Моисеева Н. И

Время в нас и время вне нас

Введение

Рассмотрение любого предмета требует для начала прояснить, а что же это за предмет, то есть дать определение понятия. Для времени такого определения не существует, хотя с седой древности лучшие умы бились над этим вопросом. В индуистской логике Навья-ньяя время признается единичной, бесформенной и вечной субстанцией. Все пребывает непосредственно во времени, через временное отношение. В этом смысле время сходно с пространством, которое также есть место всех объектов. Китайские мыслители изложили эту связь в изречении: «Время высверлило в Хаосе семь отверстий, и произошла Вселенная».

Обычно время связывают с движением или поясняют через движение, как, например, это сделал великий греческий мыслитель Аристотель (384–322 до н. э.). Он считал, что «время не есть движение, но и не существует без движения», «время не есть движение (само по себе), но является им, поскольку движение заключает в себе число».

Мыслитель христианской эпохи Блаженный Августин (354–430), рассуждавший весьма рационально (так, например, он полагал: чудо не противоречит законам природы, а только нашим представлениям о них), констатировал, что он понимает, что такое время только до тех пор, пока его не спрашивают, что же это такое.

Великий математик Исаак Ньютон (1642–1727) выдвинул понятие «абсолютного, истинного математического времени», однако отметил: то время, которое мы можем реально измерить, — это только приближение к истинному времени, поскольку в измерениях мешают случайные обстоятельства, от которых окончательно никак не избавиться и которые можно только стремиться свести к минимуму.

Другой великий математик — Н. И. Лобачевский (1792–1856), создавший неэвклидову геометрию, — рассматривал время как движение, измеряющее другое движение.

И по сей день мы, по выражению Ф. Энгельса, «знаем, что такое час, метр, но не знаем, что такое время и пространство!» (Маркс /С., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 20, с. 550).

Что такое время (а заодно и пространство), мы строго определить не можем. Неясно, что такое время вне нас и время в нас. Остается спросить: что такое время для нас, для нашего восприятия? Если рассмотреть современные, не очень современные и даже совсем не современные взгляды по этому вопросу, то окажется, что время и пространство являются обязательными компонентами всего содержимого нашего восприятия, которые теперь называют полем восприятия. При этом время и пространство так сходны между собой, что если пространство назвать шириной, то время можно назвать длиной этого поля. Как и пространство, время — особый способ различения предметов. Пространство указывает на сосуществование восприятий в известный момент времени в объеме или на плоскости, и мы как бы измеряем ширину нашего поля восприятия. Время указывает на поступательное движение восприятий в известном пункте пространства, и мы как бы измеряем его длину.

Сочетание обеих этих категорий, то есть изменение в положении вместе с изменением во времени, есть движение — основной способ, каким представляются нам явления в понятии.

Способность воспринимать вещи раздельно, последовательно, одну за другой является очень важной чертой сознательной жизни, если даже не самого существования. Без времени как категории восприятия возможно было бы изучение лишь тех явлений, которые имеют дело с порядком или взаимоотношениями существующих вещей, — с числом, положением и измерением, иными словами, из наук были бы возможны лишь относящиеся к сфере математики, но не смогли бы существовать физические, биологические и исторические науки, имеющие своим главным предметом изменение или чередование в восприятии.

Без категории времени просто нельзя себе представить материала для этих наук, поскольку время есть впечатление, которое оставляет в нашей памяти последовательность явлений. Любое понятие покоится в конечном счете на опыте, а само слово «опыт» уже предполагает наличие времени как категории восприятия вещей. Таким образом, пространство — это как бы внешняя категория восприятия, восприятие сосуществующих чувственных впечатлений. Время же — восприятие чередования накопленных чувственных впечатлений, взаимоотношение между прошлыми восприятиями и восприятиями непосредственными.

Очень ярко накопление чувственных впечатлений, создающих ощущение потока времени, показано в известном стихотворении А. С. Пушкина «Телега жизни»:

Хоть тяжело подчас в ней бремя,

Телега на ходу легка;

Ямщик лихой, седое время,

Везет, не слезет с облучка.

С утра садимся мы в телегу;

Мы рады голову сломать

И, презирая лень и негу,

Кричим: пошел!..

Но в полдень нет уж той отваги;

Порастрясло нас; нам страшней

И косогоры и овраги

Кричим: полегче, дуралей!

Катит по-прежнему телега;

Под вечер мы привыкли к ней

И дремля едем до ночлега,

А время гонит лошадей.

Яркий образ седого времени легко возникает в воображении, то есть как бы внутри сознания человека. Этот факт дает основание рассматривать время как внутреннюю категорию восприятия.

Правилен ли такой взгляд, можно решить, учитывая результаты опытов, с помощью которых ученые исследовали длительность так называемого настоящего времени, или попросту настоящего. Под ним понимается тот отрезок времени, за который воспринимается окружающий мир без привлечения механизмов памяти, воспринимается как целостный образ.

Опыт сводится к следующему. Испытуемому на экран проецировалась сначала одна половина предмета (яблока, дома, шляпы и т. д.), а через 1 или 2, 5 или 10 секунд — его вторая половина. Пока промежутки между появлением первой и второй половины предмета были короткими (меньше 12–13 с), предмет воспринимался как единое целое, а когда промежутки удлинялись до 13–15 секунд, человек видел две разные половины предмета. Таким образом, наша собственная, внутренняя, мера настоящего определяется в среднем как 12,5 секунды. И соответственно, поскольку наше ощущение не вмещает в себя слишком малый промежуток времени, то, что мы осознаем, — уже прошедшее, как долетающий до нас свет звезд. Недаром великий математик, физик и астроном Лаплас (1749–1827) считал, что время есть впечатления, оставляемые в нашей памяти последовательностью явлений.

Как и пространство, время представляется нам в виде одного из тех способов, с помощью которых располагает свой материал великая сортирующая машина, называемая человеческой способностью восприятия. Через восприятие, через органы чувств в состоянии бодрствования проходят впечатления внешнего мира одни за другими: слуховые и обонятельные, зрительные и осязательные, температурные и ощущения напряжения мышц — все то, что составляет для нас действительность. Воспринимающая способность мозга, обостренная долгими веками естественного отбора, сортирует всю эту массу чувственных впечатлений, дает каждому его место и время. При этом бесконечность пространства и вечность времени не имеют никакого смысла в области восприятия, которое не требует для себя этих колоссальных рамок.

Какого же рода ориентацию в окружающем мире человек получает за счет использования категории времени? Он ориентируется в последовательности совершающихся событий (т. е. категория времени выступает как причинно-следственная связь), в длительности событий и расстоянии между событиями. При этом для понятия «до» и «после» достаточно сопоставить два зависимых или независимых события (сверкнула молния — прогремел гром), но для понятий «сколько», «как долго» длительность событий должна быть сравнена с какой-то эталонной длительностью. Измерить — значит проверить, с каким известным размером совпадает то, что мы измеряем. При этом ученые считают, что измерение не просто механическое действие, а научное исследование, которое приводит к углублению в свойства явления, подлежащего измерению. И в зависимости от того, какое событие интересует исследователя, принимается та или иная шкала, тот или иной масштаб. Соответственно говорится о космическом, геологическом, эволюционном, биологическом, историческом, физическом времени и т. п.

Все эти типы, или виды, времени различаются между собой не только по масштабам, но и по методам измерения — от широко известных астрономических, астрофизических, геофизических, геологических, геохимических до магнитометрических и культурно-исторических.

Для каждого случая нужна своя азбука интервалов времени, нужны разные часы и календари как для течения жизни растений и животных, так и для эволюции видов, как для образования и развития самой Земли, так и для ее вращения и эволюции Галактик. Привычные для человека интервалы времени грубы для процессов в электроне и малы для процессов горообразования. Но какими бы методами ни проводились измерения, исходная точка — всегда Земля с ее движением по звездному небу, с ее природными особенностями. А время определяет состав природы, сочетание элементов и течение земной и космической истории.

Человек на берегу реки времени

О чем догадывались в глубокой древности

По осле окончания второй мировой воины военное ведомство США провело простенький эксперимент. В ненаселенной местности, в лесу, было сброшено несколько десятков групп солдат по два человека в 50—100 километрах друг от друга вокруг базы. Каждая группа за три-четыре дня должна была сделать хороший переход и прийти на базу. Задача элементарная, но она была осложнена тем, что у солдат отобрали часы, компасы, оружие, не дали карт и никакого запаса продовольствия. В срок к пункту сбора пришла только одна группа, в нее входил парень с фермы, расположенной довольно далеко от населенных пунктов. Он-то и вывел своего напарника по Солнцу и звездам, да, кстати, и научил, какие ягоды и грибы съедобны и как можно петлей ловить жирных сусликов. Остальные группы были разысканы поисковыми партиями с собаками в весьма жалком виде. Все время они двигались по кругу[1].

Этот опыт показывает, что просуществовать в природных условиях человек может только при хорошей ориентации. И не только в пространстве, но и во времени. Ибо все небесные ориентиры во времени сдвигаются. И необходимость счета времени вообще и календаря в частности возникла не только и не столько в аграрных цивилизациях и не на потребу мореплаванию (как это обычно пишется), а в гораздо более отдаленные времена — еще у охотников-собирателей в неолите и палеолите. Должен же был человек хотя бы найти собственную пещеру после того, как, увлеченный преследованием животных, забрел невесть куда, был унесен потоком в море, наконец, захвачен другим племенем и т. д. Кроме того, он должен был знать, когда будет ход рыбы, чтобы успеть ею запастись, когда охотиться на какого зверя, когда будет перелет птиц и т. п. Надо было и предсказывать погоду, чтобы не попасть в бурю и ненастье, в град и снегопад далеко от родного очага.

Обычно, когда ищут истоки знаний, то все время заглядывают в глубь веков: греки заимствовали из Египта, египтяне — из Ассиро-Вавилонии, ассирийцы — в Древнем Шумере… И все единодушны в том, что календарь создан где-то далеко на Востоке. Однако в XIX веке начали раздаваться трезвые голоса по поводу того, что в Северном полушарии (в северных странах) очень удобно считать и познавать время, поскольку «нигде так долго не представляется открытым звездное небо и нигде так резко не разграничивается, год, как на севере… там само Солнце, по которому главным образом и считалось время во всех странах, надолго скрывается и появляется снова и постоянным ежегодным сокрытием в один и тот же день резко определяет окончание года и его начало.

Следовательно, северным народам досталось легко то, что долгим опытом было достигнуто у южных народов, т. е. продолжительность года». Это утверждение принадлежит Олафу Рудбеку, проводившему в XIX веке исследования скандинавских календарных систем и обнаружившему упоминание об употреблении резных дохристианских деревянных календарей еще у Олава Великого[2]. Это показалось Рудбеку естественным, поскольку скандинавы — великолепные мореплаватели и должны были уметь ориентироваться по небесным светилам.

Дощечка от рунического календаря (обе стороны). Между линейками — «дневные руны», самые крупные; над ними — лунные руны, под ними — отметки, обозначающие различные дни.

В том же X веке арабский историк и путешественник Масуди в книге «Золотые луга», описывая древнейшие языческие храмы славян, говорил о специальных надстройках в них, сделанных для наблюдения за точками восхождения Солнца. Храмы эти принадлежали, скорее всего, восточным или северо-западным славянам, с которыми широко торговали арабы.

Но на эти факты просто закрывали глаза, и современники отказывались всерьез принимать Рудбека, намекая на его богатую фантазию и слишком большой северный патриотизм. Возражая ему, они настаивали на том, что в южных странах небо видно с меньшими изменениями, чем на севере, и легче наблюдать расположение звезд и их движение. Поэтому именно там создавались практические знания для счисления времени, разрабатывалась теория, то есть собственно астрономия.

Пусть так, но вне зависимости от того, где что легче выяснить, остается еще проблема распространения выработанного знания. Взаимопроникновение знаний происходило по водным и караванным торговым путям, при завоеваниях и обмене посольствами. Но это процесс затяжной, на пути которого лежали не только обширные пространства, но и огромные «камни» в виде различных представлений о мире, разных религиозных взглядов, различия в языке и т. п. Кроме того, надо же существовать, пока знание еще «не доставили». Никто, конечно, не мог ждать, и для своих каждодневных нужд человек составлял собственный набор представлений.

Не только в глубокой древности, но и в XVIII–XIX веках неграмотные крестьяне должны были, например, определять начало сельскохозяйственных работ, а охотники в Сибири, уходя на промысел на долгий срок, брали с собой деревянные резные календари для регламентации своей деятельности. Тот же Рудбек (и ему опять отказываются верить!) привел свой разговор с крестьянином, приносившим ему дрова, из которого он с удивлением понял, что этот человек обладал обширными практическими знаниями. Простой мужик ясно представлял то, что называется склонением и высотой Луны, и объяснил Рудбеку, как определяют простые люди, сколько дней прошло после новолуния или сколько еще оставалось до него. Все это крестьянин выяснял по «куриным шагам» — так он называл угол, образующийся при разведении большого и указательного пальцев; концами этих пальцев, как циркулем, он отмерял расстояние на горизонте от восхода Луны и этим путем узнавал ее возраст.

Понятие времени и календарные системы формировались независимо в разных географических районах и в разных культурах, прежде всего на основе выделения смены дня и ночи и естественного года, то есть смены сезонов.

При столкновении различных культур происходило объединение календарных систем и, по всей вероятности, заимствование более высоких форм. Но такое заимствование предполагает уже наличие определенных собственных понятий.

Когда же началось формирование сложных временных представлений? Долгое время распознавание знаков Зодиака и объединение их в систему приписывались жрецам Вавилона и датировались VII веком до н. э. Сейчас археологи переносят это событие на Передний Восток, где расположены Турция, Иран, Афганистан, Ирак, Пакистан и где начало развиваться земледелие и скотоводство, то есть в места естественного произрастания диких форм тех растений, которые в дальнейшем были превращены в культурные, и пребывания тех животных, которые были одомашнены. Этот процесс перехода к производительному труду произошел между IX–VII тысячелетиями до н. э., и этот интервал стали считать временем изобретения земледельческого календаря.

Сам же резкий скачок от эксплуатации природы к ее рациональному использованию получил название неолитической революции.

Клык мамонта. На нем представлена «лунная» интерпретация насечек. Поселок Гонцы. Украина.

Неолит (нео — новый, литое — камень) — наиболее поздняя эпоха так называемого каменного века, в котором различают еще палеолит— наиболее древние времена (не менее 30 тысяч лет тому назад) и мезолит — среднедревнее время. Каменным этот век называется потому, что орудия труда и охоты человек изготовлял из камня и с помощью камня, оббивая края. Постепенно появились и орудия (предметы) из дерева и кости, а в неолите человек научился изготавливать глиняную посуду и создал первую общественную структуру — первобытнообщинный строй. Исследователи заключили, что в неолите, когда человек уже создал хозяйственную деятельность, сформировал какие-то, пусть примитивные, общественные отношения, он начал создавать науку и искусство и тогда же появились временные представления и календарь.

Однако постепенно стали накапливаться находки календарей палеолита. Так, например, на территории Украины (пос. Гонцы) был найден клык мамонта, датируемый 15000—10000 годами до н. э., со странными насечками, которые оказалось возможным интерпретировать как лунный календарь, точнее, как отрывок лунного календаря, на котором нанесены изменения фаз Луны за четыре месяца. В Сибири при раскопках Ачинского поселения, существовавшего примерно 18000 лет тому назад, была обнаружена скульптура из бивня мамонта, для которой оказались характерными: точная модульность размеров и подразделений на отделы по так называемому золотому сечению[3]; определенное расположение лунок орнамента, позволяющее предположить, что в них заключена комплексная лунно-солнечная календарная система. Оценивая эту находку и другие, ей подобные, археолог В. Е. Ларичев предложил термин «палеоастрономия», понимая под ним изучение астрономических записей палеолитического человека.

Значит, в палеолите, пускай самом верхнем (т. е. наиболее близком к нам времени палеолита), когда, может быть, еще даже не была сформирована звуковая речь, а «палеолюди» объяснялись знаками, уже возникли календари. Такое утверждение требует очень серьезных доказательств. И эти доказательства привнесли в археологию астрономы, еще в XIX веке пытавшиеся с новой точки зрения взглянуть на древние развалины храмов, а именно с точки зрения их астрономической ориентации.

Важной вехой новой науки — астроархеологии явилось исследование Стоунхенджа — многотонных столбов из песчаника, расположенных вкруговую на Солсберийской равнине, на юге Англии, проведенное в 1901 году сэром Д. Н. Локьером, профессором астрофизики Королевского колледжа. Прокладывая из центра Стоунхенджа с помощью теодолита направления на горизонт через некоторые структурные части «хоровода столбов», Локьер обнаружил важные линии — линии на восход и заход Солнца в определенное время года. История открытия Локьера описана В. Е. Ларичевым в прекрасной во всех отношениях книге «Колесо времени» (Новосибирск, 1986), где показаны все злоключения выдающегося астронома.

Общий вид Стоунхенджа. Публикация доктора Чарлтона. 1633 год.

Тем временем продолжали накапливаться данные об ориентации храмов Греции, Египта[4], а также русских православных церквей, которые строились таким образом, чтобы в тот день по святцам, который был посвящен данному святому, Солнце всходило, отбрасывая лучи точно на алтарь. Были найдены также следы «астрономического, комплекса» на Армянском нагорье, в тридцати километрах западнее Еревана, на берегу реки Мецамор, датируемые III тысячелетием до н. э. Главная ось комплекса ориентирована на восход Сириуса вдень летнего солнцестояния.

В 1961 году не причастный к археологии астроном Дж. Хокинс[5] снова произвел топографическую съемку Стоунхенджа и заложил в ЭВМ данные о двадцати четырех направлениях взгляда (24 оси) от центра Стоунхенджа на те или иные ориентиры вокруг. Хокинс искал связи со звездным небом и был глубоко разочарован, что их нет. Но поскольку автоматически программа просмотрела и направления на Солнце и Луну (о чем исследователь не подумал), то тут-то и оказалось, что 12 из них указывают направление на восход Солнца, а 12 — на восход Луны в разное время года.

«Лестница» астрономического комплекса Армянского нагорья с вырубленными на камне знаками.

Оказалось, что по направлению главной оси (на так называемый Пяточный камень) Солнце вставало в день весеннего равноденствия и садилось в день осеннего равноденствия. Мало того, обследовав 56 лунок с белыми и черными камнями и кольцо голубых камней, исследователь пришел к выводу, что перед ним счетная машина палеолитического человека для предсказания лунных затмений.

Дж. Хокинс провел астроархеологические исследования практически по всему миру, включая древние храмы Нового Света, сооруженные майя примерно в 300 году н. э. и оказавшиеся ориентированными на важнейшие точки восхода Солнца. Ось храма Амона Ра в Карнаке (Египет), построенного свыше 1000 лет до н. э., направлена на алтарь и указывает на точку восхода Солнца в тот момент, когда его диск краем касается холма у горизонта и когда склонение Солнца, измеренное по его центру, составляет 23,87 градуса. Такой была точка восхода Солнца в самом южном его положении между 2000 н 1000 годами до н. э. Что касается знаменитых пирамид в Гизе — их стороны точно ориентированы в направлении восток — запад.

Такая точная ориентировка поразила основателя гелиобиологии[6] А. Л. Чижевского, который писал:

Ориентируя к звезде

Математические сваи,

Как много понимали те,

Кого мы мало понимаем.

Что касается времени основания Стоунхенджа, то его строительство было начато около 2000 года до н. э., когда были выкопаны ров и лунки. Дата эта, установленная с точностью до одного-двух столетий, была получена путем анализа радиоактивности кусочка древесного угля с использованием уточненного периода полураспада С^14. Возведение каменных частей Стоунхенджа — арок трилитов, сарсенового кольца и т. д. — было начато около 1700 года до н. э., то есть относится к позднему палеолиту. Хотя возведение и перестройки Стоунхенджа продолжались в течение многих столетий, тем не менее оказалось возможным доказать, что ямы для столбов, камни и арки все время располагались таким образом, чтобы отмечать направления на крайние точки восхода и захода Солнца и Луны на горизонте. Солнце, естественно, достигало этих крайних точек своего восхода и захода в каждом году, но Луне для завершения ее полного цикла требовалось 18,6 года. Из этого, видимо, следует, что Стоунхендж на протяжении всего периода, пока его использовали, строился и перестраивался представителями разных культур по одному и тому же астрономическому плану. Эту многовековую гигантскую работу воспел английский поэт Кэрол Чапен в стихотворении «Стоунхендж», приведенном в книгз Хокинса:

Каменный круг,

Ты ведешь счет шагам Солнца

И измеряешь время по Луне.

Глыбы — компьютеры,

Гигантские монолиты,

Как календарь ведут счет дням.

Небеса кружатся

В заведенном порядке,

Который они избрали

Четыре тысячи лет назад.

Гигантский песчаник кренится,

Наклоненный на три дюйма

Ошибками столетий.

Но эти каменные цифры

Держат на прицеле ускользающее Солнце

И строят хитроумную ловушку,

Чтобы поймать его луч.

Стоунхендж — не единичное сооружение. По Англии и Шотландии разбросано несколько сотен каменных колец диаметром от 2–3 до 113 метров. По-гэльски их называли «турсаканами», или «плакальщиками», а в Корнуолле — «веселыми девами». Их возраст составляет примерно 4000 лет. Около 140 из них сохранились достаточно хорошо.

В числе памятников позднего палеолита наиболее напоминает Стоуыхендж Каллениш — кольцо из тринадцати больших вертикально стоящих камней, в центре его расположен еще один монолит. Каллениш находится на острове Льюис — самом северном из Гебридских островов (Шотландия). При исследовании соотношений камней найдено 10 направлений (осей), связанных с крайними положениями Солнца и Луны. Хокинс полагает, что строители Каллеииша были так же точны, как и строители Стоунхенджа, но уровень их знаний был несколько ниже.

Таким образом, древние жители нынешних Британских островов возвели не одну обсерваторию, несмотря на то что это требовало колоссальных усилий. Дж. Хокинс решил даже подсчитать эти усилия при постройке Стоунхенджа (где предположительно выделены три последовательных этапа застройки — Стоунхендж I, II, III) и пришел к выводу, что на протяжении жизни многих поколений работа на Солсберийской равнине должна была поглощать значительную часть энергии — физической, умственной и духовной — и большую часть материальных ресурсов целого народа.

Подсчеты дали итог работы в полтора миллиона человеко-дней физического труда, к которому следует прибавить не поддающуюся исчислению, но безусловно огромную умственную работу. Организация, руководство, снабжение, необходимые для осуществления столь грандиозных общественных работ, несомненно, были крайне сложны и трудны. Каждого рабочего надо было кормить, одевать, требовались люди, чтобы обеспечивать их всем необходимым. Планирование же и инженерное руководство были проведены с необыкновенной тщательностью и со всей степенью совершенства, которая была доступна тогдашней Британии.

Дж. Хокинс в книге «Разгадка тайны Стоунхенджа» пишет: «Все книги о Стоунхендже или о других мегалитических сооружениях следовало бы снабжать посвящением: «Человеку каменного века — непонятному, оклеветанному и недооцененному». Сам я не поставил такого посвящения только по одной причине: хотя я как будто не могу сказать, что недооцениваю его или клевещу на него, я твердо знаю, что не понимаю его. А кто понимает?»

В позднем палеолите человек имел уже более совершенные временные представления (и очень совершенные строительные навыки, требующие хорошего умения считать). Совершенно ясно, что эти представления появились намного раньше. Человек стремился знать о времени и знал о нем наверняка еще тогда, когда не знал почти ничего, когда еще только становился человеком.

Итак, на вопрос, когда человек стал целенаправленно изучать временные отношения, можно твердо ответить — в палеолите. Эта граница, по всей вероятности, очень условна — в разных местностях она проходит с колебаниями в тысячелетия, но в целом люди каменного века уже располагали достаточно сложными представлениями о течении времени. Где, на каких территориях происходило наиболее успешное развитие временных представлений? Судить об этом довольно трудно, доказательством может считаться наличие остатков календарей любой формы или таких строений, которые могли выполнять функции обсерваторий. Но даже если такие календари и строения отсутствуют, то их, во-первых, могли еще не обнаружить, а во-вторых, люди могли и без них обходиться.

Существует мнение, что в Египте древние астрономы, которые не имели никаких обсерваторий и которым приходилось наблюдать созвездия, прибегали к следующему остроумному способу. Два астронома становились друг против друга: один — с северной стороны, другой — с южной. Каждый держал над головой пальмовый лист, который в середине имел узенькую щель, и смотрел в щелочку пальмового листа своего визави, ища таким образом меридиан того созвездия, которое хотели наблюдать в данный момент. Они замечали, что следующее созвездие приходится ниже лба по направлению правого глаза, а тому, который смотрел с другой стороны, противоположное созвездие приходилось против правого глаза, потому что, по мере того как мы спускаемся по Зодиаку, точка наблюдения спускается ниже по телу наблюдателя, переходя постепенно к локтю, голени, ноге и т. д. Таким образом, каждая часть Зодиака ассоциировалась с той или другой частью тела.

Отзвук такого подхода к времяисчислению имеется у ламутов, которые называют месяцы по частям тела, причем месяцы «макушка» приблизительно соответствуют зимнему и летнему повороту Солнца. У приакских эвенков[7] с частями тела связано 50 процентов названий месяцев.

Все же сооружения, соответствующие понятию обсерватория, то есть место наблюдения движений небедных светил, обнаружены почти повсеместно, на территориях, находящихся далеко друг от друга. При этом действительно оказывается, что постройки, расположенные на севере, служили для наблюдения за движениями Солнца и Луны, а расположенные на юге (судя по их ориентации) — для наблюдения за движением звезд и планет. Однако при исследовании соответствующих сооружений не было обнаружено ничего похожего на приборы, хотя бы отдаленно схожие с телескопами. Если за движением Солнца и Луны можно следить невооруженным глазом, вероятно ли, что в глубокой древности таким образом вели точные наблюдения за звездами и могли, к примеру, видеть кольцо Сатурна, о чем имеются смутные упоминания?

На этот вопрос можно ответить положительно. И не потому, что в старину все было лучше и зрение тоже, а потому, что устройство глаза таково, что некоторые люди (и тогда, и сейчас) имеют остроту зрения по меньшей мере в два раза выше так называемой нормы. Таких людей немного, и их всегда особенно ценили. Во всяком случае, в восточных сатрапиях существовал обычай: при наборе в самые привилегированные войска — всадники при самом правителе — проверяли у каждого остроту зрения звездной ночью. Человеку предлагали в определенном созвездии найти звездочку. Если он обладал действительно превосходным зрением, то на указанном месте видел не одну, а пять звездочек.

Глаз человека — очень тонкое устройство с хорошими разрешающими способностями. Возможности человеческого глаза достаточны, чтобы проводить не только самые простые, но и сложные астрономические наблюдения.

Таким образом, на вопрос «Где человек мог начать изучать временные отношения?» можно ответить: всюду и везде на земном шаре, где он появился, и при этом — сразу, как только появился.

Вне времени не жил никто нигде и никогда

Прежде чем рассматривать, как человек воспринимал и оценивал время на ранних этапах своего развития, надо представить, какие свойства времени необходимо различать человеку как индивиду и как члену общины, рода, племени, народа, наконец, как жителю Земли и Галактики. Ощущение принадлежности человечества Космосу родилось задолго до наших дней. Не только в наше время ученые считают, что люди — небожители, находящиеся на небе вместе с Землей, непрерывно связанные с Космосом через приливное (гравитационное) воздействие Солнца, планет и всей Галактики, через излучение звезд и Солнца. Философ, ученый-энциклопедист аль-Фараби, живший в X веке, писал:

Как тесно дням твоим в борьбе,

Земля — привал в твоей судьбе,

Лишь Космос — истинный твой дом,

Ты вечно в нем, а он в тебе.

С самых ранних моментов появления сознания человек должен был различать последовательность событий во времени, длительность временных промежутков между двумя событиями, а также длительность самих событий. Судить о том, как он это делал, можно по быту тех племен и народов, которые сегодня находятся на низких ступенях развития культуры и которых остается все меньше на планете. Исследование жизни и обычаев народов, особенно обычаев, связанных с подсчетом времени и календарными системами, в значительной степени основывается на изучении языковых форм и мышления. Ученые как бы отправляются в лингвистическую обсерваторию, вооружившись палеонтологическим телескопом.

Выделение понятия времени и его обозначение. Для того чтобы выделить понятие времени и как-то его обозначить, необходимо владеть определенной речевой системой, а для определения длительности промежутков надо знать систему счета, которая, по мнению исследователей, создавалась до звуковой речи. Счет же представляет собой всего-навсего сравнение количества (или длительности) с эталоном количества (длительности).

Откуда у человека могут появиться эталоны? Он может сравнивать что-то с чем-то в себе самом либо с чем-то, постоянно повторяющимся во внешней среде. После сравнения с эталоном явление можно как-то обозначить и оценить. Как уже говорилось, считается, что числительные связаны с дозвуковой речью. Люди еще объяснялись знаками, а уже умели считать, поскольку без самого элементарного счета времени и расстояния ничего невозможно делать, тем более — коллективно. Крупнейший советский лингвист Н. Я. Марр (1864–1934) утверждал, что развитие числительных шло на основе использования эталонов тела человека — сначала до пяти, а потом до семи и десяти. А число 6 возникло совершенно иным путем — из понятия «небо». Оно служило не только для выражения «круга пространства», но и «круга времени» (года). Но год распадался на два более коротких шестимесячных — на год зимний («нижнее небо») и год летний («верхнее небо»).

Таким образом, в формировании числительных использовались сразу два типа ориентиров — собственное тело (в первую очередь руки и пальцы) и смена времен года, небо. Н. Я. Марр, работавший на Кавказе, так показывает развитие системы числительных, которое шло от единого предмета — руки. Единица — рука, позднее — палец; двойка — две руки; тройка — две руки и еще рука; четверка — два раза по две руки; пятерка — рука (пятерня с растопыренными пальцами); шестерка — пятерня и еще рука; семерка — пятерня правой руки и еще две руки — длани и так далее.

Иначе развивалась система числительных у сымских эвенков — народности, живущей в Енисейском районе Красноярского края, где основой счета являются пальцы. При счете рука согнута в локте, ладонью вверх; кисть примерно на уровне локтя или чуть выше. Первым загибается большой палец — это 1, затем загибается указательный —2, средний —3, и так до мизинца —5. Затем кисть поворачивается — при том же положении руки — ладонью вниз. Разгибаются пальцы в обратном порядке: вначале мизинец — 6, затем безымянный—7, средний—8, указательный — 9, когда разгибается большой палец —10, на другой руке откладывается первый десяток.

Индейцы таманаки при счете в пределах двух десятков пользуются пальцами рук и ног. Вместо «один» они говорят «палец» и при этом обязательно протягивают палец; вместо «два» — два пальца, «три» — три пальца, 5 у них — рука, 6 — палец на другой руке, 7—два пальца на другой руке, 10 —две руки. Покончив с руками, они перебираются к ногам, и так как обувь не закрывает их ступней, то продолжают считать наглядно: 11— палец на ноге… Но вот использованы все пальцы рук и ног, тогда является на помощь человек. 20 называется «человек», так как у него 20 пальцев; число 27 — 2 пальца на другой руке другого человека. Сотня заменяется пятью человеками, а выше сотни индейцы не порываются считать, потому что у них нет для этого потребности. Кстати сказать, и эскимосы, обитатели холодных стран Северной Америки, вместо двадцати говорят «человек» и вместо ста — «пять человек».

Ручной счет у сымских эвенков. На рисунке показываются следующие числа: 4, 6, 17, 58.

Описанные способы в первую очередь относятся к счету предметов, однако точно так же могли считаться, и скорее всего считались, крупные промежутки времени, такие, как день, а может быть, месяц и год.

Пока что мы рассматривали в основном, как производился счет. Теперь обратимся к обозначению времени в языке. Обычное употребление слова «речь» (и как синоним — «язык») подразумевает речь словесную, в то время как она представляет собой относительно позднее образование. Н. Я. Марр полагал, что существовало по меньшей мере четыре типа речи, или языков, связанных с качественно различным мышлением. Это, во-первых, пантомимически-звуковой язык, при котором говорящий изображает картину события. Вторым языком, сменившим первый, являлся ручной язык (язык жестов), в котором особую роль начинает играть правая рука. При этом для древнейшего человека «говорить руками» значило в известной мере «думать руками». Третий — звуковой описательный язык, в нем отсутствовали логические элементы и абстрагирование. Только четвертым по времени своего образования является тот формализованный, логически построенный язык, который в нашем современном понимании носит название устной речи.

Каким образом в этих языках отображается время? Начнем с пантомимически-звукового языка. Движения в нем сопровождаются звуками, в частности криком, основой его является образное мышление. Но ведь образы не обязательно зрительные. Шум падающей воды, свист ветра, пение птиц — это слуховые образы. Ощупывая предметы, человек создает тактильные (осязательные) образы; наконец, сама двигательная активность человека, ощущаемая за счет глубокой мышечной чувствительности, создает как бы образ движения. Но ведь, как уже говорилось, время — или то же самое, что движение, или измеряется движением. В любой деятельности (а первой деятельностью пралюдей была, как известно, охота) необходимо планировать направление движения (куда двигаться или нанести удар), его скорость, ускорение, а также момент начала движения, а иногда него окончание. И в пантомимическом языке, который дает картину того, что произошло, или рисует картину того, что должно произойти, все эти моменты (временные характеристики движения) обязательно присутствуют так же, как в современном искусстве мимов, в трепетных движениях балерины, в полете фигуристов на льду.

Сопровождающие пантомиму древности звуки вначале были подражательными, имитирующими звуки, издаваемые животными. Долго ли, скоро ли, но в звуковом языке появилась временная структура — ритм. Стремление упорядочить звуки сочеталось, по-видимому, с желанием упорядочить движение. Зарождались древнейшие танцы, опередившие, по всей вероятности, в своем возникновении даже появление речи. С помощью танца можно рассказать, где, например, находится стадо животных, сколько их и т. д. Вспомним так называемые танцы пчел, назначение которых — показать представителям своего улья, куда стоит лететь за нектаром.

