Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

Глава 1

Переговоры

Несколько дней назад до финала турнира

Малая гостиная особняка Соколовых была именно такой, какой и должна быть комната для важных переговоров — элегантной, но не вычурной, уютной, но сохраняющей официальность. Дубовые панели, покрывавшие стены, создавали теплую атмосферу, а массивная антикварная мебель придавала помещению солидность.

Мы расположились вокруг овального стола красного дерева. Князь Григорий занял массивное кресло, обитое темно-зеленым бархатом. Даже после заключения он держался с прежним достоинством, хотя в глазах иногда мелькала настороженность — последние события явно оставили свой след.

Княгиня Елизавета Петровна, элегантная в своем жемчужно-сером платье, села рядом со Светланой. Истребительница сегодня выглядела непривычно женственно в нежно-голубом платье, подчеркивающем цвет ее волос. Несмотря на безупречную осанку, я чувствовал её напряжение — она явно понимала важность момента.

Поймав ее взгляд, я незаметно подмигнул ей. Светлана улыбнулась, едва заметно, краешками губ.

Кристина Валерьевна заняла место справа от меня, положив перед собой внушительную папку с документами. Её темно-синий деловой костюм идеально подходил для серьезных переговоров. Я отметил, как она то и дело бросала внимательные взгляды на Светлану, словно оценивая потенциальную невестку.

Слуги бесшумно сновали по комнате, разливая чай в тонкие фарфоровые чашки и расставляя изысканные пирожные. Но никто не притрагивался к угощению — все были слишком сосредоточены на предстоящем разговоре.

— Что ж… — начал князь Соколов, аккуратно поправляя манжеты рубашки, — давайте перейдем к делу. События последних недель показали, что наши роды должны объединить усилия. Времена меняются, старые союзы рушатся… Нам нужно обсудить условия нашего… партнерства.

Я отметил осторожность в его формулировках. Не «союз», не «объединение» — только «партнерство». Старый лис явно не хотел связывать себя слишком определенными терминами на начальном этапе переговоров.

— Прежде всего следует обсудить раздел имущества Кривотолковых, — подхватила Кристина Валерьевна, открывая свою папку. Её голос звучал спокойно и профессионально, — У нас есть полный список активов и предварительные предложения по их распределению.

Она начала раскладывать документы на столе — схемы, карты, списки имущества. Каждая бумага была безупречно подготовлена и снабжена подробными комментариями. Старшая Хранительница Очага Безумовых умела произвести впечатление своей деловой хваткой.

Следующие два часа прошли в жарких спорах за самые жирные куски бывшей империи Кривотолковых. Я поражался тому, насколько хорошо Соколовы были осведомлены о ценности каждого актива. Они явно подготовились не хуже нас…

— Северные склады исторически принадлежали роду Соколовых, — твердо заявил князь, постукивая пальцем по карте, — Еще мой прадед построил там первые хранилища. То, что Кривотолковы захватили их обманом, не отменяет наших исконных прав.

— Но алхимические лаборатории, расположенные на этой территории, были построены Безумовыми, — парировала Кристина Валерьевна, — У меня есть документы столетней давности, подтверждающие это. И согласно императорскому указу о реституции, мы имеем приоритетное право…

— А как быть с речными доками? — вмешалась княгиня, — Без них северные склады теряют половину своей ценности. К тому же доки требуют серьезного ремонта — Кривотолковы довели их до ужасного состояния.

Я украдкой наблюдал за Светланой. Она внимательно следила за дискуссией, но почти не вмешивалась. Только иногда я ловил на себе её быстрые взгляды, в которых читался неподдельный интерес. Похоже, деловая хватка её родителей её не слишком увлекала.

— Что касается артефактов и магических предметов… — начал я, но князь решительно перебил:

— Вот тут ситуация особенно сложная. Многие артефакты были украдены Кривотолковыми у других родов. Теперь законные владельцы требуют их возврата.

— Вплоть до скандалов и угроз обратиться в Императорский суд, — вставила Елизавета Петровна.

— Но есть и уникальные экземпляры, созданные самими Кривотолковыми… — продолжал князь, — Нам с вами нужно постараться сохранить их все за собой. И в законах есть одна лазейка, создающая прецедент…

Спор становился все жарче. Каждый артефакт, каждый документ, каждая безделушка вызывали новые дебаты. Я поражался тому, насколько Кристина Валерьевна и Георгий Соколов были осведомлены об истории каждого предмета. Как будто были лично причастны к их созданию.

Постепенно начал вырисовываться компромисс. Соколовым отходила большая часть торговых путей и складов — у них был больший опыт в этой сфере. Нам доставались производственные мощности и алхимические лаборатории — исконная специализация рода Безумовых. Артефакты договорились делить по происхождению — каждому роду возвращалось то, что когда-то принадлежало его предкам.

Часть отдадим законным владельцам, но за солидную компенсацию.

— Теперь следует обсудить вопрос вассалов, — Кристина достала новый список, — Несколько малых родов уже принесли присягу Безумовым. Вот отчет о переговорах…

— А другие склоняются к союзу с нами, — кивнул князь, — Иные выжидают и прикидывают расклады. Но тут нужен системный подход. Нельзя допустить, чтобы они использовали наше соперничество в своих интересах. А то знаю я эти малые роды с их многовекторной политикой, — он аж скривился, как от зубной боли.

— Полностью согласен, — сказал я, — Предлагаю четко разделить сферы влияния. Соколовы возьмут под покровительство торговые семьи, мы — производственников. Артефакторов, бойцов и охотников можно поделить пятьдесят на пятьдесят…

Этот вопрос решился на удивление быстро — оба рода были заинтересованы в стабильности и не хотели новых конфликтов. К тому же, такое разделение соответствовало традиционной специализации обоих домов.

— Остается главная проблема, — устало произнес князь, откидываясь в кресле, — Дмитрий все еще на свободе. И зная его характер…

— Он обязательно попытается отомстить, — закончила княгиня, — Вопрос только когда и как. Его гордыня не позволит ему смириться с поражением.

В комнате повисла тяжелая тишина. Все понимали, насколько опасен загнанный в угол Кривотолков.

— Нужна прямая связь между нашими службами безопасности, — предложил я, — Создать общую систему наблюдения, наладить обмен информацией.

— И усилить охрану ключевых объектов, — добавила Кристина, — Особенно лабораторий и хранилищ. Кривотолков прекрасно знает их ценность.

Светлана впервые за весь разговор подала голос:

— Я могу поговорить с Истребителями. У меня хорошие связи в их рядах, многие захотят помочь…

— Нет! — одновременно воскликнули её родители.

— Даже не думай об этом! — нахмурился князь, — Только Горового нам не хватало…

— Но папа…

— Никаких «но»! — отрезал Григорий, — Без Истребителей разберемся.

Я кивнул. По сути, род Горовых, самый влиятельный род Синегорья — оставался нашим единственным потенциальным конкурентом. Они не проявляли особого интереса к наследству Кривотолковых, но это еще ни о чем не говорило.

Наступило неловкое молчание. Светлана обиженно надула губы, но спорить не стала. Я невольно залюбовался ей — даже сердитая она выглядела очаровательно.

— Что ж… — начала Елизавета Петровна после паузы, — раз уж мы обсуждаем союз двух родов… Думаю, пора затронуть самый важный вопрос.

Я почувствовал, как напряглась Кристина рядом со мной. Даже воздух в комнате, казалось, стал гуще.

— Мы считаем, что брак между Константином и Светланой стал бы идеальным закреплением нашего союза, — прямо заявил князь, — Но есть определенные… условия.

— Слушаю, — кивнул я.

— Какие же? — спросила Кристина одновременно со мной ровным голосом, хотя я заметил, как она стиснула кулаки под столом.

— Светлана должна стать единственной официальной супругой, — твердо сказала княгиня, — Первой госпожой нового рода, если у нас реально дойдут дела до объединения в Безумовых-Соколовых. Остальные… особо приближенные сударыни, конечно, могут сохранить свой статус фавориток или Хранительниц Очага, но не более.

Кристина едва заметно дернулась. Я положил руку ей на плечо — сейчас не время для эмоций.

— Это серьезный вопрос, — осторожно сказал я, — Требующий тщательного обдумывания. У каждой из девушек свое место в роду, свои заслуги…

— Конечно, — понимающе кивнула княгиня, — Мы не требуем немедленного ответа. Но наша позиция останется неизменной. Статус наследницы рода Соколовых обязывает…

Я взглянул на Светлану — она сидела, отведя глаза в сторону, а её щеки заметно порозовели. Кажется, суровая Истребительница, привыкшая крушить монстров пачками, в таких деликатных вопросах была совсем неопытна… Интересно, что она сама думает об этом?

— Полагаю, на сегодня достаточно, — подвел итог князь, — Основные вопросы мы обсудили. Осталось официально оформить договоры и…

— И решить вопрос с браком, — мягко добавила княгиня, многозначительно глядя на меня.

Когда мы с Кристиной Валерьевной покидали особняк Соколовых, она хранила молчание, но я буквально физически ощущал её напряжение.

— Костя, — наконец произнесла она, когда мы сели в машину, — Ты же понимаешь, что Настенька…

— Понимаю, — мягко перебил я, — Но давай обсудим это позже. Сейчас нужно сосредоточиться на оформлении договоров.

Она кивнула, но я видел, что разговор не окончен. Впрочем, как и многое другое в этой сложной игре за будущее обоих родов.

Машина медленно катила по вечерним улицам Синегорья. Я смотрел в окно на проплывающие мимо дома и думал о том, как непросто порой бывает совместить интересы рода, веления сердца и чувство долга.

А еще я думал о том, что очень скоро мне предстоит серьезный разговор с Настей и другими девушками. И этот разговор может оказаться куда сложнее, чем все сегодняшние переговоры вместе взятые.

Глава 2

Мультиквадробер

— Привет, девчонки.

Я зашел в гостиную, где уже ждала Настя. Она сидела в уютном кресле, одетая в простое домашнее бежевое платье. Её длинные черные волосы были собраны в свободный хвост, несколько прядей выбились и обрамляли лицо, придавая ей особенно домашний вид. На ногах красовались мягкие домашние тапочки с забавными заячьими ушками.

— Привет-привет, — улыбнулась мне Настя, — Как оно?

Рядом на диване развалилась Лилия, поглаживая свой заметно округлившийся живот. Она была одета в черные расстегнутые шорты и короткий топ — любимый наряд беременной волчицы, которой было жарко от избытка энергии. Её белоснежные волчьи ушки периодически подергивались, улавливая малейшие звуки, а пушистый хвост лениво покачивался, выдавая умиротворенное состояние. Периодически она что-то порыкивала себе под нос — словно, какую-то древнюю колыбельную на давно забытом языке.

— Нам нужно поговорить, — начал я, усаживаясь напротив Насти в кожаное кресло. От него пахло старыми книгами и немного — табаком. Подозреваю, князь Иван Безумов любил здесь сидеть и читать, покуривая трубку.

— О переговорах с Соколовыми? — Настя подняла бровь, — Мама уже рассказала мне основное по телефону. Особенно про их… условия. Она была довольно… м-м-м… эмоциональна, рассказывая об этом.

— Ага, — я потер подбородок, вспоминая разговор с Кристиной Валерьевной, — Твоя мама, мягко говоря, не в восторге от их предложения.

— В разговоре со мной она использовала гораздо более… красочные выражения, — хихикнула Настя, — Она всегда недолюбливала Елизавету Петровну… Сравнение с крысой было самым мягким эпитетом…

Лилия вдруг вскочила с грацией, удивительной для её положения, и буквально запрыгнула мне на колени, тыкаясь носом в плечо. Её живот уютно устроился между нами, и я почувствовал легкие толчки — похоже, малыш тоже решил поучаствовать в разговоре.

— Привет, солнце мое квадроберное[1], — улыбнулся я, — Что ты хотела?

— Гладь! — требовательно произнесла она, хватая мою руку своими тонкими пальчиками и прикладывая к своему животу, — Гладь!

Мы с Настей обменялись удивленными взглядами. Лилия крайне редко пользовалась человеческой речью. Я бы даже сказал всего пару раз с момента, когда я запечатал ее Безумие…

— Лили, мы вообще-то серьезно разговариваем, — мягко попыталась урезонить её Настя, но в её голосе слышалась улыбка. Она уже привыкла к выходкам нашей волчицы.

— Гладь! — упрямо повторила Лилия, игнорируя все попытки её отвлечь. Её хвост при этом метался из стороны в сторону, выдавая возбуждение.

Я послушно погладил её живот, и почувствовал несколько слабых пинков изнутри. В моей груди разлилось теплое ощущение — внутри этой хрупкой на вид девушки развивалась новая жизнь. Маленькое чудо, зачатое от бывшего бога…

Лилия довольно заурчала и свернулась калачиком у меня на коленях. Её ушки продолжали активно двигаться, ловя каждый звук.

— Так вот, о предложении Соколовых… — попытался я вернуться к разговору, продолжая машинально поглаживать живот Лилии.

— Я знаю, — перебила Настя, — Они хотят, чтобы Светлана стала твоей единственной официальной женой. А мы все остальные… как бы это помягче сказать… младшие жены? Фаворитки? — она фыркнула, — Очень в духе старой аристократии.

— Вообще-то они выразились более дипломатично, — заметил я, вспоминая, как княгиня Соколова элегантно обходила острые углы в разговоре, — Использовали термины вроде «Хранительницы Очага» и «особо приближенные сударыни».

— Да какая разница? — она пожала плечами, и на её лице появилась та особенная улыбка, которую я так любил, — Меня устраивает даже статус Хранительницы Очага. Главное — быть рядом с тобой. К тому же, — она хитро прищурилась, — я уже привыкла делить тебя с этими… хм… особо приближенными сударынями. Для сильного мужчины иметь много женщин — это нормально.

— Мяу! — внезапно произнесла Лилия, вызвав у нас обоих недоуменные взгляды. Её моська при этом выражала такое самодовольство, словно она только что изрекла величайшую мудрость.

— Ты… волчица вообще-то, — напомнила ей Настя, пытаясь сдержать смех, — Или беременность как-то повлияла на твою видовую принадлежность?

— Мяу! — упрямо повторила Лилия, довольно виляя хвостом. Её глаза при этом хитро поблескивали, словно она знала какой-то секрет, недоступный простым смертным.

Я не смог сдержать улыбки:

— Похоже, материнство влияет на неё весьма… своеобразно. Хотя должен признать, мяукает она весьма убедительно.

— Это точно, — хихикнула Настя, устраиваясь поудобнее в кресле, — Вчера она час гонялась за собственным хвостом, крича «Вернись, предатель!» А потом обиделась на него и не разговаривала целый день. Даже отвернулась от него демонстративно… насколько это вообще возможно.

— Выходит, Лилия начала разговаривать еще вчера, — задумался я, — Это хороший знак…

Лилия в ответ только фыркнула и потребовала еще почесываний за ушком, при этом умудряясь одновременно урчать и повиливать хвостом. Забавно наблюдать, как бывшая грозная богиня природы превратилась в это милое домашнее создание, требующее постоянного внимания и ласки. Хотя временами в её глазах все еще мелькали отблески былого величия — особенно когда она защищала свою миску от посягательств других обитателей дома.

— Твоя мама будет категорически против, — вернулся я к теме разговора, продолжая машинально почесывать Лилию за ушком, — Она считает, что ты достойна большего. И я её понимаю — в твоей крови гены уникального Дара Иллюзий…

— Мама иногда бывает очень упрямой, — вздохнула Настя, поднимаясь с кресла и подходя ближе, — Но это мой выбор, не её. Я не хочу никаких титулов и званий. Просто хочу быть с тобой. И с нашей… необычной семьей, — Она присела на подлокотник моего кресла, задумчиво глядя на Лилию, — Знаешь, когда я была маленькой, я мечтала о большой дружной семье. Правда, не представляла, что в неё будут входить древние богини, волчицы-оборотни и армия четырехруких мирмеций… Но знаешь что? По-моему, получилось даже лучше, чем я мечтала.

— Гав! — неожиданно поддержала её Лилия, вскидывая голову с таким важным видом, словно только что изрекла глубочайшую философскую истину.

— О, теперь ты собака? — усмехнулась Настя, а я ласково потрепал волкодевочку по голове, — А разве волки гавкают по команде?

— Ррр!.. — обиженно отозвалась Лилия. Её суровый взгляд как бы намекал — настоящий волк может и по команде погавкать, если захочет. Потому что безумно может.

Лилия тут же замурлыкала, когда я почесал её за вторым ушком. Её хвост при этом отбивал какой-то замысловатый ритм по подлокотнику кресла.

— Знаешь, — задумчиво произнес я, — может быть, есть способ всех примирить. Старые традиции уже не так незыблемы, как раньше. Даже Соколовы это понимают, иначе не пошли бы на переговоры. Кроме того, нельзя позволить, чтобы Соколовы были главными в нашем маленьком союзе…

— И что ты думаешь?

— Пока думаю над разными вариантами. Есть некоторые опции…

— Ква! — внезапно выдала Лилия с таким серьезным видом, словно внесла важнейшее предложение в ход переговоров.

Мы с Настей синхронно уставились на неё. Волчица невозмутимо выдержала наши взгляды, всем своим видом показывая, что лягушачье кваканье — это именно то, чего не хватало в этой серьезной беседе.

— Так, а это что сейчас было? — спросила Настя, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, — Ты решила освоить все звуки животного мира за один вечер?

— Видимо, решила расширить свой квадроберный репертуар, — предположил я, с трудом сдерживая смех, — Для бывшей богини природы это вполне логично — она же всеми зверями управляла когда-то.

— Может, это гормоны? — предположила Настя, глядя на развеселившуюся волчицу, — Надо будет спросить у Айсштиль, она вроде разбирается в таких вещах…

— Или она просто хочет внимания, — улыбнулся я.

Малыш в животе… а может, и несколько малышей… похоже, решил поддержать маму — под моей рукой явственно ощущались его энергичные пинки.

— Ладно, — сдалась Настя, качая головой, — Похоже, серьезного разговора у нас сегодня не получится. Наша пушистая подруга явно настроена на другую волну.

Настя подошла к нашему креслу, встала на колени и оперлась на подлокотник локтями.

— Но ты же знаешь — что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне. Даже если придется спорить с мамой, — она нежно поцеловала меня в щеку, — В конце концов, она тоже когда-то боролась за свое счастье. Просто… иногда забывает об этом.

— Ууу!.. — протянула Лилия, приподнимаясь и обнимая нас обоих. Её огромный живот придавал объятию особую… основательность. От неё пахло лесом и почему-то — свежеиспеченным печеньем. Видимо, опять наведывалась на кухню, пока никто не видел.

Мы сидели так какое-то время — странная троица: молодой маг, пытающийся возродить свой род, его ученица, готовая отказаться от титулов ради любви, и беременная волкодевочка-бывшая богиня, которая сегодня решила побыть всеми животными сразу. В гостиной становилось темно — закатное солнце медленно исчезало за горизонтом, окрашивая комнату в теплые оранжевые тона. В других комнатах слышались голоса мирмеций…

Но знаете что? В этот момент я чувствовал, что все правильно. Что именно так и должна выглядеть настоящая семья — пусть необычная, немного сумасшедшая, но крепко связанная узами любви и верности. И никакие условности не могут этого изменить.

— Мяу-гав-ква! — торжественно подытожила Лилия, очевидно выражая полное согласие с моими мыслями. А потом добавила совершенно человеческим голосом, — А теперь печенье! Малыш хочет печенье!

Мы с Настей переглянулись и рассмеялись.

— Я придумала новое направление, — сказала Настя, — Мультиквадробер. Подражает сразу нескольким животным. Где можно запатентовать?

— Идем на кухню, — сказал я с улыбкой, поднимаясь и помогая подняться обеим девушкам, — Кажется, Сахаринка сегодня испекла новую партию своего фирменного медового печенья.

— Да, кто бы мог подумать, что она так вкусно готовит, — напомнила Настя, беря меня под руку, — Настоящий талант. И на поле боя, и на кухне.

— Печенье! — радостно воскликнула Лилия, пританцовывая впереди нас.

Да, завтра будет много других важных дел. Но сейчас… сейчас было время для печенья, объятий и безумных выходок нашей любимой волчицы. В конце концов, именно из таких моментов и складывается настоящее счастье.

* * *

Первое, что почувствовал князь Кривотолков, приходя в себя — тяжесть антимагического ошейника на шее. Металл неприятно холодил кожу, полностью блокируя доступ к духовной силе. Следом пришло осознание того, что он крепко привязан к стулу — руки и ноги были надежно зафиксированы толстыми кожаными ремнями.

Он медленно открыл глаза. Комната, в которой он находился, была небольшой и совершенно пустой. Голые бетонные стены без окон, единственная лампа под потолком давала резкий белый свет. Типичная допросная камера — князь повидал немало таких за свою жизнь, правда обычно находился по другую сторону стола.

— С пробуждением, князь, — раздался спокойный голос.

Из тени у стены выступила высокая фигура в длинном черном плаще. Лицо скрывала маска со светодиодами и какими-то техническими датчиками.

— Надеюсь, вам удобно, — незнакомец сделал приглашающий жест, и из другой тени появились еще двое в таких же плащах и масках. Они принесли складной столик и установили его перед пленником.

— Убого, — хрипло произнес князь, оглядывая помещение. Горло саднило, словно он долго кричал, — Неужели у вас, борцов за свободу, не нашлось места получше?

— О, это временное пристанище, — ответил главный, — Считайте его… переговорной комнатой. По результатам разговора ваше положение может измениться как в лучшую… так и в худшую сторону.

— Переговорной комнатой? — Кривотолков презрительно усмехнулся, хотя каждое движение лицевых мышц отдавалось болью, — И о чем же нам говорить?

Вместо ответа один из помощников положил на стол планшет и включил его. На экране замелькали кадры новостных сводок.

«ИМПЕРИЯ КРИВОТОЛКОВЫХ РУШИТСЯ!» гласил заголовок. «Род Скрипичниковых разрывает все связи», «Граф Орлов публично отрекся от Кривотолковых», «Малые дома присягают Безумовым», «Скандал в высшем обществе — родственники отрекаются от опального клана»…

— Занятное чтиво, не правда ли? — в механически искаженном голосе говорившего слышалась насмешка, — Особенно впечатляет скорость, с которой ваши бывшие вассалы переметнулись к победителям. Уже три малых рода принесли присягу Безумовым, еще пять ведут переговоры с Соколовыми…

— И с какой стати вы решили развлекать меня светской хроникой? — процедил князь, — Решили позлорадствовать?

— Вовсе нет. Мы предлагаем… сотрудничество.

Кривотолков расхохотался, несмотря на боль:

— Что? Вы серьезно? Я, князь древнейшего рода, должен присягнуть шайке террористов?

— Не террористов, — спокойно поправил человек, — Борцов за свободу. За равенство всех, у кого есть Дар. Против тирании аристократов… таких, каким были вы.

— Были? — князь приподнял бровь.

— А разве нет? — собеседник наклонился ближе, — Ваш род повержен. Ваши вассалы разбежались. Даже ваша семья…

Он провел по дисплею пальцем, и на экране появилось новое изображение. Видеозапись — Илона и Константин Безумов, беседующие в каком-то коридоре. Звук был не очень четким, но слова различались хорошо.

— Знаете, — она горько усмехнулась, — когда-то он был другим. Амбициозным — да, жестким — безусловно. Но в нем была… человечность. А теперь… — она покачала головой, — Теперь я его не узнаю. Особенно после того, как он отстранил Олега от наследования. Это стало последней каплей…

— Ради Дарьи?

— Да. Наш сын… он не идеален, я знаю. Проблемный, иногда вздорный… Унаследовал характер отца, но не его интеллект… Но отвергнуть собственного ребенка? — в её голосе прозвучала застарелая боль, — Мне страшно, Костя. За будущее. За Олега. За весь наш род. Мы зашли слишком далеко, и я не знаю, есть ли путь назад.

— Путь есть всегда, — я огляделся по сторонам. Искажения становились все сильнее — реальность словно пульсировала, сворачиваясь сама в себя. Нужно было торопиться, — Но сейчас нам нужно выбираться отсюда. Это место… оно крайне нестабильно.

Князь смотрел, как его жена, его верная Илона, изливает душу врагу. Как говорит о своих сомнениях, о том, что род зашел слишком далеко… На его лице не дрогнул ни один мускул, только желваки заходили на скулах.

— Скажите, — я решил сменить тему, — что вы планируете делать, когда мы выберемся? Если выберемся.

— Когда, — твердо поправила она, — Не если, а когда. Я должна… мы все должны выжить. Чтобы исправить то, что натворили.

— Думаете, это возможно? После всего, что сделал ваш род? — я покачал головой, — Я лично не против, чтобы род Кривотолковых продолжил существование. Но если обо всем узнает Государь… а он узнает, свидетелей было слишком много.

— Должно быть возможно, — в её голосе появилась сталь, — Даже… если это очень не понравится Диме… Иначе… иначе все теряет смысл. Знаете, я много думала в последнее время. О том, как мы дошли до этого. О том, почему позволили жажде власти затмить все остальное.

— Ваша жена заключила союз с врагом, когда почувствовала угрозу роду, — вкрадчиво произнес человек в маске, — Разве вы не хотите отомстить? Мы готовы помочь вам… если вы присягнете Организации и нашим идеалам на верность.

Глава 3

Ночь сложных разговоров

Часть I

Все еще где-то в прошлом

Стояла глубокая ночь, когда сэр Уильям Мелори аккуратно запечатал последнее письмо. Дипломат нанес на конверт несколько капель специального воска — при попытке вскрыть послание неправильным способом бумага мгновенно самоуничтожится. Затем достал из потайного ящика стола маленький медный диск с выгравированными рунами и провел им над печатью. Воск слабо замерцал и впитал в себя руны.

Британский посол откинулся в кресле, задумчиво глядя на ночной город за окном своего кабинета. В такое время в посольстве было непривычно тихо — только где-то в глубине здания мерно тикали старинные часы.

— Войдите, Джеймс, — произнес он, даже не оборачиваясь к двери.

Его личный секретарь бесшумно скользнул в кабинет. Высокий худощавый мужчина с невзрачной внешностью, в идеально выглаженном костюме. Таких людей не запоминают — именно то, что нужно для его работы.

— Все готово, сэр, — доложил он, — Наши источники подтверждают — во время финального боя Черное Солнце будет храниться в специальном подземном хранилище под ареной. Охрана усилена, но у нас есть полная схема постов и график смен.

— Отлично, — Мелори взял со стола изящную трубку и неторопливо раскурил её. Сладковатый дым поплыл по кабинету, — Что с нашими… техническими средствами?

— Прибыли сегодня утром с дипломатической почтой, — Джеймс достал из папки несколько фотографий, — Новейшие разработки прямиком из лабораторий. Все, что вы запрашивали.

— Превосходно, — посол внимательно изучил снимки, — А что с нашим «другом» в охране?

— Капитан Н. готов сотрудничать. Сумма его полностью устроила, — тонкие губы секретаря тронула легкая улыбка, — К тому же, у нас есть на него… определенные материалы. На случай, если передумает.

Мелори удовлетворенно кивнул. За внешностью чопорного дипломата скрывался расчетливый разведчик, привыкший учитывать все детали. Каждый шаг операции был тщательно продуман.

— Что с отвлекающим маневром?

— Все идет по плану, — Джеймс достал еще один документ, — Наши люди получили информацию, деньги и распоряжения. Во время финала они устроят достаточно убедительную демонстрацию, чтобы отвлечь внимание спецслужб.

— Убедительную, но не слишком разрушительную, — уточнил посол, — Лишние жертвы не желательны. Это может… осложнить международную обстановку.

— Разумеется, сэр. Только шум и паника, а жертвы… в рамках статистической погрешности.

Мелори поднялся и подошел к большой карте города на стене. Его пальцы рассеянно коснулись места, где располагалась арена.

— Знаете, Джеймс… В чем-то мне даже жаль этих русских, — задумчиво произнес он, — Они так трепетно относятся к своим магическим реликвиям, своим древним традициям… Но времена меняются. Будущее за технологиями, за наукой. Лишь Британия достойна обладать столь могущественным артефактом… Черное Солнце должно быть тщательно изучено в наших лабораториях.

— Если позволите личное замечание, сэр… — осторожно начал секретарь.

— Конечно, старина. Мы слишком давно работаем вместе для формальностей.

— Меня беспокоит молодой Безумов. Он… необычен. Все наши аналитики отмечают, что его способности выходят за рамки обычной магии. Даже для сверходаренного. И его влияние растет с каждым днем. Я бы даже сказал, что он в чем-то опаснее Соколовой…

— О да, — Мелори невесело усмехнулся, — Наш юный друг — весьма примечательная личность. Я наблюдал за ним издалека. Он прячет стальной характер за маской беспечности. Очень опасное сочетание.

Он вернулся к столу и взял один из отчетов:

— Вот, посмотрите — всего за несколько месяцев он фактически уничтожил клан Кривотолковых. Причем сделал это настолько… элегантно. Никакой грубой силы — просто серия точных ударов по ключевым точкам их империи. А теперь методично собирает их наследство. Мальчик за пару месяцев сокрушил противника, с которым род Безумовых безуспешно бодался поколениями… Думаю, комментарии излишни.

— Вы думаете, он может помешать операции?

— Нельзя это исключать, — посол снова затянулся трубкой, — Но у нас есть преимущество — он, как и все остальные, будет ждать атаки от Организации. А мы… мы будем действовать совсем иначе.

Он достал из ящика стола небольшой серебряный медальон:

— Вот, последняя разработка наших умельцев. Полное подавление магической ауры в радиусе десяти футов. Даже Безумов со всей его силой не сможет засечь нас, пока эта штука работает.

— Впечатляет, — Джеймс с интересом разглядывал артефакт, — Хотя должен заметить, что технология пока нестабильна. Тесты показали…

— Я знаю про тесты, — перебил его Мелори, — Но у нас не будет второго шанса. Придется рискнуть.

Он аккуратно убрал медальон и запер ящик:

— Кстати, что с нашим запасным планом?

— Агент «Чайка» на месте, — доложил секретарь, — В случае необходимости она обеспечит нам доступ к альтернативному маршруту. Правда… — он замялся.

— Договаривайте, Джеймс. Что вас смущает?

— Её лояльность, сэр. В последнее время она проявляет… излишний интерес к деталям операции.

— Не беспокойтесь, — Мелори позволил себе легкую улыбку, — «Чайка» профессионал. Она знает ровно столько, сколько нужно для её части работы. А если решит проявить излишнее любопытство… — он многозначительно постучал по ящику стола, — У нас есть способы решать такие проблемы.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Джеймс методично собирал бумаги, раскладывая их по папкам.

— Что с маршрутом эвакуации? — спросил посол, глядя в окно.

— Три варианта, как вы просили. Основной — через порт, запасной — через северную границу, и экстренный — если все пойдет совсем плохо. Транспорт и документы подготовлены.

— Отлично, — Мелори потер переносицу, — Знаете, Джеймс… Иногда я думаю — что будет, если русские поймут, что мы задумали? Международный скандал, разрыв дипломатических отношений…

— Не поймут, сэр, — уверенно ответил секретарь, — Мы слишком хорошо подготовились. К тому же… — он позволил себе легкую улыбку, — Кто заподозрит в краже артефакта чопорного английского дипломата? Они скорее поверят в атаку Организации или происки конкурирующих кланов.

— Вы правы, мой друг, — посол тоже улыбнулся, — Самая надежная маскировка — соответствовать ожиданиям. Пусть думают, что мы только и можем, что возмущаться их «варварскими обычаями» за чашкой чая.

Он взял со стола запечатанное письмо:

— Доставьте это нашему другу в охране. И проследите, чтобы все исполнители знали только свою часть плана.

— Будет исполнено, сэр, — Джеймс аккуратно убрал конверт во внутренний карман, — Что-нибудь еще?

— Да, — Мелори снова взялся за трубку, — Усильте наблюдение за Безумовым. Возможно, нам придется импровизировать, если он что-то заподозрит. И… — он сделал паузу, — Приготовьте «варианты нейтрализации». На самый крайний случай.

— Вы имеете в виду…

— Именно. Надеюсь, до этого не дойдет — слишком много внимания привлечет. Но лучше быть готовыми ко всему.

Когда секретарь ушел, посол еще долго стоял у окна, глядя на спящий город. Где-то там, в лабораториях под Лондоном, лучшие умы Британии с нетерпением ждали результатов его миссии. Черное Солнце — древний артефакт невероятной силы — должно было стать ключом к новым технологиям, способным изменить баланс сил в мире.

«Уже скоро», — подумал Мелори, дымя трубкой, — «Еще немного — и главное сокровище русских магов окажется в наших руках. А там… кто знает… Британия уже когда-то правила морями, было бы неплохо вернуть то славное время…»

Он усмехнулся своим мыслям. Чопорный английский дипломат, возмущающийся «варварскими обычаями» русских… Кто бы мог подумать, что за этой маской скрывается один из лучших оперативников британской разведки под прикрытием?

Впрочем, скоро маскировка уже не понадобится. После финала турнира сэр Мелори навсегда покинет Россию — с Черным Солнцем или без него. Оставалось только дождаться решающего дня и сыграть свою партию до конца.

В конце концов, кто сказал, что только русские могут забавляться интригами?

* * *

Распрощавшись с Дарьей, Светлана Соколова летела над ночным Синегорьем, всматриваясь в огни города внизу. Турнир должен был начаться уже завтра. Следовало хорошенько выспаться.

Впереди показался особняк Безумовых. Подлетев поближе, Светлана увидела чью-то фигуру на крыше особняка. И разумеется, это был…

Костя сидел на парапете, свесив ноги вниз, и задумчиво смотрел на звездное небо. Ветер легко трепал его волосы, а в глазах отражались огни ночного города.

— Я так и знала, что найду тебя здесь, — произнесла она, подходя ближе.

Костя обернулся, и что-то мелькнуло в его взгляде — то ли радость, то ли тревога. Или все вместе.

— Света… — он улыбнулся, — Как ты?

— Лучше, — она села рядом, стараясь не думать о том, как её сердце начинает биться чаще от его близости, — Силы почти полностью восстановились. Даже отец признал, что я готова к финалу.

Между ними повисло молчание — не тяжелое, но наполненное невысказанными словами. Светлана украдкой разглядывала его профиль, отмечая, как заострились черты его лица за последние дни. Видно было, что он тоже готовится к решающей схватке.

— Знаешь, — наконец произнесла она, — я хотела поговорить с тобой. О том, что случилось в лазарете…

— О поцелуе? — прямо спросил он.

Светлана почувствовала, как краска заливает щеки. Но отступать было не в её характере:

— Да. И… обо всем остальном тоже.

Костя повернулся к ней. Его глаза в сумерках казались почти черными, но в их глубине мерцали странные огоньки — словно отблески неведомой древней силы…

— Света, — мягко произнес он, — Ты ничего не должна объяснять. Это был эмоциональный момент…

— Нет, — она покачала головой, и её синие волосы качнулись, словно волны в лунном свете, — Дело не только в эмоциях. Я… — она запнулась, подбирая слова, — Когда ты спас меня, когда вытащил из той тьмы… Что-то изменилось. Словно я увидела тебя другими глазами.

Она невольно придвинулась ближе, чувствуя исходящее от него тепло:

— Раньше ты был просто сильным противником. Единственным моим ровесником, давшим классный бой. А теперь…

— Теперь? — тихо спросил он.

Вместо ответа она подняла руку и осторожно коснулась его щеки. Кончики её пальцев слегка подрагивали. От этого прикосновения по коже Кости в стороны разбежались лазурные искры — её природная магия откликнулась на силу внутри него.

Даже их духовная энергия как-то… странно реагировала друг на друга.

— Я не знаю, что это, — прошептала она, — Но каждый раз, когда ты рядом, моя сила… отзывается. Словно тянется к твоей.

Костя накрыл её ладонь своей, и Светлана почувствовала, как по ее руке пробежала волна тепла, наполняя грудь. Их энергии переплелись — свет и тьма, молнии и Бездна, танцуя и искрясь в вечернем воздухе.

— Я чувствую то же самое, — признался он, — С того момента, как увидел тебя на арене. Тот бой… был действительно хорош.

Их лица оказались так близко, что Светлана могла разглядеть золотистые искорки в его глазах. Она невольно подалась вперед, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди…

— Но завтра, — прошептала она, — мы будем сражаться.

— Да, — эхом отозвался он, — Будем.

— И что нам делать… с этим? — она сделала неопределенный жест рукой, словно пытаясь охватить то невидимое, что протянулось между ними.

Костя задумчиво посмотрел на город внизу.

— Может быть, — медленно произнес он, — иногда сражаться — это не значит быть врагами? Может, в этом и есть красота поединка — когда два достойных противника…

— … становятся чем-то большим? — закончила она за него.

Их взгляды встретились, и в этот момент весь мир словно замер. Было только это мгновение, только они вдвоем на крыше под звездным небом. Их силы танцевали вокруг, сплетаясь в причудливый узор — свет и тьма, такие разные и такие притягательные друг для друга.

Светлана первой нарушила момент, мягко высвободив руку:

— Мне пора. Отец будет волноваться.

— Конечно, — кивнул Костя, — До завтра?

— До завтра, — она встала, расправляя складки платья, — И… Костя?

— Да?

— Завтра я буду сражаться в полную силу, — её глаза сверкнули решимостью, — Без поддавков. Ты заслуживаешь честного боя.

Он улыбнулся:

— Я бы не ждал от тебя другого.

Светлана активировала свой покров и взмыла в воздух. На мгновение она зависла, глядя на него сверху:

— Знаешь… что бы ни случилось завтра… я рада, что встретила тебя.

А потом она растворилась в сумерках, оставив после себя лишь легкий аромат грозы и слабое покалывание магии в воздухе.

Костя еще долго сидел на крыше, глядя в ту сторону, куда она улетела. Его пальцы все еще помнили тепло её прикосновения, а в воздухе словно застыл отголосок их смешавшихся сил.

А над Синегорьем медленно разгорались звезды, безмолвно наблюдая за тем, как судьба сплетает свои узоры из света и тьмы, из силы и нежности, из долга и притяжения. История древняя как мир — два сильных мага, что находят друг в друге нечто большее, чем просто достойного противника.

И кто знает, может быть, именно в этом и есть настоящая магия?

А Светлана летела назад, к своему дому. Она упрямо смотрела вперед, а по ее щекам струились две мокрые дорожки…

— Прости, папа, — упрямо прошептала она здесь, на высоте, где никто не мог видеть ее слабость, — Но Костя заслужил эту победу больше, чем я…

Глава 4

Его лицо…

Несколько долгих секунд в камере стояла тишина. Потом князь медленно поднял голову:

— Вот значит как… — его голос был спокоен, но в глазах полыхала такая ярость, что собеседник невольно отшатнулся, — Моя жена… мой род… — он усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли веселья, — Что ж… я благодарен вам. Теперь я знаю правду. Но…

— Но?

— Но идите вы к черту со своими предложениями, — отчеканил Кривотолков, — Я все еще дворянин. У меня все еще есть честь. И я скорее сдохну, чем присягну сброду, мечтающему разрушить основы Империи.

— Вы не понимаете своего положения, князь, — в голосе собеседника появились стальные нотки, — Вы в полной нашей власти. И если вы откажетесь сотрудничать…

— То что? — перебил Кривотолков, — Убьете меня? Пытать будете? — он снова рассмеялся, и в этом смехе звучало неприкрытое презрение, — Валяйте. Я видел вещи пострашнее ваших жалких угроз.

— О, мы не будем вас убивать, — человек в противогазе наклонился к самому лицу пленника, — Мы просто… покажем вам кое-что. Нечто, способное сломать даже такого… принципиального человека, как вы.

— Вы и правда думаете, что можете меня запугать? — князь покачал головой, — Я столетиями хранил тайны своего рода. Ни пытки, ни угрозы, ни посулы — ничто не заставит меня их выдать.

— У всех есть предел, — возразил человек в маске, — И мы его найдем. Рано или поздно.

— Пробуйте, — Кривотолков откинулся на спинку стула, насколько позволяли ремни, — Только учтите — я изучал техники сопротивления пыткам еще когда ваши отцы под стол пешком ходили, — он снова усмехнулся, — Так что вперед.

В его голосе звучала такая убежденность, что допрашивающие невольно переглянулись. Даже под противогазами чувствовалось их замешательство.

— Что ж… — наконец произнес главный, — Раз вы настаиваете… Начнем с простого.

Он достал из кармана плаща какой-то прибор, похожий на пульт управления. При нажатии кнопки антимагический ошейник на шее князя слабо засветился, и по телу пленника пробежала волна боли.

Но Кривотолков даже не вздрогнул. Только в глазах появился хищный блеск:

— И это все? — он покачал головой, — Как… примитивно. Знаете, я начинаю понимать, почему вы до сих пор не добились своих целей. Вам не хватает… фантазии.

— Это только начало, — пообещал человек в противогазе, — У нас много времени. И много… интересных методов.

— Валяйте, — князь прикрыл глаза, — Только не говорите потом, что я вас не предупреждал.

Его голос звучал почти скучающе, но внутри бушевала буря эмоций. Предательство жены, крах его империи, унижение плена… Все это причиняло куда большую боль, чем любые физические пытки. Но он не собирался давать этим выскочкам такое удовлетворение — видеть его слабость.

В конце концов, думал он, глядя на своих мучителей, даже падая, благородный воин должен сохранять достоинство. Особенно падая.

Где-то в глубине души он понимал, что заслужил это. Все его преступления, все грехи наконец настигли его. Но если уж умирать — то как подобает князю. Как истинному Кривотолкову.

* * *

Металлическая дверь допросной с лязгом открылась. На пороге возникла высокая фигура в длинном армейском плаще. Противогаз с затемненными стеклами придавал Незнакомцу жуткий, нечеловеческий вид. Воздух вокруг него словно искривлялся, создавая странные геометрические узоры — пространство само стремилось к симметрии, центром которой был этот загадочный человек.

— Оставьте нас, — произнес он механически искаженным голосом, — И никого не впускать, что бы вы ни услышали.

— Но босс, — начал было один из людей в масках, — Протокол безопасности требует…

— Я сказал — оставьте нас, — в голосе Незнакомца появились металлические нотки, от которых воздух в комнате словно сгустился, а тени в углах стали глубже.

Люди в масках молча поклонились и вышли. Дверь за ними закрылась с глухим стуком, который эхом разнесся по камере.

— Впечатляющая стойкость, князь, — Незнакомец медленно приблизился к пленнику. Его шаги не производили ни звука, будто он плыл над полом. А может, это просто князь себя накрутил, — Признаться, не ожидал от вас такой силы духа. Большинство ломаются гораздо быстрее. Особенно после… определенных процедур.

— Польщен, — хрипло усмехнулся Кривотолков. Несмотря на следы пыток — синяки и ссадины на лице, засохшую кровь в уголке рта — его голос звучал твердо, — Рад, что сумел… развлечь вас и ваших палачей. Хотя должен заметить, им не хватает… фантазии.

— О нет, это не развлечение, — Незнакомец покачал головой. В линзах противогаза отражался свет лампы, создавая жуткий эффект светящихся глаз, — Скорее… проверка. И вы её прошли. Впрочем, я другого и не ожидал от потомка столь древнего рода. Кстати, правда ли, что покровителем вашего рода всегда был Аймос, бог подземного мира?

Кривотолков напрягся, его глаза сузились:

— Очень немногие в курсе этой информации. Но откуда?.. — он осекся, потом продолжил уже спокойнее, — Впрочем, неважно. Какое отношение древние легенды имеют к текущей ситуации? Или это очередная попытка психологического давления?

— Совсем нет, — в механическом голосе Незнакомца послышалась усмешка, — Позвольте быть откровенным. И начать… издалека. Знаете ли вы историю бога Искусств по имени Эстро?

— Нет, — князь нахмурился, — Впервые слышу это имя. Хотя, должен признать, в архивах рода упоминались некоторые… забытые божества.

— Неудивительно. Все упоминания об Эстро были вычищены из истории нашего мира. События, о которых я расскажу, произошли десять тысяч лет назад, — Незнакомец сделал паузу, словно собираясь с мыслями, — Эстро был удивительным божеством. Не самым могущественным, но, пожалуй, самым… разносторонним. Он покровительствовал ученым, музыкантам, художникам… и даже воинам, посвятившим жизнь совершенствованию боевых искусств. Все, кто стремился к мастерству в своем деле, могли рассчитывать на его благословение.

Его механический голос прозвучал почти мечтательно:

— Но однажды в наш мир вторглась сила, известная как Бездна. Та самая, чьи проявления сейчас называют Аномалиями. Эстро первым понял её природу. Изучил. Нашел способы ей противостоять… даже подчинить себе! — он сделал паузу, — Увы, именно это стало причиной его падения.

— Что случилось? — против воли заинтересовался Кривотолков. История явно задела что-то в его душе — возможно, профессиональный интерес мага к древним тайнам.

— Верховному Громовержцу показалось, что Эстро стал слишком силен. Что он претендует на его место, — в голосе Незнакомца зазвучала горечь, странно диссонирующая с механическими нотками, — Знаете, как это бывает — сильные всегда боятся тех, кто может их превзойти… Вам ли не знать, князь?

— Намекаете на мою ситуацию? — усмехнулся Кривотолков, — Продолжайте.

— И тогда Громовержец вместе с другими богами низверг Эстро в Бездну, — продолжил Незнакомец, — Они были уверены, что справятся с угрозой без него. Что их древняя магия сильнее новых знаний… — он издал странный звук, похожий на смешок, — Как вы думаете, князь, они справились?

— Учитывая, что Аномалии до сих пор терзают наш мир… а древних богов вживую никто никогда не видел… — Кривотолков пожал плечами, насколько позволяли путы, — Полагаю, что нет.

— Именно! Но спустя десять тысяч лет Эстро вернулся. Нашел пристанище в теле молодого князя Безумова, — Незнакомец начал расхаживать по камере, его плащ развевался от движений, хотя в помещении не было ни малейшего ветерка, — И теперь стремительно наращивает силу, чтобы разобраться в ситуации и спасти наш мир от надвигающейся катастрофы.

Кривотолков долго молчал, переваривая услышанное. По его лицу пробегали тени эмоций — удивление, понимание, что-то похожее на облегчение. Потом он хмыкнул:

— Это вы серьезно?

— А разве нет? — Незнакомец остановился и посмотрел на князя, — Он сокрушил вас и Бельских, он заручился поддержкой богинь Айсштиль и Лилии… Он показывает такую магию, какой мир не видел уже десятки тысяч лет… Вам мало? Или вы серьезно думаете, что подобное мог бы совершить обычный мальчишка? Который пару месяцев назад сам ходить нормально не мог?

Кривотолков хмыкнул и покачал головой. В его глазах поселилось смятение.

— Значит, там целая шайка-лейка богов, не только одна Айсштиль? — он криво усмехнулся, — Что ж… если не врете, я проиграл богу, а не сопляку… Это многое объясняет. Особенно то, как он противостоял моему Дару Удачи. Не так обидно, по крайней мере… — он внезапно напрягся, — Только зачем вы мне все это рассказываете? Какая выгода раскрывать такие тайны?

— Как бы так объяснить… Видите ли, мы причастны к его возвращению, — спокойно ответил Незнакомец, — Именно наша Организация подкинула Безумовым ритуал, способный вернуть из Бездны душу изгнанника. Мы тысячелетиями вынашивали этот план.

— Что⁈ — Кривотолков подался вперед, насколько позволяли ремни, — Вы… вы стояли за всем этим? За возрождением рода Безумовых?

— О да, — кивнул Незнакомец, — Наша Организация существует много тысяч лет. В прошлом нас знали как Культ Безумного Бога. Мы подхватили идею Эстро о том, что Бездной можно управлять. И достигли в этом определенных успехов, — он сделал паузу, — Теперь, когда Эстро вернулся, наша цель близка как никогда.

— Какая цель? — хрипло спросил князь. В его глазах мелькнуло что-то похожее на страх, — Чего вы добиваетесь на самом деле?

— Спасение мира, разумеется. Какая еще может быть цель? — В искаженном голосе прозвучала усмешка, — В конце концов, мы тоже его часть. А также свобода и равенство для всех… В справедливом мире будущего не должно быть никого, кто считает себя выше других. Ведь именно из-за гордыни богов человечество в конечном итоге оказалось в нынешней плачевной ситуации.

Он сделал шаг к Кривотолкову, остановившись рядом с ним.

— А теперь самое главное… смотрите внимательно…

Медленным, почти театральным жестом Незнакомец снял противогаз. Кривотолков уставился на его лицо, и его глаза расширились от шока. Краска отхлынула от лица князя, оставив его белым как мел.

— Что? Ты… как это возможно… — князя затрясло, он дернулся в путах с такой силой, что стул заскрипел. Его словно пронзил некий неописуемый экзистенциальный страх, — Да нет, это бред какой-то… этого не может быть… ты же… ты же не можешь…

Впервые за все время допроса князь полностью потерял самообладание. Его трясло, как в лихорадке, на лбу выступил холодный пот. Он смотрел на лицо Незнакомца так, словно увидел призрак, восставший из могилы.

— Простите, но долго я без него не могу… Эта игрушка стабилизирует последствия моей травмы… — сказал Незнакомец, надевая противогаз обратно, — Что скажете, князь? Теперь, когда я был максимально открыт с вами, готовы ли вы присоединиться к нам? К настоящей борьбе за будущее этого мира? Я бы мог просто вогнать в вас иглу, как это сделал когда-то профессор Менгелев… И просто сделать своей послушной марионеткой. Но я предпочитаю, чтобы мне служили не за страх, а за совесть…

На лице Кривотолкова отразилась мучительная борьба. Его убеждения, его гордость сражались с чем-то новым — страхом? Пониманием? Осознанием чего-то настолько шокирующего, что это пошатнуло все его представления о мире?

Полумрак допросной становился гуще, а искажения вокруг Незнакомца усиливались, превращая реальность в причудливую геометрическую головоломку. Воздух дрожал от напряжения, тени в углах словно обрели собственную жизнь, извиваясь в такт пульсации пространства.

— Я… — начал князь, но осекся, словно сам не зная, что сказать.

А тьма в углах комнаты продолжала сгущаться, готовая поглотить их обоих в своих бездонных глубинах.

Глава 5

Ночь сложных разговоров

Часть II

Все еще несколько дней назад

Дарья сидела в своей комнате в особняке Кривотолковых, бездумно глядя в окно. После освобождения из-под стражи она чувствовала себя потерянной — словно корабль без якоря в бушующем море. Её выпустили под подписку о невыезде, но эта свобода казалась горькой насмешкой.

Роскошная спальня, где каждая деталь была подобрана с изысканным вкусом, теперь казалась чужой. Черное шелковое платье, её любимое, висело в шкафу нетронутым — Дарья уже несколько дней ходила в простом домашнем наряде, не заботясь о внешнем виде, лохматая, с потекшей тушью под глазами. Зачем? Для кого?

На прикроватной тумбочке лежал телефон, экран то и дело вспыхивал новыми уведомлениями. Очередные «доброжелатели» с предложениями «выгодного сотрудничества». Некоторые бывшие союзники предлагали ей перейти под их крыло, суля защиту и поддержку. Другие просто интересовались, что она планирует делать дальше.

— Что я планирую? — горько усмехнулась Дарья своему отражению в зеркале, — Хотела бы я сама знать…

Она машинально отвечала на звонки, но даже не помнила, что говорила. Все эти разговоры казались бессмысленными, пустыми. Главное — она не собиралась покидать род Кривотолковых. Несмотря ни на что, она оставалась верна семье. Пусть даже эта семья сейчас разваливалась на части.

— Дядя… — прошептала она, обхватив себя руками, — Где же ты?

Исчезновение князя Кривотолкова оставалось загадкой даже для членов семьи. Были слухи, что его похитила Организация, другие утверждали, что он скрывается где-то за границей. И на связь не выходит, чтобы себя не выдать. Но Дарья чувствовала — с ним случилось что-то страшное. Что-то, о чем она боялась даже думать.

Иногда по ночам она просыпалась в холодном поту, вспоминая ту жуткую сцену в подвале — когда взорвалась Машина Удачи, когда все их тайны вырвались наружу. Крики пленных душ до сих пор преследовали её в кошмарах.

Дарья подошла к окну, глядя на некогда ухоженный сад. Теперь он зарастал сорняками — большая часть слуг разбежалась, а оставшиеся не справлялись. Статуи, которыми так гордился род, покрылись пылью. Фонтаны пересохли.

— Я не сдамся, — твердо произнесла она, сжимая кулаки, — Чего бы это ни стоило, я сохраню то, что осталось от рода.

Но что именно делать дальше — она не знала. Впервые в жизни гордая виконтесса Дарья Кривотолкова чувствовала себя абсолютно беспомощной. Все её амбиции, все планы рассыпались как карточный домик. Все ее усилия, все жертвы… все было зря…

Где-то в глубине особняка часы пробили полночь. Дарья вздрогнула — эти удары напомнили ей похоронный звон. Словно сам дом оплакивал падение некогда великого рода.

Она медленно опустилась в кресло, чувствуя полную опустошенность. Впереди была неизвестность, и это пугало её больше всего.

— Хватит, — наконец, процедила она сквозь зубы, швырнув телефон на кровать, — Нужно проветриться.

Дарья быстро переоделась, выбрав черное облегающее платье и высокие сапоги. Её любимый наряд для прогулок — удобный и в то же время элегантный. По быстрому привела себя в порядок. Волосы она собрала в строгий хвост. В зеркале отражалась все та же гордая виконтесса Кривотолкова — пусть даже её род потерял былое величие.

