Невольник том 1-2

Глава 1 Зона А-один

Пролог

Земля. 2034 год.

— Товарищ генерал, это действительно может спасти жизнь моему сыну? — высокая седовласая женщина, несмотря на возраст сохранившая свою природную красоту, с тревогой в глазах смотрела на офицера.

— Нина Ивановна, мы использовали все доступные возможности, чтобы ваш сын мог жить. Лейтенант Базилевский — истинный сын своего отечества, герой. А в нашей стране принято чтить героев.

— Но почему я впервые слышу об этом хри... Крио? — женщина не скрывала своего волнения. Ещё бы, на кону стояла жизнь единственного сына.

— Разработка капсул для криосна — новейшая передовая технология, совсем недавно прошедшая полные испытания и принятая на вооружение космических сил Российской Федерации. Благодаря этой разработке, погружённый в криосон человек практически не поддаётся старению, а все процессы в его теле замедляются в тысячи раз. Данная технология создавалась специально для освоения дальнего космоса, но в процессе разработки мы нашли ещё одно применение новой технологии. Понимаете, Нина Ивановна, наша медицина сейчас в состоянии лишь поддерживать жизнь Андрея, но не восстановить те повреждения, что он получил при взрыве. Благодаря криосну, он сможет без каких-либо последствий дождаться, когда наши учёные научатся...

— Как долго, товарищ генерал? — перебила офицера дама. — Сколько мой сын пробудет в этой ледяной коробке?

— По предварительному прогнозу, полтора-два года, не больше. В наше время развитию медицины уделяется гораздо больше внимания, чем десять лет назад, а уж нейрохирургии тем более. Думаю, мы очень скоро вернём вашего сына к полноценной жизни. Ещё внуков понянчить успеете.

Фролова, как единственный родственник пострадавшего, после долгих уговоров всё же дала согласие на погружение лейтенанта в криосон. Затем, внимательно изучив все сопутствующие документы, поставила в нужных местах подписи и наконец покинула кабинет. Выждав, когда стук каблуков за дверью удалится, генерал-майор Пафнутьев достал из сейфа початую бутылку коньяка и уселся за письменный стол. Щедро плеснув янтарной жидкости в гранёный стакан, он сделал пару больших глотков. Вновь налил и, тяжело поднявшись с кресла, направился к большому панорамному окну. Окинув уставшим взглядом вечерний город с высоты девятнадцатого этажа, генерал тихо произнёс:

— Вот такие дела, лейтенант. Надеюсь, ты ещё увидишь свет солнца. Очень надеюсь.

Ни он, ни кто-либо ещё на планете не знал, что совсем скоро Землю ждут большие изменения. И эти изменения мало кому понравятся...

***

Время и место действия неизвестны.

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, ответьте! — словно сквозь туман, бубнил женский голос. Был он каким-то искусственным, и поэтому мой разум не пожелал на него как-то реагировать. Вот только электронная бубнилка, судя по всему, затыкаться не собиралась. Бесит! Пришлось распахнуть глаза и... И увидеть прямо перед собой, в нескольких сантиметрах от лица, прозрачный купол из толстого стекла, за которым довольно быстро проплывали звёзды. Звёзды? В рот мне ноги, где я?!

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, ответьте!

— Кто ты, мать твою? — собственный голос, прозвучавший в замкнутом пространстве, показался мне чужим. А тут ещё в голове гул, во рту кака, словно мыши наг... Тьфу, какие мерзкие мысли.

— Я синтетический искин первого поколения, пилот капсулы. Моё предназначение — доставить заключённого в зону А-один.

— Пилот? Что ещё за зона такая, и почему ты называешь меня заключённым? — до меня только дошло, что слова продираются сквозь горло крупной наждачкой. Сильно хотелось пить.

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, согласно решению суда, вы осуждены за уничтожение активов корпорации «Аурум» в особо крупных размерах. Приговор — пожизненная отработка в зоне А-один.

Всё, что говорил персональный наставник, я слушал вполуха, а сам, отогнав мысли о холодной, чистой, вкусной воде... А, чёрт! В общем, пытался понять, где нахожусь и почему не могу пошевелить своим телом, жёстко заблокированным в этой, мать её, консервной банке с видом на...

Когда до меня наконец дошло, что я нахожусь не в лодке, стоящей на озере под ночным небом, и что голос говорит правду, в голове словно щёлкнуло. Я, чтоб мне сдохнуть, нёсся в открытом космосе, стремительно приближаясь к какому-то сиренево-розовому облаку, занимающему приличную часть видимого сквозь стекло пространства. Попытался посмотреть влево, но, увы, голова, как и всё тело, была жёстко зафиксирована. Единственное, что я мог, — это говорить и вращать глазами. В голове мелькнула мысль — хорошо зафиксированная женщина в предварительных ласках... Да ну нахрен!

— Так, давай разбираться, чудо враждебной электроники. Что ещё за зона такая? — чтобы задушить подступающую панику, перевёл своё внимание на помощника. В голове при этом вертелась спасительная мысль — вдруг это какой-то дурацкий розыгрыш. Есть же 7D кинотеатры, с полным эффектом присутствия.

— Зона А-один — малая космическая туманность, аномалия неизвестного происхождения. — вновь прозвучал безжизненный голос. — Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, для изменения настроек взаимодействия необходимо подать голосовую команду.

— Обращайся ко мне на ты. — Я почувствовал, как мой разум всё же поддался панике. Космос, аномалия, отработка долга... Нужно чем-то занять себя, отвлечься от бешено мечущихся в голове мыслей. — Пилот, расскажи, что такого необычного в этой аномалии, что в неё отправляют заключённых.

— Зона А-один — источник ценнейших биологических и псевдомеханических ресурсов, используемых в различных производствах, таких, как медицина, химическая и биологическая промышленность, производство андроидов, искинов последних поколений.

— И я теперь должен добывать эти ресурсы? А можно не надо?! Верните меня обратно, на родину, в Саратов. — Чёрт, что я несу, какой Саратов, я вообще с Алтая. — Почему меня направили в зону А-один, а не на какие-нибудь рудники?

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, во время обязательной диагностики у тебя был выявлен второй порог сопротивления шуму, по этой причине местом заключения суд определил зону А-один. Согласно статистике, из десяти тысяч разумных лишь один способен переносить шум. Ты ценный заключённый.

— Я рад за себя. Что такое — шум? И, если я ценный, почему меня на пожизненное отправили?

— Шум — слабо изученное ментальное воздействие неизвестной природы, распространённое по всей зоне А-один. Крайне негативно влияет на разумных. Во время первых контактов с шумом было установлено, что простой разумный способен находиться в зоне не более одного стандартного часа, после чего разум контактирующего умирает, а тело подвергается неуправляемым мутациям. Многочисленные опыты над добровольцами выявили, что некоторые разумные способны сопротивляться шуму. Имеющие первый порог сопротивления могут находиться в зоне А-один до тридцати галактических часов, прежде чем их разум начнёт подвергаться необратимому воздействию. Позже, благодаря разработке учёных корпорации «Аурум», среди добровольцев были выявлены разумные со вторым порогом сопротивления. Эти добровольцы при регулярном приёме блокатора способны находиться в зоне А-один неограниченное время.

— А без приёма блокатора? — меня по-настоящему заинтересовали слова помощника. К тому же я почувствовал, что сейчас узнаю нечто важное. — И ответь уже, почему меня осудили на пожизненное?

— Без приёма блокатора безопасное время нахождения в зоне разумного со вторым порогом сопротивления равно всё тем же тридцати часам.

— И почему я не удивлён? Где брать этот ваш блокатор?

— Капсула с десятью дозами блокатора установлена в вашем личном регуляторе. Регулятор — высокотехнологичный наруч на правой руке. Дополнительные дозы можно получить в сфоттере, установленном в поселении заключенных, или на базе и форпосте корпорации «Аурум», в обмен на мутагены или псевдомеханизмы. Там же имеется возможность сдать накопленные ресурсы.

— Регулятор, активатор, информатор. У вас в корпорации, я смотрю, креативщики совсем мышей не ловят?

— Заключённый номер пять тысяч, две дроби, седьмой, сформулируй свой вопрос более ясно, чтобы я могла дать ответ.

— Ты что, троллишь меня? Я спрашиваю, почему мне дали пожизненное?

— За хищение корпоративной собственности в особо крупных размерах, согласно статье семь тысяч...

— Ой, всё, заткнись! Грёбаные бюрократы. Как я попал в эту вашу корпорацию, ты, конечно же, не знаешь. А Земля? Планета Земля тебе известна?

— В моей памяти содержаться только те данные, что связаны с зоной А-один. Желаешь получить информацию, связанную со словами «земля» и «планета»?

— Забей! Тьфу, то есть не желаю. Лучше расскажи...

Дон-н! — по ушам ударил сигнал, и стеклянная поверхность кокпита потемнела, отгораживая меня от звёзд. К счастью, внутри капсулы были источники света, и я не очутился в полной тьме.

— Внимание, Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, транспортная капсула только что вошла в буферную зону аномалии А-один. Согласно протокола четыре, дробь, семь, я погружу тебя в искусственный сон. Все инструкции получишь после приземления.

— Э, железяка, отставить сон! Я не х... — болезненный укол под левую лопатку, и мысли внезапно потеряли целостность, а через мгновение моё сознание стало затягивать в водоворот безвременья.

***

— Заключённый номер бр-бр-бр, ответьте!

— Иди на хутор, говорилка! Мы же договорились на ты, — произнёс я пересохшими губами, приходя в сознание. Удивительно, но воспоминания последних нескольких минут жизни очень хорошо запечатлелись в голове. — Давай, рассказывай свои инструкции.

— Заключённый номер бр-бр-бр, ответьте!

— Ты издеваешься? Я говорю, рассказывай, что здесь и как, а затем выпусти меня из этого гроба!

— Заключённый номер бр... — голос, до того бывший электронный женским, внезапно стал совсем странным, затем протяжно взвизгнул, словно радиостанция, и затих.

— Ну всё, приплыли, — произнёс я, глядя сквозь вновь ставший прозрачным купол. — Конечная. А мне, сука, досталось место в первом ряду.

Судя по всему, моё транспортное средство приземлилось где-то в лесу, потому что сквозь стекло кокпита, или иллюминатора, я не знал, как правильно назвать прозрачную часть капсулы, мне хорошо была видна непривычного оттенка листва. Вроде зелёная, но мне она казалась какой-то неправильной. Чёрт, да у листьев все прожилки фиолетовые!

Внезапно раздался щелчок, затем шипение стравливаемого воздуха, хлопок, и прозрачную крышку унесло на несколько метров вперёд, а я внезапно почувствовал, что могу двигаться. Медленно, не делая резких движений, попытался приподнять одну руку, затем вторую. Левая высвободилась легко, а вот правая оказалась чем-то скована. И всё же мне удалось поднять обе.

— Что за хрень? — произнёс я, разглядывая руки. Левая была облачена в рыжую прорезиненную перчатку, с многочисленными накладками серо-стального цвета на тыльной стороне ладони и такими же пластинами, тянущимися до самого плеча.

Правая выглядела почти так же, но с одним весомым отличием. От запястья до локтевого сгиба руку охватывало какое-то технологичное изделие, лишь отдалённо напоминающее наруч средневековой брони. Выполненный из того же металла, что и накладки, прибор имел три шкалы-индикатора, несколько тускло мигающих огоньков, какие-то трубки, и один довольно большой, вытянутый экран, дюймов шесть, не меньше. Весило это чудо инженерной мысли килограмма полтора, хоть и выглядело на все восемь.

— Пластиковый, что ли? — пробурчал я себе под нос и постучал по наручу костяшками пальцев левой руки. — Ох, мля!

Стоило мне коснуться серо‐стальной поверхности, как по экрану прибора побежала рябь, а из встроенного в правое ухо динамика прозвучал мужской голос:

— Запущен процесс симбиоза. Семь. Шесть.

Язык мне неизвестный, но я почему-то понимал его. Более того, чувствовал, что смогу говорить. А ещё я вдруг вспомнил последние секунды своей, судя по всему, прошлой жизни. Потому что я, чёрт возьми, умер!

***

— Лейтенант, я не знаю, как это остановить! Нас такому не учили! — голос замкомвзвода, старшего сержанта Акулова, напряжён, как струна. Ещё бы, у опоры моста, возле которой мы находимся, в рядок лежит несколько авиационных бомб и самодельных взрывных устройств, обильно опутанных проводами в хаотичном порядке. Чёртовы партизаны заминировали опору, собираясь при отступлении подорвать единственный в округе мост. А он нам ох как нужен. Командир так и сказал: «Фролов, возьмёшь переправу, и внеочередное звание тебе обеспечено». Да плевать на звание, на той стороне реки четыре взвода союзников, зажатых в ущелье. У нас просто нет времени на наведение переправы с нуля, да и местность — хуже не придумаешь. Десант, если и сможет высадиться, окажется на месте лишь к завтрашнему дню.

— Отойди, Вася. И отделение отведи подальше. Попробую сам разобраться. Чёртовы повстанцы, где они вообще отрыли эти раритеты? Да сейчас любую взрывчатку, даже промышленную, днём с огнём не отыскать, я уж не говорю о боевых частях авиационных бомб, а тут их целая гора.

Бегло осмотрел провода, хаотично лежащие поверх фугасов, зашёл справа. Ага, вот они, парочка, уходящая под крайний снаряд. Ну-ка, посмотрим, что тут, только отодвинем подальше тело мною же убитого аборигена, лежащего на спине. Вот идиот, на столь ответственном посту, и снял каску... Впрочем, это же смертник, ему всё равно.

Аккуратно подрыл землю рядом с проводами, мимолётно бросив взгляд на глушилку, установленную в пяти метрах. Работает. Так, что тут у нас? Обыкновенный замыкатель, срабатывающий от радиосигнала. Если не ошибаюсь, резать нужно этот провод...

Характерный щелчок вставшей на боевой взвод гранаты, которая сама выкатилась из-под снаряда. Время резко замедлилось, а пространство стало невероятно плотным. Левая ладонь сжимает кусачки, тут же перекусывающие провод, а правая хватает лежащий в полуметре вражеский шлем. Железный, старого образца — таких сейчас, даже если сильно захочешь, не найдёшь...

Взрыватель в сторону, трофейной каской накрыть гранату, а сверху собой — бронежилет и тело должны сдержать взрывную волну, которая никак не должна добраться до фугаса. Тут столько проводов намешано, что любое неосторожное воздействие, и всё сдетонирует. А если рванёт, тогда не только меня, но и ребят посечёт осколками.

Взрыв, темнота...

***

— Вашу Машу! — ругнулся я, выпав из внезапно нахлынувших воспоминаний. — Если я умер, тогда непонятно, что...

— Процесс родства завершён. Осуществляется синхронизация с имплантами носителя. Семь, шесть, четыре, — в этот раз мужской голос звучал прямо в моей голове, при этом так громко, что захотелось зажать уши руками и выматериться.

— А ты ещё кто такой, голос разума, что ли?

— Один, — завершил отчёт неизвестный голос, звучавший у меня в голове, после чего неприятные ощущения в черепной коробке исчезли.

— Ух-х! Я всегда знал, что чужие голоса в голове не к добру. Кто ты? Шизофрения?

— Я искусственный интеллект второго поколения, встроенный в наруч первой модификации. Носитель, для улучшения взаимодействия прошу дать мне и себе позывные.

— Ты из военных, что ли? — удивился я. — Ну, значит, я буду Кэп, а ты Шиц.

— Принял, Кэп. Какие будут дальнейшие указания?

— Мне сейчас что-нибудь угрожает?

— Судя по результатам экспресс анализа воздуха, капсула приземлилась в синем ареале. Здесь обитают Муты ранга каппер, а они предпочитают не приближаться к технологическим объектам, избегая возможного поглощения муто-механоидами.

— Мудо что? — из произнесённого Шицом я понял лишь, что местная флора-фауна в ближайшее время жрать меня не будет. Что ж, хоть одна хорошая новость. — Так, Шиц, давай с самого начала, по порядку. Где мы находимся? И что с нами не так? Желательно развёрнутый ответ.

— Мы находимся в синем ареале зоны А-один. Учитывая, что крышка капсулы открыта, а я активировался, посадка прошла не совсем удачно. Обычное явление, примерно семнадцать процентов всех капсул при приземлении получают повреждения различной степени тяжести, а три процента заключённых гибнут. Кэп, ты получил инструктаж после зачитывания приговора?

— Я и приговора-то не помню. Мля, Шиц, начни рассказывать прямо с самого начала, для особо одарённых. За что меня посадили?!

Глава 2 Инструктаж Шица

— Кэп, по имеющимся у меня данным, криокамера с твоим телом была обнаружена на одной из законсервированных научных станций корпорации «Аурум». При создании искусственного разума был разработан свод непреложных законов, и один из них гласит — искусственный интеллект не может причинить вред разумному существу или своим бездействием допустить, чтобы разумному существу был причинён вред. По этой причине искин, управляющий научной станцией, вынужден был дополнительно тратить энергию на поддержание функционала криокамеры, при этом значительно сократив размеры энергетического щита. К моменту, когда на научный объект с плановой проверкой прибыла группа техобслуживания, тридцать процентов станции, вместе с дорогостоящим оборудованием и редчайшими экземплярами, были безвозвратно испорчены излучением местной звезды. Виноватым в случившемся признали тебя, Кэп. Повезло, что ты имеешь второй порог защиты от шума, иначе сейчас бы управлял каким-нибудь промышленным комбайном на одном из рудников в астероидном поясе. Недолго, месяца два, а потом скончался бы от облучения.

— Ага, то есть сейчас я нахожусь не в заднице мира, а на сказочном, мать его, курорте, и стоит мне щёлкнуть пальцами, как стройные мулатки тут же начнут потчевать меня деликатесами и всячески ублажать. А, вспомнил! Шум — та электронная дама из капсулы что-то говорила о его подавлении. — Я наконец решился выбраться наружу. — Можешь пояснить?

— Кэп, осмотри наруч. Видишь, ближе к локтю небольшой экран с зелёными полосками. Это индикатор, показывающий число инъекций блокатора, доступных заключенному. Сейчас их у тебя девять, одну ты получил автоматически, едва пересёк буферную зону аномалии А-один. Действие одной инъекции длится двадцать-двадцать шесть часов, но повторный укол по умолчанию произойдёт через девятнадцать часов.

— Итого около девяти суток, — быстро подсчитал я. — И где мне достать новые инъекции?

— Необходимо выйти к опорному пункту, базе «Аурум» или к вольному поселению. В местах массового обитания заключённых и на территории объектов корпорации имеются торговые представительства, которые принимают от заключенных и свободных охотников мутаген и псевдомеханизмы. Взамен можно получить инъекции блокатора, оружие и обмундирование, ИРП, алкоголь. Также можно посетить лабораторию, в которой имеется возможность усвоить мутацию высокого ранга или провести апгрейд наруча, установив более продвинутый искусственный интеллект. А еще повысить уровень мини-комплекса, способного проводить мутацию.

— Шиц, можешь подробней рассказать про наруч?

— Наруч является высокотехнологическим изделием, разработанным корпорацией «Аурум». Он способен влиять на ДНК носителя и взаимодействовать с мутагенами. То есть с помощью наруча можно вытягивать концентрат мутагена из убитой твари и совершать мутации с телом носителя. Также этот прибор является средством контроля госкорпорации, избавиться от него невозможно. Как я уже говорил, возможно провести апгрейд наруча — например, поднять ИИ до пятого, а при глубокой модернизации и до шестого поколения. Также доступно повышение ранга мини-комплекса, проводящего мутации.

— Что за мутации? Мне кажется это важным, — перебил я искина, при этом в мозгу засела мысль о том, что я же, мать его, сейчас разговариваю с железкой! Причём разговариваю о прямом воздействии этой самой железки на мой организм.

— Мутации, как и мутагены, делятся по цветовым рангам. Базовый стандарт — это семь цветов радуги. Ламба — фиолетовый, низший мутаген. Даёт одно усиление, от одного до двух баллов по шкале «Аурум». Каппер — синий, одно усиление, от одного до трёх баллов. Йотун — голубой, одно усиление от двух до четырёх баллов. Тетро — зелёный, одно усиление, от двух до пяти баллов. Этанол — жёлтый, два усиления, от пяти до шести баллов. Дзерг — оранжевый, два усиления, от пяти до восьми баллов. Психор — красный, два усиления, от пяти до девяти баллов.

— Что это за баллы такие? — спросил я, вспомнив анекдот. Иванов и Петров, вы отлично выполнили задачу и получаете по А-баллу. А Потапов и Сидоров проявили себя плохо и потому получат по Е-баллу.

— Каждый балл потенциально усиливает возможности мутации на десять-пятнадцать процентов. Реакция, сила, гибкость, интеллект зависят от мутагена и особенностей тварей, из которых он добыты.

— То есть можно усвоить красный мутаген и при удаче усилить себя почти в два раза?

— Именно что при удаче. Как правило, усиление проходит по нижней планке. Чтобы поднять его до максимального предела, придётся сначала определить в лаборатории нужную тварь, способную усилить мутацию, после чего начать на неё охоту. Причём для поднятия каждого последующего балла потребуется всё больше мутагена.

— Я правильно понимаю, для одной мутации требуется убить более чем одну тварь?

— Верно, Кэп. Для мутации фиолетового ранга требуется собрать мутаген с нескольких десятков существ. К счастью, для мутации более высокого ранга надо всё меньше и меньше тварей. Только у них и индекс опасности в разы выше. К примеру, одна тварь психора, красного ранга, способна устроить настоящий геноцид тварям Ламба, фиолетовым.

— И сколько различных мутаций я смогу применить на себе? — озвучил я ещё один интересующий вопрос.

— Оптимальное число мутаций — три. Если больше, риск потерять разум становится почти стопроцентным, и даже если удастся остаться собой, произойдут сильные изменения во внешнем виде, порой кардинальные. Правда, есть исключения.

— Ну-ка, можно поподробней?! — заинтересовался я.

— Существуют четыре ранга элитных мутаций. Те, кто усвоил их, получают право покинуть зону А-один. Чёрный — Дельто, три усиления, от девяти до десяти баллов. Белый — Гаммо, три усиления, от девяти до десяти баллов. Серебряный — Бето, три усиления, от девяти до десяти баллов. Золотой — Альфо, четыре усиления, от десяти до двенадцати баллов.

— И где добыть эту элиту, чтобы сразу взять максималку? — поинтересовался я.

— Кэп, чтобы извлечь элитный мутаген, необходимо серьёзно подготовиться. Наруч начального уровня, который ты сейчас носишь на руке, способен извлечь мутаген до зелёного ранга включительно, а также провести мутацию носителя фиолетового и синего рангов. Но для охоты на элитного зверя требуется не апгрейд наруча, а весьма мощное вооружение и броня, которые стоят очень дорого.

— То есть, чтобы прикончить такую тварь, нужны большие, хм, пушки?

— Оружие, броня, системы маскировки, и развитые мутации. И есть ещё один способ усиления, который также влечёт сильные изменения тела — при усвоенной мутации Тетро, зелёного ранга, заключённый получает возможность сопряжения с телом и наручем как имплантов производства корпорации, так и псевдомеханических протезов, усилителей и прочих приспособлений, повышающих живучесть.

— Ты сказал, что носители элитной мутации получают разрешение покинуть аномалию? Разве это возможно?

— Кэп, к сожалению, у меня нет развёрнутой информации по данному вопросу. Мне также неизвестно, каким образом корпорация «Аурум» забирает мутагены и механоидов из аномалии А-один. Способ доставки грузов из зоны в миры содружества также неизвестен.

— Ладно, как говорил наш комбат — лучше Машку за ляжку, чем журавль в небе. Мне полагается какой-то стартовый набор вооружения? Еда? Вода? Резиновая женщина?

— Для того, чтобы добраться до контейнера со всем нужным, тебе придётся немного поработать. Судя по тому, что я смог увидеть, пока ты размахивал руками, часть капсулы во время посадки ушла в грунт. Скорее всего, контейнер со снаряжением и ИРП придётся выкапывать.

— Копать-перекопать! — выругался я. — Какой идиот разрабатывал эту капсулу? Разве сложно было поместить контейнер внутрь? А если бы я в воду приземлился? Или на меня сразу же, едва открылся колпак, напал какой-нибудь зверь?

— Кэп, в аномалии А-один нет глубоких водоёмов, и у капсулы высокая плавучесть. Нападение также маловероятно, искин старается совершить посадку в фиолетовой зоне, в крайнем случае в синей. В этих зонах обитают твари, которые избегают любых технологических изделий. Как я уже говорил...

— Да я понял уже. Никто не хочет стать начинкой для киборга. Ладно, выходим. — Я, кряхтя, как старый дед, вздумавший взобраться на молодуху, начал выбираться из капсулы. Всё же жёсткое приземления не прошло даром — спина ныла, седалище занемело, а ноги сводило судорогой. Но я всё же превозмог и восстал, аки Ленин из своего Мавзолея.

— Товагищи, тгудиться, тгудиться и ещё газ тгудиться!

— Кэп, я зафиксировал сильный всплеск эмоций. Использовать успокоительную инъекцию?

— Отставить, Шиц. — Я переступил с ноги на ногу, сделал пару шагов вперёд и лишь после повернулся лицом к капсуле. — Мда. И на этом пепелаце я сюда прилетел? Выглядит не как чудо инженерной мысли, а как консервная банка со стеклянным боком.

— В создании капсулы использовались самые передовые технологии прошлого столетия, — произнёс искин. Мне даже показалось, что в его голосе слышится обида. — Модель получилась предельно надёжной, и в корпорации «Аурум» решили не проводить модернизацию.

— Ага, знаем. Работает — не лезь. — Я неспешно обошёл транспортное средство. Мда, вся нижняя часть капсулы и правда под землёй, ещё и метров двести тормозного следа позади теряется где-то за деревьями. Этакая борозда глубиной в добрых пару метров, медленно наполняющаяся водой. — Чёрт! Где крышка?

— Кэп, её не получится установить на место, крепёжная система повреждена.

— Да клал я вприсядку на твою крепёжную систему! Мне нужно остановить воду, иначе я хрен доберусь до контейнера со снарягой.

Матерясь сквозь зубы на аномалию, корпорацию и немного на себя, я волоком тащил оказавшуюся тяжеленной стеклянную крышку. Пить, как же хочется пить. Сука, готов отдать полцарства за глоток чистой холодной воды! Да что половину — всё!

Пока занимался переноской тяжестей по пересечённой местности и мечтал напиться, совсем забыл о болях в спине. Уже опуская в траншею импровизированную дамбу, я с радостью отметил, что ничего нигде не болит. Правильно всё же говорил дедушка Ленин — упорство и труд в кровь мозоли сотрут. Или это не он говорил...

Чтобы закрепить крышку, пришлось вбить в рыхлую почву несколько кольев — благо при падении капсула сломала несколько небольших деревьев — и под конец укрепить конструкцию всё теми же деревьями, использовав их как упоры.

Закончив с дамбой, я, словно умудренный жизнью бобёр, отправился за добычей. Вернее, принялся заостренной палкой подкапывать правый бок капсулы. Благо опыт земляных работ у меня был немалый, пришлось в своё время порыть окопы да траншеи. В общем, через полтора часа я уже вытаскивал из-под днища капсулы прямоугольный металлический ящик. Увесистый, зараза, килограмм двадцать пять-тридцать.

Выволок добычу на ровное место, и собрался было уже вскрывать свой сундук мертвеца, йо-хо-хо, когда со стороны дамбы раздался удар, чуть не сделавший меня заикой. Вскочив, будто ужаленный, я перехватил поудобнее свою палку-копалку и двинулся к стеклянной крышке, за которой плескалась вода. Уровень уже знатно поднялся — сантиметров шестьдесят точно.

— Мат твою! Это что за чупакабра? — сам не заметил, как перешёл на шёпот. Ещё бы, прямо в траншее, тыкаясь тупым рылом в стекло, находилась здоровенная хреновина, больше всего похожая на позеленевшего сома-переростка. Метра два с половиной в длину и невероятно толстый. Чтоб мне вспотеть семь раз, да у этой жертвы вневидовых отношений ещё и лапы есть! Много лап!

— Бум-с. — вновь раздалось от моей дамбы, это неведомая зверюга ткнулась в неё мордой.

— Мут, ранга Тетро, зелёного. По классификации водоплавающий, самоназвание — плывун. Его здесь не должно быть. — В словах искина не было эмоций, но я словно почувствовал его растерянность. — Кэп, быстро возвращайся к контейнеру. Код на замке — шесть единиц. Позже сменишь. Внутри в чёрной пластиковой кобуре должен находиться игольник, он крепится ремнём к крышке. Я подскажу, как им пользоваться и куда стрелять, чтоб убить одним выстрелом и не повредить железу с мутагеном. Если повезёт, заполним одну малую капсулу.

— Он не опасен? — на всякий случай уточнил я. — А то к хренам этот мутаген, привалить плывуна, и дело с концом.

— Судя по его низкой активности, мут оглушён или ранен, поэтому следует воспользоваться моментом.

Вернувшись к контейнеру, я отыскал кодовый замок, набрал шесть малых кружочков — на местном языке единиц — и быстро поднял крышку. Не глядя на содержимое, чтобы не залипнуть, быстро отстегнул пряжки двух ремней и извлёк из зажимов чёрную пластиковую кобуру, сантиметров тридцать длиной.

Открыв клапан, вытащил на белый свет оружие, по форме напомнившее мне маузер времён гражданской войны. Даже характерный для обоймы выступ имелся, с небольшим цифровым экранчиком. Из отличий — вес поменьше и ствол очень тонкий и длинный. Ну и общие габариты, скорее всего, побольше. Так, вроде у маузера кобура как-то крепилась к оружию, может, и здесь так же? Ага, вот и паз внизу. Щелчок — готово.

— Кэп, судя по сноровке, ты бывший военный. Наши шансы на выживание только что повысились.

— Обучай, голос в моей голове! — буркнул я в ответ, хотя и сам уже почти разобрался. Это спусковой крючок, здесь, похоже, флажок с режимами огня, а эта небольшая кнопка — предохранитель. Хм, да здесь все помечено символами. Так, нажать большим пальцем на кнопку, им же перевести флажок вниз, напротив значка, изображавшего одну стрелку. Приклад в плечо, совместить мушку и целик. Хм, удобно. — Шиц, я ничего не пропустил?

— Всё верно. Оружие разблокировано, режим одиночной стрельбы выставлен. Можно начинать охоту. Подойди к плывуну, я подсвечу уязвимые точки на его теле.

Мут упорно продолжал биться своей тупой мордой о крышку капсулы, но та стоически держала оборону. Похоже, зверь был в полном неадеквате, раз не пытался выбраться из ловушки.

— Подсвечиваю уязвимые места жёлтым цветом, — сообщил искин, и на крупной башке плывуна, в разных местах, тут же появились три жёлтых пятна размером с суповую тарелку. — Кэп, старайся попасть точно внутрь меток, чтобы не повредить мутаген.

— Ага, — ответил я, не спеша приближаться к твари. А то знаем мы, как некоторые крокодилы брёвнами прикидываются. А чуть добыча зазевается — хвать, и в кусты. Ух, извращенцы!

Для проверки оружия прицелился в стоящее неподалёку, метрах в двадцати, дерево и нажал на спусковой крючок.

— Вших! — прошелестел игольник, а от ствола дерева с противоположной стороны посыпалась труха и щепки. Хрена се, игольник! Таким можно и кирпичные стены прошивать. Ну, или деревья косить, очередью.

Шиц никак не прокомментировал мои испытания, чему я порадовался. Перевёл ствол оружия на плывуна, выцеливая жёлтый кружок. Дождался, когда тварь в очередной раз ударится мордой в преграду, и выстрелил в практически неподвижную тушу.

— Вших.

— Хр-р-р! — затарахтел плывун, но через секунду перешёл на свист, словно пробитая автомобильная камера.

— Кэп, отличный выстрел, — подтвердил мои мысли искин. Ещё бы, тварь после попадания перевернулась вокруг своей оси, на секунду показав свои ущербные лапки, и вновь замерла на брюхе.

— Хм, Шиц, у плывуна так и должно быть? — спросил я, безоружной рукой указав на ременную систему, плотно облегающую тушу твари.

— Теперь понятно, каким образом зелёный мут очутился в синей зоне. Этот плывун был собственностью некоша.

— Неко кого? — не понял я.

— Некоши — раса разумных человекоподобных аборигенов, проживающих в аномалии А-один. Их ступень развития крайне низкая, но некошам удалось адаптировать мутагены под свои нужды. Их ареалы обитания практически не пересекаются с местами, где есть заключённые или представители корпорации. Практически не продают мутаген, но с радостью избавляются от псевдомеханизмов, сдавая их корпорации.

— Так, ну-ка сбавь обороты. Тьфу, остановись То есть. Шиц, ты хочешь сказать, что где-то поблизости может бродить обозленный, раненый абориген?

— Вряд ли ему удалось выжить. Кэп, у тебя есть не больше восьми минут, чтобы извлечь мутаген из плывуна. Возьми в контейнере пояс с пустыми капсулами. Я подсвечу. Да, игломёт можешь вернуть в кобуру и пристроить на правое бедро или левую грудную пластину, там имеются специальные крепления.

Я последовал совету Шица, закрепив оружие на груди. Сейчас лезть в воду, пусть будет повыше. Закончив с игольником, подошел к своему чудо-сундучку с разными ништяками. Подхватил помеченный всё тем же жёлтым цветом широкий пластиковый пояс и тут же надел на себя. Черного цвета, с многочисленными прозрачными колбами, расположенными на манер патронов в патронташе. Хм, и как же их заполнять?

— Кэп, стоит поторопиться, времени совсем мало осталось.

— Да я и так словно бешеный кабан, туда-сюда настаюсь, — проворчал я, но всё же ускорился. — Мой добрый голос в голове, чем мутаген извлекать?

— В наруч встроена игла-заборник. Спускайся, плывун уже не опасен.

И я, проклиная свою нелюбовь ко всякого вида гусеницам и прочим склизким тварям, покрытым слизью, скользнул по стенке траншеи вниз. Миг, и мои ноги, обутые в мощные, армейского типа ботинки, врезались в рыхлый бок зелёной твари. Тут же под водой раздался мерзкий протяжный звук, вода в районе хвоста забулькала, выпуская на воздух газы. Моих ноздрей коснулось зловоние, и я, не выдержав, выругался:

— Сука, чтоб тебе посмертие провести с заглушкой в заднице!

— Кэп, фиксирую негативное воздействие на твой организм. Похоже на лёгкое отравление слизистой. Ввожу в кровь универсальный антидот широкого спектра действия, — сообщил искин.

— Мля! Жил он недолго и умер некрасиво, задохнувшись в... К чёрту! Давай подсвечивай, куда иглу втыкать. Кстати, как её вытащить из наруча?

Глава 3 Синяя Маша. Здесь был Вася

– Сначала вставь капсулу в камеру приема, я подсветил её красным. Затем коснись ладонью подсвеченного зелёным круга на туше плывуна, и подай голосовую команду – забор мутагена. Остальное наруч сделает сам. Если капсула заполнится раньше, я сообщу, и ты сменишь её на новую. Действуй, у тебя осталось полторы минуты.

Выщелкнув из пояса колбу, я быстро нашёл на наруче приёмник, и загнал в него капсулу, словно патрон в однозарядную винтовку. Затем прижал ладонь к мягкой шее плывуна, накрыв светящееся жёлтым пятно, и подал голосовую команду. Тут же с внутренней стороны наруча щёлкнуло, и я почувствовал, как в тушу вонзилось что-то острое и длинное. Секунда ожидания, и колба стала стремительно заполняться зелёной жидкостью. Ещё секунда, затем раздался щелчок, после чего Шиц произнёс:

– Кэп, нужно заменить капсулу. Полную установи на прежнее место. В этом мутанте оказалось неожиданно много мутагена.

Легко вытащив колбу, заполненную зелёной субстанцией, я вернул её в гнездо на поясе, и тут же установил в камеру новую. Ещё секунда ожидания, затем шелест иглы-заборника, возвращающейся на свое место. В этот раз капсула заполнилась на треть. Отсоединив её, тоже вернул на пояс.

– Ну что, можно выбираться отсюда?

– Да, мутаген извлечён. Скоро плывун начнет разлагаться, так что нам лучше удалиться отсюда, как можно быстрее.

Ругаясь на себя, что не озаботился парой толстых ветвей, я, упираясь ногами в рыхлую тушу плывуна и цепляясь за осыпающийся берег, спиной вперёд выбрался наружу. Откатился от края, поднялся. Так, в контейнере была вода в бутылках, я видел!

– Что это за хрень?! – само собой вырвалось у меня после пары глотков жидкости из бутылки с хитрым колпачком-дозатором. Никогда ещё мне не приходилось пить столь противной на вкус воды. Если бы не жажда, переплевался бы.

– Специальный витаминизированный коктейль. – невозмутимым, лекторским тоном ответил искин. – В одном баллоне содержится суточная норма жидкости для твоего вида.

– Однажды я найду тех умников, что придумали эту гадость, и заставлю их пить эту смесь. – едва договорил, на меня словно прозрение нашло. – Сука! Чтобы у всей вашей корпорации запор недельный случился! Мне что, теперь всегда такую гадость глотать придётся? Да мой желудок через неделю самолично меня кишками удавит за подобное издевательство!

– Состав питьевой жидкости специально сбалансирован... – искин вновь начал вещать нудным тоном, но я его тут же перебил:

– Шиц, завязывай дурака включать! Ты мне прямо скажи – здесь можно достать нормальную воду и пищу?

– На базах и опорных пунктах корпорации можно приобрести простую питьевую воду. Ещё можно купить очиститель жидкости, делающей местную воду пригодной для употребления. Продукты питания так же имеются, но предупреждаю, они сильно отличаются в цене от обычных ИРП.

– Спасибо, успокоил. Ладно, давай разбираться, что у нас имеется в наличии. – я присел перед контейнером на корточки.

– Кэп, для ускорения знакомства с содержимым я буду подсвечивать детали твоей экипировки и тут же пояснять, что это.

– Дополненная реальность – это круто. Ну давай, железяка, наставляй своего падавана.

Через четверть часа я почувствовал себя относительно хорошо экипированным. У меня появились: Неплохой полуметровый мачете с якобы самозатачивающимся лезвием (никогда не верил в подобные сказки). Удобный нож в ножнах, легко крепящихся на бронепластины моего костюма. Добротный во всех отношениях рюкзак, литров на сорок, не больше. Восемь баллонов воды, судя по объёму – миллилитров на семьсот-восемьсот, и столько же индивидуальных рационов питания, каждый размером с двухсотграмовую плитку шоколада, но раза в полтора тяжелее. Аптечка с перевязочными материалами, заживляющим гелем и десятком различных капсул с сыворотками и антидотами. Их требовалось устанавливать в наруч, когда технологическая приблуда на моей руке опустеет. Сейчас он заряжен подобной химией под завязку, а искин, стоя на страже моего здоровья, был готов пустить весь этот яд в ход.

– Слушай, а корпорацией Аурум случаем не жаба управляет? – поинтересовался я, разглядывая дно пустого контейнера. Кроме странного вида спального мешка, нескольких обойм для игольника, и герметичной коробки с дюжиной капсул под мутаген, внутри больше ничего не обнаружилось.

– Кэп, что такое – Жаба?

– Неважно. Лучше поясни, как пользоваться спальным мешком, и насколько это безопасно в текущих условиях?

– Индивидуальная палатка колониста второго поколения. До сих пор используется большинством первопоселенцев во множестве миров содружества. Заряда батареи в активном состоянии хватает до пятнадцати стандартных суток. Первый класс защиты, имеет встроенную систему фильтрации и...

– Воу, воу, полегче! Шпаришь, как по писанному. Что значит первый класс защиты?

– Для тебя, кэп, это означает, что ты можешь относительно комфортно расположиться в фиолетовой и синей зонах, не тревожась за свою жизнь. Муты, обитающие в этих двух зонах, не способны повредить каркас палатки, а встроенный ультразвуковой комплекс надолго отпугнёт их.

– Полезная вещь, согласен. А это что за шкатулка?

– Личное хранилище. Открыть можешь только тот, кто установил код, или универсальным ключом, который имеется только на базах корпорации. Это твоя защита от мародёров. Не все желают охотится на мутов, некоторые предпочитают забирать уже добытое. Правда, по моим весьма скудным данным, личное хранилище легко открывается за отдельную плату.

– Может в капсуле есть ещё что-нибудь ценное, что мне стоит забрать с собой? – поинтересовался я, перекладывая в переносной сейф колбу, заполненную зелёным мутагеном. Затем всё сложил в рюкзак, который подержал в вытянутой руке Килограммов десять, не больше. Так, игломёт в кобуре на правом бедре, мачете прижат к левому магнитными захватами. Удобно, чёрт возьми. Ножны с ножом закрепил на груди, слева. Ранец на спину, подтянул лямки, попрыгал. Ничего не бренчит, не скрипит. Можно отправляться в путь.

– Капсула скоро самоуничтожится, Кэп. Их специально делают такими, чтобы невозможно было разобрать в полевых условиях.

– Всё, можешь не продолжать. Псевдо-механоиды и прочая хрень, я понял. Лучше скажи, в какую нам сторону двигаться? Есть конкретное направление?

– В любую, Кэп. Базы, форпосты корпорации и вольные поселения разбросаны по всей исследованной области аномалии. Если двигаться в одном направлении, в течение четырёх-пяти суток обязательно выйдешь к заключённым или бойцам корпорации Аурум.

– Ну, если нет разницы, тогда пойдём вдоль тормозного следа капсулы. Очень уж мне интересно, откуда взялся плывун, и почему без наездника.

***

Если не придираться к синим прожилкам на листьях деревьев и мареву, полностью затянувшему небо, то можно подумать, что идёшь через редколесье, где-нибудь в юго-западной части европы. Разве что живности не наблюдается, даже насекомых, ну так этому есть оправдание – падение капсулы. От грохота все, кто мог, разбежались далеко в стороны. А ну как ещё что-нибудь свалится. Я вот в детстве, забравшись в чужой сад, получил заряд соли в правую полупопицу, так с тех пор твёрдо уверен – в магазине яблоки гораздо вкуснее.

Место, где плывун попал в траншею, я обнаружил в самом конце посадочной борозды, скрытой в тени деревьев. Выяснилось, что мы приземлились в водоём, благодаря чему я остался целым и невредимым, а уж после капсула пробороздила траншею. Из этой запруды, выглядевшей как небольшое искуственное озерцо, и свалился ездовой мут. Но не это главное. Неспешно осматривая место приземления, я обнаружил хозяина плывуна.

На берегу лежало человеческое тело. Из одежды лишь кожаная юбка и такой же топ, с трудом скрывающий два крупных, хм, вторичных половых признака. Размера четвёртого, не меньше. Да и остальная фигурка, чего уж там скрывать, весьма аппетитная, даже в столь неприглядном положении. Единственное отличие от наших, земных девушек, это синий цвет кожи. Вот ты и нашёл, Андрей, аватару, на свой, хм...

– Как думаешь, жива? – шёпотом поинтересовался я у искина, на всякий случай наводя ствол игольника на аборигенку.

– Для того, чтобы узнать это, нужно приблизиться и проверить пульс. – тоном школьного учителя произнёс Шиц.

– А вдруг она заразная? – спросил я, но всё же двинулся к берегу. – Там, откуда я родом, подобный цвет кожи – крайне плохой признак, обычно не совместимый с жизнью.

– Кэп, начиная с фиолетового и заканчивая зелёным, цвет кожи говорит о возрасте некоши. – ответил мне искин. – Синий означает, что этой девушке ориентировочно от семнадцати до двадцати пяти стандартных лет.

– Молоденькая совсем. – проворчал я, приблизившись к пострадавшей. Продолжая целиться из игольника в корпус аборигенки, опустился на правое колено, и прикоснулся к её шее. Пульс прослеживался, но слабо. Поднял веко – мля! На всю радужку янтарный зрачок. Так и заикой стать можно. Опустил и снова поднял веко – без изменений – Слушай, Шиц, она жива, но в отключке. На теле повреждений не вижу, причина потери сознания не известна.

– Можно вколоть универсальный антидот, он приведёт её в чувство. – сообщил искин, и тут же добавил: – стоимость одной дозы универсального антидота равна одной ампуле фиолетового мутагена. Которого ты еще ни капли не собрал.

– Шиц, ещё раз проявишь подобную меркантильность, и я тебя при первой возможности заменю. Наша вина, что девушка без сознания, а значит надо помочь. К тому же мы её ездовую животинку прикончили, в корыстных целях.

– Кэп, прижми основание правой ладони к груди некоши. Я поставлю ей укол. – произнёс искин каким-то изменившимся, ворчливым тоном. Ты смотри, недовольство своё выказывает!

– Так? – я тут же выполнил просьбу, перебросив оружие в левую руку.

– Да. Готово!

Секунда ожидания, и я почувствовал, как тело синей аборигенши вздрогнуло. А в следующий миг меня крепко ухватили за предплечье двумя руками, и я встретился с совершенно необычными, огромными глазами, полными ужаса.

– Моисиси! Моисиси! – пролепетала синяя красотка умоляющим голосом.

– Да-да, твои, твои. – я убрал ладонь с груди девушки. – Успокойся, всё хорошо. Я тебя спас.

– Аурум? – немного успокоившись, но по прежнему с тревогой спросила пострадавшая. – Моисиси тискала?

– А вот наговаривать на меня не надо, ничего я не тискал! – возмутился я. – наоборот, спас тебя. Понимаешь?

– Поругана вчести?

– Да не покушался я на твою честь!

– Я плохо говорить ваш язык. – синекожая наконец отпустила мою руку и заговорила более понятно. – Ты вольни, заклющёни? Давно в Эмао?

– Второй день, ага. – зачем-то соврал я, но тут же добавил чистую правду: – Заключённый я. Встать на ноги сможешь?

– Бум. – девушка хлопнула ладонью себе по лбу и поморщилась. – Мало не хорошо.

– Голова болит? – до меня наконец дошло. – Ты головой ударилась и потеряла сознание?

– Да! – аборигенка попыталась улыбнуться, показав свои жемчужно белые зубки. – Мой тиу-тиу испуг, я удариться о дерев.

– Ну, теперь всё хорошо. Давай, помогу тебе подняться. – я протянул ей безоружную руку, по прежнему готовый в любую секунду прострелить некоши ногу, если она попытается напасть. Хоть искин и предупредил меня, что они не агрессивны, но я как-то привык не доверять чужим голосам в своей голове. – Да, совсем забыл. Давай знакомиться, меня зовут Андрей.

– Маньриука. – девушка коснулась ладонью своего лба, затем дотронулась до моего: – Андреук. Аудрэй.

– Буду называть тебя Мария. – кивнул я. – Скажи, Маша, далеко ли отсюда база корпорации. Аурум, вот! Далеко Аурум? Вольные поселения? Заключённые?

– Заключённий, селений плохой чужак – столько малый ночь в пути. – девушка показала мне один палец. – Аурум, очень бальшой селений, два малый ночь пути, и ещё половина.

Синекожая показала два пальца и одну флангу третьего. Хреново. Топать неизвестно в каком направлении, имея всего два места поблизости. А в вольном поселении может и не обнаружится картриджей с блокатором.

– Шиц, что скажешь? – обратился я к искину.

– О, я понимать! Голоса в дум-дум! – Мария постучала себе по темечку, и добавила: – Чужаки такие смешные, сами себе говорить.

– Спроси некоши, почему она назвала вольных плохими людьми. – наконец подал голос искин. – А то, что база корпорации слишком далеко, может означать только одно – твоя капсула приземлилась на границе исследованных территорий, и это плохо. Ещё уточни, долго ли идти до деревни аборигенов. Запомни, одна малая ночь равняется пяти стандартным суткам.