В трудной жизни прачеловека выработались навыки, обеспечивающие возможность прежде всего выжить, только потом они становились обычаями, обрядами, предрассудками — чем хотите, но сначала они должны были быть реальным подспорьем в борьбе за существование. Те танцы, которые современная наука называет ритуальными, могли первоначально играть (и, скорее всего, играли) и роль рассказа о том, что было или что надо сделать, и роль тренировки деятельности в едином ритме, подобно нашей маршировке или гимнастическим упражнениям.

С целью создания ритма человек использовал любые подручные средства. В городе Алма-Ате существует великолепный музей музыкальных инструментов, где представлены и древнейшие их формы. Экспонируемые там приспособления показывают, что человек извлекал звуки из всего, что только попадалось под руку, — из камней, костей, копыт оленей, раковин, дерева, тростника, кишок животных (из них делали струны), кожи (которую натягивали на деревянный или глиняный каркас) и т. д. В более позднее время появляются специальные изделия из камня, глины (индусские глиняные барабаны, горшки), металла (струны, колокольчики).

Таким образом, продуцирование ритма с помощью собственных голосовых связок, хлопков или использования тех или иных инструментов, а также путем совершения дозированных по времени движений всего тела относится к тем временам, которые проще всего определить как незапамятные.

Механизмы, обеспечивающие выработку ритма и вообще восприятие времени, будут рассмотрены в последующих главах, где мы расскажем о современных представлениях, касающихся физиологии восприятия времени. А сейчас попробуем ответить на вопрос: что осталось у нас от пантомимически-звукового языка? По сути, и мало и много. Остались следы в обрядовых песнях и танцах различных народов, в ритуальных танцах так называемых диких племен, исчезающих с лица Земли, древнейшая и сложная культура которых еле теплится в фольклорных ансамблях. Остались следы в классических балетах и в театре мимов, в нашей самой наимоднейшей музыке, которая ведет свое происхождение от джаз-банда, в свою очередь происшедшего от негритянского искусства, завезенного вместе с рабами в Америку.

Но, к сожалению, в этом случае довольно часто берется голая форма — ритмические рисунки без намека на какое-либо содержание. Пантомимы для пантомимы, чтобы на афише числиться, в давние времена не существовало. Она была глубоко осмысленна. За ней стояло содержание, жизненно важный подтекст. И сегодня в качестве анекдотов приводятся ответы так называемых дикарей: например, на предложение убить немедленно тигра — «Но я сейчас не голоден», станцевать танец дождя — «А что, вам сейчас нужен дождь?» В этих ответах не глупость и не наивность — это психология человека, для которого нет действий для развлечения. Пантомима была орудием научения чему-то, генеральной репетицией будущего действия или рассказом о действии, уже совершенном, что в свою очередь важно для будущих свершений. И еще очень важный момент: пантомима, как всякое искусство, оказывает влияние на эмоции. И разыгрывалась она перед охотой, походом, когда нужно эмоционально зарядить людей, или после чего-то, для снятия эмоционального напряжения.

Если сегодня нечесаные (точнее, в парикмахерской создавшие запутанную гриву волос), дергающиеся в душном зале певцы выкрикивают бессмысленные слова и употребляют достаточно умело древние ритмы и ритуальные движения, они оказывают сильное эмоциональное воздействие на толпу поклонников, которой после концерта не надо идти в бой или на охоту. И возбужденная толпа бьет стекла, ломает вагоны, скандалит на улице. И все это — воздействие древнего пантомимически-звукового языка, в котором важнейшим действующим началом наряду с жестом является ритм.

Язык жестов, или ручной язык, дошел до наших дней, во всяком случае до начала XX века, как вполне рабочий инструмент, а возник он где-то миллион-полтора миллиона лет назад. Первые сведения о языке жестов были получены при изучении мышления так называемых слаборазвитых обществ и племен, в первую очередь аборигенов Австралии и Южной Америки. Так, в книге Л. Леви-Брюля «Первобытное мышление» (М., 1930) рассказывается, что в одном из австралийских племен — варрамунда — вдовам запрещается говорить иногда в течение двенадцати месяцев. Они общаются с другими лишь при помощи языка жестов и приобретают такое искусство в его применении, что предпочитают пользоваться им даже в тех случаях, когда уже ничто к этому не обязывает. Бывает так, что среди собравшихся женщин царит почти полное молчание, а между тем они ведут между собой оживленный разговор при помощи пальцев, или, вернее, рук и кистей.

Туземцы округа Порт-Линкольн употребляют множество знаков, не сопровождающихся звуками, что очень полезно на охоте.

Племя диэри кроме звукового языка имеет еще богатый язык знаков. Для обозначения мужчин и женщин, животных, неба, земли, ходьбы, верховой езды, плавания, еды, питья, для сотни других предметов и действий имеются свои особые знаки, так что туземцы могут разговаривать, не произнося ни одного слова.

Язык знаков важен еще и потому, что индейцы одного племени часто не понимают звукового языка другого племени, но они легко могут беседовать между собой при помощи движений пальцев, головы и ног.

Кроме того, оказалось, что в Персии, при шахском дворце, слуги обязаны были говорить лишь ручным языком. Зафиксирована ручная речь и у сирийских арабов; хотя говорили на этом языке мужчины, он носил название «женских сигналов».

Н. Я. Марр в 30-е годы нашего столетия обнаружил ручной язык на территории СССР, на Кавказе, причем не только в отдаленных районах, но даже среди грузинок в самом Тбилиси. Ручной язык оказался широко представленным в Казахском районе Армении[8] среди азербайджано-турецкого, айсорского, греческого и особенно армянского населения. В Ахалцихском районе Грузии ручным языком пользовались грузины, армяне и турки. В ручной речи возможно передать достаточно сложные представления. Так, например, имеется ручная сигнализация для обозначения Солнца и полнолуния.

Следующий этап становления языка — звуковой язык. Он возник 50—500 Тысяч лет назад и в первой стадии своего развития соответствовал тотемическому[9] и вместе с тем древнему космическому мышлению. В этом языке все представлено в виде образов, понятий, в нем закреплены мельчайшие особенности предметов, живых существ, действий, свойств, состояний. Эти понятия являются частными и совершенно конкретными. Как пишет Леви-Брюль, рука или нога, которую себе представляли древние люди, является всегда рукой или ногой кого-нибудь, кто упоминается одновременно с этой рукой или ногой. Во многих языках североамериканских индейцев слова, обозначающие части тела, встречаются всегда с местоимением: моя рука, твои глаз, его нога и т. д.

В Южной Африке у туземцев бавенда существует специальное имя для каждого рода дождя. Даже геологические особенности почвы не ускользнули от их внимания: каждый вид почв и каждый род камней или скал носят особые названия… Нет такой разновидности деревьев, кустарников или растений, которая не имела бы имени в их языке. Они различают по имени даже каждую разновидность травы.

У лопарей есть несколько названий для северного оленя — однолетнего, двухлетнего и т. д. 20 слов обозначают лед, 11—холод, 41—снег во всех его видах.

В Новой Зеландии у маори каждая вещь имеет свое собственное имя: жилища, челноки, оружие, даже одежда. Земли, дороги, побережья всех островов, а также лошади, коровы, свиньи, даже деревья, скалы и источники — все имеют свои названия. Пойдите куда угодно, заберитесь в самую, казалось бы, безлюдную пустыню и спросите: «Есть ли у этого места имя?» — в ответ любой туземец данной местности сейчас же сообщит вам его название.

На стадии развития пантомимического и первичного звукового языка человек чувствовал себя частью природы, ко всем переменам в ней чутко прислушивался. Американский исследователь Генри Бестен прожил полный солнечный цикл на пляже Кейп-Кода под вечный шум волн, чтобы проверить реакции своего мозга на полное удаление от техноцентричного мира. Он пишет:

«Год, прожитый в четырех стенах, — это путешествие по листам календаря: год на лоне самой природной природы— это свершение могучего ритуала. Чтобы участвовать в нем, надо обладать знаниями о паломничестве Солнца, уметь его чувствовать, обладать тем его ощущением, которое заставляло даже самые примитивные племена отмечать летний предел его пути и последнее его декабрьское отступление. Все эти осенние недели я наблюдал, как огромный диск отодвигался к югу по горизонту болотистых равнин, сегодня заходя за этим лугом, завтра — за тем сухим деревом, а послезавтра — за припорошенной первым снегом осокой вон на той кочке. Мне кажется, потеряв это чувство, это ощущение Солнца, мы утратили очень многое…

Я заснул беспокойным сном и скоро проснулся, как обычно просыпаются спящие под открытым небом. Смутные стены мрака вокруг дышали приятным запахом песка, стояла нерушимая тишина, и неровное кольцо стеблей над моей головой было недвижно, словно вещи в доме… В прозрачном небе на востоке из дыхания мглы, скопившейся у края ночи и океана, поднимались наискось друг от друга две великие звезды — Бетельгейзе и Беллатрикс, плечи Ориона. Наступила осень, и Великий охотник вновь стоял над горизонтом дня и убывающего года. Его пояс все еще скрывала облачная гряда, а ноги уходили в глубины пространства дальних волн морских.

Мой год на пляже завершил свой полный цикл, и наступило время затворять дверь. Глядя на эти великие солнца, я вспоминал тот последний раз, когда я отметил их весной в апреле, — они растворялись в свете дня, уходили за горизонт на западе, где тянулись болота. Я смотрел, как они блестели вдали над чугунными волнами черного декабря. И вот охотник вновь восходил, чтобы прогнать лето на юг, и вновь следом за ним шла осень. Я был свидетелем солнечного ритуала, я приобщился к миру стихий…»

Археолог Э. Томпсон, нашедший сокровища колодцев майя, пишет: «Как-то утром я стоял на крыше храма, когда первые лучи Солнца одели багрянцем далекий горизонт. Все окутывала глубокая утренняя тишина. Звуки ночи замерли, дневной шум еще не поднялся, небо надо мной и земля внизу, казалось, затаили дыхание, чего-то ожидая. Затем в ярком сиянии взошло огромное круглое Солнце, и весь мир запел и зажужжал… Сама природа научила первобытного человека поклоняться Солнцу, и в глубине души современный человек все еще не забыл древних уроков».

Человек не отделял себя от природы, ощущал себя ее частью, наблюдал и сопереживал ее изменения на Земле и на небе — в первую очередь связанные с Луной.

Первоначальной звуковой речью каждый пользовался на свой лад, смотря по обстоятельствам и по расположению говорящего по отношению к объекту речи. Образы-понятия, своеобразные рисунки, дают возможность обобщения в очень ограниченных пределах. Пользование ими требует огромной памяти, в которой должно храниться чрезвычайное разнообразие форм словаря.

Каким образом были представлены временные понятия на этом этапе развития?

Как показал в своих работах крупнейший этнограф, специалист в области исследования религий, Фрейзер, мышление к моменту возникновения звуковой речи являлось магическим, а магия предполагает, что одно природное событие неизменно следует за другим, без вмешательства каких-то духовных или земных сил. В основе магии лежит твердая вера в порядок и единообразие природных явлений. У мага нет сомнения в том, что одни и те же причины всегда будут порождать одни и те же следствия, что свершение нужного обряда, сопровождаемое определенными заклинаниями, неизбежно приведет к желаемому результату, если только колдовство не будет сведено на нет более сильными чарами другого колдуна. Маг не упрашивает высшую силу, не ищет благорасположения переменчивого и своевольного сверхъестественного существа, не унижается перед грозным божеством. Но власть мага, сколь бы великой он ее ни считал, никоим образом не является властью произвольной и безграничной. Он. располагает ею лишь постольку, поскольку строго следует правилам своего искусства или природным законам, как он их понимает[10].

На фоне такого миросозерцания у негров, например религиозно-философская концепция времени весьма противоречива. С одной стороны, время двумерно, состоит из частей «саса» и «замани», с другой — имеет настоящее, прошедшее и будущее, о чем говорится в поговорке: «Если ты знаешь вчера и сегодня, то будешь знать и завтра, так как нить ткача — это будущее, текущая ткань — настоящее, сотканная и сложенная ткань — прошлое». А в целом все время мира и его история представлены в «саса», охватывающем все события, которые должны вот-вот произойти, уже происходят или недавно произошли. Это сиюминутный и самый значимый период времени. «Замани» — макровремя ― все прошлые события, связывающие начало вещей и событий, развертывающихся сегодня во Вселенной. В силу своей огромности это прежде всего прошедшее, кладбище времени. Таким образом, время как бы зависит от масштаба событий. Кроме того, оно зависит от того, чем заполнено. Так, например, негры некоторых отдаленных районов (и древние римляне) различают время весьма забавным образом, а именно, время счастливое и несчастливое. В некоторых областях большой счастливый период длится 19 дней, а маленький (ибо следует иметь в виду, что они делают еще и это различие) — 7 дней, между этими двумя периодами — 7 несчастных дней, которые, по существу, являются бездеятельными, ибо в это время не путешествуют, не отправляются в поход, не предпринимают ничего значительного. Периоды и выдающиеся моменты времени характеризуются происходящими в это время проявлениями мистических сил: на них почти исключительно и сосредоточивается первобытное мышление.

Что касается более практического, бытового отношения к окружающему миру, категории положения, расположения в пространстве и расстояния, то они имеют в магическом мышлении такое же значение, как для современного человека категории времени и пространства. В современном мире такое отношение к пространству и времени, как к чему-то неотделимому от самого человека, сохранилось на Филиппинах (см.: Подберезский И. В. Филиппины. Поиски самобытности. М., 1984). При этом речь идет не обязательно только о каком-то конкретном человеке, а скорее о группе, к которой он принадлежит, ибо личный опыт неотделим от опыта коллектива. Пространственные отношения здесь выражаются достаточно определенно: расстояние до муниципального центра, соседнего барангая, моста у реки измеряется в соответствующих единицах (обычно в единицах времени, а не длины — часах ходьбы, гребли на лодке, плавания под парусом при попутном ветре и т. д.). То, что лежит за пределами этого привычного мира, пространственно не организовано, образует какое-то нерасчлененное целое, километрами и часами ходьбы не измеряемое. Пространство обретает реальность лишь в ближайшем окружении, и вопрос, продолжается ли оно за пределами этого окружения, не встает. Традиционно мыслящий филиппинец как бы носит свое пространство с собой. Его восприятие этой объективной формы существования материи можно было бы представить в виде круга, пределы которого очерчены радиусом досягаемости. Но, во-первых, индивида нельзя представить себе в виде точки в центре круга, ибо он не локализуется так отчетливо, он «распределен» по всей поверхности и нигде не отделен от нее; везде субъект слит с объектом; там, где кончается субъект, кончается и объект (пространство), и даже часть объекта не может мыслиться вне субъекта. Во-вторых, индивид — не конкретный Педро или Хуан, а все лица, которые с ним связаны и вне которых он себя не осознает.

Время для филиппинца не линейно, а циклично — нет движения вперед, а только повторение того, что уже было, как бы возвращение к опыту предков, отклонение от которого грозит распадом связи времен, всеобщей гибелью. Это время весьма похоже на мифологическое. Прошлое, настоящее и будущее не разграничены четко, они как бы слиты воедино в опыте, конкретном переживании конкретного лица. Там, где переживание есть, есть и время. Человек «носит его с собой» точно также, как он «носит с собой» пространство. Время не воспринимается как объективная форма существования материн, оно личное достояние, но личное опять-таки не в смысле достояния данного индивида, а в смысле достояния других лиц, связанных с ним теми или иными отношениями.

Однако между восприятиями пространства и времени имеются различия. Первое расширяется прежде всего благодаря родственникам, живущим тогда же, что и индивид, второе — преимущественно благодаря родственникам, жившим до него, предкам (традиционно мыслящий филиппинец, правда, не проводит резкой границы между живыми и жившими). Время не измеряется годами. Желая хронологически обозначить какое-то событие, филиппинец не указывает дату по принятому летоисчислению, а говорит: «Это случилось сразу после большой засухи», — засуху он пережил сам и как бы ведет отсчет времени от себя. Или: «Это случилось, когда пришли американцы», — здесь он опирается на опыт своего деда или прадеда, который рассказывал ему о событии. Надобности сказать: «Это случилось в 1899 году» — не возникает: такое сообщение для него просто не имеет смысла. Упоминая о событии настоящем, прошлом или будущем, филиппинец обязательно помещает в него себя самого или тех, кого он считает продолжением себя. Для него важнее всего именно опыт прошлого, прошлое не выделяется: в нем живут сейчас, будут жить и потом. Настоящее же ценно не само по себе, а тем, что, уйдя в прошлое, оно тоже станет образцом. И поэтому настоящее надо творить достойно, а не потому, что оно — основа будущего.

Такое отношение ко времени исключает всякий намек на пунктуальность. Поскольку каждый несет свое время с собой, он является не в назначенный срок, а как бог на душу положит. Соответственно, традиционно мыслящие филиппинцы воспринимают и определяют время в виде весьма расплывчатых понятий, таких, как «раньше-позже», «давно-недавно», «долго-недолго», «утром-вечером» и т. п.

Обратимся к последнему этапу развития языка — устной речи в современном понимании, которая характеризуется не образными описаниями, а логическими построениями, появлением понятий, отвлеченными рассуждениями. Абстрагированная, оперирующая понятиями, мысль уже не нуждается в большом количестве описательного материала. Настоящее выделение понятия времени и его измерение начались именно на этом этапе человеческого развития. О временных категориях данного периода можно судить по сохранившимся мифам, в которых отражены представления как магического, так и религиозного периода развития мышления. Мифов очень много, но все они имеют общие черты, и мы воспользуемся анализом северной мифологии (Старшая Эдда), проведенным М. И. Стеблин-Каменским в книге «Миф» (Л., 1976). Разбирая временные представления в мифах, автор прежде всего обратил внимание на полную неопределенность возникновения времени. С одной стороны, время создали боги, упорядочив небесные светила, создав фазы Луны и т. д., и оно непрерывно и конечно, поскольку не существовало, пока не было сотворено.

Так, в «Речах Вафтрудннра», где отражено миросозерцание скандинавов, говорится:

Деллингом звать

День породившего,

Нёр — ночи отец;

Измыслили боги

Луны измененья,

Чтоб меру дать времени.

Инки в Южной Америке в своих молитвах космическому богу повторяли, что по его воле:

Солнце, Луна, день, ночь, лето, зима

Не тщетно, но в размеренном порядке

Идут они в предназначенное им место, к своей цели.

С другой стороны, время существовало и до того, как было сотворено, а кроме того, происходят катаклизмы, в результате которых мир гибнет и вновь возрождается, и, следовательно, время оказывается не конечным, а обратимым, или цикличным. Мифическое время и конечно (у мифа есть начало и конец), и бесконечно (мир вновь возникает после своего конца). По-видимому, представление об обратимости времени не менее архаично, чем представление о том, что оно конечно. Концепция! обратимости времени несомненно имеет некую реальную основу. Чем теснее связь человека с природой, чем меньше он выделен из нее, тем в большей мере протекание времени должно восприниматься им как регулярное чередование таких явлений, как день и ночь, зима и лето, произрастание и увядание, рождение и смерть. Значит, и понимание человеком времени должно соотноситься с природными или жизненными циклами, образующими материальное наполнение времени. Представление об обратимости времени — это вместе с тем отсутствие четкого противопоставления прошлого и настоящего будущему, и, таким образом, оно подразумевает внутреннюю точку зрения на время.

Время в мире никогда не абстрагировано от его конкретного содержания и существует, поскольку имеют место какие-то события, то есть что-то происходит с какими-то активными существами: великанами, богами и т. п. Если же не происходит никаких событий, то время не существует, ход его прерывается. Так, в «Прорицании вёльвы» встречаются названия единиц времени, определяемые не их местом среди таких же единиц, а тем, что происходило в эти единицы времени («век мечей», «век секир», «век бурь», «век преступников»).

С точки зрения тех людей, среди которых бытовали мифы, и сами мифические персонажи, и результаты деятельности этих персонажей — реальность, то есть не прошлое, а настоящее. Естественно поэтому, что в эддических мифах прошлое нечетко отграничено от настоящего, в известном смысле — вневременно. Мифическое прошлое как бы совпадает с настоящим. Миф переносит в эпоху, когда создавалось все то, что продолжает существовать, то есть в максимально реальную эпоху. Сказка, наоборот, переносит в несуществующее, за пределы времени. Мифическое прошлое вневременно потому, что оно так же реально, как настоящее, то есть максимально реально. Сказочное прошлое, наоборот, вневременно потому, что оно, как и весь сказочный мир, абсолютно оторвано от настоящего, то есть максимально ирреально.

Общей для мифа и сказки является возможность материализации времени — это и нити судьбы, которые прядут норны, живая и мертвая вода, чары, заставляющие проспать годы, яблоки Идуны, которые должны отведывать боги, как только начинают стариться.

Суммируя все сказанное, можно заключить, что на определенном этапе развития прошлое для человека существовало реально, а настоящее — отраженным светом этого прошлого и посему было нереальным (отголоски этого существуют в нашу эпоху). Современный человек живет реальным настоящим, в которое прошлое врывается только иногда в религиозных мистериях.

Считать умеем, хотя не знаем что

На этапе развития звукового языка появилась необходимость обозначать относительно короткие промежутки времени, в течение которых осуществляется та или иная деятельность. В связи с этим время, проходящее от одного действия до другого, сравнивали со временем, необходимым для какой-нибудь каждодневной работы или какого-либо регулярно случающегося события. Так, южноафриканское племя юангов обозначало время периодом, нужным для того, чтобы износить пояс, сделанный женщинами из ветвей определенных деревьев. Надетые утром, к полудню они делаются уже непригодными— листья засыхают и обваливаются, появляется необходимость заменить один пояс другим. Таким образом, один пояс служит около шести часов, два — двенадцать часов и т. д. У мадагаскарцев малой единицей времени является время, необходимое для того, чтобы сварить рис: одна варка риса, две варки риса… Нечто похожее можно наблюдать и у некоторых народов Северной Азии. У тунгусского племени гольдов, например, в большом употреблении сравнение времени, нужного для какого-либо действия, с временем, необходимым для того, чтобы выкурить трубку или вскипятить чайник. Они говорят: «Три трубки надо выкурить, пока дошел; две трубки надо было выкурить, пока сшила; один чайник вскипел, пока дошел», и т. д.

Кроме того, используется издавна принятое деление Дня как периода активной трудовой деятельности на более мелкие рабочие периоды, границей между которыми служат приемы пищи и отдых. В русском языке такие периоды назывались по роду работы (пахота и другие полевые работы) упряжкой, которых в зависимости от времени года бывало три-четыре в день. Но то же слово-понятие могло становиться и пространственным обозначением: поле в две упряжки, то есть пространство, может быть вспахано за два таких отрезка времени.

Превращение временных понятий в пространственные, в измерительные единицы протяжения отражается в обычных для большинства языков выражениях: «два часа ходьбы до этой деревни», «три дня езды до города». Расстояние, которое можно было преодолеть за один день пути, в русском языке называлось «днище». Нередко таким образом отмеривались большие промежутки времени — неделя, месяц, год (езды, хода, пути).

С древнейших времен счет дней велся по зарубкам на дереве и по узелкам. Так, согласно Геродоту, персидский царь Дарий, отправившись в Скифию, передал оставленным им на Дунае военачальникам ремень с шестьюдесятью узлами и приказал развязывать по одному узлу в день. Как только будут развязаны все узлы, воины должны сжечь мосты и уходить восвояси. Разбитый Дарий успел вернуться в последнюю минуту и бежал через еще не сожженный мост с остатками войска.

Этот пример иллюстрирует одноразовое использование узелков. Но у инков в Южной Америке существовали целые календари — «кипу» (что означает «завязывать узел» или просто «узел», а также счет), находившиеся в специальном ведении индейцев, которых называли кипу-камайу, что означает: «тот, на кого возложена обязанность считать». Они записывали в узлах любое событие, которое являлось результатом подсчета цифр, вплоть до того, сколько произошло сражений, сколько посольств направлено к инкам, сколько суждений кем-то высказано; такого рода записи и отчеты были годовыми. Близки к подобным хроникам узелковые календари, употреблявшиеся еще в прошлом веке. На севере Кур-земского полуострова в Западной Латвии, где живут родственные эстонцам ливы, в местечке Кшрагс, записан рассказ Хермины Зиберте, 1890 года рождения, о том, что у ее матери был большой клубок красной шерстяной нити, на которой каждый день в году был помечен узлом, а праздничные дни — еще и отдельными нитями, прикрепленными к узлам. Этим годовым календарем успешно пользовались. Она и сама под руководством матери вязала такой календарь, состоящий из нескольких параллельных нитей разного цвета. Год, судя по ее рассказу, начинали с Михайлова дня — 29 сентября, который обозначался первым узлом на белой нити. Вскоре после Михайлова дня у соседей случилась беда: медведь унес теленка. Это событие отметили кусочком нити другого цвета. Конец октября — начало ноября обозначили очередным узлом. На Рождество привязали желтую ниточку. В январе горел дом соседа— добавлен кусочек красной нити. Когда сильно заболел дедушка, привязали черную нитку. В феврале овца принесла двух серых ягнят — в календаре прибавились две короткие серые ниточки.

Узелковое письмо употреблялось и в других целях. Вязали не только календари, но и записывали таким образом песни, причем не слова, а ритм, по которому и вспоминалась потом песня. Узелковое письмо разных видов также обнаружено в Литве. Начало текста обозначалось двумя узлами, нечто вроде скрипичного ключа в нотах. Чтобы найти начало нити, нужно было размотать весь клубочек и начать считать с другого конца, привязанного к деревянной палочке.

Узелковое письмо увело нас в сторону от вопросов измерения именно относительно коротких промежутков, заполненных деятельностью. Для их измерения существовало огромное число приспособлений, основанных на конечности того или иного процесса, как, например: горение (горели свечи определенной длины и толщины, и время мерилось количеством сожженных единиц); равномерное вытекание воды, так называемые водяные часы — клепсидра. По сути это не часы, поскольку они показывают (и то ограниченно) не который час, а сколько прошло времени; равномерное высыпание песка — песочные часы.

Что касается отсчета более крупных единиц времени, то у отсталых народов совершенно четко прослеживается связь выделенных отрезков времени, приблизительно равных месяцу, с сезонно-хозяйственными явлениями (отел, олений выпас и т. д.).

Счет дней и часов в них

Дни и сутки. Мера времени — сутки — определяется обращением земного шара около одного из своих меридианов, так называемой земной оси. Считается, что сутки равны 24 часам.

Существуют звездные сутки и солнечные сутки. Звездные сутки — это промежуток времени между самыми высокими положениями на небе какой-нибудь звезды в две соседние ночи. Он постоянен и равен 23 часам 56 минутам 4,09 секунды. Солнечные сутки — это промежуток времени между двумя истинными печными) полднями — мгновениями, когда Солнце достигает высшей точки своей суточной дуги. Вследствие того что Солнце движется не по экватору, а по эклиптике[11] и, кроме того, находится не в центре, а в фокусе земной орбиты, которая является не окружностью, а эллипсом, истинные солнечные сутки по своей продолжительности в разные времена года не одинаковы. Самые короткие сутки бывают в сентябре, а самые длинные, которые больше сентябрьских на 51 секунду, — в декабре.

По этой причине использовать в качестве единицы времени истинные солнечные сутки представляется совершенно нецелесообразным. В качестве эталона времени астрономы предложили более удобную единицу, которая незначительно отличается от истинных солнечных суток, — так называемые средние солнечные сутки.

Астрономы вводят для этого воображаемую точку па небесном экваторе (фиктивное среднее Солнце), которая в отличие от истинного Солнца движется не по эклиптике, а по экватору и всегда равномерно с суточной угловой скоростью, равной средней скорости движения истинного Солнца по эклиптике. При этих условиях среднее Солнце совершит годичный оборот по звездному небу за тот же период времени, что и истинное Солнце.

Промежуток времени между двумя последовательными кульминациями такого среднего Солнца называется средними солнечными сутками. Средние сутки, как ч истинные, делятся на 24 часа, каждый час — на 60 минут и каждая минута — на 60 секунд.

Разность между средним и истинным временем называется уравнением времени, которое в течение года изменяется и только четыре раза в году бывает равно нулю, то есть моменты истинного и среднего полдня сов падают в апреле, июне, сентябре и декабре. Наиболее отрицательное значение (т. е. истинный полдень наступает раньше среднего) наблюдается около 12 феврали и равняется 14,3 минуты, наиболее положительное (т. о; истинный полдень наступает позже среднего) — около 3 ноября и равняется 16,4 минуты.

Как справлялся с этими сложностями человек в древности?

График годичного изменения уравнения времени. По оси абсцисс — месяцы года; по оси ординат: справа — время наступления полдня (в часах и минутах); слева — разница (в минутах) между средним солнечным временем (временем на часах) и истинным солнечным временем.

На первых стадиях развития культуры понятия, объединяющего день и ночь вместе, не имеется. Слова, обозначающего «сутки», нет. День и ночь считаются отдельно. Например, в Ригведе — древнейшем памятнике индийской литературы, относящемся ко II тысячелетию до н. э., — есть указание, что год индусов равнялся 720 дням и ночам. То же самое и у тунгусских народностей. Счет суток ведется ими по числу ночей, или, точнее, ночевок. Причем у тунгусского племени негидальцев различно обозначают время, проведенное в гостях, и время, проведенное на охоте. Так, в первом случае скажут: пробыл столько-то дней, во втором — столько-то ночевок.

Счет по ночам существует у некоторых народов Австралии, Океании, Северной Азии и Северной Америки. В древности так же считали кельты и германцы.

Счет на сутки — соединенные вместе день и ночь — упоминается у Гомера, при этом сутки начинаются с рассвета. Но такого представления больше никто в древности не придерживался — всяк судил по-своему, что заставило Бируни, знаменитого ученого Востока (X в.), составить специальный трактат «Речь о том, что такое день и ночь, их совокупность и их начало». Он пишет, что арабы приняли за начало суток точки заката на круге горизонта. Таким образом, сутки продолжаются у них от захода Солнца за горизонт до захода его на следующий день. К этому побудило арабов то, что месяцы у них основаны на пути различных движений Луны, причем начало месяца определяется не вычислением, а появлением новой Луны. Таким образом, ночь оказалась у них раньше дня, и поэтому стало обычным ставить ночи впереди дней, когда их связывают с названием дней недели.

Те, кто согласен с арабами, доказывают, что тьма предшествует свету по ступени (существования) и что свет появился внезапно, после тьмы, а начинать лучше с того, что предшествует. Поэтому они ставят неподвижность выше движения, так как с неподвижностью связан отдых и покой. Движение же вызывается надобностью и необходимостью, а за необходимостью следует утомление, так что утомление есть следствие движения.

Бируни отмечает, что некоторые народы — румы, персы и те, кто согласен с ними, договорились, что сутки продолжаются от восхода Солнца с восточного горизонта до восхода над ним на следующий день, ибо месяцы выводятся путем вычисления и не связаны с положением Луны или других светил. Сутки начинаются у них с начала дня, так что день оказывается раньше ночи. В оправдание этого они доказывают, что свет есть бытие, а тьма — небытие; те, кто ставит свет впереди тьмы, говорят, что движение имеет преимущество перед неподвижностью, так как движение есть жизнь. Возражая своим противникам, они утверждают, например, что Небо достойнее Земли, что работник и юноша здоровее (стариков) и что текучая вода не становится гнилой, как стоячая.

Что же касается астрономов, то, по мнению большинства из них, сутки — промежуток времени от момента прохождения Солнца через полуденный круг и до его прохождения через него на следующий день. Это утверждение находится как бы посредине между двумя предыдущими. Таким образом, сутки начинаются, по их мнению, от видимой половины полуденного круга. На этом они построили свои вычисления в зиджах и вывели положения светил в их равномерном движении, а также их исправленное положение (обозначенное) в астрономических ежегодниках.

Некоторые астрономы, как, например, автор «Зиджи-Шахрия-раншах», предпочитали невидимую половину полуденной сферы и начинали сутки с полуночи, как в настоящее время. В этом нет ошибки, так как оба метода восходят к одной основе. Итак, начало суток считали кто как хотел, и это не отражалось па результате.

По всей вероятности, связывание начала суточного цикла с закатом, полночью, рассветом или полднем в некоторой мере было обусловлено практической хозяйственной деятельностью. В жарких странах, например, кочевники шли ночью, поскольку в дневной жар люди и стада отдыхали. Циферблатом часов служило звездное время, в частности появление утренней звезды Венеры, которая первой видна на закате и вновь возникает перед восходом Солнца. Поскольку звезда появляется дважды, в Уруке в середине III тысячелетия до н. э. чтили двух богинь: утреннюю звезду и вечернюю звезду. Но и в более северных странах, в частности на Украине, рыбаки, выезжавшие ночью на тоню, пастухи в ночном прекрасно знали, что, когда наклонился к земле воз (созвездие Большой Медведицы, которое греки, кстати, называли почти так же — колесницей), ночь на исходе и жди денницу.

Над человеком, бодрствующим ночью, во все века вращался слегка наклоненный набок шатер звездного неба, где имелась неподвижная точка — Полярная звезда, которую египтяне называли «верхушкой неба», а американские индейцы — «звездой, которая не ходит». Полярная звезда действительно сохраняет почти неизменное положение на небе при видимом суточном вращении небесной сферы в силу того, что находится на расстоянии около одного градуса от Северного полюса мира. Она всегда указывает на север, а высота ее над горизонтом помогает определить широту местности (т. е. расстояние ее до экватора), которая примерно равна этой высоте.

Счет времени внутри суток. Более длительные промежутки— части суток, а затем и часы — отмеряли ночью по звездам, а днем с помощью приборов — солнечных часов, в которых использовалось равномерное движение солнечного диска по небосводу.

Конструкция доски часов могла быть разной — горизонтальной, вертикальной, наклонной, кривой. Единственное условие — на часовой доске стержень устанавливался параллельно земной оси. Циферблат наносился с той или иной степенью дробности. Иногда появлялась и дополнительная разметка. Так, кроме часовых линий на поверхности арабских часов обозначалось еще и направление к Мекке, называемое астрономами Киблех. Особенно важным считался момент, когда конец тени от вертикально поставленного штифта приходился на линию Киблех.