Улицы Синегорья встретили её прохладным ночным воздухом, светом фонарей и неприветливыми взглядами прохожих. Люди узнавали её — трудно было не узнать одну из главных фигуранток недавнего скандала. Некоторые откровенно показывали пальцем, другие отворачивались, делая вид, что не замечают.

— Смотрите-ка, Кривотолкова, — донесся чей-то громкий шепот, — Не стыдно людям на глаза показываться?

— После всего, что они натворили… — подхватил другой голос.

Дарья шла, гордо подняв голову, делая вид, что не слышит этих разговоров. Но внутри всё кипело от ярости и обиды. Еще недавно эти же люди заискивающе кланялись при встрече с ней. А некоторые и вовсе боялись поднять на нее взгляд.

В парке было относительно безлюдно. Она направилась к своему любимому месту — небольшой беседке у пруда, где раньше любила читать. Но там уже кто-то был — группа молодых магов, судя по аурам, из числа первокурсников.

— О, кого я вижу! — воскликнул один из них, высокий парень с неприятной ухмылкой. И перегородил ей проход, — Сама виконтесса пожаловала! Что, решила погулять среди простых смертных?

— Прочь с дороги, — холодно произнесла Дарья. Её руки непроизвольно сжались в кулаки.

— А то что? — парень сделал шаг вперед. От него пахло дешевым вином, — Позовешь своих головорезов? Ой, прости, у вас же больше нет власти! Теперь вы просто…

Договорить он не успел. Дарья молниеносным движением активировала свой Дар Подчинения. Ментальные плети взметнулись в воздух, обвивая наглеца. Тот даже не успел отреагировать. Его глаза расширились от ужаса, когда он понял, что больше не контролирует свое тело.

— Я может и потеряла былую власть, — процедила она, заставляя парня опуститься на колени, — Но мой Дар при мне. И я все еще могу преподать урок манер невоспитанным щенкам.

Друзья задиры бросились на помощь, активируя собственные боевые покровы. Но они были всего лишь студентами — талантливыми, но неопытными. Дарья играючи отбила их атаки, используя годы тренировок и врожденное мастерство.

Её ментальные плети танцевали в воздухе, подчиняя одного противника за другим. Давно копившееся напряжение немного отпустило. Но радость была недолгой — за спиной послышался свист и топот множества ног.

— Держи её! — раздался крик, — Это та самая Кривотолкова!

Обернувшись, Дарья увидела целую толпу — не меньше двадцати человек. Судя по аурам, среди них были как обычные люди, так и Одаренные.

— Что, решили всей толпой на одну? — усмехнулась она, принимая боевую стойку, — Как… благородно.

Завязалась настоящая битва. Дарья кружилась в центре урагана из ментальных плетей, отбиваясь от нападающих. Её Дар Подчинения позволял контролировать нескольких противников одновременно, заставляя их сражаться друг с другом. Но врагов было слишком много.

Удар огненным шаром опалил платье. Ледяная стрела оцарапала щеку. Кто-то попытался зайти сзади с кинжалом, но напоролся на защитный барьер.

— Вы все… — прошипела Дарья, чувствуя, как просыпается ярость, — Вы все просто завидуете! Всегда завидовали нашей силе!

Её аура вспыхнула с новой силой. Ментальные плети стали гуще, темнее. Теперь они не просто контролировали — они причиняли боль. Нападавшие один за другим падали, крича от фантомной агонии.

— Вы все! — раздался знакомый голос, — Хватит!

Яркий шар света рухнул рядом, на мгновение ослепив и дезориентировав всех участников драки. Дарья прикрыла глаза рукой, пытаясь проморгаться. Она ощутила присутствие мощной знакомой ауры.

Ну конечно… кто же еще кроме нее…

Из темноты появилась Светлана Соколова. Она выглядела бледной после недавней болезни, но её аура сияла прежней силой.

— Соколова? — Дарья опустила руки, и ментальные плети растаяли в воздухе, — Что ты здесь делаешь?

— Возвращалась с задания, — спокойно ответила та, — Мне стало скучно, вот и взяла небольшую халтурку для закрытия мелкого Разлома. А тут гляжу, веселый движ происходит.

Она обвела взглядом поле боя, битые и стонущие тела:

— Впечатляет. Но ты же понимаешь, что я должна тебя задержать? После такого…

— Попробуй, — усмехнулась Дарья, но в её голосе не было прежней уверенности. Она устала, а Соколова даже после болезни оставалась грозным противником.

Они долго смотрели друг на друга. Потом Светлана неожиданно вздохнула:

— Знаешь что? Иди домой. Я ничего не видела. Но больше такой бардак не устраивай.

— Почему? — удивилась Дарья, — Почему ты меня отпускаешь?

— Потому что… я понимаю, каково это — потерять все, — тихо ответила Светлана, — Когда твоя сила ничего больше не стоит, когда рушится твой мир, а ты ничего не можешь с этим поделать… Я через это прошла…

Дарья молча развернулась и пошла прочь. В горле стоял комок, а на глаза наворачивались непрошеные слезы. Жалость Соколовой оказалась хуже любого удара.

— Дам бесплатный совет. Поговори с Костей, — раздался за спиной голос, — Ты же помогла ему в прошлом освободить дочерей… А он из тех, кто помнит добро.

— Мне не нужны советы! — не оборачиваясь, рыкнула Дарья. Однако при упоминании Кости в груди на мгновение потеплело. Отчего Дарья разозлилась еще сильнее, но уже на себя.

Вернувшись в особняк, она долго стояла под горячим душем, смывая грязь и кровь. Порванное платье отправилось в мусор. А в голове крутились слова Светланы о мести и прощении.

— Прогулялась, называется, — прошептала она своему отражению в запотевшем зеркале, — Лучше бы дома сидела… А Безумов… пошел он к черту, гад…

Но что именно делать дальше — она все еще не знала. Впереди была неизвестность, и это пугало её больше всего. Оставалось только ждать — и надеяться, что однажды она найдет ответы на все вопросы.

А пока… пока можно было хотя бы попытаться заснуть. Завтра будет новый день, и кто знает — может быть, он принесет хоть какую-то ясность.

Глава 6

Британская наука

Настоящее время

Трибуны затихли, глядя во все глаза на Чёрное Солнце и Императора. А меж тем в ложе у Безумовых продолжались интересные разговоры…

— ЧТО⁈ — Эмми аж подпрыгнула, — Костя, ты… Ты создал Черное Солнце⁈ Да как… когда… зачем⁈

— Так, успокойся, — Настя положила руку ей на плечо, — Дай Косте объяснить.

— Ну, тогда я называл его иначе, — я пожал плечами, — Хотя нынешнее название тоже неплохо отражает суть. Судя по всему, у Императора рабочая бета-версия, каким-то чудом дожившая до наших дней. Самая первая, что я сделал.

— А как оно вообще попало к Императору? — прищурилась Айсштиль.

Я пожал плечами:

— Ну… какое-то время я использовал его как тумбочку для всякой мелочевки, — лица у Айсштиль, Насти и Эмми вытянулись, почти как мордочки у пони. Сахаринка озадаченно моргала, — А потом просто забросил в чулан… Куда оно делось после моего изгнания в Бездну — можно только гадать.

Девчонки синхронно застонали.

— Тумбочку⁈ — возмущенно фыркнула Айсштиль, — Ты использовал древний сверхмощный артефакт как тумбочку⁈

— Ну а что такого? — я развел руками, — Очень удобная была тумбочка, между прочим…

— Высшие Сферы, дайте мне сил… — простонала Айсштиль, массируя виски.

— А для чего вообще нужна эта штука? — спросила Настя, когда первый шок прошел, — В чем ее предназначение?

Я на миг задумался, подбирая слова:

— Потенциально оно способно решить все наши проблемы с Бездной. Закрыть прорывы, стабилизировать реальность, спасти этот мир… Но есть один нюанс — при неправильном обращении оно может сделать все в разы хуже.

— И насколько хуже? — тихо спросила Сахаринка.

— Ну… — я поморщился, — Скажем так — мир может треснуть как яичная скорлупа. И окончательно погрузиться в Бездну. И это в лучшем случае.

— Капец…

— Именно, — кивнул я, — Поэтому нам нельзя проигрывать. Ни в коем случае.

— Эстро, — внимательно посмотрела на меня Айсштиль, — Раз Черное Солнце настолько важно… значит, ты до этого момента рассчитывал получить его каким-то другим способом?

— Верно, — кивнул я, — Красный Сгуститель, ритуалы, артефакты, алхимическая подготовка… я рассчитывал создать новое Чёрное Солнце с нуля. Долгий, но надежный путь. Но теперь, когда мы можем его просто выиграть… — я снова посмотрел на арену, — Ситуация заметно упрощается.

На арене тем временем Черное Солнце полностью выдвинулось из контейнера. Теперь все могли видеть массивную конструкцию из темного металла, похожую на механического паука. Его «лапы» слегка подергивались, словно артефакт был живым. А в центре конструкции, удерживаемое силовым полем, пульсировало нечто, напоминающее миниатюрную черную дыру…

Толпа благоговейно молчала. Даже видавшие виды аристократы казались потрясенными.

А я смотрел на свое творение и думал — что же такого я тогда намудрил, что оно до сих пор работает? Часть деталей была вполне стойкой, чтобы пережить десять тысяч лет, но не все же? Видимо, смертные смогли его как-то отремонтировать и перезапустить…

— Знаете что? — вдруг произнесла Настя, — А ведь теперь понятно, почему Император так настаивал на этом турнире. Он искал того, кто достоин владеть такой силой.

— Или того, кто сможет ее контролировать, — мрачно добавила Айсштиль.

— В любом случае, — я выпрямился в кресле, — Надо выложится на полную, девочки.

Эмми нервно хихикнула:

— Ну, хотя бы теперь мы точно знаем, за что боремся…

Что ж… похоже, пришло время исправлять старые ошибки. Или совершать новые — тут уж как повезет…

* * *

Сэр Уильям Мелори стоял в императорской ложе, внимательно наблюдая за демонстрацией Черного Солнца. Его лицо оставалось бесстрастным, но внутри все кипело от волнения. Годы подготовки, тщательно разработанный план — все вело к этому моменту.

«Вот оно», — думал он, глядя на пульсирующую тьму в центре артефакта, — «Невероятно… наши аналитики были правы — это действительно нечто совершенно уникальное».

Его натренированный взгляд профессионального разведчика подмечал каждую деталь конструкции. Механические «лапы», похожие на паучьи конечности, слабое мерцание защитного поля, странные узоры на металлическом корпусе… Все это нужно было запомнить и передать техническим специалистам.

— Beeindruckend! — пробормотал рядом немецкий посол, герр Штефан, — Nicht wahr, Herr Melory[2]?

— Indeed[3], — сдержанно кивнул Мелори, — Весьма… любопытный артефакт.

— Любопытный? — усмехнулся герр Штефан, — Мой дорогой коллега, вы как всегда преуменьшаете. Это настоящее сокровище! Представьте только возможности его применения…

— Тише, друг мой, — мягко осадил его Мелори, — Не стоит так явно проявлять интерес. Русские очень… чувствительны к подобным вещам.

Китайский посол, стоявший по другую сторону от Мелори, чуть заметно улыбнулся:

— Мудрый совет. Взмах крыльев бабочки может вызвать бурю.

Мелори сделал вид, что полностью согласен с этой восточной мудростью, хотя внутренне поморщился. Он никогда не понимал склонности китайского посла говорить загадками. Особенно сейчас, когда все его внимание было приковано к происходящему на арене.

Его взгляд скользнул к VIP-ложам, где расположились команды финалистов. Безумовы… Этот мальчишка был настоящей загадкой. За последние месяцы он совершил, казалось бы, невозможное — восстановил влияние рода, уничтожил Кривотолковых, собрал вокруг себя сильных союзников. И главное — продемонстрировал поразительное владение древней магией.

«Слишком опасен», — подумал Мелори, — «Если он действительно настолько силен и проницателен, как говорят наши аналитики…»

Соколовы вызывали у него меньше беспокойства. Светлана была прекрасным бойцом, обладала просто запредельной силой для юной девицы, но все же являлась более… предсказуемым противником. Классическая русская аристократка — сильная, гордая, но ограниченная традициями и кодексом чести.

— Fascinating[4], не правда ли? — произнес он вслух, обращаясь к коллегам-дипломатам, — Такая концентрация юных талантов. Безумов и Соколова — гордость нового поколения русской аристократии.

— Ja, ja, — энергично закивал герр Штефан, — Особенно молодой Безумов. Такой потенциал! Такая сила! Наши аналитики говорят…

— Ваши аналитики слишком много говорят, мой друг, — мягко перебил его Мелори, — Иногда лучше просто наблюдать.

Тем временем на арене началось движение. Специальная команда техников готовилась убрать Черное Солнце в подземное хранилище — нужно было освободить пространство для финального поединка.

«Сейчас», — Мелори незаметно коснулся спрятанного в рукаве передатчика. Сигнал для его людей — быть готовыми.

— Прошу прощения, господа, — он изобразил легкое недомогание, — Кажется, утренний чай был… не самого лучшего качества. Вы позволите?

— Перепутали ваш британский чай с русским чифирем, хе-хе?.. — засмеялся герр Штефан, — Надеюсь, это не помешает вам насладиться поединком?

— О, я уверен, что вернусь к самому интересному, — Мелори позволил себе легкую улыбку.

Уже выходя из ложи, он услышал, как китайский посол негромко произнес:

— В самом спокойном озере бушуют подводные течения.

«Если бы ты только знал, насколько ты прав», — подумал Мелори, направляясь к выходу.

В коридоре его ждал Джеймс, как всегда безупречно одетый и невзрачный.

— Все готово, сэр, — тихо доложил он, — Команда на позиции. «Чайка» подтвердила маршрут. Отвлекающий маневр начнется по вашему сигналу.

— Превосходно, — Мелори поправил идеально завязанный галстук, — Что с… техническим оснащением?

— Проверено дважды, сэр.

— The game is afoot[5], — пробормотал Мелори, доставая из кармана серебряный портсигар. Он закурил, глядя через окно на арену, где техники заканчивали перемещение Черного Солнца.

— Знаете, Джеймс, — задумчиво произнес он, выпуская струйку дыма, — Иногда лучшая маскировка — это полная открытость.

— Именно так, сэр, — почтительно согласился Джеймс.

— Что ж… — Мелори затушил сигарету, — Пора начинать представление. И помните — при малейших признаках того, что Безумов что-то заподозрил, немедленно активируйте «протокол Туманного Альбиона». Я не хочу рисковать всей операцией из-за одного талантливого мальчишки.

— Будет исполнено, сэр.

Мелори еще раз взглянул на арену. Там уже начали появляться участники финального поединка. Скоро все внимание будет приковано к их схватке. А в это время под трибунами развернется совсем другая битва — незаметная, но не менее важная.

«Прости, дорогой Константин», — подумал он, — «Ты, возможно, действительно достоин владеть этим артефактом. Но Британия не может позволить такой силе оставаться в руках русских. Nothing personal — just business[6]».

Он развернулся и зашагал по коридору, оставив Джеймса в одиночестве. Зайдя за угол, сэр Мелори зашел в туалет и закрыл за собой дверь на замок.

Он посмотрел на свое отражение в зеркале — строгий костюм, идеальная осанка, холодный взгляд опытного разведчика.

— Ах, как бы гордились этим моментом наши ученые из Королевского Технического Бюро, — пробормотал он, снимая свой безупречно скроенный пиджак и любовно оглаживая ткань, — Столько лет исследований, столько бессонных ночей… И вот наконец настал момент истины.

На первый взгляд это была обычная деталь дипломатического гардероба — дорогая ткань, идеальный крой, тонкая работа. Даже самый придирчивый портной с Сэвил Роу не заметил бы ничего необычного. Но стоило Мелори коснуться особой последовательности потайных кнопок, искусно замаскированных под пуговицы, как пиджак едва заметно замерцал. По ткани пробежала рябь, словно по поверхности воды в солнечный день.

— Чудо инженерной мысли, — с нескрываемой гордостью произнес Мелори, надевая пиджак обратно и любуясь, как ткань переливается в свете ламп.

Затем он достал из внутреннего кармана серебряный медальон — тот самый, что подавлял магическую ауру. Устройство выглядело изящно, но при этом излучало едва уловимую угрозу. На поверхности медальона были выгравированы сложные схемы, напоминающие электрические цепи.

Одаренный при желании мог и сам подавить свою силу, чтобы остаться незамеченным — но тогда пользоваться ей было нельзя, иначе обнаружат. Медальон же позволял использовать магию… в определенных пределах, оставляя носителя незаметным.

— Главное — не забывать менять батарейки каждые два часа, — усмехнулся Мелори, надевая медальон на шею, — Иначе будет… неловко.

Он вспомнил, как во время одного из приемов русский Государь странно посмотрел в его сторону, словно что-то почуяв. К счастью, тогда медальон работал исправно, и подозрения Императора, кажется, быстро рассеялись. Но с тех пор Мелори стал еще осторожнее.

Закончив с приготовлениями, он тщательно проверил работу устройств. Сначала активировал медальон — по серебру пробежала слабая рябь, и Мелори почувствовал, как его аура словно съежилась, стала практически неощутимой. Ощущение было не из приятных — словно тебя завернули в мокрое одеяло. Но для успеха операции можно потерпеть и не такое.

— А теперь гвоздь программы… — он расправил плечи, готовясь к следующему этапу.

Мелори снова коснулся потайных кнопок на пиджаке, на этот раз в другой последовательности. В этот раз эффект был куда более впечатляющим — фигура Мелори начала становиться прозрачной, пока не исчезла почти полностью. Остался лишь легкий визуальный эффект, похожий на колебание горячего воздуха.

— Боже, храни британскую науку, — довольно прошептал невидимый дипломат, любуясь (точнее, пытаясь любоваться) своим отсутствующим отражением, — И гениальных британских ученых.

Выскользнув из туалета, Мелори начал свой путь по служебным коридорам арены. Его движения были плавными и бесшумными — результат многолетних тренировок в лучших шпионских школах Британии. Годы, проведенные в секретных тренировочных лагерях МИ-6, не прошли даром.

Он уверенно двигался по лабиринту технических помещений, спускаясь все глубже. Изредка мимо проходили работники арены или охранники, но никто не замечал невидимого агента Её Величества. Некоторые маги, правда, слегка хмурились, проходя мимо — видимо, чувствовали что-то неладное. Но медальон работал безупречно, и их подозрения быстро рассеивались.

— Как дети, — беззвучно усмехался Мелори, проскальзывая мимо очередного поста охраны.

На стенах то и дело попадались магические печати — защитные знаки, призванные обнаруживать незваных гостей. Но против технологий они были бессильны. Печати реагировали на магию, а в устройствах Мелори магии не было ни грамма — только передовая наука.

Внезапно его путь преградила массивная металлическая дверь. Вся её поверхность была покрыта светящимися магическими печатями, образующими сложный геометрический узор. Мелори внимательно изучил преграду — классическая защита из школы русской магии, рассчитанная на противодействие магическим способам взлома.

— Но что делать против чистой науки? — прошептал он, снова активируя свой чудо-пиджак особой комбинацией нажатий.

На этот раз технология сработала иначе — тело Мелори начало утончаться, становясь плоским, как лист бумаги. Процесс был не из приятных — его слегка мутило от ощущения, будто его прокатывают через гигантский пресс. Внутренние органы словно сплющивались в двухмерную проекцию.

— Чертовы побочные эффекты, — процедил он сквозь зубы, которые тоже стали плоскими, — Надо будет отправить замечания разработчикам… И намекнуть, что тестировать такие вещи лучше не на морских свинках, а на добровольцах. Желательно — из числа самих разработчиков.

Став тоньше листа, Мелори легко проскользнул под дверью через едва заметную щель. Если бы кто-то наблюдал за этим со стороны (что, к счастью, было невозможно благодаря невидимости), то увидел бы удивительное зрелище — человеческая фигура буквально «втекает» в миллиметровый зазор между дверью и полом.

Оказавшись по другую сторону, он деактивировал режим уплощения и с облегчением почувствовал, как его тело возвращается в нормальное трехмерное состояние. Ощущение было такое, словно его надувают, как воздушный шар — не самое приятное чувство, но куда лучше, чем сплющивание.

— О да, определенно нужно что-то делать с этим головокружением, — пробормотал он, опираясь о стену, — Может, имеет смысл добавить в конструкцию пиджака систему стабилизации внутреннего уха? Или хотя бы встроенную дозу успокоительного… Нужно будет обсудить это с Бэнксом, когда вернусь.

Впрочем, дурнота быстро прошла. Мелори расправил плечи и зашагал дальше по коридору, ведущему к хранилищу. Его распирала гордость за достижения британских ученых.

Глава 7

Предатель

Внезапно подземный коридор содрогнулся от мощного толчка. Задрожали стены, пол заходил ходуном. Вибрация была настолько сильной, что Мелори не удержался на ногах и рухнул на пол, больно ударившись коленом.

— Bloody hell[7]! — выругался он по-английски, забыв о конспирации. К счастью, в коридоре никого не было.

Стены продолжали дрожать, с потолка сыпалась мелкая крошка. Где-то вдалеке тревожно загудела система вентиляции. Вибрация не только не прекращалась, но, казалось, становилась все сильнее.

— Так, спокойно, — пробормотал Мелори, поднимаясь на ноги, — У нас есть технология и для этого.

Он снова активировал свой чудо-пиджак, на этот раз используя специальную комбинацию кнопок. Ткань слегка завибрировала, подстраиваясь под колебания. Встроенные микропроцессоры, вооруженные обученными нейросетями, начали анализировать звуковые волны и вибрации, фильтруя их и преобразуя в осмысленные сигналы.

— Господа! — внезапно раздался в его голове чистый, словно через наушники, голос комментатора, — Мы наблюдаем просто невероятное начало финального поединка! Команда Безумовых сразу же пошла в мощную атаку!

Мелори осторожно двинулся вперед, прислушиваясь к трансляции. Технология работала превосходно — даже сквозь толщу земли и бетона он слышал каждое слово, а нейросети мгновенно переводили русскую речь на английский.

— Константин Безумов открывает бой сокрушительной комбинацией! — восторженно вещал комментатор, — Его Духовная сила буквально затопила половину арены! Но посмотрите, как великолепно уходит от этой атаки Светлана Соколова! Её команда с обновленным составом действует слаженно, прикрывая друг друга…

Новый толчок заставил стены задрожать. Где-то наверху, судя по комментариям, Анастасия Безумова создала двух доппельгангеров, а Эмилия де Арагон поддержала её огненным штормом.

— Хм… а девочка растет, — пробормотал Мелори, вспоминая досье на Настю, — Раньше она не могла создавать сразу двух…

— Невероятно! — продолжал захлебываться от восторга комментатор, — Братья Волковы из команды Соколовой пытаются провести фланговую атаку, но их встречает… Айсштиль! Её сила буквально заморозила пространство, создав ледяной барьер! Эта дерзкая девица, взявшая имя богини, знает, как обращаться со льдом!

Мелори поморщился от особенно сильного толчка. Где-то наверху явно столкнулись две мощные магические силы.

— А это играет мне на руку, — подумал он, — Чем сильнее они там колотят друг друга, тем меньше внимания уделяют происходящему внизу. Да и датчики магического фона наверняка зашкаливает — в таком шуме легко пропустить небольшую аномалию вроде меня.

— Что это⁈ — вдруг воскликнул комментатор, — Похоже, Светлана Соколова готовит что-то грандиозное! Её аура буквально пылает! А это… да, похоже на её фирменную технику «Небесный Гром»!

Коридор снова содрогнулся, на этот раз особенно сильно. Мелори едва успел ухватиться за стену и побледнел как полотно. Ему показалось на мгновение, что потолок сейчас рухнет и просто раздавит его…

— О Господи! — надрывался комментатор, — Такой мощной версии этой техники мы еще не видели! Но… что это? Константин Безумов не уклоняется! Он… он собирается принять удар в лоб⁈

— Безумцы, — пробормотал Мелори, осторожно продвигаясь вперед, — Хотя… пожалуй, чем более разрушительным будет их бой, тем лучше для моей миссии.

Новый удар сотряс подземелье. На этот раз где-то впереди с грохотом обвалился кусок потолка.

— Невероятно! — голос комментатора срывался от возбуждения, — Безумов не только выдержал «Небесный Гром», но и ответил мощной техникой! Не знаю, как она называется, но от этой жуткой тьмы мне не по себе… Вот они, секреты рода Безумовых! Зрители в ужасе! Даже защитный купол над ареной идет рябью!

— Интересно, — подумал Мелори, — Как Император относится к тому, что эти юнцы чуть не разносят его драгоценную арену? Хотя… возможно, он сам этого и добивался — проверить их силу в полной мере.

Где-то наверху битва продолжала бушевать. Комментатор едва успевал описывать происходящее — молниеносные атаки сменяли друг друга, заклинания сталкивались, порождая новые взрывы. Команды демонстрировали удивительную слаженность, а их лидеры показывали все более впечатляющие техники.

Очередная дверь с тихим скрипом приоткрылась. В тусклом свете аварийных ламп Мелори увидел высокую фигуру в форме службы безопасности. Капитан Каин Никодимов нервно теребил нашивки на рукаве.

— Сэр Мелори? — тихо спросил он, вглядываясь в пустоту, — Это вы?

— Да, капитан, — отозвался невидимый британец, слегка отключая маскировку, чтобы его силуэт стал едва различим, — Рад, что вы не передумали.

Никодимов заметно нервничал. Его пальцы постоянно теребили пуговицы на форме, а взгляд беспокойно метался по сторонам. Сверху донесся очередной грохот, и капитан вздрогнул.

— Я… я не уверен, — пробормотал он, — Если нас поймают…

— Мы уже обсуждали это, — мягко перебил его Мелори, — Британия позаботится о вас. Новый паспорт, счет в банке, дом в пригороде Лондона… Разве это не лучше, чем прозябать здесь в захолустье?

Никодимов сглотнул:

— А если что-то пойдет не так? Вы же знаете процедуры допроса в Особом Отделе Тайной Полиции…

— Именно поэтому мы должны действовать быстро, — Мелори положил невидимую руку на плечо капитана, — Пока наверху идет этот великолепный турнир. Кстати, как вам бой?

— Безумный, — Никодимов покачал головой, — Даже досюда отголоски долетают. Защитные барьеры трещат…

Новый взрыв заставил стены задрожать. Где-то наверху комментатор восторженно вопил о столкновении «Длани Бога» и какой-то «Священной Молнии».

— Вот видите? — усмехнулся Мелори, — Идеальное время для операции. Все смотрят шоу, а мы тем временем…

— Хорошо-хорошо, — капитан достал пропуск, — Я проведу вас. Но помните о вашем обещании!

— Слово аристократа, — торжественно произнес Мелори, — А теперь ведите.

Они двинулись по служебным коридорам. Никодимов уверенно проводил невидимого спутника через посты охраны, показывая документы и отдавая короткие команды. Его высокий чин и репутация честного служаки делали свое дело — никто не задавал лишних вопросов.

— Здесь направо, — шепнул капитан, сворачивая в узкий проход, — Этим маршрутом почти не пользуются — он считается аварийным.

Коридор петлял, спускаясь все глубже. Вибрация от боя наверху здесь ощущалась слабее, зато было заметно холоднее. Воздух пах сыростью и озоном — верный признак мощных магических полей.

— Мы почти пришли, — пробормотал Никодимов, останавливаясь перед массивной дверью, — Но есть проблема…

В небольшом помещении перед хранилищем дежурили четверо охранников. Судя по нашивкам — бойцы элитного подразделения.

— Капитан? — старший из них шагнул вперед, — Что вы здесь делаете?

— Приказ сверху, — Никодимов постарался придать голосу уверенность, — Нужно проверить систему безопасности. С такими взрывами наверху…

— У нас нет информации о проверке, — охранник нахмурился, — И вообще, доступ в хранилище запрещен до окончания турнира.

— Послушайте, — капитан начал раздражаться, — Я ваш непосредственный начальник. Если я говорю проверить — значит надо проверить!

— При всем уважении, капитан… — старший охранник положил руку на рукоять пистолета, — Но у нас четкий приказ — никого не пускать. Даже вас.

Мелори мысленно выругался. Этого он не предусмотрел — обычно капитанского ранга хватало для доступа в любые помещения. Видимо, с Черным Солнцем были особые меры предосторожности.

— Вы не понимаете, — Никодимов повысил голос, — Это приказ сверху! От самого…

— Капитан, — жестко перебил его охранник, — Еще одно слово — и я буду вынужден доложить о попытке несанкционированного доступа. Уходите.

Повисла напряженная тишина. Мелори видел, как подрагивают руки Никодимова — капитан явно колебался между страхом и желанием довести дело до конца. А где-то наверху продолжал греметь бой, и от особенно мощных ударов даже здесь, глубоко под землей, дрожали стены…

Глава 8

Папа может

Трибуны гудели от возбуждения, когда первые атаки сотрясли арену. Кристина Валерьевна, элегантная даже в момент волнения, судорожно стискивала поручни кресла. Её роскошное алое платье красиво контрастировало с бледной кожей.

— Давай, Костенька! — воскликнула она, когда очередная атака Светланы прошла в миллиметре от княжича, — Покажи этой выскочке, где раки зимуют!

Рядом с ней сидела королева Мелинта, которая ради финала таки выбралась из любимого подвала. Несмотря на свой высокий статус, она активно болела наравне со всеми, размахивая всеми четырьмя руками:

— Муж мой! — вопила она вместе со всеми, — Разнеси их! Размажь! Уничтожь!

Её боевой клич подхватили сотни других мирмеций, заполнивших целый сектор трибун. Их хитиновые панцири сверкали в свете прожекторов всеми оттенками черного и золотого. Некоторые держали самодельные плакаты:

КОСТЯ — НАШ ПАПОЧКА!

БЕЗУМОВЫ РУЛЯТ!

СОКОЛОВЫ, ВАМ ХАНА!

Особенно выделялся огромный транспарант, который держали сразу несколько десятков мирмеций:

ПАПА МОЖЕТ!

— Доченьки! — командовала Мелинта, стоя на верхнем ряду, — За папу! Кричим на счет три!

И сотни глоток дружно проскандировали:

— БЕ-ЗУ-МО-ВЫ! БЕ-ЗУ-МО-ВЫ!

Когда Светлана запустила особенно мощную атаку, по трибунам прокатился испуганный вздох. Но тут же сменился радостным ревом, когда Костя отразил удар.

— Вот это наш папочка! — восторженно пищали молодые мирмеции, пританцовывая на месте. Их антенны возбужденно подергивались в такт движениям.

Только Перчинка сидела мрачнее тучи, недовольно наблюдая за происходящим. Её тонкие пальцы нервно постукивали по подлокотнику, между ними то и дело проскакивали едва заметные искры.

«Какая наивность», — думала она, глядя на ликующих сестер, — «Как отец был наивен, когда вылечил эту Соколову… На что он рассчитывал? Заставила нас потратить силы и ресурсы на её лечение, а теперь… Типичная аристократка — все берет, ничего не отдает».

Её пальцы сплели тончайшую паутину из светящихся нитей. Одно движение — и она могла бы вмешаться, повлиять на исход боя. Никто бы даже не заметил…

Но Перчинка медленно разжала пальцы, позволяя паутине растаять.

— Нет, — прошептала она, — Пусть папа сам разберется. Раз уж он так уверен в своих силах… А я посмотрю… Насколько оправдан его подход…

— Что ты там бормочешь, милая? — обернулась к ней Мелинта.

— Говорю — нельзя было лечить эту Соколову, — проворчала Перчинка, — Я так и знала, что она неблагодарная стерва… Одно название, а не аристократка.

— Ой, да ладно тебе! — отмахнулась Мелинта. Она разрумянилась на свежем воздухе и пришла в необычайно возбужденное состояние, — Костя всех сделает! Давай лучше болеть! БЕ-ЗУ-МО-ВЫ РУ-ЛЯТ!

Трибуны тут же подхватили новую кричалку. Даже Кристина Валерьевна, обычно такая сдержанная, в азарте вскочила с места:

— Костенька, милый! Покажи им всем!

Мелинта одобрительно захлопала во все четыре ладоши. Её младшие дочери, вдохновленные примером матери, подняли настоящую волну, передавая возбужденное гудение по рядам.

Когда особенно мощный взрыв сотряс арену, две молодые мирмеции испуганно прижались друг к другу. Но Мелинта, сидевшая сзади них, встала и успокаивающе обняла их за плечи:

— Не бойтесь, малышки! Ваш папа самый сильный! Он и не такое может!

— Да-да! — подхватила Кристина Валерьевна, — Помните, как он справился с Кривотолковыми? А эти Соколовы вообще пустышки!

Перчинка только фыркнула, но промолчала. Её пальцы все еще подрагивали, готовые в любой момент соткать смертоносную паутину. Но она сдерживалась. В конце концов, отец действительно был силен. И если он справился с Кривотолковыми…

— А все-таки, — пробормотала она себе под нос, глядя, как Светлана уворачивается от очередной атаки, — надо было мне добить её, пока была возможность. Предчувствую — эта девица еще создаст нашему роду проблемы…

Новый взрыв заставил трибуны содрогнуться. Мирмеции отреагировали дружным восторженным визгом. Их антенны трепетали от возбуждения, улавливая малейшие колебания магических потоков.

— ПАПА! ПАПА! ПАПА! — скандировали они, размахивая плакатами. Только Перчинка продолжала сидеть неподвижно, внимательно следя за каждым движением бойцов. Её глаза сузились, когда Светлана начала готовить новую мощную технику.

«Ничего, папа», — думала она, — «Если что-то пойдет не так… у меня есть план Б. И план В. И даже план Г… Но надеюсь, до этого не дойдет».

Её пальцы в последний раз сплели и распустили тончайшую паутину, после чего она заставила себя расслабиться. Время действовать еще не пришло. Пока что можно было просто наблюдать.

И, возможно, немного поболеть вместе со всеми:

— Давай, папа, — прошептала она, — Покажи этим выскочкам, на что ты способен…

* * *

Фома протискивался к своему месту на трибунах, шурша пакетами с бутылками. Содержимое тихонько булькало при каждом шаге, издавая странные, почти музыкальные звуки. «Кровавые слезы» — его последнее изобретение в области самогоноварения, требовало срочной дегустации во время финального боя. Охрана на входе пыталась его остановить, но один взгляд в глаза бывшего Истребителя заставил их передумать. К тому же, от него несло таким перегаром… такой зловещей запредельной силой, что можно было не сомневаться — что бы ни было в этих бутылках, оно уже не сделает его более невменяемым.

Когда Император явил Черное Солнце, Фома дернулся так резко, что чуть не выронил драгоценные бутылки. Руны на руке заныли, но не так сильно как обычно — раньше от приступов его скручивало в такой узел, что приходилось вливать в себя литр самогона просто чтобы унять дрожь.

Фома отхлебнул еще глоток «Кровавых слез», невольно вспомнив их последнюю встречу.

Это было три дня назад, в том же «Пьяном Грифе». Костя нашел его сам — просто появился на пороге, когда Фома как раз собирался закрыться в подсобке для очередного эксперимента с самогоноварением.

— Знаешь, — сказал тогда Безумов, присаживаясь на ящик с какими-то бутылками, — твоя проблема решается довольно просто.

— Какая именно? — хмыкнул Фома, — Их у меня много. Вот, например, последняя партия самогона говорит со мной на латыни…

— Я про руны, — Костя кивнул на его руку, — Я понял, как немного помочь.

Фома машинально потер светящиеся знаки:

— Да ладно? И что, прям вот так просто возьмешь и вылечишь? — Фома недоверчиво прищурился.

— Да, — просто кивнул Костя и показал на свою руку с татуировкой, — Полностью не стабилизирую, для этого мне нужно посмотреть на Черное солнце… Понять, что это вообще такое… Но муки твои облегчу.

— Хм… — Фома задумчиво почесал небритый подбородок, — А есть побочные эффекты? А то знаешь, я уже нагляделся на эксперименты…

— Полностью убрать сломанную метку нельзя, — честно признал Костя, — Но можно… переформатировать. Сделать более стабильной. Приступы станут слабее, и ты сможешь их контролировать.

— А самогон гнать смогу? — деловито уточнил Фома.

Костя на мгновение завис, явно не ожидав такого вопроса:

— Ну… технически это никак не помешает твоему… хм… творчеству.

— Тогда давай! — Фома решительно закатал рукав, — Только это… может, для храбрости тяпнем? У меня тут новая партия…

— Воздержусь, — дипломатично отказался Костя, — Я… гм… за рулем.

Заклинание оказалось болезненным — Фома орал так, что распугал всех крыс в подвале. Но оно действительно помогло — руны перестали пульсировать, а голоса в голове притихли.

— Только учти, — предупредил Костя, заканчивая ритуал, — если окажешься слишком близко к Черному Солнцу, может тряхнуть. Но уже не так сильно.

— Да я как-то и не планировал, — буркнул Фома, разминая руку, — У меня теперь другие интересы. Вот, кстати, хочешь попробовать? — он потянулся к бутылке.

— В другой раз, — Костя встал, — И да… на финале будь готов. Там может быть… интересно.

— А поподробнее? — заинтересовался Фома.

— Скажем так, некоторые люди слишком любят совать нос в чужие дела, — туманно ответил Костя, — Особенно когда речь идет о древних артефактах. Не исключаю провокаций. Или чего похуже.

— А, понял, — кивнул Фома, — Не боись, если что — прикрою. Хотя… — он покосился на свой самогонный аппарат, — у меня тут как раз новая идея появилась. Представляешь, нашел плотоядный кактус…

Костя только головой покачал:

— Главное, не взорви тут ничего. И да — если что случится на турнире, держись подальше от Черного Солнца. На всякий случай.

— Да понял я, понял, — отмахнулся Фома и полез за очередной бутылкой, — Сам разберешься… Слушай, а может все-таки по маленькой? За успех операции?

Но Костя уже смылся, оставив Фому наедине с его экспериментами…

Фома моргнул, возвращаясь в реальность. На арене как раз грохнул особенно мощный взрыв — кажется, Светлана выдала что-то особенное.

— Эх, молодежь, — пробормотал он, откупоривая новую бутылку, — Ну-ка, посмотрим, что у нас тут в новой партии…

Он благодарно подумал о Косте — мальчишка знал свое дело, его заклятие реально помогало сдерживать приступы безумия. Хотя полностью они не прошли, но стало заметно легче. По крайней мере, теперь он мог смотреть на эту штуку, не срываясь в истерику.

«Надо же, какая штука», — думал Фома, разглядывая артефакт, — «И ведь не соврал пацан — реально может помочь. Не то что эти… экспериментаторы».

Он машинально потер шрамы на руках, оставшиеся после «исследований» Кривотолковых. Воспоминания о тех днях все еще заставляли его вздрагивать.

«Ничего, вы свое получили. А князь… до него еще доберемся».

Мирмеции в соседнем секторе шумели как целый пчелиный улей. Их возбужденные крики и размахивание плакатами заставляли Фому морщиться. Четырехрукие создания явно знали толк в активной поддержке — они умудрялись одновременно размахивать флагами, дудеть в вувузелы и скандировать речевки. Некоторые даже пытались петь что-то вроде футбольных кричалок, только на свой лад: «Папа может, папа может все что угодно!»

«Вот ведь развел зверинец», — беззлобно подумал он, наблюдая за их энтузиазмом, — «Хотя… толковые ребята. Сильные, преданные. Не то что некоторые…»

Он вспомнил своих бывших коллег-Истребителей, которые отвернулись от него после истории с Черным Солнцем. И особенно — Илью Беса. Чертов предатель… как он там теперь, интересно, после падения Кривотолковых? Прикрылась кормушка-то…

«Эти хоть честные — что думают, то и говорят. И за своего готовы глотку перегрызть любому».

Он с профессиональным интересом наблюдал за боем. Светлана впечатляла — её техники были отточены до совершенства, каждое движение выверено и точно рассчитано. Как бывший Истребитель, Фома видел в ней настоящий талант. Её «Небесный Гром» был настолько мощным, что даже у него, видавшего виды бойца, перехватило дыхание. Такой концентрации силы он не видел со времен своей активной службы.

«Хороша девка», — одобрительно кивал он, отхлебывая из бутылки, — «Мощная. В наше время таких не было… Ну, или были, но я не помню — много пил тогда. Хотя… против Кости ей все равно не выстоять. У пацана такие техники, что даже мне не по себе становится. И это явно не предел его возможностей».

Он устроился поудобнее, готовясь насладиться зрелищем. В конце концов, даже если что-то пойдет не так — Костя уже доказал, что способен разруливать самые сложные ситуации. Взять хотя бы историю с Кривотолковыми — как красиво развалил их империю, просто загляденье! А значит, можно расслабиться и просто посмотреть хороший бой.

«Главное — не пропустить момент, когда надо будет дегустировать новую партию», — подумал Фома, любовно поглаживая бутылки, — «А то знаю я эти бои — увлечешься, а самогон тем временем выдыхается… Хотя, судя по тому, как булькает — эта партия точно сильнее предыдущей. Может, даже обойдется без древних языков… надеюсь».

Он сделал еще один глоток и довольно крякнул. Жизнь налаживалась — зрелище обещало быть отменным, выпивка грела душу, а главное — он наконец-то мог смотреть на Черное Солнце без желания выть и крушить все вокруг. Определенно, день удался.

Фома как раз собирался сделать очередной глоток, когда почувствовал… Нечто. Странное, тянущее ощущение где-то в груди. Словно кто-то дергал за невидимую нить, настойчиво указывая куда-то вниз… под трибуны, в глубины арены.

«Так, это что за новости?» — он озадаченно уставился на бутылку, — «Вроде эта партия без галлюциногенов…»

Но ощущение не проходило. Наоборот, становилось сильнее. Зов манил, звал, почти гипнотизировал. Фома поймал себя на том, что машинально поглаживает руны на руке — они едва заметно пульсировали, но не болели. Странно…

«А вдруг там… что-то интересное?» — мелькнула шальная мысль. Хмель и природное любопытство взяли верх над осторожностью.

— Ну-ка, ну-ка… — пробормотал он, поднимаясь, — Надо глянуть, что там за аттракцион.

Фома подхватил пакет с бутылками.

«Не бросать же добро!» — и начал протискиваться к выходу с трибун. Бутылки весело позвякивали при каждом шаге.

— Куда прешь, алкаш! — возмутился какой-то солидный господин, когда Фома случайно задел его пакетом.

— На важные переговоры, — серьезно ответил Фома, — С кактусом. Он там внизу, ждет…

Важный господин странно посмотрел на Фому и больше не возмущался.

Зов становился все настойчивее. Что-то определенно происходило под ареной. Что-то… знакомое? Фома не мог объяснить это чувство, но почему-то был уверен — там творится что-то интересное. А где интересное — там обычно и неприятности. Как раз то, что надо для полноценной дегустации!

«Костя, конечно, просил держаться подальше…» — подумал он, спускаясь по лестнице. Чертовы технические помещения, как тут все запутанно… Но Зов указывал верный маршрут, — «Но он же не уточнял — подальше от чего именно! Так что формально я ничего не нарушаю…»

Бутылки согласно булькнули.

* * *

Государь вернулся в императорскую ложу, сопровождаемый почтительными поклонами придворных. Его лицо оставалось бесстрастным, хотя в глазах читалась легкая усталость — демонстрация Черного Солнца требовала немалых усилий даже от него.

Даже просто находится рядом с этим… устройством, было невыносимо.

— Ваше Величество, — генерал Горовой почтительно склонил голову, — Позвольте отметить безупречную работу защитных систем. Все прошло точно по протоколу.

— Благодарю, Павел Николаевич, — Император опустился в свое кресло, — Хотя должен признать, испытания для системы защиты на сегодня еще не закончены. Эти молодые бойцы… их сила растет не по дням, а по часам.

— Beeindruckend[8]! — воскликнул герр Штефан, немецкий посол, — Такая демонстрация могущества! Воистину, русская магическая школа не перестает удивлять.

Китайский посол лишь молча поклонился, но в его глазах читался неприкрытый интерес.

— Кстати, — Император окинул взглядом дипломатическую ложу, — я не вижу достопочтенного посла Индии?

— Увы, — развел руками герр Штефан, — Наш уважаемый коллега сослался на недомогание. Что-то связанное с местным климатом… Да и сэр Мелори, похоже, тоже…

— А что с Мелори? — быстро спросил Горовой.

— О… — немецкий посол усмехнулся, — кажется, наш чопорный друг не совладал с русским чаем. Но обещал вернуться к началу поединка.

— Надеюсь, это не скажется на его… впечатлениях от турнира, — сухо заметил Император.

На арене тем временем появились команды финалистов. Светлана Соколова выглядела собранной и решительной, её синие волосы красиво развевались в потоках силы. Константин Безумов держался спокойно, почти расслабленно, но в его движениях чувствовалась скрытая мощь, готовая в любой момент взорваться…

— Смотрите, как держатся! — с гордостью произнес Горовой, — Настоящие офицеры! А ведь совсем еще молодые…

— Да, — задумчиво кивнул Император, — Новое поколение… Они уже превзошли многих своих учителей.

Первые атаки сотрясли арену. Защитный купол над ней пошел рябью, но выдержал. Зрители ахнули, когда Светлана запустила «Небесный Гром», а Константин ответил не менее впечатляющей техникой.

— Какая мощь! — восхищенно пробормотал герр Штефан, — Какой контроль! Я бы сказал…

Его прервал резкий писк рации на поясе Горового. Генерал быстро поднес передатчик к уху, и его лицо заметно побледнело.

— Что случилось? — мгновенно насторожился Император.

— Ваше Величество… — Горовой облизнул внезапно пересохшие губы, — Нам нужно поговорить. Наедине.

Император молча кивнул и поднялся:

— Прошу прощения, господа. Государственные дела…

Они быстро покинули ложу, оставив послов обмениваться встревоженными взглядами. В небольшой комнате для переговоров Горовой дрожащими руками достал планшет.

— Докладывайте, — коротко приказал Государь.

— Наши датчики… — генерал сглотнул, — Они засекли знакомую сигнатуру. Ту самую… Монстр вернулся, Ваше Величество.

— Тот самый? — в голосе Императора появились стальные нотки, — Который оставил шрам на Луне?

— Да, — Горовой развернул на планшете какие-то графики, — Сигнатура точно та же.

Глава 9

Сигнатура

— И он, по показаниям датчиков… приближается к Синегорью со стороны Диких Земель, — закончил Горовой, нервно сглотнув.

В комнате повисла тяжелая тишина. Где-то за стенами грохотал финальный поединок, но здесь, в этом маленьком помещении, время словно застыло.

— Сколько у нас времени? — наконец спросил Император.

— По расчетам аналитиков — около часа, может чуть больше. Он движется… неравномерно. Словно что-то его тревожит.

— Или привлекает, — мрачно добавил Государь, — Например, Черное Солнце.

Горовой вздрогнул:

— Вы думаете?..

— Я думаю, что нам нужно срочно принимать меры, — Император подошел к окну, глядя на арену, где продолжался бой, — И возможно… этот турнир оказался как нельзя кстати.

— Не понимаю, — нахмурился генерал.

— Все просто, — Государь повернулся к нему, — Нам нужны сильные маги. Очень сильные. И похоже, они у нас есть, — он кивнул в сторону арены, — Осталось только выяснить, кто из них действительно достоин… Нужно лишь дать им время.

Новый взрыв сотряс здание. На арене Светлана и Константин демонстрировали все более впечатляющие техники, не подозревая, что их поединок может оказаться лишь прелюдией к куда более серьезной битве.

— Отдайте приказ привести в готовность все силы ПВО, — продолжил Император, — И усильте наблюдение. Я хочу знать о каждом движении этой твари.

— Будет исполнено, — Горовой отдал честь и потянулся к рации.

— И еще, Павел Николаевич…

— Да, Ваше Величество?

— Никому ни слова. Особенно иностранным послам. У нас и так слишком много… любопытных глаз. И еще генерал… вы сможете в одиночку решить все вопросы здесь, на арене?

Горовой кивнул, его глаза сурово блеснули. Он понял, куда клонит Император.

— Да, Государь. Прикажете мобилизовать Истребителей?

— Да, — кивнул Государь, — Со мной также отправится гвардия. Дадим этой твари бой. А вы останетесь здесь. Рассчитываю на вас, генерал.

— Так точно, — Горовой отдал честь.

* * *

Я наблюдал, как команда Соколовой выстраивается в боевой порядок. Светлана явно поработала над составом — каждый боец излучал уверенность и силу. Особенно выделялись братья Волковы, которых прочили в будущие Истребители — их ауры пульсировали от переполняющей энергии.

Их родственник, Игорь, сейчас скорей всего где-то на трибунах и очень ими гордится. С ним нам как-то довелось вместе сражаться в божественном измерении… и даже по Миру Мертвых погулять. Вроде бы немного времени прошло с того момента, а такое ощущение, что вечность.

— Неплохая команда, — заметила Настя, становясь справа от меня, — Даже отсюда чувствую, как она накачивает их силой.

Действительно, Светлана делилась своей духовной энергией с соратниками, усиливая их способности. Умный ход — теперь они могли сражаться почти на равных даже с нашими сильнейшими бойцами, Айсштиль и Эмми.

— Эмми, — скомандовал я, — твой выход.

— Ага! — она задорно подмигнула, — Только… блин, опять забыла надеть что-нибудь попроще!

— В смысле? — не поняла Настя.

— Ладно, не важно…

Вместо ответа Эмми активировала Благословение Бездны. Черные узоры побежали по её коже, а глаза вспыхнули багровым светом. Её дорогое дизайнерское платье вспыхнуло и осыпалось пеплом, но тут же её тело окутало новое одеяние — словно сотканное из живого пламени.

— Вот потому и говорю — надо было попроще надеть, — вздохнула она. Её волосы превратились языки пламени, пляшущие над ее головой, — Это уже третье платье за неделю…

— Зато эффектно выглядит, — хмыкнула Айсштиль, призывая свою силу. Воздух вокруг неё начал кристаллизоваться, покрываясь изморозью.

Сахаринка молча материализовала огромный хитиновый молот. Её панцирь слегка изменил цвет, становясь темнее — верный признак того, что преторианец готова к серьезному бою.

— Настя? — я повернулся к своей первой ученице.

Она кивнула и начала плести свою технику. Воздух вокруг задрожал, и появились две фигуры — точные копии Соколовой. Доппели-Светланы выглядели как настоящие, излучая такую же силу.

— Два и прямо сразу, без подготовки? — удивленно присвистнула Эмми, — Ого, ты прокачалась!

— Учусь у лучших, — скромно улыбнулась Настя.

Я посмотрел на Светлану. Она стояла во главе своей команды, и её синие волосы развевались в потоках силы. Наши взгляды встретились.

— Готов? — крикнула она.

— Всегда, — я позволил силе Бездны течь через меня. Черные узоры поползли по коже, а реальность вокруг начала искажаться.

— Знаешь, — она усмехнулась, — Отец специально собрал новую команду. И я не стала ему перечить. Чтобы никто не сказал, что победила тебя из жалости.

— Победила? — я приподнял бровь, — Уже уверена в исходе?

— А ты нет? — Её глаза сверкнули. Её голос звучал сильно и громко — казалось, она хочет перекричать трибуны. Наверное, ее даже в Императорской ложе услышали, — После того, как излечил меня… думаешь, я не поняла? Ты слишком добр, Костя. Это может стать твоей слабостью.

— Или силой, — парировал я, — Смотря как использовать.

Она покачала головой:

— Увидим. ВПЕРЕД!

Её команда атаковала единым фронтом. Братья Волковы метнулись по флангам, их силовые удары были настолько мощными, что земля задрожала. Но Айсштиль и Эмми встретили их во всеоружии — лед и пламя сплелись в смертоносный танец.

Доппели Насти вступили в бой с еще одним противником из команды Соколовой. Это было завораживающее зрелище — схожие сущности, использующие одни и те же приемы. Только опытный маг мог заметить легкие искажения вокруг копий, выдающие их иллюзорную природу.

Сахаринка сошлась в поединке с самым крупным бойцом Соколовой. Её хитиновый молот против его силового щита — от их ударов во все стороны летели искры энергии.

А мы со Светланой кружили друг напротив друга, изучая, выжидая. Её аура пульсировала от переполняющей силы — она явно берегла энергию для чего-то особенного.

— Знаешь, что самое интересное? — спросила она, уклоняясь от пробного выпада Бездны, — Я действительно благодарна тебе за лечение. Но это не значит, что я поддамся.

— И не надо, — я создал несколько темных клинков и отправил их в атаку, — Честный бой интереснее.

Она разбила клинки молниями и контратаковала серией быстрых энергетических ударов:

— Вот именно! Поэтому… извини, но я выложусь на полную!

Её следующая атака была настолько мощной, что пришлось создать сразу несколько Щитов Бездны. Но даже они затрещали под напором её силы.

Краем глаза я видел, как Эмми в своем огненном платье танцует среди взрывов, а её пламя становится все жарче. Айсштиль методично замораживала пространство вокруг себя, превращая часть арены в настоящий ледник. Настя незаметно создавала отвлекающие иллюзии пачками, заставляя противников теряться в догадках, где настоящий враг.

— Неплохо твои девочки держатся, — заметила Светлана, готовя новую атаку, — Но и моя команда не лыком шита.

Действительно, её бойцы демонстрировали отличную выучку. Даже получая удары, они быстро восстанавливались благодаря её поддержке. А братья Волковы, похоже, только входили во вкус — их техники становились все мощнее.

— Знаешь, что забавно? — я увернулся от очередной молнии, — Когда-то я тоже был таким.

— В смысле?

— Думал, что сила решает все, — очередная волна тьмы пронеслась по арене, — А потом понял — важнее то, как ты её используешь.

— Философствуешь? — она усмехнулась, — Прямо во время боя?

