стокгольмском музее демонстрируется как раз эта вырезанная Рембрандтом сердцевина некогда грандиозного полотна (современные размеры картины – около 2 × 3 м). Картина попала в Швецию во второй половине XVIII в. и с тех пор считается самым знаменитым произведением из всех, находящихся в ее коллекциях.

Стокгольм. Национальный музей

В результате тесных политических и культурных контактов с Францией в XVIII в. в Швеции оказалось выдающееся по своему художественному значению собрание французского искусства, пополнявшееся и в течение следующего века. Сегодня в Национальном музее хранятся полотна Н. Пуссена, Ф. Буше, А. Ватто, Шардена. Зал французского искусства XIX в. заполняют произведения всех лучших мастеров того времени: Т. Жерико, Э. Делакруа, Г. Курбе, П. Сезанна, В. Ван Гога, П. Гогена, Э. Мане, К. Моне, О. Ренуара.

В первые годы существования музея собрание шведского искусства занимало в нем весьма скромное место, и лишь позднее им стали приобретаться произведения художников новейшего времени, а из королевских резиденций и частных собраний поступили работы шведских мастеров прошлых веков. Самые ранние произведения искусства Нового времени в Швеции, как и во многих других странах, – это портретная живопись XVI в. В XVII в. при дворе шведских королей появляются приезжие живописцы, среди них – ученик Ван Дейка Д. Бек. Большую роль в художественной жизни сыграл живописец из Гамбурга Д. Клёкер, известный в Швеции под именем Эренстраль, учитель многих шведских живописцев. В Национальном музее находится сегодня его автопортрет.

Почти все шведские художники учились или жили в Париже, центре европейской художественной жизни, а Александр Рослин – живописец, получивший известность во многих странах, был членом Французской королевской академии. Одна из лучших работ Рослина в Национальном музее – «Дама под покрывалом», портрет жены художника. Под воздействием французской живописи находилось творчество и другого шведского художника XVIII в. – Г. Лундберга. Национальный музей обладает большой коллекцией работ Ю.-Т. Сергеля, одного из самых известных шведских скульпторов рубежа XVIII–XIX вв.

Наибольшие достижения шведской живописи относятся к 1880–1890-м гг. – периоду творческого расцвета таких мастеров, как Карл Ларсон, Б. Лильефорс, Э. Юсефсон, А. Цорн. Они стали инициаторами выставки 1885 г. под названием «Противники академической живописи» и создания «Художественного союза» (в 1886 г.) в Гетеборге. Все они в той или иной степени испытали влияние французской живописи, подолгу жили во Франции, но при этом ощущали себя скандинавами и пытались в своем искусстве сохранить особенности национального мировосприятия. К. Ларсоном выполнены фрески, украшающие стены вестибюля музея и посвященные деятелям шведской культуры и истории. В Национальном музее хранится большая коллекция работ А. Цорна – самого крупного шведского художника рубежа XIX–XX вв., прославившегося не только как живописец, но и как график, автор многочисленных блестяще выполненных офортов (в том числе серии портретов деятелей французской культуры – А. Франса, Э. Ренана и др.). Цорн стал одним из немногих шведских живописцев, добившихся широкого признания во многих странах Европы (достаточно вспомнить, как чествовали его русские художники во время его визита в Петербург и Москву в 1897 г.). Ему позировали короли и министры, поэты и банкиры.

Экспозиция шведского искусства занимает лишь часть залов Национального музея. Большинство из них отдано шедеврам зарубежных мастеров, начиная от средних веков и до конца XIX в. В Стокгольмском музее хранится и самое обширное зарубежное собрание древнерусской живописи. Большая часть этой коллекции была получена в дар от банкира Улофа Ашберга, который в 1920-е гг. вел коммерческие дела в Советской России и часто бывал в Москве и Ленинграде. Он скупал иконы как у частных лиц, так и через государственные магазины. Вывезя свою коллекции в Швецию, он впоследствии пополнял ее на европейских аукционах. Ценные произведения древнерусской живописи были получены Национальным музеем и от других дарителей.

В настоящее время собрание насчитывает более трехсот икон. Самые ранние из них относятся к началу XIV в. Большую художественную ценность представляют парные иконы «Апостол Петр» и «Неизвестная святая» (1-я половине XIV в., новгородская школа), «Деисус со святым Николой и пророком Софонием» (кон. XIV или нач. XV в.), ряд икон XVI в. – «Успение Богородицы», «Святой Георгий», «Параскева Пятница». Несмотря на то что большая часть собрания – сравнительно поздние произведения, эти шедевры вполне определяют высокое значение коллекции в целом.

Музей корабля «Васа»

В начале XVII в. Швеция была одним из самых сильных государств Европы. Честолюбивый шведский король Густав-Адольф был озабочен созданием в Северной Европе могущественной империи – Балтийское море должно было стать внутренним шведским озером. Для осуществления этих целей требовался сильный флот, и в 1625 г. король санкционировал широкую программу строительства новых военных кораблей.

Первенцем этой серии стал огромный 64-пушечный корабль «Васа». Он был построен на стокгольмской верфи, а «крестным отцом» его стал Хенрик Хьюбертссон, опытный голландский судостроитель. К 1628 г. судно было готово, и на воскресенье 10 августа был назначен его торжественный спуск на воду.

В тот памятный день все побережье Стокгольмской бухты было заполнено зрителями. В их числе было множество иностранных дипломатов: король рассчитывал, что демонстрация шведской военно-морской мощи произведет должное впечатление в европейских столицах.

Подняв паруса, «Васа» вышел на середину бухты. Грянул пушечный салют. Спустя несколько минут судно неожиданно начало крениться. Вода хлынула в открытые пушечные порты, и спустя несколько мгновений великолепный корабль неожиданно перевернулся и пошел ко дну. Из 150 человек, бывших в тот злополучный день на его борту, погибло около 40. Век спустя, когда подводные археологи исследовали корпус «Васы», они нашли остатки 25 скелетов.

Уцелевший в катастрофе капитан «Васы» Сёфринг Ханссон был немедленно арестован. В эти дни короля в Швеции не было – он вел войну в Польше. Лишь спустя две недели до него дошла весть о случившемся. Густав-Адольф был удручен и разгневан – ведь катастрофа произошла прямо на глазах иностранных дипломатов, и этот конфуз опозорил его в глазах всей Европы! Он немедленно написал в Стокгольм, что, по его мнению, авария произошла в результате «неблагоразумия и небрежности» и виновные в этом должны быть строго наказаны. Очевидно, что вина ложилась прежде всего на строителя судна, Хенрика Хьюбертссона, однако он умер за год до гибели «Васы», так что ответчиком выступил его брат и партнер, Арендт де Гроот, под руководством которого достраивался корабль. Однако в конце концов осужденных по делу о гибели «Васы» не было: следствие пришло к выводу, что судно погубила неправильная балансировка.

В XVII в. не существовало никаких научных методов расчета стабильности судна. Эмпирически кораблестроители знали, что основной груз военных кораблей – орудия и боеприпасы – располагается относительно высоко над ватерлинией, тогда как грузы на торговых судах помещаются гораздо ниже. Однако «Васа» был построен несколько по иной схеме. Его артиллерия располагалась на двух батарейных палубах, что значительно утяжеляло конструкцию. Конечно, нижняя часть корабля была заполнена балластом, обеспечивавшим равновесие судна, однако, по-видимому, кораблестроители не учли того, что балласта может не хватить для уравновешивания тяжелых артиллерийских орудий. По существу, постройка «Васы» была экспериментальной, и, как это часто бывает, эксперимент оказался неудачным. Не имея теоретической основы, судостроители учились на своих ошибках: спустя год после гибели «Васы» успешно строились суда с двумя, тремя и даже четырьмя батарейными палубами.

Бесславно погибший корабль пролежал на дне Стокгольмской бухты 333 г. В 1956 г. неутомимый подводный археолог Андерс Франсен после многих лет поисков сумел отыскать останки затонувшего судна – оно лежало на глубине 30 м. К его удивлению, корпус корабля оказался совершенно целым, и задача по подъему «Васы» с морского дня выглядела вполне осуществимой!

Франсен быстро нашел поддержку своей идее поднять судно. Подготовка к сложной операции заняла пять лет. И вот, наконец, 24 апреля 1961 г., в 9.03, корпус «Васы» поднялся над водной гладью…

Старинное судно было отбуксировано в сухой док шведской военно-морской верфи в Стокгольме. Теперь ученым предстояла гигантская работа по консервации останков «Васы». Все детали деревянного корабля водоизмещением 1210 т, с длиной корпуса 61 м (с бушпритом – 69 м) и максимальной шириной 11,7 м должны быть тщательно обработаны полиэтиленгликолем, чтобы предотвратить их разрушение на открытом воздухе. Эта работа заняла несколько лет. А потом надо было восстановить еще утраченные части корпуса и оснастки, мачты и паруса, подготовить судно для музейного хранения…

На реставрацию ушло более двадцати лет. Непосредственно на корпусе корабля и на дне моря около него было найдено более пятисот деревянных скульптур и орнаментальных резных деталей. После консервации все они должны были найти свое место на корабле, что потребовало значительной исследовательской работы. Скульптурное убранство корабля XVII в. являлось не просто декоративным оформлением, но имело и определенное символическое значение. Для того чтобы определить первоначальное место каждой скульптуры, необходимо было найти достаточно убедительную интерпретацию каждой детали и всего декора в целом – это и сделали шведские ученые. Поскольку корабль был задуман как флагман шведского флота, его скульптурное убранство отличалось особенными богатством и разнообразием. Оно являет собой не просто великолепную коллекцию барочной пластики северо-европейского стиля начала XVII в., но, что особенно ценно, это убранство сохранилось как единый ансамбль, сопоставимый со «скульптурной программой» средневекового собора.

Корабль «Васа»

Временный музей «Васы» открылся еще в 1962 г. В 1981 г. шведское правительство решило, что должен быть построен постоянный музей. Он открылся 15 июня 1990 г., став единственным в мире музеем одного-единственного судна. Но ведь и судно это – единственный в мире дошедший до наших дней неповрежденным военный корабль XVII в. Так что не удивительно, что музей «Васы» является наиболее посещаемым музеем в Скандинавии.

Оно выглядит точно так же, как в злосчастный день своей гибели. В коллекции музея насчитывается также несколько тысяч объектов, найденных археологами на борту затонувшего судна или на морском дне возле его останков. Собрание музея «Васы» считается «закрытым» – оно не будет больше пополняться, за исключением, быть может, предметов, которые еще будут найдены на месте давней катастрофы.

Северный музей и Скансен

Северный музей в Стокгольме был основан в 1872 г. шведским ученым-этнографом Артуром Хаселиусом (1833–1901) и стал первым в Европе художественно-историческим музеем. Знакомство с его богатейшими коллекциями дает представление обо всех видах и жанрах шведского народного искусства. Это одновременно и крупнейший научный центр по собиранию и изучению народного искусства Скандинавии, обладающий огромными архивами и самой большой на Скандинавском полуострове библиотекой по истории культуры.

До середины XIX в. в Швеции преобладало сельское население. Крестьянская архитектура с ее местными особенностями, мебель, предметы домашних промыслов, деревянная и керамическая утварь, ткани – все это открывает мир народной жизни в ее связях с природой, климатом, хозяйственной деятельностью, раскрывает свойства национального характера.

Экспозиция Северного музея сочетает принцип этнографического (по отдельным районам) и историко-художественного (крестьянский костюм, мебель, текстиль) показов. Часть этих материалов находится в постоянной экспозиции, другая – демонстрируется на временных выставках. На верхнем, третьем этаже находятся мебель и убранство интерьеров разных эпох – от Ренессанса до начала XX в. Здесь же можно видеть стекло, керамику, металлические изделия, ткани, деревянные резные ларцы, шкафчики с росписью, узорчатые тканые костюмы.

Стокгольм. Северный музей

Один из самых интересных разделов экспозиции музея – настенные росписи на ткани или бумаге из разных районов Швеции, одно из самых ярких и самобытных явлений в шведском искусстве XVIII–XIX вв. По стилю народные настенные росписи различались в разных областях Швеции. Исполнялись они обычно на библейские или евангельские сюжеты, так как были предназначены украшать крестьянский дом к главным христианским праздникам. Истоки их можно видеть в росписях средневековых шведских церквей. Прообразом росписей могли быть и тканые занавеси XVI–XVII вв.

До 1963 г. частью Северного музея являлся Скансен – обширный этнографический музей под открытым небом, расположенный на острове Юргорден в самом центре Стокгольма. Он был основан Артуром Хаселиусом в 1891 г. и первоначально дополнял собой экспозиции Северного музея, но в 1963 г. выделился в самостоятельную организацию, хотя его тесная связь с Северным музеем сохраняется до сих пор: экспозиция Скансена, по существу, дополняет и развивает экспозицию Северного музея. Изделия народных мастеров, мебель и утварь хранятся здесь не за стеклянными витринами, а в той привычной среде крестьянской усадьбы или сельской церкви, в какой они «обитали» сотни лет назад. Это дополняет впечатления, полученные в Северном музее.

Конец XIX в. ознаменовался для Швеции быстрыми переменами в общественной жизни. Наступала индустриальная эпоха. Прежний сельский образ жизни уходил в прошлое, и многие справедливо опасались, что связанные с этим традиционное искусство и обычаи также канут в Лету. Вероятно поэтому Артур Хаселиус, незадолго до этого основавший в Стокгольме Северный музей, задумал расширить его экспозицию за счет создания филиала – музея под открытым небом, по образцу первого скандинавского этнографического музея под открытым небом, основанным королем Оскаром II в 1881 г. в Христиании (ныне Осло, Норвегия). Объездив всю страну, Хаселиус приобрел около 150 зданий памятников деревянного зодчества. В разобранном виде они отправлялись в Стокгольм, где были тщательно воссозданы. Только три постройки в музее сегодня не являются оригинальными: они были кропотливо скопированы с образцов, обнаруженных Хаселиусом в шведской глубинке.

Сегодня Скансен – самый старый в Европе действующий музей под открытым небом. Здесь на площади 300 тыс. кв. м уместилась вся старая Швеция – более 150 домов, усадеб и церквей XVIII – начала XX в., свезенных сюда со всех концов страны, от Сконе на юге до Лапландии на севере. Основной принцип экспозиции – здесь демонстрируются не отдельные строения, а по возможности вся усадьба или хутор с главными и второстепенными частями и традиционным расположением, характерным для каждой из областей. Свободно размещенные в естественном ландшафте парка, они демонстрируют множество типов хозяйственных и жилых построек разных социальных слоев населения с XVI до начала XX в.

Общий силуэт Скансена определяется двумя деревянными колокольнями XVIII в. Одна из них из Халлестада (Эстеръётланд, 1732–1733 гг.), с характерной облицовкой из вертикально поставленных бревен, достигает высоты 42 м и считается самой высокой в Швеции.

В большинстве зданий сохранена обстановка, показывающая, как жили в те времена люди различного социального происхождения в разных районах Швеции. Так, представление о своеобразном типе крестьянского дома, распространенного на юге Швеции, дает усадьба из западного Блёкинге, состоящая из трех помещений разного назначения, расположенных под одной кровлей. Два из них – для хранения запасов и хозяйственной утвари, а центральное – жилые комнаты. Богатая дворянская усадьба баронов Веннерстед из Смоланда, владевших ею в 1680–1815 гг., была построена по типу загородных дворцов с примыкающими к основному зданию боковыми флигелями, образующими большой парадный двор. В интерьерах дома можно видеть мебель, посуду, светильники, декоративные ткани, а также большое собрание портретов нескольких поколений владельцев. О жизни и труде саамов – малого народа, живущего на севере Швеции – рассказывает экспозиция Саамского стана.

Городской квартал воссоздает облик шведского города конца XVIII – середины XX в. Большинство домов перенесены сюда из одного из районов Стокгольма – Сёдер. Во многих из домов размещены кустарные мастерские, и посетители, ознакомившись с процессом изготовления керамического блюда или стеклянного кувшина, могут приобрести их в качестве сувенира. Почти все виды крестьянского труда, включая расчесывание и прядение шерсти, ткачество, сыроварение и другие, демонстрируются служителями музея, одетыми в национальные костюмы. Здесь есть даже маленькая плантация табака, из которого потом делают папиросы.

В Скансене имеется и собственный зверинец. Здесь помещены животные, типичные для Скандинавии: волк, рысь, росомаха, бурый медведь, лось, северная лапландская сова, филин, зубр, рыжая лисица, дикий кабан, хорек, выдра. На территории Скансена можно увидеть и обычный домашний скот, некогда разводившийся на крестьянских хуторах: кур и свиней старых шведских пород, гусей и уток, лошадей и коров, овец и коз. Музей активно участвует в работе по сохранению старых пород домашнего скота.

Одна из исторических усадеб Скансена

Скансен постоянно, особенно в летние месяцы, полон народа. Особенно большое стечение наблюдается в дни традиционных праздников, которые отмечаются в Скансене в соответствии с народными традициями. В эти дни здесь выступают фольклорные ансамбли, эстрадные певцы, самодеятельные и профессиональные хоровые коллективы. Год в Скансене начинается новогодними фейерверками, а заканчивается традиционными рождественскими базарами.

Национальный музей науки и техники в Стокгольме

Национальный музей науки и техники основан в 1924 г. Его учредителями выступили шведская Королевская Академия технических наук, Конфедерация шведских предприятий, Ассоциация шведских изобретателей и Ассоциация шведских инженеров. Предполагалось, что новый музей должен стать не только хранителем технологического и индустриального культурного наследия, но и пропагандировать технические знания, вести широкую образовательную работу.

На то, чтобы сформировать экспозицию, потребовалось шесть лет. К 1930 г. в фондах еще неоткрывшегося музея уже насчитывалось более 10 тыс. объектов и множество архивных материалов, включая 33 тыс. рисунков. Требовалось здание, где можно было бы разместить все эти коллекции. Архитектор Рагнер Хьорт разработал проект будущего музея. Пожертвования на его постройку приходили со всех концов страны. Наконец, в 1936 г. музей распахнул свои двери перед первыми посетителями.

Первоначально экспозиционная площадь составляла 9 тыс. кв. м, и уже тогда она до отказа была заполнена экспонатами. Руководство сразу сделало ставку на живое общение с посетителями: все находящиеся в музее механизмы находились в исправном состоянии, приборы работали, и демонстрация возможностей как прадедовской, так и современной техники на глазах у изумленной публики с годами стала доброй традицией, особенностью музея.

В настоящее время Национальный музей науки и техники является одним из крупнейших музеев Швеции. Его экспозиции, – настоящее Эльдорадо для всех интересующихся чудесами техники. Они повествуют об истории шведской промышленности, о развитии транспорта, строительных технологий, химии, издательского дела и многом другого. Здесь представлено все – от первого шведского паровоза и первого пассажирского самолета до почтовых марок с промышленными или техническими сюжетами. Коллекции музея насчитывают более 50 тыс. объектов и артефактов, 200 тыс. рисунков, 620 тыс. чертежей, около миллиона фотографий, а также более 50 тыс. книг и множество архивных документов (за годы, прошедшие со времени основания музея, многие известные изобретатели и промышленники пожертвовали музею свои частные архивы).

Основные тематические разделы связаны в первую очередь с историей национальной промышленности. Почетное место занимает выставка, посвященная телекоммуникациям, – известно, что еще в XIX в. Швеция стала одним из европейских лидеров по производству средств связи, а основанная в 1876 г. компания «Эрикссон» до сих пор остается в числе крупнейших мировых производителей. Эта компании еще до революции имела тесные связи с Россией. В 1881 г. основателю компании Ларсу Магнусу Эрикссону поступил заказ из Петербурга на изготовление небольшой партии телефонов, а свою первую телефонную станцию в Россию компания Эрикссон поставила в 1893 г. В 1897 г. на Васильевском острове в Санкт-Петербурге была открыта телефонная фабрика «Эрикссон».

Сегодня в Национальном музее науки и техники демонстрируется совершенно уникальная коллекция телефонов, не имеющая аналогов в мире. Эта выставка представляет собой часть обширной экспозиции, рассказывающей о развитии информационных технологий и средств коммуникации, начиная от первого печатного станка 1400-х гг. и заканчивая технологическими новшествами XXI в. Здесь можно наглядно увидеть, как новые средства передачи информации, вторгаясь в повседневный быт человечества, меняли образ мышления, стиль общения и жизни.

Еще в 1948 г. в Музее науки и техники начала сооружаться своя собственная железная дорога. Потребовались более семи лет, чтобы она вошла в строй. Это настоящая железная дорога, со всей полагающейся техникой и средствами обеспечения, и даже электрифицированная, с одной лишь разницей: локомотивы и вагоны изготовлены в масштабе 1: 87. Имеется в общей сложности четыре различных состава и четыре типа локомотивов. Поезда ходят по рельсам, и пассажиры «игрушечного» поезда могут насладиться шведскими пейзажами за окном поезда… Правда, эти пейзажи сделаны из проволочной сетки, гипса, ткани, меха и опилок. Чтобы придать пейзажу глубину, области переднего плана нарисованы яркими цветами, а второстепенные – приглушенными.

В 1985 г. при музее начал действовать экспериментальный научный центр – «Текнорама». Здесь посетители могут стать непосредственными участниками более чем 100 интереснейших экспериментов – например, на себе испытать ощущения, которые переживает астронавт на орбитальной космической станции. На площади 600 кв. м здесь устроены три обширные галереи, каждая из которых посвящена одной широкой теме. Например, в одной из галерей посетители могут стать участниками экспериментов с исторической техникой самых различных времен, в другой – экспериментов со световыми и оптическими явлениями. Это увлекательное и одновременно познавательное погружение в мир науки и техники делает «Текнораму» любимым развлечением для всех возрастов и поколений.

Помимо образовательной, музей проводит значительную научную работу; большой популярностью у специалистов пользуется библиотека музея и его архив. Не менее популярен музей у простых горожан и гостей Стокгольма: ежегодно его посещают около 170 тыс. человек.

Шведский музей естествознания в Стокгольме

Стокгольмский музей естествознания долгое время был тесно связан со шведской Королевской Академией наук. Основанный под ее эгидой в 1819 г., он хранит в своей экспозиции коллекции, приобретенные Академией начиная со дня ее основания в 1739 г. В 1786 г. это собрание впервые было открыто для публики, а спустя три десятилетия на его базе был создан музей естествознания. Он отделился от Академии только в 1965 г.

Значительная часть музейных коллекций была приобретена в конце XIX – начале XX в., когда несколько шведских экспедиций, включая экспедицию Норденшельда на «Веге» (1878–1879) и первую шведскую антарктическую полярную экспедицию, доставили в Стокгольм множество нового материала. С музеем связаны имена многих выдающихся шведских учених. В XVIII в. одним из хранителей коллекций Академии был Андерс Спаррман, ученик знаменитого Линнея и участник тихоокеанских экспедиций Джеймса Кука. В 1828–1831 гг. музей возглавлял известный зоолог, палеонтолог и археолог Свен Нильссон. Существующее здание музея построено архитектором Акселем Андербергом в 1916 г.; позднее рядом вырос главный университетский городок Стокгольмского университета.

Ныне Шведский музей естествознания является одним из самых грандиозных музеев подобного рода. Его коллекции – ботанические, зоологические, ихтиологические, орнитологические, энтомологические, палеонтологические, геологические – насчитывают многие миллионы экземпляров. Они охватывают не только материалы из скандинавских стран, но и со всего мира. Их безусловная научная ценность привлекает в музей не только многочисленных посетителей, но и множество ученых из разных стран.

Начало ботанической коллекции музея было положено еще в 1739 г., когда при шведской Королевской Академии наук был образован «кабинет редкостей». Сегодня эта коллекция насчитывает около 3 млн экземпляров, которые разделены на три гербария: скандинавских стран, Южной и Центральной Америки, и общий гербарий, где собраны материалы из всех других уголков планеты. Отдельно хранится гербарий известного шведского натуралиста Карла Линнея (1707–1778), собранный еще в XVIII в. и насчитывающий приблизительно 4000 экземпляров растений.

Собрание отдела минералогии формировалось на протяжении почти трехсот лет и насчитывает сегодня около 150 тыс. экземпляров, половина которых – из Швеции. Здесь представлены образцы металлических руд и других полезных ископаемых. Поражает огромный 25-тонный валун самородного железа, найденный на острове Диско (Гренландия) в 1870 г. Особый интерес представляет старинная коллекция минералов шведской королевской Берг-коллегии (1637–1857), переданная музею в 1859 г.

Коллекция метеоритов насчитывает приблизительно одну тысячу экземпляров, представляющих собой фрагменты 311 различных метеоритов. В 2003 г. собрание музея пополнилось крупнейшим метеоритом, когда-либо найденным на территории страны. Он был обнаружен в начале сентября 2003 г. в 140 км к северу от Северного полярного круга, близ города Киткиоярви. Вес метеорита составляет 158 кг, а для того, чтобы его откопать, потребовалось два дня. Особый раздел экспозиции составляет минералогическая коллекция видного шведского ученого, писателя и географа Свена Хедина (1865–1952), насчитывающая около 2200 образцов. Она была собрана Хедином во время его экспедиций в Центральную Азию.

Шведский музей естествознания в Стокгольме

Музей естествознания располагает огромной коллекцией окаменелостей ископаемых растений, животных и беспозвоночных, в составе которой множество уникальных экземпляров из Арктики, Антарктики, Южной Америки и Китая, однако для обозрения доступна лишь малая часть этого гигантского собрания. Материалы коллекции активно используются учеными всего мира.

Как крупный научный центр, музей ведет обширную работу по изучению и сохранению природного наследия. В его фондах имеется так называемый экологический банк – банк проб окружающей среды, в котором на многие десятилетия должны сохраняться образцы воды, почвы, воздуха, растений, животных. Используя материалы банка, ученые путем сравнения могут выяснить, как изменяется состояние окружающей среды. Это позволяет осуществлять контроль за основными загрязнителями окружающей среды и проводить исследования по влиянию вредных веществ на те или иные разновидности животных, которым угрожает опасность вымирания. Шведский музей естествознания сотрудничает в этом отношении и с другими национальными «экологическими банками».

Америка

Аргентина

Национальный исторический музей Аргентины

Национальный исторический музей Аргентины в Буэнос-Айресе – один из самых известных музеев Южной Америки. Его обширные коллекции посвящены истории Аргентины, начиная от испанской колонизации в XVI в. до Майской революции 1810 г. и войны за независимость начала XIX в.

Музей, первоначально являвшийся муниципальным и именовавшийся Столичным историческим музеем, был создан в 1889 г. и открылся для публики 15 февраля 1891 г. Задумывался он как своеобразный пантеон, а центром экспозиции должны были стать реликвии, связанные с именами видных деятелей Майской революции и войны за независимость. Часть экспонатов пожертвовали родственники «отцов нации», другие объекты достались музею в наследство от Публичного музея – самого старого музея Аргентины, созданного в 1822 г.

Достаточно быстро значимость музейной экспозиции переросла муниципальные рамки, и музей приобрел статус государственного. Соответственно изменилось и его название – он стал Национальным историческим музеем. С 1897 г. музей размещается в старинном особняке, в 1997 г. признанном национальным историческим памятником.

В коллекции музея собрано огромное количество экспонатов, связанных с историей Аргентины в XVIII–XIX вв.: флаги, знамена, оружие и униформа времен войны за независимость; гравюры, литографии, картины, алтари, скульптуры, мебель, часы, партитуры, музыкальные инструменты и столовая посуда, миниатюры, дагерротипы, открытки, костюмы, пончо, изделия из серебра. К числу исторических реликвий принадлежат сабля легендарного генерала Хосе де Сан-Мартина (1778–1850), национального героя Аргентины, одного из руководителей войны за независимость испанских колоний в Америке (1810–1826), главнокомандующего Андской армией, под началом которого были освобождены от испанского господства территории Аргентины, Чили и Перу; часы генерала Мануэля Бельграно (1770–1820) и мундир Мартина Мигеля де Гуэмеса (1785–1821) – героев борьбы войны за независимость; знамя, под которым восставшие аргентинцы сражались с испанскими королевскими войсками в битве при Айоуме 14 ноября 1813 г.; шляпа Бартоломе Митре (1821–1906), президента Аргентины в 1862–1868 гг. В одном из залов воспроизведена обстановка спальни Хосе де Сан-Мартина в Булонь-сюр-Мер (Франция).

Музей обладает значительной художественной коллекцией, состоящей прежде всего из портретов исторических деятелей и гравюр и литографий с видами Буэнос-Айреса первой половины XIX в. Батальные картины известного аргентинского художника XIX в. Кандидо Лопеса посвящены событиям Парагвайской войны 1865–1870 гг. В произведениях европейских художников Леона Пальере, Сезара Бакле и Эмерика Видаля запечатлены пейзажи центральной части Аргентины и бассейна реки Ла-Плата в XIX в.

Музей является хранилищем личных архивов ряда аргентинских общественных деятелей XIX – начала XX вв., а также обладает ценной библиотекой (около 15 тыс. томов), посвященной главным образом аргентинской и американской истории.

Национальный музей изобразительных искусств

Национальный музей изобразительных искусств в Буэнос-Айресе обладает наиболее полным собранием аргентинского искусства и неплохой, хотя и неоднородной, коллекцией европейских мастеров XIV–XX вв. И если собрание европейского искусства складывалось прежде всего за счет различных благотворителей (чем объясняется его фрагментарность), то при формировании аргентинской части собрания буэнос-айресский музей был вне конкуренции, ведь он – главный художественный музей страны.

История музея началась в 1870 г., когда один коллекционер завещал аргентинскому государству 50 картин при условии, что на основе этого собрания будет создан общедоступный музей. Однако прошло четверть века, прежде чем музей был организован. Он открылся в канун Рождества 1896 г., а первым его выставочным помещением стал арендованный на время зал большого буэнос-айресского универмага. К 1908 г. заметно увеличившаяся коллекция музея насчитывала уже 3500 картин и скульптур, тем не менее постоянное здание для него удалось найти только к началу 1930-х гг. Им стала бывшая насосная станция, после реконструкции получившая неоклассический портик над главным входом, но так и не утратившая до конца своего фабричного вида. 23 мая 1933 г. в присутствии президента республики здесь торжественно открылся Национальный музей изобразительных искусств.

В 1980-е г. здание музея было повторно реконструировано. В настоящее время на двух его этажах имеется обширное собрание произведений искусства разных эпох и разных континентов, насчитывающее около 11 тыс. работ (в постоянной экспозиции выставлена лишь малая часть этих сокровищ). Первый этаж отдан европейскому искусству – от средних веков до наших дней, на втором располагается экспозиция, посвященная искусству Аргентины и Американского континента, с отдельным залом доколумбового искусства Анд.

Из старых европейских мастеров в собрании буэнос-айресского музея представлены Джованни да Милано «Увенчание Девы Марии небесной славой», XIV в.), Паоло Веронезе («Иисус, изгоняющий торговцев из храма», рисунок, эскиз), Лука Джордано, Франсиско Сурбаран («Медитирующий монах», 1632), Питер Пауль Рубенс (маленький вариант «Похищения сабинянок»). Однако выделяются два полотна – малоизвестная картина Эль Греко «Моление Иисуса в Гефсиманском саду» и «Портрет Лисбет ван Рейн» (1633) Рембрандта – портрет сестры художника, довольно несчастной молодой особы, с припухшими глазами, двойным подбородком и натянутой улыбкой.

Английская живопись XVIII в. представлена работами Дж. Рейнольдса, У. Хогарта, Г. Реберна. Музей располагает хорошей коллекцией произведений французских живописцев XIX – начала XX в., включая очаровательный «Портрет дочери» Г. Курбе, картины П.-О. Ренуара, Э. Мане, К. Моне, Э. Дега (главным образом пастели), К. Писарро, А. Сислея, А. Тулуз-Лотрека, Ван Гога, скульптуры О. Родена («Земля и Луна», 1899). В числе европейских мастеров XX в. в собрании музея полотна В. Кандинского, П. Алехинского, А. Модильяни, Д. Риверы, большая коллекция рисунков Пикассо.

Ф. Сурбаран. Медитирующий монах. 1632 г.

Национальный музей изобразительных искусств обладает крупнейшей в стране и мире коллекцией произведений аргентинских художников и скульпторов XIX–XX вв., однако иностранцам бывает чрезвычайно трудно оценить их по достоинству, так как аргентинское искусство большей частью малоизвестно за пределами страны. В Аргентине живопись не имела доиспанских корней и с самого начала развивалась в рамках основных направлений западноевропейского искусства. Особенно ярко это проявилось в начале XX в., когда расширились связи между Европой и Южной Америкой. Аргентинский художник Эмилио Петорути, в течение 10 лет живший во Флоренции, в 1924 г. возвратился в Буэнос-Айрес не только обогащенный изучением творчества европейских мастеров XV в., но и дружбой с крупнейшими представителями европейского футуризма, включая Жоржа Брака и Хуана Гриса. Важный вклад в становление современного искусства Аргентины внесли такие художники, как Орасио Бутлер, Хуан дель Прете, Эктор Басальдуа, Антонио Берни, Рауль Сольди, Ракель Форнер и Лино Энеас Спилимберго, чье творчество развивалось преимущественно в русле основных течений парижской школы живописи.

При музее имеется библиотека, специализирующаяся на искусстве, в ее фондах насчитывается более 150 тыс. томов.

Аргентинский музей естественных наук

Первый музей Аргентины был создан в Буэнос-Айресе в 1827 г. в соответствии с декретом Бернардино Ривадавиа, первого президента страны, и носил название Публичного музея. Ривадавиа задумывал его как общенациональное учреждение, в экспозиции которого были бы представлены и история, и естествознание, и искусство. Разнородные коллекции музея в дальнейшем были разделены и на их основе созданы другие музеи: в 1889 г. – Национальный исторический музей Аргентины, в 1947 г. – Этнографический музей при университете Буэнос-Айреса. Сегодня созданный по инициативе первого президента Аргентины первый в стране музей известен как Аргентинский музей естественных наук. Его обширные коллекции охватывают все области естествознания и истории человечества, но особенно выделяются отделы палеонтологии, антропологии и энтомологии. Музей обладает также зоологическими, ботаническими и геологическими коллекциями. Общее число его экспонатов составляет более 2 млн; кроме того, музей располагает библиотекой, насчитывающей около 500 тыс. томов.

Внушительное здание музея, построенное в 1937 г., само по себе является одной из достопримечательностей аргентинской столицы. Однако приезжающих в Буэнос-Айрес со всех концов света ученых, любителей-энтузиастов и просто туристов более всего влечет в музей его впечатляющая коллекция динозавров. Миллионы лет назад территория современной Аргентины была настоящим раем для этих допотопных чудовищ. Здесь обитали громадные хищники-гигантозавры (Giganotosaurus Carolini), достигавшие в длину 14 м, еще более громадные аргентинозавры (Argentino-saurus huinculensis), одна шея которых имела была 12 м в длину, различные плотоядные и травоядные ящеры меньшего размера – такие, например, как андезавр (Andesaurus Delgadoi), исполинские черепахи, птерозавры, гигантские стрекозы… Сегодня на всей территории Аргентины, вплоть до крайней оконечности Патагонии, насчитывается около тридцати «кладбищ динозавров» – настоящие рудники древних окаменелостей. Изучая найденные останки, ученые смогли выявить около 40 видов динозавров, некогда населявших эти земли (это составляет приблизительно 10 % всех видов динозавров, известных науке на сегодняшний день). Значительная часть находок ныне выставлена в центральном зале первого этажа Аргентинского музея естественных наук, палеонтологическая коллекция которого является крупнейшей и наиболее важной во всей Латинской Америке. Тему ископаемых обитателей Земли продолжает экспозиция следующего зала, где выставлены останки древних млекопитающих, населявших сушу 10–12 тыс. лет назад. Вход в зал геологии «сторожат» два больших метеорита, найденных на аргентинской территории.

Экспозиция второго этажа посвящена биологическому разнообразию Южноамериканского континента (преимущественно его южной части) и включает в себя большую коллекцию млекопитающих (включая морских), амфибий и рептилий, птиц, а также гербарии. Отдельный зал посвящен природе Антарктиды, южной «соседки» Аргентины, где уже много лет работают аргентинские ученые; центральным пунктом экспозиции этого зала служит гигантский череп кашалота. Завершает экспозицию музея выставка «Природа в искусстве», где демонстрируются художественные работы – живопись, графика, скульптура, фотография – посвященные природе Аргентины.

Бразилия

Национальный музей Бразилии

Национальный музей – первое научное учреждение в Бразилии. История его создания, как ни странно, связана с эпохой наполеоновских войн. Когда в 1807 г. в Португалию вторглись французы, португальский монарх Жоао VI (1769–1826), правитель Объединенного королевства Португалии, Бразилии и Алгарвеша, бежал вместе со всем своим семейством за океан – в далекую Бразилию, сопровождаемый эскортом британских судов. Кажется, это был единственный случай, когда кто-то из европейских коронованных особ оказался в Америке.

Жоао VI провел в Бразилии почти пятнадцать лет, хотя еще в 1816 г. его права на португальский престол были подтверждены. В то время Бразилия была огромной и фактически дикой колонией, о которой в Европе было мало что известно. Появление в Рио-де-Жанейро королевского двора дало толчок многим культурно-просветительским инициативам. В 1818 г. король своим декретом учредил в столице колонии, Рио-де-Жанейро, Королевский музей, на который помимо прочего возлагалась обязанность научного исследования обширных территорий Бразилии: «Это тропическое королевство обладает тысячами объектов, достойных наблюдения и исследования, и его богатая природа должна послужить к выгоде торговли, промышленности и искусств». Первоначально область деятельности музея ограничивалась ботаникой и зоологией, причем в последней сфере основной акцент делался на птиц, отчего старое здание музея в центре Рио-де-Жанейро получило в народе известность как «Птичий дом».

7 сентября 1822 г. старший сын вернувшегося в Португалию короля Жоао, дон Педро (1798–1834), провозгласил Бразилию независимой, а себя – императором под именем Педро I (правил в 1822–1831). После обретения страной независимости роль музея резко возросла. Педро I связывал с ним перспективы научного исследования громадных территорий своей империи, для чего начал приглашать в Бразилию крупнейших европейских натуралистов XIX в. Материалы, полученные в ходе организованных ими экспедиций в глубь страны, существенно пополнили коллекции Королевского музея. Эту политику продолжил сын и преемник Педро I, император Педро II (1825–1891, правивший в 1841–1889 гг.). Он живо интересовался науками, и в соответствии с его интересами (император увлекался всякими древностями) Национальный музей стал развивать свои антропологические, палеонтологические и археологические коллекции. Заметный вклад внес и сам император: всякий раз во время своих частых заграничных поездок он приобретал для музея всевозможные редкости – окаменелости, древнеегипетские мумии и т. д. Таким образом Королевский музей вскоре превратился в крупнейший музей Южной Америки, а благодаря широким контактам с европейской наукой (Педро II, как и его отец, приглашал в Бразилию ведущих иностранных ученых той поры – ботаников, химиков, геологов, палеонтологов и др.) приобрел международную известность.

8 1889 г. в результате военного переворота императора свергнули. Бразилия была провозглашена республикой, Педро II отправился в изгнание во Францию. Императорский дворец опустел, и в 1892 г. правительство Бразилии передало его в распоряжение Национального музея. С тех пор и до сего времени экспозиции музея размещаются в бывшем императорском дворце, являющем собой превосходный образец португальской архитектуры колониального времени.

С 1946 г. музей находится под эгидой Федерального университета Рио-де-Жанейро. В наши дни он остается одним из крупнейших музеев Южной Америки. В экспозиции, разделенной на шесть отделов: антропология, ботаника, геология и палеонтология, энтомология, беспозвоночные и позвоночные животные, – насчитываются тысячи образцов полезных ископаемых, окаменелостей, птиц, рыб, насекомых, животных, этнографических предметов. Здесь можно увидеть метеориты, найденные на территории Бразилии, археологические материалы из раскопок как в Бразилии, так и в других странах Южноамериканского континента, а также Греции и Египте. Наиболее интересны залы, где представлены скелеты огромных ископаемых животных – динозавров и саблезубых тигров, памятники доколумбовых культур Перу и Бразилии, а также коллекции этнографических материалов, представляющих все коренные индейские племена и современные этнические группы Бразилии.

Национальный исторический музей Бразилии

Национальный исторический музей в Рио-де-Жанейро располагается в старом здании военного арсенала, представляющего собой яркий пример португальской колониальной архитектуры. С начала XX в. отслуживший свое арсенал был передан городским властям и в дальнейшем использовался в качестве места проведения различных выставок; в частности, он служил одним из павильонов Всемирной выставки 1922 г. В том же году декретом президента Бразилии был основан Национальный исторический музей. Его экспозиция первоначально занимала всего два зала в здании бывшего арсенала. Ныне Национальный исторический музей является одним из главных музеев страны. Его коллекция, насчитывающая около 300 тыс. объектов, разделена на две тематических экспозиции, одна из них посвящена экономической, а вторая – социальной истории Бразилии. С разных точек зрения обе они рассказывают о формировании бразильского общества, о важнейших событиях истории страны. В залах музея представлены археологические находки, предметы традиционной индейской культуры, старинные карты, оружие, военные униформы, знамена, личные вещи императоров и членов императорской семьи и президентов республики. Монументальное батальное полотно «Сражение при Риачуэло» воссоздает один из эпизодов войны с Парагваем в 1865 г.

Национальный исторический музей Бразилии

В 1999 г. сотрудники музея восстановили монументальную конную статую императора Педро II. Скульптор Франсишку Маноэль Чавес Пинейро создал ее гипсовую модель в 1868 г. Предполагалось отлить ее в бронзе и установить на одной из площадей Рио-де-Жанейро – в память о победах бразильской армии в Парагвайской войне 1865–1870 гг., однако этот план так никогда и не был претворен в жизнь. В 1882 г. статую выставили в «Зале трофеев Парагвайской войны» – маленьком военном музее в Доме инвалидов в Рио-де-Жанейро, а в 1922 г. она попала в Национальный исторический музей. Огромная гипсовая фигура – 2,8 м в высоту и 3 м в длину – демонстрировалась в музее с 1922 по 1985 г., однако от времени гипс начал разрушаться, и по соображениям безопасности статую пришлось демонтировать. Ныне она вновь выставлена в одном из залов музея.

Коллекция оружия национального и зарубежного производства насчитывает около 2 тыс. экспонатов. Она включает в себя не только боевое, но и охотничье оружие, а также боеприпасы и различные приспособления для охоты. Очень интересно собрание бразильского религиозного искусства XVII–XIV вв., центром которого является драгоценная коллекция из 572 скульптур из слоновой кости, принадлежащих к колониальному периоду.

Открытая в феврале 2001 г. Галерея декоративных искусств «Дженни Дрейфус» носит имя известного бразильского искусствоведа и музейного деятеля, которая долгое время занималась изучением декоративно-прикладного искусства XIX в. В галерее Дженни Дрейфус демонстрируется большое число произведений декоративного искусства, преимущественно французского происхождения, в том числе три французских гобелена XVII в., севрский фарфор, мебель различных стилей XVIII–XIX вв.

Нумизматическая коллекция Национального исторического музея является крупнейшей в Латинской Америке и одной из самых значительных в мире. Она насчитывает около 130 тыс. предметов – монет, медалей, бон, печатей и др. Хотя в коллекции представлены и древнегреческие, и римские монеты, наибольшей полнотой отличаются португальская и бразильская части собрания. Они включают в себя такие раритеты, как «индио» – так назывались серебряные монеты, отчеканенные в 1499 г. при короле Мануэле I для обеспечения кораблей Второй Армады, отправлявшихся в Индию; коронационные монеты императора Педро I, отчеканенные в 1822 г. в количестве всего 64 штук, и т. д. Самая старая монета в собрании – серебряный полустатер лидийского царя Креза (566–548 гг. до н. э.). Во внутреннем дворике музея демонстрируется большая коллекция старинных португальских, английских, французских, голландских и бразильских артиллерийских орудий.

Национальный музей изобразительных искусств

Национальный музей изобразительных искусств, расположенный в центре Рио-де-Жанейро, самый старый художественный музей в Южной Америке. Основу его собрания составила коллекция произведений живописи португальского короля Жоао VI, привезенная вместе с королевским двором из Португалии в 1808 г. и в дальнейшем расширенная. Это первоначальное ядро было обогащено в XIX – начале XX вв. новыми произведениями искусства, как бразильских, так и европейских мастеров.

Первая экспозиция музея открылась в 1829 г. В начале собрание носило разные названия – Музей Императорской академии, Императорский музей изобразительных искусств и т. п. Свое современное название музей получил в 1937 г. Расположенный в здании бывшей Национальной школы изящных искусств, построенном в стиле французского ренессанса, он насчитывает в своем собрании более 16 тыс. произведений искусства XVI – начала XXI в., созданных бразильскими и иностранными художниками. Здесь хранятся живопись, скульптура, графика, декоративно-прикладное искусство, глиптика, медальерное искусство, поп-арт и традиционное африканское и афро-бразильское искусство.

Искусство Европы представлено преимущественно картинами итальянских, фламандских, голландских и португальских живописцев XVII–XVIII вв.: Якопо Бассано, Ассерето, Альбани, Кастелло, Кастильони, Тенирс, Ян Брейгель, ван Кессель. Часть собрания музея – коллекция работ французских художников XIX в., включающая 20 картин Луи Эжена Будена и несколько работ Альфреда Сислея. Главное место в экспозиции занимает бразильская живопись конца XVII – начала XXI в.

Этот раздел открывает португало-бразильская живопись колониального периода (XVII–XVIII вв.), развивавшаяся под влиянием итальянской живописи эпохи барокко. В то время бразильские художники специализировались преимущественно на крупномасштабных росписях деревянных сводов. Эта художественная форма следовала манере знаменитого итальянского Поццо ди Борго, работавшего в период расцвета итальянской барочной живописи в XVII в. В Бразилии наиболее известным представителем барокко был Жоао да Роша (1737–1807), выполнивший росписи в церкви Носа Сеньора да Консейсан да Прая в Салвадоре (штат Байя). Он предпочитал архитектоническую манеру письма и темные тона, что подчеркивало драматичность изображенных им образов.

В XVI–XVII вв. в Северо-Восточной и Центральной Бразилии ощущалось сильное влияние португальского искусства. Примечательной чертой бразильской скульптуры в этот период было то, что почти все мастера являлись членами монашеских орденов и работали по их заказам. Иезуиты предпочитали резьбу по дереву, а бенедиктинцы – многоцветную керамику, обжигавшуюся при высоких температурах. Единственным исключением был бенедиктинец Доминго де ла Консепсьон (умер в 1717 г.), занимавшийся резьбой по дереву.

Ряд интересных мастеров появился в XVIII в. Одним из них был Мануэл Бриту (работал в период с 1726 по 1739 г.). Вместе со своим родственником, Франсишку Жавьером ди Бриту (умер в 1751 г.), он создал алтарные скульптуры в прекрасной церкви Сан-Франсиску ди Пенитенсия в Рио-де-Жанейро. Творчество двух этих мастеров оказало впоследствии влияние на наиболее яркого представителя скульптуры колониального периода, Антониу Франсиску Лисбоа (1730–1814), мулата, прозванного Алейжадинью («маленький калека») из-за тяжелой болезни, изуродовавшей его руки. Он, как и его отец – португалец, был выдающимся скульптором, оставившим прекрасные образцы резьбы по камню и дереву.

Бразильская живопись XIX в. развивалась в основном в русле академизма и неоклассицизма. Начало XX в. ознаменовало переворот в художественной жизни страны. В феврале 1922 г. в Сан-Паулу была проведена выставка современного искусства, которая произвела на зрителей ошеломляющее впечатление. Демонстрируя необычные произведения литературного, музыкального и пластического жанров, художники Освальду ди Андради, Анита Мальфатти, Мариу ди Андради, Тарсила ду Амарал, Лазар Сегалл, Виктор Брешерет, Эмилиану ди Кавальканти и другие утверждали свое право на поиск новых художественных форм и в то же время выступали в защиту творческих, народных и национальных ценностей.

Несколько лет спустя международное признание и поддержка пришли к знаменитому бразильскому живописцу XX в. Кандиду Портинари. Родившийся в 1903 г. в бедной семье итальянских иммигрантов, батрачивших на кофейных плантациях штата Сан-Паулу, он получил право на стипендию для поездки за границу с целью изучения живописи и таким образом попал в Европу. Здесь он жадно впитывал новое, сохраняя в памяти все, что видел в великих картинных галереях и на художественных выставках. Вскоре после возвращения на родину молодой художник создал себе имя и к 1935 г. приобрел известность не только в Бразилии. Его картина «Кофе» получила признание на международной выставке в Питтсбурге (США), организованной по инициативе Института Карнеги. Картину приобрел бразильский Национальный музей изобразительных искусств, и ныне она считается классикой бразильской живописи.

Известный американский художник, иллюстратор и писателя Рокуэлл Кент (1882–1971) так описывает мир образов Портинари:

«Мир Портинари: когда мы, плененные им, мысленно погружаемся в этот мир, испытывая удивление, возможно смешанное со страхом, но неизменно завороженные его суровыми образами как самыми фантастическими видениями, вторгшимися из подсознания в наш сон, то постепенно понимаем, что перед нами не просто мир чистейшего вымысла, а гипертрофированное воображением художника воссоздание хорошо знакомого Портинари мира – его родины, Бразилии. Свидетельством тому и другие его работы. Перед нами пейзаж: мы ступаем по земле, видим ее тружеников и их бедность – это не надрыв души, а сдержанный рассказ. Рассказ, проникнутый любовью, – не к нищете и безмерно тяжкому труду, а к женщине, мужчине и ребенку, которые одинаково дороги автору независимо от того, бедны они или богаты. Это доверительный рассказ. “Блаженны кроткие”, – как бы восклицает художник от всего сердца. И если нам их жизнь на родной бразильской земле отнюдь не кажется раем, сами они по простоте душевной считают ее вполне сносной. Они работают, обзаводятся семьей, растят детей; их дети заняты играми. И в сокровищнице искусства немного найдется произведений, столь же красноречиво изображающих это счастье и беззаботную радость детей».

Высокая оценка, данная работам Портинари Р. Кентом в 1940 г., оказалась пророческой. Художник продолжал совершенствовать свое мастерство вплоть до последних дней жизни. Кандиду Портинари создал около 4 тыс. произведений. Он писал крестьян, пастухов, народных музыкантов, полотна религиозного и исторического содержания, портреты. В каждом из этих жанров художник создал несомненные шедевры. Два его огромных панно, «Война» и «Мир», украшают вестибюль здания Генеральной ассамблеи штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке. Со времени его смерти в 1962 г. в Бразилии пока не появлялись таланты подобного масштаба. Наряду с композитором Эйтором Вила Лобосом и архитектором Оскаром Нимейером Кандиду Портинари составляет тройку крупнейших бразильских мастеров XX в., работавших в разных сферах искусства.

В 1950-е гг. бразильская живопись пошла по пути использования современных выразительных средств и постепенно освободилась от влияния парижской школы. Европейское влияние было в значительной степени вытеснено североамериканским. Такие художники, как Ибере Камарго, Арканьо Ианелли, остались верны строгому европейскому стилю, тогда как Иван Серпа и Манабу Мабе оказались в числе пропагандистов новой живописи этого периода. С конца 1960-х гг. бразильская живопись стала намного разнообразнее и к 1980-м гг. уже включала в себя все современные формы художественного выражения.

Художественный музей в Сан-Паулу

Несмотря на относительно молодой возраст – он был основан в 1962 г. – Художественный музей в Сан-Паулу принадлежит к числу крупнейших и наиболее значительных музеев не только Латинской Америки, но и всего Южного полушария. Он был создан по инициативе итальянского журналиста Пьетро Мариа Барди и его жены, архитектора Лины Бо Барди, уроженки Бразилии, учившейся в Риме. Основу богатейшей коллекции музея составили частные пожертвования богатых бразильских коллекционеров. Здание музея, построенное по проекту Лины Бо Барди, было торжественно открыто 7 ноября 1968 г. в присутствии королевы Великобритании Елизаветы II.

Сан-Паулу. Художественный музей

Собрание музея включает в себя более 8 тыс. произведений искусства, от античности до наших дней. Его особенность – огромное число работ европейских художников; коллекция европейского искусства, принадлежащая Художественному музею в Сан-Паулу, – крупнейшая в Латинской Америке. Здесь представлены почти все школы и великие имена: итальянцы Андреа Мантенья, Пьеро ди Козимо, Рафаэль, Ботичелли, Беллини, Тициан, Тинторетто, Перуджино; немцы Лукас Кранах и Ганс Гольбейн; голландцы и фламандцы Иероним Босх, Ганс Мемлинг, Рубенс, Рембрандт, Франс Хальс, Антонис ван Дейк, Рёйсдаль; испанцы Эль Греко, Сурбаран, Веласкес, Мурильо, Гойя; англичане Гейнсборо, Рейнольдс, Тернер, Дж. Констебль. Французская живопись составляет самую значительную и наиболее разностороннюю часть собрания. Среди представленных здесь имен – Пуссен, Фрагонар, Делакруа, Курбе, Коро, Клод Моне, Эдуард Мане, Ренуар, Дега, Гоген, Сезанн, Ван Гог, Тулуз-Лотрек, Матисс; музей обладает двумя работами Огюста Родена и третьей по значению – после Метрополитен-музея в Нью-Йорке и музее Орсэ в Париже – коллекцией бронзовых скульптур Эдгара Дега, насчитывающей 73 работы. Искусство XX в. представлено произведениями Пикассо, Модильяни, Фернана Леже, Мориса Утрилло, Марка Шагала, Пьера Боннара, Энди Уорхола. Собрание графики имеет пять из 33 офортов, созданных Франсиско Гойей в 1815 г., рисунки Огюста Родена и Оскара Кокошки.

Раздел бразильского искусства XVI–XX вв. включает в себя произведения бразильских художников и иностранных живописцев, работавших в Бразилии, в том числе Франса Поста, Николаса Тоне, Тарсила до Амарала, Кандиду Портинари, Эмилиану ди Кавальканти, Аниты Мальфатти, Лазара Сегалла и многих других. Искусство других латиноамериканских стран и Северной Америки представлено именами Торреса Гарсиа, Диего Риверы, Сикейроса.

Художественный музей в Сан-Паулу обладает также интересными коллекциями костюма и текстиля (включая платье, созданное по эскизу Сальвадора Дали), африканского искусства, искусства доколумбовой Америки, египетских и греко-римских древностей, в том числе мраморную статую греческой богини Гигеи (IV в. до н. э.) и римский саркофаг 140–200 гг. н. э. В коллекции азиатского искусства гравюры Утагава Тоёхиро (1773–1829), видного представителя жанра «укиё-э» («картины повседневного мира» или «текущей жизни»). Крайне необычно выглядит часть экспозиции, где демонстрируется около ста рисунков психически больных людей – подарок музею от директора (и по совместительству доктора-психиатра) Свободной школы пластических искусств, действующей при одной из психиатрических клиник Сан-Паулу.

Интересна коллекция итальянской майолики, насчитывающая около 300 предметов и охватывающая период с XIV по XVII столетие. Это собрание имеет не только художественную, но и научную ценность. Входящие в него предметы происходят из самых разных центров производства – Флоренции, Сиены, Кафаджиоло, Венеции, Фаэнцы, Урбино; многие украшены гербами и эмблемами известнейших аристократических семейств Италии – Медичи, Пиколомини и др.

Пинакотека штата Сан-Паулу

Пинакотека, или Картинная галерея, штата Сан-Паулу, открытая в 1905 г., является старейшим музеем в Сан-Паулу – втором по величине городе Бразилии. В ее собрании находится около 4 тыс. картин и графических работ, созданных главным образом бразильскими художниками. Считается, что Пинакотека – одна из лучших коллекций произведений бразильского искусства.

Задуманная как главное городское художественное собрание, она была основана поэтом и коллекционером Фрейтасом Валлье, политиком и общественным деятелем Сампайо Вианной, инженером Адольфо Пинто и художником и архитектором Рамосом де Азеведо. Последний является автором проекта здания Пинакотеки. Оно было построено еще в 1897 г. для Школы прикладных искусств.

В то время в Сан-Паулу не имелось никаких выставочных залов или общественных салонов, хотя художественная жизнь города была довольно интенсивной. Инициативу основателей Пинакотеки по достоинству оценили сперва местные живописцы, а потом и художники всей Бразилии. В первые же годы своего существования Пинакотека организовала 1-ю (1911) и 2-ю (1912) выставки бразильского искусства, выставку испанского искусства (1911) и выставку французского искусства (1913), а также ряд выставок, посвященных творчеству отдельных бразильских живописцев, таких как Аурелио де Фигередо (1854–1916) и Педро Александрино (1856–1942).

Первоначально собственная коллекция Пинакотеки насчитывала всего 59 картин, преимущественно бразильских художников из Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу, в том числе признанного мастера пейзажа Антонио Парейраса (1860–1937), Бенедито Каликст (1853–1927), Баптиста да Коста (1865–1926), Оскара Перейра да Силва (1867–1939) и Альмейды Жуниора (1850–1899). К 1930-м годам это собрание было существенно расширено – преимущественно за счет частных пожертвований и покупок, финансируемых властями штата Сан-Паулу (с 1911 г. Пинакотека находится в собственности штата). В этот период в музее появились полотна ведущих бразильских художников той поры, учившихся во Франции и развивавших в своем творчестве традиции парижской школы живописи, – Виктора Брешерета (1894–1955), Аниты Мальфатти (1889–1964), Вахта Родригеса (1891–1957) и других.

В настоящее время Пинакотека обладает одной из наиболее всесторонних коллекций произведений лучших бразильских художников конца XIX – начала XXI в. Основной акцент делается на работы мастеров, чье творчество связано с Сан-Паулу – таких как Альмейда Жуниор, Педро Александрино, Оскар Перейра да Силва, Кандиду Портинари, Тарсила до Амарал, Анита Мальфатти, Виктор Брешерет, Эмилиану ди Кавальканти. В то же время в собрании широко представлено и творчество других бразильских художников. Наряду с живописью академического направления, коллекция включает в себя произведения современных мастеров, представляющих различные авангардные направления.

Венесуэла

Музей изобразительных искусств в Каракасе

Каракасский Музей изобразительных искусств – универсальный, или лучше, сказать, «энциклопедический». Его экспозиция – это, по существу, обзор общей истории искусств. Здесь представлено все: древнеегипетские скульптуры, китайский фарфор, современная живопись…

Основанный в 1917 г. как первый художественный музей в стране, Музей изобразительных искусств с самого начала задумывался как собрание международного искусства, с особым акцентом на венесуэльское и латиноамериканское искусство. Сначала он располагался в помещениях Центрального университета Венесуэлы, и только в 1938 г. для музея было построено отдельное здание. Его проект в неоклассическом стиле разработал архитектор Карлос Рауль Вильянуэва (под его же руководством в 1976 г. к музею было пристроено новое крыло).

Торжественное открытие нового здания музея состоялось 20 февраля 1938 г. Сохранив до наших дней свое кредо «универсального музея», Музей изобразительных искусств предлагает для обзора коллекции древнеегипетского искусства, европейского средневекового и современного искусства, искусства Северной Америки, латиноамериканского искусства (живопись и скульптура), графики, фарфора (включая китайский), фотографии, два собрания декоративно-прикладного искусства – бывшие частные коллекции Энрике Отеро Вискаррондо (приобретена музеем в 1951 г.) и Хосе Урбанехи (приобретена в 1954 г.). В отдельном зале экспонируется собрание работ кубистов.

Собрание древнеегипетского искусства в каракасском музее – одно из немногих в Латинской Америке. Его основу составила коллекция, приобретенная в 1950-х гг. у нью-йорского музея Метрополитен. В последние годы в музее открылась постоянная экспозиция китайского фарфора, где представлено около пятисот предметов. В собрании живописи – работы латиноамериканских, североамериканских и европейских художников; в нем представлены несколько латиноамериканских художественных тенденций и движений и такие известные имена, как Диего Ривера, Хосе Клементе Ороско, Руфино Тамайо, Хоакин Торрес Гарсиа. Из венесуэльских живописцев, несомненно, наиболее известен Армандо Реверон (1889–1954), учившийся в художественных академиях Мадрида и Барселоны. Его творчество, последний этап которого он целиком отдал передаче эффекта света на полотне, – пример искреннего самовыражения художника, безраздельно преданного искусству и требовательного к себе. Работы так называемых белого и охряного периодов Реверона, начинавшего с живописи, близкой импрессионизму, пронизаны ослепительным светом карибского солнца, ставшего для художника смысловым центром его творчества.

Испытывая глубокую потребность в уединении и непосредственном общении с природой, он поселился на пустынном побережье моря неподалеку от Каракаса. Там на протяжении многих лет Реверон вел крайне замкнутый образ жизни, решительно отказавшись даже от минимальных благ цивилизации; в результате его физическое и душевное здоровье пошатнулось. В 1952–1953 гг. он создал впечатляющие произведения, для которых характерны одновременно высокая степень духовной сосредоточенности и раскованность, утонченность и в то же время некоторая грубоватость. Они словно пронизаны светом, тем, что представляется художнику главным персонажем, а не просто объектом изображения.

После Реверона в искусстве Венесуэлы образовался своего рода вакуум, который со временем заполнила большая группа художников; большинство из них в своих работах использовало язык современной живописи. В 1955 г. Хесус Сото начал применять плексиглас в композициях, которые благодаря взаимодействию плоскостей производили необычное впечатление оптической вибрации, даже более естественное, чем достигавшееся ранее в экспериментах с геометрической абстракцией. С 1958 г. он стал использовать металлические волокна, соединенные между собой и свободно движущиеся над плоскими поверхностями, что позволяло ему создавать многомерные пространства со странными, неизвестными ранее в абстрактном искусстве эффектами динамизма. «Красное ведро» Хесуса Сото стало одной из «визитных карточек» каракасского музея (наряду с двумя другими работами венесуэльских художников – «Город» Александра Кальдера и «Солнечная структура» Алехандро Отеро). В области абстрактного искусства работали и другие венесуэльские художники. Можно отметить, в частности, работы Карлоса Крус-Диаса, например, его «Fisiocromias», которые отличаются скрупулезностью и утонченностью исполнения. Другие современные течения представлены работами Марсело Боневарди, Гонсало Фонсеки и Эдгара Негрета.

Канада

Канадский музей цивилизации

В столице Канады Оттаве, прямо напротив здания парламента, высится причудливый комплекс зданий. Кажется, что их создавали не руки человека, а силы природной стихии – ветер, вода, ледники. Они же формировали и облик современной Канады, истории которой посвящены многообразные – археологические, исторические, этнографические – экспозиции, развернутые в залах странного здания. А весь этот комплекс принадлежит Канадскому музею цивилизации – крупнейшему и самому популярному музею страны.

История музея началась в 1855 г. Когда Канадское Геологическое общество готовилось к участию во Всемирной выставке в Париже, где планировалось развернуть отдел, посвященный естественной истории Канады. Заинтересовавшись собранными экспонатами, канадские правительственные чиновники порекомендовали обществу расширить работу, чтобы на ее основе можно было создать большой, хорошо укомплектованный музей. И в 1856 г. Канадский Геологический музей был открыт для публики.

Первоначально он находился в Монреале. В 1862–1863 гг. Геологическое общество устроило в его залах первую историко-этнографическую экспозицию: в одной-единственной стеклянной витрине демонстрировались каменные орудия первобытных людей, несколько фрагментов глиняной посуды и предметы быта канадских индейцев. А 22 мая 1868 г. канадское правительство приняло решение, что отныне собрание Геологического музея в Монреале станет «музеем для всего Канадского доминиона». Задачи, поставленные перед музеем, существенно расширялись: отныне его деятельность должна была включать в себя изучение канадской флоры и фауны, истории народов, населяющих страну, их традиций, языков и условий жизни. Королевское научное общество Канады вызвалось оказывать музею поддержку в сборе экспонатов, чтобы создать настоящий «архив этнологии, археологии и естествознания».

Оттава. Музей цивилизации

Весной 1881 г. музей переехал в Оттаву. В 1896–1910 гг. для него было выстроено специальное здание. В это время музей, насчитывавший в своих фондах более 92 тыс. экспонатов, уже являлся крупнейшим естественнонаучным собранием страны. С января 1927 г. за ним было официально закреплено название Национального музея Канады. А 24 июня 1986 г. он получил новое наименование – Канадский музей цивилизации. По мнению инициаторов этого переименования, новое имя лучше соответствует главной задаче музея: формировать во всех канадцах ощущение их общности, невзирая на их разделенное прошлое, и способствовать взаимопониманию между различными культурными группами, являющимися частью канадского общества.

Новая страница в истории музея была открыта 29 июня 1989 г., когда перед посетителями распахнулись двери его нового здания. Архитектор Дуглас Кардинал буквально воссоздал в его облике всю геологическую историю Канады. Даже в плитах из манитобского известняка, использованного в качестве облицовки, можно видеть окаменелости, насчитывающие миллионы лет. Удивительное здание отличают также большие стеклянные стены и огромные медные своды и купола; меди здесь использовано больше, чем в любой другой постройке мира.

В стенах Канадского музея цивилизации сегодня хранится 3,75 млн экспонатов, охватывающих период в 10 тыс. лет и рассказывающих о доисторическом прошлом страны, истории и культуре ее народов. Самым маленьким экспонатом является рисовое зернышко с выгравированной на нем картой Канады, а самым большим – огромный герб страны, выполненный из разных пород камня и весящий около 7 т.

Все обширное собрание музея сгруппировано по четырем главным разделам. Первый посвящен предыстории Канады, от конца последнего ледникового периода до прибытия в Северную Америку первых европейцев. Здесь собрано огромное – около 3,5 млн – число археологических экспонатов, найденных в разных областях страны. Среди них можно увидеть скелеты ископаемых животных и окаменевшие отпечатки давно исчезнувших растений и цветов, остатки человеческих жилищ и орудия труда первых поселенцев Канады. Ими были предки современных индейцев и эскимосов, культуре которых посвящены экспозиции второго раздела музея. Здесь представлено культурное наследие 110 коренных народов и народностей Канады. 55 тыс. экспонатов рассказывают об их истории, традиционном и современном укладе жизни, способах художественного выражения. Кожаные кисеты и ножны, украшенные орнаментом, ножи, индейские головные уборы из перьев – часть обширной коллекции, собранной в 1770-х гг. в области Великих Озер одним из первых исследователей Канады, сэром Джоном Колдуэллом. В последние годы эта часть экспозиции пополнилась собранием произведений современного искусства коренных народов.

«Зал Канады» посвящен истории страны, начиная с прибытия сюда первых европейских поселенцев. Собранные здесь экспонаты – около 80 тыс. – представляют все регионы Канады и всю ее историю – с XVI в. до сегодняшнего дня. Они отражают главную особенность канадской культуры: ее мультиэтничность. Ведь Канада созидалась руками не только выходцев из Англии и Франции, но и из многих других областей Старого Света: скандинавов, итальянцев, украинцев. О повседневной жизни переселенцев, истории освоения ими бескрайних канадских просторов, их мастерстве и изобретательности рассказывают выставленные в музее многочисленные предметы быта XVII–XIX вв.: мебель, костюмы, стекло, керамика, инструменты, игрушки. Особый раздел посвящен политической истории страны. Здесь собраны экспонаты, рассказывающие об обретении Канадой независимости, личные вещи крупнейших политических деятелей прошлых лет.

