Глэрд X: Легионы во Тьме (Часть вторая)

Часть вторая

Мертвые колдуны

Вместо предисловия

Все события и персонажи в данной книге являются авторским вымыслом. Любое совпадение с реальностью и реальными людьми не более, чем совпадение. Автор не преследует цели сформировать привлекательный образ нетрадиционной сексуальной ориентации, а поддерживает семейные ценности.

Глава первая

09.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

…Совет ста завершался. Император взял финальное слово, когда дверь в зал нагло распахнулась и появилась делегация. Девять эльфов и два аристо, остроухий возглавлявший процессию был мне знаком. Он вчера хотел выкупить трофейные доспехи «Черная кора Матери». Никто из них не действовал по этикету, наглец же, обращаясь к монарху всего лишь коротко поклонился, как с равным, затем поднял голову и с претензией заговорил:

— Император, я — Исмельен ле Туанри из Великого Дома Золотого лотоса Нирга, и я ищу и требую справедливости! — нормально зашел, «требует». Яростью полыхнуло не только от правителя, но и от многих Истинных, однако настоящие чувства на лице монарха не отразились, он лишь вопросительно посмотрел на чудо из дивного народца, — И прибывшие со мной главы Великого Дома Закатного сияния Тинель, Великого Дома Огня Ислаэль, представители Домов Звезды Ранаста и Клинки Джениэль, а также дружественные аристо — глэрд Стек глава Великого Дома Черный луч Ирранаста и эрлглэрд Рассел из Дома Красных цветов, должны засвидетельствовать справедливость твоего решения. Глэрд Райс глава Истинного, — выплюнул, — Великого Дома Сумеречных оскорбил меня, прилюдно назвав «краснозадой макакой», и я требую Поединка чести. До смерти!

Я сразу заметил у него в районе груди мощнейшие искажения от проклятий, которые в других типах зрения не просматривались. Благодаря улучшившемуся умению их структура виделась многослойной. Скорее всего, речь шла даже не об одном, а нескольких «дарах» после смерти носителя. Видимо, нашпиговали, как гуся, затем пообещали райские кущи у Мары, и две тысячи девственниц вдогонку. Конечно, можно показательно снести башку, плащ встанет барьером, поможет, теперь уверенность в подобном исходе была довольно высока… Однако это не отвечало задачам, нужно приводить в чувство нелюдей, к обычной смерти же местные оказывались довольно нечувствительны. Тот же Народ порой напоминал леммингов, несмотря на малочисленность. А эти еще, похоже, поклонники Раоноса.

В целом, лучше всего работало общественное порицание. Оно отрезвляло. Позора боялись больше, чем гибели. Да, и сделано уже много для этого всего, плюс дер Вирго работал… Но его деятельность и Тигана приурочивалась все же к военному совету. С другой стороны, если здесь сделать все грамотно, то отвадит от меня надолго остроухую братию. Слишком много времени практически без всякой на то великой пользы тратилось на дуэли.

Еще, вряд ли только поклонением Кровавому можно объяснить столь дикое пренебрежение Кодексами, скорее всего, решили, что Император вроде Великого герцога, соответственно, можно себя вести так же, наплевав на все приличия. И явилась сейчас тусовка высшего света именно Аринора, а не Великого Арса. Расслабил Рональд их всех, дал слишком много прав и свобод. Страх точно потеряли, а вместе с ним чувство самосохранения. Достаточно вчерашнего… точнее ночного франта вспомнить, защитника Серых драконов. Как и налетчиков, которые действовали и нагло, и безбоязненно.

Отметил, что стоящий слева эльф точно послушник Раоноса, очень много у него имелось артефактов, наполненных энергией проклятого божка. Я смотрел на разумного и с трудом контролировал ярость, до тоннельного зрения доходило, хотелось снести ему башку, не взирая ни на какие последствия. Деструктивные эмоции возникли вовремя — в условно-мирной обстановке, поэтому смог проанализировать их и теперь в аналогичных ситуациях будут ясны первопричины данных процессов и сильных эмоций. Похоже, данные Раоносом звания действовали в обе стороны, то есть, я тоже начинал испытывать аналогичные оппонентам чувства.

Нормально.

Все мысли промелькнули мгновенно, на сверхскоростях, дальше план сложился:

— Император! — прежде, чем тот успел ответить на претензии, взревел я, поднимаясь с места, которое мне по праву силы и крови предоставили в центре стола, — Истинные Великие главы и представители их Домов, — на каждом остановил взгляд, — Обращаюсь к вам и объявляю, я вижу настоящее попрание всех наших Кодексов! Поэтому я есть сейчас Закон! Вас же призываю исполнить долг присяжных заседателей, нашего правителя выступить наблюдателем и последней высшей инстанцией, дабы нигде мы не отошли от наших догм!

Вышел в центр, становясь напротив делегации, сам взор обратил на правителя.

— Глэрд в своем праве, и да будет так! — затаенная мстительная злая радость появилась в ауре монарха, как и у большинства моих коллег, но четверо насторожились, в их фоне читалась тревога, опасение. Это были как раз те аристо, которые подхихикивали пониженным в звании эльфолюбам.

— Итак, не знаю на каких помойках взращивался Исмельен, но вы все увидели, как они ворвались… И разве я где-то покривил душой, сказав следующее и давая ему характеристику: «Макака задницей красной светит, прыгает с ветки на ветку, гадит где попало, но знает о приличиях высшего общества больше… Она, но не он!»? Ложь уже то, что я назвал дерзкого остроухого «краснозадой макакой». Эльф, — палец с четками остановился на жертве моего произвола, — Ты пока не достоин и этого гордого для тебя звания! Ты ниже! Обезьяны умнее, они в цирке всякие трюки выполняют, порой забавные и смешные, скачут интересно так, впрочем… и ты сейчас исполнил. Прискакал. Твои же дрессировщики тоже. Начнем с самого страшного твоего преступления, ты посмел требовать у Императора. Даже я, истинный глава, а правитель у нас является первым среди равных, могу лишь «просить» и надеяться, что он снизойдет. Ты же находишься, согласно реальному статусу, приблизительно в яме с лирнийскими слизнями. Но здесь тебе, видимо, повезло. Наш Император — милостив. Однако, вы все совершили еще одно преступление против Кодексов — ворвались на Совет ста. Явили свои грязные немытые рыла и такие же рты перед нами, элитой Империи! Без нашего разрешения на то! И лучше молчите, иначе по праву силы и крови я начну вас убивать. Всех. А затем пройдусь по ветке ваших родственников, как я сделал с утра, уничтожив пять Домов.

Тихий ропот, но он не прорвался воскликами.

— Ибо за одно то, что Исмельен не поприветствовал Императора и нас даже не как младший старших, но упав на одно колено, должна полагаться кара. И она будет, — все молчали, я же повернулся к столу, — Конечно, уважаемые Истинные, в таких манерах для меня нет ничего удивительного, ведь наши предки, сняв с деревьев остроухую братию, на протяжении столетий пытались им привить хорошие манеры, но они упорствовали в дикости своей, порой в спорах на их королевских советах продолжали кидаться друг в друга дерьмом чин-чинов даже во Вторую эпоху. О чем с прискорбием писал в свое время Оннигэрд дер Сторн в работе «Долгий путь к цивилизации. Ассимиляция диких народов».

— Мы перворожжднглхррр… — подал голос послушник Раоноса, я этого ждал — метки господина не оставляли для него выбора, и тот захлебнулся, кровью брызнуло вокруг. Сработал на сверхскоростях «Разящим». Он отделил голову от плеч не хуже собрата. Подхватив ее за волосы когтистой рукой, я неспешно вернулся на свое место.

Красным капало на каменные плиты пола из обрубка шеи, а поток из тела заливал все вокруг. Присутствующие смотрели завороженно.

— Я сказал молчать, следующий вопль и проведу над подавшим голос ритуал «Недостойные Дети Гераны». По всем правилам, а затем в назидание еще с двумя любыми из вас, на мой произвольный выбор, — затихли, вот сейчас настоящей аурой страха повеяло от гостей, а то до этого только высокомерие, зато от охранителей почувствовал полное одобрение, от Императора злую радость, но замешанную на горечи предстоящих объяснений, — Видите, почтенные, — посмотрел я в глаза голове, подняв ее перед собой, — Тысячелетия прожили в нашей культурной среде, а их варварские повадки проявляются до сих пор. Выпукло проступают. Перебивают все хорошие манеры, начатые прививаться нашими предками. Однако… — я поднял указательный палец, — Все на так страшно и запущенно, как выглядит на первый взгляд. Просто пока Исмельен не повстречал достойных учителей. Вчера он молчаливо согласился со мной, что человек — это звучит гордо. И тогда я у него спросил: хочешь быть похожим на людей? Он испугался своей мечты, которая, казалось, недостижима, стыдливо опустил глаза… Да, тогда тишина стала мне ответом, но именно она рассказала больше, чем тысячи слов. В его глазах читалось страстное желание. Поэтому я ему и сказал, напутствуя мудро: «так учись!». Не так ли было, эрлглэрд Рональд?

— Все так, — герцогу очень не понравилось, что я вплел его в свои расклады, грозящие определиться четко со стороной.

Лавировали, лавировали, да не вылавировали.

— Однако не те наставники попались на пути Исмельена, вложили плохое в его не очень светлую голову, удобрили щедро мрочьим навозом его мысли, замешали все густо на помоях из портового борделя. Наша же задача, не убивать, но вразумлять, наставлять и… и пытаться помочь разумным. Некоторым, вот как этому, — я повернул голову, чтобы она посмотрела на Совет, — Уже не поможешь. Послушник Кровавого, посмевший явиться сюда. А попав в его сети, еще никто не уходил. Замечу, почитатели Раоноса вряд ли себя будут чувствовать хорошо, когда я нахожусь рядом. Этот проклятый божок объявил меня своим кровником, поэтому я в своем праве. Что же до Исмельена… Думаю, наш прогрессивный правитель только посмеялся в душе от этого «требую». Представляете, вылез склизкий слизень из клоаки и заговорил человечьих голосом, потребовал, такого в цирк надо, — все заулыбались, делегация боялась дышать, учитывая тело продолжавшее биться в конвульсиях и голову у меня в руках, — Любой путь познания начинается с наказания за содеянное, затем следует корректировка курса и его исправление. И как говорили наши предки, хорошая порка никому еще не шла во вред, только на пользу. Комиссия, кто и сколько считает необходимо дать плетей Исмельену? Предлагаю от десяти до пятнадцати, можно, конечно, выбрать и отсечение головы недостойного, но все же это, думаю, лишнее. Голосуйте! — заюлили трое Истинных, один зло пыхтел, они пытались остальных переубедить, рассказать про «недопустимость» и плохой педагогический эффект насилия, а я, поставив голову на стол, чтобы она смотрела на гостей, явил штандарт, напоминая о долге и чем все может обернуться. Хранители не дремали, а взвешивали поступки аристо. Сошлись на десяти после недолгих прений.

— Итак, Исмельен ле Туанри из Великого Дома Золотого лотоса Нирга, ты признан виновным. Наказание от присяжных — десять плетей прилюдно. И, как обративший внимание на вопиющее преступление, я могу от себя еще добавить столько же. Однако несмотря на некую маску злодея, которую любят рисовать мне, я не столь суров, как уважаемая комиссия, которая могла бы обойтись с тобой не столь жестоко, ограничившись вирой для Дома, — расширенные Кодексы, похоже, здесь особо никто знал, — Хотя и полностью одобряю данные методы. И понимаю всю мудрость этого решения. Ибо путь к становлению человеком труден и тернист. Испытания же закаляют не только плоть, но и дух, деньги не позволяют прочувствовать и ощутить всю полноту и тяготы жизни, как и не дарят мудрости и ума. Так вот, повторюсь, наша цель не в причинение тебе боли ради нее самой, но прививание правильных устремлений и манер, тем более ты стремишься к настоящему. Верно ли я говорю, почтенные? — каких только эмоций от комиссии не прилетело, четверо тоже с опаской покивали, Император хоть и оставался невозмутимым, но в душе веселился, представить, что эльф мечтает стать человеком, это все равно, как на Земле, разумный мечтал бы превратиться даже не в обезьяну, а в свинью. Конечно, девиации имелись, но за рамки статистической погрешности не выходили, — Как вчера сказал, великий герцог, ты похож на человека, и только поэтому тогда я стал говорить с тобой, наставлять на путь истинный. Эрлглэрд, все верно? Я нигде не солгал?

— Не солгал, — Рональду еще больше не понравилось обращение к нему в таком щекотливом вопросе.

А нечего так остроухих расслаблять, совсем страх потеряли. Гости.

— И скажу так. Исмельен, возрадуйся! Совсем уже близко исполнение твоей мечты, видимо, сами боги тебя привели ко мне вновь, пусть и тернистыми путями. Я помню, что для сведущих, в твоих глазах читалось страшное желание стать пусть не аристо — нами не становятся, нами рождаются, но хотя бы достойным хуманом… и мы из тебя его сделаем! — сурово заявил я. Эльфы беззвучно хапали воздух ртом, а двое аристо из их сопровождения вытаращили глаза, впрочем, не менее изумленными выглядели все, Оллиэн не смог сдержать стон от смешка, тут же зажав плотно себе рот ладонью, затем его плечи начали содрогаться, а он как-то сдавленно пищать. Условно-дружественные главы держались из последних сил, чтобы не засмеяться, кривили лица, лишь я оставался невозмутим, — Мое решение таково: после справедливой экзекуции в десять плетей, посадить его в одиночную камеру, выдать азбуку, расширенный Кодекс, чернила и бумагу. Света не лишать, но кормить скромно. Хлеб и вода. Последнюю можно давать без ограничений. Ибо, как говорили древние, сытое брюхо к ученью глухо! Прогулка один раз в сутки, во время выноса за собой лично, повторюсь, лично дерьма — это позволит ему постигнуть один из важнейших законов мироздания: умеешь гадить, умей и убирать. Через декаду он должен будет сдать строгий экзамен на знание Кодекса, продемонстрировать умение писать, считать и основы правильного обращения к тем, кто выше его и ниже в людском сообществе. В соседнюю с ним камеру на тех же правах и условиях, но с гордым званием «наставник» приставить дружественного их Дому эрлглэрда Рассела из Дома Красных цветов, который и будет проводить уроки, и разъяснять трудные для эльфа моменты. Ведь где, как не в испытаниях всходят ростки настоящих чувств, таких как любовь или крепкая дружба? Более того, последняя проверяется. Через декаду присутствующий здесь глэрд Стек глава Великого Дома Черный луч Ирранаста, который обязательно за это время освежит память на знание Кодексов, будет принимать экзамен у Исмельена. Сейчас же перед нами он поклянется на крови, что сделает все возможное и невозможное, чтобы поставить впросак испытуемого, придумает множество каверзных и трудных вопросов, да и сам экзамен обставит так, чтобы в любой Академии задумались. Нельзя, почтенный глэрд Стек, ударить в грязь лицом перед нелюдями! — обратился я к усатому лохматому здоровенному сорокалетнему мужику, который не знал теперь куда себя девать, а сначала преисполнен был гордости и эдакого высокомерия, явились не запылились, — Нельзя! Ибо через тебя, они будут смотреть на всех нас!

— Но… — и тут же осекся, глядя как замерцал красный огонь в глазницах дракона на штандарте.

— Ибо кто, — не обращая внимания, продолжил я, — как не ты, известный своей честностью, может справиться со столь сложной и ответственной миссией? Так же, предлагаю на рассмотрение учреждение почетной медали «Настоящий хуман» пока первого ранга, которую после сдачи всех экзаменов и вручить Исмельену, — минус четыре главы на минуту, они нырнули под столешницу откуда раздался сдавленный хохот, когда вернулись в мир у них слезы бежали из глаз, — Если он решит пойти дальше, то продумать и о втором ранге. Дабы гордостью преисполнилась его душа, и он мог везде упоминать о настоящих достижениях. Кроме этого, предлагаю сразу ввести положение о привилегиях. Например, обладатель медали сможет получить миску похлебки в любых имперских заведениях каждый день бесплатно. Мы не позволим умереть от голода такому герою. И назначить ежегодную выплату в тридцать серебряных монет. Если же ее обладатель приведет еще десять эльфов, кто сможет сдать суровый экзамен, то награду однократно удесятерить. Сотню? Увеличить в сто раз, но тоже однократно! Тысячу? Я лично первому такому славному хуману вручу десять монет из красного золота, помимо сотни империалов! Кроме этого, сам готов внести на учреждение медали сто тысяч. А в моих заведениях прикажу кормить обладателей даже трижды бесплатно и в придачу выдавать им добрый прилл.

Загомонили Истинные, завеселились. Давно так остроухих не унижали и даже помыслить не могли, что так оказывается можно делать. Каждый из злорадствующих предложил не меньше денег, чем я, под давлением и четверка сочувствующих раскошелилась. И все пытались наделить привилегиями будущих «кавалеров» в своих заведениях и землях. Дошло до того, что глэрд Дорнг пообещал каждому участок рядом с Пятой дозорной башней и подъемные на его обустройство. Пусть не земли Хаоса рядом, но тоже глушь и дичь на другом континенте.

Пятнадцать минут прений и предложений, касающихся нюансов, но постановили — медали однозначно быть.

— Раз с этим определились. То продолжу, если Исмельен окажется нерадив в учебе и не сдаст экзамен, а глэрд Стек после клятвы на крови будет очень и очень строг, то повторить все процедуры, включая первую, — десять прилюдных плетей, но уже за лень, десять дней штудирования Кодексов, экзамен. Дополнительно, в случае провала и эрлглэрду Расселу назначить пятнадцать плетей. Почему ему больше? Кто, как не наставник отвечает за подопечного? Если он не справился, значит, мы должны помочь и ему достигнуть новых высот в учительской стезе и в наиважнейшем деле, которое поручает ему наш Совет ста. Во второй раз не сдадут экзамен? Процедуры повторить. Следующий?.. Увеличить количество плетей на пять. Каждому! И так поступать каждое третье испытание. И пусть мы даже потеряем год, да хоть двадцать лет, но результат стоит того! В итоге получим на выходе настоящего хумана первого ранга, превосходного наставника — эрлглэрда, и к ним плюсом отменного знатока Кодексов среди глав Великих домов в виде глэрда Стека, на которого будут все равняться. Далее, учитывая, что среди высокородных эльфов, а здесь речь идет пока о грязных остроухих… — и прежде, чем начался гвалт, взревел, как с богами, — Охранители! Покажите этим млетям, как приветствуют Императора все, кроме Истинных, — не прошло и пары секунд (скорее всего, сначала получили дополнительно разрешение от монарха), гости замерли в колено-локтевых. От незримых охранников восторг, восхищение, радостное удовлетворение.

— Запомните, белогривые мроки, Императора, как равного могут приветствовать только ваши короли и королевы, приравненные по статусу к нему, и то с большой натяжкой! Император — это символ нашей великой Империи, в нем отражается каждый из нас, и выказывая небрежение к нему, вы вытираете ноги обо всех нас. А это недопустимо. У себя в лесу можете гадить друг другу на голову с веток, хоть королеве в карман нассыте, как привыкли, у нас — Законы и Кодексы! Для запоминания этой простой истины — по пять плетей каждому! Единственное, как у гостей, у вас имеется возможность выбора: принять наказание здесь только при нас или оно будет осуществлено прилюдно.

— Что ты себе позволяешь⁈ — взвизгнул один, и еще через мгновение лишился уха, которое срезал «Кровопийцей», если бы «Когтем», то можно было выносить затем готового. Новое вырастить в щадящем режиме дело часа, но в чувства приводило.

— Его возьму себе в коллекцию, второе — на подходе. Затем срежу гриву. После проделаю это с каждым из вас, я непонятно выражаюсь? Я спросил, что вы выбираете тайную экзекуцию или прилюдную? Ну? — второе ухо оказалось у меня в руке, — Ты следующий! — указал пальцем на какого-то главу, сам взялся за роскошный «конский» хвост текущей жертвы, — Так что выбираете вы?

— Здесь! Здесь! Наказывайте нас здесь! — наперебой загомонили. Охранители ликовали. Срезание волос — позор из позоров, этим и додавил.

— За что наказывать?

— За то, что мы вели себя неподобающе дерзко! Мы все поняли…

— Может, лучше при всех? А то как-то не по-людски… — задумался я, глубокомысленно огладив подбородок когтистыми пальцами, перебросил зерно четок, но меня слезно начали просить не выносить сор из избы, пришлось согласиться, — Хорошо. Раз вы настаиваете, то здесь… Но тогда все вы будете посещать лекции о Кодексах, которые освежающий память глэрд Стек, станет вам читать. Так, глэрд? — я за лохмы оттянул его голову, а тот пытался кивать, — Однако, если вы пройдете с честью курс, то тоже получите по медали — «Настоящий хуман» первого ранга. Что ответите, почтенные?

— Мы будем посещать лекции! Будем! — наперебой выкрикнули.

Так-то…

— Император, ты все слышал сам, справедливо ли мое решение или я слишком мягок?

— Я рад, что ты никого не стал убивать или отравлять в ямы с лирнийскими слизнями, кроме послушника Раоноса. Теперь по приговору, если один разумный хочет учиться, а почтенные аристо наставлять и экзаменовать, то мы должны помочь им в столь благих начинаниях. Идея с медалью отличная, поэтому ее учредить, тем паче Истинные решили не только словом, но и делом, и звонкой монетой поучаствовать в ее создании и обеспечении. Но возникает вопрос, а достойны ли будут вот эти добрые эльфы, — он указал на продолжавших оставаться на коленях разумных, — чтобы им вручили ее? Ведь получится несправедливо. Исмельен получит свою, пройдя через суровые испытания для ума, а здесь просто за прослушивание, пусть, уверен, и талантливых, но лекций.

— Думаешь, стоит их определить в соседние камеры? Тогда туда нужно и почтенного глэрда Стека переместить, ведь нельзя разлучать лектора и аудиторию… — вздрогнули.

— Все же, на мой взгляд, это лишнее. Просто пока не вручать им медаль «Настоящего хумана». Но держать по комплекту на всякий случай. Заслужат? Или захотят доказать? Сдадут по всей строгости экзамен глэрду Стеку, которого можно назначить Смотрителем награды, с обязанностями проверять правомерность получения медали нелюдями и негражданами Империи, и позволить ему карать плетьми, кто будет хвастаться фальшивыми заслугами… Так вот, сдадут — значит, достойны.

— Мудро и справедливо, — кивнув, согласился я.

— Что же! Приговор одобряю. Он окончательный и обжалованию не подлежит! Приступить к исполнению незамедлительно! Глэрд Стек ждем клятву… Раз высокородные эльфы сами все осознали и попросили их наказать, то ката сюда и закончим. Впереди еще Военный совет.

Перед самым завершением я попросил Императора о личной аудиенции. Тот милостиво согласился. Когда над нами возник мощнейший непрозрачный купол, то минуты две выслушивал восторженно-витиеватую речь про «Настоящего хумана», а также наказание, унижающее и приводящее немного в чувство безмерно оборзевшую остроухую субкультуру.

— Хотел с тобой посоветоваться, что делать вот с этим?

— Что это? — Император смотрел подозрительно на холщовый мешочек, который я вытащил из подсумка и держал в левой руке.

— Семя мертвого древа. Обнаружил вчера проекцию на месте разрушенного алтаря Раоноса, учитывая, каким было культовое сооружение, оно очень мощное. Уничтожить самому — у меня нет сил и средств. Передавать богам такое нельзя. Оно в итоге может оказаться у наших врагов. Тому же Седьмому особому отделу с нашей коррупцией — проще остроухим лично вручить… Ордену Очищающих?.. Про них я мало знаю.

— Это верно. И я сам его не возьму. После Военного совета отдашь моему охранителю. Но… — тот внимательно посмотрел мне в глаза, — Хорошо, что я в тебе не ошибся, — так и полагал, что это была одна из проверок. Какая? Спецслужбам доподлинно известно, что на месте уничтоженных великих алтарей Раоноса оставалась подобная дрянь. То, что я разрушил такой, уверен, уже доложили. Следовательно, монарх ждал, скажу я ему или не нет про находку, раз никого из властей не поставил в известность. Учитывая эмоциональный отклик: удовлетворение, смесь какой-то осторожной радости и одновременно печаль, вероятно, промелькнула мысль об Ариане, все я сделал верно, — Ты поступил, как и должен был поступить настоящий аристо. И да, я помню слова твоей клятвы штандарту. И фразу про лживых богов тоже не забыл. По мнению мудрецов, Закат Старой Империи стал предопределен именно с того момента, когда наши предки начали безоговорочно верить небожителям, а не вышвыривать из наших реальностей неугодных и отводить другим ровно столько места, сколько они и должны занимать, — интересно, но Император переключился, — Что-то еще?

— Да, хотел предупредить, чтобы не оказалось неожиданностью, и никто тебе не донес искаженную картину. Хочу начать выкупать у тирнарцев детей аристо и просто не прошедших инициацию на их континенте. Конечно, это скользкая дорожка, проходит по краю закона, но… Но другого варианта не вижу, мне они нужны. Иначе земли Хаоса не освоить. Выкупленных освобожу от рабских оков.

— А дальше?

— Кто подходит выучу, выращу, лучшие встанут на Ледяной путь и затем войдут в Дом.

— Обязательно захвати Купель, которую должен уничтожить по заданию их руководства Раст Снежный. На тот момент это соответствовало моим планам. Сейчас многое переменилось, у тебя же будет возможность получать сильных магов… — показал Император абсолютное или близкое к таковому знание подноготной всех интриг вокруг передачи островов и тайных движений сообщества «Империя навсегда», — И да, если даже тебе не удастся сподвигнуть Первый показательный легион в поход, то ты мне ничего не должен. Самое главное, ты никого не убил из уже бывших Истинных, они мне еще пригодятся, а медалью «Настоящего хумана» можно любого остроухого или гнома запугать, — на последнюю реплику особо внимание не обратил.

Самое главное прозвучало, отсутствие откровенных эльфолюбов в рядах Совета ста полностью отвечало неким планам Императора, сам же он начал меня вплетать в свои интриги. И это уже хороший знак. Если, конечно, я где-то не ошибся.

Глава вторая

09.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

Перед Военным советом, начало которого переназначили на тринадцать часов, многие стояли на крыльце Канцелярии и дышали свежим воздухом. Кто-то дымил трубками, некоторые сигариллами и сигарами, а я в компании лэрга Турина и эрлглэрда Уолтера пил горячий прилл, его вместе со сладкими чаками и чайником доставил подавальщик из «Блеска Иратана», сейчас работник общепита стоял статуей рядом и подливал мне напиток в пиалу. Конечно, такой сервис был доступен только за звонкую монету, но на хорошее дело не жалко. Слушал спор, точнее, мини-лекцию про рациональное использование драконов на землях Хаоса.

Нет-нет и над Нижним Демморунгом, нашей его частью, раздавался тоскливый собачий вой, другие псы его подхватывали и разносили дальше. Многие обращали внимание на странное поведение животных. А дер Вирго — молодец! С миссией справлялся, главное, он поручился, что никто, в том числе эльфы и истинные вампиры, не определят воздействие на животных извне. Тиган тоже достоин награды — руководствуясь моими четкими инструкциями, отправленными ему после «выхода» из зеркала перед Советом ста, грамотно распустил слухи и исчез, теперь толпа зевак внизу на площади обсуждала на все лады леденящие душу события на землях Хаоса: «все это отговорки!», «да, не может быть!», «я тебе говорю, а мне Левон поведал, он подслушал разговор между двумя искателями!», «вот прямо-таки взяли и…», «и!», «не зря же остроухого пороли! Все беды от них!» (здесь получилось совсем красиво), «у меня душа пела», «слишком много они о себе возомнили», «Императора не обманешь! Он их всех в дугу согнет! Сразу горячих прописал!», «а я думаю, это все наш глэрд, он их насквозь видит!» (энергично размахивал руками мужик из рода Выдр, а вторил ему молодой Медведь из черноягодских).

Часто звучал лейтмотив: «страшно жить, страшно!»…

И все в таком духе.

Тревожно было толпе. Поводыри из аристократии чувствовали непонятное, и тоже начинали прислушиваться. И тоскливое: «Уууу…уууу…уууу…»… И разговоры: «Ролл говорил, чувствуют псы беду, эльфы рядом!», «хорошие хозяева под замки скотину закрывают, прячут», «поговаривают, они в столице совсем обезумели…». «Глэрд Райс тогда на Поединке богов за свою собаку шестерых остроухих прикончил, как увидел, что они с ней сотворили… даже боевые коты тем не помогли».

Я слушал спутников, одновременно наблюдал за всеми глазами Глока.

На военный совет прибыли еще четверо представителей от Истинных Великих Домов, пятый — маршал глава Первого показательного легиона, эрлглэрд Тихан глава Истинного Великого Дома Белой зыби Никоста, типичный подражатель остроухих вплоть до удлиненных ушей и соответствующей косметики, молодящийся гладковыбритый аристо лет пятидесяти на вид. Одет в эльфийском стиле. От количества и мощи артефактов пространство рядом с ним бурлило, украшений же и различных медалей — впору расширять грудь, отращивать дополнительные пальцы. Меч — кривой тарнирский, выбивался из общей картины невероятной роскоши. Да, ножны соответствовали общему стилю, но вот рукоять удобная, обычная, без всяких излишеств. Сам клинок наполнен под завязку энергией Оринуса. С ним двое сопровождающих, скорее всего, адьютанты. Оба остроухие аристо, один сразу вызывал ярость — пособник Кровавого, кинжал, полуторный меч и кольца на пальцах все от Раоноса. Он наградил меня ненавидящим взглядом, потискал рукоять бастарда. Я посмотрел на него, как на грязь, с брезгливостью замешенной на равнодушии.

Ко мне никто не спешил подходить знакомиться — те же Истинные мазнули высокомерными взорами, и на этом все. В первую очередь дружественных аристо расспросили об обстановке. Сделал себе пометку. В целом, атмосфера рабочая, многое представители межрасовой аристократии кидали в мою сторону быстрые злорадные взгляды, чувствовалось радостное предвкушение. Скорее всего, списали, именно поэтому и не налаживали контакты. Великий герцог испытывал немного тревоги, но, похоже, продолжал заключать пари.

В высокородной среде обсуждалось понижение в статусе трех Домов, экзекуция над эльфом («это неприемлемо! Как теперь на нас смотреть станут⁈», «Император сбился с курса, это все дикарь», «говорят древняя в нем кровь, но я думаю — он просто умалишенный», — такие мысли звучали часто) и заключение их под стражу вместе с эрлглэрдом, вынос тела, как и бледные лица молчаливых свидетелей всего происходившего, отказывающиеся говорить. Упоминалось и уничтожение мною остроухих в товарных количествах. «Пять Домов! Пять!». Некоторые очень сетовали об утраченном алтаре и упущенных возможностях, другие злорадствовали: «Не успел эрлглэрд Никон омолодиться, сдох бы поскорее старый кровосос». В очередной раз отметил полное пренебрежение конспирацией. Да, переговаривались тихо, некоторые даже использовали купола безмолвия, но недостаточной мощности — их с легкостью преодолевал Глок. Если к разговорам присовокупить магоэфир — то половину можно сразу в пыточные определять.

Непуганые пока. С другой стороны, чего им опасаться? Кто их мог призвать к ответу? Вот то-то и оно.

Перехватывал множество интересных сообщений, частью касавшихся и меня, но в большей мере относительно похода на земли Хаоса: «очередное имперское дерьмо, бряцанье оружием». «Архилича, конечно, нужно привлечь к ответу, одни только эльфийские Дома чего стоят, но при чем тут мы?», «пусть сами дохнут в мертвячьих землях, тут бы со своим разобраться». Службу нужно завести. Лучшее из лучших оборудование, и пусть все пишет, еще озаботиться вычленением отправителей сообщений и адресатов, «Глас Струве» при определенной сноровке позволял осуществлять такие финты благодаря тому, что мог подавлять слабее себя передатчики, перехватывать управление над ними, но приходилось извращаться…

Советы меня начали раздражать, понятно, что ни о какой потере времени речи не шло, задачи я с помощью них решал такие, какие при иных обстоятельствах провернуть невозможно. Но прана вот-вот готова была заполнить хранилище брони, после хлынуть стремительным потоком в мой сосуд, в итоге ожидал не самые приятные моменты, учитывая, что один раз такое уже проходил. Впрочем, теперь сбрасывать жизненную энергию мог, но хотелось с пользой ее пережигать — в тренировках или в боях, закреплять результат вновь драконьим мясом (сердцами), еще и к зельеварам нужно зайти, как и к артефакторам. Не зря же я получил превеликое множество рецептов по укреплению тела, улучшению способностей манипулирования праной, и какие для этого требовались ингредиенты. Еще из важного, выкроить время и посетить коллекционера из Верхнего Демморунга, членский билет его салона у меня был с собой. Ванесса ждала отмашки, Кром в Черноягодье… Добраться до пиратского поселка, но сначала забрать из тайника рюкзак, оставленный на землях перед уничтожением горы с гарпиями. Опять же неррит, дер Ингертос… Реальная инспекция и проверка обороноспособности Стены.

Еще, чем дольше размышлял, тем больше крепла уверенность — даже один легион на данном этапе избыточен. С другой стороны, боеспособный взращивался не меньше трех лет. А там… Там уже понадобится. Дикие города требовали жесткой руки. Иначе можно было позабыть о целях.

Перед военным советом успел встретиться с лэргом Триопом главой Дома Серых Драконов, которого подвел и представил мне великий герцог. Общались при нем и только по делу. В целом, жилистый невысокий смуглый аристо, с лицом, будто вырезанным из дерева и невероятной синевы глазами, антипатии не вызывал. Отметил знак Ситруса, вытатуированный за ухом. Похоже, весь их Дом в едином порыве поклонялся подлому деду. Здесь же в Канцелярии, благо бюрократы не чинили нам препон, наоборот, превратились в реактивных помощников, заключили договор на поставку тридцати ящеров — пятнадцать через год, а следующая партия через полтора (настаивал на сокращении сроков именно Триоп, руководствуясь своими планами и мыслями), как и он поклялся, что ни его подопечные, ни он сам не будут пытаться навредить Сумеречным, если я не начну войну первым. Тот хотел получить двусторонние обязательства, но в итоге мне удалось продавить свою позицию. Горе побежденным, а не победителям. Тем паче, не я первым на них напал. Понятно, что воду мутил Ситрус на момент зарождения конфликта, но мне было как-то все равно. Почитатели? Отвечайте за покровителя.

Однако подсластил горькую пилюлю возможным сотрудничеством в будущем, когда станут понятны объемы добываемой роски и шляпника, пообещал его кандидатуру в качестве покупателя рассмотреть в первую очередь. Еще Серых драконов интересовали поставки трав, ингредиентов животного происхождения и некоторых видов рыбы, которые чаще добывали мирные гоблы, они требовались для взращивания сильных ящеров. Пообещал посодействовать в данном вопросе.

Наконец, всех пригласили пройти на свои места.

Ожидал, что придется кого-нибудь выкинуть из центра стола, где занял место по праву силы и крови, но никто не спешил претендовать на него, как и кроме Истинных не осмелился занять места за практически пустым столом. Разумных набилось столько, что многим и многим приходилось стоять. Лэрг Турин тоже оказался в массовке.

За пять минут виночерпии и подавальщики разнесли позолоченную посуду всем присутствующим.

— Традиционно поднимем кубки за здоровье Императора, да будет править он вечно! — объявил глашатай.

— Будет! — слитное.

Порадовало, что мои средства обнаружения четко и точно сигнализировали об яде в напитке. Впрочем, умение от гадюк показывало, что он может быть с легкостью нейтрализован. Вполне возможно, имелся и еще один — неопределяемый, и когда жертва, уверенная в своих силах, глотала «безопасную» жижу, то вступал в игру именно второй.

Чуть меньше половины присутствующих смотрели завороженно, как я мерно пил. На лицах менялись гримасы, от злорадного предвкушения до полного краха мечт. Запоминал всех. Когда перевернул кубок, впечатывая его в столешницу, показывая, что напиток выпит полностью, пронесся эмоциональный стон разочарования. Зато герцог, несмотря на скорбную гримасу, едва не отплясывал в душе.

— Понравилось ли тебе вино? — спросил, сидящей слева от меня тайный поклонник эльфолюбов. И улыбнулся в тридцать два, вид же такой, будто пытался на цыпочках заглянуть поверх высокого забора.

— Вино отличное, вкус отменный, чуть терпкий, а букет, этот букет… ммм… — ответил ему, смотря как курился дымок от столешницы там, куда попали капли яда. Это что, я кислоту сейчас хапнул? — Даже непонятно отчего в народе ходят слухи о довольно неприятных побочных эффектах.

— Это каких? — ожидаемо заинтересовался непрошенный собеседник.

— Поговаривают, обычно виночерпии и подавальщики умирают после перенесенных страшнейших пыток, порой поднимаются из мертвых, чтобы поведать всем о прошлой неправедной жизни, а те, кто с ними контактировал проваливаются в ямы с лирнийскими слизнями. И ладно бы одни, так ведь со всеми родственниками. Вот думаю, лживые ли это утверждения или истинны? Как считаешь? — вновь перевел взгляд на дымок.

— Думаю, думаю все это досужие домыслы, — смешался, бледнея тот.

— Да? Хорошо бы… хорошо… и, знаешь, лучше бы мне стало известно, кто приготовил столь замечательный напиток сразу, а то… Вот ты любишь своих детей? Жен? Отца? Маму и дедушку? Племянников? — и безмятежно улыбнулся.

Визави, учитывая то, что узнал про меня, только теперь осознал с каким он начал играть огнем. А руки уже обжигало. До него дошло, что это в столице они могли улыбаться и не рассчитывать, что несоразмерная ответка прилетит сразу, и такая… Их правил здесь не существовало.

— Люблю, — быстро кивнул тот.

— Вот и подумай, стоит ли винодел их жизней? Ведь даже клятвы на крови не помогут сохранить тайну… От себя, гарантирую, что от моих рук твои близкие не пострадают, как и ты сам. Более того, я никому не собираюсь раскрывать, что именно ты мне дал нить… Поэтому можешь написать на столешнице пальцем имена. От кого ты узнал про яд, и кого ты подозреваешь. Именно ты. И я пойду с вопросами о побочных эффектах уже к ним. Подумай… Времени тебе до конца Совета. И да, Империя несмотря на гигантские размеры порой становится тесной, а Гратис близким-близким, — и вновь улыбнулся ободряюще. Поклонник эльфолюбов сглотнул.

Вышел первый оратор, завел монотонную речь о величии Империи. Я же вновь начал вглядываться в лица. Военный совет равнялся балагану, вызывая у меня очередную волну раздражения, чтобы погасить ее, пришлось даже прикладывать усилия. А так, еще бы «тайным» или «секретным» его обозначили. Журналисты фиксировали событие, Император скучал, но вид делал невозмутимый и внимательный. Присутствовали все вчерашние фигуранты, как и появились дополнительные люди и нелюди, обновился состав Ордена Трех Святых. Вместо убитого мною правдоборца появился эдакий настоящий инквизитор, высокий, бледный изможденный, такими в сериалах обычно рисовали фанатиков. Не хватало дров и факела у него в руках. Он постоянно промокал платком лоб, нос, щеки и шею. Вроде бы худой, как щепка, а потел, что тот конь. Интересно. Какой-нибудь внутренний огонь пожирал его?

Лэрг Турин по закрытой связи рассказывал мне коротко и емко об участниках, которые вызывали мой интерес.

Я размышлял, в принципе можно было не проезжаться по Первому показательному. Однако именно смена элит входила в мои планы. Вообще, многие механизмы старой Империи были переложены бездумно на новую. Если там все работало, так как она пришла в тех циклопических размерах к ним эволюционным путем, то насильное насаждение чаще рождало бардак и анархию. Например, Первый показательный по факту подчинялся только их маршалу (единственный в ВС, кто имел такое звание) и больше никому, сложная же система сдержек и противовесов в виде клятв, наблюдения за всеми Истинными, работавшая прежде, сбоила, как и везде. Желающих призвать к ответу эту структуру, превратившуюся в парад тщеславия, не находилось.

Заставить выступить их просто, если руководствоваться законами Империи и уставами этого же легиона. Однако здесь в игру вступал опять же человеческий фактор. За столетия в составе этого легиона напрочь укрепился весь цвет Империи, ее элита, и все прошли через него. Эдакий закрытый клуб по интересам. И никто в здравом уме не стал бы призывать их к чему-то, апеллируя к нормативным документам.

То есть, Императору всего лишь требовался камикадзе из Истинных, а больше никто не мог обратить внимание на вопиющее небрежение и нарушение Кодексов, ораторские же способности играли последнюю роль — главное, призвать прилюдно, указать на нарушения. Все.

Старый состав не мог такого себе позволить в силу объективных причин — связи, семьи и просто желание жить. Для меня же это было легко — пока никаких отношений. Что же до врагов? Все эти легионеры практически уже входили в их стройные ряды. У меня не имелось никаких экономических и политических связей, мне было безразлично на их одобрение или порицание, поэтому… поэтому легко.

Что получал я? Отнюдь не какие-то артефакты, пусть и Иммерса.

А так, на Совете царили бравурные настроения, порой раздавались смешки гномов, эльфов и подхихикивающих им аристо. Я же занимался, кроме подслушивания, вычленением адептов и послушников Кровавого, которых здесь хватало. Только на крыле предназначенном для аристо определил четверых. Еще пятерка среди нелюдей и хуманов.

Через полтора часа начали подводить первые итоги.

Двадцать второй и Тридцать первый легионы (самые малочисленные и плохоподготовленные (характеристика лэрга)), усиленные дополнительно пятерками боевых звезд истинных магов (отчасти адреналиновые наркоманы с возможностью эвакуации в любой момент). Штрафные: Седьмой, который находился частично в Черноягодье, а часть сил в Демморунге, к нему добавлялся Второй (голимое мясо без курса роски). Драконы, понятно, непосредственно в зоне боевых действий отпадали. Одиннадцатый ударный десантный, который хотели задействовать при захвате островов Охлана, не упоминался (Турин выяснил, что его будут использовать в другой операции).

От Аринора полк под моим чутким руководством, союзные королевства тоже озаботились прислать тысячу отморозков пеших и конных, которые, видимо, всем мешали и их нужно было срочно утилизировать. Эльфы готовы были поставить в строй четыре сотни лучников и егерей, гномы — треть хирда Хрустальной горы, то есть около семи сотен разумных, вооруженных карамультуками, алебардами и щитами, при поддержке десятка слышащих горы. Из них две сотни — конница или козлятница, учитывая, видовую принадлежность ездовых животных.

Когда состав был определен, начались прения по срокам. Постановили дату старта — через месяц и десять дней с текущего дня от Черноягодья, где и происходил общий сбор. Кампания должна завершиться до длинной сумеречной ночи. Если войска не успевали вернуться своим ходом, то приданные маги-портальщики должны были создать телепорты из пограничной области с мертвыми землями. Задача простая — добраться, убить всех приспешников Винсента Шумара, засевших в некой цитадели, его самого в обязательном порядке, сжечь и разрушить все там, по возможности, ограбить и вернуться.

Затем взялись высказываться. Начали с Истинных. Каждый гордился, верил в победу, желал удачи участникам и, вообще… Говорили с места.

— Глэрд Райс, — дошла очередь и до меня, — Ты как владетель приграничных территорий и аристо, который недавно вернулся с земель Хаоса, что скажешь?

Я встал, мог перенестись, но неспешно обошел по кругу стол, за мной наблюдали. Затем остановился в центре между крыльями, явил штандарт, воткнул его в пол рядом с собой. Глаза дракона предвкушающе замерцали багряным огнем. Иногда к ним присоединился синий черепа. Кое-кто поежился непроизвольно. Вспомнили вчерашнее.

— «Только лучшие из лучших будут служить здесь, ибо предстоит им защищать сам символ Империи, ее сердце, оберегать их от любых враждебных посягательств…». «Если мы не сможем отомстить или наша присяга будет нарушена, то по пусть позор покроет наши чела, имена предадут забвению». Знакомы ли кому-то эти строки? — обвел взглядом всех, надолго остановился на маршале эрлглэрде Тихане главе Истинного Великого Дома Белой зыби Никоста, — Похоже, нет. Что же… Горечью преисполнилось у меня на душе. Я вам процитировал основополагающие принципы, на базе которых и был создан Первый показательный легион. Указал на его предназначение. Его главную цель! Император, Истинные, обращаюсь к вам официально, в первую очередь я предлагаю расформировать этот легион, признать его позорным, вычеркнуть из реестров. А всех, кто на момент нападения на столицу числился в штате, отправить в штрафные легионы, которые и выдвинутся на земли Хаоса. Послать туда не взирая на возраст и древность крови, в чине — обычный пехотинец-легионер, дабы кровью смыли позор. Все штандарты и символы с наградами утопить в яме с лирнийскими слизнями, которых затем умертвить, а сверху насыпать курган из мусора, навоза и нечистот. И объявить это место злокозненно-проклятым! И чтобы каждый проходящий плевал в него! — стало тихо-тихо.

— Ты! — попытался взреветь глава Первого показательного, но с ним сыграло злую шутку то, что, подражая голосам эльфов, идиоты шли на переделки, в результате, сейчас вышло пискляво, по-бабьи.

— Я! — рыкнул в ответ. Не тебе со мной тягаться в оре, — Специально для тех, кто идиот или не в курсе, что произошло совсем недавно. Расскажу подоплеку событий. Пострадала семья Императора — нашего символа! Столица — сердце Империи в руинах! Многие Дома в том числе и великие потеряли не только членов, но и глав! Где был Первый показательный, сама цель существования которого защита Великого Арса, правителя и его семьи⁈ Почему он сейчас не рвется в бой⁈ Почему ты отмалчиваешься⁈ Прячешь подлые глазенки⁈ Почему яростью не закипает кровь в ваших венах, готовая огнем затопить всех врагов Империи⁈ Сжечь их к Эйдену! Нет… «Лучшие из лучших»… И я скажу так, как глава Истинного Великого Дома, настоящая опора Империи, которая должна стоять на ста нерушимых столпах. Если вы хотите создать потешные полки, над боеготовностью которых смеются даже убогие гоблы — пожалуйста. Выкупите в столице какой-нибудь парк за свой счет, маршируйте в золотых галунах и панталонах, учредите свои звания. Например, Алмазный барабанщик или Урожденный золотой флейтист, Рубиновый игрун на эльфийской дудке или Брильянтовый несун знамен… Купите разных забавных зверюшек, лирнийских хомяков там, ирийских слоников и обезьянок чин-чинов, и вместе с остроухими бродите по лужайкам, играйте на лютнях, лазьте по деревьям, кидайтесь в друг друга гнилыми фруктами и дерьмом, бейтесь на палках, гадьте в кустах и сочиняйте сонеты… Гномики пусть кувыркаются и ходят по канату в балетных пачках… Ублажайте дам и нелюдей, веселите их… Никто не мешает. Вы же проделывали это все за счет Империи! Жировали, хвастались друг перед другом незаслуженными наградами! Имперскими! И когда вы ей потребовались… Где вы были⁈ Почему какой-то дергимрос смог натворить столько бед⁈ Почему вы сразу не пленили его и не предали очищающему огню⁈ А затем не схватили за тонкое горло архилича, не вырвали ему кадык⁈ Не наградили доброй суровой сталью⁈ Вы обгадились! И теперь, когда пришло время исправления ошибок и мести, мести лютой, мести беспощадной, вы сидите, и будто вас ничего не касается! Зачем вы Империи⁈ Можешь внятно ответить не только мне, но и Императору, Совету ста и другим честным аристо⁈

Вот так, перед фактом тебя. И попробуй откажись, даже подчиненные не поймут. Как у них ноздри зараздувались, кулаки сжимались и разжимались, ярость бессильная, злоба и ненависть — точка приложения глэрд Райс.

Думал тот с минуту. Наконец заговорил, нашелся.

— До меня еще не дошло слово, и я, несмотря на разные обвинения, частью заслуженные и только поэтому я не вызываю глэрда на Поединок чести, — ага-ага, Ариан тебе свидетель, — объявляю своей волей, что Первый показательный выступит в полном составе, и мы пройдем и покажем всем и каждому, что значат лучшие воины Империи! Эн-на! — и представители первого показательного подхватили последнее.

Выхватили мечи, потрясали ими со злобными рожами.

Вот, что говорить о других, если считающиеся образцово-показательными орали немного переделанный эльфийский клич: «энна-ха!».

Когда восторги стихли, я досадливо покачал головой, состроил презрительную гримасу, посмотрел в глаза черепу на штандарте.

— Маршал, если ты не знал, то настоящие имперцы не выкрикивают тонко разные непотребства, они не лают по-собачьи, не чирикают по-птичьи, Империя с рокотом ревет: аррас!

И острие меча к потолку.

Учитывая, что монарх поддержал, мгновенно вскочив с трона, то все взялись исполнять. Пришлось и остроухому предводителю пижонов повторить.

Так-то.

Когда клич стих:

— Что же, я не сомневался в Первом показательном легионе и верности его долгу. И я уверен, что ошибки допущенные ранее, будут исправлены, а злобная нежить падет под неумолимыми мечами элиты нашего государства. И свершится их месть. И раз эта проблема решена, то, глэрд Райс, переходи к сути, по походу, — вновь дал мне слово Император.

— Что же, говорить буду прямо. Прилюдно. О плохом. Ибо вижу много зла вокруг, и глаза закрывать не могу. Хранители не дремлют и наблюдают за каждым нашим деянием! — потряс штандартом, — И кровь наша горит! Раз те, кому велит сам долг, решили наконец о нем вспомнить, то теперь пришел черед поговорить о главных виновниках случившейся трагедии. Отчего-то их родичи и соплеменники мало того, что отмалчиваются, еще и хихикают подло по углам, прикрывая ладошками изящные ротики, шевелят ушками; другие теребят редкие бороденки, в которых прячутся вши. Вши их страхов, вши их ужасов и вши же их извращенных мечт и таких же желаний… И третьи, тискают тряпочки, пропитанные слизью с мумий, — в этот момент орденец промокнул вновь лоб и щеки платком, — Вдыхают блевотный аромат, от которого дуреют, погружаясь в фантазии и видения, которые нормальный человек счел бы безумными. И вполне возможно, все они, — обвел указательным пальцем с четками неопределенную общность, — Вынашивают новые паскудные планы… Планы по-настоящему мерзкие, подлые, с честью и доблестью несовместимые! Потому что они своими действиями показали — эти слова, и уж тем паче понятия, для них незнакомы! — покачал головой, — Не знакомы! И да, я сейчас веду речь о некоторых эльфах, гномах и орденцах, которых зачем-то, пусть и от великой милости, пригласили на наш настоящий Военный Совет, где решаются судьбы мира сего. Дозволили присутствовать, а между тем…

Шум, гам, тихие шепотки: «как он посмел», «немыслимо», «это оскорбление», «он совсем страх потерял», «куда Император смотрит»…

Не обращая внимания, продолжил:

— Я долго думал, что нужно сделать, чтобы архилич, для которого допустимы любые бесчинства, пытки, мерзейшие ритуалы по отношению к живым, назвал кого-то из них «извращенцами»… И не находил ответа. Но мысли окончательно сложились, когда с утра шел на Совет, услышал народную молву. Люди в Северной крепости переполошились, узнав о делегации из столицы, прячут теперь по будкам собак. Свиней и коз закрывают под замки! Особенно, когда видят столичных и лесных эльфов, как и аристо, которые подражают им! Раонос везде пустил корни, не зря ведь по всему Демморунгу псы тоскливо воют… Натерпелись в свое время! — тишина, в которой раздался чей-то восклик: «теперь мне все ясно», — Я пришел к одному выводу. Вероятней всего, представители упомянутых архиличем народностей, обманом заманили Шумара в темные и мрачные подземелья, сковали его, а после цинично над ним надругались… Вполне возможно, процесс длился не один день, и даже не один месяц. Представьте картину… Голые эльфы, гномы, орденцы измазанные в крови и нечистотах, совершают свои грязные обряды во славу Раоноса, отплясывают и скачут, потрясая копьями, как дикари, вокруг прикованного коленопреклоненного Винсента, а по стенам мечутся тени от чадящих факелов и их фигур. Неразумные же прыгают, орут нечто нечленораздельное и хохочут! Постоянно дико хохочут! И безмолвный крик ужаса от архилича разносится по окрестностям! Но тяжелые камни не дают пробиться и звуку. И вновь злобный мерзкий смех, и такое же хихиканье!

Помолчал, давая проникнуться картинами.

— Меня от такого жуть берет! Меня! — потыкал указательным пальцем себе в грудь, — Того, кто смело смотрел на морду Высшего призрачного Жнеца Хаоса или в глаза Воплощения гнева Великой Архи… Что говорить, если даже их господин Раонос Кровавый не выдержал моего тяжелого сурового взгляда, призывающего к ответу, и начал он причитать: «Я не боюсь тебя, глэрд Райс! Не боюсь! Я не дрожу!». Клянусь кровью, что все так и было! — ага, выдохнули, глазки округлили. Но все почитатели оказались или со стальными нервами, или уже запуганными сильнее, чем оказывал влияние на них божок, как я не ждал, никто из них не бросился на меня, не выказал агрессии. Жаль, — А здесь у меня мороз по коже! И ничего нет удивительного в том, что даже такая бездушная тварь, как архилич, обезумела от бесчеловечных издевательств. Да, у него все жизненные принципы были попраны и снесены напрочь! Снесены до основания, как ветхая лачуга ураганом, приходящим осенью со Студеного моря! Ураганом пагубных страстей Раоноса! У Шумара, подхваченный этим порывом, улетел к Эйдену базовый инстинкт самосохранения! В результате он бросил вызов всей Империи, а земли Хаоса объявил своей вотчиной!

«Не может быть», «а я-то думал», «тоже слышал, чернь болтала»…

Раена открыла рот, осознавая услышанное, а затем, так и не закрыв его, застрочила в блокнот с пулеметной скоростью. Даже Император опешил. И судя по эмоциональному фону и взглядам на нелюдей, он начал прозревать и что-то подозревать.

— Да, это немыслимое для обычного человека, для настоящих аристо, для добрых нелюдей. Но ведь речь идет не о них… Ибо когда я вижу, чем и как занимаются, каким страстям предаются некоторые эльфы и приближенные к ним аристо, прибыв к нам на земли Хаоса, то у меня возникает ощущение, что женщины в Великом Арсе и на Великом же Халде закончились, вымерли. Мало нам своих чудовищ… Возникает справедливый вопрос, за какие грехи сюда привезли эту стаю голодных остроухих обезьян и разбавили ее дикими папуасами? Выгрузили их из трюмов кораблей, сказав делайте, что хотите, оставили на берегу. Они же вприпрыжку побежали с радостными криками и гиганьем в пампасы и, как маленькие дети, стали тыкать палками во все, что видят. А ведь при жизни Винсент Шумар, был не только славный достойный аристо, но и почитал Оринуса, больше, чем Верховного.

— Откуда тебе известно столько про архилича? — последовал закономерный вопрос от Императора в абсолютной тишине.

— Поведали Кронос и Ситрус. Так вот, при жизни, до погружения во Тьму, Винсент был честен, он соблюдал все заветы Однорога. По ним, извращенцами можно называть только за противоестественные связи. Поэтому каждый пусть подумает своей головой! Своей, а не чужой о первопричинах паскудства! — помолчал, сделал тон зловеще-подозрительным, — Но, Император, Истинные, Эйден бы с ними, другая мысль не дает мне покоя. Смотрите… Ладно, надругались над сильнейшим мертвым колдуном, потешили Раоноса. Так почему вы, — неожиданно ткнул, пальцем в ближайшего степенного и раздувшегося от важности гнома в кирасе из черного серебра, мгновенно оказываясь рядом с ним, — Совершив безумное насилие, не уничтожили его на месте⁈ Наоборот, вы его разозлили до красной пелены перед глазами, раззадорили, пробудили все черное в жалких остатках его души, свели с ума, а затем выпустили на свободу! Зачем⁈ Зачем вы это сделали⁈ — коротышка открывал и закрывал беззвучно рот, таких нападок он не ожидал, — А вот мне думается, почтенные, они специально это затеяли, решили навалить кучу дерьма перед порогом Империи, нагадить в ее сердце и душу, и, к превеликому сожалению, при попустительстве Первого показательного, их злобный замысел удался в полной мере! И подозреваю, озверевшему архиличу мало уже совершенного, он теперь носится по лесам и весям, думая, где бы еще опаскудить труды честных аристо! А виновники… виновники хихикают! Как на празднике Плодородия!

Загомонили все. Но я властно поднял вверх руку, призывая к молчанию.

— И предлагаю архилича не уничтожать! Нет, — покачал отрицательно головой, — Это слишком просто… И мы не отомстим виновникам! Нужно поймать гадину и перебросить вместе с учениками, костяными драконами и прочими прелестями в виде тех же цветов Тьмы и Хаоса в дом к эльфам, к гномам или орденцам! Пусть они сами пожинают плоды своих извращений! Так что вы сделали с Винсентом, гноме⁈ — и сделав рык как с божками, — Отвечай!

— Я не знаю… — уступая напору, выдавил из себя тот.

— Он не знает! — патетически воскликнул я, едва досадливо не сплевывая в сторону, — Половина нашей столицы в руинах, а никто ничего не знает! Но у нас хорошо хоть Первый показательный очнулся! Сколько кланов канули в лету⁈ Сколько ваших там полегло⁈.. Он не знает… И что сделали гномы, которые часто повторяют за аристо, что от поступи их хирдов дрожит сама твердь? Они направили жалкую его треть в поход… Учитывая такие силы, присланные подгорными королями, думаю, не место здесь бородатым карликам, которые как оказалось, выродились и теперь ущербны во всем, даже для мести лучшим из лучших братьев и сестер, собрали треть завшивленного паршивого хирда, которого против банды мроков выпускать страшно… Те их сожрут! Воины! С них перхоть и песок сыпется, говорят, у каждого второго слабоумие!.. Горестно мне. Горестно! Прошли те времена, когда Дарг Лысый вывел их пятьдесят, огнем и мечом прошел по землям паскуд, всего лишь за третьего племянника. Тогда все знали, подгорный народ лучше не трогать. Не оскорблять. А сейчас их можно кланами вырезать, и никто не почешется. Жалкая треть хирда… зато потом, когда мы вернемся с победой, потому мы Империя и аристо, они будут стучать себя в грудь и говорить, мы там участвовали! Мы — герои… Хорошо, если половина этих стариков по дороге не сдохнет вместе с их дряхлыми козлами, другую придется тащить на себе… А когда мы захватим еще и Заповедную чащу Тайгра и Великие копи Дергаласта — чтобы два раза не ходить, будут претендовать на долю, — ввернул мифы, а может и нет, об Эльдорадо, — Я думаю, стоит их всех выгнать с позором уже на первом этапе, эти жалкие силы не стоят сотрясания воздуха и времени потраченного на их упоминание, дабы не плодить потом распри. Так захватим все сами, и пусть они затем бессильно кусают свои жирные грязные локти! А мы перебросим им их же хитрую лютую тварь — Винсента с присными! Пусть сами ее побеждают! И посмотрим…

— Ты хочешь сказать, что… — неожиданно взревел нелюдь, в которого я тыкал черепом на четках.

— Я не хочу сказать, я говорю! — не тебе со мной тягаться гномик, не знаю о чем он хотел поведать, но я продолжал гнуть свою линию, — Тебе должно быть стыдно! Ты должен свои лживые трусливые глазки бояться поднять, а уж тем более не смотреть в мои честные, пылающие праведным гневом! Империя дала вам все! Чего не коснись! Даже верных ваших спутников — боевых козлов, которые у вас в походе считаются и другом, и женой, и братом! Не так ли гласит ваша поговорка, поэтому заботиться о них нужно надлежаще⁈ Это мы их нашли в одном из миров, забрали, развели и отдали вам. Империя, в щедрости своей, подарила вам настоящую полную семью! Почти каждому! А вы, суки, на нее плюнули, когда взялись пакостить нам, натравливать злобных сильнейших тварюг, совершая с ними немыслимое… Это надо же архилича!.. Вдумайтесь! — поднял указательный палец, потрясая им, — Архилича! Да, как вам такое в головы-то пришло⁈ Ты понимаешь, гном, что в результате ваших перфомансов, Винсент, по словам Ситруса, прошел Возвышение⁈.. Читай по губам, «Возвышение»! А ты — треть хирда! Сожги их здесь! Не плоди мертвечину там! Иначе не будет у них посмертия!

Тишина, осознание

Теперь поговорим об остроухих, ведь это была лишь мягкая прелюдия…

— Император, Истинные, уважаемые члены Военного совета! — высокий эльф втиснулся в паузу, — Мы просим перерыва, чтобы проконсультироваться с нашими правителями! — сука умная и хитрая. Похоже, все мои заготовки накрылись медным тазом. Впрочем, не последний совет.

— И мы! — поднялся другой гном, — О некоторых важных деталях короли не знали, когда принимали решение. Сейчас мы их до них доведем.

Почитатели мумий тоже выступили единогласно, монарх подумал и высказался:

— Да, будет так! Продолжение через час… Но прежде скажу, глэрд Райс, нужно тщательно во всем разобраться, а не рубить с плеча. Я знаю, что если у других аристо кровь горит, то твоя пылает безмерно ярко, ты совершил множество подвигов, о которых другие помыслить не могли и не могут, но, как Император, приказываю тебе, даже если ты сможешь поймать Винсента, не надо нашим добрым соседям и союзникам перебрасывать это зло! Как говорил тебе Кронос — убей его!

— Империя навсегда! — принимая приказ отчеканил злобно я, склоняя голову, долбя в грудь кулаком и обводя всех с ненавистью во взоре, — Но видят боги…

— Глэрд, — перебил правитель с отеческими интонациями в голосе, — уже не так важно кто виноват в истоках беды, пусть там были эльфы, гномы и орденцы, да, даже аристо, все они, ты правильно отметил, явные почитатели Раоноса, его же мерзкий культ запрещен. И я уверен, что никто из сидящих в этом зале не ведал о подобных бесчинствах, как и не желал такого исхода, — энергично кивать взялись через одного, — Скорее всего, это были некие изгои, которые попытались отравить всем жизнь, поссорить нас. Вспомни, вчера ведь именно они проникли под купол во время вашего честного поединка с глэрдом Арианом. Нам важно сейчас всем вместе остановить злобную тварь! Ибо, если сегодня Шумар нанес удар в Сердце Империи, то кто сказал, что завтра он не поступит подобным образом с подгорным народом? С Великим лесом, Темными чащобами и Зелеными островами? Более того, и обычные людские королевства в опасности…

Распахнулась дверь, забежал молодой аристо с перекошенным лицом, рухнул перед троном на колено:

— Император, срочные вести! — и тут же над ними опустился мощнейший купол безмолвия, непрозрачный. Через минуту он пропал, монарх с мрачным выражением на лице, полностью отключив каким-то образом эмоциональный фон, проговорил:

— Прежде, чем начнется перерыв, хочу сделать важное объявление. Архилич Винсент Шумар, Покоритель Драконов вновь нанес подлый удар нам в спину. Атаковал сразу в четырех местах. На сей раз его целью стала не только Империя, но и пострадали эльфы, гномы и Орден…

Глава третья

09.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

Военный совет завершался, на часах почти восемнадцать часов. Сработав ломом, я больше никому не требовался, как, собственно, и полагал. Впрочем, меня это не останавливало, поэтому часто с хмурым выражением на лице глубокомысленно изрекал к месту и не совсем, но чтобы слышали многие: «а я говорил», «ничего другого и не ожидалось», «обиженная тварь не успокоится, пока мы ее не убьем», «мертвые неутомимы и деятельны, это так же верно, как и то, что они не потеют», «посеявший ветер, пожнет бурю». А мои дичайшие нарративы овладевали умами у все большего количества присутствующих, когда начал обвинять до антракта во всех грехах некие злые силы там, а затем «плавно» все переложил на присутствующих.

От нормальных разумных, пусть и бывших в меньшинстве, нет-нет и прилетали в сторону нелюдей, подражающим им аристо и орденцев эмоции в виде концентрированных лучей злости, иногда присутствовала незамутненная ненависть, реже чувства сравнимые с возникающими у посетителей кунсткамеры: брезгливость, замешанная на отголосках неких страхов и безмерного любопытства. Эльфы с приспешниками, гномы и почитатели мумий старались выглядеть невозмутимо, держаться с достоинством.

Часто звучали приблизительно одинаковые едва слышные шепотки: «доигрались со своим Раоносом», «зачем, зачем они его разозлили?», «этот Шумар теперь в любом месте может нанести удар», «пока не ликвидируем угрозу — все в опасности!», «ладно остроухие и гномы, но мы-то при чем?», «глэрд Райс прав, просто так архиличи с ума не сходят», «видимо, знали что-то древние, раз не допускали подобного».

Бояться имелись все основания.

Винсент совсем пошел в отвяз и врезал со всей своей темной обиженностью по Гронхильду — лучшему курортному городу Империи. Опять пострадал пригород с самыми богатыми и именитыми. До некроголема на этот раз дело не дошло, но пятно Тьмы и Хаоса образовалось, уничтожив сразу всех, кроме аристо, последних затем добили мертвецы. Их в свою очередь раскатал в блин местный гарнизон. Так же пострадала столица лесных светлых эльфов — Великий Андарэл. Здесь архилич действовал более изощрено, он атаковал непосредственно правительственный дворец, где верхушка чудом осталась жива, пусть и проредил он ее основательно. Почерк тот же — открытие портала, заброска Цветка, затем в игру вступали банды высокоуровневой нежити. Нападению подвергся и Иннасторг — подгорный оплот гномов, часть правящего клана умерла в первые секунды, остальные выжили благодаря мощнейшим артефактам и сильнейшим магам из аристо, Шумар не оставил без внимания и Орден Трех Святых, на месте пограничного Ранхельда — одного из открытых для связи с внешним миром городов почитателей мумий, где концентрировались дипломатические и торговые миссии, образовалось опять же сплошное пятно, а пара сотен высокопоставленных аристо, которые там проживали, уничтожены поголовно. Цвет коммуникабельных фанатиков отправился к Маре в полном составе, как и посольства многочисленных королевств людей и нелюдей.

Все диверсии произошли фактически одновременно.

Точное количество жертв пока было неизвестно, но ясно одно, они исчислялись тысячами и тысячами. И главное, пострадали опять лучшие из лучших, элита из элит нашего и их государств. Везде мертвая тварь оставляла каменные плиты с посланиями, навроде: «Трепещите смертные! Клятвопреступники!», у эльфов, гномов и орденцев приписка: «грязные извращенцы» и обязательно подпись, подтверждающая авторство теракта.

О том, какой ящик Пандоры я открыл, не размышлял. Да и не открывал его, по большому счету, даже в последнюю Закатную войну такую тактику использовали обе стороны. Просто за долгие десятилетия спокойной жизни службы, отвечающие за невозможность открытия сторонних порталов извне на территориях поселений (исключения — места наподобие Демморунга), либо отсутствовали вовсе, ограничившись редкими проверками и реагированием по факту, либо выполняли свои функции спустя рукава. Чем и воспользовалась продвинутая нежить. С дворцами сложнее, там при нападении были использованы некие древние артефакты, которые взламывали многослойную защиту, а затем следовала молниеносная атака.

Однако такие финты в ближайшее время вряд ли снова сработают. Всех подняли в ружье, непричастных наказали, а виновных наградили. Оговорюсь, у меня другая ситуация, фактор проверок и противоборства не учитывался даже на стадии планирования, так как отсутствовал в принципе — императорский внук и сын никем не контролировались, что я выяснил из допросов. Использовал же не сторонний портал, а их собственный.