Самые простые часы употребляли на Руси пастухи — они мерили тень от дерева лаптями — стопами обутых в лапти ног. Когда было шесть или семь лаптей тени, они собирали стадо, чтобы*гнать его в деревню.

С незапамятных времен кочевые народы используют простое и практичное приспособление — собственный дом. Так, у калмыков издревле в качестве солнечных часов используется кибитка. Определение времени по предметам, размещенным внутри кибитки, последовательно освещавшимся солнцем, практиковалось, как правило, летом, но нередко и в другие времена года, когда солнце заглядывало в кибитку. Возможность исчисления времени по вещам, находившимся в кибитке, обусловливалась тем, что ее дверь была всегда обращена к югу и все предметы располагались по единому общепринятому, традиционному принципу.

Забрезжит в кибитке свет — женщины поднимались с постели, доили коров, выгоняли скот на пастбища. Солнце осветило верхние концы жердей — скот пасется в поле, женщины и дети приступают к изготовлению топлива (кизяка). Солнце показалось на головках решеток, через верхний круг кибитки, а через открытую дверь осветило левый от входа угол жилища — это малый полдень. Солнце осветило через дверь середину кибитки напротив входа — это полдень, скот пригоняют на водопой и дневной отдых. Солнце через дверь появилось на изголовье кровати хозяев, осветило правый угол — начало второй половины дня, скот направляется на пастбище. Солнце зашло на «ноги» кровати хозяев, поднялось на верхушки решеток остова кибиток — это вечер, скот поворачивает к дому, женщины перегоняют кумыс на араку, дети приводят телят с пастбища. Солнце приближалось к закату, освещало верхние концы жердей кибитки, находящиеся направо от входа, — телята привязаны, начинается доение коров, которое продолжается до наступления сумерек.

Кибитка калмыков, выполняющая роль солнечных часов.

Аналогом калмыцкой кибитки у казахов является юрта, форма которой, как и кибитки, делает ее степной астрономической обсерваторией. Самое почетное место для гостей — тор — расположено напротив двери. Если юрта ориентирована по странам света, то линия «тор — дверь» будет представлять собой линию меридиана или параллели. Луч солнца, падающий через верхнюю крышку юрты, является как бы показателем времени, солнечным часом. Около юрты на открытом месте часто втыкали шест (гномон), и на земле вокруг него отмечали интервалы времени по тени.

В походах и путешествиях для ориентации на местности ставили дорожные знаки — оба, када, таяк и т. д. Такими знаками иногда служили различные надмогильные сооружения. Они также были ориентированы по странам света, а некоторые памятники, например мавзолеи, имеют форму юрты.

Схема расположения предметов в кибитке, позволяющая определять время дня.

Для обозначения временных отрезков употреблялись названия: ранние утренние сумерки, утренняя заря, время восхода солнца, время перед полднем, полдень, после полудня, время захода солнца, полночь.

У жителей Никобарских островов число частей дня доходит до десяти, у некоторых других народов их еще больше. На Таити в те времена, когда там побывал Кук, сутки делились на 18 неравных частей. Такое большое число частей суток облегчает переход к отдельным равным отрезкам времени — часам или двоечасиям. Подобное деление существовало у жителей Южной Азии и Тихоокеанских островов, в частности в Японии.

На Кавказе, среди адыгов[12], понятие сутки обозначается сложным словом, которое точнее всего переводится как «ночь-день». Начало нового дня — раннее утро, восход. Дневное время делится у них на двенадцать частей: первая — «место света» (т. е. еще предрассветное состояние, определяемое по положению Большой Медведицы); вторая — заря брезжит; третья — короткий период сгущения темноты (10–20 мин); четвертая — рассвет и утренний намаз (молитва мусульман, которую произносили шесть раз в день); пятая — восход солнца (выгон скота на пастбище); шестая — позднее утро (9—10 ч); седьмая — большое утро (11 ч); восьмая — полдень (обеденный намаз); девятая — после полудня; десятая — ближе к заходу солнца (третий намаз); одиннадцатая — заход солнца; двенадцатая — сумерки (вечерний намаз).

Ночь у адыгов состоит всего из четырех частей: первая— время, когда ложатся спать (ночной намаз); вторая— середина ночи (лошади, до того лежавшие, встают и спят стоя); третья — первое пение петуха; четвертая — второе пение петуха.

Существует не только одно- и двухчасовое деление, но полутора- и трехчасовое. Так, в Индии, в храме Солнца, построенном в XIII веке, в южной и северной его частях установлено по огромному колесу в виде циферблата. Колесо имеет восемь крупных спиц, тени от которых отмеривают расстояние в три часа, и еще столько же спиц мелких, отмеривающих, соответственно, расстояние в полтора часа.

У народов, населяющих Приморье, существует еще одно деление суток на части, связанное с приливами и отливами. Таким образом, выделяются четыре равных отрезка — 6 часов прилив и 6 часов отлив, происходящие два раза в день.

Наконец, с очень древних времен и почти повсеместно время рассвета определялось по пению петуха, что служило, с одной стороны, сигналом для «нечистой силы» убираться восвояси, а с другой — заставляло людей подниматься и задавать корм скоту. Часы конструкции «петух» широко распространены, о крике петуха упомянуто в Евангелии[13]. На Руси по крику петуха простой народ не только определял время рассвета, но и делал заключение о вёдре и непогоде. Слово «куром» (творительный падеж от «кур» — петух) в летописях употребляется для обозначения раннего времени, когда запевают петухи.

Постепенно человека перестали удовлетворять такие неопределенные отрезки времени, он стал переходить к счету часов. При этом первоначально говорилось о двенадцати часах в дне и двенадцати в ночи. Предполагают, что такое деление создано ассиро-вавилонянами, которые считали не десятками, а дюжинами. Но именно так считали и многие другие народы. Может быть, никто ничего и не занимал у далеких ассиро-вавилонян, а люди сами в разных концах Земли пришли к такому счету, который является почему-то естественным. Ведь и месяцев тоже 12. В большом ходу двенадцатиричный счет был у древних римлян. При счете дюжинами доходили до двенадцати дюжин, которые составляли новую единицу — гросс (так в России до революции считали перья, карандаши и т. д.). 12 гроссов составляли новую единицу — массу. Удобство счета на дюжины по сравнению с десятичным счетом заключается в том, что с дюжиной легче справиться при делении, не прибегая к дробям, поскольку 12 делится на 2, 3, 4 и 6, в то время как 10 — только на 2 и 5. Одна двенадцатая какой угодно величины носит название унции. Сейчас это деление отмирает, оставаясь в своем последнем прибежище — «латинской кухне», то есть аптечном деле.

Возвращаясь к вопросу о том, что и месяцев 12, и часов 12 в половине суток, и многие народы считали дюжинами, мы хотим подчеркнуть, что счет месяцев и часов по сути всюду одинаков, священное число 12 неизменно присутствует, как только дело касается измерения времени. В справочнике «Методология или описание мер, весов, монет и времени исчисления», изданном в Петербурге в 1831 году, содержится огромное разнообразие мер и весов, используемых в 241 стране (считая Папскую область). Но разнообразие это мгновенно исчезает, как только меры, веса и монеты описаны. Все времяисчисление, упомянутое в заглавии, сводится к тому, что год имеет 12 месяцев, месяц — 4 седмицы (недели), седмица— 7 дней, день — 24 часа. А значит, лежат в основе выделения отрезков времени какие-то повторяющиеся природные явления, одинаковые для всех живущих на земном шаре. Для выделения часов это, скорее всего, то самое солнышко, которое, по русской поговорке, «всходит— барских часов не спрашивается».

При расчете двенадцати часов дневных и двенадцати ночных люди сразу же столкнулись с уже упоминавшимся фактом, что день равен ночи только четыре раза в году, а в остальное время либо дневные часы оказывались длиннее ночных, что имеет место летом, либо ночные часы — длиннее дневных, что имеет место зимой.

Как же проводилось деление на часы в древности? Первый час начинался с рассветом, полдень всегда был шестым часом, а закат — двенадцатым. На полпути между восходом и полуднем отмечался третий час, а между полуднем и закатом — девятый. Таким образом, мерка была в общем трехчасовая. Так же точно и ночью шел счет на трехчасовые интервалы — стражи. Такое деление пошло еще от древних евреев, у которых раз в три часа сменялась стража у ворот Иерусалима. Христианская церковь переняла этот счет и звоном колоколов возвещала часы разной длительности зимой и летом. Однако расписание работы по такому счету приводило к неодинаковой длительности трудового дня, и в XIII веке в одном из цехов средневековых ремесленников было введено правило: зимой кончать работу, когда прозвонит девятый час (т. е. на закате), а летом заканчивать работу прежде девятого часа, так как «ремесло трудное, а летний день долог».

О неравномерности дня и ночи в течение года хорошо знали на Древней Руси. Был даже создан особый обряд в день зимнего солнцеворота (12 декабря, день святого Спиридона), который соблюдался в Москве еще в XVI–XVII веках. Перед царем представал звонарный староста Московского собора как блюститель часобития (звона часов), бил челом и докладывал: «Отселе возврат Солнцу с зимы на лето, день прибывает, а ночь умаляется». Царь жаловал за эту радостную весть старосту деньгами — выдавалось 24 серебряных рубля, по числу часов в сутках. На летний солнцеворот (12 июня) тот же самый докладчик приносил весть: «Отселе возврат Солнцу с лета на зиму, день умаляется, а ночь прибывает». За эту прискорбную весть его немедленно запирали по указу царя в темную палатку на Ивановской колокольне, надо думать, что не менее как на, 24 часа, тоже по числу часов в сутках.

Значение различных часов и деление часа на более мелкие части

Постепенно стали развиваться, преимущественно па Востоке, представления о специальном значении каждого часа дня и ночи в жизни человека и о связи каждого часа с небесными светилами или с определенными животными, как, например: 2 часа ночи — час Быка, 6 утра— час Зайца, 8 утра — час Дракона, полдень — чао Коня, 20 часов — час Пса, 22 часа — час Вепря.

Магометане пошли еще дальше — ими были созданы представления о том, что каждый час каждого дня недели подвластен определенной планете. Это отразилось в так называемом Турецком вечном календаре — Рузнамэ-и-Дарэндэви (табл. 1).

Таблица 1

Турецкий вечный календарь Дарэндэви

(Рузнамэ-и-Дарэндэви).

К календарю имеется примечание, объясняющее, на какие дела благоприятно влияет то или иное светило и, соответственно, какой час дня или ночи в определенный день недели стоит этому делу посвятить, а в какой час им не надо заниматься.

В примечании, например, говорится:

Солнце — великое счастье.

Благоприятно для дел благотворительных, владенных и имущественных.

Противный ему — Сатурн.

Луна — счастливейшая, наместница Солнца.

Для дел доверительных: для путешествия министров и для посылок.

Противный ей — Марс.

Венера — малое счастье.

Благоприятна для дел свадебных, для соединения супругов, для радости и любви.

Противный ей — Марс.

Юпитер — особенное счастье.

Для дел шариата (судебных), улэмов, министров (визирей) и для всех общеполезных мероприятий.

Противный ему — Сатурн.

Сатурн — высшее несчастье.

Для постройки зданий, для дел поземельных; для дел, касающихся шейхов суфийских; для победы над врагами.

Противный ему — Юпитер.

Марс — малое несчастье.

Для дел подстрекательства на что-нибудь дурное; для постановки рожков; для войны против неверных, а также для дел, касающихся родовитых фамилий.

Противная ему — Луна.

Меркурий — смешанный.

Пригоден и в счастливых, и в несчастных случаях; для дел, касающихся науки; для книжных, счетных и торговых дел; для бесед с учеными людьми и для от-давания детей в школу.

Родившийся в этот час живет долго, бывает умен и богат. Впрочем, знание принадлежит Богу.

Никто, кроме Его единого, не проникает тайн.

Если человек желает узнать, какой планете подала-стен шестой час утра, допустим, в пятницу, то он смотрит слово «пятница» в самой верхней строке календаря, в конце которой обозначены «утренние часы». Найдя слово «пятница», человек ищет перекрестие столбца и строки, соответствующей шести часам утра, и обнаруживает, что планетой, управляющей этим часом в пятницу, является Марс. Если же интересуют 6 часов вечера, то находится слово «пятница» уже во второй строке, и на перекрестии обнаруживается планета Венера.

Дробное деление часа. Час вначале делили на сравнительно крупные промежутки — четверть часа, получас и их производные — три четверти часа и полтора часа.

В России в XVI веке существовало своеобразное деление часа, согласно которому большой час имел 5 первых дробных часов, первый дробный час — 5 других дробных часов, другой дробный час — 5 третьих дробных часов и т. д. до шестого, шестой дробный час — 5 часов седьмых малых дробных.

Обращает на себя внимание, что первый дробный час состоял, таким образом, из двенадцати минут — очень часто встречающегося в календарной системе числа, а шестой дробный час приводит нас к десятитысячным долям минуты или в пересчете на секунды — к 0,23 секунды. Значит, в России уже начинали считать очень короткие промежутки времени. Каким образом можно было провести такого рода подсчеты — неизвестно. Часы появились на Руси (в виде башенных механизмов с гирями) в начале XV века, но ни минутных, ни секундных стрелок на них не было, и те, и другие стали известны только в конце XVII века.

На вопрос, мог ли человек правильно оценить длительность минуты или секунды, не пользуясь никакими приборами, можно ответить положительно. Современные методы исследования показывают, что человек способен различать короткие промежутки времени с большой точностью и со столь же высокой точностью может дозировать по времени свои движения. И умел он это делать, несомненно, еще в глубокой древности, а иначе не смог бы преуспеть в охоте и в других видах деятельности.

Местное и всемирное время

В силу размеров Земли и ее движения вокруг своей оси, что обеспечивает разную освещенность областей земного шара, два места, достаточно отдаленные друг от друга, обладают различным временем суток. При этом чем больше расстояние в километрах, тем больше различие по времени. Это соотношение само по себе справедливо для любых двух мест, отстоящих друг от друга по меридиану, но при этом абсолютные численные значения различаются в зависимости от широты. На широте Ленинграда перевод часов на один час производится примерно через каждые 800 километров, а на экваторе— примерно через каждые 1600 километров.

Пока скорости передвижения были небольшими, быстро покрыть расстояние, равное одному-двум часовым поясам, было нельзя и никакой разницы между местным временем и временем той же столицы не ощущалось.

Сколько надо времени, чтобы, допустим, проследовать из Москвы до Тобольска и обратно, пользуясь лошадьми или лодками? В «Житии протопопа Аввакума»[14], написанном им самим, рассказывается о его путешествии в Сибирь и назад в Москву: «В Енисейске зимовал; и паки, лето плывше, в Тобольске зимовал. И до Москвы едучи, по всем городам и по селам, во церквах и на торъгах кричал, проповедуя слово божие, и уча, и обличая безбожную лесть. Таже приехал к Москве. Три года ехал из Даур, а туды волокся пять лет против воды». Так где же тут перемену во времени заметить!

Но вот прокладываются дороги, по ним идут пешком, например, на богомолье, со скоростью 5 километров в час, следуют люди по принуждению в цепях и кандалах с официальной скоростью 4 километра в час. И еще по дорогам скачут на лошадях, меняя их на почтовых станциях, находящихся друг от друга на расстоянии сорока — пятидесяти верст[15], что примерно равнялось одному дневному перегону.

Для того чтобы проехать по почтовой дороге, следовало получить подорожную «по казенной или частной надобности», которая оплачивалась поверстными деньгами. При выдаче подорожной число лошадей назначалось по чину и званию каждого. На 1896 год в России в местностях, где не было железных дорог, числилось 4084 почтовые станции, где 14886 ямщиков гнали 85414 лошадей, а станционные смотрители в специально пронумерованные книги записывали кто, когда, куда, по какой надобности проехал через станцию и сколько получил лошадей.

Ну а если ехать на лошадях как можно быстрее, какое нужно время, чтобы пересечь часовой пояс? Это можно рассчитать, поскольку были отважные женщины, которые мчались, не зная ни дня, ни ночи, из Петербурга в Нерчинск, — жены и невесты декабристов. Первыми в ссылку фактически одновременно прибыли княгини Екатерина Трубецкая и Мария Волконская, хотя Трубецкая выехала много раньше. В записках М. Н. Волконской можно прочитать следующее: «Я ехала день и ночь, не останавливаясь и не обедая нигде; я просто пила чай там, где находила поставленный самовар; мне подавали в кибитку кусок хлеба или что попало, или же стакан молока, и этим все ограничивалось» (Записки М. Н. Волконской. М., 1977, с. 29–30). М. Н. Волконская получила разрешение царя следовать за мужем 21 декабря 1826 года. Она выехала в Москву в ту же ночь, где провела два дня, чтобы встретиться со всеми родными сосланных и взять с собой все, что они пошлют. Уехала опять ночью и в канун нового, 1827 года проскочила Казань, чтобы заночевать в случайном месте в тяжелый буран.

Итак, выехав из Петербурга в ночь на 21 декабря она была в Казани ночью 31 числа этого же месяца. Итого 10 суток. Из них двое суток она пробыла в Москве. Значит, путь Петербург — Москва — Казань занял восемь суток, из них минимум трое суток — путь до Москвы. К сожалению, мы ничего не можем сказать о числе верст, поскольку неизвестно, как шли дороги. Поэтому следует искать иную меру — Казань отстоит от Москвы примерно на половину часового пояса, и М. Н. Волконская за 5 суток бешеной гонки именно такой отрезок пересекла, а всего для пересечения часового пояса ей нужно было бы 10 суток. Естественно, никаких перемен во времени заметить не могли ни она, ни тем более прочие путники, ехавшие обычным образом, то есть раза в четыре-пять медленнее, обедая, ужиная и ночуя на станциях.

Почтовая связь обеспечивала путников еще долгое время после того, как в 1814 году англичанин Джордж Стефенсон создал первую модель паровоза, а в 1819–1820 годах начал строить в Англии железные дороги общего пользования. Однако, несмотря на значительно возросшие скорости передвижения, сами расстояния на Британских островах не создавали возможности заметить сдвига времени.

А вот на обширной территории Северной Америки, где для каждой отдельной железной дороги вводили собственное время, к 1883 году образовалось 75 разных времен. На узловых станциях вывешивалось по трое часов, поставленных по трем системам: одни — для поездов, движущихся на запад, другие — для движущихся на восток и третьи — для местного пользования.

В странах, имеющих небольшую протяженность по долготе (Англия, Франция, Германия, Швейцария), употребляли время столиц, хотя в некоторых случаях отклонение местного времени от среднего по стране доходило до часа.

Поскольку большинство государств Европы пользовалось своим временем, доходило до анекдотичных случаев. На берегах Боденского озера в конце XIX века существовало 5 разных времен в силу того, что этими берегами владели Швейцария, Великое герцогство Баден, Вюртемберг, Бавария, Австрия.

Положение стало нетерпимым, а потребность рождает изобретение. В 1879 году инженер Сандорф Флеминг в журнале Канадского института в Торонто опубликовал статью, где изложил идею поясного времени. В 1883 году на совещании начальников железных дорог в Соединенных Штатах Америки было принято поясное время. Вскоре им стали пользоваться и другие страны. К 1919 году этого не произошло только в Китае, Персии, Аравии, Голландии, Мексике и некоторых незначительных государствах Южной Америки и Африки.

В нашей стране новый счет времени введен Декретом Совета Народных Комиссаров РСФСР, подписанным Владимиром Ильичем Лениным, для всей России с 1 июля 1919 года. Одновременно было принято считать начало суток с полуночи[16], а не с полдня, как это было принято раньше.

Отсчет поясного времени производится от Гринвичского меридиана (Великобритания), который называется нулевым, время его носит название мирового (единого) времени.

В Советском Союзе в целях более рационального использования светлой части суток с 1930 года часы повсеместно переведены на один час вперед — создано «декретное время». Таким образом, Москва оказывается как бы не во втором, а в третьем часовом поясе. Кроме того, с 1980 года в СССР (так же как и в других странах) часы переводятся на один час вперед весной и на один час назад осенью (так называемое летнее время)[17].

Счет недель, месяцев, лет

Неделя — период времени в 7 суток, существующий почти во всех календарях. Число дней недели соответствует числу подвижных светил — планет в геоцентрической (т. е. полагающей центром Землю) системе мира. Счет дней недели совпадает на всем земном шаре в том смысле, что, откуда бы ни начинался счет, последовательность планет, соответствующих дням недели, всегда идет в одном и том же порядке: воскресенье — день Солнца, понедельник — день Луны, вторник — день Марса, среда — день Меркурия, четверг — день Юпитера, пятница — день Венеры, суббота — день Сатурна.

Фазы Луны и их древнерусские названия.

Имеется, кроме того, более дробное деление дней недели еще и по часам, как это сделано в календаре Дарэндэви.

Один из дней недели всегда нерабочий. У магометан это пятница, у евреев — суббота, у христиан — воскресенье. Кстати, воскресенье на Руси называли неделей (на Украине оно и сейчас называется неделя), то есть а этот день не делают, не работают. Впоследствии весь период времени в семь суток стали называть неделей.

В языческие времена на Руси нерабочим днем была пятница. Еще в XIX веке крестьянки не смели в этот день шить или прясть, чтобы не прогневить Параскеву Пятницу.

У многих народов, употреблявших лунный календарь, в течение месяца было несколько праздников, посвященных Лупе, — на новолуние и на каждую фазу Луны, то есть еженедельно, приходилось по празднику. Каждая фаза Луны имела свое особое название.

Несмотря на такую явную связь выделения семидневного цикла с фазами Луны и звездным небом, неоднократно высказывалось мнение, что выделение недели — искусственное. Так, средневековый летописец Беда Достопочтенный говорил, что длина года определяется природой, неравная продолжительность месяцев — обычаями, а неделя — предписаниями властей.

В календаре французской революции вместо неделя ввели декаду (десятидневку), а сверхгодичные 5 или 6 дней (в високосный год) праздновались в конце года. В Советском Союзе после революции существовала некоторое время пятидневка, а потом шестидневка. Но и конце концов все возвратилось на круги своя — во всем мире единицей признана неделя как наиболее адекватное распределение труда и отдыха. В известной мере это зависит от закономерностей, заложенных в самом организме — по тем или иным причинам (может быть, даже и под воздействием изменений Луны) более высокоорганизованные формы жизни на Земле, у которых в клетках имеются ядра, обладают околонедельными ритмами. С периодом около семи дней происходит то увеличение, то уменьшение различных показателей жизнедеятельности. Более низкоорганизованные формы жизни, где в клетках еще нет ядра, обладают ритмом с периодом в три с половиной дня, то есть околополунедельным ритмом.

Советский ученый И. С. Кучеров доказал, что у практически здоровых людей наблюдаются околонедельные колебания силы и выносливости мышц. Таким образом, недельный цикл рабочей и социальной деятельности является естественным для человека.

Месяцем называется промежуток времени, близкий к периоду обращения Луны вокруг Земли. Различают месяцы:

синодический — период смены лунных фаз, равный 29,5306 средних солнечных суток;

сидерический, или звездный, в течение которого Луна совершает полный оборот вокруг Земли и занимает исходное положение (т. е. положение, от которого были начаты отсчеты) относительно звезд. Он равен 27,3217 средних солнечных суток;

драконический — промежуток времени между двумя последовательными прохождениями Луны через один и тот же узел ее орбиты. Он равен 27,2122 средних солнечных суток. Знание драконического месяца необходимо для предсказания затмений.

В современном научном календаре 12 месяцев, но они лишены естественного основания, состоят из 28, 29, 30 или 31 дня и никак не согласованы с фазами Луны.

Если судить по некоторым современным народам, сохранившим первобытную культуру, издревле отрезки года они связывали с теми или иными явлениями природы или с хозяйственной деятельностью. Первоначально в месяц не входило определенное количество дней — это был период, в который укладывалось отмеченное природное или хозяйственное явление. Так, например, тунгусский месяц может иметь и 15, и 20, и другое неопределенное количество дней. Известный исследователь Дальнего Востока С. П. Крашенинников отмечал, что листопадный месяц жителей Камчатки так же длинен, как наши три месяца.

Месяцы, носящие имена природных сезонных явлений, встречаются у многих народов. Особенно широко распространены названия, указывающие на весеннее пробуждение растительности, на сезонные явления, которые имеют большое значение в хозяйстве. Есть месяцы зеленения, большого мороза, коротких дней; у охотников существует месяц наста, у рыболовов — месяц подхода рыбы, месяц икрометания и т. д.

Древнерусские названия месяцев имеют в своей основе описание природных явлений. Так, январь носил название просинец (январь — трескун, лед на реке просинь красит), или сечень. Февраль — снежень, или лютый. Март — березозоль (в самый сухой месяц года березовый лес подсыхал и его сжигали по подсечной системе, используя золу как удобрение), или сухий. Апрель— цветень (квитень, красовик). Май — травень. Июнь — червень (красный месяц), южное название изок (изоки — кузнечики, июнь — пора стрекотания кузнечиков). Июль — червень на севере, где все расцветает медленнее, и липец (время цветения лип) на юге. Август— серпень, жнивень (пора жатвы серпами), на севере в древности назывался зарев, зорничник (в это время на севере начинаются пазори — северные сияния). Сентябрь — вересень (южное название — в честь цветов вереска), рюин (северное название — ржаной месяц, месяц сбора ржи). Октябрь — листопад, жовтень (на юге — месяц пожелтевшей листвы), паздерник, или кос-трычник (паздеры — кострики конопли). Ноябрь на юге, где октябрь называли жовтень, получил название листопад, на севере — грудень, время непроезжих дорог. Декабрь — на юге, где ноябрь назывался листопад, числится как грудень, а на севере — как студен, в связи с наступлением холодов.

У некоторых народов существует восходящий и нисходящий по частям тела порядок названия месяцев. При этом название «макушка» встречается дважды примерно для тех месяцев, когда наблюдается летний и зимний солнцеворот. Такого рода толкование названий, связанных с частями тела, заставляет предполагать, что имело место влияние солнечного цикла, правда, это противоречит абсолютно всем другим данным, которые указывают на связь выделения месяцев либо с созвездиями, либо с Луной.

«Вруцелето» — ладонь и пальцы руки с нанесенными на них буквами славянского алфавита для определения фаз Луны и других расчетов.

Выделение месяцев по фазам Луны, а точнее — по новолуниям, доминирует у всех народов. Вероятно, такому выделению предшествовал счет по лунам, который был обнаружен у индейцев Северной Америки еще первыми путешественниками. Определяя время, индеец говорил: «До такого-то времени пройдет три, четыре луны», «С тех пор прошло шесть лун» и т. д. Число лун при этом считается. Когда год и его начало были точнее установлены, то указанный способ счета лун стал употребляться для определения времени уже внутри года, причем счет лун начинался с начала года.

Но использование Луны в качестве циферблата создает трудность для согласования лунного и солнечного годов, вследствие чего время от времени в году приходится выделять не 12 месяцев, а 13. Эти сложности с определением месяцев были столь докучны, что число 13 обозвали чертовой дюжиной и считали, что оно приносит несчастье. Что касается методики определения начала того или иного месяца, то это прежде всего обычное визуальное наблюдение. В большом ходу были различного рода таблицы и такое подручное средство, как собственная ладонь.

На ладонь в определенном порядке начиная с 1 марта (начало года) наносились буквы славянского алфавита, обозначающие фазы Луны и дни недели. Такая ладонь называлась «Вруцелето»[18], как и буква, которая использовалась для обозначения воскресенья. По такой расписанной согласно правилам ладони можно было разобраться, когда наступит какая фаза Луны.

Таким образом, с древнейших времен люди жили с учетом периода смены фаз Луны, то есть синодического месяца, для чего пользоваться какими-либо специальными средствами было вовсе не обязательно. Лунный месяц служил естественной мерой времени. Но в старину счету времени по дням и месяцам, кроме того счета, который регламентировал хозяйственные работы, особого значения не придавали, как это видно хотя бы из «Ответа турецкому султану Ахмету III[19] от запорожских казаков на его грамоту в 1606 году».

Как известно, грамота содержала требование «сдаться добровольно без всякого сопротивления», на что казаки, объяснив, кто он, султан, есть[20], сообщили: «…будым быця с тобою, вражий сыну», а заключили следующим: «Чорт бы побыв твою матирь нехрыщеный: так тоби козакы отвичаемо, бо колендаря немаемо, мисяць на неби, а год в календари, день такий як и в вас, поцилуйте в… нас».

Годом называется промежуток времени, равный периоду обращения Земли вокруг Солнца. В астрономии различают следующие годы:

звездный год, в течение которого Солнце совершает свой видимый путь относительно звезд, равен 365,2504 средних солнечных суток;

тропический год — промежуток времени между двумя прохождениями Солнца через точку весеннего равноденствия, равен 365,2422 средних солнечных суток, точно соответствует периоду смены времен года;

драконический год — промежуток времени между двумя прохождениями Солнца через один и тот же узел лунной орбиты, равен 346,6201 средних солнечных суток. Вычисляется с целью предсказания затмений;

календарный год. В настоящее время принят григорианский календарь, в котором год равен 365,2425 средних солнечных суток;

лунный год. Используется в лунных календарях и состоит из двенадцати лунных (синодических) месяцев, а иногда из тринадцати месяцев. Длится соответственно 354–384 суток.

В глубокой древности выделению отрезка времени «год» предшествовало выделение сезонов, например сухого и дождливого времени у аборигенов Австралии, или зимы и лета, которые сначала считались каждое за самостоятельную единицу. Так, у индейцев Северной Америки был как бы год зимний и год летний.

У отдельных племен, как, например, тунгусского племени удэ, имеются два начала года — одно осенью, другое весной. В Океании также существует понятие полугодий. Следы счета по полугодиям прослеживаются у эвенков. Так, на вопрос «Который тебе год?» двадцатипятилетний эвенк ответит: «Пятьдесят», а на вопрос «Сколько тебе лет?» он же скажет: «Двадцать пять», так как они считают только летние годы. Такой год, основанный на сезонных явлениях, а не на астрономических наблюдениях, называется годом естественным. Он дробится на разные части. Например, у китайцев были 24 атмосферные перемены, то есть каждый из четырех сезонов делился еще на 6 частей.

Пока формы хозяйственной жизни остаются неизменными, пока культура данного народа не пришла в соприкосновение с другими культурами, до тех пор естественный год вполне удовлетворяет потребностям. Но такое положение не может продолжаться бесконечно. В конце концов даже при наличии условий, особо благоприятствующих консерватизму жизни, развитие ее форм хотя и относительно медленно, но продолжается.

Новые усложненные формы хозяйства начинают требовать и новых, более точных методов времяисчисления и времяобозначения. На этих ступенях развития на помощь приходят астрономические наблюдения. Накопление их началось значительно раньше, еще во время господства примитивнейших форм времяобозначения. Астрономические наблюдения проводились вначале не в целях обозначения времени, а по различным другим поводам— отыскание пути и т. п. Наблюдения были обычно достаточно точны, так как примитивные народы, тесно связанные с природными явлениями, очень внимательно следили за небесным сводом. И сейчас некоторые племена, живущие в Австралии, наблюдают за сменой времен года по положению звезд. Южные тунгусы, определяя месяцы, следят и за сезонными явлениями, и за положением Большой Медведицы и звезды по имени Голова Медведя.

Но вот создается лунный год, который по сути является лунноестественным. Мерой длительности года и месяца является изменение Луны. Приоритет Луны в летоисчислении провозглашен в священной книге мусульман— Коране, который запрещает считать год иначе, чем в 12 лунных месяцев. В этом календаре первое число каждого месяца совпадает с новолунием, пятнадцатое— с полнолунием, а счет лет ведется от хиджры— даты бегства Мухаммеда из Мекки в Медину, которое произошло 1 мохаррема 1 года хиджры, то есть 16 июня 622 года, в пятницу, если считать по неомении — первому вечернему восходу серпа молодой Луны. Поэтому мусульмане еженедельно празднуют пятницу.

Этим календарем пользуются арабы, турки, персы, индусы и другие народы магометанского Востока. До Октябрьской революции им пользовались и некоторые народы России (кавказские горцы, татары, башкиры). По этому календарю, зная дату какого-либо события, можно сказать, в какой фазе была в этот день Луна, но определить, было ли это летом или зимой, без дополнительных расчетов нельзя. Год по лунному календарю составляет всегда 354,367 суток, поэтому начало года каждый раз отступает назад на 11–12 дней, пока через 33 года не возвращается к начальной дате.

В традиционном восточном календаре Индии, Тибета, Китая используются изменения Луны и звездного неба. По изменению последнего с древнейших времен определялась смена сезонов.

Вергилий[21] в поэме «Георгики» писал:

Мы не напрасно следим, как заходят и всходят созвездья,

Как изменяются, в чем, четыре времени года.

За много веков до него Гесиод[22] в поэме «Работы и дни» утверждал, что знание звездного неба необходимо на суше и на море:

Если же по морю хочешь опасному плавать, то помни:

После того, как ужасная мощь Ориона погонит

С Неба Плеяд, и падут они в мглисто-туманное море,

С яростной силою дуть начинают различные ветры.

На море темном не вздумай держать корабля в это время.

.

Вот пятьдесят уже минуло дней после солнцеворота,

И наступает конец многотрудному, знойному лету.

Самое здесь-то и время для плаванья: ни корабля ты

Не разобьешь, ни людей не поглотит пучина морская.

Лунным и лунно-звездным календарем был также и календарь древних славян. Но хозяйственные надобности заставили их, как и прочие народы[23], сделать год лунно-солнечным.

Двенадцать полных лун, названия которых менялись у славян в зависимости от различных климатических условий, составляли в древности четыре времени года, распределяясь от периода зимних колядных (самых коротких) дней до периода летних купальских (самых длинных) дней и от последних к первым, завершая собою полный солнечный год.