– Маша, почему ты назвала поселение заключённых плохими? – обратился я к девушке, которая, достав откуда-то деревянный гребень, расчёсывала свои шикарные чёрные волосы.

– Они злой. Убивать наш уно, мужчин, забирать себе кватро, женщин. Эмао скоро разгневаться и убить плохие чужаки. Мы ждать, не вмешиваться.

– Банда ублюдков, значит. – подытожил я. – Мария, а как давно заключённые здесь поселились ?

– Прошло уже один длинный и три короткий ночь.

– Приблизительно сорок пять стандартных суток. Большая ночь равна тридцати стандартным суткам. – искин быстро перевёл сказанное синекожей красавицей в понятные мне значения. – Спроси, может ли она указать, в каком направлении находится селение. Нам при любом раскладе нужно идти к заключённым. У них должен быть автоматический установщик картриджей. Такие выдаются группе заключённых, пожелавших основать поселение на фронтире. Не удивительно, что заключённые жестоко обращаются с некоши, корпорации на их недостойное поведение просто некому пожаловаться.

– Красавица, можешь ещё ответить на один вопрос? – вновь обратился я к девушке. Та уже закончила расчёсываться, и с помощью гребешка ловко собрала волосы в причёску. – Долго ли идти до твоей деревни.

– Это грокх! Чужакам нельзя знать! Запрет! – синекожая прищурилась, и даже отступила на шаг. – Зачем спросил?

– Я спрашиваю, потому что мне тебя еще до дома отвести надо. Ты же безоружна совсем.

– Ой! – девушка прикрыла рот ладошкой. – Я добралась сюда по этой река, на тиу-тиу. Вода безопасно, звери нет. Ты хочешь проводить меня в деревня? Но я не мочь показать дорога. Что делать?

– Может у вас есть какие-то места постоянной охоты? – предположил я. – Где мы можем встретить твоих соплеменников?

– Охотники? Тропа Эмао, да! – синекожая резко повеселела. – Иди за мной, мудрый чужак. Тропа Эмао всегда есть наш мужчины, они встречать нас. Моисиси!

– Шиц, чего её так штырит? – поинтересовался я шёпотом у искина, шагая следом за неустанно болтающей девушкой и периодически отводя глаза от её аппетитной упругой... Вот чёрт, голова совсем не о том думает. – Я конечно понимаю, она девушка, гормоны и всё такое, но, с такими эмоциональными перепадами – как она вообще дожила до своих лет?

– Это последствия препарата, что привёл её в чувство. Боюсь представить, что она с тобой сделает, когда почувствует себя в безопасности.

– Ты на что намекаешь? – насторожился я, в который раз заставляя себя смотреть по сторонам, а не на аппетитную попку спутницы, туго обтянутую кожаной юбкой.

Мы успели удалиться от места крушения, обогнув озерцо и шагая вдоль русла речушки, которую я при желании мог перепрыгнуть. Маша вела себя крайне беспечно, непрестанно что-то бормоча на своём родном языке. Похоже её окончательно накрыло, и я даже начал сомневаться, а правильно ли она нас ведёт?

– Опасность! Слева от тропы на ветвях дерева два мута фиолетового ранга. Готовятся к нападению. – сообщил Шиц, резко внеся разнообразие в наше путешествие.

– Мария, стоять на месте! – приказал я, а сам, вскинув к плечу игломёт, двинулся вперёд. Искин тут же подсветил мне укрывшихся в листве тварей, приготовивших засаду на высоте двух с половиной метров.

– Фших, фших! – свистнули иглы, и на тропу рухнул первый мутант. Секундой позже к нему присоединился второй. Дополненная реальность перестала подсвечивать противников, и мне удалось рассмотреть двух фиолетовых тварей, чем-то напоминающих игуану, только покрупнее и гораздо опаснее. Если такая тварь вонзит свои зубы в лицо, то оторвать её будет сложно. Разве что с куском мяса, вон какие острые длинные зубы, словно костяные иглы. Как они вообще с таким строением челюстей выживают.

– Ядовитый мут, ранг фиолетовый, самоназвание – иглозуб. – выдал мне справочную информацию Шиц. – Один укус парализует любое существо на целую минуту. К счастью, против яда иглозубов давно разработан антидот, для нас они безопасны. Кэп, замени капсулу-сборник на пустую, нужно собрать мутаген.

– Безопасны, ты серьёзно?– произнёс я, заменяя капсулу. – Что ж здесь тогда считается опасным? Тиранозавры? Сдаётся мне, что здесь безвредны только деревья, и то, пока их не трогаешь.

Мария, замерев там, где я приказал ей остановиться, наблюдала за моими действиями. Увы, но в этот раз сбор мути меня разочаровал – с двух тварей на донышке одной капсулы. Это ж сколько зверушек перевести нужно, чтобы полную набрать? Полсотни?

– Слушай, я ж запутаюсь скоро, где какая капсула. – проворчал я, наблюдая, как тела иглозубов исчезают прямо на глазах. Словно я вампир, высосавший из них жизненную силу.

– Я контролирую этот процесс, кэп. – ответил искин. – когда потребуется, нужная капсула будет подсвечена.

– А если я смешаю две мути одного ранга, но от разных тварей? – поинтересовался я.

– За такой мутаген тебе не заплатят и одной дозы блокатора. – пояснил Шиц. – Смешивать нельзя, теряются все полезные свойства.

– Тогда понятно, почему у меня столько много слотов на поясе. – я повернулся к синекожей. – Мария, мы можем продолжать двигаться. Показывай дорогу.

– Зачем ты убивать и бросать току-току? Они полезный, давать мужской сила. Уно считать их ценный трофей. Странный вы, чужак. И глупый. С силой току-току любой женщин останется довольный.

– Знаешь, на меня и без вашего току-току никто не жаловался. – ответил я, почувствовав обиду не только за землян, но и за всех заключённых. – И вообще, давай сменим тему для разговора.

Минут десять двигались в тишине, пока я не обратил внимание на окружающие перемены. Листья у деревьев и травы – вместо тонких синих прожилок на них появились широкие фиолетовые.

– Мы только что сменили зону обитания мутов на фиолетовую. – пояснил искин. – странно, что они попадаются столь редко. Скорее всего на них как-то влияет наша спутница, отпугивая своим присутствием. Чем быстрее мы расстанемся с ней, тем лучше.

А ещё через полчаса тропа, петляющая вдоль русла реки, вывела нас к одиноко стоящей скале. Из серого камня, она выглядела чьим-то чужеродным творением среди лиственных деревьев.

– Эмао напоминает о себе. – с улыбкой сообщила моя спутница, указывая рукой на скалу. – Здесь нужно остановить, ждать уно, мужчин.

– Ты уверена, что они придут сюда? – уточнил я на всякий случай.

– Да. Здесь наш охотник приносить жертва Эмао, потом нести добычу в деревня. Там есть. Хочешь, я показать тебе манлао, жертвенник?

– Показывай. – согласился я.

Место, где, как я понял, охотники умерщвляли добычу, находилось прямо у подножия скалы. Ровная площадка, метров семь в диаметре, с одной стороны упиралась в стену из серого камня, а с другой в русло реки. По центру площадки располагался сам жертвенник – крупный валун грязно-бурого цвета. От него в направлении реки тянулись потёки давно застывшей крови. В воздухе стояла сладковатая, едва ощутимая вонь разложения.

Но всё это меркло перед надписью, выбитой на стене неизвестным орудие. Я не сразу заметил её, а когда мой взгляд всё же натолкнулся на знакомые слова, замер, как вкопаный.

В сером камне чёрными буквами было выжжено:

"Здесь был Вася!"

Глава 4 Неприятное знакомство

– Мария, а ты часом не знаешь, кто это написал? – спросил я, указывая пальцем на столь родные буквы, что у меня аж глаза защипало.

– О, это послание приёмный дети Эмао. – непринуждённо ответила девушка. – Сильный охотник, добрый чужак. Как ты, да, только сильный. Эмао взять их себе, любить.

– И где сейчас эти приёмные дети? – задал я ещё один вопрос, а у самого сердце бешено забилось в груди, словно собралось выпрыгнуть.

– Никто не знать, чужак. Много-много большой ночь пройти, как они уходить в опасный места, в золотой лес. Больше не возвращаться. Ты надо слушать мудрый Гаанг, старейшина, он больше знать.

– Ещё такие надписи есть где-нибудь? – поинтересовался я, делая несколько глубоких вдохов-выдохов. Ох ты ж, как разволновался при виде родной кириллицы. Словно невеста перед алтарём.

– Много посланий. По всей Эмао, везде. Почему ты так интересно, Аудрэй? Заклющёний не интересно никогда послания дети. Аурум думать – это наш язык, всегда уничтожать.

– Не переживай, я не собираюсь ничего портить в вашем святилище. – успокоил я аборигенку, после чего обратился к искину: – Шиц, что скажешь?

– Неизвестный, мёртвый язык, Кэп. В моей базе данных его нет. То, что рассказала местная – какая-то местная легенда. Среди некоши нет подобных сказаний.

– Сколько, говоришь, прошло лет, как обнаружили туманность?

– Официально туманность Альфа-1 открыта двести стандартных лет назад автоматическим кораблём-разведчиком корпорации Аурум. А уже через сто лет на рынок содружества поступили первые препараты, созданные на основе мутагена.

– Хм. А про меня известно, сколько лет я находился на той космической станции? До обнаружения, разумеется.

– Кэп, таких данных, скорее всего, нет даже в главном информационном хранилище корпорации Аурум.

– Аудрэй, скоро нужен еда, я голодный. Надо ловить току-току, и просить Эмао его жизнь.

– Не, ловить мутантов, даже фиолетовых – это без меня. – я поднял руки в отрицательном жесте. – Хочешь фиолетовую зверушку заточить, сама на неё и охоться.

– Ты давать мне острый нож? – поинтересовалась синекожая.

– Ага, восемь раз. Я тебе давать, а ты уходить, и не возвращаться. Шиц, она не загнётся, если я дам ей часть рациона?

– Нет, с ней ничего не случится, некоши могут употреблять в пищу ИРП без вреда для здоровья.

– Слава Бахусу. – обрадовался я. – Слышала, страдалица? Сейчас накормлю тебя вот такенной вкуснятиной. И убивать никого не придётся. Здорово, правда?

– Ваш трава невкусный. Как вообще мужчин может есть такой гадость? Бе! – девушка забавно сморщила лицо, словно во рту у неё была крупная долька лимона. – Но я согласна, давай свой трава.

Вскрыв клапан одного из боковых карманов на рюкзаке, я извлёк початую бутылку с витаминизированным напитком, и упаковку рациона. Вскрыв её, переломил пресованный пищевой концентрат пополам, и одну часть протянул девушке:

– Приятного аппетита.

Синекожая красавица повертела в руках кусок серой плитки, и с ожиданием уставилась на меня. Я, собрав всё свое мужество в кулак, решительно впился зубами в ИРП, оторвал крупный кусок и принялся жевать. Через пару секунд понял, что не ощущаю никакого вкуса, и чуть не выплюнул единственную пищу, которую способен усвоить мой желудок. Отщёлкнул колпачок на балоне с жидкостью, и сделал пару глотков. Пища мгновенно заиграла вкусовыми красками. Жжёная резина, мел, пересоленное горелое мясо – всё это показалось бы невероятно вкусным, если сравнивать с концентратом.

– Вот суки! – выругался я, с трудом проглотив пережёванную пищу. – Да за такое надо расстреливать на месте. Шиц, как можно это жрать?

– Я не могу ответить на данный вопрос, так как не подключён ко всем твоим органам чувств. Ко мне от твоего тела поступает только зрительная и звуковая информация.

– Ты издеваешься? – проворчал я, и сделал ещё один глоток жидкости, чтобы смыть вкусовые ощущения. Повернувшись к спутнице, спросил: – Пить будешь?

– Нет, Аудрэй. Вода чужак плохой, как моча дохлый вука-вука. Моя жалеть тебя, каждый раз хлебать такой гадость.

Девушка с невозмутимым лицом сжевала свою половину плитки, а затем спустилась к реке и у меня на глазах напилась из неё чистой, свежей, прохладной воды, зачёрпывая ладошкой. Я, люто завидуя и давясь мерзкой на вкус слюной, догрыз сухпай и запил его несколькими большими глотками жидкости из баллона. Всё, в ближайшее время не должен сдохнуть от голода и жажды.

– Шиц, если местные могут есть концентрат, может и нам можно пить местную воду? Ну, прокипятить её, или ещё чего. Дышать я могу, и здешний воздух здесь не вызывает у меня раздражения слизистой.

– Кэп, в моей базе данных нет информации по этой теме. – уклончиво ответил искин. Вот же вражеский шпион, на любой неудобный вопрос один ответ – нет информации.

– Аудрэй, помочь! – голос некоши отвлёк меня от неприятных размышлений. Синекожая красотка зачем-то углубилась в густые заросли кустарника, из которых торчала только её голова, и оттуда махала мне рукой. Вот же неугомонная, что она там нашла?

– Надо поднять, моя мало сил. Нужен уно, мужчина. – девушка указывала на довольно большую, массивную дверь, закрывающую вход в какой-то погреб. – Это место для отдыха. Скоро малая ночь, голова болеть.

Ухватившись одной рукой за верёвочную петлю, я поднатужился, и поднял створку. В лицо тут же пахнуло ароматными травами. Сразу накатили воспоминания из детства – сеновал, ночь, девки...

– Аудрэй, я спускаться первая, ты после, закрывать за собой крышка. Переждать ночь, потом приходить охотники, твоя благодарить. После ты свой дорога идти, а дети Эмао свой. – сообщила мне Мария, уже находясь внутри тайного укрытия.

Спускаться вниз не хотелось. Я вообще против подобных замкнутых мест, имелись у меня неприятные воспоминания. Да и сейчас чуйка прямо взвыла о приближающихся неприятностях.

– Слушай, раз тут имеется убежище, значит ты в безопасности, верно? – произнёс я, не сделав и шага вниз.

– Да, моя ничего не угрожать. – раздалось снизу. – Аудрэй спускаться, получать благодарность от Маньриука.

– Эм... Что? – растерялся я. Такого недвусмысленного предложения я не ожидал.

– Твоя говорить, ты хороший уно, даже без току-току. Моя не верить, твоя доказать, что сильный мужчина. – Мария выглянула из убежища, прикрывая ладонями свою аппетитную, обнажённую грудь. Вот чертовка, с козырей зашла. Ещё этак облизнула свои пухлые губки розовым язычком. – Моя видеть, как ты смотреть на меня. Моя понимать, и хотеть отблагодарить.

Топот ног, матерные крики, свист игл. Несколько сильных ударов в спину сбили меня с ног, швырнув прямо в люк. Я успел лишь ухватиться за край проёма рукой, благодаря чему упал не головой вниз, а ногами, при этом больно ударившись правой голенью. Как не налетел на Машу и не треснулся головой, ума не приложу. Шипя от боли, склонился, чтобы растереть ушиб.

– Плохие чужаки! – раздалось прямо у моего уха. – Аудрэй, я не хотеть попасть к ним!

– Прячься, дура! – прошипел я сквозь зубы, пытаясь одновременно подняться, осмотреться, и принять хоть какое-то решение. – Здесь есть тайник?

– Моя не знать! – пискнула Мария, ухватив меня за руку. Её полновесные груди почти касались моего лица. Чёрт, в другое бы время...

– Туда, под кровать, живо! – шёпотом приказал я, указывая на деревяную лежанку. – Шевелись, я сказал!

Наверху продолжали раздаваться ругань, шелест выстрелов и крики боли. Кто-то орал, что суки прострелили ему руку, кто-то просто ревел раненым медведем. Но главное – пока никто не спешил лезть в схрон.

Подхватив валяющийся на земляном полу топик девушки, я бросил его хозяйке, уже забившейся под лежанку. Двумя ударами тяжёлых ботинок сломал опорные палки, выполняющие роль кроватных ножек. Лежанка тут же завалилась, полностью накрывая синекожую, но я решил, что этого мало, собрал какие-то шкуры, солому, и набросал поверх укрытия.

– Маша, что бы не случилось, сиди там и не отсвечивай! Молча сиди, поняла?

– Моя понять! – раздался из под кучи мусора тонкий писк девушки.

– Я сказал – молча! – рыкнул я на девушку, и та тут же притихла.

Достав из кобуры игломёт, я медленно двинулся к выходу, направив ствол на дверной проём. Это надо же, когда падал, умудрился дёрнуть крышку, и она захлопнулась. При этом сквозь широкие щели меж досок можно было наблюдать за тем, что происходит снаружи.

Стрельба, крики – всё утихло в течение пары минут. Слышались лишь разговоры на знакомом мне языке содружества. И похоже я понял, что здесь только что произошло.

– Эй, заключённый! Не стреляй, свои! – обращались явно ко мне. Отозваться? А если на голос стрелять начнут? Нет, подождём, что дальше будет.

– А я тебе говорил, не надо было в парня стрелять, только напугал его. – прозвучал другой голос.

– Да если б не я, эти дикари его стрелами утыкали бы. – вновь заговорил первый. – Эй, новичок, слышишь? Игломёт не пробивает наши костюмы и экипировку, специально так сделано, чтобы заключённые не могли случайно убить друг друга. Так что тебе ничего не угрожало. Мы ж не знали, что ты нашёл схрон этих обезьян. Эй, ты живой вообще?

– Живой. – наконец решился я подать голос, а про себя подумал – чёртов искин заметил неподвижно сидящих мутантов издали, а тут прозевал целый отряд. Придётся на досуге расспросить Щица, почему он такой избирательный.

– Ну так это же здорово! А мы, не поверишь, увидели приземление твоей капсулы, и отправились встречать товарища по несчастью. Ты это, не нервничай, мы сейчас крышку откроем. Договорились?

– Открывайте, стрелять не буду. – отозвался я, отстёгивая кобуру. Едва успел вставить её в паз на рукояти игольника, как крышка открылась, с громким хлопком ударившись о землю, и в проёме появился массивный человеческий силуэт. Я и сам не маленький, за метр восемьдесят шесть, но гуманоид, открывший убежище, был метра два с половиной, не меньше.

– Ну здравствуй, товарищ по несчастью. Выбирайся, здесь уже безопасно, мы всех зверолюдей прикончили. И оружие убери, а то у меня в отряде народ нервный, сначала стреляет, а потом думает.

Оружие я убирать не стал, но держал его вниз стволом. Пока поднимался по широким ступеням, цепко осмотрел каждого из заключённых, окруживших убежище. Трое: Краснолицый гигант, тело которого выглядело не пропорционально из-за чересчур узких для такого роста плеч. Среднего роста мужик, обладатель густой рыжей бороды, почти скрывающей его лицо. И лысый крепыш с бугрящимися под костюмом мышцами. У последнего на наруче имелась голубая линия, явно не случайно там нарисованная. Хм, надо у искина потом спросить, может это мутация так выделяется?

– Что-нибудь интересное внизу имеется? – спросил меня рыжебородый, едва я выбрался на поверхность.

– Куча хлама, драных шкур и сухой травы. – ответил я, про себя отметив, что вооружение у заключённых немного отличается от моего. У кого-то целых два игольника, а у крепыша из-за правого плеча торчит ствол чего-то более мощного. Да и на поясе у него не мачете, а настоящий клевец – таким хорошо черепа пробивать.

– Ну, чего молчишь? – спросил гигант.

– Вы кто такие будете?

– А ты не из пугливых. – расплылся в улыбке сиделец. – такие же ссыльнопоселенцы, что и ты. Вытащили призовой билет, мать его, теперь о цивилизации можно лишь мечтать. Я Гут.

– Кэп. – я пожал протянутую руку, про себя поморщившись. Ну и хватка у этого верзилы.

– Это Хам, – пальцем ткнул здоровяк в рыжего. – А это наш командир, Мисав. Добро пожаловать на фронтир, Кэп. Тебе повезло попасть в самую глубокую задницу, что можно обнаружить в этой забытой космосом аномалии. Ну а мы, стало быть, отряд первооткрывателей.

– И что вы открываете первыми? – не удержался я от подколки, уж больно пафосно представился Гут.

– Новых мутов, Кэп. На неисследованной территории постоянно обнаруживаются новые твари. Мы собираем с них мутаген, даём название, и передаём новые данные корпам. За это получаем дополнительные бонусы. Это хороший бизнес, Кэп, каждый имеет выгоду.

– А местных зачем кошмарите? – как бы между делом спросил я, кивком головы указывая на лежащее неподалеку тело зеленокожего аборигена.

– О, это самая приятная часть нашей работы. – в разговор вступил рыжебородый. – Мужик, ты бы видел, какие у них самочки! Такую дерёшь, а она виз...

– Хам, завали свою пасть. – оборвал рыжего Мисав. – Слушай меня внимательно, Кэп. До ближайшего форпоста от нашего поселения около пятнадцати суток. Надеюсь, твой искин уже просвятил тебя на счёт шума?

– Да, я вкурсе.

– Ну тогда ты понимаешь, что мы в одной связке. Нам нужны толковые работяги, добывающие муть, пока разведгруппы ищут новых мутантов. Ты новичок, поэтому пока будешь собирателем. Проявишь себя, попадёшь в группу разведчиков. Если тебя что-то не устраивает, скажи сразу, прямо здесь, на месте разбежимся. Правда жить тебе останется дней десять, не больше. Шум убьёт тебя. У нас же в посёлке имеется сфоттер, в котором можно установить картриджи с блокатором, и раз в неделю прибывает конвой корпов, которые приносят с собой мобильную лабораторию, ИРП, воду и всё, что мы закажем. И так, я жду ответа.

– Смерть не входит в мои ближайшие планы. – ответил я. – Да и выбора я не вижу. Пойду с вами. Да, у меня вопрос. Эта голубая полоса на наруче означает мутацию?

– Верно подметил. Начиная с ранга йотун мутации отображаются на наруче. Это чтобы у новичков и идиотов не возникало желания устраивать разборки с такими, как я.

– Босс, покажи Кэпу, на что способна твоя мутация. – попросил Хам. – Наши не настолько круты. Пусть проникнется твоей мощью.

Хмыкнув, Мисав снял серую перчатку с левой руки, и показал мне ладонь. Затем ухватился за угол двери, и смял дерево, словно это был пенопласт.

– Мутация слабо развита, всего два балла усиления. – пояснил командир моих новых знакомых, а затем перевёл взгляд на рыжего. – Хам, собирай наших, нужно отсюда убираться, пока не наступила ночь. Аборигены скоро узнают, что их охотники убиты, и могут разозлиться.

– Босс, да что они нам сделают? – усмехнулся бородач. – Давай лучше засаду устроим. Вдруг сюда самочки придут?

– Что ты будешь делать, если некоши пошлют за нами одного-двух красных соплеменников. Ты готов драться с красными?

– Да откуда у них такие воины? – удивился Хам. – Если бы были, на нас бы уже давно открыли охоту.

– Я сказал – собирай наших! – в голосе Мисава послышалась угроза.

– Да понял я, понял. – рыжий поднял руки. – Иду уже. Новичок, пошли, поможешь мне!

– Спасибо, не интересует. – ответил я, усмехнувшись. Знаем мы эти просьбы, еще в училище проходили.

– Я сказал – идёшь за мной. – тон рыжего изменился, в нем появились угрожающие нотки.

– Да мне плевать, что ты сказал. Приказ был отдан тебе, вот и выполняй. – ответил я, продолжая улыбаться. Краем глаза отметил, что Мисав одобрительно покачал головой.

– Мы ещё вернёмся к этому разговору. – прошипел рыжий, желая оставить за собой последнее слово. Он уже повернулся ко мне спиной, когда я, добавив в голос металла, коротко бросил:

– Не советую.

Рыжий дёрнулся, словно от пощёчины, даже с шага сбился. Да плевать, мне с ним детей не крестить. В этой компашке, скорее всего, собрались одни моральные уроды, так что при случае и глазом не моргну, любого прикончу.

– Новичок, ты сильно то зубы не показывай. – как-то по доброму произнёс Мисав. – Так можно однажды и не проснуться. Гут, введи товарища в курс дела, а я спущусь, осмотрю схрон.

Командир нажал что-то на наруче, и его голову скрыл шлем, буквально выросший из воротника. Чёрт, неужели я тоже так мог сделать?

– У босса продвинутый бронекостюм, второго класса защиты. – пояснил гигант, увидев моё удивление. – говорит, отдал за него десять капсул голубой мути. Дорогая вещь. Ну что, новичок, пошли, я познакомлю тебя с группой.

Мы неспешно двинулись от убежища. Гут что-то говорил, но я не особо вслушивался в его слова. Сейчас меня беспокоило другое. Найдёт Мисав синекожую, или нет?

Глава 5 Эти забавные животные

Ночь. В зоне А-один это слово имеет совсем иное значение, нежели на Земле. Вместо исчезновения с небосвода местных светил, добавилось ещё одно. Чёрная звезда – так называли её заключённые, и я был с ними согласен. В небе, почти в зените появилось чёрное пятно. Сквозь марево нельзя было определить очертания этой небесной аномалии, но я почему-то был уверен, что это именно сфера.

Двигаться под лучами чёрной звезды было невозможно – сразу начинала болеть голова. Она и так болела, но вполне терпимо. Более того, Гут мне рассказал, что от излучения необычного светила с металлом начинали происходить странные вещи – он обретал необычные свойства. А если отдельный металлический объект превышал вес в десять килограмм, то у него появлялось своё псевдо-сознание. Теперь для меня стало ясно, как образуются псевдомеханизмы. А ещё я узнал, почему молчит Шиц. Как мне пояснил другой заключённый, за час до наступления ночи искины первых трёх поколений просто отключаются, и вновь становятся активными только через полчаса после исчезновения чёрного солнца. У искуственных интеллектов четвёртой модификации и выше уже имеется защита против ночного излучения.

– Кэп, а ты с какой планеты содружества? – спросил Гут, отвлекая меня от тяжёлых мыслей.

– С Земли. – отозвался я. Мы уже два часа сидели под густыми кронами деревьев, для верности накрывшись палатками.

– Не слышал о такой. Наверное совсем молодая колония?

– Лет двести. – сказал я первое, что пришло на ум.

– Понятно. А что натворил, из-за чего сюда попал?

– Задолжал сильно. – мне не понравилось, что великан пытается вытянуть из меня информацию, и я решил перевести разговор в интересующее меня русло: — Слушай, это получается, ночью вообще ходить нельзя?

– Ну, если не хочешь лишиться брони и оружия, и сдохнуть от напавшего внезапно мута, то да, приходится сидеть, пережидать. Да ты не переживай, нам осталось идти дня два, не больше. Ещё по пути заглянем в голубую зону, поохотимся. Я смотрю, ты уже собрал немного фиолетовой мути. Мой тебе совет – не связывайся с этой мелочью. Для набора одной такой капсулы нужно штук двадцать-тридцать одинаковых тварей фиолетового ранга пришлёпнуть, а стоимость ламбы у корпов невероятно низкая. А вот синих мутов для наполнения нужно штук десять-пятнадцать, и за одну капсулу с каппером можно выменять недельный запас жрачки с жижей, и четыре упаковки с иглами, по сто пятьдесят штук в каждой. Что касается голубых тварей, если повезёт, хватает трёх-пяти мутов.

– А сколько нужно полных капсул, чтобы провести мутацию? – задал я ещё один вопрос.

– Не меньше трёх, и не больше пяти. Не важно, какого ранга муть, моё мнение – если проводить мутацию, то лучше ставить пять капсул сразу. Тогда вероятность, что мутация сразу будет улучшенной, сильно повышается.

– Всё, собираемся, ночь закончилась! – прервал наш разговор командир разведывательного отряда и по совместительству глава поселения. – Скоро доберёмся до йотуна, будем охотиться. Все помнят главное правило нашего посёлка?

– Да! – раздалось сразу с нескольких сторон. В отряде, кроме меня, насчитывалось семь бойцов.

– Ну так озвучьте его для новичка! – потребовал Мисав.

– Лучшее самому сильному в стае! Он защитит! –

– Верно. Понял, Кэп? Добываешь голубой мутаген, отдаёшь его мне. Фиолетовый, синий можешь оставить себе.

– Хорошая шутка, Мисав. – оценил я. – Вот только объясни мне, с какого перепуга я должен тебе что-то отдавать?

– Зря ты так, Кэп. – проворчал стоящий рядом Гут. – А вроде казался умным.

– Так вы объясните по хорошему, может я и пойму.

– Видишь ли, новичок, все блага, что имеются в посёлке, появились благодаря мне. В том числе и возможность вовремя получать картриджи с блокаторами. Разумеется, если тебя не устраивают мои правила, можешь прямо сейчас идти туда, куда захочешь, никто не будет препятствовать.

– Да нет, меня всё устраивает. Ты пояснил, я понял. – пришлось сделать вид, что спасовал. На самом деле мне было ясно, что никто меня живым не отпустит. Потому как мой уход ударит по авторитету Мисава.

– Я рад, что ты принял мои условия. – улыбнулся главарь. Затем, повернувшись к наблюдающим за нами заключённым, зло бросил: – Какого пекла вы замерли? Собираемся живее!

Спустя час, с момента, как мы двинулись в путь, ожил искин. Быстро оценив ситуацию, он сообщил мне:

– Я вижу, наше положение резко изменилось? Последнее, что мне удалось увидеть до отключения, это открывающийся люк в убежище. А теперь ты идешь среди таких же заключённых.

– Спать меньше надо. – произнёс я.

– Да я и так уже двое стандартных суток не сплю. – отозвался шагающий рядом Гут. – А, ты с искином разговариваешь? Кстати, у тебя баба или мужик?

– У меня что? – не понял я.

– Ну голос у искина мужской, или женский?

– Мужской.

– Повезло тебе. А у меня баба в голове постоянно разговаривает. Иногда хочется заткнуть её, а как? Приходится терпеть.

– Всем стоять! – раздался впереди голос Мисава. – Справа от тропы стая жевунов. Разрешаю поохотиться. Новичок, ты первый. Хочу посмотреть на тебя в деле.

– Шиц, что за жевуны? – спросил я, упирая приклад игломёта в плечо.

– Сухопутный мут, ранг синий, самоназвание – жевун. Мутант весом в сорок стандартных единиц, обладает невероятно мощными челюстными мышцами. Способен, не повредив защитного комбинезона, перекусить кости рук и ног заключённого. Чтобы изъять мутаген, необходимо отрубить голову. Любые другие повреждения повлекут за собой потерю мутагена.

– Ты предлагаешь мне убивать их мачете? – на всякий случай уточнил я. – Я что, похож на мясника?

– Они довольно медлительны, Кэп, к тому же ещё не отошли от ночи. Думаю, у тебя получится. Я подсвечу, красным местоположение всех мутантов в радиусе десяти метров, а жёлтым – место, куда следует наносить удар. Если что-то пойдёт не по плану, ты всегда успеешь отступить, или применить игломёт.

Первого жевуна я увидел, сделав шагов десять вправо от тропы. Симпатичный синенький крокодильчик, около метра длинной, и головой очень похожий на рыбу-молота. Мут мирно лежал прямо на земле, и похоже спал. Эх, Гена, Гена, что с тобой сделала любовь к радиактивным отходам

– Подсвечиваю уязвимое место. Кэп, помни, отрубить голову нужно с одного удара. Если не получится, стреляй в шею и выше.

Шаг, второй, и вот я уже сбоку от жевуна. Сука, рубить одной рукой жутко неудобно, а выпускать из левой игломёт глупо. Я, конечно, слышал поговорку, что риск – благородное шампанское, но до сих пор не проникся её смыслом.

Звук рассекаемого воздуха, смачный чавк, и голова зверушки наконец-то обрела свободу. Из раны тут же ударила струя синей крови, обильно поливая землю. В нос ударило кислой вонью, но пришлось терпеть.

– Кэп, скорее приложи правую ладонь к основанию хвоста, нужно забрать мутаген.

Выполнив наставления искина, и произнеся шёпотом нужную фразу, через несколько секунд я стал обладателем капсулы, процентов на семь заполненной синей густой жидкостью. Хм, а это оказалось не сложно.

Второй жевун заметил меня, и даже попытался напасть, но с его черепашьей скоростью я не оставил крокодилу-молоту ни единого шанса. Плюс еще семь-десять процентов мути в капсуле.

Потом была сразу парочка мутов, попытавшаяся напасть одновременно. Двигались они не в пример шустрее первых жевунов, и я не стал рисковать – одного пристрелил, а второго, ловко зайдя ему за спину, разделал по всем правилам. Дальше охотиться в одиночку мне не позволили, и из двух десятков мутантов на свой счёт я записал пятерых, заполнив мутагеном капсулу почти на полностью.

– Ну, что скажешь, новичок? – прищурившись, спросил у меня Мисав. – Сложно добывать муть?

– Очень. – не моргнув и глазом, ответил я. – Пока найдёшь мутантов, пока соберёшь мутаген, времени на личную жизнь совершенно не остаётся.

– Что ещё за личная жизнь? – не понял командир заключённых.

– Ну как же! Девочки, выпивка, вкусная жратва. – начал перечислять я.

– А, ты об этом. Будут тебе девочки, если сегодня наберёшь одну капсулу голубого мутагена. Скоро начнётся йотун. – Мисав отвернулся, но я успел поймать его недобрый взгляд. Похоже мне не прижиться в его посёлке, даже захоти я этого. Что ж, моя дурацкая привычка выставлять собеседника идиотом вновь сыграла со мной злую шутку.

***

Голубая зона сильно отличалась от двух предыдущих. Здесь листья на деревьях приобрели бирюзовый цвет с небесно-голубыми прожилками. Да и сами деревья стали более раскидистыми, а листва гуще. От непривычки у меня в глазах начало рябить. Чёрт, да здесь не то, что охотиться – просто находиться неуютно.

– Отряд, разбиваемся на двойки, и начинаем охоту. – отдал приказ Мисав. – Новичок, идёшь с Гутом. На охоте с жевунами ты показал себя хорошо, так что не должен сдохнуть. Да, запомните, за каждого ушана будет отдельный бонус. Какой – узнаете в посёлке. Сбор, как обычно, на противоположной стороне зоны, через пять часов. Ожидаем ещё пол часа, если кто-то не успеет, будете добираться в одиночку. Всё, пошли!

– Топай за мной, Кэп. – бросил мне гигант, и двинулся вправо от тропы, на ходу извлекая из кобур оба игломёта. Я поступил так же, на ходу спрашивая у искина:

– Шиц, что за ушаны?

– Сухопутный, ранг голубой, самоназвание – ушан. Мутант весом в двадцать пять-тридцать стандартных единиц, обладает невероятно острыми зубами и длинными когтями. Крайне быстр. Способен нанести глубокие ранения на открытых участках тела. Обладает феноменальным слухом, и полностью отсутствующим инстинктом самосохранения

– Понятно, на всю башку отмороженная зверушка. Может причинить мне вред?

– Кэп, здесь любой мутант в той или иной степени может причинить тебе вред. Мутанты голубого ранга обычно убивают заключённых.

– Не отставай, новичок. – отвлёк меня от беседы с искином Гут. – В голубой зоне расслабляться нельзя!

– Мы как вообще охотиться будем, каков план? – поинтересовался я, поровнявшись с великаном.

– Нет плана, Кэп. – ухмыльнулся здоровяк. – Мы страшны своей импровизацией. Сейчас расходимся на десяток метров, и медленно движемся вперёд. Если попадается тварь – убиваем.

– Оу, круто. – согласился я. – А если не попадается?

– Значит не убиваем. – невозмутимо ответил Гут. – Всё, выходи на свою позицию. Если потеряешь меня из виду, не нервничай, помогать тоже не лезь. Моя добыча – это моя добыча. Всё ясно?

– Понял, не дурак, дурак бы не понял. – хмыкнул я, и начал забирать вправо, постепенно удаляясь от гиганта. Или меня продолжают испытывать, или решили по-тихому прикончить. Что ж, предупреждён – значит вооружён.

Гут исчез из виду через пару минут, и я остался один на один с искином. В глазах по-прежнему рябило от бирюзовой листвы, и это уже начало раздражать.

– Шиц, ты можешь сделать так, чтобы меня не раздражали этот яркий цвет листвы.

– Могу незначительно убавить яркость. Кэп, я уже говорил, у меня нет возможности воздействовать на тебя, кроме как через наруч, и только в рамках трёх основных законов.

– Ну, хотя бы яркость поменьше сделай. – обрадовался я. В следующую секунду так раздражающий меня цвет листвы потускнел. – Спасибо, Шиц, ты настоящий друг. Жаль, что тебя не получится попросить привести пива.

– Кэп, впереди обнаружен водоплавающий мут, ранг зеленый, самоназвание – плывун.

– А этот откуда здесь? – прошептал я, рассматривая подсвеченную тушу зелёного сома-многоножку, замершую за поваленным деревом. – Он же в воде живёт.

– Скорее всего вышел на охоту. Кэп, похоже тебя специально направили сюда, как новичка

– Да я уже понял. Нашли, суки, мясо. Слушай, я смогу завалить эту тушу?

– Уязвимые места ты знаешь. Главная сложность в охоте на плывунов – они чувствуют вибрацию почвы или воды, когда к ним кто-то приближается, и стрелять по их уязвимым точкам можно только сверху.

– Так этот плывун крайне удачно лежит, как раз у дерева. – прошептал я. – И не такой крупный, как тот, у капсулы. Ну-ка, где там у меня незаполненная капсула с зелёной мутью.

Бесшумно сняв со спины рюкзак, я достал из него контейнер. Открыл, извлёк полупустую колбу с зеленью, и установил её в наруч. Всё, готов. Оставив рюкзак на месте, медленно двинулся к подсвеченной искином туше плывуна. Шаг. Второй. Третий. Чёрт! Куда он делся?

– Кэп, он использовал одну из своих способностей – мимикрию. – успокоил меня Шиц. – Похоже почувствовал, что мы приближаемся к нему. Нужно выждать около минуты, а после двигаться ещё осторожнее.

Я замер на месте, боясь дышать. Мысленно начал отсчитывать секунды. На счёте тридцать три туша плывуна вновь стала видимой. Ага, можно двигаться дальше, только в этот раз ступать тише и осторожней.

К бревну, за которым притаился мут, я подобрался через пять минут. Разумеется к этому времени вся группа охотников ушла далеко вперёд. Ничего, успею догнать. Упускать свой шанс набрать зелёной мути я не собираюсь. Вот только как мне бесшумно взобраться на поваленное дерево? Эх, была не была!

Опершись левой рукой на довольно крупный ствол, я оттолкнулся от земли и в один прыжок очутился на верху. Выпрямился в полный рост и тут же навёл ствол игольника на шею муту. Подсвеченные жёлтым кружки только начали проявляться, как я нажал на спусковой крючок.

– Вших-вших! – сразу несколько игл попали в уязвимое место. По здоровенной туше плывуна прошла одна волна судорог, вторая, и он затих. Перебросив оружие в левую руку, я приложил правую ладонь, как в прошлый раз, и подал команду:

– Забор мутагена.

Секунда, вторая, щелчок. Отсоединяю полную капсулу, меняю на новую. Ещё секунда, и мут начинает словно сдуваться, как резиновая надувная лодка. Эх, в колбе всего половина. Жаль, я рассчитывал на большее. Но и две с половиной зелёных капсулы – чую я, это хорошие деньги. Или что здесь в ходу?

– Шиц, здесь есть какая-нибудь валюта?

– Разве что мутаген. – ответил искин. – А вообще здесь в ходу всё, что имеет спрос, даже ИРП.

– Натуральный обмен, понятно. – я спустился со ствола дерева, и вновь снял рюкзак. Нужно спрятать полную капсулу. За неё, сдаётся мне, любой из заключённых прикончит меня не задумываясь.

Через сотню шагов мне стало ясно, откуда появился плывун. Оказалось, я двигался по берегу небольшой речки, служившей одновременно границей голубой и зелёной зон. А ещё вместе с рекой мне удалось увидеть ушана.

– Кэп, замри. – как всегда первым среагировал искин. – Подсвечиваю мута. Сухопутный, ранг голубой, самоназвание – ушан. Мутант весом в двадцать пять-тридцать стандартных единиц, обладает невероятно острыми зубами и длинными когтями. Крайне быстр. Способен нанести глубокие ранения на открытых участках тела. Обладает феноменальным слухом. Повезло, он расположен к нам спиной, а ещё шум текущей воды глушит большинство звуков.

– Чебурашка, ты ли это? – шёпотом произнёс я, разглядывая существо, пришедшее на водопой. Зверь был прямоходящим, и небольшого роста – сантиметров семьдесят. Огромные круглые уши – каждое больше головы, худое жилистое тельце, с полным отсутствием волосяного покрова. Вообще все мутанты, которых мне удалось встретить, были лысыми. Так, и что мне делать? Учитывая, что все твари здесь агрессивны, этого чебурашку нужно валить.

– Кэп, ушана нужно убивать в голову. – произнёс искин, словно услышав мои мысли. – Дождись, когда он отойдёт от воды на пару метров, и стреляй очередью.

Мут наконец утолил жажду, и повернулся ко мне лицом. Твою ж мать! Это что за саблезубая чупакабра?! Клыки длиной с мой указательный палец, когти ещё больше. Чёрт, да он меня заметил!

– Вших-вших-вших! – засвистели иглы. Я сам не понял, как начал стрелять в стремительно приближающуюся тварь. Ах ты ж сука, увернулся! На, лови ещё очередь! Есть!

– Кэп, замри на месте! – раздалось у меня в ушах. – Плывун, выбирается на берег. Метрах в десяти выше по течению. Нас не видит.

– Да он же сейчас нашего чебурашку схарчит! – возмутился я.

– Нападёшь на него в момент поглощения ушана. – предложил искин. – Этим сведёшь все риски к минимуму. К тому же ты хорошо запомнил уязвимые места плывуна, должен справиться.

– Прощай, ушастый. – беззвучно прошептал я. – Побудешь моей наживкой.

Этот плывун был около трёх метров в длину, и около метра в диаметре. Ты смотри, как на чебурашках отъелся. Но из-за размеров он не потерял в подвижности, буквально скользя по земле к своей добыче.

– Кеп, приготовься. Как только плывун начнет поглощать ушана, нападай. – произнёс Шиц. Чёрт,и как это будет выглядеть? Может он от ушастого по кусочку отщипывать будет, или разом заглотит несчастную зверушку. Мало того, что убили, ещё и сожрали сырым.

Тем временем земноводный мут уже добрался до ушана, и сразу же, открыв свою немалую пасть, откусил халявной добыче голову. Тут уж я не стал медлить, и со всех ног рванул к плывуну, про себя крича в голос – Андрей, что ты творишь? Оно же сожрёт тебя сейчас!

Мут почуял неладное, задёргался, словно в сомнениях, в какую сторону двигаться, и тем самым дал необходимые мне секунды. В несколько шагов добежав до здоровенной туши, я, не останавливаясь, запрыгнул на плывуна, и дал короткую очередь в шею мутанту. По инерции спрыгнул с противоположной стороны, и в несколько шагов умудрился окончательно остановиться. От впрыснутого в кровь андреналина гулко ухало в ушах, а сердце было готово выскочить из груди. В рот йодом мазаный! Андрюша, млять, да ты совсем охренел в атаке!

– Кэп, время! Ты ещё успеваешь собрать мутаген с ушана. У тебя около минуты.

– Шиц, железяка ты багованная! Ещё раз подобьёшь меня на подобную авантюру, я попрошу корпов, чтобы они тебя стёрли нахрен! – сообщил я искину, приближаясь к тому, что осталось от чебурашки-мутанта. – Куда прижимать ладонь?

– К спине, Кэп, между лопаток. Поторопись, тебе ещё с плывуна мутаген собирать

Через пять минут, успокоив своё бешено стучащее сердце, я поднялся с земли и двинулся дальше. На поясе появилась колба, на треть заполненная голубой жидкостью, а в контейнере хранились четыре полных, с зелёной. Похоже у меня намечалась отличная мутация, и я не собирался с ней расставаться не за какие блага. Шиц сказал – скорее всего смогу становиться невидимым, как плывун, или игнорировать большинство ядов. Главное сейчас – добраться целым и невредимым до посёлка, и дождаться патруль корпов. Чую я, всё это проделать будет ох как непросто.

Деревня некоши.

– Как ты смогла уцелеть, дочка? – Гаанг с любопытством разглядывал свою внучку. Маньриука, о чудо, выжила там, где погиб отряд охотников. Чужаки не пощадили никого.

– Дедушка, добрый чужак спас меня. Аудрэй его имя. Сначала привёл в чувство, лекарство своё потратил. Затем довёл до святилища, накормил. Сказал, что не станет поганить святое место, про надписи расспрашивал. А потом, в убежище, помог мне укрыться, и я слышала, как он рассказал другим, что внизу никого нет. Ему, конечно, не поверили, но Аудрэй хорошо умел прятать, и плохой чужак не нашёл меня.

– Говоришь, интересовался надписями Русов? – после долгой паузы задал ещё один вопрос Гаанг

– Да, дедушка. И ещё мне показалось, что он понимает, что там написано. Он даже вслух произнёс что-то, словно прочёл надпись.

– Ты запомнила, что он сказал? – невозмутимый старейшина впервые на памяти Маньриуки проявил за раз столько эмоций. – Внучка, это важно!

– Три слова. Первые два я не расслышала, а последним было пася, или ася.

– Неужели это случилось. Мда, не думал, что доживу. – Гаанг поднялся, прошаркал тяжёлой походкой к выходу из своего шатра и самолично открыл полог, за которым стоял один из младших внуков. Ступай внучка, отдохни. Ты слишком многое пережила за эти дни. А ты, Маймун, беги к старшему охотнику Виргису, передай ему, что старый Гаанг ждёт его.

Проводив своих внуков грустным взглядом, старейшина огладил свою серебристую бороду. Его возраст давно перевалил за полторы тысячи больших ночей, но старый некоши помнил. Да, он был ещё мелким мальчишкой, младшим внуком старейшины Вельмы, когда их село навестили приёмные дети Эмао. С того дня у них появилась надежда.

– Теперь можно уходить. – тихо прошептал он, и морщинистого чёрного лица коснулась тень улыбки.

Глава 6 Инстинкт самосохранения? Что это?

Их было двое, и они пришли именно за мной. Рыжебородый, и ещё один зэк, всю дорогу крутившийся возле Хама, как шестёрка. Оба мне не нравились. Вечно несли пошлятину и косо посматривали в мою сторону.

Я совершенно не удивился, когда мой искин сообщил, что впереди, за деревьями, два заключённых перегородили дорогу. А вот когда увидел рыжего и его прихвостня, даже подрастерялся на мгновение. Ожидал, что Мисав подошлёт Гута и ещё парочку крепких ребят. А он, похоже, недооценил меня. Или Хам решил поправить свой авторитет в обход главы поселения?

– Эй, клоуны, чего мнётесь за кустами, как страшные девки, подглядывающие за первым парнем на селе? – громко спросил я.

– Хана тебе, меченый. – сообщил рыжебородый, выходя из-за дерева. Он что, идиот? Да здесь расстояние не больше сорока метров. Не раздумывая, упёр приклад игломёта в плечо, и ударил короткой очередью, целясь противнику в голову. Тот среагировал быстро, прикрылся наручем и попытался отступить. Наивный.

Я хорошо запомнил, как меня опрокинуло внутрь убежища всего тремя, может четырьмя попаданиями. Чуть опустив ствол оружия, выдал длинную очередь по коленям Хама, и на этот раз добился своего. Вскрикнув, рыжий споткнулся и начал заваливаться на спину, неловко взмахнув руками. Я не упустил шанса – ещё пара очередей, и голубой лес огласил крик боли. Похоже попал!

