Тёмный Властелин желает поквитаться. Том 3

Глава 1

Старый хрен, который встречал нас после длительной и опасной экспедиции был не один, а с целым отрядом хорошо вооружённых бойцов и аж тремя лекарями. Дежурные посты заметили наше приближение издали и передали в штаб информацию о вернувшейся из высокочастотной зоны группы желторотиков под командованием майора Вараевой.

Чем ближе подходили, тем выше поднимались брови у полковника, который явно не ожидал, что мы возвратимся в полном составе. Пусть ему и доложили заранее, что потерь нет, поверить в подобное было очень сложно.

Действительно, пару раз ребята оказывались на волоске от смерти. Ранения той или иной тяжести получили все, даже я не исключение, но мы справились. Как и обещал, я вывел всех обратно целыми и практически невредимыми, хоть и сделал это не без помощи Анастасии и Владимира.

Радовало то, что прокачался я за период похода очень даже прилично. Уровень моего источника увеличился в три с половиной раза, а запас слепков душ и того больше. Друзья под моим чутким руководством, осторожно поглощали кристаллы маны и тоже поднялись в силе, а ещё — мы прибарахлились. Был сделан неслабый НЗ, который я спрятал в свой пространственный карман, пообещав после возвращения вернуть обратно. Да и свою находку из трёх неизвестных артефактов хотелось внимательно изучить. Я так и не успел этого сделать. Случая не представилось.

Что уж тут говорить, рейдом мы были полностью довольны, поэтому шли с улыбками на лицах до тех пор, пока не увидели вместо Свиридова, незнакомого полковника, который буравил нас неприязненным взглядом, правда этот взгляд по мере нашего приближения, начал проясняться.

Полковник что-то сказал стоявшей рядом с ним троице, и те быстро сорвались с места, устремившись в нашу сторону вместе с остальными бойцами.

— Раненые есть? — ещё издали прокричал бегущий впереди.

— Нет, — отчеканила Свиристель, когда троица лекарей, а это были именно они, поравнялась с нами.

— Всё равно, надо вас осмотреть. Господин полковник приказал обустроить временный лагерь, — и указал рукой чуть левее, где уже ставили шатры несколько военных.

— Без проблем, — кивнула Свиристель, — Хоть и не вижу в этом никакого смысла, но если таков приказ полковника, то мы готовы подчиниться, — поджав губы произнесла женщина, явно мысленно обрабатывая полученную ситуацию и обдумывая, чем это нам может грозить.

Лекари на ходу просканировали наш отряд, и поняв, что серьёзных травм нет, дали отмашку полковнику, который повернулся и уверенно зашагал в сторону временного лагеря, в котором собрался нас разместить.

Мы заранее договорились, что легкие ранения убирать ни у кого я не стану, иначе это выглядело бы слишком подозрительно. Не могли члены отряда, только что выбравшиеся из высокочастотной зоны, в которой провели больше месяца, быть без единой царапины, особенно, если учитывать, что у нас в группе не было профессионального лекаря.

Когда оказались в пределах лагеря, который очень оперативно развернули бойцы под командованием неизвестного полковника, нас тут же отправили на «мед. осмотр». Подлечив ушибы и мелкие повреждения, в приказном тоне велели отдыхать.

Спать хотелось неимоверно, потому как последние трое суток мы очень спешили, практически забив на сон и отдых. Делали это не потому, что хотели быстрее оказаться в гарнизоне, просто внутри, несмотря на радость от осознания того, что мы всё-таки выдюжили и справились с поставленной задачей, начинала поднимать голову тревога.

Чуйка просто кричала, что произошло нечто непредвиденное. Не сказать: чтобы плохое, но и не особо хорошее. Именно она подгоняла вперёд, заставляя идти не взирая на усталость.

Пока нас осматривали лекари, Свиристель с Милюковым отправились на ковер к полковнику.

Этот непонятно откуда взявшийся человек меня очень заинтересовал.

Скорее, не он сам, а его присутствие в гарнизоне на должности командующего. Больше всего волновал вопрос: куда делся

Пал Палыч?

Думаю, вскоре мы это выясним.

Анастасия вернётся после беседы с полковником и всё расскажет, именно поэтому я забил на сон, решив дождаться мать и выслушать новости.

Стоять столбом не было смысла и я направился в сторону шатра, где сейчас находились Анастасия с Владимиром.

По пути перехватил одного из бойцов и поинтересовался:

— У нас что, власть поменялась? — кивнул в направлении шатра, где скрылся полковник.

Боец, явно выше меня рангом и званием, скривился и недовольно бросил короткое:

— Да.

Мужчине не хотелось тратить время на желторотика, который, судя по его виду, решил устроить самый настоящий допрос.

— А где подполковник Свиридов? — подтвердил я опасения МИГа.

— Ты бы лучше шел своей дорогой новобранец, а не задавал лишние вопросы. Нечего совать нос туда, куда не просят.

Нахмурился.

Вот ведь, совсем охамел народ.

Какой я ему новобранец? Пусть с моего приезда в гарнизон пролетело всего три с половиной месяца, это не отменяло тот факт, что почти половину этого времени я провел в высокочастотной зоне и умудрился выжить, как и мои друзья.

Ещё и смотрит, урод, с пренебрежением.

— Выслужились перед начальством? Свиридова подставили, аристократы хреновы. Довольны?

Окажись я сейчас менее усталым, точно двинул бы в пятак, но в данный момент мне просто было лень что-либо делать.

— Как хоть зовут полковника, можешь сказать? — произнес устало, полностью игнорируя сказанные бойцом слова.

МИГ кинул на меня злобный взгляд.

И чего так взбеленился? Чем мы успели ему насолить? Может лично я каким-то образом задел мужика ещё до похода?

Присмотрелся.

Вряд ли. Вообще его не помню.

— Может, ответишь? — попытался ещё раз.

— Минёв Евгений Иванович, но какая тебе разница? Всё равно со своими дружками завтра свалите на все четыре стороны.

Недоуменно посмотрел на бойца.

— Вот сейчас не понял.

— А что тут понимать? — сказал, словно выплюнул МИГ, — Как только главы родов узнали о том, что вашим аристократическим задницам грозит опасность не вернуться из рейда, нагрянули сюда. Свиридов как мог отбивался, но… Против высших родов не попрёшь. Уверен, что именно они виновны в том, что Павел Павлович лишился должности и исчез. Не удивлюсь, что ваши родичи отомстили, просто избавившись от подполковника самым радикальным способом.

Боец провел ребром ладони по горлу.

— Интересная версия, — пробормотал себе под нос, — Спасибо за информацию.

Еще что-то выпытывать у МИГа было бесполезно, поэтому я повернулся и не спеша продолжил путь в сторону шатра, где скрылись полковник со Свиристель и Милюковым.

Сказанное бойцом в какой-то степени имело смысл, но, скорее всего, было далеко от истины. Вряд ли исчезновение подполковника связано с прибытием в гарнизон представителей высшей аристократии. Я был уверен, что его пропажа объяснялась тем расследованием, которое он затеял в связи с гибелью наследников и грядущего заговора в столице.

Приезд аристо удивил, но не сказать, чтобы стал неожиданностью. Я предполагал, что главы родов или их представители появятся здесь в сором времени. Потеря первых наследников нанесла им сильный репутационный удар, снизив влияние среди других аристократов. Ничего удивительного, что главы подсуетились, пытаясь сохранить младших детей. Всё же не дураки, наверняка смекнули что к чему и начали предпринимать меры.

Надеюсь, за время нашего отсутствия покушений больше ни на кого не было.

Заговорщики или кто бы они не были, действовали слишком топорно и нагло, словно вообще ничего не боялись.

— Влас, ты куда? — окликнула меня Маша.

— Прогуляюсь немного, — произнес задумчиво, — Беги отдыхай.

— А ты?

— Подойду позже… наверное.

Измайлова порывалась что-то сказать, но видя, что я не настроен на беседу, молча кивнула и пошла к шатру, который выделили на нас пятерых.

Молодец, понятливая девочка, умная. Чем больше общаюсь с Марией, тем больше убеждаюсь, что именно такая жена мне нужна.

Корнеева, кстати, распределили в другое место. Впрочем, стоило ожидать, он всё-таки капитан. Негоже Степану Александровичу отдыхать с подчинёнными. Поход закончился, а следовательно, пора возвращаться к прежним порядкам и обязанностям.

Сон, который совсем недавно обуревал моё сознание, полностью исчез под влиянием новостей. Говорить Маше, что кто-то из её родственников, возможно сам отец, пожаловал в гарнизон, не стал. Зачем волновать девчонку раньше времени. Пусть отдохнёт, наберётся сил, а уж потом разбирается со всем происходящим.

Интересно, а князь Потёмкин тоже прибыл в Сибирский Посад?

Вряд ли, но…

— Уф-ф, только этого не хватало.

Не хотелось бы, чтоб они с матерью встретились. Насколько я помнил, «отец» не знал, что его «безвременно скончавшаяся» жена сменила место дислокации, да и не пытался это выяснить. Как говорится: чем дальше — тем лучше.

Уверен, что встреча Анастасии со Львом превратилась бы в полную катастрофу. Как бы не дошло до смертоубийства. Нет — я был не против кончины князя Потёмкина, этому гаду уже давно пора прекратить коптить землю, и наконец, получить по заслугам, но сделать это нужно было так, чтобы ни на Свиристель, ни на меня не пала даже тень подозрения. Именно поэтому я бы предпочёл избежать их встречи.

Если «отец» всё же сюда прибыл, надо постараться сделать так, чтобы они с матерью не пересекались, а то прихлопнет Анастасия ублюдка, а потом отвечать придётся.

Сил у Свиристель достаточно. В сегодняшнем её состоянии Потёмкин матери на один зуб. Перекусит и даже не заметит, но заметят другие, а она, как ни крути, скрывается. Лишняя известность и внимание к её персоне ни к чему.

Впрочем, зачем я бегу впереди паровоза. Сомневаюсь, что князь Потёмкин пожаловал в эту глушь, беспокоясь о непутёвом пасынке, скорее уж приехал убедиться, что наемный убийца довел дело до конца.

Обо всём этом я думал, ходя взад-вперед около шатра полковника. Совсем близко не подходил, ибо выставленный караул и так уже очень недобро косился в мою сторону.

Свиристель с Милюковым не было довольно долго. Уже хотел подслушать, о чём они там беседуют, но передумал, уловив, что выставленный защитный барьер очень чутко реагирует на моё вмешательство, поэтому рисковать не стал.

Зачем?

Мать и так всё расскажет.

Первым наружу выбрался Милюков. Майор был задумчив и собран. Пройдя мимо, не обратив на меня внимания.

Следом появилась Свиристель на пару с господином полковником.

Евгений Иванович бросил на меня недовольный взгляд.

— Боец, что вы тут делаете?

— Гуляю?

— Хм-м, ну гуляйте-гуляйте, — недобро прищурился Минёв.

— Потёмкин, пойдем со мной, — бросила на ходу Свиристель.

— Слушаюсь, госпожа майор.

Анастасия не проронила ни слова, пока мы не отошли на приличное расстояние от лагеря. Как только оказались вне досягаемости чужих ушей, позади меня вынырнул Милюков. Я даже не шелохнулся, потому как уже давно засек прячущегося в невидимости майора. Всё же Владимир был послабее меня, и я прекрасно сумел рассмотреть контуры заклинания, скрывающие фигуру главы Зорких в пространстве.

Милюков тут же повесил купол непроницаемости, а я его немного усилил. Пусть мы и отошли на приличное расстояние от лагеря, осторожность не помешает.

— Как я понял, сюда набежали родственники наших ребят? — поинтересовался первым.

— Откуда узнал? — удивился Владимир.

— Слухами земля полниться, — усмехнулся в ответ, — Чего они хотят?

— А сам как думаешь? — проворчала Свиристель, — Забрать детей домой. Рисковать никто не хочет. Во многих родах и так слишком большие потери.

— Не логично. В гарнизоне они в большей безопасности.

— Попробуй объясни это главам родов, особенно после отправки вас в высокочастотную зону на целый месяц. Большинство и так думало, что вы не вернётесь. Весь мозг Минёву вынесли. Полковник уже не знал куда деться. Еще немного и точно пустил бы себе пулю в лоб. Кстати, именно поэтому он в таком поганом настроении.

— А он-то тут при чём? Приказ пришел сверху. Да и в тот момент Евгения Ивановича здесь не было.

— Ну-у, — протянула Свиристель, — Надо же найти козла отпущения.

— Погоди, а как же служба? По закону…

— По закону, — перебил меня Милюков, — Род имеет право выставить замену. Отбывать военную повинность вместо одного из наследников может любой кровный родственник или кого-то из личной дружины.

— А… — начал было, но Свиристель по моему взгляду поняла, что именно я хотел спросить.

— Лев не приехал, чего и стоило ожидать. А жаль… — Последнее слово Свиристель произнесла с разочарованием, — Я бы ему устроила весёлую жизнь, точнее смерть, — в последней фразе матери проскользнуло столько кровожадности, что я непроизвольно вздрогнул.

— Ага, а и попала под суд.

— Пф-ф, Влас, — усмехнулась женщина, — Неужели ты думаешь, я не смогла бы всё сделать по-тихому? Никто и никогда не смог бы доказать мою причастность к убийству. Поверь, для меня замести следы и сфабриковать улики проще простого.

Прищурился.

Ещё одна новая информация о матери отправилась в копилку моего разума.

— Поверь, так бы всё и было, — подтвердил Милюков, а я поверил, слишком уверенным и непоколебимым был взгляд Свиристели.

Жаль, что эту тему пришлось отложить и вернуться к насущным проблемам.

— А где Свиридов удалось узнать? Его действительно уволили со службы?

Милюков нахмурился, а Свиристель тяжело вздохнула.

— Похоже, что так. Где он сейчас, никому не известно. Минёв поддерживал с ним связь, но она оборвалась неделю назад. Последнее местонахождение Павла было зафиксировано в столице. — Сдаётся мне, наш подполковник попал в крупную передрягу. Хорошо, если он до сих пор остался жив, — дополнил слова подруги Милюков.

— Скверно, — произнес я.

Мне, действительно, нравился Свиридов. Хороший мужик, честный: опытный воин и прекрасный командир, радеющий за своих бойцов и за Империю в целом.

— Что станем делать? — поинтересовался Владимир у Анастасии.

— Искать, — твердо ответила женщина, поджав губы, — Я ему должна, и даже, будь это не так, всё равно не бросила в беде.

— Глупо, — брякнул я, — Если Свиридов жив, он бы уже где-то засветился.

— Пусть так, значит, я отыщу его убийц и покараю, — глухо произнесла Свиристель.

— Это как искать иголку в стоге сена. Вряд ли найдешь.

— А я попробую.

На лице Анастасии появился злобный оскал, и я не позавидовал тем, кто решил перейти ей дорогу.

Мать рассуждала правильно. В прошлой жизни я тоже не прощал тех, кто пошёл против меня и тех, кто мне доверился. Напав на Свиридова, если, конечно, это нападение было, неизвестные подписали себе смертный приговор. А уж привести его в исполнение Свиристель помогу я.

Кивнул ободряюще, давая понять, что солидарен с Анастасией.

Милюков нашего энтузиазма не разделял, наоборот, с каждым словом всё больше и больше хмурился.

— Ты серьёзно хочешь отправиться в столицу?

— Я должна.

— Никому и ничего ты не должна, — набычился майор.

— Володя, ты сам всё прекрасно понимаешь, да и сдаётся мне, пришло время вернуться. Видишь же, что творится вокруг.

— Вижу, поэтому и не хочу, чтобы ты в это дерьмо влезала. Жила бы себе спокойно, плевать на всех. Теперь у тебя есть сын. Тебе о нём думать надо, а не о… — попытался надавить Милюков.

— Я как раз о нём и думаю. Влас заслуживает лучшего, чем прозябать на краю Империи.

— Это он-то прозябает? Твое наследство поможет парню прожить всю свою жизнь абсолютно безбедно. Многие о таком даже мечтать не могут. К тому же, фамилии его никто не лишал, а следовательно, титул княжича не отбирал. Мальчишка не дурак, сам сможет возвыситься, если захочет.

— Да, но тогда он никогда не станет тем, кем должен быть. Не узнает своих корней, — прорычала Свиристель.

— Похоже, ты уже всё решила, — с горечью произнёс Владимир.

— Да.

— А ничего, что я здесь? — спросил с усмешкой, глядя на двух препирающихся баранов, которые даже не планировали прекращать спорить.

— Потерпишь, — повернув ко мне головы, произнесли они в унисон.

Глава 2

Подобного неуважения к своей персоне я стерпеть не мог.

— А ну, прекратили оба! — рявкнул что есть силы, хотел ещё приложить как следует силовым полем, но подумал, что это перебор.

Свиристель с Милюковым уставились на меня как на врага народа и вновь переключились друг на друга.

Попытался ещё раз, потому как слушать их перепалку надоело до зубовного скрежета. Не знал бы, что между матерью и Владимиром ничего нет, решил, что это ссора между мужем и женой, проживших вместе как минимум лет двадцать. Хотя, свечку не держал…

— Не лезь! — рыкнул Владимир, — Без тебя разберёмся.

— Ага, разберутся они, — буркнул в ответ, — Это, между прочим, и меня касается, так что будьте любезны, умерьте пыл.

— Влас прав, — выдохнула Свиристель.

Милюков скривился, но пораженчески кивнул.

— Ты действительно решила выйти из тени? — вновь обратился майор к подруге.

— Не сейчас и не сразу, но — да. Я и так слишком долго пряталась.

Разговор, свидетелем которого я стал, вышел очень увлекательным, но опять же, ничего толком не прояснил.

На мой прямой вопрос о своем прошлом, мать в очередной раз отмахнулась, заявив:

— Ещё не время.

Решил не давить, хоть и мог, хотя, должен признать, любопытство начинало с каждым разом разъедать душу всё больше и больше.

У каждого из нас свои секреты, но кое-чём Свиристель пора было поделиться.

Изначально у меня была пара версий относительно того, кем именно была моя мать, но со временем они начали терпеть крах. Кое-что не сходилось.

Навыки Свиристель оказались уж очень специфическими, и заставили пересмотреть предыдущие варианты.

— Дальнейшие твои действия? — спросил у Анастасии.

— Загляну ненадолго в имение и оправлюсь в столицу.

Нахмурился.

Не нравилась мне идея отпускать Свиристель одну. Конечно, не маленькая. Жила ведь как-то все эти годы, но, насколько я знал, в Петербург не совалась. Вела себя ниже травы, тише воды. Если Анастасия вернётся в столицу, то сто процентов начнёт поднимать старые связи. Без посторонней помощи Свиридова не найти, а это может быть чревато…

Я бы тоже предпочел поехать с Анастасией и подстраховать, да только кто меня отпустит со службы. Ещё даже полгода не прошло. Было бы здорово, если после нашего рейда дали увольнительную. Надо бы заехать в имение, проверить: всё ли в порядке у его обитателей; заодно убедиться, что Любовь справляется со своими обязанностями. Самойлова, конечно, тот ещё танк — такую не переедешь, но на каждый танк — есть своя мина. Именно поэтому я должен был убедиться в безопасности женщины и скоординировать дальнейшие планы.

Вряд ли Любовь сейчас в усадьбе, наверняка строит работников на одном из предприятий, но проконтролировать всё же стоит.

Из мыслей меня выдернул голос Милюкова, который продолжал спорить со Свиристель.

— Я еду с тобой, — майор упрямо посмотрел на Анастасию.

— Исключено. Останешься здесь. Присмотришь за Власом.

Аж поперхнулся от возмущения.

— Я вам что, малолетка, чтобы за мной присматривать? Короче, Владимир, отправляешься с матерью.

Милюков согласно кинул и протянул руку, которую я тут же пожал. Свиристель поджала губы.

— Мужчины, — фыркнула вслух.

— Я бы тоже поехал, тем более, всех моих друзей заберут из гарнизона. Да и Сумарокова сейчас в Петербурге, а мне надо её поднять на ноги, но раз не получится выбраться, то приготовлю зелье. Передашь Свете и расскажешь, как принимать.

— Сделаю, — кивнула мать, хоть и не выразила оптимизма по поводу выздоровления девушки.

Не верила, что моё снадобье может помочь.

— Влас, а ты сам не хочешь уехать из этого захолустья?

— Конечно, хочу. Как только истечет срок службы, сразу рвану в Петербург. Есть у меня там неоплаченные счета, — предвкушающе оскалился, вспомнив папашу и его злобных жён.

Уже сейчас я был готов противостоять отцу, да и всему роду Потёмкиных, по крайней мере, тем его представителям, которые пойдут против меня.

Анастасия свела брови вместе. Похоже, ей самой не терпелось поквитаться со Львом.

— А, вообще, я планировал поступать в столичную Академию, — добавил весело.

— Хорошее дело, — одобрительно произнёс Владимир.

— Правильно, — согласилась Свиристель.

— Только зачем ждать следующего года? Через две недели дополнительный набор. С твоими способностями пройдешь без проблем. Придётся нагонять, но, думаю, справишься. Жильё на первое время найдем. С деньгами проблем не будет, но это ты и так знаешь.

Милюков уже смирился с отъездом и теперь просчитывал варианты, как лучше всё организовать.

— А как же служба?

— А чего служба? Выставим вместо тебя замену.

— Кого? Кстати, вас самих-то отпустят?

— Ха-х, пусть попробуют не отпустить. Контракт на наших условиях: Свиристель и я можем уйти в любую минуту, так что считай, проблем нет.

— Стоп-стоп-стоп. А моего мнения никто спросить не хочет? — возмутилась Анастасия.

— НЕТ! — ответили мы хором.

— Всё с вами ясно. Ну, и кого ты собираешься выставить на замену Власу? Можно было бы кого-то из Зорких попросить об услуге, тех, кто решил оставить службу, но опять же, не факт, что согласятся, — задумчиво почесав бровь, выдала Свиристель.

— Даже не думай с этими предателями встречаться. Единожды предав, предаст вновь, — прорычал майор, а я сразу же навострил уши.

— Они не предатели, Володя. Каждому человеку иногда приходится принимать трудное решение. Всему есть предел.

— Они клялись, — упрямо произнес Милюков, стиснув челюсти.

— И они выполнили свою клятву. Уйти на покой, не значит предать. Я их отпустила и не держу зла. Ты тоже мог последовать их примеру: осесть где-нибудь, завести семью.

— Хватит, — голос Милюкова отдавал сталью и какой-то непонятной мне горечью, — Этот вопрос закрыт, и я бы попросил больше никогда его не поднимать. А что касается замены, — черты лица майора мгновенно разгладились, а глаза приняли хитрый лисий прищур, — Есть у меня один вариант.

— Какой? — насторожилась Анастасия.

— Звякну я, пожалуй, Безумцу.

— Что-о? Нет-нет-нет, — затрясла головой Свиристель.

— Кто такой Безумец? — спросил с интересом, потому что по поведению Милюкова с матерью, можно было понять, что этот человек очень интересный кадр.

Одна кличка чего стоила.

Службу оставлять не хотелось. Нравилось мне на границе Высокочастотной зоны. Можно было еще подкачаться и набраться сил, но обстоятельства требовали обратного. Свиридова, действительно, необходимо отыскать, заодно «поставить на ноги» Свету. Я опасался, что без моего непосредственного участия что-то может пойти не так в процессе лечения, и тогда уже никакое лекарство не поможет в исцелении Сумароковой.

К тому же, обстановка на границе сейчас была достаточно спокойной. Монстры не лезли вперёд, не пытались захватить бОльшую территорию. Отрядов патрулей хватало для поддержания стабильной ситуации. Единичные прорывы в жилых районах очень оперативно закрывались, а разломы… так они не только с Сибири возникают.

В последний год шесть или семь раз в столице открывались, причем все высокого ранга, так что помимо прочего в Петербурге для меня тоже найдется «работа». Надо только получить удостоверение действующего МИГа. Без дела и прокачки не останусь.

В столице действующих МИГов не так много, обычно прорывы и разломы закрывает императорская гвардия. Зажравшиеся Питерские аристо не спешат покидать уютные особняки и рисковать своими жизнями, они лучше будут вести подковерные игры против других родов и делить сферы влияния. Конечно, есть и те, кто встаёт на защиту местных жителей, но их меньшинство. Без прямого указа императора большая половина высокородных даже не подумает поднять свою задницу с насиженного места. Надо будет обязательно расшевелить это тихое болото. Пора столичным аристократам растрясти жирок и вместо заговоров встать на страже народа.

Злобно ухмыльнулся, представляя намечающееся веселье.

Хорошо хоть на границах Империи более-менее ситуация выровнялась, но сдаётся мне, наши «закадычные друзья-соседи» в скором времени что-нибудь устроят. Сейчас нападения хоть и случаются, но полномасштабных военных действий нет. Надеюсь, так будет и впредь, а то отвлекаться на войнушку у меня нет времени.

— Так кто такой всё-таки этот Безумец? — вернулся я к разговору.

— О-оо, это легендарный человек, — ухмыльнулся Милюков.

— Позер он и придурок, — не согласилась Свиристель.

— Главное, чтобы согласился на замену и подошёл по параметрам, — протянул я задумчиво.

— Не беспокойся, у него шестой ранг. Официально… — выдал информацию Милюков.

— А неофициально?

— Хрен его знает.

— Этот ублюдок за свою услугу стребует столько, что мы потом не рассчитаемся, — проворчала Свиристель.

— Так дорого берёт?

— Его сначала надо уговорить пойти к тебе на службу. Без этого замену не выставишь. А Безумец… Он же принципиальный. Не пойдёт.

— Пойдёт, куда он денется? Особенно если ты попросишь, — не унимался Милюков.

— Да чтобы я этого долбоклюя… Ни за что! К тому же, он на этом не успокоиться, такой гонорар запросит… И ладно бы гонорар, а если услугу? С этим говнюком свяжешься, потом дерьма не оберёшься.

— Не преувеличивай. Геморра, конечно, много, но попробовать стоит. Отозвать свое предложение всегда успеем. Вдруг получится договориться.

— Я бы с удовольствием посмотрел на вашего Безумца, — произнес с энтузиазмом.

Всегда был за новые знакомства, особенно полезные, пусть и с подвохом.

— Отлично, — потёр руки Милюков, — Вот завтра и встретитесь.

— Завтра? Вы его что, в гарнизон приведёте?

— Ах да, мы же тебе не сказали. С завтрашнего дня ты отправляешься в увольнение. У нас есть десять дней, чтобы найти замену, если Безумец не согласится с нашими условиями.

Увольнение — это хорошо, просто замечательно. На следующее утро первым делом рванул в имение, да не один, а со Свиристель и Милюковым.

Дел было невпроворот, а времени разобраться с ними очень мало, но я не отчаивался, наоборот, чувствовал себя бодрым, полным сил и готовым к любым свершениям. Мне всегда нравилось преодолевать трудности и решать проблемы, вот и сейчас, засучив рукава, я готов был справиться со всем происходящим.

Перед отъездом попрощался с друзьями, которым уже успели сообщить о прибытии родственников.

— Я никуда не поеду! — упрямо произнёс Суворов.

— Мы тоже. Не потащат же нас силой? — воскликнули в унисон Астафьевы.

— Вот именно, — топнула ножкой Измайлова, — Я тоже остаюсь. Не хочу уезжать, — тут же всхлипнула девушка и посмотрела с такой грустью, что у меня защемило сердце.

Странные ощущения. Не привычные.

— Иди сюда, — произнес хрипло, и Мария тут же оказалась в моих объятиях.

Погладил девушку по спине, прижал крепче, расцеловал в покрасневшие щечки под заливистый смех друзей.

— Когда свадьба? — усмехнулся Андрюха.

Маша сразу же опустила голову и сжалась, а затем бросила на меня смущённый взгляд.

— Астафьев, вот что ты за человек? Я ещё предложение Марии не сделал, а ты зубоскалишь.

— А ты, вообще, собираешься его делать? — ехидно произнёс Суворов.

— Вот ведь… — начал возмущенно, — Собираюсь, но позже. Машуль, — заглянул девушке в глаза, — Подождешь?

— Угу, — пробормотала Измайлова и спрятала лицо у меня на груди.

— Кстати, — решил обрадовать ребят, — Я тоже возвращаюсь в столицу, так что, может быть, в скором времени встретимся.

— Когда?

— Точной даты не скажу, но как только прибуду, дам знать.

— А как же служба? Только начали привыкать, а тут… — удручённо произнесла Маринка.

— Служить можно не только здесь. Не обязательно носить мундир, чтобы встать на защиту своего народа.

— Прав Влас, — хмыкнул Суворов и оглядел всех остальных, — Ну что, ребята, возвращаемся?

— Угу, да, пусть будет так.

В Кровинушки мы прибыли только после полудня. Немногочисленные жители усадьбы, заметив издали приближающийся автомобиль, вывалились на крыльцо, радостно улыбаясь и махая руками в знак приветствия.

Ванька первым не выдержал и побежал вперед, тут же бросившись мне на шею.

— Влас-с! Как здорово, что ты приехал!

— Привет, пострел, как дела? — подхватил мальчишку, пару раз подбросил вверх и поставил на землю.

— У меня всё хорошо. Дядя степа возит в школу, только мне там не нравится.

— А чего так?

— Глупые все… и учителя тоже. Они рассказывают то, что я и так уже знаю. Меня бабушка давно читать и писать научила, а они… Скучно.

— Понимаю тебя, парень, но школу пропускать нельзя. Друзей-то завести успел?

— Ага, — важно кивнул Ванька, — Сашка из моего класса и Витька из параллели, а еще Надька, только она вредная приставала.

— А ну-ка, племянник, марш в дом, не надоедай Его Сиятельству, — одернул мальчишку Степан Сутулин, идя нам навстречу, — Добро пожаловать домой, господин.

— Здорово, Степа, — поприветствовал управляющего, бросив взгляд в сторону собравшихся у крыльца пятерых бойцов Вороньего Глаза, которые выступали в качестве охраны имения, — Как у вас дела? Что-то я Прасковью Ивановну не вижу. Всё ли в порядке? Не заболела случаем?

— Нет, Ваше Сиятельство. Она как только узнала, что вы прибудете, сразу к встрече готовиться начала. Сказала: к прибытию хозяина нужно всё честь по чести организовать.

— Это как? — усмехнулся себе под нос, — Ленточки праздничные повязать и шары надуть?

— Кхм-м, вроде того, — сконфуженно произнес управляющий, — Как только вчера госпожа Вараева позвонила, они на пару с Марией и принялись командовать. Нас всех, — кивнул на МИГов, — во флигель выставили, мол, много грязи в дом несём, да под ногами мешаемся.

— Погодите, с какой Марией?

Перед глазами сразу предстала хрупкая фигурка Измайловой, но этого просто не могло быть. Я точно знал, что Машу ещё утром дядя увёз в столицу.

— Как с какой? С няней вашей, Марией Семеновной. Она из столицы полторы недели назад прибыла.

— Ох ты ж, точно! — хлопнул себя по лбу.

Я и забыл, что поручил Самойловой организовать приезд теперь уже бывшей домоправительницы городского особняка Потёмкиных. Жаль, зря сдёрнул женщину с насиженного места. Она ведь за мной отправилась, а я скоро обратно в Петербург рвану. Кто же знал, что так получится.

СТОП!

Мария же больше двадцати лет прослужила у Потёмкиных и прекрасно знала мою мать.

— Да чтоб тебя, — пробормотал недовольно, оглядываясь в поисках Свиристель, — Надо бы предупредить Анастасию.

Мать сейчас на пару с Милюковым стояла чуть в стороне и разговаривала со своими бойцами.

— Свиристель, — позвал обеспокоенно.

Не был уверен, что она обрадуется нежданной гостье.

— Слушаю, Влас, — обернулась Анастасия.

В это же мгновение за дверью послышались голоса, а затем на крыльцо вышли две пожилые женщины.

— Ваше Сиятельство! — не обращая ни на кого внимания воскликнула Мария и торопливо направилась в мою сторону, по дороге вытирая ладони о фартук.

Судя по муке, в которой были испачканы руки женщины, Мария пекла пироги, наверняка мои любимые, точнее те, которые любил бывший владелец этого тела. Впрочем, я тоже не отказался бы откушать стряпни Марии Семёновны. Она хоть и не кухарка, но готовит прекрасно. Правда, сейчас меня больше волновали не пироги, а реакция матери, которая, заметив бывшую домоправительницу Потёмкиных, застыла на месте как статуя, не в силах сдвинуться с места.

Неловко вышло.

— Похудел-то как, осунулся, — запричитала Мария, — Ну, ничего, я всё исправлю. Надо будет, каждый день стану в гарнизон твою любимую еду доставлять. Эти увальни, всё равно ничего не делают, одни баклуши бьют, вот и пусть лишний раз скатаются до гарнизона, пышечек тебе передадут, мяска тушёного, рыбки запечённой… — Семёновна повернулась и кивнула в сторону МИГов, да так и замерла с открытым ртом, забыв все слова, которые собиралась сказать.

— Мария, очнись, — произнёс тихо, но женщина не обратила на меня внимания.

— Катенька, — прошептала она вмиг охрипшим голосом и грохнулась в обморок.

Кто бы что ни говорил, но тащить на себе почти стокилограммовую тушу домработницы, то ещё сомнительное удовольствие.

Как только опустил Семёновну на диван, столкнулся с недовольным взглядом матери.

— Влас, как она тут оказалась?

Развел руками.

— Я же не знал, что в доставшейся по наследству усадьбе встречу свою «умершую матушку», — прошептала в ответ так, чтобы никто не услышал. Кстати, Катерина тебе больше идет, чем Анастасия.

— Тихо ты, — прошипела мать, — Не хватало ещё, чтобы кто-то услышал. Забудь это имя, по крайней мере, до поры до времени

— Как скажешь, — не стал спорить, — Что будем делать?

— Ай, ничего, — мать неопределённо махнула рукой, — Мария изначально служила моему роду, точнее — лично мне. Потом осталась за тобой присматривать. Спасибо ей за это огромное.

— Семёновна была в курсе, что ты жива?

— Разве похоже, что она знала? — кивком указала Свиристель на лежащую на диване женщину, над которой склонилась Прасковья Ивановна, сунув той под нос вату с нашатырём.

Глава 3

Милюков с остальными бойцами столпились на улице, внутрь не пошли. У майора имелся к ним серьёзный разговор, относящийся к увольнению со службы и скорому отъезду.

Понятливый Сутулин, сграбастав любопытного Ваньку, скрылся в глубине дома, так что сейчас к гостиной мы остались одни, точнее — в четвером: я, Мария Семёновна, Свиристель, и Прасковья Ивановна.

— Ох, и привидится же такое, — пробормотала моя бывшая нянька, приходя в себя.

— Я, пожалуй, пойду, пироги достану из духовки, — быстро сориентировалась Прасковья Ивановна, торопливо скрываясь в недрах коридора.

Умная женщина.

— Ваше Сиятельство, да как же так? — огляделась вокруг Семёновна, — Видимо съела что-то не то, вот и мерещится всякое. Уж простите, старую.

— Мария, ты только не волнуйся, — произнес успокаивающе, и опустив руку на плечо женщины, присел рядом, кивнув Свиристель, которая вышла из-за спинки дивана.

— Здравствуй, Мария.

— Эм-м, аа-аа… Влас, скажи, ты видишь эту женщину? — ткнула пальцем в сторону Анастасии бывшая домоправительница Потёмкиных.

— Так же ясно, как и ты, — ответил спокойно.

Всегда собранная, можно сказать железная женщина закатила глаза, намереваясь во второй раз хлопнуться в обморок.

— Не смей, Маша, — прозвучал строгий голос Свиристель.

Как ни странно, Семёновна мгновенно передумала терять сознание и выпрямилась на диване, а затем, очень ловко для своего веса подскочила и бухнулась на колени, упершись лбом в пол.

— Екатерина Алексеевна, — онемевшими губами прошептала женщина.

Было слышно, что она еле сдерживает рыдания.

— Прекращай. Нет причин для слез, — мать подошла к моей бывшей няньке и как пушинку вздернула вверх. — Что это за ползание на коленях? Никогда от тебя подобного раболепства не видела.

— Но ведь…

— Влас, можешь нас оставить? Мне с Машей поговорить надо.

— Опять секреты? — хмыкнул в ответ, — В кабинет идите.

— Семёновна перенервничала. Ей тут спокойнее будет.

— Да я ничего, куда скажите Ваше… — обратилась она к Свиристель, но заметив острый, как лезвие бритвы взгляд, стушевалась и замолчала.

— Давай без титулов. Зови меня Анастасия или Свиристель, так удобнее, а моё настоящее имя забудь.

— Х-хорошо, как скажите. Значит, всё как раньше. Скрываемся? — склонила Семёновна голову, видимо до сих пор не могла прийти в себя от неожиданного воскрешения своей госпожи.

— Всё так, моя дорогая. Влас… — Посмотрела на меня с укоризной Свиристель.

— Уже ухожу. Вот ведь, из своего же дома выгоняют.

Хотя, официально-то он мой, а вот по сути…

Пока мать беседовала с Марией, узнал, что Самойлова навела порядок на большинстве предприятий, находящихся в Сибири, и сейчас отправилась Петербург, ибо там у меня тоже имелась пара производств: судоверфь и свечной завод на окраине столицы.

Несмотря на кучу дел, неугомонная бестия успела за такое короткое время закрутить роман с Михаилом Садаловым, одним из капитанов Вороньего Глаза, который сейчас как раз находился в имении. Вот именно с ним мы и уединились в кабинете, попивая коньяк и ведя конструктивный диалог, точнее: я его спрашивал, а Миша отвечал.

М-да, сложно пришлось Любови, но она со всем не справилась. Конечно, очень сильно помогли Зоркие. Не за бесплатно, но это того стоило. Силовую поддержку Вороньего Глаза мы обговорили заранее. Посредником выступала Свиристель. Нанимать непроверенных людей казалось верхом неблагоразумия, а за Зорких Анастасия готова была поручиться головой. Несмотря на документы, моих представителей не собирались пускать на территорию некоторых предприятий. Пришлось прорываться с боем. В итоге, была поменяна вся охрана, многие управленцы и их замы полетели со своих должностей как кегли в боулинге.

Не всё директора добровольно покинули посты. Пришлось помочь. Всего за три месяца была проделана колоссальная работа. Любовь подняла все свои связи и поставила на руководящие должности проверенных людей, выловила крыс, наведя порядок на большинстве производственных объектов.

Осталось разобраться с двумя, находящимися в столице. Если добраться до Сибири у «папаши» руки были коротки, да и надеялся он, что нанятый убийца оставит от пасынка мокрое место, то после возвращения Самойловой в столицу и организации бурной деятельности, обязательно должен был предпринять меры.

А это значит, что Любовь может оказаться в опасности.

— Давно уехала?

— Пару дней назад. Вы чуть-чуть не успели.

— Скверно, — резюмировал я.

— Угу. Говорил я ей, чтобы подождала немного. У меня контракт через два месяца заканчивается, хотел с ней поехать, но Любу разве переубедишь. Если чего себе в голову вбила, то всё, пока не исполнит задуманное — не успокоится.

— Вот за это мне Самойлова и нравится.

— Волнуюсь я за неё, Ваше Сиятельство, как бы не случилось чего.

— Не переживай, Любовь женщина хоть и упертая, но осторожная и хитрая. Грудью на амбразуру не полезет. С её юридической практикой и опытом, обойдет любого крючкотворца, а сама в тени останется.

— Это, конечно, да, но всё равно неспокойно, — Михаил приложил ладонь к груди.

Вот ведь, окрутила Михаила. Хотя, не моё это дело. Совет да любовь, как говорится, но если у этой парочки всё серьезно, нужно будет Садалова как-то привязать к роду, потому что Самойлову я терять не хочу. Такими специалистами не разбрасываются.

— Всё будет в порядке. Не переживай, — успокоил Михаила, а у самого отчего-то на душе начали скрести кошки.

Вот куда понесло Самойлову? Даже не согласовала со мной свои действия, хотя, с учётом того, что последний месяц я был недоступен в связи с посещением Высокочастотной зоны…

Эх, Любовь, не могла подождать ещё немного.

Придется ускориться. Завтра встретиться с Безумцем, а потом сразу рвать когти в столицу.

На следующее утро, как и обещал Милюков, к усадьбе подъехал серый потертый автомобиль с заляпанными грязью номерами, из которого вышел здоровый мужик с седыми немытыми волосами, свисающими сосульками на плечи. Дополняли колоритный образ Безумца коричневая шляпа, кожаный плащ нараспашку и круглые черные очки. Вишенкой на торте был огромный молот, покоящийся на крепком плече.

В зубах, отливающих желтизной, была зажата наполовину выкуренная сигара.

Не обращая ни на кого внимания, этот тип вальяжной походкой направился к крыльцу.

Все в усадьбе были заранее предупреждены о необычном госте, но я даже представить не мог, насколько необычном, поэтому, сейчас молча стоял в сторонке и с интересом наблюдал за разворачивающимся действом.

Действительно, приехавший чем-то напоминал безумца. Не столько внешний вид, сколько исходящая от этого человека аура заставляла встретившихся на его пути людей, освобождать ему путь, непроизвольно напрягаться и склонять головы, признавая силу и главенство.

Создавалось ощущение, что окружающие видели перед собой опасного хищника, который подавлял одним своим видом.

Заметил, как дернулся Михаил, исподлобья глядя на Безумца, сжал кулаки, готовый броситься в бой, но остался стоять на месте.

Молодец, сдержался.

Я прекрасно понимал реакцию Садалова. Сам ощущал нечто подобное. Безумец зашел сюда как хозяин, да ещё и окинул всех таким взглядом, словно мы грязь под его ботинками.

А хорошие, сцука, ботинки. Я тоже такие хочу. Надо будет узнать, где купил. Уж кожу разломного гарида я везде узнаю.

Самым примечательным оказалась энергия, которая невидимыми нитями завивалась вокруг тела Безумца. Никто кроме меня её не видел, зато ощущали все. Именно она заставляла опытных бойцов чувствовать себя неуютно, создавая впечатление, что ещё миг и коварный Безумец начнет атаку.

Занятное явление. Я такое видел всего пару раз в своём прошлом Мире.

Ха-х, прав был Милюков, когда решил обратиться к Безумцу. Глядишь и платить ему ничего не придется, а сам он ещё и должен останется.

С такими мыслями я шагнул вперёд, навстречу гостю.

В отличие от присутствующих, никакого неудобства от нахождения этого человека рядом с собой, не ощущал, потому что умел блокировать чужое влияние. Пара сформированных жемчужин, защитили меня от воздействия испорченной маны.

Я был уверен, что Безумец не контролировал процесс выброса грязной энергии. Кто-то очень сильно постарался, чтобы превратить остановившегося передо мной человека в орудие убийства, но всё бы ничего, вот только сам Безумец страдал от этого воздействия куда сильнее остальных.

Свиристель с Милюковым быстро вышли вперед, оттесняя меня себе за спину.

Ха, не на того напали.

— Чего звал, Цербер? — процедил сквозь зубы Безумец, обращаясь к Владимиру, а затем перевел взгляд на Анастасию и на мгновение склонил голову, обозначив приветствие.

Ух ты, Цербер… Не знал, а Милюкову подходит.

— Есть предложение.

— Говори.

— Не здесь.

— Так, а ну-ка, пропустите, — я в наглую влез в разговор, обойдя Владимира со Свиристелью, и протянул руку, — Влас Потёмкин, — представился гостю, — Владелец этой прекрасной усадьбы.

Безумец моего гостеприимства не оценил и руки в ответ не протянул, лишь насмешливо вздернул бровь.

— Иди, малец, погуляй, не мешай взрослым дела решать, а то дядя сделает тебе а-та-та.

Несмотря на шутливый тон, был уверен, что если сейчас не послушаюсь, Безумец исполнит свою угрозу, точнее — попытается.

Гостя я совершенно не боялся и знал, что запросто смогу с ним справиться. Попотеть придется, но шансов против меня у Безумца нет.

А вот Анастасия забеспокоилась.

— Николай, пойдём, поговорим. Влас, пожалуйста, помолчи немного, — голос матери звучал напряженно.

Переживала Свиристель, что гость не сумеет удержать в руках свой норов и действительно сможет навредить.

Еще вчера Владимир рассказал мне про их с Анастасией друга — Николая Малахова. Прекрасный боец, опытный МИГ и хороший боевой товарищ в один миг превратился в опасного, временами неуправляемого человека, совершенно не контролирующего свои действия.

Именно поэтому почти всё свободное время Безумец проводил в Высокочастотной зоне, уничтожая монстров и вылезая оттуда только на пару дней в месяц, чтобы потом вновь уйти подальше от людей. Добряк в душе, он никак не мог сладить со своими «внутренними демонами».

Хотя, какие они демоны…

Я прекрасно видел, что источник мужика пошел в разнос, причем уже давно, как минимум года четыре назад, и со временем ситуация ухудшалась. Потоки энергии в его теле работали неправильно, к тому же, все переплелись друг с другом и хаотично выплёскивали ману в окружающее пространство, создавая вокруг плотные завихрения. Самое поганое, что мана у Безумца не перерабатывалась как надо, а оставалась грязной и неустойчивой. Именно этим и объяснялось неуправляемое поведение стоящего передо мной человека.

Удивительно, как он вообще сумел сохранить разум на протяжении стольких лет. Силен, чертяка!

Ага, не вмешивайся, да если я сейчас не вмешаюсь, этот патлатый бугай проживет от силы пару месяцев, на большее ресурсов его тела не хватит. Грязная мана уже почти проела дыры в энергетических путях, ещё немного и будет полное разрушение, а затем — отравление организма, которое приведет к летальному исходу.

А мне надо, чтобы этот человек жил и желательно в добром здравии, а следовательно, придется Безумца лечить.

Кто-то очень постарался, чтобы этот сильный воин стал опасным, почти неподдающимся контролю разума.

Безумец спасался тем, что проводил почти всё время в Высокочастотной зоне, вдали от людей. Так он, по крайней мере, знал, что никому не сможет навредить.

Утолив жажду убийства, Николай на пару дней возвращался к цивилизации, а затем, вновь уходил мочить тварей.

Любой гарнизон оторвал бы такого бойца с руками. Слава бежала впереди Безумца семимильными шагами, только вот никто не знал, каких усилий сильнейшему и непобедимому МИГу Российской Империи стоило самому не превратиться в беспощадного монстра, убивающего всех направо и налево.

Разговор решено было вести в кабинете.

Как только зашли, Безумец, не спрашивая разрешения, развалился в ближайшем кресле и закинул ноги на стол.

Я еще раз оценил качество ботинок и убедился, что они действительно сшиты из кожи гарида. Мне эта тварь ни разу в этом Мире не встретилась, а в свободной продаже сколько не искал, найти не смог.

Такая обувь, если её правильно сделать, практически неубиваемая. Во-первых — не промокает, во-вторых — не трет и не вызывает потливость, в-третьих — меняет свои свойства в зависимости от погоды: при высоких температурах охлаждает; при низких, наоборот, увеличивает тепло. Ну и в-четвертых — имеет магические особенности, правда они зависят от способа пошива и выделки кожи.

— Цербер, какой-то ты негостеприимный. Хоть бы выпить налил старому другу, — пробасил Малахов.

— Тц-ц, — цокнул я языком, и сформировав жемчужину, воздушной волной скинул ноги гостя со стола.

— А вам бы не помешало проявить больше учтивости, глядишь, тогда напоили бы и накормили. К тому же, хозяин здесь я, мне и угощать, но только после конструктивного диалога.

— ЧЕГО? — взревел безумец, вскакивая на ноги.

Вены на шее гостя вздулись, глаза потемнели, вокруг рук образовалась серая плотная дымка, в глубине которой заискрились электрические разряды.

— Хм-м, интересно, — склонил голову на бок.

А вот такого эффекта я раньше не встречал.

Из руки Безумца вылетела молния, и озарив кабинет ярким светом, пронеслась вперед, ударив в книжную полку, которая мгновенно почернела и обвалилась пеплом на пол.

— Эх, книг жалко, — пробормотал себе под нос.

— Совсем обнаглел, мальчишка! Да я тебя сейчас…

«Что сейчас» — я так и не узнал, Свиристель с Милюковым бросились мне на помощь, но я их опередил, выпустив из ладони очередную жемчужину, которая с громким шлепком попала точно промеж глаз «задиры».

— Ох ты ж… — только и смог выдать Безумец, рухнув обратно в кресло.

— Чего всполошились? — кинул взгляд на обеспокоенные лица Анастасии с Владимиром, — Неужели думаете, что он для меня опасен?

Свиристель фыркнула, сообразив, что действительно перегнула с материнской опекой, а Милюков покачал головой.

— Всё время забываю, что ты нисколько не слабее нас.

— Вот-вот… Не нужно это забывать, а то выглядите довольно глупо.

— Да ну тебя, Потёмкин, — махнул рукой Владимир, — Если такой умный, то может сам договариваться с Безумцем будешь?

— А я так и планировал, — ухмыльнулся в ответ, глядя на ошарашенную физиономию майора, — Поэтому, посидите в сторонке и не мешайте, пока я буду беседовать с гостем.

— Брр-р, — Николай в это время тряс головой, пытаясь прийти в себя.

Когда зрение Малахова восстановилось, он с неподдельным удивлением уставился на меня.

— Как ощущения? — поинтересовался, усаживаясь напротив.

— Что ты сделал? — ошарашенно спросил он, — Я не чувствую нестерпимого желания разорвать кого-нибудь в клочья.

— Всего лишь остудил твою ярость.

— Как?

— Не имеет значения.

— Оо-о, не-е-ет, — протянул Безумец, опять начиная багроветь от злости, — Очень даже имеет: или ты мне сейчас говоришь, каким образом добился такого результата, или…

— Охолонись, — произнес насмешливо, и сформировав посыл, вновь отправил жемчужину в полёт, правда маны в этот раз вложил немного меньше.

— Уфф-ф, — выдохнул гость.

— Лучше?

— Да.

— Поговорим?

— Смотря о чём.

— Короче, на тебя навесили «СЕРУЮ ГНИЛЬ». Отвратительная вещь, должен сказать. Удивительно, что ты так долго продержался.

— Какая еще «СЕРАЯ ГНИЛЬ», малец? Это болезнь, которую распространяют Серохортки — очень редкие твари. Мне просто не повезло столкнуться с одной из них.

— Честно, мне похрен как вы это называете, но могу с уверенностью сказать, что ты не подхватил это дерьмо, а тебе его подкинули, причем целенаправленно.

— Чего? Не мели чепухи, парень?

— Влас, ты уверен? — нахмурившись, произнёс Милюков.

— Можешь снять эту гадость? — взволнованно поинтересовалась Свиристель.

— На оба вопроса — да. Если бы не мог, не стал заводить подобный разговор.

— А-ха-ха, парень, ты слишком большого о себе мнения, — раздался по всему кабинету басовитый смех Безумца, — Ты хоть знаешь, что сам Салтыков пытался меня вылечить и не смог? Если решил подобным образом надо мной посмеяться, то очень пожалеешь…

Ярость вновь подняла голову под воздействием серой гнили, и Николай резко рванул вперёд.

Пришлось еще раз приголубить гостя как следует.

— Коля, — спокойно произнесла Свиристель, и подойдя наклонилась к Безумцу, — Я верю, что Влас сможет тебя вылечить, доверься и ты.

— Допустим, — процедил гость, окинув меня скептическим взглядом.

В глазах Малахова не было ни капли надежды.

— Просто рискни.

— Да мне как бы терять нечего, но бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Что ты хочешь за свои услуги, малец?

— Услуги, — хмыкнул в ответ, — Пусть будет так. Во-первых — прекращай называть меня мальцом. Во-вторых — мне нужно, чтобы ты присягнул на верность и вышел в качестве моей замены на службу сроком на девять месяцев.

Глава 4

— А-ха-ха, — рассмеялся Безумец, — Если с первым условием проблем не возникнет, то со вторым — точно нет. Моя верность уже отдана. Служить я всегда буду только одному человеку, поэтому даже не предлагай поступиться честью.

Кинул взгляд на Милюкова.

Какого хрена он мне предложил эту идею? Наверняка знал, что Малахов вхож в чей-то род и уходить не собирается. С его-то принципами.

А Безумец мне нравился всё больше и больше. Эх, такого бойца заполучить многого стоит.

— Коля, тебе не придётся поступаться честью. Я освобождаю тебя от клятвы. Вступай в род Потёмкиных, — при озвученной фамилии Анастасия поморщилась, но затем продолжила с гордость, — И служи достойно моего сыну.

Упс, нежданчик. Зачем же так откровенно.

С укоризной посмотрел на мать.

— Но… — опешил Безумец, — Погоди, как?

— Все вопросы потом. Я не хотела просить об этом из-за твоего состояния, но раз Влас говорит, что сможет помочь… то я прошу…

— Стоп-стоп-стоп. Прекрати. Тебе не нужно ничего у меня просить. Сказала бы сразу, что это нужно тебе и твоему сыну, — Малахов другими глазами посмотрел на меня.

В них не было злости или издёвки, скорее неверие и тихая радость.

— Сын значит?

— Да, — кивнула Свиристель.

— Так какого хрена ты молчала? Зачем устраивать весь этот цирк? Проверить меня решила? Думаешь, если я болен, то не способен справиться с поставленной задачей? Совсем со счетов меня списали? — с каждым новым словом Безумец заводился всё больше и больше.

Вокруг заклубились серые вихри энергии, и я вновь приложил Николая заклинанием.

— Прости Коля, но я не хотела рисковать сыном. Ты — нестабилен. Если что-то пойдет не так, нам придется вернуться из столицы обратно, а это может спутать все карты и навлечь смертельную опасность.

— Понимаю, — понуро опустив голову, произнес Безумец, — Я теперь бесполезен, только и способен, что убивать монстров.

— У тебя что, проблемы не только с маной, но и с долговременной памятью? — не выдержал я, — Сказал же: вылечу.

— Ты это серьезно? — всё ещё сомневаясь, пробормотал Безумец.

— Вот ведь Фома неверующий. Конечно, серьезно.

Малахов поглядел на Свиристель с Милюковым, которые дружно ему кивнули с улыбками на лицах.

— Так чего мы ждём? Давай — лечи.

Хотел сказать, что сначала договор, но потом передумал, потому как в любом случае, собирался избавить Безумца от той гадости, которая забила его тело.

— Владимир, Анастасия, сходите, пожалуйста, погуляйте. Не знаю, сколько времени мне понадобится. Процесс сложный. Несколько часов точно буду занят.

— А почему мы должны уходить? Я вот хочу поприсутствовать, — как всегда пошёл наперекор Милюков.

— Можешь остаться, но я не смогу гарантировать, что эта пакость не затронет тебя, а на двоих у меня сил не хватит. Нет — я, конечно, тебя вылечу, но не сразу, скажем: через пару недель. Такой расклад тебя устроит?

— Тьфу. Опять самое интересное пропущу. Я может тоже хочу научиться не только обычные раны штопать, а что-то серьезное лечить.

— Иди уже, «лекарь». Даже если ты увидишь, как и что я делаю, на своём опыте применить не сможешь.

— Почему это? Считаешь я такой дуболом?

— Нет, не поэтому. Просто поверь.

Не говорить же ему, что в этом Мире кроме меня подобное сотворить больше никто не сумеет. Моя магия действует по совершенно иному принципу нежели у местных, именно поэтому я могу то — что могу.