Библиотека и архив музея хранят огромное количество изданных и неизданных материалов, включая книги, журналы, фотографии и документы, начиная с 1800-х гг. Под крышей музея действуют многочисленные выставочные залы, Канадский детский музей и интереснейший Музей почтового дела, рассказывающий об истории почты с древности и до наших дней. Он открылся в 1971 г., а в 1988 г. был объединен с Канадским музеем цивилизации. Сегодня собрание музея насчитывает более 150 тыс. экспонатов и охватывает древнюю и современную историю, науку и технику, филателию, живопись, архитектуру, декоративно-прикладное искусство.

Люди – по природе социальные существа. Они испытывают насущную потребность общаться друг с другом. А почта – один из способов этой связи. О том, что этот вид человеческой деятельности существовал уже во времена глубокой древности, напоминают хранящиеся в витринах Музея почтового дела фигурки древнеегипетских писцов и испещренные клинописью глиняные таблички из Вавилона. Здесь же – старинная униформа почтальонов, канадских и иностранных, почтовые рожки, огромная коллекция почтовых ящиков из всех стран мира. О способах, каким доставлялась почта – почтовая карета, воздушный шар, автомобиль, поезд, – рассказывает следующий раздел экспозиции. Здесь воссозданы элементы оформления почтовых отделений разных времен, представлено всевозможное оборудование: штемпеля, кожаные мешки для корреспонденции, сейфы, приспособления для сортировки писем. Портативный письменный стол с чернильницей и письменным прибором принадлежал когда-то сэру Сэндфорду Флемингу – создателю первой почтовой марки Канады. Ну и разумеется, в собрании музея широко представлены и сами марки – какая же почта без них?

Благодаря тесному сотрудничеству канадской почты, Национального архива и Канадского музея цивилизации, в экспозиции Музея почтового дела сегодня собраны абсолютно все почтовые марки, когда-либо выпускавшиеся на территории Канады – как федеральные, так и областные, всего приблизительно 2500 марок. И эта коллекция постоянно растет: сюда первые делом поступают все новинки, выпущенные канадской почтой…

Канадская национальная галерея

Канадская Национальная галерея, расположенная в Оттаве – одно из крунейших художественных собраний страны. Она открылась 6 марта 1880 г. – первоначально как постоянная выставка канадской Королевской академии. Каждый из художников – членов академии пожертвовал выставке свою дипломную работу, благодаря чему было сформировано ядро коллекции. В дальнейшем собрание галереи пополнялась за счет покупок и пожертвований частных лиц; например, музей получил в свое распоряжение большую коллекцию картин британских художников, пожертвованную бывшим генералом – губернатором Канады Винсентом Масси.

Оттава. Национальная галерея. Скульптурный дворик

За полтора века своей истории галерея несколько раз переезжала с место на место. С 1988 г. она располагалась в здании, специально построенном для нее по проекту архитектора Моше Сафди. В 1985 г. к Национальной галерее был присоединен Музей современной фотографии.

Пожертвования канадских художников – членов академии остаются ключевыми работами в экспозиции галереи, ныне он включает в себя более 800 картин, скульптур и произведений декоративно-прикладного искусства XVIII–XX вв. Диапазон представленных работ довольно широк – от религиозной скульптуры Квебека XVIII в. до авангардистских картин 1960-х гг. Хотя основная часть экспозиции посвящена изобразительному искусству Канады, здесь собрано немало работ известных европейских художников. Им отведено пять первых залов галереи. В числе представленных работ – «Святая Екатерина» (ок.1320–1325), Симоне Мартини, «Вулкан и Эол» (ок.1485–1490) Пьеро ди Козимо, «Венера» (ок.1518) Лукаса Кранаха Старшего, «Змея и Смерть» (ок.1510–1520) Ганса Бальдунга, «Портрет неизвестного мужчины» (ок.1550–1555) Анджело Бронзино, произведения итальянских, французских, испанских и фламандских художников и скульпторов XVII в., включая Лоренцо Бернини, Бартоломе Эстебана Мурильо и Никола Пуссена.

В канадской части галереи представлены художники из всех провинций Канады. Самое большое пространство – четыре зала – отведено искусству Квебека. Одним из ключевых пунктов экспозиции является восстановленный интерьер часовни монастыря Непорочного Сердца Девы Марии в Оттаве – единственный в Северной Америке полностью сохранившийся интерьер религиозного здания XIX в. Построенная в 1887 г., часовня в 1972 г. была перенесена в музей и ныне признана одним из сокровищ канадского культурного наследия.

Канадский музей каноэ

Канадский музей каноэ, расположенный в Питерборо (провинция Онтарио), был основан в 1957 г. профессором Кирком Уиппером, а его первым экспонатом стала деревянная лодка-долбленка, изготовленная примерно в 1890 г. В последующие годы коллекция увеличивалась и уже к концу 1960-х гг. насчитывала более 150 различных вариантов туземных лодок. Первоначально это собрание размещалось в деревянных постройках летнего лагеря близ Дорсета (провинция Онтарио), однако к концу 1980-х гг. стало ясно, что для сильно разросшейся экспозиции требуется более капитальное, а главное – более вместительное сооружение.

Для размещения музея был избран Питерборо – небольшой городок к востоку от Оттавы, на протяжении века (1850–1960) являвшийся крупным центром производства каноэ. Строительство и переезд растянулись на три года, и 1 июля 1997 г., в ежегодно празднуемый День Канады, музей был торжественно открыт в новом здании.

В Музее каноэ

Сегодня в экспозиции Канадского музея каноэ, являющегося уникальным центром национального культурного наследия, насчитывается более 600 каноэ и лодок, а также около тысячи других экспонатов, связанных с основной темой. Это крупнейшая коллекция подобного рода в мире, причем здесь представлены образцы лодок и каноэ, изготовленные в традициях не только аборигенов Канады, но и всей Северной Америки, а также Африки, Папуа – Новой Гвинеи, Тайваня и Полинезии. Сфера интересов музея – культура народов, жизнь которых традиционно связана с каноэ, при этом основной акцент делается на ту роль, которую играет каноэ в жизни коренных народов Канады – индейцев и эскимосов. В прошлом каноэ являлось неотъемлемой частью повседневного быта этих людей, оно служило для охоты, рыбной ловли, торговли, войны… Первые белые поселенцы Канады по достоинству оценили возможности индейских каноэ и широко использовали их при исследовании и заселении огромных пространств Канады. Достаточно вспомнить знаменитое плавание на каноэ Джорджа Дугласа по реке Коппермайн в 1911 г. В дальнейшем каноэ служило преимущественно для спортивных целей. Два канадца, Дон и Дэн Старкеллы, установили даже мировой рекорд плавания на каноэ, пройдя на этой маленькой лодке 12 180 миль от Виннипега до устья реки Амазонки. Во многих районах Канады до сих пор сохраняются старинные традиции строительства каноэ.

В экспозиции музея представлены все типы лодок и каноэ, когда-либо строившихся коренными обитателями Северной Америки: громадные, выдолбленные из одного-единственного ствола могучего кедра лодки Западного побережья, прекрасные каноэ из коры, до сих пор еще используемые на реках Восточной Канады, кожаные лодки эскимосов и алеутов, деревянные каноэ, построенные в главных центрах «каноэстроительства» в Онтарио, Новой Шотландии и Мэне в XIX в., уникальные экземпляры каноэ, изготовленных из сшитых вместе досок… Все эти экспонаты демонстрируют самый широкий спектр материалов и строительных методов и очень ярко характеризуют технические навыки и изобретательность создателей этих лодок.

Колумбия

Национальный музей Колумбии

Национальный музей Колумбии в Боготе – один из самых старых музеев Латинской Америки. Он был основан по решению первого конгресса республики 28 июля 1823 г. За полтора года до этого Симон Боливар – знаменитый Либертадор («Освободитель»), возглавивший борьбу за независимость южноамериканских колоний и ставший первым президентом Великой Колумбии (включавшей в ту пору в себя территории современных Венесуэлы, Колумбии, Панамы и Эквадора), отправил в Европу своего соратника Франсиско Антонио Сеа, которому было поручено подготовить почву для международного признания нового государства, а также заручиться экономической поддержкой со стороны европейских стран. В мае 1822 г. Сеа встретился в Париже со знаменитым ученым-натуралистом бароном Жоржем Кювье (которого называют «отцом современной палеонтологии») и просил его помочь молодой республике в создании научного учреждения, «посвященного исследованию природы, сельского хозяйства, искусства и торговли как источников прогресса». С той же самой просьбой Сеа обратился к другим крупным ученым того времени – Александру фон Гумбольдту и Франсиско Араго. В результате этих переговоров в Колумбию отправилась научная комиссия, состоявшая из нескольких европейских знаменитостей.

Богота. Национальный музей Колумбии

28 июля 1823 г., после прибытия комиссии в Боготу, конгресс республики принял закон о создании Национального музея, носившего в ту пору название Музея натуральной истории и горной промышленности. Он был торжественно открыт 4 июля 1824 г. в здании так называемого Ботанического дома, построенного в XVIII в., где первоначально размещалась Королевская ботаническая экспедиция королевства Новая Гранада, основанная испанским ученым-натуралистом Хосе Селестино Мутисом.

Первоначально экспозиция музея занимала всего два зала «Ботанического дома»: в одном размещались зоологические, минералогические и ботанические коллекции, в другом были представлены история и изящные искусства. Наряду с чучелами животных, заспиртованными препаратами и образцами минералов, происходящие из различных мест Европы и Америки, здесь демонстрировались несколько метеоритов, фрагменты скелета мастодонта и древняя индейская «мумия».

Национальный музей изначально задумывался как естественнонаучный, но уже в год своего открытия он начал расширять сферу интересов, включив в свои коллекции исторические и художественные экспонаты доколумбовой эпохи и реликвии войны за независимость. К началу XX в. его собрания настолько разрослись, что впоследствии на их основе был создан целый ряд новых музеев: в 1903 г. – Музей школы изящных искусств при Национальном университете, в 1905 г. – Музей естественной истории, в 1920 г. – дом-музей Симона Боливара, в 1938 г. – Военный музей, в 1939 г. – Археологический и этнографический музей, в 1942 г. – Геологический музей и Музей колониального искусства и в 1960 г. – Музей революции 1810 г. Между 1947 и 1948 гг. Музей изящных искусств и Археологический и этнографический музей были вновь объединены с Национальным музеем.

Вплоть до 1946 г., ввиду постоянно меняющейся политической и экономической ситуации в стране, экспозиция Национального музея располагалась в различных временных помещениях. Лишь спустя 123 г. после своего создания музей, наконец, обрел постоянное пристанище. Им стало бывшее здание центральной исправительной тюрьмы, получившее в народе название «Паноптикум». На то, чтобы реконструировать ее и приспособить для музейных целей, потребовалось два года 9 апреля 1948 г. в новом здании была открыта экспозиция Национального музея. На первом этаже разместилась коллекция бывшего Археологического и этнографического музея, на втором – историческая экспозиция собственно Национального музея, на третьем – художественное собрание бывшего Музей изящных искусств. В 1989–1990 гг. вся экспозиция была реорганизована в соответствии с требованиями времени.

Сегодня собрание музея насчитывает более 20 тыс. экспонатов, разделенных на четыре секции: археология, история, этнография и искусство. Археологическая коллекция – крупнейшая, она составляет около половины всех богатств Национального музея. Начало ей было положено еще в первой половине XIX в., однако наиболее интенсивно она начала пополняться в первые годы XX в., когда в Колумбии стали проводиться систематические археологические раскопки. Их результатом явилось открытие важных памятников крупнейших доколумбовых индейских культур на территории современной Колумбии – муисков, кимбайев и сан-агустин. С созданием в 1938 г. Национальной археологической службы исследование памятников доколумбовой эпохи получило новый импульс. В настоящее время археологические коллекции Национального музея охватывают период приблизительно в 12 тыс. лет, от появления на территории Колумбии первых групп первобытных охотников и собирателей до прихода на эти земли испанских конкистадоров.

Экспозиция исторического отдела охватывает период XVI–XX вв. и посвящена колониальному периоду, войне за независимость и истории независимой Колумбии. Здесь представлены оружие, костюмы, знамена, исторические документы, фотографии, рукописи, карты, атласы, официальные документы и частные письма, связанные с именами крупнейших исторических деятелей Колумбии, Перу и Венесуэлы первой половины XIX в., включая восемь писем Симона Боливара, написанных им собственноручно. В этой части собрания можно увидеть подлинное Королевское знамя Кастилии, под которым знаменитый конкистадор Франсиско Писарро завоевал в 1531 г. Перу, серебряную медаль, выбитую 12 февраля 1825 г. в память о победах революционных войск в битвах при Хунине и Аякучо, золотую гирлянду, которой граждане перуанского города Куско наградили Симона Боливара в 1825 г.

Этнографическая коллекция Национального музея стала складываться только в начале XX в. Причиной тому явилось предвзятое отношение, долгое время бытовавшее в среде «образованных» людей по отношению к искусству и культуре «дикарей». Тем не менее первый каталог музея, опубликованный в 1917 г., уже включает в себя раздел «туземные объекты», где поименованы хранящиеся в собрании индейские ткани, оружие, украшения и музыкальные инструменты. В 1940-х гг. интерес к культуре туземных сообществ резко возрастает, в глубинные районы Колумбии отправляются несколько экспедиций, одной из целей которых являлся сбор этнографического материала. Таким образом, коллекция Национального музея пополнилась более чем четырьмя тысячами предметов традиционной культуры различных индейских племен, населяющих территорию страны. В числе этих экспонатов – повседневная и ритуальная одежда, охотничье оружие, музыкальные инструменты, украшения, керамика, орудия труда.

В отделе искусства Колумбии и зарубежных стран представлены живопись, скульптура, графика, декоративно-прикладное искусство. Экспозиция ограничивается преимущественно работами колумбийских художников, хотя в коллекции скульптуры имеются работы Антонио Кановы, Огюста Родена и Антуана Бурделя. В этой же части экспозиции собрана религиозная скульптура колониального периода.

Нумизматический кабинет Национального музея обладает большой коллекцией монет колониального периода, отчеканенных в Потоси, Лиме, Боготе, Попайяне, а также монет и бумажных денежных знаков независимой Колумбии, медалей и печатей XVIII–XX вв.

Музей золота

Золото – «пот божественного Солнца». Индейцы Южной Америки верили, что золото впитало в себя энергию этого светила. Индейские предания рассказывают, что сначала солнце было невзрачным, обыкновенным существом в человеческом облике, но потом его одели в золотые одежды и осыпали золотым песком; энергия золота придала человеку силу и могущество. Он стал Великим Солнцем. Подражая Великому Солнцу, вожди индейских племен, обитавших на территории современной Колумбии, также натирали свои тела золотым порошком и облачались в великолепные наряды, богато украшенные золотом, увешивали себя золотыми амулетами. Так родилась легенда об «Эль Дорадо», Золотом Человеке…

В реальности страны Эльдорадо, которую на протяжении веков безуспешно пытались найти многочисленные искатели сокровищ, никогда не существовало. Зато настоящим Эльдорадо является всемирно известный Музей золота в столице Колумбии Боготе, обладающий сегодня крупнейшей коллекцией доколумбового ювелирного искусства, подобной которой нет во всей Южной Америке. Коллекция золотых изделий, собранная здесь, буквально ошеломляет своим великолепием. Огромные маски, великолепные диадемы, браслеты, ритуальные фигурки и символы власти, изготовленные из чистейшего золота, являются зримыми свидетельствами той далекой эпохи, когда золото считалось материальным воплощением созидательной энергии Солнца. Первый экспонат музея появился в 1939 г. Сейчас его коллекция насчитывает более 33 тыс. единиц хранения.

В древности территорию современной Колумбии населяло множество индейских племен – мусо и панче, пихао и кимбайи, риама и колима, мотилоны и катио, чибча, муиски и тайроны… Все эти народы отличала беззаветная храбрость и неукротимая любовь к свободе. А еще – творческий гений, удивительный по силе и своеобразию.

Колумбия – это страна золота и изумрудов. Еще в доколониальную эпоху здешние индейцы умели добывать изумруды и делать из них замечательные украшения. А что касается золота, то оно давно и прочно вошло в арсенал местных ремесленников в качестве главного поделочного материала.

Сегодня в Музее золота в Боготе выставлены тысячи произведений индейских золотых дел мастеров. Неизменное восхищение вызывают серьги, пекторали, подвески, которые носили в носу, и другие украшения, с которыми индейцы пихао хоронили умерших; большие пекторали, диадемы и брошки колима; фигурки идолов, покрытые золотыми пластинами, – им поклонялись в храмах, где собиралось более тысячи паломников из долин рек Сину, Сан-Хорхе и Нечи. Но особенно очаровывают зрителя неподражаемые шедевры кимбайев – настоящих кудесников в работе по металлу, непревзойденных в умении, технике и тонком вкусе создававших украшения из золота. С этими украшениями кимбайи хоронили умерших, завернув их в прекрасные ткани. Благодаря такому обычаю кимбайи – как и пихао, и другие племена, придерживавшиеся сходных верований, – оставили в местах захоронений богатейшие сокровища. Разнообразие и обилие золотых украшений, сохранившихся в их могилах, просто трудно себе вообразить.

Обычными атрибутами такого захоронения являются подвески для носа, ожерелья, браслеты, пекторали, щипчики для выдергивания волос, топо (броши), тембиты (украшения для нижней губы), ложки, булавки, статуэтки людей и животных, сосуды, амфоры, чаши и диадемы… Почти все, что кимбайя давали своим мертвым, отправляя их в последний путь, было изготовлено из золота! Сегодня в этих погребениях археологи находят золотые бутыли, золотые колокольчики, золотые шлемы, тяжелые нагрудные пластины из золота и прекрасные золотые статуэтки. Даже урны, в которых хранился прах мертвых, иногда были изготовлены из чистого золота. Филигранная работа, точность всех частей, безупречная шлифовка, совершенство граней – все это свидетельствует о высочайшем мастерстве древних индейских ювелиров.

Кимбайи были, бесспорно, самыми замечательными золотых дел мастерами индейской Америки. Они умели так закаливать свои инструменты, что некоторые резцы и долота скорее ломались, чем сгибались. Характерной чертой украшений кимбайев является то, что их делали из сплава золота и меди. В зависимости от соотношения частей этих металлов в сплаве кимбайи умели придавать своим изделиям различные оттенки, чередуя их таким образом, что цвета плавно переходили из одного в другой, без заметных изменений или явных различий. Этот прием, чрезвычайно эффектный, сослужил, однако, плохую службу многим прекрасным изделиям, выполненным из подобного сплава: в 1519 г. испанский король Карл V издал указ, предписывающий отправлять их на переплавку. В нем, в частности, говорилось: «…Признавая, что много золотых изделий индейцев продолжает переходить к испанцам в счет уплаты податей, вознаграждений и доходов от торговли в различных изделиях и украшениях в форме медальонов, ожерелий, канителей, узких полосок, браслетов, нагрудных и других украшений, а сплав, из которых они сделаны, в былые времена называли не иначе как низкопробным золотом, и поскольку содержание его в этих изделиях очень низкое, а меди – высокое и без того, чтобы их расплавить, нельзя ни узнать пробу золота, ни определить его стоимость, повелеваем, чтобы это золото и изделия из него были очищены, переплавлены и пятая часть их поступала в казну».

Помимо кимбайев обработкой золота прославились тайроны – индейцы, жившие на севере Колумбии, у подножия гор Сьерра-Невада-де-Санта-Марта. Уже само название этой индейской народности свидетельствует об их излюбленном ремесле: «тайрон» в буквальном переводе означает «золотых дел мастер». Своих вождей и жрецов тайроны хоронили в роскошных гробницах. В одной из них, например, археологами было найдено восемь тысяч великолепных бусин из сердолика, агата и других полудрагоценных камней. И повсюду в огромных количествах – золото…

Еще больше прославились знаменитые муиски – индейское племя, с ним и связана легенда о стране «золотого короля», Эльдорадо. Она находилась в самом сердце Колумбии, на горном плато, расположенном на высоте 2600 м над уровнем моря, в бассейне рек Богота и Согамосо. Именно здесь, высоко в горах, лежит священное озеро Гуатавита, на дне которого, как говорят, покоятся несметные сокровища муисков…

В обработке золота муиски достигли исключительного мастерства. Они же первыми из индейских племен начали добывать и обрабатывать изумруды – на их территории находились десятки изумрудных шахт. Некоторые из добытых здесь камней поражают своими гигантскими размерами.

Сокровища Музея золота в Боготе – желанные «гости» во всех странах мира, где знаменитый колумбийский музей устраивает свои выставки. В январе 2004 г. такая выставка проходила и в Москве, в Институте Сервантеса. На ней демонстрировались 60 ювелирных украшений и культовых предметов из золота, включая знаменитые на весь мир шедевры – такие, как «плот Эль Дорадо». Однако в силу высокой страховочной стоимости на выставке в России, как и в других странах, все эти экспонаты были представлены в копиях.

Мексика

Национальный антропологический музей

Антропологический музей в мексиканской столице был торжественно открыт в сентябре 1964 г. – в присутствии многочисленных представителей мексиканской интеллигенции, деятелей науки и культуры, а также зарубежных гостей. Прекрасное по своей архитектуре здание расположилось в парке Чапультепек. Его строители творчески использовали архитектурные традиции Мексики колониального периода (внутренние дворики, скверики и атриумы), а также пропорции и некоторые эстетические каноны архитектуры древних майя. Стены здания выложены мрамором, полы сделаны мозаичными: на первом этаже – из темного тепейякского мрамора, на втором – из тропических пород деревьев. Для отделки залов применялись кедр и красное дерево, а в настенных росписях использованы индейские мифологические сюжеты.

Музей занимает огромную площадь – 30 тыс. кв. м. Помимо экспозиционных залов в нем размещаются различные мастерские и лаборатории, научные кабинеты и специальные помещения для временных выставок, библиотека и аудитория на 350 человек.

Экспозиция Антропологического музея посвящена многовековой – с древнейших времен до эпохи испанского завоевания – истории индейских культур Месоамерики. Так принято именовать обширную область Мексики и Центральной Америки, которая на протяжении трех тысячелетий являлась одним из крупнейших центров мировой культуры. Истории доколумбовой Мексики посвящена экспозиция, развернутая в залах первого этажа музея. Второй этаж занимают этнографические коллекции. Вся экспозиция построена по географическому принципу: каждой историко-культурной области выделен отдельный зал.

Археологические раскопки в долине Мехико обнаружили множество предметов, связанных с земледельческими культами доклассического периода (2000 г. до н. э. – 300 г. н. э.), предшествовавшими расцвету древних месоамериканских цивилизаций. Среди находок преобладают терракотовые статуэтки. Чаще всего это женские фигурки, напоминающие доисторических европейских «Венер». Очевидно, это изображения каких-то местных божеств – символов плодородия. Особенно богата фигурками такого рода долина Мехико.

Мехико. Национальный Антропологический музей

Самой древней из культур Месоамерики была цивилизация ольмеков – народа, занявшего около I тыс. до н. э. побережье Мексиканскою залива. Ольмеки изобрели календарь и иероглифическую письменность, однако наиболее яркими памятниками их цивилизации стали каменные сооружения и изваяния, стелы, алтари, статуи и статуэтки, посвященные божеству, изображавшемуся в облике получеловека-полуягуара. Центр этой культуры находился близ современного селения Ла-Вента, на территории нынешнего мексиканского штата Табаско.

В искусстве ольмеков наиболее впечатляет каменная скульптура. Так, алтари из Ла-Венты и Сан-Лоренсо украшают барельефные фигуры богов или жрецов с «ребенком-ягуаром» на руках. В музее можно увидеть и изображение богини дождя и урожая из Чалкацинго, великолепную нефритовую статуэтку «ребенок-ягуар» из Лас-Лимас. «Мирская» тема – изображения вождей, сановников, посланников – также представлена прекрасными образцами ольмекского искусства. Гигантские каменные головы, столь характерные для этой культуры, производят впечатление портретных образов. Их черты довольно индивидуальны, а шлемы украшены иероглифическими знаками.

Именно у ольмеков сложились характерные для древних цивилизаций Месоамерики особенности, сохранявшиеся на протяжении почти трех тысячелетий. И хотя каждая новая культура и каждый регион рождали собственные стили искусства, сегодня никто не станет отрицать их явного родства.

Эстафету от ольмеков перенимает цивилизация Теотиуакана, возникшая на центральном нагорье. Главное место ее в искусстве Теотиуакана занимала настенная роспись. Эти произведения изображают богов и жрецов, различные ритуалы. Неизменный мотив росписей – лик бога дождя. Он часто встречается и в местной керамике, которую расписывали «по сырому» – прием, характерный для этой цивилизации. Художники Теотиуакана возродили и довели до совершенства форму искусства, родоначальниками которой являлись ольмеки: скульптурный портрет. Но это были уже не гигантские каменные головы, а небольшие погребальные маски, сделанные из твердого поделочного камня и зачастую инкрустированные кусочками бирюзы, нефрита, перламутра.

В искусстве сапотеков (300 г. до н. э. – 800 г. н. э.) и других древних культур Оахаки (юго-запад Мексики) большое место занимали терракотовые изображения божеств, а иногда и людей (известна, например, прекрасная статуэтка «Писец»). Для районов, расположенных на побережье Мексиканского залива (территория нынешнего штата Веракрус), наиболее характерны скульптура, барельефы, посвященные религиозной тематике, и загадочные объекты, связанные с культовой игрой в мяч, отличающиеся изысканностью резьбы и красотой пластических форм. Не менее оригинальными произведениями этой культуры являются терракотовые статуэтки и статуи, достигающие подчас двухметровой высоты и изображающие богов, жрецов и воинов.

Искусство «классических» майя, образцы которого найдены в таких городах Юкатана, как Тикаль, Паленке, Яшчилан, Копан, достигло своего наивысшего расцвета в VI–VIII вв. Художественный гений этого народа создал выдающиеся памятники. В каждом их них – барельефах, стелах, резных панелях, нефритовых украшениях – можно безошибочно распознать своеобразный, ни на что не похожий стиль майя, сочетающий в себе силу и грацию. Обычно в искусстве майя было принято изображать фигуры божеств и жрецов, мифологические или ритуальные сцены. На замечательных барельефах из Яшчилана и Пьедрас-Неграс воскрешается история этих городов, прославляются их правители. А на фресках из Бонампака запечатлена вся жизнь этого небольшого города: праздничные церемонии и танцы, музыканты и знатные женщины, сцены боев, на переднем плане которых – одетые в шкуры ягуара горделивые воины с пышными головными уборами из перьев.

Каменный календарь ацтеков

В IX–XI вв. просторы Мексики стали ареной переселений целых народов. Воинственные кочевые племена с севера одно за другим вторгались на центральное нагорье, некоторые из них достигали полуострова Юкатан. Пришельцы принесли с собой и новых богов, новые обряды и ритуалы, в частности, человеческие жертвоприношения. Воинственный народ тольтеков, поселившийся в центральной Мексике, поклонялся Пернатому Змею – Кецалькоатлю и украшал свои храмы изображениями орлов и ягуаров, пожирающих человеческие сердца. Величественное и суровое искусство тольтеков было порождением общества, посвятившего себя астрономии и воинскому искусству. Перенесенное на Юкатан, где оно испытало на себе воздействие традиций майя, это искусство стало более пластичным и изящным и создало такие выдающиеся произведения индейской архитектуры, как «Храм воинов» и стадион для игры в мяч в Чичен-Ице. Майятольтекское искусство процветало на протяжении двух столетий, и его памятниками сегодня остались хранящиеся в Антропологическом музее в Мехико прекрасные скульптуры, образцы настенной росписи и резьбы, а также золотые диски с резными изображениями тольтекских мотивов (например, сценами человеческих жертвоприношений), исполненных, однако, с мастерством майя.

В Оахаке горные племена миштеков, к XI в. вынудившие сапотеков отойти на восток, создали свой особый стиль, который нашел самое яркое проявление в работах золотых дел мастеров. Найденные в миштекских захоронениях ювелирные изделия из золота и бирюзы и сегодня вызывают восхищение. Так, на одной золотой подвеске изображены символы Земли и Солнца и небесная площадка для ритуальной игры в мяч, на другой – бог Земли и весны, на третьей – два календаря разных народов, сапотекский и миштекский. Еще больший интерес вызывают знаменитые миштекские рукописи, или кодексы, с пиктограммами и многокрасочными миниатюрами. Это, по существу, целые иллюстрированные энциклопедии, в которых отражены религиозные верования и обряды, история царских династий и народных героев.

Ацтеки позднее других народов пришли в Центральную Америку. Они знали и высоко ценили лучшие достижения предшествовавших им цивилизаций: ольмеков, культуры Теотиуакана, тольтеков, майя. Цивилизация ацтеков достигла высокого уровня лишь к началу XVI в., и ее развитие было прервано начавшимся испанским завоеванием…

Национальный музей современного искусства

Национальный музей современного искусства – один из наиболее значительных художественных музеев Латинской Америки. Он располагается в историческом парке в центральной части Мехико. Идея создания музея родилась в начале 1950-х гг., на волне бурного подъема мексиканского изобразительного искусства, лидерами которого в те годы являлись Диего Ривера, Давид Альфаро Сикейрос, Руфино Тамайо, Хосе Клементе Ороско. Построенный по проекту архитектора Педро Рамиреса Васкеса, Музей современного искусства был открыт в сентябре 1964 г.

Собрание музея сосредотачивается на работах мексиканских художников XX в. Здесь представлено более 2 тыс. произведений живописи, скульптуры, графики, созданных мастерами различных школ и направлений, от «мексиканской школы» 1920-х гг. до «неомексиканизма» 1980-х гг. и художественных течений последних лет. Значительное место в экспозиции отведено творчеству «большой тройки» великих мексиканских художников-монументалистов XX в.: Диего Риверы (1886–1957), Хосе Клементе Ороско (1883–1948) и Давида Альфаро Сикейроса (1898–1974). «Наш путь – единственный», – заявлял в свое время Сикейрос, заложивший вместе с Диего Риверой и Хосе Клементе Ороско фундамент мексиканской монументальной живописи. Их росписи украшают сегодня стены многих официальных зданий Мексики, Чили и Кубы. Неуемная страстность Сикейроса, жизнь которого была насыщена событиями, взлетами и падениями, являлась движущей силой его творчества, поставленного на службу революционным идеям. Подобно личности самого художника, не избежавшего влияния экспрессионизма и сюрреализма, работы Сикейроса, исполненные мощного революционного пафоса, явились предметом многих споров.

Монументальные, огромной выразительной силы панно Диего Риверы, которыми расписан ряд общественных зданий, в частности Национальный дворец в Мехико, стали вехами на пути развития латиноамериканской живописи. Ярким контрастом им являются работы Хосе Клементе Ороско. Они лишены пафоса и символизма, однако по своей полноте и трагической напряженности не имеют себе равных в латиноамериканской живописи того периода. Некоторая обособленность Ороско объясняется тем, что он отвергал «фольклорные» аспекты, предпочитая сугубо индивидуальную концепцию живописи. Гватемальский искусствовед Луис Кардона-и-Арагон считает Ороско наиболее значимым латиноамериканским художником.

Масштабность и значимость работ Ороско, Риверы и Сикейроса определяют их особое место в истории латиноамериканского искусства. Глубоко национальные по характеру, эти художники используют европейские приемы живописи для выражения мексиканской самобытности и возрождения к жизни культурных ценностей ацтекского прошлого. Без их произведений, заложивших основы самобытного мексиканского искусства и в то же время словно вызывающих на спор, порождая стремление к дальнейшему творческому поиску, невозможно было бы представить творчество таких мастеров, как Руфино Тамайо, Хосе Луис Куэвас и более молодых художников.

Ранние работы Руфино Тамайо (1899–1991) навеяны мотивами доколумбовой индейской скульптуры. Он отступил от традиций революционного монументализма и вскоре перешел к абстракции. Тамайо удалось объединить приемы европейского авангарда с национальными мексиканскими мотивами, его картины обрели динамизм и утонченность цветовой гаммы, а тематика стала более универсальной. Его необычные исследования форм человеческого тела приближались к сюрреализму. Французский литератор и поэт Андре Бретон сказал, что Тамайо поднял рутину повседневности до ритуала и поэзии.

Поколение художников, наследовавших творчество Руфино Тамайо, отличалось восприимчивостью к новым тенденциям. Решительный шаг был сделан в начале 1960-х гг. группой молодых живописцев, включавшей Хосе Луиса Куэваса, Мануэля Фельгереса, Висенте Рохо, Педро Коронеля, Лилию Карильо, Альберто Хиронелью. Эти одаренные художники шли разными путями, отражая в своих работах широкий спектр концепций, оказавших воздействие на формирование современного мексиканского искусства. Хосе Луис Куэвас с самого начала обнаружил проницательный, свободный от иллюзий талант. Пронзительная, саркастическая обостренность его пера и карандаша очень быстро сделала его одним из наиболее интересных художников своего поколения.

Следующий этап современной мексиканской живописи был отмечен обращением к геометризму. Среди художников-геометристов выделяется Мануэль Фельгерес. Его основательная теоретическая подготовка, техническая точность и передовые методы ставят этого тонко чувствующего художника в один ряд с наиболее яркими представителями своего поколения Латинской Америки.

В числе других художников, чье творчество представлено в собрании Национального музея современного искусства, – Хосе Чавес Морадо, Ольга Коста, Хорхе Гонсалес Камарена, Мануэль Родригес Лосано, Хулио Кастельянос, Агустин Лассо, Фрида Кало, Мария Искиердо, Леонора Каррингтон, Энрике Эчеверриа, Франсиско Корсас, Альфредо Сальсе, Карлос Мерида, Франсиско Толедо, Родольфо Ньето и Хуан Сориано. В целом экспозиция музея предлагает широкую панораму изобразительного искусства Мексики XX в.

Здание музея окружает скульптурный парк, где представлены работы многих известных мексиканских скульпторов.

Музей Диего Риверы в Мехико

Музей Диего Риверы (1886–1957), расположенный на южной окраине Мехико, носит имя великого художника-монументалиста. Это – вероятно, самый необычный музей мексиканской столицы. Он был организован по инициативе Диего Риверы в 1957 г., незадолго до смерти художника, и был призван разместить в своих стенах огромную – около 60 тыс. предметов – частную коллекцию доколумбова искусства Мексики, принадлежавшую лично Ривере. Художник сам разработал проект здания будущего музея, однако, когда он умер, строительные работы только-только начались. Достраивалось здание под руководством и наблюдением архитекторов Хуана О’Гормана и Эриберто Пагельсона, а также дочери Диего Риверы, Рут. Экспозиция музея открылась для доступа в 1964 г.

Построенное из черного вулканического камня, здание музея в целом напоминает собой майяскую пирамиду, хотя в его облике воплотились стили всех основных доколумбовых культур Мексики. Так, изображение бога дождя Тлалока на фасаде некогда служило излюбленным мотивом мастеров древнего Теотиуакана, а арочные дверные проемы повторяют традиционные приемы ацтекских зодчих. Столь же разнообразна и коллекция музея, где представлены сокровища древних индейских цивилизаций Мексики. В 23-х залах в хронологическом порядке разместились погребальные урны, маски, скульптуры, оружие, керамика, изделия их металла и камня. В отдельном зале устроена выставка скульптур из папье-маше, посвященная «Дням мертвых», традиционно отмечающимся в Мексике с 31 октября до 2 ноября каждого года. На верхнем этаже здания воссоздана обстановка мастерской Диего Риверы, где демонстрируются первоначальные эскизы некоторых из его фресок и другие работы, включая самый первый набросок, сделанный, когда будущему художнику было всего 3 года.

Перу

Национальный музей антропологии, археологии и истории в Лиме

В столице Перу Лиме, в старинном дворце колониальной архитектуры, когда-то служившим резиденцией вице-королей Перу, а затем первых президентов независимой республики, сегодня расположился Национальный музей антропологии, археологии и истории – самый большой и самый старый музей страны. Он был создан декретом революционного правительства 2 апреля 1822 г. и открылся в 1826 г. Его первая экспозиция сформировалась за счет частных пожертвований. Во время Тихоокеанской войны 1879–1884 гг. Лима была захвачена чилийцами, а коллекции Национального музея вывезены в столицу Чили Сантьяго как военный «трофей». Наиболее ценная часть собрания, включавшая в себя картинную галерею вице-королей Перу и коллекцию известного археолога Раймонди, была, по счастью, спасена. С 1880 по 1905 г. Национальный музей номинально существовал только на бумаге, а между тем именно в это время в Европе, США и крупнейших странах Латинской Америки в результате бурного развития археологической науки сформировались важнейшие коллекции древностей. В Перу же в этот период фактически не было музея вообще.

В 1905 г. под эгидой перуанского Института истории, создается Национальный исторический музей, открывшийся 29 июля 1906 г. Его первым директором стал известный немецкий археолог Макс фон Уле, под руководством которого были начаты систематические археологические раскопки на территории Перу. Когда в 1911 г. Уле уехал из Перу, коллекция музея уже насчитывала около 10 тыс. археологических объектов. В 1924 г. в собственность государства перешел частный музей Виктора Ларко Эрреры; в дальнейшем он получил название Музей антропологии и археологии. В 1992 г. этот музей был объединен с Национальным историческим музеем. Ныне Национальный музей археологии, антропологии и истории является административным центром Национальной системы государственных музеев Перу.

Коллекция музея охватывает период приблизительно от III в. до н. э. до первых лет независимости Перу. В ней представлены керамика, каменные статуи и обелиски, мумии, текстиль, украшения, изделия из металла, карты, документы, фотографии, картины. Центральное место в экспозиции отведено доколумбовым индейским культурам Перу – чавин, паракас, наска, мочика, уари, чиму. Отдельный зал посвящен столетней истории империи инков, в одночасье рухнувшей при первом же появлении испанских конкистадоров.

Наиболее полно и разносторонне в собрании музея представлены индейская керамика, текстиль и изделия из драгоценных металлов – золота и серебра. К числу всемирно известных шедевров принадлежат два памятника культуры чавин, одной из старейших в Перу (I тыс. до н. э.) – «обелиск Тельо» и «стела Раймонди».

«Обелиск Тельо» представляет собой каменный монолит с заостренной вершиной, на котором выгравировано 72 различных фигуры – растения и живые существа, обитающие в горах и сельве. Центральными фигурами служат изображения двух кайманов, как считается, символизирующих две ипостаси одного божества.

Другой знаменитый памятник, «стела Раймонди». названа в честь итальянского археолога и путешественника Антонио Раймонди, нашедшего этот шедевр доколумбова искусства в 1874 г. Творческая сила и воображение, присущее перуанцам, жившим на тихоокеанском побережье 2500 лет назад, позволили древним мастерам создать потрясающую стилизацию, выражающую верования жителей Чавина. Центром этих верований служила фигура бога-ягуара, образ которого резчики постарались с максимальной тщательностью и необыкновенной фантазией воплотить в камне.

Многочисленные картины, документы и исторические реликвии рассказывают о колониальном периоде в истории Перу, о событиях освободительной войны и обретении независимости. Ряд экспонатов музея связан с именами лидеров национально-освободительного движения – Симона Боливара и Хосе де Сан-Мартина.

Музей «Золото Перу»

Название этого музея тревожит и будоражит воображение. Однако не спешите связывать его с легендарным «золотом инков». Во-первых, золотые сокровища инкских императоров были во многом созданы руками совсем других народов. А во-вторых, под «золотом» здесь следует понимать и те несметные культурные сокровища, которые на протяжении тысячелетий создавались людьми различных культур, в разные времена населявшими территорию современного Перу.

Музей «Золото Перу», расположенный в Лиме, основал в 1968 г. перуанский предприниматель и коллекционер Мигель Мухика Гальо. Сегодня здесь хранится более 20 тыс. экспонатов, среди которых – золотые и серебряные изделия, керамика, скульптура, украшения, ткани, одежда, орудия труда, игрушки и многое другое. Большинство изделий относятся к доколумбовым культурам викус, паракас, мочика, чанкай, ика, наска и чиму.

И все-таки название музея происходит от хранящихся в его экспозиции многочисленных предметов, изготовленных из золота. В их числе – ритуальные ножи, посуда, фигурки птиц, рыб, насекомых, многочисленные украшения – серьги, броши, ожерелья. Большая их часть относится ко временам расцвета королевства Чиму (1000–1470), покоренного инками. Мастера Чиму славилась своими изделиями из перьев и золота. Подобно ацтекам, индейцы чиму использовали перья для изготовления одежды и украшений. Перья прикреплялись внахлест к текстильной основе из хлопка или волокон так, чтобы каждое последующее перо перекрывало предыдущее; конец пера закреплялся разными узлами. Изготовленные подобным образом накидки стали частью парадного облачения. Они не только служили украшением, но и защищали от дождя.

В Музее «Золото Перу»

Чиму оставили прекрасные образцы золотых изделий, которые принадлежат к числу наиболее совершенных произведений доиспанского периода. Собственно, только с индейцами чиму и можно связывать термин «золото Перу». Изготовленные ими погребальные маски, ножи для жертвоприношений, декоративные изделия, украшения и архитектурные детали в значительной мере способствовали зарождению мифа о перуанском золоте, захватившем воображение конкистадоров. Испанский историк Хуан де Торкемада в 1613 г. писал: «Они прекрасно владели искусством плавки и литья и создавали замечательные золотые и серебряные украшения, во многом превосходившие работы испанских ювелиров. Мастера чиму умели делать птиц с подвижной головой, языком и крыльями. Они изготовляли обезьян и других животных с безделушками в лапах, которые, казалось, пританцовывали вместе с ними… что поражало и восхищало испанских ювелиров».

Ремесленники чиму владели приемами плавки и пайки, техникой литья по восковой модели, изготовления сусального золота, золочения и получения сплавов. Металл доводился до нужного состояния путем холодной ковки, рельефные изображения выколачивались на листовой металл с деревянных моделей. Таким образом изготовлялись маски, церемониальные сосуды в ножи, а также всевозможные украшения.

Создание империи инков (XIII–XVI вв.) повлекло за собой коренные перемены в доколумбовой истории Перу. Покоряя другие народы, инки свозили в свою столицу Куско лучших ремесленников, владеющих теми или иными знаниями и навыками. Именно их трудом создавались художественные сокровища, получившие позже названия «золота инков». Между тем сами инки большими мастерами не были – их творческий вклад в культурное наследие коренных народов Перу проявился прежде всего в архитектуре.

В музее «Золото Перу» можно увидеть множество любопытных экспонатов, свидетельствующих о своеобразии и высоком культурном развитии андских народов. Так, в одной из витрин выставлен череп со вставными аметистовыми зубами. На другом черепе видны явные следы трепанации, два прямоугольных отверстия в нем сделаны с помощью туми – ножей с лезвием овальной формы (несколько таких ножей тоже представлены в музее). Одно из отверстий покрыто золотой пластиной. Вторая пластина утеряна, но зато прекрасно видно, как под ней восстанавливалась кость. В музее можно видеть и образцы узелкового письма «кипу», с помощью которого в инкском государстве велся хозяйственный учет.

Музей «Золото Перу» принадлежит в числу самых важных туристических достопримечательностей перуанской столицы и пользуется всемирной известностью. Тем громче раскатилось по всему миру эхо скандала, когда в 2001 г. выяснилось, что почти все экспонаты этого музея… подделки! Как сообщила перуанская печать, на долю оригиналов приходится лишь около 15 % из 20 тыс. выставочных объектов. Все остальные, по заключению специалистов, «фальшивы без сомнения»…

Художественный музей в Лиме

Художественный музей в Лиме хранит в своих фондах многочисленные сокровища перуанского искусства. Здесь широко представлено искусство доколумбовой эпохи и колониального периода, ранней республиканской эры и XX в. Коллекции музея включают в себя картины, скульптуры, мебель, керамику, ювелирные изделия, мебель, ткани и костюм.

История музея начинается в 1954 г., когда небольшая группа перуанских предпринимателей и интеллектуалов объединилась в ассоциацию покровителей искусств с целью способствовать развитию культуры и искусства в Перу. Свою главную цель члены ассоциации видели в создании общенационального музея искусств, отсутствие которого заметно сказывалось на художественной жизни страны. При поддержке муниципалитета Лимы и ЮНЕСКО ассоциация получила в свое распоряжение бывший Дворец выставок – неоренессансное здание, построенное в 1870–1871 гг. Архитектор Ганс Асплунд разработал проект его реконструкции, а правительства Перу и Франции выделили средства для этой цели. 10 марта 1961 г. Художественный музей был официально открыт. Ныне в его стенах располагается одна из самых широких и представительных художественных коллекций в Перу.

Галерея искусства доколумбовой эпохи хранит обширное художественное наследие народов древнего Перу, демонстрирующее разнообразие и преемственность культурных традиций. И хотя мастера этих народов пользовались сходными приемами и материалами, каждое общество достигало наивысшего мастерства и совершенства лишь в какой-то одной из сфер творческой деятельности. Так, умельцы культуры Чавин не имели себе равных в резьбе по камню; мастера Паракаса создавали с помощью прялки и веретена оригинальнейшие текстильные изделия; гончары Наска и Мочика изготовляли чудесную керамику; зодчие Тиауанако положили начало монолитной архитектуре, впоследствии развитой инками, а ремесленники Чиму остались непревзойденными в искусстве обработки металлов.

Древнейшая перуанская культура Чавин (1500–400 гг. до н. э.) получила свое название по месту археологических раскопок в Чавин-де-Уантар – горном районе на севере Перу. Мир форм Чавина-де-Уантара отражает высокий уровень художественного мастерства. Здесь использованы самые разнообразные приемы и материалы, однако наиболее удивительное совершенство обнаруживается в каменных барельефах. Сюжеты резных каменных плит культуры Чавин – быть может, самых прекрасных в Южной Америке – навеяны религией чавинских индейцев, в основе которой лежало поклонение божеству в облике ягуара. Мастера Чавина в совершенстве овладели искусством обработки камня, запечатлевая в нем изысканной вязью сложные образы. В основном это символические изображения ягуара с чертами змеи, кондора и рыбы. Широко известна высеченная из диорита «стела Раймонди» высотой 1,95 м, изображающая странную получеловеческую-полузвериную фигуру с длинными ритуальными жезлами в руках. Влияние культуры Чавин ощутимо в искусстве культуры Куписнике на северном побережье Перу, достигшей расцвета в период между 850 и 300 гг. до н. э. Местные ремесленники создавали удивительную по красоте коричневую и черную керамику с декоративным орнаментом.

Культуру Паракас (1110–200 гг. до и. э.) отличает высокий художественный уровень изготовления текстильных изделий. Для археологов и искусствоведов искусство Паракаса всегда будет ассоциироваться прежде всего с текстильными изделиями, отличающимися сложностью узоров, гармонией и красотой красок. Наибольший интерес представляют так называемые mantos. Их основу составляет канва из шерсти или хлопка, на которой вышиты ягуары, двуглавые кондоры, рыбы, птицы, пресмыкающиеся, руки с зажатыми в них обсидиановыми ножами, головы. Все эти мотивы отличаются разнообразием форм. Особую привлекательность тканям придают сложные орнаменты, динамичность форм и неизменное цветовое равновесие. Краски на них сохранили свою свежесть и сочность.

Непревзойденными гончарами были люди культуры Наска (200 г. до н. э. – 600 г. н. э.). Гончары Наска хорошо чувствовали форму и прекрасно владели полихромной росписью. Гончарного круга Америка не знала, при изготовлении керамики мастера пользовались приемом глиняного жгута, прикрепляя его к основанию, затем вытягивая и выкладывая до получения изделия желаемой формы. Потом их полировали до получения гладкой, блестящей поверхности, на которую наносилась роспись. Фантастические создания существуют на ней бок о бок с реальными представителями животного и растительного мира, изображениями предметов повседневной жизни, утвари.

Название культуры Мочика (200 г. до н. э. – 700 г. н. э.) связано с расположенной на северном побережье Перу долиной Моче. Эта культура знаменита своей замечательной керамикой с изображением сцен повседневной жизни. Керамику Мочика от гончарных изделий всех других культур помимо росписи отличает то, что присутствуют в ней элементов скульптуры. И в росписи, и в лепке преобладают темы повседневной жизни: празднества, официальные церемонии, жилища и окружающая их природа, музыканты, барабанщики, танцоры, сцены охоты, рыбной ловли и сражений.

В колониальный период в искусство Перу вливается мощная струя европейской художественной традиции. Искусство Перу XVII в. развивалось в обстановке противоборства между академическим живописцем Басилио де Санта Крусом (умер в 1699 г.) и гораздо более оригинальным художником Диего Киспе Тито. Индеец по происхождению, Тито стал одним из первых и наиболее ярких представителей так называемой школы Куско – художественного течения XVII и XVIII вв., основанного на свободном толковании фламандских гравюр, широко распространенных в то время в Америке. Характерной чертой этой школы было отрицание перспективы, манера помещать фигуры святых обязательно на переднем плане и отделка картин орнаментом в виде золотых листьев, так называемым brocateado.

Перуанское искусство первой половины XX в. развивалось под влиянием так называемого индихенизма. Это художественное течение было вызвано к жизни потребностью создать самобытное, содержательное искусство, ориентированное на традиционные образы и ценности, возвратить коренным жителям страны принадлежащее им по праву место в перуанской культуре. В 1920 г. художник Хосе Сабогаль объединил вокруг себя группу учеников, разделявших его художественные принципы и идеи: Хулию Кодесидо, Энрике Камино Брента и Камило Бласа, ставших основоположниками индихениэма. Впервые в центре внимания перуанской живописи оказалась народная тематика, отображавшая обычаи, архитектуру и пейзажи страны, особенно ее андских и глубинных районов. Ряд перуанских художников позже использовал эти концепции для выражения мифического, магического начала. Это прежде всего относится к творчеству художника Фернандо де Сисло, самого яркого представителя направления, которое можно назвать «абстрактным индихенизмом». Его работы, навеянные литературными произведениями, стремятся возродить и запечатлеть традиционные индейские мифы, а если нужно, то и придумать их.

В период, последовавший за увлечением индихенизмом, перуанские художники обратились к современным концепциям – от изживания влияния парижской школы до увлечения абстрактной живописью.

Музей искусства доколумбовой эпохи в Куско

Музей искусства доколумбовой эпохи в Куско открылся в 2003 г. в старинном здании монастыря Санта-Клара, более известном как «дом Кабреры». В 1850 г. его приобрел граф Херонимо Луис де Кабрера, чей герб до сих пор сохраняется на фасаде дома. За три века до этого дом принадлежал испанскому конкистадору Алонсо Диасу, а еще раньше, когда Куско являлся столицей могущественной империи Тауантинсуйю, он входил в парадный ансамбль императорского дворца. Такая долгая история не могла не оставить следа на облике старинной постройки: в ее стенах до сих пор сохранилась кладка доколумбовой эпохи, фасады оформлены в духе испанского колониального барокко, а внутренний дворик украшен балконами республиканской эпохи. И, по-видимому, именно эта долгая история стала решающим аргументом в пользу того, что именно «дом Кабреры» был избран для размещения экспозиции Музея искусства доколумбовой эпохи – единственного в стране музея, полностью посвященного художественным традициям древнеперуанских культур. Его коллекция охватывает период с 1250 г. до н. э. по 1532 г. н. э. В 11 залах музея представлены тщательно отобранные, наиболее характерные изделия из керамики, камня, кости и раковин, золота и серебра, представляющие все основные доколумбовы культуры Перу: чавин, наска, мочика, уари, чиму, чанкай и инкскую. Некоторые из экспонатов являются подлинными шедеврами, демонстрирующими высокое пластическое мастерство древнеперуанских художников. Дополняют экспозицию доколумбового искусства зал, посвященный живописи художников колониального периода, принадлежащих к известной «школе Куско», и зал деревянной скульптуры XVI–XVIII вв., происходящей преимущественно из старых церквей Куско и окрестностей.

США

Смитсоновский институт

Широкие лужайки, обрамленные деревьями, тянутся от вашингтонского Капитолия на запад, до самого берега Потомака. По краям этого зеленого пространства, называемого Моллом, стоят два ряда красивых зданий, образующих пестрый архитектурный ансамбль Смитсоновского института. Эта одна из главных достопримечательностей американской столицы. Здесь расположены национальные музеи авиации и космонавтики, естественной истории, американской истории, африканского искусства; Галерея Фрира, где выставлены произведения художников Востока и исламского мира; Галерея Сэклера – вместилище памятников ближневосточного и азиатского искусства; Музей Хэршхорна и Парк скульптур. Неподалеку, тоже в пределах Молла и тоже под крылом Смитсоновского института, разместились Национальная галерея изящных искусств, Центр изобразительного искусства имени Джона Кеннеди и Центр научных исследований имени Вудро Вильсона.

Всего в состав Смитсоновского института входят 17 музеев и галерей (14 из них находятся в Вашингтоне, а 3 – Музей Купера – Хьюетта, Национальный музей дизайна и Национальный музей американских индейцев – в Нью-Йорке) и вашингтонский Национальный зоопарк. Это крупнейшее в мире научно-просветительское учреждение. Достаточно сказать, что ежегодно смитсоновские музеи посещает 24 млн человек – это сопоставимо с населением такой страны, как Испания.

Почти в центре Молла, на южной его стороне, стоит похожий на замок с башенками дом из красного кирпича. Это здание, словно сошедшее со страниц книги сказок, построено в 1855 г. В часовне у парадного входа покоятся останки Джеймса Смитсона – британского ученого, ни разу в жизни не бывавшего в Соединенных Штатах. Но именно благодаря ему стало возможным создание этого огромного музейного комплекса с огромными собраниями произведений искусства и предметами материальной культуры.

Вашингтон. Смитсоновский институт

Джеймс Смитсон родился в 1765 г. во Франции, куда бежала его мать Элизабет Мейси, спасаясь от позора внебрачной беременности. Отец мальчика, сэр Хью Смитсон, вот-вот должен был стать герцогом Нортумберлендским. Элизабет, родословная которой восходила к Генриху VII Английскому, дала себе клятву сделать все возможное, чтобы ее незаконнорожденный ребенок никогда не чувствовал себя ущемленным. Когда мальчику исполнилось 10 лет, мать привезла его в Англию и ухитрилась оформить британским подданным, однако для юного Смитсона был закрыт доступ к гражданской или военной службе. Не имея возможности сделать карьеру на поприще, традиционно избираемом отпрысками аристократических семейств, молодой Джеймс занялся науками.

В 17 лет он поступил в колледж Пемброк при Оксфордском университете. Джеймс Льюис Мейси (под этим именем он был известен преподавателям и собратьям-студентам) вскоре выказал блистательные способности к химии и минералогии, он успевал по этим предметам лучше всех. Спустя 4 года Джеймс получил степень магистра, а еще через год, при поддержке Генри Кавендиша, одного из самых выдающихся британских ученых, стал членом лондонского Королевского общества. В 1791 г. Джеймс выступил там с первым научным докладом о химических свойствах табашира – вещества, обнаруженного в волокнах бамбука. Молодому докладчику было тогда 26 лет.

В 1800 г. скончалась мать Джеймса, и он принял имя своего отца, став Смитсоном. Он опубликовал 27 научных трудов по химии, минералогии, геологии, а дотошное изучение европейских месторождений цинковых руд привело его к открытию нового минерала – карбоната цинка, названного в его честь смитсонитом. И все же это не принесло Джеймсу Смитсону громкой научной славы. Он состоятельный холостяк, друживший со всеми ведущими учеными своего времени, с огорчением понял, что ему не под силу тягаться с корифеями, а уж превзойти кого-либо из них и вовсе нет никакой надежды.

23 октября 1826 г. Джеймс Смитсон собственноручно написал весьма необычное завещание, которое и принесло ему бессмертие. С гордостью упомянув своих родителей – герцога Нортумберлендского и Элизабет Мейси, происходящую из рода Хангерфордов, Смитсон оставлял свое состояние племяннику Генри Хангерфорду, при условии, что, если тот умрет бездетным, все достояние его должно будет отойти американскому народу, дабы на эти средства основать в Вашингтоне «учреждение, способствующее приумножению знаний и их распространению среди людей».

«В жилах моих течет лучшая кровь Англии, но нет мне в этом проку, – написал однажды Джеймс Смитсон. – Мое имя переживет в памяти людской имена Нортумберлендов и Перси». Не надо быть психологом, чтобы понять: такое мог сказать лишь человек, исполненный досады на родителей и твердо намеренный отплатить презревшему его обществу той же монетой. Но почему его выбор пал именно на Соединенные Штаты – страну, в которой у него не было ни друзей, ни родных, на землю которой не ступала его нога?

В те времена грандиозный эксперимент по установлению народного самоуправления по ту сторону Атлантики уже приносил первые прекрасные плоды. Америка расправляла плечи, а ее столица, по словам стихотворца Джоела Барлоу, обещала стать «новыми Афинами». Махнув рукой на объятый смутами и идейными брожениями Старый Свет, Джеймс Смитсон принял твердое решение внести посильную лепту в строительство «новых Афин».

Смитсон скончался в 1829 г. и был погребен в итальянском городе Генуя. Спустя шесть лет умер и его племянник, не оставивший наследников. После долгих споров о том, стоит или не стоит принимать столь необычный посмертный дар, Конгресс США уполномочил президента Эндрю Джексона отправить в Англию специального представителя, чтобы забрать деньги. И в августе 1838 г. в нью-йорскую гавань вошел корабль с грузом 104 960 золотых монет на сумму 5 080 318 долларов 46 центов, личной коллекцией минералов Смитсона и его библиотекой. А 10 августа 1846 г. президент Джеймс Порк подписал акт о создании Смитсоновского института.

В 1847 г. был заложен первый камень неоготического «замка» – ныне самого старого здания Смитсоновского института (в 1904 г. сюда перевезли останки Джеймса Смитсона). Тогда же попечительский совет в составе верховного судьи, вице-президента США, трех сенаторов, трех конгрессменов и шестерых уважаемых и честных граждан избрал ректором института профессора Джозефа Хенри из Принстона. Именно Хенри сумел убедить попечительский совет в том, что главная задача Смитсоновского института – научные исследования и пополнение копилки человеческих знаний.

Сегодня в коллекциях института – вернее, в его доверительной собственности, которой он распоряжается от имени американского народа, – насчитывается более 142 млн экспонатов. Описывать их – занятие безнадежное. Достаточно сказать, что среди них известные на весь мир алмазы «Надежда», «Голубое Сердце» («Голубая Евгения»), «Португальский», «Трансвааль», «Оппенгеймер»… А входящая в структуру института Национальная галерея искусств в Вашингтоне является одним из богатейших художественных собраний США. Открывшаяся в 1941 г., она хранит в своих стенах многочисленные шедевры западноевропейской живописи и скульптуры – работы Рафаэля, Джорджоне, Тициана, Донателло, Дж. Л. Бернини, Эль Греко, Рембрандта, Я. Вермера, П. Рубенса, Т. Гейнсборо, Э. Мане, Э. Дега, произведения американских художников – Дж. С. Копли, Г. Стюарта и других, богатые коллекции графики и декоративно-прикладного искусства.

Смитсоновский институт является также крупным исследовательским и образовательным центром. Еще в 1848 г. вышел первый том трудов института, озаглавленный «Смитсоновский вклад в копилку знаний». По призыву первого ректора института Джозефа Хенри добровольцы из всех уголков страны присылали отчеты о погодных условиях в разных местностях. Так родилось Метеорологическое бюро США. Сегодня ученые Смитсоновского института занимаются охраной природы, собирают в вашингтонском зоопарке представителей исчезающих видов животных, изучают небесные светила в Аризонской обсерватории, исследуют влияние хозяйственной деятельности человека на окружающую среду и природные взаимодействия – иными словами, с успехом выполняют завет Джеймса Смитсона: приумножать и распространять среди людей научные знания.

Национальная галерея искусств в Вашингтоне

Национальная галерея искусств в Вашингтоне – одно из богатейших художественных собраний США. Она была создана в 1937 г. в структуре Смитсоновского института, а основу ее собрания составил ряд крупных частных коллекций, и в первую очередь – собрание Эндрю У. Меллона, крупного финансиста, бывшего министра финансов США, американского посла в Великобритании в 1930-х гг. и при этом – страстного коллекционера. Меллон собрал шедевры старых европейских мастеров. В частности, в начале 1930-х гг. он приобрел 21 полотно из бывшего собрания петербургского Эрмитажа, в том числе «Благовещение» Яна ван Эйка (ок.1434), «Мадонна Альба» Рафаэля (ок. 1511), «Венера с зеркалом» Тициана (ок. 1550–1555). Эти картины когда-то принадлежали русской императрице Екатерине II, а на рубеже 1920–1930-х гг. коммунистическое правительство Советской России продало их на Запад.

Вашингтон. Национальная галерея искусств

В 1935 г., за два года до смерти, Меллон высказал пожелание передать свою коллекцию в дар американскому народу. Он был уверен, что его примеру последуют многие другие коллекционеры, и их частные собрания послужат основой для создания национальной галереи искусств. После смерти Меллона в 1937 г. конгресс США принял решение об образовании Национальной галереи искусств и о выделении средств на ее строительство. Проект здания (ныне это Западное крыло галереи) разработал архитектор Джон Рассел Поп. А 17 марта 1941 г. президент Рузвельт торжественно открыл экспозицию галереи.

Как и предполагал Меллон, создание Национальной галереи подтолкнуло многих частных коллекционеров на то, чтобы сделать свои собрания произведений искусства – многие из которых были весьма значительными – достоянием народа. Фонды музея быстро разрастались. В 1970-х гг. было построено Восточное крыло галереи, где разместилось собрание современного искусства – картин, рисунков, скульптур и графических работ. Старое, Западное, крыло, соединенное с Восточным подземным переходом, ныне хранит в своих стенах произведения европейских мастеров от средневековья до конца XIX в. и работы американских художников XVII–XIX вв. Завершило формирование музейного комплекса создание в 1999 г. скульптурного парка, где демонстрируются произведения мастеров XX в.

Сегодня Национальная галерея в Вашингтоне является одним из крупнейших художественных собраний в мире. В ее экспозиции широко представлены все основные школы европейской и американской живописи, скульптуры, графических и декоративно-прикладных искусств от XII до XX в. Музей обладает единственным во всем Западном полушарии произведением Леонардо да Винчи – «Портрет Гиневры деи Бенчи» (ок.1475), и прекрасной коллекцией полотен Рафаэля («Малая мадонна Каупера», 1504–1505; «Битва святого Георгия с драконом», 1504–1506; «Мадонна Никколини» («Большая мадонна Каупера»), 1508; «Мадонна Альба», ок. 1510; «Портрет Биндо Альтовити», ок. 1515). Собрание шедевров западноевропейской живописи включает в себя картины Пьеро ди Козимо, Боттичелли («Поклонение волхвов», 1475), Джованни Беллини («Младенец Вакх», ок. 1505–1510), Джорджоне («Святое Семейство», ок. 1500; «Поклонение пастухов», 1505–1510), Тициана («Портрет кардинала Пьетро Бембо», ок. 1540; «Портрет Рануччо Фарнезе», 1542; «Портрет дожа Андреа Гритти», ок. 1546–1548; «Венера с зеркалом», ок. 1555; «Венера и Адонис», ок. 1560; «Святой евангелист Иоанн на острове Патмос», ок. 1547), Эль Греко, Франса Хальса, Рембрандта («Филемон и Бавкида», 1658), Я. Вермеера, П. Рубенса («Падение Фаэтона», ок. 1604–1605; «Пророк Даниил в логове львов», ок. 1614–1616; «Деций Май, обращающийся к легионам», ок. 1616; «Встреча Авраама и Мелхиседека», ок. 1626; «Вознесение Девы Марии», середина 1620-х гг.), ван Дейка, Адриена ван Остаде, Яна Стена, Клода Лоррена, Никола Пуссена («Вознесение Девы Марии», ок. 1626; «Крещение Христа», 1641), Антуана Ватто, Франсуа Буше, Жана-Оноре Фрагонара («Диана и Эндимион», ок. 1753–1755), Томаса Гейнсборо, Джона Констебла. В собрании европейской скульптуры XIV–XX вв., насчитывающем около 2 тыс. работ, представлены произведения Донателло, Бернини, Жана-Антуана Гудона.

Леонардо да Винчи. Портрет Гиневры деи Бенчи. Ок. 1475 г.

В экспозиции Национальной галереи широко представлено творчество классиков французского импрессионизма и постимпрессионизма: Огюста Ренуара («Портрет Анриетт Анрио», 1876), Эдгара Дега («Четыре танцовщицы», ок. 1899), Клода Моне («Аржантёй», 1872; «Руанский Собор, западный фасад. Солнечный свет», 1894; «Мост Ватерлоо. Серый день», 1903), Камилла Писарро («Крестьянская девочка в соломенной шляпе», 1881; «Площадь Карусель в Париже», 1900), Поля Гогена («Пейзаж в Ле Пульдю», 1890; «Автопортрет», 1889; «Стога сена в Бретани», 1890; «Парау на те Варуа ино», 1892; «Фатата те Мити», 1892; «Купальщицы», 1897), Винсента Ван Гога («Сельский дом в Провансе», 1888; «Оливковый сад», 1889), Поля Сезанна («Натюрморт с молочником и фруктами», ок. 1900). В экспозиции современного искусства, развернутой в Восточном крыле музея, выделяются произведения Анри Матисса, Пикассо, Джексона Поллока, Энди Уорхола, Роя Лихтенштейна.

Национальная галерея обладает обширными коллекциями декоративно-прикладного искусства – средневековой церковной утвари, французской и итальянской мебели и гобеленов XV–XVIII вв., итальянской майолики, китайского фарфора XVII–XIX вв. Шедевром галереи средневекового искусства является чаша из сардоникса, которая в XII в. по распоряжению аббата Сугерия, настоятеля парижского монастыря Сен-Дени, была заключена в оправу из позолоченного серебра с драгоценными камнями.

После нескольких выставок, с успехом прошедших в 1980-х гг., в 1990 г. в Национальной галерее был организован отдел фотографии. В настоящее время его фонды охватывают все этапы развития искусства фотографии, с 1839 г. до наших дней.

Музей Метрополитен

Знаменитый музей изобразительных искусств Метрополитен в Нью-Йорке входит в десятку главных музеев мира. Это настоящая империя искусств. Именно таким и задумывался музей с самого начала, когда в 1866 г. американский посланник в Париже Джон Хаем в обращении, посвященном 4 июля, заявил, что «пришло время американскому народу заложить фундамент национального искусства и галереи искусств».

Нью-Йорк. Музей Метрополитен

Музей был основан 13 апреля 1870 г. группой ньюйоркцев – членов Клуба объединенной лиги, которые обратились с предложением к властям открыть музей Метрополитен – «столичный». В опубликованной ими декларации объявлялось, что «музей должен включать не только коллекции живописи и скульптуры, но и рисунков, гравюр, фотографий, архитектурных моделей, портретов исторических лиц, а также образцы прикладного искусства и ремесел». Тогда же в среде американских финансистов, промышленников, банкиров и коллекционеров началось движение за претворение этого проекта в жизнь. Музей Метрополитен был открыт 20 февраля 1872 г. Его первая экспозиция включала в себя каменный древнеримский саркофаг и 174 картины, главным образом европейских художников. Музей тогда еще не имел собственного здания, и экспозиция разместилась в помещениях балетной школы и бывших конюшен на Пятой авеню и 53-й улице. Через год музей перевели в особняк Дугласа на 14-й улице. И только в 1880 г. городские власти определили место для строительства собственного здания музея – на восточной окраине Центрального парка в Манхэттене, вдоль так называемой Музейной мили. Автором проекта стал архитектор Кальвет Во. Спустя восемь лет к первоначальному зданию было пристроено юго-западное крыло, а в 1902 г. завершено возведение монументального главного фасада из серого индианского известняка.

