Учитель шиноби 20. Эпилог

Пролог

Наше с Марией возвращение в который уже раз всколыхнуло спокойное течение жизни в поместье. Оно и без того нарушено было. Слишком активно я действовал в последние дни, постоянно таская пленников на допросы. Все понимали, что происходит что-то важное, а потом раз, и я притаскиваю Грозу, которая не в себе, при этом держит на руках ребёнка.

Первой появилась Тамара. Возникла прямо рядом с нами, отчего Мария испугано дёрнулась.

— Мама? — неуверенно спросила ситкартка. — Это…

Тамара подзависла, увидев ребёнка. Я не видел выражения её лица, но считывал малейшие реакции и чувствовал, как девушка напряглась, как озадачилась и нахмурилась.

— Тамара? — жалобно и неуверенно спросил Мария.

— Что с тобой? — забеспокоилась ситкартка. — Почему ты так реагируешь? Ты родила? Это мой брат? А где отец?

— Люция я не нашёл, — ответил ей. — Мария не в себе. Ей промыли мозги. Ребёнок её, по всей видимости.

— Конечно, это мой ребёнок! — вспылила женщина, но тут же схватилась за голову от боли. — Раскалывается…

— Сейчас мы тебе поможем, — сказал я мягко. — Только давай без резких движений. Тамара, предупреди Розу и Василису. Всех остальных убери. Чем меньше раздражителей сейчас, тем лучше.

Тамара исчезла, а я довёл Марию с ребёнком до поместья, где нас и встретили.

— Это Василиса и Роза, — напомнил я Грозе. — Мои жены. На своих племянников позже посмотришь, сейчас нам надо понять, что с тобой происходит, — сказал я, проведя женщину в зал и усадив на диван.

— Не подходите ко мне, — сказала испуганно Гроза.

Видеть её такой было… неприятно. Мои жены тоже замерли в стороне, не зная, как реагировать.

— Спокойно, — продолжил я говорить мягко, насколько умел. — Хочешь воды? Поесть? Тамара, поделись шоколадом. Мария, ты его любишь, помнишь?

Тамара тут же достала шоколадку. Гроза уставилась на неё недоуменно, но кусочек всё же взяла и, как ни странно, расслабилась. Банальный приём психологии. С точки зрения нашего организма, если ты ешь, значит, не всё так плохо, напрягаться не стоит.

Слово за слово я попытался прощупать границы адекватности Марии. Получилось не особо. Внезапно ребёнок заплакал, перед этим издав характерные звуки. Ничего такого, просто маленький тёмный властелин изволил сходить в туалет. Даже не знаю, что и сказать. Меня это скорее успокоило, чем напрягло. Мария тоже включилась. Как и мои жены. Быстро нашлись пелёнки, где помыть грязную задницу будущего бога, а также люлька, погремушки, одежда и всё прочее. Они ещё и накормили мальца, после чего тот благополучно уснул в люльке. Мы же вернулись к разговору с Марией, но снова не достигли успеха, потому что она вскоре отключилась. Глаза закатились, и она завалилась на диван.

— Спар… — протянула Роза. — А что вообще происходит? Мы немножко в шоке, если что.

— Я сам немножко в шоке, — ответил я. — Нашёл её в одном, скажем так, дальнем месте. Люция не обнаружил. Как и его следов. Остальное вы сами видите, ничего дополнительно не скажу.

— Не хочу показаться циничной засранкой, но невменяемая Мария… — медленно проговорила Роза.

— Угроза для всех, — закончил я мысль. — Понимаю. Буду за ней присматривать. Ты ведь не сомневаешься, что рядом со мной её здесь нахождение безопасно?

— Я лишь обозначила очевидную угрозу, — мягко ответила Роза. — Её разум сейчас представляет сплошной хаос. Страшновато туда влезать. Как бы хуже не сделать.

— А куда деваться? Другого специалиста по мозгам у нас нет. Василиса, ты пока осмотри Марию и ребёнка на предмет здоровья. Грозу погрузи в целебный сон. А ты, Роза, давай аккуратно. Нужно её хотя бы немного в чувство привести.

— Жесть какая, — высказалась за нас всех Тамара.

Жены взялись за дело. Здоровье, что у Марии, что у мальчишки, оказалось отменным. И да, глаза у ребёнка были зелёные, самые обычные. Никаких других существенных отличий замечено не было. Что касается разума — как и сказала, Роза там обнаружила ту ещё кашу. Множество закладок, шрамов и внушений. Сказала, что разбираться с этим долго придётся, но попробует стабилизировать состояние Марии.

Я своими методами тоже проверил. Во время эвакуации как-то не до этого было, а сейчас… Доступно мне не так много, здоровье и разум не моя стезя, а вот изучить чужой дух — это я мог. Не буду вдаваться в подробности, как сканировал их, но обнаружил кое-что искусственное. Что-то, очень напоминающее метки прямо на духовной оболочке. Едва заметные, и сомневаюсь, что кто-то, кроме меня, обнаружил бы их. Запомнив символ, я стёр это наносное. На состояние женщины и ребёнка это никак не повлияло.

Мария пришла в себя только на следующее утро. Мы с ней поговорили.

— Я тебя помню, — сказала она мне. — И не помню. Задумываюсь об этом, накатывает какое-то воспоминание, но резко обрывается. Ассоциации нарушены…

— Допустишь Розу к себе?

— А у меня есть выбор? — как-то обречённо и мрачно спросила Гроза.

Эта её интонация мне понравилась куда больше. Так она походила на себя прежнюю.

Выбора действительно не было. Мы взялись за работу. Роза помогала навести порядок. С её слов, это как распутывать основательно запутавшийся узел, половину которого обрубили. Процесс шёл с трудом, болезненно. Не обходилось и без эксцессов. Пару раз Мария проваливалась в истерику. Когда это случилось первый раз, я хотел её вырубить.

— Не надо! — остановила меня Роза. — Это подавленные эмоции, пусть проживёт и выпустит!

Попробуйте сдержать могущественную ведьму, которая себя не контролирует и начинает крушить всё подряд, а её даже вырубить нельзя, — и поймёте, почему мне это не понравилось.

На следующие пару недель поместили Марию под карантин. Ею занималась Тамара. В смысле, готовила еду, убирала в доме, развлекала, помогала вспоминать и приходить в себя, а ещё сидела с ребёнком. Прислугу мы на всякий случай убрали. Заниматься братиком Тамаре пришлось по вкусу, и вы бы видели эту ситкартку, которая щекотала пяточки будущему богу.

Да уж. Богу.

Я тоже всё это время находился рядом, чтобы сдержать Марию в случае чего. Но это не значит, что я не думал надо всей этой ситуацией. Роза смогла выдернуть из головы женщины воспоминание о том, что случилось. Ей предложили выбор. Возможность забеременеть в обмен на смерть мужа. Гроза отказалась, потом храм начал рушиться, и они сбежали.

Полный бред. Я не дрался в самом храме. Специально увёл бой в сторону, чтобы не задеть их случайно. Либо это ложное воспоминание, либо… Ну, других вариантов нет. Точнее, есть, но в рамках того, что воспоминание ложное. Либо это мозг Марии бред выдаёт, либо ей показали фальшивую реальность. В которой Люций почему-то меня бросает в бою, уводит непонятно куда Грозу, делает ей ребёнка и исчезает, бросая беременную жену в одиночестве.

Повторюсь, но это отборнейший бред.

Получается, нам троим предложили жестокий выбор. Что-то мне подсказывает, что Люций получил аналогичное предложение. Отдать свою жизнь в обмен на то, чтобы Мария смогла забеременеть. Согласился ли он?

Ох… Мне сложно было ответить. Отчасти из-за того, что вдруг в полной мере осознал, что отец мёртв и я его больше не увижу. Надо же. До этого как-то не беспокоило, а сейчас накрыло. Удивительно, что тут скажешь. Я прошёл от ненависти к нему к сожалению, что мало общались. Как бы там ни было, что бы я ни чувствовал, ситуация требовала разобраться с ней. Согласился Люций или нет — мы не узнаем. Если ему обещали дать возможность стать отцом ребёнка — то я бы поставил на то, что согласился, не думая. Таков уж Люций. Свою жизнь он за жену всегда был готов отдать, в этом не сомневаюсь. Единственное, что не стыковалось — это то, что он увёл её из храма. Напомню, я внутри него не дрался. Да и не бросил бы Люций меня. Точнее, была такая вероятность, но… Нет, не верю. С другой стороны, Василиса провела анализ и подтвердила, что это действительно ребёнок Грозы и что у меня с ним общая кровь, через отца.

И как это понимать? Колодец взял ДНК Люция и заделал Марии ребёночка или всё же выпустил Вологду, чтобы он всё сделал сам?

Почему-то это было настолько важно, что Клаус колоссальную интригу закрутил. Я и правда дурак. В гордыне своей уверовал, что его целью являюсь я, а оно вон как вышло. Мария ведь не первый раз исток посещает, а значит, в прошлый раз она не подходила, для того чтобы стать матерью бога. Уж не своими ли руками я подготовил её, отправив на лечение к людям Клауса? Не удивлюсь, если так оно и было. Но теперь Знающий мёртв. Надеюсь, что это действительно так. Теперь у Марии есть сын, а у меня — брат. Стоит ли говорить семье, что у нас тут будущий бог растёт? Если про это узнают, то и правда жди беды. Надо опять начинать готовиться. А вот раскрывать правду… Пожалуй, что и не стоит. По крайней мере, сейчас. Это породит страх, предубеждения. Как-то не хочется вырастить обиженного и закомплексованного бога.

Да-а… Вырастить. Как-то не ожидал я, что стану братом будущего властителя Колодца.

***

Где-то на просторах миров, в одном непримечательном городе, по тёмной улице быстро шла женщина. Лица её было не видно, она куталась в плащ и прикрывалась капюшоном. Это была та самая женщина, которая выходила на связь с Клаусом, когда тот ходил бриться.

Сейчас она была напугана. Как и все последние дни.

Знающий исчез. Не вышел на связь в условленное время. На людях нигде не показывался. Официальных новостей никто не сообщал, но это ничего не значило. По плану, Клаус должен был разыграть финальную партию и избавиться от Связующего, а потом и от Убийцы. Но, видимо, что-то пошло не так. Слухов про уничтожение главы ордена демоноборцев тоже не было.

Зато слухи об уничтожении сети Клауса были. Вывод напрашивался очевидный. Элрик раскусил их план и взялся за дело.

Действовать быстро женщина не могла себе позволить. В этом был главный минус всей их организации. Когда для любого контакта задействуется множество мер по обеспечению безопасности, времени это отнимает уйму. И ведь захочешь, а иначе не получится, потому что со Связующим шутки плохи, никогда не знаешь, следит он за тобой или нет. Женщина и сейчас не была уверена, что её не раскрыли. Если так, то жить ей недолго осталось. Главное, передать весть.

Спустившись в подвал одного из домов, она заперла двери, активировала артефакты блокировки пространства и активировала амулет. Пришлось подождать несколько минут, прежде чем с другой стороны приняли сигнал и был дан ответ.

— Слушаю, — сказала женщина.

— Мать, у меня плохие вести, — быстро заговорила та. — Есть все основания считать, что наш архимаг был уничтожен и что устранить вероятного врага не получилось. — Имён женщина не называла, потому что они могли привлечь внимание того, от кого женщина как раз и пряталась.

— Что с ребёнком? — последовал вопрос.

— Его нашли… — с содроганием озвучила самую плохую новость женщина. — Метка была уничтожена.

— Он мёртв?

— Я не могу знать.

— Дитя слишком ценно, чтобы его убили. Нужно организовать поиски. Но не сейчас. Затаись на несколько лет.

— Будет исполнено.

— Конец связи.

Женщина выключила амулет, артефактную защиту и поспешила на выход. Дойти она не успела. Споткнулась, из её глаз брызнула кровь, а мозги буквально вскипели. Упала она замертво. В то же время сработал один из артефактов, выплёскивая пламя. Женщина этого не знала, но Мать, с которой она общалась, предпочла устранить ценного агента, который мог вывести на неё.

Потому что потеря одного ребёнка была ужасной катастрофой. Нельзя было допустить того, чтобы нашли и остальных.

***

Сидя на стыке реальности, на скале Вечности, и кидая камушки в Бездну, Элрик думал о всяком разном, иногда прикладываясь к фляге с крепким вином.

Думал он в первую очередь о друге. Когда ты настолько могущественное существо, с друзьями жди беды. Не так-то легко взойти на самый верх и куда сложнее избежать чужой зависти, подлости и ненависти. О чём речь, если даже лучший друг, несмотря на всё, попытался избавиться от него, Элрика.

Что такое борьба за власть, Связующий хорошо понимал. Как и то, что возможность контролировать бога даст власть если не безграничную, то около того. Правда, Клаус и так был могущественным, власти у него было хоть отбавляй, поэтому сомнительно, что он влез в это дело ради настолько сомнительного куша.

Тут точно было что-то другое.

Фанатичность? Религиозность? Идейность? Кто же теперь скажет.

Одно понятно точно. Элрик не стал об этом говорить беловолосому, но Клаус был не только Знающим, но ещё и самым настоящим мастером интриг. Мужчина бы не удивился, если бы вся эта история была способом отвлечь внимание. Первым слоем, который должен увести в сторону.

Если так… страшно представить, что скрывается внутри этой тайны.

Глава 1. Пётр

Спустя семь лет

Новая крепость шиноби располагалась в живописнейшем месте. Спрятанная в горах, она была в уединении, вдали от чужих глаз, и за пять лет, что тут стоит, успела стать легендарным местом. Там располагался портал, который включали далеко не каждый день, но сегодня, по традиции, мы плыли туда на воздушном корабле. Мы — это я, команда, наставники, мой старший сын и ещё сто девяносто девять детей.

Традиция лететь была заложена в те времена, когда мы ещё не нашли лишний портал, чтобы пробросить сюда. Порталов-то у нас хватало, но так, чтобы ставить их для редкого использования — тут да, пришлось выделять специально из новых находок. До этого же обходились кораблями, с помощью которых доставляли грузы и учеников.

Все кандидаты собирались в Грозовом. Шестнадцатилетние парни и девушки. Мало кого этот полёт оставлял равнодушным. Летающие корабли так и не получили большого распространения, поэтому для большинства это был первый, максимум второй полёт в жизни.

— Мандражируешь? — спросил я тихо сына.

— Нет, — соврал он.

— Волнение — это нормально.

Пётр запыхтел, а я не сдержал улыбки, которую попытался спрятать. Не зря бороду отпустил. Она упрощала задачу.

Ведь что может быть ранимее, чем шестнадцатилетний старший сын, который ещё не нашёл себя, но который уже считает себя должным идти по пути воина? Это не раз заставляло меня задуматься о превратностях судьбы и о том, как воспитывать детей. Не уверен, что удалось избежать ошибок. Скорее наоборот.

Я знал, что в Петре нет и половины моего духа бойца. Он не любил драться. Не любил конфликты. Но и выбора у него особо не было. Василиса была на его стороне, я тоже старался никого не принуждать, но Пётр раз за разом справлялся сам с тем, чтобы себя заставить. Это несложно. Когда ты старший брат, когда все на тебя смотрят, когда ты живёшь в окружении воинов… У нас даже все новые служанки проходили малую боевую подготовку, что уж говорить о других. Не то чтобы мы такие изверги, чтобы заставлять всех драться, но такова жизнь, таков мир и таковы правила. А ещё мы выстроили такую систему обучения, которая приносила свои плоды и влияла на общество, культивируя воинское искусство.

Пока я размышлял о всяком, дети зашумели. Послышались крики «Смотрите! Смотрите!».

Как-то так вышло, что после моего возвращения с Вологодской и её сыном, моим братом, Дарием, наступили относительно мирные годы. Относительно в том смысле, что не было вызовов, способных поставить королевство на колени. Никаких тебе могущественных ныряльщиков, никакого нашествия злобных великанов. Даже ни одной секты не вылезло. Поэтому эти семь лет можно назвать годами мира. Мы сражались, но обычно это было связано с экспедициями в другие миры и добычей ресурсов. Главное, что это не мешало выстраиванию системы.

Дети увидели среди скал статую Такена. Тим потрудился, чтобы она получилась по настоящему величественной. В пятьдесят метров высотой, её можно было разглядеть издалека. Долина, в которой её поместили, имела красивое, пусть и грустное название. Долина памяти. Там находились статуи всех тех шиноби, что погибли за всё время. Не такие большие, как статуя Такена. Так что у него за спиной сейчас стояло каменное войско.

Долина — напоминание.

Пока дети обсуждали увиденное, я невольно задумался о том, как складывались последние годы.

Такен — гений своего времени. В этом у меня нет и капли сомнений. Но давно было понятно, что формат школы шиноби себя изжил. Вначале Такен набирал самых отчаянных, устраивал безжалостный отбор и считал допустимыми многочисленные потери. Отсеивая слабых, он добился того, что появилась новая элита. Сейчас же подход был совсем другим.

Мои начинания, которые я заложил ещё до ухода к истоку, дали свои всходы. Школы клана располагались во всех пригородах. Мы не давили аристократов и городские власти, не забирали вообще всех детей, просто держали открытыми филиалы и принимали тех, кто хотел учиться. Младшая школа шла с семи до двенадцати лет. Детям давались базовые знания и воспитание. Также мы уделяли серьёзное внимание физической подготовке. С двенадцати до шестнадцати шла средняя школа. Там начиналось углублённое изучение естественных наук, углублённая физическая подготовка и основы боевой подготовки, а также азы магии и открытие первого круга. Давняя задумка Тима породить поколение магов никуда не делась и вышла за пределы его школы. Уже сформировалось первое поколение, которое и разбрелось по королевству, в том числе по нашим школам.

Десяти самым талантливым ученикам средней школы каждый год давалось по одному малому камню. Если кто-то выигрывал это соревнование четыре года подряд, он получал редкий камень. На выходе получался совсем другой материал, нежели то, с чем приходилось работать Такену. Тогда половина юных шиноби читать не умела. Сейчас же нам не нужно было тратить время на столь базовые вещи. Отдельно замечу, что, помимо школ, ещё действовали летние лагеря, которые помогали дойти до условного стандарта, который у нас был принят. Обычно в эти лагеря отправлялись как раз те, кто метил в шиноби. Первый круг, три малых камня и один редкий, парочка освоенных знаков, хорошее образование для подростков этого возраста, отличная физическая подготовка и навыки рукопашного боя. Если брать сухие цифры, то это где-то уровень середины второго курса школы Такена. Но не совсем корректно сравнивать наш «цивилизованный» подход и «варварский» Мастера. Он отбирал самых боевитых, устраивая им естественный отбор. Мы же давали шанс и более «травоядным». Какой подход лучше — отдельный философский вопрос, но не надо думать, что поколение новых учеников, приходящих в школу шиноби, было беззубыми щенками. Нет, просто раньше приходили голодные волчата, уже вкусившие крови, а теперь сытые волчата, которым только предстояло попробовать кровь на вкус.

Что касается самой школы, её расположения… Мы с Тимом её перенесли. Целиком. Это была дань уважения Такену. Прошлое место нас перестало устраивать, но и забросить замок казалось кощунством. Поэтому и заморочились, чтобы всю эту громаду перебросить. Замок с тех пор разросся, обрёл монументальность, всяких полигонов значительно прибавилось и вообще. Раньше Такен выпускал где-то сотню учеников в год, мы же теперь по две сотни. Три курса школы шиноби и два года обучения для старшей группы. Поэтому в крепости большую часть года проживало больше тысячи человек.

У переноса замка были и последствия в виде начавшей гулять легенды о том, как Герцог Юга, Беловолосый Мясник, призвал могущественного волшебника, и они перенесли гору вместе с замком, спрятав её в тайном месте среди демонических земель, и с тех пор шиноби там постигают могущественные секреты. Легенда имела множество вариаций разной степени адекватности. И что я в одиночку замок перенёс, и что в самом аду его спрятал, и что на первом экзамене каждый ученик должен убить тысячу врагов и сожрать их сердца. Людская фантазия не знает границ, это уж точно.

Особенно если кое-кто всячески подкрепляет эти слухи, запуская разные байки.

Лететь от Грозового было не так уж далеко. Около ста километров. Если кто скажет, что я настолько обнаглел, что перетащил целый замок, чтобы ближе к дому работать, то окажется прав, но лишь наполовину. Вторая половина относилась к пафосу, про который уже упомянул. Нам нужно было недоступное для всех остальных место, окружённое ореолом таинственности.

— Ещё можно передумать, — шепнул я Петру.

— Твои слова вовсе не поддерживают меня, отец. — ответил парень строго.

— Просто хочу, чтобы ты знал — с твоей матерью мы будем любить тебя в любом случае.

— Я знаю. Спасибо, — буркнул он. — Но любовь на хлеб не намажешь.

Узнаю влияние тётушки Тамары. С тех пор как мальчишки подросли, она полюбила выдавать им сентенции разной степени пафосности.

— Тут ты прав, — кивнул я, — Тогда постарайся найти положительные стороны во всём этом.

— Да-да, — отмахнулся Пётр. — Я в курсе, что хватает причин, чтобы быть здесь. Я не подведу, не переживай. Просто мне всё это не нравится.

— Зато в будущем ты сможешь путешествовать между мирами и отыскать, где отучиться на целителя.

— И про это я помню, — закатил глаза парень.

Я же почувствовал себя отцом-занудой. Не то чтобы мне это не нравилось, хе-хе.

К проблемам сына я относился серьёзно, но внутри хотелось улыбнуться. Это всё было так знакомо, так типично — как тут не улыбнуться. Пётр хотел поквитаться с братом. Иван не раз его бил. Ну да он много кого бил. Также Пётр хотел стать сильнее, заслужить уважение в обществе воинов, прославиться, выбить себе право на самостоятельность и добиться много чего другого.

Только не надо думать, что мой сын был слабаком. Его сравнивали со мной, с Иваном, с детьми Гатса, и на фоне перечисленных он и правда уступал в чём-то. Но слабак? Совсем нет. К своим шестнадцати годам он открыл второй круг и владел силой легендарного камня, а также тремя редкими. Я специально для него разработал отдельный стиль боя. Его легендарная сила — целительство. Тут он пошёл по стопам матери и также имел отличную подготовку как лекарь. В этом вопросе он был талантлив. Ну и да. Свою силу он умел использовать в бою. Целительство это не только про исцеление, но и про причинение вреда. Две стороны одной монеты. И уж поверьте. Такой стиль доставит неприятности много кому.

— Есть одно испытание, которое помогает закалить дух, — сказал я задумчиво. — Это для самых отчаянных… Если проявишь себя в течение года и захочешь пройти этим путём, то отведу тебя.

— Испытание? — заинтересовался он.

Мальчишки. Как же их манят секреты Колодца. Ещё не понимают, насколько же это унылое место.

— Да, — кивнул я. — Тебе туда рановато, и я не уверен, что надо, но если нужно закалить характер, решимость и обрести дух воина, то оно отлично подходит.

— Зная тебя, отец, и твои стандарты, там что-то жуткое. Ты же его прошёл?

— Туда меня отправила Мария. Было… весело. По крайней мере, сейчас я это вспоминаю так.

А про то, что я год бегал по острову и выживал, вернувшись дикарём, умолчу.

Лететь до крепости шиноби было всего ничего, меньше получаса. По пути можно было рассмотреть всякое разное. Долину памяти, могучие реки, горные пики, огромные полигоны и даже знаменитый лес чудовищ. Нам его дроу вырастили, а дальше мы подселили несколько разновидностей монстров, которые быстро захватили территорию и обеспечили нам отличное место для тренировок и испытаний.

Я сказал, что теперь в крепость приходили упитанные волчата, но не сказал, что бойцовской невинности они лишались в первый же год.

Добравшись, команда привязала корабль канатами к воздушной пристани, и мы начали выгрузку. Детей перехватывали наставники. В лучших традициях, в первый год они не будут иметь права на имя, а также на комфорт. Пустые комнаты-блоки, стоящие отдельно от жилых корпусов, холодный душ на свежем горном воздухе. Эх, ностальгия берет.

Дойти до крепости я не успел. Как и сын не успел отделиться от меня. Хвостиком он не ходил, но… Мы ведь с одного корабля вышли, а держаться от меня подальше он не считал нужным, поэтому так и оказалось, что вниз спустились вместе.

А там к нам подвалили сыновья Гатса.

Сейчас им по восемнадцать лет. Прибыли на третий курс. За плечами не одна боевая операция. Не боятся ни бога, ни черта, ни отца, ни меня. Два гениальных воина, которые все дисциплины схватывали на лету. Настоящая угроза для женских сердец. Половина королевского двора, женская его часть, была влюблена в мальчишек. Сколько в их постели побывало девиц — лучше не считать. О том, как они год назад пошли с Гэцу «по девкам», до сих пор слагают легенды. Буквально. Тогда чуть до гражданской войны не дошло. Очень уж многих мужчин обидел их поход. Про то, как эти двое провели тринадцать дуэлей за один день, потом тоже легенды слагать стали.

А ещё эти двое одержимы идеей победить меня.

Атаковали они одновременно. Вот идут мирные, изображая радость встречи, а вот в следующую секунду оба вооружились копьём и щитом и напали.

— Пётр! — крикнул я, уворачиваясь от копья, что промелькнуло рядом с моим лицом. — Прикрывай!

Думаю, не стоит говорить, что это была скорее шутка, чем серьёзная просьба. Двое братьев насели на меня, пытаясь подловить. Судя по их движениям, летом они добили третий круг. Балует их Гатс. Мальчишки гении, но третий круг нельзя открыть без дорогостоящей алхимии и ритуалов, поэтому ему пришлось распотрошить казну, чтобы в них вложиться.

Со стороны мы наверняка смотрелись… Неоднозначно. Я двигался скупыми, лаконичными движениями. Ворону и Кору каждый раз не хватало всего ничего, чтобы попасть по мне. Пётр сначала растерялся, но тут же вступил в бой, выхватив из кольца меч. Второй круг против третьего, два года разницы. Шансов у него не было, но, если чем и отличался мой сын, так это скромностью и трезвостью самооценки, что позволяло действовать всегда максимально эффективно в заданных условиях. Не так уж мало для воина. Без лишних сомнений он насел на Ворона и применил по нему заклинание. Ворон прикрылся духом, но был вынужден отвлечься и насел на Петра.

Братья перестроились так, чтобы прикрывать друг другу спину. Ворон повернулся спиной ко мне, что было крайне сомнительным решением. Я перестал уворачиваться, едва толкнул Кора, и тот полетел брату в ноги, сбив его. Чем Пётр и воспользовался, придавив их духом и пробросив двойное заклинание. Братья мигом присмирели. Не повоюешь, когда тебе мышцы отказывают.

— Кор, смотри какой малыш Пётр смелый стал, — бросил сыну Гатса из позиции лёжа.

— Да-а, Ворон. Неужели мои глаза не врут и наш мальчик возмужал? Смотри, как смело он бросился в бой против нас.

— Под боком папочки нетрудно проявить смелость.

— Тут ты прав, брат. Надеюсь, юный Пётр подумал о том, что на целый год останется с нами наедине.

— Мы уж позаботимся о том, чтобы этот талант не пропал.

— Болтайте, болтайте, две трещотки, — ответил Пётр. — Сунетесь — я вам в следующий раз такой понос наколдую, что неделю сраться будете.

Ого. А вот тут точно влияние Тамары чувствуется. Как-то я упустил, когда она его научила так отвечать, ещё и смотреть надменно.

— Крестный, вы воспитали чудовище, — сказал Ворон.

— Вам не жалко крепость шиноби?

— Как там теперь жить рядом с таким монстром?

— Вставайте, балаболы, — хмыкнул я. — Смотрю, третий круг открыли. Глядишь, и догоните меня. Лет через сто.

На наше представление прибывшие ученики первого курса смотрели слегка, или не очень слегка, ошарашенно. С их точки зрения, эти двое совершили кощунство и напали на главу шиноби. Ученики постарше глазели с любопытством, кто-то даже пытался сделать ставки, насколько быстро братья сольются.

Ошибкой было бы думать, что Ворон и Кор устраивают нечто подобное в первый раз.

А сейчас…

— Это вы что тут опять устроили, паршивцы?! — пророкотал голос коменданта.

Комендантши, если быть точным. Второй поток обучения, девятый номер. Когда я был на втором курсе, а она на первом, меня в качестве сопровождающего послали с ней и другим молодняком в горы для выполнения задания. Тогда это была максимально невзрачная девушка, которая единственное, чем выделялось, — подходящим для нашего дела характером. Позывной она получила Кувалда. Сам я при той истории не присутствовал, но слышал, как они с отрядом угодили в засаду, долго отбивались, остались без запасов энергии и патронов, и в конце эта дамочка прикончила кого-то подвернувшейся под руку кувалдой. Почему не воспользовалась мечом или стандартным оружием, об этом история умалчивала, но и так понятно, что в бою на грани что угодно произойти может. Сейчас девятка была сорокалетней женщиной, замужней и родившей. Её муж также работал в крепости, интендантом. Не единичный случай семейного подряда. Правда, куда чаще случалось так, что мужчины работали здесь, а жены с детьми проживали в селении рядом. По сути, небольшом военном городке при военной базе.

— Упс, нам пора, — себе под нос сказал Ворон и поспешил свалить вместе с братом.

— Стоять! — гаркнула Наташа.

Это её настоящее имя. Причём она предпочитала, когда обращаются по-простому, то есть Наташа, а не Наталья Анатольевна. Ну, это в случае равных или близких ей по рангу людей, а так субординацию никто не отменял.

— Быстро в строй! Сейчас начнётся приветствие! — добавила женщина, направив их в другую сторону. — Глава, — поклонилась она мне. — А ты чего застыл? — зыркнула она на Петра. — Марш к молодняку, чего как телок на выгуле!

Пётр удивился, бросил на меня взгляд и припустил к своим.

Наташу-Кувалду я не просто так поставил комендантом. Она не была самым талантливым бойцом, магом или известной шиноби. Организаторские способности её тоже были пусть и выше среднего, но не выдающиеся. На крепость их хватало, а небольшие недостатки компенсировала выстроенная система, опытные помощники и моё регулярное здесь присутствие. Ценил же я её больше всего за железную дисциплину.

Просто приведу несколько цифр, чтобы обозначить масштаб проблемы. Шестьсот учеников на первых трёх курсах. Где-то треть из них девушки. Возраст от шестнадцати до восемнадцати лет. Ещё где-то четыреста тех, кто на продвинутой программе, но их мы не учитываем, потому что там мозгов куда больше, хотя и там случаются проблемы.

При такой концентрации подростков обоих полов, каждый из которых обладает боевыми способностями — вопрос лишь времени, когда что-то пойдёт не так. Кувалда была той, кто значительно сокращала количество этого «не так» и быстро сводила на нет последствия. Также она не испытывала пиетета перед детишками уважаемых людей. Не выделяла любимчиков. Я точно знаю, что из-за этого у неё прибавилось врагов среди аристократии и элиты шиноби, но женщине от этого было ни холодно, ни жарко. И сама рты многим заткнуть могла, и поддерживали её многие, и моя фигура прикрывала от любого произвола. Проблема на самом деле довольно обширна. В смысле то, что у нас не простые дети учатся. Дети Верса и Тима уже отучились, но, помимо них, были и дети других шиноби, а также аристократии. Последних где-то треть. Это забавно, но факт, многие пытались идти по нашим стопам, открывая свои школы и пытаясь создать воинское братство. Из последнего я слышал, что Драк получил финансирование от Паоля и основал подобную школу. Слишком амбициозный, чтобы идти мне под руку, вот и примазался к королю. Любопытно, что у него там получится. Так-то пока никто наш успех и близко повторить не смог. Поэтому многие и отсылали сюда своих, потому что лучше места нет.

Пока я размышлял о всяком разном, началась церемония приветствия. Стоило мне войти во двор, как старшие шиноби дружно ударили несколько раз в щит. Грохот поднялся до небес. Кто-то из новичков аж подпрыгнул. То ли ещё будет.

Глава 2. Воспитание или Как Спар кузнеца прогонял

Шиноби — это то дело, в которое я вкладывался всем сердцем, всем своим мастерством и разумом, постоянно выискивая способы, как улучшить процесс. Помимо этого, у меня и других дел хватало, чем я только ни занимался, но первые две недели обучения были священны. На это время я оставался в крепости и полностью погружался в дела, задавая направление на весь следующий год. После уже мог отлучаться, но продолжал заглядывать, контролировать и давать уроки.

Первые две недели я считал самыми важными из-за соблюдения баланса между стандартами и индивидуальностью. Сыновья Гатса не просто так атаковали меня копьями, прикрываясь щитами. Меч и копье, со щитом и без щита — входило в стандартную программу овладения основным холодным оружием. За первый год каждый ученик должен был освоить минимум. Хотя бы ради того, чтобы понимать, на что способны другие ученики, для эффективного взаимодействия. Остальные дисциплины были такими же, как у Такена. Стрелковая подготовка — лук, арбалет, винтовка, снайперская винтовка и тяжело вооружение. Знаки, артефакты. Тактическая подготовка. Забеги тоже были, как про них не вспомнить. По базе мы дрючили всех основательно, но, очевидно, не все имели равный талант в стандартных дисциплинах. Да и внутри самих дисциплин хватало вариаций. Те же мечи — их великое множество, и стили боя сильно отличаются между собой.

Чтобы не зарывать в землю индивидуальность, с первых же дней ученик получал два задания, помимо всего прочего. Первое — в течение первого учебного полугодия практиковаться в направлении, которое укажет наставник. Наставление это формировалось на основе впечатлений от первых двух дней и досье. На каждого ученика у нас была подробная характеристика к моменту его поступления, с соответствующими рекомендациями. Обычно на первое полугодие от наставника ученик получал задание подтянуть слабое место, чтобы вписаться в общий стандарт. Если же стандарту он соответствовал, то, наоборот, нужно было углубиться в какой-то свой талант. Второе задание такое же, с той поправкой, что ученик должен был выбрать какое-то углублённое направление самостоятельно.

Каждые полгода направления обновлялись. Иногда оставались теми же, если цели не достигнуты, иногда менялись.

Замечу, что эти задания не отменяли общую программу. Каждого ученика наставник вызывал на беседу, объяснял, что, помимо общих заданий, нужно сделать особый упор на вот этих двух. На первом году обучения у учеников был всего час в день на что-то своё. На втором — уже два часа. А на третьем подбиралась специализация с учётом всех индивидуальных особенностей. Так старшие сыновья Гатса специализировались на прорыве, быстрых перемещениях, парной работе, ближнем бое, но при этом и издалека жахнуть могли. Они идеально подходили для того, чтобы прорваться куда-то, перебить там всех и быстро отступить. Ещё могли заниматься разведкой, летая на своих духах-драконах. Молодых, но уже разумных. Мой же старший сын уже сейчас сойдёт за боевого лекаря, а что будет через пару лет — посмотрим. Если таланта хватит, то пробьётся в командиры-тактики и крайне неприятного для врагов рукопашника.

Также отмечу, что после того, как мы ввели подход с расстановкой вот таких акцентов, но при сохранении общей программы, результаты большинства учеников выросли где-то на пятнадцать процентов. Просто за счёт того, что их внимание направлялось в нужную сторону. Ну и тот факт, что им позволяли выбрать что-то своё с возможностью получить доступ к любым наставникам, добавлял мотивации.

Важность же первых двух недель лично для меня заключалась в том, что именно я являлся лучшим специалистом в том, чтобы определять таланты учеников. Меня даже гением считали. Сам я равнодушно к подобным наименованиям относился, но признавал, что в некоторых вещах на голову превосхожу других. После того как меня лишили камней и мне пришлось все свои навыки заново осваивать, я и правда ушёл очень далеко в вопросах понимания боевых искусств.

Остальное — дело техники.

Повтори любой приём тысячу раз и кое-что поймёшь в нём. Возьми сто учеников, скажи им повторить приём тысячу раз, внимательно смотри, что у них получается и с чем они сталкиваются — и тогда поймёшь ещё что-то. Повторяй это несколько лет подряд, и твоё понимание приёма если не достигнет совершенства, то значительно приблизится к идеалу. А главное, ты научишься обучать этому приёму так, как никто.

Поэтому в эти две недели наставники плотно займутся учениками на всех курсах. Через неделю мне на стол лягут их рекомендации. Я ознакомлюсь с каждой и вынесу свой вердикт по каждому ученику.

По крайней мере, так планировалось. Потому что в этот раз меня отвлекли. Пришло сообщение, что Иван набедокурил, и на этот раз серьёзнее некуда.

***

До дома я мог добраться за пару минут. Несколько лет назад Гэцу сказал, что ему больше нечему меня учить, и свалил. Связь между нами осталась, но волк вдруг заявил, что хочет попробовать себя в чём-то новом, и занялся школой шиноби. Это было реально неожиданно, потому что шло вразрез с природой духов… Вроде как. Потому что духи в нашем мире чхать хотели на правила их условной родины. Но — не суть. Гэцу теперь часто бывал в школе, а я научился без него открывать пути духов и свёртывать там тропу, чтобы быстро добраться куда надо. Сообщение от дома до крепости тоже доходило в считаные минуты, поэтому, если потребуется, с момента происшествия я мог оказаться дома достаточно быстро.

Вся семья знала, что меня в этот период лучше не дёргать, но тут, видимо, сочли, что без моего вмешательства не обойдётся.

Дело в том, что Иван сломал какому-то парню позвоночник.

Я, когда услышал, как-то совсем не удивился. Знаете, дети — они разные. В Петре был и характер, и упрямство, и со мной поспорить он мог, и слушался далеко не всегда, но на фоне Ивана… Сейчас ему пятнадцать лет, и как я его не прибил, остаётся списать только на провидение и мою титаническую выдержку.

Ваня был силён. До одури силён. Рос он быстро, во все стороны. Страх в нём был почти полностью атрофирован. Он не боялся драк. Более того, он их любил. Не скажу, что всем сердцем и душой, но за эти годы жалобы, что он там где-то с кем-то подрался, перевалили за сотню. Я бы даже иначе сказал. Будучи нереально по меркам обычных детей физически развитым, обладая повышенной агрессивностью и понимая, что ему никто среди ровесников не ровня, он считал для себя само собой разумеющимся, чтобы ему подчинялись и в некотором роде пресмыкались. Он был подобен медведю, который вальяжно ходил по лесу и недоумевал, если какой зверь тут же не склонял голову при виде него, и, если такое случалось, спешил вбить мудрость с помощью кулака. Сначала он дрался со сверстниками. Потом и до тех, кто старше, добрался. Проще сказать, с кем он не дрался.

Моего сына сложно назвать умным, но также сложно назвать глупым. Когда представляешь задиристого паренька, первым на ум приходит кто-то не особо сообразительный, если не сказать, туповатый. В нашем случае всё было несколько иначе, но не так-то просто описать Ивана. Вроде прост, как монета серебра, а взявшись за эту задачу, так сразу и не скажешь, за что браться. Чтобы описать его ум, надо сказать, что я не сторонник насилия в отношении детей, но вот Иван у меня отхватывал если не регулярно, то частенько. Разок ему и плетей всыпали. Думаете, парня это впечатлило? Удары он вытерпел молча и свою позицию не изменил. Упрямый, принципиальный и злопамятный. И чем взрослее он становился, тем хуже с этим было. Первой к нему подход нашла Радамира. Лет с восьми Иван начал ошиваться в квартале мастеров. В двенадцать он там мог отработать с утра до вечера тяжёлым молотом — это к вопросу о том, насколько он силён и вынослив в свои годы. И таким он был до того, как получил первый малый камень, как раз в двенадцать лет.

Отлучение от кузницы и мастерской — единственное, что его как-то пугало. Любые другие санкции он был готов игнорировать до последнего.

Что касается ума — он с месяц таблицу умножения освоить не мог. И выучил её за один день, когда Радамира психанула и на пальцах объяснила, почему математика нужна в артефакторике и кузнечном деле. Проще было его убить, чем заставить прочитать художественную книгу, зато он мог неделю просидеть, разбираясь в трактате по кузнечному делу. На чужом языке. Который предварительно выучил за год. Это при том, что на своём-то он выражался по-простому. Мальчишка, который презрительно относился к любым гуманитарным наукам, чуть ли не самостоятельно выучил язык, потому что на нём общались мастера чужомирцы и все их книги были на этом языке. Всё, что касалось кузнечного дела и артефактов, он схватывал моментально, и редко когда ему что-то давалось не с первого раза. В двенадцать он сковал свой первый меч. Сейчас он ковал оружие, которое почти не уступало работам мастеров. А то и превосходило.

При этом видели бы вы его почерк. Настолько отвратный, что его можно назвать позором рода. Но я уверен, если бы это было нужно для ковки, почерк мигом бы преобразился.

Гениальный кузнец, одарённый физической мощью мальчишка, чей гонор размером с гору, и которого проще убить, чем найти на него управу. Поэтому я и не удивился. Тут, скорее, стоило удивляться, что столь серьёзные проблемы, выходящие за рамки пары сломанных носов, случились так поздно.

Вышел я рядом с домом. Раскинул силу духа и «огляделся». Нашёл и сына, и Василису, и Радамиру, и начальника приёмной службы, а также, видимо, отца пострадавшего, который дожидался меня в приёмной.

За последние годы у нас здесь много чего изменилось. Раньше наше поместье стояло здесь в одиночестве, вроде и рядом с городом, но на самом деле в отдалении. Теперь же весь этот район был расширен по принципу кругов, с точки зрения безопасности. В самом центре находилось поместье. Пара сотен квадратных метров вокруг него контролировались настолько хорошо, насколько это в принципе возможно. Дальше на заднем дворе раскинулся сад-лабиринт. Недругам туда точно лучше не заходить. С парадной же стороны располагался административный район. Вокруг него же вырос элитный жилой район, где жили многие рейдеры, шиноби, а также наши самые ценные сотрудники. Ещё дальше, на границе этого района, мы заложили большой герцогский парк. Внутри которого и за которым раскинулась туристическая часть с красивыми улицами, магазинами, ресторанами, барами и всем прочим, что приманивало людей просто прогуляться, полюбоваться красотами и потратить деньжат.

Если у кого-то было дело к городу, моей семье или ко мне лично, то он мог обратиться в администрацию. Большую частью своей жизни я пробегал без помощников и как-то не задумывался о таких вещах, скидывая задачи на своих ближников. Но, после того как вернулся и резко сократил количество рейдов, погрузившись в дела… В общем, постепенно у меня сформировалась своя секретарская служба, которая чем только не занималась. Они подготавливали мне аналитические доклады, конкурируя с аналогичными службами других моих ближников, в первую очередь с людьми Елены. Разделяй и властвуй или создавай конкурирующие структуры, которые будут держать друг друга в тонусе и не давать зазнаваться — основы построения любой устойчивой системы. В общем, эта служба занималась и аналитикой, и подготовкой мероприятий, и моим графиком, и пошивом одежды, и всякими мелочами типа своевременной подготовки подарков для моих жён и детей, и, конечно же, разруливаем всяких мелких неприятностей, которые периодически случались.

От дома я переместился в здание администрации. Не путём духов, а обычной телепортацией. Если её можно так назвать. Там нашёл Игоря, начальника службы.

— Господин, — кивнул он сдержанно. — Я решил, что в этой ситуации вас всё же лучше вызвать.

— Да я уже понял, — отмахнулся я. — Рассказывай, что он опять натворил.

— Час назад пришёл господин Фрост. Сообщил, что ваш сын жестоко избил его сына. Парня доставили в больницу, но штатные целители не смогли помочь. Его состояние критическое, поэтому отец и пришёл сюда, просить помощи. Госпожа Василиса уже взяла дело на контроль. Сейчас господин Фрост ожидает аудиенции у вас. Господина Ивана я тоже велел привести сюда, для разбирательства.

— Что ж, пойдём поговорим с отцом.

Встречу я откладывать не стал. Ситуация так-то была в целом ясна, и сомневаюсь, что услышу там что-то неожиданное. Разумеется, возможны варианты, что мой сын вступился за какую-нибудь девушку и отбил её, но… Как-то не верится в это. При всей моей любви к сыну, вряд ли там было что-то, оправдывающее его. Скорее наоборот.

— Что это за Фрост такой? — спросил я по пути.

— Ни рыба ни мясо. У него есть небольшое поместье, свой виноградник. Делает вино, но не крупный игрок. Ещё пара магазинов в городе, мастерская. Пара грузовиков, которые товар возят. Не особо богат, но и не простой крестьянин. Женат. Есть две дочери.

— Ты, как всегда, оперативно собираешь информацию.

— Мелочь, — равнодушно ответил Игорь.

Ну да, для него это и правда мелочь. Он привык проворачивать куда более серьёзные дела.

Господин Фрост дожидался нас в приёмной и явно нервничал. Мои глаза так до конца и не восстановились. Василиса набралась опыта в этой теме, смогла подправить их, и я пару дней проходил с нормальным зрением, после чего оно резко испортилось, и я заполучил головную боль на неделю. Путём проб и ошибок мы смогли подобрать оптимальный вариант. Сейчас я мог нормально видеть, если открою глаза, но нагружать себя дольше двух минут и пяти раз в день не рекомендовалось. Иначе — опять откат. Поэтому большую часть времени я ходил с закрытыми глазами, прикрывая это круглыми чёрными очками. Без дужек. В качестве тренировки я очки постоянно удерживал силой духа. Здоровенный, с суровым лицом, с бородой до груди, с короткой стрижкой, в строгой одежде военного образца, со слов жён, выглядел я донельзя сурово и пафосно, вид имея специфический, но брутальный.

Я это к тому, что Фроста прощупал ещё до того, как вошёл в комнату. Мужчина был напуган, волновался, обильно потел и пренебрегал силовыми тренировками, имея упитанное тело с пока что небольшим животом.

— Великий герцог, Эдгар Грозовой, — как обычно, представил меня Игорь, перед тем как я вошёл.

Фрост подскочил, поклонился.

— Господин… — запнулся он.

— Рассказывай, что случилось. Слышал, твой сын пострадал.

— Всё так, господин, — ответил он, не распрямляясь.

— Сядь нормально и говори.

Знали бы все те, кто хочет со мной пообщаться, что вот такие их реакции изрядно меня утомили ещё лет пять назад.

Рассказ вышел коротким, сбивчивым, со множеством пробелов. Фрост узнал о беде, когда сын уже попал в больницу. Тот не пришёл в себя и, соответственно, не мог рассказать отцу, что случилось.

— Тогда с чего ты взял, что это мой сын?

— Мне сказал стражник, господин. Их конфликт видели, — сбледнул Фрост.

Потеет так, будто я его убить собираюсь.

— Игорь?

— Драку действительно видели. Парни не то чтобы скрывались. На самом деле пострадавших трое, но остальные отделались… как обычно, господин, — ответил он.

Разрешить эту проблему можно было великим множеством способов, и то, что я устроил разбирательство при постороннем человеке, было обусловлено общей политикой, которую я вёл. Общество сверхлюдей сильно отличается от обычного. У этого множество проявлений, одно из которых — могущественные дети. Могущественные в разных смыслах. Они обладают собственными, выходящими за рамки нормальности силами, которые позволяют им творить разное. Также в нашем случае Иван обладал и другим видом могуществом, в виде статуса и того, что его отец — великий герцог.

Несложно представить, какой трэш начнётся, если потакать такому дитятке, дать ему вкусить вседозволенности. Чей-то сломанный позвоночник? Пфф. От крови слишком легко обезуметь. Повторюсь, но это чудо, что Иван до сих пор никого не убил. Ещё хуже будет, когда с такого потакания другие начнут брать пример.

— Причины конфликта? — уточнил я.

— Со слов очевидцев, троица напала первой после словесной перепалки.

— Как обычно, — кивнул я. — Вы об этом знали, господин Фрост? — глянул я на мужчину. — Вам что-нибудь известно о конфликте вашего сына с моим?

— Никак нет, господин, — побледнел он пуще прежнего.

— Хорошо, будем разбираться дальше… Секунду…

Во время разговора я продолжал контролировать, кто и где. Мой ближний круг знал, что я так умею. У нас даже своя система общения была. Так Василиса, почувствовав моё «присутствие», закончив дела, ушла в сторону и дала мне знак. Небольшое усилие, и я выдернул её сюда путями духов. Фрост чуть не подскочил, когда она появилась.

— Муж мой, господа, — сдержанно она поприветствовала всех нас.

Проходи встреча дома, она бы подошла поцеловать меня, но мы находились в здании, где решались исключительно деловые вопросы, поэтому и такой формат приветствия.

— Что с парнем? — спросил я.

— Вы его отец, да? — глянула женщина на гостя. — Вы плохо выглядите, позвольте…

Фрост растерялся, а Василиса коснулась его и наложила малое исцеление. Видимо, тоже решила, что он вот-вот от стресса сознание потеряет. К нему вернулся нормальный цвет лица, а Василиса отошла в сторону и дала мне ответ.

— На самом деле состояние мальчика плохое…

Вот как. Теперь понятно, почему она Фросту помогла. Такие новости могут и добить.

— Позвоночник сломан с особой жестокостью, обычная помощь тут не поможет. Я уже собрала группу специалистов, взяла это дело под личный контроль. На данный момент, если без лишнего оптимизма, вероятность полного восстановления где-то тридцать-сорок процентов. Частичное восстановление, с возможностью ходить — где-то пятьдесят-шестьдесят.

Пожалуй, тут надо уточнить, какое место занимала Василиса в жизни клана, медицины и города. Великой целительницей она так и не стала. В первую очередь по той причине, что в отношении целителей это бессмысленный термин. С воинами всё понятно. Кто всех убил, тот и сильнейший. С целителям же… У них всё упиралось в специализацию и то, насколько сложные задачи умеет решать человек. К примеру, если один целитель способен мастерски лечить переломы, но больше ничего не умеет, то можно ли назвать его великим? В общем, вопрос дискуссионный, не имеющий практического смысла. Должность министра здравоохранения тоже другой человек занял. Василиса не захотела взваливать на себя эту ношу и занималась исследовательским центром, заодно взяв на себя роль покровительницы медицины. Поэтому она была при делах, но скорее присматривала, чем тащила всё на себе. Ну и немаловажный фактор то, что она мне за эти годы ещё троих детей родила.

— Это хорошая новость, господин Фрост, — сказал я мужчине. — Если наши не справятся, то будьте уверены, я найду подходящих целителей в других мирах, поэтому можете выдохнуть. Вопрос так или иначе решится. Василиса… — повернул я голову в сторону жены. — Спасибо, ты можешь быть свободна.

Жена молча вышла, а мы снова остались втроём. Ненадолго.

— Игорь, приведи Ивана.

Тот вышел и спустя секунд двадцать привёл парня, которого заранее сюда доставили.

— Что опять? — спросил он недовольно.

По виду так и не скажешь, что ему пятнадцать. Здоровый, плечи широченные, башка лохматая, волосы небрежно в пучок собраны сзади. Подростки и их самовыражение — это отдельная история.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — спросил я.

Драка случилась вчера поздно вечером. Почему мой наследник в это время гуляет чёрт знает где и дерётся — отдельный вопрос, на который легко найдут ответы те, у кого есть взрослые дети. Попробуй удержи их дома. Тут удивляет другое — почему мне не сообщили раньше, но уж что вышло, то вышло.

— Кто опять на меня пожаловался? — набычился Иван.

Он ещё и руки на груди сложил, посмотрев на нас с вызовом.

— Ты вчера сломал парню позвоночник.

— А-а, это, — протянул он без капли раскаяния и страха. — Те придурки напали на меня втроём. Поделом их. Если ещё раз сунутся, добавлю им со всей щедростью.

— То есть тебя не смущает, что ты сделал парня инвалидом?

— Пусть радуется, что жив остался, — ни капли не смутился Иван.

Я легко считывал его реакции на глубинном уровне, поэтому точно знал, что да, ноль смущения или раскаяния.

— Что ж, я услышал, что хотел. Постой пока и помолчи.

Сына я зафиксировал силой духа, чтобы не дёргался.

— Господин Фрост, — поднялся я. — Как мы только что узнали, ситуация не так однозначна, как показалась на первый взгляд.

— Я не знал, что это они напали, — быстро и испуганно произнёс он.

Ну да, ну да, нападение на сына герцога — за такое и вздёрнуть могут.

— Это важная деталь, — кивнул я. — Но дослушайте меня. В этот раз не мой сын инициировал драку, за это я его винить не буду. Но то, что он поступил столь жестоко, тут да, его вина уже есть. Вряд ли вы когда-нибудь дождётесь извинений от него лично, поэтому за него извинюсь я. Приношу вам свои искренние извинения, господин Фрост, — поклонился я глубоко. — Видимо, я слишком много времени уделял сражениям, а воспитание сына упустил. От своих слов я не откажусь. Вашего сына поставят на ноги. Также вы получите соответствующую компенсацию, но это уже решите с моим секретарём. Не буду вас больше задерживать. Сейчас вам лучше направиться к сыну и успокоить семью.

— Спасибо, господин, — поднялся он и поспешил на выход, кланяясь.

— Игорь, ты тоже можешь идти. Радамира пока не в курсе?

— Не могу знать. Но у вашей жены отличное чутье на шалости её сына.

Сглазил. Не успел он выйти, как внутри комнаты появилась Радамира, телепортировавшись.

— Что ты опять натворил, паршивец?! — не хуже рассерженной драконицы прошипела она.

— Тише, — попросил я. — Сам разберусь.

— Что он натворил-то? — успокоилась Радамира.

— Сломал парню позвоночник.

— А в следующий раз что, голову оторвёт? — покачала она головой. — Ладно, оставляю это на тебя, а то я ему сейчас сама что-нибудь оторву.

Радамира исчезла, мы остались вдвоём.

— Что, будешь читать нудную лекцию? — заговорил Иван, когда я убрал оковы. — Давай без занудствований, отец! Тебя прозвали Мясником не за любовь к мясу, а за тысячи, а то и десятки тысяч трупов!

— Так, значит, вчера ты дрался не с обычной шпаной, а с врагами, которые хотят тебя убить и разрушить твой дом?

— Как будто ты убивал только тех, кто хотел разрушить твой дом, — парировал сын. — Не рассказывай мне сказки. И вообще! Ты унизился! Перед каким-то простолюдином! С чего бы такие почести? Пусть знает своё место.

— Хочешь сказать, что тебя тоже надо сделать простолюдином, чтобы гонор поумерил?

— Делай, что хочешь, — упрямо ответил он.

Неожиданно рядом с нами открылась рамка портала. Без всяких шуток, и правда неожиданно. К нам иногда разные гости заглядывали, но конкретно этого я давненько не видел.

— Гар-дунок, — сказал я недобро.

— Беловолосый, — вышел кузнец и усмехнулся. — Вспомнил о тебе, смотрю и вижу, что с сыном беда. Не думал мальчишку к делу приставить? — сразу перешёл он к главному. — Я бы мог его…

— Левую или правую? — перебил я его.

— Ты о чём? — нахмурился кузнец.

— Левую или правую руку. Отрублю. Если скажешь ещё хоть слово.

— Я бы мог помочь обрести ему величие…

Гар-дунок умолк и перевёл взгляд на отделившуюся руку.

— Помню, что рабочая у тебя правая, поэтому для начала отрубил левую. Если скажешь ему ещё слово — отрублю голову.

— Ты так говоришь, будто я у тебя сына похитить собираюсь, — угрюмо ответил он, не впечатлённый отрубленной рукой.

Кровь у него, кстати, пусть и выделилась, но не побежала.

— Мы с сыном кое в чём похожи. Оба не любим сказки. Так что не надо рассказывать мне про доброго кузнеца, который просто хочет обучить талантливого юношу. Я не против этого. Но не раньше, чем внуков воспитает.

— Обучать лучше с малых лет.

— Я предупредил. Продолжи этот разговор и останешься без головы. Попробуй влиять на мальчика, пока меня не будет рядом, и я тебе клянусь, разнесу всю вашу кузню, будь она хоть трижды великой.

— С годами ты не стал добрее. Не боишься против меня меч души использовать? Это я его тебе выковал.

— Выковал я его сам. И, если мой меч для тебя не несёт угрозы, тогда ты всегда можешь проигнорировать мои слова, — улыбнулся я.

— Мог бы сказать и спасибо за такое оружие. Я видел, как он тебе помог. И вижу, кого ты приютил.

— Кузнец-кузнец, — покачал я головой. — Ты упорно ходишь по краю.

— Я тебе не враг. И всё же скажу слово парню. Я, Гар-дунок, великий кузнец, учитель твоей матери, буду ждать тебя в великой кузне через пятьдесят лет. Слушайся и почитай отца, иначе никогда не обретёшь величие и двери кузни, где живут величайшие мастера, будут для тебя навсегда закрыты.

— Разберёмся и без тебя, — ответил я. — Больше не задерживаю.

Кузнец усмехнулся, поднял свою руку, прицепил обратно и ушёл. Интриган хренов.

— Отец… — неуверенно произнёс Иван, когда мы снова остались одни. — Но почему?! — с обидой, чуть ли не взревев, произнёс он.

— Почему — что?

— Почему ты меня не отпустил?! Я всегда об этом мечтал! Мне нужен учитель! Я уже вырос из мастерской!

— Да потому что ты малолетний дебил, — не выдержал я. — Который с чего-то решил, что в свои пятнадцать лет понимает, как устроена жизнь. Не тебе заигрывать с кузнецом, которому больше двух тысяч лет и который неизвестно какие интриги крутит.

— Это же бред! Если он правда учил мою мать, то в чём проблема?! Я уже взрослый и сам могу решать!

Проявить терпение, когда такое происходит в первый раз, проще простого. Проявить терпение, когда такое происходит в десятый раз, чуть сложнее. Проявить терпение, когда такое происходит постоянно, титанически сложно, а я был не из тех, кто обладает стальной выдержкой.

И уж кто-кто, а Иван умел выбесить меня до белого каления.

Оплеухой я выкинул его в мир духов.

— Будешь сидеть здесь, — сказал я ему. — Выпущу, как вернусь. А теперь слушай моё слово. Если в следующем году ввяжешься хотя бы в одну драку, то никакой школы шиноби, никакой мастерской и никакой поддержки клана.

— Справлюсь и без этого, — гневно заявил Иван.

— Я знаю, — ответил ему спокойно и устало. — Я никогда не сомневался в твоём таланте. Если тебе так не нужна семья и наша поддержка — неволить не буду.

Сказав это, я ушёл, оставив сына в не таком уж и дружелюбном мире духов. На сердце было тяжело.

Глава 3. Иван и то, как Петр экзамен сдавал

Иван свой побег спланировал со всей основательностью. Затаился, когда отец вернулся, и выпустил из мира духов. Несколько недель вёл себя тихо. Обустроил всё так, чтобы его несколько дней не хватились и, подгадав момент, сбежал.