— Почему нет? Это тоже часть поединка.

Её глаза сверкнули:

— Тогда лови философский ответ!

Небо над ареной потемнело — она готовила «Небесный Гром». Воздух наполнился озоном, волосы встали дыбом от статического электричества.

— А знаешь, что еще забавно? — крикнула она сквозь нарастающий гул, — Я тоже многому научилась. Например… ЭТОМУ!

Молния, которая ударила с небес, была не просто огромной — она была насыщена какой-то новой, незнакомой энергией. Словно Светлана нашла способ усилить свою технику…

Что ж, пришло время показать, на что способна Бездна в руках того, кто действительно умеет ей управлять.

Битва только начиналась.

Обычный маг был бы уничтожен такой мощью. Но я — не обычный маг.

Позволив Бездне течь через меня, я создал воронку искаженного пространства. Реальность вокруг задрожала, изгибаясь под невозможными углами. Когда «Небесный Гром» достиг этой зоны искажения, я почувствовал, как энергия молнии начинает… перетекать. Словно вода, направляемая умелым мастером.

— А теперь… — я резко взмахнул рукой, — В сторону!

Молния, обогащенная энергией Бездны, ударила в защитный купол арены. Всю конструкцию тряхнуло так, что зрители схватились за кресла. Где-то послышался звон разбитого стекла и испуганные крики.

— НЕВЕРОЯТНО! — надрывался комментатор, — Дамы и господа, прошу сохранять спокойствие! Защитные системы арены полностью исправны! Мы наблюдаем битву поистине легендарного масштаба! Константин Безумов не только выдержал «Небесный Гром», но и перенаправил его в защитный покров! Такого от студента второго курса мы еще не видели!

Но ни мы, ни наши команды не обращали внимания на комментарии. Бой продолжался с прежним накалом. Эмми в своем огненном платье танцевала среди взрывов, её пламя становилось все жарче. Айсштиль методично расширяла свою ледяную зону, превращая часть арены в зимнюю пустыню. Доппели Насти сеяли хаос в рядах противника, а Сахаринка продолжала крушить все своим гигантским молотом.

Я взглянул на Светлану. Её щеки раскраснелись, глаза сияли, а синие волосы словно жили своей жизнью, искрясь от переполняющей энергии. Она покусывала нижнюю губу, глядя на меня с какой-то смесью… смущения и хищного восторга. В этот момент она была по-настоящему прекрасна…

— Вижу, ты получаешь удовольствие, — улыбнулся я.

— А как будто ты нет! — выдохнула она, готовя новую атаку, — Ты полон сюрпризов… Никогда не видела, чтобы кто-то так управлялся с молниями. Особенно чужими.

— Взаимно, — усмехнулся я, — Твой «Небесный Гром» выглядел мощнее стандартного. Новая техника?

— Ага, — она гордо тряхнула волосами, — Специально для тебя разработала. Знала, что обычные приемы не сработают.

— Польщен.

— И правильно! — она вдруг лукаво улыбнулась, — Знаешь, а ведь я действительно ждала этого боя. Все эти тренировки, новые техники… все ради того, чтобы сразиться с тобой в полную силу.

— Я заметил, — кивнул я на её команду, — Отличный подбор бойцов. Особенно братья Волковы — они далеко пойдут.

— Если переживут эту битву, — она проследила за тем, как один из братьев едва увернулся от ледяного копья Айсштиль, — Твои девочки тоже не промах. Особенно рыженькая — она теперь не уступит ледяной. Никогда не видела такого контроля над огнем.

— Эмми у нас умничка, — я создал несколько темных клинков, — Хотя с одеждой у неё проблемы.

Светлана рассмеялась, уклоняясь от моей атаки:

— Да уж, огненное платье — это что-то! Надо будет у неё спросить, где заказывала.

— Боюсь, это эксклюзив, — я едва успел поставить барьер, когда она запустила в меня каскад молний.

Новый взрыв сотряс арену — кажется, Эмми и один из братьев Волковых устроили особенно эффектное столкновение огня и духовной силы.

— А знаешь, что самое интересное? — Светлана начала накапливать энергию для следующей атаки, — Я ведь правда благодарна тебе. За лечение, за этот бой… Даже если проиграю — ни о чем не пожалею.

— Если проиграешь? — я приподнял бровь, — А как же твоя уверенность в победе?

Она загадочно улыбнулась:

— Скажем так — я поняла, что иногда проигрыш может быть важнее победы. Но это не значит, что я не попытаюсь надрать тебе задницу!

С этими словами она выпустила новую атаку — на этот раз это была целая серия молний, каждая из которых двигалась по сложной, непредсказуемой траектории.

— Неплохо-неплохо, — пробормотал я, готовясь к контрмерам.

Бой продолжался, и с каждой минутой становился все более впечатляющим. Обе команды выкладывались по полной, показывая все, чему научились за это время. Воздух звенел от столкновений энергий, реальность дрожала от мощи заклинаний.

И, должен признать, это было чертовски весело.

Глава 10

Честный бой

Настя двигалась по арене словно тень, практически не участвуя в прямых столкновениях. Её тактика была иной — создавать доппелей и позволять им сражаться, пока сама она координировала их действия с безопасного расстояния.

Кинжал Ноктуса в её руке слабо мерцал, позволяя совершать короткие телепортации. Каждый раз, когда противник приближался слишком близко, Настя просто исчезала в вспышке темного света и появлялась в другом месте. Это явно раздражало её преследователей — никто не любит, когда добыча постоянно ускользает.

— Да стой ты на месте! — рычал один из братьев Волковых, пытаясь поймать её в силовое поле.

Настя только усмехнулась и снова телепортировалась, оставив вместо себя очередного доппеля взамен уничтоженного. Иллюзорная копия тут же атаковала, позволяя создательнице отступить еще дальше.

Её стиль боя сильно отличался от прямолинейных атак Эмми или методичного наступления Айсштиль. Настя предпочитала действовать хитростью — создавать ложные цели, путать противника, заставлять его тратить силы впустую. Доппели были идеальным инструментом для такой тактики — они выглядели и действовали в точности как оригиналы, и только опытный маг мог заметить легкие искажения вокруг них.

— Умно, — пробормотала Светлана, наблюдая за этим краем глаза во время своего поединка с Костей, — Она компенсирует недостаток собственной силы тактикой.

И действительно — хотя собственный магический резерв Насти был не слишком велик, она использовала его с максимальной эффективностью. Каждое движение было выверено, каждая телепортация тщательно рассчитана. Она даже умудрялась создавать новых доппелей прямо во время перемещений, что требовало исключительного контроля.

Но даже самая продуманная тактика может дать сбой. В какой-то момент один из братьев Волковых все-таки просчитал её маневр. Когда Настя появилась после очередной телепортации, он уже ждал её, подготовив мощную атаку.

— Попалась! — торжествующе воскликнул он, выпуская концентрированный сгусток силы.

Время словно замедлилось. Настя поняла, что не успевает уйти — кинжал Ноктуса еще не восстановил энергию после предыдущей телепортации. Её доппели были слишком далеко, чтобы помочь. Костя тоже не мог прийти на помощь — он был занят сложным поединком со Светланой.

Атака неслась прямо в неё, и казалось, что уклониться невозможно…

Но вдруг произошло что-то странное. Рука атакующего, уже готовая выпустить добивающий удар, на долю секунды замерла. Словно что-то невидимое схватило её, задержав всего на мгновение. Этой крошечной задержки хватило — Настя успела откатиться в сторону, а кинжал наконец накопил достаточно энергии для новой телепортации. Залп пролетел чуть выше головы Насти.

— Что за… — Волков растерянно посмотрел на свою руку. Он явно не понимал, что произошло.

Настя тоже была озадачена. На мгновение ей показалось, что она увидела какое-то искажение воздуха вокруг руки противника, но это могло быть игрой света или просто усталостью.

Впрочем, размышлять об этом было некогда — бой продолжался. Настя создала еще двух доппелей и вернулась к своей тактике изматывания противника. Но где-то на краю сознания засела мысль — что же это было? Почему рука противника замерла в самый критический момент?

Её доппели кружили вокруг братьев Волковых, атакуя с разных сторон. Иллюзорные копии двигались все увереннее — похоже, Настя действительно достигла нового уровня мастерства в управлении ими. Теперь она могла не только создавать более качественные копии, но и поддерживать их существование дольше.

— А она хороша, — заметила Эмми, проносясь мимо в вихре огня, — Такой контроль над иллюзиями…

— Главное — не зарываться, — отозвалась Айсштиль, замораживая очередной участок арены, — Одной хитрости мало, нужна еще и сила.

Но Настя уже не слышала этого диалога. Она полностью сосредоточилась на бое, создавая все новых и новых доппелей. Кинжал Ноктуса в её руке продолжал мерцать, готовый в любой момент перенести хозяйку в безопасное место.

А странный инцидент с замершей рукой противника постепенно стерся из памяти — в пылу сражения было не до размышлений о необъяснимых явлениях. Хотя где-то в глубине души осталось смутное ощущение, что в тот момент что-то или кто-то пришел ей на помощь.

* * *

Мелинта почувствовала это первой — лёгкая вибрация, едва уловимая даже её чувствительными антеннами. Что-то странное происходило рядом, какое-то движение на грани восприятия. Повернув голову, она увидела, как Перчинка делает едва заметные движения пальцами, словно управляя невидимыми марионетками.

Её антенны задрожали сильнее — теперь она отчетливо ощущала тончайшие нити, протянувшиеся от рук дочери куда-то в сторону арены. Обычный наблюдатель не заметил бы ничего необычного — все были слишком поглощены захватывающим поединком. Но обостренные чувства королевы мирмеций различали эти призрачные паутинки, мерцающие в воздухе.

И когда рука противника Насти внезапно замерла, позволив той уйти от смертельного удара, Мелинта все поняла. Это было отнюдь не случайное везение.

— Дочь, — прошептала она, наклонившись к Перчинке, — это ведь ты только что вмешалась?

Перчинка даже не повернула головы, продолжая внимательно следить за боем. Только её пальцы на мгновение замерли, выдавая, что она услышала вопрос.

— А что, мама имеет что-то против? — процедила она сквозь зубы, и в её голосе прозвучали металлические нотки.

— Это нечестно, — тихо произнесла Мелинта, — Ты вмешиваешься в честный поединок.

— Нечестно? — Перчинка наконец повернулась к матери, и в её глазах мелькнуло что-то опасное, — А ты напомни мне, кто спас тебе жизнь, когда Светлана приняла тебя за монстра и готова была убить, м?.. Кто наложил невидимость, позволив тебе уйти? Ты хочешь ответить Насте чёрной неблагодарностью?

Мелинта невольно вздрогнула, вспомнив тот страшный момент. Действительно, если бы не Настя, которая в последний момент укрыла её пеленой невидимости…

— Это другое, — попыталась возразить она, — Светлана не знала…

— Да неужели? — Перчинка едва заметно усмехнулась, — Все она знала…

Её пальцы снова начали плести невидимую паутину. Мелинта чувствовала, как нити расходятся во все стороны, готовые в любой момент вмешаться в ход боя.

— Если тебя что-то не устраивает, — холодно произнесла Перчинка, — можешь сообщить судьям. Уверена, они будут в восторге от твоего чувства справедливости.

— Перчинка! — в голосе Мелинты прозвучала тревога, — Это опасно. Если кто-то заметит твое вмешательство… Команду могут дисквалифицировать!

— Не заметят, — в голосе дочери появилась абсолютная уверенность, — Я знаю, что делаю. И я не позволю, чтобы кто-то пострадал только потому, что папа слишком добр и благороден для этого мира.

Она на мгновение замолчала, наблюдая, как на арене Настя создает новых доппелей.

— Знаешь, что самое забавное? — продолжила Перчинка уже мягче, — Я делаю это не только ради победы. Я защищаю тех, кто защитил нас. Разве это неправильно, мама? И вспомни, в первую битву с Соколовыми отец тоже нарушил правила — использовал систему защиты против Соколовой, чтобы подавить ее силу.

Мелинта молчала, не зная, что ответить. С одной стороны, материнское сердце понимало желание дочери защитить тех, кому они были обязаны. С другой…

— Просто… будь осторожна, — наконец произнесла она, — Если тебя поймают…

— Не поймают, — Перчинка снова сосредоточилась на арене, — А ты, мама, можешь просто смотреть в другую сторону, если тебя это так беспокоит.

В её голосе прозвучала такая властность, что Мелинта невольно отвела взгляд. Перчинка… она отличалась от Сахаринки и Вафельки… очень сильно. И с каждым днем эта разница становилась все очевиднее. Ей достался сильный характер отца и его ум… Но она была куда как жестче. И даже… беспринципнее.

В конце концов, её дочь была права — они действительно были в долгу перед Настей. И если Перчинка считала нужным вернуть этот долг таким способом…

Королева мирмеций снова повернулась к арене, где продолжался грандиозный поединок. Её антенны все еще улавливали легкую вибрацию от невидимых нитей, но теперь она старалась не обращать на это внимания. В конце концов, иногда мать должна просто доверять решениям своих детей, даже если не полностью с ними согласна.

А Перчинка продолжала свою незаметную работу, готовая в любой момент вмешаться, если ситуация станет слишком опасной. Её пальцы двигались с невероятной точностью, управляя паутиной силовых нитей. Она делала это настолько виртуозно, что даже опытные маги на арене не замечали её вмешательства.

«В конце концов», — думала она, — «защищать своих — это не преступление. А если для этого приходится немного… корректировать реальность, что ж… на войне все средства хороши. Даже если это всего лишь турнирный поединок».

А мать и дочь продолжали сидеть рядом, храня этот маленький секрет. Одна — с легким неодобрением, другая — с непоколебимой уверенностью в своей правоте.

* * *

Мы со Светланой сблизились в плотном клинче, и я физически ощущал жар её тела, смешанный с потрескивающей энергией молний. От неё пахло озоном и чем-то цветочным — странное, но притягательное сочетание.

— Знаешь, — усмехнулась она, глядя мне прямо в глаза, — а ведь ты даже не представляешь насколько опасен.

— В каком смысле? — я попытался провести захват, но она ловко вывернулась, при этом умудрившись оказаться еще ближе.

— В самом прямом, — её дыхание щекотало мое ухо, — Ты заставляешь забыть о долге, о чести рода… обо всем.

— А разве это плохо? — я перехватил её руку, готовящую новую атаку, и мы снова оказались прижаты друг к другу, — Мы не враги.

— Ужасно плохо, — она тихо рассмеялась, — Особенно когда начинаешь понимать, что поражение может быть приятнее победы.

Я удивленно посмотрел на неё:

— Что ты имеешь в виду?

— То, что я собираюсь поддаться, — прошептала она, — Только тсс… Это должно выглядеть естественно.

— Света, — я покачал головой, — ты не обязана…

— Обязана, — она упрямо мотнула головой, и её синие волосы мазнули меня по щеке, — Считай это моей благодарностью. За лечение, за этот бой… за все.

— Света…

— Никаких «Свет», — она вдруг улыбнулась той особенной улыбкой, от которой у меня что-то екнуло в груди, — Просто… давай закончим этот поединок позже. Наедине. А сейчас мне нужно красиво проиграть.

— И как ты это представляешь?

— Сейчас увидишь, — её глаза загорелись азартом, — Я начну атаковать в полную силу, а ты должен ответить тем же. Никакой пощады, договорились?

Я кивнул, чувствуя, как её энергия начинает закручиваться в новый смертоносный узор. Но вдруг что-то привлекло моё внимание — на другом конце арены один из братьев Волковых почти скинул Эмми за пределы поля. Я уже мысленно рванул в ту сторону, спасти рыжеволосую ведьмочку, но…

Его рука дрогнула в последний момент. Совсем как недавно с Настей. Эмми не упустила такой шанс — огненный вихрь подхватил растерянного противника и швырнул за пределы арены.

— НЕВЕРОЯТНО! — взревел комментатор, — Эмилия де Арагон демонстрирует потрясающее мастерство! Брат Волков выбывает из боя! Теперь битва идет пять на четыре в пользу команды Безумовых!

Трибуны взорвались криками и аплодисментами. Но я заметил, как Светлана нахмурилась, словно прислушиваясь к чему-то. Её рука вдруг метнулась вверх — и воздух прочертили лазурные лучи, на мгновение высветив тончайшую паутину силовых нитей, опутавших Волкова, словно сетью.

Все нити вели к одному источнику — к Перчинке. Моя дочь мгновенно разорвала связь — быстрее, чем это заметили судьи, Одаренные и прочие зрители. Но я и Света все увидели. Мы в конце концов были на совершенно ином уровне.

Светлана медленно повернулась ко мне. Её взгляд заметно похолодел, а вокруг начала потрескивать энергия.

— Это в твоем понимании честный бой? — процедила она сквозь зубы, — Когда вмешивается лишний участник?

Глава 11

Привет, сучка

Я мысленно выругался. Перчинка… ну, конечно. Должен был догадаться, что она не останется в стороне.

— Я не знал, — сказал я, — Это не входило в мои планы.

— Да неужели? — она отступила на шаг, и я физически ощутил, как рушится то особое напряжение, что возникло между нами минуту назад, — А может, это была страховка? На случай, если я не поддамся добровольно?

— Света…

— Знаешь что? — она вдруг усмехнулась, но в этой усмешке не было ничего приятного, — Я передумала. Никаких поддавков. Сейчас ты увидишь, на что я действительно способна.

Воздух вокруг неё начал искриться от переполняющей энергии. Я почувствовал, как она начинает собирать силу для чего-то по-настоящему мощного.

Что бы я сейчас не сказал, это будет звучать максимально неубедительно.

— Давай просто поговорим… — всё же я сделал попытку.

— Нет, — её глаза полыхнули электрическим огнем, — Хватит разговоров. Ты хотел честного боя? Получай!

Я едва успел создать барьер Бездны, когда первая волна её атаки обрушилась на арену. Это была уже не та Светлана, что флиртовала со мной минуту назад — передо мной стояла разъяренная воительница, чувствующая себя обманутой.

А как известно, нет на этом свете ничего страшнее влюбленной женщины, уверенной, что ее обманули.

«Перчинка», — подумал я, уклоняясь от очередной молнии, — «мы с тобой серьезно поговорим после боя».

Но сейчас было не до воспитательных бесед — Светлана действительно начала сражаться в полную силу, и это было… впечатляюще. Похоже, теперь придется выкладываться по максимуму, чтобы победить.

А где-то на трибунах Перчинка наверняка недоумевала, почему её вмешательство привело к прямо противоположному результату. Что ж… иногда благие намерения могут все только усложнить…

* * *

Фома брел по служебным коридорам, периодически прикладываясь к бутылке. В голове приятно шумело, а мир вокруг казался очень… логичным. Ну, насколько вообще может быть логичным мир, где ты спускаешься под землю, следуя за непонятным зовом.

— А знаете что? — философски заметил он, обращаясь к пустому коридору, — Это все очень странно… Но с другой стороны, что в нашей жизни не странно?

Он остановился перед камерой наблюдения, задумчиво разглядывая её. Камера как раз поворачивалась в другую сторону, словно нарочно игнорируя пьяного экс-Истребителя. Сейчас он находился в ее слепой зоне.

— Вот взять, например, эту камеру, — продолжил Фома свой монолог, — Она сейчас смотрит не туда. И следующая будет смотреть не туда. И та, что за углом — тоже. Совпадение? — он сделал глоток, — Не думаю! Даже не спрашивайте, откуда я это знаю… сам не в курсе…

Действительно, каким-то необъяснимым образом все камеры оказывались повернуты в другую сторону именно в тот момент, когда он проходил мимо. Словно сама судьба расчищала ему путь. Давала зеленый коридор.

— А может, это все самогон? — предположил Фома, с подозрением разглядывая бутылку на свет, — Хотя нет, эта партия вроде без галлюциногенов… Кажется.

Впереди послышались голоса — приближался патруль. Фома собрался было спрятаться, но вдруг заметил неприметную дверь в стене. Дверь, которой, он мог поклясться, секунду назад там не было. А может быть и была, просто он не заметил.

— Благодарю, — вежливо кивнул он то ли двери, то ли своему везению, и скользнул внутрь.

Патруль прошел мимо, не заметив ничего подозрительного. А Фома оказался в каком-то техническом помещении, заставленном трубами и вентилями.

— Так-так-так… — он огляделся, — И куда теперь?

Зов становился сильнее, настойчиво указывая куда-то вниз. Фома пожал плечами и отхлебнул еще:

— Ну, раз зовет — надо идти. Невежливо игнорировать приглашение.

Он подошел к стене, прикинул что-то в уме, потом достал из пакета еще одну бутылку:

— Извините, девочки, но вы понадобитесь для благого дела.

Содержимое бутылок он вылил на стену, создав на ней странный узор. Потом щелкнул пальцами — и жидкость вспыхнула странным синеватым пламенем. Через несколько секунд в стене образовалась идеально круглая дыра.

— Вот что значит правильная рецептура! — довольно хмыкнул Фома, — А говорили «зачем тебе столько спирта»…

Он пролез в дыру и оказался в каком-то вентиляционном коллекторе. Зов здесь ощущался еще сильнее.

— Знаете, — сообщил он очередной бутылке, — а ведь это все неспроста. Вот вы как думаете — почему мне так везет? Почему все эти патрули ходят где угодно, только не там, где я?

Бутылка предсказуемо промолчала.

— Вот и я о том же, — кивнул Фома, — Тут что-то большее. Что-то… судьбоносное, я бы сказал. Стоило бы наверное позвать Костяна… но он щас занят.

Он остановился перед массивной технической дверью, преграждавшей путь. На двери красовалась табличка «Посторонним вход воспрещен» и какие-то предупреждающие знаки.

— Ну-ну, — усмехнулся Фома, — Кто здесь посторонний? Я? Да я, можно сказать, по приглашению!

Он снова достал бутылку, но потом передумал:

— А знаете что? Тут можно и попроще.

Фома положил руку на дверь, и руны на его предплечье вспыхнули тускло-багровым светом. Металл под его пальцами начал плавиться, образуя новый проход.

— Вот что значит — иметь правильную метку, — пробормотал он, пролезая в образовавшееся отверстие, — Хоть какая-то польза от этой дряни…

Коридоры сменяли друг друга, но Фома словно точно знал, куда идти. Когда приближалась охрана, он каким-то чудом всегда оказывался в слепой зоне. Когда требовалось пройти через запертую дверь — либо находил обходной путь, либо просто прожигал новый проход.

— А ведь Костя говорил держаться подальше, — рассуждал он вслух, спускаясь по какой-то технической лестнице, — Но с другой стороны — он же не уточнил, от чего именно держаться подальше! Так что технически я ничего не нарушаю.

Откуда-то сверху донесся приглушенный грохот — похоже, бой на арене становился все более ожесточенным.

— Молодежь, — одобрительно кивнул Фома, — Вот это я понимаю — размах! Не то что мы в свое время… хотя нет, мы тоже могли. Особенно после той истории, когда мы на банкете подпоили Государя… тогда еще царевича… ик…

Он остановился, прислушиваясь к ощущениям. Зов стал почти невыносимым — словно кто-то дергал за невидимую нить, намертво привязанную к сердцу.

— Где-то рядом, — пробормотал он, — Чую… что-то знакомое.

Руны на руке начали пульсировать, но уже не так болезненно, как раньше. Скорее… предвкушающе? Если такое вообще возможно для магической метки.

Впереди была еще одна стена — толстая, явно бронированная. Фома остановился перед ней, задумчиво поглаживая светящиеся руны.

— Ты там, да? — тихо спросил он, прикладывая ладонь к холодному металлу, — По ту сторону?

Что-то отозвалось — не словами, не мыслями, а просто… ощущением. Словно старый знакомый махнул рукой через улицу.

— Ну, здравствуй, — Фома невесело усмехнулся, — Давно не виделись… старый друг.

Руны на его руке вспыхнули ярче, словно отвечая на приветствие. А где-то за стеной, в защищенном хранилище, древний артефакт ждал своего часа.

Фома сделал еще один глоток и начал закатывать рукав:

— Ну что, начнем?

И в этот момент весь коридор мощно так тряхнуло… Не устояв, Фома припал на колено. Свет погас…

* * *

Подземный коридор внезапно содрогнулся от чудовищной силы удара. Казалось, само основание арены вот-вот расколется. Мелори, Никодимов и охранники потеряли равновесие, с потолка посыпалась бетонная крошка. Свет замигал и погас, погрузив помещение в кромешную тьму.

— Какого… — начал было старший охранник, но договорить не успел.

Мелори действовал молниеносно. Его пиджак на мгновение засветился, активируя очередную функцию — усиление мышц и рефлексов. В абсолютной темноте он двигался словно призрак, точно зная, где находится каждый противник. Первый охранник упал, получив удар в солнечное сплетение. Второй даже не успел понять, что происходит — британский шпион ударил его по затылку с хирургической точностью. Третий попытался достать оружие, но Мелори уже был рядом. Короткий удар в челюсть — и еще один противник без сознания. Последний успел активировать защитный покров, но против высоких технологий магия оказалась бессильна. Пиджак Мелори испустил короткий импульс, и защита охранника рассыпалась.

Когда включилось аварийное освещение, заливая коридор тусклым красным светом, все четверо охранников уже лежали без движения.

— Боже… — пробормотал Никодимов, глядя на поверженных коллег. Его трясло, — Вы… вы их убили?

— Не драматизируйте, капитан, — Мелори поправил безупречный галстук как ни в чем не бывало, — Всего лишь временно нейтрализовал. Очнутся через пару часов с легкой головной болью. Нам пора двигаться дальше.

Новый толчок заставил стены задрожать. Где-то наверху явно происходило что-то грандиозное.

— Но… но как вы это сделали? В полной темноте…

— Технологии, мой дорогой капитан, — Мелори позволил себе легкую улыбку, — Против них даже магия иногда бессильна. А теперь — к делу. Открывайте дверь.

Дрожащими руками Никодимов приложил пропуск к считывателю. Массивная дверь медленно отъехала в сторону, открывая проход в хранилище.

Помещение было огромным, с высокими потолками, уходящими куда-то во тьму. Холод здесь стоял просто убийственный — Никодимов сразу начал стучать зубами. Мелори, защищенный своим чудо-пиджаком, холода почти не чувствовал.

В центре хранилища возвышался массивный контейнер, больше похожий на творение научной фантастики, чем на обычное хранилище. Его поверхность была испещрена светящимися рунами и какими-то техническими индикаторами. От контейнера исходило едва уловимое гудение.

— Вот оно, — прошептал Мелори, подходя ближе. Его глаза жадно блестели в тусклом аварийном освещении, — Главное сокровище русских магов…

Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшое устройство, похожее на карманный компьютер. Тонкие серебристые щупальца с гудением выдвинулись из корпуса прибора и начали ощупывать поверхность контейнера, анализируя защитные системы.

— Впечатляет, — пробормотал британец, — Сочетание древней магии и современных технологий. Русские превзошли сами себя…

Никодимов нервно переминался с ноги на ногу:

— Может, поторопитесь? Если нас поймают…

— Успокойтесь, капитан, — отмахнулся Мелори, не отрываясь от работы, — Наверху сейчас такое творится, что никому нет дела до нас. К тому же… — он хищно улыбнулся, — когда мы закончим, ловить будет уже некого.

Щупальца прибора продолжали свою работу, методично взламывая один уровень защиты за другим. Время от времени раздавалось тихое потрескивание — это выгорали очередные защитные руны.

Мелори работал быстро и уверенно — годы подготовки не прошли даром. Его пальцы летали над панелью управления, вводя сложные последовательности команд. Каждый раз, когда система защиты пыталась активировать очередной барьер, технологии Британской Короны находили способ его обойти.

Внезапно что-то в контейнере щелкнуло, и по его поверхности пробежала рябь, словно по воде. Защитные руны начали гаснуть одна за другой.

— Почти готово, — пробормотал Мелори, — Еще немного…

Последняя руна погасла с тихим шипением. Сверху донесся очередной грохот — похоже, бой становился все более ожесточенным. Стены хранилища снова задрожали, но британец, казалось, даже не заметил этого.

Его пальцы нащупали едва заметные углубления на крышке контейнера. Раздался тихий свист выходящего воздуха — система герметизации отключилась. Мелори медленно поднял тяжелую крышку…

Изнутри контейнера пахнуло такой волной холода, что даже его технологически продвинутый пиджак не смог полностью защитить от нее. Никодимов отшатнулся, а Мелори, наоборот, всем телом подался вперед, заглядывая внутрь. Его лицо оказалось совсем близко ко тьме, таящейся в глубине контейнера…

В тусклом красном свете аварийных ламп что-то шевельнулось в глубине контейнера. Что-то древнее и невероятно опасное…

— Ну привет, сучка, — из тьмы выдвинулся огромный пистолет и уперся дулом опешившему Мелори прямо в лоб, — Не ждал?

Глава 12

Неплохо придумано!

Из контейнера медленно поднялась массивная фигура, покрытая тонкой коркой инея. В тусклом красном свете аварийных ламп это выглядело почти сюрреалистическо — словно кадр из фантастического фильма. Генерал-губернатор Горовой выглядел как ледяная статуя — его парадная форма заиндевела, золотые эполеты потускнели под коркой льда, а в седых усах блестели кристаллики замерзшего конденсата. Но глаза… в его глазах пылал такой огонь, что, казалось, мог растопить весь этот холод. Пистолет в его руке не дрожал, несмотря на то, что пальцы наверняка онемели от холода.

— Ну привет, сучка, — повторил он, не опуская оружие. Его голос звучал хрипло после долгого пребывания в криокамере, — Что, не ожидал увидеть старика в холодильнике? Думал, все будет просто — пришел, взял, ушел? — он усмехнулся, и с его усов посыпались крошки льда, — Извини, родной, но у нас в России все немного сложнее.

Мелори медленно поднял руки. Его безупречная выправка и чопорность никуда не делись — он оставался истинным британским джентльменом даже в такой ситуации. Но в глазах мелькнула паника пополам со страхом. Весь его опыт разведчика кричал, что операция пошла не по плану…

Тяжелая бронированная дверь хранилища с лязгом открылась, впустив волну теплого воздуха из коридора. В помещение четким строевым шагом вошел отряд спецназа в полной боевой выкладке — черная форма, глухие шлемы с забралами, новейшие модели автоматов. А впереди них, словно на подиуме, шла высокая девушка в черном облегающем костюме спецагента.

Её короткие светлые волосы были стильно уложены, создавая эффект легкой небрежности, а в зеленых глазах плясали озорные искорки. На точеном лице играла легкая улыбка — она явно наслаждалась моментом. Кобура с табельным оружием на поясе поблескивала никелированными застежками, а на груди матово отсвечивал значок спецслужб.

— Информатор «Чайка», — процедил Мелори, и в его голосе прозвучало что-то похожее на уважение, — Или мне стоит называть вас…

— Капитан Ольга Вершинина, Имперская Контрразведка, — представилась она. В её движениях чувствовалась особая грация, выдающая серьезную боевую подготовку, — Рада, что вы меня узнали, сэр Мелори. Хотя я старалась быть… незаметной.

— Вы неплохо притворялись наивной госслужащей, — процедил Мелори, чувствуя досаду. Его все же переиграли… — Признаюсь, я начал подозревать неладное только на прошлой неделе.

— Докладывайте, капитан, — прервал их перепалку Горовой, стряхивая иней с парадного мундира. От его фигуры поднимался легкий пар — в хранилище было значительно теплее, чем в криокамере.

— Джеймс и вся диверсионная группа задержаны, — четко отрапортовала она, — Пытались устроить беспорядки на верхних ярусах для отвлечения внимания. Кстати, сэр Мелори, ваш секретарь оказался на удивление разговорчивым. Особенно когда мы показали ему документы о его… двойной жизни и… гм… весьма специфических и нестандартных предпочтениях. Заниматься такими вещами с Аномалиями — это ж надо додуматься…

— Предатель, — процедил британец сквозь зубы.

— Ну-ну… — усмехнулась Ольга, — Не стоит быть таким строгим.

— Отлично сработано, капитан, — кивнул генерал, и в его голосе прозвучала искренняя похвала, — Представлю вас к награде. Давно пора было повысить вас до майора.

— Благодарю, Павел Николаевич, — она слегка покраснела от удовольствия, — Но я просто выполняла свой долг.

— Это провокация! — вдруг заверещал Никодимов, бросаясь к выходу. Его лицо покрылось красными пятнами, а в глазах плескалось безумие загнанного в угол человека, — Меня обманули! Я не знал! Они угрожали моей семье! Я…

Он не договорил — Ольга сделала молниеносное движение, и её нога в высоком армейском ботинке встретилась с подбородком капитана. Удар был рассчитан идеально — Никодимов рухнул как подкошенный, даже не успев вскрикнуть.

— Простите, — она ловко защелкнула на его шее антимагический ошейник, — Терпеть не могу предателей. Особенно тех, кто пытается выкрутиться в последний момент. И кстати… у вас нет семьи, капитан. Мы проверяли.

Мелори молча позволил надеть ошейник и на себя. Его лицо оставалось бесстрастным, но желваки на скулах ходили ходуном. Великолепные британские технологии, годы подготовки, тщательно разработанный план — все пошло прахом. Его чудо-пиджак теперь был не более чем дорогой тряпкой — антимагический ошейник блокировал не только магию, но и любые технологические улучшения, основанные на духовной силе.

Рация на поясе Горового вдруг ожила, наполнив холодное помещение хранилища треском помех:

— Генерал! Срочно! У нас нарушение периметра в хранилище Черного Солнца! — голос говорившего звенел от напряжения.

— Успокойтесь, капитан, — ответил Горовой, бросив насмешливый взгляд на Мелори, — Ситуация под контролем. Агент-провокатор обезврежен. Можете дать отбой группам зачистки.

— Нет, генерал! — в голосе офицера появились панические нотки, — Проблема в настоящем хранилище! Там, где находится оригинал! У нас полный блэкаут систем безопасности!

Мелори вздрогнул, и его идеальная маска невозмутимости на мгновение треснула. Его острый ум мгновенно проанализировал ситуацию — помещение, где они находились, было искусно подготовленной ловушкой. Пустой контейнер, фальшивые чертежи, «случайно» оставленные документы — все это было частью грандиозной дезинформации. Настоящий артефакт все это время хранился в другом месте.

«Они переиграли нас», — подумал он с невольным восхищением, — «Использовали нашу собственную самоуверенность против нас… Но кто, черт возьми, смог добраться до настоящего Черного Солнца?»

— Что конкретно происходит? — резко спросил Горовой. В его голосе больше не было насмешки — только сталь, — Докладывайте подробно!

— Мы… мы не понимаем! Камеры отключены, датчики движения не работают. Все системы безопасности словно сошли с ума — показывают какие-то невероятные данные. Словно кто-то… — связь вдруг прервалась громким треском, а потом из динамика донеслось что-то похожее на пьяное бормотание и звон стекла.

— Что это было? — нахмурилась Ольга.

— Похоже на… — Горовой прислушался, — На тост? Кто-то там распивает что-то и произносит тост?

— Пьют на рабочем месте? Тут дисциплинарным взысканием не отделаются…

В напряженной тишине хранилища отчетливо послышался звук падающих капель. Это таял иней на мундире Горового, создавая вокруг генерала маленькие лужицы.

— Ведите их наверх, — приказал он, кивнув на Мелори и бессознательного Никодимова, — И усильте охрану по всему периметру. Поднимите дополнительные отряды. А я в настоящее Хранилище…

— Есть! — Ольга отдала четкий воинский салют и жестом приказала спецназовцам конвоировать пленных.

Мелори бросил на пустой контейнер последний взгляд. В тусклом красном свете аварийных ламп металлическая конструкция казалась насмешкой над всеми его планами. Столько сил потрачено впустую… Что ж… видимо, сегодня удача улыбнулась кому-то другому.

— Знаете, что самое обидное? — вдруг сказал он, обращаясь к Ольге, — Даже если бы мы добрались до настоящего хранилища… мы бы все равно не смогли бы забрать Черное Солнце, верно?

— А вы догадливы, сэр Мелори, — она одарила его очаровательной улыбкой, — Настоящее Черное Солнце вам не по зубам.

— А теперь кто-то все-таки добрался до него… — задумчиво произнес британец, — Забавно, не находите?

— Уверяю вас, — процедил Горовой, — Если до Черное Солнца доберутся не те люди — никому мало не покажется.

Где-то наверху продолжал грохотать финальный поединок турнира, сотрясая стены подземелья. Но теперь этот грохот казался лишь прикрытием для куда более серьезной игры, разворачивающейся в недрах арены.

И пока британский шпион в сопровождении конвоя поднимался наверх, его мучил один вопрос — кто же все-таки проник в настоящее хранилище? Кто оказался хитрее не только британской разведки, но и русских спецслужб?

Ответ на этот вопрос ему предстояло узнать очень скоро… как и всем остальным участникам этой запутанной игры.

* * *

Над Дикими Землями сгущались сумерки, когда в небе появилась летящая армада. Император парил во главе строя, его плащ развевался в потоках силы. По обе стороны от него летели элитные гвардейцы в мундирах, а чуть позади — отряд Истребителей Синегорья в характерных темно-синих плащах.

Они двигались быстро и бесшумно, словно стая хищных птиц. Внизу проплывали бескрайние просторы Диких Земель — изломанные скалы, мертвые леса, высохшие русла рек. Этот край давно был искажен Аномалиями, превратившись в царство хаоса и безумия.

— Ваше Величество, — один из гвардейцев указал вперед, — Датчики показывают усиление искажений. Мы приближаемся к цели.

Император кивнул. Он и сам чувствовал это — тяжелую, давящую ауру, от которой волосы вставали дыбом. Такую силу он ощущал лишь однажды — в ту ночь, когда на Луне появился загадочный шрам.

— Всем приготовиться, — скомандовал он, — Судя по показаниям, тварь где-то здесь.

Истребители рассредоточились широким полукругом, активируя боевые покровы. В воздухе потрескивали разряды духовной силы — каждый из них был элитным бойцом, способным в одиночку справиться с серьезной Аномалией. Но то, что они преследовали сейчас… выходило за все рамки нормальности.

— Смотрите! — выкрикнул кто-то.

Внизу, петляя между скал, двигалось нечто. Даже с такой высоты было видно, как искажается реальность вокруг существа — словно сама ткань мироздания не выдерживала его присутствия.

— На перехват! — скомандовал Император, — Окружить и…

Он осекся. Что-то было не так. Существо внизу было… слишком маленьким? Да, от него исходили волны чудовищной силы, но само оно…

— Это же… — один из Истребителей всмотрелся вниз, — Обычный Фиолетовый Прыгун?

Действительно, когда они спустились ниже, стало видно — по земле металось существо, похожее на помесь кенгуру с богомолом. Обычная тварь-Аномалия, каких в Диких Землях водились сотни. Но к его спине был примотан небольшой металлический контейнер…

— Брать живьем, — приказал Император, — Но осторожно.

Истребители действовали слаженно — несколько силовых барьеров окружили существо со всех сторон. Прыгун заметался, пытаясь найти выход, но быстро выдохся. Похоже, контейнер на спине сильно мешал его движениям.

Император лично опустился на землю. Гвардейцы пытались его остановить:

— Ваше Величество, позвольте нам…

— Нет, — он решительно шагнул к обездвиженной твари, — Я должен сам понять, что здесь происходит.

Его руки окутало защитное сияние, когда он потянулся к контейнеру. Тот легко отделился от спины Прыгуна — похоже, был просто примотан какими-то лентами. Существо тут же успокоилось, словно избавившись от тяжкого бремени.

— Странно, — пробормотал Император, изучая находку, — Источник силы действительно здесь, внутри. Но это невозможно — монстр не мог сжаться до таких размеров… Или мог?

Его пальцы окутало диагностическое заклинание. Глаза Императора сузились, когда он начал считывать энергетические потоки.

— Это определенно его сила… — бормотал он под нос, — Но приведенная в крайне возбужденное состояние. Словно специально взбудораженная, чтобы быть максимально заметной! А это что…

Среди потоков чудовищной энергии он различил тонкие прожилки чего-то… человеческого? Знакомого? Эта духовная сила… она определенно напоминала…

— Безумов, — выдохнул Император, — Это его духовная сила.

Он вспомнил события прошлых месяцев, странные способности молодого мага, его неожиданные решения…

— Возвращаемся! — рявкнул он так, что гвардейцы вздрогнули, — Это был обманный маневр — нас намеренно выманили сюда!

— Но зачем? — спросил кто-то из Истребителей.

— Потому что настоящая игра идет там, — процедил Император сквозь зубы, — А мы, как последние идиоты, купились на эту приманку…

Они взмыли в воздух, развернувшись обратно к городу. Внизу остался растерянный Прыгун, пучивший глаза вслед странным летающим людишкам. А контейнер в руке Императора продолжал излучать свою обманчивую силу, словно насмехаясь над теми, кто принял фальшивку за оригинал.

Император летел впереди всех, его плащ развевался как крылья разгневанного ангела. Он чувствовал, что опаздывает. Что где-то там, на арене, разыгрывается куда более серьезная партия…

«Неплохо придумано, мальчик», — подумал он, вспоминая хитрую усмешку Константина, — «Использовать наши страхи против нас самих… Если, конечно, за всем этим действительно стоишь ты, а не кто-то другой…»

Они мчались сквозь сгущающиеся сумерки, а где-то впереди продолжал грохотать финальный поединок турнира. Вот только теперь этот грохот казался не более чем декорацией для куда более серьезного представления.

Глава 13

Идиот

Фома подкрался к посту охраны, прижимаясь к стене. В «предбаннике» хранилища дежурили двое — крепкие парни в форме службы безопасности. Один из них лихорадочно докладывал что-то в рацию:

— Генерал! Срочно! У нас нарушение периметра в хранилище Черного Солнца!

Из рации донесся спокойный голос Горового:

— Успокойтесь, капитан. Ситуация под контролем. Агент-провокатор обезврежен…

— Нет, генерал! — в голосе охранника появились панические нотки, — Проблема в настоящем хранилище! Там, где находится оригинал! У нас полный блэкаут систем безопасности!

Второй охранник нервно оглядывался по сторонам:

— Черт, мне это не нравится. Надо проверить периметр…

— Что конкретно происходит? — резко спросил Горовой из рации, — Докладывайте подробно!

— Мы… мы не понимаем! — охранник с рацией облизнул пересохшие губы, — Камеры отключены, датчики движения не работают. Все системы безопасности словно сошли с ума — показывают какие-то невероятные данные. Словно кто-то…

Фома решил, что момент самый подходящий. Короткий удар локтем в основание черепа — и охранник с рацией беззвучно осел на пол. Второй успел обернуться, но было поздно — Фома уже оказался рядом.

— Извините, мужики, — пробормотал он, аккуратно укладывая второго рядом с первым, — Не со зла, честное слово. Просто… надо, — после чего от души приложился к бутылке.

Карта доступа обнаружилась в нагрудном кармане первого охранника. Фома уже не слушал встревоженные голоса из рации — Зов становился все сильнее, почти невыносимым. Он словно тянул его вперед, к массивным дверям хранилища.

Рация на поясу одного из охранников продолжала трещать. Кто-то что-то требовал, потом помянули дисциплинарное взыскание… Но Фома уже не слушал — Зов становился все сильнее, почти невыносимым. Он словно тянул его вперед, к массивным дверям хранилища.

Приложив карту к считывателю, Фома едва дождался, пока двери откроются. В лицо пахнуло холодом и странным металлическим запахом. Помещение оказалось огромным — потолки терялись где-то во тьме, а стены были покрыты мерцающими рунами защиты.

Но все это не имело значения. Важен был только Он — массивный контейнер в центре зала, окруженный силовым полем. Фома шел к нему как зачарованный, не обращая внимания на сигналы тревоги и требовательные голоса из рации.

Его руны на руке пульсировали все сильнее с каждым шагом. Казалось, сама кровь в жилах начинает закипать от близости к древнему артефакту.

Или это самогон наконец дал о себе знать в полной мере?

— Ну здравствуй, красавица, — прошептал Фома, подходя к контейнеру, — Давно не виделись… Хотя нет, мы ни разу не виделись… Но такое ощущение… что давно знакомы…

Его пальцы легли на панель управления, и руны на предплечье вспыхнули багровым светом. Механизмы контейнера отозвались тихим гудением — словно древний зверь, пробуждающийся от долгого сна.

Силовое поле мигнуло и погасло. Защитные пластины с шипением разъехались в стороны, открывая то, что скрывалось внутри. В центре конструкции с «паучьими лапами», удерживаемая невидимыми силами, пульсировала миниатюрная черная дыра. Она словно втягивала в себя окружающий свет, создавая вокруг себя ореол абсолютной тьмы.

Фома не мог оторвать взгляд от этого завораживающего зрелища. Что-то внутри него отчаянно кричало — беги, пока не поздно! Но другой голос, древний и властный, шептал — ты должен коснуться её. Должен почувствовать эту силу.

Его рука сама потянулась к черной дыре. Руны на предплечье пылали как раскаленное железо, но Фома уже не чувствовал боли. Все его существо было сосредоточено на этом движении — таком простом и таком невероятно важном.

Еще немного… еще чуть-чуть… Нужно погрузить свою руку в эту черноту…

Его пальцы почти коснулись края тьмы, когда за спиной раздались торопливые шаги и крики тревоги. Но Фоме было уже все равно — его рука неумолимо двигалась вперед, к пульсирующему сердцу древнего артефакта.

В конце концов, думал он отстраненно, каждый из нас рано или поздно тянется к тому, что может его уничтожить. Такова уж природа человека — и Безумия.

Его пальцы замерли в миллиметре от черной пустоты. Один крошечный шаг отделял его от… чего? Гибели? Просветления? Окончательного безумия?

Впрочем, это уже не имело значения…

Фома уже почти коснулся пульсирующей тьмы, когда за спиной раздались крики и звуки борьбы. Приглушенные выстрелы прогремели где-то в коридоре, потом послышался глухой удар тела о стену и все стихло. В наступившей тишине было слышно только его собственное дыхание да гудение систем вентиляции.

Мощный выброс силы за спиной буквально отрезвил его. Фома моргнул, ощущая, как туман в голове немного рассеивается. Самогон, конечно, был знатный — после такого обычно видишь розовых слонов и разговариваешь с домашними тапочками. Но сейчас в его затуманенном мозгу словно прояснилось. Он медленно обернулся, с трудом отрывая взгляд от завораживающей черноты.

На полу у входа в хранилище лежали несколько охранников — судя по всему, прибежали на сигнал тревоги. Чуть поодаль виднелось еще несколько тел — один так и вовсе был крепко впечатан в стену, оставив в ней вмятину…

А в дверном проеме стояли трое — высокий человек в длинном армейском плаще и противогазе с затемненными стеклами, а за его спиной две девицы. Красотки в облегающих черных костюмах и высокотехнологичных масках, больше похожих на произведения искусства, чем на боевое снаряжение. Воздух вокруг противогазника слегка искажался, словно сама реальность не могла определиться с его местоположением.

— О, гости! — радостно воскликнул Фома, отхлебывая из бутылки, — А я тут как раз собирался… эксперимент провести. Присоединяйтесь! Правда, бутылка только одна осталась… Пакет где-то посеял, вы не видели?.. Не?.. Ну что ж вы такие раззявы… Но ничего, я человек не жадный — угощу! Хотя… — он прищурился, разглядывая противогаз Незнакомца, — вам, наверное, неудобно будет пить через эту штуковину. Может, снимете?

Человек в противогазе застыл, явно удивленный его присутствием. Одна из девушек тихо присвистнула, в её голосе слышалась смесь восхищения и недоверия:

— Похоже, не только мы решили воспользоваться суматохой, устроенной британцами.

— Интересно, кто еще знал о настоящем хранилище? — пробормотала вторая.

— Какие еще британцы? Тут тока мы, — хохотнул Фома, делая широкий жест бутылкой, отчего по стенам заплясали причудливые тени, — Зрители там наверху так шумят, что хоть слона воруй — никто не заметит. Хотя слон мне без надобности… А вот эта штуковина, — он мотнул головой в сторону Черного Солнца, — она меня прямо завораживает. Зовет, понимаете? Как первая любовь… или хороший самогон.

— Не советую, — механически искаженный голос Незнакомца прозвучал как-то напряженно. В нем слышалась странная смесь приказа и просьбы, — Последствия могут быть… непредсказуемыми. Даже для такого… опытного экспериментатора, как вы, Фома Лисовский.

— Ой, да ладно! — Фома сделал еще глоток и поморщился, — Чего я только не пробовал за свою жизнь. Помню, был у меня рецепт — три капли жидкости из Разлома, щепотка пыльцы Поющего Цветка и настойка полыни… Вот от этого реально крышу сносило! Проснулся через неделю в чужом городе, в женском платье и с козой на поводке. Причем коза была фиолетовая и разговаривала на латыни! А здесь… — он пожал плечами, — Подумаешь, черная дыра. Я и похуже видал.

Девушки дернулись вперед — их движения были стремительны и грациозны, как у хищных кошек. Но Незнакомец остановил их властным жестом. Воздух вокруг него пошел рябью — словно кто-то бросил камень в зеркальную гладь реальности. Пространство начало загибаться само на себя, создавая причудливые геометрические узоры.

— Послушайте, Фома Лисовский, — его голос стал мягче, в нем появились какие-то гипнотические нотки, — Мы знаем о ваших… противоречиях с Кривотолковыми и Романовыми. О том, как они использовали вас. О том, через что вам пришлось пройти. Мы можем помочь. Исцелить вашу метку, дать новую цель в жизни. В нашем новом мире будет справедливость для всех, не только для аристократов.

— Ага, как же, — Фома сплюнул, и в месте, куда попала слюна, бетонный пол слегка задымился, — Знаем мы вашу справедливость — убийства дворян, шантаж и заговоры… С террористами не веду переговоров, даже по пьяни. У меня, может, с головой не все в порядке, но совесть еще осталась. И знаете что? — он поднял бутылку, разглядывая её на свет, — Даже мой самый забористый самогон не доводил до такого безумия, как ваши идеи о «всеобщем равенстве». Вы сами-то в них верите?

За дверями послышался топот множества ног — похоже, к хранилищу приближалось подкрепление. Девушки переглянулись и быстро вышли в коридор. Через мгновение оттуда донеслись звуки знатной драки — судя по грохоту и вскрикам, прибывшим охранникам крупно не повезло.

— Время на исходе, — в голосе Незнакомца появились стальные нотки, — Последний шанс, Фома. Взгляните на меня повнимательнее… Возможно, тогда вы поймете.

Он медленно потянулся к застежкам противогаза. Воздух вокруг задрожал сильнее, пространство начало складываться само в себя, словно оригами из реальности. Казалось, сам воздух прогибается под его присутствием. Маска с шипением отделилась от шлема…

Фома прищурился, вглядываясь в открывшееся лицо. Его глаза расширились от удивления, потом сузились. В них промелькнуло что-то: узнавание? понимание? ужас? Он поднес бутылку к губам, допил остатки одним глотком и ухмыльнулся:

— Ну и рожа у тебя, Шарапов… — после чего решительно сунул руку в пульсирующую тьму Черного Солнца.

Руны на его предплечье вспыхнули багровым светом, словно раскаленное железо. По залу прокатилась волна силы такой мощи, что даже бетонные стены задрожали. Тьма в центре артефакта начала закручиваться спиралью, втягивая в себя окружающее пространство. Светильники под потолком замигали и погасли, погрузив помещение в жуткий полумрак, разрываемый только багровым сиянием рун.

— Идиот! — выкрикнул Незнакомец, быстро надев противогаз назад, — Что ты натворил…

— Может и идиот, — согласился Фома, чувствуя, как сила древнего артефакта течет через него подобно огненной реке, — Зато свой собственный! И знаете что? — он повернулся к Незнакомцу, и в его глазах плясали багровые отсветы, — Может, я и спился, может, крыша у меня давно поехала… Но я хотя бы честен с собой. А вы? Вы же даже себе не можете признаться, кто вы на самом деле!

Последнее, что он увидел перед тем, как тьма поглотила его целиком — Незнакомца, стремительно отступающего из хранилища. А потом реальность перед глазами пошла волнами, и Фома провалился куда-то… в другое. В место, где не было ни верха, ни низа, ни прошлого, ни будущего. Только бесконечная тьма и… что-то еще. Что-то древнее и могущественное, ждавшее его все эти годы.

«Ну…» — подумал он напоследок, — «хоть не придется мучиться с похмельем…»

Миниатюрная чёрная дыра вибрировала, выкручиваясь в невероятные фигуры. Стены хранилища начали дрожать, с каждой секундой все сильнее…

Фома пропал, бесследно. От него осталась только бутылка, медленно катящаяся по полу. На её этикетке можно было разобрать надпись, выведенную корявым почерком: «Особый рецепт. Не пить! Опасно для жизни! (но если очень хочется — то можно)».

А наверху, на арене, бой становился все более ожесточенным. Никто из сражающихся даже не подозревал, что где-то глубоко под их ногами только что произошло нечто, способное изменить всё… Впрочем, они очень скоро об этом узнают…

Глава 14

Новая Буря

Последний из братьев Волковых рухнул за пределы арены, его тело прочертило глубокую борозду в газоне и стукнулось о стену трибуны. Он помотал головой, рассеянно глядя перед собой. Словно еще не верил, что выбыл.

Айсштиль величественно опустила руку — её последняя ледяная комбинация была поистине великолепна. Вокруг нее медленно таяли кристаллы изысканной красоты, похожие на произведения искусства.