Знал, что долго терпеть ни Свиристель, ни Милюков не станут. Когда-то придется придумывать дееспособную версию получения собственных знаний и умений, но пока эти двое хранят свои тайны, я буду хранить свои.

— Пойдем, Володя, не будем мешать, — потянула Свиристель за собой друга, — Влас, — обернулась уже у самой двери, — Пообещай мне, что не будешь расспрашивать Николая о моем прошлом.

Скривился, словно проглотил лимон целиком.

— Эх, — выдохнул огорчённо, потому что именно это собирался сделать, — Вот что за невезуха.

— Он что, ни о чём не знает? — вытаращив глаза, изумленно поинтересовался Безумец.

— Нет, — покачала головой Свиристель.

— Охренеть.

— Влас, ты обещаешь? — еще раз повторила мать.

— Обещаю, — пробормотал с досадой.

Как только Анастасия с Владимиром скрылись за дверью, попросил Малахова переместиться на небольшой диван. Он, конечно, был мал здоровяку, но всё лучше, чем в кресле.

— Я погружу тебя в сон, так будет проще.

— Ай, делай чего хочешь, — отмахнулся Безумец.

По внешнему виду никто и никогда не сказал бы, что Николай волнуется, но я прекрасно видел состояние его души. Безумец был в полнейшей панике, но после моих заклинаний, которые притупили его чувства, сумел удержать себя в руках.

Не скажу, что лечение Малахова далось мне легко, наоборот, пришлось знатно попотеть.

Давно я так не напрягался. Если бы не экспедиция в Высокочастотную зону и расширение источника, вряд ли что-то сумел сделать.

Продавить «СЕРУЮ ГНИЛЬ», восстановить каналы и заполнить их чистой маной оказалось не так-то просто.

Через три часа я закончил последнюю фазу и наложил конечное заклинание, тут же опустившись на пол и растянувшись вдоль дивана. Руки тряслись как у запойного алкоголика, а ноги совершенно не держали. Во избежание падения я даже не пытался принять вертикальное положение.

Тяжелый случай. Даже вытравливая магического паразита из матери, я устал гораздо меньше.

— Уже всё? — пробормотал пришедший в себя Безумец.

Хотя, какой он теперь Безумец, вполне себе нормальный мужик, такой же, как и все остальные.

— Ага, — прохрипел невнятно.

— Парень, ты как? — подорвался с места Николай, видя, что я валяюсь на полу.

— Жить буду. Дай пару минут и порядок.

Я, конечно, преувеличил, на восстановление потребуется гораздо больше времени, но уверен, что к утру я буду снова как огурчик.

— Точно? — забеспокоился Малахов.

— Вполне. Лучше прислушайся к ощущениям, — Как себя чувствуешь?

Некоторое время в кабинете стояла полная тишина, а потом мои уши разрезал радостный вопль.

— Да-а-а! Ты это сделал парень! У тебя получилось! А я ведь до конца не верил! Ох, как же хорошо, как спокойно. Такое чувство, что помолодел лет на двадцать. А внутри… внутри… Петь хочется.

— Ээ-э, нет, давай вот без этого, — я ползком попытался перебраться в другую сторону кабинета, подальше от Безумца.

В мозгу проскочила шальная мысль: — А не спрятаться ли под столом? Может я переборщил с вливанием чистой маны? Такое ощущение, что Николай сейчас бросится в пляс, ещё затопчет ненароком.

Правда эту крамольную мысль я очень быстро отбросил в сторону. Темный Властелин никогда и ни от кого не прячется.

К счастью, всё обошлось, и Безумец быстро успокоился, а дальше полились слова благодарности.

Что бы не слышать этого словесного поноса, сформировал воздушные беруши, и приподнявшись, блаженно откинулся на спинку дивана, смотря, как беззвучно открывается и закрывается рот Малахова.

Судя по тому, что Милюков со Свиристелью ворвались в кабинет с взволнованными лицами, можно было с уверенностью сказать, что благодарил Безумец меня очень громко.

Договор мы всё-таки подписали, правда часа через два, а потом… Потом я, держась за стены, с трудом поплёлся к себе в комнату. От помощи категорически отказался, ибо нефиг, я сам способен добраться до своих апартаментов.

Утро выдалось серое и туманное. Настроение тоже оказалось ему под стать. Вроде бы, наоборот, должен радоваться, что никаких проволочек не возникло, но почему-то не получалось.

С обитателями усадьбы попрощались по-быстрому. Выслушали пожелания доброго пути и загрузились в машину.

Отвезти нас вызвался Михаил. Подумав немного, я плюхнулся на заднее сидение автомобиля рядом с матерью и всю дорогу продремал.

На вокзале, простившись с Садаловым, сразу устремились к перрону.

Полчаса ожидания и вот мы уже расположились в вагоне. Свиристель еще вчера забронировала купе, так что попутчиков у нас не было.

— Влас, как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно произнесла женщина, даже приложила ладонь к моему лбу, пытаясь проверить температуру.

— Нормально. Просто спать хочется.

— Тогда ложись.

Лёг и как ни странно, проспал почти сутки, а на следующий день уже был бодр и весел.

Поначалу не мог понять, что такое со мной произошло, а потом сообразил: всего лишь последствия снятия «СЕРОЙ ГНИЛИ».

Прислушался в себе. Отлично. Никаких изменений. Всё, как всегда.

Кстати, надо бы найти того ублюдка, который заразил Безумца. Уж я бы ему глаз на жопу натянул.

Прибыв в столицу, первым делом необходимо было определиться с ночлегом.

Этот вопрос решила взять в свои руки Свиристель.

— Первое время поживём в отеле, а потом я найду дом.

— Я не против, — пожал плечами, — Мне как-то всё равно где ночевать, главное, чтобы кормили хорошо.

— Оо-о, поверь, разочарован не будешь.

Небольшой частный отель с дурацким названием «Весёлый мот» встретил нас шумом и гамом.

Быстро заказав комнаты, решили сразу пройти в бар-ресторан и подкрепиться с дороги.

Стоило попасть внутрь, как в нашу сторону полетело чье-то тело. От неожиданности я чуть не запустил в летящую тушку заклинание, хорошо, что сдержался. Отодвинул нажравшегося в ноль мужика в сторону и указал на крайний столик в глубине зала.

— Давайте быстрее, там вроде свободно.

— Ага, — кивнул Милюков, шустро заработав локтями.

— Свиристель, ты куда нас привела? — спросил я, с возмущением оглядывая разношерстные компании людей, явно не аристократического происхождения. Высокородные тут тоже присутствовали, но их оказалось очень мало: человека три-четыре. Это которых я успел заметить.

— Нормальное место. Не хуже других, зато здесь можно не бояться натолкнуться на кого-то из рода Потёмкиных.

— Так я не боюсь, наоборот с удовольствием встретился бы с некоторыми.

— Или стал снобом и считаешь ниже своего достоинства поселиться в подобном месте?

— Пф-ф, какая глупость. Мне тут даже нравится.

— Вот и отлично. Не забывай про Свиридова. В первую очередь мы ищем его. Я уверена, что Паша здесь останавливался.

— Уверена она, — проворчал недовольно, — С чего бы это?

— С того, что именно я предложила ему поселиться в этом отеле, если он окажется в столице.

Наконец, достигнув цели, я плюхнулся на маленький диван из кож заменителя.

— Я схожу, закажу перекусить, — бросил Милюков на ходу, тут же растворяясь в толпе.

— Ты права, кормят здесь отлично, — протянул я после того, как нам принесли три горшочка запечённого мяса с овощами, сырную тарелку и несколько разновидностей салатов.

Насытив желудок и более-менее осмотревшись, понял, что народа прибавилось ещё больше, но, как ни странно, музыка не била по ушам, наоборот, стала более тихой и расслабленной. На сцене крутила полуголой попкой стриптизёрша, на которую я непроизвольно засмотрелся.

— А что, неплохо, вообще-то.

— Ну, а я что говорила?

Уже собирались уходить, как в баре началась потасовка, одна компания парней что-то не поделила с другой, а у меня почему-то начали зудеть кулаки, так захотелось кому-то набить морду без использования магии.

Драка, начала набирать обороты, постепенно увеличивая количество участников.

— Может, пойдём уже? — посмотрев на нас с Владимиром, произнесла Свиристель, но увидев мои загоревшиеся глаза, махнула рукой.

— Милюков, давай развлечёмся? — предложил майору, кивнул головой на мутузивших друг друга парней.

— А тебе разве развлечений не хватает? Мне вот — вполне.

— Ээ-э, ты не прав. Нет ничего лучше хорошей драки.

Анастасия дернула друга за рукав.

— Не мешай, пусть Влас развеется, — и плавно огибая людей, словно пробиралась не сквозь толпу машущих руками мужиков, а шла по бальному залу, двинулась в сторону выхода.

Я в это время уже вовсю молотил кулаками, ловко уворачиваясь от ударов.

Милюков радостно подбадривал меня со стороны.

— Давай, Влас! Врежь ему! Сильнее! Да не туда! Меть в горло! Ниже! В солнышко, давай! В солнышко!

Если бы последовал его советам, половина участников драки к её концу оказались бы трупами.

Когда потасовка закончилась, я, чуть запыхавшийся, но довольный приземлился на диван рядом с майором.

— Эх, красота! — протянул радостно, и схватив заказанное Милюковым пиво, за раз выдул полную кружку.

Пора было отправиться на отдых, потому что завтра предстоял очень сложный день.

Номера сняли на втором этаже. Один на двоих нам с Владимиром и второй — Свиристели.

Небольшое, но уютное помещение встретило нас тишиной.

Милюков мгновенно рухнул на кровать и захрапел.

А вот мне не спалось, выдрыхся в поезде, поэтому уселся в кресло, взял из мини-бара бутылку светлого пива и включил телевизор.

Примерно в половину одиннадцатого сработала моя сигналка. Дверь в комнате матери отворилась.

Вскочил с места, и глянув на продолжающего храпеть Милюкова, тихонько вышел в коридор, сразу же заметив на лестнице, знакомую фигуру Свирристель.

Анастасия, накинув на себя черный плащ с капюшоном, быстро спускалась вниз.

— И куда же ты направилась, мама?

Нога Свиристель не вступала на ночные улицы Петербурга уже более двадцати лет. Оглядевшись вокруг и не заметив ничего подозрительного, женщина неспешной поступью отправилась вниз по улице. В душе начали подниматься азарт и возбуждение, но Анастасия подавила возникшие не к месту чувства. Не для того она вернулась в столицу, чтобы снова наступать на те же самые грабли. Сейчас важно было сделать только одно: получить купчую на дом, да так, чтобы никто не догадался, кем именно являются его новые владельцы.

Можно было обратиться к Самойловой, той самой, которую её сын сделал управляющей наследством, но рисковать Свиристель не хотела. Наверняка Потёмкин старший уже установил за Любовью наблюдение, а попадаться бывшему мужу на глаза женщина раньше времени не хотела.

Чем дальше она шла, тем чаше на пути Анастасии попадаться обедневшие дома. По темным стенам, покрытым копотью и грязью, да захламленным мусором улочкам, можно было понять, что она попала в нижний квартал, где обитало всякое отребье. Кроме обыкновенного ворья, подстерегающего заблудившихся путников, да наивных провинциалов, забредших по незнанию на скверные улочки столицы, здесь находились заведения, где за определенную плату можно было нанять профессионалов из гильдии убийц и воров. Свиристель шла именно в такой кабак.

Сзади послышался шорох, и Анастасия плавным движением развернулась в пол оборота, одновременно с этим, выхватив неуловимым движением кинжал, который в ту же секунду оказался прижатым к шее незадачливого грабителя.

— Ай, ай, ай. Как нехорошо грабить бедную, беззащитную женщину, — произнесла Свиристель шипящим голосом, тут же оглядываясь по сторонам, так как прекрасно знала, что поодиночке здесь мало кто ходит, тем более — на дело, и заметила ещё двоих бандитов, подкрадывающихся с разных сторон.

Помнится раньше, она могла спокойно пройти по нищему кварталу в любое время дня и ночи. Все, кто встречались ей на пути, отходили с дороги, а чаще — разбегались и норовили спрятаться, лишь бы не попасться на глаза Летучей Мыши.

Быстрый взмах второй руки и игла с сонным зельем вонзилась прямо в щеку второго нападавшего. Он еще сделал пару неуверенных шагов, а затем, кулем рухнул на землю.

Заклинаниями Свиристель не пользовалась специально, чтобы в случае чего, никто не стал искать одарённого. А вот простые разборки без использования магии никому не интересны.

Именно поэтому она взяла набор игл, которыми не пользовалась уже очень давно и успела убедиться, что сноровка никуда не делась.

Третий бандит бросился вперед, намереваясь застать врасплох и поразить Анастасию тупым кинжалом, но резкий выпад ногой отправил горе-грабителя в дальний полет. Приземлившись на землю, он скорчился и застонал от боли.

— И что мне с вами делать? — задумчиво произнесла Свиристель, так и не убрав лезвие от горла первого нападавшего, которого заметно потряхивало от страха, — Пошли прочь, шавки, — презрительно бросила она, отойдя в сторону, — И дружка своего заберите.

Эх, разборки с людьми, это вам не разборки с монстрами. Здесь надо быть осторожней, один неверный шаг и противник — труп, а оставлять за собой дорожку из тел Анастасия не собиралась.

Значит, придется действовать аккуратно.

Два бандита торопливо склонились над третьим, и подхватив его под руки, потащили прочь, стараясь как можно скорее скрыться от женщины. Недотёпы быстро сообразили, что жертва превратилась в хищника и теперь бояться нужно именно им.

— Стойте! — раздался за их спинами властный голос.

Свиристель покачала головой, понимая, что совсем растеряла навыки за последние годы бездействия. За собой всегда нужно было прибирать.

Догнав удирающую троицу, она нависла над бесчувственным парнем и проворно вытащила длинную острую иглу, обтерла её о кафтан незадачливого бандита, а затем, ловко спрятала в рукаве.

— Теперь можете идти.

Грабителей словно ветром сдуло.

Глава 5

Скрываясь в ночной тени под плотным «СКРЫТОМ», я следовал за матерью. Стычка в темном переулке с бандитами повеселила. Анастасия разобралась с ними, как с неразумными кутятами. Хорошо хоть не прибила, а ведь могла.

Переживать за Свиристель даже не думал. С её рангом гранд-мастера, она в одиночку могла уничтожить весь этот район, а уж справиться с какими-то тремя отморозками, вообще плёвое дело.

Увидев, что Анастасия подошла к бару, нахмурился. Сейчас я находился от неё на небольшом отдалении, но если последую внутрь, то она меня поймает с поличным.

Не успел об этом подумать, как женщина резко развернулась и устремила взгляд точно в то место, где я должен был находиться.

Видеть она меня не могла, но явно что-то почувствовала.

— Эх, не быть мне шпионом? — вздохнул обречённо, когда Анастасия поманила ладонью, затянутой в черную кожаную перчатку.

— Влас, иди уже сюда.

Скинул невидимость.

— Как ты меня обнаружила и главное — когда?

— С трудом, — хмыкнула Свиристель, — А на счёт когда… В самом начале.

Вскинул брови.

— Не может такого быть. Я действовал очень аккуратно.

— Но так и есть. Не переживай, тебя самого я не заметила, а вот скрипнувшую за спиной дверь, было прекрасно слышно, так что догадаться не трудно, кто именно вышел из номера.

— Понятно. Мой просчёт. Что теперь? Отправишь обратно?

— А ты разве уйдёшь?

Нахально улыбнулся.

— Конечно, нет.

— Тогда зачем спрашиваешь? Единственная просьба: сделай вид, что ты не со мной и ни во что не вмешивайся.

— Есть, командир!

Окраинный бар «Рожки да Ножки» встретил нас со Свиристель полутьмой и сидящими за столами мрачными типами. Невзрачная одежда, надвинутые на глаза капюшоны скрывающие лица, делали посетителей таверны безликими и неприметными, но стоило кому-нибудь из них вскинуть голову, сразу можно было увидеть стальной как лезвие бритвы взгляд: оценивающий, холодный и несущий смерть.

Мать сразу направилась вглубь зала, а я подошел к первому попавшемуся столику и уселся на деревянную лавку, собираясь внимательно наблюдать за происходящим.

Анастасия оглянулась по сторонам, выхватив из полумрака знакомые очертания предметов, и мимолетно улыбнулась. Почти всё осталось так же, как и двадцать лет назад, только у стоящего за стойкой Армана в волосах начала проскальзывать седина, да между бровей появилось несколько новых, глубоких морщин.

Женщина стразу направилась в его сторону, плавно огибая случайно попадавшихся на пути посетителей.

— Освободи место, — бросила она сидевшему за барной стойкой охраннику.

Мужчина медленно повернулся, надеясь одним своим взглядом запугать наглую незнакомку, посмевшую заговорить подобным тоном, но тут же поперхнулся, встретившись с почти забытыми насмешливыми глазами. Слишком знакомым оказалось лицо, скрывающееся под капюшоном. Матвей несколько раз моргнул, протёр для достоверности глаза, но стоящая рядом женщина не исчезла, наоборот, нагло усмехнулась и кивнула головой: мол, давай, пошевеливайся и поднимай задницу со стула.

— Летучая Мышь? — прошептал он поражённо.

— Тихо ты, — в глазах Анастасии уже не было насмешки, в них появилось недовольство и раздражение.

Охранник вздрогнул. Он ещё помнил те времена, когда кому-то случалось вызвать неудовольствие на лице этой женщины. В большинстве случаев такие неудачники не доживали до утра.

— Не дергайся, Мотя. Сходи погуляй, мне с Арманом переговорить нужно, и держи язык за зубами, — Свиристель похлопала мужчину по спине, и он вздохнул с облегчением, поднимаясь и уступая место.

Отходя в сторону, охранник подал Арману знак, чтобы тот подошел к загадочной посетительнице, а сам встал чуть в отдалении, зорко наблюдая, чтобы никто не помешал разговору его хозяина с Летучей Мышью.

Арман по обыкновению решил, что в его трактир пришла очередная дама из высшего квартала, решившая стать вдовой и заказать смерть опостылевшего мужа или поквитаться с соперницей. За свой долгий век он повидал не мало, уже ничему не удивляясь и философски относясь к жизни.

— Леди, чем могу помочь? — произнес мужчина хриплым голосом, пытаясь разглядеть под капюшоном лицо незнакомки.

— Кое-чем можешь, старый друг, — хмыкнула в ответ женщина и подняла голову, — Документы на дом сохранились?

— Мышь? — тихо охнул владелец бара, — Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя возвращаться в столицу. Слишком опасно.

— Так сложились обстоятельства.

— Цербер с тобой?

— Где же ему ещё быть?

— Хм-м, значит оба живы, а я думал, что всё, кончилась Летучая Мышь.

— Не дождёшься.

— А знаешь, я рад тебя видеть, подруга.

— Взаимно. Арман, мне бы не хотелось задерживаться в этом месте дольше необходимого…

— Понял. Подожди немного.

Мужчина юркнул в тёмную нишу и исчез. Долго ждать не пришлось. Владелец бара, как и обещал, через несколько минут вновь предстал перед глазами Анастасии.

— Держи, — протянул он свернутый в трубочку документ.

— Спасибо, что сохранил.

— Это меньшее, что я мог для тебя сделать. Если не секрет, что привело тебя в Петербург?

— Много будешь знать… — в голосе женщины послышались предупреждающие нотки.

— Понял, молчу. Единственное, хотелось бы понять: ты надолго в столицу?

— Посмотрим по обстоятельствам, — пожала плечами Анастасия, всем своим видом показывая, что сказать ей по этому поводу больше нечего и поднялась с места, — До встречи, Арман.

— Где вы остановились? — окликнул её мужчина.

— У «Весёлого мота».

Владелец бара покачал головой.

— Нехорошее место. Туда часто наведываются люди Кривой ноги.

Анастасия в удивлении вскинула брови.

— Серьезно? Этот идиот выбрался в срединный Петербург?

— Угу. Не смотри, что с первого взгляда отель выглядит вполне себе респектабельным. Ночами там творится то еще непотребство. Даже я себе такого не позволяю.

— Что именно? — нахмурилась Свиристель.

— Подпольная торговля запрещёнными ингредиентами, выбивание долгов, темные сделки, похищения, заказные убийства, а ещё я слышал, что Кривая нога поставляет девочек в третьесортные бордели. Мой тебе совет: съезжайте оттуда. Дом у вас теперь есть, там, кстати, полный порядок. Пара слуг, всегда следят за чистотой и ухаживают за садом, — Арман краем глаза заметил двинувшуюся в их сторону фигуру и махнул рукой Анастасии, — Иди, нечего тебе тут отсвечивать, если хочешь остаться не узнанной.

Женщина, молча, кивнула и поспешила удалиться. Нужно было возвращаться назад, а заодно провести с сыном серьёзную беседу.

Арман же задумчиво потёр подбородок, глядя в след старой знакомой.

Если Мышь останется в городе, скучно точно не будет, правда сам он предстоящему веселью не был особо рад, решив для себя, что будет держаться как можно дальше от данной особы. Он был многим обязан Летучей Мыши, но и многое благодаря ей потерял.Владелец бара вздохнул, надеясь, что старая подруга в этот раз не станет впутывать его в свои дела, но в глубине души в это не верил.

— Григорий, зачем пожаловал? — глухо произнес он, глядя на подошедшего коренастого мужчину с тонкими, закрученными вверх усиками.

— Есть у меня к тебе одно дело, Арман.

Естественно, случившийся разговор между матерью и владельцем бара «Рожки да Ножки» я прекрасно разобрал, усилив заклинанием слух, но пока не спешил что-либо спрашивать, решив сначала обработать полученную информацию самостоятельно.

В принципе, мои подозрения подтвердились, да — я не был уверен в своих выводах на сто процентов, но всё говорило о том, что моя теория оказалась верной.

По дороге не промолвили ни слова, обоюдно решив оставить разговор до возвращения.

Видел, как была напряжена мать, которая мысленно готовилась к предстоящему разговору и не знала с чего начать, поэтому, вернувшись в «Весёлый мот», предложил Свиристель зайти в бар-ресторан и пропустить по стаканчику виски. Может, полегчает?

Не понимал я её переживаний. Ничего такого, о чем я уже не догадался, женщина сообщить мне не могла.

Или всё же могла?

Не суть важно. Чем бы она не занималась в прошлом, для меня это не имело значения.

Удивительно, что в баре почти все столики оказались свободными. Лишь две небольшие подвыпившие компании весело проводили время, наслаждаясь обществом девиц легкого поведения, пара бандитского вида пацанов пили пиво за угловым столиком, да худенькая девушка, натянувшая капюшон толстовки чуть ли не на глаза, нервно выстукивала по столешнице барабанную дробь в ожидании заказа.

Указал взглядом на самый дальний столик и первым направился в его сторону.

Как только принесли выпивку, Анастасия взяла бокал и сделала два глубоких глотка.

Я в это время молчал, глядя, как на лицо матери возвращается румянец.

— Поговорим? — спросил осторожно, стараясь не давить, а то, кто этих женщин знает, взбрыкнёт и потом клещами ни слова не вытянешь.

— Ты же сам всё видел, наверняка догадался чем я раньше занималась.

— Примерно, но хотелось бы услышать от тебя. Твоя связь с теневой сферой города меня абсолютно не удивила, но хотелось бы узнать к какой гильдии ты относишься.

— Гильдии? Нет. Я не имею отношений ни к одной из них. Летучая Мышь всегда была сама по себе.

— Так ли это? — произнес вкрадчиво.

Свиристель замялась.

— Ну-ууу, не совсем. Я работала… на корону, — добавила мать с небольшой задержкой.

— Почему-то я так и подумал. Что ты делала для короны? А может, не просто для короны, а для самого императора?

— Может, — хмыкнула Свиристель, не отвечая: ни «да», ни «нет», — А насчёт того, что делала: многое.

— А если подробнее? Я ведь всё равно узнаю.

Свиристель вздохнула и потёрла лицо руками.

— Я была самой неуловимой убийцей на службе Империи.

— Хм-м, то есть, убирала неугодных?

— Не только. Мои обязанности были очень широкого профиля, но тебе о них знать не стоит.

— Тогда скажи одно: Свиристель, Анастасия Вараева, Анна Самохина, Летучая Мышь, и наконец, Екатерина, извини, не знаю отчества. Какое из них настоящее?

— Последнее. Фамилию не спрашивай.

— Хорошо. В общем и целом понятно, но я уверен, что это ещё не всё.

— Почуяла собака кость, — проворчала Свиристель, — Хватит с тебя на сегодня. Моя очередь выслушивать признания.

Ну что же, когда-нибудь этот момент должен был наступить.

Уже открыл рот, чтобы выдать заранее заготовленную версию, но не успел произнести ни слова. Моё внимание привлекла сидящая в противоположном конце зала худенькая девичья фигура и двое амбалов, которые под весёлое улюлюканье направились в её сторону.

Мне даже не пришлось применять заклинание, чтобы услышать, что именно говорят парни.

— Доброй ночи, красавица. Не скрасишь ли ты наш досуг?

— Что? — рассеянно послышалось от девушки, которая, по-моему, не до конца поняла, сделанное ей предложение.

— Твой мужчина ушел, оставив тебя скучать, так почему бы не подняться в нашу комнату. Все веселее, чем сидеть тут в одиночестве.

— Спасибо, но я дождусь своего спутника, компания мне не нужна, — произнесла девушка тоненьким, но довольно уверенным голосом, который показался знакомым.

Где я его слышал?

Не помню.

Внимательнее всмотрелся в лицо, скрытое капюшоном, но девушка повернулась так, что её невозможно было разглядеть.

— Детка, это не предложение, а констатация факта, — один из мужчин уселся рядом и положил ладонь ей на колено.

Девчонка дернула ногой, скидывая чужую руку, намереваясь подняться, но тут же оказалась в плену крепкой хватки.

— Не ломайся.

Застыв на мгновение, незнакомка позволила телу расслабиться, почувствовав шаловливые пальчики, пробирающиеся под юбку, и скривилась от отвращения, чтобы в следующую секунду со всей силы ударить локтем в солнечное сплетение держащего её мужчины, а затем, отскочила в сторону, так как второй начал двигаться вперёд с самым что ни на есть злостным выражением лица.

— А ну, иди сюда, дрянь!

Посмотрев на одного из обидчиков согнувшегося пополам, довольно улыбнулся.

Молодец, девчонка, смогла за себя постоять! Боевая!

— Где же ты, Коленька? — девушка бросила мимолетный взгляд на пустую лестницу, ведущую на второй этаж, и забежала за соседний стол.

Жаль, что с к неё собой не было меча, уж тогда бы она показала, на что способна, правда девушка не была уверена, что смогла бы пустить смертельное оружие в ход против живого человека. Сейчас ей нужна была только ловкость и сноровка, чтобы выиграть время и дождаться любимого. Растерявшись в незнакомой и опасной ситуации, она даже не вспомнила, что владеет магий.

Управляющий отеля, выглянул в зал, и увидев двоих развлекающихся господ, поспешил скрыться из виду. Нечего ему встревать в такие разборки. Подумаешь, захотелось парням потешить плоть с молодой девкой, от нее не убудет. Ему не стоит даже пытаться оговаривать каждого молодчика, а то «Весёлый мот» придет в упадок уже через несколько месяцев, да и Кривой ноге может не понравиться, что Пётр помешал получить удовольствие его людям.

Я внимательно следил за развитием ситуации, Свиристель делала тоже самое. Я и мать были готовы в любой момент прийти на помощь невезучей девчонке. На шлюху девушка точно не была похоже, скорее, на дочь богатого торговца или мелкого аристократа, сбежавшую из дома вслед за каким-нибудь ловеласом, вскружившим наивной малышке голову.

Вот ведь, дурёха. Выпороть бы как следует, чтобы в следующий раз неповадно было.

— Может вмешаемся? — поинтересовалась Свиристель.

— Позже. Хочу сначала посмотреть на развитие сюжета.

— Влас, это тебе не кино, а реальная жизнь. Девочке нужна помощь.

— Успеем. Вдруг она сама справиться?

— Очень сомневаюсь, — скептически фыркнула Анастасия.

В это время девушка гордо вздернула подбородок, хоть её сердце заходилось от страха в бешеном ритме. Руки тряслись от понимания того, что ей не справиться с двумя взрослыми мужчинами, но и сдаваться она не собиралась.

Взгляд людей, стоящих напротив, вызывал оторопь и заставлял пятиться назад. Для двух верзил она была пустым местом, даже не человек, так, вещь, которой можно попользоваться и выбросить.

Один из них ухватил её за рукуи резко дернул на себя.

— Получай! — рявкнула девчонка и выбросила руку вперед.

— Ох! — воскликнул мужчина и грязно выругался, схватившись за нос, из которого закапала кровь.

— Так тебе, — обрадовалась девушка.

Правда радость её длилась недолго. Пострадавший от женского кулака ублюдок, распрямился. На лице мужчины пробежала волна ярости.

— Ты пожалеешь об этом, девка! — злобно рыкнул он.

Малышка вздрогнула, отступив ещё на шаг назад.

Отвлекшись на одного нападавшего, она на мгновение выпустила из виду второго, который резко перескочил через разделяющий их стол и скрутил руки, не успевшей опомниться девчонке.

— Ой! — воскликнула она, но было поздно.

— Я держу её, Клим.

— Прекрасно, — на лице второго появилась глумливая ухмылка, — Теперь мы с тобой развлечёмся.

Девушка с ужасом смотрела на приближающегося ублюдка, при этом дергалась и вертелась, стараясь вырваться из жесткой хватки, не понимая, как она могла так легко позволить себя поймать.

Неужели все годы обучения тайком от отца и братьев, не дали никаких результатов? Зачем ей умения боя, сила и выносливость, если она не может справиться с нападавшими? На глаза стали наворачиваться слезы обиды и злости на саму себя.

— Пустите! Я буду кричать! — привела последний аргумент девчонка, в ответ услышав только язвительный хохот.

— Кричи, сколько влезет. Думаешь, тебе кто-то придет на помощь? Вряд ли.

Как бы девушке не хотелось самой справиться с ситуацией, растерянность и неопытность не позволяли ей избавиться от обидчиков, и она сделала то, что пообещала. Она закричала.

— ПОМОГИТЕ!

Я обвел взглядом зал. Ни один человек не поднялся с места. Несколько парней кинули мимолётный взгляд на начавшую дрожать от страха девчонку и отвернулись.

Вот же, сцуки!

Медленно поднялся из-за стола, еще раз глянув на девушку, но та опять повернулась боком.

Рыкнул, вновь не сумев разглядеть лицо. Почему-то казалось, что я с ней знаком. В это время один из ублюдков сдернул с неё капюшон, темные волнистые волосы рассыпались по плечам, падая на лицо. Малышка дернула головой и я, наконец, сумел её рассмотреть.

Изо рта непроизвольно вылетел грозный рык, кода я понял, кого именно зажали в углу два урода.

— Убью!

Муза хочет кушать, а питается она лайкосами. Накормите, пожалуйста, несчастную голодающую.))

Глава 6

— Позволь мне разобраться, сынок, — прошептала мать, — Ненавижу насильников, — в последней её фразе проскочило что-то личное и я остановился, с трудом сдерживая себя, чтобы не броситься вперед и не разорвать тех, кто напал на мою СЕСТРУ, ту самую, которую я встретил в тёмном коридоре особняка Потёмкиных более трёх месяцев назад.

Такое ощущение, что это было вчера. Олеся — забавная малышка, незлобная, хоть и временами заносчивая. Влюбленная, как там его… графа Саварина.

Мля-я-я, если это придурок притащил её сюда и оставил одну, голову оторву ублюдку!

— Хорошо, действуй, — кивнул матери, которая молнией метнулась вперёд.

Глазом не успел моргнуть, как сестра оказалась свободна, а нападавшие на неё лежали на полу, корчась от боли.

— Милая, как ты? — послышался голос Свиристели, которая взволнованно глядела на девушку и ласково поглаживала ту по щеке.

От всего пережитого Олесе хотелось плакать, но она мужественно сдержала слезы и лишь кивнула, давая понять, что с ней всё в порядке.

Я же в это время, молча, стоял над поверженными противниками, сжимая кулаки и борясь с искушением прибить мерзавцев.

— Вы поплатитесь за это, — прошипел один из мужчин, — Вы даже не представляете, кому перешли дорогу. Тебя, вонючий наемник, скоро найдут в ближайшей канаве с перерезанным горлом, а тебя, сука, ждёт намного худшая участь. Будешь раздвигать ноги во второсортном борделе.

— Заткнись, — прорычал я и со всей силы пнул говорившего под ребра, вызвав у того громкий стон.

— Успокойся. Не стоит так нервничать. Вот, возьми… — протянула Свиристель, достав из-под полы плаща полученный ранее документ, — Тут адрес. Отвези девочку в наш новый дом.

Девочка же в это время подняла на меня глаза, и наконец, разглядела кто именно оказался перед ней.

— В-влас? — заикаясь, пробормотала Олеся.

— Привет, сестрёнка.

— Оп-па, как интересно. Сестрёнка значит? — прищурилась Анастасия.

— Угу, — вздохнул я.

— Хотела бы я знать, что ты забыла в этом баре, девочка, да только время сейчас неподходящее, — пробормотала Свиристель.

— Полностью с тобой согласен, — произнес строго, многообещающе глядя на Олесю, которая сжалась под моим взглядом.

— Забирай сестру и уходите.

— Вот это вряд ли, — хмыкнул в ответ.

— Влас, не стоит подвергать девочку опасности.

— Во-первых — она сама себя ей подвергла. Во-вторых — я Олесю в обиду не дам в любом случае. Если придётся, весь этот отель в порошок сотру, но её никто не тронет, а уходить я не собираюсь. Хочется посмотреть, что будет дальше. Интересно же… А Олеся пусть побудет во-он за тем столиком, — указал туда, где мы недавно сидели со Свиристелью, — Да сестрёнка? — грозно глянул на девушку.

— Да, брат.

Анастасия поняла, что спорить со мной бессмысленно и кивнула.

В моих глазах плескалась холодная, бешеная ярость, какую мать ещё ни разу не видела.

Я сам не понимал себя в данный момент. Обычно подобное поведение было для меня не свойственно.

Даже за Машу Измайлову и Свету Сумарокову я не переживал так сильно. Может быть потому, что знал, они способны за себя постоять. К тому же, монстры — это одно, а люди — совсем другое. Я готов был растерзать ублюдков, которые покусились на мою семью. Как бы я не ненавидел некоторых представителей рода Потёмкиных, Олеся в их число не входила.

Руки сами собой потянулись к одному из ублюдков, но громкий голос матери вернул в реальность.

— Олеся, девочка, иди, посиди за крайним столиком и ничего не бойся.

— А я и не боюсь, — начала храбриться сестра, но послушно потопала туда, куда указала Свиристель.

Как только Олеся отошла на безопасное расстояние, Анастасия прошипела не хуже рассерженной кошки:

— Не двигайтесь, если хотите жить

— Госпожа, — из-за угла показалась физиономия управляющего бара-ресторана, — Вы совершаете ошибку. Думаю, вам стоит уйти, пока не поздно. Скоро здесь появится люди, с которыми вы вряд ли захотите иметь дело.

Свиристель, хмыкнула и выгнув бровь, насмешливо посмотрела на мужчину.

— Стража? — поинтересовался я и глянул на мать, которая не выказывала никаких признаков беспокойства.

— Нет, — ответит управляющий, — Кое-кто намного страшнее.

— Ты что, решил нас запугать? Не выйдет. Пожалуй, мы дождёмся твоих страшных друзей. Я ведь прав, это ты их вызвал? — в моем голосе не было ничего, кроме издёвки.

Я не боялся бандитов, наоборот, с радостью готов был с ними встретиться и «поговорить по душам».

Глянув на мать, понял, что наши желания совпадают.

— Мой друг прав, мы с удовольствием с ними побеседуем, — подтвердила мои слова Свиристель.

Управляющий кивнул, сузив глаза. Раз женщина так хочет, это её право, он мешать не будет.

— Потом не говорите, что я не предупреждал.

— Тоже мне, благодетель нашелся. Где ты был, когда эти двое напали на девушку? — процедил я.

— Ничего бы с этой девчонкой не случилось. Подумаешь, раздвинула бы в очередной раз ноги…

Не успел он договорить, как мой кулак с хрустом вошёл в его переносицу.

Ублюдок дёрнулся, намереваясь ответить, но я резко выбросил вперед руку и сжал его горло.

— Не пытайся создать заклинание, пожалеешь, — процедил сквозь зубы, сильнее сдавливая пальцы.

— Да я тебя…

— Ещё одно слово и ты труп.

Одарённый из управляющего был никакой, не выше третьего ранга. Даже, если бы он меня атаковал, не смог пробить защиту.

Стоило ублюдку посмотреть в мои глаза, он понял, что я выполню угрозу, не задумываясь.

— Молчу, — просипел он, лишаясь остатков кислорода.

— Влас, не надо, отпусти, — мягко произнесла Свиристель, положив мне на плечо руку и несильно сжав в знак поддержки.

Честно говоря, хотелось сломать уроду шею, но я сдержался.

— Живи, — произнес раздражённо и разжал пальцы.

— Хр-р, хр-р, — почувствовав, что давление на горло ослабло, управляющий захрипел и закашлялся, судорожно хватая ртом воздух.

— Проваливай. Чтобы я тебя не видел в ближайшее время, иначе пожалеешь, что родился на свет.

Управляющий кивнул и бросился к ближайшей двери, правда пару раз обернулся и кинул злобный взгляд на нас со Свиристелью, а затем, оскалился в предвкушающей улыбке.

Люди, оставшиеся в баре-ресторане, мгновенно почуяли неладное и потихоньку потянулись на выход.

Пусть валят. Меньше народа — больше кислорода. К тому же, лишние свидетели дальнейших разборок нам ни к чему, а то, что они будут, я не сомневался.

Обидчики сестры в это время завозились на полу, пытаясь подняться и постанывая от боли. Один укачивал сломанную руку, а второй зажимал окровавленный бок.

— Не скулите, от таких ран не подыхают, — бросил насмешливо.

Уроды только злобно сверкнули глазами, но открыть рот побоялись, начиная понимать, что странного парня и его спутницы, которая одолела их одной левой, можно ожидать чего угодно.

За дверью послышались шаги, а затем, в сопровождении хорошо вооруженных людей, в зал вошел пожилой грузный мужчина, опирающийся на трость.

— Миша, какого хрена? Зачем нужно было поднимать меня посреди ночи? — обращаясь к семенящему рядом управляющему, недовольно произнес он.

— Прости Демьян, — пропищал тот, а затем, махнул рукой в нашу сторону.

Глазам Кривой ноги, а это был именно он, предстала интересная картина: высокий темноволосый парень, вальяжно развалившийся на скамье с глумливой ухмылкой, прислонившаяся к нему молодая девушка, и закутанная в плащ женщина, лениво играющая небольшим клинком, а также два избитых придурка, подпирающих стену и тихо скулящих от боли.

— И? — не понял пришедший.

— Твои ребята хотели поразвлечься с девчонкой, в итоге, пострадали сами.

Мужчина хмыкнул.

— Интересно, и кто же отделал моих парней: этот малолетка или старая потаскуха? Про молодку молчу, явно ни на что не способна, — произнес он тихим, шипящим голом, дав команду своим охранникам взять нас в кольцо.

— Баба, — наябедничал управляющий.

— Вот как… Женщина, ты знаешь, какое наказание ждёт тебя и твоего спутника за то, что ты тронула моих людей?

Свиристель заранее спрятала лицо и опустила голову, за что я назвал её интриганкой.

Из-под капюшона послышался мрачный смешок.

— А ты знаешь, какое наказание ждёт твоих людей за то, что они посмели тронуть эту девочку?

Я не вмешивался, внимательно наблюдая за происходящим и готовясь в любой момент принять на себя атаку, ибо из шести охранников Кривой ноги, четверо были вполне неплохими магами, хотя, куда им до нас со Свиристель.

Толкнул мать в бок, чтобы начинала действовать, а то меня уже порядком стала раздражать сложившаяся ситуация.

Хотелось завалиться в номер и упасть на кровать, но я понимал, что сон мне только сниться, потому что после разборок с Кривой ногой, придётся проводить серьёзный разговор с сестрёнкой.

Голова женщины начала медленно подниматься, а когда на Демьяна уставились холодные глаза, способные заморозить озеро в летнюю ночь, он отшатнулся прочь, настолько был поражен.

— Ты? — по лицу мужчины пробежала тень страха и неуверенности, — Откуда?

Я чуть не заржал, видя рожу «бандита», больно уж забавно он выглядел.

— Не твое дело, Кривая Нога, — надменно произнесла Анастасия, — Прикажи своим щенкам убраться и пускай заодно прихватят управляющего и этих болезных, — кивок головы в сторону напавшей на Олесю парочки.

— Погуляйте, — хрипло бросил он, пытаясь справиться с накатившим волнением.

Вызвать гнев и недовольство Летучей Мыши — лучшей наёмной убийцы Российской Империи, ему хотелось меньше всего на свете. Демьян прекрасно знал, на что способна эта женщина, и переходить ей дорогу не собирался.

Сопровождающие посмотрели на своего хозяина с удивлением.

— ВО-О-Н! — рявкнул Кривая нога, и те поспешили прочь, видя, что глава теневой гильдии срединного квартала Петербурга не шутит.

Когда в зале остались только я, Свиристель и Олеся, мужчина, застучав тростью по полу, подошел ближе.

— Я могу присесть?

— Садись, — ехидно ответила мать, — А то, того и гляди, свалишься со своей ногой. Что, даже сейчас не нашел достойного мага, способного вылечить увечье?

Глава теневой гильдии ухмыльнулся.

— Я и не пытался. Это как напоминание того, к чему может привести глупость и нежелание прислушиваться к советам.

— О, да ты, как я посмотрю, поумнел за эти годы?

— Скорее, набрался опыта. Что здесь произошло?

Свиристель нахмурилась. Вся напускная доброжелательность слетела с её лица.

— А ты разве не слышал, что сказал тебе управляющий этого «премилого» заведения?

— Слышал, но какое дело тебе до этой девки? Миша сообщил, вы с ней подошли порознь и до этого момента знакомы не были.

— Влас, может отведёшь девочку в номер?

Уходить не хотелось, но и оставлять тут греющую уши сестру, было нельзя.

— Эх, так уж и быть, — проворчал недовольно, поднимаясь с места, но в эту минуту за дверьми бара-ресторана послышалась возня, а затем в зал влетел заспанный, взъерошенный майор.

— Какого хрена тут происходит? — прорычал он, обведя взглядом присутствующих.

На бедного Демьяна страшно было смотреть. Его лицо побелело, а правое веко нервно дернулось несколько раз подряд.

— Цербер, и ты здесь?

— А-а, Кривая нога, здорОво. Ты это что в срединном городе делаешь? На повышение пошёл?

— Типа того, — икнул Демьян.

Встретить Летучую Мышь и её верного соратника в один день было уже слишком. С Милюковым Кривая нога никогда не ладил, главе теневой гильдии тогда ещё нижнего квартала всегда казалось, что этот человек готов его сожрать со всеми потрохами и не подавиться.

— Ты, вовремя, Владимир, — радостно протянул я, — У нас тут намечается «милая» беседа, но кое-кому всё же не стоит становиться её свидетелем. Будь другом, проводи девушку в наш номер.

— Влас? — испуганно пропищала Олеся, вцепившись в мою руку.

— Всё в порядке. Не смотри на грозный вид моего друга, он вполне себе душка… временами, — хмыкнул я.

— Ну, и кто это? — поинтересовался Милюков.

— Я сестра Власа, — заявила девушка.

— Всё, уводи её и так уже лишнее сболтнула, — проворчал недовольно.

Я прекрасно понимал, что такие люди, как Кривая нога обязательно выяснят всё про мою персону, но хотелось бы, чтоб это случилось как можно позже.

А ещё, сестра исподтишка кидала заинтересованные взгляды в сторону Свиристель, что не осталось мной не замеченным.

Не хотелось, чтобы девушка узнала в Анастасии одну из покойных жён своего отца.

Милюков в упор посмотрел на Олесю и покачал головой, протянув девушке руку.

— Пошли, рано тебе слушать взрослые разговоры.

— Что? Я уже не маленькая, — взбрыкнула девчонка, — Я, между прочим, старше Власа на целый год.

— Да мне плевать, — бросил в ответ Милюков, и подхватив мою сестрёнку на руки, закинул к себе на плечо, как тряпичную куклу.

— Куда? Пусти!

Недолго думая, сформировал жемчужину, и дав посыл, направил в сторону девушки.

— «СОН».

— Я ещё вернусь, — погрозил Милюков пальцем Кривой ноге, который от его жеста нервно дёрнулся.

Кривая нога задумался.

Судя по тому, что Цербер без вопросов подхватил девчонку и понес на выход из зала, она была ценна для Летучей Мыши или для этого странного парня, который тёрся рядом с его старой знакомой.

Кто он вообще такой?

Одни вопросы без ответов.

Дело принимало скверный оборот. Похоже его люди действительно тронули знакомую Мыши.

Демьян хотел спросить, чем он может загладить вину, но произнёс совершенно другое:

— Не знал, что ты в городе.

— Арман произнес то же самое.

— Но как? По всем данным ты должна быть мертва уже лет восемнадцать.

Анастасия вскинула бровь, и мужчина замолчал на полуслове.

— Слухи преувеличены, но я бы тебе рекомендовала держать язык за зубами, иначе укорочу, — Анастасия сделала жест пальцами, изображая ножницы, — Пусть всё остаётся так, как было. Считай, что Летучая Мышь действительно умерла. А я… Называй меня Свиристель.

— Угу, да… умерла… Свиристель.

— Демьян, ты вообще понял, что я сказала? — вывел его из задумчивости голос матери.

— Да. Какое наказание ты предлагаешь для тех, кто напал на твою девочку? Я согласен на всё, — сменил тему разговора глава теневой гильдии.

— Ещё бы ты не был согласен, — хмыкнула женщина, прекрасно зная, о чем сейчас думал Демьян.

— Так что скажешь?

— Наказание выберешь сам, мне нужно твоё прикрытие. Сделай так, чтобы никто в столице до поры до времени не пронюхал о моём возвращении.

— Хорошо. Сделаю, как скажешь.

— И ещё, мы ищем одного человека. Свиридов Павел Павлович, подполковник…

Пока Свиристель озадачивала вопросами и давала ЦУ главе теневой гильдии срединной части Петербурга, я внимательно слушал и мотал на ус.

— Если ничего не путаю, — произнес Демьян, — Видел я вашего Свиридова пару раз. Заметный персонаж. Скажу только одно: из отеля он съехал самостоятельно, никто ему не помогал.

— То есть, твои люди его не трогали?

— Нет. За это ручаюсь.

— Поднимай своих людей. Переройте хоть весь Петербург, но найдите Свиридова живым или мёртвым. Лучше, чтобы он был живым. Паша мой друг и я очень расстроюсь, если в ходе операции он пострадает от твоей вине.

— А если он уже мёртв?

— Тогда к тебе никаких претензий. Доклад будешь держать через Власа, — кивнула на меня Свиристель.

Вскинул брови. Довольно неожиданно.

— Хорошо, — согласился Кривая нога, оценивающе пробежавшись по мне взглядом.

— Запоминай адрес, — Анастасия назвала номер дома, документы на который нам недавно передал Арсен.

— Запомнил.

— И ещё, если к нам пожалуют незваные гости, я буду знать кто их навёл, — зловеще прошептала мать, наклонившись к лицу главы теневой гильдии.

— Ты за кого меня принимаешь?

— А-ха-ха, — рассмеялась Свиристель, — За того, кем ты являешься. Я же тебя знаю, как облупленного, поэтому смотри мне… — погрозила она пальцем мужчине.

— Если хочешь, могу поклясться кровью.

— Клянись, — серьезно ответила Свиристель.

Клятва крови довольно серьёзная штука, поэтому даже я обалдел, когда услышал предложение Демьяна.

После того, как клятва была произнесена и все соглашения обговорены, Кривая нога поднялся из-за стола, и откланявшись, поспешил прочь.

— Я надеюсь на остаток ночи наш сон никто не потревожит, — бросила в спину уходящего Анастасия.

— Можете быть спокойны на этот счёт, — послышалось в ответ.

Глава 7

— Свиристель, я поговорю с Олесей один. Она тебя не знает или не помнит. Лучше бы, так это и оставалось.

— Откуда ей меня помнить? Девочке чуть больше года было, когда я якобы умерла.

— Не скажи, — хмыкнул в ответ, — У нас в семейной галерее в загородном имении, которое в Ивановке, твой портрет висит.

— Вот ведь… Старый ублюдок! — скрипнула зубами Анастасия, — Как был сволочью, так и остался.

— Это ты про отца? — поинтересовался я.

— Про кого же ещё? Хитрец, ничего не скажешь: ни клятву, ни договор хранить тайну не нарушил, ничего никому не рассказал, а мой портрет на всеобщее обозрение выставил. Много там народа обычно бывает?

— Да нет, почти никого в последнее время. Сам Лев предпочитает оставаться в столице, а вот его жёны иногда наведываются. Особенно, Карина, — произнес озабоченно.

Я пока не всё знал о прошлом матери, но догадывался о многом. Узнай кто в Летучей Мыши покойную жену князя Потёмкина и проблем не оберёшься.

Хотя, насколько я помнил, на портрете Анастасия или тогдашняя Анна Самохина выглядела немного по-другому, но сходство всё равно было очень заметным. Проницательный человек запросто мог сделать соответствующие выводы.

— Кари-и-на, — протянула мать задумчиво, — Змеюка всё ещё строит козни и метит на место первой жены?

— Так она уже давно первая, но всё равно пакостит остальным понемногу или помногу, тут уж как посмотреть. Будь её воля, осталось бы единственной, изведя всех остальных.

— Это в её стиле. Ладно, чёрт с ней, а вот в поместье придётся наведаться. Даже, если кто-то за эти годы меня узнал, проведя соответствующие параллели — не страшно. Анна Самохина мертва. Данный факт должен был заставить их успокоиться и вычеркнуть мою персону из всех раскладов.

— Каких раскладов?

— Не важно, — отмахнулась Свиристель, — Важно то, что у меня запланировано очень много встреч на ближайшее время, в том числе — с очень влиятельными людьми. Представляться я буду своим последним именем, и никто не должен понять, что безвременно ушедшая княгиня Анна Самохина и баронесса Анастасия Вараева одно и то же лицо.

— А что насчёт твоей настоящей личности? Екатерина… Как тебя, кстати, по батюшке?

— Алексеевна, — нехотя ответила мать, а я довольно улыбнулся.

— Так вот, а не вспомнит ли кто тебя, как Екатерину Алексеевну… — многозначительно замолчал, желая услышать фамилию, но Свиристель оставила мной прозрачный намек без ответа, произнеся совершенно другое:

— Вспомнят, но очень хочется, чтобы это случилось как можно позже, потому как посте этого, спокойной жизни нам не светит.

— Так это же хорошо! Спокойствие ведёт только к деградации, а чем больше противников — тем больше битв, следовательно — опыта и развития. Да и знаешь, иногда бывает весело надрать задницы врагам. Пусть они нас бояться.

— Хм-м, если посмотреть с этой точки зрения, — усмехнулась Свиристель.

— Только с такой и ни как иначе.

пока разговаривали, поднялись на второй этаж и подошли к нашему номеру.

— Иди, поговори с сестрой, а Милюкова отправь ко мне.

— Угу, — кивнул в ответ и зевнул.

Пришлось сформировать жемчужину и кинуть на себя заклинание, чтобы взбодриться.

Бросил оценивающий взгляд на мать и удивился. На лице женщины не было видно ни грамма усталости, да и вся её фигура искрила энергией и излучала жажду деятельности.

— С утра забирай Олесю и перебирайтесь в дом, — Анастасия достала из-под плаща, который до сих пор покоился на её плечах, свернутый в трубочку документ, — Милюков поможет с переездом, а потом отправится по моим поручениям.

— А ты? — спросил с подозрением.

— А мне скоро придётся уйти. Дела не будут ждать. Ступай, — Свиристель тряхнула головой в сторону двери, — И, Влас, не пытайся снова следовать за мной. Ничего не выйдет.

— Хорошо. Не пойду, — произнес смиренно, хотя мысль проследить за Свристелью вновь, проскочила в сознании, но я понимал, что сейчас, в первую очередь, нужно было решить вопрос с сестрой, а остальное могло подождать, да и доверием матери не стоило пренебрегать.

Зайдя в номер, первое, что бросилось в глаза, мирно сопящая на кровати Олеся.

Даже жалко будить, но придётся.

— Ну, чего там у вас случилось? Где Свиристель? — поднялся с кресла Милюков.

— Нормально всё. Она тебя ждёт, так что сама расскажет, а я пока сестрёнкой займусь.

— Свалилась на нашу голову. Возись теперь с ней, — проворчал Владимир, бросив на спящую девушку недовольный взгляд, — Может просто отправить в городское имение Потёмкиных? Я всё организую. Доставят без проволочек, в целости и сохранности. Пусть там ей мозги вправляют, чтоб неповадно было сбегать из дома. Я ведь правильно понял ситуацию?

Пожал плечами.

— Понятия не имею, но скорее всего — да. Сейчас буду выяснять что к чему.

— Ну, тогда удачи, — Милюков картинно помахал мне рукой и отправился на выход, а я опустился на край кровати и развеял сонное заклинание.

— Ум-м, — простонала сестра, и подняв руки, потерла кулачками глаза, ещё до конца не понимая, где именно находится.

Когда до неё начало доходить положение, в котором она оказалась, девушка резко подскочила и уставилась на меня вопрошающим взглядом.

— Ты меня усыпил?

— Ага, — не стал отрицать.

— Зачем?

— Так было проще.

— Кому проще?

— Мне.

— А обо мне ты подумал? А если бы этот человек что-то со мной сделал? Что тогда?

— Ты про Милюкова что ли? Если про него, то я Владимиру доверяю.

— Ха… Ха-ха-ха. Ты его видел… Да у него рожа бандитская!

— Олеся, — протянул медленно, таким голосом, что сестра мгновенно замолчала, — Прекращай, сейчас же. Засунь свой гонор в задницу и послушай меня.

— Фу-у, как некультурно. Ты же аристократ, а выражаешься как какое-то отребье. Такое поведение недостойно рода Потёмкиных.

— Не тебе меня судить Олеся. Ты сама-то, какого лешего здесь делаешь: одна в срединном городе, в отеле сомнительной репутации, без слуг и охраны? Это называется подобающим поведением? С тобой сегодня могло случиться всё, что угодно.

— Пф-ф, но… Ты же меня спас.

— А если бы меня не оказалось рядом? Эти два урода, изнасиловали бы тебя или убили, а может — продали в какой-нибудь занюханный бордель.

— Неправда! Они бы не посмели. Я княжна.

— Да им насрать: княжна ты, графиня или простолюдинка. Таких людей подобное мало волнует. Главное — ты была в одна.

— Я была не одна! — вскинулась девушка.

— Вот с этого места поподробнее.

Олеся замялась, склонив голову, и тяжело вздохнула. Глаза сестры начали заполняться слезами.

Вот только женской истерики мне сейчас не хватало.