Во время обсуждения внимательно наблюдал за всеми, считывал эмоциональный фон, отслеживал мимику и жесты, пытаясь понять, кто использовал мертвого во всех смыслах колдуна, если виновник, конечно, присутствовал среди заседающих.

Кому, как не мне было известно, что Винсент давно пребывал во Тьме. Наш правитель, после беседы с гонцом, использовал некую способность, полностью закрывающую любые проявления чувств. Конечно, вполне возможно, это именно он под шумок расправлялся с мешающими ему силами, другие заставлял действовать согласно замыслам, но не следовало сбрасывать со счетов и некую третью сторону — тайных сообществ в Империи имелось огромное количество. И вряд ли все они находились под контролем. А еще эльфы, гномы, орденцы… Конкуренция в их среде тоже царила жесточайшая. И выгодополучателей, навскидку, огромное количество, при этом с запредельными возможностями.

Меня интересовали не причины и последствия терактов — даже для их поверхностного понимания слишком мало информации, главный вопрос: устроители диверсий думали о невозможности допроса архилича в силу специфики его агрегатного состояния или же знали, что он давно покинул Аргасс, поэтому не сможет в любом случае пролить свет истины на произошедшие события? Если последнее, то… то их нужно срочно вычислять и зачищать. Всех под ноль. Хорошие или плохие — плевать. Ставки на кону дикие.

С Императором сложнее. Если тому была известна реальная подноготная — моя жизнь не стоила и гнутого медяка. И дышал я ровно до того момента, пока не выполню некую миссию, после которой меня уничтожит монарх в обязательном порядке и с особой жестокостью. Отмечу, что речь шла о гипотетическом задании чрезвычайной необходимости и важности, ведь оно пока перевешивало пролитую мной кровь семьи правителя. На Аргассе это не пустой звук, это одна из движущих сил, чего никогда забывать не стоило.

Пути отхода до конца не продуманы, не проработаны, соломки подстелено мало…

С другой стороны, время имелось.

В целом, вряд ли и Император бессмертный.

Конечно, большинство умозаключений всего лишь предположения, но лучше всегда иметь планы на самые худшие варианты развития событий, и никогда ими не воспользоваться, чем не иметь.

Еще перерыв показал, рано я записал военный совет в бескровные, конечно, если не брать во внимание утренний — Ста, считая его отдельным. Глок продемонстрировал мне небольшой переполох в хозяйственных помещениях, там находился рядом с трупом подавальщика знакомый мне дознаватель эрин Доминик Хран, которому я передал бандитов, отметившихся в Демморунге и захваченных в рейде. Вручивший мне кубок слуга скоропостижно скончался, поскользнувшись на лестнице и свернув себе шею. О чем и поведал следователь, когда мы с лэргом оказались на месте событий. Учитывая, что Турин находился на службе, нам никто не препятствовал. А с Домиником мы поздоровались тепло, тот поблагодарил за разбойников, после потер переносицу двумя пальцами и глядя красными от недосыпа глазами, пожаловался на жизнь:

— Идиоты пьют, как свиньи, и под ноги не смотрят… Нам пиши потом! Рядовой случай. В обычное время никто бы и внимания не обратил, но тут гости и сам Император, вызвали на всякий случай. Вон сами гляньте…

Посмотрели.

Лучшего подарка для меня заказчики не могли придумать. Все же снятие клятв с живых пациентов я приберегал для действительно важных случаев, потому что лишь от Однорога зависело их восполнение. Несмотря на кажущуюся доверительность в отношениях с божком, ему не верил абсолютно. Обстановка же стремительно менялась, и не без моей помощи, а все вокруг действовали к своей выгоде и пользе. И это закономерно, впрочем, как и удивление подобным идиотами-гумми.

Здесь же, благодаря умению, я не только смог увидеть последние моменты жизни бедолаги, но и отследить ее кусок. За неудавшимся отравлением стоял Великий Дом Серебряных драконов Ирдэна (за принудительной накачкой алкоголем и травмой несовместимой с жизнью тоже они) и родной брат моего дедушки Саргеса — глэрд Антуан из Великого Дома Ледяных клинков Арагоста, который крутился в свите Императора и виденный мною неоднократно. Ядов же в моем кубке было три вида. Один легко определяемый, от которого у каждого вменяемого аристо имелись средства и противоборства, и обнаружения, но остальные — очень и очень хитрые, плюс дополнительной маскировкой для них выступал именно этот «легкий» токсин.

Нормально.

Паскля только в стройных рядах подлецов не хватало. Но ждал привета и от него. Учитывая прикормленную или взращенную секту, ратующую за Порядок и Совершенство.

На преступление подавальщик пошел за пятьдесят монет из красного золота, полученных от Серебряных драконов Ирдэна, и чека в пять тысяч золотых от родственника, служка хотел с этими деньгами раствориться на землях Хаоса, рванув в Свободный град. Он не раз и не два травил высокопоставленных лиц в Великом Арсе. Однако чувствовал, что его вот-вот возьмут за жабры, если не родственники жертв, то сами заказчики. Соответственно, поэтому решил бежать. Договорился и с местным криминалом, те должны были его тайными тропами доставить за пределы Северной крепости, как и прикрепить к попутному каравану. Лица контрабандистов, как и имена, пароли и явки, тоже вычленил и запомнил.

Почивший отравитель смог отправить к Маре как минимум шестерых человек, точнее, я настолько погрузился в воспоминания мертвой души. Убийца не был ни дураком, ни наивным юношей, но слаб характером. Изначально за деятелем не числилось никаких преступлений или компрометирующих связей — несмотря на смазливость, он не валял замужних дамочек, как и юных дочек сильных мира сего. И закон он не нарушал. Однако Серебряные сделали предложение, от которого тот не смог отказаться, испугался до дрожи в коленях, и вместо жалобы в имперскую службу безопасности, предпочел выполнить заказ.

Отлично.

Оказавшись в подсобных помещениях, я познакомился с главным виночерпием — эрином Иттэном, отвел его в сторону, завел разговор, меня интересовало прекраснейшее вино, которого до этого момента пробовать не доводилось. Тот с горделивой важностью, будто сам его изготавливал, продемонстрировал мне «правильные» амфоры, каждая литров на двести-двести пятьдесят, стоящие метров в семи от нас.

— Неудивительно, что ты такого никогда не пробовал, — разливался он соловьем, — Они с элинойских виноградников, да, всего лишь пятилетнее, но тогда у них был особый урожай. Да, особый. И год отличный. Мы их с собой доставили из самого Императорского двора! У вас разве найдешь что-нибудь приличное? — моя голограмма отрицательно покачала головой, — Вот-вот! Одна кислятина! Вон видишь на амфоре знак качества Дома Красной ветви Ликара, он обязательно должен быть таким, много подделок продают всякие мроки, — эрин показывал на печать, выжженую при помощи родового кольца на открытой посудине, мое отражение тоже пялилось на него, — И мошенников всяких много! Очень много!

Я же под невидимостью вливал вторую пригоршню собственной крови в первый сосуд, а эрин продолжил рассказывать какие подлецы вокруг. Вот еще один подготовленный для разлива мегакувшин. Туда успел столько же отправить живительной влаги, метнулся обратно. Встал в голограмму, которую развеял.

— А можно ли как-то сделать, чтобы распивать уже сегодня вечером это вино дома, за ценой не постою. Веришь или нет, мастер, но такого никогда не пробовал, — поцокал языком, — Все время прилл и прилл, — тут виночерпий скривил лицо, как будто заглотил уксуса стакан, — С детства к нему приучен… Еще гномий горлодер пробовать не раз доводилось… Тут же настоящая амброзия, напиток богов, вкусил и понял — пропал! Волшебно. До этого вино пил, но…

— Говорю же тебе, глэрд, не вино ты пил! Не ви-но! Нет его у вас! А то, что здесь есть… не буду выражаться! Но все реализуемо, и, думаю, я смогу тебе помочь исполнить мечту. Уверен, при должном старании, учитывая твою тягу к прекрасному, ты вскоре станешь разбираться в настоящих напитках, — толстый дядька улыбнулся хитро.

Минус пятьдесят золотых, и обещание наполнить кувшин литров на пять именно эленойским красным, к нему присовокупить две бутылки некого ранийского и бочонок «настоящего эля», и все должны были принести в дом вдовы помощники эрина.

Еще одна мысль пришла, влить Глоку в пасть собственной крови. И проверить, сможет ли он ее доставить в нужное место. Именно с ней испытания не проводил, гранаты же и алхимические зелья во флаконах при переходе в призрачное состояние, оставались в нашей реальности, даже если тот их проглатывал.

Отдав деньги вперед, сказал, что жду, надеюсь и верю, бонусом узнал про лучших поставщиков вина в Империи. Здесь визави был настоящим профессионалом, поэтому сыпал адресами, Домами и чем плоха, а чем и хороша их продукция.

— Растешь, глэрд, оцивилизовываешься, а эрин Иттэн один из лучших виночерпиев Великого Арса, — прогудел одобрительно лэрг Турин, — А то гляну, как ты этот прилл цедишь, у меня скулы сводит.

Не стал ничего говорить, а хотелось ввернуть: «каждому свое», но информация по алкоголю могла пригодиться.

Перед началом второго акта совета пересекся с великим герцогом, тот сообщил эзоповым языком, что ставки в споре достигли коэффициента один к восемнадцати. Но треть выигрыша мне достанется движимым и недвижимым имуществом, а не деньгами. Оказалось, что все оформлялось через банк, условия пари были тайными.

В целом же, на меня редко обращал кто-то внимание, всех занимало нападение Шумара, у многих среди пострадавших и жертв имелись хорошие знакомые и друзья, дальние и близкие родственники, представители младших и главных ветвей Домов.

Когда подняли кубки за здоровье Императора перед продолжением военного совета и выпили, то у меня мгновенно закружилась голова, повело в сторону так, что пришлось упереться о столешницу. Первая мысль — достали, достали, суки! Однако негативные ощущения продолжались недолго — секунд пять. А затем я увидел множество нитей, протянувшихся ко всем участникам действа. Мой же алтарь опустел на треть. Как и пришло понимание, используя умение гадюк, можно было умертвить практически любого в этом зале. К моему сожалению, император и некоторые из самых его приближенных лиц пили нечто свое. Но… Умение нужно выводить на второй ранг. Тренировки с праной и телекинезом, иллюзии, использование отвлекающего маневра… Конечно, пока лишь контуры, но в целом, можно достать и монарха.

Нормально.

Все были на взводе, нервные, поэтому вторая часть часто протекала бурно — четыре драки между столичными аристо и гномами, между последними и эльфами, между представителями людей, а затем уже совместная. Массовая. Ни в одной я не хотел принимать участие, но в последней пришлось. Так, от широты души сунул в ухо соседу, который отчего-то обрел излишнюю уверенность в себе после того, как написал мне два имени на столешнице. Во время бардака он исподтишка попытался пнуть меня в голову. А затем так же я положил на пол крикливого гнома, в которого тыкал до этого четками, призывая к ответу за грязные делишки соотечественников, он же под шумок решил мне отомстить в ходе побоища. Зашел в тыл, попытался провести прямой в затылок. Инквизитор из Ордена действовал умело, махал руками хлестко, ломал носы и выбивал зубы на раз. Двигался на меня. Резкий и четкий удар в печень заставил его согнуться, а колено в лицо отправило в аута боксера. Уже сам схватил ближайшего эльфа за ухо и приложил от души о столешницу, второму выписал апперкот в челюсть, увернулся от ревущего гнома, который несся на меня раскинув мощные ручищи, и наградил его внушительным пинком по пятой точке, от чего тот взмыл в воздух. Вокруг неразбериха ор, все против всех. В общем, резвились. Заметил, что никто за оружие не хватался. Рык императора, которому надоело «сражение» заставил успокоиться всех. Лечебные амулеты и такие же способности вернули всем первозданный вид.

Главное яблоко раздора — Великие копи Дергаласта и Заповедная чаща Тайгра, которые пытались поделить сразу, на месте. Но договорились. В итоге половина всего отходила Империи, одна десятая — королевствам и орденцам, остальное делилось поровну между эльфами и гномами. Экспедиционные силы значительно возросли: коротышки грозились прислать три усиленных хирда, общее количество разумных в которых около пятнадцати тысяч, остроухие — сборную лесную армию приблизительно соответствующую гномьей по численности. Почти две тысячи воинов обещали пригнать фанатики. Королевства тоже догнать до двух свою сборную солянку, пополнив ее непримиримыми мстителями. Имперские войска остались без изменений.

Напоследок Император обратился ко мне прилюдно:

— Глэрд Райс, ты провел последнюю сумеречную ночь на землях хаоса, захватил пиратский поселок, уничтожил высшего призрачного жнеца хаоса Нерр таноса Ароноса и воплощение гнева Синеликой Архи, ее алтарь, ты убил старшего жреца Раоноса Кровавого, на месте гнездовища гарпий теперь провал, если кто и сможет найти и отправить во Тьму подлого архилича, то только ты. Подумай, что тебе нужно для успешного выполнения этой важнейшей миссии, и все тебе предоставят в кратчайшие сроки. Место, где прячется Шумар неизвестно, но ты говоришь с богами, при этом не с одним. Попробуй у них выяснить, где Винсент может быть, а затем найди и убей эту подлую гадину! И награда будет очень щедрой!

— Боги всегда требуют плату, — заметил я.

— Империя, Великий лес, Подгорные королевства и Орден Трех Святых найдут чем расплатиться, — нелюди и люди загудели одобрительно, — Главное, чтобы угроза была ликвидирована. Потому что, если не заняться им сейчас, он успеет еще не раз и не два нанести подлые удары нам в спину, вонзить ядовитый клинок в мягкое подбрюшье. И неизвестно кто еще пострадает… Войска выдвинутся в срок в любом случае, мы все вместе пройдем по землях Хаоса, затем вступим на мертвые, и уничтожим цитадель и учеников Шумара, который хуже Эйдена, драконов, сотрем все там в пыль, захватим богатые трофеи, заставим задуматься всех мертвых тварей, о том, нужна ли им война с нами! — голос Императора, казалось, звенел от гнева и ненависти к поганой нежити, — Отомстим за нашу кровь!

— Отомстим! — подхватил могучий рев масс.

Я обвел всех тяжелым взглядом, остановился на гноме, чье ухо уже стало нормальным, тот мне подмигнул. Точно, характер козлиный, те тоже после хороших затрещин начинали вести себя прилично.

— Империя навсегда! — засвидетельствовал прием приказа, — Смогу выдвинуться через несколько дней. У меня назначено сражение с мятежными аватарами Ситруса и Кроноса. Убью их, — никто не улыбался недоверчиво, смотрели внимательно, — Займусь непосредственно сумасшедшим архиличем, — для очередной проповеди настало отличное время. Обдумав все и взвесив, решил, что большую пользу его последователи принесут сейчас, нежели в других местах, — а вы все подумайте, стоит ли поклоняться лживому Раоносу! Приносить ему жертвы. Ведь он сейчас смеется над вашими бедами и горестями, а во многих домах скорбят. Но мало этого его верные почитатели уже к ночи поведают о наших тайных планах своему покровителю! Доложат! — все запериглядывались, что же до секретов, да, только последний глухой и слепой разумный не смог бы выведать о совете все без всяких усилий, — Божок же знал изначально к чему приведет надругательство над мертвым колдуном. Кровавый — это всегда погребальные костры даже в семьях его верных почитателей, эта тварь всегда жаждет ваших душ! Я специально присматривался ко всем вокруг, ибо чую эту млеть и скверну, так как являюсь личным врагом Раоноса. И она нашлась среди нас! «Кто же эти паскуды?», — спросите вы. А я отвечу, — это он, он, он… — палец останавливался на аристо, эльфах и даже двух гномах. Всего шестнадцать разумных, среди которых не оказалось орденцев, с другой стороны, живым мумиям конкуренты вряд ли требовались.

— Ложь! Это все ложь! — завизжало несколько.

— Взять их! — последовал громогласный приказ Императора, разнесшийся над всеми. Вот здесь нервы у обвиняемых сдали. В мою сторону от них полетели боевые заклинания. Били на поражение. Грохнули молнии, сорвались с рук огненные и темные шары, ледяные шипы.

Я успел разминуться с ними в доли мига, переместившись прямо из-за стола в его центр с помощью волчьего умения, рванул к ближайшему почитателю — аристо, больше создавая видимость, чем оказывая реальное противодействие. Успел даже отправить послание Турину, приказав не вмешиваться и не проявлять имперской сознательности, главная его задача, не попадать под удары врагов.

Вмял череп злодею булавой.

Брызнуло кровью, полетели ошметки мозгов и обломки костей

Прыгнул в сторону, а на моем месте из-под каменных плит пола рванули мощные шипы праха.

Отметил глазами Глока, что один из обвиняемых успел достать кристалл с постановщиком дымовой и магической завесы. Да, я мог предотвратить его использование. Двигались все настолько медленно на моих сверхускорениях, что казалось находились в киселе, но порядок не входил в мои планы. Наоборот, мне нужен был хаос и трупы

Вот аристо из «наших» снес родовым полуторным мечом голову гному-злодею, ощерился, прыгнул на второго, нанося удар сверху, однако его подхватил поток искажений, отбросил обратно с такой силой, что тот пролетел через весь зал, врезался на высоте около трех метров спиной в стену, и сполз по ней вниз. Однако возле самой поверхности, оттолкнулся, и в три прыжка оказался возле высокого эльфа, который извлек откуда-то жезл и только успел размахнуться им, как резвый аристо пронзил его насквозь. Поднял на клинке.

Молодец.

Часть охранителей прикрывала Императора, купол над которым достиг совершенно невообразимой концентрации искажений. Они были гораздо сильнее, чем исходили от аватаров Кроноса и Ситруса.

Другие невидимки взялась убивать и вязать адептов темного божка. Действовали оперативно и споро. Нормальные разумные тоже разили заклинаниями, пытались достать врагов доброй сталью, но чаще мешали друг другу. И к моей немалой радости отправили к Маре дружественным огнем главного от Ордена, выглядевшего, как инквизитор. Впрочем, почитатели Раоноса понимали всю безвыходность своего положения, поэтому били мощно, насмерть, дрались умело, яростно. И лупили, лупили в ответ всей доступной палитрой — даже каменные шипы из-под пола несколько раз вырывались.

Грохот молний, непонятное шипение, рев огня, звон металла…

Мне очень понравилась, используемая гномом-адептом Раоноса, непонятная каменная круговая волна, в которую превратился пол зала.

Смело практически всех.

А затем битве помешал черный дым, непроницаемый для магического зрения, растекшийся по всему помещению, зато отлично просвечиваемый в спектре искажений.

Я видел все.

Полминуты с начала суматохи, и вот раскрылся индивидуальный портал, куда аристо потащил товарища, держа его за руку, он в свою очередь подхватил под плечи раненого эльфа. Даже не заметил, кто его приложил.

Выходило, что и в такой обстановке, разумный использовавший шанс на эвакуацию, знал куда ему двигаться. Интересно. Уверен, никто не заметил, как вслед за беглецами в сияющий овал влетели две алхимические гранаты, отправленные моей щедрой рукой.

Постепенно завеса рассеивалась, показывая результат.

Итоги: оплавленные стены, в них тут и там дымные подпалины, горящая драпировка, иней на стенах, проваливающийся и осыпающийся на этаж ниже пол, перевернутые столы, оторванные конечности, кровь, отверстия от молний…

Два десятка раненых — из тех, у кого защита была слабее. Пара гномов, один эльф, четверо почитателей мумий, включая главного, и двое аристо — ушли в безвозвратные потери. От некоторых оставались целыми только головы. В средствах последователи Раоноса не стеснялись. Их выжило из шестнадцати двое и трое сбежало с непонятным результатом. Остальных порубили на куски, где-то приложили заклинаниями.

Сейчас задача охранителей была довольно непростой — отогнать благородных людей и нелюдей, возжелавших мести и расправы над живыми поганцами здесь и сейчас. И только рык Императора заставил всех прийти в чувства.

— Никто их не тронет! Мы их допросим!

Учитывая, что большая часть присутствующих упала на колени, приблизительно четверть лишилась сознания, остальные обмерли, находясь в ступоре, менталистом монарх был мощнейшим. И только я оставался стоять с невозмутимым выражением на лице.

— Что же… — обвел тот помещение и разумных тяжелым взглядом, — Последователи Раоноса вновь показали свое звериное рыло. Тайно проникли сюда, узнали наши планы. Этих мы допросим с пристрастием. Затем я приму решение. Сейчас объявляю: на этом первый военный совет завершен. Через два часа состоится экстренное совещание. Все, кто требуется, приглашен. Отдыхайте. Глэрд Райс, передашь завтра через великого герцога эрлглэрда Рональда, что тебе потребуется для уничтожения Винсента. И постарайся поговорить с богами в ближайшее время.

— Империя навсегда! — принял приказ я.

Глава четвертая

09.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

В «Блеске Иратана» за соседним столом, а оба я зарезервировал за собой с утра, находились гвардейцы, пока двое наблюдали за обстановкой, пара завершала поздний обед или ранний ужин. Затем они должны были поменяться. Лэрг занимался служебными делами, усиление безопасности в Демморунге требовало его присутствия, а дер Вирго с блеском выполнивший подготовительные мероприятия, сейчас предавался заслуженному отдыху. О детях заботился некромант Рэнг Собиратель Костей, который желал переговорить со мной, но времени пока на досужие разговоры совершенно не имелось. Назначил с ним встречу на завтра.

Я взялся за кружку прилла, ожидая заказа, как в «Блеск Иратана» зашел аристо ростом с меня, но какой-то чрезмерно худой. На узком лице выделялся нос — острый здоровенный шнобель, который соотносился только с клювом. Вообще, деятель даже без маски напоминал чумного доктора из наших сериалов о древних эпохах. Доспехи на нем отсутствовали, наряд — смесь традиционного аристо и эльфийского, незримая броня имелась в наличие и довольно мощная. На поясе длинный прямой кинжал, нож и сумка — искажения от всех предметов внушали.

На пальцах многочисленные украшения, среди полутора десятков колец всего лишь четыре определялись, как артефакты. Остальные — нет. Впрочем, это тоже мало о чем рассказывало, достаточно взглянуть на поделки Иммерса или попробовать родовые кинжалы просканировать.

Вошедший не зря вызвал интерес, потому что сразу направился к моему столу. Он поздоровался, а затем сообщил:

— Глэрд Райс, я хотел бы поговорить с тобой о важном деле!

Жестом указал на стул напротив, на котором устроился, так и не представившийся незнакомец, а затем именно он создал непрозрачный купол безмолвия. До этого, я отправил сообщение гвардейцам, чтобы они не реагировали.

— Хочу сказать тебе сразу, перед началом разговора, у меня есть возможность в любой момент перейти в царство Мары, и в случае любой угрозы раскрытия тайн моих нанимателей, я это сделаю. Клянусь кровью! Поясню, лучше так, чем нарушить те обязательства. На меня не подействуют «Оковы боли» и другие подобные артефакты, — я спокойно посмотрел на пламя, объявшее кулак, затем на визави.

Ждал продолжения речи.

— Ты вчера захватил двадцать два камня душ, — вот и первая поклевка, не зря же о них во всеуслышание заявлял, но до чего же они все страх потеряли, только глухой не слышал о бойне устроенной последователями Раоноса на военном совете. С другой стороны, действия тоже отчасти понятны, их припекло, кристаллы могли уйти в любой момент в неизвестном направлении. Опять же специфический посредник, — Мои наниматели предлагают тебе по десять миллионов за каждый.

Сделал вид, что задумался. Сам больше размышлял об Оринусе, иллюзиях и возможных действиях в случае провала всех замыслов.

Затем через секунд двадцать спокойно сообщил:

— Передай им, достойных покупателей вокруг — очередь. И будет еще больше. Начнем с того, что в ближайшие пару лет их не произведешь. По крайней мере, столько же, сколько и раньше. Поток перекрыт практически полностью. У кого-то остались старые запасы, но в любом случае, стоимость одного и в обычные времена достигала четырнадцати, иногда двадцати миллионов, не за горами времена, когда за счастье будет купить их тридцать или даже пятьдесят. Поэтому — нет. Не интересует.

— Они это понимают, и предлагают в довесок полный поддоспешник Иммерса, верх и низ — продемонстрировал тот голограмму термобелья: штанов с носками и футболки с воротником под горло и длинными рукавами, которые выглядели практически один в один, как выданные мне лэргом.

Я довольно спокойно воспринял данную новость. С Кроносом вышло так, что теперь только собаки не знали о наличии у меня привязанного предмета древнего артефактора. С одной стороны, это работало в плюс, с предложениями шли сами, с другой, минус, особенно, если кому-то известно о реальных свойствах набора.

— Он не стоит и половины миллиона. Предлагаю следующее, свяжись со своими нанимателями прямо сейчас, чтобы разговаривать с ними пусть и через тебя, но в режиме реального времени.

Давай, друг!

Есть!

Купол над нами мигнул и пропал, собеседник сосредоточился.

Провал…

Да, «Глас Струве» необходимо менять без сожаления, он обмена не уловил. А так хотелось уже сегодня, точнее, сейчас определиться с заказчиками.

Невозмутимо сделал глоток прилла, посмаковал.

— Они спрашивают, чего ты хочешь?

— Сумма за каждый камень пусть остается неизменной, как и поддоспешник — может пригодиться, также мне нужны пять внеранговых колец повелителя магии, измененных в горниле Тьмы и Хаоса, и пять Орустов Денвера, пятьдесят мешков Рунигиса и двадцать хранилищ Грогуса…

Вещь оказалась уникальной, удалось ее внимательно рассмотреть только утром, после расставания с лэргом и дер Вирго, демонстрировать подобное им не собирался, по крайней мере, на данном этапе, а перед ящером держал марку. Мешочек с затягивающейся горловиной из материала похожего на сантик, размерами приблизительно двадцать на тридцать сантиметров, в который легко и просто поместились все четыре шара, размерами с кулак, при этом в объеме и весе пакет увеличился совсем немного. Навскидку, грамм на пятьдесят. И скорее сигнализировал, что внутри имеются некие объекты. А через двадцать же секунд, после получения, похоже, произошла окончательная настройка на нового владельца, как с артефактами, не требующими привязки. Тогда я понял, «потянувшись» к нему мысленно, что могу поместить в хранилище, как минимум, еще два десятка подобных предметов. При этом важен объем и масса, а не размеры. То есть, затолкать туда можно и меч (проводил испытания с утра), если в горловину пролезет. Искажений даже в продвинутом зрении — ноль. Нужно ли говорить, что подобные вещи для меня бесценны? Конечно, в награду от божков теперь можно и подобные предметы просить, но не забывать о других источниках.

Мысли промелькнули стремительно, собеседник не успел воспользоваться небольшой паузой.

— Да, я пробуду в Демморунге максимум еще несколько дней, после отправляюсь выполнять приказ Императора. Но им это известно. Обмен камней на товар будет происходить на землях Хаоса, я не хочу и не буду нарушать законы нашего государства даже в малости.

— Им требуется подумать.

— Думайте, я открыт для диалога. Да, мое предложение действительно в течение суток. Если не получу положительного ответа или не договоримся, то камни будут переданы тем, кто мой заказ выполнит полностью. И могу сказать так, что я прекрасно понимаю, как продешевил, однако меня пока интересуют указанные позиции. Я все сказал.

— Однако…

— Аристо, ты рассказал о себе многое, но не представился. Поэтому обращаюсь к тебе именно так. Ровно сутки. Отсчет времени пошел, можешь быть свободен, — я сделал вид, что потерял интерес к беседе.

А скрипнувшему зубами гостю ничего не оставалось, кроме как встать, попрощаться по-имперски и проследовать на выход. Отметил, что количество меток на мне увеличилось на две, всего их стало тридцать девять. Остальные — подарки после совета.

Райс отследил его до проулка, где тот шагнул в овал городского телепорта, я успел поставить при помощи «Призрачного ворона» на чумного доктора маркер. И ничуть не удивился, когда он через несколько секунд исчез. Нормально. Пациент проверился сразу, выйдя из телепорта. Затем, предполагаем его следующий прыжок в другое место, потому что, судя по моей кривой геолокации, сейчас деятель перенесся в трущобы поблизости. Ловить там кроме вшей и грязных мроков — нечего.

Хитрая и осторожная сука.

Но и на вас найдется управа.

Единственное, что мне не нравилось в задуманном — крепнущая зависимость от ящера. Уверен, идея ему понравится, как и поможет с воплощением, но многовато становилось Оринуса в моих замыслах. А так, уверен, это не последние покупатели. И я собирался полностью удовлетворить возникший спрос правдами и неправдами. И так, чтобы все почитатели Раоноса и потребители боялись камней душ, как огня.

Пока я размышлял появился тирнарец эрг Лантер из Великого Дома Черной реки Моргост с той же парой телохранителей, что и вчера. Леприконского наряда он не менял. От аристо веяло задумчивостью, желанием разгадать некую загадку. Через минуту он оказался напротив.

Без вчерашнего многомудрого многословия сообщил сразу:

— Мы согласны на твои условия, но только в том случае, если дополнительно охранять твоих пленников станут наши люди, а именно четыре воина в ранге мастер и два боевых мага в ранге магистр. Через тридцать-тридцать пять дней рабы на выкуп будут доставлены в Демморунг. И я рассказал многим о новых условиях торговли на Правобережье. Честные согласны работать с тобой, а бесчестным никакой закон не писан. И мы за них не отвечаем, можешь делать с ними все, что посчитаешь нужным.

— С дополнительным пунктом соглашусь, если они принесут клятвы на крови, начиная от того, что не станут вредить моему Дому и никак не попытаются шпионить, а также причинять этим рабам вред и так далее. И зачем дополнительная охрана?

В душе визави произошла короткая непонятная внутренняя борьба между желанием сохранить тайну и получением неких ответов от меня, после чего он заявил:

— Они принесут необходимые клятвы. Не могу сказать зачем они нам понадобились, но дело важное. И сохранность их жизней в приоритете. Тебя это никак не коснется. А это прайс, — эрг положил на стол лист и подвинул в мою сторону.

Я неспешно взял его, пробежал по строкам глазами, давая себе время на раздумье. Ценник начинался от трехсот пятидесяти золотых и заканчивался на пятнадцати тысячах. Поинтересовался.

— Красивые молодые девушки, подготовленные для гаремов эрлглэрдессы. Да, ты еще должен поклясться на крови, что никого из них не будешь продавать или отдавать на жертвенные алтари. Это важно. Иначе с тобой ни один из наших купцов, которые действуют в рамках закона, не будет иметь дела. Партия не меньше двух сотен человек. Привезут в течение месяца после внесения предоплаты в размере половины суммы.

— Мои рабы считали, что действуют в рамках ваших законов, продавая аристо как раз на жертвенные алтари. Более того, они знали о предназначении их товара, — заинтересовался я.

— А еще они говорили, что каждый из них стоит десять тысяч рабов. Но они преступники. Как и все, кто торгует со жрецами лживых богов. Да, без клятв цена на одного аристо доходит и до десяти тысяч. Это на тех, которые стоят триста пятьдесят. Огромный куш.

— Странно. Они ничего не опасались, более того, считали, что их Дом будет мстить или выкупать их.

— Это информация секретная, я не могу ничего рассказывать. Пока не могу. Связан множеством клятв. Как все завершится, и если мы встретимся вновь, то тогда ничего не будет мешать мне поведать тебе их историю. Скажу лишь одно, многие у нас, как и у вас, стали считать, что они выше законов, правителей… Но они заблуждаются.

— Ясно, подумаю, затем мой управляющий свяжется с вашими представителями, — сообщил я, а визави, судя по эмоциональному фону интересовало совсем другое, нежели текущая сделка, — Ты хочешь о чем-то спросить?

— А почему черные точки и красные росчерки не врут? И что это вообще такое… К моему стыду, я так и не смог понять твоей метафоры.

Видимо разгадывание загадки вывело его настолько из равновесия, что он заговорил нормально. По-человечески. Я остановил тяжелый взгляд на эрге, дождался, когда он опустит глаза и заговорил, преследуя цель продлить время адекватности:

— Ты ошибаешься уже в главном. Это не метафора, это реальность. Кронос раньше был смертным аристо, сейчас он глава пантеона новых богов, — я многозначительно поднял указательный палец вверх, показывая где и кто оказался, — Всего два месяца назад, пока я не пробудил кровь и ко мне не вернулась часть воспоминаний, и о главном в том числе, я был всего лишь безродным мальчишкой, найденышем без гроша в кармане… И кто я сейчас? Миллионы, если не миллиарды разумных готовы отдать за подобные тайны все, что имеют, потому что обретут в итоге несоизмеримо больше. Некоторые даже бессмертие. Однако они не понимают одного, получив ключ, каждый должен понять все сам. Прийти к этому. Только тогда знание работает, и чужой опыт здесь не поможет, более того, о нем говорить запрещено. Увидев, что ты не просто созерцаешь действительность, а пытаешься осознать ее, понять законы самого Мироздания, я тебе его вручил, руководствуясь главными тезисами этого древнего учения. И могу лишь сказать одно, что знаю всего лишь о трех точках, а росчерк рассмотрел недавно, как и понял его суть, — назидательно поднял указательный палец с четками, — и проследи мой путь, и поймешь, что даже этот мизер может дать человеку огромное преимущество. По словам же адептов Предопределенности, черных точек в небе больше трех сотен, красных росчерков еще больше, но понять их предназначение сложнее. Да, главное, когда будешь пытаться осмыслить, аккуратно используй средства расширяющие границы сознания. Ибо в таком виде богам проще ввести тебя в заблуждение. И помни, они будут пытаться это сделать всегда. Направить по ложному следу, помешать. Особенно Раонос. Почему? Ответ простой — вряд ли кто-то обрадуется новому Кроносу. Шагать по черным точкам к красным росчеркам — путь самых сильных и самых умных, но открыв и поняв одну, со второй будет проще, потому что ты тогда поймешь, что и как искать и куда смотреть. Я сказал, ты услышал.

— Благодарю тебя, глэрд Райс, за это исключительное знание. Могу ли я поделиться им с кем-то?

— Да, можешь, как и ключом, надеюсь ты запомнил каждое слово, потому что повторять его нельзя. Ни в коем случае! И поступай так же, делись им один раз, и только с теми, кого сочтешь достойным. Но всегда помни, как только ты получил это сакральное знание, за тобой начали приглядывать высшие силы, и каждый твой шаг будет взвешен ими и оценен. Иногда это приводит к неожиданной помощи, иногда же, когда Наблюдатели считают твои действия недостойными, твой путь затруднится, а может даже и оборваться. Выжги эту истину в памяти!

Тирнарец ушел задумчивым, выйдя из таверны, он долго и пристально смотрел на небо.

Нормально.

Отгородился от всех куполом, есть хотелось страшно. Чертов Совет. Все можно было порешать за час, но цирк затянулся. Только пододвинул к себе тарелку с супом, потянулся за ложкой…

Сморгнул. И оказался в знакомой гостиной с камином и креслами, где в одном из них развалился Эйден, все в том же староимперском наряде и с бокалом ароматнейшей амброзии, а не того пойла, чем потчевали нас сегодня. Божок смотрел на меня зелеными глазами, в которых сейчас зрачок был вертикальным, и улыбался.

— Садись, глэрд Райс, — я невозмутимо устроился на кресле, — Вина?

— Лучше прилл, надеюсь он будет столь же великолепен, как и оно, — появилась кружка, чайник, а на столе сладости похожие на земную карамель.

Эта встреча была прогнозируемой, думал, что произойдет раньше. Но, видимо, в свою очередь «папаша» ждал вызова от меня, сейчас ему пришлось тратить лишнюю энергию самому. Значит, очень заинтересован. О причине я не просто догадывался, а сделал многое, чтобы она появилась.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — и внимательно так посмотрел, а на лице эдакое понимание, знание некой совместной тайны. И возможное покровительство. Его реальные эмоции я не мог читать.

— Вроде бы все идет, как идет, поэтому не видел ни одной причины тебя беспокоить, тем паче ты меня сам предупредил о недопустимости подобного, — ответил спокойно, делая первый глоток. Да… Такого великолепного прилла мне еще не доводилось пить — совершенство, как оно есть. Терпкий, бодрящий, наполненный ароматом горных, лесных и луговых трав, заставляющий мозги работать лучше, мир видеть четче. Блаженство. Завершенность вкуса возникла, когда откусил половину карамельки. Невероятно. Волшебно. Да, божественно, мать его!

— Точно? — наигранно удивляясь, божок сделал брови домиком.

— Точно, — ответил после следующего глотка, — Прилл у тебя лучше и вкуснее, чем у многих. Уникальный вкус!

— Еще бы! — с гордостью ответил визави, но не позволил мне сбить его с основной мысли, — Кронос, наверное, был в ярости, когда ему пришлось зачесть задание?

— Еще в какой, но все завершилось благополучно.

— Ты думаешь?

— Я ведь жив.

— Мгм… И то верно. Вот только не забывай, он подобного не прощает, когда заставляют его принимать во внимание чужие интересы. Злопамятен. Да, очень злопамятен. Мгм… Да… Интересно, очень интересно. И теперь, как я понимаю, ты вновь ищешь жезл? Так?

— Все верно, — сделал глоток, а затем продолжил, — Впрочем, так же верно, что его ищут все кому не лень, — я оставался невозмутимым, — Кронос, явившись на наш совет смертных, во всеуслышанье объявление сделал. Всем щедрые награды пообещал, как и за уничтожение Винсента Шумара.

— Мгм… А это ведь ты убил жреца Ситруса, а мне ничего не сказал. И я даже поверил, что ты там не при чем… Меня называют Отцом лжи, но, выходит, ты меня провел, обвел вокруг пальца. Забавно? — в глазах появился злой огонек.

— Ошибаешься, — я даже, к изумлению божка, отрицательно головой покачал, — Я отправил к Маре, но, скорее всего, в Гратис, жреца Раоноса. Понимаю, многомудрый бородач, — с интонациями, говорящими обратное о сообразительности умника, произнес я, — и его названный брат, Кронос, воин без головы и памяти, не подозревали, что на сторону Кровавого перешли верховные служители их культов, как и аватары, но тебе-то это должно было быть известно… Я даже иного не предполагал. Поэтому тебя и не понял, — помолчал, делая паузу и разрыв между мыслями, — Да, не понял. Спросил бы четко: ты убил ренегата? Я бы ответил — да, туда ему и дорога! Могу поклясться на крови, что ни одного верховного жреца именно Ситруса, я пока не убивал. Но пообещал ему, глядя глаза в глаза, если он продолжит свои игры, подставляя под меня мешающих ему разумных, и не платя за это, то сдохнут его почитатели любых рангов. Клянусь кровью! — Эйден очень внимательно посмотрел на пламя, объявшее руку и четки.

— Мгм… Доходили слухи. Помни Ситрус подл, он не хитер, а именно подл. Любит гадить по мелочам окружающим, хохотать в душе и хлопать невинно глазками, слыша справедливые претензии. Я догадывался о переходе на сторону Кровавого некоторых из демморунгского храма, но не думал, что там все так печально. Мне даже немного интересно, почему они сами не разобрались с мятежниками, а отдали их тебе?

— Этого я тебе не скажу, данный аспект относится уже к профессиональным тайнам. Впрочем, уже говорил, заключив сделку с тобой, тоже самое будет касаться и наших отношений.

— А кровь Кроноса как пролил?

— В этом секрета нет. Я сражался с воплощением гнева Синеликой Архи, только-только ее убил, и внезапно оказался в чертогах Верховного, в горячке нанес ему удар моргенштерном по голове. Тот не успел увернуться, — интонациями в последнем предложении показал, что все было абсолютно не так, и божок меня понял.

— Мгм… Я так, понимаю, это версия для его паствы. А еще тебе пришлось поклясться, озвучивать только ее. Он всегда боялся общественного порицания, хотел выглядеть в глазах толпы непогрешимым, справедливым, суровым, настоящим Отцом Воинов… Или я ошибаюсь? — я торопливо сделал глоток, — Можешь не отвечать. Понимаю. Да, мгм, понимаю. Но предполагаю следующее, готов даже поставить сто слитков из черного серебра против гнутого медяка, что он хотел тебя заставить служить себе невозбранно, на Весы не надеялся, а сразу позволил пролиться собственной крови… Интересно другое, как у тебя получилось избежать ловушки… Да, получилось, тех обязательств, которые бы возникли, я не вижу. Шрам от руки бога… Кровь за кровь? Понимаю, профессиональная тайна, — и улыбнулся покровительственно.

— Здесь могу отчасти ответить. Скорее разум у него вовремя проснулся. Потому что принудить меня к чему-то ни в чьей власти, да и работа из-под палки имеет свои минусы. Поэтому Кронос с многомудрым Ситрусом и пришли к выводу, что лучше заплатить настоящему профессионалу в полном объеме, чем надеяться на толпы бесплатных адептов, которые пусть и разбивают в поклонах лбы, но мозгов им это не добавляет.

Эйден рассмеялся.

— Это точно. У меня тоже появилось для тебя задание, тем более, та ценность хранилась рядом с жезлом Антонио де Тисса, и, скорее всего, попала в руки архилича вместе с остальными предметами из хранилища Орма Созидающего. Речь идет о моем браслете, который я создал до изгнания из пантеона и вручил своему лучшему жрецу. Что ты о нем знаешь?

— О жреце? Ничего. О браслете немного. Свойства перечислять бессмысленно, часть из них открывается владельцу только после привязки, из известных — имеется возможность полного перевоплощения в любого разумного, с которым тактильно контактировал носитель, это касается и зверья. Ограничение только одно — реципиенты на момент контакта должны быть живы и относиться именно к живым созданиям. Еще браслет дает мощнейшую незримую защиту, практически абсолютную невидимость, имеет огромное собственное пространственное хранилище, служит твоим переносным алтарем.

— Ты многое знаешь… — протянул собеседник и подозрительно так посмотрел.

— Однако, на мой взгляд, искать твой браслет бессмысленно, — не стал раскрывать источники, — Потому что по речам некоторых, — пальцем показал вверх, — Шумар его передал Бездне, а с той тягаться — это даже не в ваших силах, и уж тем более не в моих. Благодаря такому шагу Винсент Возвысился и теперь может самостоятельно доставать предметы из межреальности.

— Нет, если даже архилич и поднялся на несколько ступеней, то использовал он точно не браслет. Я бы знал. Так вот, предлагаю найти украшение. Его же и получишь в качестве награды. В свою очередь, помогу с привязкой и полным контролем над его силами. Как и открою все остальные свойства. Это выведет тебя на абсолютно иной уровень. Ты сможешь проникнуть в любое место, забрать все, что тебе потребуется, раствориться в воздухе в солнечный день на глазах толпы, перенестись за тысячи лиг и даже перейти в некоторые другие миры. Что говорить, если Орм Созидающий на протяжении двух столетий разгадывал его тайны, и не смог понять и трети. Награда — божественная. И никто не может сказать, что я на них скуп. Твой ящер всегда ревностно относится к Весам, но я же смотрю на полезность разумного и часто переплачиваю, и потому что щедр, и потому что разговариваю и имею дела не с кем попало, а только с избранными.

Впору загордиться.

— В целом, если предмет, действительно, не уничтожен, то задание не противоречит моим парадигмам, — еще бы, я на него рассчитывал, учитывая первое появление этого божка, затем наличие предмета Эйдена в хранилище и мысли архилича, — Но он для меня ценности не представляет.

— Почему?

— Я иду своим путем. Путем аристо. И моя кровь горит, — даже этот божок потратил несколько секунд на осмысление такого мягкого посыла и нежелания открывать какие-либо причины.

— И что ты хочешь в награду?

— Давай о конечной плате поговорим после того, как искомое окажется у меня. Пока же мне в качестве аванса потребуется… — в принципе, у ящера еще затем продублировать, а сейчас проверить возможно ли вообще такое, — Пятьдесят кристаллов, выглядящих, как камни душ, которые проходят любые проверки на подлинность, но при использовании, скажем, либо забирают у пациентов остатки жизни, но лучше превращают пусть не в зеленые сундуки, а в каких-то зверюшек. Например, в молодых гномьих боевых козлов или мроков, без возможности возвращения в обличие разумных. И главное, чтобы только я на всем Аргассе смог отличить настоящие от подделок.

— С нежитью — исключено, я не повелеваю мертвыми… Точнее, слишком много потребуется энергии, — собеседник откинулся в кресле, затем задумался или сделал вид. И рассмеялся весело и заливисто, но затем спросил серьезным тоном, — И единственным в своем роде ты не станешь, но здесь могу отметить, на весь мир вас будет не больше пары сотен. И совершить подобное в моей власти, однако ты ведь не можешь гарантировать результат поисков?

— Не могу, — спокойно ответил я, — Но учитывая твою репутацию, только одно то, что возьмусь искать необходимую тебе вещь — дорогого стоит. Я буду сразу тратить самый драгоценный ресурс — свое время. И кто может поручиться, что ты после выполнения задания, не скажешь, не больно-то он мне и нужен.

Эйден вновь задумался, сощурил зеленые глаза. У него явно что-то сложилось с чем-то… С другой стороны, он бог Обмана, по крайней мере, об этом все вели речь. Так что, как не подобные деяния с подделками, станут работать на него? Именно в таком ключе рассматривал возможный его интерес.

— Принимается! Но заложенные свойства превращения сработают при условии, если разумный добровольно захочет использовать камень. Принудительно — ничего не получится, лишь кристалл обратится в тлен. И превращаться испытатели будут произвольно в любых животных, количество видов которых пусть будет сто. Еще одно, как только начнутся курьезы, должен пройти слух, что это мои камни. То есть, камни Эйдена.

— Приемлемо.

— Решил нанести следующий удар по Кровавому? А ведь должно сработать. Если его верные последователи и просто готовые платить за его дары станут получать вот такой непонятный результат… И как мне такое раньше в голову не пришло! Это ведь… — он опять рассмеялся, — Да, век живи, век учись. А ты интересный разумный. Сразу понятно, что человек из другого мира…

— Ошибаешься. Я — настоящий древний аристо, — вот здесь тень удивления и недоверия промелькнула на его лице, — Теперь это признали и Кронос с Ситрусом. И согласно нашим теориям, когда мы все обдумали, имперские маги той эпохи забросили мой разум в другой мир, лежащий запредельно далеко. Для чего? Для добычи новых знаний, которые могли бы помочь в борьбе с Тьмой, Хаосом и Бездной. Еще я склоняюсь к версии, что этот эксперимент провели не с одной тысячей аристо, может и просто разумных. Единственное, возникает вопрос, а как они смогли бы затем вытащить нас? Пока ответа на него не нахожу, — думай, думай, Эйден, ведь есть запрет среди смертных на использование заклинаний с замещением души, — И еще в поддержку нашей с Верховным и Ситрусом теории говорит вот это! — явил знамя Дома, — Я захватил пиратский поселок, а там добыл стяг. Ему поклялся после сражения. При этом знал, что делаю. Понимаешь?

— Удивил. Мгм. Да, удивил. Действительно интересно. Хранители видят не меньше богов… Теперь мне понятно твое противоборство с Кровавым, и то, что он впервые за последние несколько тысячелетий объявил смертного своим личным врагом… Да… Удивил… Но с камнями сильнее. Нет, я проделывал подобные шутки, но обычно с другими вещами и в единичных случаях… Мда… Мгм… С кристаллами этой лживой млети ни разу, — вновь рассмеялся божок, да задорно так, что даже я позволил себе улыбку, — А ведь к Раоносу многие приходят в надежде на молодость, молодость настоящую, а не суррогат, который дает магия.

— А в чем различие? — если даже божок и разыгрывал сейчас изумление, то мне безразлично, получу с него лже-камни, после обязательно обращусь и к Однорогу, и теперь точно продублирую, раз имелась возможность. Но тому предложу развитие других способностей у пользователей.

— В восприятии действительности, именно в нем. Старик, даже будучи в молодом теле, не может ощущать всей той палитры чувств, которые доступны молодым. Это непередаваемо. Ты еще юн, поэтому не осознаешь, что даже способность неподдельно удивляться, по-настоящему радоваться жизни, испытывать восторг, сильные эмоции от всего вокруг: еды, питья, секса, путешествий, даже обычной работы, — это уникально. Ведь с прожитыми годами притупляется абсолютно все. И проблема чаще вот здесь, — двумя пальцами легонько постучал он по своему виску, — Магия воздействует лишь на тело, камни же и на саму душу. Не зря у них такое название. Более того, только они позволяют обманывать большинство проклятий завязанных на сроки. Да, всегда помни, что различия между живыми разумными, если они здравствуют столетиями, и теми же архиличами частично стираются. Они даже начинают в чем-то одинаково мыслить, — Эйден замолчал и задумался, я же сделал глоток прилла, — Итак, ты берешься за поиски моего браслета, а я в качестве аванса передаю тебе пятьдесят оговоренных камней и возможность различать подделки?

— Все верно. И бонусом, для моих плодотворных поисков, пусть выступит вот этот великолепный прилл и сладости, вкус которых раскрасит темные мрачные вечера и ночи на землях Хаоса. Выдашь сколько не жалко. А еще ты поклянешься перед Весами, что на всех предметах, переданных мне, не окажется никаких меток, они не будут нести… — перечислил все возможные угрозы.

— Правильно! И никогда не забывай это оговаривать! Я согласен. Слово! И держи! — он швырнул в меня кожаный кошель, появившийся из воздуха.

Перехватил, открыл. Визуально содержимое ничем не отличалось от обычных камней душ.

А затем болью пронзило каждую клеточку тела. Особенно досталось глазам и лобным долям черепа. Когда красное марево, благодаря прогонке праны и ауре Ихора рассеялось перед глазами, довольный Эйден сообщил:

— Теперь ты сможешь видеть подделки, и не только их, но не стану раскрывать все свойства обретенного тобой умения, за которое многие и многие отдали бы все. Разберешься. И пусть будет сюрпризом, и декларацией моих дружелюбных и открытых намерений. Да и должен же я как-то помогать своему чаду?

Не стал ничего говорить, что «предупреждать нужно». Не видел смысла, зато теперь точно знал и видел свойства самих камней. И энергии из алтаря не потратил. Работало умение, как и возможность видеть искажения.

Интересно.

Вряд ли Эйден сделал такой подарок на ровном месте, значит, что-то таилось за его щедростью.

— Доволен?

— Буду, когда найду твой браслет.

— Призовешь меня при помощи алтаря. Я ими не разбрасываюсь! — как-то чуть сварливо проговорил тот, а затем спросил, — Мне абсолютно понятно, почему Раонос дал тебе прозвище моего дитя, но почему Бездны?

— Оринус тоже задавался этим вопросом, и после долгих размышлений, мы с ним пришли к следующему выводу… — пересказал теорию о крайней степени страданий пациента и пусть и не детскому обзыванию, а что тот таким образом затруднял мне плодотворное взаимодействие с другими более мнительными богами, чем Эйден или Однорог. После поинтересовался, — А почему боги боятся призывать подобных мне в свои чертоги?

— Ты не ребенок Бездны, я бы почуял, по крайней мере, пока ты с ней дел не имел. А так, реальные ее дети могут призвать родительницу в средоточие сил, в те же Чертоги, а там она пожрет все, может даже уничтожить самого небожителя, точнее, его воплощение на Аргассе. С Кроносом или со мной это не пройдет, впрочем, и с Оринусом тоже, но вот с изгоями или слабаками типа Раоноса — вполне. И скармливая ей любые предметы, особенно те, к которым приложили руку сами боги, ты делаешь их слабее, а Бездну сильнее, как и прокладываешь для нее путь к ним. Чем больше и мощнее артефакты, тем прочнее эти нити… Остальное тебе знать не нужно, да и поясняю процессы упрощенно. Для понимания почему я не хочу, чтобы мой браслет оставался в руках архилича. Тем безразлично с кем сотрудничать, для них важна только сила, которую они в итоге получают, — еще одно откровение, если оно правдиво… Что ты задумал, Эйден?

— Если прозвище уже получено, то может, действительно, скармливать этой стихии все предметы подлой млети, пусть Бездна его пожрет?

— Прозвище — это прозвище, тем более тебе дал его Раонос, чей авторитет среди нас очень низок. Все знают его устремления. А ты подобное лучше даже в мыслях не держи. Мгм… Да, не держи, если не хочешь, чтобы тебя абсолютно все боги прокляли и объявили врагом. И неважно на стороне каких сил они выступают, здесь в их рядах будет наблюдаться единение. Почему? Тот же Хаос в целом понятен… Да, мгм… понятен. Тьма — тем более. А вот Бездна… Эта тварь — конец всему. Если она пожрет воплощение Кровавого на Аргассе, ты получишь на выходе чудовище, куда как страшнее и сильнее этого лживого мрока. И на порядок кровожаднее, учитывая способности… Еще и проникнет в пару других миров. Раонос зло, но зло мелкое, кто бы не говорил обратного. Он предсказуем, его переполняют все негативные эмоции, начиная от похоти и заканчивая алчностью. Нарушение любой, казалось бы, нерушимой, клятвы — это не просто то, чего можно от него ожидать, в этом смысл его существования. Именно оттуда он черпает основные силы. Учитывая, что он даже порой плюет на Равновесие, среди разумных адептов такой подход пользуется успехом. На всем этом можно спокойно играть, использовать, а вот с Бездной не получится, потому что она абсолютно непредсказуема. Мгм. Абсолютно! Например, за одно и тоже деяние она может тебя наградить или покарать крайне жестоко. Ее помыслы для нас неведомы. Мы видим лишь результат, а может и не его, а некий побочный эффект. Именно она чистое незамутненное настоящее Зло для наших миров. И она уже одержала победу во многих. Не скажу, что жизни там нет, но она для нас невероятно чужда…

— Тебя понял. Но какая тварь, этот Раонос! Дать такое прозвище… Сука мрочья! — начал яриться я.

— А что ты хотел? Сначала приказываешь ему преклонить колени, твои люди пытаются надругаться над его аватаром в духе молодого Кроноса, еще и заключаешь девку в четки Гринваля, то есть рано или поздно ты ее принудишь служить себе. Постоянно сокращаешь его паству, убиваешь жрецов, разрушаешь алтари… Сейчас, если провернешь финт с моими камнями, то будет совсем весело.

— Он сам объявил меня своим кровником, — рыкнул я.

— Успокойся. На все есть причины, и они мне теперь понятны, особенно, когда я узнал почему-то именно от тебя об обретении тобою штандартов, — прозвучало это так, что возникало понимание — некий осведомитель божка получит по самые помидоры, — Ты просто не представляешь ту эпоху, эпоху падения и Ригмара, и Раоноса, их ужаса, и тех, кто заставил их бояться…

На этих словах аудиенция закончилась. Успел попросить, чтобы Эйден убрал с меня эманации его ауры, которые могли бы помешать плодотворной работе. Тот с понимающей усмешкой щелкнул пальцами, и я вернулся в тот же миг, и на то же место.

На столе лежали две объемные кожаные сумки, носимые на ремне через плечо, в одной обнаружились переложенные тонкой бумагой брикеты прилла, во второй кульки с карамелью.

Кисет с камнями убрал в хранилище Грогуса.

Деактивировал сферу безмолвия и приказал принести мне магический чайник с кипятком, сам же наконец-то поел. После, взяв в руки кружку с волшебным напитком, вызывал Оринуса…

Глава пятая

09–10.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

…Темный эльф Сантир ре Валеро, являвшийся Главным Смотрящим из Тени по Демморунгу, предавался любовным играм на огромной кровати со своими тремя наложницами — аристо, эльфийкой и гномкой, которые одновременно выступали и первыми помощницами в нелегком деле управления криминальной империей. Правая рука остроухого — Этьен Бездомный наблюдал за боссом с дивана. Именно такое имя взял себе некий лэрг, на данный момент, неизвестно когда и из какого Дома изгнанный. Высокая и фигуристая девица, сидевшая перед ним на коленях, показывала мастерство игры на музыкальных инструментах дивного народца.

Поблизости находилось трое телохранителей — два мастера меча и один маг, до магистра тому оставался два или три шага. Трое слуг и четверо служанок, в золотых ливреях надетых на голое тело, обслуживали непосредственно отдыхающую верхушку.

Зал — метров пятнадцать на тридцать. Сразу бросался в глаза огромный камин, напротив которого стояли два кресла с низким столиком между ними, там два сорокалетних хумана без малейшего присутствия интеллекта на лицах, играли в местный аналог шахмат или делали вид. А вот вино пили с огоньком. Явно притомились от любовных игрищ. Судя по описанию, оба потерянных мною Короля Дна, видимо, им разрешил Смотрящий поучаствовать в общем веселье. У каждого возле ног сидело на коленях по обнаженной гномке или гномихе в ошейниках подчинения.

Чуть дальше «умников» подвешенная в полутора метрах над полом золотая клетка с довольно привлекательной демонессой внутри, из всей одежды на девушке родовой амулет и расовые шорты. Руки скованны спереди, хвост закреплен в специальном зажиме. Крылья та расправить не могла. Толстяк-аристо тыкал острым концом длинной трости пленнице в область паха и смеялся. Его с двух сторон обнимали две звероледи в ультракоротких юбках. Что-то из лисьих, судил по пушистым хвостам. На лицо — обычные люди, но сиськи волосатые донельзя. Их жертва смотрела с нескрываемой ненавистью, в зеленых пламенных глазах читалось желание разорвать всех на куски, но не подчиниться.

Три клетки в дальнем правом углу с прутьями толщиной в руку, в них томились две светлые эльфийки невероятной холодной красоты и темноволосая девушка-аристо с изумрудными глазами. Тоже голые. От заключенных исходили волны презрения ко всем, причем от представительницы человеческого племени гораздо сильнее, чем от дивного народа. Рядом дежурил головорез из охраны, тоже отлично оснащенный и вооруженный. К моей радости, предметы у многих напитаны силой Оринуса.

Если остальные четыре зала были обставлены мебелью, достойной королей, то в спальне речь шла об императорских покоях. Впрочем, дополнительное помещение, отданное под кухню и продуктовый склад — оборудовано по последнему слову техники и магии. И там колдовал повар с шестью помощниками.

Имелась и купальня с бассейном метров пятнадцати в длину и столько же в ширину, рядом с ним термы, явно волшебного происхождения, сауна и даже оборудован живописный душ-водопад.

Зелень, свет от магических светильников.

Золото, золото, золото.

Вновь понаблюдал глазами Глока за обстановкой общественной спальни. Да, это хорошо мы зашли. Богато жила верхушка местных мафиози, каждый предмет мебели — произведение искусства. Дер Вирго будет в восторге. Хотя другого не ожидалось, только обычная контрабанда приносила баснословные деньги, а под нашими клиентами находился практически весь теневой бизнес не только Демморунга, но и окрестностей. Или даже континента, учитывая, что это единственный официальный портовый город на землях Хаоса. И, главное, через них проходила львиная доля «Камней душ» и «Слез Нирна».

На стенах довольно талантливо выполненные картины крайне развратного содержания, множество зеркал, где среди обычных нашли свое место два ростовых древнеимперских, а теперь хорошо заметные четкие искажения, рассказали о их непростой сути. Снаружи у дверей в комнату отдыха в шестиметровом коридоре шириной около четырех шагов, соединяющим спальню и столовую совмещенную с бальным залом (предназначение этого помещения кроме, как такого я придумать не мог) статуями замерли двое телохранителей. Искажения от защитных амулетов и оружия — мощнейшие.

С помощью Глока рассмотрел не только запредельно редкое и дорогое вино на столиках рядом с отдыхающими — «Кровь Арса» и «Свет Лирнира» (пригодились знания, полученные днем), но и пластины из красного золота, с дорожками эльфийской пыли на них, шарики «Слез Нирна» и какие-то курительные трубки, вряд ли с дешевым джунихом.

Горело множество свечей в вычурных подсвечниках, помимо магических светильников. Курились благовония в шести жаровнях из черного серебра, скорее всего, в едва заметной синей дымке нашлось место и неким дополнительным наркотическим средствам. А то, что все деятели их употребляли в безмерных количествах, говорили слишком яркие глаза с некой шалой безуминкой в них.

Еще одна огромная комната, в которую вела потайная дверь, скрывающаяся за картиной в спальне, была отдана на откуп алтарному залу, где располагались жертвенники Раоноса с его же призмой, а также в другом углу находился изрисованный иероглифами параллелепипед высотой по грудь обычному человеку, окутанный колючими бордово-изумрудными лианами — вот и повстречался первый раз с Ахнесс-рагс. Такая же тварь, как и Кровавый, не из Старых, а из Позабытых богов. Запрещенный культ. Этой кровожадной богине поклонялись тайно темные эльфы, считавшие себя самыми первородными из первородных. Учитывая свежие пятна крови, обоим божествам совсем недавно приносили жертвы. Если судить по мощности искажений, то это были обычные алтари, даже не великие.

Нормально.

Изукрашенная золотом, красным в том числе, и черным серебром дверь из спальни вела в рабочий кабинет, где обстановка тоже была императорской. Огромная библиотека, картотека, тайные ниши… И если главное кресло напоминало трон, а массивный стол перед ним был девственно чист, то в неприметных закутках за шкафами за двумя большими и длинными столами велась настоящая бумажная работа. Все верно. По полученным сведениям, фактически всеми делами занимались наложницы — лэргесса Инга и эльфийка Нинаэль, гномка Гертруда в больше мере проявляла себя в палаческом ремесле и силовых, показательных акциях. Часто принимала участие лично. Впрочем, бойцовскими качествами не блистала, особой тактической изворотливостью тоже и гением полководца не обладала, но кровожадности у нее хватило бы на полк. Ее прикрывали кроме мощнейших артефактов, двое телохранителей, отвечавших за девку головой.

Здесь все ясно.

Затем обследовал левое крыло от гигантской столовой с длиннющим столом. Тут брал начало извилистый коридор, который вел в пыточную больше раза в три, чем у бастарда Паскля, а теперь у дер Вирго. Опять же количество и качество пыточного инструмента и антураж не оставили равнодушным даже меня. Конвейер, мать его. Особенно заинтересовало еще одно староимперское ростовое зеркало на правой от входа стене.

Я погнал Глока дальше.

Примыкающая к обиталищу мастеров заплечных дел, тюрьма тоже внушала, коридорного типа содержала двадцать восемь камер, из которых шесть на двадцать-двадцать пять человек, четыре одиночных, и остальные на десять-двенадцать разумных, два карцера, которые не пустовали. Общее количество заключенных двести тридцать шесть разумных. Демонов приблизительно треть, львиная доля из которых юные по их меркам девушки, аристо, гномы и светлые эльфы, все расы с преобладанием прекрасной половины. Отдельно посажены с одиннадцать аристо всех возрастов, шестнадцать эльфов, и двадцать семь гномов — от малолетних детей до угрюмого бородача-деда. Судя по схожести черт — семья. Интересным в данном уравнении было и то, что эти три группы походили на наложниц. Родственники? У меня картина происходящего начала приблизительно складываться, но в любом случае, гномку в расход. Охраняло тюрьму восемь бойцов, судя по повадкам, довольно посредственных. Но ставка делалась на магию, учитывая количество разнообразных искажений в виде и широких сетей, нитей и концентрированных кругов.

Небольшой переход из подземного узилища вел в пещеру, превращенную в ухоженный живописный сад, в котором сейчас царила ночь, как и на поверхности. Две рощицы из разнообразных деревьев, везде различные экзотические в основном теплолюбивые растения, чаще цветущие, по периметру несколько небольших прудов причудливой формы, один с водопадом. С десяток беседок из белого, красного и черного материала. Над ними трудился настоящий гений.

Кувшинки, водная растительность, разноцветная рыба, лягушки, черепахи, змеи и даже с полтора десятка рептилий, похожих на шестилапых крокодилов.

Деревья населяло множество видов птиц, как и обитало два семейства обезьянок чин-чинов, довольно забавных зверей, напоминающих пузатых остроухих панд. В небольшом гроте отдыхали от трудов праведных четыре кота-урри — создания, раза в два меньше земных рысей и выглядящих, как они. Даже кисточки на ушах имелись, но хвост нормальный — длинный. Специальная грязевая лужа скрывала ирийских слоников, торчали только хоботы.

Неплохо, неплохо.

Криминальный авторитет, в прошлом аристократ, купался в роскоши. А еще, ему явно нравилось чувствовать себя королем жизни. И это хорошо. Значит, приземление будет жестким.

В последний раз осмотрел все внимательно глазами Глока, стараясь ничего не упустить. Итого: внутренние помещения, за исключением тюрьмы и спальни, охраняло шестнадцать бойцов и два мага. Все откровенно скучали и маялись бездельем. Дополнительно насчитал девять слуг, где четверо имели довольно сильные амулеты. Если правильно соотнес искажения — даже что-то из линейки праха, но не шипы или копья.

В г-образном тамбуре ведущим от потайной двери в одном из извилистых и хитрых отнорков центральной галереи пятого уровня до главного входа в эту подземную обитель, дежурили пятеро угрюмых хмурых здоровяка с короткими мечами, арбалетами и щитами, а также целой линейкой разнообразных боевых артефактов, типа огнешаров высшего порядка.

Сообщил спутникам о них. Впрочем, они и сами неплохо справились с предварительной разведкой.

Замерев на месте, лэрг усыпил всех за потайной дверью, а дер Вирго, покрутив левый ус, разобрался с магическими запорами, и часть стены ушла вниз, открывая проход. Кстати, на подступах мы прихватили троих стелсеров, прятавшихся в тенях.

Если бы не перестраховка главаря, который постоянно держал мощнейший маскировочный и защитный купол над своими покоями, обрубающий любую связь, как изнутри, так и снаружи, то пришлось бы хуже. Об изменениях в обстановке, требующих внимание большого босса, сообщали вестовые при помощи спецсигналов, передаваемых чем-то вроде морзянки по определенным камням в галереях, начиная с третьего уровня и заканчивая восьмым. Вот они находились на связи постоянно. Мы их обезвредили на первом этапе операции «Пробуждение».

Эти и другие хитрости были выяснены в ходе экспресс-допросов, как живых уродов, так и мертвецов. Последние делились информацией куда, как охотнее.

Я не планировал столь скоро разбираться с бандитизмом еще и не на своей территории, хотел прихватить сегодня ночью только работорговцев и их окружение. Но местный криминал, отчего-то решил, что ему плохо живется без драйва и адреналина, поэтому захотел раскрасить серость бытия яркими красками.

И опять очередной деятель а-ля дер Вирго до начала перевоспитания, сказал бы, повезло глэрду, Азалия помогла предотвратить налет на пару доходных домов, которые уже запустила Енга. Как и не допустить ее жесткого изнасилования, а затем показательной расправы над молодой женщиной и нанятым ею персоналом. Отчасти должны были пострадать уже появившимися постояльцы, а также шестнадцать отморозков желали сжечь таверну, которая располагалась между моими двумя трехэтажными гостиницами. В ней и кормились постояльцы, да и местные жители стали все чаще заглядывать в заведение общепита, где кормили вкусно и за приемлемую цену.

Цель уродами преследовалась простая — нанести ущерб, напугать, показать кто в Демморунге хозяин, и без кого жить и дышать невозможно. Команда «прощупать глэрда Райса» прилетела из Халдагорда. Породив в некоторых нетрезвых умах дополнительную идею обложить некий Дом Сумеречных данью, как поступали со всеми вокруг. Ситуация уникальная, оказалось к моему немалому удивлению, многие высокородные аристо отстегивали бандитам долю от прибыли за отсутствие разных неприятностей, в списках плательщиков имелись даже почетные сотники из Первого показательного легиона.

Мне же помогла богиня.