С какого времени отсчитывалось начало года? Чаще всего с весны. Так, на Руси с незапамятных времен год начинался в сухом месяце, который позже стали называть мартом. Но с какого числа? Может быть, с 1 или 25 марта. Счет с марта существовал на Руси, по-видимому, одновременно с пришедшим из Византии счетом с сентября, причем последний стал преобладать в церковной практике, мартовский же оставался в гражданской. Книжники, в большинстве случаев монахи, употребляли в своей практике и тот и другой стили, нередко переделывая первоисточник применительно к тому стилю, который казался более удобным. Отсюда нередко возникала большая путаница в датах, и в ней не всегда легко разобраться. Но несомненно одно: мартовский стиль был национально-русским, сентябрьский же представлял собою новшество, принесенное греками из Византии, на которое долго смотрели косо. Счет начала года с первого января был введен указом Петра Первого.

Наконец, с глубокой древности идет установление специального порядка в следовании годов. В основа знаменитого восточного календаря исчисления лет лежат два цикла: десятикратный и двенадцатикратный. Первый составлен из названий пяти элементов: дерево, огонь, земля, металл и вода, причем каждый элемент представляется в двух противоположных состояниях — активном и пассивном, или мужском и женском, или же так: дерево — строительное дерево; естественный огонь (молния) — домашний огонь (угли); грубая земля — глиняные изделия; необработанный металл — обработанный металл; текучая вода — стоячая вода. Таким образом получается 10 «небесных ветвей», которые и считаются в определенном порядке.

Второй цикл — двенадцатикратный, состоит из двенадцати так называемых «земных ветвей», позднее отождествленных с именами двенадцати животных: мышь, бык, тигр, заяц, дракон, змея, лошадь, овца, обезьяна, петух, собака, свинья.

Эти два цикла образуют один новый следующим образом: название первого года составляется из названий первой «небесной ветви» и первой «земной ветви», второго — из названий второй «небесной ветви» и второй «земной ветви» и т. д. до десятого; одиннадцатый же состоит из названий первой «небесной ветви» и одиннадцатой «земной ветви», двенадцатый — из названий второй «небесной ветви» и двенадцатой «земной ветви» и т. д.

Таким образом счет идет до 60. В это время десятичный цикл повторяется шесть раз, а двенадцатиричный— пять раз. После этого начала обоих циклов (и «земных», и «небесных ветвей») совпадут, и название 61-го года опять будет составлено из первой «небесной ветви» и первой «земной ветви», и с этого года начнется уже следующий цикл.

Народности, среди которых распространен этот календарь, иногда очень забавно определяют свой возраст, Так, например, баргузинский эвенк, которому сейчас 25 лет и который родился в год обезьяны, на вопрос о возрасте определит его равным двум обезьянам и одному году.

Что же касается отсчета чреды самих лет, то есть оценки промежутков исторического времени, то когда человек отошел от мифотворчества и перешел к оценке деяний живых людей и их датировке, то прежде всего выявилась тенденция правителей начинать летоисчисление прямо с себя. Так было в Древнем Риме[24], так было и в Китае, где один из императоров решил прямо с себя начать и всю историю. С этой целью он велел перебить всех историков и уничтожить все исторические книги.

Поскольку такое летоисчисление достаточно неудобно, в конце концов решили начать счет от сотворения мира. Впервые эра от сотворения мира была введена в IV веке у древних евреев. Она была заимствована в дальнейшем христианами, но тут произошло расхождение в сроках.

Согласно подсчетам древних евреев (см.: Матье М., Шолпо Н. Настоящее, прошедшее и будущее календаря. Л., 1931), мир был сотворен 5690 лет тому назад. Христиане, приняв еврейскую Библию, провели расчет иным образом. Исходя из того, что человек, согласно преданию, был сотворен в шестой день творения в полдень, и полагая, что день у господа как тысяча лет, они почли, что творил господь пять с половиной дней, то есть 5500 лет, и к этому добавили еще все годы от рождества Христова, что увеличило срок творения до 7430 лет. Так, например, битва при Калке произошла 16 июня 6731 года от сотворения мира, то есть 16 июня 1223 года. Считать такие годы более чем неудобно, и поэтому была введена нулевая точка — год рождения Иисуса Христа стал считаться годом начала новой эры. Счет пошел с указаниями: до новой эры и новой эры.

Когда в VII веке Мухаммед создал новую религию — ислам, то его последователи объявили год его бегства из Мекки в Медину годом хиджры и стали от него отсчитывать свою новую эру[25].

Соответственно, событие, бывшее в 1078 году хиджры, могло иметь место с 23 июня 1667 года по 10 июня 1668 года. Мусульманский календарь широко используется повсеместно там, где есть магометане, в том числе и на территории Советского Союза — в республиках Средней Азии, на Кавказе и среди татар.

Как видно из сказанного, счет лет исторического времени проводится совершенно произвольно, в то время как все прочие единицы счисления времени — год, месяц, день (сутки), час — имеют глубокие корни в воздействиях внешней среды.

Несмотря на обожествление стихий, Солнца и Луны, несмотря на всякие трудности и мистические наслоения, ум человека с древнейших времен четко отслеживал временные природные закономерности и строил адекватную временную систему окружающего мира.

Палеоастрономия древней Руси

При археологических раскопках на территории России от Черного до Белого моря изредка попадаются каменные плиты или мелкие изделия из кремня с нанесенными углублениями в виде групп, что разрешило некоторым исследователям рассматривать их как карты звездного неба. На медной игле, найденной при раскопках на юго-западе Руси, обнаружено изображение Большой Медведицы. К столь же раннему периоду относятся и солярные (солнечные) знаки, а также керамика, обнаруженная на Украине, в поселке Гонцы.

Таким образом, с древнейших времен человек, населявший территорию России, имел четкое представление о фазах Солнца и Луны и о расположении на небе тех созвездий, которые могут быть использованы для пространственно-временной ориентировки.

Как известно, знания в древности обращались в верования. Не миновало это и славян, верования которых не были однородны на протяжении веков. Наиболее древняя, первоначальная форма их — это почитание всего и вся вокруг себя, как в любом первобытном обществе. Для такого поклонения специальные храмы были не нужны — в Древней Руси мольбища совершались, по-видимому, на открытом воздухе, как это видно, например, из письма архиепископа Макария Новгородского и Псковского Ивану Грозному: «…во многих русских местах до сего времени (1534) обычая держахуся от прародителей… Суть же скверные мольбища их лес и камение, и реки и блата, источники и горы и холмы, солнце и месяц и звезды, и озера и просто рещи — всей твари поклоняхуся, ако богу».

Изображения созвездия Плеяд на предметах, относящихся к палеолиту: 1, 5, 6 и 7 —на камнях, 3, 4 —на сосудах; 2 —конфигурация Плеяд, как они в действительности видны на небе невооруженным глазом.

Языческий пантеон богов складывался постепенно. Мы расскажем только о тех из них, которые имели отношение к определению каких-то моментов времени.

Одним из первых таких богов был Волос (Белее) — лунный бог. Первоначально Волос-Месяц считался пастухом небесных стад — звезд, затем — покровителем стад на земных пастбищах. Это он помогал вести счет дням, неделям, месяцам и почитался на Руси дольше всех языческих богов, в особенности на Севере. В Ростове Ярославском идол его не был повержен вплоть до XV века.

Волосов-Никольский монастырь Владимирской губернии построен на месте капища Волосу. Волосово капище находилось и в Киеве на Подоле. «Волоса, его же имеиоваху скотья бога, повеле Владимир в Почану-ре-ку, врещи» — так рассказывают Минеи четьи, составленные митрополитом Макарием, о сокрушении в Киеве идола Волоса. Улица на Подоле, ведущая к месту капища, еще долго после, того называлась Волосовой.

Изображение Большой Медведицы на медной игле.

Поскольку в давние времена скот и деньги были синонимами, Волос постепенно становится покровителем торговли. Кроме того, Волосу придавались и черты бога плодородия, а серп в руке крестьянина идентифицировался с лунным серпом, как об этом сказано в поговорке: «Месяц — новец днем в поле блестит, к ночи на небо слетел». На юге был обычай завивать бороду Волосу перед жатвой: колосья собирали в пучок, не вырывая их с корнем, перегибали и завязывали в узел в знак того, что их не касалась рука жницы. Наконец, Волос имел определенное отношение к потустороннему миру, к подземному царству.

Одним из праздников, связанных с лунным культом, является Масленица, дата начала которой передвигается, следуя за фазами Луны. Блины, имевшие форму лунного диска, вероятно, носили характер ритуального хлеба. Обычай печь блины уже в христианской Руси сопровождался особым ритуалом: приготовление первой опары содержалось в величайшей тайне от всех домашних и посторонних… Опару готовили из снега на дворе, когда взойдет месяц. Здесь стряпухи причитали: «Месяц ты, месяц, золотые твои рожки, выглянь в окошко, подуй на опару».

Таким образом, первым появившимся богом (и последним сверженным) явился лунный бог, обеспечивающий счет времени, которого мы разрешили себе называть богом календарным.

Другим важнейшим календарным богом был Дажбог — бог солнечного света и живительной силы (сын бога неба — Сварога). Но, кроме того, отдельно существовал еще бог Солнца Хорос (Хоре), рассматриваемый как солнечный диск. Иногда его называют Прибо-гом при Дажбоге.

Солнцу посвящено два праздника — Купала и Коляда, приуроченные по времени к важнейшим астрономическим событиям — солнцестояниям, которые на Руси назывались солнцеворотами. Солнцестояние — момент времени, когда центр Солнца проходит либо через самую северную точку эклиптики (точка летнего солнцестояния— 21 или 22 июня), либо через самую южную ее точку (точка зимнего солнцестояния — 21 или 22 декабря). Склонение Солнца вблизи этих точек меняется очень медленно, и полуденная высота в течение нескольких дней остается почти постоянной.

Добывание в русской деревне священного («живого») огня путем трения.

Купальские дни были связаны с летним солнцестоянием, а Коляда праздновалась во время зимнего поворота Солнца. С принятием христианства, в эпоху так называемого двоеверия, когда новая религия официально уживалась с обрядами и обычаями старого культа, Купальские дни были соотнесены с памятью Иоанна Крестителя, а Коляда — с рождественскими святками. Из множества обрядов, связанных с этими языческими праздниками, обращает на себя внимание обычай добывать новый «живой» огонь под Иванов день, прыгать через костер и катать с гор горящие колеса. Обычай добывания «живого огня» путем трения сохранялся в Самарской губернии вплоть до 1907 года, а купальские обряды (костры) существуют в Европе и теперь. Наиболее старый обряд — скатывание с гор огненных колес, — по-видимому, уже давно забыт. Огонь считался братом Солнца и сыном неба — Сварога или сыном самого Солнца и назывался Сварожичем, а огненное колесо символизировало солнечный диск.

Церковь осуждала языческие обряды. В Стоглаве[26], например, говорится: «…против праздника Иоанна Предтечи, против ночь и во весь день до ночи, мужи и жены, и дети в домах и по улице и, ходя по водам, глумы творят со всякими играми и всякими скоморошествами и песни сатанинские, ночью в роще омываются и, пожар запалив, перескакаху по древнему некоему обычаю». Глумы и игры — это, конечно, хороводы, далее — священное купанье в рощах и «пожар», то есть костер, через который прыгали.

В свое время день зимнего солнцестояния назывался корочюн (укорачивающий дни). Потом Коляду объединили со святками (25.12), а еще позже — с празднованием святого Спиридома (12.12). На колядах жгут костры и катят с гор огненные колеса. Почитание Солнца было важной частью миросозерцания славян, которые различали зимнее Солнце — Сивку и весеннее — Бурку. Отсюда и поговорка: «Бурка идет на горку, а Сивка бежит под горку». На праздники пекли специальные обрядовые фигурки из теста, вышивали солнечные узоры и петухов, олицетворявших Солнце.

Как на Коляду, так и на Купалу были обязательными всевозможные песни, игры и пляски, из которых особенно следует отметить хороводы — движение взявшись за руки по кругу посолонь, то есть по направлению суточного движения Солнца. Само название «хоровод», вероятно, происходит от имени Хорос.

Моменты солнцеворотов древние славяне отсчитывали, по-видимому, очень точно, пользуясь далеко не примитивными приемами, поскольку в уже упоминавшемся Стоглаве говорится: «И в те поры волхвы и чародейки от бесовых научений пособие им творят, кудесы бьют и во аристотелевы врата и в рафли смотрят и по звездам и по планетам глядают и смотрят дней и часов, и теми дьявольскими действы мир прельщают и от бога отлучают».

Славяне строили из дерева, поэтому ни древнейшие капища, ни храмы, которые могли быть и обсерваториями, не сохранились. Лунки от деревянных столбов, расположенные в определенном порядке, обнаруженные в священных местах, могут быть интерпретированы как элементы обсерватории, но доказать это крайне трудно. Кроме того, весьма вероятно, что для наблюдения за небом дальний визир вообще не создавался, а в качестве него использовалась какая-то точка на линии горизонта. Тому есть множество свидетельств в наши дни. Так, например, в дальних аулах Дагестана любой житель селения знает, сколько времени проходит Солнце через седловину той или иной горы, и по моменту поворота Солнца определяет начало зимы.

Вероятность того, что у праславян были специальные деревянные обсерватории, все же велика, поскольку имеется упоминание арабского путешественника X века Масуди о надстройках в храме славян, сделанных для наблюдения за Солнцем. Кроме того, любая площадка с расставленными идолами могла использоваться для астрономических наблюдений: визирами могли служить соответствующие пары идолов или каждый из идолов мог применяться в качестве ближнего визира, если дальние расположены на окружающих площадку холмах. Подобную культовую площадку нашли на Левобережной Украине. По мнению ученых, которые ее исследовали, это могла быть и обсерватория, поскольку обнаружено два круга, ограниченных кольцевыми канавками; снаружи большого круга имелось три или четыре небольших рва, сориентированных по странам света, снаружи малого круга два рва — с северной и южной сторон. В центрах кругов — ямы, предположительно места установки идолов. Особенность святилища — обилие ямок от многочисленных столбов; некоторые из них исследователи отнесли к системам, задающим определенные направления, таковы столбы внутри малого круга и по концам восточного рва. Безусловно, сориентированными были и центральные объекты двух кругов.

Кроме того, в Англии обнаружена обсерватория, построенная из дерева, — так называемый Вудхендж, расположенный примерно в трех километрах от Стоунхенджа. Существует гипотеза, что Вудхендж (Деревянная ограда) построен раньше Стоунхенджа (Каменная ограда) и как бы является его моделью. К сожалению, аналогия не доказательство, а пристрастность к какой-нибудь идее делает человека слепым и глухим к доводам рассудка. Одно время среди исследователей верований древнего человека было такое повальное увлечение мифами о Солнце, что солнечными символами считали чуть ли не все обнаруженные при раскопках знаки и культовые предметы, пока один остроумный полемист не выпустил книжку, в которой блестящим и неопровержимым образом продемонстрировал все черты, присущие солнечному богу, в знаменитом мифическом герое, называющемся Наполеоном Первым. Этот герой «поднимается в своей славе» с востока (египетская экспедиция Наполеона), окруженный знаками Зодиака (двенадцать маршалов), он озаряет весь мир блеском своих подвигов, затем его побеждает враждебная сила стужи (зимнее Солнце), и исчезает он в волнах океана на западе (заходящее Солнце).

Образец деревянного календаря («Паса») XIV века. Пермская губерния.

Памятуя об этой поучительной истории, мы не можем настаивать на том, что деревянные обсерватории существовали, и глубоко сожалеем, что дерево, которое шло не только на постройки, но и на изготовление многих предметов, в том числе резных календарей, так недолговечно. Те календарные четы и резы, овеществленные в виде деревянных (обычно четырехгранных) бирок с нарезкой дней, месяцев и праздничных дат и находящиеся в музеях, относятся ко времени не ранее XIV–XVII веков.

Например, деревянный календарь (Паса) XIV века, найденный в пермской земле, представляет собой шестигранную палочку длиною в четыре вершка, утолщенную в середине и разделенную вырезкой на две равные части. Число мелких насечек на гранях палочки — 365. На каждом ребре помещается по 2 месяца, разделенных посередине также вырезкой. Итого на шести ребрах размещены все 12 месяцев. Начало года помечено 1/111. Нанесены, кроме того, церковные праздники. В левой части палочки рисунок стилизованного всадника символизирует Юрьев день (святого Георгия), в правой части треугольник обозначает день Благовещения, следующий за ним знак в виде двух поперечных палочек и одной продольной — день Алексея, человека божьего, и последний знак в виде рогатки — день сорока мучеников.

Древнейшие же календари могли сохраниться, если были изготовлены из более прочного, нежели дерево, материала. Такого рода находки, относящиеся к III–IV векам н. э., были сделаны в земле полян — восточных славян (Киевская и Волынская области и Молдавия). На глиняных кружках-кувшинах и на кубке, имеющем ручки, то есть являющемся ритуальным предметом, нарисованы календари. На одной из кружек нанесены меты, но не на полный год, а только на период сельскохозяйственных работ — с мая по август. Оказалось, что все агротехнические данные этого календаря тесно связаны с Киевской землей и представляют обобщение опыта киевских пахарей, накопленного на протяжении нескольких столетий. Некоторые даты календаря характерны только для восточных славян. Так, например, праздник Рода — 20 июля — у западных славян не отмечался. Таким образом, находка представляет именно местный, а не привезенный невесть откуда календарь, календарь живших и работавших на этой земле людей.

Кружка IV века н. э., найденная около деревни Ромашка (Киевская область). Внизу: развертка всех рисунков широкого верхнего пояса кружки и ее более узкого нижнего пояса. Вверху справа: изображения серпов и колосьев (деталь правой части рисунка на кружке).

Кубки для новогодних гаданий, имеющие знаки двенадцати месяцев. Внизу — контур орнамента. Селение Лепессовка. Волынь. IV век н. э.

Сводная схема календарей, нанесенных на кружку и на кубки. Внутри круга — древнеславянские названия месяцев, снаружи — современные названия.

Ритуальные чаши-календари, по-видимому, использовались при праздновании Нового года, того торжественного момента, когда взгляд древнего славянина охватывал все 12 месяцев.

Как считает академик Б. А. Рыбаков, число 12 встречается чаще всего в новогодних обрядах: 12 стариков, которые руководят; 12 снопов, по которым составляют предсказания относительно урожая в начинающемся году; 12 колодцев, по воде из которых предсказывают будущее; 12 дней (6 последних в уходящем году и 6 первых в начале будущего), в течение которых горит священный огонь «бадняк».

Нанесение календаря на кубки и кружки показывает, что он был в обиходе, существовал в каждом доме, хотя и на специальной посуде. Он был нужен в практической деятельности — и вот его лепят в глине, режут по дереву. Резные деревянные календари характерны для русского Севера и Сибири. В деревне на берегу Лены в прошлом веке чиновник, ехавший из Якутска в Иркутск, в избе увидал брусок длиною 3/4 аршина, квадратный, толщиной в вершок, покрытый резьбой. На вопрос, чтэ это такое, хозяйка ответила, что это «святцы наследственные, достались от дедушки. Старик-то, родимый, носил их с собой в ухожья (в даль лесов), когда отправлялся надолго промышлять белку и другого зверя. Они были богомольные, чтобы и в лесу не забывать великого праздника, в который бы не работать».

Календарь наносился на путевые палки, складные дощечки, на все, что под руку попадалось, — на топорища, табакерки, сабли, мечи, скалки, пряслицы, стулья, кольца, браслеты, курительные трубки, молотки, различные рукоятки.

Для резных календарей характерно: горизонтальное расположение двойного ряда знаков, простой счет дней по нарезкам и усовершенствованный по рунам, счет новолуний, символические знаки для праздничных дней.

Если мужчины долгими зимними ночами вырезали календари, то женщины их вышивали — на полотенцах и передниках по кумачу. Полотенца с кругами висели в красном углу. Их берегли и передавали из поколения з поколение, тщательно сохраняя изначальную форму.

Вышитый календарь с обозначением православных и языческих праздников.

Кроме таких предметных календарей существовала богатая устная традиция в виде примет, пословиц и поговорок. В практической жизни русского крестьянина наряду с официальным счетом времени был в ходу народный счет, применяемый в быту и тесно связанный с хозяйственной деятельностью. И эта народная культура отнюдь не представляла собой упрощенный вариант культуры городов. В ней сохранялись остатки прежних верований в то, что род русов находится под покровительством Дажбога (Солнца), Макоши (Земли), Волоса (месяца и бога подземного царства), Лады (семьи), При этом в отличие от большинства религий, где молящиеся стремились задобрить гневного бога, русы не трепетали перед своими богами, ведь вместе с ними они были включены в круговорот Кола, то есть круга Времени (коловращения) божественного года. Как видно из «Слова о полку Игореве», русы называли себя внуками Дажбога, а некоторые, например певец Боям, — внуками Велесовыми, который считался дедом не только певцов, музыкантов и сказителей, но и врачевателей, а также волхвов, чародеев, кудесников. А если так, то и Сварог — бог неба, то есть отец Дажбога и Белеса, — им не чужой.

Боги оказываются дедами и прадедами, щурами и пращурами русов и приходят своим внукам на помощь. Эту помощь и просят, говоря «чур меня», то есть «защити, пращур, меня». Но это не та помощь, которую со страхом просили греки и римляне у своих грозных богов, в родстве с коими состояли только некоторые избранные владыки и герои (Геракл — сын Зевса, Эней — сын Афродиты и т. д.). В чисто человеческие взаимоотношения боги русов не вмешивались. От них просили солнца и дождя, снежной зимы и дружной весны — условий, в которых русы добывали все необходимое для жизни.

Календарные моленья помогали точно отсчитывать время работ. А об остальных своих делах русы сами проявляли заботу по поговорке: «На бога надейся, да сам не плошай».

Народный календарь

Само существование народного календаря как земледельческого теряет всякий смысл, если его погрешность превышает один-единственный день. В народе говорят: «День упустишь — годом не наверстаешь», «Не дорог час временем, а дорог час улучкой». При «переводе примет» на юлианское летоисчисление они оказались жестко связаны с одной датой, а не «размыты» по календарю. Так, например, если 25 марта в средней полосе России день ясный, солнечный — к урожаю яровых, особенно гречи, а если выпадет дождь — к урожаю ржи. Если утром 10 апреля (но не 9 и не И) восход солнца в туманной дымке — год хлебородный, а если восход ясный— перепахивай уже засеянное озимое поле и засевай яровиной. Каждый раз в один-единственный день, к течение нескольких часов поутру, крестьянин принимал решение, какие культуры он будет сеять и каким образом. И горе ему и его семье, если он ошибется.

Народный календарь был более точным, чем юлианский[27], хотя последний считался грандиозным научным достижением своего времени. Как известно, юлианский календарь допускает значительные ошибки: его год. длиннее тропического на И минут 14 секунд, погрешность в одни сутки накапливается за 128,2 года, или, усреднение, каждые 400 лет образуется расхождение в трое суток. В 325 году, когда юлианский календарь был принят для всего христианского мира, весеннег равноденствие приходилось на 21 марта, летнее солнцестояние — на 22 июня, зимнее солнцестояние — на 22 декабря.

По юлианскому календарю в X веке эти явления наблюдались соответственно 16.марта, 17 июня и 17 декабря (погрешность в пять суток), в XVI веке— 11 марта, 12 июня и 12 декабря (погрешность в десять суток). Реформа календаря, проведенная в нашей стране в 1918 году[28], когда была ликвидирована шестнадцативековая погрешность юлианского календаря, возвратила календарную ситуацию IV века: соответствующие астрономические явления снова пришлись на те же даты, что и го времена Никейского собора.

Несмотря на все погрешности календарей, навязанных крестьянину, он ухитрялся соотносить важнейшие астрономические даты с праздниками и днями святых я, опираясь на эти даты, пользовался установленными веками приметами.

Следует подчеркнуть, что народный календарь — всегда местный, приуроченный к данной структуре хозяйства. Так, например, описанные выше приметы на 10 апреля касались в средней полосе России урожая ржи. В Германии другие заботы — в этот день рекомендуется сеять лен и горох. А в средней полосе России разные огородные овощи полагалось сеять 18 апреля. Указания календаря касались не только посевов, но и содержания скота. В Белоруссии (Минская губерния) на 9 апреля выгоняли скот в поле. Чисто местное значение примет так важно, что в сборнике сельскохозяйственных пословиц, поговорок и примет[29] (такие сборники называются месяцесловами) выделяются не только приметы русских, белорусов, малороссов (украинцев), башкир, киргизов, татар, чувашей[30], мордвы, черемисов, но и приметы жителей двадцати одной губернии (Виленской, Волынской, Костромской и т. д.), а также области Войска Донского, западных и южных губерний, Урала к Сибири. Кроме того, приводятся пословицы и приметы семнадцати национальностей, населяющих Европу.

Естественно, есть в календаре дни или месяцы, на которые никаких примет не приходится или эти приметы не сельскохозяйственные. Так, например, у многих народов существует предрассудок, что майские браки бывают несчастными. Украинцы говорят: «Женишься в мае — спекаешься, весь век промаешься»; русские: «В мае добрые люди не женятся», «И хотел бы жениться, да май не велит»; англичане: «Майская свадьба — готовый гроб»; французы: «Если добрые люди правду говорят— плохие женщины замуж выходят в мае». Надо отметить, что таких дней меньшинство — не более 1/4 или 1/3 из 365.

Весь народный календарь построен на одной-единственной идее — все надо делать вовремя, не торопясь» и не затягивая, как об этом говорят поговорки: «Кто отстал? Скорый. Кто дошел? Спорый», «Тихо едешь — беда догонит, шибко пойдешь — беду догонишь».

Когда же возник тот русский календарный стиль, который отражен в месяцесловах? Когда произошло совмещение дат народного календаря, отмеченных сельскохозяйственными приметами и наблюдениями русского крестьянина, с датами юлианского календаря? Согласно многочисленным исследованиям, слияние произошло только в XVI–XVII веках. А что же до этого? Календарь был сам по себе, а порядок работ — по старинке. После слияния народного календаря с юлианским в силу погрешности последнего приметы начинают терять свое значение, так как постепенно сдвигаются во времени. Что же касается поправок — любого рода устных преданий, которые могли вносить люди, го они сохраняются в памяти одного-двух поколений не более шестидесяти лет. А это значит, что внук, слышавший поучения деда, став сам дедом, уже неточно передает их своему внуку.

К концу XVII века календарь имел погрешности, а к XX веку, когда сдвиг календаря оказался по отношению к XVI веку трехдневным, народный календарь уже не выполнял своей культурно-хозяйственной функции. Его приметы были верными только в пяти процентах случаев. В наилучшем положении оказалось народонаселение окраин и глухих мест, малознакомое или совсем не знакомое с юлианским календарем, продолжающее вести свои собственные простейшие астрономические подсчеты. Поэтому совсем неудивительно, что чуваши Поволжья были искусниками в деле предсказания погоды и прочих важных для сельского хозяйства явлений.

Таким образом, широкие слои населения России располагали астрономическими знаниями с самых древнейших времен. Славянские племена имели собственную, ниоткуда не заимствованную, в практических целях употреблявшуюся календарную систему, смятую наступлением цивилизации.

Счет дней недели, времени дня и часов

На Руси издревле были разработаны простейшие приемы, основанные на использовании частей руки. Эти навыки передавались в виде устной традиции, а после изобретения книгопечатания появились и практические руководства по всевозможным календарным вычислениям.

Мы цитируем отдельные места из типовой брошюры «Календарь-палец» (изд. В. П. Быкова. СПб., 1901), где говорится, что для скорого и точного определения количества дней в каждом месяце года употребляется следующий прием: складываются вместе два сжатых кулака так, чтобы углубления и бугорки тыльной части кулака были перед глазами, при этом каждый бугорок соответствует месяцу, содержащему 31 день, а каждое углубление — 30 дней.

Для определения, какой день недели падает на то или иное число любого года, предлагается обозначить суставы пальцев (см. рис.) и использовать три правила.

Первое

сустав пальца А — январь, октябрь

««Б — май,

««В — август,

««Г — февраль, март, ноябрь,

««Д — июнь,

««Е — сентябрь, декабрь,

««Ж — апрель, июль.

Второе

Числа каждого месяца 1, 8, 15, 22 и 29 падают на одни и те же дни, то есть если 1 число было во вторник, то 8, 15, 22 и 29 числа этого месяца тоже придутся на вторники.

Третье

Если предположить, что первый сустав пальца А соответствует воскресенью, то сустав Б будет соответствовать понедельнику, В — вторнику, Г — среде, Д — четвергу, Е — пятнице, Ж — субботе.

Если же А будет соответствовать пятнице, то Б — субботе, В — воскресенью, Г — понедельнику, Д — вторнику, Е — среде, Ж — четвергу.

В какой день недели было в 1901 году 24 ноября? Ноябрь лежит на одном суставе Г с февралем, следовательно, начинается с ним в один и тот же день недели. Январь 1901 года начался с понедельника, следовательно: А соответствует понедельнику, Б — вторнику, В — среде, Г — четвергу. Итак, 1 ноября приходилось на четверг, следовательно, 8, 15, и 22 ноября тоже были четвергами; значит, 23 ноября было в пятницу, 24-е — в субботу. Для високосных годов существуют поправки.

Календарь-палец. Разметка суставов кисти.

Кроме приведенных примеров определения точного дня того или другого события существуют еще следующие приемы.

1. Считают, что воскресенье равно 0; понедельник— 1; вторник—2; среда—3; четверг—4; пятница—5; суббота— 6. День недели определяется по следующей формуле: n+(n:4)[31]+4, где n — год. К полученной по этой формуле сумме надо прибавить число дней, прошедших с 1 января данного года до искомого числа, затем сумму разделить на 7, и остаток покажет день недели.

Так, определим день 21 мая 1901 года. Формула будет выглядеть так: 1901 + (1901: 4)+4 = 2381+31 (Январь — смотри по кулакам)+28 (февраль)+31 (март)+30 (апрель)+20 (май)=2521; 2521:7 = 360+1 (остаток), а 1 —это понедельник.

2. — При той же группировке дней недели, то есть воскресенье равно 0, понедельник—1 и т. д., найти день 9 августа 1548 года.

Для решения задачи по второму способу разбивают данные цифры на три элемента—15, 48 и 9 и приступают к нахождению дня.

а) Вычесть 15 из числа, кратного 7 и ближайшего к 15. Кратные 7–7, 14, 21, 28 и т. д.

21 — 15 = 6; 6+4=10; 10 — 7–3. В данном случае цифра 3 показывает день, на который приходилось 1 января 1500 года, то есть на среду.

б) Прибавим к 48 четвертую часть его, то есть 12; вычтем из суммы ближайшее кратное 7, и остаток укажет день 1 января 1548 года, то есть: 48+(48: 4) =60; 60–56 = 4. 4 здесь да 3 там (пункт а) равно 7; 7–7  = 0, то есть воскресенье.

в) Для определения дня недели можно прибегнуть к календарю-пальцу. Август — В. Если бы 1548 год был простой, мы считали бы, что А — воскресенье, а так как это год високосный, то для месяцев после февраля должно считать А днем вперед — понедельником. Отсюда Б — вторник, В — среда. Следовательно, 1 и 8 августа — среда, а 9 — четверг. Итак, 9 августа 1548 года было в четверг.

При этом следует помнить: если десятки и единицы заданного года при делении на 4 дадут остаток, то полученная от деления дробь принимается за целую единицу, и таким образом четвертая часть заданного числа увеличивается на единицу.

Определим, в какой день недели будет 1 июля 2556 года:

а) 28–25 = 3; 3+4 = 7; 7–7 = 0.

б) 56+(56: 4) =70; 70–70 = 0.

Следовательно, 1 января 2556 года равно 0+0 = 0, то есть воскресенье.

в) июль — Ж, а А для високосного года считается понедельником, отсюда Ж — воскресенье.

Следовательно, 1 июля 2556 года — воскресенье.

3. Определим, в какой день недели было 9 августа 1737 года.

а) 21–17 = 4; 4+4 = 8; 8–7=1.

б) 37+(37: 4) =47; 47–42 = 5. Следовательно, 1 января 1737 года равно: 1+5 = 6,

то есть субботе.

в) Август — Б; а А — суббота, отсюда В, то есть 1 августа, — понедельник; 8 — тоже понедельник; значит, 9 августа — вторник.

Мы разрешили себе так подробно остановиться на этих вычислениях, чтобы показать высокую точность и достаточную сложность «ручных» приемов, идущих с глубокой древности и, по всей вероятности, выработанных параллельно в различных местностях.

Очень большое значение, кроме того, придавалось определению фаз Луны. Увидев на небе в начале нарождения месяца молодой серп Луны, или «новец», отсчитывали 165 часов, или, округленно, семь суток до «нового перекроя» (первой четверти), семь суток до «подполони», или «ущерба» (полнолуния), семь суток до «ветхого перекроя» (последней четверти), семь суток до «межей», то есть до момента исчезновения Луны в лучах Солнца перед следующим новолунием. Эти четыре недели вместе с «межами», или «межимесячьем», составляли 29 суток лунного месяца.

Время дня и счет часов. В русских летописях мы не встречаем слова «сутки», а только «день», состоящий из 24 часов, то есть день и есть сутки и одновременно светлая часть суток, в то время как ночь — темная их часть. В Древней Руси сутки, скорее всего, начинались в светлое время, что, кстати, противоречит библейскому определению дня: «И был вечер, и было утро: день один». Таким образом, на Руси сохранялось собственное, самобытное представление о начале суток. Солнце, по представлению славян, днем мчалось по небу, увлекаемое квадригой солнечных коней, пока не опускалось в окружающий Землю Мировой океан, где плыло по подземным водам, влекомое водоплавающими птицами, такими, как лебедь или утка.

Бытовые обозначения времени, встречающиеся в летописях и относящиеся к часам, звучат так: заутреня, заря, ранняя заря, начало света, восход солнца, утро, средина утра, обедня, обед, полдень, уденье, полуденье, наобед, вечерня, вечер, ночь, полночь.

Возникло расхождение привычного начала суток на Руси поутру с церковным началом суток с вечера. Так называемая заутреня отправлялась среди ночи или даже в начале ночи. — Было как бы два счета суток — народный и церковный, причем народный оказался более живуч, что нашло отражение в, пословицах и поговорках: «День да ночь — сутки прочь», «Век мой прошел, а дней у бога не убыло», «У бога дней не решето, да не все наши».

Представления древних о движении Солнца по небу и «подземному морю».