Э. Мане. Мадемуазель Викторина в костюме матадора. 1862 г.

Все это время музей пополнял свои коллекции, первым начав развивать принцип «музей внутри музея», предусматривающий не формирование единой историко-хронологической перспективы, а создание новых подотделов внутри больших разделов. В отличие от европейских музеев, складывавшихся из коллекций монархов и государственных собраний, собрание Метрополитена формировалось сначала за счет даров и пожертвований отдельных граждан. Среди дарителей были богатые промышленники (Дж. П. Морган, Горас Хэвмейер и его жена Луизин). Многие из них уже с первых шагов собирательства думали о передаче своих сокровищ в Метрополитен и делали это охотно. Поступления были тем более щедрыми, что государственные налоговые службы еще не проявляли пристального интереса к частным собраниям и многие миллионеры предпочитали обращать часть своего капитала в коллекционирование произведений искусства.

Первым приобретением МЕТа (так нью-йоркцы любовно называют свой музей) стало собрание картин голландских и фламандских живописцев – 174 полотна. Его подарил музею бывший американский консул на Кипре ди Сеснола, ставший директором музея Метрополитен в 1880 г. От него же в музей поступила коллекция памятников искусства Кипра. В 1917 г. музей стал обладателем огромной коллекции Дж. П. Моргана, переданной его сыном. Морган-старший на протяжении двадцати лет регулярно дарил Метрополитену произведения искусства или предоставлял их во временное пользование. На этот раз в музей поступило более 5500 предметов из его обширного собрания. Дж. П. Морган не приобретал отдельные предметы, как это делают другие коллекционеры, а покупал целые собрания. Его коллекцию называли королевской. Большинство предметов, входящих в нее, выполнены из золота, серебра и драгоценных камней.

Были среди дарителей и более скромные собиратели. Например, Мэри Голденберг подарила Музею картину Гюстава Курбе «Лодка на берегу» (1899). Лорилард Вулф, единственная женщина среди тех, кто создавал музей Метрополитен, в 1889 г. завещала ему 143 картины современных художников и денежную сумму на пополнение коллекции. Позже в собрание музея вошли такие шедевры, как «Мадам Шарпантье с детьми» Ренуара, «Бой быков» Гойи, «Похищение Ревекки» Делакруа, «Вид поместья Сен-Жозеф» Сезанна и «Дон Кихот» Домье.

Первые полотна импрессионистов появились в музее Метрополитен в конце XIX в., когда Эрвин Дэвис подарил Метрополитену картины Эдуарда Мане «Женщина с попугаем» и «Мальчик с мячом». Это было неожиданностью, так как в то время живопись импрессионистов являлась предметом споров и немногие музеи отваживались ее выставлять. Позже коллекция Метрополитена пополнилась еще одной картиной Мане – «Мадемуазель Викторина в костюме матадора». Намерение художника шокировать публику было очевидно: в качестве матадора он изобразил женщину, хотя коррида – как правило, удел мужчин. Вместо традиционной красной он вложил ей в руки розовую мулету, а поза женщины намеренно сделана неестественной и театральной.

Постоянная коллекция Метрополитена сегодня насчитывает более 2 млн произведений искусства, выставленных в 19 отделах. Здесь представлено искусство Древнего Египта, классической античности, Византии и исламского мира, картины и скульптуры почти всех старых европейских мастеров, обширная коллекция американского и современного искусства, искусства Африки, Азии, Океании. Музей Метрополитен известен также своими поистине энциклопедическими коллекциями музыкальных инструментов, костюма, старинного оружия и доспехов.

Начало египетской коллекции МЕТа было положено за счет пожертвований частных лиц, но львиная доля экспонатов происходит из археологических раскопок, организованных самим музеем и проводившихся в 1906–1941 гг. Сегодня этот раздел музейного собрания насчитывает более 36 тыс. экспонатов, охватывающих все периоды египетской истории, от палеолита до римского завоевания. Все эти сокровища демонстрируются в 40 залах; центром экспозиции служит подлинный древнеегипетский храм, сложенный из блоков песчаника. Он был подарен США правительством Египта в 1965 г. в благодарность за помощь, оказанную американскими археологами и техническими специалистами в деле спасения в 1960-х гг. древних памятников Нубии, которым грозила опасность затопления водами Асуанского водохранилища.

С конца XIX в. начала складываться коллекция произведений искусства Древнего Ближнего Востока. Ныне она включает в себя памятники шумеров, хеттов, Ассирии и Вавилона, Элама и Персии. Коллекция греческого и римского искусства насчитывает более 50 тыс. экспонатов. Начало ей было положено уже в на заре существования музея. Хотя собрание концентрируется главным образом на классической античности, в нем имеется множество произведений более ранних эпох; здесь, например, представлена большая коллекция кикладских скульптур середины III тыс. до н. э.

Коллекция исламского искусства не ограничивается только религиозным искусством мусульманских стран, хотя значительное число экспонатов этого собрания первоначально было создано именно для религиозных целей. В экспозиции этого отдела представлены стекло, керамика, текстиль, каллиграфия, миниатюры из Ирана и Индии эпохи Великих Моголов.

С 1930-х гг. музей Метрополитен является крупнейшим американским собранием западноевропейской живописи; насчитывающее около 2200 полотен, оно входит в число лучших в мире. Собрание сосредотачивается на работах старых мастеров и художников XIX в., с акцентом на французских, итальянских и голландских живописцев. Музею принадлежат 18 картин Рембрандта, пять работ Вермеера (это крупнейшее в мире собрание картин этого выдающегося художника), 37 картин Клода Моне, 21 полотно Поля Сезанна. Творчество Эль Греко представлено его всемирно известными полотнами «Вид Толедо» (ок. 1596–1600), «Снятие пятой печати Апокалипсиса» (ок. 1608–1614), «Поклонение пастухов» (ок. 1612–1614).

Фараон Сенусерт I. XX в. до н. э.

Одним из крупнейших в музее является отдел европейской скульптуры и декоративно-прикладного искусства. Его собрание включает в себя около 50 тыс. экспонатов, охватывающих период от 1400-х гг. до начала XX в. Особенно хорошо в коллекции представлены скульптура ренессанса, мебель, драгоценности, стекло, керамика, гобелены, текстиль, часы и физико-математические инструменты. В собрании скульптуры особенно выделяются «Вакханка» Бернини, авторская копия «Граждан Кале» Родена и несколько работ Гудона, включая его известный бюст Вольтера и скульптурный портрет его дочери Сабины.

Большой популярностью у посетителей музея пользуется отдел оружия и доспехов – одно из крупнейших собраний подобного рода в мире. Галерея облаченных в средневековые доспехи конных и пеших рыцарей давно стала одной из «визитных карточек» музея. Коллекция отдела охватывает практически весь мир и все исторические периоды: здесь представлены оружие и доспехи из Древнего Египта, Древней Греции, Римской империи, Древнего Ближнего Востока, Африки, Океании и обеих Америк. Среди 15 тыс. объектов, хранящихся в собрании, имеются оружие и доспехи, принадлежавшие историческим деятелем, различным европейским монархам и принцам, включая французского короля Генриха II и императора Священной Римской империи Фердинанда I.

Хотя МЕТ приобрел первую коллекцию доколумбовых древностей перуанских индейцев еще в 1882 г., отдел искусства доколумбовой Америки, Африки и Океании начал развиваться только после 1969 г., когда американский бизнесмен и филантроп Нельсон Рокфеллер пожертвовал музею свою обширную коллекцию, насчитывающую более 3 тыс. предметов. Сегодня собрание музея содержит более 11 тыс. экспонатов, происходящих из Африки, с островов Тихого океана и Латинской Америки и включающих в себя самый широкий диапазон предметов – от изделий из драгоценных металлов до наконечников стрел, сделанных из игл дикобраза. Азиатский отдел МЕТа располагает крупнейшей в западном мире коллекцией азиатского искусства. Она насчитывает около 60 тыс. экспонатов и охватывает период в четыре тысячелетия. Эта коллекция особенно славится своими образцами китайской каллиграфии и произведениями непальского и тибетского традиционного искусства.

В 1980 г. было открыто Американское крыло МЕТа, и это стало событием исключительного значения. Главная часть крыла – внутренний сад под стеклянной крышей на высоте трехэтажного дома. Одна стена, целиком стеклянная, обращена на Центральный парк и естественным образом включает в свой интерьер его зелень. В одном конце сада располагается реконструированный фасад банка, находившегося на Уолл-стрит в 1822 г., – пример архитектуры позднего классицизма; на другом – лоджия с витражом от Тиффани.

С первых дней своего существования музей придавал особое значение коллекционированию произведений американского искусства. В настоящее время эта часть собрания включает в себя более тысячи картин, около 600 скульптур и 2600 рисунков, представляя все этапы развития изобразительного искусства США от раннего колониального периода до начала XX в. Отдел американского декоративно-прикладного искусства включает в себя около 12 тыс. экспонатов. Особенно выделяется обширная коллекция американского витража и на редкость полная и разнообразная коллекция серебряных изделий.

Несколько лет председателем правления МЕТа был банкир и общественный деятель Роберт Леман. Принадлежавший ему четырехэтажный особняк на 54-й улице был заполнен произведениями искусства XIV–XX вв.: живопись, графика, керамика, бронза – всего около 3 тыс. работ. Все это он в 1969 г. пожертвовал музею Метрополитен. Завещание банкира обязывало музей экспонировать всю эту коллекцию целиком, и дирекция МЕТа даже подумывала об открытии филиала в доме Леманов. В итоге в 1974 г. музейный ансамбль пополнился новым крылом – «крылом Роберта Лемана», залы которого воспроизводят интерьер лемановского особняка. В отличие от других отделов музея коллекция Роберта Лемана не концентрируется на определенном стиле или периоде, а отражает личные пристрастия собирателя, и потому выделяется своим разнообразием. Среди представленных здесь работ – шедевры Ботичелли и Доменико Венециано, коллекция рисунков старых мастеров, включая Рембрандта и Дюрера, значительное число полотен испанских живописцев, в том числе Эль Греко и Гойи, «Портрет принцессы де Брольи» Энгра и «Две девочки у рояля» Ренуара.

Музей Метрополитен часто организует выездные выставки, а иногда передает часть своих экспонатов на временное хранение в другие музеи. Метрополитен – один из крупнейших книгоиздательских центров. Его продукция привлекает своим высоким полиграфическим качеством многочисленных посетителей, а самому музею приносит ежегодный доход в 1,5 млн долларов. Экскурсии здесь проводятся практически на всех языках, включая язык глухонемых.

Описать все коллекции музея Метрополитен невозможно. Чтобы все спокойно осмотреть и увидеть, здесь надо пожить месяц-другой. Тем более что в музее созданы для этого все условия. В его комплекс входит жилой дом, в котором много всевозможных магазинов, ресторанов и кафе, не говоря уже о туалетах, оборудованных специальными столиками для пеленания детей. Вот кто-то расположился перекусить, а кто-то перелистывает путеводитель. Некоторые решили передохнуть и непременно сфотографироваться. Здесь есть пандусы и лифты для инвалидных колясок, а также места для отдыха пожилых людей, которые вдруг захотят присесть или даже прилечь.

Музей современного искусства в Нью-Йорке

Музей современного искусства в Нью-Йорке, расположенный в центре Манхэттена, представляет собой крупнейшее в мире собрание искусства XX в. Его коллекция включает в себя живопись, скульптуру, фотографию, архитектуру и дизайн, рисунки, графику, кинофильмы и медиаресурсы.

Идея создания музея принадлежит Эбби Олдрич Рокфеллер, супруге американского миллионера Джона Д. Рокфеллера-младшего, и двум ее друзьям, Лили Блайсс и Корнелиусу Салливану. Музей открылся 7 ноября 1929 г. в шести залах на двенадцатом этаже 27-этажного небоскреба Хекшер Билдинг. В то время это был единственный музей в Америке, посвященный исключительно современному искусству, и первый музей Нью-Йорка, где демонстрировались работы представителей европейского модернизма. Собрание быстро расширялось, и в последующие десятилетие музей еще трижды переезжал с место на место, каждый раз во все более просторное помещение. В 1939 г. архитекторы Филипп Джонсон и Эдвард Дюрелл Стоун при финансовой поддержке Джона Д. Рокфеллера завершили строительство собственного здания музея. Семья Рокфеллеров сохраняет связь с музеем на протяжении всей его истории.

Сегодня в собрании музея насчитывается более 150 тыс. произведений искусства. В их числе – картины Поля Сезанна, Анри Матисса, Поля Гогена, Винсента Ван Гога, Эдварда Мунка, Марка Шагала, Густава Климта, Василия Кандинского, Пабло Пикассо, Фриды Кало Фрэнсиса Бэкона и других мастеров современности. К числу наиболее известных шедевров музея принадлежат «Звездная ночь» Ван Гога, «Спящий цыган» Анри Руссо, «Девушки из Авиньона» Пикассо, «Танец» Матисса, «Купальщицы» Сезанна, «Постоянство памяти» Сальвадора Дали, «Буги-вуги на Бродвее» Пита Мондриана. Музей располагает также множеством работ крупнейших американских художников XX в., включая Энди Уорхолла, Джексона Поллака, Эдварда Хоппера и Джаспера Джонса.

Нью-Йоркский Музей современного искусства стал одним из первых в мире музеев, который начал собирать фотографии и произведения киноискусства. Сегодня коллекция фотографии XX в. в фондах нью-йоркского музея – одна из крупнейших и наиболее всесторонних в мире. Музей также располагает богатейшим собранием кинофильмов (около 22 тыс. лент). Библиотека музея содержит более 300 тыс. книг и периодических изданий по искусству.

Музей Гуггенхайма в Нью-Йорке

Подобно стартующему космическому кораблю, здание знаменитого Музея Гуггенхайма в Нью-Йорке буквально рвется в небеса. Этот музей современен – и своим «космическим» обликом, и содержанием хранящихся в нем коллекций. Музей современного искусства Соломона Гуггенхайма – крупнейшее в мире собрание живописи конца XIX и XX вв. Гигантское спиралевидное здание, построенное без единого угла, задумано таким образом, чтобы в нем разместилось как можно большее количество картин. В результате сам музей стал едва ли не большей достопримечательностью Нью-Йорка, чем хранящиеся в нем коллекции полотен импрессионистов и постимпрессионистов.

Фонд Соломона Гуггенхайма основан в 1937 г. С самого начала своей деятельности он был призван коллекционировать, хранить и представлять современное искусство и культуру. Негласным девизом фонда стал последовательный авангардизм. Сегодня коллекция Гуггенхайма включает в себя огромное количество произведений искусства, начиная с конца XIX в. и вплоть до настоящего времени. Фонд Гуггенхайма управляет целой международной сетью музеев, включая музей Гуггенхайма в Нью-Йорке, музей Гуггенхайма в Бильбао (Испания), коллекцию Пегги Гуггенхайм в Венеции и «Дойче Гуггенхайм» в Берлине. Старейшим из них и, конечно, наиболее примечательным является нью-йоркский Музей Гуггенхайма. Его необычное здание выделяется даже на фоне причудливой манхэттенской архитектуры.

В июне 1943 г. архитектор Фрэнк Ллойд Райт получил письмо из фонда Соломона Гуггенхайма. Требовалось построить здание для собранной Гуггенхаймом коллекции нефигуративной живописи. Так началась долгая эпопея, растянувшаяся более чем на четверть века.

Нью-Йорк. Музей Гуггенхейма

Выбор архитектора для постройки самого современного музея в мире оказался весьма удачен. Фрэнк Райт тоже был авангардистом, поборником органической архитектуры. Однако для реализации идей Райта Нью-Йорк подходил менее всего: слишком тесно, повсюду торчат небоскребы, не развернешься, нет перспективы… Но Гуггенхайм настаивал именно на Нью-Йорке, и Райту пришлось подчиниться требованиям заказчика. Место для музея было выбрано между 88-й и 89-й улицами, поближе к Центральному парку, подальше от городского шума и тесноты.

Пока шло строительство, архитектор успел поссориться со всеми – Гуггенхаймом, городскими властями, журналистами. И Соломон Гуггенхайм, и Райт умерли, не дожив до окончания строительства. Когда необыкновенное здание было, наконец, возведено, оба они были признаны гениями.

Музей Гуггенхайма стал воплощением райтовских идей органической архитектуры. Его огромная спираль напоминает раковину моллюска, с внутренними пространствами, свободно перетекающими одно в другое. Здесь нет привычной анфилады музейных залов, где в чопорной строгости расставлены и развешаны экспонаты. Осмотр музея начинается… с верхнего этажа, куда посетители поднимаются на лифте. Оттуда они не спеша спускаются по наклонному пандусу. Музейные залы разделены, как дольки апельсина, и представляют собой изолированные, но связанные друг с другом части целого. Открытый внутренний двор – атриум – дает возможность одновременно видеть разные части здания.

В стенах музея собрана крупнейшая в мире коллекция произведений современного искусства, основу которой составили коллекции полотен, собранные братьями Соломоном и Гарри Гуггенхеймами. В числе представленных здесь имен – Кандинский, Шагал, Арп, Буржуа, Сезанн, Поллак, Раушенберг, Серра, Уорхол. В 1965 г. верхний этаж музея из-за разрастания коллекций был обновлен, а после реставрации музея в 1990–1992 гг. полностью отдан под выставочные залы.

Согласно первоначальному замыслу Райта, здание музея должна была увенчивать круглая стеклянная башня для размещения студий и квартир художников. Из-за финансовых трудностей этот проект не был реализован. В 1968 г. вместо башни было выстроено небольшое здание запасного фонда. Однако в начале 1990-х гг. в ходе реставрации его разобрали и, наконец, выстроили задуманную Райтом башню. В ней расположились четыре дополнительные выставочные галереи.

Сегодня здание нью-йоркского музея стало образцом для всех других музеев фонда Гуггенхайма, и при объявлении конкурса на новое здание в его условия всякий раз включается обязательное требование: использовать при постройке архитектуру Райта. Между тем само творение Райта уже не вмещает всего разросшегося собрания; и в Нью-Йорке, в южной части Манхэттена, по проекту архитектора Фрэнка Гери ныне строится новое здание Музея Гуггенхайма. С его помощью фонд Гуггенхайма рассчитывает привлечь еще больше посетителей, а городские власти Нью-Йорка приобрести новую архитектурную достопримечательность, которая прославит город не менее чем «космический зиккурат» Райта. Новое здание станет и местом организации галереи «Эрмитаж – Гуггенхайм». По соглашению, подписанному между фондом Гуггенхайма и петербургским Государственным Эрмитажем, здесь будут экспонироваться работы из коллекций Эрмитажа и проводиться совместные выставки.

Американский музей естествознания

Американский музей естествознания, расположенный в Нью-Йорке, на Манхэттене, – это целый научный городок. В его комплексе 25 различных зданий, включающих в себя 46 экспозиционных залов, научно-исследовательские лаборатории, научную библиотеку – одну из крупнейших в США. Ежегодно музей на собственные средства организует более 100 полевых экспедиций, отправляющихся в разные страны мира. Коллекции музея насчитывают более 32 млн экземпляров, из которых в постоянной экспозиции выставлена лишь малая часть.

Нью-йоркский Музей естествознания был создан в 1869 г., а одним из его отцов-основателей был Теодор Рузвельт, отец 26-го президента США. «Мотором» всего дела стал известный американский ученый-натуралист Альберт Смит Бикмор, на протяжении многих лет выступавший за создание в Нью-Йорке музея естествознания. Его предложение в итоге поддержал губернатор Нью-Йорка, Джон Томпсон Хоффман, и в итоге 6 апреля 1869 г. было принято официальное решение об учреждении музея.

До строительства существующего комплекса зданий музей располагался в старом нью-йоркском арсенале в Центральном Парке. Первое здание будущего музейного ансамбля было построено в 1874–1877 гг. архитекторами Кальвертом Во и Джекобом Реем Маулдом. В дальнейшем эта неоготическая постройка затерялась среди многочисленных новых крыльев, флигелей и пристроек.

Сегодня Американский музей естествознания является одним из крупнейших музеев мира. Он обладает выдающимися естественнонаучными и антропологическими коллекциями, охватывающими практически все эпохи развития Земли и человеческой цивилизации. Здесь можно увидеть модель голубого кита в натуральную величину и огромное 19-метровое боевое каноэ индейцев Северо-Запада Америки, скелет тиранозавра и самый большой в мире сапфир «Звезда Индии». Отдельные залы посвящены эволюции человека, традиционной культуре народов Азии и Тихого океана, Африки и Северной Америки, доколумбовым культурам Мексики и Центральной Америки.

На первом этаже располагается зал биологии и эволюции человека, где представлены все формы ископаемых гоминидов, включая полноразмерные гипсовые отливки таких знаменитых окаменелостей, как «Люси» и «пекинский человек». Четыре диорамы, выполненные в натуральную величину, посвящены двум ископаемым гоминидам – австралопитеку афарскому (Australopithecus afarensis) и «человеку трудящемуся» (Homo ergaster), а также двум первым разновидностям Homo sapiens – неандертальцу и кроманьонцу. Каждая из диорам изображает своих «героев» в характерной среде обитания, демонстрируя тот тип поведения и способности, которыми, как считают ученые, обладали эти персонажи. В этом же зале можно познакомиться с образцами искусства палеолитических охотников ледникового периода – здесь воссозданы точные копии росписей из знаменитых пещер в Дордони (юго-западная Франция).

В галерее полезных ископаемых и драгоценных камней представлены сотни необычных и редких экземпляров минералов, тщательно отобранных из более чем 100-тысячного собрания, которым располагает музей. В частности, здесь демонстрируется самый большой в мире изумруд – 632-каратная «Патрисия». Он был найден в 1920-х гг. в Колумбии и получил название по имени дочери владельца изумрудной шахты. Другая знаменитость – сапфир «Звезда Индии» (563 карата), найденный более 300 лет назад на Цейлоне (Шри-Ланка). Завершает тройку «самых-самых» самый большой в мире топаз «Принцесса», происходящий из Бразилии. Он весит ни много ни мало – 270 кг!

Основная часть огромной коллекция окаменелостей, которой располагает музей, хранится в запасниках, а в экспозиции выставлена лишь небольшая его часть. Для хранения этой коллекции было специально выстроено 10-этажное здание с усиленными стальными перекрытиями, рассчитанными на то, чтобы они могли выдержать вес колоссального собрания. Экспонаты, доступные для осмотра в зале палеонтологии, включают в себя скелет огромного тиранозавра, стоящего на массивных задних лапах. «Секрет» этого доисторического ящера состоит в том, что специалисты музея собрали его не из одного, а из двух окаменевших скелетов тиранозавров, найденных в Монтане в 1902 и 1908 гг. В этом же зале можно увидеть скелеты других ископаемых гигантов: бронтозавра (апатозавра), бронтопса, огромного слона – дальнего родственника мамонта, жившего 11 тыс. лет назад в Индии.

Особенностью Американского музея естествознания является множество крупномасштабных диорам, к созданию которых приложили свои руки и талант ученые-натуралисты, художники, фотографы, набивщики чучел. Эти диорамы, принесшие музею мировую известность, сами по себе шедевры и одновременно сплав искусства и науки. Наиболее известна диорама, воссоздающая дикую природу Африки, создана в 1936 г.; центром ее является стадо из восьми слонов. Не меньшей популярностью пользуются диорамы, посвященные жизни американских бизонов и миру океанских глубин. Последние неизменно поражают посетителей точностью воспроизведения условий подводного мира и внушительностью главных «героев» изображенных сцен – громадного голубого кита, кашалота и гигантского кальмара, выполненных в натуральную величину. А диорама, изображающая жизнь на коралловом рифе вблизи Багамских островов, занимает целых два этажа!

Библиотека Американского музея естествознания, так же как и музей, основанная в 1869 г., является одной из крупнейших в мире естественнонаучных библиотек. Она насчитывает в своих фондах более 450 тыс. книг, рукописей, журналов брошюр, фильмов, фотографиий. Некоторые из изданий относятся к XV–XVI вв. и являются уникальными.

Бостонский музей изящных искусств

Бостонский музей изящных искусств входит в число двенадцати крупнейших художественных музеев мира. Это и одно из главных художественных собраний США. Музей был основан в 1870 г., и его коллекции отличаются удивительным разнообразием: здесь собраны памятники древнеегипетского, античного, восточного, западноевропейского, американского искусства, фарфор, текстиль, серебро, мебель, керамика…

Здание музея проектировал и строил архитектор Ги Ловелл, а первым его экспонатом стала картина «Пророк Илья в пустыне», написанная американским живописцем Вашингтоном Оллстоном. Так было положено начало огромному художественному собранию музея, ныне насчитывающего тысячи полотен, скульптур и графических работ.

Коллекции бостонской галереи долгое время пополнялись исключительно за счет частных пожертвований, в числе которых были картины, серебро, мебель. Лишь с начала 1900-х гг. музей начал тратить собственные средства на приобретение шедевров. В 1928 г. в одном крыле галереи открылся отдел декоративно-прикладного искусства. А щедрый дар известного коллекционера М. Кэролайка – обширное собрание мебели, картин, серебра XVIII в. – превратил Бостонский музей в крупнейшее хранилище предметов американской городской культуры XVIII–XIX вв. В дальнейшем коллекции бостонской галереи пополнили вещи из раскопок древних городов майя, древнеегипетских гробниц, материалы этнографических экспедиций на острова Тихого океана… Пожалуй, ни один музей мира не может сегодня похвастаться таким разнообразием и богатством своих собраний, как Бостонский.

Дж. С. Копли. Пол Ревер. 1768–1770 гг.

Гордость музея – превосходная коллекция работ художников США XVII–XX вв., насчитывающая более 1600 полотен, многие из которых являются признанными вершинами американской живописи. К числу самых ранних относятся портреты кисти Роберта и Маргарет Гиббс (1670). Колониальный период представлен работами Смайберта, Гринвуда, Блэкбурна и особенно Джона Синглтона Копли. В музее хранится около 50 картин этого выдающегося американского живописца XVIII в. Федеральный период представлен преимущественно работами художников бостонской школы – Гилберта Стюарта, Вашингтона Оллстона, Роберта Салмона, и более поздних – Уильяма Морриса, Уинслоу Гомера, Мориса Пендергаста и других. Полотна У. Гомера «Туман» и Дж. Сержанта «Портрет дочери Эдварда Бойта» находятся в числе фаворитов у посетителей музея. Помимо картин в залах бостонской галереи множество произведений неоклассической скульптуры.

Бостонское собрание европейского декоративно-прикладного искусства и скульптуры – одно из крупнейших в Америке. Ему посвящен даже не зал, а целый Музей Европейского декоративного искусства и скульптуры, действующий под крылом Бостонского музея изящных искусства. Он насчитывает сегодня более 24 тыс. экспонатов. Непревзойденную коллекцию английского серебра и фарфора дополняют произведения французского декоративно-прикладного искусства XVIII в., а собрание картин насчитывает более 1600 полотен выдающихся европейских мастеров, от эпохи Ренессанса до начала XX в. Бостонский музей располагает самой обширной (из числа находящихся за пределами Франции) коллекцией картин Клода Моне.

Отдел современного искусства официально открылся в 1971 г., однако произведения этого периода появились в Бостонском музее на много десятилетий раньше. Первоначально в его собрание входили преимущественно работы американских художников, однако позже оно расширилось за счет произведений европейцев – известных мастеров неоэкспрессионизма Георга Базелица, Франческо Клементе, Ансельма Кифера, Жерара Рихтера. С 1990 г. здесь демонстрируется большое собрание американской модернистской живописи – дар коллекционера Уильяма Х. Лейна.

Буквально завораживает посетителей музея отдел древних американских культур, где выставлены каменные изваяния ольмеков, нефритовые маски майя, андская керамика, золото муисков… Произведения искусства народов доколумбовой Америки охватывают период времени в два тысячелетия. Превосходная коллекция керамики индейцев майя, полученная музеем в дар в 1988 г., – одно из лучших в мире собраний подобного рода. Керамические сосуды отличаются удивительной красотой, их покрывает прихотливая роспись на исторические и мифологические сюжеты.

Не менее интересно собрание искусства Древнего Египта, Нубии, Ближнего Востока, Кипра, Греции, Этрурии и Рима. Оно включает в себя скульптуру, глиняную посуду, изделия из металла, драгоценности, монеты, драгоценные камни и печати, стекло, живопись, созданные в период между 6000 г. до н. э. и 600 г. н. э. Отдел Азии, Океании и Африки гордится лучшим в мире собранием азиатского искусства – результат усилий небольшой группы знатоков, начавшей свою деятельность еще в 1870-х гг. Благодаря их опыту, художественному чутью и, прежде всего, любви к своему делу, Бостонский музей располагает сегодня бесценной коллекцией японского, китайского и индийского искусства, в состав которой входит собрание прекрасных индийских миниатюрных картин и скульптур, поступившее сюда в 1917 г. В экспозиции музея – множество великолепных скульптур из Юго-Восточной Азии, персидские миниатюры, арабский текстиль. В 1921 г. Уильям и Джон Сполдинги подарили Бостонскому музею свое по тем временам непревзойденное – 6495 экземпляров! – собрание японских гравюр. Сегодня эта коллекция разрослась до 60 тыс. экземпляров и является одной из самых больших в мире. Богатство азиатских коллекций Бостонского музея позволяет ему регулярно обмениваться выставками с крупнейшими музеями Азии.

Целое крыло Бостонского музея занимает собрание декоративно-прикладного искусства. В этом городе традиции художественного ремесла всегда были особенно сильны. На протяжении многих лет Бостон являлся стекольной и текстильной столицей США, изделия мастеров Новой Англии вывозились во многие страны Европы. В коллекциях Бостонского музея хранится множество произведений местных стекольных дел мастеров колониального периода, стекло фабрик Питтсбурга и Огайо, фаянс из Пенсильвании и Новой Англии, филадельфийский фарфор. Отдельный раздел посвящен керамике американских индейцев, включая изделия знаменитой культуры анасази (VII–VIII вв.).

Более 27 тыс. экспонатов, выставленных в отделе текстиля, напоминают о том, что Бостон когда-то был центром американской текстильной промышленности. Однако в экспозиции музея представлены не только образцы американского текстиля, но и китайские и японские шелковые изделия, индийские, турецкие, африканские, европейские ткани, индонезийские батики и персидские ковры, образцы костюма, богатая коллекция европейской вышивки XVIII в. Здесь же демонстрируются европейские гобелены и образцы текстиля доколумбовых жителей Перу, найденные в древних гробницах.

Огромно собрание североамериканского художественного серебра XVII–XIX вв. Впечатляет отдел старинной мебели. В трех залах во всех подробностях воссоздано убранство домов богатых американцев рубежа XVIII–XIX вв., восхищающее резными деревянными панелями. В отделе музыкальных инструментов собрано более 1200 экспонатов со всего мира. Здесь представлены музыкальные инструменты американских индейцев, африканские, японские, китайские – вплоть до самых экзотических. Отдел печатных изданий, рисунков и фотографий гордится своим поистине энциклопедическим собранием, в нем представлены экспонаты начиная с XV в. и вплоть до наших дней. Здесь хранятся рисунки Дюрера, Рембрандта, Гойи. Бостонский музей одним из первых в мире начал собирать фотографические работы. Сегодня в его залах можно увидеть уникальные дагерротипные портреты, сделанные еще на самой заре эры фотографии.

Музеи часто именуют «храмами искусств», но для Бостонского музея это определение подходит, пожалуй, в наибольшей степени. Здесь под одной крышей представлены практически все аспекты человеческой культуры, во всем их многообразии и почти с исчерпывающей полнотой.

Индепенденс-холл

«Соединенные Штаты являются свободными и независимыми государствами и по праву должны оставаться таковыми».

Это – строки из знаменитой Декларации независимости, принятой 4 июля 1776 г. представителями всех 13 североамериканских штатов – бывших британских колоний, поднявшихся на борьбу за освобождение. Они собрались на свой конгресс в Филадельфии, в здании Законодательного собрания штата Пенсильвания. С тех пор 4 июля 1776 г. празднуется в США как День независимости.

В 1781 г., за несколько месяцев до окончательного разгрома британской армии, в стенах филадельфийского Законодательного собрания было принято другое историческое решение: представители всех штатов ратифицировали договор об объединении в Конфедерацию. А 17 сентября 1787 г. в этом же здании была подписана Конституция США.

«Зал Независимости» – Индепенденс-холл. Это название ныне прочно закрепилось за историческим зданием бывшего Законодательного собрания штата Пенсильвания, ставшего настоящей родиной Америки. Это самый знаменитый исторический памятник США.

Индепенденс-холл был построен в 1730–1748 гг. по проекту архитектора Эдмунда Вули и спикера провинциального собрания Эндрю Гамильтона как зал заседаний пенсильванских законодателей. После бурных событий Войны за независимость это скромное кирпичное здание на протяжении еще десяти лет (1790–1800) оставалось центром политической жизни: Филадельфия в это время являлась столицей Соединенных Штатов. А с 1951 г. Индепенденс-холл стал главной достопримечательностью национального исторического парка Индепенденс. К открытию здесь музея «Четвертого июля 1876 года» здание, подвергшееся в XIX в. значительным переделкам, было восстановлено в своем первозданном виде.

Лучшее время для посещения Индепенденс-холла – ранние утренние часы, когда наплыв туристов еще не достиг своего пика. Здесь вы увидите портреты политических деятелей, подписавших Декларацию независимости, побываете в комнате, где она составлялась и была подписана Томасом Джефферсоном. В зале собраний выставлена та самая чернильница, в которую подписавшие конституцию деятели обмакивали свои перья. Среди особо ценных реликвий музея – кресло первого президента США Джорджа Вашингтона с высокой спинкой, на задней стороне которой изображено наполовину поднявшееся из-за горизонта солнце.

Часть экспозиции парка Индепенденс посвящена жизни и деятельности Бенджамена Франклина – просветителя, ученого, государственного деятеля и одного из авторов Декларации независимости и Конституции США. Здесь расположен мемориальный дом Франклина. Кроме этого в парке находится еще около 20 исторических зданий.

Один из символов американской нации – знаменитый «Колокол Свободы» весом 943 кг, возвестивший о подписании Декларации независимости, первоначально висел в ротонде Индепенденс-холла. Когда колокол доставили в Пенсильванию из Англии, где он был отлит, он треснул при опробовании и его перелили. Как гласит молва, колокол треснул вторично в 1835 г., во время похорон судьи Джона Маршалла. Впрочем, доподлинно известно, что в последний раз колокол звонил в день рождения Джорджа Вашингтона в 1846 г.

Надпись на колоколе – цитата из Библии: «И объявите свободу на земле всем жителям ее» – стала символом в борьбе Северных штатов против рабства. Там же, на Севере, и родилось его название – «Колокол Свободы», «Liberty Bell». На протяжении более 200 лет он хранился в Индепенденс-холле, а сейчас отправлен на покой – в специальный павильон из бетона и стекла, построенный неподалеку от Индепенденс-холла, на улице Маркет. А граждане США, ежегодно 4 июля празднуя День независимости, придерживаются установки одного из делегатов, собравшихся в тот день в Индепенденс-холле – Джона Адамса, который настаивал, что день этот должен проходить «пышно и торжественно – с представлениями, играми и спортом, стрельбой, колоколами, праздничным салютом и иллюминацией от одного океана до другого, отныне и вовеки»…

Музей искусств в Филадельфии

Музеи искусств в Филадельфии принадлежит к числу крупнейших музеев Северной Америки. Он был создан в 1876 г. в связи с проведением в городе выставки, посвященной 100-летию независимости США. Закладывая его основы, отцы города вдохновлялись примером лондонского Музея Виктории и Альберта: все экспонаты выставки после ее завершения стали достоянием музея. Предполагалось, что его создание даст толчок развитию местных отраслей промышленности, и прежде всего текстильной, поэтому при нем была организована художественно-промышленная школа, а сам музей получил название Музея Пенсильвании и Школы промышленного дизайна.

Филадельфия. Музей искусств

Музей открыл свои двери для публики 10 мая 1877 г. В первые десятилетия существования в деятельности музея особое значение отводилось промышленному дизайну, но по мере того, как его собрание расширялось, все большее место в нем стали занимать произведения изобразительного и декоративно-прикладного искусства. В числе первых приобретений музея были коллекции европейской живописи и японских гравюр. В последующие три десятилетия музей пополнился картинами, скульптурами, фарфором, керамикой, мебелью. К началу XX в. для размещения значительно увеличившегося собрания потребовалось новое здание. Оно было построено в 1919–1929 гг. в виде классического греческого храма и имело два боковых крыла. Первая секция нового музея, посвященного британскому и американскому искусству, открылась для публики 26 марта 1928 г. Популярность музея была столь велика, что уже в первый год после переезда коллекций в новое здание его посетило более миллиона человек. В том же 1929 г. музей изменил свое название – он стал именоваться Музеем искусств штата Пенсильвания. С 1938 г. музей носит свое нынешнее имя.

На протяжении всего XX века коллекции музея непрерывно пополнялись, причем практически исключительно за счет частных пожертвований. Крупными удачами стали приобретение в 1932 г. картины «Рождение Венеры» Никола Пуссена, некогда находившейся в собрании петербургского Эрмитажа и проданной советскими коммунистами на Запад в числе других художественных сокровищ, а также покупка в 1937 г. знаменитого шедевра Поля Сезанна «Большие купальщицы». В марте 1940 г. открылось новое, Восточное крыло музея, включающее в себя семь галерей, посвященных искусству Персии, Китая и Индии. В 1978 г. музей получил по завещанию два значительных собрания живописи: одно включало в себя 51 полотно импрессионистов и постимпрессионистов, второе – более 500 итальянских гравюр XVIII в. В следующем году музей стал обладателем крупнейшей в Америке коллекции декоративных голландских изразцов XVII–XVIII вв. В 1984–1985 гг. было приобретено историческое собрание Академии искусств Пенсильвании, насчитывающее около 45 тыс. рисунков старых европейских мастеров и гравюр XIX в.

В настоящее время музея обладает более чем 225 тыс. произведений искусства. Особенно выделяются коллекции европейского оружия и доспехов, охватывающая несколько столетий, коллекции американского серебра и мебели XVIII–XIX вв. и собрание картин выдающегося американского художника-портретиста Томаса Эйкинса (Икинса, 1844–1916). Он был одним из лидеров американского изобразительного искусства XIX в., мастером жанрового портрета, обладавшим природным даром наполнять создаваемый образ драматизмом. Музей обладает сегодня более чем 60 картинами Эйкинса.

Филадельфийский музей располагает также прекрасным собранием картин старых европейских мастеров, средневекового европейского искусства (картины, литургические облачения и утварь, алтари), искусства стран Азии (в том числе Китая, Японии, Тибета и Индии), большой коллекцией полотен импрессионистов (Ренуара, К. Моне, Э. Мане, А. Тулуз-Лотрека, Э. Дега, П. Сезанна, К. Писарро и других) и произведений современного искусства (картинами Кандинского, Пикассо, Дали), среди которых наиболее выделяется прекрасная коллекция работ французского художника-концептуалиста Марселя Дюшана (1887–1968).

Ежегодно музей посещает около 800 тыс. человек. Филиал Музея искусств – Музей Родена в Филадельфии.

Фонд Барнса

Фонд Барнса – музей с художественной школой при нем, расположенный в городке Мерион, пригороде Филадельфии. Он был создан американским предпринимателем и фармацевтом Альбертом Барнсом, изобретателем антисептического препарата «аргирол». С 1910 г. Барнс увлекся коллекционированием произведений искусства. В 1912 г. в Париже он познакомился с Анри Матиссом и Пабло Пикассо, а в начале 1920-х гг. открыл для себя творчество Амедео Модильяни и Джорджо де Кирико. Стремясь преобразовать свою коллекцию в культурное учреждение, Барнс в 1922 г. организовал Фонд Барнса. Первоначально он был не музеем, а художественной школой, которая, по замыслу Барнса, должна была обеспечить молодежи справедливый доступ к искусству и образованию. Богатейшая коллекция произведений искусства предназначалась в первую очередь для учащихся этой школы.

Для устройства школы и музея при нем Барнс и его жена Лаура купили в Мерионе лесопитомник площадью в 12 акров и пригласили известного архитектора Поля Филиппа Кре (построившего в Филадельфии мост Бенджамина Франклина и Музей Родена), для разработки проекта художественной галереи и дома для семейства Барнс (ныне это здание администрации музея). Строительство завершилось в 1925 г., а к 1929 г. Барнс продал все свои предприятия и целиком посвятил себя делам фонда и пополнению его художественной коллекции. Уже в то время это было одно из лучших собраний США. Анри Матисс говорил, что школа Барнса в Мерионе – единственное место в Америке, где понимают, что такое настоящее искусство, а известный французский торговец картинами Амбруаз Воллар, в 1936 г. побывавший в Мерионе, позже написал: «Посещение Фонда Барнса само по себе стоит путешествия по Америке».

До конца своей жизни (он умер в 1951 г.) Барнс продолжал неустанно расширять собрания фонда. Его интересовало не только современное европейское искусство, но и искусство Африки и афро-американских художников. В то время когда его современники собирали эти произведения исключительно ради экзотики, как образцы «примитивной» культуры, Барнс видел в нем художественную форму, эстетически столь же важную, как и другие художественные направления и традиции. Увлекаясь коллекционированием африканского искусства, Барнс был глубоко вовлечен в социальные и культурные проблемы негритянского сообщества США и покровительствовал художникам афро-американского происхождения.

Сегодня Фонд Барнса обладает одной из крупнейших в мире коллекцией французских импрессионистов и постимпрессионистов, включая самое больше в мире собрание картин Пьера-Огюста Ренуара (181 работа). Не менее масштабны и впечатляющи коллекции шедевров Поля Сезанна (69 картин), Анри Матисса (59), Пабло Пикассо (46), Анри Руссо (18), Амедео Модильяни (16), Эдгара Дега (11). Музей обладает также 7-ю полотнами Винсента ван Гога, 6-ю – Жоржа Сера. Клод Моне и Эдуард Мане представлены каждый 4-мя работами. Помимо этого в собрании Фонда Барнса имеется множество произведений американских художников – картин и графических работ на бумаге, древнеегипетские, греческие и римские древности, африканская скульптура, керамика американских индейцев, японские гравюры, средневековые рукописи и скульптуры, картины старых мастеров, включая шедевры Тициана, Эль Греко, и Рубенса. Всего же в собрании фонда имеется более 2500 произведений искусства, включая 800 картин.

Создавая свой «просветительский» музей, призванный в первую очередь служить делу художественного образования молодежи, Барнс оговорил условие, что ни одно из произведений, хранящихся в музее, не должно покидать его стены. Это правило было нарушено только в 1993 г., когда 83 картины французских импрессионистов из собрания Фонда Барнса отправились во всемирное турне, длившееся три года. Во многих городах были побиты все рекорды посещаемости, а всего за время турне выставку посетило более 5 млн человек.

Детройтский институт искусств

Детройтский институт искусств занимает почетное шестое место в списке крупнейших художественных собраний США. Подобно многим другим крупным американским музеям, это так называемый энциклопедический музей, не специализирующийся на каком-либо одном направлении: его коллекции охватывают все, от древнеегипетского до современного искусства. Впрочем, у музея имеется своя особенность: он обладает крупнейшим в мире собранием американской живописи XVII–XIX вв. По оценкам специалистов, здесь представлена треть всего художественного наследия этого периода.

Предтечей музея стала художественная выставка, прошедшая в Детройте в 1883 г. и имевшая такой успех, что в кругу ее инициаторов родилась идея создать на ее основе постоянную галерею. Многие жители Детройта пожертвовали для этой цели крупные финансовые средства и произведения искусства из частных собраний. Официальной датой создания музея является 16 апреля 1885 г., а 1 сентября 1888 г. галерея открыла свои двери для посетителей. Первоначально она именовалась Детройтским художественным музеем изящных искусств, в 1919 г. была переименована в Детройтский институт искусств.

Ян ван Эйк. Св. Иероним. 1442 г.

Первая треть XX в. стала периодом наиболее интенсивного формирования музейной коллекции. Были приобретены подлинные изразцовые плитки с рельефным изображением дракона с ворот Иштар в Вавилоне и знаменитая древнеегипетская статуэтка «Сидящий писец», ряд полотен старых мастеров, в том числе «Свадебный танец» Питера Брейгеля Старшего, «Святой Иероним» Яна ван Эйка, «Мадонна» Джованни Беллини, картины Альбрехта Дюрера, Герарда Терборха, Рубенса, Рембрандта, а из современных художников – Клода Моне и Эдгара Дега. В 1922 г. детройтский музей приобрел «Автопортрет» Винсента ван Гога и «Окно» Анри Матисса. Это были первые работы этих двух художников, оказавшиеся в собрании общедоступного американского музея. Дальнейшие приобретения включили в себя «Портрет молодой женщины» Ганса Гольбейна и работы Эжена Делакруа и Огюста Родена. В 1920-х гг. музей уделял особое внимание коллекционированию работ немецких экспрессионистов. Сегодня в его экспозиции можно увидеть множество работ Хайнриха Кампендонка, Франца Марка, Карла Шмидта-Роттлуффа, Макса Бекмана, Карла Хофера, Эмиля Нольде, Ловиса Коринфа, Эрнста Барлаха, Вильгельма Лембрука, Эриха Хекеля, Эрнста Людвига Кирхнера, Пауля Модерсона-Бекера и Макса Пехштейна. К ним примыкают произведения других художников, работавших в экспрессионистском стиле, – Оскара Кокошки, Василия Кандинского и Эдварда Мунка.

Еще в 1920 г. была создана комиссия, призванная решить проблему с постройкой нового здания для музея; нужно было разместить его значительно расширившиеся коллекции. Первый камень в основание нового здания был заложен 26 июня 1923 г., а 7 октября 1927 г. музей открыл свои двери для посетителей. В 1930-х гг. внутренний дворик музея был расписан фресками Диего Риверы.

После Второй мировой войны коллекция музея продолжала быстро расти, так что к основному зданию пристроили еще два крыла. Первое, южное, крыло открылось в 1966 г. В его стенах разместились коллекции африканского искусства, искусства доколумбовой Америки и часть собрания европейской живописи, а также галереи для временных выставок. В северном крыле, открывшемся в 1971 г., расположились собрания исламского искусства, искусства Южной и Юго-Восточной Азии, Японии и Китая и современного европейского и американского искусства XX в., а также библиотека.

Всего собрание Детройтского института искусств включает в себя сегодня более 65 тыс. работ. Здесь представлены произведения живописи, скульптуры и декоративно-прикладного искусства Европы, Америки, Азии и Африки, в том числе Древнего Египта и Месопотамии, Греции, Этрурии и Рима. Произведения, составляющие гордость музейного собрания коллекции, – полотна Тициана («Мужчина с флейтой», ок. 1560–1565), Никола Пуссена («Селена и Эндимион», 1632), Герарда Терборха («Туалет дамы», ок. 1660), Якоба ван Рёйсдаля («Еврейское кладбище», 1650–1660), Франсиско Гойи («Донья Амалия Бонелс де Коста», ок. 1805), а также картины французских (Гюстав Курбе, Пьер Огюст Ренуар, Поль Сезанн) и американских (Джон Синглтон Копли, Джордж Кэлеб Бингем, Джон Джордж Браун, Джон Сингер Сарджент) художников XIX в.

Художественный институт Чикаго

Предшественницей Художественного института Чикаго является созданная в 1866 г. Чикагская художественно-промышленная академия, на основе которой в 1879 г. была образована Чикагская академия искусств. Музей академии располагал большой коллекцией гипсовых копий и был создан с целью «приобретать и показывать искусство всех видов», а также реализовывать различные образовательные программы. Эта связь с системой образования сохраняется до сих пор: при музее действует широко известная школа искусств. В 1882 г. Чикагская академия искусств была переименована в Художественный институт Чикаго, а вскоре после этого появилась острая потребность в новом здании для хранения и демонстрации расширяющейся с каждым годом коллекции. Собрание Художественного института, как и большинства других американских музеев, формировалось прежде всего за счет даров и пожертвований частных лиц.

Г. Вуд. Американская готика. 1930 г.

Чикаго готовился в 1893 г. принимать у себя Колумбийскую выставку, и попечители Художественного института договорились с городскими властями о том, что павильон, строившийся в ту пору для выставки, после ее окончания перейдет в распоряжение чикагского музея. Таким образом, 8 декабря 1893 г. Художественный институт официально открыл свою экспозицию в огромном новом здании, расположенном на восточной стороне Мичиган-авеню.

Сегодня Художественный институт Чикаго является одним из крупнейших художественных музеев США. В его собрании – около 300 тыс. произведений искусства: европейская, американская живопись и скульптура, традиционное искусство стран Азии, Африки и Америки, памятники первобытного искусства, графика, рисунок, изделия декоративно-прикладного искусства, текстиль. Музей известен своей прекрасной коллекцией оружия и доспехов, охватывающей период от раннего Средневековья до Ренессанса, и собранием индейских керамических статуэток доколумбова периода.

Гордость чикагского музея – обширная коллекция произведений французской живописи XIX в. (в особенности импрессионистов) и собрание американского искусства XIX–XX вв. Коллекция современного искусства в собрании Чикагского музея считается третьей по значению в мире, после Музея современного искусства в Нью-Йорке и Центра Помпиду в Париже.

Чикагский музей является обладателем более чем 30 картин Клода Моне, включая шесть картин из его серии «Стога сена» и несколько картин из серии «Кувшинки». К числу лучших картин собрания принадлежат «Сестры» («На террасе», 1881–1882) – одна из вершин творчества Огюста Ренуара, «В Мулен-Руже» (1892) Анри Тулуз-Лотрека и «Воскресенье после полудня на острове Гранд Жатт» (1884–1886) Жоржа Сера. В собрании представлены также полотна К. Писарро, П. Гогена, П. Сезанна, В. Ван Гога. Из старых европейских мастеров следует назвать имена Эль Греко, Рембрандта, Риберы. Среди самых известных работ американской коллекции – «Американская готика» (1930) Гранта Вуда и «Козодои» (1942) Эдварда Хоппера. В собрании музея находятся также многие известные работы ведущих художников XX в. – Пабло Пикассо («Старый гитарист», 1903), Анри Матисса («Купальщицы у реки», 1916), Рене Магритта («Пронзенное время», 1938), Сальвадора Дали, Марка Шагала, Фернана Леже.

Художественный институт Чикаго – единственный в мире музей, комплекс которого связан с действующей железной дорогой. Восточное и западное крыло музея разделены железнодорожной линией, по которой то и дело снуют туда и обратно пригородные составы. Оба здания соединяет крытая галерея без окон, но на южной стороне западного крыла устроен стеклянный атриум, где уставшие от впечатлений посетители могут просто поглазеть на проходящие мимо поезда.

Музей естественной истории Филда в Чикаго

Чикагский музей Филда – один из крупнейших естественнонаучных музеев в мире. Первоначально называвшийся Колумбийским музеем, он был основан в 1893 г., а ядром его собрания стали биологические и антропологические коллекции, собранные для Всемирной Колумбийской выставки 1893 г. в Чикаго. Музей открылся в 1894 г. В 1905 г. он был переименован в Музей Филда – по имени Маршалла Филда, чикагского предпринимателя, владельца крупного универмага и главного покровителя музея, пожертвовавшего весьма значительные средства на его развитие. Сегодня собрание музея содержит около 20 млн экспонатов, охватывающих самые разнообразные отрасли знания и организованных в четыре крупных отдела: геологии, ботаники, зоологии и антропологии.

Наиболее обширна коллекция отдела зоологии, насчитывающая более 17 млн зоологических экземпляров, разбитых на шесть подразделов: амфибии и рептилии, птицы, рыбы, насекомые беспозвоночные и млекопитающие. В экспозиции отдела зоологии представлено множество чучел различных животных, включая двух африканских слонов.

Коллекция отдела геологии содержит около 63 тыс. экспонатов. В их числе – минералы, образцы полезных ископаемых со всех концов земли, драгоценные камни и метеориты. Собрание метеоритов в музее Филдса входит в число семи крупнейших метеоритных коллекций в мире. Оно содержит приблизительно 1300 метеоритов, преимущественно железных, хотя в нем широко представлены и хондриты разных типов. Восторг посетителей неизменно вызывает весьма представительная коллекция драгоценных и полудрагоценных камней, в числе которых – гигантский, весом 62 тыс. каратов кристалл топаза светло-желтого цвета поразительной чистоты и прозрачности. Отдельный зал посвящен истории нефрита и его роли в традиционной культуре Китая на протяжении восьми тысяч лет.

Центром палеонтологической коллекции является самый полный в мире и лучше всего сохранившийся скелет 13-метрового королевского тираннозавра (Tyrannosaurus rex), жившего 67 млн лет назад. Эта достопримечательность музея носит имя Сью – по имени ее первооткрывателя, палеонтолога Сью Хендриксон, которая обнаружила останки этого первобытного гиганта в 1990 г. Изучая окаменевшие кости, ученые выяснили, что Сью прожила весьма бурную жизнь и ей не раз приходилось туго: на костях сохранились следы многочисленных травм и перенесенных заболеваний. Ученым удалось диагностировать переломы ребер, костные наросты на позвоночнике, инфекционное поражение конечностей и часто встречающиеся у тиранозавров повреждения челюстей. Эти повреждения скорее вызваны бактериальной инфекцией, чем стычками с другими крупными ящерами. Тем не менее все раны успешно зажили, и Сью сумела достичь преклонного возраста; причина ее смерти так и не установлена.

Отдельная выставка посвящена истории зарождения и развития жизни на Земле. Ее экспонаты охватывают огромный исторический период в 4 млрд лет, от первого организма до современной жизни. Другая постоянная выставка, предназначенная прежде всего для детей, носит называние «Подземное приключение»: она воссоздает жизнь обитателей подземного мира, протекающую буквально у нас под ногами. Вступая в этот зал, посетитель выставки как бы «уменьшается» в размерах, и его со всех сторон обступают гигантские механические уховертки, многоножки, пауки и другие твари, живущие под землей.

Чикаго. Музей естественной истории Филда

Экспозиция отдела антропологии посвящена не физической антропологии человека (в России почему-то именно так понимают термин «антропология» даже люди, считающие себя специалистами в данном вопросе), а материальной и культурной истории человечества. Наиболее интересна и представительна часть собрания, посвященная культуре Древнего Египта. Большинство ее экспонатов происходят из раскопок в Саккара, организованных музеем Филдса в начале XX в. Здесь, в частности, демонстрируется 23 человеческие мумии, множество мумий животных, подлинная гробница принца Униса-Анкха, сына Униса, фараона V династии. В экспозиции представлены предметы религиозного культа, повседневного быта, папирусы, погребальный инвентарь. Наиболее интересна так называемая солнечная ладья фараона – одна из двух, дошедших до наших дней. Вторая подобная барка выставлена в Египетском музее в Каире. Эти «солнечные ладьи», возможно, первоначально служили для перевозки царской мумии во время погребального обряда. Затем их оставляли при пирамиде в качестве погребального инвентаря.

В 1923–1933 гг. объединенная археологическая экспедиция музея Филдса и оксфордского музея Эшмолин вела раскопки древнего города Киш на территории современного Ирака. Этот город существовал по крайней мере с 3200 г. до н. э. до VII в. н. э. Расположенный в пойме Евфрата, в 80 км к югу от современного Багдада, он играл важную роль в истории Месопотамии и был одним из священных центров: считалось, что именно в Кише после Великого потопа на землю с небес спустился культурный герой, основавший первые человеческие поселения в Месопотамии. Сегодня в собрании музея представлена большая коллекция археологических находок из Киша. Музей Филдса возглавляет широкую международную программу по каталогизации всего археологического наследия Киша, в которую вовлечены Иракский музей древностей, Музей Эшмолин и ряд других научных учреждений.

Ряд залов музея знакомит посетителей с культурой американских индейцев, народов Африки, Китая, Тибета, островов Океании. В океанийской части экспозиции можно увидеть подлинный молитвенный дом маори, сооруженный в XIX в. и происходящий с побережья залива Токомору (Новая Зеландия). Музей Филдса финансирует множество исследовательских и образовательных программ и располагает крупной научной библиотекой, насчитывающей около 250 тыс. томов.

Кливлендский музей искусств

Музей искусств в Кливленде (штат Огайо) – один из крупнейших художественных музеев Северной Америки, пользующийся широкой международной известностью, прежде всего благодаря своей обширной коллекции европейской живописи, доколумбова искусства Мезоамерики и азиатского и индийского искусства. Основанный в 1916 г., в Кливленде музей насчитывает сегодня в своем собрании более 30 тыс. – работ, охватывающих период в 5 тыс. лет.

Само здание музея представляет шедевр американского неоклассицизма начала XX в. Перед входом в него установлена бронзовая копия знаменитого «Мыслителя» Родена. Эта скульптура была серьезно повреждена в 1970 г. во время политических демонстраций, но восстанавливать ее не стали, статуя отливалась под руководством самого Родена. Несколько бронзовых и мраморных скульптур Родена можно увидеть и в залах музея.

Во внутреннем дворе экспонируется коллекция средневекового европейского оружия. Искусство европейского Средневековья – вообще один из основных акцентов собрания Музея искусств в Кливленде. К этому стоит добавить прекрасную галерею итальянского Ренессанса. В собрании музея широко представлено искусство Древнего Египта, Месопотамии, Греции и Рима, Юго-Восточной Азии и Китая, Ближнего Востока, Индии, Африки, доколумбовой Америки. В 2000 г. открылась галерея раннехристианского и византийского искусства.

В галерее европейской живописи представлены полотна Фра Анджелико («Увенчание Девы», 1420-е гг.), Джованни ди Паоло, «Поклонение волхвов», ок. 1442), Филиппо Липпи («Архангел Михаил», 1458), Ганса Бальдунга («Месса Святого Григория», 1511), Лукаса Кранаха («Крещение Христа», 1530-е гг.), Якопо Бассано («Притча о Лазаре и богаче», ок. 1550), Веронезе («Портрет Агостино Барбариго», после 1571 г.; «Благовещение», ок. 1580), Эль Греко («Святое семейство с Марией Магдалиной», ок. 1590–1595), Караваджо («Распятие Св. Андрея», 1609–1610), Рубенса («Портрет Изабеллы Брант», ок. 1620–1625), Рембрандта («Портрет женщины», 1635), Сурбарана («Дом в Назарете», 1630), Риберы («Святой Иероним», ок. 1638–1640), Мурильо, Вальдеса Леаля, Луки Джордано, Франческо Гуарди, Якоба ван Рёйсдаля, Давида Тенирса, Гвидо Рени, Никола Пуссена, Клода Лоррена, Жака-Луи Давида («Амур и Психея», 1817), Дж. Рейнольдса, Дж. Тёрнера («Пожар парламента», 1835). Значительное место в экспозиции отведено работам французских импрессионистов, в числе которых – Огюст Ренуар («Портрет мадемуазель Ромен Ланко», 1864), Клод Моне («Зерновое поле», 1881), Анри Тулуз-Лотрек («Портрет Буало», 1893), четыре полотна Ван Гога, в том числе «Портрет Аделины Раву» (1890). Искусство XX в. представлено произведениями Жоржа Руо, Пабло Пикассо («Жизнь», 1903), Генри Мура, Фрэнсиса Бэкона, Марка Ротко, Энди Уорхола.

В июне 2004 г. музей стал обладателем бронзовой скульптуры Аполлона Сауроктоноса, которая, как полагают, является античной копией с подлинника великого Праксителя.

Зал славы и музей рок-н-ролла

Начиная с его открытия 2 сентября 1995 г. Зал славы и музей рок-н-ролла в Кливленде, штат Огайо, стал меккой для поклонников современной популярной музыки. Ныне это один из самых посещаемых музеев в стране, а его здание – семиэтажная стеклянная пирамида, построенная знаменитым американским архитектором китайского происхождения Йо Мин Пеем (автором не менее знаменитой пирамиды в Лувре), стало главной достопримечательностью Кливленда. Стоящий на берегу озера Эри, музей выглядит, как огромный корабль.

Что роднит Кливленд и рок-н-ролл? Считается, что сам термин «рок-н-ролл» в его современном понимании был придуман и введен в обиход в начале 1950-х гг. Аланом Фридом, диск-жокеем, работавшим на кливлендской радиостанции «WMMS». Алан Фрид много сделал для популяризации новой музыки, которая в то время встречала достаточно широкий отпор со стороны консерваторов. Популяризация рок-н-ролла – это и одна из главных задач кливлендского музея. Тысячи его экспонатов рассказывают об истории этого самого популярного и распространенного течения в западной музыкальной культуре. Как и любой другой вид искусств, рок-музыка тесно связана с историей и культурой страны. Постоянные и временные выставки, рассказывающие об истории рок-н-ролла, расположены на первых пяти этажах музея. Экспозиция настолько велика и интересна, что ее невозможно осмотреть целиком даже за целый день. На шестом этаже находится Зал славы рок-н-ролла, одна из стен которого испещрена автографами знаменитых музыкантов. Последний, седьмой, этаж предназначается для проведения временных выставок, как правило, посвященных творчеству одного исполнителя или одной рок-группы.

В первых залах экспозиции исследуются истоки рок-н-ролла, который, как известно, явился результатом синтеза различных стилей американской музыки. Почти одновременно, независимо друг от друга, музыканты американского Юга стали смешивать ритм-энд-блюз, буги-вуги, кантри и госпелз, добиваясь неведомого до того звучания. Рок-н-ролл явился первым стилем в современной популярной музыке, развитым и исполняемым как белыми, так и негритянскими исполнителями, что в итоге способствовало снижению расовой напряженности в американском обществе тех лет.

Развитие рок-н-ролла было стремительным. В начале 1950-х гг. широкую популярность приобрел Билл Хейли со своими ритмичными песнями, построенными на основе кантри с примесью джаза и буги-вуги. Два его сингла «Rock Around The Clock» (апрель 1954) и «Shake Rattle And Roll» сыграли решающую роль в распространении популярности рок-н-ролла, до того известном лишь слушателям местных радиостанций (и, в частности, кливлендской «WMMS»). Классическое звучание рок-н-ролла сложилось в 1954–1955 гг., когда Билл Хейли, Элвис Пресли, Чак Берри, Литл Ричард и Фэтс Домино записали песни, ставшие ныне классикой рок-н-ролла. Каждый из этих уникальных музыкантов привнес нечто особенное в новую музыку. Олицетворением же ее до сих пор остается Элвис Пресли – «король рок-н-ролла», оказавший огромное влияние на молодое поколение не только Америки, но всего мира. В 1956–1957 гг. рок-н-ролл пополнился новыми звёздами. В их числе – Карл Перкинс, Джерри Ли Льюис, Бадди Холли, Эдди Кокран. К концу 1950-х гг. пластинки с записями рок-н-ролльной музыки были одними из самых продаваемых в музыкальной индустрии.

Отдельные разделы кливлендского музея посвящены ведущим мастерам рок-н-ролла: Элвису Пресли, Джиму Моррисону, Эрику Клаптону, Бобу Марли, Стивену Тайлеру, Курту Кобейну, Джерри Гарсиа, Мику Джаггеру, Бонни Райту, Роберту Планту, Джимми Хендриксу, группам «Биттлз», «Роллинг Стоунз». Музей располагает огромной и постоянно пополняющейся коллекцией костюмов и личных вещей, принадлежащих рок-звездам. В их числе знаменитая гитара басиста группы «Клэш» Пола Саймона, разбитая им на сцене во время выступления группы в нью-йоркском зале «Палладиум» в 1979 г., туфли Элвиса Пресли, костюмы Ринго Старра и Джимми Хендрикса, гитара Джона Леннона, концертное платье Тины Тернер и даже автомобили, принадлежавшие кумирам публики.

С именем инженера, музыканта и композитора Леса Пола связано изобретение электрогитары с цельным корпусом, гитарного звукоснимателя и многодорожечной записи. Лес Пол к тому же прославился как блестящий джазовый гитарист. Еще мальчишкой Лес Пол, чтобы заставить свою гитару играть громче, привязывал под струны прибор, собранный из старых катушек индуктивности. Сегодня в Музее рок-н-ролла хранится его самая первая электрогитара, сделанная из деревянной доски, а также экспонаты, воссоздающие атмосферу его детства (проигрыватель, радиоприемник и т. п.).

В кабинах с приглушенным освещением, стены которых представляют собой огромные экраны, можно просмотреть и прослушать 500 видеозаписей песен, составляющих «золотой фонд» рок-н-ролла, а на выходе из Зала славы четыре компьютеризированных музыкальных автомата дают посетителям возможность послушать любую из более чем 30 тыс. песен, составляющих «полное собрание сочинений» всех ведущих мастеров рок-н-ролла.

В дополнение к постоянной экспозиции музей проводит в течение года несколько крупномасштабных выставок. В стенах музея регулярно устраиваются также концерты, лекции, публичные обсуждения, кинопоказы.

Музей современного искусства в Сан-Франциско

Музей в Сан-Франциско, созданный в 1935 г., стал первым музеем на Западном побережье США, посвященным исключительно искусству XX в. Первоначально он именовался просто Музеем искусства, а слово «современного» добавилось к его названию лишь в 1975 г., когда за ним уже давно и прочно закрепилась репутация одного из лучших в мире музеев современного искусств.

Впервые музей распахнул свои двери перед посетителями 18 января 1935 г. Основу его собрания составили 36 работ современных художников, пожертвованных коллекционером Альбертом Бендером, в числе которых «Носильщик цветов» Диего Риверы (1935). Следующий, 1936 г., начался с выставки работ Анри Матисса, центром которой стали работы, находившиеся в ту пору в двух частных коллекциях Сан-Франциско. Многие из показанных на выставке картин и скульптур позже были пожертвованы музею и послужили основой исключительного по полноте собрания фовистов.

В течение первых шестидесяти лет своего существования музей занимал верхние этажи здания Военного мемориала в Сан-Франциско. Лишь в 1995 г. он переехал в новое, специально построенное для него здание, разработанное архитектором Марио Ботта.

В настоящее время в собрании музея насчитывается более 15 тыс. работ, в том числе 4700 картин, скульптур, произведений графики, и 9 тыс. фотографий. Здесь представлено творчество Анри Матисса, Ричарда Дибенкорна, Доротеи Ланге, Синди Шерман, Джексона Поллока, Пауля Клее, Марселя Дюшана, известного фотографа Ансельма Адамса. Музей современного искусства в Сан-Франциско – пионер в области собирания художественной фотографии, он в числе первых признал фотографию одним из видов изобразительного искусства.

Музей изящных искусств в Хьюстоне

Музей изящных искусств в Хьюстоне – самый старый музей и самый большой публичный художественный музей на юге Соединенных Штатов. Он был основан в 1900 г. группой частных меценатов для «поддержки искусства и культуры в общественной школьной системе». Неоклассическое здание музея, разработанное архитектором Уильямом Уордом Уоткином, открылось в 1924 г., став первым в истории Техаса специально построенным зданием художественного музея и третьим – на Юге США. В 1950-х гг. ансамбль музея дополнило новое крыло, построенное по проекту выдающегося архитектора XX в. Миса ван дер Роэ. Одно из главных событий в жизни музея произошло в 1957 г., когда Айма Хогг, известная в Техасе общественная деятельница, пожертвовала художественному собранию Хьюстона свою обширную коллекцию картин американских художников и произведений декоративно-прикладного искусства.