— КАКАЯ ТЕХНИКА! — надрывался комментатор, его голос дрожал от возбуждения, — Братья Волковы, гордость молодого поколения Истребителей, выбывают из поединка! Айсштиль демонстрирует мастерство, достойное легендарной богини, чье имя она носит! А может… — он понизил голос до драматического шепота, который все равно разносился по всей арене, — она и есть та самая богиня? Аха-ха-ха, шучу-шучу…

Теперь против Светланы остались только Константин и две его сильнейшие девушки. Трибуны гудели как растревоженный улей — одни яростно болели за Соколову, другие скандировали имя Безумова. Особенно выделялся сектор мирмеций — их синхронные крики «ПАПА МОЖЕТ!» заглушали все остальные звуки.

Выбывшая Настя, стоя у края арены, внимательно следила за ходом боя. Её аналитический ум уже просчитал несколько вариантов развития событий. Внезапно её осенило:

— Эмми! — крикнула она, — Может, пора? Ту особую технику, что вы отрабатывали ночами?

Рыжая ведьмочка мгновенно поняла, о чем речь. Её огненное платье вспыхнуло ярче, языки пламени заплясали вокруг стройной фигуры с новой силой. В глазах появился опасный блеск:

— Конечно! Айсштиль, погнали?

Богиня льда окинула их надменным взглядом, но в её глазах промелькнуло что-то похожее на одобрение:

— Хм… Пожалуй, пора показать этой смертной истинную мощь стихий…

Они встали плечом к плечу — воплощения льда и пламени, две противоположности, две крайности. Воздух вокруг них начал вибрировать, искажаться, словно реальность не могла вместить столько силы сразу.

— НЕВЕРОЯТНО! — восторженно вопил комментатор, привставая со своего места, — Зрители, мы наблюдаем нечто уникальное! Эмилия де Арагон и загадочная Айсштиль готовят совместную атаку! Кто бы мог подумать, что лед и пламя могут работать вместе⁈

Их энергии переплетались в замысловатом танце — огненные вихри закручивались вокруг ледяных кристаллов, создавая невероятные узоры. Температура на трибунах сходила с ума — одни зрители задыхались от жара, другие кутались в куртки от пробирающего до костей холода. В воздухе пахло озоном и какой-то древней, первобытной магией.

Эмми и Айсштиль двигались синхронно, словно репетировали это тысячу раз. Их пальцы плели сложные узоры в воздухе, направляя потоки силы. Огонь и лед сплетались все теснее, порождая нечто совершенно новое.

— ПЕСНЬ ЛЬДА И ПЛАМЕНИ! — их голоса слились в один, и в этом крике слышалась сила, способная сокрушать горы.

Два потока, огненный и ледяной, сплетаясь в единое целое, устремились к Светлане. Казалось, невозможно ни уклониться, ни блокировать такую атаку. Даже опытные маги на трибунах затаили дыхание — они понимали, насколько разрушительной может быть эта комбинация.

Но Светлана… улыбнулась. Легкая, почти снисходительная улыбка скользнула по её губам. Её тело окутала лазурная молния, и пространство вокруг неё словно изогнулось. В один миг она просто… нырнула прямо в разрушительный поток, словно в реку, оставив после себя лишь слабый запах озона.

— Куда она… — начала было Эмми, но договорить не успела.

Светлана вынырнула из потока магии рядом с девушками, двигаясь с такой скоростью, что человеческий глаз просто не мог уследить за её движениями. Время словно замедлилось — все видели, как она появляется, но никто не мог ничего сделать.

— Слишком медленно, девочки, — прошептала она почти ласково, — Слишком… предсказуемо.

Её руки описали стремительную дугу, оставляя в воздухе светящийся след. Удар был настолько быстрым и точным, что ни Эмми, ни даже Айсштиль не успели среагировать. Их просто… снесло с арены, как листья порывом ветра.

— НЕМЫСЛИМО! — голос комментатора сорвался на фальцет, — СВЕТЛАНА СОКОЛОВА ПОКАЗЫВАЕТ КОСМИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ! Одним движением она нейтрализует двух сильнейших бойцов команды Безумовых! Какая скорость! Какая точность! Даже легендарная техника двух стихий оказалась бессильна против её мастерства!

Трибуны взорвались овациями. Даже те, кто болел за Безумовых, не могли не восхититься таким великолепным выступлением. Мирмеции на секунду замолчали, потрясенные увиденным.

Эмми, лежа за пределами арены, всхлипнула. Её огненное платье медленно тлело, грозя вот-вот исчезнуть:

— Как… как она это сделала? Мы же… мы столько тренировались…

— Эта наглая смертная… — Айсштиль приподнялась на локтях, и воздух вокруг неё начал кристаллизоваться от едва сдерживаемой ярости, — Снова… снова она посмела превзойти меня! Меня, богиню льда!

Настя и Сахаринка поспешили к ним. Мирмеция помогла обеим подняться, пока Настя пыталась успокоить разгневанную богиню:

— Вы обе были великолепны, — мягко сказала она, — Ваша комбинация была безупречна. Просто Света… она сейчас на каком-то совершенно другом уровне.

— Её может победить лишь папа… — прошептала Сахаринка.

На арене остались только двое — Константин и Светлана. Они смотрели друг на друга, и воздух между ними буквально потрескивал от напряжения. Их ауры пульсировали, готовые в любой момент взорваться.

— Значит, так? — голос Светланы был холоднее льда Айсштиль, — Используешь жульничество? Заставляешь свою дочь вмешиваться в честный бой?

— А ты снова за своё, — в голосе Константина зазвучала сталь, — Никого не слушаешь. Тебе даже в голову не приходит, что ты можешь ошибаться? Думаешь, если ты сильная, значит всегда права?

— О, началось! — Светлана горько усмехнулась, и в её глазах блеснули опасные искры, — Сейчас начнешь учить меня жизни? Может, ещё скажешь, что я веду себя как избалованная девчонка?

— А разве нет? — Костя сделал шаг вперед, и тени вокруг него словно сгустились, — Ты даже не дала мне шанса объяснить…

— Объяснить что? — перебила она, — Как ты подстраховался на случай моей победы? Как благородно с твоей стороны!

Воздух вокруг Кости начал темнеть — он активировал Синхронизацию Бездны. Тёмная пульсирующая аура окутала его фигуру, искажая пространство.

В ответ Светлана высвободила всю свою мощь. Её покров превратился в ослепительный столб лазурного света — и тот с ревом устремился к небесам.

— КАКАЯ МОЩЬ! — надрывался комментатор, — БИТВА ТИТАНОВ В ПРЯМОМ ЭФИРЕ! Константин Безумов призывает таинственную силу тьмы, а Светлана Соколова отвечает демонстрацией абсолютного превосходства!

— У меня больше силы, — самодовольно улыбнулась Светлана, и её синие волосы развевались в потоках энергии, — Признай это.

— Может быть, — спокойно ответил Костя, и в его глазах плясали отблески Бездны, — Но я возьму мастерством.

— Хо… а у меня и мастерством все в порядке!

— Тогда докажи делом.

Трибуны взорвались новой волной криков, когда оба бойца рванулись навстречу друг другу. Тьма и свет, две невероятные силы вот-вот столкнутся…

Но им не суждено было встретиться. Внезапно арена под их ногами содрогнулась так, что оба едва удержали равновесие. По каменным плитам пробежала трещина, зловеще похрустывая. За считанные секунды она превратилась в глубокий разлом, буквально разрезавший арену надвое.

А потом…

— БОГИ ВСЕМОГУЩИЕ! — в голосе комментатора впервые прозвучал неприкрытый ужас, — АРЕНА… ОНА РАСКАЛЫВАЕТСЯ! ЭТО НЕ ЧАСТЬ ШОУ! ПОВТОРЯЮ — ЭТО НЕ ЧАСТЬ ШОУ!

Из провала вырвался чудовищный поток чёрной энергии — настолько мощный, что защитный купол над ареной не выдержал и начал осыпаться сверкающими осколками. Костя и Света едва успели отпрыгнуть в разные стороны, когда столб тьмы взметнулся к небесам, затмевая солнце.

На трибунах началась паника. Люди вскакивали с мест, толкая друг друга в попытках добраться до выходов. Мирмеции организовано защищали своих младших сестер с мягким панцирем, выстраивая живой щит. Кто-то кричал о конце света, кто-то молился, а кто-то просто застыл, парализованный ужасом.

Тьма продолжала подниматься, и в её бездонных глубинах словно двигалось что-то… живое. Что-то древнее и невообразимо опасное. По арене разносился странный звук — не то смех, не то рыдания…

* * *

Дарья сидела в полумраке своей комнаты, безучастно глядя в экран телевизора. Роскошный интерьер, когда-то тщательно подобранный под её вкус, теперь казался чужим и неуютным. Тяжелые бархатные шторы были задернуты, впуская лишь тонкую полоску дневного света. На полу валялись разбросанные вещи — дорогие платья, которые она раньше так любила, теперь казались бессмысленной мишурой.

Её любимый хлыст, верный спутник во многих боях, пылился в углу. Когда-то один его вид заставлял противников трепетать — теперь он был не нужен. Как и всё остальное.

Трансляция с арены заполняла комнату голосами комментаторов и шумом толпы. Дарья машинально отметила, как изменилась техника Безумова с их последней встречи. Его движения стали увереннее, а контроль над энергией — почти абсолютным. Она вспомнила их стычки. Сколько он мог её уничтожить, но помиловал… В его глазах тогда было что-то похожее на снисхождение, и это жгло хуже любой боли.

«Зараза», — думала она, глядя, как он легко уклоняется от атак Светланы, — «Откуда в тебе столько силы? И почему… почему я не могу перестать следить за тобой?»

От этих мыслей стало горько. Жалость победителя оказалась хуже любого наказания. А ведь она когда-то мечтала подчинить его своей воле, сделать своей марионеткой… Теперь эти мечты казались детскими фантазиями.

На прикроватном столике стояла нетронутая чашка давно остывшего чая — последняя оставшаяся служанка пыталась ухаживать за молодой госпожой, но Дарья не притрагивалась к еде. Рядом лежал телефон, экран то и дело вспыхивал уведомлениями — очередные «доброжелатели» с предложениями «выгодного сотрудничества». Бывшие вассалы, спешащие перейти под крыло новых хозяев.

В дверь тихо постучали. Дарья даже не повернула головы:

— Я же просила не беспокоить.

— Даша, — знакомый голос Вадима звучал непривычно мягко, — Можно войти?

Она хмыкнула:

— С каких пор ты спрашиваешь разрешения, Вадим Александрович? Раньше просто врывался, когда вздумается.

Виконт вошел, прикрыв за собой дверь. В полумраке его фигура казалась еще более внушительной. На лице играли отсветы от экрана телевизора. Она отметила, что он выглядит уставшим — последние дни дались всем нелегко.

— Как ты? — спросил он, остановившись на почтительном расстоянии.

— Прекрасно, — она криво усмехнулась, — Разве не видно? Наслаждаюсь шоу.

— Внизу ждут Олег и Илона, — сказал он после паузы, — Семейный совет. Нам нужно решить…

— Что решить? — она резко повернулась к нему, — Как делить то, что от нас осталось? Жалкие крохи былого величия? Или может, обсудим, кому первому бежать с тонущего корабля?

— Как жить дальше, — твердо ответил Вадим, — Род Кривотолковых не умер, пока мы живы. У нас все еще есть ресурсы, связи…

— Связи? — она горько рассмеялась, — Ты видел, как быстро «друзья» отвернулись от нас? Как спешат откреститься от любых контактов? Мы теперь как Безумовы, когда они пали…

Дарья снова уставилась в экран. Там Костя Безумов и Света Соколова обменивались дерзкими фразами, готовясь к решающей схватке. Их ауры пульсировали от переполняющей силы.

— Какая ирония, — прошептала она, — Он уничтожил нас, а теперь… я не могу оторвать от него взгляд. Хочется увидеть, чем все закончится. Может быть… может быть, он проиграет? Пусть Соколова надерет ему задницу… Хоть это будет утешением.

— Даша, — Вадим подошел ближе, — я знаю, между нами были… разногласия. Но сейчас не время для старых обид. Ради рода…

— Ради рода? — она горько усмехнулась, — А что осталось от рода? Дядя пропал, активы захвачены, вассалы разбежались… Даже слуги уходят — сегодня утром еще трое подали заявления.

— Остались мы, — он положил руку ей на плечо, — Четверо. И пока мы вместе… Олег взялся за ум. Бросил пить, тренируется как одержимый.

Она дернула плечом, сбрасывая его руку:

— Не прикасайся ко мне. Помнишь, что было в прошлый раз? Когда ты попытался «привести меня в чувство»?

— Помню, — он невесело усмехнулся, разглядывая старый шрам на ладони, — Три недели лечил ожог. Твой Дар подчинения тогда едва не сжег мне руку до кости. Но сейчас…

Его прервал внезапный грохот с экрана. Они оба уставились на телевизор, где арена вдруг содрогнулась, а по её поверхности побежали трещины. Камера дрожала, операторы явно были в панике.

— Что за… — нахмурился Вадим.

Изображение задрожало, пошло помехами. Последнее, что они увидели — столб чёрной энергии, бьющий из разлома в небо, а потом экран погас. В комнате повисла гнетущая тишина.

Вадим выругался и выхватил телефон, активируя приложение.

Над городом у Кривотолковых все еще оставалось несколько шпионских беспилотников — их не успели конфисковать. ИИ беспилотника отозвался сразу, цифровой голос сообщил:

— Веду наблюдение… настраиваю канал передачи данных…

Спустя несколько секунд изображение с камеры дрона появилось на экране телефона. Дарья невольно подалась ближе, вглядываясь в картинку.

Они, не дыша, смотрели на огромный черный купол, накрывший арену. Но самое страшное было над ним — в ткани реальности медленно разрастался колоссальный Разлом, больше любого из виденных ранее. Его края пульсировали болезненным светом, а внутри клубилась тьма, от одного взгляда на которую кружилась голова.

— Высшие Сферы… — прошептал Вадим, — Это же…

— Конец, — закончила за него Дарья. Её глаза странно блестели, — Знаешь, а может, оно и к лучшему? Раз уж наш мир рушится… пусть рушится до конца. Может быть, в новом мире не будет места для этой фальши, для интриг и предательств…

Вадим резко схватил её за плечи, развернув к себе:

— Прекрати! Ты нужна роду! Нужна Илоне, Олегу… мне. Да, мы пали низко, но это не конец. Пока мы живы — у нас есть шанс все исправить.

Она посмотрела ему в глаза — впервые за весь разговор по-настоящему посмотрела:

— А что, если я больше не хочу быть нужной? Что, если я устала? От долга, от ответственности, от необходимости быть сильной…

— Тогда, — он на мгновение замялся, и в его голосе прорвалось что-то настоящее, — просто будь с нами рядом. Не как наследница рода, не как виконтесса… просто как Даша. Которую я знаю с детства. Которая дружила с Костей Безумовым, а не хотела его сломать. Которая однажды спасла меня от Аномалии, хотя я этого не заслуживал. Которая когда-то умела улыбаться так, что даже у меня, старого солдата, теплеет на душе.

Последние слова он произнес почти шепотом, но они словно прорвали какую-то плотину. Дарья моргнула, будто очнувшись от долгого сна. Что-то дрогнуло в её взгляде — может быть, искра прежней силы? Или что-то новое, еще не оформившееся?

— Ладно, — она медленно поднялась, машинально поправляя растрепанные волосы, — Показывай, где там твой семейный совет. Кажется, принимать решения придется быстро.

Он открыл перед ней дверь, пропуская вперед. И ему показалось, или в её движениях снова появилась прежняя грация?

Они вышли из комнаты, а где-то там над Синегорьем продолжал разрастаться чудовищный Разлом, грозящий поглотить весь город. В небе сверкали молнии — похоже, реальность начинала трещать по швам. Но может быть, пока они вместе — еще не все потеряно?

В конце концов, род Кривотолковых пережил немало бурь за свою историю. Возможно, им суждено пережить и эту.

Глава 15

Гость из Мира Мертвых

Я понял, что происходит, еще до того, как над ареной сформировался темный покров, а в небе открылся гигаразлом. Что-то внутри, какая-то древняя память, кричала об опасности. И я знал — у нас считанные секунды.

— ВСЕМ ЛЕЧЬ! — заорал я что есть силы, и мой голос, усиленный Бездной, прокатился над трибунами.

Люди рухнули на сиденья за мгновение до того, как гигантское щупальце тьмы хлестнуло над их головами. Гигантская полупрозрачная тварь, похожая на медузу, выползала из потоков тьмы, извиваясь всем своим студенистым телом.

— Настя! — крикнул я, уворачиваясь от очередной атаки, — Собери остальных! Живо!

Призвав несколько темных клинков, я метнул их в тварь. Лезвия прошили её тело насквозь, но раны затянулись почти мгновенно. Ну да, помню я эту их особенность…

«Ладно», — подумал я, активируя древнюю технику, — «посмотрим, помнишь ли ты это…»

Пространство вокруг медузы начало закручиваться особым образом — я помнил этот прием, хотя не использовал его уже… очень давно. Тварь дернулась, её щупальца начали распадаться на светящиеся частицы. Да, некоторые вещи не меняются даже за десять тысяч лет.

Движение справа привлекло мое внимание — из потоков Бездны выползало что-то похожее на помесь богомола с пауком. Размером с грузовик, эта дрянь явно нацелилась на группу застывших зрителей.

— А ну стоять! — я на мгновение отвлекся от медузы, вложив в удар всю мощь Бездны.

Тварь впечаталась в землю так, что арена содрогнулась. Хруст её хитинового панциря был слышен даже сквозь крики паники.

— Айсштиль! — заметив богиню, я махнул ей рукой, — Прикрой правый фланг! Эмми — центр! Сейчас полезет что похуже…

Я уже видел это. В глубине потоков тьмы шевелилось что-то… знакомое. Что-то, чего я надеялся больше никогда не встретить. Проклятье, как же все некстати…

— Костя! — Настя подбежала ко мне вместе с остальными девочками, — Мы здесь!

Я окинул их быстрым взглядом — Айсштиль сжимала ледяное копье, её глаза пылали яростью древней богини. Эмми, все еще в своем огненном платье, готова была в любой момент выпустить всю мощь пламени. Сахаринка крепко держала свой хитиновый молот. А Настя… в её глазах я видел абсолютное доверие. Что ж, будем надеяться, оно оправдается.

— Слушайте внимательно, — начал я, краем глаза наблюдая за разломом, — Кажется, у Черного Солнца отказал один из стабилизационных механизмов. У нас мало времени…

* * *

Конвой поднимался из подземелья, когда первый толчок сотряс здание арены. Свет моргнул и погас. Спецназовцы едва удержали равновесие, а капитан Ольга резко обернулась, прислушиваясь к нарастающему гулу сверху.

Горовой же уже давно куда-то ускакал — скорей всего к настоящему Хранилищу.

Сэр Мелори почувствовал вибрацию раньше остальных — его пиджак, пусть и лишенный большей части функций из-за антимагического ошейника, все еще сохранял базовые сенсоры. Что-то происходило наверху. Что-то… многообещающее.

Из-за шиворота Мелори выдвинулась призрачная рука, копия его собственной. Сотканная из остатков духовной силы пиджака, она начала незаметно ощупывать ошейник.

— Нужно ускориться, — приказала Ольга, подталкивая пленников, — Здесь становится небезопасно.

«О да», — подумал Мелори, — «Определенно небезопасно. Особенно для вас».

Бывший посол внимательно изучал конструкцию сдерживающего устройства все то время, пока они шли. Ошейник был хорош, очень хорош — русские знали свое дело. Но у него было одно маленькое слабое место… как и у всех магических артефактов. Крошечная точка, где смыкались силовые линии. При должной ловкости и сноровке…

Нужно было спешить, энергия в пиджаке стремительно заканчивалась.

Новый толчок, гораздо более мощный, едва не сбил их с ног. Где-то наверху раздался оглушительный грохот, за ним — крики ужаса. Бетонные стены коридора пошли трещинами.

— Что за чертовщина? — пробормотал один из спецназовцев, нервно поправляя автомат.

— Держать строй! — рявкнула Ольга, — Не отвлекаться!

Никодимов, которого двое бойцов почти волокли под руки, начал приходить в себя. Его мутный взгляд постепенно прояснялся, на лице появилось выражение паники.

— Боги… — прошептал он, — Что я наделал…

— Заткнись, предатель, — бросил один из конвоиров.

Мелори тем временем продолжал работать над ошейником. Его пальцы, натренированные годами шпионской работы, нащупали едва заметный шов. Теперь главное — дождаться подходящего момента.

В полной темноте они почти добрались до главного холла, когда здание тряхнуло в третий раз — да так, что с потолка посыпалась штукатурка. Через несколько секунд включилось аварийное освещение, заливая коридор тревожным красным светом.

— Всем оставаться на местах! — крикнула Ольга, но её голос потонул в новом раскате грома.

Стены содрогнулись, где-то совсем рядом послышался звук рвущегося металла. А потом… потом появилось Оно. Существо размером с небольшой автомобиль проломило стену, словно она была сделана из картона. Его полупрозрачное тело пульсировало, щупальца извивались в красном свете аварийных ламп.

Спецназовцы открыли огонь, но пули проходили сквозь тварь, не причиняя ей вреда. Ольга выхватила пистолет, целясь твари между глаз… всех шести.

Мелори действовал молниеносно. В суматохе никто не заметил, как его пальцы нашли ту самую точку на ошейнике. Короткое движение — и устройство щелкнуло, отключаясь. Британец почувствовал, как его пиджак снова оживает, активируя все встроенные системы.

Тварь бросилась вперед, раскидывая бойцов как кукол. Ольга успела сделать три выстрела, прежде чем щупальце отбросило её к стене. Никодимов с криком бросился бежать, но существо походя смахнуло его, отправив в полет через весь коридор.

А Мелори… Мелори просто исчез. Его пиджак активировал режим невидимости, превращая хозяина в легкое искажение воздуха. Пока тварь разбиралась с остальными, он скользнул в боковой проход, двигаясь быстро и бесшумно.

«Прощайте, господа», — мысленно усмехнулся он, — «Было… познавательно».

Позади слышались выстрелы и крики — похоже, прибыло подкрепление. Но британского шпиона это уже не интересовало. Его целью был генерал-губернатор Горовой, его духовная сила. Именно он и должен привести шпиона к настоящему Хранилищу…

* * *

Первыми из разлома хлынули летающие твари — похожие на помесь летучих мышей с осьминогами, они заполнили небо над Синегорьем, затмевая солнце своими мохнатыми телами. Пронзительные крики эхом отражались от стен домов, вызывая первобытный ужас у всех, кто их слышал. Некоторые твари были размером с легковушку, другие — не больше кошки, но все излучали противоестественную ауру, от которой стыла кровь в жилах.

За ними из разлома выползли сизые бегуны — полупрозрачные существа размером с лошадь, передвигающиеся на множестве суставчатых конечностей. Они растекались по улицам как живой поток, сметая все на своем пути — припаркованные машины, мусорные баки, случайных прохожих, не успевших укрыться.

Следом появились твари покрупнее — некоторые размером с автобус, другие и того больше. Многорукие гиганты крушили стены домов, извергая потоки едкой слизи…

Молодой патрульный Сергей Лисьев, только месяц назад получивший значок, трясущимися руками передергивал затвор табельного оружия. Его форма промокла от пота, а в ушах стоял звон от непрекращающегося воя тварей. Рядом с ним занимали позиции другие полицейские — кто-то бледный как мел, кто-то с решительным выражением на лице.

— Держать строй! — крикнул капитан Захаров, вскидывая пистолет. Его лицо было покрыто пылью и ссадинами, но в глазах горела яростная решимость, — Не дать им прорваться к жилым кварталам! За нами женщины и дети, помните об этом!

Первый залп прогремел, когда стая бегунов приблизилась на расстояние выстрела. Пули впивались в полупрозрачную плоть, оставляя дымящиеся отверстия, но твари, казалось, не замечали ранений. Раны затягивались почти мгновенно.

— Да что ж за дрянь такая… — пробормотал пожилой сержант, перезаряжая дробовик, — Тридцать лет в полиции, а такого не видел…

В этот момент над их головами пронеслись фигуры в темно-синих плащах — отряд Истребителей вступил в бой. Их магические атаки были куда эффективнее обычного оружия — твари начали падать одна за другой, рассыпаясь искрящейся пылью.

Анна Краснова, продавщица из магазина на углу, прижимала к себе маленькую дочь, спрятавшись за прилавком. Её сердце колотилось как бешеное, а руки, гладившие светлые волосы девочки, едва заметно дрожали. Снаружи доносились звуки битвы — выстрелы, крики, рев тварей, грохот взрывов. Стекла дрожали от мощных магических ударов.

— Мамочка, мне страшно, — всхлипнула девочка, крепче прижимаясь к матери, — Когда это закончится?

— Тише, милая, — Анна старалась, чтобы её голос звучал уверенно и спокойно, — Истребители нас защитят. Они всегда защищают. Помнишь, как в прошлом они спасли наш район от той большой Аномалии? И сейчас справятся.

Через разбитую витрину она видела, как по улице пронесся бронетранспортер, поливая тварей огнем из крупнокалиберного пулемета. Броня машины была покрыта светящимися рунами защиты. Следом летели боевые маги в форме спецназа, их комбинированные атаки разрывали монстров на части.

И вдруг всё изменилось — в небе появилась величественная фигура в развевающемся плаще. Император собственной персоной прибыл на поле боя. За ним летели элитные гвардейцы в парадных мундирах, расшитых золотом — лучшие бойцы Империи. Их ауры сияли такой силой, что даже обычные люди могли видеть это сияние.

Твари заметно сбавили напор — казалось, само присутствие Императора давило на них, заставляя отступать. Его сила была подобна солнцу, разгоняющему тьму. Некоторые создания просто рассыпались в прах, не выдержав его ауры.

— Смотрите! — воскликнул кто-то из полицейских, — Они бегут!

Действительно, многие монстры в панике устремились обратно к разлому. Гвардейцы методично добивали тех, кто не успевал убраться.

Но радость была преждевременной. Внутри гигантской трещины в небе что-то забурлило, заклубилось… Тьма сгустилась до невозможной черноты, и в ней проступили очертания чего-то настолько чудовищного, что разум отказывался это воспринимать.

Огромное щупальце, толщиной с многоэтажный дом, медленно протиснулось в реальность. За ним показалось другое, третье… Их поверхность постоянно менялась, словно под кожей перекатывались тысячи извивающихся змей. Казалось, само пространство прогибается под тяжестью этого существа.

Даже Император замер, глядя на это проявление первородного ужаса. В его глазах промелькнуло узнавание и… страх?

— Всем отступить! — раздался его усиленный магией голос, — Немедленно очистить зону вокруг Разлома! Это приказ!

Существо уже наполовину протиснулось в наш мир. Его исполинское тело состояло из бесчисленных переплетенных щупалец, в глубине которых угадывались человеческие лица. Тысячи, может быть, миллионы лиц, застывших в немом крике… Души, поглощенные этой тварью за тысячелетия её существования.

Если бы здесь присутствовал Костя, он бы сразу узнал Сверхсущность из Мира Мертвых… От которой они с Перчинкой едва ускользнули.

Император парил перед этим воплощением кошмара, его плащ развевался в потоках силы. В его глазах читалась несгибаемая решимость.

— Ну давай, — процедил он, складывая печати, — Иди сюда.

А под пологом тьмы над ареной Костя и его команда готовились к своему собственному бою, даже не подозревая, какой ужас пробудился в небесах над их головами…

Глава 16

Кривотолковы снова в деле

Черный лимузин на полной скорости мчался по улицам, лавируя между обломками и телами поверженных тварей. За рулем сидел Вадим, его лицо было сосредоточенным и жестким. Рядом Илона что-то быстро чертила в воздухе — её пальцы плели сложное защитное заклинание.

— Впереди! — крикнул Олег с заднего сиденья. Он заметно изменился — ни следа прежней расхлябанности, только собранность и решимость.

Огромная тварь, похожая на многоножку размером с автобус, перегородила дорогу. Её жвала щелкали, с них капала светящаяся слюна, прожигающая асфальт.

— Держитесь! — Вадим резко крутанул руль, одновременно активируя свой Дар.

Из его тела выстрелили костяные шипы, пробивая крышу лимузина. Тварь попыталась схватить машину, но напоролась на острые как бритва костяные лезвия. Визжа от боли, она отпрянула.

— Неплохо, — усмехнулась Дарья. Её хлыст уже извивался в руке, готовый к бою, — Но позволь показать, как это делается…

Она высунулась в окно, и её хлыст, заряженный Даром Подчинения, ударил в многоножку подобно молнии. Тварь застыла, её многочисленные глаза остекленели. А потом… она начала пожирать сама себя.

— Вот так это делается, — усмехнулась Дарья.

Вадим лишь хмыкнул.

Они выскочили из машины — как раз вовремя, потому что сверху рухнула летающая тварь, похожая на помесь птеродактиля с медузой. Лимузин смялся под её весом как консервная банка.

Кривотолковы встали спина к спине — четверо последних представителей некогда великого рода. Но сейчас они думали не о былом величии. Только об искуплении.

— Защитный периметр! — скомандовал Вадим. Его тело покрылось костяной броней, а в руках материализовались изогнутые косы из того же материала.

Илона активировала свои аналитические печати — воздух вокруг них заискрился от магических формул. Её Дар мгновенно вычислял слабые места противников.

Олег, сосредоточенный и собранный, призвал своих любимых огненных колибри. Крошечные птицы, сотканные из пламени, закружились вокруг, готовые в любой момент превратиться в смертоносное оружие.

А Дарья… её хлыст танцевал в воздухе, оставляя светящиеся следы. Её Дар Подчинения был особенно эффективен против этих тварей — они были достаточно разумны, чтобы поддаваться контролю, но недостаточно сильны, чтобы сопротивляться.

— Вижу гражданских! — крикнула Илона, указывая на разрушенный магазин, — В здании!

Сквозь разбитую витрину они увидели женщину, прижимающую к себе маленькую девочку. Вокруг магазина кружили летающие твари, примериваясь, как пробраться внутрь.

— Я займусь ими, — Дарья шагнула вперед, — Прикройте!

Она метнулась к магазину, её хлыст разил без промаха. Одна тварь упала, разрезанная пополам, вторая с визгом отпрянула. Но их было слишком много…

— Олег, помоги ей! — крикнул Вадим, отбиваясь от новой волны монстров. Его костяные клинки мелькали с невероятной скоростью, но твари всё прибывали.

— Сейчас! — Олег направил своих колибри в атаку. Огненные птички врезались в летающих тварей, взрываясь подобно маленьким бомбам, — Давай, Дашка!

Дарья наконец добралась до входа в магазин. За её спиной разворачивалось настоящее побоище — Вадим и Олег сдерживали монстров, пока Илона координировала их действия, подсказывая, куда бить.

— Уходим! — она протянула руку застывшей от страха женщине, — Быстрее!

— Я… я не могу встать, — всхлипнула Анна, — Нога…

Только сейчас Дарья заметила, что лодыжка женщины неестественно вывернута. Девочка, вцепившаяся в мать, тихо плакала.

— Проклятье, — Дарья закусила губу. Раньше она бы просто бросила их… но не сейчас, — Держитесь за меня. Обе!

Она подхватила женщину одной рукой, девочку — другой. Её хлыст, подгоняемый волей Дарьи, продолжал отгонять тварей.

— Дарья! — крикнула Илона, — Слева!

Виконтесса резко обернулась — огромная летающая тварь пикировала прямо на них, её щупальца готовы были схватить добычу. В этот момент девочка закричала, и этот крик… что-то всколыхнул в душе Дарьи.

Её Дар Подчинения ударил с невиданной силой — тварь замерла в воздухе, её глаза остекленели. А потом она развернулась и атаковала своих же собратьев.

— Бегом! — Дарья практически тащила женщину с ребенком к остальным Кривотолковым, — Вадим! Нам нужно укрытие!

Вадим кивнул и вонзил руки в землю. Вокруг них начали расти костяные стены, формируя подобие укрепленного бункера.

— Внутрь! — скомандовал он, — Илона, защитный контур!

Они успели как раз вовремя — новая волна тварей обрушилась на костяную крепость. Но стены, укрепленные магией Илоны, выдержали.

— Спасибо, — прошептала Анна, прижимая к себе дочь, — Спасибо вам…

Дарья только кивнула. Внутри неё боролись странные чувства — раньше она бы сочла благодарность простолюдинки чем-то недостойным внимания. Но сейчас… сейчас всё было иначе.

События последних дней… что-то изменили в ней. Поражение от Безумовых, разговоры со Светой Соколовой и Вадимом… все это заставили ее переосмыслить жизнь.

— Как твоя нога? — спросила она, опускаясь на колено рядом с женщиной.

— Больно, — поморщилась Анна, — Кажется, вывих…

— Я могу помочь, — вмешалась Илона, доставая из кармана какой-то флакон, — Это обезболивающее зелье. Не идеально, но…

— Тихо! — вдруг скомандовал Вадим, — Слышите?

Все замолчали. Снаружи крики тварей стихли, сменившись чем-то… другим. Низкий, вибрирующий гул наполнил воздух, от которого стыла кровь в жилах.

— О нет, — прошептала Илона, её глаза расширились от ужаса, — Что это такое…

Дарья и Олег переглянулись — они тоже это чувствовали. Что-то древнее и невообразимо могущественное пробудилось в небе над городом. Что-то, перед чем меркли все их прежние страхи.

— Что будем делать? — тихо спросил Олег, глядя на Вадима.

Виконт на мгновение прикрыл глаза, а потом расправил плечи:

— То же, что и всегда. Будем сражаться. За наш род. За искупление. До конца.

Остальные молча кивнули. Впереди их ждала битва, возможно, последняя в их жизни. Но они встретят её с высоко поднятой головой.

Как подобает истинным Кривотолковым.

* * *

Черная энергия продолжала хлестать из разлома в земле, словно кровь из разверзшейся раны реальности. Я быстро создал в воздухе несколько печатей Бездны, вплетая в них сложные узоры сдерживающих заклинаний. Каждый символ требовал предельной концентрации — малейшая ошибка могла привести к катастрофе.

— ДАМЫ И ГОСПОДА! — голос комментатора, усиленный магией, разнесся над ареной, — НЕ ПОДДАВАЙТЕСЬ ПАНИКЕ! МЫ НАБЛЮДАЕМ, КАК КОНСТАНТИН БЕЗУМОВ БЕРЕТ СИТУАЦИЮ ПОД КОНТРОЛЬ!

Создание печатей было похоже на попытку заткнуть пальцем пробоину в плотине. Энергия Бездны била из разлома с чудовищной силой, грозя смести любые преграды. Я чувствовал, как она давит на мои барьеры, ища малейшую слабину. Пот заливал глаза, руки дрожали от напряжения, но я не мог позволить себе ни секунды отдыха.

Краем глаза я заметил движение — несколько тварей, похожих на помесь богомола с волком, метнулись ко мне. Их хитиновые панцири отливали болезненной зеленью, а челюсти щелкали с металлическим лязгом. Но они не успели даже приблизиться — Сахаринка обрушила на них свой хитиновый молот, превращая передних монстров в кашу из обломков панциря и светящейся слизи. Айсштиль довершила разгром, вморозив оставшихся тварей в глыбу льда.

На трибунах нарастала паника. Люди кричали, толкались, пытались пробиться к выходам. Охрана и дежурные маги старались организовать эвакуацию, но получалось не очень. Я видел, как несколько человек упали, и толпа едва не затоптала их. К счастью, кто-то из магов успел создать защитный барьер.

Внезапно из потока вырвалось что-то действительно крупное — тварь размером с грузовик, похожая на сороконожку, но с человеческим лицом. Её щупальца извивались, пытаясь дотянуться до ближайших зрителей. Я на мгновение отвлекся от печатей, создавая несколько темных клинков. Лезвия, заряженные энергией Бездны, вонзились в тварь, но она только взвыла и стала двигаться быстрее.

— А ну-ка! — крикнула Айсштиль, направляя в монстра поток энергии. Лед начал сковывать конечности твари, но она продолжала вырываться.

Эмми, не тратя время на слова, создала вокруг существа огненную клетку. Пламя и лед сплелись в причудливый узор, запирая монстра в ловушку стихий. Я добавил к этому несколько печатей Бездны, и тварь наконец застыла, превратившись в жуткую ледяную статую с пылающим нутром.

Я активировал Вопль Бездны, усиливая свой голос до громовых раскатов:

— Я ЗАБЛОКИРОВАЛ ПРОРЫВ! НО ПЕЧАТИ НУЖНО ПОДДЕРЖИВАТЬ!

Мои дочери-мирмеции мгновенно поняли намек. Несколько сотен четырехруких воительниц в хитиновых доспехах начали спускаться на арену. Их движения были четкими и слаженными — сказывались тренировки.

— ПОТРЯСАЮЩЕ! — прокомментировал комментатор. Он до сих пор находился в своей стеклянной кабинке. Его лицо было бледным, без единой кровинки. Но в глазах пылал огонь, — МЫ НАБЛЮДАЕМ НЕЧТО УНИКАЛЬНОЕ!

Мирмеции выстроились вокруг черного потока, образуя живую пентаграмму. Их хитиновые доспехи поблескивали в отсветах энергии Бездны. Я вспомнил, как учил их основам работы с этой силой — поначалу было тяжело, многие боялись и сопротивлялись. Но постепенно они научились контролировать базовые техники.

— Начинаем! — скомандовал я, — Помните тренировки! Четкий ритм, никакой самодеятельности!

Сотни голосов слились в едином речитативе — древнее заклинание, которому я научил их, зазвучало над ареной. Да, они знали лишь основы работы с Бездной, но их было много. А количество иногда может компенсировать качество. Особенно когда речь идет о таком простом, но энергоемком заклинании.

Воздух над ареной начал сгущаться, приобретая почти материальную плотность. Я чувствовал, как энергия моих дочерей вливается в печати, усиливая сдерживающий эффект. Черный поток начал истончаться, его напор ослаб.

Но расслабляться было рано — из разлома вырвалась новая волна тварей, мельче предыдущих, но куда более многочисленная. Они заполнили воздух над ареной подобно стае хищных птиц, их визг резал уши.

Сахаринка первой отреагировала на угрозу. Её молот описал широкую дугу, сбивая сразу нескольких монстров. Следом ударила Айсштиль — волна холода превратила часть стаи в ледяные осколки. Эмми добавила огня, и небо над ареной озарилось всполохами взрывов.

Настя, видя, что ситуация накаляется, создала сразу четырех доппелей — больше, чем когда-либо раньше. Это были копии Светы Соколовой, вооруженные энергетическими клинками, они вступили в бой с тварями, прикрывая мирмеций, продолжавших читать заклинание.

Я же полностью сосредоточился на печатях. Символы, сотканные из энергии Бездны, пульсировали в такт биению моего сердца. Каждый удар отдавался болью во всем теле — использование такого количества силы не проходит даром. Но я не мог позволить себе слабость. Не сейчас, когда от меня зависели жизни стольких людей.

Постепенно наши усилия начали приносить плоды. Черный поток уменьшился, твари становились все мельче и слабее. Некоторые даже начали распадаться, не успев полностью материализоваться.

Паника на трибунах понемногу стихала. Люди, видя, что ситуация берется под контроль, успокаивались. Кто-то даже начал поддерживать нас криками. Особенно громко болели за своих сестер оставшиеся на трибунах мирмеции с мягким хитином — их звонкие голоса перекрывали общий шум.

Я чувствовал, как истощаются мои силы. Поддержание такого количества печатей требовало колоссальных затрат энергии. А я ведь только что после тяжелого боя… Но я не мог позволить себе ослабить контроль — одно неверное движение, и все придется начинать сначала.

К счастью, поток становился все слабее. Последние твари, вырвавшиеся из него, были размером не больше кошки и рассыпались в прах почти сразу после появления.

Голоса мирмеций звучали все увереннее — они чувствовали близкую победу. Их заклинание, многократно усиленное количеством участниц, почти полностью подавило поток энергии Бездны.

«Еще немного», — думал я, вкладывая в печати последние крупицы силы, — «Совсем чуть-чуть…»

Внезапно что-то изменилось. Я почувствовал это раньше, чем увидел — словно невидимая рука сжала сердце ледяной хваткой. В небе над ареной что-то происходило. Что-то гораздо более страшное, чем локальный прорыв Бездны.

— Твою ж… — выругался я, — Вот ее я тут точно не ожидал увидеть…

— Что это… — округлила глаза Айсштиль. Она тоже почувствовала.

— Сверхсущность… — прошептала Перчинка, стоявшая рядом со мной. Она шевелила в воздухе антеннами, — Она пытается прорваться в реальный мир…

Мелинта и Сахаринка тоже шевелили антеннами. И на их лицах застыл страх пополам с недоумением.

— Вы о чем? — озадаченно посмотрела на них Настя.

— Лучше тебе не знать… — произнесла Перчинка, — Мы с папой встретили ее в мире Мертвых… Это такая тварь, которая всем тварям тварь…

— Костя, напомни, что это, — попросила Эмми, не отрывая взгляда от неба, — Если нам предстоит с этим сражаться, мы должны знать.

Я вздохнул:

— Представь себе создание, которое тысячелетиями поглощало души умерших. Все души, без разбора — и праведников, и грешников. Оно росло, набиралось сил… И теперь, похоже, решило заглянуть к нам в гости.

— И насколько она… большая? — осторожно спросила Эмми.

— Я видела видео с нападением на Синегорье Гигантского монстра, — Перчинка нервно дернула антеннами, — Так вот, Сверхсущность была больше. Намного больше.

— Но как она сюда попала? — нахмурилась Настя, — Разве границы миров…

— Черное Солнце, — перебил я её, — Кто-то активировал его неправильным образом. И теперь оно действует как маяк, притягивая сюда всякую дрянь из других измерений. Я должен его отключить. Иначе… — я бросил взгляд на печати, — Будет тяжко, ведь это все временные меры.

— Папа, — вдруг подала голос Сахаринка, — А где Светлана?

Я резко обернулся, оглядывая арену. Действительно — моей недавней противницы нигде не было видно. В пылу событий я как-то упустил этот момент…

Куда она делась?

— Может, помогает эвакуировать зрителей? — предположила Эмми, но в её голосе слышалась неуверенность.

— Куда эвакуировать? — вздохнула Настя, — Всю арену накрыло куполом. Просто некуда их выводить…

— Кроме того Света — фигура очень заметная, — сказала Сахаринка, шевеля антеннами.

— Я не чувствую её ауры, — покачала головой Айсштиль, — Она… просто исчезла.

Мы переглянулись. У меня появилось очень нехорошее предчувствие.

— Думаешь, она… — начала было Настя.

— К Черному Солнцу, — мрачно кивнул я и бросил взгляд на черный поток. Он стал слабее из-за печатей, но все еще был опасен, — Похоже, мы не единственные, кто понял, откуда идет угроза. По ходу, она просто ломанулась туда напролом, чтобы решить проблему…

— Но там же… — Перчинка замолчала на полуслове, её антенны встали дыбом, — О нет…

Над ареной прокатился новый гул — Сверхсущность продолжала рваться в наш мир. А где-то там, под землей, Светлана, возможно, делала что-то очень опасное. И у нас оставалось совсем мало времени, чтобы её остановить…

Глава 17

Новые Осколки

Внезапно воздух словно сгустился, а потом взорвался беззвучной волной силы. Меня едва не сбило с ног — настолько мощным был энергетический импульс. Даже сквозь купол тьмы над ареной я почувствовал отголоски чудовищной мощи.

— Ох ничего ж себе… — выдохнула Эмми, хватаясь за плечо Насти, чтобы удержать равновесие, — Что это было?

Мирмеции прервали свое пение — многие пошатнулись, их антенны беспорядочно задрожали. Сахаринка и Перчинка синхронно повернули головы к небу, словно пытаясь что-то уловить сквозь черный купол.

— Император вступил в бой, — произнесла Айсштиль. В её глазах плясали искры восхищения, — Давно не видела подобной мощи… Не думала, что смертный на такое способен…

— Сверхсущности больно, — Перчинка нервно шевелила антеннами, — Очень больно. Я чувствую её… агонию? Ярость? Она явно не ожидала встретить такое сопротивление.

— Ух… что сейчас начнется… — прошептала Сахаринка.

Я молча кивнул. Теперь я понимал, почему русский Государь считался сильнейшим Одаренным современности. Одним ударом причинить боль созданию, которое тысячелетиями пожирало души… Это выходило за рамки обычной магии. Да, Сверхсущность еще не целиком пролезла в наш мир. Да, она скорей всего дезориентирована и в непривычной обстановке не может сражаться на полную…

Но всё же…

— Значит, её можно ранить, — задумчиво произнесла Настя, — Она не неуязвима.

— Да, но какой ценой, — покачал я головой, — Представляешь, сколько силы нужно для такого удара? Даже Император не сможет долго сражаться в таком темпе.

Новая волна энергии прокатилась над ареной. На этот раз мы были готовы и устояли на ногах. Где-то наверху разворачивалась титаническая битва, и мы могли только догадываться о её масштабах.

— У нас мало времени, — я повернулся к своей команде, — Нужно найти Светлану, пока не стало слишком поздно. Если она действительно пошла к Черному Солнцу…

— То либо спасет всех, либо окончательно погубит, — закончила за меня Айсштиль, — Как обычно с этими смертными — никакого чувства меры.

В её голосе прозвучала странная смесь раздражения и уважения. Похоже, даже древняя богиня признавала отвагу моей недавней соперницы. Или её безрассудство — тут уж как посмотреть.

Новый удар Императора заставил сам воздух зазвенеть от напряжения. Перчинка вдруг резко выпрямилась:

— Папа, нам пора. Сверхсущность начинает злиться. А злая сверхсущность — это очень-очень плохо…

— Да, погнали, — кивнул я, бросив взгляд на черный поток, — Перчинка, Айсштиль, Эмми — вы со мной. Настя, Сахаринка — вы присмотрите за обстановкой тут.

Свист рассекаемого воздуха заставил нас обернуться. Князь Соколов приземлился рядом, оставив в бетоне арены небольшую выбоину. Его парадный камзол был изорван и местами опален, по лицу стекала кровь из рассеченной брови, но глаза горели неукротимой энергией.

— Где моя дочь? — без предисловий спросил он, окидывая арену цепким взглядом. От его ауры исходили волны такой силы, что мирмеции невольно попятились.

— Мы думаем, она отправилась к Черному Солнцу, — ответил я, внимательно наблюдая за его реакцией.

Князь выругался с такой изобретательностью, что даже Айсштиль уважительно приподняла бровь.

— Я иду с вами, — это прозвучало не просьбой, а утверждением, — И даже не пытайся меня отговаривать, Безумов.

Я на мгновение задумался. С одной стороны, лишний человек в такой операции — это риск. С другой… Его сила могла нам пригодиться. К тому же, это его дочь. Я бы на его месте тоже не стал слушать никаких возражений.

— Хорошо, — кивнул я, — Только учтите — там может быть все что угодно.

— Брось, — он криво усмехнулся, вытирая кровь с лица, — Я двадцать лет был Истребителем, прежде чем стать князем. И поверь, повидал достаточно, чтобы не бояться всякой аномальной дряни.

В его голосе звучала такая уверенность, что я невольно улыбнулся. Теперь я понимал, в кого Светлана характером — такая же упрямая и решительная.

— И вы будете делать всё, что я говорю, — сказал я, пристально глядя на него, — Это понятно? Мне сейчас не до споров.

В глазах князя мелькнул гнев… однако он бросил взгляд на сдерживающие печати, на ряды мирмеций. О чем-то подумал. И уже спокойнее посмотрел на меня.

— Вижу, ты знаешь, что делаешь, — неохотно произнес он, — Командуй, Безумов, так и быть.

— Тогда выдвигаемся, — скомандовал я, — Сахаринка, ты остаешься за старшую. Держите периметр и поддерживайте заклинание. Если хоть одна тварь прорвется к зрителям…

— Не прорвется, папа, — она решительно сжала свой молот. Настя энергично закивала, — Мы справимся.

Князь окинул мирмеций внимательным взглядом:

— Знаешь, Безумов, я всегда считал тебя странным. Но должен признать — ты отлично воспитал своих… кхм… детей.

— Идемте, — поторопила нас Айсштиль, — Чем дольше мы тут разговариваем, тем больше вероятность, что Светлана наделает глупостей.

— Моя дочь не делает глупостей, — сухо заметил князь, — Она делает то, что считает правильным.

Айсштиль приподняла бровь.

— И именно этого я боюсь больше всего… — неохотно закончил князь.

Очередная волна силы от удара Императора заставила нас пошатнуться. Где-то наверху Сверхсущность издала беззвучный вопль ярости, от которого задрожали стены арены.

Времени на разговоры больше не было.

* * *

Светлана стремительно спускалась по техническим коридорам арены и проломам в полу, следуя за потоком темной энергии, бьющим из-под земли. Её синие волосы развевались в потоках силы, а глаза светились решимостью. Долг Истребителя требовал немедленных действий — нельзя было терять ни минуты.

«Что бы там ни затеял Безумов со своими фокусами», — думала она, перепрыгивая через обломки, — «я должна это остановить. Слишком много жизней под угрозой».

В полумраке коридоров её аура светилась подобно маяку. Где-то наверху грохотал бой, но здесь, в глубине, царила жуткая тишина, нарушаемая только гулом вентиляции да её собственными шагами.

Внезапно из бокового прохода выскочило что-то напоминающее помесь волка с крокодилом. Тварь была размером с пони, её чешуйчатая шкура отливала болезненной зеленью. Не раздумывая, Светлана метнула в неё сгусток энергии. Монстр взорвался, забрызгав стены светящейся слизью.

— Слишком просто, — пробормотала она, отряхивая руки, — Если так пойдет, я быстро доберусь…

Но за первой тварью появились другие — целая стая. Их горящие глаза светились во тьме подобно угольям. Светлана только усмехнулась:

— Ну давайте, развлеките меня.

Её аура вспыхнула с новой силой. Монстры бросились в атаку все разом, но для неё они двигались словно в замедленной съемке. Один удар — и трое тварей отлетают к стене, превращаясь в кашу из костей и плоти. Короткая вспышка молнии — еще двое падают, дымясь от ожогов. Энергетический хлыст разрезает пополам особо крупного монстра, пытавшегося зайти сбоку.

Откуда-то снизу донеслись звуки битвы. Светлана ускорила шаг — похоже, там кто-то нуждался в помощи. Спустившись еще на один уровень, она увидела генерала Горового, отбивающегося от целой толпы монстров.

Генерал-губернатор держался отлично — его боевой опыт чувствовался в каждом движении. Вокруг него уже валялось с десяток поверженных тварей. Но противников было слишком много, и они все прибывали.

— Разрешите помочь, Павел Николаевич? — крикнула Светлана, создавая несколько энергетических клинков.

— А, Соколова! — Горовой ударом кулака отбросил особо наглого монстра, — Очень вовремя!

Они встали спина к спине. Светлана чувствовала исходящую от генерала силу — недаром он считался одним из сильнейших магов Синегорья. Их энергии словно резонировали друг с другом, усиливая эффект атак.

— «Небесный Гром»? — предложила она, заряжая технику.

— Давай, только малую версию! — кивнул Горовой, — Я прикрою!

Яркая молния вспыхнула в ладонях девушки. Её удар разметал большую часть тварей. Те немногие, что уцелели, попытались отступить, но генерал добил их серией точных энергетических ударов.

Когда последний монстр рухнул, они наконец смогли перевести дух.

— Неплохо, — одобрительно кивнул Горовой, вытирая пот со лба, — Но что ты здесь делаешь? А как же турнир?

— Там творится что-то странное, — Светлана кивнула на потолок, откуда доносился приглушенный гул, — Похоже, поток аномальной энергии идет из Хранилища Черного Солнца.

— Да, — мрачно кивнул генерал, — Я как раз туда направлялся. Там… возникли проблемы.

Он кратко рассказал о ситуации — о попытке кражи британцами, о том, как Фома каким-то образом проник в настоящее хранилище. И о том, что случилось потом.

— Как же Государь ошибался на счет этого Фомы, — закончил генерал, стискивая кулаки, — Жалел его из-за спасения царевны… А ему место в одной камере рядом с Кривотолковым…

— Значит, Черное Солнце активировано неправильным образом? — нахмурилась Светлана, — И теперь оно… что? Притягивает сюда монстров из других измерений?

— Похоже на то, — Горовой поморщился, — И судя по тому, что творится наверху, это только начало.

— Тогда чего мы ждем? — она решительно тряхнула головой, и её синие волосы качнулись подобно волнам, — Веди к хранилищу. У меня достаточно силы, чтобы…

— Стой, — генерал положил руку ей на плечо, — Не торопись. Мы не знаем, с чем имеем дело. Даже твоя сила может оказаться бессильна против древнего артефакта.

— А есть выбор? — она упрямо вскинула подбородок, — Кто-то должен это остановить. И если Безумов со своими фокусами не справляется…

— При чем тут Безумов? — прищурился Горовой.

— А вы не почувствовали отсюда? — она горько усмехнулась, — Он словно знал, что делать. Я видела, как он складывал те странные печати… Он явно что-то скрывает.

Генерал задумчиво потер подбородок:

— Возможно. Но сейчас не время для подозрений. Нужно действовать сообща.

Новый толчок сотряс стены. Где-то наверху раздался такой грохот, что с потолка посыпалась бетонная крошка.

— Решено, — Светлана расправила плечи, — Идем вместе. Вы знаете дорогу к хранилищу, я обеспечу прикрытие. А там… разберемся на месте.

— Хорошо, — кивнул Горовой, — Только учти — там мы наверняка столкнемся с тем, что раньше не видели. Будь готова к любым неожиданностям.

— Я всегда готова, — она позволила своей ауре разгореться с новой силой. В её глазах плясали электрические разряды, — Веди, генерал.