Часовые таблицы на Руси. На Руси, так же как и в других местностях, производилась «отдача дневных л ночных часов», то есть об окончании дня и ночи возвещали колокольным звоном, барабанным боем, звуками рожка. Знаки эти подавались то раньше, то позже, в зависимости от долготы дня и ночи. Для определения нужного для часобитья времени существовали расписания часов в церковных месяцесловах, причем таких расписаний имелось два — одно по иерусалимскому времени, где самые короткие день и ночь равны девяти часам, а самые длинные — пятнадцати, второе — применительно к действительному времени Руси, где самые короткие день и ночь равны семи часам, а самые длинные — семнадцати.

С помощью часовых таблиц, помещенных в месяцесловах, можно определить длину дня и ночи на каждый месяц. На Руси имели хождение месяцесловы, где эти цифры были рассчитаны не только на весь месяц (как это было в Европе, например, в англосаксонском календаре 1328 г.), но и на каждые полмесяца, что гораздо точнее. Отметки об изменении длительности времени в таких календарях делались через 14, 15 или 16 дней и стояли при разных числах месяца, как это видно по краткой выписке из календаря 1762 года (табл. 2).

Являлись ли русские церковные календари заимствованными, или же они имели следы влияния местных астрономических знаний? Скорее второе, поскольку на Руси в отличие от Европы считали день от утра, а не с вечера и прежде, чем в Европе, часовые таблицы стали вычислять не на месяц, а на полмесяца. Например, в XVI веке было издано сочинение неизвестного автора[32] «О знамениях небесных», где содержались параграфы о солнечных и лунных затмениях, рассуждения о форме и природе Луны и с большой точностью вычислена длительность синодического (лунного) месяца — 29 суток 12 часов 44 минуты.

Часы «яичной фигуры», изготовленные Кулибиным.

Таким образом, на территории, где обитали славяне, обнаружены следы достаточно высоких астрономических представлений, разрешивших создать собственную календарную систему высокой точности, которая просуществовала до XVII века включительно. Введение юлианского летоисчисления в X веке значительно умалило значение прежнего календаря, однако новая (для дайной территории) календарная система сама оказалась в известной мере под его влиянием, что выразилось, в частности, в слиянии дат языческих и церковных праздников, а также в особенностях часобитий.

Что касается введения на Руси механических часов, то первый образец был установлен великим князем Василием I в 1404 году на своем дворе за церковью св. Благовещенья. В 1436 году появились часы в Новгороде, в 1477-м — в Пскове. Знаменитые часы на Спасской башне в Москве, сгоревшие в 1717 году, были установлены в 1626 году.

Часы XIX века, показывающие местное время шестидесяти шести губернских городов России.

Даже после появления механических часов часобитье продолжалось с рассветом и закатом, пока Петр I в 1700 году не постановил часобитье проводить в полдень и полночь.

Первый образец часов на Руси в 1404 году сделал серб по имени Лазарь, он же создал и школу часовщиков. В дальнейшем было изготовлено много раритетов, в том числе в XVIII веке часы «яичной фигуры» Кулибина, которые он преподнес Екатерине II (сейчас они хранятся в Эрмитаже). Их механизм, состоящий из пятиста деталей, устроен так, что они отбивают часы, половины и четверти часа, исполняя при этом различные мелодии. Кроме того, в определенном порядке двигались фигурки стражей с копьями, ангела, женщин. Одновременно с Кулибиным работал удивительный мастер Волосков, сделавший часы, которые кроме часов и минут показывали месяцы, положение Солнца, Луны и звезд.

В середине XIX века начали изготавливать часы, где на разных циферблатах показывалось время в разных местах. Так, на часах, сконструированных Иваном Юриным, на трех концентрических кругах расположено 66 эмалевых циферблатов, на которых показывается время шестидесяти шести губернских городов России. Работающие часы находятся в петергофском дворце «Коттедж».

Храмы или обсерватории?

В своей книге «Колесо времени» В. Е. Ларичев так оценивает отношение археологов и историков к найденным ими строениям: «Если объект непонятен, то его объявляют культовым, предназначенным для отправления обрядов и ритуалов». Но ошибочно думать, что основными занятиями наших предков были защита от злых духов, поклонение богам и сохранение традиций. На деле древние люди в разных областях земного шара, вероятно параллельно, изобрели лук и копье, колесо и парус, плуг и рычаг, пандус и арку, выделку кож и пряденье с ткачеством, выплавку меди, а затем железа и прочее, и прочее. И изобретали все это в очень трудных жизненных условиях. Изобретали, чтобы выжить.

Древний человек был практичным. Он по сути ни во что сверхъестественное не верил, жил в мире естественных для него явлений. Это теперь мы, так называемые цивилизованные люди, просто удивляемся его «глупости» и, используя словесные формулы гипноза и аутотренинга (которые нам прекрасно помогают), презираем его веру в заклинания, которые помогали ему. А через столетия, может быть, наши потомки будут смеяться над нашими утверждениями о незыблемости некоторых законов физики. Академик Б. А. Рыбаков, исследовавший язычество древних славян, рисунки пещерных святилищ верхнего палеолита, говорит о влиянии удачно выполненного обряда на психологию участников магических действий. Если во время охотничьего танца участники не попадали копьем в нарисованного зверя — охота отменялась. Облава на стадо — опасное сражение с могучими животными, исход которого каждый раз неизвестен. Если колдовской обряд проходил удачно, это укрепляло веру охотников в свои силы, что содействовало успеху в реальной жизни. А если бы не содействовало — обрядов бы не было.

Так же точно не возникло бы поклонения Луне и Солнцу, не наносились бы на древние камни изображения Плеяд или Большой Медведицы, не возводились бы визиры, если бы это не приносило конкретной пользы, пользы весомой, зримой, подтверждаемой жизненной практикой.

По Солнцу, Луне и звездам люди выходили на промысел, сеяли и собирали урожай. И если как следует не умели разобраться в сроках начала и конца тех или иных работ, — следовали голодные периоды.

Очень часто население проживало на берегах морей н океанов, где приливы не просто происходят дважды в день и не просто изменяются в течение месяца (бывают высокие и низкие приливы, что зависит от изменения соотношений положения Солнца и Луны относительно Земли, когда их приливное влияние как бы складывается и как бы вычитается), но еще имеют и многолетние циклы изменений.

Особенно высоки приливы, когда Солнце и Луна оказываются на одной прямой с Землей на определенной долготе эклиптики. Продолжительность цикла этих приливов— 18,61 года. Знание всех деталей приливного поведения — вопрос жизни и смерти для тех, кто должен плыть в узких проливах между островами, например в Шотландии, где как раз находится огромное число древнейших лунных обсерваторий.

Прошли века, сменились поколения. Уровень материальной культуры стал более высоким. Люди научились делать запасы, развилась торговля. Астрономические знания были по-прежнему необходимы, но стали, если можно так выразиться, более специализированными. Оказалось возможным выделить и содержать небольшое число людей, посвятивших себя исключительно наблюдениям за небом, изменения на котором за сутки понятны каждому, кто не слеп, а за год — любому, кто удосужится наблюдением заняться.

Но обозреть изменения, накапливающиеся годами, десятилетиями, а тем более столетиями, под силу только преемственному разуму, и носители этого разума должны концентрироваться там, где наблюдения удобно делать ежедневно и еженощно, — в тех строениях, которые в наше время называются обсерваториями. Древние же люди называли их храмами — хранилищами знаний. Знания, впрочем, не только хранились, но и охранялись от непосвященных. И в этом был глубокий смысл. Всякое знание может быть и всяко же употреблено. Не так уж далек жрец древности, требующий от ученика открывать тайное только посвященному, от ученых нашего века, требующих ограничений на использование атомной энергии или на развитие генной инженерии. Жрецы действительно обладали знаниями — они разбирались в особенностях природных явлений в различные отрезки времени. Храмы были изначально обсерваториями, и только позже их стали использовать как культовые здания.

Недаром в Греции Дельфийский оракул вещал в храме Аполлона (сына Зевса и дочери титанов Лето) — покровителя муз и прорицателей (под именем Феба этот бог отождествлялся с Солнцем). Его сестра-близнец, Артемида почиталась как богиня плодородия, охоты и Луны. За помощью и поддержкой обращались ко многим богам, но предсказание судьбы было специализацией богов, связанных с Солнцем и Луной.

Как показал Э. Церен в своей книге «Библейские холмы», наиболее почитаемыми богами ассиро-вавилонского пантеона были боги Луны, Солнца и планеты Венера.

Аккадский бог Луны — Син являлся отцом богиня плодородия и плотской любви Иштар (шумерская Инанна), которая олицетворяла планету Венера.

В Уре почитался бог Луны Наина. Его супруга Нингаль являлась матерью солнечного бога Уту (Шамаша). Храмовая башня, посвященная богу Наине, очень похожа на обсерваторию.

При раскопках в Месопотамии обнаружены развалины огромного сооружения, которое, согласно арабским источникам, строилось основателем вавилонского царства Нимродом. На мощном основании поднималось семь суживающихся кверху башен, от которых мало что осталось, но развалины и сегодня имеют 46 метров в высоту и носят следы ужасного пожара. Приходится верить арабским источникам, в которых сообщается, что семь ступеней башни, существование которых вполне реально, соответствовали планетам (а может быть, орбитам планет?) небесной сферы и поэтому были окрашены семью красками: черной, белой, пурпурно-красной, синей, ярко-красной, серебристой и золотистой, то есть в цвета семи планет, включая Солнце и Луну. Именно звездам придавалось большое значение. Среди великих богинь в Шумере значилась Инанна, храм которой, относящийся к III тысячелетию до н. э., обнаружен в древнем Уруке. Она являлась как бы предшественницей богини звезд Иштар, великой богини Вавилона.

Гора Сленжа (Собутка) — древнее ритуальное место западных славян.

Ритуальное городище Девин на Дунае.

Славянское городище-святилище Девичья гора на Днепре. Село Триполье.

Языческий лунный бог славян Волос (Велес), постепенно превратившийся из небесного пастуха в пастуха земного скота, был не только одним из главных, но и одним из древнейших богов. Что же касается славянских языческих капищ, осуждаемых церковью, то упоминание о них встречается еще в XVI веке. Древнее ритуальное место западных славян — гора Сленжа, ритуальное городище Девин на Дунае, славянское городище-святилище на Девичьей горе на Днепре могли служить древними обсерваториями. По-видимому, сначала была замечена магическая связь между поведением небесных светил и переменами, происходящими на Земле, затем путем многократных проверок было установлено, когда (по отношению, к данному моменту) произойдут те или иные изменения в окружающем мире, — был открыт и, наверное, многократно переоткрыт закон причинности. И долгое время человек тешил себя, считая, что своими магическими действиями влияет на природу, как петух Шантеклер из пьесы Ростана, воображавший, что он будит Солнце.

Магическое мышление, однако, рано или поздно перестает удовлетворять человека, который с грустью констатирует, что его собственная способность осуществлять контроль над природными — явлениями не более как плоды воображения. Он не полагается более на свои умственные способности и смиренно отдает себя во власть великих невидимых существ, пребывающих за завесой природных явлений, существ, которым он отныне приписывает все те необычайные способности, что некогда дерзко приписывал себе. Так в умах людей наиболее проницательных магия вытесняется религией, которая видит в последовательности природных явлений результат воли, страстей или произвола духовных сущностей, сходных с человеком, но значительно превосходящих его своим могуществом.

Религии не отвергали накопленных астрономических знаний, они просто называли их иначе и считали проявлением воли божьей. Вот тогда обсерватории становятся настоящими храмами, где наблюдения над небесными явлениями сопровождаются определенными церемониями. Храмы не сразу теряют свое астрономическое назначение — до введения Юлием Цезарем так называемого юлианского календаря жрецы определяли календы, то есть первые числа каждого месяца. Христианская церковь составляет на много лет вперед таблицы — пасхалии — дат празднования Пасхи. Согласно установлениям Никейского собора, ее следует отмечать в первое воскресенье, следующее за полнолунием, совпадающим с весенним равноденствием или бывающим после него.

И сегодня полностью основан на наблюдениях за звездным небом так называемый восточный календарь. Начало Нового года определяется путем очень точных расчетов соотношения орбит Земли, Луны и пяти планет. Осуществляют эти подсчеты буддисты в дацанах Индии и Непала. Издаются соответствующие календари на много лет вперед, согласно которым начало Нового года приходится:

в 1900 на 31.01 в 1982 на 25.01

в 1910 на 10.02 в 1983 на 13.02

в 1920 на 20.02 в 1984 на 2.02

в 1930 на 30.01 в 1985 на 20.02

в 1940 на 8.02 в 1986 на 9.02

в 1950 на 17.02 в 1987 на 29.02

в 1960 на 28.01 в 1988 на 17.02

в 1970 на 6.02 в 1989 на 6.02

в 1980 на 16.02 в 1990 на 27.01

в 1981 на 5.02 в 1991 на 15.02

Длительность года колеблется в днях — от 354–355 до 383–384. В первом случае в году 12 месяцев по 29 и 30 дней, во втором, что случается примерно раз в 4 года, — 13. Вставной месяц появится или после месяцев— со второго по восьмой, или после десятого месяца. Есть основания полагать, что такое определение начала года более природно-естественное. В Корее, которая живет по восточному календарю, во время празднования Нового года, который называется тэт, принято ставить на стол расцветшую ветку персикового дерева. Дерево любезно раскрывает цветы всегда накануне праздника вне зависимости от того, объявляют его в январе или феврале и какого числа. Это доказывает, что Новый год по восточному календарю действительно каждый раз приходится на совершенно определенную гелиогеофизическую ситуацию. А это показывает, что следует и к звездному небу, и к древней астрономии относиться с должным уважением. Ибо последняя дала не только начало мифам и верованиям, но — и это главное — очень точные предсказания природных явлений, разрешающие в глубокой древности планировать хозяйственную деятельность. При этом единое небо раскидывало свой шатер над разными расами, культурами и цивилизациями, которые давали сходный отклик на одинаковое воздействие. Формировались до сути единые представления о Мировом круговращении Времени — Кола Времени древних славян.

Человек чувствовал свою принадлежность к мировому космическому порядку и прежде всего строил обсерватории— место общения со стихийными силами. Только потом эти силы стали антропоморфными — превратились в богов, похожих на человека, и, наконец, возник замкнутый, чисто человеческий мир, лишенный прежней космической глубины.

Эти древние обсерватории имели совершенно разный вид, различны были и поздние мировоззренческие наслоения. Но в основе лежало одно непреложное утверждение— время и его исчисление подвластны Луне, Солнцу и звездам. Кому больше, кому меньше, как и когда считать — несущественно, ибо, как гласит японская поговорка, «истина есть истина всегда, а размышленье — времени подвластно».

Как стали время изучать всерьез

Если подойти с должным уважением к попыткам доисторического человека познать окружающий мир, пружины его развития и изменения, то надо признаться, что время изучали всерьез всегда: в доплсменных пещерах; в первых общинах, где началось разделение труда; в ранних аграрных государственных формациях; в развитых системах торговых городов; в индустриально развитых странах с высоким потенциалом науки; в наш век атомной энергии, ЭВМ и выхода в космос.

В древних Месопотамии, Шумере, Индии, Египте знали о цикличности течения процессов. Грек Платон видел во времени «движущийся образ вечности»; Аристотель— свойство движения; римлянин Лукреций в своей знаменитой поэме «О природе вещей», являющейся энциклопедией знания своего века, писал:

Также и времени нет самого по себе, но предметы

Сами ведут к ощущенью того, что в веках совершилось,

Что происходит теперь и что воспоследует позже.

И неизбежно признать, что никем ощущаться не может

Время само по себе, вне движения тел и покоя.

Великий энциклопедист эпохи Возрождения Леонардо да Винчи, знавший и умевший все, что знали в ту эпоху, и еще многое сверх того, провел анализ представлений свойств времени и нашел, что «хотя время и причисляют к непрерывным величинам, однако оно, будучи невидимым и бестелесным, не целиком подпадает власти геометрии, которая делит видимые и телесные вещи на фигуры и тела бесконечного разнообразия. Время совпадает только с первыми началами геометрии, то есть с точкой и линией: точка во времени должна быть приравнена к мгновению, а линия имеет сходство с длительностью известного количества времени. И подобно тому как точки — начало и конец линии, так мгновения— граница и начало каждого данного промежутка времени. И если линия делима до бесконечности, то и промежуток времени не чужд такого деления. И если части, на которые разделена линия, соизмеримы друг с другом, то и части времени будут друг с другом соизмеримы».

Рассуждая о природе, жизни и смерти, Леонардо да Винчи пишет: «О время, истребитель вещей, и старость завистливая, ты разрушаешь все вещи и все вещи пожираешь твердыми зубами годов мало-помалу, медленной смертью. Елена[33], когда смотрелась в зеркало, видя досадные морщины своего лица, содеянные старостью, жалуется и думает наедине, зачем два раза была похищена».

В этих и других высказываниях делались попытки понять-свойства времени на интуитивном уровне, словесно описать их. Возможностями исследовать свойства самого времени мыслители не располагали. Время, в лучшем случае, оказывалось всего-навсего служанкой, выполняющей работу в уравнениях точных наук.

Только к концу XIX — началу XX века появились наконец технические возможности изучать время, да и человек психологически созрел до того, чтобы приступить к этому изучению.

Начало научному подходу к исследованию времени было положено немецким философом И. Кантом и французским философом А. Бергсоном еще в XIX веке.

Иммануил Кант говорил о времени как о сложном предмете рассмотрения, состоящем из трех «модусов» — последовательности, сосуществования и устойчивости. Таким образом, Кант рассматривает время и как последовательность ряда значений, и как совокупность всего существующего, и как величину. В таком рассмотрении время оказывается уже не одномерным, а как бы двух или трехмерным явлением.

Что касается Анри Бергсона, то он в 1889 году, задолго до того, как Пуанкаре и Эйнштейн выдвинули теорию относительности, выступил против понятия абсолютного пространства и абсолютного времени. Им было предложено представление о времени как о потоке событий. Для Бергсона внешняя реальность подвижна. Никаких «готовых» вещей нет, существует все в процессе развития и неустойчивого, изменяющегося состояния. Имеется реальное пространство без длительности, в котором все явления появляются и исчезают одновременно с изменением состояния сознания человека. Имеется реальная длительность, разнородные моменты которой взаимно проникают друг в друга, но так, что каждый момент ее может быть сопоставлен с одновременным с ним состоянием внешнего мира и тем самым уже отделен от внешнего мира. Из сравнения этих двух реальностей возникает заимствованное у пространства символическое представление длительности, которая принимает таким образом мнимую форму однородной среды. Соединительной чертой между пространством и длительностью служит одновременность, которую Бергсон определяет как пересечение времени с пространством.

Вот это «бергсоновское время» — время процесса, а не покоя — и положено в основу современных физических представлений, а также представлений в биологии. Сегодня в физике и философии рассматриваются две взаимодополняющие концепции времени (в смысле принципа дополнительности Бора). Первая пара является дополняющей для понятия природы времени. Время по одной концепции есть такая же субстанция, как пространство или вещество (субстанциальная концепция). Время по другой концепции есть отношение (система отношений) между физическими событиями (реляционная концепция).

Вторая пара является дополняющей для понятия отношений категории времени и категории бытия. События прошлого, настоящего и будущего, согласно одной концепции, существуют реально и даже в некотором смысле одновременно, важен момент осознания явлений и материальных объектов, появление и исчезновение которых иллюзорно (статическая концепция); по другой концепции, реально существует только настоящий момент, событий прошлого уже нет, события будущего еще не наступили (динамическая концепция).

Далее выделяется несколько классов (типов) времени:

абстрактное (представляемое);

физическое (измеряемое с помощью тех или иных механизмов или за счет наблюдения периодических явлений природы);

метрическое (отвлеченное) математическое время, матрица для пересчетов между физическим и релятивистским временем;

релятивистское время (время теории относительности);

биологическое время (время живых организмов).

Детальное изучение времени началось тогда, когда были сконструированы приборы точного измерения его отрезков. Их создали на основе развития астрономических знаний о Земле как небесном теле, о Солнечной системе, Галактике и на основе успехов физики.

Человечество научилось очень точно мерить время течения процессов как в самом человеке, так и вне его, во всей Вселенной, поскольку часы, употребляемые астрономами, суть не что иное, как совокупность всей Солнечной системы.

В нашу задачу не входит изложение техники этих измерений, достаточно только напомнить, что новым эталоном времени стали атомные часы[34], что созданы различного типа электронные секундомеры, разрешающие измерять малые промежутки времени. Это позволило изучать атомные и ядерные процессы, протекающие за миллионные, миллиардные и биллионные доли секунды. Наконец, люди научились в некоторых случаях как бы изменять временные масштабы. Сверхскоростная киносъемка с последующим медленным воспроизведением всего происшедшего разрешает рассмотреть ход сверхбыстрых процессов (включая взрывы), а съемка замедленная с последующим ускоренным воспроизведением— процессов медленных (включая рост и развитие).

Эти технические возможности обеспечили измерение скорости самых различных процессов и сравнение этих скоростей между собой.

Что касается астрономии, то ее успехи в изучении двойных звезд разрешили многое узнать о природе гравитационных волн, то есть излучений, которые па земном шаре проявляются в виде силы тяжести. Согласно общей теории относительности, гравитационные волны представляют собой поперечные волны кривизны пространства— времени, которые могут существовать вдали от гравитирующих масс и распространяться со скоростью света. Под их воздействием тела испытывают деформации так называемого приливного типа — растяжение и сжатие. Силы гравитационного воздействия Луны и Солнца на Землю вызывают как вынужденные колебания оси вращения Земли, так и приливные деформации земного шара. Луна находится ближе к Земле, чем Солнце, и приливы от нее вдвое больше. Не говоря о морских приливах, которые хорошо известны, Луна вызывает явления приливов и суши. На широте Москвы изменения радиуса Земли в результате этого достигают 40 сантиметров. Сила тяжести изменяется на Земле от экватора к полюсам, с увеличением высоты над поверхностью Земли и со временем. Последнее происходит периодически в связи с изменением положения Земли относительно Луны и Солнца и не периодически — в связи с процессами, происходящими в недрах Земли.

Знания о природе гравитационных волн позволили развить релятивистскую теорию гравитации, и в частности показать зависимость хода собственного времени системы от характера поля гравитации. Наконец, значительные успехи, достигнутые в развитии целого ряда областей науки (биологии, биогеохимии, гистологии, эмбриологии, физиологии и т. п.), когда была использована точная аппаратура, разрешающая измерять время биологических процессов, позволили совершить большой скачок в деле познания особенностей времени живых организмов — биологического времени, выделенного академиком В. И. Вернадским в 30-х годах нашего века.

Время с точки зрения физика

До 1905 года, когда А. Эйнштейн опубликовал специальную теорию относительности, общепринятой являлась ньютоновская концепция времени как некая абсолютная длительность, не зависящая от материи. Пространство и время рассматривались как некий ящик, в который вложена материя и свойства которого не зависят от наличия вещества. Кроме того, время считалось однородным, одинаковым во всех точках пространства и от пространства не зависящим.

Специальная теория относительности показала тесную связь пространства и времени, образующих единый четырехмерный мир (мир Эйнштейна — Минковского[35]), а также времени с движением. В частности, оказалось относительным понятие одновременности. Момент времени наступления какого-либо локализованного события не является свойством этого события самого по себе, но характеризует отношение его к некоторой системе отсчета. Поэтому и одновременность двух событий относительна. Она справедлива только для событий в одной и той же точке отсчета. Такой же относительный смысл имеют и промежутки времени: длительность процесса, наблюдаемого в одной системе отсчета, может не совпадать с длительностью того же процесса, наблюдаемого в другой системе. Доказательством относительности временных промежутков в разных системах отсчета может служить распад элементарных частиц. Покоящийся π-мезон живет 10-8 секунд. При движении даже с максимально возможной в природе скоростью — 300000 километров в секунду — он успел бы до своего распада пройти путь порядка нескольких десятков метров. Тем не менее мезоны, рожденные в верхних слоях атмосферы космическими лучами, проходят путь до поверхности Земли, исчисляемый десятками километров. Этот факт объясняется именно увеличением времени жизни мезона вследствие скорости движения, близкой к скорости света.

Представления о связи времени с пространством и движущейся материей были развиты в общей теории относительности, согласно которой в заполненном материей пространстве-времени невозможно ввести глобальную систему координат, то есть в принципе нельзя синхронизировать часы во всем пространстве. Из этого следует, что одновременность событий зависит не только от системы отсчета, но также, например, и от гравитационного потенциала материи.

Промежуток времени между двумя событиями в точке пространства с одним гравитационным потенциалом не равен промежутку времени между двумя эквивалентными событиями в точке с другим потенциалом. С увеличением гравитационного потенциала течение времени замедляется, что было подтверждено экспериментально.

Положения общей теории относительности сделали более понятной материальную обусловленность пространства-времени. Попытки применить уравнения Эйнштейна для описания всей видимой Вселенной привели к открытию новых неожиданных свойств пространства-времени. В общей теории относительности сформулировано десять уравнений для некоей величины, определяющей свойства пространства-времени в зависимости от распределения вещества. В настоящее время нет математического аппарата, позволяющего получить решение в общем виде для любого распределения материи. Поэтому все существующие решения основаны на некоторых упрощающих соображениях о распределении материи, например: материя предполагается распределенной равномерно и изотропно или же предполагается точечное распределение масс. Первые решения, полученные Эйнштейном и де Ситером исходя из предположения о стационарности Вселенной (т. е. в среднем Вселенная неизменна во времени), приводили к замкнутости пространства.

Эйнштейн получил цилиндрическую Вселенную, то есть мир, в котором пространство обладает положительной кривизной и замкнуто, а время незамкнуто. У де Ситера получился сферический мир, в котором и время замкнуто.

Современные космологические представления основываются на решениях, найденных советским исследователем А. А. Фридманом в 1924 году. Он описывает полностью однородный и изотропный мир. Основным свойством этих решений является их нестационарность Возникающие отсюда представления о расширяющейся Вселенной полностью подтверждаются астрономическими данными. Первым подтверждением этого факта было открытие Хабблом в 1929 году красного смещения в спектрах удаленных галактик. Если считать, что это следствие так называемого эффекта Доплера, то красное смещение доказывает удаление галактик. Таким образом, в настоящее время можно считать, что изотропная модель дает, в общем, правильное описание Вселенной. Другим важным свойством изотропной модели является наличие в ней особой точки пространственно-временной метрики по отношению ко времени. Присутствие такой точки означает, другими словами, конечность времени. Вопрос о конечности времени продолжает дискутироваться и пока остается открытым. Общая теория относительности допускает в принципе не только бесконечные, но и конечные решения. Существуют модели, допускающие замкнутость линий времени, но если замкнутое пространство еще можно трактовать как конечное, то переход от замкнутости времени к заключению о его конечности наталкивается на значительные трудности. Дело в том, что замкнутое время означает повторение циклов событий. При этом для описания последовательности циклов событий возникает необходимость ввести некое промежуточное мета-время. Попытки же его введения наталкиваются на неизбежность пересмотра самого понятия времени, характерного для общей теории относительности. Поэтому представляется наиболее вероятным, что в рамках этой теории логическая конструкция замкнутого времени как раз и есть форма замкнутого времени.

Бесконечность времени имеет два аспекта: количественный и качественный. Количественный аспект бесконечности времени соответствует бесконечности моментов времени. Но момент времени не является некоей самостоятельной субстанцией, а представляет собой форму бытия совокупности событий, состояний движущейся материи, причем специфика каждого из временных моментов есть выражение качественно различного характера этих совокупностей.

Бесконечность времени обусловливается постоянным развитием материи, переходом возможностей в действительность. Время есть форма существования материк, выражающая процесс становления, процесс появления нового.

Таким образом, согласно современным представлениям в физике, бесконечность времени состоит в постоянном движении, изменении, развитии материи. Что касается единственности времени или множественности времен, общая теория относительности позволяет для описания некоторых систем ввести несколько существенно различных, но одинаково объективных времен. Это так называемый гравитационный коллапс. Коллапсирующая система характеризуется обычным мировым временем, определяемым в интервале от минус до плюс бесконечности. Однако полное описание всего процесса коллапса невозможно с использованием только этого времени. Для частиц, падающих в гравитационном поле, существует свое собственное время, причем настолько замедленное, что его конечный отрезок описывает бесконечный, с точки зрения стороннего наблюдателя, процесс падения частицы на звезду. Для описания же всего процесса эволюции вводится третье глобальное время («время Крускала»), где есть возможность для пространства и времени как бы меняться местами.

Было бы, однако, неправильно полагать, что только в теории относительности прослеживается глубокая связь между материей и временем. Один из основных законов движения материи, закон сохранения энергии, можно вывести из свойства однородности времени. В теории взаимодействия элементарных частиц существует так называемая СРТ-теорема, которая гласит, что законы движения частиц, выведенные наукой, не меняются, если воздействовать комбинацией трех операций, называемых также тремя симметриями. Операция «С» — это замена частицы на античастицу. Операция «Р»— когда левое и правое меняются местами, как это происходит при возникновении отражения в зеркале. Операция «Т» — изменение направления движения всех частиц на обратное.

Сначала предполагалось, что все три преобразования оставляют физическую систему неизменной, но затем убедились, что законы, управляющие поведением материи, не меняются после действия только двух операций — С и Р.

Как полагает крупнейший современный математик, внесший большой вклад в разработку проблем гравитации и космологии, автор книги «Краткая история времени» Стивен Хокинг, в случае С-Р-симметрии жизнь будет одинакова и для нас, и для обитателей другой планеты, которые являлись бы нашим зеркальным отражением и состояли бы из антнматерии. Но вот попытка осуществить Т-симметрию наталкивается на непреодолимое различие между движением во времени вперед и назад. Проделать Т-операцию, согласно Хокингу, то же самое, как если бы заснять на кинопленку падение стакана на пол, а затем прокручивать ее задом наперед — тогда зрители увидят, как осколки собираются в виде целого стакана, а стакан запрыгивает обратно на стол. Но такое запрыгивание равносильно созданию порядка (стакана) из беспорядка (осколков), что противоречит второму закону термодинамики, который вытекает из того, что состояний беспорядка всегда гораздо больше, чем состояний порядка. Рост беспорядка (энтропия) прослеживается всюду. Даже чтобы выжить, люди употребляют пищу, которая выступает как носитель упорядоченной формы энергии, и превращают ее в тепло, то есть в неупорядоченную форму энергии.

Стивен Хокинг полагает, что именно рост энтропии со временем является иллюстрацией стрелы времени, которая разрешает различать прошлое и будущее, придавая времени направления. Но при этом он считает, что существуют по крайней мере три стрелы времени, совпадающие по направлению:

термодинамическая, указывающая направление времени, в котором растет беспорядок;

психологическая — ощущение направления хода времени, память о прошлом;

космологическая — направление, в котором Вселенная расширяется.

Совпадение направления термодинамической и космологической стрел Хокинг видит в том, что разумные существа, способные спросить, что такое время, могут жить только в фазе расширения Вселенной.

Что же касается совпадения направления психологической и термодинамической стрел времени, Хокинг полагает, что субъективное ощущение времени задается в мозгу человека термодинамической стрелой времени, поскольку мозг фиксирует события в их естественном порядке, то есть в порядке возрастания энтропии. Заканчивая книгу «Краткая история времени», он пишет, что читатель, запомнивший каждое слово из его книги, получит около двух миллионов единиц информации и ровно настолько же возрастет порядок в его голове. Но пока книга читается, по крайней мере тысяча калорий упорядоченной энергии, полученной в виде пищи, превратится в неупорядоченную энергию, переданную во внешнюю среду в виде тепла. Беспорядок во Вселенной при этом должен возрасти примерно на 20 миллионов миллионов миллионов единиц.

Наконец, одним из основных аргументов в защиту необратимости времени является необратимость причинно-следственных отношений. При обратном ходе времени причинно-следственная связь оказывается нарушенной и невозможно никакое взаимодействие. Следовательно, отсутствует движение, а значит, и время.

Что касается временных отношений в микромире, в современной физике при исследовании взаимодействия элементарных частиц используется процедура квантования пространства-времени. При этом обычно вводится минимальная длина 10-13 сантиметров и минимальная длительность 10-24 секунд. Направление времени не рассматривается.

В заключение этого раздела хотелось бы коснуться вопроса, который фантасты очень часто решают легко и просто. Это вопрос возврата во времени. Поскольку в мире Эйнштейна — Минковского время и пространство равноценные координаты, возвращаемся мы в покинутую нами точку пространства легко и постоянно. Но не даром. За возврат в пространстве (так же, как и за движение вперед) мы заплатим временем. Мы вернулись туда же, но не тогда же, а позже, в другое время. Тем самым вернулись уже в иную мировую точку. Если теоретически мы могли бы двинуться по временной координате назад, в прошлое, то должны были бы за это тоже заплатить. Заплатить пространством, то есть попали бы в другую точку Вселенной, где-то вне земной поверхности, и к тому же, весьма вероятно, кем-то уже занятую, что привело бы к немедленной гибели.

Время с точки зрения биолога

Академик В. И. Вернадский, геохимик, создавший учение о живом веществе и показавший роль живого в формировании поверхностного слоя Земли, уделял большое внимание вопросам структуры времени. Он считал, что времени должно отвечать свое пространство и что одно от другого зависит.

Изучая строение живого и убеждаясь в правоте тех исследователей, которые показали, что живому свойственна структурная асимметрия[36], В. И. Вернадский высказал предположение, что и время в живом должно обладать асимметрией, отличаясь от времени неживой природы. Соответственно им было выделено понятие биологического времени, под которым он понимал «время, связанное с жизненными явлениями, вернее, с отвечающим живым организмам пространством, обладающим диссимметрией». При этом живой организм существует одновременно в двух разных мирах — в мире ньютоновской классической механики и в микромире с законами квантовой механики.

Свойства биологического времени таковы: векторность и явная диссимметрия (направление времени от прошедшего к будущему); скрытая асимметрия, проявляющаяся в явлениях повторяемости (ритме); множественность; неравномерность.