– Ах ты сука! Рот, прикрывай! Да живее ты, он же сейчас прикончит меня! – орал на весь голубой лес рыжий. Зря он это сделал, ой зря.

– Кэп, надо уходить отсюда, пока муты не набежали. – словно подтверждая мои мысли, забеспокоился искин.

– Да, только доведу до конца начатое. – ответил я, и разрядил остатки картриджа во второго сидельца. Тут же сбросил пустой, и установил на его место новый.

– Да пошёл ты нахрен, Хам! Этот новичок наглухо отбитый! Сам разбирайся с ним! – выкрикнул второй, и рванул прочь. Э, ты куда намылился?! А ну стоять, я же только пристрелялся!

– Шиц, следи, чтобы нас муты за жопу не покусали. – коротко бросил я, и рванул следом за убегающим Ротом, подкорректировав свой маршрут так, чтобы пробежать вблизи орущего бородача. Поравнявшись с ним, выдал короткую очередь прямо в залитое кровью лицо противника. Крик тут же оборвался. Да, жёсткое решение, но мне жить хочется, а рыжебородый моим желаниям собрался помешать.

Так, что у него на поясе? Ага, одна капсула с синей мутью, полная, и половина капсулы с голубой. Отлично. Остальное, в том числе и рюкзак, мне не интересны, да и палевно брать чужие вещи. Прихвачу второй игломёт и всё, можно поиграть в догонялки.

– Кэп, ты только что устранил одного заключённого, и готовишься повторить то же самое. – голос искина звучал, словно он отчитывал меня. – Подобное порицается корпорацией, и у них есть рычаги влияния на убийц себе подобных. Например двухкратное увеличение цен на картриджи с блокатором.

– Мутантов отслеживай, нянька! – огрызнулся я, и рванул следом за Ротом.

Мне повезло, что этот идиот, вместо того, чтобы огрызаться, накрыть меня из двух стволов, решил бежать. Тем самым он поставил себя в роль жертвы. Что ж, мне же лучше, возможно его не придётся убивать, муты справяться. Я даже замедлюсь немного, ради такого случая.

Беглеца я нагнал метров через двести. Всё произошло так, как я и рассчитывал. Хитрый плывун, вовремя применив мимикрию, перехватил Рота прямо на тропе. Бедный мужик кричал, пытался вырваться из пасти мутанта, но куда там. Видимо зверюга была очень голодной, раз не оставила зеку ни единого шанса. А может зелёные сомы всегда так жевали свою добычу. Главное, мут так увлёкся добычей, мотая заключённого во все стороны, что мне удалось приблизиться к твари практически незаметно.

Подобравшись к плывуну почти вплотную, я поднял игломёт и трижды нажал на спусковой крючок, целясь в затылок мутанта. Чёрт, промазал! Зверюга утробно взревела, выпуская из своей пасти обмякшее тело Рота, и попыталась дотянуться до меня. Хрен тебе, зелень пузатая!

Понимая, что от такой зверюги убежать будет трудно, я, матерясь на семи языках, левой рукой дёрнул из ножен клинок, и напрыгнул на тушу мутанта, всаживая лезвие по рукоять в плывуна. Рывком подтянул себя к голове твари, и, прижав ствол игломёта к шее, нажал спусковой крючок. Длинная, десятка в три игл, очередь, не оставила муту ни единого шанса.

Плывун резко дёрнулся, и начал сдуваться. Ставшая рыхлой туша выделила волну зловония, но я, наученый горьким опытом, задержал дыхание и скатился с твари на землю. Чёрт, какого-то хрена веду себя, словно андреналиновый наркоман. Что это? Желание добыть муть, или ощущение нереальности происходящего? Ведь всё, что со мной происходит, так похоже на какую-то компьютерную игру...

– Кэп, поднимайся! Нужно извлечь мутаген. – раздался в голове голос искина. – Плывун сильно повреждён, поторопись.

Поднявшись на ноги, задержал дыхание и приблизился к трупу зелёной твари. Только сейчас понял, насколько эта зверюга была огромной. Пожалуй самый крупный мут из виденных мною.

– Забор мутагена. – произнёс сквозь сжатые зубы, прижимая ладонь к подсвеченному искином кружку. Секунда ожидания, и ещё одна полная капсула зелёной мути в моём активе. Так, нужно посмотреть, что там со вторым сидельцем.

Рот был ещё жив. Видимо искин накачал своего подопечного химией, пытаясь сохранить тому жизнь. Правда, этим он не спас, а лишь продлил мучения заключённого.

– П-п... Помоги, Кэп. Я заплачу тебе. Ум-м.. У меня есть муть, синяя. – слова тяжело давались говорившему.

– Тебе уже не помочь, Рот. У тебя все внутренности пережёваны. Максимум, что могу, это добить, чтоб не мучался.

– Тогда добей! Больно. Искин говорит, еще полтора часа у меня есть. Я за это время с ума от боли сойду.

– Вы нахрена на меня напасть решили? – спросил я, прижав ствол игломёта ко лбу Рота. – Мисав приказал?

– Нет, это всё Хам. Хотел опустить новичка, и забрать у тебя нож. Такие редко дают заключённым, я только у командира и Гута видел. Ну и муть, хотели ею разжиться. Подожди, мой контейнер. Три единицы, семь пять ноль – код. Внутри четыре синих ампулы. Почти собрал на первую мутацию. И ещё, дам совет. Беги от Мисава. Эта сука гребёт всё себе, даже нам, разведчикам, достаются лишь крохи. Всё, стреляй, иначе я сейчас начну выть от боли.

– Последний вопрос. Почему не стал в меня стрелять, когда была такая возможность?

– Испугался. Я ж не убийца, простой фермер с окраинной планеты. Я ж ничего не сделал, сюда попал случайно, по ошибке. Добивай, Кэп, мочи нет терпеть боль! А-ахр...

***

Из голубой зоны я вышел через три часа, с изрядно увеличившимся количеством заполненных капсул. Помимо пяти зелёных, одной голубой и шести синих, скрытых в контейнере, у меня на поясе было три с половиной капсулы, заполненных голубой мутью, полторы – синей, и одна – небольшим количеством фиолетовой.

Почему спрятал одну голубую? Мне, если верить Шицу, крупно повезло – наткнулся на нового мута. Когда я увидел эту зверюгу, паукообразная голубая образина спокойно занималась своим делом – плела сеть. Если бы не искин, я бы попал в эту ловушку, и скорее всего меня бы схарчили. Очень уж прочной и невероятно липкой оказалась нить. Например нож, вместо того, чтобы перерезать, прилип к этой нити, еле оторвал.

Новый мутант был шустрым только на своей территории, стоило мне сбить тварь с паутины, как грозно верещащий паук превратился в неуклюжего мута, путающегося в своих тонких лапах

– Шиц, почему не даёшь инфу по зверушке? – спросил я, прижав небольшое тельце мута к земле ногой, и оглядываясь по сторонам.

– Неизвестный экземпляр, Кэп. Хорошо, что ты его живым поймал, забор мутагена будет стопроцентным.

– Чёрт, мне это ещё и трогать? – я указал пальцем на лысую голубую тушку, ворочающуюся под моей ногой. – С детства ненавижу пауков!

Мутанта окрестил голопуком. Из его дёргающейся под ногой тушки удалось набрать аж треть капсулы голубой мути. Так я узнал, что из живой твари можно добыть больше мутагена, чем из мёртвой.

Веса в зверушке оказалось не много, всего три килограмма. По хорошему, нужно было забрать и тело, но не стал нагружать себя лишним весом. Да и кто знает, может вонь от мутанта привлечёт других тварей.

Пауки попались мне ещё шесть раз. Заполнив одну капсулу новой мутью, я решил, что вторую наполнять не стоит, и просто обошёл трёх последних тварей стороной. Пусть работают животинки.

Когда сменил локацию, понял, несколько сильно у меня устали глаза. Эх, сейчас бы отдохнуть пару часов, но я и так, похоже, задержался со своей охотой. Пока отыщу группу, ещё неизвестно, сколько времени пройдёт.

Двинувшись по узкой тропе, петляющей между синей и голубой зонами, через десять минут я нагнал гиганта. Тот, прихрамывая на правую ногу, неспешно брёл в том же направлении, что и я.

– Гут, не стреляй, свои. – подал я голос, на всякий случай укрывшись за деревом. Мало ли, вдруг начнёт стрелять без предупреждения.

– Кэп? Живой? – обрадовался мне великан.

– Как видишь! Пришлось постараться, чтобы выжить.

– Молодец! – напарник остановился у дерева, опершись о его ствол рукой,и дождался, когда я поравняюсь с ним. – А я, как тебя потерял из виду, решил – всё, пропал новичок.

– Тебя ранили? – спросил я, приблизившись к гиганту. Вид у него был не очень.

– Попалась зелёная тварь. – поморщившись, ответил Гут. – Еле отбился. О, я смотрю, ты отлично поохотился. Мне тоже повезло.

На поясе у спутника было четыре голубых флакона, и один зелёный. Я тут же начал распрашивать, откуда зелёная муть.

– Говорю же, мутант попался из соседней зоны. Рвач. Этакая двухметровая зверюга, с двумя мощными клешнями. Одну я успел отстрелить, а второй мут меня за ногу ухватил. Знаешь, ощущение не из приятных. Хорошо ещё, что у меня мутация полезная – повышенная регенерация, иначе так бы и остался в голубой зоне. Да, мой тебе совет. Хочешь получить мутацию, охоться на синих ползунов. Получишь регенерацию, как я. Вещь отличная, два балла усиления сращивают кости в течение двух суток, а три балла восстанавливают незначительные повреждения внутренних органов.

– Что-то мне расхотелось встречаться с зелёными тварями. – ответил я. – А за совет спасибо, Гут. Как думаешь, долго ещё идти до основной группы?

– Минут десять. Мне уже знакомы эти места. Скоро будет брод, на котором мы и должны были встретится. Да, у меня к тебе просьба. Подтвердишь, что мы всё время шли вместе, в пределах видимости друг друга?

– Да не вопрос. – ответил я, про себя улыбнувшись. Да мне, чёрт возьми, ворожит сама богиня удачи.

Нас уже ждали. Трое. Мисав и пара крепких парней. Мои подозрения, что не я один сократил численность отряда, тут же окрепли. Что ж, послушаем, что скажет командир.

– Я вижу, вы хорошо поохотились. – обрадовался Мисав, увидев на наших поясах капсулы с голубым мутагеном. Что-то другое его, судя по всему, не особо интересовало. – Так, три и четыре, да мы собрали пять, и еще с прошлых выходов семнадцать. Отлично! Сдавайте голубую муть мне. Неполные оставьте себе, вам они пригодятся в будущем. Гут, вижу, ты зелёную тварь убил, это какая по счёту?

– Вторая. – хмуро ответил гигант. – Командир, мы ж договорились.

– Да, помню, и слово держу! Это твоя добыча. – ответил Мисав, но по его глазам было видно, что он думает совершенно иначе. –Новых мутантов не встречали?

– Обошлось, как видишь. – ответил великан. – А вот Крол, похоже, встретил. Мы с Кэпом слышали его крики. Верно, Кэп?

– Да, было дело. – подтвердил я. Ох Гут, чую я, это ты прикончил товарища, и капсулы забрал себе. Иначе хрен бы ты успел столько мути собрать.

– Командир, он сам предложил разойтись. – произнёс один из заключённых, видимо напарник Крола. – Да мы и прошлый раз так делали, и всё прошло гладко.

– Да ты не дёргайся, никто тебя не обвиняет. – успокоил бойца Мисав. – Странно, почему Хам задерживается. Уж он опытный разведчик. Ладно, ещё пятнадцать минут ждём, и всё. Нужное количество мути собрали, можно напрямую домой идти. Кэп, как и обещал, тебе бонус, за значимый вклад в благополучие посёлка. Всё, как ты хотел – девочка, выпивка. Трудолюбие нужно поощрять, а ты молодец, собрал столько же, сколько и я.

***

– Гут, получатся, что зоны разные по площади? — спросил я у напарника, во время привала. – Прошло уже шесть часов, как мы топаем по синей зоне, а она всё ещё тянется, не собираясь заканчиваться.

– А ты думал, что здесь всё на одинаковые куски порезано? – ответил великан. – Зону, где наш посёлок, фиолетовую, вообще за сутки из конца в конец не перейти. Ты у своего искина спроси, он должен знать такие вещи.

– Да мне как-то некогда было его расспрашивать, всё больше выживанием занимался. Слушай, а зачем вы так далеко забрались от своего поселения?

– Так мы для того и поселились здесь, чтобы обследовать новые территории. Вот ты – первый результат нашего труда. Твоя капсула первая, приземлившаяся в нашем секторе.

– Так это вас надо благодарить,что я чуть не разбился?

– Благодари корпорацию. – заржал Гут. – наше дело маленькое. Обследовать территорию, нанести на карту зоны, и главное – обнаружить новых мутов. Остальное нас не касается.

– А как далеко от поселения форпост корпов?

– Ха, сбежать надумал? Не получится. Пока до них доберёшься, у тебя блокатор закончится. Сдохнешь по дороге.

– Что, прям совсем без вариантов? – услышанное мне не понравилось.

– Ну, был один, всё свалить хотел. Ушёл на третий день, как нас сюда забросили. Через две недели, благодаря наводке корпов, нам удалось его выловить. Уже изменяться начал, кожа на голове фиолетовая стала, тесак прямо в руку врос. Еле прикончили ублюдка, полный картридж игл на него извели. Повезло ещё, что так быстро обнаружили. Ещё бы недельку, и из него такая бы образина получилась, что командир и из винтовки бы не смог пристрелить.

– Все замерли! – внезапно приказал Мисав. Группа послушно остановилась, разведчики закрутили по сторонам головами. Я тоже заозирался. Чего это босс всполошился? Стоп! Гул, словно где-то недалеко летит сверхзвуковой самолёт.

– Бум-м! – докатился до нас звук грохота. Так, словно в километре рванул артиллерийский снаряд.

– Стоп-патрон сработал. Ещё одна банка извне прилетела. – проворчал Гут, первым нарушив тишину. – Похоже совсем рядом с посёлком.

– Ждите. – коротко бросил командир, и быстро, словно обезьяна, полез на ближайшее дерево. Не знаю, как другие, а я оценил ловкость этого крепыша, про себя сделав пометку, что вступать с Мисавом в рукопашную крайне опасно.

– Гут, что за стоп-патрон? – поинтересовался я.

– Так здесь мало какая техника работает, вот корпы и придумали особую систему торможения. Направленный взрыв гасит скорость капсулы с заключённым, и одновременно распугивает всех мутантов в округе.

– Группа, планы меняются. – прозвучал сверху голос Мисава. – придётся немного подкорректировать наш маршрут. Привлечение новых заключённых к общему делу – одна из приоритетных задач нашего поселения.

– Командир, сильно придётся менять направление? – спросил гигант, едва Мисав очутился внизу.

– Часа три уйдет на отклонение от маршрута, и столько же на поиски. В любом случае у нас в запасе остаётся около полутора суток. На месте разрешаю поохотиться на синих и фиолетовых мутов. Всё, выдвигаемся.

– Гут, а как вы определяете, в какую сторону нужно идти, при таких больших расстояниях? – поинтересовался я.

– Так это ж просто. – улыбнулся великан. – одна капсула фиолетовой мути, и корпы установят на твой наруч местную систему навигации. На расстояние до пятидесяти километров ты будешь видеть все объекты корпорации Аурум. Полезная вещь, особенно для тех, у кого заканчивается блокатор, или уже закончился. Ну, ты понял, о чем я.

Разумеется понял. Странно, что корпы не установили следящие устройства сразу. Не пожелали тратиться на новичков? Возможно. Эх, жаль, что я не могу при посторонних задавать своему искину некоторые вопросы. Уж больно они однозначные, и спутники догадаются о моих намерениях.

Ничего, доберёмся до посёлка, там у меня найдутся время и возможности. А пока идём на выручку ещё одному новичку, постараюсь вытянуть из гиганта побольше информации.

– Гут, а в посёлке, помимо блокатора, из сфоттера можно ещё что-нибудь приобрести?

Глава 7 Чужое брать нельзя!

Капсулу мы нашли даже раньше, чем рассчитывал Мисав. К тому же сидельцу повезло приземлиться гораздо удачнее, чем мне. А точнее сиделице. Её голос мы услышали наверное за километр, благодаря чему вышли точно к месту приземления.

– Баба. – произнёс глава посёлка, разглядывая новоприбывшую в небольшой бинокль.

– Хорошенькая? – поинтересовался один из разведчиков.

– Тебе какая разница? – зло спросил Мисав. – Она – одна из нас. Даже не думайте сделать из заключённой очередную шлюху. Гут, тебя это тоже касается. Я понятно изъясняюсь?

– Да, командир. – поморщившись, проворчал великан. – Эту бабу не трогать.

– Ждите меня здесь. Пойду, побеседую. – глава поселения активировал шлем, и двинулся к только что прибывшей.

– Почему она от капсулы не отходит? – вслух поинтересовался один из двух разведчиков, чьи имена я путал. Сима и Фима, я даже подумал, что они братья. Оказалось – просто с одной планеты.

– Да кто ж её знает? – хмыкнул Гут. – Боится, наверное. Мне вот тоже на инструктаже...

Звук выстрела заставил всех подобраться, а гиганта умолкнуть. Чёрт, огнестрел, здесь? Да как так? Неужели это винтовка Мисава?

– Сука, эта баба из вольных! – со злобой произнёс великан. – Она, похоже, командира подстрелила!

– Почему ты так решил? – спросил другой разведчик. – Может просто предупредительный в воздух.

– Разве это не винтовка босса стреляла? – поинтересовался я.

– Да винтовка Мисава – это такой же игломёт, только мощнее в два раза. – огрызнулся Фима. – А капсульное оружие сюда могут протащить только вольные, которые по собственному желанию в аномалию попали. Отмороженные ублюдки! А эта ещё и баба, точно сумасшедшая. Меченый, ты расспроси своего искина, он тебе подробно всё разъяснит.

– Почему ты назвал меня меченым? – зацепился я за странное ко мне обращение.

– А ты что, своей физиономии не видел? – удивился Фима. Или Сима, их хрен разберёшь. – У тебя шрам на пол-лица. Гут, у тебя вроде зеркало было, пусть Кэп на себя полюбуется.

– Потом посмотрит. Надо идти выручать командира.

– А что мы можем сделать? У этой вольной полная защита, круче, чем у Мисава. И вооружение, почти как у корпов. Не, я под капсульник не полезу.

– Гут, хорош в кустах отсиживаться, выбирайтесь наружу! – раздался громкий голос главы поселения. – Госпожа Сахали милостиво согласилась принять наше гостеприимство.

– А чего стреляла? – крикнул в ответ гигант, и тут же присел, знаками показывая нам сделать то же самое. Я то давно уже укрылся за деревом.

– Недоразумение. Не ожидала, что её так быстро отыщут, пальнула на движение. К счастью промахнулась, так что я без повреждений. Да выходите вы, мутовы дети, я же говорю – ситуация разрешилась.

– Сука! – глухо выругался Сима. – Точно говорю, командир сейчас под стволом говорит. Похоже эта сучка хочет разжиться мутью за наш счёт.

– Без командира нам хана. – произнёс великан. – Надо выручать. Короче, я сейчас напрямую двину, а вы разойдитесь в стороны. Если у меня не получится её вырубить, атакуйте одновременно с разных сторон. Главное друг друга не постреляйте. Всё, расходимся. Кэп, ты постарайся зайти с тыла. Командир, мы идём!

Последнюю фразу Гут крикнул. Мы же, словно тараканы, разбежались в разные стороны. Я, так вообще рванул по широкой дуге. На бегу, стараясь не сбить дыхание, спросил у искина:

– Шиц, что за вольная, и что за капсульное оружие?

– Добровольно сюда прибывшая, по контракту с корпорацией Аурум. Капсульное оружие – морально устаревшее вооружение докосмической эпохи. Единственное неадаптированное оружие, способное функционировать в зоне А-один.

– Мощное?

– Зависит от калибра. То, что стреляло совсем недавно, твой бронекостюм не пробьёт, но кости переломает и внутренности помнёт. Умрёшь от внутреннего кровоизлияния.

Чёрт, оно мне надо – вмешиваться во всю эту хрень? И ведь надо. Иначе как попасть в посёлок? Навигатора у меня нет, да и как работает сфоттер, не известно. Вдруг его только Мисав может активировать? Вот же не повезло – зависеть от каких-то уродов.

Минут пять быстрого бега по редколесью, не боясь встретить мутанта. Тут такой грохот был, что они все ушли как можно дальше от места посадки. Так, всё, можно перевести дух. Вон, уже вижу, как Гут, показывая безоружные руки, приближается к вольной. Та держит в руках массивную хреновину, совсем не похожую на оружие. Вот только стоящий на коленях Мисав явно считает иначе. Так, а почему я не вижу на поясе у гиганта ножны с клинком?

Дальше события начали развиваться стремительно. Гут повернулся назад, даже отвёл руку за спину, якобы жестом поторапливая нас. А обратным движением резко бросил непонятно откуда появившийся нож прямо в голову вольной. Расстояние в несколько метров клинок преодолел за доли секунды, и вошёл вольной в череп. Та дёрнулась, и начала заваливаться на спину. Грохнул выстрел, и в двух шагах справа от Мисава из земли выбило вонтанчик земли, травы и ещё какого-то мусора.

– Гут, ты что, не мог аккуратней? – рявкнул командир, поднимаясь на ноги. – Я же говорил, она нужна живой!

Что ответил великан, я не расслышал. Понимая, что проблема решена, убрал игломёт в кобуру, и двинулся к месту происшествия. Краем глаза осмотрел капсулу, доставившую вольную в аномалию. Хм, да она раза в полтора больше моей. А вон и два контейнера, уже извлечённые. Тоже не маленькие. Похоже нам предстоит мародёрка.

Приблизившись к ругающимся между собой Мисавом и Гутом, я присел на корточки возле убитой. А неплохо гигант метает ножи, лезвие прямо в глаз вошло. И не просто вошло – остриё пробило череп вольной со стороны затылка. Чёрт, да она не человек! Вернее будет назвать её гуманоидом, но на землянку совсем не похожа.

– Что, Кэп, впервые видишь ракканку? – командир наконец закончил выяснять с Гутом отношения, и сосредоточил внимание на мне. – Их по зоне много шастает, свободных. Ублюдочная раса, считают себя выше других. Вот только её убийство ляжет тяжким грузом на поселение. Плюс десять процентов к стоимости любых покупок у корпов.

– Зато все живы. – проворчал гигант, поднимая с земли оружие, больше всего похожее на миниган, только без роторного ствола. – Босс, я возьму эту малышку? Кроме меня всё равно с ней никто таскаться не будет.

– Бери, заслужил. – махнул рукой Мисав. – Где Сима и Фима? Ей, земляки, хватит прятаться. А ты, Кэп, мололец, не испугался. Заслужил долю из трофеев.

Вода, и еда. В одном из больших контейнеров всё было забито съестным. Ни одной чёртовой плитки ИРП, или балона с витаминизированной жидкостью. Два десятка литровых бутылок с водой, с полсотни пузатых тюбиков, и дюжина пластиковых вакуумных упаковок с чем-то розовым.

– Так, из этого контейнера всем по одной бутылке воды, и одному тюбику с питательной массой, остальное в хранилище поселения. – распорядился Мисав, и лично вручил каждому обещанное. – Сима и Фима, остальное вы потащите. Можете загружаться. Что у нас во втором?

Во втором обнаружились боеприпасы к капсульнику, игольник необычной модификации, который командир заключённых тут же нацепил себе на пояс, два каких-то прибора и стандартный куб-контейнер под капсулы с мутью. Подняв его, глава поселения потряс, повертел куб, затем попытался открыть. Потерпев неудачу, протянул мне.

– Твой трофей, как и обещал. Гут, забирай расходники к капсульнику, а опреснитель и походная кухня уйдут в пользу поселения. Жаль, что к опреснителю всего десять картриджей, дорогие они.

– Босс, на поясе у девки наручники, можно я возьму себе? – внезапно, с какой-то затаённой надеждой спросил Гут. Мисав тут же изменился в лице. Пристально посмотрев на великана, кивнул:

– Бери. Но помни, я тебя предупреждал, не больше одной за десять дней.

– Спасибо, босс. – гигант расплылся в улыбке. Чёрт, о чём они?

***

К селению вышли часов через десять после делёжки трофеев. Я ожидал увидеть какие-нибудь ангары, или модульные домики, обнесенные оградой. На худой конец один длинный барак, похожий на крепость. Но реальность оказалась совершенно неожиданной. Село состояло из двух десятков малых шалашей, и одного большого. Твою же мать, всё это мне описали, как безопасное жилище. Деревня папуасов, вот на что было похоже селение.

– Что, Кэп, ожидал увидеть что-то типа колониального бастиона? – с усмешкой спросил Гут, прочитавший мои эмоции. – Расслабься, здесь врагов нет, а периметр охраняет ультразвуковой комплекс. На твоей планете скорее всего такой же использовали, только против насекомых.

– Не видел здесь этих мелких кусачих тварей. — попытался я сменить тему для разговора, и мне удалось это.

– Говорят, первые поселенцы, тогда ещё добровольцы, завезли сюда несколько видов этих тварей. Теперь на окраине аномалии имеется участок зоны, куда без герметичного бронескафа запрещено ходить. Эти насекомые расплодились и теперь контролируют десятки зон, причём в тесном сотрудничестве с обычными мутантами. Хорошо, что не распространяются за пределы своих зон, иначе нас всех ждёт мучительная смерть.

– Босс! Босс вернулся! – раздалось из селения. От посёлка к нам навстречу выдвинулось сразу человек пятнадцать. Почти все в изрядно поношенной, а порой и затасканной броне, половина вообще без оружия. В общем, на лицо факт полного упадка в посёлке. Лишь трое бойцов выглядели нормально, на мой взгляд. По два игломёта, мачете, ножи. То ли охраняют остальной сброд, то ли выполняют функцию надсмотрщиков. Что-то мне расхотелось здесь останавливаться, и уж тем более жить.

– Доклад! – рявкнул Мисав. Весь он как-то напыжился, словно злобный индюк. И похоже его в селении все знали именно таким. Вечно орущим, раздражённым уёб... уродом, короче. Да, валить надо отсюда.

– Так это! – вперёд выступил один из потрёпаных мужиков, с длинной раной поперёк лба. Троица упакованных даже не подумала отчитываться. Молча обошла толпу, и за руку поздоровалась со всеми,кроме меня. Хм, я не злопамятный, но это запомню. Тем временем мужик начал доклад: – Босс, за время вашего отсутствия мы собрали двадцать капсул фиолетовой мути, и десять синей. Израсходовали сто плиток рациона, и девяносто балонов болтанки. Умерла одна аборигенка. Та, что болела.

– Почему так мало мути собрали? – зло спросил Мисав.

– Так это, нет мутантов поблизости. Порой часов семь идёшь в одну сторону, пока первый попадётся.

– Если продолжите в таком же темпе, я вам пайку урежу на треть. Ясно?!

– Понял, босс! Мы будем стараться!

– Что-то я не вижу вашего старания. Почему все в посёлке, а не на охоте?

– Так это, сегодня же колонна корпов прибудет.

– И что? Вы считаете, я вас должен кормить из своего кармана? – голос главы посёлка совсем изменился. Казалось, его сейчас порвёт от ярости. – Сегодня без жрачки останетесь! Пошли вон с моих глаз!

Толпу "работяг" словно ветром сдуло. Остались лишь три бойца, что подошли к нам

– Босс, как прошла разведка? – спросил один из троицы.

– Неплохо, Фил. Потеряли четверых, зато подобрали нормального бойца, хочу его в твой отряд пристроить. Да, ещё вольную грохнули, но там почти самооборона была, может без штрафных санкций обойдётся. Так что сегодня все собираемся в моём шатре, устроим пирушку.

– Босс, я свободен? – вмешался в разговор Гут. – Нога болит, а еще я жрать и отдохнуть хочу.

– Да, можешь идти. И новичка с собой прехвати. Пусть занимает шалаш Хама. Фил, распорядись, чтобы к обоим по зелёной сучке направили. Парни заслужили.

– Босс, но... – попытался было возразить боец, но, перехватив взгляд Мисава, исправился: – Ладно, распоряжусь. Только у нас их и так всего шесть осталось, а теперь вообще...

– Ничего, мы знатно прорядили цветных охотников. В следующий выход постараемся молоденьких поймать. – успокоил Фила командир, после чего повернулся ко мне. – Давай, Кэп, обустраивайся. На пирушку тебя не приглашаю, не заслужил ещё такого доверия. Для тебя пока проживание бесплатно. Отдыхай, набирайся сил, пару дней тебя никто не будет беспокоить. Потом я тебя позову, побеседуем. Да, сегодня корпы приедут, можешь выменять у них что-нибудь полезное.

– Приедут? – удивился я. – У них что, есть рабочая техника?

– Техника? – переспросил Мисав, и заржал. Его смех подхватил Фил, и все остальные. Кроме Гута, тот переминался с ноги на ногу, видимо действительно ранение беспокоило, и бросал на меня нетерпеливые взгляды.

– Ну так они же приедут? – уточнил я, сдерживая в себе желание съязвить в адрес местного босса. Тоже мне, шутник, мля.

– Именно, приедут. Верхом на ездовых мутантах. – соизволил разъяснить мне Сима. Мололец, тебя при случае не больно убью.

– Фил, когда бабу пришлёшь? – привлек к себе внимание Гут.

– Слушай, давай после корпов, хорошо? Не хочу, чтобы как в прошлый раз получилось. Тебе что, сделал свое дело, и спишь. А мне суетись, порядок наводи.

– Хорошо. – проворчал гигант. – Пошли, Кэп.

– Разрешите идти, босс? – спросил я, и, не дожидаясь ответа, двинул следом за великаном. Чёрт, неужели я могу спокойно пожрать и отдохнуть. Считай двое суток на ногах, устал, как собака. Искин уже дважды намекал, что частое использование стимуляторов вредно для здоровья.

– Вон, видишь эту халупу? – Гут указал мне на один из шалашей. – В ней Хам с Ротом обитали. Теперь она твоя. Будет кто из отбросов набиваться в сожители, можешь применить силу. Главное – не переусердствуй, чтобы без членовредительства. Всё, я спать.

Проводив единственного, более-менее адекватного человека взглядом, я повернулся ко входу в шалаш. Черт, да у моего деда конура у пса, и то презентабельнее выглядела.

– Ну что, Шиц, вот мы и добрались до поселения. – произнёс я, пригибаясь. Отодвинув в сторону кусок толстой ткани, выполняющей роль дверей, и нырнул в темноту шалаша.

– Это не поселение. – прозвучал в моей голове голос искина. – Здесь была временная стоянка аборигенов, это их жилища.

– Знаешь, я не удивлён. – ответил я, удерживая одной рукой занавеску и разглядывая внутренности своего, очень надеюсь временного, жилья. Две, сплетёных из фиолетовой травы, лежанки по бокам, посередине, у противоположной от входа стены, небольшой столик. Всё. – Шиц, у меня такой вопрос – я могу помыться в местной воде?

– Если не боишься, что тебя загрызут водоплавающие муты, то да. Ну и следует быть аккуратнее, чтобы жидкость не попала в желудок. От небольшого количества воды я тебя, конечно, спасу. А вот если доза превысит сто миллилитров, скорее всего начнётся неконтролируемая мутация.

– Понятно. Слушай, у меня случаем нет в экипировке фонарика? Ну, источник света. А то я не хочу с открытой циновкой здесь лежать.

– Рукоять ножа, Кэп. Отверни колпачок с навершия, и химический светильник автоматически заработает. Ресурс светильника – двадцать восемь стандартных часов. Ровно столько, сколько длится большая ночь.

– Слышишь, ты, искуственная псевдоличность! Я же просил рассказать мне всё, что может быть важным.

– Извини. – прозвучал у меня в голове виноватый голос. Вот сука!

– Ладно, пока тихо, попробую отдохнуть. – произнес я, втыкая в хлипккю столешницу уже работающий светильник. Сбросил со спины рюкзак, достал спальный мешок и разместил его на одной из лежанок. Отстегнул игломёт, расположил его под рукой, и только после залез внутрь. Проверил, удобно ли лежит оружие. Всё, врасплох меня не застанут.

– Шиц, на любой шум возле входа палатки буди меня любыми способами.

– Приказ понял. – отозвался искин. Вот засранец, опять обиделся.

Подхватил рюкзак, и попытался сунуть его под голову. Хрен там, голова тут же упёрлась в острый угол. Чёртовы контейнеры!

Вытащил первый, свой, затем трофейный. Вот, так-то лучше. Ещё бы полную уверенность, что по мне не саданут из капсульника, или игольной винтовки Мисава. Ну вот, куда только сон делся.

Чтобы отогнать бессонницу, начал прокручивать в голове, каким образом я смогу покинуть эту деревню, а так же способы изменить своё положение в лучшую сторону. Одновременно с этим, взяв в руки трофей, начал подбирать код от цифрового замка. Шесть девяток, кнопка разблокировки. Пять девяток и восьмёрка, кнопка разблокировки.

Так, первый и основной способ, это свалить отсюда вместе с орденцами. Разумеется не бесплатно. Второй – очень быстро бежать в направлении базы, установив себе навигатор. Третий... Щелчок, и крышка трофейного контейнера поднялась вверх. Твою же мать!

– Шиц, мы встряли, да? – спросил я, разглядывая содержимое контейнера в тусклом свете химического фонаря.

– Судя по твоей интонации, ты верно оцениваешь своё положение, Кэп. За это в любом уголке содружества тебя прикончат. Да и здесь тоже.

– Говорила мне мама, никогда не бери чужие вещи, от них одни проблемы!

Глава 8 Корпы. Первая мутация. Тетра

– Что это, Шиц?

– Судя по всему, вакцина, созданная на основе золотого мутагена.

– Три инъекции. Как думаешь, для чего она? – спросил я,

– Нужно сделать анализ в лаборатории, на базе корпорации. Только там смогут определить, что это такое.

– Ага, стоит сунуться, и меня там же и прикончат. Ну уж нет. Мы вот как поступим. – я извлёк одну из инъекций, тут же заигравшей золотыми бликами по стенам шалаша. Сука, да что ж ты такая блескучая!

Убедившись, что пропажа одной шприц-капсулы не привлекает внимания, захлопнул чужой контейнер, а трофей, что решил оставить себе, засунул в упаковку из под ИРП. Не зря складывал их в карман по старой привычке. Отец меня с детства учил – мусорят в лесу только свиньи.

Набил оставшееся пространство сухой травой от лежанки, и вложил фальшивую плитку между настоящими. Всё, с первого взгляда не поймёшь, а мне больше и не надо. Вряд-ли кто-то вообще будет искать это здесь, но подстраховаться я обязан. Теперь надо организовать тайничок.

Чувствуя себя морским пиратом, подрезал мачете небольшой участок почвы, по размеру пищевого рациона, сделал углубление, и припрятал в нём три плитки, одна из которых была фальшивой. Осторожно положил пластину с торчащей из неё уже засохщей травой, и прижал. Неплохо. Вспомнил случай из юнности, когда я, ещё молодой курсант, вместе с товарищами, похожим дёрном застилал несанкционированную, можно сказать стихийную тропинку на территории училища. Ну удобно нам было срезать почти две сотни метров, пока никто не видит. Так вот, на той тропе трава засыхала в течение трёх дней, и нам каждый раз приходилось приносить новый дёрн. Пока кто-то из курсантов не догадался проявить инициативу и залить тропинку водой.

Эх, вода. Ту бутылку, что мне выдали из трофеев, я берёг, как и нестандартный рацион. Пусть лежит, до особого случая.

Разбудили меня весьма бесцеремонно – проникли внутрь моего жилища без разрешения. Не знаю, что удержало меня от стрельбы. Может то, что проникший за перегораживающую вход циновку человек тут же опустился на корточки и сжался в комок, а может тихий шопот. Шопот знакомый, тут же напомнивший о недавних событиях.

– Ты кто? – негромко спросил я, принимая сидячее положение и не отводя ствола игольника от неизвестного.

– Санриука. – тихо раздалось от входа.

– Некоши? – на всякий случай уточнил я.

– Да. Вы называть нас этим словом. Я пришла ублажать воина Кэпа.

– А ты хочешь это делать? – я уже расстегнул спальный мешок, и поднялся на ноги.

– Если я не делать, меня бить. – ответила женщина. – Санриука послушная, Санриука не хочет лежать в яме со сломанными рёбрами.

– Ну-ка, подними лицо, посмотри на меня. — потребовал я, выдернув клинок из столешницы и поднося фонарь к женщине. Чёрт, голубая! У неё кожа голубая! И лицо, всё в ссадинах и кровоподтёках. Почти голая, из одежды лишь одна набедренная повязка, и полоска грязной ткани, прикрывающей грудь. По всему телу тёмные пятна и болячки. Суки, кто ж так над ней изголялся?

– Мне уже надо раздеваться? – робко спросила женщина. И от тона её голоса я еле сдержался, чтобы не зарычать. Накатила волна ярости, да такая, что аж зубами заскрипел.

– Не надо раздеваться. Дай руку. – скорее попросил, чем потребовал я. Перехватив молодую женщину за протянутую руку, положил правую ладонь ей на плечо, и приказал искину: – Шиц, вколи ей всё, что требуется организму для восстановления. И снотворного, если есть. Пусть отдохнёт, а я пока разберусь, что здесь происходит.

Едва в тело некоши попали первые порции лекарств, она охнула и начала заваливаться набок. Подхватив женщину, перетащил её на свободную лежанку. Так, вроде удобно лежит.

– Шиц, как долго она проспит? – поинтересовался я.

– Часов шесть, если не беспокоить. Я вколол ей полный комплекс целебных препаратов, и снотворное.

– Вот и пусть спит. А я пройдусь, посмотрю, кто здесь чем дышит.

Пройтись не получилось. Я собрал все свои вещи в рюкзак, и, едва вышел наружу, очутился посреди суеты. Все зачем-то бегали туда-сюда, что-то таскали, над лагерем разносились командные крики Фила и Мисава. Поселение готовилось к приёму гостей.

Причину шума уже было видно невооружённым глазом. Десяток гигантских животных, похожих на приземистых, вытянутых бегемотов, уже выполз из леса, и сейчас неровной цепочкой приближался к посёлку. Кожа зверей была ярко-оранжевого цвета, и на контрасте с фиолетово-зелёными деревьями всё это смотрелось вырвиглазно.

– Кэп, ты так пристально смотришь на корпов, словно задумал нехорошее. – раздалось справа от меня. Повернувшись, в третился взглядом с великаном. – Успел отдохнуть?

– Немного. – коротко ответил я. – Гут, они всегда так эпично появляются?

– Ну, однажды над нами пролетали три чёрных крылана, вот тогда мы все перпугались. А это так, стандартный отряд корпов, разве что животинки разные бывают. Надумал уже, на что выменяешь муть? – Гут указал на капсулы с мутагеном, что были у меня на поясе. – Учти, за неполный голубой вряд-ли получишь много. Как за синий, не больше.

– Да мне много и не надо. – ответил я. – Так, по мелочи. Ну и картриджи обновить.

– Это правильно. Для фронтира на картриджы, особенно с блокатором, большие скидки. Ничего, у нас сегодня праздник, босс поднимет свою мутацию на одну ступень, а значит мы станем ещё сильнее. Да, чуть не забыл. Не вздумай при корпах хвататься за оружие. Даже не станут разбираться, просто ноги прострелят. Будешь неделю мучаться, если не сможешь им же оплатить лечение. Ладно, пошли к Мисаву, может он какие-то распоряжения даст.

Колонну встречали радостными криками. Ещё бы, Гут рассказал, что за присутствие на фронтире каждому заключённому сегодня выдадут по бесплатному рациону, и балону питьевой смеси. Так себе подачка, но для опустившихся заключённых это один день халявной жизни.

Корпы остановились в полусотне метров от селения, выставив своих чудных зверей кольцом, а затем заставили их опуститься на брюхо. Тяжёлые животные с оранжевой шкурой создали непроходимый барьер, с одним единственным проходом, шириной около метра. Бойцы, облачённые в полноценные бронескафандры, принялись что-то устанавливать в центре периметра, снимая со спин зверей тяжёлые ящики, и лишь трое направились в нашу сторону. Идущий первым был безоружен – явно командир каравана, а вот двое за его спиной держали в руках какие-то массивные ружья. Я не спец по инопланетным образцам оружия, но почему-то сразу проникся уверенностью, что такими пушками здесь можно разнести всё.

– Добро пожаловать на фронтир, господин лейтенант. – первым заговорил Мисав.

– Да пошёл ты в пекло! Каждый раз, как собираюсь вас навестить, мечтаю увидеть здесь одни трупы. – прорычал в ответ офицер. – Давай, докладывай, коротко и поделу. Меня твоя рожа бесит!

– За эту неделю обнаружили двух новичков. Один попрлнил наши ряды. – глава поселения указал на меня. – Второй была вольная. Накинулась на нас, пыталась убить. Пришлось прикончить.

– Женщина? Вольная? Что за дичь ты несёшь, зэк?

– Господин лейтенант, говорю как есть. – Мисав держался почтительно, напрочь игнорируя грубость и неуважение в свой адрес. – Могу предоставить данные с наруча.

– Конечно можешь, куда ты денешься. Еще новости?

– Обнаружен новый мутант, синего ранга. Собрали шесть капсул мутагена. Ещё мы готовы провести одну мутацию голубого ранга. Ну и как обычно, у нас есть, что продать.

– Новичок уже согласился остаться на фронтире? – спросил командир корпов, и вдруг заржал: – Ах-ха-ха, или решил добраться до базы?

– Я ещё не сделал выбор, господин лейтенант. – ответил я вместо Мисава. Не люблю, когда совершенное левые личности решают мою судьбу.

– Хм, наглый новичок? Говоришь вперёд главы посёлка, а может ты на его место метишь?

– Нет господин лейтенант. Я всего лишь привык принимать решения, опираясь на знания. Пока их слишком мало, чтобы определиться, как мне поступить.

– Значит не дурак. Ладно, хватит болтать. Кто желает пройти мутацию в лаборатории, заходим по одному в периметр. Кому есть, что предложить на обмен – пойдёте следующими. Остальные пусть ждут, бесплатная подачка для отбросов после завершения всех сделок. Ну, кто первый на мутацию?

– Я, господин лейтенант. – произнёс Мисав, всё это время буравя меня тяжёлым взглядом.

– Неужели набрал мути для повышения? Неплохо, неплохо. Ну так проходи. – произнёс офицер, и с какой-то брезгливой полуулыбкой проследил, как Мисав, с набитым под завязку рюкзаком прошёл внутрь периметра. Презрительно сплюнув, лейтенант произнёс парочке бойцов за спиной: – Вот же урод. У него заключённые дохнут, как насекомые, а эта мразь только о себе и думает. Слышишь, новичок? Не повезло тебе с местом приземления. Если не смените главу вашего гадюшника, скоро все сдохнете. Ладно, это ваше личное дело. Ещё кто-то есть на мутацию.

– Так точно, господин лейтенант. – ответил я, шагнув вперёд.

– О как! – офицер удивился. – Новичок, а уже на мутацию набрал? Молодец. Что там, синий ранг? А что за мутант?

– Жевун. – не моргнув и глазом, соврал я. Да, за последние сутки пути мне удалось набрать ещё два синих флакона мути. Да, синюю и фиолетовую мутации может провести и самому, но там пройдёт по нижней планке, так как наруч принимал лишь три капсулы. Поэтому все старались попасть в лабораторию, где можно было установить сразу пять, и этим значительно повысить шансы.

– Хм, неплохо. Физическое усиление всегда пригодится. Ну что ж, жди, когда эта крыса освободится.

Судя по всему, как только корпы уберутся отсюда, меня ждёт куча неприятностей. Что ж, сам виноват, сам и буду расхлёбывать. Главное, это получить мутацию, и по максимуму усилить себя.

Мисав из периметра вышел не на своих двоих. Его вытащили два бойца, бросив в двух метрах от живой стены, а ещё один вытащил массивный баул зеленого цвета, поставив его рядом с заключённым.

– Забирайте своего главу, сам он не скоро в себя придёт. – приказал лейтенант. Затем ткнул в меня пальцем: – Ты, сложи здесь оружие, и заходи в периметр. Лабораторию и торговый отдел увидишь сразу, они расположены в большой серебристой палатке. Шевелись!

Миновав узкий проход, в котором меня обдало зловонным дыханием из пасти оранжевого мута, я очутился внутри периметра. Сразу бросились в глаза три толстые трубы, расположенные вблизи стен, и смотрящие одной стороной вверх. Возле каждой лежали ящики, и стояло по два бойца. Очень похоже на миномётные расчёты, но я могу и ошибаться. Странно, чего им боятся здесь, в фиолетовой зоне?

– На мутацию? – раздалось от большой и высокой палатки. Там стоял высокий седовласый мужик. Единственный из корпов, кто был без шлема, и первый из них обладающий наручем. Здоровенным таким, раза в полтора массивнее моего. Тоже заключённый?

– Так точно.

– Первый раз?

– Да.

– Это хорошо, на своих двоих уйдёшь. Следуй за мной. – мужик дополнил свои слова приглашающим жестом, и вошёл в палатку. Изнутри послышался его приглушённый голос: – Какой ранг хочешь поставить?

– Тетра, зелёный.

– Да ладно!? Что за мутантов удалось тебе набить?

– Плывунов. Повезло мне.

– Что повезло, это слабо сказано. А ты знаешь, что за каждую зелёную капсулу, что ты пожелаешь установить, потребуется оплата, равная синей?

– Не знал, но у меня есть, чем оплатить. – ответил я, заходя в палатку. Здесь было сумрачно, и всё, что я смог разглядеть, это массивное кресло, похожее на стоматологическое.

– Да ты богат, я смотрю. Это хорошо, что подготовился. Доставай мутаген и ставь вот на этот столик, а затем садись в кресло. Или ты хочешь сначала продать всё лишнее?

– Потом. – решил я, снимая со спины рюкзак, и извлекая из него свой контейнер. Набрал код, вскрыл, и аккуратно вытащил на белый свет десять капсул: пять зелёных и пять синих.

– Ты смотри, по максимуму подготовился. Может ещё чем удивишь старого меня?

– Думаю, что да. – усмехнулся я, убирая контейнер назад и застёгивая рюкзак. Оставив всё на столе, я улёгся в кресло, и попытался расслабиться. Чёрт возьми, Андрей, нахрена тебе это надо? Нормально же всё было, и без мутаций справлялся.

– А ты знаешь, что тетра-мутаген – самый оптимальный для первого воздейстаия на организм. Вероятность повышенного усиления до восьмидесяти процентов. Впрочем, сейчас всё увидим.

Седой убрал синие ампулы в ящик стола, а зелёные, одну за другой, вставил в свой наруч, словно в патроны в помповое ружьё. В этот же момент мои ноги, грудь, голову и руки прижало к креслу невидимыми ремнями. Вот чёрт! Попал, как хрен в рукомойник.

– Не дрейфь, без обезболивающего мутаген не вводят. – улыбнулся седой. И было в этой улыбке столько безумия, что я задёргался, пытаясь высвободиться. Корповскому медику было плевать на мои потуги. Прижав к моей шее металлическую перчатку, он произнёс: – Препарат Д-четыре. Мутаген Тетра.