И не при чем в данном уравнении завербованный и приведенный к нужному знаменателю Тиган, обладающий необходимыми талантами, которые я рассмотрел сразу. Его внедрил в околокриминальную городскую среду с четкими инструкциями, как и за чем наблюдать, на что обращать первоочередное внимание, при этом использовать информаторов. Действовать скрытно. Снабдил средствами, достаточными для организации круглосуточного наблюдения. И, вообще, никак к делу не относилось мое понимание, какие объекты могли подвергнуться атакам вероятного противника в первую очередь. Как и использование их в качестве приманки. Именно для этого они выставлялись напоказ без всякой охраны, провоцировали своим существованием на определенные действия врагов, с которых я собирался взыскать больше, нежели чем за сто лет непрерывной работы заведений. Получить законный повод уничтожать и доить их без пощады и жалости. Впрочем, претензии и акты устрашения от откровенного криминала ждал в последнюю очередь, в первую, от обиженных благородных и элиты Аринора, а также сектантов Справедливости и Порядка под рукой Паскля.

Именно циркач сообщил о подозрительной концентрации сил зла, а подслушанный мальчишками разговор, четко свидетельствовал о причинах сбора людей с одухотворенными лицами.

Я лишь успел переговорил с Оринусом, а затем с Ванессой, где определился по артефактам. Поэтому пришлось срочно откладывать все предстоящие встречи и дела. А дальше улетел приказ лэргу, наши гвардейцы незаметно окружили небольшой особняк за высоким забором через улицу от доходных домов, затем последовало усыпление четырнадцати фигурантов, двоих пришлось обезвреживать вручную. Приведение в чувство, быстрые допросы, в том числе пары специально организованных покойников, сортировка деструктивного элемента… Вызов дер Вирго и дополнительных сил из числа наших бойцов.

Планирование операции «Пробуждение» много времени не заняло, требовалась оперативность и молниеносность. Под названием я подразумевал о выводе из спячки в душах работников ножа и топора, таких основополагающих чувств, как страх и инстинкт самосохранения. В целом, заготовки на этот случай имелись.

А затем последовало нанесение удара.

Абсолютно неадекватного.

Безжалостного.

С чрезмерным применением силы и насилия.

Ничуть не удивился, что в списке, где могли находиться сильные криминального мира, оказались заведения, где подолгу останавливались помеченные работорговцы. Маркеры они сняли во время Совета, но нашлись в местном казино в полном составе.

Вот здесь гвардейцы Турина оказались и к месту, и доказали, что их выучка не чета каким-то бандитам, даже подготовленным. Заведения оцеплялись, связь глушилась в радиусе двухсот метров. Затем следовал магический удар сонными или парализующими заклинаниями. Им не поддались лишь трое старших Смотрящих из Тени, игравших между собой в кости, и часть их охраны. Однако сделать никто ничего не успел. На сверхскоростях пехота была отправлена прямиком к Маре, деятели же заглушены, скованы и обезврежены.

Известные входы в катакомбы, а у несостоявшихся налетчиков мы выяснили, какими те пользовались, находились под нашим контролем. Узнав же о системе вестовых у главарей с кольцами-передатчиками, обезвредили и их.

В любом заведении под патронажем мафиози хорошим тоном считалось иметь яму с лирнийскими слизнями, поэтому выбрав пару самых отвязных отщепенцев, я их скинул туда. Данный шаг был необходим для работы с главарем. После допросов нашли и пятерых Королей Дна, как любили они себя именовать. Одного в таверне «Кракен», остальных в бандитских притонах. Выживших и не требующихся здесь и сейчас я передавал мангруппе нежити. Но в другой точке выхода, нежели с утра. Кощей радовался конвейеру специфически, но именно так можно было обозначить ту гамму чувств, захватившую его. А еще он хотел использовать данный фактор в вербовке более слабых коллег, чтобы они скопом клялись мне на Тьме.

Дер Вирго задал закономерный вопрос, открывая портал:

— Ты куда их перебрасываешь?

— Там внизу под тротуаром мертвецы пасутся, скидываю сверху в люк, те радуются и утаскивают их куда-то.

— Этих тварей они точно сожрут?

— Ну, не приллом же напоят…

— Глэрд, ты если что убивай их предварительно, или давай я буду это делать! Чтобы всех мроков без посмертия оставить! И никто из них живым не ушел! Никто! — с кровожадностью в голосе высказал пожелания он.

Пообещал, что все так и будет.

Вообще, обратил внимание, маг ненавидел люто бандитов всех мастей, он без всякой на то причины уничтожил их восемнадцать, используя самые разнообразные боевые заклинания от незримого пресса до странных черно-зеленых молний, после которых от жертв оставались вонючие лужицы. Я не мешал, лишь предупредил, что если тот угробит мне нужных, приму меры дисциплинарного характера от порки до понижения в звании. Поэтому к выбору кандидатов тот подходил все же аккуратно.

Как итог, около трехсот разумных за пять часов работы оказалось в цепких лапах будущего архилича. Два десятка из них требовалось допросить в более приватной обстановке, подозревал, что нахапали и напрятали немало.

На Земле занятной была теория пяти рукопожатий, которая по мнению идеалистов работала всегда и всюду, неудивительно, что она отлично показала себя и здесь. Четыре полноценных «допроса» свежих мертвецов, и одно снятие всех клятв со Старшего смотрящего из Тени привели нас в подземное обиталище главного мафиози. Кстати, именно он являлся обладателем цепи Демморунга, которую тот великодушно разрешил забрать у незаконного владельца в первую нашу встречу с мертвым колдуном.

И вот мы в шаге от цели.

Когда я в тамбуре под куполом безмолвия уточнил вновь диспозицию, оказалось, что соратники не видели и половины деталей. Например, алтарного зала. В итоге, мэтр и Турин задумались. Затем провели некие манипуляции, абсолютно незаметные в магическом спектре, но опять многое поведал «подарок» Однорога — видеть искажения.

— Да, ты прав… И цепь Демморунга, точно его. Купола сниму, но смотрящего ни парализовать, ни усыпить не получится, как и мага, и бойцов в той комнате. Его правую руку — тоже сомнительно… На пленников даже тратить энергию не станем. Два в коридоре — не уверен. Точно один сразу за этой дверью останется в сознании. На него даже внимание обращать не стоит. Просто убей. Вскрыть бесшумно мы эту конструкцию не сможем, вынести — легко. Они укрепляли и усиливали именно створки, но не подумали о стенах. Турин, поможет, однако, глэрд, мы на секунд десять выпадем из схватки. На тюрьму предлагаю обратить внимание в последнюю очередь.

— С теми я сам справлюсь, — сообщил я, — Главное, чтобы в пыточной никто через древнеимперское зеркало не ушел.

— Я там свое поставлю, как и в спальне. Это смогу.

Пятиминутное совещание с распределением ролей, еще одна ушла на черчение неких рунических символов мэтром:

— Можно и просто голой силой вынести, но маны прорва уйдет, а мало ли, какие сюрпризы там приготовили, лучше пусть будет ее запас, — объяснил дер Вирго свои манипуляции для меня, — Все, готово!

— Тогда вперед! — приказал я.

И мэтр ударил, эффект напоминал запредельной мощности направленный «сметатель». Казалось, вздрогнули сами катакомбы. Толстенные створки из неизвестного металла, открывающиеся наружу, с честью выдержали испытание, и даже не прогнулись, что не помешало им влететь в помещение вместе с дверным проемом и частью стен, в которые глубоко уходили металлические штыри.

Одновременно лэрг ударил сонным заклятьем.

А я на всех сверхускорениях в режиме невидимости сразу, едва только проем стал позволять, метнулся вглубь зала-прихожей. Дверь находилась еще в полете, как и камни из кладки, когда первый противник только-только начавший округлять глаза и тянуться к поясу с оружием оказался передо мной.

«Кровопийца» легко вошел под подбородок, острие устремилось вверх, проникло в мозг, рез… И я понесся дальше. Кровь не успела окатить потоком.

Вот нужный коридор.

Там бойцы только поднимали взоры на распахивающуюся дверь, а я уже преодолел в прыжок шестиметровое расстояние между нами.

Два движения, превращающие кинжалы из наследия Иммерса в пару смазанных линий даже в моем восприятии, и два трупа.

Глок транслировал обстановку в спальне.

Пинком распахнул две тяжелые высокие створки и влетел в зал, сразу от входа телепортируясь с помощью волчьего умения к магу, который двигался на диво шустро, и уже судя по концентрации искажений на ладонях, почти создал некое заклинание запредельной мощности. Но он немного не успел.

Резкий сверхбыстрый удар кинжалом, и голова потеряла связующие нити с телом.

За сотую долю секунды до моего перемещения в пространстве, ятаганы из ножен рванули серебристыми молниями в сторону двух мастеров меча. Те смогли бы уклониться, не знаю, сработала ли у них интуиция, а может имелась какая-то способность, если бы у моего оружия не было самонаведения. И правый, и левый «Коготь», мгновенно скорректировав курс, четко вошли в глазницы противников с такой силой, что опрокинули их на спины.

Это отмечал, оказываясь рядом с диваном, где, не выпуская эльфийскую флейту изо рта, дива заснула. Владелец инструмента пока ничего не понял, а несколько тычков когтистой перчаткой в нужные точки вызвали паралич.

Я, не контролируя конечный результат, точно зная эффект, прыжком переместился на кровать к главарю, который только-только начал что-то осознавать, выныривая из наркотического угара. Он успел оттолкнуть от себя обнаженную гномку, активировал незримую защиту, которая сразу забурлила мощнейшими потоками искажений.

Преградой для перчаток Иммерса они не стали.

Сорвал с босса цепь Демморунга, швырнул в сторону. Заковать злодея в антимагические кандалы, не обращая внимания на хруст костей, получилось в одно мгновение.

Готов.

Остальные благополучно заснули, кроме последнего охранника возле клетки с пленницами. Он даже успел сделать четыре шага в сторону главаря, но два «Когтя», которые осознанно отправил телекинезом, чтобы хоть немного опустошить сосуд с праной, который вот-вот должен был заполнить поток от силы и крови.

Оба кинжала взвились в воздух и на дикой скорости устремились к цели. Левый угодил в глаз, а правый легко преодолел невидимую броню, толстую кирасу и вошел в сердце уже мертвеца. Собрат успел раньше вытянуть всю энергию из жертвы.

Осмотрелся. Сканирование.

Везде чисто.

Накинул на темного эльфа еще и «кокон». Когда появился Турин, я уже упаковал правую руку босса.

По закрытому каналу приказал сотнику: «Наблюдай! Древнеимперские зеркала завесь чем-нибудь. Я в тюрьму».

«Сделаю!».

Опасался, что среагируют надзиратели и смогут эвакуироваться через портал, несмотря на ухищрения мага, или используют индивидуальные средства. Все же половина из них — аристо. Скорее всего, эрги. Шумоизоляция здесь была мощнейшая. Поэтому те даже не поняли, что произошло нечто, меняющее в корне их жизнь. Учитывая плащ, перчатки и сапоги, особо не обращал внимания на искажения от магических или ловушек, или систем оповещения, а может чего-то другого. Ударил «Объятиями Ороса», сразу отправив к нему половину бандитов, вторую вырубил точными ударами.

Всех пока оставил в живых. Но только в исподнем и антимагических кандалах, дополнительно закрепив их на пыточных столах, одного пришлось размещать на дыбе.

Нормально.

Пока возился, следовали доклады:

— Все чисто!

— Готово!

— У нас тоже.

За последующие пятнадцать минут мы рассортировали пленников, прислугу бойцы поместили в свободные камеры. А маг с Туриным провели самое тщательное сканирование. Больше живых и сюрпризов не обнаружили, но нашли шесть тайных выходов — для эвакуации. Они выводили в неприметные закутки на галереи четвертого, шестого и даже седьмого уровней.

— Пока их в сон! — к неодобрению дер Вирго приказал я, указывая на пленниц, смотревших во все глаза на происходящее. Маг явно пускал на них слюни. Ничего, потом может и выгорит у него, ведь он выступил одним из спасителей. Хотя нужно всех расспросить, а то окажется, что это конкурентки. Впрочем, вряд ли. Вероятность такого крайне мала.

— Сейчас, — тот принес одно одеяло и три пледа, вручил каждой, пока все закутывались, маг каким-то воркующим голоском успокаивал их, — Благородные леди, милые девушки, красавицы, скоро все закончится! Потерпите еще немного, осталось совсем чуть-чуть. Вы и не заметите, как мы вас освободим. А сейчас примите удобное положение на полу, ничего страшного, мы здесь наведем порядок, разберемся с замками ваших узилищ и вскоре вы проснетесь свободными, это говорю я, мэтр Нессер дер Вирго Хранитель знаний Истинного Великого Дома Сумеречных, чье имя знают боги, — а затем, когда к моему легкому изумлению, ему подчинилась даже демонесса, картинно щелкнул пальцами.

Уснули.

Нормально.

Среди фужеров и бокалов — невероятно изысканных и утонченных, как и ярких экземпляров безвкусия, пусть и невероятно дорогого, я выбрал одну чашку. Она мне понравилась во время предварительной разведки. Вещь, глазами райса судил по искажениям, сугубо магическая. Походила на большую пиалу, целиком вырезанную из невероятно огромного темного рубина, по цвету, совпадавшему по цвету с моим родовым перстнем. Окантовка верхнего и нижнего ободка из черного серебра, сплошь исписанного рунами из красного золота. Внутри кристаллических стенок словно жил своей жизнью антрацитового цвета вытянутый антропоморфный череп. Как бы ты не поворачивал посудину, а тот перемещался всегда так, чтобы пялиться глазницами с тлеющим синим огнем, на собеседника или в противоположную от тебя сторону.

Новая способность от Эйдена помогла понять — температура жидкости в пиале поддерживалась, если не нужно его остужать или нагревать — имелись и такие функции; встроенный определитель ядов и нейтрализация их, превращение любой воды в питьевую, даже морскую. Можно было зачерпнуть жижу из болота и через несколько секунд пить без всякой опаски практически ключевую. Отличная вещь. И в имидж вписывалась.

Темный эльф быстро пришел в себя, смотрел с невозмутимой презрительностью несмотря на то, что оставался обнаженным и скованным. Его один из гвардейцев посадил на вычурный стул, встал рядом, а я уселся напротив через стол. Дер Вирго по плану сейчас снимал защиту с кабинета мафиози, нет-нет и кидал взгляды на спящих эльфиек в клетке, строил умильные рожи. Впрочем, не менее плотоядно поглядывал и на кровать с наложницами, на музыкантшу и зверобаб.

Глок легко проникал внутрь рабочего помещения смотрящего, действуя четко по моей инструкции, однако сами меры безопасности мэтр счел достойными внимания, и занялся лично. Лэрг встал у меня за правым плечом.

— Турин, пусть бойцы кипятка сообразят, — указал на пиалу-трофей, — можно и из служек кого-нибудь в себя привести, пусть разогреют нам чего-нибудь из еды или приготовят. Уверен, все проголодались, а работы еще много. Клятву с них на крови возьмите, чтобы не плевались в пищу и не пытались отравить. Кларк, пасть ему освободи! — боец, страховавший главаря, вытащил кляп.

— Ты кто такой? Ты хоть понимаешь, что… — сразу властно и криком, попытался задавать неправильные вопросы остроухий негр.

Но тут же задохнулся от боли. «Оковы» сработали штатно, и хорошо, что эльфы были ближе к людям, чем гномы, вот на тех даже без всяких артефактов и заклинаний они практически не действовали. Нет, расколоть его можно было и без них, учитывая мои базы, те же гоблы собаку на пытках съели, как и обычные эльфы — одно время со своими черными собратьями резались не на шутку, и обогатили базы знаний Однорога, но потребовалось бы время. И кольцо помогало понимать практически со стопроцентной уверенностью правду ли говорит разумный, как и делал невозможными попытки нарушения им клятв на крови, чтобы неожиданно для вопрошающего уйти в закат. Впрочем, встречались и исключения.

Когда пациент пришел в себя, я понаблюдал за манипуляциями мага, деятель занервничал, но старался не показать виду. Наконец, когда пауза стала тягостной, стал ронять слова:

— Если ты еще не понял, я — глэрд Райс глава Истинного Великого Дома Сумеречных, титулы и звания перечислять долго, и ты их знаешь. Ты — Сантир ре Валеро, главный Смотрящий из Тени Демморунга. Таращащийся на нас от кровати тип — твоя правая рука Этьен Безымянный. Девки на ней — гномка Гертруда, лэгресса Инга и эльфийка Нинаэль. Наложницы. Вон те два товарища — Короли Дна — Трох Кривой Топор и Генн Старый черен. С остальными твоими гостями пока не познакомился, а ты с работой «Оков Боли» уже. Продублирую, а то вдруг не дошло, — вновь активировал их, когда тот вновь пришел в себя, продолжил, — Далее, я могу снять с тебя любые клятвы и ограничения, и ты ответишь на все мои вопросы, как и твои приспешники ранее, а затем в лучшем случае попадешь в Гратис. Клянусь кровью! — увидев пламя на моей руке он вздрогнул, затем взгляд остановился на черепе четок, — Введу тебя немного в курс дела. Смертников, которых подобрали по твоему приказу Старшие смотрящие и Короли для налета на мои заведения и показательного убийства моих же людей, сейчас дожирают мертвецы. Твое опрометчивое решение привело не только к тому, что я сижу напротив тебя, но и к другим неприятным для всех вас последствиям. «Красный орел» — притон и игорное заведение, — Догорает. Опять же большая часть персонала и гостей умерла, другая утонула в ямах с лирнийскими слизнями, кто-то стал кормом для нежити. Впрочем, подобная ситуация сложилась и с «Королевским кабаном» и «Небесным приютом» — довольно неплохие постоялые дворы полностью под патронажем бандитов и отчасти заселенные ими же, — и с «Кракеном», — последнее точно адаптивный перевод, но тоже обозначало морское чудище из глубин, — Таверну «У Кривого Джаспера» и «Истинную Кровь», как и еще несколько заведений в портовом районе может быть оставлю себе. А может и нет.

Говорил я спокойно, размеренно. Эльф широко распахнул глаза, он понимал мою речь, и боялся поверить в происходящее. Однако осознавал, что на шутника, человек нашедший его в катакомбах, в защищенном логове, не очень-то и похож.

Да, я озвучил предварительные итоги операции «Пробуждение», дополнительно там трофеями, на которые обратил внимание, стали восемь с половиной мешков со «Слезами Нирна», пять камней душ, множество артефактов, золота могло быть и больше, как и векселей. Хотя основная работа по захоронкам, тайникам, лежбищам и рабочим кабинетам пока не проводилась.

Еще кормом для мертвецов по величайшей просьбе дер Вирго стали десяток стражников, а также два чиновника средней руки. Они попытались защитить разбойников, призывая на свою сторону закон. В ходе короткого допроса выяснилось от кого и зачем те брали мзду, какие дела прикрывали, а затем все отправились к личу для последующих допросов, если успею с таким насыщенным графиком. Кощею же точно оставалось до приставки «архи-» совсем недолго.

— Как понимаешь, курировавшие все это твои приспешники почти в полном составе отправились на свидание с нежитью, — один же Король ожидал сейчас своей участи, закованный и под охраной двух гвардейцев. У него был шанс встать во главе криминальной организации. Эту кандидатуру я пока обдумывал.

— Ты… Ты не понимаешь с кем…

— Лэрг, убей гномку, чтобы он видел. Только голову пока на месте оставь, и крови поменьше. Так легче будет ее мертвую расспросить о всех делах неправедных.

— Нет… ты… не посмеешь, да я… я! Я тебя! Да я тебя…

— Закройте ему пасть.

Гвардеец моментально вернул на место грязную обмуслявленную тряпку, сотник тоже приказ выполнил — ткнул родовым кинжалом в бок девке, не скажу, что с удовольствием, но он присутствовал при допросе одного из царьков, где тот, избавленный от клятв, рассказывал о ближнем окружении главаря. Самая безобидная забава злобной карликовой мрази — снятие кожи с аристо, хуманов и соплеменников (их пытала с особым огоньком и цинизмом), отчего она испытывала наслаждение, а при рассказах про остальное даже видавший виды Турин сжал до хруста огромные кулаки.

— Сюда ее забрось, — не вставая, показал пальцем на столешницу.

А затем, когда подрагивающее тело оказалось передо мной, приложил обнаженную правую руку к еще теплому лбу. Очередная порция чужих эмоций и внушительный кусок чужой жизни. Справляться каждый раз с этим получалось проще, однако легче на душе от всей вливающейся и пропускаемой через себя грязи не становилось. Словно сам проживал все. В себя приходил уже быстрее, но… Но такие допросы по мозгам били нещадно. Если бы не подготовка, с катушек на третьем бы слетел.

За десять минут использования умения Воронов прояснилось столько и всего. Не без труда удалось обуздать эмоции, что я скрыл за завариванием прилла. Один из гвардейцев доставил чайник с кипятком. Психологической обработкой главаря занимался не из любви к искусству или принуждения к откровенному разговору, для выяснения всех раскладов и подноготной мне не нужны были никакие прелюдии, но для выполнения важнейшей миссии с ре Валеро в главной роли.

Смесь трав от Эйдена внесла ясность в мысли, подарила спокойствие, а распитие и смакование благородного напитка над неостывшим телом бывшей соратницы заставило главаря обмереть. Да, он не боялся трупов, сам творил немыслимые бесчинства, гораздо хуже, нежели мы, но никогда не думал оказаться на месте жертв. Именно сейчас его проняло, пришло осознание всей глубины той пропасти, в которой оказался.

И эльф выдохся, теперь смотрел диким взглядом, сквозь ненависть все отчетливее проступал ужас. В эмоциях он тоже начал преобладать. Только теперь дошло, что ему не могли помочь ни бандиты, ни нанятая охрана, ни прикормленные и прирученные чиновники, жрецы, как и собственный Дом. Братья по Тени из Демморунга далеко, и не факт, что сами не окажутся рядом… Он впервые столкнулся с той силой, которая не только не боялась их организации, она просто не принимала ее в расчет. Никто вокруг из агрессоров не думал о каких-то последствиях, и ре Валеро вдруг пришел к пониманию, что прятаться и дрожать придется оставшимся его братьям по Тени, а не нам. Не зря же мы зажигали и жгли.

— Слушай внимательно, склизкий мрок. Удивительно, но именно ты сам приблизил свой конец. И их тоже, — обвел окружающее пространство правой рукой, где череп на четках гипнотизировал собеседника, а на пиальный он боялся даже взглянуть, — Меня великий герцог попросил разобраться с мертвецким войском под Демморунгом. Из-за тебя, сука, я его только кормлю, в надежде завтра столкнуться с нормальным сильным противником, а пока вынужден терять время, давить вас — гнид и крыс, заниматься дезинфекцией, и я вот сейчас размышляю о ваших выводках. И решаю, куда их определить. Если мы с тобой не договоримся, уже к вечеру ваши родичи лишатся посмертия, только некоторые счастливчики окажутся в Гратисе. Как думаешь, кто-нибудь остановит меня, чтобы не скормить лирнийским слизням Лексию, Тарию, Иннэль, Росма, Глина и твою любимицу крошку Чи-чи, ту самую Чинаэль? — все это были дети, которых по-королевски он обеспечивал, любил безмерно, готовил к Ледяному пути, подкармливал «Слезами» и «Камнями», — Кто мне запретит посетить Дом Сапфировых лиан Греи с цветком Тьмы и Хаоса? Назови хоть одно имя, мрок⁈ — он помогал своим родственникам, их тоже безмерно ценил, хоть и формально те его «изгнали», по факту, выписали полный карт-бланш, — Правильно ты все понял, никто не поможет. Учитывая ваши заслуги, как и поклонение моему кровному врагу Раоносу, принесение ему кровавых жертв в виде разумных, а еще в уравнении появилась такая мразь, как Ахнесс-рагс, то я все сделаю, и моя рука не дрогнет.

— Что тебе нужно? — сипло прохрипел тот.

— Это правильный вопрос. Первое, ответы на все мои вопросы. Не беспокойся, клятвы я с тебя сниму. Лучше добровольно, без пыток. Это лишнее время. Второе, ты выполнишь важное задание. Почетное. Сколько у тебя хранится здесь камней душ?

— Готово! — неожиданно проорал дер Вирго, сигнализируя, что он справился с магической защитой помещения, — Хитро! Мне даже понравилась задачка! Побольше бы таких! — эйденов энтузиаст-любитель.

— Сто четыре, — ответил визави, в принципе, не такая это и тайна. Все равно мы их найдем и получим правильный ответ.

— Есть ли у тебя индивидуальный телепорт и ведет ли он на Великий Халд?

— Не он, но нечто похожее. Да, в Халдогорд.

— Это хорошо. Твоя миссия довольно проста, через час связаться со своими коллегами по ремеслу и Тени из славной столицы Аринора по амулету дальней связи, рассказать о произошедшем, что в ваше логово ворвался я, и что тебе удалось бежать. Сейчас ты прячешься. Ждешь удобного момента для перехода в Халдогорд, как только мы перестанем рыскать вокруг. Сообщишь им, мол, тебе удалось спасти камни душ. Поэтому не все потеряно. Когда окажешься среди своих, сразу будешь требовать у них денег и подмоги, поставишь условие, что иначе никому не отдашь свои сокровища. В итоге, учитывая, произошедшее, тебя убьют. Но вероятней всего, не сразу, попытаются допросить, предварительно забрав кристаллы, которые обязательно должны попасть в их руки, но ты, видя такой финал, уйдешь сам. Примешь доблестно яд. Это в общих чертах, подробнее потом проинструктирую. И таким шагом ты спасешь свою семью. Если все сделаешь, как нужно, то кровью клянусь, что не трону твоих близких, если они сами не придут ко мне. Например, с местью. Тогда я им не завидую.

— Хорошо. Все сделаю, только дай мне написать им письмо, тогда они не… тогда они точно не сделают глупостей, — вовремя поправился визави, боясь, что я могу истолковать его речь, как дерзость.

— Дам. А пока в первую очередь отвяжи от себя цепь Демморунга, он мне ее подарил лично, клянусь кровью, а затем передавай управление над Ингой и Нинаэль…

Отлично.

Турин, услышав о целях миссии и что в итоге попадет в руки врагов, чуть округлил глаза, что у него означало высшую степень недоумения. Смотрел на меня, и как бы спрашивая: я все верно расслышал? Не тронулся ли ты умом, глэрд? И уж совсем скабрезное: «ты чего несешь, мрок⁈»

Нет.

Не тронулся.

…Оринус во время незапланированной встречи сначала уперся рогом, начал ныть про энергию, по мере же объяснения ему перспектив, и что в конечном итоге мы будем валить все на Эйдена, чтобы Раонос еще и с ним вступил в противоборство, счел идею здравой. А когда я ему предложил самому придумывать эффекты, приведя в пример, что можно жертве вырастить драконьи железы в заднице и завязать срабатывание на выпуск газов и дефекацию, тот спросил с какой-то затаенной мечтательностью:

— Получается можно хоть что?

— Да, насколько фантазии и сил хватит, главное, чтобы было обидно, неизлечимо и наносило ощутимый вред окружающим. Но такой, за какой убивать вроде бы нельзя, однако и в обществе такого кадавра находиться тоже. Приступы бешенства там, когда пациент на других разумных кидается и пытается укусить их за ноги или забодать, если рога вырастут, ну или справить нужду прилюдно… И сделай возможность, применять камни неоднократно. То есть, использовал один, увидел результат, не понравился, чтобы исправить, потянулся за вторым. Добавил.

Минимум полтора часа ящер выдумывал свои уникальные способности и новые органы для каждого пользователя. В итоге мне вручил не сто, как я просил, а сто двадцать два. И пообещал, если у меня получится задуманное, предоставить еще партию. Сам же, когда творил, радовался, часто хохотал, запускал от полноты чувств в чащу огненные шары, прыгал, размахивал косой и… в общем, потребителям я не завидовал. Производитель же лапы потирал. Вот кто дитя Эйдена, а прозвали меня.

Затем, попеняв вновь Оринусу про загубленные перспективы из-за уничтожения аватара, поинтересовался, какая правильная клятва от них заставит служить верно. Учитывая, что от него ничего не требовалось, тот поделился знанием.

Мгновенные воспоминания вызвали тень улыбки, а темный эльф вздрогнул, вероятно представил картинки пыток и расправ, в которых он часто принимал участие, но теперь себя в роли жертвы. И что именно от такого мне весело.

Пока отправил его мариноваться и писать письмо, как и показывать все секреты магу с Туриным, сам занялся девицами.

С наложницами решил беседовать с глазу на глаз. Когда по моему приказу привели в чувства лэргессу и усадили напротив меня, сверху же опустился купол безмолвия, она явно обрадовалась, поняв, что именно я стал новым ее хозяином. Без всяких прелюдий обратился к ней:

— Рассказывай. И честно, без утайки. Пока кратко. Это «Оковы Боли», ты умная девочка и представляешь последствия. А насколько? Посмотрим, когда ты ответишь на незаданные мною вопросы.

Та чуть прикрыла глаза, явно сосредотачиваясь и решаясь, а затем заговорила.

— Да, ты правильно понял, что за организацией несостоявшегося нападения на твои заведения стояли мы с Нинаэль, и сделали все так, чтобы твой человек — Тиган со своей детворой, нищими и другими прикормленными разумными заметили приготовления, а затем сообщили сразу тебе. Специально проследили за этим. Хотя проделать это было трудно. И операция началась тогда, когда ты появился в Демморунге. Мы рассчитывали, что найдешь это место, так как четверо из налетчиков знали где искать Королей дна и Старших смотрящих из Тени. Предполагали, что ты сможешь сюда добраться в течение пяти-семи дней. Думали тебе понадобится суток трое, чтобы захватить и допросить кого-то из знающих местоположение ре Валеро. Кстати, если не секрет, кого именно ты смог так быстро поймать? Они ведь все вместе сегодня были с охраной и…

— В живых пока остался Робин Стальной клык. И вот эти товарищи, — указал на замерших в отключке пациентов.

— Ты всех убил? — абсолютно неподдельное изумление на лице.

— Одного отправил в Гратис, остальных мертвецам.

На моей стороне выступили «Оковы Боли», которыми прощупал пациентов, выбрал самого знающего и связанного клятвами сверх всякой меры, а затем снял их все. В итоге, он рассказал гораздо больше мертвецов, впрочем, те и рангом не вышли. Но остальные мафиозные главари сейчас находились где-то у Кощея. Их приказал беречь.

Сделал глоток прилла. Инга непроизвольно поежилась, когда чуть вспыхнул огонь в глазницах черепа. Я посмаковал божественный напиток и спросил:

— На чем основывался ваш план? Почему решили, что я смогу вас найти?

— Мы выяснили про тебя все, что смогли. Начиная от того, наследником какого Рода ты являешься и каким умением можешь обладать, а именно, разговаривать с мертвыми осколками душ, может, их отражениями. Не знаю, как там правильно. Люди из Черноягодья были уверенны, что у тебя он имеется. Именно поэтому многие из них боялись и боятся вредить твоим начинаниям. Этот факт сказал сам за себя, — посмотрела мне в глаза, продолжила, радуя безмерно, — Да, мы так же знаем, что ты точно имеешь следующие «народные способности» — медвежье усиление, затем волчье перемещение в пространстве, другое примерно с такими же свойствами, но до конца непонятное. Узнали все, что можно из биографии и известного окружающим, даже слухи. Проанализировали Поединки чести, привлекли соответствующих специалистов, они отметили — заявленные у тебя артефакты не соответствуют имеющимся. Как и то, что ты ими пользуешься быстрее, чем маги плетут заклинания. Что невероятно само по себе. Кроме этого, записали и разобрали все твои прилюдные речи. На основании всего материала, поняли, что ты не просто везунчик. Поэтому сделали закономерное предположение — доходные дома, оставленные вроде бы без всякого присмотра при огромном количестве врагов, служат приманкой для них же. И поводом. Затем появился Тиган, он раньше находился практически в рабстве у купца из Свободного Града, обладал определенными талантами. Как-то мы присматривались к нему — тогда искали выходы на их рынки. Понятно, что нелегальные. Проанализировали его деятельность, поняли, ты его завербовал. И, к нашей радости, пришел приказ ре Валеро узнать про тебя все возможное, прощупать, посмотреть. Именно это дало нам возможность спровоцировать тебя на действия, ведь силовое давление тоже относится к неопределенной категории «прощупать». Хоз… Валеро же давным-давно спихнул на нас подобные задачи. Дальнейшее ты знаешь.

Рвал ли я на себе седины? Нет. Все предполагаемо и учтено.

Шаги дам абсолютно логичны, и всегда должны осуществляться перед любой операцией. Чем больше ты знаешь о противнике, тем лучше. Самое главное для меня, нет, не открытие, а подтверждение собственных мыслей. Отличной получилась демонстрация, как будучи гораздо более подконтрольными, нежели, чем под клятвами верности на крови, достигать своих целей идущими вразрез и вредящими хозяину или главе Дома. Конечно, речь шла не о рядовых исполнителях, но все же… Молодцы.

— Причины ваших действий? — я сделал глоток прилла, перебросил зерно четок.

— Сначала нас вел только страх. Мы всеми силами старались избегать контактировать или иметь какие-то дела с последователями Раоноса и Оринуса, это путь в Гратис. Да и ведет к падению. Безумию. «Слезы Нирна», омоложение при помощи камней душ, превратили и де Валеро, и Гертруду в чудовищ, хотя они такими изначально не были. Все началось чуть больше пяти лет назад, за это время все темное и страшное вытащил проклятый божок из потаенных уголков их душ. Изначально под нами была контрабанда всего, и только… Конечно, подминали, убивали редко, пусть и в некоторых случаях показательно. Война, опять же, с другими группировками. Но что они могли нам противопоставить, когда за нами стоял Аринор?

— Благородные?

— Да, в основном.

— Еще причины? Тоже кратко.

— Гертруде, ненавидящей свою семью, пришла идея, что и наши должны оказаться на алтаре, а убить их необходимо нам лично с Нинаэль, чтобы навсегда связать себя с Раоносом. Но как полагаю, затем черед пришел бы и мой, и ее. Не представляю, чего им стоило найти родственников… Ты ведь их видел? — кивнул, — Через полторы декады ре Валеро хотел устроить массовое жертвоприношение Ахнесс-рагс, с целью создать воплощение позабытой богини. Ее божественный алтарь с изначальным камнем находится где-то на позабытых континентах или островах, но туда ведет портал из зеркала в пыточной. И…

— Потом расскажешь подробней, сейчас меня интересует другое. На что вы рассчитывали?

— Во-первых, на свободу от рабских ошейников, пусть и с заменой их полной клятвой верности на крови тебе и Дому Сумеречных. Во-вторых, что ты по достоинству оценишь наши качества, поручишь ответственное дело, мы же приложим все усилия, чтобы выполнить любое, — на последнем слове сделала едва заметный нажим, — задание. Это позволит нам занять впоследствии легальное высокое положение в обществе. Да, и быть пусть любимыми, но подстилками безумного бандита… не те это мечты и не те это принцы, — позволила себе легкую горькую улыбку, — Это основное. Конечно… Решать тебе, но поверь, если ты это сделаешь для нас, вернее людей у тебя просто не будет. Мы умрем за тебя.

— А Нинаэль не боится, ведь я известный эльфоненавистник?

— Нет. Мы же изучили твою биографию. Черноягодские изгои ничего не опасаются, более того, преисполнены какой-то уверенности в будущем, наставник айсы-рок о тебе в своих кругах неплохо отзывался, а если посчитать, то ты аристо убил не меньше, как и хуманов и гоблов, но под твоей рукой мирное племя, которому помог выжить… А вот те, кто поклоняются лживым богам или приносят жертвы тому же Оринусу, вместо свершения в его честь подвигов, тем стоит бояться.

— Я обдумаю все. Свое решение сообщу.

— А наши семьи? — прорвался тоже очень важный для девушки вопрос.

— Максимум пару дней будут оставаться здесь. Затем возьму со всех клятву долга жизни Дому, и могут быть свободны. И предложу желающим работать в его благо, дело для всех найдется, но только после полной клятвы верности на крови. Кстати, есть в закромах ре Валеро, теперь уже моих, что-нибудь из линейки Алгера?

Взгляд собеседницы чуть расфокусировался. Один в один, будто работала с нейро.

— Почти все, кроме Грез и Маски — они востребованные. Насмешка, Чарующие звуки, Неукротимая сила, Безутешные слезы, Безудержный гнев, Безмерная Любовь и Воплощение.

— У тебя Оруст стоит?

— Да. Арта. Помогает.

— А есть нечто лучшее «Повелителя пространства»?

— «Владыка пространства» же… Его можно улучшить.

— Неплохо.

Если девушки не обманут моих ожиданий, то именно они станут самым ценным приобретением сегодняшней операции, а не артефакты, золото и другие ценности. За исключением важнейшей информации. Сегодня я наглядно убедился в правильности выбранной стратегии, каждому даже в ближнем окружении, нужно знать ровно столько, сколько требуется для дела, и я сочту нужным. И не больше. Про постоянную руку на пульсе проговаривать мне не требовалось, это и так очевидно.

Глава шестая

10–11.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

Сутки пронеслись стремительно. Мне хотелось задать еще сотню, тысячу вопросов ре Валеро, но они уже касались мелких и незначительных деталей. Миссия же главаря была важнейшей. Доставить адресатам сто четыре кристалла, из которых нормальных камней душ — двадцать, десять от Эйдена, остальные от Оринуса. Смешал. Обычные для затравки, если будет существовать возможность омоложения тогда, несмотря на риски, азартные игроки всегда найдутся.

Бывшего бандитского авторитета на той стороне должны были встречать. Крохотная ампула с ядом у него находилась за щекой, от возможных пыток и парализации, если враги к ним приступят сразу, уберегало заклинание от дер Вирго, которое на шесть часов (что избыточно, учитывая, что остроухому осталось жить около четырех) резало болевые ощущения до нуля, как и отражало сильнейшие заклинания из школы магии разума.

— Помни, ты обещал не трогать моих детей и Дом! — прежде, чем шагнуть в овал портала на шестом ярусе катакомб, обернулся ко мне темный эльф.

— Сделай все, как нужно, и все так и будет.

Что же…

До поединков с аватарами богов оставалось чуть больше трех часов. Предварительно, уверен, предстояло держать ответ перед верхушкой герцогства и Империи, которая не пропустит столь знаменательного события. Со мной несколько раз вчера пытался связаться великий герцог даже через Турина, но на все один ответ — «глэрд предельно занят».

За все время только два раза побывал на поверхности (за исключением переброски нежити бандитов), встретившись с Ванессой в доме вдовы. Вампирша доставила шесть уникальных артефактов. Они с глэрдом Норгли уверили, что мощнее и лучше их нет и не будет. И они существовали едва ли не в единственном экземпляре на Аргассе. А также поклялись, что их стоимость значительно превышает награду за культовые предметы Раоноса.

Дер Вирго согласился с такой оценкой, но не преминул уточнить, мол, не имеют аналогов на данном этапе моего развития и в обозримых окрестностях. В целом же существовали и лучше устройства, привел в пример несколько божественных артефактов. Меня же больше занимал вопрос сохранения тайны получения таких козырей, как и в результате не следовало после рассчитывать на беспечность в разговорах по магосвязи Норгли и Ванессы.

Взял со всех клятвы на крови о молчании.

Итак, «Шепот Керна» — магическая рация, по функционалу превышающая «Глас Струве» где на порядки, а где и в разы. Если кратко, я получал сверхзащищенный канал связи, радиус действия даже на землях Хаоса — двадцать лиг. В обитаемых землях — запредельный, так как он использовал приборы (противника в том числе) для передачи сигналов. Имелась возможность подключаться к дальней связи в комплексах Интара. Отсутствие разрешений не могло меня остановить. «Шепот», по заявлениям, ломал все и вся. И делал это незаметно для операторов. Служил ретранслятором для сотни дружественных магораций.

К нему шли две надстройки. «Слух Керна» — позволял перехватывать любые виды связи, крайне защищенные в том числе. Не осталась без внимания и нежить. За последние знание можно было многое отдать. Прибор мог брать точный пеленг (до десятков сантиметров) пятнадцати абонентов, имелся встроенный автопереводчик, дешифратор… Отлично и то, что до тысячи последних сообщений сохранялись в истории.

«Тишина Керна» — в радиусе до пяти лиг я мог полностью заглушить артефакторную связь, а приблизительно в тысяче метров — абсолютно всю, включая мысле-, родовую, «домовую», божественную (между жрецами и адептами) и мертвецкую. Существовала возможность воздействовать на необходимые передатчики точечно.

Для полного описания всех возможностей этой линейки требовался фолиант толщиной в метр. Утрирую, конечно, но разбираться и разбираться.

Пока сразу вырисовывался единственный минус — запредельное энергопотребление при применении спецвозможностей. Например, режим подавления связи сжирал большой кристалл в минуту. Но я счел траты приемлемыми.

Закрыл вопрос (подозревал, опять же на данном этапе) не только со связью, но еще и подобрал замену «Объятиям Ороса», «Проклятой паутине» и «Кокону Рангира»: «Оцепенение Рухха» — в четыре часа (при первой активации начинался отсчет обратного времени) я мог парализовать на пять часов до двадцати разумных на расстоянии до ста метров от владельца, с выводом из этого состояния в любой момент и погружением вновь в него, если таймер не обнулился. Дополнительно, на жертв накладывался эффект сходный с антимагическими кандалами. При этом можно было, как бить по площадям (стены и другие препятствия не являлись преградой), так и использовать адресное целеуказание при помощи Глока или сканеров, если жертва находилась не в прямой видимости. «Грезы Рухха» — жертвы погружались в сон, ограничения на применения такие же, как и у «Оцепенения». Главное отличие от «Объятий», возможность программировать сны пациентов, насылая им как кошмары, так и запредельно прекрасные видения

И третий артефакт из этой же линейки, «Смятение Рухха» — один раз в двадцать минут я мог на расстоянии до ста метров вызвать полную дезориентацию у двадцати существ (разумность здесь не играла никакой роли) на десять секунд.

Преодоление защиты противника у всех завязывалось на энергопотребление, ограничителем пока выступали внутренние аккумуляторы, каждый равнялся эквиваленту двадцати больших кристаллов.

Набор был неполным, существовали еще «Ужас Рухха» и «Воля Рухха».

Ванесса хотела задать множество вопросов, но я сославшись на занятость (и это являлось правдой), совершил прыжок обратно в подземелье, на второй ярус, где дер Вирго привязал ко мне новые приборы, я же их объединил, повысив общую мощность на пятнадцать-двадцать процентов. Кстати, награда в виде беспрепятственных перемещений по Демморунгу и Халдогорду оказалась тоже с подвохом, самостоятельно без инициации я не мог пользоваться телепортами, только с посредниками.

Не обошлось и без предполагаемых потерь.

«Глас Струве» испарился, а вместе с ним и «Безмолвие Лирра» — общий итог девяносто тысяч в трубу. Впрочем, последний несмотря на стоимость в пять, достался бонусом. Конец пришел и «Объятиям Ороса» и «Проклятой паутине», остался из сходных средств лишь «Кокон Рангира», позволивший не просто парализовать жертву на десять часов, но и лишать ее возможности колдовать, как и обладал антимагическим эффектом. Однако, он не мог преодолеть серьезную защиту противника. И в положительное записал освобождение двух слотов.

После, немного разобравшись со связью, как и прописав в «Насмешке», отображать вновь обычный переговорный амулет, что продублировал и в функциях брони, приказал магу отправить меня к «Блеску Иратана».

Там я заказал обед и настроился на часовое ожидание — столько времени отвел Чумному доктору. Однако к моей радости, как только принесли прилл, появился незнакомец. Он поздоровался, получил в ответ кивок и приглашение сесть напротив.

— Возникли некоторые проблемы, — сразу сообщил тот, — В целом, твое предложение сочли приемлемым. Двести двадцать миллионов, поддоспешник Иммерса, кольца Повелителей магии и Орусты — по пять — это в наличие есть. «Мешков» всего лишь пятнадцать, а хранилищ Грогуса — три. За остальные позиции мои наниматели предлагают отмычки и колчан Иммерса. Или вместо них любые шесть артефактов из данного списка, которые по цене приблизительно одинаковы — бесценны, — я не стал рассказывать прописную истину, что она имеется у всего.

Взял протянутый десяток листов дорогой бумаги, исписанных каллиграфическим почерком. На всякий случай запомнил характерные отличительные признаки.

Названия предметов и краткое описание. Для меня ничего интересного. Отдельные элементы доспехов и они сами; защитные и атакующие амулеты высшего порядка, но такая мощь с моими текущими противниками никуда не годилась. Например, огнешары и копье праха требовали замены. Оружие и артефакты, наполненные силой божков…

— Если ко всему озвученному присовокупят «Жезл стойкости Оринуса», то считай договорились, — вынес вердикт я. Мне сугубо жреческий атрибут, который воздействовал на паству, не требовался совершенно, но преследовал другую цель.

Визави задумался.

Я ждал с видимым спокойствием, когда он выйдет на связь с заказчиками. Но тот лишь сымитировал данный шаг — пропал купол безмолвия, но никаких посланий не пришло и не улетело. Если, конечно, противник не обманул «Керна». Однако склонялся к тому, что незнакомец имел все разрешения на торг в допустимых пределах. И я его не преодолел. Надо было просить три артефакта или четыре — тогда точно бы не обошлось без совещаний. Минус мне. Впрочем, все равно выяснится кто выступал покупателем.

— Они согласны, — сообщил доктор-актер, когда над нами вновь забурлили искажения.

— Тогда встретимся завтра. После поединка с аватарами я отправлюсь выгуливать варсов. Обменяемся на землях Хаоса, на Правобережье. Свяжетесь.

— Ты так уверен в своей победе?

Я ответил многозначительным молчанием.

И до свидания.

Пока ждал заказ, вновь обдумывал порядок действий. Как и вертел мысли и так, и эдак. Не вовремя бандиты нарисовались, хотя… Благодаря опять же им, в задуманное удастся вплести множество новых факторов, которые должны лечь красиво. Да, красиво. Еще необходимо связаться с Раоносом, но завтра.

Меня влекли и зеркала, особенно ведущее к изначальному алтарю Ахнесс-рагс. Мечтал сразиться с его защитниками и получить в итоге кристалл для расширения хранилища праны. Связал их с Позабытыми богами. Но пока некогда. Потому что решаемые дела важнее, в рамках достижения глобальной цели.

Глазами Глока увидел, как на площади перед Канцелярией ловкий воришка срезал кошелек у зазевавшегося пузатого гнома, находившегося под охраной, которую отвлекла небольшая потасовка в трех метрах, явно затеянная для осуществления кражи.

В целом, для рядовых обывателей и таких же бандитов, ничего необычного не произошло сегодняшней ночью. Ровно, как на Земле: «Король умер. Да здравствует король!» Им стал Робин Стальной клык. Как ни странно, но именно благие дела — участие в жизни беспризорников (которых в Демморунге хватало), дистанцирование от черных работорговцев и служителей лживых богов, а также помощь некоторым обездоленным от чистого сердца, заставили меня обратить внимание на авторитета.

Понятно, что он мразь и занимался отнюдь не несением добра и света, но на фоне товарищей смотрелся чуть ли не своим тезкой из земного Шервудского леса. Предполагая такое развитие событий не стал наносить удары по его верным людям и жечь заведения непосредственно под ним. А уничтожил по большей мере тех, кто мог бы претендовать на главенство, вызывая разлад в отнюдь не слитном сообществе. Нинаэль и Инга на начальном этапе должны были помочь Робину во взятии всех бразд правления над криминальным элементом Демморунга. Их первое временное задание. Пока обеих от ошейников не освободил. Проинструктировал. Пообещал, если сделают все как нужно, то получат не только свободу с оговорками в виде клятв лично мне и Дому, но и дело всей их жизни. Поэтому дамы старались.

Работа же вокруг кипела.

Выносили ценности под присмотром мэтра, который выпросил у меня дивный пещерный сад в собственность. Его умилили слоники и котики, а от чин-чинов тот млел. Лэргу понравились крокодилы и зубастые рыбины.

Сотник мотался с группой гвардейцев по Демморунгу отрабатывал тайники и захоронки верхушки на черный день, о которых узнавали в ходе допросов.

Я переправил Кощею главу Седьмого особого отдела при Тайной канцелярии по Халдагорду — эрлглэрда Клауса из Дома Рубиновых Скорпионов черных пустошей — толстяка со зверобабами, служащими тому по велению души. Отправил обеих тоже в цепкие лапы нежити, как и двух Королей дна, которых пока оставил в живых для более предметных бесед.

Велел погруженных в сон пленников беречь и ценить.

Первый этап Возвышения лич прошел, следующий возможен был только через сутки, и только через трое он сможет получить приставку «архи-» со всеми плюсами. Сам мертвяк немного изменился. Стал выше, свет в глазницах ярче, а искажения от него виделись гораздо мощнее, чем раньше. Привел двух слабеньких коллег, которые принесли мне клятву на Тьме. Мой подопечный сообщил не без гордости, что многие задумались видя его успехи. Это хорошо.

Я же допрашивал главаря в одиночку, прикрытый мощнейшими куполами безмолвия. Абсолютно непрозрачными. В отдельном помещении. Среди окружающих был пущен слух, что он сбежал. С тех, кто знал реальное положение вещей, взята клятва на крови о молчании. Занимался ре Валеро сначала без снятия клятв, а потом применил к нему божественный дар. Самое отличное в нем, что после смерти от нарушения клятв, никто не мог допросить дух покойника, даже имея умение навроде моего вороновского.

Дер Вирго хоть и не саботировал приказы, но и не скрывал разочарования моими решениями, которое прорвалось после отправки авторитета в Халдогорд:

— Знаешь, глэрд, всегда мечтал поступать именно так, давить этих тварей без пощады и сожаления, не оглядываясь ни на кого и ни на что. Грязные мроки достойны лишь смерти! И не понимаю, зачем ты крыс оставил в живых, да еще и разрешил им продолжать заниматься своими паскудными делишками! Мы ведь можем их уничтожить полностью! До последнего бандита! Вырезать всех, всё… Мы в своем праве! Над нами не властно ни что! Тем паче закон. Он на нашей стороне! Они покусились на Истинный Великий Дом! — распалялся маг, — А ты… Эх… Ну, вот скажи мне, зачем они нужны? Просто объясни, чтобы мне было понятно?

— Отчего ты их так ненавидишь? — в свою очередь спросил я.

Так, задавая наводящие вопросы прежде, чем ответить на претензии мэтра, разобрался немного в его фобиях. Опуская лирику в виде восклицаний «а за что их любить⁈», выяснилось, что земные психологи порой оказывались правы — у мага движущей силой всей жизни являлись детские травмы. Дер Вирго был шестым сыном средней руки владетеля, поэтому прошел непростой путь от школы для благородных с полным пансионом (по факту мало чем отличающуюся от обычного приюта) до Первой Имперской магической академии.

Начальное учебное заведение располагалось в Сервингарде — огромном портовом местном мегаполисе, который чаще именовали «Город воров». Ребенком он рос хилым, некрасивым и слабым, а еще любил учиться. Поэтому часто подвергался травле, особенно со стороны более успешных и пробивных сверстников, зачастую вступавших на скользкую дорожку криминала. Недоедал, жил практически в нищете, девочки не любили, смеялись, но мэтр не сломался — дрался много, еще чаще его избивали толпой, а мизерные деньги, заработанные или переданные иногда вспоминавшим о чаде родителями, отбирались этой братией. Но когда выяснилось в двенадцать, что у него магический потенциал намного выше среднего по больнице, то жизнь стала меняться к лучшему.

Конечно, для достижения сегодняшних высот требовалось прикладывать запредельные усилия, но дер Вирго смог, ему немало помогала его природная любознательность, живой ум, усидчивость, целеустремленность, желание отомстить и доказать всем и каждому свою невероятную крутость. Отсюда корни чрезмерной любви к роскоши и женщинам, желание блистать в свете и болезненное честолюбие. Одновременно у мэтра имелась некая извращенная рачительность (иначе не назовешь противоположности, уживающиеся без конфликтов в одной голове, он мог легко выкинуть на званный бал сотню тысяч золотых, но наказать мажордома за потраченный зря медяк. Конечно, «зря» на взгляд мага), перетекающая порой в алчность; дичайшая ревность к тем, кто, по мнению дер Вирго, получал любые блага незаслуженно, ведь сам он выгрыз все у этой жизни лично. Что уникально, базисом служила вера в торжество справедливости (ведь его судьба вознаградила по заслугам за все невзгоды). Это если кратко. Но предстояло разбираться и разбираться, коль он входил в ближайший круг.

Решил, не раскрывая реальной подоплеки — вот она для него стала бы шоковой, пояснить, основываясь на принципе меньшего зла. Впрочем, терзали сомнения, что даже эту лайт-версию тот воспримет нормально, несмотря на прожитые годы. Один лишь возраст редко добавлял кому-то зрелости ума, как на Земле, так и здесь.

— Тебе понравилась вчерашняя ночь?

— Да! Я месяц готов их всех крушить, — «крушить». «Резать, как кур», — вот правильное определение, — Да, что месяц, хоть год! Но очистить от тварей этот мир! Пусть пока только в Демморунге, но чтобы все затем вздохнули свободно…

— А мне нет. Во-первых, только благодаря Азалии и чуду, — про рукотворность его не упоминал, как и не передавал беседу с Ингой и Нинаэль, — не пострадали наши люди, которые принесли полную клятву верности на крови Дому. И мы за них отвечаем — это, не принимая во внимание наше имущество. Во-вторых, свято место пусто не бывает, — ввернул земную поговорку, не заботясь о тонкостях адаптивного перевода, — если мы их уничтожим, то начнется передел. Затем становление новых королей дна, оно происходит в основном через кровь. И раз у тебя душа болит об обывателях, то пострадают больше всех именно они. Кроме этого, пришедшие на смену не станут изначально соблюдать никаких правил, установленных мною. Их придется прививать. Как? Как мы и сделали. Итоги? Думаешь мне заняться нечем? Чем «крушить» постоянно мелкую шелупонь? В-третьих, я потратил награду от богов, чтобы выяснить точное место лежки ре Валеро. Не будь ее, как и моих родовых способностей, мы бы никого не нашли, — показал еще один ряд проблем, — Уверен, что у тебя появятся такие же возможности через четыре-пять декад? И как это все окупится? А если пострадают люди Дома Сумеречных из-за обычного незнания наших правил пришлыми, как ты будешь смотреть в глаза их близким? Чем ты сможешь им помочь?

— Мы… Ты сегодня взял столько, что… — поправился маг, опустив глаза, решил бить по материальному аспекту.

— Это сегодня, — не стал отрицать я, — Но к концу сезона вряд ли новые отморозки накопят даже тысячную часть от взятого. Не забывай наша добыча трепетно собиралась не одно десятилетие, плюсуй сюда отъем всего имущества у других банд, которых эти уничтожили, подмяли, как и львиную долю средств приносили на протяжении пяти лет «Камни душ» и «Слезы Нирна». Их сейчас не будет в обороте. В результате, все превратится для меня в бессмысленную потерю времени, ресурсов и средств, — сделал глоток прилла из новой кружки.

У меня образовалось еще одно хранилище Грогуса, убирал в него посудину вместе с магическим чайником. Отличная вещь! Но очень и очень редкая — наследие древних. Об этом мне поведал маг, и посетовал: «Сейчас такие не могут повторить». Поэтому даже влиятельнейшие и богатейшие деятели нашли всего их три. Столько же, сколько предметов Иммерса.

— Другие будут бояться, поэтому с криминалом мы покончим! — продолжал упрямиться маг, и даже голову склонил по-бычьи или по-бараньи.

— Это утопия. Искоренить под ноль преступность — не в наших силах, даже не в силах богов. Древние аристо не смогли, а законы у них мало того, что были жестокими по сравнению с нынешними, так они еще и соблюдались куда, как лучше. В Демморунге для поддержания криминогенной обстановки дополнительным фактором выступает само его место и роль в жизни, как Аринора, так и Империи. Плюсуй сюда коренное население и постоянно прибывающий контингент, который в большей мере не отличается законопослушностью. Наоборот, на земли Хаоса выдавливают авантюристов и преступников всех мастей. Именно они чаще готовы рисковать в погоне за дарами Азалии, не взирая на дыхание Мары.

— Тебя послушать, так и делать ничего не надо!

— Бороться с криминалом и коррупцией необходимо всегда, держать в рамках, вот мы и установили границы. Четко обозначили правила игры. Контрабанда? Да. Мелкий рэкет, воровство, вымогательство, аферы… Но не забывай, это тоже не бесконтрольно, здесь вступает в игру стража, дознаватели. Мы ведь никому индульгенций не давали. При этом пусть и обложенные сами данью, бандиты сейчас будут знать, что ночь Длинных ножей, как вчера, мы им на ровном месте не устроим. Только при нарушении определенных условий. Они четко поняли, что я не собираюсь вдаваться в тонкости кто виноват — вырежу и причастных, и нет. Поэтому ради собственного выживания станут следить трепетно и за нашим имуществом — дабы не дай боги все не повторилось. И приводить в чувство своих же коллег, волею судеб, оказавшихся в Северной крепости. Поэтому Дно станет неблагоприятной средой для последователей Раоноса и других кровавых божков. Не забывай и про их клятвы.

Лэрг тоже меня понимал лишь отчасти:

— Да ты сам отдал сто четыре камня! Сто! Четыре! Вручил! Зачем? Еще и все сделал так, чтобы все подумали, что от нас главный злодей ушел! От возмездия! Клятв навесил на каждого, кто в курсе реальных событий, заставил всех отвечать на возможные вопросы о беглеце, мол, выскользнул из наших цепких рук! Еще и инсценировки устроил с ругательствами перед теми, кто ни о чем не догадывался… Думаешь, Халдогорд, получив кристаллы, оставит нас в покое? Не станут покровители ре Валеро мстить?

— Не переживай, в покое нас оставят в любом случае. И так нужно. Пока про это не могу говорить.

— Ладно, к мрокам, эйденовские камни! — сотник не представлял, как он угадал с названием, — Но, глэрд, в итоге ты сам получаешься криминальным авторитетом! Потому что с них берешь тридцать процентов! Зачем тебе это⁈ Я предполагаю, ты и так уже входишь в тысячу самых богатых людей Империи! Еще и решил не сдавать «Слезы Нирна», эльфийскую пыль и другие запрещенные наркотики… Почему?

— Эльфийская пыль, красный джуних и грэнг-рар предназначены для той же Четвертой окровавленной руки и других банд злобных гоблов. Вот они их и получат в обмен на ценности для нас. Пусть дохнут и слабеют. Относительно «Слез», я пока окончательно не решил, вполне возможно, продадим их эльфам через подставных лиц, обменяем ли. Или ты думаешь, если я сдам их в Канцелярию или в Седьмой особый отдел, то они не попадут к остроухим? — лэрг смерил меня злым взглядом, но промолчал, вовремя вспомнил про Клауса, которого сотник первым и опознал.

— Все средства пойдут на благие дела, а их нужно сделать столько… И если для достижения целей потребуется подмять под себя криминальный мир всего Аргасса, взять их за гланды, Дом Сумеречных это сделает. Предлагаю каждому обдумать и осмыслить на досуге сказанное, а также над тем, какую пользу можно извлечь из текущего положения вещей, — про новые возможности умолчал, Турин может бы и воспринял нормально, а вот маг точно нет, — Я могу всего и не учесть. А теперь нам пора. Скоро поединки с аватарами. Мэтр, открывай телепорт до дома ин Наороста.

Необходимые распоряжения всем, кому требовалось, я уже отдал ранее. Не пронесут мимо рта ложку и без меня. А пронесут? Да, не лирнийские слизни оценят дурных исполнителей, но в звании неуклюжие могут просесть, либо будут переброшены на другие менее ответственные направления, их же места займут более достойные.

…Сопровождение оставил на дороге, сам же направился к руинам по пепелищу.

Достал алтарь Раоноса, капнул кровью, вызывая вражину. Тот откликнулся через минуту, когда я уже думал ставить крест на встрече. На сей раз Кровавый предстал в образе ящера и на какой-то красной бескрайней скальной пустоши.

Страховался, сука. Видимо, действительно, хапнул неплохо адреналина в прошлый раз.

— Наконец-то переборол животный ужас и приполз к моим ногам, жалкий слизень? — прокомментировал я заминку, но не преминул и похвалить, — В целом, молодец, учел мои пожелания. Хоть вид у тебя сегодня и блевотный, но рвотный рефлекс он вызывает меньше, нежели чем, когда ты был в образе остроухой писклявой твари. Скажи мне, низший, радуешься ли ты тому, что объявил меня своим личным врагом? Доволен ли? Кстати, я могу тебе давать небольшие передышки, но за виру.

— Говори, чего тебе нужно, Дитя Бездны⁈ За сколько ты готов отдать мне жр…

— Зачем ты мне понадобился?.. Мгм… Дабы приказать тебе, белогривая млеть, — бесцеремонно перебил я, — помочь аватару Ситруса. Сделать все возможное и невозможное, чтобы он выиграл сегодня сражение со мной! И тогда мои люди передадут тебе старшего жреца без всякого выкупа. Клянусь кровью! Но если победа будет за мной, то ты склонишься предо мною, а затем может я тебе и разрешу убраться в вонючую нору, откуда ты приполз на мои зем…

— Я никогда не склоню перед тобой колени, аристо! Никогда! — прорычал, прерывая меня Кровавый, — Я никогда не уйду с земель Хаоса и Тьмы! Клянусь! Слово! — вот и проверим, все ли клятвы стремился нарушить божок.

Если все правильно понял, нечто бессознательное будет постоянно подтачивать и толкать его совершить обратное. Они тоже заложники своих личин и того, что в них вкладывала паства. Но посмотрим.

— Раз так, заплатишь намного больше за своего мрока. И я подумаю, что с тебя взять. Но готовься горько лить слезы и платить, платить и еще раз платить… Согласен? Переплатишь в случае моей победы за него в пять раз!

— Тебе никогда не победить!

— Ты согласен или нет⁈ У тебя простой выбор: заплатить в пять раз больше за своего жреца или преклонить колени! Что ты выбираешь⁈ Ибо в противном случае, ты не получишь ничего.

— Хорошо! Я заплачу в пять раз больше! Но ты сдохнешь!

— Слово?

— Слово!

— Кстати, за последние сутки я уничтожил еще два твоих алтаря, пусть и обычных, — один нашелся в казино, второй у главаря, — Но главное, я отнял камни душ у твоих последователей, самих скормил мертвецам и слизням. И так будет всегда! Твоя паства дрожит в ужасе в своих щелях. А сегодня ночью я решил еще раз от души врезать по твоему хилому загривку! Но если заплатишь, то дам тебе небольшую передышку. Три дня. Мои условия…

— Какие условия⁈ Ты умрешь через несколько часов, будь хоть четырежды древним аристо! Вы — история! Вы думали, что выше нас, всегда говорили, что мы — пристанище для слабых, падальщики, но где сейчас вы, а где мы⁈ Да, ты, действительно, очень древний, потому что забываешься в наглости своей и гордыне, чего не случалось последние несколько тысячелетий, но мы сделали все, чтобы вы превратились в жалких червей, которые без нас и шагу ступить не могут! Мы играем вами, а не вы нами! Мы бессмертные, вы же тлен! Чего стоила вся ваша сила, когда вы не смогли сдержать Хаос, Тьму и Бездну? Как мы… — тот внезапно осекся, видимо, выдал некую тайну или почти это сделал, — Так-то! А ты сдохнешь страшно!

Не стал заострять, а хотелось, иначе начнет тщательнее фильтровать речи. Ни мимикой, ни жестом не выдал крайней заинтересованности к данной теме. Сделал вид, что Раонос проговаривал общеизвестные истины. А, вообще, скоро сам начну верить, что я некий доисторический дворянин.

— Если ты так уверен в своих силах и пророчествах, то готов ли поставить что-то по-настоящему ценное на победу аватара Ситруса, которому я разрешаю в милости своей, тебе помочь? Хотя, о чем я? Твои дряблые тестикулы превратились в маленький жалкий невидимый комочек, когда я тебя вызвал! Теперь храбришься, пытаешься не выказать страха, но твое немощное сердце екает в склизкой груди, а сам боишься посмотреть мне в глаза, и сжимаешь до предела свои бронированные булки. Ведь в прошлую нашу встречу ты всю свою поляну затем толстым слоем дерьма удобрил. «Дитя Бездны, дитя Бездны!», — передразнил я, — Хоть ты и соврал, давая мне очередное незаслуженное звание, и польстил себе. Для той стихии ты меньше лобковой вши! Но то, что боишься меня — это верно. Скоро я начну приходить к тебе в кошмарах! Рубить твой хвост по чуть-чуть, но каждый день!

— Запомни! Я не боюсь тебя, глэрд Райс! Не боюсь! Я сдерживаюсь, прикладываю все силы…

— Не смей врать своему будущему господину! — перебил я.

— А ты что поставишь в ответ? — решил не обращать внимания на подколки и тон божок, — И я уже поставил…

— Нет. Это другое. Я же предлагаю обычную ставку. Например, на свою победу бросаю двести камней душ, которые отнял у твоих жалких адептов и жрецов. И они по праву силы и крови мои. Так, что ты можешь предложить мне равноценного? Интересуют только артефакты, но великих мастеров аристо, а не всякие жалкие поделки из палок и дерьма, которые ты трепетно собираешь! — молчание затягивалось, тогда я подстегнул мыслительный процесс, — Ты боишься. Вот этим все и сказано. И это бог… Выродились за века, — презрительно скривил лицо. Плюнул бы, но нельзя.

— Я ставлю набор бесценных артефактов Марка дер Тиона: «Дары Азалии», «Скорбь Мары», «Ярость Кроноса», «Кошель Иргуса» и «Любимицы Истеллы»…

Посмотрел, на собеседника как на заговоривший кизяк. Не стал никак комментировать.

— Это бесценные вещи! И ставлю их, потому что знаю, ты проиграешь! Собирать же и перечислять кучу других артефактов, которые приблизительно будут равны двум миллиардам ваших золотых, долго и муторно! Я предложил больше твоей ставки в разы, даю в этом Слово перед Весами!

Я лишь хмыкнул недоверчиво.

Настало время для еще одного гвоздя в крышку веры в Кровавого на территории Империи и других государств.

— Кстати, презренный Раонос, ответь мне: зачем твои последователи бесчеловечно надругались над Винсентом Шумаром, после чего он начал сеять раздор, хаос и смерть в Империи, и не только в ней? Пострадали добрые аристо, хуманы, эльфы, благочестивые гномы, честнейшие братья из Ордена Трех Святых…

Я видел и отмечал не раз и не два, что божки пытались приписать себе любые достижения, как и свое участие во всех знаменательных свершениях или событиях.

Ну же, ты ведь такой всемогущий! Без тебя ничего в этом мире не происходит!

— Так надо! — многозначительно ответил Кровавый, после трехсекундного раздумья, и даже слюни из пасти потекли, затем надулся и выдал сентенцию, — Вам смертным не дано понять устремлений богов!

— Да, я знал… Знал, что за подобным скотством стоишь именно ты! Это твой подлый почерк!

— Вы должны страдать! И будете! — еще лучше, — И да, бойтесь, смертные! Ты же жалок и беспомощен, как вонючий серый гаранг! Ты не сможешь помешать моим великим планам!

— Ах, ты поганая блевотина! Говори, где прячется паскудный архилич⁈ Отвечай, подлая сука! — взревел я, крайне эмоционально реагируя на оскорбление, показывая уязвимую точку.