О чём парень не знал, так это о том, что на фоне этого произошло несколько событий. Дарий, сын Марии, в один из дней спросил у Лилии, с которой играл, а что, Иван собирается сбежать? Встревоженная и ответственная сестра проследила за братом и пришла к выводу, что да, тот готовит побег. От идеи рассказать отцу она отказалась сразу же. Все в доме знали, что до их конфликта лучше не доводить, а то, что конфликт в этой ситуации будет, было понятно сразу. Сообщить маме Радамире — ещё хуже, потому что она выпорет сына ремнём из кожи дракона, а упрямый Иван от этого закусится ещё больше. Рассказать маме Василисе — это всё равно что рассказать отцу. Как и всем другим старшим. Поэтому Лилия решила рассказать Софии, которая как раз приехала из столицы погостить вместе с друзьями на свежем морском и горном воздухе. Старшая сестра отнеслась к проблеме всерьёз, в привычной ей манере понаблюдала за развитием ситуации и пришла к выводу, что самой ей лучше не лезть. Потому что «дурашка Ваня к мудрой сестричке относился с опаской, называя её мозголомкой». Не без оснований. Коварства и умения манипулировать четырнадцатилетней девочке было не занимать. В сложившейся ситуации она приняла единственно верное решение и слила информацию тёте Тамаре. Та, будучи женщиной умной, тоже с ходу поняла все расклады.

Таким образом, Иван сумел сбежать, удалился от города на сутки, идя горными тропами и стараясь не попадаться людям на глаза, здраво опасаясь, что если его узнают, то быстро доложат отцу, заночевал в лесу, а утром, когда проснулся, увидел Тамару, что довольно пялилась на него, щурясь.

— Ты убит, — ткнула она в него палкой. — Или взят в плен, чтобы получить выкуп с твоего отца. Но это опасно, поэтому, скорее, просто убит, чтобы насолить ему. Или чтобы ограбить молодого дурачка, у которого с собой столько богатств и который идёт в одиночку.

— Что ты тут делаешь? — поднялся Иван хмурясь. — Тебя послал отец?

— Нет, он не в курсе того, что ты сбежал. Наверное. В его случае ни в чём нельзя быть уверенной.

— Тогда что ты здесь делаешь, тётя? — с вызовом спросил Иван.

— Смотрю на редкостного дурака и обиженку.

— Я, может, и не самый умный, — раздражённо ответил парень, — но и не обиженка.

— А кто тогда? Ути-боже, — скорчила умилительную рожицу Тамара, — обиженку никто не понимает, обиженка думает, что самая умная, обиженка думает, что близкие люди её сдерживают, обиженка хочет всё и сразу, а ей не дают. Ути-пути, — потянулась Тамара к щёчкам Ивана, и тот поспешно попятился.

Ситкартку он не боялся, но сторонился. Очень уж та любила тискать угрюмого парня.

— Что бы ты ни сказала, я не собираюсь возвращаться, — заявил Иван.

— С чего ты взял, что я собираюсь тебя возвращать? По правилам ситкаров, если кто-то решил отбиться от стаи, то он теперь чужак, а значит… — перестала она дурачиться и посмотрела серьёзно, — с ним можно делать что угодно.

— Вот не надо. Я знаю, ты меня не убьёшь. Максимум побьёшь, но как-нибудь переживу.

— Звучит как вызов, но ты прав, убивать я тебя не буду, — усмехнулась Тамара. — Зато поиздеваюсь вдоволь. Мне теперь нет смысла беречь твои чувства. Ты для меня теперь чужак.

Иван дёрнулся на это заявление, а Тамара продолжила:

— Отца и мать не уважаешь, сестёр бросил одних. На что ты теперь рассчитываешь? Нет, серьёзно, мне и правда интересно. В чём твой план?

— Уйду в Колодец, — угрюмо ответил парень.

— В какой из?

— Да уж не к великанам.

— Ну да, ну да, — покивала женщина. — Там делать-то нечего. А в первом Колодце что делать будешь?

— Найду учителя.

— А мать, значит, тебя больше не устраивает, — покивала Тамара.

— Я уже вырос из этого места.

— Охотно верю, — бросила ситкартка насмешливо. — Так, гений ты наш. Расскажи мне и другие детали плана. Как собираешься пройти контроль на спуск в Колодец?

— Какой контроль? — нахмурился Иван.

Тамара рассмеялась.

— Ой, не могу, — схватилась она за живот. — Его величество мальчик Я Знаю Всё И Умнее Всех! даже не в курсе, что наш клан контролирует спуск в Колодец, и уж поверь, охрана там узнает тебя в лицо. Но погоди! У тебя есть волшебный… капюшон! — указала Тамара пальцем на плащ парня. — И ты его как натянешь на глаза! Как обманешь всех!

— Придумаю что-нибудь, — отвёл взгляд парень, который и правда не знал, что на входе есть какой-то контроль.

Таков уж был Иван. Он мог наизусть пересказать весь сложный процесс создания артефактного меча, но как устроен окружающий мир — представлял довольно смутно. О чём сам не подозревал.

— Уверена, ты придумаешь, — покивала Тамара. — Я даже могу тебе несколько вариантов набросать. Воспользоваться волшебным капюшоном. — Плащ у парня был самый обычный, поэтому сие предложение звучало как издёвка. — Попытаться пробиться с боем, то есть поднять руку на людей клана, но чего ещё ждать от предателя и чужака, да? Третий вариант — связаться с какой-нибудь компашкой, которая пообещает тебя провести. Тут могут быть самые различные варианты того, насколько жёстко тебя поимеют, но с кем-то нормальным договориться точно не получится, потому что нет там людей, которые рискнут пойти против твоего отца. Но, допустим, ты, гений артефактор, придумал, как попасть вниз. Что дальше? Ты знаешь маршруты? Ты у нас мастер скрытности? Никто не увидит одинокого паренька с белыми волосами? Ну да, ты же у нас такой неприметный, никак не узнать. А ещё очень умный. Придумаешь, как спуститься на четвёртом, там высота небольшая, всего-то сотня метров где-то. Потом придумаешь, как пройти контроль в городе клайдов. Как-то пройдёшь через мёртвый город. Как-то минуешь пару сотен километров среди вулканов, по лаве. Не попадёшь в лапы недружественным дроу, которые подкрадутся к тебе невидимыми, пригласят в гости и дадут познать всё многообразие пыток. Может, ты знаешь, как от них отбиться? Хотя чего это я? У тебя ведь такие си-ль-ные мышцы, — притворно восторженно протянула Тамара.

Иван залился краской. Формально тётя была старше Ивана раза в четыре, но, если смотреть со стороны, выглядела чуть ли не младше. Ещё и одевалась специфически. Короткий топ, обтягивающий грудь, мини-юбка, дающая разглядеть и ноги, и чулки. Она выглядела как заводная девчонка, и неудивительно, что всякие разные юнцы западали на неё, несмотря на довольно условную родственную связь.

— Отстань, а, — буркнул Иван устало, признавая своё поражение в этой битве.

Была бы она парнем, он бы знал, что делать — дать в морду. Но она была девчонкой, которая сама могла дать в морду.

— Да я уже закончила, — перестала издеваться Тамара. — У тебя есть простой выбор, пока что ещё мой племянник. Свалить и опозориться или спокойно вернуться домой, сделать вид, что ничего не случилось, отнестись с уважением к отцу, извиниться перед матерью за то, что такой дурак неблагодарный, и дальше развиваться. Ну, или, конечно же, ты можешь попытаться сбежать в Колодец, где, как известно, за каждым углом обитают великие учителя, которые так и мечтают о таком таланте, как ты. Но знай. Если уйдёшь, для меня станешь чужаком, даже стань ты сто раз великим. Когда я была маленькой, родителей у меня не было. Ситкары часто умирают, знаешь ли. Прояви я хоть десятую часть той дерзости, которую ты позволяешь себе, мою бы душу тут же высосал старший. Поэтому я не буду миндальничать с таким неблагодарным дураком, как ты. Хочешь — вали. Сестры и мать поплачут, отец тяжело вздохнёт и не покажет свою боль, а я вот даже не поморщусь и через день о тебе забуду. Вот тебе моё слово, мальчик, который даже не заметил, как к нему подошли во сне.

Тамара ушла, переместилась. Иван остался один. Зерна сомнений женщина в нём зародила. Парень по-новому взглянул на свои перспективы, заподозрив, что подготовился не так хорошо, как следовало бы.

Но болезненная гордость не позволила ему так легко вернуться домой. Он отправился дальше, пусть уже и не так бойко. Ждал, что вот-вот его настигнет погоня, но никто не приходил, и Иван вспомнил слова отца о том, что неволить тот не будет. К отцу можно было относиться по-разному, но каждый знал, если он дал слово, то сдержит его. Эта простая мысль заставила задуматься, что семья и правда может отпустить его. Вычеркнуть из своей жизни, как не оправдавшего надежды. Где-то внутри себя Иван думал, что за ним будут бегать. А тут, кроме появления Тамары, ничего. Пропажу должны были уже заметить, а значит, и отцу сообщили, и тот мог бы его легко найти.

Почувствовав, что и правда может теперь выбирать, куда идти, Иван окончательно растерялся. И чем больше он думал, тем больше слабых мест видел в своём плане. Финалом этой истории стало то, что он заблудился. Хотел к вечеру выйти к дороге, чтобы совсем уж в глуши не ночевать, но налетел туман и дорогу найти не удалось. Заснуть тоже получилось с трудом. Предупреждение Тамары, что к нему так легко подкрасться, оказалось действенным. Но не привычный к такому организм не выдержал, и парень всё же уснул. Проснувшись от чувства опасности.

Открыв глаза, Иван рассмотрел красные глаза какой-то твари. Что за тварь, вскоре удалось выяснить на своём опыте. Это оказался демонический медведь. Откуда он взялся в этих безопасных землях, Иван как-то не задумался, больше в тот момент обеспокоенный тем, как бы не быть сожранным. Официально ему, как не прошедшему школу шиноби, никакого оружия не полагалось, но быть кузнецом и не умыкнуть себе что-нибудь? В своём кольце Иван носил небольшой арсенал, как-то не задумываясь, насколько хорошо он с этим всем умеет обращаться. С демонами парень тоже до этого не встречался, но почему-то решил, что это не сложнее, чем разобраться с ровесниками в подворотне.

Первое же столкновение показало, насколько сильно расходятся ожидая с реальностью. По привычке Иван зачем-то выхватил кузнечный молот. Даже не боевой. Демон этого не оценил, оказался рядом слишком быстро и ударом лапы отправил парня в далёкий полёт, который закончился ударом о дерево.

И всё же Иван был крепким пареньком. Поднялся, встряхнулся, метнул молот в морду демону, попал удачно и… Припустил со всех ног, на ходу вспоминая, насколько быстро бегают медведи и так же на ходу ругая себя, потому что обычные звери отличались от демонических если не всем, то многим, и никогда не в лучшую сторону. Опасения парня подтвердились в полной мере. Медведь оказался и быстрее, и ловчее, и сильнее. Догнал, перехватил зубами, помотал из стороны в сторону и швырнул в сторону. Догнав ещё раз, медведь навалился сверху. Затрещала, не выдержав, защитная одежда. Хрустнули ребра. Мышцы были порваны, внутренним органам тоже досталось. Наигравшись с так забавно кричащей игрушкой, медведь отшвырнул парня, и тому в некотором роде повезло. Иван свалился со скалы, полетел по склону, подпрыгивая. Его голова не разминулась с камнем, но осталась относительно цела, пусть сам Иван и потерял наконец-то сознание. Путь его закончился в ручье, в который он нырнул с головой.

Тут бы ему и сложить голову, но из густого тумана появилась тёмная фигура, которая выделялась белыми волосами. Фигура была юная, если не сказать, детская. Кто бы это ни был, он подошёл, вытащил парня из ручья, чтобы тот не захлебнулся, внимательно осмотрел и обработал самые страшные раны. До конца лечить этот некто не стал и, убедившись, что Иван не сдохнет, скрылся в тумане, растворившись.

В то же самое время Эдгард Грозовой, который находился далеко отсюда, но всё же наблюдал за происходящим, задумчиво почесал бороду, смотря на то, как плетутся интриги в его семье. Что-либо делать он не стал. Пусть происходящее ему и не нравилось, но результат в целом устраивал.

Иван вернулся домой спустя три дня. Сам. Кое-как отмытый, в потрёпанной одежде. Первой его встретила мать и, не стесняясь, отхлестала ремнём из кожи дракона хаоса. Парень выдержал это стойко, не убегал, не уворачивался и не возмущался. Радамиру повергло в шок, что он впервые извинился. Правда, от наказания это его не спасло. На целый месяц Иван был отправлен работать дворником, без права пройти лечение у лучших целителей. Возможность обращаться в больницу в общем порядке ему предоставили, но имелась большая разница между бесплатным учеником-аспирантом и лучшими целителями города. Также на этот месяц парень съехал в каморку по месту работы.

Слухи о том, как сын герцога работает дворником, разошлись моментально. Весь месяц многочисленные недруги ходили и глазели на это, а когда увидели, что Иван не отвечает, его жизнь превратилась в самый настоящий ад. После схватки с медведем, оценив свои реальные силы и то, что в большом мире он и недели не проживёт, Иван обратился к отцу и попросил начать обучать его всерьёз. Чего ранее всячески избегал. Отец согласился, при условии исполнения прошлого слова — никаких драк в течение года.

Поэтому да. Слушать все оскорбления и подначки, работая метлой… В общем, чего это стоило Ивану — история умалчивает. Тем не менее болезненная гордость иногда может оказаться и полезной. Восприняв происходящее как испытание на смирение, парень из принципа продержался весь месяц. А потом и весь оставшийся год, ни разу не ввязавшись в драку.

***

Чем старше становлюсь, тем быстрее летит время. Казалось бы, совсем недавно родился мой первенец, а вот он уже поступает в школу шиноби и заканчивает первый год.

Когда я говорил, что на каждом курсе учатся по двести человек, то немного обобщал. Первый год называли отбраковкой и не просто так. Стандартом считалось, когда отваливалось пять процентов учащихся. В первые годы после реформ эта цифра была больше, в самый удачный год вообще никто не отвалился, а в среднем показатель держался как раз в районе пяти процентов, то есть десяти человек, которые не выдерживали испытаний и сходили с дистанции.

Столь низкое число вовсе не случайность. Мы, в смысле, вся система, все её участники, на каждом этапе прилагали множество усилий, чтобы в шиноби не попали лишние дети. Далеко не все обладают духом бойца. Далеко не всем это надо. Поэтому мы придумали множество фильтров, чтобы отсеивать лишних, и, как показывает практика, это работало.

Отбраковкой первый год назывался, потому что ученик должен был доказать право на имя, а для этого он ему предстояло выдержать весь год обучения, сдать нормально все нормативы, но главное — пройти испытание. Для этого мы нашли особое место. Повезло, и таковое отыскалось прямо у нас в мире. Правда, находилось далеко, в двух сутках лёту на корабле. Это было что-то вроде долины, со сложным рельефом и смешанными природными условиями. Чего так только не было. И реки, и озеро, и ущелья, и пещеры, и скалы, и джунгли, и обычные леса. Площадь этого места составляла где-то две с половиной тысячи квадратных километров. Из одного края в другой из-за сложного маршрута путь составлял где-то два дня, если без серьёзных задержек и имея подходящее оборудование или способности для преодоления различных препятствий. Где разгуляться — было.

Выпускникам предстояло в течение трёх дней каждому найти по специальному жетону и выйти к базе, которая находилась с другой стороны аномалии.

Задание не для слабых духов, мягко говоря.

Запускали по одному, в разных местах. В течение года ученики набирали баллы и, помимо стандартного снаряжения, могли взять что-то дополнительное. В основном это были артефакты. Целительские, левитирующие, маскирующие, защитные. Также те, кто больше всего набрал командирских очков, могли заранее набрать себе группу и выйти в одной точке. В этом было сразу несколько уроков, которые нам ещё Такен преподавал. Кто лучше учится, тот больше получает. Кто лучше общается, тот легко объединится в группу. Никто не мешал хоть всей толпой собраться и идти всем вместе. На практике же пока не нашёлся тот, кто сможет объединить всех. Люди есть люди. Они любят сбиваться в стаи, но также они любят делить всех на своих и чужих и находить поводы для конфликтов. Поэтому, сколько себя помню, на любом из потоков всегда находились те, кто друг дружку прямо сильно не любили, и те, кто был не прочь просто подножку по пути подставить.

Ну и надо ли говорить, что мы давали возможность свести счёты и ставили недругов близко друг к другу? В случае серьёзной попытки убить друг друга пинка под зад получали оба.

Был в этом и соревновательный момент. Десять лучших учеников в качестве награды получали легендарный камень. Это была одна из причин, почему никто не объединялся в большие группы. Все спешили побыстрее добраться до финиша. Точнее как… Не прям все и не прям спешили. Каких только тактик ученики не придумывали. Бывали и те, кто в течение нескольких часов заканчивал испытание. Не так уж это сложно при грамотно подобранном составе группы.

Насколько испытание было опасным — хороший вопрос. О нём в первый раз официально рассказывали после Нового года. Неофициально старшие курсы начинали сливать информацию и пугать чуть ли не с первых дней, вбрасывая всякое разное. К моменту начала «безымянные» проникались и относились к испытанию максимально серьёзно, если не сказать нервно. За неделю до мероприятия, в тайне от них часть учеников второго и третьего курса забрасывалась сюда с целью подготовки зоны. Самые опасные твари уничтожались, разбрасывались жетоны, готовились капсулы с припасами, ставились ловушки. Ловушки — обычно безобидные, но способные потрепать нервы и задержать. Как заканчивали, второй курс убывал обратно, на летнюю практику с походом в Колодец, а вот часть третьего, те, кто специализировались на скрытности, оставались, чтобы присматривать за молодёжью. Таких обычно было в районе сорока человек. Для них считалось провалом и позором, если кто-то из первокурсников их замечал.

Что иногда всё же случалось. Ситуации разные бывают, а юные шиноби у нас разные, есть и талантливые сенсоры.

Я тоже присматривал за этим мероприятием. Через духов. Момент, когда Гэцу свалил от меня учить других, совпал с тем, что другие духи массово повалили ко мне. Инстинктивно искали помощи короля для пробуждения разумности. Это отдельная история, как на меня неожиданно целый народ свалился. Пришлось их воспитывать, создавать отдельные центры силы и выстраивать свою систему. С тех пор мне постоянно какие-то духи служили. В том числе становились моими глазами, позволяя контролировать много чего. Ход испытания — тоже.

Поэтому, в теории, испытание было безопасным. На практике — чтобы помереть, человеку надо до обидного мало. Иногда бьёшь, бьёшь, а помирать отказывается, а иногда шёл, споткнулся, башку разбил и помер.

Ну и на помощь никто не спешил приходить. Тянули до последнего. Испытание должно быть испытанием, а не прогулкой.

Но сколько себя ни убеждай, сколько доводов ни приводи, сколько ни верь в сына, которого не так-то легко убить и который отлично отучился весь год, а всё равно волнительно.

Учеников доставили в нужный час, распределили да дали отмашку. Двести парней и девушек вошли на территорию аномалии. Я только тяжело вздохнул, когда не прошло и минуты, как один из них угодил в яму (не ловушку, просто яму), обляпался в грязи, сам выбраться не смог и начал звать на помощь. Ему-то помогли, попытались вытащить, но помощник сам провалился. Грязь-то скользкая. В итоге пятеро юных дарований вывозились, как свиньи в хлеву, но всё же выбрались, путь и потеряли время вместе с гордостью.

Чисто статистика и социология. Если собрать в одном месте двести самых умных детей, то среди них обязательно треть окажется дураками.

Тем временем мой сын быстро собрал расширенный отряд. Ничего неожиданного. О том, что у него есть организаторские и лидерские качества, я знал ещё с тех пор, когда он всех домашних детей собирал. Первый курс шиноби укрепил это.

Пошли они толпой в десять человек, за первые сутки собрали пятнадцать жетонов и преодолели половину пути. Остановились на ночь, и тут я им всем добавил веселья, призвав дождь. Жестить не стал, обошёлся без ливней, но и мелкий дождь за несколько часов и без того не самое лёгкое путешествие выкрутил на максимум, добавив множество самых разных ощущений, среди которых приятные были в дефиците.

Мой сын вместе с командой пережили дождь достойно. Ну да с его-то подготовкой испытание — это формальность. Отчего мне не менее волнительно. Представляю, как сейчас Василиса переживает.

Пусть мы и контролировали это место в значительной степени, но в любой момент что угодно могло случиться. Это же аномалия. Появление незапланированных демонов — обыденная ситуация. Тут ведь хватало тех, кто получил камни вне Колодца, не совсем своим трудом. Точно не знаю, как это работало, но в этот раз Колодец не оплошал, выплюнул несколько сотен мелких демонов. Матёрых тварей я среди них не заметил, поэтому дал команду не вмешиваться. Волна разошлась, и по всей аномалии вспыхнули бои. Демоны будто знали, где искать людей. Никто без добавки не ушёл. Напряжение сразу на порядок скакнуло. Никакого сверхвосприятия не хватит, чтобы нормально контролировать сразу двести целей. Ну ладно, пусть не двести, отряды шли за одну единицу, но даже пятьдесят целей на большой территории — это много.

Сын со своими справился на отлично. Только вскоре на них вышла тварь покрупнее, и там случился тяжёлый для них бой. Ничего, отбились. Пётр всех подлатал. После чего они посовещались и встали лагерем. Туша большого демона завоняла, привлекая внимание. Так они ещё и костёр разожгли.

Интересное решение. Лагерь разбили на возвышенности. Если быть точным, то на удобном перевале, который открывал путь в финальную часть пути. Оттуда если обычным шагом, то часов пять топать. Могли бы и добраться, но решили задержаться. Постепенно до меня дошло, что они задумали. Сначала подумал, что сын хочет помочь тем, кто к ним на дым подойдёт, он же целитель, но… Ну, он так и хотел, но, помимо этого, они стали убивать всех демонов, что на запахи сбегались. Говорю же, интересное решение. Десять юных шиноби с копьями и щитами способны перемалывать равного по силе противника если не бесконечно, то долго точно. Зависит от того, будут ли у них передышки. А передышки были.

Задумка окончательна стала ясна. Пётр решил задержаться на сутки, чтобы камни в телах демонов проявились. Набили они сотен пять тварей до следующего утра. И помогли подлечиться да перевести дух половине курса. Собрали добычу, двинули к точке и благополучно её достигли.

Добычу они неплохую взяли. Не лучше, чем награда за первые места, но тоже неплохо. С одной стороны, получили меньше, а с другой — репутацию на курсе себе подняли. Неоднозначное решение для команды, потому что не все из них легендарки получили, в то время, когда у Петра был доступ к любым камням благодаря клану. Но и не сказать, что решение плохое. Уже хорошо, что это решение. Собственное. А какое оно последствия иметь будет — пусть Пётр разбирается, опыта набирается.

Мне же теперь надо задуматься над тем, чтобы сводить его к обещанному испытанию. Обещал ведь, что если хорошо год отучится, то отведу.

Как бы теперь набраться решимости окунуть сына в боль, кровь и смерть.

Глава 4. Испытание для сына, или Как Спар за интригами наблюдал

Интересная штука — возраст. Даёт возможность посмотреть на прошлое под другим углом.

Когда-то давным-давно, когда я тоже только начал обучение в школе шиноби, Мария Вологодская отвела меня на испытание, выход из которого — через смерть. Испытание оказалось во многих смыслах полезным, но интересовало меня сейчас совсем другое. Волновалась ли Мария, отправляя меня туда? Да не, вряд ли. С чего ей волноваться-то?

С момента её возвращения много времени прошло. Сына она Дарием назвала. В себя тоже пришла. Где-то год реабилитация длилась. Ох и намучилась с ней Роза. Да и остальные тоже. Не то, чтобы Гроза буянила. Но пару раз срывалась, а сам факт того, что это может повториться, изрядно давил всем на нервы. Справились, сдюжили. Так сразу и не скажешь, к лучшему или нет. В какой-то момент она в полной мере осознала всю сложность ситуации. Что Люций погиб (пусть тела никто и не видел), что она теперь мать, и что произошло это при странных обстоятельствах.

Я Марию в разных состояниях повидал, но как про Люция окончательно поняла, так накрыло её по-чёрному. Сейчас-то ничего, смирилась, отошла. Чему способствовало наличие сына. Уж как его рожала — помнила во всех подробностях. Все анализы тоже говорили, что это её ребёнок. Ну, те же анализы говорили, что это мой родич и что, вероятнее всего, отец Люций, но… А, ладно. Сейчас нашему тёмному властелину десять с половиной лет и чего от него ожидать, я так до сих пор не разобрался.

Сейчас же был занят другим. С Петром мы отправились к испытанию.

После испытания шиноби все сдавшие получали право на имя. В крепости устраивали праздник. После этого юные шиноби получали десять дней отдыха и отправлялись по домам, чтобы провести время с семьёй. За исключением сирот. Тех сразу к делу приставляли, пусть и к чему-то простому. Спустя десять дней шиноби прибывали в Озёрск, на нашу столичную базу, для дальнейшего распределения. Это накладывалось на празднования в городе, и четырнадцатый день по традиции им отводился на гуляния. Что может быть хуже юных убийц со сверхспособностями, перебравших с алкоголем? Много что, уж я-то знаю, но и это тянуло на угрозу городского уровня. Поэтому, согласно той же традиции, за первым курсом присматривали старшие. И по той же уже негласной традиции старшие товарищи заманивали молодых, мужскую часть, в бордели, хех. Разврат развратом, но главная причина в другом — если ты год пахал, как проклятый, то было бы неплохо сбросить пар и качественно расслабиться.

Ну да ладно. Не о том речь. Получение имени, десять дней с семьёй, праздник, распределение. Пётр вернулся домой пять дней назад, отдохнул, и мы с ним выдвинулись. С Марией я вопрос обсудил, но она ничего дельного сказать не могла. Неизвестно, на месте ли испытание, изменилось оно или нет, как оно отреагирует на меня и моего сына. Формально я проклятие с себя снял. А фактически по-прежнему оставался «еретиком», который не может осваивать камни и больше не чувствует Колодец. Точнее, не совсем так. Раньше меня Колодец направлял и позволял находить, что захочу. Сейчас же я полагался исключительно на свои многочисленные способности, которых не так уж мало. Поэтому найти могу многое, но… Это совсем иначе происходит, уж точно.

Место мы в итоге нашли. Даже удивительно, что оно там, где ожидалось, оказалось.

— Это там, — указал я направление.

— И что дальше? — спросил напряжённый Пётр.

Если бы не серьёзность ситуации, если бы не отличные от нуля шансы, что всё пойдёт сильно не так, я бы тихо посмеялся, вспоминая себя. Да, первые выходы в Колодец они такие — волнительные, напряжённые. За каждым углом опасность чуешь. И правильно, и хорошо. В этот раз я лишь задавал направление, а дорогу прокладывал сам Пётр. Ну да, тут-то и идти особо нечего было. За несколько часов добрались. Удивительно то, что сюда постоянно не шастают. С другой стороны, испытание скрывалось в глубокой чёрной яме, куда прыгнуть надо. Таких ям в пещерах хватает и не каждый рискнёт туда сигануть. Глупо это. Да и опасно.

— Дальше инструктаж, — ответил я серьёзным тоном, давая понять, что нужно слушать внимательно. — Сын, хочу, чтобы ты хорошо осознал опасность подобных затей. Нет гарантий, что это тоже испытание, которое я проходил. Нет гарантий, что оно пройдёт так, как я ожидаю. Тут вообще никаких гарантий ни на что нет. Поэтому ждать там тебя может что угодно. Полагаться ты сможешь исключительно на себя. К чему это приведёт — я не знаю.

— А чего ждать, ты мне не расскажешь?

— Этого лучше не делать. Иначе шансы на то, что испытание будет изменено, повышаются. Скажу только, что ты отлично подготовлен. Если вдруг выбросит в неизвестном мире, не паникуй. Припасы у тебя есть. Целитель твоей силы где угодно устроится. Мы тебя не бросим и постараемся найти, поэтому ты, главное, продержись. Но это я уже что-то нагнетаю. Не теряй бдительности, исследуй, анализируй, адаптируйся, будь решительным. А ещё забудь обо всех условностях. Никто тебя не осудит. Ни за какой результат. Действуй ради себя, а не ради других.

— Как-то мне не стало легче от твоих наставлений, — криво улыбнулся парень.

— Ты справишься, — хлопнул я его по плечу и обнял. — Всё, иди. Хватит тянуть.

И — ушёл.

Чёрт возьми. Лучше самому любое испытание пройти, чем сидеть и ждать, когда твои дети рискуют. Но нельзя. Они тоже должны обрести свою силу. Чтобы потом переживать из-за своих детей. Чтобы было, о ком переживать. Такова жизнь, будь она неладна.

Чтобы нервы себе не трепать, отошёл и в медитацию погрузился. Слился с миром, так и просидел все три дня.

Пётр появился вовсе не внезапно. Я засёк колебания энергии, как подрагивает что-то, как туман наползает, а там раз, и его тело появилось. Оказавшись почти мгновенно рядом, я облегчённо выдохнул. На первый взгляд цел, тяжёлых ран нет, конечности тоже на месте. Что с разумом, непонятно, но если он, как и я, пережил опыт смерти, то сейчас просто в отключке находится. Одежда потрёпанная, щетина отросла, волосы обстрижены кое-как, запашок тот ещё, но это тоже объяснимо. Сам я не лучше выглядел. Дикарь дикарём. Проверил более тщательно, но увидел лишь ожидаемое — повышенное количество жизненной энергии. Один из главных бонусов этого испытания.

Похлопал Петра по щеке, тот очнулся, дёрнулся. Придержал его, зафиксировал, чтобы не буянил. У парня уже есть свой дух, мог бы и у него спросить, но дело это интимное. В том смысле, что было бы несколько странно держать внутри себя существо, которое, чуть что, сразу докладывает твоему отцу. Не то чтобы это критично, и если было бы надо, я бы получил всю информацию, но зачем давить на духа, если проще узнать всё у Петра?

— Всё в порядке, — сказал я, смотря в дикие глаза сына. — Это я, твой отец. Испытание закончено. Мы сейчас в Колодце и скоро отправимся домой.

— О-отец? — с хрипотцой, словно позабыл, как говорить, произнёс парень.

— Я это, не переживай. Хорошо развлёкся? — поддел я его.

— Развлёкся?! — мигом завёлся парень.

Что мне и требовалось. Надо, чтобы собрался, а то какой-то пришибленный.

— Выдыхай, боец. Выдыхай и докладывай. Отчёт.

Такен, Такен. Надеюсь, ты там с небес видишь, что мы не забыли твои славные традиции вырабатывать у шиноби рефлекс на слово «отчёт». Сын дёрнулся, хохотнул нервно, поднялся, встал по стойке смирно и начал доклад. Сначала сбивчиво, а потом ничего, вошёл во вкус.

— Я не знаю, сколько времени там провёл. Год или около того. Сначала было несложно, но с каждой волной враги усложнялись. До меня не сразу дошло, что это… симуляция.

Симуляция — это он имеет в виду виртуальную симуляцию, хотя не уверен, что в случае Колодца это подходящий термин, скорее, тут надо говорить «до боли реальная симуляция», но не суть. Ещё Такен заложил попытки возродить достижения прошлой цивилизации. Кое-что получалось. У Елены на работе даже компьютер имелся. Примитивный по древним меркам, но всё же. Поэтому мои дети в целом имели представление, что это такое, ну и о всяком, с этим связанным, тоже.

А то, на чём запнулся мой сын, идея убийства людей ему претила, а противники в испытании разные, есть и люди. Поэтому ему пришлось ломать себя, чтобы выжить. Жестокое обучение, но без этого в нашем мире никуда.

— А дальше… Да совсем какая-то жесть началась, — махнул Пётр рукой резко. — Я сбился со счёта, сколько раз меня ранили. И пытали, — бросил он на меня колючий взгляд. — Не без этого.

— Ты стал сильнее? — спросил я.

— Определённо. Сильнее, опытнее, более жестоким, а ещё безумным. Я ведь уверовал, что всё. Не то испытание. Что не выберусь. Оно всё шло и шло. Я весь остров облазил, выхода не нашёл, какие условия, тоже не понял. Уже смирился десять раз и последние месяцы сам не знаю, ради чего боролся, — встряхнулся он. — Так и не понял, что случилось. Меня вроде как убили.

— Так и есть. Выход из испытания через смерть. Я прошёл через то же самое. Мария также не предупредила меня, чего ждёт. До гигантов добрался?

— Гигантов? Ерунда, — отмахнулся Пётр. — Вот потом пришли ангелы из инферно, и началась полная жесть.

— Ты зашёл дальше меня? Ха! Сын превзошёл отца!

— Шутишь? — не поверил Пётр.

Уточнить, действительно ли он зашёл дальше, мы не успели. Внезапно я ощутил резко проснувшееся чувство опасности. Мне неведомы способы, как скрыться от моего взора на расстоянии километра. Неведомы — это значит, я целенаправленно несколько лет перебирал разные способы сокрытия и тренировал методы противодействия. Наверняка что-то ещё оставалось, но сам факт того, что угрозу я ощутил внезапно, говорил об очень многом. Как ни странно, об уровне угрозы.

Тем удивительнее было то, что враги шли не скрываясь.

— Опасность, — сказал я Петру, с тихой гордостью отметив, что среагировал он моментально.

Раз — и парень облачён в броню, прикрылся щитом и нацелил копье в сторону опасности, с ходу верно определив сторону. Интересно, насколько Пётр боевое предвидение отточил? Узнаю об этом потом, а сейчас надо разобраться с проблемой.

Получится ли?

Это, определённо, были демоны. Бывают они какие угодно, часто встречаются и человекоподобные, что не означает наличия у них разума. Точнее, какой-то разум есть всегда, но обычно это инстинктивная программа, целью которой является уничтожение всего живого и разумного. Эти две твари выглядели специфически, ощущались ещё более странно, и по спине побежали мурашки. Привет от Колодца? Всё возможно.

Первая тварь имела человеческую фигуру, правда, морда подкачала. Вместо привычных глаз торчали какие-то сучки. Левую руку закрывало полотно, за которым ощущалась отдельная тварь.

— Отец? — спросил Пётр.

Голос спокойный, сосредоточенный.

Демона разрезало на две части. Мелочиться я не стал, ударил мечом души. Тот отдался хорошо ощутимой тяжестью, что говорило о том, что цель не простая. Если сравнивать — то Клауса убить легче было. Да и кузнецу руку отделить — тоже.

Тварь тем временем вспыхнула зелёным светом. Полотно отделилось, оттуда выскочила какая-то хрень, переместившись демону за спину. Если я правильно угадал…

— Эта хрень вылечила большую хрень, — озвучил Пётр мои мысли. — Что-то я не понял. Это тебе подарок или мне почести оказывают?

— Смотрю, у тебя появилось мрачное чувство юмора, — усмехнулся я. — Неплохо. Итак…

Это я уже к демону обратился. Первый раз я его атаковал, не вынимая меча. У того много свойств имелось. Не уверен, что и половину раскрыл. Удар без обнажения — один из освоенных приёмов. Которого не хватило. Я хлопнул в ладоши, хрень-месиво размазало, но не убило.

— Её не убить, пока основа жива, — сказал Пётр.

Тут я ещё разок удивился. Откуда такие познания?

Демону надоело ждать, он вышел на дистанцию в сотню метров и резко сорвался с места, оказавшись рядом до обидного быстро. Потеряв глаза, я лишился значимой части сил, которые так и не смог полностью компенсировать. Брал мастерством, но прежней скорости мне часто не хватало. Вот и сейчас я выехал на одном мастерстве. Принял на ладони удар кулаком. Удар был настолько чудовищно силён, что своды пещеры дрогнули, а силовая волна разошлась далеко в стороны.

Я увёл кулак демона в сторону, выхватил меч и снёс ему голову. Пётр, техникой шага обойдя нас, Даём накрыл второго демона. Логичный ход, когда демоны связаны, атаковать их одновременно. Но этого не хватило. К своим годам Пётр имел неплохой арсенал, были у него и атакующие способности. С той стороны замелькали всполохи, а я сосредоточился на первой твари, которая отшвырнула меня, подхватила свою голову и на место вернула. Тело зеленью вспыхнуло, и что-то в твари изменилось. Следующий такой же удар мечом прошёл куда хуже. Разрезал плоть, но вовсе не прорубил насквозь.

Да ладно. Тварь адаптируется? Или её адаптирует второй демон?

Сказал бы, как это интересно, если бы, вывернувшись, демон не врезал кулаком по рёбрам, откинув меня на добрый десяток метров.

Замерцав и сместившись, поднырнул под руку и загнал меч под мышку демону, выпустив поток молний. Тварь тут же вспыхнула зелёным, и две силы схлестнулись. Регенерация с адаптацией против нарастающего жара и давления. Обрушив дух, я принялся рвать монстра, отрывая ему конечности. В то же время Пётр не подвёл, отработал как надо. Что прикончило тварей, я так и не понял. Не уследил, слишком уж шумно сделалось. Но какое-то действо точно прикончило.

— Что за хрень? — подошёл ко мне Пётр.

— Согласен.

Может показаться, что столь короткая битва далась нам легко. В целом так оно и было. Живы, здоровы — чего жаловаться? По факту же, я все эти годы совершенствовал мастерство одного удара, и на этот раз оно дало сбой. Пётр тоже далеко не слабак. Знаки, подготовка шиноби и мои личные тренировки, четыре редких и один легендарный камень. Запас маны отличный, и слил он его на две трети, что за столь короткий срок довольно прилично. Ему досталась вовсе не рядовая тварь.

— Я едва смог нарушить связь между ними, — продолжил он. — Какая-то убойная связка.

— Связь? — заинтересовался я.

— Да… Ты не заметил? Связь жизни. Ангелы на своих марионетках использовали, — поморщился он. — Жутко бесячие твари. И я правильно понял, что твой демон адаптировался?

— Правильно. Продлись бой секунд на двадцать дольше, и кто знает, чем бы всё закончилось.

Не факт, что погибли бы. Но мы дрались в пещере, которая и так дрогнула пару раз. Здесь вовсе не монолит, мог и обвал случиться.

— Заберём тела? Хочу их исследовать. Да и кристалл надо кинуть. Вдруг что интересное выпадет.

— Заберём, — подхватил я тела духом и закинул себе в кольцо. — Попросим Марию помочь с исследованием.

— Лишним не будет. Глядишь, что интересное выпадет. А ты, отец, стареешь, — усмехнулся сын. — Где же твоё мастерство одного удара?

— Это всё больная поясница и колени, — хмыкнул я.

— Ой, не ври. Я знаю, что ты идеально здоров. Ладно, уходим? Если честно, жуть как надоело, да и по дому соскучился.

— Ты, на удивление, лучше меня держишься. Я тогда совсем диким вернулся.

— Это я из последних сил держусь. Задолбался — слов нет. С трудом вспоминаю, как говорить. Сколько для тебя дней прошло?

— Три с половиной.

— Три с половиной… — эхом отозвался он. — А для меня будто целая жизнь. Не представляю, как теперь на всё реагировать буду.

— Пойдём и узнаем.

Больше мы задерживаться не стали. Пётр много чего в этой истории с демонами увидел, но далеко не всё. Сначала к Ивану демон-медведь приходит, ранит, но не добивает и исчезает так же стремительно, как и появляется. Теперь вот здесь демоны появляются, также внезапно. Случайность? Чья-то злая воля? Или не злая, а расчётливая? Похоже на происки Колодца, но не факт, далеко не факт.

Есть у меня подозрение, что Пётр правильно угадал. Добыча будет хороша, специально под него.

***

В своих ожиданиях мы не ошиблись. Добыча была и правда хороша. С демона выпал легендарный камень целительства. Сын был в восторге.

— Отец! Отец! — восторженно говорил он, обо всём позабыв. — Внутри него знания!

— Знания?

— По перестройке тела! Камень влияния на организм! Это то, чем занимается мать! Нам невероятно повезло!

Как и говорил, Василиса не стала взваливать на себя слишком много обязанностей и выбрала себе дело по душе. Специализировалась она на косметических улучшениях. Понятно, что не самое благородное занятие, но ко всякой кровище и чужим страданиям она всегда тяжело относилась. Слишком добрая, чтобы вскрывать людей и заниматься тяжёлыми случаями. Она это всё тащила поначалу на себе, но, как следующее поколение целителей подросло, постепенно отказалась и занялась, чем попроще. Я против не был. Трое маленьких детей — это трое маленьких детей.

У её деятельности было три стороны. Первая — всякие богатые женщины, готовые платить большие деньги. Вторая — те, кто получил внешние уродства в ходе чего-то. Шрамы, ожоги — с чем только не обращались. Третья — омоложение и усиление тела. О последнем как раз сказал Пётр. Этим направлением Василиса занималась тайно, с небольшим кругом доверенных специалистов. Результаты были пока так себе. Отдельные штуки научились улучшать, но так, чтобы систематично — короче, работать и работать.

Тем интересное то, что Пётр получил именно такой камушек, ещё и с вложенными знаниями. Чего раньше не бывало, насколько мне известно. Исключение — камень четвёртого ранга, который я получил с Адама, но и то, там не сказать, что обширная база знаний встроена была.

Само же возвращение прошло обычно. Василиса волновалась, а остальные как-то проще к этому отнеслись. Было забавно посмотреть, как не знающие, чего ожидать, остальные мои дети встретили резко повзрослевшего и заматеревшего Петра. Ивана и вовсе перемкнуло. Помрачнел, когда понял, что брат-«слабак» перестал быть таким уж слабаком. Но буянить не стал, помнил договор.

Пётр отдохнул да отправился на общий сбор в столицу. Я Гэцу отдельно попросил присмотреть за шиноби. Мог бы и не просить. Этот похабник своим привычкам не изменял и активно участвовал в мероприятии «помоги шиноби лишиться девственности, соблазнив красивую самочку».

Мне же оставалось подумать, как быть дальше. Не нравится, что интриги проникли в мой дом. В этот раз они выступили на нашей стороне, но кто знает, к чему эти шалости приведут.

Глава 5. Эмоции, или Как Спар с дочерями и братом гулял

Иван наказ выполнил. Он после того случая с медведем в принципе адекватнее стал. А там под моим руководством подтянул дисциплину и… Чуть не пролетел на экзамене на шиноби. Бал набрал не самый высокий. Закономерный результат для того, кто пренебрегал подготовкой ранее и учёбе предпочитал работу в кузнице.

На самом обучении ему ещё неслаще пришлось. Ни кузницы, где его уважили. Ни даже наших городских улиц, где он был сыном герцога и совсем уж его задирать не стали бы. Да и кому задирать? Таким же мальчишкам? Так силён Иван, дури на десятерых хватает. Здесь же таких было полно. Пусть и по-другому, но дури у всех хватало, а Иван никогда не отличался умением выстраивать отношения со сверстниками. С братом он соперничал, сестёр не очень-то и жаловал, общался в основном со взрослыми в мастерской. Поэтому и натерпелся за год, быстро став изгоем, который с большим трудом чуть ли не с самого низа пробивался наверх в рейтинге. Прямо меня напоминал. С тем отличием, что общался я куда лучше и друзей завести смог.

У нас с ним было особое соглашение касательно летней практики. Был вариант отправить его работать со всеми, выполняя всякие не всегда сложные задания, но… Взвесив все за и против, я признал очевидное, что самый большой талант моего сына лежит в кузнечном деле и что в мастерской он сделает куда больше, чем на любом из заданий. Но и по блату его отпустить просто так было нельзя. Особенно в контексте проблем в общении, поэтому пару недель он всё же отработал, выполнил пару заданий, а остальное время провёл в кузнице. Со слов Радамиры, всю первую неделю ковал с улыбкой счастливого маньяка, который дорвался до любимого дела.

Пётр в это время ушёл в рейд к клайдам. Город у них на этаже мы заново отстроили, как и крепость возвели. Так бы и жили дальше, но назрел конфликт. Паоль с чего-то взялся осваивать там земли, видимо, по старой памяти, когда был одним из тех, кто город держал, ну и вызвал закономерную агрессию местного населения. Я к этому нейтрально относился. Конфликты всегда происходят. Такова жизнь и человеческая природа. Интерес нашего клана в той области лежал в обкатке военных, шиноби и дипломатов. Одно не исключало другого. Наличие армии и готовность её быстро пригнать открывали простор для переговоров. В общем, конфликт находился на стадии не особо частых, но и не таких уж редких обменов ударами, освоения новых рынков и возможностей, а также обкатки разных тактик. Чем заняться всем причастным имелось. Случались конфликты и в других местах. Мы, как-никак, скорее, империя, чем обычное королевство. Поэтому были нацелены на освоение новых территорий, что периодически приводило к конфликтам той или иной тяжести.

Но не суть. Все эти конфликты лично для меня были чем-то обыденным. А вот посылать детей на опасные задания было в новинку. Поэтому неудивительно, что к первому я относился по-деловому равнодушно, а второе меня сильно волновало и заставляло переживать.

Там и до Софии очередь дошла. Наша с Розой дочка… Эх, не мастак я про своих детей коротко говорить. То ли они такие сложные, то ли это моя родительская предвзятость, но с Софией было одновременно и куда легче, и куда сложнее. Какой может вырасти девочка, которая унаследовала мощнейшую эмпатию и улучшенный разум, если она при этом дочь самого могущественного человека в мире и повелительницы разума, а по совместительству принцессы?

Дочери… Как же с ними сложно.

Самое страшное, что они милашки.

С Софией у меня ни разу ни одного конфликта не возникло. Я вообще не помню, чтобы она с кем-то поссорилась. Это-то и пугало. Особенно когда задумаешься над этим, посчитаешь все её ходы в каком-то вопросе, как легко она получает желаемое. Это не значит, что она никогда не ошибалась, но даже в этом случае последствия разруливались очень быстро. С Лилией тоже несложно договориться, но это другое. Лилия в этом плане была обычной и нормальной. А София… Так сразу и не скажешь.

В школу шиноби она поступила. Сдала на средний бал и отправилась учиться. Весь год держалась также средних показателей, при этом в считаные дни стала центром притяжения. Негласным лидером. Десятки влюблённых в неё парней, при этом нормальные отношения с женским коллективом. Напомню, речь о подростках, у которых гормоны из ушей лезут и которые дуреют от тяжёлых нагрузок. Она же сама как-то сглаживала все острые углы. При этом особо не напрягаясь. Я бы даже сказал, что она нарабатывала политический капитал, а не шла путём шиноби. Что ж, я в этом ничего плохого не видел. Само понятие шиноби довольно расплывчато. Если уж на то пошло, то это шутка Такена, которая расходилась с реальностью. Потому что наше обучение не сводилось к подготовке убийц. Конкретно София собралась специализироваться на дипломатии. Логичный для неё выбор.

Экзамен она свой сдала. До практики оставалось несколько дней. Сейчас мы, в смысле я, София, Лилия и Дарий, который неожиданно напросился с нами, шли по Озёрску. Неожиданно, потому что это была типичная прогулка отца с дочерью, которая сведётся к девчачьим развлечениям. Типа: «Пап, смотри какая прелесть, купи мне вот эту дорогую штуку, очень-очень надо!» Что обычно сопровождалось невинным хлопаньем глазками и прочими примитивными, но рабочими уловками. Старших братьев сестры тоже позвали. Пётр выпучил глаза, извинился и быстро свинтил. Иван выразился куда прямолинейнее и грубее, заявив, что всякими бабьими глупостями и под угрозой смерти заниматься не будет. Дарий же, как и сказал, неожиданно увязался с нами.

Когда будущее божество впервые выбирается в большой город, до этого предпочитая оставаться в поместье и его окрестностях, это выглядит подозрительно, но парень вёл себя как обычно. Сейчас ему двенадцать, на фоне сестёр и особенно меня он выглядел как ребёнок. Ну, почти. Лицо живое, а взгляд любопытный. Но в то же время общий вид довольно высокомерный и надменный.

— И куда мы пойдём? — спросил он, когда мы выбрались из машины.

Тут надо упомянуть о нескольких вещах. Вчера состоялся официальный праздник дня создания королевства. Официальный — в том смысле, что выступал с речью Паоль, были всякие развлекательные программы, выступления артистов. Сегодня формально праздник закончился, а неформально люди продолжают веселиться, потому что выходной. Уличные актёры и музыканты показывают всякое разное, полно продавцов еды, люди гуляют, выпивают, развлекаются. Нет такой толкучки, как вчера, а общее настроение веселья сохраняется.

В Озёрске мы уже несколько дней всем семейством находимся. Н-да. Всем. Семейством. С одной женой-то сложно ужиться, а когда у тебя их три… А ещё есть люди клана, тот же Тим, Шупа, Елена, Мария. У них есть свои дети. Дети Верса и Тима ещё. Тамара со своими подругами, которых целая толпа. В общем, даже если взять только моих жён, то уже начинаются проблемы с тем, чтобы куда-то выбраться. Во-первых, сразу с тремя жуть как неудобно выходить в свет. С двумя — комфортно. Берут тебя под руки с двух сторон, и ходите, общаетесь. Во-вторых, у каждой свои интересы. Роза и Василиса любили всякие штуки типа оперы. Радамира от этого плевалась. Зато театр любила. Я же засыпал и на том, и на другом. В-третьих, у каждой свои дела. Это всего клана касается. Но и в случае одних лишь жён — собраться куда-то вместе не самая простая задача. Так, чтобы и графики согласовать, и чтобы время нашлось, и чтобы все довольны остались. Поэтому прямо всем семейством мы раз в год собирались, у нас в поместье. В остальных случаях кучковались по интересам. К примеру, сейчас Роза с Василисой, Грозой, Тамарой и ещё несколькими девушками как раз в оперу собираются. София же выпросила у меня обычную прогулку. Лилия и Дарий отправились за компанию.

А что касается машины — тоже немаловажная деталь. С машинами в королевстве по-прежнему беда. Как и с логистикой. Паровые технологии… Или, точнее, газовые? Короче, там особое сырье закончилось и доступного топлива с каждым годом всё меньше становилось, пока совсем не закончилось. Летающие корабли решали вопрос, но весь спрос не закрывали. Как и порталы. Сейчас лошадей вовсю использовали. Ну, как сейчас… Лет десять назад это началось, сейчас массовость набрало. Параллельно чему шли разработки сразу в нескольких направлениях. Искались новые источники топлива. Разрабатывались старые месторождения, сопровождающиеся попытками заново построить машины, работающие на древних технологиях. Ну и, конечно же, пытались разработать магический автомобиль. Вот на последнем, экспериментальном образце мы и прибыли. Пока что технология была именно что экспериментальной. Опытный образец имелся только у нас. Для управления требовался третий круг и неприлично много энергии.

— Есть! — ответила София брату, пока я размышлял о всяком разном.

Мои глаза, как обычно, были прикрыты, но я хорошо ощутил внимание людей, которых мы мигом собрали. По разным причинам. И великий герцог тут, и его красавицы дочери, и какое-то новое лицо. Я приоткрыл глаза, чтобы глянуть на дочерей. Хороши, что тут скажешь. Я, как отец, конечно же, предвзят, но пусть кто-нибудь попробует оспорить.

Одеты мы были в клановую одежду. Пафосную — жуть. Это не мундир, не платье, не кимоно, а что-то среднее между всем этим. Одежду шила Тамара. Не сама лично. Дроу выращивали пауков, те поставляли шёлк, его потом обрабатывали, материал поступал на производство, проходил ещё ряд обработок… Короче, даже не хочу погружаться в это. Одежда безумно дорогая, конкретно наша цвета тёмной грозы, с серебряными орнаментами. У меня более строгий вариант. У Лилии цветы вышиты. У Софии — узоры, напоминающие молнии.

Собственно, такая расцветка как раз и указывала на клановое имя — Грозовые. Между прочим, София выбрала в качестве первого легендарного камня такую же силу, как и у меня. Молнии и бури. Такого камня в запасах не было, поэтому пару лет назад, прихватив Марию и отряд рейдеров, мы наведались в мир повелителей молний. Нас там помнили. Мы предложили торговлю. Нас окружили и попытались давить. Я же махнул мечом и снёс скалу, что стояла недалеко. Точнее, бесшумно разрезал. Грохот поднялся, когда часть съехала и вниз обрушилась. Маги впечатлились. Удалось поторговать. Камень мы тоже добыли. И не только его, но, если все подробности вспоминать, я весь праздник пропущу.

София к этому моменту единственная из семьи, кто освоил эту силу. Лилия тоже хотела, но… Я отдал ей силовые поля. Камень Калии. Против такого наша дочь возразить не смогла.

— Есть? — удивился Дарий. — Тебе что, дома еды мало?

— О-о, — протянула София, оборачиваясь к парню. — Я и забыла, что наш младший братик совсем дикарь.

— Я не ваш брат, — ответил он надменно. — Я ваш дядя.

— Ты такой милашка, младший братик, — надвинулась на него девушка.

— Не смей меня тискать! — возмутился он и поспешил отступить.

— Куда это младший братик собрался? — подловила его сзади Лилия.

Вот так, самым наглым и кощунственным образом будущий тёмный лорд, самый настоящий бог, был прилюдно затискан.

Я уже сказал, что Дарий тот ещё надменный мальчишка. Но не сказал, что он чертовски милый. Сам я слабо понимал, почему так. Подозревал, что дочери над ним просто глумятся, но… Вся женская часть нашего дома считала отличной забавой его потискать, постоянно повторяя, какой он милашка. Сам я его таковым не считал. Зато видел и чувствовал, что женские эмоции искренние. Вот и сейчас толпа людей, которая наблюдала эту сцену, женская её часть… Скажем так, волна умиления разбежалась по округе. Не только она. С мужской стороны был совсем другой интерес в отношении моих дочерей, но стоило мне повернуть голову, как он резко поутих, а вокруг нас образовалось пустое пятно.

— Брат! — возмущённо воскликнул Дарий. — Тебе надо поучить дочерей манерам! Что они себе позволяют?!

— А что такого? — расплылся я в гаденькой ухмылке. — Надо лучше тренироваться, чтобы от девчонок ускользать.

— Вот-вот, — покивала Лилия.

Это был тот ещё глумеж. Дарий — гений. Нет, не так. Мне сложно оценить, насколько он сам по себе гениален, а насколько в нём сильно влияние Колодца, но факт есть факт, талант его был колоссальным. И учила его Мария Вологодская. Которая, можно сказать, посвятила воспитанию своего единственного сына жизнь. Женщина, которая набила руку на мне и других учениках, у которой были все ресурсы клана и огромное влияние. Не уверен, что в мире есть кто-то, кого учили лучше. Мария и моим детям внимание уделяла, но тут, как говорится, ученик нашёл учителя. Потому что тот же Иван к урокам Грозы относился откровенно скептически, и она быстро потеряла интерес. Дарий же, наоборот, впитывал всё если не моментально, то близко к этому.

Любые знания, любые техники, любые приёмы, любые знаки он осваивал в считаные часы, редко когда дни. Первые годы он своей талантливостью упивался, так и сформировал высокомерие, а где-то год назад начал таиться, изображать из себя ленивого ученика. Только ему опыта не хватало это скрывать.

Поэтому говорить парню, что надо лучше тренироваться, — это именно что глумление. Вон как его лицо вытянулось.

— Кхм, — прокашлялся я. — Мы идём?

— Да, пап. — Тут же две оторвы перестали его тискать и пристроились ко мне, взяв под локти.

Со стороны мы наверняка диковато выглядели. Я мужик большой и угрюмый. Дочери у меня высокие. На фоне остальных людей заметно выделяемся. А вот Дарий, наоборот, терялся в плане мощи. Был обычным пареньком.

— Ведите, — сказал я.

— Мы что, серьёзно идём есть? — догнал нас Дарий.

— Братик, ты ничего не понимаешь. Мы идём есть уличную еду.

— Уличную? — нахмурился Дарий.

Так как мы высадились рядом с центральной туристической частью города, идти далеко не пришлось. Упомянутой уличной еды вокруг было навалом, на любой вкус. Сестры огляделись, быстро сориентировались и выбрали, что они хотят. Дарий последовал за ними, смотря на тележку с едой, как на подозрительное насекомое.

— Пап, ты что будешь? — спросил меня София.

— Давайте что поострее. Да вы стойте-стойте, — сказал я людям в очереди, которые попытались уступить нам место. — Мы никуда не спешим.

Мои слова не особо помогли. Возникла суета, повар и владелец тележки ускорился, часть из очереди всё же поспешила отойти, вокруг небольшая толпа зевак моментально образовалась. Никто на нас совсем уж в открытую не пялился, но это не сильно отличается от «незаметно брошенных взглядов».

— Вы что, будете есть это? — выдал Дарий, когда дошла очередь до нас.

Сестры в это время не молчали, щебетали, обсуждали, что взять и куда мы ещё пойдём. После вопроса резко замолчали, обернулись на Дария.

— Что тебе не нравится? — нахмурился София. — Не хочешь, не ешь.

— Смею заверить, юный господин, — сказал немолодой уже повар, — рыба у меня — пальчики оближешь!

— Пальчики? Оближешь? — смерил его взглядом Дарий. — Если бы я попытался такое провернуть, моя мать ударила бы меня молнией, и я бы с ней был полностью согласен. Облизывать пальцы — негигиенично и вульгарно. А что касается вкуса… Пожалуй, поверю вам на слово и не буду сомневаться, что эта замаринованная рыба с кучей соуса и специй действительно может им обладать. Вряд ли изысканным. Но беспокоит меня другое. Учитывая, что сейчас праздник, а место в центральном районе не может стоить дёшево и что вокруг есть десятки конкурентов, вряд ли много прибыли остаётся у вас в кармане. Не будет ли в этом случае логичным сэкономить на продукте и замаскировать это ярким соусом?

— Прошу прощения, — сказал я повару. — Мой брат в свои юные года умён, но не мудр. Сделайте мне двойную порцию и соуса побольше. Я мужчина крупный, сами понимаете.

— Конечно, господин, — улыбнулся повар напряжённо.

Ему помогал сын, который бросил острый взгляд на Дария, но предпочёл заткнуться, уставиться в пол и не возмущаться.

— Взять тебя с нами было хорошей идеей, — притворно ласково сказала София. — Как бы мы ещё узнали, что наш младший братик так отвратителен?

— Я лишь озвучил правду. Еда в таком месте не может быть качественной.

— Вот уж точно, — фыркнула Лилия. — Ум есть, мудрости нет. Дешёвая еда не означает, что она плохого качества. Ведь так? — обратилась она к повару. — Вы не торгуете просроченным товаром?

— Как можно, госпожа?! — возмутился повар.

Вполне искренне.

— Хм, — поджал губы Дарий. — Насколько ответственно вы подходите к своему делу? Следите ли вы за чистотой? Проверяете ли здоровье: своё и помощника? Уверены ли в поставщиках? Можете не отвечать, ответы мы и так видим. Должен признать, они звучат куда более обнадёживающе, чем я предполагал. Хорошо, так и быть, — сказал он, будто смирился с чем-то. — Дайте мне всего по чуть-чуть. Я буду дегустировать!

А вот это уже было сказано так, будто господь-император явился на землю грешную, чтобы лично попробовать рыбу в панировке.

— Такой сноб, — фыркнула Лилия.