Лос-Анджелес. Центр Поля Гетти

Сегодня постоянная коллекция музея насчитывает более 40 тыс. произведений искусства со всех континентов, охватывая 6 тыс. лет человеческой истории. Египетские и античные древности соседствуют с прекрасным собранием итальянской живописи и скульптуры эпохи Возрождения, коллекция африканского искусства – с картинами нидерландских и немецких художников XIV–XVI вв. В собрании европейской живописи особенно выделяются портреты Ханса Мемлинга, Себастьяно дель Пьомбо, Бартоломмео Венето и великолепная коллекция полотен импрессионистов и постимпрессионистов. Очень значительно собрание американского искусства XIX–XX вв., особенно его декоративный раздел.

В ансамбль музея, помимо двух зданий, входит большой скульптурный парк, созданный по проекту известного американского скульптора японского происхождения и ландшафтного архитектора Исаму Ногучи (1904–1988).

Центр Поля Гетти

Известный американский миллиардер и нефтяной барон Жан Поль Гетти собирал произведения искусства на протяжении четверти века. На основе его художественного собрания были созданы целых три музея. Крупнейшим из них стал музей, открывшийся 16 декабря 1997 г. в Центре Поля Гетти в Лос-Анджелесе, построенном по проекту архитектора Ричарда Мейера. Каждый из четырех двухэтажных павильонов, объединенных в единый ансамбль, размещает в своих стенах одну из четырех основных коллекций: греческая и римская старина, французское декоративное искусство, европейская живопись до 1900-х гг. и европейская и американская фотография XIX–XX вв. Пятый павильон служит для проведения временных выставок.

Свою коллекцию Поль Гетти начинал собирать с произведений античной скульптуры, а первым его приобретением стала маленькая терракотовая статуэтка, купленная на аукционе в 1939 г. Ко времени смерти Гетти в 1976 г. его коллекция греческого и римского искусства являлась одной из крупнейших в США. Ее центром всегда оставалась скульптура, но со временем Гетти расширил свои интересы и стал собирать греческие и этрусские вазы, фаюмские портреты и римскую бронзу.

Собрание шедевров европейской живописи XIV–XIX вв. включает в себя признанные шедевры итальянских, голландских, фламандских, французских мастеров. В их числе – эскиз Микеланджело «Святое Семейство с младенцем Иоанном Крестителем», картины Бернардо Дадди, Фра Бартоломео, Рогира ван дер Вейдена, Тициана, Рубенса, Рембрандта («Пророк Даниил и Кир перед идолом Ваала», 1633), Яна Стена, Пуссена, Ватто, Милле, Энсора, Ренуара, Э. Мане, К. Моне, Поля Сезанна. «Визитной карточкой» музея является полотно Ван Гога «Ирисы» (1889), приобретенное за астрономическую сумму в 53,9 млн долларов.

Значительная часть античной коллекции Поля Гетти демонстрируется в Музее Виллы Гетти в Малибу, открывшемся в 1974 г. Этот музей обладает приблизительно 44 тыс. произведений греческого, римского и этрусского искусства, однако в постоянной экспозиции находится лишь 2 % всей коллекции. В числе важнейших экспонатов – скульптурный портрет Александра Македонского (конец IV в. до н. э), группы терракотовых фигур, изображающих музыканта и сирен (начало IV в. до н. э.), бронзовый греческий «Атлет» (конец IV в. до н. э.) и большое собрание кикладских мраморных статуэток.

Музей искусств Нортона Саймона в Пасадене

Музей искусств Нортона Саймона в Пасадене (Калифорния) обладает одой из лучших и наиболее престижных художественных коллекций США. Это собрание, центром которого является европейская живопись, искусство Индии и Юго-Восточной Азии, охватывает период в 2 тыс. лет. Музей был основан в 1922 г. как Художественный институт Пасадены, инициировала его создание группа местных меценатов. Первоначальная экспозиция музея состояла из произведений американской и европейской живописи XIX в.; кроме того, в его стенах ежегодно устраивались выставки местных калифорнийских художников.

Поворотным пунктом в истории музея стал 1953 г., когда он получил в наследство большую частную коллекцию, насчитывавшую около 500 картин, среди которых были работы четырех ведущих представителей объединения «Голубой всадник»: Кандинского, Клее, Явленского и Файнингера. Год спустя музей изменил свое название на «Художественный музей Пасадены» и сконцентрировал усилия на коллекционировании произведений современного искусства. Основными приобретениями, сделанными в этот период, стали работы Ларри Белла, Ричарда Дибенкорна, Роя Лихтенштейна, Клаэса Ольденбурга, Франка Стеллы и Энди Уорхола.

В 1960-е гг. Художественный музей Пасадены уже приобрел международную известность. Чтобы отразить изменившийся характер его коллекций, с 1 марта 1973 г. он стал именоваться Музеем современного искусства Пасадены. Тяжелые финансовые проблемы, с которыми музей столкнулся в начале 1970-х гг., поставили его фактически на грань банкротства. Положение спас крупный предприниматель и коллекционер Нортон Саймон, принявший на себя управление музеем в обмен на погашение его долгов. После объединения музейного собрания с личной коллекций Нортона Саймона, музей 1 марта 1975 г. открылся вновь, с октября того же года он стал называться Музеем искусств Нортона Саймона.

В коллекции музея очень большое собрание картин старых мастеров, включая «Мадонну с Младенцем и книгой» Рафаэля (ок.1502–1503) и три полотна Рембрандта – «Портрет бородатого мужчины в широкополой шляпе» (1633), «Автопортрет» (ок. 1636–1638) и «Портрет мальчика» (ок. 1645–1650; возможно, это сын художника, Титус). В числе других шедевров – «Крещение Христа» (начало 1450-х гг.) и «Мадонна Бранчини» (1427) Джованни ди Паоло, «Бегство в Египет» (ок. 1544–1545) Джакопо Бассано, «Портрет Йорга Фуггера» (1474) Джованни Беллини, «Благословляющий Христос» (1478) Ганса Мемлинга, «Адам» (ок. 1530) Лукаса Кранаха, «Давид и Голиаф» (ок. 1616), «Мелеагр, Аталанта и охота на Калидонского вепря» (ок. 1618–1619) и «Святой Игнатий Лойола» (ок. 1620–1622) Питера Пауля Рубенса, «Рождество Святого Иоанна Крестителя» (ок. 1655) Мурильо, «Рождество Девы» (ок. 1696–1698) Лука Джордано, картины Филиппо Липпи, Пьетро Лоренцетти, Джованни Гверчино, Гвидо Рени, Франческо Гуарди, Тьеполо, Каналетто, Сурбарана, Гойи, Клода Лоррена, Никола Пуссена, Антуана Ватто, Жана-Батиста Шардена, Жана-Оноре Фрагонара, Жана-Огюста-Доминика Энгра, Камилла Коро, Гюстава Курбе, Яна Ван дер Хейдена, Якоба ван Рёйсдаля, Саломона ван Рёйсдаля, Франса Снайдерса, Яна Стена.

Коллекция французских импрессионистов и постимпрессионистов пользуется наибольшей популярностью у посетителей. В ней на редкость полно и разнообразно представлено творчество каждого из ведущих мастеров этого направления: Клода Моне и Эдгара Дега, Огюста Ренуара и Эдуарда Мане, Альфреда Сислея и Камиля Писарро, Поля Гогена и Винсента Ван Гога, Анри де Тулуз-Лотрека и Поля Сезанна. Искусство классического модерна представлено работами Анри Матисса («Одалиска с тамбурином», 1926) и Амедео Модильяни, Ласло Мохоя-Надь и Пабло Пикассо («Женщина с гитарой», 1913; «Женщины Алжира», 1955). Музей в Пасадене обладает обширной коллекцией графических работ, которая включает в себя редкие гравюры Рембрандта и Гойи и всестороннее собрание графики Пикассо.

Музей изобразительных искусств Лос-Анджелеса

Музей изобразительных искусств Лос-Анджелеса – крупнейший художественный музей на Западе США. Созданный в 1910 г., он на протяжении полувека являлся частью Музея истории, науки и искусства графства Лос-Анджелес. В 1961 г. художественный отдел этого музея выделился в самостоятельное учреждение, а в 1965 г. открылся созданный на его основе Музей изобразительных искусств Лос-Анджелеса.

Лос-Анджелес. Музей изобразительных искусств

Музей располагается в шести зданиях, специально построенных для него разными архитекторами, в разных стилях и в разное время. Образовавшийся в результате архитектурный сплав выглядит довольно причудливо, но, тем не менее, комплекс музея давно стал одной из достопримечательностей Лос-Анджелеса. Одним из попечителей музея, принесших ему в дар значительную коллекцию европейской и американской живописи, был известный предприниматель Арманд Хаммер; одно крыло музейного комплекса носит его имя.

Собрание музея насчитывает около 110 тыс. произведений искусства, от времен глубокой древности до наших дней. Экспозиция состоит из 14 основных разделов: искусство доколумбовой Америки, США, Древнего Египта, Ближнего Востока (включая исламское искусство), Китая и Кореи, Японии, Южной и Юго-восточной Азии; современное латиноамериканское искусство; европейская живопись и скульптура; современное европейское искусство; костюм и текстиль; декоративно-прикладное искусство и дизайн; графика; фотография. Наиболее выдающееся значение имеют собрания искусства Индии, Непала и Тибета, средневекового и современного европейского искусства (где, в частности, представлены работы Рембрандта, Э. Дега, К. Моне и Д. Хокни). Коллекция японских картин и гравюр периода Эдо – вторая в мире по полноте и значимости после личного собрания японского императора. В открывшемся в 1986 г. «крыле Андерсона» (в 2007 г. переименовано в Галерею американского искусства) экспонируется искусство обеих Америк, от мексиканской доколумбовой керамики, имеющей возраст 2 тыс. лет, до портретной живописи США XIX в. Музей – владелец одной из лучших в США коллекций современного латиноамериканского искусства.

Собрание отдела современного искусства обладает большой коллекцией европейской живописи и скульптуры XX в., включающей в себя шедевры Анри Матисса и Рене Магритта, а также весьма представительное собрание работ дадаистов.

Благодаря своей выдающейся коллекции костюмов и текстиля – крупнейшей в США – музей в Лос-Анджелесе является одним из ведущих научных учреждений этого направления. При музее действует исследовательский центр ткани и костюмов, наиболее авторитетная научная организация подобного рода на Западе Соединенных Штатов.

Собрание Менил

7 июня 1987 г. в Хьюстоне (штат Техас) впервые открылось для публики Собрание Менил – одна из важнейших в мире частных коллекций, на протяжении многих лет принадлежавшая семье Джона и Доминик де Менил. В 1940 г. они покинули оккупированную нацистами Францию и уехали в США. В 1941 г. семья Менил обосновалась в Хьюстоне. На протяжении следующих пятидесяти лет их дом стал одним из центров художественной жизни города. Джон и Доминик Менил были близко знакомы со многими крупнейшими художниками второй половины XX в.: Виктором Браунером, Максом Эрнстом, Джаспером Джонсом, Ивом Кляйном, Рене Магриттом, Робертом Раушенбергом, Энди Уорхолом. Уже в 1940-х гг. дом семьи Менил начал наполняться произведениями современного искусства. Первоначальное ядро коллекции составили работы европейских модернистов: Джорджо де Кирико, Макса Эрнста, Рене Магритта, Мана Рея, Ива Танги, представителей кубизма и парижской школы, включая Фернана Леже, Анри Матисса и Пабло Пикассо. В 1960-е гг. Собрание Менил начало пополняться произведениями художников, работавших в русле основных послевоенных течений – абстрактного экспрессионизма, поп-арта и минимализма.

Тонко чувствуя современное искусство, Джон и Доминик Менил видели глубокие формальные и духовные связи между модернизмом и искусством древних и традиционных культур, поэтому стремились расширить свою коллекцию, включив в нее произведения искусства древних средиземноморских цивилизаций, Византии, западноевропейского Средневековья и этнографические экспонаты из Африки и Океании.

Уже с 1950 г. семья Менил начала предоставлять произведения искусства из своей частной коллекции для проведения различных выставок в Хьюстоне и других городах США. А спустя почти четверть века у супругов появилось желание организовать на основе своей коллекции общедоступный музей. В 1972 г. Джон де Менил заказал архитектору Луи Кану проект здания для будущего музея, но этим планам не суждено было осуществиться из-за смерти Джона в 1973 г. Его вдова Доминик, тем не менее, не оставляла эту идею. В 1980 г. известный итальянский архитектор Ренцо Пиано, создатель Центра Помпиду в Париже, разработал по заказу Доминик де Менил проект здания музея – очень органичного и соразмерного человеческим масштабам. В 1987 г. строительство музея завершилось, и собрание Менил открылось для доступа.

Оно насчитывает в своем составе около 15 тыс. картин, скульптур, графических работ, рисунков, фотографий, редких книг, изделий декоративно-прикладного искусства и этнографических объектов, от эпохи палеолита до наших дней. Центром экспозиции является искусство XX в.

Искусство палеолита представлено преимущественно гравированными костями с изображениями оленей и лошадей; самый ранний экспонат датируется 22 000–15 000 гг. до н. э. Редким произведением художников Древней Месопотамии является алебастровая статуэтка, изображающая Эаннатума, правителя Лагаша; на ее цоколе сохранилась выполненная клинописью надпись: «Эаннатум». Произведения греко-римского искусства классического периода в Собрании Менил практически отсутствуют, зато широко представлены культуры до– и постклассических периодов: культуры бронзового в. Малой Азии, Кикладских островов, греческой архаики, позднеэллинистическое и римское искусство Малой Азии и Египта. В отдельном разделе собраны европейские древности V в. до н. э. – I в. н. э. В этой части экспозиции примечательны две бронзовые броши из Тироля – редкостные по красоте и изяществу примеры раннего кельтского искусства.

Около 2 тыс. экспонатов насчитывает раздел средневековго византийского и западноевропейского искусства. Основная их часть происходит из стран Средиземноморья, Малой Азии и России. Многие из представленных в экспозиции работ просто уникальны – например золотая шкатулка начала VI в. н. э., происходящая из Македонии. В этой части собрания выделяется также икона XVI в. «Святой Георгий со змеем» – один из лучших образцов новгородской школы.

Традиционное искусство народов Африки, Америки и Океании, наряду с первобытным искусством, оказало одно из самых существенных влияний на модернизм XX в. Понимая это, Джон и Доминик де Менил еще с 1940-х гг. начали приобретать произведения искусства примитивных культур. В Собрании Менил представлены сегодня прекрасные образцы искусства древнего Мали, датирующиеся XII–XIX столетиями. Здесь можно увидеть также большую коллекцию этнографических предметов, происходящих с островов Океании и северо-западного побережья Северной Америки.

Коллекция искусства XX в. сосредотачивается в основном на европейском модернизме, сюрреализме, и американском искусстве послевоенного периода. Работы Жоржа Браке, Анри Матисса, Поля Сезанна, Фернана Леже и Пабло Пикассо свидетельствуют о личных художественных пристрастиях членов семейства Менил, а более тысячи работ Макса Эрнста и несколько лучших картин Рене Магритта – о долгой дружбе этих выдающихся художников с Джоном и Доминик Менил. Собрание включает в себя также произведения других мастеров середины XX столетия: Сальвадора Дали, Манна Рея, Марселя Дюшана, Джексона Поллока, Марка Ротко, Хоана Миро, Ива Танги, Андре Бретона, Франсиса Пикабиа. Вторая часть собрания сформирована из работ американских художников 1950-х – 1970-х гг., так называемого второго поколения нью-йоркской школы: Джозефа Корнелла, Роберта Раушенберга, Энди Уорхола. Картина Джаспера Джонса «Голоса» (1964–1967) стала последним приобретением Джона де Менила накануне его преждевременной смерти в 1973 г.

В соответствии с замыслом Доминик Менил в постоянном показе находится не более 5 % коллекции – это позволяет чаще менять экспозицию, благодаря чему публика может каждый раз видеть музей обновленным. Сегодня Собрание Менил, коллекции которого продолжают расти, является важной частью культурной жизни Хьюстона, а его слава давно вышла за границы не только Техаса, но и США в целом.

Музей естественных наук в Хьюстоне

Музей естественных наук в Хьюстоне – один из самых популярных музеев США, занимающий третье место по посещаемости после Смитсоновского иснтитута и музея Метрополитен в Нью-Йорке. Ежегодно он принимает в своих стенах до двух миллионов человек.

Хьюстон. Музей естественных наук

Музей был организован в 1909 г. Хьюстонским музейным и научным обществом. Основа его коллекции сформировалась в 1914–1930 гг. В настоящее время собрание музея насчитывает более 1,5 млн объектов. Комплекс музея состоит из главного здания, четыре этажа занимают постоянные экспозиции и временные выставки, планетарий, обсерватории, кинотеатр IMAX и знаменитый Сад бабочек. В 18 залах постоянной экспозиции разместились коллекции минералов и драгоценных камней, палеонтологии, зоологии, выставки, посвященные климатологии, энергетике, добыче нефти и газа, химии. В одном из залов установлен 30-метровый маятник Фуко, демонстрирующий вращение Земли. Зал космонавтики, экспозиция которого напоминает о том, что Хьюстон – «космическая столица» США, воссоздает макет Центра управления полетом НАСА. Антропологическая коллекция музея насчитывает около 60 тыс. объектов происходящих из Африки (включая Древний Египет), Океании, Японии и Америки. Здесь представлены этнография индейских племен, обитавших на просторах североамериканских равнин и в горах юго-запада США, искусство доколумбовых культур Мезоамерики и современное народное искусство стран Латинской Америки.

Большой популярностью у посетителей пользуется зал драгоценных камней и полезных ископаемых, где можно увидеть 4500 образцов различных минералов, происходящих со всего мира, в том числе более 750 редких драгоценных камней. Не менее популярна палеонтологическая коллекция, где представлены окаменевшие растения, беспозвоночные и позвоночные животные. Центром экспозиции является 30-метровый скелет диплодока.

Один из залов отдела зоологии посвящен дикой природе Техаса, другой – дикой природе Африки. Экспозиция последнего отличается редким богатством и разнообразием. Здесь можно увидеть черепа крупных африканских млекопитающих и чучела более чем 120 различных животных, в том числе лесного жирафа (одного из двух, имеющихся в музеях Северной Америки), львов, горной гориллы, зебры, импалы.

Специально для детей в музее организована диалоговая выставка, где можно не только увидеть, но и испытать в действии различные механизмы – например паровой двигатель, а также побывать в гробнице фараона Тутанхамона (в музее воссоздан ее точный макет) или на телестудии. Процесс познания мира можно продолжить в планетарии, оборудованном новейшими компьютерными проекторами, позволяющими моделировать самые неожиданные эффекты. Но самой популярной частью музея является конечно же Сад бабочек – трехэтажное стеклянное здание, где воссоздан уголок настоящего тропического леса с маленькими водопадами и ручьями; здесь практически в естественных условиях живут тысячи разноцветных бабочек, жуков и других экзотических насекомых со всех континентов. Порхающие в воздухе создания несказанной красоты и невероятных размеров садятся прямо на плечи и головы посетителей, что вызывает, как правило, бурю восторга не только у детей, но и у взрослых.

Музей в Хьюстоне регулярно принимает у себя разнообразные и интересные выставки со всего мира, и каждая становится настоящим событием в жизни города.

Музей американского джаза

Музей американского джаза расположен в Канзас-сити – городе, который называют «мировой столицей джаза». Этот гордый титул, как правило, присваивают городу сами жители Канзас-сити, однако нельзя отрицать, что в первой половине XX в. Канзас-сити действительно внес огромный вклад в развитие джазовой музыки; здесь даже родился свой собственный стиль – «джаз Канзас-сити», или канзасский джаз, близкий к традиционному 12-тактному блюзу, но с ярко выраженным танцевальным акцентом. По мнению многих историков музыки, именно канзасский джаз ближе всего подошел к тому, что через 25 лет получит название «рок-н-ролл». С джазовой сценой Канзас-сити 1920-х гг. связана целая плеяда выдающихся мастеров – Уолтер Пэйдж, Каунт Бэйси, Джимми Рашинг, Чарли Паркер, Биг Джо Тернер и другие. Поэтому нет ничего удивительного в том, что главный в Соединенных Штатах музей, посвященный истории американского джаза, располагается сегодня именно в Канзас-сити.

В собрании музея представлены редкие фотографии и записи известных музыкантов, памятные и личные вещи, связанные с именами таких легенд джаза, как Луи Армстронг, Дюк Эллингтон, Элла Фицджерадльд и Чарли Паркер. Последний, кстати, был уроженцем Канзас-сити, и посвященный ему раздел экспозиции особенно насыщен. В частности, здесь демонстрируются саксофон, принадлежавший Чарли Паркеру. Ряд выставок рассказывает о том уникальном вкладе, который внес Канзас-сити в развитие джазового искусства.

Музей обеспечивает несколько мест встреч для поклонников джазовой музыки, включая так называемую Синюю комнату. В 1930–1940-х гг. «Синяя комната» была одним из самых популярных ночных клубов Канзас-сити, где выступали многие известные мастера джаза. Сегодня обстановка этого ночного клуба полностью восстановлена в «Синей комнате» музея. Как и семьдесят лет назад, в стенах этого зала «в живую» звучит джаз, но только по вечерам, четыре раза в неделю, а все остальное время «Синяя комната» служит обычным музейным залом, где выставлены памятные экспонаты, связанные с именами легенд мирового джаза.

Четыре раза в год Музей джаза проводит специальные художественные выставки, посвященные музыке, бейсболу и культуре афро-американского сообщества.

Чили

Национальный музей истории Чили

Национальный музей истории Чили, расположенный в столице страны Сантьяго, был создан 2 мая 1911 г. по указу тогдашнего президента республики Рамона Барроса Луко. Его открытие было приурочено к празднованию 100-летия независимости страны. Основой коллекции музея стало собрание древностей и исторических реликвий, начало которому было положено еще в июле 1813 г., когда сенат республики принял план, предусматривающий создание в стране Национального института, Национальной библиотеки и Музея наук. Под нужды музея отводился один из залов Королевского университета Сан-Фелипе. В 1830 г. в Чили был приглашен французский ученый Клаудио Гай, ему поручались организация исследовательских экспедиций в глубь страны, сбор научного материала и организация на его основе музея. Таким образом, из объектов, собранных Гаем в его путешествиях, и родился в дальнейшем Национальный музей истории Чили.

В 16 залах музея в хронологическом порядке расположилась экспозиция, повествующая об истории Чили от доколумбовых времен до первых лет существования независимой республики. В ней представлены изделия из керамики, стекла и металлов, оружие, экипажи, облачения, литургические объекты, живопись, ювелирные украшения, изделия кустарного промысла, мебель и исторические реликвии, связанные с именами тех или иных общественных деятелей. Многие из этих предметов – дары различных президентов Чили, полученные музеем с момента его создания в 1911 г.

Национальный исторический музей обладает важной археологической коллекцией, сформированной на основании материалов раскопок, проводившихся на территории Чили многими ведущими учеными. Насчитывающая около тысячи предметов, она представляет все основные доколумбовы культуры Чили. Особо выделяются собрание памятников культуры Аконкагуа и чилийского варианта инкской культуры; так называемый комплекс Талтал, собранный знаменитым археологом Максом Уле и принадлежавший так называемой культуре крючков из раковин; «коллекция Тауш» – комплекс предметов, связанный с культурой индейцев, живших 6 тыс. лет назад на побережье Северного Чили. Стоянки древних людей, обнаруженные на побережье северной части Чили, имеют особую археологическую ценность, так как климат этих мест «консервировал» многие легко разрушающиеся предметы культурного обихода, прежде всего плетеные изделия и ткани. На таких стоянках археологи обнаружили удивительные мумии и еще более удивительных кукол, одетых в человеческие одежды и изображающих маленьких детей.

В собрании музея представлена большая коллекция огнестрельного и холодного оружия XVI–XX вв.: аркебузы, мушкеты, карабины, винтовки, пистолеты, револьверы, пулеметы, мечи, сабли и кинжалы. Многие из них принадлежали выдающимся персонажам чилийской истории. Музей обладает также весьма значительным собранием религиозного искусства, включая скульптуры, облачения, литургическую утварь.

Истоки этнографической коллекции берут свое начало в материалах, собранных еще Клаудио Гаем во время путешествий по чилийской глубинке. Особое значение имеет большое собрание предметов снаряжения коня и всадника – шпоры, стремена, седла, сбруя и т. п., многие из которых относятся к XVIII в. и выполнены из серебра и черного металла с инкрустациями из серебра. В экспозиции представлены также изделия кустарных промыслов из разных районов Чили: керамика, плетеные изделия из ивы, корней и волокон американской агавы, соломы. Нумизматическая коллекция музея насчитывает более 15 тыс. монет колониального и республиканского периодов, памятных медалей, дипломатических и военных наград.

Археологический музей Ла Серена

Расположенный на севере страны, на границе полупустынной засушливой зоны город Ла Серена – второй в списке самых старых городов Чили. Основанный в 1544 г., он славится своей великолепной колониальной архитектурой, обилием солнечных дней и мягкими морскими бризами, а также Археологическим музеем, где собрана прекрасная коллекция экспонатов, происходящих из Северной и Южной Америки, островов Тихого океана и охватывающих период с III тыс. до н. э. до XV в. н. э.

Созданный при поддержке городского муниципалитета, музей открылся 3 апреля 1943 г., а основу его коллекций составили материалы археологических раскопок в долине Эльки, где учеными были обнаружены поселения доколумбовой культуры Диагита. В I тыс. н. э. эти индейские племена населяли север Чили и северо-запад Аргентины; они занимались земледелием, гончарным делом и ткачеством, строили каменные жилища и ирригационные сооружения, обрабатывали золото и серебро.

Моаи – статуя с острова Пасхи

В дальнейшем коллекции музея пополнялись за счет новых археологических материалов и пожертвований частных лиц. Ныне в фондах музея насчитывается около 25 тыс. объектов, распределенных по трем секциям: палеонтология, археология и этнография.

Раздел палеонтологии представлен преимущественно окаменелостями позвоночных и беспозвоночных животных, особенно морских. Этнографическая часть экспозиции характеризуется прежде всего объектами материальной культуры главных этнических групп Севера Чили. Наиболее полно и разнообразно выглядит археологическая часть собрания. Она охватывает все региональные доколумбовы культуры чилийского Севера. Палеоиндейский (12000–8000 гг. до н. э.) и архаический (8000–200 гг. до н. э.) периоды представлены останками давно вымерших представителей фауны – американской лошади, мастодонта, болотного оленя, на которых охотились первые поселенцы этих мест, каменными орудиями труда, наконечниками копий, рыболовными крючками и гарпунами, а также загадочными камнями, которым рука доисторического человека придала разнообразные геометрические формы. До сих пор неясно, для каких целей предназначались эти камни.

Памятники культур Эль Молле (300–700 гг. н. э.) и Анимас (700–1000) отражают переход северочилийских индейцев к оседлой жизни и земледелию. Здесь представлен многочисленный погребальный инвентарь, свидетельствующий об усложнении системы религиозных верований, изделия из керамики, золота, серебра и меди, ювелирные украшения, орудия рыбной ловли и т. д. Культура Диагита (1000–1470) и эпоха инкского владычества (1470–1536) оставили после себя прекрасные керамические изделия с трехцветным – черным, красным и белым – орнаментом, ритуальные предметы, изделия из драгоценных металлов, резной кости и дерева.

Три зала отведены наскальному искусству Северного Чили, отличающемуся редкостным разнообразием форм. Отдельный зал посвящен культуре тихоокеанских островов. Здесь демонстрируется подлинная моаи – статуя с острова Пасхи, одна из немногих, находящихся за пределами острова, а также различные орудия труда и быта, изготовленные островитянами из дерева и камня, а также выполненная в масштабе модель острова Пасхи.

Азия

Бахрейн

Национальный музей Бахрейна

Национальный музей Бахрейна в столице страны Манаме открылся в 1988 г. Центром его экспозиции является большое собрание археологических материалов, занимающее три зала. В других залах развернуты выставки, рассказывающие о недавнем прошлом страны (XIX – первая половина XX в.). В День независимости Бахрейна, 16 декабря 1993 г., был открыт зал естествознания, посвященный флоре и фауне этой станы.

Наиболее важную и интересную часть собрания составляет археологическая коллекция. В одном из залов можно даже увидеть древний могильный холм, датирующийся приблизительно 2800 г. до н. э. Эта насыпь была привезена в музей из пустыни и тщательно воссоздана на новом месте. Другим важным экспонатом является глиняная табличка с клинописным текстом, на которой изображена сцена из шумерского эпоса о Гильгамеше. В тексте этого эпоса упоминается загадочная «страна Дилмун». Упоминания о Дилмуне (Телмуне; на аккадском языке – Мелухха) можно часто встретить в шумерских, вавилонских и ассирийских клинописных текстах III–II тыс. до н. э. Эта страна (или город-государство) описывается в них как богатое и цветущее царство – настоящий земной рай, «страна жизни», лежавшая далеко к югу от Месопотамии, «за горькой водой», «на восходе солнца». В этой счастливой стране, по представлениям шумеров, не знали ни о болезнях, ни о старости, ни о смерти, и была она одним большим цветущим садом: «В Дилмуне ворон не каркает, птица “иттидду” не кричит, лев не убивает, волк не хватает ягненка… Вдов здесь нет… Нет таких, которые бы говорили: “У меня болят глаза”. Нет таких, которые бы говорили: “У меня болит голова”. Нет старухи, которая бы говорила: “Я стара”. Нет старика, который бы говорил: “Я стар”…»

Всевозможные легенды об «островах блаженных» – не редкость даже для средневековья. Что уж говорить о временах еще более древних! Практически весь опыт обращения к подобного рода сказаниям свидетельствует, что, как правило, за ними не стоит ничего реального. И, тем не менее, «страна Дилмун» стала счастливым исключением из этого правила. Американский исследователь П. Корнуолл стал первым, кто попытался серьезно отнестись к этим древним сказаниям.

Где могла находиться «страна Дилмун»? В эпосе о Гильгамеше и ряде других источников сказано, что это «Страна, где восходит солнце». Шумерские и аккадские клинописные тексты сообщают о «кораблях из Дилмуна», которые привозили в Лагаш и Аккад золото, лазурь, драгоценные сорта деревьев. Глиняные таблички, найденные в древнем шумерском городе Уре, свидетельствуют о том, что Ур получал слоновую кость из Дилмуна. Может быть, это Индия? Но эти товары могли попасть в Месопотамию и через транзитную торговлю. И тогда база этой транзитной торговли могла находиться гораздо ближе – на юге Ирака, в Иране, на востоке Аравии.

В 1946 г., после тщательного изучения всех письменных источников, П. Корнуолл пришел к выводу: легендарный Дилмун следует отождествлять с Бахрейном. Этот остров, расположенный у южного побережья Персидского залива, примерно на полпути от устья Тигра и Евфрата к долине реки Инд и вполне мог играть роль центра транзитной торговли между Индией и Междуречьем.

Доказать правоту Корнуолла помогли археологические раскопки на Бахрейне и прилегающих к нему участках аравийского побережья. Вплоть до 1950-х гг. этот район в силу религиозных и политических причин был наглухо закрыт для европейских и американских ученых. Только в конце 1950-х гг. нефтяной бум открыл страны Персидского залива для внешнего мира. И тогда сюда пришли археологи.

Первое, что привлекло их внимание, – ныне знаменитые «сто тысяч» бахрейнских могил. Эти невысокие, присыпанные желтым песком курганчики были давным-давно пусты – их разграбили еще в древности, по меньшей мере два тысячелетия назад. Тем не менее загадка этих захоронений долгое время оставалась неразгаданной. Откуда на Бахрейнских островах – пустынных, продуваемых всеми ветрами, усыпанных гравием и обломками выветрившихся известковых скал – такое количество покойников? По поводу этого феномена была даже выдвинута популярная в свое время гипотеза, что Бахрейн служил гигантским кладбищем для какого-то народа, населявшего территорию Аравии или Южной Месопотамии и по каким-то причинам (ритуальным?) упорно хоронившего своих мертвых на Бахрейне. Некоторые исследователи полагали, что этим народом могли быть шумеры, непонятно почему, считавшие своей прародиной именно Бахрейн.

Пока специалисты ломали копья вокруг проблемы «ста тысяч могил», на самом Бахрейне и на востоке Аравии – от Кувейта на севере до Аджмана на юге – на протяжении полутора десятка лет тихо и методично работала небольшая датская археологическая экспедиция во главе с Дж. Бибби. Открытие, сделанное датчанами, было настолько невероятным, что археологи не стали спешить с публикацией результатов своих трудов, а вместо этого несколько лет тщательно и продуманно выстраивали собранные факты в единое целое. Наконец, исследователи опубликовали свои сенсационные заключения. На первый взгляд они могли показаться фантастическими, но скрупулезность датчан внушала уважение и доверие к их выводам.

А выводы были следующими: Бахрейн был заселен в глубокой древности, и его загадочные могилы никак нельзя приписывать соседним народам. Датские археологи обнаружили и раскопали поселения и могильники совершенно неизвестной древней цивилизации III тыс. до н. э. – «культуры Барбар». Центром ее был остров Бахрейн. Археологи отыскали здесь руины большого города, остатки величественного храма, несколько маленьких поселков. Возраст этих поселений и построек составлял 5 тыс. лет – именно тогда, согласно клинописным текстам Двуречья, легендарный шумерский герой Гильгамеш отправился в свое долгое путешествие по трем царствам земным. Еще недавно специалисты спорили, насколько вообще достоверен этот миф. И вот теперь выходило, что некоторые сведения о странствованиях Гильгамеша не выдуманы.

Дж. Бибби убедительно связал открытую на Бахрейне цивилизацию с легендарной «страной Дилмун». Многочисленные находки – резные стеатитовые печати, бусы, изделия из меди и слоновой кости – показали, что в III–II тыс. до н. э. Бахрейн был тесно связан с двумя древнейшими цивилизациями мира – Шумерской и отстоящей от нее на многие тысячи километров цивилизацией долины Инда, играя важную посредническую роль в оживленной морской торговле. Смутные догадки о том, где проходил древний путь из Двуречья в Индию, теперь нашли свое материальное подтверждение: эта дорога пролегала через Бахрейн. Именно отсюда, как оказалось, происходят круглые каменные печати, ставившие в тупик археологов и при раскопках и в Шумере, и в Индии. На Бахрейне при раскопках древнего города и храма были найдены сотни таких печатей. Морская торговля между городами междуречья Тигра и Евфрата и городами долины Инда, главным посредником в которой выступал Бахрейн, была на редкость интенсивна. Она начала развиваться приблизительно с 2600 г. до н. э. По всей видимости, с востока в Месопотамию везли древесину (включая драгоценные породы), слоновую кость, лазурит, золото, полудрагоценные камни, жемчуг и раковины из Персидского залива. Из городов Двуречья в города долины Инда отправляли серебро, олово, шерстяные ткани, оливковое масло и зерно. Интересно, что меры веса, используемые в древнем Димуне (Бахрейне), соответствовали мерам веса, используемым в городах долины Инда, и не имеют ничего общего с мерами веса, использовавшимися в ту пору в Южной Месопотамии.

«Золотой век» древнего Бахрейна приходится приблизительно на 2200–1600 гг. до н. э. В середине II тыс. до н. э. цивилизация долины Инда внезапно и загадочно погибает. Вместе с ней уходят в прошлое и старые торговые связи. Дилмун-Бахрейн стремительно теряет свое значение крупнейшего торгового центра Ближнего Востока. В VIII в. до н. э. Дилмун упоминается как вассал Ассирии, и до 600 г. до н. э. он был полностью включен в состав Нововавилонского царства. В последующие годы «страна Дилмун» надолго приходит в полное забвение.

В эпоху арабского средневековья Бахрейн играл заметную роль в торговле пряностями и благовониями. Сегодня в экспозиции Национального музея можно увидеть множество прекрасных изделий из керамики и стекла, а также образцов арабской каллиграфии, включая редкие по красоте и тщательности исполнения рукописные книги Корана. Здесь же хранятся другие старинные рукописи теологического, астрономического, исторического содержания. Отдельный раздел собрания посвящен добыче жемчуга – традиционному промыслу бахрейнцев, процветавшему на острове до того, как здесь были открыты богатейшие нефтяные месторождения. Другим традиционным промыслом, процветавшим на Бахрейна на протяжении многих веков, являлось судостроение. Здесь строились мореходные арабские парусники – доу. В экспозиции музея демонстрируются как модели этих парусников, так и подлинные образцы мастерства бахрейнских корабелов. А в одном из залов музея воссоздана подлинная обстановка арабского рынка («сук») 1930-х гг., с лавками, наполненными изделиями народных промыслов, которые когда-то были широко распространены на острове и сохраняются до сих пор, хотя и в значительно меньшем объеме.

Музей «Дом Корана»

Уникальный музей «Дом Корана» («Бейт аль-Коран»), расположенный в столице Бахрейна Манаме, посвящен исключительно Корану – священной книге мусульман, и произведениям искусства, вдохновленным Кораном. Создателем этого музея, ныне широко известного во всем исламском мире, был Абдул Летиф Хасим Кано, по профессии инженер, выходец из влиятельной местной семьи и сам крупный общественный деятель. На протяжении многих лет он коллекционировал средневековые коранические рукописи. Со временем его коллекция значительно разрослась, включив в себя множество редких рукописей Корана, являющих собой великолепные образцы арабской каллиграфии. Это собрание и стало источником собрания музея «Бейт аль-Коран», которое ныне является одной из крупнейших в мире коллекций коранических рукописей, и единственным в мире, посвященным исключительно Корану.

Музей был открыт для публики 12 марта 1990 г. Его комплекс, построенный в традициях исламской архитектуры, включает в себя пять выставочных залов, мечеть, аудиторию и библиотеку. Музей одновременно является крупным исследовательским центром; он занимается, в частности, субсидированием академических исследований в области коранических наук, и обладает обширной научной библиотекой.

Коллекция музея включает в себя рукописные экземпляры Корана, происходящие из всех областей обширного исламского мира, от Китая до Испании и от Средней Азии до Африки, охватывая период с первого века исламской эры до настоящего времени. Здесь представлены все традиции и стили арабской каллиграфии. Некоторые рукописи являются настоящими произведениями искусства, например, прекрасно иллюстрированный экземпляр Корана, созданный в XII в. в Персии, или украшенная золотом рукопись XVI в. Здесь можно увидеть и совсем миниатюрные копии Корана размером в ладонь, и суры Корана, написанные на зернышках риса. В связи с тем что многие старинные рукописи имеют весьма почтенный возраст, в залах музея действует специально разработанная система искусственного микроклимата, позволяющая обеспечить условия, необходимые для хранения древних книг.

В экспозиции «Дома Корана» демонстрируются также переводы Корана с арабского на другие языки и многочисленные произведения средневекового арабского искусства.

Израиль

Музей Израиля

Этот музей был создан в середине 1960-х гг., и его коллекции, может быть, пока уступают собраниям самых знаменитых музеев мира. Однако Музей Израиля обладает своими уникальными достоинствами. Сюда посетители приходят зачастую для того, чтобы побыть среди произведений искусства, а не только для знакомства с ними. Здание музея окружено большим парком-садом, спланированным скульптор Исаму Ногучи. Здесь можно посидеть на скамье, которая является настоящим скульптурным шедевром: Исаму Ногучи категорически отверг все просьбы поставить в парке традиционные скамейки для отдыха. Сегодня в этом саду разместилась прямо под открытым небом скульптурная часть музейной экспозиции, где выставлены произведения знаменитых мастеров пластики: Родена, Майоля, Пикассо, Мура, Марини, Вотруба, Вазарели, а также работы израильских скульпторов.

В залы музея ведет лестница, обрамленная иерусалимскими соснами и оливковыми деревьями. На площадках, усыпанных гравием, стоят бронзовые отливки работ Родена, Бурдена, Майоля. Здесь же и абстрактная скульптурная композиция Генри Мура с плавными контурами, прозеленью на темно-полированной бронзе и гулом, когда по ней изо всех сил ударишь кулаком. Почти всегда по этой скульптуре ползают дети, но на бронзе не остается ни малейшей царапинки.

Музей Израиля – крупнейший музей страны. Он расположен на вершине холма, напротив здания Кнессета, и виден издалека. Более тридцати лет назад архитектор Альфред Мансфельд из Хайфы – выходец из России, один из тех людей, что приехали на эту землю задолго до образования государства Израиль и во многом определили его интеллектуальную жизнь – взялся за проектирование музея, но и сегодня его здание не рассматривается как нечто завершенное. Многое еще впереди. Архитектор создал гибкую систему связанных друг с другом зданий-модулей, к ним можно пристраивать множество других модулей. Такие ответвления могут идти от центрального зала по нескольким направлениям. С разных точек обзора музей воспринимается совершенно по-разному.

Музей Израиля открыл свои двери в 1965 г. Как и многие другие музеи, основанные в XX в., он является скорее центром просвещения, чем сокровищницей произведений искусства. Ему чужда специализация, поэтому собрание барабанов, щитов и оружия жителей Новой Гвинеи может соседствовать с залом импрессионистов, где размещены полотна Ренуара, Утрилло и Пикассо. Коллекции произведений доколумбовой Америки, поразительные по своему богатству, собрал в наши дни и с царской щедростью подарил музею один частный коллекционер.

В экспозиции музея отражены три главных периода истории еврейского народа: библейские времена, две тысячи лет диаспоры и история современного Израиля. Археологический раздел (как и подобные ему в других музеях мира) начинается с коллекции, найденной в одном из первобытных захоронений. Перед посетителями вереницей проходят экспонаты, свидетельствующие о жизни и быте царей израильских, а также царей римского и эллинистического периодов. Каменные ножи, бронзовые рукояти мечей как будто только вчера были отполированы для царей Ханаана…

В свое время археологический отдел приобрел коллекцию, собранную выдающимся политическим и военным деятелем Израиля Моше Даяном. Археология была его увлечением, его страстью, порой небезопасной. Однажды во время археологических раскопок он был даже серьезно ранен обрушившимся сводом древней постройки. Не раз Моше Даяна упрекали в использовании своего положения и даже армейского оборудования для пополнения собственной коллекции. Но его известность и обаяние его личности были таковы, что ему многое прощалось. Впоследствии наследники продали богатейшую коллекцию музею по цене во много раз ниже ее рыночной стоимости. Так сокровища Моше Даяна попали туда, где им и предполагалось быть с самого начала. Археологическое хобби позволило этому известному человеку написать интереснейшую книгу «Жить с Библией». Вот, например, всего лишь небольшой отрывок из нее – о каменной маске с Хевронских гор:

«Мне удалось приобрести культовый предмет из этих мест – поразительную маску. Французский археолог Жан Перо считает, что ей 9000 лет! Маска сделана из камня, и по краям ее просверлены дырочки, чтобы привязывать к голове. Помимо почтенного возраста, замечательно в ней выражение физиономии: круглые глаза, маленький нос и торчащие, оскаленные зубы. Лицо человеческое, но выражающее трепет. Если есть на свете сила, отвращающая духов и чертей, то это, безо всякого сомнения, такая маска. Эта редкостная вещь была найдена случайно. Араб-поденщик, который пахал поле на тракторе, задел ее своим плугом. Торговец древностями Ибрагим аль-Маслем из деревни Идна купил маску и перепродал мне».

В основу отдела еврейского искусства диаспоры легло собрание Академии художеств и прикладного искусства «Бецалель». В начале XX в. профессор Борис Шац создал в Иерусалиме Школу искусств и ремесел и сразу же стал налаживать связи с художественным еврейским наследием – с тем, что было сделано талантливыми еврейскими мастерами в течение многих веков в Германии, Йемене, Марокко и других странах. Сегодня период диаспоры представлен в музее уникальной коллекцией этнографических материалов, иллюстрирующих повседневную жизнь и профессиональные занятия членов еврейских общин – как сельских, так и городских – в различных странах мира. В их числе – одежда, ювелирные украшения, рукописные манускрипты и предметы культа. Здесь можно воочию увидеть две старинные синагоги, которые в разобранном виде были перевезены в Иерусалим из Европы и здесь вновь собраны в специально построенных для них залах. В других залах музея хранятся превосходные коллекции ханукальных светильников (их зажигают во время праздника Хануки), коробочки для благовоний, употреблявшихся при обряде «авдалы» – расставание с субботой, подсвечники, пасхальные блюда, украшения для свитков Торы. Посетителей поражает разнообразие материалов, из которых они сделаны. При этом создавших их мастеров разделяют не только века, но и страны и даже континенты.

Вот, например, коллекция Иосифа Штиглица, история ее похожа на детектив. Свою коллекцию краковский антиквар Иосиф Штиглиц начал собирать еще до Второй мировой войны. Себе он оставлял самое лучшее, а так как он в своем деле был толковым специалистом, то в его коллекции нет вещей второразрядных. Когда в 1939 г. немцы напали на Польшу, Штиглицу и его семье пришлось бежать. Бесценное собрание спрятали его друзья – польский профессор Кульчицкий и сотрудники музея в Вавельском замке. Штиглиц и его семья добрались до Львова, занятого Красной армией. Отсюда его, как и большинство других польских подданных, выслали в Сибирь. В годы войны он был перевезен в Среднюю Азию. Время было тяжелое, и многие люди продавали семейные реликвии, чтобы купить хлеб. Кто-то их приобретал, а кто-то должен был и определять подлинность вещи и ее ценность. Занимаясь экспертизой, Штиглиц познакомился с писателем Алексеем Толстым и кинорежиссером Сергеем Эйзенштейном.

Иерусалим. Храм Книги

После войны Иосиф Штиглиц переехал в Израиль и вскоре открыл в Тель-Авиве антикварный магазин. В биографии антиквара есть просто-таки поразительные эпизоды. Однажды в Нью-Йорке ему сказали, что в одной из местных синагог есть старинные деревянные резные двери для «арон-кадеш» – шкафа, в котором хранятся свитки Пятикнижия. Штиглиц приехал просмотреть и… узнал двери из синагоги своего родного города Кракова. Ему удалось купить их только при условии, что он закажет за свой счет копию двери у хорошего мастера.

Разраставшаяся коллекция переполняла не слишком просторную квартиру Штиглица. Родственники и друзья, приходя в гости, пили вино из старинных кубков, а во время пасхальных трапез читали традиционные рассказы по рукописи XVI в. На склоне лет знаменитый антиквар решил расстаться со своими сокровищами, и, конечно, самым лучшим местом для них стал Музей Израиля в Иерусалиме.

К бесценным сокровищам музея относятся свитки Мертвого моря, для хранения которых был построен специальный павильон – «Храм Книги». Эти манускрипты двухтысячелетней давности были случайно найдены в 1947 г. бедуинами в Кумранских пещерах неподалеку от Мертвого моря. Кумранские рукописи пристально изучаются учеными всего мира. Они относятся к периоду от II в. до н. э. до 68 г. н. э., и часть из них представляет собой различные версии доканонического текста Библии. Среди них – свиток длиной семь метров, содержащий подлинный текст Книги пророка Исайи. Другие свитки содержат правила жизни в соответствии с законом Моисея, принятые в кумранской общине отшельников.

Павильон, спроектированный американскими архитекторами Фредериком Кеслером и Армандом Бартосом, привлекает внимание необычной формой купола: она соответствует форме крышек амфор, хранящих кумранские рукописи. Контрастируя с этим с белоснежным куполом, поднимается рядом с ним черная базальтовая стена – как олицетворение Света и Тьмы, символ вечной борьбы между сыновьями Света и Тьмы, об этом говорится в одном из кумранских свитков. «Храм Книги» расположен почти целиком под землей, снаружи виден только его белый купол. Подземная галерея ведет в круглый зал, где хранятся бесценные манускрипты.

В 1990 г., к 25-летию музея, открылся отдел современного искусства. В его двенадцати залах – полотна Пикассо, Матисса, Хуана Миро, акварели Бакста, ранние работы Василия Кандинского. Приобретать произведения старых мастеров становится все труднее. Кто, например, сейчас продаст полотна Рафаэля, Гойи, Рубенса? Израильтяне очень переживали, что их музей беден работами старых мастеров. Но вот кто-то (пожелавший остаться неизвестным) дарит музею прекрасный пейзаж Яна Ван-Гойена, кто-то дал в экспозицию (не оговаривая срока) подлинного Рембрандта. И собрались постепенно пейзажи Ван Гога и Левитана, полотна Коро, Курбе, Писарро, Ренуара, Пикассо, Марка Шагала… Есть в музее и филиал для детей – так называемый флигель Рут Янг, занимающий несколько больших павильонов. Он имеет собственную экспозиционную галерею. Есть здесь кружки лепки и рисования, керамики и эстампа, проводятся выставки.

Музей Рокфеллера (Палестинский археологический музей)

Земля Палестины древняя, как сама история. Материальные свидетельства этой истории сегодня захоронены глубоко в скалистых холмах и песках, но повествования о ней вновь и вновь оживают на страницах Библии, потрясая ужасающими страданиями и бесконечным горем и чудесами добра и любви. Однако лишь в конце XIX в. пески Ближнего Востока начали раскрывать свои тысячелетние тайны, проливая новый свет на историческую достоверность Священного Писания.

За последние 100 лет библейская археология претерпела радикальные изменения. Прежде ее внимание было сосредоточено на поисках предметов материальной культуры с одной лишь целью – доказать или опровергнуть истинность Библии. К 1960-м гг. исследователи пришли к выводу, что такой подход оставил множество свидетельств нерассмотренными, пропущенными и даже безвозвратно утраченными. С того момента штаты сотрудников, ведущих раскопки, стали пополняться экспертами из других областей: геологами, климатологами, зоологами, антропологами и даже компьютерщиками – для того чтобы решать вопросы, прежде никогда не рассматриваемые. Выросли и темпы исследований, и количество групп исследователей, что дало результаты, имеющие огромное значение для изучения библейской истории. Полученные данные подтверждают: практически все Священное Писание исторично.

Иерусалим. Музей Рокфеллера

Многие ученые сегодня уверены, что Библия станет бесценным инструментом в исследованиях археологов. Профессор Кеннет Китчен, египтолог Ливерпульского университета, замечает, что археология и Библия «довольно хорошо сосуществуют». Труди Дотен, эксперт по изучению наследия филистимлян из Еврейского университета в Иерусалиме, считает, что без Библии мы не знали бы даже о существовании тех же филистимлян, или «народов моря», легендарных ахейских племенах, враждовавших с египтянами. Американец Кеннет Холум из Мэрилендского университета призывает к спокойствию: «Самое главное в нашей работе – не пытаться доказать или опровергнуть Библию. Только тогда ученые смогут понять древние культуры». Так или иначе, полученные результаты проливают свет на события тех далеких времен, когда формировались иудаизм и христианство.

Кем же были древние израильтяне? Откуда пришли эти люди, которым суждено было завладеть землей, разрываемой как тогда, так и сейчас, острыми политическими конфликтами?

Еще век назад историки и исследователи Священного Писания пришли к заключению о достоверности библейского летосчисления с момента возникновения Израиля. Самые последние данные археологических раскопок вряд ли будут утешительными для тех, кто продолжает оспаривать уже вполне очевидный факт того, что под оболочкой ветхозаветных историй – прочное историческое ядро. Пока в распоряжении современной археологии немного свидетельств периода бронзового века (2000–1500 гг. до н. э.), подтверждающих абсолютную точность библейского летосчисления. Нет пока и внебиблейских ссылок на события, связанные с именем Авраама, подробно описанные в Книге Бытия. Зато есть множество материальных свидетельств, подкрепляющих другие библейские события.

Датировка исхода евреев из Египта долго оставалось предметом споров. В Ветхом Завете (1-я Цар., 6: 1) говорится, что это событие произошло за 480 лет до того, как Соломон начал строить храм в Иерусалиме, то есть приблизительно в 1446 г. до н. э. Но большинство исследователей Библии оспаривали эту дату, ибо она противоречила другим библейским текстам. Во второй книге Пятикнижия (Исх. 1: 11), например, отмечено, что иудейские рабы выстроили в ту пору для египетского фараона целые города, Пифом и Рамсес. Многие ученые полагают, что последний – это Пер-Рамсес, город в дельте Нила, заложенный Рамсесом II (конец XIII в. до н. э.). Исход евреев по времени совместим и с самой ранней, известной на сегодня внебиблейской ссылкой на Израиль – надписью на стеле фараона Мернептаха. Надписи на гранитном монументе, найденном в заупокойном храме Мернептаха в Фивах, свидетельствуют, что именно евреи были инициаторами военной кампании в Ханаане около 1200 г. до н. э.

После сорокалетних скитаний, согласно Библии, евреи пересекли реку Иордан и вторглись в Ханаан, захватывая один за другим города, пока не овладели всей Землей обетованной. Руины сотен маленьких поселений, датируемых XIII–XI вв. до н. э., совсем недавно были обнаружены в Галилее и ее окрестностях. Ученые поспешили связать эти участки с присутствием древних израильтян. Но было ли их заселение Ханаана мирным? Как говорит И. Финкельштейн, археолог из университета в Тель-Авиве, «археологи все-таки склонны верить в военное завоевание. Это больше, нежели просто вероятность». Дискуссия о появлении израильтян в Ханаане продолжается.

Некоторые исследователи до недавнего времени считали мифическим персонажем царя Давида – теория, в значительной степени основанная на отсутствии внебиблейских ссылок на существование легендарного царя. Однако в последние годы израильским археологам удалось сделать удивительные открытия, имеющие отношение к сразу двум весьма значительным библейским фигурам. Речь идет о древнеарамейской надписи на камне, найденной в северном Израиле и датируемой IX в. до н. э., в которой упоминается имя царя Давида, и о могиле I в. н. э., где, по мнению ученых, покоятся останки Каиафы – 69-го иудейского первосвященника, участника синедриона, осудившего на смерть Иисуса Христа. В обоих случаях это – первые археологические свидетельства существования упомянутых фигур вне страниц Библии. «Эти находки чрезвычайно важны, – комментирует Джеймс Хоффмейер, руководитель занятий по изучению библейской археологии в Уитонском колледже, штат Иллинойс – Они безусловно дадут пищу для размышлений».

В наши дни еще множество библейских тайн ждут своего раскрытия. Что мы можем знать об Иисусе Христе? Если бы Достоевский описал жизнь Христа, говорится где-то у Ницше, мы знали бы о нем гораздо больше. Но историю основателя одной из крупнейших мировых религий написал не Достоевский, а евангелисты Иоанн, Лука, Матфей и Марк, книги которых вошли в Новый Завет. Несмотря на то, что множество мест в современном Израиле, от церкви Рождества Христова в Вифлееме до храма Гроба Господня в Иерусалиме, сыгравшие решающую роль в жизни Иисуса Христа и истории ранней церкви, уже могут служить неоспоримым доказательством свидетельств евангелистов, восстановление подлинной историчности событий археологии пока еще недоступно. Профессор истории из университета в Майами Эдвин Ямаучи считает: «Археология может дать нам новые сведения о распятии Христа, но она ничего не может сказать относительно его воскресения». Если в самом деле грядет «золотая» эра библейской археологии, то ученые в один голос заявляют, что подобное возможно только после установления долгосрочного мира на Ближнем Востоке.

Раскопки древних городов продолжаются и сегодня. Многие материалы, найденные в Галилее, Иудее и других местах, продолжают проливать свет на библейские тайны. Уже много лет археологи исследуют руины Иерихона – древнейшего города на нашей планете, возраст которого насчитывает более десяти тысячелетий. В Палестине найдены знаменитые Кумранские свитки, окончательно подтвердившие историчность Библии. Ученые обнаружили здесь и множество давно забытых древних поселений, названия которых встречаются лишь на страницах Ветхого Завета.

Ворота Ирода, расположенные в северо-восточной части Иерусалима, тоже напоминают о библейском персонаже. Иногда их называют еще «Цветочные» – из-за украшающих их цветочных гирлянд. А прямо напротив них высится здание Музея Рокфеллера. Ранее он назывался Палестинским археологическим музеем. По преданию, именно на этом месте располагался лагерь Готфрида Бульонского накануне решающего штурма Иерусалима в 1099 г.

В ходе археологических раскопок, которые велись на Святой земле в первые десятилетия XX в., учеными было найдено множество интереснейших памятников самых разных эпох. Требовалось позаботиться о достойном месте для их хранения и демонстрации. И тогда американский миллионер и филантроп Джон Д. Рокфеллер пожертвовал два миллиона долларов на строительство, оборудование и содержание музея. Британские власти, управлявшие Палестиной по мандату Лиги Наций, также приняли участие в субсидировании строительства.

Рокфеллер выдвинул два условия: во-первых, музей должен стать именно археологическим, а не музеем естественных наук, а во-вторых, музейные экспозиции должны освещать роль, которую народы, населявшие Святую землю, сыграли в мировой истории.

Местоположением музея был выбран холм против северо-восточного угла Старого города. Проектирование здания было поручено Остину Харрисону, главному архитектору Департамента общественных работ. Харрисон, на счету которого к тому времени было уже много выдающихся проектов, отнесся к созданию музея как к главному делу своей жизни. С целью изучения музейных зданий он специально съездил в Европу: в своем творении архитектор хотел совместить элементы европейской и средиземноморской культуры. К сожалению, когда наконец в 1938 г. строительство было завершено, ни его автор, ни жертвователь не присутствовали на открытии и не смогли увидеть свое детище во всей его красе.

Во время строительства земля Палестины в очередной раз преподнесла сюрприз: когда начали рыть котлован под фундаменты будущего музея, оказалось, что на этом участке находятся древние захоронения эллинистической, римской и византийской эпох! Строительство пришлось приостановить до тех пор, пока ученые не исследовали этот неожиданный подарок судьбы.

Здание музея сооружено из камня и армированного бетона. По настоянию Рокфеллера, конструкции была придана повышенная сейсмическая устойчивость. Фасады музея выдержаны в духе английского неореннесанса; его восточный характер особенно ярко проявился в таких деталях, как входные арки, обильно украшенные армянскими изразцами, двери, выполненные из турецкого орехового дерева, внутренний дворик, образ которого навеян легендарной Альгамброй в Испании. Этот изумительный внутренний дворик украшен камнем, на котором английский художник Эрик Галл изобразил народы, населявшие Палестину на протяжении веков: ханаанеев, евреев, египтян, финикийцев, ассирийцев, персов, вавилонян, греков, римлян, арабов, крестоносцев, мамлюков и турок.

В Музее Рокфеллера хранятся ценнейшие археологические коллекции, начиная от доисторической эпохи до XVIII в. В двух главных галереях выставлены многочисленные находки, обнаруженные в Иерусалиме и его окрестностях в XIX и первой половине XX в. Предметы, выставленные в первом восьмиугольном зале, относятся к древнейшему периоду истории Палестины. Они были найдены в районе Бейт-Шеан и в Иерихоне. Другие залы посвящены ханаанскому, израильскому, арабскому и османскому периодам. Здесь можно видеть кусок плиты с греческой надписью, вынутый, как полагают, из особого ограждения вокруг знаменитого Иерусалимского храма, построенного царем Соломоном.

Отдельная экспозиция посвящена находкам, обнаруженным на развалинах библейского города Гезер. Холм, где располагался город, господствовал над стратегически важной дорогой, ведущей к побережью. Царь Соломон обратил Гезер в сильную крепость. Позже она была разрушена ассирийцами. Сегодня в музее демонстрируются сделанные в Гезере находки, включающие посуду 5000-летней давности, украшения и предметы домашнего обихода.

В музее можно видеть и страшный, единственный в современной археологии экспонат: кость человеческой ноги с застрявшим в ней ржавым гвоздем. Эта находка, сделанная 30 лет назад при раскопках в северной части Иерусалима, является первым достоверным археологическим подтверждением точности евангельского рассказа о распятии Христа. Она наглядно демонстрирует, как именно римские солдаты распинали осужденных на смерть…

При реставрационных работах, начатых в древнем городе Кесарии уже после провозглашения Государства Израиль, был обнаружен камень с высеченным на нем именем прокуратора Иудеи Понтия Пилата. Эта надпись – первое и пока единственное археологическое доказательство того, что Понтий Пилат – историческая личность. Надпись была сделана римскими легионерами, занимавшимися починкой водопровода. Затем этот камень был использован как строительный материал во время ремонта театра. Сейчас он выставлен в Музее Рокфеллера.

С 1968 г. Музей Рокфеллера является частью Музея Израиля.

Музей библейских стран

Музей библейских стран в Иерусалиме не имеет никаких, даже самых отдаленных аналогов в мире. Расположенный в сердце трех главных монотеистических религий мира, он рассказывает о библейском периоде в истории различных стран и народов, упоминающихся в тексте Библии. Создавая этот музей, его основатель Элия Боровский (1913–2003) исходил из того, что Библия – дар Бога народу Израиля, сегодня распространилась фактически по всему миру, на территории, несравненно более обширной, чем территория древнего Израиля. На Библии построена вся западная христианская цивилизация, Библия определяла ее историю на протяжении многих веков. «Будущее человечества имеет свои корни в прошлом, – часто повторял Элия Боровский, – и только через понимание нашей общей истории мы можем наладить сотрудничество в настоящем, чтобы создать лучшее будущее для новых поколений». По замыслу его создателя, Музей библейских стран должен был стать музеем универсальной истории человечества, где люди разных религий вновь и вновь могли бы прикоснуться к библейской истории и обратиться к этике Библии.

В Музее библейских стран

Музей библейских стран открылся в мае 1992 г. В основу его собрания легла частная коллекция его основателя, Элия Боровского. Экспозиция, развернутая в двадцати залах, охватывает период в четыре тысячелетия, от 3500-х гг. до н. э. до 500-х гг. н. э. Перед глазами посетителя проходит вся история народов, живших в ветхозаветную эпоху: евреев, ханаанеев, арамеев, финикийцев, хеттов, филистимлян, шумеров, ассирийцев, вавилонян, эламитов, персов, египтян, греков, римлян.

Экспонаты музея происходят из разных областей Ближнего Востока и Египта и охватывают широчайший спектр жизни древних обществ: религиозные верования, общественную жизнь, торговлю, сельское хозяйство, науку, пути сообщения. Здесь можно увидеть изделия мастеров древности, изготовленные из глины, камня, кости, алебастра, фаянса, стекла и металла, редкие образцы изделий из кожи и ткани, объекты ритуального назначения и орудия повседневного труда. Особый интерес вызывают многочисленные – около 600 – цилиндрические печати с причудливыми рисунками и надписями, сделанными клинописью, и глиняные таблички с клинописными текстами. В этих надписях нередко упоминаются имена тех же самых исторических лиц, которые известны нам из текстов Библии. Этот и другие факты свидетельствуют о том, что культурно-историческая среда, в которой создавалась Книга Книг, была в значительной степени однородна для всего Ближнего Востока и что евреи не были изолированы от своих соседей. Один из залов музея посвящен истории Исхода евреев из Египта.

Особенно интересен зал, где представлена история зарождения и развития письменности. Здесь можно познакомиться с образцами различных видов пиктографического письма, использовавшегося различными народами Ближнего Востока на ранней стадии их развития, самыми первыми образцами клинописных надписей на глиняных табличках, происходящих из Месопотамии, древнеегипетскими иероглифическими текстами на камне и папирусе, образцами финикийского алфавитного письма. Дальнейшая история развития письменности связана с памятниками культуры, оставленными нам цивилизациями Древней Греции, Рима, раннеисламского Востока.

Завершает экспозицию галерея, посвященная истории раннего христианства, где представлены монеты эллинистического и римского периодов, фрески из Помпей, византийские мозаики V в., рукописные книги Библии, переведенные на латинский и греческий языки.

Мемориальный комплекс Яд ва-Шем

Мемориальный комплекс Яд ва-Шем – место преклонения перед памятью шести миллионов евреев, ставших в 1933–1945 гг. жертвами нацизма. Эта трагедия в английском, а потом и во многих других языках получила название Холокост. В иврите используется другой термин – Шоа (Катастрофа).

Мемориал Яд ва-Шем расположен на холме Памяти, к западу от горы Герцля. Решение о его создании израильское правительство приняло в 1953 г., спустя 8 лет после окончания Второй мировой войны, а в 1957 г. Яд ва-Шем открыл свои двери для посетителей. Первоначально мемориал был рассчитан на 300 тыс. посетителей в год, однако в последнее время его посещают свыше миллиона человек ежегодно.

Яд ва-Шем (буквально – «память и имя») – это не просто музей. Его полное название – Израильский национальный институт памяти жертв Катастрофы и героизма. На площадке перед мемориалом высится тридцатиметровая колонна с высеченным наверху словом «цхор» – «помни». Оно кратко выражает главную задачу мемориала, который создан для увековечивания памяти евреев, уничтоженных нацистами, и для сохранения исторической памяти с целью передачи ее грядущим поколениям, чтобы подобное никогда больше не повторилось. В его структуру входят международный институт по изучению Холокоста, архивы, библиотека, музей, посвященный памяти жертв Холокоста. Здесь собраны 55 млн страниц документов, около 100 тыс. фотоснимков, тысячи видеопленок с хроникой Холокоста. Все это находится в свободном доступе и является более чем наглядным предупреждением всем народам об опасности человеконенавистнических идеологий, расизма и антисемитизма.

Катастрофа европейского еврейства отличается от всех других видов массовых убийств, когда-либо совершавшихся на протяжении человеческой истории. Впервые геноцид был провозглашен краеугольным камнем идеологии, ставшей «национальной идеей» целого государства и пустившей свои метастазы далеко за пределы Германии. Суть этой идеологии была незамысловата, как мычание осла: «арийцы» – это раса господ. Славяне – это раса рабов. Евреи – неполноценная раса, подлежащая уничтожению. Христианство – выдумка евреев и тоже подлежит уничтожению, но попозже…

Иерусалим. Яд ва-Шем

Быковатые партийные вожди разъясняли нации «задачи текущего момента». Благообразные доктора наук, отрабатывая партийный паек, облекали эти идеологические установки в наукообразные теории. Белокурые и голубоглазые болваны, вдохновленные этими теориями, шли убивать. Результат – миллионы убитых, умерших от голода, холода, болезней, замученных пытками и страшными «арийскими» экспериментами над людьми, задушенными в газовых камерах, сожженных в печах крематориев…

Но даже в гитлеровской Германии было немало людей, находивших в себе силы противостоять злу. Еще больше их было за ее пределами. Рискуя своей жизнью, граждане многих стран мира, люди разных национальностей, спасали евреев от рук нацистов, порой даже в концлагерях. Польский учитель Януш Корчак добровольно отправился в лагерь смерти вместе со своими подопечными – еврейскими детьми. Сегодня имя Януша Корчака носит парк, разбитый вокруг мемориального комплекса Яд ва-Шем. Вдоль аллеи, ведущей к парку, высажены деревья в память о «праведниках всех народов» – людях, спасавших евреев от уничтожения. Аллея Праведников постепенно переходит в Сад Праведников. Это целый лес! Под каждым деревом – табличка с именем каждого из спасителей и название страны, где он совершил свой подвиг. Работа по поиску праведников продолжается до сих пор, иногда расследование того или иного героического поступка длится годами. На сегодняшний день звания «праведник всех народов» удостоено около 18 тыс. человек из 36 стран.

Рядом со зданием музея – две работы скульптора Натана Раппопорта, «Последний путь» и «Восстание в гетто». У входа – монумент «Стена Катастрофы и героизма» скульптора Нафтали Безема. Экспозиция музея в хронологическом порядке рассказывает обо всех этапах Катастрофы. Подлинные вещи, фотографии, документы – собранные воедино, они оставляют незабываемое впечатление даже на тех, кто хорошо знает историю XX в.