— Никогда! — божку понравилось, что он смог вывести меня из себя, — И где Шумар — не твоего ума дело, серый гаранг! Тебе никогда не найти его! Хе-хе-хе! — и злобно так.

Молодец!

Несмотря на накал страстей, беседа получилась крайне полезной, информативной и конструктивной. Ставки выросли. Но все ложилось один к одному. Мне нужен был срочно бой, в котором необходимо выложиться на двести, на триста процентов. Где мне бы грозила реальная запредельная опасность. Сила и кровь бурлили. На поверку оказалось, что дело не только в пране, которую иногда приходилось сбрасывать, а в другом — адреналин кипел, тестостерон зашкаливал, и происходило множество неизвестных мне процессов, поэтому для сдерживания агрессии приходилось прилагать порой запредельные усилия.

И, нет-нет и прорывалось реальная отмороженность, когда действовал не согласно планам, проводя нужную политику, а из-за дурного дебильного задора и некого деструктивного азарта. Это проявлялось и в поступках, и в речах. Да, во всем! Вот сейчас с трудом давил прекрасный порыв, чтобы не наградить мощнейшим пинком с подскока ниже спины Раоноса, выражая ему все презрение и ставя точку в какой-нибудь особо эмоциональной фразе. И нечто глубинное подталкивало к такому шагу, мол, как потом красиво будешь рассказывать массам… Но это самоубийство. Однозначный акт агрессии. И тут же мысль: какая агрессия? Я ж любя!

Помолчали, померились взглядами.

— У меня тоже есть вопрос к тебе, смердящий глэрд Райс, — подхватил мою манеру разговора божок, и это хорошо, — почему ты выбрал аватар Ситруса, а не Кроноса? Отвечай, серый гаранг!

— Кровавый, для тебя любые благовония пахнут дерьмом, а дерьмо благовониями, такова твоя грязная натура. Именно поэтому ты живешь в клоаке, видя вокруг вместо сталактитов и сталагмитов из вонючих испражнений, что есть факт, цветущие эльфийские сады. По тебе ползают джигурдийские болотные глисты, а ты же думаешь, то порхают прекрасные небесные колибри… Впрочем, это не важно, говорить с тобой о гармонии, все равно, что с лирнийским тараканом о квантовой физике. Так вот, Ситрус мне не нравится, потому что он не гнушался с тобой с одной ложки жрать «Слезы Нирна»! Чего я не приемлю!

— Какие, к Эйдену, «слезы»⁈ — вроде бы я ему уже высказывал эту претензию, а тот даже глаза выпучил. Интересно.

— Ты глухой или безумный? Нир-на! Отчего у тебя до сих пор мозги на место не встали. Более того, сознавайся, мудрец подговорил некого Раоноса сделать меня своим личным врагом? Пел тебе про Ригмара, те времена, когда вы щемились, будто мроки, забиваясь в разные глубокие щели, а теперь настала возможность отомстить всем тем древним аристо в моем лице. Результат получился неоднозначный. Ты страдаешь, теряешь, мечтаешь отмотать бег времени назад, а он смеется… Над тобой.

— Агрхмхх…— рыкнул страшно тот, топнул лапой и во все стороны устремилась волна непонятной магии. Однако меня она заботливо обогнула со всех сторон. Скалы же вокруг истончались, текли, словно восковые под воздействием высоких температур. Хотя вроде бы она не повысилась. Интересно. И еще, похоже, озвучивая одну из версий, с чего обозлился на меня Кровавый, я угодил в десятку.

Нормально. И если не играл со мной божок, то вопросов к Ситрусу прибавилось.

Сам же, понаблюдав за феерией разрушений, продолжил говорить спокойно:

— А еще, низший, теперь до всех пантеонов дойдет знание о твоей проказе с «Пиявками Эйдена» и верховными жрецами. Сколько энергии тебе перестанет поступать? Как думаешь?.. Хотя о чем я? Какой тут «думать», когда Слезы Нирна мозги иссушили…

— Ты клевещешь! Мы с ним их точно не ели!

— А что вы тогда жрали, что стыдно называть⁈ — и подозрительно так глянул, а затем выдвинул еще одно предположение, — Неужели, тайком наслаждались дерьмом синих коростов или джигурдийскими болотными глистами?

— Откуда ты знаешь про коростов?.. Про глистов⁈ Оринус рассказал⁈ Однорогая млеть! Неважно, что мы вкушали с Ситрусом, это не твое дело! Да и никогда тебе не познать совершенства яств богов, жалкий смертный! Серый гаранг!

— Грязный глистоед! Уж не предавались ли вы с Ситрусом после этих «яств» низменным страстям? Близкие друзья опять же… — продолжил допрос, чуть прищурившись.

— Повторю, не твое дело, аристо! Чем хотели, тем и занимались, мы — боги, мы можем все! — ай, молодец.

— Понятно… — многозначительно протянул я, смотря с брезгливостью, — Еще и Шумара сбили с пути праведного. Сам ты глуп, и навряд ли смог бы придумать такое… Да, глуп. Уж не Ситрус ли тебе посоветовал, как свести с ума архилича? Попросил по-дружески, а ты и рад хвостом вилять и лизать.

— Я сам решаю! Сам! Только я, и никто не в силах заставить меня! Это я придумал, и осуществил все тоже я! Принимаешь ли ты мою ставку, недостойный Райс? Двести камней душ против набора бесценных артефактов Марка дер Тиона: «Дары Азалии», «Скорбь Мары», «Ярость Кроноса», «Кошель Иргуса» и «Любимицы Истеллы»⁈

— Если бы сам… Если бы… Скольких бед тогда тебе удалось бы избежать. И ведь ничему жизнь не учит, то Ригмару задницу вылизывал, затем Оринусу. И где ты теперь? Сейчас черед до Ситруса дошел? Так те хоть верховными были, этот же сам шестерка…

— Агрррхм!

— Вот! Понимаешь даже своим жалким умишком истинность моих мудрых речей! На то они и мудры… Почему не весь пантеон представлен в твоем наборе? Где Эйден, где тот же Ситрус? Оринус, наконец⁈

— Дер Тион посвящал свои дары только новому пантеону! И он не успел завершить работу всей жизни, ушел к Маре. Клянусь перед Весами и Равновесием, что сказал правду. Слово! Впрочем, ты умрешь!

— Низший, я принимаю твою ставку. При условии, что на всех передаваемых тобой предметах не будет меток… — и перечисление на пятнадцать минут.

— Не будет! Слово!

— Тогда и мое Слово! Плата за твоего жреца — десять средних солнц Эйнтейри, — видимо Однорогий правильно оценил ценность гадины, потому что возражений не последовало, — Значит после моей безоговорочной победы, ты будешь должен пятьдесят. Двадцать в любом случае придется отдать ими, остальное могу рассмотреть другими артефактами. Так⁈

— Так! — подумав согласился Раонос, — Ты все равно сдохнешь. Поэтому Слово!

— И что на них не будет никаких меток… — вновь перечислил чего не должно быть на передаваемых предметах. Вроде бы все учел. Божок подтвердил.

— Тогда и мое Слово! Но получишь жреца через три дня или два…

— Агрхм!

— … или сегодня, если я проиграю.

— Ты проиграешь!

— Все, у меня есть дела и ты мне наскучил. Убирайся обратно в свою вонючую нору, и не отсвечивай пока не прикажу обратного.

— За каждое оскорбление ты ответишь…

— Ты еще заплачь! Сказал, пшел вон! ДинозавЕр! Ох и мерзкий у тебя видок…

— Агрхм…

И я оказался обратно в руинах.

Нормально поговорили.

— От тебя смердит Раоносом, — неожиданно заявил дер Вирго, когда я вернулся на дорогу, убирая алтарь в хранилище Грогуса к чаше и чайнику. Оно не давало пробиться никаким сигналам и облучениям, как снаружи, так и изнутри. Знал это точно, умение Эйдена работало, что подтвердил Хранитель знаний моего Дома.

— Еще бы, только что с ним разговаривал.

— Зачем?

— Выполнял поручение Императора!

Больше никаких вопросов не возникло. Построились в походный порядок. Трое гвардейцев впереди клином, по двое справа и слева от нас, остальные из десятка замыкали. Мы же находились в центре «коробочки». Я впереди, дер Вирго за левым плечом, Турин за правым. Одеты единообразно, как во времена Древней империи. У наших воинов тоже на нагрудниках слева появились отличительные знаки на матовой поверхности — герб Дома Сумеречных и стилизованный имперский дракон, обозначающий нашу «истинность».

Все вооружены до зубов.

Я тоже подготовился к поединкам.

Не доходя до площади, уже глазами Глока рассмотрел массовку. Да, тут собралось столько народу — яблоку некуда упасть. Ближайшие крыши и дома облеплены разумными, дальние, впрочем, тоже. Появились высокие трибуны, где находился весь цвет Империи. Более или менее свободно только на помосте с Императором. Там несколько группок аристо.

Мы двигались мерно, как ледоколом раздвигая толпу. У первого оцепления нас пропустили беспрекословно. Возле второго, которое становилось преградой между чернью и благородными пришлось оставить гвардейцев.

Я направился прямиком к монарху. Охранители и элитные воины расступились, однако дер Вирго и лэрга не пропустили. Свита правителя — аристо, хуманы, эльфы, гномы, орденцы, практически все знакомые по Военному совету лица. От герцога и представителей элиты Аринора нахлынуло гневом, желанием со мной разобраться, указать подобающее мне место. Но я, не обращая внимания, в традиционном приветствии обратился к главному.

— Император, Истинные, уважаемые аристо и другие благородные, как и представители Ордена. У меня важные вести, поэтому прошу выслушать, но пусть рядом останутся только те представители нашего и других государств, которых уполномочили принимать решения по военному походу и другим важнейшим аспектам, а также пусть нас закроют от прослушивания лучшие из лучших.

Властный жест правителя.

И пространство вокруг мигом расчистилось. Остался по два темных и светлых эльфа, пара гномов, трое хуманов из Королевств и четверо наших, новый представитель Ордена, трое Истинных и великий герцог. Над нами опустился купол безмолвия запредельной мощности. Глок его преодолеть не смог. Пятерка невидимых охранителей бдела за нами.

— Все в сборе! Говори! — последовало разрешение.

Прежде, чем начать доклад, внимательно посмотрел на каждого участника, выражение лица сделал суровым.

— Итак, по твоему приказу, я связался с многими богами, за исключением Кроноса и Ситруса, если бы они узнали, где скрывается архилич, то сразу бы сообщили мне. Есть такая договоренность. Общался с Оринусом, как и с некоторыми другими, желающими пока сохранять инкогнито, клянусь кровью! — подтвердил слова огнем, — Они тоже ничего не знают о местоположении Шумара. При этом хотят сами отправить во Тьму взбесившегося мертвого колдуна. Им, похоже, он смог насолить не меньше, чем нам. Ибо безумен! Затем… Выполняя твои четкие указания, я даже призвал Раоноса. Ведь подозревал в непотребном именно его, и хотел в беседе выяснить, где прячется от моей карающей длани его протеже. И задал прямой вопрос: «зачем твои последователи бесчеловечно надругались над Винсентом Шумаром, после чего он начал сеять раздор, хаос и смерть в Империи, и не только в ней? Пострадали добрые хуманы и эльфы, такие же гномы, честные братья из Ордена Трех Святых» и он мне ответил: «так надо!», и добавил: «вам смертным не дано понять устремлений богов!». А еще хихикал гадостно и сознался напрямую в содеянном. Цитирую дословно, как и ранее его речи: «Это я придумал, и осуществил все тоже я!». Клянусь кровью! Кто-нибудь может теперь сказать, что его культ несправедливо запрещен на территории Империи? — почти синхронно все покачали отрицательно головами, глядя на огонь, объявший правую ладонь со свешивающимися четками, — Кроме взаимных оскорблений, а я его опять заставлял преклонить колени передо мной… Пока безуспешно, — обвел злым взглядом всех, будто они виноваты, что божок не хочет вверять в мои нежные руки свою судьбу, — Так вот, спросил у него, где скрывается мертвый колдун. Но тот не ответил, лишь рассмеялся злобно и произнес зловеще: «вы должны страдать» и «бойтесь, смертные». Подозреваю, что он или знает о планах твари, или вместе с ней задумал нечто коварное. Не зря же за всеми злодействами стоит Кровавый, в чем он добровольно признался.

— Да… Недобрые вести. Не добрые! — медленно произнес правитель, затем посмотрел на меня хмуро, — Ты из-за этого половину Демморунга сжег и не одну сотню разумных к Маре отправил?

Великий герцог тоже не испытывал радости, как я и предполагал, пожаловался. Не смог вытерпеть игнорирования.

— Вот это, — достал пластину, показал всем, затем сказал многозначительно, — Персональный алтарь белогривой млети! — смотря на недоуменные лица специально подтвердил для непонятливых, охранители под куполом напряглись, я же убрал обратно пластину в хранилище Грогуса, — Иначе, как бы я смог связаться с лживым божком? — окружающие домыслили, что алтарь стал причиной и побуждающим мотивом моих действий, — Получилось все случайно, благодаря Азалии. Потому что изначально бандиты решили напасть на моих людей, показательно изнасиловать и убить их. Клянусь кровью! Налицо влияние Раоноса! Его подлый почерк! Дополнительно, преступники запланировали сжечь мою таверну, что кормит мои же доходные дома и окрестных жителей, вместе с постояльцами, половину из которых также хотели предать лютой смерти. Клянусь кровью! Про другое — не интересовался, мерзко. Цели преследовали простые — заставить платить меня дань. Их главарь дурной темный эльф Сантир ре Валеро, похоже, придумал этот план пожирая «Слезы Нирна» и нюхая черную пыль! К сожалению, он бежал. Мне же требовалось не только его покарать, но и задать некоторые важные вопросы. Или скажите, нужно было заплатить? — последнее спросил вкрадчиво, обводя аудиторию крайне злобным взглядом, чуть останавливаясь на каждом присутствующем.

— Нет, не нужно, ты в своем праве! — чуть растягивая слова проговорил монарх, глядя на герцога, мол, это что у тебя тут развелось? Эрлглэрд Рональд потупился. Сам виноват, нечего было сор из избы выносить. С другой стороны, трудно его винить, ведь я спровоцировал на эти действия.

— Но… Благородя бандитам и Азалии, появилась надежда, по крайней мере, ее лучик, — поднял я указательный палец, глядя на эльфа, — Из допросов выяснилось, что сбежавший от меня главарь приторговывал с нежитью. Поэтому я и бросил все силы на поимку ушлой твари, сам шел по следам! Мне требовался контакт ре Валеро с архиличами. Потому что появились мысли, как найти подлого Винсента. Хочу договориться с возвысившимися мертвыми колдунами. Пусть выдают его, а мы…

— Они нам выдадут тварь, а мы не станем мстить?.. — видимо, это было отражение каких-то домыслов монарха, иначе непонятно почему он придумал именно такое развитие событий. Более того, начал моментально звереть, — Это неприемлемо! Походу быть! — Император сверкнул глазами, а волна гнева от него заставила рухнуть на одно колено присутствующих.

— И это не обсуждается! — ответил спокойно, — И подобное не может быть предметом торга! Месть должна свершиться! Империя должна показать всем, чем чреваты игры с нею, как и с нашими, пусть и слабыми, и ущербными, но добрыми соседями! Император, выяснилось, что эти мертвые отнюдь не монолитная скала с общими идеями, целями, устремлениями. Там каждый сам за себя. Пауки в банке. За силу они готовы предавать друг друга. И, думаю, вряд ли кто-то из них сможет устоять перед нашими щедрыми дарами. За них нам укажут точное местоположение Винсента. Я его убью, и мы сделаем все, о чем договорились на Совете, не боясь за наши тылы! Железной пятой пройдемся по землям Хаоса и владениям нежити! Сожжем все, что горит, что не горит — утопим! — рыкнул так, что даже от Император обмер, а я вновь задавил шалый порыв еще ввернуть каких-нибудь особо дерзких эпитетов, — Однако, для подкупа нежити нам точно потребуются камни силы Тьмы и… и не знаю, какие-нибудь важные для них артефакты. Уважаемые, высказывайте идеи. Именно поэтому я предложил всем вам остаться, ибо не ведаю о предпочтениях современных колдунов. Надеюсь на вашу мудрость, — посмотрел на гнома, а тот гордо кивнул, мол, да, мы такие.

Все поднялись с колен по жесту Императора.

— Но это же мертвые! — выдал первым герцог и воззрился на меня.

— И? — непонимающе глянул на владетеля Аринора.

— Они враги всему живому!

— Это еще почему? Тот же Орм Созидающий, чью сокровищницу ограбил Винсент, являлся архиличем. И он служил Империи верно и до конца. Мало этого, он возглавил сам легион, зная, что раствориться во Тьме в том бою… И дал возможность другим силам перегруппироваться, дабы нанести контрудар, а также благодаря его действиям сотни тысяч живых граждан Империи и не только, были спасены. Сам же погиб с честью. Мертвый колдун!

— Откуда ты знаешь? — и столько подозрительности в голосе.

— От Ситруса, — пресек всякие домыслы.

— А сколько мы предложим? — спросил степенный и гордый гном, — У нас есть разное… Осталось многое с древних времен, когда мы их теснили в Первом подгорном царстве.

— Вот и хочу с вами посоветоваться. И чтобы без всяких дурных драк и споров, плату нежити предлагаю разделить так же, как и добычу. Половину выплатит Империя, десять процентов — Королевства и Орден, каждый участник по пять соответственно. Как и остальное бремя эльфы и гномы распределят поровну между собой. Тысячу больших камней силы Тьмы… И какие-то важные предметы. Чтобы нежить не устояла, купилась сразу же. Нам они все равно без надобности, особенно их специализированные артефакты. Даже в переплавку не пустишь, загубят все…

— Это верно, — покивал гном.

— Но они перед нашим вторжением усилятся, тогда будет труднее их одолеть, потерь больше, — проговорил задумчиво темный эльф. Он не возражал, он размышлял.

— Думаете, тот кто пойдет на сотрудничество с нами не воспользуется и не ударит в спину коллегам, когда они попытаются оказать бессмысленное сопротивление нам? — ответил я, — Посеем еще меж ними рознь!

— А если у этого мертвого колдуна попытаться узнать про Заповедную чащу и Копи? — спросил уже светлый эльф.

— Даже не думал о таком. Ты прав, почтенный, постараюсь и это выяснить, — согласился с остроухим, и даже на лице изобразил неподдельное восхищение мудростью представителя дивного народа, а так, скользкая тема, — Я все сказал. Вы решайте, сообщите после поединков, на что мне рассчитывать в разговоре с тварями, если получится договориться. И да, все дары нужно доставить сюда. С пустыми руками я к ним не пойду. Да и времени у нас на такое нет. Даже если выдвинусь на неутомимых боевых варсах, пренебрегая сном и чистыми пятнами… Путь только в одну сторону займет одиннадцать-двенадцать дней, и в другую не меньше. А еще ведь мертвые земли обширны…. Думайте, почтенные. Здесь вам лучше знать. Вы более опытны. А я буду готовиться к сражению.

— Глэрд Райс, я рад, что ты так рьяно взялся за выполнение моего приказа. И поговорил с богами. Даже с Раоносом, хотя он твой кровный враг. Ты верный сын Империи, один из Ста столпов! И я доволен тобой! — отметил устной похвалой меня правитель.

— Империя навсегда! — а вот у герцога морда была кисловатой.

Озадачил элиту. А еще Винсент Шумар смог не только напугать ее один раз, но благодаря неведомому игроку, заставил с собой считаться всех вокруг, показав, что никто не может чувствовать себя защищенным. И нужно было пользоваться моментом.

Меня выпустили из-под купола, под зарождающийся спор. Но скорее рабочий, а не как на Совете — базарный.

Сам же вычленил из группок аристо на помосте необходимую, где внимательно слушал собеседника высокий статный синеглазый брюнет, одетый в эльфийском стиле, но без макияжа и заостренных ушей, зато с длинными кудрявыми волосами, спадающие волнами на спину, чуть ниже лопаток их собрали в короткий хвост-метелку. Множество колец на пальцах, браслеты на руках, две цепи на шее. Часть украшений функциональная — артефакторная, но больше речь шла обычные драгоценности, руку к которым приложили настоящие гении от искусства. Он и позавчера находился в свите самых приближенных к великому герцогу, представляя лучших разумных Аринора.

— Благородные аристо, приношу всем свои извинения за бесцеремонность, на то вынудили определенные обстоятельства, — засвидетельствовал имперское приветствие, на которое получил слитный ответ, — Эрлглэрд Клайн из Дома Призрачных тигров, я — глэрд Райс глава Истинного Великого Дома Сумеречных, хотел бы с тобой поговорить наедине, дело очень важное, безотлагательное, — тот посмотрел на меня, в глазах не растерянность, а недоумение, и эмоциональный фон демонстрировал лишь самую капельку тревоги.

— Вроде бы у нас не имелось общих дел, но ты умеешь удивлять, — позволил себе покровительственную улыбку тот, — Поэтому не вижу никаких препятствий для приватного разговора.

Отошли от основной массы. Здесь я активировал свой купол безмолвия, сделал его непрозрачным, а затем произнес:

— И ты создай свой, сделав его таким мощным, какой можешь. Разговор у нас будет серьезным, Смотрящий из Тени по Халдагорду, — тот никак не поменялся в лице, но эмоции не мог скрывать — растерянность, испуг, страх…

Забурлили искажения от незримых щитов и подготавливаемых к атаке боевых артефактов…

Глава седьмая

11.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг — Долина водопадов и грез

Я спокойно смотрел на собеседника, не обращая внимания на его приготовления к сражению, пауза затягивалась. Он нервничал все сильнее, если бы не новая способность, то казалось Клайн абсолютно уверен в себе, сосредоточен и даже немного вальяжен.

— Ты знаешь, что такое Кости судьбы? — спросил его, выбивая окончательно почву из-под ног, о чем рассказало недоумение и некое легкое ошеломление в эмоциональном фоне.

— Немного слышал, — после паузы ответил тот.

— Рассмотрим главное их свойство, а именно удивительная особенность того, за счет кого пытаются выстроить грядущее боги. Если такому смертному суждено выполнить нечто, он это сделает, даже если против него выйдет на смертельную битву сам Кронос, да, хоть весь пантеон. Так вот, на меня их бросили. Клянусь кровью! — пламя на ладони породило новые волны тщательно скрываемого страха, — Далее, ты понимаешь, чем Истинный Великий Дом отличается от обычного или от «Великого»?

— Понимаю.

— Это хорошо. Следующая очень неприятная для тебя весть, перед тобой глава Рода, так получилось, что по праву силы и крови мне достался дар Воронов. Я могу разговаривать с мертвыми, не с теми, которые поднялись благодаря тварям из межреальности, а с обычными. Точнее, с отголосками их душ. И этот навык позволяет расспрашивать их обо всем, произошедшем в жизни. А те не умеют врать. Их практически невозможно уничтожить обычными методами, и проявляются они даже рядом с ямами лирнийских слизней, где их хозяин нашел свой конец. Никакие обещания, клятвы и ограничения над ними не властны, — значительно приукрасил я собственные возможности.

— Вот, значит, как ты нашел тайное убежище! Теперь многое понятно… — у главаря сложилась картина бытия при этом страх никуда не делся, наоборот, он проникся, как я просто прошелся по всем уровням их структуры. И теперь сделал однозначный вывод, что смогу все повторить в другом месте и в другое время.

— На твоих глазах с небосвода рухнул Великий Дом Мерцающих звезд. Так на что ты рассчитывал, когда позавчера захотел показательно расправиться с моей управляющей, персоналом двух доходных домов и таверны, последнюю сжечь?

— Я не…

— Ре Валеро подчинялся тебе. Еще в ваши светлые головы, — добавив металла в голос продолжил, не слушая оправданий, — пришла идея, убить не меньше половины жильцов из почти двухсот пятидесяти разумных. Теперь оглашу итог, около трехсот-четырехсот представителей Дна умерло. Причастных и непричастных, но оказавшихся не в том месте и не в то время, я наказал. Большая часть погибла страшно — от зубов мертвецов и в ямах с лирнийскими слизнями. Короли, кроме одного, отправились по тем же дорогам. И только Старший смотрящий из Тени оказался слишком шустрым и успел сбежать. Лишь предстоящие поединки и ловля этого мрока в катакомбах, так как он на том этапе имел ценность в живом виде, не позволили мне уже в Халдагорде продолжить прививать уважение к Сумеречным. И тебе, а скорее абсолютно всем твоим близким, невероятно повезло, что за это время огонь в моей крови немного удалось обуздать. Поэтому мы и говорим сейчас.

— Но они же ничего не успели сделать! — не стал врать в лицо главарь о непричастности, — Я приказывал: прощупать почву, оценить, затем доложить. Несмотря на то, что Паскль платил огромную цену за твое убийство, сначала желая заставить тебя терять и терять все нажитое. Мне же хотелось понять, а стоит ли связываться… А ты, не разбираясь, устроил резню, сжег, приносящие доход заведения, предал страшной смерти многих и многих, лишил посмертия еще больше…

— Не успели, потому что я вмешался, — не дал договорить оппоненту.

— А с эрлглэрдом Клаусом что случилось? — его явно очень и очень волновал данный вопрос, раз так резко перескочил с темы.

— Я отдал его вместе со зверобабами мертвецам. Клянусь кровью!

Казалось, что сильнее страха, который испытывал пациент, быть не может, но ошибался. Нормально проняло, и, к чести пациента, он теперь боялся не за свою жизнь, а за близких.

— И ты, зная кто он, так спокойно об этом говоришь? — спросил нарочито ровным голосом.

— А теперь слушай мою волю, — не стал вступать в какие-либо диалоги, — Демморунг вам больше ничего платить не будет. Я поставил главным над ним Робина Стального клыка. Далее, ре Валеро по всем признаком сбежал в Халдогорд, у него имелась такая возможность. И мне нужна голова этого поганого слизня. Еще, своих людей я ценю, даже просто принесших клятву верности на крови. Поэтому вы выплатите виру. Управляющая — десять миллионов, персонал в количестве двадцати одного человека — по миллиону, за остальное — еще миллион. Считай. Деньги должны быть предоставлены к концу моих поединков с аватарами божков. В противном случае, я приведу в исполнение отложенный приговор всем вам, вашим близким и дальним родственникам, друзьям и знакомым. Вычеркну и уничтожу саму память. И начну заниматься этим сразу, едва отзвучат литавры и фанфары. Вы посмели покуситься на Истинный Великий Дом Сумеречных, чей тотем райс.

— Ты угрожаешь? — ощерился пациент, как загнанная в угол крыса, нет жути я нагнал достаточно, учитывая, что передо мной не простой бандит с одной извилиной, а управляющий центр. Но и он действовал по вбитым в подкорку лекалам, пытаясь выгадать время на раздумья.

— Нет. Я никогда никому не угрожаю, лишь предлагаю сделать выбор, и порой озвучиваю, к чему приведет то или иное решение.

— Ты нам его не оставляешь…

— Неужели я в тебе ошибся, и ты обделен умом? Выбор простой — между потерять абсолютно все, включая надежду, позволить исчезнуть крови, или признать вину и попуститься малым. Могу лишь сказать в утешение, поток «Слез» и «Камней» я отсюда перекрыл. Опять же к этому привело решение Раоноса. И я ему сказал: ты забыл, кто такие древние аристо, объявляя меня своим личным врагом. Теперь будешь лить слезы. Клянусь кровью, что все так и было! Так вот, старшие жрецы Кровавого уничтожены мною, но самое главное — алтари, на которых можно было создавать кристаллы. Такой же Оринуса в катакомбах превратила в пыль нежить Демморунга Кровавого. Гоблы Четвертой окровавленной руки лишились верховного шамана и канала поставок аристо для жертвоприношений, поэтому и оттуда «Слез» не будет. Впрочем, и им недолго осталось. Их тайный великий алтарь Раоноса я уничтожу вскоре. Местоположение его известно, как и переносного. Бессмертие вождя, точнее, его фикция, не станет преградой. Если появятся партия этих товаров, то они будут, в девяносто девяти случаев из старых запасов кого-то. Однократные сделки. Такова новая реальность. Можно, как страусы спрятать голову в песок, и попытаться представить, что все вернется на круги своя, а можно думать, искать иные возможности.

— Как насчет остального бизнеса? — помолчав, спросил Клайн.

— Я не возражаю, а вот платить сверх, как это делал ре Валеро, никто не будет. Поэтому здесь вряд ли кроме этого аспекта что-то особо поменяется. Не имею ничего против продажи индейцам пыли, джуниха и другой дряни, но именно им. И тем, на кого укажу я. Мирные — табу. Я очертил запретный круг, после чего может случиться непоправимое для всех вас. Робин его знает, повторяться же не люблю. Остальное решайте с ним, мне это неинтересно. Все возвращается на круги своя, как и было всего лишь шесть лет назад.

— В целом, я осознаю, что мы погорячились и выбрали не ту цель. Но твоя вира… Ее мы просто не сможем выплатить, тем более в такие краткие сроки. Да и не поймут меня, а я вынужден принимать решения, руководствуясь настроениями.

— Так внятно донеси до них, какой стихии вы бросили вызов из-за ре Валеро. Каждый сверчок, знай свой шесток. Плату я готов взять артефактами. Интересуют внеранговые боевые запредельной мощности, высшего порядка — не годятся. Предметами из наследий Иммерса и Высшего призрачного жнеца… Или другие интересные позиции. Например, мощнейший щит в пару к моему мечу. Все это, если у вас есть, то лежит мертвым грузом.

— Я свяжусь и узнаю. Не обещаю успеть к концу поединков, они у тебя часто длятся меньше нескольких секунд, но в течение пары часов сделаю. Как и если ре Валеро где-то у нас, то ты получишь его голову. Клянусь кровью! — уверен, про него уже знал собеседник, как и предоставил легитимный способ в глазах коллег забрать невозбранно камни и жизнь эльфа, и кого назначить за все виновником.

— Хорошо, — здесь визави немного обрадовался маленькой победе, что смог продавить хоть такие свои условия, — И еще, в Халдагорде и на Великом Халде, как и в континентальной Империи, у меня образовалось очень много владений. Помни об этом, и в данном вопросе лучше контролируй лично своих. Потому что не все обладают твоим умом, а твое решение я считаю проявлением именно его, впрочем, как и занимаемый пост свидетельствует о мудрости, силе характера и воле, и, главное, умению точно рассчитывать собственные силы. Некоторые глупцы же порой забываются, для чего все делается. Поэтому в ереси своей, они могут дернуть за усы имперского дракона, даже не предполагая о последствиях…

Отлично поговорили.

И дело не в какой-то мифической кипящей крови, которая «остыла», а в банальном отсутствии времени, чтобы и в Халдагорде насадить правильную повестку. Однако крепла уверенность в том, что как только немного разберусь с делами, то бандиты обязательно устроят какую-нибудь провокацию и пакость.

В итоге, перед поединками успел сделать все запланированное, отдал и распоряжение, где подобрать жреца в случае моего проигрыша. Заставил Кощея поклясться на Тьме, чтобы он доставил его в нужную точку живым и невредимым, если я погибну. Обговорил и передачу. Вручил кошель с камнями душ Турину. Со мной хотела встретиться Раена, но сослался на занятость. Впрочем, нигде не согрешил против истины.

Надел новую модульную систему для персонального оборудования и грузов исследователей других миров «Рейдер Аргасса V», купленный людьми лэрга у того же артефактора мастера Грея, которая ничем не отличалась от старой. Села так же, как нужно. Все подсумки разместил на привычные места. В одном лежал сложенный плащ Иммерса, его тренировался между делом мгновенно извлекать и укрываться им в разных позициях. Линейка алхимических и магических гранат на месте, от огненных и ледяных до светошумовых и дымовых антимагических завес. Добавились ножны с «Разящим» под левую руку.

За плечами родовые «Когти», моргенштерн на поясе впереди справа, слева на перевязи меч Демморунга. Копье не стал демонстрировать, его мог призвать в любой момент. Раздумывал по поводу щитов, но имевшиеся в закромах бандитов не отвечали моим требованиям, как и в наследстве Курильщика у мага.

Артефакторный арсенал тоже немного изменился. Привязал к родовому кольцу «Торнадо» — аналог «Сметателя», только сильнее на порядки, дополнительно, глушил жертв и вызывал полную дезориентацию. Он настраивался. И можно было в «быстром» доступе использовать три режима: полусфера; ее часть (конфигурация целиком и полностью зависела от фантазии владельца) и направленный точечный удар (минимальная точка радиусом в сантиметр). Имелся ряд серьезнейших ограничений, именно поэтому он пылился на складах. Владельцем мог являться только аристо, ранг мага не меньше младшего магистра или иметь управляющее кольцо повелителя магии. Как стало понятно, колдуну, достигнувшему таких высот подобные атрибуты, еще и за дикую цену, не требовались.

Опробовал, потренировался совсем немного.

Далее, хоть и подмывал внутренний голос, но не стал пока менять «Повелителя пространства» на «Владыку» по одной простой причине, работа первого мне была знакома досконально, не один десяток схваток и боев за плечами, как и сотни, и сотни часов тренировок с ним.

Что еще?

Установил все имеющиеся артефакты из линейки Алгера. Инга ошибалась, говоря про отсутствие всего лишь двух до полного набора. С учетом установленных у меня — «Маски» и «Грез», которых не имелось в трофеях, необходимо добыть где-то «Спокойствие», «Умиротворение», «Ароматы» и «Амбре» (понятно все с припиской Алгера). Синхронизировал новые, повышая результативность и мощность каждого отдельного почти в два раза. Кратко пробежался по свойствам: «Чарующие звуки» — теперь можно было не просто транслировать голограммы, но и звуковой ряд, как и отпадала необходимость в дополнительном амулете чревовещания, изменения и усиления голоса. «Неукротимая сила» — повышение параметров иллюзий на сто процентов. Девайс беспредельно затратный — в пятнадцать минут тратилось два больших кристалла. Но возможности его трудно переоценить. Это касалось и дальности тех же «Грез», и способности вероятным противником к распознанию обмана.

Три были нацелены на усиление эмоций у публики, воздействуя на нее приблизительно так же, как и злосчастная книга с мальчишника: «Безутешные слезы» — на расстоянии до ста метров вызов у аудитории до тридцати человек вызывали приступы печали и скорби; «Безудержный гнев» — тоже самое, но усиливался соответствующий негатив; «Безмерная Любовь» — все так же, но создавала фантом именно этого чувства. И объект приложения в каждом случае мог задаваться владельцем. Конечно, все зависело и от персональной защиты жертв.

«Воплощение» — возможность создать любое существо, с которым имелся прямой тактильный контакт (достаточно касания пальцем) один раз в сутки на час, при этом фантом имел приблизительно тридцать процентов от силы и способностей оригинала и выполнял приказы хозяина артефакта.

Приблизительно я понял для чего вручил мне способность Эйден распознавать некоторые свойства магических предметов — желание улучшить ее крепло ежечасно, следовательно, готовность сделать для этого многое.

Прошелся и по энергозапасам. Праны в потолок везде, и она продолжала вливаться. В родовом алтаре чуть меньше половины ценного ресурса. Маны под завязку.

Лучше не подготовишься.

Поединок должен был состояться в одиннадцать. Ожидал в стороне с дер Вирго и сотником. Отхлебывал прилл. Отслеживал настроения аудитории, они доказывали, что больше на ставках в таких поединках много не выиграть.

Попутно внимательно слушал мага, который рассказывал мне о легендарных щитах и боевых амулетах. Турин, знавший, что в случае проигрыша ему предстояло расплатиться по долгам с Кровавым, был донельзя задумчив, от него проходили порой волны непонимания.

Без десяти одиннадцать пространство на площади, отведенное для поединков, забурлило от искажений. С оглушительным хлопком возникла сфера, объятая призрачным синим огнем с аватаром Ситруса, заставив мнительных отшатнуться, других выругаться, третьих ахнуть. Сами боги не показывались, с целью не вспугнуть Раоноса, отчего-то приписывая тому крайнюю степень дебильности.

Если кто-то думал, что это я его спровоцировал на активные действия, ведь иначе он вряд ли бы откликнулся на призывы своего союзника, то он заблуждался — Кровавый в любом случае попытался бы меня уничтожить именно здесь и сейчас.

Да, с одной стороны, слишком много энергии было им потрачено в последнее время: на оборону божественного алтаря с изначальным камнем, затем последовал мой призыв, еще и награждение званием «Дитя Бездны»… Но исходя из того, что я узнал на текущий момент про богов, как и сколько нарушил планов Раоноса, чего его лишил за два месяца, то кровник сделал бы все возможное и невозможное для отправки меня к Маре. И дело не в оскорблениях. Божок, когда требовалось, мог переступать через уязвленную гордость — проверено и доказано опытным путем. Во-первых, это реальный шанс для него разобраться с проблемой (пока занозой), и не факт, что такой же подвернется в ближайшем будущем. Отсюда вытекало, во-вторых, неизвестно сколько я успею нанести вреда до следующего удобного случая. И связано это было с ограничениями для божков, без призыва союзником он действовать не мог, точнее, его влияние на Равновесие оказывалось слишком чрезмерным, что давало возможность противникам сделать несоразмерный ответный ход.

Ренегат Ситруса обратился бы к нему в любом случае. Учитывая продемонстрированную уверенность в своих силах Раоносом, глупо было полагать, что тот не учел возможного противодействия со стороны Кроноса и Ситруса. Поэтому я ожидал любого развития событий.

Вообще, сама идея моей битвы с аватарами изначально имела только одну цель и только поэтому мне позволили выступить некой карающей дланью — вынудить кровавую тварь израсходовать на поддержку союзников значительную часть ресурсов. Я же преследовал на тот момент две — заработать как можно больше денег, а также громко заявить о себе, чтобы народ потек под мои знамена. Предполагаемые и желаемые, наконец-то проявится татуировка от Скупого звездочета, наберу еще энергии в алтарь, чтобы улучшить навыки и оружие.

Кронос и Ситрус, по их замыслам, сначала оставались наблюдателями, а затем создавали видимость непримиримой борьбы с Раоносом, пытаясь перекрыть поток энергии от него к аватарам. На самом деле следить, чтобы не нарушить баланс, когда тот поймет, что он не сможет победить и не прекратит бесцельно расходовать ценный ресурс. И этот момент должен был наступить, как можно позднее, благодаря уже моим стараниям, когда, проходя по грани, демонстрировал бы огромную вероятность победы Кровавого, стоило ему только немного поднажать.

Сейчас я был готов.

Сосредоточен.

Поэтому спокойно вышел, под ликующие крики толпы. Продолжавшиеся недолго. Сразу же защитный купол распростерся над нами. Он, благодаря гостям из столицы Империи и Аринора, имевшими в своем составе не один десяток сильнейших магов, а также из-за того, что бой не являлся Поединком чести, пропускал звуки из-под него, но отсекал внешние.

Аватар Ситруса смотрел на меня зло. В руках сжимал короткий белоснежный жезл. Плотность и интенсивность искажений от врага сейчас была чуть меньше, чем у Демморунга Кровавого.

— Жалкий смертный, тебе никогда меня не победить! Ты умрешь! — рыкнул он так, что завибрировало само пространство. И если правильно научился читать малейшие изменения мимики его папаши, он был уверен в своей победе. А вот это интересно… Так надеялся на помощь союзника? И почему?

Аудитория же замерла, вслушиваясь:

— Возрадуйся, безымянный червь, — надменно проговорил я, а голос рокотом разнесся над площадью, — сегодня твой день, потому что я приказал Раоносу оказать тебе всю возможную помощь. Клянусь кровью! — старец с удивлением и недоумением посмотрел на огонь, объявший когтистую ладонь, толпа ахнула, — В противном случае, он тебя бы бросил мне на растерзание, как вашего собрата от Оринуса. Последний же преклонил колени передо мной, понимая близкое небытие, ибо он столкнулся с непреодолимой силой!

— Отчего тогда не предлагаешь и мне склониться? — усмехнулся в бороду мудрец, его настроение заметно улучшилось.

— Потому что ты не достоин такой чести. Слишком ущербен, подл и юродив! Твой отец плакал от горечи и разочарования, глядя на тебя. Наверняка, он подозревал, что чрево, породившее на свет такое чудовище, согрешило с Кровавым! — учитывая, что аватар боги создавали неким клонированием или почкованием, то мысли у понимающих должны были зародиться разные.

— Что⁈

— Еще и глухой, — я разочарованно покачал головой, — Да на твое лечение уйдет больше средств и времени, чем ты можешь принести пользы! При этом слабоумие останется на всю жизнь. А еще туда же… «Предложи мне склониться…», я буду служить тебе верно, — издевательски скопировал интонации, — Зачем? Зачем ты мне нужен? Можешь пояснить? Приведи хоть одну внятную и весомую причину? Какая от тебя может быть польза? — вот здесь старик сначала обомлел от наглости, а затем разозлился, чуть сузил глазки, я же продолжал вещать после паузы, — Видишь, ты сам понимаешь, что нет у тебя достоинств, поэтому не возьму тебя под свою руку! Хоть заумоляйся! У Оринуса аватар был серьезным, ты же — маленький злобный шут. Шутик. Это место занято Раоносом. Он меня веселит безмерно своими жалкими потугами, но можете сразиться с ним, и кто победит, тот и останется в обойме.

— Я…

— Ты! Если и возьму тебя в услужение, то только в четки. Это Кровавый относительно спокоен, хоть и вертится, как змея на раскаленной сковороде. Он, в отличие от тебя обладает умом, он осознает мое величие, и прекрасно понимает, настанет день и ему придется склониться перед моей непреклонной волей! Почему? Потому что я — аристо. Боги приходят и уходят, а Империя была, есть и будет! Аррас!.. — вырвал меч из ножен.

В этот миг сверху рухнул белый луч, который в ослепительной вспышке с оглушительным грохотом разметал мощнейший защитный купол над площадью. Свет упал на нас, и с глухим ударом по барабанным перепонкам, затопил собой все.

Слепота продолжалась всего лишь долю секунды, а затем…

Да, похоже, Раонос переиграл бородачей, как неразумных детей, не зря он был уверен в своей победе. Нас вместе с ренегатом, находящихся метрах в двадцати друг напротив друга и пока окруженных прозрачными полусферами, перенесло в крайне живописное место.

В шагах трехстах впереди каскад водопадов, падавших в небольшое невероятной синевы озеро. Торчащие тут и там высокие и низкие каменные столбы, увитые растительностью, через которую можно было рассмотреть вырезанные на них древние руны. Зелень травяного ковра, раскрашенная цветами всего спектра, над ними кружили такие же бабочки, их резные крылья и размеры порой казались фантастическими.

Сотни и сотни ручьев и ручейков.

Тихое журчание воды.

Яркие-яркие оттенки голубого и зеленого.

Слева метрах в ста пятидесяти начинался тропические лес, большинство деревьев — плодовые, где экзотические фрукты сами просились в руки. Раздавалась разноголосица пестрых птиц. Справа в сорока шагах гряда скальных зубов, образовывавших практически сплошную стену высотой около пятидесяти метров. Глухое ущелье перед водопадами метров восьми в ширину и длиной около сорока, вело вверх и заканчивалось отвесной скалой с козырьком.

Камень покрывали цветущие лианы, тут и там на уступах росли кусты и изогнутые небольшие деревья — от хвойных до лиственных.

Солнечный свет не слепил, он был ласков.

Невероятная глубина и лазурь неба.

Здесь в вышине белоснежные многоэтажные облака образовывали воронку, ведущую в никуда. По ней опознал точно локацию — Долина водопадов и грез. И кому-то могло показаться, что так должен был выглядеть рай.

Вполне возможно.

Это одно из мест, где сходились в яростных схватках аватары и воины богов. Вот только при чем здесь я? Ведь покровителей у меня не имелось. Тринадцать раз в учебном лагере Оринуса сражался на подобной арене, а может и на ней самой. Сразу же стало очевидно, чем обусловлен выбор — здесь сила менталистов возрастала в разы, как и природная магия. Эльфийская, сука.

Глок носился по округе и вскрывал, благодаря возможности видеть искажения, все больше и больше противников, которые укрывались под мощнейшими иллюзиями. Увидеть их в других режимах зрения, до атаки, у меня ни разу не получалось, как и отличить фантомы от реальности.

Выяснилось, что в скальной гряде только до водопада в тридцати одном разрыве притаилось столько же глоткозубов — существ, представлявших собой эдакое полотнище толщиной в четыре пальца. Они имели самые различные формы, размеры — от метра на метр и до пяти. Монстры набрасывались с дичайшей скоростью на ничего не подозревающих жертв, обволакивали их, сжимались, не позволяя вырваться, кроме запредельной силы сжатия, убивали благодаря сотням и сотням проявлявшихся длинных зубов, которые игнорировали любую броню.

На двух раскидистых деревьях, на шести дальних высоких столбах — гнезда летающих змей. Возле водопада на скальной гряде справа — двенадцать. В каждом до тридцати особей размерами от двухметровых толщиной в руку и до древних телеграфных столбов. Они использовали для перемещения, как левитацию, так и телепортацию. Бронированные тела сплошь покрывали шипы, в пасти имелось по два ряда длинных зубов.

На краю леса среди обычных тропических деревьев притаилось только в моей видимости четыре разрыв-древа — адская штука, практически как земное геномодифицированное ксеносами динамитное. Оно и в нашем прошлом являлось апофеозом смертоносной флоры, а затем превратилось вообще в убийственное нечто. Здесь плоды — достигавшие метра в диаметре, взрывались, разбрасывая десятки тысяч поражающих элементов — игл, летящих с огромной скоростью. Попадая в живые объекты взрывались. Сок предельно ядовит и токсичен. Эта псевдоразумная погань могла окатить им жертву, находящуюся в пределах десяти шагов от ствола, на таком же расстояние под землей ждали добычу верхние корни. Которые являлись щупальцами и тоже не бездействовали. При этом паскудная растительность скидывала с ветвей биологические гранаты, если живые оказывались в пятидесятиметровой зоне. Запредельно опасная дрянь.

В изобилие имелось и хватунов — небольших живых деревьев, с крайне гибким стволом и такими же ветвями. Они орудовали ими на диво ловко, протыкая или опутывая зевак, затягивая в пасть, которая находилась на стволе и могла возникнуть в произвольном месте. И эти мутанты росли не только в лесу, но и на выступах скальной гряды.

Душители — тоже флора, лианы опутывали жертву с закономерным результатом.

В избытке вокруг затаилось иглоспинов и такие же черепах, — первые дикобразы выстреливающие иглами на расстояние до двадцати метров, вторые могли в прыжке на десятиметровой дистанции достигать диких ускорений, при этом вращаясь на умопомрачительной скорости, напоминая, скорее из-за особенностей панциря, а также проявляющихся незримых лезвий диски от циркулярных пил.

Да, каждую злобную тварь прикрывали мощнейшие иллюзии, отчего они без умения видеть искажения, выглядели элементами райского ландшафта. И самое поганое для меня, особенно, если у аватара имелась возможность перехвата контроля над ними — все чудовища использовали прану. Их щупальца, когти, зубы, острые пики, грани ничем не отличались от мощнейших клинков духа. Конечно, у истинных магов имелись способы защиты от такой напасти, но требовалось достичь высот, как дер Вирго или дер Ингертос. Или стать мастером в управлении праной, до чего мне пока было очень и очень далеко.

Впереди в трех шагах от меня простирался разлом около четырех метров шириной и длиной девять, замаскированный очередной превосходной иллюзией. Его поверхности покрывала пленка искажений — отрага. Все это могло превратиться в один момент в тысячи и тысячи щупалец, сама пасть располагалась на дне, тело погружено в расщелины между каменными стенками и могло принимать самые причудливые формы.

Сейчас вся убийственная живность замерла в ожидании и в сладостном предвкушении.

Согласно условиям, ее под контроль не могли взять обычные эльфы и менталисты — всем участникам поединков приходилось несладко от местных монстров, но с аватарами я не сходился здесь в бою, поэтому пока это величина неизвестная. Но и без них неплохо могло прилететь, остроухие легок воздействовали на обычную флору и фауну, вторые просто обретали чудовищную мощь. А все этом могло быть объединено в старике.

Пять раз я умирал от воздействия неблагоприятной среды, два из них под нее меня загоняли противники. Пару от проявления непосредственно эльфийской магии — когда брала в оборот растительность: еще четыре погибал от убийственных иллюзий, воплощенных в реальность магом-хуманом.

Да, тогда я не показывал и не использовал все способности, видел искажения хуже, имел броню на порядки слабее, артефакты практически не использовал, у меня не имелось столь мощного оружия и аргументов, как тот же меч Демморунга. Но из тринадцати схваток я вышел победителем всего лишь два раза — это заставляло относиться к локации и противнику крайне серьезно. Еще одно ограничение для меня, магия разума усиливалась у разумных, у костылей в виде различных магоустройств она оставалась неизменной. Например, та же линейка Алгера.

Все мысли пронеслись стремительно. И время на обдумывание мне дали. Только приблизительно через пол минуты обе полусферы над нами с противником мигнули и исчезли.

Одновременно с этим на небе появились две зеленые точки, приближающиеся стремительно и оставляющие за собой длинные шлейфы, словно хвосты у комет. Они неслись к нам, снижаясь. Одна, ускорившись, сделала мертвую петлю и рухнула одновременно со второй, не менявший траектории. Гости приземлились справа и слева от бородача. В стороны полетело каменное крошево и ошметки растительности с разноцветными цветами. Проявилась парочка эльфов-близнецов, выделывала па в полете баба, ничем не отличавшаяся от пленницы четок.

Эффектно… Как они, видимо, думали.

Я же со скучающим выражением смотрел на этот цирк. У самого нет-нет и мороз пробегал по коже. Белогривые млети! Те же картинно продемонстрировали тарнирские мечи. Почему выбор Раоноса остановился именно на этой разновидности аватар? Скорее всего, в первую очередь, чтобы переиграть проигранный бой, второе — они имели здесь неоспоримое преимущество: умение работать с флорой и фауной.

Плохо одно — Оринус и другие боги весьма неохотно делились информацией про ограничения для них, реальную жизнь и другие аспекты бытия. Поэтому непонятно — все ли это фигуранты или Кровавый еще может кого-нибудь подкинуть до кучи?

Во всех трех противников вливались мощнейшие потоки искажений. Однако энергия отличалась по цвету в божественном спектре. В старика — ситрусовская, в эльфов — раоносовская. И Кровавый, в отличие от Эйдена и Бездны, нигде не был замечен (точнее, у меня не имелось информации) в подобном обмане. Следовательно, бог Мудрости и… и Безумия почти открыто играл на стороне противника. Видимо, имелись контакты, и он пришел в ужас от того, что наплел своим языком передо мной Раонос, которого в свою очередь подталкивало само естество разгласить любую тайну. Не видел я других причин, чтобы непосредственно сейчас ему подставляться. За дерганье бороды и оскорбления — можно иначе вопрос закрыть.

Зачем он тогда первым нашел подтверждение внедрения в алтари пиявок Эйдена в разговоре с божками? Отличный ход. Ведь все равно Верховный бы проверил, а тут отвел от себя подозрения, не только минимизировал потери, но и вышел с упрочнившейся репутацией верного соратника Кроноса. Если мыслить в таком ключе, значит, его аватар не перешел на сторону Кровавого, как и жрец…

Мало информации. Мысли промелькнули в один миг, пока я оценивал возможности противников. Приблизительно совокупная мощность потока, если сравнивать интенсивность и суммарную толщину, составляла половину от вливаемой Раоносом в алтарь с изначальным камнем.

Твари секунд двадцать наслаждались моментом.

Дед уж совсем горделиво распрямился, морду сделал надменную, бороду выпятил вперед. А жезл в его руках засиял. Кстати, никто меня не пытался продавить ментально. Видимо, выводы сделали, и не стали тратить энергию без всякой пользы. Божки в любом случае сильнее своих созданий, даже с возросшими возможностями.

Это хорошо.

Вперед выступила эльфийка. Интересно, с кем себя ассоциировал Раонос, выбирая в качестве альтер эго баб? Может он, наоборот, притворялся мужчиной, а на деле являлся именно женским видом божества, чувствуя себя в таком виде комфортнее? Инфантил или самка? Хотя… С этими их ролевыми играми не поймешь, но однозначно — гумми.

— Что, аристо, не ожидал настоящего поединка? — ехидно спросила та голосом ящера, — Думал зря я тебе звания давал? Ты гордился ими, не понимая сути. Признание ребенком бога позволяет делать так, чтобы герой сражался, как и настоящие их дети, снимая все ограничение со смертных! — вот еще одна причина почему я не собирался доверять Однорогу, он мог бы и сообщить о таком побочном эффекте от званий. «Нюанс». И вероятно их еще не один десяток, божок продолжал ликовать, — Вокруг арена, которую называют Долина водопадов и грез, здесь возможности аватара Ситруса и леса, то есть мои, возрастают в разы! Трепещи! — взревела девка. Похоже, действовал запрет на прямое вмешательство и здесь. Я же продолжал рассматривать окружающее глазами Глока, вычленял, запоминал и составлял приблизительный план действий. И молчал.

— Боишься! И дерзость куда-то исчезла! И голосок пропал! Начал осознавать предстоящую расплату⁈ Сегодня мы вместе с Ираклием, — я даже сначала не понял, что это имя ситрусовского чада, — заставим тебя горько пожалеть! У тебя один вариант, склониться передо мной, принять мою волю. И тогда…

— Опять дешевая болтовня! — перебил урода, взглядом и мимикой показывая все презрение к оппоненту, — Мало того, что повторяешь мои слова, не в силах придумать своих, так еще и врешь… Надеюсь она хоть не бракованная, — ткнул пальцем в аватарку, — хочу подарить своему магу игрушку, коль он воспылал любовью ко всяким ушастым бабам. Если бы ты был уверен в себе, то послал бы нормальную, а не суррогат! — перебросил зерно четок, плохо, что через перчатки Иммерса я не мог с ними взаимодействовать, впрочем, в любых других тоже.

— Я… я… А пусть! — импульсивно остроухая махнула рукой, — Смотри, что никогда не достанется ни тебе и уж точно твоему магу! — неожиданно эльфийка повернулась ко мне спиной, броня исчезла, а та прогнулась сексуально, нагнулась, затем выпрямилась, развернулась, грациозно потянулась, осталось только на мостик встать. Для демонстрации. Да, у этой все было в порядке со всеми прелестями. И эпилирована везде, как я люблю. Сто сорок баллов из пятидесяти. И только кольцо Истеллы не позволило сместиться мысленному фокусу с боевого на порнографический.

— Вот, другое дело, — прокомментировал я, — Безымянная, ты понимаешь, что твой творец или папаша, руководствуясь своими грязными желаниями, отдает тебя — яркий нежный красивейший цветок, мне полностью и безраздельно? Дарит? Обещаю, если признаешь мою несокрушимую волю и мою мощь, склонишься, то не окажешься, как твоя сестра здесь, — продемонстрировал четки, — я даже не стану тебя убивать. Подарю сильнейшему магу. Ты же будешь наслаждаться безмерно неутомимостью мэтра, которого этот прихвостень Эйдена, завладевший на время твоим речевым аппаратом и мыслями, прозвал «Блудливый», — судя по отклику непосредственно белогривой, как только я завел речь про «неутомимость» дер Вирго, то в эмоциях промелькнуло некоторое настороженное вожделение, яркая вспышка безмерного желания, которая тут же пропала, задавленная, как непрошенная мысль о табуированных темах. Ясно, — Подумай, какие ты с ним сможешь воплотить в реальность мечты, а какие отроются горизонты… Ух… Лучшее вино, изысканные яства и лучший маг держит тебя в своих сильных объятиях! Опытнейший любовник, умеющий вознести любую женщину на вершины блаженства… И не раз, и не два, и даже не пять, — еще один мгновенный отклик. Точно, аватары — плоть от плоти божков, и они очень и очень похожи на своих родителей, соответственно. Кровавый в первую встречу рассказал мне о недопустимости для своих чад сторонних связей, девица на неосознанном уровне хотела нарушить запреты или, как вариант, просто оголодала за века бесполости, — Просто представь, как…

— Ты!.. Она никогда не склонится перед тобой, — перебивая, взревел божок, тоже, видимо, почувствовал интерес аватарки, — И уж тем более не будет подстилкой твоего мага! Клянусь!

Для обычного, особенно земного человека, на лице эльфа рядом с Ираклием не отразилось ни одной эмоции, но по чуть нервному едва заметному движению ушей, а также новому умению, понял, что он в ярости.

Я тянул время, выстраивая рисунок боя.

Итак, связь заглушить между ними не мог, банально не хватало энергии. Гипотетически, самое действенное оружие в моем арсенале против тварей — «Аура Власти». Треть от имеющегося в алтаре на однократное применение. Но посмотрим, вдруг божок ее в прошлый раз ощутил и придумал, как противостоять воздействию. Наверняка анализировал схватку… С другой стороны, всякое могло быть, тем паче, когда я явно начал использовать способность, тому уже было не до своих слуг. Там разрушался алтарь с изначальным камнем.

Мысли-молнии, сам же заговорил после небольшой паузы, надменно и величественно:

— Ты еще не понял, ручной пес Ситруса, что это передо мной склоняются все и всё, а кто противится — жалеет, плачет, умирает, исчезает и растворяется в безызвестности! Мудрец же сейчас никак не подставляется. Так же, как когда он подговорил тебя объявить меня своим личным врагом, вновь испытаешь силу моего гнева. Ты страдаешь, ты теряешь и теряешь энергию в бесплодных попытках разрушить скалу из туманного адамантита, имея для этого только свою пустую голову. Бьешься, порой с разбега, разбиваешь в кровь лоб, выбиваешь зубы, раскидываешь сопли… А белобородый выродок смеется и попивает амброзию, тайком и без тебя поедая божественные деликатесы, затем предается изысканным низменным страстям. Без тебя. Кстати, я думаю, это замысел Кроноса. Млеть втерлась тебе в доверие по его приказу, ты же глуп, поэтому пошел у Ситруса на поводу. Но не настолько, чтобы после моего прямого указания, не взять и не посчитать. Приказываю, проведи простое сравнение «до» объявления меня кровников и «после». Сколько твоих замыслов и трудов было уничтожено мною, некоторые воплощались столетиями, если не тысячелетиями в жизнь и оставалось совсем чуть-чуть до твоего торжества, сколько ты потратил энергии на глупое и бесполезное противоборство со мной… Кто в итоге стал сильнее, а кто слабее? Теперь понимаешь, насколько отдает идиотией твой шаг с привлечением моего внимания к себе? А ведь Ситрус еще бог безумия, не он ли его на тебя наслал во время принятия решения, подтолкнул под руку? Взять и добровольно подставиться под карающую длань настоящего аристо, не вырожденца… Это надо быть круглым дураком! Дурачиной! Кронос же с братцем практически первыми узнали о моей древности. Сколько ты уже потерял? А сколько он? — отметил, что по лицу эльфийки прошла темная тень, — Ты, думаешь, я не знал о ваших детских замыслах, когда с тобой спор…

— Не верь ему, он Дитя Эйдена! — заорал нервно старикан, — Он лжет! Он угроза всем нам! Он — сам Хаос! Понимаешь? Всем! Мы должны его остановить здесь и сейчас! Он друг Оринуса! И сам же говорил, как почувствовал дыхание Бездны, когда… Но об этом после, сейчас нужно уничтожить его! Это цель!

Отлично.

Если только это не хитрая подстава Ситруса Раоносом, когда последний, разыгрывая эту прогнозируемую сценку передо мной, жертвовал пешками. И в случае моей победы, в конечном итоге вносил разлад в пантеон. Ведь, по его замыслу, я все расскажу Верховному, и даже если Ситрус не настолько замазан, а они оба, по косвенным признакам, очень и очень продуктивно работали с белогривой падлой, все равно умник оказывался под подозрением.

— Довольно оправданий, Ситрус! Обращаюсь к вам обоим, склоните колени передо мной, и я справедливо решу вашу судьбу! — проговаривая, явил штандарт, воткнул его в каменную плиту, после знамена, которые подхватил порыв ветра, помолчал, — Считаю до десяти, давая вам время, — и сразу же рыкнул, — Десять! Вы опоздали! А мне наскучило слушать ваше блеянье. Белобородая млеть, думай, чем ты заплатишь за молчание и за уже выполненные задания, одно из которых… — насмешливо посмотрел на эльфийку, — разрушение божественного алтаря некого Раоноса с изначальным камнем, клянусь кровью! — приказ же поступил разрушать его алтари? Пламя подтвердило правильность выводов. Здесь соратники переглянулись, во взорах взаимной любви я не обнаружил, а вот грозовые фронты вполне, — А ты, белогривка, поразмышляй на досуге над моими словами, и готовь выкуп и мой выигрыш, потому что ты уже проиграл! Аррас! — проревел и искажения от дракона и черепа соединили меня и символом Дома.

И все страхи, и сомнения остались в прошлом, сейчас только одно — задача победить.

Не успело умолкнуть эхо от громогласного клича, как две молнии ожидаемо устремились в мою сторону — оба аватара Раоноса двигались запредельно быстро, желая поставить точку. Сорвались в высоких прыжках фактически одновременно. Чуть запаздывая за союзниками, старик направил жезл в мою сторону, с него сорвался поток искажений, от которого я легко уклонился.

Отслеживал и другие проявления воздействий на агрессивную среду, но их не было. Значит, не могли взять под контроль коренных обитателей, может быть, только пока. Отметил так же, что и со всеми усилениями, действующие лица уступали мне в скорости, а еще в данном уравнении плюсовалось шестикратное увеличение параметров силы и скорости от брони. Поэтому для меня все выглядело обычно, даже слегка замедленно.

Пока не использовал невидимость и «Ауру Власти».

Ближайшая растительность разродилась пучками корней, длинных листьев и стеблей, желали оплести ноги. Зафиксировать. Роняя на месте активированную гранату с дымовой антимагической завесой, я врубил «Торнадо», одновременно срываясь вверх и вперед.

Блестящие на солнце клинки катан эльфа не достигли до меня всего лишь несколько сантиметров, его напарницы зашедшей справа, чуть больше, и обоих, как и все насаждения отбросило от меня незримой волной. И только штандарт и знамена остались на месте.

Остроухого догнал там, где и рассчитывал, рубанул мечом сверху. Нет, не пробил невидимую защиту, но отправил его вертикально вниз — в гнездо ортаги, от которой выстрелили навстречу жертве призрачные щупальца из праны. Наплевав на любую броню, пронзили тело в десятках местах, потащили в глубины. Я же в момент удара создал под собой «твердь», и совершил очередной прыжок на запредельной скорости в сторону иллюзии Ситруса. Сам же Ираклий сместился влево метров на десять и находился в режиме стелс.

Как смыкались над белогривым призрачные щупальца отметил глазами Глока, которого загнал вверх, когда в полете телепортировался при помощи волчьего умения к расслабившемуся старику, вновь готовящемуся сотворить некое убойное заклинание. Нанес ему косой удар, должный располовинить от плеча и до бедра. Ожидаемо сработала защита, при столкновении с которой брызнули во все стороны снопы разноцветных искр.

Самого аватара отбросило в сторону, уронило на землю. Он покатился.

Догнал врага, рубанул!

Еще, еще и еще!

Одновременно использовал народное умение. Из ножен устремился к жертве «Коготь» и ожидаемо не пробил броню. Вернул его обратно, не переставая атаковать белобородого ублюдка.

В момент, когда я наносил двенадцатый удар, эльфийка встретилась со скалой спиной головой вниз. Из-за предварительных воздушных пируэтов, она не только повторила судьбу собрата, но ее еще и закрутило в полете.

Я же продолжал наседать на аватара, который отбивался жезлом даже лежа довольно неплохо, перекатывался, пытаясь встать. Но боевые навыки, как и подозревал, у него оказались не на высоте. Сидеть и принимать подаяния в храме, даже обладая памятью папаши, не то же самое, как иметь реальный личный боевой опыт.

Стороннему наблюдателю, если бы таковой смог разглядеть что-то на таких запредельных скоростях, показалось бы, что все мои потуги безуспешны. Но меч Демморунга все больше и больше впитывал в себя энергии. Канал, образовавшийся с эльфом и свидетельствующий, что тот жив, в толщину не превышал волоса, здесь же догнал до пальца, при этом настолько же уменьшился поток поддержки.

Еще одна проверка. Иммерс не подвел, смог ухватить паскудного дедушку за ногу, и, выпрямляясь, дернуть изо всех сил. Раздался хруст.

Нормально.

Однако Ираклий неожиданно переместился сразу назад и влево метров на сорок, буквально просочился сквозь пальцы, а на его месте оказалась огромная шестилапая гориллообразная тварь, которая потянулась ко мне четырьмя верхними конечностями, как и с трех сторон появились такие же. И только возвышающаяся надо мной и заходящая справа, оказались реальными, остальные — иллюзиями. Не обращая внимания на фантомы, развалил от макушки до паха фронтальную, второй, которая распласталась в прыжке, на противоходе снес часть головы от челюсти до затылка клинком, превратившимся в одну смазанную линию.

Кровью окатить не успело.

Да, и рассматривать что-то не было времени. Девка оказалась на диво шустрой, и сейчас без всяких шлейфов неслась на меня, падая с небес с невероятным ускорением, будто у нее имелся ракетный ранец за плечами, а не только воздействовала сила тяготения.

Успел на последних долях секунды заблокировать чудовищной мощи удар двух катан в руках эльфийки, удерживая рукоять правой, а левой же перехватив клинок чуть ниже острия.

Вот металл встретился с неизвестным материалом.

Бдзыннннннннь!

И, казалось, на плечи рухнуло само небо.

Искр же высекло даже не сноп — салют, а незримая волна искажений рванула во все стороны от нас вместе с разлетающимися осколками клинков тарнирских мечей. Этой силой выворачивало валуны, срывало растительность, вырывало с насиженных мест черепах и иглоспинов. Последние, не разобравшись в ситуации, выстрелили в разные стороны длинными тонкими и чрезвычайно острыми зарядами, против которых мало у кого имелась защита.

Противный свист игл холодил позвоночник. Достаточно одной в голову, чтобы схватка завершилась.

Меня же протащило назад метров шесть, ноги оставили глубокие борозды в почве. Остановился. Эльфийку тоже отбросило назад, но она еще в полете пришла в себя, сделала сальто назад, приземляясь на ноги. Посмотрела на рукояти мечей с изумлением, впрочем, оно длилось долю секунды, затем успела увернуться от моего удара сверху, переместилась сразу назад на десяток шагов.

И открыла рядом со мной портал, откуда вынеслась непонятная тварь, больше похожая на чернильное пятно. Развалил ее на четыре части двумя ударами, и тут же мне в плечо впилась летающая змея, левой рукой оторвал ее, бешенея от боли, срубил подлую башку.

Их покой потревожили звуки схватки, а затем жилища, выглядевшие как огромные сферические гнезда из палок листьев и другого дерьма, посносило к Эйдену с мест ударной волной от уничтоженных артефакторных катан.

В итоге не один десяток оказался в воздухе. Они и так дружелюбием не отличались, а теперь совсем взбесились. С другой стороны любой бы озверел. Даже на пару секунд пришла паническая мысль уходить в скрыт или использовать «Ауру».

Рано!

Твари атаковали не только меня, но и аватар Ситруса, который не придумал ничего лучше, как сотворить восемь закованных в броню рыцарей, воплощая их в реальность. Расправа над консервами не затянулась надолго, впрочем, болваны успели убить четверых средних гадин, пока их хвостом не смела в едином порыве огромная змеюка толщиной не менее тридцати сантиметров и длиной под десять. А затем воинов с головой поглотил клубок товарок поменьше.