— Бедные девушки, — покачала головой София.

— Девушки? — глянул на неё Дарий с подозрением.

— Я просто представила, как ты потащишь девчонку в постель и зачитаешь ей лекцию об экономике и гигиене. Бедняжка наверняка уснёт раньше, чем получит удовольствие.

Помощник повара хохотнул, что попытался скрыть. Сам повар так оптимистичен не был и наверняка про себя тихо молился, чтобы пережить встречу с нами. Издержки высокого положения и могущества. Люди инстинктивно чувствовали, что я не обычный человек, а чудовище в теле человека. При желании я мог слиться с миром, перестать давить, но не делал этого. По той же причине, почему был облачён в одежды клана, а не в футболку с шортами.

Заказ нам сделали. Повар попытался отказаться от оплаты, но я настоял и заплатил ему куда больше, чем стоила еда.

— Это необычно, — сказал Дарий, когда мы отошли и попробовали. — Есть прямо на ходу. Сильный вкус. Но не скажу, что это стоит заплаченных денег.

— Ты ничего не понял? — спросила Лилия. — Отец заплатил не за еду, а за твою невоспитанность.

— Меня воспитывала сама Мария Вологодская, — с вызовом ответил парень. — И сделала она это прекрасно. Хочешь оспорить?

— Что-то не припомню, чтобы она учила высокомерию, — вставил я.

— Осуждаешь?

— Да, — просто ответил я.

Как ни странно, нашему маленькому тёмному лорду хватило ума. Замолчал, задумался. Может, и сделает выводы.

Дочери потащили нас дальше. Если кто-то думает, что одной порции рыбы им было достаточно, то он сильно заблуждается. Рыба в этом городе что-то типа национального блюда. Не просто так он Озёрском называется. Рыбу тут ловят и ещё как. Паоль даже профинансировал создание сети небольших озёр, чтобы покрыть нужды разросшегося города. Что сказать — магия творит и не такие чудеса.

Мороженое, шоколад, сахарная вата, мясо в тесте — чего мы только не перепробовали. За фигурой, понятное дело, никто не следил. Нагрузки-то у каждого высокие, нет проблемы похудеть. А вот набрать мышечную массу — это да, но не будем об этом. Уболтали меня и на всякие очень нужные подарочки, конечно. В целом, неплохо время провели. Правда, было непонятно, зачем тащить меня, но, видимо, Софию сам факт нахождения отца рядом радовал. Или ей просто нравилось эпатировать и наблюдать за реакцией людей на нашу компашку.

В какой-то момент я ощутил тревогу.

Мне крайне сложно нанести вред, поэтому с боевой медитацией у меня особые отношения. Если меня кто-то ножом попытается пырнуть, то я замечу движение заранее, почувствую намерение, но угрозу — нет, не почувствую. Если опасность будет серьёзной, то навалится внутреннее напряжение. Если Гроза решит подраться со мной всерьёз, то ощущение будет уровня, когда несильно хватают за руку. Сейчас я ощутил, будто меня едва коснулись. Поэтому угроза не очень сильная, но это по моим меркам. Я ведь с детьми. А сейчас уже вечер, здесь толпа людей, и этой небольшой угрозы легко может хватить, чтобы праздник превратился в трагедию с сотней трупов.

— Что-то случилось? — почти мгновенно среагировала София.

— Опасность? — недоуменно нахмурилась Лилия. — Не понимаю.

У дочери, да и в принципе всех интуитов, схожие проблемы. Будь она одна, угрозу бы ощутила сильно иначе. Но рядом есть я, поэтому даже нечто смертельное для неё ощущается приглушённо. Короче, сплошная головоломка и так сразу не поймёшь, то ли паниковать, то ли нет.

— В современной истории говорится, что этому городу не раз доставалось, — сказал Дарий. — Мы увидим что-то похожее?

Я покосился на него осуждающе, а Лилия подзатыльник дала.

— Это тебе не зрелище, дурак.

— А что такого? Брат здесь, а значит, не всё так страшно. В крайнем случае у нас есть две вредные девицы. Против этого ни один враг не устоит.

— Какой грубый младший братик, — пожурила его София.

— А если вас за врага замуж выдать, то это и вовсе похуже смерти будет, — добавил мстительно парень.

— Хватит дурачиться, — вмешался я. — Что-то странное происходит. Не могу разобрать. Пойдёмте, глянем поближе. Кто-то хочет взяться за дело?

— Шиноби у нас здесь одна. Пусть и отдувается, — ответил Дарий.

— Наш маленький гений не хочет проявить себя и перекладывает ответственность на хрупкие девичьи плечи? — отреагировала София.

— Не видел у тебя хрупких плеч. На такой кобылице…

Теперь уже я ему подзатыльник дал.

— Ауч! — возмутился Дарий.

— Перейти в разговоре с девушкой на оскорбления — значит проиграть, — сказал я ему. — София, давай и правда ты. Лилия, страхуй её.

Источник напряжения ощущался впереди, метрах в шестидесяти, рядом с одним не самым дешёвым кафе. Не знаю, какие там цены, но выглядело оно прилично. С верандой, открытыми окнами, официантками в белых фартучках. Тем удивительнее было то, что двое мужчин конфликтовали прямо там, рядом со столиками. Один ныряльщик, два легендарных камня освоил, второй круг. Его оппонент — шиноби. Молодой, но уже из выпустившихся. Я этого шиноби помнил. Отличные показатели. Проблем с эмоциями у него тоже не было. А тут такое впечатление, что два обычных пьянчуги сцепились.

Дочери ушли вперёд, переключили внимание на себя. Ситуация для них умеренно опасная. Если два дебошира навалятся внезапно на одну из них и никто не поможет в течение пяти минут, то… Шансы убить будут отличны от нуля. Всё же это мои дочери. Только их одежда способна отвести большинство атак редкого уровня. Я уж молчу про личную подготовку и другие артефакты.

— Неуд им, — сказал Дарий, который остался рядом со мной. — Не туда смотрят.

— А куда смотришь ты?

— На других. Почему в этот праздник толпа так быстро завелась? Смотри, как собираются, вовлекаются. Да и на том, что справа, знак шиноби. Твой ученик. Все шиноби такие глупые?

— Глупых среди них нет.

— Тогда мне ещё больше хочется посмотреть на эту социальную аномалию, где, вопреки статистике, нет глупых людей.

— Главное, не забывать, что знание умных слов не заменяет ум.

— Пытаешься поддеть? — хмыкнул младший братец.

— Ни в коем случае. Так какие твои выводы?

Появление Софии дебоширов успокоило, и ныряльщик отошёл. Шиноби же остался с девушкой и сейчас с ней говорил, рассказывая, что произошло.

— Слишком много агрессии для праздника, — ответил Дарий.

И он был прав. Завелись не только эти двое. Вокруг них словно пятно агрессии разливалось. Это в праздничный день. Нет, я знаю, насколько легко заводится толпа, но тут какая-то аномалия наблюдалась.

Где-то вдали, на расстоянии километра, что-то громыхнуло. Народ зашумел, заволновался. Вскоре с той стороны показался столб дыма.

— Так и будешь стоять, брат? — спросил Дарий.

— Что предлагаешь делать?

— Сходить, глянуть.

— Всему своё время.

Ощущение опасности ушло. По неизвестной причине. Разговор Софии с мужчиной шиноби я слышал. Тот признался, что на него что-то нашло. Дочь отправила его на доклад к ближайшему командиру. Что касается взрыва — случиться могло что угодно. Нюанс в том, что в городе сейчас предостаточно мер безопасности, почти на любые случаи. Уверен, кто-то на месте уже разбирается, сигнал ушёл и поднята тревога. Бежать туда не вижу смысла. Я и так вижу, что там произошло. Та же история. Два ныряльщика сцепились. Дымил лоток с едой. Взорвалась бочка с пивом. Её огненным шаром приложили или чем-то таким. Не знаю уж, почему так бахнуло сильно.

— Отец, происходит что-то странное, — вернулась ко мне София с Лилией. — На них будто кто-то воздействовал. Как и на людей вокруг. Заметила небольшую эмоциональную аномалию. Будто специально агрессию разжигают. И взрыв этот… — глянула девушка в сторону дыма. — Там то же самое?

— Да, — кивнул я. — В разных местах вспыхивает агрессия. Что предлагаете делать?

— С чем? — уточнил Дарий.

— С ситуацией.

— После столь плотной еды я бы не отказался прогуляться по набережной, — ответил брат.

— Ты неисправим, — закатила глаза Лилия.

— Потому что я прекрасен. Мне не нужно исправляться, — надменно ответил он, в этот раз явно издеваясь над племянницами.

— Давайте лучше над задачей думать, — вернула София разговор в конструктивное русло, — Есть две вспышки агрессии. Случайность? Чужое влияние? Первое нам неинтересно, потому что на этом всё и закончится. Второе — нужно определить, кто виновник. Только эмоциональных террористов, которые стравливают ныряльщиков, нам не хватало.

— Как их остановить? — поинтересовался я.

— Нужно оцепить район, — ответила София.

— Нет, — качнула головой Лилия. — В этом случае праздник будет испорчен. И наш тоже, замечу. Так что самое разумное — попросить папу решить вопрос.

— Хитро, — уважительно сказал Дарий.

— Согласна, — покивала София. — Это самое разумное. Сэкономим время, избежим лишних жертв, не позволим испортить праздник. Папа?

— Лентяйки, — теперь настала моя очередь фыркать. — Ну ладно, сами напросились.

Есть драконы, а есть убийцы драконов. Последние куда опаснее первых, и их лучше не злить.

Выпустив дух, я накрыл весь район, с запасом, километров на двадцать вокруг. Весь народ, попавший под давление, дружно замер.

— И кто же такой наглый… — прошелестел мой голос, заставляя дрожать реальность, вжимать людей голову в плечи. — Решил испортить мне выходной с дочерями? Кто ты, будущий мертвец, что разжигает ненависть в городе? Прячешься? От меня не спрячешься. Я уже взял твой след. Беги. Это последние мгновения твоей жизни.

Сняв давление, посмотрел на дочерей.

— Чего встали? Идите, хватайте. Я повесил на этого придурка метку духа. Теперь не сбежит. Кто успеет первым, получит от меня подарок.

— Какой? — заинтересовался Дарий.

— Любой, в разумных пределах. Ты тоже можешь поучаствовать, если хочешь…

Не успел я договорить, как Лилия исчезла.

— Ах ты! — воскликнула София и обратилась пучком молний.

— Не, тут без шансов, — махнул рукой Дарий.

— Пойдём, подстрахуем, — подхватил я его духом и прыгнул вслед за дочерями.

Глава 6. Сложные вопросы, или Как Спар половым воспитанием озаботился

Дарий сидел на камне и лениво крутил кинжал в руке, то подкидывая, то закручивая.

— Не понимаю, брат, — сказал он. — Зачем ты столько времени тратишь на столь простые движения? Ты мог бы провести время куда продуктивнее.

— Думаешь? — спросил я, не останавливаясь.

— Уверен! Ты не открыл четвёртый круг, не освоил полностью меч души, не прошёл обучение магии… Да полно всего, чего ты не сделал.

— Спешить — удел молодых. А что касается повторений — в одном движении заключена вся мудрость вселенной.

— Очередная твоя бесполезная сентенция.

— Ты не поверишь, — усмехнулся я. — Но в твоём возрасте и в следующие годы подобные сентенции из уст моих многочисленных учителей вызывали у меня схожее раздражение.

— И спустя годы ты пришёл к пониманию этой мудрости. — Дарий выписал кинжалом круг. — Если самый могущественный человек в мире что-то говорит, к этому определённо стоит прислушаться. Поэтому я не буду с тобой спорить. Но всё равно не понимаю.

— Это говорит лишь о том, что ты не удосужился подумать.

— Тренировка тела? Наработка моторики? Это слишком банальные ответы, — недовольно сказал Дарий.

— Если ты ищешь исключительно небанальные ответы, то тебя ждёт не только разочарование, но и многие заблуждения.

— В этот раз я тоже готов признать, что в твоих словах есть мудрость. Для простолюдинов. Не думал, брат, что простые ответы нужны для простых вопросов? А если ставить перед собой вопросы сложные? Пусть ты и могущественен, но в рамках этого мирка. Есть существа куда могущественнее тебя. Чего уж, ты даже королём отказался стать. Что это? Лень? Неготовность взять ответственность? Или, быть может, простой ответ на сложный вопрос?

— Всё вместе и много больше, — улыбнулся я, прекращая движение.

— Ты непробиваем, — недовольно поджал губы Дарий.

— Странно слышать, что ты хочешь меня пробить.

— Меня просто удивляет твоя пассивность. Во втором Колодце открылся новый мир, а наш клан принимает в этом минимальное участие. Мудрость или слабость нашего лидера?

— Хочешь занять моё место?

— Возможно, — не стал отрицать Дарий. — Пётр неплохой лидер, но его больше интересует медицина. Иван — с ним всё понятно. Кинь ему железку, и он с радостью уступит любой трон. Про дочерей нет смысла говорить, они будущие жены, а не правительницы. Дети Шупы — он герцог, вот кто-то из них и станет герцогом. Среди остальных никто мне не конкурент.

— Как лихо ты всё рассчитал. Давай поднимайся. Хватит прохлаждаться.

— Мой великий брат собрался преподать мне урок?

— Собираюсь показать практическое применение сентенции, что в каждом движении заключена мудрость вселенной. Защищайся и смотри внимательно… — Я дождался, когда Дарий окутается всей возможной защитой, и махнул рукой, будто отвешивая подзатыльник.

— Ауч! — возмутился парень. — Да как ты это делаешь?!

— Ответ тебе не понравится, — расплылся я в зловещей улыбке.

— Хотелось бы его всё же услышать!

— Это было самое простое движение.

— Не верю, — упрямо ответил Дарий.

— Простое движение, исполненное мастером.

— Это могло быть любое движение?

— Любое.

— Дерьмо, — выругался он.

— Эй, не выражайся.

— Ой, не начинай! — всплеснул Дарий руками. — Урок окончен?

— Да, иди. Тебе пора собираться. Да и матушка уже ждёт.

Мария подошла к нам, но на территорию площадки заходить не стала.

За прошедшие четырнадцать лет она заметно сдала. Я приоткрыл глаза, глянул, как Дарий подошёл к ней. Каждый раз смотрю на Грозу и удивляюсь. Сейчас ей на вид лет шестьдесят. Она сохранила часть красоты, наполнилась зрелостью, но факт есть факт. Способности омолаживаться она лишилась, а после этого годы решили взять своё. Старела она ускоренно. Это одна из причин, почему вообще Василиса темой косметологии и омоложения занялась. Чтобы притормозить эти процессы у Грозы. Первая наставница, как-никак.

Если уж на то пошло, то мы все старели. Мне когда-то говорили, что я со всеми своими способностями лет до трёхсот проживу. Ну-ну. После потери камней не было никаких гарантий, что так долго протяну. Тем более что буду чувствовать себя молодо.

Но не будем о грустном. Дарию исполнилось шестнадцать лет. Он блестяще сдал все экзамены на шиноби и завтра вместе со всеми учениками отбывает учиться. Дети росли так быстро, что меня это пугало. Петру уже двадцать три. Он отучился пару лет в элитной части школы шиноби, стал опаснейшим бойцом, сформировал свою ватагу и прославился как мощнейший целитель. Дети Гатса и вовсе… Хех, как вспомню, так смешно становится. В прошлом году, собрав компанию друзей, они прихватили флагманский корабль отца, и Петра тоже, да отправились искать славу в случайный мир. Влипли в лучших наших традициях. С приключениями, массовыми сражениями, риском, всякими внезапностями и хорошей добычей в конце. Притащили много даже по меркам удачных походов моей рейд-группы. Но главное, Кор нашёл себе «заморскую принцессу». В буквальном смысле принцессу. Дочь какого-то там короля, с которым решили породниться. Поэтому Гатс скоро станет дедушкой, ха-ха!

Вспомнил об этом, задумался о том, что Петр тоже может заделать кому-нибудь ребёнка в ближайшее время, и как-то смех отрезало. Или, скорее, Иван. Целитель-то вряд ли случайно станет папой.

Сегодня у нас весь дом гудел. Как-никак, значимая часть клана отправляется в школу. Мои дети, дети Тима и Верса, Шупины отпрыски. Кто-то, как Дарий, на первый курс. Кто-то дальше обучение проходить. А кто-то уже и наставником работать. Если подумать, то лет через двадцать придётся делать отдельный поток для следующего поколения. Детей-то много. А внуков ещё больше будет.

Что касается наших с Дарием разговоров, то ничего нового. Юный тёмный лорд был самым типичным подростком, в худшем значении этого слова. Его больше прельщало то, что на виду. Те самые простые решения. Пока что он не понимал, что на глубине скрывается совсем другая сила, куда большая. Я и сам это начал понимать только в последние годы. Камни Колодца… Один раз Колодец меня проучил, второй раз подставляться и пытаться их осваивать я не собираюсь. Я открыл свой путь, куда более многообещающий. Четвёртый круг — с ним не всё так однозначно. Мы продолжали сотрудничать с орденом. Я даже статус магистра получил и являлся одним из его иерархов. Четвёртый круг был утраченным знанием, и пока его не удалось возродить. Подвижки были, как и малые успехи, но так, чтобы разрабатывать индивидуальные решения, как в случае третьего круга, нет, не было. Я должен был либо присоединиться к исследованиям, либо подождать десяток-другой лет и получить готовое решение. Иногда присоединялся, о чём Дарий, не факт, что знал. Я регулярно куда-то отлучался, ходил в рейды и вовсе не стремился докладывать домашним о каждом своём шаге.

Если же говорить о другом типе силы — власти, то юный тёмный лорд ошибался и здесь. После смерти Такена я, пожалуй, мог бы взять власть, но от королевства бы ничего не осталось. Молодой, злобный, безумный король. С которым ничего нельзя поделать. Как бы долго система выдержала меня? Сомневаюсь, что долго.

С тех пор многое изменилось. Четырнадцать лет прошло как-никак.

Чтобы стать великим правителем, нужно всего ничего. Талант чувствовать веяния истории и нужды народа. Так Такен видел, что наше общество деградирует, что медленно гниёт и что мы, как народ, совсем не готовы к отражению любых серьёзных угроз извне. Исправить это и подготовиться было его великой целью. Если у вас есть цели, то нужно к ним всего лишь добавить волю, харизму и ресурсы, как социальные, так и экономические. Это не гарантирует результата, но значительно повышает шансы на успех, и, если повезёт, вас назовут великим.

Паоль великим не был. Не был он и плохим. Надо отдать должное, он ничего не испортил.

Нашего короля я воспринимал как сына Такена, сравнивая его со своими сыновьями. То, что Паоль старше меня, роли не играло. Я мирился с тем, что он король, а не признавал его своим господином. Это две большие разницы. Тем не менее, сравнивая его со своими детьми и видя, как последние играючи готовы выкинуть буквально что угодно и что никто из них на нормального правителя пока не тянет… Разве что Пётр, как самый ответственный, или София, как умеющая ловко манипулировать. Но это не то. Это не обеспечит им величия.

Поэтому да. Тот факт, что Паоль ничего не испортил, продолжил реализовывать задумки отца, вёл осторожную и разумную политику, не дал слишком уж разойтись аристократии, — его большая заслуга, которая достойна уважения.

Только речь сейчас не о нём, а обо мне. Тогда я был не готов. К текущему моменту у меня прибавилось опыта, людей, силы, понимания. Но главное даже не это. Дарий смотрел поверхностно, не видя глубины. Не видел, не знал, не понимал или не замечал, но факт есть факт, он упускал важную деталь — то, каким влиянием пользуется наш клан. Тогда бы мне хватило силы захватить власть насильственно, но из-под палки ничего нормально работать не стало бы. Сейчас бы мне не пришлось ничего захватывать. По сути, я стал серым кардиналом. Для чего всем нам пришлось поработать. Школа Тима породила поколение образованных магов. Часть осела у нас, часть разбрелась по королевству, и все были в той или иной степени преданы клану. Шиноби — тут ещё проще. Мы с ними были связаны, как только можно. Армия сформировалась под нашим началом, как и целое поколение командиров, которых мы взрастили. На ту же чашу ложились многочисленные проекты и бизнесы. Как-то Елена принесла мне одну интересную идею на рассмотрение. Дела можно вести по-разному. Заходить на разные рынки, мягко или грубо. Она предложила гибридный вариант — поработать над незаменимостью клана.

Если случается какая-то катастрофа, приходит могущественный враг, к кому надо бежать? Ко мне. В этом смысле я незаменим. А если требуется охрана для рейда? Кто лучше всего в этом деле? К кому можно обратиться за наводкой в перспективный мир? А кто поможет заключить торговое соглашение с каким-нибудь королевством в далёком мире? Это всё понятно, но мы пошли дальше. Есть большие дела, а есть дела поменьше. Жизнь не состоит из одной лишь войны и боевых походов. И что, если кому-то из герцогов для одного из его заводов нужен какой-то специфический ресурс и его начнёт поставлять именно наш клан? А что, если мы займём подобные позиции на разных уровнях?

Война — это удел молодых, как ни крути. Набегавшись, у бойца было несколько вариантов развития. Либо делать военную карьеру, либо уходить в наставники, либо открывать какое-то дело. Можно было и просто на пенсию выйти. Те же рейдеры годам к тридцати пяти легко могли себе это позволить. Особенно если запросы не особо большие. С жильём и пропитанием вопрос не стоял. Но что насчёт самых лучших целительских услуг? Что насчёт образования для детей, не обязательно военного? Что насчёт элементарных понтов, и чтобы не хуже, чем у соседей? Что насчёт банальной скуки, когда речь идёт в некотором роде об адреналиновых маньяках, умеющих и любящих пахать, как черти?

Я на подобные истории успел насмотреться. Не так-то легко отойти от дел. Часть бойцов возвращалась в строй через год-два. Часть — открывала какое-то дело. Это не так уж сложно, если клан предоставит консультантов и поддержку на первых порах. У нас под это дело целый отдел был создан. С многоуровневым планированием.

Достойная награда за службу. Шиноби, маги, рейдеры, другие слуги рода. У нас сейчас в рейдгруппе только полторы тысячи человек. Где-то столько же за четырнадцать лет отошло от активных вылазок. Половина из них открыла какое-то своё дело. Не все осилили что-то масштабное, но были и такие. Вот и получалось, что сейчас наш клан был встроен во множество процессов экономики и вёл дела со всеми аристократами. Даже с теми, кто мне лично не нравился. С ними мы сотрудничали особо активно. Крайне сложно гадить тому, кто одним росчерком пера может тебе прибыль обвалить раза в два. Но не надо думать, что мы одни такие умные. В отношении нас тоже разные схемы пытались крутить. Пару раз мы в нашем герцогстве были на грани экономического кризиса. Один раз объявили войну чужим разросшимся монополиям. Давить их не стали, но вырастили им конкурентов.

Так что, если обобщить, позиции нашего клана сейчас и на момент смены короля — небо и земля. Мы олицетворяли собой мощь королевства. Преданные и лояльные нам люди занимали сотни самых разных постов, не обязательно в структуре клана. Мы были прочно вплетены в экономику как всего королевства, так и герцогств с отдельными баронствами. Мы легко могли принудить к повиновению кого угодно, не прибегая к силе и угрозам. Могли карать, уничтожать, но также и возвышать. При этом не душили остальных, давали им зарабатывать и вести свои дела, если они совсем уж не наглели. За это всё нас боялись, ненавидели, но в то же время уважали и даже где-то благодарили. Герцоги приходили ко мне договариваться, и я не раз выступал арбитром в споре.

Это был мой сложный ответ на вопрос о власти. То, чего Дарий пока не понимал.

Но что-то я увлёкся. И правда старею, раз так много размышляю. Судя по тому, как спешит мой секретарь, опять что-то случилось, а судя по его лицу, в этом виноват один самоуверенный кузнец.

***

— Господин Фрост, — сказал я, входя в приёмную. — Нас с вами словно судьба связала.

— Господин, — поклонился мужчина. — Не знаю, что и сказать… Беда…

Мужик выглядел плохо. Бледный, трясущийся, стыдящийся и боящийся. Потребовалось время, чтобы он собрался с духом и озвучил свои обвинения.

Иван изнасиловал его дочь.

Н-да.

— Вы же понимаете, что это серьёзное обвинение? — спросил я.

— Конечно, господин… Но моя дочь…

— Я вас понимаю. У меня самого дочери, и, если бы кто-то поступил с ними плохо, я бы добился справедливости. Что именно случилось?

— Аня вчера пришла поздно вечером, мы волновались… — заговорил он, запинаясь. — Мы с женой увидели синяки, платье было разорвано. Аня вся в слезах, мы попытались выяснить, что случилось и… И она сказала, что во всём виноват ваш сын.

Сомневаюсь, что она сказала прямо так, но, видимо, от Фроста нормального ответа добиться не получится.

— Надо было прихватить дочь с собой, господин Фрост, — сказал я. — Если всё так, как вы говорите, ситуация тяжёлая для неё, но в столь сложном вопросе нам потребуется выслушать все стороны.

— Конечно, господин… Если нужно, я приведу её.

— Мой секретарь уже озаботился этим. Скоро девушку доставят сюда.

Скоро — в буквальном смысле. Фроста я принял не сразу. Пока он ждал, мои люди успели сходить за его дочерью, найти свидетелей, выяснить, чем занимался Иван и где он сам, а также составить общую картину произошедшего. Анну доставили пятнадцать минут назад, и Василиса успела её осмотреть.

Девушка действительно была вся в синяках.

Не прошло и минуты, как Анну привели в приёмную. При виде меня она залилась краской, опустила взгляд в пол и, казалось, забыла, как дышать.

— Тебя ведь зовут Анна? — спросил я.

— Д-да, господин.

— Твой отец утверждает, что тебя вчера изнасиловали, — не стал я тянуть. — Это правда?

— Что? — вскинулась она. — Нет! Никто меня не насиловал!

Говорила она искренне, и общая картина сложилась, но требовалось довести партию до конца.

— Не бойся, дитя. Тебе ничего не угрожает. Если с тобой обошлись плохо…

Девушка вспыхнула пуще прежнего, спрятал лицо в ладонях и заплакала.

— Каши мы так не сварим, — покачал я головой. — Ладно, тащите сюда Ивана.

Я не оговорился. Мой сын обнаружился в доме, в состоянии тяжёлого похмелья, поэтому сказать «вести» в отношении него — изрядно польстить. За то, что он так напился, я не осуждал. В некотором роде поддерживал. Друзей он себе в школе шиноби всё же нашёл. Характер не сказать, что сильно стал лучше, но определённая социализация произошла. Бухал сын не один, в компании товарищей, перед новым учебным годом, и их можно понять. Следующий год дрючить их будут особо изощрённо, и покутить перед этим — в рамках традиций. Кутили из нового поколения не они одни так. А про то, какие эпичные попойки устраивали сыновья Гатса, и вовсе промолчу. На их фоне Иван спокойно время провёл.

— Что опять? — проворчал он недовольно, зайдя внутрь.

Зашёл, почесал макушку, дыхнул перегаром, уставился на Фроста, но не узнал. Уставился на девушку, нахмурился и тоже не узнал. Ну да, она лицо руками спрятала, его реакция ни о чём не говорит.

— Тебя тут в изнасиловании обвиняют, — сказал я.

— Серьёзно? — удивился Иван. — Кого? Её или его? — кивнул он на Фроста.

— Шутник, — ответил я без улыбки. — Девушку припоминаешь?

— Нет, — уверенно ответил он.

Та убрала ладони и уставилась на него с такой смертельной обидой, что просто ух.

— А, ты, — ответил он куда менее уверенно. — Это тебя, что ль, я изнасиловал?

— Да не насиловал ты меня! Козёл!

Последнее она выдала неожиданно для всех участников. Для себя — в первую очередь. Одновременно и устыдилась, и испугалась. Того и гляди, в обморок грохнется.

— Так, — протянул Иван недобро, — ее знаю, что тут за бред происходит, но никого я не насиловал. Скакала ты вчера на мне по доброй воле! И расплатился я с тобой сполна!

— Ты мне свои серьги, как шлюхе, бросил!

— Охренеть теперь! — завёлся Иван. — Отец, что это за бред?!

— Вот ты мне и скажи, — ответил я спокойно. — Девушка в синяках, вернулась домой в порванном платье, сказала родителям, что тебя ненавидит. Поэтому господин Фрост и пришёл разбираться, решив, что его дочь изнасиловали.

Сам Фрост пребывал в состоянии человека, которому хотелось бурно отреагировать, мягко говоря, но который боялся это сделать, тоже мягко говоря.

— Да она сама приставала! — возмутился Иван.

— Не приставала я! — возмутилась и Анна. — Я думала, ты меня любишь!

— Спятила? Я даже имени твоего не знаю. Сумасшедшая, — бросил он резко, развернулся и ушёл.

Что-то не ожидал я такой экспрессии.

Анна, видимо, тоже. Так распереживалась, что не выдержала и в обморок осела. Я её духом подхватил, аккуратно опустил на кушетку.

— Обычный обморок, — сказал я дёрнувшемуся Фросту. — С ней всё в порядке, не переживайте. Как вы только что слышали, принуждения и изнасилования не было. Скорее… кхм… произошло недопонимание. Забирайте дочь, идите домой. Рекомендую занять её чем-то, отвлечь. Возможно, подыскать жениха.

— Да, господин. Спасибо, господин, — подскочил слишком переживающий отец. — Извините, что так вышло…

Н-да.

Фрост пришёл к нам где-то час назад. За это время успели опросить свидетелей, которые подтвердили то, что мы только что услышали. Сложно сказать, что я почувствовал по этому поводу. Облегчение — это уж точно. Если бы Иван действительно перешёл черту, пришлось бы наказать по всей строгости. А так… Откровенно говоря, подобные девицы постоянно вокруг крутились. Не только вокруг Ивана, а вокруг вообще всех, кто имел отношение к власти, деньгам и статусу. Такова жизнь.

Тем не менее с сыном требовалось обсудить вопрос. Догнал я его на полпути к дому. Телепортироваться-то он не умел. Да и умей, от меня не убежишь.

— Что ещё?! — раздражённо бросил он.

— Да вот, думаю, специально для тебя новый курс в школе организовать. Базовые навыки обращения с женщинами для самых маленьких.

— Не начинай! Нет моей вины в произошедшем!

— Вина есть.

— Какая же?

— В том, что девица тебя ненавидит теперь.

— Сама виновата.

— Если повесится, тоже сама виновата будет?

— Конечно, — упрямо ответил Иван.

— В твоих словах есть правда. За чужие действия ты не отвечаешь. Но за общий результат — ответ несёшь. Как минимум за часть его. Результат вчерашнего вечера простителен для обычного парня, которому плевать на репутацию. Ты же…

— Да-да, сын герцога.

— И будущий великий кузнец. Который легко может заполучить репутацию человека, который довёл девушку до суицида.

— Что мне теперь, жениться на ней, что ли? — глянул он исподлобья. — Таких, как она, сотни вокруг вьются.

— А может, и правда женить тебя? В качестве урока.

— Шутишь? — забеспокоился Иван.

— Пока не решил, шучу ли.

— Отец… — облизнул Иван вмиг пересохшие губы. — Уж первым жениться я точно не собираюсь! — нашёлся он с ответом.

— Ещё и брата подставляешь, — усмехнулся я. — Но ничего. Ему тоже на пользу пойдет.

— Отец!!!

Иван чувствовал, что ходит по грани. За всё время у него сложилось понимание, что если меня довести, то всякого ожидать можно. Могу и женить.

— Выдохни, — не стал я его мучить. — Другое с тебя спрошу.

— Что? — спросил он с подозрением.

— Ты же хорошим кузнецом себя считаешь, не так ли?

— Ну… — напрягся он ещё сильнее.

— Скуёшь мне девушку. Десяти сантиметров высотой. Так, чтоб как живая. Со всеми деталями. Чтобы взглянуть и сразу понять, великий мастер ковал.

— Это несложно… — задумался он.

— Скуёшь без силы камней. Одними руками да молотом.

— Молотом? С мелкими деталями? — задумался он.

— Ты всё правильно понял.

— Это невозможно.

— Так сразу сдаёшься?

— Хм… — остановился он. — Смысл в том, чтобы я научился контролировать силу?

— Да, — не стал я отрицать. — Это первое задание. А второе… Гэцу… — позвал я тем самым голосом, который влиял на реальность и был способен дойти до адресата, где бы тот ни был.

— Отец! — закатил глаза Иван.

— Какого хрена?! — вывалился с путей духа Гэцу в одних штанах и со следами помады на щеке. — Спар, чего надо?

— Забирай ученика, — махнул я на Ивана.

— Ученика? — вскинул брови Гэцу. — Так учил уже, что опять придумал?

— Научишь его обращаться с женщинами. Так, чтобы затмил славу сыновей Гатса. Сегодняшнюю историю Иван тебе сам расскажет. А то ишь. Девки на сына герцога жалуются! Позорище!

Тихо про себя посмеиваясь, я оставил этих двоих разбираться с проблемой, а сам пошел в дом.

Глава 7. Две смерти, или Как Спар новую эпоху обозначил

На следующее утро мы по традиции отправились на корабле в школу шиноби с новыми учениками. Старые доберутся через портал. Те, кто ещё не там.

Сегодня мне предстоит произнести новую речь. Я её всегда произношу, приветствуя новых учеников, но сегодня особый день, который отметит оформившиеся изменения. В тот раз, несколько лет назад, когда я с дочерями гулял, беда так и не случилась, но произошедшее стало первым звоночком. Тогда мы поймали молодого ныряльщика. Не совсем адекватного. Состоял он в мелкой секте, в которой собралось несколько неудачников, недовольных тем, как устроена жизнь. Это нормально, подобные фрики будут существовать при любом строе, в любом обществе, во все времена. Никому до них не было дела, потому что влияния они никакого не имели, популярностью тоже не пользовались.

Ситуация изменилась, когда им в руки попал редкий камень с необычной способностью, позволяющий незаметно усиливать агрессию других обладателей камней. Взяли они его вовсе не с демона в бою, а убив другого ныряльщика, который камень в Колодце добыл и хвастал этим. Как бы там ни было, в их не особо умных головах созрел план заняться терроризмом и шантажом. В тот день они собирались устроить несколько провокаций, раскачать обстановку, посеять хаос и выдвинуть требования королю. Требования — полный бред. Там целый список из серии «хочу всё и сразу». И золото, и легендарные камни, и приказ отменить школу шиноби, и куча всего другого.

Как и сказал, это стало первым тревожным звонком. Тогда Паоль вызвал меня на разговор и попробовал поворчать. Я согласился с его беспокойством и следующие две недели гонял всю королевскую стражу и причастных к безопасности столицы, отрабатывая различные манёвры и методы противодействия подобным угрозам. Заодно мы прошерстили все подобные секты, религиозные группировки, всякие школы боевых искусств, объединения наёмников и преступные банды. Сколько порядок ни наводи, а лихой люд найдётся. Вопрос в том, как много ему позволяется. В тот раз мы напомнили, что лучше знать меру и что мера эта, не такая уж большая.

В последующие годы подобные события происходили не раз, и все они были связаны на первый взгляд с одной вещью — количеством доступных камней. Не знаю, сменилась ли эпоха, но то, что количество демонов как в Колодцах, так и в нашем мире, росло с каждым годом, несмотря на то что их активно истребляли, — это факт. Больше демонов, больше добычи, больше камней. На рынке появилось предложение. Собственно, сам рынок сформировался. Можно было рассчитывать получить хорошую цену, прикупить себе редкий камень, а то и легендарный, обменять на что-то более подходящее. До развитых миров нам было далеко, но процесс шёл, и мы уже не такие дикари. Если же присмотреться к проблеме под другим углом, то было заметно кое-что. Проблема не в камнях как таковых, а в необычных способностях. Не всегда качественных. Просто необычных. Был один маньяк, который нападал на случайных девушек и сушил их взглядом, испаряя влагу в теле. Нужен был прямой контакт. Процесс занимал около минуты. Кто-то успевал убежать. Сам маньяк был труслив, держал большую дистанцию, поэтому его долго поймать не могли. Дело происходило в средних размеров пригороде, где хватало ныряльщиков. Местные сами не справились, нас позвали. За четыре года подобных случаев стало где-то в десять раз больше.

Так что да. Можно было утверждать, что настали новые времена.

— Поздравляю всех с новым учебным годом, — сказал я, выйдя на трибуны.

Новичков переодели в их униформу. Грубая ткань, чёрный цвет. Второй курс на их фоне выглядел солиднее. Форма уже другая, вроде бы та же самая, но материалы более качественные.

— Все вы прошли долгий путь, чтобы попасть сюда. Кто-то продолжает обучение, кто-то только начинает. Обычно я рассказываю, что ждёт новичков на первом году обучения, но сегодня буду краток. Будьте уверены, по славной доброй традиции, пусть вы уже и хорошо подготовлены, но мы выжмем вас досуха, чтобы раскрыть максимум потенциала.

Я криво усмехнулся, и по рядам второго и третьего курса пробежали смешки. О тяжести обучения под моим началом слагали легенды. Как и об эффективности.

— Сегодня первый курс лишается своих имён. Какого бы происхождения и таланта вы ни были, это не имеет значения. Вы должны доказать право на имя. Подробности расскажут вам наставники. Я же сегодня расскажу о новой эпохе, что начинается в жизни шиноби. Все слышали, что школу заложил Такен. Тогда отбор проходил совсем по другим, куда более жестоким и кровавым правилам. Я был в самом первом потоке, и к концу обучения нас осталось меньше половины, а сколько полегло на отборочных испытаниях — не сосчитать. Тогда в этом был смысл. Уж поверьте, создать что-то из пустоты, когда ничего нет — не так-то просто. О том, чего ради Такен создал школу, ходит множество слухов, большинство из которых глупы. Власть никогда не была его целью. В некотором роде он был провидцем. Путешествуя по другим мирам, Такен узрел, насколько хрупок наш мир. Это подтверждали как исследования, так и самые обычные наблюдения за окружающей реальностью. Закона было всё меньше, новые города не закладывались, технологии не появлялись, ресурсы заканчивались, население сокращалось. Те из вас, кто проявит себя, тоже побывают в самых разных мирах, если захотят. Там вы легко найдёте руины множества павших цивилизаций. Нас ждала… Да и всё ещё ждёт та же самая участь.

Я взял паузу, отслеживая реакцию шиноби. Обратил внимание и на Дария, который стоял среди новеньких, но какой-то заметной реакции с его стороны не последовало.

— Жизнь так устроена, что, решая одну проблему, ты неизбежно сталкиваешься с новыми вызовами. Раз за разом. На момент создания школы шиноби ключевой проблемой была раздробленность, общая наша неготовность отразить хоть сколько-то значимую угрозу. Шиноби — это ответ на вопрос, как нам защититься. Попытка создания группы людей, способных предотвратить распад. Как вы знаете, у Такена это получилось. Он стал королём. Было создано полноценное государство. Деградация прекратилась, начался рост. Вы молоды, и вам трудно это понять, но те, кто старше, видели все эти изменения собственными глазами и смогут подтвердить. Одна проблема была решена. Мы даже экзамен сдали на отражение угроз. Я бы сказал, целых два кровавых экзамена. Первый раз — когда пришла армада пиратов. Про эту историю не слышал только глухой. Сто тысяч ныряльщиков обрушились на наши земли. Жестокая вышла битва. Тогда нас хотели поставить на колени. Требовали выкуп, камнями и женщинами. Но мы отбились. Выстояли. Второй экзамен был, когда нашего короля убили. — С каждым словом мой голос тяжелел, кто-то начал вжимать голову в плечи. — Но и тогда наше королевство уцелело, не рассыпалось без своего лидера.

Я снова замолчал, давая проникнуться сказанным. А быть может, давая себе время пережить нахлынувшую бурю эмоций. Такен, Калия…

— Сейчас наше королевство значительно сильнее. По меркам некоторых цивилизаций мы всё равно что младенцы, но младенцы неприятные, которые могут и огрызнуться. Мы встали на ноги, обрели устойчивость. Жизнь изменилась, стала куда богаче. Это породило новые проблемы. Ныряльщиков стало слишком много.

На этот раз пробежали отчётливые шепотки. Заявление звучало странно.

— Да, так и есть. Был в нашей истории не столь известный, но кровавый случай. Одна небольшая организация, называющая себя «Акацией», объединяющая несколько сильных ныряльщиков, решила, что новое королевство мешает их планам и решило начать с убийства беременной невестки Такена. После чего случилось всякое, в том числе нападение одной безумной ныряльщицы на Озёрск. Всего одна тварь, с легендарными способностями, убила больше тысячи горожан.

По тем очагам эмоций, которые вспыхивали среди учеников, было видно, кого трагедия коснулась лично. Пусть они и родились позже, но такие трагедии для семьи не проходят бесследно. Да и не так уж сложно представить, что будет, если нечто подобное произойдёт уже лично с твоей семьёй.

— Безумные секты, подпольные религии, преступные группировки, иномирцы и просто подвыпившие ныряльщики. Мир хрупок. Человеческая жизнь ещё более хрупка. Как показывала не раз практика, хватит всего одного легендарного камня, чтобы убить тысячи. Разумеется, королевство заботится о безопасности и подобных личностей устраняют, но я не просто так сказал, что началась новая эпоха. Наше государство встало на ноги. Стало в десятки раз больше ныряльщиков. Появился рынок камней. Число демонов тоже увеличилось. Всё это порождает гремучую смесь. Вопрос не в том, полыхнёт ли, вопрос в том, как часто это будет происходить. Новая эпоха ставит перед нами вызов, сможет ли наше общество организоваться так, чтобы справиться с этим. Вам тоже предстоит в этом поучаствовать. Станет это хорошей для вас новостью или плохой, но факт есть факт. Именно шиноби были, есть и будут главными защитниками мира. Именно мы будем бороться с новыми вызовами. Поэтому вы должны быть сильнейшими. Лучшими. Во всём. Как в бою, так и в жизни. Вы станете мерилом. Теми, кто будет судить и карать. Но и спрос с вас будет в десять раз строже. Если потребуется, за теми, кто перейдёт черту, я приду лично.

Удобно иметь репутацию Беловолосого Мясника. Когда я угрожаю, люди почему-то сразу верят.

Слова были сказаны. Направление обозначено. Эту концепцию я не вчера придумал. Она так-то всегда существовала, просто не оформленная. После того случая на празднике — задумался, чтобы оформить. На следующий год обсуждал со своими, думали, как это организовать. Наивно считать, что хватит одного разговора и пожелания, чтобы люди изменились и превратились в идеальные образцы морали и мудрости. Люди есть люди. Шиноби не исключение.

Были у нас и отделившиеся. Тот же Драк свою школу организовал, кого-то там обучает уже который год. Помимо него было несколько успешных отрядов наёмников, с командирами шиноби. Как и отдельные примеры коррупции, злоупотребления властью и откровенной неадекватности. Да чего только не было, собственно. Чтобы сократить риски, требовалось это как-то осмыслить, перестроить систему. Внутреннюю мораль у учеников тоже ещё попробуй воспитай.

Как закончил речь, собирался уйти с помоста, но мне не помешали. Прямо напротив появился незнакомый мужик.

Это несколько нагло с его стороны. Появляться прямо здесь. Ещё и рядом со мной.

— Не надо тыкать своим мечом, Беловолосый, — сказал он недовольно, покосившись на меч у его шеи, который пробил искажение пространства. — Я из ордена. Забыл?

— А должен помнить?

— Ты меня должен знать.

Я приоткрыл глаза, отметил необычную внешность.

— Нет, не знаю. Лучше тебе побыстрее назвать причину появления, если жить не надоело.

— Я бы с удовольствием выяснил, у кого яйца круче, но ситуация полное дерьмо. Моего деда убили.

— И?

— Тебя это не впечатлило? — удивился он.

Я подал знак своим, чтобы отошли. Народ нервно отреагировал. Учеников наставники быстро выгнали с площади. Шиноби постарше, наоборот, щитами укрылись и позиции заняли. Охрана тоже забегала, проверяя окрестности, один ли чужак заявился или ещё кого привёл.

— Ты тупой? Я не знаю, кто ты. Тем более не знаю, кто твой дед.

— Я Эльдар. Внук Элрика Связующего, — проговорил он медленно. — Его личный помощник при ордене.

— А-а… — протянул я. — Теперь вспомнил. Чисто технически у тебя два деда должно быть. Обрадуй, скажи, что убили вовсе не Элрика.

— Его.

— Но… Как? — запнулся я, подбирая слова.

— Без понятия. Сработало его завещание. Которое срабатывает как раз в случае смерти. В общем, Беловолосый, у меня нет времени на тебя. Через две недели пройдёт общий сбор, в главной цитадели ордена. Все магистры обязаны быть. Ты в том числе. Также Элрик оставил послание лично для тебя. Короткое.

— Так озвучь его.

— Что, прямо здесь? А, ладно, — махнул он рукой. — Послание следующее. Он не один. Что бы это ни значило.

— И всё?

— И всё. Не забудь про собрание. Надо решать, что делать с орденом. Без Элрика… — Он ещё раз махнул рукой и исчез.

Я уже не в том возрасте, чтобы эмоционировать, но… Паршиво!

***

С орденом нас связывали специфические отношения. Я и там дослужился до звания магистра, то есть высшего звания, не считая главы. При этом я был кем-то вроде «внешнего генерала». Воспринимал орден исключительно как удобный доступ к заказам и рынку, не более. В дёсны мы с ними не целовались, уж точно.

Звание же я получил относительно простым способом.

После своего возвращения я пару лет в Колодец и в другие миры не ходил. Нагулялся так, что тошнило от самой идеи. Время шло, меня постепенно отпускало, я насыщался семейной и социальной жизнью. Появлялись новые идеи развития, рейдовая группа не то чтобы простаивала, но и звёзд с неба не хватала. В итоге я возобновил походы. Стал той силой, которая вывела все эти авантюры на новый уровень.

Число рейдеров постепенно росло. Мы сформировали две смены. Рос и квартал мастеров под управлением Радамиры. Они были готовы осваивать всё большие объёмы сырья. Их товар вполне котировался и в чужих мирах, поэтому мы могли заработать на добавочной стоимости, продавая артефакты, и, следовательно, получить деньги для покупки чего-то другого и запустить цикл торговли. Потому что одной лишь охотой всего не добудешь. Как ни странно, в демонах иногда и металл встречается, но крайне редко. В нашем же мире просто не было магических металлов.

Постепенно мы отработали схему походов до идеала. Я ходил не всегда, только в самые опасные места да по особым случаям. Сами же рейдеры уходили на две-три недели. Этого времени в большинстве случаев хватало, чтобы собрать добычу, которая окупит поход. Если повезёт, то и сверху получится заработать. Далеко не все вылазки были сверхудачными. Половина — умеренно удачными. Четверть — в убыток. Оставшаяся четверть — сверхприбыльными. Две-три недели похода, после — две недели отдыха для всей рейд-группы. Корабль в этот момент вставал на техобслуживание, если надо, ремонтировался. Рейдеры же шли отдыхать, проводить время с семьями или предаваться праздности, если дома не ждали строгие жены, хе-хе. Могли время и личному развитию уделить, но обычно это сводилось к урокам у каких-то конкретных мастеров по каким-то конкретным темам. Никто в этот период с тренировками не жестил и на то была причина. По истечении двух недель начинались новые две недели боевого слаживания. Отрабатывались новые тактики, нарабатывались навыки, сдавались нормативы. Инструктора не жестили. Одной из целей было привести отряд спустя месяц в идеальную боевую готовность. Когда люди не устали, при этом максимально собраны.

Не сразу у нас получилось. Бывали и осечки. Бывало и такое, что люди роптали и даже бунтовали. Я, в щедрости своей, давить их не стал, а разделил всех рейдеров на две смены, и в течение года мы провели эксперимент. Одна группа занималась по моим лекалам, а вторая получила вольную. При этом поддержка клана не снижалась, все бонусы были доступны. Речь не шла о серьёзном конфликте. Скорее, мы проверяли эффективность двух подходов в рамках общего дела. Год эксперимент не продлился. Спустя где-то девять месяцев разница стала настолько очевидна, что никто больше не роптал. Добычи «свободные» набирали меньше. Смертность была на двадцать два процента выше. Это очень много.

Полторы тысячи рейдеров. Элитные бойцы клана. Шиноби. Северяне. Другие аристократы. Армейцы.

С первыми тремя категориями понятно, а вот три последних имели свои особенности. Северянами правил Гатс. Земли у него обширные, много кто на них живёт, но не сказать, что богатые. И пищу выращивают, и добывают всякое, и производят, но другим герцогствам — уступают. Поэтому Гатс сделал логичную в общем-то ставку на войну и рейды. Выстроил свою систему отбора, набрал людей, закалил их в боях и развернулся, если не на полную катушку, то около того. Сейчас численность его общей группировки составляла где-то две тысячи человек. Полноценная армия, ведь там не было обычных людей, только ныряльщики. Хорошо подготовленные ныряльщики. Которые любили ходить в рейды. Ходили они и без нас. Вполне успешно. Но речь о том, как я звание магистра получил. Северяне принимали в этом участие, присоединялись к нашим рейдам.

Другие аристократы тоже были не прочь присоединиться. Более того, они были вынуждены. Каждый из герцогов держал свою небольшую армию. Сейчас это где-то в районе двухсот крепких ныряльщиков. На фоне Гатса и меня не так много, но мы с ним изначально псы войны. Я всё это направление держу, для северян это основный способ заработка, поэтому с нами сравнивать некорректно.

Речь сейчас о действующих отрядах. Так-то в подчинении могли находиться и другие ныряльщики, которые занимались не войной и рейдами, а чем-то другим.

Но не суть. Сначала к нам обращались только самые лояльные. Мы их водили, они набирали добычу. За несколько лет это позволило им значительно усилиться. Как раз за тот срок, что нужен, чтобы натренировать бойца и освоить камни. Потом подтянулись те, кто был настроен ко мне относительно нейтрально. Банально чтобы и дальше не увеличивался разрыв. Ну а в конце подтянулись и недруги. Им пришлось задабривать меня и клан, чтобы обратиться с просьбой. Мы не отказывали. Но и ценник выставляли выше, чем другим.

Хороший рычаг влияния.

Военные — это была обычная армия. В ней имелись ныряльщики, но не так много и не такие сильные. Тем не менее свои задачи они могли решать. К примеру, развернуть лагерь и отстреливаться от демонов с помощью артефактного оружия.

При желании я мог собрать толпу в несколько тысяч человек. Самый большой рейд был организован на семь тысяч. Тогда мы перешли в умирающий мир, две недели зачищали небольшой участок, а после орден заложил там крепость. Битва знатная вышла.

За такие дела я и получил ранг магистра ордена. С доступом почти ко всем закрытым услугам и возможностям.

С Элриком мы всего два раза за прошедшие годы поговорили, если не считать общих собраний, на которые я иногда захаживал. Первый раз я спросил, есть ли новая информация по нашему делу. Ответил, что нет. Второй раз спросил, как развивать меч души. Ответил, что возможности меча души безграничны, но и развить их сложно. Собственно, это был весь ответ. Иначе говоря, Элрик меня послал.

Особых эмоций, по поводу его вероятной смерти, я не испытал. Один раз он уже пытался инсценировать свою гибель. Возможно, это очередная интрига. Смущали слова «Он не один». Очевидно, что речь шла про Дария. Он не один — это у него уже появились последователи и подчинённые, о которых я не знаю? Или «он не один» означает, что есть такие же порождения Колодца?

Пришедшего паренька я всё же узнал. Он и правда работал помощником Элрика. Кто-то вроде личного секретаря. Верить ему на слово излишне. Не факт, что это тот же человек. Не факт, что это не какая-то интрига. Не факт, что Элрик действительно мёртв. И не факт, что переданное послание я понял правильно, что оно правдиво и что несёт какой-то смысл.

Если же Элрик всё же мёртв, то… То сдаётся мне, это плохое предзнаменование. В прошлый раз его пытался убить Клаус, чтобы Связующий не мешал новорождённому богу. Клауса убил я. Вроде бы. Никогда нельзя быть уверенными с этими архимагами.

***

На общее собрание ордена я сходил. Послушал, как решается его судьба, кого выбирают главой. Мог бы и не ходить. Судьба ордена меня не особо-то и волновала. Скажем так. Если они исчезнут или мы с ними разругаемся, нам станет сложнее находить подходящие миры для рейдов, но не более. Сейчас уже не такое исключительное событие, когда кто-то добирается до перекрёстка. В том же ордене были закуплены десятки артефактов возвращения. Радамира со своими мастерами, помимо всего прочего, разработала комплекс артефактов, который давал возможность пройти через огненный мир. Слабаки там по-прежнему не пройдут, но обычный крепкий отряд — вполне. Если повезёт. Благодаря этому и без ордена к нам шёл поток информации, иногда попадались и хорошие наводки. Это я молчу про накопленную базу знаний по сотне миров. Поэтому — да. Неудобнее станет. Но сможем обойтись и без ордена.

Главу в итоге выбрали. Вряд ли политика ордена сильно изменится. Волноваться, на первый взгляд, было особо не о чём. Каких-то диких слухов до меня тоже не доходило. Как и ответа на вопрос, кто именно убил Элрика и что вообще случилось.

Связующий упоминал, что он гуляет по другим реальностям, поэтому произойти могло что угодно. Может, и сгинул где, и в этом нет ничего особенного.

Я вернулся домой, продолжил заниматься обычными делами.

А через полгода, в начале весны, когда вернулся из очередного рейда, меня огорошили новостью, что Паоль убит.

Глава 8. Смерть короля, или Как Спар запоздало поговорил

Наш рейд вернулся под утро. Убийство короля случилось ночью, за несколько часов до этого. Это был тот редкий случай, который мог заставить меня покинуть семью сразу после возвращения. Отчасти из-за того, что во дворце жила Роза с нашим вторым сыном. Жили они там не постоянно, но, когда я уходил в рейды или по делам, перебирались.

Всех деталей мне никто не сообщил, лишь общие сведения, что за убийство ответственно посольство иномирцев.

Во втором Колодце, после земель великанов, открылся новый проход с доступом к чужому миру, населённому разными народами. Случилось это пару лет назад. Именно об этом мире упоминал Дарий, когда говорил, что я слишком много бездействую.

Появление соседей буквально под боком у столицы королевства, разумеется, наделало шума и привлекло внимание много кого. По какой-то случайности проход у этих соседей тоже открылся рядом со столицей одного из их королевств. Дарий намекал, что мы могли бы там легко захватить власть. Это действительно так. Причин, которые бы помешали, мы не обнаружили. Это был новый мир в Колодце, с камнями он никогда не сталкивался. По уровню развития — как наше средневековье. Механизмы использовали, но никаких тебе двигателей и продвинутых источников топлива. Магия имелась, но уровень легендарного камня считался у них элитой. Небольшие королевства, которых превеликое множество. Отсутствие технологий. Непонимание, что происходит. При этом их земли были неплохо населены. По нашим подсчётам, не хуже, чем наши собственные. А то и получше, если брать весь их материк.

Для понимания порядка цифр, в нашем королевстве насчитывалось где-то сто миллионов жителей. Ещё сколько-то миллионов жило за пределами королевства. В Озёрске обитало около четырёх миллионов, город значительно разросся за последние десять лет, превратившись в настоящую столицу. У соседей, в том королевстве, где у них открылся Колодец, всего населения было в районе десяти миллионов, и по местным меркам оно считалось довольно крупным. Чем-то это напоминало старую Европу, если верить историческим хроникам. Десятки карликовых государств, каждое со своими особенностями.

Узнали мы об этом далеко не сразу. Сам я лично вопросом не занимался, потому что в королевстве хватало тех, кому взять это дело на себя. Я бы сказал, что таких было слишком много. От нашего клана тоже нашлись те, кто занялся новым направлением. Совсем уж в стороне мы не остались.

Первый контакт перерос в стычку. Наши пошли крупным и хорошо подготовленным отрядом, помня «радость» встречи с великанами и здраво опасаясь нарваться на угрозу аналогичного уровня. Вместо этого почти не встретили сопротивления, огнём и мечом продемонстрировав соседям, что с нами лучше дружить и отнестись серьёзно к предложению о переговорах. Так состоялся первый контакт. Были сформированы посольства. В том числе торговые. Началось взаимное изучение друг друга. Мы поделились информацией о Колодце. Захватывать кого-то я не видел смысла по той простой причине, что, обладая преимуществом в силе, технологиях и знаниях… Ну, надо было всего лишь подождать, чтобы произошла взаимная интеграция.

Насколько знаю, предпосылок для войны не было. Как и для убийства нашего короля. Соседи успели оценить выгоду. Нам тоже был интересен столь обширный рынок дикарей. Караваны в обе стороны шли постоянно. Мы не раз демонстрировали силу, и там должны были понимать, что за такие выходки они заплатят тысячекратно. Более того, оставался открытым вопрос, как они смогли убить Паоля. Он пусть и не самый могущественный, но у него столько охраны… Да и сам мог дать отпор, тем более таким средневековым дикарям.

Вот о чём я думал, двигаясь в сторону столицы.

***

Меня встретила Роза с сыном. Его мы назвали Александром. Сейчас ему десять. Родился он, когда Софии было одиннадцать. Спустя четыре года после моего возвращения. Что стало для меня неожиданностью. Не факт рождения, а то, что Роза ещё раз решила пройти через это. Василиса — она всегда много детей хотела. Подозреваю, что это связано с целительством. Жизнь так и била из моей супруги. Радамира, наоборот, отказалась от этого, сказав, цитирую, что её матка породила одного великого кузнеца и больше в ней запаса потенциала не осталось, а плодить посредственность она не хочет. Роза тоже не производила впечатление той, кто хочет много детей, но… В один из дней жена выдала, что как-то нет достойного правителя, все талантливые, но в другой области, поэтому надо бы ещё раз попытаться. Мне от такой циничной постановки вопроса оставалось лишь вздохнуть. Так на свет появился Александр, которого она с малых лет начала натаскивать как потенциального правителя.

— Сын, — потрепал я парня по голове. — Вижу, с вами всё в порядке.

— Всё произошло… — бросила Роза взгляд на сына. — Тихо.

— Мне нужны подробности.

— А их особо нет. Прибыло посольство от очередного королевства. Всего несколько человек. Случился небольшой скандал. Они предложили ритуальную дуэль по их древнему обычаю. Король против короля. Победивший становится правителем всех земель. Их соседи, которые присутствовали при общей встрече… А ты знаешь, что они у нас сейчас постоянно при дворе обитают…. В общем, их высмеяли. Паоль это поддержал и отказал, не воспринял всерьёз. На следующую ночь он умер. Они и не отрицают своей вины.

— Не отрицают? То есть они ещё здесь?

— Да. Не стали уезжать. Заявили, что мы сами виноваты, нарушили обычай, и поэтому наш король умер. Ещё у них есть амулеты против чтения глубоких мыслей. Поверхностный слой мало что даёт. Стоило вытащить амулеты, а они были вживлены в тело… — Роза запнулась, когда наш сын скривился, — как сработали закладки и часть воспоминаний удалилась.