— Не плач, — произнес мягко.

— Угу.

— Олеся, мне надо знать, что случилось, чтобы я смог помочь. Если не хочешь ничего рассказывать, а сейчас вызову такси, оплачу и отправлю тебя домой. Пусть мать с отцом разбираются.

— Нет! — воскликнула девушка, — Только не домой! Не хочу! — во взгляде сестры явственно промелькнули страх и отчаянием.

— Тогда рассказывай и хватит уже реветь. Слезами горю не поможешь.

— Коленька сделал мне предложение, — шмыгнула носом Олеся, — Между прочим, по твоему совету.

— Моему? Я-то тут причём?

— Как же? Ты тогда сам сказал: хватит прятаться, пусть граф Саварин попросит моей руки у нашего отца. Вот он и попросил.

— Кажется, припоминаю такое, — кивнул сестрёнке, и взял её ладони в свои руки, побуждая к дальнейшему разговору.

— Отец отказал. Заявил, что я обещана другому, а Коле приказал держаться от меня как можно дальше. Даже разорением грозил, а у него и так дела не очень идут.

Нахмурился.

В голове, сразу возникла мысль, что Саварин благодаря жениться на Олесе, решил подправить свое финансовое положение, но сестра очень быстро рассеяла мои подозрения.

— Отец предполагал, что я могу с ним сбежать и сразу предупредил: если такое случиться, ни копейки на мою свадьбу и приданое не выдаст и житья нам не даст. Колю уничтожит, а меня вернёт обратно и выдаст за графа Каварзина.

— Фу-у, — скривился я, вспомнив толстого мужика с тремя подбородками, огромным пузом, и вечно недовольной гримасой на одутловатом лице, — Так себе перспектива. Хотя, можно было согласиться и выйти за него замуж, а потом «чик»… — ухмыльнулся, заговорщицки глядя на сестру.

— Что, «чик»? — не поняла девушка.

— «Чик» и нет мужа. Был — да весь вышел.

— Дурак, — хлопнула меня ладошкой по плечу сестрёнка, — Я ведь серьёзно.

— Я так-то тоже. Если бы Каварзин оказался мудаком и тебя обидел, лично отправил бы его на тот свет, а вдове никто не указ. Ладно, — глянул на побледневшее лицо сестры, — Я пошутил. Не переживай.

— Угу, — протянула девушка с подозрением глянув на меня, — А ты изменился. Никогда бы не подумала, что мой скромный братец сможет предложить убийство моего потенциального мужа.

— А я ничего не предлагал, — хмыкнул в ответ, — Так, на чём мы остановились? Ах да, на том, что Лев запретил вам встречаться, но как я понимаю, вы всё-таки решили сбежать?

— Да. Коля послал нашего папашу далеко и надолго. Сказал: сам разберётся со своими проблемами, но меня всё равно заберет.

— Так и сказал?

— Ага, — кивнула сестра.

— Ой, дура-а-ак, — протянул я.

— Почему это? — обиделась сестрёнка за своего возлюбленного.

— Так вроде не мальчик. Намного старше тебя. Должен уже головой думать, а не тем, что у него между ног.

— А что? Было бы лучше, откажись он от меня? Коленька не такой! Он меня любит и на всё готов, чтобы мы были вместе.

— Ох, беда-бедовая, я не о том. Умнее надо быть. Умнее. Если решили бежать по-тихому, ультиматумы отцу незачем было ставить. Наверняка уже ищут тебя по всей столице. Вы когда стрекача дали? И где твой благоверный сейчас? Какого хрена он тебя одну оставил?

— Вчера, — покаялась сестрёнка, — А Коленька — он пропал. Ну-у, я так думаю, — закусив нижнюю губку, прошептала Олеся и вновь всхлипнула.

— В смысле, пропал?

— Ушёл часов в шесть вечера и не вернулся.

— И куда он направился?

— Хотел городское имение заложить, чтобы у нас деньги были на первое время. Мы бы уехали подальше от столицы и поженились, а когда всё улеглось, вернулись обратно или не вернулись… Какая разница?

Чего ж вас Потёмкиных на бегство-то всё время тянет?

Мать сбежала, сестрёнка вот — тоже, да и я не отстаю: свалил в имение, доставшееся по наследству, как только представилась возможность.

— Ты уверена, что твой Коленька, специально не бросил тебя в этом отеле? Может, так и было задумано с самого начала? Не поделил что-нибудь с отцом и решил отомстить, а тут такой случай хороший подвернулся.

— Нет, он не такой! Он не мог! — отчаянно замотала головой сестра, — К тому же, папе на меня плевать. Он не очень-то и расстроится, если я пропаду.

— Ага, как же, — не согласился с Олесей, — Ты права только наполовину. Может, сама по себе ты Льва не сильно заботишь, а вот как выгодное вложение в ходе замужества — очень даже. Будь всё по-другому, с удовольствием сбагрил тебя Николаю.

— Я не какая-то вещь, что бы меня можно было сбагрить, — возмущенно засопела сестра.

— Ты прекрасно знаешь, что я прав. Отец попытается вернуть тебя обратно и по-быстрому выдать замуж, пока никто не прознал, что ты сбежала с любовником.

Сестра покраснела, как маков цвет, а я хмыкнул.

— И что мне теперь делать? — спросила застенчиво, — Ты ведь мне поможешь?

— Помогу, — кивнул в ответ, — поживешь пока у меня.

— Где? В этом номере?

— Нет. С утра поедем домой.

— У тебя есть особняк в столице? — удивилась Олеся.

— Вроде того. Я пока ещё сам там не был. Вот завтра и отправимся смотреть и обживаться, точнее — уже сегодня, — посмотрел я на часы.

— А этот твой друг тоже с нами отправится?

— Владимир? Да, с нами. Ты его не бойся, он нормальный мужик. Не обидит, да и сомневаюсь, что ты будешь часто его видеть. У Милюкова своих дел полно.

— Подожди, брат, а если Коленька вернётся, а меня нет?

— Очень в этом сомневаюсь. Если бы захотел, уже явился.

— Влас, пожалуйста, умоляю, мы должны его найти. Я уверена, Коля в беде, ему нужна наша помощь. Прошу тебя, брат, — взмолилась сестрёнка.

— Я-то найду, но как бы твой любовник не пожалел об этом. Если окажется, что он действительно тебя бросил, прибью засранца.

— Не бросил! — отчаянно воскликнула Олеся.

— Как скажешь, — не стал спорить, а сам подумал, что лучше было бы так, потому что, если сестра права, то граф Саварин, скорее всего, сейчас либо мёртв, либо сильно ранен.

Когда надо, глава рода Потёмкиных мог действовать быстро и жестоко. Целеустремленность Льва иногда поражала. Он пёр напролом, не видя никаких препятствий, пока не достигал цели.

Убрать с пути зарвавшегося графа, решившего, что он ему не указ, было для Льва как плюнуть и растереть.

Конечно, говорить сестре об этом не собирался. Зачем расстраивать раньше времени? Вдруг всё обойдётся, или я окажусь не прав.

— Оставлю сообщение для Саварина, — вздохнул устало, — Если появится в отеле, управляющий ему передаст.

— Это тот противный дядька? — поинтересовалась сестра.

— Угу, противный, — кивнул в ответ, усмехаясь.

— Не уверена, что он выполнит твою просьбу.

— Выполнит, никуда не денется. Не забивай свою хорошенькую головку ерундой, — потрепал сестрёнку по волосам, — Я всё решу и Николая твоего найду, обещаю. Живого или мёртвого, — последнюю фразу проговорил про себя.

— Спасибо, — искренне произнесла Олеся и бросилась мне на шею.

Не ожидал подобного порыва от сестры, но в ответ тоже обнял и легонько похлопал по спине.

Странно. По воспоминаниям бывшего владельца тела эти двое хоть и не враждовали, но и в дружеских отношениях не были, а сейчас. Погляди-ка, какие нежности.

Покачал головой и отстранил от себя Олесю.

— Всё, ложись, отдыхай.

— А ты? Уйдешь? — в голосе сестрёнки проскочило беспокойство.

— Нет, — кивнул в сторону, — в кресле покемарю.

Поднялся с кровати и потянулся.

— А я спать не хочу. Расскажешь, как ты жил в последнее время? Когда ты ушел, отец был в ярости. Даже запретил упоминать твоё имя.

— Ещё бы, — хохотнул я, — Ну-у, раз хочешь знать, тогда слушай, — опускаясь в кресло, медленно протянул я.

В итоге, проговорили мы до самого утра, а затем, быстро собравшись, вышли из номера.

Милюков ожидал нас в коридоре, устроившись на небольшом диванчике. Майор перелистывал страницы газеты и не спеша потягивал кофе.

— Наконец-то, я думал вы никогда не выйдете.

— Не бухти. Свиристель где?

— Часа два назад уехала. В ближайшие дни её не будет, — поднимаясь проинформировал Милюков.

— Ясно. Владимир, идите с Олесей на выход. Я догоню. Проследи, чтобы её никто из гостей сего «прекрасного» заведения не видел.

— Сделаю, — мрачно кивнул Милюков.

Я был уверен, люди отца рано или поздно доберутся до этого отеля. Обслуживающий персонал не расскажет с кем именно уехала девушка, а вот постояльцы… Хорошо, что они менялись со скоростью света. Надолго в здесь никто не останавливался.

Управляющего я нашёл в холле, тот, заметив меня, подобострастно склонился в поклоне и залебезил.

— Доброе утро господин, могу ли я чем-нибудь вам помочь? Вы только скажите, и всё будет исполнено в мгновение ока.

Хе-х, а неплохо его Кривая нога надрючил. Наверняка, приказал выполнять любое желание.

— Распрямись, — бросил небрежно, — Во-первых — ни нашу компанию, ни вчерашнюю девушку ты не видел. Считай, что нас здесь не было. Предупреди сотрудников, чтобы держали язык за зубами.

— Сделаю, господин. Можете не беспокоиться. Никто ни о чём от служащих отеля не узнает.

— Во-вторых, помнишь мужчину, который приехал вместе с девчонкой?

— Да, — кивнул собеседник.

— Отлично. Если он появится, сообщишь, где мы остановились, — протянул управляющему записку, — Здесь адрес и послание. Запомнишь — сожги. Кроме тебя её никто не должен видеть.

— Не извольте беспокоиться. Всё будет в лучшем виде.

Какой вежливый, не то, что вчера.

— Смотри мне, не выполнишь, вернусь, и тогда разговор будет совершенно другим, — грозно оскалился.

На мой взгляд, я должен был выглядеть устрашающе, но управляющий даже бровью не повел.

Вот ведь, скотина, не испугался. Хотя, он же не знает, что перед ним стоит бывший Тёмный Властелин и понятия не имеет, на что именно я способен.

Хрен с ним.

Пусть остаётся в неведении, главное, он до дрожи боится своего хозяина и из кожи вон готов вылезти, чтобы выполнить указания Кривой ноги, а я уверен, Демьян приказал исполнять все наши просьбы и поручения.

Глава 8

Небольшой двухэтажный дом, на первый взгляд не произвел на меня особого впечатления, но оказавшись внутри, можно было смело сказать о его богатстве и убранстве. Небольшой сад с кустами дикорастущих роз и акации очень приглянулся сестрёнке, но прежде, чем мы зашли на территорию двора, Милюков резко остановился и предупредил.

— Без меня ни шагу. Здесь почти повсеместно раскиданы защитные заклинания, так что, очень прошу, не влетите в одно из них. С тропинки не сворачивайте и не трогайте никакие растения, особенно это касается тебя, Олеся.

— Пф-ф, больно надо.

— Я предупредил, — строго произнес Владимир.

— Сделаем, как говоришь, никуда не полезем, — произнес серьёзно, прекрасно понимая опасения Владимира.

— Хорошо, — согласилась сестра, следуя моему примеру.

— Погоди, а как же пара, которая ухаживает за домом? На них действие заклинания не распространяется?

— Насколько я помню, в доме установлен управляющий контур с завязкой на Галину и Владислава. Работать они могут только с одной его частью, на другие не хватит сил. С дороги защиту снимут, как только поймут, кто именно к ним пожаловал, а вот сам сад не тронут, поэтому, если не хотите остаться без рук или ног, идите за мной и не суйтесь куда не просят.

Посмотрел на Милюкова и ухмыльнулся.

Будто мне были страшны защитные заклинания?

Я их запросто мог развеять. Ну, пусть не запросто и не очень быстро, но справился бы точно.

Майор незаметно подмигнул.

Тоже мне, знаток девичьей души, но он прав. Озвучь Владимир свою просьбу-приказ только одной Олесе, и девчонка обиделась, запросто сделав всё с точностью до наоборот.

А так, она будет равняться на меня, а если точнее — подавать пример младшему братцу, как нельзя поступать.

Ведь в отеле обидчиков сестры раскидала Свиристель, я только дал в нос управляющему, поэтому девушка даже не догадывалась на что способен её младший брат. Наш ночной разговор хоть и был содержательным, но о многом я всё равно умолчал.

Милюков нажал на дверной замок. Камера, установленная на бетонной опоре с внутренней стороны, повернулась, считывая наши лица, а затем, раздался противный писк, и ворота поехали в сторону, открывая доступ во двор.

— Пошли, ребята, — махнул нам Владимир.

Олеся крутила головой практически безостановочно, рассматривая декоративные деревья и мраморные статуи, выставленные в саду.

— Какая прелесть, — прошептала сестра, указывая на высеченную из камня фигуру девушки в вечернем платье с утончёнными чертами лица, перебирающей струны позолоченной арфы, — Летом здесь, наверное, ещё лучше.

Заметил, как сестрёнка сбилась с шага, настолько ей хотелось дотронуться до статуи, но сдержалась. Правда через пару шагов не вытерпела и протянула руку к красному листу, готовому сорваться с небольшого куста под порывом осеннего ветра.

Стоило её ноге сойти с гравийной дорожки, как две ветки ближайшего низкорослого деревца рванули навстречу, опутывая ноги и стараясь подтащить к себе. Небольшое дупло на стволе приняло вид зубастой пасти, которая плотоядно облизывалась и издавала чавкающие звуки, явно намереваясь позавтракать… и этим завтраком, как я понял, должна была стать Олеся.

Едва успел спасти девчонку от участи быть переваренным хищным растением.

— Тебе Владимир чего сказал? — нахмурился грозно.

— Ни шага в сторону, — пробормотала сестрёнка.

— Вот именно. А ты чего творишь?

На мою короткую тираду Олеся не ответила, но зато пошла след в след за Милюковым.

Сразу бы так.

Мне же самому стало интересно, что такого здесь наворотила Свиристель. Заклинания, созданные вокруг дома, были сформированы много лет назад и постоянно подпитывались из управляющего контура. Сомневаюсь, что это делала проживающая здесь пара. Наверняка, руку к поддержанию защиты приложил Арман или кто-то из его магов.

Сформировал жемчужину и запустил в сторону сада.

— «РАСКРЫТИЕ ИСТИНЫ» — дал посыл.

Перед глазами в мгновение ока возник калейдоскоп из ярких цветов, а затем, я увидел магические потоки, тянущиеся по всему периметру двора. Где-то они были толще, где-то тоньше, но целость структуры сохраняли везде.

Уверен, за последние годы заклинание начало модифицироваться, а влияние маны на растительную среду вызвало мутации.

Ничего такой себе дендрарий получился: злобный и плотоядный.

Ухмыльнулся, представив нежданных «гостей», решивших заглянуть на огонёк. Не сомневаюсь, что эти неудачники, один раз познакомившись с агрессивными кустами, лишились некоторых частей тела.

Надо будет на досуге заняться изучением воздействия маны на живые организмы. Сдаётся мне, Свиристель использовала не свои собственные ресурсы, а неочищенную энергию из ядер тварей, ибо подобная эволюция свойственна только для монстров высокочастотной зоны.

У меня в прошлом мире проводились подобные эксперименты, но здесь я о таком пока что не слышал. Может, мать и не собиралась заниматься селекцией монструозных тварей, но определённо точно положила начало новому маго-научному развитию.

Наверняка те, кто видел злобные растения, справедливо предполагали, что они завезены из высокочастотной зоны, а не выращены на месте.

На крыльце, встречая нежданных гостей, стояла пожилая пара на вид лет шестидесяти пяти: высокий, крепко сбитый старик с окладистой бородой и сухопарая женщина с прямой как палка спиной, поджатыми узкими губами и хмурым взглядом серых, пронзительных глаз.

Посмотрев нас, на лице женщины проступило полнейшее недовольство. При взгляде на Милюкова, оно немного смягчилось, однако весь её вид говорил:

— Кого это ты притащил в дом, Володя?

Старик, вообще, не выражал никаких эмоций, будто смотрел мимо нас.

Спрашивается: зачем они вышли на крыльцо? Могли бы не встречать, раз им так неприятны визитёры.

Хотя, будет им сюрприз. Мы ведь совсем не гости, а новые жильцы этого дома, так что нечего нос воротить.

Встречайте хлебом с солью.

Конечно, ничего этого я не произнёс вслух, лишь ухмыльнулся, а вот сестренка, глядя на грозную пару, нахмурилась и инстинктивно прижалась ко мне.

Ох и сомневаюсь я, что они простолюдины. Пусть Милюков вешает лапшу на уши кому-нибудь другому. Готов поставить всё своё наследство на то, что встречающие нас люди аристократы не в первом поколении. Не князья, конечно, но…

Интересно, Свиристель их знает?

— Галина, Владислав, рад вас видеть в добром здравии, — приветливо произнес майор.

— И тебе не хворать, бродяга, — скрипучим голосом отозвался старик, — Ты знаешь, мы тебе всегда рады, но только тебе. Зачем привёл посторонних?

Мои подозрения подтвердились. Строго бдят. Будь их воля, на порог бы нас не пустили.

Да и сейчас, вроде как, не собираются.

— Свои это, Галина Матвеевна, свои, — убедительно кивнул Милюков, только его слова не произвели на пару никакого впечатления.

— Для тебя дом всегда открыт. Можешь приходить и уходить когда вздумается, а спутники твои пускай номера снимут.

— Галя дело говорит, — поддержал говорившую старик, — Без ЕЁ дозволения никто чужой в этом доме не остановится.

Милюков показательно закатил глаза и поднялся по ступеням, а затем, достал из кармана свернутый в четверо лист бумаги.

— Послание вам… от НЕЁ, — произнес ехидно, сделав ударение на последнем слове.

Галина Матвеевна быстро выхватила протянутую записку и развернула бумагу, вчитываясь в написанные строчки.

Сразу понял — это от матери.

Занятно. Получается, что Галина с Владиславом верны ей много лет.

— Как интере-е-сно, — протянул себе под нос.

А вот и новый источник информации, если, конечно, кого-нибудь из этих двоих удастся разговорить. Хотя, судя по их поведению, сделать подобное будет непросто.

— В городе? — долетел до меня взволнованный женский голос.

— Угу, — кивнул Милюков.

Галина приложила руку к области сердца и несколько раз глубоко вздохнула, а затем, перевела взгляд с Владимира на меня с Олесей.

Сейчас в нём не было недовольства, лишь небольшое недоумение и озабоченность.

— Дай сюда, — Владислав, выхватил записку из рук жены.

Как только мужчине стало известно её содержимое, он бросил на нас короткий взгляд и махнул рукой.

— В дом заходите. Галя, размести наших гостей, а ты — указал он на Милюкова, — В кабинет Её В… К-ха, к-ха… иди. Надеюсь, не забыл, где он находится.

— Погоди, Влад, не до беседы мне сейчас.

— Случилось чего? — в тоне старика проскользнуло беспокойство.

— Пока нет, — хмыкнул Цербер, — И очень надеюсь, что не случится. Вы, главное, ребят обустройте, остальное потом, а мне надо отойти ненадолго, — Владимир на мгновение задумался, — А может и надолго. Это как получится.

— Милюков, твою мать… Не смей сбегать, не ответив на вопросы, — взревел старик, — но Цербер резко развернулся на пятках, и подняв руку вверх, помахал кончиками пальцев.

— Всем пока.

Тут уже опешил я.

— Милюков, какого хрена? Подожди! — но майор даже не подумал обернуться, — А мне-то что делать?

Вот ведь, зараза.

Я ведь тоже сидеть на жопе ровно не буду. Не за тем я в столицу ехал. Почему нельзя было согласовать совместные действия? Вот ведь… Расплодили секретов, как мух на солнцепёке, а теперь сбегают: что один, что другая.

— В академию сходи. Узнай про поступление, — донёсся издалека голос Милюкова.

— Да и ладно, — проворчал тихо, — Сам со всем разберусь, — Ну что, — повернулся к пожилой паре, — Показывайте наши комнаты.

Старик нехорошо прищурился, и переглянувшись с женой, хмыкнул в бороду:

— Пойдемте «гости дорогие».

«Гости дорогие» прозвучало довольно зловеще. Олеся тоже это почувствовала и инстинктивно вздрогнула.

Положил руку сестре на спину и успокаивающе провел ладонью.

— Не бойся. Ничего они нам не сделают.

— Я не боюсь. Просто мне тут не нравится. Я бы лучше с хищными кустами повоевала, чем провела несколько минут в компании этих двоих, — прошептала мне на ухо сестрёнка.

— Хе-х, не переживай. Скоро всё наладится.

— Не думаю, — грустно ответила Олеся, — Без Коли ничего не будет как прежде.

— А как прежде и не надо. Надо, как лучше, и поверь, я приложу все усилия, чтобы найти твоего благоверного.

Пока говорил с сестрой, не забывал внимательно смотреть по сторонам.

Галина с Владиславом отвели нас к длинному коридору в задней части дома, расположенному на первом этаже, с каждой стороны которого находилось по три комнаты.

— Можете выбирать любые. Это крыло в полном вашем распоряжении. Большая просьба, на второй этаж не подниматься. Хозяйка не любит, когда посторонние шастают по её покоям.

Нахмурился. Не нравилось мне гостеприимство встретившей нас пары. Даже идиоту было ясно, что данные комнаты предназначались для слуг.

Понятно, старые пердуны не хотят, чтобы мы ходили по дому больше положенного, но не до такой же степени.

Проявлять подобное неуважение к гостям, верх неприличия.

Интересно, что мать написала в записке? Наверняка не соизволила сообщить верным подданным полную информацию, а уж о том, что я её сын и подавно не написала.

Хотя, доверять бумаге подобную информацию точно не стоило.

Мне, если честно, было всё равно в какой комнате жить, а вот сестрёнке…

Отодвинув плечом Владислава, распахнул первую встреченную на пути дверь и заглянул внутрь.

Ладно, в принципе, всё прилично. Не княжеские покои, но на первое время сойдет, но я был уверен, что Олеся не задержится здесь и пары часов. Уж это я организую.

— Давай, сестра, заходи, — подмигнул девушке, — но вещи пока не разбирай.

Олеся хотела задать вопрос, но глянув на мое напряжённое лицо, решила промолчать.

Вот умничка, всё поняла.

— Как скажешь, брат, — вскинув подбородок, сестра гордой походкой зашла внутрь.

Как только захлопнулась дверь, повернулся в Галине с Владиславом.

— А вот теперь поговорим с вами, — произнёс стальным тоном.

Мать сразу сказала, что это теперь наш дом, мой — в том числе, а в моем доме, я буду устанавливать свои порядки, и не этим двоим диктовать, где я и моя сестра будут ходить и уж точно — не указывать в каких комнатах проживать.

— И о чём вы хотите поговорить, молодой человек?

— О многом, но не здесь. Где вы там говорили у вас кабинет? — и решительным шагом направился в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Спиной почувствовал возмущение и негодование Галины с Владиславом.

— А ну-ка стоять! — рявкнул старик и припечатал заклинанием, которое разбилось о мою защиту.

Я предполагал, что он попытается меня остановить, поэтому заранее предпринял меры предосторожности.

Однако, мне казалось, что он прибегнет к обычной физической силе, например: дернет за руку, резко развернёт за плечо, но не применит воздушную плётку.

Владислав метил чётко в определённое место. Он не бил по хребту, а прошелся воздушными плетями чуть выше голени. Не сильно, но очень обидно, потому как не будь на мне защиты, рухнул бы на колени.

Не знаю, на что рассчитывал старый хрен. Неужели думал, что люди, которых привела Свиристель, окажутся неумёхами, не способными защитить себя от подобной ерунды? Хотя, может он делал ставку на эффект неожиданности.

Не повезло.

Развернулся, буравя Владислава тяжелым взглядом. Старик и его жена сделали шаг вперёд и твердо посмотрели мне в глаза, не собираясь сдавать позиции.

Не доверяли, намереваясь защищать секреты своей госпожи до последнего вздоха.

Да — они видели записку матери, но похоже, та не дала им никаких четких инструкций относительно меня и Олеси.

СТОП! А может, как раз дала?

Я пока не всё выяснил из её прошлого. Уверен, самую большую тайну она до сих пор оберегала, не собираясь мне ничего рассказывать, во всяком случае пока. Знала бы, что я и так обо всём догадался, не молчала, но да ладно… Будет готова — сама расскажет.

Если честно, злости на стариков не было. Наоборот, я оценил их верность Свиристель.

Стоял на середине лестницы и смотрел этих двоих, решимости которых можно было позаимствовать многим.

Тьфу, ну не воевать же с ними? Аж самому смешно.

— Спуститесь вниз, — сипло проговорил Владислав.

— А если не спущусь?

— Тогда я вам помогу это сделать.

— А сил-то хватит?

— Хватит, — вместо мужа ответила Галина.

— Так, ладно, — выставил вперёд руки, — Спокойно.

Я не собирался с ними драться, тем более — как-то вредить. Мне нужны были союзники, а не враги. Жить в доме и ожидать, что тебе устроят какую-нибудь пакость, не очень хотелось, а я был уверен, если пойду сейчас на конфликт, Галина с Владиславом предпримут всё возможное, чтобы выжить меня из отсюда. Во всяком случае, будут творить гадости до тех пор, пока не появится Свиристель и не сделает этим двоим внушение.

Надо было либо сдаться, показав свою слабину, либо убедить твердолобую пару, что я не представляю опасности для их госпожи, но для начала…

— Я хотел бы задать Вам вопрос, — произнес лениво, медленно спускаясь с лестницы.

— Не факт, что мы на него ответим, — крякнул Владислав, — но попробуй.

Похоже, он сам уже понял, что переборщил, использовав на мне заклинание.

— Свиристель, то есть Екатерина, — решил использовать настоящее имя матери, — Разве писала в записке, что нас нужно ограничить в движениях?

Спросил и внимательно впился взглядом в лица напротив.

— Нет, но это ничего не значит, — хмыкнул старик, — И с чего ты взял, что нашу госпожу зовут Екатерина?

— Потому, что её так зовут. А что, я не прав?

— Кхм-м, может и прав, — осторожно произнес старик, — Что ещё ты знаешь?

— Много чего, именно поэтому я и хотел побеседовать с вами в кабинете. Иногда, знаете ли, и у стен есть уши, — скосил глаза в сторону коридора, где находилась комната Олеси.

— Не доверяете собственной сестре?

— Доверяю до определённой степени, но о том, о чем хочу поговорить с вами, ей знать не обязательно.

Владислав кивнул.

— Хорошо, пойдемте в кабинет, молодой человек, но при одном условии.

— Каком?

— Вы ничего не трогайте без моего разрешения и никуда не суете свой любопытный нос.

— Договорились.

Глава 9

Владислав, поднимаясь по лестнице, пыхтел о непрошеных гостях, наглых мальчишках и неугомонных женщинах, которым не сидится ровно на одном месте. Последнее определённо точно касалось меня и матери.

— Подождите немного, — проворчал старик, — Сейчас вернусь.

Уверенной походкой он быстро направился в другое крыло особняка.

Зачем и куда, я даже не стал спрашивать и так всё было понятно, стоило взглянуть на переплетение нитей маны, опутывающих вход в кабинет.

Неплохо. Даже мне с моим прошлым опытом пришлось бы крепко постараться, чтобы взломать защиту.

НЕ ОТКРЫТЬ, а именно взломать, потому как заклинание, удерживающее незваных гостей от проникновения внутрь, было завязано на определённого носителя, точнее — на его кровь.

В голову пришла одна идея, и я усмехнулся. Было бы неплохо проверить теорию. Почему-то казалось, что она окажется верна.

Уже протянул руку к поясу, где висел кинжал, но под пронзительным взглядом Галины, остановился. Зачем нервировать старую женщину? Ещё грохнется в обморок от переизбытка чувств. Лучше дождусь Владислава, пусть её муж ловит. Хотя, такая вряд ли лишится сознания. Скорее попытается мне по маковке чем-нибудь треснуть.

Несмотря на то, что вход в кабинет находился под защитой, Галина как только увидела, что я сделал шаг вперёд, моментально скользнула мне за спину, причем так ловко, словно ей не за шестьдесят, а минимум лет на двадцать меньше.

Сообразительная. Понимает, что дар слабенький и заклинанием со мной справиться не выйдет, вот и импровизирует. Не хочет рисковать, хоть и понимает, что сделать всё равно ничего не смогу, но… Это, конечно, в том случае, если я ошибся с выводами.

Послышался звук шагов, и из-за поворота показалась фигура старика.

Галина вздохнула с облегчением.

— Сейчас отрою, — произнес он хрипло и достал завернутую в платок пипетку, на самом конце которой переливалась ярко-алым капля крови.

Владислав уже хотел поднести её к ручке, на которой был замкнут контур заклинания, но я опередил.

— Подождите.

— Ну, — раздражённо произнес, — вы же сами хотели попасть в кабинет или это не так?

— Ага, — кивнул в ответ, — только у меня есть небольшая просьба. Можно я попробую?

— Что попробуешь? — нахмурился старик, не понимая, что именно мне от него нужно.

Я же медленно, чтобы не напугать Владислава с Галиной и не вызвать ненужной агрессии в свою сторону, вытащил нож.

Заметил, как дернулась щека старика, и как инстинктивно он встал перед женой, закрывая её своим телом.

— Спокойно, — произнёс расслабленно и чиркнул лезвием по подушечке большого пальца.

— Что вы делаете?

— Всего лишь проверяю одну теорию, — усмехнулся в ответ, — Это ведь кровь Екатерины? — указал на зажатую в старческой руке пипетку.

— Не твое дело, — рыкнул Владислав, но по выражению его лица я догадался, что был прав.

— Тогда смотрите.

Не торопясь, поднес окровавленный палец к месту активации заклинания и мазнул ей по энергетическому замку.

Сначала ничего не происходило, я даже заволновался немного, но потом контуры заклинания начали разъезжаться в стороны, и как только они экономично устроились по краям, обвив косяки наподобие лиан, замок щелкнул, открывая проход в кабинет.

Оглянулся на своих спутников.

Х-ах, надо было видеть их лица.

Старики ошалели настолько, что даже после того, как я толкнул дверь и зашел внутрь, остались стоять соляными столбами.

Огляделся и мысленно поморщился.

В этом помещении очень давно никого не было, потому как на полу, столе, книжных полках, шкафу и всей прочей, находящейся здесь мебели, лежал толстый слой пыли.

Оно и понятно. Свиристель не была в столице много лет, а кровь нужно было беречь, к тому же, вряд ли у Гадины с Владиславом имелось её много. Наверняка, всего лишь несколько капель на самый непредвиденный случай. Удивительно, что они согласились меня сюда пустить.

Скорее всего, сказалось то, что меня привёл Милюков, но последним доводом стала записка Свиристель, переданная старикам.

Всё-таки интересно, что мать в ней написала?

Подошел к окну, и отдернув занавески, хмыкнул.

Здесь также имелась защита, установленная по тому же принципу, что и на двери.

Неплохо придумано. Попасть в кабинет мог только тот, кто имел общую кровь с Екатериной. А ведь ещё надо было догадаться её применить.

Видимо мать верила этим двоим безоговорочно…

Стоп! Если такие заморочки в защите, то что такого тайного могло храниться в кабинете?

Это не могли быть деньги или облигации, значит какие-то артефакты или документы. Скорее всего, последнее.

Руки зачесались обследовать здесь всё от пола до потолка, но я себя пересилил.

Я вам не нетерпеливая баба, которой неймётся засунуть свой любопытный нос во все щели.

Придется подождать возвращения Свиристель и прямо спросить, что такого она спрятала в кабинете, раз его нужно «запирать на все запоры».

В прошлой жизни мне было бы «класть» на подобные мелочи. Захотел — узнал, и плевать на чужое мнение. Сейчас всё обстояло по-другому, и мне это нравилось.

Тряхнул головой.

— Ну, долго вы ещё будете там стоять? — поинтересовался у стариков.

— Кхм-кхм, — закашлялся Владислав, и подтолкнул супругу, которая, вцепившись в локоть мужа, смотрела на меня расширившимися от шока глазами.

Зайдя внутрь, они так и продолжали глазеть на меня взглядом «Неверующего Фомы».

— Это то, что я думаю? — прошептал старик и начал испуганно озираться по сторонам, словно его кто-то мог услышать, а затем, резко отцепив от себя Галину, двинулся по кругу, внимательно просматривая защитную цепь заклинания.

Если бы эти двое не были подвязаны на конструкт, то вряд ли смогли видеть напитанные маной нити.

— Всё нормально, Владислав. Защита работает. Можешь не беспокоиться. Я уже проверил.

Старик вскинулся.

— Как… — пробормотал он, а затем, словно забыв, что хотел спросить, низко поклонился, тоже самое сделала его жена.

— Добро пожаловать домой, господин.

— Спасибо, — ответил растеряно, видя, что никто из них ни собирается разгибать спину, — Хватит уже, выпрямитесь. Что на вас нашло?

Старики выполнили просьбу и опять во все глаза уставилисьна меня.

— А как вас зовут, юноша. Володька, засранец этакий, не сказал, а вы не представились.

— Н-да, не порядок, — протянул в ответ, — Влас Потёмкин, — и зачем-то добавил, — К вашим услугам, — неопределённо махнув рукой, — а там, моя сестра Олеся.

— Похож, — прошептала, сощурив глаза, Галина, — Ох, как похож. Почему я раньше не заметила?

— Потому, что слепая курица, — пробормотал Владислав, за что схлопотал от жены тычок в бок.

— Тоже мне, умник нашелся. Сам небось никогда не сумел бы додуматься, кого Катенька домой привела.

— А как же иначе? Ведь он, то есть — вы, — озадаченно посмотрел на меня старик, — Вроде как умерли. Вы же сын нашей госпожи? Будь по другому и вы не смогли бы открыть эту дверь.

Отпираться не было смысла, да я и не собирался скрывать от этих двоих данную тайну.

— Ага. Как выяснилось, слухи преувеличены. Вообще, странно. Я понимаю, что Свиристель была далеко от столицы и не могла проверить обстоятельства моей «гибели», тем более, отец постарался с доказательствами. Когда перед тобой лежит мертвое тело сына, мало кто будет сомневаться в правдоподобности происходящего. Горе ослепляет.

— Да, тут вы правы, — огорчённо кивнула Галина, соглашаясь с моими доводами.

— Но вы-то были в столице! Насколько я успел понять, вы верой и правдой служили и до сих пор служите моей матери. Так неужели не могли сами проверить достоверность сведений?

Старики побелели лицом, поняв свою ошибку, хотя я их ни в чем не винил, просто пытался понять, как так произошло.

— Госпожа сразу после инсценировки своей смерти строго-настрого приказала не приближаться ни к особняку Потёмкиных, ни к одному представителю рода. Не хотела, чтобы Лев Алексеевич узнал о нашей с ней связи и этом доме. Особняк ведь на подставные лица оформлен, да так, что комар носа не подточит. Вот мы и не рискнули ослушаться.

— В принципе, что-то такое я и думал. Долго же отцу удавалось водить мать за нос, да и я очень всегда считал её погибшей, но шила в мешке не утаишь. Мы всё равно встретились.

— Как же я рада за вас, Ваше Высочество, — прошептала Галина не скрывая слёз.

— Кх-е, — только и удалось произнести.

С трудом сдержал нейтральное выражение лица.

Нет, о чем-то таком я как раз догадывался, но одно дело — предположения, и совсем другое — услышать подтверждение этих предположений из чужих уст.

Впрочем, это всё упрощало. Раз во мне есть кровь императорской семьи, значит проще будет занять трон, вот только в последнее время мысли о власти посещали меня всё реже. Уже как-то не особо хотелось лезть на вершину «пищевой цепи». Мне бы со своим родом разобраться, в академии выучиться, семью построить, а дальше видно будет, но ситуацию с матерью необходимо выяснить. Не просто же так Екатерина Романова выдавала себя сначала за Анну Самохину, дочь купца из Твери, вышедшую замуж за графа Потёмкина и скоропостижно скончавшуюся почти сразу после родов, а затем — Анастасию Вараеву или по-другому Свиристель. Что вынудило её сменить имя, а затем разыграть свою смерть, бросить сына и бежать на границу Высокочастотной зоны, рискуя собственной жизнью? Каким боком с Великой Княжной Романовой связана личина Летучей Мыши — одной из самых известных (в определённых кругах) наемной убийцы империи? И где чёрт возьми, а главное — кто, мой отец? Как ни крути, он дал жизнь этому телу и мне было интересно узнать его судьбу.

Все эти мысли пролетели за одно мгновение.

— Ваше Высочество, а давайте я подам чай и вкусненького чего-нибудь организую, а то вы такой бледненький. Переутомились наверно, да и не кушали ничего с утра.

— Хм-м, — прислушался к себе и сразу почувствовал, как заурчал желудок, — Я бы с радостью, и кстати, раз мы разобрались с основным, может перенесём выяснение отношений на другое время?

— Да какое выяснение отношений, господин, — поклонился Владислав, — Это от того, что мы не знали кто вы такой и боялись, что сможете каким-либо образом вызнать про настоящую личность Екатерины, теперь-то и говорить не о чем. Это — ваш дом, а мы — ваши покорные слуги.

— Хм-м, ну раз так, то позаботьтесь пожалуйста о моей сестре. К слову, она ни о чем не знает и лучше…

— Чтобы девочка оставалась в неведении, — закончила за меня Галина.

— Угу.

— А как вообще так получилось, что она вместе с вами тут оказалась, Ваше Высочество?

— Так, — посмотрел строго на стариков, — Прекратите называть меня Высочеством. Просто Влас, на худой конец — господин. Свиристель, то есть Екатерина, — исправился быстро, — наверняка просила вас о подобном обращении в отношении самой себя.

— Всё так, Ваше… Господин.

— Уже лучше, — улыбнулся в ответ и пригласил Владислава с Галиной присесть, а затем, вкратце рассказал про встречу с сестрой, упуская некоторые моменты. Потому как не был в курсе: знали старики о том, что Свиристель являлась Летучей Мышью или нет.

Сомнения развеялись очень быстро, когда Влад упомянул, как мать в былые времена «крутила хвосты» таким типам, как Хромая нога.

Пришлось так же поведать о моей жизни в поместье Потёмкиных, про отъезд в Кровинушки, поступление на службу и встречу с матерью.

Сначала хотел пораспрашивать их самих, но решил, что на это еще будет время. Пусть старики порадуются новостям. Они слишком долго ждали известий от своей госпожи и уже почти отчаялись, начав думать, что Екатерина про них забыла.

Чай Галина организовала довольно быстро, перед этим быстро протерев пыль со стола и стульев. От обеда я отказался, так как решил, что трапезничать мы будем в гостиной в присутствии Олеси.

Негоже так надолго оставлять девчонку без присмотра, иначе ей станет скучно, и она сама найдет для себя развлечение, а это могло оказаться чревато неприятностями, потому как по словам Владислава, дом был напичкан разного рода ловушками.

— Правда в последние три года не находилось никого, кто попытался бы пробраться в особняк, — поведал слуга, что не могло не радовать.

Малая гостиная оказалась на первом этаже в правом крыле особняка. Сейчас мы все вчетвером уютно устроились за небольшим столом. Да — всё вчетвером. Я настоял, чтобы Владислав с Глиной отобедали с нами.

Успел выяснить, что хоть они и называли себя слугами, на самом деле оными не являлись. Не в прямом смысле. Род Перепёлкиных всегда служил императорской семье, а после событий двадцатилетней давности, барон на пару с женой отправился вслед за опальной княжной, как и некоторые другие верные ей люди, в числе которых оказался Милюков и моя нянька Мария. Неизвестно почему Свиристель после «смерти» сына с ней не связалась и не выяснила правду, хотя, может и пыталась это сделать, да только глава рода Потёмкиных внимательно следил за ситуацией и перекрывал все контакты.

Нестыковок было много, а уж о пробелах и говорить нечего. Я очень многого не знал, поэтому делать выводы и строить далеко идущие планы пока не собирался. Пока бы с насущными делами разобраться, а там видно будет.

— Олеся, — обратился к сестре, которая надулась как мышь и кидала недовольные взгляды на Перепёлкиных, — Я сейчас уеду, постарайся вести себя прилично, мы как-никак в гостях.

— Хорошо, — покладисто произнесла девушка, а я очень понадеялся, что ей хватит ума не выводить из себя наших слуг и не отправиться исследовать особняк самостоятельно.

Словно угадав мои мысли, старик произнес.

— Не беспокойтесь, я проведу молодой госпоже экскурсию. Поверьте, Скучать не придётся.

— Спасибо Владислав, — поблагодарил от души, — И за обед тоже, — поднявшись из-за стола, перевел взгляд на Галину, — Всё было очень вкусно.

Уже в дверях, меня догнала сестра.

— Влас, ты же отправляешься на поиски Коли? — взволнованно произнесла она и зажмурилась на мгновение, а потом на одном дыхании выпалила: — Возьми меня с собой!

— Нет, — ответил твёрдо, — Даже не думай, это может быть опасно.

— Вот именно! — воскликнула сестра, — А если с тобой что-то случится?

— Ничего не случится, не переживай. Вернусь к вечеру.

Щелкнув сестрёнку по носу, отправился на выход из особняка. Владислав, узнав, куда я собираюсь, предложил съездить вместо меня, но я отказал, потому как не был уверен в его навыках. Старик хоть и был крепким, но я сначала хотел проверить его возможности и только после этого ставить для Перепёлкина посильные задачи.

Выйдя за ворота, решил немного прогуляться. Вряд ли встречу знакомых, но на всякий случай надвинул капюшон на глаза и опустил голову.

Прежде чем ехать к городской усадьбе Саварина, которую тот заложил, необходимо было проветрится. Слишком много мыслей крутилось в моём воспалённом мозгу.

Попытался вспомнить, что бывший владелец этого тела знал о Екатерине Романовой, потому что лично я — ничего. Пробелы в обучении давали о себе знать. Необходимо было срочно исправлять ситуацию, но времени заняться самообразованием не оставалось.

— Так… вот оно, — пробормотал себе под нос, когда память услужливо подбросила нужные воспоминания.

Данных было мало, но они были и это не могло не радовать.

Оказывается, моя мать являлась родной сестрой нынешнего императора. Правда сейчас она находилась в опале. Ей вообще было запрещено под любым предлогом появляться в столице. Помнится, Влас читал, что Екатерину Романову обвиняли в попытке убийства брата, но прямых доказательств не было, и Император Александр пожалел сестру, выступив против смертной казни, которую требовал совет Высших родов. Кажется, она была сослана на каторгу и по дороге пропала без следа.

Ага, а через некоторое время в столицу прибыл купец Самохин с дочерью, которая очень быстро вышла замуж за графа Потёмкина, а ещё через два года трагически скончалась от несчастного случая.

Значит, я племянник Императора. Занятно.

Что мне это сулит?

Сейчас, ничего кроме проблем, но я люблю проблемы, особенно решать их кардинальным образом, правда прежде, чем что-то предпринимать, нужно переговорить с матерью и узнать реальную картину происходящего.

Глава 10

В это же время на другом столицы в большом особняке, усевшись в кресла, напротив друг друга, разговаривали двое мужчин вели серьёзный разговор.

— Вы уже в курсе, что опальная Екатерина Романова вернулась в Петербург?

— Сестра короля в столице? Ты уверен? Этого просто не может быть. Думал, что она сдохла много лет назад.

— Конечно, я уверен! — взорвался говорящий и нервно повел плечами, — Сначала тоже посчитал, что мои информатор что-то напутали, но, к сожалению, это не так. Эта гадина ввела нас в заблуждение. Столько лет водить всех за нос… Чертова стерва!

— Спокойно. Нам-то что с того? Она отказалась от права на трон, а значит, после Александра ближайшим престолонаследником являешься ты, поэтому её появление ничего не меняет. Будь у императора дети, геморроя бы прибавилось, а так…

— Хрен тебе, а не морковка! Катька приехала не одна, а вместе со своим цепным псом и ещё каким-то мальчишкой. Говори, что хочешь, но просто так эта сука никогда ничего не делала. Если она заявилась в Петербург, значит, что-то задумала, и это не сулит нам ничего хорошего.

Чернобородый побарабанил кончиками пальцев по столу, явно, задумавшись.

— Что за мальчишка?

— Какой мальчишка?

— Тот, про которого ты упомянул.

— Забудь, какой-нибудь очередной любовник. Потянуло старушку на молодых.

— Да какая она старушка, — огорчённо махнул рукой говоривший, — Сорок пять — не возраст для магов, а уж с кровью Романовых и их даром… Сам понимаешь… Надо выяснить всё про этого парня.

— Да сдался тебе этот мальчишка! Лучше придумай, как нам избавиться от суки. К ней не так-то легко подобраться, осторожная, стерва, а про парня забудь.

Чернобородый покачал головой, перебирая про себя мотивы возвращения в столицу сестры императора.

— Может, ты и прав, плевать на мальчишку, сосредоточим всё внимание на Екатерине, — стоило это произнести, как внутри поднялась буря протеста.

Интуиция просто вопила, что не стоит упускать из внимания молодого спутника Екатерины Романовой.

— Вот это правильно. Сейчас, когда всё подготовлено для решающего этапа, мы не должны допустить оплошности. Эта тварь может спутать нам всё карты. Давно пара было кончить эту стерву, ещё двадцать лет назад.

— Чего теперь говорить… — вздохнул чернобородый, — Главное сейчас всё сделать вовремя. Я найду подходящих людей. Катька хоть и сильна, но она всего лишь женщина. Что она сможет против пятерых высокоранговых, опытных, хорошо вооруженных мужчин? Правильно — ничего.

— Не надо её недооценивать, — нахмурился собеседник его собеседник, — Моя кузина всегда была хитрой и изворотливой сукой, а опыта ей тоже не занимать.

— Основное оружие Катьки яд и кинжал. Она всегда действовала тихо и аккуратно, в открытой схватке ей не выстоять.

— Может ты и прав, — потер подбородок двоюродный брат императора.

— Поверь, я чертовски прав. За столько лет Екатерина наверняка растеряла свои навыки.

— Или улучшила, — не согласился со своим оппонентом собеседник, — Никто за всё это время даже подумать не мог, что стерва до сих пор жива, — взвился мужчина, сжимая и разжимая кулаки, — Как же не вовремя она появилась.

— А я думаю, как раз вовремя. Катька не дура, наверняка, узнав о смерти наследников многих влиятельных родов, сложила два плюс два и прикатила спасать своего дорогого братца. Двадцать лет назад император не умер только благодаря её стараниям. В этот раз, подобного случиться не должно. Мы всё разыграем по нотам, а с этой тварью я сам разберусь. Где она, кстати, остановилась? Что говорят твои осведомители?

— В «Весёлом моте».

— Хм-м, значит решила поднять старые связи. Сегодня же организую за ней слежку и за мальчишкой, пожалуй, тоже. Не нравится мне всё это. Если с Цербером всё понятно, то здесь… Абы кого Катька за собой бы не потянула. Нужно выяснить что из себя представляет этот малый и кто он такой.

Кузен императора пожал плечами.

— Вроде как одарённый, ранг не скажу. Мой осведомитель не сумел близко к ним подобраться.

— Может он еще и рассмотреть их как следует не смог? — ехидно произнёс чернобородый, — И это вовсе и не Екатерина Романова, а кто-то на неё очень похожий?

— Сомнений в том, что это моя двоюродная сестра нет, — покачал головой Павел Андреевич.

— Ладно, разберусь, — поднимаясь с кресла, произнес мужчина, — Придется действовать быстро. Надеюсь, император до сих пор не в курсе происходящего?

— Вряд ли. Они прибыли в столицу вчера вечером. Сомневаюсь, что Катька успела обрадовать братца «воскрешением из мёртвых», но это ненадолго. Ищейки Александра никогда не спят: день, может два, и информация достигнет его ушей.

— Тогда придется действовать быстро, а раз так, то я пошел. Время слишком дорого. Связь будем держать как всегда. Здесь больше не встречаемся, и Павел… не глупи. Мои люди сработают чётко и быстро, сам не лезь. Не показывайся на глаза Катьке, тем более — Церберу. Думаешь, она не знает, кто виновник всех её бед?

Двоюродный брат императора пожал плечами.

— У неё нет доказательств, одни домыслы.

— Сдаётся мне, ей и этого хватит.

— М-да, пожалуй, ты прав. Катька — мстительная сука с хорошей памятью, такая ничего не забудет и никогда не простит.

— Сам всё сказал, поэтому поостерегись. Ты нужен нам на троне. Сдохнешь, придется искать иного кандидата, а это довольно проблематично в данных условиях.

Чернобородый ещё раз оглянулся на двоюродного брата императора, который сжимая челюсти, неохотно кивнул.

Седина в бороду, а всё такой же глупец, каким был раньше: вспыльчивый и недальновидный, зато жадный не в меру. Ладно бы хоть до власти, так — нет, ему подавай почитание подданных и восхваление его никчёмной персоны.

Впрочем, им такой и нужен, тот — кто будет сидеть на троне, светить своим породистым лицом, сверкать на балах и раутах, а самое главное — не лезть в политику: как внутреннюю, так и внешнюю.

Рассказ Павла о возвращении опальной сестры императора его серьёзно озаботил. Если информация подтвердится, нужно будет решить проблему как можно скорее, пока Екатерина не поняла, что о её появлении стало известно. Как только женщина узнает, что её обнаружили, забьётся в такую нору, всеми чертями не сыскать, уже проходили.

Мужчина тяжело вздохнул, вспоминая былые времена. Он очень хорошо знал младшую сестру императора, даже слишком хорошо, можно сказать: вдоль и поперёк.

— А ведь она была мной увлечена, — ухмыльнулся чернобородый, выходя из особняка, но даже тогда, ей нельзя было вертеть как вздумается.

Чувства и долг Екатерина четко разграничивала, не позволяя эмоциям затмить разум. Будь это не так, и всё могло обернуться по-другому. Он бы просто-напросто устранил императора, женился на его сестре и правил Российской империей, но нет — Екатерина уперлась как горная коза. У неё на жизнь имелись совершенно другие планы, не связанные с замужеством. Несмотря на влюблённость, выходить за него женщина не собиралась, тем самым решив свою судьбу.

Глубоко в душе мелькнула капля сожаления, но очень быстро пропала. Он должен был так поступить тогда и должен сейчас. Никто и ничто не могло встать на пути к его цели, даже женщина, к которой он когда-то давно питал привязанность, а в итоге — предал… и собирался предать вновь.

Он хотел отправить в отель, где якобы остановилась Екатерина, своих людей, но потом передумал, решив наведаться туда самому.

Это было довольно рискованно и безрассудно, именно от этого он предостерегал Павла Романова, но какая-то неведомая сила тянула его в «Весёлый мот», словно магнит.

Как назло, в отеле женщины и её спутников не оказалось, выяснилось, что они выехали сегодня с утра и куда направились, неизвестно.

Весь персонал, словно набрал в рот воды, не собираясь отвечать на вопросы.

Скрипнув зубами от досады, чернобородый вышел на улицу, толком ничего не узнав, но ничего… у него имелись свои способы получения информации, и он собирался ими воспользоваться.

Глава 11

У городского поместья Николая Саварина меня встретили два накаченных типа. Они не были магами, но с первого взгляда было видно — «профессионалы» своего дела. Короче: ни ума, ни фантазии, одна голая сила.

— Что надо? — пробасил один из них, заметив меня поблизости.

Поначалу не хотел привлекать внимания и попробовать пробраться на территорию особняка по-тихому, но понял, что не получится. Это в своём Потёмкинском поместье я знал каждый закуток и мог найти любую лазейку, а здесь — не прокатит. Применив дар, прекрасно почувствовал, что внутри находится как минимум человек тридцать, из них шестеро магов, ауры которых четко прослеживались, отличаясь более ярким, насыщенным светом.

Самое интересное, защитных заклинаний по периметру усадьбы не имелось, что было крайне странно. Неужели рассчитывали на обычную охрану или просто-напросто готовили ловушку для нежданного гостя. Это я не про себя, если что.

Я мог бы пробиться силой и справиться со всеми, но посчитал подобные действия неуместными и даже крайне вредными, так как неизвестно кто именно охранял поместье: были ли эти люди на службе у Саварина или же они работали на кредиторов. Был еще один вариант, но о нём я пока старался не думать. А ещё, можно было не успеть и пропустить звонок кого-нибудь из охраны в полицию. С законниками иметь дело не хотелось по ряду известных причин.

— Я повторяю, чего тебе здесь надо? — нагло, без капли уважения к аристократам повторил охранник, опустив руку на пояс и расстегнув кобуру, в которой находился магопистоль.

Второй тоже напрягся, но в отличие от первого, выхватил меч и принял боевую стойку.

Смешные…

Неужели думают, что смогут меня остановить? Впрочем…

— Спокойно, парни, — поднял руки, показывая ладони, — Я не собираюсь драться. Просто хотел задать пару вопросов.

— Вали отсюда, если не хочешь неприятностей.

— Фу-у, как грубо, — хмыкнул в ответ и покачал головой.

— Погоди, Вася, давай узнаем, что ему надо, — осадил напарника один из охранников.

— Да мне всего лишь узнать, дома ли хозяин?

— Какой хозяин?

— Этой усадьбы.

— Зачем он тебе? — подозрительно прищурил глаза Василий и сделал шаг вперёд, намереваясь то ли запугать меня своим видом, то ли задавить массой, то ли схватить за грудки и вытрясти всю имеющуюся у меня информацию.

Если это ребята действительно работают на Саварина, могу только поаплодировать: не дадут пройти супостату. Ещё были бы немного поумнее и вообще красота, хотя их тупость мне сейчас на руку.

Если они служат кому-то другому, то дела плохи, и мне обязательно нужно выяснить какого хрена тут происходит, что я сейчас и попытаюсь сделать.

— Что за странные вопросы? Я его друг, пришел в гости. Вообще, странно, раньше на воротах стояли другие парни. Всегда пропускали без проблем, да меня тут каждая собака знает, спросите хоть у кого. Кстати, а вас давно наняли?

— Не твоего ума дело, — нагло ответил охранник, а мне реально захотелось ему дать в пятак, да так, чтобы это хамло летело дальше, чем видело.

Поразительнее неуважение в Высшему сословию.

Скрипнул зубами от досады. Это вам не провинция, не район гетто и уж тем более, не высокочастотная зона, где противника можно спокойно прибить и прикопать в лесочке. Хотя, зачем прикапывать? Монстры сожрут и косточек не оставят.

— Дру-у-г говоришь, — протянул тот, который держал меч, — А когда ты его в последний раз видел… и самое главное, где?

— Я сейчас из него всё вытрясу, — усмехнулся второй охранник, и засунув магопистоль обратно в кобуру, схватил меня за грудки, грубо встряхнув.