Следующей жертвой анаконда выбрала меня, посчитав, видимо, что с эльфийки хватит и десятка меньших родственников. Оставшись безоружной, остроухая дама не растерялась, а стала открывать порталы, откуда повалил поток разных убийственных тварей. Еще она довольно эффективно использовала исконно природную магию, кусты и растительность бросались на воздушных земноводных, оплетали их, слабых разрывали, других удерживали, затем на подмогу приходили монстры из других миров.

Я же в последний момент, такое уже проделывал клинком гораздо хуже, нежели имевшимся сейчас, выгадав и уйдя от атаки — тварь хотела откусить мне голову, срубил ей башку одним молодецким ударом. После чего прыжком оказался подальше от крушащей все вокруг туши, так и остававшейся в воздухе. И очень-очень близко к аватару Ситруса, которому не помогала невидимость против местных обитателей.

Он отмахивался от них жезлом, а затем материализовал сразу восемь шипов, рванувших из-под земли, пронзивших монстров насквозь. Наконечники их развернулись, будто соцветия, а затем конструкция устремились вниз, увлекая за собой длинные тела, разрывая их на части во время встречи с поверхностью. Интересный ход.

Насладиться победой над неразумными тварями мудрому Ираклию я не позволил, вновь сбил его с ног мечом, и отмахиваясь от редких гадин, принялся вколачивать в землю. С каждым ударом теперь потоки ощутимо менялись — внешний к деятелю слабел, к мечу — становился толще и насыщеннее.

Но я не увлекался, успевал отслеживать постоянно меняющуюся обстановку на поле боя. Эльфийка покончила с остатками змей. Нетронутые гнезда оставались ближе к водопаду и пока угрозы не несли. Пнув в голову с подшага аватара, вновь достигнув цели — голова только не оторвалась, в прыжке почти телепортировался к девке. И чтобы жизнь не казалось малиной, рубанул с плеча. Результат, как и с Ираклием — бросило на землю. Развалил портальную зверушку, и вновь атаковал их хозяйку. Опять же провел проверку «Когтем». Не прошла. Значит, работаем мечом.

Тем временем аватар Ситруса поднялся, вот его жезл засветился, я перекатом ушел в сторону. И ярко-красный луч угодил в поднимающуюся бабу, которую закрывал собой от Ираклия. Девку отбросило спиной вперед метров на двадцать. Защиту снесло, поэтому вставала она в изрядно потрепанных доспехах.

Однако от поддержки извне пронесся по трубе искажений сгусток, который в один миг вернул боевой задор остроухой. Но реальную броню не заделал, как и катан не вернул.

Отлично.

Старик же не расстроился, что поразил союзника, вновь принялся творить некую злую волшбу. Волчий прыжок, и боковой удар сверху. Он опять сбил с ног противника, вновь заставил его покатиться по земле. Больше ничего не успел, рядом открылся портал и оттуда вывались тварь похожая на гончую, покрытую шипами. Та, недолго думая, сходу плюнула в меня огненным шаром.

Его принял на клинок, отравляя в сторону. Тот врезался в каменный столб и проделал в нем оплавленную дыру. Взмах, и собака сдохла. Если бы не умение переключать зрение и Глок, не успел бы увернуться от черепахи, с лезвиями на панцире которой моя голова разминулась в миллиметрах. Отправил ей вдогонку огненный шар высшего порядка, который, как и во время тренировок, сжег тварюгу, словно не встречая никакого сопротивления понесся дальше.

А рядом открылся портал…

Сука остроухая!

В прыжке ушел от летающего осьминога, успев срубить ему пару конечностей. Тем временим из провала, теперь видимого и в обычном зрении — иллюзия спала, перевалился через край эльф. Похоже, смог одолеть ортагу. Впрочем, на скорую его гибель я не рассчитывал. Противник же буквально в пару секунд пришел в чувство.

Я держался ближе к скальной гряде. Изначально был план подставить всех под массовый удар разрыв-древа, когда количество призванных тварей станет зашкаливающим, но теперь окончательно выкинул его из головы. Практика показала — результат пусть не нулевой, но мне могло прилететь гораздо больше. Ведь явственно разглядел, что один шип-щупальце подземной гадины, пробил насквозь голову эльфу — и вот он живой и невредимый. Мне же хватило бы одной иглы, которая дополнительно еще и взрывалась, попадая в плоть.

Так что…

К скалам, но не попадая в зону результативных атак глоткозубов, живых деревьев и лиан. Остроухий моментально оценил диспозицию, и в два прыжка оказался возле меня. Сшибка. Затем короткая схватка. Эльф превосходил меня в технике не просто на голову, на порядок, однако моя запредельная скорость работала на пять с плюсом.

Снес его.

Успел нанести еще пару ударов, затем получил сам. Броня не подвела. И заставила порадоваться — аватар смог преодолеть только «Доспех Горра», а от незримой охранителей снял не больше десяти процентов.

А дальше начались танцы.

Белогривая падла отступила назад, открывая и открывая впереди меня порталы, живая растительность тоже заставляла реагировать, к напарнику присоединилась баба и аватар Ситруса, который кроме как воплощения в реальность всяких монстров, пытался запутать безуспешно иллюзиями, периодически кидался разной гадостью. Я же сосредоточился только на искажениях, поэтому не мог однозначно говорить, какие магия в реальности обретала формы и виды.

В секунду ублюдки открывали по нескольку проходов, откуда постоянно перли и перли разные чудовища. Те бросались, прыгали, наседали. Я не успевал, так как приходилось уходить от ожившей растительности, от пролетающих черепах и змей, присоединившихся к бою, когда оказался близко к одному из гнезд на скальной гряде. И последние две разновидности были самыми опасными, они могли добраться до жизненно-важных органов или походя снести голову, и ничего бы не смогло спасти. Клинки духа заблокировать я был не в состоянии, а надежда на броню охранителей исчезла, когда первая гадина на начальном этапе сражения впилась мне в плечо.

Враги меня теснили в глухое ущелье, куда я к радости белогривых и отступал. Моментально Ираклий наколдовал прозрачный потолок над ним из искажений. Здесь опасаться можно было только редких летающих змей, но последнюю удалось рассечь секунд двадцать назад. Противники ликовали, все втроем держались за волной тварей, которая в ширину достигала уже метров пятнадцати и продолжала расти. Монстры, давя друг друга, пытались добраться до меня по всему фронту.

Использовал и ятаганы, уже спокойно поддерживал в воздухе оба при помощи телекинеза, не отвлекаясь от боя. Дополнительно разил ими монстров в тылу. «Когти» приносили энергии совсем чуть-чуть, но не в ней суть. А в тренировке.

Когда монстры накапливались позади и начинали представлять угрозу, выжигал их двумя или тремя огнешарами, или использовал копья праха, настроив их бить из-под земли. Еще я заметил взаимосвязь, чем дальше от белогривых находился портал, тем слабее сущности из него показывались. Поэтому те все усилия бросили на фронт. Описывать чудовищ не имело никакого смысла, потому что имя им Легион, и под ударами меча все благополучно дохли. А еще и собратья между делом разрывали и жрали раненых, пока те не растворялись.

Отступал под натиском, поднимался и поднимался, загоняя сам себя в ловушку все глубже и глубже. Торжествуя, остроухие гадины, продолжали творить поганую портальную волшбу, на место убитых становились, где двое, а где трое тварюг.

Я наслаждался.

Уходил, рубил, прыгал, уворачивался, и рубил, рубил, рубил.

Принимал магические убойные снаряды от огненных шаров и ледяных шипов до призрачных на клинок, отбивал их. использовал перчатки и наручи, пару раз удалось и сапоги. Впрочем, враги особого упора на магические удары не делали. Аватар Ситруса порезвился и понял безуспешность таких атак, вновь присоединился к эльфам, колдуя фантомы, воплощая их в реальность. Те дохли, не успевая ничего сделать. Но все же тварей становилось больше и больше.

Мимо проносились корни и лианы. Здесь в тени их росло на порядок меньше, чем в других местах, поэтому эльфы не могли воспользоваться в полной мере преимуществом. Нет, не проходило и без потерь, меня швыряли, пытались разорвать, перекусить, раз шесть с головой накрывало волной, но я вырывался, раскидывал всех в брызгах разноцветной крови и в отсеченных конечностях. Те испарялись практически мгновенно. И, к чести, брони, она все выдерживала. Незримая защита проседала несколько раз до десяти процентов, но самостоятельно восстанавливалась.

Адреналин в крови бушевал.

Выкладываясь практически по полной программе, чувствовал запредельный восторг, особенно, когда очередная смертоносная гадина дохла от точного удара. Это просто волшебно! Да, до старых высот мне пока далеко — я не мог управлять сразу двумя десятками дронов в режиме реального времени, сам ведя сражение, отслеживать и анализировать полностью обстановку на поле боя, но именно сегодня пришло осознание, понимание было и раньше, что все должно получиться. Если не схлопнусь раньше времени.

Отметил, что используя клич «Аррас» в течение десятка секунд искажения связывающие меня с штандартом становились мощнее, затем вновь возвращались в «обычные» рамки. Ограничение — раз в минуту.

А твари загоняли и загоняли меня вглубь. В ущелье втянулись не только эльфы, но и Ираклий.

Молодцы!

Вот надо мной уже тень каменного козырька, дальше тупик. На лицах остроухих нескрываемое торжество.

Аватар Ситруса с предельно сосредоточенной мордой совершал пассы руками, не сводя злого взгляда с меня, искажения вокруг жезла бурлили, еще чуть-чуть и нечто сверхубойное должное было прилететь…

Пора!

Повинуясь моей мысли, на поганого хитрого деда сверху упала «Ледяная молния Тьмы» — заклинание из меча Демморунга. Грохот разнесся дичайший, скорее всего где-то вызвал и обвалы, а антрацитовый, обвитый синей лентой заряд в мгновение снес защиту аватара, его жезл моментально погас и осыпался пеплом. И мне отнюдь не показалось, что земля под ногами вздрогнула.

Удар с небес поставил на колени паскудного старика, лишив его намека на одежду. Поток энергии извне к нему превратился в тонкий-тонкий ручеек (это требовало осмысления), которого явно было недостаточно, так как к моему мечу вел канал толщиной в две руки. До атаки он приблизительно был в два раза тоньше.

Над моей головой пропали искажения, образовывавшие потолок над ущельем. Скорее всего, до этого непреодолимый.

И не утих еще рокот от первого удара, не успели сорваться со своих мест камни, как я проверил силу «Багряной волны Бездны». Для чего и отступал. Четырехметровая ревущая стена соответствующего по цвету в названии пламени с огненными всполохами на ней, полностью перекрыла проход, рванула от меня вперед под небольшим углом вниз. Оставляя за собой пепелище и прах, даже от неизвестной мне каменной породы.

Аватары попали под удар, и только сгустки энергии, бессистемно прилетавшие извне, будто раздвигая стенки трубы искажений, помогли пережить белогривым встречу с огнем. Деду прилетело вдогонку нехило.

Пламя вынеслось из ущелья, оставляя после себя углубляющийся и углубляющийся след. Прошло по краю озера, частично испаряя воду или аннигилируя. И тысячи, и тысячи литров, до этого удерживаемые каменными стенами, рванули с ревом в образованный мною канал, подняли тучу брызг, столкнувшись с препятствием поблизости с лесом, который сам находился заметно ниже уровня водоема. Высокая волна выплеснулась вместе с грязью и пеной, и начала топить все вокруг — это все отметил позднее.

Сам же, едва как только активировал стену огня, выпустил рукоять меча, отметив, что поступающие от эльфов линии искажений стали гораздо толще.

Все. Игры и танцы закончились.

Абсолютная невидимость, подпитываемая «Вуалью Тьмы», мгновенное райсовское перемещение из тени в тень, второе — волчье, и вот я возле аватара Ситруса. Вогнал ему в спину оба «Когтя» по самые рукояти. Теперь они вошли легко, не замечая никаких преград. Скинул на ходу перчатку. Коснулся пальцами лба.

Призвал копье Призрачного жнеца, и в следующем прыжке сверху, нанес страшный удар по голому эльфу, так и не восстановившему полноценную защиту. Из всего снаряжения и вооружения у него остались только катаны. Остроухий нервно озирался в тот момент, когда острие наконечника легко вошло чуть ниже затылка, а затем ему придало дополнительное ускорение удлинение древка, поэтому вылетело между ног, пригвоздило к каменной плите урода, как гадкого ксенотаракана. Ушло метра на полтора вниз. Поток от него в родовой алтарь присоединился к кинжальным от Ираклия.

Еще одно мгновенное перемещение.

Меньше секунды ушло на то, чтобы едва заметно покачивающейся голой аватарке, смотрящей на след от огненной волны чуть расширенными глазами, намотать в несколько оборотов цепь моргенштерна на шею. Шипы шара с силой вогнал между плеч, удерживая, удлинил их. И еще до кучи «Кровопийцей» пригвоздил ее к стене, напоследок провел по лицу раскрытой правой ладонью.

Одновременно ударив вкруговую «Аурой власти». Враги обмерли.

За это время лицо Ираклия постарело лет на тридцать, волосы выпадали клочками вместе с густой бородой, щеки проваливались. На теле мышцы исчезли, кожа стала обтягивать кости, местами отвисать, живот втянулся. Импозантный старикан сейчас напоминал больше уродливого лича. Успел поднять кинжалы один раз, как тут же всплеск в алтарь, заполнивший его до предела, засвидетельствовал гибель аватара.

Я же не стоял на месте, пока дед стремительно мчался в небытие, а призвав меч Демморунга, сначала схватил правой за плечо, вернул на место перчатку, а затем принялся кромсать остроухого, но стараясь не наносить смертельных ранений. Сносил остатки защиты, затем резал легко. Мне требовалась восполнить энергию в клинке. Результат работы заклинаний впечатлил, заставил быстрее забиться сердце, будто подарок получил. Не зря проводил испытание в боевой обстановке.

Пора! Подъем ятаганов, которые сразу забрали две трети энергии из алтаря. Их самих мысленным приказом отправил в эльфа. Один вошел в грудь, второй влетел по короткой дуге в спину. Нормально. И это голый телекинез, а не умение.

Три насоса выкачивали энергию из урода. Хватило двух секунд, чтобы всплеск в алтарь засвидетельствовал о бесславном конце очередного противника. Заполнить его не хватило где-то четверти. И больше на данном этапе я ничего не собирался поднимать. Неизвестно еще сколько ценного ресурса получу с аватарки, а возможный бой с кроносовским чадом не за горами.

Девку, как и ее напарника, обрабатывал мечом. Перекрывая и перекрывая тонкий поток энергии извне.

Белогривой наступал конец, булава исправно качала и качала энергию из нее.

Вот последние искажения поддержки пропали, самой остроухой оставалось совсем чуть-чуть.

Но через две секунды, та заговорила:

— Подожди, гхе… гхе… подожди, глэрд Райс, гхе… Давай поговорим!

Осмотрелся.

Теперь можно.

Одним слитным движением вырвал кинжал Иммерса, загнал его обратно в ножны. В мгновение освободил бледнеющую и бледнеющую эльфийку от страшного оружия, у которого выключил забор энергии.

Голая девка упала на четвереньки и заговорила, смотря снизу на меня и иногда кашляя. Удивительно, но голос был чист и мелодичен. Хоть и с хрипами:

— Я… гхе…гхе… готова преклонить перед тобой колени… гхе… глэрд Райс… и подчиниться, верно… гхе… служить тебе и… гхе-гхе… Дому Сумеречных, — изо рта потекла кровь, пузырясь на губах, — если ты отдашь меня… гхе… мэтру Нессеру дер Вирго по прозвищу Блудливый, чье имя знают боги, а он оправдает свое… гхе-гхе… свое звание, — а в глазах, несмотря на положение, горел настоящий огонь похоти, соответствующие эмоции были настолько яркими, что и меня едва не пробрало.

Задала же задачу сучка…

А ведь еще нужно как-то выбираться отсюда.

Глава восьмая

11.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

Во время речи белогривой осматривал поле битвы. От тропического леса за бывшим озером, превращавшимся в лужу, и который все больше и больше топило грязной мутной водой, постоянно прилетали искажения к штандарту и знаменам, впитывались ими. Понятно и интересно. Получалось, всех утонувших записывали на мой счет.

Телекинезом заставил «Разящего» отсечь голову белогривому, ее подхватил силой мысли и притянул к себе. До ренегата Ситруса даром не доставал, но с задачей справился Глок, взмахнул крылом, а после приволок и аккуратно бросил башку мне под ноги. Сейчас в обезображенном метаморфозами лице с трудом угадывался благообразный старец — лич, как он есть.

Выжженное пепелище вокруг, оплавленный камень, ямы, выбоины, тут и там рваные и ровные отверстия с почерневшими краями. Отметил из удивительного, что останков кроме от двух тел аватаров больше не наблюдалось. Если с призванными сущностями и фантомами все было абсолютно ясно, то с коренными обитателями Долины не очень.

Все оценил за время короткого монолога белогривой.

— Ты ставишь условия, безымянная? — дослушав девку, задал в свою очередь вопрос, всматриваясь в лживые глаза.

— Но… гхе…

— У тебя выбор простой — клятва верности мне на всех стихиях, Равновесии и Великих Весах, связанная кровью, или небытие. Думай, даю время пока не переброшу пять зерен четок. Раз…

Смотрел на нее и понимал, что все проблемы можно решить двумя ударами «Когтей». Но появится ли затем возможность поймать столь необходимый и полностью дееспособный образец? Третий раз вряд ли Раонос наступит на те же грабли. Множество мыслей и комбинаций, как ее использовать в дальнейшем и вплести в правильную картину бытия, но… невовремя. Да, невовремя. А уж «вручать», точнее, каким-либо образом сводить ее с дер Вирго на данном отрезке — верх безумия. Во-первых, морально-волевые качества мэтра и в обычное время лежали далековато от высоких, а в настоящий момент приближались к подростковым, то есть стремились к дну или к днищу. Во-вторых, рядом с ним ближайшее время я находиться не планировал, чтобы не только отслеживать обстановку, но и принять правильное решение, когда возникнет необходимость и будет отвечать всем условиям. Ни позже, ни раньше. И подобное никому не поручишь.

Призвал Оринуса.

Тишина.

Скорее всего, локация закрыта для всех пока не завершен поединок, но будет ли победой, принесение мне клятвы верности? Впрочем, выясним.

— Я склоняюсь, подчиняюсь и готова служить верно, — на четвертом звене сообщила аватарка. Отметил чудовищную регенерацию. Не только от ран не осталось следа, но девушка перестала и кашлять, искажения от нее стали довольно четкими, а раньше были размытыми.

— Иллюзиями владеешь?

— Да!

— Скрой наготу, — если сразу перенесут обратно после обряда, то не хотелось бы, чтобы несколько тысяч зрителей увидели обнаженную ренегатку, учитывая, что она становилась моей разумной.

Призвал ритуальную чашу и нож, который протянул даме. Сама процедура отличалась от обычной полной клятвы верности на крови. Следил, чтобы все слова произносились в строгом соответствии с услышанными от ящера, от себя добавил еще не один десяток пунктов. Кровь бывшей аватарки Раоноса пролилась в чашу. Загорелось ярким синим огнем, а затем по мере произнесения слов, пламя становилось сильнее и сильнее, поднималось выше и выше, начало гудеть, набирать силу.

— … и связываю свою нерушимую клятву кровью! — еще плеснула в костер пригоршню. И моментально вместе с появившейся толстой незримой нитью, связавшей родовое кольцо и ренегатку, последовала яркая вспышка, в которой полностью аннигилировалась ее кровь, а после сразу последовала еще одна.

Как-то отреагировать я не успел.

Зрение возвращалось медленно, впечатления не из приятных, не только не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, но и даже проморгаться. Незабываемые ощущения слепого полена продолжались секунд десять-пятнадцать, затем я смог видеть, превратившись в бревно с глазами. Выяснилось, что завис посреди ничто в невесомости, а сначала думал про фантомное знакомое ощущение. Это еще что за… В тот же миг зазвучал безликий голос, будто доносившийся одновременно со всех сторон и минуя органы слуха, он транслировался в мозг.

— Я — Аттор, главный смотритель и распорядитель за Аренами богов. Смертный глэрд Райс, ты впервые сражался в поединке с детьми Высших, представленный также, в локации Долина водопадов и грез. Ты победил. Учитывая, что ты сам лично дал согласие, — перед глазами картинка, где я «приказывал» Раоносу сделать все «возможное и невозможное», чтобы аватар Ситруса выиграл, — про себя сделал вывод: «заигрался словами, но постараюсь в будущем снизить риски», — И представлял лишь свою сторону, то обязательная награда за бой передается тебе полностью. А именно, двадцать девять тысяч пятьсот тридцать шесть кристаллов истинной силы. Дополнительно тебе вручается шестнадцать тысяч за то, что ты свой первый бой провел на арене серебряного ранга, а не бронзового, как всякий новичок, при трехкратном численном превосходстве противника. Тебе присваивается звание «Поединщик богов первого ранга» с правом выступать на Арене на стороне любых сил и богов или представлять себя лично. До того момента, пока ты не принадлежишь никому из них, а звание их дитя тебе дано, как признание талантов и заслуг, и оплачено истинной силой, пусть и третьей стороной. Ты можешь сам вызывать детей небожителей или приравненных к ним по силе на Арены трижды в четыре декады начиная с текущей, каждый вызов оплачивается тобой. По истечении данного срока счетчик обнуляется. Еще, как и всякому новичку, я вручаю тебе начальный Кодекс гладиатора Высших. Он может быть включен в родовую книгу. Далее, активирую хранилище кристаллов силы на сто тысяч и перевожу награду туда, выдаю разрешение на доступ один раз в декаду с текущего момента обращаться к смотрителям. Многое потребное, включая дополнительную информацию, может быть куплено у них. На этом все!

Еще одна вспышка и я оказался на площади в Демморунге. На каменных плитах передо мной на колене с преклоненной головой сидела девица, а также валялось две головы — эльфа и ситрусовского подонка. В левой руке я сжимал внушительный фолиант с обложкой из черной кожи, с углами из красного золота и эмблемой в виде стилизованного знака Валькнута по центру. В правой чаша и четки.

Потянувшись к родовому кольцу, с облегчением отметил, что штандарт и флаги на месте. Убрал ритуальную посуду в иную реальность. Одновременно проверил состояние и автоматически разогнал прану по каналам. Теперь готов вновь ко всему.

Словно дожидаясь этого момента, бурлящий от искажений купол над нами пропал.

Похоже на Аргассе не прошло и нескольких секунд, потому что толпа удивленно ахнула. Затем загомонила. Все, включая Императора, смотрели с непониманием. Отметил два трупа жрецов и одного безголового мага, которых только-только подхватили другие служители, дабы унести прочь. Видимо, погибли, удерживая незримую защиту, когда ее разметало усилиями проклятого божка или их совместной с Ситрусом атакой.

Впрочем, на моем лице никто не смог бы прочесть каких-либо эмоций, кроме необходимых. Я заговорил торжественно, завершая церемонию:

— Бывшая белоголовая, верная в прошлом слуга Раоноса Кровавого, плоть от плоти его, склонившая перед моей несокрушимой мощью колени, принявшая мою непреклонную волю, доселе остававшаяся безымянной, запомни этот день. Ибо именно от него начинается для тебя настоящая жизнь и настоящий отчет времени. Я нарекаю тебя Аттэ! Встань по левую руку за моим плечом! — та беспрекословно выполнила приказ.

Разумные зашумели. Император поднялся со своего места, сделал несколько шагов, оказываясь на краю помоста, потом спросил:

— Глэрд Райс, объясни, что сейчас произошло? — прозвучало приказом.

Да, нужно.

— Сегодня Раонос, как всякая грязная и лживая млеть, мало того, что лишил всех собравшихся на площади достойных разумных зрелища справедливого наказания ренегата Ситруса, он еще подлостью и обманом смог прийти на помощь бывшему союзнику. И перенес нас с ним на арену богов, получившую название Долины водопадов и грез. Именно там силы предателя возрастали в разы, однако и этого проклятому божку показалось мало, в подмогу поганой твари он прислал двух своих аватаров — белоголовых, чье могущество в той локации безмерно. И упали они с неба, будто звезды. Их склизкие сердца забились в восторге, а блеклые мрочьи глаза преисполнились радостью, они думали — «мы победили! Жалкий смертный против детей богов в месте их силы должен проиграть!». Смотрел я на них с участием и сожалением, думая: где, где здесь взять ямы с лирнийскими слизнями, чтобы беспощадно утопить паскуд? И не находил ответа на этот справедливый вопрос. Дети же разных противоестественных связей в гордыне своей, не поняли одного, что бросили вызов истинному аристо. Усмехаясь, тогда я сказал Раоносу, что он «вновь испытает силу моего гнева!». Клянусь кровью! И завязалась яростная битва! Враги призывали легионы разных тварей из иных миров, фантомы Ситруса обретали плоть, горела земля, плавились и дрожали горы от убийственных и убойных заклятий, которые летели со всех сторон! Стонал сам воздух, раскалывалась твердь… Я разил без устали и пощады, получал страшнейшие раны, исцелялся и снова разил! Так продолжалось долго. Враг был силен и могуч. Но не смогли они выдержать моего натиска! И умерли все! Некоторые страшно, некоторые быстро… Лишь, названная мною сейчас Аттэ, вовремя поняла, что нужно склониться и покориться, только тогда будет надежда. И упала она на колени, и стала молить о пощаде, и готовности мне служить до скончания времен. И я взял ее под свою руку, как и клятву верности от нее на крови. А затем явился в яркой вспышке главный хранитель и распорядитель Арены богов по имени Аттор. Лика его я не видел, слышал лишь голос. И он мне сказал, что теперь я достоин нового знания, видимого всем небожителям — «Поединщик богов». И теперь могу убивать аватаров и разных паскуд, силой равной им, на их же аренах, чтобы еще больше страдали и теряли лживые боги! И стало на моей душе тепло от таких слов. Одного я не успел сделать, возвестить о новой победе древним кличем: «аррас»!

И острие меча на Сердце Иратана. Пример монарха, подхватившего мой рев, оказался настолько заразительным, что скандировали абсолютно все. Аттэ с неменьшем упоением орала мне в ухо, видимо, наслаждалась возможностью. Голос у нее был на диво громким и звонким.

Да, мой рассказ был завораживающим, некоторые фразы звучали в абсолютной тишине, но вот только толпа пришла не за этим. Впрочем, виновника я указал четко, поэтому многие и многие проходились крепкой бранью по Раоносу. И я их понимал, черт бы с его разными кровавыми паскудствами, но он покусился на святое — лишил всех замечательного зрелища.

В этот момент в центре ристалища появился закованный в белоснежную сплошную броню могучий аристо с пылающим мечом в руках и таким же взором.

— Я — глашатай Кроноса, — проревел он так, что передние ряды отшатнулись назад, — Глэрд Райс, Верховный поздравляет тебя! Поединок со следующим мятежником состоится через час! Готовься! И покажи себя вновь достойно, отправь ренегата во Тьму!

— Передай, подготовлюсь! Уверен, кровавая млеть уползла в свои вонючие чащобы в эльфийских лесах, спряталась там под гнилой корягой, и вряд ли покажет свое рыло, но… Всякое может быть. Однако в любом случае, кроме меня, никто не уйдет отсюда с победой! — сформулировал ответ так, чтобы никто не зацепился, затем продолжил, уже обращаясь к правителю, — Император, как я и сказал, новой атаки извне может и не быть, но пусть наши доблестные маги и благочестивые жрецы достойно подготовятся. Не хотелось видеть в Домах лучших из лучших погребальные костры в этот славный день победы аристо над злом!

— Не беспокойся, теперь подобного не повторится! Они выдержат любой натиск!

— Империя навсегда! — развернулся и направился к мэтру с Туриным, которым взглядом показал на «Блеск Иратана». На ходу смог, потратив из одного накопителя Исмиллы эквивалент почти тридцати больших кристаллов, включить Кодекс в родовую книгу. Массивный фолиант исчез из нашей реальности.

Обоих соратников взял на поединки с главной целью — возможность мне пополнить магическую энергию. Иначе бы занимались по плану. Дер Вирго зашагал рядом с аватаркой, только хвост не распушил, а изо рта слюна не потекла.

«Она настоящая женщина! У нее все есть!», — пришло мне по закрытому каналу на пороге таверны, где тот невзначай прижался к даме. Ощутил сквозь доспех или смог рассмотреть все необходимое через иллюзию? Аттэ тоже с нескрываемым интересом поглядывала на мэтра и постреливала глазками.

Оставив всех за столом, сам отправился в уборную. Для вип-клиентов она представляла собой отдельную просторную комнату, где присутствовало несколько зеркал, магический умывальник, и не только вполне обычный земной унитаз, но и биде. Для эстетов имелся и писсуар. Конечно все белоснежное в блеске позолоты, серебра…

Два гвардейца, которые сопровождали меня, повинуясь команде Турина, замерли возле двери.

Отделавшись от посторонних глаз, сразу призвал Оринуса. Вот теперь древний ящер откликнулся. Вызова он ждал с нетерпением, я рассказал на два круга и в ярких пафосных красках о жесточайшем сражении века. На четыре раза тот попросил повторить особо понравившиеся моменты, где я унижал словесно Раоноса. Конечно, не упомянул и словом о подозрениях, и частичных подтверждениях крепкой связи Ситруса с Кровавым, а возможно и последнего с Кроносом. Не стал укорять или высказывать какие-то претензии по поводу недополученной информации относительно званий, кроме нытья в духе гумми и героев сериалов, никого профита такой подход не принес бы.

— Порадовал ты меня, очень порадовал! Сколько получил? Около пятнадцати тысяч кристаллов истинной силы? Или меньше? — осклабившись, спросил Однорог.

— Откуда ты знаешь? — неподдельно изумился я точности ящера, — Скажи это много или мало?

— Это отлично! Считай для вызова именно на ту арену, где раскрываются преимущества его аватаров, признав тебя равным детям богов, он потратил энергию приблизительно равную десяти годам бесперебойной работы божественного алтаря с изначальным камнем — около десяти тысяч. Сюда плюсуй приблизительно половину от этой суммы — за поддержку во время поединка своих чад. То, что их трое — по две тысячи сверху. Ты в первый раз вынужден был сразу биться на серебряной арене — еще тысяч восемь. Итого двадцать восемь-двадцать девять тысяч. Из них, учитывая, что тот не входит в официальный пантеон, минусуй от тридцати до пятидесяти процентов — производится вычет сразу в пользу смотрителей Арены. Остальное и досталось тебе, здесь сквалыги, а они своего не упустят, удержали уже с тебя около десяти процентов. Хотя в первый раз могли и не вычитать, как и выплатить полностью за бой в такой продвинутой локации.

— А если бы против меня выступил Ситрус вместе с Раоносом?

Динозавр ненадолго задумался, затем вынес вердикт:

— Тогда около сорока пяти-пятидесяти. Потому что у мудреца они могут отнять лишь от пяти до пятнадцати процентов. Дополнительно, они выступили вдвоем… Нет, это… Но там каждый случай может рассматриваться отдельно, поэтому очень приблизительно столько. Это при стандартной ставке.

— Жаль, — я скривил лицо в разочаровании, а затем добавил зло, — Не нравится мне бородатый хрыч! Какой-то он скользкий, похож на слизня, даром, что выглядит эдак благообразно…

— И не зря! — рыкнул Оринус, а затем добавил важную характеристику, — Он подлый, шкодливый и коварный, но Кроносу предан безмерно. Этого никогда не стоит забывать, и любые смердящие дела выполняет по его указке, а Верховный вроде бы и не при чем. А ты, в следующий раз оговаривай конкретную сумму за поединок. Большего не могу рассказать, эта тема страшное табу даже для нас. Только хранители могут делиться более подробной информацией, с ними связывайся после тщательного изучения доступного для тебя Кодекса. Они все выжиги — всегда это помни. Улыбаются, хвалят, но своего не упустят.

— Мроки! И все же, как понять стоимость одного кристалла истинной силы? Для смертных?

— Еще какие! — поддержал мое возмущение динозавр, — Про цену… Не знаю, что взять мерилом. В обычных мирах этого нет.

— А в империалах?

— Я бы посмотрел с удовольствием на такого скорбного разумом, готового их поменять на презренный металл, даже на черное серебро или красное золото.

— Давай возьмем за точку опору камень душ.

— Мгм… Тут… Не знаю… Все зависит от множества обстоятельств. Сами по себе для нас камни никакой ценности не имеют, кроме как отдать их пастве. Это побочный продукт. Повторюсь, десять тысяч это около десяти лет бесперебойной, каждодневной работы божественного алтаря.

— А для чего они?

— Для многого. Не открывая никаких подробностей, могу сказать, в прошлый раз и именно через Арены Демморунг Кровавый добрался до Кроноса, и проиграл ему.

— А если бы выиграл?

— Смог бы занять его место.

— Не убив?

— Богов очень трудно убить, тем более так. Но, глэрд, мы и так с тобой ходим по краю запретных тем, от таких знаний, полученных простым путем, прилететь может и тебе, и мне. Перейдем к главному, ты достоин награды, что попросишь?

— У тебя есть возможность аватарку Раоноса, которую я привел к покорности, пока забрать к себе, здесь погрузить в аналог анабиоза. И когда она мне потребуется, то для нее пройдет всего лишь миг?

— Да, могу. А зачем?

— Надеюсь к тому моменту, когда Кровавый накопит снова сил, чтобы осмелиться выступить против, то дер Вирго заслужит подарка — преподнесу ему ее. Это тот самый маг, которого белогривый прозвал «Блудливым», а у этой девки все на месте. Представь, как он взбесится и что в итоге сделает?

— Гхе… — выдохнул дым довольно ящер, — Зря он объявил тебя кровником! Хорошо, но только на год! Сейчас ее требуется извлечь?

— Да.

В следующий миг перед нами появилась Аттэ в коконе искажений. Она будто заснула. Затем конструкция пропала.

— Капнешь кровью либо на алтарь, либо на любой предмет с моей силой и произнесешь: «Мне нужна Аттэ!», и в тот же миг она предстанет перед тобой и очнется от сна. Восстановится окончательно, но в таком же виде, то есть голая. Важно, если все будет происходить на землях Хаоса, тебе нужно находиться в чистом пятне. Вроде бы больше никаких ограничений.

— Хорошо.

— Ты не выбрал лимит награды в семьдесят процентов от принесенной мне пользы и радости. А я всегда честен!

— Сколько времени на твоих полигонах смогу провести?

— Две тысячи триста часов, но я дам тебе еще двести сверху. Потешил ты меня. Хоть кто-то разгоняет скуку.

— Договорились, приплюсуй их к общему, постараюсь через несколько дней уладить все дела и потренироваться. Как думаешь, попытается ли помочь аватару Кроноса белогривая млеть?

— Вероятность такого крайне мала, но готовься со всем тщанием.

— Тебя понял. Можешь посоветовать, что можно попросить у твари за жреца, из того, что у Кровавого есть в наличие и пригодится мне, учитывая его клятву на Весах…

Не меньше часа мне рассказывал варианты Оринус. Отлично. Враг твоего врага пусть не всегда твой друг, но поможет с твоей помощью оказаться ему по макушку в фекалиях.

Когда оказался вновь в уборной, знал, что требовать от должника. Его и вызвал.

Вновь скальная красная пустошь и ящер.

— Что скажешь мне, презренный Раонос? — начал я надменно, ящер рыкнул, но не произнес ни слова, — Вот видишь, ты уже научился угадывать пожелания твоего будущего господина, меньше всего мне хотелось слышать твое блеянье сейчас. Мой выигрыш! И быстро! — у меня пред ногами материализовалось пять шкатулок, которые сами по себе являлись произведениями искусства.

Неспешно открывая их одну за другой, проверил подлинность артефактов, опять же на выручку пришел дар Эйдена. Даже такой очень поверхностный анализ свойств впечатлял.

«Дары Азалии» — кубик из черного серебра, на каждой стороне которого присутствовали незнакомые мне рунические вязи. Он приносил выигрыш в любые азартные игры. Повторюсь, в любые. То есть работал и при заключении пари. К моей радости Раонос не являлся аристо и огромной силы магом, так как вероятность победы связывалась и с количеством потраченной маны. И еще, коль существовали подобные предметы, пусть и в единичных экземплярах, почему Кроносу не пойти простым путем, например, подвести какого-либо разумного к спору, что он спасет ту же айсу-рок, предварительно каким-либо образом вручить ему необходимый магический предмет?

«Любимицы Истеллы» — камень величиной с палец, похожий на размытую антропоморфную фигуру, в которую если долго всматриваться, то можно было увидеть прекраснейших девушек. Он позволял влюбить в себя до трех десятков разумных, которые по движению твоего пальца могли легко и просто наложить на себя руки. Раненые здесь, если и существовали, то опять же их количество и качество зависело от затраченной энергии.

«Кошель Иргуса» — богато изукрашенный, но вполне обычный предмет экипировки практически каждого жителя Аргасса. Любые сделки, проводимые владельцем данного артефакта, приводили в итоге к его выгоде. Так или иначе, но он всегда оказывался в большом плюсе по сравнению с затратами. И бонусом служило появление в нем каждую декаду по сто золотых империалов.

«Скорбь Мары» — ее вестница, походившая на земного ангела с черными крыльями, невероятной, но холодной красоты девушка, держащая младенца на руках. Позволял любых разумных (до пяти в десять циклов), находящихся в царстве мертвых, даже в Гратисе, возвращать к полноценной жизни. Конечно, не без ограничений, но все же.

«Ярость Кроноса» — десятисантиметровая булава на подставке. Какие бы то ни было, даже самые безнадежные Поединки богов могли выигрываться ее обладателем. Одно из важнейших условий — именно дуэли, а не обычные сражения.

Неплохо. Стоило ли говорить, что при открытии шкатулок от каждого из артефактов, если бы магическая энергия походила на электрическую, воздух бы трещал от напряжения. А так, плотность и филигранность искажений завораживала. У тех же аватар она была на порядок грубее. Убрал все в хранилище Грогуса. В голове же множество вопросов, подобных первому с «Дарами Азалии». Из обычного ответа на вопрос: «Почему тогда не сделать вот так?», следовал банальный ответ: «значит, далеко не все так просто». А еще, каждый предмет был напитан под завязку божественной энергией соответствующего типа.

— Забирай, презренный глэрд Райс! — прокомментировал с яростью в голосе мои действия Раонос, — И не радуйся раньше времени! Ты выиграл всего лишь один бой, жалкую схватку…

— Да, похоже, тебе передалась деменция от Ситруса, у того тоже с головой порой случается беда, — внимательно присмотрелся к ящеру и проговорил тоном эксперта, — И явно сия болезнь передалась тебе не воздушно-капельным путем… Завязывайте с непотребным! Или напомнить некий божественный алтарь, других белогривых и ящеров-аватаров? Но это лирика. Повторюсь, недостойный, у меня нет времени на досужую болтовню с тем, кого я презираю. За жреца готовь двадцать средних солнц Эйнтейри, далее силу, чтобы увеличить мое хранилище праны в десять раз, во столько же родовой алтарь и еще…

— Ты запросил и так слишком много, какое к мрокам «еще»⁈ — попытался схитрить гад, — Выбирай, либо алтарь в десять раз, либо хранилище…

— А может мне тогда взять все солнцами, которых даже у Кроноса нет в таком количестве? Я в милости своей, пошел тебе навстречу, разрешил заменить их на другие ценнейшие артефакты. И да, я запросил слишком мало. Где солнца и где то, что я и так могу развить, но потребуется время? И я в своем праве. Хорошо, пусть не получу средства для борьбы с Тьмой и Хаосом, но Весы с тебя столько снимут… Поэтому слушай дальше и не перебивай, мне потребуется Щит Безымянного, Великий ключ Арка и Браслет Оргуса Метателя, плюс тысячу камней силы Тьмы в двух хранилищах Грогуса. Это немного меньше по стоимости, чем твой проигрыш. Но я — аристо. Поэтому великодушен и не торгуюсь из-за мелочей. Или ты можешь мне возразить, и поклясться перед Весами, что где-то я солгал? Неправильно определил цену?

— Откуда тебе все известно⁈ Дитя Эйдена… Ты очень непрост! — неожиданно сделал тот удивительный вывод, — У тебя есть допуск к Весам? — и подозрительно так глянул.

Я лишь хмыкнул с превосходством и презрением одновременно.

Кровавый мялся недолго:

— Договорились, презренный глэрд Райс!

— Кстати, низший Раонос, если решил помочь аватару Кроноса, может, заключим с тобой новое пари? Скажем с моей стороны сорок пять тысяч кристаллов силы, двести камней душ, вот этот прекрасный набор от величайшего артефактора всех времен и народов от Марка дер Тиона, за исключением парочки из них…

— Нет! — перебил, даже не дослушивая урод, — Хватит! И я знаю о свойствах переданных тебе предметов! И еще не выжил из ума, Дитя Эйдена! Ты настолько считаешь меня глупым? Это запредельное неуважение! Я не позволю водить себя за нос! Совсем меня за безумца посчитал, мрочий выползень! Ну-ну! Попомни! Будешь плакать! — начал стращать обиженный монстр.

— Не ной, словно девка, которую хотят выдать замуж за злобного карлика Брунгера, — нашел правильное сравнение, вспомнив черноягодскую балладу, над которой рыдала дочка главного Медведя перед поездкой к Маре.

— Запомни, я не та баба, а именно Брунгер был моим жрецом! — неудивительно, что у сопливой песни про безумного отмороженного карапуза имелся прототип. Но как интересно…

— Он плохо кончил, судя по легенде. И страдал не меньше тебя головой, учитывая его капиталы, дурачок мог приобрести не одну сотню девственных баб-аристо. Зачем ему именно та?

— Не твое дело! И дурак здесь только ты! Причем самый паскудный из них, самоуверенный в своей умности! Серый гаранг! Вонючий! — и ядовитая пена в разные стороны полетела.

Интересный поворот. На ровном месте сонм мыслей. Очень и очень полезным выходил диалог. Но не заостряем.

— Ах ты белогривая паскудная блевотина! — вновь показал болезненную точку я, помолчал, беря себя в руки, а Кровавый скалился довольно, — К тебе остался один вопрос, будешь покупать индульгенцию на три дня? За это время я милостиво не стану разрушать твои алтари и культовые предметы, убивать жрецов, адептов и истово верующих, если они не выкажут агрессии по отношению ко мне?

— Нет! Все что ты мог уничтожить в окрестностях Демморунга, ты уничтожил! Поэтому, презренный аристо, не вижу смысла…

— Как знаешь, Кровавый рогатый мрок, как знаешь, — заявил я многозначительно, — Потом не плачь, Брунгер! А теперь мне пора. Готовь выкуп, свяжусь после поединка с аватаром Кроноса, уточним место, время и саму процедуру передачи тебе паскудной скотины.

Вновь туалетная комната. Отметил по часам, что не прошло и двух десятков секунд. Помочился, пусть и принудительно. Неспешно умывался, когда в дверь застучали.

— Она пропала, она исчезла! — сообщил возбужденный дер Вирго, прорвавшийся через оцепление, — Я ничего не почувствовал… Раз… И пустота! Это подлый Оринус! Им воняло! Им! Он похититель! Сначала… Надо было!..

— Все в порядке, когда понадобится, я ее призову. А пока у нее крайне важная миссия и задача, восстановиться одна из них. Ящер поможет. Считай на курорте Аттэ.

— Да, я бы сам ей помог, — всплеснул руками маг, — Эта же однорогая тварь рада стараться! Меня сразу невзлюбила, сначала оговорила подло, теперь красивейшую девицу из под носа увела! А та сладкая-сладкая, в дрожь от нее кидает. Давно такого со мной не было! Оринус же специально тебе наплел про свои лечебные способности! Он ничего не умеет! Сделает с ней что-нибудь, вот видят боги, если такое случится, тогда я стану его настоящим кошмаром! Его! Не аватаров!

— Пошли уже, помощник, — сурово ответил.

Кошмар, мать всего — дурная голова мага.

Сам же размышлял, как правильно поступить.

…Когда в центре площади в назначенное время появился седобородый изменник, и я шагнул навстречу ему на каменные плиты ристалища, то над нами опустился купол запредельной мощности, если судить по искажениям. И он не пропускал звуки, как снаружи, так и извне.

Нормально.

Остановился я в шагах семи от противника.

— Что не приходит на помощь союзник? — усмехнулся секунд через двадцать, спокойно наблюдая, как ренегат готовился к сражению, — И вряд ли он поможет. Вот здесь одна его белогривая, — продемонстрировал четки, — А вторая, склонилась передо мной и находится сейчас в спячке, пока я ее не призову. Но в начале, сражаясь в Долине водопадов и грез, я убил аватара Ситруса, затем ее напарника. Учитывая, что там их возможности усиливались кратно, а также поддержку извне лживым божком, то подумай, сколько ты протянешь?.. У тебя даже доступа к алтарю нет. И да, в отличие от твоей ситуации, там я приказал Раоносу помочь предателю, как и заключил с ним два пари, на мою смерть. В каждом он выигрывал столько и всего, что у тебя ум за разум зайдет. Если ты не глуп, то понимаешь, что победить для Кровавого было делом не только чести. Итоги… Я стою перед тобой, а он уже часть долга выплатил. И еще теперь будет платить и платить. И он бог, ты же никто. К чему я? У тебя два выхода из сложившейся ситуации. Первый, исчезнуть и раствориться во Тьме, пасть под моей тяжелой рукой. Второй, склонить передо мной колени, подчиниться, принести клятвы верности на всех стихиях, Равновесии и Великих Весах, связать их кровью.

— Этого не будет никогда! Я…

— Послушай меня, осознай мои слова! — перебил, — Ты уже тлен! Даже не пепел! И после того, как убью тебя, то загоню в свои четки и все равно заставлю выполнять мои приказы, — продемонстрировал ненавязчиво вновь артефакт Гринваля, — Конечно, если ты умом не блещешь, то мне не нужен такой слуга, раз не понял, какую великую милость оказываю…

— Милость⁈ Это ты называешь «милостью»⁈

— Ее. Я даю тебе возможность не только на месть, это возможность жить, пусть не как божество, но полно и ярко. Да, у тебя, вероятно, никогда не будет могущества твоего отца, но… Но ты можешь сам стать силой под моей рукой, которой я как караю беспощадно, так и щедро награждаю верных разумных. Ты прославишь в веках свое имя, которое я тебе дам, оставишь его в Вечности, да и бессмертия тебя никто не лишал. Аватар Оринуса, наверное, умнее вас, он сразу понял суть предателя Раоноса. Что тот никогда не рассматривал вас как равных, лишь пользовался вами. Я же предлагаю принять мою волю. Принести нерушимые клятвы. И я подарю тебе тысячи и тысячи битв, часто безнадежных сражений. Огонь, кровь, боль, ярость… и снова кровь!.. И упоение битвой. Когда весь мир против тебя, что может быть прекрасней? Настоящие сражения против всего и всех. Сейчас мой враг Раонос, который сам назвал меня кровником. Вдумайся, я — смертный, он — божество, но я его личный враг. Врочем, у меня нет времени на досужие разговоры. Поэтому, как переброшу десять зерен, ничего ты не сможешь изменить. Я убью тебя. Хотя не хочу, ибо вижу в тебе несломленную силу. И я заставлю ее служить настоящему делу, так или иначе. Бездумно или с пониманием и осознанием истинности моих слов, то есть добровольно.

— Как это объяснишь всем вокруг, в их глазах я буду всегда предателем! Это позор! Позор! — обвел булавой он пространство вокруг себя, — По-другому все выглядело бы, если бы мы победили… — ага, весь в папашу, очень и очень многое значило для него мнение толпы.

Отлично. Значит, и Аттэ не отойдет ни от одного канона.

— Вы не смогли бы. Но я тебя понял. Твоя кровь горит, ведь ты плоть от плоти аристо. И для любого разумного, а безумных и дурачков не будем трогать, ты не хотел просто принимать какие-то дары сидя безвылазно в Храме всех богов, как вшивый мрок в щели. Тебе нужны сражения, тебе нужна кровь, только тогда ты жив… Думай. Отсчет пошел. Раз, — перекинул зерно.

На счете шесть, тоже стал готовиться к схватке, обнажив меч. И увидел, как на мгновение задержался взгляд аватара на рукояти, затем могучий старик перевел его на навершие, явно что-то осознавая. По лицу пробежала тень. Это плохо.

На восьми он упал на одно колено, склонил косматую голову.

— Бдуммм! — до оглушительной вибрации в ушных перепонках — это некая сила рухнула сверху на купол.

Ясно, папаша всполошился.

Не обращая внимания на последовавшие затем удары на защиту, которую с трудом сдерживали все маги и жрецы на площади, я материализовал ритуальные предметы и заставил сурового деда произносить слова страшной и нерушимой клятвы. Все происходило, как и с аватаркой. Кровь горела сильнее и сильнее. Завершающая вспышка была ярче, чем во время принятия клятвы от эльфийки.

Атаки на невидимую сферу прекратились.

Невозмутимо убрал предметы в свое кольцо.

Все. Самое сложное сделано.

До последнего ожидал прорыва Кроноса, что тот пробьется и уничтожит старика. Маги и жрецы учли прошлую неудачу и успешно противостояли Верховному, он же связанный Равновесием, не мог врезать во всю мощь.

Вот так вот!

Купол после вспышки пропал секунд через пять. Я же положил руку на плечо бывшего аватара, и заговорил, сделав так, чтобы мой голос казался рокотом:

— Нарекаю тебя Кронгом! В этом имени сплелись — ярость, гром, молнии, и, конечно, огонь, но главное верность слову. Нерушимая! Больше никто не сможет заставить тебя свернуть с выбранного сейчас пути. И сегодня день твоего рождения. Запомни его. Ты есть буря, ты есть пламя, ты есть смерть для всех врагов! И Раонос запомнит навсегда этот миг. Помни девиз Дома Сумеречных, которому ты теперь служишь и принадлежишь: «возьму все сам». Мне не нужна ничья милость, моя рука и руки тех, кто встал под мои знамена, не дрожат на рукоятях мечей, мы пока делаем первые шаги, но наша поступь уже отзывается в вечности! Аррас!

Учитывая гром среди ясного дня, как и молнии, ударившие где-то далеко, папаша изволил гневаться. Хотя для всех это выглядело неким одобрением. Знамением. Следующий разряд ударил в центр ристалища. И я оказался на безымянном утесе посреди бушующего моря.

— Ты! — в лучших традициях раннего знакомства с ящером взревел Кронос, тыча в меня булавой, — Сначала переманил лживыми посулами моего паладина! Теперь подчинил аватара!.. Готовься ответить за все!

Глава девятая

11.06.589 от основания Новой Империи, Чертоги Кроноса — Демморунг

Кронос неистовствовал, я же изображал запредельную усталость и выгорание на профессиональном поприще, смотрел равнодушно на его метания. Молний и огненных шаров в том числе. На самом деле мне с трудом удавалось сдерживаться, чтобы не поддаться очередному дурному порыву и не начать чудить вместе с божком. Поорать вволю, от души помахать булавой, врезать в челюсть, скрывавшемуся в невидимости Ситрусу, дернуть его хорошенько за бороду или прописать доброго воспитательного пинка ниже спины…

Умение разгонять прану по всем каналам организма, передача силы и крови не оставляли шансов какой угодно хандре, убивали в зародыше любое переутомление. Да и откуда ему взяться, если всего пару декад назад провел два месяца практически на персональном курорте? Поэтому был бодр, свеж, собран, сосредоточен, готов действовать и выкладываться на двести, на триста процентов. Что и делал, держа настоящие эмоции в узде.

В целом, понимал скорбь Верховного. Они вместе с Мудрейшим изначально хотели, чтобы я остался ни с чем, даже победив. Списывали красиво долги за открытие глаз на «Пиявки Эйдена». Скорее всего, только они не учитывались старцами во взаимоотношениях с Раоносом, в отличие от «предательства» жрецов и аватаров. И не факт, что те на него пошли не спровоцированные своими родителями или не по их указке. Теперь у меня имелся источник у кого можно было уточнить многое — Кронг.

Вообще, оба маразматика вряд ли согласились бы на минусовку ренегатов мною и наплевали бы на перерасход энергии при личном их уничтожении, если бы я прошел инициацию, ибо в таком случае обретал уникальные способности к магии огня, воздуха и разума, учитывая ранг аватаров. Мое же усиление не входило в их планы никаким образом. Если изначально видел в этом лишь некую болезненную жадность, то теперь стали проявляться и другие причины. Из головы не выходили слова Ираклия, а может, прорвавшиеся от самого Ситруса в отношении меня: «Он угроза всем нам! Он — сам Хаос!», а еще характеристика всеумному бородачу и его роли в тандеме от Оринуса: «любые смердящие дела выполняет по его указке, а Верховный вроде бы и не при чем». Но и до этого я абсолютно не верил паскудным дедушкам. И нигде не забывал, когда те в награду за все хорошее хотели выписать мне туристическую путевку в жаркий, а может и холодный Гратис. Не сбрасывал со счетов и хитромудрость ящера, который мог легко мутить воду данными фразочками, заставляя меня действовать в необходимом ему русле.

Какие цели преследовал я, убирая из уравнения тщеславие, на котором играли божки? Рассматривал изначально эти поединки, как возможность заполнить в потолок родовой алтарь, заработать на тотализаторе и привлечь новых людей в ряды Сумеречных.

Переиграл планы после того, как мне удалось достучаться до оринусовского аватара, заставив его подчиниться. Именно тогда решил постараться повторить подобное с новоявленным Кронгом, поэтому не спешил на доклад к папаше с рассказом об уничтожении божественного алтаря Кровавого. Возникли бы уточняющие вопросы, вполне возможно, даже к соратникам. Как итог, вероятней всего, подстраховались бы высшие шакалы от перехвата контроля над ренегатами. Но систрусовского записал в расход при любом стечении обстоятельств. И дело отнюдь не в каких-то злобных чувствах, а потому что проявилась способность ощущать эмоции разумных — ее соотносил с ментализмом, соответственно, если следовать линейной логике и оговоркам того же Турина, уничтожая детей бога разума я все же приобретал не только банальную энергию.

Посмотрим.

…Около часа неистовствовал Верховный, как уже говорил, я участия в феерии идиотии не принимал. А все потуги божества со швыряниями меня ветром, сбрасыванием с утеса, ударами молний рядом, ревущими пламенными стенами, огненными шарами пропадали втуне.

Наконец Кронос чуть выдохся и взялся воздействовать на разум ругательствами и обвинениями в моей лживо-поганой сущности. Визави на короткую минуту захлопнул возмущенно пасть, когда я неторопливо достал кружку из хранилища Грогуса, а затем чайник. Налил себе почти кипящий прилл, повернулся к деятелю спиной, подошел к краю обрыва, всматриваясь в воронки смерчей на горизонте. Отхлебнул бодрящий напиток, чуть улыбнулся. Жить хорошо. И пока минут пятнадцать смаковал подарок Эйдена, обогатил словарный запас еще не одним десятком божественных словосочетаний. После, убрав посуду, втиснулся в паузу:

— Первое! Ты сам мне отдал ренегата! — рыкнул, заглушая ураганный ветер, — И как с ним поступать — это мое дело. Я же решил, что подчинить его будет правильным. Это очередной удар по Раоносу, когда вчерашний союзник превратился в злейшего врага. Врага зубастого, потому что клыки Кронгу отращу на зависть всем. И он теперь пойдет до конца и не предаст ни меня, ни мое дело! Я поступил мудро, не взирая на сегодняшние потери. Мне очень хотелось, чтобы чернь и благородные ликовали, славя мое имя, которое осталось бы в веках, когда размазал бы лживого подонка тонким слоем по камням ристалища в Демморунге! Чего не случалось давным-давно! Однако, еще раз повторюсь, я наступил на горло своим интересам, выбрав вместо них наше общее дело! Дело, ради которого жертвую самым дорогим! Мало этого, я подумал и о твоей репутации!

— Что ты мелешь⁈ А какой такой репутации⁈ — Верховный едва не подавился от возмущения.

— Смотри сам, я силой убеждения показал всю гнилость Кровавого твоему чаду, и он, как всякий разумный, осознал, что тот его обманул. Это нормально. Это заставляет задуматься паству, насколько лжива и подла белогривая млеть! А вот если бы я прихлопнул аватара, как назойливую муху, то что подумали бы окружающие? Насколько жалок его отец? Насколько он бессилен? Ведь они не понимают, насколько силен я! Сколько всего мною сделано, чтобы обрести подобную толику могущества! Для идиотов же все выглядит просто. Прилюдное уничтожение Кронга стало бы ударом по вере в тебя! Сейчас же, верша правильные дела, он станет тем, кто вольно или невольно, но будет приводить к тебе истово верующих.

Если при словах о «жалкости» Кронос едва не зарычал, в глазах же разгорелось льдистое синее пламя с молниями, то в конце речи он задумался.

— Хорошо, пусть все так! А почему тогда не призывал покориться аватара Ситруса? — и в глазах вместе с яростью некое ликование, мол, подловил.

— Зачем мне слабые, грязные и лживые мроки рядом с собой? Что он может? Чистить нужники своей густой бородищей? — презрительно бросил слова я. Ответ божку понравился, злое пламя во взоре почти пропало. Усугубил, — Я почти уверен, что твое чадо, даже отступившее от заветов, не вступало в непонятные противоестественные связи с Кровавым, не жрало с ним разную дрянь тайком от тебя! И вообще… — сделал неопределенный жест рукой, обрисовывая остальные положительные качества.

— Да, он точно такого не делал! — и гордо так, от Ситруса же, продолжавшего скрываться под невидимостью, на уровне головы пошли мощнейшие искажения. Не понравилось? То ли еще будет.

— Вот ты мне ставишь в упрек паладина, орешь, будто як заблудившийся в лесу, обгадившийся на поляне, потерявший мамкину сиську, — нет-нет и прорывалось у меня отмороженность от силы и крови, хоть и давил, — И вместо того чтобы поинтересоваться: «какой урон с его помощью ты нанес нашему общему врагу?», ты вопишь и ругаешься, как малолетний гном!

— Какой урон? Ты про что⁈

— Похоже, тебе не доложили, но мне удалось уничтожить божественный алтарь Кровавого с изначальным камнем в Демморунге, убив его двух белоголовых! Надо ли говорить, что млеть безмерно вливала энергию во время боя? К этой операции я привлек и лэрга Турина, и Хранителя знаний Дома Сумеречных. А некоторые боги, слыша о подвигах последнего, сказали, что поступки мэтра похожи на те, которые ты вершил в молодости. И только предосторожности Кровавого и бесполость аватарки не позволили почтенному дер Вирго, чье имя теперь знают боги, овладеть ею прямо на поле боя!

— Как⁈

— Вот так!… — и поведал в красках о сражении.

— Почему ты сразу не воззвал? — Кронос разозлился и явно не на меня. Если не играл, то он, действительно, не знал о нашем подвиге.

— Я решил с тобой поговорить после сражения с аватарами. И рассказать про все свершения, а не только об одном эпизоде. И взять щедрую награду! Как ты и обещал! Так вот, за это время было уничтожено не менее трех десятков высокопоставленных приспешников Раоноса. Я захватил два комплекта артефактов старшего жреца — это жезлы, фолианты и кинжалы, — пресекая новые торги относительно культовых предметов, добавил, — И они будут вскоре разрушены! Выдернул семя Мертвого древа из другой реальности на месте алтаря, и передал тем, кто разотрет его в пыль. Кроме этого, дополнительно разнес два обычных алтаря, вместе с ними отправил кого к Маре, а кого и лишил посмертия, скормив мертвецам, не менее сотни верующих в Раоноса. И я продолжаю работать дальше. Одно из важнейших моих деяний, я вынудил белогривую млеть потратить безмерное количество энергии, как на защиту своего сооружения, так и во время сегодняшнего поединка, когда он нарушил все наши планы, а вы оказались не готовы! Ни к чему не готовы! Не так мы договаривались… Ой, не так!

— Это славные дела! Славные! — кивнул собеседник, уводя разговор в сторону от их явно запланированного «провала».

— Вот! Теперь понимаешь, что все делается во благо нашего общего дела! И настало время говорить о справедливом вознаграждении за труды. Первое, от тебя мне требуется увеличить хранилища праны и алтаря в пять раз. Второе, нужна защита тела и разума от любых типов воздействий, чтобы меня никто не мог ни парализовать, ни обездвижить, ни вызвать тремор и другие негативные эффекты, в том числе и ты сам, как и заставить испытывать сиюминутные эмоции. Например, как с Истеллой. Этот навык завязать на родовую энергию и прану, а также чтобы он мог работать в фоновом режиме. То есть, включаться автоматически при воздействиях сторонних сил. Третье…

— Аристо! Ты наработал только на увеличение алтаря, и то… — многозначительно оборвал божок фразу. Вот еще одно доказательство нежелания моего усиления.

— Несмотря на хождение разных слухов и пересудов, я до сих не верю во многие из них. Только глупые жадные шлюхи, получив щедрую плату, когда дело доходит до выполнения обязательств, начинают вертеть рыжей рыхлой жопой и плакаться! Плакаться, что у них страшный герпес, месячные и геморрой! Поэтому они и не могут…

— Что⁈ Ты!.. — пространство вокруг расцвело в разрядах, пронесся поток гудящего пламени, а я опять полетел с утеса.

Что-что? Передача силы и крови! Сука! Не смог удержаться, меня все толкало на безумие, пройти по самому краю и удержаться. Реальная зависимость от адреналина. С самоконтролем нужно решать. Но позвоночник проморозило от дыхания Мары в затылок. А еще вопрос, почему обязательно «рыжая»? И ответа на него не знал.

— То! Давай взвесим⁈ — не менее яростно проревел в ответ я, когда вновь оказался рядом с алтарем божка, — И посмотрим, насколько награда щедра! Или поклянись Весами и кровью, что, увеличивая алтарь, ты расплачиваешься сполна! Ну⁈

— Ты… как ты смеешь! Смертный! Да за одно только сравнение меня с…

— Бессмертный, а у кого хватит еще смелости сказать тебе в лицо, что ты свернул не на ту дорогу⁈ Ты забыл Кодексы аристо! Так вспомни с чего началось падение не только прошлого пантеона, но и закат Старой Империи! А я тебе скажу — к печальному итогу привела алчность! Ибо она есть зло, как оно есть! И добрый совет, убивай в зародыше эту многоголовую гадину! Души эту суку изо всех сил! Потому что она страшна. И кто тебе еще откроет глаза⁈ Твои прихлебатели? Может, паства? Или трусливый лживый братец? Нет, — покачал отрицательно головой, — Только такой честный и смелый аристо, как я! Повторю, алчность не зря считается одним из страшнейших грехов, она ведет в Бездну! И сам не заметишь, как вскоре начнешь трястись над медяками, как Ситрус над седыми волосами на своей дряблой заднице, которые выпадают оттуда вместе с песком! Всегда помни, что даже он смеется над тобой втихаря, когда у тебя предательски дрожат руки при выдачи малой части от заслуженной награды! И мрок сладостно вздрагивает, потому что приближается момент твоего падения! — божок лупанул глазами, чуть приоткрыл рот. Такая реальность ему не нравилась.

— Ложь, это все ложь! Брат мой, — ожидаемо не выдержал Ситрус, материализуясь, — Не верь ему! Он дитя Эйдена! Я не смеюсь! Как не трясусь над волосами! Мне плевать…

— У меня не дрожат руки! — взревел Кронос, — Не дрожат!

— Так докажи это… делом! А ты… — мой палец остановился на Мудреце, — Не переводи разговор на мелочи! Нам нет дела до седин на твоей заднице! Чем ты докажешь, что не посмеиваешься в бороду над Кроносом и никогда не делал этого⁈ Всегда ли принимал мудрость его решений⁈ Осознавал ее⁈ — и не давая возразить, заорал, — Молчишь⁈ То-то! Чувствуешь, что твое рыльце в дерьме и в пуху! Кронос, пусть он поклянется, что…

От искажений вокруг Ситруса завибрировало само пространство. Нормально. Продумал все. Прыжок к алтарю, а там посмотрим, как обрадуется хозяин нанесенному урону. Конечно, если успею.

— С этим мы разберемся, но без тебя! — веским рыком пресек веселье Верховный, зло зыркнул и на братца, который моментально успокоился.

— Разбирайтесь, — высокомерно разрешил я, — Это ваше. И раз не дрожат руки, — вовремя задавил желание сказануть про отсутствие других профессиональных заболеваний, продолжил, как ни в чем не бывало, — То, в-третьих, мне требуется способность, как изначальная вороновская с мертвецами, но по отношению к живым.

— Это слишком много!

— Ровно столько, сколько я сделал, не считая остального. Ты думаешь, я не знаю, что Раонос только на призыв и сражение на арене богов потратил не меньше тридцати тысяч кристаллов истинной силы? Это по десять лет бесперебойной работы трех божественных алтарей!

— Откуда ты знаешь про такое⁈ Кто тебе рассказал… — влез Мудрец.

— Дополнительно, во время боя вливал он в своих аватаров все возможное и невозможное, так как я, следуя нашему делу, заключил с ним пари на мою смерть. Если бы проиграл, тогда бы он получил своего последнего старшего жреца и двести камней душ! Вот и думай!

— Такие подробности мне неизвестны! — а вот здесь я очень сомневался, но подробно пересказал встречи, упуская некоторые «неважные» сейчас детали.

Верховный задумался на минуту, затем выдал вердикт:

— Хорошо! Но на этом все! Я и так зол на тебя! Приготовься терпеть боль! Ее будет много! Одно условие, если ты попросишь прекратить ритуал во время наделения тебя просимым, то лишишься всего!

— Сначала обговорим детали перед Весами. Начнем с того, что ты специально не станешь делать процедуру более болезненной, чем она…

— Мне ничего делать не нужно, и без этого ты будешь молить о прекращении пытки! — хищно осклабившись, перебил божок.

Не зарекаюсь. Посмотрим.

— Далее, во время снятия блокировок ни ты, ни твой братец, никто из живых, мертвых, иных… — и на полчаса перечисление всего и вся.

— Договорились! Слово!

Время растянулось до бесконечности, лишь Кронос не давал мне не потерять сознание от боли или просто сдохнуть от нее. Всеми силами я держался. Выл, орал, катался. Не раз и не два был близок к тому, чтобы не начать молить о прекращении. Но все плохое или хорошее имело свойство заканчиваться, так и здесь.

Миг.

И я жадно ловил воздух, валяясь в позе эмбриона. Во рту кровавая каша из зубов, затребованную палку перегрыз, и содранное горло от криков и рыка. К ауре Ихора не пришлось прибегать, собственная регенерация творила чудеса, особенно подогнанная праной.

Поднялся.

Зрение тоже начало восстанавливаться, и из красной пелены стали проступать сначала контуры, а затем и мельчайшие детали окружающих объектов. Разгонял и разгонял жизненную энергию по всем каналам. Проводя ревизию, вновь благодарил инструкторов с Земли за подготовку. Если бы не она и не моя практика, новая в том числе, не вынес бы мучений. Однозначно сдался. Еще одним удерживающим фактором было знание, что боль обязательно закончится.

А еще, злость, что сглупил. Божок поставил дополнительные условия, нужно было затребовать что-то и с него. Но ничего. Отольются кошкины слезки.

В целом, результат нормальный.

Первое, возник еще один контур ментальной защиты, который срабатывал автоматически при преодолении противником других ее видов. Действовал два часа в четыре. Первая активация, от которой и начинался отсчет времени, требовала приблизительно одну десятую от объема увеличенного алтаря и двадцать пятую от хранилища праны. Дальнейшее энергопотребление зависело от силы воздействия противника. Общее количество включений и выключений до обнуления таймера — шесть.