— А говоришь, нет подробностей.

— Да, ты прав. Дальше самое интересное. А ты, Александр, не морщись так. Я не просто так даю послушать этот разговор. Внимай и запоминай, как грамотно убили твоего отлично защищённого дядю.

— Мне тоже интересно как, — вставил я. — Он не самый сильный ныряльщик, но легко бы не дался. У них есть элитные убийцы?

— Всё куда проще и сложнее, — потёрла Роза виски. — Дело в редком камне. Всего одна способность отложенной смерти. Что-то типа незаметного проклятия. Выставляешь условие, и, если жертва отказывается его выполнять, она умирает.

— Звучит… дико, — задумался я.

— Мы тоже в шоке были, — ответила Роза, имея в виду себя и свою команду. — Слабая способность, которую никто не обнаружил, которую скрывали до последнего момента, и которая смогла убить крепкого ныряльщика. У него остановилось сердце. Так глупо…

— Хочу взглянуть на виновников, и мне нужны записи допросов. С охраной Паоля тоже надо пообщаться. Как и осмотреть место событий.

— Конечно, — ответила Роза.

То, что я узнал, не сильно отличалось от того, что рассказала Роза. Посольства к нам часто разные королевства отправляли. В этом не было ничего нового. Я бы сказал, что это настолько обыденно, что Роза с этим посольством даже не пересекалась. В чём есть толика вины и Паоля. Никто не отменял борьбы за власть, конкуренции и перетягивания одеяла на себя. Порадовавшись, что наш клан особо не лезет в новый мир, Паоль постарался замкнуть эту тему на себя. То, что Роза умеет влезать в разум, по-прежнему знал ограниченный круг людей. Паоль в курсе не был. А если бы был, не факт, что что-то бы изменилось. Не рассказывать ему — спорное решение. Рассказывать — ещё более спорное. Но теперь и неважно. Как впоследствии обнаружили, посольство было защищено от этого, причём хитрым способом — вживлением амулетов в тело. Ещё и стиранием воспоминаний.

По факту, это было самое тупое убийство короля. Прийти так внаглую и грохнуть его — это… Я прямо даже не знаю.

От осознания глупости произошедшего становилось только горче.

Паоль мне никогда не нравился. Но он меня устраивал как правитель. Правил и правил себе. В последние годы даже под ногами особо не мешался. Теперь же всё могло пойти по какому угодно сценарию.

Особенно если учесть, что король погиб тупо лишь на первый взгляд. А если подумать и заключить, что случайности не случайны… Меры против чтения разума — общая практика или направлены конкретно против Розы? Что за мастер работал с мозгами посольства? Как они нашли такой камень? Как успели освоить его, если Колодец у них появился пару лет назад? Освоить, поставить на службу, составить план, бросить нам вызов. Это просто нелогично. Действо, которое несёт существенные последствия, но при этом не имеет выгоды. Разве что они фанатики-идиоты, которые веруют, что с помощью такого убийства можно получить все наши земли? И что дальше? Вражеская армия на подходе?

Возможно, я бы так и подумал. Если бы не кое-что другое. Больше всего меня в этой истории зацепил необычный редкий камень. У нас в мире они тоже появляются в последние годы.

Случайности? Или результат чьей-то воли?

***

Дария я перехватил, когда он возвращался с полигона в казарму. Появился рядом, схватил его за воротник и швырнул. Полетел он по тропе духов, кувыркнулся пару раз и вскочил на ноги уже совсем в другом месте, среди скал, где не было никого.

Кричать и возмущаться он не стал. Встал с уже выхваченным мечом, приготовившись сражаться. Разглядел меня, оценил обстановку и только после этого заговорил.

— Это твой очередной урок, брат?

— Лишь отчасти.

— Тогда объяснись, — потребовал он.

— Сейчас объяснюсь, — заверил я, доставая из кольца ремень.

— Что это?

— Как будто ты не знаешь. Ремень из кожи дракона хаоса. Идеально, чтобы бить по крепким задницам.

— Ты собираешься меня… выпороть? — наклонил он голову, спросив насмешливо.

— Именно.

— Не перегибай, брат, — ответил он холодно, если не сказать — аристократично. — Я твой брат. Такой же ученик Марии Вологодской, как и ты. Её сын. У тебя нет права меня пороть и никогда не будет.

— У меня есть право сильного, — хлестнул я ремнём.

Дария выгнуло, удар пришёлся по спине. Его глаза засверкали гневом.

— Ты переходишь черту… — прошипел он.

— Нет, это ты перешёл черту. И раз уж у нас пошёл этот разговор, давай говорить откровенно. Ты так любишь к месту и не очень упоминать, что ты сын Марии. Мать ты уважаешь, это все видят. Но что насчёт отца?

— Отца? — нахмурился он, растеряв часть своего гнева.

— Люциуса Вологодского. Нашего с тобой отца. Или не отец он тебе?

— К чему ты клонишь? Что на тебя нашло… брат? — процедил он.

— Тебя никогда не наказывали, — ответил я. — Впрочем, ты и не давал поводов. До сегодняшнего дня. Мария относилась к тебе как сыну, это и понятно. Остальные относились как к брату. Возможно, это была моя ошибка… скрыть о тебе правду.

— Правду? — прищурился Дарий.

— Ха, — выдохнул я и покачал головой. — Я ожидал от тебя большего. Думал, ты в курсе, что мне известна твоя тайна.

— Я всё ещё не понимаю, о чём речь.

— Хватит, Дарий. Тебя породил Колодец, убив моего отца. От меня он тоже пытался избавиться. Также я в курсе, что ты помешал Ивану уйти, наслав на него демонического медведя. Потом наслал на меня и Петра двух демонов. Вряд ли хотел от нас избавиться, скорее, целью было подкинуть Петру подходящий камень с внедрёнными знаниями. Но вот что мне непонятно, так это зачем ты стал раздавать всякому отребью необычные камни? И тем более непонятно, зачем убил Паоля. Не надо пытаться изображать, что ты тут ни при чем. Будь ты хоть трижды божеством, это лишь перспектива. Сейчас ты нашкодивший, самоуверенный подросток, который плохо контролирует свои реакции.

— Так ты… — пробормотал растерянно Дарий. — Всё знал?

Он ушёл в себя, погрузился в мысли, его глаза забегали, он что-то переосмысливал.

— Столько времени впустую, — махнул Дарий рукой раздосадовано.

Новую реальность он принял пугающе быстро.

— Что ж, так тому и быть, — продолжил он. — Я бы мог сказать, что ты сделал это специально, чтобы получить контроль надо мной, но… К сожалению, не могу. Ты можешь и дальше считать меня ребёнком, брат, но я понимаю твои мотивы. Спасибо за то, что подарил мне нормальное детство. Будь уверен, я ценю каждое мгновение. Весь смех, все объятия, всю радость. Соперничество, ссоры и примирения, вызовы и обучение, отношение как к своим детям — я запомню это и буду ценить всю жизнь. Но ты кое в чём ошибся, брат. Как ты меня назвал? Нашкодившим и самоуверенным? У меня другое мнение на этот счёт. И я тебе клянусь, если ты ещё раз ударишь меня…

Дарий выгнулся и схватился за левую ягодицу.

— Ты прав, Дарий, — ответил я ему. — Возможно, я ошибся. Возможно, не стоило относиться к богу как к обычному ребёнку. Но что сделано, то сделано. В сложной ситуации ты выбрал простое и неправильное решение. В чём ты сам меня неоднократно упрекал. Так что сегодня ты запомнишь, на своей шкуре прочувствуешь, что не всегда простые решения правильные.

— Простые? О, это было не так уж просто! — воскликнул Дарий гневно. — И я тебя предупреждал…

Теперь он выгнулся и схватился за правую ягодицу.

— Брат! — прорычал он гневно.

— Убийство — это всегда простое решение. Так что же, юный тёмный лорд будет защищаться, или все твои угрозы пусты?

— Ты сам напросился, — хлопнул он в ладоши.

Сверху на меня обрушилось давление.

— Гравитация? — хмыкнул я. — Серьёзно? Одна из первых способностей, которые я изучил, была связана с гравитацией.

— Не думаешь же, что это вся моя сила?! — воскликнул Дарий.

Он опустил ладони вниз, резко повышая давление. Камень под моими ногами трещал, крошился, продавливался.

— Ауч! — воскликнул Дарий, когда его перетянуло ремнём по спине.

— Плохо, тёмный лорд, очень плохо, — пожурил я его.

— Да ты…

Он развернулся, отбросил себя импульсом и породил сразу множество разнонаправленных векторов. В меня полетели многочисленные камни, но это было неважно.

— Да чтоб тебя! — крикнул Дарий, когда ремень прошёлся по его заднице ещё разок. — Брат, заклинаю тебя! Лучше остановись!

— Мы только начали.

— Хана тебе, — заявил он.

Дальше я увидел, как сражается гений, будущий бог. Гравитационные удары стали в десяток раз сильнее. Скалы дробились, многотонные куски пытались раздавить меня. Дарий призвал молнии, и сотни разрядов разбежались вокруг, пытаясь ужалить. Сам он перемещался, уворачивался, пытался запутать.

И каждый раз получал ремнём по жопе.

— Хватит! — остановился он.

— Тёмный лорд не может избежать какого-то ремня?

— Хватит меня так называть. Я не темный, — глянул он исподлобья.

— Хорошо. Сейчас ты и правда, скорее, выпоротый лорд.

— Спасибо за прозви… Брат! — рявкнул он после очередного удара. — Ладно, хорошо. Я понял. Преподавай этот урок мне до конца.

Его смирение было хорошим знаком, но точно не поводом остановиться. Дарий получил ещё тринадцать ударов. Пока не пал, рухнув на колени, не в силах больше выдержать.

— Доволен, брат? — сплюнул он кровь.

— Думаешь, в этой ситуации можно быть довольным?

— Кто знает. Возможно, тебе нравится пороть бога.

— Самую малость.

— Так и знал. В моём мудром старшем брате скрывается извращенец.

— Как-то не похоже, что ты усвоил урок.

— Если тебе так хочется, то ты можешь хлестать меня, сколько нужно. Не думай, что мне нечем тебе ответить. Найдётся. Но в этом случае шансы привлечь внимание слишком высоки.

— Чьё внимание ты боишься привлечь?

— Других. Таких, как я.

— Так значит, вас и правда несколько.

— Правда. Тот маг не врал.

— Ты подслушал наш разговор?

— Старший брат не заметил? — спросил с издёвкой Дарий. — Значит, подслушивать научился я мастерски. Хоть что-то.

— Ты причастен к смерти Элрика?

— Нет. Узнал о нём в тот раз. Это и послужило причиной действовать активнее.

— Ты собрался возвести меня на трон, — сказал я утвердительно.

— Всё верно, — не стал отрицать Дарий. — Я столько раз намекал, а ты не хотел слушать. А ведь в этом всём не только моя вина, но и твоя, брат. Я ошибся, когда не раскрылся тебе. Ты ошибся, оберегая моё детство. Но разве взрослые наказывают себя? Нет, они наказывают детей.

— Взрослые за ошибки платят иначе. Кровью и жизнью. Ладно бы своей.

Дарий осёкся, отвёл взгляд. Постоял так, прошёлся, уселся на камень.

— Что теперь? — спросил он.

— Это я должен спросить у тебя. Это ведь ты тёмный лорд. Я всего лишь ленивый смертный, как ты не раз намекал.

— Сейчас не время для твоих подколок, брат, — сказал он резко. — Всё куда хуже, чем ты можешь представить. Будь уверен, у меня были причины поступать так, как я поступал.

— Хотелось бы услышать их.

— Мог бы уже и сам догадаться. Известно тебе многое.

— Догадливость не моя сильная сторона.

— Сказал тот, от кого я всеми силами скрывался и кто меня так легко вычислил, — дёрнул щекой Дарий.

— Тем не менее будет лучше, если ты сам дашь расклад. Или что, не обучен делать доклады?

— Очень смешно, — фыркнул парень.

Шуточка да, что надо. Уж доклады делать шиноби умели с первого курса. Только вот что-то не смешно мне. Дарий и правда перешёл черту, породив чёртову гору проблем.

— Можешь начинать. В чём твои особенности? Что за другие? Что нас всех ждёт? Какие у тебя планы?

— Я могу даровать любые способности, — ответил Дарий, задумавшись. — Идельтир, то есть Колодец по-вашему… Это что-то типа большой базы данных с ограниченным интеллектом.

— Хороша база данных, связывающая миры.

— Это примитивное объяснение, — бросил на меня взгляд Дарий. — На привычном тебе языке нет подходящих слов, чтобы объяснить всю суть. Я могу обращаться к Идельтиру. Получать любую силу. Для этого мне надо приложить усилие. Потратиться. Чем больше сила, тем выше плата. Ничего не даётся просто так. Также я могу получить любые знания. У них своя цена.

— Знания какого типа?

— Почти любого. Описание умений или событий, которые видел Колодец. Видит он не всё, но многое.

— Что произошло с Люцием?

— Он был убит. Его забрали в качестве платы, — отвёл взгляд Дарий. — Если тебе станет легче, он сам согласился принести себя в жертву.

— Не станет.

— Понимаю. Ты лишился отца, — кивнул Дарий. — Но что случилось, то случилось.

— Где ты берёшь то, чем расплачиваешься за силу и знания? — не стал я обострять. — Или как это происходит?

— Считай это отдельным видом энергии и денег. Что-то я вырабатываю сам. Что-то получаю за… разное, — с заминкой ответил Дарий. — Есть сложная система, что начисляет мне очки. Хорошо оплачивается уничтожение демонов. Не мелочь. Нужны сильнейшие демоны. Ещё уничтожение демонических гнёзд. Сейчас у меня силы не так много, как хотелось бы. Самое плохое — каждое её использование оставляет след. По нему меня могут обнаружить другие. Поэтому я не стал драться с тобой в полную силу.

— Ну да, ну да. Вовсе не потому, что необученный сопляк.

— Твой язык остёр сегодня, брат, — вздёрнул подбородок Дарий. — Но он не сможет ранить меня. Я знаю себе цену.

— Как скажешь, тёмный лорд.

— Иди в пень, — показал он мне средний палец. — Я тебе о серьёзных вещах рассказываю. Думаешь, мне просто захотелось немного поиграть в интригана? Думаешь, мне самому это всё нравится?

— Уверен, так и есть.

— Ну… — вильнул Дарий взглядом. — Мне нравится составлять планы, но не манипулировать близкими. Не надо наговаривать.

— Как скажешь. Ты продолжай, продолжай.

— А что продолжать? Ты сам как-то говорил, что Колодец устроен глупо, если главная цель — уничтожение демонов и борьба с хаосом. Тот, кто настраивал систему в прошлый раз, очень ценил жертву и считал, что за силу должна быть соответствующая плата. Его не заботили случайные жертвы. Как бы там ни было, создатели Идельтида учитывали тот момент, что система может выйти из строя. Одна из причин — это то, что хаос слишком изменчив. Может появиться нечто такое, что сведёт на нет всю эффективность. Поэтому раз в цикл — это где-то раз в десять тысяч лет — рождаются Дети Идельтида. И если ты думаешь, что мы объединимся и дружно начнём наводить порядок, то сильно ошибаешься. Править будет лучший. Не стоит рассчитывать и на благородные дуэли. Нет, это будут войны на уничтожение, с миллионными армиями. Пройдёт год, два или десять, и запылают миры, поднимут знамя новые империи. Зря ты меня приютил, брат. Лучше бы убил. Так бы у вашего мира были небольшие шансы отсидеться.

— Если вы конкуренты, почему тебя не убили?

— Есть ограничения. Не так легко найти друг друга, пока не используем силу. Первые тридцать лет действует запрет. Мы должны войти в силу, показать себя. После этого начнутся битвы. Но никто не мешает подсылать убийц. Поэтому важно быть осторожным. Или хорошо защищённым. У нас же короля проще простого убить.

— Короля… — отозвался я. — Знаешь, Дарий. Я не любил Паоля, ну да это тебе известно. То, что он брат моей жены, тоже особой роли не играет. Уж Роза наверняка оплакивать его не будет, хотя и испытает толику грусти. Но Паоль был сыном моего Мастера. Такена. И, получается, я подвёл его.

— Такен давно мёртв, — помедлив, ответил Дарий.

— Да. Но это не отменяет сказанного. Так и что же мне с тобой делать? Ты же любишь сложные вопросы. Предложи ответ.

— Этот вопрос как раз не особо сложный. Все расклады прекрасно ясны. Казни меня, и узнаешь мою мать в гневе. Расскажи о том, что я сделал, и получишь раскол в королевстве, а то и в семье. Изгони… Это как раз неплохой вариант. Только сделай это по-тихому. Я могу доучиться этот год, а потом исчезнуть где-нибудь в Колодце. Марию предупрежу, волноваться не будет.

— И пойдёт тёмный лорд бродить по мирам, строить свою империю.

— Мне другого не остаётся. Время будет упущено, вряд ли мне удастся победить.

— Выбор без выбора. Мы своих не бросаем, ты же знаешь.

— Да, вы их порете ремнём, — криво улыбнулся Дарий.

— И так будет всегда, когда будешь вести себя как глупый подросток, — пообещал я. — Рассказывай все подробности. В мельчайших деталях. И поспеши, а то занятия пропустишь.

— Как мило, что тебя в подобной ситуации это так волнует.

— Дарий… — покачал я головой. — Ты сегодня показал, что силы у тебя много, куда больше, чем у самого талантливого парня твоего возраста, но умения как не было, так и нет. Ты быстро учишься, но это поверхностные знания. В тебе нет мастерства. Если остальные порождения Колодца такие же, то как минимум в качественном обучении твой шанс. Поэтому продолжай доклад. Занятия тебе лучше и правда не пропускать.

— Умеешь ты вдохновить, брат, — вздохнул Дарий.

Глава 9. Король, или Как Спар переговоры вёл

Спешка — удел молодых, за исключением тех случаев, когда время поджимает. Дарий в чём-то был прав. Это была та самая ситуация, где все расклады ясны, как и последствия. Убить я его не мог. Изгонять тоже не собирался. Точнее, я мог и убить его, и изгнать, и много чего сделать, но тогда надо наказать и себя, потому что оба хороши. Я бы мог с ним поговорить и раньше.

Но до этого момента меня всё устраивало. Что я знал о Дарии? Он вмешался в историю с Иваном, натравил на него демонического медведя. И то я не был уверен, что это прям он, потому что парень прятал лицо. По логике и возможностям больше некому, но не суть. То его действо меня полностью устроило. Тогда ведь стоял вопрос, уйдёт Иван из семьи или нет. Не ушёл, мы с ним нашли взаимопонимание, поэтому ругать мне Дария было не за что. Скорее, благодарить. А то, что урок жестокий вышел, так и мы тут не в песочнице играем. Особенно если вспомнить, что сын собирался в Колодец сбежать. Там бы его подобные ситуации на каждом углу поджидали.

Про второе вмешательство, когда Петру камень подкинули, уверенности было ещё меньше. Я бы сказал, и вовсе не было. Я думал, что Дарий мог вмешаться, но… Куда вероятнее то, что это Колодец стал меняться, эпоха новая началась, о чём я слышал сотни раз.

Остальное же я и вовсе с парнем не связывал. Догадался постфактум.

Его рассказ — это тот самый случай, когда действуешь в моменте, тебе всё кажется очень логичным, а проходит время, ты узнаешь чуть больше и понимаешь, настолько тупо поступил. Дарий с чего-то решил, что ему надо скрываться. Очень типичная мысль для ребёнка и подростка. Чего дети только не выкидывают, как только себя не накручивают. Уж я насмотрелся на это.

Раскрыться он собирался после прохождения школы шиноби. Разумный шаг на самом деле. Точнее, это разумный шаг для ребёнка, который видит, что в авторитете сильные и опытные бойцы, а школа шиноби что-то типа экзамена на взрослость. Ну, есть такое, не буду отрицать. После выпуска человек считался полностью взрослым, с правом самостоятельно принимать решения и определять свою жизнь. Дарию было нужно другое, чтобы к его словам отнеслись с уважением, так, как надо ему. Если смотреть на ситуацию в целом — глупо. Если смотреть с его позиции — логика присутствовала.

Как и во всём остальном. Подкидывать разные камни всяким придуркам, чтобы проверить королевство на прочность и заставить его шевелиться. Это разумно для того, кто ожидает, что к нему в любой момент могут заглянуть убийцы. Чем лучше в королевстве протоколы безопасности, тем выше шансы на выживание. И сработало ведь. Нельзя постоянно находиться в тонусе, поэтому любые системы развиваются циклично. Сначала интенсивный рост, следом за ним плато, стагнация, и так пока не случится какой-то кризис. Дальше снова интенсивный рост, перестройка, и так по кругу. Дарий своими действиями привёл всю систему в тонус. Устранение Паоля — тоже логичный шаг, чтобы сподвигнуть меня стать королём. Я осваиваюсь в новой роли, распространяю своё влияние, он мне раскрывается, и вуяля. У нашего тёмного лорда появляется своё королевство с верным братом-королём. С перспективой захвата соседнего мира, который тоже появился у нас на ветви не просто так, а как раз с целью экспансии. Магически одарённое население, раздробленность, богатые залежи всевозможных ресурсов, которые средневековый мир ещё особо не начал осваивать. Идеальный мир, чтобы наше королевство превратить в полноценную империю.

Ещё бы жизнь сводилась к простым планам, которые не рушатся при первой же возможности, а исполняются надлежащим образом, тогда совсем хорошо бы было.

Я был уверен, что не хочу втягивать свою семью в глобальную войну. Но также не был уверен, что нам удастся избежать её при любых раскладах.

Со слов Дария, на отметке в тридцать лет начнётся первый обмен ударами. Будут подсылать убийц, поисковые отряды выйдут на охоту. Война наберёт силу в следующие лет двадцать. При условии, что кто-то из сторон не окажется заметно сильнее или не удивит других нестандартным ходом. В то же время число демонов во всех мирах стремительно нарастёт. Оно и так в пару раз выросло за последние пять лет, но Дарий обещал, что прогрессия будет нарастать и легко может появиться так называемый «вал» или волны, с нашествием больших демонических орд. Готовиться к этому придётся в любом случае. Также в любом случае внимание будет обращено на все сильные королевства, империи и объединения. С целью перетягивания их на свою стороны и проверки, не скрывается ли в их рядах «родственничек». Поэтому есть далёкий от нуля шанс, что и к нам заглянут.

Года идут, а ничего не меняется. Жизнь опять ставит передо мной сложные вопросы, на которые так трудно дать ответы. Но в этот раз я знаю, что делать.

Когда беда придёт к нам в дом, мы будем готовы.

***

Смена правителя — это всегда смутное время. А ещё это время интриг, тайных переговоров и передела власти.

Я уже говорил, что Паоль был не самым плохим правителем. Он как минимум ничего не испортил. Удобная для всех фигура, которая ловко лавировала между интересами королевства и аристократии. Теперь я собирался взять власть в свои руки, и сомневаюсь, что буду таким же удобным королём.

Власть я мог взять ещё двадцать лет назад. Тогда бы пролилось много крови, и сомневаюсь, что королевство бы устояло. Сейчас совсем другие расклады, вариант пролить кровь остаётся со мной всегда, но действовать я собираюсь иначе.

Дария я вернул в школу шиноби. Он для меня кое-что сделал, а дальше пусть занимается. Сейчас нужно разобраться с той кучей дерьма, что он мне подложил, а остальное подождёт.

Вернувшись во дворец, я сообщил Розе, что собираюсь стать королём.

— Не то чтобы это меня удивляет… — покрутила она рукой. — Но нет. Удивляет. Захотелось порулить страной?

Встретился я с ней в кабинете и был уверен, что никто нас не подслушивает.

— Я знаю, кто убил Паоля, — дал я другой ответ.

— Я тоже знаю. Или ты про автора этого покушения?

— Да. Это Дарий.

— Дарий? — вскинула она брови. — Не понимаю… В смысле? Как?

Был соблазн скрыть эту информацию. Сильный соблазн. От которого я отказался. В планах собрать всю семью и рассказать им про Дария, те расклады, которые нас ждут, и к чему стоит готовиться. Но это займёт время. Пока всех соберёшь, пока обсудим… Сейчас это невозможно. Точнее, возможно, но когда у тебя в сердце королевства буквально кровоточащая рана из-за смерти правителя, сначала надо разобраться с ней.

Также был вариант отложить этот разговор на полгода или год. Тогда бы не пришлось рассказывать, что Дарий сделал. Но знавал я одного архимага пространства, который любил интриги, и не учёл, что о его планах могут догадаться по, казалось бы, надуманным поводам. Я слишком уважал ум своей жены, чтобы всерьёз надеяться, что она не сопоставит некоторые факты и не сделает правильные выводы. После чего закономерно задастся вопросом, почему я её обманул.

Роза выслушала молча.

— Охренеть, — сказала она ледяным тоном, когда я закончил. — Ну, здорово, что с нами четырнадцать лет жил бог с сознанием ребёнка, для которого нормально убить короля. Кого он убьёт следующим?

Я ничего не ответил, спокойно дожидаясь, когда эмоции улягутся. Нам с Розой под пятьдесят лет. Мы уже повидали всякое. Бунты — удел молодых.

Так оно и вышло. Розе хватило меньше двух минут, чтобы успокоиться и принять ситуацию такой, какая она есть.

— Будешь принуждать или договариваться?

— Сначала второе, потом первое.

Речь была вовсе не про неё, а про аристократию. Мы с женой слишком хорошо знали друг друга, понимали с полуслова. Я знал, что очень быстро для неё эмоции окажутся на втором, а то и третьем месте. Горевать и возмущаться можно потом. Когда ситуация позволит. Сейчас нужно делом заняться.

— С тобой уже ищут встречи. Герцоги слетелись в столицу.

— Устрой мне переговоры. Кого в какую очередь, я скажу.

— Сделаю, — вздохнула она. — А теперь иди. Мне надо переварить это. Не знаю, как теперь к Дарию буду относиться. Отец бы такого не одобрил.

— Знаю, — кивнул я.

***

Первая встреча была назначена с главой Касаткиных.

Когда-то давно Паоль породнился с их родом, женившись на дочери главы. Тогда правил Демид Александрович. На момент моего с ним знакомства, при не самых радостных обстоятельствах, он уже был стариком, пусть ещё и крепким. До наших дней он не дожил. Умер у себя дома от старости семь лет назад. Сыновей у него не было, только дочери. Место главы занял Роман Петрович, племянник. Деятельный мужчина, полный легендарщик, и в рейды, бывало, ходил, и власть в семье держал стальной рукой.

Проблема заключалась в том, что у Паоля единственный сын, Дмитрий. Ему сейчас пятнадцать лет. Есть дочь, куда старше, но… В отличие от меня, Паоль своих детей так жёстко не натаскивал, поэтому как боевые единицы они ни о чём. Какая-то подготовка есть, но по меркам шиноби не котируется.

Так как Дмитрий родственник Касаткиных, то логичный шаг с их стороны — поддержать наследника. Да и королеву тоже. Которая имела какое-никакое влияние при дворе.

Происходи всё это в обычном мире, без сверхсуществ, легко бы вспыхнула та ещё грызня. Скорее всего, на трон посадили бы Дмитрия и рулили бы им. Всю жизнь или пока он бы не набрал влияние. Не суть. Живём-то мы в другом мире. В котором всё сводится к тому, что решу я, как бы самоуверенно это ни звучало. Поэтому нет ничего удивительного в том, что глава Касаткиных первым назначил мне встречу. Первым я его и пригласил.

— Эдгар, — кивнул он мне сдержанно. — Спасибо, что согласился встретиться.

— Проходи, Роман. Присаживайся. Разговор у нас, возможно, не самый простой будет.

— Кхм… — прокашлялся он. — Многообещающее начало. Правильно ли я уловил намёк, что ты собираешься забрать трон себе?

Отношения с Касаткиными у меня в целом неплохие были. По множеству причин. Одна из которых — желание подгадить Паолю. У которого как раз, несмотря на жену из их рода, отношения с ними было сложные. Но это так. Обозначаю, что мы с Романом общались много раз и неплохо друг друга знали.

— Да, — не стал я отрицать.

— Немного… Неожиданно. А как же официальное наследование?

— Кого же вы хотите короновать, согласно официальному наследованию? — спросил я, имея в виду его клан.

— Дмитрия. Он сын Паоля.

— Я бы и слова не сказал, представляй он из себя хоть что-то.

— Тем не менее…

— Тем не менее это решающий фактор. Послушай меня, Роман. Мы с твоим дядей всегда состояли в хороших отношениях. С тобой тоже неплохо общаемся. Поэтому лично тебе я объясню свою позицию. Ты помнишь, ради чего создавалось королевство?

— Это очевидно. Для наведения порядка.

— Это лишь часть ответа, не самая важная.

— Тогда что?

— Странно, что ты этого не знаешь или не понимаешь. Для Такена власть никогда не была самоцелью. Что создание школы шиноби, что создание королевства — это всего лишь инструменты для решения проблемы экзистенциальных угроз. Проще говоря, инструмент для выживания. Ты достаточно разбираешься в вопросе, чтобы отнестись к моим словам с уважением и понять, что я слов на ветер не бросаю и говорю, как есть.

— Наше королевство и правда пережило несколько кризисов, — ответил он осторожно.

— Это мягко сказано. Если бы армада пиратов не была разбита, они бы постоянно к нам заглядывали с целью грабежа, пока не выжали бы досуха. Если бы великаны не были уничтожены, то и вовсе от ближайших городов остались бы только руины. Если бы не шиноби, реформы в гильдии охотников и прочие изменения, демоны бы проредили человечество ещё пару раз. Если бы мой клан не вырастил десятки целителей и не дал им образования, магические эпидемии захлестнули бы нас. Но не будем об этом. Ты и так всё это знаешь. Проблема в другом. У меня есть все основания считать, что дальше будет сильно хуже.

— Что за основания? — заинтересовался мужчина.

— Скажи, Роман… Ваши люди контактируют с другими цивилизациями? Поддерживают торговые отношения? Имеют доступ к самой разной информации?

— Мои люди ходят в другие миры, но того, о чём ты говоришь, нет.

— А наш клан всем этим занимается. Поэтому мой ответ прост. Мы много чего знаем. Много что видим. Тут тебе придётся мне сейчас поверить на слово. Впрочем, ты и сам мог заметить, что тех же демонов за последние пять лет стало заметно больше. В центральных землях это не так сильно ощущается, но пообщайся с теми, кто живёт на границе, убедишься, что я не вру.

— Эдгар, я и не думал, что ты будешь врать.

Да конечно.

— Не надо, — дёрнул я щекой. — Не забывай, с кем говоришь. Все твои реакции для меня как открытая книга. Я говорю с тобой откровенно, потому что мне нужна поддержка и понимание, почему я действую так, а не как-то иначе. Мне не нужен мелкий саботаж.

Мужчина прищурился, напрягся. Намёк он уловил. Большого саботажа не получится, потому что в этом случае бунтующие будут вырезаны в течение суток.

— Раз ты читаешь меня как открытую книгу, то должен видеть, что я не в восторге от твоего желания стать королём. Мой род от этого потеряет больше всего.

А вот и то, ради чего он пришёл. Если бы я снова не захотел становиться королём, то дальше бы борьба за власть пошла по классическому сценарию. Но я захотел. Что Роман вполне допускал, уже явившись сюда. Поэтому я и не вижу сейчас настоящего удивления. Лишь попытку подвести к тому, что они хотят откат за поддержку.

— Вы не потеряете ничего. Речь о возможной упущенной выгоде. Которая довольно условна. Потому что другие в стороне стоять не будут и, если надо, объединятся. Вам придётся делиться, подкупать, заключать союзы. Так что не прибедняйся, — обозначил я, что наглеть не стоит. — Но, пожалуй, кое в чём ты прав. В таких делах принято подсластить пилюлю. Держи, — выложил я на стол камень.

— Что это? Легендарный? — нахмурился мужчина.

— Да, легендарный. Особенный.

— В чём его особенность? — не спешил мужчина касаться камня.

— В знаниях. Ваш клан в первую очередь специализируется на аграрном направлении. Этот камень связан с ним. Воздействие на растения, разработка новых видов… Но главное, в камне заключены многие знания. Не просто новая сила, но обучение. Возьми. Посмотри, что там предлагается.

Камень был от Дария, разумеется. Самое ценное в нём именно знания. По сути, тот, кто освоит камень, станет полноценным магом природы. Ну, или кем-то вроде того.

— Это… — отмер мужчина минут через пять. — Очень щедрое предложение.

Ага, дошло. Очень хорошо. Роман не только очень деятельный, но и мозги у него имеются. Как и сказал ранее, если бы я отступил, Касаткиным пришлось бы делиться с остальными. Ну, или не делиться, а договариваться, чтобы палки в колеса не вставляли хотя бы. Так-то сами они не боевой клан. Дмитрий — сопляк, а не боец. Его мать… Короче, реальной силы за всеми ними нет. Поэтому и пришлось бы щедро расплачиваться за власть. Как бы там ни было, это происходило в рамках уже существующего «пирога». Я же сейчас Касаткину предложил не просто перетряхивать то, что есть, а буквально новый пирог. Или даже десяток пирогов.

— Рад, что ты верно оценил этот дар. Камень один, но никто не мешает передать знания. Развить ваш научный отдел. Вывести отрасль на новый уровень. Если правильно распорядитесь, через пару лет ваши позиции значительно усилятся.

— Эдгар… Раз уж у нас откровенный разговор, то… Зачем? Камень ты мог бы оставить и себе. Мы бы и так согласились на твои… требования.

— Я уже сказал. Мне не нужно, чтобы вы соглашались на мои требования. Мне нужно, чтобы вы разделяли мои идеи. Скажу прямо. Я буду готовиться к большой войне. К любым вероятным угрозам. А на войне, как известно, крайне важно, чтобы солдат был сыт. Ваш клан усилит эти позиции. Факт есть факт, вы сейчас лучшие в этой области. Но вот если не будете справляться… Вопрос так или иначе будете решён.

— Другие тоже получат камни? — задумчиво спросил Касаткин.

— Кое-кто получит. Камни со знаниями. С возможностью плотно занять какую-то нишу.

— Звучит так, будто ты собираешься выращивать целые отрасли.

— Звучит? Я прямо сказал, что собираюсь это делать.

— Да, точно, — смутился мужчина. — Всё это так волнительно. Что от меня требуется?

— Для начала переговори со своими. Я не собираюсь устраивать репрессии, поэтому дети Паоля не пострадают. Если не дадут повода. Надеюсь, вы убедите их вести себя благоразумно.

— Постараюсь, — кивнул он нерешительно. — Чтобы ты понимал, Эдгар, у нас в семье нет единства. Королева и наследник могут меня и не послушать.

— Лучше им проявить благоразумие. Внуки Такена займут достойное место. Никто их притеснять не собирается. Для этого им нужно сделать всего две вещи. Не чудить и проявить себя. Это моё им послание, если хочешь. Можешь передать дословно.

— Информация о камне будет обнародована? И что насчёт других?

— Пока не будет. У вашего клана есть время решить, как ей распорядиться, и подготовиться.

— Тогда, пожалуй, я пойду. Нужно о многом подумать и многое сделать.

Камень он забрал. Разумное решение. О том, что в их семействе не царит образцовое взаимопонимание, я знал. Отчасти в этом виноват Паоль, который не считал нужным поддерживать родственников жены слишком уж активно. Отчасти в этом — Ольга, которая в какой-то момент словила «корону». В буквальном и переносном смысле. Дамочка любила устраивать роскошные балы и кутить. Репутация у неё была специфическая. Не совсем дура, но и не правитель, не воительница. По сути — никто, если убрать всю мишуру. Всё её влияние было только на таких же бестолковых, что крутились при дворе. Как бы там ни было, Касаткин принял от меня подарок и теперь будет его отрабатывать. А это сокращает возможности королевы и наследника раза так в три. При том, что этих возможностей и так почти нет.

Итак. Одно дело сделано. Теперь нужно разобраться с другими. Кто там следующий на очереди?

Глава 10. Паук, или Как Спар уровень показывал

Ведя одни переговоры за другими, я чувствовал, насколько постарел. Раньше как было: дал в морду, поиграл мышцами, шуганул несогласных, если надо, то и вражескую армию перебил. Всё просто. Сейчас же мне на ходу приходилось состыковывать два плана. С одной стороны, требовалось мягко забрать себе власть, так чтобы королевство не развалилось. С другой — это надо было сделать это таким образом, чтобы не помешать долгосрочным планам. Использовать переломный момент в истории, чтобы провести все требующиеся изменения, заложить основы.

Формально они были заложены, причём неплохие, но я уже не так молод, чтобы позволить себе излишний оптимизм. Любая структура подобна живому организму. Сейчас наше королевство молодо, неопытно, нет вековых традиций, нет множества механизмов.

В том числе нет многого для масштабной войны с враждебными империями. Зато есть один тёмный лорд, который может обеспечить камнями и знаниями.

Второй, с кем встретился, был Сафронов Ян Леонидович, алтайский герцог. Вот уж кого смерть не берет, так это его. Стар, весь седой, едва передвигается, а ум при этом живой, власть крепко в своих руках по-прежнему держит. Это он ко мне первым додумался прислать своих внуков, чтобы характеры закалили. Сейчас уже его правнуки обязательно в школу шиноби отправляются. Если хотят получить долю в делах клана и наследстве. Суровый старикан. Я его уважал, и отношения у нас были хорошие.

— Эдгар, — скрипучим голосом сказал он, войдя в мой кабинет. — Судя по тому, с каким лицом Касаткин выскочил отсюда, ты решил стать королём и крепко его прижал. Правильно сделал. Паоль себе достойную смену не подготовил.

На старости лет у Яна Леонидовича пунктик на тему «достойных наследников». Могу его понять. Строишь, строишь, а потом бац, и некому дело всей жизни передать.

— Опыта вам не занимать, — хмыкнул я. — Вы правы. И королём решил стать, и с Романом договорился. Его семейство меня поддержит.

Формально мой статус был выше, чем у него, но… Мы с ним познакомились, когда я ещё зелёным был. Поэтому тыкать ему язык не поворачивался.

— А королева с отпрыском? Спокойно отойдут в сторону?

— Посмотрим. Я только начал работать, — пожал плечами.

От этого старика нет смысла что-то скрывать. Глаза и уши у него везде.

— В этот раз обойдётся без кровавых угроз? А жаль. Хотел бы я на это ещё разок посмотреть, — рассмеялся он каркающим смехом.

— В этот раз немного другая ситуация. Буду краток с вами, Ян Леонидович. Становиться королём мне по-прежнему не особо-то интересно, но долг требует взять управление в свои руки. Есть у меня все основания считать, что в ближайшие десятилетия, скажем так, лучше быть сильной империей, чем средненьким королевством.

— Это факт или вероятность?

— Когда дело касается тысяч миров? После того как убили нашего короля? Вы постарше меня будете. Скажите, разве так бывает, чтобы дальше всё становилось лучше и лучше?

— Конечно нет, — фыркнул старик. — Я поддержу тебя, Эдгар. Просто хочу понять, к чему готовиться.

— Об этом мы поговорим позже, но вряд ли я буду мягким правителем. На самом деле, Ян Леонидович, я хотел поговорить с вами кое о чём другом. Вы правильно заметили, с Касаткиным я договорился. Предложив ему кое-что уникальное. Знания. В аграрной отрасли.

— Хм, — поджал губы старик.

Сафроновы были главными конкурентами Касаткиных. Именно эти два клана поставляли больше всего еды на рынок. Где-то семьдесят процентов от всего объёма. Усилить Касаткиных в этом вопросе — это конкретно так подставить Сафроновых.

— Да, я понимаю. Поэтому вот, — выложил я очередной камень. — Касаткин получил схожий, но в другой области. О чём пока прошу никому не говорить. Ознакомьтесь, Ян Леонидович. Это выйдет быстрее, чем объяснять.

Уже второй раз за день я подождал, пока ознакомятся с моим даром.

— Кристаллы? — недоуменно посмотрел старик, вынырнув. — Камень необычный, в нём заключены знания, как я понял. Но кристаллы?

— Именно так. Вы получите возможность их выращивать. Ваш род занимается добычей драгоценных камней, поэтому область вам косвенно знакома. Зачем вам это нужно? Ответ прост. Накопители энергии, сырье для артефактов. Даже по самым скромным оценкам, королевству нужны сотни тысяч кристаллов.

Как и нашему клану. Я хорошо знал запросы Радамиры. Мы подобные кристаллы периодически закупали… Точнее как. Понятие «кристалл» слишком обширное. Есть сотни видов, с разными характеристиками. По сути, кристалл может быть сам по себе артефактом. У нас в первом Колодце есть целый ярус с кристаллами. Как это использовать — примеры устану перечислять. Самый простой вариант — жезл с накопителем. У клайдов нечто схожее есть. Пример чуть посложнее — автомобиль.

— Это… интересное направление, — проговорил старик медленно. — Сказал бы, что подкупаешь, но в этом нет смысла. Что ж, Эдгар. Прогиб засчитан, — хохотнул мужчина.

— Уверен, этой силой вы распорядитесь правильно. С радостью куплю у вас первую партию.

— Ты бы мог и сам этим заняться. Или уже?

— Нет, мы ничем таким не занимаемся. Не настолько я жадный, чтобы тянуть всё на себя.

— Это правильно, это хорошо. Тем более, если можно скинуть часть головной боли? — хохотнул он. — Шучу, шучу. Дар и правда ценный.

Старик лукавил. Ценным он его не считал. Просто пока не мог оценить все перспективы.

— Направьте кого-нибудь из своих к Радамире. Пусть обсудят конкретные детали, какие кристаллы под артефакты нужны. Там и перспективы этого направления лучше поймёте.

— Хорошо.

Хотел бы я посмотреть на его лицо, когда он осознает, что у их клана теперь есть возможность выращивать накопители, которые можно использовать в бою. Значение этого трудно оценить. Подобные артефакты купят если не за любые деньги, то почти за любые. Пока рынок не насытится, уж точно. Тем более в условиях намечающейся войны.

Если быть точным, то подобные накопители у нас уже есть, но мы их закупаем в других местах. И не сказать, что их охотно продают. Товар относительно дефицитный, дорогой. Купить тысячу кристаллов раз в год не проблема. Две тысячи — придётся сильно переплатить. Сто тысяч? Не стоит и мечтать. Даже если по всем известным мирам пробежаться. А дальше начинается элементарная математика. Один боец легко может использовать штук пять артефактов. Если нет накопителя, ему придётся тратить свою энергию. Если есть, то возможности значительно расширяются. Сколько нужно кристаллов, чтобы вооружить хотя бы сто тысяч человек, прикинуть на глаз несложно. А машины? А бытовая техника? А сложные артефактные системы? Сафроновым придётся пахать лет пять, чтобы худо-бедно покрыть наши нужды. И то сомневаюсь, что успеют. А для того, чтобы выйти на внешние рынки… В общем, тему я им предложил крайне денежную. Настолько, что одно только это могло бы сделать их самыми богатыми в королевстве. Но не сделает. Потому что я не закончил раздавать подарки, закладывая фундамент для последующего мощного рывка всего нашего королевства.

***

Любая политика требовала в моменте учитывать множество нюансов и работу с восприятием других людей. Сейчас в столицу стекались все власть имущие, чтобы держать руку на пульсе. Они же внимательно смотрели друг за другом, напрягая свои аналитические отделы и разведку.

Смотрели, разумеется, и в мою сторону.

Так сам факт того, что я первыми пригласил главу Касаткиных, сказал о многом. Что Сафронов и продемонстрировал, с ходу обозначив, что понимает, куда ветер дует.

— Ты ко мне с новостями, — сказал я утвердительно, когда Роза вошла в кабинет.

Новости, да уж. Переговоры я проводил в нашем квартале, который не так уж далеко от дворца. Раскинув дух, я мог контролировать почти всё, что происходит в радиусе плюс минус километра. Во время разговора я это не делал, чтобы не ляпнуть что-то не то, но в перерывах мог позволить себе оценить обстановку. Как и то, что Роза направляется в мою сторону, собранная, с целью что-то рассказать.

— Касаткин чуть ли не бегом направился к себе в офис и устроил собрание приближенных.

— Изучают камень.

— Для остальных это жирный намёк. Слухи уже расходятся. Люди быстро догадаются, что ты решил стать королём.

— Пусть, — махнул я рукой. — Кто там следующий?

— Ты пригласил Виктора. Будет где-то через час. Подождём?

— Да. Пока давай обсудим дальнейшие шаги.

Подстава от Дария была как снег на голову. Никаких планов по перехвату власти мы не имели. Почти. Учитывая все взаимоотношения с Паолем и то, что у нас в клане была принята политика работы с рисками заранее, намётки у нас имелись в самых разных областях. Из серии — а что мы будем делать, если вот здесь всё сильно пойдёт не по плану?

Проблема подобных планов в том, что ситуация-то не стоит на месте, постоянно меняется. Сегодня одни расклады, завтра другие. Поэтому то, что делать, в общих чертах не такой уж и сложный вопрос. А вот проработать детали — да, нам ещё долго над этим голову ломать. И потом снова ломать, но уже по вопросу Дария и наших перспектив.

***

Просторный кабинет — это не блажь, а вполне себе насущная потребность. Что отчётливо ощущаешь, когда в гости заходит кто-то вроде Гатса. Справедливости ради — существует очень мало людей его комплекции, но всё же, всё же. Суровая правда такова, что люди с годами не становятся меньше. Особенно если они постоянно тренируются. Как-то так вышло, что Гатс в кондициях обогнал меня. Настоящий северный великан. Который одним своим видом подавлял и пугал. Чем регулярно и пользовался, хех.

— Да-а, — протянул я. — Давно прошли те времена, когда тебя, сопливого юнца, никто не воспринимал. Вон какой грозный вырос.

— Старость не радость, — на показ поморщился Гатс. — Ну, чего звал-то? Я бы с тобой поболтал о том о сём, но жуть как любопытно, что ты решил насчёт королевства, — погладил Гатс бороду.

Седина пока его не коснулась. Да и не сказал бы я, что к его пятидесяти годам наблюдаются признаки старости. Видно, что немолод уже, но и на свои годы не тянет. Огромный, мускулистый, с чёрной бородой до груди.

— Королевство себе заберу.

— Ты же не хотел править. На старости лет потянуло поиграть в короля? — спросил Гатс, не особо впечатлённый.

— Ты не поверишь, но причины у меня ровно те же, что и у Такена. Взять власть в свои руки, чтобы уберечь нашу цивилизацию от падения.

— Вроде бы падать мы никуда не собираемся. Я бы сказал, мы сильны, как никогда.

— Всё познаётся в сравнении. Что, если на нас нападёт парочка архимагов? Или обрушится развитая империя?

— Это не пустые угрозы? — прищурился Гатс.

— Есть основания считать, что нет. Так-то моя позиция не особо изменилась. Власти мне и без того за глаза хватает.

— Охотно верю. Что за основания?

— Об этом мы с тобой поговорим как-нибудь позже. Уж без обид.

— Распалил ты моё любопытство, — недобро усмехнулся Гатс. — Но так и быть.

У него такая рожа зверская, что там в принципе редко добрые улыбки появляются, и связаны они с внуками, хе-хе.

— У меня будет к тебе предложение, — перешёл я к делу. — Вот, держи. Ознакомься.

— Камень? Ты что, подкупить меня хочешь?

— Смысл тебя подкупать, ты и так мой с потрохами.

— Нахал, — хохотнул Гатс. — Ладно, что тут у нас…

Ещё пять минут моей жизни, которые я прождал, пока ознакомятся с даром.

— Порталы, магия пространства и вложенные знания, — проговорил Гатс, открыв глаза. — Угу. Вот как. Что за бред, Спар?

— Не бред, а возможность для твоего клана занять важную нишу.

— Вот именно. Такими дарами не разбрасываются. Это возможно только в одном случае. У тебя подобных камушков десятки.

— Ты прав.

— Что? — уставился на меня Гатс. — В смысле? Реально десятки?

— Сколько угодно.

— Я тебя не понимаю. Ты нашёл комнату сокровищ? Взломал Колодец?

— Доказательство у тебя в руках. Дальнейшие выводы можешь сделать сам. Какова цель — озвучил. Средство — перед тобой.

— Теперь мне в десять раз любопытнее услышать всю историю.

— Без обид, — развёл я руками. — Всему своё время. Сейчас надо с делами насущными разобраться.

— Обычно при таких дарах дальше выставляют счёт.

— Если так думаешь, то не совсем понимаешь задумку. Порталы жизненно необходимы для развития королевства. В том числе порталы в другие миры. Поэтому нужен кто-то, кто освоит эту тему. Я бы мог оставить себе, но справиться в одиночку сразу и со всем… Нет. Это ты тоже должен легко понять. Логичный шаг — привлечь союзников. А кто справится со столь сложной задачей? У тебя есть сила, чтобы удержать эту возможность. У тебя есть нужда, если говорить прямо. Северяне отстают по многим пунктам. Теперь это будет исправлено.

— Но это ведь не всё, что ты мне сегодня скажешь, — догадался он.

— Не всё. Если ты не заметил, у нас короля грохнули. Дипломаты из чужого королевства.

— Хочешь отомстить?

— Дам тебе намёк. Это королевство в их мире никто не любит. У них на территории полно ресурсов.

— Ничего себе намёк, — хмыкнул Гатс. — Я тебя понял. Предлагаешь мне развязать войну?

— Не совсем. Ты станешь главнокомандующим. Разумеется, получишь всю возможную поддержку. Отомстить должны мы все. А вот потом… Почему бы тебе и не расширить свои земли, связав их межмировыми порталами, заодно не наладив поставки всякого разного, что там найдётся?

— Пока кто-то из моих освоит камень… — бросил Гатс взгляд на сверкающий камень.

— Первое время обойдёшься уже имеющимися порталами. Выделим тебе один. Да и не за один день же это решится. Пока соберёмся, пока подготовимся, пока всех раздавим, пока освоишься на месте.

— Хе… Мои пацаны будут рады. А то тесно им у нас.

— Так сам такой выводок наплодил. Конечно, тесно, — хохотнул я.

— Не завидуй, — глянул он высокомерно, но тут же рассмеялся. — Хорошо, сделаю. Ты тогда скажи, когда на коронацию подходить. Я пока другой подготовкой займусь.

— Договорились. Как внуки? Как семья?

— О-о, — оживился этот старикан. — Если не спешишь, доставай вино, мне найдётся, что рассказать.

***

С Гатсом мы просидели дольше, чем с остальными. Распили с ним бутылочку вина, поговорили о всяком разном. Не обошлось и без воспоминаний о былом, обсуждения детей.

Старичье, что с нас взять, ха.

Интересно, что подумали люди, когда Гатс вышел из моего кабинета, благоухая вином, довольно скалясь, и сразу же отправился домой, после чего скомандовал общий сбор всему своему воинству. Шпионы есть везде, уж я-то знаю. Да и сложно скрыть столь масштабные движения. Особенно если их специально выставляют на показ, давая понять заинтересованным лицам, что север приготовился к войне.

— Есть новости, — заглянула ко мне Роза. — Ольга встретилась с шиноби. Драк который.

— Тот, что школу свою открыл? — уточнил я.

— Он самый. И школу он открыл десять лет назад.

— С тех пор он так никем и не стал, — ответил я безразлично, — И чего они?

— Ольга хочет нанять независимых бойцов. Собирается побороться за власть.

— Какая решительная женщина, — хмыкнул я.

— Могу это исправить.

— Её решительность? Нет, пока не стоит. Я сам разберусь. Позже. А сейчас давай, кто там по списку дальше.

И я двинул по списку дальше. Встречался с герцогами, баронами и не только. Льстил, кому-то давал камни, кому-то обещал поддержку в решении тех или иных вопросов, давил, угрожал, манипулировал. Вёл себя так, как и подобает политику. Кому-то объяснял логику происходящего и намекал, что грядёт дальше, давая возможность подготовиться к этому и усилить свои позиции. Кого-то ставил на место и осаживал, ничего не давая и не объясняя.

Встречался я с самыми разными гостями. Весь день за встречами провёл.

Королевство — это тот ещё винегрет. По сути, в первую очередь, герцоги и бароны — это вооружённые землевладельцы. Их обязанности — обеспечивать безопасность на своих территориях. Уничтожать демонов и тварей, следить за исполнением законов. За это они собирают налоги. Поэтому и говорю, что они вооружённые землевладельцы, что далеко не всегда означает предпринимательскую жилку. Попробуйте в городе-миллионнике разобраться хотя бы с канализацией и быстро поймёте, что владетелям хватает головной боли на каждый день, и что времени на другие проекты банально может не оставаться.

Точнее, даже не так. Управление городом, окрестностями и регионом требует в том числе и предпринимательских навыков. Хотя бы в силу того, что рабство у нас запрещено, крепостное право отсутствует. Официально. Неофициально любая крестьянская семья могла переехать, куда захочет, вопрос лишь в том, где она возьмёт деньги на это. Самый простой способ — кредит. Многие землевладельцы охотно предоставляли подъёмные, если были заинтересованы в том, чтобы переманить к себе крестьян. То же самое и с более высококвалифицированными кадрами. Им-то переехать куда проще. Поэтому не раз и не два с момента создания королевства между аристократами вспыхивали жаркие споры, потому что с одних земель на другие перебирались толпы народа. Тот же Гатс из-за этого сильно страдал. Сельским хозяйством на его землях тяжело и невыгодно заниматься. Крестьяне с охотой перебирались в места получше. Поэтому он и делал ставку на войну да на развитие промышленности. Когда освоит порталы, выведет это на новый уровень.

Так вот. Чтобы не остаться совсем без людей, аристократам приходилось заботиться о своих землях и конкурировать. Что полезно для людей и для королевства в целом. Работы у них было завались, не всегда находились в семьях и кланах возможности заняться бизнесом как отдельным направлением.

Я это к тому, что существовали отдельные социальные страты промышленников и дельцов. А ещё торговцев, ныряльщиков и прочих. Напрямую они никак не влияли на то, стану я королём или нет. У многих есть деньги, но в рамках королевства… В общем, интересны они мне были по другим причинам.

— Господин, — поклонился Томас Шмидт, входя в кабинет. — Благодарю, что согласились на встречу.

— Давай сегодня не так официально, — ответил я. — Проходи, Томас, присаживайся. Нам найдётся, что обсудить.

Томас Шмидт — тёзка своего деда, одного из легендарной семёрки, представитель «старой» аристократии, то есть тех, кто стал аристократией в изменившемся мире лет семьдесят назад. Мы с ним познакомились в Колодце. Их род занимался поставками особого газа для всех машин. Тех, что пришли на замену двигателю внутреннего сгорания и прочим технологиям древних. Сырье они добывали в Колодце, на рудниках, которые постепенно себя исчерпали. А вместе с этим их род почти исчерпал себя. Томас с юности был пробивным парнем и нанял наш тогда мелкий отряд шиноби, чтобы сводили его к храму, где даётся возможность заключать контракты с камнями.

С тех пор много чего изменилось. Томас добился желаемого. Стал главой клана. Постарел. Освоил парочку легендарных камней. Перестроил всё семейное дело, удачно запрыгнул на пару новых тем. Сейчас они занимались сложной разработкой различных механизмом. В клане имелся полный цикл подготовки кадров, а уж поверьте, это дорого стоит.

— О чём пойдёт речь? — деловито спросил он.

Мы с ним за последние десять лет не раз общались. Не скажу, что он входит в ближний круг, но вот то, что попадает в категорию «надёжный деловой партнёр и в целом нормальный мужик» — это без всяких сомнений.

Ещё один камень. Ещё одно ожидание. Ещё один недоуменный и растерянный взгляд.

— Камень со знаниями?

— Именно. Конкретно этот камень можно обозначить как механаторика с магическим уклоном. Сложные механизмы. Как раз то, на чём вы сейчас специализируетесь.

— Что потребуется взамен? — прямо спросил Томас.

О том, что я ценю прямой подход, он прекрасно знал, поэтому никогда не пытался вилять.

— Во-первых, и это самое важное, я жду, что ваш клан выведет это дело на новый уровень. Королевству нужны самые различные механизмы. В первую очередь транспорт. Вы и так этим занимаетесь, а теперь сможете значительно сократить срок разработки.

Если кто-то подумал, что я камни просто так на халяву раздаю, без учёта множества факторов, то он сильно заблуждается. Сложные механизмы потребуют кристаллов, которыми занялся Сафронов. Но главное, это потребует магов, которых предоставляет школа Тима, и артефакторов, которых даёт Радамира. Я собираюсь выстроить систему, где все будут повязаны. В той или иной степени.

— Во-вторых, — продолжил я, — В моих планах забрать трон себе. Твоему клану принадлежит одна из газет…

— Потребуется правильное освещение событий? — понимающе кивнул Томас.

— Да. Это не критично, не обязательно, но лишние волнения ни к чему, — прямо заявил я.

— Это то я хорошо понимаю, — покивал он. — Сделаем, не вопрос. Блин, я этого всю жизнь ждал, — облизнул он губы, глядя на камень. — Спасибо, Спар. То есть господин Эдгар.

— Брось, — махнул я рукой. — Задерживать не буду. Сам понимаешь, тебе нужно разыграть свой козырь правильно, а мне требуется сыграть всю партию.

— Разумеется. Побегу я.

Ещё один вопрос решён. Подобными разработками занимаются не только они. Двигается это направление слишком медленно, вот я и бросаю камни, чтобы быстрее получить результаты. И поощрение, и создание противовесов. Гатс получил порталы. Этим он много кому крепко подгадит. Таким, как Шмидты. Таким, как Тич, который держит сейчас все воздушные перевозки. Порталы и вовсе могут убить обычную логистику. Но не всё там так просто. Дарий, молодец, последние годы сам прорабатывал план, исследуя разные возможности и то, с чего начинать строить империю, поэтому неплохо разбирался в вопросе. Открытие портала требует энергии. Которую ещё надо где-то взять. Открытие десяти порталов не проблема. Открытие сотни — уже проблема. Открытие тысячи — вызов для целого государства, который потребует организации прямо много чего. Поэтому совсем уж Гатс рынок не убьёт. Грузы надо ещё от порталов разводить. Но не суть. Разберёмся с этим. Важно то, чтобы это всё в балансе было. Гатс потеснит рынок. Рынок ответит появлением продвинутых машин. С Тичем я тоже собираюсь переговорить. Подкину ему возможность. Тем более у него и сын подрос, который ещё камней не набрал. Есть кого возвысить.

А что касается газет — они много у кого были. У нашего клана тоже. Как и у королевской семьи. Все те, с кем я сейчас заключаю союзы, волну гнать не будут. Шмидт осветит событие дополнительно. Мелочь, но такие мелочи смазывают сложные механизмы и эпохи меняются не так кровопролитно, как могли бы.

Глянул за окно. Там солнце уже садилось. Весь день болтаю, утомило. Пора сходить размяться. Навещу-ка я Драка. Разомну старые кости.