Они уже почти добрались до хранилища, когда Светлана резко остановилась. Её обостренные инстинкты Истребителя уловили что-то… неправильное в окружающем пространстве.

— Не одни мы тут, — тихо произнесла она, вглядываясь в полумрак коридора.

Горовой молча кивнул — он тоже это почувствовал. Воздух словно загустел, наполнившись странным напряжением. Температура резко упала — на стенах начал появляться иней.

Две фигуры соткались из теней будто призраки. Высокие девушки в облегающих черных костюмах и причудливых высокотехнологичных масках. Маску одной из девиц покрывал морозный узор.

— Далеко собрались? — голос из-под ледяной маски звучал искаженно, но Свете он почему-то показался отдаленно знакомым.

— Служба безопасности? — прищурился Горовой, — Не помню такой формы в штате.

— Мы не оттуда, — ответила вторая девушка, как-то по звериному наклонив голову на бок, — И мы не можем позволить вам пройти дальше.

Что-то в их движениях настораживало. Они двигались с нечеловеческой грацией, словно танцуя. А их ауры… Светлана никогда не встречала ничего подобного.

— С дороги, — она позволила своей силе проявиться в полной мере. Яркий покров вспыхнул вокруг нее, — Считаю до трех.

— Какая грозная, — усмехнулась девушка в ледяной маске, — Не знаю почему, но как же ты меня бесишь…

Внезапно температура упала еще ниже. Стены покрылись толстой коркой льда, а воздух наполнился колючими кристаллами. Светлана едва успела активировать защитный покров, когда в неё полетела целая туча ледяных копий.

Горовой отреагировал мгновенно — его энергетический барьер отразил атаку второй девушки. Та запрыгнула аж на потолок, выпустив когти. Двигалась она с невероятной скоростью, оставляя за собой шлейф черной энергии.

— Разделяемся! — крикнул генерал, уходя от очередной атаки, — Я возьму когтистую!

Светлана не стала спорить — она уже была занята дуэлью с девушкой в ледяной маске. Их силы схлестнулись подобно двум стихиям — лед против молний, холод против яростного жара.

— Неплохо, — прокомментировала незнакомка, закружив вокруг себя настоящую метель, — Но этого мало.

«Что за?» — удивленно подумала Светлана, уклоняясь от очередного залпа ледяных стрел, — «Это похоже на… техники Айсштиль… немного слабее… но всё же…»

Тем временем Горовой вел свой танец смерти с второй противницей. Её атаки были непредсказуемы — она то становилась похожей повадками на дикого зверя, то растворялась в тенях, чтобы появиться с неожиданной стороны. Черная энергия вокруг неё пульсировала, принимая жуткие формы.

— Слишком медленно, старик, — прорычала она, нанося новый удар.

— Не так уж и медленно, — парировал генерал, ловко уходя от атаки. Его боевой опыт компенсировал сверхъестественную скорость противницы.

Коридор превратился в поле боя — с одной стороны бушевала снежная буря, с другой клубилась тьма. Светлана чувствовала, как растет её сила — каждый удар становился мощнее предыдущего. Она словно поднималась к какому-то новому уровню.

— «Небесный Гром»! — её коронная техника разорвала ледяную бурю, заставив противницу отступить.

— Хм… — девушка в маске покачала головой, — А ты сильнее, чем я думала. Почти как…

Она не договорила — пришлось уворачиваться от новой серии молний. Светлана не давала ей времени на разговоры, атакуя с невиданной скоростью.

В другом конце коридора Горовой наконец загнал свою противницу в угол. Несмотря на её невероятную ловкость, опыт старого Истребителя взял верх. Один точный удар — и девушка отлетела к стене, оставив в ней внушительную вмятину.

— Сдавайтесь, — предложил генерал, готовя новую атаку, — Вы же видите — это бесполезно.

Девушка-зверь поднялась, её аура пульсировала все сильнее:

— Ещё не вечер, старик…

Внезапно она запрокинула голову и издала протяжный вой. Звук был настолько жутким, что у Горового мурашки побежали по коже. А потом… потом она начала меняться. Её тело исказилось, покрылось черной шерстью. На месте девушки теперь стояло чудовище — помесь волка с чем-то настолько древним, что разум отказывался это воспринимать. Вверх поднялись девять черных хвостов…

— Вот это уже интересно, — пробормотал генерал, отступая на шаг.

Тем временем Светлана загнала в угол вторую противницу. Девушка в ледяной маске уже не могла поддерживать свою бурю — слишком много энергии потратила на бой.

— Кто вы такие? — спросила Светлана, готовя финальный удар, — Откуда у вас такая сила?

— Не твоего ума дела, смертная… — начала незнакомка, но договорить не успела.

Внезапно все здание содрогнулось от чудовищного удара где-то наверху. С потолка посыпалась штукатурка, стены задрожали. А главное — поток темной энергии, бьющий из хранилища, стал заметно сильнее.

Девушки переглянулись — даже сквозь маски было видно, что они встревожены.

— Времени нет, — произнесла та, что в ледяной маске, — Отступаем. Пусть идут…

— Но… — начала было вторая, снова принимая человеческий облик.

— Я сказала — отступаем!

Прежде чем Светлана или Горовой успели среагировать, обе незнакомки растворились в воздухе. Одна превратилась в вихрь снежинок, другая словно растаяла в тенях. Через мгновение в коридоре остались только тающий лед да следы когтей на стенах.

— Вы целы? — спросила Светлана, подходя к генералу.

— Царапины, — отмахнулся тот, хотя его форма была порядком изодрана, а на лице виднелись свежие ссадины, — А у тебя вижу ни единой…

— Они… сдерживались, — задумчиво произнесла она, — Словно просто тянули время.

— Заметил, — кивнул Горовой, — Но сейчас есть проблемы поважнее. Нужно спешить к хранилищу, пока не стало слишком поздно.

Светлана кивнула, но в её голове продолжали крутиться вопросы. Кем были эти загадочные девушки? Откуда у них такая сила? И почему их техники казались такими… знакомыми?

«Костя…» — подумала Света, — «Только не говори, что…»

Впрочем, времени на размышления не было. Где-то впереди их ждало Черное Солнце — источник всех этих проблем. И нужно было торопиться.

Они двинулись вперед, готовые к новым сюрпризам. Но обе таинственные противницы больше не появлялись — словно растворились без следа в лабиринтах переходов.

Глава 18

Готовим сцену

Светлана и Горовой осторожно продвигались по полуразрушенным коридорам подземного уровня. После схватки с загадочными девушками в масках они стали гораздо внимательнее — мало ли какие еще сюрпризы их ждут.

— Что-то не так с этими девицами, — пробормотал генерал, осматривая очередной поворот, — Техники одной из них… они напоминали мне кого-то.

— Айсштиль, — кивнула Светлана, — Та, что с ледяными атаками — её стиль очень похож на стиль ледяной девы. Хотя и слабее.

— Думаешь, есть связь?

— Не знаю, — она нахмурилась, — Но у меня такое чувство, что мы только верхушку айсберга видим. Здесь замешано что-то большее.

Они миновали очередной пост охраны — пустой, с разбросанными вещами и опрокинутыми стульями. На стене виднелись следы когтей — глубокие борозды в бетоне.

— Фома… — Горовой покачал головой, разглядывая повреждения, — Как он вообще сюда пробрался? Это же считалось самым защищенным объектом в городе.

— Может, ему помогли? — предположила Светлана, — Вы же сами говорили — британцы пытались украсть артефакт. Возможно, он воспользовался суматохой.

— Нет, — генерал поморщился, — Тут что-то другое. Фома… он всегда был особенным случаем. После той истории с Черным Солнцем… кажется, с тех пор он словно чувствовал его. Государь считал, что это из-за метки.

Они приблизились к огромным бронированным дверям хранилища. Точнее, к тому, что от них осталось — створки были вырваны из пазов чудовищной силой и отброшены словно картонки. За ними зияла абсолютная тьма, из которой веяло странным холодом.

— Готова? — спросил Горовой, активируя защитный покров.

— Всегда, — Светлана позволила своей ауре разгореться, освещая путь, — Просто… будьте осторожны. У меня очень плохое предчувствие.

— У меня тоже…

* * *

Хранилище сильно изменилось. По сути оно превратилось в огромную «пещеру» сферической формы. Стены, оплавленные чудовищным взрывом, местами обнажали соседние помещения и коридоры — словно кто-то гигантским ножом срезал части здания, обнажив его внутренности. В некоторых разломах виднелись обрывки проводов, искрящие электричеством, куски арматуры торчали подобно сломанным ребрам.

Но самым впечатляющим было то, что парило в центре этого рукотворного грота. Черное Солнце (теперь полностью активированное) представляло собой пульсирующую сферу абсолютной тьмы размером с небольшой автомобиль. Из неё в потолок бил столб черной энергии, пробивший себе путь через все этажи арены. Воздух вокруг артефакта искажался, словно сама реальность не могла вынести его присутствия.

А прямо перед этим воплощением древней мощи стоял… князь Кривотолков. Его некогда безупречный костюм был изрядно потрепан, но осанка оставалась по-прежнему величественной. Он словно любовался жутким зрелищем, подняв голову к потоку тьмы.

— Какая встреча! — произнес он, не оборачиваясь, — Генерал-губернатор собственной персоной. И юная Соколова… Как любезно с вашей стороны присоединиться к нашему маленькому празднику жизни.

— Кривотолков! — Горовой сжал кулаки с такой силой, что костяшки побелели, — Значит, это ты стоишь за всем этим? За Организацией? За терактами?

Князь медленно обернулся. На его лице играла легкая улыбка — но что-то в ней было неправильное. Словно маска, приклеенная к коже.

— О нет, генерал, — он покачал головой, — Я всего лишь… временно исполняющий обязанности, скажем так. Настоящий лидер сейчас занят более важными делами. Скоро вернется.

— Не верю, — процедил Горовой, — Ты никогда не был из тех, кто ходит в подчиненных. Даже Государю перечил! Что с тобой сделали? Промыли мозги? Или это шантаж?

— Шантаж? — Кривотолков рассмеялся, но в его смехе не было веселья, — Нет-нет, мой дорогой генерал. Я здесь по собственной воле. Знаете, плен… он дает время подумать. Переосмыслить некоторые вещи.

Светлана внимательно наблюдала за ним, подмечая малейшие детали. Что-то было не так в его движениях — они казались слишком… механическими? И его аура — она пульсировала странным образом, словно что-то искажало её естественное течение.

— О чем ты говоришь? — спросила она, делая шаг вперед, — Какие вещи?

— О старом порядке, милая девочка, — князь развел руками, — О системе, где горстка избранных правит всеми остальными. Где ваш дар определяет вашу судьбу. Где такие, как я… как мы все считаем себя лучше других просто по праву рождения.

— Только не говори, что ты вдруг проникся идеями всеобщего равенства, — фыркнул Горовой, — Не верю.

— А вы загляните в будущее, генерал, — Кривотолков сделал приглашающий жест в сторону Черного Солнца, — Что вы видите? Технологии развиваются. Простые люди учатся компенсировать отсутствие дара механизмами. Еще немного — и наша магия станет пережитком прошлого. Так почему бы не возглавить перемены? Жаль, что я не осознал этого раньше…

Пока он говорил, из теней по краям пещеры начали появляться фигуры. Девушки в облегающих костюмах и технологических масках бесшумно занимали позиции, постепенно окружая Светлану и Горового. Их движения были неестественно плавными, словно у хорошо смазанных механизмов.

Две… три… пять… десять… Примерно дюжина очень похожих друг на друга девиц!

— Вот, посмотрите на этих прекрасных созданий, — Кривотолков обвел рукой своих бойцов, — Когда-то самоуверенные и объятые гордыней осколки… теперь верные слуги прогресса и всеобщего равенства…

— Это мерзость, — процедил Горовой, — Ты превратил их в кукол!

— Им дали силу и свободу, — возразил князь, — То, чего они были лишены тысячелетия… И мы можем дать её всем. Нужно только…

— Только подчиниться Организации? — перебила его Светлана, — Стать марионетками, как ты и эти?

— О нет, что вы, — Кривотолков улыбнулся ещё шире, — Я предлагаю вам стать частью чего-то большего. Представьте мир без искусственных ограничений. Где каждый может получить силу. Где технологии и магия сливаются воедино. Где нет места старым предрассудкам.

Он сделал шаг вперед, протягивая руку:

— Присоединяйтесь к нам. Особенно вы, Светлана. Ваша сила… она достойна большего, чем служба прогнившей системе.

— Света, не слушай его, — тихо произнес Горовой, — Что-то с ним не так.

Она кивнула — она тоже это чувствовала. За красивыми, но неестественными словами князя скрывалось что-то жуткое. Что-то настолько чуждое человеческой природе, что от одного его присутствия мурашки бежали по коже.

— Знаете что? — она позволила своей ауре вспыхнуть с новой силой, — Я лучше останусь верна себе. Со всеми своими предрассудками.

— Жаль, — вздохнул Кривотолков, — Я надеялся, что вы поймете. Что увидите будущее таким, каким его видим мы. Но раз так…

Он щелкнул пальцами, и девушки в масках одновременно сделали шаг вперед. Их движения были идеально синхронизированы, словно части единого механизма.

— Последний шанс, — произнес князь, — Подумайте хорошенько. Вы же видите — старый мир уже трещит по швам. То, что происходит наверху — это только начало. Та сила, что готовилась на протяжении тысячелетий, выжидала и копила ресурсы, наконец готова сделать свой ход. Грядут перемены, и лучше быть на правильной стороне истории. Даже Государь не выстоит против подобной мощи…

— Мы уже на правильной стороне, — отрезал Горовой, принимая боевую стойку, — А ты… ты просто марионетка, Дима. Даже если сам этого не понимаешь.

Кривотолков печально покачал головой:

— Что ж… я пытался. Дамы… они ваши.

Дюжина фигур в масках начали сжимать кольцо. Их движения оставались такими же неестественно плавными, но теперь в них появилась хищная грация. Светлана и Горовой встали спина к спине, готовясь к бою.

— План есть? — тихо спросила она.

— Пока держимся и тянем время, — так же тихо ответил генерал, — Что-то подсказывает мне — скоро здесь станет очень людно.

Черное Солнце продолжало пульсировать, и его мощь, казалось, только росла. Тьма в центре артефакта становилась все гуще, словно готовясь породить что-то по-настоящему ужасное…

Генерал незаметно активировал передатчик на запястье — экстренный канал связи с гвардией и Императором. Если повезет, сигнал пробьется даже сквозь толщу земли. Им определенно требовалось подкрепление.

— Знаете, что самое забавное? — вдруг произнес Кривотолков, словно читая их мысли, — Когда я потерял все, ко мне пришел один… интересный гость. Он показал мне своё лицо. И знаете что? Я понял — все наши интриги, вся борьба за власть… Это были просто детские игры. Там, снаружи, есть силы, о которых мы даже не подозревали. И они наконец пришли в движение.

— О чем ты говоришь? — нахмурился Горовой.

— О том, что грядет буря, мой дорогой генерал, — князь мечтательно улыбнулся, — И когда она закончится, от старого мира не останется камня на камне. Вопрос только — по какую сторону баррикад вы окажетесь?

Светлана почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что-то в голосе Кривотолкова изменилось — теперь он звучал совершенно иначе. Словно сквозь механические слова пробивался другой голос — уже голос настоящего Кривотолкова. Словно в этот раз он уже говорил искренне…

Девушки в масках продолжали сжимать кольцо. Их движения были настолько синхронными, что казалось — ими управляет единый разум. Возможно, так оно и было.

— Генерал, — тихо произнесла Светлана, вглядываясь в противниц, — Эти костюмы… они какие-то странные. Словно живые.

— Заметил, — кивнул Горовой, — Похоже на симбиотическую технологию — технология, работающая на духовной силе. Слышал о таком, но никогда не видел вживую. Говорят, разработки велись где-то на Западе.

— И как с этим бороться?

— Узнаем в процессе, — он криво усмехнулся, — Главное — не дать им действовать сообща. По одной они не так опасны.

Кривотолков наблюдал за их перешептыванием с легкой улыбкой. Он больше не пытался их убеждать — словно заранее знал исход этого противостояния. Черное Солнце за его спиной продолжало пульсировать, и с каждым ударом тьма в его центре становилась все гуще.

— Кстати, — вдруг произнес князь будничным тоном, — Вы ведь понимаете, что наши с вами стычки — просто детская возня? Пока вы здесь, наверху прямо сейчас происходит нечто гораздо более интересное.

— О чем ты? — Горовой стиснул зубы, чувствуя подвох.

— О том, что этот бой — не главное представление. Мы просто… готовим сцену. А настоящая драма развернется совсем скоро.

В его голосе прозвучало что-то среднее между предвкушением и ужасом. Словно он сам не до конца понимал, во что ввязался.

— Достаточно разговоров, — отрезала Светлана, позволяя молниям заплясать между пальцами, — Пора заканчивать этот фарс.

— О да, — кивнул Кривотолков, — Думаю, время действительно пришло. Дамы… не будем заставлять наших гостей ждать.

Дюжина фигур в масках одновременно активировали свои системы. Их костюмы словно ожили, покрываясь странными узорами. В воздухе разлился металлический запах озона — технология и магия сплетались в единое целое, готовясь обрушить свою мощь на двух защитников старого порядка…

Глава 19

Старые друзья имеют право надрать друг другу задницы

Мы осторожно продвигались по разрушенным коридорам подземного уровня. Следы недавнего боя были повсюду — глубокие борозды на стенах, оплавленный металл, а местами даже лед, который почему-то не спешил таять несмотря на окружающую температуру.

— Здесь недавно была серьезная схватка, — пробормотал князь Соколов, внимательно осматривая повреждения, — Но почему-то без жертв. И эти следы… слишком уж чистая работа для обычных бойцов.

Айсштиль вдруг остановилась, её рука скользнула по заиндевевшей стене. В глазах богини промелькнуло что-то похожее на узнавание:

— Эта сила… — она нахмурилась, — Не может быть. Я чувствую здесь отголоски своей собственной мощи. Словно кто-то использовал частицу моей божественной сущности.

— В смысле? — не понял князь Соколов, — О чем вы вообще? Какая еще божественная сущность?

— Древняя история, — я положил руку ему на плечо, — Сейчас не время. Нужно найти Светлану.

— Может хватит темнить? — он раздраженно сбросил мою руку, — Моя дочь где-то там, возможно в опасности, а вы все ходите вокруг да около с вашими тайнами!

— Если я начну объяснять все сейчас, — спокойно ответил я, — мы потеряем слишком много времени. А его у нас и так мало.

Князь Соколов вздохнул… но больше ничего не сказал.

Эмми тем временем изучала следы на полу:

— Тут была настоящая битва. Смотрите — следы когтей, опалины от энергетических разрядов… И что-то еще. Что-то… неправильное.

— Что именно? — спросила Айсштиль, подходя ближе.

— Не знаю, — Эмми поёжилась, — Словно кто-то играл с самой тканью реальности. Видите эти искажения в воздухе? Они остаются даже после боя.

Я кивнул — я тоже это чувствовал. Словно само пространство вокруг было чем-то искажено. Будто кто-то мял реальность, как пластилин.

— Будьте осторожны, — предупредил я, — Возможно, опять имеем дело с осколками…

— Вы все говорите загадками… — начал было князь Соколов, но договорить не успел.

Воздух вокруг нас вдруг загустел. Тонкие нити силы, до этого незаметные, вспыхнули ярким светом, образуя сложный узор. Мы оказались в ловушке — внутри многослойного барьера, сотканного из очень древней и очень опасной магии.

— Вот теперь я действительно впечатлен, — процедил князь сквозь зубы, активируя защитный покров.

Из теней выступили трое в облегающих черных костюмах и высокотехнологичных масках. Их появление было настолько внезапным и бесшумным, что даже мои обостренные чувства не уловили приближения. Они словно соткались из окружающей тьмы.

Маска первой была украшена серебристыми узорами, напоминающими течение подземных рек. Второй носил черную маску, покрытую звездными узорами, словно кусочек ночного неба. Маска третьего, самого высокого, была украшена багровыми линиями, складывающимися в древние руны.

— Наконец-то, — произнесла женщина в серебристой маске, и её голос звучал как музыка подземных пещер, — Мы так долго ждали этой встречи, Эстро.

Я вздрогнул — я узнал этот голос. Уже слышал его примерно месяц назад.

— Эстро? — удивленно переспросил князь, — Это еще кто такой?

— Долгая история, — отмахнулась Эмми, собирая в ладонях огонь, — Давайте сначала разберемся с этими.

— О, маленькая смертная хочет драться? — насмешливо протянула женщина в серебристой маске, — Как это… мило.

— Я тебе покажу «мило»! — Эмми метнула огненный шар, но он просто растворился в воздухе, не долетев до цели.

— Неплохо, — хмыкнул звездная маска, — Но старайся лучше.

Айсштиль вдруг шагнула вперед. В её глазах плясали льдинки:

— Это невозможно… но я узнаю эту силу. Эгилия? Ноктус? — она перевела взгляд на высокую фигуру, — И ты… Аймос?

— Кто? — прошептала Эмми.

— Древние боги подземного мира и ночи, — тихо ответил я, — Точнее… то, что от них осталось.

— Чего? — вытаращился на нас Соколов.

— Браво, дорогая Айсштиль, — женщина в серебристой маске медленно сняла своё украшенное узорами «забрало». Под ним оказалось прекрасное бледное лицо с глазами цвета расплавленного золота, — Память все еще при тебе. Жаль только, что ты выбрала не ту сторону.

— Это вы выбрали не ту сторону, — отрезала Айсштиль, — Служить смертным… как низко вы пали…

— О чем она? — требовательно спросил князь, — Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?

— Потом, — бросил я, чувствуя, как Бездна внутри готовится к схватке.

— Довольно болтовни, — прогудел мужчина в багровой маске. Его голос напоминал рокот подземной реки, — Нам дан приказ. Эстро должен быть доставлен живым к боссу. Остальные… по обстоятельствам.

— Только попробуйте тронуть Костика! — воскликнула Эмми, и её огненное платье вспыхнуло с новой силой.

— Как трогательно, — насмешливо протянула женщина в серебряной маске, — У тебя появились привязанности к смертным, Эстро? Играешь в заботливого учителя? Как это… по-человечески.

— А что в этом плохого? — парировал я, — Может, именно этого вам и не хватает — человечности?

— Человечность — это слабость, — отрезал Аймос, — Мы избавились от неё, чтобы стать сильнее. Чтобы служить высшей цели.

— И чья же это цель? — прищурилась Айсштиль, — Ваша? Или того, кто дергает вас за ниточки?

— Он показал нам истину, — голос Эгилии стал неестественным. Словно у робота которого дергали за ниточки, — Открыл глаза на реальное положение вещей. Старый мир должен умереть, чтобы родился новый.

— Да вы послушайте себя! — не выдержал князь Соколов, — Несете какую-то чушь про старые и новые миры! А между тем куча людей в опасности! И моя дочь!

— Ваша дочь сейчас занята более важными делами, — усмехнулась Ноктус, — У каждого своя роль в грядущем представлении.

— Ну хватит, — я сделал шаг вперед. Бездна запульсировала в моих ладонях, — Давайте уже покончим с этим.

— Как пожелаешь, — Аймос поднял руки, и вокруг его пальцев заплясали сгустки багровой энергии, — Ты всегда был нетерпелив, Эстро.

Я едва успел создать барьер Бездны, когда их первая атака обрушилась на нас. Три потока силы — серебристый, черный и багровый — слились в единый удар такой мощи, что даже мои лучшие защитные техники затрещали.

Айсштиль уже создавала ледяную бурю, Эмми активировала свое самое мощное пламя. В воздухе запахло озоном — от столкновения стольких разных энергий само пространство начало потрескивать.

Новая волна силы обрушилась на наши щиты. Битва началась.

Человек в звездной маске, предположительно Ноктус, сделал резкое движение рукой. Силовые нити барьера, стянулись, готовые опутать нас подобно паутине. В тусклом освещении подземных коридоров они мерцали недобрым светом, создавая сложный узор древней магии. Я чувствовал, как эта сеть высасывает энергию, делая движения медленными и тяжелыми.

— Костя, — сквозь зубы процедил князь Соколов, пытаясь разорвать путы чистой силой. Но у него ничего не получалось, — Сделай что-нибудь!

— Уже, — я позволил Бездне течь сквозь меня.

Черные узоры побежали по коже, реальность вокруг задрожала. Я прикрыл глаза, вспоминая. Да, эту технику я уже использовал… очень давно. Тогда она называлась «Искажение Пустоты». И ее создателем являлся как раз Ноктус. Он и обучил меня этой технике в свое время.

— Смотрите внимательно, — усмехнулся я своим противникам, — Сейчас будет урок физики.

Бездна хлынула из меня подобно черному потоку. Но вместо того, чтобы атаковать барьер в лоб, она начала закручиваться вокруг силовых нитей особым образом. Пространство исказилось — словно кто-то свернул саму реальность в спираль.

Силовые линии начали дрожать, их свечение стало неровным. Там, где их касалась моя тьма, пространство выворачивалось наизнанку, нарушая все законы физики. Послышался звук, похожий на треск рвущейся ткани.

— Черт тебя дери, Эстро! — расхохотался Ноктус, — Эта печать была создана древними…

— Ваши фокусы устарели, — ответил я ему.

С последним словом я резко сжал кулак. Бездна схлопнулась, утягивая силовые нити в крошечную черную точку. На мгновение воздух загудел от чудовищного напряжения, а потом…

Хлопок.

Тишина.

Барьер исчез, словно его никогда и не было. Только легкие искажения в воздухе напоминали о недавней магии.

— Вот это да… — выдохнула Эмми.

— Позёр, — фыркнула Айсштиль, но в её голосе слышалось одобрение.

Я размял плечи, чувствуя, как Бездна внутри требует продолжения:

— Ну что, господа древние боги… Может, перейдем к серьезному разговору?

Ноктус резко взмахнул руками — из его ладоней хлынула тьма… но не такая как у меня. Его тьма была живой, пульсирующей, словно кусочек звездного неба сорвали с небосвода и швырнули в нас. Тысячи крошечных созвездий с острыми краями закружились в воздухе, формируя смертоносный вихрь.

— Эмми! — крикнул я, отступая на шаг.

— Уже! — рыжая ведьмочка вскинула руки, и её огненное платье вспыхнуло с новой силой.

Два Дара — Огонь и Ветер — слились воедино, создавая пылающий смерч. Огненный вихрь столкнулся с тьмой Ноктуса, и в воздухе запахло озоном.

— Неплохо, малышка! — одобрительно присвистнул древний бог, — Эстро, где ты находишь таких талантливых учениц?

— Да так, — я пожал плечами, наблюдая, как Эмми теснит его атаку, — Хожу по улицам, раздаю конфетки детишкам…

— Как в старые добрые времена? — Ноктус рассмеялся, усиливая напор тьмы, — Помнишь, как мы с тобой в обликах смертных надрались в том баре? Ты еще поспорил с Громовержцем, что сможешь…

— О боги, только не эта история! — простонала Айсштиль, закатывая глаза, — За тысячелетия ничего не поменялось! Эстро встретился с Ноктусом — и началось ля-ля-ля… Может быть молча подеремся?

— А что такого? — искренне удивился Ноктус, походя отбивая особо мощный огненный вихрь Эмми, — Мы тысячи лет не виделись! Эй, Эстро, а помнишь ту смертную служанку? Такая рыженькая была…

— Которая вылила тебе на голову кувшин медовухи? — усмехнулся я, создавая несколько темных клинков. Они ударили в созвездия, разрезая их на части, — Конечно, помню. Ты потом неделю пах как винная лавка.

— У НАС ВООБЩЕ-ТО БОЙ ИДЕТ! — не выдержала Эгилия, топнув ногой. От её удара по полу пробежали серебристые трещины. Они с Айсштиль с большим пониманием посмотрели друг на друга.

— Да ладно тебе, Эги, — отмахнулся Ноктус, — Дай поболтать со старым другом. Тем более, ты сама тогда хохотала громче всех…

Князь Соколов переводил недоуменный взгляд с одного на другого:

— Я что, один тут с ума схожу? Они что, правда обсуждают попойку тысячелетней свежести?

— Привыкай, — вздохнула Айсштиль, — Эти двое всегда такие. Помню, однажды они умудрились обсуждать смертных женщин прямо посреди переговоров с ледяными титанами… А Ноктус взял и прибил их лидера за то, что тот его перебил…

— Ледяными титанами? — лицо князя начало вытягиваться. Кажется, он полностью потерял нить повествования.

— Эй, тот великан сам напросился! — возмутился Ноктус, создавая новую волну тьмы, — Он оскорбил мой вкус в выборе вина!

— У тебя и правда был отвратительный вкус, — заметил я, отбивая его атаку, — Кто вообще пьет красное вино с замороженными креветками?

— Зато ты вечно выпендривался со своими коктейлями из Бездны! — парировал древний бог, — «О, это особая выдержка, прямо из глубин Пустоты… как освежает…»

— Ты готовил коктейли из Бездны? — вытаращилась на меня Эмми.

— Ну… было дело, — улыбнулся я, — Могу позже угостить…

— А еще на Кулебякина гнал с его самогоном… Сам-то хорош!

— ХВАТИТ! — рявкнул Аймос, и его голос прогремел подобно грому, — У нас приказ!

— Технически, мы продолжаем сражаться, — педантично заметил Ноктус, закручивая в руках очередную порцию звездной тьмы, — Хотя… да, ты прав, бой превратился в фарс. Прости, друг, — он повернулся ко мне, — Ничего личного, но приказ есть приказ.

Его следующая атака была гораздо мощнее — тьма хлынула настоящим потоком, грозя смести все на своем пути. Но Эмми не зря тренировалась все эти месяцы — её огненный вихрь, усиленный ветром, создал настоящую стену пламени.

Юная де Арагон была худшим противником для Ноктуса.

— Слушай, — крикнул я, наблюдая за их противостоянием, — А может, обсудим это за кружечкой?

— Заманчиво, — вздохнул Ноктус, — Но… сам видишь, — Он указал на свою маску, — Босс держит нас крепко.

— НИ СЛОВА БОЛЬШЕ! — Айсштиль метнула в него ледяное копье, — Еще одна история из вашей бурной молодости, и я за себя не отвечаю!

Айсштиль, Эгилия и Аймос смотрели на нас так, словно сейчас забудут про разногласия и пойдут втроем надирать нам с Ноктусом задницы.

— Какие мы нервные, — покачал головой древний бог ночи, легко уклоняясь от атаки, — А ведь ты тоже там была, на переговорах с титанами. И, между прочим, именно ты предложила мне шлепнуть того…

Договорить он не успел — Айсштиль создала целый град ледяных стрел, и ему пришлось сосредоточиться на защите.

— Так нечестно! — крикнул он, уворачиваясь, — Я даже историю не успел рассказать!

— И слава богам! — отрезала богиня льда, — Некоторые вещи лучше не вспоминать!

Я не мог сдержать улыбку, глядя на эту сцену. Даже спустя тысячелетия, даже став врагами, мы с Ноктусом оставались друзьями. Мы бились в полную силу, но продолжали подшучивать друг над другом, словно время повернуло вспять.

— Костя, — тихо произнес князь Соколов, создавая перед нами огромный защитный барьер, — Вы с Айсштиль общаетесь как старые знакомые с этими… странными людьми, очень похожими на древних богов. Это всегда так… неформально проходит?

— Не всегда, — я покачал головой, — Но с Ноктусом — почти всегда. Он никогда не умел быть серьезным. Вроде отвечает за Тьму и Ночь — но по факту милейшей души бог…

Лицо князя Соколова еще немного вытянулось… хотя куда уж дальше?

— Эй, я все слышу! — возмутился древний бог. Он внезапно сорвал с себя маску, обнажив бледное серо-голубое лицо. Его глаза напоминали два блюдца тьмы — обычные глаза старины Ноктуса, — Я вообще-то само воплощение Тьмы и Зла! Вот, смотри!

Он состроил настолько комично-суровую гримасу, что даже Эгилия не выдержала и фыркнула.

— Ладно, — вздохнул я, — Как насчет того, чтобы закончить наш маленький спарринг и всё-таки сходить выпить? Я угощаю.

— Прости, друг, — в голосе Ноктуса впервые прозвучала искренняя грусть. Он надел маску назад, спрятав свое бледное лицо, — Но я не принадлежу себе.

— Значит, придется порвать эти ваши связи с «боссом», — я собрал в ладони энергию Бездны, — Надеюсь, ты не обидишься?

— Какие обиды? — он усмехнулся, — Старые друзья, знаешь ли, имеют право надрать друг другу задницы. Для профилактики.

Битва вспыхнула с новой силой.

Глава 20

Я не хотела!

Сахаринка размашисто крутанула свой хитиновый молот, сметая очередную волну мелких тварей, вырвавшихся из черного потока. Её доспехи поблескивали в тусклом свете, а антенны чутко подрагивали, улавливая малейшие колебания в пространстве.

— Слева! — крикнула она, заметив особо крупного монстра, похожего на помесь богомола с крокодилом.

Настя среагировала мгновенно — её доппель, созданный по образу Светланы, метнулся наперерез твари. Энергетические клинки полоснули по хитиновому панцирю, высекая искры. Монстр взвыл и попытался цапнуть иллюзию, но та уже растаяла в воздухе.

— Неплохо работаем, — ухмыльнулась Перчинка, посылая в тварь серию острых хитиновых игл, — Прямо как на тренировках.

Её стиль боя разительно отличался от прямолинейной мощи Сахаринки. Тонкая и гибкая, она словно танцевала между противниками, её атаки были точными и выверенными. За ее спиной периодически вспыхивали призрачные крылья, позволяя ей мгновенно менять позицию.

Настя прикрывала обеих, создавая все новых и новых доппелей. Кинжал Ноктуса в её руке позволял мгновенно перемещаться, уходя от особо опасных атак. Какая-то летающая тварь, похожая на помесь птеродактиля с медузой, попыталась спикировать на неё сверху, но напоролась на ледяной клинок иллюзорной Айсштиль.

— Знаете что? — Сахаринка пробила своим молотом сразу трех тварей помельче, — По-моему, их становится меньше. Печати папы работают!

— Не спеши радоваться, — Перчинка высвободила призрачный скорпионий хвост, жаля особо резвого монстра, — Что-то мне подсказывает — это только начало.

Внезапно кинжал в руке Насти дернулся. Словно живое существо, он затрепетал, пытаясь вырваться из хватки.

— Эй! — она крепче стиснула рукоять, — Что за…

— Что с ним? — Сахаринка метнулась к подруге, на ходу отбиваясь от новых тварей.

— Не знаю! — Настя едва удерживала оружие, — Он никогда так себя не вел! Словно… словно его что-то зовет!

Сахаринка крепко схватилась за кинжал, помогая Насте его удержать. Но, кажется, даже мощной хватки мирмеции не хватало…

Кинжал снова дернулся, на этот раз сильнее. По лезвию пробежала волна тьмы, и в воздухе запахло озоном. Настя почувствовала, как по рукоятке проходят странные вибрации — будто клинок пытается что-то сделать против воли хозяйки.

— Ох, как это нехорошо… — пробормотала Перчинка, шевеля антеннами, — От него исходят очень странные колебания. Словно… резонанс?

Новая волна тварей хлынула из потока, но сейчас всем было не до них. Кинжал в руках Насти словно обезумел — он дергался, вибрировал, испускал волны тьмы. А потом…

— ДЕРЖИ ЕГО! — закричала Сахаринка, но было поздно.

Кинжал рванулся вперед с такой силой, что Сахаринку сбило с ног. А вот Настя каким-то чудом удержалась. Она вцепилась в рукоять обеими руками, но оружие, казалось, обрело собственную волю. Оно тянуло её куда-то в сторону подземных коридоров — туда, где скрылся Костя с остальными.

— Ой… памагите… — охнула Настя, пытаясь удержаться на месте. Её ноги скользили по полу, оставляя борозды.

Сахаринка и Перчинка бросились к ней, но тут случилось неожиданное — кинжал активировал способность к телепортации. Вспышка тьмы — и Настя вместе с оружием переместилась на десяток метров в сторону выхода с арены.

— Вот зараза! — выругалась Перчинка, — Он использует собственные силы!

Новая вспышка — и Настя оказалась еще дальше. Кинжал явно набирал скорость, таща за собой упрямую девушку. Она все еще не отпускала рукоять, хотя костяшки пальцев побелели от напряжения.

— Да что с ним такое⁈ — крикнула она между телепортациями, — Он словно… с ума сошел!

Перчинка попыталась перехватить Настю своим хвостом, но кинжал словно предвидел это — очередной скачок через пространство, и они уже у самого выхода в коридоры.

— Отпусти его! — крикнула Сахаринка.

— Ни за что! — упрямо мотнула головой Настя, — Это подарок Кости! Я его не брошу!

Новая вспышка — и она исчезла в темноте коридора. Сестры-мирмеции переглянулись.

— Я за ней, — решительно сказала Перчинка, — Ты оставайся тут, присмотри за мамой и младшими.

— Но…

— Никаких «но»! Ты сильнее меня в прямом бою, тебе лучше остаться здесь. А я… — за ее спиной снова распахнулись призрачные крылья, — Я догоню эту упрямицу.

Сахаринка кивнула, крепче перехватывая молот:

— Будь осторожна. И присмотри за ними всеми… особенно за папой.

— Обязательно, — Перчинка нежно коснулась своими антеннами антенн сестры, — Ты же знаешь — я всегда присматриваю за нашей семьей… — и шепотом добавила, — даже когда они об этом не подозревают.

С этими словами она скользнула в темноту коридора, следуя за отголосками силы взбесившегося кинжала. Сахаринка проводила её взглядом, а потом развернулась к очередной волне монстров, лезущих из черного потока.

— Ну что, уроды? — она оскалилась, поднимая молот, — Кто хочет попробовать на прочность мой хитин?

Твари словно почувствовали её решимость — несколько особей помельче попятились. Но другие, покрупнее, уже готовились к атаке.

— За род! — её боевой клич эхом разнесся по арене.

Мирмеции, которые до сих пор были заняты ритуалом, подхватили — сотни мелодичных голосов слились в единый рев. Под этот аккомпанемент Сахаринка бросилась в бой — она была последним рубежом между тварями и её младшими сестрами. И она не собиралась отступать.

А где-то в глубине подземелья Настя продолжала свой безумный полет, влекомая взбесившимся кинжалом. Она уже не пыталась сопротивляться — просто крепко держалась и надеялась, что оружие приведет её туда, где она действительно нужна.

«Ничего», — думала она, пролетая очередной коридор, — «Я тебя всё равно не отпущу. Ты — подарок Кости, часть нашей семьи. А свою семью я не бросаю!»

Кинжал словно услышал эти мысли — его следующая телепортация была мягче, почти бережной. Похоже, древний артефакт оценил упрямство своей владелицы.

Они неслись через лабиринт подземных коридоров, и где-то впереди их ждала развязка. Оставалось только надеяться, что кинжал знает, что делает. И что Перчинка успеет их догнать прежде, чем станет слишком поздно…

* * *

Эгилия взмахнула руками — серебристые потоки силы хлынули подобно подземным рекам, грозя смести все на своем пути. Айсштиль встретила её атаку ледяной стеной, но та начала плавиться под напором древней магии.

— Ты ослабла, сестра, — насмешливо протянула богиня подземных вод, — Слишком много времени проводишь среди смертных.

— Я верну свою силу, не переживай, — парировала Айсштиль, создавая новые ледяные барьеры, — А ты… во что ты превратилась, Эгилия? В марионетку?

— Я обрела истинную силу! — серебристые струи сплелись в подобие копья.

— Ценой свободы воли? — Айсштиль метнула град ледяных стрел, — Не слишком ли дорогая цена? Очнись уже! Настоящая Эгилия выше этого!

Тем временем Эмми продолжала свой танец с Ноктусом — огонь и тьма сплетались в причудливый узор, озаряя коридор всполохами.

— А девочка хороша! — одобрительно крикнул древний бог, уклоняясь от особо мощного огненного вихря, — Эстро, ты научил её так эффективно противостоять тьме?

— Не-а… — я создал несколько темных клинков, прикрывая Эмми с фланга. Одновременно я отбил лавовую атаку Аймоса, — Это она сама придумала. Талантливая, правда?

— Ой, да хватит уже! — Эмми покраснела, но её огненное платье вспыхнуло ярче, — Можно без этих… учительских обсуждений?

— Какая скромная, — усмехнулся Ноктус, — Напоминает мне мою ученицу Селену. Она была такой же. Помнишь её, Эстро? Та самая блондиночка с…

— С ОГРОМНЫМИ… амбициями? — я многозначительно кашлянул, косясь на Эмми.

— Именно! — расхохотался древний бог, — Особенно когда напивалась и пыталась…

Договорить он не успел — Эмми запустила в него особо мощный файербол, и ему пришлось срочно уворачиваться.

— Меньше болтовни! — прогремел Аймос, наступая на меня. Его багровая энергия расходилась волнами, от которых дрожали стены, — Больше дела!

Князь Соколов шагнул ему навстречу:

— Плевал я на ваши божественные разборки… или кто вы там! — он активировал свой боевой покров, — Моя дочь где-то там в опасности, а вы тут старые обиды вспоминаете!

Его аура вспыхнула с невиданной силой — годы службы Истребителем не прошли даром. Волна чистой энергии ударила в Аймоса, заставив даже осколок древнего бога отступить на шаг. Тот скривился и резким движением руки направил разрушительный поток в сторону.

— Вот это напор! — одобрительно присвистнул Ноктус, — Дед силен! Эстро, где ты находишь таких интересных смертных?

— Ты кого дедом назвал, аномалия? — возмутился князь, — Мне всего-то чуть за пятьдесят.

— Да как-то само получается, — я пожал плечами, добавляя свою силу к атаке князя, — Слушай, друг, может все-таки расскажешь, что у вас там за босс такой? Он случаем не любитель противогазов? Явно ведь не простой смертный, раз сумел подчинить вас.

— Не могу, — Ноктус развел руками, попутно отбивая очередной залп Эмми, — Сам понимаешь — у меня мозги промыты. Часть мыслей в голове мои, а часть — не мои. И я не могу им противостоять… Максимум, что мне доступно — трындеть с тобой. Должен признать, босс очень убедительно говорит о светлом будущем.

— И ради этого светлого будущего нужно разрушить настоящее? — Айсштиль создала ледяную волну, накрывшую половину коридора, — Какая… оригинальная логика.

— Чтобы создать новое, нужно разрушить старое, — пробасил Аймос, окружая себя багровым щитом, — Эстро, ты же сам когда-то говорил об этом!

— Я много чего говорил по молодости, — я усилил напор Бездны, — Особенно после третьей кружки медовухи.

— О да! — оживился Ноктус, — А помнишь, что наутро сказал Громовержец, когда мы подпоили его и убедили станцевать на столе в одних сандалиях…

— Да как вы уже достали вашим трепом! — рявкнула Эгилия, запуская в меня серебристую молнию, — Сражайтесь молча!

Я едва успел уклониться — её атака прошла в миллиметре от моего уха и впечаталась в стену, оставив глубокую борозду.

— Эй, полегче! — возмутился Ноктус, — Это же мой лучший друг! Ну, технически сейчас враг… Но все равно!

— Какие мы нежные, — фыркнула богиня подземных вод, — Может, вам еще чайку попить? Печеньки погрызть?

— А что, неплохая идея, — оживился древний бог ночи, — Эстро, помнишь те волшебные грибочки, от которых…

— НИКАКИХ ГРИБОЧКОВ! — хором рявкнули Айсштиль и Эгилия. И одновременно, не сговариваясь, запустили в Ноктуса ледяную и серебряную молнии.

— Да вы вообще берега попутали, — обиделся Ноктус, едва увернувшись, — Что за дружественный огонь? Подумаешь, один раз случайно устроили психоделическую вечеринку в чертогах Громовержца…

— «Случайно»? — переспросила Айсштиль, не прекращая атаковать то Эгилию, то Ноктуса, — Ты специально подмешал их в медовуху Громовержцу! Всё магнитное поле планеты целую неделю трясло! Полярности менялись на сто восемьдесят градусов по три раза на дню!

— Зато весело было, — мечтательно протянул древний бог, — И мы узнали, что Громовержец просто бомбический танцор. Особенно когда пляшет только… гм… в одних сандалиях. Только не говорите, дорогие богини, что вам не понравилось…

Айсштиль и Эгилия одновременно слегка покраснели. Эмми не выдержала и прыснула, на секунду теряя контроль над огненным вихрем. Даже князь Соколов, несмотря на всю серьезность ситуации, хмыкнул.

— Может, всё-таки прекратим обсуждать моего брата? — прогрохотал Аймос, создавая серию багровых взрывов, — И вернемся к битве?

— Да-да, конечно, — кивнул я, отражая его атаку. И тут же закинул в ответ новую порцию Бездны, — Слушай, Ноктус, а может всё-таки расскажешь, как вас… эээ… завербовали?

— Не могу, — он вздохнул, запуская в меня поток тьмы, — Буквально не могу. Я же не полноценный бог, а всего лишь осколок… или несколько объединенных осколков… у меня нет всех воспоминаний оригинала… Кажется, я очень долго спал… А потом проснулся уже под чьим-то контролем.

— Вот же гад, — процедил я сквозь зубы, вспоминая таинственного «босса», — Предусмотрительный, однако.

— Ага, — Ноктус ловко увернулся от огненного шара Эмми, — Хотя знаешь… есть в нем что-то знакомое. Не могу точно сказать что, но… Это что-то на уровне ощущений… Как будто мы с ним в прошлом уже встречались.

— ХВАТИТ БОЛТАТЬ! — Эгилия создала целый водопад серебристой энергии, — Не смей ему ничего рассказывать! Это враг!

— Эй, не указывай мне, — хмыкнул Ноктус. Кажется, бунтарская натура моего старого друга до сих пор сопротивлялась подчинению.

Айсштиль ответила Эгилии ледяным торнадо, и две стихии столкнулись, порождая причудливые кристаллы. Коридор наполнился звоном — словно тысячи колокольчиков зазвенели одновременно.

— Эги, — произнес я, внимательно глядя уже на богиню подземного мира, — Я ведь уже встречал другой твой осколок, который застрял в Мире Мертвых. И он просил меня спасти одну смертную девочку… Ты помнишь этот момент?

— Даже если и помню, то что? — процедила она.

— Я спас ее, — произнес я, — Её душа в моем божественном измерении. С ней все хорошо.

— Мне все равно, — холодно произнесла богиня, — Мне не интересна одна жалкая смертная.

— Лжешь, — спокойно произнес я, — Эги, я слишком хорошо тебя знаю… тебя настоящую.

Что-то промелькнуло в глазах Эгилии — словно тень сомнения. Но ее глаза вспыхнули серебристым светом, и момент был упущен.

— Ты не понимаешь! — её голос снова стал механическим, неживым, — Старый мир должен умереть! Только так…

Опять завела старую шарманку. Они с Аймосом порабощены куда сильнее, чем Ноктус.

— Только так что? — перебила Айсштиль, усиливая натиск льда, — Давай, сестра, договаривай! Или уже не можешь? Новый хозяин не позволяет?

Эгилия взвыла от бешенства, и новая волна силы сотрясла коридор. Эмми создала огненный вихрь невиданной мощи, Ноктус ответил потоком звездной тьмы. Князь Соколов и Аймос обменивались все более мощными ударами. А я… я смотрел на своих бывших друзей и соратников, гадая — осталось ли в них хоть что-то от тех, кого я когда-то знал?

— Знаешь что? — вдруг сказал князь Соколов, в момент короткой передышки, — Я, конечно, ни черта не понимаю в ваших божественных делах. Но одно могу сказать точно — тот, кто использует древних богов как марионеток, определенно не заботится о «светлом будущем».

— А смертный-то дело говорит, — хмыкнул Ноктус, создавая новую волну тьмы, — Эстро, где ты его откопал?

— Вообще-то это его дочь меня нашла, — я парировал его атаку, — Точнее, мы как-то случайно встретились рядом с Разломом, когда его закрывали…

— О, служебный роман? — оживился древний бог, — Как романтично! Ночные прогулки под луной, все дела… как бог ночи, одобряю! Могу вам организовать…

Он не успел договорить. Из бокового коридора вдруг вылетела Настя, намертво вцепившаяся в кинжал. С диким визгом она промчалась через поле боя как метеор, постоянно телепортируясь на короткие расстояния. Даже случайно сбила с ног опешившую Эгилию.

— ПРОСТИТЕ! НЕ МОГУ ОСТАНОВИТЬСЯ! — отчаянно крикнула она, пытаясь затормозить, — ОН МЕНЯ НЕ СЛУШАЕТСЯ!

— Настя⁈ — я едва успел пригнуться, когда она пронеслась над моей головой, — Какого…

— Это же мой… — начал было Ноктус, узнав своё творение.

Кинжал резко развернулся в воздухе и, прежде чем кто-либо успел среагировать, устремился прямо к своему создателю. Настя, все еще не разжимавшая пальцы, только успела испуганно пискнуть.

— О черт… — выдохнул Ноктус за мгновение до того, как клинок вонзился ему в грудь.

Время словно замерло. Настя наконец смогла разжать застывшие пальцы и кубарем откатилась в сторону. Все застыли, глядя на древнего бога с торчащим из груди кинжалом.

— Ой, — пробормотала Настя, поднимаясь на ноги, — Я не хотела! Он сам! Честное слово!

Глава 21

Кривотолковы снова в деле

— Знаешь что, Эстро? — задумчиво произнес Ноктус, глядя на рукоять, торчащую из его груди, — Кажется, я начинаю жалеть, что сделал его таким… целеустремленным.

— Да уж, — я шагнул к другу, — Ты в порядке?

— Ну, если не считать дырки в груди… — он закашлялся. По его подбородку потекли черные струи, — Кхе… Забавно. Я делал этот клинок как оружие против порождений тьмы. А он пронзил меня самого. Ирония, не находишь?

Внезапно по его маске пробежала трещина. Я увидел, как черные нити Бездны, опутывающие Книгу Судьбы древнего бога, начали лопаться одна за другой.

— О, — Ноктус удивленно моргнул, — А это уже интересно… Кажется, я вспоминаю…

— Что происходит? — встревоженно спросила Эгилия, делая шаг к товарищу.

— Похоже, — древний бог ночи взялся за рукоять, — Я вспомнил, что мой оригинал предусмотрел такую ситуацию, что меня могут взять под контроль… И придумал способ. Весьма… радикальный способ. Короче…

Он резко выдернул клинок — брызнула тьма вместо крови. Маска на его лице окончательно раскололась и осыпалась серебристой пылью. Лицо Ноктуса стало еще бледнее… но он улыбался. А в его черных глазах снова появился блеск.

Кинжал упал на пол.

— Я заколдовал свой кинжал много лет назад, — произнес он, — Чтобы он пронзил меня… и освободил мой разум.

— Ох… ничего ж себе! — воскликнула Настя, — Так вот зачем он так рвался сюда!

— Умное оружие, — кивнул Ноктус, расправляя плечи. Рана в его груди уже затягивалась тьмой, — Очень умное. Может, слишком умное… Эй, Эстро, как думаешь, мне стоит делать… как это сейчас говорят в современном мире… апгрейд своим творениям в следующий раз?

— Может, обсудим апгрейды потом? — я кивнул на Эгилию и Аймоса, которые явно готовились к новой атаке, — У нас тут, кажется, ещё дела остались.

— А, ну да, — он подмигнул Насте, — Спасибо за… хм… помощь? Хотя в следующий раз предупреждай, ладно?

— Простите, — она окончательно смутилась, — Я правда не хотела…

— ПРЕДАТЕЛЬ! — прогрохотал Аймос, и его багровая аура вспыхнула с новой силой, — Ты забыл о нашей цели! О великом предназначении!

— Да-да, конечно, — Ноктус лениво поигрывал кинжалом, — Великая цель, светлое будущее… бла-бла-бла… Знаешь что? Надоело. Эстро, дружище… Не против, если я присоединюсь к твоей команде?

— Буду рад, — я усмехнулся, собирая силу Бездны, — Как в старые добрые времена?

— Как в старые добрые! — он радостно оскалился, — Только давай без этих твоих грибочков, ладно?

— Эй! — возмутился я, — Вообще-то это были ТВОИ грибочки!

— Я все еще хочу прибить вас обоих, — Айсштиль закатила глаза.

Эгилия и Аймос переглянулись — даже сквозь маски было видно их замешательство. А потом… потом оба просто распались на частицы и растворились в темноте.

— Ну вот… — Ноктус развел руками, — Даже размяться не дали…

* * *

Светлана кружилась в центре шторма из молний, отражая атаки сразу нескольких противниц. Её синие волосы развевались в потоках силы, а глаза сияли подобно двум звездам. Осколки древних богинь наседали со всех сторон, но её аура становилась только ярче.

— Неплохо-неплохо… — прокомментировал Кривотолков, наблюдая за боем, — Такая мощь… такой потенциал. Жаль, что вы не на нашей стороне, юная Соколова.

Два осколка Айсштиль атаковали одновременно — их ледяные сосульки устремились к Светлане на огромной скорости. Но она словно танцевала между ними, её движения были текучими, почти нечеловечески грациозными.

— Слишком медленно! — крикнула она, создавая вокруг себя сферу из молний, — Неужели это все, на что способны древние боги? Или кто вы там вообще? Что за твари?

Горовой тем временем сражался с осколками Лилии — три фигуры в масках двигались подобно диким зверям, их атаки были непредсказуемыми и яростными. Но старый Истребитель держался достойно — годы опыта давали о себе знать.

— Берегись! — крикнул он, заметив, как осколок Селены, богини Луны, готовит какую-то особо мощную технику.