Прикрыл на мгновение глаза, стараясь успокоиться и не прибить недоумка. Ещё никто ни в том, ни в этом мире не позволял себе такого вызывающего поведения в отношение меня. Я убивал и за меньшее, но здесь пришлось мысленно наступить себе на горло и изобразить страх.

Не всё же решать силой, иногда можно применить хитрость, тем более, охранники не могли почувствовать моего дара и этим надо было пользоваться. Имей парни хотя бы первый ранг, то без проблем распознали перед собой мага и даже пикнуть побоялись.

Я не применял заклинания, не пытался качать права и вести себя вызывающе, что свойственно большинству одарённых аристократов, поэтому они решили, что перед ними бесталанный мальчишка, с которым можно вести себя как вздумается.

— Пожалуйста, не нужно меня бить, — произнес жалобно, сжимаясь перед громилой и чуть ли не закатывая глаза от мнимого испуга, — Я ничего не знаю. Николай не явился на запланированную встречу, вот я и забеспокоился, решившись без приглашения наведаться в гости, а тут вы… Что за беспредел! — воскликнул возмущенно, но с нотками страха, даже не стараясь вырваться из захвата охранника.

— Где вы должны были встретиться? — рыкнул громила и ещё сильнее встряхнул мою тушку.

— Эм-м, где… — захлопал глазами, — В ресторане на набережной, недалеко от ростральных колонн.

— Когда?

— Так вчера ещё. Николай не пришёл, и я забеспокоился. Я ведь знаю о его неприятностях?

— Каких неприятностях? — поинтересовался второй, подходя ближе и приставляя к моему горлу меч.

— Про долги и про то, что Коля собирался заложить имение.

— Про девку его знаешь?

— Какую девку? — округлил глаза от удивления.

— С которой он сбежал?

— Не-ет, — замотал головой с таким усердием, что подумал, она у меня отвалится, — Не знаю. Мы когда встречались, он каждый раз новую приводил. Сами понимаете, мы люди холостые, развлечься хочется, а от бабы ведь не убудет… тем более, если всё по взаимному согласию, — начал нести полнейшую ахинею, — Погодите, вы сказали, Николай сбежал?

— Да нам плевать, с кем вы там трахались, — проигнорировав мой вопрос рявкнул охранник, — Олесю Потёмкину знаешь?

— Не-ет, впервые слышу, — произнес дрожащим голосом.

— Тьфу! Отпусти его, Васька, пускай проваливает.

— Уверен? — покосился державший меня на напарника, — Может к господину его отвести? Он этого парня сам поспрошАет.

— Не стоит отвлекать графа от важных дел. Ему сейчас не до нас. Сомневаюсь, что этот идиот что-то знает. Если оторвём господина без надобности, нам потом головы пооткручивают, как пробки от бутылок. Знаешь же, каким он бывает в гневе.

— Угу, — промычал Василий, и резко отпустив лацканы моего пиджака, толкнул назад, да так, что я не удержался на ногах и полетел на асфальт, упав на спину, и скрючился от боли.

Всё это происходило под громкий хохот обоих ублюдков.

На самом деле толчок охранника не возымел никакого действия. Моё давно уже усиленное тело восприняло толчок, как легкое прикосновение перышка. Пришлось импровизировать и разыгрывать спектакль.

Сцука, костюм жалко, теперь весь в дорожной пыли.

Самое поганое было то, что никто из прохожих не остановился, чтобы помочь несчастному, над которым издевались охранники.

Проходящего мимо было не много, но пара-тройка человек точно проскочила по переулку.

Аристократического вида дама, выгуливающая маленькую собачку типа пекинеса, как только увидела происходящие разборки, мигом схватила псину на руки и рванула за ближайший угол. Два молодых повесы бросили опасливый взгляд на происходящее и ускорили шаг. Ещё один господин просто отвернулся и перешёл на другую сторону улицы.

Несколько автомобилей представительского класса проехали мимо, так и не остановившись.

Не то, чтобы меня это волновало. Наоборот, я радовался, что никто не остановился и не спутал мне несвоевременной помощью все карты.

С другой стороны, это что получается?

В самой столице по среди бела дня запросто могут прибить человека, и никто не поможет, не сообщит о нападении? И это в верхнем городе?

Я знал, что такое постоянно происходило в нищих кварталах, но здесь…

Прихлопни меня эти двое и концов не найти: никто ничего не видел, никто ничего не слышал.

Надо будет поговорить с дядюшкой на досуге, если, конечно, удастся с ним встретиться, что патрули необходимы не только в вечернее и ночное время, но и в дневное.

Сделал вид, что с трудом поднимаюсь на ноги, до кучи издав стон боли.

— Тьфу, — сплюнул охранник, презрительно глядя на меня, — Слабак.

— Ага, ничтожество, — оскалился второй.

Показал бы вам, какое я ничтожество, но…

Хотя, может шанс ещё представится, а пока я похромал прочь, постоянно оглядываясь, словно боясь, что охранники двинуться следом.

Стоило зайти за угол соседнего особняка, выпрямил и выругавшись себе под нос, стянул пиджак, оглядывая его на предмет повреждений.

Глава 12

Рукав на одном из локтей порвался, а вся спина вместо черной, стала серой. Недолго думая, забросил его в пространственный карман, туда, где до сих пор лежал не вскрытый артефакт.

Вздохнул с сожалением, понимая, что ещё не скоро смогу разобраться, владельцем какой именно магической вещи я стал.

Впрочем, не к спеху.

— Вон там! Туда! — раздался впереди громкий голос, и из ворот особняка выскочила женщина, указывая направление четверым мужчинам, являющимся, судя по всему, её охранниками, — Там мальчика убивают! Помогите ему!

Отпрыгнул в сторону, иначе меня запросто могли смести с ног.

А ведь это та мадам, которая гуляла с собачкой.

— Приношу извинения за поведение моих людей, молодой человек, — довольно сухо произнесла она, рассматривая мою персону, — Они просто торопятся.

— Ничего страшного, я не в претензии, — обозначил легкий поклон и поспешил дальше.

Естественно, пострадавшего во мне женщина не узнала. Во-первых — видела издалека, а во-вторых — без пиджака, с выпрямленной спиной и гордо вздернутым подбородком, я никак не напоминал жертву недавнего произвола.

Быстро раскланявшись, рванул вперед и как только заметил, что женщина переключила внимание на другую сторону улицы, где скрылись её охранники, создал жемчужину и накинул на себя ПОЛОГ НЕВИДИМОСТИ, развернулся и побежал обратно к столичной усадьбе Саварина.

Теперь я не боялся, что меня смогут заметить.

Почему я не поступил так сразу и не проник в особняк, оставаясь невидимым? Тут много нюансов: одно из них — маги, находящиеся внутри, неизвестно какого они ранга. Да и магические ловушки для непрошеных гостей тоже не следовало исключать. Не хотелось бы попасть в одну из них, потом замучаешься выбираться.

Решил не лезть на рожон, а подождать до вечера, там видно будет.

Из разговора с охранниками стало предельно ясно, что здесь находились точно не люди Саварина. Его особняк оккупировал кто-то другой, а судя по вопросам, которые мне задавали, они искали мою сестру, а может и Николая заодно, но скорее всего, всё-таки Олесю.

Странно, что не спросили моего имени и не отвели к своему хозяину.

Было бы неплохо на него взглянуть, при этом притворившись веником. Я может и спровоцировал бы данную встречу, но за одним исключением…

Очень уж опасался, что господином этих охранников являлся прекрасно знакомый мне человек.

Осталось только одно — ждать.

Если Саварина тут нет, и я не получу никакой информации, то время будет потрачено зря. Я и сейчас сомневался, что граф остался жив, это, конечно, если сестрёнка права, и он не сбежал, бросив её на произвол судьбы, но раз я пообещал отыскать засранца, значит — отыщу: живого ли мёртвого.

Забавно было наблюдать за стычкой Василия и его напарника с охранниками «дамы с собачкой», решившей прийти на помощь неизвестному пареньку. Надо будет потом как-нибудь отблагодарить её анонимно.

Подумал об этом и в растерянности покачал головой. Дожил. Могущественный, не знающий пощады Тёмный Властелин собирается выражать кому-то признательность. Узнай кто о таком в прошлом мире, точно не поверил или просто покрутил пальцем у виска.

Скрипнул засов, и ворота отъехали в сторону, выпуская из поместья бронированную машину. Очень знакомую, надо сказать, машину. За ней двинулись еще три такие же. Последняя остановилась, и Василий с напарником скользнули внутрь.

Следом из ворот выскочили несколько человек, размахивая мечами и магопистолями.

Интересно, это что тогда получается?

Нет, я видел стремительные перемещения людей внутри территории, но не думал, что там происходило противостояние. Ведь ни выстрелов, ни звуков боя слышно не было.

Глушилка?

Вполне возможно, а может и ещё что-то посерьёзнее, потому как у меня даже мысли не закралось, что внутри поместья случилась схватка.

Только вот кого с кем?

Нет — не правильный вопрос. Одного участника я уже вычислил, осталось понять, кто был вторым.

Колонна из автомобилей с визгом пронеслась мимо меня. Если бы не отличное зрение, усиленное заклинанием с увеличенным скоростным режимом, ни за что не смог бы разглядеть скрученную фигурку на заднем сидении автомобиля.

— Хе-х, вот значит как!

Похоже Николай Саварин всё ещё жив, а значит, пора последовать за ними.

Упустить из вида преследуемых я не боялся, потому как знал, куда они направлялись. Даже если ошибался, то невелика потеря. Имелось всего пара мест недалеко от столицы, кроме главного особняка, куда Лев Потёмкин мог увезти жениха моей сестры.

А раз Николая забрал он, то пока можно было не слишком переживать о его кончине.

Папаша ничего не сделает, до коли не узнает, куда подевалась его непутёвая дочь. Главное, чтобы Саварин продержался до моего прихода и не раскрыл рот раньше времени.

Уже навострил лыжи в сторону главного особняка Потёмкиных, как услышал душераздирающие вопли, доносящиеся из поместья Николая.

Нахмурился.

Да что там вообще происходит?

— Закрывай ворота! Закрывай, кому говорят! — раздался громкий встревоженный крик, и пара крепко сбитых мужчин быстро начали выполнять команду, но я успел заметить, как во дворе мелькнула огромная туша неопознанного монстра, а затем, раздались звуки боя.

Не думая ни секунды, на полной скорости рванул вперед, успевая проскочить во внутрь в самый последний момент, и почувствовал, как усадьбу накрывает куполом.

Хе-х, а ведь я был прав. Отсутствие защитных заклинаний отметил правильно, а вот воздействие артефакта, причем очень высокого ранга, пропустил.

По ощущениям сразу понял, с чем имею дело. Купол, который закрыл поместье, не давал просачиваться звукам наружу, накладывая что-то наподобие сферы молчания, заодно, глуша магические всплески.

Вот почему я не заметил схватки. Хитро.

Только не это сейчас занимало мои мысли, а то, что в самом центре усадьбы Савариных открылся самый настоящий разлом. Он изначально не был большим, но я видел его вариативную структуру и понимал: если разлом не зачистить вовремя, буквально через полчаса он начнет разрастаться.

Какого хрена они активировали артефакт?

Теперь ни один центр МИГов, не сможет узнать о возникновении разлома посередине столицы.

Мужчина в сером камуфляже раздавал команды. Десять человек смело и отважно бились с выскочившими навстречу кровожадными тварями. Пока справлялись, но я не был уверен, что их хватит надолго, потому как из всей десятки магом был только один, да и то, судя по всему, не особо сильным, так — середнячок.

Пожалуй, им сегодня повезло, потому-что я оказался в нужное время и в нужном месте.

Придётся Николаю немного подождать. Надеюсь, он не откинет копыта до тех пор, пока я до него не доберусь.

А сейчас…

Выхватил из-за пояса Армис и кинулся вперед, на ходу огибая одного из сражающихся, который с трудом успел уклониться от монстра чем-то похожего на огромного медведя гризли. Армис с лёгкостью вспорол кожу, заставляя тварь взреветь. Смертельный удар не получился, потому как я впервые встретился с таким монстром и не знал куда бить. Энергетическое ядро могло оказаться где угодно.

Был вариант просто сжечь ублюдка, но я опасался, что затрону защитников усадьбы, да и сам особняк заодно, поэтому пришлось действовать наобум.

— Ты кто такой? — оказался около меня командир охраны, — Откуда взялся?

— Это не важно. Важно — то, что я сейчас ваша последняя надежда на спасение, если, конечно, вы не откроете ворота и не рванёте прочь.

Мужчина кинул на меня такой яростный взгляд, что впору было стушеваться, но я лишь хмыкнул, поняв, что никто никуда не побежит.

— Мы не можем открыть ворота, если это сделать, твари выскочат наружу, а там ведь квартал: женщины, дети… Это мать твою, СТОЛИЦА! Думаешь, аристократы смогут быстро остановить монстров? Половина из них никогда тварей в глаза не видела. Пока МИГи доберутся до места, жертв будет немерено.

Глава 13

— Но глушилку-то можно было убрать! — рявкнул, я на ходу снимая голову какой-то мелкой, но злобной твари, которая норовила оттяпать мне ногу.

Хрен ей, а не моя нога!

— Хе-х, ловко, — бросил мужик, прикрывающий мне спину, уничтожив примерно такого же монстра.

— А-то, без головы уже не побегаешь, — хмыкнул в ответ.

Вообще, ребята действовали довольно слажено, особенно для городских… для тех, кто встречался с тварями от силы раз пять, а может и меньше.

Это было заметно по их пусть и уверенных, но немного скованных движениях.

Они не знали, куда бить и чего ожидать от противника.

В бою с людьми всё проще. Враг известен, как и способ его уничтожения, надо только постараться и обхитрить, прежде чем нанести решающий удар, или же просто-напросто быть на голову сильнее.

В бою с монстрами предугадать ничего не возможно. Здесь необходимы знания и опыт, впрочем, как и везде.

Увидел, как падает один из парней, располосованный когтями медведеподобной твари, заливая землю алой кровью.

— Не жилец, — констатировал тихо, видя разорванное горло защитника.

Такими темпами они все здесь полягут.

— Так что с артефактом? — крикнул вновь.

— А это не мы! Мы только ворота закрыли! Если твари хлынут сплошным потоком, нам не удержать.

— Так снимите его действие! — рявкнул раздраженно, отсекая голову одного из монстров Армисом, а затем, сформировав несколько воздушных лезвий, запустил в тварей, что атаковали ближайших ко мне парней.

— Не можем! Его ублюдок Потёмкин ставил! А куда запрятал, понятия не имею. Сходу точно не найти, а терять время сам понимаешь…

— Хм-м, понимаю, — пробормотал себе под нос.

Попробовал сосредоточится, но из-за повышенного магического фона в результате возникновения разлома, ощутить где-то поблизости артефакт не сумел.

Гадство, вот и что теперь делать?

Ответ на этот вопрос у меня был. Я прекрасно знал, как справиться с возникшей ситуацией практически без потерь, но тогда особняку Саварина придет конец.

Да и хрен с ним!

Если всё образуется, и Николай действительно не бросал мою сестру, то подсоблю. У меня проблем с деньгами нет. После экспедиции в высокочастотную зону, в загашнике, точнее в пространственном кармане, накопилось столько добра, что я мог бы посоперничать богатством с самим императором.

Монстры полезли с удвоенной силой, разлом начал расширяться, захватывая практически всю усадьбу.

Мой временный напарник сформировал водяной диск и метнул его в морду ближайшей твари.

Монстр взревел, замотал огромной башкой, но удар выдержал, разъярившись ещё сильнее.

Окровавленная рожа выглядела довольно жутко, потому как лезвие диска снесло всю правую строну, оголив голые кости.

А это ещё что такое?

Присмотрелся к мерцанию в раздробленной части.

— Есть! Энергетическое ядро находилось у этих медведей-недобитков прямо в башке. Теперь будет проще. По другим частям тела можно не лупить почём зря.

— А почему недобиткам? — поинтересовался боевой партнёр.

— Потому что скоро они все сдохнут. Прикажи своим парням отступить к воротам! — взревел я, — Пусть защищают выход и сам отходи!

— А ты?

— А я зачищу территорию. Если кто прорвётся мимо меня, добивайте!

— Ты что, собрался в одиночку закрывать разлом?

— Ага, — весело усмехнулся, — Не впервой!

— Ты псих!

— Всё будет в порядке. Я справлюсь!

— Уверен? — с сомнением произнес напарник по оружию, но ответа дожидаться не стал, тут же выкрикнув команды своим бойцам, — К воротам! Все живо к воротам! Шевелите копытами! Что бы ни одна тварь не вырвалась на улицу! Витя, берешь командование на себя!

— Есть, господин! — откликнулся черноволосый мужчина, тут же отдавая приказы выжившим бойцам.

Я же, больше не оглядываясь назад, рванул вперед, вглубь разлома, на ходу формируя дюжину жемчужин и активируя заклинания, которые полетели в разные стороны, накрывая монстров, спешащих мной перекусить, огромным шквалом.

— Твою дивизию! — раздалось позади.

Даже оборачиваться не стал, понимая, кто именно матерится за моей спиной.

— Какого хрена ты попёрся следом?

— А что, надо было оставить тебя одного? Глупый мальчишка! Что ты вообще здесь забыл? Тебя не должно было оказаться в усадьбе! «Мало» мне сегодня смертей… Не хочу ещё одну на свою душу брать.

— Не беспокойся, я точно не помру, а вот ты — вполне можешь, но я так уж и быть, прикрою.

Ситуация начала меня веселить, потому как я уже понял, что кроме всякой мелкой шушеры и медведеподобных монстров, никого больше не будет.

Я с легкостью мог с ними справиться, абсолютно не напрягаясь, правда после этого, особняк Саварина можно было было списывать на ноль.

— Так уверен в своих силах? Сколько тебе лет парень?

— А разве это имеет значение? По-моему, нет.

— Что тогда имеет? — хмыкнул мужчина.

— Вот что…

Я сформировал еще несколько жемчужин, решив ударить по «всем фронтам», при этом стараясь не зацепить боевого товарища.

Всё вокруг превратилось в какофонию звуков, дребезжание, рёв и хрипы умирающих монстров.

Кто не попал под мою атаку, того с упорством носорога добивал мой напарник.

Когда количество тварей начало редеть, мужчина оглянулся по сторонам и понял, что скорее всего, после закрытия разлома вместо особняка, окажется груда камней.

— М-да, не слабо мы покуролесили.

— Так ещё не всё. Сейчас предстоит самое весёлое.

— Бой с Боссом?

— Ага.

— Я, кстати, Климентий Соколов, можно просто Клим.

— Влас.

— Просто Влас?

— Боюсь моя фамилия тебе не понравится, — ухмыльнулся криво.

— Даже так…

— Угу.

Я уже сообразил, что передо мной глава рода Соколовых. Слышал о нем мимоходом. Кремень мужик, а главное — правильный. За своих всегда горой. Род с нуля поднял. По возрасту мне в отцы годится, но молодец, права качать не стал перед «сопляком». Быстро сообразил, что в уничтожении монстров я компетентнее его и отдал инициативу.

Только вот что он тут делал? Каким образом связан с Савариным? Почему сцепился со старшим Потёмкиным?

Вопросов, хоть отбавляй, но сейчас не время и не место их задавать, как, впрочем, и отвечать на заданные.

— Давай после. Сначала ублюдка завалим, затем поговорим. Хотя, вряд ли. Мне потом Николая вытаскивать из задницы, в которую он попал.

— Так ты друг моего двоюродного братца?

— Значит, вы с Савариным родственники?

— Ага, — кивнул в ответ Соколов.

— Честно… Я твое брата видел от силы пару раз.

— Тогда почему…

Договорить Клим не успел, оглушительный рев раздался примерно в сотне шагов от нас, а затем, кирпичная стена начала рушиться, открывая проход и представляя нашему взору огромную тушу монстра.

— Ого, вот это громадина!

— Н-уу, — протянул я. — Не сказал бы.

— Что, видел больше?

— Намного-намного больше. Знаешь, это просто букашка по сравнению с тварями, которые водятся в Высокочастотной зоне. Мы её сейчас быстро завалим, ты только подсоби немного.

— Что нужно делать?

— Ничего особенного. Просто отвлеки эту дуру.

— Без проблем.

Тварь как раз заметила противников и довольно ловко для своей массы двинулась в нашу сторону, круша всё на своём пути.

— А ну, сцука, иди сюда! — заорал Соколов, и выхватив магопистоль, с наслаждением всадил в голову медведя-переростка всю обойму.

Жаль, не попал в ядро, тогда можно было бы считать этот бой самым коротким в истории уничтожения Боссов.

Череп оказался намного прочней, чем он думал, но я так и предполагал. Было бы смешно, сдохни хозяин разлома от обычных пуль.

Изменённая реальность, в которой мы сейчас оказались, не давала нормально развернуться. Вокруг нас находился не особняк, а непонятные катакомбы, правда с очень высокими потолками, но довольно узкие. Именно поэтому было затруднительно атаковать тварь так, как я собирался это сделать, но несмотря на неудобства, всё-таки решил применить уже проверенный способ.

Монстр действительно оказался большой, поэтому, просто так до его головы дотянуться было невозможно. Все магические атаки ублюдок выдерживал пусть и не с лёгкостью, но уж точно подыхать от них не собирался.

Необходимо было подобраться ближе, чтобы так же, как его миньонам, снести башку.

Глава 14

Недомедведь дернулся в сторону Климентия. Твари очень не понравились выстрелы. Боль затмила звериный разум. На меня монстр даже не обратил внимания, сосредоточившись на другом противнике, которого решил разорвать на части и схарчить в отместку за причинённый ущерб.

Как только ублюдок повернулся ко мне спиной, начал действовать.

Вперед полетела черная жемчужина, а за ней посыл:

«ЗЕМНАЯ ТВЕРДЬ».

Мигом взлетел вверх по невидимым ступеням, и не долго мудрствуя, всадил Армис в энергетическое ядро твари.

Монстр не успел среагировать, он даже не повернулся. Хотя, с чего бы ему это делать? Тварь всецело сконцентрировалась на Климе. Обо мне медведь-переросток просто забыл, поглощённый яростью и болью.

— В сторону! — заорал я, когда монстр начал падать.

Соколов среагировал мгновенно. Одну секунду назад он находился на расстоянии вытянутой руки от Босса, в другую — стоял у противоположной стены, с удивлением и злорадным удовлетворением глядя на дохлую тварь, которая с грохотом упала на землю.

— Хе-х, ну ты даешь, — крякнул Клим, — Даже не думал, что так быстро справимся.

Пожал плечами. Не говорить же новому знакомому, что во время зачистки разлома я даже не вспотел, но да ладно… Всё хорошо — что хорошо кончается.

Несмотря на это, глубоко в душе грыз червячок сомнения, потому как перед глазами предстал боец с располосованном горлом.

Надо было начинать действовать раньше, тогда жертв точно бы не было.

Отбросил непривычные мысли. Никогда раньше не испытывал сожаления и сейчас не собираюсь.

Я сделал то, что сделал. Оказался в нужном месте, в нужное время. Без меня эти парни, скорее всего, полегли все, половина уж точно.

— Пора убираться отсюда, — проворчал Соколов обеспокоенно, оглядываясь по сторонам.

Я тоже ощутил возмущения пространства. Возникший разлом был крайне неустойчив. Это чувствовалось с самого начала. Сейчас он буквально начал мерцать в энергетическом плане.

— Двигаем отсюда! Ходу! — выкрикнул на бегу, понимая, что еще пара минут и нас утянет в чужой, враждебный мир.

Пришлось ускориться. К воротам мы подбежали как раз вовремя.

— Открывай! — пронеслась по двору команда Клима, и железные створки в одно мгновение разъехались в стороны, выпуская нас из усадьбы, которая запросто могла стать для всех гибельной ловушкой.

— Уф-ф, — послышались со всех сторон вздохи облегчения.

— Закрывай! — тут же скомандовал Соколов.

Вот сейчас я не понял. По идее, следовало как раз оставить ворота раскрытыми, чтобы ближайший центр МИГов засек возмущения и отправил сюда команду зачистки, даже несмотря на то, что зачищать уже было нечего, но Соколов сделал всё иначе, позволив артефакту вновь включить глушилку.

— Почему? — поинтересовался я.

— Не сейчас, — бросил в ответ Климентий и стал раздавать указания своим людям, которые сразу же убрали оружие и начали, насколько это возможно, приводить себя в порядок.

Выглядели его парни очень колоритно: грязные, в крови, с перекошенными рожами и свисающими с ушей кишками монстров. Впрочем, мы с Соколовым тоже от них не отставали.

Это рядом с Высокочастотной зоной, в том же Сибирском Посаде, подобная картина не вызвала бы удивления, но здесь, в самом центре столицы…

— Влас, мне не хватит сил. Помоги полог на всех набросить. Не хочу, чтобы на моих парней глазели, да и лишних вопросов не хочу.

— Без проблем.

Не стал ждать, когда Клим сформирует заклинание, просто создал несколько жемчужин и послал в каждого бойца Соколовых. Климентия тоже прикрыл, а заодно и себя.

— Готово.

— Ну ты силён, — восхитился глава рода.

— Ерунда. Здесь нет ничего сложного.

— Не скажи…

Все оставшиеся в живых бойцы, кроме одного погибшего, расположились с двух сторон от ворот, готовые вновь ворваться внутрь.

— Ладно, вы как хотите, а мне пора.

— Куда-то торопишься? — поинтересовался Клим.

Странно. У него что, склероз?

— Я же говорил, Николая спасать надо.

— Ааа-а, — отмахнулся Клим, — можешь не спешить. Непосредственно сейчас его жизни ничто не угрожает… Наверное, — слегка подумав, добавил глава рода Соколовых.

— А почему вы не расходитесь?

— Зачем? — не понял Климентий, — Это теперь моя усадьба. Братец заложил, а я выкупил. Когда поправит финансовое положение, вернёт обратно. Препятствовать не стану.

— Если выживет, — проворчал недовольно.

— Этот ублюдок его точно на тот свет не отправит, только если покалечит, но тут уж ничего не поделаешь. Сам виноват. В случае чего, целители поставят на ноги, если, конечно, их не поотрывают.

— Ты сейчас про Потёмкина?

— Угу. Откуда знаешь?

— Видел, как его машины из ворот выезжали и Саварина на заднем сидении видел, спелёнатого как младенца.

— Всё, пора заходить, — решил Соколов перевести тему, — а то кто-нибудь высокоранговый пройдёт мимо и к хренам наша маскировка.

— Думаешь уже закрылся? — спросил у Клима, хотя сам считал также.

— Ага.

— Пошли тогда, посмотрим, да и парням твоим надо помощь оказать, — кивнул в сторону троих бойцов, которые зажимали раны.

Если у двоих ничего серьезного, угрожающего жизни не было, то состояние третьего вызывало опасения.

Парень держался за живот, согнувшись в три погибели. Кроме пятна крови, разлившегося по одежде ничего видно не было, но я уже просканировал бойца своим даром и мог с уверенностью сказать, что у бедолаги кишки наполовину вывалились наружу. Ещё каких-то минут десять, и он точно откинет копыта.

В поместье вошли осторожно, беспокоясь, что разлом ещё не схлопнулся, но это мы зря.

Всё оказалось чисто, за исключением дохлых монстров, лежащих во дворе и полуразрушенного особняка.

М-да, картина удручающая, но вполне себе поправимая.

— Какого хрена? — возмутился кто-то из бойцов, указывая на туши монстров.

Его удивление можно было понять, ведь при схлопывании, мертвые твари являясь частью другого мира должным были исчезнуть без следа.

— Интересный феномен, — произнес задумчиво, — но вполне объяснимый.

Разлом был нестабильным и настолько перемешался с нашей реальностью, что просто схлынул по краям, засасывая внутрь то, что осталось только в середине.

В принципе, мы могли не спешить покидать усадьбу, но я всё равно рад, что это сделали. Лучше перебдеть, чем недобдеть.

С особняком та же история. Там, где связь между мирами оказалась некрепкой, появились повреждения, а вот в самой середине дом Саварина остался прежним: ни капли не пострадав.

Не стал ждать и сразу обратился к ближайшим бойцам:

— Парни, подхватывайте вот этого товарища, тащите в гостиную или куда там… Короче, желательно на стол, будем лечить.

Раненый боец, несмотря на огромную кровопотерю, боль и распоротое брюхо, всё ещё держался на ногах.

Удивительна стойкость.

Ребята Соколова перевели взгляд на главу, ища подтверждения моим словам.

Климентий кивнул, и всё закрутилось с бешеной скоростью. За пару минут Иван, так звали раненого, оказался на горизонтальной поверхности, его одежда была вспорота, открывая живот, который, честно сказать, сейчас походил на самый настоящий хот-дог.

— Твою за ногу! — выругался Клим, — Сможешь спасти?

Соколов не предполагал, что его боец настолько сильно ранен.

— Угу, только не мешайте.

Климентий посмотрел на меня со скепсисом, но промолчал, давая действовать.

Недолго думая, вправил кишки обратно внутрь, а затем, сформировав сразу пять чёрных жемчужин, приложил их к вспоротому брюху.

— Уу-ууу-а, — взревел тот.

— Терпи. Хотя… Что-то я затупил немного, — Еще одна жемчужина и боец отключился, — Так-то лучше.

— Что с ним? — поинтересовался Соколов.

— Спит, — отмахнулся от графа и принялся обеззараживать организм и сращивать ткани.

Лечение не заняло много времени и сил. По сравнению с вытравливанием паразита из матери, это оказалось плёвым делом.

— Готово, — минут через пятнадцать произнес я, — Основное я сделал. Жить будет, но вызовите лекаря, пусть посмотрит и определит дальнейшее лечение.

— Ну, Влас. Ты на все руки мастер, — покачал головой Соколов, — Спасибо тебе огромное.

Кивнул, принимая благодарность.

— Поговорим?

— Да, только раздам инструкции ребятам. Поднимайся на второй этаж, вторая дверь слева.

Глава 15

Как только подошел Соколов, не стал мять сиськи, а спросил напрямик:

— Зачем Потёмкин захватил Николая?

Я прекрасно знал ответ на этот вопрос, но с чего-то надо было начинать разговор, так почему бы и не с этого.

— Знаешь, если бы мы только что не сражались плечом к плечу, я даже не подумал бы посвящать тебя в дела семьи, ведь ты сам обронил, что видел моего брата всего пару раз.

— Хм-м, так и есть.

— Но зачем-то пришел сюда, а значит, тебе от Коли что-то нужно.

— Ну да, кое-что, — пожал плечами.

— Вот и я о том же… Он должен тебе денег?

— Нет. Лично мне, Николай ничего не должен, а вот моей сестре…

На лице Климентия проступила работа мысли, а затем, глава рода Соколовых сжал кулаки и дернулся в мою сторону, поняв, кто именно находился перед ним, но вовремя успел взять себя в руки и остановиться.

— Поясни.

Пришлось коротко рассказать о том, что случилось за последние два дня. Естественно, ничего лишнего говорить не стал, только коротко и по делу: о встрече с Олесей и её переживаниях.

— И ты готов пойти против отца? Пойти против своего рода, чтобы помочь незнакомого человеку?

— Саварина любит моя сестра, для меня этого достаточно, а что до отца… Пусть горит синим пламенем, ублюдок.

— Странно всё это: Лев увозит Николая, скидывает в усадьбе заглушающий амулет, очень редкий и дорогой амулет, между прочим, а затем появляешься ты, как какой-то грёбаный спаситель. Согласись, выглядит очень подозрительно.

— Не спорю, но что есть — то есть.

— Ты точно не имеешь отношения к возникновению разлома? — прищурившись, напряженно спросил Климентий.

— Вот сейчас не догнал, что ты имел ввиду? — настала моя очередь недоумевать, — Какого хрена тут происходит?

— Я бы тоже хотел это знать, — по моему обалдевшему выражению лица Клим понял, что я точно не при чём, и устало потер лицо ладонями, — Подозреваю, что твой отец каким-то образом приложил руку к появлению разлома.

Покачал головой.

— Такого просто не может быть. Разломы — это осколки другого мира и открывается только при соприкосновении с нашей реальностью. Никогда не знаешь, где именно произойдет разрыв. Их невозможно притянуть по желанию.

— Я тоже так думал, но… Понимаешь, Лев знал, что через пару минут после его отъезда здесь разверзнется ад. Он даже посмеялся над этим. Сказал, что мы не проживем и пары часов, что нас всех схарчат твари, и был прав. Если бы не ты, так и случилось. Вот почему я предполагаю то — что предполагаю. Либо твой отец сумел научиться управлять меж мировым пространством, либо имеет артефакт сходного назначения. Ты понимаешь, что это значит? Льва нужно остановить. С такими умениями он опасен, — у Соколова яростно сверкнули глаза, он явно был очень взволнован и обеспокоен.

Впрочем, его можно было понять. Существуй подобные знания на самом деле, и могла случиться непоправимая катастрофа. Каждый, сумевший завладеть ими, попытался бы перетянуть одеяло на себя.

С возможностью открывать разломы где угодно и когда угодно, можно было обрести невиданную власть. Да ладно, власть… С такими возможностями можно было захватить весь мир, но я очень сильно сомневался в данной теории.

Не мог никто овладеть подобными знаниями просто потому, что это было в принципе невозможно.

Об этом и сказал Соколову.

— Вряд ли мой отец причастен к возникновению разлома. Я в это не верю.

— Но он прямым текстом сказал…

— Должно быть другое объяснение, и я его найду. Если понадобиться, выбью силой, а теперь рассказывай, какие тёрки у Николая со Львом, кроме того, что он сбежал с моей сестрой.

— Ну, как тебе сказать? Есть кое-что, но Кольку и забрал потому, что хочет вернуть дочь во чтобы-то ни стало. Там партия выгодная наклёвывается. Сам Юсупов изволил свататься.

— Ах, вот оно в чём дело, — пробормотал я, — Не хочет упустить возможность присосаться к очередной кормушке.

— Будешь? — Клим подошел к секретеру, и открыв створку, достал пузатый графин с коньяком.

— Пожалуй откажусь, мне нужна трезвая голова.

— Хм-м, — с сожалением вздохнул Соколов и убрал графин обратно, — Кофе?

— С удовольствием.

Миловидная служанка расторопно принесла две чашки ароматного напитка, поставила на стол маленький графин с молоком, а также тарелку с незатейливой выпечкой и тарталетками.

Когда она скрылась за дверью, продолжили разговор.

— Видишь ли, мой двоюродный брат, несмотря на свой возраст, довольно наивный человек. Иногда я поражаюсь его доверчивости. Не знаю каким образом он сошелся со Львом, но они вместе вложились в одно предприятие и… — Клим на мгновение замолчал.

— Прогорели? — предположил я.

— Да нет, — усмехнулся собеседник, — Не прогорели. Просто Николая на тот момент больше волновала твоя сестра, чем бизнес, и он подписал генеральную доверенность на Потёмкина, а дальше сам понимаешь… Твой отец оставил моего идиота брата без штанов, вытряхнув из него практически всё до последнего рубля.

— Твою же на-ле-во! — хлопнул себя ладонью по лбу, — Чем Николай, вообще, думал?

— Уж точно не головой, — хмыкнул Климентий, — Я поначалу считал, что Олеся причастна к его несчастьям, но навел справки и понял, что девочка просто влюбилась в моего непутёвого брата.

— Сестра точно не при делах, да и отец разорил Саварина не сам, конечно, всё делалось с его подачи, но руководила процессом однозначно одна из жен: кто именно сходу сказать не смогу.

— Я не воюю с женщинами. За всем этим стоит Потёмкин, и у меня к нему свои счёты.

— Встань в очередь, — буркнул в ответ, — Уверен, она выстроится довольно длинная, а я в самом её начале.

— Ладно, это всё лирика, — тряхнул головой Соколов, — Как мы будем вытаскивать Колю?

— Мы?

— Конечно. Не думаешь же ты, что я останусь в стороне?

— Я на это рассчитывал.

— А вот хрен тебе. Пойдём вместе.

Подумал пару минут.

Почему бы и нет? Помощь не помешает. Я бы и один прекрасно справился, но вдвоём будет проще.

— Хорошо. Поедем вместе.

— Знать бы ещё куда, — резонно заметил Климентий, — Есть намётки?

— Пара вариантов имеется. Далеко отец не станет его прятать. Нужно проверить загородное имение — это тут недалеко, и соответственно — городской особняк.

— Угу, — согласно кивнул Соколов, — Куда сначала отправимся?

Пораскинул мозгами.

— Не знаю, боюсь ошибиться, но думаю за город. При свете дня в столичную усадьбу вряд ли прошмыгнём незамеченными, а с боем прорываться не вариант.

Соколов задумчиво потёр подбородок.

— А может рискнуть? Возьму своих бойцов, подтяну гвардию рода и…

— Без объявления родовой войны? Думай, что предлагаешь. На такое вопиющее нарушение закона глаза не закроют. Весь род подведёшь под виселицу.

— Не подведу. Если найдем Колю и докажем виновность Потёмкина, я буду в своём праве.

— А если не найдём? Если его там нет и Лев увёз твоего братав совершенно в другое место… Что тогда?

— Не знаю! — Соколов ударил кулаком по столу.

— Вот поэтому мы сделаем так, как предлагаю я.

— Добро. Я сейчас парней предупрежу, чтобы были готовы.

— К чему? Клим, ты не понял? Мы пойдём вдвоём. Отряд, пусть даже из десяти человек, привлечёт внимание: кто-нибудь, да проколется. Пускай не на подступах к усадьбе, так внутри нарвется на охрану или слуг: чем нас меньше — тем лучше.

Климентий задумался.

— Вдвоём — так вдвоём, но как мы проберёмся в особняк?

— Ха-х, положись на меня. Я прекрасно знаю все ходы и выходы. Главное, всё сделать тихо и незаметно.

— Тогда не будем тянуть время, — поднимаясь с кресла и закидывая в рот тарталетку с икрой, произнес Соколов.

Выехать сразу не удалось. Пришлось подождать, пока Климентий раздаст очередные указания. Я в это время позвонил Галине и попросил передать сестре, что задержусь, а может, и вообще не появлюсь дома до завтра. Не хотелось, чтобы Олеся волновалась.

Глава 16

Поездка в загородную усадьбу не принесла никаких результатов. Мы даже не зашли внутрь, потому как в этом не было необходимости. Хватило того, что я переговорил с некоторыми жителями деревни, одним из которых оказался пастух Федька, закадычный друг Власа в детстве. Пацан часто сбегал из опостылевшего особняка и проводил время в компании простолюдинов.

Федя, узнав меня, очень обрадовался, тут же принявшись рассказывать новости.

Оказалось, что несколько дней назад усадьба сгорела практически дотла.

Что это было, случайное самовозгорание или спланированный поджог, деревенский парнишка не знал, но у меня сложилось чёткое ощущение, что я знаю ответ на этот вопрос.

В этом особняке находился портрет матери, и она обмолвилась, что его нужно непременно уничтожить.

Ага, уничтожила вместе с поместьем. Надеюсь, не с его обитателями.

Карину и ещё пару жён отца было не жаль, эти твари меня сами убить пытались, так что: «кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет», а вот остальные не заслуживали подобной участи, тем более — слуги.

К счастью, как рассказал Федька, никто не пострадал, всех успели эвакуировать, и в последний дни, считая сегодняшний, к стенам погоревшей усадьбы никто не подъезжал.

Время бежало незаметно, поэтому к столичному особняку Потёмкиных мы прибыли только к десяти вечера.

Остановились за квартал от дома, и выйдя из машины, не спеша направились в сторону городской усадьбы, где бывший владелец моего тела провел детские годы. Пришлось набросить СКРЫТ. На двоих построить высокоранговое заклинание оказалось проще пареной репы. Это не на десяток человек раскидывать. Пожалуй, сейчас нас мог заметить разве что гранд-мастер. Всё же набрался я сил в высокочастотной зоне. Пускай до прежнего уровня всё еще оставалось далеко, но я был собой доволен.

В императорскую сокровищницу забраться не решился бы, а вот в особняк Потёмкиных — запросто. Здесь не было никого, кто мог обнаружить нас с Климентием до тех пор, пока я этого не захочу или пока мы не попадем в прямое столкновение с противником.

На подходе к особняку, Соколов чуть не врезался в выбегающую из ворот разъярённую женщину. Едва успел отпихнуть горе-напарника в сторону.

Ещё секунда и нас точно бы разоблачили.

— Лучше бы пошёл один, — проворчал мысленно.

— Ирина Константиновна, подождите… — попытался остановить одну из жен Льва Потёмкина охранник, дежуривший на посту, за что в ответ был послан в далеко и надолго.

— Заткнись Слава и только попытайся мне помешать. Если мой недоумок муж не может найти мою дочь, я сделаю это самостоятельно! — рявкнула женщина.

Ну-да, точно, это же мать Олеси. Как я раньше о ней не подумал? А сестрёнка-то тоже хороша…

Какой бы стервой не была женщина, мне стало её жаль. Она действительно любила дочь и сейчас очень волновалась. К тому же, Лев вряд ли посветил её во все детали происходящего. Ирина вообще-то всегда была самой спокойной и уравновешенной из всех жён Потёмкина, скорее даже — незаметной. Мне в детстве никакого зла не делала, впрочем, и добра тоже, просто не замечала, чему я, точнее — Влас Потёмкин, был очень рад.

Сейчас, похоже, Ирину конкретно всё допекло, раз она решила пойти поперёк отца и действовать на свой страх и риск.

Пока женщина пререкалась с охранниками, мы с Климом сумели проскользнуть внутрь, но прежде, чем мы прошли через защиту, пришлось резко осадить нового знакомого.

— Стой, — прошипел я, и быстро достав нож, полоснул им по своей ладони, а потом мазнул кровью по щекам и кистям рук Климентия.

— Готово, — с колотящимся сердцем прошмыгнул мимо охранников и мачехи, утягивая за собой Клима.

Соколов понятливо кивнул, и только когда мы оказались в двадцати шагах от ворот, прошептал:

— Защита на крови? Ты поэтому не хотел брать бойцов?

— И поэтому тоже. Тсс-с, тихо, — приложил палец к губам, заслышав в отдалении звук шагов.

Кто-то направлялся в нашу сторону и направлялся целенаправленно. Нет — видеть нас, он не видел, только ощущал, но и этого хватило, чтобы человек очень чётко двигался к цели.

Насколько я помнил, людей с такой развитой чуйкой у отца не было.

Из-за угла показался невысокого роста худощавый мужчина среднего возраста. Он недовольно хмурился и медленно поворачивал голову то в одну — то в другую сторону.

Клим легко дотронулся до моего плеча, давая понять, что нужно отходить.

Пришлось тихо пятится назад, при этом стараясь не оставлять на земле следов.

Это получалось с трудом, особенно у Соколова, который не был искусен в мастерстве скрыта. Пришлось формировать жемчужину и запускать ИЛЛЮЗИЮ, дабы скрыть наше местопребывание.

Очень надеялся, что мы не спалимся. Один шаг не в ту сторону, одна хрустнувшая под ногами ветка, и весь план полетит коту под хвост.

Я внимательно смотрел на приближающегося человека, который в данный момент больше походил на взявшую след гончую, он даже носом водил также, как охотничий пес… словно, принюхиваясь.

Хороший спец, настоящая ищейка. Откуда только взялся? Раньше я его не видел.

Видимо, кто-то из новеньких. У Льва всё же хватило ума нанять толкового человека для охраны.

Плохо, очень плохо. Этот мужик нас не видел, но прекрасно чувствовал. Ощущал постороннее присутствие.

Пришлось отходить дальше во двор, так как через дверь незаметными проскочить было невозможно.

Я ощутил волнение Клима, и повернувшись в пол-оборота, покачал головой, прошептав одними губами:

— Спокойнее, — таким образом давая понять, что всё в порядке, хотя на самом деле понятия не имел, как справиться с ситуацией.

Конечно, я один мог перебить тут всех, но не собирался вступать в противостояние с людьми, принадлежащими моему роду.

Я уже решил для себя, что вскоре встану во главе Потёмкиных и начинать своё восхождение с резни не хотел.

Скрипнул зубами от досады, потому что маг упорно пёр вперёд, как буйвол к водопою, словно знал, в какую сторону мы повернём в следующий раз.

На лице мужчины появилась ухмылка, которая мне очень не понравилась, а затем он произнес:

— Я не знаю, кто вы такие и как сюда попали, но точно могу сказать, что вы здесь. Скидывайте МОРОК и сдавайтесь, если хотите сохранить свои жизни. Считаю до пяти, а потом зову охрану. Если думаете, что вам удастся уйти, то глубоко ошибаетесь.

Вот гад, уверен в своих силах, но ничего, мы ещё посмотрим кто кого.

В этот момент моя спина коснулась холодной каменной кладки. От неожиданности чуть не потерял концентрацию, но смог удержать заклинание.

Дальше идти было некогда. Человек отца стоял в полуметре от нас и ухмылялся.

Только сейчас я сообразил, что его можно было сбить со следа, дезориентировав. Имелись у меня в загашнике такие заклинания, но я о них даже не вспомнил. Привык иметь дело с монстрами, а не с людьми, вот и допустил промах. Если для Власа Потёмкина такая ошибка была простительна, то для Тёмного Властелина — нет.

Сейчас уже было поздно что-то предпринимать.

Ладонь случайно шаркнула по неровности на стене, и я понял, где именно мы оказались.

На лицо сама собой выползла улыбка.

Оглянулся по сторонам и с облегчением осознал, что кроме преследовавшего нас мага никого по близости нет.

Он что, совсем бесстрашный? Настолько уверен в своих силах?

Оскалился в предвкушении.

Ну-ну, сейчас мы с него быстро спесь собьём.

Я прекрасно видел, как маг готовил атакующее заклинание высшего порядка, плёл его как паук паутину, готовясь накрыть им нас с головой. Не убить, но пленить и возможно немного покалечить, только хрен ему, а не леденец на палочке. Не по Сеньке шапка.

Хоть маг и сказал, что позовет охрану, делать это не спешил, видимо хотел взять нас своими силами и выслужиться перед князем.

Это случилось одновременно.

Наш преследователь швырнул атакующее заклинание ровно в то место, где стояли мы с Климом, и раскрыл рот, собираясь всё же позвать на помощь, точнее, покрасоваться и показать, что поймал нарушителей.

Я же прекрасно видел все его действия наперёд и без всяких усилий сформировал две жемчужины.

«ТЕНЕВОЙ ЩИТ» не позволил нас оглушить и спеленать как младенцев, одновременно рассеивая энергетические лезвия световых секир, которые должны были перерубить нам ноги.

Хе-х, правильно. Без ног не побегаешь. Кровью истечь этот гад нам бы не дал, во всяком случае, до тех пор, пока мы беспомощные не попали «на ковер» к его господину.

Только вот он даже представить не мог, что все его потуги окажутся бесполезны.

«ТЕНЕВОЙ ЩИТ» выдерживал и не такие нагрузки.

Второе заклинание, которое я создал, было простеньким. Оно всего лишь блокировало на время голосовые связки мага, чтобы тот не смог позвать охрану.

Рот он открыл, но из его горла не вырвалось ни звука. Противник даже не успел удивиться, как я шагнул вперед и вломил ему как следует, применив усиление и пробивая пусть и устойчивую, но недостаточно крепкую защиту.

Можно было действовать магией, но мне захотелось от всей своей тёмной души врезать этому гаду.

Понимал, что раньше поступил бы точно так же, но не теперь.

Теперь я бы сначала убедился, кто именно залез на территорию. Вдруг это оказались бы дети?

У нас встречаются самородки, как говорят: мал, да удал. А этот гад перенаправлено по ногам… Новые ведь потом не отрастишь.

После моего прицельного и довольно сильного удара, противник как мешок с картошкой повалился на землю, только я не дал ему упасть, подхватив под руки, ибо нечего оставлять следы, и так их многовато будет после того, как спадёт иллюзия. Благо охранники у нас не особо дальновидные, решат, что сами натоптали, а вот след от упавшего тела не пропустят. Затирать времени не было, поэтому я и не дал упасть вырубленному мной магу.

— Клим, помоги.

Соколов тут же принял у меня ношу.

Нет — тяжело мне не было, просто для открытия тайного хода, который находился за нашей спиной, необходимы были обе руки.

Одновременное нажатие на несколько кирпичей в каменной кладке и перед нашим взором предстал темный зев входа.

— Скорее, вперёд. Тащи его внутрь, — кинул Климу, делая шаг вперед.

Соколов не заставил себя ждать и как только оказался под каменными сводами, тут же свалил мага на землю, оглядываясь вокруг.

Я же быстро закрыл проход и создал светляк.

— Добьём ублюдка, — прорычал Климентий, доставая нож, и ухватив мага за волосы, вскинул его голову вверх, намереваясь перерезать горло.

— Стой! Не надо.

— Почему? Этот урод чуть не отчекрыжил нам ноги, а ты его жалеешь? — недоуменно и с вполне объяснимой злостью ответил Соколов, — Хотя, я понимаю, — кивнул своим мыслям Клим, — Одно дело убивать монстров и совсем другое — человека. Ты ещё молодой, наверняка не обагрил руки человеческой кровью, но поверь, таких гадов нужно мочить так же, как разломных тварей. По его лицу видно — это зверь!

Усмехнулся. Это я-то не убивал? Да у меня руки по локоть в крови, нет — не так… Если брать мою предыдущую жизнь, то не по локоть, а по самую тыковку.

— Он ещё может пригодиться, — проворчал недовольно.

— Для чего?

Вздохнул. Вот, Климентий, вроде взрослый мужик, а элементарных вещей не понимает.

— Этот человек просто выполнял свою работу. К тому же, он прекрасный, талантливый специалист, такими кадрами не разбрасываются. А о том, что жестокий как зверь? Так зверей приручать и дрессировать надо, чтобы послушными стали, но сначала заслужить их преданность. Вот тогда этому кадру цены не будет.

— Слишком много геморра, — не согласился со мной Климентий, — Проще нанять другого мага: более адекватного. По инструкции, этот тип не должен был идти за нами один, как минимум… позвать кого-то из бойцов в пару, а он сам поперся. Такие люди только себя правыми считают, действуют как им вздумается. Я бы с ним в бой не пошёл. Он и себя погубит и напарника подставит под удар. Поверь моему опыту, такие уроды не меняются.

Не стал его переубеждать, потому как Клим ничего не знал и не видел того, что видел я.

Во-первых — у мага, которому я сейчас связывал руки, был очень сильный и очень редкий дар, чем-то напоминающий мой собственный. Мужчина, при должном обучении, сумел бы видеть слепки душ. В этом Мире, я не встречал ничего подобного. Именно поэтому, меня так заинтересовал лежащий без сознания маг.

Во-вторых — если изменился Тёмный Властелин, то уж кто-то другой и подавно сможет, а если нет, то перерезать горло никогда не поздно.

На всякий случай, ноги магу связал тоже, а затем накинул на мужика заклинание АНАБИОЗА, так надёжнее. Даже если проснётся раньше времени, быстро в себя прийти не сумеет и панику не поднимет, потому-что нужно будет ещё развязаться и выбраться из потайного хода. На верёвки, для пущей уверенности, накинул пару интересных заклинаний, просто так не размотаешь, придётся потрудиться.

Этого времени нам должно хватить, чтобы вытащить Саварина и свалить по-тихому. Ну-у… или не по-тихому. Это как получится.

Клим с недоверием посмотрел на мои труды по обезвреживанию мага, но возмущаться не стал.

— Куда идти? — поинтересовался вместо этого Соколов, указывая на два темных ответвления.

— Дай-ка подумать, — пробормотал в ответ, — В кабинет отец Николая точно не потащит, в комнаты на втором и первом этаже тоже отпадают, слишком много лишних глаз и ушей, а вот в подвал самое-то: банально, просто и проверено годами.

Память Власа услужливо подсказала, как он в детстве прокрался вслед за одним из охранников в подземелье городского особняка. После увиденного там, пацан не мог спать несколько дней, а потом, ещё больше месяца маялся от кошмаров.

Больше он туда ни разу не спускался, но зато отлично запомнил дорогу.

Потайной ход вывел нас в правое крыло дома, туда, где находилась кухня и отведённые прислуге комнаты. Отодвинул маленькую пластинку, находящуюся на уровне глаз и глянул в коридор.

Время было уже позднее, но обитатели замка ещё не спали. Горничные сновали туда-сюда, пара уборщиков подметала освещенный тусклым светом коридор, и толстая повариха тащила куда-то огромный поднос с пышными булочками.

Я даже задумался: кто это у нас такой прожорливый?

Помнится Лев Потёмкин выпечкой не увлекался, да и братцы, оставшиеся в живых, предпочитали мясо или же всякие деликатесы, а на печёные пирожки со сладкой начинкой никогда не обращали внимания. А вот Влас их очень даже любил, да так, что я почувствовал, как начала выделяться слюна.

На автомате потянулся к рычагу, открывающему выход, но вовремя успел себя остановить и молча отругал за импульсивность.

— Придется подождать около часа, пока обитатели усадьбы не улягутся спать, — прошептал Климу.

— Может попробуем другим путём пробраться, где меньше людей ходит?

— Не получится: или здесь спускаться в подземелье или обратно на улицу возвращаться и обходить половину особняка.

— Не вариант, — покачал головой Соколов.

— Вот и я о том же.

— Значит, ждём.

Прислонившись к стене, уселся на пыльный пол и прикрыл глаза. Говорить не хотелось. Мысли крутились, как в калейдоскопе, но я не успевал ни за одну из них уцепиться и это раздражало.

Я не знал, как повернётся наша вылазка в родовой особняк. С одной стороны — хотелось, чтобы сегодня я не просто вытащил из плена жениха сестры, но и решил все вопросы с главой рода, с другой — всё ещё считал, что сейчас не совсем подходящее время для разборок, но тут уж как карта ляжет. Почему-то казалось, что просто так, без шума, уйти не получится, а это значит, придется экспериментировать и действовать без чётко выверенного плана. Я же хотел, чтобы всё прошло «без сучка и задоринки», но очень сомневался, что так и будет.

Климентий меня не трогал, видел, что я не настроен на разговор.

Соколов садиться не стал, просто облокотился на стену, да так и простоял, ни разу не шелохнувшись.

Всё же железная у мужика выдержка. Я понимал, как ему было трудно не рвануть спасать брата, но Клим себя пересилил и расслабился, выжидая удобного момента. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Случись что-то подобное с моими близкими, я не был бы так спокоен.

В прошлой жизни посмеялся бы над своей сентиментальностью, назвав подобное поведение несусветной глупостью, сейчас же, понимал, что за мать и своих друзей убью любого, но сначала заставлю очень долго мучиться.

Открыл глаза, и резко поднявшись на ноги, подошел к стене, отодвинув пластину, закрывающую глазок.

— Всё тихо. Вот теперь можно идти.

Глава 17

В коридор вышли без проблем. Народ разошёлся по своим комнатам, собираясь предаться ночному отдыху. Лишь пара кухонных работников ещё гремела кастрюлями да половниками, моя посуду и готовясь к новому дню.

— Сюда, — махнул рукой Климу, указывая направление.

Я вновь накинул на нас невидимость, так как идти в открытую было равносильно смертоубийству.