Шею кольнуло острым, и в ней тут же начала пропадать чувствительность. Я уж было обрадовался, когда следом прямо от места укола начала стремительно распространяться волна нестерпимого жара. Увы, вдохнуть я не мог, а выдохнул в момент укола, потому единственное, что мог, это трястись, словно больной лихорадкой, издавая тихий звук, похожий на предсмертное дыхание старика.

К счастью, этот ад длился всего лишь несколько секунд, хоть и показался мне вечностью. Только сейчас осознал, что всё это время ничего не видел – перед глазами словно пелена встала.

– Через несколько секунд вернётся зрение, и кресло само отпустит тебя. – словно из другой комнаты, прозвучал голос седого. – Как только сможешь двигаться, продолжим наше увлекательное общение. Да, мне показалось, или ты чувствовал боль? По идее не должен был.

– Нет, не было боли. – отозвался я хриплым, чужим голосом.

– Вот и хорошо. Попробуй поднять голову, шея уже должна начать слушаться. Про мутацию пока забудь, она проявит себя часа через четыре, не раньше.

Я осторожно приподнялся. Всё нормально, тело слушается. Едва пропало ощущение скованности, неспешно сел, а потом и встал на ноги. Что-то странно, в меня засадили больше двадцати кубов зелёной гадости, а я ничего не чувствую.

– Господин доктор, у меня к вам несколько вопросов. – молния на моём рюкзаке вновь вжикнула, и я выложил наружу два контейнера. – Принимаете ли вы чужие контейнеры, и сколько стоит капсула с мутаненом ранее неизученной твари. Да, контейнер не заключенного, а вольной.

– Контейнер приму, за три дневных рациона и два баллона питьевой смеси. Чисто из любопытства. Обычно такие контейнеры имеют двойной контур защиты, будет интересно с ним повозиться. Что же касается неизученного мутагена, тут всё зависит от ранга. Если это фиолетовый, то получишь недельный запас офицерского пайка. Если синий – я поменяю тебе искин на третье поколение и обновлю блокатор.

– Йотун. – произнёс я, извлекая из контейнера последние две капсулы.

– Позволь. – седой подставил открытую ладонь, и я вложил в неё ампулу с голубой жидкостью. Секунда, и "моя прелесть" скрылась в недрах наруча. Ещё несколько секунд, и доктор спросил: – Что хочешь на обмен?

– Повышение класса искина, броню со стопроцентной защитой, – начал перечислять я. – очиститель местной воды, навигатор, более мощное вооружение, десять офицерских пайков, и столько же простых ИРП. Десять баллонов смеси, и питьевой воды пару бутылок. Ну и пополнить картридж блокатором.

– А ты, похоже, знаешь, что тебе надо! – рассмеялся доктор. – Запросил ты, конечно, чересчур много. Теперь слушай меня. Искин я тебе поставлю третьего поколения, с ним автоматически получишь навигатор, возможность устанавливать себе мутации до голубого ранга включительно, и кое-что ещё по мелочи, сам разберёшься. Оружие получше тоже дам, как и шлем первой модификации, который укроет твою голову и шею. Стандартный игольник тебе станет не опасен, можешь не переживать за иглу в затылок от собрата-заключённого. По остальному, за исключением опреснителя, тоже решаемо, но тебе придётся доплатить. Что там у тебя осталось? Так, четыре синих капсулы, и половина голубой. Нормально, я даже добавлю тебе одну хлопушку, потом когда-нибудь отблагодаришь.

– Может лучше опреснитель? – я улыбнулся искренней улыбкой.

– Вот принесёшь мне пять капсул с зелёным мутагеном, тогда и поговорим. Ты бы ещё мобильный сфоттер запросил. Всё, пошли к прилавку, я тебе наруч обновлю, и всё остальное выдам.

Прилавок – складной стол, располагался у противоположной стены палатки. За ним расположились два небольших стеллажа, на которых располагалось добро, предназначенное на обмен с зэками. Док, по совместительству оказавшийся кладовшиком, тут же отобрал всё необходимое, щатем хмыкнул, и добавил к кучке добра на столе рюкзак, раза в полтора крупнее моего.

– Так, присаживайся на стул, сейчас я тебе модули заменю. – произнёс он, надевая на свою вторую руку ещё один наруч. – Да, вот повязка, нужно завязать себе глаза. Вот, молодец. Держи, это нужно закусить. Обезбол тебе не дам, ты ещё от прошлой дозы не отошёл, так что потерпишь немного. Теперь приготовься, будет неприятно.

– Кэп, прощай. – прозвучало у меня в голове, а затем пришла боль...

Лаборатория.

Закончив приём заключённых, Феофак – младший научный сотрудник корпорации Аурум, устало опустился на стул, и пододвинул к себе трофейный куб‐хранилище. Да, неплохой улов сегодня. Ему приходилось доставать многое из таких вот контейнеров, и порой весьма ценное. Ох уж эти вольные, а вернее шпионы других корпораций. Всё пытаются узнать, как аурумцы вывозят из аномалии муть и людей. Глупцы, даже он, старый служащий, до сих пор не знает способа. Иначе давно бы уже покинул эту проклятую пеклом дыру.

– Так, где-то здесь лежал универсальный ключ. – произнёс Феофак, и через несколько секунд достал из ящика стола небольшой прибор. – Ага, работает. Ты смотри, как всё просто. Ну что ж, открываем.

Щелчок, и крышка контейнера начала подниматься. По старой привычке научный сотрудник активировал шлем, и только благодаря этому взорвавшееся содержимое куба не причинило ему вреда. Осколки лишь дробно простучали по смотровой полусфере, да вспышка на несколько секунд ослепила корпа.

– Хм. Не повезло, не повезло. – хрипло произнёс он. – Что ж, зато мы теперь знаем о таком сюрпризе. Мару, записывай! При удачной попытке вскрытия... Чёрт, искин! Куда делся модуль со старым искином того заключённого?

– Повреждён осколками, хозяин. – ответил искуственный интелект научного сотрудника. – С вероятностью в девяносто девять...

– Да понял я уже. – огрызнулся Феофак. – Что ж мне не везёт так сегодня!

Глава 9 Восвояси, сука!

Из палатки я вышел, упакованный не хуже Мисава. Полный рюкзак нормальной и не очень еды, продвинутый наруч со встроенной системой навигации, улучшенным искином, и возможностью устанавливать самому себе мутацию голубого ранга, а так же извлекать жёлтый мутаген из тварей. Голову прикрывал навороченный шлем, который складывался в воротник голосовой командой. Но главное – это винтовка. Оптический прицел, картридж с мощными, бронебойными иглами, удобный ремень, и очень важная деталь – из этой винтовки мог стрелять только я. Док каким-то образом привязал её к моему искину, и теперь в чужих руках винтовка превращалась в дубину. Да, эта малышка была явно повыше классом, чем у главы поселения. Судя по всему, сейчас я был самым опасным бойцом во всей банде Мисава. Разве что Гут был лучше вооружён, но на его капсульнике я оптики не заметил. Скорее уж у него мощный дробовик, чем винтовка.

– Кэп, это с какого перепугу тебя так снарядили? – удивился Сима, ожидавший своей очереди к корпам – Ты что, кредитом доверия обзавёлся?

– Нет, это я удачно трофейный контейнер продал. – соврал я, не моргнув и глазом. Подобрав с земли свой игольник, мачете и нож, добавил: – Оказывается они очень ценятся. Ладно, я пошёл, меня там девочка дожидается.

– Что за девочка, Кэп? – прозвучал в голове голос нового искина. Приятный, женский, не лишённый эмоций.

– Увидишь, Ева. – шёпотом ответил я. – Местная. Мой предыдущий искин дал ей лекарства и снотворное, сейчас она спит.

– Некоши? Как она оказалась в посёлке? – удивилась ИИ третьего поколения. Чёрт, а мне нравится такая замена. Она же почти как человек рассуждает.

– Кэп. – раздался позади голос великана. Я остановился, развернулся.

– Что, Гут?

– Зря ты такую винтовку приобрёл. Мисав заберёт её у тебя. Мой совет, лучше сам подари, тогда у тебя появится шанс не только выжить, но и остаться в посёлке. И ещё, ты не установил мутацию?

– Нет. Не понравилась. А винтовка – она ко мне привязана, у другого в руках стрелять не будет.

– С мутацией правильно решил – к первой нужно подходить основательно, и потом отталкиваться от неё, выстраивая свой стиль боя.

– Я так и подумал, Гут.

– Молодец. Хорошо отдохни, Кэп, а завтра приди к шалашу Мисава, и сделай ему подарок. Возможно сфоттер сможет перепривязать оружие к новому владельцу. Сейчас босс спит, и будет спать ещё долго, так что не торопись.

Я не стал повторяться, лишь кивнул, и, вновь развернувшись, потопал к своему шалашу. Подарок Мисаву? Единственное, что я ему подарю, это очередь игл в брюхо.

– Кэп, через два часа мутаген полностью растворится в организме, и станет известна твоя первая мутация, а так же её степень усиления. – сообщила Ева, когда я уже приблизился к своему жилищу.

– Хорошо, как раз успею отдохнуть. – ответил я, забираясь в шалаш. Здесь было сумрачно и тихо, слышалось лишь мерное дыхание Санриуки. Приблизившись к Некоши, я коснулся её плеча, но молодая женщина даже не вздрогнула. Спит.

Быстро вскрыл тайник, ИРП тут же положил в боковой карман нового рюкзака, а шприц-капсулу убрал в контейнер. Всё, главную работу сделал. Второй раз за этот день забрался в спальник, и приказал искину:

– Ева, разбуди через час и пятьдесят пять минут. На случай – если кто-то приблизится к входу, тогда буди сразу.

– Приняла, Кэп. В случае опасности подам звуковой сигнал.

Да, этот искин мне нравилась гораздо больше. Во первых – проявляет здоровую инициативу, во вторых – гораздо сообразительнее.

Засыпал, чувствуя себя почти в полной безопасности. Еще бы, из оружия, имеющегося в посёлке, только капсульник Гута, да винтовка Мисава способны убить меня. Всё, Андрей, спи...

***

– Кэп, просыпайся. Кэп, время, сейчас мутация проявит свои способности. – сквозь сон голос Евы казался невероятно заботливым. – Четыре минуты осталось!

– Всё, проснулся. – проворчал я, открывая глаза. Разум быстро напомнил мне, где нахожусь, и какие у меня проблемы. Чёрт, вот же подстава. – Ева, никто не пытался проникнуть внутрь?

– Нет, Кэп. Зато я подслушала разговор. Двое обсуждали твоего недавнего собеседника, Гута. Говорили, что он конченый ублюдок, и скоро зарежет ещё одну девку.

– Какой-то бред. Гут – единственный в этой компании адекватный человек. Ладно, разберёмся. Сейчас мутация. Я что-нибудь почувствую? Боль? Неприятные ощущения?

– Слабый удар электрическим разрядом. Приготовься, даю отсчёт. Десять. Девять... Три. Два. Один. – у меня в глазах полыхнуло разноцветными искрами, а тело дёрнулось, словно меня шибануло мощным разрядом тока. Хрена-се слабый удар, да у меня чуть глаза не выпали, и в туалет теперь неделю ходить не смогу, настолько все мышцы сократились.

Собрался было отчитать искина за глупую шутку, но в этот момент перед глазами развернулся виртуальный экран, мерцающий зеленью. Секунда ожидания, и на нём проявились строчки текста:

«Мутаген, ранг Тетра (зелёный) полностью адаптирован в организм носителя. Получено усиление: „Мимикрия“, 3 балла по шкале Аурум.

Способности „Мимикрии“: при полной неподвижности организм носителя способен сливаться с окружающей средой.

Время слияния: 3 минуты.

Особые условия:

1. Смещение в любом направлении на расстояние больше 100 см. приводит к преждевременной деактивации усиления.

2. Повторная активация „Мимикрии“ возможна через 30 минут.

Ограничения: Усиление не действует на существ, ранг которых равен или привышает Дзерг, оранжевый, или имеющих ментальную защиту, ранг которой не ниже Этанола, жёлтого..

Для повышения усиления необходимо 25 капсул мутагена зелёного ранга.

Подходящий для возвышения "Мимикрии" мутант: Древоглот, сухопутный, зелёный ранг, Тетра.

Способ активации: голосовая команда. Произнесите вслух слово или фразу, а затем подтвердите её, как ключ-активатор »

– Восвояси. – произнес я слово, которое с детства, по неизвестной причине, вызывалоиу меня улыбку.

«Ключ-активатор „Восвояси“ принят»

— Чёрт, да мне повезло. – улыбнулся я. – Ева, эта способность останется со мной навсегда?

– Так точно, Кэп. – ответила искин. – Способность стала частью твоего организма, на генетическом уровне. Со временем ты будешь активировать способность одной лишь силой своего желания, на уровне инстинктов.

– И никаких изменений во внешнем виде. – задумчиво произнёс я. – Интересно, что в мутаген добавляют корпы, что он становится таким послушным?

– Этот вопрос занимает лучшие умы содружества уже сто стандартных лет. – ответила искин, и по интонации можно было представить, что Ева улыбается. Чёрт, нужно отвлечься, иначе я до такого додумаюсь, что страшно представить.

– Как наша гостья, не просыпалась?

– Проснулась, несколько минут назад. Лежит, не шевелится, притворяется спящей.

– Это хорошо, что проснулась. – я улыбнулся. – Санриука, как себя чувствуешь?

– Хорошо, господин. – женщина тут же подскочила с лежанки и попыталась встать передо мной на колени. Еле успел остановить её.

– Воу, ты чего?! Сядь нормально, успокойся. И не надо меня называть господином, зови Андреем. Аудрэй, поняла?

– Аудрэй? Кто тебя так называть?

– Твоя соплеменница. Тоже некоши. Ты есть хочешь? – спросил, и тут же обозвал себя идиотом. Вон какая худая, конечно хочет. – Сейчас, подожди.

Достал из бокового кармана рюкзака плитку и протянул своей гостье. – Ешь. Сейчас воды дам. Ева, некоши можно давать обычную, очищенную воду?

– Да, Кэп. Всё, что можно употреблять в пищу заключённым, для местных безопасно.

– Вот и хорошо. А то я знаю, как аборигены называют питьевую смесь. – я уже открыл рюкзак, чтобы достать бутылку с водой, когда с улицы раздался женский крик, полный боли и ужаса. Чёрт!

– Сиди здесь! – приказал я Санриуке, выхватил из кобуры игломёт, откинул в сторону циновку и выскочил наружу. Забрало шлема тут же подстроилось под яркий свет солнца, потемнев, благодаря чему меня не ослепило. Повертев головой, я увидел страшную картину.

Завывая от боли, в мою сторону ползла обнаженная женщина. Всё ее голубое тело было в ссадинах и кровавых потёках. Но самое страшное – большая резаная рана на правой ноге, из которой хлестала кровь.

– Куда ползёшь, сука! – брызжа слюной, проорал Гут. Он стоял позади некоши, с окровавленным мачете в руках, а на его лице была безумная улыбка. – Остановись, мы только начали веселье!

– Гут, ты охренел!? – произнёс я, и начал наводить игломёт на гиганта, собираясь очередью в грудь остановить обезумевшего зэка, а если не поможет, то прострелить ему голову.

– Заткнись! – рявкнул великан, и резким, неуловимым движением метнул в меня нож. Лишь то, что я уже видел подобный трюк в исполнении Гута и подсознательно ожидал чего-то подобного, помог мне уклониться от ножа. А вот от полетевшего следом мачете я не успел увернуться. Удар тяжёлой пластиковой рукояти пришёлся на предплечье, напрочь отсушив правую руку. Игольник полетел в сторону, а меня аж развернуло от удара. Твою же в душу, если бы не наруч, точно был бы перелом!

Дальше события понеслись, словно обезумевшие кони. Рыча бешеным зверем, на меня налетел обезумевший гигант. Чёрт, да он реально крышей поехал, взгляд, как у обдолбанного ЛСД!

Мощный, размашистый удар ногой я пропустил мимо, отклонившись корпусом влево. Тут же нанёс ответный боковой, кулаком под рёбра Гуту. Млять, словно в бетонную стену засадил со всей дури. Если бы не усиленная перчатка, кисть бы переломал всю.

И всё же мой удар произвёл небольшой эффект, гигант взвыл, прижимая правую руку к телу. Неужто сломал ребро? Неплохо бы, тогда этот обдолбыш хоть немного, но замедлится.

– Убью! – прорычал Гут, и вместо того, чтобы вновь пойти в рукопашку, шагнул к валяющемуся на земле игольнику. Вот сука! Он же сейчас меня тупо начнёт расстреливать в упор, а затем приблизится вплотную и заломает голой силой.

– Кэп, мутация! – раздался в голове голос Евы. Чёрт, совсем забыл.

– Восвояси! – произнёс я, левой рукой извлекая нож. Да, я не настолько крут в метании холодного-острого, как Гут, но и меня в своё время неплохо натаскали.

– Убью! – взревел гигант, подобрал оружие и повернулся ко мне лицом. Лёгкая растерянность в налитых кровью глазах, затем искра понимания, и Гут бросился к моему шалашу, на ходу начав стрелять. Вот сука, он же сейчас убьёт Санриуку!

Нож чёрной рыбкой метнулся навстречу приближающемуся гиганту. Чавкающий звук лезвия, вошедшего в плоть. Секунда, и игольник летит в сторону, а округу оглашает рёв боли и ярости. Млять, да после такого ранения обычно падают замертво, а этот хренов терминатор похоже собрался извлекать клинок из глазницы!

Сдернув с бедра мачете, я сорвался с места и через пару шагов очутился на расстоянии вытянутой руки от ревущего недобитка. Прямой удар чуть скруглённым остриём в открытое горло. Есть! Из распоротой глотки на меня хлынула кровь. Шаг в сторону, уклониться от загребущей лапы противника, и ещё один удар, слева на право, по шее. Да когда же ты свалишься, урод!?

Пробил ногой под колено гиганту, отскочил в сторону и принялся искать глазами игломёт. Вот он! Подхватил оружие, и повернулся к Гуту. Тот стоял на коленях, одной рукой зажимая рану на горле, а второй медленно тянул из глазницы нож. Вместо рёва из его глотки вырывались булькающие хрипы.

– Сдохни, сука! – зло бросил я, и нажал на спусковой крючок. Короткая очередь разнесла голову обезумевшего великана, словно переспелый арбуз. Тело Гута ещё постояло пару мгновений, а затем завалилось на спину.

Тяжело дыша, я осмотрелся. Ни души, все жители посёлка попрятались по своим норам. Мой взгляд опустился ниже, и тут же наткнулся на израненую некоши. Чёрт! Санриука!

Метнувшись к своему шалашу, я рывком сорвал полог, и заглянул внутрь. От сердца отлегло – женщина лежала на полу и прикрывала голову руками. Ни ран, ни крови вроде не видно.

– Ты в порядке, не ранена? – на всякий случай спросил я, возвращая игломёт в кобуру, и шагая внутрь.

– Я хорошо. Что случилось, Аудрэй? – испуганно спросила некоши.

– Хрень полная случилась! – отозвался я, вешая на плечо винтовку и вскрывая рюкзак. Так, где тут аптечка? – Возьми мой спальник, вот этот, и тащи его наружу.

Достав коробку с медикаментами, я выбрался следом за Санриукой, уже разобравшейся – что случилось, и бросившейся к своей соплеменнице. На ходу вскрыв аптечку, я обратился к искину:

– Ева, давай подсказывай, что здесь для заживления открытых ран.

***

Через пять минут израненая некоши спала глубоким сном, получив ударную дозу медпрепаратов. Все крупные ссадины и раны были залиты заживляющим гелем, а глубокий порез на ноге ещё и стянут специальным эластичным пластырем.

– Оружием пользоваться умеешь? – спросил я Санриуку, показывая игломёт

– Да. Видеть, как ты и другие чужак стрелять. – отозвалась женщина. Лицо её при этом выражало недоумение.

– Держи. – переведя режим стрельбы на одиночный, я протянул оружие некоши. – Если кто-то без моего разрешения сунется к вам, стреляй им в грудь или головы. Поняла?

– Меня убьют! – испуганно ответила женщина.

– Никто тебя не тронет, потому что здесь и сейчас главный я. Поняла?

– Ты босс? – недоверчиво спросила Санриука.

– Почти. – улыбнулся я. – Еще раз говорю, кроме меня стреляй в любого.

– А ты куда, Аудрэй?

– А я сейчас покажу местным уродам, что такое, мать её, красная революция. Жди, я скоро! Да, присмотри за моим рюкзаком, это важно.

В шалаше Гута воняло кровью и испражнениями. Похоже больной ублюдок начал издеваться над женщиной здесь, и ей каким-то образом удалось вырваться наружу.

Капсульник я обнаружил сразу – он лежал поверх спального мешка. Радом с ним была россыпь патронов, отдалённо похожих на земные. И вот что мне делать с этой аркебузой? Она ж тяжёлая, килограммов семь. Нахрена вообще было тащить в аномалию эту пушку?

Сбросив массивное оружие на пол и наведя на него ствол винтовки, я несколько раз выстрелил. Удачно, от пятого или шестого попадания что-то громко хлопнуло, и капсульник разлетелся на несколько частей. Шалаш начало затягивать едким дымом. Вот чёрт, да здесь сейчас начнется пожар!

Бросив рюкзак Гута поверх боеприпасов, я собрал спальный мешок в узел, и вышел наружу. Вовремя, как раз в этот момент из большого шатра вышла знакомая троица – шестёрки Мисава. Фил, и Сима с Фимой. Отлично, лучше не придумаешь.

– Эй, бандиты, руки в гору. – громко окликнул я зеков. Пока они сообразили, кто их окликнул, пока поняли, что сейчас произойдёт, моя винтовка выдала одну длинную очередь. Ох какой ор поднялся на всё селение. Ещё бы, у всей троицы в одной, а то и обеих ногах появились отверстия толщиной в палец.

– Аудрэй! Что происходит? – забеспокоилась Санриука.

– Происходит возмездие, мать его! – ответил я, и двинулся к подранкам. – Эй, ублюдки, а ну не рыпаться! А то я вам лишних дырок в брюхе наделаю!

– Ты что творишь, Кэп?! – заорал Фима. Ему единственному пробило только одну ногу. – Мисав тебя прикончит за такое!

Удар тяжёлым ботинком в челюсть опрокинул крикуна, заставив умолкнуть. Не церемонясь с остальными, я забрал у всех игломёты, а затем ухватил Фиму за шкирку и рывком поднял на ноги. Указал ошалевшему от боли зеку на вход в большой шалаш:

– Сейчас подойдёшь и откроешь полог. Молча, понял?

– Я ж не могу наступать на раненую ногу, Кэп! – заныл заключённый.

– Ползи! – приказал я, бесцеремонно толкнув Фиму в направлении жилища босса. Тот, чтобы не упасть, подвывая от боли, запрыгал на одной ноге. Пришлось добавить ему в догонку, приседая при этом на колено и вскидывая винтовку: – Попытаешься зайти внутрь, прикончу! Понял?

– Ды-а, сука! Да! – заорал зек, продолжая прыгать вперёд. В этот момент откуда-то слева прилетело несколько игл, одна из которых ударила меня в бедро. Чёрт, неприятные ощущения. В ответ я полоснул в стрелявшего очередью. Сдавленный вскрик дал понять – стрелок нейтрализован.

– Откуда ты, сука, такой резкий, взялся на наши головы? – сквозь сжатые зубы процедил Фил, лежащий в паре метров от меня. – Ты что, Мисава грохнуть решил, и встать на его место? Да за убийство основателя посёлка тебе такой штраф от корпов прилетит, сам застрелишься!

– Ева, он правду говорит? – спросил я у искина, а сам приготовился стрелять – Фиме до шалаша оставалось не больше двух метров.

– Кэп, любые штрафные санкции снимается капсулами с мутагеном. – сообщила мне искуственный интеллект. – За убийство главы такого поселения потребуется оплатить от двадцати до сорока голубых капсул. И по одной за каждого жителя.

– Хм, предыдущий искин говорил о штрафах немного другое.

– Новичок. – ответила Ева. – Минимальный пакет информации. Кэп, приготовься!

Я и сам увидел, как Фима, опершись плечом о шалаш, начал открывать полог. Секунда, вторая – ничего не происходит. Я уже было решил двигаться вперёд, когда из шалаша выкатился небольшой округлый предмет. Млять!

– Ложись! – по привычке выкрикнул я, и грохнулся на живот, про себя успев подумать – тяжело в учении, легко в бою.

Шарахнуло так, что меня, несмотря на непростой шлем, знатно оглушило. Матерь божья, откуда у Мисава такая мощная граната? Я просто физически почувствовал, как надо мной прошла волна жара. Что это, термобарическая? Или вообще какая-нибудь плазменная? Пятки вроде ещё не начало припекать, так что скорее всего ошибся.

– Кэп, можешь подниматься, угроза исчезла. – сообщила мне искин примерно через десять секунд ожидания.

– Ева, что это было?

– Вакуумная граната. Разработана специально для охоты на элитных мутантов. Сленговое название – душнила. Интересно, откуда она у главы поселения?

– Известно откуда. – проворчал я, подтягивая к себе винтовку и осматривая её. Надо же, ни царапины. – Гранату босс снял с той необычной вольной. Сдается мне, я ещё пожалею, что повстречался с той дамочкой.

Приподняв голову, осмотрелся. Твою же мать! От большого шалаша осталась лишь яма, по краям которой догорали остатки стен. Сука! Весь план к хренам! Грёбаный Мисав угробил не только себя, но и сфоттер. Вон он, лежит на дне, весь переломаный, а рядом с ним глава поселения, с неестественно выпученными глазами. Похоже задохнулся.

– Жил, как мразь, и сдох так же. – произнёс я, и плюнул в яму. Собрался было уже развернуться и уйти, но взгляд зацепился за контейнеры. Три штуки, все закрыты. Взрывной волной их вбило в землю, но это не причинило им вреда. Разумеется внутри могло всё превратиться в кисель, но я почему-то был уверен – всё там уцелело.

– Три не утащу, а вот один с собой прихватить можно. Чёрт, куда всё местное отребье подевалось? – я набрал в лёгкие побольше воздуха, и крикнул: – А ну живо все собрались возле центрального шалаша!

– Кеп, у нас проблемы. – прозвучал в голове тревожный голос Евы. – картриджей с блокатором хватит на десять дней. Итого до начала шума у тебя чуть больше одиннадцати суток, а до ближайшего форпоста корпорации четырнадцать. И это мы ещё не учитываем, что придётся останавливаться на сон и малые ночи.

– Да мне уже ясно, что попал, как хрен в уличный рукомойник. – выбрав один из трёх кубов, я выбрался из ямы. Подошёл к Филу, склонился, отвёл веко. Мёртв. Сима тоже. Фима вообще превратился в уголёк. Подобрал оружие убитых, осмотрел – вроде не пострадало. – Что ж, раз у нас мало времени, быстро меняем планы на ближайшее будущее. Ева, слышала о марафонцах? Нет? Ну так я тебе скоро покажу, кто это такие.

Глава 10 Марафонец

– Все, слушайте сюда! – крикнул я, внимательно осматривая толпу зеков. – Глава вашего поселения, хренов наркоман, взорвал у себя в шалаше вакуумную гранату. Сфоттер повреждён, и скорее всего восстановить его не получится. Что это значит, вам надо объяснять?

– Мы все сдохнем? – спросил один из разведчиков. Их осталось всего четверо. Двоих я прикончил, когда они попытались атаковать меня с фланга. Помимо этих бойцов собралось полторы дюжины простых заключённых. Не густо. Интересно, как они вообще селились в этих шалашах? По трое? Ведь ещё были некоши, которым выделили отдельное жилище.

– Собрал я вас лишь для того, чтобы предупредить. Что с вами будет, мне безразлично. Ты – я указал на одного из оборванцев. – Приведёшь всех пленных некоши к моему шалашу. И молитесь, чтобы они были целыми и здоровыми. Да, мне нужны носилки. Плевать, где вы их добудете, но чтобы через четверть часа они были. Всё, все свободны.

– Да пошёл ты! – ответил один из разведчиков. – Всё равно через десять дней сдохнем. Это ты... А-а-хр. Су-ука-а!

– Заткните его. – приказал я, возвращая винтовку на плечо. – И шевелитесь, мать вашу! Мне нужны некоши и носилки! Живее! И пусть кто-нибудь покажет мне палатку Симы и Фимы.

Через десять минут у моего шалаша, испуганно прижимаясь друг к другу, стояло четыре голубых, и одна зелёная женщина. Хм, итого семь, если считать с Санриукой и раненой. Вроде все здоровы, если не обращать внимание на ссадины и ушибы.

– Ну что, дамы, готовы к возвращению домой? – спросил я, распаковывая рюкзаки разведчиков. Хм, неплохо. По десятку рационов и жидкости. Должно хватить.

– Ты нас отпускать в родной деревня? – с недоверием спросила Санриука.

– Ну, должен же кто-нибудь сообщить Маньриуке, что я жив-здоров, и передаю ей привет. – улыбнулся я. – Увы, с вами пойти не могу, так как мне в противоположную сторону. Но хватит разговаривать на отвлечённые темы. Смотрите. Здесь пищи для всей вашей компании. Еда, понимаешь?

– Да, не вкусный. – ответила женщина. Чёрт, это так непривычно – при дневном свете кожа голубых некоши словно светится изнутри.

– Это ваше оружие. – я указал на три игломёта и целую связку мачете. – В какой стороне ваша деревня, знаете?

– Да, добрый чужак. – ответила за всех женщина с зелёной кожей. – Мы помним дорогу домой. Это для вас Моау чужая, а мы знаем каждую тропинку.

– Вот и хорошо. – обрадовался я. – В таком случае кладите раненую на носилки, и прямо сейчас уходите отсюда. Другие чужаки пока что спокойны, не осознали до конца, что их ожидает. Но скоро до них дойдёт, и тогда они превратятся в обезумевших тварей.

– Аудрэй. – Санриука подошла ко мне и положила правую ладонь мне на грудь. – Ты сделать для мой народ добро, без оплата. Моау всё видеть, и помогать твоя в трудный время. Наша просить Моау, чтобы она помогать твоя!

– Да, удача мне точно не помешает. – ответил я. — Всё, уходите! Я прослежу, чтобы за вами следом никто не увязался.

***

Пятнадцать суток. Из расчёта, что заключённый проходит около двадцати километров за один день. Можно и больше, но тогда повышается вероятность, что какая-нибудь тварь схарчит тебя по пути, или покалечит.

Проводив некоши, я внезапно почувствовал облегчение. Словно где-то, кто-то, взвешивая мои действия и решения, положил на одну из чашек весов добротную такую гирьку, и эти самые весы выровнялись. Грёбаный вершитель судеб.

– Ну что, Ева, проложила машрут?

– Да, Кэп. Если проходить в сутки по двадцать пять километров, то до базы корпорации ты доберёшься за одиннадцать дней. Больше у тебя просто нет времени. Задача, на мой взгляд, не выполнимая, даже учитывая, что на маршруте нет зон, рангом выше зелёного.

– Ну что ж, значит пора выходить. Выполнимая или нет – время покажет. А ты точно не можешь снять ограничение на инъекции блокатора? Например один раз в полтора дня.

– Данный модуль наруча мне неподконтролен. – с печалью в голосе ответила искин. Ты смотри, совсем как живая.

– Да и хрен с ним. Это не первый мой марш-бросок. Прорвёмся. Кстати, у меня такой вопрос. Если я лежал долгое время в заморозке, то каким образом моё тело имеет отличную физическую форму?

– Несколько месяцев в специальной восстановительной камере могут восстановить любой организм.

– Хм, технологии будущего творят чудеса. Поди уже и мужское достоинство качественно наращивать научились. – хмыкнул я, вспомнив одного своего сослуживца. Здоровенный мужик был, да только природа над ним пошутила. Так его и звали в подразделении: Обрубыш, Кусок. Чёрт, всякую хрень вспоминаю!

Подтянул лямки рюкзака, фиксаторы, поправил ремень винтовки. Всё, некоши скрылись из виду, можно и мне выдвигаться. Главное, чтобы другие заключённые за мной не увязались.

Маршрут, проложенный искином, совсем не походил на прямую. Скорее уж на синусоиду биения сердца, которое периодически останавливалось, если на пути попадались низкоранговые зоны. Что ж, на некоторых отрезках мне придётся делать большой крюк, чтобы не вляпаться в жёлтую или оранжевую, мать их, часть аномалии.

Два-три шага вдох, четыре-пять – выдох. Редкий, даже не лес – кустарник, в таком если и скроешься, внезапно атаковать не получится. Да и заключённые, похоже, знатно подчистили здесь мутов. Эх, если б таким темпом хотя бы четверо суток...

Через пять часов фиолетовая зона сменилась на синюю. Для меня изменения не критичны, а вот группа зеков из семи человек скорее всего замедлится. Увязались за мной сразу, как только я покинул посёлок. Что ж, разумно с их стороны, без навигатора самим не найти правильной дороги. Ладно, пусть бегут, до ближайшей голубой зоны. Там я, скорее всего уйду в отрыв, а затем и вовсе затеряюсь, когда буду огибать жёлтую локацию.

Я ошибся. Все семеро двигались за мной, словно привязанные. То ли среди них был хороший следопыт, то ли у кого-то имелся соответствующий модуль в наруче, показывающий ближайших заключённых. Сделав через пятнадцать часов пути второй привал, я, жуя довольно вкусную питательную массу из офицерского пайка, и разминая онемевшие от изумления ноги, спросил у Евы:

– Ну что, сколько прошли?

– Тридцать два километра по прямой, Кэп. Дальше скорость сильно замедлится, впереди большая оранжевая зона.

– Как думаешь, какие у меня шансы проскочить её?

– Десять из ста. При условии, что ты совсем не будешь останавливаться.

– Хреново. Нет, рисковать будем, когда начну сильно отставать от графика. – я убрал остатки рациона в боковой карман рюкзака, сделал несколько глотков воды, наслаждаясь её безвкусием, и поднялся с поваленного дерева. – Всё, побежали дальше. И не ругайся, что я собираю с убитых мутантов всю муть. Не забывай, у меня серьёзный должок перед корпами, за убитых заключенных. Как бы на меня весь посёлок не повесили.

***

К концу вторых суток случилось сразу три вещи. Первое – на очередной остановке, взобравшись на ветвистое дерево, я обнаружил, что теперь за мной бегут четверо, а не семь преследователей. Да, совсем недавно я миновал голубую зону, граничащую с зелёной, и там было весело. Во первых, я увидел того самого древоглота. А во вторых, этих тварей, похожих на гигантских зубастых муравьёв, там было ну очень много. Мне пришлось буквально прорываться с боем, чтобы покинуть эту чёртову локацию. Даже на сбор мутагена не всегда оставалось время. Более того, будь у меня только короткоствол, вряд-ли бы мне удалось выйти оттуда живым. Вот и преследователи, видимо, не все прорвались. А вообще это очень хитрая тактика – идти позади бойца, который расчищает от мутантов путь. Риски падают в два-три раза.

Второе происшествие, это очередная надпись на русском, которую я обнаружил на каменной плите, торчащей прямо из земли. Короткая фраза: "Азёма, свищи водзолото!"

Какое водзолото? Зачем в него свистать? Всё это больше всего походило на дико запутанный ребус, с которым в будущем мне хотелось разобраться.

А третье происшествие заставило меня серьёзно так задуматься. Проходя по зеленой зоне (да, это была вынужденная мера), я впервые увидел жёлтого мута. И охренел от его восможностей. Толстая, сантиметров сорок, змея, проскользила передо мной по зелёному лесу, как огненная молния. Удар, протяжный стон, и тварь, которая в длину была метров десять, начала собираться вокруг своей добычи – какого-то зелёного мута. Тетра был уже мертв, и по всей округе разносился треск его ломаемых костей. Твою же в печень!

– Ева, что будем делать? – шёпотом, едва выдыхая звуки, спросил я.

– Не двигаться, Кэп. Возможно нам повезёт, и мутант жёлтого ранга не заметит нас. Да, лучше не издавать ни звука, я узнала эту тварь. Душитель, этанол. Земноводный мутант. Его особая способность – необычайно прочная броня. Твоя винтовка разве что в упор пробьёт защиту душителя. Только я не уверена, что мутант позволит тебе приблизиться к его голове, в которой собраны все жизненно важные органы.

Потянулись секунды, а за ними минуты ожидания. Я про себя молился, чтобы четвёрка идущих за мной заключённых не появилась прямо сейчас где-нибудь поблизости. Пусть этот жёлтый удав-переросток спокойно откушает, и уползёт восвояси. Восвояси! Чёрт, от увиденного нахрен забыл про свою мутацию.

Сколько там, три минуты невидимости? А вдруг у этого шнурка зрение, как у змей, на тепло реагирует? Млять, только сейчас понял, как хочется жить. Нет, здесь я точно не помру. Главное, чтобы этот душитель меня не заметил.

Чёрт! Похоже сглазил, потому что мутант, завершив трапезу, собрался улечься и отдохнуть. И, разумеется, двинулся прямо в мою сторону.

– Восвояси. – шёпотом произнёс я, и перехватил поудобнее винтовку. Сука, с детства змей не люблю, а тут такая хреновина приближается.

– Когда приблизиться, задержи дыхание. – посоветовала мне Ева. Да я, мать его, вообще дышать разучусь, ради такого дела. Ух и глазищи у твари, словно два изумруда. Холодные, бездушные, словно ледя...

– Кэп, не смотри твари в глаза! – прозвучало у меня в голове. Тут же правое предплечье укололо так, похоже искин ввела мне какую-то инъекцию. – Душитель может загипнотизировать свою жертву.

Ага, может. Уже! Хорошо, что винтовка на ремне повисла, иначе бы грохнулась на землю, раскрыв одного ротозея. Чёрт, твари до меня оставалось каких-то три-четыре метра, когда она замерла. И что мне делать? Стрелять, так я из уязвимых мест вижу только глаза, и очень сильно сомневаюсь, что успею нормально прицелиться.

Медленно, словно в толще воды, я ухватил винтовку за цевьё, и начал поднимать. Голова душителя тут же сменила положение, приподнявшись на полметра и поравнявшись с моей. Сука, он что, видит меня? Нет, тогда бы уже ударил.

Здоровенная, вытянутая морда начала медленно приближаться ко мне. Я, так же медленно поднимал ствол оружия, хваля себя, что выставил автоматический режим стрельбы.

Секунда, вторая, третья – время тянулось, словно патока. Наконец тварь замерла, в метре от моего лица. Андрей, млять, не смотри в глаза! Иначе тебе хана, заглотит целиком.

– Кэп, как только душитель откроет пасть – стреляй. – голос искина прозвучал столь неожиданно, что я чуть не начал стрелять. – Это твой единственный шанс убить мутанта.

Словно услышав Еву, змей-переросток вновь качнулся вперёд, а затем из его пасти высунулся раздвоенный язык. Щель не больше трёх сантиметров, но мне хватило.

– Фшух-фшух-фшух! – прошелестели иглы. Голова твари резко мотнулась в сторону и я приготовился к тому, что меня сейчас размажут, вобьют в землю. Но душитель вместо меня почему-то со всей дури шарахнул своей мордой в ствол дерева, метрах в двух справа. От этого зрелища у меня у самого фантомная боль появилась – это ж надо так неудачно промахнуться.

Голова змея рухнула на землю, а по туловищу одна за другой прошли несколько конвульсивных волн. Неужели пронесло? Сдох ужик?

– Кэп, чуть больше метра от головы душителя, видишь подсвеченную красным полосу? Там есть щель между пластинами, нужно прижать к ней ладонь. Предлагаю пошевеливаться, вдруг ты не убил, а всего лишь оглушил мутанта на время.

– Ох ты ж! – подскочив к туше, я прижал ладонь в нужное место и произнёс: – Забор мутагена.

Обновлённый наруч мог заполнить сразу 3 капсулы. Каково же было моё удивление, когда они все три заполнились жёлтой субстанцией.

– Кэп, замени одну капсулу. – попросила Ева. – Много мутагена, тварь действительно была ещё жива. Видимо сама себя оглушила ударом в дерево.

Спустя две минуты я, ругаясь со своей внутренней жабой, быстро двигался через зелёную зону. Четыре ампулы с жёлтой жидкостью, под завязку! И это ещё не всё. Оказывается помимо мутагена из тварей, начиная с жёлтого ранга, можно добывать и другие ценные ингредиенты. Например с душителя надо было срезать бронепластины. Увы, но я и так был загружен, чтобы ещё тащить эти самые пластины.

А вот мутаген меня порадовал. Четыре ампулы жёлтой мути, которые быстро перекочевали в спецконтейнер. Да с моим оборудованием и вооружением мне удалось совершить фактически невозможное! Впрочем, я всегда трезво смотрел на происходящее вокруг, и понимал, убийство душителя – невероятная удача, помноженная на десять. А, как известно, за удачу придётся расплачиваться.

***

Следующих за мной заключённых я увидел на седьмой день, аккурат через час после малой ночи. Взобрался на дерево, чтобы посмотреть, как течёт русло реки, вдоль которого двигался весь день, и увидел их. Двое. Изрядно потрёпаные, с одним игломётом на двоих, они упорно шли за мной.

– Слушай, у них точно есть навигатор. – произнёс я, разглядывая парочку в прицел винтовки. – Уж больно хорошо идут по проложенному тобой маршруту. Правда, с большими потерями, но не отстают от нас.

– Кэп, ты зря теряешь драгоценные минуты. – строго произнесла искин. – Мы и так выпали из графика минимум на двое суток, а впереди самый сложный участок.

– Хорошо, идём. И я выполню твою просьбу, больше не буду останавливаться, чтобы собрать мутаген. Ну, разве что мне повезёт, и я снова пристрелю жёлтую тварь.

— У тебя осталось всего две свободных капсулы, Кэп. Остальные заполнены голубым, зелёным и жёлтым мутагеном.

– Да знаю я. Но ты же понимаешь, что с пустыми руками нам у корпов делать нечего. Если навесят штраф за гибель посёлка, они меня просто не пустят к сфоттеру. И все станет бессмысленным. Отстаём на двое суток, говоришь?

– Разрыв будет только увеличиваться, Кэп. Стимуляторы практически перестали действовать. Тебе нужно поспать, хотя бы шесть часов.

– Насчёт поспать – это ты верно подметила. Как доберёмся до фиолетовой зоны, заберусь в самые густые кусты, и отдохну. А ты посмотри, где мы сможем срезать путь. Например через жёлтую зону.

– Кэп, ты не пройдёшь там!

– А у меня нет выбора. Или маршрут через этанол, или шум сожрёт мне мозг, а ты превратишься в псевдомеха.

Группа неизвестных. Брошенный посёлок Мисава.

– Командир, мы собрали улики. Их более, чем достаточно, чтобы утверждать – посылка была в селении.

– Здесь она, похоже, и осталась. – ответила женщина, облачённая в навороченный бронескаф чёрного цвета. Массивный наруч на её руке обладал тремя полосами: двумя зелёными и одной белой. – Что с контрабандной лабораторией?

– Уничтожена. Какой-то идиот расстрелял её из игольника. Да, из поселка в разные стороны ведут следы, самые свежие – трёхдневной давности.

– Подробности.

– Караван корпов, стандартный, без усиления. Ушли по направлению к следующему посёлку, видимо плановый обход подконтрольного кластера. Так же есть следы трёх пеших групп, похоже это заключенные и аборигены. Некоши, как и ещё одна группа, ушли семь дней назад. Местные двигались в направлении своей деревни, невольники – в сторону базы корпов. И еще одна группа, из трёх человек, ушла три дня назад, куда-то в направлении неисследованных земель.

– А этот оборванец, которого мы застали здесь? Что говорит?

– Сошёл с ума. Кричит, что их покарала зона А-один, за то, что они плохо обращались с некоши.

– Ну, судя по всему, он говорит правду. Так, в деревню посылать никого не будем, не дай пекло нарваться на приёмных детей Моау. Они же не успокоятся, пока нас всех не выследят. А вот по следам второй группы и корпов нужно отправить по одному развед-отряду. Пока я не видела вскрытый спецконтейнер, есть надежда, что "золотое сияние" уцелело. Мы должны проработать все варианты. Синдикат не в том положении, чтобы ждать следующей поставки.

– Приказ понял. Что делать с оборванцем, командир? – уточнил боец. Броня на нём была попроще, а наруч красовался двумя голубыми, и одной красной полосой. Зато за спиной у воина располагалась внушительного вида винтовка, из которой разве что по танкам стрелять.

– Попытайтесь вызнать у пленного, кто ушёл к базе корпов, а затем пристрелите его. И отдай приказ, чтобы готовились к выходу.

Глава 11 Я. Должен. Идти!

Есть такая поговорка: Сколь верёвочка не вейся, а конец всегда найдётся. Вот и моё везение решило от меня отвернуться. Причём, что вдвойне обидно, перед самой финишной прямой.

На исходе десятого дня на моём пути встала жёлтая зона. Я уже преодолел одну такую, и в прошлый раз всё обошлось. Правда нёсся я по жёлтому лесу, словно ужаленный в одно место. И проскочил, буквально за пару часов преодолев расстояние в десять километров, не меньше.

Тут же всё пошло не так с самого начала. Во первых отсутствие леса. На сотне квадратных метров едва ли росли два-три дерева. Прямая видимость до трёхсот метров, и низкая, достигающая лишь до щиколоток, жёлтая трава. При других обстоятельствах я бы с большим интересом осмотрел природу йотуна, но сейчас меня волновало лишь одно – как можно быстрее добраться до базы корпов.

– Ева, сколько здесь километров?

– Около десяти, Кэп. И ещё пятьдесят через одну фиолетовую и три синих зоны.

– Сколько времени до истечения действия блокатора?

– Ориентировочно два часа.

– Ага, надо за это время пройти йотун, и за оставшиеся тридцать часов пройти остальное. Ну что ж, побежали.

Двигаться решил по открытой местности, не выпуская из рук винтовку. Впрочем, на неё надежды мало, боеприпаса осталось всего два картриджа по тридцать игл. На один бой с сильной тварью хватит, а дальше обычный игломёт и холодное оружие.

Первые два километра я преодолел без происшествий. То ли жёлтую фауну не интересовала граница с синей зоной, то ли у мутантов был послеобеденный отдых, но я не слышал ни рыков, не визга.

А потом за мной увязался он. Настоящий, мать его, жёлтый, словно цыплёнок, трицератопс. Смешно? Если бы. Роста в зверюге было метра два, и выглядел он, или она, словно танк. Я даже издали, по содроганию почвы под ногами мутанта понял, что тварь тяжело-бронированная, и весит больше десятка тонн.

Моя прогулка по жёлтой зоне разом превратилась догонялки. Мут, несмотря на свои габариты и вес, двигался быстро, и единственное, что позволяло мне держать дистанцию, это маневренность. Да, жёлтому динозавру было сложно менять направление движения, для этого зверю приходилось замедляться.

– Ева, что это за тварь? – на бегу спросил я.

– У меня нет данных. Новый мутант! – ответила искин.

– Чёрт, как мне с ним бороться?

– Беги. Лучший способ борьбы для тебя, это покинуть жёлтую зону. Муты не любят покидать привычное место обитания.

Хороший совет, чего уж. Только я и так уже несколько суток только и делаю, что бегу. И такой спринт смогу выдержать ещё пару километров, не больше, а потом усталость возьмёт своё.

Меня спасла смена маршрута. Всей спиной чувствуя, что меня нагоняют, я резко сменил направление, и позволил себе чуть сбавить скорость, зная, что тварь пронесётся мимо, и ещё несколько секунд будет тормозить. И вот зачем за мной увязался? Я же маленький, и невкусный! И вообще этот трицератопс, скорее всего, травоядный.