Поскольку первое из этих свойств не требует специальных пояснений, а второе будет рассмотрено подробно далее, остановимся на не явном свойстве биологического времени — его множественности. Живые системы существуют одновременно и как индивидуальные особи, и как единицы, составляющие стаю, улей, муравейник, род, вид и т. п. И если для каждой особи существует физическое время (уравнение движения), каталитическое время (необходимое для описания ферментативных реакций), время клеточного деления, время индивидуального развития, то для объединения индивидов той или иной формы уже существует время генерации и эволюционное время. Организм должен отмерять время согласно достаточно сложной системе отсчетов, поскольку разные процессы в организме текут в разных масштабах времени.

Скорость течения биологических процессов позволила выделить следующие пять классов:

молекулярные, протекающие от миллионных долей секунды до одной секунды;

физиологические, протекающие от сотых долей секунды до часа;

онтогенетические, охватывающие часть жизненного цикла и длящиеся месяцы и годы;

исторические, охватывающие жизнь нескольких поколений, но не влекущие за собой изменение форм жизни;

эволюционные, протекающие миллионы лет, при которых происходит не только смена поколений, но и смена форм жизни.

Биологический объект, рассматриваемый как обособленная система, кроме набора процессов, протекающих с разной скоростью, обладает еще каким-то индивидуальным {собственным, биологическим, физиологическим) временем жизни Т, которое составлено из времени последовательных онтогенетических процессов — фаз развития данного объекта (например, для растения — фаза зерна, прорастания, колошения, цветения и т. д.). Рассматривая каждую такую фазу как элемент времени, исследователи разделяют состав (выделенные элементы) и строение (последовательность выделенных элементов) времени.

В природе наблюдаются явление хронополиморфизма — существование качественно тождественных объектов, обладающих разным по составу и (или) строению временем Т, и явление хроноизоморфизма — существование различных объектов, обладающих одинаковым по составу и строению временем Т.

Что касается свойства неравномерности течения времени, оно течет по-разному в одном и том же организме в зависимости от возраста или условий внешней и внутренней среды. Так, раны заживают быстрее в молодости, скорость рубцевания с возрастом убывает. Соотношение скорости роста с продолжительностью жизни представляет собой логарифмическую функцию. Таким образом, возраст является органическим и функциональным состоянием и должен измеряться ритмом изменений этих состояний. В различном возрасте нужно неодинаковое количество физического времени для того, чтобы была проделана одинаковая физиологическая работа. Секунда жизни старого организма значительно беднее физиологическими процессами, чем секунда времени молодого организма, а значит, физическое время течет быстрее у старого организма, чем у молодого. Соответственно, один год пятилетнего ребенка (равный для него 1/5 его жизни) проживается в десять раз дольше, чем один год пятидесятилетнего человека (равный для него 1/50 его жизни). Точно так же психологическое восприятие времени сводится к тому, что время медленнее всего течет в начале жизни, когда происходит максимальное число событий. Считается далее, что длительность отсчитываемых организмом интервалов времени зависит от интенсивности обмена веществ, которая меняется на различных этапах роста и развития.

Исходя из положения, что содержанием времени существования являются значимые биологические события, подсчитано, сколько сердечных циклов имеет место на протяжении жизни представителя определенного вида животных. Так, свинья, лошадь и лев «переживают» около 800000000 сердечных сокращений; мышь и корова, крыса и собака — около 900000000; кошка — около 1350000000; человек —4350000000, то есть примерно в четыре раза больше, чем остальные животные. Число сердцебиений при этом никак не переводится в годы жизни, так как это биологическое событие у всех видов идет с разной скоростью и у одного и того же вида индивидуальная скорость меняется с возрастом. Особенно четко переменная скорость биологических процессов выявляется при исследовании роста организма, у которого в процессе онтогенеза происходит попеременно то рост (увеличение массы), то развитие, что разрешало сформулировать закон гетерогении, или аллометрического роста. Этот факт хорошо известен в животноводстве. Скот откармливают не все время, а только в те периоды, когда он набирает живой вес.

Кроме того, имеется соотношение между скоростью протекания органического времени и размерами организма, а также между скоростью протекания времени и ступенью филогенетического развития. У животных оно течет быстрее, чем у растений. У млекопитающих быстрее, чем у пресмыкающихся, у теплокровных быстрее, чем у хладнокровных.

Теперь рассмотрим очень важное свойство биологического времени — его ритмичность, связанную с особенностями течения процессов внешней среды.

Невидимые ритмы содержатся в большинстве явлений природы, в том числе в процессах в живых организмах, хотя эти явления и процессы кажутся нам просто текущими в каком-то направлении. Ритмический характер жизни на Земле именно потому не замечается, что является совершенно обыденным.

Каждые сутки Земля поворачивается вокруг своей оси, вызывая ритмическую смену дня и ночи, ритмически меняются времена года, электромагнитные поля, давление воздуха и многое, многое другое. Функции живых организмов, приспосабливаясь к жизни на ритмической планете в процессе эволюции, в свою очередь стали протекать ритмически.

Люди и животные, рыбы и моллюски соблюдают суточный— циркадный (circa — около, dies — день) ритм смены сна и бодрствования, смены активности и отдыха. Все животные, от слона до бабочки, отдыхают раз в двадцать четыре часа. С помощью замедленной съемки можно видеть циркадность в жизни растений: открытие и закрытие цветов, подъем и сворачивание листьев, так сказать, суточный танец в заданном ритме. Заданном настолько точно, что Карл Линней, расположив определенные сорта цветов в секторах круглой клумбы, создал свои знаменитые цветочные часы.

Большое число показателей жизнедеятельности организма человека — температура тела, кровяное давление, частота пульса и дыхания, результаты психологических проб, уровень сахара в крови, различных аминокислот, белков, элементов крови — словом, всего, что исследовано (а исследовано свыше сотни показателей), меняется циркадно. И хотя внешне человек как будто один и тот же на протяжении одного дня, он, как правило, чувствует себя несколько по-разному в разные часы суток, сменяется его настроение, он с разным успехом выполняет физическую и умственную работу. Симптомы различных заболеваний проявляются чаще в определенные часы суток, даже рождение человека происходит, как правило, не днем или вечером, а ночью или под утро.

Циркадные ритмы являются очень важным, но не единственным периодическим явлением. Ритмов с различными периодами (как больше, так и меньше циркадных) очень много. Они существуют параллельно, как бы встроены друг в друга согласно присказке:

Если подумать немножко,

Ритмы — просто матрешка,

И нет матрешке конца

В оба конца.

Ритмическая активность обнаружена уже в единичной клетке, причем оказалось, что предельно трудно нарушить ход клеточных часов, не убив при этом клетку. Деятельность этих часов основана на том, что в клетке происходят постоянные динамические изменения, связанные с процессами обмена и получения энергии. Одни содержащиеся в клетке вещества постоянно распадаются, а другие синтезируются, в результате чего существуют незатухающие колебания их концентраций.

Сложные биохимические процессы, лежащие в основе структуры и функции клетки и организма в целом происходят не одновременно и их скорости не постоянны. Все эти процессы согласованы между собой во времени таким образом, что возникает некий ритм их чередования— повышение и понижение интенсивности каждого из них.

Существует целый спектр ритмических процессов, имеющих различные периоды и образующих в организме сложную и хорошо организованную временную структуру. Эта временная структура касается не только ритмики высокой частоты и суточной ритмики, представления о которых уже довольно хорошо разработаны, но и ритмики многодневной, многомесячной, многолетней, которая в настоящее время все более пристально изучается.

Кроме ритмических явлений в отдельных организмах существуют ритмические явления популяции в целом — сложной мультииндивидуальной системы, само существование которой определяется многоплановой иерархической организацией интерперсональных отнесений, будь то муравейник, пчелиный улей или само человеческое общество. К числу таких циклических явлений относятся эпидемии, а некоторые исследователи причисляют к подобным явлениям также революции и каины.

Классификация ритмической активности организма и основные свойства ритмов даны в таблице 3. Как видно из таблицы, существует широкий спектр ритмов. Их изучением занимается наука, в равной мере очень старая и очень новая, — хронобиология. Цель ее исследований— изучение временной структуры организма. На сегодня установлены длительность циклов различных видов активности, некоторые стационарные соотношения между ритмами. Так, например, у здорового человека отношение ритма работы сердца к ритму дыхания составляет 4:1.

Обнаружено, что временная организация живой системы осуществляется, с одной стороны, путем поддержания соответственных частот колебаний некоторые компонентов, с другой — путем поддержания соотношения фаз колебаний этих компонентов.

В организме, по-видимому, должен существовать определенный временной порядок, который может претерпевать изменения только в некоторых пределах. В противном случае могут возникать последствия, пагубнее для организма.

Наиболее хорошо изучена циркадная временная структура организма, которая рассматривается как аспект функциональной интеграции индивида, его общая характеристика, напоминающая синхронизацию в физическом смысле слова, то есть это частотная синхронизация, а не прямое совпадение во времени подъемов и спадов. Циркадное поведение организма не является строго лимитированным и заключается в повторении сходных событий в определенной последовательности через близкие по длительности интервалы времени, а не в повторении точно тех же событий через точно фиксированные периоды.

Значительные усилия ученых были потрачены на то, чтобы найти способ уничтожить ритмическую последовательность функций, но оказалось, что такая задача нереальна. Напрасно меняли температуру, освещенность, режим питания, разрушали различные участки мозга животных, лишали их зрения, замораживали и т. п. Даже извлеченные из тела органы продолжают функционировать в искусственных условиях с циркадной периодичностью. Единственное, что удается, — это изменить период, передвинуть пик активности для той или иной функции человека или животных путем изменения, например, освещенности или режима сна. Так, например, выделение гормона роста падает у человека на ночное время и соответствует моменту так называемого медленноволнового сна. Если же человек уснет днем, то и тогда происходит выделение гормона роста.

Хотя ритмы являются врожденными и в большой мере генетически обусловленными, в момент рождения циклическая активность, во всяком случае у человека, не является полностью сформированной. Циркадная организация формируется в организме после рождения преимущественно за счет перехода более высоких частот к более низким, то есть за счет превращения ритмов с часовыми периодами в циркадные — околосуточные. Как известно, ребенок имеет цикл сон — бодрствование весьма отличный от взрослого. Требуется длительное время для формирования этого цикла. И не только для него, но и для других циркадных ритмов.

Известную роль в этом процессе, может быть, играет ритмическое воспитание: регулярное кормление и прогулки, ритмические движения качания, ритмическая музыка, которые так нравятся детям. Но, вероятно, воспитание не так уж обязательно. Без всякого воздействия матери из яиц, высиженных в инкубаторе, появляются птицы и ящерицы с обычными ритмами. И даже когда несколько поколений крыс воспитывается в условиях постоянного яркого света, ритм сон — бодрствование и другие циркадные ритмы у них все равно формируются.

Циркадные ритмы описаны для очень большого числа функций, например для вкусовой и обонятельной чувствительности (обостряется в период от 17 до 19 часов, примерно ко времени обеда), для усвоения различных видов пищи (максимум для всех видов в районе утреннего завтрака), для реакции страха. У человека при возникновении этой реакции выделяется большое количество адреналина, а пик выделения адреналина в обычном суточном ритме наблюдается между четырьмя и восьмью часами утра. Поэтому так страшны на войне ночные атаки.

Чрезвычайно важным фактором является циркадность чувствительности к внешним вредоносным воздействиям. Способность противодействовать вредоносному агенту и как следствие этого способность выжить зависят от того, в какую фазу временной организации организма этот агент был предъявлен. Максимум чувствительности по отношению к одному какому-то воздействию может совпадать с высокой сопротивляемостью другому. Так, когда крысам в полночь ввели смертельную дозу токсического препарата, умерло 77 процентов животных, та же доза, но введенная в 6 часов утра, оказалась гибельной только для 6 процентов.

У людей обнаружено колебание чувствительности к введению вакцин и сывороток. Вакцинацию надо проводить утром. Реакций на прививки против энцефалита в 8—10 утра не бывает, а в 19–20 часов регистрируются те или иные неприятные ощущения. Также непостоянна чувствительность человека к кислородному голоданию. Пилоты во время тренажа в 3 ночи легче переносят пониженное содержание кислорода в воздухе, чем в 15 часов.

Соответственным образом варьируется и чувствительность к воздействию лекарственных веществ, что начинает учитываться врачами. Делаются попытки повышения и понижения дозировок лекарств в связи с периодичностью той или иной функции организма, на которую стремятся оказать корригирующее воздействие. На основе исследования циркадных ритмов различных функций подбирают время оказания лечебных воздействий. Такой подход называется хронотерапевтическим.

При хронотерапии не меняются ни применяемые лекарственные средства, ни их дозировка. Но вместо того чтобы принимать лекарства по стандарту три раза в день, больной принимает их только в то время, когда имеются наиболее выраженные отклонения значений функций от нормы.

Для того чтобы выяснить, когда на данного больного следует оказать лечебное воздействие, проводится исследование суточных ритмов основных физиологических параметров (частоты сердечных сокращений и дыхания, артериального давления, температуры тела и т. д.), вычерчиваются соответствующие суточные кривые, рассматривается, в какие часы значение каждой из функций наиболее отклоняется от нормального, подсчитывается, сколько раз наихудшее состояние по тем или иным параметрам приходится на то или иное время, и выбирается тот момент (или те моменты), когда организм наиболее нуждается в поддержке.

Так, например, у больных, страдающих гипертонической болезнью, как правило, цифры кровяного давления при измерении в 8 часов утра соответствуют норме или даже могут быть несколько ниже нормы, в 12 часов дня эти цифры оказываются значительно повышенными, но снижаются к 16 часам, а в 20 часов и особенно в 24 часа достигают максимальных значений. При обычном способе приема лекарств больные получают средства, понижающие давление, в 8, 14 и в 18–20 часов. Таким образом, они принимают препараты в то время, когда в них не нуждаются (8 и 14 часов), и не принимают в моменты максимального повышения давления. Проведение исследования ритмов кровяного давления дает возможность определить для каждого конкретного больного то время, когда он наиболее нуждается в снижении давления (чаще всего это 20 и 24 часа, но бывают случаи, когда больному следует дать препараты 2 или 3 раза).

Если в условиях клиники хронотерапия помогает определить время, когда нужно оказать помощь больному, то на курорте она должна дать ответ на вопрос: когда можно ее оказывать? Сильнодействующие физические методы лечения (ванны, грязи и т. д.), приуроченные к моментам наихудшего состояния, могут вызвать тяжелые осложнения. Так, например, больным, страдающим атеросклерозом, солено-хвойные ванны следует принимать после 15–16 часов, а не в утренние часы, когда они ухудшают состояние.

Необходимо также иметь в виду, что анализы, проведенные не только в разные сезоны и разные дни недели, но и в разное время суток, дают различные (а иногда и прямо противоположные) результаты.

Существует точка зрения, что способность организма отсчитывать время тесно связана с ритмической активностью регулирования обмена энергии, поддерживающего жизнь. Однако для обеспечения любой ритмической активности необходимы либо какие-то датчики времени в самом организме, либо датчики времени во внешней среде, сигналы которых воспринимаются организмом, который «подстраивается» к заданному ритму. Датчики времени организма исследователи ищут в первую очередь в центральной нервной системе. Так, создатель кибернетики Н. Винер в 1958 году высказал гипотезу о том, что биологические часы заключены в узком диапазоне частоты ритма мозга около 10 колебаний в секунду (альфа-ритм). Эта гипотеза не получила поддержки, поскольку существует достаточно большое число людей, у которых этот ритм полностью отсутствует. Кроме того, частота альфа-ритма очень зависит от температуры тела, а значит, наши часы будут врать при ее перемене, что, кстати, действительно имеет место — при повышении температуры меняется скорость процессов и восприятие времени.

Поиски ритмов мозга, могущих играть роль «единиц времени», в которых протекают события в центральной нервной системе, активно продолжаются, пытаются обнаружить корреляцию времени реакции на раздражения с определенным периодом волн. В опытах по произвольному контролю темпа движений показано, что в организме, по-видимому, существует набор интервалов, в соответствии с которыми осуществляется автоматическое управление.

Большую роль в отсчете времени организмом играют ритмические процессы — сердечные сокращения, дыхательные циклы, циклы деятельности желудочно-кишечного тракта, а также циклы обмена веществ.

Что касается возможных датчиков времени из внешней среды, сигналы которых воспринимаются организмом, наибольшее значение, особенно в происхождении циркадных ритмов, придается внешним факторам, связанным с вращением Земли. Смена дня и ночи, температурные изменения, изменения влажности и т. д. определяют способы существования на Земле. Не исключены также возможности прямого воздействия вращения Земли на организм, влияния вариаций постоянно существующего магнитного поля Земли, как бы создающего для живых существ пространственно-временную решетку. Хотя атмосфера и магнитные поля защищают Землю от космической радиации, эта защита не абсолютна. Вариации слабых космических воздействий могут иметь некоторое значение как датчики времени. Наконец, значительную роль для человека играют социальные датчики времени — режим труда и отдыха, а также необходимость действовать, когда надо, и спать, когда придется.

По всей вероятности, биологические ритмы находятся в зависимости от датчиков времени как самого организма, так и внешней среды, и отсчет времени организмом осуществляется с помощью сложной системы, в которой экзогенные и эндогенные влияния переплетены самым тесным образом.

В случае рассогласования сигналов различных датчиков времени происходит изменение временной структуры деятельности организма, постепенно приспосабливающегося к новым условиям. Процессы адаптации могут протекать незаметно, если изменение временной среды не было резким, или сопровождаться неприятными ощущениями, в частности утомлением, нарушением сна, если это изменение было внезапным и значительным.

В современном цивилизованном мире люди больше не живут в нормальном ритме относительно медленного времени природы. Стремление сберечь время влечет за собой передвижения с головокружительной скоростью. Появляются такие виды профессиональной деятельности, которые протекают в условиях изменения воздействий временной среды. Возможны и реально существуют следующие виды изменения временного порядка в организме.

Сдвинутые режимы сна и бодрствования. В случае работы в ночную смену (так же, как и при ночных развлечениях) временной порядок в организме и во внешней среде входит в противоречие с социальными датчиками времени. Наступает нарушение синхронизации между различными ритмами, оно постепенно сглаживается, если человек постоянно переходит на новый режим жизни.

Внезапное изменение временной среды при перелетах с пересечением нескольких часовых поясов ведет к рассогласованию сигналов датчиков времени организма, живущего еще по локальному времени того пункта, из которого начат полет, датчиков времени внешней среды и социальных датчиков времени пункта прибытия. Перестройка на новый режим начинается для различных ритмов в разное время после прилета и длится также различное время. Так, адаптация температурной кривой и сердечного ритма происходит на пятые сутки, потоотделения— на восьмые и т. д.

Опытные пилоты стремятся вообще не перестраиваться на местный режим и соблюдают режим сна того часового пояса, в котором живут постоянно. Одна из английских авиакомпаний на основании специальных исследований работоспособности летного состава после перелетов с пересечением часовых поясов ввела правило, согласно которому за двадцать восемь летных суток пилот может пересечь не более сорока часовых поясов.

Изменение структуры сигналов датчиков времени внешней среды существует в некоторых точках земного шара, где тем не менее живет и работает большое число людей. Это Арктика и Антарктика. Здесь в течение длительных периодов времени сохраняется постоянная освещенность (или неосвещенность), значительно отличаются от более низких широт температурные условия, влажность, давление, магнитные поля Земли и даже скорость вращения точек земной поверхности, как известно, убывающая к полюсам.

У полярников возникают жалобы на недомогание и объективно устанавливаются расстройства различных функций организма, в том числе эндокринных. Трудно сказать, в какой мере в этих расстройствах повинны нарушения временных отношений в организме, но, по всей вероятности, известную роль они играют.

Изоляция от датчиков времени внешней среды постепенно становится уделом лиц редких профессий, например космонавтов, акванавтов, спелеологов.

Пребывание в космосе протекает в форме групповых полетов с сохранением обычного режима дня, то есть с сохранением социальных датчиков времени. Небольшая длительность пребывания вне Земли не позволяет судить о влиянии полного выключения всех земных датчиков времени. Основной циркадный ритм «сон — бодрствование» сохраняется. При групповом погружении акванавтов (обычно вместе с домом, в котором они живут под водой опять-таки по обычному расписанию, то есть с сохранением социальных датчиков времени) особых сдвигов биоритмов не обнаружено, за исключением некоторого увеличения длительности сна.

Значительные изменения циркадных ритмов выявлены у спелеологов, находившихся глубоко под землей в одиночестве. Аналогичные сдвиги отмечаются у испытуемых, помещенных в изолированные камеры. В обоих случаях имело место выключение социальных датчиков времени и общая сенсорная депривация — выключение внешних раздражителей.

В этих условиях возникает так называемое свободное течение циркадных ритмов с периодом (особенно для цикла сон — бодрствование) не около 24, а около 25 часов. При этом взаимосвязи между ритмами закономерно меняются.

Различные функции организма могут рассматриваться как согласованные циркадные осцилляторы, способные менять свои фазовые отношения в зависимости от условий. Общие закономерности ритмического течения функций едины для всего живого, но не только каждый вид, но и каждый индивидуум имеет собственную временную решетку и собственные адаптационные возможности, которые иногда оказываются недостаточными. Тогда наступает рассогласование деятельности внутренних осцилляторов, что означает болезнь. Это нарушения различных видов обмена, температурной кривой — словом, все то, что носит название эндокринно-вегетативных расстройств.

Достижения медицины последних лет столь фантастичны, что возникают еще более фантастические проблемы. Так, пересадка органов, в частности сердца, заставляет задуматься о временных отношениях между организмом реципиента и сердцем, взятым за какой-то более или менее длительный срок до пересадки от человека неизвестной временной структуры.

Широко распространено деление людей на «сов» и «жаворонков», имеющих свой пик активности и продуктивно работающих ночью или ранним утром. По всей вероятности, у этих двух типов людей большинство ритмов имеет значительный сдвиг по фазе. Они не только психологически несовместимы. Попытка пересадки органов от представителя одного типа представителю другого скорее всего окончится неудачей.

Доказано, что изолированное сердце животного по-разному реагирует на введение препаратов в зависимости от того, в котором часу оно было извлечено, то есть в зависимости от того, на какой фазе обменного или какого-то другого цикла оно было помещено в искусе г-венные условия. Соответственно надо «попасть в фазу» при перенесении сердца из одного организма в другой.

К сожалению, трудности не исчезают даже тогда, когда производится пересадка искусственных органов, не имеющих «собственного времени», но зато не способных подстроиться к индивидуальным особенностям организма.

Искусственные органы рассчитаны на работу в каких-то вероятных условиях, но не в данных конкретных условиях, особенности которых просто невозможно предугадать и рассчитать. Как искусственный орган, так и чужой пересаженный орган могут осуществить и осуществляют поддержание соответственных частот собственных колебаний, что является первым условием существования. Камнем преткновения является второе условие — поддержание соотношений фаз колебаний различных органов и систем организма.

В заключение можно сказать, что циркадная временная структура, по-видимому, является одним из механизмов адаптации организма к постоянным повторяющимся воздействиям внешней среды, на которые организм не реагирует, а скорее «принимает к сведению», выверяя с их помощью начало отсчета различных циклов.

Соотношение физического и биологического времени

В конечном счете, для каждого живого индивида существует как бы три вида движения во времени: последовательное по стадиям жизненного цикла в направлении вектора времени; ритмические изменения биологических функций (относительно круговое движение) и случайные реакции, связанные с воздействиями внешней среды, текущие также в направлении вектора времени.

Рассуждая о биологическом времени, мы каждый раз фактически имеем дело не со временем вообще, а конкретно с настоящим временем, со временем текущим, наличным, а не с тем, которое уже прошло и потеряли свои активные свойства или же еще не наступило, то есть свойств пока не имеет. Что же такое «настоящее»? Это тот отрезок времени, когда возможно активно действовать, влияя на текущие события. Поступки или бездействие (ибо и бездействие есть поступок) уходят в прошлое и ни изменены, ни отменены быть не могут, сохраняя навсегда за собой возможность оказываться причиной каких-либо событий.

Таким образом, прошлое — застывшие моменты настоящего, оно обусловлено протекшим настоящим и, являясь его следствием, в свою очередь становится определяющим фактором событий в актуальном настоящем. Что касается будущего — оно не существует. Это направление движения настоящего, ибо, как только будущее сбылось, оно через настоящее перешло в прошлое. Так, например, в настоящем человек получил тяжелую инфекцию. Момент заражения отошел в прошлое, болезнь течет в настоящем, осложнения грозят в будущем. Длительность настоящего, по-видимому, для каждой особи относительно постоянна, варьируется в определенном диапазоне значений физического времени.

Число событий, наполняющих отрезок настоящего, является переменным, и чем больше это число, тем меньшее время каждое из них занимает, тем выше скорость процессов. На события постоянные и происходящие параллельно (сердцебиение, дыхание, терморегуляция и т. д.) эта закономерность не распространяется.

Все особенности биологического времени развились, без сомнения, на базе общих физических законов, и оно находится в непрерывной связи с тем физическим временем, которое лежало у истоков биологического времени.

Но существуют разные физические законы. В таблице 4 дано сопоставление характеристик биологического времени и времени трех разделов физики. В качестве характеристик использованы: общая структура времени и структура настоящего; направление и характер течения времени; связь времени с другими физическими явлениями; представления о временном миропорядке (т. е. единичности или множественности времени).

Как видно из таблицы, действительно имеются некие общие черты между свойствами биологического времени и времени квантовой механики (п. 6) и классической физики (п. 1 и 3), но наибольшее сходство наблюдается с временем теории относительности (п. 3, 4, 5, 6).

Таким образом, можно сказать, что новые пространственно-временные свойства, развившиеся в природе с появлением живого, базируются на присущих типам материальных взаимодействий и формам движения материи временных свойствах, находящих свое выражение в законах различных разделов физики.

Принципиально новой характеристикой времени биологических систем, сформировавшейся в процессе эволюции пространственно-временных свойств живого, является выделение временной области настоящего — области активного действия, имеющего относительно фиксированную длительность в определенном диапазона физического времени и переменный объем в связи с увеличением и уменьшением числа происходящих событий.

Часы и мгновения жизни человека

Споры о том, чем отличается человек от животного, не умолкают с доисторических времен.

В своем публицистическом романе «Люди или животные?» французский писатель Веркор рассказывает о том, как группа ученых обнаружила где-то в джунглях не то изолированное племя людей, не то стаю необычайно высокоразвитых обезьян. К своему ужасу, ученые увидели, что промышленники пытаются сделать из представителей этого племени нечто вроде рабочей скотины. Тогда один из исследователей, входивших в группу, журналист по профессии, забирает новорожденного детеныша, крестит его у пастора за большие деньги, потому что новорожденный уж очень странного вида, а потом демонстративно вводит ему яд и предстает перед судом по обвинению в убийстве… Но кого? Суд присяжных в тупике: если умышленно убит ребенок, то по закону полагается смертная казнь, а если животное, то — оплата судебных издержек. Начинается длинный разбор, в течение которого выясняется, что у животных все, как у людей, даже супружеские измены. В конце концов обнаруженные существа были признаны людьми, поскольку у них в ходу были амулеты, а значит, уже появилась потребность объяснить строение мира. Этого признания: и добивались ученые и поставивший себя в положение преступника журналист, которого все-таки оправдали, поскольку к моменту совершения преступления тот факт, что это человеческий детеныш, установлен еще не был.

Человечеству в целом и каждому человеку в отдельности необходимо понять, как устроен мир, познать свои истоки. Это стремление нашло свое выражение в культе предков; в уважении к традициям вообще и к поминальным в частности. А. С. Пушкин в одном из стихотворений писал:

Два чувства дивно близки нам—

В них обретает сердце пищу —

Любовь к родному пепелищу,

Любовь к отеческим гробам.

На них основано от века,

По воле бога самого,

Самостоянье человека,

Залог величия его.

Человек всегда хотел знать, откуда он произошел, кто были его предки. Осознавая преемственность во времени, он стремился понять ее закономерности. Соответственно, человека глубоко интересует вопрос, каким образом он в своем сознании воспринимает, ощущает и оценивает время.

Часы идут, дни бегут, годы летят

Изучать механизмы восприятия времени человеком начали еще с прошлого века. Значительную роль в разработке представлений об этих механизмах сыграл крупнейший русский физиолог И. М. Сеченов, который считал, что внешние влияния воздействуют на наши чувства в двух главных формах — в виде группы, членораздельной в пространстве, и в виде рядов, членораздельных во времени. При этом (в отличие от пространства, воспринимаемого зрением, слухом, осязанием) специального вида чувствительности, специального органа восприятия времени не существует. «Продолжительность явлений, — пишет И. М. Сеченов, — мы чувствуем, ибо различаем в кратковременных из них начало, середину и конец. Но нет человека на свете, который различал бы непосредственно чувством степени продолжительности явлений за пределами секунд, а мыслим мы не только минутами, но и годами и столетиями — и, конечно, опять в одеянии, чуждом чувствованию» (Элементы мысли. М., 1947).

Это положение удивительно совпадает с высказыванием В. И. Ленина: «Представление не может схватить движения в целом, например, не схватывает движения с быстротой 300000 км в 1 секунду, а мышление схватывает и должно схватить. Мышление, взятое из представления, тоже отражает реальность; время есть форма бытия объективной реальности» (Поли. собр. соч., т. 29, с. 209).

Анализируя роль различных органов чувств в восприятии времени, Сеченов первое место отводит глубокому мышечному чувству, называя его темным мышечным чувством (проприоцептивная чувствительность). Именно этот вид чувствительности является «школой», в которой слух (и до некоторой степени глаз) научается распознавать временные отношения.

Мышечное чувство может давать следующие элементы восприятия: как счетчик равных периодов — ряд чисел; как счетчик периодически откладываемых равных длин — определенные протяженности в пространстве; как счетчик периодически повторяющихся равных продолжительностей — определенные протяженности во времени.

Как видно из сказанного, для отсчета временных отношений важно мышечное чувство с его «тягучестью в сознании» не только само по себе, не столько статическое мышечное чувство, а те ощущения, которые сопутствуют двигательной активности. При этом есть совершенно определенная форма двигательной активности, играющая особую роль в развитии понятия времени. Это ходьба, представляющая, по И. М. Сеченову, шаблон, на котором могли развиваться числа, линейная мера и мера времени, поскольку шаги представляют собой ряд повторных действий с постоянной продолжительностью и паузами. Сопровождающее их мышечное чувство может служить измерителем или дробным анализатором пространства и времени.

Ходьба — сложное явление; она происходит в условиях коррекции движения зрением и при участии слуха, фиксирующего шум шагов и паузы между ними. Соответственно, ходьба с разной скоростью вызывает появление периодического ряда коротких звуков, паузы между которыми заполнены мышечным чувством. Ходьба особенно важна для развития восприятия коротких пауз, способность чувствовать которые «не могла воспитаться исключительно в школе слуха».

Представления Сеченова о роли мышечного чувства в восприятии времени нашли свое подтверждение на практике — в период космических полетов и тренировок перед ними. Восприятие времени в невесомости или в сенсорной изоляции, когда мышечное чувство в значительной мере исключается, оказывается искаженным.

Однако, как уже упоминалось выше, И. М. Сеченое считал мышечное чувство базисным, но не единственным, имеющим отношение к отсчетам времени. В значительной мере на его основе постепенно развивается восприятие времени слуховым анализатором, а также зрением. Сеченов полагает, «что непрерывные шумы во внешней природе служат, может быть, чувственным прообразом времени», а «тяжесть звуков находит объяснение в устройстве слухового органа». Слух как бы дополняет восприятие времени, осуществляемое мышечным чувством, разделяя с ним работу. Промежутки времени, заполненные звуковыми ощущениями, воспринимает слух, паузы между ними — мышечное чувство.

Эти представления И. М. Сеченова нашли блестящее подтверждение в исследованиях с так называемой «сенсорной депривацией», то есть в опытах, когда испытуемые находились в условиях резкого ограничения раздражений органов чувств.

Человека помещали в специальный бункер или он находился в пещере, куда не проникали, ни звуки, ни солнечный свет, и смотрели, как при этом он ориентируется во времени.

Наиболее значимыми в этом отношении являются опыты французского спелеолога Мишеля Сифра, которые он ставил над собой. Он спустился в пещеру, находившуюся на дне пропасти Скарассон, и прожил там в палатке два месяца. С поверхностью земли Сифр имел одностороннюю телефонную связь — он звонил, чтобы сообщить, который, по его мнению, час, что он сделал, сколько это действие заняло времени, что собирается делать дальше. Никакого ответа он не получал. Дежурные наверху вели журнал, где точно отмечали время каждого сообщения. В самые первые дни, когда Сифр обследовал пещеру, в которой расположился, и разные боковые ходы, его сообщения о том, что он считает, что уже 23 часа и ложится спать, или что он проснулся и сейчас 9 утра, не очень сильно отклонялись от истинного времени. Но вскоре Сифр сбился со счета, и дежурные вскакивали среди ночи, чтобы отметить, что, по мнению испытуемого, сейчас 9 часов утра и он готовит завтрак или 9 вечера и он ужинает. Сифр читал, слушал музыку, ходил по большой пещере, но постепенно впадал в апатию. Ощущение времени он потерял полностью— иногда ему казалось, что время летит, иногда — что замедлило свой ход, а иногда даже появлялось ощущение, что время перестало существовать.

Сифр за 58 дней и 17 часов отстал в отсчетах на 25 суток. Время для него шло почти в два раза медленнее. Такой просчет повлек за собой недоразумение — Сифр решил, что его хотят заставить прервать опыт раньше времени. Он даже заподозрил, что это делается по настоянию его матери, которая очень беспокоилась за него. Сифр долго и упорно отказывался подняться.

Опыт Сифра повторил его ученик Жан-Пьер Марете, пробывший в тех же условиях 174 дня. Для него время текло также в два раза медленнее — он отстал в отсчетах на 88 суток, хотя прекрасно знал об изменении течения времени у Сифра и мог бы внести коррекцию.

Такую поправку внесла в свои расчеты ученица Сифра Жози Лор, по не потому, что провела психологический пересчет, а потому, что масштаб времени ей помогли скорректировать месячные.