Улучшение навыка невозможно или на данном уровне моего развития. Вполне вероятно, в дальнейшем возникнут какие-то варианты.

«Чувство живых» на первом этапе позволяло чувствовать их на расстоянии до пятнадцати метров, если те не скрывались при помощи артефактов, магии, праны или родовых способностей. Все. Энергопотребление для подъема на следующий ранг приблизительно сравнимое с начальным «мертвецким». А, значит, в конечном итоге приду к пониманию сколько времени будет требоваться для отправки к Маре ятаганами любого пациента.

Нормально.

— Смотри-ка, выдержал. Что же, пусть эти дары ведут к победе! — с интонациями, говорящими обратное, выхаркнул слова Верховный, — Дер Вирго и Турину скажешь, чтобы воззвали ко мне, пусть воспользуются твоим персональным алтарем. Я их награжу щедро, — а еще постараешься между нами вбить клин, млеть, — Особенно мага, который порадовал меня — вот где настоящий древний воин, а не ты — выкормыш современной цивилизации! Изворотливый, мелочный, как ребенок Иргуса, готовый за медяк спорить и спорить, — да, да, да, «медяк», сука бородато-двуличная, — и… И еще, Раонос достаточно пострадал и ответил за все им свершенное передо мной, поэтому я не вижу смысла, чтобы платить тебе за его дальнейшее преследование. Тем паче у него на землях Хаоса остались лишь жалкие недостойные последователи, — ну-ну, — По крайней мере в районе Демморунга. Конечно, если свои деяния ты будешь посвящать мне, как и передавать энергию, тогда посмотрим! Но платить тебе, чтобы ты же и усиливался, считаю чрезмерным!

Я же «считал», что Верховный заплатил очень мало, но выбить нечто большее, вряд ли получилось бы. Проблема извечная с неоговоренной «щедростью» заказчика. А еще нужно продолжать самостоятельно создавать поводы для собственной крайней необходимости божкам, сейчас оставалось только одно задание с поиском жезла и сопутствующим наказанием безумного архилича.

— Ситрус, ты… — обратился к Мудрецу.

— Ситруса призовешь сам! Вы меня утомили своим ором и руганью! А ты еще и нагл, и непочтителен, я с трудом сдерживаюсь, чтобы не сжечь тебя на месте! Однако, клянусь Весами, если ты кому-то расскажешь о своих… — тот задумался, затем поправился, подобрав необходимые формулировки, — о чем-то здесь произошедшем, то наплюю на все и исполню свою мечту! И не советую идти против меня! — вот даже как.

— Хорошо. Но не забывай, что я теперь Поединщик. Поэтому могу пересечься на Арене с твоими аватарами и другими зверушками, и дохнуть в твою славу не собираюсь. Более того, сделаю все, чтобы отсрочить этот миг.

— Арена — это арена! Говорю про разрушение алтарей, убийство служителей и верующих, в чем ты принаторел! Но довольно разговоров! — оборвал меня божок, а еще через секунду я оказался вновь на ристалище.

Мавр сделал свое дело. Похоже, деятели напугали мною своего «товарища», тот пришел в чувства, может заплатил виру. И теперь моя активность на данном направлении начинала приносить им вред. Вот бы узнать, в чем суть их договоренностей…

Толпа не скрывала разочарования. Она жаждала крови. Зло улюлюкала, горестно вздыхала и непотребно выражала эмоции.

Пришлось брать слово.

Полчаса рассказывал об историческом моменте, на котором каждому посчастливилось присутствовать. Кронга расписал так, что тот едва не лопался от важности и значимости, вращал бешено глазами, потрясал порой булавой. Кстати, ее иллюзией. Немало времени я уделил и подлости Раоноса, и его последователям — обычные разумные плевались и проклинали гадского божка, не забыл поведать в красках и о собственном величии, как и Сумеречных в целом. Вновь указал всем на милость богов, что присутствующие обласканы, так как своими глазами запечатлели судьбоносную веху не только Истинного Великого Дома, но и Аринора, и Империи, и даже Аргасса.

Представление получилось на славу

Дер Вирго проникся настолько, что позабыл на время о белоголовой, сдвинул брови и сурово взирал на ликующие массы, лэрг Турин хмурился, но я уже научился определять, что он с трудом сдерживал довольство. В общем, одной из целей, теперь второстепенных, я тоже добился — у Брукуса точно с персоналом станет полегче, да и к Хорну новобранцы потянутся.

Нормально.

Видя такой ажиотаж и не желая оставаться в стороне, с пламенной речью сначала выступил великий герцог, а затем и Император. Если кратко, каждый высказался, что день за днем мы все под их чутким руководством приближаем приход рая на зем… на Аргассе.

Наконец-то церемониал был закончен. Я передал аватара на попечительство Турину. Может быть, видя каждый день в подчиненных Кронга, у него фанатичность немного пойдет на спад. Исчезнет хотя бы частично подобострастие, а то смотреть было противно, как тот едва в рот не заглядывал небожителю.

Эрлглэрд Клайн из Дома Призрачных тигров передал мне список на шести страницах. Мельком взглянув на него, не обнаружил ничего из наследий Иммерса и Призрачного жнеца, в основном перечислялись внеранговые боевые артефакты. С самим смотрящим из Тени мы настроили связь, тот же пообещал после выбора мною десяти позиций, передать их в течение суток. Как и сообщил мне, что вскоре голову темного эльфа доставят. Про камни душ умолчал. Столичные бандиты сорвали невероятный куш, поэтому так легко расставались с залежалым товаром.

Нормально.

После мы отправились вновь в «Блеск Иратана», я проголодался, еще ждал вестей от Чумного доктора и вампира — мастера зверей Дэста амин Роока. В заведении, после переговоров Турина с хозяином, мы заняли отдельную комнату. Цены кусались — пятьдесят золотых за день. Но сам комфорт в староимперско-эльфийском стиле стоил того. Точнее, ни Турину, ни магу не пришлось для связи с божеством бежать в туалет.

Кронга же сотник отправил с парой гвардейцев экипироваться. У того после поединка не оказалось ничего, кроме иллюзий. Доспех охранителей я пока не собирался ему вручать. Посмотрим, как себя покажет.

Пока ждали обед, я прогулялся вновь до ветру. Может быть секретность разыгрывал и зря, но… но менять ничего не собирался.

Вызвал Ситруса.

Дед, скорее всего, принимал меня не в своих чертогах. Никак не соотносилась пустыня и палящее солнце с его обителью. Тоже страховался гад. А значит, действительно, ничего мне не привиделось, поэтому следовало доить слизня по полной программе.

— Скажи, глэрд Райс, выполнил ли я свою часть договора относительно Дома Серых драконов? — перешел тот к делу сразу, и хитро так посмотрел, а еще и с неким предвкушением. Явно ожидал обвинений и приготовился размазать меня убойными аргументами.

Заодно и отвлечь.

— Великие Весы, Ситрус по драконам рассчитался! — дедок разулыбался победно, — Он подошел к делу не спустя рукава, не как гадская паскудная млеть, — посмотрел внимательно в глаза богу Мудрости, — да, не как млеть, а даже лучше… намного лучше, чем я рассчитывал! — проговорил все серьезно, строго и сурово.

Улыбка на лице божка превратилась в гримасу. Он обдумывал, где его обманули, и оскорбил ли я или похвалил.

— Далее, ты присутствовал, когда я рассказывал о своих подвигах Кроносу. О многом умолчал. И ты знаешь о чем. Проговаривать про твое двурушничество бессмысленно. Знай одно, падут все те, кто якшается с Раоносом, жрет с ним разную дрянь и предается низменным увеселениям! Сам он либо склонится передо мной, либо исчезнет и будет забыт на Аргассе. Сейчас поговорим о моей награде. Затем о твоей вире за помощь аватару.

— Ты столько получил одних камней истинной силы. И я не жр…

— Мне безразлично сколько ты уже вложил в эту авантюру, — сразу понял к чему тот клонил, мол, это именно он сделал все, чтобы я получил награду от смотрителя, — Но только моя милость и желание дать всем второй шанс не позволили сегодня открыть глаза Кроносу на твои кульбиты. Хотя следовало бы… — я действовал наверняка. Даже если Ситрус отыгрывал роль злодея в тандеме, то ему придется рядиться в него передо мной до конца, и показывать всеми силами боязнь разоблачения перед «старшим» братцем. И он согласится заплатить сверх награды за омерту, если не перегибать палку. Да, вполне возможно, он потом часть бремени или его полностью перекинет на могущественного Верховного, но мне такие нюансы не то, чтобы безразличны (знать хотелось бы), но они никак не влияли на принятие решений.

Молчание затягивалось. Я продолжил:

— Впрочем, не поздно и сейчас рассказать о твоих подлых деяниях. Но в первую очередь, ты заплатишь по счетам перед Весами за сделанное. И не меньше Кроноса. Ибо вы оба давали перед ними гарантии. Или возразишь?

— Что ты хочешь? — не стал растекаться мыслью по древу Ситрус. И это хорошо.

— Первое. Ментальная защита подобная той, на которую я указал Кроносу. Чтобы она либо усиливала уже мою существующую, либо срабатывала сразу, когда те барьеры преодолеет противник, и тогда она станет непреодолимой преградой. И ты — не исключение. Второе, мне нужна способность видеть любые метки, снимать их и переставлять на разумных и неразумных, живых и неживых, предметы. И маркировать все и всех самостоятельно такими, какие обнаружить никто не в состоянии. Сам навык завязать на алтарную энергию, запараллелить на прану.

— Это невозможно… Все равно…

— Повторюсь, все возможное в твоих силах. Ты ведь бог или погулять вышел?

Сердитое сопение в ответ.

— Далее, третье, умение наложить паралич на любого разумного и неразумного, снять его. И…

— Говорю перед Весами, ты достиг максимума награды за содеянное! Слово! — перебил меня божок.

— Хорошо. Теперь поговорим про виру или не нужно?

— Слушаю! — божок сморщился зло.

— Подъем до самого максимума умения «познание сути», и не для данного этапа развития алтаря, а полного максимума навыка, понизив его энергопотребление до минимума. Далее, мне требуется артефакт «Кольчуга Иттона», —лучшая из возможных защита от клинков духа и других атакующих умений, основанных на пране. Он использовался, как вполне себе обычный предмет подобного толка, так и достигал своего максимума в броне охранителей, там он выступал надстройкой. Как вариант, доспех проектировался с учетом наследия этого артефактора, — Еще…

— Аристо, это уже чрезмерно! На этом все! Не согласен? Говори, что хочешь Верховному. На том мое Слово!

— Тогда давай оговорим, как все пройдет, и приступай.

— Хорошо. Но мое условие такое же, как и у Кроноса, если ты из-за боли попросишь прекратить ритуал, то останешься ни с чем!

— Несправедливо. Если еще как-то понятно относительно умений, мой скулеж покажет, что я не в состоянии принять такое тяжкое бремя, то по поводу артефакта неправильно! Давай так, если я выдержу, то ты присовокупляешь к награде «Хранилище Леймэла»?

— Этот артефакт стоит дороже, чем «Щит»! Чем два «Щита»! Он имеется всего лишь в шести экземплярах на Аргассе!

— Но ведь и я потеряю многое. Если не уверен, зачем тогда сотрясать воздух с какими-то «условиями»? — последнее презрительно выплюнул, — Хорошо, добавлю к ставке сотню камней душ. Как тебе?

— Согласен на десять тысяч кристаллов истинной силы!

— Хорошо, — меня порадовало, что бог разума оказался азартным.

С другой стороны, интеллект в данном уравнении не показатель. Видел множество умнейших из умнейших ровно до того момента, пока на горизонте не появлялась игра. Неважно, банальные это карты или нарды или доступ в виртуальное казино.

— Ты проиграешь! Ты просто не представляешь! — начал стращать божок, — То, что было у Кроноса несравнимо с принудительным подъемом умения! Прыжками через уровень алтаря!

— Начнем с того, — не обращая внимания на пустопорожнюю болтовню, сказал я, — Что ты специально не станешь делать процедуру более болезненной, чем она есть на самом деле. И ни ты, ни другие… — здесь еще тщательнее проговаривал условия, что заняло минимум минут тридцать. Особенно с уточнениями.

Вроде бы все.

Ну, полетели!

…После бесконечности боли я сначала еле-еле встал на четвереньки, и в первый раз несмотря на прану, завалился на бок, а затем покачиваясь, поднялся с раскаленного песка. Жизненная энергия продолжала творить чудеса. Ничуть не соврал бородатый маньяк — на порядок жестче оказался ритуал и мне показалось он длился гораздо дольше, чем у Верховного.

— Поражаюсь твоему безумию! — проговорил задумчиво Ситрус, — Ты какой-то фанатик! Ненормальный разумный! За толику каких-то невнятных возможностей проходить такое… Например, зачем-то тебе потребовалась дополнительная защита, хотя и твою первоначальную не смог проломить ни Кронос, не удалось обойти и мне… — не стал говорить, что есть еще Оринус, который ставил, наверняка, в первую очередь от них, а еще и Эйден, Истелла и многие-многие другие. Божков наплодили больше, чем в Древней Греции. С другой стороны, это понятно, учитывая количество народов и рас, которых тащили аристо со всех даже не континентов, а миров.

— Не понимаю, что тобою движет, когда ты готов… — продолжал рассуждать вслух Ситрус, — Да, готов самостоятельно погружаться раз за разом в Гратис, терпеть невероятную боль, от сотой части которой сходят с ума иные разумные… И ведь было бы что-то полезное, боевое, раз выбрал стезю воина… Разить нещадно любых врагов, убивать касанием, испепелять… Ты же… «Познание сути», «метки», как-то опосредованно подходит к роду заниятий «паралич»… Ладно, «щит» от праны… Но есть гораздо лучше артефакты…

Он серьезно или играл со мной?

Но гадал я недолго. В первую очередь познакомился с полученным результатом.

«Паралич» на начальной стадии. Один раз в два часа в радиусе десяти метров я мог парализовать двух разумных или неразумных, не обладающих защитой разума. Поднимем.

«Познание сути» выросло настолько, что я мог бы просканировать даже божка, только вопрос упирался в энергию. Если руководствоваться смутными ощущениями, то ее требовалось в тысячу раз, повторю в тысячу раз больше, нежели вмещало мое увеличенное хранилище. И тогда вероятность успеха возрастала всего лишь до семидесяти процентов.

Есть куда расти.

Метки. Мог поставить до сотни на любые объекты в зоне видимости, в зависимости от количества маркеров падало расстояние. При одной можно было определить местоположение помеченного в радиусе пятьдесяти лиг, при сотне всего лишь в пяти. Но и это здорово. Максимум для развития алтаря на данном этапе, завязаны так же частично на прану.

Требовалось разбираться.

Защита разума — фактически, один в один кроносовская, только увеличено время до двух с половиной часов, уменьшено количество включений/выключений до пяти. Отлично!

Цепочка с синим кристаллом — «Кольчуга Иттона». Имел как собственное хранилище маны на тридцать больших кристаллов, так и его можно было подключить к магическому резервуару брони и жизненной энергии. С классом защиты определиться не получалось. Но у ящера разберусь.

«Хранилище Леймэла» — артефакт в виде кольца, позволял хранить в себе любое количество предметов, если их общий вес не превышал двадцати пяти килограмм и объем до двухсот пятидесяти литров (конечно, все приблизительно). Привязывался к родовому перстню. Кстати, у Турина внепространственное хранилище завязывалось на собственные магические способности и заклинания, и он мог хранить вне нашего пространства до десяти килограмм. Это я расспросил между делом дер Вирго. Сам же маг пользовался аналогичным тому, что получил я у божка, но в пять раз хуже.

Так и не разгадав ребус моих движущих сил, Ситрус сообщил мне, что контракт на вредительство Раоносу окончательно закрыт. И не будет возобновлен. Я многозначительно хмыкнул, а бородач переместил меня обратно на Аргасс.

Да, здесь не прошло и мгновения. Для меня же не меньше четырех часов.

Вернулся к столу, оба моих соратника выглядели донельзя довольными.

Они тоже успели побывать на аудиенции.

— Какой… Какой Кронос справедливый! Вот это, понимаю, бог! — на десятый раз вещал маг, пока мы ждали заказ, — Увидел меня, и сразу сказал: ты настоящий герой, дер Вирго! Я горжусь тобою! Ты меня порадовал! Ты один понимаешь, что надо не просто уничтожать врага, а жестоко надругаться над ним! Поглумиться над самым для него святым! Да, так и сказал. Упомянул и тебя, глэрд! Скажу честно, по его словам, ты слишком изнежен! — вот падла, — Предполагает, что жил в то время, когда в среде древних аристо возникли новые веянья. Они пытались врагов подчинить или уничтожить. Это банально, это просто, — ну да, ну да. Слушал же молча. Как и полагал, клин вбивал Верховный пусть не красиво, но мощно, — А мы же с ним заставляем их страдать! Я же поступил согласно первородному обычаю! Да, тебе не понять! И тебе, Турин, то же! Только Кронос… Да, только он… Ты же, глэрд, рожден в другое время! В цивилизованное! Мой же внутренний позыв идет со времен первых аристо, когда ты, победив, брал здесь же лучших их дев-воительниц! Они затем рожали на свет новых настоящих героев! Враг рыдал и стенал! А такие женщины после вставали рядом с тобой плечо к плечу! Так и сказал мне Громовержец: видимо, родовая память у тебя проснулась, мэтр! И нарекаю тебя, дер Вирго, «Гроссером», — Турин поморщился скорее от восторгов, от которых задыхался маг, — Это великий герой из древности, сын Кроноса и светлой эльфийки. Он тоже женщин любил и неистов был с ними, в бою умел и безжалостен. Еще мне сказал Верховный, что я поступаю верно и хорошо! Так всегда и нужно делать!

Ага-ага.

— Что так и сказал: иди и блуди⁈ — ехидно поинтересовался Турин.

— А еще, если бы у меня все получилось, — не обратил внимания мэтр на слова соратника, — Она бы стала уже моя полностью! Понимаешь, абсолютно! Любила бы меня безмерно! Родила бы мне сына! — я представил смесь: ребенок от дочки злейшего божка и дикого мага. Мимо какой беды мир прошел… или нет? — Вот поэтому подлый Однорог похитил мою любимую! Он не хотел моего усиления, и сразу пытался меня оговорить, заподозрив в немыслимом, как почуял первородность моей крови! А если он Аттэ превратит в такого же ящера?.. Как быть⁈

«Любимая»… только познакомились. Хотя, может, Истелла через окружение намекала? В целом же, сука подлая верховная! В две секунды мага просчитал и легко и просто направил в правильное русло. Для Кроноса правильное.

— Ты ему не рассказывал, что аватарка находится у Оринуса? — спросил я.

— Нет! Он не спрашивал! — мотнул отрицательно головой маг.

— Запомни, про любые дела Дома, кроме тех, про которые говорить я разрешаю, никому нельзя рассказывать.

— Даже богам?

— Тем более богам. Это приказ главы. Про «похищенную» скажу так, ящер согласился в качестве платы за сделанное мною, взять ее к себе и излечить. Повторю, это я его попросил. Про тебя он и думать забыл. Поэтому ты должен быть благодарен ему, коль любимую ставит на ноги. А так она принадлежит мне по праву силы и крови.

— Он врет тебе, глэрд! — запальчиво заговорил маг, — Понимаешь, врет! Когда я рассказал Кроносу, что подумал про меня… этот грязный ублюдочный извращенец… Из-за чего уничтожил своего аватара, который тебе подчинился, то Верховный тоже долго ругался и рассказал мне насколько подл и низок Оринус! Как он лжив и беспринципен! Он тебя обманет, глэрд! Не доверяй ему! Я понимаю, что Аттэ принадлежит тебе но хотел попросить ее руки. Я хочу на ней жениться… — и кто ему мозги так выносил? Камни душ? Кронос? Истелла? Много вариантов. Близко нужно мага к себе держать. Очень близко. Да, не было печали…

— Все так, глэрд! Оринус — даже не эльф, а какой-то… какой-то… древний реликт, — нашел нужное слова Турин, поддерживая дер Вирго, — Непонятный! Верховный же велик! Он мне вернул возможность нанесения огненного удара! Сделал его родовой способностью! Видел же мой пылающий меч? — вспомнил во время первого боя с жалким теперь чадом Однорога.

— За счет чего это умение работает? — поинтересовался.

— Магия, истинная магия.

— Это хорошо, — я допил прилл, — Дер Вирго, а что кроме звания вручил тебе Кронос?

— Персональный алтарь!

— И все?

— Ну… — я молчал и смотрел испытующе, — Следующей аватарке, если такая попадется, смогу вернуть все настоящее, ее женское естество.

Мрок.

— А как же любовь к Аттэ?

— Меня и на троих хватит. Вот хочу таких близняшек в жены! Трех!

— Я тебя понял, — работать с магом на данном этапе бесполезно, поэтому всего лишь давал четкие указания. С головой, точнее, с ее содержимым предстояло разобраться. Боевой маг, да еще и в таких тяжких силах, с улетевшими гусями, и под боком… Мда… — В следующий раз докладывать ты должен сам. Сразу, кратко и по существу! А не я из тебя вытягивать детали. Это ясно?

Кивнул, но посмотрел зло.

— Тебе тоже вручил алтарь? — посмотрел на Турина, буркнул утвердительно, — Это хорошо. Но предупреждаю. С богами держите ухо востро. Ничего лишнего с ними в разговорах не должно мелькать, только официальная, одобренная мною версия любых, повторяю, любых событий. За другими пусть обращаются непосредственно ко мне. Это приказ! Мы не играем в игры! — приняли, хоть и желали оба возразить, понравился им божок, прикипели душою, попались на грубую лесть.

В целом, отлично. На ранних этапах такая яркая иллюстрация результата воздействия небожителя на ближнее окружение. В принципе, закрою еще один вопрос сейчас.

— Поедим и сходим в Храм всех богов, там может возникнуть недопонимание со жрецами, — вспомнил я посещение заведения с дер Ингертосом, — Готовьтесь к бою. И да, требуется привязать ко мне вот эти артефакты, — достал из подсумка «Хранилище Леймэла» и «Кольчугу Иттона», маг только головой покачал, затем долго бормотал про «невероятное», «откуда» и «почему одним везет, а другим нет».

Пока обедали Чумной доктор не появился, о нем сразу бы доложили гвардейцы. До встречи с вампиром оставалось минут пятнадцать.

Вышли из таверны. Прошли через дорогу и площадь и оказались у створок высоченной двери в культовое сооружение, прямо в проеме передо мной возник невзрачного вида жрец после того, как первая двойка гвардейцев скрылась внутри.

— Глэрд Райс, тебе здесь не рады! — сообщил хмурый служитель, а затем спросил с едва скрываемой яростью, — Что тебе нужно в Храме всех богов?

Неужели поступило какое-то распоряжение от Верховного или же они по старой памяти?

— Мне нет дела до вашей радости или горечи, — спокойно ответил, перебрасывая зерно четок, — С дороги, смерд! Или вы решили познать мой гнев, главы Истинного Великого Дома? — отметил, что искажения вокруг мага и Турина усилились на порядки.

Препятствие молча исчезло.

И что это было?

Я невозмутимо проследовал внутрь. Гаденыш проявился в пяти шагах чуть позади слева.

Ничего в главном зале не поменялось, за исключением того, что испарились огромные статуи Кроноса и Ситруса в центре, как и совсем маленькая Оринуса в углу, отданном на откуп Старым богам.

Благодаря способностям насчитал вокруг почти тридцать два служителя, которые прятались в тенях и готовы были к бою. Искажения от них достаточно мощные. Но втроем мы их должны одолеть, пусть и не легко. На их стороне знакомое пространство, как и усиление от самого сооружения… Неясно.

Для сериальных героев мой поступок показался бы верхом глупости, ведь можно такое продать, снабдить своих людей и прочее… Но я не они. Конечно, артефакты дер Тиона можно отнести к бесценным, вот только нужно понимать от кого и как они мне достались, как и бурлящую энергию божеств в них. У меня же кроме алтарей никаких связей с этими разумными не имелось. И доверия цацки не вызывали. Да, использовать их можно и имелись мысли как, но на помощь пришел девиз: «Возьму все сам». Это дополнительная возможность привлечь к себе внимание нужных, ненужных заставить страдать. Поэтому без всякого сожаления возложил кубики на алтарь Азалии.

Склонил голову, произнес слова благодарности.

Подношение было благосклонно принято ветренной красавицей, а у меня на душе радостно, все вверх дном, будто произошло нечто хорошее, и это несмотря на мои прошивки от воздействий извне. Кстати, отметил, что ни один из двух навыков не счел явное воздействие за атаку.

Плохо!

Затем остановился возле статуи хозяйки царства Мертвых, поставил статуэтку ее вестницы вместе со шкатулкой, склонил почтительно голову, проговорил про себя:

— Мара, прими этот скромный дар. Я ни о чем не прошу для себя, как и понимаю, что звание «кормчий», «шкипер» и другие — даны отнюдь не тобой, а людьми. И показывают не твою благосклонность, а всего лишь обрисовывают степень угрозы, которую я несу окружающим. Единственное, мой путь тернист, и случайные жертвы на нем неизбежны. Прошу, пожалуйста, отнесись благосклонней к тем, кто пострадал и пострадает от моих рук безвинно.

Ангел исчез, на его месте появилась пластина индивидуального алтаря.

Жрец, следующий за нами пусть и в отдалении, но по пятам, поперхнулся.

Взял с поклоном головы культовый предмет.

Далее, бог Богатства.

— Иргус, ты мне благоволил, и я тебе за это безмерно благодарен, прими и ты этот дар!

Кошель исчез, я же забрал золотого цвета прямоугольник еще одного персонального средства связи.

Отлично.

Ну, что же, теперь главная причина посещения Храма.

Истелла…

Подобрался, внутренне подготовился к любому развитию событий, уж слишком девка сучная.

— Прекраснейшая, позволь преподнести тебе этот дар, выражающий малую благодарность за твой подарок!

Бесценный камень богиня благосклонно приняла, но вызова к ней не последовало, не появилась и пластина. Интересно, ее напугал мой новый статус или возникли некие другие причины? Например, приказ Кроноса не работать со мной? Ломать долго голову не стал. Как в той поговорке: баба с возу — кобыле легче. Тем паче задачи стояли грандиозные.

Глава десятая

11.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг

— Лэрг, на данный момент Дому требуется отличный стряпчий и казначей. Эрин Брукус, при всем своем профессионализме, один со всем не справится и уже не справляется, еще ему нужны грамотные помощники, — не успели выйти из Храма, как управляющий связался со мной из банка и вновь слезно пожаловался на загруженность, а также у него возникло множество вопросов, связанных с юрисдикцией образовавшихся владений за пределами нашего континента, — Если есть кандидаты, то привлекай, предупреждай сразу, клятва пожизненная, впрочем, и работа на Сумеречных продлится не один век. Дер Вирго, это касается и тебя. У нас проблема с людьми при постоянном цейтноте.

— Имеются на примете разумные, не все они аристо, и даже не люди, но поговорю, — ответил сотник.

Мы вернулись в таверну. Дэст амин Роок уже ожидал нас, а я, заметив Чумного доктора в общем зале, отделился от честной компании.

— Буду минут через десять, — сообщил спутникам.

Если изначально хотел передать камни душ неизвестной стороне за пределами Демморунга, то с получением умения ставить метки от Ситруса, планы пересмотрел. Нужно было постараться понять, кому предназначался товар, поэтому каждый кристалл я намерен был промаркировать. Пусть энергии и требовалась прорва — хватило бы на зарядку полсотни раз ятаганов. Но оно того стоило. Из двадцати двух кристаллов только шесть решил отдавать настоящих, «разбавив» их восьмью от Оринуса и столькими же от Эйдена.

— Если все у вас готово, вот здесь появились неподконтрольные Империи земли Тьмы и Хаоса, предлагаю совершить сделку там, — указал на карте место в катакомбах, — Завтра же я уезжаю из Демморунга. И меня не будет минимум пять суток. Думайте, решайте.

— А мертвецы?

— Мы же в глубины соваться не станем. Место я указал на границе. Уверен, ты можешь становиться невидимым для них, я так же.

Визави задумался, но сообщений никому не отправлял.

— Хорошо. Сделаем сегодня. Через два часа устроит?

— Да.

Дальнейшее обсуждение свелось к клятвам на крови о том, что сделка произойдет без всяких эксцессов, как и об общей ее секретности. Расстались не прощаясь, к моей радости метку на себе визави не определил. И не снял.

Отлично.

Но трудно отслеживать приблизительное расстояние и накладывать маркер на карту Демморунга в режиме онлайн, пытаясь понять маршрут злодея. При этом продолжать вести другую осмысленную деятельность.

Я сразу проследовал к соратникам и элитному кровососу, всех застал цедящими вино. Уселся напротив гостя. Вытащил чашу из хранилища Леймэла, попросту материализовав ее в руке. Посудина с черепом очень заинтересовала вампира, он довольно долго и пристально всматривался в нее. Прочесть же эмоции гостя не получалось. Вообще, тот словно их не испытывал, а может так и было. Мало данных у меня имелось по этой расе, чтобы говорить наверняка.

— Я связался с Советом. Твое предложение нас заинтересовало, — амин Роок посмотрел внимательно, отслеживая мою реакцию, — И мы готовы поставить сто измененных варсов в течение трех лет с соответствующей амуницией, как и предоставить десять мастеров зверей, которые будут наблюдать и корректировать в нужном русле их развитие, помогать с дрессировкой. По предварительным оценкам, если никаких дополнительных пожеланий не будет, то общая стоимость контракта составит двадцать миллионов сто тридцать пять тысяч империалов. Половину требуется внести сразу. Если будешь формировать полноценные боевые двойки, то необходимо уведомить нас заранее, лучше всего за два месяца. На остальных животных получишь скидку около тридцати процентов.

Дер Вирго услышав сначала количество и цену, не удержался и присвистнул, а затем с неким восхищением покачал головой, Турин воспринял вводные более спокойно, хотя изумлен был не меньше.

Итак, полноценная боевая двойка включала в себя, помимо варсов, восемь талларов — тварюг похожих силуэтом на поджарых волков, каждый в холке превышал метр. Два самца и шесть самок. Они вели наземную разведку, охотились для пропитания остальных или загоняли дичь. В схватках тоже являлись подспорьем. Обладали острейшими клыками и когтями, запредельной выносливостью и силой, развивали дикую скорость.

Четыре гроу — птицы, напоминавшие земных коршунов, каждая достигала полуметровых размеров. Они могли часами находиться в воздухе. Как наблюдатели — лучше не придумаешь, потому что имели способности сравнимые с моим «призрачным вороном», то есть видели многое скрытое от обычных глаз. Темнота для них не являлась помехой. Если требовалось, то атаковали сильных противников по типу гарпий.

И две пары ликунов — шестилапых полуразумных обезьян ростом около метра, которые обихаживали животных, следили за снаряжением. В общем, весь нехитрый быт находился в их епархии.

Все участники двойки передавали информацию в режиме онлайн вожаку — варсу-самцу, выступавшему командным центром. В свою очередь, он мог транслировать ее мне, а если я отсутствовал, то сам принимал решения в зависимости от поставленных задач. Прямая связь в группе поддерживалась на расстоянии до тридцати лиг, на землях Хаоса показатель должен был снизиться минимум вдвое. До трех сотен километров — все животные четко знали в какой стороне, и кто из них находится. Свойства и умения каждого члена в большей мере зависели от мастеров зверей, а также пожеланий владельца и размера его кошелька.

Решение я принял, едва ознакомился с рекламным проспектом.

— Требуется пока только Злому и Бестии. Доставить всех животных необходимо в течение месяца. Опробую в походе, там определюсь по остальным. Сколько это будет стоить?

— Тебе ведь лучших из лучших?

Кивнул.

— Тогда добавляй еще по семьдесят за одного таллара, по сорок пять за гроу и по двадцать за ликуна. Итого восемьсот двадцать тысяч. Это со скидкой. Кстати, их привязывать не требуется, процесс происходит автоматически, через варсов. Там я сделаю все сам. После формирования устойчивой связи, ты можешь напрямую отдавать приказы любому члену двойки. Эти животные точно так же на начальном уровне развития обладают возможностью наедаться и напиваться впрок, и данный показатель будет доведен до стандартного года; не проваливаются в снегу, в песке и в других подобных материях. Способны передвигаться в межреальности по теневым пустыням. Нечувствительны к жаре и холоду. Им не страшно падение с большой высоты, отлично держатся на воде.

— Я согласен. Еще один вопрос. Каков реальный процент неудач при приручении варсов?

— В отличие от твоих, не больше десяти. Многое, конечно, зависит от кандидатов. Но мы проведем предварительно тесты на совместимость. Тогда конечный результат заметно повысится, впрочем, даже в таком случае стопроцентных гарантий никто не даст.

— Могут ли обычные хуманы, демоны и эльфы с ними взаимодействовать?

— В целом, никакой разницы. Соискатель должен обладать сильной волей, задатками магических способностей и другими качествами, которые к расам не имеют никакого отношения, исключением являются гномы. Но в большинстве своем, несмотря на преимущество, которые дают именно варсы, те же демоны и эльфы предпочитают различные вариации кошачьих, хуманы, да и аристо, тяготеют к боевым единорогам и лошадям, орки — к разновидностям волков.

— Ясно. Что скажешь, по дрессировке и развитию способностей у моих?

— Я получил разрешение и буду находиться рядом в течение даже не года, а четырех лет, следить за выполнением условий нашей сделки, поэтому на этот счет можешь не думать. Еще, до меня дошли слухи, что ты убил дракона. Это так?

— Да.

— Если правильно использовать его мясо и чешую, как и некоторые крайне редкие ингредиенты пока они свежие, например, огненную железу и желчь, то можно значительно повысить многие показатели питомцев. С уверенностью могу сказать, у варсов при правильной диете и моем вмешательстве, разовьются способности к огненной магии. В перспективе, даже без всякой сторонней защиты, они смогут пережить залп драконов, и в ответ сами прожарить не хуже. Конечно… Это при удаче. Но приступать нужно сейчас, если, конечно, туша осталась у тебя.

— Турин? — посмотрел я на сотника.

— Все законсервировали, — на первый взгляд спокойно ответил тот.

— Отлично! — неподдельно обрадовался кровосос. Я подозревал, что он проводил какие-то свои изыскания. С этим следовало аккуратно разобраться.

— Когда потребуется, сообщишь, и тебя проведут к дракону, — сообщил лэрг, дождавшись моего разрешающего кивка.

— Прямо сейчас и займусь.

— И еще, к утру они будут готовы? — спросил уже я, — Собираюсь дней на пять в земли Хаоса. Сегодня хотел обкатать зверей, но образовались дела, требующие моего внимания.

— Да. Однако помни, максимум через декаду я должен буду лично скорректировать изменения. Скажу одно, не сможешь появиться до этого срока — обесценишь все труды.

— Понял. Если их ранят, что не исключено, как и чем лечить?

— В большинстве случаев ничего не потребуется. Хотя… Это же у тебя аналог четок Гринваля? — указал на предмет пальцем.

— Нет, это они.

— Даже так! — удивился вампир, — Тогда если имеются свободные камни под заклинания, то могу вложить в них два высших исцеления именно для варсов. Это обойдется тебе в тридцать тысяч империалов.

Дер Вирго поперхнулся вином.

— А что так дорого⁈ Они же одноразовые! — вмешался он в разговор.

— Специфика. И это вдвое дешевле за практически персональную «Ауру Сантира», чем она стоила бы для других разумных. Глэрд Райс стал привилегированным клиентом Кровавых Островов, только поэтому такая низкая цена. Конечно, если у мэтра есть в арсенале нечто подобное, то… — позволил себе добрую улыбку амин Роок.

— У «мэтра» такого нет, — медленно и зло цедя слова сквозь зубы, произнес колдун.

— И неудивительно. Наша магия очень отличается от истинной. Конечно, тебе это известно, но проговариваю для главы вашего Дома. Зачастую она более затратна и требовательна, но лучше ее для работы с живыми неразумными нет и, наверное, не будет. Эльфийская — жалкое подобие! — на последней фразе, вампир даже чуть скривил губы презрительно.

— Делай, — протянул четки, в которых находилось так и неиспользованное заклинание дер Вирго.

— Готово! — через пять минут сообщил тот, а я, потянувшись к девайсу, обнаружил их наличие, — Но это на крайний случай. Еще снабжу тебя укрепляющими, целебными и подстегивающими регенерацию зельями. За них — пять тысяч. И советую пользоваться именно ими. В девяносто процентов крайне тяжелых ранений этого достаточно. Кстати, ты можешь получить всех животных из боевой двойки, заплатив лишь за транспортировку, если подробно расскажешь, как тебе удалось подчинить Злого и Бестию, — закинул удочку амин Роок.

— Ты сам видел, как все произошло. Предложил им либо служить, либо умереть. Они выбрали первое.

— Хорошо, — кивнул вампир, поняв, что больших комментариев не получит. Судя по невозмутимости, он и не рассчитывал особо на мою откровенность, — Некоторые считают, что так все легко прошло благодаря ауре Мары, но могу сказать одно, что миазмы смерти здесь далеко не самое важное. Те, кто утверждает обратное, плохо знают саму суть варсов. К чему я? Если захочешь разобраться в данном феномене, я помогу.

Лишь кивнул.

Вот еще одно доказательство, что «народные» умения, завязанные на алтарь, и навыки, получаемые от убийства сильных сущностей и относящиеся к Скупому звездочету, вступали во взаимодействие друг с другом, порождая нечто свое, особенное.

Затем мы коллективно изучили бумаги, ни я, ни маг, ни Турин, не нашли в них ничего крамольного. Первая партия из двадцати животных должна была поступить сразу после длинной сумеречной ночи, то есть в следующем году. Явно довольный вампир отправился в банк, там эрин Брукус должен был выплатить половину от заявленной суммы контракта, и полностью расплатиться за талларов, гроу, ликунов, лекарственные заклинания и зелья.

— Дер Вирго, что скажешь по артефактам? — требовалось закрыть еще один важнейший вопрос.

— Очень и очень много полезных, но проблема для тебя в том, что часть из них вступает в конфликт друг с другом. Еще ты ввел ограничение на использование божественной энергии. Поэтому наиболее универсальными из этого списка станут три набора. Первый, «Владыка Огня» он здесь представлен четырьмя артефактами, несущими в себе следующие заклинания: «огненная стена», «огненная стрела», «огненный поток» и «огненная сфера», до полного не хватает: «смерча», «дождя» и «призыва элементаля». «Владыка Холода»: «ледяные лезвия», «стена стужи», ее же «торнадо», «град» и «ледяные колья». Из третьего набора — «Гнева Тарга», имеется только «метеоритный дождь». Заметь, это наборы. Объединишь — их мощь возрастет. Еще, все они прошли изменение в горниле Хаоса, привязываются к родовому перстню, то есть, не нужно таскать на себе. Добавь к этому уникальные аккумуляторы, благодаря которым можно трижды, а где и четырежды использовать заклинания максимально возможной для них мощности. Дополнительно, она, благодаря твоему управляющему амулету, настраивается. Проблема может быть только в одном, как со всеми подобными артефактами, их хватает только на двести-триста активаций, в процессе работы они саморазрушаются. Выгорают. Здесь помечено, что они ранее не использовались. Впрочем, для возникновения надобности в таких средствах столько раз… Сомнительно, что ты сможешь исчерпать ресурс при своей жизни, — услышав вывод, лэрг хмыкнул, — Еще хотел сказать. Я не знаю, за какую цену тебе обойдутся или обошлись эти сокровища, но если за приемлемую, то в целом Дому не помешали бы все из списка. Здесь, признаю, они могут стать подспорьем. Так, Турин?

— Да, дер Вирго абсолютно прав. Случаи бывают разные. Учитывая же возможный накат нежити сумеречной ночью на Черноягодье, то просто необходимы.

Всего тридцать две позиции.

Связался со Смотрящим из Тени по Халдогорду, сначала сообщил о десяти в качестве виры, а затем спросил:

— Эрлглэрд Клайн, как смотришь на то, что за остальные из списка я предложу камень душ? Понимаю даю много, — оборвал все возможности к торгу, — Но тебе повезло, у меня возникла в них надобность.

Думал тот недолго.

— Договорились, — в голосе послышалась неподдельная радость.

Еще бы, фактически выходило, что он не только не платил мне отступные за грехи своего ставленника, а реализовывал залежалый товар к собственной выгоде. Слишком специфичные вещи, требующие от пользователя, обязательно аристо, либо очень высоких развитых магических способностей, либо аналог моего управляющего кольца. За реальную цену такое не продашь. Да, даже за десятую часть их стоимости, камень же — это настоящие деньги. Тем паче, теперь, когда их стоимость будет только расти (по мнению окружающих). Для бандитов такие средства поражения избыточны. Аналогия — тяжелый глайдер прорыва, пусть и устаревших модификаций, криминальные структуры на Земле могли реализовать и продать на те же Дикие Территории или ракетные комплексы «Немезида-I», но начни они их использовать сами в «работе» и цивилизованных местах, как быстро бы отправились в иной мир или приняли участие в игре «Право на жизнь».

С лидером мафиози договорились о передаче всего и вся через пять часов, рандеву должно было состояться в катакомбах. Плюс, они мне должны были доставить голову «беглого» темного эльфа, которая послужит устрашением для отморозков, рассказывая о длине рук Дома Сумеречных.

Нормально.

Напоследок сообщил смотрящему:

— Кстати, рассмотрю и другие позиции, например, меня интересует линейка артефактов мощнее и лучше Арракса, как и Горра. Лечебные амулеты, постановщики охранных периметров, куполов незаметности и безмолвия, строительные артефакты, персональные эвакуаторы. Можешь даже составить общий из список всех имеющихся, выберу необходимое, о цене договоримся. У меня есть, что предложить взамен, помимо банального золота.

— Сделаю, — и я в этом ни капли не сомневался.

Но шевелиться он начнет после успешной сделки, подменять камень я не собирался, это продемонстрирует честность намерений, и мою общую серьезность. Да, было за что наказать виновников — наказал, но в целом, работать со мной оказывалось выгодно.

Обрадовал мага результатом предварительных переговоров.

— Какие планы? — спросил Турин, ему очень хотелось, чтобы я уже сегодня принял знахарку в Род.

— Сейчас взглянем на герцогский подарок, после определюсь с дальнейшим.

Перенеслись с помощью телепорта сразу из обеденной комнаты к Багряному форту. Все же отличное подспорье — возможность перемещаться мгновенно, пусть и в пределах Демморунга, экономило время запредельно. Трое гвардейцев осталось в таверне, а четверо последовали с нами в портал.

Многочисленные разнообразные монументальные укрепления, и их остатки, на территории Нижнего города свидетельствовали о том, что строительство Демморунга длилось не одно и даже не два столетия. Сегодня они утратили свое первоначальное предназначение, так как изначально располагались далеко за пределами стен Верхней крепости, затем в какую-то из эпох попали в городскую черту.

Нигде слова лэрга не расходились с реальностью, но увиденное меня никак не огорчило. Толстые стены высотой около семи метров образовывали прямоугольник, над ними возвышались девять массивных круглых башен: четыре расположились по углам, две с обеих сторон от мощнейшего барбакана, остальные — по центру трех стен. Квадратный даже не донжон, а практически полноценный замок нависал несокрушимой громадой над другими сооружениями. Все сложено из темно-красного камня, скорее именно из-за него форт получил название — «Багряный».

Если основные строения выглядели еще более или менее пристойно, по крайней мере на первый взгляд, то остальное представляло жалкое зрелище. Это и остатки от хозяйственных и жилых строений, многие напоминали скелеты. Отсутствовало не только внутреннее убранство, но и сами крыши. Кое-где местами они провалились внутрь, обвалились и несущие стены, по другим сплошь змеились и расходились трещины.

Повсюду кучи непонятного мусора, поросли сухой травы, кое-где пробивался кустарник и даже полноценные деревья, мох по стенам и прошлогодние гирлянды каких-то ползучих растений. Внутри сердца крепости с демонтированными дверьми воняло сыростью, гнилью и чем-то противным. Откуда-то раздавался непонятный скрип. Заглянули и в пустой подвал. Здесь, к удивлению, было довольно сухо, воздух в целом свежий, что свидетельствовало о приличной вентиляции. Два подземных этажа. Я знал о четырех тайных ходах, выводящих отсюда на первый и второй ярус общегородских катакомб, которыми порой пользовались бандиты.

— Тут хорошо бы за пару месяцев управиться с основным… Нет, через полторы декады мы никак не приведем его в порядок, — прокомментировал разруху Турин, — Так что, к началу формирования полка точно не успеем. Все как я и говорил.

Дер Вирго пробормотал какое-то ругательство.

— Ты еще упоминал, что «пустых и годных» фортов полно? — мне нужно было самому посмотреть на это строение, а также оценить квартал рядом, почти две трети которого принадлежали Дому Сумеречных — их выкупили у черноягодцев, уверен, вскоре последние начнут рвать на себе волосы.

— Шесть точно на этой стороне, в портовом районе два и поблизости южных ворот пара, может, остался один. Направление популярное. Специально этим вопросом не занимался.

— Вот и займись, все выясни, если не станут чинить препоны и цена не сильно завышена, то выкупи один подходящий под наши задачи. Деньги возьмешь у Брукуса. Если же попытаются препятствовать, то поговорю с герцогом лично.

В целом, ситуация и здесь понятна. Вообще, по-хорошему, выбрать бы время и оценить каждое приобретение, включить его в общий план, но именно с этим бесценным ресурсом пока наблюдался затык. Решаемые мною сейчас задачи на порядок превышали по значимости любые другие, как бы не казалось разным гумми и бизнесменам от сохи обратного. Пару раз уже пришлось, нет, не повысить голос, но расставить правильные акценты, когда тот же Брукус начал постоянно отвлекать меня невнятной бытовухой. И ведь все полномочия у него имелись, никто над душой не стоял, на что и указал.

— Пока перебросьте меня в дом вдовы, сами в течение часов пяти можете заниматься по планам или отдыхать. Затем потребуетесь. Необходимо будет привязать артефакты, которые к этому времени, надеюсь, уже будут у меня.

— Амелию сегодня в Род примешь? — в третий раз за сутки задал один и тот же вопрос лэрг.

— Приму. Но ближе к ночи, — получив тот же самый ответ, что и раньше, соратник отчего-то обрадовался.

— Может и меня тоже? — влез дер Вирго.

— Не получится. Энергии в алтаре мало. Вполне возможно, по возвращении из поездки. Ты себе пока достойный кинжал подыскивай.

— Всегда так! — пробурчал недовольно и едва слышно под нос маг, реплику мы с Туриным пропустили мимо ушей.

Оказавшись в уже родных пенатах, я тепло поздоровался с ожидавшим меня Кевином, выдал ему сразу же указания, что закупить в первую очередь. И через десять минут наконец-то остался один. Вытащил пластину Мары из хранилища Грогуса, которое определил под алтари. Капнул на нее кровью и воззвал к царице царства мертвых.

Отклик практически мгновенный.

Я оказался в огромном зале. Похоже, храмовом. Освещался он пламенем из многочисленных жаровен. Двадцать шесть белоснежных каменных колонн, с вырезанными на них незнакомыми рунами, образовывали две окружности — внешнюю и внутреннюю. Капители и потолок строения скрывала непроглядная клубящаяся тьма.

В центре на мраморном полу двенадцатигранная призма из черного серебра, над которой постоянно возникали непонятные голографические символы, порой принимающие самые причудливые очертания. Мощность искажений дикая, если правильно соотносил, то превышала в разы и от алтаря Кроноса, и от стелы Оринуса. В шести шагах от меня стояла женщина, от которой веяло величественностью.

Красивая, тип внешности близок к земному нордическому. Высокий лоб, заостренные черты лица, огромные синие льдистые глаза, в которых читалась мудрость, некое вселенское знание — такие пришли ассоциации, белоснежные вьющиеся волосы, волнами падали на плечи. Чувственные губы. Длинная изящная шея. Фигуру скрывал длинный плащ.

— Мара, — почтительно склонил я голову с ударом кулака в грудь, и поднял взгляд.

— Глэрд Райс, глэрд Райс, — чуть нараспев произнесла она мое имя дважды, обходя вокруг, словно рассматривая неведомого зверя, помолчала, а затем продолжила задумчиво, — я уже почти и позабыла те времена, когда при общении со смертными не сталкивалась с подобострастием. Приветствуют меня ныне обычно на коленях, глядя в пол, если позволяю поднять голову, то в глаза смотреть избегают… Ты же ведешь себя иначе. Что это? Пренебрежение? Оскорбление?

— При всем уважении и понимании твоего величия, на колени я добровольно встану лишь перед Творцом. Да и вряд ли ты удостоила меня аудиенции для того, чтобы полюбоваться, как еще один смертный ползает у твоих ног и лобзает камни.

— Почему ты так решил?

— Потому что ты намного, намного умнее Ситруса, прозванного отчего-то богом мудрости, Оринуса, Кроноса и, уж тем более, Раоноса.

Не знаю, понравился ли богине такой комплимент — никаких эмоций я не чувствовал, изменений в движении искажений тоже не наблюдалась, но она позволила себе намек на полуулыбку. В этот момент сработала защита от Кроноса. Отследить воздействие, несмотря на сосредоточенность, я не смог. Но добавил ментальную броню от Ситруса, от Оринуса работала в штатном режиме.

— Хорошо, — Мара никак не выказала недовольства от провала посягательств на разум, — Мне понравилась и твоя жертва, и твои слова, как понимаю, идущие из глубины души. И ты определенно не глуп, раз понял, что к твоим званиям я не имею ни малейшего отношения. В ответ дарю тебе умение видеть посмертные метки, а также возможность их снимать, и звание моего Вестника.

Обрадовался ли я?

Безмерно. Если бы был безмозглым гумми, который верил в собственную исключительность, как в непреложную истину. И то, что он имеет любые права по факту своего существования, а не выгрызая их. А так, насторожился, и мороз, мороз по позвоночнику. Ведь предельно ясно осознавал с кем разговаривал, и, даже обладая богатым воображением, не мог представить всего могущества сущности напротив. Но четко понимал, что никто ничего не давал никогда без выгоды для самого себя. И то, что она порой заключалась в умозрительных нематериальных категориях дарящего — ничего не меняло в данном уравнении.

Мысли-молнии, сам же произнес дежурное:

— Благодарю за щедрость! — вновь склонил голову, — Однако у меня есть вопрос.

— Удивительно. Еще и «вопрос»… — собеседница улыбнулась эдак по-доброму, а я почувствовал ледяное дыхание ветра, словно стоял обнаженным на том же утесе Кроноса, — Хорошо, задавай.

— Что дает «Вестник» и к чему он обязывает?

— Удивительно, но зришь в корень и меня пока не разочаровываешь. Это звание получаешь авансом. Многого не скажу, главное, что тебе нужно знать, его наличие некоторых… — женщина сделала паузу, — Да, некоторых, пусть и не всех, но заставит задуматься и не совершить необдуманных шагов, по крайней мере, до того момента, пока ты нужен. Мне нужен. Есть задание. Я знаю, что ты вскоре отправишься в вотчину Тьмы и Хаоса. Необходимо передать одному из мертвых властителей, а именно, Отто Постигшему Тьму: «Рахх аскотт ре ногр аркмир онехусс». В свою очередь он должен отдать тебе перстень, — продемонстрировала голограмму кольца антрацитового цвета с печаткой в виде белоснежного черепа неизвестного рогатого чудовища, — Затем ты в любом из чистых пятен призовешь меня при помощи алтаря. Награда будет щедрой — треть сверху от того, что покажут Весы. В том мое Слово!

С последними звуками над призмой появился белоснежный антропоморфный череп, который будто горел в черном пламени.

— Выглядит просто, в чем подвох? Почему потребовался именно я? — в очередной раз паранойя оказалась права — врученная награда лежала в рамках текущей задачи.

Скорее всего, кто-то из божков решил меня уничтожить, используя силы и средства, которых должно хватить с лихвой. И этот кто-то не Раонос, потому что последний плевал на всех и все. Но новое звание недоброжелателей должно остановить на данном этапе. Снятие меток из той же оперы. Видимо, за Отто в случае его скоропостижной и предполагаемой гибели, должен был вступиться кто-то запредельной мощи, следовательно, я мог и не добраться до чистого пятна с добычей. Логично? При данных вводных — вполне.

Мысли сложились в долю секунды. В мгновение.

Богиня с ответом на стала тянуть:

— Скажу только то, что могу, не нарушая Равновесие. С другими возвысившийся архилич вряд ли станет разговаривать и не подпустит к себе. А ты его точно заинтересуешь, ведь по-настоящему о живом младшем истинном повелителе мертвых он слышал лишь из древних преданий. Дополнительно, ты назван богами, пусть и всего лишь одним из них, «Дитем Бездны», с которой высшая нежить, вне зависимости от рангов, довольно плодотворно сотрудничает. Поэтому сразу тебя убивать мертвый колдун не станет.

— И когда я стал младшим повелителем? — задал закономерный вопрос, так вроде бы меня никто не крестил, из известного же про татуировки от Скупого звездочета, тоже никаких дополнительных званий не имел.

— Когда взял под свою руку, именно взял, первую сотню мертвецов. Некроманты и даже архиличи поднимают и призывают их тысячами. У каждого свой путь, вот только им не приносят клятвы верности на… на Тьме, которые не в состоянии нарушить. Еще, именно у тебя есть шанс, без моего чрезмерного воздействия на реальность и не давая никаких козырей враждебным силам. Намекну на трудности, Постигший Тьму не спешит выполнить свои обязательства передо мною вот уже второе столетие. И с большой долей вероятности, Вестника он попытается уничтожить. В твоем случае предварительно изучив феномен практически добровольного служения нежити смертному, — и посмотрела мне в глаза.

Ее взгляд и промораживал, и обжигал одновременно. Скорее всего, имелись и иные воздействия, вот только они не прошли.

Еще одно, отчего-то напрямую Мара не могла мне сказать, пойди и убей должника, забери у него все. Но в целом, пока вела довольно честную игру, с учетом божественности.

— Где искать кольцо? Ведь допросить с пристрастием такую сущность не смогу при всем желании.

— Если архилич растворится во Тьме, то оно спадет с его пальца. Впрочем… Вот, — протянула она амулет, который соткался из самого пространства. Цепочка из светлого металла с треугольником-подвеской, — Артефакт настроен на тебя, и он укажет путь. Даже если искомое будет находиться в межреальности, то компас приведет к отражению, через которое ты спокойно его достанешь при помощи перчатки Иммерса. Действует на расстоянии до сотни лиг от искомого объекта или его проекции. После результативного использования и передачи мне перстня, поисковый амулет останется у тебя. И затем будет показывать, где поблизости имеются вещи, которые можно достать из межреальности, и даже проходы в нее. Считай часть будущей награды.

Я молча убрал «дар» в подсумок.

Женщина же продолжила.

— И да, хотела предупредить сразу, я очень… очень не люблю, когда меня пытаются обмануть, — от ее тона, казалось, температура вокруг упала до минусовых значений, — Поэтому если добудешь кольцо, то сразу же передашь его мне.

— Даже не думал.

— Ну-ну! — и улыбнулась.

Похоже, в курсе про архилича… или нет? Конечно, при планировании я учитывал подобное, но попробуем проверить.

— Мне все ясно. И, пользуясь случаем, хотел задать вопрос, ты не знаешь, где может скрываться Винсент Шумар Покоритель драконов? — не стал рассказывать красочно про его подлость и вероломство.

— Увы, — и королева многозначительно рассмеялась, есть расхожие выражение про серебряные колокольчики, описывающие смех, вот здесь оно было к месту, — Ты ведь иного ответа не ожидал? — и посмотрела с хитринками в глазах.

Плохо.

И не сказала ничего, и одновременно слишком много дала топлива для паранойи.

Больше всего хотелось взять нежно Мару за шею и допросить с пристрастием. Жаль мечта нереализуема.

— Что же, задание не противоречит моим парадигмам, поэтому я его принимаю, — с уже обычным пафосом заявил я.

— А если бы противоречило?

— Тогда отказался бы.

— Однако… — видимо, и такой ответ считался дерзким.

— Но для успешного его выполнения потребуется следующее. У меня имеется «Хранилище Леймэла», можешь сделать так, чтобы его наличие не могли определить ни живые, ни мертвые, из даже возвысившихся колдунов? Как и ни у кого не имелось возможности перехватить контроль над ним, а я мог управлять даже будучи скованным в антимагические кандалы?

— Ты ничего еще не сделал, но уже хочешь получить невероятное. Не находишь это… скажем, неправильным?

— Мара, я наемник. И берусь за такие задания, которые другие выполнить не в состоянии. Например, Оринус пусть не сразу, но пришел к умозаключению, если требуется результат, а не толчение воды в ступе, то нужно делать то, о чем я говорю, а не придумывать нечто свое особенное. И ты можешь посмотреть, сколько для него я уже выполнил успешно заданий. Статистика говорит сама за себя. Кронос и Ситрус, когда это поняли, тоже начали получать необходимое. Повторюсь, если тебе нужно именно кольцо, то я сказал, что навскидку мне требуется для успеха. Дальше, решаешь ты. Сама.

Женщина задумалась на несколько мгновений.

— Хорошо, — направленная волна искажений рванула ко мне, — Готово. Это тоже войдет в награду. Надеюсь, что ты не обманешь моих ожиданий. Впрочем, так или иначе, мы встретимся, — последнее прозвучало, как завуалированная угроза.

— Это точно, — улыбнулся я, и оказался вновь в комнате.

Вернулся в ту же секунду, что и стартовал. Специально время засек. Убрал алтарь Мары, извлек Иргуса. Вновь обдумывая, стоит или нет его использовать? С одной стороны, и так меня нагрузили разными заданиями выше головы, с другой же, вдруг получится выполнить его попутно. Не зря же раньше этот божок не появлялся, но если не ошибался, то он присматривался ко мне.

С Марой все непросто, но ей плюс, за то, что не стала рассказывать сказки про благодушный прием у мертвого колдуна.

Иргус подстраховался. Не вязался образ среднего роста толстяка, явного сибарита, с суровым северным гористо-лесистым пейзажем. Я оказался у подножия скалы, в глубины которой вел практически черный зев пещеры. Рядом с входом и стоял божок. Ничего похожего на сосредоточие силы вокруг не наблюдалось. Похоже, действительно, опасался призыва Бездны в собственное логово.

Всегда относился подозрительно к людям, которые даже неосознанно располагали к себе, и тип напротив из такой же породы. А это бесхитростное выражение на добрейшем круглом лице… Посмотришь и сразу хочется безоговорочно поверить его обладателю.

Дорогая одежда в духе людских королевств с неизменными леприконскими башмаками. Как и на статуе в Храме, четыре толстые золотые цепи на короткой шее. Широкий пояс усыпан довольно безыскусно россыпями огромных драгоценных камней. На нем друг за другом, как некие боеприпасы, подвешены двенадцать туго набитых кошелей. Пухлые руки небожитель держал перед собой и даже раскинул их при виде меня, словно желая обнять.

— Иргус, — засвидетельствовал почтение толстяку ударом в грудь и склоненной головой, поднимая взгляд отметил, что тот расплылся в довольной улыбке.

— Глэрд Райс, ты не представляешь, как я рад тебя видеть, пусть пока и не в своих чертогах! — подтвердил мою догадку тот. А еще, последовала ожидаемая атака на мой разум, впрочем, безуспешная. Деятель же продолжал, как ни в чем не бывало, в хорошо поставленном голосе засквозила некая виноватость, не связанная с противоправными действиями, — К глубокому сожалению твой вызов застал именно здесь! Да, мне очень понравился твой дар, и твое понимание, что это я не мешал обогащаться. Более того, безмерно помогал!

Как бы ты еще смог что-то сделать?

Мой бизнес на данном этапе, если отбросить высокопарную хрень в виде «они плохие», «они первые начали», «добро должно быть с кулаками» или «экспроприация ради всеобщего блага», не выходил за рамки вымогательства, откровенного разбоя, грабежа, мародерства, воровства и честных трофеев с убитых мною. Именно эта деятельность давала топливо для последующих свершений, а не тот же постоялый двор, в который вложено столько средств, какие вряд ли окупятся за несколько десятилетий, если брать во внимание именно торговлю товарами и услугами. Другое дело, что моя выгода лежала зачастую не в материальной плоскости. Самые же большие средства в имперских золотых получены от ставок на самого себя, где главная награда жизнь. Моя жизнь. Поэтому я сейчас только покивал с понимающей улыбкой на сентенции божка, который сразу взял быка за рога:

— Поэтому и ты должен мне помочь! Извини, что без всяких прелюдий перехожу сразу к делам, но времени мало. До меня дошли вести, что ты отправляешься на мертвецкие территории, которые лежат в землях Тьмы и Хаоса. Так ли это?

— Все так.

— Тогда заглянешь по пути в град свободных людей — Малгрив, там нужно убить некого эрина Пауля Оглэста. И сделать все в течение шести декад. За это я тебя щедро награжу!

— Поклянись перед Весами, что этот эрин поклоняется Раоносу или связан с ним, приносит кровавые жертвы в виде разумных на алтари лживых богов?

— Нет! Такого за ним не числится, он верный почитатель Кроноса, — хотя явно хотел солгать, — Разве мало того, что он плюнул в мою статую в Храме! Оскорбил меня! И справедливая кара должна настичь его…

— Ты обратился не по адресу. Это задание идет вразрез с моими внутренними парадигмами. Поэтому — нет.

— Ты смеешь мне перечить? Богу⁈ — неожиданно пророкотал тот, а из пещеры потянуло замогильных холодом и запахом тлена. Интересно. Это больше бы подошло Маре.

Неубедительно.

— Смотрю на тебя Иргус, и удивляюсь. Ты гораздо умнее того же Ситруса, но… Скажи, ты точно мои звания прочитал? Я личный враг бога, я пролил кровь бога… Как думаешь, перечил ли я им или нет? И точно так же, как и тебе, ответил даже Кроносу, когда задание не соответствовало моим честным устремлениям. Запомни, я несу добро и свет во тьму, ты же мне предлагаешь стать разносчиком зла и хаоса!

— Ты — Шкипер и Вестник Мары! — как-то обличительно ткнул в меня пальцем, — Дитя Эйдена и Бездны! И тебе претит банальное убийство?

— Еще раз повторю, твое задание противоречит моим основополагающим принципам, — не стал вдаваться в дальнейшие пространные рассуждения, пусть додумывает сам, насколько у меня в голове лютый бардак. А сейчас самое важное, — С тобой, даже если ты где-то мне и помог, я расплатился в полной мере, еще и авансов выдал не на одну сотню миллионов полновесных красных золотых. Другие бы боги в пляс пустились от обретения на ровном месте бесценного артефакта.

— Ты еще не услышал о награде! — не стал упорствовать божок, что я ему чего-то недодал.

— Смысл? Отвечу, как и Верховному: зачем нам, словно тупые девки обсуждать несбыточное, не лучше ли поговорить о настоящих делах.

— То есть ты отказываешься убивать эрина…

— Отказываюсь.

— Ты меня разочаровал. Я в печали, — настолько фальшиво тот скривил рожу, что становилось понятно, ему плевать, — Все, уходи! — махнул пухлой ладонью, и я оказался вновь в комнате.

Этот урод не стал останавливать бег времени. Учтем.

Но, интересно. Вероятней всего, божок проверял какую-то свою теорию, и настоящая причина необходимости во мне будет озвучена в следующую встречу, где я, терзаемый чувством вины, за отказ в помощи, с радостью возьмусь за другое гнилое или гиблое дело.

Глава одиннадцатая

12.06.589–15.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг — земли Хаоса и Тьмы

Сердце Иратана поднималось все выше и выше. На лазурном небе ни единого облачка, взошла и дневная луна — Око Древних, выглядящая сейчас вполне дружелюбно, а не предвещая беду, как перед Сумеречной ночью. Улицы Демморунга пока полупустые, но уже открывались всевозможные лавки и таверны, застучали где-то поблизости по металлу кузнецы и молотками плотники.

Злой находился в радостном предвкушении, и, несмотря на собственную массу и груз в сумках, вьюках и тюках, превышающий ее раза в полтора, ступал по мостовой центрального проспекта легко и бесшумно. Ход у зверя был плавный. Я чуть покачивался в хитром довольно удобном седле-кресле. За спиной в специальных креплениях развевались стяги и штандарт Дома Сумеречных, рассказывая каждому о всаднике.

Слева держалась Бестия. В поклаже на животных, предназначенной в основном для гоблов из племени Парящих в Ночи, я замаскировал ценных пленников — старшего жреца Раоноса, главу Седьмого особого отдела по Халдагорду вместе со зверопассиями и Королей Дна. Мешки Рунигиса и антимагические кандалы позволяли не беспокоиться о сканирующих заклинаниях на выезде из Речной крепости, а погружение всех фигурантов в глубокий здоровый сон исключало любые глупости с их стороны.

Справа ехал радостный Турин, решивший меня проводить до выезда из города. Его конь на фоне моих зверей теперь не смотрелся великаном, скорее, карликом. Сам же сотник оказался заметно ниже, впрочем, изменять своему боевому товарищу, тот даже не помышлял, более того:

— Глэрд, если ты задумал пересадить нас всех на варсов, знай, по своей воле не променяю Кринга ни на кого другого. Да, пусть у меня с ним иная связь нежели, чем у тебя со Злым и Бестией, но она не менее прочная, и он мне настоящий друг, который не раз и не два спасал жизнь! — заявил сотник вчера.

Даже не думал о таком, учитывая, что вокруг теперь собрались все больше люди состоятельные, которые вполне могли себе позволить траты на ездовых животных.

Сейчас мысли вновь возвращались к богине любви. Сука. Кружила вокруг с непонятными и невнятными затеями. И воздействовала в большей мере на соратников. Да, у того же дер Вирго крыша и без всяких небожителей прохудилась давным-давно. Ее крыть и крыть до выздоровления. Но подозревал именно Истеллу в диких поползновениях мага по отношению к белогривой, минимум, пятнадцать раз останавливался на Аттэ. Теорию, что небесная девка не выпускала из внимания никого из ближников, подтвердил и Турин. Вчера вечером я принял в Род и Дом Амелию, толкнул пафосную речь про силу любви, ведущую к величию и детям, продолжателям великих родительских дел, простил знахарке все долги. После «молодые» отравились в Храм, а я в подземелье.

— Заснуть не мог, даже не верится, что все решилось столь благополучно. А Истелла лично одобрила наш брак. Смотри! — спутник продемонстрировал в четвертый раз колечко, как и у меня. Только у них с избранницей украшения появились возле алтаря богини после просьбы о благословении союза.

— Это хорошо, — не стал рассказывать о собственном виденье вселенной.

Ни к чему.

Меня же интересовало эмоциональное и психологическое состояние своего окружения. И несмотря на многие позитивные качества того же лэрга, слишком много у них всех было завязано на эмоции. Это не так хорошо, как хотелось бы, но и не так плохо, как подумал бы закоренелый циник, всего лишь следовало всегда учитывать данный фактор. Все мы люди.

— Присмотрись к Кронгу, проверь его. И подумай, где больше всего он принесет пользы Дому. Далее, будь пока в Демморунге, где-то через двое суток я тебе передам координаты тайников.

— Дер Вирго интересовался по поводу раздела добычи, — кто бы сомневался.

— Треть ваша, но из нее требуется заплатить справедливо гвардейцам. В мою долю обязательно войдут древнеимперские зеркала. По остальному определимся позднее. Деньги пока есть у всех. Мэтр пусть работает, определяя, что нам досталось.