Глава 11. Семейный сбор, или Как Спар королём стал

Драк вышел из дворца, чувствуя воодушевление. Наконец-то ему выпал шанс, которого он так долго ждал. Ещё десять лет назад он понял, что с так называемым герцогом Грозовым ему не по пути. Тот продвигал своих людей, поэтому ему, Драку, несмотря ни на какие заслуги до этого, ничего не светило. При Такене его бы ждали совсем другие расклады и возможности, а так мужчина ощутил, что его выносит на обочину жизни.

В чём разглядел отличную возможность.

Слишком много Спар перетянул на себя. Слишком многим оттоптал мозоли. Это касалось всех. И аристократов, и даже некоторых шиноби. Большинство оставались на его стороне, но далеко не все. Собрать и объединить несколько человек не составило проблемы. Так и родилась идея открытия своей школы, создания противовеса «министру войны». Король Паоль дал на это разрешение, подкидывал денежные задания и поощрял создание конкурента. Правда, дела шли не так идеально, как хотелось бы. Стоило признать, как лидер и организатор Спартанец оказался хорош, выстроил сильную систему, которая год за годом поставляла лучших бойцов, и переломить это пока было нельзя. Что понимал и сам Паоль, не спеша поощрять больше необходимого.

И вот теперь, когда он мёртв, его жена обратилась за помощь, чтобы школа Дракона занялась их охраной и обеспечила передачу короны законному наследнику. Это точно укрепит их влияние. «Укрепило бы…» — подумал Драк, увидев своего главного помощника.

Тот стоял у дворца и курил. Мало кто из шиноби баловался такой привычкой, но это было последним, о чём задумался Драк. Слишком уж вид помощник имел характерный.

— Там это, — бросил помощник одновременно и устало, и лениво, и обречённо, и самоиронично, — Спар в нашу школу заглянул. Показывает мастер-класс.

— Твою мать, — тихо выругался Драк.

И поспешил в школу. Благодаря королю Паолю удалось получить место в центре, поэтому добирались они недолго.

Картина, которую застал Драк, в общем-то соответствовала полученному описанию. Спар показывал мастер-класс, раскидывая учеников, которые наседали на него со всех сторон.

— А вот и ваш мастер, — сказал Спар, разом откидывая от себя учеников. — Урок закончен.

— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросил Драк.

— Будем обсуждать дела здесь? — спросил Беловолосый.

Одет он был в цвета своего клана, темно-синий с серебром. Неизменные чёрные очки держались на переносице сами собой. Глаза, как обычно, прикрыты. Слепой Мастер или Мастер Одного Удара. За прошедшие годы этот ублюдок успел многие прозвища собрать.

— Оставьте нас, — сказал Драк, усилием воли заставив выровняться дыхание. — Зачем ты пришёл? — спросил он, когда ученики покинули зал.

— Думаю, ты догадываешься. Королева предложила тебе контракт. Лучше откажись.

— А то что?

— А то будешь выглядеть глупо.

— Собираешься отнять трон у законного наследника?

— Оставь эту игру словами.

— Но это правда.

— Это точка зрения. Если ты забыл, я также родственник Такена. Его дочь моя жена. Его внуки — мои дети. А ещё ты забыл, кто именно посадил на трон Паоля. Это вовсе не его заслуга. Но хватит этой болтовни. Ты прислушаешься к совету?

— Я не боюсь выглядеть глупо. И тебя не боюсь.

— Каждый раз одно и то же, — вздохнул Спар. — Ладно, давай по старинке, молодой дракон. Нападай. Дам тебе ударить один раз, чтобы ты осознал всю разницу между нами.

Драка уговаривать не пришлось. У него было своё мнение по поводу «самого сильного человека в королевстве». Того, кто никогда не участвовал в дуэлях. Чьи заслуги были когда-то давно в прошлом. Кто ослеп и потерял часть своих сил. Более того, Драк долго готовился к этому моменту, чтобы бросить вызов беловолосому. Почему бы и не сейчас?

Атаковал он мгновенно, вкладывая в удар всё своё мастерство. Это был обычный удар кулаком, который был способен проплавить скалу насквозь.

Этот удар Спар небрежно принял на ладонь.

— Ты уже начал? — спросил он.

Драк отшатнулся. Но — как? Какой-то трюк?

— Теперь моя очередь. Ты готов?

Драк ощутил, как на него упала гора. Как трещит кожа, рвутся мышцы, ломаются кости. Как его дух разрывает, как сгорает душа. Когда мужчина смог продохнуть, он обнаружил себя скулящим на полу, с бешено бьющимся сердцем.

— Ну-ну, — похлопал Спар его по спине. — Давай приходи в себя. Что-то ты совсем слабоват оказался. Я даже не ударил тебя, а лишь придавил убийственным намерением. Страшно представить, что было бы с тобой, ударь я по-настоящему. Как перестанешь дрожать, прислушайся к моему совету. В твоей школе есть шиноби, а я не хочу устраивать конфликт между нами. Всё же одно братство, пусть ты в силу своих обид и решил поиграть в оппозицию. Дам тебе ещё одну подсказку. Те, кто выступает на моей стороне — возвышаются. Остальные — теряют влияние. Их ждёт только забвение и прозябание. Подумай об этом на досуге, молодой дракон. И никогда не забывай, что есть драконы, а есть убийцы драконов.

Драк ощутил, что в последние слова вложен какой-то свой смысл, ирония, но собраться с мыслями в тот момент не смог. Он судорожно пытался вспомнить, как дышать, и мог думать только о том, как дальше жить, перенеся такой абсолютный ужас.

***

Как-то для меня прошёл незаметно тот факт, что я стал воспринимать политику абсолютно спокойно. Она не вызывала у меня ни затруднений, ни отвращения. Жизнь сложная штука, есть разные способы добиться желаемого, и часть этих способов люди как раз и называют политикой. Так чего нос воротить? Мне, хватала удаче, пока не требуется предавать себя.

Если забыть тот факт, что королём я не собирался становиться. Но не скажу, что не рассматривал этот вопрос.

Паолю, на минуточку, на момент смерти было за шестьдесят лет. Он не обрёл какого-то выдающегося могущества, чтобы прожить до двухсот, и в последние годы начал сдавать. Возможно, поэтому я так спокойно и воспринял его смерть. Разве что удивился немного способу отойти в мир иной, но тут он не виноват.

Возможно, это было жестоко, так поступать с Ольгой и наследником, но, если честно, меня это ни капли не волновало, а общие расклады и вовсе давали железобетонный повод. К тому же устраивать гонения я не собирался, намереваясь договориться. Для чего сначала требовалось подготовить почву. Поэтому следующие три дня ушли на то, чтобы отсечь любые возможности у королевы. Не на правление, разумеется. А на иллюзию того, что она может остаться у власти. Мда. Даже звучит смешно. Реальной властью-то она как раз никакой не обладала. Если, конечно, не путать реальную власть и влияние на придворных.

Я переговорил с герцогами и объяснил им, что к чему. Две трети меня поддержат. Остальные не будут мешать. С некоторыми баронами, самыми влиятельными, то же самое. Промышленники, торговцы, газетчики, гильдия ныряльщиков и наёмников, охотники, командиры шиноби. Даже придворная охрана. Я встретился с её начальником, между прочим, очень преданным Паолю, и прямо ему сказал, что лучше проявлять максимальную учтивость и трезво оценить свои шансы. Всё это привело к тому, что семья Паоля осталась если не одна, то около того. Роза докладывала, что Ольга хотела бы много с кем встретиться, но получала раз за разом отказы. Она же мне сообщила, когда королева достигла нужной точки понимания ситуации. Я послал Ольге предложение встретиться.

Эх, знали бы все участника спектакля, настолько просто я мог решить все проблемы, попросив супругу сгладить острые углы. Но не пришлось. Мои позиции и правда сильно изменились за последние десять лет.

— Эдгар, — сказала королева, когда я вошёл в королевскую приёмную. — Надо же, ты почтил меня своим вниманием. Или, быть может, пришёл убить?

Сидела она на троне, и я уловил запах вина.

Власть меняет людей. А ещё их жизнь меняет. Прожитые годы. Деньги. Неудовлетворённость в семейной жизни. Уж насколько Гатс прославился своими бастардами, но, каждый раз, когда заезжал к нему в гости, я видел, что жены его любят и что между ними по прежнему полыхает страсть. Ольга и Паоль… Король тоже прославился своими фаворитками, хорошо хоть без бастардов обошёлся, но вот любовь между ним и супругой, как и страсть, угасла. Быть может, поэтому она и прожигала себя в бесконечных балах, алкоголе и любовниках.

А ведь была такой милой девушкой, когда я ей жизнь спас при нападении «Акации».

— Зачем мне тебя убивать? — спокойно спросил я. — Я пришёл договариваться.

— О чём же хочет договориться Беловолосый Мясник? — скривила она губы.

— Ты ведь уже поняла, что шансов нет. Королём стану я.

— Это мятеж!

— Ольга, лучше соберись, — сказал я недовольно. — Сейчас твоя судьба решается. Твоя и твоих детей.

— Угрожаешь?

— Мне нет нужды тебе угрожать. Власть уже в моих руках. Была, есть и будет. У тебя нет сил изменить это. Зато у тебя есть возможность договориться на нормальные условия.

Она пожевала губы, вздохнула, опустила голову. Дёрнулась и всё же собралась.

— Мне остаётся только выслушать тебя, — сказала она, признавая поражение.

— Загородное поместье и хорошее содержание от моего клана лично, до конца твоих дней. Никто тебя притеснять не будет. Живи, как жила.

— Что с моими детьми? Они законные наследники.

— У нас не классическая монархия. Правит тот, кто этого достоин. Твои дети не воины. Никто из них не потянет управление страной. Сейчас, по крайней мере. Сможете исправить это — милости прошу. Нам толковые управленцы высшего звена ох как нужны.

— Не издевайся надо мной! — зло бросила женщина, демонстрируя, что не совсем в адекватном состоянии.

— И не думал. Воспитывай детей, как хочешь. Повторюсь, но мне нет смысла устраивать им гонения. Какого-то особого отношения не будет. Я и к своим детям по всей строгости отношусь, ради чужих исключений тем более делать не буду. Пусть пробиваются по жизни. Ресурсы у них есть.

— Ты настроил мою семью против меня же. Мне нужно содержание для детей.

— Ольга… — покачал я головой. — Я знаю, сколько Паоль собрал денег. Хватит и тебе, и вашим внукам. Но ладно. Я выделю им содержание, как лицам королевской крови. Хотя, как по мне, такой подход ведёт к деградации.

— Сами как-нибудь разберёмся, — ответила она ядовито, но тут же сменила тон: — Что он нас требуется?

— Официально заявить, что, понимая всю тяжесть ситуации, когда нужно отомстить за убийство короля, ни ты, ни твой сын, не можете взять бремя правления на себя. Речь мы вам подготовим.

— Хорошо. Мы откажемся. Ты обеспечишь нам содержание и достойную жизнь.

— Так и будет.

***

Моя коронация прошла так буднично, как это только возможно.

Пока я проводил свои встречи, Роза и Елена проводили свои. Удачей, если так можно сказать, стало то, что наш будущий противник, королевство Сейро, которое и отправило убийц, видимо, узнало о произошедшем и не придумало ничего лучше, чем напасть на торговцев возле Колодца.

Абсолютная тупость, непонятно, на что они рассчитывали, но разве мало я примеров глупости видел? Специально потом у Дария уточнил. Это не он постарался. Парень признался, что организовать убийство было дюже легко, исполнители и сами были не прочь провернуть нечто подобное.

К тому моменту общественность и так была подогрета, требовала отмщения. Эта выходка дополнительно всколыхнула народ. На что наложилось отречение Ольги и Дмитрия от трона. Другие герцоги поддержали меня, мы провели официальную коронацию. Не скажу, что испытал какие-то особые чувства, отстояв всю церемонию. Это только в сказках круто звучит, стать королём. Теперь же мне придётся пересобирать команду, ставить везде своих людей, наводить порядок, погружаться в десятки разных дел. И это всё на фоне скоротечной войны.

Сложно сказать, сколько наши соседи успели узнать у нас. Наверняка немало. Понимал ли правитель Сейро, что мы сможем привести армию к их дому в течение дня? Кто знает, кто знает.

Судя по результату, наша боевая мощь стала для них сюрпризом. Несколько флагманов зависли над их дворцовой площадью, которая выглядела как-то серовато и убого.

— Ты ведь тут всё перестроишь? — спросил я Гатса.

— Разберусь как-нибудь, — отмахнулся он. — Жги.

Раз уж королём назвался, то и силушку продемонстрировать должен. Сейчас здесь весь цвет королевства собрался, вместе с герцогами. Прибыли посмотреть, что я могу.

Я перехватил меч и нанёс удар. Прошла секунда, и внизу раздался грохот. Вражеский дворец перестал существовать. Как и центральные районы. Следом вниз посыпалась наша небольшая армия. Началась зачистка.

***

Общее семейное собрание по вопросу Дария я провёл летом, уже после испытания шиноби, с которым наш тёмный лорд, конечно же, справился. Можно было бы собраться семьёй и раньше, но там всего ничего оставалось, а дёргать всех… В общем, состыковать графики было проще всего как раз в начале лета. Да и других дел хватало. Как-никак, мне на шею королевство повесили.

И вот вроде бы наши позиции сегодня в сто раз лучше, чем десять лет назад. Вроде бы есть и задел, и потенциал, и фундамент для дальнейшего развития, чтобы стать кем-то значимым. Но чем больше я думал о грядущем, тем больше понимал, насколько этого всего мало. Дария изначально хотел использовать Клаус. Архимаг пространства. Выходец из могущественного рода. Гражданин не менее могущественной империи. Который заранее знал, к чему готовиться. Ресурсов у него было в тысячи раз больше, чем у нас. Почему с другими Детьми Колодца должно быть иначе? Возможно, где-то поджидает миллионная армия могущественных воинов, которая лишь ждёт отмашки. Тем не менее Клаус мёртв. Статус архимага не означает бессмертия. Если я ударю первым, то смогу убить. А вот если архимаг ударит первым… Адам, будучи магистром, смог на нас кусок луны сбросить. Кто-то вроде Клауса сможет сбросить что-нибудь побольше. Было бы наивно ожидать, что мы неуязвимы и что сможем сейчас потягаться в голой мощи с по-настоящему сильными противниками. Подобных вопросов, которые перед нами встали, было великое множество. Дальше я не мог скрывать это от семьи. Пора было нам решить, что с этим всем делать.

Семейные собрания имеют свою специфику. Нас небольшая толпа собралась. Я, мои жены, наши дети: Пётр, Иван, София и Лилия. Остальных детей мы не пригласили, потому что малы ещё. Взрослым у нас человек считался после прохождения обучения в школе шиноби. Мария с Дарием, разумеется, были здесь. Тим со своими старшими детьми. Шупа со своим старшим сыном. Тамара пришла одна, но что взять с этой оторвы. У меня было время подготовить речь. Я бы мог расставить акценты как угодно. Пустить ход мыслей собравшихся в нужную мне сторону. Но не стал этого делать. Рассказал историю без акцентов, насколько это возможно. Хронологию событий, без эмоциональной окраски и внушений. Мария весь рассказ жгла меня взглядом.

— Ну ты ваще! — выдала Тамара, разрушив мрачную тишину, повисшую в конце моего рассказа. — Оказывается, у нас в семье есть настоящий тёмный лорд!

— Да хватит меня так называть! — возмутился Дарий.

Неожиданно София заплакала. Я бы сказал, что удивились все, но у всех тут повышенная наблюдательность, поэтому возможность отследить реакции друг друга имелась, как и то, что Софию рассказ сильно расстроил. Лилия её приобняла, по спине погладила. Из всех собравшихся лучше всех с Паолем общалась как раз София.

— Простите, — сказала дочь. — Дядя был не так плох, чтобы его убивать. Это так глупо… — произнесла она, утирая слезы.

— То, что это было глупо, я уже признал, — процедил Дарий.

Мария наградила его выразительным взглядом. Парень вжал голову в плечи.

— Ситуация не самая простая, — сказал я. — Поэтому я вас всех здесь и собрал. Нам нужно решить, что делать дальше. Первый вопрос — кто за то, чтобы наказать Дария по всей строгости, то есть казнить?

Теперь выразительный взгляд Грозы достался мне. Догадаться, что казнить её сына получится только через её труп, было несложно.

— Отлично, — сказал я. — Никто по-настоящему нашего тёмного лорда казнить не хочет. Можешь выдохнуть, Дарий.

Парень криво улыбнулся, но то, что он испытал облегчение, я заметил.

— Такой проступок не может остаться без наказания, — продолжил я. — С этой частью я разобрался лично. Дарий получил своего ремня.

— Мог бы и промолчать об этом, — дёрнул щекой Дарий.

— Ха! — выдохнул Иван. — Надеюсь, выпорол ты его основательно!

— Уж будь уверен! — ответил ему Дарий. — Твоё хилое тело бы такого не выдержало!

— Ха-ха! Дерзкий тёмный лорд!

Ну всё. Новое прозвище к нему до конца дней прицепилось.

— Шутки шутками, но теперь надо определиться с главным вопросом. Какую позицию мы займём в данном конфликте.

— Межмировая война, — покачал головой Пётр.

— Это выбор без выбора, — вставила Лилия. — Не представляю, как мы с гарантией могли бы не влипнуть в полномасштабную войну. Даже если Дарий уйдёт куда-то далеко, в теории, могут выйти на нашу с ним связь и добраться до нас, чтобы использовать, как заложников или просто чтобы получить информацию о нём. То есть ситуацию предварительно нужно оценивать в контексте двух вопросов. Первый — какова вероятность, что нас не заденет. Второй — какова вероятность, что нас не будут искать целенаправленно, если Дарий покинет нас. Бабушка, ты ведь уйдёшь с ним?

Мария, как обычно, когда её называли бабушкой, с шумом втянула воздух. Лицо никак не изменилось, но этот звук все слышали.

— Уйду, — ответила Мария.

— Получается, связь полностью разорвать не получится, — равнодушно закончила мысль Лилия. — Замечу, — сказала она куда более живым тоном. — Я против того, чтобы выгонять братишку.

— Я твой дядя, — закатил глаза Дарий.

У нас та ещё семейка троллей. Марию подкалывали, называя бабушкой. Дария — называя младшим братиком.

Что касается слов Лилии, у неё две специализации. Мастер-диверсант, что было бы грешно не развить, учитывая её сильнейшую связь с тенями, и командир-тактик, он же в первую очередь аналитик. Анализировать ситуации, давать прогнозы и расклады — это то, чему её учили особо основательно, и то, в чём она добилась отличных результатов. По показателям, за последние пять лет среди всех шиноби она на третьем месте по аналитике. Не лучшая, но там два первых парня гении в этом вопросе. Из обычных семей, кстати. Самородки.

В общем, и подача, и сам анализ от Лилии были привычны. Она сказала то, что и надо было сказать. Одно из базовых правил аналитика. Говорить как есть, а не заниматься эмоциональными интерпретациями. В данном случае дочь обозначила, что выгонять Дария — это засовывать голову в песок. Без гарантий безопасности.

— Для нормальных выводов не хватает деталей, — добавила Лилия. — Отец рассказал, что ты особенный, но мы пока не услышали, в чём именно заключается эта особенность. У тебя ведь есть какие-то необычные способности?

— Хватает, — ответил Дарий. — В некотором роде всё происходящее похоже на игру. У меня есть доступ к хранилищам и возможностям Колодца. Но лучше его называть Идельтир. Я могу обратиться к нему с любым вопросом. Посмотреть хроники прошлого. Достать почти любые знания. Чем чаще разумные что-то использовали, тем обширнее выборка об этом. Также я могу посмотреть память места, связанного с Идельтиром. Даже то, что было десять тысяч лет назад. Могу получить любой камень. Добавить к нему вложенные знания. Как-то так.

— Какой скупой ответ, — пожурила Лилия. — Любой — насколько любой? Божественного уровня?

— Нет, божественного сейчас не могу.

— Тогда от чего это зависит?

— Так, стоп-стоп! — замахала руками Тамара, прерывая беседу. — Как понимаю, этот разговор затянется на очень долго, так?

— Так, — кивнул я.

— Ничего не имею против, но мы тут сидим на сухую, а я есть хочу. С первой частью мы решили? Кто-то хочет наказать нашего юного тёмного лорда?

— Как будто в этом есть смысл, — вставила Роза.

— Значит, ты, подруга, была бы не против его наказать дополнительно, — кивнула Тамара своим мыслям, уловив настрой моей жены. — Это понятно. Большинству на смерть Паоля в целом плевать. Это тоже понятно. Меньшинство недовольно, но к радикальным действиям не призывает. Это тоже понятно. Раз с этой частью разобрались, то, может, хотя бы чаю? У меня и пирожные есть.

— Давай, — махнул я рукой.

— Я принесу бумагу, чтобы фиксировать все моменты, — добавила Лилия.

Собрание или, точнее, судилище переросло в деловую встречу. Главным потрошителем… в смысле аналитиком, который методично выпытал все детали, стала Лилия. Много из этого я уже слышал, но сейчас картина дополнилась подробностями.

— Не всё так просто, — рассказывал Дарий. — Для того чтобы мне что-то получить, нужно хорошо представлять, что именно хочешь. Недостаточно спросить, что может убить магов пространства. Ответ — всё. Технически они могут умереть от чего угодно. Вопрос — как убить готового к бою архимага пространства, тоже некорректен. Другое дело попросить показать битвы с архимагами пространства, когда они проиграли. В этом случае я могу получить видения, воспоминания о прошлом. Если, конечно, подобные битвы происходили где-то рядом с сетью Идельтира.

— Иначе говоря, чтобы что-то получить, надо об этом знать, — понимающе кивнула Лилия. — Что насчёт цены?

— Всё имеет цену. Там нет конкретных цифр, но я постараюсь примерно объяснить, как это работает. Так, если я хочу получить обычный камень, это будет стоит одну условную монету. Редкий — десять. Легендарный — сто. Эпический — тысячу. Божественные сейчас закрыты. Да и эпические наполовину тоже.

— Это как? — тут же уточнила Лилия.

— Лично для меня также действует правило один к трём. Мне нужно освоить три легендарных, чтобы получить возможность освоить один эпический. Но он стоит очень дорого, и его покупка оставит заметный след. Другие могут узнать, где я. По этой же причине у меня есть основания полагать, что пока никто из детей Идельтира не взял камень четвёртого ранга.

— А другие? В смысле для других ты можешь взять такой камень?

— Да, могу. После того как освою три легендарных. У меня это происходит быстрее. Также я их могу менять. Но освоение никуда не девается. Взял, освоил за полгода. Отказался, десять дней подождал. Взял новый. Снова полгода на усвоение.

— Что насчёт мастерства? — уточнил я.

— Я ждал этого вопроса от тебя, брат, — хмыкнул Дарий. — Я как и все. Мастерство за просто так не получаю. Моё преимущество в том, что я могу прожить видения прошлого. Это почти то же самое, что натянуть на себя шкуру другого мастера. Значительно ускоряет процесс обучения, но не делает его мгновенным.

— С этим разобрались, — сказала Лилия. — Что ещё насчёт цены скажешь?

— Идельтир строг. Точнее, строг последний его правитель, который постановил, что за всё должна быть уплачена жертва. У меня есть поблажки, но… Если говорить о конкретной математике, то схема такая. Любое дополнение к тем же камням, например, в виде знаний, повышает цену. А вот если камень засунуть в испытание, это снижает цену. Испытание смертельно опасно? Цена будет низкой. Испытание просто опасно? Цена снизится немного. Получил координаты испытания? Цена от этого не меняется. Отправил камень в неизвестное место? Цена снижается.

— Это всё важно, — вмешался Шупа. — Но где деньги зарыты и каким бюджетом обладаешь лично ты?

Про себя я усмехнулся. Как должность способна человека изменить. Запустишь так предприятие где-нибудь в глуши, подпишешь парочку смет да проникнешься важностью подсчёта денег. Правда, это сделало Шупу куда более скучным мужиком. Как и трое детей, но об этом вслух я говорить не буду.

— Убийство демонов. Уничтожение гнёзд. Возведение стабилизаторов.

— Что за стабилизаторы? — спросила Лилия.

— Особое строение, которое стабилизирует мир, блокирует распространение хаоса. Правила войны Детей допускают уничтожение стабилизаторов противника. То есть других Детей. Приносят они много, причём каждый день, а не единоразово, поэтому строить их есть смысл.

— Ты должен убивать демонов сам? — уточнила дочь.

— Не обязательно. Если кто-то присягнёт мне, то его деяния тоже идут в зачёт.

— Как удобно, что у нас целая армия убийц на демонов имеется, — криво улыбнулся Иван.

Василиса шикнула на него, но Ивана это и раньше не смущало, сейчас тем более.

— Да, удобно, — не стал отрицать Дарий. — Единственная сложность — каждый должен принести клятву. Не обязательно мне. Есть возможность выстроить иерархию, распределить роли. Так мой брат может принести клятву мне. Командиры — ему. Члены отрядов — командирам.

— Кхм… — прокашлялась София. — Как вы собираетесь это объяснить людям? У нас раньше такого не было.

— Принесение клятвы может давать какие-то бонусы? — спросил я.

— Зришь в корень, брат, — улыбнулся Дарий. — Часть дохода можно пустить на какие-то способности. К примеру, ощущение единства отряда или возможность мысленно общаться.

— Ради такого клятву кто угодно принесёт, — быстро оценил Пётр.

Он давно состоялся как командир, поэтому неудивительно, что уловил важность такого усиления.

— Сколько нужно убить демонов, чтобы получить один легендарный камень хорошего качества, версию без знаний и со знаниями? — продолжила допрос Лилия, оставив заметки по прошлым пунктам.

— Зависит от того, сколько вкладывать знаний, но я понял твой вопрос, — ответил Дарий и выставил ладонь перед собой. — Вспомните, с каких демонов выпадают легендарные камни. С какой частотой. Того, с кого падают часто, с большой вероятностью будет достаточно для простого легендарного камня. Потребуется в десять раз больше, чтобы получить сильный камень. И ещё в десять раз больше, чтобы наполнить камень знаниями. К своим годам я и так собрал сколько-то силы, но она быстро заканчивается. Нужен регулярный приток.

— Суровая математика, — высказался Шупа.

— С которой нам предстоит разобраться, — сказал я.

— Насколько масштабная война намечается? — спросил Тим задумчиво.

— В прошлую эпоху в последней битве участвовало несколько десятков миллионов разумных, — ответил Дарий. — Больше двадцати миров были уничтожены полностью. Десятки цивилизаций пали. Судьбы тысяч народов были изменены. Наверняка брат особо оценит тот момент, — гадко улыбнулся Дарий. — Что в прошлую эпоху доминировал совсем другой вид существ — ящеры. Война была настолько большой, что они почти полностью вымерли и на смену им пришли люди. Тогда людей как рабов использовали, если кому интересно.

— Неудивительно, что брат так не любит ящериц, — рассмеялась Тамара. — Генетическая память, не иначе.

— Всё возможно, — пожал плечами Дарий. — После той битвы люди были расселены по разным мирам, чтобы наполнить их. Давняя практика для борьбы с хаосом. Разум хорошо противостоит ему.

Вопросы мы обсуждали долго. Сторонников идеи полностью слиться не нашлось. Были те, кого перспективы не радовали, но надо быть несколько странной личностью, чтобы желать ввязаться в настолько масштабную войну. Так что радовалось всего два человека. Тамара — с ней понятно, ситкартка — это диагноз. Да Иван, который быстро оценил, что именно в такой эпохе он сможет обрести величие и прославиться как кузнец.

В остальном же нам предстояло много работы. Очень много.

Глава 12. Сложные задачи, или Как Спар по следу шёл

Проще всего решать те задачи, которые имеют жёсткие рамки. Достаточно представить любое дело, чтобы хорошенько это понять. Стать мастером меча — отличная цель. Но как её воплотить? Слишком расплывчато. Или построить дом — тоже прекрасная цель, но предложите это любому строителю, и первым делом он засыплет вас вопросами, какой дом нужен, в сколько этажей, кирпичный или деревянный, кто там будет проживать.

Вся наша семья и команда оказались в позиции, когда рамок очень мало, а пространства для маневра и даже творчества — очень много.

Дарий мог достать любой камень. Мог вложить туда знания. Он не мог дать сразу мастерство, но и два первых пункта — это очень много. Также он мог отыскать испытание на любой вкус. А если не отыщет то, что нужно, создать это. Было бы чем платить. Исказить время он тоже мог. Жаль, что ценник на это запредельный. Иначе какая прекрасная схема вырисовывалась. Собрать сто тысяч человек, засунуть их в тщательно продуманную временную аномалию и получить на выходе армию, которую ещё не видела вселенная.

Ладно, ладно. На самом деле это глупая идея. Время для тех, кто внутри, не замедляется. Они расплачиваются годами своей жизни. И, уж поверьте, те, кто готов положить жизнь на путь воина, — это мизерный процент от всего населения. Это малый процент даже среди тех, кто называет себя воинами. Поэтому, чтобы отобрать сто тысяч, нам бы потребовалось проверить сто миллионов. Можно было бы зайти и с другой стороны. Наплодить магов разума, которые будут пересобирать психику. Можно создать и тех, кто будет омолаживать, увеличивать срок жизни, отодвигать старость. Можно? Можно. Только вот для этого потребуется не просто выдать камни, а обучить. Недостаточно дать инструкции из камней. Мы в этом быстро убедились. Тот же Пётр уже несколько лет осваивает полученные знания и до сих пор не освоил до конца. Это при поддержке команды специалистов и всех ресурсах нашего клана.

Совсем никак дела обстояли с чем-то, выходящим за рамки магических способностей. Не было камня, который открывал любой из кругов школы Круга. Зато были камни, которые давали способность влиять на энергетику. Десятки разновидностей. От развития до атаки чужой энергетики. Были и знания, связанные с этим. Но так, чтобы сразу открыть тот же четвёртый круг или нечто подобное, — нет, не было.

Подобных сложностей и нюансов были десятки. Присоединить мир к нашей ветке Колодца? Да, возможно. Только хватило бы на оплату. Но что за мир? Населённый демонами? Это проще всего, но его присоединение повлияет на ближайшие миры. Самое простое, что произойдёт — увеличится количество демонов. Если не повезёт, случится что-нибудь куда хуже. Дарий натыкался на случаи открытия гнёзд на дне океанов. С последующим отравлением этих океанов. Какой это ущерб способно нанести планете — трудно представить. Но не трудно представить, что жить на этой планете резко станет хуже. Если требовалось найти мир со сложными параметрами, то задача усложнялась в сотни раз. Поэтому рассчитывать, что Дарий повторит свой успех и найдёт ещё одну магическую цивилизацию, которая подойдёт на роль донора… Можно было, но не сейчас, не сразу, и не факт, что получится.

Возвращаясь к началу, можно сказать, что лучше всего решаются задачи с жёсткими рамками. Постепенно в ходе обсуждений и мозгового штурма мы очертили наши границы. Камни дают силу, а не мастерство. Все лучшие возможности, что предоставляет Колодец, стоят соответственно. У нас нет магической империи, зато есть молодое королевство. Вряд ли мы успеем создать армию архимагов пространства, зато у нас сейчас есть рейд-группа, которая может существенно пополнить казну Дария. Проанализировав наши слабые и сильные стороны, пришли к следующим выводам. Во-первых, нужно было разобраться с принесением клятв, бонусами для последователей, а там и с организацией охоты на демонов, с последующим выстраиванием «экономики» этого процесса. Иначе говоря, требовалось решить как можно скорее вопрос притока силы к Дарию, чтобы оплатить наши ближайшие хотелки. Во-вторых, требовалось значительно расширить рейд-группу. Сейчас там полторы тысячи человек, но этого мало. Я планировал увеличить это число хотя бы в десяток раз. Расширить боевую часть и добавить к ней вспомогательную. Со слов Дария, строительство стабилизаторов выгодная штука, так почему бы не заняться этим. В-третьих, требовалось наладить экономику нашего королевства. Охота на демонов — это хорошо, но, как показала практика, щедрая оплата работает до определённого момента, поэтому нужен целый комплекс мер. Артефакты, броня, оружие, зелья, перестройка организма, исцеление, восстановление. Да даже элитная недвижимость, на которую захочется потратить деньги. В-четвертых, было бы неплохо поискать союзников. В-пятых, нужно наладить разведку. Чтобы наши люди во всех окрестных мирах внимательно следили за ситуацией, собирали слухи и смогли заметить, если вдруг кто начнёт собирать слухи о нас. Пункт не такой уж и простой. На перекрёстке… На ближайшей к нам части хватало крупных игроков, на фоне которых мы дети, не больше. Наши шевеления, активность и быстрое усиление привлекут их внимание. Легко будет нарваться ещё до того, как мы столкнёмся с кем-то из порождений Колодца.

Н-да. Дел предстояло много.

Тем ироничнее и болезненнее стало то, что Дария спустя пару месяцев похитили.

***

Дарий очнулся со свободным руками, но чувство свободы было обманчивым. Что-то его подавляло, блокировало силы, не давало вдохнуть полной грудью, путало мысли.

— Сейчас это пройдёт, — прозвучал мягкий женский голос.

С трудом подняв голову, Дарий разглядел не очень-то молодую женщину в тёмном балахоне, стоявшую напротив. Последние минуты жизни Дарий помнил смутно. Кажется, Спар сказал ему, что, учитывая все условия, ставку надо делать на мастерство и что его, Дария, как теперь ключевую боевую единицу, будут гонять денно и нощно, без всякой пощады. С этим было связано последнее задание. Которое зашло куда-то не туда.

— Ты кто будешь? — спросил Дарий, медленно приходя в себя.

— Меня называют Матерью. Я в курсе, что ты Дитя Идельтира.

— Мать, Дитя… Что-то не припомню, чтобы ты меня рожала.

— Это скорее титул.

— Ага… понятно, — подобрался Дарий и смог встать. — Ну и? Чего хотела-то?

— Побольше уважения, Дитя. Ты в моей власти.

— С угроз начинаешь? — прищурился Дарий, оценивая свои шансы.

— Я не люблю угроз, но люблю, когда собеседники знают своё место. Ты в моей власти, несмотря на своё потенциальное могущество. Я знаю, кому могу продать информацию о тебе. Я знаю множество ритуалов и способов использовать тебя. Поэтому лишь от готовности сотрудничать зависит твоя дальнейшая судьба.

— Как меня похитили?

— Об этом сейчас не стоит говорить.

— Но мне интересно, — возразил Дарий.

— Твой интерес должен сподвигнуть меня выдать наши секреты? — изогнула бровь женщина. — Хорошо. Мне не сложно ответить. Ссориться я не собираюсь, поэтому небольшая уступка допустима. Твоё рождение подготовил мой орден. Всё прошло удачно. Если бы тебя не похитили, мы бы к этому времени куда лучше раскрыли твой потенциал. Много времени упущено, поэтому шансов победить у тебя в Великой битве мало.

— Могли бы и пораньше тогда заглянуть, раз так беспокоитесь о моей победе, — усмехнулся Дарий, окончательно приходя в себя.

— Тебя стерёг один могущественный архимаг.

— Случаем, не Элриком зовут?

— Ты знаешь, — утвердительно кивнула женщина. — Это хорошо. Да, он. Потребовалось больше десяти лет, чтобы устранить его. Дальше мы подготовили новый план. Пусть тебя и беспечно охраняли, но мы не хотели рисковать.

— Это не ответ на вопрос, как вы это провернули.

— Наш орден могущественен.

— С этого момента поподробнее.

— Обязательно, — холодно улыбнулась женщина. — Но не раньше, чем ты создашь алтарь и мы принесём клятвы.

— Клятвы?

— Да, ты назначишь меня наставницей, с гарантией непричинения вреда.

Дарий задумался. Это женщина немало знала. Алтари давали право заключать контракты и приносить клятвы. Связующий элемент между богом и его последователями. Связи отличались между собой и имели возможность гибкой настройки. То, что хотела женщина, в иерархии должно было поставить её выше всех. Сделать в некотором роде советником. Впрочем, слово «наставница» идеально подходило для описания этих отношений. После такого убить её можно, но это нанесёт удар по самому Дарию. Не фатально, но и приятного мало.

— Хочешь присоединиться ко мне и поучаствовать в Великой битве?

— Мы готовились к этому всю жизнь. Но сначала ты должен доказать, что достоин. Я не собираюсь делать ставку на слабака. Который, к тому же, легко попал в плен.

— Мягко стелешь, старушка, — ответил Дарий, копируя манеры общения сестры-ситкартки. — Сдаётся мне, в твоём предложении скрывается подвох.

— Предложения лучше не будет.

— Так давай сразу пропустим эту часть и перейдём к подвохам. Что ты скрываешь?

— Если ты не докажешь свою силу, то… Пойдёшь в услужение другому Дитяте.

— О-о-о, — протянул Дарий. — Вот оно что. Как бы сказали в моей семье, это куда больше походит на роль типичного злодея.

— Злодея? — нахмурилась женщина.

— Не обращай внимания, — махнул рукой Дарий. — Специфический семейный юмор. Кстати, это место далеко находится? Хорошо спрятано?

— Не сомневайся.

— Уж позволь посомневаться. Ты хорошо подготовилась, чтобы получить преимущество в переговорах, но кое-чего не учла.

На фоне этих слов где-то вдали раздался мощный удар.

***

Строить глобальные планы — это хорошо. Ещё лучше задаться вопросом, как можно нарушить чужие глобальные планы и не дать разрушить свои. Выводы напрашивались сами собой, и самое простое — тихое устранение. Подослал убийц, прикончил конкурента, и дело сделано.

Но, разумеется, в этом деле хватало своих нюансов.

Дарий огорошил нас тем, что миров на ветвях Колодца не тысячи, а десятки тысяч. Накопились за последние сто тысяч лет. Какие-то отваливаются, какие-то присоединяются. Бывало в истории Идельтира и «великое наведение порядка», когда миры собирались по группам. Поэтому рядом с нашим выходом на перекрёсток, если проверять ближайшие миры, встречаются в основном человеческие цивилизации. В основном. Не сто процентов, но закономерность всё же прослеживается. Ситкары, дроу и прочие гуманоиды, все они относятся к людским расам. Совместимым между собой. Если же спуститься ниже на перекрёстке, то там легко найти миры больших монстров, где мы не раз охотились. Если забраться дальше, то чего только не найдёшь.

Важно это было по той причине, что в последней великой битве в бою сошлись около сотни Детей. Которые были изначально рассредоточены по всему вееру. Поэтому крайне маловероятно, что ближайший бог находится где-то по соседству. Скорее, до него пилить и пилить. Иначе говоря, даже когда речь идёт о соседней стране, внедриться туда, остаться незамеченным, найти нужную личность и тихо её устранить — сверхсложная задача. Что уж говорить не то что о других мерах, а о других кластерах. Со слов Дария, Колодец предоставлял способы найти друг друга, но до отметки в тридцать лет они закрыты. Так что и тут засада.

Второй важный нюанс — одни молодые боги могли подчинить себе других. Силой, коварством или убеждением, но факт есть факт. Союзы, подчинение, тайные сговоры, предательства, интриги — это всё тоже часть великой битвы. Поэтому вовсе не факт, что все будут пытаться именно убить друг друга. Есть варианты разных воздействий. Тот же сценарий подчинения, чтобы сформировать мощную коалицию.

Третий нюанс — чем больше силы ты получаешь, чем активнее себя ведёшь, тем заметнее становишься для других. Дарий не мог точно обозначить, где проходит эта черта. Но предупреждал, что если один из богов прикончит конкурента, то сразу станет в десяток раз заметнее, чем остальные.

Игра с кучей вводных и большим количеством стратегий получалась. Что мы учитывали и, разумеется, озаботились вопросом безопасности Дария. Видимо, недостаточно. Похитили его прямо у нас городе. Накрыли целый район какой-то временной аномалией, которая замедляла всех раз так в тридцать. Ничего опасного. Эффект продлился не дольше минуты. Большинство пострадавших не поняли, что что-то случилось. Этого времени похитителям хватило, чтобы схватить Дария и уйти порталом.

Можно было бы долго сокрушаться, но я в этом не видел смысла. Спокойно отнёсся. Нельзя защититься от всего. Всегда будут слабые места. Город у нас не закрыт, разросся, сюда постоянно кто-то приезжает. При желании я бы сам смог спланировать и осуществить похищение. Так почему другие не могут?

Жаль, но не все придерживались моего подхода спокойного отношения.

— Как. Ты. Это. Допустил?! — буквально прорычала Гроза.

— А ты?

— Спар… — рычание сменилось зловещим шепотом.

— Я так давно Спар, что пора бы понять, этим меня не проймёшь. Похитили и похитили. Не убили же.

— Тебе настолько плевать? А если бы это были твои дети?

— То я бы волновался куда сильнее, — честно ответил я. — А так похитили нашего тёмного лорда. Пока не страшно.

— Надеюсь, ты отправишься за ним немедленно? — требовательно спросила Гроза. — Я иду с тобой.

— Не идёшь. Я пойду тихо, а ты так не умеешь. Всё, наводи здесь порядок, — указал я на полную суеты улицу, которую оцепили наши бойцы. — Не буду терять время.

— Возьми команду прикрытия!

Отмахнувшись, я ушёл.

А что ей ещё сказать? Мария сейчас в неадеквате, успокоить её не получится. Годы, знаете ли, не идут людям на пользу, за редким исключением. Ни Мария, ни я добрее не стали. Говорить с ней сейчас — только воздух зря сотрясать.

Помимо мозгового штурма, касательно угроз мы рассматривали разные варианты, как усилиться. Один из них — мой статус защитника бога. Который реабилитировал меня в глазах Колодца. Больше никаких подстав. Способность чувствовать направление вернулась если не полностью, то частично уж точно. Поэтому сейчас я был тем единственным, кто был способен отыскать Дария где угодно. И как защитник, и как профессиональный ищейка.

Брать кого-то с собой… Каждый год мы устраивали что-то вроде турнира. Был как королевский, общий, с показухой, массой народа на трибунах и платой за вход. А был наш, закрытый, для своих, где демонстрировали реальное мастерство, соревнуясь в разных направлениях. Поэтому я отлично знаю, что никого лучше меня в скрытности в королевстве нет.

Такое себе, конечно, когда король уходит разбираться с проблемой, ну а что делать? Всё жду, когда меня превзойдут, и как-то не превосходят.

До перекрёстка добрался. Там пришлось поплутать. Кто бы ни был ответственен за похищение, он неплохо запутал следы. А я их неплохо умел распутывать. Гэцу взял с собой, чтобы не засиживался у себя в берлоге. Вместе как-то справились. Отчасти из-за того, что я чувствовал направление к Дарию, как его защитник. Прошли несколько миров, добрались до мрачного местечка. Я всякое повидал, но тут особо интересно было. Вокруг Колодца бушевала магическая буря. Вход не был перекрыт совсем. Местные проложили что-то вроде тоннеля, с таможней. Прошёл я там без всяких проблем. Как дальше выяснилось, именно буря создавала часть помех. Поэтому дальше было проще.

И вот крадусь я по чьей-то крепости, обхожу один пост за другим, ускользаю от многочисленной охраны. И что вижу, когда добираюсь до Дария? Он болтает с какой-то мрачной женщиной, то ли переговоры ведёт, то ли время тянет.

«Могли и не спешить, — едко заметил Гэцу. — Судя по всему, переговоры только начались».

«Ну, мы быстро добрались. Если его вырубили и он какое-то время в отключке провалялся…»

«Смысл гадать? Тётку вредную в расход? Или послушаем?»

«Не, не будем спешить. Пусть Дарию уроком будет», — ответил я.

Переговоры далеко зайти не успели и были прерваны появлением третьей стороны. Та предпочла заявиться с шумом. Забавно получилось. Почему-то Дарий решил, что это я ломлюсь. Я же тихонечко стоял в тенях, слившись с миром и обвешавшись многослойной маскировкой. Одних только артефактов хватит на то, чтобы прикупить не самый последний городок.

Дария удерживали в месте, которое трудно охарактеризовать. Я сказал замок, но это скорее нечто среднее между замком, храмом и тайным логовом. Находились мы глубоко под землёй. Строили комплекс этих зданий с размахом. Конкретно это помещение, или, скорее, пещера, отличалось простором и пустотой. Здесь протекал ручей, имелось подобие алтаря, какие-то закутки, замаскированные проходы и большие центральные ворота, которые распахнулись от удара. Створки ударили о стены, но не так сильно, чтобы захлопнуться обратно.

И кто же это такой дерзкий пришёл?

***

Дарий был уверен, что это брат виноват в шуме и грохоте, которыми сопровождался приход кого-то. Когда ворота, скрывающиеся во мраке, распахнулись, Дарий сначала удивился тому, как не заметил эти гигантские створки, а потом уже тому, что не узнал гостя.

Это был мужчина. Или, скорее, крепко сложенный парень? Не совсем человек. Силовое поле, которое удерживало Дария, искажало вид, приглушало цвета и размывало то, что находилось вдали. Женщину, что стояла рядом, было видно чётко, а вот гость… Останавливаться он не стал, приблизился, дав разглядеть столь интересные детали. Был это скорее парень, чем взрослый мужчина. Угадывалось в нём что-то юное. Гуманоид, но вместо кожи чешуя. Морда чуть вытянута. Напоминал он драконида или одну из ящероподобных разновидностей. В кожаном доспехе, без оружия в руках, мускулистый и агрессивно выглядящий.

— Тебя сюда не приглашали, — ответил та, что назвалась Матерью.

Ящер её проигнорировал, уставился на Дария.

— Собрат, — сказал он на языке Идельтира, показав какой-то странный жест.

Означать это могло что угодно. Уважение, радость встречи или презрение и заявку на доминирование.

— Интересная встреча, — ответил Дарий. — Не ожидал увидеть здесь собрата.

— А я ожидал, — отчеканил ящер. — Ведьма хотела и меня украсть, но не справилась и бежала. Я преследовал её, вышел на её логово, и она предложила откупиться. Тобой.

— Надо же, — притворно удивился Дарий. — Мне она совсем другое обещала. И угрожала, и сделку предлагала.

— Что взять с ведьмы, — презрительно ответил ящер.

Дарий покосился на упомянутую женщину, как она отреагирует на столь наглое поведение незваного гостя. Выглядела она не сказать, что испуганной или впечатлённой.

Дальше произошло и вовсе что-то небезынтересное.

Женщина махнула рукой, вокруг ящера вспыхнул золотой свет, ещё парочка всполохов, обмен ударами, и гость улетел в сторону, прямо в расчерченный круг, который накрыло силовым куполом.

— Что может быть лучше одного бога? — задала вопрос женщина и сама на него дала ответ: — Только два надёжно зафиксированных бога.

— Вы знаете толк в хорошей шутке, — уважительно сказал Дарий.

Ящер тем временем разъярился и попытался выбраться.

— Какой неразумный… ребёнок, — многозначительно сказала Мать. — Ты бы мог получить куда больше, Ярий. Теперь ты пленён, сам пришёл ко мне в дом. Твои последователи не спешат на помощь. Не думал почему?

— Ты за это ответишь, — прорычал ящер.

— Собрат, спокойнее, — сказал Дарий. — Разве тебе не интересно посмотреть, что приготовила эта женщина?

— Ты более разумен, чем этот, — заметила женщина. — Все дети такие разные.

— Смотрю, у тебя пунктик на эту тему, — подметил Дарий. — Это из-за прозвища? Кто вообще будет называться Матерью?

— Это неважно, — ответила она, игнорируя беснующегося ящера. — Пора решить, как я с вами поступлю. Этот… — бросила она взгляд на ящера, — доказал, что недоговороспособен. Что насчёт тебя? Предлагаю тебе выторговать ещё немного жизни.

— Жизни? Предложение о союзе уже аннулировано?

— Нет, — качнула она головой. — Но клятвы не дают абсолютных гарантий, поэтому сначала ты должен доказать, что готов заключить мир.

— Очень заманчиво, — почти без издёвки произнёс Дарий. — Чем же я буду расплачиваться за свою жизнь и доказывать лояльность?

— Камнями. Знаниями.

— Как банально, — фыркнул Дарий.

— Это самое простое, что можно с тебя получить.

— Но есть и кое-что ещё? Как ты собираешься использовать нашего горячего парня? — кивнул Дарий на ящера, который притих и сейчас гневно сопел.

— Тебе правда любопытно? — подалась вперёд Мать. — Вас, богов, можно принести в жертву. Особый ритуал. Вас двоих хватит, чтобы я вышла на следующий ранг силы. Сама приблизилась к званию бога. Ещё несколько подобных вам… — улыбнулась она.

Дарий внутри себя рассмеялся. Как лихо разговор перешёл от «давай работать вместе» до «мы выжмем тебя досуха, а потом принесём в жертву». Знать бы ещё, почему задерживается Спар, придёт ли он вообще и не пора ли доставать козыри.

Глава 13. Не по плану, или Как Спар бесился

В тот момент, когда Спар ушёл, Мария резко успокоилась.

В последние годы дня неё это было нормой, испытывать перепады в настроении и эмоциях. Мозг женщины работал на ином уровне, нежели у обычного человека, поэтому для неё не составляло такой уж проблемы видеть, признавать и изолировать своё безумие, если потребуется.

Началось это давно. Ещё в тот момент, когда Спар вернул её домой вместе с сыном. По мозгам ей прошлись знатно, безжалостно подавляя всё лишнее, делая типичную мамашу-наседку, глупую и ничего не понимающую. Роза тоже не сказать, что обладала должным опытом по восстановлению психики. Да и обладай, не факт, что помогло бы.

Так Мария осознавала, что наконец-то получила желаемое, то, на что положила всю жизнь, наконец-то родив. Также Мария осознавала, что получила она это совсем не тем способом и далеко не так, как представляла, что порождало мучительную боль, которую женщина научилась мастерски прятать на задворки сознания и игнорировать. Для себя она чётко решила, что её сын — её, и от этого никуда не деться, что она станет ему хорошей матерью, будет заботиться и никогда не попытается избавиться. А раз так, то не было смысла предаваться негативным мыслям о том, что жизнь сложилась далёким от ожидаемого образом. В то же время Мария осознавала, что сын у неё не простой. После того как Спар вскрыл правду, она откровенно поговорила с Дарием, и тот подтвердил, что является её сыном, что она действительно его родила, и что Люций послужил донором генетического материала. При этом Идельтир добавил свои гены, делая обычного ребёнка потенциальным богом и наследником. Можно было сказать, что Дарий сын троих: Марии, Люция и Колодца. Не совсем тот факт, к которому можно относиться спокойно, но женщина и это задвинула подальше, стараясь о таком не думать. Как и о том, что Люций погиб. Вряд ли найдутся слова, которых хватит, чтобы описать чувства по этому поводу. Мария могла бы отгоревать его смерть. Могла бы выплакаться. И это бы помогло, время лечит. Но кое-что оно вылечить не могло. Потеря Люция была хуже потери руки. Настолько неотъемлемой частью её жизни он стал.

Парадокс жизни Грозы заключался в том, что она все эти вещи осознавала, но психику ей раздробили основательно, что помогло, как ни странно, научиться задвигать мешающие, ненужные или болящие части куда подальше.

Система не самая надёжная, в чём Мария и убедилась, когда сына похитили. Правда, в этом был виноват и Спар. Не в самом похищении, а в истерике, которую устроила Гроза.

Племянник не занял роль Люция. Уж точно не роль мужа или мужчины. Но он занял место той скалы, точки опоры, что дарила чувство безопасности и спокойствия. Иначе говоря, рядом со Спаром можно было и, как обычная крестьянка, закатить истерику.

А вот после того, как он ушёл, все лишние эмоции заглохли, и Мария, что называется, включилась, холодным разумом разложив всю ситуацию на составляющие.

Мария стала первой, кто принёс клятву Дарию. Также она получила особые возможности. Чувствовать, жив ли сын. Возможность прийти ему на помощь. И становиться сильнее, когда он рядом.

О последних двух пунктах Спару не было рассказано. Она ему доверяла, но доверие — это то, что можно тщательно отмерить, и, после того как Эдгар, во-первых, выпорол Дария, а во-вторых, что было куда хуже, выставил на семейном собрание вопрос о его казни и изгнании… Мягко говоря, Мария предпочла заполучить парочку козырей на самый крайний случай. Кто же знал, что этот случай настанет так рано. Всё необходимое у неё было с собой. Мария чувствовала, что Дарий жив. Поэтому было несколько вариантов развития событий. Либо Дарий справится сам, либо Спар его найдёт, либо сыну потребуется помощь, и он призовёт мать. Что бы ни произошло, было очевидно и другое. Похитили его не случайные люди, а понимающие, с кем имеют дело. Раз так, они должны были подготовиться, принять все должные меры, чтобы задержать молодого бога.

Личное снаряжение Мария всегда носила с собой, но кое-что прихватить дополнительно точно не помешало бы. Приняв решение, Гроза превратилась в молнию, пронеслась по небу и приземлилась в квартале мастеров напротив входа в главное здание.

Место это было специфическое по многим причинам. Здесь часто работал Иван. Здесь властвовала Радамира. Куда только подевалась не особо умная рыжая девчонка, какой Мария её помнила. Сейчас это была уже не молодая, властная и влиятельная женщина, которая контролировала все процессы в квартале. Её работа обеспечивала процентов пятнадцать доходов всего клана, что было очень много. Но не суть. Фая, наставница Лилии, вместе с Тимом построили в недрах земли локальный вулкан, да и… В общем, место и правда было специфическим, по многим причинам.

— Не частая ты здесь гостья, — переместилась Радамира ко входу, встречая. — Заказ или случилось что?

— Дария похитили. Спар ушёл за ним. Мне нужно оружие, которое будет действовать в условиях полной блокировки сил Колодца, — отчеканила Мария.

— О-о, — выдала рыжая. — Заходи, что ли. Сейчас подберём тебе что-нибудь вкусное.

Радамира снова исчезла, а Мария поморщилась. Она понимала, что такое фанатизм, но конкретно в этом квартале концентрация фанатиков своего дела зашкаливала.

Внутри здания Мария нашла первым Ивана, который, судя по запаху и внешнему виду, только что занимался ковкой.

— Пацана похитили? — спросил он, когда Мария зашла внутрь помещения.

Это помещение было чем-то средним между артефактной мастерской, со всеми этими столами, стеллажами и прочим, и приёмной, куда разрешалось зайти своим. Для чужих были специальные дорогие офисы на границе квартала.

— Повежливее, здоровяк. Лучше скажи, есть ли у тебя оружие, что будет работать в условиях подавления, в идеале и вовсе пробивать блокировку.

— Интересная задача, — задумался Иван. — Блокировку какого типа? Ну да ты не скажешь, потому что ещё не знаешь. Если есть час времени, придумаю что-нибудь.

— Я не знаю, сколько есть.

— Тогда, если нет других пожеланий, ушёл заниматься заказом.

Иван свалил, явно заинтересовавшись новым вызовом, а Радамира, наоборот, вернулась, прихватив огромную пушку.

— Моя красавица, — с любовью погладила она оружие.

— О твоих пристрастиях я в курсе, — прохладно ответила Мария. — Ближе к делу.

— Энергию подавать не надо. Свой заряд на сто патронов и ещё пятьсот выстрелов энергетическими сгустками. Здесь переключатель между точечным огнём и… кхм… — запнулась рыжая, подбирая слова. — Если тебе захочет снести какую-нибудь крепость или город, то нажми на этот рычажок. Это красавица максимально изолирована от всего, что мне известно, и работать должна… Да, в принципе, где угодно, но сама понимаешь, уверенности в этом деле быть не может.

— Как мне тогда довериться этому оружию? — недовольно спросила Гроза.

К подобным штукам она испытывала закономерное недоверие.

— Никак, — резко ответила Радамира. — Хочешь гарантий, дай описание, в каких условиях работать будешь. Артефакторика сложная штука.

— Ты это мне говоришь? Насколько заряды разрушительные? Можно ли стрелять в закрытых помещениях?

— В них заложена сила глаз Тима, — почти шёпотом ответила рыжая.

— Оу, — выдала Мария.

— Вот-вот. Поэтому, если что-то или кто-то встретится на пути заряда, то это их проблемы. Ты, главное, несущие опоры не разрушь, если будешь сражаться в закрытом помещении. И вообще, я не спросила, но у нас рейд намечается? Или почему пришла именно ты?

— На тот случай, если меня перебросят к сыну. Какие ещё интересные штуки у тебя есть? Так, чтобы разнести всё.

— Прям всё?

— Прям так, чтоб пожалели.

— Блин, я хочу на это посмотреть… — сказала рыжая, исчезая.

Было очевидно, что она хочет посмотреть, как будут проводить испытание её игрушек в боевых условиях.

***

Было забавно послушать диалог этой женщины и Дария. Наш паренёк, если и волновался, то виду не подавал.

Как-то странно у них разговор прошёл. Я так и не понял, чего именно хочет эта Мать. То ли войти в команду Дария, то ли подчинить его, то ли принести в жертву. Я не спешил действовать. Если бы напал раньше, столкнулся бы со вторым юным божком, который был, видимо, не особо умным.

Или особо?

По пути сюда я не забывал заглядывать в разные помещения и вертеть головой, поэтому знал, что в этом замке-храме находится пара тысяч не самых слабых бойцов и что в соседней комнате усердно готовятся к чему-то. Прогулялся я и в сторону распахнутых ворот, глянул, что там за бой случился, охрану агрессивного божка положили.

Только вот после этого как-то всё пошло не по плану. Речь и о моих планах, и о всех здесь собравшихся.

Как бы эта Мать ни была сильна, она до сих пор меня не заметила, и я был уверен, что шансы её убить у меня высоки. Я пятнадцать лет назад Клауса смог прикончить. Уж эту дамочку как-нибудь завалил бы. Ну, или, если козыри у неё всё же припасены, вывел бы из строя на то время, которого бы мне хватило, чтобы освободить Дария.

Вопрос на засыпку, что могло пойти не так, чтобы мои планы полетели по одному месту? Сначала заявился второй божок, заставив подождать. Я посчитал разумным узнать, к чему это всё движется и не появится ли ещё какая сила. Потом, прогулявшись до соседнего коридора, где битва случилась, и вернувшись, я случайно заметил искажение тени. Это при том, что тень я сейчас не отбрасывал. Было бы странно не учесть сей фактор, маскируясь и скрываясь чуть ли не под носом местной хозяйки.

С тенями у меня особые отношения. Когда-то давно Калия взяла редкий камень, позволяющий ей покрываться темнотой. Это была разновидность способности работы с тенями и тьмой. Потом в ходе конфликта с Легионом она застряла в его измерении. Как я сейчас понимаю, на границе между миром людей и миром духов. Что на неё повлияло, усилило эту способность. Которая почему-то передалась нашей дочери. Нет, понятно почему, но то умение было не самым сильным у Калии, поэтому удивительно, что Лилия заполучила настолько выдающийся талант к теням. Единственный специалист по ним у нас был Каге. Член «Акации», который присягнул Такену, которого тяжело ранили в битве при дворце, но не убили. Обгорел он сильно, едва выбрался, долго восстанавливался, но всё же выжил и в итоге перешёл под руку мне, в конечном счёте заделавшись наставником Лилии.