Мощнейший толчок снизу сбил меня с ног, отправив в неконтролируемый полёт. Причём всё произошло столь стремительно, что я даже не понял, куда и почему лечу. Удар о землю выбил весь воздух из лёгких, в левом боку и плече, на которые приземлился, что-то хрустнуло, и от резкой боли у меня потемнело в глазах. Твою же мать, Андрей, только не теряй сознание! Иначе тебя сожрут, а ты даже не узнаешь об этом. А, нет, полегчало – искин вколола какой-то препарат, из-за чего по венам прокатилась волна жара.

– Кэп, у тебя сломаны несколько ребер и плечо. – с сообщила Ева. – Я вколола тебе двойную дозу обезболивающего, на пару часов хватит. Поднимайся и уходи, пока у тебя есть такая возможность.

Легко сказать, да трудно сделать. Несмотря на убойный объём химии, левой рукой я старался не шевелить, да и в боку ныло, но не это было главной проблемой. При падении мне посчастливилось подвернуть правую ногу, и похоже растянуть сухожилия. Сейчас боль почти не ощущалась, но я знал, что скоро начнутся проблемы. Лодыжка распухнет, и обезболивающее прекратит действовать, и я превращусь в хромоногого инвалида, для которого пятьдесят километров – запредельная дистанция.

Прихрамывая, я всё же нашёл в себе силы бросить взгляд на происходящее за спиной. Мать моя женщина! Да тут происходит настоящая битва титанов! Та тварь, что вырвалась из под земли и чуть не убила меня, сейчас находилась на спине трицератопса, и пыталась пробить его бронированную шкуру здоровенными полуметровыми когтями. Я, конечно, однажды видел кротов, в саду у бабушки, но чтобы с такими зубищами, да ещё желтых...

– Это землерой, один из немногих мутантов, живущий под землёй. – выдала краткую справку Ева.

– Да я уже понял, что мут не летающий. – огрызнулся я. – Слушай, может подождём, кто кого победит, а потом добьём выжившего? Представляешь, сколько мне корпы за неизвестный жёлтый мутаген отвалят?

– Кэп, через два часа ты будешь выть от боли, потому что обезболивающее перестанет работать. Тебе нужно успеть за это время пересечь жёлтую зону, иначе мы тут останемся навсегда.

– Эхх. – печально выдохнул я, и припустил вперёд, стараясь двигаться как можно быстрее. – Надо, значит надо. А что, разве обезболивающий препарат закончился? Так я могу сменить картридж.

– Бесполезная трата времени. После следующей дозы ты свалишься без сознания, и уже вряд-ли придёшь в себя.

– Чёрт. Ладно, говорят, если чувствуешь боль, значит ещё жив.

***

Какой же я наивный. Или трицератопс упорный, это смотря с какой стороны взглянуть. В общем, бронированный динозавр, тактического кроваво-жёлтого окраса, нагнал меня через сорок минут. Мне бы сменить курс, но увы, я совершенно не ожидал, что мутант продолжит двигаться строго вперёд

К счастью, зверюге хорошо досталось – мут лишился одного бивня и своих замечательных рогов. В паре мест имелись кровоточащие раны, и тварь при беге прихрамывала, иногда повизгивая от боли. Благодаря этому визгу Ева и услышала преследователя заблаговременно.

– Кэп, у тебя пять минут назад усиление вновь стало активным. – сообщила искин. – Этот мутант, похоже, двигается туда же, куда и ты – в фиолетовую зону. Скорее всего решил после боя отлежаться в безопасном месте.

– Давай попробуем. Ещё одну игру в догонялки с этим бронезавром я не потяну. – прихрамывая, чуть сменил направление, выбрав своей целью одно из редких деревьев. Скорее всего мут не станет отвлекаться на меня, но я всё же активирую "мимикрию".

Зверюга, пыхтя, словно паровоз, проковыляла мимо, лишь окинув дерево, у которого я замер, беглым взглядом. Восвояси сработало, как надо. Выждав ещё с минуту, я двинулся следом, про себя подумав, что нет худа без добра. Двигаться за таким мутантом по жёлтой зоне, это словно шагать за бронёй.

– Кэп, похоже он замедляется. – сообщила мне Ева минут через двадцать следования за мутом. Я тоже заметил, что могу двигаться быстрее этой туши, но решил, что это из-за ложного чувства безопасности.

– Думаешь, сильно ослаб? – уточнил на всякий случай. И так ясно, что зверь теряет не только кровь, но и силы. – Сколько осиалось до границы жёлтой зоны?

– Около километра. – ответила искин. – И блокатор перестал действовать. У тебя осталось примерно тридцать часов.

– И пятьдесят километров. – проворчал я. – Нужно соорудить костыль, иначе я скоро перейду на альтернативный способ передвижения. Нога всё сильнее болит.

Мутант свалился через десять минут. Совсем чуть-чуть не дотянул до другой локации, пару сотен метров. Разумеется моя внутренняя жаба тут же поставила мне ультиматум – или я добываю муть, или она остаётся здесь, а я могу идти, куда захочу. Без неё.

Понимая, что зверь вряд-ли найдёт в себе силы подняться, я нагло зашёл к нему со стороны морды, приблизился почти вплотную. Чёрт, да он же присмерти, вон, глаза пеленой затянуло.

– Ну и откуда делать забор мутагена? – поинтересовался я шёпотом у Евы.

– Попробуй из глазницы. – предложила искин. Сказано – сделано. Несколько секунд ожидания, и две пустых капсулы заполнились ярко-жёлтой жидкостью. Эх, жалко оставлять не до конца облутанную тушку.

– Жил просто, так хоть умру богатым. – проворчал я, понимая, что вряд-ли смогу преодолеть оставшиеся километры. – Ева, показывай дорогу. Сдаваться не в моих правилах, так что идём, пока можем.

– Кэп, три часа сна, как только выйдем из жёлтой зоны. Ты обещал. Это необходимо, иначе через пару километров ты потеряешь сознание, и уже вряд-ли очнёшься.

– Да понял я, понял. Как только найду укромное место, сразу же завалюсь спать.

***

Едва покинул опасную локацию, почувствовал, как расслабляются мышцы спины, и только сейчас понял, насколько устали мои глаза. Переход из мира, где всё в жёлтых тонах, в почти нормальный лес, чёрт, да я даже дышать стал свободнее.

Помня свое обещание, удалился от границы зон на несколько сотен метров, нашёл укромный овражек, где развернул спальный мешок. Забрался внутрь, вместе с оружием и рюкзаком, предварительно достав из него подарок корпа - хлопушку. Свето-шумовая граната, чтоб её, идеальна для защиты от тварей и заключённых без шлема.

Уже засыпая, вспомнил, что так и не срезал себе нормальный костыль. Да и плевать, завтра сделаю...

***

Разбудила меня не Ева, а град ударов по спальнику. Ещё до конца не проснувшись, уже понял – стреляют из игольника. Сука, неужели те самые заключенные, что так упорно следовали за мной? Или другие, с базы? Всю вялость и тугодумие, какие бывают у только что пробудившегося человека, словно ветром сдуло.

– Ева, можешь определить, откуда стреляли? – спросил я, нащупывая под рюкзаком шарик гранаты.

– Со склона оврага, метров пятнадцать. – ответила искин. – Выбирайся сейчас, пока они не приблизились.

– Толли, я тут чью-то потеряшку нашёл. – раздался чей-то голос. – Это полюбому он жёлтую муть собрал. Только это, чёт он не шевелится, сдох что-ли?

– Ты не вздумай его грохнуть, придурок. – прозвучал другой голос, грубый, неприятный. – Нам его ещё разводить на код от контейнера. Мой искин так и не распознал ту дохлятину, значит у потеряшки есть кое-что ценное

Так, похоже это не мои преследователи. Группа заключённых со стороны корповской базы? А что, вполне может быть. Млять, да что ж я такой везучий? И главное – что мне теперь делать? Дать бой?

– Слушай, он походу и правда сдох. Не шевелится.

– Подожди, сейчас я его из винтовки прощупаю. Сразу станет ясно, жив он, или нет. – отозвался зек с грубым голосом, а в следующую секунду по моей многострадальной ноге словно молотком ударили. Если бы не всё ещё действующее обезболивающее, я бы взвыл от боли, а так лишь поморшился.

– Сдох, ублюдок. – произнёс всё тот же грубый голос. – Спускаемся. Может на поясе у него что полезное найдётся, ну и кубик прихватим.

Давайте, суки, спускайтесь. Вас ждёт охренительный сюрприз. Только бы без шлемов были, а уж я обеспечу. Впрочем, если активировать гранату, досчитать до трёх, и только после отбросить, то сфетофильтры шлема не успеют сработать. Наверное.

Три. Два – левая рука приоткрывает замок. Раз – я выбрасываю хлопушку из спальника, а сам тянусь к винтовке. Секунда, и рядом со мной раздаётся приглушенный звук взрыва. Тут же расстегиваю хитрую молнию,и вываливаюсь из спального мешка с винтовкой, готовой к стрельбе.

– А-а, мои глаза! – орёт тот самый мужик, что первым увидел меня. Второй, громко матерясь, сидит на коленях и ищет что-то в траве. Твою же мать, вот рукожоп, он выронил винтовку из рук! Ну тогда держи подарок!

– Ш-шух! – и усиленная игла с легкостью прошивает стандартный комбез. Заключенный мгновенно теряет интерес к своему оружию, и заваливается на спину, хватаясь за грудь.

– Толли, ты завалил эту суку? – сквозь подвывания спрашивает стоящий рядом придурок, по прежнему закрыв глаза ладонями.

– Да, наглухо. – подтверждаю я, и ещё раз нажимаю на спусковой крючок.

Именно в этот момент во мне окончательно окрепло мнение: хороший заключённый – мёртвый заключённый. И никто не сможет меня в этом переубедить.

– Ева, сколько мне удалось поспать? – спросил я, осмотревшись по сторонам. Чисто, похоже заключённых было двое. Бегло оценил наряжение убитых – хлам. Даже винтовка у меня лучше. Да они почти пустые, лишь две синих капсулы на поясе у одного, и две зелёных на поясе у другого. Ну, хоть как-то рассчитались со мной за преждевременную побудку.

– Полтора часа, Кеп. Лекарство перестанет действовать через час, рекомендую это время отдохнуть. Потом боль тебе просто не позволит этого сделать.

– Вот и хорошо. Зато сейчас спокойно сделаю себе костыль. – отмахнулся я от искина. Чёрт, да я всё ещё надеюсь добраться до базы в срок. Ну, тогда собирай шмотки, и топай, лейтенант.

***

Первые десять часов я шёл довольно бодро, если так можно назвать мои потуги ходьбы с костылём. Даже боль мне не мешала довольно бодро переставлять конечности, совершенно забив на то, что происходит за моей спиной.

А вот дальше я познакомился с ним. С шумом. Сначала даже не понял, что это он, думал – от перенапряжения в ушах слышится биение пульса. Потом к пульсу прибавились шепотки, и я решил, что у меня начались слуховые галлюцинации.

– Ева, ты же можешь видеть моё физическое состояние? – обратился я к искину. – У меня что, совсем дела плохи?

– Последние шесть часов без особых изменений, Кэп. Ты себя стал хуже чувствовать?

– В ушах гул, словно я старая калоша, у которой давление подскочило за двести. – максимально точно описал я свои ощущения.

– Это шум, Кэп. Странно, что у тебя он прявился так поздно, обычно шуметь начинает сразу, как только начинает заканчиваться действие блокатора.

– Сколько у меня осталось часов?

– Шестнадцать. И чуть больше сорока километров пути. Сейчас мы проходим около полутора километров в час, но постепенно скорость падает. Любой, даже самый слабый стимулятор тебя сейчас просто убьёт.

– Хочешь сказать, что без вариантов? – спросил я. – Не успею?

– Нам может встретится патруль корпов. – как-то не убедительно проговорила Ева.

– Понятно. Ну, раз дела совсем плохи, значит продолжаем идти вопреки всему. – проворчал я, и пошёл.

А через три часа, прямо на лесной тропе, в синей зоне, я наткнулся на одного из своих преследователей. За время, пока наблюдал за этими упорными ребятами в прицел, мне удалось хорошо запомнить не только их снаряжение, но и лица. Так что ошибиться не мог.

– Кэп, его необходимо добить. – с тревогой в голосе произнесла искин. – Иначе он переродится в очень опасную тварь – мехомутанта.

– Надо, значит надо. – ответил я, одиночным выстрелом из игольника пробивая голову умирающего. Тело зека внезапно начало трястись, и я, выматерившись, сделал ещё несколько выстрелов, пока не убедился, что от головы осталось лишь кровавое пятно. Ну-ка, чем ты меня порадуешь?

– Ух-ты! Да у него на поясе жёлтая капсула! – обрадовался я. Склонившись, извлёк ампулу, и отправил в боковой карман рюкзака. Вот просто уверен, что это с того мутанта, что так долго преследовал меня. Потому как я взял с него лишь две ампулы, увы, больше некуда было набирать. Чёрт, зачем я собираю муть? Ведь всё равно скоро вот так же упаду, где-нибудь на тропе...

– Кэп, всё в порядке? – забеспокоилась Ева. – Как себя чувствуешь? Шум усиливается?

– Пока что нет, держится в одной тональности.

– Странно. Осталось тринадцать часов, по идее ты уже должен слышать голоса, а возможно и понимать их.

– Ты так не шути, хорошо? Какие, нахрен, голоса, тут кроме тебя никого нет. Пошли уже.

Вот только далеко я уйти не смог. Через несколько минут у меня на любое движение начала кружиться голова, да так сильно, что приходилось останавливаться и отдыхать, пока не начинал себя чувствовать лучше.

– Ева, что со мной? – слова давались с трудом, голос стал хриплым.

– Кэп, похоже тебя настиг откат. В твоём организме слишком много химии. Я потому и говорила, что нужно отдохнуть.

С трудом понял, что мне говорит искин. Чёрт, неужели всё? Столько усилий, чтобы сдохнуть вот так, банально потеряв сознание. Ну уж нет, вперёд и только вперёд!

В глазах всё плыло, ноги отказывались слушаться, но я всё равно шёл. Уже не видел – куда, не понимал – зачем, просто двигался. Так надо! Ещё один шаг. Ещё раз переставить костыль. Перенести вес, и снова шаг.

В очередной раз нога не ощутила под собой опоры, и я, уже ослепший и оглохший, почувствовал, как падаю. Жёсткий удар о твёрдую поверхность выбил из меня остатки сознания, рывком погрузив в беспамятство...

Глава 12 Что со мной не так?

– Кэп, очнись. Кэп, очнись, говорю! Прошло уже двадцать восемь часов, как ты лежишь в этой яме. Кеп, только что закончилась большая ночь, и я знаю, что ты жив и в сознании.

– Хр-р. – вырвалось из груди. Пить, чёрт возьми. Как же хочется пить! Открыл глаза, и увидел перед собой синюю листву. Где это я? Накатила волна размытых воспоминаний, и в голове начало проясняться. Помню шум, помню боль, помню сильное головокружение. Помню, что должен был умереть...

– Ева, я ещё жив?

– Я не знаю, Кэп. – в голосе искуственного интеллекта послышалась ирония. – По всем законам зоны А-один ты должен был умереть и переродиться в мехомутанта. Но тебе как-то удалось сохранить тело и разум. Возможно причина в избыточном содержании химии в организме, но это сомнительно.

– Избыточном, говоришь. – я осторожно перевернулся на спину, с удивлением обнаружив, что голова совсем не болит. Нащупав винтовку, осторожно подтянул оружие к себе. Осмотрел – в порядке, разве что перезарядка требуется. Индикатор показывает, что в магазине осталось всего десять игл. Осторожно сел.

– Кэп, нужно заменить картриджи с химией в наруче, они практически все опустели.

– Сейчас, подожди. – я осторожно согнул левую ногу, затем правую. Да ну нахрен, у меня мутация "мимикрия", а не "регенерация". – Ева, почему нога не болит? И рёбра зажили, мне дышать совсем не больно.

– Я не знаю, Кэп. Большая ночь длится около восьми часов, а для искина все десять. Когда я вновь активировалась, провела диагностику твоего организма. Все раны зажили во время ночи. Это второй вопрос, на который я не знаю ответа.

– Всё чудесатее и чудесатее. –проворчал я, усаживаясь поудобнее. Скинул со спины рюкзак, и перетащил его к себе на колени. Так, здесь карман с бутылкой воды, а здесь картриджи. Увы, только для наруча, к винтовке магазины закончились. Нет, сначала уталю жажду, потом всё остальное.

Заполнив наруч под завязку химией, я наконец уделил время самой важной вещи – пище. Распечатав последний офицерский паёк, с удовольствием заточил его весь, до последней капли, после чего повторно напился. Хм, никакой тяжести в желудке, лишь ощущение окончательно пробуждающегося организма.

– Ну что, подруга, показывай направление на базу корпорации. Пора уже избавиться от мутагенов, и обзавестись ещё одной полезной мутацией.

– Кэп, ты желаешь сменить моё имя на Подруга? – уточнила Ева.

– Слушай, я думал, что ты умней. Нет, имя не меняю, и жду подсказку.

Встроенный навигатор – невероятно удобная вещь. Экономит огромное колличество времени и сил. Стоит отклониться от курса, и искин ненавязчиво подскажет тебе, что ты сбился с маршрута. Так что, благодаря моему чудесному выздоровлению остаток пути до базы корпов был похож на обычную прогулку по лесу.

– Ева, как думаешь, у меня будут проблемы с корпорацией, если они узнают о случившемся? Я имею в виду исчезновение шума и моё чудесное выздоровление.

– Кэп, тебе повезло, что я – искуственный интеллект третьего поколения. – прозвучало у меня в голове. – Корпорация Аурум, при всём своём могуществе, способна производить искины не выше второго поколения. Например меня создали в лаборатории концерна Сеть, как и большинство оборудования, поставляемого в зону А-один. Ты не задумывался, каким образом стреляет твоя винтовка? Так вот, источник питания во всём оружии и оборудовании произведён Сетью. Модульные технологии регулятора, который ты называешь наручем, так-же разработаны Сетью.

– То-есть, твоя память не подконтрольна корпам? – уточнил я, остановившись.

– Скажем так, для считывания данных из моего блока памяти нужны веские причины. Ты – простой заключённый. Не глава поселения, не командир отряда охотников – одиночка. А значит не представляешь угрозы для корпорации Аурум, как и большого интереса.

– А если мой предыдущий искин видел то, что не должен был увидеть?

– Речь про одноразовый инъектор в твоём спец-контейнере? Скорее всего твоего первого помощника отправили на утилизацию сразу, как только извлекли из наруча. Так что можешь не переживать.

– То-есть, ты предлагаешь по прибытию на базу вести себя по принципу – а я чё, я ни чё? Мол вышел из посёлка, шёл, шёл, и дошёл? За тринадцать суток преодолев расстояние из точки А в точку Б, и при этом не сдох?

– А откуда им знать, что ты шёл тринадцать суток? Скажешь – одинадцать. Кто сможет опровергнуть твоё заявление? В посёлке скорее всего никто не выжил. Спасенные некоши? Так о них ещё узнать надо, опять же – от кого?

– А как же уничтожение посёлка? Корпы посещают его один раз в семь дней, и наверняка уже вкурсе, что там произошло.

– Кэп, в зоне А-один нет дальней связи. И у патруля корпорации есть чёткий маршрут, так что информация об уничтожении посёлка попадёт на базу дней через десять, не раньше.

– Стоп. Какой ещё маршрут? Так посёлок Мисава не единственный? Почему тогда о других ничего неизвестно?

– Потому что корпорация заинтересована в самостоятельном развити поселений по всей границе фронтира, чтобы все заключённые была под контролем Аурум. В навигаторе указаны только базы и форпосты, и ни одного посёлка. Чтобы и они отображались, нужно устанавливать очень дорогое оборудование.

– Значит, работают по принципу – разделяй и властвуй?

– Верно. – согласилась Ева.

– Сдаётся мне, они таким образом контролируют только поток мутагена. Впрочем, им большего и не нужно. А окраина, где исследован каждый метр, там они так же отслеживают перемещения заключённых?

– Нет, это сложно. Территория давно изучена, я предполагаю, что существуют карты, на которых отмечены не только посёлки, но и любые приметные ориентиры. Но, там и стоимость картриджей с блокатором выше в несколько раз.

– Кто бы сомневался. В густо населённых городах всегда жизнь дороже, чем в глухой деревне. А уж здесь, на фронтире... Впрочем, всё это ерунда. Урежут поставки тех же ИРП, и сидельцы мгновенно зашевелятся. Ладно, хватит уже рассуждать о политике корпорации, лучше скажи, что я могу приобрести на имеющиеся у меня капсулы с мутагеном?

***

Спустя шесть часов я вышел из сиреневого леса на открытое пространство. Причём резко – вот только что пробирался по узкой тропе, а затем очутился на голой, словно выжженой равнине. Ни кустарника, ни одиноко стоящего деревца, лишь низкорослая трава.

– Зона отчуждения. – пояснила искин. – аномалия А-один не любит корпорацию Аурум, и та ей отвечает взаимностью.

– Так вот почему в караване корпов имеется тяжёлое вооружение. – дошло до меня. – Базу что, штурмуют мутанты?

– У меня отсутствует такая информация, но я уверена, что проблемы имеются.

– Хм. А на посёлки муты нападают?

– Нет. Разве что местные, но это в первое время. Поэтому заключенным, основавшим поселение, в первую неделю магазины с иглами поставляются бесплатно.

– Ты смотри, какие заботливые. – хмыкнул я, и посмотрел в окуляр прицела. Повёл справа налево, и замер, наконец увидев базу. – Твою ж в душу мать! Хрена себе, оплот цивилизации. Их тут что, тяжёлой артиллерией долбят? Мля, все стены в рытвинах и подпалинах, как после попадания тяжёлых снарядов.

– Некоторые мутанты элитного ранга могут генерировать и бросать плазменные сгустки на расстояния до нескольких километров.

– Что-то я представлял себе совсем другую картину. Думал, корпы здесь власть и закон, а они забились по норам, как крысы, периодически подвергающиеся атакам местной фауны. – мой взгляд, усиленный прицелом, замер на вершине высокой стены, сложенной из бетонных блоков. Ага, вот и те самые пушки, что я видел в караване. Сколько их тут? Похоже стоят через каждые три-четыре метра. А позади стены возвышается цитадель с плоской крышей. И там орудия смотрят уже вверх. – Хм, да их и с воздуха атакуют.

– Так и есть. – согласилась искин. – Даже на хорошо изученных окраинах базы Аурум подвергаются атакам сильных, элитных мутантов, среди которых есть и крылатые.

– Слушай, что тебе известно про Эмао? – спросил я, закончив рассматривать базу. Так себе зрелище – словно участок какой-то промзоны рассматриваю. Эх, где же вы, зеркальные шпили башен, висячие сады и парящие в небе дворцы? Сверхцивилизация, способная покорять новые планеты, не может обеспечить своих служащих достойным жильём. Позор!

– Кэп, ты спрашиваешь про сверхразум, которому поклоняются некоши? Данных о религии аборигенов крайне мало. Местные считают, что вся аномалия, это и есть Эмао – разумное существо, способное влиять как на мутантов, так и на причинно-следственные связи. Подтверждений такому влиянию до сих пор не было, поэтому данных по теме крайне мало.

– Тогда кто направляет мегамутантов атаковать жилища корпов? – поинтересовался я.

– Официальная версия – среди элитных мутантов есть разумные особи, способные не только мыслить, как человек, но и координировать, управлять действиями других мутов.

– Ладно, к чёрту все эти домыслы. Через час будем в крепости, там я отдохну, наконец-то отмоюсь от грязи, а то сейчас от меня несёт, как от скунса. Ещё бы сто грамм, и красотку, для снятия стресса. Эх, мечты...

Чем ближе подходил к базе корпов, тем больше понимал, насколько она огромна. Когда до входных врат, больше похожих на шлюз плотины, оставалось сотня метров, сбавил шаг, разглядывая мощное сооружение. Стена в два десятка метров высотой внушала. Я сразу почувствовал себя маленьким, никчёмным муравьём, и то, что любой муравей может утащить в двадцать раз больше своего веса, совсем меня не обнадёживало. Я, походу, очень больной насекомыш. Твою же бабку, как корпы смогли возвести такую цитадель, не имея под рукой технику? Мутанты-строители им помогали что-ли? У корпорации точно есть секреты.

– Эй! – заорал я, приблизившись к воротам на расстояние в пять метров. – Сова, открывай, медведь пришёл!

– Чего орёшь, идиот! – прозвучало откуда-то сверху. – Ради тебя, мусор, никто ничего открывать не будет. Сейчас лифт опустится, на него заберёшься. Знаешь, что такое лифт?

– Нет, что ты! Я ж тут родился, откуда мне знать такие странные слова!

– Чего?! – над массивными воротами, высотой метра в четыре, открылась небольшая дверь, и из неё высунулся некто в бронескафе, при виде которого моя внутренняя жаба тут же встала в стойку. – Тьфу, придурок! Да я тебя за такие шутки под стеной оставлю на пару дней!

– Угомонись, Ричи. – прозвучал ещё один голос. Рядом с первой фигурой появилась вторая. Столь же круто упакованная, но пониже ростом. – Заключённый, ты откуда здесь?

– С фронтира! Две недели назад прибыл.

– В поселении был? – продолжил допрос невысокий.

– Нет. Мне ваш патруль попался девять дней назад. Скупили у меня весь мутаген, пару подсказок дали. Вот я и двинулся к вам навстречу.

– Ты смотри, уже четвёртый за неделю с той стороны выходит. – проворчал боец, который выглянул первым. – Первые сутки пребывания на территории базы стоят один флакон голубой мути. Вторые – зелёный. Всё оружие, в том числе и холодное, сдаёшь сразу на хранение. Обновление картриджа с блокатором сделаешь прямо сейчас, у нас в отстойнике. Стоимость – одна синяя капсула. Основные расходники так же можешь приобрести здесь. Да, за убийство служащего корпорации на территории базы тебя ждёт смерть. Если прикончишь своего собрата по несчастью – штраф, одна зелёная капсула. Если устраивают условия, добро пожаловать на базу Эксо четыре.

– Скидки для новичков предусмотрены? – решил я поторговаться.

– Да не вопрос, забирайся. Я тебя самолично скину. – заржал здоровяк. Тоже мне, шутник, мля. Ну ничего, я тоже пошучу. Потом.

– От стены отойди на десяток шагов, сейчас лифт спущу. – приказал тот, что был явно старшим. – Как только кабинка встанет на землю и раскроется, зайдёшь внутрь неё. Всё понял?

– Да. – ответил я, отступая назад.

– Тогда жди. – ответил старший привратник, и исчез внутри стены. Вскоре над воротами открылась ещё одна дверь, в этот раз побольше. Из неё выехала направляющая, на которой болталась большая будка, напомнившая мне решетчатый лифт из старых фильмов. Через пять секунд он мягко опустился на землю, и тут же открылся. Я тоже не стал медлить. Хлопок запирающейся двери, подъём, и вот я уже внутри довольно большого помещения, под прицелом двух серьёзных стволов.

– Сними шлем, и руки просунь сквозь решётку. – потребовал тот, кого звали Ричи. – Блокатор ещё остался?

– Нет, несколько часов назад последний израсходовал. – с невозмутимым лицом соврал я.

– Ну, тогда с тебя ещё один фиолетовый флакон, за дополнительную дозу. – сообщил здоровяк. В этот момент командир привратников, приблизившись ко мне с массивным иньектором, прижал его к моей шее и активировал. Короткий шипящий звук, и по моему телу начал распространяться жар.

– Кэп, у тебя странная реакция на дозу блокатора. Организм сопротивляется ему! – тут же раздался в голове взволнованный голос искина. – Введеный препарат распадается. Я не понимаю, что происходит?

– Что, парень, шум отпустил? – с улыбкой спросил корповец, неправильно растолковав моё замешательство. – Зато теперь будешь знать, в какую задницу угодил. Ну так что, готов рассчитаться с нами?

– Да. Голубую капсулу – за проход, и четыре синих за расходники. – говорить было трудно, жар уже разошёлся по всему телу. В голове непрестанно что-то бубнила Ева, но я полностью сосредоточился на разговоре с корпами и контроле своего тела.

– Вот это другой разговор. – обрадовался командир наряда. – Всё оружие и рюкзак оставляй в лифте, а сам выходи с вытянутыми перед собой руками. Всё понял?

– Так точно. – ответил я.

Дальнейшее происходило словно в тумане. Я вышел из будки, и мне на руках тут же защёлкнули браслеты. Затем вывалили содержимое рюкзака на пол, и всё осмотрели. Спросили про второй контейнер, но я сказал, что снял его с трупа, попавшегося по дороге.

В итоге, забрав озвученные капсулы, мне заменили в наруче картридж с блокатором, затем выдали тройной, базовый комплект химии. Затем подождали, пока я сложу все свои пожитки в рюкзак, и Ричи, уперев ствол оружия мне в затылок, приказал следовать за вторым охранником. Да, мать их, эти корпы вели себя, словно тюремные надзиратели. Сука, вот же вляпался!

– Кэп, диагностика организма показывает, что ты нейтрализовал блокатор. – сообщила мне Ева, пока мы шли по узкому тёмному коридору, по сторонам которого располагалось множество дверей. – В целом твоё состояние удовлетворительное.

– Стоять. – приказал мне Ричи, когда идущий впереди охранник остановился. Открыв ключом врезной замок, он распахнул дверь и отступил в сторону. Меня подтолкнули вперёд: – Заходи, располагайся. Это твоя камера на ближайшие сутки. Если захочешь произвести обмен мутагена, нажмёшь один раз на желтую кнопку на столе. Там же полный список доступных товаров. Если пожелаешь провести мутацию – универсальный сфоттер находится в правом углу, у выхода. Разумеется, если мутация ниже оранжевого ранга. Если выше, хотя откуда у тебя может быть такая муть, то нажмёшь на кнопку дважды. Да, не советую портить имущество корпорации, штраф за любую сломанную вещь начинается от зелёной ампулы и выше. Всё понял? Раз понял, повтори!

Я скороговоркой повторил всё, что мне только что рассказали. Хмыкнув, Ричи снял с меня наручники, и молча подтолкнул в спину. Едва я пересёк порог, дверь за спиной захлопнулась. Дважды щёлкнул запираемый замок, оставляя меня наедине с искином.

– Кэп, твой организм полностью уничтожил блокатор, и частично препараты, что я вколола тебе, чтобы приглушить боль.

– Как думаешь, здесь есть прослушка? – спросил я, осматривая помещение. Серые стены, такого же цвета низкий потолок и пол. Справа массивный пластиковый куб, встроенный в стену, а рядом с ним, вплотную, расположена кровать. Настоящая, мать его, кровать, с матрасом! Слева пластиковые стол с табуретом, оба явно прочнее железных, и прикручены к полу. На столе лежат брошюра и небольшой пульт с жёлтой круглой кнопкой, от которого в стену уходит провод. Интересно, нахрена такие жёсткие условия содержания, и при этом масса грубейших нарушений. Впрочем, здесь же не настоящая тюрьма, а так, фикция. Да и что я сделаю тем же проводом бойцу в бронескафе? Отшлёпаю?

Так, помимо стола вижу дырку в полу – вот суки, пожалели материалы на нормальную сантехнику! А это что? Твою ж через колено, душ! Неужели с настоящей, горячей водой?

– Ева, это то, что я думаю?

– Да, Кэп, это душевая. Правда чтобы она заработала, придётся отдать одну зелёную капсулу.

– Да хоть жёлтую! – ответил я, ставя рюкзак на стол и отстегивая рукав броникомбеза от наруча. Плевать на странности с блокатором и химией, единственное, что меня сейчас волнует, это обжигающе горячие струи воды. Водичка, я иду к тебе!

Глава 13 Картриджи, броник, два ствола

Что такое разочарование? Представь, что ты – ребёнок, которому подарили шоколадную шишку, обёрнутую в зелёную, блестящую фольгу. Ты начинаешь её спешно разворачивать, чтобы насладиться лакомством, но в твоём сердце уже поселился червячок сомнения – слишком уж лёгкий подарок.

И вот, фантик убран, пальцы испачканы шоколадом, ты чувствуешь такой притягательный аромат! Укус... И разочарование. Шишка внутри пуста, как душа того технолога, что придумал такую злую шутку.

– Ева, это что, всё? – спросил я, задрав голову вверх. На лоб, словно насмешка упала капля воды. – Я ж только начал оживать!

– Кэп, ты израсходовал четыре литра жидкости. Стандартный объём для принятия душа на большинстве космических кораблей содружества.

– У, суки! – я погрозил кулаком невидимым корпам. Ухватив полотенце – кусок грубой ткани, принялся обтираться. Сам собой взгляд задержался на узкой, сантиметров в десять, полоске зеркала. Чёрт, да у меня вся грудь в мелких шрамах. А тот, что на лице, пересекающий глаз, сейчас покраснел, и стал отчетливо виден. Пират, мля, хрен знает какого века. Хорошо, что не одноглазый.

– Кэп, что решил делать с мутагеном? – спросила Ева, когда я в костюме Адама, усевшись на кровать, изучал брошюру. Если видел что-то важное, загибал у страницы уголок – позже разберусь, и продолжал знакомство с прайсом. Список внушал несколькими тысячами наименований товара. Вот только мне сейчас были доступны лишь первые шесть страниц, и большинство из перечисленного на них у меня уже имелось.

– Ничего не решил. Хреново у них с выбором. Смотри, здесь ограничения стоят, по мутациям. Всё самое вкусное начинается со страницы для обладателей мутации ранга этанол. Из всего здесь перечисленного, что мне доступно, я могу лишь заменить игломёт, и прикупить нормальной жратвы. А, ну ещё хлопушек приобрести. Нет, нужно устанавливать новую мутацию, тогда мы сможем значительно усилиться.

– Кэп, мы можем оставить на хранение основной объём мутагена, и ещё раз сходить на охоту.

– На кого? На зелёных мутов? Древоглотов? И что это даст? Всего лишь усилит мимикрию. Да и сама знаешь, нам отсюда валить надо как можно быстрее. Сутки, максимум полтора – вот насколько мы можем задержаться. Поэтому у нас только один выход – мутация жёлтого ранга. Моё мнение – мутаген с душителя оптимально подходит для одиночки, какая бы мутация не прижилась. Что укрепление защиты, что гипноз. Да, эталон вроде даёт два различных усиления, верно?

– Верно, Кэп. Но ты не забывай, что вместе с жёлтым придётся потратить четыре капсулы с зелёным, и одну – с голубым мутагеном, потому что ты можешь на долго потерять сознание. Я бы воздержалась от траты тетра, добытых с древоглотов.

– Ну, я теперь знаю, где эти муты обитают, так что не проблема. Всё решено. Куда мне вставлять капсулы в эту чудо-машину, и что делать дальше?

– Вот здесь установи капсулы с этанолом, сюда внеси оплату за мутацию и за дополнительные сутки нахождения на базе. – искин с помощью дополненной реальности быстро показала мне, что делать. – А теперь ложись, и заводи левую руку вот в это отделение. Не дёргайся, если почувствуешь, что ладонь что-то сжимает.

Выполнив всё необходимое, я улёгся поудобнее, и засунул руку по локоть в круглое отверстие. Заставить бы разработчика этой хреновины поспать в такой позе годика четыре. Что ж у этой корпорации всё сделано через одно место?

Внезапно мою кисть сжало так, что я чуть не взвыл от боли. Твою же сука в душу перемать! У меня сейчас пальцы к хренам сплющит так, что они превратяться в гусиные лапы.

– Кэп, приготовься, сейчас будет немного больно.

– Правда? – тоскливым голосом произнёс я. – То-есть мне сейчас щекотно, выходит? Ох, мля!..

***

– Кэп, проснись.

– Отстань, мне сегодня не надо на дежурство. Дай поспать.

– Кэп, ты спишь уже второй день, скоро корпы потребуют внести очередную суточную плату.

– Чёрт! – я подорвался с кровати, словно ужаленный. – Ева, что ж ты раньше меня не разбудила?

– Шутка, Кэп. Ты проспал восемь часов. Просто я провела диагностику, и узнала, что вторая мутация усвоена. Тебе понравится. Выводить виртуальный текст?

– Давай, шутница. – проворчал я, а сам повязал полотенце вокруг талии, и опустился на табурет. И тут же перед глазами проявился экран, заполненный текстом:

«Мутаген, ранг Этанол (жёлтый) полностью адаптирован в организм носителя. Получено два усиления: „Контроль“, 5 баллов по шкале Аурум, "Каменная кожа", 5 баллов по шкале Аурум.

Способности усиления „Контроль“: возможность подчинять своей воле одно разумное существо, вплоть до ранга Этанол, жёлтого (исключения: ментальная защита ранга Тетра и выше).

Время контроля: 1 час.

Особые условия:

1. Необходим зрительный контакт с разумным существом.

2. Повторная активация „Контроля“ возможна через 1,5 часа

Подходящий для возвышения "Контроля" мутант: неизвестен.

Способности „Каменная кожа“: возможность мгновенного укрепления кожного покрова до прочности брони второго класса.

Время действия укрепления: 2-5 минут.

Особые условия: Повторная активация „Каменной кожи“ возможна через 3 часа.

Подходящий для возвышения "Каменная кожа" мутант: Хлыст, сухопутный, желтый ранг, Этанол.

Для повышения усиления необходимо 25+25 капсул мутагена жёлтого ранга.

Способ активации усиления "Каменная кожа": голосовая команда. Произнесите вслух слово или фразу, а затем подтвердите её, как ключ-активатор"

– Бандерлоги. – без раздумий выбрал я слово, которое слышал в одном старом мультфильме.

Ключ-активатор „Бандерлоги“ принят.

Способ активации усиления "Контроль": голосовая команда. Произнесите вслух слово или фразу, а затем подтвердите её, как ключ-активатор »

– Трах-тибидох. – произнёс я ещё одно выражение из старой детской книжки.

«Ключ-активатор „Трах тебе в док“ принят"

– Э, а ну исправь на трах-тибидох! – я аж вскочил на ноги. При этом неловко махнул рукой, и задел пульт с кнопкой. Похоже, этого было более чем достаточно, чтобы прозвучал протяжный сигнал. Ну вот, приехали, вызвал оценщика. – Ева, какого хрена мне слово-активатор изменили?

– Кэп, это адаптация несуществующего слова. Ты выбрал слово, которое не несёт смысла ни в твоей памяти, ни на одном из известных языков. Нейросеть, установленная в твой мозг, подобрала подходящее выражение из нашей общей памяти, дав ему смысловую нагрузку.

– Что ж у вас всё так сложно? – проворчал я, и полез в свой рюкзак. Надо бы подкрепиться, пока не припёрся корповский менеджер по продажам.

Я успел поесть, ещё раз прочитать брошюру, составить список необходимого, и даже посчитать, на что у меня приблизительно хватит мутагена. Собрался уже начать подбирать код к замку трофейного контейнера, когда в дверь пару раз стукнули, после чего прозвучал уже знакомый голос охранника:

– Заключённый, отойди от двери к противоположной стене. Руки держи на видном месте! В случае неисполнения приказа стреляю на поражение.

Ух, мля, как всё серьёзно. Вот только мне что-то не верится, что здесь убивают куриц, несущих золотые яйца. Но и проверять свои догадки не буду. А то я в детстве, воруя на чужой бахче арбузы, тоже думал, что мне в задницу не выстрелят. А потом целый день сидел в тазу с водой, растворял, понимаешь, соль, что засела в полупопице.

Стоило мне выполнить все требования, как дверь открылась, и внутрь вошёл низкорослый корп, нёсший в руке небольшой кейс. Чёрт, да это же девушка. Пусть в броне и шлеме, но даже так фигуру не скроешь. Шикарную, надо сказать, фигуру. Да и личико, чего уж там, очень даже. Большие зелёные глаза с любопытством смотрят из под рыжей чёлки. Ямочки на щеках, полные, чувственные губы. А у меня, чёрт возьми, скоро от воздержания начнутся проблемы...

– Добрый день, красавица. – проявил я вежливость.

– Последний день, который я считаю добрым, был четыре месяца назад. – ответила женщина приятным, грудным голосом. – Это было до того, как меня перебросили сюда. И так, заключённый, ты желаешь заключить обмен? Марракч. Что имеешь предложить?

– Моё сердце вас устроит? – я улыбнулся.

– Разве что в качестве сувенира в мою личную коллекцию. – девушка стрельнула глазками. Ухх, чертовка. – Но об этом мы поговорим позже. Заключённый, вы уже составили список товаров, которые вас интересуют?

– Да, но я решил его дополнить одним свиданием с обворожительной особой. Представьте – я, вы, синяя зона. И больше никого. – мля, что за бред я несу!

– Кэп, на тебя оказано мощное ментальное воздействие, мне пришлось вколоть тебе дозу успокоительного. Не смотри в глаза представителю корпорации. – голос Евы словно прогнал наваждение. Я тут же опустил взгляд чуть ниже, остановив его на двух аппетитных полушариях. Хм, не смотреть в глаза? Да без проблем, тут есть кое-что более притягательное. И как раньше не разглядел?

– Ричи, – девушка повернулась к охраннику, стоящему в коридоре, – ты сказал, что у заключённого одна мутация ранга тетра. Что-то не сходится, моё усиление должно было подчинить его, но оно не сработало.

– Инспектор, что командир написал, то я и передал. – в голосе здоровяка послышалось раздражение. – Все вопросы к лейтенанту Бухому.

– Бухом выкрутится как всегда. Ладно, можешь закрыть дверь. Я вижу, что заключённый адекватен, к тому же без брони. – я просто физически почувствовал взгляд, скользнувший по мне от головы до ног. Вот стерва.

– Если что-то случится, я вас предупредил. – проворчал охранник, и закрыл дверь.

– Ну что, меченый, показывай, что у тебя с собой имеется. – произнесла инспектор, бесцеремонно забирая единственный в помещении стул и усаживаясь. При этом так сексуально изогнулась, чертовка.

– Семь голубых капсул, тринадцать зелёных, и три жёлтых. Две из неизвестного мутанта, одна под вопросом.

– Кэп, ты зачем продаёшь все капсулы с мутагеном древоглотов? – возмутилась Ева. Вот глупый искин, затем, блин, что муть я ещё добуду, а жизнь у меня всего одна.

– Мне нужны образцы жёлтого мутагена. – произнесла девушка, открывая кейс. Надо, значит надо. Я ещё перед установкой мутации извлёк из контейнера всё своё добро, за исключением золотой шприц-капсулы, и распределил в поясе. Так что через несколько секунд жёлтые ампулы были изучены, оценены, и мне озвучили их цену.

– Каждую капсулу корпорация готова заменить десятью другими, эквивалетными этанолу, жёлтому мутагену.

– Инспектор, меня такой обмен устраивает. – еле сдерживая ликование, ответил я. Твою же мать, да я сорвал грёбаный джекпот! Ну теперь заживём!

– Тогда огласи список того, что ты хочешь приобрести. – похоже инспектор тоже поимеет что-то с этих трёх капсул.

Список был не маленький, а теперь в него добавились серьёзные изменения, в том числе одна невероятно важная вещь – блок жизнеобеспечения. Да, дорогой, ценник в восемь жёлтых ампул, но он стоит того. Независимость от воды и пищи, поставляемой корпорацией. Нужно лишь изредка переустанавливать батареи питания и картриджи, которых я мог взять с собой хоть сотню, совершенно не напрягаясь из-за веса.

Бронекостюм третьего класса защиты, за который пришлось отвалить ещё десять жёлтых ампул. Теперь защита должна легко выдерживать попадания из оружия второго класса – например моей винтовки, а встроенный в броню экзоскелет усиливал физические параметры на десять процентов. Да, всё это добро требовало всё тех же батарей, но это были уже мелочи.

Ещё десять жёлтых капсул ушло на два игломёта третьего класса. Почему два? Потому что после боя в зелёном лесу я понял – иногда требуется подавить волну мутов огнём, а уже после думать, что дальше. На остатки этанола я приобрёл магазины с иглами ко всем трём стволам.

Зелёный мутаген, добытый из древоглотов, послушав Еву и свою внутреннюю жабу, решил не продавать. На две зелёных капсулы, взятых с кроканов – небольших рептилий, прикупил палатку колониста второго поколения, вместо своего крайне неудобного спальника. А вот голубой мутаген обменял на: два комплекта белья, добротный разгрузочный жилет, четыре десятка пустых капсул под муть, три свето-шумовых и три оборонительных гранаты. На крайний случай, потому что любой сильный грохот в высокоранговой зоне не отпугивает, а наоборот, привлекает тварей.

Даже не увидев всего добра, что приобрёл, почувствовал себя более уверенно. На этом наша торговая сделка благополучно закончилась. Инспектор уложила все ампулы в свой кейс, закрыла его, и только после поднялась со стула.

– Заключённый, оружие и бронекостюм будут ждать тебя в шлюзовой. Остальное доставят прямо сюда. Хотя, – девушка вновь окинула меня оценивающим взглядом, и провела розовым язычком по своим пухлым губкам. – Я могу настоять, и тебя проводят ко мне на склад, где ты получишь заказ прямо в руки. Но учти, посещение склада – дорогое удовольствие. Если у тебя найдётся парочка лишних капсул тетра...

Нашёлся ли у меня лишний мутаген? Хе-хе!

***

– Ты смотри, как прибарахлился. – одобрительно осмотрел меня офицер. Смена в шлюзовой оставалась всё та же – то ли некому заменить, то ли это постоянная должность, но этого бойца я узнал по росту ещё издали.

– Командир, так уже слухи ходят, как этого заключённого наш инспектор того самого. – заржал один двух бойцов. – на экскурсию сводила.

– Боец, завидуй молча. – лейтенант погрозил подчиненному кулаком. Затем вновь сосредоточил всё внимание на мне: – Слушай меня внимательно, меченый. Все твои пушки сейчас разряжены, так что имей ввиду. Вот, держи наставление для заключённых. Это твои права и обязанности перед корпорацией Аурум. Некоторые данные постоянно дополняются, и искинам просто не успевают загружать новую информацию.

– Благодарю, товарищ лейтенант. – я принял тонкую брошюрку, и вложил её в карман разгрузки

– Всё, можешь идти. – офицер указал на кабину лифта, в которой уже стояла моя винтовка, а рядом с ней лежали два кофра с игломётами и чёрная пластиковая коробка, в которой помимо гранат лежал сюрприз от инспектора Пелакурвы. Что это за подарок, мне ещё предстояло выяснить, но любвеобильная Пелакурва намекнула, что мне понравится.

***

Выжженая земля. Сейчас, бодрый и отдохнувший, я по другому взглянул на это пепелище. Земля настолько высохла, что местами образовались трещины шириной в десятки сантиметров. Похоже здесь прошлись чем-то вроде напалма, после чего пролили каждый метр земли какой-то убийственной химией. Уверен, если часто ходить по этой мёртвой почве, то можно наглотаться смертельной дозой ядовитой пыли.

Стоило мне удалиться от базы метров на двести, как появилось стойкое ощущение, что за мной наблюдают. Интересно, это корпы, или кто-то со стороны заинтересовался одиночкой? Что ж, сменю ка я направление движения, так спокойнее будет. Пелакурва предупредила меня, что за одиночками часто охотятся целые группы зеков, но тут же сообщила, что мне бояться особо нечего. Здесь, на фронтире, крысы ещё не появились. Не приживаются они тут.

– Кэп, через десять минут ты получишь инъекцию блокатора. – вновь привлекла своё внимание Ева. – Предполагаю, что во время укола и сразу после него ты будешь плохо себя чувствовать, как в прошлый раз. Поэтому рекомендую как можно быстрее покинуть открытое пространство.