Зарубежные исследователи создавали и более жесткие условия изоляции от внешних раздражений. Испытуемые содержались примерно так, как это описывается в научно-фантастических романах, когда будущих космонавтов погружают в специальном снаряжении в резервуар с водой. При этом выключаются не только слуховые, обонятельные и зрительные раздражения, но также глубокое мышечное чувство и тактильная (осязательная) чувствительность. В этих условиях чувство времени нарушалось полностью, испытуемые даже не знали, спят они или бодрствуют, развивались галлюцинации. Большинство обследуемых отказывались продолжать эксперимент свыше 24–72 часов.

Что касается участия органа зрения в восприятии времени, то и здесь основную роль, по Сеченову, играют возникающие при работе зрительных рецепторов мышечные ощущения, поскольку человек, следя глазами за движущимся телом, упирает движущиеся оси глаз в перемещающийся предмет и передвигает их вслед за последним по всему пути его перемещения. Сеченов уподобляет зрительные оси двум очень длинным щупальцам, способным то вытягиваться, то сокращаться, повторяя вслед за предметом не только весь его путь, но и различные скорости в разных местах пути. Передвижение зрительных осей, будучи связано с движением глазных яблок, производится мышцами глаз, и глаз различает одновременно обе характерные черты движения — направление и скорость.

Современные исследования временных отношений с помощью зрения, то есть определение промежутка времени, необходимого для преодоления (обычно на автомобиле) заданного расстояния, показали, что они зависят от длины расстояния необходимого пробега (каппа-эффект) и от скорости (тау-эффект). Оказалось, что априорная оценка времени, необходимого для преодоления заданного расстояния при движении с заданной скоростью, тем точнее, чем выше скорость и короче расстояние. Иначе говоря, человек может произвести более точную оценку в тех случаях, когда расстояние, которое необходимо преодолеть (еще более сокращаемое за счет высокой скорости), оказывается в пределах, доступных непосредственному промеру «щупальцами» глаз. Когда. же эти промеры проводятся не на весь путь, а только на какой-то его отрезок, то оценка времени затрудняется.

Доказано, что время в момент движения кажется короче, чем в покое. Таким образом подтверждается высказанное крупнейшим русским физиологом А. А. Ухтомским (1875–1942) положение о спаянности в представлении человека интервала пространства от наблюдателя до предмета с интервалом времени, необходимым для преодоления этого пути.

В восприятии времени участвуют также тактильный анализатор, разрешающий выявлять последовательность событий, и, как правило, неосознаваемая интерорецепция — восприятие раздражений, идущих от сердца, легких, желудка и т. д., она как бы играет роль мышечного чувства внутренних органов.

Крупнейший физиолог И. П. Павлов (1849–1936) писал: «Как мы вообще отмеряем время? Мы делаем это при помощи разных циклических явлений, захода и восхода солнца, движения стрелок по циферблату часов и т. д. Но ведь у нас в теле этих циклических явлений тоже немало. Головной мозг за день получает раздражения, утомляется, затем восстанавливается. Пищеварительный канал периодически то занят пищей, то освобождается от нее, и т. д. И так как каждое состояние органа может отражаться на больших полушариях, то вот и основание, чтобы отличить один момент времени от другого»

Ритмическая активность — явление универсальное, она обнаруживается на любом уровне, включая клетку, В организме существует целый спектр ритмических процессов, имеющих различные периоды и образующих сложноорганизованную временную структуру. Тем самым организм располагает собственным внутренним отсчетом времени, осуществляемым в результате деятельности интерорецепторов. Однако подсчеты по этой системе недостаточно точны, что и показали многочисленные опыты, в которых исключались внешние раздражения.

Таким образом, в организме не существует специальных датчиков времени, но существует целый ряд способов его отмерить. Как же можно себе представить это отмеривание?

Академик П. К. Анохин (1898–1974) разработал представления о том, что для осуществления психической деятельности создаются функциональные системы— временные объединения различных образований мозга, которые по окончании этой деятельности больше не связаны между собой, а вовлекаются в новые функциональные системы.

Крупный советский нейрофизиолог академик Н. П. Бехтерева показала, что в этих функциональных системах существуют «жесткие» и «гибкие» звенья. «Жесткими» звеньями являются обязательные для данной деятельности образования мозга, работающие независимо от изменений и воздействий внешней среды. «Гибкие» звенья — образования, вовлекаемые в данную деятельность лишь в каких-то определенных условиях.

По всей вероятности, отмеривание временных интервалов, происходящее на постоянном фоне интерорецепции ритмических процессов в организме, осуществляется с помощью такого «жесткого» звена, как глубокое мышечное чувство, и «гибких» звеньев — других органов чувств.

Что касается слуха, то хотя он и играет важную роль в ориентации во времени, все же его роль по сравнению с мышечным чувством оказывается второстепенной, поскольку у глухих, в том числе и глухих от рождения, чувство времени развивается, а у оглохших может сохраниться не только ощущение времени, но и великолепное чувство ритма, как это, например, было у Бетховена.

В тех случаях, когда слух сохранен, а отсутствует глубокое мышечное чувство в результате исчезновения двигательного аккомпанемента слухового восприятия (как это наблюдается, например, при поражениях голосового аппарата у людей с нормальным слухом), нарушается восприятие ритма. Так что слуховые восприятия, так же как зрительные и тактильные, являются, скорее всего, «гибкими» звеньями системы отсчета времени, вовлекаемыми в деятельность этой системы в разной степени и в разных сочетаниях.

Возможность использования «гибких» звеньев, по всей вероятности, как раз и является механизмом обеспечения изменения масштаба времени деятельности мозг. а, как это бывает, например, при принятии решений в состоянии стресса, когда за краткий миг находится выход из казалось бы совершенно безвыходного положения, или в момент сновидений, когда течение времени может ускориться во много раз.

Что касается количественных оценок, то считается, что восприятие зрительных образов в лабораторных условиях и формирование ощущения происходят в интервале от 75 до 175 миллисекунд, тактильных ощущений — в интервале 15—100, а принятие решений — в интервале 150–225 миллисекунд.

Согласно исследованиям последних лет, восприятие времени происходит как на уровне сознания, так и на подсознательном уровне. При этом представления о прошлом связываются с механизмами памяти, которые, как считают нейрофизиологи, функционально связаны с поверхностными и глубокими структурами височной доли мозга. Восприятие настоящего (ощущение сиюминутного) имеет две формы. Первая — зависит от раздражений внешними воздействиями сенсорных (чувствительных) проекционных полей коры (зрительного, слухового и т. д.). Вторая — от сенсорных сигналов, идущих от собственного тела в виде постоянного (фонового) потока ощущений, и предположительно контролируется корой лобной доли. Кроме того, ощущение настоящего о определенной мере складывается из памяти о прошлом и предположений о будущем и связано с познавательными процессами, направленными как в прошлое, так и в будущее.

Восприятие (построение) будущего также соотносится с лобной корой, поскольку именно эта область организует распознавание и программы действий. Поскольку эти программы могут быть сохранены в памяти и воспроизведены, некоторые исследователи называют их памятью о будущем. «Репертуар» будущего основан на опыте прошлых событий и на представлении о текущем моменте. Он постоянно пересматривается и обновляется, оптимизируется.

Поражение различных отделов головного мозга в связи с теми или иными заболеваниями (опухоль, инфекция, кровоизлияние и т. д.) вызывает своеобразные симптомы нарушения восприятия времени. Так, например, при поражении височной доли у больного появляется ощущение, что все происходящее уже было, он все это уже видел, слышал. Повреждение височной и лобной долей сопровождается ощущением: все, что есть сейчас, уже было когда-то, еще будет вновь, то есть человек существует в настоящем, прошедшем и будущем одновременно.

В ряде работ советских исследователей Н. Н.Браги-ной и Т. А. Доброхотовой исследована роль правого я левого полушария в ощущении времени. Ощущение прошлого оказалось связанным с правым полушарием, будущего — с левым, а ощущение настоящего — с тем и другим. Поскольку осуществление любого действия начинается с плана, проекции в будущее, Н. Н. Брагкна и Т. А. Доброхотова говорят о движении нервных процессов слева направо. Составление плана-проекции в будущее является функцией левого полушария, затем в состоянии активности находятся оба полушария, осуществляя действия в настоящем. По окончании действия оно уходит в прошлое, откладываясь в памяти в правом полушарии.

Эти исследования были положены философом А. А. Логиновым в основу модели двух направлений течения времени у человека — реального «физического» времени развития с первых дней жизни (в котором движение идет от прошлого к будущему) и времени психической деятельности, совершающего движение от будущего к прошлому. При этом темп движения времени у разных людей различен, что связано со скоростью нервных процессов.

Многие авторы считают, что темп собственных нервных процессов может отражаться и на субъективном отсчете времени, так же как на этом отсчете отражаются особенности интероцепдии — ощущений, идущих от внутренних органов. Особое внимание уделяется влиянию частоты сердечных сокращений и дыхания. Оказалось, что индивидуальная тенденция к переоценке и недоотмериванию временных интервалов наблюдается преимущественно у лиц с высокой частотой сердечных сокрашений — 90—102 удара в минуту. Темп дыхания этих испытуемых— 19–22 дыхательных цикла в минуту. Недооценка и переотмеривание временных интервалов присущи лицам с относительно медленным пульсом — 58–62 удара в минуту. Темп дыхания у этих испытуемых колеблется в пределах двенадцати — четырнадцати циклов в минуту. У испытуемых с числом сердечных сокращений 70–82 и частотой дыхания 16–18 единой индивидуальной тенденции нет.

В различных условиях восприятие течения времени человеком должно меняться хотя бы потому, что меняется деятельность всего организма, в частности сердечно-сосудистой системы. Кроме того, огромное влияние на это восприятие оказывает степень заполненности промежутков времени деятельностью. Всем хорошо известно, как тянется время при скучной и монотонной работе и как оно летит, если работа нравится. Не одним и тем же время кажется ждущим и догоняющим. В карельской пословице говорится: «Идущему дорога длинна, ожидающему время дольше».

Суждение о длительности времени резко меняется, если речь идет о непосредственном переживании или воспоминании. Заполненное событиями время в момент переживания кажется коротким, но при воспоминании — долгим. Время, событиями не заполненное, в данный момент кажется долгим и промчавшимся, когда речь идет о воспоминании. Вероятно, отсюда и пошла поговорка: «Часы идут, дни бегут, годы летят».

Однако человек все-таки всегда более или менее точно ориентируется во времени суток (когда об этом задумывается) и даже может «заказать» себе, в какое время ему. следует проснуться. Отсчет времени происходит и во сне, хотя имеет свои особенности, на которых мы в дальнейшем остановимся, а пока рассмотрим, от каких факторов зависит восприятие и оценка времени в состоянии бодрствования.

Ощущение и оценка времени зависят у каждого человека от целого ряда факторов, в первую очередь — от возраста. У ребенка ощущение времени формируется постепенно, с накоплением опыта, при этом время кажется ему большим, ведь ребенок все время узнает что-то новое. Его минуты заполнены огромным количеством событий. У пожилых людей новизна мира давно угасла, среднее число новых событий в десятки раз меньше, чем у ребенка, и время течет убыстрение.

Что касается влияния пола, то, согласно психологу Б. Г. Ананьеву, у детей отмечается некоторая разница в распознавании длительности отрезков времени — мальчики распознают их точнее.

Разработанный нами специальный тест на интуитивное восприятие времени содержит вопросы о том, каким кажется время (большим или малым; активным или пассивным; радостным или печальным; тревожным или спокойным и т. д.). Ответы на них позволили сделать вывод: мужчины воспринимают время как непонятное, кажущееся, темное, а женщины — как понятное, реальное, светлое. Таким образом, восприятие времени женщинами более оптимистично.

По-разному воспринимают время лица с различной структурой ритма работоспособности — так называемые жаворонки (наиболее работоспособные с утра), совы (наиболее работоспособные вечером и ночью) и аритмики (не обладающие определенным ритмом). «Жаворонки» ощущают время как активное, большое, яркое. Их положительные оценки относятся и к настоящему, и к прошедшему, и к будущему. У «сов» представление об активном и большом времени сочетается с тревожным его восприятием и интересом к структуре времени. Положительные эмоциональные оценки относятся и к настоящему, и к прошедшему, и к будущему. У «аритмиков» время воспринимается как быстротечное, фактор активности выражен слабее, чем в двух других группах. Эмоционально положительно воспринимается прошлое и, главное, будущее, но не настоящее.

Суммируя все сказанное, можно заключить, что «жаворонки» относятся к числу людей оптимистичных и деятельных; «совы» — к числу людей тревожных, деятельных и философствующих; «аритмики» переносят свою деятельность в прошлое и будущее, а в настоящем малоактивны и тревожны. К ним с успехом могут быть отнесены пушкинские строфы:

Сердце в будущем живет;

Настоящее уныло:

Все мгновенно, все пройдет;

Что пройдет, то будет мило.

Наконец, временная перспектива зависит и от характера человека. Зарубежные психологи X. Манн, М. Зей-глер, X. Осмонд, основываясь на личностных особенностях восприятия времени, предложили следующую классификацию. Отталкиваясь от концепции К. Юнга о четырехмодальном восприятии мира (эмоции, мышление, ощущение, интуиция), они выделили четыре типа личности.

Эмоциональный тип. Время для представителей этого типа циркулирует следующим образом: прошедшее становится настоящим, а затем возвращается в прошлое как воспоминание. Поведенческие реакции определяет личное прошлое. Времена меняются, человек— нет. Людям такого типа кажется, что мир остается таким, каким он был в годы их молодости. Они оценивают события не по результатам, ибо для них только те события значительны, которые могут стать яркими воспоминаниями. Они предпочитают сильные переживания, пусть даже неприятные, слабым, хотя, может быть, и приятным. Все беды берут на себя. Трудно меняют первоначально сложившееся представление о человеке и все видят с позиций личных отношений.

Мыслительный тип. Эти люди тоже воспринимают время как идущее из прошлого в будущее, но их прошлое— это не личное, а отвлеченное, историческое. По их мнению, любое действие можно предпринять только после выяснения причин и следствий того или иного события. Такие люди живут в соответствии с принципами, Они придают основное значение преемственности и последовательности. Поэтому они стремятся к тому, чтобы все их поступки органично входили в некую единую концепцию и чтобы возможность случайности была сведена к минимуму. Быстрота действий не свойственна им. Предпочитают подумать. Часто бывают бездейственны в кризисных ситуациях, но если кризис длится, их способность справиться с такими ситуациями возрастает. Всегда планируют свои действия. Время и план для них — серьезный фактор. Создав свою теорию реальности, эти люди готовы отстаивать ее всеми силами, часто поддерживают свою версию, даже если соотношение сил не в их пользу. Они отвергают факты, которые не соответствуют их теории или разрушают ее силой логики.

Ситуативно-сенсорный тип. Люди этого типа воспринимают настоящее во всей полноте и игнорируют свой прошлый опыт. Хорошо справляются с кризисами, неожиданностями. Не очень задумываются над событиями и реакциями окружающих. Не способны ждать, «Ощущающий» человек не осознает длительности времени, в глубине души не воспринимает его движение, хотя может понять, что время движется. Только восприятие настоящего богато, полно, глубоко, и оно никогда не покидает таких людей. Они движутся от одного момента времени к другому посредством своих действий, а не течением времени. Невнимание к прошлому и будущему также объясняет стремление такого человека все к новым и новым ощущениям. Он предпочитает любое ощущение отсутствию такового. Именно это влечет его к постоянной деятельности. Трудно найти человека этого типа, который был бы ленив.

Интуитивный тип. Авторы при определении данного типа исходят из своего толкования интуиции. Интуиция, по их мнению, — это функция предвидения, оперирующая понятием «будет». Для человека интуитивного типа настоящее— всего лишь бледная тень, прошлое — туманно. Тот, кто относится к интуитивному типу личности, проводит жизнь, стремясь к горизонту. Он часто производит впечатление человека легкомысленного, непрактичного, нереалистического. Поскольку для «интуитивов» то, что будет, реальнее того, что происходит, они нетерпеливы. Перескакивают с одной деятельности на другую. Не осознают времени. Эти люди вдохновляют других видением будущего. В этом их величайший талант и источник их личного счастья. Но «интуитивы» обычно не считаются с тем, как видят будущее другие. Если у них появилось видение, они ни перед чем не остановятся, чтобы изменить мир в соответствии со своими убеждениями. Таким людям часто не хватает умения осуществлять свои представления о будущем. Жизнь, идущая своим чередом, представляется «интуитивам» летаргическим сном. Все, что ускоряет обычную жизнь, они приветствуют.

Авторы, приведя свою характеристику выявленных ими четырех типов личности, делают из своих исследований чрезвычайно значительные выводы, полагая, что все социальные конфликты проистекают из различного восприятия реальности и взаимного непонимания. Отсюда рецепт: уметь диагностировать описанные типы личности и, дифференциально подходя, научить каждого индивида понимать людей, не относящихся к его типу, не похожих на него.

Что касается определения точности восприятия длительности времени, американский ученый Франц Халберг создал простую и эффективную методику определения длительности «индивидуальной минуты». Человек считает про себя равномерно от одного до шестидесяти, так, чтобы каждая последующая цифра называлась в уме через одну секунду. Начиная считать, испытуемый пускает секундомер, который останавливает, досчитав до шестидесяти. В среднем «индивидуальная минута» составляет 58–62 секунды, однако длительность ее сильно варьируется как у разных людей, так и у одного и того же человека в связи с изменением общего состояния. При этом лица с высокими способностями к адаптации в условиях изменения внешней среды и высоких нагрузок (эмоциональных, интеллектуальных и физических) умеют «растягивать» время. Их «индивидуальная минута» чаще превышает минуту физического времени, колеблясь в среднем в пределах 58–70 секунд, достигая изредка 80–85. Лица с низкими адаптационными способностями ко всякого рода изменениям внешних условий и дополнительным нагрузкам чаще отсчитывают «индивидуальную минуту» ускоренно, и значения ее колеблются в среднем от 37 до 57 секунд.

Как любой другой физиологический параметр, длительность «индивидуальной минуты» меняется в течение суток, причем более четкий циркадный ритм отмечен у хорошо адаптирующихся лиц.

Любое недомогание, а заболевание особенно влекут за собой снижение длительности «индивидуальной минуты» (по сравнению с нормой данного лица), и это снижение тем больше, чем тяжелее течет заболевание.

Проходит время и во сне

Сон является временем отключения организма от активной деятельности и восстановления сил. Это процесс, во время которого происходит регуляция всех функций и систем, а также упорядочение временных отношений между ними.

Изучение изменений биоэлектрических процессов головного мозга во время сна проводится путем записи биопотенциалов с поверхности черепа (электроэнцефалограмма— ЭЭГ). В последние годы, после введения в практику лечения некоторых заболеваний с помощью так называемых вживленных (долгосрочных) электродов, регистрируются также и биопотенциалы глубоких; (подкорковых) структур мозга (электросубкортикограмма — ЭСКоГ).

Картина ЭЭГ и ЭСКоГ во время сна представляет собой смену волн различной частоты. Если в бодрствовании регистрируются в основном волны с частотой 7,5—12 в секунду (альфа-ритм) и более частые колебания — 13–30 в секунду (бета-ритм), то по мере засыпания активность становится все более медленной, появляются, а потом и преобладают в записи колебания с частотой 4–6 и 0,5–3 в секунду, а также так называемые «веретена сна» — вспышки колебаний частотой 34–16 в секунду. В зависимости от доминирования тех или иных частот выделяются I–IV стадии сна, называемые вместе медленноволновым сном. Но есть еще одна стадия, возникающая периодически, примерно каждые полтора часа, и как бы прерывающая медленноволновой сон на несколько секунд или минут, а затем исчезающая. Эта стадия называется парадоксальным сном, или стадией быстрых движений глаз (БДГ). Как видно из названия, в это время человек начинает двигать глазами. Парадоксальной стадия названа потому, что человек спит очень-очень глубоко (его труднее разбудить, нежели в стадию медленноволнового сна), а картина ЭЭГ соответствует тому, что наблюдается в бодрствовании. Таким образом, в стадии БДГ мозг пребывает в активном состоянии, но человек не просыпается и никакой деятельности не производит.

В глубокой древности индусы уже знали, что человек может находиться только в трех функциональных состояниях— бодрствования (когда он реагирует на все внешние раздражения), сна (когда он не реагирует ни на что) и сновидений (когда он реагирует на продукцию образов собственного мозга). Стадия БДГ и есть то состояние, когда человек видит сновидение, реже слышит или ощущает (ему кажется, что он сам двигается или к нему прикасаются).

Записывая ЭЭГ, исследователь точно знает, сколько времени человек находится в той или иной стадии сна, и может проследить, как в этих стадиях ощущается течение времени. Для этого при пробуждении испытуемого спрашивают: «Сколько времени вы спали?» или «Который сейчас час?», выясняют, какое сновидение видел человек в стадии парадоксального сна, сколько времени заняло бы действие, в нем бывшее, если бы оно происходило в реальной жизни. И что особенно интересно: почти каждому человеку когда-то снились длинные и богатые событиями сны, но спали люди непродолжительное время.

Что касается медленноволнового сна, то человек может довольно точно сказать, сколько он проспал, но па всегда. В ряде случаев человек совсем не знает, сколько спал, а судит только по тому, выспался он или нет. Но если испытуемый задает себе время, в которое надо проснуться (например, в 7 часов) или через которое надо проснуться (например, через 2 часа), то ему это вполне удается.

Таким образом, в медленноволновом сне время течет обычным образом, как в бодрствовании. Исследуя особенности течения времени в сновидениях у здоровых испытуемых и у больных, мы сопоставляли длительность стадии БДГ на энцефалограмме или на электросубкортикограмме с длительностью событий в сновидениях и обнаружили, что в каких-то случаях соотношение этих двух времен 1: 1, в каких-то—1:2–5; 1:10 и даже 1:50—100. Так, например, испытуемому, спящему под контролем записи ЭЭГ, нанесли раздражение на подошву левой ноги. Он немедленно проснулся, стадия БДГ, возникшая на ЭЭГ буквально в момент раздражения, длилась 6 секунд. Но за это время испытуемый успел увидать во сне, что он бежал за трамваем, прыгнул на подножку, оттолкнувшись именно левой ногой от земли (трамваи в то время были иной конструкции и на ходу впрыгнуть было можно), поднялся в вагон и заплатил за проезд. При самом экономном счете все эти события не могли занять в реальной жизни меньше 40–60 секунд, то есть отношение длительности реально протекшего времени, зарегистрированного на ЭЭГ (6 с), ко времени сновидения — 1:6 или 1:10.

В другом случае, когда проводилась во время сна запись ЭЭГ и ЭСКоГ у больного, которого лечили с помощью вживленных электродов, стадия БДГ длилась, согласно записи, 5 минут. Больной при этом начал стонать, беспокойно шевелиться и был разбужен. Оказалось, что в сновидении он шел лесом и за ним погнался волк, от которого он в страхе убегал. По количеству событий время сновидения текло 1:1. Пытаясь выяснить, чем отличаются сновидения, в которых меняется масштаб времени, от тех, в которых масштаб не меняется, мы исследовали корреляционные зависимости между активностью различных отделов коры и подкорковых образований. Оказалось, что в тех случаях, когда время в сновидении течет так же, как в бодрствовании, события развиваются в строго логическом порядке, деятельность структур четко взаимосвязана. Если же время в сновидении растягивалось, событий происходило во много раз больше, чем могло произойти за данный отрезок времени, события развивались как бы одновременно, переплетались, были отрывочны, и в логическую форму человек расставлял их последовательно уже наяву. При этом корреляции деятельности структур не обнаруживалось, каждая из них действовала как бы сама по себе. По-видимому, механизм растягивания времени з сновидениях заключается в том, что различные образования мозга включаются в деятельность не последовательно, а параллельно. Таким образом, в медленноволновом сне время течет самым обычным образом, а во время сновидений может произойти изменение шкалы времени, вследствие чего течение времени как бы замедляется.

Время покоя и время борьбы

Для восприятия времени не меньшее значение, чем функциональное состояние, имеет состояние эмоциональное, заинтересованность в деятельности, мотивация, наконец, вид и условия работы.

Значительно меняются отношение ко времени и его восприятие в зависимости от того, насколько человек может им сам распоряжаться. Люди меньше устают и более продуктивно работают на конвейере, если могут что-то изменять в ритме работы.

Неодинаково ощущение времени у спортсменов, занимающихся различными видами спорта. У тех из них, которые сравнительно мало зависят от внешних условий и сами планируют свои действия (стрелки, легкоатлеты и т. д.), чувство времени не отличается от такового у лиц, спортом не занимающихся. У единоборцев длительность минуты по мере занятий спортом уменьшается. У тех спортсменов, которые зависят от противников и товарищей (спортивные игры), длительность «индивидуальной минуты» в процессе спортивной деятельности обычно возрастает. Кроме того, у них повышен интерес к анализу структуры времени. Для шахматистов, которые должны строго следить за временем (не только своим, но и противника), затрачиваемым на ходы, характерно хорошее ощущение времени, длительность «индивидуальной минуты» у них в процессе тренировки увеличивается.

Следует отметить, что величина оцениваемого человеком отрезка времени зависит не от числа реально имевших место событий, а только от числа тех событий, которые известны, замечены им. Чем больше испытуемый уделяет внимания времени, тем длиннее оно кажется. Но если решается трудная и интересная задача, о времени забывают и оно кажется короче.

У практически здоровых людей в состоянии эмоционального напряжения могут изменяться восприятие времени, скорость двигательных реакций и опознавание образа. К числу стрессорных факторов относится, например, дефицит времени при работе за пультом управления ЭВМ или за рулем любого вида транспорта. В этих условиях время, за которое человек успевает понять, что за объект внезапно появился перед ним (время опознания образа), увеличивается более чем на 1/3 (с 0,76мс при опознавании в свободном режиме до 1,12 при опознавании в условиях дефицита времени).

Космонавты оценивают временные интервалы в условиях невесомости в зависимости от самочувствия и эмоционального состояния. В условиях плохого самочувствия отрезок в 24–26 секунд воспринимается как одна минута, в состоянии легкой эйфории отрезок в 35–40 секунд— как 15–20 секунд. Хорошо тренированнее космонавты отмеривают отрезки времени точно. Юрий Гагарин отрезок в 24 секунды воспринимал как 22, 23 и 21 секунду. Указанные закономерности так постоянны, что исследователи рекомендуют использовать результаты оценки времени для определения эмоционального состояния в стрессовой ситуации.

Обнаружены изменения оценок временных отрезков в сторону преувеличения при работе летчиков в спокойных условиях и в сторону преуменьшения по мере нарастания эмоционального стресса, при усложнении полетной обстановки.

Такое укорочение длительности протекающего времени в состоянии стресса отражает человеческие стремления сократить срок пребывания в ожидании, что нашло свое яркое выражение в словах Фауста, обращенных к Мефистофелю: «Пусть будет то, что суждено судьбой, бес, помоги, промчи мне время страха!» (Перевод Н. Л. Холодковского.)

Очень ярко укорочение длительности «индивидуальной минуты» обнаруживается у спортсменов, занимающихся всеми видами спорта, на старте, но только именно на самом старте, а не перед выступлением вообще. Наиболее отчетливо это укорочение отмечается у мотоциклистов, борцов, боксеров и дельтапланеристов. При этом успешность выполнения спортивного задания оказывается тем более высокой, чем более длительной была «индивидуальная минута» на старте.

В тех случаях, когда человек попадает в крайне опасную ситуацию, связанную с непосредственной угрозой жизни, как это бывает в профессиональной деятельности пилотов и водителей наземного транспорта или во время соревнований или тренировок по техническим видам спорта (мотокросс, автомобильные гонки, полеты на дельтаплане и т. д.), дело идет уже не только об изменении в малых пределах длительности «индивидуальной минуты», но об изменении самого масштаба времени.

Феномен изменения масштаба времени сводится либо к его «растягиванию» — тогда человек успевает в невероятно короткий срок не только принять решение, но и реализовать его, либо к «сжатию» — тогда человек не успевает сделать то, что вполне можно выполнить без спешки. Ситуации со «сжатием» времени описаны, например, в книге А. А. Леонова и В. П. Лебедева «Восприятие пространства и времени в космосе» (М., 1968). Два члена экипажа загоревшегося самолета погибли потому, что командир переоценил длительность промежутка времени между подачей им команды катапультироваться экипажу и собственным катапультированием, прежде чем он получил подтверждение, что команда принята. В состоянии страха время для него сжалось.

У спортсменов такое сжатие времени вызывает фальстарт — они преждевременно срываются с места. Некоторые парашютисты вообще не могут сделать затяжного прыжка, поскольку открывают парашют, допустим, через 8 секунд, будучи уверены, что прошло уже 15–20 секунд. Ю. А. Гагарин спокойно открывал парашют через 50,2 секунды при задании открыть его через 50 секунд.

Субъективное убыстрение времени бывает и при высоком напряжении. Так, А. А. Леонов при выходе в безопорное космическое пространство отметил, что время, отведенное для работы вне корабля, пролетело очень быстро, как 1–2 минуты.

Что касается субъективного замедления течения времени, исследование этого феномена проводилось на летчиках, которые не подозревали, что ведут самолет с двойным управлением, Неожиданно для пилота выключалась приборная доска, а самолет бросали в пике, то есть через 40 секунд он должен был бы врезаться в землю. Многочисленные скрытые телекамеры фиксировали каждое движение испытуемого летчика.

Было выявлено три типа реакций:

паника и паралич деятельности (пилот бросал управление);

поиск выхода методом тыка (пилот беспорядочно дергал ручки управления; этим методом можно было вывести самолет в нужное положение примерно в течение двух минут);

мгновенное верное решение (пилот сам выводил самолет в нужное положение за несколько секунд).

На вопросы «Почему и как пилот принял верное решение?» и «Сколько времени прошло, прежде чем был окончен маневр?» все удачно выполнившие задание летчики ответили однозначно: «Перебрал в уме варианты, прошло около двух минут». Значит, для них прошло две минуты, а телекамеры запечатлели время в несколько секунд.

Аналогичные данные были получены при исследовании дельтапланеристов. Удачно выполненные полеты, во время которых нередко возникали сложности, им казались более продолжительными, чем это было на самом деле. Сопоставление длительности полета и длительности «индивидуальной минуты» показало, что имеются два разных механизма удлинения времени — небольшое увеличение длительности минуты и резкое, кратковременное изменение масштаба времени.

Вспомним об изменении масштаба времени в сновидениях. Это позволяет предположить, что в момент смертельной опасности мозговые образования не просматривают поочередно разные версии, а создают эти версии поведения разом, параллельно. В сознание «к исполнению» поступает та единственная, которая ведет к спасению. Такое состояние не бывает длительным, скорее всего — во избежание дурных последствий для мозга.

Что это действительно так, показывает проведенный нами анализ особенностей принятия решений в условиях реальной опасности. Для данной ситуации характерно следующее:

1. Решение принималось при осознании наличия опасности, необходимости действовать, в состоянии тревоги, но не страха. Глубина опасности и все последствия не рассматривались, все внимание фокусировалось исключительно на том, что следует предпринять. При: этом четко представлялась конечная цель. Это состояние точно описано космонавтами Г. Береговым и В. Пономаренко в статье «Профессия одержимых» (Коммунист, 1980, № 4), где приводится высказывание летчика-испытателя со стажем более сорока лет, считающего главным «умение в минуту опасности хладнокровно рассуждать, думая о том, что необходимо сделать, а не о том, что со мной может быть».

2. Время принятия решения очень короткое (внезапное озарение), человек может даже начать действовать прежде, чем сам поймет, что решение принято.

3. Решение воспринимается как безусловно правильное и единственно возможное. Убежденность принявшего решение заставляет окружающих бездоказательно ему следовать (даже если решение принял неофициальный лидер группы).

4. Принятое решение в первое мгновение необъяснимо. В дальнейшем возможно: додумывание доказательств, отказ от попытки объяснить, почему решение было именно таким; если человек был один, то, кроме двух первых вариантов, возможна амнезия — человек вообще не понимает и не помнит, как вышел из создавшегося положения.

5. Для принятия решения в условиях реальной опасности, по-видимому, необходима определенная психологическая структура, в частности — задержанная реакция страха. Вообще эмоциональные реакции и сопутствующие им (или определяющие их) изменения биопотенциалов мозга требуют энергетических затрат и развиваются несколько отставленно во времени, однако в данном случае имеет место крайняя степень выраженности этого явления. Принявший и осуществивший решение человек нередко только через много часов начинает осознавать, что могло бы случиться, и тогда переживает уже непонятное для окружающих потрясение.

6. Человек, раз осуществивший принятое решение в опасной ситуации (но не в состоянии парализующего ужаса), стремится повторно попасть в соответствующую ситуацию, даже если, что случается нередко, его заслуги не были признаны и его поведение в предыдущий раз не заслужило общественного одобрения и поощрения. Принятие решения уже является своего рода наградой.

Следовательно, в условиях, когда имеется высокая мотивация принятия решения и конечная цель его ясна, включается механизм, обеспечивающий мгновенность решения. Решение принимается за счет одновременного параллельного (а не последовательного, как обычно) рассмотрения вариантов. При этом в сознании фокусируется только тот единственный вариант (если он достигнут!), который совпал с моделью идеального результата. Все остальные результаты, а заодно и все доказательства просто стираются как шум. Этот результат может быть и не достигнут, кроме того, не на все случаи жизни принципиально есть решения, но мы такие случаи не рассматриваем. Если же решение принято, оно возникает не столько как «перебор» уже готовых реакций (хотя такой «перебор», несомненно, тоже происходит), но в первую очередь как замыкание случайных связей и выбор из огромного числа возникающих решений наиболее удачного.

Таким образом, хотя скорость процессов переработки информации может не меняться, за счет процесса «параллельного анализа» человек имеет дело как бы с другим масштабом растянувшегося для него времени. Вступает в силу так называемое «бергсоновское время» — время как поток взаимно перекрещивающихся событий, в котором для создателя кибернетики Н. Винера существует не только живой организм, но и современный автомат.

Владеть своим временем можно и нужно

Что такое «свое время»? Это то время, которым располагает каждый индивидуум от рождения до смерти и которое каждый использует с разным успехом. Один успевает открыть Америку, другой не успевает открыть ни одной книжки.