Талант у неё был аномальный. Она с малых лет по теням гуляла, с той же лёгкостью, как другие детишки бегают по зелёной лужайке рядом с домом. Обучение у Каге развило эту способность. Мастер-дроу, которого мы выкупили у его народа, тоже затесался в её личные наставники. Фая в этом участвовала, но преподавала другие вещи, в скрытности она мало понимала. Потом Лилия нашла себе духа, теневого ската. Ну и у меня обучение проходила. В теме-то я разбирался.

Я упоминал, что у нас турниры проходят? Лилия в них не участвовала, потому что я не хотел светить способности дочери, но, без всяких сомнений, победила бы.

Но всё же я считал, что ей ещё учиться и учиться, до того как она превзойдёт меня.

Поэтому тот факт, что моя тень шевельнулась… Ну, это говорило о многом. О том, что мой план пошёл по одному месту. О том, что кое-кто не предупредил меня и увязался следом. О том, что кому-то точно ремнём перепадёт. И о том, что я не так хорош, как думал о себе, и что ученица превзошла учителя.

В тот момент я себя очень глупо почувствовал.

Тень сообразила, что её заметили. Или правильнее сказать, Лилия сама дала о себе знать? Тень дрогнула, сплелась в силуэт девушки и развела руками, мол, не серчай, что вышло, то вышло. Дальше тень знаками показала, что пойдёт осмотрится. Ну и ушла. Не дождавшись разрешения. Отчасти из-за того, что я не мог сейчас как-то с ней поговорить. Это бы нарушило маскировку, а я точно не знал, насколько сильны способности хозяйки этого места.

Этой своей выходкой Лилия мне половину возможностей закрыла.

Но это не особо-то и важно. Пока я думал, что делать, события продолжали развиваться. Мать с Дарием к какому-то соглашению не пришли. Охрану второго божка, как оказалось, перебили не полностью. Кто-то сюда начал ломиться. Ну и пробились в итоге. Вбежали двое воителей в доспехах с мечами наголо. Как вбежали, так и померли. Хватило взмаха руки хозяйки, чтобы оба тела рассыпались прахом, а доспехи проржавели. Бой на этом не закончился. Судя по нарастающему шуму, сюда как минимум полноценный отряд ломился.

Мать отвлеклась.

Дарий рванул зубами запястье, щедро брызнул кровью, и та, вместо того чтобы опасть, размазалась гладким блином, разрослась, и оттуда вышла… Ну да, Мария.

У меня в тот момент за последнюю минуту второй раз вопрос возник. Какого хрена? Сначала дочь отчебучила, теперь вот, оказывается, Дарий под подавлением способен притянуть к себе Грозу. Которая об этом была прекрасно осведомлена, судя по тому, как вооружилась. Расчёт её оправдался. Она закономерно предположила, что сын находится под блокировкой, и наведалась к Радомире. А кто ещё ей здоровенную пушку мог выдать?

Наше артефактное искусство далеко вперёд ушло. За последние годы много чего сделано было. И десятки мастеров перекуплены, и учителя приглашены, и база знаний собрана. Всё это накладывалось на неисчерпаемую любовь Радамиры к большим и мощно бахающим пушкам, замешанную с нашей древней культурой. Последнее влияло на внешний вид как брони, так и оружия. Древние бы назвали это футуристическим.

Мария была облачена в экспериментальный, штучный комплект брони «Серебро». Назвали его так из-за внешнего вида. Гладкая серебряная поверхность. Способен отразить сильную способность легендарного уровня. Физические атаки тоже хорошо держат. Гладкая, блестит, общий вид хищный. Внутрь встроен усилитель для мышц и полётный комплекс. Всё это дополнялось двухметровой пушкой. Которую Мария и навела на главную виновницу происходящего.

Та что-то почувствовала, успела среагировать, развернулась и выставила щиты. Золотой луч прорезал и силовое поле, удерживающее Дария, и щиты, врезался в женщину и вынес её чётко мимо ворот куда-то в коридор.

— Ты в порядке? — спросила Мария искажённым из-за брони голосом.

— В полном, — ответил Дарий. — Там мой собрат. Аккуратнее с ним.

— Убить?

— Нет. Это запрещено правилами. Ты же в курсе.

Запрещено-то запрещено, но в этом деле хватает нюансов, которые при желании не так уж сложно обойти. Нельзя отдать приказ убить, но если твой последователь вдруг сам прикончит конкурента, придётся выплатить небольшой штраф, не больше. Также, если другой бог выкажет агрессию, его можно прикончить и вовсе без последствий.

— Тогда пусть ящерица сидит тихо, — ответила Гроза.

Это правильно. Нелюбовь к ящерицам у нас семейная традиция.

Ещё бы планы со мной согласовывали. Тихое устранение противника и такой же тихий отход? А зачем? Ведь есть большая пушка и одна злая мать, которая пошла всех громить. Додавив силовое поле, Мария вышла наружу и послала ещё серию выстрелов в сторону Матери.

Раздражает.

Ещё и Лилия куда-то свалила.

***

Освободившись, Дарий направился к собрату. Пока мать отправилась выплёскивать свой гнев, парень решил уладить один вопрос.

— Я тебя освобожу, если согласишься подчиниться, — сказал он ящеру.

— Никогда, — ответил тот и сложил руки на груди. — Это твоя мать? — угадал он.

— Она самая. Уверен, что не хочешь присоединиться?

— У тебя хорошая мать. Но и моя не хуже.

— Намекаешь, что ты сюда пришёл не один?

— Намекаю? — оскалился ящер.

Где-то сверху раздался рёв, после чего свод пещеры дрогнул.

— Твоя мать драконица? — спросил Дарий.

— Я из расы драконов, — ответил ящер.

— Круто. Как насчёт временного союза? Что бы местная дамочка ни задумала, лучше её устранить.

— Расточительно. Я собираюсь захватить всё, что у неё тут есть.

— Наивно. Сейчас ты пленён. Поэтому добыча останется за нами.

— Уверен? — оскалился ящер.

— Как хочешь, — пожал Дарий плечами. — Моё дело предложить. Но лучше передай своей матери, чтобы не бушевала. Ты из расы драконов. А я из клана убийц драконов.

Усугубляя ситуацию, нечто с шумом пробило свод и рухнуло вниз. Это была самая настоящая драконица с золотым окрасом, которая как-то хитро свернулась и создала вокруг себя золотой купол с острым дном, за счёт чего и пробилась через толщу камня.

Увидев сына и оценив обстановку, она не придумала ничего лучше, чем дохнуть пламенем в Дария.

— Мать, нет! — крикнул ящер, но не был услышан.

Дарий техникой шага ушёл в сторону и усилием воли задал вектор направления, ударив драконицу в бок гравитаций. Ту подхватило, снесло и впечатало в стену. Вдогонку ей прилетело со стороны Марии. Дарий узнал силу Тима, которая смогла лишь опалить чешую и оставить внушительного вида кратер за спиной драконицы. Та, взревев, сменила облик на человеческий, став походить на сына, и бросилась в бой.

Так началась битва трёх матерей.

***

Смотреть на этот фарс я не стал. Тот факт, что Мария с сыном скрыли от меня возможность призвать Марию даже под полем подавления, было серьёзным косяком. Нетрудно догадаться, почему она так поступила, но я действовал исходя из одного понимания наших возможностей, а это было козырем, который менял весь расклад. То, что Лилия со мной тайно пробралась, было косяком ещё большим, и эти два косяка столкнулись. Гроза не сдерживалась, игнорируя то, что на линии огня могу оказаться я или моя дочь.

Я уже говорил, что мой характер лучше не стал. Дочерью я бы ни при каких обстоятельствах не пожертвовал, а вот этими двумя… Нет, ими бы тоже жертвовать не стал, но если придётся выбирать, а мне пришлось это делать прямо сейчас, выбор очевиден. Поэтому, раз уж Мария такая бойкая и решила показать, кто тут главная мать, я отправился искать Лилию.

И нашёл. Чего не найти. Скрываться особо тщательно уже не было смысла. Дочь и сама не пряталась. Глубокие слои тени хороши, чтобы оставаться в невидимости, но если нужно что-то сделать в реальном мире, придётся выбираться. Раскинув мягкой волной дух, я оценил, кто и где находится, что снаружи две армии схлестнулись, нашёл Лилю и перешёл к ней.

Буквально поймав её за шкирку, выдернул из тени.

— Упс, — сказала она.

Самое время было захлопать невинно глазами, но на ней была защитная маска, поэтому лица я не увидел.

— Дарий призвал Марию. Она там бушует и с драконицей дерётся, — дал я расклад. — Подумай над этим и оцени, насколько сильно ты подставила и себя, и меня, и всю операцию.

— А не надо было геройствовать и всё на себя брать, — упрямо сложила она руки на груди.

— О как, — озадачился я.

Лилия обычно со мной не спорила. Если не считать подросткового периода. Но сейчас-то ей двадцать один год. Мастер-тактик. Тьфу, блин. Что за взбрык?

— Мать я уже свою потеряла. Не хочу и отца потерять, — добила она меня.

Есть аргументы, на которые просто нечего ответить. Но я нашёлся.

— Так, давай не строй из себя несчастную сиротушку. Или отстраню тебя от дела, выдам замуж и будешь дома сидеть, за детьми следить да мужу пироги печь.

— Хотела бы я на это посмотреть, — фыркнула Лилия, ничуть не впечатлившись. — Во-первых, я тоже не знала, что Марию могут переместить сюда, и исходила из того, что ты тут один будешь. Во-вторых, ты сам меня не заметил, а значит, я превзошла тебя, отец. Кто у нас лучший сенсор? Ты. А я лучше тебя в умении маскироваться. В контексте этого наличие помощника под рукой — разумное решение. То, что ты меня не позвал, — как раз твоя ошибка, обусловленная желанием делать всё самому. В-третьих, я уже здесь. Бой уже идёт. Я тут пробежалась, много чего нашла. Пленных тоже взяла, потом допросим. Сейчас надо решить, что делать.

— К примеру отправиться домой и посадить слишком умную дочурку под домашний арест?

— Отец, давай пропустим этот типичный конфликт детей и родителей. Я уже взрослая. Это глупо отрицать.

— Взрослая, говоришь, — сказал я недобро. — А что ты, такая взрослая, будешь делать, если Марию с Дарием убьют, потому что я тут с тобой болтаю, а их сил не хватит?

— Чтобы этого не случилось, нам и надо быстрее разобраться между собой и решить, что делать. Отец, ты сам тратишь время впустую.

— Трачу время впустую, — повторил я эхом, чувствуя, как внутри ворочается гнев.

«Наверное, Такен чувствовал что-то схожее, смотря на твои выходки», — хохотнул внутри меня Гэцу.

— Слушай мою волю, — принял я решение. — Я не буду помогать никому в этой битве. Ты назначаешься командиром. Раз заявляешь, что взрослая, то и бери ответственность. Единственная, кого я прикрою, — это ты.

— А бабушку?

— А бабушка, как и ты, решила, что самая умная. Поэтому давай разруливай проблему.

— Отлично. — Лилия обернулась тенью, высвободилась из захвата и достала из кармана артефакт. — Тогда ты не против, если я позову на помощь?

— Кого же? — спросил я угрюмо.

— Ворона.

— Сына Гатса? — удивился я. — Он тут при чём?

Но дочь меня уже не слушала. Она активировала портал. Открылась арка прохода, и по ту сторону я увидел готового к бою сына Гатса с отрядом северян за спиной.

— Лилия! — воскликнул он. — Я получил твоё послание и пришёл!

И почему этот чёрт смотрит ТАКИМ взглядом на МОЮ дочь?!

Глава 14. Разговоры, или Как Спар себя старым почувствовал

Сложно быть отцом дочери. С сыновьями-то понятно. Хорошо известно, чему их учить и как воспитывать. С сыновьями несложно проявить нужную твёрдость и, если потребуется, жестокость. При правильном подходе это лишь укрепит их дух и характер.

С дочерями всё иначе. Это Ивана я мог выпороть, когда он жёстко косячил. Лилию? Отругать да, смогу. Выпороть — нет. Рука не поднимется. У меня от одной мысли сразу в голову образы лезут, что где-то там на небесах Калия уже готовится сбросить на меня гигантский огненный шар за такие намерения.

Окажись сейчас здесь Пётр, я бы ему со спокойной душой отдал командование, отошёл бы в сторону и смотрел, как справится. Отличное испытание для старшего сына. Но сохранять такое же спокойствие, устроив экзамен для дочери? Я был не настолько непрошибаемой глыбой. Да и… Это же Лилия. Я уже потерял её мать. Это сложно оценить, измерить свои чувства, но факт есть факт, потерять Лилю я боялся больше, чем кого-либо другого. Это не значит, что других детей я любил меньше. Вовсе нет. Просто конкретно в этом случае я был напрочь травмированным. Пусть мои глаза больше и не кровоточили, пусть и не терзали меня каждую секунду воспоминанием о смерти супруги, но это оставило мне страшный шрам, отметку, от которой невозможно избавиться.

Поэтому в тот момент я почувствовал много всего. Разумом-то понимаю, что Лилия в чём-то права. Моя забота о ней сдерживала дочь. Нельзя научиться плавать, барахтаясь в мелком пруду у дома. Навык плавать в бурную речку не для всех, но это ведь не наш случай. Я сам согласился принять участие на правах игрока в масштабной межмировой войне. Поэтому мои дети должны были научиться не просто плавать. Они, черт возьми, должны были научиться плавать в бурю, под обстрелом, по горным рекам, кишащим чудовищами.

Дать Лилии разобраться с возникшей ситуаций — решение, обусловленное разумом. Не сердцем. На сердце было тяжело.

И то, что этот хмырь, в смысле сын Гатса, явился на её зов, спокойствия и безмятежности мне не добавляло.

— Учитель, — кивнул он мне. — Какая обстановка? Кого бить?

— Лилия расскажет, — буркнул я. — Я тут в качестве наблюдателя. Но противники крайне серьёзные.

— Разберёмся, — уверенно заявил Ворон. — Лиля?

Лиля? Лиля?!

Тише, Спар, тише. Не надо пока ему голову отрывать. Не сейчас. Пусть ещё часок побегает.

Вопросов у меня много было прямо-таки очень много. То, что Лилия в короткий срок смогла отправить весть северянам — это удивительно. Во-первых, почему именно Ворону? Не его брату. Не нашим бойцам. Не шиноби. Не своим старшим братьям. Да кому угодно, в конце концов! Почему именно Ворон?! Я вот лично не знал, где в данный момент сыновья Гатса находятся. Было два очевидных варианта. Либо дома, либо наводят порядок в захваченном королевстве.

Гатса мы ввели в курс проблем. Он знал, кто такой Дарий и что намечается. Согласился принять самое деятельное участие. Знали об этом и его сыновья.

Тем не менее вопрос, почему был приглашён именно Ворон, оставался открытым.

«Ты не хочешь признавать очевидное, — заметил Гэцу. — Разве не чувствуешь, какое напряжение гуляет между ними?»

«Гэцу, тебе жить надоело?»

«Ты слеп, но не настолько же. Твоя дочка молодец. Смотри, как ловко перехватила управление над северянами… Через одного конкретного северянина. Признай очевидное. Не будь таким бараном».

Гэцу был прав. Но признавать очевидное мне не хотелось. Лилия и Ворон? Этот бабник, перетрахавший половину королевства? Да ему скоро тридцать стукнет. Взрослый уже мужик.

«А ей двадцать один. Она уже не ребёнок».

«Гэцу, заткнись», — прорычал я.

Пока мы общались, бедлам продолжал набирать обороты. Ворон привёл две сотни северян. Свой личный отряд отбитых бойцов. Они рассредоточились по ближайшей территории и приступили к делу. Захват пленных, устранение сопротивляющихся, быстрый грабёж всего ценного. Лилия действовала основательно, проверяя всю территорию и не оставляя никого за спиной. Целью она обозначила пробиться к Дарию.

В то же самое время двое божков разошлись не на шутку. Как и их мамаши. Мария продолжала кромсать драконицу. Драконица огрызалась и кромсала её в ответ. Ящеру это не понравилось, он напал на Марию, Дарий её прикрыл, и это послужило объявлением войны. Фактически ящер должен получить наказание за нападение, и мы теперь можем его грохнуть.

Ну, пусть разбираются. Я же остался следить.

Отлучился только один раз. Мария не добила свою первую противницу. Ранила, шуганул, но не добила. Та уползла во тьму коридора и сейчас восстанавливала силы. В то же время армия ящеров-драконов пробилась к своему господину. Как раз к тому моменту, когда подошли северяне.

Если столько сильных бойцов сталкивается в закрытом помещении, оно перестаёт быть закрытым. Своды не выдержали, рухнули, но обе стороны их перемололи. Поэтому освещение быстро изменилось, и сейчас битва шла при лунном свете, среди руин.

Лилия пришла к выводу, что как-то маловато силёнок. И призвала Петра с войском. Значит, весть ему всё же послала, перед тем как со мной свалить. За переброску отвечал один из сыновей Гатса. Порталы они уже освоили. Не полностью, но сейчас сил хватило.

Своё обещание я не сдержал. В шумную битву не вмешивался, но отлучился, добрался до этой Матери. Не нравилось мне, чем она там занималась. Как бы в спину не ударила или ещё чего не выкинула. По известным причинам всяких мутных личностей с непонятными способностями я не любил. Она успела добраться до своих сообщниц, которые начали какой-то ритуал. Одним ударом я срубил всех. Атаковал душу, чтобы наверняка.

Чутье не подвело, противник смог удивить, а моё оружие оказалось не таким уж ультимативным.

Тело Матери вспыхнуло, рана затянулась, и она воскресла.

— Беловолосый Мясник… — прохрипела она, выискивая взглядом, где я нахожусь. — Не думал же ты, что мы не узнаем, кто убил Клауса…

Удар, на этот раз обычный, и её голова отделилась от тела. Второй удар, и её рука с артефактами полетела в сторону. Удар, удар, удар, и её тело осело на каменный пол грудой кусков. Щитов у неё хватало, тело тоже было выше среднего, но против меня надо что-то покрепче. Я сплёл знак, который отвечал за телекинез и отделил артефакт от тела. Сплёл ещё знак и поместил оставшееся в силовой кокон. Третий знак отвечал за пламя, которое я запустил внутрь, выжигая плоть.

Дух не использовал, потому что были случаи, когда враг воздействовал на него, поэтому касаться подозрительной дамочки чем-то своим… Нет уж, спасибо. Артефакты я тоже изолировал и к себе в кольцо не спешил закидывать. Один из отрядов шиноби, путешествуя по мирам, наткнулся на брандеров, один из которых набил кольцо пространства нестабильной взрывчаткой, и когда то оказалось у шиноби… От того отряда половина осталась, они смогли вернуться, и с того раза протокол безопасности пополнился.

Местная хозяйка, как ни странно, попыталась ещё сопротивляться, но запаса к восстановлению надолго не хватило. Как-то слабенько. Пока никто не переплюнул Адама, который в короткие сроки решил эволюционировать до бога, принеся в жертву королевство. И — хорошо. Мне одного раза хватило.

Убедившись, что всё, тут закончено, вернулся обратно. Посмотрел на то, как бой разворачивается. А разворачивался он в ничью. Обе стороны подтягивали резервы и были достаточно хорошо подготовлены, чтобы это затянулось на неизвестно сколько. Число погибших с двух сторон пока было мизерным, как и число раненых. Лилия вовсю командовала, проявляя свой тактический гений, но его не хватало, чтобы переломить ситуацию. Она всё же кабинетный аналитик, а не боевой командир. Элитные бойцы нашлись с обеих сторон и… В общем, я плюнул, и вдарил по отрядам ящеров. После чего включился в драку и прошёлся по стану противника, уворачиваясь от многочисленных атак с двух сторон и сокращая элиту врага. Прогулялся из одного конца в другой и вышел из схватки, отступив.

Дальше наши справились без всяких проблем. Дарий завалил своего дракончика. Мария поджарила его мать-драконицу. А Лилия, управляя войском, добила всех остальных.

***

Как оно обычно бывает, бой самая интенсивная часть и самая короткая. После него начинаются дела куда менее активные и часто куда более продолжительные. Что не отменяет их важности. Особенно в первые минуты, когда нужно оценить ситуацию, отправить раненых в тыл, разобраться с пленными, если они есть, занять территорию, выслать разведку, чтобы никто внезапно не подошёл и не вдарил по расслабившимся войскам.

Этим Лилия и занялась. Я не мешал, присел на камне в сторонке и наблюдал за происходящим, прикрыв глаза.

Она сама подошла ко мне. За ней ещё и Ворон увязался. Мысленно поставил им плюсик, пусть и неохотно. Если бы избегать меня начали, то это совсем по-детски бы выглядело.

— Отец, — сказала Лилия, подходя.

Я махнул рукой, создавая вокруг нас искажающий купол. Сплав магии и силы духа. Вообще-то, он должен был оградить Ворона, потому что я хотел поговорить с дочерью, но этот наглец проломился через него, ещё и усмехнулся нагло.

— Как сама оценишь свою работу? — спросил я, проигнорировав засранца.

— Противник оказался силён и хорошо подготовлен. Учитывая все вводные и отсутствие подготовки, в целом неплохо.

— Да отлично она справилась, — вставил Ворон.

Я приоткрыл глаза и посмотрел на него. Красивый, брутальный, самоуверенный, что аж бесит.

— Я сама, — сказала ему Лилия. — Но да, я справилась хорошо.

— Семь смертей. Восемнадцать тяжелораненых. Обычных раненых не будем считать, но их хватает.

— Для такого боя это немного, — снова заговорил Ворон.

— Наглеешь, — сказал я ему, обрушивая силу духа.

Он резко выдохнул, ноги чуть не подкосились, но упрямый, сильный, сопротивляться начал. Только молод слишком. Многие трюки ещё не освоил. Я сковал его, зафиксировал и подавил, чтобы не мешался.

— Отец, — закатила глаза Лилия. — Давай без этого.

— До этого мы с тобой ещё дойдём. Моя тебе оценка — отвратительно. Знаешь почему?

Лилия задумалась, прикусила губу, но всё же ответила:

— Если бы я сюда не пришла, и если бы Дарий не призвал Марию, ты мог бы сработать чисто, а значит, на семь смертей было бы меньше.

— Именно.

— Но это не моя вина, что Мария с Дарием не рассказали тебе о такой возможности. Не моя вина и в том, что ты промедлил, довёл до того, что Дарий сам решил о себе позаботиться.

— Твоя правда, — не стал я отрицать. — Но, если бы тебя не было и если бы ты зачем-то не пошла бегать по вражеской базе, я бы мог вмешаться в момент появления Грозы. Вместо этого я выдвинулся на поиски тебя.

— Не буду отрицать свою вину, — ответила она упрямо. — Но и лишнего на себя брать не собираюсь. Идти тебе сюда одному было ошибкой. Ты король вообще-то!

— Ещё скажи, что слишком стар для такого, — дёрнул я щекой.

— Может, и стар, — заявила Лилия. — Ты слишком нас ограждаешь. Я уже взрослая и имею право на принятие самостоятельных решений. Что ты упорно отрицаешь.

— Будь ты действительно взрослой, предложила бы мне отправиться вместе, а не пошла за мной по-тихому, — устало потёр я переносицу. — Молодость… Иронично, что с каждым годом я всё больше понимаю Такена. Намучился он с нами.

— Кхр-р… — прохрипел Ворон, скидывая давление. — Крестный… хватит на дочурку гнать, а?

— Что-то я не припомню, чтобы ты в бессмертные заделался. Но раз так хочешь поговорить, — снял я остатки давления, — то давай, выскажись.

— А что тут высказываться, — повёл он плечами и встряхнулся. — Молодые всегда будут подпирать вас, стариков. Или ты думаешь, что всем нравится жить под вашей опекой и так называемой мудростью? Нет, это не так. У каждого свой путь. Лилия приняла решение. Привела тебе армию.

— И? Без моего вмешательства вы многого бы добились?

— Победили бы, даже если бы ты не вмешался, — заявил он.

— Сейчас моё мнение о тебе сильно упало, Ворон. Ты вот в курсе, что хозяйка этого места готовила ритуал? Мария её не добила. Та убежала и показала бы вам всем, пока вы тут, как бараны сцепились. Также, пока я её устранял, вы не смогли добиться хоть сколько-то заметного преимущества. Или что, хочешь сказать, что способен лучше меня оценить происходящее на поле боя?

— Кто знает, — глянул на меня исподлобья Ворон.

— Хватит, — дёрнула щекой Лилия. — Тут отец прав. Продолжи мы в таком же темпе, произошло бы взаимное уничтожение, а мы не в том положении, чтобы разбрасываться ресурсами. Я уж молчу про ту женщину. Её исчезновение я пропустила, мой косяк.

— Удивительно, что ты, воронёнок, этого не понимаешь, — поддел я сына Гатса. — Или что, гормоны глаза застилают? Пришёл защищать девчонку от её строгого отца?

— А может, и так, — вышел он вперёд. — Может, и пришёл.

Удивительное дело, Лилия залилась краской и отвернулась. Ещё куда более удивительное дело, неимоверным усилием воли я сдержался и не оторвал наглецу ноги.

— Что ж, — поднялся я, надвигаясь на Ворона. — Раз такой смелый, то давай поговорим. Ты ведь понимаешь, что стоит на кону, Ворон? Если ты обидишь мою дочь, тебя постигнет ровно та же судьба, что и любого обидчика. Твой отец возмутится из-за смерти старшенького, и случится бойня между югом и севером. Так как я всё ещё сильнейший, от твоего рода ничего не останется.

— Пап! — возмутилась Лилия. — Не надо драматизировать!

— Твой отец не драматизирует, — холодным спокойным тоном ответил Ворон.

Наконец-то мозги заработали. Он понял, что я ничуть не преуменьшаю.

— Но и я не собираюсь как-то вредить Лилии, чтобы рассматривать эту угрозу всерьёз, — горячо заявил он.

— Тогда ответь на мои вопросы. Лилия, не хочешь пока прогуляться, делом заняться?

— Нет, — ответила та упрямо, сверкнув глазами.

— Как хочешь, — пожал я плечами. — Ворон, думаю, не надо объяснять, что мне лучше отвечать честно?

— Мне нечего скрывать.

— Ну да, ну да, — криво улыбнулся я. — Давно вы встречаетесь?

— Три месяца, — уверенно ответил он.

— А я об этом узнаю только сейчас, — покачал я головой.

— Теряешь хватку, — мстительно сказала Лилия.

— Думаешь? Так, может, мне на покой уйти, а вы тут сами разбирайтесь, раз такие умные и скрытные?

— Разберёмся, если потребуется, — ответил Ворон.

— Лучше не зли меня, — глянул я на него. — А то так работой завалю, что взвоешь. Лиля, скажи, — перевёл я взгляд на дочь, — чем же я заслужил такое недоверие, что ты от меня ваши отношения скрыла?

— Как будто у меня не было причин их скрыть. Эта твоя реакция показывает, что правильно сделала, — нашлась она с ответом незамедлительно.

— Какая же у меня реакция?

— Ты гневаешься и не одобряешь. Угрожаешь Ворону. Мне это не нравится.

Смотрю на неё и вижу Калию. Та тоже с характером была. Не сказать, что добрым и мягким.

— Тогда, получается, раз ты изначально мне не доверяла и опасалась, терять мне нечего. Продолжим разговор, — снова посмотрел я на Ворона. — Три месяца, значит. И как ты охарактеризуешь ваши отношения?

— Глупый вопрос. Как я на него должен отвечать? Если ты, крестный, хочешь спросить, насколько у нас всё серьёзно, то я тебе честно отвечу, что достаточно серьёзно для трёх месяцев отношений.

— Собираешься жениться на моей дочери?

— Может, и собираюсь.

— Всего лишь «может»?

— Не надо меня подлавливать и пугать. Лиля, пойдёшь за меня замуж?

— Вот ещё, — вздёрнула она нос, сверкая недовольством.

— Кхм, — прокашлялся я.

— Что? — пожала Лилия плечами. — Я молода, а у него ни кола ни двора, только военные успехи и есть. Что мне с них? Куда он жену приведёт?

Ворон хмыкнул и взглядом показал, мол, видишь, какая дочка у тебя своенравная?

— Получается, у вас обычная интрижка?

— Как пойдёт, — ответила Лилия.

— Н-да, — вздохнул я. — Сначала подставляешь меня на боевой операции. Потом притаскиваешь сюда своего любовничка. Такое чувство, что тебе снова пятнадцать и ты бунтуешь против отца. Правда, тогда любовничков не было.

Ворон посмотрел на меня с вызовом. Странное дело. Меня это одновременно и раздражало, и радовало. Если он готов защищать Лилию от меня, то это не так уж и плохо.

— Идите, займитесь делом, — сказал я, не дождавшись ответа.

Лилия хотела что-то сказать, не уверен, что что-то разумное, но Ворон её перехватил и утащил. Вот уж ирония так ирония. Что это? Незакрытые гештальты, передающиеся через кровь и гены? Многое бы я отдал, чтобы посмотреть на лицо Калии, увидь она эту «историю любви».

Как-то неожиданно чувство одиночества навалилось. Мои старшие дети действительно выросли. Плетут свою историю. В чём-то и меня превзошли. Старею? Выходит, что так. Никому от этого не уйти.

Здесь для меня дел не оставалось, кроме одного. С неприятными разговорами лучше не откладывать, поэтому я направился в сторону Дария и Грозы. Мария это заметила, вышла вперёд, руки на груди сложила и на меня с вызовом посмотрела. Я прошёл мимо неё и остановился рядом с Дарием.

— Я решил поддержать тебя, потому что ты мой брат и член семьи. Но ставка в этой игре — жизни моих детей. Сегодня из-за ваших тайн, из-за того, что вы меня не предупредили о твоей возможности притянуть мать к себе, моя дочь попала под ненужный риск. В этом есть и её вина, но это не отменяет того факта, что ваше общее своеволие и тайны создали ситуацию с ненужной угрозой.

— А ты не подумал, что сам в этом виноват? — вмешалась Мария.

— Забавно, — ответил я, несмотря на неё. — Сегодня прямо день обвинений. Позволь напомнить тебе несколько вещей, Мария. Кто вытащил тебя и твоего сына из плена? Кто обеспечил Дарию нормальное детство, в кругу семьи? Кто решил поддержать его в битве, что грядёт? И чем же ты мне ответила? Недоверием. Тайнами за спиной. Ладно, плевать. Не отрицаю вашего права на тайны. Но сегодня ты сама закатила мне истерику, чтобы я бежал спасать твоего сына. После чего сама же переместилась сюда и устроила непойми что. Это что? Старческий маразм?

— Я не знал, что ты здесь, брат, — сказал Дарий.

— Я бы мог сказать, что здесь нет твоей вины. Но не скажу. Ты будущий бог. Ты тот, кто развяжет межмировую войну. У тебя нет права вести себя столь инфантильно. Ты должен стать лидером, объединить всех. Если говорить прямо, то ты должен быть выше глупости своей матери, её мелких обид. А сегодня… Одна заявляет, что взрослая, и при этом ведёт себя как малолетняя дура. Вторая обиделась, что её сыночка отругали. А третий, как прижали, позвал мамочку на помощь. Детский сад. С таким подходом ты на что рассчитываешь, Дарий? На то, что остальные окажутся ещё хуже? Так себе стратегия.

— Ты прав, брат, — склонил голову Дарий. — Я разберусь с этим.

— Вопрос в том, хватит ли у тебя на это времени и сил.

Сказав это, больше не задерживаясь, я ушёл.

Глава 15. Развитие империи, или Как Спар готовился

После всех этих событий жизнь постепенно вошла в свою колею, если так можно сказать.

Бывают конфликты, которые не особо яркие и которые нельзя решить в моменте, зато с ними неплохо справляется время. Лилия одновременно и признала свою вину, за что извинилась, и отдалилась от меня, отстаивая своё право на самостоятельность. Что примечательно — это было сугубо её внутреннее чувство, потому что я её никак не пытался ограничивать. Повзрослеет, и проблема сама решится.

Сам я вернулся во дворец и занялся делами. Передо мной две ключевые задачи стояли. Это помимо всех прочих обязанностей, которых хватало в жизни короля. Первое, основной проект, который я обозначил для своей команды, — это быстрый вывод королевства на новый уровень за счёт реформ, раздачи камней и перестройки общей системы. По сути, продолжение того, что я начал делать перед коронацией. С её момента прошло несколько месяцев, и те, кому выдал камни, успели их частично освоить. При интенсивных тренировках на полное усвоение обычно год уходил, плюс-минус пара месяцев в зависимости от множества факторов, но у нас ситуация несколько другая. Суть ведь не в силе камней, а в их знаниях. Собрать рабочие группы, поделиться знаниями и начать какую-то деятельность — на это хватило бы и пары недель. Спустя же эти месяцы процесс набрал обороты. Отчасти из-за того, что люди чувствовали: грядут перемены и те, кто быстрее других воспользуется козырями, получат больше всего.

Со стороны Гатса был создан отдел, который согласовывал с дворцом, то есть уже моим отделом, где, когда и по какой цене будут открываться порталы для решения тех или иных логистических проблем. Также мы собрали отдельную группу под руководство Радамиры, чтобы помогла отработать создание стационарного портала. Для чего выделили дроу, которые отправились к Сафронову, чтобы вырастить необходимые растения для запуска выращивания кристаллов, а потом туда перебросили Радамиру с мастерами, потому что там требовались артефакторы.

Подобные согласования и налаживание взаимодействий лишь первый, самый поверхностный слой. Мы создали отдельную группу аналитиков, которая занялась разработкой идей, что мы в принципе можем внедрить. Следом за этим была перестроена служба безопасности, внутренняя и внешняя, которая теперь должна была следить не просто за порядком, но и за тем, чтобы стратегическая информация не ушла наружу и чтобы, если вдруг кто к нам заявится, заметить внимание других богов. Какая-то разведка у нас уже имелась, но этого было мало, и их тоже требовалось снабдить камнями, выстроить систему обучения и всё прочее. Любое из этих дел не являлось чем-то глобальным. Но, когда их скапливался десяток, а там и сотня — это совсем другой расклад.

Вот и сидел я на многочисленных совещаниях, читал десятки докладов и аналитических записок, инспектировал различные предприятия, вникал в сотню вопросов, тихонечко про себя молясь, чтобы от каких-то действий вся система не пошла по одному месту.

Весь этот проект строился на возможности через Дария получать любые камни со знаниями. Чтобы их получать в столь больших масштабах, требовалось обеспечить приток «валюты». Для чего я учредил «корпус порядка». Название долго выбирал. Как корабль назовёшь, так он и поплывёт. Смысл в название разный заключён был. И борьба с демонами, как проявлениями хаоса, и очистка миров от скверны хаоса, и контроль над обжитыми землями, защита их от демонических отродий. Туда перешли все причастные к рейдам. В первую очередь мои рейдеры, а там за ними следом и другие поучаствовать захотели. Почти пятьсот северян, ещё около сотни бойцов других аристократов. Очевидно, часть из них пошла, чтобы следить, что это такое мы тут удумали.

Новая структура, регламент, общие подходы, правила… Было объявлено, что мы значительно расширяем состав и готовы вкладываться в обучение. В первые два месяца было набрано три тысячи добровольцев. К концу первого полугодия добили эту цифру до четырёх с половиной тысяч. Могли бы и больше, желающих хватало, но устроили ряд испытаний и отобрали лучших. Что делать было не обязательно, но… Четыре с половиной тысячи человек — это огромная толпа. Их требовалось чем-то кормить, где-то разместить и как-то обучать. Одних только помещений на двадцать коекомест требовалось двести двадцать пять. Построить столько за год реально, но это был всего лишь небольшой вопрос, требующий решения. В королевстве и так многие процессы забурлили, которые оттягивали на себя ценных специалистов и в том числе строителей. Поэтому четыре с половиной тысячи человек — это тот предел, который мы могли потянуть так, чтобы это не превратилось в бессмысленную трату ресурсов и трагедию.

К концу первого полугодия треть из них побывала в своём первом рейде. Ничего такого, но для новичков суровое испытание. К концу первого года побывали две трети. По плану, за год каждый из новичков должен был взять планку в три обычных камня, один редкий, открытый первый круг и пару освоенных знаков. Благо методология обучения у нас была отточена до идеала.

Точнее как… Любое обучение состоит из методологии, инфраструктуры, снабжения, учителей и учеников. Методология у нас была отличная. Инфстратура с пологиногами, тирами, полосами препятствий и прочим создавалась прямо в процессе. Снабжение местами было отличным, местами хромало. Одних только патронов для стрельбы нужна уйма. Как и оружия. Учителя… Вот с ними было сложнее всего. Талантливых и опытных бойцов много. Тех, кто и талантлив, и опытен, и может качественно обучить, а главное, хочет это делать — нет. Эта загвоздка компенсировалась качественной методологией, но не до конца. Поэтому качество обучения в сравнении с рейд-группой и тем более школой шиноби заметно просело. Неприятно, но неизбежно. Проблема решится за два-три года. В теории.

***

Так оно дальше и шло. Первый год моего правления, второй, третий. За работой, когда ты уже не так молод, время летит чертовски быстро.

Постепенно наш корпус разрастался. Ветераны были его костяком. Все принесли клятвы, и эта система заработала, снабжая Дария энергией, которую он тратил на усиление корпуса, выдачу камней, поиск миров и испытаний. Постепенно мы обрастали мясом и мышцами. Пробили отметку в десять тысяч человек, а там и в двадцать. Забегая вперёд, к моменту тридцатилетия Дария, когда пали сдерживающие богов барьеры, мы построили целый город корпуса, а численность активной боевой группы достигла пятидесяти тысяч человек. Такая толпа была способа зачищать огромные территории, убивая демонов тысячами каждый день.

Но это было лишь одним процессом, который разворачивался в эти годы.

Наше королевство разрасталось, многие отрасли изменились до неузнаваемости, как и общий строй государства, которое превратилось в империю. Последнее отчасти было связано с детьми Гатса. С моими тоже, там много кто участие принимал, но именно старшие сыновья Виктора, скажем так, играли первую скрипку.

После той истории с Дарием… Имею в виду после убийства Паоля и нашей мести, когда мы разнесли чужой дворец и вырезали всех причастных, то королевство перешло под управление Гатса. Отдал я ему те земли по простой причине, потому что самому этим заниматься было лень, а северяне, живущие на бедных землях, ухватятся за этот кусок всеми силами и смогут раскрыть его потенциал. Ну да причины не особо-то и важны. Сам Гатс в эту историю полностью включаться не стал. Старенький он уже. Тут я его хорошо понимаю. Своё мы отбегали и опять скакать по мирам, суетиться… Смысл? Особенно когда следующее поколение выросло, жаждет своих подвигов и славы.

Когда-то давно, когда я присутствовал при родах Ворона и Кора, Гэцу предрёк сыновьям Гатса великую судьбу. Спору нет, парни вышли амбициозные, пробивные, талантливые, ставшие отличнейшими воинами. Только вот великими они пока не стали. Личное могущество, репутация, сотни боевых и удачных походов, посещение десятков миров, пережитые приключения — они выделялись на общем фоне, но, если говорить откровенно, по-прежнему оставались в нашей тени.

Ну сходил ты в рейд удачно, и что? Это становится великим деянием, когда происходит впервые. Когда рядом в рейды ходят каждую неделю — это рутина, а не величие.

Дискутировать тут можно долго, но они не начинали новых эпох, не создавали королевств, не уничтожали чужих армий чуть ли не в одиночку, не раскалывали небеса. Последнее — это я про себя. Прозвищ я набрал столько, что и на три жизни хватит. Раскалывателем небес прозвали после того, как народ всё же добрался до столицы Адама да поглазел на разрубленный пополам город и разбитые небеса, то есть брешь между мирами людей и духов. Восхвалять себя дело неблагодарное, поэтому не буду распинаться, но скажу как факт. Два уже не юных дракона жаждали величия, но всё никак не могли его обрести. А ведь они уже не так молоды. Обоим под тридцатку. Тут впору дома осесть, детей растить.

Поэтому Гатс принял в общем-то закономерное решение. Отдал чужое королевство на растерзание сыновьям. И понеслось. За пару месяцев они там основательно закрепились и поделили обязанности. Так Кор стал официально королём. Ворон занял должность генерала. Похищение Дария случилось как раз в тот момент, когда они уже закрепились и строили дальнейшие планы. После этого Лилия отбыла с Вороном, который развязал там войну. Нельзя точно сказать, что тому было причиной. Местным не понравилось, что к ним пришли чужаки. Двое северян же всерьёз собирались обрести величие и начать решили со строительства королевства в чужом мире. То на то и вышло, что началась война наших против всех, кто в округе.

Тот факт, что Лилия приняла участие в войне, меня нисколько не радовал, но и как-то красиво разрулить ситуацию я не смог.

История на этом не заканчивалась, а только начиналась. Людей в корпус мы собирали не только с наших земель, но и с новых присоединённых. Братья организовали добычу и поставку всяких полезных ресурсов, что подстегнуло развитие нашего королевства и перестраивание экономики, а также развитие всех новых областей. София свалила вместе с сестрой в качестве дипломата. Я ей сотню шиноби с такой же специализацией выделил. Если Ворон отвечал за войну, то София взялась за мир. В смысле, за налаживание дипломатических отношений, сглаживание острых углов и перетягивание на нашу сторону союзников. Словно там было мёдом намазано, туда свалил и Пётр.

Тут надо пояснить, что там за ситуация была. Чем-то она напоминало нашу древнюю Европу, со множеством мелких государств. Их там реально несколько сотен было на материке, где Колодец открылся. Все небольшие, если сравнивать с площадью нашего королевства. И все со своими особенностями, культурами, языками и прочим. Не скажу, что там всё так прямо сильно отличалось, но если не брать соседей, то в рамках всего материка многообразия хватало.

Та ещё клоака, если честно.

Типичный феодальный строй, где основной ресурс — это земля. Никаких тебе технологий и сложных производств. Магическая одарённость выше, чем у нас, где-то треть населения являлась магами, но только один процент тянул на элиту, и то скромную по нашим меркам. На всё это наслаивались различные организации. Религиозные, торговые, ордены, магические школы. Пётр же свалил по той причине, что там имелась организация, которая условно относилась к целительской. Которая и обучением занималась, и знания какие-никакие накопила, и большинство специалистов внутри себя аккумулировала. Сложно сказать, насколько это лакомый кусок для нас. К примеру, их средний целитель мог исцелить рану с ходу. При этом они не знали, что такое бактерии, вирусы, мутации, клетки и всё прочее, до чего додумалась наша технологически развитая цивилизация в прошлом. Пожалуй, нам этот орден был интересен тем, что в нём состояли тысячи целителей. Пётр с его командой был интересен им знаниями и технологиями. Иначе говоря, о чём им пообщаться нашлось.

А там как-то так вышло, что мой сын вдруг решил жениться на дочке главы этого ордена. Дело нехитрое, не прошло и года после его отбытия, как сыграли свадьбу, а моя невестка оказалась беременна.

Так что вскоре я стал дедом.

М-да. Уже не получится подкалывать Гатса. Старею и догоняю.

Возвращаясь к теме, события в том мире бурлили по полной, и сыновья Гатса урвали своё величие по полной. Как минимум в рамках того мира. Остальные, кто участвовал, тоже получили свою долю. Кор прославился как король. Ворон — как его генерал-завоеватель. Лилия — тоже как генерал, как ни странно. София — как великий дипломат. Она была ответственна за заключение сотен соглашений. Сколько это жизней сберегло — не счесть. Тут ведь как. Сила была на нашей стороне с большим перевесом. Братья были достаточно амбициозны, чтобы нацелиться на весь материк. Местные же, наоборот, недостаточно трезво оценивали свои шансы. Братья бы прошлись катком по всему материку. Не замечал я за ними желания избегать битв, а следовательно, и жертв. София же всё это сглаживала, что облегчало, упрощало и ускоряло процесс. Были и другие отличившиеся. Командиры, торговцы, промышленники. Всем нашлось, чем заняться.

А про то, чего всем нам это стоило, промолчу. В какой-то момент я понял, что не вывожу, и надел корону. Посвятил всего себя правлению. Стало и веселее, и сложнее. Годами жить в режиме идеального правителя, балансируя бурлящую систему, — испытание не для слабых духом.

***

Удивительная всё же штука время.

Возьми обычное семя, и в твоих руках оно как было обычным, так таким и останется. Но посади его, добавь время, и семя превратится сначала в молодой побег, а если условия будут благоприятны, вырастет дерево.

Если же семян этих будет много, то вместо одного дерева получится целая роща.

На момент похищения Дария ему было шестнадцать лет, но через пару недель исполнилось семнадцать. День начала великой битвы не был привязан конкретно к его дню рождения, но всё же эти события находились рядом. Если быть точным, то с момента семнадцатилетия Дария у нас оставалось тринадцать лет и три месяца, чтобы подготовиться.

Как позже выяснилось, момент этот условный. Никто ведь не мешал нападать раньше или позже, как и строить козни, кроме довольно слабых ограничений.

Но обо всём по порядку.

По возвращении мы заложили многие основы, семена будущей империи, а дальше время сделало всё необходимое. Только не стоило забывать, что чем ты больше и могущественнее, чем активнее себя ведёшь, тем больше внимания привлекаешь. Новые уровни порождают новые проблемы.

Так у нас случился конфликт с наследием Элрика, орденом демоноборцев. Изначально их модель была хороша, но наш подход уделал их как стоячих. Орден функционировал по принципу привлечения наёмников. Мы же функционировали по принципу армии. Орден заботился только о создании опорных баз. Мы же выстраивали всю структуру, ещё и сильно вкладывались в обучение, щедро снабжая наших воинов камнями и прочими возможностями. На момент учреждения корпуса орден был лишь немногим больше по числу активных членов, чем моя рейд-группа. По сути, уже на тот момент я представлял собой орден в ордене, как бы глупо это ни звучало. Когда всем рулил Элрик, проблем не было. Ему на смену пришёл тип, с которым лично я не особо контактировал. Знакомы были, но так, чтобы дружбу водить, — нет. Первые пару лет это не имело значения, но дальше-то корпус разросся. Мы начали действовать в несколько раз активнее. И глава ордена вдруг обнаружил, что под его началом всего тысяча бойцов (многие после смерти Элрика ушли) и в то же время вроде как в ордене состоит такая же структура, только крупнее, лучше оснащённая и куда более амбициозная.

Отличная почва для конфликта. Который и последовал. Меня пригласили на общее собрание. Тогда я ещё не подозревал, к чему всё это движется. По правде, орден меня в принципе перестал интересовать. У нас самих уже столько компетенций и связей было наработано, что мы превратились на перекрёстке в полноценного игрока. Поэтому на собрание я заглянул по единственной причине — не желая совсем разрывать отношения и планируя использовать орден как союзников.

Встретили меня пятеро. Среди них был и Тарган. Ну и глава ордена, Клахим, разумеется. Брутальный тип, но это внешне, а в плане управления… Мне нечего было о нём сказать. Совсем не уровень Элрика.

— Эдгар, — кивнул мне Тарган.

— Хм… — прошёл я внутрь помещения.

Старик Шау мог бы мной гордиться. Боевое предвидение я развил до высочайшего уровня.

Встреча проходила в цитадели, куда согнали чуть ли не всех членов ордена, не удивлюсь, если ещё и наёмников позвали. Но то было снаружи. Народ не просто праздно шатался, а находился поголовно в боевом облачении. Напряжение бы и слепой заметил, пусть его и пытались от меня скрыть. Хех. Собственно, почти слепой его и заметил. Как и то, кто именно меня ожидает на встрече. Как и их напряжённые позы. Я разве что мысли не читал. Но не то чтобы их трудно было разгадать.

Глава, архимаг, между прочим, сидел на подобии трона. Ещё трое стояли так, чтобы удобно было атаковать. Тарган находился чуть в стороне от них и выглядел менее угрожающе.

— Проходи, Эдгар, — повелительно махнул мне Клахим. — Нам есть о чём поговорить.

— Думаешь? Но я и так много времени потерял, пока сюда добирался. Каждый час на счету, знаете ли. Так что давайте сразу к финальной части перейдём. Тарган, ты с ними?

— Пожалуй, что нет. Как закончишь, буду ждать снаружи.

— Тарган? — нахмурился глава.

С таким видом он и умер. Голова отделилась, упала ему на колени, соскочила и рухнула на пол.

— А вы, девочки, чего застыли? Дайте хоть размяться старику, — махнул я приглашающе мечом.

Хорошо размяться они мне не дали.

***

— И что это было? — спросил я у Таргана, который дожидался меня снаружи. — Элрик сдох, и всё? Орден закончился?

— Ты стал слишком заметным, тебя захотели прижать, — ответил он спокойно. — Но да, ты прав. Орден теперь не тот.

— Про корпус ты уже слышал, — сказал я утвердительно. — Передай, кому сочтёшь нужным, что нам сейчас нужны толковые люди. И бойцы, и командиры, и инструктора, и интенданты. Если мозги есть и руки из нужного места растут, то место найдется.

— Что, и меня возьмёшь? — усмехнулся он недобро.

— Такое старичье сложно пристроить, но, пожалуй, что и возьму, — усмехнулся я. — Будешь сидеть на лавке да травить байки о том, как раньше девки грудастей были да трава зеленее.

— Сидеть, видимо, недалеко от тебя, время-то никого не бережет.

— Я тут королём заделался. Не дадут мне спокойно посидеть.

— Ах вот оно что. Король создал корпус. Не сидится на месте?

— Ты же из ордена. Слышал про меняющуюся эпоху. Вот я и готовлюсь в меру своих сил.

— Ты ведь не только людей к себе берёшь, — осторожно заметил Тарган.

— Дренорцев тоже возьму. Законы у нас для всех едины. Соблюдаешь правила — живи спокойно.

— Тогда есть над чем подумать.

— Как связаться, знаешь.

***

Тарган вышел на связь спустя пару месяцев. Привёл почти три тысячи человек из ордена. Активных бойцов было меньше тысячи, а вот вспомогательных… Коменданты, управленцы, логисты, раздельщики добычи…

Для понимания, чтобы нормально обслуживать рейд-группу, нужно в несколько раз больше людей, чем состоит в самой группе. Сборщики ищут добычу, идя по следу за рейдерами. Портальщики быстро перебрасывают её на базу. Сортировщики осуществляют первичный отбор. Не обязательная функция, когда у тебя сто человек охотится. Когда их десять тысяч, без этой прослойки никуда. Раздельщики занимаются первичной обработкой и разделкой. Дальше подключаются различные цеха, занимающиеся каждый своим. Кожей, костями, органами, ядами и прочим. После всё это отправляется на склады, которые нужно построить. Большие ангары, камеры хранения, морозильные камеры, камеры вызревания — спустя два года после создания корпуса заложенный район переработки по размеру был готов посоперничать с небольшим городком. На этом ничего не заканчивалось, а только начиналось. Добычу перерабатывали, что-то отправляли артефакторам, что-то на продажу. Сами бойцы шли, отчитывались. Сдавали броню на починку. Писали заявки на покрытие понесенных расходов. Рейдовые корабли и машины тоже уходили в починку. Разобравшись с этой частью, бойцы шли отдыхать. Им нужны были нормальные дома, система страхования и способы развлечься. Бары, бани, купальни, бордели и прочее, прочее, прочее. Дальше командный центр находил, куда снова закинуть бойцов, и история повторялась по кругу.

Поэтому да. Приток толковых специалистов нам пришёлся как никогда кстати, послужив отличной смазкой для пока что с трудом работающего механизма.

У меня же с Тарганом состоялся разговор насчёт дренорцев. Империя, с которой они соседствовали, решила взяться за них всерьёз. Случилась большая война, и дикари-великаны не вывозили против отлаженного армейского механизма. Тарган попросил меня приютить тех, кто согласится уйти. Я дал добро.

Тут надо сказать, что после всех обсуждений базу корпуса мы заложили в мире великанов. Там же заложили первый стабилизатор. Мир-то хаотичный, близок к распаду. При этом не сказать, что он плох. Полно демонов, те же великаны бегают, опасная флора и фауна, есть залежи полезных ресурсов. Развернуться есть где. Для дренорцев, которые привыкли к кочевому образу жизни, вариант с целым миром, где всегда есть возможность заглянуть в «большой город людей», был если не идеальным, то уж точно не самым плохим. Особенно в контексте строительства стабилизаторов и постепенного очищения мира.

С зеленокожими великанами, перед тем как пустить к себе, я встретился лично. Переговоры прошли быстро и лаконично. Я доступными методами объяснил политику партии. В смысле, то, что живём мы все в дружбе и согласии, выполняем законы королевства, а если кто не согласен — то быстро получит по голове. В запущенных случаях оставшись без этой самой головы.

Со мной ещё Гэцу пошёл. Ну и свита для антуража. Все с духами. Которые проявили себя. Это больше всего дренорцев впечатлило. В итоге договорились, наш корпус пополнился добровольцами, а вокруг города стали гулять охотники дренорцев, решив часть проблем с контролем территорий.

Ну и всякие забавные моменты тоже были. Иван их самому сильному воину прикола ради (сын лично мне это сказал) выковал полный доспех со всеми актуальными наработками и усилениями. Мы как-то провели испытание, что будет, если на демона класса «погибель» скинуть дренорца в тонну весом. Ответ — демону будет очень больно. Сам же дренорец после того случая получил прозвище Боевое Ядро. Чем очень гордился.

Вся эта история — лишь один росток, который я наблюдал в эти годы.

Орден распался, деградировал до мелкой организации, и часть ресурсов перетекла к нам. Клан Гатса развил магию пространства, настолько, что это стало заметно для других цивилизаций. Род Шмидтов воспользовался шансом и дал толчок отрасли машиностроения. Мы потом им парочку конкурентов вырастили, чтобы монополии не было. Так у нас появились боевые машины и даже авиация. Это важно по той причине, что тоже добавило нам заметности.

Переломный момент случился на пятый год.

Я сотни раз слышал про новую эпоху, но пока единственное, в чём это выражалось, в том, что демонов стало немного больше. А тут впервые случилось событие, которое затронуло расклад сил среди нашей части перекрёстка.

Для понимания масштаба — в наш пул входило около тысячи ветвей Колодца. Те же дракониды, с которыми мы схлестнулись, обитали в соседнем пуле, схожего размера. Тысяча ветвей — это около пяти тысяч миров. Из которых только треть населена разумными формами жизни. Из этих полутора тысяч только в половине есть более-менее развитые государства, как у наших соседей. Из них всех — всего около двадцати могущественных империй, которые простирались дальше, чем на один мир, и в которых имелись архимаги.

Империя — звучит гордо. По факту, содержание может быть каким угодно. Империя может находиться на пике сил, а может быть близка к распаду. Переломный же момент случился, когда произошёл настолько заметный прорыв хаоса, что это затронуло баланс сил. Рвануло прямо в столице одной империи. Город после этого просто перестал существовать. Оттуда рванули тысячи демонов, в том числе вылезли и погибели. Да и дракон хаоса в центре зародился. Не такая уж большая беда для развитой империи на самом деле. Если бы прорыв случился не в столице, уничтожив императорскую семью. После чего тут же начался передел власти, и проблема успела разрастись. Соседи тоже подкинули дровишек в костёр, приготовившись делить добро помирающей империи.

И тут на сцене появились мы. С нами вышли на связь и предложили выполнить заказ, очистив столицу и остановив распространение демонической волны. Дарий сказал, что это отличный способ «поднять деньжат», потому что такие прорывы входили в список того, за что Колодец платил особо щедро. Я подумал, что это отличный способ проверить корпус в нестандартной обстановке, ещё и в сложной ситуации. София, которая к тому моменту выросла и имела высокую должность, сказала, что это отличный способ выставить конский ценник за свои услуги, но уже в разрезе обычных ценностей, а не силы Колодца. Заодно заявить о себе, укрепить репутацию, как нового и главного игрока, пришедшего на смену ордена. В контексте того, что подобные прорывы должны были в обозримом будущем стать нормой, хороший ход.

То на то и вышло.

О том, как наш корпус высаживал десант и давал всем… кхм… короче, давал всем прикурить, по мирам стали быстро слагать легенды. На тот момент действующих бойцов было уже двадцать тысяч, но мы этим не ограничились и пригнали армию королевства. Задача как раз для них. Зачистка территории городского типа.

Дарий к тому моменту тоже заматерел.

Ах да. Забыл сказал про ещё один росток. Вся наша игра сводилась к тому, что каждый ребёнок Колодца должен был сделать на что-то ставку. Выдвинуть гипотезу, которая приведёт его к победе. Ставок можно сделать, на сколько сил хватит. Возьми камень разума и создай армию марионеток. Освой некромантию и наплоди армию мертвецов. Моя ключевая ставка была на качественное обучение. Поэтому я вкладывался в корпус. Поэтому каждый день выделял по два часа на Дария. Качественное обучение, помноженное на его талант, дали свои плоды, и в этой битве он проявил себя как один из главных бойцов.

Дракона хаоса тоже он завалил. Наконец-то это кто-то осилил, кроме меня.

Столицу мы зачистили всего за три дня. Брешь закрыли. Ритуалы нужные провели. Потребовали оплату, и тут возникла заминка. Новый император, кажется, не был готов к тому, что мы справимся. В этот момент соседняя империя направила свою армию и атаковала почему-то нас. Махач случился ещё более знатный, и мы дали понять, что нас лучше не трогать. Без потерь не обошлось, тогда корпус и наша армия умылись кровью, но репутация на межмировой арене иначе не куётся. А то, что я завалил парочку архимагов, помогло решить переговоры с нанимателем в нашу пользу.

Это повлекло за собой множество последствий. Кто-то стал нас приглашать на серьёзные дела (это был не единственный и не последний прорыв хаоса), кто-то попытался использовать в своих интригах, кто-то прогнуть и подмять.

По факту, война началась за несколько лет до тридцатилетия Дария. Пусть и без миллионных армий, но нам от этого легче не было. Начался процесс большого передела власти. Вместе с первым прорывом стали всё чаще попадаться камни четвёртого ранга, могущественные артефакты, новые испытания. Это нагружало общую систему. Порождало всяких удачливых авантюристов, которые были не прочь потеснить элиту прошлой эпохи. Мы внимательно следили за обстановкой, поэтому видели, как конфликт развивается на разных уровнях. Дошло и до того, что некоторые империи схлестнулись между собой.

Такое себе. Много неопределённости порождало. Но и возможности открывало. Подозреваю, что общий хаос прикрыл нас, сделал менее заметными в общей неразберихе.

Тем не менее вызовов хватало. В связи с чем Дарий перешёл на четвёртый ранг камней. Распространились они и по нашей армии. Поэтому, когда великая битва всё же началась, мы оказались к ней готовы.

И не готовы одновременно.