В залах, посвященных приходу нацистов к власти, – экспонаты, рассказывающие о зарождении нацистского движения, создании эсэсовских организаций, образчики гитлеровской пропаганды, с помощью которой нацистские идеологи готовили будущих убийц. Здесь есть, например, детская настольная игра под названием «Покончим с евреями». Надо полагать, в свое время она доставила немало радости «арийским» детям, счастливо жившим под мудрым руководством «вождя» Адольфа Гитлера… А вот наглядные плоды этой пропаганды: вагон для перевозки скота, в котором людей вывозили в концлагеря, баллоны с отравляющим газом «Циклон Б», гора обуви, оставшаяся от людей, отправленных в печи крематория, ссохшиеся абажуры и сумочки, изготовленные из человеческой кожи, свалявшиеся матрацы и подушки из человеческих волос…

В Детском мемориале мало кто может удержаться от слез. В полутьме, освещаемой трепещущими огоньками горящих свечей, над головами посетителей распахивается ночное небо, на котором переливаются тысячи маленьких звездочек… Каждая звездочка – душа убитого нацистами ребенка (в г. Холокоста погибло более полутора миллионов еврейских детей). Звучит тихая траурная мелодия, на ее фоне приглушенный голос называет имена и возраст убитых…

Зал памяти – вытянутое здание, по форме напоминающее лагерный барак. Черные базальтовые плиты потолка тяжело нависают над головами входящих. На сером полу выложены названия 22 крупнейших нацистских лагерей смерти и мест массовых расстрелов: Треблинка, Освенцим, Дахау, Терезин, Штутгоф, Маутхаузен, Ясеновац, Собибор, Клоога… В центре зала горит вечный огонь. Перед ним – урна с пеплом жертв, привезенным в Израиль из мест уничтожения евреев.

В Зале имен сегодня собраны имена более двух миллионов евреев, погибших от рук нацистов. Сотрудники музея стремятся выявить и собрать в единой базе данных имена всех шести миллионов, но насколько реальна такая задача? В Зале имен любой, кто потерял своих родных в огне Холокоста, может заполнить специальную анкету на них – «лист свидетельских показаний».

Память о еврейских общинах разных стран, стертых с лица земли в годы Второй мировой войны, увековечена в Долине общин. Она представляет собой искусственный каменный лабиринт, стены которого сложены из каменных блоков. На каждом блоке высечено название страны и тех городов и селений, в которых были уничтожены еврейские общины. В мемориале Яд ва-Шем увековечена и память о евреях, сражавшихся в рядах армий стран – участниц антигитлеровской коалиции, состоявших в движении Сопротивления и отдавших свои жизни в борьбе с нацизмом; память о тех безнадежных, но героических восстаниях, которые поднимали узники Варшавского гетто, заключенные лагерей смерти Треблинка и Собибор, Биркенау и Освенцим.

В пределах огромного мемориала царит тишина, лишь иногда нарушаемая читаемой вполголоса поминальной молитвой «кадиш». Сюда приезжают люди со всего мира – поодиночке, парами, семьями, группами: увидеть, ужаснуться, вспомнить и поклясться, что больше такого не произойдет – никогда, нигде, ни с одним народом…

Индия

Национальный музей Индии

Национальный музей в столице Индии Дели – один из крупнейших в стране. Проект его создания был подготовлен в 1946 г. А зимой 1947/48 г. в британской столице открылась организованная Лондонской Королевской академией большая выставка индийского искусства, экспонаты которой были тщательно отобраны из различных музеев Индии. После ее окончания было решено показать эту же коллекцию в Дели. Выставка, проведенная в 1949 г., имела большой успех и послужила основой для создания Национального музея. Он был учрежден 15 августа 1949 г., одновременно с провозглашением независимости Индии. Здание музея построено в 1955–1960 гг. и официально открыто 18 декабря 1960 г.

Глиняная игрушка из раскопок в Мохенджо-Даро

Собрание Национального музея насчитывает более 200 тыс. произведений искусства, индийского и иностранного происхождения. Оно включает в себя археологические экспонаты, оружие, произведения декоративно-прикладного искусства, ювелирные украшения, рукописи картины. Отдельные секции посвящены буддийскому и тантрическому искусствам, этнографии народов Северо-Восточной Индии, музыкальным инструментам, тканям, нумизматике. Музей обладает большим собранием древностей Хараппской цивилизации, включающим керамику, изделия из бронзы и меди, печати, таблички, украшения, терракотовые статуэтки, игрушки и т. д.

Перед входом в музей установлена огромная восьмиугольная храмовая колесница, сплошь покрытая резьбой. Она весит около 2200 кг, а в ее декоре 425 скульптурных групп, вырезанных из дерева. Эта колесница, посвященная богу Вишну, происходит из Тамилнаду (Южная Индия) и создана в XIX в.

В экспозиции музея широко представлено индийское искусство разных веков, направлений, школ и стилей. Коллекция скульптуры включает в себя около 800 статуй и рельефов, изваянных в камне, бронзе и терракоте и датирующихся с III в. до н. э. В галерее буддизма представлено множество образов Будды, а также статуи бодхисатв из Индии, Средней Азии, Бирмы, Явы и Камбоджи, будийские танки из Непала и Тибета. Музей обладает также богатым собранием индийских миниатюр, принадлежащим к главным художественным школам: могольской деканской, центрально-индийской, раджастханской, пахарийской и т. д. и охватывающих период приблизительно с 1000 по 1900 г. Собрание включает в себя также рисунки на листьях пальмы, ткани, древесине, коже.

В музее выставлена богатейшая коллекция ювелирных изделий и драгоценностей, включающая в себя артефакты времен Хараппской цивилизации, изделия индийских и персидских ремесленников эпохи Великих Моголов, традиционные свадебные, ритуальные и храмовые драгоценности Южной Индии, произведения исламского искусства, в том числе пояса, застежки, ожерелья, браслеты и т. д. Древние традиции резьбы по дереву, зародившиеся в Индии много веков назад, иллюстрируют яркие образцы пышно декорированных дверей, оконных наличников, колонн, порталов. Музей располагает большой коллекцией музыкальных инструментов – народных и классических. Большинство индийских музыкальных инструментов – ударных, духовых, струнных – принадлежит к периоду XVII–XIX вв. В экспозиции представлены также западноевропейские музыкальные инструменты XIX в.

Национальный музей обладает одной из лучших в мире коллекций индийского оружия и доспехов. В ней преобладает оружие эпохи Великих Моголов, но хорошо представлено и оружие сикхов, раджпутов, маратхов. Помимо боевого здесь выставлено множество образцов декоративного, жертвенного и ритуального оружия, украшенного насечкой из золота или серебра, эмалью, филигранью, полудрагоценными и драгоценными камнями.

Среди коллекций неиндийского происхождения выделяется собрание произведений искусства Центральной Азии, содержащее скульптуру, живопись, монеты, фарфор, керамику, изделия из золота и серебра, а также произведения искусства индейцев доколумбовой Америки. Нумизматическая коллекция Национального музея замечательна своим разнообразием и полнотой. Она охватывает всю историю индийской монетной чеканки начиная с VI в. до н. э. до начала XXI в. н. э.

Индийский музей в Калькутте

Индийский музей в Калькутте – самое старое учреждение подобного рода во всем Азиатско-Тихоокеанском регионе и самый большой музей в Индии. Он был основан британским Азиатским научным обществом 2 февраля 1814 г. и первоначально состоял из двух секций – археолого-этнографической и естественнонаучной. Перемещенный в 1878 г. в свое нынешнее здание, он насчитывает теперь в своем составе более шестидесяти галерей. Музей разделен на шесть секций: археология, искусство, антропология, геология, зоология и ботаника. Диапазон представленных экспонатов отличается редкой для азиатских музеев широтой: от египетской мумии до скелета кита. В одном из залов демонстрируется замечательная коллекция метеоритов. Музей обладает также уникальной коллекцией окаменелостей доисторических животных, включая гигантского крокодила и огромную черепаху.

Калькутта. Индийский музей

Коллекции музея охватывают всю историю индийской культуры от доисторических времен до британского завоевания. Собрание знаменитых греко-буддийских скульптур Гандхары считается лучшей в Индии. Впечатляют остатки буддийской ступы, обнаруженной в 1873 г. в Мадхья-Прадеш. Надпись на столбе ворот сообщает, что она была построена во II в. до н. э. Вырубленная в красном песчанике, эта ступа, как полагают специалисты, своими масштабами и обликом соответствовала знаменитой Большой ступе в Санчи.

Нумизматический кабинет музея обладает крупнейшей в мире коллекцией древних и средневековых индийских монет, охватывая период от V в. до н. э. до падения Великих Моголов.

Художественная секция Индийского музея состоит из двух галерей – картинной и декоративно-прикладного искусства. В картинной галерее широко представлено искусство индийской и персидской миниатюры, тибетские танки. Галерея декоративно-прикладного искусства обладает выдающимся собранием текстиля, ковров, изделий из лака, стекла и керамики.

Музей ремесел

Музей ремесел в Дели был создан в 1956 г. как центр народного творчества, объединивший мастеров из разных областей Индии. Целью его являлось сохранение традиционных народных промыслов, оказавшихся под угрозой исчезновения в связи с социальными изменениями в обществе, вызванными индустриализацией. Сегодня постоянная коллекция музея насчитывает более 20 тыс. изделий из разных областей Индии, включающих в себя бронзовые лампы и курильницы, ритуальные принадлежности, посуду и другие предметы повседневного пользования, статуэтки из дерева и камня, изделия из папье-маше, слоновой кости, тростника, бамбука, металла и терракоты, куклы, игрушки, марионетки и маски, украшения, драгоценности, текстиль, вышивки.

Музей разделен на несколько тематических галерей: одна посвящена деревенским ремеслам, другая – текстилю, третья – народной культуре и традициям, четвертая – искусству признанных народных мастеров. Фоном для произведений народного творчества служат подлинные глинобитные хижины с соломенными крышами и внутренними двориками, маленькие деревенские святилища и другие элементы, создающие иллюзию индийской деревни. Но мастера, работающие в залах музея, – настоящие. Они демонстрируют свои удивительные навыки прямо перед публикой, и посетители музея при желании могут под их руководством сами попытаться слепить глиняный горшок или постучать молоточком по листу металла. Изготовленные мастерами изделия можно приобрести прямо тут же, в действующем при музее магазинчике.

Международный музей кукол

Коллекция ныне всемирно известного Международного музея кукол начиналась с одной-единственной куклы, которую журналист и художник Шанкар Пиллаи (1902–1989) в начале 1950-х гг. получил в подарок от венгерского посла. Шанкар был настолько очарован этим подарком, что начал собирать костюмированных кукол во всех странах мира. Он часто выезжал за рубеж с группой журналистов, сопровождавших Д. Неру, и вскоре в его коллекции оказалось уже около 500 кукол.

Шанкар Пиллаи много лет работал с детьми, он основал Общество детской книги в Дели, проводил конкурсы детского творчества. Когда при поддержке индийского правительства в 1965 г. он организовал при Обществе детской книги Международный музей кукол, в его собрании было уже около тысячи экспонатов. Сегодня это количество увеличилось до 6500. Здесь представлены куклы из 85 стран, что придает музею действительно международный характер. Сегодня музей входит в числе наиболее известных достопримечательностей Дели, а в книге почетных посетителей значатся имена генерального секретаря ООН У Тана, супруги югославского лидера Иосипа Броз Тито, греческой королевы Фредерики, королевы Таиланда, сестры последнего иранского шаха, «первых леди» Мексики, Индонезии, Польши, Южной Кореи…

Музей разделен на две секции. В одной демонстрируются куклы из стран США, Австралии, Новой Зеландии, Югославии, Греции, Мексики, Таиланда, Польши, Южной Кореи, Великобритании, России и некоторых других стран. В другой представлены куклы из стран Ближнего Востока, Африки и различных областей Индии. Каждая кукла облачена в костюм, характерный для той страны или области, из которой она происходит. Наряды многих кукол связаны с теми или иными фольклорными и историческими традициями этих стран: например, здесь можно увидеть японскую танцовщицу театра Кабуки, японских самураев, мексиканских индейцев и новозеландских маори в праздничных нарядах, кукол из Венгрии, исполняющих танец «Майского дерева», танцовщиц фламенко из Испании, женский оркестр из Таиланда, участников праздничной процессии Эсала Перахера из Шри-Ланки, персонажей классического индийского танца «катакали», облаченных в традиционное роскошные костюмы, кукол, наряженных в традиционные одежды различных индийских областей – Раджастхана, Кашмира, Кералы.

При музее создана особая мастерская, которая изготавливает индийских кукол для экспозиций музея, продажи в музеи мира и обмена. Готовят их из специальной пасты на основе глины, растительных компонентов, натуральных смол и особых веществ, способствующих долгому хранению. Созданию каждой такой скульптурки предшествует тщательное изучение предмета – будь то танец, бытовой или религиозный обряд, внешний и психологический облик представителя той или иной народности.

Музей текстиля в Ахмадабаде

Крупнейший центр текстильной промышленности в Индии Ахмадабад порой называют «Манчестером Востока». И нет ничего удивительного в том, что именно в этой текстильной столице Индии в 1949 г. был создан Музей текстиля – во многом уникальный, один из самых известных в мире учреждений подобного рода. Его выдающаяся коллекция тканей – в основном индийских – охватывающая пять столетий, отличается редкой полнотой и разнообразием и привлекает большое число как обычных посетителей, так и специалистов из многих стран мира.

Музей был основан индийским промышленником Гаутам Сарбхаи и его сестрой Гирой, первоначально – как центр, посвященный изучению индийского кустарного и промышленного текстиля в историческом и техническом аспектах. К началу 1950-х гг. основатели музея несколько отошли от своих первоначальных планов и сконцентрировали усилия на коллекционировании текстильных изделий кустарного промысла. Сегодня в экспозиции музея можно увидеть фрагменты индийских хлопковых тканей, обнаруженных при раскопках в Фустате (Старый Каир, VII–IX вв.) – свидетельство того, что уже в те времена изделия индийских ремесленников пользовались широкой международной известностью, доходя даже до Египта. Самые ранние образцы индийского текстиля, демонстрирующиеся в музее, относятся к XV в. Особенным богатством отличается коллекция тканей, относящихся к периоду Великих Моголов. Она включает в себя, в частности, драгоценные изделия из шелка и парчи, в том числе шелковый ковер XVII в., по-видимому, происходящий из мастерских, организованных в Индии шахом Акбаром для развития традиции персидского ковроткачества. В музее представлены также ткани, изготовленные по заказу различных провинциальных правителей XV–XIX вв., большая коллекция вышивок XIX в., происходящих из разных регионов Индии. Одна галерея целиком посвящена тканям, использовавшимся в религиозных обрядах и храмовом искусстве. Дополняет экспозицию большое собрание скульптуры, миниатюр, южноиндийских изделий из бронзы, джайнского искусства.

Специфика собрания музея потребовала создания особой атмосферы, благоприятствующей сохранности драгоценных тканей. Здание музея представляет собой настоящий островок тишины среди большого шумного города. Высокие деревья, окружающие музей, служат защитой от пыли и резких колебаний температуры. В залах музея царит полумрак (от яркого света ткани выгорают). Доступ посетителей строго регламентирован.

Индонезия

Национальный музей Индонезии

Национальный музей Индонезии в Джакарте имеет давнюю историю. Основой для него стала историко-культурная коллекция Батавского общества искусств и науки, основанного в апреле 1778 г. группой голландских ученых и меценатов. В 1862–1868 гг. голландские колониальные власти построили для музея специальное здание, получившее в народе название «Дом Слона» – из-за установленной перед зданием бронзовой фигуры слона, подаренной королем Таиланда. После обретения страной независимости музей некоторое время сохранял автономию, а в сентябре 1962 г. был передан правительству Индонезии и получил название Центрального музея. 28 мая 1979 г. он был переименован в Национальный музей Индонезии.

Джакарта. Национальный музей Индонезии

В настоящее время собрание музея насчитывает около 110 тыс. экспонатов, демонстрирующихся в девяти галереях: этнографии, предыстории Индонезии, бронзы, керамики, тканей, нумизматики, исторических реликвий, скульптуры и драгоценностей.

Экспозиция галереи этнографии отличается редким разнообразием, отражающим разнообразие народов и племен, населяющих Индонезию. Здесь представлены ткани, народные костюмы, керамика, музыкальные инструменты, модели традиционных жилищ с различных островов огромного индонезийского архипелага. Человек появился на этих островах еще миллион лет назад. О первых человеческих поселениях на земле Индонезии, об истории освоения архипелага рассказывает выставка, развернутая в галерее предыстории. Чрезвычайно интересна галерея бронзы, где демонстрируется около 3200 предметов, относящихся к самым различным историческим периодам. Уже в эпоху глубокой древности обитатели островов Индонезии изготавливали бронзовые топоры, ритуальные объекты и украшения. В классический период изделия из бронзы стали гораздо более разнообразными, охватывая широчайший диапазон: от больших статуй Будды, сделанных с чрезвычайной тщательностью, до предметов домашнего обихода.

В коллекции керамики и фарфора представлены изделия не только мастеров Индонезии, но и Китая, Вьетнама, Таиланда, Бирмы и Японии, что отражает основные направления морской торговли. Как установили ученые, китайские моряки начали совершать регулярные плавания к крупнейшим островам Индонезии (Яве и Суматре) уже в период династии Западная Хань (206 г. до н. э. – 24 г. н. э.), и устойчивые торговые связи в дальнейшем продолжали сохраняться.

Текстиль – важный аспект индонезийской культуры, и коллекция музея превосходным образом отражает это. Одежда индонезийцев традиционно изготавливалась из различных материалов, включая волокна таких растений, как ананас и банан, кора различных деревьев, однако наибольшую известность приобрели производство батика, хлопковых тканей, окрашенных узелковым методом (икат) и с вплетенными золотыми и серебряными нитями (сонгкет). Батик – это ручная роспись ткани красками. Способы росписи могут быть очень разнообразными. На те участки ткани, которые не должны подвергаться окрашиванию, наносят специальный состав, в основном на основе воска. В некоторых частях индонезийского архипелага краски до сих пор изготавливают из корней, коры, ягод и листьев различных растений, хотя готовые краски приобретают все большую популярность. После того как изделие закончено, его украшают вышивкой, бусинками, раковинами, монетами или маленькими зеркальцами.

Создание батика – это не только искусство и технология, но и одна из форм медитации. Оно требует упорства, прилежания и огромного терпения. Раньше молодая девушка не могла выйти замуж, пока не изготовит себе батик для свадебного наряда. Изготовление высокохудожественного рисунка может занять несколько месяцев. Такие изделия стоят очень дорого или вообще не предназначены на продажу, а передаются в семье по наследству.

Национальный музей располагает большим собранием каменных статуй различных форм и размеров, изображающих богов и богинь индуистского пантеона, мифических и реально существовавших царей, различных животных. Обычно индонезийские ваятели использовали в своей работе вулканический андезит, но многие из восточнояванских статуй XIV–XV вв. изготовлены из песчаника или известняка. В IV–X вв. Ява и Суматра находились под сильным влиянием индийского искусства, поэтому многие индонезийские статуи, изваянные в этот период, очень напоминают скульптуры, созданные в Восточной Индии.

Галерея драгоценностей разделена на две секции – зал археологии и зал этнографии. В первом представлены золотые и серебряные изделия, найденные при археологических раскопках, но чаще – при случайных обстоятельствах, во втором – традиционные изделия ремесленников из разных областей Индонезии, относящиеся к XVIII–XX вв. Главным образом они изготовлены из золота, многие украшены драгоценными камнями.

В зале археологии демонстрируется около 200 изделий, среди которых выделяется большой клад золотых и серебряных предметов, относящихся к классическому периоду истории Явы (V–XV вв.). Этот клад общим весом 35 кг был найден крестьянами в 1990 г. в области Центральной Явы. Как полагают ученые, он был закопан в начале X в., возможно – в связи с извержением вулкана Мерапи. Клад стал крупнейшей в XX в. находкой подобного рода на территории Индонезии.

Ирак

Иракский музей древностей

В XIX в. Ирак был полунищей, отсталой провинцией Оттоманской империи, населенной полукочевыми племенами бедуинов. Ни их вождей, ни центральное правительство в далеком Стамбуле не интересовало то, какие древности таит в себе древняя земля Месопотамии. Они даже не понимали их значения – ведь все это было создано руками «неверных язычников» и в лучшем случае заслуживало пренебрежения, в худшем – уничтожения.

Иначе считали ученые из Европы. Еще в первой половине XIX в. они начали археологические раскопки в Двуречье, позволившие сделать десятки важнейших научных открытий, выявить и сохранить тысячи великолепных произведений искусства древнейших народов Месопотамии – шумеров, халдеев, вавилонян, эламитов. Эти раскопки были сопряжены с невероятными трудностями – жара, болезни, отсутствие воды, нападения бедуинов, для которых ценностью являлись не художественные сокровища древних цивилизаций, а десяток монет, звеневших в кармане заезжего европейского ученого. И не стоит удивляться тому, что сегодня в музеях Парижа, Лондона, Берлина, Нью-Йорка и Филадельфии древнее искусство Месопотамии представлено лучше, чем в музеях Ирака. Все, что мы видим сегодня в залах Лувра, Британского музея или Музея Пергамон в Берлине, – результат тяжелейшего труда и истинного научного подвига нескольких поколений европейских ученых.

Только после Первой мировой войны, когда Ирак обрел независимость, правительство страны озаботилось проблемой сохранения культурных ценностей. По изданному в 1924 г. закону часть памятников, найденных при археологических раскопках на территории Ирака иностранными экспедициями, должна была поступать в специально созданный для этих целей музей. Так было положено начало Иракскому музею древностей.

В 1932 г. иракский Департамент древностей поставил вопрос о сооружении для музея специального здания. В то время в стране не было собственных архитекторов (как, впрочем, и собственных археологов), так что проект музея разрабатывал немецкий архитектор Вернер Марш. Однако прошло почти четверть века, прежде чем этот проект был осуществлен.

Музей был открыт для посетителей в ноябре 1966 г. Он выстроен в формах, характерных для архитектуры древней Месопотамии. Традиционен и материал – обожженный кирпич, облицованный глазурованными керамическими плитками. Музейные залы и служебные помещения размещены вокруг внутренних дворов, обсаженных пальмами. Небольшие узкие окна рассеивают свет, не пропуская в помещения знойные лучи солнца.

Экспозиция музея была распределена по шести разделам: первобытный, шумерский, вавилонский, ахеменидский, сасанидский, исламский. Из них к истории нынешнего, арабского, Ирака относился только последний. Все остальные хранили памятники великих культур древности, от шумеров до древних иранцев (персов). В 28 залах были представлены памятники начиная с VII тыс. до н. э., уникальные уже самой своей древностью.

Багдад. Иракский музей древностей

Многие из экспонатов Иракского музея происходили из раскопок памятников, ставших на сегодняшний день классическими. Таковы, например, палеолитические орудия из знаменитой пещеры Шанидар (VII тыс. до н. э.), мозаичные узоры, украшавшие стены храма в Эриду – одного из первых культовых сооружений в истории человечества (IV тыс. до н. э.), глиняные таблички с древнейшей на Земле письменностью из Урука (III тыс. до н. э.). В Уруке найдены и древнейшие произведения глиптики – каменные печати с резными изображениями.

К числу памятников цивилизации шумеров (III–II тыс. до н. э.) относились многочисленные статуи мужских и женских божеств, жрецов, правителей шумерских городов. В шумерском городе Ур, раскопки которого вела в 1920–1930-х гг. экспедиция знаменитого английского археолога Леонарда Вулли, были сделаны открытия, не уступающие по своей значимости открытию гробницы Тутанхамона в Египте. Ученые обнаружили и исследовали 1850 древних могил с богатейшим погребальным инвентарем – изделиями из золота, серебра, электра (сплав золота и серебра), драгоценных и полудрагоценных камней.

Около 2350 г. до н. э. правитель города Аккад (его местоположение до сих пор точно не установлено) Саргон Великий подчинил своему влиянию все другие города Южной Месопотамии. Бронзовый бюст Саргона, хранившийся в Иракском музее, стал хрестоматийным, его изображение можно было встретить почти во всех книгах, посвященных истории древней Месопотамии.

В числе предметов, найденных при раскопках города Акаркуф (XV в. до н. э.), множество великолепных ювелирных украшений: бронзовые статуэтки, золотые браслеты, украшения в виде плодов граната, покрытые голубой эмалью, серебряные заколки, сердоликовые и аметистовые бусы, подвески из бирюзы.

По бокам входа в ассирийский зал – огромные статуи крылатых быков-шеду. Некогда они стерегли двери дворца царя Ашшурнасирпала в Калахе (Нимруд). Стены его залов были покрыты рельефами с изображениями военных подвигов царя, охоты, царских приемов. В зале находились также две статуи царя Салманасара III (858–824 гг. до н. э.), сына Ашшурнасирпала, голову которого увенчивает тиара с бычьими рогами. Часть рельефов, выставленных в ассирийском зале музея, происходит из дворца Саргона II (721–705 гг. до н. э.) в Дур-Шуррукине (Хорсабад). На одном из рельефов изображен царь на колеснице, на другом – крылатые гении в богатых одеяниях, держащие в руках шишки пинии – символ плодородия; рядом с гениями стоят царские евнухи и военачальники. Спокойны и величественны их позы, бесстрастны лица; сцена проникнута торжественностью, присущей религиозному обряду.

Гордостью Иракского музея была коллекция рельефов, вырезанных на слоновой кости. Часть их изготовлена ассирийскими резчиками, часть привезена из Сирии, Палестины и Финикии. Замечательно рельефное изображение пышноволосой богини с цветком в руке. На ней длинное украшенное вышивкой платье, перехваченное в талии широким поясом. Она сидит на высоком стуле с мягким сиденьем, обрамленном свисающими кистями. Низ стула украшен фигурой крылатого сфинкса с лицом женщины.

Древние ассирийские мастера с большой наблюдательностью передавали этнический тип. В этом отношении особенно характерно изображение негра, ведущего маленького слоненка. На плечах у негра сидит обезьяна, с наслаждением уплетающая какой-то фрукт.

Три последних зала музея были отведены исламскому искусству Ирака, родившемуся после завоевания страны арабами в 637 г. Нумизматическое собрание музея насчитывало тысячи монет, относящихся к различным периодам истории халифата. А библиотека Иракского музея принадлежала к числу крупнейших книжных собраний Ближнего Востока. В ее рукописном отделе хранилось более четырех тысяч манускриптов.

Когда-то Иракский музей был одним из главных туристических объектов страны – пока в Ирак еще приезжали туристы. То, что происходило с музеем в последние полтора десятилетия, в точности не знает никто. В 1991 г., сразу после операции «Буря в пустыне», он был закрыт. Позже в мировую печать просочились слухи, что уже тогда кто-то воспользовался военной неразберихой: из музея исчезли (были похищены) около 4 тыс. ценнейших экспонатов. Степень участия в этом клана Саддама Хусейна пока трудно определить, но какие моральные ограничения могли помешать сыновьям диктатора, активно занимавшимся контрабандой нефти, наркотиков и разграблением гуманитарной помощи, включить в свой бизнес и бесценные древние сокровища?

Вновь музей открылся для посетителей только весной 2000 г. Как к тому времени выглядела его знаменитая коллекция, неясно: единственный сравнительно полный каталог собрания был издан в Багдаде в середине 1970-х гг. Весной 2003 г., накануне второй иракской войны, большая часть экспонатов была перенесена в подвалы, спрятана за тяжелыми сейфовыми дверями. Оставшиеся в залах большие статуи и рельефы заботливо укрыли мешками с песком.

Иракская столица пала 9 апреля 2003 г. На улицах еще шли бои, когда в здании музея появилась толпа иракцев. Сотрудникам музея сперва показалось, что это не ограбление, а акт вандализма: багдадцы били витрины, крушили железными палками бесценные статуи, древнюю керамику разбивали и швыряли из окон.

Однако среди толпы вандалов была группа очень серьезных и спокойных людей. Пока остальные громили залы музея, они спустилась в подвалы, и под дулами пистолетов заставили служащих музея открыть железные двери. Они точно знали, что брать – гипсовые копии, на первый взгляд, неотличимые от подлинников, остались нетронутыми. Неподъемным статуям бензопилой отпиливали головы: «фрагмент древней скульптуры» – тоже товар. Подогнали грузовик и подъемный кран, сняли со второго этажа тяжелые бронзовые бюсты… Организованный грабеж продолжался два дня.

Ущерб, нанесенный музею, до сих пор не подсчитан. Но ясно, что он невосполним. Говорят о 170 тыс. похищенных или уничтоженных вещей. Бесследно исчезли знаменитая расписная Аккадская ваза – может быть, она украдена, а может быть, и разбита – голова богини из Урука; золото из царских гробниц Ура, в том числе золотой шлем царя Мескаламдуга. Бронзовый бюст царя Саргона Великого разбит вдребезги.

Сообщения о разграблении музея в Багдаде вызвали негодование международного сообщества. Комиссия ЮНЕСКО, изучавшая степень ущерба, нанесенного войной культурному наследию Ирака, однозначно заявила: большая часть экспонатов Иракского национального музея расхищена иракской мафией. Эти похищения были заранее запланированной акцией, и за ними стоят те преступные группировки, которые разграбляли исторические объекты Ирака в течение последних 12 лет правления режима Саддама Хусейна, переправляя награбленное на международные антикварные рынки.

Часть похищенного из Иракского музея все же удалось вернуть: одни экспонаты музейные работники хранили у себя по домам, изъяв их из музея на время боевых действий, другие вернули багдадцы, участвовавшие в погроме, третьи были задержаны как контрабанда в Ливане, Иордании, Сирии. Огромные статуи крылатых быков-шеду даже мародерам не удалось разрушить. А в подвале Центрального банка Ирака, в потайном сейфе были обнаружены знаменитые «сокровища Нимруда». Эти украшения из золота и драгоценных камней – серьги, бусы, браслеты, чаши, кольца, ожерелья, тарелки, кубки и кувшины – датируемые приблизительно 900 г. до н. э., были найдены иракскими археологами в 1988–1992 гг. в захоронениях ассирийских царей в Калахе (Нимруде). Тем не менее около 50 самых ценных предметов из основной экспозиции Национального музея Ирака до сих пор не найдено.

Ограбление Иракского музея древностей – самое крупное преступление такого рода со времен Второй мировой войны. Собрание музея было уникально своей полнотой. И, конечно, не стоит надеяться, что оно когда-нибудь будет восстановлено.

Иран

Национальный музей Ирана

Национальный музей является не только крупнейшим музеем Ирана, но и одним из величайших музеев мира. Он широко известен прежде всего своими археологическими и историческими коллекциями. Основы музея были заложены в 1929 г. Тогда же началось строительство музейного здания, проект которого разработал французский архитектор Андре Годар. По замыслу строителей, архитектурный облик музея должен напоминать о важнейших периодах иранской истории. Так, главный фасад выстроен в стиле, напоминающем дворец сасанидского императора Хосрова в Ктесифоне. В 1937 г. строительство было закончено. В 1979 г. музею было передано еще одно здание, в котором разместилась экспозиция, посвященная исламскому периоду в истории Ирана. Она открылась в 1996 году.

Тегеран. В Национальном музее

В старом здании музея ныне располагается экспозиция, освещающая доисламский период иранской истории – от первобытнообщинного строя до великих империй Ахеменидов, парфян, Сасанидов. Здесь собраны огромные коллекции керамики, печатей, глиняных табличек с текстами на разных языках древности, каменных, алебастровых и бронзовых статуэток, украшений начиная с V тыс. до н. э. Отдельная секция посвящена ритуальным и повседневным изделиям из бронзы, происходящим из северных и северо-западных областей Ирана и Луристана. Так называемые луристанские бронзы включают в себя оружие, конскую сбрую, украшения, а также предметы с изображениями сцен из религиозной жизни или обрядового назначения. До сих пор ученые не пришли к единому мнению относительно того, кем и когда они были изготовлены. В частности, было выдвинуто предположение, что они создавались с XV по VII в. до н. э., вероятнее всего – касситами или скифо-киммерийскими племенами. Бронзовые изделия находят в провинции Азербайджан на северо-западе Ирана. По стилю они существенно отличаются от луристанских бронз, хотя, по-видимому, и те и другие относятся к одному и тому же периоду.

В разделе Ахеменидского периода демонстрируются каменные рельефы и глазурованные кирпичи из царских дворцов, изваяния, колонны, надписи, статуэтки из бронзы и камня. Эпоха Селевкидов, которой посвящена экспозиция следующего зала, связана с проникновением в иранское искусство эллинистического влияния. В еще большей степени оно сказывается на искусстве парфянского периода, представленном в следующем зале. В частности, здесь можно увидеть статуэтки греческих божеств. Последний раздел посвящен эпохе Сасанидов (III–VII вв. н. э.). Здесь демонстрируются изделия из стекла и бронзы, мозаики, керамика, украшения и статуэтки.

Коллекции, представленные в новом крыле музея, посвящены исламскому периоду в истории Ирана и исламскому искусству. Первый этаж отведен под временные выставки, на двух других развернута постоянная экспозиция. Ее создатели исходили из того, что центральной темой исламского периода (начиная с VII в. н. э.) является Коран, поэтому центральный зал музея посвящен ему и даже носит особое название – Музей Корана. Здесь собраны рукописные экземпляры Корана X–XIV вв., научные, литературные и исторические рукописи и книги, ценные памятники средневековой персидской миниатюры и каллиграфии; представлены как все основные книжные школы – Шираз, Исфахан, Герат, Дели периода Великих Моголов, так и работы выдающихся мастеров каллиграфии, таких как Мир Имад, Мохаммед Салех, Мир Али и Абулмаджид.

В экспозиции музея необычайно широко показано искусство средневековой Персии и соседних стран: ковры, шелк, парча, молитвенные коврики, платки, изделия из меди, бронзы, камня, стекла, керамики, фарфора, медицинские инструменты, мечи, ножи, кувшины, вазы, жаровни, котлы, светильники, зеркала, подсвечники, подносы. Осмотр этого богатейшего собрания займет несколько часов. Чрезвычайно интересен зал астрономических инструментов, где собраны медные и бронзовые астролябии XI–XIX вв., самая древняя из которых датируется 1179 г., рукописи и книги по астрономии, большая медная модель земного шара. Экспозиция зала архитектуры рассказывает о развитии исламской архитектуры в Иране на протяжении последних полутора тысячелетий. Наряду с моделями и рисунками, здесь широко представлены подлинные декоративные элементы из мрамора, гипса и кирпича, разноцветные глазурованные кирпичи и плитки, резные деревянные двери и кафедры, мозаика. Музей обладает также большой коллекцией восточных монет разных эпох.

Национальная сокровищница Ирана

Знаменитые алмазы «Дарья-и-Нур», «Тадж-э-Мах» и «Нур-уль-Айн»; «изумрудная витрина», где хранится одна из самых обширных в мире коллекций изумрудов; великолепный набор желтых африканских алмазов, известных под общим названием «Иранские Желтые»; золотые, усыпанные драгоценными камнями тиары, диадемы, целый золотой глобус, украшенный изумрудами… Все это – сокровища бывших иранских шахов, хранящиеся ныне в Национальной сокровищнице в Центральном банке Ирана, одном из самых обширных собраний исторических драгоценностей. Это и одна из крупнейших сокровищниц в мире. Реальная ее стоимость неизвестна до сих пор; разные эксперты дают различные оценки, но все они называют астрономические суммы.

Алмаз «Нур-уль-Айн»

Основы собрания драгоценностей иранской короны были заложены при шахе Аббасе I Великом (1588–1629). Однако самый значительный вклад в его пополнение внес Надир-кули, более известный под именем Надир-шаха. Выходец из незнатного рода тюрок-афшаров (их еще называли кызылбашами, т. е. «красноголовыми»), он сумел стать сперва главным военачальником, а с 1736 г. – фактическим правителем Ирана. Особенно прославился Надир-шах своей индийской кампанией 1739 г., во время которой он занял Дели и захватил огромные сокровища Великих Моголов.

Часть этой добычи была разграблена солдатами Надир-шаха или «потерялась» на пути в Иран. Некоторые драгоценные камни и изделия Надир-шах отправил в дар правителям соседних земель – турецкому султану Махмуду, русской императрице Елизавете и бухарскому эмиру Абульфиз-хану; другие в соответствии с благочестивым обычаем были пожертвованы святыне имама Резы в Мешхеде. Еще часть добычи распределили между собой военачальники Надир-шаха. Остальные драгоценности поступили в шахскую казну.

В 1747 г. Надир-шах был убит. Созданное им обширное государство распалось, армия развалилась на отдельные отряды и шайки. Один из военачальников убитого правителя, Ахмад-шах Абдали, разграбил шахскую сокровищницу; тогда без следа пропало множество исторических драгоценностей, включая знаменитый «Павлиний трон» и алмаз «Великий Могол». Единственной, по всей видимости, реликвией, уцелевшей от этого бурного времени, является ныне хранящийся в числе сокровищ иранской короны щит Надир-шаха. Считается, что это тот самый щит, с которым легендарный завоеватель ходил в свой знаменитый поход в Индию. Он изготовлен из шкуры носорога и имеет диаметр 46 см. Украшающие его драгоценные камни – шпинели, изумруды, алмазы и рубины – по всей видимости, были добавлены уже позднее, чтобы почтить память Надир-шаха. Шпинель в центре щита – одна из самых больших в мире, ее масса составляет 225 каратов. Четыре крупных изумруда, окружающие шпинель, закрывают собой отверстия для винтов, с помощью которых к задней части щита крепятся ремни, позволяющие держать его в руке во время сражения. Самый большой изумруд на щите весит 140 каратов.

Основателю Каджарской династии Ага-Мухаммед-хану, занявшему иранский трон в 1796 г., удалось восстановить часть разграбленной сокровищницы. Его преемник Фатх-Али-шах (1797–1834), большой ценитель драгоценных камней, создал хранилище драгоценностей шахской короны, которое, непрерывно пополняясь, в дальнейшем переходило по наследству от правителя к правителю. К временам правления Фатх-Али-шаха относятся находящиеся в числе шахских сокровищ «трон Надира» и корона Киани; последняя долгое время служила символом иранской монархии.

Высота короны составляет 32 см (без эгрета). Она изготовлена из золота и алого бархата и буквально усыпана драгоценными камнями. Всего здесь насчитывается 1800 жемчужин (каждая от 7 до 9 мм в диаметре), около 300 изумрудов (самый большой – 80 каратов), 1800 рубинов и шпинелей (наибольший камень весит 120 каратов). Самый крупный из украшающих корону алмазов весит 23 карата.

Корона Киани использовалась всеми монархами Каджарской династии, начиная с Фатх-Али-шаха. Шах Реза (1925–1941), основатель династии Пехлеви, приказал изготовить для себя новую корону, однако корона Киани участвовала и в его коронации, символизируя тем самым преемственность шахской власти.

Если корона Киани прямо связана с именем Фатх-Али-шаха, то происхождение другой исторической реликвии – «трона Надира» – окружено легендами. Рассказывают, что покоритель Индии Надир-шах привез из Дели девять тронов Великих Моголов, каждый из которых являлся уникальным произведением ювелирного искусства. Однако наиболее великолепен был знаменитый «Павлиний трон». Он так полюбился Надир-шаху, что правитель приказал изготовить его точную копию, благо драгоценных камней для этого в его сокровищнице имелось предостаточно. Вот этой-то копией «Павлиньего трона» якобы и является нынешний «трон Надира»…

Это, однако, всего лишь легенда. Практически все исследователи единодушно согласны в том, что после гибели Надира в 1747 г. и «Павлиний трон», и его копия были уничтожены, а украшавшие их драгоценные камни разошлись по рукам. В то же время происхождение нынешнего «трона Надира» неизвестно; по всей видимости, он был изготовлен кем-то из первых правителей Каджарской династии.

Иностранные путешественники, побывавшие при дворе Фатх-Али-шаха, описывают в своих мемуарах и дневниках трон правителя Ирана, весьма похожий на «трон Надира»; на самом троне сохранились выгравированные стихотворные строфы, автором которых считается Фатх-Али-шах. Это, однако, еще не повод считать, что трон был изготовлен именно в это время. Предполагается, что уже при одном из ближайших преемников Фатх-Али-шаха, Нассеридин-шахе (1848–1896), трон реставрировался. Означает ли это, что уже тогда он был весьма ветхим?

Одно можно сказать с уверенностью: «трон Надира» никак не связан с именем Надир-шаха. Его название происходит от персидского «надир», что означает «редкий» или «уникальный». Таким образом, это всего лишь констатация того факта, что трон является уникальным, редким. И это действительно так.

Высота трона составляет 225 см. Изготовленный из дерева, он покрыт листовым золотом и инкрустирован огромным – 26 733 штуки! – количеством драгоценных камней, сливающихся в пестрые мозаичные картины: распущенный павлиний хвост украшает спинку трона; довольно добродушного вида лев прилег на подставку для ног. Драконы, утки, прихотливый орнамент из ветвей и листьев… На фоне этой сверкающей радуги выделяются четыре больших красных шпинели (самая большая – 65 каратов) и четыре очень больших изумруда, наибольший из которых весит 225 каратов.

«Трон Надира» сделан портативным: он может легко разбираться на 12 частей и переноситься с места на место. Это было особенно удобно, когда шах со своим двором перебирался из столицы в одну из летних резиденций.

С именем шаха Нассеридина (1848–1896) связаны две другие всемирно известные реликвии, хранящиеся в числе сокровищ персидской короны: «Иранские Желтые» алмазы и легендарный золотой глобус.

По преданию, Нассеридин-шах распорядился изготовить глобус для того, чтобы использовать излишки драгоценных камней, хранящихся в его сокровищнице. Если так, то можно примерно оценить размер этих «излишков»: глобус диаметром 45 см и общей высотой 110 см – 35 кг чистого золота! – покрывает более 51 тыс. и драгоценных камней. Моря и океаны на нем изображены с помощью изумрудов и сапфиров, суша – из рубинов и шпинелей. Некоторые страны – Иран, Англия, Франция и часть Южной Азии – выложены алмазами. Самый большой рубин на глобусе весит приблизительно 75 каратов, самый большой изумруд – 175 каратов, самый большой сапфир – около 34 каратов, а самый большой алмаз – приблизительно 15 каратов.

23 крупных желтых алмаза, добытых в Южной Африке, шах Нассеридин приобрел во время своей третьей поездки в Европу в 1889 г. Сегодня это уникальное собрание алмазов известно под общим названием «Иранские Желтые». Ценность их попросту невероятна; самый большой алмаз в собрании весит 152,16 карата, второй по величине – 135,45 карата, третий и четвертый – соответственно 120 и 114, а самый маленький – 38,18 карата.

Стоит сказать, что в бывшей сокровищнице иранских шахов их насчитывается несколько тысяч алмазов. Достоверно известно, что многие из этих камней представляют собой часть добычи, вывезенной из Индии Надир-шахом. Когда-то они принадлежали императорам из династии Великих Моголов. К их числу относится и знаменитый алмаз «Тадж-э-Мах» («Корона луны»). Найденный когда-то в копях Голконды, этот 115-каратный алмаз исключительной чистоты огранен «индийской розой». После гибели Надира в 1747 г. алмаз был спасен от рук грабителей и перешел во владение Шахруха, сына и неудачливого преемника Надир-шаха. Свергнутый с престола узурпатором Мухаммед-Хасан-ханом Каджари, Шахрух сумел спрятать спасенные им отцовские сокровища и упорно хранил тайну на протяжении нескольких лет, стойко вынося все ужасы тюремного заключения и нечеловеческие пытки, которым Мухаммед-хан подверг его. Бывшего правителя истязали голодом, жаждой и жарой; ему выкололи глаза, а тело рвали раскаленными железными щипцами. Наконец, не выдержав мучений, Шахрух рассказал, где спрятаны сокровища, и алмаз «Тадж-э-Мах», наряду с другим известным алмазом – «Дарья-и-Нур», попал в руки Мухаммед-хана. Вскоре после этого сам Мухаммед был убит, и все его драгоценные камни достались одному из его военачальников, Садык-хану, от которого перешли в собственность персидских монархов. Ныне «Тадж-э-Мах» занимает одно из первых мест в собрании драгоценностей иранской короны. Сравниться с ним могут только упомянутый «Дарья-и-Нур» и еще один исторический алмаз – «Нур-ул-Айн».

«Нур-ул-Айн» – один из самых больших в мире розовых алмазов. Его масса составляет 60 каратов, размеры – 30×26×11 мм. Попавший в Персию в числе добычи Надир-шаха, он, возможно, представляет собой фрагмент знаменитого розового алмаза «Большая Табличка», описанного в 1642 г. французским путешественником Ж.-Б. Тавернье. Ныне «Нур-ул-Айн» украшает собой алмазную тиару, изготовленную в 1958 г. известным нью-йоркским ювелиром Гарри Уинстоном по случаю свадьбы последнего иранского шаха Мухаммеда Реза Пехлеви в качестве подарка его невесте, будущей императрице Фарах. Общее количество алмазов в тиаре – 324. «Нур-ул-Айн» самый большой из них, другие весят от 14 до 19 каратов каждый.

Вероятно, Фарах понравился подарок ее будущего супруга, однако она предпочитала носить не эту, а другую тиару, также изготовленную Гарри Уинстоном. Императрица надевала ее во всех торжественных случаях, в частности во время официального визита шахской четы в США и Канаду в 1965 г. Изготовленная из платины, эта тиара щедро украшена желтыми, розовыми и бесцветными алмазами (два самых больших алмаза – приблизительно по 15 каратов каждый), а в ее верхней части расположены семь колумбийских изумрудов: самый большой весит 65 каратов, самый маленький – 10 каратов. Алмазы, использованные для украшения этой тиары, представляют собой комбинацию старых, большей частью заново переограненных алмазов индийского происхождения, вывезенных Надир-шахом из Дели, и алмазов из Южной Африки, добытых уже в XIX–XX вв. Такая же комбинация из старых и новых камней использована и при создании короны императрицы, которая увенчала голову супруги шаха Мухаммеда Реза Пехлеви во время ее коронации в 1967 г. Она сделана из зеленого бархата и белого золота, ее общий вес составляет 1,481 кг.

До 1967 г. жены персидских монархов никогда не короновались. В первый и последний раз это было сделано лишь при Мухаммеде Реза Пехлеви, свергнутом в 1979 г. Таким образом корона императрицы выполняла свои функции очень недолго – чуть менее 12 лет. Изготовили ее парижские ювелиры Ван Клиф и Арпель; драгоценные камни поступили из шахской сокровищницы. Всего для создания короны потребовалось 38 изумрудов, 105 жемчужин, 34 рубина, 2 шпинели и 1469 алмазов. Самый большой изумруд весит 91,32 карата, две самых больших шпинели – приблизительно по 83 карата, а самая большая жемчужина имеет диаметр 22 мм.

Обилие изумрудов – одна из особенностей бывшей шахской сокровищницы. Эти благородные зеленые камни самых разных оттенков можно увидеть едва ли не на всех изделиях, входящих в число драгоценностей иранских монархов. Изумрудами усыпана рукоять парадного ятагана, принадлежавшего шаху Нассеридину; крупные изумруды сверкают на золотых эполетах, надевавшихся к парадному мундиру. Широкий пояс из тканого золота, принадлежавший шаху Мухаммеду (1834–1848), украшен овальным изумрудом массой 175 каратов; по преданию, этот камень некогда принадлежал Джехангиру, индийскому императору из династии Великих Моголов.

Практически все предметы, использовавшиеся в шахском быту, были изготовлены из золота и драгоценных камней. В числе сокровищ правителей Ирана находятся 4,4-килограммовый золотой кувшин и 1,8-килограммовый золотой таз для омовения рук; золотая крышка для блюд, подаваемых к шахскому столу. Сегодняшняя стоимость этих предметов сугубо утилитарного назначения – с учетом их исторической ценности – просто невероятна, а совокупная ценность всех шахских сокровищ такова, что еще в 1937 г. парламент Ирана принял закон, согласно которому основная часть коронных драгоценностей передавалась в распоряжение Национального банка для поддержки денежно-кредитной системы страны как золотой резерв. В этом качестве драгоценности иранской короны в январе 1960 г. «по наследству» достались вновь созданному Центральному банку Ирана. Благодаря надежным банковским сейфам они благополучно пережили революцию 1979 г., свергнувшую монархию, и ныне хранятся в специальной сокровищнице, представляя собой драгоценнейшую – и в прямом, и в переносном смысле – часть культурно-исторического наследия страны.

Музей Реза Аббаси

Этот историко-художественный музей, расположенный в столице Ирана Тегеране, носит имя Ага Реза Аббаси (1565–1635), знаменитого персидского художника, миниатюриста и каллиграфа исфаханской школы, работавшего при дворе шаха Аббаса I (1588–1629). Музей открылся в сентябре 1977 г., но спустя четыре месяца в стране начались массовые манифестации, ставшие прологом к исламской революции, и в ноябре 1978 г. музей закрылся. Спустя годы, уже после падения последнего иранского шаха Мухаммеда Реза Пехлеви, музей был открыт вновь, однако его экспозиция и внутреннее художественное оформление претерпели значительные изменения – в соответствии с новыми веяниями.

Реза Аббаси. Шейх и молодой юноша в саду. 1530 г.

Коллекции музея охватывают период со II тыс. до н. э. до начала XX в. Постоянная экспозиция разделена на пять секций: галерея доисламского периода, две галереи исламского искусства, галереи живописи и каллиграфии.

В галерее доисламского периода демонстрируются произведения декоративно-прикладного искусства, созданные в период со II тыс. до н. э. до крушения династии Сасанидов. Здесь представлены изделия из керамики, золота и серебра, но особенно выделяются бронзовые изделия из Иранского Азербайджана и Мидии, а также знаменитые «луристанские бронзы».

Экспозиция первой галереи исламского искусства охватывает период с VII по XII в. Наряду с сельджукской глазурованной керамикой IX–XI вв. из Рея, Кашана и Горгана, бронзовыми светильниками, курильницами, кувшинами этого же периода здесь можно увидеть редкие изделия гончаров эпохи поздних Сасанидов с арабскими надписями, сделанными куфическим письмом – первые свидетельства проникновения ислама на территорию современной Персии. Искусство позднесредневекового периода представлено в следующей галерее. Здесь выставлены металлические изделия эпохи Тимуридов, керамика и бронза эпохи Сефевидов, изделия из металла, ткани и полихромные лаковые изделия периода Каджарской династии. Персидские изделия из лака: коробки, пеналы, подставки для книг и т. п. изготавливались на основе бумажной массы, смешанной с различными клеями (прототип папье-маше). Поверхность изделий покрывалась тончайшей красочной миниатюрной росписью клеевыми красками. Живопись закреплялась затем несколькими слоями прозрачного, с золотистым оттенком растительного лака.

Принято считать, что живопись не играла сколько-нибудь заметной роли в исламском искусстве, однако в средневековом Иране никогда не соблюдались запреты на изображение человека и живых существ. Особенно пышным цветом здесь расцвело искусство книжной миниатюры. Выдающимся миниатюристом был знаменитый художник Реза Аббаси, чье имя носит музей. Сегодня здесь можно увидеть как работы самого мастера, так и его учеников. В экспозиции галереи живописи можно увидеть иллюстрированные страницы рукописной книги «Шах-Намэ» (XIV в.) и образцы творчества персидских художников XIV в., представляющих ширазскую и тебризскую школы. Творчество мастеров XV в. представлено художественными школами Герата и Шираза, XVI–XVII вв. – школами Тебриза, Казвина и Исфахана.

В галерее каллиграфии экспонируются работы многих выдающихся каллиграфов средневековья – Мир Имада, Мирзы Гуляма Резы, Абдул Маджида Дервиша и других, а также рукописи XV–XIX вв. Библиотека музея насчитывает в своих фондах более 10 тыс. книг на персидском, английском, французском и немецком языках.

Иранский музей ковров

Иран – страна классических восточных ковров, а также – самое вероятное место их происхождения, ведь традиции иранского ковроделия своими корнями уходят в древнее художественное творчество народа. С незапамятных времен благодаря своей неповторимости, изысканности узоров и высокому качеству персидские ковры пользовались известностью во всем мире. Впрочем, термин «персидские» охватывает ковры, изготовленные не только иранскими мастерами, но и представителями различных этнических групп, живущих на территории Ирана. Главное здесь – школа, общие традиции и методы.

Иранский музей ковров расположен в самом центре Тегерана. Мысль о его создании родилась в 1976 г. Группа наиболее компетентных специалистов в этой области отправилась в дальнюю поездку по городам и областям страны, на поиски ковров, представляющих художественную и историческую ценность. Ряд экспонатов поступил в музей и из-за границы. В 1979 г. музей ковров открыл свои двери для посетителей.

Постоянная экспозиция музея развернута на первом этаже. Залы второго отведены под временные выставки ковров и демонстрацию экспонатов, тем или иным образом связанных с искусством ковроткачества. Здесь можно увидеть много необычного: например, первый в мире объемный ковер, который создал искусный мастер из Тебриза. Ковер выткан одним куском в форме чаши для розовой воды. Высота ковра – 45 см, диаметр – от 15 до 165 см. Мастер использовал для работы 11 стоек собственного изготовления. Для изготовления миниатюр были взяты сорок цветов, цветы и кусты роз, а основание ковра прошито золотыми нитями. Крышка этой чаши-ковра выполнена в трех цветах флага Исламской Республики Иран – зеленом, белом и красном. На изготовление этого ковра у иранского умельца ушло три года, а после этого он решил создать ковер на новый сюжет – «Древо жизни», на который его вдохновили бирюзовые изразцы Голубой мечети в Тебризе.

Тегеран. Иранский музей ковров

В музее собраны ковры различных школ и стилей: хорасанские, исфаханские, кашанские, кумские, керманские, тебризские, ширазские, курдистанские. Случайный человек может не заметить разницы между керманским ковром и кушанским, однако они так же отличаются друг от друга, как чудесные стихи Саади от не менее прекрасных строф Хафиза.

Иранский ковер всегда имеет замкнутую композицию, ограниченную бордюром, который состоит из нескольких полос орнамента различной ширины. Основные мотивы коврового узора образуют арабеску, состоящую из сложно переплетающихся растительных стеблей, цветов и листьев, среди которых располагаются фигурки зверей и птиц. Чаще всего узор иранского ковра – это образ цветущей природы, весеннего сада. А вообще узоры для ковров выбираются самые разнообразные: растительные орнаменты, сцены из дворцовой жизни, портреты правителей и прославленных поэтов, а также копии миниатюрных иллюстраций к известным поэтическим произведениям – «Шах-намэ» Фирдоуси, «Гулистан» и «Бустан» Саади и другие.

С появлением и распространением в Иране ислама началось создание новых узоров, в которых используются такие элементы оформления, как михраб и минбар, минареты и купола мечетей. Иранские мастера используют богатую красочную гамму – десятки красок при огромном разнообразии их оттенков. Неповторимую прелесть расцветке придает ворс из шерстяных и шелковых нитей, иногда с добавлением золота и серебра.

В музее можно увидеть, как вяжутся узлы «гиордес» и «сеннэ», узнать об их количестве на каждый квадратный дециметр: чем больше узлов, тем ковер дороже. В шелковых коврах количество узлов на квадратный дециметр порой превышает 8 тыс., поэтому они самые дорогие. Ковры различаются еще и тем, в каких комбинациях при их производстве используются шерсть, хлопок, шелк, лен, пенька и джут. Шерсть, в свою очередь, получают из верблюжьего, овечьего или козьего волоса, и она бывает разного качества – короткой, тонкой, длинной, глянцевитой. Качество шерсти во многом зависит от местности, где разводят этих животных, и даже от той части их тела, с которой эта шерсть состригается, и, конечно, от ее обработки.

Растительные пигменты, используемые при окраске шерсти, дают такие глубокие и мягкие тона, которые даже при большой интенсивности не кажутся кричащими. Рецепты крашения передаются по наследству, как и вообще все хитрости ремесла. Стремясь сохранить искусство ковроткачества, музей организовал ряд учебных классов, где начинающие мастера узнают все тайны профессионального мастерства – вплоть до того, как восстановить поврежденный ковер.

Иранский музей стекла и керамики

4,2 тысячи лет назад жители Северо-Западного Ирана изготовили первое в мире стекло – так появился второй (после керамики) основной неметаллический материал, используемый человеческой цивилизацией. С учетом этой глубокой исторической традиции нет ничего удивительного в том, что один из крупнейших в мире музеев, посвященный традициям стеклоделания, находится именно в Иране, а точнее – в Тегеране.

Открывшийся в 1989 г. музей занимает красивый особняк, построенный в начале 1920-х гг. Первое время он служил местом жительства известного в Иране политического деятеля Ахмада Кавама, а в 1953–1976 гг. в нем размещалось египетское посольство. Экспозиция музея охватывает период от доисторических времен до современности, здесь представлены и произведения выдающихся мастеров, и обычные изделия кустарного промысла. Коллекция демонстрируется в шести залах и двух галереях и разделена на три основные секции: стекло и хрусталь, керамика, фарфор и фаянс.

Самые ранние изделия из стекла, которыми располагает музей, изготовлены во II тыс. до н. э. Эта часть экспозиции знакомит также с технологией производства стекла, образцами старинного оборудования, различными методами создания декоративных сткелянных изделий, включая метод живописи по стеклу. В разделе, посвященном хрусталю, экспонируются древние хрустальные сосуды ахеменидского и парфянского периодов, а также хрусталь эпохи Сасанидов и раннеисламского периода. Один из залов отведен европейскому хрусталю XVIII–XIX вв.

Экспозицию отдела керамики открывают сравнительно простые глиняные сосуды, изготовленные в IV–III тыс. до н. э. На некоторых изделиях, относящихся к III тыс. до н. э., уже можно заметить стеклянную глазурь. Расцвет керамического производства в Персии приходится на средние века. Лучшую керамику с подглазурной росписью кобальтом делали в Ширазе, Мешхеде, Йезде, Кермане и Заранде. В XII–XIII вв. были популярны «силуэтные» керамические изделия из белого теста. Их поверхность покрывалась черным ангобом или краской. Мастера частично снимали черный фон, после чего становилась видна белая подложка, и таким образом достигалась рельефность линий. Затем сосуд полностью покрывали прозрачной (иногда бирюзовой) глазурью.

Керамическое производство процветало также в Кашане, Рее и других иранских городах. В Рее изготавливали оригинальные предметы с надглазурной росписью легкоплавкими эмалевыми красками, получившие название «минаи». Как правило, предметы украшены эпиграфическим орнаментом с использованием куфического письма. Сам рисунок выполнен по синему фону и оконтурен черной краской. Эти изделия пользовались таким спросом, что уже через некоторое время их производство вышло за пределы Рея. Гончарные мастерские, работавшие в технике минаи, появились в Кашане и Тебризе. Изготовление минаи требовало двойного обжига и дорогих ингредиентов. Роспись по глазури выполнялась стекловидными красками. Большинство изделий минаи украшено изображениями людей. На некоторых сосудах воспроизводились сцены из «Шах-намэ». Это самые ранние иллюстрации персидского эпоса.

Исфахан славился производством изделий, расписанных люстром по белому и синему фону. Керамика Йезда отличается почти черной росписью под прозрачной глазурью. Излюбленный иранскими гончарами золотистый оттенок орнаментов, покрытых люстром, достигается восстановлением окиси меди металлом, а розоватый и голубой цвет придавала разновидность магнезита. Подобная орнаментация была характерна для исфаханских мастеров. Среди их изделий выделяются изысканные голабданы – сосуды для благовоний. По качеству, тонкости исполнения и составу эти изделия близки к лучшим образцам китайского фарфора.

Современный Иран – второй в мире (после Китая) производитель фарфора. Эта традиция имеет глубокие корни. Уже в период династии Тан (VII–X вв.) между Китаем и Ираном велась оживленная торговля. Торговые связи особенно окрепли в XIII в., когда и Китай, и Иран были завоеваны монголами. Образование империи Тимура затруднило осуществление сухопутных связей Китая с Ближним Востоком, но в правление династии Мин торговые и дипломатические связи со странами Ближнего Востока были восстановлены.

В конце XV – начале XVI в. гератский художник Хаджи Мухаммад Наккаш после нескольких неудачных опытов начал производить фарфоровые изделия, похожие на китайские. Со временем производство фарфора в Иране начало расширяться. В связи с социальным и экономическим кризисом в Китае, приведшим к падению династии Мин (1640-е гг.), торговля Китая со странами Западной Европы сократилась, в то время как спрос на китайскую продукцию продолжал сохраняться. Тогда голландские купцы стали заказывать посуду, имитирующую китайский фарфор, в Иране. Характерно, что само слово «фарфор» происходит от персидского «фегфур». Главными центрами производства фарфора в Иране являлись Кашан, Рей, Казвин, Гоган и Нишапур. Уже шах Аббас I начал коллекционировать лучшие произведения иранских мастеров. Их красочные фарфоровые и фаянсовые изделия украшены эпиграфическим и геометрическим орнаментом, изображениями растений и животных.

Музей стекла и керамики обладает обширной библиотекой по археологии, истории и искусствоведению, а также учебными мастерскими, где молодежь перенимает традиции старых мастеров.

Китай

Национальный музей Китая

Монументальное четырехэтажное здание Национального музея Китая обрамляет восточную сторону площади Тяньаньмэнь в Пекине. Его строительство было завершено в августе 1959 г., а открылся он 1 октября того же года, в день празднования 10-й годовщины Китайской Народной Республики. В ту пору в нем размещалось сразу два музея: южное крыло занимал Национальный музей истории Китая, а северное – Национальный музей китайской революции.

Пекин. Национальный музей Китая

Национальный музей истории Китая – старейший музей страны. Он был создан в 1912 г., сразу после свержения монархии, а его экспозиция охватывала огромный период в 1,7 млн лет – от появления на территории Китая первых прямоходящих существ (так называемый «Юаньмоуский человек» или «Юаньмоуский синантроп») до крушения последней императорской династии Цинь. Национальный музей китайской революции был создан в 1950 г. и рассказывал об истории «Старой» демократической революции (период 1840–1911), «Новой», или Синхайской, демократической революции (включая историю Китайской Республики, 1911–1949) и истории коммунистической революции в Китае и провозглашения Китайской Народной Республики в 1949 г. После объединения двух этих музеев 28 февраля 2003 г., был образован Национальный музей Китая.

Сегодня его собрание насчитывает около 610 тыс. экспонатов, рассказывающих об истории Китая с древнейших времен до наших дней. Экспозиция раздела ранних человеческих обществ охватывает период появления на территории Китая первых людей (приблизительно от 1 700 тыс. до 10 тыс. лет назад), период родового строя (приблизительно 10 тыс. – 5 тыс. лет назад) и эпоху позднего неолита и формирования первых протогородских обществ (приблизительно 5 тыс. – 4 тыс. лет назад). Здесь можно видеть окаменелые останки ископаемых гоминидов, найденные на территории Китая, – «юаньмоуского человека», «человека из Лантьяна», «пекинского человека» (синантропа), «человека из Чинньюшана» и «шаньдиндунского человека», которого уже можно считать человеком разумным. В этом же разделе демонстрируются каменные орудия и труда и охоты первобытных людей.

Жизнь древних обитателей Китая в VI тыс. до н. э. характеризует, в частности, модель деревни, раскопанной археологами в провинции Шэньси. Как полагают ученые, в среде обитателей этого поселения господствовал матриархат. Приблизительно 5 тыс. лет назад в Южном Китае начали культивировать рис, а на рубеже III тыс. до н. э. в бассейнах Хуанхэ и Янцзы появились независимые центры бронзовой индустрии. В экспозиции музея демонстрируются ритуальные предметы этого периода, изготовленные из нефрита и бронзы.

Период Шан (с 1751 по 1112 г. до н. э.) стал временем появления самых ранних форм иероглифического письма и расцвета бронзолитейного производства. Производство бронзовых изделий процветало и в период Западного Чжоу (1122–770 гг. до н. э.). Древние мастера умели отливать изделия очень сложных форм, отличающиеся удивительным изяществом и художественным вкусом. В экспозиции Национального музея демонстрируется самое большое из числа дошедших до нашего времени произведение бронзовых дел мастеров эпохи Шан: четырехугольный котел для жертвенного мяса («дин») размерами 110×78 см и весом 832,84 кг. Он был найден археологами в 1939 г. в Аньяне (провинция Хэнань) и получил название «Дин Симуву». Котел оказался настолько тяжел, что вытащить его из земли не было никакой возможности. Это оказалось не под силу даже японцам, оккупировавшим Китай, хотя они и предприняли несколько попыток. В конце концов местные жители, стремясь спасти этот редкий культурный памятник, засыпали его землей, и снова раскопали его уже после войны, в 1945 г.

Бронзовый колокол XV в.

Многие из демонстрирующихся в музее экспонатов имеют статус «национальных сокровищ». В их число входят останки «юаньмоуского человека» и «пекинского человека», расписная керамика яншао (V тыс. до н. э.) и ритуальные изделия из нефрита, относящиеся к неолитическому периоду, бронзовый сосуд для вина эпохи Шан, украшенный четырьмя овечьими головами, большой, покрытый иероглифическими надписями бронзовый сосуд, относящийся к периоду Западного Чжоу, погребальное облачение из нефритовых пластинок, сшитых золотой нитью (династия Хань, 206 г. до н. э. – 220 г. н. э.), великолепная трехцветная глазурованная керамика эпохи династии Тан (618–907), фарфор династии Сун (960–1279) и бронзовая человеческая фигура, с размеченными на ней точками для иглоукалывания.

Национальный музей Китая является важным научно-исследовательским центром, его специалисты ведут ряд крупномасштабных археологических раскопок на территории страны. В структуру музея входит также единственный в Китае Центр подводной археологии.

Императорский дворец-музей

Императорский дворец-музей в Пекине – бывший «Запретный город» – пользуется международной славой, а ЮНЕСКО в 1987 г. включила его в список объектов Всемирного наследия человечества. Его ансамбль в основном сложился в период с 1406 по 1420 г., в период правления третьим императором династии Мин Чжу Ди (Юнлэ, 1402–1424), при котором императорская резиденция была перемещена из Нанкина в Пекин. Иногда дворец называют Пурпурным – и действительно, его стены имеют пурпурную окраску. Считалось, что такой цвет имеет Полярная звезда, являвшаяся, по представлениям древних китайцев, центром Вселенной. Вплоть до начала XX в. даже на площади перед «Запретным городом» разрешалось появляться только немногочисленным высокопоставленным чиновникам, причем обязательно в парадном одеянии, да иностранным дипломатам. Те, кто удостаивался такой чести, должны были стоять молча, затаив дыхание, не смея нарушить тишину. А простому люду запрещалось даже приближаться к императорскому дворцу.

На протяжении почти 500 лет двадцать четыре императора династий Мин (1368–1644) и Цин (1644–1911) жили здесь и управляли огромной страной из стен этого дворца. В 1911 г. последняя императорская династия Цин пала. Последний китайский император, Сюань-тун (Пу И), отрекшийся от престола, продолжал жить в северном крыле дворца до 1924 г., пока его не выслали из страны. Южную часть ансамбля занимал основанный в 1914 г. Исторический музей. В 1925 г., после изгнания императора, его покои были преобразованы в Дворец-музей, который существовал параллельно с Историческим музеем. После революции и провозглашения республики сюда же, во дворец, были перевезены все сокровища китайских императоров из дворцов в Рехе (сегодняшний Чэндэ) и Мукдене (сегодняшний Шеньян). Ныне весь ансамбль «Запретного города» представляет собой единый музейный комплекс, состоящий из более чем 70 отдельных дворцов и залов различных размеров, насчитывающих в совокупности более 9 тыс. комнат.