Светлана среагировала мгновенно — её «Небесный Гром» разорвал лунное заклинание прежде, чем оно успело сформироваться. Осколок отлетел к стене, его маска пошла трещинами.

— Вот это сила! — восхищенно присвистнул Кривотолков, — Даже жаль будет… но приказ есть приказ.

Четыре осколка Амфии, богини морей, создали вокруг Светланы водяную тюрьму, но она просто разорвала её потоком чистой энергии. Её мощь росла с каждой секундой — словно что-то внутри наконец проснулось, сбросив оковы.

— Генерал! — крикнула она, расправляясь с очередным осколком Айсштиль, — Прикройте слева!

Горовой кивнул, создавая энергетический барьер. Вовремя — очередной осколок Эгилии как раз попытался зайти с фланга. Его серебристая атака разбилась о защиту, и Светлана тут же воспользовалась моментом — её молния прошила противницу насквозь.

Эгилия молча рухнула на пол и рассыпалась черным пеплом.

— Минус один, — процедила она сквозь зубы.

— Семь… — лениво посчитал Кривотолков, — Осталось еще пять. Развлекайтесь, дамы и господа. У нас еще есть время.

Но времени оказалось меньше, чем он думал. Светлана словно впала в какой-то боевой транс — её атаки становились все мощнее, все точнее. Один за другим осколки падали под напором её силы.

Последний осколок Лилии попытался применить звериную трансформацию, но не успел — Горовой поймал его в силовую ловушку, а Светлана добила точным ударом молнии.

— Да уж, — пробормотал генерал, глядя, как она расправляется с остатками противников, — Такая мощь в столь юном возрасте…

Осколок Амфии попытался утопить её в водяном смерче, но Светлана просто испарила воду потоком раскаленной энергии. Её следующий удар был настолько силен, что маска на лице противницы разлетелась вдребезги.

— Последний твой! — крикнула она Горовому, указывая на уцелевший осколок Айсштиль.

Генерал не подвел — серия точных энергетических ударов, и последняя противница рухнула без чувств. По полу хранилища были разбросаны обломки масок и бессознательные тела — все, что осталось от элитного отряда древних божественных осколков.

— Ну что ж… — Светлана повернулась к Кривотолкову, и молнии плясали вокруг её фигуры, — Теперь твоя очередь, князь. Или как там тебя теперь называть?

— О, я впечатлен, — он медленно зааплодировал, — Такая сила, такая грация! Вы превзошли все ожидания, юная Соколова. А ваша координация с генералом — выше всяких похвал.

— Прекрати паясничать, — процедил Горовой, готовясь к атаке, — Ты больше не тот Дмитрий, которого я знал. Ты лишь оболочка.

— Может быть, — князь пожал плечами, — А может, именно сейчас я настоящий? Кто знает…

Он сделал шаг вперед, и что-то изменилось в воздухе — словно сама реальность начала прогибаться под его присутствием.

— Знаете, в чем ваша главная ошибка? — спросил он почти ласково, — Вы поторопились вырубить все осколки. Мой Дар, как известно, бьет по площади, и поэтому я сдерживался. Но теперь… медлить нет смысла.

Его движение было таким быстрым, что ни Светлана, ни Горовой не успели среагировать. Волна силы, не похожей ни на что виденное ранее, накрыла их подобно цунами. В глазах потемнело, тело отказывалось подчиняться.

— Вот так, — донесся словно сквозь вату голос Кривотолкова, — Никаких честных поединков. Никаких благородных жестов. Просто… эффективность. Спасибо боссу — он намного усилил мой Дар Удачи…

Светлана попыталась собрать остатки сил, но новый удар окончательно погрузил её во тьму. Последнее, что она увидела — как несколько уцелевших осколков подходят к ним с антимагическими ошейниками.

— Все готово, — донесся издалека голос князя, — Можно начинать следующую фазу…

А потом была только темнота. И где-то в этой темноте что-то древнее и могущественное готовилось изменить мир раз и навсегда…

* * *

Кривотолков подошел к бессознательным телам своих противников. На их шеях поблескивали антимагические ошейники — последняя разработка Организации, способная сдержать даже таких сильных Одаренных.

— Уберите тела осколков, — приказал он выжившим девушкам в масках, — И отнесите этих двоих в камеры. Скоро начнется самое интересное.

Он повернулся к Черному Солнцу, продолжавшему пульсировать в центре хранилища. Поток темной энергии, бьющий в потолок, стал заметно сильнее. Печати Кости Безумова, кажется, больше не могли его сдерживать.

— Знаете, что самое забавное? — произнес он, обращаясь к бессознательным пленникам, — Я действительно восхищаюсь вами обоими. Такая сила, такая преданность старым идеалам… Это почти трогательно.

Он подошел к Светлане, осторожно убрал прядь синих волос с её лица:

— Особенно вы, юная княжна. Столько мощи, столько потенциала… Жаль, что вы оказались на неправильной стороне истории.

— Босс будет доволен, — произнесла одна из выживших осколков. Её маска была покрыта трещинами, но все еще держалась.

— О да, — Кривотолков улыбнулся, но в этой улыбке не было ничего человеческого, — Он получит все, что хотел. А мы… мы станем свидетелями рождения нового мира.

Черное Солнце пульсировало все сильнее, и его тьма становилась все гуще. Казалось, сама реальность прогибается под тяжестью древнего артефакта.

* * *

Трибуны вокруг арены содрогались от чудовищных ударов. Дарья, сжимая хлыст, вглядывалась в клубящиеся тучи над городом. Сквозь разрывы в облаках она видела фрагменты грандиозной битвы — Император, окруженный сиянием невероятной силы, против существа столь огромного, что разум отказывался воспринимать его целиком.

— Держимся вместе! — крикнула Дарья, когда очередная волна тварей хлынула с неба, — Илона, прикрой нас! Вадим, слева! Олег — дистанция!

Четверо последних представителей некогда великого рода встали спина к спине. Илона быстро сплетала аналитические печати, выискивая слабые места приближающихся монстров. Её Дар мгновенно вычислял наиболее эффективные точки для ударов.

Хлыст Дарьи танцевал в воздухе, оставляя светящиеся следы. Дар Подчинения проникал в разум тварей, заставляя их обращаться против своих. Её точные, выверенные движения были результатом долгих тренировок — каждый взмах превращал очередного монстра в марионетку.

Вадим двигался подобно смертоносной машине — его костяные косы рассекали воздух, кроша хитиновую броню чудовищ. Прикрывая спину Дарьи, он методично расширял зону безопасности вокруг их маленькой группы.

— Сверху! — крикнула Илона, её глаза сверкнули, считывая потоки энергии.

Олег среагировал мгновенно — рой огненных колибри взмыл в небо, встречая пикирующую тварь, похожую на помесь птеродактиля с медузой. Крошечные птицы вспыхнули ослепительным светом, разрывая существо на части.

Наверху опять прогрохотало. Сверхсущность издала странный беззвучный вопль — человеческое ухо не воспринимало его, однако иные воздействия были на месте. От вопля в домах задрожали уцелевшие стекла, а в груди у Дарьи странно завибрировало.

Щупальце, толщиной с многоэтажный дом, понеслись на колонну эвакуирующихся жителей, но Император перехватил удар потоком чистой силы.

— Что-то не так… — пробормотала Илона, не прекращая анализ, — Эта тварь… она словно ищет что-то.

Дарья кивнула — она тоже заметила странное поведение чудовища. Сверхсущность постоянно отвлекалась от боя, её бесчисленные призрачные глаза обшаривали руины внизу. Временами существо полностью игнорировало атаки Государя, вглядываясь в разрушенные кварталы.

— Держать строй! — скомандовала Дарья, когда новая волна тварей накатила на них.

Они действовали как единый механизм — Вадим крушил врагов в ближнем бою, Олег поддерживал огненными птицами, Илона направляла их атаки в самые уязвимые точки. А хлыст Дарьи продолжал свой смертоносный танец, подчиняя все новых монстров.

Внезапно часть щупалец Сверхсущности метнулась к земле, игнорируя Императора. Они начали методично отшвыривать обломки зданий, словно в поисках чего-то конкретного.

— Пригнуться! — Вадим рванулся к Дарье, закрывая её своим покровом.

Волна обломков обрушилась на них. Илона быстро определила траекторию падения крупных кусков, давая остальным шанс увернуться. Олег создал огненный щит над их головами, сжигая мелкие осколки.

По улицам бежали перепуганные горожане. Боевые маги в темно-синих плащах пытались организовать эвакуацию, отгоняя особо резвых тварей.

— Там дети! — крикнула Илона, указывая на группу гражданских, зажатых между двумя массивными монстрами.

Кривотолковы действовали без лишних слов. Дарья метнулась вперед, её хлыст обвился вокруг шеи ближайшей твари. Мгновение — и монстр уже прикрывал отход мирных жителей, отбиваясь от бывших собратьев. Вадим и Олег расчистили путь к эвакуационному пункту.

Наверху Император нанес особенно мощный удар — волна чистой силы отбросила несколько щупалец Сверхсущности. Но создание, казалось, едва заметило это — оно продолжало что-то искать внизу, методично разбирая завалы.

Внезапно существо замерло. Все его бесчисленные глаза уставились в одну точку — куда-то в направлении арены. По его исполинскому телу прошла волна дрожи, и оно издало новый беззвучный вопль — на этот раз в нем явно угадывалось… узнавание?

Сверхсущность медленно, но верно двинулась в сторону стадиона, накрытого черным куполом из энергии Бездны. Туда, где проходил турнир Черного Солнца…

— Там что-то происходит, — Илона указала на арену, — Какое-то возмущение в потоках силы…

Дарья кивнула — она тоже это чувствовала. Что-то творилось под землей, в глубине арены. Что-то настолько мощное, что даже Сверхсущность отреагировала.

И вдруг…

«Дарья».

Она замерла, услышав знакомый голос. Хлыст застыл в воздухе.

«Дарья, слушай внимательно…»

— Костя? — она огляделась, но Безумова нигде не было видно, — Где ты?

«Я на твоей голове. Прости за вторжение — но у меня мало времени. Слушай…»

Глава 22

Сверхсущность атакует!

Грохот очередного удара Сверхсущности заставил землю содрогнуться. Дарья едва удержала равновесие, машинально отмечая краем глаза, как Олег прикрывает мать потоком огненных колибри. Где-то в небе продолжался титанический поединок — Император сражался с древним монстром, и их схватка заставляла содрогаться само небо.

Но Дарья замерла, словно забыв о сражении — по её пряди спускался маленький черный жук, размером едва ли с ноготь. Его хитиновый панцирь странно поблескивал в отсветах взрывов, а крошечные усики подергивались, словно принюхиваясь.

«Прости за вторжение — но у меня мало времени. Слушай…»

Голос Кости, прозвучавший прямо в её голове, заставил её вздрогнуть. Жук тем временем деловито переполз ей на плечо и, похоже, решил там обосноваться.

— Какого… — она машинально попыталась смахнуть насекомое, но то ловко увернулось, продемонстрировав удивительную ловкость, — Безумов⁈ Ты что творишь? Как ты…

«Технически, я говорю через своего Слугу», — в его мысленном голосе слышалась легкая усмешка, от которой внутри что-то неприятно екнуло, — «Прости за вторжение, но как уже сказал, у нас мало времени».

— У нас? — она фыркнула, краем глаза наблюдая, как Вадим отбивается от очередной твари своими костяными косами, — С каких пор у нас с тобой есть какое-то «мы», Безумов?

Жук на её плече пошевелил усиками, и ей показалось, что это движение до боли напомнило типичный жест Кости — когда он пожимал плечами в притворном недоумении.

«Даша, послушай», — его тон стал серьезнее, — «Эта тварь наверху — она не то, чем кажется. Её называют Сверхсущность, и она…»

— О, теперь ты у нас эксперт по чудовищам? — перебила она, хотя где-то в глубине души что-то дрогнуло от того, как он назвал её «Даша».

Это простое имя, которое она не слышала уже много лет… Все эти годы она была «виконтессой», «госпожой Кривотолковой», в лучшем случае — «Дарьей». Когда она в последний раз слышала это простое «Даша»?

— Между прочим, — она тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли, — если ты не заметил, Император уже сражается с ней. И, знаешь ли, это немного не наш уровень.

«Даже Император не справится. Не силой», — в его голосе появились серьезные нотки, от которых у неё по спине пробежали мурашки, — «Нужен другой подход. Мне нужна твоя помощь. Точнее, твой Дар Подчинения».

— С чего ты взял, что я стану тебе помогать? — она отвлеклась на миг, чтобы хлыстом отбросить летающую тварь, пытавшуюся атаковать Олега, — После всего, что ты сделал с нашим родом? После того, как разрушил все, что мы строили поколениями?

В её голосе звенела злость — застарелая, как незаживающая рана. Но было в нем и что-то еще. Что-то, чего она сама не хотела признавать.

«Помнишь, как мы в детстве дрались из-за той книжки про драконов?» — внезапно спросил он, и этот резкий переход заставил её споткнуться, — «Мы тогда были совсем мелкими. Ты залезла на дуб в саду, а я пытался тебя достать. Потом ветка подломилась…»

Дарья замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Воспоминание, которое она так старательно похоронила под грудой более «важных» вещей, внезапно всплыло с невероятной яркостью.

— Ты… помнишь это? — её голос против воли дрогнул.

«Конечно. Ты тогда упала прямо в кусты шиповника. Нянька потом час вытаскивала из тебя колючки. А ты… ты так разозлилась, что гонялась за мной по всему саду, крича что-то про страшную месть. В итоге мы оба свалились в фонтан с золотыми рыбками. Потом взрослые на нас знатно поругалась…»

— Я… я и сама уже забыла про колючки, — тихо произнесла она, — И про книжку…

Некоторые воспоминания и впрямь выветрились из ее головы… А Костя на самом деле все помнил…

«А помнишь, как мы потом сидели мокрые на бортике и делили эту несчастную книжку? Солнце садилось, в кустах пели первые сверчки… Ты тогда сказала…»

— «Давай по очереди», — закончила она вместе с ним, чувствуя, как предательски щиплет в глазах. Старые воспоминания всплыли из глубин сознания неожиданно для самой Дарьи, — «Сначала ты почитаешь, потом я. Так будет… справедливо».

Её горло странно перехватило. Воспоминание было таким ярким — запах мокрой одежды, вкус воды из фонтана, последние лучи солнца, отражающиеся в каплях на страницах. И они вдвоем — совсем еще дети, уставшие от беготни, но счастливые…

Тогда они еще не знали, что станут смертельными врагами… Костя станет грозой училища, дерзким «гопником» в образе богатого наследника, а Дарья властной госпожой, обожающей жестокость…

Когда все это кончилось? Когда они перестали быть просто Костей и Дашей, а стали Безумовым и Кривотолковой? Когда простая детская дружба утонула в интригах и борьбе за власть?

— Черт тебя дери, Костик, — усмехнулась Дарья, — Неужели ты думаешь, что вот этой вот ностальгией заставишь меня петь под твою дудку? Конечно, приятно, что ты все-таки помнишь, но…

«Даша», — мягко произнес он, и от этой мягкости ей стало почти больно, — «Я знаю, между нами много всего произошло. Слишком много. Но сейчас действительно важный момент. Мне нужна твоя помощь. Нужно подобраться к Сверхсущности поближе и…»

— И что? — она с трудом сглотнула комок в горле, пытаясь вернуть привычную жесткость в голос, — Самоубиться? Потому что это больше похоже на план самоубийства, чем на…

«Нет. Провести ритуал», — перебил он, — «Этот жук… он не простой. Я накачал его особой смесью. Своего рода… успокоительным, если можно так выразить. Если ты сможешь использовать свой Дар, чтобы заставить одно щупальце Сверхсущности… принять его, это может сработать».

— Ты хоть понимаешь, как безумно это звучит? — она нервно рассмеялась, — Даже для тебя это слишком!

«Примерно как идея двух шпендиков залезть на самое высокое дерево в саду, чтобы доказать, что ты храбрее меня?» — в его голосе промелькнула улыбка, — «Или как тот раз, когда мы решили исследовать подвал и наткнулись на целую колонию летучих мышей?»

— Прекрати, — прошептала она, — Прекрати вот это все…

«Что именно, Даш? Напоминать о том времени, когда мы были друзьями? Или о том, какой ты была до того, как решила, что власть важнее всего остального?»

— Ты ничего не знаешь! — она почти выкрикнула это, и Вадим обеспокоенно оглянулся на неё, — Ты не понимаешь…

«Понимаю», — мягко возразил он, — «Лучше, чем ты думаешь. И именно поэтому прошу о помощи именно тебя. Потому что где-то там, под всеми этими слоями долга, амбиций и жажды власти, все еще есть та Даша, которая не боялась рискнуть ради правильного дела».

Она закусила губу. Она не понимала, почему её сердце вдруг забилось чаще. Почему эти воспоминания, которые она так старательно похоронила, вдруг стали такими яркими. И почему слова Кости находят отклик где-то глубоко внутри.

— Илона! — крикнула она, резко разворачиваясь к остальным, — Вадим! Олег! Послушайте…

Она быстро пересказала план Кости, стараясь не смотреть им в глаза. Боялась увидеть там осуждение? Или понимание?

Вадим тут же дернулся вперед, его лицо исказилось:

— Нет! Это самоубийство! Я не позволю тебе…

— Ты мне не позволишь? — она вскинула бровь, и в её голосе появились старые властные нотки. В этот момент она снова была той самой виконтессой Кривотолковой, от взгляда которой трепетали вассалы.

— Дарья, стой! — он попытался схватить её за руку, но она ловко увернулась.

— Вадим, — Илона неожиданно положила руку ему на плечо. В её глазах читалось странное выражение, которое было нельзя никак расшифровать, — Ты нужен нам здесь. Олег еще не полностью восстановился, а твари все прибывают.

— Но она…

— Она знает, что делает, — твердо сказала Илона, — Как всегда.

Дарья уже неслась по разрушенной улице, легко перепрыгивая обломки. Жук крепко держался на её плече, слегка подрагивая усиками на особо резких движениях.

«Готова?» — спросил Костя.

— Нет, — она оскалилась, глядя на приближающуюся тушу Сверхсущности, — Но когда нас это останавливало?

Где-то в глубине души она понимала, что это безумие. Что она, возможно, идет на верную смерть. Что все это может быть хитрым планом Безумова…

Но почему-то ей хотелось верить. Верить тому мальчишке, с которым они когда-то делили книжку про драконов. С которым исследовали темные подвалы и убегали от летучих мышей. Тому другу, которого она потеряла где-то по дороге к власти и могуществу.

«Кстати», — вдруг произнес Костя, когда она уже почти добежала до цели, — «Ты все-таки была храбрее. Тогда, на дереве. Я просто боялся в этом признаться».

— Заткнись, Костя — она почувствовала, как губы сами расползаются в улыбке. Той самой, детской, которую она давно забыла, — Просто… заткнись.

И побежала вперед, навстречу чудовищу, которое могло уничтожить её одним движением щупальца. Где-то позади Вадим смотрел ей вслед, до боли сжимая кулаки. Илона придерживала его за плечо, шепча какие-то успокаивающие слова. А в небе Император продолжал свой титанический бой, не подозревая, что судьба сражения может решиться не его силой, а маленьким черным жуком на плече опальной виконтессы.

И где-то там, в глубине её души, маленькая девочка с ободранными коленками снова бежала наперегонки с мальчишкой, сжимающим потрепанную книжку про драконов.

Щупальца Сверхсущности извивались над головой подобно живым горам. Один удар — и все…

«Сверху!» — крикнул голос Кости.

Дарья метнулась вбок. Сверху рухнул кусок дома, едва не придавив девушку.

Дарья, прижимаясь к стене разрушенного здания, старалась отдышаться. В боку кололо от быстрого бега, волосы растрепались, на щеке саднила свежая царапина — осколок пробил покров и чуть не задел глаз…

«Спокойно», — голос Кости в её голове звучал уверенно, — «Ты справишься. Просто помни — твой Дар должен проникнуть глубже обычного. Не просто заставить её подчиниться, а… убедить принять жука».

— Легко сказать, — пробормотала она, глядя, как очередное щупальце крушит водонапорную башню, — У тебя там что, опыт общения с древними космическими ужасами?

«Ну… технически…»

— Я не хочу этого знать, — перебила она, — Просто скажи, когда.

Чудовище над головой издало беззвучный вибрирующий вопль — Император, окруженный сиянием невероятной силы, нанес особо мощный удар. Несколько щупалец буквально испарились, но на их месте тут же выросли новые.

«Сейчас!» — скомандовал Костя, — «Одно из нижних малых щупалец прямо над тобой! Действуй!»

Дарья глубоко вдохнула и активировала свой Дар. Тонкие нити силы потянулись от неё вверх, к извивающейся массе полупрозрачной плоти. Жук на её плече слегка завибрировал.

Первое прикосновение к разуму Сверхсущности едва не сбило её с ног. Мириады голосов, крики тысяч поглощенных душ, образы настолько чуждые человеческому восприятию, что от них кружилась голова… Она пошатнулась, хватаясь за стену.

«Держись!» — в голосе Кости появилось беспокойство, — «Не дай ей себя захватить! Просто… создай канал. Как будто приоткрываешь дверь».

— Легко… тебе… говорить… — процедила она сквозь зубы, чувствуя, как по лицу течет что-то теплое. Кажется, из носа пошла кровь.

Её Дар Подчинения никогда раньше не сталкивался с чем-то подобным. Это было все равно что пытаться заставить океаническое течь вспять — чистое безумие. При том что Дарья имела дело лишь с одним щупальцем, а не всей Сверхсущностью…

Но постепенно, невероятным усилием воли, ей удалось нащупать что-то… знакомое? Человеческое?

«Да!» — воскликнул Костя, — «Ты нашла! Это, возможно, часть сохранившейся человеческой личности… Действуй!»

Дарья потянулась к этому проблеску, осторожно вплетая в него нити своей силы. Сверхсущность дернулась — словно почувствовала что-то. Одно из щупалец медленно опустилось, зависнув прямо перед ней.

В его полупрозрачной плоти можно было различить лица — тысячи лиц, застывших в немом крике. Они словно плавали под поверхностью, то появляясь, то исчезая. У Дарьи закружилась голова от этого кошмарного зрелища, сводящего с ума…

«Не смотри!» — крикнул Костя, — «Жук знает, что делать!»

Маленькое насекомое на её плече вдруг ожило. Его хитиновый панцирь засветился странным голубоватым светом, и оно расправило крылья, которых раньше вроде бы не было.

Это было похоже на лунатизм — Дарья словно со стороны видела, как её Дар создает тончайший канал между её разумом и чудовищной сущностью наверху. Как жук, повинуясь её ментальному приказу, взлетает к зависшему щупальцу. Как прозрачная плоть словно втягивает его внутрь…

А потом что-то пошло не так.

Сверхсущность вздрогнула всем своим исполинским телом. Император, как раз готовивший новую атаку, замер в воздухе. А потом…

Вой, который издала тварь, невозможно было услышать — его можно было только почувствовать. Он проникал в самую душу, заставляя мозг и внутренности скручиваться в узел. Щупальца захлестали во все стороны с удвоенной силой, сметая целые здания.

— Что… что происходит? — выдохнула Дарья, чувствуя, как её связь с существом рвется, словно гнилые нити, — Костя⁈

Но в голове была только тишина. Жук, успевший проникнуть в тело Сверхсущности, исчез, а вместе с ним пропал и голос княжича.

Глава 23

Тени прошлого

Сверхсущность буквально обезумела. Её щупальца хлестали во все стороны с такой силой, что даже Император был вынужден отступить, создавая вокруг себя щит невероятной мощности.

Дарья откатилась за угол, едва успев уклониться от падающего обломка стены. В ушах звенело, перед глазами плыли круги — последствия контакта с разумом древнего существа.

— Костя! — крикнула она, но ответа не было, — Проклятье, что ты там говорил про «успокоительное»⁈

Тварь наверху словно услышала её голос. Одно из малых щупалец метнулось к ней с невероятной скоростью. Дарья инстинктивно активировала свой Дар, пытаясь заставить его остановиться…

И закричала от боли. Там, где раньше она чувствовала проблеск чего-то человеческого, теперь была только ярость. Всепоглощающая, древняя ярость существа, которое кто-то посмел потревожить.

— ДАРЬЯ! — она услышала крик Вадима откуда-то слева.

Краем глаза она увидела, как он бежит к ней, на ходу создавая костяную броню. Но она понимала — он не успеет. Щупальце было слишком близко…

В последний момент что-то отбросило её в сторону. Она перекатилась по земле, ободрав локти, и увидела Илону — княгиня каким-то чудом успела создать силовой импульс.

— Что ты наделала? — Илона помогла ей подняться, — Что это за ритуал?

— Я… я не знаю, — Дарья пошатнулась, хватаясь за стену, — Безумов сказал…

— Безумов⁈ — глаза Илоны расширились, — Ты послушала Безумова⁈

Новый удар сотряс землю — Сверхсущность, казалось, впала в настоящее неистовство. Её щупальца больше не пытались что-то искать, как раньше. Теперь они просто крушили все вокруг, не разбирая, где враг, а где мирные жители.

Даже малые аномальные твари из Разлома в ужасе разбегались, забыв про людей…

— ВСЕМ ОТСТУПАТЬ! — голос Императора, усиленный магией, разнесся над городом, — НЕМЕДЛЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ!

— Уходим! — Вадим наконец добрался до них, — Я же говорил…

— Заткнись! — огрызнулась Дарья, но в её голосе не было прежней властности. Только усталость и… страх? — Просто… заткнись.

Они побежали прочь, пригибаясь от летящих обломков. Где-то позади Олег прикрывал их отход потоком огненных колибри, отвлекая особо ретивые щупальца.

«Костя», — мысленно позвала Дарья, хотя уже знала, что ответа не будет, — «Какого черта ты задумал? Что пошло не так?»

Но в голове была только пустота. И где-то внутри неё, в той части души, где ещё жила память о солнечном дне и мокрой книжке про драконов, что-то болезненно сжалось.

А может, он сам не знал? Может, это действительно должно было сработать, но что-то пошло не по плану? Или…

Новый вопль Сверхсущности заставил её споткнуться. На этот раз в нем явно слышалась… боль? Дарья обернулась — и застыла. Сквозь полупрозрачную плоть чудовища пробегали странные волны, словно судороги. И в том месте, где исчез жук, появилось слабое голубоватое свечение.

— Что это? — прошептала она.

— Потом разберемся! — Вадим буквально поволок её за собой, — Сейчас главное убраться отсюда!

Последний взгляд, который она бросила через плечо, заставил её похолодеть. В мириадах лиц, плавающих в теле Сверхсущности, ей на мгновение показалось… Нет, это просто игра воображения. Просто последствия контакта с чуждым разумом.

Не могла же она действительно увидеть там, среди душ, лицо самого Кости?

«Что же ты задумал, Безумов?» — подумала она, позволяя Вадиму увести себя прочь, — «И почему… почему я тебе поверила?»

А над городом продолжал разноситься вой существа, в чью плоть проник маленький жук, несущий внутри себя какую-то очень древнюю и очень опасную тайну…

* * *

Над руинами Синегорья грохотал титанический бой. Император парил в воздухе, окруженный сиянием такой силы, что на него больно было смотреть. Его плащ развевался в потоках энергии, а в глазах горела решимость, достойная правителя величайшей державы.

Сверхсущность продолжала бесноваться, её щупальца хлестали во все стороны, сметая здания словно карточные домики. После странного ритуала, который провела Дарья Кривотолкова, древнее создание словно обезумело от боли и ярости.

Но внезапно… всё изменилось.

Монстр замер, его бесчисленные щупальца застыли в воздухе подобно причудливой скульптуре. Волна странного голубоватого свечения прошла по его полупрозрачному телу, и неистовый вой стих.

Император не стал терять времени. Его руки сплели сложнейший узор древнего заклинания, и в небе над Сверхсущностью начала формироваться исполинская печать. Золотые линии сплетались в невероятно сложную мандалу[9], похожую на гигантский коловрат[10]. От символа исходила первородная сила — магия, созданная во времена древних славян, тогда еще поклонявшихся языческим богам…

«Большая Печать Коловрата», — пронеслось в головах видевших это чудо, — «Сам Император использует легендарную Большую Печать Коловрата!»

Коловрат медленно пришел в движение, двигаясь по часовой стрелке. Сверхсущность начала медленно втягиваться обратно в разлом, словно исполинский спрут, затягиваемый водоворотом. Её щупальца уже не пытались крушить всё вокруг — они просто плавно колыхались, будто водоросли в течении.

И вдруг одно из них замерло прямо перед Императором. В его полупрозрачной плоти проступило лицо — благородное, с резкими чертами и внимательным взглядом. Лицо, которое Александр не видел уже много лет, но помнил каждую его черточку.

— Отец?.. — выдохнул он, не веря своим глазам.

— Здравствуй, сын, — улыбнулся Император Дмитрий. Его голос звучал словно издалека, но в нем была та же властная сила, что Александр помнил с детства.

— Как… это возможно? — Александр почувствовал, как дрогнули руки, поддерживающие печать, — Ты настоящий? Или это морок?

— Настоящий, насколько это возможно в моем положении, — в глазах Дмитрия промелькнула грусть, — Благодаря ритуалу, что провела юная Кривотолкова, активность душ внутри этого создания резко упала. А я… я всегда был сильным магом, сынок. Мне удалось ненадолго взять контроль над всей этой… гм… тушкой. И подавить ее ярость.

— Но что это за тварь? — Александр нахмурился, глядя на колоссальное тело вокруг проекции отца, — Откуда она взялась? Что происходит с нашим миром?

— О, если бы ты знал… — Дмитрий покачал головой, — Это создание — порождение небрежения людей и богов. Представь себе чашу, в которую века за веками стекаются души умерших. Никто не следит за порядком, никто не поддерживает баланс. И вот результат — они слились в единый организм, обретший подобие разума.

— Мир Мертвых… — прошептал Александр, — Значит, все эти годы…

— Да. Ситуация там… довольно печальная, — Дмитрий усмехнулся с горечью, — Впрочем, ты принял верное решение с Черным Солнцем. Возможно, его сила действительно сможет помочь. Особенно если им воспользуется кто-то вроде молодого Безумова.

— Безумова? — Александр удивленно вскинул брови, — При чем тут он?

— О, я видел его в Мире Мертвых, — в глазах Императора Дмитрия появился странный блеск, — Когда он столкнулся с этой тварью.

— Он встречался с этой тварью? — Государь не верил услышанному.

— Да. Весьма… необычный юноша. И явно знает гораздо больше, чем показывает.

— Что ты имеешь в виду?

— Скоро поймешь, — Дмитрий слегка улыбнулся, — Просто присматривай за ним. Возможно, именно такие, как он, способны всё изменить.

Печать Коловрата над ними вращалась всё быстрее, затягивая Сверхсущность обратно в разлом. Александр видел, как черты отца начинают расплываться.

— Постой! — воскликнул он, — У меня еще столько вопросов!

— Прости, сынок, — улыбка Дмитрия стала печальной, — Время истекает. Но знай — я горжусь тобой. Ты стал именно таким Императором, каким я надеялся тебя видеть.

— Отец…

— И еще кое-что, — Дмитрий подмигнул, — Помнишь тот случай с пирогом на официальном приеме? Когда все решили, что это покушение, а на самом деле…

— Это ты научил меня тому заклинанию левитации! — Александр почувствовал, как к горлу подступает ком, — Ты специально это сделал, чтобы развеселить маму! Она тогда была так расстроена из-за…

— Да, — Дмитрий рассмеялся, и в этом смехе слышалась прежняя теплота, — Её улыбка стоила всех этих криков про покушение и паники в страже. Передай ей привет и… Береги её, сынок. И себя береги.

Черты Дмитрия начали таять, растворяясь в полупрозрачной плоти Сверхсущности. Последние слова потонули в реве схлопывающегося разлома. Александр почувствовал, как в глазах защипало, но времени на сантименты не было — требовалось завершить ритуал.

Печать Коловрата вспыхнула ослепительным золотым светом. Сверхсущность окончательно втянулась в Разлом, и Император одним мощным ударом запечатал брешь между мирами.

Наступила тишина — такая оглушительная после недавнего хаоса, что звенело в ушах. Где-то внизу уже слышались крики ликующих горожан и солдат. Но Александр медлил, вглядываясь в то место, где только что был его отец.

«Я тоже горжусь тобой, отец», — беззвучно произнес он.

Спустя несколько минут Император опустился на улицу, где сгрудились выжившие Кривотолковы. Все четверо выглядели потрепанными, но держались с достоинством, присущим их роду. Дарья стояла чуть впереди остальных, и в её глазах читалась странная смесь страха и решимости.

— Ваше Императорское Величество, — она склонила голову. Следом за ней склонили головы и остальные.

— Я видел твой подвиг, виконтесса, — голос Александра звучал устало, но твердо, — Немногие решились бы на такое. Род Кривотолковых явно достоин продолжать своё существование, раз в нем есть такие отважные представители.

Дарья закусила губу, явно борясь с собой. Потом решительно подняла глаза:

— Ваше Величество… это был не мой план. Это Костя… то есть, Константин Безумов придумал этот ритуал. Я просто… доверилась ему.

— Вот как? — Император чуть приподнял бровь, — И почему же ты решила это признать?

— Потому что… — она запнулась, подбирая слова, — Потому что хватит лжи. Хватит интриг и притворства. Я устала от этого. Да, я ненавидела Безумова. Да, я мечтала отомстить ему. Но сегодня он… он напомнил мне кое о чем. О том времени, когда мы были просто детьми. И может быть… может быть, пора вспомнить, какой я была тогда.

Вадим шагнул к ней, положив руку на плечо. Илона смотрела на падчерицу со странной смесью гордости и печали. А Олег… Олег просто улыбался — той самой улыбкой, которой не видели на его лице уже очень давно.

— Что ж… — Император оглядел их всех, — Похоже, род Кривотолковых ждут большие перемены. И, возможно… это к лучшему.

Он развернулся, собираясь уходить, но остановился:

— Кстати, виконтесса… Когда увидите Безумова, передайте ему — мне бы хотелось побеседовать. У меня есть к нему несколько… интересных вопросов.

Илона внезапно шагнула вперед:

— Ваше Величество… — её голос дрогнул, но она заставила себя продолжить, — У меня есть просьба.

Александр медленно повернулся. В его глазах читалась усталость после невероятного боя, но он все равно сохранял величественную осанку:

— Говорите, княгиня.

— Это касается моего мужа, — Илона гордо расправила плечи, хотя все видели, как дрожат её руки, — Я знаю, что он совершил ужасные преступления. Знаю, что заслуживает самого сурового наказания. Но… — она на мгновение прикрыла глаза, собираясь с силами, — Прошу вас, сохраните ему жизнь.

Вадим и Дарья переглянулись. Они никогда не видели гордую княгиню такой… уязвимой.

— Вы понимаете, о чем просите? — тихо спросил Император, — После всего, что он сделал?

— Понимаю, — Илона подняла на него влажные глаза, — Накажите его по всей строгости закона. Отправьте в ссылку, на вечную службу в Дикие Земли, куда угодно… Но позвольте ему жить. Он все еще отец моих детей. И… — её голос упал до шепота, — где-то глубоко внутри все еще тот человек, которого я полюбила.

Император долго смотрел на неё, словно что-то взвешивая. Потом перевел взгляд на остальных Кривотолковых — на решительную Дарью, хмурого Вадима, притихшего Олега.

— Я… обдумаю вашу просьбу, княгиня, — наконец произнес он, — Не могу ничего обещать, но… возможно, для вашего рода и правда настало время перемен, а не мести.

Илона склонилась в глубоком поклоне, пряча повлажневшие глаза:

— Благодарю, Ваше Величество.

Император кивнул и наконец взмыл в воздух, оставив Кривотолковых наедине с их мыслями и надеждами на будущее.

Дарья смотрела ему вслед и думала о мальчишке с книжкой про драконов. О том, как много времени они потеряли на вражду и ненависть. И о том, что, возможно, ещё не поздно всё изменить.

Где-то вдалеке продолжал бушевать пожар, но уже слышался звон колоколов — сигнал окончательной победы. Город выстоял. А впереди их ждало много работы — ведь самое сложное только начиналось.

Черный купол над стадионом еще никуда не делся.

Глава 24

Наглядное напоминание

Воздух в Хранилище сгустился, и из теней соткалась высокая фигура в противогазе. За его спиной бесшумно возник Тень.

— Все прошло успешно, — произнес человек в противогазе. Его голос звучал механически, но в нем слышались властные нотки, — Сверхсущность больше не проблема.

Кривотолков склонил голову:

— Как вы и предсказывали, босс. Император справился с ней.

— О да, — в искаженном голосе прозвучала усмешка, — Особенно после того… небольшого представления с виконтессой Кривотолковой. Должен отметить — храбрая девочка. Жаль, что пришлось её так откровенно использовать.

— Использовать? — Кривотолков нахмурился.

— Видите ли, князь, — босс медленно прошелся вдоль пульсирующего Черного Солнца, — иногда для достижения цели требуются… нестандартные методы. Например, тот голос в её голове…

— Костя Безумов? — уточнил князь, — Вы им притворились?

Босс тихо рассмеялся.

— Видите ли, у меня есть определенный… доступ к Книгам Судеб. Я просто прочитал её воспоминания — те самые, детские, о временах невинной дружбы. И использовал их, чтобы направить девушку по нужному пути.

— Значит, тот ритуал… — произнес Тень.

— Был необходим, чтобы Император смог одолеть Сверхсущность, — кивнул босс, — Мы не могли допустить, чтобы подобное создание прорвалось в наш мир. Это нарушило бы все планы.

— Да уж, — Кривотолков поежился, — Вы рассказывали, на что она способна. Если бы эта тварь вырвалась…

— У нас у всех были бы очень серьезные проблемы, — закончил босс, — К счастью, все прошло как надо. Теперь…

Он повернулся к Черному Солнцу, его руки начали плести сложный узор печатей. Древний артефакт отозвался — пульсация тьмы в его центре стала более ритмичной, упорядоченной.

— Нужно стабилизировать его и уходить, — произнес босс, — Скоро здесь станет… людно.

Словно в подтверждение его слов, откуда-то из глубины подземелья донесся приглушенный взрыв. Тень мгновенно развернулся в ту сторону, его рука легла на рукоять духовного меча под плащом.

— Безумовы, — тихо произнес он, — И осколки богов. Они уже вступили в бой.

— Насколько близко? — босс не прекращал плести печати.

— Достаточно. Думаю, минут десять, может меньше.

— Задержите их, — приказал босс, — Но, князь… ваш Дар — только в крайнем случае. Он слишком… непредсказуем.

— Вы боитесь моей силы? — Кривотолков приподнял бровь.

— Скажем так… — босс на мгновение прервал плетение печатей, — Я уважаю её. Даже моя защита не выдержит прямого удара вашего Дара Удачи. Особенно после того, как я… усилил его.

— Понимаю, — князь кивнул, — Только в крайнем случае.

Новый взрыв сотряс стены хранилища. На этот раз ближе.

— Они движутся быстрее, чем я рассчитывал, — пробормотал Тень, — Похоже, осколки не справляются. И Ноктус перешел на их сторону… Непонятно почему, я его лично проверял, он был полностью подконтролен…

— Неудивительно, — босс продолжал работать с печатями, — Юный Безумов… он полон сюрпризов. Как и его спутники.

— Я могу притормозить их, — предложил Кривотолков, — Не используя Дар. У меня еще остались… ресурсы.

— Действуйте, — кивнул босс, — Но помните — мне нужно время. Черное Солнце должно быть стабилизировано, иначе все наши усилия пойдут прахом.

Князь пошел к пролому в стене, оставив босса наедине с древним артефактом. Тень бесшумно скользнул следом — его фигура словно расплылась в воздухе.

— Интересно, — пробормотал босс, когда они ушли, — Очень интересно…

Его руки продолжали плести печати, но в движениях появилось какое-то новое качество — словно он не просто стабилизировал артефакт, а готовил его к чему-то большему.

— Ты ведь слышишь меня, Фома Лисовский? — прошептал он, обращаясь к пульсирующей тьме, — Грядут перемены. Большие перемены. И теперь… теперь у меня есть все необходимые фигуры на доске.

Черное Солнце откликнулось — его пульсация стала чуть интенсивнее, словно в ответ на его слова.

— О да, — в искаженном голосе прозвучало удовлетворение, — Скоро… очень скоро…

Где-то в глубине подземелий продолжал греметь бой. Но босс, казалось, больше не обращал на это внимания — он был полностью сосредоточен на своей работе. И только линзы противогаза поблескивали странным светом, отражая пульсацию древнего артефакта.

Внезапно по стенам хранилища пробежала дрожь — но не от взрыва. Это было что-то другое, более… фундаментальное. Словно сама реальность содрогнулась от чьего-то присутствия.

— А вот и Его Величество, — босс чуть повернул голову, — Сразу рванул сюда. Что ж… тем интереснее.

Его руки заплели новый узор — более сложный, более опасный. Черное Солнце отозвалось, и тьма в его центре начала закручиваться спиралью.

— Давайте, Ваше Величество, — прошептал босс, — Покажите, на что вы действительно способны.

* * *

Пока Император сражался со Сверхсущностью, на подступах к черному куполу, накрывшему арену, кипела бурная деятельность. Десятки боевых магов в форменных темно-синих плащах пытались пробиться сквозь барьер Бездны.

— Давай, ребята! — командовал Громов, старый знакомый княжича Безумова, с которым вместе попали в Мир Мертвых. В настоящий момент он дослужился аж до полковника, — Бьем все вместе! На счет три! Раз… два…

Залп из двадцати энергетических лучей ударил в купол. Тьма даже не дрогнула, поглотив атаку без следа.

— Вот зараза, — пробормотал Громов, утирая пот, — Ладно, план Б! Доставайте амулеты!

Маги синхронно извлекли древние артефакты — массивные кристаллы, светящиеся жезлы, загадочные медальоны. Некоторые явно стоили целое состояние.

— На счет три! — снова скомандовал полковник, — Раз…

— Подождите! — вмешался молодой лейтенант Лисьев, нервно поправляя очки, — А амулеты потом вернут? А то у меня этот кристалл — семейная реликвия, прадед еще…

— Лисьев, не занудствуй! — рявкнул Громов, — Потом компенсируем! Два… ТРИ!

Волна магии от активированных артефактов была такой силы, что вокруг купола заискрился воздух. Тьма чуть колыхнулась… и снова замерла, будто насмехаясь над их усилиями.

— Да что ж такое! — выругался полковник, — Ладно, тащите излучатели!

К куполу подкатили несколько массивных установок, похожих на футуристические пушки. Их поверхность покрывали светящиеся руны и высокотехнологичные схемы.

— Это новейшая разработка, — с гордостью объявил главный инженер Кузнецов, любовно поглаживая ближайший излучатель, — Синтез магии и технологии! Способны пробить даже…

— Да-да, потом похвастаетесь, — перебил Громов, — Заряжай!

Установки загудели, накапливая энергию. Вокруг них заплясали молнии, воздух наполнился запахом озона.

— Берегите уши! — крикнул Кузнецов, — Огонь!

Грянул залп такой силы, что многих магов отбросило назад. Луч концентрированной энергии ударил в купол…

И срикошетил.

— ЛОЖИСЬ! — заорал кто-то.

Маги попадали на землю, а отраженный луч прошелся по периметру, срезав несколько деревьев и превратив припаркованный неподалеку служебный автомобиль в груду оплавленного металла.

— Упс… — пробормотал Кузнецов, почесывая затылок, — Кажется, надо доработать систему…

— Моё авто!.. — простонал майор Сидорчук, — Я только вчера его из салона забрал!

— Компенсируем, — машинально отозвался Громов, — Так, у кого еще идеи?

— А может это… зелья попробуем? — предложил лейтенант Лисьев. Его рыжие волосы растрепались, придав хозяину слегка безумный вид, — У меня тут как раз…

Он достал небольшой флакон с переливающейся жидкостью.

— Это что? — подозрительно прищурился полковник.

— Универсальный растворитель! — гордо объявил Лисьев, — Тайный рецепт рода! Сам варил по древнему рецепту. Должен разъедать любые магические барьеры.

— Ладно, давай, — вздохнул Громов, — Хуже уже не будет.

Лисьев размахнулся и метнул флакон в купол. Тот разбился, и по черной поверхности потекли радужные струйки…

А потом что-то странно забулькало.

— Э-э… а оно должно так себя вести? — нервно спросил кто-то из магов.

— Ну… в рецепте об этом ничего не было… — пробормотал Лисьев, пятясь назад.

Радужная жидкость вдруг вспыхнула всеми цветами радуги, и…

*БА-БАХ!*

Когда дым рассеялся, маги обнаружили, что все в радиусе десяти метров покрыто разноцветными пятнами. Включая их самих.

— Лисьев… твою дивизию… — медленно произнес Громов, разглядывая свой некогда темно-синий плащ, теперь раскрашенный в психоделические узоры, — Это точно был рецепт растворителя? А не состав для праздничной иллюминации?

— Ну… — лейтенант покраснел, насколько это было заметно под розово-зеленым узором на его лице, — Возможно, я немного перепутал страницы… Будьте спокойны, оно не токсично…

— Так, — полковник скрипнул зубами, — Еще идеи? Желательно без спецэффектов?

В этот момент раздался характерный свист рассекаемого воздуха. Маги подняли головы — в небе парил Император, его плащ величественно развевался, несмотря на полное отсутствие ветра.

— СМИРНО! — рявкнул Громов.

Маги вытянулись в струнку. Правда, их грозный вид несколько портили разноцветные пятна на форме — «растворитель» Лисьева оказался на редкость стойким.

— Докладывайте, — коротко приказал Император, опускаясь на землю. Увидев разноцветных магов, он невольно приподнял бровь, — Хм… не помню, чтобы утверждал такой тип формы…

Громов кратко обрисовал ситуацию, стараясь не акцентировать внимание на некоторых… колоритных моментах. Хотя объяснить происхождение радужных разводов на броне излучателей все же пришлось.

— Купол не реагирует ни на что, Ваше Величество, — закончил он, — Мы перепробовали все доступные средства. Остается только ждать, пока…

— Верно, — кивнул Император, — Ждать.

— Ждать чего, Ваше Величество? — осторожно уточнил полковник.

— Меня.

— Но вы же… — Громов запнулся, глядя на Императора, — То есть…

— А сейчас отойдите, — Государь шагнул к куполу, — Все.

Маги поспешно отступили. Император поднял руку, и воздух вокруг него начал искажаться от концентрации силы. Его аура разгоралась все ярче, пока не стала похожа на маленькое солнце.

А потом он просто ударил. Обычным силовым импульсом. Но… чудовищно сильным.

Один удар — и в черном куполе появилась идеально круглая дыра. Края медленно затягивались, но Император уже шагнул внутрь. Тьма сомкнулась за его спиной, словно ничего и не было.

Повисла оглушительная тишина.

— Это что сейчас было? — первым нарушил молчание Лисьев.

— Это, лейтенант, — вздохнул Громов, — было наглядное напоминание, почему Александр Дмитриевич Романов — Император, а мы так, погоду создаем.

— Но как он…

— Меньше болтовни! — рявкнул полковник, пытаясь скрыть собственное потрясение, — Организовать периметр! Готовность номер один!

Маги засуетились, занимая позиции вокруг купола. Но каждый из них то и дело бросал взгляды на то место, где только что бесследно исчез их Государь.

— Кстати, Лисьев, — вкрадчиво добавил Громов, — Если эта твоя краска не отстирается…

— Я… я уже работаю над растворителем! — поспешно отозвался лейтенант Лисьев, — Настоящим! Точно по рецепту!

— Только попробуй что-нибудь перепутать, — мрачно пообещал полковник, разглядывая свой раскрашенный плащ, — Еще одного модного эксперимента моя форма не переживет. Равно как и чья-то наглая рыжая морда…

Глава 25

Тяжелая судьба шпиона

Я положил руку на плечо старому другу:

— Ну что, как ощущения после прочистки мозгов?

Ноктус поморщился, потирая виски:

— Как с худшего похмелья в моей жизни. А у меня, поверь, их было немало… Помнишь когда мы с тобой приехали в Ларинское царство, взяли непотребных девок и…

— Нет! — резко оборвала его Айсштиль, — Никаких непотребных девок!

— Только потребные, — закивала Настя.

— У нас серьезная ситуация! — закончила Снежная королева.

— Да-да, конечно, Айси, — Ноктус вздохнул, — Просто в голове такая каша… Помню, как этот тип в противогазе что-то сделал с моей Книгой Судьбы. А потом… провалы. Обрывки каких-то приказов, миссий. Как кино с вырезанными сценами.

— Про его планы что-нибудь помнишь? — я внимательно посмотрел на друга.

— Немного. Он определенно хотел заполучить Черное Солнце. Но тут вмешался этот ваш Фома… И сунул туда руку…

— Твою ж, Фома! — я, сразу поняв, что именно произошло, стиснул кулаки, — Я же просил его держаться подальше! Говорил же — испорченная метка слишком опасна!

— Не злись на него так, — Ноктус криво усмехнулся, — Я хоть и осколок, но кое-что помню из прошлой жизни. Метка твоего Черного Солнца… она зовет, манит. Это как песнь сирен для моряка — почти невозможно сопротивляться. По крайней мере мне так говорили смертные, которые согласились стать твоими подопытными…

— Ого, — Айсштиль бросила на меня внимательный взгляд, — Так ты и эксперименты над смертными ставил, Эстро? И Ноктусу что-то рассказал? А мне нет?

— Давай позже об этом, — вздохнул я.

— И что теперь с Фомой случилось? — спросила Эмми, нервно теребя край своего огненного платья.

— Артефакт его поглотил, — я покачал головой, — Но я могу это исправить. Нужно только добраться до Хранилища.

— Ты уверен? — Айсштиль с сомнением посмотрела на меня.

— Честно? Ни капли, — я пожал плечами, — Но других вариантов у нас все равно нет.

Настя тем временем поднял кинжал и протянула его Ноктусу.

— Вот. Это вроде ваше.

Но тот лишь улыбнулся и покачал головой.

— Знаешь что? Оставь его себе.

— Но… — начала было она.

— Было моим, — мягко перебил древний бог, — Теперь твое. Ты его заслужила — кинжал сам выбрал тебя, когда решил помочь мне освободиться. А я… я себе новый сделаю. Может, даже лучше.

— С блекджеком и… — я не удержался.

— НИКАКИХ ИСТОРИЙ! — рявкнула Айсштиль. После боя богиня находилась в весьма взвинченном состоянии.

— Вообще-то я хотел сказать «с рунами и улучшенным балансом», — я постарался придать лицу самое невинное выражение, — У тебя какие-то странные ассоциации, дорогая.

В меня тут же прилетел снежок. Ну хорошо хоть не сосулька…

— Между прочим, — Ноктус задумчиво посмотрел на свои руки, — странно это все. В смысле, я даже не помню толком, как стал осколком. Помню войну, помню, как ты пал, Эстро… А дальше пустота. И вдруг — бац! — я уже на побегушках у какого-то типа в противогазе.

— И ничего конкретного про него не помнишь? — я внимательно посмотрел на друга.

— Только то, что он очень силен. И очень… знаком, что ли? Как будто я должен его знать, но не могу вспомнить откуда.

— Отлично, еще одна загадка, — я потер переносицу, — Ладно, с этим разберемся позже. Сейчас главное…

— Добраться до Хранилища, — закончила за меня Айсштиль, — И желательно до того момента, как эта тварь наверху разнесет весь город. Даже здесь чувствуется ее злость…

— Кстати об этом, — Ноктус поежился, — Сверхсущность… Я ее помню. Она была в Мире Мертвых, когда я… когда меня… — он замолчал, схватившись за голову, — Черт… не помню… голова… болит…

— Эй, — я сжал его плечо, — Не напрягайся. Воспоминания вернутся сами, когда будут готовы. Или когда ты объединишься с другими своими осколками.

— Да, так и со мной было, — Айсштиль кивнула.

— Знаешь что, Эстро? — он поднял на меня глаза, — Извини, что пытался тебя убить. Сейчас и тогда… когда Громовержец приказал тебя сокрушить… Пусть и в обоих случаях выбора у меня не было… В любом случае друг я явно фиговый…

— Да ладно, — я махнул рукой, — С кем не бывает? Вот помнишь тот случай с русалками, когда мы отодрали за один подход целую…

— ДАЖЕ! НЕ! НАЧИНАЙ! — от вопля Айсштиль с потолка посыпалась штукатурка.

* * *

Мы двинулись вперед, к Хранилищу. Было подозрительно тихо. До нас лишь долетали отдаленные отголоски битвы Императора и Сверхсущности. Но долго так продолжаться не могло.

— Впереди гости, — тихо произнес Ноктус, когда мы приблизились к очередному повороту, — И много.

Я кивнул — тоже почувствовал их присутствие. Мощных ауры, все искаженные каким-то чуждым влиянием. Похоже на то, как босс изменил Ноктуса, только… глубже? Сильнее?

Из теней впереди соткались три фигуры в масках. Я сразу узнал их — Эгилия, Аймос и и… третью я не помнил. Видимо, слишком много воспоминаний потерял за те десять тысяч лет в Бездне.

За их спинами в тенях угадывались контуры еще нескольких осколков.

— Предатель, — Эгилия смотрела на Ноктуса. В её голосе звучала странная смесь презрения и… сожаления? — Как ты посмел нарушить волю босса?

— Видишь ли, дорогая, — Ноктус лениво поигрывал сгустком тьмы, — я просто вспомнил, что терпеть не могу, когда мне промывают мозги. К тому же… — он подмигнул мне, — у нас с Эстро осталось столько незаконченных историй.