Война — это всегда потери. Пришлось и нам свою цену заплатить.

Глава 16. Мария Вологодская

В обозначенный день, когда запрет на битвы между богами спал, ничего не произошло. И на следующий тоже.

Очередное напоминание, что жизнь продолжается и редко когда соответствует ожиданиям.

Сами мы активных мер предпринимать не стали. Без всяких сомнений, намечалась крайне сложная игра, и, по опыту прошлых великих битв, растянуться она могла и на сотню лет. Бывали случаи, когда боги собирали гигантские армии, проигрывали, но сами выживали, после чего сбегали и возвращались к самому финалу с новой армией или даже в одиночку, чтобы убить последнего оставшегося. Это лишь один пример, как это бывало. Напади первым, победи, попытайся захватить чужие ресурсы — и привлечёшь внимание всех остальных. Если будешь действовать слишком активно и успешно, это поспособствует созданию коалиции против тебя. Если будешь слишком пассивным и слабым, тебя сожрут, чтобы получить преимущество. Вариаций, как действовать, великое множество. Возможностей для манёвров тоже.

После отсечки стало возможным узнать, где другие боги находятся. Но также было возможно за отдельную плату скрыть своё местонахождение. Побеждала более высокая ставка. Если ты заплатил за скрытность тысячу условных единиц, то оппоненту придётся заплатить в два раза больше. За всеми следить не получится. Нюанс был в том, что с каждым годом цена за обнаружение падала, а бонусы за уничтожение конкурентов повышались. Поэтому в первые годы действовать не особо выгодно, но уже лет через пять… Точнее, так было в нашем понимании. У всех ведь разные представления о прекрасном.

Сам я испытал лёгкое волнение, когда ничего не случилось. После чего вернулся к повседневным делам.

Вокруг-то много чего происходило. Не сказать, что мы идеально подготовились к масштабной битве. Но не сказать, и что мы зря теряли время. Качественно отработали те карты, которые у нас были на старте.

Жизнь продолжилась. И, как сказал, не всегда соответствовала нашим ожиданиям.

Уж этого я насмотрелся в последние годы по самое не хочу, превратившись в настоящего старика, который взирает на всё с философским смирением человека, повидавшего всё. Мои дети выросли. Александр вырос, и я его всё больше привлекал к делам королевства. Лилия вышла замуж. За Ворона. Через три года после того, как ушла с ним создавать империю. Родила близнецов. Мальчика и девочку. Спустя пять лет они с Вороном разбежались. Не по какой-то особой причине. Она осела дома, а он всё так же хотел завоеваний и славы. Так себе почва для крепкого брака. Уж я-то знаю. Пусть я завоеваний и славы никогда не хотел, но помотало меня изрядно, и семье я уделял внимания преступно мало. Мне повезло, и как-то мои браки сохранились, а вот их пара распалась. Лилия, недолго думая, через пару лет снова вышла замуж за другого мужчину. Как раз незадолго до отсечки.

Вражды с севером не случилось. Мне, конечно, происходящее не понравилось, но к тому моменту дочь жила самостоятельной жизнью, драмы и предательств там никаких не скрывалось, а бить Ворона только за то, что у них не срослось… В старости слишком много понимаешь и чаще думаешь, перед тем как что-то сделать.

Иван тоже меня удивил. Стал отцом. Дважды. Благодаря двум случайным женщинам. Тут надо сказать, что его интересовали только артефакты. Как и сыновья Гатса, он искал величия, но в другой области. Он и к Гар-дуноку на обучение на десять лет ушёл. Для нас всего год прошёл, учение он, как и Радамира, проходил во временной аномалии. Это противоречило словам самого кузнеца, но ситуация изменилась. Иван повзрослел, это было его сознательным решением, и я не стал возражать. Что касается детей — в один из дней к нам в родовое поместье сразу двое отцов молодых девушек заявились. Мой сын не парился по этому вопросу. Волновали его только железки, но скидывать напряжение он не забывал, особо не заморачиваясь, выбираясь раз в неделю в город и снимая там себе подруг. Насколько мне было известно, отношения у него долго не длились, поэтому любовницы постоянно менялись.

И тут такая оказия.

Когда подобное выкидывает твой шестнадцатилетний сын — то это трагедия или как минимум серьёзная проблема. В двадцать пять — ни шатко, ни валко, но тоже так себе. Когда же его возраст уже под полтинник (с учётом времени у кузнеца) и он хронический, одержимый трудоголик, то сначала удивляешься, а потом радуешься. Жениться Иван отказался. Интереса особого к ситуации не проявил. Не то чтобы прям совсем отстранился, но о полноценном вовлечении говорить точно не стоило. С самими девушками и их семьями вопрос уладили. Клан взял их на полное содержание, о детях я лично обещал позаботиться. Отцам же выдал отступные. На том конфликт, если так его можно назвать, исчерпал себя.

Всё же есть некий противоречивый шарм в долгой жизни. Если обзавёлся в юные годы детьми, то есть все шансы увидеть, как многочисленные потомки отчебучивают то одно, то другое.

Хорошо, что остальные мои дети ничем таким не выделились. Пётр был порядочным семьянином, женился ещё два раза и активно отправлял своих жён в декрет. София в этом смысле была как Роза. К вопросу женитьбы подошла несколько цинично. Родила, но повторять успехи Петра не спешила. Как и остальные мои дети, но они пока молодые, не успели развернуться. А там уже и внуки созрели. Скоро начнут выкидывать уже свои фортели. Лично я собираюсь смотреть на это с большим удовольствием, наблюдая, как они треплют нервы своим родителям, хех.

***

Первое значимое событие в великой битве случилось спустя три года после отсечки. Оно нас никак не задело и, я бы сказал, было это весело и познавательно.

Со слов Дария, мы построили достаточно эффективную систему, чтобы обеспечить ему приток энергии больший, чем у большинства других кандидатов. Что позволяло много чего проворачивать, в том числе следить за оппонентами. Как-то так он и выяснил, что намечается битва между двумя богами. Недолго думая (а думать тут особо не над чем было), мы с ним вдвоём отправились посмотреть, что там и как. Точнее, втроём, с нами ещё Гэцу увязался. Никого другого не брали по простой причине. Чем больше народу, тем выше шансы быть замеченными. Дарий научился скрываться не хуже меня, да и в целом нельзя было сказать, что он слабее. Опыта набраться успел, а за счёт четырёх эпических камней… В общем, Дарий был силён и мог себе позволить эту прогулку. К тому же не совсем корректно было бы сказать, что мы втроём такие взяли и свалили черт знает куда. У нас было несколько разных способов, как быстро перебросить готовую к бою армию.

Но не потребовалось.

Успели мы вовремя, прибыв где-то за сутки до начала. Что удивило — это были две гигантские армии, где-то по полмиллиона существ. Люди там имелись, но в меньшинстве. Благородства (сомнительного) их генералам было не занимать, потому что они выстроились друг напротив друга в пустом мире и не атаковали, пока не закончили приготовления.

Бред, как есть, но мало ли какие у них заморочки?

Так как мы маскировались, то переговариваться не могли. В том числе мысленно. Есть способы обнаружить мыслеречь. Если рядом окажется маг разума, он вполне может засечь нас.

Ответы вскоре нашлись сами собой. Оказалось, не одни мы сюда заглянули посмотреть, что и как. По всей видимости, в этом и был смысл. Заманить любопытных и прикончить их. Но что-то пошло не так. Несколько невидимок вычислили, кого-то даже убили, но оставшиеся дали отпор, а дальше одна из армий всё же пошла в атаку, и великое побоище всё же случилось. Чёрт его знает, какие там интриги крутились, но замес в итоге знатный вышел. По моим подсчётам, около двадцати богов в общей схватке участие приняли. Мы же с Дарием отошли в сторону и следующие два дня играли в игру, у кого нервы крепче.

Одиннадцать раз.

Столько кто-то из наблюдающих богов не выдерживал и думал, что вот, пора уже напасть и добить победителя, сорвать свой куш.

Нас тоже подловили. На двенадцатый раз, когда битва подходила к концу, я вышел на поле боя и убил двух богов. После чего на меня сразу напали из засады. Не учтя того факта, что Дарий также продолжал ждать подходящего момента, который настал. В итоге получилось, что он прикончил, ударив в спину того, кто ударил в спину меня.

Наглеть не стали, забили на добычу, хотя собрать ценности с миллиона перебитых соблазн был велик. Уверен, не мы одним так думали, и я готов был поставить на то, что за полем боя по-прежнему кто-то наблюдает и ждёт момента, когда получится забрать весь куш себе. Быть может, и мы бы задержались, но жадность жадностью, а суровая реальность говорила, что все эти тысячи камней нам просто некому отдать. Сейчас наша проблема заключалась как раз в этом. Добычи — сотни артефактов пространства забиты. Людей — дефицит. В эти дни на поле боя я в очередной раз увидел, что всё свелось к противостоянию элиты, а обычные полки сносились походя, от эха битвы.

Так ну его.

***

Мария Вологодская отложила ручку, размяла пальцы, собрала листы, подбила их и убрала в папку. После чего перенесла завершённый дневник в сейф. Перебравшись в кресло, она почувствовала облегчение.

Успела.

Время беспощадно. Родила она, когда ей было за сто лет. После чего всё то, что было получено за счёт омоложения, стало стремительно разрушаться. Иначе говоря, старость брала своё, и чем больше лет проходило, тем быстрее шёл процесс.

Мария посмотрела на свои морщинистые руки, покрытые пятнами. Василиса с сыном добились многого в медицине. Без их поддержки она бы уже умерла, но помощь не могла длиться вечно. Как сказал обеспокоенный этим Дарий, всё имеет цену, и женщина, рожающая Дитя Идельтира, отдаёт всю свою жизненную силу. Поэтому дело было не только в том, что её лишили способности омолаживать. Ирония заключалась в том, что Гроза буквально отдала всю себя, чтобы родить. Все последующие годы были лишь отсрочкой.

Способности четвёртого ранга не были способны это изменить. Уже проверяли. Дарий уверял, что, когда останется десять Детей, будет снят запрет за пятый ранг и появятся первые боги. Этой силы должно было хватить, чтобы исцелить Марию.

Чего она сама не особо-то и желала. Ей не слишком хотелось умирать. Она мечтала увидеть, как история сложится дальше. Но в то же время чувствовала, что конец близок, и не находила в себе сил противостоять этому.

Как-никак, она прожила долгую жизнь.

Поэтому и решила написать автобиографию. Как застала конец прошлой цивилизации. Как развивалось то, что пришло ей на смену. Каким был король Такен в молодости. Рассказать было о чём. О своей семье учёных, которые погибли в Колодце. О семье Люция, которые учёными не были, но были достаточно деятельными, чтобы быстро сориентироваться в стремительно меняющейся реальности, стать аристократами и погибнуть в конфликте с северянами. О сотнях приключений, мирах, других народах. О магии, науке, тайнах.

Мария испытала искреннее удовлетворение, когда закончила свой монументальный труд. На что ушло всего-то десять лет. Не ежедневного труда… Просто как раз десять лет назад Мария поняла, что не тянет нагрузку, и постепенно стала отходить от дел. Бездельничать не хотелось, поэтому написать ряд биографий, а заодно несколько десятков статей на самые разные темы, в первую очередь по магии, показалось хорошей идеей.

Достав из кольца колокольчик, Мария позвонила в него. Она по-прежнему жила в их доме, рядом с родовым поместьем клана. Которое таковым по-прежнему можно было назвать, но с натяжкой. Дети-то выросли и разбежались. Спар тоже переехал в столицу. Пётр поселился в городе, недалеко от главной больницы, не желая тратить время на дорогу. Иван — в квартале мастеров. София вышла замуж, но жила в столице королевства. Лилия какое-то время пожила здесь после развода, а потом перебралась в дом к новому мужу. Тим постарел, ему надоела вся эта возня, он слишком далеко проник в постижении магии и некоторое время назад попрощался и сказал, что уйдёт на несколько лет в странствие. Его жена тоже переехала в город. Дети разбежались кто куда. Как и остальные дети Спара. Что логично, ведь основные события проходили вдалеке отсюда. Зато Шупа прочно пустил здесь корни. Он тоже постарел, время никого не щадило, его дети уже выросли и помогали отцу управлять герцогством, у них появились свои дети, но Марию это не особо трогало. Нанянчиться с многочисленными детьми клана она устала.

Было немного жаль, что Дарий прямо заявил, что семья и дети — это не для него. Либо погибнет в битве, либо, если победит, на долгие годы займётся наведением порядка в Колодце. Грустно, но Мария могла это понять. Сын мыслил совсем другими категориями.

Как-то так и вышло, что последние пару лет Мария преимущественно проводила в одиночестве. С ней в доме жила пара служанок, которые следили за порядком, идеально зная предпочтения своей госпожи. Гроза их почти не замечала, настолько хорошо они делали своё дело.

Но не сейчас.

Сидя в кресле, полуприкрыв глаза, Мария не сразу поняла, что её зацепило. Служанка вошла в кабинет с подносом, поставила его на стол. Развернуться она не успела. Без всяких сомнений Мария ударила молнией, пробивая тело насквозь.

То рассыпалось пеплом. Иллюзия? Марионетка? Скорее, первое, потому что тут же прямо из стеллажа с книгами, который потёк, сформировалась фигура незнакомой женщины.

— Как ты поняла? — спросила она медовым голосом.

***

История имеет свойство повторяться. В разных формах, но всё же.

В прошлый раз на нас решил сбросить кусок луны Адам. В этот раз луны не было, но на нас тоже решили сбросить кое-что опасное. В корпусе, который успел разрастись до полноценного города, пробила тревога.

Я в этот момент находился в Озёрске, но оттуда был прямой портал, поэтому оказался на месте событий я в считаные минуты. Зрелище передо мной предстало любопытнейшее. Немедленной угрозы я не увидел. Скорее, обозначение таковой. Около тысячи снарядов, выглядящих как полосатые конусы, зависло в небе.

— Создали угрозу для переговоров, — сказал мне Дарий, который тоже здесь находился. — Пойду пообщаюсь.

— Так себе угроза, — оценил я.

Всего тысяча снарядов? Ерунда какая-то.

***

На вопрос гостьи Мария ответила не сразу. Она сначала атаковала и, когда молния прошла через тело в никуда, решила, что можно и поговорить.

— Смеёшься? — спросила Гроза издевательским тоном. — Твой обман примитивен. Запах, движения, общая подача. Даже одежда не соответствовала.

— Обычно люди не обращают столько внимания на то, к чему привыкли. Неожиданно увидеть такое от старушки.

— Старушки, — рассмеялась Гроза. — На что ты вообще рассчитываешь?

— Ты же мать Дитя Идельтира, — охотно ответила эта особа. — Та, кто ему дорога. Та, которую я заберу, и это послужит отличным поводом, чтобы подчинить твоего сыночка.

— В этом весь твой план? — пренебрежительно спросила Мария.

Уж что-что, а бесить противников она умела мастерски.

— Это только начало плана, — недовольно ответила женщина, поджав губы. — Я уже захватила пятерых. Твой сын пополнит мою коллекцию. Прямо сейчас один из подчинённых атакует вашу базу. Отвлечёт внимание главных бойцов.

— С чего ты взяла, что мой сын согласится?

— Ты же его мать. Разве он не питает к тебе сентиментальных чувств?

— Уверена, он примет правильное решение. То есть выследит тебя и прикончит особо жестоко.

— Ха! — рассмеялась женщина. — Даже не думай потянуть время. Ты ещё не поняла, но я скопировала кусок реальности, в котором ты сидела. Там всё осталось на своих местах, просто ты исчезла. Это заметят далеко не сразу. Никто не будет поднимать шум. Ты же не сможешь выбраться отсюда, пока я не разрешу. Идеальная тюрьма, не находишь?

— Если ты так могущественна, что играешься реальностями, то смысл усложнять? Просто победи всех.

— А ты остра на язык… — недобро оскалилась женщина. — Сын тебе наверняка рассказывал, что нас, Детей Идельтира, около сотни. Но говорил ли он тебе, что так сделано специально? Эволюция и естественный отбор. Тебе знакомы эти термины?

— Да, — не стала Мария заострять внимание на том, что переводчик может барахлить и искажать слова.

— Тогда ты поймёшь, — кивнула она. — Дети рождаются в случайных местах. Нельзя сказать, что кому-то везёт больше. История помнит, что побеждали, начиная из совершенно разных условий. Кто-то рождается сыном императора, а кто-то в глухом лесу, от крестьянки-дикарки, единственная заслуга которой в том, что обитала она недалеко от храма Идельтира. Я как раз из таких. Рождена в глуши. Стоило мне осознать свою силу, как я поняла. Прямые боестолкновения не мой путь. Я не стану великой воительницей или полководцем. Свою империю тоже не создам. Поэтому мой путь пролегает совсем в другом направлении. Догадываешься, в каком?

— Достала, — зевнула Мария. — Ты совершила три фатальные ошибки.

Сказала она это уже после того, как атаковала.

В старости проводить бои в лучших традициях шиноби, быстро и эффективно, проблематично. Пока разгонишь энергию, пока активируешь взгляд, пока разгадаешь план противника, пока придумаешь, как его убивать будешь — всё это занимает время, так что повезло, что враг настолько болтлив.

Первая фатальная ошибка гостьи заключалась в том, что она в принципе сюда пришла. Вторая — в том, что выбрала себе такую противницу. Третья — что так долго болтала.

Воистину, это было иронично, путать иллюзиями ту, кто получила глаза в мире волшебников, чей мир состоял из сплошного обмана. Бой вышел куда короче, чем подготовка к нему. Мария разнесла фальшивый мирок. Вычислила противницу и атаковала её. Та ответила жёстко, но не обманула. Великим бойцом она и правда не была. Как и Мария не была великим воином. Но вот магом…

— Стой! — закричала женщина. — Если убьёшь, останешься здесь!

Мария замедлилась всего на краткий миг. Остаться здесь… это её не испугало. Но глупая, неуместная мысль о том, что рукопись также застрянет, что труд не будет закончен, заставила замешкаться.

Этой оплошностью противница воспользовалась сполна, притянув в эту реальность союзника.

Все участники действа атаковали одновременно.

***

Битва с заглянувшим к нам богом привела к его безоговорочному поражению. Удивительно то, насколько легко это вышло.

Жаль, что удивление продлилось недолго.

Наш гость был техномантом. Его конусы — что-то типа оружия массового поражения, совмещавшего в себе множество нам неизвестных технологий. Настоящее магические чудо, как потом выяснилось. Которое против нас не сыграло особой роли. Взрывная мощь впечатляла, но никакой тебе радиации и прочих поражающих элементов, которые накрывали после взрыва.

Дарий, оценив ситуацию, просто-напросто прикончил гостя. После чего задал вектор для гравитации разом для всех снарядов и швырнул их в небо. Я подстраховал силой духа, что не особо-то и потребовалось. Единственное, чего добился, — зафиксировал парочку снарядов, чтобы потом разобрать и глянуть, что это такое. Остальные взорвались высоко в небе. Весь эффект — побитые стекла да испуганные жители города, которые увидели самый большой фейерверк в своей жизни.

Только спустя несколько часов мы узнали, что закончилась целая эпоха.

Мария Вологодская погибла.

***

Дарий застыл над телом матери.

О её смерти нам сообщили где-то спустя час после самого происшествия. Когда мы пришли, место было оцеплено. Единственное, что сделали слуги, — переложили тело госпожи. Парадоксально, но лицо Марии выглядело умиротворённым, будто она уснула.

— Как будто спит, — озвучил тихо Дарий мои мысли. — Как глупо.

— Я не верю в такие совпадения.

— Это не совпадение… — Лицо Дария сделалось отстранённым, а глаза заволокло дымкой. — Видишь, что под руинами дома? Там два тела. Кукловод и марионетка. Теперь я вижу, что тот, предыдущий, тоже был её марионеткой. Их разговор… Как глупо, — повторил Дарий. — Эта особа хотела пленить Марию, чтобы воздействовать на меня. Подобным же образом она пленила других. Примитивная схема, которая работала со слабыми. Знаешь, что она попыталась сделать? Совместить иллюзии и работу с пространством. Против моей матери — и иллюзии?

Я промолчал, так как сказать здесь было нечего.

О том, что Дарий умеет читать «воспоминания», я знал. Восстановить картину событий, в случае уже мёртвого собрата… Или сестры в данном случае, не проблема.

То, что смерть Марии глупа… Как и вся ситуация… Я столько всего видел за свою долгую жизнь, что в этот момент не ощутил никакого удивления. Грусть — да.

— Эпоха закончилась, — сказал я.

— Эпоха? — обернулся Дарий.

— Такен, Люций, теперь Мария. Три личности, которые олицетворяли собой эпоху. Всем тем, что у нас есть сейчас, мы обязаны им. В той или иной степени.

— Это уж точно, — кивнул Дарий. — Я похороню её достойно. После чего хочу повоевать. Как ты смотришь на это, брат?

— Эмоции не лучший советник на войне.

— Ты сам учил меня быть хладнокровным.

— Давай сначала займёмся похоронами. Уверен, причины подраться у нас найдутся.

***

Слова мои оказались пророческими. Впереди нас и правда ждали битвы, что легко предсказать, понимая логику происходящего.

Марию хоронили всем миром. Даже у Такена были более скромные похороны. Дарий сдержал своё обещание и сопроводил конец эпохи масштабной церемонией.

Странно получилось. Сколько поколений сменилось за жизнь Грозы? Четыре? Смотря как считать. Но факт есть факт. Те, в чьи времена она начинала, давно погибли, лежат в могилах. Выросли их дети, завели своих детей и дождались внуков. Которые, по большому счёту, не знали, кто такой Дарий и тем более кто такая его мать. Официально, для общественности, Дарий занимал должность генерала корпуса. Не единственного генерала, поэтому в этом плане он ничем не выделялся. Мария же… Говорю, странно получилось, и это чувствовалось. Для кого-то она была мифическим персонажем из учебников по истории, поэтому люди удивлялись, узнав, что, оказывается, она до сих пор была жива.

Верхушка корпуса знала её куда лучше. Чего не скажешь о рядовых бойцов, половина из которых была родом из чужого мира. Ещё лучше её знали в научном сообществе. То дело, которое начал Тим, встало на ноги, обрело самостоятельность и породило пару поколений магов-исследователей, которым был знаком научных подход и которые двигали магию с наукой во всём нашем королевстве. Сложно сказать, насколько Мария была хороша в этом. Но одно ясно. Она была куда опытнее всех магов. На её счету сотни исследований и статей. Отметиться она успела во множестве направлений. Без всяких сомнений, научный мир многое потерял с её уходом.

Церемония прошла через весь Озёрск. В конце был большой погребальный костёр. Казалось, плакали сами небеса. Отчасти так и было. Я точно знал, что за этим не стоит чья-то воля, но в этот день в небесах собралась такая буря, которую столицу никогда не видела. Единственное, с чем я помог, — направил поток молний в Марию, когда подожгли костёр. Столб молний ударил, испаряя её.

Дарий проставился во всех тавернах. Глашатаи рассказывали, кто умер и почему это означает уход эпохи. Когда все потянулись с места финальной церемонии, небеса разразились дождём.

Так мы проводили Марию в последний путь.

Сам же я отдал почести Грозе, когда возвели её статую на нашем родовом кладбище. Люций уже ждал её там.

Глава 17. Великая битва

Вся великая битва затянулась ещё на тридцать шесть лет. Далеко не рекорд.

В итоге лидерство досталось другому. Но обо всём по порядку.

Моя логика не подвела, вскоре нам действительно предстояла битва. Масштабная, с полным размахом, способная поставить нас на колени и отправить в небытие. В мир великанов или мир Корпуса, как его переименовали, вторглось войско жуков. Коварные типы. Их особенность заключалась в том, что они быстро рыли сети тоннелей, окапывались и размножались. Угрозу мы заметили до того, как они бросили на нас все силы, но уже после того, как они закрепились в мире.

Неприятное ощущение, когда ты вдруг понимаешь, что враг хорошо тебя изучил, подготовился и умеет удивлять. В той битве с нашей стороны полегло больше десяти тысяч человек. Полегло бы больше. Я мог работать либо точечно, либо равнять горы с землёй, но оба эти варианта не подходили, потому что враг был слишком многочисленным и рассредоточился по большой площади. Ещё и маскировался, пробираясь под землёй. В этот раз проблему решил Дарий. Не за счёт голой мощи, а за счёт того, что выследил виновника, добрался до него и убил. После чего рой потерял «центральное управление», а вместе с этим и половину своей прыти.

Следующие три дня мы приходили в себя, подсчитывали потери, проверяли территорию и добивали жуков. На четвёртый день, ночью, когда мы ещё не успели в полной мере восстановиться, на нас напала другая армия. В этот раз их бог не скрывался и дал бой Дарию. Там битва вышла на такой уровень, что и мне было бы трудно подобраться.

На этот раз решающим оказалось… появление Тима.

Мы его уже несколько лет не видели. Да и, если честно, я уже не рассчитывал увидеть. Тим и до этого странным был, а годы не добавили ему человечности. Точнее, он пытался быть нормальным, но в конечном счёте их брак с Лейлой распался, после того как дети выросли и выпорхнули из гнезда. Тима это толкнуло в объятия магии, поэтому он и ушёл. Так что да, было неожиданно, что он заявился и показал, что стал архимагом.

Накрыв сразу всё вражеское войско, лишив их возможности дышать.

После такого от войска ничего не осталось, а мы сосредоточились на главном противнике и задавили его толпой.

Вторглось тогда больше ста двадцати тысяч бойцов, чем-то напоминающих дроу, только с серой кожей. Намучались с их тел всё полезное собирать, а потом трупы сжигать.

На этом ничего не закончилось.

Грандиозные битвы, эпохальные дуэли, подлые удары. Мы использовали всё. Как и остальные. Другие боги тоже использовали всё. Сам я несколько раз побывал на грани, встречая достойных противников. Да и кто не побывал? Чего только не случилось. Мои дети успели вырасти и постареть. Мои внуки — возмужать и прославиться. Наше королевство превратилось в полноценную империю, и его было не узнать. Озёрск превратился в Золотой город, куда стекались ресурсы с разных миров, и встретить на улице магистра было обыденным, а вовсе не редким событием. Люди тоже изменились, теперь нас можно было назвать полноценным магическим народом. Шиноби превратились в тайную организацию, чтобы контролировать всё это многообразие. Помимо них сформировались десятки отдельных школ, орденов и прочей военной братии, которые занимались всяким разным. К нам даже школа круга перенесла своё сердце. Ничего физического, имею в виду концептуально. Ведь их иерархия строилась на двух вещах: знании и его передаче. Лучшие в первом назывались грандмастерами. Лучшие во втором — грандучителями. Я достиг высшего звания в обоих направлениях. Четвёртый круг сейчас был чем-то естественным. Несколько десятков тысяч разумных, не только людей, занимались тем, что обеспечивали нужды школы. Дети Гатса создали полноценную империю в соседнем мире, объединив половину материка. Вторая половина была с ними связана экономически и политически, пусть и сохраняя условную независимость.

Я бы мог долго перечислять все изменения, которые промелькнули у меня перед глазами.

Сам я превратился в старика. Наконец-то добрался до той точки, где стал терять силу. Пройдёт ещё десять лет, и мне окончательно придётся уйти на покой. Наконец-то.

Василиса наоборот. Цвела и пахла. Целительская сила, дарованная камнями четвёртого ранга, — это нечто. Возможно, Пётр переживёт нас всех на столетия. Василиса же сейчас выглядела лет на сорок. Чего нельзя было сказать о других моих жёнах. Роза старела. Её тело изначально не отличалось чем-то выдающимся. Не обладала она и силой, которая бы отодвинула старость. Пётр с ней работал, как и Василиса, но это не могло откладывать неизбежный конец до бесконечности. Коснулось это не только Розы, но и Радамиры. Которая ушла. К Гар-дуноку. Продолжать обучение. Становиться великим кузнецом. Ушла сразу, как поняла, что теряет силу. Получив очередное омоложение, попрощалась и покинула нас. Навещала раз в полгода, и мы с ней весело проводили время. Сколько это продлится, никто не мог сказать. В теории, она бессмертна. А я вот бессмертным не был. Так что кто знает.

Иван порывался уйти вместе с ней, но был обломан Гар-дуноком. Тот дал наказ всё же сковать что-то великое.

И знаете, мой сын справился. Он стал Великим Кузнецом, который сковал десять великих мечей. Один достался Дарию. Ещё девять — его ближайшей свите, которую он набирал все эти годы. Мечи были хороши. Не мечи души, конечно, но они были способны выдержать мой удар — а это много. Да и других разных эффектов хватало. Таких, после которых оставались выжженные пустыни.

Удивительно, что до сих пор никто не добрался до Озёрска или нашего кланового города. На Корпус нападали, а по обычным городам не били, хотя центр принятия решений находился там.

Трон я уступил за десять лет до финальной битвы. Место занял Александр, при поддержке Розы. Я же тихо порадовался, что хотя бы одну головную боль получилось скинуть. Сын радовал. Откровенно говоря, как король он был куда лучше меня. Да и занимался этим всем тоже куда охотнее.

Насыщенные были годы. Не думал, что доживу до финала. И тем более не ожидал, что он будет таким.

Осталось тринадцать богов. До этого мы наблюдали битву между тройкой сильнейших. В ходе которой появился безоговорочный победитель. Из того, что я видел — у нас не было и шанса. Дария можно назвать гением. Меня можно назвать гением. Но он был на другом уровне. Будто самый настоящий бог войны. Не лишённый благородства.

Двенадцати оставшимся он отправил приглашение на встречу.

— Предлагает подчиниться, — сказал мне Дарий.

— Какой смысл, если это финал? — не понял я.

— Смысл есть… — неуверенно ответил мужчина. — Мы можем признать его главенство и сохранить себе жизни. В полной от него зависимости. Победитель потом должен будет заняться наведением порядка. Идельтир вовсе не неуязвим. Это сложнейшая система, которая состоит из миллионов узлов, раскиданных по всей системе. Надо будет их проверить, починить храмы, точки фокусировки… А, ладно, ты понял, — махнул он рукой. — В рамках этой задачи получить девять богов в подчинение — разумное решение.

— Девять, а не двенадцать? Из-за следующего ранга? — догадался я.

— Да. Кого-то придётся убить. Остальные получат возможность стать богами. В подчинении.

— Ты ведь уже принял решение.

— Да, — улыбнулся Дарий без тени веселья. — Моя мать не для того отдала жизнь, чтобы я кому-то подчинился.

— Ты видел нашего противника. Легко не будет.

— Последняя битва? — Улыбка брата стала куда теплее и безумнее.

Я промолчал, но это не значит, что принятое решение меня не взволновало.

***

На приглашение откликнулись все оставшиеся боги. Как-то так вышло, что тех, кто следовал путём скрытности и интриг, не осталось. Все правили своими империями, у всех за плечами были умелые войска.

По правде говоря, если попытаться оценить, мы находились где-то в конце списка. Худшие из лучших.

Не самый плохой титул. Но и не самый хороший для тех, кто хочет прожить подольше.

Красиво это. Признаю, красиво. Мои глаза в старости не стали видеть лучше. Скорее, наоборот. Я если и смотрел на мир, но не чаще раза в месяц. Сегодня было исключение. Во мне словно детское любопытство проснулось. Как-никак, момент действительно великий. Больше семидесяти лет подготовки. Десятки павших в процессе империй. Не счесть, сколько разрушенных королевств. Миллионы, а то и миллиарды погибших.

Всё ради того, чтобы боги определи, кто из них будет править.

Каждый из них был достоин своего описания. Могущественные, величественные, каждый по силе равный архимагу, а то и выше. Не полноценные боги, но уже вплотную стоящие к этому званию.

Я бы описал каждого из них, но в этом не было смысла. Не считая Дария, двенадцать избранных. Девять мужчин и три женщины. Четверо — люди. В том числе самый могущественный из них. Каждый пришёл со свитой. Дарий же явился только со мной.

Вполне возможно, то, что мы задумали, поставит нас на грань.

Обязательно поставит.

Дарий должен выжить. А я… Я должен обеспечить ему отход в случае чего. Или ещё что выкинуть. Мало ли, как оно может выйти.

— Вы пришли, — озвучил очевидное главный претендент. — Есть ли те, кто готов бросить мне вызов? Быть может, напасть всем вместе?

Боги переглянулись. Пусть половина и была других рас, но легко читалось, что тут никто никому не доверяет, а значит, и совместной битвы не получится.

— Раз так, вы знаете, что будет. Должно остаться девять. Деритесь. Лучшие присягнут мне.

Как и говорил Дарий.

Сразиться против сильнейшего, с высокими шансами помереть? Или сразиться с теми, кто равен, с высокими шансами пойти в услужение? Возможно, и были те, кто предпочёл первый вариант, но остальные…

Битва началась моментально. Главаря тоже задело, случайно или нет, но он легко отразил всё то, что полетело в его сторону.

Когда подобные существа атакуют, реальность начинает кипеть. Вскипела она и в этот раз.

А дальше всё закончилось.

Мы разыграли свой козырь.

Наши предки без всякой магии достигли высокого технологического уровня, разработав оружие массового поражения. Такен больше семидесяти лет назад заложил основы возрождения технологического прогресса. Тим и Мария заложили основы магической науки. Многие люди, в том числе Мария с Такеном, также в течение жизни собирали архивы прошлой цивилизации. Поэтому не было такой уж проблемой найти учебники и базы знаний. Тот бог, который пытался накрыть Корпус массированным ударом, был талантливым техномантом, который подарил нам многие секреты. Дарий же, впитавший всё это, получивший выдающееся образование, имел широчайший кругозор. Который позволял ему самому искать в нужном направлении и периодически выдавать разные полезные камни с подходящими знаниями и способностями. У нас так больше сотен родов появилось с генетической линией.

Разработки оружия. Разработки методов доставки. Разработки методов отхода и маскировки.

Наша сегодняшняя заготовка была результатом десятков проектов и почти столетия исследований, которые начала ещё Мария Вологодская.

Без всяких прикрас, мы скинули магическую ядерную бомбу. Скинули и принялись бежать, потому что с момента активации её нельзя было остановить. Вокруг бомбы стало распространяться поле блокировки способностей и артефактов, чтоб точно никто не убежал. Вряд ли это смогло бы полноценно задержать наших врагов, но выиграть парочку секунд…

Сзади ухнуло. Мы рвались с Дарием сквозь пространство, путями духов, используя все уловки. Нельзя было просто взять и переместиться. Взрыв рвал само пространство и проследовал бы за нами.

Ещё никогда в жизни я так быстро не драпал, и совсем не смешно, что возможность мне представилась в столь преклонном возрасте. Побегаешь тут с больными коленями!

Как мы спаслись, как убрались — в жизни не расскажу. Сам не понял. Но жути натерпелся изрядно. Я привык полагаться на свои сенсорные способности, а тут сзади полнейшая пустота надвигалась. Голодная, готовая тебя распылить в ничто.

— Закончилось? — спросил Дарий, тяжело дыша.

Загонять бойца его уровня — задача, мало для кому посильная, но мы, кажется, справились.

— Черт его знает, — в сердцах выдохнул я. — Жаль, этого Такен не видит. Да и Мария бы удивилась! Ха!

— Говоришь как типичный старпёр! — рассмеялся Дарий нервно. — Мы настолько мощно бахнули, что я пока не могу определить, все ли погибли. Шесть подтверждённых… С остальными… Непонятно.

— Если кто выжил, мстить нам будут всем скопом.

Самый опасный момент в нашем плане. Если не уничтожим всех, то… То случиться может что угодно. Впрочем, как и во все прошлые разы.

— Ещё две смерти подтверждено, — мрачно отсчитывал Дарий. — Осталось четверо.

Потянулось ожидание. В этой ситуации мало что можно было сделать. Дарий сказал, что определение через Идельтир барахлит.

— Остался один, — сказал он минут через двадцать, глянув на меня. — Почему-то я уверен, что знаю, кто это такой.

— Не сомневаюсь. Хоть бы раз план прошёл как надо. Без геройской битвы, — сплюнул я. — Вижу цель. Идёт.

Среди клубов… Сложно сказать, чего именно. Марева, магического хаоса, дыма и пепла, среди всего этого показалась фигура, что двигалась в нашу сторону.

— И правда главный засранец, — нервно ответил Дарий. — Но красиво жахнули, согласись?

— Сейчас жахнут по нам.

— Брат, не душни. Пора распаковать подарочек от тёти Радамиры, — улыбнулся он.

Из кольца Дарий достал винтовку. Почти самую обычную.

Мы ничего не делали, и по нам не летели дальние атаки, по простой причине: в зоне поражения сейчас действовала зона без магии. Или, если по-простому, там сейчас такая задница, что ничего работать не будет. Только голая физика. И то не факт.

Дарий прицелился, выстрелил. Потом ещё раз и ещё.

— Готов? — спросил он недоверчиво.

Тело и правда упало.

— Как-то не верится, — с сомнением сказал я.

— Да не… Реально сдох, — удивлённо ответил Дарий. — Мне засчитали победу. Неужто всё?

Это и правда было всё. Мои молитвы были услышаны, и обошлось без героической финальной битвы.

Глава 18. Новый шанс, или Как Спар давнюю мечту осуществил

Забавно было посмотреть на вытянувшееся лицо Дария, когда он озвучил, что победил. Озвучил, но пока не осознал сей факт.

— Какой же ты ещё неопытный, — подколол я.

— А? — дёрнулся он. — Это ещё здесь при чём?

— Будь ты опытным, знал бы, что после победы ничего такого не происходит. Просто падает интенсивность событий, и яростные бои сменяются на повседневную рутину. Разобраться с последствиями, навести порядок, вот что тебя ждёт.

— Не нуди, — закатил он глаза. — Как будто я этого всего не знаю.

— Но, признай, ты растерялся, победив.

— Ещё бы. Чёрт возьми, мы взорвали ядерную бомбу! Самое обидное, что и правда теперь мне с этим дерьмом разбираться, — кивнул он в сторону образовавшейся аномалии. — Идеальное место для прорыва хаоса.

— Это уже без меня, — перестал я дурачиться и заговорил серьёзно.

— Только не говори, что сваливаешь.

— Ухожу на покой, — криво улыбнулся я.

— Мне бы пригодилась твоя помощь.

— Отстань, а? Я устал. У меня колени болят. Я еле осилил эту пробежку. До сих пор дышать тяжело.

— Старикан.

— Вот именно. Староват я для беготни и вот этого всего. Буду отдыхать.

— А умеешь?

— Попробую ради разнообразия. Устроюсь к Тамаре в пекарню и буду хлеб печь.

— Шутишь?

— Немного, — улыбнулся я.

— Как знаешь, — махнул рукой Дарий. — Пожалуй, ты заслужил передышку.

— Сам-то что собираешься делать? Помимо наведения порядка.

— Приму обязанности. И, пожалуй, женюсь.

Я сначала не понял, а когда дошло, рассмеялся в голос.

— Как это… типично, — сказал я, отсмеявшись. — Одержав великую победу, герой возвращается домой, женится и окунается в бытовуху. Ты же не хотел семью, не?

— Передумал, — проигнорировал Дарий мой смех. — Не хочу, чтобы генетическая ветвь моей матери прервалась.

— Вот оно что. Понимаю. И одобряю. Тогда встретимся на свадьбе. Я там собираюсь как следует повеселиться, если что. Не подкачай.

***

Стоило признать, что я был по-прежнему так же наивен и неопытен, как и Дарий. Понимание, что с победой ничего не кончается, не означало, что я и сам трезво оценю, что на покой мне так быстро уйти не дадут.

Нет, можно было, конечно, громко хлопнуть дверью и просто свалить, забив на всё. Но слишком много всего я вложил в свои детища, чтобы так их бросить. Рука не поднималась. Домой-то я вернулся. Пару дней отдохнул, а потом не выдержал, делом занялся. Решающая битва закончилась, но, как оно обычно бывает, жизнь продолжалась. Чтобы описать всю глубину той кроличьей норы, в которой мы находились, надо упомянуть несколько моментов.

Во-первых, Дарий. Сейчас он был больше всего сосредоточен на том, чтобы переваривать пакет полученной информации и освоить божественную силу. Последнее было необходимо и являлось приоритетным по многим причинам. И дела Идельтира принимать надо, и… отбиваться. Что было уже во-вторых. До появления Детей Колодца весь перекрёсток можно было представить как устоявшуюся шахматную доску. Иногда что-то на ней происходит. И королевства погибают, и империи рушатся. Но подобные события не происходили моментально, они разворачивались десятилетиями, а то и веками. Иначе говоря, можно было говорить о какой-никакой стабильности. Когда же пришли Дети, они стали катализатором. Причиной бурных изменений в сотнях, а то и тысячах миров. И теперь все эти катализаторы исчезли, если не считать Дария. Они исчезли, а проблемы — остались. Родившиеся в эти времена империи лишились своих богов-императоров. В некоторых случаях уцелел весь ближний круг Детей. Который был не прочь поквитаться с обидчиками. Самое плохое, что возможностей у них хватало. В-третьих, новая эпоха хаоса всё же наступила. Массовые прорывы продолжались. Появлялись новые виды демонов. Были замечены и разумные особи. Не удивлюсь, если впереди нас ждёт новая война, но теперь уже с демоническим воинством. Ну и наконец, в-четвертых. Высшая цель определяет всё. Средства, методы, подходы и то, как выстраивается система. Сейчас в Корпусе почти полмиллиона опытных бойцов на уровне полных легендарщиков. Около десяти процентов из них на уровне полноценных магистров. Элитой у нас теперь считается уровень архимагов. Таких всего около сотни, но всё же.

Это огромная сила. Нет, не так. Это огромнейшая сила. А ещё здоровенная такая мина, которая может рвануть так, что от всех наших начинаний ничего не останется.

Сдерживало всю эту массу четыре вещи. Я, что был и лидером и тем, кто способен навалять даже архимагам. Дарий, который стал вторым лидером, а также главным благодетелем, золотой коровой, которая снабдила всю элиту лучшими камнями и знаниями. Общая цель, которая нас куда-то вела. И агрессивная внешняя среда, то есть постоянные вызовы и угрозы.

Выдерни любой из элементов — и что произойдёт?

Я собрался уйти на покой. Дарий тоже отошёл от дел, осваивая новые расклады. Общая цель исчерпала себя, потому что мы победили. Осталась только стабильная внешняя угроза.

С этим надо было что-то делать.

Тот ещё геморрой.

Не надо думать, будто наша система идеальна. Такого не существует. Управление большим числом разумных — это всегда компромиссы и не всегда выбор между чем-то хорошим и отличным. Скорее, наоборот. Если повезёт, то между чем-то плохим и приемлемым. Если не повезёт… Не скажу, что нам часто везло. Бывало и такое, но по историческим меркам меньше чем за век мы из захудалого государства превратились в могущественную империю. У всего есть цена, была она и у этого. Если проводить аналогии, то это как набрать скорость на автомобиле. Прокатиться с ветерком — весело. Но теперь пора было подумать о том, как притормозить, сбавить обороты и в обозримом будущем переключиться на мирную жизнь.

***

Всё заканчивается. Закончилась и моя подготовка к пенсии.

Дарий предупредил, что халява скоро закончится. Пока он к нам заглядывает, ещё можно о чём-то попросить, а потом всё. Никаких тебе камней, никаких испытаний, никаких присоединений миров.

С воинственностью вопрос решился сам. Спустя пару месяцев пошла целая череда военных конфликтов, когда нас попытались прожать и отомстить. Вышло настолько жёстко, что корпус сократился на треть. Чудовищные потери, которые всех измотали. На одной измотанности далеко не уедешь, поэтому Дарий присоединил к нам парочку миров, богатых на ресурсы и пока никем не освоенных, которые можно было бы забрать себе, а главное, направить уставших от войны людей на что-то мирное.

В остальном я подобрал командиров и лидеров. Переговорил со всеми о будущем. Отдельные семьи получили набор камней, чтобы сохранить и развить генетическую линию с какими-то важными для государства способностями.

Что касается Дария — свадьбу он сыграл. Нашёл себе невесту из семьи учёных. Уж не знаю, сколько там любви было. Девушка была на сорок лет его моложе. Что совсем не бросалось в глаза, потому что сам Дарий выглядел как мужчина лет тридцати. Про невесту говорили, что она необычайно умна. Что ж. Такой выбор — ещё одна дань уважения Марии Вологодской.

Той, кто родила бога.

Как-то так совпало, что празднование пришлось как раз на период затишья, когда я разобрался с основными делами и сдал посты, так сказать. Теперь всей этой монструозной машиной будут рулить другие.

Я же всерьёз собирался уйти на покой.

***

— Решил заглянуть? — спросил Шупа, когда я подошёл к нему.

— Решил распить бутылочку вина в хорошей компании.

Шупа сидел на веранде в кресле-качалке. Ещё одна такая же стояла рядом. Туда я и уселся, с удовольствием вытянув ноги.

— Тебя не удивляет, что мы дожили… — покрутил он морщинистой рукой, — до этих лет?

— Никогда об этом не задумывался.

— А я вот думаю.

— Это всё старость, — хмыкнул я.

— Сказал тот, кто сдал посты и ушёл на покой.

— Ты ушёл раньше.

— Я оказался мудрее тебя.

— Возможно, — улыбнулся я.

Шупа и правда ушёл на покой раньше, заняв место старейшины клана. Заслужил. Я его когда-то шутки ради назначил министром промышленности. Потом и титул герцога ему выбил. Шутка затянулась, перестала быть шуткой и принесла свои плоды.

Сам я герцогством особо и не занимался, если в общем оценить. То королевством правил, то корпус выстраивал. Шупа же… Стоит сказать, что сейчас на этих землях, которые довольно сильно разрослись, проживало около тридцати миллионов разумных. Хорошие климатические условия, высокий уровень доступа к технологиям и магии, всё это и многое другое привело к большому потоку желающих к нам перебраться. Так народ и собрался. Управлять всем этим… Ну, не так, как королевством править, хотя сложность схожая. Поэтому да. Шупа красавчик. Кто бы знал, что этот балагур сможет потянуть такой уровень.

Здесь, в смысле, в центральной части города, вокруг нашего поместья, уже давно нет большой стройки. Нет и ничего примитивного. Ближайший город несколько раз претерпевал изменения. Стоимость земли была заоблачной, и под обычные домики её не оставили. Теперь конкретно это поместье было окружено лесом, если не считать административного квартала, а дальше… Ну, Тим с другими магами земли и камня хорошо порезвились, выстраивая величественные и огромные здания. Отсюда их не видно, а вот небоскрёбы вдали — да, виднеются.

— Эй! — крикнул Шупа.

Это он мелкашне, что пробежала мимо.

— Как они? — спросил я.

— Сам видишь, что нормально. Молодые, и этим всё сказано, — по-доброму усмехнулся Шупа.

Наверное, рано или поздно это должно было произойти. Один из сыновей Петра женился на внучке Шупы. Так что мы с ним породнились. Не только с ним замечу. Моя дочь от Василисы вышла замуж за сына Тича. Если так дальше пойдёт, не удивлюсь, если в следующем поколении связей станет ещё больше. Формирование элиты шло полным ходом. Не в плане боевой мощи, а в плане социального, политического и финансового могущества. Что далеко не всегда способствует боевой мощи, без которой так легко расстаться со всем добром, но это уже другой вопрос. Или вызов, на который клану только предстоит ответить.

— Как думаешь, они справятся с тем, чтобы удержаться наверху? — спросил я.

— Попроси у Дария бессмертие и узнаешь.

— А сам не хочешь попросить?

— Не, — отмахнулся он. — Я и так больше ста лет прожил. Будучи стариком, на всё смотришь совершенно иначе.

— Ворчать ты точно научился.

— Кто бы говорил. Лучше подумай, как Тамару наконец-то замуж выдать.

— Даже не начинай, — скривился я.

Тамара… это Тамара. Когда-то мы с Грозой обсуждали важность хорошей партии для неё, по понятным причинам. Ситкартка, умеющая блокировать способности. Слишком важная генетическая линия, чтобы позволить ей пропасть. После появления Дария это потеряло значение. Мы этих генетических линий наплодили — сотни. Сама же Тамара не спешила связывать себя узами брака.

Чтобы описать, как складывалась её жизнь, надо напомнить, что ситкары не люди. Точнее, люди в своей основе, но давным-давно изменившиеся и серьёзно перестроившиеся. Сейчас это в первую очередь раса долгожителей. Точнее… Не знаю, чем их психика отличается от человеческой, но конкретно в случае Тамары взрослела она куда медленнее людей. На момент моего с ней знакомства она была типичным подростком, задиристым и себе на уме.

На момент, когда я стал королём и состоялся откровенный разговор с Дарием, её психологический возраст соответствовал где-то двадцатилетней девушке. Речь не об интеллекте и не об образовании. Речь о том, как она смотрела на жизнь. В вопросе отношений до этого она, как и многие девочки-подростки, хотела самого-самого классного парня, некоего условного принца. В её случае кого-то могущественного. При этом не надо думать, что Тамара на тот момент не знала, что такое отношения, секс, откуда берутся дети и все прочие нюансы, связанные со взрослой жизнью. Тем не менее некоторая наивность в её запросах присутствовала. Что не мешало ей заниматься своими проектами, зарабатывать собственный капитал, набирать влияние и компетенции. На момент моей коронации она уже была известна, популярна в самых разных кругах, обладала крупным счётом в банке и могла позволить себе что угодно. Отчасти пустившись если не во все тяжкие, то около того. Обошлось без безумных выходок, но в самых разных отношениях она побывала. Никто из мужчин так и не смог добиться её руки и сердца. Ничего не имею против, в нынешнее время это скорее норма, когда молодые люди не спешат строить семью, сосредотачиваясь на карьере, но… В общем, этот период у неё затянулся, и по косвенным признакам Тамара сейчас находилась где-то на уровне двадцати пяти обычных лет.

Ну и с тех пор её богатство стало только больше, а личная финансовая империя пронизывала самые разные части нашей общей империи. Пекарня? Пфф. Она не могла больше пяти лет заниматься чем-то одним. Погружалась в тему, делала проект, находила людей, захватывала часть рынка, а потом отстранялась и погружалась во что-то новое. А то, что её закрытый клуб девиц был самым желанным местом для любой молодой девушки и о нём ходили легенды, — это так, вишенка на торте.

— Самая завидная невеста, — продолжил подначивать Шупа. — Будет обидно помереть до того, как увижу её детей. Что это за монстры будут?

— Хм… А ты прав. Я тоже хочу их увидеть, — рассмеялся я вместе с другом.

***

Погостив несколько дней дома, решил прогуляться по миру, посмотреть, как люди живут. Навестить знакомых, старых друзей, кто ещё был жив. Провёл время с Василисой, сходил с ней на свидание. Встретился с Петром, узнал, как дела. Пообщался со своими внуками. Отправился в столицу, там встретился с Софией и Розой. Лилия и её дети, которые тоже временно по делам в столице пребывали, присоединились к нам.

Это довольно забавно и приятно, что, к кому ни зайди, везде дети бегают. Воистину удивляет, как из-за одного пацана, то есть меня, столько семей получилось.

В итоге я сделал круг почёта и где-то через пару месяцев забрался на север, навестил Гатса.

Тот выглядел могучим стариком. Его волосы стали седыми. Тело наполовину иссохло, но всё равно оставалось мощным. Из города он перебрался почти что в глушь. Выстроил себе небольшое поместье, где жил с парой молодых любовниц и принимал многочисленных внуков. У него пять десятков уже или больше, точно не знаю.

Не уверен, что и сам Гатс знает точное их число.

— Чего припёрся? — спросил он, не прекращая махать мечом.

Этот меч ему Иван подарил. Такая же здоровенная махина, как и раньше. Только круче.

— Старость не добавила тебе мягкости.

— Просто подозрительно, — ответил Гатс. — Давно не заходил.

— Сам же знаешь, чем я занят был.

— Знаю. Удивляет, что всё закончилось. Или нет?

— Что-то закончилось, что-то заново начнётся. Но уже без меня. Ушёл на покой.

— Сам-то в это веришь? — хохотнул этот старикашка.

— Последние пару месяцев у меня неплохо получается бездельничать.

— Старость отвратительна, — остановился Гатс. — Руки не слушаются меня. Спина не держит. Ноги дрожат. Ужасно. Но есть в ней и плюсы. Приятно видеть, что с нуля мой клан поднялся так высоко и разросся. Спасибо тебе, Спар. Я помню, какой большой вклад ты в это внёс. Смахнемся?

— Весь момент испортил. Я уже собирался слезу пустить.

— Поэтому и предлагаю. Чтобы не видеть на старости лет, как ты рыдаешь, — каркающим смехом рассмеялся старикан. — Без трюков. Чистое мастерство меча. Помнится, ты нос воротил от него. Плевался. Говорил, что не твоё. Так почему же тебя теперь зовут мастером меча?

— Люди склонны заблуждаться. На мечах смахнемся? Или как в старые добрые времена?

— Как в старые — я не переживу. Давай на мечах.

И мы дали.

***

Дарий перехватил меня, когда я уходил от Гатса. Перехватил наглым образом, тупо меня похитив.

— Не ожидал? — спросил он, переместив меня куда-то в пещеру.

— Стал богом и совсем обнаглел.

— Фактически — ещё не стал. Не хочешь спросить, зачем я тебя сюда притащил? — указал он на проход куда-то внутрь пещеры, из которой исходил мягкий свет.

— Что-то подсказывает, что ответ мне не понравится.

— Да брось. Ты всегда сможешь отказаться.

— И почему мне кажется, что отказаться не получится?

— Потому что моё предложение тебе понравится, старикашка.

— Рассказывай уже, — устало вздохнул я.

— История короткая. Впереди что-то вроде источника жизни. Зайдёшь, искупаешься. Тебе хватит… — Дарий сверкнул глазами и оценил моё состояние, — где-то сорока минут. Это омолодит тебя до состояния двадцатилетнего.

— О нет.

— О да. Мать когда-то упоминала о твоей мечте вырастить детей и отправиться путешествовать по мирам. Я даю тебе вторую молодость.

— Это было так давно, что уже не актуально.

— Брат… Ты разве не читал статью собственного сына в соавторстве с моей матерью о том, что состояние тела влияет на ощущение себя? Ты устал, потому что твоё тело устало. Омолодись и снова воспылаешь энтузиазмом.

— Признайся, что тебе просто нравится эксплуатировать меня.

— Не без этого. У меня будет для тебя задание.

— Во-от, — протянул я. — Нет, отстань.

— Может, выслушаешь?

— А может, нет?

— Придётся, — нагло усмехнулся Дарий. — Восстановление Идельтира займёт десятки, а то и сотни лет. В процессе мне надо будет решить, как перестраивать систему и перестраивать ли в принципе. Хочу, чтобы ты мне помог ответить на этот вопрос.

— Я обычный старик.

— Ну да, обычный, — хмыкнул Дарий. — Отправляйся, как и хотел, путешествовать. Я хочу, чтобы ты совершенствовал своё мастерство. Чтобы, когда мы с тобой встретимся через двести лет, ты смог мне ответить, что это такое и как следует изменить Колодец.

— Двести лет? Предлагаешь мне шляться неизвестно где ещё двести лет?

— Разве не ты собирался осесть где-нибудь и медленно помирать? В чём разница? Я тебе предлагаю уникальную возможность. Двести лет странствий. Вернёшься таким же стариком. Сможешь увидеть, как изменится твой мир, что произойдёт с потомками.

— А что насчёт остальных?

— С этим сложно, — посмурнел Дарий. — Один человек в год. Столько я смогу приводить сюда. Разумеется, наши близкие получат доступ. Не сразу, а постепенно, но получат. Думаю, надо будет это как-то сохранить в тайне. Быть может, я им тоже предложу начать жизнь заново, под другим именем. А может, и нет. Посмотрим.

— Общественности лучше не знать, что у нас есть такое средство, — задумался я.

Это легко могло породить сначала интриги, а потом и кровопролитный конфликт.

— И я не смогу уйти просто так.

— Уверен, ты сможешь попрощаться тайно, чтобы никто не увидел тебя молоденького, — мерзко хихикнул Дарий.

— Ты точно бог? Ведёшь себя как ребенок.

— Мне нравится думать, что я коварный бог и искушаю прославленного героя.

Многое хотелось сказать. Не всё из этого было бы приятным. Но я хорошо знал себя, хорошо знал Дария и мог предсказать весь наш последующий диалог. Продлить жизнь ещё на пару сотен лет? Скажем так, я повидал и испытал достаточно, чтобы не гнаться за этим. Предложи мне кто отправиться в сложное путешествие, чтобы пристраститься к источнику жизни… Нет, спасибо. Отказался бы. Но так… Почему бы и нет, собственно? Я и правда не бы отказался прогуляться по мирам. Битва богов оставила после себя множество следов. Боевое искусство на перекрёстке вышло на новый уровень. Родились тысячи мастеров. Кто знает, какие секреты я смогу обнаружить? Да и посмотреть по возвращении, как поживают мои дети, дорого стоит.

Только получается, мне уже сейчас придётся попрощаться со всеми теми, кто есть. Неприятно. Но допустимо. По правде говоря, я слишком долго живу, чтобы успеть им всем надоесть.

— Я приму твоё предложение.

— Тогда прошу, — махнул рукой Дарий, приглашая.

***

Словно в сауне попарился. Смыв с себя всю старость.

На выходе Дарий мне зеркало дал.

— Твоё зрение тоже восстановилось. Можешь посмотреть на себя.

— Надо бороду сбрить, — сказал я задумчиво. — Непривычно. Лицо молодое.

— Как себя чувствуешь?

— Как тот, кто теперь легко тебе наваляет.

— Ха-ха! Узнаю легендарного Спартанца, который никогда не отказывался от хорошей драки!

— К этому придётся привыкать… — покачал я головой.

***

Дарий вернул меня обратно. Я ушёл в глушь и несколько дней провёл, исследуя свои новые возможности. Чувствовать себя молодым было приятно. Желание засесть в кресло-качалку и сидеть так, пока не помру, исчезло без следа.

Надо же.

— Брат, — окликнул меня Дарий, когда я вернулся. — Ещё кое-что. Подарок, — кинул он мне кольцо. — Там камни. Ты теперь можешь их заново освоить.

— Мы с тобой это уже обсуждали, — качнул я головой.

— Забудь свои обиды. Что ты теряешь?

— Мало ли. Вдруг я решу разрушить Идельтир, а ему это не понравится.

— Надеюсь, мы с тобой этого избежим, потому что такого я позволить не могу. Если не собираешься со мной сражаться всерьёз, то… Не вижу проблемы. Это поможет тебе забредать в любые места, в какие пожелаешь.

— Камень бога тоже там есть?

— Это было бы слишком. Их так просто не получить. Только через тяжёлое испытание и… В общем, для обычных людей это целое приключение, на сотню лет.

— Это радует. Не хотелось бы, чтобы толпы богов стали бегать по перекрестку.

— Прошлым хранителям тоже не хотелось, поэтому они создали такое ограничение.

Кольцо я забрал. Потом гляну, что там.