Пекин. Императорский дворец-музей

«Запретный город» окружен стеной 10-метровой высоты и широким рвом. Ансамбль вытянулся с севера на юг на 961 м, а с востока на запад – на 753 м, охватывая территорию в 720 тыс. кв. м. С каждой из четырех сторон устроены ворота. Главный вход в «Запретный город» задумывался как сложная пространственная композиция. Сначала надо было пройти через ворота Цяньмэнь, затем через ворота Дацинмэнь (ныне не существующие) и, двигаясь дальше, можно было добраться до монументальных ворот Тяньаньмэнь, которые и вели в Императорский город. Таким образом, движение к «Запретному городу» воспринималось как последовательное преодоление препятствий, все новых и новых, на пути к дворцу императора – Сына Неба.

Территория собственно императорской резиденции начиналась за последними воротами – Умэнь. Сразу же за ними неожиданно возникала вытянутая в длину великолепная площадь, которая служила для военных церемоний. Особенно ошеломляющее впечатление площадь производит, если смотреть на нее с высоты ворот. Такая контрастная смена впечатлений – долгое приближение к «Запретному городу» и неожиданная просторность площади – была специально предусмотрена архитекторами, чтобы каждый вступающий на площадь поражался величию императорского дворца. Чтобы подойти к нему поближе, надо было подняться на большой мост, а затем спуститься с него. Постоянная смена уровней, подъемы и спуски – еще одна особенность «Запретного города». Вся его архитектура была призвана утверждать в сознании людей идею божественного происхождения императора, незыблемости и безграничности его власти.

В северной половине «Запретного города» находились дворцы царевичей, храмы и дворец для временного пребывания императора. Тронный зал, или «Зал совершенной гармонии и согласия в природе», был определен для важных церемоний – император появлялся здесь для принятия поздравлений в первый день нового года, в день зимнего солнцестояния, в день своего рождения и торжественных аудиенций.

Сегодня в собрании музея насчитывается около 1 млн экспонатов. В их числе большое место занимают классические образцы древней китайской бронзы XVI–III вв. до н. э. Они включают в себя оружие, предметы конской сбруи, ритуальные сосуды и музыкальные инструменты. Бронзовые сосуды служили исключительно для культовых целей и употреблялись высшей знатью при жертвенных обрядах, посвященных культу предков. Это определяло размеры и формы сосудов, которые служили вместилищем для вина и воды. Обычно вся внешняя поверхность таких сосудов заполнялась символическими рельефами: головы слона, оленя и барана ритмически повторяются по оплечью туловища. Иногда на сосудах группировались фигуры священных драконов или звериная маска «таотэ».

Императорский трон в Зале совершенной гармонии

В интерьерах императорского дворца бросается в глаза обилие драконов. Они везде: на колоннах и карнизах, на стенах и ритуальных чашах. Дракон – символ только императорской власти, и если бы простолюдин осмелился нарисовать дракона в своем доме, ему бы отрубили голову. Такую же символическую роль выполняли и многочисленные львы, стерегущие вход во дворец и охраняющие покой императора.

В южной части ансамбля располагается тенистый парк Юйхуаюань. На его относительно небольшой территории китайские архитекторы смогли создать ощущение значительного пространства, включив в него как разномасштабные здания, так и прихотливые пейзажные композиции. Все устроено так, что радует глаз и дает отдых душе и телу. Парк невелик, но является образцом той «искусственной природы», создавать которую так прекрасно умеют китайские художники и садоводы. Здесь все создано руками человека, вплоть до искусственных горок. Даже причудливая форма многих деревьев, их перевитые стволы с диковинными наростами – тоже дело человеческих рук. Мощеные камнем дорожки ведут к искусственным горкам, сложенным из массивных каменных глыб, к бамбуковым рощицам, живописным купам деревьев и кустарников. Здесь же можно любоваться и мозаичными картинами, выложенными из разноцветных камешков: пейзажи, изображения птиц и животных, сцены из традиционной китайской оперы – всего 900 сюжетов.

В императорском парке собрана своеобразная коллекция камней, привезенных из различных уголков Китая. Камни подбирались прежде всего по необычности формы, красивого цвета, особой фактуры. Некоторые из них для лучшего обзора выставлялись на мраморных подставках.

Императорский дворец-музей является одной из главных достопримечательностей китайской столицы. Ежегодно его посещают около 7 млн человек.

Художественно-исторический музей в Шанхае

Настоящей сокровищницей древнего китайского искусства является Художественно-исторический музей в Шанхае. Он был основан в 1952 г. В 1993–1996 гг. построено новое пятиэтажное здание, куда переехал музей. На площади в 39 200 кв. м разместились богатейшие коллекции бронзы, изделий из нефрита, керамики и фарфора, мебели (времен династий Мин и Цин), картин и гравюр, образцов каллиграфии, скульптуры, монет, печатей. Само здание музея тоже представляет собой своего рода достопримечательность: оно является комбинацией современной архитектуры и традиционной китайской философии. Уникальная архитектурная форма здания символизирует древнюю китайскую концепцию «круглое небо, квадратная земля». 12 октября 1996 г. музей открыл двери перед посетителями.

Гном на верблюде. Бронзовая скульптура эпохи Тан

Собрание шанхайского музея насчитывает около 120 тыс. произведений искусства. Эспозиция развернута в 11 постоянных галереях, а еще три зала используются для проведения временных выставок. В числе экспонатов – оружие, орудия труда, бронзовые котлы и ритуальные сосуды, керамика, начиная с эпохи неолитиа до XX в., включая яркие образцы черной керамики поздненолитической культуры луншань (вторая половина III тыс. до н. э.). Здесь демонстрируются и выполненные в натуральную величину терракотовые фигуры лошади и двух воинов из знаменитой гробницы императора Цин Шихуанди в Сиани. Отдельная галерея посвящена китайскому фарфору, где экспонируется, в частности, коллекция знаменитых сине-белых ваз династии Мин. В разделе каллиграфии представлены не только свитки с образцами каллиграфического письма, охватывающие период в полторы тысячи лет, но и инструменты, используемые каллиграфами и художниками. В одном из залов музея можно познакомиться с декоративно-прикладным искусством национальных меньшинств Китая.

В галерее древней китайской бронзы можно увидеть около 450 изделий из бронзы, изготовленных в период, начиная от эпохи Шан (II тыс. до н. э.) до периода «враждующих государств» (V–III вв. до н. э.), включая бронзовые сосуды для вина, воды и пищи, музыкальные инструменты. Эти изделия редкостной красоты и порой весьма причудливой формы, некоторые – с иероглифическими надписями, входят в золотой фонд китайского искусства. В галерее скульптуры выставлено около 130 шедевров пластики из камня, дерева, терракоты и бронзы, от периода «враждующих государств» до династии Мин. Особый раздел экспозиции отведен китайской буддийской скульптуре VI–VIII вв.

Национальный дворец-музей Тайваня

В списке 12 крупнейших художественных музеев мира значатся 8 европейских, 3 североамериканских и 1 азиатский музей. Этот последний находится не в богатой культурными традициями Индии, не в утонченной и индустриально развитой Японии, не в материковом Китае с его миллиардным населением, а на острове Тайвань – территории, которую Китай продолжает считать своей, но которая вот уже более полувека существует как вполне независимое государство.

Как же получилось, что этот сравнительно небольшой остров стал обладателем крупнейших культурных сокровищ Азии?

Эта история началась восемьдесят лет назад. В 1911 г. пала последняя китайская императорская династия. А 10 октября 1925 г. в бывшем Запретном городе в Пекине, где располагается комплекс императорских дворцов, республиканские власти открыли музей. Впервые в истории Китая несметные сокровища императорского собрания стали доступны для простых людей.

Однако музей просуществовал недолго. Международная обстановка все более накалялась. В 1931 г. милитаристская Япония оккупировала Манчжурию. Следующим шагом должна была стать агрессия против Китайской Республики. И в 1933 г., в преддверии надвигавшихся событий, более 200 тыс. бесценных исторических экспонатов из императорских дворцов – основная часть музейного собрания – были тщательно упакованы в корзины, погружены в железнодорожные вагоны и отправлены из Пекина в более безопасный Нанкин. Так началась долгая, полная драматизма одиссея императорских сокровищ, сама по себе заслуживающая отдельного рассказа. Спустя 16 лет, преодолев расстояние в тысячи миль, драгоценная коллекция оказалась в Тайбэе – столице Тайваня. Но только в 1965 г., когда Национальный дворец-музей открылся для посетителей, сокровища императорских дворцов наконец снова стали доступны для обозрения.

Национальный дворец-музей располагается в Вэй-юаньши, северном пригороде Тайбэя. Его здание, построенное уже в послевоенное время, напоминает своим обликом дворцы Запретного города. Сегодня Национальный дворец-музей – крупнейшее и лучшее в мире собрание китайского искусства. Оно насчитывает около 700 тыс. экспонатов. Хотя подавляющее их большинство составляют предметы, некогда принадлежавшие китайским императорам – фарфор, бронза, нефрит, керамика, лаковые изделия, образцы каллиграфии, живопись, редкие книги и документы, – коллекция музея продолжала расти и все последние годы, благодаря пожертвованиям со стороны частных коллекционеров.

Лишь малая часть коллекций (около 15 тыс. экспонатов) находится в постоянной экспозиции. Основная часть собрания хранится в огромных подземельях, врезанных в холм, на котором стоит дворец. Время от времени музей устраивает тематические выставки, где демонстрируются уникальные произведения китайского, тибетского, маньчжурского искусства, хранящиеся в его фондах. Многие из них просто бесценны. К примеру, коллекция нефритовых фигурок охватывает период более чем в 5 тыс. лет – приблизительно с 5000 г. до н. э. до 220 г. н. э. Собрание тибетских ритуальных предметов рассказывает о долгой и сложной истории взаимоотношений между тибетским религиозным сообществом и императорским двором в Пекине. Большинство этих предметов представляют дары различных тибетских монастырей, присланных китайским императорам.

Многие правители Китая были заядлыми коллекционерами, однако начало собиранию дворцовых коллекций было положено в эпоху династии Сун (960–1279). Сунский император Дай Кун специально посылал эмиссаров во все провинции Китая с приказом собирать, конфисковывать или попросту выкрадывать лучшие образцы китайского искусства. После разрушительного монгольского нашествия традиция собирательства возобновилась. Восстановленное императорское собрание предметов искусства сперва хранилось в Пекине, а в 1368 г., когда к власти пришла династия Мин, было перемещено в Нанкин. В 1420-х гг., когда минский император Юн Ло перенес столицу снова в Пекин, императорская коллекция разместилась в залах дворца в Запретном городе. На протяжении последующих веков она непрерывно разрасталась. Правители династии Цин (1644–1911) особенно усердствовали в ее пополнении.

По экспонатам, хранящимся в музее, можно проследить всю историю китайской книги на протяжении последних пяти тысяч лет. Диапазон материалов, на которых писались древние книги, включает в себя глиняную посуду, панцири черепах и кости животных, бамбук, шелк. Помимо рукописных свитков эпохи династии Хань (206 г. до н. э. – 220 г. н. э.) и буддийских сутр VI–VII вв. здесь демонстрируются первые – не только в Китае, но и во всем мире – печатные издания времен династий Сун (960–1279) и Юань (1280–1367). Эти издания имеют особую ценность: они увидели свет почти в то же время, когда были созданы многие произведения китайской классической литературы, и теперь с их помощью исследователи устанавливают текстовую подлинность литературных работ. Здесь представлены и настоящие шедевры каллиграфии, созданные лучшими китайскими мастерами всех времен.

А изящнейший фарфор эпохи династии Мин (1368–1643)! Многие десятилетия он являлся желанным товаром на рынках всех стран мира, но самые выдающиеся его образцы можно было видеть лишь при дворе китайских императоров, а сегодня – в тайваньском Национальном дворце-музее. Здесь представлены вся история, все стили китайского фарфора. Этот раздел экспозиции никого не оставляет равнодушным.

Национальный дворец-музей Тайваня – это не только крупнейшее художественное собрание Азии, но и важный научно-просветительский центр. Издаваемые им книги по китайскому искусству давно стали бестселлерами в мире поклонников и знатоков искусства Китая. Особенно известна 67-томная серия «Пять тысяч лет китайского искусства» и 15-томная энциклопедия «Китайское искусство в зарубежных собраниях».

Кувейт

Национальный музей Кувейта

До 1990 г. Национальный музей Кувейта обладал одной из наиболее значительных в мире коллекций исламского искусства. Он открылся в декабре 1957 г. и сначала располагался во дворце эмира Кувейта, шейха Ахмеда Аль-Джабера Аль-Сабаха, частная коллекция которого легла в основу собрания Национального музея Кувейта.

В начале 1960-х археологи, работавшие на острове Файлака, обнаружили следы крупного торгового центра, еще в III тыс. до н. э. располагавшегося на пути древних мореплавателей, совершавших плавания в страну Дилмун (Бахрейн). Остров Файлака являлся одним из немногих мест, где можно было бы пополнить запасы пресной воды, поэтому на протяжении всех последующих 5 тыс. лет моряки и торговцы не только регулярно посещали его, но и активно осваивали. Археологи нашли здесь многочисленные цилиндрические печати из Месопотамии, Дилмуна и Мохенджо-Даро, руины крепости IV в. до н. э. и христианской церкви VI в. н. э.

Археологические открытия на Файлаке вызвали к жизни потребность значительно расширить экспозиции музея. Уже в 1960 г. был готов проект музейного комплекса, однако строительство началось только в 1981 г. Два из четырех запланированных корпусов были открыты 23 февраля 1983 г.; 16 февраля 1986 г. открылся планетарий. К 1990 г. музейный комплекс включал в себя три выставочных зала, конференц-зал, планетарий и зал, где экспонировались отреставрированные старинные парусники-доу. В экспозиции музея демонстрировались прекрасная коллекция исламского искусства – одна из лучших в мире, жемчуг, этнографические предметы, археологический материал из раскопок на острове Файлака, а также современная кувейтская живопись. Национальный музей Кувейта в ту пору входил в число крупнейших музеев Ближнего Востока.

2 августа 1990 г. в Кувейт вторглись иракские войска. Почти полгода страна была оккупирована. Музей жестоко разграбили, большая часть археологических, этнографических и исторических коллекций вывезли в Багдад. В феврале 1991 г., накануне своего бегства из Кувейта, иракцы подожгли музей. Огнем были серьезно повреждены три из пяти зданий музея, погибли коллекция старинных парусников, все археологические коллекции, еще остававшиеся неразграбленными и почти половина собрания современной живописи; другие картины закоптились и были серьезно повреждены.

После изгнания оккупантов первой задачей сотрудников музея стала расчистка развалин и срочное спасение уцелевших произведений искусства. В последующие годы значительная часть похищенных иракцами сокровищ Национального музея была возвращена, однако некоторые экспонаты все еще остаются в Ираке, а многие просто бесследно пропали. В их числе – старинное, богато украшенное оружие, изделия из золота и серебра, исторические драгоценные камни, включая три изумруда, некогда принадлежавшие индийским императорам из династии Великих Моголов. Один из этих изумрудов был просто уникален: он весил 243 карата и был покрыт сложным резным растительным орнаментом. По счастью, многие из самых важных экспонатов коллекции драгоценных камней во время иракского вторжения находились на выставке в Санкт-Петербурге и благодаря этому сохранились.

Сегодня восстановленный музей предлагает посетителям всего четвертую часть предыдущей экспозиции. Работы по воссозданию утрат продолжаются. В 1997 г. открылась восстановленная выставка парусников-доу, хотя вместо оригиналов здесь теперь демонстрируются лишь умело сделанные копии. Тысячи экспонатов еще лежат в запасниках музея, упакованные в стальные ящики. Специалисты музея полагают, что в конечном счете будет восстановлено около 80 % прежней коллекции.

Музей Тарика Раджаба

Музей Тарика Раджаба – крупнейший частный музей на Ближнем Востоке. Он создан на основе частной коллекции семьи Раджаб. Тарик Сайед Раджаб, директор кувейтского департамента старины и музеев, начал собирать ее еще в начале 1950-х гг., а в 1980 г. собрание было открыто для доступа публики. Сегодня музей насчитывает в своих фондах более 30 тыс. экспонатов, из которых около 10 тыс. демонстрируется в постоянной экспозиции. Музей благополучно избежал уничтожения иракскими оккупантами в августе 1990 г.: уже в первую неделю после вторжения его сотрудники сумели поспешно, но тщательно упаковать большинство важнейших экспонатов в ящики и спрятать их в надежных местах. В сентябре 1991 г. музей вновь открыл свои двери для посетителей.

Экспозиция музея разделена на две секции. В первой демонстрируются образцы арабской каллиграфии, стекло и керамика, изделия из металла и дерева, резные изделия из нефрита и слоновой кости. Во второй выставлены костюмы, текстиль, вышивки, золотые и серебряные украшения, музыкальные инструменты, происходящие из разных регионов обширного исламского мира, а также произведения искусства и этнографические памятники из Тибета, Непала и Бутана. Основатель музея Тарик Раджаб был первым кувейтцем, который отправился за границу, чтобы изучать искусство. Вместе с женой, англичанкой по происхождению, они объехали весь Ближний Восток, Центральную и Юго-Восточную Азию, побывали в Индии, Китае и Японии. Произведения искусства, собранные во время этих путешествий, и легли в основу частной семейной коллекции.

Сегодня Музей Тарика Раджаба обладает весьма значительной коллекцией ближневосточной керамики, включая изделия доисламского периода. Самый древний экспонат датируется парфянским периодом (рубеж I в. до н. э. – II в. н. э.), самый поздний – 1930-ми гг. В собрании костюмов, тканей и вышивки представлено более 4 тыс. экспонатов, происходящих из Палестины, Сирии, Саудовской Аравии, Турции, Индии, Йемена, Ирана, Туркмении, Афганистана и Узбекистана.

Музей Тарика Раджаба специализируется на арабских народных изделиях из серебра, являясь ведущим музеем в этой области. Коллекция серебра насчитывает около 12 тыс. предметов, из которых только 2 тыс. находится в постоянной экспозиции. В частности, здесь можно увидеть большой комплекс серебряных украшений с эмалью, созданных в 1880–1900-х гг. и некогда принадлежавших бухарскому эмиру. В так называемой Золотой комнате музея хранится прекрасная коллекция редких золотых драгоценностей, главным образом происходящих из стран Ближнего Востока (включая доисламский период), а также римских и византийских. В числе шедевров – большое золотое ожерелье с выгравированными на нем сурами Корана, когда-то принадлежавшее султану Омана из Занзибара.

Коллекция изделий из металла включает в себя свыше двух с половиной тысяч объектов – кувшины, курильницы, котлы, масляные лампы и т. д., происходящие из различных регионов исламского мира и относящиеся к различным периодам. В частности, здесь можно увидеть бронзовые, инкрустированные золотом сосуды из Индии эпохи Великих Моголов. Инкрустированная золотом бронза была чрезвычайно популярна в тот период. Большой интерес представляют хранящиеся в собрании музея многочисленные картины, зарисовки и литографии европейских художников-ориенталистов XIX в. из Великобритании, Франции, Италии, Германия и Испания, путешествовавших по Ближнему Востоку и запечатлевших жанровые сценки, пейзажи библейских мест и древних городов. В коллекции, в частности, представлены 250 литографий английского художника Дэвида Робертса (1796–1864), созданные на основе его зарисовок, сделанных во время путешествий по Египту, Нубии и Святой Земле.

Ливан

Национальный музей в Бейруте

История ливанского Национального музея началась в 1919 г., когда Раймон Вейль (1874–1950), в ту пору – французский офицер, служивший в Ливане, а в дальнейшем – крупный ученый-археолог, ставший в 1928 г. президентом Французского египтологического общества, организовал в Бейруте небольшую временную выставку, где экспонировались древности, найденные самим Вейлем при раскопках на территории Ливана. В 1923 г. был организован комитет по созданию Национального музея. Строительные работы начались в 1930 г. и завершились в 1937 г., однако открылся музей только спустя пять лет, в самый разгар Второй мировой войны.

В течение последующих 30 лет коллекция музея существенно увеличилась прежде всего за счет материалов археологических раскопок. В их числе были саркофаги, мозаики, золотые украшения, монеты, керамика, оружие. Когда в 1975 г. в Ливане вспыхнула гражданская война, музей был закрыт, как считалось – временно. Руководство музея надеялось, что ситуация быстро войдет в нормальное русло. Однако страна с каждым день все глубже втягивалась в бесконечный цикл насилия. Музей оказался в непосредственной близости от линии фронта, пролегавшей через центр Бейрута в течение семнадцати лет, и стал не только свидетелем, но и жертвой этой братоубийственной войны. Все эти годы район, в котором находится музей, считался одним из самых опасных в ливанской столице, а музейное здание одно время даже служило казармой.

Буквально под огнем сотрудникам музея пришлось принимать меры, чтобы спасти богатейшее собрание древностей. Мелкие предметы были упакованы в ящики и укрыты в подвале, римские и византийские мозаики, вмонтированные в пол первого этажа, пришлось залить слоем бетона, а большие и тяжелые объекты – такие, как статуи и саркофаги – были защищены мешками с песком. В 1982 г. ситуация стала совсем критической, и мешки с песком пришлось заменить бетонными плитами.

К 1991 г., когда наконец объявили перемирие, здание музея находилось в ужасном состоянии. Его фасады были иссечены пулями и осколками мин и снарядов, кровля и оконные переплеты сгорели, стены залов испещрены следами автоматных очередей и исписаны квартировавшими в здании музея солдатами. Основная часть коллекции более пятнадцати лет хранилась в совершенно непригодных для этого условиях, а часть ее, равно как и музейный архив – карты, фотографии, отчеты и др., – погибла в огне.

Работы по восстановлению начались в 1995 г., а 25 ноября 1997 г. уже открылся первый этаж музея. Полностью экспозиция стала доступна для осмотра с октября 1999 г.

Несмотря на пережитую трагедию, Национальный музей в Бейруте остается одним из крупнейших музеев Ближнего Востока. В его богатой коллекции хранятся экспонаты, проливающие свет на 6 тыс. лет истории Ливана. Здесь представлены доисторический, финикийский, эллинистический, римский, византийский и арабский периоды истории страны. Шедевром собрания является знаменитый саркофаг Ахирама, царя Библоса, украшенный рельефными изображениями плакальщиц и сценами погребального пира. Этот саркофаг особенно известен тем, что на нем высечена самая древняя надпись, сделанная финикийским алфавитом.

Саркофаг Ахирама, наряду с саркофагами других финикийских царей, был обнаружен при раскопках царского некрополя в Библосе, которые археологи парижского Лувра начали вести еще в 1920-х гг. Французский археолог Морис Дунан более сорока лет вел археологические исследования Библоса и сделал ряд открытий настолько ценных, что они поставили Национальный музей Ливана на один уровень со знаменитым Египетским музеем в Каире.

Саркофаг Ахирама. XIII–X вв. до н. э.

В Национальном музее Бейрута хранятся историко-археологические ценности, найденные при раскопках финикийских городов Сидон (Сайда) и Тир (Сур). Один из каменных саркофагов, найденных в захоронениях древних сидонцев, донес до нас изображение одномачтовой ладьи, нос которой украшен гордо вскинутой деревянной головой лошади. Трапециевидные паруса наполнены ветром, рядом пенятся волны… Сохранились и изображения таких ладей, идущих на веслах и под парусами, везущих товары или буксирующих стволы деревьев.

Большую ценность представляет храм бога Эшмуна, обнаруженный в северном предместье Сидона. Эшмун был покровителем этого города и почитался как бог-врачеватель. Неподалеку от руин храма во время раскопок была найдена пластинка с изображением Эшмуна и богини Гигеи (отсюда слово «гигиена»). Эшмун держит в правой руке посох, обвитый змеей, а Гигея поит другую змею из кубка. Таких статуэток найдено немало, среди них очень много изображений детей. Это дало ученым основание предположить, что Эшмун у финикийцев был «детским доктором». Множество таких статуэток хранится сейчас в Национальном музее в Бейруте.

К более позднему, византийскому, периоду (V–VI вв.) относится клад золотых предметов, украшенных драгоценными и полудрагоценными камнями. Они были скрыты в кувшине, найденном под полом византийской виллы в Бейруте, которая, вероятно, была разрушена в результате сильного землетрясения в 551 г. В экспозиции бейрутского музея хранятся также золотые, серебряные и бронзовые украшения, коллекции персидских и греческих монет, статуэтки из ценных металлов, камня и глины, предметы домашнего обихода… Бесценные сокровища таятся в древней земле Ливана. Ученые уверены, что она порадует их еще очень многими открытиями и бесценными находками, которые обогатят Национальный музей в Бейруте.

Пакистан

Национальный музей Пакистана в Карачи

Национальный музей Пакистана был создан в первый же год обретения страной независимости и открыт 17 апреля 1950 г. В настоящее время он включает в себя 11 галерей, где представлены древности цивилизации долины Инда и искусство Гандхары, исламское искусство, миниатюры, нумизматика. Есть также интересная этнологическая галерея с манекенами в натуральную величину, облаченными в традиционную одежду различных народностей, населяющих Пакистан.

Амитаба. I–III вв.

Открывают экспозицию археологические материалы, представляющие эпоху неолита и ранние земледельческие культуры Белуджистана. Один из самых интересных разделов музея рассказывает о знаменитой цивилизации долины Инда (Хараппской цивилизации). Она процветала на протяжении почти тысячи лет (приблизительно 2500–1800 гг. до н. э.) и стала одной из самой ярких страниц в истории Древнего мира. Поселения Хараппской цивилизации обнаружены теперь на огромной территории: более чем на 1100 км с севера на юг и более 1600 км с запада на восток. Это была высокоразвитая городская культура; по подсчетам ученых, в наиболее крупных городах проживало до 100 тыс. человек. Два крупнейших города – Хараппа и Мохенджо-Даро – по-видимому, являлись столицами этой страны. В Национальном музее Пакистана можно увидеть диораму, изображающую утро в Мохенджо-Даро: огромный город, застроенный двух– и трехэтажными кирпичными домами, с широкими (до 10 м) прямыми улицами, пересекающимися под прямым углом, и цитаделью, возвышающейся над «нижним городом». Раннее утро, но гончары и разносчики товаров уже начали свой трудовой день. У пристани стоят суда, вереницы людей грузят на них тюки хлопка; скоро погрузка закончится, и на кораблях поднимут паруса…

Походы Александра Македонского оказали глубокое культурное влияние на Северо-Западную Индию (ныне Пакистан) и, в частности, на буддийское искусство. С I в. н. э. в разных художественных школах Индии появляется традиция изображать Будду в человеческом образе. Существует гипотеза, что эта традиция родилась в Гандхаре (ныне северо-запад Пакистана), где сильнее всего ощущалось эллинистическое влияние, а образ Будды, и в первую очередь Будды стоящего, сформировался под влиянием образа греческого бога Аполлона. Эта версия пока спорна, однако несомненен факт, что по сравнению с другими индийскими школами скульптурные произведения школы Гандхары выше по технике обработки и более уточненны, а их формы несут несомненные признаки влияния провинциального греческого искусства. Одно время скульптуры Гандхары даже называли «произведениями греческого искусства в Индии», считали их «неиндийскими» и исключали из истории индийского искусства. В настоящее время признано, что искусство Гандхары является индийским по содержанию и эллинистическим по форме, а его влияние на буддийское искусство не только Индии, но и всей Юго-Восточной Азии бесспорно.

Множество произведений древних скульпторов Гандхары можно увидеть в Национальном музее Пакистана. Здесь есть как статуи Будды в разных положениях, так и статуи индуистских божеств – Индры и Брахмы. Дополняют экспозицию галереи искусства Гандхары терракотовые статуэтки, бронзовая утварь посуда, железные орудия труда, дополняющие наши представления о художественных навыках и творческом потенциале их создателей.

В следующей галерее – искусство индуизма VI–XI вв. Это преимущественно скульптура. Из гладко отполированного мелкозернистого темного камня высечены фигуры Шивы, Сурья, Вишну. Рядом – бронзовые статуи Рамы и Брахмы из Синда, декоративные резные детали из мрамора и дерева, некогда украшавшие различные индуистские храмы.

В южном крыле первого этажа располагается галерея исламского искусства. Здесь выставлены оружие, доспехи, керамика, бронза, научные инструменты, текстиль. Большая диорама «Осада Дебала армией Мухаммеда бен Касима в 711 году» рассказывает о важном эпизоде в истории Пакистана: завоевательном походе омейядского полководца Мухаммеда бен Касима в Синд и Пенджаб (современный Пакистан) и захвате им города и порта Дебал (Дайбул, современный Карачи). Завоевание Синда и Пенджаба арабскими войсками ознаменовало начало исламской эры в истории Пакистана. В музее можно увидеть самые ранние памятники исламской культуры, найденные археологами в Бамборе (около 40 км от Карачи): медные монеты периода Омейядов, сирийская керамика того же периода с куфическими надписями и цветочно-геометрическим орнаментом.

Национальный музей Пакистана обладает более чем 300 редкими рукописями Корана, из которых 52 находятся в постоянном показе в так называемой Галерее Корана. Редкое по полноте и представительности собрание памятников каллиграфии демонстрируется на втором этаже музея. Исламское искусство в собрании Национального музея Пакистана представлено также изделиями из серебра, персидскими и индийскими миниатюрами с изображением сцен охоты, придворной жизни и романтических сцен.

Секция нумизматики Национального музея насчитывает с своем собрании около 60 тыс. восточных монет от первых лет хиджры (VII в.) до XIX в.

Лахорский музей

Лахорский музей, прежде называвшийся Центральным музеем, – самый большой и самый старый музей в Пакистане и один из крупнейших во всей Южной Азии. Он был создан еще во времена британского правления, в 1864 г., и первоначально назывался Художественно-промышленным музеем Пенджаба. Музей известен, в частности, тем, что его хранителем одно время был Джон Локвуд Киплинг, отец знаменитого писателя Редьярда Киплинга.

Первый камень в основание существующего здания Лахорского музея заложил в 1890 г. герцог Кларенс, старший сын английского короля Эдуарда VII. Построенное в духе индийской архитектуры эпохи Великих Моголов, оно было открыто для публики в 1894 г. Экспозиция музея, развернутая в 20 галереях, охватывает период от каменного до XX в. Прежде всего музей известен своей непревзойденной коллекцией гандхарской скульптуры, а также собранием миниатюр, рукописей, ковров, джайнской и индусской резьбы по дереву, оружия, костюмов и драгоценностей. Часть коллекции Лахорского музея при размежевании бывших британских колоний в конце 1940-х гг. была передана в Индию.

Лахорский музей обладает весьма значительным собранием древностей Хараппской цивилизации, а также лучшей в Пакистане коллекцией буддийского искусства периода Гандхары. В его экспозиции выставлено большое количество скульптур гандхарской («греко-буддийской») школы, включая широко известного «Постящегося Будду». В залах музея экспонируются также музыкальные инструменты, богато украшенное оружие, доспехи, миниатюры, изделия декоративно-прикладного искусства Пенджаба, включая керамику, ювелирные украшения, текстиль. Значительная часть этого собрания относится к эпохе Великих Моголов и является одной из лучших и наиболее представительных в мире коллекций могольского искусства. Один из залов посвящен культуре Тибета и Непала. Лахорский музей обладает также большим собранием миниатюр и картин, от эпохи Моголов до окончания британской эры.

Отдельные галереи посвящены искусству индуизма, джайнизма и ислама, а в последние годы создана сикхская галерея. Пенджаб, как известно, является центром сикхизма, и музей в Лахоре обладает очень большим собранием сикхского искусства и этнографии, насчитывающим около 40 тыс. экспонатов. В настоящее время часть этого собрания является доступной для публики.

Национальный музей науки и техники в Лахоре

Национальный музей науки и техники в Лахоре является одним из крупнейших музеев подобного рода в странах «третьего мира». Его создатели ставили своей целью прежде всего распространение научно-технических знаний в широких кругах населения, и в первую очередь молодежи. Другой целью является поощрение научно-технического творчества.

Музей был создан в 1965 г. и открыт для публики в 1976 г. Исходя из заявленных целей, создатели музея постарались не превращать его в хранилище раритетов, а придать экспозиции максимально живой характер. Значительную часть его экспозиции занимают действующие модели различных устройств, отражающие основные принципы науки и техники, и диалоговые выставки, где посетители вовлекаются в практический процесс познания мира. При этом экспозиция разрабатывалась с таким расчетом, чтобы соответствовать базовой учебной программе технических вузов страны.

Экспозиция музея развернута в трех галереях. Первая посвящена таким отраслям науки и дисциплинам, как математика, электричество и магнетизм, гидродинамика, машиноведение, свет, звук, метеорология. Во второй посетители музея могут постичь тайны биологии, электроники, космонавтики, минералогии, познакомиться с миром компьютеров. Третья галерея отведена медицине, молекулярной биологии, энергетике, проблемам транспорта и окружающей среды.

Для первой экспозиции музея диалоговые выставки были импортированы из-за границы. Те из них, которые не соответствовали местным требованиям или не подходили для уровня понимания посетителей, были соответственным образом адаптированы. В дальнейшем ряд выставок был создан музеем самостоятельно, причем исключительно в рамках учебных программ студентов: научно-технический музей в развивающейся стране, увы, не может позволить себе охватить в своей экспозиции все научные дисциплины.

Национальный музей науки и техники в Лахоре является важным образовательным центром: он организует учебные занятия, лекции, просмотры кинофильмов, специальные «астрономические сессии» для студентов и обычной публики, когда каждый желающий может посмотреть в телескоп на луну и звезды. Музей также реализует национальную программу компьютерной грамотности.

Сирия

Национальный музей в Дамаске

Сирию называют перекрестком культур и народов. Все следы древнейшей истории человечества ведут сюда, на Ближний Восток, а самые ранние свидетельства человеческого пребывания здесь насчитывают сотни тысяч лет. Неудивительно, что Национальный музей, расположенный в столице Сирии Дамаске, является сегодня одним из богатейших музеев Передней Азии. В его стенах собраны многочисленные памятники самых разных эпох – с древнейших цивилизаций, существовавших на территории Сирии, и кончая искусством сегодняшних дней.

Национальный музей был создан в Дамаске в 1919 г., первоначально – при Арабской академии. Специальное здание для него было построено в 1936 г. Позже это здание было дополнено новыми залами, в которых разместился отдел арабского искусства. Окончательный свой вид Дамасский музей приобрел в 1961 г., когда к его основному зданию были пристроены новые залы и галерея, а также большой зал для конференций и библиотека.

Знакомство с экспозицией начинается уже в обширном саду перед зданием музея, где стоят римские статуи крылатой богини победы Виктории. Оно продолжается и на площадке перед главным входом в музей, которую украшает монументальная статуя сидящего льва с головой быка между передними лапами, происходящая из древнеримской Латакии, и в холле, где находятся мраморные скульптуры и мозаики римского времени. Но настоящее потрясение ждет посетителя музея в главных залах, где выставлены выдающиеся памятники культуры и искусства, происходящие из раскопок знаменитых центров ближневосточных цивилизаций – Мари, Угарита, Пальмиры, Дура-Европос, Филиппополиса и других.

Дамаск. Национальный музей

Пожалуй, самые интересные залы – те, где экспонируются находки, сделанные археологами среди развалин древних городов Мари и Угарита. Оба эти памятника начали изучаться французскими учеными в 1920–1930-х гг. Часть находок сегодня хранится в парижском Лувре, другая – здесь, в Дамасском музее.

Город-государство Мари, располагавшийся на Евфрате, долгое время был соперником могущественного Вавилона. В XVIII в. до н. э. его захватил и разрушил вавилонский царь Хаммурапи. Французские ученые нашли среди руин города царский архив – более чем 20 тыс. глиняных табличек с клинописью, проливающих свет на многие загадки истории. В числе древних памятников Мари в музее демонстрируются великолепные алебастровые статуи, а также предметы из клада, найденного в 1965 г. при раскопках царского дворца. Это так называемое сокровище Ура представляет собой дар, присланный правителю Мари царем шумерского города Ура, и включает в себя многочисленные цилиндры-печати, статуэтки из бронзы и слоновой кости. Великолепен львиноголовый орел с распростертыми крыльями; крылья и тело его сделаны из ляпис-лазури, голова и хвост – из тонкого золотого листа, заполненного битумом.

Памятникам, происходящим из древнего финикийского города Угарита, в музее отведено целых два зала. Как и в Мари, в руинах Угарита был найден дворцовый архив, состоящий из табличек, написанных клинописными знаками. Но главной находкой стала небольшая (длиной 5,1 см) глиняная табличка, на которой начертаны знаки древнейшего в мире алфавита, изобретение которого традиционно приписывается финикийцам. Эта табличка, обнаруженная в 1949 г., является сегодня одним из ценнейших экспонатов Дамасского музея.

Жители Угарита для своих изделий широко использовали слоновую кость – из нее сделаны превосходные скульптуры и круглый столик, найденный в 1953 г. в царском дворце, на крышке которого располагаются изображения крылатых сфинксов, грифонов и орлов, терзающих оленей и других животных. Не менее интересны изделия из бронзы – статуэтки, покрытые золотой фольгой, фигурки животных и птиц. Из Египта попали в Угарит изящные алебастровые вазы. Интересно оружие – бронзовые кинжалы, копья, ножи и топоры; следует особо выделить бронзовый меч, на лезвии которого вырезано имя фараона Минепта, сына Рамсеса II.

Изображение Ику Шамагана, царя города-государства Мари. XVIII в. до н. э.

В античные времена крупнейшим городом на территории Сирии была Пальмира. Из руин Пальмиры в Дамасский музей привезены многочисленные мозаики, скульптуры, надгробные рельефы, статуи пальмирских граждан и изображения богов. Другим античным городом, где найдены выдающиеся памятники искусства, является Дура-Европос. Основанный в начале III в. до н. э., он располагался в среднем течении реки Евфрат, у самой границы с Ираком. В 256 г. он был полностью разрушен персами. Раскопки американских археологов открыли здесь замечательные памятники архитектуры и изобразительного искусства. Наибольшей известностью пользуются многочисленные храмы, украшенные фресками, сочетающими черты парфянского, сирийского и эллинистическо-римского искусств. Росписи синагоги из Дура-Европос, внутренний вид которой с большой точностью восстановлен в Дамасском музее, являются наиболее интересными. Нижнюю часть их занимают изображения различных животных, выше – сцены из Библии. В их числе – серия картин, изображающих исход евреев из Египта, битву между израильтянами и филистимлянами, Моисея, извлекающего воду из скалы. Центральное место в зале, посвященном находкам из Дура-Европос, занимает монументальная (высота 3,8 м, ширина 4,25 м) фреска из храма Пальмирских богов, с изображением двух жрецов в длинных белых одеяниях и белых колпаках, приносящих жертву перед алтарем. Интересны также украшения из золота и стекла, изделия из бронзы, поливная синяя и зеленая керамика.

Отдельный зал посвящен римским мозаикам из античного Филиппополиса. Здесь же представлены самые разнообразные, часто очень тонкие по исполнению украшения из золота – ожерелья, серьги, кольца – и обширная коллекция монет, преимущественно селевкидских и римских.

Античный отдел музея дополняют две длинные галереи, тянущиеся вдоль залов первого этажа. В них собраны произведения прикладного искусства, найденные в различных древних поселениях Сирии, включая большую коллекцию бронзовых и мраморных статуэток, бронзовой утвари и керамики. Особенно интересна экспозиция стеклянных изделий – одна из богатейших в мире. Сирия издавна славилась своим высокоразвитым стекольным производством, восходящим еще к финикийскому времени.

Если коллекция античного отдела в Дамасском музее отличается большим богатством и разнообразием экспонатов, то отдел византийского искусства значительно скромнее. Он состоит из четырех небольших залов, где представлены изделия прикладного искусства – преимущественно керамика, стекло и бронза, монеты и украшения, манускрипты и образцы тканей, пальмирских и коптских.

Музей Дамаска располагает и прекрасной коллекцией арабского средневекового искусства. В числе самых интересных экспонатов принадлежат росписи замка Каср-аль – Хайр аль-Гарби, некогда принадлежавшего омейядским халифам. Специальный зал музея посвящен раннесредневекому городу Ракка, раскопки которого дали интереснейшие находки. Некогда это была любимая резиденция знаменитого багдадского халифа Харуна-ар-Рашида. Сегодня предметы, украшавшие его дворец, можно видеть в Дамасском музее: удивительные по красоте расписные сосуды, фрагменты резного убранства, статуэтки. Коллекция музея включает и образцы старейших арабских надписей на камнях, костях и пергаменте, различные документы, трактаты по теологии, философии, биологии, астрономии, лингвистике, медицине, географии. Рукописи оформлены и украшены в соответствии с достижениями каллиграфии и вкусами своего времени, как, например, расцвеченный красками и золотом, изящно украшенный заставками, виньетками и медальонами Коран XIV в., принадлежавший одному из правителей Дамаска.

На верхнем этаже демонстрируются коллекции современного искусства Сирии, работы известных сирийских живописцев и скульпторов. Стремясь способствовать развитию национального искусства, Дамасский музей устраивает ежегодные выставки – так называемые Осенние салоны.

Таиланд

Национальный музей Бангкока

Национальный музей Бангкока – первый общедоступный музей Таиланда. Его основал в 1874 г. король Рама V (1868–1910), чтобы показать широкой публике частную коллекцию, принадлежавшую его отцу и предшественнику, королю Таиланда Раме IV (1851–1868). Эта коллекция включала в себя произведения искусства, древности, чучела животных, приобретенные королем в Европе и США, скелеты ископаемых животных, образцы минералов и полезных ископаемых. Первоначально она экспонировалась в одном из помещений королевского дворца, а позднее под нее был отдан дворец наследника. В 1926 г. король Праядипок (Рама VII, 1925–1934) реорганизовал собрание и дал ему новое название – Бангкокский музей. С 1934 г. он называется Национальным музеем Бангкока.

Бангкок. Национальный музей

Коллекции музея включают в себя шедевры национального культурного наследия и охватывают период от доисторических времен до настоящего времени. В структуру Национального музея входят также 38 региональных музеев, образующих широкую сеть по всей стране. Музейная экспозиция развернута в трех основных галереях, одна из которых посвящена древней истории Таиланда, в двух других собраны историко-художественные и археологические коллекции. В 22 залах и отдельных помещениях бывшего дворца демонстрируются изделия из золота, бронзы, эмали и перламутра, музыкальные инструменты, резьба по дереву, текстиль, керамика, королевские регалии, маски традиционного тайского театра «кхон», паланкины, оружие, погребальные колесницы.

В галерее предыстории можно увидеть превосходные образцы керамики и изделий из бронзы, созданные в период 3700 г. до н. э. и 300 г. н. э., наскальные рисунки, утварь из могил. Открытие и исследование доисторических культур в Таиланде – относительно недавнее явление. До середины XX в. такие открытия были в значительной степени случайны. Лишь начавшиеся в 1960-х гг. систематические археологические исследования показали, что уже 3–4 тыс. лет тому назад на территории Таиланда существовали человеческие сообщества с весьма сложной организацией и высокоразвитой культурой.

Значительная часть музейной экспозиции отведена под показ изделий таиландских ремесленников, обслуживавших в XVIII–XX вв. королевский двор. Здесь представлены прекрасные образцы резьбы по дереву и слоновой кости, искусства инкрустации из перламутра (особенно популярного в XIX в.), традиционного женского костюма, текстиля из стран Юго-Восточной Азия и Индии. Многие из этих изделий представляют собой подарки, в разное время преподнесенные королевской семье. В центре зала, где экспонируется оружие различных эпох, высится чучело королевского боевого слона в натуральную величину, в полном оснащении и вооружении. Рядом с ним – две старинные испанские пушки XVII в. В коллекции оружия можно увидеть великолепно украшенные мечи, многие из которых предназначались только для церемоний. В «Золотой комнате», расположенной на втором этаже музея, демонстрируются королевские регалии, золотые украшения, утварь, ритуальные сосуды.

Буддийская скульптура из собрания музея

Большой интерес представляет экспозиция зала, где выставлены королевские паланкины, церемониальные носилки, кресла, которые ставились на спину слона. Большой позолоченный паланкин, использовавшийся при коронациях и похоронных процессиях, несли 16 крепких мужчин. Ровно в десять раз больше требовалось их для того, чтобы тянуть огромную, покрытую великолепной резьбой «Великую колесницу Победы», на которой тело умершего короля или королевы обычно доставлялось к месту кремации. Эта колесница, построенная в 1795 г. из тика и украшенная резными позолоченными головами змей-нагов и дэвов, весит 20 т. Ее тянули вперед 160 мужчин, в то время как еще 135 действовали сзади в качестве тормоза.

Большинство погребальных колесниц в музее датируется периодом правления короля Рамы I (1782–1809). Здесь же демонстрируется модель погребального костра, на котором было кремировано тело короля Рамы VII (1925–1935), урна сандалового дерева и зонтики, использовавшиеся при кремации его супруги, королевы Рамбхай Барни, в 1984 г.

В ансамбль музея входят две исторические постройки – маленький храм-часовня Буддаисаван (1795), в которой хранится глубоко почитаемая тайцами статуя Будды Пра Синг. Фрески часовни, изображающие сцены из жизни Будды, – самые старые в Бангкоке. Другое историческое здание – так называемый Красный Домик. Эта небольшая постройка из красного дерева (тика) в традиционном тайском стиле возведена около 200 лет назад и предназначалась для сестры короля Рамы I. Изысканная обстановка комнат Красного Домика, включая резную китайскую кровать, датируется началом XVIII – серединой XIX вв. Большинство находящихся здесь предметов принадлежало королевской семье.

Музей «Древний город»

Возможно ли ознакомиться со всеми историческими памятниками Таиланда за два-три часа? Причем не по путеводителю или художественному альбому, а увидеть все эти достопримечательности своими глазами? Положительный ответ на данный вопрос дает дирекция музея «Древний город». Это самый крупный в мире музей под открытым небом. Его иногда еще называют «Таиланд в миниатюре». Здесь в искусно сделанных макетах запечатлено все самое интересное, что можно увидеть, путешествуя по стране.

Музей расположен в 33 км от Бангкока, в провинции Самутпракан. Его строительство продолжалось с 1963 по 1973 г. при участии свыше тысячи рабочих, а также съехавшихся со всех концов страны консультантов: художников, архитекторов, граверов, искусствоведов.

С высоты птичего полета музей выглядит гигантской географической картой. Точно обозначены границы провинций, воссозданы горные ландшафты, лесные массивы, основные реки и озера Таиланда. Все достопримечательности уменьшены в три-четыре раза. Но это отнюдь не умаляет их красоты и величия. Строительные материалы, керамика, краски подобраны чрезвычайно умело.

Осмотр «Древнего города» начинается с южной части Таиланда: провинции Яла, Патталунг, Наконситаммарат. Величественная ступа Пра Махатхат. Здесь хранятся наиболее почитаемые в Таиланде буддийские реликвии. А вот и провинция Пангнга. Она представлена статуями трех индийских богов. У этих статуй интересная история: более двухсот лет назад бирманские войска, вторгшиеся в Таиланд, заняли эту провинцию. Статуи произвели большое впечатление на бирманских полководцев, и они решили увезти их на родину. Однако многотонные каменные статуи было невозможно переправить через горные перевалы и быстрые реки. Пришлось их оставить. Вскоре после изгнания захватчиков статуи были возвращены на место. Тайцы считают, что каменным изображениям этих божеств покровительствовал Будда, поэтому бирманцы и не смогли их вывезти из Таиланда.

Красивый храм в форме пирамиды облицован блестящими темно-коричневыми плитами. Это ступа Пра Махатхат, одна из наиболее известных буддийских святынь в стране. Храм находится в провинции Сураттани. В его архитектуре заметно влияние яванского зодчества.

А вот центральная часть страны. Знаменитый храм Кан Приан в провинции Петбури известен тем, что во время бирманского нашествия в нем укрылись жители города. Несколько дней бирманцы безуспешно пытались ворваться в храм. А потом покинули город, так и не сумев пленить жителей. На массивной деревянной двери сохранились глубокие следы пик и топоров, оставленные более чем два века назад. Они воспроизведены и на макете. Вообще, во время войны с Бирмой жители Таиланда всегда старались укрыться от врагов в монастырях и храмах. Ведь бирманцы и тайцы исповедуют одну религию, поэтому завоеватели никогда не разрушали и не поджигали буддийских святынь.

Прямая, ровная дорога, судя по указателю, ведет в провинцию Наконпатом. В конце этого миниатюрного шоссе возвышается скромный светло-коричневый храм – знаменитый Пра Патом, один из самых старых буддийских храмов. Его высота – 127 м. Он построен более тысячи лет назад, пережил несколько реконструкций. Последняя была проведена в 1953 г.

Чуть в стороне – макет железнодорожного моста. Это знаменитый мост через реку Квай. По нему во время Второй мировой войны, в период оккупации Таиланда Японией, была проложена железная дорога, соединившая Таиланд с Бирмой. На строительстве работали американские, английские, австралийские, голландские, малайские и индийские военнопленные. Около семи тысяч человек погибло от болезней и непосильного труда в тропическом климате. Памятником им стал мост через реку Квай.

В провинции Сингбури – По Као Тон, укрывшись в котором несколько тайских солдат в течение пяти месяцев сдерживали атаки большого отряда бирманцев.

Далее – Бангкок. Осмотр начинается с Тонбури, с его знаменитым храмом Арун. Змейкой извивается канал, изображающий Чао-Прайю, за ней видны макеты королевского дворца, Храма изумрудного Будды.

Древняя столица Таиланда Аютия расположена недалеко от Бангкока. Основана она была в 1350 г. как столица одноименного государства, в состав которого вошла значительная часть тайских земель, а также некоторые территории Бирмы, Малайзии и Камбоджи. В 1767 г., во время войны с Бирмой, город был почти полностью разрушен, а восстановлен только в XIX в. Сейчас Аютия – одна из исторических достопримечательностей Таиланда, место, часто посещаемое иностранными туристами.

Величественны дворцы и храмы Аютии. Создатели «Древнего города» сумели передать своеобразный колорит, присущий постройкам бывшей столицы. Более того, по картинам и описаниям им удалось воссоздать макет знаменитого королевского дворца Сан Пет Прасат, который в XVIII в. был полностью уничтожен бирманцами.

В провинции Лопбури возвышается буддийская ступа Пра Пран Сам Йот, построенная в камбоджийском стиле более трех веков назад. Другая древняя столица Таиланда – Сукотаи. Это столица одноименного государства, возникшего на территории Таиланда в первой половине XIII в. Его основатели – тайские вожди Па Мыанг и Банг Кланг. Наивысшего расцвета государство достигло в конце XIII – начале XIV в. при короле Раме Камхенге. В XV в. Сукотаи попало в вассальную зависимость от государства Аютия и вскоре было им завоевано. Сейчас Сукотаи, так же как и Аютия, – место паломничества туристов. Авторы макета Сукотаи воссоздали статуи Будды, остатки не дошедших до наших дней дворцов и храмов. По сохранившимся описаниям Древнего Сукотаи им также удалось воспроизвести зал приемов короля Рамы Камхенга с подвешенным в центре большим колоколом. Легенда гласит, что любой горожанин, решивший подать жалобу королю, мог прийти в этот зал и ударить в колокол. Услышав звон колокола, король выходил на встречу с посетителем.

На севере – второй по величине город Таиланда – Чиенгмай. На пути к нему – провинции Питит, Нан и Питсанулок. В Питсанулоке внимание привлекает построенный в камбоджийском стиле монастырь Чуламани. Он известен тем, что в 1464 г. стал обителью ушедшего в монахи таиландского короля Боромотрайлоканата.

Храм Пхумин в провинции Нан – один из немногих экспонатов музея, созданный почти в натуральную величину. Основной достопримечательностью храма является настенная живопись. Сюжеты из жизни тайских монархов, правивших пять-шесть веков назад: пышные церемонии, конные прогулки, охота на диких зверей. А рядом сцены из крестьянской жизни: сбор урожая на рисовых полях, строительство буддийского храма, красочные народные праздники.

Чиенгмай называют северной розой Таиланда. Это прекрасный город с чистым горным воздухом. Он был основан в конце XIII в. как столица одноименного государства на севере Сиама. Свыше четырехсот лет государство успешно отражало набеги монов и кхмеров, вело войны с Аютией. Однако после бирманского вторжения в Таиланд в начале XVIII в. Чиенгмай потерял свою самостоятельность. В 1796 г. город, а также ряд близлежащих провинций вошли в состав государства Сиам.

В Чиенгмае несколько живописных дворцов и храмов. Храм Тьет Йот известен своими уникальными настенными украшениями. Считают, что это первая постройка города, с нее и начинался Чиенгмай. Тьет Йот напоминает крупнейшие храмы древней столицы Бирмы – Паган.

Другой храм – Суан Док – построен в период расцвета государства. Он олицетворял могущество и богатство Чиенгмая. Башня украшена позолотой. Храм облицован зеркальными и керамическими плитками, которые играют и переливаются на солнце. В Суан Доке хранится прах монархов Чиенгмая и членов их семей.

Рядом на вершине горы, на высоте тысячи метров, расположен храм Пратат. Это место паломничества буддистов, проживающих в северных провинциях страны.

Впереди, на большой горе, покрытой густым кустарником, возвышается несколько старинных построек. Это группа храмов Као Пра Вихан. Они были построены кхмерами еще задолго до знаменитого храма Ангкор в Камбоджи. Реальные храмы Као Пра Вихан находятся на таиландо-камбоджийской границе. Причем подойти к ним можно только со стороны Таиланда, на камбоджийскую сторону выходит отвесная, неприступная скала. Между тайцами и кхмерами велись частые войны, менялись границы государств. Као Пра Вихан переходили из рук в руки. В конце 30-х гг. XX в., после очередной демаркации границы, храмы оказались на стыке двух государств. Возник спор за право владения этой древней буддийской святыней. Таиланд и Камбоджа обратились в Международный суд. Только в 1963 г. он признал право Камбоджи на Као Пра Вихан. Однако это право остается чисто формальным. Ведь ни один камбоджиец не может легально попасть на территорию храмов, так как для этого надо перейти государственную границу. А тайцы продолжают посещать Као Пра Вихан.

Турция

Дворец-музей Топкапы

Дворец Топкапы в Стамбуле был сооружен по указанию турецкого султана Мехмеда II вскоре после взятия турками Константинополя. До 1839 г. он оставался главной султанской резиденцией, пока султан Махмуд II не построил на берегу Босфора дворец Долмабахче. Со второй половины XIX в. лишь вдовы умерших или жены свергнутых султанов, их рабы и евнухи оставались в Топкапы. А в 1924 г. дворец стал музеем, полным султанских сокровищ, средневековых османских миниатюр, великолепного китайского фарфора.

Дворец Топкапы расположен на остром мысу между Мраморным морем и Золотым Рогом. Он окружен остатками крепостных стен. Крутые склоны холма, на котором стоит дворец, поросли кипарисами. Внизу, у линии железной дороги, к холму прилепились лоскутки огородов.

Как памятники архитектуры сами по себе постройки дворца ценности не представляют, но это, как сказал итальянский писатель Г. де Амичис, «единственный в своем роде исторический памятник, комментирующий и освещающий почти всю жизнь оттоманской династии; на колоннах, на стенах, на стволах его деревьев записана самая интимная, самая тайная летопись империи; 25 султанов жили здесь, здесь утвердилась династия… Здесь она достигла апогея своего величия, здесь же началось ее падение. Это была крепость, дворец, святилище… Там была голова империи и сердце ислама; это был город в городе, величественная цитадель с многочисленным населением под защитой целой армии. Эти старинные стены заключали бесконечное разнообразие зданий, уголков, полных наслаждений, уголков, полных ужаса… Город, деревня, дворец, арсеналы, школы, мечети, где беспрерывно сменялись праздники, избиения, религиозные церемонии, дипломатические аудиенции… Султаны здесь рождались, вступали на трон, здесь их низвергали, бросали в темницы, зверски убивали… Здесь сходились нити всех заговоров и раздавались крики мятежей, сюда стекалось золото и здесь текла самая чистая кровь империи, здесь потрясали в воздухе огромным мечом, сверкавшим над головами ста народов, сюда в продолжение трех веков встревоженная Европа, недоверчивая Азия и испуганная Африка обращали свои взоры, как на дымящийся вулкан, угрожающий целому свету».

Дворец-музей Топкапы состоит сегодня из нескольких зданий и киосков, соединенных между собой мабейнами (открытая терраса с крышей на столбах). Дворец окружен высокой глухой каменной оградой. Главными воротами, ведущими в Топкапы, были Баб-и-хумаюн (Высочайшие ворота). Каждое утро сюда шли жители средневекового Стамбула, чтобы посмотреть на головы казненных, которые обычно выставлялись над этими воротами.

Внутренний двор, называвшийся «Дипломатическим», окружен низкой галереей с мраморными колоннами. Слева находится здание дивана с квадратной башней, построенное в византийском стиле. С башни в торжественных случаях султан выступал перед народом, который собирался за пределами дворца, на площади у высокой стены. С правой стороны, напротив дивана, через двор, были расположены кухни и различные службы. В настоящее время рядом с диваном находится Оружейная палата, где собрана богатая коллекция турецкого оружия и доспехов, а также оружия, захваченное в боях. Здесь хранятся подарки султанам от других монархов, в частности массивное золотое ружье – дар английской королевы Виктории.

Стамбул. Дворец-музей Топкапы со стороны Босфора

Ворота Баб-и-Саадет (Ворота счастья), охранявшиеся когда-то евнухами, ведут в резиденцию султана. Сразу за воротами стоит небольшой дом, в котором находился тронный зал. Стены и потолок зала расписаны фресками и украшены затейливым орнаментом. Большую художественную ценность представляет камин. Рядом с этим домом располагалась султанская библиотека, в которой при последнем султане насчитывалось свыше 24 тыс. книг и манускриптов. Сегодня это широко известная в научном мире библиотека дворца-музея Топкапы. Надо отметить, что Стамбул – сокровищница восточной рукописной книги. Особенно значительна коллекция книг во дворце-музее Топкапы – цель паломничества ученых из многих стран мира.

Напротив дома с тронным залом, через двор, находились казна и султанские покои. Сейчас здесь располагается главное хранилище султанских сокровищ. В нескольких залах собраны неисчислимые богатства и исторические реликвии. Музей демонстрирует несколько впечатляющих экспозиций, главными из которых являются собрание ювелирных украшений из сокровищницы османских султанов, коллекции парадного платья и старинного китайского фарфора. В числе наиболее выдающихся экспонатов – трон иранского шаха Исмаила, захваченный в 1514 г. султаном Селимом I во время его похода в Иран. Трон из кованого золота выложен рубинами, изумрудами и жемчугами, которые создают причудливый мозаичный узор. Хранится здесь и трон Селима III, изготовленный из черного и сандалового дерева с инкрустацией из золота, серебра и перламутра. Над троном массивная золотая цепь поддерживает огромный изумруд неправильной формы в золотой оправе длиной 10 см и шириной 4 см. Здесь же хранятся украшенный бриллиантами меч и кольчуга султана Мурада IV, плащ пророка Мухаммеда, его меч и волос из его бороды.

Тронный зал дворца

В другом зале выставлена коллекция парадных одеяний султанов с 1433 по 1839 г. Большой интерес представляет коллекция орденов и медалей всех стран мира, которыми награждали турецких монархов. В витринах вдоль стен – личные вещи султанов: шелковые ткани, вазы, кубки, кинжалы, сабли, пистолеты, украшенные драгоценными камнями; многие из них изготовлены выдающимися мастерами Востока. Среди экспонатов есть и взятая, видимо, из какого-то византийского собора мумифицированная человеческая рука, вделанная в серебряную оправу.

В соседнем двухэтажном здании размещена картинная галерея, где собраны написанные европейскими художниками портреты султанов, их любимых жен и приближенных.

Последний, четвертый двор служил местом отдыха султанов. Это небольшой сад с фонтанами. В левом его углу, высоко над Золотым Рогом и Босфором, стоит павильон Багдад кёшк, построенный по приказу Мурада IV в честь взятия Багдада. Это восьмиугольное легкое здание; его внутренние стены выложены голубыми майоликовыми плитами с затейливым орнаментом. Здесь красивый резной камин оригинальной формы, прекрасная мебель. Из стеклянной галереи, окружающей здание, открываются чарующий вид на Босфор и Золотой Рог, а через них – на берега Европы и Азии. Напротив – большая терраса, где обычно в хорошую погоду отдыхали султаны, любуясь своими наложницами, прогуливавшимися около фонтана.

В этом же саду, немного правее Багдад кёшк, на самом мысу расположен павильон Меджидие кёшк, построенный при султане Абдул Меджиде. Отсюда можно окинуть взором панораму от Золотого Рога до Принцевых островов в Мраморном море.

Археологический музей в Стамбуле

Трудно определить, когда люди впервые начали заселять места, где со временем вырос город, которому была уготована великая судьба – стать новой столицей империи римлян, престольным городом Византийской державы и, наконец, центром государства турок-османов. Очевидно лишь одно: возникновение первых поселений на остроконечном мысу, омываемом водами Босфора и Пропонтиды (Мраморного моря), относится к тем временам, когда финикийские и греческие купцы начали прокладывать морской торговый путь к берегам Черного моря…

Вся тысячелетняя история Византии-Константинополя-Стамбула оживает сегодня в залах стамбульского Археологического музея. Здесь хранятся памятники, связанные с историей не только самого города: долгие годы Стамбул был столицей могущественной Оттоманской империи, со всех концов которой сюда привозились многие бесценные памятники древних культур.

Археологический музей в Стамбуле создан видным турецким ученым Хамди-беем. Здание музея, построенное в 1892 г., расположено рядом с дворцом Топкапы. В нем собраны многие ценнейшие памятники древности. Среди античных – превосходные произведения, созданные мастерами Греции, Рима, Византии, стран Древнего Востока. Наиболее важный и интересный из них – саркофаг Александра Македонского.

Александр Македонский в битве при Иссе. Деталь Сидонского саркофага. IV в. до н. э.

В 1887 г. крестьянин из деревни Айя, около Сайды (древний Сидон), случайно обнаружил древнее захоронение. В результате раскопок, проведенных под руководством Хамди-бея, был открыт подземный некрополь с несколькими саркофагами. Среди них оказался саркофаг Александра Великого – один из самых великолепных памятников древнего мира. Археологи полагают, что саркофаг был изготовлен еще при жизни Александра близко знавшими его афинскими скульпторами Лисиппом и Леокаресом.

Саркофаг имеет в длину 3,46 м, в ширину – 1,95 м и в высоту – 2,12 м. На одной из его сторон изображена сцена сражения войск Александра Македонского с армией персидского царя Дария. Крайний слева всадник, с копьем в руках, – Александр; он смело бросается на персидского военачальника, на лице которого отражаются ужас поражения и близость смерти. Конь победителя высоко взмыл вверх, как бы чувствуя, что несет великого полководца. В середине барельефа изображен персидский воин, просящий пощады у македонянина, гордо восседающего на коне.

На другой стороне показано великодушие Александра, после победы сумевшего расположить к себе вчерашних противников; они изображены вместе на охоте. Александр и Гефестион спешат на помощь персу, на коня которого бросился огромный лев. На четвертой стороне саркофага также изображена охота, но в ней принимают участие одни только персы. Видимо, скульпторы хотели выразить идею единения всех народов империи Александра. Основание и крышка саркофага украшены ювелирной резьбой, по углам крышки изваяны лежащие львы.

В этом же зале находится другой саркофаг, названный саркофагом плакальщиц. Он выполнен в виде храма с колоннами, между которыми расположены в различных позах 18 женщин. Их фигуры и лица выражают глубокую скорбь. Помещены здесь и другие саркофаги, барельефы, статуи и прочие ценные памятники искусства. Среди них следует выделить саркофаг Табнита, вырезанный из египетского базальта.

В нем был похоронен финикийский царь Табнит, мумия которого хранится здесь же в музее. На саркофаге имеется надпись: «Кто бы ты ни был, не оскверняй моей могилы; ты не найдешь в ней сокровищ. Пусть тот, кто сделает это, будет проклят навеки». Этот саркофаг также был извлечен из некрополя около Сайды.

Внимание посетителей привлекает Кипрский Геркулес – статуя, изображающая античного героя, держащего за задние ноги льва. Выставлена здесь и мраморная статуя императора Адриана высотой около 2,5 м. Император увенчан лаврами; на его кольчуге изображена волчица, кормящая Ромула и Рема.

Около основного здания Археологического музея в двух небольших двухэтажных флигелях находятся его филиалы, в которых размещены памятники древневосточного искусства – шумерской, ассирийской, хеттской, фригийской, египетской и других культур, а также предметы средневекового турецкого искусства. Напротив главного входа в музей стоит Чинили кёшк (Изразцовый киоск), построенный в 1472 г. Здание в плане имеет форму креста. Стены снаружи и внутри были выложены прекрасными голубыми и зелеными майоликовыми плитами. Большая часть облицовочных плит, к сожалению, разрушена.

Филиппины

Национальный музей Филиппин

Созданный в 1901 г. как этнографический и естественнонаучный музей, Национальный музей Филиппин за прошедшее время неоднократно менял свое название, местоположение и экспозицию. Сегодня в старом здании музея, построенном в 1918 г. американским архитектором Дэниелом Барнемом (первоначально в нем находился сенат – верхняя палата филиппинского парламента), располагаются отделы искусств, естествознания и ряд других подразделений, а в расположенном поблизости парке Рисаль бывшем здании финансового департамента в 1998 г. открылся новый Национальный музей, экспозиция которого включает в себя отделы антропологии и археологии. Его торжественное открытие было приурочено к 100-летию провозглашения независимости Филиппин.

Отдел антропологии обладает крупнейшей на Филиппинах коллекцией этнографических материалов – около 10 тыс. экспонатов, охватывающих все этнические группы, населяющие Филиппинский архипелаг. Богатство собрания позволяет музею регулярно устраивать тематические выставки, посвященные различным аспектам традиционной культуры – народной архитектуре, кораблестроению и т. д.

Коллекции отдела археологии непрерывно пополняются новыми материалами, так как Национальный музей является крупнейшим на Филиппинах научно-исследовательским центром, ведущим археологические исследования не только в разных частях страны, но и под водой. В последние годы филиппинские археологи сделали ряд важных открытий, в частности им удалось обнаружить несколько мест кораблекрушений средневековых китайских парусников и испанских галеонов. Самой сенсационной находкой стало обнаружение останков испанского галеона «Сан-Диего», затонувшего 14 декабря 1600 г. приблизительно в 900 м к северо-востоку от острова Фортуна после боя с голландским военным кораблем «Маврикий». С борта погибшего галеона было поднято в общей сложности 34 407 артефактов, включая многочисленные изделия из китайского фарфора, золота, керамики, и т. п. На основе этих находок была создана передвижная выставка «Сокровища “Сан-Диего”», за несколько лет она объехала весь земной шар, побывав в Париже, Мадриде, Нью-Йорке и Берлине. С 1998 г. выставка демонстрируется в новом здании Национального музея Филиппин в парке Рисаль.

Две другие постоянные выставки отдела археологии посвящены предыстории Филиппин и культурно-историческим сокровищам островов. Экспозиция, рассказывающая о предыстории Филиппин, начинается с эпохи геологического формирования архипелага. Возраст самых ранних орудий труда человека, жившего на Филиппинах в эпоху верхнего палеолита, 50 тыс. лет, а самых древних останков Homo sapiens – 22 тыс. – 24 тыс. лет. Собрание музея охватывает периоды палеолита, неолита и уделяет особое внимание торговым связям в эпоху глубокой древности, когда первые австронезийские мореплаватели начали осваивать моря, прилегающие к Филиппинам, Индонезии, островам Южно-Китайского моря и побережью Юго-Восточной Азии и Китая. Главными предметами торговли и обмена в ту пору служили обсидиан, из которого делали орудия труда, ножи и наконечники копий, полудрагоценные камни – нефрит, карнеол, горный хрусталь, а также глиняная посуда.