— Только не это, — простонала Айсштиль.

— Вы не пройдете, — прогрохотал Аймос. Его багровая аура пульсировала, искажая пространство.

— Попробуйте остановить, — я позволил Бездне проявиться. Черные узоры поползли по коже, воздух вокруг загустел.

— Расклад не в вашу пользу, — усмехнулась Эгилия, — У вас ноль шансов.

— О, я смотрю, ты сохранила чувство юмора, — Айсштиль создала ледяное копье, — А я-то думала, босс и его вытравил вместе с волей.

Что-то промелькнуло в глазах богини подземных вод — словно тень прежней личности.

— Мы не хотим с вами драться, — я сделал шаг вперед, — Правда. Но Черное Солнце нужно стабилизировать. Иначе последствия будут…

— Молчи! — оборвал Аймос, — Ты не понимаешь великого замысла!

— Да-да, конечно, — я закатил глаза, — Светлое будущее, новый мировой порядок… Ребят, вы себя со стороны слышите? Звучите как дешевые злодеи из кинокомиксов.

— Эстро, — тихо произнесла Эгилия, — ты же был одним из мудрейших. Неужели не видишь? Старый мир прогнил. Нужны перемены.

— Перемены — да, — я кивнул, — Но не в вашем исполнении.

Эмми рядом со мной активировала Благословение Бездны. Ноктус сгустил тьму вокруг себя. Вокруг Айсштиль закрутилась пурга. Настя крепче сжала подаренный кинжал.

— Последний шанс, — предложил я древним богам, — Просто дайте нам пройти.

Вместо ответа Аймос ударил. Его багровая энергия хлынула подобно лаве, грозя смести нас всех. Я едва успел создать барьер Бездны.

— Ну что ж… — пробормотал я, уворачиваясь от серебристой атаки Эгилии, — Значит, будем учить вас здравому смыслу старым добрым способом.

— Как в старые добрые времена! — радостно воскликнул Ноктус, отражая атаку третьего осколка своей тьмой.

— Твой кинжал на них подействует? — спросил я запоздало.

— Он науськан только на меня! Я могу попробовать его перенастроить… но не в таких условиях!

Коридор наполнился вспышками силы, когда мы схлестнулись с древними богами.

«Держись, Фома, старый алкаш», — подумал я, уклоняясь от очередной атаки, — «Скоро будем. И очень надеюсь, что ты еще жив там внутри… Чтобы надрать тебе твою бунтарскую задницу».

А потом времени на размышления не осталось — остальные осколки, прятавшиеся в темноте, вступили в бой.

Где-то впереди, в глубине подземелья, продолжало пульсировать Черное Солнце, ожидая того, кто сможет его укротить. Или того, кто попытается использовать его силу для чего-то гораздо более опасного…

* * *

Первое, что почувствовала Светлана — раскалывающуюся головную боль. Она медленно приходила в сознание, и каждый удар сердца отдавался в висках мучительной пульсацией. Где-то рядом, словно сквозь толщу воды, послышался чей-то стон.

— М-да… — голос Горового звучал хрипло, — Вот так всегда — стоит расслабиться, и тебя сразу бьют по голове. Причем в моем случае уже который раз за день.

Светлана с трудом разлепила глаза. Они находились в каком-то техническом помещении — вероятно, одной из подсобок арены. Тусклая лампа под потолком едва освещала бетонные стены и металлические стеллажи с инструментами. В воздухе пахло машинным маслом и пылью.

У дальней стены стояли двое в черных костюмах с высокотехнологичными масками. В тусклом свете их фигуры казались размытыми, нечеткими. Они не двигались и почти не издавали звуков — только легкое гудение их костюмов нарушало тишину.

— Как голова? — тихо спросил Горовой. Он сидел, прислонившись к стене, его форма была изрядно потрепана. На его руках были наручники, прикованные к трубе. В таком же положении была и Света.

— Бывало и лучше, — Светлана попыталась пошевелиться и поморщилась. На шее что-то давило — антимагический ошейник.

Один из охранников чуть повернул голову, прислушиваясь к их разговору.

Светлана осторожно осмотрелась, прикидывая расклады.

— Знаете, Павел Николаевич, — произнесла она. Не очень громко, но достаточно, чтобы ее услышали, — а ведь у меня под формой еще один накопитель. В потайном кармане. Наверное, его не заметили при обыске.

Охранники встрепенулись и переглянулись.

— Серьезно? — Горовой громким шепотом мгновенно подхватил игру, — Тот самый экспериментальный? С автономным источником питания?

— Ага. Который может взорваться от малейшего сотрясения, — Светлана многозначительно кивнула, — Кстати, я его, кажется, при падении задела. Он как-то странно гудит…

Охранники переглянулись. Один из них шагнул вперед:

— Где накопитель?

— О, так я вам и сказала, — Светлана закатила глаза, — Может, он уже на последней стадии перегрузки. Заберем вас всех, гадов, с собой…

Второй охранник нервно переступил с ноги на ногу:

— Обыщем?

— К чёрту… Лучше доложим…

— Но босс приказал…

— Если там реально что-то рванет, нам точно конец. Доложим боссу — и вернемся.

Они быстро вышли, тихо переговариваясь. Дверь с тихим шипением закрылась.

— А что, хороший блеф, — одобрительно кивнул Горовой, — Только вот с чего они так легко купились?

— Думаю, дело не в блефе, — Светлана прислушалась к удаляющимся шагам, — Скорее в том, что им также промыли головы. Им сложно принимать решения, выходящие за рамки инструкций.

Она наклонила голову к наручникам, пальцами попыталась нащупать застежку ошейника, но тот словно врос в кожу.

— Не выйдет, — покачал головой генерал, — Я уже пробовал. Эта дрянь реагирует на любые попытки взлома.

— Черт, — Светлана откинулась к стене, — И что теперь?

— Теперь ждем. Рано или поздно кто-нибудь явится — либо наши, либо… те, кому мы нужны живыми.

— Думаете, мы им зачем-то нужны?

— Уверен, — Горовой мрачно усмехнулся, — Иначе давно бы убили. Кривотолков… или кто там сейчас в его теле… он не из тех, кто держит пленных просто так.

Где-то наверху что-то глухо громыхнуло. Стены едва заметно задрожали.

— Что там происходит? — Светлана прислушалась к далеким раскатам.

— Судя по тряске — что-то очень масштабное, — генерал прикрыл глаза, — Надеюсь, наши справляются.

— А этот пульсирующий черный поток… — она поежилась, вспомнив чудовищную мощь, — Вы когда-нибудь видели что-то подобное?

— За тридцать лет службы? — Горовой хмыкнул, — Много чего повидал. Но такое… — он покачал головой, — Нет, такого еще не встречал. Хотя знаешь, был один случай в Диких Землях… Тогда мы с отрядом наткнулись на Монстра, осквернившего луну.

— Жаль, меня там не было, — Соколова вздохнула.

Новый удар сотряс стены. На этот раз ближе.

— Похоже, веселье приближается, — Светлана подалась вперед, прислушиваясь, — Как думаете, охранники скоро вернутся?

— Судя по тому, как они драпали — вряд ли, — Горовой тоже прислушался, — Но нам от этого не легче. Без магии мы как котята слепые.

— Знаете что? — она вдруг улыбнулась, — А ведь Костя Безумов бы сейчас сказал что-нибудь вроде «положитесь на свою интуицию» или «прислушайтесь к внутреннему голосу».

— О да, — генерал закатил глаза, — Этот парень… с ним вечно какие-то странности. То древние печати плетет, то с тварями аномальными разговаривает, как со старыми друзьями. А теперь еще и эта история с Черным Солнцем.

— Вы ему не доверяете? — Светлана внимательно посмотрела на Горового.

— Скажем так… — он помолчал, — Я видел достаточно, чтобы понять — у парня явно есть какие-то свои цели. Возможно, благие. Но он определенно что-то скрывает.

— И что собираетесь делать?

— А что тут сделаешь? — генерал пожал плечами, — Пока он на нашей стороне и помогает городу — пусть хоть с самим чертом в карты перекидывается. Хотя… — он усмехнулся, — судя по некоторым его фокусам, возможно, он уже и это попробовал.

Светлана как раз собиралась ответить, когда воздух в комнате странно искривился. Из пустоты соткалась высокая фигура в некогда элегантном, а теперь изрядно потрепанном костюме.

— Сэр Мелори? — Горовой недоверчиво прищурился, — Какими судьбами?

Бывший посол выглядел непривычно потрепанным. Его обычно безупречная прическа растрепалась, на щеке виднелась свежая царапина, а в глазах плескался неприкрытый страх.

— О, слава богу, вы здесь, — он нервно оглянулся на дверь, — Послушайте, у нас мало времени. Там творится такое…

— Что именно? — Светлана подалась вперед.

— Эти твари повсюду… — Мелори передернул плечами, — А еще эти существа в масках… И Кривотолков… Он словно одержимый. А самое страшное — тот тип в противогазе. От него веет чем-то… противоестественным. Он не человек, я уверен!

— И вы решили нам помочь? — Горовой скептически приподнял бровь, — С чего вдруг такая доброта?

— Потому что я не самоубийца, — Мелори провел рукой по лицу. Его пальцы заметно дрожали, — Послушайте, генерал… Я могу освободить вас. Мой пиджак все еще сохранил часть функций — достаточно, чтобы деактивировать ошейники. Но мне нужны гарантии.

— Чего? — Света округлила глаза, — Я чего-то не знаю?

— Британцы попытались украсть Черное солнце, но мы взяли их за жабры, — пояснил Горовой. Снова посмотрел на посла и чуть подался вперед, — Какие гарантии вам нужны?

— Безопасное возвращение домой, — быстро произнес британец, — Никаких обвинений, никаких судов. Просто… дайте мне уйти. Клянусь, я больше никогда не появлюсь в России.

Глава 26

Выгодное предложение

— А как же ваша миссия? — Светлана прищурилась, глядя на Мелори, — Черное Солнце?

— К черту миссию! — впервые в голосе обычно невозмутимого дипломата прорезались истерические нотки, — Вы не понимаете… Эта штука — она не просто артефакт. Она… живая. И то, что происходит сейчас — это только начало. Я видел… — он осекся и снова нервно оглянулся, — Неважно, что я видел. Важно, что я хочу убраться отсюда, пока не стало слишком поздно.

Горовой и Светлана переглянулись.

— Допустим, вы не врете, — медленно произнес генерал, — Но я не могу дать вам гарантий, что вас действительно отпустят домой. Без последствий. Это решение может принять только Император.

— Но…

— Но я могу ходатайствовать к Государю о снисхождении к вам, на основании вашего вклада в нейтрализацию террористов, известных как Организация, — отчеканил генерал, — И если Государь сочтет ваш вклад весомым, вас включат в первую партию обмена политзаключенными. Тогда вы быстро вернетесь домой.

— Правда? — Мелори недоверчиво прищурился.

— Возможно, вы там на островах не в курсе, но у русских, знаете ли, тоже есть понятие о чести, — Горовой усмехнулся, — К тому же… возможно, нам еще пригодится такой должник в Лондоне.

— Вы что, правда ему верите? — Светлана с сомнением посмотрела на генерала, — Он забудет о своих обещаниях уже в лондонском аэропорту.

— А у нас есть выбор? — он пожал плечами, — К тому же… посмотри на него. Такой страх не сыграешь.

Мелори действительно выглядел непривычно бледным. Его руки продолжали мелко дрожать, а глаза постоянно метались к двери.

— Хорошо, я согласен, — Мелори, облизнув пересохшие губы, приблизился к ним. Из рукава его пиджака выдвинулось что-то похожее на отмычку, светящуюся тусклым голубым светом, — Постараюсь побыстрее. Не шевелитесь, пожалуйста.

Где-то наверху снова громыхнуло. Стены содрогнулись, с потолка посыпалась бетонная крошка.

— Знаете, — пробормотал Мелори, возясь с замком ошейника Светланы, — когда я соглашался на эту миссию, мне обещали легкую дипломатическую работу. Приемы, фуршеты, светские беседы… А не вот это все.

— Добро пожаловать в Россию, — хмыкнул Горовой, — У нас даже обычный дипломатический прием может закончиться погоней с медведями.

— Правда? — Мелори замер.

— Нет, — генерал усмехнулся, — Какие медведи в городе? У нас только чудовища из других измерений.

— О господи, — пробормотал британец, возвращаясь к работе над ошейником, — Кажется, я начинаю жалеть, что не пошел в спорт, как хотел отец…

* * *

Коридор снова превратился в поле боя. Лед Айсштиль сталкивался с серебристыми потоками Эгилии, создавая причудливые кристаллические скульптуры. Ноктус, Аймос и другие осколки устроили настоящую битву теней — их тьма сплеталась и расплеталась, как живые существа.

Эмми создала вокруг нас огненный вихрь, прикрывая от атак со спины. Настя умело использовала свои иллюзии, сбивая противников с толку. Её доппели, созданные по образу самых сильных бойцов, которых она знала, вносили хаос в ряды врагов.

— Слева! — крикнул я, заметив, как один из осколков пытается зайти с фланга.

Но предупреждение оказалось излишним — Эмми уже развернулась в ту сторону, и её огонь слился с моей Бездной, создавая особенно мощную комбинацию. Противник не успел уклониться и рассыпался черным пеплом.

И тут появился он. Воздух словно сгустился, когда в бой вступил князь Кривотолков. Его аура пульсировала странным образом — словно что-то чужеродное исказило саму его природу.

— Как невежливо, — произнес он, и его голос звучал механически, — Ворваться без приглашения…

За его спиной из теней соткалась фигура в черном плаще — тот самый Тень, которого я встречал раньше.

Я едва успел создать барьер Бездны, защищая всех от новой волны атак. Удар был такой силы, что меня отбросило на несколько шагов назад.

— Эй, князь! — я выпрямился, стряхивая с плеч бетонную крошку, — Тебя контролируют, разве не видишь? Кто-то переписал твою Книгу судьбы. Может, все-таки поговорим?

— Единственное, что мы видим, — процедил Кривотолков, — это глупца, который отказывается принять неизбежное.

Князь Соколов шагну вперед, поравнявшись со мной. Его взгляд, словно острие шпаги был устремлен на Кривотолкова.

— Дмитрий? — голос князя Соколова прозвучал обманчиво мягко. Кривотолков медленно повернулся к нему. В тусклом свете его лицо казалось маской — неестественно застывшей, лишенной всяких эмоций.

— А, Гриша, — механически произнес он, — Какая… неожиданная встреча.

— Предатель, — Соколов снова шагнул вперед. Его аура вспыхнула с невиданной силой — годы службы Истребителем не прошли даром, — Ты же присягал Империи! На верность Государю! На крови клялся!

— О да, — в голосе Кривотолкова появились какие-то странные, неживые нотки, — Я много чему присягал. И много кому клялся. Но знаете что? Пришло время перемен.

— Перемен? — Соколов горько рассмеялся, — И ради этих «перемен» ты продался террористам? Предал все, во что верил?

— Вы ничего не понимаете, — Кривотолков покачал головой, — Я не продался. Я прозрел. Увидел истину.

— Он не в себе, — сказал я, — На его Книгу Судьбы воздействовали.

Но Соколов меня, кажется, не слышал.

— Какую еще истину⁈ — князь Соколов сжал кулаки. От его ауры воздух начал потрескивать, — Ту, что тебе вложили в голову эти кукловоды?

— Старый порядок обречен, — Кривотолков говорил размеренно, словно читал заученный текст, — Аристократия, Империя, вся эта отжившая система… Все должно измениться.

— И кто будет менять? Ты? — Соколов презрительно скривился, — Посмотри на себя, Дима. Ты же своим словам не хозяин. Опомнись!

Что-то промелькнуло в глазах Кривотолкова — словно тень прежней личности. На миг его лицо исказилось, будто от боли. Но потом снова стало неестественно спокойным.

— Может быть, — он пожал плечами, — Многие слова босса пришлись по душе старому мне. А после того, как он показал мне своё лицо… У меня не было шанса спастись. Но даже марионетка может изменить мир. Если дергать за правильные ниточки.

Я задумался. Босс каким-то образом подавил волю Кривотолкова, показав ему свою лицо. И использовал ослабшую мораль князя, чтобы подчинить его окончательно.

Что там за лицо такое?

— Дмитрий Александрович Кривотолков, — в голосе Соколова зазвучала сталь, — Именем Империи и всего офицерского корпуса Истребителей — ты объявляешься изменником Родины.

— Не трудитесь, князь, — Кривотолков поднял руку, и воздух вокруг него начал искажаться, — Скоро само понятие «Родина» обретет… совсем иной смысл.

Его аура вспыхнула — но как-то неправильно, болезненно. Словно сама реальность корчилась от его присутствия.

— Ты же был одним из нас, — тихо произнес Соколов, — Мы по молодости вместе служили. Вместе сражались. Помнишь тот рейд в Дикие Земли? Когда ты прикрыл мою спину?

— Это было давно, — отрезал Кривотолков, — Потом мы снова стали врагами. На светских приемах говорили любезности, а ночью точили кинжалы…

— И что теперь? Предашь все, ради чего мы сражались? Ради чего погибали наши товарищи?

— Я не предаю, — в его голосе появилось что-то похожее на эмоции, — Я… спасаю. Вы просто не видите всей картины.

— Вижу достаточно, — Соколов встал в боевую стойку, — Вижу человека, который променял честь на пустые обещания. Который забыл свой долг ради красивых слов о «новом мире».

— А-а-а… все такой же упрямый идеалист, — Кривотолков покачал головой, — Не понимаешь, что иногда нужно… адаптироваться.

— Предательство теперь так называется? Где в этих словах твоя реальная воля, а где — чужая? — Соколов горько усмехнулся, — Дима, Дима… Значит, придется вбить в тебя немного старомодной офицерской чести.

Кривотолков хмыкнул и снова повернулся ко мне.

— Новый мир грядет, Безумов. И ты либо примешь его…

— Либо что? — я позволил Бездне проявиться в полную силу, — Убьете меня? Попробуйте.

Тень атаковал первым — его духовный меч описал широкую дугу, но я был готов. Бездна откликнулась на мой зов, создавая темные клинки.

— Эмми! Айсштиль! — крикнул я, — План «Буран»!

Девушки среагировали мгновенно. Огонь и лед слились в единую технику, создавая в коридоре настоящий хаос из пара и острых кристаллов. Как «Песнь Льда и Пламени», но чуть послабее. Осколки на миг растерялись, скованные льдом — такого они явно не ожидали.

Мы рванулись вперед одновременно. Тень попытался преградить путь, но Ноктус перехватил его, окутывая своей тьмой. Кривотолков, кажется, начал активировать свой Дар… или еще что-то мощное — я почувствовал, как пространство вокруг искажается, — но было поздно.

Бездна хлынула из меня подобно цунами. Коридор на миг погрузился в абсолютную тьму. А когда она рассеялась… Меня здесь уже не было.

— Где он? — рыкнул Кривотолков, нервно оглядываясь по сторонам, — Где мальчишка⁈

— Эй, твой противник я, — хмыкнул Ноктус, преграждая ему путь.

— Нет, я, — хмуро произнес Соколов, вставая рядом с Ноктусом, — Я еще не поквитался с ним за дочь…

— О, ну как знаешь, смертный, — Ноктус повернулся к Тени, — Тогда разберусь с тобой.

Ауры князей столкнулись, и воздух между ними заискрил от напряжения. Два бывших товарища, два бывших Истребителя — теперь по разные стороны баррикад.

— Не заставляй меня это делать, — тихо произнес Кривотолков, — Гриша.

— А ты не заставляй меня забывать нашу дружбу, Дима, — ответил Соколов, — Пока еще не поздно — одумайся. Или, клянусь, я тебя убью.

Но в глазах Кривотолкова уже не было ничего человеческого. Только холодный блеск чужой воли.

И два старых друга бросились в бой — возможно, в свой последний бой.

* * *

Я стоял в Хранилище. Черное Солнце пульсировало в центре, испуская потоки темной энергии. А рядом с ним…

— Я ждал тебя, — произнес человек в противогазе, — Признаться, ты явился даже раньше, чем я рассчитывал.

Я внимательно следил за его руками — то, как он управлялся с потоками энергии артефакта, выдавало глубокое понимание его природы. Слишком глубокое для случайного человека.

— Правда? — я создал несколько темных клинков, готовясь к бою, — Тогда, может, сразу сдашься? Сэкономим время.

— О, Эстро… — он рассмеялся, и в его искаженном голосе было что-то… знакомое? — Все такой же самоуверенный. Но разве ты не видишь? Мы не враги.

— Да ну? — я прищурился, — А по твоим марионеткам и не скажешь.

— Это было необходимо, — он сделал пару шагов в сторону, словно прогуливаясь. Его движения были плавными, выверенными — он явно чувствовал себя здесь как дома, — Иногда, чтобы построить что-то новое, приходится использовать… нестандартные методы.

— Например, промывать мозги древним богам?

— Громовержец обезумел из-за своей паранойи, — он пожал плечами, — Другого выбора не было…

Он даже и такое знает…

Я следил за тем, как он манипулирует энергией Черного Солнца. Каждый жест, каждое движение… Он использовал техники, которые я сам разработал тысячи лет назад. Техники, которые никто кроме меня не должен был знать. И он знал их идеально…

— Знаешь, что самое забавное? — произнес он после паузы, — Мы хотим одного и того же. Изменить систему. Дать силу тем, кто её достоин. Исправить ошибки прошлого.

— Если мы хотим одного и того же, — я шагнул ближе, — зачем весь этот цирк? Сдавайся. Вместе подумаем, как все исправить.

— Сдаться? — он снова рассмеялся, но в этот раз в его смехе звучала горечь, — Нет, Эстро. Если я сдамся — все мы умрем.

— В смысле?

— Гляди, — он указал на Чёрное Солнце, — Мне удалось немного его стабилизировать… но этого по ходу недостаточно… Мне нужна твоя помощь. Один я не справлюсь. Если мы прямо сейчас не укротим Черное Солнце… то не выживет даже Император.

Глава 27

Вынужденный союз

Звуки битвы в коридоре стали ближе. Кажется, битва постепенно смещалась в нашу сторону.

Я внимательно изучил Черное Солнце, ощущая тревожные изменения в его энергетической структуре. То, что я видел, мне совершенно не нравилось — артефакт явно выходил из-под контроля.

Изначально, когда я создавал его, я предусмотрел систему защиты… но здесь ее просто не было. Кажется, ученые умельцы Императора по какой-то причине ее полностью сняли…

— Тоже это чувствуешь? — спросил я босса, не отрывая взгляда от пульсирующей тьмы.

— Да, — его механический голос звучал напряженно, — Оно становится нестабильным. Нужно срочно что-то делать.

— Есть идея, — я начал складывать печати, используя энергию Бездны, — Если объединить наши силы…

— Согласен, — он шагнул ближе, — Другого выхода все равно нет.

— Но имей в виду — я за тобой слежу.

— Как и я за тобой, — усмехнулся тот.

Мы синхронно активировали техники Бездны, направляя потоки энергии к артефакту. Поначалу казалось, что все идет по плану — пульсация Черного Солнца начала упорядочиваться, становясь более ритмичной.

Но вдруг что-то пошло не так.

Сначала я заметил, как мелкие камешки на полу дрогнули и медленно поползли к артефакту. Следом начали двигаться куски бетона, металлические обломки, осколки стекла — словно Черное Солнце превратилось в гигантский магнит.

— Это еще не все, — босс указал на происходящее в коридоре, — Смотри.

Там творилось что-то невероятное. Айсштиль пыталась удержаться на месте, цепляться копьем за стены, но её тело словно размывалось, превращаясь в рой сверкающих кристаллов. И эти кристаллы неумолимо тянуло к Черному Солнцу.

— Эстро! — закричала она, и в её голосе впервые за тысячи лет я услышал настоящий страх, — Что происходит⁈

— Держись! — крикнул я, складывая новую печать.

Бездна сформировала что-то вроде тонкой сети, ловя весь лед Айсштиль. Это должно выиграть немного времени.

Следом пришла очередь Ноктуса — его тьма словно взбунтовалась, отделяясь от тела и устремляясь к Черному Солнцу.

— Вот же дрянь! — успел выкрикнуть он, прежде чем моя вторая сеть успела его поймать, — Спасибо, друг!

Эгилия попыталась использовать свои подземные техники, но её серебристые потоки только ускорили процесс распада. Один за другим древние боги превращались в чистую энергию, которую затягивало в ненасытную утробу артефакта.

Босс взмахнул рукой, и Эгилию также прижало к полу покровом Бездны.

Должен признать, этот хмырь очень хорошо владеет техниками Бездны…

Тем не менее, другие осколки продолжали погружаться внутрь черной сферы. У нас просто не хватало рук, чтобы спасти их все.

— Оно притягивает осколки, — процедил босс, усиливая защиту Бездны вокруг нас, — Словно хочет… собрать их?

— Оно хочет исправить все, что ему кажется дефективным, — коротко бросил я, — Таким уж оно создано…

Я чувствовал, как меня самого тянет к Черному Солнцу. Чем-то я ему тоже не понравился… Только энергия Бездны, окутывавшая нас с боссом плотным коконом, спасала от участи других богов.

Из коридора доносились звуки боя — там Соколов, Настя и Эмми сражались с Кривотолковым и Тенью. Похоже, противники были слишком увлечены схваткой, чтобы заметить происходящее с осколками.

Черное Солнце вдруг вспыхнуло с такой силой, что пространство вокруг исказилось. В его глубине начали проступать лики поглощенных осколков — увы, мы с Незнакомцем спасли не всех…

* * *

Соколов и Кривотолков, два бывших боевых товарища кружили по залу, обмениваясь ударами. Их ауры сплетались в причудливый узор — чистая сила Соколова против искаженной мощи Кривотолкова.

— Вспомни, Дима! — крикнул Соколов, уклоняясь от особенно коварного выпада, — Тот рейд в Северные пустоши!

Кажется, он до последнего надеялся докричаться до настоящего Кривотолкова.

Кривотолков не ответил — только оскалился, и его аура полыхнула с новой силой. Воздух вокруг него начал искажаться, словно само пространство не выдерживало присутствия его искаженного Дара.

— А помнишь ту заварушку на Урале? — Соколов продолжал говорить, методично отражая атаки, — Когда мы вдвоем держали перевал против целой орды тварей?

— Заткнись! — прорычал Кривотолков, — Эти воспоминания… они ничего не значат!

Но что-то в его голосе дрогнуло. На миг его движения стали менее уверенными, словно часть прежней личности пыталась пробиться сквозь чужой контроль.

Соколов заметил эту заминку и рванулся вперед:

— Как же разрывает между желание вправить тебе мозги и тут же выбить их наружу… Дима, твою ж! Где твоя гордость⁈ Почему урожденный Кривотолков позволяет помыкать собой какому-то смерду? Борись с этим!

Но Кривотолков вдруг расхохотался — жутким, механическим смехом:

— Борись? О нет, Гриша… Я наконец-то свободен. Свободен от всех этих… условностей.

Его следующий удар был настолько силен, что Соколов отлетел к стене. Князь с трудом поднялся, сплевывая кровь.

— Твою…

— Мне открыли глаза, — Кривотолков медленно приближался, и воздух вокруг него продолжал искажаться, — Показали истину. Старый мир должен умереть, Гриша. И ты… ты умрешь вместе с ним.

Соколов встал в боевую стойку, но было видно — силы его на исходе. Раны, полученные в предыдущих схватках, давали о себе знать.

— Знаешь, что самое печальное? — Кривотолков остановился в двух шагах от него, — Ты всегда был… в каком-то смысле лучшим из князей Синегорья. Честным. Благородным. Признаться, в какие-то моменты я тебе даже завидовал… А значит… — он поднял руку, заряжая смертоносную технику, — тебе нет места в новом мире.

Соколов только горько усмехнулся:

— Зачем тогда такой мир нужен?

Кривотолков ударил. Его искаженная сила, словно коса жнеца, устремилась к горлу бывшего друга…

— НЕТ!

Волна чистой энергии отбросила Кривотолкова в сторону. В центре зала возникла Светлана — её синие волосы развевались в потоках силы, а глаза сияли подобно двум звездам.

— Папа! — она метнулась к отцу, поддерживая его, — Ты как?

— Жить буду, родная, — он слабо улыбнулся, опираясь на её плечо, — А ты… как ты…

— Потом расскажу, — она бросила быстрый взгляд на медленно поднимающегося Кривотолкова, — Сейчас есть дела поважнее.

— Света… нет, — Соколов попытался встать перед ней, — Я запрещаю…

— Пап, — она мягко, но решительно отстранила его, — Я уже не маленькая девочка. И да, я знаю — ты всегда хотел меня защитить. Но может… может, пришло время позволить мне защитить тебя?

Её аура разгоралась все ярче. Соколов смотрел на дочь, и в его глазах читалась странная смесь гордости и боли.

— Ты… — он запнулся, — Ты так похожа на мать. Такая же упрямая.

— Знаю, — она улыбнулась, не отрывая взгляда от приближающегося врага, — Мамино упрямство… умноженное на твою силу… А теперь… позволь мне закончить твой бой.

— Света…

— Все будет хорошо, пап, — она сжала его руку, — Я справлюсь. Обещаю.

Кривотолков уже полностью поднялся. Его аура пульсировала, искажая пространство вокруг.

— Как трогательно, — произнес он механическим голосом, — Отец и дочь… Ничего, я отправлю вас в небытие вместе.

— У вас странное представление о будущем, князь, — Светлана шагнула вперед, заслоняя отца, — Если оно строится на костях лучших людей.

За её спиной Соколов с трудом поднялся, опираясь на стену. И хотя каждое движение давалось ему с трудом, в его глазах горела странная решимость. Он смотрел на дочь так, словно впервые по-настоящему увидел её — не маленькую девочку, которую нужно защищать, а сильную молодую женщину, готовую сражаться за то, во что верит.

На мгновение Светлана оглянулась через плечо:

— И еще, пап… спасибо. За всё.

А потом она устремилась в бой, и её аура вспыхнула с такой силой, что даже искаженная мощь Кривотолкова на миг померкла перед этим сиянием.

А разрушительная мощь Черного Солнца меж тем лишь набирала обороты.

— КОСТЯ! — голос Насти прорвался сквозь грохот рушащихся стен, — Что происходит⁈

— Держитесь подальше! — крикнул я в ответ, — И постарайтесь не приближаться к артефакту!

Сила притяжения росла с каждой секундой. Теперь уже не только мелкие предметы — целые куски стен начали отрываться и лететь к Черному Солнцу. Только наша защита Бездны пока держалась, не позволяя утянуть нас следом за осколками.

— Кажется, Император что-то сделал с ним, — прохрипел босс, — Что-то такое, чего мы предположить не могли… И это изменение… кажется, может нас погубить…

Вся битва уже переместилась в Хранилище. Кривотолков и Тень сражались с Эмми, Настей и Соколовыми с попеременным успехом — никто не мог взять верх. Света была слишком ослаблена, чтобы показать всю свою настоящую мощь.

Новая вспышка энергии накрыла хранилище. Черное Солнце словно ожило — его пульсация стала напоминать удары исполинского сердца. И с каждым ударом реальность вокруг искажалась все сильнее.

Где-то в глубине артефакта что-то начало меняться. Поглощенные осколки не просто растворялись в его тьме — они словно… соединялись? Сливались во что-то новое?

— Черт… — босс повернулся ко мне, — Оно не просто собирает осколки. Оно…

Но мне уже не нужно было объяснений. Я и сам видел, что происходит в глубине Черного Солнца. И это зрелище заставило меня впервые за много тысяч лет почувствовать настоящий страх.

Потому что осколки древних богов внутри артефакта действительно соединялись. Но не в тех, кем они были раньше.

Они соединялись во что-то совершенно новое. Что-то, чего никогда не должно было существовать…

— Эстро!!!

Черт! Я резко развернулся к Айсштиль и Ноктусу… но слишком поздно. Сети Бездны прорвались, и обоих стремительно затянуло в черную сферу, следом за остальными осколками. А следом за ними последовала Эгилия…

Глава 28

Ты был слишком самоуверен

Черное Солнце пульсировало в центре хранилища, испуская волны темной энергии. Её мощь была настолько велика, что даже воздух вокруг артефакта казался густым и тяжелым. В глубине пульсирующей тьмы я чувствовал сущности пойманных осколков древних богов — они пытались вырваться, но тщетно.

— Чувствуешь? — спросил босс, не отрывая взгляда от артефакта. Стекла противогаза тускло блестели в полумраке, — Полярности не сходятся… Если срочно что-то не сделать…

— Вижу, — я внимательно следил за его руками. То, как он управлялся с потоками энергии, выдавало глубокое понимание природы артефакта. Слишком глубокое.

Где-то в стороне грохотал бой — Светлана теснила Кривотолкова, её аура сияла подобно маяку во тьме. Но сейчас было не до них.

— У меня есть идея, — босс Организации повернулся ко мне. Его искаженный механический голос звучал почти торжественно, — Радикальная, но это единственный способ.

— Какая?

— Мы должны направить энергию Бездны в само ядро артефакта, — босс начал чертить в воздухе сложную схему печатей, — Синхронно. Если всё рассчитать правильно, сможем стабилизировать его изнутри.

— Слишком опасно, — я покачал головой, — Если не справимся… Черное солнце уничтожит половину города.

— У тебя есть идеи получше? — в его голосе появились стальные нотки, — Время уходит.

— Хорошо, — наконец произнес я, — Что нужно делать?

Босс начал быстро объяснять схему печатей. С каждым его словом я всё больше укреплялся в своих подозрениях — он знал о Черном Солнце слишком много. СЛИШКОМ. Такие детали мог знать только тот, кто участвовал в его создании.

Только вот я никого к работе над Черным Солнцем не допускал. Это был полностью сольный проект… Даже Латона не была в курсе.

Мы вплотную придвинулись к артефакту, игнорируя опасность. Черная сфера продолжала пульсировать между нами, искажая пространство вокруг себя. Её притяжение становилось всё сильнее — теперь даже крупные обломки стен отрывались от пола и медленно плыли к центру хранилища.

— Начинаем, — скомандовал босс, — Строго по схеме.

Я послушно начал плести печати, в точности повторяя его движения. Бездна откликалась на каждый жест, формируя сложный узор вокруг артефакта. Наши энергии переплетались, создавая причудливый танец света и тьмы.

Битва вокруг постепенно затихала — удерживаться на ногах становилось все сложнее. Даже Светлана и Кривотолков были вынуждены прервать свой поединок, цепляясь за стены.

— Ш… шеф! — раздался голос Тени, дрожащий от страха, — По… помогите!

Кажется, наш таинственный агент попал впросак… Босс даже не повернулся к своему верному слуге. Он полностью сосредоточился на печатях, его движения становились все увереннее. В какой-то момент он даже начал что-то напевать себе под нос — настолько был уверен в своей победе.

Я узнал эту песню. «Возвращение к Эпини» — популярная песня времен моей молодости. В ней пелось о молодом боге, который развлекался с очень развратной смертной, служанкой трактира. А потом с ее сестрой и даже мамой. А потом со всеми тремя сразу. Очень популярная песня в народе… была. Десять тысяч лет назад.

Только вот к двадцать первому веку она, кажется, не сохранилась. Я ради интереса как-то штудировал интернет и не нашел о ней ни одного упоминания.

Черное Солнце реагировало на наши манипуляции. Его пульсация становилась все более ритмичной, упорядоченной. Постепенно огромная сфера начала сжиматься, становясь меньше и компактнее.

— Да! — в механическом голосе босса звучало неприкрытое торжество, — Работает! Ещё немного!

Сфера продолжала уменьшаться, пока не стала размером с небольшой мяч. Тьма внутри неё закрутилась спиралью, а потом замерла, зависнув над ладонью босса.

— Спасибо за помощь, Эстро, — он повернулся ко мне. Сквозь линзы противогаза я увидел, как сияют его глаза, — Без тебя я бы не справился. А теперь…

Черное Солнце замерло над его ладонью — идеально круглая сфера глубочайшей тьмы. Босс поднял руку, любуясь своим творением.

— Знаешь, Эстро, — протянул он почти ласково, — Ты всегда был слишком самоуверен. Думал, что только ты один способен управлять этой мощью? Что никто другой не может понять природу Бездны так, как ты? — он тихо рассмеялся, — А ведь я просто попросил тебя о помощи, и ты послушно выполнил все, что я сказал. Как послушный ученик. Забавно, правда?

Сфера в его руке чуть пульсировала, отбрасывая на стены причудливые тени. Где-то в её глубине мелькали искаженные лики пойманных богов.

— Может, ты и создал этот артефакт, — продолжал босс, перекатывая сферу по ладони, словно простой мячик, — Но ты так и не понял его истинного предназначения. А я понял. И теперь… — он резко выбросил руку вперед, и сфера взмыла над его раскрытой ладонью, — теперь я покажу тебе, что значит настоящая сила!

Именно в этот момент что-то пошло не так. Печати вокруг черной сферы начали светиться странным лиловым цветом, и рука босса дрогнула.

— Что… что происходит? — в его голосе впервые появилось замешательство.

— А происходит то, что и должно было произойти, — я непринужденно улыбнулся, — Ты и правда думал, будто сможешь переиграть создателя этого артефакта? Серьезно?

Черное Солнце дрогнуло и медленно поплыло от его ладони к моей. Босс дернулся было остановить его, но замер, скованный невидимыми путами — теми самыми печатями, которые, как он думал, я копировал с его движений.

На самом деле я складывал совсем иные печати.

Давление, которое испускало Черное Солнце, резко прекратилось. Света, Кривотолков, Соколов, Настя, Эмми и все прочие смогли вдохнуть спокойно.

— Как… — прохрипел босс, — Когда ты понял?

— С самого начала, — я поймал артефакт. Он привычно лег в ладонь, словно старый верный пес, — Знаешь, у каждого мастера есть свой почерк. И когда я увидел, как ты работаешь с Бездной… это было все равно что смотреть в кривое зеркало.

В этот момент стены хранилища содрогнулись от чудовищного удара. С потолка посыпалась штукатурка, а в следующий миг в пролом шагнул Император собственной персоной. Его плащ развевался в потоках силы, а глаза сияли подобно двум звездам.

— Вот теперь действительно все кончено, — я склонил голову в приветствии, — Ваше Величество.

Босс издал какой-то странный звук — не то смех, не то рычание. А потом его фигура начала размываться, словно дым на ветру. И все это начало втягиваться в одну точку сингулярности…

— А ну стоять!

Я метнулся вперед, пытаясь поймать исчезающую фигуру босса. Бездна откликнулась мгновенно — черные щупальца рванулись к нему, пытаясь удержать в реальности. На миг показалось, что получилось — его силуэт стал более материальным. А точка сингулярности завибрировала, словно готовая распасться.

— Не в этот раз, — процедил я, затягивая путы.

Босс заорал от боли. Его тело, деформированное в искаженном пространстве, свело судорогами. Кайфуешь, гад?

Но он все-таки начал втягиваться в свой портал. Однако прежде чем босс окончательно исчез, я успел создать и метнуть ему вслед особую печать — древнюю технику, которую я разработал еще во времена войны богов. Маленький черный ромб, похожий на осколок тьмы, впился в точку сингулярности и с хрустом прошел сквозь неё.

— Приятного путешествия, — пробормотал я, наблюдая, как пульсирует точка сингулярности, утягивая босса в какое-то очень неприятное место, — Надеюсь, тебе понравится экскурсия по самым отвратительным уголкам Бездны. Я специально выбирал маршрут…

Когда босс окончательно исчез, в хранилище повисла звенящая тишина. Черное Солнце мягко пульсировало в моей ладони, наконец-то обретя стабильность.

— Что здесь происходит? — раздался голос Императора.

Всего одна фраза, но она прозвучала с такой властью, что даже стены перестали крошиться и разрушаться.

Кривотолков и Тень бросились в атаку, но Император даже не шелохнулся. Легкое движение руки — и волна чистой силы отбросила их к стене. Они рухнули без сознания, словно марионетки с обрезанными нитями.

Света Соколова озадаченно моргнула — такого быстрого конца боя она не ожидала. Генерал Горовой, ворвавшийся в Хранилище из бокового коридора, тоже рассеянно замер на месте.

— Дима, Дима, — горько бросил Император, коротко взглянув в сторону князя, — Только не говори, что ты позволил промыть себе мозги…

— Государь! — к Императору подбежал князь Соколов, — Как вы вовремя! Представляете, Дмитрий…

Тот жестом приказал молчать. И взгляд при этом у него был такой сосредоточенный, что князь умолк, словно его отключили. И отвел глаза в сторону, не в силах выдержать пылающий взгляд правителя.

А потом Император повернулся ко мне. Из складок его плаща появился… знакомый мне цилиндр — тот самый, куда Тень собрал часть моей силы во время нашей сделки.

— Твоё? — спросил Император, внимательно глядя мне в глаза.

Я выдержал его взгляд. В конце концов, я когда-то был богом. Пусть и очень давно.

— Да, — просто ответил я.

Мы смотрели друг другу в глаза, и в этот момент я понял — он знает. Знает гораздо больше, чем показывает. Возможно, даже больше меня самого.

— Любопытно, — произнес он после долгой паузы. Бросил взгляд на Черное Солнце в моей руке, — Очень любопытно.

Где-то в глубине Черного Солнца все еще плавали лики поглощенных осколков. Айсштиль, Ноктус, Эгилия… они словно смотрели на нас изнутри артефакта, и в их глазах читалась странная смесь страха и надежды.

— Вы знали, — сказал я. И это был не вопрос, — Все это время знали, что произойдет.

— Конечно, — он слегка улыбнулся, — В конце концов, это мой артефакт. И я бы хотел, чтобы ты вернул его мне.

— Боюсь, я не могу этого сделать, — я покачал головой.

— Вот как… — Император на мгновение задумался, — Тогда нам предстоит очень долгий разговор, Эстро. Или мне называть тебя Константин?

— Как вам удобнее, Ваше Величество.

— Что ж… — он кивнул каким-то своим мыслям, — Для начала объясни мне… что за ритуал ты проводил вместе с главарем террористов вокруг Чёрного солнца?

Его взгляд стал максимально жестким. В комнате ощутимо похолодало…

Глава 29

Можно ли тебе действительно доверять?

В этот момент в Хранилище начали вбегать бойцы спецподразделений. Я заметил Горового, поддерживающего Светлану. Где-то мелькнули встревоженные лица Насти и Эмми.

Но я смотрел только на Императора.

— Так почему ты помогал террористу? — спросил он, — Что за ритуал вы проводили?

Я на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями:

— Потому что другого выхода не было. Артефакт вышел из-под контроля. Он начал притягивать в наш мир тварей из Бездны. И начал всасывать осколки древних богов, пытаясь… исправить их.

— Исправить? — Император приподнял бровь, — Древних богов?

— Да. Видите ли… — я вздохнул, — Когда я создавал Черное Солнце, я заложил в него определенную программу.

— Ты создал Черное Солнце? — брови Императора взлетели высоко на лоб.

— Именно, — я решил идти ва-банк, — Грубо говоря, оно должно было находить все «неправильное», «дефектное» в этом мире и пытаться это исправить. В том числе — собирать разрозненные осколки богов, чтобы восстановить их целостность. Но что-то пошло не так. Из-за отсутствия защитных печатей… Их ваши люди сняли? Процесс стал неконтролируемым. Артефакт начал притягивать осколки слишком агрессивно. А главное — он пытался собрать их не в прежних богов, а в нечто… новое.

— И поэтому вы объединили силы? — Император внимательно смотрел на меня.

— Именно, — кивнул я, — Мы с ним оба знали природу артефакта. Оба понимали, что нужно делать. Промедление могло привести к катастрофе. Правда… — я бросил на то место, где минуту назад стоял босс, — Я понятие не имею, что это за кадр. И откуда он столько знает…

Я невольно коснулся руки с татуировкой — там, где находилась моя татуировка, оставшаяся от амулета-мозаики.

— Занятно, — Император задумчиво посмотрел на Черное Солнце, — Значит, вы трое — ты, Лисовский и наш таинственный друг в противогазе — каким-то образом связаны с артефактом. Настолько тесно, что смогли почувствовать его… неисправность.

— Да, — я кивнул, — Хотя я до сих пор не понимаю, как именно босс Организации получил эту связь.

Тем временем в помещение начали вбегать бойцы в черной форме. Видимо, прибыли особые спецподразделения.

— Что ж… — Император повернул голову в их сторону, — Думаю, мы продолжим этот разговор чуть позже. В более… подходящей обстановке. В том числе обсудим, почему частица твоей силы, — он указал на цилиндр, — так похожа на энергию Монстра, осквернившего луну. Ты ведь не сбежишь?

— Не в моих правилах сбегать от разговоров, — коротко бросил я.

— Отлично. И тем не менее я надеюсь, ты простишь мне эту маленькую предосторожность.

Император щелкнул пальцами, и нас с ним окружил едва заметный золотистый полог — он не позволял звукам вырываться наружу. И это было далеко не все, что он умел…

— Не воспринимай это как угрозу, — сказал Император, бросив взгляд в сторону Кривотолкова, — Но я должен беспокоиться о благе государства. И безопасности подданных.

Где-то в глубине артефакта продолжали кружиться осколки древних богов, медленно сливаясь во что-то новое. Что-то, чего этот мир еще не видел. И я чувствовал — это только начало.

«Айсштиль», — позвал я мысленно, — «Ты меня слышишь?»

Спустя пару мгновений до меня донеслись отголоски… даже не речи, а скорее мыслей или чувств.

«Эстро… Слышу… Но… но как?»

Я бросил взгляд на Черное Солнце, где сейчас находились осколки. У меня еще было время, чтобы вытащить их всех.

«Ваши мысли и чувства резонируют от поверхности Черного Солнца, и их становится легче уловить», — сказал я, — «Твои слышны прямо отчетливо — возможно, потому что в тебе два осколка. Ноктус рядом с тобой?»

«Да… у нас тут нет тел, мы все словно… внутри друг друга… Ноктус, заткнись!»

«Он снова шутит?» — я невольно улыбнулся.

«Уже три раза пошутил! Я б его уже задушила… если бы могла… а еще тут этот… друг твой алкаш…»

«Фома?»

«Да! Он уже достал своим пойлом из кактусов… Все уши прожужжал!»

Я понял, что Айсштиль нервничает не столько из-за Черного Солнца… а из-за того, что не может вломить этим двум приколистам.

«Давайте, держитесь. Сопротивляйтесь Черному Солнцу изо всех сил», — сказал я, — «Я постараюсь потянуть время, чтобы вытащить вас всех».

— Государь, я правильно понимаю, что вы хотите наделить чемпиона турнира силой Бездны? — медленно произнес я, глядя Императору в глаза.

— Именно, — Александр Дмитриевич кивнул, — Человечеству нужен чемпион в борьбе с Бездной. Кто-то, способный противостоять ей на равных.

Хм… он знает истинное имя Бездны. Обычно ее проявления в современном мире зовут Аномалиями.

— И вы готовы рискнуть жизнью победителя? — я покачал головой, — Вы же видели, что случилось с Фомой от простой метки. А частица… это нечто гораздо более опасное.

— Иногда приходится рисковать, — в голосе Императора зазвучала сталь, — Ты ведь сам создал этот артефакт. Неужели не предусмотрел такой вариант использования?

— Предусмотрел, — я невольно усмехнулся, — Но не для людей. Черное Солнце должно было усилить богов в их борьбе с Бездной. А смертные… их тела просто не выдержат такой мощи.

Тут я не лукавил. Да, я обучил силе Бездны Настю, Эмми и мирмеций, однако… Мы пробежались лишь по самым верхам. Слишком глубоко погружать их я не собирался, чтобы они не разделили судьбу Лилии.

— Ты недооцениваешь нас, Эстро, — Император сделал шаг вперед, — Времена изменились. Люди стали сильнее. Посмотри хотя бы на молодую Соколову или твою ученицу Эмми.

— Да, они сильны, — согласился я, — Но есть разница между силой и способностью контролировать её. Частица Черного Солнца… она может свести с ума даже бога. Что уж говорить о человеке?

— И все же выбора у нас нет, — Император посмотрел на пульсирующий артефакт, — Бездна становится все сильнее. Старые методы больше не работают. Нам нужно преимущество.

— А если я скажу, что знаю другой способ? — тихо произнес я, — Менее опасный, но требующий… времени?

Александр Дмитриевич внимательно посмотрел на меня:

— Я слушаю.

— Дело в том, что мой первоначальный план был другим. Черное Солнце должно было не усиливать отдельных личностей, а… изменить саму природу духовной силы. Сделать всех Богов и Одаренных сильнее, но постепенно, безопасно. И в конечном итоге мы бы создали множество Черных Солнц. И с их помощью подчинили бы Бездну.

— Хм… Продолжай, — в глазах Императора появился интерес.

— Но для этого нужно время. И… доверие, — я выдержал его взгляд, — Потому что процесс необратим. Вы должны быть абсолютно уверены, что готовы к таким переменам.

Повисла тяжелая пауза. Где-то в глубине Черного Солнца все еще плавали лики поглощенных осколков богов. Казалось, они тоже прислушиваются к нашему разговору.

— У тебя странное представление о доверии, — наконец произнес Император, — Особенно учитывая, сколько всего ты скрывал.

— А у вас странное представление о безопасности, — парировал я, — Особенно учитывая, что вы готовы рискнуть жизнью своих подданных ради призрачного шанса.

Мы смотрели друг на друга, и воздух между нами буквально искрил от напряжения. Два существа, каждое по-своему могущественное, каждое убежденное в своей правоте.

— Знаешь, что самое забавное? — вдруг спросил Император, — Мой отец когда-то говорил мне точно то же самое. Сейчас, после встречи с ним, я вспомнил это максимально отчетливо…

Когда это он встретился с покойным отцом? Неужели… Сверхсущность?

— И что вы ему ответили?

— Что иногда правитель должен делать выбор, — он слегка улыбнулся, — Даже если этот выбор может оказаться ошибочным.

— То есть… вы все равно настаиваете на своем плане? — я напрягся.

— Нет, — он покачал головой, — Я предлагаю компромисс. Турнир должен быть завершен — моя команда ученых сказала, что этого требуют условия Черного Солнца.

— Одна из функций Черного Солнца — использование Книги Судьбы, но на более продвинутом уровне, — сказал я, — Вы спросили у Черного Солнца, как найти человека, способного выдержать силу метки?

— И оно ответило, что лучший способ — устроить турнир и выбрать сильнейшего, — кивнул Император.

— Ясно, — я кивнул, — Я примерно так и подумал.

— В целом, я согласен на твой вариант после того, как мы определим подходящего кандидата для метки, — кивнул Император, — При одном условии.

— Каком же?

— Ты расскажешь мне все. Без утайки. Кто ты на самом деле, каковы твои истинные цели, что случилось десять тысяч лет назад. Я должен знать, можно ли тебе действительно доверять.

Глава 30

Прости, папа…

Для смертного Император весьма проницателен. Он будет посообразительнее… иных богов.

Тем не менее я незаметно активировал силу Бездны, подготавливая печати для освобождения Айсштиль и остальных. Не знаю, как Император отнесется к их освобождению. В конце концов многие из осколков были с промытыми мозгами.

Так что лучше сначала освобожу их, а потом уже поговорим. Даже если осколки взбунтуются, думаю, мы их… уговорим успокоиться.

— Без проблем, — я кивнул, — Расскажу всё. В конце концов… цели у нас общие.

— Надеюсь, на это, — кивнул Александр Дмитриевич.

— И нам не нужно выбирать чемпиона, — я показал ему свою руку с татуировкой. Чуть сосредоточился, заставив ее проявиться отчетливее, — У меня уже есть своя метка. Так что пусть Света станет победителем. Она вполне заслужила местку. Мне же будет достаточно доступа к самому Черному Солнцу.

— Хм… Вот как, — кивнул Государь, — Что ж… это имеет смысл. Тем не менее я хотел бы, чтобы вы закончили свой официальный поединок. Чтобы эта линия судьбы закончилась так, как предсказывало провидение.

— Да без проблем, — я пожал плечами, — Если Света не будет против, можно устроить короткий демонстрационный поединок.

Император взмахнул рукой, и золотистый полог растаял в воздухе. Звуки Хранилища обрушились подобно волне — топот ботинок, отрывистые команды, лязг оружия.

— Наденьте на них блокирующий ошейник, — скомандовал Император, кивая на Кривотолкова и Тень, — И следите в оба.

Бойцы в черной форме действовали четко и слаженно. Пока одни держали пленников под прицелом, другие осторожно застегнули на их шеях массивный ошейник. Тот слабо засветился, активируя подавляющие руны.

— Павел Николаевич, — Император повернулся к Горовому, который только что закончил разговор по рации, — Доложите обстановку.

Генерал, прихрамывая, приблизился и отдал честь:

— Периметр под контролем, Ваше Величество. Гражданские эвакуированы, раненым оказывается помощь. Связь восстановилась, темный полог над ареной пропал. Твари либо уничтожены, либо отступили, — он на секунду замялся, — Правда, докладывают, что часть города серьезно пострадала…

— Восстановим, — коротко кивнул Император, — Проконтролируйте транспортировку пленных. Этих двоих, — он указал на Кривотолкова и Тень, — в отдельные камеры. Под усиленную охрану.

— Будет исполнено, — Горовой снова отдал честь и направился к конвою. По пути он бросил странный взгляд на Черное Солнце в моей руке, где все еще кружились поглощенные осколки богов.

— КОСТЯ! — радостный крик заставил меня обернуться. Настя с Эмми буквально влетели в меня, едва не сбив с ног.

— Ты в порядке? — Настя вцепилась в мою руку, — Мы так волновались!

— Все нормально, — я обнял обеих, — Жив, цел, орел.