– Да твою же мать! – выругался я. – Только собрался найти себе тихое место на берегу реки, посидеть, подумать о своём будущем, план действий накидать. Чёртов блокатор. Это что, меня ещё девять раз корёжить будет? Хорошо, что мне удалось отмазаться от увеличения картриджа до пятнадцати доз. Впрочем, Пелакурва не сильно и настаивала на этом.

Бросив взгляд на ненавистный наруч, поморщился. Его украшали две широкие цветные полосы – зелёная и жёлтая. Оказывается, начиная с жёлтого ранга заключённые просто обязаны обозначать свой так называемый статус.

Да, теперь я не просто сиделец номер, мать его, такой-то. Теперь я заключённый среднего звена, и мне при посещении базы полагается гораздо больше, чем в этот раз. Например доступ в общий зал, существующий для встреч с другими заключёнными. В этом зале мы можем обменяться информацией, создать группу, и даже начать сбор бойцов для создания посёлка. Таверна, мать её.

– Ну уж нет. – проворчал я, отвечая своим мыслям. – Мне бы с надписями на камнях разобраться, да разузнать побольше про элитные мутации. Что скажешь, Ева? А, ты же не в курсе! Впрочем, так даже лучше.

Разведгруппа синдиката. Окрестности форпоста корпорации Аурум.

– Как думаешь, это новичок? – спросил один из бойцов, наблюдая в бинокль за одиночкой, неспешно удаляющимся от базы.

– Нет. Он когда остановился, я успел засечь жёлтую полосу на наруче. – ответил второй, только что переставший следить за неизвестным в оптический прицел винтовки. – Видимо кто-то из бывалых заключённых, согласившихся на посулы корпов. Правда у него что-то винтовка слабовата, но в остальном упакован неплохо.

– Тихо. – боец с биноклем, во время разговора переместивший свой взгляд на форпост, прижал палец к губам. – Смотри, сразу троих высадили. Это точно новички. И движутся прямо на нас.

– Ждём. – коротко бросил боец с винтовкой. – Чую, среди них один точно тот, кто нам нужен.

Глава 14 Мечтал Робинзон о Пятнице, а получил Дракота

Троих заключённых, покинувших базу, я увидел, когда уже добрался до леса. Чувство опасности, пропавшее на половине дороги, больше не появлялось, и теперь мне стало ясно, почему. Просто неведомый наблюдатель перенёс своё внимание на троицу.

– И кто это у нас такой смелый? – проворчал я, пристраивая винтовку на поваленное дерево и приникая к окуляру прицела. Быстро отыскал зеков, и пристально рассмотрел, по очереди. Первый меня не заинтересовал – обычный мужик, с чёрной, курчавой бородой и такими же волосами на голове.

А вот второй заставил меня зло выматериться. Я хорошо знал этого человека, потому что несколько раз точно так же рассматривал его в прицел винтовки. Ошибки быть не могло, этот сиделец топал следом за мной от самого фронтира. Тот самый, что был без оружия. Да он и сейчас имел при себе только мачете и топор на поясе. Или совсем плохо у зека с финансами, или идейный, любитель помахать железками. Знавал я одного, тоже идейного, всегда носил с собой несколько упаковок презервативов, которые ему не пригодились ни разу. Бывает.

– Ева, узнаёшь заключённого, он посередине идёт.

– Да, один из тех, что шёл следом за нами. Кэп, если он рассказал о тебе служащим корпорации, а он точно рассказал, то о произошедшем в посёлке уже знают правду, и тебе придётся выплатить штраф. А ещё отсканируют мою память, узнают о шприц-капсуле, и тогда уже примутся за тебя.

– Что-то мне подсказывает, что корпы – меньшее из зол, Ева. Сиделец может знать обо мне больше, чем следует, и рассказать об этом не только командованию базы, но и заинтересованным лицам. А это плохо, моя камераден, очень плохо.

– Хозява шприц-капсулы? – мгновенно догадалась искин.

– Да. Я не знаю, кто это, но они явно проворачивают какие-то делишки за спиной у корпов. И прихлопнут меня, не задумываясь, просто чтобы не путался под ногами. – я поднялся, закинул винтовку за спину, и извлёк из кобуры игломёт. Он и помощней, и удобнее. – Ну что, поохотимся?

– Кэп, ты хочешь устранить заключённого? – уточнила искин.

– Нет, мля, сейчас догоню его, и попрошу, чтобы он никому не рассказывал про меня.

– Устранять придётся всех, Кэп.

– С хрена ли? – усмехнулся я. – Зря что-ли у меня такое замечательное усиление имеется?

Понимая, что перехватить заключённых на окраине леса мне вряд-ли удастся, я намеренно двинулся в глубь фиолетовой зоны, практически перейдя на лёгкий бег. И, само собой разумеется, тут же нарвался на мутов. Проклятые , чтоб их, иглозубы, истошно вереща на всю округу, налетели на меня, словно обезумевшие игуаны.

Первых двух я успел пристрелить, после чего мне пришлось бросить игломёт, и взяться за нож. Мелкие твари лично для меня не представляли угрозы, а вот рюкзак и его содержимое муты могли повредить. Прислонившись к дереву спиной, матерясь сквозь зубы, я колол иглозубов клинком, сбрасывал с себя, топтал, а иногда и перехватывал в полёте ударом кулака. Ух, крысы лысые, да когда же вы кончитесь!

– Ева, чтоб мне никогда не мыться, почему их так много?! Откуда эти синие ящерицы повылазили?

– Кэп, мы нарвались на гнездо. Теперь не отступят, пока всех не прикочишь.

– Отвали, тварь чешуйчатая! – ударом кулака я сбил очередного мутанта, прыгнувшего на меня сверху. Ты смотри, прям как мартышки по ветвям скачут. Хрен от них получится убежать, шустрые. Ууу, падлы!

Бойня завершилась минут через семь, но мне показалось, что прошло около часа, если не вечность. Вокруг меня валялось десятка четыре изломаных, порезанных тушек, а сам я с ног до головы был забрызган кровью.

– Ева, как думаешь, стоит зайти заключённым со спины? Сейчас они уже далеко ушли, так что мои действия не привлекут внимания корпов. Да, вколи мне какой-нибудь химии помощнее, чтобы силы вернулись. – мой голос охрип, а во рту пересохло. Чёрт, вроде не зелёный юнец, успел ещё до попадания сюда всякого дерьма повидать, но чтобы обтекать чужой кровью – как-то не приходилось. Придётся, похоже, искупаться в ближайшем водоёме.

– Кэп, я уверена, что нагоним быстро. Это ты имеешь сто процентную защиту, а заключённые, без шлемов, будут двигаться на порядок медленнее. И со спины они вряд-ли ждут нападения.

– Значит нагоним, – проворчал я, склоняясь над тушкой иглозуба. – Ты права, тропа там одна, далеко не уйдут. Да и знаю я, куда эта троица направляется, тут одна дорога в синюю зону. Дальше от базы уйдут, меньше шансов, что кто-то мне помешает. Как думаешь, одну ампулу мути наберём с этих тварей?

– Кэп, зачем? Фиолетовый мутаген практически ничего не стоит.

– Пригодится. – я прижал к шее зверя ладонь правой руки: – Забор мутагена.

На сбор мути у меня ушло ещё несколько минут. Я понимал, что занимаюсь не тем, что сейчас критически важно догнать группу зеков, но жаба внутри меня внезапно обрела невероятную власть над моим телом. Быстро собрал одну полную капсулу, и лишь тогда покинул место бойни.

Не успел пробежать и десятка метров, как наткнулся на гнездовье иглозубов. И вот тут меня словно перемкнуло. На площади в пять-шесть квадратных метров, из сухой травы была настелена приличной высоты подушка, сантиметров в сорок. И на ней, на одинаковом удалении друг от друга расположилось дюжины две сиреневых яиц. В центре этого великолепия располагалось одно крупное яйцо, казавшееся в этом месте чужеродным. Чуть крупнее сиреневых, чёрное, с серебристыми пятнышками.

– Чёрт. Они же все погибнут, верно? – спросил я, остановившись. При этом мой взгляд не отрывался от черного яйца, словно загипнотизированный его идеальной формой.

– Кэп, в моей базе данных нет информации, что происходит с зародышами мутантов без присмотра родителей.

– Может они имеют какую-то ценность? – поинтересовался я. – Особенно вон то, в центре.

– Информация о зародышах любых мутантов в базе данных не найдена. Кэп, похоже они не представляют никакого интереса для корпорации.

– Слушай, может их в блок жизнеобеспечения вложить? Они полюбому питательные. Хотя нет, слишком крупные, да и я такое жрать не буду. Сука, концентрат из нерожденных птенцов, гадость-то какая. Чувствую себя, как ласка, разоряющая птичье гнездо.

Поддавшись минутной слабости, сбросил со спины рюкзак, и полез внутрь. Быстро нашарил пакет с запасным бельём, вытащил его, и приступил к выполнению на ходу родившегося плана. Внутренняя жаба смотрела на мои действия с недоумением, мол – нафига? Рядом с ней потирал свои мохнатые лапки хомяк, ему моя затея явно нравилась.

– Кэп, зачем? – как-то совсем по человечески спросила искин.

– Ева, спроси что-нибудь полегче. – отмахнулся я, застёгивая молнию рюкзака. – Зато у меня теперь есть ветошь. Хоть кровь с забрала сотру. Эх, прощай, гнездо.

***

Я опоздал. Причём моя вынужденная задержка спасла мне жизнь. Появись я на тропе минут на десять раньше, и сейчас скорее всего валялся бы в кустах с продырявленной тушкой, как и один из трёх заключённых, вышедших следом за мной с базы корпов. Кто-то хладнокровно пристрелил сидельца точно в лоб, и бросил, даже не прикоснувшись к его снаряжению.

А вот второй, чернявый, оказался жив. Имея три раны в груди, он не только выжил, но ещё нашёл в себе силы отползти с тропы, и двинуться назад, к базе. Если бы не кровавый след на листве, вряд-ли бы я его нашёл. А так, пройдя полсотни метров назад, вдоль тропы, наткнулся на подранка, прислонившегося к стволу дерева.

Приблизившись к не подающему признаки жизни сидельцу, я прижал правую ладонь к его шее. Чёрт, через перчатку наруча ничего не чувствуется. А нет, живой, открыл глаза, попытался отмахнуться рукой.

– Ты кто? – голос у сидельца был хриплым, слабым.

– Мимо проходил, тебя увидел, решил расспросить. – усмехнулся я. – У тебя что, аптечки нет?

– Ага. – попытался улыбнуться мужик. – Вся муть ушла на жратву с водой, и иглы. Вот такая, забери меня бездна, ситуация. Кто ж знал, что на нас нападут сразу, как только мы войдём в лес.

– Вас трое было, где ещё один? – задал я очередной вопрос, и тут же приказал искину: – Ева, вколи этому бедолаге всё, что надо, чтобы он прожил подольше.

– Забрали третьего. Какие-то продвинутые бойцы, все в чёрной броне, верхом на зелёных мутантах. Остановили, начали про какой-то разорённый посёлок распрашивать. Ну, Клоп и сказал, что он оттуда пришёл совсем недавно. Его сразу по затылку тюкнули, и на спину муту, а в нас тут же стрелять начали. Мне повезло, сердце не задели, плюс способность регенерация. В общем, чудо, что не сдох сразу.

– В чёрной броне говоришь? – нахмурился я.

– Кэп, это отличительная черта брони четвёртого класса. – сообщила искин.

– Да, и оружие у них крутое было. – затихающим голосом пробормотал заключённый. – Наподобие твоих игломётов только...

– Всё, лекарство начало работать. – произнесла Ева. – Если повезёт, то через пару часов оклемается.

– Слушай, раз уж я подлечил его, бросать здесь этого бедолагу как-то неправильно. Давай ка мы его в спальник упакуем, и с тропы уберём. Как думаешь, не загнётся, если я его перетащу?

– Всё равно не выживет без стимуляторов. – сообщила искин. – У тебя оставались старые картриджи, если не пожалеешь, то шансы заключённого повысятся до приемлемого уровня.

На спасение чернявого ушло минут пятнадцать, зато моя совесть осталась спокойна. Пока оттаскивал его за деревья, а после укладывал в спальный мешок, несколько раз прокрутил в голове свои дальнейшие действия.

Выходило следующее. У меня имеется то, что ищут очень серьёзные ребята. Если найдут, скорее всего меня прикончат,при любом раскладе. Кто может обо мне рассказать, и что? Единственное, что может знать клоп, это то, что я был какое-то время владельцем контейнера. Так же он мог слышать, как я говорил, что обменял этот контейнер у корпов на оружие. Значит появляется второй свидетель – доктор И вот здесь всё сложнее. Если корповский учёный открыл личное хранилище вольной, он может пойти двумя дорогами: Утаить находку для себя или перепродажи. Доложить начальству. Во стором случае мне кранты – могут устранить чисто из предосторожности. В первом есть варианты. Если док знает, что это за золотая жидкость в тюбике, и израсходует на себя, мне ничего не угрожает. А вот если продаст, большая вероятность, что покупателями будут истинные хозяева. Они сразу обнаружат пропажу, и тогда начнётся охота на одного идиота с Земли. Что-то я, как ни крути, попал, как хвост доверчивого волка в прорубь, из той забавной сказки. Или это был не хвост...

– Кэп, нужно уходить. Убийство заключённого рядом с базой корпорации наказывается в разы строже, чем в посёлке.

– Уходим. – согласился я, поправляя лямки рюкзака, и вновь хватаясь за рукоять игломёта. – Ещё бы с направлением определиться.

– В глубь исследованных территорий, там в разы легче затеряться.

– Ага, и сдохнуть от рук товарищей по несчастью. Впрочем, теперь меня не так просто пристрелить. Всё, уходим.

***

Пришлось давать большой полукруг в несколько километров, чтобы обогнуть базу корпов, не выходя из леса. Не зачем кому-то знать, куда я направляюсь. Мне вообще стоит загаситься недели на три, подальше от троп и дорог, и появиться где-нибудь в глубине исследованной территории, где меня точно не будут искать. За это время можно будет запастись качественным мутагеном, покошмарить древолазов, а ещё...

– Урлу!

От раздавшегося за спиной звука я сходу сиганул вправо, за ствол дерева, тут же развернулся, целясь с двух стволов по неведомому противнику. Пусто.

– Урлу! – вновь прозвучало сзади, ещё более настойчиво.

– Да чтоб тебя! – уже догадываясь, что произошло, я убрал один игломёт в кобуру, скинул с плеч лямки рюкзака, и осторожно снял его.

– Кэп, что это? – в голосе искина послышалось любопытство.

– Это, Ева, называется – мы ответственны за тех, кого приручили.

– Кэп, я не поняла. Там что, детёныш из яйца вылупился?

– Сейчас узнаем. – улыбнулся я, медленно открывая молнию рюкзака. Ох ты ж, хорошо, что догадался свёрток с яйцом в пакет из под белья положить. Поди ещё и воняет.

Подхватив свёрток, осторожно поставил его на землю, а сам, на всякий случай осмотревшись по сторонам, опустился на колени Место довольно открытое, фиолетовая зона, опасности нет.

Медленно начал освобождать яйцо от белья, в которое его завернул, мимоходом порадовавшись, что неприятный запах отсутствует. Едва ткань была убрана, из яйца, в котором было пробито довольно большое отверстие, прозвучало уже знакомое:

– Урлу!

– Урлу, урлу. – ответил я.

– Урлу? – раздалось изнутри недоверчиво. Черт, начинаю себя чувствовать идиотом. Ладно, только ради дела, и в последний раз.

– Урлу.

Скорлупа затрещала, и в один миг раскололась надвое, выпуская на белый свет чёрный комок. Этот комок встрепенулся, фыркнул, и внезапно на меня уставились два огромных янтарных глаза с вертикальными зрачками.

– Урлу? – с недоумением произнёс маленький зверёк, больше всего похожий на небольшую чёрную кошку, только с крыльями, и вместо шерсти покрытую матово-чёрной чешуёй.

– Трах тебе в док. – произнёс я, не отводя взгляда от новорожденного мутанта. Вместе со словом-активатором мысленно послал в мозг существа мысль, что я – друг.

– Трах?! – обрадованно спросило существо, и в этот миг в моей голове словно взорвалась бомба.

***

В себя пришёл, лежащим на боку. Судя по всему, сознание потерял совсем не на долго, максимум на минуту, потому что очнулся в неудобной позе, но левая рука, которую придавил всем весом, не успела онеметь.

– Ева, что со мной случилось? – произнёс я, и голову тут же прострелило болью. Твою же мать, какого хрена?

– Трах. Урла! Еда! – вместо ответа искина раздалось у меня в голове.

– Кэп, ты потерял сознание от мощного ментального воздействия.

– И? Кто меня атаковал?

– Детёныш чёрного мутанта. Не знаю, как и почему, но он похоже вошёл с твоей нейросетью в контакт. Уже раз двадцать просил есть, бедолага.

– Эй, а можно как нибудь разорвать этот контакт? Мне хватает и одного голоса в голове, два – это уже перебор! – я поднялся на колени, и сразу же увидел мута. – Парень, давай договоримся. Я тебе ничего не должен, ты мне. Хорошо?

– Трах! – обижено произнёс чёрный зверёк, и сплюнул огненным харчком в сторону. Горящий комок упал на землю и стал медленно остывать. К небу потянулась струйка дыма. Хрена се, он что, плазмой плюётся?

– Ладно, я пошутил. – пришлось поднять руки в примирительном жесте. – Ты голодный?

– Еда? Урла, урла! Тра-ах! – обрадовался крылатый дракон-кот.

– Твою же мать! – я обхватил шлем руками. – Ева, что едят новорождённые мутанты?

– Такой информации нет в моей базе данных. – ответила искин, и я был готов поклясться, что она смеётся.

– Ты что ешь, зверушка мутанированнная? – пришлось обращаться к чёрному муту.

– Еда! Трах еда!

– А вот этого не надо делать, надругательство над пищей – грех! – я сорвал пучок травы, и протянул его зверёнышу: – Дракот, это будешь есть?

– Трах – Дракот? – удивленно прозвучало в моей голове. – Нет, Дракот еда. Есть!

– Хищник значит. – я поднялся с колен, и протянул руку к рюкзаку. – Дракот! Тебя зовут Дракот, понял?

– Дракот есть! – обрадовался зверь. И тут же добавил: – Трах!

– Я так с ума сойду. – пожаловался я Еве. – Предупреждаю, если вы начнёте друг с другом разговаривать в моей голове, самолично выпущу себе в висок магазин игл.

Стоило мне вновь навесить на себя всё снаряжение, как Дракот, до этого сидевший на заднице, двумя мощными взмахами крыльев поднял себя в воздух, и ловко, словно проделывал это много раз, устроился у меня на плече. Чёрные когти впились в пластины брони, и возле уха раздалось:

– Урлу!

– Ну пошли, Дракот. Только сразу предупреждаю, будешь вертеться, пойдёшь пешком. Понял?

– Тра-ах.

– Сука!

***

Наблюдая, как охотится огнеплюющий пернатый кот, я внезапно понял, что с этим зверем точно не соскучусь. Во первых, если Дракот попадал в добычу своим плевком, от неё оставалось лишь обгорелое тельце. Во вторых, хоть детёныш и умел летать с самого рождения, ловкости и сноровки ему явно не хватало. Дважды он на полном ходу промахивался по фиолетовому муту, и не слабо врезался в дерево. Пришлось помочь крылатому, пристрелить вовремя подвернувшегося иглозуба.

– Еда! – обрадовался Дракот, и налетел на мутанта, лишь немногим уступающего ему в росте. Я и слова сказать не успел, как тушка фиолетового мута была располосована на куски, и спешно сожрана.

– Урлу! Дракот спать. – сообщил крылатый, и одним прыжком очутился у меня на плече. Вонзив бритвенной остроты когти в броню, он буквально слился с моей шеей, словно воротник.

– Кэп, ты уверен, что с таким спутником ты сможешь полноценно охотиться на сильных мутантов? – спросила меня Ева, едва зверь заснул.

– Прорвёмся. – ответил я, осторожно опускаясь на поваленный ветром ствол дерева. – Знаешь, я даже рад, что забрал это яйцо. Ты, Ева, достойный собеседник, но человеку, чтобы не сойти с ума, не зациклиться на своих мыслях, нужна забота о ком-то. Иначе легко превратиться в бездушную тварь. Ладно, хватит на сегодня философии, нужно отыскать место для отдыха. Что-то я устал.

Глава 15 Киборги и псевдомехи

Модуль жизнеобеспечения и палатка колониста были мной оценены по достоинству. Одно дело ночевать в спальном мешке, давясь ИРП, и запивая всё это противной жидкостью из баллона, и совсем другое – развалиться на надувном матрасе, когда под боком нормальная питьевая вода и еда. Да, не стейк из мраморной говядины, и даже не подгоревший шашлык, но всяко лучше, чем прессованный концентрат.

Но больше всего меня порадовал подарок Пелакурвы. Не знаю, всех своих любовников она так одаривает, или выборочно, но в коробке с гранатами обнаружилась бутылка спиртного. И не какой-то сивухи местного разлива, а заводского. Ева определила бутыль, как часть пищевого рациона высшего командного состава.

– Моя ты прелесть. – я бережно достал бутылку из коробки. Пятьдесят градусов крепости, отлично, мне уже нравится. – Вот видишь, Ева, и в вашем содружестве людям не чуждо прекрасное.

– Кэп, этот напиток входит в состав пайка, как мощный стимулятор. Рекомендуемая суточная доза указана на бутылке.

– Ева, суточная доза уважающего себя солдата в этой бутылке не поместится. – произнёс я, и, не удержавшись, отвинтил крышку. Поднеся горлышко к носу, вдохнул терпкий аромат напитка. – Хм. Не коньяк, но благородные нотки чувствуются. Дракот, а ты что скажешь?

– Урлу? – зверь поднялся с бревна, на котором дремал, словно кот, и приблизился. Принюхался, облизнулся, и в моей голове прозвучало: – Трах? Вкусно!

– Эй, юный алкоголик, это НЗ. Пить только по чуть-чуть, в большие праздники. Ну или за раз, только нужен серьёзный повод и компания. Увы, но сейчас ни того, ни другого нет. И вообще, засиделись мы, пора бы и на охоту сходить.

– Кэп, в полутора часах пути располагаются сразу две интересующих нас зоны, зелёная и жёлтая.

– Вот с зелёной и начнём. Еще десяток древоглотов нужно добыть, да и в целом я ещё не на столько уверен в себе, чтобы ходить по жёлтой зоне. Разве что по самой границе. – я перевёл своё внимание на питомца. – Дракот, слушай меня внимательно. Сейчас мы пойдём в место, где тебя легко могут съесть. Так что будешь сидеть у меня на шее, и не отсвечивать, понял?

– Урлу. – принял мои условия детёныш, и принял стойку, готовясь заскочить мне на шею.

***

– Ева, а у корпов есть объяснение, почему зоны имеют столь чёткие границы? – спросил я, когда мы вышли к зелёной зоне. Где-то справа, километрах в двух, начинался этанол, жёлтая локация.

– У корпов есть теория, что вся зона А-один, это какой-то эксперимент предтеч. Правда, их следы в аномалии ещё не были обнаружены, как и любые другие, указывающие на присутствие высокоразвитых цивилизаций. К сожалению любые исследования в зоне практически невозможны. Ты видел, что на базе практически всё создано из пластика и бетона? Не любят чёрные звёзды большие скопления металла. Со сверхточными, но малогабаритными приборами ещё сложнее – они просто не работают на территории аномалии. Для понимания – в зону А-один отправляют заключённых, оснащая их искином второго поколения, когда среднестатистический гражданин содружества легко может позволить себе искин пятого.

– Бум-м! – раздалось где-то впереди. На слух – километрах в двух-трёх. Наш разговор с искином тут же прервался.

– Ещё одна капсула со страдальцем приземлилась? – насторожившись, спросил я.

– Судя по звуку – да. Что думаешь предпринять?

– Мне и своих проблем хватает. – усмехнулся я. – Ева, подкорректируй наш маршрут, чтобы ни капсула, ни спасшийся сиделец не оказались у нас на пути.

Сменив направление, мы двинулись почти вдоль границы с зелёной зоной,причём в направлении жёлтой. Для меня лучший вариант – как раз проверю возможности своего оружия. Ева утверждала, что броня жёлтых мутантов плохо держит попадание иглы из оружия третьего класса. Считай буду на равных с мутами ранга этанол. Главное – не нарваться на какого-нибудь невидимку, или менталиста. Впрочем, у меня теперь есть весьма ценный питомец, от взора которого никакая мимикрия не скроет. Я лично проверял во время привала, и обнаружил, что на Дракота моя тетра мутация не действует.

– Трах. – сообщил мне на ухо чёрный, подтверждая, что я мыслю в верном направлении. И, после короткой паузы, добавил: – Еда?

– Слушай, я не знаю, пойдут ли тебе в пищу зелёные муты. – ответил я. Мы с Евой уже успели обсудить этот вопрос, но так и не пришли к какому-то выводу. Выходило, что яйцо Дракота оказалось в инкубаторе не случайно. Скорее всего он должен был вылупиться, после чего откормиться на новорождённых иглозубах. Этакий кукушонок. В общем, я старался не менять рацион чёрного, позволяя охотиться только на фиолетовых мутов.

– Большая еда, вкусная еда. – прозвучало у меня в голове. Что ж, значит проблем с жратвой для питомца не возникнет.

Первой тварью, что попалась в зелёной локации, был крокан, уже знакомая мне зверушка. Выстрел из игломёта в голову прикончил атаковавшую тварь практически мгновенно. Я даже не подумал добывать из него муть, лишь пару раз рубанул мачете, чтобы питомцу было легче добраться до мяса.

– Налетай, хвостатый.

– Аудрэй друг! Вкусная еда! – прозвучал в голове довольный голос, и с моего плеча сорвалась чёрная молния. Чёрт, да Дракот растёт, как на дрожжах. Вроде при рождении весил совсем немного, а сейчас уже килограмма полтора. И ещё эта его способность читать не только мои мысли, но и копаться в памяти.

– Ева, тебе не кажется, что наш черныш подрос?

– Заметила. Визуально увеличился на пятнадцать-двадцать процентов. Сдается мне, после употребления мутанта тетра он проспит гораздо дольше, чем первый раз, а его рост значительно ускорится.

– И как его растить? – поинтересовался я, вытирая лезвие мачете от крови, и убирая его на место. – Это ж детёныш, о котором мы нихрена не знаем. У тебя есть информация о мутантах чёрного ранга?

– Только краткая справка. Седьмой класс опасности, хорошо развитый интеллект, и ещё они одиночки, в отличии от белых мутантов.

– Одиночки, говоришь? – я посмотрел на Дракота, который самозабвенно вгрызался в нутро зелёной ящерицы. Словно почувствовав взгляд, питомец обернулся, явив мне свою мордочку, вымазанную в крови. В голове тут же прозвучал его голос:

– Вкуснятина! Трах!

– Слушай, как его отучить от этого слова? – обратился я к Еве. – Вот так ляпнет при посторонних, стыда не оберёшься. Ей, Дракот, ты сильно то не увлекайся. Лопнешь же.

Зверь насыщался минут пять, практически выжрав крокану все потроха. Изрядно переев, отошёл от добычи и плюхнулся на задницу.

– Тебе бы воды напиться, бедолага. – усмехнулся я, глядя на осоловевшего питомца.

– Урлу. – помотал головой зверёк. А затем свернулся калачиком, и закрыл глаза.

– Он такой миленький. – произнесла искин.

– Ага. Если продолжит так обжираться, я ему сменю кличку, с Дракота на Жракота.

Продолжая ворчать, я опустил на землю рюкзак и раскрыл основной отдел. Кое-что переложил, встряхнул. Затем нарвал немного травы, и выстлал ей подобие гнезда. Осторожно взял на руки спящего черныша, и уложил его на импровизированное ложе. Застегнул молнию, оставив небольшое отверстие, чтобы питомцу поступал свежий воздух. Ну, вроде всё.

– Так-то лучше. Главное, чтоб во сне не начал плазмой харкаться. Ева, где у нас жёлтая зона? Хочу вдоль границы с ней прогуляться.

***

Есть такая поговорка – сколько не прячься от неприятностей, они тебя всё равно найдут. Вот и меня нашли, хоть я и не прятался. Хорошо, что Ева глазастей меня, вовремя заметила странно раскачивающиеся деревья и предупредила.

– Это кто там такой крупный движется? – пробормотал я, возвращая короткоствол в кобуру, и снимая с плеча винтовку. Укрывшись за стволом дерева, принялся внимательно осматривать местность в оптику. Это точно не зелёный мут, среди них нет таких крупных особей. А уж жёлтого я увижу даже сквозь листву.

Игла прилетела точно в корпус прицела. Не будь на мне шлема, и осколки точно бы разворотили мне пол черепа. А так я отделался частично испорченным оружием и, чего уж греха таить, у меня сердце в пятки ушло. Чёрт, неужели сидельцы?

А стрельба тем временем нарастала, причём сразу из нескольких стволов. Если бы не повышенный класс брони и моя расторопность, тут бы мне и пришёл конец.

После первого же попадания я нырнул в сторону, при этом хорошо приложившись грудью о землю, прополз пару метров и залёг за густым кустарником, пытаясь определить, сколько противников меня атакуют, и с каких направлений.

– Кэп, стреляют из игольников первого и второго класса. – сообщила мне искин. – Для тебя такое оружие не несёт угрозы.

– Расскажи это моей винтовке. – огрызнулся я. – Сколько бойцов насчитала?

– Трое, охватывают твою старую позицию полукольцом.

– Ага, и давят неприрывной стрельбой, черти. Ну сейчас я вам покажу, что такое кровавая баня.

Я отполз назад, и, под прикрытием кустарника, двинулся влево, выбираясь из зоны окружения. Противник так же не стоял на месте, продолжая наступать со всех сторон. Они что, бессмертные что-ли?

Добравшись до очередного дерева, наконец-то смог приподняться. И тут же увидел одного из нападающих. Твою же через пень да поперёк! Это что надо было сожрать, чтобы обычного человека так разгондурасило?

– Кэп, это мехомутант, четвёртый класс опасности. Его крайне сложно убить из игломёта третьего класса. Нужно отделить правую руку от носителя, оборвать связь тела с псевдомеханизмом. И не приближайся к нему, мехомутанты невероятно сильны, по сравнению с человеком.

– Гранатой его оглушить можно? – спросил я, лихорадочно соображая, как мне поступить – попытаться завалить мехомута, или благоразумно свалить, пока есть такая возможность.

– У них органы чувств завязаны на нейросеть, свето-шумовая должна дезориентировать на некоторое время. Кэп, не думай, что сможешь убежать от них, у тебя просто не хватит выносливости. Они хорошо видят следы, особенно в исследованной локации, через двое‐трое суток нагонят. А эта зона, судя по всему, их место постоянной дислокации.

– Что ж они такими неудобными народились? – произнёс я, доставая из подсумка увесистый шарик. Нащупав палцем активатор, с усилием вдавил его и швырнул подарок под ноги воплощению Франкенштейна.

Горбатая фигура, которую знатно перекосило на правую сторону из-за увеличившейся до невероятных размеров правой руки, тут же замерла на месте. Всё тело мехомута, не имеющего и лоскута одежды, было грязно-серого, отвратительного цвета. Мерзкое зрелище.

Существо тем временем среагировало на мой бросок, и навело ствол игломёта, вросшего в левое предплечье, на то место, куда упала граната. Вспышка, грохот взрыва, и я тут же сорвался с места, наводя оба ствола на урода. Засвистели тяжёлые иглы, прошивая правое плечо мехомутанта насквозь. За какие-то считанные мгновения полсотни тонких снарядов так изрешетили гипертрофированную конечность, что она сама надломилась под своим весом.

– А-ар-ра! – взревел мутант, и медленно начал наводить своё оружие в мою сторону. Слишком медленно, я уже приблизился на расстояние двух метров, и двумя очередями разнёс его уродливую голову, словно переспелый арбуз. Решив, что уже завалил одного псевдомеха, собрался сменить позицию, но меня остановила Ева.

– Кэп, ты ещё не убил его. Нужно отделить наруч от туловища!

– Да твою же в душу! – выругался я, возвращая один короткоствол в кобуру, и хватаясь за рукоять мачете. Сделал два шага на сближение с симулирующей агонию тушей, и от души рубанул по тому месту, куда только что стрелял. Лезвие не подвело, почти на две трети перерубив мускулистую плоть и кость. Второго удара не потребовалось. Псевдо-механоид дёрнулся, попытался рвануться в сторону, и правое предплечье оторвалось, рухнув на землю. Из урода словно стержень выдернули. Толстые ноги-тумбы подкосились, и обезглавленная туша завалилась назад, прямо на здоровенный горб.

– Теперь всё? – спросил я, приседая, чтобы оставшиеся двое мутантов не увидели меня.

– Да, теперь он мёртв. – подтвердила искин.

– Этим уродам свойственен инстинкт самосохранения? – поинтересовался я, отступая за дерево. Черт, рюкзак сильно мешает, придётся снять его. Дракот, надеюсь тебя никто не съест, пока мы тут в войнушку играем.

– В отличие от простых мутантов, псевдо-механоиды ценят свою нежизнь.

– Мои мутации на них подействуют? – задал я ещё один наводящий вопрос. Чёрт, ведь мог расспросить обо всём заранее, но нет, всё находил более важные темы для разговора.

– Кэп, их органы восприятия окружающей среды ничем не отличаются от твоих, или от органов мутантов. Если псевдо-механоиды не выше четвёртого класса опасности, то твои усиления сработают эффективно.

– Тогда будем партизанить. – принял я решение, и по пластунски двинулся прочь от места убийства мутомеха.

Двух оставшихся уродов я увидел через минуту, когда ушёл с линии огня, и позволил себе осмотреться. Один был точной копией убитого, разве что левое плечо у него было не меньше правого, и игломёты он держал в обеих руках. А вот последний отличался. Если первые два выглядели, как перекаченые антропоморфные уроды, то этот вообще не походил на человека. Этакая металлическая бочка на человеческих ногах, с четырьмя гибкими шлангами-манипуляторами вместо рук.

– Сука! – невольно вырвалось у меня при виде малой копии капсулы, которая обрела сознание. – Ева, как такое вообще возможно?

– Кэп, это полноценный псевдо-механизм, пятый . Похоже преобразование произошло из невзорвавшейся капсулы. У нас нет оружия, чтобы бороться с ним.

– Твою же мать! – выругался я, понимая, что оставить рюкзак было непростительной ошибкой. Надо увести мехов за собой, а потом вернуться, забрать своё, и уходить в направлении базы. – Ева, что, оторваться вообще без вариантов? На кой хрен им преследовать одинокого заключённого?

– Ты можешь рассказать о них корпам, Кэп. Я же говорю, это очень умные машины.

– Придётся возвращаться. – принял я решение, доставая оборонительную гранату. Ну, суки, поиграем в кошки-мышки.

Активация, бросок, и я тут же, короткими перебежками, начал отступать, в противоположную от рюкзака сторону. Две-три секунды, и мехи бросились за мной. Шелест игл, частые удары в спину, не причиняющие вреда, но жутко нервирующие. Чёрт, да я почувствовал себя волком, загоняемым охотниками.

Справа со свистом пронёсся металлический штырь, длинной около метра, и с глухим стуком до половины вошёл в ствол дерева. Твою же мать, это ещё что за Робин Гуд? Да от такой стрелы никакая броня не спасёт, она просто все кости сомнёт, а внутренности смешает в кисель. Надо ускориться, и реже мелькать на открытых участках.

Пробежав ещё с полсотни метров, я выскочил на довольно большую поляну, и рванул в сторону, не желая подставлять спину преследующим меня мехам. Те уже начали отставать, но после металлического штыря расстояние даже в двести метров не играло роли.

Бросив взгляд на противоположную сторону поляны, чтобы прикинуть, куда двигаться дальше, я невольно сбился с шага. На ветвях крайних деревьев висели распятые человеческие тела, в количестве трёх штук. Даже беглым взглядом я определил, что они уже начали изменяться, отличаясь слишком разбухшей правой рукой. Ещё два обнажённых тела были распяты на земле, но они пока не подверглись сильным изменениям. Твою же мать, это что ещё за хренов инкубатор? Мехи что, отлавливают заключённых, и делают из них себе подобных? Ну суки, теперь я не сразу уйду отсюда.

Так, сколько действует мимикрия? Достаточно, чтобы выиграть пару минут. Главное сейчас – на несколько секунд пропасть из поля зрения преследующих меня мехов.

Глава 16 Нежить зоны А-один

Укрывшись за кустарником, я наблюдал, как два псевдомеха ломятся сквозь лес, периодически стреляя туда, где по их разумению должен быть беглец. Настырные, однако. И это хорошо, значит не отстанут.

Выждав, когда мехи удалятся хотя бы на сотню метров, приступил к выполнению наскоро придуманного плана. Всё просто, как дважды два четыре – приблизился к первому изменённому со спины, и несколькими очередями из игломёта практически отделил правое предплечье от туловища. Затем удар мачете, и наруч отлетает в сторону, повиснув на тонкой, но очень прочной проволоке.

Первого недомеха прикончил без шума, а вот когда начал стрелять во второго, тот попытался закричать. Вместо крика раздался сдавленный хрип, который в десяти метрах не услышишь. Зато один из распятых на земле заорал так, что у меня аж рука дрогнула.

– Эй, кто там? Помоги мне! Я живой! Прошу, вытащи меня отсюда!

– Не ори, иначе пристрелю! – рыкнул я, и выдал длинную очередь, расправляясь со вторым уродцем.

– Да мне похрену, можешь и пристрелить! Я уже провёл одну малую ночь под лучами черного солнца. Изменения тела необратимы. Да, добей меня! Только не бросай!

– Кэп, похоже псевдомехи возвращаются. – сообщила искин, ещё больше нагнетая обстановку.

– Да что ж все так торопятся? – я нанес удар мачете, но в этот раз неудачно – мало того, что не перерубил, так ещё и лезвие застряло. – Твою же, сука, в дупло!

С трудом освободив клинок, я рванул через поляну назад, подальше от приближающихся киборга и механоида. Пробегая мимо продолжающего орать крикуна, попытался прикончить его из игломёта, но, как назло в магазине закончились иглы. Не повезло придурку.

Покинув поляну, ломанулся в просеку, оставленную одним из мехов. Пробежав несколько метров нырнул вправо, и только тогда позволил себе немного замедлиться.

– Су-у-ука-а! – прозвучало позади. Молодец, ори громче, отвлекай преследователей.

Не успел запыхаться, как уже подбежал к телу первого убитого мной меха. Скорее по наитию, чем осознанно, ухватил отрубленную часть руки, вместе с наручем, и уже с мерзким трофеем направился за своим добром.

Рюкзак находился там, где я его и оставил, только лежал немного иначе. Уже подозревая, кто его сдвинул, я ухватил одну из лямок, и притянул к себе. Так и есть, Дракот как-то открыл молнию, и по-тихому куда-то свалил. Ну что ж, я нянькой не нанимался, бегать за ним не буду.

Быстро освободил в рюкзаке место, сунул свой кровавый трофей внутрь, застегнул молнию. Отлично. Накинул лямки на плечи, подтянул, защёлкнул нагрудные пряжки. Всё, можно уносить ноги.

– Кэп, может сделаешь забор мути из тела мехомута? – спросила искин, когда я уже собрался уходить.

– Что? Из них тоже можно собирать эту дрянь?

– Да, у них мутаген серого цвета. Идёт на изготовление батарей для оружия, брони и прочего.

– А я не подхвачу эту механическую заразу?

– Исключено, забор мутагена производится отдельным модулем, в котором нет ни грамма металла.

– Что по цене?

– Одна серая ампула равняется двум зелёным.

– С паршивой собаки хоть шерсти клок. – проворчал я, возвращаясь к поверженному уроду. – А за мутировавший наруч я что-нибудь смогу выручить?

– Да, но я затрудняюсь с оценкой.

– Если восполню потраченные иглы и восстановлю винтовку, уже хорошо. – прижав ладонь к шее, коротко бросил: – Забор мутагена.

***

Псевдо-механоиды вцепились в меня, словно клещи. Стоило чуть сбросить темп, как они начинали нагонять, а иногда даже открывали стрельбу. Десять раз пожалел, что наткнулся на эту нежить местного разлива. Сутки преследования, шутка ли!? Сейчас я был только рад, что Дракот куда-то свалил. Мне даже поесть некогда было, не то, что охотиться и кормить зверя. Сам жевал ИРП на ходу, и матерился, матерился...

На выжженый участок земли я выскочил изрядно вымотанным. Всё, ещё метров семьсот-восемьсот, и я тупо усядусь посреди мертвой земли. Механоиды вряд-ли сунутся на открытое пространство – их тут же срисуют корпы, и уж у них есть, чем достать уродов.

Бойцов корпорации я заметил издали. Это надо же было такому случиться, что я вышел к базе почти одновременно с патрулём. Везение космического масштаба, или же наоборот – попадалово. Что ж, выхода нет, я для того и шёл сюда, чтобы сообщить бойцам корпорации псевдомехах.

Чтобы привлечь к себе внимание, я не пожалел свето-шумовую гранату. Вспышка, сопровождаемая сильнейшим грохотом, ожидаемо привлекли к себе внимание. Я же, чувствуя себя идиотом, на которого сейчас направлена хренова куча стволов, принялся размахивать руками.

– Кэп, нас заметили. – прозвучал в голове голос искина. – Группа из пяти бойцов выдвинулась навстречу.

– Главное, чтобы они не пристрелили меня.

Корпы подошли минут через десять, обступив полукругом. Все в бронескафах, по сравнению с которыми мой прикид выглядил убого. Вооружены серьёзными пушками, у которых по несколько стволов сразу – явно какое-то комплексное оружие.

– Заключённый, тебе жить надоело? Капитан чуть не отдал приказ расстрелять тебя. Хорошо, что я увидел на наруче жёлтую полосу и уговорил его не торопиться.

– Я на группу псевдо-механоидов наткнулся. Один из них пятого класса опасности, пришлось отступить.

– Бездна! Как далеко отсюда? гнездо видел?

– Километров шестьдесят отсюда. Гнездо, если я правильно понял, о чём речь, не только видел, но и разорил частично. Там оставалось лишь трое распятых мехомутантов, когда я уходил.

– Какая группа преследования?

– Двое. Один мехомутант и один псевдо-механоид.

– Командир, похоже этот парень вовремя обнаружил гнездо. – произнёс один из бойцов. Лиц корпов я не видел, их скрывали тёмные забрала шлемов, но по голосу говорившего понял, что мне поверили.

– Показывай дорогу.

– Ребят, я полтора суток на ногах, через час просто свалюсь от усталости. – намекнул я. – Давайте я вам на карте покажу, где нашёл гнездо, и вы меня отпустите. Я ж только тормозить всю группу буду, и псевдо-механоид успеет удрать.

– Конт, вколи ему боевой коктейль, часов на десять хватит. – обратился командир к разговорчивому бойцу, а затем с раздражением ответил мне: – Заключённый, ты что-то перепутал. Здесь я решаю, что и кому делать. Открой шлем, Конт сделает тебе инъекцию. Если нагоним твоих преследователей, так и быть, отправишься по своим делам. Всё понял?

– Так точно, офицер. – отчеканил я, скрипя зубами. Нахрена я ему сдался? Как приманка что-ли?

Едва убрал сферу шлема, как боец, приблизившись в пару шагов, прижал к моей шее инъектор, похожий на компактый пистолет. Укол, и по телу поползла волна жара. Вот чёрт, знакомое ощущение – точно так же со мной происходит, когда в организм вводится блокатор. Спокойно, Андрей, держись, сейчас всё пройдёт.

– Ты смотри, как его торкнуло! – произнёс один из бойцов, и корпы дружно заржали.

– Отставить веселье. – рыкнул офицер. – Заключённый, показывай дорогу. Конт, подай сигнал нашим, что у нас ЧП.

Едва мы приблизились к стене леса, из него вылетел железный штырь. Попади он в меня, и всё, можно было бы отправляться на покой. К счастью, псевдо-механоид выбрал своей целью того, кого посчитал опаснее. Видимо ему не приходилось сталкиваться с корпами. Бойца, в которого угодил довольно тяжёлый снаряд, развернуло градусов на девяносто, а штырь, срикошетив, ушёл в сторону.

– К бою! Огонь на подавление! – тут же скомандовал командир отряда, и первым начал стрелять.

Корпы выстроились в линию, и начали долбить по лесу из всех наличных стволов. Я же, укрывшись за их спинами, молча завидовал. Чёрт, да их огневой мощи хватило бы, чтобы остановить танковый взвод! Плазмомёты, отправляющие за сотни метров сгустки плазмы – от взрыва такого снаряда выгорали десятки квадратных метров. Тяжёлые пули, при попадании перешибающие толстые стволы деревьев, как сухие тростинки. Я, как человек, не чуждый прекрасному, влюбился в это оружие на всю жизнь. Черт, да будь у меня в своё время такой комплекс, сколько бы товарищей осталось в живых...

– Прекратить огонь! – скомандовал офицер через пару десятков секунд. За это время приличный участок леса практически перестал существовать. Горели сырые деревья, горела трава, горела сама земля. Уцелеть в этом пекле? Не смешите. Уверен, там сейчас даже металл будет плавиться.

– Командир, псевдо-механоида вижу. – доложил один из бойцов. – Вон он, во втором секторе барахтается.

– Вижу останки мехомута, минус первый сектор. Спёкся. – тут же добавил второй боец.

– Ты смотри, не соврал сиделец. – ответил офицер. – Конт, Кира – добейте железяку, и заминируйте его. А ты, заключённый, давай сюда свой наруч, я сниму координаты гнезда. Потом можешь идти на базу, тебе, за наводку на псевдо-механоида пятого класса опасности, хорошая награда причитается. Басо, приготовь жетон второго, нет, третьего класса.

Офицер приблизился ко мне, и обхватил мой наруч. Я не успел и слова сказать, как перед глазами развернулся текст:

"Заключённый номер пять тысяч, бета, седьмой, вы предоставили полный доступ к базе данных своего искина. Корпорация Аурум благодарит вас за доверие"

Чё, мля? Я предоставил? Твою же мать, это что же получается, любой корповец может вот так легко узнать, чем я занимался всё время, пока находился в зоне А-один?

– Хм, у тебя нетипичная реакция на блокатор. – произнес офицер, заставив меня конкретно так напрячься. Ну всё – подумал я, приплыли. Следующая фраза командира группы была, как глоток свежего воздуха: – В бездну, удаляем все эти файлы, мне ещё проблем с научным отделом не хватало. Всё, координаты получил, твой статус повысил с продвинутого на доверительный. Сейчас получишь жетон, и идёшь на базу. Если подтвердится, что ты убил трех мехомутантов, сверху ещё накину один жетон первого класса. Он приравнивается к одной капсуле тетра. Басо, почему так долго?

– Готово, командир. – подошедший к нам боец протянул мне крупную металлическую монету, сантиметра четыре в диаметре, с цифрой три на обеих сторонах. Хм, в зоне А-один ходят деньги?

– Благодарю. – я принял жетон. – разрешите идти?

– Иди уже, благодарит он. – в голосе офицера послышалась насмешка.– И постарайся избавиться от наруча мехомутанта, а то от тебя химией несёт за несколько метров.

– Да, офицер. За несколько часов до обнаружения гнезда я слышал, как приземлилась капсула.