Дарий от меня отстал наконец-то. Какое-то время у меня заняло, чтобы заново посетить всех тех, с кем я хотел попрощаться.

Неожиданно меня нашёл Гэцу и заявил, что пойдёт со мной.

— Ну уж нет. Я и так устал от тебя, псина.

— Сам ты кожаный. Вместе веселее, — подмигнул он.

Отделаться от этого приставучего не получилось.

Вдвоём мы покинули Землю, отправившись странствовать.

Глава 19. Возвращение

Вернулись мы с Гэцу спустя двести лет. Ушёл молодым, а вернулся опять стариком.

Нельзя сказать, что до меня совсем никакие новости не доходили. Раз в десять лет Дарий стабильно находил меня, и мы общались, обсуждали всякие вопросы. Заодно он рассказывал, что там и как. С поправкой на то, что первые лет двадцать Дарий присматривал за родным краем, но потом стал постепенно отдаляться, так что к концу моих странствий информация перестала поступать. Единственным источником информации он не был. Где я только не бродил, на перекрёсток регулярно возвращался, бывало, и встречал кого-то из родного мира.

Как бы там ни было спустя двести лет я слабо представлял, какая обстановка царит в моём семействе, не выродилось ли оно. Точнее, не выродилось — это точно, правят ещё беловолосые, но насколько здоровая обстановка — вот этого я уже не знал.

Поэтому возвращаться было волнительно.

Начать я решил с родового поместья. Из Колодца вышел да путями духа добрался, куда надо. Только и увидел, что три города вокруг первого Колодца сильно изменились. Непонятно, в какую сторону. Просто изменились.

Другое дело, наш город. На первый взгляд величия только добавилось. Как и населения. Как и технологий. Неоновые вывески, летающие автомобили. Забавно, забавно. В других мирах с технологиями было традиционно так себе, поэтому видеть такое оказалось непривычно.

Вышел я вдали, а не сразу рядом с поместьем. Защитный периметр вокруг него расширился, лес вырос, изменился, как и сады вокруг. Смотрю и не узнаю ничего.

Рядом со мной из земли выросла фигура каменного голема. Фигура человеческая, напоминающая дворецкого.

— Господин, — склонился дух-охранник. — Вы вернулись. Рад вас видеть.

— О-о, ты осознал себя и обрёл разум? — приятно удивился я.

— Ещё сто пятьдесят лет назад, — распрямился он и степенно кивнул. — Сообщить о вашем приходе?

— Не стоит. Хочу… — покрутил я рукой, подбирая слова.

— Навести шороху? Так любит говорить госпожа Тамара, — обозначил он улыбку в ответ на мою вскинутую бровь.

— Ты обрёл не только разум, но и чувство юмора, — уважительно кивнул я. — Раз ты упомянул Тамару, значит, она жива.

— Да, господин. Последний раз она была здесь где-то пятьдесят лет назад. Но я не слышал новостей о её смерти.

— Понял. Что там за пацан бегает? — указал я направление.

— Наследник семьи… — явно замешкался дух. — Назвали в честь Основателя. Эдгаром.

— Забавно, — хмыкнул я. — Пойду познакомлюсь.

Какое он поколение представляет, интересно?

Примечательно было то, что пацан лет семи бегал в саду один. Где другие дети? Дела настолько плохи? Гадать смысла не было. У этого могли быть сотни разных причин. Может, на занятиях, может, в других местах живут, может, на море уехали купаться. Тогда непонятно, почему наследника не взяли, но… А, ладно. Скоро и так узнаю.

Пацан меня заметил, когда я перестал скрываться. Занимался он тем, что увлечённо рубил мечом манекен. Не тренировка, просто баловался.

— Вы кто? — нашёлся он с вопросом, секунд через тридцать разглядывания меня.

— А ты?

— Я Эдгар, — ответил он с какой-то даже гордостью. — А вы прибыли к отцу?

— А твой отец кто?

— Вы его не знаете? — нахмурился мальчик. — Но…

— Лучше скажи, тебя с мечом-то учили обращаться? — усмехнулся я.

— Учили! — вспыхнул он моментально. — Терпеть не могу меч! — добавил он.

— О-о, — протянул я. — Проклятие имени, не иначе.

— Проклятие? — уставился он на меня.

— Эдгар. Основатель клана. Он тоже меч терпеть не мог. Но ничего. Потом наловчился. Может, и у тебя получится.

— Откуда вы знаете? — спросил он с подозрением.

— Эдгар! — прервали нас.

Минута сорок две секунды. Столько охране потребовалось, чтобы засечь меня. А я ведь полностью перестал скрываться. Ну ладно, ладно. Это не совсем честно, понимаю. Тем более дух-голем меня даже под маскировкой заметил, но всё же, всё же.

Прямо ностальгия берет. Сильнейшее чувство дежавю. Когда-то я так вернулся после долгого странствия и смотрел на своих детей, знакомился с ними заново.

Прервал же нас мужчина лет тридцати. Взгляд встревоженный, на меня смотрит с опаской. Он не один здесь. Сначала меня охрана всё же засекла. Подала сигнал. Там предупредили, по всей видимости, отца мальчика, который сюда и прибежал. Если Эдгард — наследник, получается, передо мной либо действующий глава, либо его сын.

— Эдгар! — окликнул мужчина сына ещё раз.

Тот спохватился, наконец-то юркнул ему за спину. Сам же мужчина принял угрожающую позу, удерживая заклинание на ладони.

— Назовись! — потребовал он.

— А то что? — усмехнулся я нагло. — Ударишь меня молнией?

Эта мысль показалась предельно забавной.

— Или надеешься на толстячков из охраны, которые окружили нас? — продолжил я, с любопытством наблюдая, как мужчина просчитывает ситуацию и пытается принять решение.

— Дядя, вы лучше не шутите, — сказал Эдгар из-за его спины. — Мой папа очень сильный.

— Да неужели? — расплылся я в улыбке. — Так пусть покажет. Ну, чего замер? — надвинулся я на него. — Давай уже, кидай своё заклинание.

Он и кинул.

— Неплохо, — поймал я заготовку ладонью и рассмотрел. — Молнии. Модифицированные. Ещё и знаки усиливающие.

— Да кто ты такой?! — возмутился мужчина.

— Тот, кто смотрит и недоумевает. Эдгар, — обратился я к пацану, — тебе за подготовку — двойка.

— Чего это? — возмутился он с обидой.

— Ты болтал с незнакомцем, который непонятно откуда взялся. Вместо того чтобы позвать старших или хоть как-то задуматься о своём выживании. Когда старший пришёл, ты спрятался ему за спину, как испуганный сурок, вместо того чтобы бежать домой и не путаться под ногами. Ты сейчас сковываешь отца. Не даёшь ему развернуться в полную силу. Как и многочисленной охране, что нас окружила. Сейчас ты балласт, мелкий. Мелкий, плохо обученный балласт.

— Хватит, — не выдержал мужчина. — Кто бы ты ни был, следи за языком.

— Повторю вопрос. А то что? Сам-то кто будешь? Только не говори, что глава клана.

— Глава — мой отец, и он… здесь, — скосил мужчина глаза в сторону.

Там во вспышке молний появился мужчина постарше. Не старик, ещё крепкий, но и не молодой.

— Итак. Вас теперь двое против меня одного, — продолжил я наводить шорох. — Юный Эдгар так и не внял совету. Стоит как вкопанный, вместо того чтобы бежать. Что же будет дальше?

— Что здесь происходит? — потребовал глава ответа.

Сойдя с места, я переместился и рядом с ним оказался, закинув руку ему на плечо.

— Слышь, пацан, — бросил я небрежно. — А ты кто по жизни будешь?

Он вывернулся, отсек меня силовым полем и отступил.

— Неплохо, — сказал я, присматриваясь к вязи символов. — На троечку, но в целом сойдёт.

Для наглядности я ткнул пальцем в слабую часть, отчего силовое поле схлопнулось.

— Наглец! — рыкнул глава. — Ты хоть понял, куда забрался?!

Неизвестно, куда бы зашёл разговор, но тут из него белая волчица выскочила. Ещё и оскалилась на меня, зарычала.

— Надо же, — улыбнулся я.

Гэцу тоже решил из меня выскочить в образе волка. Оказался перед волчицей и треснул ей лапой по морде. Их короткий разговор было нетрудно разобрать. Сводился он к простому — ты на кого зубы скалишь, младшая?

Впечатлились все. Особенно волчица. Взвизгнула, прокатилась по земле, вскочила на лапы. Оценила обстановку заново. Встретила мой взгляд. Обернулась молодой девушкой.

— Мой король, — склонила она голову и упала на колено. — Вы вернулись…

— Надо же, — обернулся Гэцу в мужчину. — Дошло. Смотрю, без короля вы тут совсем распоясались. Но ничего, поучим вас уму-разуму, научим родину любить…

— Гели? — как-то неуверенно спросил глава. — Что это значит?

— Гели, иди погуляй пока, — махнул я рукой. — Мы тут сами разберемся.

— Слушаюсь, король, — сказала она недовольно, но всё же подчинилась.

Связь с духом в некотором роде сакральна и интимна. Он буквально живёт внутри тебя. Видит твои помыслы. Без доверия такой союз — настоящая пытка. Поэтому шок мужчины от того, что кто-то отправил его духа прогуляться, можно было понять.

— Эй, пацан, — обратился я к нему. — Так что, драться будем?

— А кто вы, собственно, будете? — спросил его сын, до того как мужик вспыхнул.

— Есть разница? Я на вашей территории. Весь такой опасный и непонятный. Чего же вы мнётесь? Нападайте.

— Да как-то уже не хочется, — ответил он мне.

— А ты, пацан, — посмотрел я на главу, — тоже не хочешь?

— Как понимаю, ты Эдгар Грозовой? — посмотрел он на меня прямым взглядом. — И я не пацан. Я глава клана.

— Ты хотя бы сотню лет разменял, пацан?

— А вы тот самым Эдгар? — восторженно спросил Эдгар-мелкий.

— Кто знает, кто знает, — усмехнулся я. — Вижу, что драки не будет. Пока что. Через два часа жду вас на полигоне. Раз такие резкие, проверю ваши боевые навыки.

— Дедушка — архимаг, — вставил мелкий.

— Пока что в моих глазах он зелёный пацан. Посмотрим, что там у него от архимага, — дёрнул я щекой. — Через два часа. Мне плевать, в каком составе вы придёте. Берите гвардию, если боитесь. Союзников зовите. А меня пока не трогайте. Родовое кладбище цело?

— Цело, — ответил глава.

— Хоть что-то сохранили, — ответил я мрачно.

И ушёл.

***

Когда я уходил, на родовом кладбище, где первой встала статуя Калии, было всего ничего памятников павших. Калия, Мария и Люциус. Сейчас же их тут было больше двух десятков.

Я уставился на них, вглядываясь в лица, пытаясь угадать, кто это.

Роза, и ты тут. О её смерти я знал. Дарий сводил её к источнику. Подарил новую жизнь. Которую она прожила по новой. Сделала себе новое имя, ушла из дворца. Полностью от услуг клана не отказалась, но активно в его делах не участвовала. Я знал, что у неё и новая семья появилась. Троих детей родила. Под нашей фамилией, в смысле, как Грозовая, но та ветвь проходила как боковая, а не королевская. Не осуждаю. Наш брак на момент моего ухода исчерпал себя. Как-никак, мы прожили вместе долгую и насыщенную жизнь. Оба решили начать заново. Не самый плохой вариант, когда живёшь несколько столетий. Уж поверьте. Хватит и половины века, чтобы устать друг от друга. Некоторые справляются и за пару лет.

— Не помешаю? — отвлёк меня голос.

Гэцу свалил, поэтому здесь я был один. Почти один. Если не считать охраны, которая держалась на почтительном расстоянии, но всё же окружила меня.

— Хм… — глянул я на подошедшего. — Николай? Сын Петра?

— Это приятно, что ты узнал меня… дедушка, — улыбнулся мужчина.

Или всё же старик? Николай — это тот сын Петра, что женился на дочери Шупы и тем самым продолжил герцогскую династию.

— Узнал с трудом, — не стал я скрывать. — Ты постарел, что ли?

— Шутишь? — усмехнулся он. — Двести лет прошло, а я уже в ту пору был не так уж молод.

— Ты вроде в целители метил. Ваша братия обычно выглядит хорошо.

— Так и я неплохо сохранился. Подумал, что захочешь узнать новости. Могу рассказать, кто здесь похоронен.

— Было бы неплохо. Как-то многовато статуй.

— Люди смертны, — философски ответил потомок и указал на первую статую. — Сын Лилии и Ворона. Слышали, что Ворон погиб?

— Как?

— Это произошло тридцать лет назад. Они построили империю и обратили своё внимание вовне. Там был сложный конфликт с другой империей… В итоге Ворон был убит. Ценой своей жизни он переломил ход всего сражения. Тогда же погиб их с Лилией сын.

— А что дочь?

— Была в гневе. Лилия Последняя Тень. Так её прозвали. От столицы вражеской империи остался лишь кратер. Сейчас она старейшина клана. Как слышал, уже не вмешивается в дела. Она стара.

— Встречусь с ней, — кивнул я. — Что с другими моими детьми? Почему здесь София?

— Умерла. От старости.

— Как это возможно, когда у нас столько сильных целителей?

— Мы не всесильны, — спокойно ответил внук.

Я не нашёлся, что сказать. Никогда бы не подумал, что смерть имеет столько оттенков. И уж точно мне не хотелось узнавать, что такое тяжесть бремени отца, узнавшего о смерти дочери. Успокаивало только то, что она прожила по-настоящему длинную и насыщенную жизнь.

— В последние годы она была… Довольно эксцентричной старушкой, — осторожно заметил Николай.

— Поясни.

— За день до смерти вместе с Тамарой они закатили во дворце вечеринку. Сама же София после этого, уже вечером, спокойно прошла в свои покои, оставила записку и умерла.

— Звучит… — попытался я подобрать слова к этой картине, но не смог. — Странно. Но вроде бы позитивно.

— Она была весёлой, эксцентричной и любила всех своих многочисленных внуков, — улыбнулся Иван. — Но на момент смерти она и правда была стара. Сказался слабый потенциал тела. Последние десять лет ей дались тяжело. Было проведено самое тщательное расследование, но это и правда смерть от старости, — осторожно добавил внук.

Опасается, что я буянить начну? Если потребуется, может, и начну. Не зря опасается.

— Петра здесь не вижу.

— Отец стал архимагом и достиг такого искусства, что смерть от старости в ближайшие лет сто ему точно не грозит.

— А ты что? Не стал архимагом?

— Только магистром.

— Тогда понятно, откуда седина.

Рассказал Николай и про других. Про короля Александра Первого, который также умер от старости, за тридцать лет до этого отдав трон сыну. Про других моих потомков. Кто-то также умирал в своей постели. Кто-то на войне. Кто-то пропал в странствиях, и их судьба была пока неизвестна.

Выслушав рассказ про каждого, я попросил оставить меня. Достал бутылку вина, два бокала. Один поставил перед статуей Калии.

Жаль, что она всего этого не увидела.

***

— Это точно он? — спросил Геннадий у Николая, когда тот закончил общаться с гостем и вернулся в дом.

— Твой дух назвал его королём, а, насколько мне известно, у них есть только один король. И да, это он. Основатель. Беловолосый Мясник, Раскалыватель Небес. Мой тебе совет. Лучше не бери никого с собой на полигон и прими свою участь достойно.

— Какую? — сглотнул мужчина.

Который давно привык себя чувствовать могущественным главой могущественного клана, а тут вдруг ощутил себя зелёным пацаном.

— Вряд ли он тебя убьёт. Но поваляет знатно. Ты ведь слышал про ещё одно его прозвище. Сначала оно было Учитель Шиноби, а потом превратилось в Учитель Легенд. Взять у него урок — бесценно.

***

В назначенный час я пришёл на полигон. Его так никуда и не перенесли. Долину, которую мы использовали для тренировок, использовали и по сей день.

Разбираться со мной пришли те же самые лица. В смысле, глава клана и его сын.

— Как вас звать-то? — спросил я, когда они подошли.

— Основатель, — дружно поклонились они.

— Я вообще-то вопрос задал, — сказал я недовольно. — На заметку — ваши почести мне не нужны. Лизоблюдство и виляние хвостом не входят в список добродетелей, которые я ценю. Сила духа, характер, масштаб личности, воля — лучше продемонстрируйте мне это. Назваться тоже не помешает.

— Геннадий Романович, — представился глава. — Внук Николая.

— Николая — который мой внук и с которым я недавно говорил? Это, получается, ты мой праправнук?

— Получается, что так, — не особо радостно ответил он.

— А тебя как звать? — перевёл я взгляд на молодого.

— Люций, — ответил он, хмурясь.

— Небо, — закатил я глаза. — Люций, у которого сын Эдгар. Ничего оригинальнее не придумали? Надеюсь, вы оба тщательно подумали, когда имена выбирали. Потому что Люций был тем ещё хладнокровным убийцей и мерзавцем, которого я какое-то время ненавидел всем сердцем. Так себе основа для повторения семейных сценариев. Ладно… — махнул я рукой, смотря на их вытянувшиеся лица. — Нападайте. Можете использовать что угодно. Давайте сразу вдвоём. Оценю заодно вашу командную работу.

— Статус основателя не даёт права командовать нами, — ответил Люций.

— Так побей меня, — приглашающе махнул я рукой. — Давай докажи, что ты взрослый, самостоятельный и опасный.

Его отец был порасторопнее. Задействовав технику шага и мерцание, он расстроился, сместился и ударил меня чем-то вроде меча молний. Неплохо ударил. Чужая сила подхватила меня, швырнула о землю, и я отлетел на несколько десятков метров. Кувыркнувшись, оттолкнулся рукой от земли и снова оказался на ногах, отбивая следующий удар.

— Неплохо, пацан. Быть может, ты и заставишь меня разогреться.

По его лицу я прочитал всё, что хотел. У него точно в голове мелькнуло что-то подобное — раз я его ранил, то и не так он силён, да и вообще, вдруг переоценили легендарного основателя?

Знал бы он, как я потратил эти двести лет, так бы не думал.

Я увернулся от ещё парочки атак, которые тянули на слабый магистерский уровень, да отвесил пинка этому зазнайке.

— Обидно, не так ли? — спросил я, оказываясь рядом.

Он выставил в мою сторону руку и выстрелил сжатым потоком молний. Я перехватил руку и увёл в сторону. Он ударил силой духа… Не, серьёзно? Что это за жалкие потуги?

— Ты уже начнёшь драться или нет?

Его сын решил наконец-то вмешаться. Ударил меня в спину. Одобряю. На войне все средства хороши. Если бы ещё атака чего-то стоила. А так я дёрнул на себя Генку да подставил под удар отпрыска. Выдержал, защита у него неплохая, но, блин. Что-то размякли мои потомки. Ох, размякли.

Гонял я их так ещё пару часов. Безжалостно допинывая, когда попытались убежать. Салаги.

— Хватит с вас, пожалуй, — отряхнул я ладони, когда они оба упали и уже не смогли встать. — Эй, пацан, — подошёл я к Геннадию и присел рядом. — Сообщи всей родне, всем моим потомкам, что я вернулся. Устрой общую встречу через неделю.

— Это… будет… сложно, — с трудом проговорил он, приподнявшись на руках.

— Не мои проблемы. Жду всех через неделю. Хочу увидеть, что с моими потомками. Не заглядывать же к каждому? Пусть собираются.

— Среди твоих потомков есть император. Я не могу заставить его прийти.

— Император? Наследник Александра?

— Александр Третий. Внук.

— Какая милая преемственность. Составишь ему письмо. Я допишу от себя пару строк. Всё, ползите отсюда. Что за позорище вообще? Архимаги, блин. Приводите себя в порядок и домочадцев успокойте. А я пока загляну к старому другу.

***

Старый друг обитал чуть в стороне от поместья. Отстроил себе небольшой домик, да там и обосновался. Когда я подошёл, кресла уже стояли. Как и закуски с вином.

Шупа довольно скалился, поглядывая на меня.

— Ты опять старикан, — остановился я напротив.

— А ты вот неплохо сохранился. Разве что высох ещё больше. Прям как древняя жердь.

— Судя по твоему упитанному виду, последние годы жили мы в разных условиях.

— Я вернулся шестьдесят лет назад. Почти сто сорок лет блуждал. Дарий сводил меня к источнику спустя несколько лет после твоего ухода. Я подумал, что тоже будет неплохо прогуляться.

— Да слышал, слышал. Дарий рассказывал, — плюхнулся я в кресло. — Неплохо ты тут устроился.

— Могу себе позволить.

— Чем занимался?

— Чем только не занимался. В разные истории попадал. Нагеройствовался, — улыбнулся он хорошо понятной нам шутке. — Потом вернулся, посмотрел, что тут и как. Занялся всякими делами, а потом забил и вот, отдыхаю. Позже покажу тебе квартал стариков. Самое то для таких, как мы.

— Квартал стариков?

— Для тех, кто отошёл от дел. Один из способов балансировать семейные конфликты.

— Причина которых лежит в долгожительстве?

— Ага, — кивнул Шупа.

Я понял, о чём он говорит. Долгая жизнь имеет свои минусы. Когда я создавал клан, мы, по сути, пришли на пустую землю, где ничего не было. Потом мы создали герцогство и королевство. Работы было столько, что вопрос, куда пристроить детей, не стоял. Они могли позволить себе выбирать, чем заняться. Куда ни ткни, для любого дело найдётся. Следующее поколение тоже от этого не страдало. Слишком много всего происходило. Свободных ниш по-прежнему хватало с избытком.

Но как сейчас с этим дела обстоят? Как решается проблема, когда кто-то становится главой и правит следующие двести лет? Его сын вырастает и хочет встать у руля. Потом внук. Правнук, праправнук и так далее по списку. Нет сменяемости. К чему это приводит, какие обиды и конфликты порождает?

Как понимаю, Шупа организовал что-то типа особого места для тех, кто отходит от дел по собственному выбору, а не по причине непригодности? Ладно, потом узнаю.

— В целом как?

— По-разному. Если думаешь, что каждый твой потомок могуч и велик, тебя ждёт разочарование. Если ждёшь, что есть хотя бы парочка достойных, будешь приятно удивлен.

— Так мне расслабиться или хвататься за голову, как всё плохо?

— Скажем так, простора для того, чтобы навести шороху, хватит.

— Что насчёт Геннадия? Он назвался архимагом, но как-то хлипковат.

— Не знаю, по каким стандартам ты судил. Он архимаг мирного времени. Герцогством толково рулит. Не сказал бы, что он плох.

— Как-то не впечатлил.

— Ты свалился как снег на голову. Прямо как Тамара.

— А что она? Про неё почти ничего не слышал и не знаю.

— Ну… — вильнул взглядом Шупа. — Сам узнаешь.

Зная Тамару, не удивлюсь, если она шороху на всю империю наводит. Чтобы в тонусе держать.

***

Александр Третий закончил переговоры с посольством северного королевства, или, как они себя называли, империей Эрнок.

По внутренним бумагам государство считалось королевством, входящим в состав империи. А что касается собственных представлений… с каждым годом они всё больше хотели свободы, и гордые заявления, что они отдельная империя, звучали всё громче. Тот факт, что двумя империями, по сути, правили родственники, их не смущал. Скорее, это просто добавляло сложности конфликту. И пусть желание сателлитов обрести самостоятельность было понятно, легко от этого не становилось, потому что Земля не обладала многими нужными ресурсами.

— Что там у тебя? — устало спросил Александр, когда в кабинет вошёл секретарь. — Что-то не припомню у тебя такого выражения лица. Ты выглядишь смущённым.

— Так и есть, господин, — ответил верный помощник.

Конверт он положил на стол, поглядывая на послание с опаской.

Александр уставился на конверт, в котором, по всей видимости, лежало письмо. Вполне себе официальное, от южного герцога, ещё одного родственничка себе на уме. То, что конверт вскрыт, неудивительно. Любые послания, посылки, подарки и всё прочее, что регулярно отправляли императору, проходило целый ряд проверок. Секретарь был финальным проверяющим и имел разрешение вскрыть послание, чтобы сортировать и подавать в нужном порядке, иногда сопровождая комментариями по делу.

— Не змея же там, — сам себе под нос буркнул Александр и решительно достал сложенный лист.

Развернув, он принялся читать.

— Ваше высочество… Стандартно… Приглашает… Куда? На семейное собрание? Спятил, что ли? Ах вот оно что… Вернулся основатель… Ожидаемо. Кхм… И приписка.

Приписка была сделана размашисто, от руки.

«Хватит просиживать задницу на троне, потомок. Загляни в гости через неделю. Твой предок. Эдгар Грозовой».

— Наглец, — припечатал Александр.

— Что ответить? Как отреагировать на наглость?

— Что? Отреагировать? — нахмурился Александр, сведя брови. — Ах да, ты же молодой. Тогда вот тебе справка. Основатель… В смысле, тот, с кого всё началось… Тьфу, — поморщился император, — началось всё не с него, а за пару поколений до этого, но не суть. Эдгар Грозовой был тем великим предком, который заложил основы нашего клана, всего семейства беловолосых. Цепной пёс первого короля. Первый герцог юга. Как его только не называли. Беловолосый Мясник, Убийца Архимагов, Мастер Одного Удара, Учитель Легенд. Он тот, кто творил историю. Ну и королём он был. После него править стал мой дед, Александр Первый.

— Этот основатель до сих пор жив? — удивился секретарь.

— По всей видимости. Наглость его сообщения намекает, что с годами он слабее не стал.

— Как бы силён ни был, он одиночка… — осторожно заметил секретарь.

— Я тебя взял не за бойцовские качества, но сейчас тебе это мешает. Одиночка, которого также прозвали Уничтожителем Армий? Возможно, я ошибаюсь, но интуиция подсказывает, что, если предок захочет сесть на трон… Любой трон. То сделает это.

— Но это…

— Право силы. Хочу на него взглянуть, — с предвкушением усмехнулся Александр. — И посмотреть на лица родственников, которые все соберутся в одном месте. Ха!

Эпилог

Услышав, что Спар вернулся, Тамара испытала ни с чем не сравнимую радость и тут же отправилась в путь, но притормозила, резко остановившись.

Встретиться с ним сейчас было бы соблазнительно, но не лучше ли увидеться на общем собрании? Всё для себя взвесив, Тамара решила, что да, так получится круче. Только надо дополнительное послание всем отправить. Потомков у Спара сотни три наберётся, успели разбежаться по разным города и мирам. Сто процентов не все воспримут приглашение как должное, а значит, нужно им придать мотивации.

Поэтому Тамара вернулась домой, уселась за стол, пододвинула ноутбук и принялась строчить послания. Кому-то писала по-простому, кому-то более официально, а кому-то даже угрожала.

В назначенный день Тамара прибыла на встречу в родовое поместье. Давненько она здесь не была. Достаточно, чтобы появились всякие мелкие изменения. Народу было не протолкнуться. Её приветствовали, встречали, кланялись. Кто-то, наоборот, спешил поскорее убраться, чтобы не попасться на глаза Той Самой Тамаре, главному пугалу клана.

На дворе было позднее лето, но это не имело значения, потому что магией на территории поместья поддерживался приятный климат, позволяющий спокойно разгуливать в вечерних платьях.

Наконец Тамара нашла брата и сразу же переместилась, выдав свой фирменный удар ногой в голову, который шлифовала две сотни лет.

— Мелкая, ты что, бить разучилась? — последовал невозмутимый ответ.

— Да ты! — возмутилась Тамара, зависнув в воздухе.

Брат заблокировал удар настолько небрежно, что это несказанно бесило. Даже силовой волны не разошлось. А Тамара хотела шугануть гостей! И такой облом!

— И я рад тебя видеть, мелкая, — скинул он ногу.

— Тамара, ты как всегда, — сказала Лилия.

— Привет, малышка, — потрепала Тамара ту по голове, испортив причёску.

Лилия, лицо которой давно покрыли морщины, а волосы из белых стали седыми, приняла это как должное и неизбежное.

— А ты чего улыбку прячешь, пацан? — глянула она на Александра Третьего. — Уже нажаловались, как ужиться не можете?

— С этим мы как-нибудь сами разберёмся, — ответил император.

— Да уж не сомневаюсь… — перевела женщина взгляд на брата. — Не особо постарел. Глаза на месте. Руки ноги тоже не растерял. Выглядишь как наёмник, который лет сто валялся на солнце и как следует просох.

— А ты выглядишь как дорогая штучка, — ответил брат, изучая её. — Что за бардак, а?

— Какой ещё бардак? — нахмурилась Тамара.

— Что за конфликты в семье?

— Ты видел, сколько здесь народу? — удивилась Тамара. — Наплодил так наплодил. Конечно, между ними будут конфликты.

— Но не государственного же уровня.

— Всё имеет свойство меняться, отец, — сказала совсем уже не молодая Лилия.

— Ты давай, скажи ещё, что взрослая и сама будешь решать, — ответил Спар.

Лилия рассмеялась.

— Поддел, — признала она. — Я уже настолько взрослая, что отошла от дел. Поэтому разбирайся вот с ним, — указала она на Александра. — Между прочим, конфликт — следствие принятых тобой решений. Грабить чужие миры было оправданно в те времена, но сейчас… — покачала она головой.

— Ты точно отошла от дел? — поддел её Александр.

— Я всего лишь обозначила, что происходит.

— С ходу пытаясь манипулировать отцом.

— Хватит, — сказал Спар. — У нас сегодня семейная встреча, и я хочу увидеть мир, дружбу и тёплые отношения.

— Как же мне этого не хватало, — расплылась в довольной улыбке Тамара. — Я тебе такое покажу! Такое! А сейчас пойдём, покажу своих засранцев. Сама нарожала! Ну, старших! А потом они своих нарожали! Мы с тобой даже породниться успели по-настоящему!

***

Вечеринкой Тамара осталась довольна. Своих отпрысков в одном месте посмотрела. На других поглядела. Подоставала всех этих важных господ, старейшин, архимагов и прочих зазнаек.

Получила истинное удовольствие, наблюдая, как Спар одним взглядом ставит на место всех тех, кто хотел ему бросить вызов. Брат пока ещё не понял, но большое семейство — это не только возможности, но и постоянные интриги, соперничество, борьба за власть. Или, наоборот, понял как следует и собирался это сломать.

Кто знает, кто знает. Но главное — это было весело.

И трогательно.

Точнее, и смешно, и трогательно. Не каждый день видишь смущённого архимага жизни, к которому и императоры не прочь попасть на приём, заплатив любую цену, который распереживался, когда отец его похвалил. Или когда пришла бывшая жена, Василиса, последние десять лет именуемая в народе не иначе как Святая Василиса. Тамару эта женщина не переставала удивлять и по сей день. Нежный цветок, который почти триста лет назад затесался в их боевую компанию и которому там, откровенно говоря, было не место. И что? Архимага родила, породила целый род сильных целителей. Сама с каждым десятилетием прибавляла и прибавляла в силе. Та, что должна была уже десяток раз помереть, хотя бы от старости, выглядела как древняя старушка, но колесила по городам и государствам, оказывая помощь нуждающимся, за что и получила безоговорочную любовь и поклонение всех жителей всех государств, входящих в состав общей империи. Официально она не была архимагом. Не была сильнейшим целителем. Но факт есть факт. Эта древность никак не хотела помирать, была бодра, имела миллионы последователей, которые ей помогали организовывать дело везде, куда бы она ни прибыла. Цветочек вырос в могучее дерево, которое никак не хотело гнуться под гнётом времени.

Встреча Василисы со Спаром прошла настолько специфически, насколько может пройти встреча двух супругов, которые не виделись двести лет. Смесь неловкости, любопытства, прощупывая друг друга и толики нежности.

Тамара не стала любопытствовать сверх меры. Остальные тоже проявили чувство такта, оставив этих двоих одних.

Тем более им было чем заняться. Тамара наслаждалась вечером, подмечая множество деталей. Мало кто понимал, но Спар контролировал всё пространство, все эти сотни людей, считывая их реакции и слушая разговоры. Вряд ли для него стало секретом то, кто и как к нему относится. Или как относится друг к другу. Парадокс большого семейства в том, что здесь собрались как совсем заурядные люди, так и правители. Действующие и отошедшие от дел. Народ откровенно напрягся, когда появился Александр Первый. Император, который правил больше ста лет, которого прозвали Мудрым и который балансировал всю империю, ведя крайне сложную и продуманную политику. Тот, кто легко мог посоперничать во влиянии со своим внуком, действующим императором.

Спар подошёл к нему спокойно, обнял, хлопнул по плечу.

— Смотрю, возмужал, — сказал Спар по-простому.

— Ха! — рассмеялся первый император. — Самую малость, отец, самую малость. Ты тоже изменился. Стал куда опаснее.

— Я рад, что это хоть кто-то смог оценить.

— Тем более если это говорит правитель, а не воин? — подмигнул древний старик. — По правде говоря, застоялись мы тут все. Буду рад перед смертью посмотреть, как ты всех нас встряхнёшь, — снова рассмеялся он немного безумным смехом.

— Ты, никак, помирать собрался?

— Возраст, — пожал плечами Александр. — Он никого не щадит. До всех доберётся. Но ты выглядишь достаточно молодо, чтобы встряхнуть своё потомство.

— Посмотрим, посмотрим, — уклончиво ответил Спар. — Для начала я хочу со всеми познакомиться. Понять, во что семья превратилась без моего влияния.

Тамара, которая слушала этот разговор, находясь в стороне, довольно ощерилась. Слушала не только она. Эти двое не скрывались, говорили достаточно громко, чтобы сказанное разнеслось по округе. Не все обрадовались таким заявлениям. Кто-то откровенно ужаснулся.

Их можно было понять. Здесь были те, кто мог себе позволить говорить с императорами на равных. И были те, кто императора никогда вживую не видел и никогда бы не смог к нему приблизиться. Этот разговор для таких всё равно что откровения богов, собирающихся перетряхнуть мир.

Прекрасно же, не так ли?

Тамара, которая прожила больше трёхсот лет, превыше всего ценила то, что могло развеять скуку. Первый император был прав. Они все застоялись. Последний серьёзный вызов был несколько десятков лет назад. Сейчас же — болото. Деградация ещё не началась, но общая тенденция наметилась. Спар, возможно, станет тем катализатором, который встряхнёт всех.

Или наоборот. Тем, кто всё загубит. С него станется.

***

Тамара осталась довольна вечером. Она и сама смогла урвать часть внимания Спара. Договориться с ним встретиться через пару дней, устроить экскурсию.

Время пролетело быстро, и вот они встретились на улицах столицы, Вечного Озёрска, или Золотого Города, как его называли.

— А ты не подумал, что в этой одежде будешь выглядеть несуразно? — сказала Тамара вместо приветствия, окинув взглядом его наряд типичного бедного наёмника.

— Думаешь, об этом стоит волноваться? — полюбопытствовал Спар, с интересом поглядывая по сторонам.

— Тут многое изменилось, брат. Повсюду камеры. Ведётся присмотр за гостями из чужих миров и за всеми подозрительными ныряльщиками… То есть за одарёнными, если по-современному. Ты выглядишь как наёмник дикарь.

— Как же отреагирует здешняя система безопасности?

— Думаю, тебя уже взяли на заметку и сейчас отправят патруль для проверки документов.

Брат, как и следовало ожидать, сразу появился там, где они договорились встретиться, а значит, система заметила его только сейчас.

— Документов?

— Ага. Представь себе, у каждого гражданина есть паспорт, — откровенно забавлялась Тамара, просвещая брата.

— Не думаю, что это станет проблемой. В конце концов, что они мне сделают? — пожал он плечами. — Ты обещала показать город. Так давай показывай. Заодно расскажешь, чем живешь.

— Убиваю скуку, как могу. Идём. — Тамара увлекла Спара за собой.

Патруль к ним и правда направили. Тамара всё рассчитала так, чтобы встретиться с ними в одном специальном месте. Перед храмом.

— Это что? — нахмурился Спар.

— А то сам не видишь, — ответила Тамара.

Брат уставился на статую… Себя. Фигура легко угадывалась, волосы отливали белым, глаза были закрыты повязкой.

Патруль, который наблюдал за ними последние пару минут, решил подойти аккурат в этот момент.

— День добрый, — привлёк внимание мужчина из усиленного отряда патрулирования. — Миледи, — признал он в Тамаре аристократку. — Господин. Обычная проверка. Можно ваши документы?

— У меня их нет, — беспечно ответил Спар.

— Вы не из здешних мест? — вежливо спросил силовик.

— Да как сказать… — усмехнулся Спар, которого эта ситуация забавляла.

— Балда! — закатила глаза Тамара. — Ты что, не видишь, кто перед тобой? На статую посмотри! На статую!

— Нас почтил своим присутствием сам бог войны? — не удержался от насмешки мужчина.

Тут он присмотрелся к Тамаре, перевёл взгляд на вторую статую, что-то в его голове сложилось, а в мозгу — перемкнуло. Ситкартка собиралась над ним как следует поглумиться, но вместо этого мужчина резко развернулся и, ничего не говоря, быстрым шагом свалил, прихватив страхующих напарников.

— И что же это было? — спросил Спар тем самым ласковым тоном, который не предвещал ничего хорошего.

— Ой, да ладно тебе, — отмахнулась Тамара.

— Рассказывай.

— Это всего лишь безобидная шутка.

— Это похоже на храм, — кивнул Спар на здание. — И религию. Как-то я не ожидал, что попаду в местный пантеон. Ещё и богом войны.

— Да это случайно получилось. Понимаешь, в первую беременность… Ну, мне скучно было, — смущённо призналась Тамара. — Делать особо ничего нельзя. Беременность ещё тяжело проходила. Меня по эмоциям кидало, гормоны, будь они неладны. Как-то так и вышло, что я решила пошутить. Жить мне долго, так почему бы не создать религию? Возможность у меня была. Построила храм. Придумала основы учения. Статуи красивые поставила. А там прошло сто лет и вот. Шутка разрослась и официально признана.

— Кхм… — было непонятно, что значит этот звук. — Мария у нас кто?

— Покровительница знаний, повелительница бурь. Мария Мудрая.

— Мудрая?

— Слушай, — потупила Тамара взор. — Я тогда была немного не в себе и не особо заморачивалась с именами.

— Боги, — закатил брат глаза. — Почему Люция нет?

— Потому что один бог войны у нас уже был, поэтому как-то так… — развела Тамара руками.

— Иван — покровитель кузнецов?

— И всех мастеров. Бог-кузнец.

— Про Василису понятно. Как не впихнуть статую святой, да?

— Удачно совпало, но она сама себе такую репутацию сделала.

— Про себя ты тоже не забыла. Тамара?

— Тамара Хранительница, — покраснела виновница.

— Угу. Хранительница. Почему Такен в капюшоне?

— Потому что он бог шиноби, отец основатель, тоже хранитель.

— Как-то много хранителей.

— Фактически мы все хранители.

— Получилось сумбурно, знаешь ли.

— Я же сказала. Не особо заморачивалась, — вздохнула Тамара. — Но согласись, весело получилось?

— Кому? Тысячам людей… Так, стоп. Мне надо это осознать. Тысячи людей что, реально молятся… нам?

— У нас и фанатики свои появились. Ты был слышал, как жарко проходят теологические споры о трактовках писания.

— Не уверен, что хочу это услышать.

— Пожалуй, соглашусь. Будет конфуз, если верующие встретят своих богов.

— Как ты с такой репутацией здесь вообще живёшь? — вскинул брат бровь.

— Неплохо. Иногда появляюсь в обществе. Балуюсь.

— К чему всё это? Пройдёт ещё сто лет, и это перестанет быть шуткой.

— Почему нет? — пожала Тамара плечами. — Это тебе кажется глупостью. Многие люди находят в этом смысл. Лет через десять ещё собираюсь добавить Тима, а то нам не хватает покровителя магов.

— Ужас, — покачал головой Спар. — Ты ведь специально меня сюда привела?

— Конечно, — усмехнулась Тамара. — Пойдём. Покажу тебе всякое разное. Хочешь попробовать выпечку в булочной, которая шлифовала свой подход почти триста лет?

— Кто о чём, а тебе лишь бы поесть, — фыркнул Спар.

— Это мы ещё до драк не дошли. Шиноби возбудились, когда Учитель Легенд вернулся. Я их пригласила к Камню. Будут там тебя ждать.

— Что ещё за камень?

— Увидишь. Айда веселиться.

***

Тамара заготовила целую программу, куда сводить Спара.

Водила брата по музеям, лучшим ресторанам, памятным местам, показывала всякие памятники, объясняла, почему они важны, показывала шедевры архитектуры и то, как менялся город. Им двоим выносливости было не занимать, поэтому убить пару суток на изучение города и посетить в том числе всякие злачные места — почему бы и нет?

Два живых бога могли себе такое позволить.

Самое вкусное Тамара оставила напоследок. Так и хотелось пригласить брата на полигон, чтобы померяться силой, но… Ситкартка не потратила эти двести лет зря. Пусть она и не тренировалась всё время, но стабильно выделяла минимум два часа каждый день. На протяжении двухсот лет. Исключение — период беременности и первый год декретного отпуска.

Такое количество тренировок с возможностью брать уроки у лучших мастеров даже глупую ситкартку чему-то да научат. Глупой себя Тамара не считала, пусть и признавала, что её талант ниже, чем у некоторых монстров, что попадались на жизненном пути.

Как бы там ни было, увидеть, что уровень брата превосходит её собственный на голову, она смогла. А значит, и на полигон его тащить не было смысла. Хорошо, что проверить его был и другой способ.

Тамара привела Спара к порталам, что вёл в город Корпуса.

— Мы здесь с тобой обязательно ещё прогуляемся, но сейчас — Камень!

— Спрашивать, что за камень, как понимаю, бесполезно.

— Камень — это Камень. Сейчас увидишь. И я вовсе не оттягиваю момент! Камень создал лет двадцать назад Дарий, чтобы оценивали уровень силы. Способ сомнительный, оценивает исключительно силу удара, но всё равно. У нас теперь есть традиция подтверждать ранги через этот камень. Боевые ранги.

— Дарий про это не упоминал. Впрочем, я его лет двадцать как раз и не видел.

— Он сказал, что это подарок тебе. Чтобы ты мог прийти и повыпендриваться, — поддела Тамара.

— Так и сказал?

— Так и сказал.

— Он мог.

— А то.

— Расскажи про шиноби. Что с ними стало?

— Теперь они соответствуют своему названию. Элитные бойцы экстракласса, которые решают самые разные задачи и присматривают за всей империей. Тайная база, тайные знания, всё жуть какое тайное. Посвящать в интриги, как это всё балансирует, кто кого и как сдерживает, сейчас не буду, сам потом разберёшься. Город корпуса так и остался военным. Все лучшие мастера здесь собрались. Десятки школ. Элитные бойцы. Архимаги. Тебе понравится. Камень же стоит в центре закрытой территории, вход строго по пропускам. На самом деле здесь всё по пропускам, но кто посмеет нас остановить? — хихикнула Тамара, внутри желая, чтобы их всё же попытались остановить.

— Нас заметили.

— Разумеется.

— Заметили и стягивают силы к твоему камню.

Пусть до него ещё и оставалось долго, но брат заметил, куда они направляются, что Тамару совсем не удивило.

— Люди знали, что ты придешь.

— Там не только люди.

— Формальности.

— Ты решила устроить шоу?

— Типа того. Подходишь, бьёшь по Камню. Планка в тысячу — это уровень архимага. Рекорд на текущий момент — тысяча двести один.

— У тебя сколько?

— Девятьсот семнадцать.

— Расти тебе и расти ещё, мелкая, — потрепал брат Тамару по голове.

Причём сделал это так быстро, что она не успела увернуться.

— Не все же такие мутанты, как ты.

Так, подначивая друг друга, Тамара с братом добрались до Камня.

— Я ожидал чего-то более… изысканного, — сказал Спар.

— Я же предупредила. Обычный камень.

На вид тот и правда был обычным. Кусок скалы, который стоял в центре площади. Ближайшие дома находились на расстоянии сотни метров. В радиусе километра ни одной высотки. При необходимости включались щиты вдоль периметра. Атака архимага в полную силу требовала соответствующих мер безопасности.

— Ну и? — лениво спросил брат.

— Чего мнёшься? Ударь.

— Не хочу ломать вашу игрушку.

— Дарий сказал, что её невозможно сломать.

— Ты понимаешь, по какому принципу работает камень?

— Никто не понимает.

— Ещё бы, — криво усмехнулся Спар. — Закольцованное время и магия божественного уровня. Ладно, не будем разочаровывать зрителей.

Сейчас вокруг собралось несколько тысяч человек, которых никто не звал, но которые совершенно случайно именно в этот момент решили заглянуть сюда. Тамара знала, что случайных зевак здесь не будет. О чём речь, если среди магистров чуть ли драка не случилась за то, чтобы занять более козырные места.

Тамара всякого ожидала, но не того, что Спар поднимет обычный камень с земли.

— Сколько там рекорд?

— Тысяча двести один.

— Хорошо, — кивнул он сам себе.

И метнул камень. Тамара не уследила за движением, услышала только короткий хлопок, а потом её качнуло от силовой волны, что разошлась в стороны.

Подбежав к Камню, она увидела, какое значение высветилось.

— Издеваешься?! — крикнула она. — Тысяча двести два!

— Что тебя не устраивает? — донёсся насмешливый голос. — Я по-прежнему сильнейший.

— Но я хотела увидеть, сколько ты выбьешь!

— Не уверен, что камень это переживет.

— Да плевать! — завелась Тамара. — Братик, ну пожалуйста!

— Теперь уже ты издеваешься.

— Это да, но всё равно!

— Вот же прицепилась… — сказал он с досадой.

Достав меч, Спар пару раз им махнул. Тамара вытаращилась на неуязвимый камень и появившуюся на нём надпись «Здесь был Спар». Значение, которое всплыло следом, вместо цифр показало знак бесконечности.

— Круто, — только и смогла сказать Тамара.

***

Вернувшись спустя пару недель домой, Тамара развалилась на диване и, уплетая пирожные, задумалась о всяком.

Возвращение брата определённо всколыхнуло её жизнь. Да и не только её. Последние пятьдесят лет всё было как-то рутинно, а тут раз. Ей снова показали что-то удивительное. В империи хватало гениев. Заложенный фундамент и выстроенная система позволяли их порождать с завидной регулярностью. Поэтому список тех, кто обрёл величие и вышел за рамки нормальности, за двести лет пополнился сотнями имён.

Но выбить знак бесконечности? Это вообще что?

Наблюдавшие за этим воины, маги и прочие люди войны тут же окрестили его Безграничным. Не забыв попроситься в ученики, Спар обещал подумать, но Тамара видела, что само его появление запускает мощные процессы, оставалось совсем немного подождать, прежде чем они дадут всходы.

Что ж. Тамара ждать умела.

***

В своих предположениях Тамара не ошиблась. Как и в том, что Спар послужит катализатором для многих изменений, так и том, что время пролетит быстро.

Она уже давно заметила, что восприятие долгожителей сильно отличается от короткоживущих. Не надо спешить. Всё основное ты сделал сто лет назад. Не надо никому и ничего доказывать. Всё уже было доказано, и, опять же, сто лет назад. Ты не нуждаешься в деньгах, потому что за последние сто лет успел построить финансовую империю, и сейчас твой капитал был раскидан по разным уголкам империи, принося столько дохода, сколько при всём желании потратить сложно.

Единственное, Тамара иногда удивлялась, смотря на календарь. Вроде бы там был один год, а когда проверила в следующий раз — отметка увеличилась на пару лет.

Так и проносилась перед глазами богоподобной ситкартки жизнь.

В том числе история Безграничного.

Пару лет Спар потратил на то, что назвал отдыхом и знакомством с семьёй. Навестил каждого. Уделил должное внимание. Начал со старшего поколения, но добрался и до молодых. Никого ни к чему не принуждал, просто общался. До Тамары регулярно самые разные слухи доходили. Кто-то не сошёлся с основателем, не нашёл понимания. Кто-то, наоборот, проникся к нему большим уважением.

Спустя два года на очередном общем собрании, куда можно было явиться не принудительно, а по собственному желанию, Спар прямолинейно, не жалея чьих-то чувств, заявил, что крайне раздосадован намечающимся конфликтом между двумя империями и тем, что боевая подготовка хромает. Ожидаемо. Не ожидаемо то, что он после этого утащил двух глав государств и, по слухам, держал их где-то семнадцать дней, после чего политика обоих правителей заметно поменялась, а конфликт сошёл на нет.

Чудеса, да и только.

Что касается боевой подготовки, Спар пообещал пять лет учить только членов клана, передать им особые знания. После чего дать возможность учиться у него любому, кто придёт.

Вообще любому.

В клане из-за этого знатный переполох случился.

Ведь в эти два года Спар не отказывал никому в дружественном спарринге. Ни своим, ни чужим. Прозвище Безграничный было абсолютно заслуженно. Вот и задумались люди, какие именно знания он способен передать. Как это повлияет на мощь клана и его будущее. Граница-то давно подстёрлась. Раньше клан Грозовой был в плане личной боевой мощи лучшим. Теперь же этих лучших в империи заметно прибавилось, и преимущество не столь однозначно. Отчего до передела власти не так уж много. Пару столетий, не больше.

Пять лет индивидуального обучения — это возможность закрепить свои позиции. А если умаслить основателя, то и вовсе убедить его придержать некоторые знания внутри клана.

Среди старейшин было много ещё из той давней эпохи, поэтому результат вышел закономерный. Спар быстро обзавёлся сотней учеников. К концу года их осталось пятьдесят, остальные разбежались. По истечении пяти лет оставшиеся превратились в самых настоящих монстров. Клан Грозовой расправил плечи, гордо поднял голову и приготовился бросить вызов любому, кто усомнится в его силе.

После чего началась новая эпоха.

Спар учил всех. К нему постоянно приходили толпы учеников. Он не отказывал никому. Ни зелёным пацанам, ни старцам. Это не значит, что он часами возился с каждым. На это бы не хватило никакого времени. Но его мастерство обучения было таково, что хватало одного взгляда, чтобы дать лучший совет, который подходил конкретному ученику.

Так началась эпоха, которую спустя пятьдесят лет назвали Эпохой Мастеров. Озвученные Спаром принципы полностью изменили подход к пути силы.

Сам же Спар неуклонно старел. Количество ушедших за грань членов клана увеличивалось. Спар проводил в последний путь Василису. Спустя несколько лет ушёл и Пётр. Ещё через год — Лилия.

Спару выпало редкое испытание. Хоронить своих детей. Счастливее его это не сделало.

Стандартная цена для тех, чей жизненный срок превосходит другие.

Были и военные конфликты в этот период. Звали туда и Спара. Каждый раз он отказывался, хотя мог бы закончить любую войну куда быстрее. Тамара поддерживала его решение. Молодые должны отстаивать своё право на будущее. Со стариков же хватит войн и пролитой крови.

Так продолжалось, пока спустя ещё пятьдесят лет не пришёл Дарий и не позвал на очередную великую битву.

Это всколыхнуло всю империю. Сама же Тамара подумала только то, что уже видела такое. Очередной минус долгожительства. Даже самые эпохальные события сводятся к чему-то банальному.

Масштаб намечающейся войны и правда был выдающимся. В прошлый раз зародыши богов сражались против себе подобных. На этот раз атаковал хаос. Спар не сразу, но всё же присоединился, приняв самое активное участие. В той войне он показал свою силу, и Тамара знала, об этом ещё долго будут слагать легенды.

Уж она-то позаботится об этом. То, что начиналось как забава, переросло в нечто серьёзное, в способ отдать дань уважения близким людям, тем, кто был дорог и важен.

Официально в решающей битве Спар пал, лично уничтожив главного демона, для которого даже ранга не нашлось. Люди его называли богом демонов, но на таком уровне было сложно точно определить границы силы. Существо, способное за считаные дни уничтожить целый мир, и правда могло считаться богом.

Неофициально Спар выжил. О чём знало считаное число разумных. Буквально двое. Дарий и Тамара.

— Что дальше? — спросила она Спара, когда тот пришёл к ней… отсыпаться.

— Буду медитировать, — ответил этот старик.

— Заняться больше нечем?

— Ты знаешь, как умер Тим?

— А он умер?

— Возможно. Я и сам не знаю. Но знаю, чем он собирался заняться перед смертью. Точнее, чем он занимался, после того как покинул нас, до самого финала.

— Чем же?

— Медитировал. Согласно его теории, среди цивилизации демиургов… Ну, тех, кто и создал Колодец, — покрутил Спар самой обычной вилкой, подкрепляя свою мысль, — была своя градация, и одна из группировок развивалась в другом направлении. Тим обнаружил намёки на то, что есть другая форма бытия, в которую переходят все те, кто вырос из этой реальности. Он считал, что все те особые истоки, в которых проходят причастия и становятся истинными магами, — это как раз попытка перейти в другую форму.

— Или по-простому сдохнуть.

— Возможно, — не стал отрицать Спар. — Но я конкретно так устал, бессмертия искать не хочу, всё что можно сделал, поэтому удалюсь в глушь и буду медитировать, пока не помру.

— Максимально унылый план, — не оценила Тамара.

— Могу себе позволить.

И позволил.

Тамара привыкла, что вокруг неё постоянно умирают люди, но уход брата подкосил. Слишком много вместе они прошли. Слишком значим он для неё был.

Спустя семнадцать лет Гэцу заглянул, сообщил, что всё, связь со Спаром разорвалась. Дух передал все его вещи, которые Спар оставил на хранение.

Тело брата так и не нашли, даже спустя сотню лет.

***

Тамара пришла на могилу брата. Памятник на родовом кладбище поставили после его официальной смерти. Теперь в нём был смысл.

Никому о своём появлении Тамара не сказала. Просто пришла, села напротив, осмотрелась, вглядываясь во многие знакомые лица, и достала бутылку вина.

— Мерзавец, — сказала она статуе. — Зачем ты ушёл? Почему оставил меня одну?

Статуя не ответила. Тамара и сама понимала, насколько глупо жаловаться куску камня, но на душе и правда было паршиво.

Внезапно рядом открылся портал. Оттуда вышла рыжая женщина, а за ней следом беловолосый здоровяк, напоминающий Спара.

Тамаре хотелось сказать что-нибудь едкое, но она смолчала. Негоже перед памятником брата ругаться.

— Хороший он мужик был, — сказал Иван. — Да и отец что надо. Вспоминаю и удивляюсь, как меня не прибил.

— Было за что, — не удержалась Тамара.

— Не спорю, — кивнул Иван сдержанно. — Не мастер я речей. Не буду вам мешать.

Здоровяк ушёл обратно в портал. Рыжая осталась.

— Выпьем? — спросила она. — Целая эпоха ушла. Надо проводить.

***

Спустя семьсот лет.

Тамара шла по нижним уровням столицы. Изысканность и вылизанность верхних ярусов утомила её, как и сама империя, поэтому женщина всерьёз подумывала отправиться в странствие. Перед этим прогуляться, посмотреть, во что превратился дом, где она жила последнюю тысячу лет.

Не сказать, что увиденное её радовало. Многочисленные проблемы, социальное расслоение, праздность знати, неработающие социальные лифты. Лет пятьсот назад Тамара уже вмешивалась, чтобы не дать империи скатиться, а сейчас… В конце концов, сколько можно ей помогать.

Женщину отвлёк шум драки. Нижние уровни — это самое настоящее гетто. Узкие переулки, грязные улицы, отсутствие дневного света из-за небоскребов-великанов и верхних ярусов. При этом здесь было куда веселее, чем наверху.

Шум драки Тамара услышала метров за двести. Судя по звукам, дрались дети. Ситкартка сама не знала, что её толкнуло заглянуть туда.

Драка на нулевом ярусе? Здесь это обыденность.

Тем не менее Тамара дошла до места и увидела, как беловолосый шкет отбивается от тройки парней постарше, прикрывая девчонку. Отбивается отчаянно, без капли страха, но сила была не на его стороне.

Хватило лёгкого убийственного намерения, чтобы шпана исчезла, будто и не было. Пацан тоже попытался сбежать, потянув за собой девчонку, но Тамара перехватила его силой духа, вздёрнула и подвесила перед собой.

Встретила упрямый, злой взгляд, в котором не было страха.

Усмехнувшись и задержав взгляд на грязных, но всё же белых волосах, на зелёных глазах, Тамара махнула рукой, выбивая ногтем каплю крови из щеки парня. Лизнув каплю, она кивнула своим мыслям.

За столько лет семейство Спара разрослось и размылось. Многие по-прежнему находились у власти, но найти ублюдка на нижнем ярусе — почему бы и нет?

— Отпусти, — дёрнулся пацан.

— Хочешь обрести величие? — спросила Тамара неожиданно для самой себя.

— Чего? — нахмурился пацан.

— Пойдём со мной, и я воспитаю из тебя величайшего бойца современности. Если, конечно, ты достоин своей крови.

— Крови?

Тамара вздохнула. Необразованный шкет, кажется, не понял и половины из того, что она сказала.

— Не пойду, — не дождавшись ответа, мальчик ответил сам. — Я тут не один.

— Как… типично, — скосила Тамара взгляд на мелкую рыжую девчонку. — Я позабочусь о ней. Обеспечу сытую жизнь, дам хорошее образование, выведу в люди. Ни в чём нуждаться не будет.

— Я не только за неё отвечаю, — ответил неуверенно парень.

— Хорошо. Позабочусь обо всех. При одном условии. Тренироваться будешь как проклятый.

— Почему я? — с подозрением спросил шкет.

— Кто я такая, чтобы мешать самой судьбе? — улыбнулась Тамара своим мыслям. — Надеюсь, ты хотя бы вполовину такой же злобный засранец, как твой далёкий предок.

Спустя тридцать лет после этих событий в империю вернулся мастер, чья сила заставила вздрогнуть всё государство.

Но это уже совсем другая история.

Конец 20 книги и цикла

* * *

Content

Учитель шиноби 20. Эпилог

Пролог

Глава 1. Пётр

Глава 2. Воспитание или Как Спар кузнеца прогонял

Глава 3. Иван и то, как Петр экзамен сдавал

Глава 4. Испытание для сына, или Как Спар за интригами наблюдал

Глава 5. Эмоции, или Как Спар с дочерями и братом гулял

Глава 6. Сложные вопросы, или Как Спар половым воспитанием озаботился

Глава 7. Две смерти, или Как Спар новую эпоху обозначил

Глава 8. Смерть короля, или Как Спар запоздало поговорил

Глава 9. Король, или Как Спар переговоры вёл

Глава 10. Паук, или Как Спар уровень показывал

Глава 11. Семейный сбор, или Как Спар королём стал

Глава 12. Сложные задачи, или Как Спар по следу шёл

Глава 13. Не по плану, или Как Спар бесился

Глава 14. Разговоры, или Как Спар себя старым почувствовал

Глава 15. Развитие империи, или Как Спар готовился

Глава 16. Мария Вологодская

Глава 17. Великая битва

Глава 18. Новый шанс, или Как Спар давнюю мечту осуществил

Глава 19. Возвращение

Эпилог