— А тётя Ася? — прошептала Эмми, с тревогой глядя на черную сферу, — Я видела, как их всех затянуло внутрь…

— Тише, — я понизил голос до шепота, — Все под контролем. Я слышу их мысли. Они в порядке, хоть и немного… раздражены. Особенно Айсштиль — её там Ноктус достает своими шуточками.

— А вытащить их сможешь? — Настя нервно теребила кинжал.

— Конечно. Просто нужно немного времени и…

— Константин, — голос Императора прервал наш разговор. Он стоял возле Кривотолкова, которого поддерживали двое бойцов. Взгляд князя был пустым, безжизненным, — Сможешь что-нибудь сделать с его разумом?

Я осторожно приблизился к Кривотолкову. Его Книга Судьбы словно сама собой возникла передо мной. Черные щупальца (не мои) оплели страницы, искажая саму суть его личности. Где-то в глубине еще теплился огонек настоящего Дмитрия Кривотолкова, но эти паразитические лианы почти задушили его.

— Сейчас попробуем, — пробормотал я, начиная методично выдирать щупальца. Каждое приходилось удалять осторожно, чтобы не повредить оригинальный текст.

Попутно я бегло просматривал страницы. Так-так… вот оно. Момент, когда босс показал князю своё истинное лицо. Но… страница с описанием внешности была аккуратно вырвана. Предусмотрительно, ничего не скажешь.

«Не хочешь, чтобы тебя узнали даже через Книгу Судьбы?» — подумал я, продолжая очищать разум князя, — «Интересно, что же ты такое…»

Надо будет сразу же заглянуть в Книгу Судьбы Босса, как только разгребу дела здесь.

Кривотолков вздрогнул, когда я выдернул очередное щупальце. В его глазах что-то мелькнуло — может быть, проблеск прежней личности?

— Это займет время, — сказал я Императору, — Контроль над ним был… очень глубоким. Босс сумел посеять сомнения в душе князя. Часть того, что ему наговорил босс, нашла отклик в душе Кривотолкова. И поэтому боссу стало проще его подчинить.

— Понимаю, — кивнул Александр Дмитриевич, — Действуй. А мы пока… — он перевел взгляд на Черное Солнце, — обсудим, что делать с этим.

Где-то в глубине артефакта продолжали кружиться осколки древних богов. И судя по тому, как они начинали сливаться воедино, времени у нас оставалось не так уж много.

«Потерпите немного», — мысленно сказал я Айсштиль и остальным, — «Скоро вытащу вас оттуда. И да, Ноктус… хватит шутить про грибочки!»

«Да я всего-то разок…» — донесся слабый голос бога тьмы, — «Что сразу Ноктус-то?»

«Ладно-то грибочки…» — простонала Айсштиль, — «Второй про свои кактусы не затыкается…»

* * *

Портал раскрылся в полутемном техническом коридоре, на миг озарив бетонные стены вспышкой тьмы. Из него буквально вывалилась высокая фигура в опаленном плаще, тяжело рухнув на пол. От одежды поднимался легкий дымок, а в правом глазнике противогаза змеилась трещина.

Босс несколько секунд лежал неподвижно, судорожно хватая воздух сквозь фильтры. Его трясло от перенапряжения — уход от «подарка» Эстро отнял почти все силы. В последний момент ему удалось вывернуть пространство и выскользнуть через боковой карман реальности, избежав падения в глубины Бездны.

Но теперь он снова оказался в технических помещениях под ареной.

— Скотина, — прошипел он, с трудом поднимаясь на ноги. Каждое движение отдавалось болью во всем теле, — Ты всегда любил эти грязные трюки…

Где-то наверху послышались голоса и топот ног. Босс мгновенно прижался к стене, гася свою ауру до минимума. После такой встряски большую часть способностей использовать не получалось — слишком много энергии ушло на противостояние ловушке Эстро. Да и засечь могут, если не приглушить силу…

Дрожащими руками он достал из внутреннего кармана потрепанную карту технических переходов под Ареной. Бумага была испещрена пометками и стрелками. До ближайшего выхода на поверхность оставалось около полукилометра по этому лабиринту коридоров.

— Стой! Там кто-то был! — донеслось эхо из бокового прохода.

Босс скользнул за массивную трубу вентиляции. Мимо протопал отряд магов в форменных плащах, освещая путь световыми сферами. Один из них остановился в паре метров от укрытия, внимательно осматривая пол.

— Следы какие-то странные, — пробормотал маг, разглядывая подпалины на бетоне, — И запах… словно что-то горелое.

— Потом разберемся, — отозвался командир отряда, — Нужно проверить нижний уровень.

Когда их шаги затихли, босс осторожно двинулся вперед. Каждый шаг давался с трудом — последствия неудачной телепортации все еще сказывались. На очередном повороте он едва не столкнулся с группой техников, ремонтировавших проводку. Пришлось делать крюк через старые складские помещения, продираясь сквозь завалы хлама и паутину.

До выхода оставалось совсем немного, когда свет в коридоре внезапно погас. Босс замер, чувствуя неладное. В абсолютной темноте послышались четкие, размеренные шаги — так ходят только профессиональные военные.

Луч тактического фонаря ударил ему в лицо. Через треснувший глазник это было особенно болезненно. Из мрака беззвучно выступили фигуры в черной броне и глухих шлемах. Их движения были отточены до автоматизма — элитный спецназ, не иначе.

— На колени! Руки за голову! — голос из-под шлема звучал механически.

Босс медленно опустился на колени. В его нынешнем состоянии о сопротивлении не могло быть и речи. Щелкнули наручники, на шею легла холодная сталь антимагического ошейника.

А какой еще мог быть другой исход? После всего произошедшего технические коридоры кишат солдатами. Шансы выбраться были минимальны.

— Объект захвачен, — доложил командир группы в рацию, — Готовы к транспортировке.

Его грубо подняли и повели по коридору. Через трещину в противогазе было видно, как в его глазах мелькнуло что-то — не страх, скорее досада. Словно эта поимка была для него не концом, а просто… небольшой задержкой в куда более масштабных планах.

— Шевелись, — подтолкнул его один из конвоиров.

Босс молча шагал вперед, мысленно готовясь к непростому разговору с генералом Горовым. А может быть и с самим Императором. Конвой двигался по тускло освещенным коридорам подземного уровня.

Внезапно что-то блеснуло в темноте. Из тени на потолке метнулся призрачный скорпионий хвост — настолько быстро, что никто не успел среагировать. Жало вонзилось точно в шею командира отряда, и тот рухнул как подкошенный.

— Периметр! — крикнул один из бойцов, но было поздно.

С потолка спрыгнула темная фигура с низко надвинутым капюшоном. Четыре руки в хитиновых доспехах двигались с невероятной скоростью. Первый удар отправил ближайшего спецназовца в полет до стены. Второй боец попытался выстрелить, но Перчинка (а это была она) уже оказалась рядом. Она предусмотрительно приглушила свою духовную силу, что и позволило ей напасть внезапно. Короткий удар в солнечное сплетение, и противник осел на пол.

Остальные открыли огонь, но мирмеция двигалась слишком быстро. Её тело словно растворялось в тенях, появляясь то тут, то там. Удар, еще удар — и вот уже четвертый боец падает без сознания.

Двое, что вели пленника, попытались отступить, вызывая подкрепление по рации. Но призрачный хвост снова метнулся из темноты — два точных укола, и они присоединились к товарищам в мире снов.

Свой укол в шею получил и босс Организации. И так же, как и спецназ, он потерял сознание. Перчинка подхватила пленника и закинула его на плечо. Тот даже не шелохнулся.

Через несколько минут они уже пробирались по техническим тоннелям. Перчинка безошибочно находила путь в лабиринте подземных коммуникаций. Временами приходилось протискиваться через трещины в земле, образовавшиеся после недавних событий.

Наконец они выбрались на поверхность. Город лежал в руинах — последствия битвы с Сверхсущностью были повсюду. Перчинка активировала крошечный передатчик в антенне:

— Я с пленником. Ждите в точке «Зеро».

Она двигалась по теням, избегая патрулей. Несколько раз пришлось затаиться, пропуская группы военных. Но Перчинка знала город как свои четыре руки — она вела босса дворами и закоулками, всегда оставаясь незамеченной.

На окраине, в тени полуразрушенного склада, их ждал черный внедорожник. Возле него стояли трое — мужчина с изрезанным шрамами лицом, молодая женщина в капюшоне и с татуировками на шее и высокий бородач с винтовкой.

— Госпожа, — шрамированный склонил голову, — Все готово для отхода.

— Сколько групп прикрытия? — Перчинка осторожно уложила босса на заднее сиденье. Тот уже частично пришел в себя и слабо вертел головой, оглядываясь по сторонам.

Крепкий… обычно после ее укола люди в себя пару дней приходят.

— Три, — ответила женщина с татуировками, — Все проверенные люди из банд Диких Земель. Если что — задержат погоню.

— Надеюсь, не придется, — Перчинка забралась в машину, — Новое убежище готово?

— Да, госпожа, — кивнул бородач, — Лаборатория замаскирована. Никто не найдет.

— Хорошо, — она повернулась к боссу, — А ты лежи и помалкивай. Чуть что — получишь дозу нейропаралитиков. И Бездну даже не вздумай применять — я сразу почувствую. Усек?

Тот слабо кивнул. Говорить ему явно было тяжело.

— Ирма, за руль, — скомандовала Перчинка, — Остальные по машинам прикрытия. Уходим.

— Госпожа, — женщина в черном плаще с капюшоном (видимо, Ирма) села за руль, — А что с планом «Омега»?

— Пока отменяется, — Перчинка задумчиво шевельнула антеннами, — Ситуация изменилась. Нужно перегруппироваться и обдумать новую стратегию.

— Но ваш отец…

— Папа поймет, — твердо сказала мирмеция, — В конце концов, я делаю это ради него. Ради всей нашей семьи. Просто… другими методами. Такой ценный пленник… достоин принадлежать только роду Безумовых.

— А Император? — хохотнул бородач.

— А Император обойдется.

Двигатель заурчал, и внедорожник плавно тронулся с места. За ним последовали еще несколько машин — группы прикрытия заняли позиции.

— А с пленником что делать будем? — спросил шрамированный, кивая на босса.

— Для начала — вылечим, — Перчинка провела рукой по противогазу, — А потом… у нас будет долгий разговор. Очень долгий.

Караван машин растворился в сумерках, держа курс на Дикие Земли. Позади осталось Синегорье — израненное, но выстоявшее. А впереди ждала неизвестность и новые тайны, которые еще предстояло раскрыть.

«Прости, папа», — подумала Перчинка, глядя на удаляющийся город, — «Надеюсь, ты поймешь…»

Глава 31

Благодарные слушатели, которые не могут убежать…

Я продолжал незаметно накладывать печати Бездны на Черное Солнце, краем уха прислушиваясь к разговору. Каждый символ требовал предельной концентрации — одна ошибка могла стоить Айсштиль и остальным свободы. Или даже жизни. Работа осложнялась тем, что артефакт словно сопротивлялся — он хотел завершить начатое слияние осколков.

Кривотолков медленно приходил в себя после освобождения от контроля. Его взгляд постепенно прояснялся — теперь в нем читалось осознание произошедшего. И… ужас? Страх? Отвращение к самому себе?

— Боги… — прошептал он, проводя рукой по лицу, — Что я наделал…

Он ссутулился, от величественной осанки не осталось и следа. Он огляделся вокруг, словно впервые видя последствия своих действий — разрушенные стены, следы битвы, раненых бойцов. Но князь быстро взял себя в руки. Даже сейчас, после всего случившегося, в нем чувствовалась порода — древняя кровь Кривотолковых не позволяла окончательно пасть духом.

Я сплел очередную печать, стараясь двигаться как можно незаметнее. В глубине Черного Солнца Айсштиль отчаянно сопротивлялась слиянию с другими осколками.

«Держись», — мысленно подбодрил я её, — «Осталось совсем немного».

«Легко тебе говорить!» — огрызнулась она, — «Ты не застрял тут с этими… этими…»

«Эй, я все слышу!» — это уже Ноктус. Его голос звучал чуть тише Айсштиль, но уже достаточно отчетливо.

Я приободрился. Это хороший знак!

Кривотолков опустился на одно колено перед Императором. Его голос, хоть и сперва дрожал, зазвучал в конце твердо:

— Ваше Императорское Величество… Государь… Я совершил чудовищное преступление. Нет мне прощения. Но… — он поднял глаза, — несмотря ни на что, я считаю себя верным подданным короны. И приму любое наказание, которое вы сочтете справедливым. Даже если это будет казнь.

«Так, этот узор должен ослабить связь между осколками», — думал я, продолжая работу. Длинные разговоры были мне только на руку — отвлекали внимание от моих манипуляций. Хотя некоторые печати приходилось накладывать буквально вслепую, за спиной.

— Встаньте, князь, — голос Императора звучал строго… но гнева в нем не было, — Я видел, как вас контролировали. Хотя Машину удачи вы явно строили по своей воле.

— Мой разум оказался слишком слаб, — Кривотолков покачал головой. Его плечи поникли, — Я позволил им… ему… завладеть моей волей. Но… — он запнулся, и в его голосе впервые прозвучало отчаяние, — я молю лишь об одном. Пощадите мой род. Мою жену, моего сына… Дарью, Вадима. Они лишь выполняли приказы. Вся вина — только моя. Если нужна чья-то голова — возьмите мою.

Ноктус что-то мысленно проворчал о «благородных идиотах, которые вечно строят из себя героев». Я мимолетно улыбнулся, накладывая новую печать.

— Дима… — князь Соколов шагнул вперед. В его голосе смешались гнев и… сочувствие? — Ты всегда был упрямым бараном. Даже сейчас пытаешься всё взять на себя. Думаешь, Илона тебе это позволит? Или Вадим? Они скорее сами на плаху пойдут.

— Таков долг главы рода, Гриша, — Кривотолков слабо улыбнулся, — Защищать своих. Даже ценой собственной жизни. Ты лучше меня это все знаешь… Ты бы поступил так же… ради Светы.

— Да, — кивнул Соколов. Его взгляд стал жестче, — Без обид, Дима, но после того, что ты сделал со Светой… Я не буду отговаривать Государя, если он выберет казнь.

— Твоя семья не пострадает, — твердо произнес Император, — А твою судьбу решит суд. И даже если суд окажется милосерден… Тебе придется… многое искупить. Понадобятся годы, чтобы восстановить доверие.

— Все, что потребуется, Ваше Величество. Любая служба, любое испытание — я готов. И… — он запнулся, — Если суд проявит милосердие, отправьте меня куда-нибудь подальше. В Дикие Земли, на границу… Туда, где я смогу искупить свою вину реальными делами…

Кривотолков выглядел полностью сломленным. И это прямо чувствовалось в его словах, голосе и позе.

Я закончил очередной узор печатей. Осталось совсем немного — скоро можно будет начинать извлечение осколков.

«…и после того, как вы все перемешали, нужно добавить щепотку…» — донесся приглушенный голос Фомы Лисовского.

«Смертный, мне не интересна твоя наливка из кактусов!»

Я снова улыбнулся. Хотя бы мои друзья не теряют присутствия духа, даже оказавшись внутри древнего артефакта. Главное — успеть их вытащить, пока процесс слияния не зашел слишком далеко.

Черное Солнце требовало всё больше внимания — оно словно чувствовало мои попытки освободить пленников и сопротивлялось изо всех сил.

«Потерпите еще немного», — сказал я, — «Скоро вытащу вас. И да, Ноктус… Истории про бар и русалок подождут».

«Эх…» — вздохнул древний бог, — «История-то огонь… В Организации мне не давали нормально поболтать, а тут столько благодарных слушателей, которые не могут убежать…»

«НОКТУС!!!»

«Молчу-молчу, Айси…»

* * *

В импровизированном медпункте, развернутом в уцелевшем крыле стадиона, было шумно и суетливо. Целители в белых халатах сновали между пострадавшими, накладывая повязки и применяя лечебные заклинания. Воздух пах травяными отварами и дезинфицирующими зельями.

Дарья поморщилась, когда лекарь прижал к её плечу пропитанный чем-то бинт. От резкого запаха защипало в носу.

— Потерпите, виконтесса, — пожилой целитель говорил с заметным южным акцентом, — Это настойка дракопаука. Жжет, конечно, но заживет как на шилобаке.

— На ком? — она недовольно дернула плечом.

— Ну, знаете… есть такая поговорка в Диких Землях…

— Лучше не продолжайте, — она закатила глаза.

На соседней койке Вадим стоически терпел, пока молоденькая целительница обрабатывала глубокий порез на его предплечье. Раны, полученные от существ Бездны, плохо поддавались обычному лечению.

— Может, хватит уже дергаться? — проворчала Илона, наблюдая за сыном. Она сидела в кресле, держась за перевязанную руку, — Дай человеку сделать свою работу.

— Мам, я в порядке, — отмахнулся Олег, — Видела бы ты, что творилось наверху, когда эта тварь…

— Я видела, — оборвала её княгиня, — И именно поэтому настаиваю, чтобы ты позволил себя нормально осмотреть.

— Послушай мать, — поддержал Вадим, слегка поморщившись от очередного прикосновения к ране, — Твоя безрассудность когда-нибудь тебя погубит.

— Ха! Это мне говорит человек, который полез драться со Титаническим богомолом голыми руками? — фыркнул Олег.

— Я хотя бы создал костяную броню!

— Которая продержалась ровно три секунды.

— Два с половиной, — педантично поправил виконт, — И вообще, я пытался…

— О боже, — устало вздохнула Илона, — Может, хватит?

Тем не менее княгиня слегка улыбнулась. Впервые за долгое время они снова были просто семьей — несовершенной, со множеством проблем, но все же семьей.

Падение рода и исчезновение князя Кривотолкова словно прорвало некий сдерживающий барьер.

— К слову, — Олег достал из кармана помятую пачку, — Кто-нибудь хочет? Подобрал в магазине еще в самом начала этой заварушки. Не самого лучшего качества, конечно, но…

— Ты что, все это время таскал с собой печенье? — изумилась Дарья, — Даже во время боя?

— Эй, человеку нужна энергия! — он притворно обиделся, — К тому же, это отличный способ подкупить медперсонал.

Молоденькая целительница, перевязывавшая руку Вадима, смущенно покраснела и едва не уронила бинт.

— Олег! — шикнула Илона, но в её голосе слышалась плохо скрываемая гордость. Её сын наконец-то начал походить на себя прежнего — того веселого мальчишку, которым он был когда-то…

Дарья воспользовалась всеобщим оживлением, чтобы незаметно соскользнуть с кушетки. Её мысли уже были далеко отсюда — там, где сейчас должен был находиться Костя.

«Интересно, что он задумал?» — размышляла она, осторожно пробираясь к выходу, — «Такое ощущение, что у него везде глаза».

— А ты куда? — окликнул её Вадим.

— Пройдусь, — она небрежно махнула рукой, — Голова кружится от этих запахов.

— Даша… — в голосе Илоны прозвучало предупреждение.

— Я недалеко, — она постаралась, чтобы это прозвучало убедительно, — Просто проветрюсь.

— Врешь ведь, — вздохнул Вадим, — У тебя глаза такие же, как в детстве, когда ты собиралась стащить дядины книги по темной магии.

— Ничего подобного!

— И точно такой же румянец на щеках, — подхватил Олег, — Помню-помню… А потом мы всей семьей искали пропавший том «Запретных ритуалов», а он…

— Заткнись! — Дарья почувствовала, как краснеет еще сильнее.

— А он оказался под твоей подушкой, — закончила Илона, — Вместе с романом «Страсть темного мага».

— Княгиня! — зарделась Дарья.

— Что? — княгиня невинно улыбнулась, — Просто констатирую факт. И сейчас у тебя точно такое же выражение лица.

Дарья скрестила руки на груди:

— Вы не моя мать, чтобы так со мной разговаривать. И вообще…

— Знаем-знаем, — Вадим закатил глаза, — Ты взрослая самостоятельная женщина, которая может принимать свои решения. И сейчас ты, конечно же, просто «подышишь воздухом», а не побежишь искать Безумова.

— Я… это… — она запнулась.

— Иди уже, — неожиданно сказала Илона, — Только будь осторожна. И если что — зови. Мы придем.

— Кхм…

— Что? — княгиня приподняла бровь, — Думаешь, я не вижу, как тебя тянет к нему? Несмотря на все интриги и вражду… А может, именно из-за них.

Дарья почувствовала, как краска заливает лицо. Но отступать было поздно.

— Я скоро вернусь, — буркнула она, направляясь к выходу.

— Как в тот раз с книгой? — крикнул вслед Олег, — Ты тогда тоже обещала «скоро вернуться»!

Сгусток силы, брошенный с убийственной точностью, чудом разминулся с его головой.

— Реакция на высоте, — одобрил Вадим, — Значит, точно выздоравливаешь.

Дарья быстро шла по коридорам, стараясь держаться в тени. Её Дар помогал оставаться незамеченной — патрули и медики словно не замечали стройную фигуру в черном.

«Где же ты, Костя?» — думала она, сворачивая в очередной проход, — «Что ты затеял на этот раз?»

Она помнила план стадиона — в детстве они с Костей облазили здесь все закоулки. Технические тоннели вели прямо к подземным уровням, где скорей всего и находилось Черное солнце.

У одного из служебных входов дежурили двое охранников. Дарья на мгновение прикрыла глаза, концентрируясь. Её Дар мягко коснулся их разума:

«Здесь никого нет. Просто тени играют на стене…»

Охранники синхронно моргнули и отвернулись, словно действительно потеряв к этому месту всякий интерес.

«Костик, Костик», — мысленно усмехнулась она, проскальзывая в дверь, — «Твои тайны всегда были слишком заманчивы».

Впереди была только темнота технических тоннелей и отголоски какой-то странной энергии, доносящиеся из глубины. Дарья решительно двинулась вперед. В конце концов, она тоже когда-то была той самой девочкой, которая не боялась забираться в самые темные уголки в поисках приключений.

Правда, тогда рядом обычно был он — вечно растрепанный мальчишка с дерзкой улыбкой. Интересно, помнит ли он те времена? До того, как их развели по разные стороны баррикад… Или только историю про дуб и фонтан?

«Хватит ностальгировать», — одернула она себя, — «Сейчас важнее узнать, что происходит».

И она решительно двинулась вперед.

Глава 32

Финал турнира

Князя Кривотолкова увели под конвоем следом за Боссом и Тенью. Черное Солнце продолжало пульсировать в центре Хранилища, но теперь его ритм стал более упорядоченным. Осколки древних богов все еще плавали в его глубине, но процесс их слияния удалось остановить. Я слышал их мысленные голоса — Айсштиль пыталась заморозить Ноктуса даже в бестелесном состоянии, а тот продолжал травить байки, радуясь наличию пленной аудитории.

«Дай только выбраться отсюда», — мысленно шипела богиня льда, — «я тебе устрою такой счастливый Новый год…»

«Да ладно тебе, Айси!» — даже в мыслях Ноктуса звучал смех, — «Признай, моя история про пьяного титана была очень поучительной!»

«Поучительной будет ледяная глыба, в которой ты проведешь следующую тысячу лет!»

Я едва сдержал улыбку, продолжая незаметно поддерживать печати. Главное — не дать никому заметить, что осколки все еще там. Даже Императору. Пока не пойму, можно ли ему полностью доверять в этом вопросе.

— Итак, — Александр Дмитриевич оглядел разрушенное Хранилище, — Полагаю, здесь и проведем финальный поединок. Прямо сейчас.

— Здесь? — Светлана огляделась, — Но ведь…

— Символично, не находите? — Император слабо улыбнулся, — В месте, из-за которого все началось — все и закончится.

Эмми, стоявшая рядом с Настей, нервно теребила край своего огненного платья:

— А это безопасно? После всего случившегося…

— Я лично прослежу за безопасностью, — заверил Император, — К тому же, — он бросил взгляд на пульсирующий артефакт, — Черное Солнце теперь под контролем.

«Да-а-а… под контролем. Под моим…» — подумал я, но вслух сказал:

— Я готов. Света?

Она расправила плечи, и в её глазах блеснул знакомый огонек:

— Всегда готова, Костя. Или ты пытаешься найти повод отказаться?

— Я? — я картинно схватился за сердце, — Как ты могла такое подумать! Просто забочусь о твоем здоровье.

— Мое здоровье в полном порядке, — она усмехнулась, — А вот твое скоро может серьезно пошатнуться. Я не забыла, что твоя дочурка устроила!

— Опять ты за своё, — скривился я, — Я ж тебе все объяснил…

— Ты глава рода, ты отвечаешь за нее!

— Вот же упрямица… — мне резко расхотелось поддаваться Светке.

— Как ты меня назвал?

«Эта смертная все еще непозволительно дерзкая!» — прокомментировала Айсштиль из глубины артефакта, — «Мне определенно она нравится. Равно как и идея взять над ней реванш».

«Может, расскажу ей ту историю про русалок?» — оживился Ноктус, — «Когда выберусь».

«ДАЖЕ НЕ… А хотя…» — Айсштиль явно серьезно задумалась, — «Можешь попробовать. Думаю, ей понравится».

«Серьезно?» — обрадовался Ноктус.

«Я всегда серьезна», — почти ласково произнесла Айсштиль. Она как будто что-то задумала.

Я мысленно попросил их не отвлекать — поддержание печатей требовало концентрации.

Настя подошла ко мне, пока Император отдавал какие-то распоряжения по рации:

— Ты точно в порядке? После всего этого…

— Не волнуйся, — я подмигнул ей, — Я бодрячком.

— А Черное Солнце? — она понизила голос до шепота, бросив взгляд на сферу в моей руке, — Оно правда… успокоилось?

— Доверься мне, — так же тихо ответил я, — У меня все под контролем.

«Под контролем, как же», — проворчала Айсштиль, — «Мы тут застряли, а он собирается развлекаться поединком!»

«Зато какое шоу будет!» — обрадовался Ноктус, — «Эй, может, сделаем ставки? У меня как раз есть идея насчет…»

«Заткнись!» — хором рявкнули все пленники артефакта, включая Фому и обычно молчаливых осколков.

Эмми создала несколько огненных шаров для освещения — часть ламп в Хранилище не работала после недавних событий. Их теплый свет причудливо играл на поверхности Черного Солнца.

— Бойцы, приготовиться, — скомандовал Император, — Остальным отойти к стенам.

Мы со Светой встали друг напротив друга. Её лазурная аура уже начала проявляться, окутывая фигуру подобно плащу. В ответ я позволил узорам Бездны проступить на коже.

Черное Солнце соскользнуло с моей ладони и отлетело к стене.

— Готов? — спросила Света, принимая боевую стойку.

— Всегда, — я провел рукой по своим взъерошенным волосам, слегка приглаживая их, — Только постарайся не слишком сильно портить прическу.

— Ничего не обещаю, — она тоже усмехнулась.

Настя и Эмми заняли позиции у дальней стены. Император создал вокруг нас защитный барьер.

«Эй, Эстро», — вдруг донесся голос Ноктуса, — «Удачи, брат».

«Дай ему сосредоточиться!» — прошипела Айсштиль, — «У него и так печати едва держатся».

Я мысленно поблагодарил обоих и сосредоточился на предстоящем бое. Света уже начала накапливать энергию — воздух вокруг неё потрескивал от напряжения.

Император поднял руку:

— Начали!

Наши ауры столкнулись подобно двум волнам — лазурное сияние Светы против черных узоров Бездны. Воздух загудел от концентрации силы, по стенам Хранилища пробежали трещины. Черное Солнце пульсировало в такт волнам, словно молчаливый наблюдатель этого странного поединка.

Света начала с серии молниеносных атак — её энергетические разряды прочертили замысловатый узор в воздухе, заставляя само пространство потрескивать от напряжения.

— Ну что, Безумов, — она улыбнулась, создавая очередной каскад молний, — покажешь на что способен? Или опять будешь прятаться за своими фокусами?

— Я? Прятаться? — я картинно возмутился, уклоняясь от её атак, — Да как ты могла такое подумать⁈

Я намеренно позволял отдельным искрам чуть задевать защитный покров. Со стороны казалось, что просто не успеваю — но на самом деле каждое движение было выверено с ювелирной точностью.

«Эстро, ты слишком очевидно…» — начала было Айсштиль из глубины Черного Солнца.

«Тихо», — оборвал я её, — «Я знаю, что делаю».

«Да ладно тебе, Айси!» — вмешался Ноктус, — «По-моему, он отлично справляется».

«Помолчите оба!» — я мысленно рявкнул, уворачиваясь от особенно мощного разряда.

Света провела великолепную комбинацию — ослабленный «Небесный Гром» перетек в «Танец Молний» так плавно, что даже я залюбовался. Настолько залюбовался, что «случайно» выбрал не самую удачную позицию для защиты, позволив одному из разрядов пробить барьер.

— Неплохо, — я слегка тряхнул онемевшей рукой, — Твоя скорость выросла. И точность тоже.

Это была чистая правда — она действительно стала сильнее. Но в её глазах промелькнуло подозрение.

— А ты как будто… медленнее обычного, — она прищурилась, — Не похоже на твой обычный стиль.

— Правда? — я создал несколько темных клинков, намеренно делая их чуть менее плотными, чем мог бы, — Может, просто устал после всего случившегося? День был… насыщенный.

— Насыщенный? — она фыркнула, отражая мою атаку, — Это мягко сказано. Но что-то не похоже на усталость. Скорее на…

— На что? — я изобразил искренний интерес, попутно допуская едва заметную ошибку в построении защитного контура.

Света мгновенно этим воспользовалась — её следующий удар прошел точно в уязвимое место. Я отлетел к стене, но удар оказался мягче, чем должен был быть.

Кхм… Света как будто ударила слабее, чем могла.

— Знаешь что, Костя? — она вдруг остановилась, и её голос стал обманчиво мягким, — Я, конечно, не так долго тебя знаю, как некоторые… — она бросила быстрый взгляд на Настю и Эмми. Обе напряженно смотрели за нами, сжав кулаки, — Но уже успела изучить твой стиль боя.

— И что же? — я поднялся, стряхивая с плеча бетонную крошку.

— А то, что ты никогда! Никогда! Не допускаешь таких элементарных ошибок в защите. Особенно когда дело касается этой черной энергии.

— Может, я просто плохо себя чувствую? День был тяжелый, знаешь ли…

— Нет, — её глаза опасно сузились, — Ты намеренно даешь мне преимущество. С самого начала боя. Думаешь, я не заметила, как твои барьеры становятся чуть тоньше в самых очевидных местах для атаки?

— Света…

— Молчи! — она вскинула руки, и её аура вспыхнула с новой силой. Воздух вокруг наэлектризовался так, что у Насти, стоявшей у стены, волосы встали дыбом, — Значит, решил благородно уступить? Дать слабой девочке шанс?

— Вообще-то, — я приподнял бровь, — я просто подумал, что тебе эта метка нужнее. У меня своя есть, а тебе…

— Что мне? — её голос стал совсем тихим. Опасно тихим, — Договаривай, Безумов.

— Тебе она пригодится для защиты города. В конце концов, ты Истребитель…

Она замерла. А потом… потом на её лице появилась та самая улыбка, от которой у любого здравомыслящего человека должны побежать мурашки по спине.

— Вот как? — промурлыкала она, — Какой ты… заботливый. Тогда знаешь что?

— Что?

— Мне. Не нужна. Эта. Метка.

Каждое слово сопровождалось вспышкой молнии — но теперь её удары были чуть менее точными, движения самую малость медленнее. Настолько незаметно, что заметил бы только очень внимательный наблюдатель.

У Государя от таких слов брови моментально взлетели на лоб.

«О нет», — простонала Айсштиль, — «Теперь они оба…»

«Тихо!» — шикнул Ноктус, — «Самое интересное начинается! Делаю ставку на то, что они случайно разнесут тут все!»

«Ты невозможен», — вздохнула богиня льда.

Мы кружили по залу, обмениваясь ударами. Со стороны бой выглядел впечатляюще — вспышки молний, клинки Бездны, сполохи энергии. Эмми даже создала несколько дополнительных огненных шаров для лучшего освещения — видимо, не хотела пропустить ни одной детали.

Но мы оба старательно оставляли друг другу лазейки для контратак. Я допускал едва заметные ошибки в защите. Света «случайно» выбирала не самые удачные моменты для атаки. Каждый пытался проиграть настолько технично, чтобы другой не заметил умысла.

— Знаешь, — как бы между делом заметил я, уклоняясь от очередной «случайно» неточной молнии, — а ведь твой отец гордился бы тобой… если бы его не унесли в лазарет. Такой контроль над силой…

— Да? — она метнула в меня каскад разрядов, каждый из которых почему-то прошел мимо цели, — А по-моему, кое-кто просто заговаривает мне зубы.

Император наблюдал за нами с нечитаемым выражением лица. Но в его глазах промелькнуло что-то похожее на понимание. И… веселье?

— А может, — Света вдруг остановилась после особенно эффектной, но на удивление безопасной комбинации, — хватит этого цирка? Давай просто признаем, что мы оба…

Она не договорила. От входа в Хранилище раздался знакомый голос:

— А можно мне тоже поучаствовать в этом изящном… противостоянии?

В проеме стояла Дарья, и в её глазах плясали озорные искорки. На губах играла та самая улыбка… я… то есть мой носитель помнил её еще с детства, когда мы вместе придумывали очередную проказу.

Хм… точно, а ведь Дарья и Костя в детстве дружили… Жаль, я помню очень мало об этом периоде. Толком воспоминания не сохранились.

— И как вы сюда проникли, юная сударыня? — Государь окинул Дарью скептическим взглядом.

— Ну… я… — стушевалась она.

— Ладно, за вклад в победу над Сверхсущностью — можешь смотреть, — вздохнул Император. И проворчал напоследок, — Превратили секретный объект в проходной двор…

А мы меж тем продолжили нашу так сказать… антидуэль.

Наши с выпады со Светой становились все более очевидными — каждый старался оставить другому идеальную возможность для контратаки. Я «случайно» замешкался с созданием барьера, она «не заметила» удобную позицию для решающего удара.

— О боги, — простонала Дарья, закатывая глаза, — Вы это серьезно?

— Что? — мы со Светой синхронно обернулись к ней.

— Это, — она обвела рукой пространство между нами, — вот это вот все. Ваши… как бы это помягче сказать… попытки благородно проиграть друг другу. Я только что пришла… а уже все поняла.

Только сейчас мы со Светой заметили множество скептических взглядов со всех сторон. Мои ученицы, Император, люди из службы охраны и все прочие… смотрели с осуждением.

— Ничего подобного! — возмутилась Света, — Я просто…

— … случайно промахнулась мимо полностью открытого противника? — Дарья приподняла бровь, — Ты, которая может попасть молнией в муху на расстоянии километра?

«О, а Дарья неплохо оживила ситуацию!» — оживилась Айсштиль из глубины артефакта.

— А ты, Костя, — продолжала Дарья, — ты вообще… Я помню, как ты дрался на полную. Сейчас ты двигаешься словно сонная черепаха!

— Эй! — я картинно схватился за сердце, — Между прочим, у меня был тяжелый день!

— Да-да, конечно, — она закатила глаза, — Поэтому ты оставляешь в защите такие дыры, что через них можно провести парад?

Света прыснула, но тут же попыталась замаскировать смех под кашель. У самой, как говорится, бревно в глазу… а то и целая лесопосадка.

«А она права», — задумчиво протянул Ноктус, — «Твоя игра и правда так себе, брат».

«Может, тебе рассказать ту историю про твою актерскую игру в моем Храме Вечного Льда?» — ядовито поинтересовалась Айсштиль.

От такой фразы ледяной богини заткнулся даже Ноктус. Если уж Айсштиль переняла тактику бога Ночи и начала рассказывать истории… дело реально дрянь. Кстати, и правда, что за история? Я вот, например, не в курсе…

«Только не это, Айс!» — картинно взмолился Ноктус, — «Пощади!»

— Знаете что? — Дарья скрестила руки на груди, — Это просто оскорбительно. Для вас обоих.

Глава 33

Боги, помогите мне…

— В каком смысле оскорбительно? — Света нахмурилась, — Договаривай, Кривотолкова.

— В прямом. Вы оба — сильнейшие бойцы Синегорья, которых я знаю. А сейчас… — она поморщилась, — Сейчас вы похожи на детей, которые пытаются незаметно проиграть в шахматы, чтобы порадовать друг друга.

Я почувствовал, как одна из печатей Бездны начинает ослабевать, и поспешно укрепил её. Но Дарья, похоже, была полностью поглощена своей обличительной речью:

— Вы же оба достойны победы. Оба заслужили эту дурацкую метку, частицу, или что там вообще является призом. Так зачем весь этот… фарс?

— Это не фарс! — возмутилась Света, — Я просто…

Она запнулась, явно не зная, как закончить фразу.

— Просто что? — Дарья приподняла бровь, — Решила дать фору тому, кого обманщиком называла?

— А почему бы и нет? — огрызнулась Света, — В конце концов, я…

— Эй! — теперь пришла моя очередь возмущаться, — Вообще-то я пытаюсь быть джентльменом!

— О да, — Дарья закатила глаза, — Настолько джентльменом, что это уже просто неприлично.

«Господи, ну наконец-то хоть кто-то это сказал!» — выдохнула Айсштиль.

«Спорим на бутылку наливки из Алых кактусов по рецепту Аймоса, что сейчас начнется?» — немедленно отреагировал Ноктус.

«Какой еще наливки?» — заинтересовался вдруг Фома Лисовский, до этого молчавший. Его голос звучал тише, чем у Айсштиль и Ноктуса, но тоже стал отчетливо различим.

«О, смертный, это особый рецепт от владыки подземного мира! Специально для пыток грешников! Я дегустировал, черепушку сносит мощно! Значит, берешь молодой кактус…»

«ХВАТИТ!» — снова рявкнули мы с Айсштиль.

Тем временем Император наблюдал за происходящим с нечитаемым выражением лица. Но мне показалось, что в его глазах промелькнуло что-то похожее на… веселье?

Настя тихо хихикала, прикрывая рот ладошкой. Эмми выглядела так, словно не могла решить — то ли рассмеяться, то ли закрыть лицо руками от стыда.

Солдаты из охранки стояли с покерфейсами на лицах. По уставу улыбаться не положено.

А Дарья… Дарья вдруг улыбнулась той самой улыбкой, которую носитель… нет, я помнил еще с детства. Той самой, которая всегда предвещала какую-нибудь грандиозную проказу.

— Знаете что? — протянула она, — Раз уж вы оба такие… благородные… может, пора показать настоящий бой?

— Ты о чем? — нахмурился я.

— О том, что пора сдержать свое обещание, данное мне! Вспомни, у нас магический договор!

И прежде чем кто-либо успел отреагировать, её аура вспыхнула — тонкие нити Дара Подчинения потянулись к нам обоим.

«Твою…» — охнул я.

«О нет», — охнула Айсштиль.

«О да!» — радостно воскликнул Ноктус.

Мы оба не успели защититься — так как были фактически открыты из-за поддавков. Дар Подчинения Дарьи ударил по нашим разумам словно кнут. И внезапно все барьеры, все попытки поддаться… просто исчезли.

Света ударила первой — её молнии больше не летели «случайно» мимо. Чистая, концентрированная мощь прошила воздух, заставляя его потрескивать от напряжения.

Я ответил каскадом темных клинков — уже без «случайных» прорех в построении. Бездна откликнулась на мой зов, и узоры на коже вспыхнули с новой силой.

— Сражайтесь от души! — крикнула Дарья, — Только не перебарщивайте… На этом твоя магическая клятва, Костя, будет считаться исполненной!

Фига се… Так она решила пожертвовать возможностью меня жестко отБДСМить ради нормального боя? Старая Дарья так бы никогда не поступила.

«Наконец-то!» — выдохнула Айсштиль.

«Ставлю на то, что они разнесут тут все!» — немедленно отреагировал Ноктус.

Но его слова потонули в грохоте столкновения наших аур. Лазурное сияние Светы против черных узоров Бездны — теперь уже по-настоящему, без поддавков и слабых мест.

— Вот это другое дело! — Император одобрительно кивнул, усиливая защитное поле вокруг нас.

Мы со Светой кружили по залу, обмениваясь ударами. Теперь каждое движение было отточенным, каждый выпад — смертоносным. Её «Небесный Гром» встретился с моим «Воплем Бездны», порождая каскад энергетических всплесков. Защитное поле, созданное Императором, аж завибрировало. Государь нахмурился, вливая в купол больше сил.

Черное Солнце пульсировало все чаще, словно в такт нашему танцу. Я едва успевал поддерживать печати, удерживающие осколки богов.

«Эстро, печати слабеют!» — встревоженно произнесла Айсштиль.

«Знаю!» — огрызнулся я, уворачиваясь от особенно мощной молнии, — «Осталось немного подождать! Держитесь!»

Света провела великолепную комбинацию — «Танец Молний» перетек в «Грозовой Вихрь» так плавно, что у меня перехватило дыхание от восхищения. Пришлось активировать «Усиление Бездны», чтобы успеть среагировать.

— А вот теперь я вижу настоящего Безумова! — крикнула она, готовя новую атаку.

— Взаимно, княжна! — я создал вихрь из темных клинков.

Дарья у стены довольно улыбалась, наблюдая за нами. Её Дар продолжал действовать, не позволяя вернуться к прежней игре в поддавки.

И тут случилось сразу несколько вещей.

Во-первых, одна из печатей все-таки не выдержала. Черное Солнце вспыхнуло, и голос Ноктуса вдруг прозвучал… уже не только в моей голове:

— ОПА! А так намного лучше!

Я не сразу понял, что произошло. Черная Сфера… резко увеличилась в размерах. И начала выпускать захваченные сущности!

Первой из черной сферы вырвалась Айсштиль. Её фигура соткалась из множества ледяных кристаллов, словно мозаика складывалась в единое целое. Один за другим к ней присоединялись осколки — каждый новый делал её ауру все ярче, все мощнее. Когда последний, шестой осколок слился с ней, воздух вокруг заискрился от мороза.

— Наконец-то, — выдохнула она, расправляя плечи. От её силы даже стены покрылись инеем, — Я снова… целая. Почти…

— Ух ты! — присвистнула Эмми, — Вот это мощь!

Я с облегчением выдохнул. Черное солнце, благодаря моим усилиям, не сплавило все осколки в нечто новое и жуткое… но сделало все для максимально комфортного соединения в оригинальных богов. Помнится, в прошлый раз у Айсштиль соединение с осколком заняло довольно много времени. А тут хоп — за раз сразу шесть осколков.

И самое главное — осколки богов теперь свободны от чужого контроля.

Следом появился Ноктус — его тьма закружилась вихрем, собирая воедино четыре осколка. Когда процесс завершился, он картинно поклонился:

— Смертные и бессмертные, вы как хотите, а бог ночи снова в деле! И кстати, про русалок…

— Только попробуй! — Айсштиль угрожающе сощурилась, и температура в помещении упала еще на несколько градусов.

Ноктус лишь захохотал в ответ. Ему явно доставляло удовольствия ходить по грани…

Эгилия и Аймос материализовались почти одновременно. Их серебристое и багровое сияние смешалось в причудливый узор, когда они бросились друг к другу.

— Аймос! — Эгилия крепко обняла мужа, — Я думала, мы больше никогда…

— Любимая, — его низкий голос звучал непривычно мягко, — Прости, что не смог защитить.

— Эй, хватит извиняться, — она шутливо толкнула его в плечо, — Лучше скажи — ты помнишь, как мы строили первый подземный дворец?

— Конечно! Ты тогда случайно затопила половину водами из своих подземных рек…

— Слава Высшим сферам… — с облегчением выдохнула Эгилия, — Кажется, большая часть наших воспоминаний вернулась…

— Кхм-кхм… — прервал их воспоминания Император. Он сделал знак напрягшейся охране убрать оружие, — Может, оставим экскурс в историю на потом? И вы все для начала представитесь.

— А ты кто такой, смертный? — прорычал Аймос, развернувшись к Государю. Его аура вспыхнула еще сильнее, — С чего ты взял, что можешь тут командовать?

— Эй-эй, полегче! — между ними тут же встал Ноктус, — Чуть больше дружелюбия! На сегодня битв достаточно!

Лилия появилась в вихре зеленых искр. Её осколки слились воедино, и она застыла, оглядывая свои руки, словно не веря, что снова обрела единство.

— Как… непривычно, — пробормотала она, поправляя белоснежные волчьи уши, — Быть… собой.

Адекватная Лилия в сознании, которая больше не квадробер… как непривычно. Она выглядела заметно моложе той Лилии, с которой повстречался я. Кажется, этот Осколок содержал в себе совсем ранние воспоминания моей пушистой богини.

Амфия соткалась из водяной дымки, её осколки слились в единый поток. Морская богиня выглядела немного растерянной, словно еще не до конца осознала произошедшее. За ней последовали остальные боги.

А последним… последним из черной сферы вывалился Фома Лисовский, виновник всего этого бардака. В отличие от величественного появления богов, он просто шлепнулся на пол, как мешок с картошкой.

— Ой, — простонал он, потирая затылок, — Вот же… угораздило.

— Фома! — Настя бросилась к нему, — Ты как?

— Жить буду, — он с трудом сел, — Только… это… у кого-нибудь фляжка есть?

— Эй, ты напиться что ли вздумал⁈ — возмутилась Эмми.

— А что такого? — вмешался Ноктус, — Человеку явно нужно успокоить нервы. Кстати, о выпивке — ты ж как раз Алыми кактусами интересовался?..

— Ага, ага! — Фома заулыбался, услышав про кактусы.

— Поразительно, — пробормотал Император, наблюдая за этой сценой, — Эта энергия… У людей нет настолько чистой природной силы… и при этом ведут себя как дети.

Последнюю фразу он произнес негромко, едва слышно.

— К слову, — Александр Дмитриевич повернулся к Айсштиль, — Насколько я понимаю, слияние с осколками сделало вас значительно сильнее?

Я нахмурился. Император знает про осколки? Такое ощущение, что он сразу понял, что перед ним не абы кто, а именно древние боги…

Александр Дмитриевич явно знает о нас куда больше, чем может показаться.

— О да, — она улыбнулась, и по стенам пробежали морозные узоры, — Я вернула значительную часть своих сил. До разделения.

— Значительную? — Ноктус приподнял бровь, — По-моему, ты почти восстановилась. Шесть осколков это вам не шутки.

— Заметно, — кивнул Император, — И как вы планируете использовать эту силу?

Повисла пауза. Боги переглянулись.

— Ну… — начала Эгилия, бросив взгляд на мужа. Аймос молчал, словно над чем-то раздумывал.

— Я бы для начала выпил, — вставил Фома, — Башка трещит как с похмелья…

— Тебя не спрашивают, смертный, — отмахнулась Айсштиль. Она бросила вопросительный взгляд на меня. Я коротко кивнул, — Мы… мы хотим помочь. Защитить этот мир от Бездны. Как раньше.

— И от других угроз, — добавил Ноктус, — Тот тип в противогазе… он что-то затевает.

— Да, — кивнула Лилия, и её волчьи уши встревоженно дернулись, — Что-то большое. Я чувствовала это, даже когда была под его контролем.

Лесная богиня бросила на меня взгляд и тут же быстро отвела глаза. Её щечки окрасил едва заметный румянец.

Нам с Лилией… есть о чем поговорить. И мне надо будет познакомить ее с… ее квадроберной версией.

Аймос неохотно кивнул, так и не проронив ни слова.

— Что ж… — кивнул Император, — Хоть это и весьма странно… лично общаться с языческими богами древности… ваша помощь будет неоценима. Особенно сейчас, когда ситуация становится все более… напряженной.

— О, можешь на нас рассчитывать, смертный! — оживился Ноктус, — Кстати, это напомнило мне одну историю…

— НЕТ! — рявкнули все хором. Даже Государь. Кажется, трепотня Ноктуса и его достала… Мог ли он слышать наши разговоры, когда осколки находились в Чёрном солнце? Сомнительно, но…

— Да ладно вам, — он притворно обиделся, — Это совсем другая история! Не про русалок.

— А про что? — заинтересовалась Света, которая до этого молча наблюдала за происходящим.

— О, это эпическая сага о том, как мы с Эстро однажды…

— Даже. Не. Начинай, — процедила Айсштиль, создавая в руке ледяное копье.

Я смотрел на эту пеструю компанию и думал — может, именно так все и должно было быть? Древние боги, вернувшие свою силу. Смертные, готовые встать с ними плечом к плечу. Император, способный удержать этот хаос в рамках.

Черное Солнце за нашими спинами мерно пульсировало, словно в такт биению множества сердец. Я создал его с целью излечить наш мир, как лекарство против Бездны

Что ж… похоже, оно все-таки справилось с этой задачей. Сделало первый шаг. Пусть и не совсем так, как я планировал.

В этот момент снова сработал Дар Дарьи, заставляя нас со Светой продолжить бой. Наши с Соколовой ауры достигли пика мощности одновременно. Лазурная волна столкнулась с потоком Бездны, грозя похоронить тут всё…

Император вдруг хлопнул в ладоши. Один раз. Негромко.

Но этого хватило, чтобы все замерло. Наши разрушительные волны замерли, так и не столкнувшись. Ноктус одобрительно присвистнул.

— Полагаю, — произнес он, и в его голосе слышалась странная смесь усталости и веселья, — на этом можно закончить.

— Но… — начала было Света.

— Никаких «но», — отрезал Император, — Я видел достаточно. И… — он бросил взгляд на пульсирующий артефакт, — услышал тоже немало.

Я невольно приподнял бровь. Он что, догадался…

— Признаться, — продолжил Александр Дмитриевич, — давно не видел столь… занимательного поединка. Сначала вы оба пытались благородно уступить. Потом юная виконтесса… кхм… внесла коррективы. А затем еще и древние боги… точнее, их осколки решили поучаствовать в представлении.

— Упс… — прокомментировала Настя.

— Поэтому, — Император обвел нас взглядом, — я принял решение. Официальным победителем турнира объявляется Светлана Соколова. И она получит метку.

Света нахмурилась, открыла рот, явно собираясь что-то сказать, но Император поднял руку:

— А Константину Безумову… он же Эстро… будет предоставлен особый доступ к самому артефакту Черное Солнце. Без ограничений. В конце концов, — он едва заметно улыбнулся, — кому, как не создателю, работать с собственным творением?

— Вот это поворот! — присвистнула Настя.

А я… я просто стоял и смотрел на Императора, гадая — когда именно он все понял? И главное — что будет дальше?

Впрочем, судя по его чуть заметной улыбке, он явно знал больше, чем показывал. Дарья у стены фыркнула:

— Вот это я понимаю — мудрое решение! А то эти двое могли бы до утра соревноваться в благородстве.

— Эй! — мы со Светой возмутились почти синхронно.

И внезапно все рассмеялись. Даже Император позволил себе легкую усмешку.

В конце концов, после всего случившегося сегодня, немного смеха — это именно то, что нам всем было нужно.

— Ну так что, кто-нибудь все-таки хочет послушать про русалок? — с надеждой поинтересовался Ноктус.

Боги, помогите мне…

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

Примечания

1

Квадроберы (англ. quadrobists, реже англ. quadrobers, термин происходит от соединения лат. quattuor — четыре и англ. aerobics — аэробика, которое ассоциируется с перемещением на четырёх конечностях; средствами массовой информации для обозначения самого явления используются термины квадробика и квадробинг, квадроберство, реже — квадроберинг; в англоязычной научной литературе фитнес-вариант квадробики известен как англ. quadrupedal movement training (QMT), а соответствующие субкультура и неофициальный вид спорта в англоязычной прессе как англ. quadrobics) — люди, преимущественно подростки, занимающиеся имитацией действий и повадок животных. В разных печатных изданиях такая имитация воспринимается как субкультура и / или особый неофициальный вид спорта.

2

Впечатляюще! Не так ли, господин Мелори?

3

Действительно.

4

Захватывающе.

5

Игра началась.

6

Ничего личного — просто бизнес.

7

Черт возьми!

8

Впечатляюще!

9

Мандала — это сакральный символ, фигура, имеющая сложную геометрическую систему внутри. Слово происходит от санскритского слова, означающего «круг» или «центр».

10

Коловрат — это славянский символ, который представляет собой образ солнца с загнутыми по кругу лучами. Он означает постоянное движение, смену дня и ночи, победу света над тьмой, бесконечную жизнь.

Content

Возвращение Безумного Бога. Том 10: Черное Солнце

Глава 1 Переговоры

Глава 2 Мультиквадробер

Глава 3 Ночь сложных разговоров Часть I

Глава 4 Его лицо…

Глава 5 Ночь сложных разговоров Часть II

Глава 6 Британская наука

Глава 7 Предатель

Глава 8 Папа может

Глава 9 Сигнатура

Глава 10 Честный бой

Глава 11 Привет, сучка

Глава 12 Неплохо придумано!

Глава 13 Идиот

Глава 14 Новая Буря

Глава 15 Гость из Мира Мертвых

Глава 16 Кривотолковы снова в деле

Глава 17 Новые Осколки

Глава 18 Готовим сцену

Глава 19 Старые друзья имеют право надрать друг другу задницы

Глава 20 Я не хотела!

Глава 21 Кривотолковы снова в деле

Глава 22 Сверхсущность атакует!

Глава 23 Тени прошлого

Глава 24 Наглядное напоминание

Глава 25 Тяжелая судьба шпиона

Глава 26 Выгодное предложение

Глава 27 Вынужденный союз

Глава 28 Ты был слишком самоуверен

Глава 29 Можно ли тебе действительно доверять?

Глава 30 Прости, папа…

Глава 31 Благодарные слушатели, которые не могут убежать…

Глава 32 Финал турнира

Глава 33 Боги, помогите мне…

Nota bene

Примечания