Сам же вновь и вновь обдумывал, все ли сделал необходимое. Так, без всяких проблем вчера обменялся с Чумном доктором в катакомбах. Получил все строго по списку: двести двадцать миллионов — колода в векселях по двести пятьдесят тысяч, поддоспешник Иммерса, его же колчан и отмычки. Если необходимый атрибут лучника выглядел вполне себе традиционно, то последние представляли собой неприметное кольцо на мизинец. Без энергии и привязки они никаких функций, кроме декоративных не несли. О чем сообщило помимо мага умение Эйдена. «Познание сути» же требовало слишком много энергии — почти четверть всех запасов, поэтому его не использовал, смысла пока данное действие не несло. Получил пятнадцать мешков Рунигиса, хранилищ Грогуса — три, по пять колец Повелителей магии и Орустов Денвера. Их сразу же убрал в схрон от Леймэла. «Жезл стойкости Оринуса» — заполненный энергией Однорога под самую маковку типичный жреческий атрибут, не стал разрушать, как показала практика — слишком получался малым КПД. Появились мысли, как сменять шило на мыло.

Из всего добра привязал к себе только поддоспешник с помощью мага. Остальные предметы из наследия убрал в хранилище Грогуса, а его в банковскую ячейку, как и векселя. Телепортация — это вещь из вещей.

Ожидая рандеву с бандитами, встретился с некромантом Рэнгом Собирателем Костей, он принялся меня увещевать открыть приют для детей-сирот, и оказалось темный маг довольно неплохо сошелся с эринессой Анжелой Рунгар, являвшейся одним из лучших учителей хороших манер на Ариноре, которую я освободил от рабских оков. Поручил им обоим разработать реальный проект школы-пансиона с военным уклоном для детей аристо и обычных разумных, каждый на тысячу. И приходить с ним, а не с невнятным: «было бы замечательным отрыть…». Первоначальный срок — три декады. Указал на возможность использовать пустующие площади и постройки, для этого связаться с эрином Брукусом. Уверен, тот мне пошлет лучей добра.

Посмертную метку от Воплощения гнева Синеликой Архи убрал после принятия Амелии в Род, хотя это мне стоило практически обнуления энергии, затем для ее восполнения хотя бы на две «ауры власти» пришлось убить восемь мини-драконов из пока неподконтрольных Кощею. Да, ценный ресурс, но быстро только так.

С сожалением отметил и то, что прием в Род двух новых членов увеличил емкость алтаря, хорошо если на десятые доли процента от имеющегося объема.

Обмен с бандитами тоже состоялся по плану. Дополнительно мне вручили башку темного эльфа в мешке. Маг с Туриным привязали боевые артефакты, как и «Владыку пространства».

Остальное время ушло на подготовку к путешествую. Правильному размещению грузов, закупленных Кевином, который вместе с вдовой Енгой тоже поддались общим тенденциям и попросили благословения на брак.

Вычленил и местоположение фигурантов сделки с Чумным доктором в количестве трех, именно на столько неравномерных частей была поделена добыча. Одна куча осталась в Верхнем Демморунге, остальные к ночи пропали с радаров, что говорило о перемещении хозяев куда-то далеко. Не остался на месте и сам исполнитель, он тоже исчез.

В целом, сделал фактически все, что планировал, включая разговор с эргом Валенсом, который сотворил чудо. И точно указал кто остановился в указанных мною местах на голограмме. На каждого фигуранта, так как они подходили под описание «богатых стариков», у того нашлось толстое дело. Опять Азалия или таки мои четкие указания?

Вообще, за сумеречную ночь он наработал материала невероятно много, если сложить все листы, исписанные вручную красивым убористым и понятным почерком, то получалась кипа не менее полутора метров в высоту. Утрировал, конечно, но где-то близко. Валенс указывал проверенные данные, начиная от особых примет объектов и заканчивая основными сферами деятельности их Дома, экономические и политические связи, в отдельной приложенной папке содержались слухи и данные требующие уточнений.

— Это ты один сделал?

— Нет, — смущаясь и краснея, словно невинная девица, тот поведал, что ему помогали две эринессы, которые фактически являлись его женами.

Сошелся Валенс с ними на ниве общих увлечений — чтение научно-популярных и приключенческих книг. Сейчас дамы помогали ему во всех начинаниях, обладали живым аналитическим умом. Другое дело, что устроиться куда-то на подобную работу не только в Демморунге, но и в Империи для женщин, не магинь, было довольно сложно. Сказывался общий шовинизм. Взял со всех клятвы на крови, поблагодарил за работу и предложил всем официальную, затем благословил еще один брак (эрг тоже ковал железо пока горячо), в качестве подарка приказал связаться с эрином Брукусом и выбрать нормальный дом пока в Нижнем Демморунге, вместо снимаемой трехкомнатной коморки. Где самое больше помещение — три на пять метров было отдано под рабочий кабинет, поэтому кипы бумаг, книги, тетради, какие-то свитки, находились пусть и в относительном порядке, но даже на полу. Спальня три на четыре метра и такая же крохотная гостиная-кухня.

Еще в поиске и уточнении данных принимало участие шестеро разумных. С них потребовал уже эрга взять полноценную клятву на крови Дому и полноценно ввести в штат. За час я скопировал наработки в родовую книгу, по результату премировал Валенса. И приказал ему обдумать, как организовать службу сбора всевозможных данных, которую пока обозначил, как «Бюро статистики и анализа».

Выдал векселей на десять тысяч на обустройство будущего семейного гнезда.

Сейчас же ехал, смотрел по сторонам и обдумывал все ли сделал из самого необходимого. Вроде бы, да.

Никто нам не посмел чинить препятствия ни на мосту и ни на воротах, стражники часто приветствовали по-имперски, я же свидетельствовал уважение им кивком. Строго по регламентам.

Отдал последние распоряжения Турину.

Наконец вырвавшись из города, варсы, чуя свободу и не чувствуя поклажи, понеслись со скоростью около сорока-пятидесяти километров в час. Могли и быстрее, но меня интересовала сохранность груза. Первую остановку я сделал возле «засеки», которую сотворил высший жнец хаоса во время нашего с ним боя. Еще съезжая на эту дорогу, ведущую напрямую к чистому пятну через горы и лес, отметил отсутствие предупредительных знаков о препятствии впереди.

Не стал делать скоропалительных выводов — вдруг окажется, что расчистили путь. Ничего подобного. И здесь уже нашли последнюю остановку два десятка разномастных телег и фургонов основательно разграбленных и поломанных до непригодного состояния. Скорее всего, кто-то зверствовал после сумеречной ночи. Вокруг кости ездовых и гужевых животных, как и разумных, а еще двое вполне себе бодрых мертвецов заспешили навстречу из зарослей малины.

Защитники, раздетые до гола.

Ничего внятного от них узнать не удалось, кроме принадлежности нападавших к племени Четвертой окровавленной руки, слишком мелкими сошками те являлись, никто с ними планами не делился, а пределов постоялого двора они не покидали, находясь при животных и грузе. Но связался с Туриным и рассказал все. Предложил кардинально решить проблему при помощи так же поваленных деревьев на въезде, а не предупредительных табличках и шлагбаумов, которые злоумышленники легко убирали. Теперь эта наша зона ответственности.

Варсы легко преодолели завалы. И мы напрямую помчались к следующей точке на маршруте. Здесь и я тестировал «Владыку пространства». Больше всего мне нравилось, что в минуту можно было создать три аналога «тверди» и совершить не два, а четыре прыжка длиной или высотой до тридцати метров, а не двадцати. В остальном тот же «Повелитель», однако этот артефакт мог улучшаться. Чем и следовало заняться в следующее посещение Демморунга. Дер Вирго дал указание попробовать пригласить кого-то из продвинутых коллег данного направления.

Гоблы из племени Парящих в Ночи с новыми кандидатами ждали меня в чистом пятне, в котором повстречался с хитрыми торговцами, пожелавшими пленить нас. Оно находилось в дне пути от Черноягодья, если двигаться с обычной скоростью. Поздоровался тепло с шаманом, торжественно вручил ему вновь связку эльфийских ушей, которую тот почтительно принял. Уверен, выкинет сувенир позднее, учитывая, как брезгливо поморщился, но традицию соблюл. Затем передал зеленомордым индейцам груз — от оружия до различного рода сельхозинструментов и другого инвентаря, принял клятву на крови у сорока одного разумного обоих полов.

Отдельно провел инструктаж для ренегатов и предателей, которые сразу после нашего разговора должны были отправиться на поиски племени Четвертой окровавленной руки. Обговорил с ними многое. За всеми делами наступил вечер.

Из шести разведчиков двоих пришлось отправить к Маре, слишком они оказались глупы и плохо воспринимали новую информацию. А сначала провел эксперимент, выехал с ними из чистого пятна на Злом, но без пленников после того, как зашло Сердце Иратана, проверяя защитные свойства знамен.

Действительно, от призраков они оберегали.

Поэтому я не собирался больше терять время. До этого момента опасался, что ценный груз могли привести в негодность эти бестелесные твари земель Хаоса, если начну передвигаться ночами.

Моя конечная цель на ближайшие пару дней находилась в чистом пятне, где отбил у гоблов айсу-рок. Сам оазис лежал в стороне от торгового пути и посещался крайне редко. Попутно хотел из тайника забрать остатки неррита.

Территория вокруг отлична разведана, знакома и за прошедшие декады никак не поменялась. Поэтому именно здесь готовился встречать Раоноса. То, что он после сделки постарается меня уничтожить тем или иным способом, я был уверен процентов на девяносто.

Моя мощь значительно возросла благодаря артефакторным наборам, но полагался не только на них, готовя будущий ТВД со всем тщанием. Разрабатывал возможные пути отхода. Да, я не знал кто мог заглянуть на огонек, поэтому делал ставку на универсальность средств. Варсов пока решил не использовать. Их главная задача — сберечь пленников.

Двое суток я работал, допрашивая всех пациентов и выясняя подноготную, а отдыхая создавал необходимые условия для будущего боя. Если бы занимался только жрецом, то многое могло остаться за кадром. Звероледи отправились к Маре в конце первого дня. Ничего особо ценного они не знали, лишь выступали как свидетельницы и соучастницы различных преступлений своего шефа. Выяснил у них местоположение личных тайников и ухоронок, Короли дна тоже ничего нового не рассказали, за исключением некоторых персональных контактов. Тратить же на них дар от Оринуса, снимающий все ограничения от клятв, счел расточительством.

А вот с ин Ренуа Алым беседа получилась крайне конструктивной, он дополнил картину ин Наороста (первого жреца-ренегата Оринуса-Раоноса, которого прибил я), рассказал о многих скрытых святилищах покровителя на континенте, но больше всего знал о Халдагорде. И да, в Демморунге всю сумеречную ночь эти уроды работали без выходных, создавая камни душ, используя в основном аристо. При чем большая часть детей не с Тирнара, а из Аринора. Про семя Мертвого древа он не знал, как и про изначальный камень. Полностью подтверждая мою теорию, что Кровавый абсолютно не доверял своим служителям. Этот старший жрец был менее продуман, нежели его предшественник, поэтому мало подготовил запасных аэродромов, как и припрятал ценностей, но любое людское королевство купить хватило бы.

Самое важное, он рассказал о связах с Седьмым особым отделом при тайной канцелярии. Выходило, что культ фактически опутал не только его, но и саму контору. Управляющие нити уходили в Лес и Чащобы, а также в Великий Арс. Немногочисленные энтузиасты-фанатики типа глэрда Норгли и его подопечной Ванессы погоды не делали.

Когда у ин Ренуа оставалось два часа до расплаты за нарушение клятв, использовал еще один подарок от Оринуса, который нарушал работу мозга. Проверил пациента, как и обещал Однорогий, в первые минуты не определишь, что перед тобой безумец. Затем призвал Раоноса. Несмотря на то, что процедуру мы полностью оговорили с ним перед Весами, все же подстраховался. Не только не снял антимагические кандалы, а кроме готовности бить на поражение жреца сразу, закрепил ему на голову мину с кислотным зарядом, сверху же водрузил мешок.

Божок перенес нас обоих на красную пустошь секунд через пять, после обращения к нему. Молча явил передо мной требуемое. Пересчитал. Да, двадцать средних солнц Эйнтейри, их убрал в мешок Рунигиса. «Щит Безымянного» — щит силуэтом похожий на воронье крыло с острыми нижними гранями. Он мог защищать от внеранговых магических атак, являлся препятствием и для реального оружия, выполненного даже из туманного адамантита. На моем этапе развития лучше не придумаешь, если не отыщется щит Иммерса, при условии, что таковой существовал в природе.

«Великий ключ Арка» — универсальная отмычка практически от любых запоров, по крайней мере, так утверждал Оринус. Еще при помощи умения от Эйдена становилось понятно, с таким артефактов можно проникать под любые защитные купола, оставаясь незамеченным. Нормально.

«Браслет Оргуса Метателя» позволял отправлять на расстояние до трех сотен метров вполне себе материальные копья количеством до десяти один раз в час, которые можно было заряжать различными внеранговым убойными заклинаниями, начиная от молний и заканчивая прахом. Этот артефакт требовался Оринусу, и он был готов за него «щедро» заплатить, я же хотел к нему прибавить жезл и пока обдумывал ход с «Яростью Кроноса», дабы получить что-то существенное.

Камни силы Тьмы, выглядящие как призмы толщиной с карандаш и размерами с ноготь, пересчитывать не стал. Отправил хранилища с ними в мешок с добычей. Затем опять же последовала оговоренная процедура увеличения родового алтаря и хранилища праны в десять раз. Ожидал возражений Раоноса, так как объем изменился, но их не последовало. Странно. Даже пожалел, что заготовки для спора не пригодились.

И на данном этапе я уже ничего не опасался.

Опять невероятное количество боли, которые выдержал с трудом, но выдержал.

Затем снял со жреца антимагические кандалы, освободил его от мешка и мины, и подтолкнул в спину, отправляя к божку.

— Забирай, он твой, — Кровавый осклабился довольно и предвкушающе, по крайней мере, именно так прочитал эмоции на ящеровской подлой морде. Не сделав и трех шагов, служитель культа при виде господина рухнул на колени с возгласом:

— О, Великий Раонос! Отец мой!.. Всемогучий творец радости в этом мире! — в целом, как уже и говорил, он вел себя на первый взгляд адекватно, на деле же это была лишь видимость.

Я успел, уложившись в пару секунд после появления в объективной реальности, забросить добычу на Злого, когда ожидаемо вновь оказался на красной пустоши. Срочный вызов. Раонос в облике ящера рвал и метал.

— Аристо! Ты! Меня обманул! Ренуа безумен! Он ни что не годен! Он не поддается излечению! Он… Он…— ревел визави так, что сотрясались ближайшие скалы.

— Странно, — ответил спокойно и с видимым безразличием, предварительно медленно и напоказ прочистив мизинцем ухо, — Похоже, ты хочешь меня ввести в заблуждение, — посмотрел с неким превосходством умника над дураками, желающими его обмануть, — Придумываешь то, чего нет! Забывая, что не далее, чем два часа назад я с ним вполне нормально беседовал. И он был абсолютно в здравом уме и трезвой памяти! Клянусь кровью! — произнес с торжеством и некой брезгливостью, мол, врешь, не проведешь. После перевел победный взгляд с пламени на руке на лживого на божка, — Видишь⁈ Огонь аристо никогда не врет! Что ты на это ответишь? «Безумен»… «безумен»! — передразнил, — Придумай другую отговорку, жалкий слизень! Я только не понимаю, что это тебе даст? Даже Весы закрыли нашу сделку!

— Ты… ты… — задохнулся от беспредельной наглости мрочий выползень, но затем его начали терзать сомнения, ведь я вел себя абсолютно уверенно. После продолжительной паузы, тот обличительно ткнул в меня когтистым пальцем, — Это ты его свел с ума! Скорее всего, пытками!

— Ты просил жреца, ты его получил. Целого. А не без рук и без ног.

— Он безумен! Он ни на что не годен… Зачем он мне⁈ — завел вновь старую песню божок.

— Откуда я знаю? — даже плечами пожал недоуменно, — «Зачем он мне…». Я вот думаю, что он мог сойти с ума при виде тебя. Такого блевотного ящера нужно еще поискать, не вяжется он с женоподобным эльфом, проводящим дни и ночи возле зеркала. Когнитивный диссонанс накрыл твоего служителя. Лучше их готовить к реальности нужно! Но опять же, при чем здесь я?

— Он знает все мои оболочки! Или почти все! Это невозможно! Это все ты!

— Нет! В любом случае виноват только ты! Я предлагал решение, но именно ты отказался, глумливо вертя своим толстым хвостом. И смердя, как поганая яма с лирнийскими слизнями. У вас небожителей одна проблема, о которой я сказал, глядя в глаза Кроносу: «алчность — страшный грех», у тебя, белогривка, он еще и подкрепляется другим — «гордыней». Если бы не эти два деструктивных чувства, ты бы мне заплатил за индульгенцию на оговоренный срок, и получил бы своего служителя, перевязанного ленточкой…

— Какой к Эйдену ленточкой?

— Подарочной! А тебя наказывает само Небо! Еще раз повторю, специально для глухих, немых и убогих, всего два часа назад жрец был адекватен! И повторюсь, на мой взгляд, он именно от встречи с тобой, своим господином, слетел с катушек! Хотя и это не факт. Я тебе отдал его живого, здорового, мыслящего. И это зафиксировали Весы! Иначе бы сделка не состоялась!

— Аристо, мы не обговаривали его разумность!

— А кто виноват? Ты признаешь, что совершил ошибку, не заплатив мне за покой?

Ящер насупился, а я принялся увещевать:

— Спрашиваю вновь, готов ли ты купить на ближайшие три дня защиту? Иначе я вновь нанесу тебе страшный удар под дых. И слушай не Ситруса, не кого-то еще, а голос собственного разума, свою интуицию и свое все. Куда тебя завели лживые заветы? Еще раз повторю, не объяви ты меня своим кровным врагом, я бы тобой не заинтересовался. Да, убил бы всех, кто мешал, но целенаправленно не преследовал бы. Понимаешь, те же Кронос и мудрец, они тебя использовали. Например, Верховный, зная на что я способен, сразу меня вежливо попросил, чтобы я не убивал его жрецов, разрушал храмы и алтари, перестал подчинять аватар. При этом он был корректен, предварительно заплатил все, что должен. И даже больше, — сам ведь ныл дедок, вот и будем придерживаться данной версии, — Ты понимаешь разницу в подходе? А сил у него побольше, чем у тебя. Впрочем, и Ситрус поступил так же. Они просто заплатили, а тебя, дурочка, подставили! Тебя! — вновь ткнул пальцем, — Как тупого дикого болотного ящера! И у них получилось это проделать легко. Потому что ты живешь не по правде! Бесчестно! И не своим умом! Вот сейчас в тебе все естество шепчет: заплати, заплати, заплати ему, пожалуйста, возьми передышку, выдохни… Другая же поганая и дрянная суть, тебе нашептывает всякую ересь. И она тебя вновь приведет к слезам, соплям и поражению. Так готов ли ты платить за безопасность или вновь решил, что лучше горевать и посыпать голову пеплом?

— Никогда этого не будет! Никогда!

— Ты сам выбрал страдания, потом не плачь… — проговорил я сурово.

— Тебе сейчас кажется, аристо, что ты опять выиграл, на самом деле, проиграл! Проиграл! Да, ты снял посмертную метку от Архи с помощью Мары, даже получил звание ее «Вестника», которое убережет тебя даже от меня, но Позабытым богам плевать на хозяйку царства Мертвых! А я передал Синеликой твои координаты! Трепещи! Ее слуги уже на подходе, а ты… нет, не умрешь! Для тебя Гратис покажется столом Кроноса! И тогда я спрошу у тебя, готов ли ты платить за минуты без боли, глэрд Райс?..

Глава двенадцатая

15.06.589 от основания Новой Империи, земли Хаоса

…Зелень, зелень, зелень. Лазурь и бирюза неба без единого облачка, блестящие на солнце крохотные речушки и синие блюдца озер. Панорама предгорий начала лета завораживала.

Идиллия.

Ее не разрушила бы даже идущая сейчас с северо-запада широким фронтом грозовая туча, если бы она носила природный характер. Но здесь иное — от крыльев гарпий, нет, не стонало само небо, оно содрогалось. Сосчитать точное количество без нейро — занятие бесполезное. Навскидку около двух с половиной-трех тысяч особей.

Искажения от всей массы пусть и не дичайшие, но очень и очень мощные. По крайней мере, им так казалось. Ведь вся эта масса усиливалась за счет друг друга, уверен, дополнительно подпитывалась извне, а еще возглавляла летучую армию само воплощение гнева Синеликой, выглядящее один в один, как уничтоженная мною предшественница. В целом, более или менее детально картину удалось рассмотреть километров за семь. И глазами Глока. Вывод, еще больше усиливать собственное восприятие за счет богов.

Где-то за пару лиг до подковообразной скалы, обнимающей оазис, с которой я наблюдал за окрестностями, монстры земель Хаоса создали своими телами три фигуры. Центральная образовала знакомый силуэт Архи, а боковые превратились в зловещие чуть приотставшие смерчи.

Гортанные крики сливались в гул.

Если не ошибался и данные от Ситруса верны, наблюдал я за воинством Черного пика. А точнее, его населением. Собрали всех от мала до велика. Эта гора располагалась от моего текущего местоположения почти в двух сотнях лиг. В лучшем случае, преодолели твари их приблизительно за полчаса.

Пол, мать его, часа!

Плюсовать сюда можно еще минут пятнадцать-двадцать на всеобщую мобилизацию.

Итого сорок пять-пятьдесят минут.

Не спорю, крайне быстро, тем паче для местных. Конечно, сыграла свою роль «материнская» божественная поддержка. Драконы и те проигрывали в скорости. Но… За это время я мог легко снять и обнаруженную метку, поставленную на меня Раоносом, чем-то очень похожую на предсмертную, и просто уйти индивидуальным телепортом в тот же Демморунг. Впрочем, не сбрасывал со счетов, что Кровавый думал об однократной помощи Мары в поиске и уничтожении хитрого маркера. В целом же, без специализированного умения подобное не убрать. Поэтому крылатая многочисленная банда меня все равно бы нашла в землях Хаоса. В любом случае. А я, не обнаружив опасности сразу после возвращения в объективную реальность, расслабился бы и счел ложью слова Раоноса. Тем более постоянно показывал, что относился к нему с величайшим презрением. Тем временем твари бы же догнали и покарали.

Могло быть и так, а могло и иначе.

Например, Кровавый знал, я буду не древним аристо, если не дождусь врагов и не убью их всех. Что, собственно, и делал.

Однако, справедливости ради, через полчаса после материализации на Аргассе и обнаружения на себе метки, начал сомневаться в прибытии каких-либо гостей. Ведь предполагал вступать в бой сразу, после окончания аудиенции у Раоноса. И только минут пятнадцать назад неподдельно обрадовался, когда рассмотрел на горизонте черное пятно. Ведь все пока не выходило за рамки рабочих сценариев.

Варсы тем временем удалились на достаточное расстояние, чтобы остаться в стороне. Их миссия изначально не предполагала участие ни в сражениях с возможными аватарами Кровавого, ни в других подобных. Они не доросли. Вводить их сразу… Проще самому прибить. В то время, когда я занимался допросами, звери первые сутки наслаждались свободой и охотой — все, как им и обещал, затем приступили к тренировкам, то есть к геноциду разных порождений Тьмы и Хаоса, начиная от небольших групп мертвецов и заканчивая вполне живыми монстрами.

Дополнительно, проверял с питомцами связующие нити. Оказалось все просто превосходно, оба могли транслировать мне видимое и слышимое ими, как в режиме онлайн, так и посылали не просто какие-то невнятные сообщения, а мыслеобразы, дополненные даже запахами. И команды я мог отдавать также. Предельное расстояние — пока десять лиг.

Сейчас же варсы, как мною было запланировано, работали банальными доставщиками дер Ингертосу многого необходимого, помимо трофеев — черепа и костей Демморунга, и его ближайших подручных, в поклаже находились камни Тьмы, полученные от Кровавого. Это один из лучших компонентов для усиления и возвышения нежити. Поднимать же следовало Фауста и Стального Джо, а также пару хитрых умертвий — практически готовых диверсантов. Ими, по легенде, руководил именно мэтр в силу личной «темности»'. Аспект же усиления не терпел отлагательств. Имелось в грузе и почти полтонны драконьего мяса; два Оруста Денвера; внеранговое кольцо повелителя магии и по мелочи, по мелочи, но достаточно много.

Хотел отправить заодно и неррит, чтобы соратник уже сегодня занялся изготовлением мин, но передумал. Нет у него ментальной защиты сравнимой с моей, как и других важнейших умений: возможности отключать боль и уходить к Маре по своему желанию. Поэтому нужно думать. Пусть, в отличие от дер Вирго, я в морально-волевых качествах мэтра нигде не сомневался, но случаи разные бывали.

К Оринусу пока обращаться не стал, хотя операция «Шило на мыло» завершилась сокрушительным поражением врага и нашим очередным успехом. Не удивлюсь, если Кровавый уже прилепил мне новое прозвище. «Браслет Оргуса Метателя» находился у меня в незримом хранилище, туда же был помещен со всеми предосторожностями еще в Демморунге жреческий жезл.

Я же остался на месте в ожидании возможного нападения и пока не снимал метку, обнаруженную в первые секунды после появления. За целеуказание Архе сам был готов дать лживому божку немало. Почему тогда прошлую снял? Сейчас старая сука действовала в правильных рамках, пусть и по наводке. Битва предполагаема, ожидаема и все процессы находились под контролем. Когда же на тебе постоянно висит мишень, а ты находишься в вотчине монстров, занимаясь делом, то она являлась элементом Хаоса, неучтенным фактором. И внезапное появление какой-нибудь мрази в самый ответственный момент могло разрушить любой выверенный план, особенно тот, где все зависело, скажем, от миллиметров и секунд. Самый же действенный из жизненных законов — Подлости. Он срабатывал практически всегда. Учитывая, что стояло на кону, приходилось наступать на горло собственному же желанию усилиться здесь и сейчас.

Так, наблюдая за приближающимся грозовым фронтом, готовым, как он считал, смести на своем пути все, я настраивал в соответствии с обновленными вводными артефакты, которые намерен был проверить в реальной боевой обстановке. Благо целей громадье.

Конечно, преодоление защиты здесь уходило на второй план. Не дотягивали в своей массе по интенсивности искажений эти скопления даже до белогривых. И как серьезный противник они не котировались. Но в любом случае, подходил к делу со всей ответственностью. Как обычно и как вбито в подкорку.

С психологической точки зрения армада должна внушить страх и трепет. Давить банальной запредельной численностью на любого разумного.

Боялся ли я?

Скорее, искал подвох.

Предполагал противостояние именно с Раоносом, его аватарами, а не с престарелой… пусть будет, «леди».

Впрочем, еще не вечер, может новая Арха еще удивит.

Поблагодарил Азалию. Даже, если появится еще кто-то, это просто королевский подарок. Богиня же удачи — красавица и умница. Мне только алтарной энергии не хватало, как и возможности усилить каналы и увеличить источник праны, пусть и не в разы.

Поэтому наблюдал с затаенной радостью за победно клекочущей, дико верещащей, громогласно орущей массой с вершины «подковы». Рядом со мной трепетал на ветру штандарт Дома. Череп и дракон, казалось, замерли в сладостном предвкушении. Их глаза мерцали.

Рано…

Давайте-давайте, родные! Ближе… ближе…

Впрочем, понукать эту дурную массу не было нужды, она и так перла, словно бессмертная. А еще постоянно отслеживал обстановку вокруг.

Неужели на этом все? Или это таки первая волна? Разведка боем? Вскрытие моих возможностей с исчерпанием резервов, а затем должна последовать настоящая атака?

Энергии же пока в потолок везде, кроме алтаря.

Приблизительно километр… Пятьсот метров…

Цель в зоне уверенного поражения.

Огонь!

И вдарил сразу же метеоритным дождем из набора «Гнева Тарга», «подсветив» в качестве цели центральную фигуру мурмурации и взяв необходимое упреждение. Двенадцать глыб, окутанных огнем, с ревом рухнули, словно из разорвавшегося неба. Врезались в податливую массу центра.

Смяли, сожгли, уронили!

Одновременно ревущими камнями, к правой черной воронке устремилось внеранговое ледяное торнадо, которое по размерам ни капли не уступало идиотскому образованию гарпий. Закружило тоже с воем. А к левому скоплению рванули сразу две огненные стены в середину и выше. Каждое выглядело, как прямоугольник шириной двадцать пять метров, высотой восемь и глубиной поражения до километра, несущийся со скоростью около трехсот-трехсот пятидесяти километров в час.

Бубубухххх…

Слитный, одновременный прилет увеличивал общую поражающую мощь.

Скала под ногами ощутимо, да, что «ощутимо» вздрогнула, почти прыгнула, ударила по пяткам. Вот это понимаю!

И никаких осечек, и никакого противостояния со стороны противника.

Ничего!

Те же огнешары высшего порядка или копья праха не смогли бы преодолеть защиту. Уж мне ли не знать, учитывая сравнение интенсивности искажений защитных полей. Но это внеранговые, сука! Не ждали?

Я завис в воздухе, даже не пытаясь укрыться — лишнее. Наблюдал. Да, приблизительно понимал собственные возможности, но абсолютно другое когда ты видишь своими глазами, как в лед обращаются сотни и сотни метров поверхности, как вспыхивают, будто спички, даже не те, кто попал под удар, они полностью аннигилировались, а находящиеся в десятках метров от огненных стен. Проникаешься. И еще больше, видя, как несется ударная волна, выворачивая шутя огромные, размером с дом, валуны. За ней следует огонь, который не докатился до меня какой-то сотни шагов. А находящихся в воздухе тварей, чудом избежавших гибели, отшвыривает назад и расшвыривает в разные стороны.

Восторг — вот правильное слово.

Это сделал я без привлечения третьих лиц!

Пусть не орбитальный удар, но эквивалент тяжелого боеприпаса — точно.

Магия разрушения, мать ее!

От незримой защиты брони охранителей отскакивали камни, изменение температуры никак не влияло.

Штандарт стоял, как влитой. Глаза черепа и дракона полыхнули синим и красным огнем, когда поглотили энергию, мгновенно расплескавшуюся в нашей реальности от безвинно убиенных.

Двадцать секунд… Никого.

Опустился на горячую поверхность, с сорванным и ободранным до самым скал дерном.

Армады больше не существовало.

Понимал, что это изначально не те противники, я бы их и в ручном режиме, пусть и минут за двадцать нашинковал, но впечатлило не их уничтожение, а скорость минусовки и мощь.

Моя мощь!

Откровенно хотелось восхищенно ругаться матом. Но я лишь выдохнул завороженно: «Млеть!» и добавил: «Как тебе, престарелая м… леди?».

Опасался одного — Архе пришла хана, и плакали мои ресурсы. Что-то она там долго восстанавливалась.

Еще пятнадцать секунд. Вроде бы даже последние камни упали, однако то тут, то там, видел глазами Глока на расстоянии до пяти километров случались обвалы, расходились в земле трещины, проваливались сотни и сотни квадратных метров поверхности вместе с деревьями и даже ушло под землю одно из маленьких озер. Эти явления абсолютно понятны и закономерны — вокруг, по крайней мере, в ближайших сотнях лиг все скалы все пространство под землей изрезано ходами, куда тому сыру.

На всех усилениях и ускорениях я смог и отследить стремительный рывок восстановившейся твари, и понять — медленно у нее получалось даже при использовании навыка. Что не помешало Архе в секунду преодолеть расстояние между нами. Мерзкая тварь зависла снова в десятке метров от меня. Мда… Эталон красоты.

Видимо, каждое гнездовище — это копировальный центр. И даже умения все одинаковые (на познание сути не пожалел энергии, которой ушло чуть меньше, чем на «Ауру власти», на одну в итоге и осталось). Единственное, чем отличались уничтоженная мною блевотная мразь и находящейся напротив — лицами между верхних сисек. И… И у этой в том же районе присутствовали искажения, которые соотнес с мощнейшим многослойном проклятием.

— Я — воплощение гнева Синеликой Архи, Второй дщери Великой Таарии! Глэрд Райс, я — пожру тебя! А затем каждый в твоем Доме познает наш гнев! А он пройдет через века и века, пока твой род не пресечется! И тогда… — практически те же слова, тот же голос.

Подозревая подвох от сторонних сил, не стал вступать в диалог и слушать бравурные речи. «Аура власти» теперь гораздо мощнее, нежели в первую встречу, заставила монстра заткнуться и обмереть.

Перемещение вперед на сверхскоростях.

Привычно загнал оба ятагана в зубастую пасть на животе, туда же отправилось и копье, а в загривок в прыжке дополнительно воткнул меч Демморунга. Его тоже требовалось заряжать.

Мощнейшие насосы мгновенно принялись поглощать океан энергии, плескавшейся внутри…

Сам же отслеживал обстановку глазами Глока, переключался на «Ворона».

Тишина. Зловещая, сука.

По закону больших чисел, в организованном мною локальном катаклизме выжило несколько десятков гарпий. Конечно, из тех, кого разбросало ударной волной. И сейчас с пару дюжин баб пытались организовать тупоголовых самцов. Исходя из связывающих всех участников действа линий искажений, отступать они не собирались. Я же смотрел, как мой алтарь довольно быстро наполняется и считал, сколько продлится действие новой грани умения подчинения.

Оказалось, на данном уровне она вводила в ступор воплощение гнева приблизительно на минуту двадцать секунд. За это время ятаганы с копьем, внутри тела твари, успели не только восполнить запас на новое использование, но и принести еще неплохо. Очень неплохо.

Арха встрепенулась, мысленная команда и мразота снова обмерла.

В следующий отрезок времени, не ожидавшие от меня способности к полету недолюди-недоптицы, познакомились с работой «Владыки пространства» и с булавой в твердой руке. А так, они уже готовились отбомбиться перьями и внести диссонанс в предстоящую арию в честь Азалии. В общем, лишилась Синемордая последних бойцов. Конечно, можно было поиграть и развеяться от допросов и общения с белогривой млетью, но я ждал врага.

Да и дело важнее всего. Плюс проклятия.

Воплощение же, не приходя в сознание, продолжало делиться энергией.

Алтарь заполнялся стремительно.

За час я поднял умение «чувствовать живых» до предела первого ранга, для дальнейшего продвижения, если его выбирать (это нужно делать обязательно), а не новые дополнительные умения без божественного вмешательства, требовалось повысить другие так же до максимума.

Теперь я мог точно определять уязвимые точки уже у живых (если навык мог преодолеть их некую защиту), а также точно знать требующееся время для уничтожения их ятаганами. Кстати, изначально, руководствуясь только возможностью видеть искажения, воткнул «Когти» в наиболее уязвимые места. Новый навык показывал, что даже с мечом Демморунга в загривке для дезинтеграции твари потребуется восемь с половиной часов. Впрочем, меня это не опечалило.

Но неужели никто больше не появится?

Это ведь глупо. В подарки я не верил. Где подвох?

«Паралич» в потолок. Теперь один раз в час мог парализовать трех разумных или неразумных на тридцать часов, имеющих даже средней силы защиту в радиусе пятидесяти метров, с возможным целеуказанием глазами Глока. При этом эффект был сходен с антимагическими кандалами.

Три часа.

Никого!

«Мертвецкое» умение вверх и почти все накопленное ушло на этот подъем. А еще, хранилище меча Демморунга заполнилось до конца. И не как утверждал мэтр, он стал рассеивать энергию в пространстве, а начал заполнять аккумуляторы брони. Не зря я еще при привязке отметил сформировавшиеся связи между ними. При этом, оружие архилича, похоже, не видело разницы, а точнее, легко преобразовывало поглощаемую в необходимую. Заполняться стали емкости с энергией Тьмы, Хаоса и божественной, именно они были пусты.

Еще сорок минут.

Пусть больше никто не показывался, но я не расслаблялся, помня о проклятиях. Даже дополнительно надел плащ. А хотелось и есть, и выпить прилл. Да, я знал и постоянно проверял время жизни твари, но в любой момент, помимо учтенных факторов, мог воздействовать и неучтенный. Надоест Архе и распадется на части ее воплощение. Почему этого еще не произошло? Я не понимал и искал подвох.

Неожиданно со мной связался лэрг Турин по дальней связи.

— Глэрд, Император требует ускорить поиски Винсента. Плату мертвым колдунам они собрали и даже передали мне. Чтобы не тратить время укажи точку в землях, куда прибыть, прилетим с Уолтером. Доставим. Также укажи, что тебе дополнительно потребуется. Дело серьезное. И я не шучу. Времени он тебе дал — полторы декады с сегодняшнего дня.

Сука. Псы!

Просканировал вновь Арху, только тогда ответил.

— Понял. Тогда приблизительно через четыре часа буду в чистом пятне, где спас айсу-рок. Эрлглэрд знает. Готовься к обратному путешествию на варсах, а мне нужно следующее…

…Оставалось еще два часа до смерти твари, новый алтарь был заполнен на две трети, и я пока энергию не расходовал. Когда абсолютно неожиданно, так и не приходя в сознание и без всяких пафосных речей, монстр распался на части. Но прежде чем склизкие ошметки соприкоснулись с поверхностью, в мою сторону рванула одна слитная смазанная длинная тень.

В итоге материализовал и отбросил от себя не одну, а шесть тварей.

Последние две смогли бы добраться до груди, но замешкались, воткнувшись в защиту от «Кольчуги Иттона», которая должна была уберегать от различного рода образований из праны. Да, удивительно, но у меня еще имелся и плащ, и поддоспешник Иммерса.

В следующее мгновение этих товарок постигла судьба подруг. Еще доля секунды, оба «Когтя» в руках, и различного рода порождения, как минимум Хаоса, но в материальном мире не обладавших нормальными боевыми качествами, если исключить психологический эффект чужеродности, отправились обратно во Тьму.

Слитный всплеск. На втором алтарь заполнился до предела.

Остальная энергия ушла вникуда. Хотя… Штандарт тоже свое получил.

На тех скоростях, на каких действовал, никак не получилось бы ее использовать рационально.

Сканирование самого себя. Снятие посмертной метки.

Поиск синего кристалла. Немного боли. И он увеличил приблизительно на треть хранилище праны, я ожидал большего. Но зато довольно ощутимо возросла толщина и прочность, если так можно было выразиться, внутренних энергоканалов. Их сеть сделалась более разветвленной. Прогнал ради тренировки жизненную энергию… Нормально.

Штандарт на место и уход, метров на триста от боестолкновения.

Продолжал наблюдать.

Ничего.

Размышлял о вечном и пытался понять, что происходило последние несколько часов? И с чем это связано? С пренебрежением к противнику? С нежеланием учиться на своих ошибках? Почему даже поняв, что ее воплощение постоянно находилось в аутах, продолжая со мной делиться энергией, не последовало дистанционного уничтожения матушкой?

Единственное, приходящее на ум, если Раонос не поставил Арху в известность, что я втоптал в локации Долина Водопадов и грез его белоголовых и аватара Ситруса, в которых они с другом вливали энергию, как не в себя, то действия леди вполне логичны. Скорее всего, дама решила, что в первый раз ее воплощению совсем немного не хватило для победы. Чуточку не повезло. И все должно было получиться при поддержке паствы, то есть неплохом усилении. Но и на случай поражения подстраховалась — снабдила тварь проклятиями запредельной мощности, что дополнительно подтверждал полный алтарь

В целом, зная немного подлую сущность Кровавого, можно смело предположить, что тот обозначив для «союзницы» местоположение ее врага, не уведомил о моих возможностях. То есть, на ее победу он особо не рассчитывал. Проклятия?.. Может быть, может. Однако мог и просто с моей помощью, как ослаблять «подругу», так и переключить меня на другую цель. Тем паче, психологический портрет древнего аристо другого не предполагал. Кроме всего, мог преследовать нечто альтернативное свое, абсолютно для меня недостижимое. И неудивительно, реальной информации кот наплакал. Слишком оберегали свои секреты эти ублюдки. Тот же Оринус, несмотря на установившиеся доверительные отношения, ничем стратегическим пока не поделился. Паскуда.

Гипотезы, гипотезы, гипотезы.

Либо они ничему не учатся, либо не считают ресурсы, проводя подобную разведку боем, либо… Можно сотню еще причин привести, зачем нужна такая бесславная гибель мразей. Даже Азалию нельзя исключать. Поднес ей понравившуюся вещицу, получил то, что желал — наполнение алтаря. И сделать богиня могла многое, например, неожиданный обрыв управляющих нитей или просто появились более важные дела в центре принятия решений. Но мне ли быть в печали? Ведь попутно и меч, и частично у брони аккумуляторы с иными видами энергии подзарядил.

Впрочем, позитив сегодняшнего дня не обошелся и без бочки дегтя. Все составленные ранее планы, ряд предпринятых действий, пусть и не летели к чертям или к Эйдену, но требовалось определиться кому еще насолили мирные разумные так дико, чтобы еще на марше он взялся за уничтожение элитных имперских сил. А ведь по моей задумке долбанный Шумар должен был дожить практически до самого конца нашего славного боевого похода. Только затем погибнуть в яростном сражении со мной. На глазах у свидетелей, как нужно. Не зря ведь так усиливал линейку «Алгера» и постоянно с иллюзиями тренировался, и еще буду.

Сука. И на кого все списывать теперь?

Пошел второй час наблюдения за местом… боя? Схватки? Чего? Так вот, никто не появился, даже наблюдатели на горизонте не промелькнули. В воздухе практически постоянно висел Глок. Еще одна хорошая новость, Кощей находился в зоне уверенного мыслеобмена. Тот поведал мне, что теперь он может называться архиличем, пусть и самого низшего ранга. Однако уже имелись преференции — еще четверо неподконтрольных мертвых колдунов и семь драугров-командиров встали под наши знамена. Если так пойдет и дальше, то над всем воинством через пару декад будет получен контроль.

Нормально.

Еще минут через сорок бесцельного наблюдения, я переместился опять на вершину подковы, которую после дрожи земли будто перерубили напополам. Вероятней всего, меня еще и проклинать местные караванщики станут. Небольшое озеро в оазисе исчезло, одно из здоровенных и оберегаемых деревьев на его берегу рухнуло.

Срубил мечом два подходящих каменных выступа — один под стол, один под сиденье. На него и уселся по-турецки, справа воткнул оружие, слева штандарт. Для эпичности. Вскоре должны были прибыть драконьи всадники, работал именно на репутацию в их рядах. Уже через год обзаведусь своими крылатыми ящерами, а где брать профессионалов? Достал пиалу с черепом, чайник с приллом, сладости от Эйдена. И принялся неспешно отхлебывать обжигающий напиток, обозревая окрестности вокруг и неспешно перебрасывая зерна четок. Размышлял вновь о вечном: мои дальнейшие действия? А точнее, на кого можно будет списывать предстоящие диверсии и потери личного состава в рядах эльфов и Первого показательного? Ведь чутье мне подсказывало, что они будут.

Стало чуть холоднее. Ласковый ранневечерний ветер дул с юга. Парадиз вокруг, если бы не мои художества. До сих пор на месте, куда пришелся удар с небес что-то горело, что-то дымило. Да и иней то тут, то там покрывал землю. Видимо, проморозило напрочь. Повсюду валялись обезображенные останки.

…Я даже не повернул голову, когда чуть позади меня приземлись лэрг Турин и эрлглэрд Уолтер. За ними четверка бойцов. Доставили подарки для нежити.

— Впечатляет, — прокомментировал общую панораму драконий сотник, — Что здесь произошло?

Поднялся, пожал предплечья гостям, воинам, стоящим в отделении, отзеркалил имперское приветствие.

— Гарпии вместе с воплощением Синеликой Архи. Скорее всего, гнездовище с Черного пика упокоил. Ближе на данном направлении вроде бы никого нет.

— Распоясались…

— Не то слово. Но логично, на мне же их посмертные метки, поэтому периодически так и будут сбиваться в стаи и дохнуть. Даже хорошо. Самим не нужно ни искать, ни отслеживать, ни выковыривать. Сиди на горе, и бей. Привезли? И что, вообще, случилось?

— Доставили, в рюкзаке гранаты и ловушки, которые ты затребовал, — кивнул Уолтер, а лэрг взялся подробно отвечать на второй вопрос.

— Темные эльфы не последовали общим рекомендациям. Хотя все разумные постарались обезопаситься от открытия спонтанных порталов, даже орки, которые вроде бы к данной истории с архиличем никаким боком, и он к ним антипатии не испытывал. Эта же ветвь остроухих всегда отличалась желанием быть не как все, даже среди своих. Тем более какие-то там людишки им что-то говорят. Скажешь такому, не надо ссать против ветра, так тот обязательно наоборот сделает. Специально. Будет весь в моче, дерьме, но довольный. Так и тут. Другие меры приняли, а эти: «не нам первородным бояться всяких жалких архиличей», — гнусаво явно процитировал Турин, — Ну и сегодня ночью неожиданно в их Чащобах открылся портал, и пророс не просто обычный цветок Тьмы и Хаоса, а нечто из Великих. Нежить повалила легионами. На месте новой столицы остроухих и ее окрестностей в радиусе пары сотен лиг одно сплошное пятно беспредельной концентрации. Император рвет и мечет.

— Интересно и познавательно, — задумчиво произнес я, — Вот только не понимаю, каким боком Чащобы относятся к нам? При чем здесь Империя и Император?

— Эх, глэрд, глэрд, — отхлебнул вина из фляжки Уолтер, предварительно предложив нам, но мы отказались: я показал кружку прилла, а Турин предпочел табак, взявшись набивать трубку, — Практически все родственники любимой жены Императора погибли одномоментно. Повезло лишь некоторым, кто в тот момент находился в разъездах. А так, ее мать и отец, бабушки и дедушки, дяди и тети, племянники, внучатые в том числе… Недавно чуть не погибла, а тут осиротела…

— Какое «сиротство», когда она сама вроде бы бабушка? — удивился я.

— Дело не только в этом, — взял слово Турин, — В первую очередь, Совет предполагает, что Шумар добрался до древних арсеналов Тьмы, и теперь способен любую провинцию, лес или королевство превратить в одно сплошное пятно.

— А еще эта мертвая падла, живее всех живых. Действует оперативно, реагирует молниеносно, честолюбие болезненное, — прокомментировал эрлглэрд.

— Честолюбие то тут при чем?

— Темные по нему прошлись, мол, жалкий колдунишка, пусть только попробует сунется к нам, мы не вы. Интервью их посол дал «Имперскому вестнику». Они ведь до этого практически не пострадали ни в одно из нападений. Вот там он рассказал про ничтожность личности мертвого колдуна. И тут же он им в ответ цветы вручил. Букет.

— Поделом! Если бы не угроза Империи… Да, я точно так же убил бы эту тварь, но очень бы хотелось, чтобы данный миг произошел после того, как все эльфийские кущи и подземелья проклятых гномов стали одной большой могилой! Скотомогильником! Ибо они по наущению Раоноса выпустили в мир это… это… Зло! Ведь божок подтвердил лично мне свое участие в низложении Винсента, как то, что в нем принимала непосредственное участие и его паства. Никакая вира с этих нелюдей наших расходов не покроет. А кто вернет честных аристо, благочестивых хуманов? Добрых граждан Империи? До остальных мне дела нет. И если бы сейчас был Совет, то высказался бы так же. И не вмешивался бы до тех пор, пока все алтари проклятого божка они бы сами не разрушили, не покаялись. И не отказались всем скопом от «Слез Нирна» и камней душ. Впрочем, предположения о страшных находках архилича, если они верны, абсолютно меняют дело. Император все сказал верно. Нужно спешить. И я поспешу!

— Да, похоже, от камней-то они скоро сами откажутся, — усмехнулся в бороду Уолтер.

— С чего бы? — недоверчиво посмотрел на эрлглэрда, — Это для нас, нормальных, это зло, это кровь и боль наших детей, детей хуманов, но не для них. Для них это возможности. Впрочем, и в нашей среде есть паршивые овцы. Их бы тоже всех под нож, а лучше вывезти в море и утопить! Как вшивых котят!

— Да есть с чего, глэрд… Например, эрлглэрд Никон проживал последний год в Верхней крепости и недавно приобрел где-то партию из двенадцати камней. Не далее, как позавчера использовал первый, и вместо разглаженных морщин, получил огненные драконьи железы в заднице. Однако узнал об этом далеко не сразу. Недовольный результатом, считая, мол пошло что-то не так, он потянулся за следующим кристаллом. Как итог, на месте ушей по здоровенной до самого плеча волосатой мошонке, глядя на которые в зеркало, он и обнаружил наличие первого эффекта, когда не только сжег стул с испуга, но и прожег дыру в полу на два этажа вниз, — довольно и ехидно улыбаясь, поведал Уолтер, — Третий камень омолодил дедушку. Вот только совокупный результат все равно ему не понравился. Поэтому он вызвал верного вассала, приказал использовать и ему, не все одному страдать, а тот помолодел без всяких проблем. Тогда Никон с радостью схватил следующий… И получил здоровенный рог посреди лба, как у Оринуса.

— Чудеса какие-то, — всем видом демонстрируя неверие прокомментировал я.

— Если крылья отрастут, то как бы следующую драконью сотню верхом на таких кадаврах не сформировали, — сообщил лэрг с видимой задумчивостью, — Отступая наступай.

— Ага! И гоблов наездниками… В тыл таким всадникам точно не зайдешь, и спереди — рог мешает. От них все твари хаоса разбегутся. Ты вот зубы, Турин, скалишь, а лекари не знают, как быть. Камни душ вроде бы есть еще у Никона, вот только неизвестность теперь пугает. Он хочет стать обратно нормальным: «Не нужна мне такая молодость!». Агрессивный стал, прыгает на всех, пытается рогом проткнуть.

— Что тут думать? — вмешался я, — Яйца отрезать, рог спилить, задницу принудительно заткнуть, ты же сам рассказывал, что специальные средства имеются, дабы драконы ничего не спалили без приказа. На выходе станет на человека похож.

— Затыкать пробовали или нет — не знаю, — серьезно сообщил эрлглэрд, — Но вот с остальным — да. Отчекрыжили, а те вмиг вновь отросли. Шесть штук первых добыли и три вторых, после чего Никон едва к Маре не переехал. Оказалось, что все очень хитро. На жизненную и магическую энергию носителя завязано.

— Дела… — протянул я.

— Это еще что… Вот эрлглэрдесса Селен из Дома Радужных драконов, красавица из красавиц молодая еще, ей и сорока нет, но тоже решила омолодиться. Кто-то из поклонников ей камень подарил. Теперь у нее вместо носа агрегат, не у каждого гобла такой есть в наличие. Елда! И ведь не просто бездействует, работает. Мыться теперь не может, как вниз посмотрит или начнет тереться, куда тому Никону… В эльфийских Домах тоже переполох, но там метаморфозы еще хуже. Страшнее. Девять великовозрастных чад, это про каких я слышал, которым со дня на день на Ледяной путь вставать нужно было, в виду чего их и постарались еще усилить, они превратились в разных животных: овца, гномий козел, лирнийская жаба и все в таком духе. Троим из них пророчили блестящее будущее, они должны были выйти на уровень младших магистров уже через пять лет. На деле… Пока даже вампиры руками разводят, никак не исправишь. И что самое удивительное, все разговаривают, а не блеют или мычат, еще и мыслят нормально, — задумался Уолтер.

— Значит, существуют, — ввернул я, но земную крылатую фразу никто не понял, — То есть выходит, остроухие превращаются в животных, а люди получают в разных местах новые органы и меняется поведение?

— Не всегда. Есть случаи, когда у одного темного уши стали круглыми и огромными, как тазики, у второго, вырос демонический хвост, рога и третий глаз посреди лба. Своими глазами видел, ох и страшная тварь. Так что, уверен, теперь в здравом уме вряд ли кто-то камни использовать станет. Все это Кровавый…

— Здесь с тобой поспорю, — не стал молчать я.

— Почему?

— Это похоже на злые шутки над подонками, но не в его духе Раоноса, не в его стиле. Да и зачем ему отворачивать от себя паству? Это, скорее всего, проделки Эйдена. Камни Эйдена. Да, его. Звучит. Впрочем, их и раньше порой так называли. Видимо, сделал какую-то гадость белогривый слизень отцу Лжи, вот и получил ответ.

— Мир сошел с ума, — глядя на расхаживающих посреди пепелища мертвецов, сообщил нам Уолтер, — Но у меня нет времени на долгие разговоры, хоть и поговорить хотелось. Вот здесь, — тот протянул мне сумку через плечо, — В хранилищах Грогуса две с половиной тысячи камней силы Тьмы, а вот здесь, — достал из подсумка еще один кошель, — Сто великих.

— Давайте вместе пересчитаем. Турин, контролируй, у тебя оруст.

— Ты мне не доверяешь?.. — разозлился драконий сотник, но постарался не показать задетых чувств.

— Эрлглэрд, при чем здесь мое доверие к тебе? Вдруг там, — показал четками неопределенно назад, — Кто-то ошибся. Кристалл туда, кристалл сюда. Для нас это понятно — все мы люди, но мертвецы не прощают подобных ошибок. Ты можешь их хоть как обозвать — бровью не поведут, плюнуть на них — они не почешутся, но здесь… Это как… как… Даже не знаю с чем сравнить, будто кто-то тебе под дверь на твоих же глазах нагадил, а теперь улыбается в лицо спокойно. Ты хочешь, чтобы вся миссия была поставлена под угрозу в самом начале, когда мы можем еще что-то сделать? Изменить?

— Нет…

— Вот и я нет. И без всяких обид, просто считаем вместе. Один может ошибиться, но мы втроем — никогда!

Бойцы Уолтеры внимали, затаив дыхание.

Зачем я занимался в очередной раз явной херней, заставляя проделывать бессмысленные действия окружающих? Чтобы каждый проникся важностью миссии. Что все настолько серьезно, даже такой малый «пустяк», может разрушить все добрые начинания. Ну, и демонстрировал подход.

Считали, пересчитывали, матерились, снова считали.

А драконы кружили в отдалении.

Я же осмотрел артефакты. Молодцы. Выполнили мое требование, чтобы компактным был груз. Постарались подобрать кольца, браслеты и короны. Килограмм пять бижутерии. Не стал тратить ни толики энергии на опознание. Мне это ни к чему.

— Все точно, — наконец сообщил Уолтер.

— И это хорошо, — подытожил я, — Эрлглэрд, больше не задерживаем.

Тот облегченно вздохнул, попрощались, пожелали друг другу жить без тремора. Драконьи всадники взмыли в небо.

— Откуда ты узнал, что камни, которые отдал ре Валеро ненастоящие? — спросил в первую очередь Турин, провожая взглядом драконов, когда над нами опустился купол безмолвия.

— От них Эйденом несло. Вот только удивляюсь, как быстро все случилось.

— А что ты хочешь? Камни душ — товар горячий, телепорты работают, как и связь, за сутки разнесли по всей Империи. Там же почти каждый их постарался использовать здесь и сейчас. Потому что завтра может не получится. Я же в очередной раз убедился в твоей правоте несмотря на то, что изначально подумал о безумии. И каюсь.

— Но повезло нашим домочадцам, — не стал заострять, — Хотя… У меня ведь из старых запасов, да еще и в большей мере гобловские, здесь же Демморунг.

— Вот еще. Перед вылетом меня нашли охранители, передали, — вручил тот призму длиной около десяти сантиметров, — Это высший одноразовый амулет связи. Работает везде и всегда. Бесценная вещь. И приказ Императора, как только уничтожишь Винсента, так сразу же ему отчитайся. Вся Империя на ушах. Как бы до массовой паники дело не дошло и повального бегства из городов. И да, дело не в каких-то эльфах. Эйден бы с этими извращенцами, а в нас. А это одноразовый телепорт в Халдогорд, прямо на центральную площадь, тебя будут ждать, — вручил шар размерами с теннисный мяч в серебристых прожилках, — Работает даже ночью в землях Хаоса, но ты должен находиться в чистом пятне. Тоже приказ, сразу добраться до такого, и с отчетом прибыть. Ближайший месяц до начала похода Император планирует пробыть там. Дело отлагательств не терпит. Цитирую: «Не справится за полторы декады — может возвращаться. Но и отношение к Истинному Великому Дому Сумеречных станет другим», — такие вести Турин воспринял довольно болезненно, судя по злости, с какой произнес последние фразы.

Похоже, или монарх мстил по случаю руками мертвого колдуна тем, кто уничтожил имперские города и вынудил его жениться. Или, как вариант, и не только в земных анекдотах, проявилась любовь к теще и другим родственникам жены. Впрочем, если учесть спешку, то вероятней всего, в первый раз именно он прикрылся архиличем, сейчас же появилась третья сторона. И вот чтобы мыслей не возникло еще у кого-нибудь, нужен быстрый результат. Вариант? А черт его знает. Мало вводных.

Мысли пронеслись стремительно, посмотрел сурово в глаза Турину.

— Не скажу, что это неважно, но, в любом случае, мы берем все сами! Таков наш девиз. Постараюсь найти. Не зря же я звание получил «Вестник Мары». Про него можешь говорить. Но сама она не знает, где прячется подлая тварь. Я задавал этот вопрос. Передай, я встал вроде бы на след, сегодня встречаюсь с мертвыми колдунами. Хотел бы, конечно, тебя взять для поддержки, а то мало ли, — обвел четками пейзаж, где будто по моему желанию, опять что-то вспыхнуло, заставляя отпрыгнуть в сторону умертвие, — Но нельзя. Договоренности четкие, нежить же сам видишь, обидчивая пошла, куда тем девственницам с хером во лбу.

— Точно-точно! — Турин щелкнул пальцами, монстр раздулся и взорвался.

— А ты пока бери герцога за гланды, его задача — предоставить нам два форта. Нормальных, готовых принимать людей. Мы их купим. А вот это список тайников и ухоронок в Демморунге и Халдагорде, — я достал подготовленные заранее листы, — Жрец, бандиты и наш достопочтенный бывший глава Седьмого особого отдела при тайной канцелярии в столице благословенного Аринора перед переселением в Гратис многое интересное поведали. Так что средств должно хватить, как и на амуницию и продовольствие для полка. Лучшее из лучших для них пока приобретать не нужно, достаточно и обычного. А там, как себя покажут. В общем, лэрг, занимайся по плану. Твоя задача, пока я отсутствую — полк, это в первую очередь. И привлекай всех своих ветеранов. Сам видишь, мы можем теперь дать им многое. И да… — я сделал торжественным лицо и проявил полотнище, — Вручаю знамя нашего Дома и назначаю тебя моей Дланью. Твои решения — мои решения. Ограничение — пиратский поселок. Там Длань — дер Ингертос. И присмотри за дер Вирго.

Лэрг с ударом кулака в грудь принял флаг, который точно так же исчез уже в его кольце. Нормально. Не знал.

— Что будешь делать после встречи?

— Сначала посещу мэтра, передам уже лично посылки, — по планам хотел там появиться суток через трое, но приходилось торопиться, — Не зря же ты мне цветы и сладости доставил. Об этом, кстати, никому. Сам понимаешь, — лэрг кивнул, — Поговорю с нашим темным магистром. Есть вопросы по его части. Однако загадывать не стану, может придется сразу отправляться дальше вглубь земель Хаоса. Или туда, где скрывается подлый Винсент.

Варсы вернулись довольные часа через четыре. За это время мы успели обсудить многое, касаемое будущего не только похода, но и в целом. На что в первую очередь делать упор, кроме предстоящей зимней обороны. Оба зверя Турина даже без лишних уточнений, воспринимали как почетного члена нашей стаи. Но проинструктировал всех.

Сотник же в это время рассматривал с восхищением «Щит Безымянного». Он не только защищал от внеранговых магических атак и оружия даже из туманного адамантита, но его можно было точно так же, как и остальное мое оружие, призвать один раз в сутки из любой точки на карте. Кроме этого, обладал встроенным внеранговым защитным полем. С остальным требовалось вдумчиво разбираться. «Великому ключу Арка» тоже нашлось место, а у соратника силы для создания магической связи.

Попрощались. И лэрг на Злом сорвался с места, только в разные стороны земля из-под когтей животного полетела.

Я выждал еще полчаса, а затем разместив груз за плечами, обвел напоследок побоище, на которое слетелись падальщики всех мастей. В который раз проверил все и вся на метки, не пожалев ни магической, ни алтарной энергии, и устремился в сторону Демморунга.

Через три часа оказался в нужном месте, где меня давно дожидался Кощей. Передал ему полторы тысячи камней силы Тьмы. Ни один из предметов для обмена я даже не стал показывать мертвому колдуну. И неважно, что среди них мог быть суперартефакт, важны возможные последствия в будущем.

— Вот это, на крайний случай, цветок, — вручил мешок Рунигиса с запрещенным артефактом, который забрал несколько дней назад у Оринуса, — Продолжай усиливаться. Тех, кто принес клятву мне и ее приняла Тьма — усиливай тоже. В первую очередь колдунов. Вместе берите под контроль всех, кого сможете, вывози ценности, амуницию, инструменты, оружие, все необходимое. Проводи разведку. Подземные пути в приоритете. Все делай тайно. Клятву у новых приму скоро. Пока же действуй самостоятельно. Твоя главная задача — вывести мои легионы из тьмы! — архилич ответил по-имперски.

— Как поступать с пленными, глэрд?

— Пока поддерживайте в них жизнь. Возможно, они понадобятся. И еще, мне потребуется не меньше сотни умертвий из тех, кто уже с нами. Выбери самых сообразительных и ресурсов не жалей. Проведи через купель с Утонувшим великаном.

За несколько секунд, которые мы общались мыслеобразами, кроме этого диалога, передал ему схемы и карты. Впрочем, тщательную авиаразведку приказал так же провести в обязательном порядке. Благо, дронов-драконов хватало. Затем составить точные карты с высотами, промерить глубины водоемов не только по указанным мною маршрутам (приоритет), но и других. Нежить в таких вопросах — это находка. Благо свободных комбатантов пока хватало, ночь не помеха, и делом будут важным и нужным заняты, а не просто простаивать. Несмотря на множество поставленных задач, в целом настроение нежити и так было благостным и радостным, а теперь уверенность в будущем стала абсолютной.

Зашелестел, разнесся по летнему лесу безэмоциональный мертвый голос:

— За эту плату мы расскажем тебе, глэрд Райс, где скрывается Винсент Шумар. И дадим тебе проводников. Отступник должен уйти обратно во Тьму, он мешает всем, и он сделал многое из того, чего делать нельзя. Опорочил нас связями с коварными остроухими извращенцами и смердящими бородатыми карликами. И хоть он уже пострадал от их рук, но табу нарушил.

Проводники — два мини-дракона. Довольно популярная, как оказалось, форма боевой нежити. Вот и испытаем их. Еще бы четерехруких обкатать, чтобы знать все их особенности и возможности. Но самое главное, что из Демморунга они могли, пусть и по одному в колонну, но выбраться. За пределами же городских стен проще, ибо над мертвыми никакая сумеречная ночь не властна.

— А не знаете ли вы, где находится Заповедная чаща Тайгра и Великие копи Дергаласта? — спросил я, — За эту информацию мы готовы щедро заплатить. Сами подумайте, вам это неинтересно — это епархия живых, но важно для нас.

— Не знаем. Но теперь постараемся выяснить. Если такое случится, мы с тобой свяжемся! Но знай, это будет стоить дорого! Очень дорого! И разговор будет возможен, если ты убьешь безумца! — и я не стал говорить Кощею, что алчность грех, потому что он озвучивал мои мысли.

Вот теперь точно все. И именно этот диалог привел меня сюда, все остальное можно было решить иначе.

Теперь нужно поторопиться. А то, действительно, подлый Шумар не только Империю, но и все обитаемые земли приведет к общему знаменателю.

Глава тринадцатая

16.06.589–22.06.589 от основания Новой Империи, земли Хаоса — закапсулированный мир Оринуса

…Обессиленная Лаена давно заснула, положив голову мне на грудь и по-хозяйски закинув ногу, хорошо, что хвостом не оплела. Иначе бы не разбудив демонессу, не получилось бы выпутаться. Несмотря на плотные шторы мог спокойно определить, что давным-давно рассвело. Осторожно избавился от объятий, подавил порыв поцеловать. Что можно сказать? Ничем реальность не отличалась от снов Истеллы, да и «снами» те не назовешь.

Полюбовался обнаженной девушкой, высшее доверие со стороны этой расы — отсутствие родовых шортов. Чудо. Мое чудо, которое хотелось защищать, холить, лелеять и любить.

Нет, богиня хоть и сука порядочная, но за такие ощущения тепла и уюта на душе можно простить многое. Это то, ради чего живешь и делаешь. Подавил желание провести тыльной стороной ладони по плечу и руке Лаены, ощущить нежность кожи, затем погладить эти чудесные волосы, в которые хотелось зарыться носом, вдохнуть глубоко-глубоко.

Перед глазами еще яркие-яркие воспоминания вчерашней и сегодняшний ночи, и как при встрече девушка искренне обрадовалась цветам — взвизгнула. Что не возбранялось, подарки дарил под непрозрачным куполом безмолвия. Я отчетливо ощущал эмоциональные волны от нее, которые накатывали и удивляли своим разнообразием от неверия и недоверия замешанного на неком затаенном восторге и радости и до какой-то глубокой непонятной печали, грусти ли. И каждая дикими мазками и красками.

И ненаигранные слезы от простого внимания, она ведь тоже ощущала настоящее в моей душе. Ее поразил и букет из туманных лилий в обрамлении эльфийский роз с вкраплениями черного златоцвета. Лаена уже позабыла, что рассказала как-то о своем любимом сочетании.

Следующая увертюра — нежнейшее воздушное пирожное шести видов, шоколад, пышный торт с какими-то узорами и мороженное, последнему не позволила растаять и магия, наложенная в элитной лавке, и она же, но уже во внепространственных хранилищах — лэрга и моего. Демонесса обожала сладкое. А бутылка «Крови Арса» — одного из лучших вин не только в Империи, но и во всех обитаемых пространствах, позволила снять любую неловкость, но главное избавить девушку от подобострастия и нет-нет и проклевывающейся субординации, дала возможность стать собой, как во снах.

Дальше, жаркие объятия, обжигающие поцелуи, мокрая от пота смятая простыня. И…

— Ты у меня первый…

Не стал говорить, что слышу это второй раз.

— И ты у меня в этом теле, как и обещал, — отчего-то для нее это был очень важный фактор, потому что к другим женщинам, которые у меня были и будут, она относилась спокойно. Законное троеженство в Империи иного не предполагало. В целом же, коль появилась близкая демонесса, нужно уделить пристальное внимание изучению этой расы.

Удостоился новых поцелуев.

Совместный завтрак, затем «семейное» принятие ее в Дом. Данный шаг позволял обойти ограничение внерангового кольца «Повелителя магии», только после этого стало возможным привязать «Оруст Денвера» и «Владыку пространства» к девушке. Если первый необходим, так как я намерен был ее привлекать к хозяйственным делам, как и он должен стать подспорьем в учебе, то второй позволял не только повысить боевые качества и мобильность, но дать возможность ощутить себя с крыльями.

Изначально дер Ингертос планировал обойтись без столь резких шагов, когда говорил, что установка «только для аристо» у данных артефактов в отношении демонов преодолевалась легко. Однако он не учел одного, все имеющиеся в истории подобные случаи относились к принятым в Дом членам из аристократии той расы. Его идеи базировались на умозаключении и выводах других ученых, что падшие ангелы в отличие от эльфов, именно к нам наиболее близки, о чем свидетельствовала их возможность погружаться в Первозданную купель, а также рождение совместных детей в ста случаях из ста.