Пару раз на нашем пути попадались слуги. Пришлось замедлять шаг и останавливаться, вжимаясь в стену, чтобы никто из них случайно не натолкнулся на нежданных гостей.

Оставалось пройти последний коридор и спуститься вниз на пару пролётов, чтобы достичь двери в подземелье. Как я стал бы её открывать, ещё не думал, но был уверен, что справлюсь.

Моим планам не суждено было сбыться. Хлопнувшая боковая дверь, гулкие шаги, раздавшиеся в ночной тишине и громкая речь, дали понять, что в нашу сторону направляются несколько человек.

Вот ведь, непруха!

Причем голос двоих из них я прекрасно узнал. Первый принадлежал моему так называемому отцу, а второй — Карине, первой жене Льва Потёмкина и первостатейной стерве.

Сразу было понятно, куда именно они направляются: вниз, туда, где в камерах подземелья томились узники.

Я был уверен, что граф Саварин не единственный бедолага, угодивший в застенки моего рода.

Единственное, что удивило, так это присутствие мачехи. Неужели Лев настолько ополоумел, что решил приобщить супругу к своим делам? Она же такого натворить может, потом всем скопом не разгрести.

Алчная, желчная, беспринципная… Впрочем, под стать своему мужу.

Остальные жёны отца хоть и грымзы, но всё же не до такой степени, да и не рвутся влезать в дела рода. Им был балы, маскарады, вечеринки, тусовки разного вида, да бабла побольше, чтобы друг перед другом покрасоваться. Еще, конечно, сыновей перед отцом в выгодном свете представить, да подтолкнуть мужа в нужном направлении: мол только моё дитятко способно в дальнейшем возглавить род, никто другой ему в подмётки не годится.

Только хрен им — да маленько, пусть попробуют рыпнуться и выступить против меня, когда я займу место «отца», церемониться не стану, быстро укорочу на голову. Плодить врагов, которые способны устроить заговор… Да ну, нафиг. Я что, похож на идиота?

Конечно, казнь устраивать не собирался. Зачем представлять себя в невыгодном свете. Если у братцев не хватит мозгов принять меня, как нового главу рода и засунуть язык в задницу, что же… Их проблемы.

Уверен, такие найдутся. Захотят поставить на место никчемного Власа, причём прилюдно, чтобы опозорить раз и навсегда. Дуэль — один из самых логичных вариантов. Каждый будет считать, что я ему не ровня.

Решат проучить зарвавшегося братца, вот только очень об этом пожалеют, а я ещё подумаю, убивать их в поединке или нет.

Все эти мысли проскочили в моей голове за пару секунд.

— Назад, — прошипел Климу, поняв, что кроме мачехи и отца, их сопровождает ещё пара человек.

В коридоре точно не разойдёмся, а вступать в драку я пока не спешил.

Хорошо, что рядом находилась дверь в комнату, которая к моему величайшему удивлению, оказалась не заперта.

Мы быстро юркнули внутрь, тут же закрывая её за собой, но не плотно. Надо же было посмотреть на шествующую «процессию».

Обернулся, обшаривая взглядом пространство, и замер. На небольшой кровати, прижав одеяло к груди и хлопая сонными, удивлёнными глазами, сидела симпатичная девушка.

— Оо-о, должно быть я не заперла дверь. И почему в этом доме постоянные сквозняки? — покачала она головой и собиралась встать, когда услышала княжеский голос, донёсшийся из коридора.

— Карина, заткнись. Если бы знал, что ты продолжишь настаивать на своем, закрыл в кабинете.

— Но дорогой, ты же не станешь оставлять этого ублюдка живым? Он опасен в первую очередь потому, что может навредить твоей репутации, очернить, обвинить в похищении. Да и неизвестно, что он сделал с бедняжкой Олесей. Не уверена, что она добровольно сбежала с этим проходимцем. Наверняка он её украл…

— Не говори ерунды, — отмахнулся князь, — И не разговаривай в коридоре без ПОЛОГА ТИШИНЫ. Хочешь, чтобы обо всём услышали слуги?

В тот же миг вокруг разлилась оглушающая тишина. Кто-то из окружения отца подсуетился, лишая возможности подслушать их диалог.

Хах, наивные, меня подобное заклинание не остановит.

Быстро сформировал жемчужину и сквозь маленькую щель в дверном проёме отправил посыл:

— «МОГИЛЬНОЕ ЭХО».

Неприятное заклинание, после которого будет болеть голова, но при определённых знаниях, которыми я также обладал, её можно было довольно быстро купировать.

Сейчас, несмотря на защиту, я прекрасно слышал разговор между отцом и мачехой, благо они остановились как раз напротив комнаты, где скрылись мы с Климом.

— Прости, не подумала, — повинилась Карина, но тут же продолжила: — Если Николай её не украл, тогда навешал девочке лапши на уши. Да и вообще, что он может ей дать? Ничего, кроме нищеты и унижения. Могу поклясться, что к этому моменту твоя дочь уже обесчещена и носит под сердцем ублюдка Саварина.

— Это ещё не известно, — бросил князь.

— Да погоди ты! — воскликнула Карина, — Ты хоть понимаешь, что это может повлечь за собой? Юсупов не простит, если узнает, что девчонка опозорена.

— Значит, нужно скорее её найти и выдать замуж, пока её положение не стало заметно. Это, конечно, если она вообще беременна.

— Нет, слишком опасно. Дорогой, я предлагаю поступить иначе.

— Как? — недовольно проворчал Лев.

— Узнать у Николая, где сейчас Олеся и убрать его. Никто никогда не станет искать Николая в нашем доме. Никто даже не подумает о том, что мы могли…

— А Соколов? Считаешь, он остановится?

— Ты же сам говорил, что после открытия разлома, Климентий и его люди не смогут выжить.

— Так-то оно так, — засомневался князь, — Но вдруг им удастся каким-то чудом выкарабкаться?

— Вот тогда и будем думать.

— Хорошо, Саварина уберём, что дальше?

— А дальше… — Карина преувеличенно трагично вздохнула, — Придётся устранить девчонку.

— Что? С ума сошла? Это моя дочь.

— Лев, дорогой, ты эту девочку видел за всю жизнь раз пять. Не поверю, что у тебя в один миг проснулись отцовские чувства. Да и сколько у тебя дочерей: десять, двадцать? И почему только Юсупову приглянулась именно Олеся?

— Отец, Карина права, — послышался третий голос.

Ага, значит кто-то из братьев. Вполне логично. Не потащил бы князь на такое дело никого из посторонних.

— Я тоже поддерживаю, — произнес голос ещё одного брата.

Вот сцуки, родную сестру решили убить. Что же, я хотел вас пощадить, но вы сами вынесли себе приговор.

— Вот видишь дорогой, считай, что у нас нет выбора. Можно сделать так, что все будут думать, будто Саварин похитил бедную девочку. Мы пытались её спасти, но обезумевший граф убил бедняжку. В итоге, окажемся в выигрыше. У Юсупова к нам не будет никаких претензий, вряд ли после такого, он станет нарушать договор и прерывать партнерство. Горе, как говорят многие, объединяет.

— С какой стороны посмотреть, — хмыкнул граф, — Но это и впрямь неплохая идея.

Я сжал кулаки, поражаясь жестокости и бесчеловечности князя Потёмкина. Хотелось свернуть ему шею и сказать, что так и «было».

Даже я, Тёмный Властелин, сейчас был не способен на подобное. Раньше — да, и от этого осознания на душе становилось особенно паршиво.

— Вот именно! — с жаром воскликнул один из братьев, — С покойного Саварина взять уже будет нечего, а вот с Соколовых можно и даже нужно потребовать виру за беспредел их родственника.

— Ага, — ехидно поддакнула Карина, — Особенно после того, как они лишаться главы, сделать это будет не трудно. Клим мёртв, в роду полный разброд, да они сами отдадут нам казну в руки, только бы сохранить репутацию.

Услышал, как заскрипел зубами стоящий рядом Соколов. Удивился, что мужику хватило выдержки сдержаться и не выскочить в коридор, чтобы под покровом невидимости не оторвать головы своим врагам.

Я и сам с трудом сдерживался. Останавливало только одно. Хотел победить Льва Потёмкина в честной дуэли на глазах у свидетелей, чтобы ни у кого не осталось сомнений в моей силе и честности, а потом заявить права на титул главы рода. Тогда охочих до этого места стало бы в разы меньше. Да и действовать как ночной тать… Не знаю, что-то царапнуло в душе, намекая о некой неправильности действий. Именно поэтому я убеждал себя сохранять хладнокровие.

— Ладно, хватит лясы точить, пойдёмте уже, а то Саварин нас там заждался, — рыкнул князь.

— Ха-ха-ха, ты прав, отец, — засмеялся один из братьев, — Разрешишь мне начать допрос первому?

— Без проблем, сын. Посмотрим, на что ты способен.

Мы с Климом переглянулись, намереваясь идти следом. Это казалось рискованным, но другого выхода не было.

Лев Потёмкин, его жена и двое сыновей решительно настроились выбить информацию из Николая о местонахождении моей сестры, а затем его убить, после чего отправиться за Олесей. Я не знал, каким образом они хотели выставить виновником всех бед Саварина, но предполагал, что несколько вариантов у Карины уже имелось.

Ситуация складывалась довольно паршивая. Прекрасно сознавал, что без пролития крови не обойдётся. Если кто-то из этой четвёрки позовёт на помощь, то придется туго. Даже если я расскажу всю правду, никто не поверит изгнанному из дома (не из рода), всегда презираемому Власу Потёмкину.

Ну не убивать же мне всех подряд?

Мы не успели сделать ни шагу, так как проходящая мимо Карина на миг остановилась.

— Какого… Почему эта комната приоткрыта?

Резкий толчок, и дверь с грохотом отворилась, впуская внутрь четверых моих родственников.

Служанка, что всё это время сидела ни жива — ни мертва, боясь пошевелиться и выдать себя каким-либо действием, подскочила на месте, испуганными, ошалелыми глазами уставившись на князя и его жену.

— Ах ты тварь! Подслушивала? — взвилась мачеха и кинулась к девушке, — Я сейчас с тебя шкуру спущу!

— Карина, хватит! — рявкнул отец, — Она не могла ничего слышать.

— Извини отец, но тут ты не прав. Девка не слышала большую часть разговора, но вот его начало… до того, как мы накинули ПОЛОГ ТИШИНЫ… Недаром ведь, затаилась, как мышка.

— Вот сука, — прорычал князь, — Избавьтесь от неё.

Парни бросились вперед, но раньше всех до жертвы добралась Карина. Её пасынки остановились, позволяя мачехе разобраться со служанкой.

— Аа-ааааа! — раздался душераздирающий крик, — Пощадите! Я ни в чём не виновата!

Режущее заклинание, выпущенное Кариной, пришлось по щеке девушки, следующее — полоснуло по рукам.

Видимо мачеха не собиралась быстро избавляться от жертвы, намереваясь получить от этого как можно больше удовольствия.

— Конченая садистка. Гр-рр, тебе конец, тварь, — прошипел я мысленно и сформировал заклинание, намереваясь остановить женщину, но раньше меня кинулся вперёд Клим.

— Оставь её в покое! — раздался голос Соколова на всю комнату, и он со все дури влетел в гибкое тело Карины.

— Идиот, — простонал я, видя, как вся маскировка полетела в задницу.

Стоило Климентию столкнуться мачехой, отпихнув ту в сторону от служанки, как заклинание СКРЫТА слетело, выставляя его фигуру на всеобщее обозрение.

Вот ведь, не мог подождать ещё пару секунд.

— Соколов! — удивленно взревел отец, — Откуда ты здесь взялся, мерзавец?

Я бы мог поспорить, кто из них мерзавец на самом деле, но сейчас не было времени для полемики.

Пришлось действовать быстро и чётко.

Первым делом, накинул на служанку защитное заклинание и отбросил к противоположной стене.

— Не шевелись, если хочешь жить! — рявкнул на всю комнату.

Девушка дурой не была и глухотой не страдала, поэтому сразу же застыла, как восковая фигура, боясь даже вздохнуть.

Правда остальные тоже не были тугоухими.

— Здесь ещё кто-то есть! Под СКРЫТОМ! Ищи гада, не дай ему уйти! — проорал отец Карине, намекая на способности женщины.

Ну-ну, пусть попробует, ибо я не тот практически беззащитный мальчик, которым меня помнили… и даже не тот парень, который уходил из дома около полугода назад.

Сейчас закрыться от дара мачехи мне не стоило ровным счётом никаких усилий.

Я заранее, как только увидел её в коридоре, поставил защиту и на себя, и на Клима. Хрен она меня обнаружит.

Соколов в это время вступил в схватку с одним из моих братьев. Второй остался в стороне, стараясь не путаться под ногами, ибо комната была слишком маленькой, и парни могли просто-напросто помешать друг другу, тем самым сделав одолжение противнику.

Карина очухалась довольно быстро. Вскочив на ноги, женщина мгновенно сформировала заклинание и кинула в сторону Соколова, но вместо этого, попала в пасынка.

— Сука! — взревел брат, — Ты что творишь?

Раскаяния на лице мачехи я не заметил.

— Слава, — подозвал второго сына Лев Потёмкин, — Сюда, живо!

Парень оказался вышколенный и сразу же послушался отца, поравнявшись с ним и встав около двери, а я понял их задумку.

Князь был убеждён, что они справятся с Соколовым, но вот со вторым противником…

Здесь отец не был уверен в своих силах, потому как не знал, кто именно ему противостоит.

Сейчас он закрыл плотным щитом себя и Вячеслава, прикрываясь от внезапного удара.

Олег — ещё один мой брат, сейчас сражался с Климом. Карина, стоящая у противоположной стены, внимательно водила глазами по комнате, в надежде засечь невидимого противника и нанести смертоносный удар. Женщина уже держала наготове кровавое заклинание. Отец делал тоже самое, только находился рядом с дверью, не намереваясь выпускать врага из комнаты.

Мне приходилось держать невидимость и потихоньку сдвигаться в сторону князя.

Я уже понял, что именно сегодня закончится наше противостояние со Львом Потёмкиным. Жаль, мать расстроится, она сама хотела предъявить счёт ублюдку, но видимо не судьба. Пусть успокоится тем, что урод мёртв.

О том, что сил справиться с «отцом» у меня хватит, даже не сомневался.

Не знаю, что сделал не так, но Карина каким-то непостижимым образом заметила, в каком месте я находился и тут же кинула убийственное заклинание. Только в последнюю секунду сумел отскочить в сторону.

— Вот, сука!

Поняв, что её «выстрел» прошел мимо, женщина что есть силы рванула вперёд, мимо сражающихся, пробежалась по кровати и оказалась на другой стороне, там, куда я отбросил служанку.

Пока я отвлёкся на «отца», она схватила девушку, и вздернув её вверх, приставила нож к горлу беззащитной жертвы.

— Эй, ты, кто бы ты ни был! Если хочешь, чтобы она осталась жива, покажись и не делай резких движений!

Раньше бы я не раздумывал: что мне до жизни какой-то простолюдинки, которая могла косвенным образом помешать наметившимся планам, но не теперь.

Всё-таки новая жизнь наложила на меня свой отпечаток, и не сказать, что особо приятный, но по-другому я уже не мог.

Остановился, повернув голову в сторону женщины.

— Ладно, ты хочешь знать, кто я такой? Что же, будь по-твоему, — усмехнулся в ответ и скинул невидимость.

— Ты… — прошипела мачеха, округлив от удивления глаза, — Я думала ты сдох в какой-нибудь канаве.

— Не дождешься, сука!

— Сын? — практически не удивившись, произнес Лев Потёмкин, — Прекрати сейчас же и другу своему скажи, чтобы сдался, тогда мы его пощадим.

— Да что ты говоришь, «отец»… После того, как ты и твоя жена послали наемных убийц по мою душу, я должен тебе поверить? К тому же, ты прекрасно знаешь, что я не твой сын. Кстати, хотел сказать спасибо за принятие в род, но… Уверен, что за это ты получил сполна, намного больше, чем рассчитывал.

— Ублюдок! — взревел князь, — Я тебя убью!

— Кишка тонка, — рассмеялся в ответ, происходящее начало меня веселить, — Хотя, попробуй. Сделаешь это, и мать оторвет тебе голову, а если не она, то дядюшка точно не пожалеет.

— Кха-кха-кха, — закашлялся Потёмкин, — Ты знаешь?

На князя было больно смотреть, настолько он изменился в лице. Именно в эту минуту Потёмкин понял, что с ним покончено.

— Лёва, о чём он говорит? — встрепенулась Карина, так и продолжающая держать нож у горла служанки.

Олег же, не стал медлить, сформировав заклинание и жахнув им по мне со с всей силы.

Глава 18

Знал бы братец, что заклинание, которое он запустил, будет для меня как укус комара, не радовался так сильно. Я принял его на щит и рикошетом отправил в обратную сторону.

В отличии от меня, Олегу не повезло. Защита брата не выдержала, и его собственное заклинание угодило парню прямо в грудь.

— Ох, — только и успел произнесли Олег, прежде чем свалиться на пол.

Жалел ли я о смерти очередного брата?

Нет, даже не думал.

А вот служанку, которую только что держала Карина, было жаль. Мачеха, увидев смерть пасынка (даже не собственного сына) разъярилась не на шутку.

Блеснуло лезвие. Резкий росчерк пера и на горле девушки появилась алая полоска, которая мгновенно начала набухать.

Служанка попыталась то ли вскрикнуть, то ли что-то произнести, но из её рта донеслось одно бульканье.

Поморщился.

Бедная девочка. Не заслужила всего этого. Ей бы жить — да жить. В чём она провинилась? В том, что пошла в услужение не к тем господам?

Карина расплылась в злорадной усмешке и сплела сразу несколько заклинаний. Лев Потёмкин, увидев действия жены, тоже решил атаковать.

— Влас, берегись! — предупреждающе крикнул Клим, который только что разделался со своим противником, и думая, что я не вижу действий мачехи и «отца», кинулся на помощь.

Ближе всего к Соколову оказалась Карина, поэтому Климентий встал на её пути, принимая заклинания на себя. Мачеха разозлилась настолько, что даже перестала заботиться о своей защите. Она шипела не хуже змеи, приходя в неописуемую ярость от того, что не может до меня добраться, но Клим стоял твердо.

Соколов прекрасный воин, но вот маг — так себе, поэтому я начал немного волноваться, ведь у Карины дар был достаточно сильным, хорошо, что опыта не хватало.

Пока Клим сражался в мачехой, я сосредоточился на «отце», который с искривленным от бешенства и отчаяния лицом швырял в меня заклинания.

Самое интересное, что они не были особо сильными, НЕ СМЕРТЕЛЬНЫМИ. Лев Потёмкин был способен на большее, но почему-то не использовал свои силы на полную мощность.

Нахмурился, поглощая защитой очередное заклинание.

— Не-на-ви-жу, — по слогам процедил князь.

— Я в курсе, — хмыкнул в ответ, подзадоривая Льва, — Ты настолько одряхлел, что не можешь полноценно сражаться? Знаешь, мне даже убивать тебя расхотелось, до того ты жалок.

Действительно. Нет никакой чести в победе над таким слабым противником, но в том-то и дело, «отец» не был слаб, во всяком случае, не до такой степени, и мне очень хотелось понять в чём тут дело.

Князь продолжал свои атаки, но они не становились более сильными и эффективными.

— Ублюдок, — лицо Льва приняло обречённое выражение, он знал, что проиграл в любом случае.

Даже если сейчас они с Кариной каким-то образом устранят Власа с Климентием, победы им не видать. Будет только хуже.

Из обмолвок парня, князь отчётливо понял, что мальчишка каким-то непостижимым образом встретился с матерью, и она сейчас здесь — в столице, а это значит, что ему в любом случае не жить.

Екатерина женщина злопамятная, всегда такой была, никогда не прощала обиды, а он в своё время наворотил дел, хотел заставить её страдать, растоптать её чувства, уничтожить точно так же, как она сделала это с ним.

А ведь он любил, любил безумно, буквально боготворил землю, по которой ходила Екатерина, даже ублюдка её решил записать на свое имя, признать, ввести в род как своего сына, лишь бы она обратила на него свое внимание, но нет…

Это сука так и не ответила на его чувства, а потом и вовсе скрылась, замела следы, а ему посоветовала устроить ей похороны. Да — Лев понимал, что у женщины были серьезные причины исчезнуть, но Потёмкин надеялся, что как только Екатерина устроится, сообщит ему о своем местонахождении, но… Жена решила полностью порвать все связи с Потёмкиным. Свалила на него своего отпрыска и была такова.

Лев искал… Искал долго и упорно, и в конце концов обнаружил местопребывание жены. К тому времени любовь переросла в ненависть, и он решил заставить женщину заплатить за всё, во всяком случае — попытаться.

Поначалу даже не думал, что у него получится, что Екатерина поверит в историю о смерти сына, но она поверила.

О-оо, он был счастлив видеть её мучения. Тайно наблюдал, как она плакала над могилой своего ребёнка и потирал руки.

Он был доволен, пока её сын не решил забрать наследство, оставленное матерью.

Эта сука и здесь подстраховалась, оставив всё своему ублюдку. Путь Лев и получил огромное приданое за Екатерину, остальное терять тоже не хотел. Привык считать своим.

В последние годы дела шли не очень хорошо, род выезжал только за счёт тех предприятий, которые должны были перейти к Власу после совершеннолетия. Этого князь никак не хотел допускать, да и не думал, парень станет что-то требовать, но всегда тихий мальчишка, который обычно никогда не спорил и ни на чем не настаивал, вдруг взбрыкнул. К тому же, у него проявился дар и начал очень быстро раскрываться, что совсем не упрощало ситуацию.

Потёмкин уступил, надеясь, что мальчишку заберут на службу, и там он окончательно сгинет, но всё равно подстраховался, нанял Асбеста, но это не принесло результата. Наёмный убийца сначала написал, что цель успела уйти из его зоны видимости, а потом и вовсе пропал, а этот паршивец как-то умудрился остаться в живых и заявился сюда, чтобы разрушить очередные его планы, вот только теперь выхода не было. Лев прекрасно осознавал: что в будущем ни его самого, ни его род ничего хорошего ждать не может.

Если Екатерина его не убьет, то раскопает все тайны. Уж это она умеет. Грехов за Потёмкиным водилось немало, и как итог: суд, лишение титула и смертная казнь — это в лучшем случае, в худшем — каторга.

Как же он хотел удавить ублюдка собственными руками, но не мог. Клятва не позволяла. Именно по этой причине Лев нанял убийцу, сумев обойти некоторые условия магического договора. Попробуй он самостоятельно расправится с мальчишкой, погиб бы в ту же минуту.

Князь оглянулся назад, до двери оставалось несколько шагов, осталось только до неё добраться и позвать на помощь. Плевать на последствия. Своим людям он прикажет молчать о происходящем или же просто избавится от свидетелей. Главное, суметь открыть дверь и выбежать в коридор.

Потёмкин прекрасно чувствовал НЕПРОНИЦАЕМЫЙ ПОЛОГ, который окружал комнату со всех сторон: тут кричи — не кричи, а толку не будет, и как назло снять его не получалось.

К досаде Льва, мальчишка словно чувствовал что-то и не подпускал его к выходу.

Позади вскрикнула Карина, и послышался грохот падающего тела.

— Плевать! — процедил князь Потёмкин, и глазах его зажглась отчаянная решимость.

Я видел, что взгляд «отца» поменялся. Если раньше он атаковал вполне безобидно, то теперь стал действовать решительнее.

— Пусть я умру, — процедил сквозь зубы князь, — но ты сдохнешь первым.

Сильнейшее смертельное заклинание сорвалось с пальцев «отца». Он действительно решил меня уничтожить. Лев всё это время копил ману, сворачивал её в плотный и тугой шар, которым можно пробить даже метровую стену из кирпича. Он вложил туда всё, что у него было. Выскреб источник до дна, надеясь, что этого хватит для моего уничтожения. На миг в глазах князя Потёмкина мелькнуло торжество. Ещё бы, подобный удар мог выдержать не каждый высокоранговый маг, но я — не они. Я — во много раз круче.

Сырая, спрессованная энергия ударила по щиту с такой силой, что я пошатнулся, с трудом устояв на ногах. Если бы князю Потёмкину удалось наскрести ещё хотя бы пару капель маны, мне точно бы не поздоровилось. Как только он сподобился на такое? Ведь полностью вычерпав источник, Лев в лучшем случае остался калекой, в худшем — медленно и мучительно умер. Мало кто использовал подобный метод атаки, называемый «последним шансом».

От «отца» я такого точно не ожидал, но даже не это вызвало моё удивление, да что удивление… Я просто ошалел от увиденного.

Стоило смертельному заклинанию, выпущенному Львом Потёмкиным, коснуться моей защиты, как он рухнул на колени, а затем и вовсе упал на спину, став судорожно хватать ртом воздух.

Сначала я подумал, что это от потери сил и опустошения источника, но, когда его кожа начала принимать ярко красный цвет, осознал, что дело совершенно в другом. Казалось, словно князь сгорал изнутри.

— Что это с ним? — послышался голос Клима за спиной.

— Понятия не имею, — склонился над Львом, успев бросить взгляд в сторону Карины, которая хоть и лежала сейчас на полу бесформенной куклой, но была жива, просто находилась без сознания.

Посмотрел вопросительно на Клима, но тот лишь пожал плечами.

— Я не убиваю женщин.

— Благородно, но глупо, — бросил в ответ, — Проследи чтобы не очухалась раньше времени, а то с неё станется ударить в спину.

Потёмкину становилось с каждой секундой всё хуже и хуже. Теперь доказывай, что ты не верблюд. Карина молчать не станет. Сразу заявит, что я проник в особняк, убил отца и обоих братьев. Что с ней теперь делать? Проще всего убить. Посмотрел на лежащую на полу мачеху и скривился. Не хотелось убивать беззащитную, но скорее всего, придется. Ладно, потом подумаю, что с ней делать.

«Отцу» в это время стало ещё хуже. На коже начали появляться небольшие вспыхивающие искры, словно его выжигали изнутри.

— Я проиграл, — просипел Потёмкин, — Будь ты проклят. Я проиграл.

На какой-то момент мне захотелось помочь Льву. Я уже шагнул к нему, решаясь попытаться остановить процесс самовозгорания, но не успел.

Князь Потёмкин вспыхнул, как спичка, но уже через пару минут, огонь исчез, оставляя на полу изувеченное, покрытое ожогами тело.

— Никогда такого не видел, — ошеломленно произнес Соколов.

— Аналогично.

Впрочем, я догадывался, что именно произошло, но точно уверен не был.

— Ну-у, у вас и семейка, — покачал головой Клим.

— Какая есть, зато с такой уж точно не соскучишься.

— Что будешь делать с этой? — кивнул в сторону мачехи.

Создал заклинание сна и набросил на женщину.

— Пусть пока поспит. Потом решу. Нам сейчас главное найти Николая и желательно — живого.

Не сговариваясь, тихо вышли в коридор.

Огляделся: ни кого. Неплохо мой ПОЛОГ действует, если ни криков, ни звуков боя никто из обитателей особняка не услышал.

— Если их найдут, будет плохо, — произнес Клим у меня за спиной, — Может спрятать тела?

— Не вижу смысла, тогда придется затирать кровь и прибирать в комнате. Просто прикрой дверь. Вряд ли в комнату этой девочки кто-то заглянет до утра. На всякий случай, повешу замок. Слуги не зайдут и шум поднимать не станут. Не из этого дело. Раз магический затвор стоит, значит его поставил кто-то из господ. А мои родственники точно сюда не сунутся ночью.

— Логично. Куда дальше?

— Туда, — указал направление и накинул на нас с Климом «ОТВОД ГЛАЗ».

В подземелье мы спустились без особых проблем. Единственное, что вызвало затруднения, так это дверь с магической защитой и электронным ключом.

С первой я справился без проблем, а вот со второй, если честно, не знал, что делать. Здесь выручил Климентий, который, пока я сражался Львом Потёмкиным, успел обыскать мою мачеху и нашел ключ-карту.

— Твою за ногу! — прошептал Соколов, как только мы спустились вниз, туда, где располагались камеры.

В первых двух никого не было, а вот в третей и четвёртой оказались пленники: молодой парень лет двадцати с небольшим и пожилой мужчина за пятьдесят. Если первого я не узнал, то второго достаточно смутно, но помнил. Было видно, что оба пленника подвергались пыткам, но попали сюда относительно недавно. Это можно было понять по пусть и испачканной кровью, но вполне годной одежде и яростному взгляду, в котором не было смирения, только вызов. Да и на тех, кто долго голодал, они не были похожи. Либо Лев Потёмкин хорошо кормил своих пленников, во что с трудом верилось, либо они находились здесь довольно короткое время.

— Щенок Потемкина, — выплюнул тот, что старше, — Пришёл над нами поглумиться? А вот тебя я не знаю, — перевел он взгляд на Соколова, — Ещё один ублюдок, решивший выслужиться перед хозяином?

— Спокойно, спокойно, — произнес, глядя в глаза пленнику, — Мы пришли вас освободить.

— Ха-ха-ха, освободить. И что ты хочешь за нашу свободу? Учти больше я ни за что не пойду на сделку, скорее сдохну, прежде чем вы от меня хоть что-то получите.

— Мне ничего не надо, — пожал плечами, но открывать дверь камеры не спешил, а то, как бы граф… Не помнил, как его звали, не решил кинуться в драку.

— Тут должен быть ещё один пленник, Николай Саварин. Он мой брат. Вы знаете, где он? Он жив? — взволнованно произнес Клим.

— Так ты пришёл за ним? А этот? — мужчина кивнул в мою сторону и поморщился от боли.

— Да, мы пришли за ним, — твердо произнес Соколов.

— А что до меня, так это долгая история, — буркнул тихо, но так, чтобы пленники услышали.

— Там он, в пыточной, — раздался молодой голос из другой камеры, — Вы точно нас освободите?

— Да, — бросил на ходу.

Если эти двое посидят ещё немного в камерах, ничего с ними не случиться. У пленников хоть и были серьёзные повреждения, но жизни не угрожали. Будь иначе, я бы подлечил, а так… потерпят.

Клим уже мчался вперед.

— Оо-о, нет! — послышался его возглас.

— Что там?

Пыточная представляла собой небольшое помещение, заляпанное кровью и пахнувшее экскрементами, что не удивительно. Николай Саварин висел на цепях подвешенный к стене и не подавал признаков жизни.

— Суки! — взревел Соколов, я же подошел к жениху сестры и осторожно приподняв его голову, пощупал пульс.

Сердце билось, хоть и очень медленно, с перебоями.

— Он жив, — бросил в сторону мечущегося взад-вперед Клима.

Тот мгновенно остановился и кинулся к двоюродному брату.

— Стой! Не трогай! Я не знаю, какие у него повреждения. Сначала нужно провести диагностику и только потом снимать со стены.

— Хорошо, — кивнул Климентий, — Ты поможешь ему?

— Куда я денусь?

Прошелся диагностикой и понял, что всё плохо, но не настолько, чтобы я не мог это исправить.

Конечно, полностью восстанавливать Николая я не собирался, этим пусть занимаются лекари. Для меня сейчас было главным не дать ему умереть.

Пришлось соединять разорванные ткани и мышцы, купировать внутреннее кровотечение, да много чего пришлось делать, но я справился.

— Уфф-ф, можешь его снимать, — проворчал я, стирая пот со лба.

Вроде не сильно израсходовался, но всё равно чувствовал напряжение во всём теле, потому как очень уж кропотливой оказалась работа. А что до маны: то количество, что я пустил на лечение Саварина, для меня как капля в море. К тому же всегда есть заначка в виде непереваренных душ.

— Когда он придёт в себя? — поинтересовался Соколов.

— Вообще, ему бы лучше всего сейчас не просыпаться, будет слишком больно, но в этом случае, придётся тащить его на себе.

— Значит, потащу, — уверенно произнес Клим и на мгновение замолчал, — Влас, если твой отец и мачеха с братьями только шли допрашивать Колю, то кто тогда его пытал?

— Хм-м, резонный вопрос. Как-то об этом не подумал. Действительно, если это сделал не Лев Потёмкин, то кто? Ладно, как только Николай придёт в себя, выясним. Нам отсюда убираться надо и поскорее.

— Согласен, — кивнул Клим, взваливая на плечи бессознательное тело брата.

Оказавшись в коридоре, около камер с пленниками, я внимательно посмотрел сначала на одного, потом на другого.

— Я вас освобожу, но мне нужна клятва, что вы не нападёте. Во-первых — это будет абсолютно бесполезно, потому как я намного сильнее, во-вторых — день у меня сегодня выдался довольно паршивым, поэтому щадить никого не стану. Нападёте — умрёте.

— Не много на себя берёшь, парень? — рыкнул более старший пленник.

— Нет, — буркнул в ответ.

— Поверьте, — подал голос Клим, — Лучше не нарываться. Влас сможет вас удивить.

— Ага, воткнуть нож в спину. Я до сих пор не понимаю: почему он нам помогает? Почему идёт против отца?

— Подозрительный ты наш, — усмехнулся в ответ, — Если чего-то не нравится, можешь оставаться в камере.

— Ну уж нет, освобождай.

— Сначала клятва.

Когда с формальностями было покончено, отворил двери, готовый в любой момент отразить нападение, но судя по тому, что я прочитал в душах бывших пленников, вредить мне они не собирались, во всяком случае, пока.

— Граф Пылаев Василий Васильевич, — представился мужчина.

— Артёмов Кирилл Станиславович, барон, — произнес молодой.

— Соколов Климентий Егорович, граф.

— Влас Потёмкин, но это вы и так знаете.

— Уходим, — бросил Клим, — Мы тут и так задержались.

Пылаев сделал несколько шагов и застонал, припадая на колено.

М-да, кажется травма у графа сильнее, чем я думал.

— Давайте, я помогу, — предложил Кирилл, подставляя плечо Василию, хотя сам тоже с трудом стоял на ногах.

— Тоже мне, битый небитого везёт. Стойте, сейчас подлечу.

Кирилл обрадовался, а вот Пылаев отнёсся к моему предложению скептически. Правда выбора у него не было. Если граф хотел выбраться из особняка, то должен был мне довериться.

Быстро подлечив пленников, отправились наверх.

Нужно было успеть до восхода солнца добраться к потайному ходу.

— Вы идите, — прошептал Василий, а я останусь, — граф упрямо поджал губы.

— Зачем? — не понял Клим.

— Я не могу уйти так просто, иначе Потёмкину и этой суке, как всегда, всё сойдёт с рук. Я должен отомстить, иначе не смогу смотреть в глаза сыну, да и жить дальше не смогу. Вы не представляете, что они сделали.

Василий говорил, но при этом смотрел на меня, в ожидании того, что я попытаюсь на него накинуться, ведь он всё-таки говорил о моем отце.

Любой нормальный сын должен был встать на защиту родителя, но не я.

— В этом нет необходимости, — пробормотал Клим, — Считай, что ты уже отомщен. Лев Потёмкин мёртв.

— Поторопитесь, хватит болтать, — шикнул на обоих говорунов.

— Извини, но я тебе не верю, поэтому идите одни.

— Если хочешь сдохнуть, оставайся, дело твоё, — пожал я плечами.

Мы как раз поравнялись с комнатой, где произошла недавняя битва.

— Клим, я действительно не знаю, что с ней делать, — посмотрев на Соколова и вздохнув, произнес я, снимая магический запор и толкая дверь, первым заходя в комнату.

— Твою налево! — охренел от увиденного Василий, — Что здесь произошло?

— Не важно, что здесь произошло. Можешь убедиться, что Лев мертв, — указал на лежащее у порога тело.

Несмотря на обгоревший труп, в нём всё равно можно было различить черты главы рода Потёмкиных.

— Ублюдок, так тебе и надо, — прошипел граф.

— Влас, её нельзя здесь оставлять, — указал на Карину Климентий.

— Сам знаю, — буркнул в ответ, понимая, что придётся тащить мачеху с собой.

Впрочем, она может стать козырем, разменной монетой между мной и теми родственниками, которые пойдут против меня: особенно дядюшкой, ведь насколько я помнил, он и Карина были любовниками. Хотя. может для них обоих это ничего и не значило, но попробовать стоило.

— Сука, — донёсся до меня рёв графа Пылаева, а в следующую секунду он оказался около бессознательной Карины, и схватив мачеху за волосы, приподнял над полом.

В глазах Василия плескалась такая злоба и ненависть, что даже я отшатнулся.

— Надеюсь она не твоя мать? — прорычал он, — Потому что я всё равно её убью.

— Не моя. Что натворила эта тварь?

— На моих глазах пытала мою жену, требуя, чтобы я предоставил ей один интересный артефакт.

Только тут я вспомнил, что граф Пылаев являлся ведущим артефактором императорского дома, и всё встало на свои места.

— А требовал он у вас артефакт открытия разлома?

— Откуда знаешь? — спросил граф, в голосе которого послышалось напряжение, — Это государственная тайна.

— Ну, как-то же её узнал мой «отец», а на счёт меня… так Лев активировал артефакт в усадьбе Саварина, надеясь, что твари схарчат Клима и его людей.

— Угу, — мрачно буркнул Соколов, — Если бы не Влас, точно не справились.

— А что с женой? — спросил Василия с запозданием, потому как в подземелье её точно не оказалось.

Пылаев помрачнел.

— Эта сука, обещала отпустить, как только я передам им то, что нужно, но… — Василий сглотнул набежавшую слюну, — Им не нужны были свидетели. Меня оставили в живых, надеясь получить ещё кое-что.

— И как они хотели этого добиться? Уж после смерти жены ты вряд ли бы стал сотрудничать?

— У меня есть сын, — мрачно изрек граф, — но эти твари не смогли до него добраться. Когда пропала Светлана, я быстро смекнул что к чему и спрятал Володю.

Василий ещё раз дернул Карину за волосы, подтягивая вверх.

Кивнул.

— Ты в своём паве.

Честно сказать, меня такой вариант развития событий вполне устраивал.

Пылаев долго думать не стал и одним ловким движением свернул Карине шею. Мачеха так и не пришла в себя.

— Хоть не мучилась перед смертью, — пробормотал себе под нос Клим.

— Экий ты жалостливый. Посмотрел бы я на тебя, если бы эта сука кого-то из твоих родных… — сплюнул на пол Василий, — Жаль, что она не испытала тех мук, что моя жена, но я не садист. Даже после того, что эта сука сделала, всё равно не смог бы…

Артёмов, всё это время стоял отвернувшись и с трудом сдерживал рвотные порывы.

Покачал головой. Вот ведь, слабак. Хотя, каждому своё.

— Раз проблема решена, уходим, — произнес негромко.

Растянул на всех невидимость. От Клима ждать помощи особо не приходилось, а Василий с Кириллом были сильно истощены в магическом плане, так что рассчитывать приходилось только на себя. Правда из-за того, что пришлось прикрывать сразу пять человек, включая себя, эффективность «ОТВОДА ГЛАЗ» снизилась в несколько раз.

Главное было, не нарваться на высокорангового мага, а остальное — пустяки.

Тайный ход прошли без проблем. Маг, которого я вырубил, так и продолжал мирно посапывать, не подозревая, что творится вокруг.

Очнётся, сам выберется, в этом я был полностью уверен.

— Последний рывок, — проворчал Климентий, переводя дух и подтягивая, начинающее с ползать со спины тело брата.

— Ага, ещё немного.

Хотелось уже скорее оказаться дома. Позавтракать пышными пирожками Галины и завалиться спать, как минимум на сутки, но моим мечтам не суждено было сбыться.

Глава 19

Стоило нам вылезти из потайного хода, как тут же со всех сторон посыпались бойцы рода, да не абы какие, а элита, которая находилась на службе Потёмкиных.

— Гадство, — проворчал Климентий, осторожно опуская на землю Николая и готовясь вступить в смертельный бой, но я знал, что никакого боя не будет.

Нас просто сметут, точнее — моих спутников. Сам я вывезу и разметаю противников, вот только не факт, что Клим и спасённые пленники выживут. Если бы Василий и Кирилл оказались в отличной форме, можно было потягаться, а так…

Десять человек с автоматами, нацеленными прямо на нас, пять магов, насколько я мог судить, довольно высокого ранга и семеро хорошо обученных бойцов — зубров-войны, как их называли, готовых немедленно вступить в бой.

Где их нашёл Лев? Откуда? Стоимость их услуг превышала все мыслимые и немыслимые пределы. Нанять их могли только самые богатые и величественные рода Российской Империи.

Глянул на своих спутников. В глазах Кирилла светилась надежда на лучший исход, а вот Клим и Василий всё понимали без слов и были готовы сложить головы в последнем бою.

Окружившие нас бойцы стояли неподвижно, не нападая. Ждали команды.

От кого?

Ответ на этот вопрос я получил почти сразу. Из-за их спин вышел брат «отца». Тот самый, который вывез меня из поместья вместе с братьями, хотел убить и замуровать в бетон, почти сразу после появления меня в этом Мире. Вместе с ним оказались трое двоюродных братьев и двое из жён Льва, которые перешли на сторону Алексея. Обе владели магией на неплохом уровне. Стервы демонстративно усмехались, ехидно глядя мне в глаза, словно говоря: вот ты и попался, мальчик.

— Ну, здравствуй, племянник, — насмешливо пробасил Алексей Потёмкин.

— Дядя, — кивнул в ответ.

— Вот ты и допрыгался. В тот раз мне не удалось с тобой покончить, но в этот — я подготовился. Ты даже не представляешь… — Алексей сделал многозначительную паузу, — Как мне помог.

— Я? — в моем голосе прорезались нотки удивления, так как я действительно не понимал, о чем сейчас говорил дядюшка.

— Да, племянник. Я уже несколько дней знаю, что ты в городе и что сестру нашел, тоже знаю. По твоему характеру нетрудно догадаться, что бросишься спасать её женишка. Лев предлагал не церемонится, на месте допросить ублюдка, но я уговорил, чтобы он притащил Саварина в особняк. Догадывался, что ты явишься, и тогда столкновение неизбежно. Если бы погиб ты, что же, так тому и быть, но как оказалось, я сделал верный расчёт, — усмехнулся дядя, — Ты, мой мальчик, сделал за меня всю грязную работу.

— Всё просчитал, — скривился я, понимая, что можно было догадаться и раньше, — Чужими руками освободил себе место главы рода?

Скрипнул зубами от раздражения на самого себя. Получалось, что Алексей следил за мной почти с самого начала, точнее не он сам, а кто-то из его людей, а я не заметил.

Хитрая сволочь, продуманная, совсем как я в прошлой жизни, вот только одного не учёл, что со мной ему не справится, зубы обломает.

— Влас, — шепнул сбоку Климентий, — Похоже это он пытал Николая. Если брат не выдержал и проговорился, твоя сестра…

Соколову не нужно было договаривать, я и так всё понял.

Значит, нужно каким-то образом расправиться с бойцами дядюшки, а его захватить живым. Даже если Саварин ничего не сказал под пытками, это не значит, что Алексей не владел интересующей меня информацией. Уж слишком неоднозначной фигурой он оказался. Моя чуйка вопила, что дядя не только собрался встать во главе рода Потёмкиных, но и был причастен к более серьёзным вещам, творящимся сейчас в столице.

Будь я один, справился бы со всеми противниками, а так… Запросто мог зацепить своих спутников заклинаниями, причем зацепить смертельно.

Я судорожно думал, что предпринять и одновременно выстраивал мощную защиту, когда дядюшка поднял руку, готовясь отдать приказ к атаке, но не успел.

Поместье сотряслось от сильнейшего удара, словно здесь произошло мощное землетрясение. Невероятно, что особняк устоял. Я вот — нет, впрочем, как и остальные, присутствующие здесь люди.

Внутри дома послышались испуганные крики, началась суета, а в следующий момент, над всей усадьбой как гром среди ясного неба прогремел голос:

— Именем Императора, сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своих местах!

Раздался оглушительный грохот, и родовая защита городской усадьбы Потёмкиных лопнула как мыльный пузырь на ветру, а во двор ворвалось подразделение имперской гвардии во главе с придворным магом и тремя гранд-мастерами.

— Бросить оружие!

Сопротивляться не было смысла. Бойцы быстро покидали автоматы и магопистоли, дезактивировали заклинания, и не сговариваясь, опустились на колени, заложив руки за голову.

Глянул на дядюшку, лицо которого побелело от страха, а руки затряслись как у запойного алкоголика, и улыбнулся, переведя взгляд в ту сторону, куда не мигая смотрел мой родственник.

А посмотреть было на что.

Гвардейцы разделились на две колонны, образовывая коридор, по которому шагал высокий мужчина в темно-синем камзоле, от него фонило такой мощью, что я чуть не задохнулся.

Не представляю, какого было другим, потому что этот человек развернул свою ауру на полную мощь и подавлелял ей так, как мне удавалось только в прошлой жизни.

Сразу стало понятно, кто именно к нам пожаловал.

Его Величество Император Российской Империи — Александр Алексеевич Романов.

Сбоку сдавлено захрипел Клим и повалился на землю, как, впрочем, и все остальные люди, находящиеся во дворе усадьбы.

Офигеть. Даже я, проигрывал по силе этому человеку. Данный факт неприятно царапнул душу, но расстраиваться по такому пустяку я не собирался. Какие мои годы: нагоню и перегоню. Главное, чтобы император был на моей стороне, потому как такого врага я не пожелал бы никому.

В маленьком, неприметном домике на окраине столицы, расположились на диване два человека: мужчина и женщина. По их лицам сразу было видно, что разговор велся на очень тревожную и важную тему.

— Володя, ну как так-то? Сколько можно ходить кругами?

Собеседник пожал плечами.

— Не знаю. Все странно и непонятно. К тому же, я готов поспорить, что нас вычислили.

— Этого не может быть, — уверенно произнесла Свиристель.

— Может, — хмуро ответил Милюков, — Я заметил слежку ещё вчера.

— Почему не сказал?

— Хотел убедиться.

— Узнал чьи люди?

— Нет. Не получилось. Профи. Как только меня засекли, сразу скрылись, но я уверен, что далеко не ушли.

— Плохо, очень плохо, — Свиристель встала с дивана и прошлась по комнате, массируя пальцами виски.

За последние несколько дней, что она, что её друг, вымотались по полной, бегая по городу из одного конца в другой и поднимая старые связи. Информации было много, но та, что была необходима в первую очередь, отсутствовала.

Никто ничего не знал и даже не слышал о подполковнике Свиридове.

— Всё, пора спать, — устало потер глаза Милюков, отложив в сторону очередную кипу документов, переданную ему одним из агентов внутренней разведки государства.

— Пожалуй, ты прав, — устало вздохнула Екатерина и тут же подпрыгнула на месте от раздавшегося в дверь стука, — Ты кого-то ждешь?

— Нет, — тихо ответил Владимир и потянулся за стоящим в углу мечом, на ходу формируя атакующее заклинание, — Сразу того? — мужчина провел ребром ладони по горлу, — Или сначала поговорим?

Екатерина закатила глаза и покачала головой.

— С ума сошел! — прошипела она, — Может это кто-то из моих соглядатаев весть принес или соседка за солью пожаловала.

— Ночью? — скептически приподнял брови Цербер.

— Не важно. Прирезать всегда успеем.

— Как скажешь, — флегматично ответил Милюков и пристроился за дверью, готовый в любой момент отразить удар гостя, а Свиристель щелкнула замком.

На крыльце, в темноте ночи, склонив голову и скрывая лицо капюшоном, стояла безликая фигура в плаще.

Молчаливый гость не сделал ни одного резкого движения, лишь медленно поднял руку и указал внутрь, спрашивая жестом разрешения войти в дом.

— Ты кто такой?

Человек не ответил, лишь повторил свой жест.

Свиристель посторонилась, подав знак Милюкову придержать оружие, сама же, напряженно следила за каждым шагом загадочного гостя. Одно неверное движение и смертоносный кинжал, зажатый между гибких женских пальцев, вошёл бы в незащищенное горло незнакомца.

Видимо что-то почувствовав, гость замер на пороге и медленно, так, чтобы не навлечь на себя гнев хозяев, поднял руки, и приподняв голову, легким, небрежным движением откинул назад капюшон.

Свиристель не смогла сдержать потрясенного вздоха. Перед ней стоял Император Российской Империи Александр Алексеевич Романов.

— Ну, здравствуй, сестра, — произнес мужчина с усмешкой.

— БРАТ! Что ты здесь делаешь? Совсем ополоумел? Где твоя охрана? Как ты вообще сюда попал? — взорвалась Свиристель, мгновенно захлопывая дверь и отрезая домочадцев от внешнего мира.

Правитель лишь криво улыбнулся, с интересом разглядывая сестру, которую не видел несколько долгих лет.

— У меня есть свои тайны. Позволь умолчать о некоторых из них. А ты что, не рада меня видеть, сестренка? — спросил император и распахнул руки в приветствии.

Екатерина фыркнула, посмотрела исподлобья на мощную фигуру брата и в следующую секунду окунулась в родные объятия.

Владимир, стоящий всё это время за спиной императора, отошел в другой конец комнаты, недовольно хмурясь.

Между ним и Александром не было особой любви. Правитель винил Милюкова в том, что тот в определенное время не смог защитить сестру, отговорив её от опасных действий, а Цербер бесился, что именно из-за помощи императору Екатерина оказалась в опале и вынуждена была много лет скрываться.

— Я надеюсь ты был осторожен, брат? — послышался глухой голос Свиристель, уткнувшейся носом в грудь брату.

— Обижаешь. Когда это я пренебрегал своей безопасностью?

— Тебе напомнить? — в голосе женщины проскользнули стальные нотки.

— Не стоит. Давай оставим прошлое в покое. Может расскажешь, за каким чёртом ты притащилась в столицу? — недовольно проворчал Александр, продолжая игнорировать присутствие Милюкова.

— Если ты узнал наш адрес, значит и остальное тебе донесли твои ищейки. Так что нечего притворяться будто ничего не знаешь, — подал голос Владимир.

— А-а-а, это ты? Цепной пес её Высочества, — произнес Александр, словно только что заметил Милюкова.

Презрительная усмешка пробежала по губам Императора.

— Брат, прекрати! — рыкнула Свиристель, — Не смей оскорблять моего друга. Ко всему прочему, я уже давно не Высочество. Ты пришел в мой дом, так что прояви уважение к его хозяевам.

— Поверь мне сестренка, я тебя уважаю.

— Ага, тебя и тех, кто имеет титул, а остальных считает грязью под своими ногами, — не удержался Милюков от очередной подколки.

— Это не так, — поморщился император, — Просто не люблю тех, кто плохо выполняет свои обязанности. Моя сестра достойна лучшего защитника.

— А что для нее лучше, решаешь ты?

— Ну-ка, прекратили! Распушили хвосты как два петуха в курятнике! — воскликнула Свиристель, начиная раздражаться и прекрасно зная, что если не прекратить спор между этими двумя, то он может перерасти в самую настоящую склоку с мордобоем.

Не хватало еще, чтобы друг с братом в пылу горячки «поубивали» друг друга. С них станется устроить дуэль прямо в доме.

Конечно, Свиристель знала, что до смертоубийства не дойдёт, но всё равно волновалась, потому как весовые категории всё же у них были совершенно разные. Если бы Александр захотел, то за одно мгновение смог испепелить Милюкова, тот даже бы моргнуть не успел.

— Молчу, — Владимир поднял руки вверх ладонями, признавая свое поражение, — Пойду, прогуляюсь, не буду мешать семейному воссоединению, — поддел он императора и решительно шагнул к двери, — Заодно проверю, не следит ли кто за домом.

— Не следит, — усмехнулся император, — Те, кто тут ошивался, тихо и почти безболезненно нейтрализованы. Рядом с домом только моё сопровождение, но ты всё равно вряд ли сумеешь их заметить.

— Это почему? — проворчал Милюков.

— Потому, что они на голову выше тебя.

— Пфф-ф, это мы ещё посмотрим, — недовольно фыркнул Владимир и хлопнул дверью, намереваясь во чтобы-то ни стало вычислить людей Его Величества.

Как только фигура наемника скрылась с глаз правителя, Александр широко улыбнулся.

— Наконец-то.

— Вы как маленькие дети. Может хватит уже играть в противостояние?

— Угостишь брата чашечкой чая? — проигнорировал слова сестры император.

— Естественно. Пирожки будешь? С маком?

— Обязательно, — расплылся в довольной улыбке Александр.

Когда они уже сидели за столом, Свиристель не удержалась.

— И всё же, зачем ты пришел?

— Соскучился.

— А если честно?

— Катя, ты сделала большую глупость, вернувшись в столицу. Если мои люди узнали о твоём прибытии, то и остальные тоже в курсе. Это подтверждает слежка за твоим домом.

— Я прекрасно понимаю, что мои враги и завистники уже точат свои ножи, желая добраться до моей глотки. Ну, пусть попробуют. Посмотрим кто кого.

— Кроме них, ещё есть и те, кто опасается, что ты вновь выйдешь на политическую арену или вытащишь на свет старые тайны. Вот они, куда опаснее твоих закадычных «дружков». Я не идиот и прекрасно понимаю, что назревает новый заговор. Юсупов плетет интриги, собирая сторонников и пытаясь ослабить мою власть, а твое появление в столице спутало ему все карты. Боюсь, как бы беды не вышло.

— Этот старый интриган всё ещё на что-то способен? — ехидно произнесла Свиристель, хотя при упоминании знакомой фамилии внутри всё закипело от ненависти и разочарования.

Как бы не пыталась Свиристель себя убеждать, старые раны до сих пор кровоточили, не в состоянии полностью затянуться.

— Поверь мне, он хуже ядовитой змеи. Так и норовит укусить исподтишка. Связался с моим дорогим братцем и опять мутит воду, как и девятнадцать лет назад. Только вот в этот раз, ему не обвести меня вокруг пальца. Мои люди тоже хлеб не задаром едят, так что мы ещё посмотрим кто в этой партии выйдет победителем.

— Смотри не заиграйся брат. Как бы не было повторения прошлого.

— Не будет. Как только начали гибнуть наследники верных мне родов, я сразу сообразил в чём дело. В прошлый раз не было доказательств причастности Юсупова и моего брата к заговору…

— А сейчас?

— Сейчас… — задумчиво протянул император, — Кое-что имеется, но этого недостаточно. Мы выжидаем, когда Сергей с Павлом перейдут к более активным действиям.

— Куда уж активнее, — съязвила Екатерина, — Тебе мальчиков не жалко?

— Жалко, — нахмурившись, произнес Александр, — но, если я сейчас арестую этих двоих, не имея железобетонных доказательств, начнется бунт, даже хуже… Я точно не знаю, кто на моей стороне, а кто на стороне Юсупова. Без полного расклада что-то предпринимать чистое самоубийство.

— Но так же нельзя! Нужно что-то делать! Ты хочешь, чтобы верные тебе люди погибали даже не понимая за что?

— Конечно нет! — вскипел Александр, — А ты хочешь войну родов? Уверен, эти ублюдки ждут именно этого. Надеются, что я публично выдвину обвинения против Юсупова. Им нужна причина, чтобы развязать руки и устроить в империи хаос, а под шумок, захватить власть. Подумай, сколько невинных пострадает тогда? Уверен, намного больше.

— Да чтоб этих двоих ублюдков черти на вилах вертели! — вызверилась Свиристель.