– Не интересует. – командир отряда вновь стал серьёзным. – Всё, проваливай.

Я успел отойти на сотню метров, когда позади раздался мощный взрыв. Твою же в душу мать, нельзя же так! Это чем они таким мощным устранили псевдо-механоида? От него вообще хоть что-то осталось?

– Кеп, я зафиксировала критическое вмешательство в управление наруча. Полностью стёрт информационный накопитель. Все данные за последние две недели удалены, без возможности восстановления.

– Жаль. – произнёс я, осознав, какой подарок мне только что сделал офицер.

– Кэп, о чём ты сожалеешь?

– Жаль, Ева, что я не узнал имя этого офицера. Теперь не знаю, кого мне благодарить. Ладно, пошли, избавимся от трофеев. Мне винтовку нужно заменить, пополнить магазины с иглами, еще кое-что по мелочам.

Пока добрался до стен форта, караван уже прошёл внутрь, ворота закрылись, и мне вновь пришлось кричать под стенами.

– Ты чего орёшь? – раздался сверху знакомый голос. О, надо де, да этот здоровяк, похоже, из нарядов не вылезает.

– Ричи, это я.

– Меченый? – интонации в голосе с раздражённых сменились на удивлённые. – Ты ж только позавчера вышел. Неужели успел набрать мути?

– Нет. Мне жетон обналичить нужно.

– Да когда ж ты успел?

– Так ты спускай лифт, и я тебе всё расскажу.

– Сержант, ты с кем там болтаешь? – прозвучал незнакомый голос.

– Капитан, тут заключенный пришёл, из среднего звена. Обещает интересную историю.

– Ричи, хватит издеваться над заключённым, опусти лифт немедленно. Хочешь интересных историй, после смены прогуляешься в общую казарму, там тебе патрульные такого расскажут, только и успевай выбирать, во что верить, а что мимо ушей пропускать.

Дождавшись лифт, шагнул внутрь, и, опережая команду офицера, принялся разоружаться. Игломёты винтовка, тесак, нож, подсумок с тремя оставшимися гранатами. Вот тебе и редко применяют, в первый же выход израсходовал половину запаса.

– Чтоб мне сдохнуть! – пробасил Ричи, едва лифт въехал в досмотровую комнату. – Какая вонища! Ты что, мутомеханоида завалил?

– Одного созревшего завалил, и двух почти сформировавшихся. Ну и ещё одного, вместе с псевдо-механоидом пятого класса, под удар ваших бойцов подвёл. Насколько минут назад.

– Так вот чего капитан Блу канонаду устроил, бездна его раздери. – расхохотался Ричи. – Слушай, заключенный, как говоришь тебя зовут?

– Кэп.

– Ага, понятно. Ну, в нашем форте ты считай заработал имя, Кэп. Ты это, выгружай псевдо-механизм, его нельзя в жилые помещения. Расчёт за него прибудет позже. И мой тебе совет – закажи двойной душ и прачечную, иначе к тебе в свободной зоне никто и на десяток метров не приблизится.

– Благодарю за совет.

– Ох ты ж, винтовке твоей кранты походу. – Ричи указал на разбитый приклад. – У нас, на фронтире, такое не чинят. Ты теперь даже обменять её ни на что не сможешь.

– Печально. – произнёс я, прикидывая, как теперь выкручиваться из сложившейся ситуации. Моих активов вряд-ли хватит, чтобы преобрести игольную винтовку третьего класса, а второго для меня была уже слишком маломощной. Столкнувшись с мехами и жёлтыми мутами, я понимал, что без хорошего оружия здесь ловить нечего.

***

– Что приуныл, Кэп? – спросил меня Ричи, сопровождая по коридору до камеры. –Давай так сделаем. Я освобожусь с дежурства через три часа, и загляну к тебе в гости. Есть у меня один ствол, если сойдёмся в цене, останешься довольным. Идеальный вариант для твоей пары игломётов.

– Слушай, у меня в этот раз специфический способ расчёта. –ответил я. – Жетон третьего класса, капсула с серой мутью, и всё, что можно получить с псевдо-наруча.

– Не переживай, хватит, и ещё останется. К тому же ты в прошлый раз оплатил двое суток нахождения на базе, а задержался на одни, и то не полные. Так что у тебя есть проплаченное время. Ты это, когда я приду, составь список всего, что тебе нужно. Мы посидим, обмозгуем, может что придумаем, к обоюдной выгоде. Так, стой на месте, лицом к стене. Мы пришли. Эта камера получше комфортом, чем твоя предыдущая. Всё же второе звено. Да, сейчас на базе заключённых нет, так что можешь не проситься в общий зал. Всё, заходи.

В этот раз камера и правда была побольше. Помимо всего, что было в предыдущей, здесь присутствовал второй стул, площадка в пару квадратных метров, видимо для выполнения простейших физических упражнений. Короб прачечной, аж целых два полотенца, и, пожалуй, всё.

– Ева, через сколько меня откат после боевого коктейля настигнет?

– Через семь часов, Кэп. Как только закончится действие стимулятора, ты потеряешь сознание. Так что рекомендую сразу потратить одну зелёную капсулу, чтобы избежать штрафных санкций.

– Надо, значит сделаем. – философски заметил я. – Ты мне лучше вот что скажи – куда делся Дракот?

– Как я уже говорила, он, после употребления мяса тетра в пищу, начал эволюционировать. Поэтому покинул рюкзак, и нашёл более уютное место.

– Один, в лесу. – с лёгкой грустью произнёс я. – Одичает, бедолага, без меня. Жалко зверушку. Ладно, тут все намекают, что от меня несёт, как от трупа, так что сейчас отправлю всё, что можно, в чистку, а сам как следует отмоюсь.

***

Когда дверь в мою камеру отворилась, я уже сидел за столом, и подбирал к трофейному контейнеру одну комбинацию за другой. К этому времени уже успел прогнать около тысячи комбинаций, и понимал, что на вскрытие ящика могут уйти месяцы.

– Это чем ты занят? – поинтересовался Ричи, проходя в камеру. Бронескаф он сменил на чёрный комбез, тоже бронированный, и классом явно повыше моего. – Вскрываешь чужое хранилище обычным подбором кода? Кэп, это так не работает.

– Мне приходилось уже видеть, как таким же способом вскрывали контейнер убитого. – соврал я.

– Ну, значит взломщику повезло, и он вскрывал уже взломанное личное хранилище. Они же с наручем напрямую связаны. Чёрт! А ты хитёр. – Ричи погрозил мне пальцем. – я тебе только что рассказал один из секретов корпорации. Ладно, давай сюда, сейчас мы его быстро взломаем. Содержимое пополам, договорились?

– Да не вопрос. – тут же согласился я. – Уже несколько дней его таскаю, а он может совсем пустой.

– Так-с. – боец извлёк из кармана предмет, похожий на ручной фонарик, и прижал его к первой цифре замка. Щелчок, и на приборе замигал алый огонёк. Корповец тут же перенёс дешифратор к следующей цифре, и так повторил шесть раз. На последнем щёлкнуло особо сильно, и крышка откинулась. Внутри, тремя ровными рядами, по четыре ампулы, стояли колбы с голубой мутью.

– Обожаю такие сюрпризы! – Ричи первый нарушил затянувшуюся паузу. – Шесть голубых капсул, это же три бутылки хорошего алкоголя. Ты как, Кэп, не против отметить?

– Да не вопрос. – согласился я, и вытащил из под стола подарок Пелакурвы.

– Ах ты ж бездна! – вытаращился на бутыль корповец. – Я такое только раз пил, перед тем, как сюда прилететь. Откуда это у тебя, Кэп?

– Подарок. Сможешь раздобыть стопки?

– А то! Или ты решил, что я приду заключать сделку, и не позабочусь о том, чтобы её обмыть? – и Ричи, широко улыбнувшись, вытащил из принесенной с собой длинной сумки ещё одну бутыль, покрупнее моей в два раза, и две стопки из чёрного пластика. – Ну что, за знакомство?

Глава 17 Штурм базы

Три часа до потери сознания.

– Так откуда ты говоришь? – стопки с грохотом стукнулись о столешницу. Ух, мля, ну и сивуху притащил корповец. Явно самопальное пойло.

– С планеты Земля. Слышал о такой?

– Знаешь, а ведь слышал. Вот только совсем не помню, что и когда. Наверное что-то из продуктов поставлялось оттуда, вот и запомнил. Ладно, наливай. Да, смотри, какую я закусь урвал у сегодняшних караванщиков. Редкость дичайшая, мясо красного мута. Ему нужна минимальная обработка, чтобы стать съедобным. Ну, за твою будущую винтовку!

Два с половиной часа до потери сознания.

– Да я тебе говорю, из всего каравана третья часть бойцов не вернулась. Какой-то у них замес вышел с вольными. Говорят, тогда и мясо красного мута взяли. Знаешь, что я тебе скажу, эти вольные – те ещё суки! Требуют к себе особого отношения, а сами для корпорации не делают ничего! И постоянно какие-то делишки мутят. Вот ты – нормальный мужик. Пришёл, принёс муть, получил оружие, снаряжение и кров. Все довольны. А вольные? Притащили синих и фиолетовых капсул, и требуют, чтобы с ними рассчитались, как за оранжевые. Одним словом – суки!

– А у них что, обменный курс лучше, чем у заключённых?

– А то! В два раза почти. Но, только никому ни слова, договорились?

– Да не вопрос.

Два часа до потери сознания.

– Да не бойся ты! Под мою личную ответственность! Я ж целый сержант, как-никак, имею больше возможностей. Должен же ты посмотреть на товар, опробовать винтовку в деле. Я, Ричи Пьяно, своих деловых партнёров уважаю, а потому просто обязан показать товар в деле.

– Ты гарантируешь, что меня не пристрелят, как нарушителя режимного объекта? Всё же заключённый, с оружием.

– Да кто тебя увидит? Не переживай, я уже обо всём договорился. Сейчас пройдём на огневую точку, там сегодня мой друг дежурит, винтовка уже у него. Сделаешь несколько выстрелов в сторону леса, оценишь дальнобойность. Говорю же, тебе точно понравится.

Час до потери сознания.

– Вот это вещь! Кэп, когда я дослужусь до лейтенанта, буду раз в месяц брать себе бутылку этого божественного напитка, и цедить его все выходные. И плевать, что на это уйдёт половина жалования.

– Согласен, Ричи, выпивка что надо.

– Так ты, говоришь, бывший военный. А я сразу в тебе своего узнал. Что, ополченец? Или колониальная пехота? То, что ты из космодесанта, не поверю, им такие нейросети ставят, что просто зависть берёт. А у тебя нейросеть стандартная. Значит ты из первых поколений какой-нибудь захудалой колонии.

– Ополченец я. – ну не говорить же, что я вообще с дикой планеты. – Слушай, Ричи, винтовка хороша, именно то, что нужно. Пусть однозарядная, но третий класс.

– Четвёртый, Кэп, четвёртый. Я её купил у одного лейтенанта, который отправлялся на центральную территорию. Думал, что стрелять буду по мишеням, да мутантам, которые выбираются на открытое пространство. В итоге раза четыре попал в чёрного мута, да только ему такие попадания, что щекотка. Поэтому и продаю.

Пятнадцать минут до потери сознания.

– Кэп, а ты корпорацию Аурум уважаешь? Нет? И я тоже не уважаю. Потому что суки они! Посмотри, в каких условиях я живу. Бездна, да лучше бы я не проходил этот проклятый тест... Ешё выпить есть? Наливай!

***

В себя пришёл от жуткой головной боли и великого желания пить. Чёрт, где я? Вроде в своей камере, на кровати. Где рюкзак? Я точно помню, там была вода. Согласен даже на смесь из баллона – мне сейчас любая жидкость, что второй воздух.

Опустил под кровать, пытаясь нащупать свои вещи, и рука наткнулась на что-то мягкое и тёплое.

– М-м-м. – вымученно раздалось снизу. Что за нахрен? Голова, давай, начинай соображать.

– Ева! – прохрипел я – Доклад.

– Кэп? Это ты?

– А кто ж ещё? – удивился я. – Раздвоением личности не страдаю.

– Ну, просто ты должен был вырубиться десять часов назад, а вместо этого продолжил отравлять свой организм той ядовитой жидкостью, что принёс боец корпорации.

– Ничерта не помню. – честно признался я. – После стрельбы из винтовки в смотровое окно орудийной башни всё как в тумане.

– После стрельб вы вернулись в камеру, по дороге захватив ещё одну бутылку ядовитой жидкости, и начали торговаться. Договорились, после чего закрепили сделку. В этот момент ты должен был отключиться, а вместо этого продолжил пить. В итоге боец корпорации, Ричи, свалился со стула и уснул, а ты самостоятельно добрался до кровати, лёг и уснул. Проспал ровно восемь часов. Кэп, больше не употребляй такую жидкость в столь больших количествах, это крайне опасно. И ещё, в наруче нужно заменить картриджи, я почти все потратила на очищение твоего организма.

– Чёрт, как болит голова. – я осторожно сел, и тут же наступил на лежащего у подножия кровати Ричи.

– Нет, всё, я больше не буду. – произнёс полусонный корповец. – Мы же по две бутылки на каждого выпили. Ещё стопка, и я сдохну.

Я молча дотянулся до рюкзака, достал из него сразу две бутылки с водой. Чёрт, тёплая. Да и хрен с ней. Свинтил крышку, и выдул всю воду за раз. В голове разом прояснилось. Из второй бутыли плеснул на опухшее лицо корповца.

– Просыпайся, боец, через пять минут на дежурство!

– Бездну мне в родственники! – пробормотал Ричи, с трудом принимая сидячее положение. – Словно зелёные муты в рот нагадили. Кэп, ты вообще пьянеешь когда-нибудь? У меня блок с картриджами разрядился в ноль, а у тебя хоть бы глаза помутнели. Там, на вашей з.. зиме, все так пьют?

– Ага. – ответил я, поднимаясь на ноги. – Холодно у нас, с лекарствами туго, вот и пьют, в целях профилактики. Тебе не влетит за то, что уснул в камере заключённого, да ещё и с оружием?

– Вспомнил! – внезапно воскликнул корповец проигнорировав мой вопрос. – Надо же, вспомнил, где я слышал про Землю. Дед рассказывал, что в молодости посещал планету Земля. Мол, он с экипажем один из первых в содружестве попробовал отличный напиток, хове.

– Ты хотел сказать кофе? – уточнил я, на всякий случай скрестив пальцы на обеих руках. Может хоть сейчас что узнаю о доме.

– Нет, Хове. Весьма распространён в центральных мирах. Говорят, лет сто назад вошёл в моду. Так ты, получается, не колонист, а дикарь? А я ещё удивляюсь, что ты перепил меня.

– Держи. – я протянул Ричи бутылку с водой. – мне пора собираться, и так задержался у вас. Про сделку помнишь?

– Да, всё нормально. Мой искин уже зафиксировал её. На долго собрался уходить?

– Как повезёт с добычей мутагена. Ты вчера говорил, что можешь достать что угодно, и по заниженным ценам.

– А что нужно?

Держи. – я протянул список.

– Так, что тут у нас? – Ричи прищурился, читая мои каракули. Ну не привык я писать на языке содружества! – Ага, картриджи с химией, магазины с иглами, гранаты, расходники на броникомбез и модули. Бельё, чехол для мачете, средства гигиены. Всё на десять дней полной автономки. Добавим сюда коробку с сотней игл для винтовки, и кое-что из списка для личного пользования. Плазменные гранаты нужны?

– Что будут стоить? – тут же заинтересовался я.

– Одну точно взять сможешь.

– Добавляй в список. – согласился я. – И два десятка капсул под мутаген.

– Отлично. Приготовь все голубые капсулы, и жетон, этого будет достаточно. Если думаешь, что дорого, то зря, одна только плазма стоит, как пара оранжевых капсул. Да, нож я тебе свой подарю, а то ходишь с простым, словно свежак-перводневок. Всё, я пошёл. Через два часа буду ждать тебя в шлюзовой, там и оформим сделку.

Оставшись один, я посмотрел на жёлтую кнопку. Не, ну нахрен, в таком состоянии, как сейчас, не до любовных утех. Ещё опозорюсь, как потом дальше жить? Лучше поспать еще часик, да...

– Всему персоналу базы, прибыть на свои позиции. Введён режим полной изоляции. Мы подверглись атаке мутантов. Повторяю – всему персоналу базы...

– Да твою же мать! Что ж мне везёт, как утопленнику? Ева, что думаешь по этому поводу?

– Нам остаётся лишь ждать отражения атаки, Кэп. Дверь заблокирована, и вряд-ли её кто откроет, пока не снимут режим изоляции.

– Ну, значит соберёмся и будем дожидаться. – проворчал я, осматривая свои вещи. Так, чужой контейнер в сторону, на нём всё равно замок сломан. Мне ещё предстоит разобраться, как я умудрился открыть хранилище вольной, из-за чего у меня теперь проблем выше крыши.

– Бум-м! – мощнейший удар сотряс всю базу. Я от неожиданности покачнулся, еле устояв на ногах. Мать-перемать, по нам что, из тяжелой артиллерии лупят, или вообще авиабомбу на базу скинули?

– Кэп, предлагаю быстрее облачиться в бронекомбез. – посоветовала искин.

Пока оделся, пока собрал и упаковал свой рюкзак, крепость ещё раз десять содрогалась от попаданий. Едва стены переставали дрожать от попаданий чего-то запредельно мощного и затихал гул от разрывов, до слуха начинали доноситься звуки стрельбы из оборонительных плазменных пушек.

– Слушай, да там идёт некислая заваруха. – произнес я, прислушиваясь. – Походу со всех сторон атакуют, учитывая канонаду взрывов. Интересно, у них всегда такие разборки с местной фауной?

– Кэп, мне кажется, что это... – начала говорить Ева, но очередной особо мощный взрыв буквально сбил меня с ног. Хорошо, что я уже облачился в бронекомбез, и даже активировал шлем. Экзоскелет брони смягчил удар, и я отделался лишь лёгким ушибом. Твою же мать, что происходит? По базе тактической ракетой ударили?

– В районе третьего сектора нарушен периметр. Повторяю, в районе третьего сектора нарушен периметр. Активированы оборонительные системы внутри базы. Заключенные, оставайтесь на своих...

– Бум-м! – второй мощнейший взрыв оборвал голос искина базы. В этот раз я, уже наученный первым падением, распластался под кроватью, и потому не пострадал. Что, черт возьми, вообще происходит?

К грохоту орудий добавилась стрельба из ручного оружия, причём совсем близко. Похоже бой идёт уже внутри базы. А я, в рот мне ноги, абсолютно безоружен, и заперт в камере. Чувствую себя крысой, загнанной в угол.

По коридору, мимо моей двери, застучали тяжёлые ботинки, раздались отрывистые команды, в которых даже через стену слышалась паника. Зазвучала заполошная стрельба, причём били сразу с десятка стволов. В ответ раздался утробный рык, перекрывший звуки выстрелов. До меня через стену и шлем дошли вибрации этого рыка. Нахлынул дикий, неконтролируемый ужас. Наверное так себя чувствовали первобытные люди, когда ночью в их пещеру врывалась стая хищников.

В следующий миг шарахнуло так, что дверь в мою камеру сорвало с петель и с силой ударило о противоположную стену. В помещение хлынула волна пламени, и я уж решил, что всё, сейчас зажарюсь. Пронесло – основное пламя ушло дальше по коридору, а в мой закуток лишь так, заглянуло слегка.

Разум нашёптывал – Андрей, забейся в самый дальний угол, и молись! Молись, чтобы тебя не заметили. Вот только интуиция требовала обратное. Проглотив кровь, набежавшую из прикушенного языка, я вылез из под кровати и встал в полный рост. Слегка подташнивало и голова шла кругом, но я уже знал – скоро начнёт действовать химия, и состояние нормализуется. Правда мне от этого не горячо, не холодно. Потому что из коридора доносились звуки ударов, грохот падающих дверей, и глухое, клокочущее порыкивание.

– Ну что, Ева, похоже мы отбегались. – произнёс я, зачем-то подтягивая лямки рюкзака. – Вон он, приближается, неотвратимый, мать его, конец. Сказать есть что напоследок? Нет? Ну тогда молча встретим.

Дверной проём перегородила здоровенная морда. Чёрная, покрытая чешуйками брони, мощью она больше всего походила на носовую часть бронетраспортёра. Чёрт, да с таким хлебальником можно бетонные плиты жевать – вон какие зубищи!

Тем временем зверюга почувствовала меня, и сдвинулась чуть вперёд. На меня, не мигая, уставился огромный янтарный глаз с вертикальной полосой‐зрачком. Твою же в душу вспомни бога мать! На меня накатила такая волна ментальной силы, что всю мою волю, все защитные барьеры смело, словно пушинку ураганом. Тело перестало меня слушаться, ноги подкосились, и я рухнул на колени.

В голове зазвучали посторонние мысли. Сначала невнятные, громогласные, от чего виски словно раскалённой спицей прошили. Боль отрезвила, вернула частичный контроль над телом, и я уже набрал в лёгкие воздух, чтобы заорать матом в глаза своей неминуемой гибели. И в этот момент в моей голове прозвучал спокойный голос:

"Инициированный? В плену у врага? Ах, дикая инициация, ещё не завершённая. Занятно. Сиди здесь, новорождённый, не мешай, не путайся под лапами. Тебя никто не тронет. Позже сможешь уйти из этого мёртвого места"

Зверь (а зверь ли?) двинулся дальше по коридору, а я, наблюдая за скользившим мимо моей камеры чёрным бронированным телом, стоял на коленях, и всё ещё не верил, что меня не прикончили. Инициированный? Новорождённый? Что всё это значит?

– К чёрту, живой, и ладно. – произнёс я. Тут же пришло понимание – о том, что сказал мне по ментальной связи этот чёрный танк, лучше не знать даже моему искину.

– Кэп, я зафиксировала сильнейшее перенапряжение всего организма. – сообщила Ева. – Ввожу стимуляторы.

– Сильнейшее, говоришь? Если честно, я уже похоронил себя, и даже на поминках успел выпить по этому поводу. Тут без вариантов было. Почему этот бронезавр меня не прикончил?

– Чёрный мутант? Скорее всего это связано с тем детёнышем, Дракотом. Что планируешь делать, Кэп?

– Сидеть, и не отсвечивать. Слышишь, стрельба почти прекратилась. Походу всё, проиграли корпы. Чёрт, похоже им насовали по самые, хм, закрома. Подожду, как всё утихнет окончательно, да свалю отсюда к едрене фене. Что-то мне подсказывает, что на фронтире у корпорации дела иду не просто плохи, а вообще никак. Опасно здесь. Очень опасно.

– Может прикрыть вход дверью? – предложила искин.

– Как, если её в обратную сторону выдавило? Нет, так будем сидеть. – я сбросил рюкзак на кровать, и уселся рядом. – Не стоит провоцировать нападающих лишним шумом.

***

Ожидание затянулось на полчаса, не меньше. Стрельба постепенно утихала, и вскоре почти прекратилась. Лишь изредка слышались глухие взрывы гранат, да короткие заполошные очереди. Ещё трижды базу сотряс мощный взрыв – похоже мутанты пробивали ещё один проход сквозь стены. Один раз мимо моей камеры проползла ещё одна чёрная крылатая рептилия А потом всё затихло.

– За час взяли серьёзный объект. – проворчал я, пытаясь представить, как вообще происходила атака. – Атаковали с воздуха, завладев вниманием обороняющихся, затем пробили проходы в стенах, подавили массированным огнём очаги сопротивления, и в конечном итоге зачистили остатки корпов. Чисто сработанная операция, не удивлюсь, если муты не потеряли ни одного своего в этом бою.

– Кэп, кто-то приближается. – прервала моё ворчание искин. – судя по звуку мутант.

– Сидим, ждём. – усмехнулся я. – Скорее всего опять не тронут. Если на поселения заключённых не нападают, значит и самих заключённых не трогают.

Знакомая морда появилась в проходе через пару десятков секунд. Янтарный глаз безучастно скользнул по мне, содержимому камеры, и исчез за стеной. Лишь в голове прозвучал тот же рокочущий голос:

"Скоро можешь выходить, инициированный, гнездо врага уничтожено. Найди своего симбиота, вы сейчас нужны друг другу. И помни – Эмао отслеживает твою судьбу"

– Кэп, с тобой всё хорошо? – спросила Ева. Похоже я задумался над словами чёрного мутанта и выпал из реальности. Причём надолго.

– Да, моя камераден. – я, в который уже раз за сегодня, накинул лямки рюкзака на плечи, и поднялся. – Пошли. Надо отыскать своё оружие. И не только своё.

Глава 18 Не бегство, а тактическое отступление

– Кэп, ты так уверенно идёшь, словно знаешь, куда нам надо. – произнесла Ева, когда я, пройдя в конец коридора, переступил через тело бойца, буквально размазанное по полу, и повернул направо. Если в нашем коридоре было относительно чисто, лишь копоть на стенах, то здесь кругом торчали обрывки искрящих проводов, из порваных труб валил пар и текла вода, заливая бетонный пол.

– Я помню, где мы с Ричи испытывали винтовку. Думаю, она всё ещё находится там.

– А потом вернёмся в шлюзовую за остальным оружием?

– Да. Ты к чему задаёшь такие вопросы?

– Кэп, я бы на твоём месте поискала оружейную комнату, и взяла лучшее оружие и броню, что только подойдёт тебе.

– А про разветотряд ты забыла? – спросил я. – Тех ребят, что пошли зачищать гнездо псевдомехов. Думаю, они уже на подходе к базе. И я не знаю, как эти бойцы среагируют на моё мародёрство. А вообще да, можно было бы не только оружие и броню, но и мутагена набрать. Например элитного. Вот только сомневаюсь, что до всего этого хабара я смогу добраться. И опять же, броню и оружие нужно привязать к себе. Ты знаешь, как это сделать? Вот и я нет. Так, здесь направо.

Мы вышли в круглый зал, и во всей красе увидели произошедшую тут кровавую бойню. Кругом валялись бойцы корпорации: разорванные, смятые, пережеванные и изломанные тела. Десятка полтора, не меньше. Мне такого ещё не приходилось видеть.

– Вот это я понимаю, кровавая баня. Так, нам направо. Ух, ёпт! – прямо вначале коридора, застряв в потолочных коммуникациях, вниз головой висел тот самый боец, к которому мы ходили смотреть винтовку.

– Добей. – еле слышно прошептал человек. – Не выживу. Больно...

– Дружище, как только доберусь до оружия, сразу выполню твою просьбу. – ответил я, и поспешил в помещение с орудийным расчётом.

Орудия не было, как и части внешней стены. Вместо них была огромная дыра на улицу, и груда кусков пористого бетона. Похоже здесь было прямое попадание. Так, справа был оружейный шкаф. Ага, на месте, и даже открыт. А вот и моя винтовочка, вместе с запасом игл. Впрочем, они по размеру больше на спицы похожи. Ух-ты, а это что такое? Гранаты, плазменные? Целых две штуки! Идите ко мне, мои хорошие, я вас не обижу.

Гранаты в подсумки, виновку зарядить, пару игл воткнуть в ткань разгрузки, а коробку с остальными в боковой карман. Чёрт, а ведь у меня совсем непростая винтовка. Никаких магазинов, которые невозможно дозарядить, чисто одни снаряды.

Когда вернулся к свисающему с потолка бойцу, тот уже умер. Отмучился, бедолага. Что ж, нужно возвращаться, и топать в шлюзовую, где-то там хранится остальное моё добро.

– Кэп, посмотри на бойца, что лежит справа у стены, на спине. Видишь ножны? – привлекла мое внимание Ева. – Мне кажется тебе пора сменить нож.

– Хм, где-то я уже это видел. – произнес я, сразу выцепив взглядом заинтересовавшую искина деталь. – Ну-ка, что у нас тут?

Уже по одной рукояти понял, что этот нож с Земли. Осторожно извлёк до боли знакомое оружие из ножен, осмотрел. Клинок ножа узкий и выполнен в листообразной форме. Лезвие оканчивается острым жалом. Рукоятка без каких-либо изысков – гладкая, бочкообразная, с металлической головкой. Отшлифована до блеска, видимо оружие очень старое, хотя выглядит отлично. Шайтан, так называл отец свой нож...

– Ева, ты молодец. – произнёс я, клинком подрезая ремень, и освобождая ножны. Вот они выглядели чужеродно по отношению к оружию, явно делались уже здесь, из сверхсовременных материалов. Какой-то особо прочный пластик, с магнитными полосами для крепления к броне.

– Кэп, тебе знаком этот нож? – с явным интересом поинтересовалась искин.

– Не этот конкретно, но модель – да, узнаваемая. Давай поторопимся, чую, здесь не стоит задерживаться.

В шлюзовой было почище, всего четыре трупа, среди которых я обнаружил Ричи. Ему мощным ударом смяло бронескаф в районе груди, при таких повреждениях не выживают. Похоже мутанты четко знали свое дело.

– Чёрный мутоспецназ, мать его. – выругался я, приблизившись к шкафу с ячейками. Чёрт, и в которой мое оружие, а главное – как мне вскрыть нужное? Впрочем, найти то легко, по тошнотворной вони от наруча киборга.

– Ева, помогай. Как открыть нужную ячейку?

– Универсальный ключ, у офицера на поясе. Его тело лежит возле лифтовой кабины. Должен быть не привязан, ведь им пользуется вся дежурная смена. Я видела в прошлый раз, как сержант открывал им дверцу.

Пришлось переворачивать обезглавленное тело, которое в бронескафе весило далеко за сотню килограмм. Сорвав ключ, похожий на массивную печать, пошёл открывать подряд все ячейки, одновременно принюхиваясь. Так, вроде здесь хуже всего запах. Оппа, наруч! А где остальное?

Иглометы и мачете с ножом обнаружились в соседней ячейке. Когда начал доставать оружие, увидел странный свёрток. По весу лёгкий, грамм двести. Машинально захватил его с собой, забросив в один из карманов разгрузки. Потом разберемся, что мне подсунули. Или не подсунули, может это Ричи подкинул. Обещал же он какой-то сюрприз.

Оружие корпов, разбросанное повсюду, даже не думал брать. Всё оно привязано к своим хозяевам, в чужих руках стрелять не будет. Вот и ещё одно отличие моей винтовки – у неё отсутствовала эта самая привязка. Можно было бы собрать гранат побольше, да только на глаза они не попадались.

Завершив свои дела, целенаправленно двинулся вниз, на первый этаж базы – где-то там должен быть пролом в стене. Прыгать с высоты в десять метров, или искать верёвку не было желания. Поэтому потихоньку, обходя участки с торчащими из стен и свисающими с потолка проводами, я добрался до лестницы. Здесь раньше был тамбур, но сейчас переходные люки были вырваны и валялись на полу. Спустился на один пролёт, и наткнулся на небольшой зал, в котором произошла ещё одна бойня. Здесь, помимо бойцов в бронескафах, было несколько гражданских. Их убило мощным взрывом, раскидав по стенам с такой силой, что никакая броня не смогла защитить корпов. Тузом через всю колоду, это ж какой силой обладают чёрные мутанты?

Короткий, метров десять, коридор, и очередной спуск вниз. Здесь всё, начиная отделкой стен, и заканчивая скрытыми коммуникациями, выглядело иначе. На этом этаже личные аппартаменты руководства базы и ценных сотрудников. А вон там и здоровенная дыра в стене – именно отсюда ворвались внутрь мутанты.

Поймал себя на том, что я больше сопереживаю мутантам, чем корпам. Причина этого ясна – одни лишили свободы, засунули в чертовски неприятные условия. Вторые вроде как не убили, ну и в своем праве – здесь их родной дом, который чужаки выжигают до тла, а за самими мутами охотятся, как на дичь.

– Грёбаные колонисты. – зло произнёс я. – Прийти, забрать всё ценное, оставить после себя пепел.

– Кэп, ты о чём? – встревожилась искин.

– О своём, о старческом. – отшутился я, внимательно осматривая комнаты по левую руку от себя. В предыдущей комнате был скорее всего медицинский пункт – даже сейчас там царила относительная чистота. Следующее помещение больше походило на комнату отдыха. Широкие диваны, столики, виднеется край барной стойки. Хм, зайду, пожалуй, возьму пару бутылок чего покрепче. Сдаётся мне, здесь хорошее спиртное – весьма ценная валюта, покруче мутагена будет. Удивительно, что Пелакурва сделала мне столь ценный подарок.

Едва вошел в комнату, сразу увидел двух мертвых женщин, судя по их униформе – то ли официанток, то ли представительниц древнейшей из профессий. Похоже их убило дверью, которая валялась тут же, вонзившись углом в барную стойку. Из под этой двери торчали ноги ещё одного человека. Похоже муты сюда даже заходить не стали.

Обогнув убитых, шагнул за стойку, и еле удержал палец на спусковом крючке. Твою же мать!

– Пелакурва! Чёрт! Ты жива?

Молодая женщина лежала на полу, головой ко мне. Вся нижняя часть её тела отсутствовала, а из страшной раны, залитой какой-то розовой пеной, струилась кровь.

– Андрэ? – чуть слышно прошептала моя знакомая. – Выжил. Возьми, там, под стойкой. Отнеси на базу, или форпост. Очень важно. Два кофра. Все, что удалось собрать. Получишь награду.

– Эй, постой! – я видел, как с каждым словом жизнь утекает из тела девушки, а взгляд мутнеет. Похоже химия, удерживающая смертельно раненую на грани жизни и смерти, перестала действовать. Тело Пелакурвы расслабилось, голова опрокинулась. Менеджер по торговым отношениям с заключенными отбыла в другой, не столь жестокий мир. Склонившись, я прикрыл ей глаза. Ещё одна жертва отдала свою жизнь ради благосостояния корпорации Аурум.

– Кэп, нам пора уходить. – напомнила мне искин.

– Сейчас, возьмём то, зачем я зашёл, и двинем дальше. Ещё эти кофры, чтоб их приподняло, да отпустило.

Выбрав пару бутылок, что выглядели покрепче, я начал осматривать низкие шкафчики, в которых хранились всякая мелочёвка, вроде посуды и прочего добра. Искомое обнаружил почти сразу – за неплотно прикрытой дверкой стояли два аккуратных чёрных дипломата, каждый размером с лист А3, и толщиной сантиметров двенадцать. Почему-то я сразу решил, что внутри мутаген. Хм, увесистые, каждый килограмма по три, не меньше. Ухватив оба за ручки одной рукой, самому себе коротко бросил:

– Всё, уходим.

***

Снаружи было тихо, но тревожно. Стоило лишь пройти сквозь пролом в стене и отдалиться от базы на полсотни шагов, как у меня вновь появилось ощущение опасности. И если в прошлый раз это можно было списать на корпов, то теперь я был уверен – кто-то наблюдает за мной из леса. И я даже догадывался, кто это может быть.

– Ева, покажи направление на обнаруженное нами гнездо псевдо-механоидов. Что-то мне не нравится здесь.

– Маршрут проложен. – сообщила мне искин. На земле появилась полупрозрачная зеленая стрелка, указующая направление. Отличная вещь, эта дополненная реальность.

Успел пройти половину расстояния, когда в полуметре справа и чуть впереди меня в землю что-то ударило, подняв фонтанчик пыли. Размышлять, что это было и оглядываться по сторонам не стал, сразу рванув вперёд. Понимая, что просто так меня бы не стали пугать, и это точно был промах – уверен, что целились по ногам, я на бегу произнёс:

– Бандерлоги!

Всё, три минуты у меня двойная защита, и возможно мне удастся перенести попадание иглы без ранения. Скорей, Андрей, шевели поршнями, до леса осталось совсем немного! И плевать, что с активированным усилением я чувствую себя несколько некомфортно.

Удар в правое бедро чуть не сбил меня с ног – лишь чудом не полетел кубарем. Зацепило краем, но и этого хватило, чтобы разом потерять скорость бега. Черт, да что ж там за стрелок такой? Ну уж нет, хрен я вам вот так сдамся!

Хромая на ноющую от удара ногу, я сбросил с плеча винтовку, и тут же, развернувшись, завалился в ядовитую пыль. Плевать, меня тут немного в плен пытаются взять, так что не до сохранения здоровья.

С противоположной стороны леса высыпал большой отряд бойцов – десятка три, не меньше. Все в черной броне, и бегут в мою сторону, явно не с добрыми намерениями. Ну, суки, держитесь! Где этот снайпер, что отсушил мне правую ногу? Ага, вон он, вскочил на ноги, и побежал вслед за остальными. Ничего себе у него карамультук, метра полтора длиной. Ну, сейчас посмотрим, насколько хорошо стреляет моя винтовка.

Выставив перед собой кофры, как бронезащиту, откинул у виновки сошки, и расположился поудобнее. Преследователи, увидев мои поиготовления, заволновались, хотя между нами было метров семьсот. Я не снайпер и никогда не отличался меткой стрельбой на дальние расстояния, да и в руках у меня сейчас оружие, которое следовало сначала пристрелять. Ничего, пугану, а если повезёт, ещё и снайпера грохну. Вон он, совсем не прячется, а ведь моя винтовка запросто пробьёт его бронекомбез. Я хорошо запомнил, черный – значит четвёртый класс защиты.

Выстрел. Мимо. Противник бежит навстречу, даже не пригибаясь. Нет, так не пойдёт. Снайпера нужно валить, однозначно, иначе он не даст мне уйти. Подпущу еще на сотню метров, и тогда посмотрим, у кого характер покрепче. А сейчас добавим наступающим куража.

Начал стрелять по наступающим из игломёта, одиночными, в разброс. Несколько раз даже попал, отчего противник окончательно осмелел. Ну, давай, ближе! Эй, а ну не расходиться в стороны, так сложнее вас отстреливать.

Вновь сменил оружие, и, выцелив снайпера, нажал на спусковой крючок. Мгновение, и враг, выронив своё оружие, закрутился волчком, хватаясь за левый бок. Вот чёрт, попал куда-то в живот. Впрочем терерь у меня есть время.

Перезарядка. Выстрел. В этот раз игла прошила голову другому бойцу, и вот тут уж противник понял, что я вполне себе кусачая добыча. Все попадали на землю, а по мне начали стрелять уже всерьёз.

Укрывшись за кофром – уверен, он выдержит и не такое, я перезарядил винтовку. Да уж, положение у меня незавидное. Две плазменных гранаты, конечно, решат многое, но и противник не дурак, уже начал расползаться в стороны. Так, Андрей, соберись! Вынеси ещё одного бойца, заставь врага начать действовать. Вон тот, справа, очень удачно залёг, и до него метров двести. Эх, жаль очередью не придавить.

Выстрел. Разумеется мимо. Сунул руку в карман, нащупал очередную спицу, зарядил. Ещё выстрел. Истошный крик. Есть, ранил.

– Гасите эту суку! – заорал кто-то из наступающих. Ну давайте, чё, кто там такой резкий? Ага, никто не встаёт, никому помирать не хочется. Боитесь, неуважаемые? И правильно делаете. А я вам ещё и сюрприз приготовил, только подберитесь поближе, метров на пятьдесят.

– Бух-бух-бух! – раздалось за спиной. И сразу же: – Та-та-тах!

Родные мои, как же вы вовремя! Оп-па, а чего это мы разворачиваемся? Ты смотри, как побежали! Э, куда? Зачем на базу? Стоять!

Выстрел. Перезарядка, ещё выстрел. Попал! Минус один. Сколько нападавших осталось, десяток? Дюжина? А разведотряд корпов молодцы, грамотно давят сук, вон как удачно снаряды ложаться.

– Эй, заключённый, ты какого там на пузе разлёгся?! – раздался позади знакомый голос, явно чем-то усиленный. – Хватай кофры и отступай к нам! Живее!

Да не вопрос. Гранаты в подсумок, винтовку на плечо, дипломаты в руки и бегом к лесу. Сошки стучат по шлему? Плевать, главное что не по голове. Надо пробежать всего двести метров, а потом всё, считай в укрытии.

Удар в спину. Я аж споткнулся, и только благодаря усилению бронекомбеза смог устоять на ногах. Твою же надорванную печень, так ведь и сдохнуть недолго. Словно молотом между лопаток приложили.

Вновь несколько раз бухнул плазмомёт, а через пару секунд за спиной прозвучала серия разрывов. Похоже всё, мне удалось уйти от вольных. Это точно были они, слишком уж хорошо упакованные. Давай, поднажми, Андрей, потом переведёшь дыхание.

– Отступаем! – отдал приказ командир, едва я поравнялся с пятёркой корповцев. – Заключенный, что в кофрах?

– Не знаю! – я передал одному из бойцов оба дипломата. Всё, теперь это не моя забота. – Пелакурва сказала, что в них самое ценное.

– Хорошо. Всё, уходим!

– Офицер, вы не станете добивать вольных? – удивился я.

– У нас нечем – боеприпасов осталось на две минуты боя. Видишь ли, синдикат точно знает, где на базе расположен арсенал. Нас просто закидают плазменными гранатами, а затем добьют чём нибудь вроде мневмомолотов. Остановись, заключённый, у тебя из спины игла торчит. – мою не маленькую тушку рвануло назад с такой силой, что я чуть не завалился на спину. – Бездна, да ты везунчик, парень. Угодила прямо в бутылку с водой, а так бы ты лёгким испугом не отделался. Сейчас бы лежал на земле, со сломанным позвоночником.

– Благодарю за спасение. Второе. – произнёс я, когда мы остановились на привал. – Я перед вами в большом долгу

– Не за что благодарить. – отмахнулся командир. – Мы сами виноваты. Стояли, ждали, когда все мутанты уберутся подальше. Рискнули бы, сейчас встретили бойцов синдиката на подступах к стенам, и положили бы всю банду. Это же они напали на нас пару дней назад, при возвращении на базу. Конт, что у нас по гранатам?

– С десяток осталось, командир. Два гнезда рядом, чтоб их, почти все потратил. Бездна, никогда не думал, что увижу разрушенный бастион.

– Эту базу уже третий раз разрушают. – в голосе командира послышалась горькая усмешка. – Борется с нами зона А-один, ох как борется. Ладно, хватит сидеть. Аюп, прокладывай маршрут до ближайшего оплота, у нас, похоже, весьма ценный груз на руках, если синдикат пошёл в открытую конфронтацию.

Через пять минут мы двинулись вглубь леса, взяв направление на уже изученные земли. Меня, словно я представлял для корпов угрозу, поставили в середину отряда, растянувшегося цепочкой. Я не маленький мальчик, чтобы не понять простой вещи – моя тушка зачем-то стала нужна этим бравым ребятам. Вот только у меня на свой счёт были планы, и в них не входило слепое подчинение бойцам корпорации.

Боевая группа синдиката.

– Командир, почему они не стали преследовать наших? – спросил боец в чёрном бронекомбезе. Они стояли на границе леса и выжженой земли, и наблюдали, как группа корпов из пяти человек, подхватив кофры из рук заключённого, быстро скрылась за деревьями.

– Скорее всего у них с боеприпасами плохо, побоялись связываться. Выжди полчаса, и отправляйся следом. Нам нужен этот раб. И отправь на базу человека, пусть поторопит наших. Скоро здесь будут приёмыши, мы должны успеть уйти раньше. На обследование даю один час, потом пусть уходят. Бездна! Знала бы, что окажемся возле разрушенной базы, взяла бы всех своих людей. Это же невероятная удача.

– Командир, разреши идти?

– Давай, поторопись...

Глава 19 С вами мне не по пути.

Шелест игл, звук попаданий по стволу дерева, приглушенная ругань корпов. Не теряя ни секунды, срываюсь с позиции, и ныряю в неглубокий овраг, пригибаясь как можно ниже. Чёрт, хоть бы не зацепило!

– Бум-м! – взрывается плазменная граната. Для корпов, оказавшихся от неё в полуметре, никаких шансов уцелеть. Их бронескафы для плазмы не преграда – не расплавит, так поджарит содержимое. Главное, чтобы во второй груп...

– Бабах! – раздалось через пару секунд после первого взрыва. похоже у кого-то из разведчиков сдетонировал боекомплект. Надо мной прошла волна жара. Чёрт, как бы пожар не начался.

– Кэп, отходи назад, на запасную позицию, иначе тебя сейчас накроют.

– Ева, наконец-то ты ожила! – обрадовался я. – Накрывать меня уже некому. Мёртвые, знаешь ли, не бегают.

В том, что жив я, а разведотряд корпорантов почти устранён, виновата не моя паранойя, а реальная угроза жизни. Ещё в первый день почуял неладное, поймав на себе пару сочувствующих взглядов от бойцов. А когда командир отряда отказал мне в праве покинуть группу, сославшись на какой-то пункт в уставе, всё встало на свои места. Дальше мне только и оставалось, что подгадать нужный момент. И он случился.

Только что закончилась малая ночь, и два бойца корпорации двинулись к какой-то неизвестной мне тропе, на разведку. Командир корпов и Конт отдыхали – на них чёрная звезда подействовала особо сильно, а последний корповец, самый молодой, делал вид, что скучает, но на самом деле приглядывал за мной.

– Отойду по нужде. – произнёс я, и поднялся на ноги.

– Пошли вдвоём, прикроем друг друга. – поднялся мой надсмотрщик. Ну вот, то что нужно. У него и мои плазменные гранаты, и в отряде он единственный имеет всего одну мутацию. Я ж не просто иду, но ещё и слушаю, о чём говорят бойцы.

А прикрывать действительно стоит, всё же голубая зона. Мне уже успели рассказать пару историй про откушенное, хм... Достоинство. Поэтому я спокойноотошёл от места стоянки на десяток метров, и повернулся к сопровождающему.

– Трах тебе в док.

– Ы? Что? – растерянно произнёс боец. Вот же слоняра, неужели не подействовало?

– Зачем вы меня с собой тащите?

– Так на допрос. Описать характер повреждений на базе, кто напал, как действовал. Ты – первый, кто выжил после нападения.

– А потом, после допроса? – задал я очередной наводящий вопрос.

– Убьют. Ты – свидетель. Весьма неудобный, так как видел, насколько мы слабы перед аномалией.

– Своих товарищей убить сможешь?

– Только подорвать если. – разведчик похлопал себя по поясу, на котором в специальных гнёздах крепились два шара плазменных гранат. – На нашем оружии установлена система свой-чужой, оно просто не будет стрелять по своим.

– Понятно. Давай гранаты сюда, а сам вставай на колени. – приказал я, мысленно поморщившись. Предстояла грязная работёнка. Эти парни меня спасли от неминуемой гибели, а я... Эх, на войне, как на войне. Принял две смертельно опасных сферы, извлёк стреломёт и отдал ещё один приказ: – Забрало открой.

Иглы вошли кучно, в один миг превратив внутренности бойца в кисель. Стрелял в упор, так что характерного шелеста никто не услышал. Подхватил тело убитого, и осторожно опустил на спину. Готово. Теперь активировать гранату, и несколько шагов назад, к месту стоянки. Бросок.

– Граната! – заорал командир разведотряда, и даже попытался отбросить смертельно опасный шарик, который я ловко подбросил к его ногам. Зря он это, лучше бы сам попытался откатиться подальше. Я вот, едва проследил, куда упала сфера,тут же укрылся за стволом дерева.

– Бум‐м!

Бабахнуло знатно – на месте стоянки на несколько секунд появилось маленькое рукотворное солнце. Чёрт, прошлый раз, в посёлке, взрыв был на порядок меньше. Похоже граната была повышенной мощности.

Едва жар начал спадать, я тут же бросился прочь, по уже намеченному маршруту. Выбрался на тропу и пробежал по ней сотню шагов. Приметил правильное место, и начал готовить ловушку.