Единственно, в чем люди необычайно схожи, — они одинаково жалуются на недостаток времени. И в этом все винят время и никто не винит себя. Однако во все века, в том числе и в наш, жили и трудились люди, которые в отпущенное им время успели совершить колоссально много. Назовем только три имени: Владимир Михайлович Бехтерев, Константин Эдуардович Циолковский, Николай Иванович Вавилов.

Владимир Михайлович Бехтерев (1857–1927) — человек, занимавшийся таким количеством медико-биологических и смежных дисциплин (общая биология, анатомия, физиология, невропатология, психиатрия, психология, педагогика, юриспруденция и т. д.), что один мог быть «медицинским институтом». Его перу принадлежит 613 работ на русском языке, многие из них были опубликованы и за рубежом, в личном архиве имеется еще свыше тысячи единиц хранения. В. М. Бехтерев организовал около 30 научных и научно-учебных институтов, клиник, лабораторий, причем некоторые из них ученый строил в прямом смысле слова, начиная не только с закладки здания, но даже с осушения участков земли.

К 1927 году, году его смерти, в Ленинграде существовала сеть из двенадцати созданных им учреждений, объединенных в Государственную психоневрологическую академию. При этом В. М. Бехтерев постоянно оставался практическим врачом, оказывал помощь огромному числу больных в психиатрической и неврологической клиниках.

Константин Эдуардович Циолковский (1857–1935) — пионер в области исследования Космоса. Ему принадлежит около четырехсот опубликованных работ по космонавтике, экспериментальной аэродинамике, теории полета аэроплана, ракетодинамике, геофизике, биологии, философии и языкознанию, социологии и этике, астрономии и многим частным проблемам техники. Во много раз больше неопубликованных работ хранится в архиве. При этом наукой К. Э. Циолковский всю жизнь занимался урывками, зарабатывая хлеб для своей большой семьи нелегким учительским трудом (кстати, педагог он был превосходный). Из этих же денег он выкраивал средства на приобретение материалов и реактивов, необходимых для проведения исследований.

Николай Иванович Вавилов (1887–1943) — биолог, генетик, растениевед. Создал более десятка опытных селекционных станций. Организовал (и обычно сам участвовал) 180 экспедиций по сбору растений в Советском Союзе и за рубежом — в Америке, странах Средиземноморья, Северной Африке, Абиссинии. За экспедицию в Афганистан (1924) Русское географическое общество присудило ему золотую медаль имени Н. М. Пржевальского с многозначительной надписью: «За географический подвиг».

В результате работы на всех пяти континентах к 1940 году им была собрана коллекция растений, насчитывавшая 200 тысяч образцов. Перу Н. И. Вавилова принадлежит большое количество научных трудов, многие из них остались незаконченными в связи с арестом ученого. Вклад Н. И. Вавилова в науку столь значим, что столетие со дня его рождения по решению ЮНЕСКО отметила вся мировая общественность. За свою не слишком долгую жизнь Н. И. Вавилов успел сделать очень многое. Его любимым выражением было: «Нужно взвалить на себя как можно больше, это лучший способ как можно больше сделать».

Итак, три крупных русских ученых, три человека, внесших колоссальный вклад в науку. Вероятно, читатель возразит: «Они же были гениями». Да, это правда, но именно про таких людей Христофор Колумб сказал, что гений тем и отличается от посредственности, что делает то, что любой другой мог бы делать.

Так много, как они, сможет успеть далеко не каждый, но люди должны планировать свое время, наполнять смыслом каждое мгновение. Тогда отпадет нужда писать печальные стихи о потерянном времени, как это сделал поэт Георгий Константинов в «Балладе о потерянном времени»:

Потерянное время? О нем спросить хотите вы?

Оно давно оплакано в пещерах сталактитами…

Его матросы видели в стране Аборигении —

гуляющим беспечно в лесу благих намерений…

Оно в песках нубийских — замеченное совами —

все пирамиду строило… Спокойно… Вверх основами…

В акрополях ищите… На отмелях коралловых…

В средневековых шхунах, что превратили в бары мы…

В подвалы, в голубятни оно входило с радостью,

в творенья полноводные бесчисленных бездарностей…

Но где-то пробежало оно, как сумасшедшее…

Поскольку было будущим… И вот — уже прошедшее…

А может, в чьем-то важном зевке оно скрывается…

Или в акульем брюхе!.. Иль в парике красавицы!..

Потерянное время? Да, было здесь…

И вдруг исчезло в направленье туманном

Север — Юг.

Самым первым секретом правильного использовании времени является увлеченность своим делом или хоти бы добросовестное исполнение работы.

«Разница между усилиями, которые тратятся на посредственное и хорошее выполнение работы, весьма не велика, не говоря уже о том, что в обоих случаях почти всегда затрачивается одинаковое количество времени. Зато различие между плодами того или иного отношения к делу поистине колоссально: человек приобретает репутацию либо лентяя, либо отличного работника. Говоря попросту, если все равно надо куда-то идти, имеет смысл слегка прибавить шагу, чтобы оказаться первым». Эти слова принадлежат профессору И. Саркизову-Саразини и очень созвучны восточной мудрости, которая гласит:

У тех, кто трудится до пота,

Раз-два — кончается работа.

У тех, кому работать лень,

Кончается рабочий день.

Планирование времени может быть аккордным на данную деятельность или на весь тип жизни. Планирование конкретной работы должно идти не от настоящего времени к будущему, а от будущего «часа ноль», к которому приурочен момент окончания работы, подобно тому, как военачальник назначает день и час баталии, а задача командиров — привести к этому моменту на нужные позиции боеспособные и укомплектованные войска.

Если работу надо сдать через месяц, то, чтобы успеть к этому сроку (учитывая необходимость оформления документации и возможные неполадки), она должна быть сделана наполовину через 10 дней.

Кроме планирования сроков работы необходимо планировать и ее темп. Правильно заметила Мариэтта Шагинян: «Планировать темп значит видеть не только данный факт, но и целевое назначение этого факта. Возьмем простейший случай планирования темпа — лошадиные бега… скорость надо развивать медленно и с запасом, уметь рассчитать момент, когда можно перегнать противника без риска потерять быстроту. Возьмем другой простейший случай планирования темпов, когда цель меняется… цель — остановить лошадь… Выиграть время в данном случае, то есть максимально экономнее подойти к цели, — это значит пустить лошадь нести некоторое время, пока она не ослабит гонки и не даст легко себя остановить. Оба примера указывают на различные темпы, хотя имеют в себе нечто общее, а именно: скорейшее завоевание времени в обоих случаях идет не по прямой».

Таким образом, не всегда нужно просто «гнать», но все-таки стремление все делать быстро — характерная черта всех тех, кто успел сделать многое в жизни. И в первую очередь — быстро думать. Наполеон любил говорить, что его превосходство в сражениях зависит от того, что он думает быстрее, чем другие.

Такого же мнения придерживался и Суворов. «Я действую не часами, а минутами, — говорил он. — Одна минута решает исход баталии, один час — успех кампании, один день — судьбы империи». Его борьба с «немогузнайками» была борьбой за скорость мысли солдата, Те же требования предъявлял Суворов и к офицерам. «Спешите, ваше сиятельство, — приказал он однажды генералу, — деньги дороги, жизнь человеческая еще дороже, а время дороже всего». Сам он даже в староста не ходил, а бегал, не ездил, а скакал, не обходил стоящий на пути стул, а перепрыгивал через него.

Но такое стремление заполнить деятельностью свой день и свой век свойственно только людям трудолюбивой души. Восточная мудрость гласит: «Если лошадь ленива, ей тяжела и грива», «Ленивый поученьями замучит того, кто что-нибудь ему поручит».

Наиболее частый и общепринятый способ зря тратить время — это выбирать, что делать нужно, а что не нужно, что интересно, а что не интересно. Постоянно интересных занятий нет. И всегда скучна та работа, которую делают плохо.

Кроме того, чем больше работы, тем напряженнее труд, дела не откладываются, а складываются во времени. «Я не могу работать, не отрывая постоянными урывками свой ум от специального предмета и не читал постороннего. И всегда — во время приготовленья к экзаменам и спешных работ — я перечитывал гораздо больше книг, чем в обычное время», — писал академия В. И. Вернадский, создатель биогеохимии и учения о ноосфере.

Такое уважительное отношение и ко времени, и к делу (любому делу!) позволило В. И. Вернадскому реформировать минералогию, наполнить содержанием геохимию, создать заново биогеохимию и радиогеологию, О В. И. Вернадском говорят, что после Ломоносова это едва ли не единственный человек в ученом сообществе нашего Отечества, который в XX веке представлял в своем лице Академию наук.

К сожалению, обычно со временем обращаются небрежно, так, как об этом с горечью написал в своих стихах Василий Захарченко:

Дай время мне взаймы —

Верну попозже.

Да разве знаем мы,

Что нам дороже?

Мы то, что наверху

Лежит как бремя,

Хватаем, чепуху

Сменив на время.

Оно за пустельгой

Встает на смену

Правдивости нагой —

Бесценной.

Не понимаешь ты,

Что обворован,

Что выхода из нищеты

Нет никакого,

Что времени

Ни дать, ни взять,

Ня выкрасть.

Безвременья печать

Обвыклась.

И, торжествуя над тобой,

Как ржою въелась,

А ты уже не молодой.

Ты — зрелость!

Осталось времени, поди,

Немного.

И забываешь: впереди —

Дорога.

Но вернемся к вопросу о планировании времени на всю жизнь. Хорошо, активно работающие люди это планирование проводят автоматически, они просто приучены (или привыкли) не терять ни минуты.

Но был очень оригинальный ученый, Александр Александрович Любищев, занимавшийся математизацией биологии, который ежедневно в течение 56 лет (с 26 лет до своей смерти, последовавшей в 82 года) записывал расход времени на работу, на вспомогательные дела, чтение, письма, слушание музыки, общение и т. д. Ежедневный учет занимал несколько минут, ежемесячно и ежегодно он составлял для себя отчет и смотрел, на что ушло его время. И планировал время вперед. А результатом была высочайшая работоспособность— полторы тысячи часов в год только основной научной работы, примерно по 6 часов в день. Благодаря своей системе он высвобождал время и для книг, и для прогулок, и для музыки, и для путешествий.

Д. Гранин в повести «Эта странная жизнь» пишет: «…его Время было не Временем достижений, не Временем успехов. Он не мерил себя количеством достигнутого. Для него важен был, скорее, процесс приближения к истине, процесс ее выявления. И в этом смысле его Время выступало для него как Время, которого всегда достаточно. Времени не могло быть мало, потому что любое Время для чего-то достаточно». И далее: «Он любил Время как возможность творения и относился ко Времени благоговейно, и притом заботливо, считая, что совсем не безразлично, на что его, это Время, употреблять. Оно, Время, обладает каким-то нравственным качеством. Время потерянное — это Время, отнятое у науки, у людей, на которых он работал. Время— самая большая ценность, верил он, и нелепо тратить его для соперничества или для удовлетворения своего самолюбия».

Вероятно, система А. А. Любищева неповторима, возможно, ее повторять и не следует; каждый сам для себя должен, если хочет, создавать свою личную, ему удобную систему.

Так или иначе, не следует хищнически обращаться со временем своей жизни, памятуя старинные английские поговорки: «О, простак, когда тебе, еще мальчику, вручили две драгоценности — время и хороший совет, ты одно потерял, а второе отбросил!», «Потерянное время найти никогда нельзя», «Одно сегодня стоит двух завтра».

При всем безграничном стремлении к покорению природы время относится к числу вещей, нам вовсе не подчиняющихся. Что бы мы ни делали, если нет к нему уважения, оно просто уходит. И надо действовать, пока оно не ушло, помня стихи Николая Рубцова:

Мы сваливать

не вправе

Вину свою на жизнь.

Кто едет,

тот и правит,

Поехал — так держись!

В переводе на язык современной психологии основная идея этого стихотворения заключается в том, что человек должен обладать внутренним контролем собственного поведения, то есть уметь принять решение и нести за него полную ответственность.

Те, кто обладает внутренним контролем, понимают причинно-следственные связи между своими действиями и достижением желаемого результата и, поступая так или иначе, ожидают естественных последствий.

Те, кто им не обладает, воспринимают события не как результат своих действий, а как цепь случайностей, удары или подарки судьбы, злую или добрую волю других людей — словом, считают: то, что с ними происходит, от них самих мало зависит. Такие люди не владеют своим временем, поскольку не понимают, что же им делать, и не предвидят неминуемых последствий своих поступков.

Между тем жизнь полна бесчисленных возможностей — можно прочитать книгу, пойти в театр, отправиться в путешествие, заняться спортом, построить дом, рассчитать траекторию космического полета, писать стихи, да мало ли еще что — на любой вкус.

И вот одни люди используют свое время на то, чтобы превратить в действительность представляющиеся возможности, а другие печально сидят, причитая, что время проходит (или уже прошло) зря, что жизнь течет мимо. Да и как мечтам превратиться в реальность, ежели человек палец о палец не ударил для их воплощения! Растерянность перед неумолимым временем — вот все, что остается пассивным натурам. Эта растерянность прекрасно передана в стихотворении Марины Цветаевой «Минута»:

Минута: минущая: минешь!

Так мимо же, и страсть и друг!

Да будет выброшено ныне ж —

Что завтра б — вырвано из рук!

Минута: мерящая! Малость

Обмеривающая, слышь:

То никогда не начиналось,

Что кончилось. Так лги ж, так льсти ж

Другим, десятеричной кори

Подверженным еще, из дел

Не выросшим. Кто ты, чтоб море

Разменивать? Водораздел

Души живой? О, мель! О, мелочь!

У славного Царя Щедрот

Славнее царства не имелось,

Чем надпись: «И сие пройдет» —

На перстне… На путях обратных

Кем не измерена тщета

Твоих Аравии циферблатных

И маятников маята?

Минута: мающая! Мнимость

Вскачь — медлящая! В прах и в хлам

Нас мелящая! Ты, что минешь:

Минута: милостыня псам!

О, как я рвусь тот мир оставить,

Где маятники душу рвут,

Где вечностью моею правит

Разминовение минут.

Но пренебрегать временем — очень опасный вид бессовестности, хотя и весьма распространенный. Жорж Сименон в своем эссе «Я диктую» пишет:

«„Провести время", „заполнить время", „убить время" и т. д. и т. п.! Эти и многие другие выражения — разговорные, но они все представлены в словаре. Словно люди, которым и так отпущено совсем немного времени для жизни, ожесточились и жаждут его «убить!»

Такая позиция поражает меня. Я диву даюсь, когда вижу, как люди гоняют по улицам на машинах только для того, чтобы просто гонять, чтобы управлять огромным механизмом, с которым человек справляется более или менее удачно, но который при случае может и убить его. Я изумляюсь и тогда, когда вижу, как люди в кафе забавляются раскрашенными квадратиками картона, именуемыми картами. И поражался, когда наблюдал за мультимиллионерами, убивающими время в казино и просаживающими там чудовищные деньги.

Менее часто можно услышать и другое выражение, не зарегистрированное в словаре: «наслаждаться временем», а еще реже «„смаковать" каждый миг и те маленькие радости, которые он может дать».

Но просто жить с открытыми глазами, жадно — какое это чудо, какой подарок!»

Именно об этом писал жизнелюбивый Омар Хайям, понимавший, что человек владеет временем только тогда, когда действует:

За мгновеньем мгновенье — и жизнь промелькнет…

Пусть весельем мгновенье это блеснет!

Берегись, ибо жизнь — это сущность творенья,

Как ее проведешь, так она и пройдет[37].

Фактически время всегда должно быть действием. Под действием в этом случае понимается, конечно, не постоянное движение, а внутренняя активность, в отличие от внешней активности, занятости[38], продуктивное использование своих человеческих потенций. Быть активным — значит проявлять свои способности, талант, все богатство человеческих дарований, которыми, хотя и в разной степени, наделены все люди, страстно стремиться к чему-либо.

Все эти стремления можно охарактеризовать одним словом — «быть». Применительно ко времени это значит максимально использовать его для реализации всех своих способностей. Все, что расходуется, не пропадет.

Психолог Эрих Фромм в книге «Иметь или быть?» описал два модуса существования, упомянутые в заглавии, два разных вида самоориентации, ориентации в мире, две структуры характера. Существование по принципу обладания сводится к стремлению сделать весь мир объектом владения, превратить всех и вся, в том числе самого себя, в свою собственность. Такой человек имеет жену, детей, должность и звание, положение, дачу, машину… Но имеет все это как бы отдельно от себя, «при себе».

Существование по принципу бытия — это прежде всего принадлежность к действительности, причастность к миру, который человек творит. Такой человек является мужем, отцом, заведует кафедрой, обустраивает дом, ремонтирует и реконструирует машину…

Человек модуса «иметь» есть то, что он накопил, и, потеряв имущество, должность, положение, теряет все.

Человек модуса «быть», потеряв все, остается самим собой и начинает все заново. Это о нем сказано в четверостишии Расула Гамзатова:

Не собрал ни казны, ни скота, ничего

Бедный горец, лежащий под этим холмом.

Где-то песни поют — это песни его.

Где-то песни поют — это песни о нем.

Модус «иметь» соответствует существованию в пассивном, «остановленном» времени обладания; модус «быть»— в активном времени полнокровного бытия, во времени, которым человек распоряжается по своему усмотрению и которого ему хватает для свершения задуманных дел.

Согласно Э. Фромму, оба способа существования есть потенциальные возможности человеческой природы, при этом биологическая потребность в самосохранении приводит к тому, что чаще берет верх принцип обладания. Но людям присуще и глубоко укоренившееся желание быть, то есть реализовывать свои способности. Более того, люди готовы приносить жертвы ради других. И это свойство эволюционно запрограммированно еще в те далекие времена, когда возникла сложная форма приспособления к внешней среде — организованное поведение стада, стаи, прайда, рода, племени. Выделяются вожак, его приближенные, средняя масса, аутсайдеры (парии). Но при этом стая, а вожак в особенности, проявляет заботу о каждом члене сообщества, заботу, доходящую до самопожертвования. Так, например, широко известны случаи, когда вожак отправлял стадо в одну сторону, а сам уходил в другую, отвлекая на себя охотников.

В книге П. Кропоткина «Взаимная помощь как фактор эволюции» рассматривается взаимопомощь в сообществах животных (сообщество птиц для перелетов и гнездования, охотничьи сообщества волков и других хищников, сообщества грызунов и обезьян), а также взаимопомощь в людских коллективах (среди так называемых «дикарей», среди варваров, в средневековом городе, в современном обществе). II. Кропоткин подчеркивает, что взгляд на взаимопомощь как на фактор эволюции не противоречит взглядам Ч. Дарвина, который в книге «Происхождение человека» писал: «Те общества, которые содержат наибольшее количество сочувствующих друг другу членов, будут наиболее процветать и оставят по себе наибольшее количество потомков». Американский антрополог Майер полагает, что это вполне нормально, поскольку естественный отбор идет па уровне популяции, рода, вида, но не отдельной особи. Та популяция, в которой жертвенных особей в минуты каких-то опасностей не оказывается, рано или поздно обречена на вымирание. В качестве примера из истории человечества может быть взят Древний Рим, первоначально — республика со строгими законами нравственности и организацией знаменитой римской когорты, в которой воины шли сомкнутым строем и каждый своим щитом, надетым на левую руку, защищал не себя, а соседа слева. В ту пору Рим был непобедим. А когда нравственные законы сменились всеобщей распущенностью, варвары (гораздо хуже вооруженные, но спаянные родовой организацией) опрокинули Рим.

Возвращаясь к особенностям поведения людей модуса «быть», мы еще раз должны подчеркнуть их стремление к самоотдаче, самопожертвованию, единению с людьми. Для них страшнее смерти быть отверженным, как это сказал Сократ, предпочтя чащу цикуты побегу из Афин.

Естественно, людей, у которых явно преобладает один из двух модусов, меньшинство. В большинстве же реально присутствуют обе возможности в тех или иных пропорциях. Соответственно и возможности владения своим временем у разных людей значительно различаются, колеблясь от полного неумения им управлять до значительного контроля над ним.

Те, кто не может и, в общем, даже не пробует управлять временем, всегда спешат. Василий Захарченко прекрасно подметил эту особенность в стихотворении, которое так и называется — «Как я спешил»:

Как я спешил…

О боже, как спешил.

Не жил — спешил.

Дружил — спешил.

Грешил — спешил.

Любил — спешил,

Да так, что в бесконечной спешке

Не замечал, где правда, где насмешки.

Кто своим временем распоряжается, всегда подсознательно понимает, что над природой можно властвовать, только повинуясь ей. А над временем властвовать— только повинуясь ему. Иначе быть не может, поскольку человек — часть природы, и его время — только небольшая часть необъятного времени, тесно слитая с ним.

М. Волошин в своем стихотворении «Дом поэта» писал:

Весь трепет жизни всех веков и рас

Живет в тебе. Всегда. Теперь. Сейчас.

И пусть не просто живет, а работает вместе с тобой, говорил С. Маршак.

Столетья разрешаются от бремени.

Плоды приносят год, и день, и час.

Пока в руках у нас частица времени.

Пускай оно работает для нас!

Пусть мерит нам стихи стопою четкою, Работу, пляску, плаванье, полет И — долгое оно или короткое — Пусть вместе с нами что-то создает.

Но создавать время может только вместе с природой и человеком, через их действия. Поэтому для человечества в целом и для каждого человека ощущение времени очень важно. Очень интересный анализ этого вопроса дан в повести Ю. Олеши «Зависть»: «Я думал, почему злятся люди или обижаются. У таких людей нет понятия о времени. Тут незнакомство с техникой. Время — ведь это тоже понятие техническое… нужно понимать время, чтобы освободиться от мелких чувств. Обида, скажем, продолжается час или два. У них хватает воображения на год. А на тысячу лет они не разгонятся. Они видят только три-четыре деления па циферблате, ползут, тычутся… Куда им! Всего циферблата не охватят. Да вообще: скажи им, что есть циферблат, — не поверят!.. Надо обижаться не в промежутке двух делений, а во всем круге циферблата… Тогда нет разницы между жестокостью и великодушием. Тогда есть одно: время. Железная, как говорится, логика истории. А история и время одно и то же, двойники… Я говорю: главным чувством человека должно быть понимание времени».

Что же касается способов управления временем — это по сути методы регуляции своих действий. Примером такого успешного управления деятельностью являются «Правила поведения», которые выработал для себя французский философ, физик, математик, физиолог Репе Декарт (1596–1650), считавший, что необходимо:

1. Повиноваться законам и обычаям своей страны.

2. Оставаться наиболее твердым и решительным в своих действиях; раз приняв какое-либо решение, хотя бы даже сомнительное, следовать ему, как если бы оно было вполне правильным.

3. Всегда стремиться побеждать скорее себя, чем судьбу, изменяя свои желания, а не порядок мира, и вообще привыкнуть к мысли, что в полной нашей власти находятся только наши мнения и что после того, как мы сделали все возможное с окружающими нас предметами, то, что нам не удалось, следует рассматривать как нечто абсолютно невозможное.

Таким образом, Декарт считал необходимым не критиковать, а исполнять правила и законы; не тратить время на сомнения и метания, а упорно работать, предъявляя требования прежде всего к себе. Уточнять свои обязанности и свято их выполнять, а не заниматься непрерывной борьбой за свои права.

Декарт из всей логики принял для себя четыре правила:

1. Не принимать за истинное что бы то ни было, прежде чем не убедишься, что это так.

2. Делить каждую из рассматриваемых трудностей на столько частей, на сколько потребуется, чтобы лучше их разрешить.

3. Идти от простого к сложному («как по ступеням» от познания предметов простейших).

4. Делать всюду настолько полные перечни и такие общие обзоры, чтобы быть уверенным, что ничто не про-пущено.

При всей простоте этих правил они колоссально экономят время для любой работы, а не только научной (которой эти правила посвящены). Особенно важно первое из них, которое можно перефразировать следующим образом: «Не придерживайся собственного мнения, прежде чем ты его не составил». Огромное количество жизненных неудач и пустой (если не трагической) траты времени связано с претензией людей иметь собственное мнение по любому вопросу. И даже тогда, когда они понимают, что глубоко ошибались, вместо того чтобы разобраться по существу, начинают длительные обсуждения вопроса — почему они думали иначе. Человек губит массу времени, подменяя труд мысли размышлениями ни о чем.

Далее, человек владеет своим временем тогда, когда достигает высокой квалификации в своем деле. А еще лучше, если он каждому делу отдает все свои силы и возможности.

Чисто практическими приемами контроля траты времени являются дневники, с помощью которых люди волей-неволей оценивают свою деятельность, и переписка с друзьями. Сегодня той же цели в некоторой мере служат записи запланированных встреч и дел. Следует усиленно рекомендовать планирование (хотя бы мысленно) дел на текущий месяц, неделю или день. При этом необходимо провести ранжировку планируемых заданий по их значимости — от тех, которые выполнить за избранный промежуток времени совершенно необходимо, нужно, желательно, до тех, которые хорошо бы выполнить, если удастся. Это очень важно. Поскольку любые планы неизбежно выполняются не на все 100 процентов, в шуме суеты мелкие дела легко могут заслонить крупные.

Следует, наконец, еще раз подчеркнуть, что действовать человек может только в настоящем. Прошлое он изменить не в силах, над будущим пока еще не властен. Управлять своим временем он может от момента начала действия до момента его окончания. А пока он ничего не делает, время течет само по себе. Пока длится настоящее, человек должен тратить его с толком, помня, что:

За двенадцать секунд можно город снести,

Можно выстроить полк, можно двинуться в путь,

За двенадцать секунд можно город спасти,

За двенадцать секунд можно просто зевнуть.

Примечания

1

Движение по кругу заблудившегося человека объясняется тем, что у правшей правая нога делает более широкий шаг, чем левая (у левшей, соответственно, левая шагает шире, чем правая), и в результате человек постепенно отклоняется в сторону. Это хорошо видно по тропинкам, которые человек протаптывает, сначала не замечая, что он отклоняется от пути, а потом, заметив это, спрямляет их, некоторое время двигается прямо, а потом опять начинает отклоняться.

2

Олав Великий — норвежский король, живший в X веке, потомок Гарольда Гаргафа. Предводительствовал в набегах викингов на Англию, Ирландию и Францию. С 995 г. насаждал христианство в Норвегии.

3

Золотое сечение — эмпирически найденное соотношение, при котором отрезок любой длины, условно принятый за единицу, делится на две части в отношении 0,618: 0,382. При этом общая длина отрезка, в ' свою очередь, относится к его большей части снова как 0,618: 0,382, и это пропорциональное деление можно продолжать в обе стороны, наращивая отрезок в тех же отношениях или продолжая членить его в той же пропорции. Пропорции золотого сечения обеспечивают необычайную прочность построек и используются в архитектуре начиная с Древней Греции.

4

Древнейшие храмы ориентированы на восемь различных звезд. Так, например, храмы Изиды ориентированы осью по линии, направленной на точку восхода Сотис-Изиды (Сириуса).

5

Первые публикации Дж. Хокинса появились в 1964 г. У нас переведены две книги: Хокинс Дж., Уайт Дж. Разгадка тайны Стоунхенджа. М., 1984, и Хокинс Дж. Кроме Стоунхенджа. М., 1977.

6

Гелиобиология — наука, изучающая влияние солнечной активности на живые существа.

7

Ламуты и эвенки — тунгусо-маньчжурские народности.

8

Сейчас населенный пункт Казах и прилежащий район относятся к Азербайджану.

9

Тотемизм — вера в родство группы люден (рода) с какими-либо видами животных, растений, явлениями природы.

10

Книга Фрейзера «Золотая ветвь» (исследование магии и религии), вышедшая впервые в 1890 г. и переиздававшаяся много раз вплоть до 1984 г., дает широкое полотно верований и суеверий и показывает, что современная религия основана на верованиях и обычаях древних племен.

11

Эклиптика — круг небесной сферы, по которому происходит видимое годичное движение Солнца. Пересекается с небесным экватором в точках весеннего и осеннего равноденствия.

12

Адыги — слово, которым называют себя в дальних аулах кабардинцы, адыгейцы и черкесы.

13

На уверение Петра, что он никогда не отречется от учителя, Христос сказал, что он это сделает три раза, прежде чем трижды пропоет петух, что и случилось.

14

Протопоп Аввакум (1620–1682) — один из основателей старообрядчества, активно выступавший против реформ Никона. Подвергался тяжким гонениям, в том числе ссылке в Сибирь. Сожжен в Пустозерске за «пасквильные речи» на смерть царя Алексея Михайловича.

15

Верста — 1,0668 км. Правда, версты не всегда отсчитывались на Руси правильно. Так, например, около г Коломны в целях экономии верстовые столбы (а их делали каменными) ставили пора-же, отсюда пошло выражение «коломенская верста», т. е. расстояние, не измеренное как следует.

16

Счет суток с полуночи был принят в 1884 г. по решению Международной конференции в Веллингтоне (США).

17

В постановлении Совмина СССР от 24.10.80 г. «О порядке исчисления времени на территории СССР» перевод стрелки часов был назначен в 0 часов 1 апреля и 1 октября, в дальнейшем перевод стали делать в ближайшие к этим датам воскресные дни.

18

Человек, умеющий читать по руке (а таких людей считали просвещенными и величали философами, а еще промузгами и хитрецами), как бы держал в руке (руие) лето (г. е. год).

19

Ахмет III именовал себя так: «Я, Султан, Сын Магомета, Брат Солнца и Луны, внук и наместник Божий, владетель всех царств и прочая и прочая… Хранитель неотступный гроба Иисуса Христа и т. д.»

20

«Чорта брат и товарищъ, Турецкий кухарь, Вавилонский слисарь, Ерусалимский колесник, Македонский Броварник, Великого ч Малого Египта свынарь… Своего господа внук, нашего бога дурень…»

21

Вергилий, римский поэт I в. до н. э., прославился поэмой «Энеида». По желанию императора Октавиана Августа, который пытался возродить в Италии запущенное сельское хозяйство, Вергилий написал поэму «Георгики», где свел воедино современные ему правила обработки земли и скотоводства. Поэма была признанным руководством по сельскому хозяйству.

22

Гесиод — древнегреческий поэт VIII–VII вв. до н. э.

23

В книге Э. Бикермана «Хронология древнего мира» (М., 1975) говорится, что в Древнем Шумере был введен лунно-солнечный календарь в силу того, что финансовые нужды правительства требовали от календаря определенной устойчивости. Для центральной власти было, например, удобно, чтобы определенный налог по всей территории государства выплачивался в определенном месяце. Шумерские чиновники еще примерно к 2500 г. до н. э. дошли до точного и подробного ведения счета по дням, месяцам и годам.

24

Например, говорилось: «Пятый год царствования императора Нерона» или «в правление консула Флавия Базилия младшего» и т. д. Нерон, процарствовав 14 лет, умер, и престол занял Гальба. Год воцарения Гальбы был не 15-м, а 1-м годом. Таким образом, с новым царем начиналось новое летоисчисление.

Консул Флавий Базилий был последним сановником, при котором счет лет проводился применительно к правителям. После него в Риме с середине VI века счет вели иначе. Например, «в пятый год после консула Базилия». Таким образом, смена правящего лица не обрывала летоисчисление.

25

Мухаммед бежал из Мекки в Медину 16 июня 622 года, и эта дата стала началом отсчета. В силу недостатков принятого мусульманами лунного календаря конкретную дату начала года необходимо каждый раз уточнять.

26

Стоглав — собор представителей высшей церкви, состоявшийся в 1551 г. в Москве. Его решения были собраны в виде ста глав.

27

Юлианский календарь был введен Юлием Цезарем в 46 г «до н. э, т. е. в I веке до н. э.

28

С 14.02.1918 г. принят новый стиль, т. е. григорианский календарь. Он более точный, поскольку ошибка в одни сутки накапливается за 3000 лет. Введен папой Григорием XIII в 1582 г.

29

См.: Всенародный месяцеслов, составленный А. С. Ермоловым (сельским хозяином и государственным деятелем). СПб., 1901.

30

Автор отмечает особую наблюдательность чувашей Приволжского края, так как «они по всей Восточной России слывут большими искусниками в деле предсказания погоды и различных сельскохозяйственных явлений, сохранив в своей памяти от стародавнего времени множество почти безошибочных примет…».

31

Если n на 4 без остатка не делится, надо к честному прибавить единицу.

32

Существует предположение, что автором его был политический деятель и писатель эпохи Ивана Грозного князь Андрей Михайлович Курбский (1528–1583).

33

Елена Прекрасная, дочь Зевса и Леды, супруга греческого царя Менелая, была похищена сыном троянского царя Приама Парисом, что было причиной десятилетней Троянской войны.

34

В 1967 г. дано новое определение секунды — она равна 9.192.631.770 периодам излучения, соответствующего переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома цезия-133.

35

Герман Минковский (1864–1907) — немецкий математик и физик, дал геометрическую интерпретацию теории относительности.

36

Асимметричное строение молекул в неживом обнаружено только в угле и нефти — остатках живого.

37

Перевод В. Державина,

38

Между активностью и занятостью разница в том, что в первом случае человек ощущает себя субъектом деятельности, ему интересно то, что он делает, он и работа едины, сохраняется связь с тем, что он создает. Во втором случае человек действует под давлением извне, результат работы как бы вне человека и даже как бы противостоит ему.

Content

Моисеева Н. И
Время в нас и время вне нас

Введение

Человек на берегу реки времени

О чем догадывались в глубокой древности

Вне времени не жил никто нигде и никогда

Считать умеем, хотя не знаем что

Счет дней и часов в них

Значение различных часов и деление часа на более мелкие части

Местное и всемирное время

Счет недель, месяцев, лет

Палеоастрономия древней Руси

Народный календарь

Счет дней недели, времени дня и часов

Храмы или обсерватории?

Как стали время изучать всерьез

Время с точки зрения физика

Время с точки зрения биолога

Соотношение физического и биологического времени

Часы и мгновения жизни человека

Часы идут, дни бегут, годы летят

Проходит время и во сне

Время покоя и время борьбы

Владеть своим временем можно и нужно

Примечания