К числу культурно-исторических сокровищ, найденных археологами на островах Филиппинского архипелага, принадлежат неолитическая керамика культуры Лета-лета с острова Палаван, антропоморфные керамические сосуды культуры Майтум (V в. до н. э. – III в. н. э.), цилиндрические погребальные урны из известняка с плато Куламан (VI в.) и большое количество разнообразных изделий из золота, включая золотые накладки на зубы, золотые диски, вставлявшиеся в нос, золотые погребальные маски. Шедевром древних мастеров является прекрасно сохранившаяся погребальная урна из пещеры Манунггул на острове Палаван (IX–VIII вв. до н. э.). Она была включена в число национальных сокровищ Филиппин, а изображение «урны из Манунггула» даже появилось на банкнотах филиппинского Национального банка. Крышку урны увенчивает лодка, в которой сидят две человеческие фигурки, – как считают ученые, это погребальная ладья, несущая в загробный мир души умерших.

В числе других археологических материалов, экспонирующихся в музее, – керамика, орудия труда из камня, кости и металла. Чрезвычайно интересны три древние лодки, обнаруженные археологами на дне моря неподалеку от города Бутуан (о. Минданао). Эти лодки, самая древняя из которых построена около 320 г. н. э., а самая поздняя – около 1250 г., демонстрируют достаточно сложную кораблестроительную технику. Они изготовлены из шпунтованных досок, имели руль и ходили под парусом. Всего археологи нашли девять таких лодок, шесть из которых пока по-прежнему лежат на морском дне.

Япония

Национальный музей в Токио

Самый старый и самый большой музей в Японии – Национальный музей в Токио. Основанный в 1871 г., он обладает, как считается, самой прекрасной в мире коллекцией японского искусства и весьма представительной коллекцией азиатского искусства. Свое современное название музей получил в 1900 г.; до этого он именовался Императорским музеем и Музеем императорского дома в Токио. Сегодня его собрание насчитывает более 110 тыс. объектов, 87 из которых имеют статус «национального сокровища».

Токио. Национальный музей

Ансамбль музея состоит из нескольких зданий. Первоначальная Главная галерея, построенная британским архитектором Джосайей Кондером, была разрушена большим землетрясением 1923 г. Строительство новой началось в 1932 г. Здание было открыто в 1938 г. Сегодня в его 24 залах на двух этажах размещается экспозиция, посвященная японскому искусству, охватывающая огромный период от 10 тыс. до н. э. до конца XIX в. Здесь организован ряд тематических экспозиций: «Искусство буддизма», «Искусство чайной церемонии», «Одежда самураев», «Театры но и кабуки» и т. д. Отдельные залы посвящены скульптуре, обработке металлов, керамике, изделиям из лака, мечам-катанам, этнографии, древнему и современному искусству.

Здание Азиатской галереи построено по проекту Ёсио Танигути и было открыто в 1968 г. В десяти его залах развернута экспозиция, посвященная искусству и археологии стран Азии, преимущественно тех, что находятся на маршруте Великого Шелкового пути, включая Китай, Корею, Индию, страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока и Египет. Музей обладает большой коллекцией греко-буддийских скульптур (Северо-Западная Индия), китайской живописи и каллиграфии.

На первом этаже нового музейного крыла, открытого в 1999 г., размещается галерея японской археологии. Ее экспозиция прослеживает японскую историю от доисторических времен до XIX в. Здесь демонстрируются образцы керамики культуры Дзёмон (VIII–I тыс. до н. э.) и наиболее типичные памятники периода Кофун (250–600 гг. н. э.) – глиняные фигурки ханива, церемониальные солнечные диски, керамика в стиле суэ, а также зеркала, оружие, доспехи. В отделе археологии Западной Азии и Египта можно увидеть египетскую мумию из Фив, относящуюся к периоду XXII династии (приблизительно 935–730 гг. до н. э.) – подарок известного археолога Гастона Масперо, и деревянную модель судна с командой, происходящую из Верхнего Египта (ок. 2000 г. до н. э.).

В галерее сокровищ Хорюдзи демонстрируется более 300 ценных произведений искусства, главным образом относящиеся к VII–VIII вв., подаренных императорской семье храмом Хорюдзи в 1878 г. Они включают в себя позолоченные бронзовые буддийские статуи, изделия из дерева, лака и металла, произведения живописи и каллиграфии, текстиль.

Национальный музей современного искусства в Токио

Открывшийся в 1952 г., Национальный музей современного искусства в Токио стал первым в Японии музеем подобного рода. Между тем мысль о создании музея современного японского искусства была впервые высказана еще в 1870-е гг. Хотя эта тема несколько раз обсуждалась в парламенте, дело сдвинулось с мертвой точки только в послевоенные годы. Музей был организован в июне 1952 года и открылся для посетителей в декабре того же года Для размещения его коллекции правительство приобрело бывшее здание корпорации «Никкатцу», реконструированное под руководством архитектора Кунио Маекава. В связи с ростом музейного собрания в конце 1960-х гг. было построено новое крыло, которое открылось в июне 1969 г. Сейчас в нем размещается Галерея ремесел. В структуру музея входит также Национальный центр кино (ранее – фильмотека Национального музея современного искусства).

Экспозиция, развернутая в главном здании музея, представляет современное японское искусство в контексте международного искусства конца XIX – XX вв. Она включает в себя картины, скульптуры, акварели, рисунки, гравюры, образцы каллиграфии, созданные крупнейшими художниками Японии, и состоит из пяти основных разделов: искусство периодов Мэйдзи (1868–1912) и Тайсё (1912–1926); искусство довоенного периода; искусство военных и первых послевоенных лет; искусство в 1950–1960-х гг.; современное японское искусство (после 1970-х гг.).

В Галерее ремесел демонстрируются изделия японских и зарубежных мастеров, выполненные в традиционной технике и датирующиеся от периода Мэйдзи до настоящего времени. Экспозиция галереи включает в себя ткани, керамику, стекло, лак, изделия из дерева и бамбука, куклы и т. д. При этом акцент сделан на произведениях традиционного искусства, относящихся к послевоенному периоду, отличающихся большим разнообразием.

Национальный центр кино – единственное в Японии учреждение национального масштаба, занимающееся сохранением и исследованием японского кинематографического наследия.

Музей Эдо-Токио

Экспозиция Музея Эдо-Токио целиком посвящена истории японской столицы. Основанный в марте 1993 г., он призван сохранять историческое и культурное наследие Токио. Его экспозиция рассказывает о культуре, искусстве, повседневной жизни и архитектуре Токио начиная с 1590 г., когда первый сёгун Токугава Иэясу избрал город Эдо (так до 1868 г. назывался Токио) своей резиденцией.

Архитектура музейного здания призвана напоминать об облике старого Токио. Его максимальная высота составляет 62,2 м – приблизительно такую же имела главная башня замка Эдо. В экспозиции музея, разделенной на две зоны – зону Эдо и зону Токио, – демонстрируется 55 крупномасштабных моделей, воссоздающих облик различных памятников города, не дошедших до наших дней. Они были реконструированы на основе кропотливых исследований. Так, экспозицию зоны Эдо открывает точная копия «Моста Японии» – Нихонбаси. До 1911 г. это был изящный, воздушный и очень красивый деревянный мост, потом на его месте соорудили каменный мост длиной 27 м и шириной 49 м. Его украшали бронзовые лампы и фигуры птиц на колоннах. Сейчас этот мост можно увидеть только в Музее Эдо-Токио.

Экспозиция, освещающая период Эдо, изображает повседневную жизнь всех слоев населения: сёгунов, крупных феодалов, торговцев, ремесленников. Здесь можно увидеть карты и фотографии старого Эдо, точную копию театра Кабуки, модель особняка даймио (японского феодала), реконструированную комнату дома рядовой застройки, где протекала жизнь большинства простых горожан, – крохотную клетушку площадью всего 10 кв. м.

Если культура и образ жизни эпохи Эдо были глубоко традиционны, то в эру Токио начиная с конца XIX в жизни японской столицы все больше чувствуется европейское и американское влияние. Переломным моментом в жизни города стала Вторая мировая война, когда в результате массированных бомбардировок большая часть Токио была разрушена. Экспозиция музея рассказывает о большом землетрясении 1923 г., уничтожившем целые кварталы старого города, о послевоенном восстановлении и формировании нового облика Токио.

Филиалом Музея Эдо-Токио является архитектурный музей под открытым небом.

Национальный музей этнологии

Японский Национальный музей этнологии основан в 1974 г. и открыт для публики в 1977 г. Ныне это один из крупнейших в мире этнологических музеев с обширной коллекцией, насчитывающей приблизительно 255 тыс. экспонатов со всех континентов. Из них в постоянном показе находится лишь 11 тыс. – 12 тыс., что составляет около 4 % всего собрания. Отдельные секции посвящены Океании, Южной и Северной Америке, Европе, Африке, Западной Азии, Центральной и Северной Азии, Юго-Восточной Азии, региональным культурам Китая и Корейского полуострова, японской и айнской культурам. Специальный зал отведен для проведения временных выставок.

Туристу из Европы будет полезно побывать в галерее, посвященной европейской культуре, и посмотреть на себя глазами японцев. То, что в глазах европейцев выглядит обычным и привычным, в глазах японцев смотрится экзотическим, уникальным, забавным. Эта выставка исследует Европу как этнологический объект, и при этом ее устроители пытаются отыскать общие черты в европейской и японской культурах, сближающие людей разных национальностей.

Африка разделена на две главных области: Северную Африку, где преобладающей является арабско-исламская культура, и Африку южнее Сахары, или Черную Африку. Экспозиции «История африканской цивилизации» и «Народы и культуры Африки» сосредотачиваются на народах Африки, живущих южнее Сахары. Другая галерея знакомит посетителей с африканским искусством.

Западная Азия – одно из мест, где зародилась человеческая цивилизация. Этот регион всегда являлся важнейшим перекрестком культур, где встречались и взаимодействовали разные народы. В этой части экспозиции представлены экспонаты, характеризующие образ жизни, занятия, обычаи и верования жителей Ближнего Востока и Месопотамии. Особое место отведено роли и значению ислама в духовной жизни народов этого региона

Индийский субконтинент представлен во всем своем этническом, социальном, культурном и лингвистическом многообразии. Особое место отведено религиям Индии и традиционной и современной жизни городских и сельских сообществ. Еще большим разнообразием отличается выставка, посвященная народам Юго-Восточной Азии. Каждый из них прошел долгий и сложный путь развития, в разное время и в разной степени испытав влияние индийской, китайской и различных европейских – британской, французской, голландской, португальской – культур.

Значительная часть экспозиции посвящена культуре народов Восточной и Центральной Азии. Здесь можно узнать много интересного об истории и культуре корейцев, побывать едва ли не во всех регионах Китая и познакомиться с жизнью, бытом и обычаях не только китайцев, но и других народов, населяющих эту великую страну, побывать в монгольской юрте, пройти по Великому шелковому пути через горы и пустыни и познать тайны сибирских шаманов. В экспозиции, посвященной одному из самых загадочных народов мира, айнам, можно увидеть традиционный айнский дом с соломенной крышей, орудия труда, охоты и рыбной ловли, познакомиться с древним ритуалом искупительного жертвоприношения прирученного медведя и современной жизнью айнов.

Музей этнологии параллельно является крупным научно-исследовательским центром, он проводит антропологические и этнологические исследования во многих регионах мира. В частности, специалисты музея уделяют большое внимание изучению культуры инуитов (эскимосов). Здесь изучают не только этнические группы, живущие за пределами Японии, но и самих японцев. В экспозиции представлено множество материалов по языку, материальной культуре, религиозным верованиям и другим аспектам японской культуры.

Национальный музей науки

Национальный музей науки в Токио – единственное учреждение подобного рода в Японии и один из крупнейших в мире музеев естествознания и истории науки и техники. Это и один из старейших музеев страны. Он был создан в 1871 г. под эгидой министерства просвещения и открылся в марте 1872 г. Ныне его коллекция насчитывает более 3,5 млн экспонатов.

Экспозиция музея развернута в трех зданиях и включает в себя ряд диалоговых образовательных выставок, посвященных Вселенной и законам физики, развитию жизни на Земле; удивительному миру динозавров и тайне их исчезновения; млекопитающим и птицам – современным обитателям земли. В залах музея собрано большое количество естественнонаучных экспонатов, в том числе зоологических, ботанических, минералогических, палеонтологических, происходящих как из Японии, так и из других стран Азии.

В разделе, посвященном истории науки и техники, можно узнать много любопытных вещей – например познакомиться со вкладом японцев в развитие научно-технического прогресса. Здесь представлены все важнейшие вехи на пути превращения Японии в передовую индустриальную державу, начиная от периода Эдо. В экспозиции можно, например, увидеть паровой локомотив D51 – один из самых известных типов паровозов в Японии. Созданный в 1939 г., этот локомотив безотказно служил до 1975 г. Всего было произведено 1115 машин этого типа. Здесь же демонстрируется ракета-носитель «Лямбда 4S», которая 11 февраля 1970 г. вывела на орбиту первый японский спутник «Осуми».

Японские часы середины XIX в.

Филиалом музея является ботанический сад «Цукуба», где на площади 140 тыс. кв. м высажены тысячи растений из Японии и множества стран мира.

Национальный музей японской истории в Сакура

Национальный музей японской истории открылся в марте 1983 г. Он располагается поблизости от города Нарита, на месте бывшего замка Сакура, построенного в 1610 г. одним из высших администраторов сёгуната Токугава. Ансамбль замка до наших дней не дошел – его главная башня была сожжена в 1813 г., а остальные постройки разобраны спустя шесть десятилетий.

Сегодня музей в Сакура является единственным в Японии музеем, целиком посвященным японской истории. Его экспозиция охватывает период от палеолита до окончания эры Мэйдзи (1868–1912) и концентрируется на ключевых моментах японской истории.

Открывает экспозицию галерея, посвященная географии Японии. Она призвана показать, в каких условиях зарождались древние культуры Японских островов. Культура неолита на территории Японии носит название Дзёмон (буквально – «след веревки»). Свое название она получила благодаря очень характерным керамическим сосудам, украшенным орнаментом, напоминающим след соломенного жгута. Вылепленная вручную и обожженная открытым способом при невысокой температуре, керамика Дзёмон поражает разнообразием пластических решений, фантастичностью узоров, осязательностью форм, сложным лепным декором, включающим в себя причудливые геометрические, растительные, зооморфные мотивы. Урны и курительницы с узором из выпуклых жгутов напоминают то морские раковины, то коралловые ветви, то сплетения водорослей. Некоторые из этих сосудов достигают метровой высоты!

Создателями культуры Дзёмон были предки народа айнов. Во второй половине I тыс. до н. э. на Японских островах появляются пришельцы с континента. Эти племена – предки современных японцев, получили название Яей. Пришельцы из Азии постепенно оттеснили коренное население к северу. Их культура была совершенно иной: они умели сеять рис, разводить домашних животных, плавить медь и бронзу. С культурой Яей (V в. до н. э. – IV в. н. э.) связаны бронзовые зеркала и массивные бронзовые колокола-дотаку, украшенные магическим орнаментом. Следующий период в истории Японии, Кофун (250–600 гг. н. э.) характеризуют полые внутри керамические фигурки – ханива, керамика типа «суэ» и «иваибэ», бронзовые зеркала, которые было принято класть на грудь усопшему. Археологические находки с острова Окиносима рассказывают о зарождении традиционной японской религии – синтоизма.

Культура и жизнь японцев от периода Хэйан (794–1185) до периода Момояма (1573–1614) рассматриваются с точки зрения различных классов общества: аристократии, профессиональных воинов, простых горожан и крестьян. Здесь представлены экспонаты, характеризующие придворную жизнь, обычаи самураев, быт обитателей средневековой японской столицы – Киото. Завершает экспозицию рассказ о периоде Эдо, когда значительно возрастает роль городов и городского населения. Эта эпоха ознаменована расцветом целого ряда художественных явлений в японской культуре, тесно связанных с жизнью городов. Появляются новые виды и жанры искусства, ориентированные на вкусы горожан – театр Кабуки, гравюра укиё-э. Начиная с XVII в. в быт японцев входит фарфор. Развитие городов – торгово-ремесленных центров вызвало к жизни небывалый подъем декоративного искусства. Именно в этот период были заложены основы современной национальной культуры Японии.

Музей жемчуга

В Японии с древнейших времен существуют многочисленные легенды и предания относительно магических свойств жемчуга. В представлении японцев жемчуг служит символом совершенства, проницательности, блеска. О человеке большого дарования говорят, что он обладает жемчужиной ума. Сам жемчуг называют «слезами луны», «слезами русалок»; считается, что однажды в месяц раковины-жемчужницы поднимаются из воды и вступают в царство лунного света…

Натуральный жемчуг в Японии добывали на протяжении веков. Однако в 1905 г. знаменитый японский предприниматель Кокити Микимото (1858–1954), прозванный «королем жемчуга», совершил настоящую революцию: после долгих экспериментов он научился в искусственных условиях выращивать жемчуг правильной сферической формы. Еще раньше, в 1893 г., Микимото удалось получить первую жемчужину, выращенную искусственным способом, а три года спустя он запатентовал свое изобретение. Когда на мировых рынках впервые появилась продукция Микимото, европейские ювелиры сочли этот жемчуг фальшивым. Но эксперты установили, что никакой принципиальной разницы между природным и культивированным жемчугом нет. Их состав, блеск и цвет аналогичны. Эксклюзивный срок патента Микимото на процесс культивирования жемчуга завершился в 1921 г., и с тех пор многие японские фирмы производят жемчуг по методу Микимото.

Микимото прожил долгую жизнь – почти сто лет, создав настоящую империю жемчуга. Он также основал Японскую Ассоциацию производителей жемчуга. О его жизни, ставшей легендой, и богатейших традициях добычи и использования природного жемчуга, производстве культивированного жемчуга в Японии рассказывает сегодня экспозиция Музея жемчуга. Он располагается на Жемчужном острове Микимото (прежнее название – Оидзима) в заливе Тоба. Именно эта область в начале 1900-х гг. стала первым центром производства культивированного жемчуга.

Остров Микимото соединяет с городом Тоба крытый пешеходный Жемчужный мост. Ежегодно его пересекает около 350 тыс. человек, стремящихся посетить Музей жемчуга. Его экспозиция рассказывает обо всей многовековой истории отношений жемчуга и человека. Здесь можно увидеть драгоценности, относящиеся ко временам Римской империи, включая золотые серьги и ожерелья с жемчугом, датируемые I в. н. э. В числе других экспонатов – огромная жемчужина диаметром 1,6 дюйма, золотое византийское ожерелье с розовым жемчугом, кулоны, брошки и кольца с жемчугом, изготовленные мастерами итальянского Ренессанса, и, наконец, целый ковер, сделанный из жемчуга.

Мемориальный зал Кокити Микимото был построен в 1993 г., в ознаменование 100-летия со дня «рождения» первой в мире жемчужины, выращенной искусственным путем. Экспозиция Мемориального зала демонстрирует первые ювелирные украшения, сделанные из жемчуга Микимото; многие из них для этого пришлось специально выкупать на международных аукционах. Среди бесценных художественных работ, включающих в себя тысячи жемчужин, особенно выделяется пятиэтажная «Пагода Микимота» – уменьшенная копия храма Хорюдзи, целиком сделанная из жемчуга. В 1926 г. она была представлена на Всемирной выставке в Филадельфии.

На Жемчужном острове действует образцовая фабрика по культивированию жемчуга. Здесь можно узнать о жемчуге все: как его выращивают, собирают, сортируют, на основании каких качеств оценивают жемчужины. Ключевыми факторами при определении стоимости являются блеск, толщина перламутрового слоя, отсутствие или наличие дефектов, размер, вес, округлость, оттенок. Посетителям музея предоставляется также редкая возможность понаблюдать за работой знаменитых ама – женщин-ныряльщиц, добывающих природный жемчуг со дна моря. Это занятие уходит корнями в глубокую старину; считается, что ему уже более 2 тыс. лет. Когда-то женщины – жительницы селений на полуострове Сима, начали заниматься морским промыслом из-за острой нехватки пахотной земли. Урожаи были скудны, и людям пришлось искать дополнительные средства к существованию, добывая со дна моря съедобные водоросли, трепангов, морских улиток и других моллюсков. Этим нелегким делом занимались преимущественно женщины. Вместе с раковинами моллюсков они извлекали на свет Божий сияющие белоснежные жемчужины… Так родилась профессия ама.

В прежние времена ныряльщиц насчитывались тысячи. Еще в 1950 г. в районе полуострова Сима было 6819 ама. Девочек обучали этому занятию еще с детства. Работу свою они начинали с 16–20 лет, а периодом профессиональной зрелости считался возраст в 40–58 лет. Их труд был невероятно тяжел: они работали ежедневно, без выходных, с восхода до захода солнца – то есть около двенадцати часов в день. Сезон промысла обычно продолжался с марта по сентябрь, но в некоторых районах он был гораздо короче – с июля по август. Ама могут нырять на очень большую глубину – до сорока метров и оставаться под водой до четырех минут. Одетые в белое, чтобы отпугнуть акул, они оснащены только очками или большим зрительным стеклом для защиты глаз, специальным ножом – «тэноми», и небольшой бадьей, служащей вместилищем для раковин. Когда ама всплывает на поверхность, она с шумом выдыхает воздух из легких, издавая печальный, напоминающий свист, звук – «исобуэ». Этот звук иногда сравнивают с голосом сирен и называют «элегией моря»; считается, что он рождает печаль в сердцах всех, кто слышит его.

В префектуре Мие до сих пор есть около 1700 женщин-ныряльщиц. По традиции, эта профессия передается по наследству, так что все они обучались у своих матерей и бабушек, многие из которых продолжают нырять даже в 60–70-летнем возрасте.

Музей искусства Токугава в Нагоя

Музей искусства Токугава, расположенный в городе Нагоя, открылся в 1935 г. Это один из крупнейших и лучших частных музеев Японии, собрание которого представляет собой коллекцию семейных реликвий, принадлежащих древнему аристократическому роду Овари – одной из ветвей потомков Токугава Иэясу (1542–1616), первого сёгуна из дома Токугава, основателя последней сёгунской династии в Японии. С его именем связывается прекращение междоусобного кровопролития в стране, объединение Японии, экономический и культурный подъем страны. Став в 1603 г. сёгуном, Токугава Иэясу раздал во владение членам своей семьи важнейшие области и стратегические пункты, что позволяло гарантировать покой и безопасность новой династии. Одним из таких пунктов стал район Овари с центром в Нагое, доставшийся Токугава Иосино (1600–1650), девятому сыну сёгуна. В 1610 г. он построил в Нагое огромный новый замок. Вместе с примыкающим к нему дворцом Ниномари он представлял собой одно из архитектурных чудес Японии. К сожалению, этот великолепный ансамбль не дошел до наших дней: он был уничтожен бомбардировками в 1945 г.

Потомки Токугава Иосино управляли областью Овари вплоть до 1868 г., на протяжении всех этих лет сохраняя самые тесные отношения с правящими сёгунами. Близость к императорскому двору и богатства принадлежащих им земель позволили семейству Овари (так стала называться эта ветвь рода Токугава) выдвинуться в число первых аристократических фамилий Японии и накопить огромные художественные ценности. В 1935 г. Токугава Йоситика (1886–1976), 19-й князь Овари, впервые открыл для широкого доступа огромную коллекцию произведений искусства, которые из поколения в поколение накапливались в его семье. Важность этого собрания еще более возросла после того, как многие художественные сокровища Японии погибли в огне Второй мировой войны. Между тем коллекция Овари осталась почти полностью неповрежденной, и в результате Музей искусства Токугава обладает сегодня редкими или даже уникальными шедеврами старых мастеров, каких нет больше ни в одном из собраний Японии.

Сегодня коллекция Токугава насчитывает более 12 тыс. экспонатов, включая мечи, доспехи, костюмы и маски тетра Нё, мебель, изделия из лака, китайский и японский фарфор, образцы каллиграфии, китайские картины и гравюры времен династий Сун (960–1279) и Юань (1279–1368). Десять шедевров этого собрания имеют статус «национального сокровища».

Самые важные объекты коллекции – те, что когда-то принадлежали самому сёгуну Токугава Иэясу. В дальнейшем семья Овари пополняла свое художественное собрание за счет покупок, подарков, приданого невест. Для историков Музей искусства Токугава – настоящий кладезь. Например, в библиотеке музея хранится более 3 тыс. свитков, принадлежавших лично Токугава Иэясу, а также произведения японской классики, старинные карты и книги на китайском и голландском языках (голландские купцы были единственными иностранцами, кто имел право торговать с Японией в период изоляции этой страны от остального мира).

Сосуд для чайной церемонии XVII в.

Первая секция музея посвящена оружию и доспехам самураев. В ее экспозиции редкие, богато украшенные мечи, сделанные известными мастерами и передававшиеся в семье из поколения в поколение. Меч был больше чем просто оружие – это был символ власти, символ образа жизни, которому следовал воин начиная с раннего детства. Эта коллекция самурайского оружия – одна из лучших в мире.

В XV в., в эпоху сёгуната Асикага, в связи с распространением дзэнского ритуала чайных церемоний сформировался круг относящихся к нему предметов. Олицетворявшие собой духовный смысл церемонии, они тщательно подбирались. В Музее искусства Токугава можно увидеть подлинную обстановку традиционного японского чайного домика, котелки для кипячения воды, керамические сосуды, употреблявшиеся при ритуальных чаепитиях. В целом экспозиция музея дает на редкость полное представление об искусстве и художественных вкусах японской аристократии периода Эдо.

Самый известный шедевр Музея искусства Токугава – иллюстрированная рукопись XII в. с текстом «Повести о Гэндзи», одного из крупнейших памятников японской классики. Ее появление стало апогеем развития блистательной культуры периода Хэйян (704–1185). Автором романа называют придворную даму императрицы Сёси, вошедшую в историю под именем Мурасаки Сикибу. Роман пользовался огромным успехом, его многократно переписывали, поскольку каждая аристократическая семья хотела иметь свой собственный экземпляр. Японские исследователи полагают, что первоначально при императорском дворе в Киото при участии ведущих каллиграфов и художников той поры было изготовлено двадцать свитков текста. До наших дней дошли только фрагменты трех свитков, сохранившихся в семье Овари, и одного свитка, долгое время принадлежавшего семье Хатисука (ныне хранится в одном из региональных музеев). Это самые ранние из дошедших до наших дней рукописей «Повести о Гэндзи» содержат первоначальный текст романа, в то время как частые переписывания текста в последующие веки привели к тому, что некоторые детали дописывались и изменялись. «Повесть о Гэндзи» была чрезвычайно популярна в период Эдо, многие живописцы, особенно принадлежавшие к школе ямато-э, черпали в ней бесконечное вдохновение.

Национальный музей в Нара

Город Нара, расположенный в 26 милях от Киото, в древности назывался Хэйдзё-кё. Основанный в 710 г., он стал первой столицей Японии (710–794), в короткие сроки превратившись в цветущий город, выстроенный по образцу китайских императорских резиденций. Период Нара составил целую эпоху в японском искусстве. Он был связан в первую очередь с широким распространением буддизма. Эти годы отмечены появлением первого в Японии скульптурного портрета, деревянных масок для ритуальных пантомим гигаку и бугаку, расширением круга изделий из металла, в первую очередь ритуальных – курильниц, чаш, ажурных фонарей. Широкое распространение получили изделия из позолоченного серебра, а также круглые, квадратные и восьмиугольные бронзовые зеркала, украшенные рельефами, инкрустированные золотом и перламутром. Из дерева изготавливались орнаментированные шкатулки для хранения сутр, нимбы статуй, музыкальные инструменты, инкрустированные золотом, перламутром, черепаховым панцирем. Важным новшеством стала заимствованная в Китае трехцветная (коричневая, желтая и зеленая) глазурь, покрывающая поверхность изделий из керамики. В VIII в. в Японии начинают широко употребляться лаковые изделия. В целом же период Нара составил целую эпоху в японском искусстве, оказавшем влияние на все буддийское искусство Японии. Ему практически целиком посвящена экспозиция Национального музея в Нара.

Императорский музей в Нара (таким было его первоначальное название) открылся в 1895 г. Главное здание музея построено в стиле французского ренессанса архитектором Токума Катаяма. Западное крыло сооружено в 1970–1972 гг., восточное – в 1997–1998 гг. В собрании музея широко представлены все виды буддийского искусства, относящиеся не только к периоду Нара, но к более поздним и даже более ранним эпохам. Здесь можно увидеть деревянные и бронзовые статуи и лаковые изделия периода Хэйян (704–1185), буддийскую скульптуру Камакуры (1185–1333), включая относящийся к 1327 г. скульптурный портрет Кукая – одного из самых популярных буддийских святых в Японии. К числу шедевров принадлежит также бронзовый позолоченный ореол (период Асука, 552–646) из храма Нигацудо в Нара.

Национальный музей в Киото

Национальный музей в Киото – один из трех художественных музеев, созданных в Японии в конце XIX в. Решение, принятое в мае 1889 г., предусматривало создание Императорских музеев в Токио и двух древних столицах страны, Киото и Нара. В мае 1897 г. музей открылся для посетителей. В апреле 1952 г. его название было изменено на Национальный музей.

Ныне в его собрании насчитывается около 12 тыс. экспонатов; экспозиция предлагает краткий, но достаточно полный обзор древнего и раннесредневекового японского искусства. Она рассказывает о том периоде, когда закладывались основы японской самобытности. Культурные традиции Киото в этом смысле, пожалуй, богаче и глубже, чем у любого другого города Японии: на протяжении почти десяти веков он являлся столицей страны, из 125 японских императоров 77 постоянно жили в этом городе и отсюда правили страной. Киото, как и Нара, является историческим центром распространения буддизма, здесь до сих пор насчитывается около 1500 буддийских, а также около 200 синтоистских храмов. Многим из них не одно столетие, и они являются выдающимися памятниками японского храмового зодчества.

Киото. Национальный музей

Образец японской каллиграфии XVIII в.

Комплекс музея состоит из нескольких зданий. Главный выставочный зал построен в 1892–1895 гг. по проекту архитектора Токума Катаяма. В 1966 г. ансамбль был дополнен Новым выставочным залом, построенным по проекту Морита Кеиичи. Ядром музейной коллекции стали художественные сокровища, когда-то принадлежавшие различным храмам Киото и императорской семье.

Музея разделен на три секции: искусства, где демонстрируются произведения живописи, скульптуры и каллиграфии; декоративно-прикладного искусства, включая керамику, японский и китайский фарфор, ткани, традиционные костюмы и кимоно, изделия из металла и лака; археологии. В целом в собрании более 12 тыс. экспонатов, из которых около половины находится в постоянной экспозиции.

Музей в Киото обладает наибольшей в Японии коллекцией искусства периода Хэйян. Он также известен своим собранием китайских и японских сутр. В залах музея демонстрируются ритуальные бронзовые колокола-дотаку, относящиеся к периоду Яёй (III в. до н. э. – III в. н. э.), статуэтки ханива периода Кофун (IV–VI вв.). В секции, посвященной искусству периода Нара, представлена миниатюрная модель пагоды (конец VIII в.) – одной из миллиона пагод, заказанных императрицей Сётоку в 764 г. н. э. для того, чтобы принести мир в страну после подавления восстания Накамаро. В каждую из пагод был вложен текст с оберегающими заклинаниями – дхарани, и по 1 млн пагод были разосланы в десять главных буддийских храмов страны. Храм Хорюдзи близ Нары сегодня единственный в Японии, где до сих пор хранятся 40 тыс. таких пагод.

Музей Хаконе

Хаконе – сравнительно небольшой город, расположенный в префектуре Канагава (Центральный Хонсю), на озере Аси. Он является центром национального парка «Фудзи-Хаконе-Идзу», Здесь же, на площади около 70 тыс. кв. м, раскинулся музей Хаконе. Созданный в 1969 г., он стал первым в Японии музеем подобного рода. Здесь, на фоне знаменитой горы Фудзи, живописного озера Аси и других природных красот, демонстрируется более 100 произведений скульптуры, включая работы таких всемирно известных мастеров, как Роден, Бурдель, Миро, Майоль, Генри Мур, Эмилио Греко.

Музей Хаконе целиком посвящен современной скульптуре XX в. Значительная часть его собрания размещена прямо под открытым небом, однако музей имеет и ряд галерей, где выставлены произведения Константина Бранкузи, Альберто Джакометти, Александра Архипенко, Жана Арпа, Бурделя, Александра Кальдера, Шарля Деспьо, Исаму Ногучи. Наряду со скульптурой, здесь демонстрируется ряд картин художников XIX–XX вв., включая Огюста Ренуара. Один из залов целиком посвящен эскизам рельефов, выполненным Джакомо Манцу для врат собора Святого Петра в Ватикане. В числе японских мастеров, чье творчество представлено в собрании музея, – Аменомия Дзиро (1889–1970), Накахара Тедзиро (1888–1921), Симицу Такаси (1897–1981), Тобари Коган (1882–1927) и другие. Музей Хаконе обладает одной из самых больших в мире – 26 работ – коллекций произведений английского скульптора Генри Мура (1898–1986), афоризм которого «скульптура – искусство открытой площадки» стал главным принципом формирования музейной экспозиции.

В отдельном павильоне демонстрируется крупнейшее в Азии собрание произведений Пикассо, включающее в себя картины, графические работы, скульптуры и керамику – всего более 300 работ. Часть коллекции – 188 предметов – была приобретена непосредственно у старшей дочери художника, Майи. Наряду с работами Пикассо здесь выставлено большое количество его фотографий и портретов Пикассо, сделанных известным фотохудожником Дэвидом Дугласом Дунканом, который в течение 17 последних лет жизни Пикассо поддерживал дружеские отношения с мастером, неоднократно бывал у него в студии. Эти фотографии позволили создателям музея Хаконе воссоздать подлинную обстановку студии Пикассо.

Парк искусств в Саппоро

Парк искусств в Саппоро, столице острова Хоккайдо, открылся в июле 1987 г. Он расположен в южных предместьях города, среди лесистых холмов. Это – музей скульптуры, объединенной с окружающим ландшафтом. На площади около 7,5 га, прямо под открытым небом, выставлены 74 работы, созданные 65 скульпторами, как японскими, так и зарубежными. В их числе – произведения Огюста Родена, знаменитого норвежского мастера Густава Вигеланна, композиция «Путь к скрытому саду» израильского скульптора Дани Каравана. Местные знатоки утверждают, что эти скульптуры, стоящие среди деревьев, совершенно по-разному смотрятся в зависимости от времени года, погодных условий и даже времени суток.

Посетители парка могут не только полюбоваться работами мастеров, но и сами попробовать свои силы в скульптурной студии, оборудованной двумя комнатами для занятий. Для желающих обучиться искусству гравюры тоже имеется своя студия, оснащенная всем необходимым оборудованием. Возле входа в парк устроены различные мастерские, где можно воочию увидеть процесс изготовления керамики на гончарном круге, понаблюдать за работой стеклодувов и резчиков по дереву, а то и самим взять в руки резец.

С Саппоро связано имя Такэо Арисима (1878–1923), известного японского писателя и литературоведа. При создании Парка искусств сюда был перенесен дом Такэо Арисима, построенный в начале 1920-х гг. Ныне в нем устроена мемориальная выставка, посвященная творчеству писателя.

Африка

Гана

Национальный музей в Аккре

Национальный музей в Аккре, обладающий обширными коллекциями африканского искусства и археологии, является самым большим и самым старым из шести музеев Ганы. Он был торжественно открыт 5 марта 1957 г., и это событие явилось частью празднеств по случаю провозглашения независимости Ганы. Таким образом, музей – ровесник этой западноафриканской республики, а его собрание отражает всю многовековую историю этой древней земли, причем не только Ганы, но и соседних стран, на которые в Средние века распространялась власть могущественного королевства Ашанти.

…Много лет назад по воле богов раскололась гора Босумгаи, и из ее недр вышли первые ашантийцы. Они стали жить на земле, где боги рассеяли много золота. Это золото принадлежало ашантийцам и прежде всего их королю Осею Туту (1697–1731). В знак этого боги ниспослали ему Золотой стул. Осей Туту, который сидел под деревом кум, был поражен, когда Золотой стул в серебристом облаке опустился ему с неба на колени. Верховный жрец Окумфо Аноче объявил вождям всех племен, что Осей Туту избран богами быть королем королей – асантехене, а в Золотом стуле заключена «суи-сум» – душа всего ашантийского народа…

Как и во многих африканских обществах, сиденья служат здесь знаками власти. В них особенно тщательно отделывалась часть из резного дерева, поддерживающая сиденье.

Так древние легенды повествуют о начале истории народа ашанти, живущего сегодня в центральных районах Ганы, между реками Вольта и Тано. Само название «ашанти» в переводе означает «люди, объединившиеся для войны». Так назвали себя несколько племен народа акан, создавшие в начале XVIII в. военный союз, из которого выросло могучее африканское государство Ашанти. Опираясь на сильную военную организацию (асафо), к началу XIX в. оно контролировало почти всю территорию современной Ганы. Основой его богатства были золотые месторождения и россыпи, издавна известные на земле ашанти. Вот что сообщают об этом португальские хроники:

«Фернанду Гомеш был так настойчив и удачлив, что вскоре его люди открыли источник золота в месте, которое сейчас зовем Эльмина… В крепости Эльмина торговля очень возросла, и ежегодно в Португалию вывозится до 170 тыс., а иногда и больше, дублонов хорошего золота высокой пробы. Страна называется Аксим…»

Во главе государства Ашанти, представлявшем собой конфедерацию племен, стояли верховный вождь (асантехене), его соправительница (асантехема) и совет старейшин. Первым асантехене был легендарный Осей Туту, под властью которого была создана и укрепилась федерация племен акан.

Столицу Ашанти иностранные купцы и путешественники называли «Золотым городом». И не только за блеск и великолепие его дворцов. Всех любителей легкой наживы манило к себе ашантийское золото.

Искусство обработки золота было хорошо развито здесь еще до появления европейцев и всегда вызывало их удивление. Вот что писал один французский купец, посетивший Гану во второй половине XVII в.:

«…Тамошние золотых дел мастера в состоянии делать большое количество мелких предметов и украшений из золота, особенно это декоративные пуговицы гладкие или филигранной работы; гладкие кольца или браслеты в виде цепочек; любопытные броши для шляп и украшения для шпаг, а также много других оригинальных предметов; я очень часто любовался тем, как мастерски изготовлены предметы из литого золота или отделаны филигранью – они очень точно передавали форму морских ракушек, а также всяких других моллюсков…»

Золото в земле ашанти было основным эквивалентом рыночной стоимости любого товара. Об этом осталось любопытное свидетельство одного английского путешественника:

«От Ассини до Вольты и по всей земле Ашанти золотой песок ходит как деньги, за него можно купить даже связку бананов, и это я видел сам: несколько крупиц золота кладут на лезвие ножа и затем ссыпают в матерчатый мешочек. Кажется, все взрослые мужчины и женщины являются специалистами по золоту… Взвешивают золото с помощью маленьких красных ягод, а иногда с помощью местных разновесков, которые имели форму насекомых и птиц».

Широкая международная торговля золотом, которую вело государство ашанти, вызвала к жизни удивительные произведения африканского искусства – голдуэйтсы, гирьки для взвешивания золотого песка. Их название происходит от английских слов «gold» – золото и «weight» – гирька, разновесок. Голдуэйтсы изготовлялись в технике «потерянного воска» и представляют собой миниатюрные медные, бронзовые или латунные фигурки людей, животных, птиц, рыб, насекомых или просто геометрические фигуры и кусочки металла различной формы с непонятными узорами и рисунками. Такое разнообразие не мешало точному установлению стандартного веса одноименных фигурок. Только вождь имел право пользоваться более тяжелыми гирями, чем его подданные. Но откуда такое разнообразие форм?

Для ашанти каждый голдуэйтс был не менее точен, чем для нас гирька с цифровым клеймом. А вот европейская система расчетов была основана на непонятных для африканцев ценностях: за свои товары европейцы стремились брать только чистое золото, а за местные товары предлагали монеты. Причем всякий раз оказывалось, что золотые монеты были не из чистого золота, а серебряные – из низкопробного металла. Ценность медных монет для местных жителей была вообще непонятна. Вполне естественно, что такая система платежа не могла завоевать авторитета, и местные жители отказывались принимать европейские деньги. А традиционная система расчетов при помощи разновесков была близка и понятна каждому африканцу.

«В ваших деньгах, которыми вы меряете золото, нет души», – презрительно говорили ашантийцы европейским купцам. Жители Ганы как бы одушевляли золотой песок. Одинаковый, он, «проходя» через голдуэйтсы, принимал каждый раз новое обличье. Тем самым золото включалось во всеобъемлющую сферу ашантийской культуры.

Сегодня постоянная экспозиция Галереи этнографии Национального музея в Аккре знакомит со всеми сферами традиционной культуры народа ашанти. Здесь можно увидеть королевские регалии, включая резные сиденья правителей, музыкальные инструменты, большое собрание голдуэйтсов, текстиль и глиняную посуду, традиционную ганскую одежду – кенте, где каждый из узоров имеет свое собственное символическое значение, а также множество объектов, происходящих из других африканских стран – маски народа сенуфо (Кот д’Ивуар), зулусские деревянные статуэтки, вышивки бисером из Южной Африки, древние бронзовые головы культуры Ифе из Нигерии и резные фигурки бушонго из Конго. Отдельную часть экспозиции составляет художественная галерея, где представлены работы главным образом современных ганских художников. Залы первого этажа занимает археологический отдел, где выставлены экспонаты, охватывающие период от каменного века до недавнего исторического прошлого. Историческая часть экспозиции рассказывает об истории местных африканских королевств XV–XX вв., о межплеменных войнах и столкновениях с европейцами, о деятельности европейских миссионеров и борьбе африканцев за независимость.

Египет

Египетский музей

Прекрасные собрания египетских древностей есть во многих музеях мира: Лувре, Метрополитен, Британском, Берлинском, Государственном музее изобразительных искусств в Москве. В каждом из них имеются шедевры, пользующиеся мировой известностью, но ни в одном из них древнеегипетское искусство не представлено столь широко, разнообразно и полно, как в Египетском музее в Каире. Более ста залов музея и многочисленные запасники буквально забиты экспонатами. Это статуи и статуэтки, рельефы и росписи, изделия художественного ремесла, ценнейшие исторические документы, многие из которых представляют колоссальный научный интерес.

Египетский музей расположен в самом центре Каира, на площади Тахрир. Его иногда называют Национальным музеем, но это неверно. Национальный музей, то есть музей египетской цивилизации, экспозиция которого отражала бы все периоды истории страны, существует пока лишь на бумаге. А почти все экспонаты Египетского музея относятся ко времени правления фараонов – династическому периоду и только некоторые из них – к греко-римскому. Побывать в этом музее так же необходимо каждому приезжающему в Каир, как и у пирамид Гизы.

Каир. Египетский музей

Основу коллекции Египетского музея составили экспонаты, собранные первым директором музея, знаменитым французским египтологом Огюстом Мариеттом. Музей открылся в 1858 г. и находился сначала в Булаке, на правом берегу Нила, а затем был переведен в более просторное помещение в Гизе, на левом берегу реки. Но коллекция его пополнялась так быстро, что вскоре пришлось строить специальное здание. Работы были завершены в 1902 г. Сегодня в музее насчитывается более ста залов.

Здание музея, увенчанное куполом, построено в конце XIX в. по проекту М. Дурньона. Во дворе расположен бассейн с голубоватыми цветами нильского лотоса. По сторонам установлены несколько скульптур. В левой части двора – скульптурные портреты наиболее известных египтологов: Франсуа Шампольона, Огюста Мариетта, Гастона Масперо, Рихарда Лепсиуса и других.

В Египетском музее, на двух его этажах, размещены более 100 тыс. экспонатов. Осмотреть за один раз даже четверть из них невозможно. Поэтому мы расскажем лишь о самых известных экспонатах, признанных шедеврами древнеегипетского искусства.

Экспозиция музея в целом выдержана в хронологическом порядке. Зал напротив входа посвящен Древнему царству. Здесь демонстрируется знаменитая палетка Нармера (конец IV тыс. до н. э.). Известность этого памятника может сравниться только с Розетской палеткой Британского музея.

Насколько известно, это единственный случай в истории, когда косметическая принадлежность (палетки в Древнем Египте использовались для того, чтобы растирать темную краску, которой намазывали верхние веки с целью предохранить глаза от солнца; своеобразный прототип нынешних солнцезащитных очков) стала памятником важнейшего события в истории страны. Это событие – покорение Нижнего Египта – произошло (по хронологии академика В. В. Струве) в 3200 г. до н. э. А палетка Нармера стала своеобразной каменной летописью начала истории объединенного Египта.

Барельеф на обратной стороне палетки, изготовленной из шифера, изображает первого правителя объединенного Египта, фараона Менеса (Нармера), с палицей, занесенной над головой своего врага – очевидно, одного из вождей Нижнего Египта. Ногами фараон попирает две лежащие фигурки, которые символизируют наиболее крупные города Нижнего Египта – Мемфис и Саис. В правом верхнем углу бог Гор, изображенный в виде сокола. Он протягивает Менесу веревку, продетую через ноздри пленного.

Левая галерея первого этажа музея также посвящена эпохе Древнего царства. В одном из залов выставлены три скульптуры фараона Микерина, каждая – в компании богини Хатхор и одной из местных богинь. Фараон, как и богини, изображен в полный рост, в типичной для художественных канонов того времени позе. Левая нога выставлены вперед, плечи широко разведены. Непременный атрибут власти фараона – накладная бородка, на его добродушном лице кажется лишней. Правая рука Микерина вложена в руку Хатхор, что демонстрирует союз фараона с одной из самых почитаемых богинь. По словам Геродота, египтяне любили Микерина, потому что он был не таким жестоким правителем, как его отец Хефрен и дед Хеопс.

Палетка фараона Нармера. 4 тыс. до н. э.

В другом зале демонстрируются диоритовая статуя Хефрена и деревянная статуэтка вельможи Каапера, котрую нашли в Саккаре в середине XIX в. Увидев ее, рабочие, принимавшие участие в раскопках, воскликнули: «Да это же наш староста!» Так и вошла она во все каталоги под названием «Деревенский староста» («Шейх аль-баляд»).

Еще один самый знаменитый экспонат – скульптурная группа, изображающая царевича Рахотепа и его жену Нефрет. Скульптуры изготовлены из песчаника и раскрашены. Изображение юноши не оставляет сомнений в том, что он осознает свое высокое предназначение. Его правая рука прижата к груди, а широко расставленные глаза смотрят куда-то поверх зрителей. Энергичную позу Рахотепа оттеняет мягкость Нефрет. Облегающая белая одежда подчеркивает округлость ее форм. Руки спокойно сложены на груди, на губах – усмешка. Кожа Нефрет значительно светлее, чем у ее мужа.

В том же зале выставлено знаменитое стенное панно «Медумские гуси». Птицы изображены с исключительным реализмом. Панно вырезали из одной из гробниц в Медуме – отсюда и его название.

Центральный зал западной галереи – один из самых интересных в музее. Здесь выставлены экспонаты амарнского периода Нового царства – времени правления фараона Эхнатона. В египетском искусстве это был период реализма. Каменный Эхнатон выглядит человеком непривлекательным, даже уродливым, с маленькой головой и большим животом. Ни раньше, ни позже амарнского периода скульптор не рискнул бы изобразить так всемогущего фараона, даже если бы сходство с оригиналом было полным.

Одна из незаконченных женских головок, представленных в этом зале, по-видимому, является головкой жены Эхнатона – прекрасной Нефертити. По крайней мере она очень похожа на всемирно известный скульптурный портрет Нефертити, хранящийся в Берлинском музее.

В восточной галерее выставлены в основном статуи фараонов и богов, относящиеся к периоду Нового царства. В конце галереи, слева – лестница; она ведет на второй этаж, в зал царских мумий. Чтобы попасть в него, надо купить отдельный билет, стоящий в два раза дороже входного билета в музей. Здесь можно увидеть несколько десятков мумий фараонов, большинство из которых находится в отличном состоянии. Сохранности мумий в течение столь длительного времени способствовали и благоприятные климатические условия Верхнего Египта: сухой воздух, отсутствие резких перепадов температуры. Однако, извлеченные из своего многовекового уединения и помещенные во влажную, загрязненную атмосферу сегодняшнего Каира, мумии начинают разлагаться, и требуется вмешательство специалистов, чтобы остановить этот процесс. Сравнительно недавно в Париж была отправлена на реставрацию мумия могущественного фараона XIX династии Рамсеса II: в Каире не оказалось специалистов, способных выполнить столь сложную работу.

Фараон Эхнатон. XIV в. до н. э.

После бальзамирования мумия укладывалась в саркофаг, богатство отделки которого зависело от степени знатности покойного. Мумии фараонов обычно находились в двух-трех, нередко четырех саркофагах, из которых последний, внешний, делался, как правило, из гранита.

Технология мумификации, применявшаяся египтянами, искажает черты лица человека, поскольку основана на обезвоживании организма. Но хотя портретное сходство мумии с оригиналом и теряется, тип лица сохраняется в неизменности. Федор Иванович Шаляпин, посетивший музей в 1903 г., долго рассматривал мумии и потом утверждал, что мог бы почти безошибочно определить по их лицам характер каждого.

В западной галерее на втором этаже демонстрируются саркофаги различных эпох, а в северной галерее – сокровища гробницы Тутанхамона. Гробница была найдена в 1922 г. в Долине царей практически не разграбленной. Ее находка стала крупнейшей археологической сенсацией XX в.

Первое, что видит посетитель, – это большая внешняя деревянная рака, покрытая золотым листом. За ней следуют еще три последовательно уменьшающиеся раки. Они стояли одна в другой. Погребение Тутанхамона было устроено по принципу матрешки: в самой маленькой раке находился каменный саркофаг. Внутри него – три гроба, один в другом. Два первых – деревянные, покрытые золотой пленкой. Последний гроб сделан из чистого золота и весит 110 кг. В нем и покоилась мумия фараона со всемирно известной ныне золотой маской на лице.

Золотая посмертная маска Тутанхамона, два его гроба, украшения и утварь из гробницы выставлены в центральном зале северной галереи. В самой же галерее демонстрируются колесницы и мебель. В восточной галерее тоже выставлены сокровища гробницы этого фараона: статуя Тутанхамона, его позолоченный трон, скульптура бога Анубиса в виде лежащего шакала и другие экспонаты.

В зале № 14 (первый справа на восточной галерее) выставлены знаменитые фаюмские портреты – уникальный вид древнеегипетского искусства. Они были найдены в конце XIX в. во время раскопок римского некрополя в оазисе Фаюм. Фаюмские портреты представляют собой восковой рисунок на деревянной доске. Они рисовались с натуры, при жизни висели в доме, а после смерти помещались поверх мумии. Поэтому изображения людей на них абсолютно реалистичны. В Москве, в Музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, есть 22 фаюмских портрета из коллекции египтолога В. С. Голенищева.

Каким же образом все-таки удалось сохранить и собрать в стенах Египетского музея удивительную коллекцию памятников египетской древности? Ответ на это можно найти прямо в музее. В просторной галерее второго этажа вдоль стен выстроились бюсты выдающихся ученых. Среди них Жан-Франсуа Шампольон, Гастон Масперо, Иоганн Людвиг Буркхардт, Рихард Лепсиус, Флиндерс Питри и ряд других. Это их бескорыстному энтузиазму обязан Египетский музей своей великолепной коллекцией.

Коптский музей

Один из наиболее интересных районов египетской столицы – Старый Каир (по-арабски – Миср аль-атика). Он известен также как Вавилон Египетский. Откуда пошло такое название – Вавилон, доподлинно не известно. Одни ученые считают, что это просто исковерканное многочисленными завоевателями на более привычный им манер древнеегипетское слово, означавшее «переправа по дороге в Он». Есть и другое объяснение. Легенда гласит, что египетский фараон Рамсес II, завоевавший в XIII в. до н. э. часть Передней Азии, захватил там много рабов. Он поселил их южнее переправы, там, где еще со времен Древнего царства добывали твердый песчаник для отделки пирамид. В память о родине поселенцы и назвали этот район Вавилоном.

Каир. Коптский музей

Сегодня Вавилон населяют преимущественно христиане-копты. Слово «копт» происходит от греческого названия страны – «Айгюптос» и означает просто «египтянин». Однако со временем этим словом стали обозначать лишь египетских христиан.

Христианская община возникла в Египте в середине I в. Коптская Церковь, так же как армянская и эфиопская, относится к восточным монофизитским Церквам. Монофизиты трактуют соединение человеческой и божественной природы Христа как поглощение человеческого начала божественным. Сегодня копты составляют 7–8 % населения страны.

Внешне копты ничем не отличаются от арабов. Очень много общего у них с арабами и в культуре. Чтобы убедиться в этом, достаточно посетить Коптский музей, расположенный в одном из кварталов каирского Вавилона. Его основателем в 1908 г. и первым директором был Марк Симаин-паша, один из коптских культурных деятелей рубежа XIX–XX вв. У входа в музей установлен его бюст работы русского скульптора Бориса Оскаровича Фредмана-Клюзеля (1878–1959), одного из ведущих мастеров всемирно известной петербургской фирмы Фаберже. После революции 1917 г. Клюзель эмигрировал в Париж, а в 1928 г. перебрался в Каир, где был заведующим кафедрой скульптуры факультета изящных искусств Каирского университета.

В Коптском музее хранятся тысячи интересных экспонатов – резные каменные детали архитектурных сооружений и старинные манускрипты, оружие и посуда, иконы и церковная утварь. Примечательно, что от предметов исламского декоративно-прикладного искусства того же времени они отличаются по большей части лишь религиозной символикой. Это говорит о единстве египетской культуры. Оно хорошо видно и в архитектуре здания Коптского музея. Его фасад очень похож на фасад одной из средневековых каирских мечетей. Цветные витражи, резные деревянные решетки на окнах (они называются машрабия), каменные инкрустированные фонтанчики широко распространены и в исламской архитектуре.

Первоначально Коптский музей задумывался как музей коптской патриархии. Сюда были собраны памятники из коптских монастырей и церквей. В 1910 г. для музея выстроили специальное здание. В дальнейшем оно было расширено несколькими пристройками. В 1939 г. Коптскому музею была передана коллекция коптских памятников из Египетского музея, а после Второй мировой войны его площадь снова была увеличена за счет нового большого флигеля. Для пополнения своих коллекций музей проводит постоянные археологические экспедиции. В 1950–1951 гг. велись раскопки в Абу-Мена, в восьмидесяти километрах западнее Александрии; в 1961 г. совместно с Германским археологическим институтом проводились раскопки коптских памятников в черте Каира.

В настоящее время коллекция музея насчитывает свыше 5 тыс. памятников, происходящих из различных мест Египта. В музее девять отделов, в которых экспонируются изделия из камня, металла, слоновой кости, керамики и стекла, ткани. В специальный отдел выделены коптские памятники из Эфиопии и материал из раскопок гробниц. При музее существует библиотека древних рукописей.

Памятники коптского искусства в основной своей части относятся ко времени между IV и X вв., но есть и более поздние. Большой раздел составляет каменная скульптура – прекрасные капители колонн, украшенные листьями аканта и виноградными лозами, капители в виде плетеной корзины, резные алтари, надгробные стелы, рельефы. Копты были необыкновенно искусны в резьбе по дереву. Консольные балки, капители колонн, резные потолки и двери свидетельствуют о тонком вкусе и большом мастерстве создавших из резчиков. Особенной известностью пользуется резная дверь, перенесенная из коптской церкви Св. Варвары, на которой изображены Христос и апостолы.

Древний иллюстрированный манускрипт из собрания музея

В музее широко представлены изделия из кости: обкладки для мебели, украшения молитвенников, булавки, гребни, шпильки. Некоторые из этих предметов выполнены в сочной пластической манере, свидетельствующей о сильной традиции эллинистического искусства. Сохранилось много бронзовых культовых предметов – кадила, светильники, лампы, кресты. Очень оригинальна лампа в виде головы мужчины, обрамленной буклями завитых волос; несколько преувеличенные глаза инкрустированы белой пастой и обсидианом – техника, излюбленная в древнеегипетском искусстве.

Большое место в коллекции музея занимают изделия из ткани. В их числе – туники, верхние рубашки с длинными или короткими рукавами, украшенные узором на плечах, в нижней части рукавов и на подоле (туники могли быть и без рукавов); плащи прямоугольной формы, набрасываемые поверх туники; большие завесы, украшенные сложными композициями. Наиболее распространенным материалом был лен. Для узоров чаще всего применялась «гобеленовая техника», то есть такой способ тканья, при котором нить цветного утка, образующего узор, ходит вперед и назад лишь по тому участку, где данный цвет требуется по рисунку. Значительная часть тканей украшена одноцветными пурпурными изображениями.

Техника тканья была неодинаковой в различные периоды: в IV–V вв. узорчатые части ткались отдельно, а затем нашивались на одежды. Были распространены и махровые ткани, поверхность которых покрыта длинными неразрезанными петлями. На некоторых тканях узор не выткан, а нанесен краской, причем он светлее основного фона. По-видимому, узор покрывался специальным составом, предохраняющим от окраски.

Для коптских тканей характерно большое разнообразие рисунков. На образцах IV–V вв. встречаются геометрические и растительные орнаменты, очень естественно смотрятся плоды, цветы, птицы и животные, заимствованные коптским искусством из эллинистического Египта и сохранившие красочность и сочность античных изображений. Позднее на тканях появляются фигуры христианских святых.

Гордостью Коптского музея является и собрание памятников письменности: молитвенники, жития святых, древнейшие списки Евангелия и Библии. Иллюстрирующие их миниатюры поражают точностью рисунка, богатством красок, разнообразием сюжетов.

Раннехристианские памятники, сохранившиеся в Каире, очень важны для изучения архитектуры и изобразительного искусства коптов. Выдающийся русский художник И. Я. Билибин (1876–1942), проживший в Египте с 1920 по 1925 г., очень любил коптское искусство. «Это – предок (и прямой, а не боковой) и нашего русского искусства», – утверждал он в письме другу в 1924 г. Коптское искусство сохранило многие раннехристианские традиции, которые впоследствии через Византию пришли и в Россию.

Музей исламского искусства

В 1880 г. при мечети султана ал-Хакима в Каире был основан небольшой музей, куда из каирских мечетей и пришедших в ветхость частных домов были переданы предметы арабской культуры и искусства. В 1903 г. на основе этого собрания был открыт Музей исламского искусства.

В настоящее время его коллекция насчитывает более 70 тыс. памятников; она продолжает пополняться. Много ценных памятников арабского искусства находят археологи во время раскопок, ведущихся в разных местах Старого Каира. Основную часть собрания музея составляют изделия художественных ремесел.

Иконоборческие традиции ислама в значительной мере оказали влияние на изобразительное искусство народов, исповедующих мусульманскую религию. В Коране нет прямого запрещения изображать живое существо, но в комментариях к нему, созданных позднее, говорится, что всех, кто будет это делать, в день последнего суда ждет страшная кара: изображенные сойдут с картин, потребуют отдать им душу, и если художник не выполнит это требование, то будет гореть в вечном пламени…

Однако, как показывают памятники, созданные на протяжении многих веков в странах мусульманского Востока, это запрещение не было абсолютным. Миниатюрами, изображающими людей и животных, иллюстрированы многие рукописные тексты, хранящиеся в Музее исламского искусства. Здесь есть миниатюры сирийские, месопотамские, персидские, турецкие, египетские. Миниатюры разных народов отличаются темой, сюжетом, манерой исполнения, орнаментальными украшениями, колоритом. Но всем им присущи красота, ясность контура, ювелирная тщательность в передаче деталей.

Резьба по дереву получила развитие в безлесном Египте лишь в период арабского завоевания, когда дерево стали широко ввозить из Малой Азии и других стран. Из местных сортов использовали акацию, сикомору, оливу и кипарис. Для изготовления дорогой мебели покупали индийский дуб, нубийское эбеновое дерево. Ранние памятники исламского искусства резьбы напоминают изделия коптских мастеров. К VII в. относится рельеф с изображением вооруженного мечом человека, отражающего нападение львов. В более поздние времена в резьбе начинает преобладать орнамент; мастера часто используют узоры из розеток, треугольников, ромбов.

В коллекции музея имеется несколько резных дверей, привезенных из старых каирских мечетей. В 1010 г. были сделаны двери мечети ал-Азхар. Обе их створки покрыты резной вязью, растительным и геометрическим орнаментом. К XII в. относятся прекрасные двери, перенесенные в музей из мечети ас-Салах Талаи, покрытые очень красивым и сложным узором. В деревянных изделиях более позднего периода широко используется инкрустация из кости и перламутра.

Большое место в экспозиции занимают ткани. Ткачество в Египте, начиная с коптского периода, было одним из ведущих ремесел. Развивалось оно и после завоевания страны арабами. Коллекция тканей, хранящихся в музее, дает представление о развитии этого вида ремесла в Египте на протяжении тысячелетия. Наряду с египетскими здесь есть ткани из Сирии, Персии, Турции, Ирака и других стран Востока. А после приобретения в 1949 г. большей части знаменитой коллекции Ибрагима Али собрание мусульманских тканей Музея исламского искусства стало лучшим в мире.

Музей обладает и большим количеством предметов из металла. Это сосуды в виде животных и птиц, курильницы, шкатулки, столики, лампы, канделябры, украшения. Изделия выполнены в различной технике: мастера применяли чеканку, гравирование, инкрустацию металлом по металлу. Для инкрустаций часто использовали золотые и серебряные проволочки и пластинки. На некоторых предметах изображение нанесено цветной эмалью.

Многочисленные лампы из мечети султана Хасана заставляют вспомнить сказку о волшебной лампе Аладдина. Их покрывают растительные узоры из цветной эмали, отличающиеся тонкостью и разнообразием контура. Когда лампу зажигали, цветной узор на ней приобретал новую, совершенно неожиданную красоту. Встречаются лампы, сплошь покрытые надписями, которые также воспринимаются как орнамент. Каллиграфия на Востоке считалась очень важным видом искусства. Имя пророка Мухаммеда, повторенное множество раз, и тексты из Корана украшали мечети и мавзолей, узорные ленты надписей окружали барабаны куполов.

В каирском музее хранится огромная коллекция арабской керамики и художественного стекла. На египетских стеклянных изделиях, как правило, нанесены каллиграфические надписи, широкими поясами покрывающие всю поверхность сосуда. Велика и разнообразна коллекция стеклянных ламп – их свыше семидесяти; на многих сохранились имена султанов, по повелению которых они были изготовлены. Наиболее старая лампа привезена из Сирии, она принадлежала айюбидскому султану Малик-хан Насир Юсуфу, правившему в Дамаске и Алеппо в середине XII в. Встречаются лампы, сплошь покрытые надписями, которые также воспринимаются как орнамент.

В небольшом домике в старинном арабском стиле, прилепившемся к стене мечети ибн Тулуна, располагается филиал Музея исламского искусства – Музей Гейера Андерсона. Он назван в честь майора английской армии, коллекционировавшего образцы арабской традиционной мебели и предметов быта. Внутреннее убранство домика как бы переносит нас во времена арабского средневековья. В большой парадной зале, вдоль стен которой стоят низкие скамьи, покрытые мягкими подушками, бьет фонтанчик. Дом разделен на женскую и мужскую половины. В верхней галерее, проходящей над залой и украшенной изящными деревянными резными решетками, скрываются потайные ниши. Одна из них обычно предназначалась для старшей жены хозяина дома, откуда она, невидимая взорам сидевших в зале мужчин, могла наблюдать за происходящим внизу. В верхних комнатах привлекают внимание коллекции старинных арабских тканей, посуды и серебра.

Кения

Национальные музеи Кении

Национальные музеи Кении представляют собой сегодня целую сеть региональных музеев, штаб-квартира которой располагается в столицы страны Найроби. А начиналось все в далеком 1910 г., когда Общество естествознания Восточной Африки и Уганды организовало в Найроби небольшой естественнонаучный музей с библиотекой при нем. Первоначально он располагался в маленьком одноэтажном здании с двумя комнатами. Инициатива группы ученых и энтузиастов нашла неожиданную поддержку в кругах белого населения Кении (в ту пору – британской колонии). В числе добровольных помощников музея был и тогдашний губернатор Кении сэр Роберт Кориндон. После его скоропостижной смерти в 1927 г. вдова губернатора основала мемориальный Фонд Кориндона, на средства которого предполагалось построить новый музей. Строительство началось в 1928 г., и уже 22 сентября 1930 г. музей был официально открыт; он получил название Музея Кориндона.

С открытием нового музея Общество естествознания Восточной Африки и Уганды переместило сюда свою обширную библиотеку. Тогда же были заложены основы музейного гербария. Долгие годы (конец 1930-х – конец 1950-х) хранителем музея был Луис Лики, знаменитый палеоантрополог, прославившийся своими открытиями в Олдувайском ущелье (Танзания). Музей в Найроби оставался главной базой для исследовательских работ Луиса Лики вплоть до 1961 г., когда ученый основал свой ныне известный Центр человеческой предыстории и палеонтологии. В 1945 г. Луис Лики впервые открыл доступ к музейной экспозиции для африканцев и выходцев из Азии; до этого времени вход в музей был «только для белых».

В 1940-х – 1950-х гг. Лики удалось собрать по общественной подписке значительные средства для того, чтобы расширить выставочные площади. В результате было построено несколько новых галерей, получивших имена наиболее щедрых жертвователей. В их числе – Махатма Ганди, Уинстон Черчилль и другие. В начале 1960-х гг. при музее был устроен большой серпентарий – Парк змей, ставший одной из главных достопримечательностей Найроби.

В 1963 г. Кения стала независимой. Музей Кориндона был переименован в Национальный музей Кении, а в 1964 г. на его основе была создана новая система музеев, получившая название Национальные музеи Кении (НМК). С 1969 г. под эгидой музея в Найроби были организованы региональные музеи; в новую структуру вошел также ряд участков исторического культурного наследия Кении. В 1976 г. был открыт мемориальный дом Луиса Лики, где ныне располагается администрация Национальных музеев и отделы археологии и палеонтологии. Сегодня в структуру НМК входят 16 региональных музеев и ряд участков и историко-культурных памятников, разбросанных по всей стране. Экспозиция главного Национального музея в Найроби (ныне часто именуемого просто «Музеем Найроби») настолько обширна, что на ее осмотр легко можно потратить целый день. Здесь представлено все – ботаника, зоология, археология, палеонтология, история, этнография. Обширное место в экспозиции занимает раздел, посвященный культуре различных племен Кении. Отдел палеонтологии обладает одной из самых лучших в мире коллекций окаменелостей. Специалистов со всех континентов особенно привлекают останки человекоподобных гоминидов, найденных Луисом Лики и его учениками в пределах Восточно-Африканской зоны геологических разломов и области озера Виктория.

Кот-д’Ивуар

Национальный музей цивилизации Кот-д’Ивуара

Национальный музей Республики Берег Слоновой Кости (ныне Кот-д’Ивуар) был создан в 1972 г. С самого начала на музей была возложена очень важная задача: он должен был представлять историю и искусство молодой республики во всем их разнообразии и культурном единстве. В 1994 г. он получает новое название – Национальный музей цивилизации Кот-д’Ивуара.