— Не выражайся, а то язык с мылом намою, — попытался разрядить ситуацию император, но не преуспел, Екатерина как сидела с каменным выражением лица, так и осталась.

Глаза женщины замерли на одной точке.

Александр очень хорошо знал этот взгляд. Взгляд, который не сулил врагам ничего хорошего, за исключением одного «но», планы Екатерины всегда были опасны и сопровождались большим риском, а Александр больше не хотел рисковать жизнью сестры.

— А знаешь, — встрепенулась Свиристель, — есть у меня пара идей. Почему бы просто не устранить Сергея с Павлом? Я бы с удовольствием вернулась на прежнюю службу, естественно, инкогнито, и убрала ублюдков. Без них мир стал бы чище.

— Катя, даже не начинай, — предостерег он сидящую напротив женщину.

— Почему? Думаешь потеряла хватку? Если боишься, что оставлю следы, то зря. За прошедшие годы я многому научилась.

— Верю, но всё равно считаю, что тебе не нужно лезть в это дело.

— Аргументируй.

— Даже после стольких лет ты всё ещё слеплена ненавистью, а здесь нужен холодный разум. Чувства — плохой советчик. Одна ошибка может стоить тебе жизни. К тому же, добавил Александр, — Подумай о сыне. Он только обрел мать, ты хочешь, чтобы он её вновь потерял?

— Я только о нём и думаю, Ты бы видел, каким он стал, — гордо произнесла Свиристель, — Тебе надо будет как-нибудь познакомиться с племянником.

— Обязательно, но не в ближайшее время. Думаешь, наши враги не смогут сложить дважды два? Не сегодня, так завтра они поймут кем именно является парень.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась Свиристель низким гортанным смехом, — Им же хуже. Влас не беззащитный мальчик, который будет сносить удары судьбы. Он ещё удивит своих неприятелей. Да так, что те побегут, сверкая пятками, или не побегут, так как будет мертвы.

— Ты так уверена в своём сыне?

— Абсолютно, — нисколько не сомневаясь ответила Екатерина.

Громкий стук распахнутой двери прервал разговор родственников.

Оба мгновенно вскочили на ноги и сформировали заклинания, приготовившись к любым неожиданностям, но влетевший в комнату человек, оказался мгновенно обезврежен и придавлен к полу. К горлу неожиданного гостя был приставлен клинок.

— Только шелохнись, — угрожающе прорычал Милюков и надавил сильнее, заставляя алые капли покатиться по бледной коже.

— Спокойно, Цербер, это мой человек, отпусти, — произнес император таким тоном, что не послушался бы разве что идиот.

Владимир нехотя разжал руки и поднялся, отряхивая с коленей пыль.

— Что случилось, Михей? Я же просил меня не беспокоить.

— Срочноя сообщение, — произнес сипло человек императора, принимая вертикальное положение и потирая горло ладонью, тем самым размазывая по нему кровь.

Александр подхватил со стола белоснежную салфетку и кинул Михею, который ловко поймал её на лету, тут же стирая алые пятна.

— Так что случилось? — с нажимом повторил император.

— Вот, — передал он послание и склонил голову в уважительном поклоне, словно извиняясь за своё недостойное поведение.

Император углубился в чтение, а затем поднял голову и вздохнул.

— Выйди, — кивнул Михею, и тот мгновенно выскочил на улицу.

— Что случилось? — озабоченно поинтересовалась сестра.

— Твой сын сейчас в особняке Потёмкиных, и сдаётся мне, ему грозит смертельная опасность.

Милюков, стоящий чуть в стороне, хмыкнул:

— Скорее уж смертельная опасность грозит обитателям этого самого особняка. Я вообще опасаюсь, как бы он там всю усадьбу не разгромил и в гневе не поубивал родственников.

— Володя, что ты такое говоришь? — возмутилась Свиристель, — Мой сын, очень добрый и справедливый мальчик.

— Согласен, в большинстве случаев он такой и есть, но только не в том случае, когда кто-то пытается его убить.

Екатерина задумалась на пару секунд.

— Пожалуй, ты прав. Надо срочно отправляться на помощь.

— Кому? Твоему сыну или бывшему мужу?

— Грр-р, — прорычала Свиристель, — Я сама хочу удавить этого ублюдка, только сдаётся мне, Влас меня опередит.

Милюков с Екатериной, полностью проигнорировав императора, подхватили свои плащи и оружие, и двинулись в сторону выхода.

— А ну, СТОЯТЬ! — прорычал император.

В его голосе было столько силы, что сестра с её неизменным телохранителем застыли на месте, — Вы хоть иногда мозгами думаете, прежде чем что-то делать? Сейчас у нас есть небольшое преимущество перед противником, но если вы туда сунетесь, всё полетит в бездну!

Несмотря на свои же слова, сказанные несколько минут назад, Екатерина заволновалась.

— Но там же мой сын. Не думаешь же ты, что я останусь здесь, когда…

— Думаю! — рявкнул император, — Чтобы сидели на жопе ровно и не высовывались из дома. Это приказ! С твоим сыном, я сам разберусь, как и с его родственниками. Придётся нам с племянником познакомиться раньше времени.

Глава 20

Я не успел перевести дух, как маги императора скрутили одарённых дяди и отправили в нирвану.

— Грузите их по машинам и в особый отдел канцелярии.

Особый отдел — это тайная стража, подчиняющаяся непосредственно императору.

Гвардейцы быстро подхватили провалившиеся в крепкий сон тела и поволокли прочь.

— Ваше Императорское Величество, произошло явное недоразумение, — послышался испуганный, но в тоже время уверенный в своей правоте голос дядюшки, — Я, Алексей Потёмкин, а это… — он указал чуть искривлённым пальцем в мою сторону, — Один из младших сыновей главы рода. Предатель и отцеубийца, отречённый изгнанник, который пришёл отомстить. Обыщите особняк, я уверен, вы найдете труп моего бедного брата. Мы просто пытались его остановить, что бы он в своей ненависти не вырезал женщин и детей, — Алексей говорил всё быстрее, боясь, что император остановит и не даст высказаться, — Поверьте, этот парень настоящий зверь в человеческом обличье. Я не знаю, что привело вас в наш дом, но будьте справедливы. Станьте мечом правосудия и покарайте виновного.

Ничего себе. Вот это дядюшку понесло.

Я в пол уха слушал Алексея Потёмкина, пытаясь понять, что здесь забыл его Величество, но так и не понял.

— Покараю, обязательно покараю, — подтвердил Император и незаметно мне подмигнул.

Оп-па, а вот это что-то новенькое. Похоже Александр Алексеевич в курсе, кто сейчас находится перед ним. Занятно, но самое главное, он на моей стороне, а значит, можно расслабиться и не беспокоиться о том, что придётся здесь всех поубивать.

Дядюшка вроде как приободрился и приподнялся, благо император убрал действие ауры больше чем наполовину, чтобы уж совсем не задавить ей присутствующих.

— Благодарю, Ваше Величество. Арестуйте моего племянника и его людей тоже. Они все преступники, замышляющие… — раздухарился дядя.

— Это не правда! — громко, чтобы слышали все, крикнул Клим, — Влас ни в чём не виноват! Этот человек хочет нас оклеветать. Всё было совсем не так. Не вели казнить, — припал на колени граф Соколов и его примеру последовали мои спутники, один я остался на ногах.

Не привык не перед кем кланяться, тем более, пресмыкаться. Это передо мной склоняли колени, падали ниц и лобызали… Пожалуй, на последнем я переборщил.

В этом Мире нужно было соответствовать, поэтому, скрепя сердце, склонил голову и начал опускаться на одно колено, но не успел, император сам обратился ко мне:

— Ответь: то, что сказал твой друг, правда?

Остановился и вскинул голову, глядя в насмешливые глаза Его Величества.

— И — да, и — нет.

— Это как? — опешил Александр Алексеевич.

Скрывать смысла не было.

— Это я убил главу рода, но он первый напал на нас. Мы просто защищались.

— Хм-м, — прищурился император, вмиг подобравшись, с сомнением посмотрев на меня, — И как же он погиб?

— Какая разница, — мне почему-то не хотелось называть причину смерти Льва Потёмкина при всех.

— Сгорел, Ваше Величество, — вновь подал голос Клим, а я скрипнул зубами.

Вот кто его за язык тянул?

— Сгорел говоришь? — заинтересованно произнес император, и я мгновенно сообразил, что он в курсе магической клятвы данной Потёмкиным моей матери.

— Да, от своего же заклинания. Не сумел удержать огонь. Просто, несчастный случай.

— Господин! — послушался голос одного из гвардейцев, подбегающих к Его Величеству и что-то прошептавшему тому на ухо.

— Вот как, — протянул Александр Алексеевич, — Только что были найдены тела Льва Алексеевича Потёмкина, его жены Карины Ибрагимовны и двух сыновей Олега и Вячеслава, а также одной из служанок, в комнате которой всё произошло.

— Вот! — закричал дядюшка, — Я был прав! ТЫ убийца! Специально проник в дом, чтобы расправиться с отцом и братьями.

— Нет, — это уже выдал Василий, — Ваше Величество, я готов пройти проверку менталистов, ответить на любые вопросы. Мне всё равно, что будет с моей жизнью, можете казнить, но только добейтесь справедливости. Этот мальчик спас нас. Вытащил из ада, куда мы попали по вине главы рода Потёмкиных. Мы…

— Молчать! — грозно изрек император, — Разберёмся! В машину всех. Доставить туда же, что и остальных. Я лично приму участие в разбирательстве.

— А ну, пошли, — рявкнул один из гвардейцев, — и только попробуйте сопротивляться, — он кивком головы указал на гранд-мастера, который тут же накинул заклинание пут, чтобы мы не смогли магичить или выкинуть ещё какой-нибудь фортель.

— Подождите, моему брату необходима помощь! Он ранен и без сознания. Вы не можете… — воскликнул Соколов, когда заметил, как гвардейцы бесцеремонно поволокли бесчувственное тело Николая.

Император на мгновение обернулся.

— К лекарям его! В тюремный лазарет… и осторожнее там! — добавил Александр Алексеевич, — Не прибейте свидетеля.

— Этот бандит не заслуживает жалости, Ваше Величество, — послышался голос дяди, которого сейчас чуть ли не пинками гнали к машине.

— Он не бандит, — воспротивился я, — а пленник Потёмкиных, содержащийся в подземелье, в вонючей камере. Впрочем, как и они, — мотнул головой в сторону Кирилла и Василия. Мы за ним и пришли.

— Это всё наглая клевета! — завопил дядюшка, которого уже запихивали в кузов автомобиля, как какого-то уличного воришку.

— Заткнись, — гаркнул император, — Я же сказал, разберёмся!

— Разберутся они, — забухтел рядом Клим, получивший особо чувствительный тычок в спину от императорского гвардейца.

— Стоять, — послышался голос его Величества.

Твердая рука Александра Алексеевича ухватила меня за плечо и резко развернула на сто восемьдесят градусов.

— А… — только и успел произнести я, гася импульсивную реакцию тела, а то как бы я выглядел в глазах окружающих, врезав с размаха по императорской роже.

Меня точно бы разорвали на части здесь и сейчас.

— Лейтенант, погуляй пару минут, мне нужно задать пару вопросов задержанному.

— Ваше Величество…

— Ничего он мне не сделает. Иди, — строго произнес император.

— Слушаюсь.

Как только гвардеец отошёл на несколько метров, я сразу почувствовал, как Александр Алексеевич поставил ПОЛОГ ТИШИНЫ, да такой, что даже мне не удалось бы его пробить.

Видимо изумление отпечаталось на моем лице, потому как император только усмехнулся.

— Тебе привет от матери, — первым делом произнес он, а у меня словно груз с плеч свалился.

— Вы её видели?

— Да. Буквально полчаса назад. Она очень рвалась сюда вместе со мной.

Машинально оглянулся, выискивая поблизости фигуру Свиристель.

— Нет её. Я не позволил.

— Уф-ф, хорошо.

— Я так понимаю, ты в курсе своей родословной?

— Ага.

— Ну и славно. Ты уж не обессудь, племянник, но тебе пока лучше находиться в тени, как и моей сестре. Надеюсь, объяснять почему, не надо?

— Нет, — помотал головой.

— Вот и отлично. Тогда ты понимаешь, что я не могу сделать исключение и избавить тебя от поездки в канцелярию?

— Так точно, Ваше Величество.

— Но не бойся, ничего плохого там с тобой не случиться, — решил приободрить меня дядя.

— А что, похоже, что я боюсь? — усмехнулся в ответ, — Если мне что-то не понравится, я сравняю вашу канцелярию с землёй.

— Хм-м, — император оценивающе посмотрел на меня.

— Шучу… но, в каждой шутке, есть доля истины.

— Иди уже, шутник, — бросил император, покачав головой, и развернулся, — Лейтенант, отведите задержанного.

Что удивительно: меня, Климентия, Василия и Кирилла посадили в отдельную машину. Видимо император позаботился. Окажись мы вместе с дядюшкой и его людьми, наверняка поубивали бы друг друга.

Два конвоира расположились по обе стороны от нас, с опаской поглядывая на графа Пылаева. Именно у него оказался самый зверский вид, да и яростный взгляд исподлобья не внушал доверия. А-ну, как кинется!

На меня и Кирилла вообще не обращали внимания. Что взять с молодых парней?

Зря.

Насчёт Артёмова они, конечно, были правы, а вот насчёт меня… Я бы запросто мог раскидать их и пробравшись в кабину, устранить водителя, заняв его место.

Хорошо, что мне не нужно было это делать. Уверен, наш арест, всего лишь вынужденная время и очень скоро должен закончиться. Конечно, придется всё подробно рассказать доверенному лицу Его Величества или же самому Императору, но это такие мелочи, особенно, если учесть, что я сам жаждал поговорить с монаршей особой.

— Да уж, такого конца я точно не ожидал, — пробормотал Климентий, нисколько не смущаясь присутствия конвоиров. По большому счёту, ему было на них плевать.

— Из одной тюрьмы в другую, — пробормотал Василий и посмотрел на Соколова, — Но я рад, что всё так обернулось. Моя жена отмщена — это главное, остальное уже не имеет значения. Спасибо, вам. Особенно тебе, Влас, — Пылаев перевёл на меня тяжёлый взгляд, — Я возьму всю вину на себя: убийство главы рода и его жены. Просто соглашайтесь с тем, что я буду говорить на допросе. Если станут спрашивать по одиночке, валите всё на меня.

— Хрен тебе! Ишь, чего удумал, — усмехнулся я, — Ерунды не говори.

— Да, Василий Васильевич, — подал голос Кирилл, — Император сказал разберётся, значит — разберётся. Мы с вами ни в чём не виноваты, а Влас Львович и Климентий Егорович в своём праве.

Пылаев горько хмыкнул:

— Молодо — зелено, — и замолчал.

Не верил граф в справедливость, особенно после того, что с ним произошло в последнее время.

Я ни стал никого ни в чём убеждать, лишь прикрыл глаза, решив немного покемарить до места прибытия.

На душе было легко. Свою миссию я выполнил: вытащил Саварина из лап смерти, разобрался с «отцом», познакомился с венценосным дядей и узнал, что с матерью всё в порядке.

Что ещё нужно для счастья?

Пожалуй: вкусно пожрать, сладко поспать и хорошо посрасть, но это ещё успеется.

Единственное, что беспокоило, так это то, что я не узнал, сумел Алексей Потёмкин навредить Олесе или нет. Если этот ублюдок, хоть как-то обидел сестру, я доберусь до него даже в тюремных застенках и сделаю так, что он пожалеет о содеянном.

— На выход! — послышался голос одного из конвоиров.

А я и не заметил, как прекратилась тряска, и машина остановилась у черного хода шестого здания имперской канцелярии.

Сотрудники данного ведомства действовали быстро и слажено, было видно, что данная работа стала для них рутиной. Вышедший маг в сопровождении двоих вооруженных людей, встретил нас у входа и тут же повел вглубь помещения.

Я не питал иллюзий насчёт того, где мне придется провести этот день или же ближайшие два. Его Величество не мог отпустить меня и моих спутников, не вызвав ни у кого подозрений. Александр Алексеевич определённо точно не собирался афишировать наши родственные связи и причин тому было несколько.

Вряд ли он беспокоился о моей безопасности, но это тоже не стоило исключать, потому как узнай кто, что Влас Потёмкин является племянником Александра Романова, шуму будет не избежать.

Меня сразу попытаются убрать с дороги, ибо я единственный на данный момент наследник императорской крови.

Оскалился в предвкушении, чем напугал ведущих нас в сторону камер охранников, тут же получив энергетический удар в спину, но особо его не почувствовал.

Прятаться я не любил. Хотелось поскорее выйти на «свет» и заявить о себе во всеуслышание, а потом, пусть приходят: хоть по одиночке, хоть толпами.

— Этого сюда, в одиночку, — прогремел голос мага, — Приказ его Величества.

— Пошевеливайся, — буркнул конвоир, заталкивая меня в камеру.

Посмотрел на своих спутников, которых повели дальше.

Ну и ладно, посижу тут, подожду.

Вполне себе ничего, перекантоваться можно. Кровать с жестким, хоть и чистым матросом так и манила к себе. Даже осматриваться не стал. С другой стороны: что тут осматривать?

Помещения три на четыре метра, койка, умывальник и унитаз, даже захудалого стола нет.

Пофиг.

Стоило только лечь, как глаза сами собой закрылись, и я провалился в сон.

Лязг замка вывел меня из полудрёмы.

— Эй, давай, вставай, — донесся до сонного мозга скрипучий голос.

Протёр глаза и поднялся.

Оказалось, мне принесли обед, а может и ужин, я как-то немного потерялся во времени.

— Благодарю, — поблагодарил служивого, ибо вежливость никто не отменял. Мне не влом, а человеку приятно.

— Ешь скорее, минут через десять за тобой придут.

— Ооо-о, здорово, — оживился я, споро заработав ложкой.

Еда, кстати, оказалась хоть и простой, но на вкус вполне сносной.

— Впервые вижу человека, который бы так радовался предстоящему допросу. Обычно все в ужасе.

— Почему я должен бояться?

— Потому, что после допроса большинство «гостей» особого отдела канцелярии попадают либо на плаху, либо на каторгу.

— Уверен, я стану тем небольшим исключением.

Охранник ничего не ответил, лишь хмыкнул, не особо веря хороший исход.

Когда за мной явились, я уже закончил с обедом и был готов предстать под грозные очи следователя.

Нацепив антимагические кандалы, тем самым заблокировав дар, меня подтолкнули в спину.

— Шагай.

Долго идти не пришлось. Два пролёта вверх, и я оказался в длинном коридоре, где по обеим сторонам располагалось множество кабинетов.

Зайдя внутрь, заметил стоящего у стены человека. К сожалению, это оказался не император.

Незнакомец обернулся, и я узнал в нем придворного мага и советника Его Императорского Величества.

— Свободен, — бросил он моему сопровождающему, и тот мгновенно выскочил за дверь, тихо её прикрыв.

— Прошу вас, Влас Львович, садитесь.

— Благодарю, — кивнул в ответ и медленно опустился на отодвинутый в сторону крепкий деревянный стул.

— Отлично, — резюмировал маг.

Положил руки на столешницу, погремев цепями.

— Может снимете? Обещаю, что не буду нападать или оказывать какое-либо сопротивление.

— Хм-м, пожалуй, пойду вам навстречу.

— Отлично, — встряхнул кистями, когда щелкнул замок и кандалы со звоном упали на пол.

Маг с укоризной посмотрел на меня. Пришлось наклониться и поднять.

— Держите.

Он не боялся, что я могу попытаться сбежать или причинить какой-то вред, считал себя намного сильнее и опытнее. В глазах придворного мага скрывалось лёгкое пренебрежение. Он даже не понимал, что я могу раскатать его как блин по сковородке за пару секунд.

Внимательно посмотрев на сидящего напротив человека, сделал вывод, что он вызвал меня на допрос не по указанию императора, а проявил собственную инициативу.

Надеюсь, не станет валить почём зря.

— Влас Львович, вы знаете, за что задержаны и в чём вас обвиняют?

— Догадываюсь.

— Тогда вы должны понимать, насколько серьёзно преступление, которое вы совершили.

— Да, собственно, ничего такого я не совершал.

— А как же убийство главы рода Потёмкиных?

— Лев Алексеевич сам виноват в своей смерти. Как сказал мой друг: он не смог справиться с заклинанием и поджарил себя сам.

— Кто это может доказать? Есть ещё свидетели? Граф Соколов не в счёт, он ваш сообщник.

— Нет, кроме него никто вам ничего подтвердить не сможет.

— Давайте посмотрим. Алексей Алексеевич утверждает, что вы приникли в дом своего отца со злым умыслом, решив избавиться от ненавистного родителя, на которого затаили злобу. Взяли с собой Климентия Егоровича, пообещав ему… Кстати, что вы ему пообещали?

— Ничего, — начал раздражаться я, — Мы узнали, что двоюродного брата графа Соколова похитил мой «отец» и поспешили его спасти.

— Эту байку я уже слышал. Неужели вы думаете, что я поверю в подобную чушь? Чтобы всеми уважаемый князь Потёмкин опустился до подобной низости… Не порите ерунды.

— Граф Пылаев и барон Артемьев подтвердят мои слова. Мы нашли бессознательное тело Николая в пыточной.

— Так может вы сами его и пытали? Насколько я слышал, граф Саварин и ваш отец были дружны, даже вели вместе бизнес.

Разговор, точнее — допрос, катился куда-то не в ту сторону. Захотелось послать придворного мага в далекие дали, но я сдержался, решив ещё немного «поболтать». Глядишь и сам чего интересное узнаю, нужно только внимательно слушать и уметь читать между строк.

— Может и вели, но это не отменяет сути дела.

— Напротив. Хотите скажу, как всё происходило?

Сложил руки на груди.

— Прошу вас. С удовольствием послушаю.

— Вы пробрались в особняк вашего отца вместе с графом Соколовым, графом Пылаевым и бароном Артёмовым.

Ух ты, — восхитился я, — И этих двоих сюда приплёл, — вслух же произнёс:

— С чего вы это взяли?

— С того, что князь Потёмкин был сильным одарённым. Ни за что не поверю, что какой-то молокосос в компании слабого мага, достигшего всего лишь четвертого ранга, смог одолеть Льва Алексеевича, тем более, на пару с его женой. Бред. Следовательно, с вами был кто-то ещё. Вывод напрашивается сам собой. Кстати, зачем вы убили служанку?

— Мы её не убивали.

— А-аа, так вы всё-таки признаёте, что были вчетвером?

— Нет. Я этого не говорил, не нужно переиначивать мои слова.

— Тогда скажите, за что вы изувечили несчастного графа Саварина? Он видел, как вы расправлялись с отцом и мачехой?

— Мы не трогали Николая. Как я уже сказал ранее, мы собирались его спасти. Когда Коля придёт в себя, то подтвердит мои показания.

Честно говоря, очень хотелось свернуть шею этому гаду и плевать на последствия. Не знаю, как я сумел удержать себя в руках.

— Вот тут вы ошибаетесь. Граф Саварин, по имеющимся у меня данным, находится в очень тяжелом состоянии и вряд ли придёт в себя. Его смерть, также, как и смерть остальных обитателей особняка, окажется на вашей совести.

Скрипнул зубами и непроизвольно дернулся вперёд, намереваясь сомкнуть руки на шее ублюдка, но вовремя себя остановил, заметив торжествующий взгляд мага, который уже готовил мощное заклинание, готовясь меня поразить.

Когда я, вместо того чтобы атаковать, резко остановился и откинулся на спинку стула, заметил на лице моего визави пробежавшую тень разочарования.

Этот гад что, решил меня прибить при попытке сопротивления. Поэтому снял антимагические наручники?

Хе-х, тогда он просчитался. Нападать первым я не собирался, а вот оставаться начеку планировал.

— Вы считаете меня убийцей? Так какой же тогда у меня мотив? И не надо ссылаться на пресловутую ненависть. Давайте отталкиваться от фактов.

— Насколько я знаю, — продолжил придворный маг, который, между прочим, так мне и не преставился, что было вопиющим нарушением протокола дознания, — Вы были изгнаны из рода, отосланы из столицы вашим батюшкой, лишены средств существования. Чем не мотив? Отсюда и ваша ненависть.

— Ха-ха-ха. Любезный, как вас там… — я внимательно посмотрел на мага.

— Тихон Филимонович, — сквозь зубы произнес собеседник.

— Так вот, Тихон Филимонович, никто меня из рода не изгонял. Я ушёл сам. А что до финансирования, так я сейчас нисколько не беднее покойного графа Потёмкина. Можете проверить мои счета.

— Это потому, что вы обокрали свой род, — упрямо произнес маг.

— Ложь. Всё, что у меня есть — наследство покойной матушки.

— Которое вы незаконно присвоили.

Вот тут я вообще офигел, потому что мой визави нёс полную околесицу. Любой департамент подтвердит законные права владельца и докажет, что я в своем праве.

Уже хотел в очередной раз возмутиться, как услышал следующий вопрос.

— С кем вы прибыли в столицу?

Вот оно, — мелькнуло в голове, — то самое, к чему всё это время подводил меня придворный маг.

— Это не имеет к делу никакого отношения.

— Как раз, наоборот. Кем вам приходится женщина, с которой вас видели в «Весёлом моте»: любовницей, нанимательницей, телохранительницей?

— Фу-х, — выдохнул облегчённо, понимая, что «пулемётная очередь» прошла мимо.

Рано радовался.

— А может матерью? — совсем тихо произнес маг и уставился на меня проницательным взглядом, от которого невозможно было скрыться, впрочем, я и не пытался это сделать.

Придется держать мину при плохой игре.

— Моя мать умерла, когда я был младенцем, — произнес хмуро и тяжело вздохнул, делая вид, что подобный вопрос меня очень расстроил, что было недалеко от истины.

— А у меня другая информация. Ваш дядя сообщил мне буквально полчаса назад интереснейшую информацию, и я готов поверить его словам. Анна Самохина жива и сейчас находится в городе. Именно с ней вы прибыли в столицу. Люди Алексея Алексеевича вели за ней слежку и убедились в этом наверняка. Мне даже предоставили полный отчёт и пару снимков, — ехидно произнес маг, надеясь по моему лицу прочитать хоть какие-то эмоции, но тщетно.

Я не дернул ни одним мускулом, продолжая в ответ глядеть на Тихона Филимоновича непонимающим взглядом.

— И что? Причём здесь моя почившая мать?

Маг нервно дернул головой, видя, что все его ухищрения бесполезны.

— Неужели действительно не в курсе? Не может быть! Вот ведь хитрая стерва. Хотя, так даже лучше, — пробормотал он, а затем произнес уже громче, — Извини парень, тебе не повезло родиться не от той женщины. Ничего личного.

Как только эти слова слетели с губ, он атаковал, но не меня, а самого себя, тут же выставляя щит и ловя на него созданное воздушное лезвие, одновременно с этим кидая в меня огненный смерч.

Не дождался моего нападения, решил импровизировать, разыграв целое представление.

Тихон Филимонович был абсолютно уверен, что всё получится.

Разве мог мальчишка, недавно достигший совершеннолетия, противостоять почти гранд-мастеру?

— Да легко, — сказал бы я, но вместо этого словил огненный смерч, и слегка его сдавив, впитал в созданную защиту.

В это же мгновение дверь с грохотом распахнулась, и в мага полетели заклинания: пара обездвиживающих и несколько оглушающих.

Тихон Филимонович справился бы с ними без затей, за одним маленьким исключением. Эти заклинания творили два гранд-мастера, прибывших в особняк князя Потёмкина вместе с императором.

— Эы-ыыы, — замычал мой «дознаватель» и кулем рухнул со стула на холодный пол.

— Взять его! — прозвучал знакомый голос, а затем в проёме появилась высокая фигура Его Величества, — Прости, Влас, пришлось ловить на живца, но я знал, что ты справишься.

— Ха, — только и смог выдавить из себя.

Глава 21

Нет, я нисколько не обиделся на императора. Сам бы поступил таким же образом, чтобы вывести врагов на чистую воду, но зарубку себе сделал. Александр Алексеевич действовал жестко, подставив под удар племянника, нисколько не беспокоясь о его жизни. Сегодня я послужил разменной монетой, а завтра на моем месте может оказаться моя мать или ещё кто-то из тех, кто мне дорог.

Своего негодования, я ничем не выдал, но Его Величество каким-то непостижимым образом заметил моё внутреннее состояние или просто догадался. Наверняка, интуиция у императора работала на высочайшем уровне, поэтому он тут же опроверг мои молчаливые выводы.

— Я бы ни за что не стал рисковать сыном сестры, если бы этот риск не был оправдан. Во дворе особняка Потёмкиных я пообещал, что с тобой ничего плохого не случиться, и я выполнил это обещание. Тихон не смог бы тебе навредить, во всяком случае, смертельно. На комнате стоит специальный блокиратор, который снижает действие активированных заклинаний в два с половиной раза. Придворный маг об этом не знал, я приказал установить его буквально два часа назад, так что, максимум, что тебе грозило — это повреждения средней тяжести. Уж извини, пришлось бы немного потерпеть, но наши целители быстро бы справились с последствиями.

Император произнёс эти слова после того, как мы с ним остались в кабинете одни.

— Готовили ловушку? Заранее всё продумали?

— Не совсем. Как раз времени на настоящую подготовку не хватило. Тихона я подозревал в предательстве уже давно, но вот как доказать его причастность, не мог придумать.

— А тут я так удобно подвернулся.

Император хмыкнул.

— Можно сказать и так. Когда я получил сообщение о том, что ты проник в особняк Потёмкиных, сразу понял, что ничем хорошим это не закончится и решил действовать. Конечно, сначала надо было успеть тебя спасти, а уже потом разыгрывать представление. Не ожидал, что всё пройдет как по нотам. Теперь этот ублюдок не отвертится. Весь ваш разговор записан, а это — неопровержимые доказательства. Крутись — не крутись, уже не отмоешься.

— Не удивлюсь, если по вашей наводке, этот Тихон получил информацию о матери.

— Вот тут, к сожалению, ты не прав. Все данные ему передал твоя дядя. За ним велась слежка, именно так я узнал о местоположении сестры и твоего проникновения в особняк. В этот раз удалось обыграть противника по всем статьям, — довольно улыбнулся Император, да и тебя вытащить без особых проблем. Честно сказать, переживал, что не успею. Как бы я потом оправдывался перед Екатериной, погибни ты от рук Потёмкиных?

— Не пришлось бы, — усмехнулся, глядя в глаза собеседнику, — Скорее, они там во дворе все умылись кровью… Лично мне ничего не грозило, а вот спутников было бы жалко. Не факт, что всех успел бы прикрыть.

На худой конец, выпустил Гридней, тогда точно противникам бы пришел быстрый и полный звездец.

Последнего я вслух не сказал. Мы пока с императором не в тех отношениях, чтобы настолько откровенничать.

— Даже так, — покачал головой Александр Алексеевич, — Впрочем, твоя мать говорила что-то подобное.

— Стоп! — воскликнул я, до этого момента не понимая, что именно из слов императора заставило меня волноваться, — Вы подтвердили, что информацию обо мне и матери Тихон получил от дядюшки. Твою налево… Ваше Величество…

Император поморщился.

— Когда мы наедине, можешь называть меня дядей.

— Извини, дядя, но мне нужно срочно покинуть это «гостеприимное» место. Можешь сделать так, чтобы меня выпустили?

В одну секунду я оказался у двери и настойчиво-вопросительно глянул на Александра Алексеевича.

— Чего ты взвился как наскипидаренный?

— Мне нужно выяснить, что с лучилось с сестрой и…

— Всё с ней в порядке, — снисходительно произнёс император, — Ты невнимательно слушал. Я же сказал, что мои люди следили за Алексеем Потёмкиным. Неужели думаешь, что я позволил бы ему захватить несчастную девушку. Не скрою, попытка была, но мы отбили Олесю. Так, кажется, её зовут?

— Угу, — выдохнул облегчённо, — Где она сейчас?

— В том же доме, где и раньше, вместе со своими слугами. Охрану я обеспечил. Мышь не проскользнёт.

— Отлично. Благодарю, Ваше Высочество, — и заметив его кислую физиономию, исправился, — дядя.

— Вот это другое дело. Ты, извини, племянник, что разговариваем в следственном отделе, но пока я не раскрою заговор, который назревает в столице, никто не должен провести параллели между мной, тобой и твоей матерью.

— Ха, вам не кажется, что уже поздно? Судя по словам Тихона, наши недруги уже в курсе.

— У них нет прямых доказательств, одни домыслы. Во всяком случае о том, что ты сын Екатерины, они не знают. Думаю, это была неожиданная догадка Тихона, которая попала точно в цель. Именно поэтому тебя не должны видеть рядом со мной.

— Глупости, — отмахнулся я, — Не-то, чтобы я стремился стать частью правящей семьи, — тут я, естественно, слукавил, — но и скрываться бы не хотел. Шила в мешке не утаишь. Все равно наше родство выплывет наружу раньше или позже.

— Лучше позже, — не согласился Александр Алексеевич, — Влас, ты очень важен, не только для меня, но и для всей империи. У меня нет приемников. Нет сына, которому я мог бы передать власть, а двоюродный брат, та ещё сволочь! — дядя в ярости стукнул кулаком по столу, — Уж его место точно не на троне. Дочерей я воспитывал совершенно по-другому. Они хоть девочки умные, но править державой… — Император покачал головой, — Так что, остаёшься только ты.

— Да полно вам, дядя, какие ваши годы? Ещё успеете настрогать. Простите, народить, то есть наделать… — стукнул себя по лбу, чем заслужил искренний смех императора.

— К сожалению, подобного не случиться. С некоторых пор я бесплоден. Ни одна женщина не сможет понести от меня ребёнка.

— Чушь, всё можно поправить. С чего вы это взяли?

Я попытался отвлечь Александра Алексеевича, сбить концентрацию, а самому прощупать его магическую структуру и при возможности запустить диагностику

Не может такого быть, что бы могущественный одарённый не сумел излечить себя от настолько банальной болячки.

Увы, ничего у меня не получилось, стоило попробовать потянуться к источнику, как я наткнулся на такую толстую стену, что сразу понял, с наскока её не взять. Пробить можно, но на это ушло бы много времени и сил, да и последствия оказались плачевными, потому как император вряд ли одобрил настолько наглое посягательство на его персону.

Пришлось отступить. Несмотря на то, что действовал я очень аккуратно, по ехидной улыбке императора, быстро сообразил, что он засек мой манёвр.

— Прошу прощения, больше такого не повторится, — произнес, сцепив зубы, ибо не привык извиняться.

— Надеюсь, — посерьёзнев, ответил дядя, — Я не люблю, когда кто-то действует за моей спиной. Если хочешь что-то узнать, спроси, я отвечу.

— Почему вы не можете больше иметь детей? В чём причина? Пытались лечиться?

— Ну-у, у тебя и вопросы, — покачал головой Александр Алексеевич. Да — пытался, но поверь, вероятность того, что я смогу обзавестись прямым наследником полностью нулевая.

— А… — попытался выспросить ещё хоть что-то.

— Больше на эту тему я разговаривать не намерен. Хочешь — не хочешь, племянник, но тебе придется сесть на трон после моей смерти, но это если докажешь, что достоин.

— Не хороните себя раньше времени, дядя.

— А я и не собираюсь.

С удивлением осознал, что не больно-то я и стремлюсь править Империей. Спасибо, наелся в прошлой жизни. Опять впрягаться и тянуть всё на себе. Не охота.

Почувствовав запах свободы, когда тебя не ограничивают рамки и условности, мне до ужаса захотелось продлить жизнь, которой я жил с момента попадания в этот Мир.

Естественно, от родства с императорской семьёй я не отказался бы ни за какие коврики, всё же это давало определённые преимущества, но хотелось как можно подольше отсрочить свое восхождение на престол, а это значило, что придётся проследить за тем, чтобы император оставался в добром здравии. А там глядишь, и недуг его успею излечить. Пожалуй, я бы предпочёл место первого советника. Вот оно бы мне точно подошло, но опять же, не сейчас.

Надо же, как меняются приоритеты.

Я удивился сам себе, но это удивление не было неприятным, наоборот, я словно сбросил с души ворох лет.

— Вот и отлично, — кивнул задумчиво дяде, — Можете на меня положиться, Ваше Величество, — Я не подведу. В том, смысле, что вы всегда можете рассчитывать на мою помощь.

Александр Алексеевич кивнул, но я увидел в его глазах скепсис. Нет, он не сомневался, что я говорил искренне, потому как в данный момент внимательно сканировал мои чувства, а я специально не закрывался, позволяя ему это сделать.

Император не особо верил и понимал, чем именно ему может помочь мальчишка, который ни одной минуты не провёл при дворе и который мало разбирается в интригах и закулисных играх.

К тому же, мою истинную силу он тоже не сумел рассмотреть. Я не позволил. Потом будет сюрпризом.

— Ладно, Влас, что-то мы с тобой разговорились. Дольше здесь оставаться я не могу. Дела.

Его Величество поднялся со стула, на котором сидел во время нашей беседы и направился к двери.

— Погодите…

— За тобой придут минут через десять и доставят туда, куда скажешь. Считай, что ты полностью оправдан, твои друзья тоже.

— Я не об этом хотел спросить, — произнес в спину императору.

Дядя обернулся.

— Ну, — на лице монаршей особы читалось нетерпение и плохо скрываемое недовольство, он явно куда-то торопился.

— Что с Николаем Савариным? Он жив?

— Брат графа Соколова?

— Да.

— Он в тюремной больнице. Как только придет в себя, отпустим. Кто-то очень хорошо постарался, убирая травмы, которые могли привести к необратимым последствиям. Передай этому человеку мою благодарность.

Император с прищуром посмотрел на меня, давая понять, что знает, кто именно позаботился о пленнике Потёмкиных.

— Могу я его забрать? Олеся будет волноваться.

— При чём здесь твоя сестра?

— Ха, хоть чего-то вы не знаете, Ваше Величество. Саварин её возлюбленный.

— Теперь всё ясно, — улыбнулся император, — Картинка наконец-то сложилась, а то я никак не мог понять, за каким хреном ты попёрся вытаскивать его из особняка Потёмкиных. Береги себя, племянник, — произнес на прощание Александр Алексеевич.

— Вы тоже, Ваше Величество.

— Запирать не буду, но только и ты, будь добр, не наделай глупостей.

Когда за императором закрылась дверь, я, шумно выдохнув, откинулся на спинку стула.

Всё-таки разговор вышел напряжённым, несмотря на его внешнюю расслабленность.

Приходилось во многом себя сдерживать и не ляпнуть что-то такого, чего знать императору пока было рано.

Не прошло и пяти минут, как внутрь заглянул подтянутый мужчина с военной выправкой и неплохими задатками одарённого. Очередной маг на службе Его Величества.

— Добрый День, Влас Львович, — учтиво произнес он, — Мне поручено сопроводить вас туда, куда прикажете.

— Отлично, — обрадовался я, — Тогда давайте заглянем в медицинский блок, заберем графа Саварина, а потом я покажу, куда ехать.

Бодрым шагом направился двери, не сразу сообразив, что бумаги, которые держал в руках пришедший, были предназначены мне.

— Погодите, Ваше Сиятельство. Вы должны подписать.

— Давайте.

Первым оказался обычный пропуск на выход, а вот второй…

Мд-а, не ожидал я от Его Величества. Даже понять не мог: то ли он мне сейчас помог, то ли подложил знатную свинью.

Почему? Да потому, что указом императора я был объявлен главой рода Потёмкиных.

Взял протянутую ручку и на мгновение замешкался.

— Вас что-то не устраивает? — поинтересовался человек императора.

— Да нет, — вздохнул огорчённо, ставя размашистую подпись, — Готово.

Не так я хотел, чтобы всё получилось, но да ладно, дарёному коню в зубы не смотрят.

— Благодарю, Ваше Сиятельство.

— Можно просто Влас.

— А я Григорий Федорович Малинин. Можно просто Гриша.

Пожали друг другу руки. Мне понравился этот человек, какой-то он был основательный, крепкий, словно укоренившееся дерево, простоявшее сотню лет, хотя на вид ему можно было дать не больше тридцати.

— Мне с этими документами в департамент нужно будет обратиться, чтобы подтвердить законность?

— Нет. Никуда ходить не нужно. Всё уже сделано.

Быстро они.

— Что же, благодарю за сэкономленное время.

— Не за что.

До тюремного лазарета добрались буквально за несколько минут, благо он находился в соседнем здании.

Саварин, как оказалось, уже пришёл в себя и сейчас тихо матерился, оглядываясь в поисках одежды, которую можно было натянуть на голое тело. Разгуливать в труселях ему явно не хотелось.

Увидев нежданных гостей, он напрягся, а когда разглядел меня, его лицо исказилось от ненависти.

Ну да, я же Потёмкин!

— Пришёл меня добить, ублюдок, — глухо прорычал он, — Попробуй. Только всё равно ничего у вас не выйдет. Я никогда не скажу, где Олеся.

Ни слова не говоря, Николай собрал остатки своей силы, и сформировав заклинание, бросил его в мою сторону.

Я даже не стал выставлять щит, настолько слабым оно было, решив поймать голыми руками, но Григорий Фёдорович меня опередил, сформировав плотный энергетический блок.

— Не стоило. Я прекрасно справился бы сам.

— Охотно верю, но это моя обязанность. С сегодняшнего дня, по приказу императора вы мой подопечный.

Оп-па, а вот это действительно неожиданно.

Интересно, дядя приставил Григория меня охранять или шпионить?

Наверняка и то и другое.

Что же, посмотрим, насколько этот человек сможет оказаться полезен, избавиться от него я всегда успею. Нет — не убить, просто нейтрализовать на время, если мне что-то не понравиться, а с императором нужно будет обязательно поговорить на досуге. Соглядатаи мне точно не нужны, даже если они приставлены для моей же безопасности, которую я сам в состоянии себе обеспечить.

Саварин, поняв, что заклинаниями кидаться бесполезно, решил действовать кулаками.

В этот раз я опередил Малинина, и сделав захват, скрутил Николая, стараясь сильно не давить на места повреждений, которые у него остались после пыток. Тот хоть и стоял сейчас на ногах, всё равно был очень слаб. Интересно чего Саварин хотел добиться своими действиями? Умереть? Ведь если бы я был на стороне покойного графа Потёмкина, то однозначно бы с ним рассправился.

— Охолонись маленько, — рыкнул раздраженно и пустил по телу графа поток холодного воздуха.

Пришлось объяснить Саварину насколько он не прав в своих убеждениях, благо долго разглагольствовать не пришлось. Как только сообщил, что могу отвезти его к Олесе, Николай перестал вырываться и стал тише воды — ниже травы.

Мне кажется, он бы поехал куда угодно и с кем угодно, если бы его пообещали доставить к своей возлюбленной. А если бы я действительно оказался не тем, за кого себя выдавал?

Впрочем, мне же лучше, меньше проблем и шума, а то даже пара лекарей прибежали посмотреть, что тут происходит, правда с подачи Малинина быстро удалились прочь.

У черного хода, которым нас вывели, поджидала машина. Быстро нырнув в салон автомобиля, за руль которого уселся Григорий, тронулись в путь.

— Куда ехать, Ваше Сиятельство? — при Николае Малинин вернулся к официальному обращению.

Назвал адрес.

Уже через сорок минут мы прибыли на место.

Не заходя в ворота, внимательно огляделся вокруг, пытаясь вычислить людей императора.

Ага, вот: один… два… три… четыре.

Неплохая маскировка, но недостаточная для того, чтобы я не смог их срисовать.

Ладно, пусть охраняют. Я не всегда буду дома, кто-то же должен обеспечить безопасность Олеси, помимо её жениха.

К тому же, сейчас он не в лучшей своей форме. Он вообще — не в форме, того и глядишь завалится на бок и полетит на землю.

Пришлось поддержать бедолагу, подставляя плечо.

— Пошли, — бросил на ходу.

Малинин направился следом. Кинул взгляд на Григория Фёдоровича.

Он что, теперь день и ночь будет за мной ходить?

Озвучил сие предположение и получил утвердительный кивок.

Вот ведь, засада.

— Не переживайте, Ваше Сиятельство, я в ваши дела влезать не намерен. Просто буду следовать за вами незримой тенью, пытаясь оградить от возможного покушения.

— Чёрт с тобой, — отмахнулся от Григория, понимая, что всё равно ничего не смогу с этим поделать.

Приказ императора, на-то и приказ, что ему нужно подчиняться.

Глава 22

Во дворе стояла полная тишина.

Предупредил Малинина, чтобы двигался за мной, не сходя с дорожки. Интересно, если бы люди Алексея Потёмкина проникли сюда, много от них осталось?

Не думаю.

Тогда, где они увидели Олесю и попытались её захватить? Ведь как сказал император, они отбили нападение на мою сестру.

А ведь я строго предупредил, чтобы она не выходила из дома.

Вот засранка, выпороть бы за непослушание.

Когда оказались на крыльце, заметил, как из оконного проёма высунулся нос эфирной двустволки.

Владислав, больше некому… а может и Галина. Перепёлкина женщина боевая, не удивлюсь, если умеет обращаться с огнестрельным оружием.

— Свои, — повысив голос, произнес я.

Дуло мгновенно исчезло, послышался топот ног, а затем — радостный голос сестры:

— Вла-а-ас!

— А ну, стоять! — это уже произнес Владислав, а дальше послышался тихий шёпот, который я разобрать не смог, так как заклинание усиления слуха не активировал.

Дверь открыл именно он, причём только маленькую щёлочку. Направил оружие сначала на Саварина, а потом, внимательно присмотревшись, повернул двустволку в сторону Григория Федоровича, посчитав того наиболее опасным противником.

— Господин, всё в порядке? — спросил с тревогой, глядя на меня проницательными глазами, — Если эти люди захватили вас и заставляют… просто подайте знак.

— Владислав, — усталость проскользнула в моем голосе вместе с насмешкой, — Никто никого не заставляет. Григорий Федорович, мой сопровождающий, приставленный императором.

Скрывать от четы Перепёлкиных эту информацию не имело смысла. Они прекрасно знали о происхождении моей матери, поэтому такая мелочь не могла их удивить.

А вот знал ли о моём родстве с императором Малинин, стоило уточнить в ближайшем будущем.

— Влас Львович… — Укоризненно произнес Григорий, но я проигнорировал его реплику.

— А вот это, Николай Саварин, — указал на возлюбленного Олеси, — Доставлен в относительной целости и сохранности.

— Кол-ляяя! — долетел до меня радостный визг, и дверь, наконец, полностью распахнулась.

Сестра выскочила на крыльцо, намереваясь броситься в объятия любимого, но вовремя затормозила.

Хорошо, что хватило мозгов не снести беднягу с ног, а то пришлось бы собирать его по частям.

— Олеся, — расплылся в блаженной улыбке Саварин, очень сейчас напоминая не графа, а деревенского дурачка, которому добрый лавочник выдал мороженное, покрытое шоколадной крошкой.

Надеюсь, я никогда не буду так выглядеть. Любовь — любовью, но голову терять всё же не стоит.

Девушка подошла к Николаю, нежно погладив того по небритой щеке. Из глаз Олеси потекли слёзы.

— Ну что ты, не плачь, маленькая, — проникновенно пошептал мужчина, и не смотря на свое состояние, заключил её в крепкие объятия.

— Так, всё, хватит, — рявкнул раздраженно, — Заканчивайте свои нежности или уйдите с глаз моих.

— Брати-ик, спасибо, — пробормотала Олеся, уткнувшись в плечо Саварина.

— Отцепись уже от бедолаги. Если он упадет, сама поднимать будешь, — проворчал по-стариковски, и вошел в дом, оставив счастливую парочку позади, — Владислав, Галина, приготовьте комнату Григорию Фёдоровичу. Кстати, Григорий, я так и не узнал вашего титула.

— Граф Малинин к вашим услугам, — склонил голову мой телохранитель.

— Влас Львович, вы наверняка устали, — обратилась ко мне Перепёлкина, — Пойдёте отдохнуть или сначала поужинаете?

— Сначала приму душ, потом можно будет покушать. Думаю, господин Малинин со мной согласиться, а граф Саварин… Ай! — махнул рукой, — Пусть сами разбираются. Потом отнесите им ужин в комнату, а то одной любовью сыт не будешь.

Быстро ополоснувшись, мы с Григорием отпробовали кучу вкусностей, которые наготовила Галина, и разошлись по комнатам. Разговаривать и решать какие-то вопросы сегодня не было ни сил, ни желания.

На следующий день, проснулся ближе к обеду, почувствовав себя полным сил и готовым на любые свершения.

Бездельничать не хотелось, да и было некогда. Пора было навестить Сумарокову.

Спустился вниз. Малилин уже сидел в гостиной, о чём-то беседуя с Самариным, который завидев меня, сразу поднялся на ноги и глубоко поклонился.

— Прошу простить меня за неподобающее поведение в больнице. Меня оправдывает только то, что я принял вас за одного из своих похитителей.

— Полно, — отмахнулся от слов Николая, — Считайте, уже забыли.

— Также примите мою благодарность за спасение. Не знаю, что бы со мной случилось, если бы не вы.

— Скорее всего, вы бы умерли, — ответил, не собираясь приукрашивать ситуацию.

Ну, а что? Пусть знает, кому обязан жизнью. Случись чего, сто раз подумает, пойти против меня или нет.

— Вла-а-ас! — худенькая девичья фигурка налетела с разбегу, чуть не сбив с ног от неожиданности, — Прости, вчера не смогла отблагодарить тебя по-настоящему! — повиснув у меня на шее протараторила Олеся, — Ты самый лучший брат на свете! Я так тебя люблю.

— Да-да-да, охотно верю, — расцепляя девичьи руки и бочком отодвигаясь в сторону, ответил сестре, — Простого спасибо было бы достаточно, — проворчал недовольно и поправил манжеты рубашки, застёгивая запонки.

Посмотрев на мой вид, Олеся нахмурила брови.

— Влас, надеюсь, ты сегодня останешься дома? Я хотела, чтобы ты нормально познакомился с моим женихом.

— Увы, вряд ли получится, — произнес расстроенно, хотя никакого сожаления по этому поводу не испытывал, — Дела.

— Брат, мне Григорий Фёдорович рассказал о том, что вчера произошло… и про твою роль в спасении Коли. Ты сам чуть не погиб. Неужели нельзя просто спокойно отдохнуть хотя бы пару дней, а то знаю я твои дела… Наверняка опять что-то опасное.

— Обещаю, сегодня ни во что ввязываться не стану. Мне просто нужно навестить одну подругу, а затем заехать подать документы в столичную академию магии.

— Подругу? — игриво прищурилась сестрёнка, — У тебя появилась девушка?

— Эм-м…

— Как здорово! Когда ты нас познакомишь?

— Это не то, что ты думаешь, — попытался я остановить поток вопросов, обрушившихся на мою бедную голову.

— Олеся, не стоит лезть в личную жизнь брата, — строго произнес Саварин, — Тебя это не касается.

— Прости, больше не буду, — стушевалась Олеся, а я, глядя на Николая, произнес одними губами, — Спасибо, — а затем вновь повернулся к сестре, — На твоём месте, я бы подумала о матери. Она переживает.

— Оо-у, — выдохнула девушка, — Я считала, ей всё равно. Она постоянно чем-то занята, на меня у неё никогда не нет времени.

— Я просто сказал, что знаю. Видел, как она поругалась с отцом и выскочила из особняка, надеясь найти тебя самостоятельно. Наверняка наняла частного сыщика. Позвони ей. Не хватало, что она меня обвинила в твоём похищении.

— Позвоню, — согласилась сестра, — Кстати, а кто новый глава, если дядю арестовали? Кто-то из братьев?

— А ты не сказал? — вопросительно посмотрел на Малинина.

— Нет. Оставил это право за тобой.

— Хм-м, вот как. Ну, тогда можете поздравлять, или наоборот, высказывать сожаления, потому как он перед вами, — пафосно изрек я и засмеялся, глядя в изумленные глаза сестры и её жениха.

Пока они не успели опомниться, схватил со стола пышную булочку, и надкусив, быстро зашагал к выходу, стараясь как можно скорее скрыться из вида.

— Влас, подожди! — догнал меня в спину голос сестры, но я не остановился, лишь махнув в воздухе рукой.

Не успел поймать такси, как рядом материализовался Малилин.

Вздохнул.

А на что я надеялся: что граф упустит меня из вида?

— Куда едем? — поинтересовался Григорий.

— Да вот, честно говоря, не знаю.

Я действительно не знал, где сейчас находилась Светлана Сумарокова. Вариантов было два: либо в городском особняке, либо в императорском госпитале.

— Сумарокова, говоришь? — задумчиво протянул Малинин, когда я выдал свои сомнения, — Погоди, сейчас выясним, — Григорий Федорович набрал чей-то номер и быстро переговорив, сбросил звонок, — В госпитале твоя девица. Поехали.

Когда мы зашли в белое, пахнувшее медикаментами и магическим эфиром здание, я даже немного растерялся. Никогда не был в больницах. В прошлом мире у нас было всё организовано по-другому. Если и имелись такие учреждения, то рассчитаны они были на простолюдинов и бедняков. Остальные пользовались услугами частных специалистов.

— Нам сюда, — указал на стойку регистрации Малинин, где сидела довольно красивая девушка в зеленоватом комбинезоне.

— Чем могу вам помочь? — сверкнула она белозубой улыбкой.

— Нам бы увидеть Светлану Сумарокову, — произнес я, — Можно узнать, в какой палате она находится?

С лица девушки в тот же миг слетела улыбка, в глазах мелькнуло подозрение, а в голосе вместо тягучего мёда послышалась морозная сталь.

— Вы её родственники?

— Эм-м… да, — произнес с небольшой заминкой, что молодая администратор мгновенно заметила.

— Назовите свои имена. Я свяжусь с князем Сумароковым и уточню, разрешено ли вам посещать больную.

— Не нужно никуда звонить. Прошу прощения за то, что ввёл вас в заблуждение. Светлана моя хорошая подруга, и я буду очень благодарен, если вы позволите нам встретиться.

Едва заметный жест девушки, и к нам направились два амбала, дежурившие у двери.

Ну конечно, как же без охраны?

— Прошу вас покинуть госпиталь, господа, — вежливо, но строго произнесла администратор, — Иначе нам придётся применить силу.

Стоящий рядом Малинин тихо вздохнул и полез в карман.

— Руки, — прогремел голос одного из охранников.

Он пока не предпринимал никаких активных действий, но был наготове.

Естественно, разбрасываться заклинаниями направо и налево в полном холле людей не стал бы ни один адекватный человек. Этот охранник идиотом не был, поэтому сейчас выжидал, надеясь решить конфликт мирным путём, но и бдительности не терял, формируя заклинание на непредвиденный случай.

Я видел, что именно припасено у парня. Он всего лишь собирался нас обездвижить, надеясь, что его сил хватит удержать противника до прибытия подмоги.

— Спокойно, — твердо произнес Малинин, — Не нужно нервничать.

Григорий Федорович аккуратно достал синее удостоверение, и вытянув руку, ткнув им в лицо парня, — Надеюсь, читать умеешь, — язвительно произнес он, а потом, показал ещё какой-то документ с гербовой печатью.

— Прошу прощения, господин Малинин, — пролепетал охранник, и склонившись в поклоне, сделал несколько шагов назад, знаком показав напарнику, чтобы возвращался на место.