После пригласил мэтра.

Затем я толкнул для них пафосную речь про величие Истинного Великого Дома Сумеречных, про роль каждого из них в его фундаменте, заставив прочувствовать момент. Прониклись. Это я знал точно, ощущать эмоции аудитории — отличная способность. Настал черед демонстрации мне будущих родовых кинжалов. Если маг нашел где-то практически аналог моих «Когтей», то Лаене я вручил кольцо из черного серебра с антаром — редчайшим драгоценным фиолетовым камнем той же насыщенности, что и глаза девушки, в глубине его словно цвели экзотические цветы. И только внимательно присмотревшись с определенного ракурса, можно было в линиях обнаружить ирсанга — разновидность диких котов из мира демонов, победа над которыми в сражении один на один считалось высшей степенью доблести. Зверь больше похожий на огромного белого барса, нежели на домашних питомцев, он считался таким же символом могущества и силы, как лев на Земле или дракон в Империи.

Учитывая, что животное обладало способностью к мимикрии, а также маскировке во всех спектрах доступных без вмешательств божеств для большинства рас, как и частичным разумом, он, действительно, являлся настоящей машиной смерти. В целом, уступал по всем параметрам лирнийским варсам, измененным на Кровавых островах, но у вампиров ирсанги стоили дороже. Так, ценник на особь начинался с половины миллиона золотых империалов. И ты приобретал только заготовку, впоследствии сумма могла достигнуть астрономических величин.

Для чего проговариваю все? Потому что, скорее всего, приобрету, и не только для того, чтобы порадовать любимую девушку. На Ледяном пути с обычным боевым котом еще и с управляющим кольцом — не место, с варсами же у демонов отчего-то получалось плохо взаимодействовать. Данный фактор не следовало сбрасывать со счетов как несущественный. Я навсегда запомнил урок, который мне преподнесли единороги, козлы, кабаны и боевые коты. Как и их отношение к разным расам.

На данный же момент самое главное, что перстень служил хранилищем для двух тридцати пятисантиметровых стилетов из туманного адамантита с вычурной рукоятью под узкую женскую ладонь. Они уступали по части преодоления незримой и реальной брони и моим кинжалам из наследия Иммерса, и поднятым ятаганам, но тоже были отличным вариантом. Как и существовала возможность, будто у «Шипов Ирмы» одним ударом уничтожить сильного противника один раз в полгода, только здесь без разрушения самого оружия.

Занятная вещица.

Само кольцо, предназначенное именно для демонов, могло скрываться в подвеске, выполнявшей роль печатки аристо или проявляться на пальце по желанию владелицы. И эти кинжалы могли выполнять функцию родовых. Про все я узнал у дер Вирго. А забрал его из своих трофеев в бандитском логове.

Принял обоих в Род.

Ритуал по всем правилам запланировал сразу, как только ускорился процесс с поиском Шумара, который должен был скоро сдохнуть. С самими процедурами никаких проблем не возникло. Энергии в алтаре хоть и убивалось неплохо, но в целом, пока на текущие задачи хватало. Если бы возник дефицит, то два костяных мини-дракона, с которыми возился Фауст, отправились бы во Тьму без всякого сожаления.

После того, как последние капли крови исчезли из чаши, то оружие дер Ингертоса и Лаены так же стало прибавлять скорости и силы их владельцам. Не так, как мои — я все же изначально глава и подо мной полностью поток, как и все запасы, но существенно. Заполнил их хранилища — капля из моего моря.

А затем девушка около трех часов носилась по небу, вертелась, совершала головокружительные пируэты, выписывала мертвые петли и бочки, парила, падала камнем вниз, взмывала, пикировала и проносилась на незримых крыльях над самой землей. Если в первый час получалось неуклюже — привыкала к управлению, то к концу освоилась. До меня, конечно, не дотягивала, но весьма и весьма неплохо.

Мы же с магом обсуждали текущие дела, узнав про звание «Вестника», тот отметил:

— То-то я смотрю, что от тебя просто растекается аура Мары, в которой понять ничего не могу. Такой же эффект как у некоторых жрецов, обласканных ее вниманием. Например, ты уничтожил, как говоришь, вчера под три тысяч гарпий и воплощение гнева, но я этого не ощущаю.

— А если я убью архилича? Сможешь определить?

— Нет. Да и сам по себе уход во Тьму сущностей и переход за Грань живых разумных или сильных чудовищ — это разные вещи, — да, я помнил и учитывал, что смерть того же Демморунга даже боги окончательно определили отнюдь не по сканированию меня или безоговорочной вере клятвам на крови, — Думаю, ничего не покажет. От Скупого звездочета татуировка проявится.

— Но ты же почувствовал тогда Бездну, а я всего лишь столкнулся с Волчицей.

— Бездна — это другое! Скажу проще, Бездна — это Бездна. Она смердит!

— А Инквизиторы Трех Святых? Они смогут определить?

— Падальщики, — с презрением в голосе констатировал маг, — Но они заточены на гибель живых. Ее чувствуют, как волки требуху на морозе. Однако отнюдь не мертвых, да и с такой аурой — ничего им не светит, — не зря я прибил жреца на Совете. Не зря.

Отличный побочный эффект от звания, осталось им правильно воспользоваться.

Примерно тоже самое прозвучало от Турина, который и обратил мое внимание, что такое количество гарпий должно было отразиться на моем богатом внутреннем мире. Однако они не ощутили с эрлглэрдом Уолтером ничего, кроме опять же неких эманаций богини Смерти. Именно поэтому реальный масштаб уничтожения пернатых тварей смог оценить только сотник после моего подробного рассказа.

Мэтр же меня радовал. За время ночной короткой беседы, когда я появился, и сегодня, становилось понятно — маг вроде бы обуздал гормоны и вел себя, как и до использования камней душ. Несмотря на явный упрек в глазах, что бросил его в этом абсолютно скучном месте, когда даже лентяй и сибарит Нессер принимал участие в разных судьбоносных событиях, он не высказал ни одним словом недовольства. Коснулся мельком и признания заслуг собрата по ремеслу:

— Я тебе сразу говорил, он такой, какой есть. И его даже могила не исправит. Своим званием он гордится… — покачал головой на прозвище «Блудливый», — К Эйдену знание богами таких имен. Кстати, что за невеста там появилась? — именно к анализу поведения дер Вирго, я аккуратно и невзначай подводил мага, — Я первый раз подобное от него слышу. Никогда он не планировал женитьбу, наоборот, бахвалился случайными связями. Он там с ума сошел?

Рассказал про Аттэ.

— Вероятно, Кронос своими речами ему окончательно мозги разжижил…

— Думаешь? — не стал комментировать, полагал все же огромную роль здесь Истеллы. Да, камни душ, встряска, все понятно… Но больше подозревал влияние извне. Осталось определить точно чье, и воспользоваться к общей радости сторон.

— Больше никаких иных причин не вижу.

Мэтр с гордостью продемонстрировал мне и пиратский поселок. Везде порядок, никакого мусора, бывшие рабовладельцы в ошейниках только улицы зубными щетками не вычистили. Тут еще и нежить помогла. Следы пожаров и других развлечений не обнаружил. В затоне покачивались три боевых корабля.

Фаусту и Стальному Джо выдал инструкции. По сравнению с Кощеем с десятого этажа, лич пока пребывал в подвале. Но с задачей пугать окружающих справлялись на отлично оба. Приказал ему премировать парой обычных камней Тьмы хитрых умертвий, которые отлично себя проявили в операции «Резвый утопленник». Еще один выдать за «Добрый вечер!», где тварюга додумалась, натолкнувшись на непреодолимую защиту на вражеском бойце — утопить его. Это все транслировал для всех мертвых, дабы понимали — правильная и здоровая инициатива приветствуется и ведет к Возвышению.

Между делом проконсультировал дер Ингертоса и приказал срочно приступать к вербовке проституции, красивую нужно было спешно перебрасывать в Черноягодье, где через три декады должны бросить якоря десантные корабли Империи. Девки-информаторы — с одной стороны старо, как мир, с другой даже на Земле в моем веке метод действенный.

Пиратов пока оставил на месте. Дополнительными данными по акваториям я озадачил бывших любовниц ре Валеро. Принимать решение следовало после вдумчивого знакомства с повесткой. Слова одного бандита с потекшей крышей, доставшегося мне в качестве раба, — это всего лишь отправная точка.

В мое отсутствие соратники провели анкетирование и допросы, рассортировали пленных, часть рыболовецких суденышек с экипажами на радость эрину Брукусу уже отправили в Черноягодье. Впрочем, об этом они мне докладывали и по дальней связи.

Вручил мэтру две бутылки «Крови Арса», в отличие от дер Вирго, который только делал вид, что может по-настоящему оценить «вкус и букет», на чем неоднократно его ловили, дер Ингертос являлся истинным ценителем. Про эту черту мага мне поведал между делом Турин. Вновь отметил, что на соратнике броня охранителей, приведенная к общему знаменателю, сидела гораздо лучше, чем на Блудливом. За оруст поблагодарил. Необходимая в работе вещь, о которой он даже не мечтал.

Я же, прежде чем появляться в пиратском поселке, сначала заглянул к тайникам поблизости Черноягодья, все предметы связанные с архиличем в тех же мешках Рунигиса оказались в хранилище Леймэла. Из важного, осталось добраться до окрестностей Трехгорного, где забрать амуницию, броню и посох Шумара. И оценить работу драконов непосредственно в городе. Надеялся, что сделал правильные выводы.

Воспоминания промелькнули в одно мгновение, сейчас вновь посмотрел на спящую девушку, невольно улыбнулся. Затем обозрел угол большой комнаты в центральном здании администрации пиратского поселения. Мясо на месте, все подарки там же. Вроде бы ничего не забыл, даже анкеты освобожденных и плененных поместил в незримое хранилище. Временем в чертогах Оринуса я намеревался воспользоваться на двести процентов.

Призвал божество.

Откликнулся тот мгновенно.

Знакомая поляна, отметил, что Однорог был непривычно задумчив. Развеял его тоску красочным рассказом с немалой толикой пафоса, всё как все любили вокруг, об очередном провале Раоноса. Тот радовался, но я бы сказал, не от всей своей древней подлой души, даже эпизоды с камнями вызвали слабый эмоциональный отклик, хоть динозавр и выказывал довольство, но его явно что-то гнело. Не позволяло прыгать, скакать, вертеть сальто, залихватски размахивать косой. Он за все время всего лишь пару раз от радости пнул материализованную неведомую зверушку и выпустил четыре огнешара в чащу. Вручил ему «Браслет Оргуса Метателя», а также аккуратно извлек и, будто мину, передал жреческий атрибут — «Жезл стойкости Оринуса», который пришелся очень кстати. По крайней мере, меня так уверил ящер.

— Опять ты порадовал меня, глэрд Райс! Что хочешь в награду?

— Первое, верни мне восстановление потраченных возможностей по снятию клятв и других, все было использовано в рамках нашего общего дела, — под неопределенным «других», надеялся, что Оринус даст еще одну способность превратить в сумасшедшего любого разумного, — Второе, требуется еще два стирания памяти, но настраиваемые мною — от часа до суток. Третье, хочу улучшить умение видеть искажения.

— Со всем, кроме последнего пункта, не вижу проблем, — щелкнул тот пальцами и к моей радости, действительно, вернул все, как и выдал требуемое, — Там третий ранг… Да… уже третий… Ты просишь много! Впрочем, ты мне преподнес браслет и мой жезл, который появился очень и очень вовремя. Такое ощущение, что сама Азалия тебя надоумила взять его в качестве платы, — в том эпизоде нечего было скрывать, особенно, если подробности и предмет сделки я не озвучивал. В целом, ящер прав, как тот дер Вирго, богиня удачи сделала все за меня, — Что же я не только пойду тебе навстречу и переплачу, но и увеличу количество часов тренировок до десяти тысяч часов общего времени.

У занятной щедрости прижимистого динозавра должна была быть веская причина, за красивые глаза тот наград не нарезал. Вот бы еще персональный доступ к Весам получить, чтобы оценивать. Мечты, мечты… Однорог же выпустил горестно молочного цвета дым из ноздрей и продолжил под тревожное мерцание стелы колдовскими символами. Я, как обычно запоминал их, уже множество перенес в родовую книгу, но пока на этом исследование остановилось.

— К моему сожалению, за принижение, унижения и ослабление Кровавого я не смогу больше платить. Ни тебе, ни другим. Не смогу, — повторил он, а после выдохнул зло сноп пламени в сторону леса, затем из уголков пасти повалил густой черный дым, — За последние несколько столетий, ты первый кто меня так радовал, заставляя испытывать настоящие эмоции, а это бесценно, — мне оставалось только всплакнуть, — И ты нанес огромный урон белогривой млети. Именно об этом говорит простой факт, что на меня начали давить. Есть силы, про которые не могу тебе рассказать. И да, с одной стороны, можно наплевать на них, но в таком случае, навлеку на себя многие и многие беды. Мне на данном этапе это не нужно. Так вот, эти… грхм… явно и недвусмысленно намекнули, чтобы я прекращал награждать тебя за поражения Раоноса. Слишком его влияние снизилось на землях Хаоса, а это бьет по кому-то. Нарушение Равновесия. И теперь я верю, что ты уничтожил всех трех его старших жрецов, чего не случалось уже столетий пятнадцать. А еще думаю, немалую роль в ослаблении сыграли и сыграют камни Эйдена, а я успел до появления группы поддержки Раоноса изготовить еще триста фальшивых кристаллов, будто чувствуя их скорый приход… — оборвал фразу, не проговаривая кто же его напугал и кто имел власть над небожителями, — И ты их получишь. Буду с тобой честен, и не стану врать, что ты для меня более значим, чем предложенная мне плата за невмешательство. Выгоднее принять их предложение даже из простого рационализма. Но и ты показал себя очень и очень хорошо, поэтому все наши старые договоренности в силе, я выполню полностью свои обязательства. Заданий же у меня разных множество, которые никак не касаются Раоноса и не должны вступать в противоречие с твоими парадигмами, и касаемо их никаких дополнительных… пожеланий ни от кого не поступало. То есть, усиливать тебя никто не запрещал, единственное табу — за счет Кровавого. Видимо, хотят, чтобы ты его оставил в покое. Зачем? То мне неведомо! — Оринус выплевывал вместе со словами ревущие темные огненные шары, от которых старались уклоняться живые деревья, не всегда у них получалось, — И добавлю, не стоит отчаиваться, глэрд, уверен, это все временно, — взялся успокаивать меня ящер, сластя пилюли, — И все непонявшие суть Раоноса, точнее, думающие, что он лишь отыгрывает некую роль для паствы, ошибутся. Обязательно ошибутся. И он обязательно их обманет и заставит пожалеть о сотрудничестве с ним. Предательство — всего и вся, нарушение любых табу и договоренностей — это не кредо, это его суть, сам смысл его существования! И тогда пострадавшие сами придут и ко мне, и к тебе с просьбами покарать поганого эрманта!

Я кивнул понимающе, а потом взял слово:

— Оринус, из всех богов, я рад, что дороги судьбы свели нас с тобой. Ты — честный и щедрый, а не как всякие… — обвел поляну суровым взглядом, особенно внимательно всматривался в подлесок, словно там прятались подлые гады, ящер тоже повторил мой жест, — Глядя на остальных, вижу… не те звезды сияют на нашем небосводе. Не те! Мы неплохо поработали вместе. Потрудились на славу, разя беспощадно всякое зло. Наши враги плачут, рыдают, стенают. Кровавый нас боится до поноса и судорог, забился в щель под грязной корягой и дрожит в ужасе. Иначе бы для чего ему жаловаться всем подряд?

— Все верно!

Ай, молодец! Отлично.

— Уверен, покровителям он тоже заплатил немало. И да, я вижу, как он сдавал, сдает и будет сдавать позиции, терять их одну за одной от нашего сурового и мощного натиска. Железного! Стального! Неумолимого! Я продолжу дело, не взирая ни на что, ведь я не связан Равновесием и другими клятвами, в отличие от тебя. И когда эти вероломные деятели, которые посмели указывать тебе, как поступать, пострадают от происков подлого Раоноса и придут к нам… у нас будет все готово. И они заплатят. Заплатят втройне, нет, вдесятерне за твою горечь, за твою печаль, за твою боль. Да будет так!

— Будет! — кивнув утвердительно, воодушевился ящер, у него даже слюна из уголка пасти капнула, прожигая в траве очередную проплешину.

— Раонос уже плачет, как сопливая девочка, ревет и рвет волосы. Ябедничает всем вокруг… И это бог? Да, это черт какой-то! — не знаю, как перевел название беса адаптивный переводчик, но Оринус довольно осклабился, полностью поддерживая новое определение млети и взмахнул грозно косой, — И я не дам ему скучать, но немного ослаблю адамантиевую хватку на его цыплячьей шее. И когда он успокоится, поверит, что опасность миновала, как и затихнут эти злые силы, что не дают нам победить вонючую тьму в лице этой падлы, вмешиваясь в наши благородные дела в самый ответственный момент… Именно тогда мы нанесем удар в само средоточие лживой твари! — провозгласил я доктрину, — И будет она визжать! Ибо должна сдохнуть! В корчах! И страшно! А мы поглотим его силу!

Последние очень понравилось Однорогу, он даже пасть распахнул.

А так, ожидаемый итог. Даже, если Оринус придумал «непреодолимые силы зла». Я же понимал, что очередной этап завершался. Кровавый получил по носу, и стремительно терял позиции на землях Хаоса. Потому что алтарь с изначальным камнем — это очень серьезно. Его форпост на континенте, остальные не дотягивали по могуществу, именно поэтому в Демморунге и концентрировалась верхушка культа. Впрочем, одну из ведущих ролей сыграло уничтожение старших, читай «высших», жрецов. Захват главнейших артефактов. На эти вопросы мне подробно, в силу знаний и собственного разумения, ответил последний служитель, подтвердив большинство теорий и выводов, сделанных из реакции других божков.

Да и мне ли быть в печали? Неплохо на этой борьбе, нет, не погрел руки, а усилился. И я был уверен, Кровавый начнет пакостить и честному ящеру, вынуждая его реагировать; нагадит и добрым архиличам в мертвецких землях; и обоим паскудным дедушкам с утеса; и даже Иргусу в суп плюнет; нагнет где-нибудь Истеллу, а Империя вздрогнет от воплощения в жизнь поганых замыслов. И даже Великий лес пострадает безмерно, ибо предал своего белогривого папашу. Я чувствовал, пока не мог четко сформулировать, но знал, что эта млеть затаила и готовила тайно диверсии против добра, наплевав на любые последствия, как тот Шумар. Ведь не зря же он и его паства взрастили и свели с ума архилича? Только нужно продумать все детально.

Да, меня занимал и вопрос, если ящер, не соврал, то кто действительно на него надавил. Кронос ли это с Ситрусом или некие высшие силы — абсолютно неясно. Слишком многое скрывали божки. И в этом они были на диво солидарны. Например, практически дублировалось информация и по Ригмару, которого многие хотели воскресить, и по Раоносу, полученная из двух источников — от Однорога и бога Мудрости, в рамках выполнения задания по поиску жезла Антонио де Тисса. Да, некоторые полученные детали помогали, например, опознать локацию — те же райские кущи Кровавого, но Красная пустошь в моем пакете данных отсутствовала. Все остальное — вода водой.

Ожидаемо и прекращение сотрудничества. В этом вопросе я не угадал, когда предполагал, что первым перестанет платить за преследование лживого божка Однорог. Его опередили бородатые братья.

— Оринус, я хочу сейчас использовать две с половиной тысячи часов для обучения. Мне потребуется в рядах наставников, как и говорил, опытный полководец. И перенеси со мной поклажу, там драконье мясо и подарки для всех.

— Что конкретно отправить с тобой? — с последними словами полупрозрачная комната проступила перед глазами, я указал на требуемое, — Да будет так! — взмахнул косой ящер.

…Два месяца и девять дней в реальности Оринуса промелькнули настолько стремительно, я даже где-то пожалел, что не попросил пять тысяч. Однако руководствовался здравым смыслом. Именно такой срок определил, как оптимальный, дабы не выпасть мыслями и помыслами из текущих событий. Более того, чуть меньше потребовалось времени для подъема способностей Глока.

Если изначально я все же хотел подарить себе возможность возродиться при смертельных ранениях за счет развоплощения райса, то после осмысления понял — преждевременно и вряд ли чем-то поможет в реальности. Те, кто меня сможет уничтожить или нанести чрезмерный урон, воскрешенную слабую ипостась — сметут и не заметят. Я же брошу ресурсы на второстепенные задачи, когда требовалось совершенно иное.

Боевые качества питомца при всем желании за столь короткий срок не выведешь на уровень, когда безбоязненно можно его вводить в схватки с теми же аватарами. В других же случаях он становился обузой и мясом.

Делал ставку на наблюдение, ретрансляцию и дальность. В итоге, практически обнулил энергию, но довел возможности питомца находиться в реальности пусть и в призрачном виде до двадцати часов в сутки. Его воздействие теперь измерялось двумя часами. Сам он мог удаляться от меня на расстояние до полутора километров. На самостоятельную добычу Глоком энергии в алтарь мне не хватило ресурсов. Но в целом, те капли, которые он мог приносить, пусть и в режиме нон-стоп, совершенно несравнимы с пользой, от возлагаемых на него задач.

И по факту, я обзавелся превосходным разведывательным дроном, способным видеть искажения, для которого практически не имелось преград. Да, иногда приходилось вразумлять зверя, когда тот вдруг решал показывать характер или невовремя демонстрировал какие-то «хотелки», но дрессировке питомец поддавался. Я же всегда крайне негативно относился к ИИ с псевдо-личностями. Откровенные беседы с нейро для меня не отличились от разговора по душам с табуретом или с плазменной винтовкой, и отдавали безумием, особенно когда пациент находился в трезвом уме и твердой памяти. Мне инструменты были нужны не для компенсации недостатка общения, а для работы. Приказы должны выполняться, при условии правильной их постановки: четко, точно, предельно быстро или тогда, когда требуется, согласно обстановке.

Ты — человек разумный, и ты должен руководить процессами, а не непонятное зверье или же электронная незримая херня, пусть и в образе бабы с большими сиськами. Если наоборот, то ты собака, которой вертит хвост. Ты кто угодно, но не центр принятия решений, безвольный гумми.

Вообще, не знаю этого добивался Однорог или нет, но если так пойдет дальше, то начну его закапсулированную реальность воспринимать, как рай, пусть не на Земле. И было с чего, я занимался самым своим любимым делом — совершенствованием. И процесс протекал под присмотром опытных наставников, которые всегда знали, что и как делать для достижения правильных результатов.

Кроме уже привычных медитаций, тренировок с праной, со всей линейкой обычного оружия, без него и сражений на Арене, добавилась и теория.

Мастер Гранд — огромный медвеподобный аристо без всяких способностей обладал настоящей аурой власти, после приказа такого, сначала все бежали и делали, и только потом задумывались: а зачем?

Он мне на примерах и наглядном материале демонстрировал тактические наработки от десятка и до легиона в различных условиях. Всегда подчеркивал, важность не только боевых качеств, но и логистики, снабжения, организации движения и правильного разбития лагерей, работу с магами и так далее, так далее, так далее. Учитывая, что мне это требовалось все самому, никаким образом дополнительно мотивировать не требовалось.

Я впитывал новые знания, соотносил их с земными аналогиями, обдумывал, но никогда не выходил за рамки учебного курса и не рассказывал о своих мыслях. Отвечал так, как требовалось. Потому что, по факту, находился и проходил обучение на территории вероятного противника. Поэтому показывать ум и сообразительность не только не спешил, наоборот, делал все, чтобы этим занимался наставник.

Из главного, Оруст Денвера вышел в рабочий режим. И да, это оказался настоящим, пусть и кривым аналогом нейро. «Разделение» сознания произошло на четыре потока. На пик устройство должно было выйти в течение года, тогда можно ожидать еще минимум одного. Но и сейчас, я методом проб и ошибок, завязал один на работу с памятью, когда без всякого лишнего напряжения магический прибор выдергивал всю информацию, какую я когда-либо видел или слышал, включая записи в родовой книге, относительно предмета, явления или живого существа. При этом транслировались отсортированные данные, лишенные эмоционального мусора, хотя если требовалось, мог получить и вместе с ним, с точным указанием: когда, где и кто. Пока добился выведения информации в текстовом формате в отдельном окне на англо-русском, но хотел настроить все на мыслеобразы. Они настоящая находка — за долю секунды передавали огромные массивы данных, что очень важно.

Один мысленный поток занимался пока в тестовом режиме проведением мгновенных сложных расчетов, что очень облегчало жизнь. Но в целом, фактически, работал вхолостую. Однако он должен сыграть в будущем свою роль.

Геопозиционирование и взаимодействие с дронами — одно из важнейших направлений, им планировал заниматься уже на Аргассе. И третий мысленный поток постепенно выводил на сканирование всего и вся доступными средствами, с обработкой поступающих данных в режиме онлайн. Энергии оборудование жрало немеряно, но оно того стоило.

…Уже традиционно в последний вечер сидел в саду, смотрел на огонь небольшого костра и пил прилл. В левой когтистой руке рубиновая чаша, в правой четки, зерна которых медленно перебрасывал. Вокруг же меня по часовой стрелке кружили шесть шаров, каждый из которых весил по килограмму. Столько же вращалось против, а еще три по полкилограмма двигались по эллипсоидным траекториям вокруг орбит основных.

Это был ощутимый рывок под руководством мастера Уолла в овладении праной. Сейчас размышлял не о будущем и даже не о прошлом, а анализировал последний бой на Арене, где мне на Пепельных пустошах, впервые за все время, удалось аннигилировать опытную боевую звезду истинных магов. При этом я действовал с крайне урезанными возможностями, так как не показывал фактически ничего из неизвестного ящеру. И продумывал, как сложился бы рисунок боя без всяких ограничений.

Для бравурных настроений оснований не имелось. Пусть уже таким силам я и не на один зуб, но в любом случае, победу видел лишь в четырех возможных схватках из десяти, это если Азалия на моей стороне будет. Особенно мало шансов, когда колдунов поддерживали имперские драконы, которые использовали свое преимущество грамотно. Не снижались. Если происходило сближение — их срок жизни сокращался до минимальных величин. Ятаганы легко преодолевали незримую защиту, как и пробивали кости в глазницах. Учитывая телекинез, даже к способностям обращаться не требовалось.

Меч Демморунга в боях не использовал, лишь его полноразмерную копию без всяких свойств. Разобрался и со «Щитом Безымянного» — его возможности не требовалось скрывать. Их Оринус отлично знал, ведь именно он мне посоветовал эту позицию. Кроме запредельной защиты носителя, щит мог один раз в минуту отбрасывать перед собой вражеских бойцов (в целом, воздействие до моего «Торнадо» не дотягивало, но тоже внушало). Отражал до трех атак высшего порядка, но перед внеранговыми его даже выставлять не стоило — смели бы и не заметили. Острыми гранями можно было рассекать противников не хуже, чем другим острым железом, особенно, когда активировалось раз в пять минут на тридцать секунд свойство необыкновенной остроты. При должной сноровке оппонент очень изумлялся. Вывод: на данном этапе отличная вещь, особенно в связке с мечом, но требовался аналог еще лучше, под стать оружию.

Арена… Больше всего хотелось получить в личное пользование такой полигон, но здесь мастер Десс только рассмеялся — это прерогатива лишь богов и в местах их силы. Последнюю фразу я выжег в мозге. Основные действа происходили по моей просьбе в локациях, в которых сходились аватары. Шесть раз выходил и против подлого Винсента Шумара, большинство из умений которого соответствовали реальным, что гарантировал учитель. Одна чистая победа, одно взаимное уничтожение и четыре проигрыша. Собственно, ничего иного я и не предполагал. Мои козыри — беспредельной мощности оружие, и внезапный первый удар. Смертельный. Только тогда можно рассчитывать на победу.

А так, множество планов было перечеркнуто, составлено новых. Если изначально я хотел, как можно скорее выполнить задание Мары, то теперь решил повременить. Потому что не знал, исчезнет ли звание ее «Вестника», когда передам послание архиличу. Это же не только аргумент, учитывая, что моя необходимость постепенно падала в глазах других божков, но еще и незримая аура хозяйки царства Мертвых, которая забивала собой все.

Опять же решил отложить визит на Черный пик, откуда с вероятностью, стремящейся к единице и прибыли гарпии вместе с воплощением гнева, оставляя гнездовище якобы без присмотра. Ожидаемо, что там либо засада, либо Раонос пытался моими руками ослабить Арху. Для чего? Например, воспользоваться и ударить ей в спину. Что это даст ему? Учитывая цель каждого из божков — усиление.

Не зря я не будил Лаену. Сны Истеллы вновь снились, как по часам. Мы продолжали с девушкой насыщаться друг другом, а еще именно в них я тренировался работать с иллюзиями. Если поначалу демонстрировал для демонессы короткие голографические ролики, где зачастую звук не всегда совпадал, то к концу практики дошел до «показа» галосериалов, настолько реальных, что казалось ты находился в эпицентре действия. В этом опять же помогли медитации, направленные на концентрацию с мастером Уоллом и Оруст Денвера. У девушки, кстати, он так и не вышел на рабочий режим.

Интересные игры со временем.

Больше всего Лаене нравились мультфильмы и картины про сильных и независимых женщин, вытирающих сопли всем вокруг, спасающие вселенные. Специально для нее во вполне знакомые сериалы вставлял сценки с тренировками главной героини. Что она становилась такой дерзкой не потому, что девочка и этого достойна, а согласно затраченным усилиям и вложенному терпению наставников. Через боль, пот, кровь, день за днем, месяц за месяцем, год за годом, несмотря на лишения двигалась к звездам.

Закусив нижнюю губу и сжимая порой кулачок, моя возлюбленная с болью в глазах наблюдала, как очередную восходящую мисс изматывали тренировками, как она, обламывая грязные ногти, карабкалась по отвесной скале или получала палками от злых наставников. Круги и синяки под глазами не останавливали, плакала иногда от бессилия, будто готовая вот-вот сдаться, дико орала, психовала, но побеждала себя, становилась еще злее. Такая героиня несмотря на жизненные удары от бросания подлым мальчиком до злых бандитов, убивавших всю семью, готовая вот-вот сломаться, находила жизненные силы и поднималась, и перла вперед, куда тому штурмовому глайдеру.

Тогда Лаена улыбалась довольно, вся вспыхивала, переполнялась созидательно-разрушительной энергией. В общем, кроме обычного секса, любви, моих тренировок, добавил во сны Истеллы и воспитательный аспект для демонессы — без труда не вытащишь и рыбку из пруда; никогда не сдавайся, всегда тренируйся, учись, расти над собой, будь честной и верной.

И пропаганда давала всходы.

Так в предпоследнюю ночь завела разговор, что требуются наставники, а еще смотря на мои четки, ее глаза начинали зло суживаться, а не как раньше глядела с неким затаенным страхом. Ничего, уничтожит лично убийцу своих родных и того, кто оставил травму на всю жизнь, и все пройдет.

В целом же, если бы не эти сны Истеллы, на которые я рассчитывал сразу, то не уверен, смог ли удержать себя в рамках. Нет, если бы рядом не было женщин — легко. Но они присутствовали.

Еще на стадии подготовки посещения тренировочной базы Оринуса возникла проблема, которая могла вылезти неожиданно и в будущем — средство предохранения. Инициированным аристо они не требовались, как и взрослым демонам, у эльфов тоже имелись свои способы. Артефакты же на бесплодие и победу над дурными болезнями присутствовали на рынке, только они не привязывались. Поэтому при желании могущественных сущностей, их работу можно было незаметно заблокировать. Алхимию даже не рассматривал, Амелия отзывалась про такие методы крайне негативно, приводя примеры, как такое могло сказаться на будущем потомстве.

Сколько всего сделал за это время — не перечесть. Выложился по полной программе. На душе же редкое состояние некого вселенского покоя. Гармония.

Пора.

Встал. Тепло попрощался с учителями, поблагодарил их. Сморгнул и оказался вновь в комнате, откуда стартовал. Лаена моментально проснулась, затем улыбнулась довольно, и протянула ко мне руки. Хоть и уже поджимало время, но час уделил.

…С дер Ингертосом отошли подальше от любых глаз, я засек время и показал ему переданные мне эрлглэрдом Уолтером артефакты для нежити. Тот взялся перечислять их свойства. Да, я не тратил энергию на «познание сути», экономил, так как требовалось принять мэтра и Лаену в Род, а также поднимать райса, но эйденовское умение, как теперь понимал, первого ранга, некоторые свойства показывало. То, что далеко не все, доказал опытным путем маг.

Меня же интересовал вопрос, нельзя ли некоторые из них активировать без личей. В целом, сейчас можно было говорить без купюр. Рассказал основные черты задумки, и даже бы Фауста не пожалел, если бы для дела потребовалось. Но мэтр меня обрадовал и спас мертвого колдуна от отправки во Тьму.

— Активировать их можно. Я могу сделать так, чтобы энергия из них высвободилась, с облечением в заложенные формы. Только артефакты при этом уничтожатся. «Волна» же и всевозможный «прах», включая «пламенный», наиболее часто используемые архиличами заклинания, а вот «черных клинков Мары» здесь нет, — последнее, как и совокупность первых, одни из любимейших Винсентом магических атак.

— Следы останутся, что были использованы артефакты?

— Могу сделать, чтобы нет

— Сделай именно так. Много времени потребуется?

— Минут двадцать. И вот эти кольца, браслет… можно еще присовокупить вот эту корону… Да… Но ты точно решил? Они очень ценные и сильные, еще и редкие. Нашей нежити они бы пригодились, тому же Фаусту, а вот это подойдет Стальному.

— Приступай, — не стал мечтать я о несбыточном, — И еще, вот неррит, нужно его превратить в такие же мины и заряды, как в прошлый раз. С помощью них я уничтожил целую гору с гарпиями. Может получится и Черный пик уронить, вокруг теперь только наши земли, сколько захватим.

— Потом расскажешь, как получилось с Гнездовищем?

— Обязательно. И да, мэтр, я тебе верю… Но ситуация такова, — объяснил про отсутствие достойной у него защиты разума, а также крайнюю важность секретности и что сотру ему память с момента начала этого разговора. Магу такой подход не понравился, но он все же подумав, принял правильное решение. Впрочем, это неважно добровольно или нет, я бы все равно сделал задуманное.

Через пять минут соратник написал сам себе короткую записку: «Да, все именно верно, но именно так и нужно» присовокупил непонятную руну, забрал неррит с артефактами и удалился на безопасное расстояние. Как только он сделал работу, я убрал все в хранилище Леймэла, и стер у него этот отрезок памяти.

Прошла пара секунд, когда маг обмер, затем недоуменно вскинулся.

— Прочти записку, у тебя в руках, — сразу сказал ему я.

Узнал и свой почерк, успокоился, кивнул каким-то своим мысля, а затем спросил:

— Сколько?

— Три с половиной часа, — я правильно понял вопрос.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Знаю, поэтому и делаю.

Мой ответ его не успокоил, но опять же мэтр держал себя в руках, поэтому никак не выказал недоверия.

Попрощался с ним и с Лаеной.

И ведомый мини-драконами устремился в сторону провала. Забрал спрятанный, почти пустой рюкзак «Рейдера». Куда впоследствии и сложил все вещи Винсента, оказавшиеся на месте (не иначе Азалия помогла), присовокупил к добыче рабочие дневники архилича. Учитывая, что их полные копии имелись в родовой книге, никакой ценности оригиналы для меня не представляли. Еще, как не жалко было отдавать, но два Цветка Хаоса и Тьмы, которые обнаружил изначально у архилича, тоже последовали в трофеи.

Четверо суток тренировался без всяких ограничений неподалеку от развалин замка. Благодаря Орусту смог включить не только Глока, скорпа и призрачного ворона в процесс наблюдения без всяких переключений от одного к другому, но и драконов. При этом прописывал реагировать и вычленять разные раздражители. Сигнализировать. Вычислительный модуль просчитывать расстояния до объектов, определять их структуру…

Да, пока криво, не так, как хотелось бы, но начало важнейшему делу было положено. А если вспомнить про метки и связь… Кстати, пытались на нее выйти многие от великого герцога до дер Вирго, но я хранил абсолютное радиомолчание. Если же имелись какие-то сверххитрые маркеры на императорском передатчике и телепорте, то они находились в хранилище Грогуса. Соответственно, не могли меня выдать.

На пятый день после обеда посетил вновь Трехгорный.

Как и полагал древний рабочий кабинет Орма Созидающего пережил пламя драконов. И несмотря на все старания всадников, внутрь можно было попасть довольно легко через дверь. Разместив здесь мертвецкие артефакты, активировал их самоподрыв, а затем в течение пары минут наблюдал, как из дверного проема вырываются искажения и различные заклинания, особо отметил знакомую стену черного огня.

Проверил. Добавил несколько штрихов.

Отлично!

Все, пора.

Отправил восвояси сопровождение, сам же добрался до ближайшего чистого пятна.

Сердце Иратана светило ласково, Око Богов внушало уверенность.

Прежде, чем сломать амулет дальней связи, задумался вновь. Стоило ли? Или нагрянуть неожиданно? И, вообще, телепорт, переданный Туриным, не нравился моей паранойе. Окончательное решение отложил до конца беседы с Кроносом.

Его и призвал.

Не прошло и секунды, как оказался на утесе вместе с поклажей за плечами.

— Глэрд Райс, зачем ты меня побеспокоил⁈ — рыкнул божок.

— Возрадуйся, Кронос! У меня добрые вести! Твоя мечта сбылась, и вновь благодаря мне! Ликуй, Винсент Шумар, по прозвищу Покоритель Драконов отправился во Тьму! А это… — покопался в рюкзаке, и явил на свет предмет чаяния многих и многих, — Жезл Антонио де Тисса!

При моих словах и виде артефакта радости на лице небожителя я не заметил, а вот тень досады после тщательного сканирования промелькнула отчетливо…

Глава четырнадцатая

22.06.589 от основания Новой Империи, земли Хаоса

Ситрус тоже не выразил довольства. Он появился практически сразу после моих слов и теперь, как и братец, с некой обеспокоенностью сверлил меня взглядом, переводя его порой на жезл. Искажения от того и другого божка раз двадцать просканировали мою добычу. Поверить не могли? Или что-то здесь крылось другое?

— Где ты нашел Винсента? Как? Но еще больше меня интересует, каким образом ты смог уничтожить такую сущность? — ожидаемо посыпались вопросы.

— Я — аристо. Мой путь был труден и тернист. И звание «Вестник Мары» не дается просто так, — судя по выражениям лиц, если, конечно, все просчитал правильно, и божки не разыгрывали комедию специально для меня, последний фактор — главнейший. Поморщились досадливо.

— И это тоже нам интересно, — влез подлый хитро-мудрый старикан, — Что она тебе поручила?

— Открой мне секрет, как воздействовать на разум? — воззрился на него, — Как вкладывать мысли своей пастве? Как ее довести до безумия? Как создавать реалистичные иллюзии и как вдыхать в них жизнь? А ты, Кронос, научи меня повелевать грозами и огнем, на уровне не меньшем, чем айса-рок…

— Ты… Ты просишь немыслимое!

— Как и вы! Еще раз повторюсь, я профессионал. Я тот, кто решает проблемы. Я тот чьи услуги стоят очень дорого. Запредельно. Потому что я всегда работаю на результат, в отличие от ваших адептов, могущих только разбивать головы в поклонах. Но как доходит время действовать… Они могут только самоубиться, но не сделать необходимое. И я тот, кто живет за счет своих умений. И ты предлагаешь мне, раскрыть свои секреты? Поведать все тайны? Особенно, касающиеся договоров? До такой наглости не додумался даже Однорог!

— Не забывайся, аристо! — с меньшим напором рыкнул злобный старик.

— Все, что вам нужно знать, это то, что именно я отправил Винсента Шумара во Тьму! Клянусь кровью! У вас обоих всегда возникают проблемы и куча оговорок, когда приходит время платить по счетам. Жезл Антонио де Тисса — вот! Подробностей, как я выполнил то или иное задание, я не раскрываю никому. Поэтому, не откладывая в долгий ящик, как и заключили договор перед Весами, за него ты даешь трансформу Иллаи для Миллаенааратас, последней из великого домена Вахнустирга. Следующее, плата именно за убийство Винсента Шумара — ты наделишь ее и моего соратника мэтра Ллоя дер Ингертоса ментальной защитой, какую поставил мне.

— Это…

— Это мизер, и ты прекрасно все понимаешь!

— Но уговор был, что ты добудешь и убьешь, — попытался юлить Кронос.

— Нет, вспоминай, за убийство ты обещал щедро наградить, а за жезл трансформу Иллаи. Или к Весам обратимся, проверим, много ли я требую? Кстати, Ситрус, и ты готовься. Обеспечишь моих соратников такой же защитой для разума, как меня — это за уничтожение подлого архилича. За жезл же, ты…

— Ты его отдал Кроносу! Вот если бы мне! — хитрая сука, но в чем-то права.

— Не ты ли говорил, что это ваше общее дело? Или получается, Кронос платит, а ты только преференции получаешь?

— Мы с ним разберемся сами! Так ведь? — и по-щенячьи посмотрел на Верховного.

Последовал одобрительный кивок.

— В любом случае, тогда ты предоставишь мне информацию о Позабытых богах, затем все известное тебе о Заповедной чаще Тайгра и Великих копях Дергаласта. И мне требуются актуальные карты мертвецких земель и знание геральдики. И после нашего разговора перенесете меня в Халдогорд, на центральную площадь перед Канцелярией. Вместе с поклажей. Соглашайся на этот мизер, пока я не призвал Весы и не поймал тебя за твой длинный язык!

— Про богов это…

— Охолони! Мне требуется знать кто из них остался, где их места силы, какие у них аватары…Но эти данные должны быть полные. Ваши взаимоотношения не интересуют! — один черт, про них бы все вымарали.

— Тогда согласен!

— Кронос⁈

Тот вместо ответа взмахнул булавой, и рядом со мной возникли дер Ингертос и Лаена. Обозрели окружающие дикими шальными взорами, а затем практически синхронно рухнули на одно колено, склонили головы и правыми кулаками ударили в грудь.

Прежде, чем божок раскрыл рот и начал рассказывать о своей безмерной милости и что все вокруг должны ему, а рожа у него стала вдохновенной, я взял слово сам. Взревел торжественно:

— Мои соратники, я выполнил сложнейшее задание Кроноса и убил подлого и злобного Винсента Шумара Покорителя драконов! Я забрал у него жезл Антонио де Тисса, и отдал его Верховному! За мои подвиги, которые не в силах повторить ни один из паладинов, он должен наделить Лаену трансформой Иллаи (таких больших глаз у девушки я никогда не видел, как и недоверия в них, впрочем, и мэтр изумился не меньше, но держал себя в руках лучше), затем вас обоих обеспечить лучшей из возможных ментальной защитой. Его брат — Ситрус, бог Мудрости, в своей безмерной радости, так же создаст каждому из вас еще один контур пси-брони! Все мы с ними обговорили. Понимаю, что мои деяния и награды за них — несоизмеримы, но, увы, боги тоже не всегда подчинены сами себе. Над ними довлеют Весы и Равновесие, поэтому несмотря на радость наших великих братьев и покровителей, они вынуждены давать лишь малую часть от реальной награды за сделанное мною! — Кронос скрипнул зубищами, — И встаньте! Вы аристо и находитесь перед Отцом Битв! Он же не приемлет рабскую покорность! — и вот теперь оспорь, сука бородатая, хотя я видел, как у него на душе теплее от коленопреклоненных разумных, боящихся поднять взгляд, — И всегда помните — вы из Истинного Великого Дома Сумеречных! Никогда об этом не забывайте! И мы поклоняемся только Творцу, — мог бы, сейчас бы меня божок спалил.

— Глэрд! — прервал мой спич раздосадованный Кронос, он думал, что я позволю ему вколотить установки, как все вокруг ему должны? Нет. Все обязаны только мне.

— Что я сказал неверно, Верховный⁈

— Ты прав во всем! Просто у нас мало времени! А вы готовьтесь терпеть! Ибо без боли нет величия!

И взмахнул моргенштерном. Мои соратники свалились, забились в конвульсиях, заорали не хуже меня. Так продолжалось секунд десять, у Лаены около двадцати. Затем вперед выступил Ситрус — мучения продлились еще столько же.

— Вы как? — спросил у обоих, когда экзекуция закончилась, и они пошатываясь встали на ноги.

Дорожки крови из носа и ушей, слез из глаз. Знаю, больно. Впрочем, не так, как при манипуляциях с алтарем. Те в имперском приветствии сообщили, что все у них хорошо. К моей радости молчали, не обменивались никакими сообщениями.

Молодцы.

Порадовали. Действовали, как будто, так и должно все происходить.

Верховный был бы не Верховным, если бы не заявил с пафосом:

— Что же смертные, радуйтесь, и всегда помните, кому вы обязаны новыми возможностями, часто недоступными для других! И не могут их дать иные боги! Я — Кронос! И мое слово адамантит, — хотелось русским матом засвидетельствовать «честность» и приверженность к клятвам божка. Достаточно вспомнить персональный Гратис, — Славьте мое имя, не забывайте о моих заветах и тогда, я не забуду о вас!

— Почтенный Кронос! Мы запомним твои слова и этот радостный миг! И станем гордиться, что сам Отец битв благословил нас на подвиги! — заявил дер Ингертос, — Благодарим и тебя, Мудрейший!

— Благодарим тебя, Великий! И будем славить твое имя! Никогда не забудем заветов, как и не нарушим их, как и твоих, бог Мудрости!

Да. Работы с соратниками предстояло много. Подобострастие перед бородатыми млетями мне не понравилось. Глаза Лаены горели, когда она смотрела на меня, стоящего скрестив руки на груди.

После процедур, не давая никому опомниться, божки сразу перенесли обратно девушку и мага. Представил радость демонессы и сдержал довольную улыбку. Обещание перевыполнил не на одну тысячу процентов — она получила не только крылья. И защита разума — вещь незаменимая. Еще весь ближайший круг нужно такой обеспечить, как и отключением боли и переходом к Маре.

— Глэрд Райс, наш договор завершен⁈

— Если ты выполнил все требуемое… — перечислил все и вся, добавил и обязательства Ситруса, основную часть на пятнадцать минут занял список предосторожностей в виде дополнительных меток и прочего возможного непотребства, которым могли под шумок наградить боги. Да, второй раз… Но лучше так, чем потом кусать локти.

— Мы сделали все именно так. Так наш договор завершен⁈

— Да, и пусть Весы засвидетельствуют! — с пафосом проговорил я, протягивая жезл Кроносу, который взял его в руки весьма неохотно. Отчего такая фобия?

— Что же, теперь поговорим о главном, — начал тот разговор по душам, — Ты выказал мне огромное неуважение! Получив у Раоноса набор Марка дер Тиона, весь его преподнес другим богам, начиная от Мары и заканчивая Азалией. Не забыл ни Иргуса, ни даже Истеллу. Но отчего-то не стал отдавать мне мой артефакт! — ага, проняло, сука? На это я рассчитывал, так как не страдал беспамятством, когда тот же аватар — плоть от плоти злобного дедули, взвился, когда я преподнес Азалии трость вампира-суицидника, а Кроносу возложил на алтарь рукоять меча самоубийцы-Паскля, — Твоя дерзость безмерна, и она должна быть наказана. И не думай, что тебе поможет Однорог. Он теперь сам себе помочь не может… Хотя можешь в мольбах обратиться к нему… Посмотреть.

— Ты меня с кем-то путаешь, я никого никогда не молил. Да и будь даже ты прав, кроме Оринуса есть и другие боги, — вклинился в паузу. Приблизительно догадывался, что сейчас начнется запугивание и принуждение меня сделать что-то либо паскудное, либо бесплатно.

— Кто? Вертихвостка Азалия, которую каждый второй называет «шлюхой»? Продажный Иргус, которого я куплю, продам и снова куплю за жалкое золото! Тупая сучка Истелла, у которой кроме дум о плотских утехах нет ничего в голове? Они все склонились и будут выполнять мою волю! Мара? Вот у кого-кого, а у нее искать утешение — последнее дело. Она живет в страхе и издревле не вмешивается в наши дела, и только поэтому еще на своем месте! Стоит ей только изменить правилам… И это место займет другой или другая!

— Кронос, Кронос… Вроде бы ты Верховный, но Ситрус на тебя действует плохо. Не зря же другая его ипостась Безумие, — покачал я головой, а затем продолжил, потому что как бы не повернулась беседа, но такие козыри мне раздать. Дружба с Раоносом до добра не доводила… — Азалия всегда ценит тех, кто может оценить ее дары. Не перепутать их. Мара многим миллионам, если не миллиардам, подарила покой. И да, я видел своими глазами, когда она выказывала человеколюбие, к которому неспособны порой сами люди. Иргус — торговец, но у каждого из них есть своя честь, которой он не пропустится ни за какие деньги. Истелла часто дарит то, ради чего живут смертные и совершают подвиги, а плотское — пусть и важный аспект, но не всегда обязательное дополнение к ее подаркам. Может все так и есть, как без уважения к ним говоришь, но ты забыл про десятки и сотни других богов, например, про Эйдена или…

— Эйден — жалкая лирнийская слизь! Где твой Эйден? Его ненавидят все, а статуи были убраны из каждого храма в Империи и разрушены! По моей воле! Да, ему тайком молятся наемники всех мастей, но что-то не приносит покровитель им удачи… Потому что клинки нужно обнажать за убеждения, а не за некие блага! Он клятвопреступник!

— А мне говорили иначе… — многозначительный ответ знающего некую тайну разозлил Кроноса еще сильнее, голос загремел над морем.

— Те слова яд! И вранье! Да, он не стал поддерживать врагов, но и не встал рядом со мной во времена битв, так как требовал за свое участие слишком многого! Я же…

Вот как? Интересно.

— Так он же выполнил свои обязательства, предлагал тебе другой контракт, но ты в гордыне не согласился, — сказал я тоном, будто не моделировал сейчас, а досконально знал ситуацию, — Считал, что тебе все должны служить за твои красивые глаза, не так ли? Но то, что он не встал рядом с твоими врагами…

— Все это ложь и отговорки! — перебил тот меня с гневом в голосе. Может быть, может. Но произнесенного мне для начального этапа работы хватит с лихвой. Я нигде не забыл божественную обидчивость и нервность, — Те, тоже просто не смогли найти плату! Но это дела давно минувших дней. За тебя он не вступится! Так вот, слушай мою волю! Условия простые. Ты оставишь в покое Раоноса. Вернешь его белоголовую. Передашь мне его кинжалы, жезлы и фолианты, как и мою «Ярость». Затем ты возьмешь жезл Антонио де Тисса, и в мире Рантора доставишь его в разлом с первозданным огнем в Ильсхлемлских пустошах. Только так можно уничтожить этот зловредный артефакт, ему же не место в нашем мире! Он несет угрозу всему! Весь путь пройдешь с Кронгом, которого упокоишь в Бездонном колодце! — дед, ты сериалов про бодрых хоббитов и светлых эльфов пересмотрел?

— Это все пожелания? — задумчиво посмотрел на Кроноса, представляя на его месте порождение Синеликой Архи, ее разнокалиберные, сочащиеся слизью сиськи, что гораздо убойное, нежели куча какого-то банального дерьма.

Мое презрение и некая жалость к уродству заставили яростью полыхнуть глаза божка, синий лед и ярко-красный огонь замешивались в них молниями.

— Нет! — влез Ситрус, — Ты отзываешь свое требование у Серых Драконов, тебе ящеры не понадобятся. Затем ты отдаешь тем, у кого взял плату за двадцать два камня душ, все полученное за них и присовокупляешь еще сотню — вира за обман, и среди них не будет ни одного от Эйдена. После не лезешь в земли Хаоса, не преследуешь Синеликую и других Позабытых богов, — мудрый бородач задумался, чего бы еще ввернуть.

— А как я различу, есть ли там Эйдена или нет?

— Призовешь меня!

Слово взял вновь Верховный.

— Мы не знаем, какие дела связывают тебя с Марой, но прекращаешь с ней в одностороннем порядке любое сотрудничество. И не вздумай ссылаться на нас!

— Ты перестаешь преследовать эльфов и гномов, как и других нелюдей. И не вмешиваешься в их дела. Не мешаешь им в Империи! — подхватил Ситрус.

И где только смелости набрались? Неужели паскудные силы, которые надавили на Оринуса, внушили им уверенность в себе или это сами божки нажали на Однорога? И теперь пребывали в эйфории от той победы? Да, я понимал, они привыкли приказывать, ни капли не сомневаясь, что смертные лбы разобьют, но выполнят требуемое. И их маневр, когда пришлось договариваться со мной — крайне вынужденная мера. И от чего они подумали, что могут сейчас меня прогнуть?

Впрочем, пока все совпадало с моими мыслями, единственное из-за проделок Шумара ускорились процессы — так как в его существовании нужно было ставить точку. И полагал изначально, что именно с завершением задания по поиску жезла начнут показывать характер оба деда. Что и произошло. И абсолютно поступил верно, не став сразу выполнять задание Мары.

Мозг же разгонялся и разгонялся, просчитывая варианты и на чем играть.

А еще собеседники ничего не знали о мертвецах под моей рукой. Впрочем, о легионах, начавших выходить на свет, не было известно никому даже из ближайшего окружения. Вот еще один плюс, не рассказывать всем и каждому о замыслах, о собственных силах и любых других козырях, что происходило в каждом дебильном сериале. Даже если все всё сложат, получат только часть картины о моих возможностях. Мара же… Вполне возможно знала про мертвых колдунов, но не спешила делиться информацией ни с кем.

Молчание чуть затянулось. Я склонил голову к левому плечу и спросил:

— Может быть что-то еще позабыли? Вы не стесняйтесь, озвучивайте… Я весь во внимании, — перебросил зерно четок.

— Ты выполнишь требование Истеллы, чтобы айса-рок навсегда забыла о тебе! — идиоты, я уже его выполнил. Лаена обрела крылья, еще до Купели. Но за исключением забавности ситуации, сделал очередной вывод, провернув финт с влюбленностью в меня дочери Верховного, теперь без выполнения ряда условий не отыграть ничего назад даже божкам. Отец беспокоился, и не без оснований, ночная кукушка всегда дневную перекукует, и данный фактор работал в обе стороны. А я не папаша тела реального Глэрда, который не перековав девку под себя, не связав по рукам и ногам клятвами и делами, оставил ее в стане вероятного противника. В итоге получил, что получил.

— Ты не трогаешь гоблов из племени Четвертой окровавленной руки, отменяешь награды за их головы, но главное, обходишь стороной наделенного бессмертием их вождя! Да, после выполнения миссии с жезлом, отдаешь нам все предметы из наследия Иммерса и меч Демморунга. После купели вернешь перчатку. Присягаешь нам, и твой Род возвышается и приобретает умения только через нас. Неважно Ситрус это будет или я, — Кронос распалялся все больше. Требования росли.

— Ты не будешь убивать истинных магов, с каким бы требованиями они к тебе не пришли! — влез братец. Что-то интересное намечалось?

— Награда? — лениво поинтересовался и перебросил еще зерно.

— Твоя жизнь, — ожидаемый пассаж, — И поверь, мы сможем сделать все, чтобы ты не попал под крылышко к Старухе, как и твои близкие. Выполнив все, ты доживешь до Ледяного пути, твои соратники тоже будут здравствовать. И помни, мы — не Раонос! — это точно, я никогда не забывал, что вы хуже. Тот открытая падла, а вы маскирующиеся под нормальных.

— У меня есть время подумать?

— Две декады! Только две декады! И не пытайся скрыться и спрятать своих. Не получится! Мы вездесущи! — точно-точно.

— А если я раньше дам ответ?

— Призовешь! — заявил горделиво Ситрус.

Главный вопрос, на что они рассчитывали? Или подталкивали меня к тому, чтобы я и им бросил вызов? Стал поступать вопреки? Или… Непонятно. Связался с Бездной и другими деструктивными силами? Смысл? А может, их убедили в моей плюшевости, что стоит только надавить и я прогнусь? Интересно. Но последнее — вряд ли. Они оба являлись свидетелями, видя, какую боль я терпел за банальное усиление. Или считали, что личные страдания — это другое, а мое слабое место — Лаена, ради которой я готов на все и попуститься всем? Сны Истеллы как доказательство? Сука информировала божков о чувствах между мной и демонессой, рассказала о страхе потерять ее, и… И те решили ковать железо пока горячо? Но здесь вариант с той же Марой тоже просчитывался, имелся артефакт, который мог возвращать из мира мертвых кого-либо, и я ей его передал. Поэтому, вполне вероятно, я мог выполнить какое-либо задание для воскрешения подруги… С другой стороны, обещание мук без Гратиса, опять же уверенность, что смогут перехватить контроль над процессом перехода к богине Смерти. То есть окажусь в их владениях. Как туда попадают? Первый внятный вопрос, который можно задать другим.

А может все проще? Пытаясь загнать меня в угол и ставя множество невыполнимых условий, они всего лишь улучшали свои переговорные позиции? Платить они не любили, еще подозревали, что у меня имеется пусть и частичный, но доступ к Весам. Самое главное, насколько я понял, завладев жезлом Антонио де Тисса они не испытали радости. Вероятно, возник некий ворох проблем. При чем серьезных. Следовательно, его уничтожение — это беспрецедентное деяние, за которое будут вынуждены заплатить столько, что их обуяла алчность при одной мысли о справедливой цене? Я же, обдумав в тиши «щедрое» предложение, начну торговаться… В итоге, заставят меня выполнить требуемое за свой счет, еще и что-то с этого возьмут?

Или… или… или…

Белогривая млеть!

Все мысли — это гадание на кофейной гуще, потому что нормальных вводных пока нет. Вот ими и следовало озаботиться в первую очередь.

В целом, нормально поговорили.

Кроносу тишина не нравилась поэтому, когда она затянулась, заявил с помпой:

— За дерзость всегда следовало наказание! — вы не представляете, как правы, господа, — И мы не шутим! — видимо, мое спокойствие те соотнесли с тем, что я думал о каких-то розыгрышах.

— Хорошо-хорошо, — я почесал большим пальцем глаз, — Сегодня я устал. Это вы тут от безделья с ума сходите… Поэтому пока слабо понимаю, что вы несете. Пока у меня складывается впечатление, что ты подлый бородач, — ткнул пальцем в Ситруса, — Подсадил не только Раоноса, но и Кроноса, на «Слезы Нирна»!

— Что?

— Запомните оба, вещества, расширяющие сознание, приводят к деградации личности! Приходите в себя, свяжемся. Если на этом у вас все, то жду, когда вы меня перенесете в Халдогорд на главную площадь. И, Ситрус, ты еще не передал мне сведения о Позабытых богах, как и полные карты мертвецких владений, что на землях Хаоса, впрочем, не вижу и других данных. Как всегда двурушничаешь? Так это не то место…

— Ты нас не услышал⁈ — взвился бородач.

— Весы, — сказал одно слово.

— У тебя есть две декады, — последовал ответ.

Появился я точно на такой же площади, перед Канцелярией, что имелась и в Черноягодье, и в Демморунге, и в любом другом городе Империи, который основывался древними аристо. Оруст отрапортовал о новых массивах информации, обработка которых займет три часа девять минут.

Вокруг довольно пустынно. Пока еще едва-едва перевалило за полдень. Сердце Иратана высоко. Посмотрел на Храм всех богов. Один в один. Внутри еще обстановку оценить, чтобы делать выводы.

— Охранители, — рыкнул я. Из невидимости вывалилось двое. Искажения от них я заметил сразу, теперь видел их отчетливо, благодаря третьему рангу умения. Ничем не выдал себя, призывая их, ведь следовал словам Турина, что меня должны ждать.

— Ведите меня к Императору! И дело не терпит отлагательств!

— Следуй за нами, глэрд Райс!

Поднялись на высокое крыльцо. Здесь перед нами распахнули дверь гвардейцы.

Проследовали в зал для заседаний на втором этаже. Там собрались сейчас практически все те же персоналии, что и на тех, где я присутствовал. За главным столом пустовато. Восемь человек и все истинные. Видимо, Император решил ничего не менять, хотя в его присутствии он мог рассадить по своему разумению всех. Великого герцога не видно.

Трон на том же месте. Рядом с ним возвышался пусть и меньшего размера, но гораздо более вычурный и украшенный золотом, черным серебром и драгоценными камнями. На нем сейчас скучала темная эльфийка необыкновенной красоты. Ясно. Притащил возлюбленную. Увидев меня, она чуть встрепенулась — и это понятно, событие выбивающееся из надоевших. Коль так скучно, зачем тогда здесь находилась?

— Император, Истинные! — поприветствовал я всех, а затем приблизился к монарху, над нами распростерся купол безмолвия запредельной мощности.

— С чем пожаловал, глэрд Райс? — последовал вопрос.

Остроухая смотрела на меня внимательно, изучающе, на лице дежурная улыбка. Но судя по эмоциям — непонятная смесь брезгливости, некого любопытства и опаски.

— Я с добрыми вестями! — и замолчал.

— Говори. Здесь можно, как и наедине со мной, — скосил тот взгляд на жену, правильно поняв заминку.

— Тогда спешу сообщить, что Винсент Шумар Покоритель драконов отправлен во Тьму моей рукой. Его кости впитал мой штандарт, а Истинный Великий Дом Сумеречных стал сильнее, — явил полотнище, — Остальные его вещи — вот! Здесь книги, дневник, артефакты, кольчуга и оружие, а жезл Антонио де Тисса уже вернулся к Кроносу. Скажу так, не знаю, добрался ли подлый архилич до древних арсеналов или нет, но вот это было при нем! — вытащил из рюкзака два цветка Хаоса и Тьмы, воздел над собой. Супруга монарха вмиг сбледнула с лица, несмотря на смуглость. Еще бы, смерть, как она есть, — И вполне возможно эта тварь готовила очередную диверсию. Рядом с местом его обитания крутилось много призраков и мертвецов, которых я убил. Завершение сделок с богами засвидетельствовали Весы. Я прямо из чертогов Верховного.

— Не может быть! — воскликнула царственная дама.

— Клянусь кровью! Кроме нее должны быть подтверждения от Скупого звездочета!

— Отлично, это просто отлично! — хищно раздула ноздри эльфийка, смотря на пламя, — Кровь отомщена!

— Не до конца! — сурово заявил император.

Если бы я не готовился сразу и у меня не была актирована сверхскорость, не имелось Оруста Денвера, а также запредельных возможностей линейки Керна, то я вряд ли смог бы уловить, как на миллисекунду купол над нами пропал, а от императора улетело: «Данг-Раост срочно отменить! Срочно!».

Одновременно с этим монарх вновь применил свою способность невозможности чтения его реальных эмоций. Скорее всего, она также, как и умения и способности даже за счет праны, имела ограничение по времени использования.

Нормально.

— Расскажи, как это было? Где ты его нашел? И как ты смог?

— Самая трудная часть задания — найти следы, так как подлый Шумар прятал их, куда тем черным лисам. Он даже не выходил на связь с учениками. Но осел, груженный золотом, в очередной раз доказал свою результативность. Наше предположение и наша же затея принесла плоды. Именно нежить мне дала проводников, которые привели меня к твари.

— Это твоя идея. Ты предложил, — вспомнил Император, — И где он был?

— В Трехгорном. Том самом городишке, откуда ранее начал сеять зло. Там и закончилась его история. Он настолько уверился в собственной безопасности, что восседал в рабочем кабинете Орма Созидающего на троне, будто король. Это единственное место в древнем поселении, которое не пострадало от пламени драконов и заклинаний магов. И никто никогда из нас не подумал бы там искать подлую гадину. Я, следуя твоему приказу, не стал пытаться пленить его и как-то с ним поговорить. Убил на месте! Как склизкого мрока, раздавил подлую гадину! Каким способом? Это тайна моего Дома, я не открыл ее богам, не открою никому. Единственное плохо — сдох грязный слизень быстро, очень быстро. А хотелось бы чтобы он страдал безмерно! За зло, которое принес! — обвел пространство вокруг кровожадным взором.

Эльфийка со мной была солидарна.

— Глэрд, главное результат. Он не будет больше сеять хаос в Империи и на территориях наших союзников. Но почему ты сразу не доложил? Да и телепорт не использовал? Как оказался в Халдагорде? — в голосе равнодушие, в глазах пронзительность и подозрительность, а еще некая досада. Неужели паранойя про шар не ошиблась? Проверю, теперь смогу. Планировал этим заняться после посещения Кроноса, не зря столько времени убил на уничтожение разнообразной призрачной дряни, восполняя алтарь после тренировок у Оринуса. Драконов не стал прибивать — ценные бойцы.

— Меня призвал Кронос, затем, получив жезл Антонио де Тисса, они вместе с Ситрусом обрадовались безмерно, и по моей просьбе переместили сразу сюда. Лэрг Турин, когда передавал мне артефакты, сказал, что ты будешь здесь, а на площади меня будут ждать. Если бы такого не произошло, то я бы отправил послание.

— Я тебя понял. Боги — это боги. Они в последнее время очень часто стали вмешиваться в дела и судьбы разумных.

Темная кивнула, словно подтверждая тезисы монарха. Еще лучше.

— Все так и есть. Поэтому кроме радостных вестей, имеются еще и плохие. Как ты знаешь, именно Раонос стоял за архиличем. Я рассказывал, как он в гордыне своей признался в злобных планах, как по его наущению остроухие извращенцы и злобные карлики вместе с отвязными почитателями трех смердящих мумий творили бесчинства. И я тогда ему сказал, что он за свои паскудные дела будет страдать. Страдать безмерно. И нигде не соврал. И я взялся наказывать млеть, тот же понеся ощутимые потери воззвал к каким-то неведомым для меня силам, что даже боги поспешили уйти в сторону. Теперь они за унижение и ослабление этой паскудной твари не станут награждать отличившихся смертных. Героев! И все это происходит на фоне подготовки нашего похода в земли сил зла… Перед ударом в его средоточие! Именно поэтому нам следует лучше готовиться, уверен, именно Кровавая тварь продолжит вредить всеми силами. Ибо Империя ему не по нраву. Сил Тьмы же там, к которым он может обратиться, — немеряно. Что говорить, когда он постарался мне помешать достать Шумара, сговорившись с подлой Синемордой Архой? Они водоем попытались не дать свершиться справедливой мести мертвому колдуну, направив на меня трехтысячную армию гарпий под руководством очередного воплощения ее гнева. И сжег я их всех в очищающем пламени, заморозил и убил! И не дрогнула моя рука!

В глазах Императора промелькнула работа мысли, жена же у него поморщилась при слове «остроухие». Но с хищным вожделением смотрела на вещи архилича. Уверен, запросит себе в подарок. Главное, чтобы не забыли отдариться в ответ.

— Думаешь, он попытается сорвать поход?

— Я в этом уверен!

Что же… Начальный квест по добыче жезла Антонио де Тисса выполнил. Да, многим не понравилось «как», и никто не знал «нюансов», как и не догадывался о них. Но все только начинается, ибо лживые боги должны страдать!..

______________________________

Уважаемые читатели!

Книга «Глэрд X: Легионы во Тьме (часть вторая)» закончена.

Всем спасибо за награды, лайки, комментарии и, конечно, за помощь!

Нравится? Все предельно просто: ставим лайк, добавляемся в подписчики, комментируем!

Всем здоровья и добра!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Глэрд X: Легионы во Тьме (Часть вторая)

Content

Глэрд X: Легионы во Тьме (Часть вторая)

Часть вторая Мертвые колдуны

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Nota bene