Музей – настоящая сокровищница традиционного искусства Западной Африки. Здесь представлены все регионы страны. Экспозиция включает в себя несколько разделов: этнография, археология, искусство, документы и архивы, фотографии. Посетителей из числа европейцев неизменно восхищают медные, бронзовые и деревянные статуэтки бауле, фигурки птицы-носорога, причудливые резные двери, троны и жезлы вождей, мебель – мотивы этой резьбы приобрели в последние годы широкую популярность в Европе, миниатюрные грузики для взвешивания золотого песка – голдуэйтсы, филигранно сделанные в форме насекомых, рыб, птиц, моллюсков. Поражает мастерство африканских ремесленников, при обработке бронзы пользующихся преимущественно техникой потерянного воска, разнообразие использованных ими материалов (золото, олово, бронза, медь, алюминий) и их продукции (маски, браслеты, кулоны, кольца). Корни этой традиции уходят еще в средние века, когда народы Западной Африки освоили сначала технику изготовления изделий из золота, потом – из бронзы, латуни и олова, привозимых португальскими торговцами, а в наши дни в среде африканских ремесленников приобрел популярность алюминий.

Настоящее сокровище – коллекция африканских масок, не имеющая себе равных по богатству и полноте, предмет зависти коллекционеров во всем мире. Многочисленные экспонаты Национального музея цивилизации Кот-д’Ивуар рассказывают о представлениях древних африканцев, которые считали, что маски должны давать воплощенному в них человеку «вечное лицо» – существование вне времени. Маски висели и в убогой хижине, и мерцали отполированной слоновой костью во дворцах правителей Ашанти и Ифе. Они непременно сопровождали ритуальные представления и священные танцы, игры и магические «сражения».

Африканские маски выражают те представления о человеческом лице, которые сложились у того или иного племени. Человек, вырезающий маску, не выделял себя из числа соплеменников. Наоборот – он смотрел на мир теми же глазами, что и окружающие, и потому изображал человеческое лицо, пусть условно, пусть гротескно, но всегда понятно для своего народа. Вот почему то, что искали в африканском искусстве западные художники, диаметрально противоположно его подлинной сущности.

Африканцы считали, что в маске навсегда сохраняется то, что в реальности исчезает после смерти. Тело вернется в землю, душа обретет утраченную на земле свободу, но еще очень важен третий элемент – жизненная сила. Смерть освободит ее, и тогда она будет беспокоить оставшихся в живых потомков умершего. Чтобы этого не случилось, для каждого человека было чрезвычайно важно еще при жизни воплотиться в маску, найти себе твердую поддержку, чтобы смерть не могла овладеть внешностью человека, а жизненная сила после его смерти перешла бы в маску. К маскам относились, как к предкам, которых часто боялись, но всегда уважали и чтили.

Необычайно разнообразны формы и размеры масок, выставленных в музее, манера их выполнения и материалы, из которых они изготовлены. Вот, например, на одном из стендов выставлены лицевые маски, всегда имеющие отверстия для глаз, для рта отверстие делается реже. А рядом выставлена маска, у которой подвижна нижняя челюсть: рот, снабженный тростниковыми зубами, может при этом открываться и с шумом захлопываться.

Экскурсовод музея расскажет (и, может быть, даже покажет), как с помощью системы шнурков или сетки закрепляется лицевая маска. Шнурки продеваются в верхний край маски и подвязываются двумя лентами на груди или к поясу. В соседнем зале посетители могут увидеть маски в виде головного убора. Они укрепляются на круглой плетеной шапочке в горизонтальном или наклонном положении. Есть маски, которые носят на лбу (они тоже представлены в экспозиции музея), и массивные маски, которые опираются на плечи. А еще здесь представлены маски, изображающие неодушевленные предметы, – например дом с окнами, пилястрами и расписными узорами.

При таком большом разнообразии масок неудивительно, что они бывают разных размеров – от нескольких сантиметров (маски-подвески, маски-дубликаты) до 70–80 см. Если же принять в расчет всякие навершия, то они могут достигать в высоту даже нескольких метров. К ним относятся большие маски догонов, употребляемые лишь в исключительных случаях.

Различным бывает и вес таких масок. В одной из витрин музея выставлена маска, которая весит около тридцати килограммов. Для участия в религиозном ритуале ее должны были нести несколько человек. Маска сама может определить ритм танца – стремительные или плавные движения партнеров, а тяжелая маска позволяет лишь с трудом передвигать ноги.

Материалом для масок обычно служит дерево различных пород. Процесс их изготовления сопровождается многочисленными заклинаниями и небольшими жертвоприношениями. Например, перед праздником тыквенных листьев к резчикам бывает просто не подступиться. В хижине духов, под прохладным шатром двух высоченных раскидистых сейб, резчик денно и нощно корпит над священной маской. Никто из непосвященных не осмеливался приблизиться к хижине: несколько мужчин – неусыпных стражей – решительными жестами заворачивали обратно каждого, кто даже нечаянно забредал сюда. Вокруг хижины царила тишина, жена передавала мастеру пищу только через стражей. Любой шорох, малейший порыв ветерка мог помешать мастеру; вот в каких мучениях в его сознании складывался еще один образ предка, возвратившегося из мглы небытия на праздник своих потомков.

Маска предка – вещь особая, поэтому дерева, не обретшего еще живые черты души, не должен касаться взгляд женщины или ребенка. Тогда вся работы пошла бы насмарку. Дерево, столь тщательно подобранное в лесу, обессилело бы, а деревня весь год изнывала бы от страха: вдруг случится недород или другое несчастье.

Для изготовления масок применяют и другие материалы, о чем тоже поведают стенды музея. Например, в Анголе маски делают не из дерева, а из древесного волокна по каркасу из прутьев. Бывают маски из металла и тканей, а то и плетенные из рафии. Ашанти в Гане отливали маски обожествленных царей из золота и бронзы, а в Средние века в Бенине и Конго маски вырезали из слоновой кости.

Ритуальные маски должны сочетаться с костюмом, сделанным из ткани или рафии. Это могут быть панталоны, туника или юбка. У племени догонов юбки из фибры бывают короткие или до колен – красные, черные, желтые. Их иногда надевают по две – разного цвета, но длинная всегда бывает черного цвета.

К юбке обычно полагается нагрудная опояска с плетеными бретельками. Опояска делается тоже из фибры, но иногда украшается раковинами каури. Если маска изображает женщину, то на груди закрепляются еще две половинки плода баобаба, окрашенные в черный цвет.

Различные племена Африки вносят в искусство изготовления маски свои образы и свои особые черты. Например, стилизованные маски племени моей (Верхняя Вольта) изображают антилопу с длинными рогами или представляют просто длинную узкую пластину с резным полихромным орнаментом.

Изящные маски гуро (Кот-д’Ивуар) отличаются удлиненным овалом лица с выпуклым лбом и узким, косым разрезом глаз. Загадочные маски из Габона сразу можно узнать по мягкой полуулыбке их монголоидного белого лица с красным ртом и высокой черной прической. Племена Гвинеи обычно изготовляли свои маски в виде женского бюста и носили их на плечах.

В одной из витрин музея выставлены удивительные маски народа экои, живущего на границе юго-восточной Нигерии и Камеруна. Деревянные головы этих масок обтянуты кожей антилопы и изображают членов секретного общества. Их зрачки и зубы выложены листовым железом, голова часто бывает увенчана причудливыми завитыми рогами. Образ этих масок, вероятно, навеян древним обычаем охоты за головами, которой некогда занимались местные племена.

Маски смеются, плачут, строят гримасы. Нередко они принимают свирепое выражение и даже зловещий, отталкивающий вид. Столь угрожающий характер связан с их функциями: деятельность некоторых обществ строилась на запугивании непосвященных, кое-где практиковались и человеческие жертвы. Некоторые маски окружены столь страшными запретами, что один только взгляд на них мог стоить непосвященному жизни.

Нигерия

Национальный музей Нигерии

Среди других стран Тропической Африки Нигерия не имеет себе равных и по числу музеев, и по количеству собранных в них экспонатов. Земля Нигерии хранит множество удивительных памятников забытых культур. Вероятно, самой загадочной из них является культура Игбо Укву (IX в.). В 1939 г. крестьянин Исайя Анози, копая колодец, случайно нашел позеленевший от времени бронзовый кубок. Его стенки покрывали причудливые изображения насекомых и мелких зверьков. Затем из земли был извлечен второй предмет, третий… Вскоре в руках крестьянина оказался целый клад – более сорока удивительных бронзовых предметов: урны, украшенные гравированными изображениями змей и жуков, подвески в виде слоновьих и леопардовых голов, орнаментированные посохи и мечи… Часть этого бесценного сокровища поступила в Федеральный департамент древностей Нигерии. Начавшиеся раскопки позволили ученым открыть одну из самых удивительных африканских культур, памятники которой сегодня можно видеть в Национальном музее в Лагосе.

За прошедшие десятилетия в Нигерии найдено множество впечатляющих памятников древних культур. Сегодня в экспозиции Национального музея можно увидеть маски, древние терракотовые статуэтки, изделия из кожи, музыкальные инструменты, естественнонаучные коллекции и огромное собрание знаменитых бронзовых скульптур и резных фигурок из слоновой кости, созданных мастерами из Ифе и Бенина. Эти изделия стоят в ряду наивысших достижений африканского искусства.

Великолепные образцы бронзового литья создавали мастера из Ифе – священного города народа йоруба. Искусство Ифе на несколько веков старше искусства Игбо Укву. Однако мир познакомился с ним на полвека раньше – благодаря открытиям немецкого этнографа Лео Фробениуса. Заинтересовавшись рассказами местных жителей о том, что в окрестностях Ифе часто выкапывают «головы предков», ученый отправился в этот город и начал раскопки. Уже первое открытие буквально потрясло Фробениуса: это были два фрагмента терракотовой статуэтки, исполненной с необыкновенным мастерством. «Они были частями разбитого человеческого лица, и когда я увидел эти фрагменты, я в полной мере осознал смысл того, что мне было сказано, – писал Фробениус. – Передо мной были остатки очень древнего и замечательного искусства, бесконечно более прекрасного, чем грубые каменные образы». За первой находкой последовали другие, еще более замечательные. Первое время Фробениус даже отказывался верить, что эти шедевры созданы африканцами, и всерьез считал, что искусство Ифе принадлежит добравшимся до Нигерии древним жителям Средиземноморья.

Деревянная скульптура йоруба

Скульптуры Ифе необыкновенно натуралистичны. Они передают даже физические недостатки человека. Самые древние из них относятся к VII в. В XI в. на смену терракоте пришли бронза и латунь, из которых мастера Ифе начали изготавливать скульптурные портреты царей, используя метод «потерянного воска». Особенностью скульптуры Ифе являются необычные пропорции голов – они, как правило, составляют четвертую часть от общей высоты фигуры.

Казалось, земля Нигерии уже ничем больше не удивит археологов и историков искусства. Однако в 1943 г. молодой британский курсант Бернард Фегг, служивший неподалеку от города Джос, приобрел у местных шахтеров голову древней терракотовой статуэтки. Кто-то из нашедших ее горняков использовал ее в качестве пугала на своем огороде. Эта голова со стилизованной прической и очень выразительными глазами была изготовлена чрезвычайно искусно. Заручившись поддержкой шахтеров, Фегг с их помощью отыскал еще несколько подобных памятников забытого народа. Эта нигерийская культура, еще более древняя, чем Ифе, получила название Нок. С тех пор в долине реки Бенуэ найдено более 150 терракотовых скульптур. Вероятно, некогда они украшали святилища, могилы или служили для каких-то ритуальных целей. Культура Нок существовала с V в. до н. э. приблизительно до 200 г. н. э. Создавшие ее люди, по-видимому, относились к разным этническим группам, так как скульптуры демонстрируют разнообразие человеческих типов. Большинство из них обладают все же сходными чертами: вытянутый череп, замысловатая прическа и большие выразительные глаза.

К XV в. н. э. относится расцвет Бенина – города-государства народа эдо, расположенного в 160 км к юго-востоку от Ифе (земли древнего Бенина целиком находятся на нигерийской территории и не затрагивают территории современной Республики Бенин). В обычае королей Бенина было отмечать важнейшие события своего правления латунными табличками размерами приблизительно 30×15 см. Эти таблички, кроме того, были призваны демонстрировать народу образ всемогущего правителя, так как сам король редко появлялся перед народом. Таким образом Бенин стал главным в Западной Африке центром латунного литья. При этом использовались цинк и медь, которые в XVI–XVII вв. поставлялись в Бенин португальскими торговцами. Идея создания прямоугольных табличек с рельефным изображением, столь необычных для африканского искусства, могла быть навеяна образами иллюстраций из книг, которые привозили с собой европейцы. Были изготовлены сотни и тысячи таких рельефов со сценами военных подвигов и королевских церемоний, отличающихся редкой выразительностью образов и тщательностью проработки. Британский офицер, оказавшийся в захваченном англичанами Бенине в 1897 г., так описал оставленный королевский дворец: «Большая дверь обита листами латуни, на которых отчеканены изображения людских фигур и голов леопардов. Вдоль ограждающей небольшую площадь стены выстроились в ряд головы из латуни, каждая была увенчана длинным, пострадавшим от непогоды резным бивнем. Между головами находились отлитые из латуни изображения людей в доспехах, восседающих на спинах коней… На противоположной стороне площади стоит молитвенный дом царя. Первое, что вас поражает, – это металлическая крыша, на которой, прямо перед вами, расположилась огромная латунная змея, голова которой спускается к водосточному желобу. Все стропила были покрыты латунными листами, на которых были изображения фигур. Крыша поддерживалась почти сотней колонн, сделанных из склепанных вместе бронзовых листов, что производило очень сильное впечатление». Англичане вывезли из дворца около 2 тыс. бесценных произведений искусства Бенина. Многие из них были изготовлены еще в XVI в.

Интереснейший экспонат нигерийского Национального музея – действующая древняя гончарная мастерская. Искусство лепки из глины и изготовления керамических изделий передается среди нигерийцев из поколения в поколение, и сейчас в музейной мастерской обучаются молодые гончары. Перед глазами многочисленных посетителей проходит весь процесс гончарного ремесла – от подготовки глины до изделия. Подготовка самого материала – процесс сам по себе несложный, но очень трудоемкий. Глину, добытую в карьерах с помощью кирок и лопат, сюда доставляют на тележках или ишаках. Здесь ее несколько дней сушат на открытом воздухе, а затем дробят на мелкие куски. Их помещают в бассейн с водой, чтобы получить однородную массу, которую потом месят ногами, попутно освобождая от ненужных примесей. Образовавшееся тесто разрезают на куски и разминают до нужной кондиции. И вот наконец мастер-гончар лепит из глины цилиндр, бросает его на гончарный круг и, нажимая ногами педаль, легким прикосновением пальцев превращает глиняную болванку в вазу, тарелку, пепельницу… После непродолжительной подсушки на солнце полуфабрикат отправляют в сушильную печь. Потом искусный художник покрывает посуду эмалью, украшает ее африканскими пейзажами или рисует зверей, птиц, рыб.

В выставочном зале музея представлено более трехсот образцов глиняной посуды из разных районов Нигерии. Сам же этот зал расположился в здании, отделанном в стиле жилищ народности нупе – наиболее искусных нигерийских гончаров. Даже пол здесь выстлан глиняными плитками ручной работы, искусно изготовленными женщинами нупе.

Танзания

Национальный музей Танзании

История Национального музея Танзании начинается в 1934 г., когда губернатор Танганьики Гарольд Макмичел создал в Дар-эс-Саламе небольшой городской музей. Он открылся для публики только в 1940 г. и состоял всего из двух выставочных залов. Это здание до сих пор используется музеем, хотя за это время его экспозиции существенно увеличились. В настоящее время Национальный музей Танзании включает в себя музей Дар-эс-Салама, Сельский музей, Музей естествознания, Музей Арушской декларации (принятая в 1967 г., эта декларация предусматривала развитие страны по некапиталистическому пути) и Музей Джулиуса Ньерере, первого президента независимой Танзании. Основные разделы постоянной экспозиции музея сосредотачиваются на биологии, палеоантропологии, истории Танзании и этнографии.

Зал биологии посвящен флоре и фауне Танзании и проблемам сохранения окружающей среды. Экспозиция раскрывает все богатство и разнообразие живой природы страны. Здесь можно увидеть все формы жизни, включая моллюсков, иглокожих, ракообразных, кораллы, морские водоросли, рептилии, морских млекопитающих, птиц, змей, аквариумы с пресноводными рыбами.

В галерее человека экспонируются первые каменные орудия труда, изготовленные дальним «родственником» человека, отпечатки ног ископаемого гоминида, имеющие возраст 3,6 млн лет, а также знаменитые находки, сделанные экспедицией Луиса Лики в Олдувайском ущелье – окаменелые останки ископаемых гоминидов Homo habilis и Homo erectus, а также череп зинджантропа (австралопитека бойсовского), имеющий возраст около 1,8 млн лет. Этот череп был также обнаружен Луисом Лики в Олдувайском ущелье в 1959 г.

В галерее истории демонстрируются исторические объекты разных периодов, происходящие из различных районов Танзании. Особый интерес представляют материалы раскопок из Великой Килвы – крупного афро-арабского города на побережье Индийского океана, в Средние века являвшегося крупнейшим торговым центром Восточной Африки. Находки включают в себя глиняную посуду, китайский фарфор, китайские и арабские монеты, бусы и бисер. Другие экспонаты рассказывают о развитии местных африканских культур, контактах средневековых обитателей Танзании с арабским миром и Европой, эпохе работорговли и колониализма, истории сопротивления племен Танганьики чужеземным захватчикам, германскому периоду (1884–1916), британскому периоду (1916–1961) и борьбе за независимость. В музее демонстрируется автомобиль «Роллс-Ройс», использовавшийся британскими губернаторами с 1938 г., а в 1961–1962 гг. – первым президентом независимой Танзании Джулиусом Ньерере.

В галерее этнографии собраны предметы материальной культуры различных племен и этнических групп, населяющих страну. Здесь представлены традиционные орудия труда и охоты, ритуальные статуэтки, использующиеся во время обрядов инициации, украшенная бусами кожаная одежда, украшения и традиционные музыкальные инструменты, а также знаменитые ритуальные маски народа маконде.

Тунис

Музей Бардо

«Карфаген должен быть разрушен!» – повторял в конце каждого своего выступления в римском сенате Марк Порций Катон. И он был разрушен. Как отчаянно ни сопротивлялись жители города, они не смогли преградить путь римским легионам. Город был взят штурмом, отдан на разграбление, а потом снесен с лица земли. Тяжелые римские плуги вспахали то, что осталось от его улиц и площадей. В землю была насыпана соль, чтобы не плодоносили больше карфагенские поля и сады.

Но величественный город не исчез бесследно. Начиная с 1953 г. на его месте ведутся раскопки. Археологи выяснили, что под слоем золы от пожара 146 г. до н. э. сохранился целый квартал старого Карфагена. Но еще раньше, за сто лет до этого, памятники древности буквально по крупицам начали собираться в тунисском Музее Бардо. В них, как в зеркале, отразилась социальная, экономическая и культурная жизнь, искусство и верования римлян, греков, турок, арабов, берберов.

Мозаика «Триумф Нептуна»

Здание, в котором разместился музей, построено в 1882 г. Найти его в столице Туниса не представляет никакой сложности: указатели с надписью «Бардо» встречаются повсюду. Ощущение торжественности и в то же время таинственности возникает у посетителей уже при входе на территорию музея. Оно нисколько не исчезает при виде будничных сценок: здесь под высокими пальмами шумно перекликаются торговцы сувенирами, на лужайке чуть поодаль гоняют мяч мальчишки…

Торжественное открытие Музея Бардо состоялось в 1888 г. Ныне это самый крупный археологический музей в Северной Африке. Его экспонаты выставлены в 35 залах, и даже беглое знакомство с ними потребует не один час. Экспозиция музея отражает доисторический, пунический, классический, христианский и арабо-мусульманский периоды в истории Туниса.

В коллекциях музея представлены терракотовые, бронзовые и мраморные статуэтки; маски, передающие самые различные оттенки душевного состояния людей. Гордостью Музея Бардо является богатейшая в мире коллекция римской мозаики. В ней представлены удивительные по красоте напольные и настенные мозаичные картины на сюжеты римской и греческой мифологии («Похищение Европы Юпитером», «Триумф Нептуна» и многие другие). Изображены на них и сцены из будничной жизни охотников, крестьян и рыбаков. Очень многое сумели выразить древние мастера с помощью разноцветных кусочков оникса, агата, яшмы и других камней.

В арабо-мусульманском зале расположился бассейн из белого мрамора, обнесенный украшенной фаянсом колоннадой. На стенах этого зала размещены изысканные гравюры, запечатлевшие разные моменты в истории Туниса. В основном же в арабо-мусульманском зале выставлены предметы декоративно-прикладного искусства: керамические, медные, стеклянные, гончарные и бронзовые изделия XI–XVI вв., золотые и серебряные украшения, музыкальные инструменты и инкрустированная мебель, ковры и оружие, вышивка и кружева.

Вот, например, одна примечательная коллекция. Примерно в 81 г. до н. э. греческое судно, груженное сокровищами, попало в шторм и затонуло в пяти километрах от берега, где располагался тунисский портовый город Махдия. Со временем деревянное судно сгнило, а ценности долго покоились на 40-метровой глубине моря. В 1907 г. их обнаружил один местный рыбак. Делались неоднократные попытки поднять сокровища, но только через восемь лет они увенчались успехом. Теперь эти бесценные изделия из золота, бронзовые и мраморные изваяния, древнее оружие, почти не подвергшиеся разрушению, выставлены в залах Музея Бардо. Ученые считают, что эти богатства могли принадлежать какому-нибудь греческому богачу или нумидийскому принцу из Северной Африки.

Представление об изобразительном искусстве проводившихся в некрополях, опоясывавших город. Археологи нашли саркофаги, статуэтки, ювелирные изделия, керамику, разнообразные предметы из металла и цветного стекла. Кроме того, в погребениях часто встречались художественные изделия, привезенные из Египта, Греции и Этрурии. Они ценились очень высоко, и местные мастера стремились им подражать.

В древнейших погребениях Карфагена были обнаружены и глиняные маски VII–V вв. до н. э. Карфагеняне не клали маски на лица усопших, как это делалось в Египте или Микенах. Многие из них для этого слишком малы, да и назначение у них было иное. В науке эти маски вызывали самые разнообразные толкования, но сейчас принято считать, что некоторые из них предназначались для устрашения злых духов, маски-протомы охраняли покой умерших, другие использовались во время ритуальных плясок и жертвоприношений.

Среди «гримасничающих» изображений в Музее Бардо есть одно, по-видимому, самое древнее. Ученые условно назвали его «негроидным». Эта маска кажется крупной и массивной, даже монументальной, хотя по размеру она совсем невелика – всего 19 см. На ней четко обозначены выступающие скулы, запавшая переносица, широкий перебитый нос, виски и щеки. Поперек лба на этой маске – налепы в виде концентрических кругов, центральный из которых вписан в финикийский полумесяц. Несмотря на преувеличенно уродливые, как бы смещенные черты лица, выражение маски с широко расставленными глазами и открытым, перекошенным ртом кажется не устрашающим, а скорее беспомощным.

Представлены в масках и женские образы. Например, в Музее Бардо выделяется одна такая маска (VI в. до н. э.), которая была открыта на холме Дуимес. Некоторые ученые называют ее изображением пунической богини Танит. В 1923–1929 гг. эта маска воспроизводилась на почтовой марке Туниса, так как среди других глиняных слепков она – «самая живая».

И действительно, черты лица, преувеличенные и несоразмерные, приведены на ней в ритмическое единство. Кое-где сохранились следы голубой и красной раскраски. Тонкий и чистый овал лица, длинные глаза, дуги бровей, переходящие в линию носа с кольцом в левой ноздре, узкий подбородок с маленькой треугольной выемкой – все как бы очерчивается одной линией. Улыбка придает лицу мягкое, застенчивое выражение. Но если повернуть маску на три четверти, усиливаются угловатость и резкость черт: выступают массивный нос, крупные уши, и богиня кажется «дурнушкой». Если рассматривать маску в профиль, то все опять приходит в равновесие: создается строгое, даже изысканное лицо зрелой женщины. Таким образом, характерное для архаической скульптуры несоответствие фаса и профиля вносит присущие маске черты изменчивости, иллюзорности, многозначности.

Уганда

Музей Уганды в Кампале

Музей Уганды в Кампале – самый старый музей Восточной Африки. Он был создан в 1908 г. Его экспозиция сосредотачивается преимущественно на показе культурного наследия Уганды, хотя музей располагает и неплохой естественнонаучной коллекцией. Основные разделы собрания посвящены истории Уганды (преимущественно второй половины XIX в.), археологии, традиционной культуре различных угандийских племен и этнических групп, а также соседних народов. Один из залов целиком посвящен геологии Восточно-Африканской зоны разломов. В отделе этнографии демонстрируются маски, копья, ритуальные предметы и предметы повседневного быта. Одна из самых интересных особенностей музея – большая коллекция традиционных африканских музыкальных инструментов. Они не просто лежат за стеклянными витринами, но продолжают звучать и в наши дни: в стенах музея регулярно устраиваются концерты традиционной музыки.

Один из залов музея занимает библиотека Общества Уганды. Созданная в 1930-х группой европейских ученых, она насчитывает около 3 тыс. книг, карт, периодических изданий и фотографий, имеющих отношение к африканской истории, культуре, социологии, путешествиям и науке. Помимо этого в собрании музея хранится библиотека Восточноафриканского общества дикой природы.

Южно-Африканская Республика

Южноафриканский музей истории культуры

Южноафриканский музей истории культуры, самый старый музей в стране, располагается во втором по древности здании Кейптауна – так называемом Рабском домике, построенном в 1679 г. Когда-то он служил казармой для рабов Голландской Ост-Индской компании. Первоначально это было одноэтажное здание, но в середине XVIII в. к нему был добавлен второй ярус. В 1807 г. британское правительство переместило рабов в другое помещение, а здание впоследствии использовалось в качестве почтового отделения, библиотеки, а одно время в нем располагался верховный суд колонии. В 1825 г. тогдашний губернатор лорд Сомерсет организовал в Рабском домике первый на всем Африканском континенте музей «для собирания и классификации различных объектов животного, растительного и минерального царств, находимых в Южной Африке». Таким образом, музей стал вторым научным институтом страны, после Королевской обсерватории, созданной пятью годами ранее.

Ядро музейного собрания сформировалось на протяжении XIX – первых десятилетий XX в. Ныне они насчитывают более 1,5 млн экземпляров, при этом в постоянной экспозиции выставлено всего около одного процента всей коллекции. Здесь представлены многочисленные окаменелости, чучела и скелеты животных, птиц и рыб – как давно вымерших, так и ныне живущих, геологические образцы, метеориты, памятники культуры коренных народов Южной Африки, орудия труда неолитического человека, образцы наскальной живописи бушменов и даже небольшое собрание древнеегипетских древностей, а также филателия, нумизматика, оружие, костюм, музыкальные инструменты, предметы декоративного искусства. При музее действует планетарий.

Выставка «Чудеса природы» представляет лучшие и наиболее интересные экспонаты музея. С их помощью организаторы выставки постарались показать все богатство, разнообразие и красоту окружающего мира. Число объектов на выставке невелико – всего около 20, но каждый из них – маленький шедевр, созданный самой природой. К их числу относится окаменевшая пресноводная рыба, относящаяся к триасовому периоду, аммониты юрского периоды, череп ископаемой рептилии, жившей 250 млн лет назад и почему-то имевшей много сходных черт с млекопитающими, рога американского лося, огромный череп и позвонки кита, раковина гигантского моллюска, панцирь черепахи и причудливый коралловый «лес», гигантские кристаллы кварца из Намакваленда, железный метеорит, возраст которого, возможно, совпадает с возрастом Солнечной системы…

Еще три больших железных метеорита, а также редкий каменноугольный хондрит можно увидеть в разделе «Минералы и полезные ископаемые», коллекция которого насчитывает около 10 тыс. образцов. В разделе «Морская биология» выставлен макет знаменитого целаканта – кистеперой рыбы. Долгое время считалось, что целакант вымер еще 80 миллионов лет назад, а по другой версии – еще раньше – 200–300 млн лет, однако в 1938 г. эта большая – около 2 м в длину – ископаемая рыбина была поймана рыбаками у побережья Коморских островов. В 1990-х гг. еще одна рыба была поймана у берегов Южной Африки. В последнее время ее довольно часто встречают у берегов ЮАР и Мозамбика на глубине нескольких сот метров, причем за прошедшие миллионы лет рыба практически не изменилась – пресловутая дарвиновская «эволюция» почему-то не оказала на нее никакого влияния, хотя времени было более чем достаточно. Строение скелета современного целаканта почти идентично скелету предков, живших 200 млн лет назад, хотя средний размер современных целакантов ненамного больше. Впрочем, посетитель музея может сам сравнить ныне живущих и давно вымерших целакантов: в экспозиции музея широко представлены окаменевшие останки последних.

«Мир акул» – одна из лучших и наиболее всесторонних в мире экспозиций, посвященных этим морским хищникам, ставшим воплощением ужаса. Центром выставки является выполненная в натуральную величину модель челюстей мегалодона – вероятно, самого большого хищника, который когда-либо существовал на нашей планете. Высота его усаженных зубами челюстей составляет более 2 м.

Экспозиция раздела «Мир воды» посвящена жизни в океанских глубинах. Она воссоздает среду обитания рыб, морских пресмыкающихся и животных, а также знакомит посетителей с самими обитателями моря. Здесь можно увидеть 5-метровую белую акулу, меч-рыбу и огромную черепаху-логгерхеда. Чрезвычайный интерес представляет экспозиция, посвященная гигантским кальмарам – одна из наиболее обширных и полных в мире. Не менее интересна выставка, посвященная китам; здесь можно увидеть, в частности, 20,5-метровый скелет голубого кита.

Обширная экспозиция раздела «Палеонтология» разворачивает перед посетителями музея всю многомиллионолетнюю историю жизни на нашей планете. Здесь имеется огромное количество окаменелостей – от микроскопических ракообразных, фораминифер и аммонитов, двустворчатых моллюсков, брахиопод, криноидов, трилобитов и губок до огромных динозавров и первых млекопитающих. Коллекция останков динозавров в Южноафриканском музее истории культуры – крупнейшая в Африке. Одной из «звезд» собрания является дииктодон – маленькая травоядная рептилия, жившая в Южной Африке 250 млн лет назад. Это ископаемое существо практически неизвестно в других частях мира, лишь в центральном Китае обнаружены останки одного-единственного экземпляра, имеющие тот же самый возраст, что и южноафриканские. О дииктодоне сегодня известно больше, чем о других древних обитателях Южной Африки, благодаря хорошо сохранившимся скелетам взрослых и молодых особей. Часть этих останков была найдена в глубоких, спиралевидных, подобно штопору, норах, служивших жилищем этим, в общем-то безобидным и беззащитным тварям. Интересно, что до сих пор не найдено ни одного яйца дииктодона, что наводит некоторых ученых на мысль: может быть, эти существа были живородящими?

О зарождении и развитии первых человеческих поселений на юге Африки, о богатой духовной традиции древних обитателей этой земли рассказывает раздел экспозиции, посвященный истории первобытного общества. Наибольший интерес представляют великолепные образцы наскальной живописи, созданной предками современных бушменов – коренных обитателей Южной Африки. Большинство наскальных фресок и петроглифов, найденных сегодня на юге Африки, созданы именно этими древними койсанскими народами и отражают их религиозные верования. Далее тему развивает экспозиция Галереи африканских культур, где выставлены предметы духовной и материальной культуры различных групп коренных обитателей Южной Африки. Завершает экспозицию небольшая, но достаточно всесторонняя коллекция древнеегипетского искусства, охватывающая эпоху от додинастического периода до римского завоевания. Большинство ее экспонатов происходит из раскопок, проводившихся Британской школой археологии в 1911–1913 гг. в Кафр-Таркане, к югу от Каира. Коллекция древностей включает в себя также многочисленные артефакты из Месопотамии (глиняная посуда, цилиндрические печати, клинообразные таблички) и маленькое, но превосходное собрание греческих краснофигурных и чернофигурных ваз.

Южноафриканский музей – крупное научное учреждение, его сотрудники ведут широкие исследования в области морской биологии, энтомологии, палеонтологии, археологии и этнологии. Музей является одной из главных достопримечательностей Кейптауна, ежегодно его посещает около 400 тыс. человек.

Южноафриканская национальная галерея в Кейптауне

Южноафриканская национальная галерея – один из старейших музеев Африки. Ее история началась в 1871 г., когда сэр Томас Баттеруорт пожертвовал Кейптауну свое художественное собрание, состоявшее из 45 картин. В следующем году эта галерея, прежде частная, открылась для всеобщего обозрения. В дальнейшем ее собрание разрасталось преимущественно за счет щедрых пожертвований, и ныне кейптаунская художественная галерея является лучшей на Африканском континенте, а ее коллекции давно приобрели международное значение.

Главное здание галереи построено в 1930 г. Ныне в нем размещается обширное художественное собрание, в котором преобладают работы голландских, фламандских и английских живописцев XVII–XIX вв., а также британских художников начала XX в., включая членов Нового Английского художественного клуба и группы Блумсберри. С 1980-х гг. галерея начала ориентироваться на приобретение работ современных южноафриканских художников. В 1990-е гг. собрание пополнилось обширной коллекцией африканской вышивки бисером и работами местных скульпторов. В музее регулярно проводятся выставки, посвященные традиционному и современному искусству Южной Африки, включая живопись, графику, фотографию, скульптуру, вышивку и текстиль.

Отдельный раздел экспозиции представляет собой наследство сэра Эйба Байли – крупнейшая в мире коллекция британского спортивного искусства. Эйб Байли, южноафриканский горнопромышленный магнат, политический деятель и финансист, был страстным спортсменом, увлекался скачками, крикетом и охотой. Эти его личные вкусы, а также стремление подражать привычкам и образу жизни английской аристократии, сыграли решающую роль при формировании его личной коллекции произведений искусства.

Филиалом Национальной галереи является Коллекция Михаэлиса, расположенная в одном из старейших зданий Кейптауна на площади Гринмаркет, построенном в 1755 г. в стиле рококо. Пожертвованная городу сэром Максом Михаэлисом в 1914 г., эта коллекция представляет собой всемирно известное собрание нидерландского искусства XVII в., включая картины и рисунки Франса Хальса, Яна Стена, Якоба ван Рёйсдаля, Антониса ван Дейка и Рембрандта.

Музей Африки в Иоганнесбурге

Музей Африки в Иоганнесбурге прежде был известен как Музей африканской культуры. Он был организован в 1933 г., когда публичная библиотека города приобрела большое книжное собрание библиофила и коллекционера Джона Гаспара Габбинса. Наряду с книгами была приобретена и внушительная коллекция предметов африканской материальной культуры, принадлежавшая Габбинсу. Эта коллекция легла в основу музейного собрания. В середине 1930-х гг. коллекции музея значительно расширились, постепенно охватив все сферы культуры и истории чернокожего населения Южной Африки. В 1994 г., после падения режима апартеида, музей был переименован в Музей Африки.

Музей расположен в здании старого городского овощного рынка, построенного в 1913 г. и позже реконструированного, так что прежний рынок ныне выглядит заключенным в «футляр» современного здания. Весьма насыщенная и разнообразная, экспозиция музея посвящена богатой истории Юга Африки. Чтобы в полной мере осмотреть коллекцию, потребуется по крайней мере несколько часов.

Экспозиция имеет семь постоянных разделов, каждый из которых отражает один из аспектов истории Южной Африки: геология, история первых человеческих поселений, социальная, политическая и экономическая жизнь. Особый акцент делается на истории Иоганнесбурга – города, выросшего на золотых месторождениях, открытых в начале 1880-х гг. Впрочем, история освоения этих мест человеком началась еще многие миллионы лет назад, о чем свидетельствуют выставленные в витринах музея останки древнейших представителей человеческого рода, каменные орудия труда и охоты первых обитателей Южной Африки. Об истории Южной Африки рассказывают также геологические образцы, картины, гравюры, фотографии. Музей обладает большой коллекцией токенов – монет частной чеканки, и музыкальных инструментов, а также обширным собранием предметов африканской материальной культуры со всех концов континента. Событиям англо-бурской войны 1899–1902 гг. посвящена отдельная экспозиция. Здесь помимо прочего можно увидеть собрание батальных картин, созданных художниками-современниками и очевидцами событий, а также кожаный костюм главнокомандующего армией буров. О южноафриканской культуре первой половины XX в. рассказывает экспозиция «Звуки города», посвященная музыкальному жанру мараби, родившемуся в 1920-х гг. в городских трущобах Иоганнесбурга. В 1940–1950-х гг. из мараби родилось много новых музыкальных стилей и направлений – «квела», «тсаба-тсаба», «мбаганга».

Экспозиция музея рассказывает и о деятельности знаменитого политического деятеля XX в. Махатмы Ганди, фигура которого тесно связана с Иоганнесбургом. Именно в Южной Африке началась карьера будущего национального лидера Индии. В 1893 г. он, в ту пору молодой адвокат, принял предложение индийской торговой фирмы вести её дела в Южной Африке. Отправляясь туда, Ганди не подозревал, что едет навстречу своему призванию и своей судьбе. С первых дней пребывания в Южной Африке ему пришлось столкнуться с откровенным расизмом. Стремление изменить это положение вещей и борьба за права индийцев становятся основным содержанием его жизни. В мае 1894 г. Ганди созывает собрание всех индийцев Претории, где впервые в своей жизни произносит публичную речь. Ганди выдвигает новую идею совместного ненасильственного сопротивления произволу; эта философия получает название сатьяграха – «твёрдость в истине». Сатьяграха начинается митингом в Иоганнесбурге 1 января 1908 г., на котором Ганди впервые был арестован. Сегодня в Иоганнесбурге насчитывается более 30 зданий и места, связанных с именем Ганди.

Австралия и Океания

Австралия

Австралийский музей в Сиднее

Австралийский музей в Сиднее – старейший и самый большой музей Зеленого континента. Он пользуется международной известностью как один из крупнейших естественнонаучных музеев мира. Его уникальные собрания – настоящая энциклопедия Австралии и Океании, воплощенная в тысячах интереснейших экспонатах: минералогических, палеонтологических, зоологических, антропологических.

Европейские корабли долгое время обходили стороной берега Зеленого континента: плоские и пустынные, они не выглядели привлекательными для освоения. Лишь в 1787 г. на месте нынешнего Сиднея англичане основали колонию для ссыльных. Как еще можно было использовать эту далекую страну, в то время просто не представляли. И лишь подробно знакомясь с глубинными районами Австралии, европейцы начали открывать такой удивительный мир, о котором даже не подозревали…

Всевозможные находки, одна другой интереснее, стали накапливаться при различных научных обществах, школах, даже при церквях. Уже спустя три десятилетия общественность и власти колонии задумались о создании музея. Проект одобрило английское правительство: в марте 1827 г. граф Батерст, министр колоний, писал губернатору штата Новый Южный Уэльс: «Мне донесли, что было бы желательно, чтобы правительство Его величества оказало помощь в создании публичного музея в Новом Южном Уэльсе, где, как говорят, уже собралось много редких и любопытных естественнонаучных экземпляров… Для достижения этой цели я расположен выделить сумму, не превышающую 200 фунтов в год».

Между тем еще в 1821 г. Философское общество Австралии на собственные средства организовало небольшой кабинет-музей, где хранились окаменелости, предметы быта австралийских аборигенов, чучела экзотических животных. Однако этот кабинет просуществовал всего один год. Новый импульс идея создания музея получила в 1826 г., когда на должность секретаря колонии Новый Южный Уэльс был назначен Александр Маклей, ученый-энтомолог, член лондонского Линнеевского общества. Музей в Сиднее был открыт во многом благодаря его энергии и трудам. Он стал первым на Зеленом континенте общедоступным публичным музеем.

Вначале музей жил почти исключительно благодаря энтузиазму любителей – настоящих научных кадров в тогдашней Австралии просто не было. Достаточно сказать, что первым хранителем музея стал Уильям Холмс – плотник и столяр, оформленный, однако, как зоолог. Срок его пребывания на этом посту был краток: 16 июня 1829 г. он был убит случайным выстрелом из ружья во время охоты на птиц в заливе Мортон.

Сидней. Австралийский музей

В первые годы экспозиция музея располагалась в доме секретаря колонии, занимая в нем всего-навсего одну комнату. Потом музей несколько раз переводили из одного правительственного здания в другое. Лишь в 1849 г. его собрания обрели, наконец, постоянное пристанище в специально построенном для него здании. Оно было сооружено в 1846–1857 гг. и в последующие десятилетия неоднократно расширялось. В мае 1857 г., после приведения в порядок и пополнения коллекций, музей распахнул свои двери для широкой публики.

В первые годы своего существования музей назывался Колониальным, или Сиднейским. В 1836 г. он получил свое нынешнее наименование – Австралийский. Тем самым подчеркивалась его общенациональная роль. Музей с первых дней пользовался поддержкой колониальных властей, в 1853 г. принявших «Акт об Австралийском музее». Отныне за ним закреплялась роль важнейшего культурно-образовательного учреждения страны. Всемерную помощь музею оказывал попечительский совет, в который входили представитель британского правительства, 11 представителей колониальной администрации и 12 представителей общественности.

Первоначально коллекции музея предназначались исключительно для просвещения и развлечения публики. Здесь были собраны чучела экзотических животных, птиц и рептилий, забавные окаменелости, любопытные образцы минералов. Первый каталог музейного собрания – он назывался «Каталог экземпляров естествознания и разных курьезов, собранных в Австралийском музее» – был издан в 1837 г., и в нем значилось всего 25 экспонатов, посвященных культуре коренных народностей Австралии. Это отчасти объясняется тем, что отцами-основателями музея были ученые-натуралисты, больше интересовавшиеся зоологией и минералогией, чем бытом австралийских племен, а первыми служащими музея – не научные сотрудники, а набивщики чучел. Лишь со второй половины XIX в. музей приобрел характер поистине научного учреждения, а число работающих в нем специалистов-ученых увеличилось с одного до восьми. С 1890 г. Австралийский музей начал ежегодно выпускать сборники научных трудов.

Поистине энциклопедический характер музейной экспозиции объясняется тем, что на протяжении многих лет Австралийский музей оставался единственным музеем в стране. Помимо зоологических и геологических экспонатов сюда со всей Австралии поступали находки и частные собрания самого различного характера. Так, в музее образовался сперва антропологический, потом исторический отдел, сформировалась обширная коллекция Нумизматического кабинета. Здесь хранится и самое большое в мире собрание австралийских почтовых марок. Особое место в музее занимают экспонаты, посвященные истории ранних европейских исследований и колонизации Австралии, и в их числе – реликвии, связанные с именем капитана Джеймса Кука. В 1890 г. музей получил их в дар от правительства штата Новый Южный Уэльс; до этого они демонстрировались на Международной выставке 1886 г. в Лондоне.

Сидней был (и остается) главным морским портом страны, игравшим роль связующего звена между обширным Тихоокеанским регионом и Европой. В его гавани постоянно теснились суда, приходившие из Новой Зеландии, островов Меланезии и Полинезии. Капитаны, торговцы, миссионеры нередко привозили оттуда самые удивительные вещи, часть из которых стала экспонатами Сиднейского музея. Позже музей сам начал отправлять научные экспедиции на далекие острова. Так сложилась его обширное собрание, посвященное истории, этнографии, геологии и зоологии Океании – ныне одно из самых значительных в мире. А антрополог и палеонтолог Роберт Этеридж, ставший в 1887 г. хранителем Австралийского музея, положил начало целенаправленному собиранию и изучению предметов материальной культуры австралийских аборигенов.

Первая половина XX в. – период бурного развития музея. Его сотрудники организуют все новые и новые экспедиции, музей значительно расширяется, обрастает новыми пристройками. Начинают регулярно организовываться тематические выставки. Многие из них с успехом демонстрировались в Европе и США; во многом благодаря им человечество открыло для себя увлекательный мир Зеленого континента. В 1968 г. при музее создан отдел исследований окружающей среды, а с 1995 г. возникли целые новые научные направления – сохранения биологического разнообразия, эволюционных исследований, создания заповедных зон… С годами комплекс музея значительно разросся и ныне занимает целый квартал Сиднея, расположенный между улицами Уильяма и Колледжа, играя важную роль в панораме города.

Национальный музей Австралии в Канберре

Национальный музей Австралии в столице страны Канберре открылся 11 марта 2001 г., в канун празднования столетия. Австралийского Союза. Тем самым воплотилась в жизнь почти столетняя мечта, реализация которой откладывалась в XX в. из-за мировых войн и из-за финансовых кризисов. Даже между решением парламента о создании музея, принятым в 1980 г., и реальным его открытием прошло целых двадцать лет!

Канберра. Вход в Национальный музей

Национальный музей Австралии целиком посвящен Австралии и австралийцам, истории создания страны и формирования единой нации. Эта история подчас была сложной и противоречивой, и это в максимальной степени постарался выразить архитектор Говардом Рэгатт, по проекту которого построен музей. Спроектированное им авангардистское здание выглядит как узел, образованный переплетением нескольких веревок: символ того, что история Австралии – это история различных культур, переплетающихся и сливающихся в одно целое.

На площади в 6600 квадратных метрах на трех этажах расположилась экспозиция, охватывающая практически все аспекты австралийской культуры, начиная от географического обзора и истории заселения Зеленого континента человеком до экономических и социальных проектов, реализация которых началась только в наши дни. Собрание музея насчитывает около 200 тыс. объектов. Из этого числа в постоянной экспозиции находится лишь около 4 %.

В 1980 г., когда музей только создавался, в его распоряжении имелась лишь небольшая коллекция старинных транспортных средств, главным образом гужевых, и несколько автомобилей. В дальнейшем музейное собрание пополнилось за счет пожертвований и покупок. В его состав вошли коллекции федерального правительства, бывшего Австралийского института анатомии и Австралийского института исследований аборигенов-островитян.

Сегодня музей в Канберре располагает крупнейшей в мире коллекцией рисунков австралийских аборигенов, выполненных на коре: более 1600 работ, происходящих из разных областей континента. В собрании музея около 95 тыс. каменных орудий труда, охоты и прочих артефактов, созданных аборигенами и принадлежащих к разным эпохам.

Помимо раздела, посвященного искусству и культуре аборигенов, постоянная экспозиция музея включает в себя разделы, посвященные истории открытия и освоения Австралии европейцами, символам и традициям Австралии, повседневной жизни австралийцев. Здесь можно увидеть старые журналы и фотографии, одежду каторжников, в начале XIX в. составлявших большую часть белого населения Австралии, старые транспортные средства, лимузины правительственных деятелей, защитную одежду и оборудование пожарных, борющихся с огнем на огромных пространствах горящих кустарников… Окружает здание музея парк, воссоздающий символический пейзаж центральной части Австралии.

Новая Зеландия

Музей Новой Зеландии – Папа Те Тонгарева в Веллингтоне

Музей Новой Зеландии – Папа Те Тонгарева является крупнейшим музеем страны. Более 20 его галерей рассказывают об уникальной природе архипелага, истории и культуре коренных обитателей – маори, истории открытия и освоения этих далеких островов европейцами, о культуре современной Новой Зеландии.

Предшественником Музея Новой Зеландии был маленький Колониальный музей, открытый в 1865 г. В 1913 г. новозеландский парламент принял решение об учреждении Национальной художественной галереи; она должна была размещаться в том же здании, что и музей, который к тому времени уже носил название Музей Доминиона. С 1972 г. он стал именоваться Национальным музеем.

К концу 1980-х гг. разросшиеся коллекции Национального музея и Национальной художественной галереи настоятельно требовали существенного расширения выставочных площадей. Одновременно остро ощущалась потребность в современном музее, который бы более полно представлял культурное разнообразие новозеландского общества. После обширных консультаций с представителями племенных групп маори, новозеландский парламент принял в 1992 г. решение объединить Национальный музей и Национальную художественную галерею и создать на их основе Музей Новой Зеландии – Папа Те Тонгарева.

Обновленный музей открылся 14 февраля 1998 г. Пять главных разделов его экспозиции посвящены новозеландскому и мировому искусству, традиционной культуре маори, природе Тихого океана и истории его освоения человеком и природе Новой Зеландии. Собрание музея насчитывает несколько миллионов экспонатов.

Веллингтон. Музей Новой Зеландии

В основу отдела новозеландского и мирового искусства легло собрание бывшей Национальной галереи. Оно начало складываться еще в 1905 г., и окончательно сформировалось в 1905–1936 гг. первоначально в нем преобладала британская и новозеландская живопись рубежа XIX – XX вв. В дальнейшем доля произведений местных художников в собрании Национальной художественной галереи постоянно возрастала, а диапазон расширялся. Сегодня в коллекции музея представлена не только живопись, но и скульптура, графика, акварели, рисунки, фотографии.

Коллекция картин включает в себя 1600 полотен мастеров XVII–XX вв., в том числе около 500 из них – произведения живописцев из других стран, преимущественно Великобритании. Особенно хорошо представлена английская живопись эдвардианской эпохи. Определенным противовесом этому «британскому уклону» служит группа работ известной российской художницы Натальи Гончаровой (1881–1962). Коллекция скульптуры включает в себя приблизительно 630 работ, преимущественно новозеландских скульпторов XX в., однако здесь представлены и известные европейские мастера, включая Огюста Родена и Марселя Дюшана. Собрание графики насчитывает около 8 тыс. работ, в том числе немецких, нидерландских и итальянских мастеров XV–XVIII вв., включая Альбрехта Дюрера и Рембрандта. К более позднему периоду относятся работы Уильяма Хогарта, Джеймса Гилроя, Пикассо, Василия Кандинского, Роберта Раушенберга и др.

Музей Новой Зеландии располагает бесценным материалом по истории, художественной и материальной культуре народов Тихоокеанского бассейна. Тихоокеанская коллекция насчитывает около 13 тыс. пунктов и включает в себя исторический и современный материал, происходящий с ряда островов Тихого океана, включая Новую Гвинею и острова Торресова пролива. Начало коллекции было положено еще в XIX в., с основанием Колониального музея. Этнография, научное описание рас и культур, являлись в те годы одной из главных сфер интереса сотрудников музея, поэтому сегодня музейное собрание обладает множеством предметов материальной культуры и очень ценной коллекцией старых фотографий, запечатлевших образы маори и представителей других тихоокеанских народов. К числу других интересных экспонатов принадлежат подлинные полинезийские каноэ с Самоа и островов Кука и многочисленные плетеные изделия. Маорийское собрание музея насчитывает около 30 тыс. «таонга» – культурных сокровищ народа маори, охватывающих самый широкий диапазон изделий и материалов, из которых они изготовлены. Здесь представлены оружие, украшения, резные фигурки, предметы одежды. Международная этнологическая коллекция включает в себя около 2 тыс. объектов, происходящих из Азии, Австралии, Африки и Америки, в том числе материалы, собранные капитаном Куком во время его исторических плаваний.

Отдельный раздел экспозиции посвящен истории Новой Зеландии и жизни и быту ее белого населения в XIX – начале XX в. Здесь демонстрируются предметы одежды и мебель, посуда, редкие книги и фотографии, почтовые принадлежности и штемпеля, часы, украшения, изделия из серебра, игрушки, аптекарская посуда и оборудование, оружие, монеты, медали.

Естественнонаучный раздел музея посвящен природе Новой Зеландии, окружающих ее морей и близлежащих островов Тихого океана. Музей обладает самой большой в мире коллекцией новозеландских птиц (более 70 тыс. экземпляров), включая вымершие виды – такие, как моа. Не менее обширны и разнообразны гербарий, насчитывающий почти 250 тыс. образцов, а также коллекции рыб, ракообразных, морских беспозвоночных, моллюсков и других обитателей моря, включая китов и гигантских кальмаров.

Оклендский музей

Музей в Окленде – старейший в Новой Зеландии и один из старейших в Южном полушарии. Он был основан в 1852 г., спустя всего 12 лет после того, как берегов Новой Зеландии достигла первая большая волна европейской колонизации. Первоначально музей состоял всего из двух комнат: в одной были выставлены экспонаты, вторая предназначалась для хранителя. Впрочем, уже спустя полтора десятилетия разросшиеся коллекции музея переехали в новое здание.

Новым толчком к развитию музея послужили события Первой мировой войны. Новозеландский экспедиционный корпус воевал в далекой Европе и понес огромные потери. В итоге Новая Зеландия потеряла больше мужчин на душу населения, чем любая другая страна, вовлеченная в этот конфликт. После войны было решено увековечить память новозеландских солдат, павших на полях Первой мировой, строительством военного мемориала в Окленде, объединенного с новым зданием Оклендского музея.

28 ноября 1929 г. состоялась церемония официального открытия Оклендского музея-мемориала. В конце 1940-х гг. здание было расширено, чтобы создать новый мемориал – в память о 4 тыс. жителях Окленда, погибших на фронтах Второй мировой войны. Наконец, в 1960-х гг. к существующему зданию музея был пристроен новый административный корпус с обширным полукруглым внутренним двором.

Расположенный в живописном месте, откуда открывается захватывающая панорама оклендской гавани, музей давно превратился в одну из главных достопримечательностей города. Его экспозиция разнообразна и эклектична, в ней представлено практически все: естествознание, археология, история, декоративно-прикладное искусство, этнография – за исключением, пожалуй, только изобразительного искусства. Обширная коллекция музея насчитывает более 50 млн объектов.

Отдел естествознания насчитывает в своем собрании около 1,5 млн экспонатов, рассказывающих о геологическом прошлом Новой Зеландии, об уникальной флоре и фауне этих островов – земле гигантских бескрылых птиц, на которых когда-то охотились первые поселенцы архипелага. Пять главных разделов экспозиции посвящены геологии, ботанике, энтомологии, позвоночным и морской биологии. Здесь представлены преимущественно материалы, происходящие из Новой Зеландии и окружающих ее морей, но есть и экспонаты из юго-западной части Тихого океана и других районов мира.

Оклендский музей

Оклендский музей обладает крупнейшей в мире коллекцией маорийских культурных сокровищ – «таонга», включая большое боевое каноэ («вака тауа»), целиком выдолбленное в 1830-х гг. из огромного ствола дерева тотара. Считается, что это последнее большое боевое каноэ, изготовленное маорийскими мастерами. В экспозиции музея можно увидеть и три подлинных маорийских постройки, включая молитвенный дом «хотонуи». Собрание включает в себя также каменные и деревянные резные фигурки, самые ранние из которых датируются XII–XIII вв. В одном из залов воссоздана модель «папы» – укрепленной маорийской деревни. Многие из экспонатов внушительного собрания маорийских артефактов происходят из коллекции, собранной одним из первых губернаторов Новой Зеландии, сэром Джорджем Греем, который в конечном счете пожертвовал ее Оклендскому музею.

Тихоокеанская коллекция Оклендского музея – одна из наиболее значительных в мире. Здесь всесторонне представлена история и культура различных человеческих сообществ, населяющих острова Тихого океана, включая такие темы, как религиозные ритуалы, общественные церемонии, охота, ловля рыбы, искусство навигации и повседневная жизнь. Отдел археологии обладает обширным собранием прежде всего новозеландских материалов, а также объектов, происходящих с других островов Тихого океана. Древности маори включают в себя каменные тесла, рыболовные крючки, грузила, украшения, жернова, обсидиановые ножи. Среди тихоокеанского материала наибольшую важность представляют собой коллекции из раскопок, проводившихся новозеландскими учеными на островах Самоа и Тонга в 1960-х гг., а позднее – на острове Питкэрн, где было найдено более 15 тыс. каменных орудий труда и их фрагментов. В последние годы в Новой Зеландии активно ведутся археологические исследования памятников нового времени, включая культурный слой городов, возникших в первой половине XIX в. (обычно это связано с ведущимися в этих городах работами по благоустройству). Памятниками первых лет колонизации Новой Зеландии являются старые бутылки, глиняные курительные трубки, посуда, пуговицы, застежки, консервные банки, пули и другие изделия из металла. Оклендский музей располагает также небольшой коллекцией артефактов, представляющих древние цивилизации различных стран и континентов: Америки, Египта, Греции, Рима, Китая, Кореи, Месопотамии, Персии, Кипра и Крита.

В экспозиции отдела декоративно-прикладного искусства демонстрируются изделия из керамики, стекла, металла, а также мебель, текстиль, часы и ювелирные украшения, охватывающие период XVIII–XX вв. и происходящие из стран Западной Европы (включая Великобританию, Францию, Германию, Австрию, Нидерланды, Италию и скандинавские страны), Соединенных Штатов Америки, Австралии, Индии и стран Ближнего Востока, а также, разумеется, и из Новой Зеландии. В 1998 г. музей стал обладателем уникальной коллекции старинных, редких и необычных музыкальных инструментов, насчитывающую 480 экземпляров. Эту коллекцию на протяжении всей жизни собирали два брата-музыканта из Веллингтона.

Фотографическая коллекция Оклендского музея принадлежит к собраниям мирового класса. Она насчитывает более 1,2 млн фотографических образов, от дагерротипов до современных цифровых изображений. На верхнем этаже музея расположены два военных мемориала, посвященных памяти новозеландцев, погибших в двух мировых войнах. Экспозиция военного отдела музея рассказывает об участии новозеландских вооруженных сил в основных военных конфликтах XX в.

Примечания

1

Ошибочное название этой картины, утвердившееся в отечественной литературе советского периода, – «Святое семейство».

2

Иоганн Христиан Зенкенберг (1707–1772) – немецкий ученый-естествоиспытатель.

3

Вотивные предметы (от лат. ex voto – по обету, votivus – торжественно обещанный) – предметы, представляющие собой подношения божеству (например, поднесенное храму) в виде различных изделий, предметов одежды и обихода, денег и др. Это действие производят по случаю принятия на себя определенного обязательства (обета), выражающегося в обновлении культового сооружения, раздачи денег нуждающимся и др., в случае исполнения изложенной просьбы: о получении, приобретении чего-либо, освобождении от каких либо бед, о счастливом окончании или благополучном совершении какого либо задуманного дела. Кроме того, вотивные предметы могут подноситься и без всяких условий, как пожертвование.

Content

Андрей Низовский
Величайшие музеи мира

Европа

Австрия

Музей истории искусства в Вене

Венский Бельведер

Музей Лихтенштейнов

Музейный квартал Вены

Венский музей естественной истории

Технический музей в Вене

Бельгия

Королевский музей искусства и истории

Королевские музеи изящных искусств в Брюсселе

Королевский музей изящных искусств в Антверпене

Музей Грунинге

Болгария

Национальный археологический музей

Национальный исторический музей

Археологический музей в Пловдиве

Этнографический музей «Етыр» в Габрово

Ватикан

Ватиканские музеи

Великобритания

Британский музей

Лондонская Национальная галерея

Галерея Тэйт

Галерея Курто

Собрание Уоллес

Музей Виктории и Альберта

Музей детства

Музей восковых фигур мадам Тюссо

Лондонский музей естествознания

Национальный музей науки и промышленности

Национальный железнодорожный музей в Йорке

Национальный музей средств массовой коммуникации в Брэдфорде

Национальный морской музей в Гринвиче

Национальная галерея Шотландии

Художественная галерея Уолкера

Художественный и археологический музей Эшмолин в Оксфорде

Музей в Айронбриджском ущелье

Венгрия

Венгерский национальный музей в Будапеште

Германия

Берлинский «Остров музеев»

Картинная галерея в Берлине

Немецкий исторический музей

Музей Гумбольдта

Дрезденская галерея

Старая пинакотека в Мюнхене

Новая пинакотека в Мюнхене

Пинакотека современного искусства в Мюнхене

Глиптотека в Мюнхене

Картинная галерея на вилле Ленбаха (Ленбаххаус)

Германский музей

Гамбургский Кунстхалле

Музей Вальрафа-Рихартца в Кёльне

Музей Людвига в Кёльне

Картинная галерея старых мастеров в Касселе

Государственная картинная галерея в Штутгарте

Государственный музей труда и технологии в Мангейме

Естественно-научный музей Зенкенберга во Франкфурте

Музей Гутенберга в Майнце

Греция

Национальный археологический музей в Афинах

Музей афинского Акрополя

Археологический музей в Ираклионе

Дания

Национальный музей в Копенгагене

Государственный музей изобразительных искусств

Глиптотека «Нового Карлсберга»

Ирландия

Национальный музей Ирландии

Испания

Прадо

Музей Тиссена-Борнемиссы

Музей королевы Софии

Национальный археологический музей

Национальный художественный музей Каталонии

Музей Пикассо в Барселоне

Музей Сальвадора Дали

Город искусств и науки в Валенсии

Музей изящных искусств в Севилье

Италия

Капитолийские музеи

Галерея Боргезе

Национальная римская галерея (Галерея Барберини)

Галерея Дориа-Памфили

Национальный этрусский музей «Вилла Джулия»

Музей римской цивилизации

Галерея Уффици

Национальный музей Барджелло

Галерея Академии изящных искусств во Флоренции

Галерея Питти

Национальная галерея делле Марке в Урбино

Галерея Брера

Пинакотека Амброзиана

Музей замка Сфорца в Милане

Египетский музей в Турине

Галерея Сабауда

Дворец дожей

Галерея Академии художеств в Венеции

Национальный музей и галерея Каподимонте в Неаполе

Национальный археологический музей в Неаполе

Нидерланды

Рейксмузеум в Амстердаме

Музей Стеделийк в Амстердаме

Музей Ван Гога

Рембрандтхейс

Центр науки и техники «Новый Метрополис» в Амстердаме

Галерея Маурицхейс в Гааге

Музей Бойманса – ван Бенингена в Роттердаме

Музей Франса Хальса в Харлеме

Национальный музей древностей в Лейдене

Национальный музей Зейдер-Зе

Норвегия

Национальная галерея в Осло

Польша

Национальный музей в Варшаве

Музей в Вавельском замке

Национальный музей в Кракове

Музей Чарторыйских

Поморский музей в Гданьске

Португалия

Национальный музей старинного искусства в Лиссабоне

Россия

Государственный Эрмитаж

Русский музей

Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера)

Государственный музей-заповедник «Царское Село»

Новгородский исторический музей-заповедник

Оружейная палата

Алмазный фонд

Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина

Государственная Третьяковская галерея

Государственный Исторический музей

Музей древнерусского искусства им. Андрея Рублева

Музей искусств народов Востока

Политехнический музей

Украина

Музей исторических драгоценностей Украины

Финляндия

Музей Атенеум в Хельсинки

Франция

Лувр

Музей Орсэ

Национальный центр искусств им. Жоржа Помпиду

Музей Родена

Музей Пикассо

Музей Клюни

Национальный музей естественной истории в Париже

Городок науки и техники в Париже

Военный музей в Доме инвалидов

Музей Великой войны

Чехия

Национальный музей в Праге

Пражская национальная галерея

Литературный музей в Страговском монастыре

Швейцария

Музей изобразительных искусств в Берне

Швейцарский национальный музей

Художественный музей в Цюрихе

Базельский художественный музей

Международный музей часового дела

Международный автомобильный музей в Женеве

Международный музей Красного Креста и Красного Полумесяца

Швеция

Стокгольмский государственный исторический музей

Национальный музей в Стокгольме

Музей корабля «Васа»

Северный музей и Скансен

Национальный музей науки и техники в Стокгольме

Шведский музей естествознания в Стокгольме

Америка

Аргентина

Национальный исторический музей Аргентины

Национальный музей изобразительных искусств

Аргентинский музей естественных наук

Бразилия

Национальный музей Бразилии

Национальный исторический музей Бразилии

Национальный музей изобразительных искусств

Художественный музей в Сан-Паулу

Пинакотека штата Сан-Паулу

Венесуэла

Музей изобразительных искусств в Каракасе

Канада

Канадский музей цивилизации

Канадская национальная галерея

Канадский музей каноэ

Колумбия

Национальный музей Колумбии

Музей золота

Мексика

Национальный антропологический музей

Национальный музей современного искусства

Музей Диего Риверы в Мехико

Перу

Национальный музей антропологии, археологии и истории в Лиме

Музей «Золото Перу»

Художественный музей в Лиме

Музей искусства доколумбовой эпохи в Куско

США

Смитсоновский институт

Национальная галерея искусств в Вашингтоне

Музей Метрополитен

Музей современного искусства в Нью-Йорке

Музей Гуггенхайма в Нью-Йорке

Американский музей естествознания

Бостонский музей изящных искусств

Индепенденс-холл

Музей искусств в Филадельфии

Фонд Барнса

Детройтский институт искусств

Художественный институт Чикаго

Музей естественной истории Филда в Чикаго

Кливлендский музей искусств

Зал славы и музей рок-н-ролла

Музей современного искусства в Сан-Франциско

Музей изящных искусств в Хьюстоне

Центр Поля Гетти

Музей искусств Нортона Саймона в Пасадене

Музей изобразительных искусств Лос-Анджелеса

Собрание Менил

Музей естественных наук в Хьюстоне

Музей американского джаза

Чили

Национальный музей истории Чили

Археологический музей Ла Серена

Азия

Бахрейн

Национальный музей Бахрейна

Музей «Дом Корана»

Израиль

Музей Израиля

Музей Рокфеллера (Палестинский археологический музей)

Музей библейских стран

Мемориальный комплекс Яд ва-Шем

Индия

Национальный музей Индии

Индийский музей в Калькутте

Музей ремесел

Международный музей кукол

Музей текстиля в Ахмадабаде

Индонезия

Национальный музей Индонезии

Ирак

Иракский музей древностей

Иран

Национальный музей Ирана

Национальная сокровищница Ирана

Музей Реза Аббаси

Иранский музей ковров

Иранский музей стекла и керамики

Китай

Национальный музей Китая

Императорский дворец-музей

Художественно-исторический музей в Шанхае

Национальный дворец-музей Тайваня

Кувейт

Национальный музей Кувейта

Музей Тарика Раджаба

Ливан

Национальный музей в Бейруте

Пакистан

Национальный музей Пакистана в Карачи

Лахорский музей

Национальный музей науки и техники в Лахоре

Сирия

Национальный музей в Дамаске

Таиланд

Национальный музей Бангкока

Музей «Древний город»

Турция

Дворец-музей Топкапы

Археологический музей в Стамбуле

Филиппины

Национальный музей Филиппин

Япония

Национальный музей в Токио

Национальный музей современного искусства в Токио

Музей Эдо-Токио

Национальный музей этнологии

Национальный музей науки

Национальный музей японской истории в Сакура

Музей жемчуга

Музей искусства Токугава в Нагоя

Национальный музей в Нара

Национальный музей в Киото

Музей Хаконе

Парк искусств в Саппоро

Африка

Гана

Национальный музей в Аккре

Египет

Египетский музей

Коптский музей

Музей исламского искусства

Кения

Национальные музеи Кении

Кот-д’Ивуар

Национальный музей цивилизации Кот-д’Ивуара

Нигерия

Национальный музей Нигерии

Танзания

Национальный музей Танзании

Тунис

Музей Бардо

Уганда

Музей Уганды в Кампале

Южно-Африканская Республика

Южноафриканский музей истории культуры

Южноафриканская национальная галерея в Кейптауне

Музей Африки в Иоганнесбурге

Австралия и Океания

Австралия

Австралийский музей в Сиднее

Национальный музей Австралии в Канберре

Новая Зеландия

Музей Новой Зеландии – Папа Те Тонгарева в Веллингтоне

Оклендский музей

Примечания