Григорий предъявил документы администратору.

Девушка внимательно прочитала написанное и вмиг побелела. В глазах красавицы мелькнул неподдельный страх. Даже мне стало интересно, чем так козырял мой телохранитель.

А вообще, хотелось бы узнать, какую должность он занимал в имперской канцелярии. Гриша, сто процентов, был сотрудником особого отдела, вот только… Насколько же велики были его полномочия?

Додумать эту мысль мне не дал голос администратора.

— Господин Малинин, мне очень жаль. Княжна Сумарокова находится в восемьдесят четвёртой палате. Правое крыло второго этажа. Вас проводят.

— Не стоит, — бросил Григорий, и развернувшись, направился прямиком к лестнице.

С первого взгляда стало ясно, что здесь он бывал не раз. Наверняка по долгу службы.

— Опять новая девочка. Вечно так, — услышал я его бурчание.

— Господа, господа! — раздался позади окрик, — Подождите! В уличной одежде нельзя. Необходимо переодеться.

Малинин остановился и вздохнул, оборачиваясь.

— Давайте свою одежду, только поживее.

Подойдя к палате, Григорий Федорович кивнул на дверь.

— Иди, я подожду здесь.

Хорошо, что он сам это предложил, иначе мне пришлось бы настойчиво уговаривать телохранителя оставить нас со Светланой наедине. А уговаривал я очень просто, и главное, действенно.

Пусть бы потом Григорий ругался, плевался, и вообще, сменил ко мне отношение на негативное… Это волновало меня меньше всего, точнее, совсем не волновало. Пускать человека императора в палату к Сумароковой я был не намерен.

Спасибо Грише, сам понял, что окажется там лишним.

Думается мне, он считал, примерно так же, как и моя сестра: что у меня с Сумароковой взаимная симпатия, а может и любовь. Впрочем, Малинин был недалёк от истины. Света мне действительно нравилась, но здесь был ещё один момент. Очень уж мне не хотелось, чтобы телохранитель видел, чем именно я буду лечить девушку.

Понятно, что после того, как магическая хворь исчезнет и о чудесном выздоровлении Светланы станет известно, Григорий Фёдорович сложит дважды два, но доказать ничего не сможет, а мне хотелось бы приберечь некоторые знания для себя, не раскрывая секреты посторонним.

Когда зашел внутрь, заметил рассыпавшиеся по подушке волосы и стройное тело, очертания которого четко вырисовывались под тонким одеялом. Подруга мило сопела в подушку, иногда вздрагивая и издавая тихие стоны: то ли ей что-то снилось, то ли мучили боли — понять было сложно, но я склонялся ко второму варианту.

Огляделся вокруг, и заметив в углу стул, подтащил к кровати.

— Света, Свет, — прошептал тихо, чтобы не напугать спящую девушку и провел ладонью по волосам, — Просыпайся, красавица.

Сумарокова дернулась, словно её обожгли кипящей водой, и распахнув глаза, подскочила вверх, чтобы в ту же секунду с хныканьем опуститься обратно на кровать.

— Больно? — спросил я и понял, насколько глупый вопрос задал.

Магическая хрень расползлась по телу Светланы настолько сильно, что незаживающие, кровоточащие язвы видны были даже на лице.

Странно, очень уж быстро прогрессировала. Предпоследняя стадия.

Нахмурился. По моим прикидкам, она должна была начаться как минимум через несколько месяцев.

Интересно, что спровоцировало ускоренный рост магического заболевания?

— Влас? — хрипло прошептала Светлана и закрыла лицо руками, — Не смотри.

— Глупенькая, — прошептал тихо, и отвел ладони в сторону, — Ты такая же красивая, как и была, а что до этой фигни, то мы тебя от неё запросто избавим.

Глаза Сумароковой округлились.

— Правда? — в голосе девушки звучало столько затаённой надежды, что мне на мгновение стало не по себе.

— Да.

— Влас! — воскликнула девушка, только сейчас поняв одну важную вещь, — Ты вернулся из Высокочастотной зоны! — счастливая улыбка расцвела на губах Сумароковой, но вмиг поблекла, — А ребята? Они живы? — уже тихо спросила она.

— Конечно. Чего им сделается? Они сейчас все в столице. Разве Маша с парнями к тебе не заходила?

— Не знаю. Родители запретили пускать посетителей. А как тебе удалось пройти охрану?

— Есть свои методы, — хмыкнул в ответ, не вдаваясь в подробности, — Поговорим потом, а сейчас, пора начинать лечение.

Я достал небольшую склянку, заполненную до середины темно-коричневой жидкостью. На вид она выглядела отвратительно, впрочем, как и на вкус, но зато могла вылечить практически все проклятия и магические недуги. За такие знания меня могли убить, потом оживить, потом ещё раз убить и так до бесконечности, пока я бы не сдался и не рассказал состав и способ изготовления зелья.

Кроме того, я вытащил из кармана маленькую баночку с серой мазью, которая не имела ни цвета, ни запаха и впитывалась в кожу практически мгновенно. Над первыми двумя свойствами пришлось поработать, потому как аромат тухлых яиц, который издавала данная субстанция, мог вызвать ненужные вопросы, а нам они были не нужны.

— Давай-ка приступим к делу, — подмигнул девушке и скинул с неё одеяло.

— Влас! — взвизгнула Света, прикрываясь руками.

— Эй, не закрывайся. Воспринимай меня сейчас только в качестве лекаря. Ну… — грозно свёл брови, — Или ты не хочешь поправиться?

Сумарокова недовольно посопела, но всё же послушалась. С пунцовыми щеками, она убрала руки и вздернула подбородок.

— Лечи!

— Вот и отлично, — пробормотал себе под нос, нанося мазь на тело девушки.

Я знал, что никто нас не побеспокоит. Малинин, стоявший за дверью, никому не позволит зайти внутрь, поэтому не переживал, что кто-то застанет нас в компрометирующей ситуации.

Когда с мазью было покончено, завернул Свету обратно в одеяло.

— Теперь зелье.

Взял на столике стакан, наполнил его наполовину водой и вылил туда чайную ложку лечебной жидкости.

— Пей.

— Фу, гадость, — скривилась Света, залпом опрокидывая в себя лекарство.

— Зато действенно. Спрячь, — передал ей пузырёк, — Принимать каждый день утром и вечером. А мазь… Хм-м, пожалуй, я сам зайду завтра и повторим процедуру, заодно проверю, насколько эффективен процесс заживления.

Глава 23

Из госпиталя я выходил полностью довольным собой. После нанесения мази, Свете стало намного легче, во всяком случае, боль снизилась настолько, что она смогла спокойно уснуть.

— Куда теперь? — полюбопытствовал Малинин.

— В академию.

Хоть и не хотелось просиживать штаны за партой, я понимал, что без образования буду выглядеть белой вороной. На станут смотреть либо как на диковинку, либо как на умственно отсталого.

Пойдут разговоры.

Племянник императора неуч? О чем можно разговаривать с бездарем? У него не хватило мозгов закончить академию? И это будущий правитель? Наследник, который когда-нибудь сядет на трон?

Так что, хочешь — не хочешь, а поступать необходимо.

Одно радует, вряд ли придётся напрягаться по учёбе. Я знаю побольше, чем старшекурсники, да что уж там говорить: мои знания превышают знания преподавателей этой самой Академии.

А это значит, что можно пожить в своё удовольствие. В прошлой жизни у меня подобного шанса не было, так может в этой…

Малинин дошёл со мной до академии, и решив, что за стенами учебного заведения, его помощь вряд ли понадобится, откланялся. Григорий и так последний час постоянно смотрел на часы, явно нервничая и куда-то торопясь. Особенно — это было видно, когда его телефон начинал трезвонить.

— Идите, граф, — махнул рукой, до сих пор не в состоянии определиться, как обращаться к человеку императора: то ли на «вы», то ли перейти на панибратское.

Академия меня очень заинтересовала, особенно некоторые дворы и парки, расположенные на её территории.

Я не сразу отправился в административное здание, решив побродить вокруг и утолить любопытство. Несколько участков было накрыто магической защитой, именно они вызвали наибольший интерес.

Наверняка студентов сюда допускали только в крайних случаях, а может — и вообще никогда, потому как купол, который стоял над этим местом, был сотворён высокоранговыми магами. Пробить его было очень сложно, я бы даже сказал невозможно, если бы не знал, как это сделать.

Наверняка там что-то ценное: Какие-нибудь магические разработки, эксперименты над разломными растениями или тварями.

Вот бы посмотреть одним глазком.

Я бы сумел без проблем пробраться внутрь, только вот защита в ответ на мои действия запросто могла в самый неподходящий момент подать сигнал дезактивации, тем самым, обнаружив нарушителя, а этого бы мне очень не хотелось.

Хотя, имелся один способ…

Оглянулся вокруг, выискивая, не следит ли кто живой за территорией и вздохнул разочаровано.

Магическое око, находящееся под скрытом, неусыпно бдело, выискивая возмутителей спокойствия.

Можно было его попросту уничтожить, но я не видел смысла что-либо предпринимать, потому что следящая гадость уже срисовала мою одинокую фигуру.

Пожалел, что не накинул невидимость сразу, как попал на территорию академии.

Значит, не сегодня, в другой раз.

Ещё раз мазнул взглядом по Оку, так — чтобы не выдать себя. Не хватало, чтобы кто-то узнал, что будущий студент без проблем засек скрытое следящее устройство.

Потом ведь не слезут, пока не узнают, как я со своим третьим рангом сумел это сделать. Впрочем, я знал, что сейчас предстоит очередная проверка на уровень дара и решил, что стоит её поднять до четверки. Выше показывать не стану, пусть считают середнячком, а то не поймут, как восемнадцатилетнему мальчишке удалось встать на одну ступень с гранд-мастерами.

Пришлось развернуться и топать в сторону главного корпуса «несолоно-хлебавши».

В холле меня встретил молодой человек лет двадцати пяти — двадцати восьми, явно поставленный встречать абитуриентов.

— Добрый День, не подскажите, где принимают документы на поступление?

Мужчина недовольно засопел, но кивком головы указал в сторону лестницы.

— Третий этаж, направо, — бросил неохотно и отвернулся.

Однако, какой невоспитанный.

Хотя, можно было не спрашивать. Несколько парней и девушек примерно моего возраста стремительно направлялись в указанном направлении. Такие же, как и я абитуриенты, пришедшие подавать заявление и подтверждать уровень дара.

Быстро взбежал по лестнице и оглянулся. Искать приёмную, где забирали документы и проверяли ранг поступающего, не пришлось. Там уже столпилось человек десять-двенадцать: кто-то переговаривался между собой, кто-то — наоборот, стоял чуть поодаль, наблюдая со стороны.

Один мальчишка смешно стучал носком ботинка по полу, явно нервничая, а стройная девушка, находящаяся ко мне спиной, о чём-то спорила с высоким широкоплечим парнем и двумя его прихвостнями.

— Ну, что ты ломаешься, милая, мы с тобой практически муж и жена. Родители одобрили помолвку, так что прекрати строить из себя недотрогу, — расслаблено, с чувством собственного превосходства произнес юноша.

— Я тебе не невеста, и никогда ей не буду, — послышалось в ответ, а у меня кольнуло под ложечкой, уж очень знакомым оказался голос.

Его я бы не спутал ни с кем другим.

Парень, пропустил мимо ушей замечание девушки.

— Я вообще не понимаю, что ты забыла в академии, особенно на боевом факультете. Какая из тебя охотница на монстров? Если уж решила учиться, иди на зелья или лекарское дело.

— Идиот, — фыркнула девчонка, — Я — МИГ. Я уже сражалась с разломными тварями, была в Высокочастотной зоне.

— Пф-ф, — фыркнул её собеседник, — Не говори ерунды. Кто бы тебя отпустил? Думаешь, я такой идиот, что поверю подобным выдумкам?

— Ага, именно, такой, — язвительно ответила девушка, — Полный кретин, если не понимаешь, что тебе со мной НИ-ЧЕ-ГО не светит.

— Виктор, — усмехнулся один из прихвостней, — Мне кажется, она тебя только что оскорбила. Негоже невесте вести себя так с будущим мужем. Что скажут остальные, увидев, что Мария тебя ни во что не ставит?

Парень задумался.

— Верно говоришь, Слава. Завралась девочка. Ничего, после свадьбы быстро поставлю на место. Будет крестиком вышивать, да детей рожай каждый год. Пара лет и выкинет всю дурь из головы.

Мне даже не нужно было видеть, я почувствовал, как вспыхнули яростью глаза подруги.

Это надо же было удумать, сказать такое в глаза Измайловой. Она же его после этого на ленточки порвёт.

Не удержавшись, засмеялся в голос и произнес.

— Прежде, чем ты успеешь «наградить» Машу ребёнком, она сделает тебя евнухом. Можешь, конечно, рискнуть, но я бы не советовал.

Девушка резко повернулась и тут же расплылась в улыбке.

— Влас!

— Привет, Маша.

Измайлова взвизгнула, и наплевав на приличия, повисла у меня на шее.

— Как же я рада тебя видеть! — а затем обернулась, — А у меня тут… небольшие неприятности.

— Ага, вижу.

— Ты ещё кто-такой? — нагло произнес навязанный жених и сделал шаг вперёд, попробовав вырвать Марию из моих рук, но я ловко уклонился в сторону вместе с девушкой, не давая парню до неё дотронуться.

— Полегче, а то, так можно без рук остаться, — бросил раздражённо.

Прекрасно понимал, что Мария никогда не согласиться быть с кем-то другим, но…

Меня до ужаса бесил этот хлыщ, который считал Измайлову своей собственностью. Придётся разочаровать урода. Маша моя и только моя, а своим я не делюсь.

Почувствовал, как рык застрял в горле и сглотнул. Руки сжались в кулаки, настолько хотелось прибить этого гада, а ещё поговорить с родителями девушки и популярно объяснить, что их дочь принадлежит мне.

Мария почувствовала моё состояние и легко поладила ладонью по груди.

— Влас, милый, всё хорошо. Ты же знаешь, что я бы не допустила замужества. В крайнем случае, осталась вдовой до первой брачной ночи, — Измайлова улыбнулась такой кровожадной улыбкой, что я невольно хмыкнул.

Пожалуй, моя девочка именно так бы и поступила.

Гнев ушел, уступив место спокойствию и неожиданной весёлости.

Чего это я так разволновался?

Ничего же не случилось. Измайлова сама прекрасно могла позаботится о себе, уж об этом я знал не понаслышке.

— А ну, убери от неё руки! — взвыл горе-жених, — А ты, Мария, иди сюда! Если не послушаешься, я сегодня же расскажу родителям о твоём неподобающем поведении. Нет! Я сам тебя накажу, как только окажемся дома! — парень демонстративно схватился за пряжку ремня.

— По счастью, у нас с тобой разные дома, — ехидно произнесла Измайлова, но ты мечтай-мечтай, пока мечталка не сломалась.

Я всё же выпустил девушку из объятий, но руку не отпустил, тихо сжимая ладонью пальчики девушки и успокаивающе поглаживая.

Вовремя я появился, а то, глядишь, и прибила бы моя девочка надоедливого засранца.

— Да ты… Совсем страх потеряла, — Виктор рванулся вперёд, хватая Машу за плечо, сильно сжимая пальцы и дергая девушку на себя.

Измайлова не ожидала настолько резких и наглых действий, поэтому на секунду растерялась, не успев дать отпор, а вот я — нет.

Одно мгновение и незадачливый жених был оторван от моей подруги и впечатан в стену.

— Ещё раз, тронешь Машу, тебе не жить, — прошипел я, всеми силами сдерживая инстинкты.

Хотелось здесь и сейчас разорвать ублюдка на куски, но я понимал, что это не мой прошлый Мир, тут такого не простят, поэтому, разжал захват, сразу двинув кулаком по паре болевых точек.

— Сволочь, — взревел Виктор, сгибаясь пополам, а его прихвостни двинулись в мою сторону, намереваясь покарать того, кто обидел их друга, но остановились на полпути. Огляделись вокруг, понимая, что за полноценную драку в стенах академии могут отказать в подаче документов.

К тому же, свидетелей тут было много. Поступающие, забыв обо всем, с интересом следили за происходящими действиями.

— Потом с тобой разберёмся, — прорычал один из них, — Так просто ты не уйдёшь, ублюдок. Считай, что сегодня твой последний счастливый день, а может, и вообще, последний на этом Свете.

— Так ведь, Слава?

— Да, Корней. Парень возомнил о себе невесть что, надо поставить его на место.

— Поставим, — распрямился Виктор, продолжая хватать ртом воздух и кривясь от боли, — Только не так, как вы думаете. Я, граф Ольшанский, вызываю тебя на поединок чести, посмотрев мне в глаза, выдал этот индюк.

— Ха, о чести он вспомнил, — подлил масла в огонь, — А где была твоя честь, когда ты хватал беззащитную девушку за руки на глазах у всех?

Виктор побагровел от злости, но противопоставить моим словам ничего не мог, лишь буркнул, продолжая гнуть свою линию.

— Через три часа на западной окраине имения Измайловых. Или ты только кулаками горазд махать?

— Витя, может он, вообще — плебей, а костюм натянул по случаю поступления, истратив все накопленные родителями деньги, — глумливо произнес Слава.

— Ага, — поддакнул Корней, — Ты посмотри на его замашки. Разве настоящий аристократ будет драться кулаками? Он даже магию не применил. Наверняка, заклинаний не знает. Негде было выучить.

Вздохнул.

Если честно, мне было глубоко плевать на слова этой троицы, но положение обязывало. Теперь я глава рода и подобное отношение спускать с рук не имел права.

В чём радость размазать по траве зарвавшихся детей?

Хотя, преподать урок всё же необходимо.

Вот этим я сегодня и займусь. Всё равно других дел на повестке дня не наблюдалось, а так, хоть развлекусь маленько.

Конечно, нужно было возвращаться в родовой особняк и навести порядок, заодно поставить в известность зарвавшихся родственников, кто теперь глава рода.

Знал, что негодующих будет много, но мне не привыкать затыкать глотки неугодным.

С другой стороны, против приказа императора напрямую никто не попрёт, а вот, по-тихому, гадить будут. Даже устранить попытаются, в этом я ничуть не сомневался. Именно поэтому пустил слух о моём назначении.

С утра позвонил Соколову и попросил того об услуге. Клим должен был связаться с кем-нибудь из моих родственников под предлогом взаимного сотрудничества и между делом намекнуть, что говорить будет только с главой рода, а именно — со мной.

Наверняка столичный особняк сейчас гудит как разворошённый улей.

Специально решил дать сутки Потёмкиным, чтобы обдумать ситуацию и принять решение, определиться, на чьей они стороне, а завтра с утра заявиться домой и посмотреть, что к чему.

Те, кто находился в особняке во время вчерашнего происшествия, наверняка сделали выводы, а вот остальные родственники, коих имелось немало, сто процентов сейчас пытались просчитать расклад и выяснить, чего и сколько они могут поиметь с нового главы рода или же пободаться за власть, устранив молодого выскочку.

Ладно, это вопрос другого дня, сейчас же…

Перевёл взгляд на Ольшанского.

— Эй, ты чего молчишь? Язык от страха проглотил? — язвительно произнес Виктор.

— Да нет, думаю, как бы не поубивать вас на дуэли… И да, я принимаю ваш вызов, граф, — Кстати, теперь уже вы двое оскорбили моё достоинство, — обвел недовольным взглядом прихвостней Ольшанского, — Поэтому вынужден сам вызвать вас на поединок.

— Ха-ха-ха, — рассмеялись оба парня, — Да запросто, если от тебя хоть что-то останется после боя с Висктором.

— Отлично, — довольно потер ладони Ольшанский, — Позвольте тогда поинтересоваться, с кем нам предстоит драться?

— Князь Потёмкин… Влас Львович, к вашим услугам. Выбор оружия оставляю за вами, господа, — произнес снисходительно. Мне без разницы, чем вас убивать.

— Влас, может, не надо? — ухватила меня за рукав Маша, понимая, что это троица сегодня может лишиться голов, — Они просто идиоты.

— Жалко, что ли?

— Нет, но, Измайловы дружны с Ольшанскими, и если ты убьёшь их сына, пусть даже на честной дуэли, не простят, а мои, в итоге, их поддержат и…

— Я тебя понял. Господа, — перевёл взгляд на парней, — Надеюсь никто не будет против дуэли до первой крови?

Все трое немного растерянно посмотрели на меня, как-то разом с них слетела вся напускная спесь.

Ну да, перед ними стоял не княжич, а целый князь. Стоило задуматься о последствиях.

— Нет, — мотнул головой Ольшанский, — Мы будем драться до тех пор, пока кто-то из нас не сможет стоять на ногах или не попросит пощады.

— Принимается.

— Мечи и какое-либо другое оружие кроме магического, использовать нельзя. Амулеты и накопители тоже.

— Согласен.

— И ещё, — голос Виктора стал более язвительным, — Если ты проиграешь одному из нас, то больше никогда не подойдешь к моей невесте.

— Без проблем, — пожал плечами.

— Влас! — возмущенно выдохнула Измайлова и хлопнула меня по предплечью.

— Что?

— Как ты мог согласиться?

— А разве ты допускаешь мысль, что я могу проиграть?

— Хм-м, нет, — расплылась в улыбке девушка.

Сбоку от кабинета мигнул магический светильник, оповещая, что подошла очередь следующего посетителя.

Ольшанский бросил на меня ещё один злобный взгляд, и распахнув дверь, скрылся в недрах приёмной комиссии.

— Ты же знаешь, что я сама могла надрать им задницы? — усмехнулась Мария.

— Конечно, но мне захотелось немного размяться.

— Верю. Погоди, Влас, когда ты успел стать князем?

— Это долгая история и не для посторонних ушей. Позже расскажу.

Не хотелось мне сейчас ставить купол непроницаемости. К тому же, я не уверен, что в холле, рядом с приёмной комиссией, не был установлен блокиратор магии.

— Хорошо, я подожду.

Виктор и его друзья больше не подходили, лишь грозно косились, всем своим видом намекая, что скоро я получу «по заслугам».

Как только последний из них вышел из кабинета, сразу унеслись прочь из академии. Наверняка побежали готовиться к дуэли.

Мы же с Машей остались дожидаться своей очереди и наслаждаться общением друг с другом.

Я заметил, что успел соскучиться по девушке за столь короткий промежуток времени. Сколько мы не виделись? Около трёх недель?

Измайлова зашла в кабинет первой, а когда вышла, сияла как начищенный самовар.

— Влас, представляешь, у меня пятерка!

— Рад за тебя. Пятый ранг в твоем возрасте — это просто замечательно.

— Ага, но у тебя наверняка будет больше.

— Сомневаюсь, — покачал головой и хитро подмигнул.

Маша была умной девушкой и поняла всё без слов.

— Иди, — подтолкнула она меня к двери.

Глава 24

Документы приняли без проблем. Артефакт показал, что я нахожусь на уровне четвёртого с половиной ранга. Неплохой вариант для восемнадцатилетнего пацана.

Миловидная женщина среднего возраста с высокой причёской и пухлыми щеками покивала головой и произнесла.

— Потёмкин, ждем вас через две недели на занятиях. Напомню, что вы приняты на дополнительный поток, поэтому придется догонять сокурсников. Только от вас зависит, задержитесь вы в стенах академии или же вылетите с провалом.

Улыбнулся самой обворожительной улыбкой, на которую был способен.

— Благодарю за предостережение, постараюсь не упасть в грязь лицом и стать одним из лучших студентов на потоке.

— Хм-м, я запомню ваши слова, молодой человек, и лично прослежу за вашей успеваемостью. Надеюсь, учеба никоим образом не помешает обязанностям главы рода, — ехидно добавила женщина и сверкнула глазами так, что у многих бы затряслись поджилки.

Это чего она? Лично на мою семью зуб имеет или со всеми такая злюка?

Чувствую, скучно в академии не будет. Главное, действительно, успеть совмещать учёбу с основной деятельностью.

Хотя, можно ведь найти того, кто будет выполнять всю работу, а мне останется только проконтролировать.

Эх, мать бы лучше всего подошла на эту роль. Поставил бы её во главе клана и можно ни о чем не беспокоиться, но… Как объяснить воскрешение покойной жены Льва Потёмкина? Да и у матери наверняка имелись свои планы, никак не связанные с моими.

Хорошо, что время пока есть. Сначала необходимо разгрести то дерьмо, которое устроили «отец» с дядюшкой, а уж потом и об остальном подумать.

Из академии мы с Марией выходили полностью довольные жизнью.

Стоило оказаться за её пределами, как я остановился и оглянулся по сторонам.

— Кого-то ждешь?

— Не совсем. Просто… Хотя, не обращай внимания.

Просканировал местность и понял, что Малинина нигде поблизости не наблюдается.

Насколько я успел понять: Григорий — человек ответственный, а значит — у него была серьёзная причина задержаться. В другой раз я бы и рад был избавиться от опеки телохранителя, навязанного императором, но сейчас…

— И где мне взять секунданта?

— Так позвони Суворову или Астафьеву. Вообще, звони обоим. Будет повод встретиться, а после дуэли отпраздновать твою победу.

— Хм-м, а ты, милая, так и сделаю.

На слове «милая», Измайлова зарделась, но одарила меня счастливой улыбкой.

Набрал парней.

Андрюха с Серёгой обрадовались предстоящей встрече и тут же сказали, что будут в назначенное время у поместья Измайловых.

Астафьев сообщил, что прихватит сестру.

Куда уж без Маринки?

Я уже слышал её голос на заднем фоне. Подруга безапелляционно заявила, что тоже прибудет на нашу встречу.

Замечательно, вся компания в сборе, за исключением Сумароковой, но в скором времени я и эту оплошность исправлю.

— Кстати, — поинтересовался у Марии, — А почему этот хлыщ решил проводить поединок около твоего имения?

— Не моего, — усмехнулась Измайлова, — родителей.

— Разве это имеет значение?

— Угу, — нахмурилась девушка, — Было бы моё, на порог бы не пустила Виктора.

— Вот сейчас не понял.

— Ольшанские проживают в Москве. Пару недель назад приехали в столицу и остановились у нас. Я же говорила, что родители дружны. Витя в академию поступать надумал, а его отец с моим решили какой-то бизнес замутить. Быстро сговорились, и дня не прошло, как меня перед фактом о замужестве поставили, — с грустью выдала Маша, — А я не хочу замуж!

— Даже за меня? — поинтересовался мимоходом, при этом внимательно поглядывая на девушку.

— Пф-ф, так ты даже предложения не делал. О чем тогда разговор?

— Сделаю, не сомневайся. Сегодня же попрошу твоей руки у родителей. Ты сама-то согласна?

— Вла-а-сс, — взвыла Измайлова, хлопнув ладонью по лбу, — Это ты мне сейчас предложение сделал?

— Ага, — кивнул согласно, не понимая возмущения девушки.

— Походя? По середине улицы? Сказал, словно предложил гамбургер.

— Ну, прости, вот такой я неромантичный. Не нравится — не бури.

— Ещё чего, — фыркнула Маша, — Я согласна.

— Вот и отлично, — улыбнулся от уха до уха, и завидев стоящее невдалеке такси, подхватил будущую жену под руку и ускорился.

Григорий Малинин сейчас сидел в высоком кресле в доме старых друзей и попивал крепкий кофе, наслаждаясь компанией, но не самим разговором, который между ними складывался.

— Какого хрена вообще произошло? Почему меня не ввели во в курс дела? Гриша, ты совсем обнаглел. Я прекрасно осведомлена, что ты знал практически с самого начала, о моём появлении городе. Знал и молчал. Даже на глаза не показался, — Свиристель была в бешенстве.

— Прости, Катя, — ответил Малинин, нисколько не чувствуя раскаяния, — Так было нужно.

— Кому, позволь спросить?

— Эмм-мм…

— Моему братцу?

— Ну-у, — с улыбкой протянул Григорий.

— Значит, спелись за моей спиной. Могли бы хоть в известность поставить, а то я бегаю по городу, как Савраска, выспрашиваю, вынюхиваю и всё без толку. Это же надо было удумать: Пашку в крепость упечь! За что?

— Много болтал языком. Вопросы лишние задавал, нос свой длинный совал куда не стоило. Чуть всю операцию нам не похерил. К тому же, мы не понятия не имели, что он твой знакомец. Посчитали — третья сторона объявилась. Сама подумай: никому не известный подполковник прибыл в столицу из какой-то Тьмутаракани и начал мутить воду. Что ещё оставалось делать?

— Нормально поговорить, — рыкнула Свиристель.

— Если мы со всеми будем говорить, вместо того чтобы действовать быстро и жёстко, нас вообще никто всерьез воспринимать не станет. Не дура ведь, должна понимать, что всласть зиждется на силе.

— Не только, — не согласилась Екатерина, — но ты прав, без неё никуда. Почему вы не отпустили его после того, как выяснили, что Свиридов не причастен к заговору?

— А мы ничего не выяснили. Молчит твой Пашка, как рыба об лёд. Я его понять могу. Не знает человек: кому можно доверять, а кому нет, вот и боится случайно информацию о тебе выдать.

— Жив хоть? — проворчал молчавший всё это время Милюков, — А-то я ваши методы знаю.

— Жив, но… — Малинин поморщился, — извини, Катя, наша недоработка. Сегодня же переведём в лечебное крыло, а потом отправим обратно в Сибирский Посад. Встречаться не рекомендую, потому как он знатно наследил в столице. Не хватало ещё, чтобы наши недоброжелатели через Свиридова вышли на тебя.

— Согласна, просто передай Павлу весточку, что жива-здорова.

— Сделаю. Кстати, ты и Свиридов разворошили осиное гнездо и заставили наших врагов делать ошибки. Благодаря вам дело осталось за малым. Ещё немного и у императора будут на руках прямые доказательства причастности князя Юсупова к заговору, и самое главное — к убийству наследников верных империи родов. Такого ему не простят никогда. Свои же разорвут на части.

— Хм-м, — взгляд Екатерины стал задумчивым и немного грустным, а затем принял не читаемое выражение, — Что же, так даже лучше.

— Екатерина, — немного нервно произнес Малинин, — У меня есть новости о твоём сыне.

— Что случилось? — сразу встрепенулась женщина, а Милюков нахмурился и впился внимательным взглядом в собеседника.

— Ничего особенного. Просто пара неприятных моментов. Всё уже улажено.

— Гриша, хватит юлить. Говори прямо.

— Уфф-ф, — выдохнул граф, — Короче, твой мальчик влез в самую гущу событий.

— Кто бы мог сомневаться, — усмехнулся Цербер.

— Так что он сделал?

— Закрыл искусственно вызванный разлом в имении Савариных. Устроил набег на собственный особняк. Прикончил главу рода и его первую жену.

— Что-о? — воскликнула Свиристель, подскочив на ноги, — Где он сейчас?

— Насколько я знаю, пошёл подавать документы в академию.

— Ты уверен? — прищурилась женщина, — Потому что после таких деяний, его как минимум должны были отвезти в канцелярию и устроить допрос. Учти Гриша, если с моим сыном что-то случиться, тебе не жить.

В глазах Свиристель сверкнула убийственная сталь, и Малинину резко стало не по себе.

Они хоть и были приятелями, но Григорий знал, что некоторые вещи Екатерина не могла простить никому.

— Всё с ним в порядке, можешь не переживать. Твой парень мал — да удал. Он освободил пленников из подземелья Потёмкиных, уличил дядю в предательстве. Раскрыл глаза на кражу секретных государственных разработок, и как итог — познакомился с императором. Провел несколько часов в особом отделе, получил титул главы рода и личного телохранителя в моём лице.

— Хм-м, вот это похоже на Власа, — усмехнулся Милюков, — А-то я начал переживать, что он очень уж долго сидит на жопе ровно.

— Глава… значит. Не плохо.

— Главное, чтобы сумел родственников приструнить, а то сожрут и не подавятся.

— Кого? Власа? — рассмеялась Свиристель, — Ты многого о нём не знаешь, Григорий. Мой сын их всех разом под себя подомнёт, пикнуть не успеют, а если попробуют, то… короче, не завидую я им.

— Даже так.

— Ага.

— Всё равно. Слишком молод он. Управлять целым родом довольно сложное занятие. Это тебе не тварей бить, тут рассудительность нужна, смекалка, опыт…

— Не пыли, — вновь подал голос Милюков, — У Власа ума и способностей побольше твоего будет. Разберётся парень что к чему, да и помощники у него есть.

— И кто же это, вы? — скептически произнес Малинин.

— Да хоть бы и мы. Катя в любом случае сына не бросит.

— И в нужную сторону направит, — хитро улыбнулся Григорий.

— Вот тут ты не прав, — усмехнулась Свиристель, — На Власа где сядешь — там и слезешь. Свои мысли не навязать. Этот мальчик умеет думать головой и решения принимать будет только сам. Вертеть им не получится.

Григорий покачал головой, не веря в рациональность восемнадцатилетнего мальчишки.

— А тебя случаем император приставил к парню не за тем же самым?

— Александр Алексеевич радеет за здоровье племянника и за то, чтобы мальчишка не вступил на кривую дорожку. Мне велено присматривать и направлять энергию парня в нужное русло, — не стал скрывать Малинин.

— Ну-ну, успехов тебе не этом нелёгком деле, — съязвил Милюков, — Потом только не говори, что я тебя не предупреждал.

— Стоп! Если ты приставлен к Власу в качестве телохранителя, то какого лешего ты сейчас не рядом с ним, а сидишь тут и точишь лясы?

— Так… Парню сейчас ничего не грозит, тем более, я не могу неотлучно находиться рядом с ним. У меня и другие дела имеются.

— Давай-ка, поднимайся. Нечего просиживать задницу на диване. Как-никак приказ императора, негоже отлынивать от работы, — усмехнулась Свиристель и на полном серьёзе заставила его покинуть «гостеприимный» дом друзей, даже не позволив допить кофе.

— Ты чего на беднягу взъелась? — удивлённо произнёс Милюков, — Он же не виноват. Сама прекрасно знаешь, что защита Власу не нужна. Справится сам, остальные ему только мешать будут.

— Знаю, но мне хочется посмотреть, как Гриша будет выкручиваться и насколько быстро сын избавится от его опеки.

— Ага, или же Малинин станет служить не императору, а князю Потёмкину.

— Главное, чтобы брат и сын оказались на одной стороне, остальное неважно.

— Тут я с тобой полностью согласен.

Время ещё оставалось, поэтому мы с Машей зашли в кафе-мороженное и просидели там чуть больше часа, наслаждаясь разными вкусностями и приятной беседой.

Подъезжая к западной окраине городского имения Измайловых, сразу заметил три знакомые фигуры.

— Потёмкин! Влас! Дружище! Машка! Привет, подруга! — раздалось издалека, стоило нам выйти из машины.

Радостное приветствие длилось недолго.

— С кем собрался драться? — серьезно спросил Суворов.

— С одним идиотом, который решил, что ему всё дозволено.

— С Ольшанским, — поставила ребят в известность Измайлова.

— Этот напыщенный индюк? Ха-ха, сегодня ему Влас перья повыдёргивает. В чём хоть причина дуэли?

Пришлось рассказать друзьям о неожиданной встрече с Виктором.

— Серьёзно, ты невеста этого зазнавшегося олуха?

— Я не его невеста, — рыкнула Маша.

— Моя, — произнес тихо, но так, чтобы слышали все.

— Что, твоя?

— Моя невеста. Я только что сделал Марии предложение, и она согласилась. Осталось убедить её родителей разорвать помолвку с Ольшанским и заключить со мной.

— Поздравляем, — посыпалось со всех сторон.

Друзья были искренне рады за нас с Машей.

— Влас. Тебе придется очень постараться, чтобы убедить главу рода Измайловых пересмотреть своё решение.

— Поверьте, у меня хватит аргументов, но это в том случае, если Виктор сам не откажется жениться на Маше.

— Что?

Дальше поговорить нам не дали, потому как из тени деревьев отделились три фигуры и направились в нашу сторону.

— А вот и твой противник.

— Противники.

— Это как? — поинтересовалась Маринка, — Ты что, со всеми будешь драться.

— А я разве не сказал?

— Нет, — удивленно произнес Астафьев, — Впрочем, так даже интереснее. Господа, занимаем места в первом ряду, сейчас начнётся представление.

— Смотрю, князь уже прибыл, да ещё и подкрепление с собой привёл. Правильно, кому-то нужно будет тащить домой твоё полу бездыханное тело.

— Это он сейчас что? Уверен в своей победе? — Андрюха картинно вскинул брови и усмехнулся, — Как жалость, что скоро вся его уверенность полетит в задницу. Ольшанский, ты хоть немного посопротивляйся для приличия. Мы пришли посмотреть на хороший поединок, а не на избиение младенцев.

— Заткнись, — нервно бросил Виктор, — Как только я заставлю просить прощения твоего друга, примусь за тебя.

Парень говорил уверенно, но я видел его внутреннее смятение. Парень уже не был рад, что вызвал меня на дуэль.

Моя спокойствие и откровенное издевательство со стороны Андрюхи, посеяли сомнения в голову Ольшанского, но идти на попятную он не собирался, надеясь доказать свою правоту в магической дуэли.

— Хватит болтать, Потёмкин. Или ты только языком умеешь чесать? Пора начинать поединок.

Пожал плечами.

— Пора — так пора, — произнес лениво.

Естественно, сначала нам всем пришлось зайти на территорию имения и добраться до тренировочной площадки, где и должен был происходить бой.

Поморщился, потому что там нас уже поджидали зрители в лице князя Измайловова и графа Ольшанского, а также их жёны.

Я первоначально хотел устроить показательное выступление и наглядно продемонстрировать Виктору, как он не прав. Хотя, почему бы и нет. Плевать на присутствующих. Не понравится им моё поведение, пусть засунут его себе в…

Секунданты сделали разметку и отошли в сторону. Роль судьи к моему большому неудовольствию взял на себя отец Маши.

— Господа, за черту не выходить. Заклинания должны активироваться с дальнего расстояния. Ближний бой запрещается.

Измайлов был прав. Считалось, что чем ближе противник, тем сильнее он может ударить. Смертей допустить сегодня никто не хотел, а вот посмотреть на уровень владения молодняком магией, оба главы ни за что бы не отказались.

Было заметно, что старший Ольшанский уверен в своём сыне.

Жаль будет его разочаровывать.

— Прошу вас подойти ко мне для проверки. Я должен убедиться, что у вас нет при себе артефактов.

Скинул пиджак, отдал сумку Астафьеву, передал пару заряженных амулетов Марии и подошел.

— Прошу вас, смотрите.

Виктор сделал тоже самое.

К моему удивлению, у него всё было чисто.

Может не так плох парень, как показался на первый взгляд?

Лично я ждал от него какой-либо подлянки и считал, что Ольшанский обязательно попытается припрятать артефакт, применив его во время поединка.

Если изначально хотел действовать очень жестко, то сейчас задумался, а ещё… в голову пришла очень интересная мысль.

— К бою!

— Прежде чем мы начнем поединок, прошу минуту внимания…

— Струсил? — с надеждой в голосе произнес Виктор, — Хочешь принести извинения?

— Не дождёшься. Хочу определить приз для победителя.

— Оо-о, вот это хорошо, — одобрил отец Марии, — И чего я сам не подумал? Что ты предлагаешь, парень?

— Я вам не парень, — сразу решил определить свой статус, — А глава рода. Сиятельный князь Потёмкин.

— О как! Не знал, что в вашем роду поменялась власть. Когда только успели? — последний вопрос отец Маши проворчал себе под нос, но я его услышал.

Глава 25

— Этот титул я получил буквально на днях непосредственно из рук императора, — надо было видеть лица присутствующих, но я не остановился, продолжив свою речь, — Всё это не имеет значения. Сейчас важен лишь поединок. Моё условие: победитель получит руку и сердце вашей дочери.

— Что? Ты совсем обнаглел, мальчишка? — повысил голос старший Ольшанский.

— Нет. Я понимаю, что помолвки заключаются на благо рода и в большинстве случаев дочерей никто не спрашивает согласия на брак, но мы с Машей любим друг друга, и я намерен за неё бороться.

— Помолвка уже заключена, — сурово произнес Константин Измайлов.

— Всегда можно поменять решение, если оно не идёт в разрез с честью. Насколько я знаю, официально о помолвке ещё не было объявлено, так что…

— Это неприемлемо, — отозвалась мать Виктора.

— Ты так уверен, что победишь моего сына? — в одно время с женой поинтересовался её муж.

Пожал плечами.

— Всё возможно, — ответил туманно.

— Дмитрий, не смей соглашаться, — воскликнула графиня Ольшанская, но была проигнорирована.

Мужчина бросил на жену мимолётный взгляд и вновь повернулся ко мне.

— У нас с Костей долгая дружба и партнерство в бизнесе… — произнес отец Виктора.

— Да разве я мешаю? Дружите на здоровье.

Ольшанский хмуро на меня глянул. Видимо не любил, когда его перебивали.

— Брак наших детей упрочит этот союз. Как новоиспечённый глава роды, вы должны понимать такие моменты и не встревать туда, где вам не место.

— Ошибаетесь. Моё место рядом с Марией, а её со мной. По-другому быть не может.

— Ох уж этот юношеский максимализм. Поймите, всем плевать на ваши хотелки.

— Нисколько не сомневаюсь. Когда чего-то хочешь, то должен добиться этого сам и я добьюсь, если не посредством дуэли, то другими методами. Поверьте, вы не захотите узнать, на что я способен.

— Потёмкин, вы мне сейчас угрожаете? — возмутился Ольшанский.

— Ни в коем разе. Просто предупреждаю. Я не желаю ссоры между нашими родами, но и отступить не могу. Поединок с вашим сыном расставит всё по местам. Ничья честь не пострадает. К тому же, мы изначально договорились, что если я проиграю кому-то из них троих, то больше не подойду к Маше, поэтому у вас есть все шансы, оставить меня с носом.

На моих последних словах князь Измайлов неоднозначно хмыкнул.

Конечно, Константин прекрасно знал, что я вместе с его дочерью служил в гарнизоне и ходил в Высокочастотную зону. У него, в отличие от друга, не было иллюзий на счет того, кто кого победит, и судя по выражению лица князя, Маша рассказывала отцу на что я способен.

— Господин Потёмкин, может вы всё же отступитесь? — с надеждой произнёс он.

— Простите, но нет.

— Даже если Влас проиграет, что маловероятно, — вмешалась в разговор Маша, — Я не сдамся! Выдашь меня замуж, обернуться не успеешь, как я стану вдовой.

— Кха-кха-кха, — закашлялся старший Ольшанский, — Как ты можешь? Ты сейчас говоришь о моём сыне, которого знаешь с детства.

— Вот именно, — поджала губы девушка.

Что характерно: ни Виктор, ни его друзья не произнесли ни слова. Воспитание не позволило. Это в компании сверстников они казались нахальными, выпячивая свое превосходство. Перед главами же родов старались лишний раз не отсвечивать.

— Маша, — посмотрел строго на Измайлову, показывая, чтобы не вмешивалась, а то с её характером наворотит дел, а потом мне придётся расхлёбывать.

Старший Измайлов бросил недовольный взгляд на единственную дочь и вздохнул, намереваясь согласиться с моими условиями. Всё-таки Марию он любил, а зная её крутой нрав, понимал, что в результате насильственного брака может потерять дочь.

Дмитрий сразу заметил изменения в друге.

— Костя, в счёт будущего родства наших семей, я внес почти полную стоимость на развития совместного предприятия, — задумчиво произнёс Ольшанский, — Деньги уже пущены в ход. При разрыве помолвки я потребую их вернуть.

Князь Измайлов возмущенно посмотрел на Ольшанского.

— Дима, что ты такое говоришь? Это колоссальная сумма. У меня нет таких денег в наличии. К тому же, нельзя смешивать личные отношения и бизнес.

— Я своё слово сказал, — твердо произнес отец Виктора.

— Сколько? — поинтересовался я.

Граф назвал сумму.

Для кого-то она была огромной, а для меня сущей ерундой. За один заход в Высокочастотную зону, я собрал в сотни раз больше.

— Я возмещу ваши затраты в полном объёме, — бросил небрежно.

— Князь, — обратился ко мне Измайлов, — Вы не можете ободрать собственный род как липку в угоду своих желаний.

— При чём здесь мой род? Деньги, которые я отдам на откуп принадлежат только мне.

— Вы настолько богаты?

— Не жалуюсь на бедность.

Ольшанский с прищуром посмотрел на меня.

— Господин Потёмкин, если вы победите, я согласен на разрыв помолвки…

— Что? Отец, ты не можешь? — всё-таки не утерпел Виктор.

— Помолчи, — рыкнул на сына граф, — Так вот, я готов отозвать предложение о слиянии наших родов, то только в том случае, если вы вложитесь в ещё одно моё предприятие. О процентах и доходах поговорим позже.

В глазах Ольшанского заиграл азартный блеск.

— Согласен, — ответил не думая.

Денег, со своей способностью, я всегда смогу найти, а уж если предприятие, которое затеял граф, выгорит, будет совсем прекрасно.

Измайлов поморщился и отрицательно покачал головой. Его тихий вздох был слышен всем в округе.

— Добился своего. Это безумная затея, Дима. У вас ничего не выйдет.

— Посмотрим, — упрямо поджал губы Ольшанский, — Ещё ничего не ясно. Всё будет зависеть от того: победит князь Потёмкин в поединках или нет.

Первым, вышел на площадку Виктор. Парню не терпелось поставить меня на место. Скулы Ольшанского младшего ходили ходуном от злости, кулаки были сжаты. Ещё немного и он позабыл про свои принципы и кинулся на меня с голыми руками.

Его друзья выглядели спокойнее, но только внешне.

Вячеславу тоже не терпелось надавать мне магических тумаков. Он нагло щерился и потирал ладони, дожидаясь, когда подойдет его очередь, а вот Корней, наоборот, смотрел с опаской. Мне даже показалось, что парень готов пересмотреть свое решение и отказаться от дуэли. Единственное, что мешало ему это сделать — страх прослыть трусом.

Когда мы с Виктором встали на положенном расстоянии друг от друга, князь Измайлов скомандовал:

— К бою!

Ольшанский не стал ждать, рванув «с места в карьер», он одно за другим запустил несколько заклинаний.

В ход пошли энергетические лезвия, воздушный смерч и даже огненный шар.

Виктор умело смешивал стихии, надеясь продавить меня с первых секунд.

Хорошо, что непроницаемый купол, который обычно устанавливается на всех тренировочных площадках не позволял заклинаниям покинуть его территорию, поглощая энергию при соприкосновении.

Я просто ушел с линии атаки, избегая прямого попадания, для видимости выставив слабенький щит.

Все заклинания пролетели мимо, заставив противника скрипнуть зубами от досады.

— Дерись, а не бегай, — крикнул Виктор, на что я только хмыкнул.

Я мог одним ударом вывести Ольшанского из строя, но не захотел этого делать.

Зачем выставлять напоказ свои способности?

Пусть лучше думают, что мне повезло, хотя, вряд ли кто в такое поверит, но это уже не мои проблемы.

Виктор вновь начал сорить заклинаниями, только с каждым разом они становились всё слабее.

Какие-то из них я пропускал, какие-то, наоборот, принимал на щит, при этом умудряясь делать вид, что мне очень сложно устоять на ногах. С стороны казалось, что ещё немного и противник пробьет защиту, обрушив на меня всю «мощь» своих заклинаний.

Краем глаза успевал наблюдать за выражениями лиц наших зрителей.

Друзья с трудом сдерживали понимающие ухмылки, прекрасно зная, на что я способен. Главы родов смотрели с интересом. Опытные маги, они не сомневались в моей стратегии, измотать противника и только потом нанести решающий удар.

Пусть так и думают, тем более, они правы, я так и собирался сделать.

Мария же смотрела на меня восторженными глазами, чуть ли не хлопая в ладоши. Ей до сих пор не верилось, что я сумел уговорить князя Измайлова и графа Ольшанского на подобную авантюру.

Да я и сам сомневался до последнего, что хоть что-то выгорит, но глядишь ты, получилось.

Виктор ярился. Его безумно злило, что ни одно из его заклинаний не попало в цель, точнее — не причинило мне вреда.

Почувствовал, как уменьшается сила ударов, как в каждое заклинание вкладывается всё меньше маны. Парень был уже практически на грани. Пот ручьями тёк с его лица, руки тряслись, а грудь ходила ходуном.

Дмитрий с опаской и волнением посматривал на сына, а затем переглянулся с Константином, и последний утвердительно кивнул.

Понял, что если сейчас не нанесу завершающий удар, бой остановят и будет совершенно непонятно, кто победил, потому как трактовать данную ситуацию можно по-разному.

В следующую секунду в моей ладони сформировалась черная жемчужина. Мысленный посыл и в руке возникла огромная палица, сотканная из плотного воздуха, которая искрилась энергией и выглядела довольно грозно.

Ещё бы… Такой палицей орки в моём бывшем королевстве убивали врагов, пришедших на их территорию. Один удар и ты труп.

Ещё один посыл и мое оружие взлетело вверх, закружилось в воздухе, а затем понеслось в сторону противника.

Если орки применяли чисто физическую силу, я накачал палицу маной, точнее — она состояла практически из одной маны.

С огромной скоростью палица преодолела расстояние от меня до Виктора и вдарила по его защите, на поддержание которой у моего противника уже практически не осталось энергии.

Надо же быть таким ослом, чтобы практически всё потратить на без результативную атаку. Другой бы на его месте оценил риски, а не кидался в омут с головой.

Палица достигла своей цели и без труда пробила брешь в обороне, тут же ударив Виктора по кумполу… три раза.

— Бом-бом-бом, — послышалось со всех сторон.

Это я подсуетился и сделал озвучку. Ну а что, так веселее. Заодно все будут знать, насколько пустая голова у моего противника.

После трех точных и весомых ударов, глаза Виктора закатились, и он мешком рухнул на землю.

— Виктор! Сынок! — разрывая тишину, заголосила графиня Ольшанская, намереваясь кинуться на помощь парню, но муж быстро ухватил её за локоть.

— Тихо ты! Не позорься. Всё с ним нормально. Просто без сознания.

— Да как же так… Ты, — перевела она на меня ненавидящий взгляд, — Если с моим сыном хоть что-то…

— Помолчи, — рявкнул граф Ольшанский, и женщина послушалась.

Дмитрий глянул в мою сторону и благодарно кивнул.

Он прекрасно знал, что я мог вложить в палицу намного больше маны и тогда, обычным сотрясением его сын бы не отделался. В обморок же парень упал потому, что израсходовал практически все силы. Магическое истощение оно такое. Не прощает ошибок. Хорошо хоть я вовремя вывел идиота из строя, а то запросто мог выгореть.

— Надеюсь, не нужно говорить, кто одержал победу? — пробормотал князь Измайлов, — По-моему, и так всё понятно.

В это время защитный купол, окутывающий тренировочную арену, схлынул, и граф Ольшанский вместе с женой поспешили к сыну.

— Константин Михайлович, я думаю, стоит позвать лекаря. У парня магическое истощение.

— Не нужно, я сам целитель, — отозвался Ольшанский старший, вливая в сына ману и восстанавливая повреждённые энергетические каналы.

— Влас, поздравляем! — послышалось со стороны друзей.

Мария же радостно улыбнулась и послала мне воздушный поцелуй.

— Ох, — донесся тихий стон, и я перевёл глаза на поверженного противника, который с помощью отца поднимался на ноги.

Мать Виктора кинула на меня злобный взгляд, ещё бы, ведь я посмел обидеть её чадушко.

Отец же, наоборот, скупо бросил:

— Спасибо.

Кивнул в ответ. Была у меня одна интересная идея, вспыхнувшая в голове буквально за несколько секунд до начала поединка, но я понял, что Ольшанский с Измайловым не оценят моей задумки.

Виктора я пожалел, но зато мог её опробовать на двух других противниках.

Хе-х, как же я им не завидую.

Ольшанский, спотыкаясь спустился с арены, а его место занял Вячеслав.

Не скажу, что парень был рад это сделать. От недавней бравады не осталось следа.

Слава гулко сглотнул и оглянулся по сторонам в поисках поддержки, словно мечтал, что сейчас кто-нибудь придет и спасёт его от боя со мной.

На минуту даже стало жаль парня.

— Вячеслав, если ты признаешь поражение, мы можем разойтись миром.

— Ну-ууу, — задумчиво протянул он.

Парню было страшно, но признавать себя поверженным он не спешил. Друг Виктора решил поступить по-хитрому.

— Я готов принести извинения, и мы забудем этот инцидент, Ваше Сиятельство, — начал он, обращаясь ко мне, но был резко прерван.

— Нет, можешь себя не утруждать. Я не приму извинений. Меня устроит только твоё поражение.

Идиотом я не был, поэтому сразу просёк, что задумал этот поганец.

С графом Ольшанским мы договорились, что помолвка между Виктором и Марией аннулируется только в результате моей победы над тремя участниками. Нюансы не обговаривали, а это значит, что принеси Вячеслав извинения, дуэли не бывать, как и моей победы. Такой исход можно повернуть разными сторонами, и сдаётся мне, он окажется не в мою пользу.

— Только признание поражения, — произнес уверенно и пристально посмотрел на оппонента.

Слава понял, что я разгадал его манёвр и зло процедил:

— Ни за что. Пусть будет поединок. Я не боюсь боли, — нагло ухмыльнулся парень, но я знал, что он бравирует.

Боялся, ещё как боялся, и я хотел показать, что не зря.

В отличии от своего друга, Вячеслав не стал нападать сразу, решив прощупать почву. Он кружил вокруг меня как коршун, но при этом не переступал заградительной черты. Выискивал слабое место, пытался просчитать мои дальнейшие действия, да только куда там, я видел его насквозь. Моим противником был всего лишь неумелый мальчишка, а не опытный боец.

Даже смешно стало над его потугами, но я сумел скрыть усмешку.

Наконец, Слава атаковал, точнее — барон Вячеслав Копьёв. Заклинания его оказались под стать фамилии. Парень швырнул в меня два энергетических копья: одно огненное, а второе сотканное из тьмы.

Я даже немного опешил. Свет и тьма обычно шли на особицу. Мало кто из магов ими владел, а тут глядишь ты… практически уникум.

Интересно.

Определенно стоит обратить внимание на этого парня, да и на всю троицу. Если их перевоспитать и вбить в голову правила чести и достоинства, то можно получить хороших вассалов, а главное — верных и преданных людей, ещё поднатаскать маленько…

Задача сложная, но не невыполнимая, и не таких перевоспитывал.

Будущему правителю необходим плацдарм для дальнейших действий, так почему бы не начать с малого, но сначала придётся поставить на место зарвавшегося парня.

Слишком много он о себе возомнил.

Я не считал, что прав, но моя внутренняя суть требовала показательной порки, и я готов был её устроить. Главное, не перегнуть палку. Не так уж сильно были виноваты эти ребята. Просто пришло время поменять некоторые их устои и правила.

Два пробных заклинания, выпущенные Вячеславом разбились о мой щит, ещё три, к великой досаде противника, я избежал, а затем начал действовать сам.

Одна небольшая жемчужина и в моей руке материализовался длинный водяной хлыст.

Взмах.

Хлыст наотмашь ударил по противнику, взрывая его защиту.

Ещё один взмах.

Одежда противника на груди разъехалась в стороны.

Третий…

Пуговицы вместе с ремнём, удерживающим штаны отлетели в сторону.

Вячеслав попытался сделать шаг, но запутавшись в собственных штанах, упал на землю.

Кинул суровый взгляд на своих друзей и погрозил пальцем, намекая, чтобы ни один смешок не сорвался с их губ.

Я не собирался унижать противника, только преподать урок, который должен был запомниться на всю жизнь.

Глава 26

Слава споткнулся, запутался в собственных штанах и полетел на землю, сверкая голым задом.

Реакция зрителей была на лицо. Отовсюду послышались смешки. Я даже заметил, как донельзя злая и раздражённая княгиня Ольшанская едва сдержала улыбку.

Всё же я устроил практически настоящий цирк, но пора заканчивать.

Стоило князю Измайлову обвести укоризненным взглядом присутствующих, как воцарилась полная тишина.

Я ещё раз припечатал плетью по пояснице противника, а затем придавил воздушным прессом, чтобы Вячеслав не думал барахтаться. Пусть полежит маленько. Подумает над своим поведением и дальнейшей жизнью.

Может поумнеет в итоге.

— Сдаёшься?

— Сдаюсь-сдаюсь, — послышалось глухое в ответ.

Дезактивировал заклинания и улыбнулся.

— Вот и отлично. Можешь вставать и штаны натяни. Дамы смотрят.

Кто-то мог назвать меня жестоким, заявив, что я решил поиздеваться над слабым противником, ибо надо было просто с первой попытки вывести его из стоя и на этом закончить бой, но я считал иначе.

Если бы просто зарядил заклинанием, то парень так ничего и не понял. Подумаешь, щелкнули по носу: не сильно и не больно, а главное — не обидно. Встал и забыл, а сейчас, после устроенной ему трёпки, Вячеслав должен задуматься хотя бы о том, что на каждую силу всегда найдётся другая сила. Может тогда начнёт думать, прежде чем раскрывать рот и вываливать оттуда всякие непотребности.

Третьим на площадку вышел Корней.

Этот парень, в отличии от своих друзей, вел себя более достойно. Он и в академии не вступал со мной в полемику, и не подзуживал Ольшанского насчет Маши. В принципе, претензий у меня к нему не было, но раз уж я сам вызвал его на поединок, отступить было бы глупо.

Корней поднялся на арену и поклонился, но вместо того, чтобы встать за черту подошёл ко мне.

— Ваше Сиятельство, я не намерен с вами драться. Хочу принести свои извинения. Надеюсь, вы их примите и это недоразумение будет забыто.

Парень протянул ладонь, ожидая рукопожатия, при этом уверенно посмотрел мне в глаза, ни на секунду не оторвав взгляда.

Уважаю. Молодец, набрался смелости, а может, наоборот, испугался, что поступлю с ним как с другом. Хотя, я пристально вгляделся в парня: тут было другое.

Он действительно сумел принять то, что не прав, заодно склонив голову перед сильнейшим.

— Поражение я тоже признаю, — добавил он.

— Принимаю, — подтвердил, пожимая протянутую руку.

Мне показалось, что все вздохнули с облегчением, потому как именно это чувство отчётливо запечатлелось на лицах немногочисленных зрителей, кроме двоих. Суворов и Астафьев оказались исключением. Они с радостью посмотрели бы на ещё один бой, но не судьба, пусть довольствуются малым.

— Поздравляю, господин Потёмкин, — не очень обрадованно произнес старший Ольшанский, который надеялся, что если не его сын, то кто-то из его друзей сумел бы меня победить, а вот князь Измайлов, взглянув, на сияющую дочь, искренне улыбнулся и хлопнул меня по спине.

— Я рад, что человек, который любит мою дочь, способен постоять за неё и её честь.

— Всегда пожалуйста. Машу я никому в обиду не дам, да и она сама может справиться практически с любым обидчиком. Если бы сейчас на площадке была она, поверьте, результат оказался тем же.

— Знаю, — вся веселость вмиг слетела с лица князя, — Я этой вертихвостке такое устроил, когда домой вернул. Надо же было сбежать из-под носа охранников и отправиться служить в гарнизон на границе с Высокочастотной зоной.

У всех, кроме нашей четвёрки, от удивления вытянулись лица.

— Маш, ты что нам не врала? — окончательно обалдел Виктор.

— Нет, конечно, — хмыкнула девушка, — Вот только вы почему-то мне не поверили.

— Офигеть, — выдохнул Корней, и только один Вячеслав хмуро смотрел на происходящее, поддерживая руками штаны.

— И с монстрами сражалась? — с интересом поинтересовался уже бывший жених.

— А как же без этого.

— Более того, — отец Маши указал на нас, — Их всех отправили в рейд. Ребята месяц по Высокочастотке шлялись. Когда узнал, думал поседею от переживаний, и это после того, как Митю убили, а Иван стал калекой. Словно кто-то решил проредить весь род под гребёнку.

— Не у тебя одного. Сам знаешь, что в столице творится. Не понятно: то ли император воду мутит, то ли кто-то из Высших решил затеять мутки и хочет приблизиться к трону, вот и убирает потенциальных противников, — проворчал Дмитрий Ольшанский, а потом словно опомнился, — Ладно, что-то я разговорился, — мужчина обвёл взглядом присутствующих, остановив остановившись на жене и сыне, — Я ничего не говорил, никто ничего не слышал.

— Пойдемте в дом, поужинаем, а потом делами займёмся. Витя, проводи своего друга и выдай ему, наконец, одежду, а-то у бедняги скоро руки отвалятся штаны держать.

Если все остальные решили действительно пообщаться и перекусить в малой гостиной, я и граф Ольшанский отправились в кабинет, который вежливо уступил нам князь Измайлов.

Нужно было выполнить данное обещание и выслушать, что именно мне хотел предложить Дмитрий.

Деньги за долю в совместном предприятии Ольшанского с Измайловым я внёс сразу, и когда пикнуло оповещение о поступлении, продолжил:

— Так в каком деле вы хотели предложить поучаствовать?

Дмитрий распыляться не стал и выложил всё как на духу, четко и структурировано выдавая информацию.

Сразу понял, что предприятие окажется прибыльным

После соблюдения всех договорённостей, мы с графом вернулись в гостиную.

Вечер прошел на удивление хорошо. Виктор и его друзья оказались не такими паршивцами, как мне показалось вначале. Даже Вячеслав отошел от своего поражения, хоть иногда косо поглядывал в мою сторону. Просканировал его ауру и молча усмехнулся. Несмотря ни на что, у парня даже не возникло намерений каким-то образом отомстить за сегодняшнее происшествие. Ему было горько и обидно, но эти чувства постепенно стирались, заменяясь жгучим интересом и небольшой завистью. Очень уж Славе хотелось самому стать полноправным МИГом, и сражаться с монстрами.

Впрочем, Виктор от него не отставал. Несмотря на негативное отношение отца к его планам, парень намеревался после окончания магической академии строить военную карьеру.

Корней оказался самым рассудительным из них и осторожным. Его заинтересовали наши похождения, но только на уровне рассказов. В планы парня на будущее входило совершенно другое. Политическая карьера — вот что его манило. Цель — как минимум советник императора. Похвально. Надо приглядеться к Корнею и держать поблизости.

Вдруг и правда выйдет из парня что-то толковое.

У князя Измайлова я официально попросил руки его дочери и получил согласие, поэтому возвращался домой очень довольный собой и прошедшим днём.

Единственное, что омрачало настроение: следилка, которую я снял с себя, сразу после выхода из академии.

Прекрасно осознавал, кто именно её поставил, и знал, что у этого человека не было злых намерений, но сам по себе вопиющий факт того, что за мной могут следить столь наглым образом, возмущал до глубины души.

Малинин даже предположить не мог, что я запросто обнаружу магический маячок и развею при первой возможности. Мало того, что он вознамерился таскаться за мной как пес на привязи, так ещё и это…

Такого я позволить не мог.

Если Григорий не захочет прекратить подобный беспредел, придется ему искать другую работу, точнее — другое назначение. Уж я об этом позабочусь, даже до Императора доберусь, если потребуется.

Сам факт того, что меня решили контролировать днём и ночью, бесил до такой степени, что я скрипнул зубами.

Стоило войти в дом, как сразу же наткнулся на злющего Малинина.

Телохранитель смотрел на меня из-под насупленных бровей и сжимал челюсти, дабы не сказать того, о чём мог пожалеть в будущем.

— Как? — процедил он всего одно слово.

— Элементарно. Вот что я тебе скажу, Гриша: если хочешь работать со мной, никогда больше так не делай. Это может плохо закончиться, — и добавил после небольшой паузы, — для тебя.

Понимал, что одними словами ничего не добьюсь, поэтому сформировал жемчужину и отправил мысленный посыл:

— «ЖУТЬ».

Нагнать ужаса на Малинина оказалось не так-то просто. Гриша был обвешен артефактами, как новогодняя ёлка игрушками. Пришлось постараться, обходя защиту.

Можно было элементарно их сломать, но я не собирался портить казённое имущество: не дешёвка, которая может пригодиться в будущем.

Стоило моему заклинанию коснуться человека императора, как тот мгновенно побледнел и отшатнулся назад, но, к его чести, быстро взял себя в руки, стараясь не показать, насколько ему хреново.

Сильно не давил, не хватало ещё покалечить мужику психику.

— Ты понял, что я сказал? — внимательно посмотрел на Григория.

— Понял, Ваше Высочество, — прошептал тот одними губами.

— Замечательно, — кивнул в ответ и убрал воздействие заклинания, — тогда впредь будем всё заранее обговаривать и действовать сообща. Никаких следилок.

— Договорились, — всё ещё не совсем придя в себя, произнес Григорий

— И да, никогда не повторяй то, что ты только что произнёс, — добавил с небольшим раздражением, — Не хватало ещё, чтобы кто-то услышал.

— Прошу, прошения, князь.

— Так-то лучше. Кстати, вопрос о том, в курсе ли ты моего происхождения, снимается с повестки, а то я пытался понять, знаешь ты или нет.

— Господин, — вышел меня встретить Владислав, — У нас гости.

— Кто?

— Вдовствующая княгиня Ирина Константиновна.

— Ох, ты ж, — проворчал недовольно, понимая, что придётся иметь дело с мачехой.

Сейчас я бы предпочёл закрыться в своей комнате, и наконец, разобраться с теми артефактами, что нашел в Высокочастотной зоне, но видимо не судьба.

Ирина расположилась на диване, закинув ногу за ногу, и внимательно слушала рассказ дочери.

Не стал прерывать, тем более, повествование подходило к концу.

Оглядел помещение.

Интересно, где сейчас Саварин?

Наверняка сбежал куда подальше, чтобы не иметь дела с будущей тёщей.

— Влас, — кивнула мне женщина.

— Добрый вечер, Ирина Константиновна.

— Хочу выразить тебе признательность за спасение моей дочери.

— Не стоит, я никогда бы не дал сестру в обиду.

— Это очень благородно с твоей стороны, — грустно произнесла женщина, и на мгновение в её глазах проскользнула вина.

Ещё бы, ведь как и все жёны отца, до сегодняшнего дня она относилась ко мне с предубеждением.

Пропустил её слова мимо ушей и задал свой вопрос:

— Что вы тут делаете?

— Олеся позвонила, сказала…

— Это я пригласила маму, — перебила женщину сестра, — Извини, если тебе не по нраву.

— Всё нормально, не переживай.

— Ваше Сиятельство, прежде чем я покину этот дом, хотелось бы знать, что вы намерены делать?

— Хм-м, в каком смысле?

Похоже, Ирина Константиновна оказалась в курсе, кто стал новым главой рода.

— Что вы намерены делать со мной и другими жёнами Льва Алексеевича?

— А что я с вами должен делать?

— Сослать в монастырь? Отправить в изгнание на границу империи?

— А вам этого хочется? — поинтересовался с усмешкой.

— Нет, конечно.

— Тогда о чём речь?

— Я просто подумала… — потупилась женщина, растеряв весь свой гонор, который демонстрировала мне не раз на протяжении жизни.

— Ничего из этого я делать не собираюсь, но только в том случае, если никто из вас не станет мне гадить.

— Влас, где твои манеры? — сразу же забыв все страхи, возмутилась женщина, — Главе рода не пристало так выражаться!

— Может вы и правы, но это не меняет сути нашего разговора…

— Я готова полностью поддержать Вас, ваше Сиятельство. Можете на меня рассчитывать.

— Хорошо, тогда к концу недели предоставьте мне отчеты. Хотелось бы знать, как идут дела на предприятиях. Насколько я знаю, именно вы вели дела, связанные с бизнесом Потёмкиных. Серый кардинал в юбке, — хмыкнул напоследок.

— Вы преувеличиваете, князь. Всего лишь скромная женщина, которая кое в чём разбирается.

— Ага, так я вам и поверил, но да ладно, это всё лирика. Надеюсь, мы друг друга поняли?

— Непременно, — кивнула мачеха, — Все отчёты будут у вас на столе в положенное время. Влас, — замялась женщина, — У меня будет к тебе просьба…

— Слушаю.

— Пожалуйста, не снимай меня с должности? Эта работа очень много для меня значит.

— Посмотрим. Всё будет зависеть от вашего усердия и верности мне лично.

Княгиня ничего не ответила, лишь молча кивнула.

Отстранять Ирину от управления предприятиями я не собирался, всё же женщина знала своё дело, а вот приставить к ней Любовь…

Хе-х, надеюсь, они сработаются.

Дальнейший час прошёл довольно весело.

Ирина Константиновна рассказывала, какой переполох поднялся в городском особняке Потёмкиных, когда пошли слухи о назначении императором нового главы рода.

Очень редкий прецедент, надо сказать. Правитель обычно не вмешивался в дела Великих родов, а если это и случалось, то только в крайнем случае. На моей памяти, император утверждал главу рода только три раза со времен возникновения Российской Империи.

Только к десяти вечера я умудрился попасть в свою комнату, и удобно расположившись на кровати, достал из пространственного кармана три артефактные пластины.

Естественно, перед этим поставил на комнату защитный экран. Не хватало ещё, чтобы на весь особняк фонило магией, да и неизвестно, на что были способны найденные в Высокочастотной зоне вещи. Не даром же их закопали в землю, пряча от посторонних глаз.

Повертел пластины в руках, поначалу не понимая, что с ними делать. Провел по гладкой поверхности раз… второй… третий…

Палец опустился в чуть заметную выемку на поверхности.

— Ого.

Перешел на другой край и нащупал выпуклость.

В голове словно что-то щелкнуло:

— Как же просто! — покачал головой и соединил две пластины, сразу почувствовав, как магические нити из артефактов сплетаются друг с другом.

Добавил третью, а затем замкнул на первой. Получился практически литой треугольник.

— А дальше что?

Чего бы не делал, артефакт ни в какую не хотел работать. Лишь на поверхности оставались отпечатки моих пальцев.

Поднес к лицу, собираясь на него дыхнуть, а затем протереть.

Стоило парам воздуха попасть на артефакт, как он пришёл в действие.

От треугольника в центр комнаты устремился голубой поток, наполненный маной, а затем, произошло то — что заставило меня открыть рот от изумления.

Пространство пошло рябью, а следом за этим начал открываться портал. Я был точно уверен, что он не сопоставим с теми разломами и прорывами, что повсеместно случались в этом мире, потому что его структура оказалась оказалась свершено иная.

— Твою налево! — завопил во всё горло, не зная, что сейчас может вылезти из этой пространственной дыры.

Не хватало ещё устроить нашествие монстров в собственном доме, хорошо хоть, что портал не стал расширяться. Небольшой, примерно метр на полтора, он ярко светился, так и маня заглянуть на другую сторону.

Почему бы и нет?

Я не собирался забираться внутрь полностью. Не хватало ещё очутиться в каком-нибудь диком мире, откуда не будет возможности выбраться.

Не выпуская артефакт из рук, медленно подошёл к прорыву реальности, одной ногой шагнул на та ту сторону, а затем глубоко вздохнув, словно перед прыжком в воду, засунул туда голову.

— Мля-яяяя, — протянул изумлённо.

Удивиться было чему. Я стоял на вершине горы, а внизу у её подножия располагался город, который мне был очень хорошо знаком.

Это был мой город, сердце Тёмного государства, где я прожил практически всю прошлую жизнь.

На губах сама собой появилась злорадная усмешка.

— Я вернулся! — прошептал себе под нос, — Ха-ха-ха, теперь вы все поплатитесь за мою смерть!

Пришло время Валериану почувствовать мою ненависть.

Уже занёс вторую ногу, чтобы полностью войти в портал, но в голове словно что-то щелкнуло, и я замер.

— Нет! Нет-нет-нет! Не бывать этому!

Я резко, словно боясь передумать, отшатнулся назад, запутался в своих ногах и повалился на спину, чтобы в следующее мгновение оказаться в своей комнате и уставиться на искрящийся от маны портал.

Сердце грохотало как безумное.

БУМ-БУМ-БУМ!

К чёрту! Надо его срочно закрыть. Знать бы ещё как.

Внимательно оглядел артефакт и усмехнулся, уже понимая принцип действия.

Стоило перевернуть его обратной стороной и направить на разрыв, как тот мгновенно схлопнулся, оставляя после себя гудение в ушах и запах озона.

Глава 27

— Уф-ф, — выдохнул облегчённо, убирая энергетические связки и разъединяя пластины.

Не зря этот артефакт спрятали в Высокочастотной зоне. Если бы не я, то его точно никто не сумел бы найти.

Вытащил на свою голову. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы переносной портал попал к кому-либо в руки. Даже мне необходимо от него избавиться, иначе может случиться непоправимое.

Ох, сколько соблазнов.

Едва устоял, а ведь мог остаться в том Мире, вернуть себе величие, отомстить за свою смерть, да только не прельщает меня теперь перспектива сидеть на троне, во всяком случае, не сейчас, и уж точно — не в Тёмном королевстве.

Мой дом теперь здесь, хорошо, что я вовремя успел это понять.

Закинул артефакт в пространственный карман и решил, что при первом же удобном случае вернусь в Высокочастотную зону и спрячу его так, чтобы ни одна «собака» не смогла отыскать.

Можно было попытаться его уничтожить, но я очень сомневался, что это возможно сделать.

Следующий день оказался насыщенным на события, которые были непосредственно связаны с теперь уже моим родом.

С самого утра пришлось отправиться в особняк Потёмкиных, чтобы наконец-то предстать перед ними в качестве главы.

Олесю решил с собой не брать. Вот когда всё утрясётся, если захочет, может вернуться, но сдаётся мне, этого не случится. Сестра с Николаем готовились к свадьбе. Пообещал им помочь и устроить торжество, а также предложил Саварину совместное дело и дал небольшую ссуду. Когда встанет на ноги — отдаст. Мне не к спеху.

Даже слуги уже были в курсе «смены власти», и завидев меня, начинали подобострастно кланяться и прятать глаза.

Ага, знаю я вас, подхалимы, раньше с подачи отца или одной из мачех не преминули бы поиздеваться над княжичем. Это выражалось в мелочах: забыли погладить костюм, не подали ужин, принесли протухший обед, а уж сколько бывший владелец этого тела выслушал насмешек в свой адрес — не счесть.

Надо будет больше половины отправить в свободное плавание, пускай ищут новых хозяев, я даже рекомендательные письма напишу, только чтобы убрались подальше.

Первым из родственников мне встретился двоюродный дядька. Андрей Евстафьевич бросил на меня наполненный злобой взгляд, а затем ухватил за грудки, и встряхнув как шелудивого пса, припечатал к стенке.

— Щенок! Как ты вообще посмел метить на место главы рода? Слушай сюда, мелкий ублюдок, ты сегодня же сложишь свои полномочия и передашь управление мне, а сам уберёшься в нору, из которой вылез. Где ты там был? На границе Высокочастотной зоны? Вот и отправишься туда первым же рейсом, иначе сдохнешь в какой-нибудь канаве в нижнем квартале, и никто никогда не найдёт твоего тела, — последние предложение старый говнюк прошипел мне на ухо, чуть ли не брызгая слюной, — Понял?

Дядька ждал, что я испугаюсь его грозного вида и подобострастно закиваю в ответ, согласившись со всеми требованиями. Для верности этот гад придавил меня магическим прессом, чтобы было неповадно дергаться.

Стало смешно, особенно когда в залу зашли ещё несколько родственников.

В отличие от Андрея Евстафьевича эти пятеро являлись свидетелями позавчерашнего «инцидента» и сейчас с опасением следили за развивающими событиями.

Никто из них явно не горел желанием вмешиваться в происходящее.

Я же, вместо того чтобы испугаться угроз дяди, усмехнулся ему прямо в лицо, и словно не замечая давящего на тело пресса. Он должен был меня полностью обездвижить, но я спокойно поднял руки и разжал пальцы наглого родственника, которыми он вцепился в лацканы моего пиджака, а затем — оттолкнул прочь, придав ускорение с помощью дара.

Магический пинок очень действенное средство, особенно когда применён в нужном месте и в нужное время.

Ёж птица гордая, пока не пнёшь — не полетит, вот и дядюшка также… только после волшебного пенделя «отрастил крылья».

Жаль, что летел не очень высоко и недолго. Впечатавшись в противоположную стену, он съехал по ней на пол и потряс головой.

Я же не изверг какой, силу рассчитал, чтобы сильно не покалечить.

К этому времени зрителей прибавилось. Я мог бы поспорить, что сейчас в зале собрались почти все, кто имел вес в роду Потёмкиных.

— Андрей Евстафьевич, — произнес ледяным тоном, не отводя взгляда от двоюродного дяди, — Если вы ещё раз позволите себе применить силу в отношении меня или попытаетесь угрожать, так легко не отделаетесь.

— И что ты мне сделаешь, щегол? Тоже мне, хвост распустил. Я тебе перья быстро повыдёргиваю, — прогремел на всё помещение голос Андрея Потёмкина. Поднять руку на старшего родича? Да я тебя сейчас…

Договорить дядюшка не успел, я сформировал жемчужину и быстро накинул на него «БЕЗМОЛВИЕ».

Этого оказалось недостаточно. Упрямый родственник не угомонился, наоборот, рассвирепел ещё больше и решил меня проучить.

Дядя стремительно создал атакующее заклинание и швырнул в меня. Вот только оно мгновенно разбилось о защиту, а я, как ни в чем не бывало, двинулся вперёд, намереваясь вытрясти из дядюшки всё дерьмо.

Этот хрен даже не относился к основной ветви рода, но при этом решил качать права. Пришла моя очередь поставить на место зарвавшегося засранца.

Я был рад, что всё так обернулось. Дядя подвернулся как нельзя кстати.

Наглядный урок для тех, кто посмеет пойти против. Думаю, после такой демонстрации, большинство родственников не захотят вступать со мной в открытое противостояние, да и действовать за спиной поостерегутся.

Конечно, всегда найдутся крысы, готовые ударить исподтишка, но их я постепенно выведу на чистую воду.

Андрей Евстафьевич, видя, что ни одно из его заклинаний не достигло цели, вместо того чтобы сдаться и отойти в сторону, выхватил меч, намереваясь вступить в схватку на глазах остальных родственников.

Не знаю, чего он хотел этим добиться, потому как нападение на действующего главу рода в его собственном доме каралось смертной казнью, которую я мог провести без суда и следствия. Главное, чтобы были свидетели происходящего, а их у меня имелась целая куча.

Не стал мудрствовать и затягивать бой. В одно мгновение в моей ладони сформировался огненный хлыст. Взмах и горящая плеть взвилась в воздух, чтобы в следующую секунду выбить меч из руки дяди.

— Аа-аа! — завопил дядюшка, потому что огонь обжег его запястье, сжигая плоть практически до кости.

Ещё один взмах и хлыст обвился вокруг толстой шеи наглого родственника.

Ну да, двоюродный дядюшка был тем ещё боровом. Откормился на родовых харчах. Насколько я помнил, он вообще не работал, а только прожигал выделенные ему деньги на скачках, да устраивал в загородном особняке жаркие вечеринки с горячими девочками.

Бесполезный человек с большими амбициями и ожиданиями, уверовавший в то, что ему всё дозволено.

— Хр-рр, — послышалось в ответ на мои действия, но я не остановился.

Хлыст натянулся сильнее. Ещё несколько секунд и хрипы стихли, а тело дяди упало на только что вымытый паркет.

Самое интересное, что никто за всё это время не произнёс ни слова. В зале стояла полная тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием моих родственников.

Обвел всех суровым взглядом, добавляя толику ужаса, и заставляя ежиться от ощущения опасности и неминуемой расплаты за то, что ещё не было совершено, и произнёс:

— Так будет с каждым, кто решит перейти мне дорогу. Я ясно выражаюсь?

— Ага. Да. Предельно ясно, — послышалось со всех сторон тихое блеяние.

Родственники никак не могли прийти в себя после быстрой расправы, которую учинил новый глава рода.

Не ожидали от «малыша» Власа таких решительных действий.

— Что встали? Расходимся. Через пару часов жду всех в зале совещаний. Будем решать, как жить дальше. Каждый из вас отчитается о проделанной работе за последние полгода. Посмотрим, какую пользу каждый из вас принёс роду. От этих показателей будет зависеть ваше дальнейшее содержание и возможность остаться на своих должностях. Ирина Константиновна, от вас я жду доклад по рентабельности родовых предприятий и предложения по улучшению работы с целью повышения доходов в ближайшее время.

— Сделаю, — откликнулась мать Олеси.

— Андрея Евстафьевича похоронить на семейном кладбище, рядом с отцом и мачехой. Кстати, когда похороны?

— Завтра, — послышался тихий голос, и я с удивлением узнал брата

— Петя?

— Угу, — ещё тише ответил тот, а я усмехнулся.

Страшно дураку стало, что теперь я могу отыграться за все его подначки, тычки и подставы.

— Не бойся, не обижу, — усмехнулся в ответ, а потом добавил, — Если, конечно, будешь себя хорошо вести.

Рядом с ним скрипнул зубами Роман — ещё один брат по отцу, а за его спиной сжал руки в кулаки Станислав.

Я бы на их месте тоже злился.

А как иначе?

Младший братец обошёл со всех сторон, оставив их с носом.

Надеюсь, парни не наделают глупостей, и здравый смысл у них всё же возобладает над чувствами.

Если же нет, что же… Сами виноваты. Жалеть не стану.

Ещё раз обвел взглядом родственников и поспешил к кабинету «отца», то есть, теперь уже к моему кабинету. Нужно было начинать разбираться с бумагами.

Подумал, сколько времени на всё это понадобиться, аж голова разболелась.

Сейчас бы сюда кого-то толкового, кому я мог доверять… но увы и ах, пока придётся обходиться своими силами.

Через два часа, так толком ничего не успев, отправился в зал совещаний нагонять страх на родичей, а заодно выяснять в каком состоянии на данный момент находятся дела рода.

Если честно, ожидал худшего, но всё оказалось не так печально, как я подумал. Многие предприятия оказались на критической отметке, но пока ещё держались на плаву. Дохода от них практически не наблюдалось, но это как раз было поправимо.

— Мне нужна полная проверка каждого предприятия, включая кадровый состав. Ирина Константиновна, займитесь этим. Начать необходимо сегодня, крайний срок завтра. Специалистов привлечь со стороны, — заявил во всеуслышание, внимательно следя, кто из родственников начнет нервничать или возмущаться.

— Вы не можете так поступить, Влас Львович! Какие проверки? Для этого нужно полностью остановить производство. А кадры? Я лично ручаюсь за всех работников моего предприятия. Зачем их проверять, тем более использовать для этого посторонних людей? Они не могут за столь короткое время определить: подходит человек для этой должности или нет. Я сам могу организовать полный аудит предприятия и отчитаться вам в кратчайшие сроки.

— Хе-х, — усмехнулся в ответ, — Ваше рвение похвально. Простите, но если честно, не помню, как вас зовут…

— Арсений Дмитриевич.

— Так вот, Арсений Дмитриевич, я своего мнения не изменю. Ирина Константиновна, прошу вас в первую очередь отправить проверяющих именно на это предприятие. Кстати, что вы там производите?

Ответ услышать не успел. Дверь резко распахнулась, и на пороге появилась неожиданная гостья.

Все в зале повернули головы в её сторону и недоуменно смотрели, как женщина улыбнулась обворожительной, но от этого не менее хищной улыбкой, от которой у многих затряслись поджилки.

Стук каблуков, и вот уже незваная гостья оказалась около моего кресла.

— Влас Львович, вы позволите? — поинтересовалась она и опустила на стол несколько тяжелых папок с документами, — У меня есть что сказать вашим родственникам.

— Господа, хочу представить вам моего личного поверенного и нового управляющего рода Потёмкиных — Самохину Любовь Павловну. Отныне она будет вести все юридические дела и курировать предприятия рода. Ирина Константиновна, — обратился к мачехе, — Очень надеюсь, что вы поладите.

Мать Олеси оценивающе оглядела Самохину, и придя к какому-то выводу, удовлетворённо кивнула.

— Непременно.

— Отлично. Любовь Павловна, мы все вас внимательно слушаем.

Конечно, не обошлось без недовольных, но Люба их дипломатично заткнула, и поправив на носу съехавшие очки, приступила к словесной экзекуции.

Потёмкины потели, бледнели, некоторые даже начали икать, но спорить с Самохиной даже не пытались.

Именно в эту минуту я понял, что бизнес рода в надежных руках. Найти ещё несколько толковых управленцев и дело в шляпе. Впрочем, мои дамы этим займутся. Мне же только останется ненавязчиво их контролировать и периодически проверять эффективность работы. Конечно, первое время без моего участия не обойдётся, зато потом станет намного легче.

Интересно, откуда Самохина узнала, что мне понадобится её помощь?

Не просто же так она появилась именно сейчас, да ещё и с подготовленными заранее документами.

Когда через полтора часа мои родственники покинули зал совещаний, я, не вставая с кресла, вопросительно вскинул брови.

— Каким образом ты здесь очутилась?

— Приехала на машине.

— Люба, ты меня прекрасно поняла, — произнес грозно, но мой тон на управляющую не произвел никакого впечатления.

Я пытался звонить Самохиной не один раз за последние несколько дней, но её телефон всё время находился вне зоны действия сети. Честно говоря, начал волноваться, и вот она ни с того ни с сего появилась в моём родовом особняке, причем в нужное время и полностью подготовленной к совещанию.

Любовь закатила глаза, фыркнула, но потом всё-таки соизволила ответить:

— Вчера днём на меня вышли двое людей. Я сначала испугалась, так как мою охрану они раскидали как детей в песочнице.

Нахмурился.

— Тебе не навредили? — спросил обеспокоенно, уже продумывая, как буду разбираться с её обидчиками.

— На удивление, нет. Влас, — в голосе Любови послышались вкрадчивые нотки, — Скажи мне, куда ты влез?

— Никуда.

— Тогда какого лешего ко мне приходят люди самого императора и передают вот эти документы? — Самохина ткнула в лежащие на столе папки, — Потом настоятельно просят изучить их немедленно, а на следующий день с самого утра сажают в машину и везут к твоему особняку. Мы тут простояли около двух часов, прежде чем они позволили выйти из автомобиля. Им постоянно докладывали обстановку у тебя в доме, знали о начале совещания и…

— Значит, завелась ещё одна крыса, — произнес со вздохом, перебивая женщину, — Ну — император, ну — жучара. Когда только успел, и ведь хрен сейчас поймёшь, кто именно его осведомитель. Мало мне Малинина, от которого я сегодня сбежал банальным образом, теперь ещё один нарисовался.

— Ты это о чём?

— Да так, не обращай внимания. Можешь не беспокоиться, эти люди не представляют для тебя опасности. Спокойно занимайся своими обязанностями и ни о чём не думай. Кстати, поздравляю с повышением. Ты теперь управляющая делами целого рода.

— Спасибо. Я тоже тебя поздравляю со статусом главы. Постарайся не взваливай на себя больше, чем сможешь унести, а то надорвёшься.

— Не переживай, пупок не развяжется, к тому же, теперь у меня есть ты, так что часть ноши скину на твои хрупкие плечи.

— Наглец, — покачала головой Самохина, — но именно поэтому ты мне и нравишься.

В особняке пришлось провести большую половину дня. Я даже подумывал остаться тут ночевать, но вездесущий Малинин, который очень быстро меня нашел, точнее — он даже не искал, ибо знал, куда я собирался сегодня отправиться, уговорил вернуться домой.

Спасибо ему за то, что дал немного свободы и не сразу кинулся вдогонку. Хотя, если учесть, что в особняке имелся человек императора, можно было понять его неторопливость.

Сколько бы я не «пытал» Григория, вызнать, кто именно шпион венценосного дяди, не сумел.

Малинин держался до последнего, но так и не раскрыл тайны, а может и сам был не в курсе.

Применять магическое воздействие на Гришу не стал. Зачем портить отношения, если я и без его помощи сумею всё выяснить, пусть на это потребуется время, но своего я добьюсь в любом случае.

Уже подъезжая к дому, где меня ждала сестра, а чета Перепёлкиных наверняка приготовила вкуснейший ужин, поинтересовался у Григория:

— Скажи, ты знаешь, где сейчас моя мать?

Глава 28

Малинин резко затормозил.

— Так, знаешь?

Григорий молчал примерно минуту, а потом всё-таки выдал:

— Знаю.

— Тогда поехали. Мне нужно с ней переговорить.

— Может, не стоит?

— Стоит, Гриша, стоит. Давай, гони!

Хорошо, что Малинин приехал к моему родовому особняку на личном автомобиле. Не пришлось ждать такси, да и комфортнее, если честно.

Откинулся на спинку сидения, чувствуя, как машина сделала крутой вираж и понеслась в совершенно другом направлении.

Я смотрел на пролетающие мимо огни и размышлял над тем, как интересно повернулась моя судьба, практически на сто восемьдесят градусов.

Теперь у меня была семья, любовь и совершенно другие приоритеты. Я ни за что не променял бы то, что у меня сейчас имелось, на глупую месть. Раньше бы уцепился за чувство ненависти, лелеял его как младенца, взращивал, хладнокровно рассчитывал варианты действий и только в самом конце нанёс решающий удар. Сейчас же, хотел просто сказать Валериану спасибо за предоставленный шанс начать всё с начала. Знал бы он, что убив меня, окажет этим неоценимую услугу, сто раз подумал, прежде чем свершить своё чёрное дело.

Хотя, своего Валериан добился. Занял моё место. Пусть теперь расхлёбывает кашу, которую заварил. Наверняка локти кусает и подумывает, как бы избавиться от ноши, которую он добровольно, по собственной инициативе, взвалил себе на плечи.

Резкий удар вывел меня из задумчивости.

— Какого хрена?

Машину опять тряхнуло, и я обернулся назад.

Черный внедорожник с тонированными стёклами пристроился позади и упорно пытался нас протаранить. За ним плавно двигалось ещё пять машин такого же типа.

Хе-х, зря вы так. Очень зря, впрочем, я не против развлечься.

Ещё один довольно сильный удар и я понял, что от погони уйти не удастся.

— Держись, Влас! Попробую оторваться! — Малинин похоже на что-то рассчитывал, а вот я готовился к предстоящей драке, сканируя пространство вокруг.

Из-за большой скорости было немного сложновато определить количество противников, находящихся в автомобилях, но у меня получилось.

Двадцать человек. Практически все маги, но середнячки. Единственный, кто представлял для меня интерес, ехал в последней машине. По тому, что я успел рассмотреть, он был очень высокого ранга. Не гранд-мастер, как мать, чуть пониже, но от этого не менее опасен.

Именно этот человек мне и был нужен. Уверен, он здесь за главного, а это значит, что придётся его допросить.

Эх, жаль, что на такой скорости я не могу применить площадное заклинание и накрыть им четыре машины, за раз убрав почти всех преследователей.

Сил бы на это хватило, вот только не уверен, что не зацепил бы проезжающие мимо автомобили.

Обычные люди не виноваты, что какой-то хрен решил избавиться от меня на центральной трассе, следовательно…

— Гриша, съезжай на обочину.

— Что?

— Сворачивай, кому говорю! — рявкнул я, раздражаясь, — Сбавь скорость до минимума и на ходу выпрыгивай из машины, как окажешься на земле, прикинься ветошью.

Малинин, чертыхаясь сквозь зубы, резко вильнул вправо, следуя моим инструкциям, а затем послышался страшенный удар, но я в это время уже был вне машины.

Автомобиль подбросило вверх и закрутило.

— Бах-бах-бах.

Окажись я внутри, пришлось бы попотеть, чтобы удержать защиту. Надеюсь, Григорий сумел вовремя выбраться.

Ага, вон он, метрах в четырёх от меня.

— Куда поднимаешься, дурень? Лежать, идиот, лежать! Не смей двигаться! Тьфу! — зло сплюнул, поняв, что Малинин намерен поступить по-своему.

Одновременно с этим послышался визг тормозов наших преследователей.

Не стал ждать и отправил в сторону вражеских автомобилей площадное заклинание, стараясь не задеть последнюю машину, где сидел важный тип, с которым я собирался побеседовать.

Раздался большой БУМ и все четыре машины припечатало к земле, в одно мгновение превратив в лепёшку из металлолома и человеческой плоти.

Эти увальни даже не поставили нормальную защиту.

— Тоже мне, маги, — хмыкнул себе под нос.

Тринадцать не самых слабых одарённых погибли в одну секунду, а ведь могли посопротивляться. Хотя, какая разница, это им всё равно бы не помогло, лишь продлило мучения.

Из последней машины выскочило три бойца с автоматами, которые попытались расстрелять меня в упор, но я не позволил им это сделать, правда получилось совсем не так, как я рассчитывал.

Заготовленный воздушный смерч, который должен был снести их с ног, всего лишь отвел оружие в сторону. Эфирные пули пролетели в паре сантиметров от моей головы, а вот бойцы, немного покачнувшись, остались стоять на ногах.

Тот, кто остался сидеть в машине, прикрыл их плотным щитом, не собираясь показываться наружу. Видимо надеялся, что его парни сумеют со мной расправиться без его непосредственной помощи.

Только этот урод не учёл того, что я не простой маг, а бывший Тёмный Властелин. Не стал размениваться на мелочи. Качнул чуть больше маны и вломил по полной, сминая защиту напрочь.

— Эй вы, неудачники, — крикнул противникам и помахал рукой.

Зачем я это сделал?

Затем, что мне просто необходимо было, чтобы эти парни перед своей смертью посмотрели мне в глаза.

Ага, я собирался сожрать их души, а то как-то обидно стало. Тринадцать мёртвых магов и даже ни одного слепка. Хоть здесь воспользуюсь предоставленной возможностью и подкреплюсь как следует.

Ну, а дальше запустил в смертников убойным заклинанием и задал посыл:

— «ПОЖИРАНИЕ ДУШИ».

Прекрасно. Вот теперь я доволен.

Весь бой, с того момента, как я выпрыгнул из машины, занял не больше минуты. Малинин даже не успел ничего предпринять. Надо будет поднатаскать мужика, а то, что он за телохранитель, если всю работу приходится выполнять самому.

Впрочем, я ожидал чего-то подобного, поэтому и предложил ему не высовываться, чтобы не попасть под шальную пули или случайное заклинание.

Хлопнула дверь автомобиля, и наружу неспешно выбрался темноволосый мужчина среднего возраста: высокий, широкоплечий, с аристократическим лицом и надменным взглядом серых, глубоко посаженных глаз.

Чем-то этот тип показался мне знаком, но я никак не мог понять, где его видел.

Малинин в это время поравнялся со мной, а затем вышел вперёд.

— Юсупов, остановитесь. Именем Его Императорского Высочества вы арестованы и должны немедленно быть доставлены в особый отдел имперской канцелярии.

— Ой, и-ди-от, — протянул тихо.

На кой-хрен нужно было дергать тигра за усы?

Сергей Мстиславович усмехнулся, совершенно не воспринимая слова Григория всерьёз.

— А-аа, это ты, Малинин. Шавка императора решила подать голос, но не рассчитала силы.

— Влас, уходи, — прошипел Гриша, — Я прикрою.

Только сейчас понял, что Малинин решил перетянуть внимание грозного противника на себя, чтобы дать мне шанс спастись.

И ведь понимал, что против Юсупова ему не выдюжить, но всё равно пошёл на этот шаг, наверняка уже простившись с жизнью.

Князь не пощадит. Это я видел в его холодных, не выражающих практически никаких эмоций глазах.

Что же, такая самоотверженность со стороны Григория достойна уважения.

— Не переживай, дружище, — произнес расслаблено и хлопнул Малинина по плечу, — Прорвёмся.

Естественно, бежать я не собирался. Вместо этого создал мощнейшую защиту и окружил ей нас с Григорием.

Видел, что никакого оружия у князя не было. Конечно, с таким уровнем дара, он рассчитывал справиться с нами без подручных костылей. Будь у него автомат, мне пришлось бы туго. В данной же ситуации, я прекрасно знал, что выйду победителем, главное, чтобы Малинин ничего не учудил и не решил геройствовать.

— Что ты делаешь? — раздосадовано поинтересовался Григорий.

— Спасаю твою задницу, — хмыкнул в ответ, чем вызвал скрип зубов своего телохранителя.

Юсупов, к моему удивлению, тоже не торопился нападать. Он внимательно разглядывал меня словно диковинную зверушку.

— А ты силен, парень. Не ожидал, что сможешь так запросто положить моих ребят. Я всё думал, чем ты заинтересовал Екатерину, что она притащила такого молокососа с собой в столицу. К моему удивлению, ты не только оказался княжичем Потёмкиным, так ещё и высокоранговым магом. Очень интересно. Скажи, Катька тебя наняла в качестве телохранителя или просто решила на старости лет порезвиться в постели с молодым кобелём?

Хм-м, значит не так уж и хорошо работает разведка у князя Юсупова, раз он не знает, что я уже не княжич, а князь, да и про отношения с матерью строит одни догадки.

— У меня есть для тебя предложение. Переходи на мою сторону. Мне такие люди нужны. Со мной ты получишь власть. Много власти! Просто избавься от Екатерины. Она тебе доверяет, а значит, не будет ожидать удара в спину. Сделай это и после того, как император падёт, а на трон взойдет идиот Пашка, власть будет в моих руках. Я отдам тебе в управление всю восточную часть Российской Империи. Сделаю губернатором. Как тебе моё предложение? Видишь, я говорю открыто, ничего не скрывая.

— А у меня есть выбор? — спросил заинтересованно, хотя знал ответ.

— Выбор есть всегда, — хмыкнул Юсупов, — В твоем случае, это — либо смерть, либо согласие на моё предложение.

— Мерзавец, — процедил Малинин, готовя какое-то убойное заклинание.

Я сомневался, что у Гришороия получится достать князя. Не тот уровень.

Хотя, мой телохранитель активировал имеющиеся у него артефакты. Половина из них оказались защитными и все он направил на меня, создавая вокруг моего тела многослойный, практически непробиваемый кокон. Себе же не оставил ничего, кроме атакующих.

— Пару-тройку ударов выдержит, — прошептал мне Малинин, — а дальше наши подоспеют. Да и я сумею удержать ублюдка некоторое время.

— Да не парься ты, Гриша, чего так напрягся? Я тоже прикрыл нас щитом. Не прошибет, обещаю. Пора бы тебе понять, что я не беспомощный младенец: посильнее тебя буду, да и Юсупова без проблем снесу. Надеюсь, ты успел включить запись, пока мы тут выслушивали его признания? Зря я, что ли тут статую изображаю вместо того, чтобы спеленать засранца.

— Обижаешь, — хмыкнул Малинин, — Доказательства причастности к заговору, точнее его организации, у меня теперь на руках.

Весь этот разговор мы вели не скрываясь. Пусть Юсупов слушает, мне не жалко.

— Значит, отказываешься? Глупо. Вы же понимаете, что не уйдёте отсюда живыми? — хмыкнул князь, уверенный, что сможет с нами справиться без особых проблем.

Пожал плечами.

Как же некоторые любят поговорить. Выставить напоказ свою значимость. Показать, что сильнее и непобедимее всех, только это не так.

— Ладно, прощайте, — бросил Юсупов, — Не стану задерживаться, а то действительно, сюда примчатся люди императора, не хотелось бы с ними встретиться.

Ударили мы одновременно.

Князь намеревался сразить нас с Малининым одним ударом, но не сумел. Моя защита застонала, прогнулась, но выдержала, а вот щит Юсупова пробило. Правда выложился я при этом знатно. Маны вбухал столько, что некоторым магам и не снилось. Спасибо троим бойцам, души которых я только что сожрал. Именно поэтому тянул время, усиленно их переваривая.

Можно было обойтись и без этого. Мой источник был практически полон, и заначка из слепков душ тоже имелась, но мне не хотелось её тратить. Ману, находящуюся в источнике, я постоянно улучшал, делая её более концентрированной, и собирался приберечь на крайний случай. Вот такой я жадный.

— А-аа, — завопил от злости Юсупов, когда энергетическая проволока обвила его с ног до головы и заставила плашмя грохнуться на землю, не позволяя пошевелиться. До кучи вызвал онемение в теле противника. Страховка не повредит, а-то ещё сбежит, падла.

Малинин, кстати, одновременно со мной лупанул заклинанием по князю. В итоге, Юсупов щеголял порванным на груди камзолом и обожжённой рожей.

— Ну вот, а ты переживал, — усмехнулся я.

Гриша ошалело переводил взгляд с меня на поверженного противника, явно не понимая, как нам удалось победить.

В это время зазвучали сирены.

— Императорская гвардия пожаловала. Долго же они, — проворчал Малинин и пошёл навстречу.

Уверен, кроме гвардейцев, там окажется немало сослуживцев Григория. Особый отдел канцелярии не мог остаться в стороне от столь важных событий.

— Ух ты, — восхитился я, когда увидел самого императора, выходящего из броника.

Дальше мои брови вообще полезли на лоб, потому как следом за ним показалась моя мать.

Свиристель, не обращая ни на кого внимания, сразу же подбежала ко мне и молча ощупала взглядом на предмет повреждений.

— Всё в порядке, надо нечто большее, нежели этот недотёпа, чтобы меня ранить.

Гвардейцы взяли под прицел князя Юсупова, но тот не обратил на них никакого внимания, лишь гневно смотрел на меня и Екатерину. Я почти пропустил, как он сумел избавиться от воздействия заклинания, но тут главное — почти.

В последний момент смог выставить защиту, накрывая куполом ближайших ко мне людей.

Атака противника была мощной. Артефакты Малинина рассыпались в пыль, а моя защита дала трещины, готовая лопнуть в любую секунду, но тут уже подключились Свиристель с Императором.

Его Величество накрыл нас таким щитом, что стало нечем дышать. Создалось ощущение, что меня завернули в ватное одело, не оставив ни одной щели.

Александр Алексеевич был в гневе. Он только что чуть не лишился сестры и племянника. Императору хотелось разорвать предателя в клочья, но он сдержался, лишь ухватил за загривок Юсупова и вздернул вверх, как нашкодившего щенка.

— Мразь, — прошипел император ему в лицо, — обещаю, ты пожалеешь о каждом шаге, о каждой минуте своей жизни, так просто я тебе умереть не дам.

Пока император шептал угрозы князю, я поднапрягся и убрал защиту, выставленную дядей, ибо противник больше не представлял опасности.

Не знаю, какое заклинание применил Александр Алексеевич, но он попросту перекорёжил все энергетические каналы в организме Юсупова. Князь в одно мгновение стал магическим инвалидом.

Что бы провернуть нечто подобное, мне бы понадобилось не меньше получаса.

Нахмурился.

Сегодня я получил ещё один урок и сделал вывод: надо учиться. Не просто набирать силу, а получать новые знания и опыт. Последнего у меня вагон и маленькая тележка, но и я не всесилен, а поэтому…

Если бы не император, всё могло бы закончиться довольно плачевно. Нет — я бы не умер и не дал погибнуть находящимся рядом людям, но ранения получили бы многие.

Мой недосмотр и моя ошибка.

Рефлексировать долго не пришлось.

— Саша, поставь глушилку, — произнесла мать, — Не хочу, чтобы нас кто-то видел и слышал. Гриша, извини, но этот разговор только для нас троих.

Малинин кивнул и тут же отошел в сторону.

— Готово, — отозвался Александр Алексеевич, дав знак своим людям ни во что не вмешиваться и ожидать дальнейших указаний.

Как только мы оказались скрыты от посторонних глаз, Екатерина подошла к удерживаемому императором Юсупову и со всей силы зарядила тому пощёчину, усилив действие магией.

Голова князя мотнулась в сторону, а на обожжённой щеке слезла кожа, открывая зияющую рану.

— Давно хотела это сделать, — с удовлетворением произнесла Свиристель.

— Сука, — пробормотал Юсупов разбитыми губами и сплюнул на землю.

— Как скажешь, дорогой, — послышался язвительный ответ Екатерины, — Мне абсолютно безразлично, как ты меня называешь. Ты проиграл. Проиграл в тот момент, когда очернил меня перед братом и все страной. Я думала, ты любил меня, но нет — ты хотел только власти. Знаешь, а я ведь почти согласилась тогда стать твоей женой, если бы не подслушала один разговор. Какое счастье, что не успела дать согласие на брак с такой мразью как ты.

— Я бы всё равно не одобрил, — усмехнулся император.

— Вот поэтому, ты провела девятнадцать лет в изгнании, — зло процедил Юсупов, — а могла бы править империей.

— Сомневаюсь. Уверена, как только бы я тебе надоела, случился несчастный случай, а ты стал «безутешным» вдовцом.

М-да, матери нужно было выговориться. Накопленная годами ярость и ненависть искали выхода, и наконец, нашли.

Именно в этот момент я понял, где встречал Юсупова.

Я видел его каждое утро в зеркале, глядя на собственное отражение. Нет я не был копией Сергея Мстиславовича, но схожие черты мог бы не заметить только слепо. Вывод напрашивался один: Юсупов являлся родным отцом Власа Потёмкина.

Ну, что сказать, папаша не вызывал у меня тёплых чувств, наоборот, я ощущал цепкое неприятие. Казалось, словно измазался в дерьме, может быть потому, что терпеть не мог предателей. Такой же ублюдок лишил меня жизни в другом Мире, а этот пытался сделать тоже самое по отношению к своему Императору, только поступил ещё гаже, используя при этом мою мать.

— Я не стал бы тебя убивать, — произнёс Юсупов, — Во всяком случае, до тех пор, пока ты не родила мне сына.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась Екатерина, и кинула на меня мимолётный взгляд, получив утвердительный кивок, — А я как раз родила, и сделал всё, чтобы ты не узнал об этом. Я никогда не подпустила бы тебя к моему ребёнку.

Глаза у князя округлились от изумления.

— Как… Как ты посмела? — взревел он, дернувшись вперёд, но заклинание императора крепко удерживало его в своих объятиях.

— Скажу больше, — злорадно усмехнулась Свиристель, — Сегодня ты пытался убить собственного сына.

Юсупов перевел взгляд на меня и закашлялся, не веря в происходящее.

— Сын? Мой сын? — князь скрипнул зубами.

— Может быть, вы и причина моего появления на свет, но признавать вас отцом я не собираюсь, как, впрочем, и продолжать вашу фамилию. Я — князь Потёмкин и собираюсь им оставаться впредь.

Свиристель с гордостью и затаённой грусть посмотрела на меня, а я понял, что мать когда очень сильно любила этого ублюдка, может и до сих пор испытывала к нему какие-то чувства, но ни за что не показала бы своей слабости.

— Все всё выяснили, семейные разборки закончены, — произнёс император и снял купол непроницаемости, — Заберите предателя! — крикнул своим гвардейцам.

Бойцы быстро нацепили на Юсупова антимагические кандалы и потащили к ближайшей машине.

— Что теперь? — поинтересовался я.

— Заставим публично дать показания в организации переворота, покушении на императора и уличим в клевете на Екатерина Романову. Пора тебе воскреснуть сестра и занять подобающее место.

— Ну, мое место всегда было далеко от трона, ты же знаешь?

— Хм-м, хочешь продолжать свою деятельность и заниматься уничтожением врагов империи?

— Не думаю, что готова к этому. Я не против выйти на свет, надоело скрываться, но, пожалуй, поживу пару лет в своё удовольствие, а потом посмотрим.

— Да будет так. Племянник, твои пожелания, пока я добрый, — усмехнулся венценосный дядя.

— Во-первых — уберите ваших соглядатаев. Считайте, что заговор раскрыт. Мне ничего не угрожает. Во-вторых — я так же, как и Свири… то есть мама, хочу пожить какое-то время в своё удовольствие, без всех этих придворных заморочек. Хочу отучиться в академии, привести дела рода в порядок, попутешествовать по Миру, убивать тварей в Высокочастотной зоне, в конце концов, хочу жениться. А вы правьте империей, — благородно «разрешил» я, — Вот, когда совсем прижмёт, тогда повторим наш разговор.

— Хм-м, я не ошибся в тебе, племянник. На свадьбу пригласишь?

— Эм-м, вы только это услышали?

— Да всё я слышал, но…

— Приглашу, приглашу. Кстати, она не за горами.

— Ты всё-таки сделал предложение Измайловой? — с интересом поинтересовалась Свиристель.

— Да, — кивнул в ответ, — И планирую просить руки у Светланы Сумароковой.

— Смотри племянник, как бы женщины из-за тебя не передрались.

— Не-е, они девочки умные, понятливые, да и друг друга неплохо знают. Договорятся меж собой, ещё и против меня единым фронтом выступать будут, — усмехнулся в ответ.

— Ладно, что-то я с вами заговорился. Меня люди ждут, — император поднял руку и крикнул:

— По машинам!

Мы со Свиристель проводили взглядом отъезжающий кортеж. Малинин, кстати, укатил с Александром.

— Ну что, домой? — Екатерина указала на одиноко стоящий на обочине автомобиль.

— Да.

— Давно я Перепёлкиных не видела. Галина всё так же вкусно готовит?

— Ага, пальчики оближешь.

— Замечательно.

— Не то слово. А скажи-ка мне, куда ты дела Цербера?

— У Милюкова тоже может быть выходной, — загадочно произнесла Свиристель, и я понял, что она счто-то скрывает.

— И…

— Много будешь знать…

— Опять твои тайны, но ничего когда-нибудь я все их раскрою.

— Мечтай, сынок. Кстати, я хочу завтра появиться в твоём родовом особняке и посмотреть в наглые глаза скорбящих вдовушек. Разрешишь?

— А почему я должен запретить?

— Так ты же глава рода. Твоё слово — закон.

— Угу-угу, как же. Как будто ты меня послушаешь.

— Вот станешь императором, тогда…

— Это произойдет нескоро.

Перебрасываясь незначительными фразами и шутками, мы не спеша ехали по ночной столице.

На губах сама собой расплылась улыбка: не язвительная, ехидная, желчная, как обычно бывало, а самая настоящая, искренняя.

В прошлом я так улыбаться не умел. На душе стало спокойно и умиротворённо.

У меня есть дом, скоро будет семья, есть люди, которые меня любят и верят, а это самая большая ценность в жизни.

За них я буду биться, если понадобиться — убивать. В этот раз всё обошлось, угроза устранена, но что будет дальше — не известно, а пока я был намерен наверстать упущенное и взять от жизни сполна.

КОНЕЦ.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Темный Властелин желает поквитаться. Том 3

Content

Тёмный Властелин желает поквитаться. Том 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Nota bene