Вложил вторую гранату в распор, между двух ветвей молодого дерева, с расчётом, что активирующая кнопка щёлкнет, встав на боевой взвод. Прикрыл подарочек срезанной веткой – голубая листва надёжно укрыла чёрно-серую сферу. Тут же использовал свето-шумовую, бросив её выше по тропе. Громкий хлопок, вспышка – вполне достаточно, чтобы знать, куда я побежал.

За неполные сутки пути с разведотрядом я заметил, что корпы категорически против передвижения напрямую. Только тропы, только комфорт. Даже когда на нас напал зелёный мутант, они и шагу не сделали в сторону, дождавшись, когда зверь выскочит из зелёнки на свободное пространство. Почему они так боялись забираться в сторону от троп, я не смог узнать ни у бойцов, ни у искина. Похоже на какой-то рефлекс, словно обожглись на молоке и теперь дуют на воду. Так что у меня не было сомнений – разведчики пройдут именно здесь.

***

– Кэп, что произошло? – уже в третий раз спрашивала меня искин.

– Трагедия. – ответил я, притаптывая землю. – Ты точно запомнила местонахождение схрона? При случае не ошибёшься?

– Кэп, как только выйдем к границе между зонами, я не только запомню эту локацию, но и точное место тайника.

– Это хорошо. Слишком уж ценные вещи здесь хранятся. Я даже не представляю, что в этих кофрах может быть. Новый, не изученный мутаген? Или какие-то научные изыскания?

– У меня нет данных, какой деятельностью, помимо добычи мутагена, здесь занимается корпорация Аурум.

– Да и черт с ними. Главное, чтобы мы при случае смогли найти схрон и забрать всё отсюда. Всё, пора отсюда сваливать, пока меня бойцы синдиката не догнали.

– Кэп, ты думаешь, что они станут преследовать нас?

– Уверен. Похоже им очень сильно нужны те шприц-капсулы. Слушай, может это золотой мутаген? Три дозы, как раз необходимый минимум для мутации.

– Вряд-ли. Мутаген в момент впрыска в кровь смешивается с дополнительными био-химическими ингредиентами. Сам по себе он не приживётся, и скорее всего убьёт носителя, а необходимые добавки – одна из самых оберегаемых тайн корпорации.

– В любом случае у меня только одна ампула. Пользы никакой, а проблем выше крыши. Всё, уходим.

Место стоянки покидал немного потежелевшим. Да, пришлось выкинуть куб синтезатора воды и пищи – игла синдиката пробила его насквозь, превратив из крайне полезной вещи в ненужный груз. Зато я переложил к себе большую часть содержимого из двух уцелевших рюкзаков корпов. Теперь у меня имелись: Опреснитель, офицерских сухпайков на три недели обильного питания. Дюжина капсул с зелёным мутагеном, правда я не знал, из каких тварей она извлечена. Семь капсул с серой мутью, видимо мехомутантов оказалось действительно больше, чем я предполагал. Отличная аптечка, с заживляющим гелем, и полусотней различных шприц-тюбиков. Благо, на всех имелись пояснения, для чего их использовать.

Личные контейнеры разведчиков даже не трогал, как и ключи-активаторы. Подобные вещи корпорация создавала таким образом, что заключённые могли пользоваться лишь тем оборудованием, что разработано только для них. А вот опреснитель очень даже работал, что меня порадовало.

Оружие корпов, за исключением одной наступательной гранаты, снятой с застреленного разведчика, пришлось оставить. Увы, но по вооружению я, после уничтожения разведгруппы, ушел в минус. Хорошо, что моя винтовка осталась со мной. Хорошее правило у корпов – на выходе всегда держать всё своё оружие при себе. Очень даже правильное.

– Ева, проложи маршрут к тому месту, где я нарвался на псевдо-механоидов. Нужно отыскать Дракота.

– Кэп, зачем он тебе? – удивилась искин.

– Надо. – коротко бросил я. Не нужно ей знать, что сказал мне тот огромный чёрный мутант. Да я и сам не всё понял, кроме главного – меня не убили лишь из-за некой незримой связи с крылатым недоразумением, которую нужно поддерживать. Интересно, что мой питомец кушал, и насколько изменился?

***

Охота. Идёшь себе спокойно по зелёной зоне, внимательно смотришь по сторонам, над собой, не забываешь оглядываться назад. Искать добычу практически не надо, она сама тебя найдёт, только успевай отстреливаться.

Повезло нарваться на древоглотов, и теперь у меня в отдельном месте хранились двадцать пять зелёных ампул, осталось лишь добраться до сфоттера, или один из фортов корпорации. Заходить на базу я больше не хотел, мне хватило двух предыдущих раз.

В целом картина для меня вырисовывалась крайне печальная. Ни дома, ни друзей, которых здесь просто не из кого заводить. Да и не хотел я иметь дела с зеками, хоть и уверен, среди них много нормальных людей. К тому же у меня на хвосте сидел синдикат вольных, и мои с ними разногласия требовалось решить как можно скорее.

Надписи. Вот что меня по-настоящему интересует. Маньриука говорила, что вождь её племени что-то знает о людях, оставивших эти текстовые послания. Вот только для кого они были написаны? Новым заключённым с Земли? Или уже присутствующим здесь, в аномалии? Например прошла разведгруппа, оставила короткие сообщения, по которым двигалась основная группа. Чёрт, да если где-то существует поселение, в котором разговаривают на русском... Эх, жаль, это лишь мои мечты.

– Кэп, ты молчишь уже больше часа. – прозвучал голос искина. – С тобой всё в порядке?

– Более чем. Вот думаю, что я не тем сейчас занимаюсь. Питомец – это хорошо, но мне сейчас нужно другим заняться. Набить побольше жёлтого мутагена, обменять на нормальное оружие, и устроить синдикату кровавую баню.

– Кэп, мы двигаемся в верном направлении. Я тут провела анализ, и пришла к выводу, что Дракот делает тебя сильнее. Если он при рождении был способен плеваться плазменными сгустками, то со временем превратится в боевую единицу, от которой не спасут и бронескафы корпов.

– Время. Синдикат уже вышел на мой след. Уверен, у них есть моё описание, известно моё вооружение, а может и про усиления знают. Судя по тому, как о них отзывались разведчики, вольные имеют влияние среди заключенных, а значит у них в поселениях, а возможно и на базах есть свои люди. Стоит мне появиться где-то, и вскоре за мной придут. Я, конечно, могу уйти в автономку, пока сухпаи не закончатся. За это время могут решить, что я погиб, и прекратить поиски. Вот только я не прокачаю свои способности, растрачу боезапас, а значит упущу много, очень много времени. Выход один – взять языка, а если повезёт – зачистить всю группу.

– Кэп, ты решил дать бой? В лесу твои шансы выжить при столкновении с бойцами синдиката ненамного выше, чем на открытом пространстве. Жизненно необходимо достать броню четвёртого класса, иначе тебя прикончит любой случайный выстрел.

– Да понимаю я. У них, помимо хорошего вооружения, и невидимки могут попасться, и много ещё кто. Например у кого-нибудь из бойцов усиление – стальная кожа. Но и просто так бегать – не вариант. Нужно заставить их уважать меня.

– Предлагаю всё же продожить охоту, удалившись от основных маршрутов перемещения. – искин внезапно прервалась.

– Ева?

– Кто-то приближается. Я слышу хлопанье крыльев.

– Дракот?

– Не похоже, звук совсем другой. Это что-то большое.

– Кто ещё может быть? Здесь зелёная зона.

– Укройся под деревом, на всякий случай.

Сказано – сделано. Укрывшись под раскидистой, густой кроной дерева, чем-то похожего на разлапистый клён, я притаился. Несколько секунд ожидания, и до моего слуха стали доноситься редкие, но мощные хлопки. Чёрт, судя по чистоте ударов, там как минимум слоняра летит, с размахом крыльев, как у аэробуса.

– Ёпт! – вырвалось у меня, когда над головой пронеслось что-то огромное, и при этом столь яркое, что моим глазам на миг стало больно. Верхушки деревьев закачались от мощного потока воздуха. Проморгавшись, я спросил: – Ева, ты смогла что-то рассмотреть? Я только силуэт успел увидеть.

– Кэп, это был мутант золотого, или серебряного ранга. Слишком плохая видимость, и тебя сразу же ослепило блеском.

– Слушай, что-то здесь слишком неспокойно, может правда свалить отсюда подальше? Ладно, продолжаем идти к гнезду, я там кое-что хочу забрать – пригодится при встрече с вольными. Ну и питомца нужно найти.

***

– Твою же мать! Дракот, фу! Фу, говорю! Нельзя это есть, скотина ты тупая!

– Жрать! Хочу жрать! Друг бросил, я болел! Жрать!

– Это же тухлятина, плохое мясо! Оно здесь уже несколько дней валяется. Пошли со мной, я поймаю для тебя что-нибудь свежее. И не надо на меня наговаривать, ничего я не бросал тебя.

Питомца я нашёл возле разложившейся, ужасно воняющей тушки крокана. Даже фильтры шлема не спасали меня от этой вони. Бедный Дракот, изрядно подросший, с впалыми боками и проглядывающими сквозь чёрную шкуру рёбрами собирался жрать то, что осталось от зелёного мута.

– Твою черешню, Драк, ты что, не мог поймать себе кого-нибудь помельче? Например того же иглозуба, или какую зверушку из синей зоны!

– Мелкая еда не вкусная! – раздалось у меня в голове. – Я не наедаюсь мелкими. От них нет силы.

– Вот нихрена себе! – на меня словно озарение снизошло. – То-есть ты сожрал зелёного мутанта, и теперь твари низшего ранга для тебя бесполезны? А муты тетра тебе пока ещё не по зубам. Это что же получается, этакое естественное распределение пищи?

– Кэп, в моей базе данных, полученной от корпорации, подобной информации нет. Или считается секретной, что скорее всего, или они не...

– Друг, когда будем жрать? – перебил Еву питомец. Вот чёрт, два голоса в голове, да ещё мои мысли – да здравствует шизофрения!

– Все умолкли! – рыкнул я. – Драк, ехать на моём плече даже не рассчитывай, ты слишком большой уже. Топай сзади, иначе не скоро покушаешь. Всё понял?

– Дракот умный, не то, что некоторые. – прозвучало у меня в голове, а сам питомец презрительно фыркнул. Ишь, обиделся.

– Пошли уже, жертва систематического недоедания. Господи, за что мне всё это?!

Группа неизвестных. Разрушенная база корпорации Аурум.

– Ну, что там? – спросил коренастый, седой мужчина, облачённый в бронескаф, раскрашенный под осенний лес. Он стоял у пролома в стене, держа в руках штурмовой комплекс космодесантника.

– Да как всегда, Саян. Похватали всё, что плохо лежит, и свалили по-быстрому. – изнутри базы вышел настоящий богатырь. Про таких говорят – косая сажень в плечах. Как и первый, он был облачен в золотисто-желтую броню, и так же без шлема. Короткая стрижка русых волос, серые, холодные глаза. Окинув пристальным взглядом горизонт, он продолжил разговор: – Сам же знаешь, у синдиката нормального командования нет, да и неоткуда им взяться. У кого обнаружили защиту от шума, того сюда и направили. Быстро обучили, и к аурумцам. Не поверишь, установили аж четыре растяжки, одну якобы не снимаемую. Быстро учатся на наших сюрпризах. А дверь в арсенал так и не смогли вскрыть, убогие.

– А я думаю, чего там грохнуло так сильно, неужели Булат развлекается? А оно вон как. Что-нибудь есть по нашему потеряшке?

– Ничего. Скорее всего сгинул, где-то по дороге сюда. Саян, ну не верю я, что он наш. Сколько уже лет прошло? Семьдесят? Ни одного земляка за это время не было. Чёрт, застряли мы тут навечно.

– Семён, да если бы не эта зона, мы бы уже лет шестьдесят червей кормили. А так живы-здоровы, и помирать в ближайшие лет сто точно не собираемся. Так что не поднимай волну.

– Командир возвращается. – богатырь указал пальцем в небо над лесом. – Не торопится, похоже впустую слетал.

– Ну, зато у нас есть, чему радоваться. Много в оружейке добра?

– А то! База новая, два месяца, как восстановить успели. Считай полные закрома. Единственное, что плохо, это отсутствие тяжёлого вооружения. Ну да мы уже привыкли.

– Добро. Ещё один шаг к нашей цели. Ладно, возвращайся к бойцам, а я командира встречу.

Глава 20 Кровавые кошки-мышки

– Ева, может у одного из вольных специальное усиление? – спросил я, наблюдая за группой противника. Семеро, все в броне четвёртого класса. У троих автоматические винтовки, остальные вооружены игольниками. Более мелкие детали разглядеть сложно. – Ты смотри, они же идут прямо по моему следу. Уже часов десять, не меньше, словно привязанные.

– Есть такое усиление, Кэп, следопыт называется. Оранжевый ранг, пассивное. Вроде как на запах срабатывает. Единственный способ сбить со следа, оторваться на большое расстояние. Нюхач может видеть след, которому не больше трёх часов.

– Как же хорошо, что здесь никакая связь не работает. – порадовался я. – Иначе я даже по прямой не ушёл бы. Драк, ты где, животина троглодитная?! Хватит жрать уже!

– Аудрэй жадный! Сам не ест, и другим не даёт. – тут же прозвучал в моей голове голос питомца.

– Аудрэй жить хочет больше, чем жрать, в отличии от некоторых. Так что не надо жаловаться. Тебя тоже прикончат, если поймают.

– Не поймают. Дракот умный, не то, что некоторые. – ответил питомец, появляясь в полуметре от меня прямо из воздуха. После пожирания зелёных мутов у зверя появилось ещё одно усиление – мимикрия. Я даже начал подозревать, что это как-то связано со мной.

– Эй, ты на что намекаешь, ящерица пучеглазая? Пошли уже, нам нужно ускориться.

Мой план был прост, как топор. Заложить петлю, и ударить вольным во фланг. В идеале завалить двух бойцов, но и одного будет неплохо, желательно нюхача. А если удастся серьёзно ранить, так вообще идеально.

Как раз место подвернулось подходящее для засады, на границе синей и жёлтой зон. Если противник поднимет крик, и на него подтянутся твари ранга этанол, будет весело. Главное – самому не нарваться. Отбиться смогу, но и время упущу.

Пришлось перейти на бег, что очень сильно не понравилось Дракоту. Питомец пробежал за мной с полсотни метров, а затем, отругав одного длинноногого прямоходяшего, заявил, что он рождён летать, а не ползать, и таки взлетел. Правда не высоко, а потому я промолчал. Драку действительно было тяжело бегать, с его то крыльями.

Сорок минут забега, и я, приблизившись к жёлтой зоне почти вплотную, начал сильно забирать влево. Если получится загнать преследователей в этанол, будет вообще хорошо.

Сделав приличную петлю, нашёл подходящее место для засады, про себя посетовав, что здесь, в аномалии, совсем редко встречаются возвышенности. Я всего дважды видел скопление скал, и то, метров двадцать в высоту, не больше. Ах, да, ещё как-то попался небольшой холм, с очень пологими склонами. Даже реки здесь настолько медлительны, что простой пешеход движется быстрее течения. Что это за мир такой? Плоский, что блин, но при этом обладает гравитацией. Какова его толщина, и что на противоположной стороне? Одним словом – аномалия. Будь я физиком по образованию, может быть и смог разобраться в происходящем. Впрочем, у меня есть другие, более важные дела, чтобы ещё и о глобальном размышлять.

***

Ждать пришлось минут пятнадцать. Похоже броня четвёртого класса не сильно защищает от атак мутантов жёлтого и более высоких рангов.

– Кэп, они приближаются. – сообщила искин, как всегда выделив посторонний шум из общего количества звуков.

– Вот и хорошо, а то я уже засыпать начал. – проворчал я, и повернулся к питомцу, улёгшемуся слева от меня. – Дракот, сидишь и не шевелишься. Как только прикажу уходить, не взлетаешь, бежишь за мной. Всё понятно?

– Не отсвечивать? Да, я умный, я не буду мешать Аудрэю охотиться.

Группа преследования растянулась метров на сорок, и я не мог видеть их всех сразу. Что ж, кого из этой компашки выбить? Первых двух точно нет, слишком самоуверенные. Последних? Нет, вот эта троица, что в середине. Если повезёт, успею сделать больше трёх выстрелов.

– Ш-шух! Просвистела спица, и один из троицы, резко взмахнув руками, начал заваливаться на спину.

– Аудрэй молодец! Убей их всех! – Раздалось у меня в голове. Ты смотри, какой у меня кровожадный питомец.

Перезарядка, навести на цель, выстрел. Мимо. И тут же, в паре метров передо мной, вверх взлетели куски земли. Чёрт, слишком быстро меня обнаружили.

– Отходим! – приказал я, отползая назад. Ухватил лежащий рядом рюкзак, и двинулся вправо, вжимаясь в землю. Оставшиеся бойцы синдиката не мелочились, поливая мою бывшую позицию со всех стволов. Надо убираться как можно дальше, пока меня не начали окружать. Ты смотри, бьют на поражение. Впрочем, прошлый раз тоже не мелочились. Глупо, если они хотят вернуть свои шприц-капсулы. А если я их спрятал куда-то?

Левая икра буквально взорвалась острой болью. Твою же лысую форточку, словил шальную спицу! Терпи, жертва межпланетных интриг, осталось десяток метров проползти, и тогда можно будет подлатать себя. Чёрт, а я ходить смогу вообще? Ощущение такое, словно мне по ноге чуть выше голени топором рубанули.

– Кэп, я вколола тебе дозу обезболивающего, через несколько секунд начнёт действовать. – сообщила искин. – Повреждение не критическое, ранение сквозное, кость, судя по всему, не задета.

– Сейчас заделаем. – прошипел я сквозь зубы, продолжая ползти. – Ох и дурак я, из разряда самонадеянных. Похоже те вольные, что атаковали меня у крепости, и эти – совершенно разные ребята. Нынешние гораздо резче. Я думал, они попадают в укрытие, ан нет, жахнули со всех стволов.

Перевалившись через корень здоровенного дерева, я прополз ещё около двух метров, прежде чем остановиться и открыть рюкзак. Извлёк трофейную корповскую аптечку, достпл бплон с кровоостанавливающей пеной, и обильно залил рану. Обезболивающее к этому моменту уже начало действовать.

– Друг, ты ранен. – прозвучал в голове голос питомца. – Чем я могу тебе помочь?

– Слушай, Драк, сейчас меня мало-мало убивать будут, а я стану изо всех сил этому сопротивляться. Если не справлюсь, тебе придётся уйти. Ты мелкий, шустрый, успеешь удрать. Сейчас вроде поправился, с зелёными мутами должен справиться. Во всяком случае с древоглотом точно.

– Зачем бежать, когда можно спрятаться, друг? – удивился питомец. – Я тебя не брошу. Глупый Аудрэй, если убьют тебя, умру и я.

– Что?! Ева, он серьёзно?

– Кэп, у меня нет никаких данных по детёнышам мутантов, и уж тем более по симбиотическим связям этих детёнышей, и неправильных заключённых, на которых не действует шум. Ты даже не заметил, что твой организм уже без болевых ощущений полностью нейтрализует действие блокатора.

– И что нам делать? – я уже вернул аптечку в рюкзак, и сейчас, подобравшись к торчащему из земли толстому корню, высматривал бойцов синдиката. Те прекратили заполошную стрельбу, и сейчас, перекрикиваясь, прочёсывали лес. То и дело раздавались короткие очереди из игломётов, видимо меня всё же решили прикончить.

– Глупый друг. Глупый и глухой. Я же говорю, надо прятаться! – вновь прозвучало у меня в голове.

– Драк, ты можешь спрятаться, я – нет. У них слишком высокие ранги мутаций, меня срисуют.

– Шесть чужаков, только один сильный противник. — сообщил мне Дракот. – Убьём его, а от остальных я тебя укрою.

– Откуда тебе... Чёрт, да ты гораздо умнее, чем кажешься. – проворчал я себе под нос. – Драк, ты что, видишь ранги мутаций на расстоянии?

– Я чувствую опасность. Пока она исходит лишь от одного чужака. Убьём его, и опасность исчезнет.

– Ты можешь указать направление, где он? – спросил я, отползая в своё укрытие, и намечая маршрут отступления. – И ещё поясни, как ты сможешь меня спрятать?

– Всё, что рядом – могу изменить. – попытался пояснить Драк, и добавил: – если заберусь тебе на спину или грудь, мы вместе станем камнем, или корнем дерева.

– Р-ра-ахр! – разнеслось по лесу.

– Кэп, похоже наш план частично удался. – с радостью в голосе произнесла искин. – Из жёлтой зоны на шум пришёл мутант. По звуку определить не могу, нужен визуальный контакт.

– Драк, ты можешь определить, где находится опасный чужак? – вновь обратился я к питомцу.

– Там. – с серьёзным тоном ответил мне Дракот.

– А! Ну спасибо. Давайте, пока вольные с мутом развлекаются, сменим позицию.

Бойцы синдиката справились с жёлтой зверюгой в течение одной минуты. Этого мне хватило с лихвой, чтобы зайти к ним во фланг. В этот раз я не забыл про свои усиления, и перед очередным прицельным выстрелом активировал каменную кожу.

– Ш-шух. – спица ушла к цели, и через мгновение один из вольных, выронив винтовку, схватился за грудь и начал заваливаться вперёд. Я не стал в этот раз повторять прошлой ошибки, и тут же покинул позицию. Дракот, словно тренированный боевой пёс, буквально стелился по земле, следуя чуть в стороне от меня. Чёрт, да этот зверь по скорости развития способен дать фору любому детёнышу, включая человеческого.

– Аудрэй, в моей крови память моих предков. – раздалось в голове. Вот же наглая морда, мысли мои читает, как свои.

– Ты ещё слаб, не умеешь скрывать свой разум. Тебе нужно найти сильного зверя, возможно моего вида, и поглотить его силу.

– Мне нужно сбросить со своего следа синдикат. А лучше прикончить всю группу. Потому что они могли обнаружить тайник, и если потеряют меня, те два кофра точно заберут при возвращении. Чую, пришло время растяжек, иначе меня всё же подловят при очередном выстреле.

Действовал по уже привычной схеме, но с выдумкой. Одну гранату, из своих старых запасов, установил на высоте своего пояса, изрядно провозившись с маскировкой. Зато для её срабатывания требовался всего один точный выстрел. Вторую, трофейную, поставил на взвод через пять метров, у самой земли. У Евы отсутствовала информация по вооружению корпов, но я подозревал, что эта наступательная граната рассчитана не на заключенных, а на бойцов в бронескафандрах.

Установил, прижав к земле подобранным по пути толстым суком, из расчёта, что её активируют сами преследователи. Конструкция получилась надёжная – если вольные не заденут палку, я расстреляю её из игломётов. Достаточно одного-двух попаданий, чтобы сук лопнул, и освободил кнопку, активирующую взрывное устройство.

Да, при установке рисковал, но иного выхода я не видел. Достаточно одного попадания, чтобы мой путь окончился здесь и сейчас. А ведь скоро химия перестанет действовать, и ранение даст о себе знать.

По тропе за мной следовало трое. Чёрт, где-то ещё двое потерялись. По-любому идут через лес, возможно даже выдвинулись вперёд. Разведчики хреновы. Плохо, придётся отходить. Мысленно послал Дракоту образ, как мы отступаем, затем снялся с позиции, и двинулся в сторону кустарника, за которым можно было спокойно укрыться и быстро удалиться.

– Аудрэй, сильный враг близко! – совершенно внезапно раздалось у меня в голове. Я чуть не выругался от неожиданности в полный голос, раскрыв себя противнику. Зато андреналин, впрыснутый в кровь самим организмом, заставил меня действовать не думая.

Откатившись к кустарнику, я замер, выцеливая из винтовки ту часть леса, откуда мог появиться враг.

– Бом-м! – грохнуло на тропе. И почти сразу же раздался второй взрыв – более слабый, но именно после него раздался протяжный крик боли.

– Какого мута там происходит?! – раздалось из-за кустарника, и на открытое пространство выскочил боец, вооружённый винтовкой. Мы заметили друг друга почти одновременно, но у вольного была лучше позиция. Или мне переместить ствол винтовки на добрые полтора метра, или ему – лишь опустить на папу десятков сантиметров.

– Хлоп! – прямо в грудь противнику врезался сгусток плазмы. Вольный дёрнулся в сторону, споткнулся о мой ботинок и начал заваливаться рядом со мной. Я практически в упор навёл на него своё оружие и выстрелил в голову.

На землю упало уже бездыханное тело. Причиной смерти стал не только мой выстрел, но и большая, с кулак, обуглившаяся рана в районе груди. Твою же в пень через колоду, да у меня в друзьях настоящий плазмомёт!

– Драк, спасибо, выручил!

– С тобой весело, друг! – прозвучало в моей голове. Чёрный мут крутанулся вокруг себя, словно говоря – смотри, какой я молодец.

– Пошли, посмотрим, что там произошло на тропе, пока все жёлтые муты на шум не сбежались. Первый раз шарахнуло знатно, не удивлюсь, если на тропе остались одни калеки.

Ползком вернувшись на позицию, я осторожно, стараясь не выдать себя, осмотрел тропу. На ней уже никто не кричал. Первый убитый лежал лицом вниз, и не подавал признаков жизни. Ноги у вольного отсутствовали. Второй вражеский боец сидел на пятой точке, и пытался собрать свои внутренности назад, в страшную рану. Похоже искин накачал его химией, за счёт которой противник ещё держался в сознании. Третий лежал ничком на животе, и внешне не имел каких-то повреждений, за исключением в лоскуты разорванного рюкзака на спине.

– Где-то бродит ещё один противник. – тихо произнёс я, и навёл оружие на того, что лежал ничком. Ну-ка проверим, жив или нет.

– Ш-шух.

Спица вошла вольному в левую ногу, и лес огласил крик боли. Эх, ну что ж ты так палишься, боец? Так, считай минус четыре. Теперь бы ещё последнего вычислить, и всё, дело сделано. Чёрт, где бы ещё раздобыть оружие корпов, не требующее специальной привязки?

Я успел покинуть позицию, перезарадиться, ещё раз подстрелить подранка, собравшегося уползти с тропы, вновь перезарядиться, но никто так и не пришёл выручать своих. Неужели сбежал?

– Драг, можешь предельно осторожно, стараясь не высовываться на открытые участки местности, обойти окрестности? Нужно отыскать ещё одного противника.

– Я не смогу отыскать чужака, он ушёл. – ответил питомец. Хм, а ведь я уже привык к такому общению, скоро и сам буду говорить с Дракотом мыслеречью

– Ты уверен? Откуда знаешь, что он ушёл, может затаился?

– Он последний, кто хотел нас убить. Теперь не хочет, нет направленного... – Драк умолк, видимо не мог подобрать слово.

– Направленной агрессии? Желания убить?

– Да, верно. – согласился зверь. – Угроза ушла.

– Ну, у нас под боком ещё одна угроза, и я бы тоже поспешил отсюда, если бы не одно но. – я в который раз посмотрел на тропу. Боец с развороченным ливером уже завалился на бок и не подаёт признаков жизни. А вот подранок всё никак не успокоится – пытается уползти с тропы. Что ж, теперь время работает против меня, поэтому нужно действовать.

Скрытно подобравшись к месту схватки, я в считанные секунды оказался рядом с раненым, и рывком утащил его за деревья. Тот даже не сопротивлялся, лишь помянул бездну и высказал что-то нехорошее про мою мать. Понимаю, сам бы в подобной ситуации ругался, как сапожник. Убедившись, что мы убрались с открытого места, прислонил вольного к стволу дерева, и, опустившись на корточки, спросил:

– Ну и с какой целью вы за мной бегаете?

– Золотое сияние. Наша старшая считает, что оно у тебя. – почти шёпотом ответил раненый. – Мы же не знали, что ты из этих.

– Каких ещё этих?

– Приёмных детей.

– Ты бредишь, мужик, какие еще нахрен приёмные?

– Не пытайся обмануть меня. Только вы, приёмные, используете гранаты не по назначению. Бездна, почему мы сразу об этом не догадались?

– Что ещё за золотое сияние?

– Так ты не брал? Странно. Старшая не может ошибаться.

– Так ты может прояснишь всё-таки, что такое – сияние?

– Ты думаешь, что такому как я рассказывают...

– Трах тебе в док. – произнёс я, надеясь, что у пленника нет ментальной защиты. Во всяком случае на наруче у него две жёлтые и одна зелёная полоски. Силён, чего уж. Впрочем, у вольных стартовый комплект брони и оружия гораздо круче, чем у зеков. – Расскажи всё, что знаешь про золотое сияние!

– Не, приёмный, у меня защита на такое. – попытался усмехнуться раненый, его лицо тут же исказила гримаса боли. – Говоришь, что не видел смяние? Это не важно. Ты свидетель, а потому тебя не оставят в покое. Во все посёлки на расстоянии двадцати дней пути уже разосланы ориентировки на меченого заключённого. Тебе не укрыться от синдиката.

– Значит ничего не знаешь про сияние. – я навёл ствол винтовки на лоб вольного и нажал на спусковой крючок. Спица вошла в голову и застря там. Боец даже не вздрогнул, просто обмяк. Так, собираем трофеи, без них мне долго не выжить в автономке, и отправляемся за беглецом. К счастью, я знаю, в каком направлении он движется.

– Приёмный, говоришь. – ворчал я себе под нос, вытряхивая содержимое рюкзаков противника. – Ну-ну. Значит не вымерли. Ещё бы знать где их искать... Золотой, мать его, лес. Мне в жёлтый, и то стрёмно лезть.

Глава 21 Вы хотели войны? Вы её получили. Так чем же вы недовольны?

Трофеи не порадовали. Кроме десятка ИРП и двух ампул с жёлтой мутью не нашёл ничего полезного. Даже обоймы со спицами не взял, потому как просто не знал, как их извлечь изнутри.

– Аудрэй, я нашёл чужака!

Радостный голос питомца, прозвучавший у меня в голове, заставил непроизвольно вздрогнуть. Две минуты назад он улетел разведать окрестности, с целью отыскать последнего вольного, и вернулся слишком быстро. Неужели и правда нашёл?

– Направление покажи. – попросил я, останавливаясь. Дракот, приземлившись рядом со мной, молча побежал по тропе. Вредная животина досталась мне в питомцы. Раз забудешь похвалить, сразу начинает дуться, и перестаёт разговаривать. Ни дать, ни взять – вылитый человеческий ребёнок, лет этак пяти от роду. И ведь с опозданием похвалить не прокатит, зверушка читает мысли на раз. Вот и сейчас фыркнул, отреагировав на мои мысли.

– Драк, а ты у всех можешь читать мысли, или только у меня? – поинтересовался я.

– Мы связаны с тобой. Других не могу, пока не вошёл в полную силу.

– Твою ж через хребтину, да посильнее! Это как тогда охотиться на элитных мутантов, если они способны на такое? Не удивительно, что корпы в третий раз теряют базу в одном и том же месте.

– Нам помогает Эмао. – невозмутимо произнёс Дракот. – Поэтому чужаки всегда будут умирать.

– Не всё так спокойно в датском королевстве. – тихо произнёс я. – Ева, что думаешь обо всём этом? А, чёрт, ты же не слышишь мысли Драка. Ладно, потом обсудим.

По моим прикидкам до вольного оставалось около километра когда в моей зоне видимости появился неизвестный заключённый. Обычный серый бронекомбез третьего класса, два игломёта – точные копии моих. На наруче видны голубая и зелёная полосы, а за спиной большой, намного крупнее моего, рюкзак.

– Драк, ты что, умудрился перепутать нашу цель с этим? – сквозь зубы спросил я, посылая зверю мысленный импульс, наполненный моим недоумением. Вроде питомец не страдал забывчивостью, и хорошо различал вольных по установленным мутациям.

– Этого чужака впервые вижу. – с удивлением произнёс Дракот. – И я его не чувствую, словно он мёртв.

– Ева, – обратился я к своей помощнице. – Существует такое усиление, что создаёт иллюзию?

– Светотень, мутация этанол, жёлтый ранг. – тут же ответила искин. – Кэп, ты прав, это иллюзия.

– Драк, живо с тропы. – приказал я, и сам скользнул в сторону, практически падая в сине-зелёную траву.

– Ш-шух, ш-шух! – раздалось совсем рядом. Сука, чуть в засаду не вляпался. И в руках у меня только игломёт, которым броню четвёртого класса разве что пощекотать можно. Ну, или в упор, чисто нанести травмы через бронекомбез.

– Восвояси. – произнёс я, замирая на месте. Мимикрия не просто маскирует меня, она изменяет пространство в радиусе одного метра. На этой площади я могу перемещаться, будучи уверенным, что меня не заметят. Разумеется, без резких движений. Поэтому я, определив границу усиления, буквально вжался в ствол дерева, за которым пытался уерыться, и произнес очередное ключ-слово: – Бандерлоги.

– Ш-шух, ш-шух! – свистнули стрелы, вспарывая почву метрах в трёх от моего местоположения. Кажется пронесло. Или противник не успел увидеть, куда я прыгнул, или... Чёрт. Драк! Ты живой?

– Аудрэй, всё хорошо. Я вижу настоящего чужака, но напасть не могу, слишком далеко.

Вот же вояка. В самом веса чуть больше четырёх килограмм, а всё туда же. Эх, мне бы пару секунд времени, и возможность двигаться бесшумно, я бы уже расстрелял вольного из винтовки. Увы, не судьба, похоже. Вот он, боец синдиката, в трех метрах от меня, в руках два игломёта. А время активированных усилений тикает, сокращаясь с каждой секундой. Здоровый кабан, хрен я такого смогу голой силой забороть. К тому же у него и экзоскелет в броне помощнее будет.

– Куда же ты, бездна тебя забери, подевался? – произнёс боец синдиката, и выдал пару длинных очередей по кустам. Сука, лишь бы не зацепил Драка! А вот так расходовать боезапас не стоит. Ты идиот, только что уравнял наши шансы.

Вольный отступил к дереву,тому же самому, к которому прислонился я, и сбросил с обоих игломётов магазины. Одновременно! Таким шансом грех не воспользоваться.

Не знаю, какие ощущения при попадании игл третьего класса в корпус, но вот по перчаткам точно малоприятные. А стрелял я практически в упор. Первой же очередью выбил из рук противника игломёт, второй в догонку заставил споткнуться и упасть. К этому моменту я уже успел сдёрнуть с плеча винтовку, и, перехватив оружие, приставил ствол к шее вольного.

– Грабли на башню, мордой в пол, дышать через раз!

– Э? Чё? – растерянно проблеял боец, но руки всё же поднял.

– Лежать, не двигаться, иначе пристрелю, как бешеную псину! – чёрт, от волнения не заметил, как частично перешёл на русский язык. Пришлось исправляться: – Что такое золотое сияние?! Живо отвечай, а то ногу прострелю!

– А-а! – заорал вольный, потому что свои слова я тут же подтвердил короткой очередью из игломета. Повреждений ноль, зато какой накал страстей – у бедолаги сейчас глаза от страха лопнут.

– Отвечай, живо!

– Не знаю! Что-то связанное с большими возможностями там, за пределами зоны!

– Что тебе известно про то, как покинуть зону? Три, два, один! – ещё одна короткая очередь по ногам.

– А-а! Есть такой способ! Не только у корпов! Контрабанда идёт отсюда точно. Больше ничего не знаю!

– Трах тебе в док! Какая контрабанда? – я аж подобрался весь, почувствовав, что сейчас получу важную информацию.

– Мутаген, элитный! В год три-четыре корабля прорываются через заслон корпорации, из них одному-двум удается покинуть аномалию.

– Откуда такая информация?

– Я же вольный. Нас синдикат специально готовит несколько недель, прежде чем мы отправимся в Аурум, а корпорация уже закинет сюда. Аномалию можно покинуть, только цена непомерно высока.

– Сколько? – уточнил я

– Десять капсул элитного мутагена. Это в два с половиной раза меньше, чем запрашивает корпорация за освобождение. И надо еще помнить, что себе тоже нужно установить элитную мутацию, иначе не сможешь покинуть аномалию.

– Твою же бабушку! – выругался я, представив, что нужно сделать, чтобы свалить отсюда. – А почему я не могу покинуть без элитки?

– Другие мутации. Без элитной за пределами зоны А-один они выходят из под контроля и начинают изменять организм до неузнаваемости. Корпорация как-то контролирует данный процесс, и это пожалуй их самый охраняемый секрет.

Сколько вас, вольных, находится возле разрушенной крепости?

– Около двадцати человек. Среди нас одна из командиров синдиката, с элитной мутацией. Это она ищет золотое сияние! Слушай, меченый, отпусти, а? А я тебе свой контейнер открою. У меня в нём есть одна красная ампула.

– Рюкзак скинь. – приказал я. Дождавшись, когда вольный выполнит приказ, отошёл подальше и распорядился: – Открывай так, чтобы обе руки были на виду. И я запрещаю тебе причинять мне любой вред. Действуй.

Пленный растегнул молнию, извлёк личное хранилище,и открыл его. Я приказал отодвинуть контейнер в сторону, и достать из рюкзака остальные вещи. Очень надеялся на синтезатор пищи, но увы, у бойца синдиката не оказалось столь нужной мне вещи.

– Теперь отползи вместе с пустым рюкзаком. – отдал очередной приказ, и, как только вольный отполз на метр, выстрелил. Сожаления об убийстве безоружного? Откуда, ведь он только что чуть не прикончил меня.

– Я могу подойти, Аудрэй? – прозвучал у меня в голове вопрос чёрного.

– Разумеется, мой чешуйчатый друг. – ответил я, обрадовавшись. – Собираем добро, и сваливаем отсюда. Я уже на ногах еле стою, да и есть хочется.

***

– Опасно, друг. Золотые – очень сильные! Если победишь такого, станешь самым опасным, все тебя станут уважать. Кроме чужаков, они глупые.

– Драк, но эти золотые подчиняются таким, как я. Кто же тогда эти люди?

– Приёмные дети Эмао. – непринуждённо ответил питомец. – В моей памяти нет про них ничего, кроме того, что они больше не охотятся на таких, как я. Как друзья, с которыми не сможешь поговорить.

– Спасибо, Драк. – поблагодарил я питомца. Интересно, если это мои земляки, то как они смогли добиться таких результатов? – Ева, как думаешь, они зачистили базу от всего добра, что там было?

– Кэп, в моей базе данных нет ни слова о каких-то приёмных детях мифического существа.

– Нам нужно пробраться на базу. – я пристально осматривал в прицел винтовки разрушенный участок стены. – Уверен, там найдётся пара действующих сфоттеров, и синтезатор пищи.

– Кэп, тебя могут убить на подходе приемные, или обнаружить вольные, это необоснованный риск. Я уверена, за базой сейчас следят бойцы синдиката.

– Так я не собираюсь лезть прямо сейчас. Один-два дня понаблюдаю, а там уже приму решение. Идти всё равно больше некуда. Ты слышала, что говорили на допросе пленные? Мне закрыт вход во все поселения, форпосты и базы. Еды у меня много, с водой тоже нет проблем, а вот боеприпасов едва ли хватит на один хороший бой. А ведь нужно ещё и охотиться на зелёных тварей, чтобы Драк не сдох с голоду.

– Хочу есть! – тут же заявил питомец. Вот же прожорливый зверь.

– Ты три часа назад съел почти половину древоглота, куда в тебя лезет?!

– Сюда. – питомец, у которого во внешности оставалось всё меньше кошачьего, похлопал передними лапками по своему брюху. – Я расту, мне нужно.

– Поверь, я бы на твоем месте не сильно спешил расти. Ладно, пройдёмся вокруг крепости, не сидеть же нам на одном месте. Не спеша, так сказать.

***

Первый секрет я обнаружил через полтора часа неспешной, можно сказать черепашьей прогулки. Обнаружил легко, со стороны леса эти идиоты совершенно не думали укрываться. Разумеется, я не стал проходить мимо и упускать шанс сократить количество вольных. Это ж насколько нужно быть беспечным, чтобы бессовестно спать на посту. Два выстрела, с интервалом в четыре секунды, и отряд синдиката сократился на два бойца.

Ещё через час обнаружил лагерь своих противников. Нет, не увидел, всего лишь услышал. Боже, край непуганных идиотов. Они зачем вообще здесь расположились? Их цель – база, или всего лишь наблюдение за ней? Если первое, я бы уже заслал внутрь стен одного-двух толковых бойцов, пусть обыскивают помещения, отмечают, где располагаются ценные вещи. Впрочем, может внутри ещё находятся приёмные дети? Тьфу, видел я этих детей, каждый под два метра ростом!

– Нужно как-то расшевелить это болото. – произнёс я, укрываясь за раздвоенным стволом дерева. – Драк, сейчас мы повеселимся. Рано или поздно, кто-то придёт менять секрет, нужно подготовить им встречу.

Двое бойцов появились через полчаса. Шли уверенно, ничего не опасаясь. Как у себя дома. Я понимал, что их лучше не трогать, и по хорошему лучше вообще уйти отсюда. Вот только куда? Что у меня есть после пробуждения в капсуле? Призрачная надежда найти своих? Я видел этих приёмных детей Эмао. Это не люди, это какие-то монстры в человечьем обличье. Им подчиняются, мать их, настоящие огромные драконы, сила и способности которых ужасающи. Кто я для них? Букашка.

Итог. Я здесь никто, и при этом обзавёлся хреновой кучей проблем, успев вляпаться во все неприятности, какие только можно. Можно пойти в глубь исследованных территорий, на максимальное расстояние. Уверен, стоит миновать два селения по прямой, и в третьем про меня никто ничего не узнает. Там найти нормальное место, и спокойно жить. Синдикат не всемогущ, и через месяц-другой просто прекратит поиски.

Есть одно но. Я не хочу так жить. Скрываться, избегать мест, где меня могут узнать, прятаться, словно крыса. Я воин, не заключенный. И поэтому я дам бой. К тому же у меня появилась идея, как повысить свои боевые возможности.

– Драк, – голос спокоен, как никогда. – Ты сказал, если умру я, умрёшь и ты. Иначе никак?

– Я готов к последней битве, друг. В моей памяти тысячи смертей моих сородичей, это не страшно.

– Тогда жди. В бой вмешивайся, если увидишь, что я не справляюсь совсем. Как в прошлый раз. Экономь свои усиления.

Смена часовых, добравшись до места, изрядно удивилась, обнаружив пустой секрет. Ещё бы, тела я спрятал, а следы боя старательно устранил. Вольные засуетились, и не придумали ничего лучше, чем разделиться. Один остался в секрете, второй поспешил в лагерь.

– Феерические долбоклюи. – прошептал я, преследуя бойца синдиката стволом винтовки. Дождавшись, когда он удалиться от засидки на полсотни метров, выстрелил. Быстрая перезарядка, и ещё один выстрел. Готов. Чёрт, спиц осталось всего десять штук. Ну ничего, сейчас попробуем кое-что. Только помножим на ноль ещё одного, и можно будет приступать к опытам.

На четвёртого потратил одну иглу, выстрелив в затылок с пяти метров. Минус ещё один. Так, что там у него с наручем? Фиолетовое и зелёное усиления. Ну-ка, проверим мою теорию.

Увы, но зажатое в руке хозяина оружие не сработало. Похоже настройки личных предметов были привязаны к живому заключенному, а мёртвого уже не слушали. Что ж, попытаться стоило.

Дальше было самое интересное. Пока Дракот отслеживал лагерь вольных, я собрал всех убитых в секрете, и приступил к тщательному обыску. И был вознаграждён: тремя оборонительными гранатами, десятком магазинов к оружию четвёртого класса, и, словно вишенка на торте – одной плазменной гранатой. Увидев её, поднял глаза к небу и поблагодарил того, кто сделал мне такой королевский подарок. Остальное добро, вроде ИРП, бутылок с водой, и опреснителя, оставил в рюкзаках, для которых отвёл важную роль.

Теперь в секрете синдикат дожидался сюрприз. Я усадил трупы спиной друг к другу, а под тела подложил все имеющиеся гранаты. Кроме плазменной, на ту у меня были иные планы. Закончив ловушку, приступил к следующему этапу – нападению на лагерь вольных. Меня, или ещё кого чужого там точно не ждали, а вот своих бойцов, возвращающихся с засидки – да.

Теперь нужно не ошибиться с главной целью – командиром всей этой шайки. Устраню её, и остальные сами разбегутся. Чёрт, ну почему я не спросил у пленных, как она выглядит. Не собирался нападать? Что-то у меня в этой зоне вообще голова плохо соображает. А всё от проклятого обезболивающего. Рана на ноге никуда не делась, хоть и заживает, и Еве приходится периодически колоть мне химию.

Действовать решил нагло, за гранью разумного. Не прячась, я смело вошёл на территорию лагеря и бегло осмотрелся. Шесть палаток, вроде той, что у меня в рюкзаке, и шатёр, в котором человек шесть легко разместится. Уверен, командование там.

– Дружище, где сейчас командир? – обратился я к бойцу, двинувшемуся в моём направлении.

– Командир уехала час назад, так что иди к Велсу, он старший. – и боец указал правой на шатёр. Увидев три полски на наруче, все зелёного цвета, я понял – это мой шанс.

– Трах тебе в док. У тебя оружие заряжено?

– Да, а что?

– Ступай к Велсу, и убей его. Убей вообще всех, кто находится в шатре. Понял?

– Понял. – кивнул боец, и, словно послушная собачёнка, направился к шатру. Твою же мать! А если вот так кто-нибудь меня возьмёт под контроль? Страшное место эта чёртова аномалия.

Я тут же наметил для себя сразу три цели. Ага, вон того, с жёлтой полоской на наруче, валим первым. Затем ту парочку, а после действуем по обстоятельствам.

– Восвояси. Бандерлоги. – активировал я все свои усиления, и опустился на колено. Вскинул винтовку, про себя в который раз похвалив создателя оружия – отдача минимальна, да и вес у оружия просто никакой.

Выстрел. Боец с мутацией жёлтого ранга хватается за левый бок. Точно не жилец, но ещё может натворить дел. Быстро перезарядившись, выстрелил второй раз. Всё, готов. Чёрт, да у меня так боеприпасов не хватит на всех.

Повернулся к паре бойцов, что-то оживлённо обсуждавших у одной из палаток. Выстрел. Боец синдиката схватился за ляжку и начал истошно орать. Да твою же мать, Андрюша, как так? Ведь целился в поясницу! Да, расстояние, да, стрелял без упора, но зачем же так издеваться над противником? Ох ты, смотри, да он упал, а второй, вместо того, чтобы спрятаться в укрытие, бросился помогать бедолаге. Да ещё склонился так, что у меня просто не остаётся выбора.

– Ш-шух! – второй боец упал на колени, прямо на раненого, и в лагере стало на одного орущего больше. В этот же момент из шатра стали доноситься крики, похоже мой "помощник" начал действовать.

Двумя выстрелами успокоив подранков, я сосредоточился на командирской палатке. Три спицы – три выстрела, а затем нужно отступать. Жаль, что в лагере нет командира всей этой шайки, очень жаль. Я бы и плазменной гранаты не пожалел.

В шатре что-то взорвалось, а через секунду наружу выскочил воин, а следом за ним из-за полога повалили клубы черного дыма. Какого лешего там произошло?

Наведя оружие на вольного, я выстрелил. Бил в грудь, с расстояния в полтора десятка метров. И, черт возьми, попал! Вот только безрезультатно. Спица, вместо того, чтобы уйти на всю длину в грудь, лишь пробила броню, и застряла. Враг яростно взревел, ухватился за торчащую спицу правой рукой, и вырвал её. Красная полоса на наруче противника раскрыла секрет противника. Похоже я попал.

Перезаряжая винтовку, я краем глаза наблюдал, как мой противник занимается тем же. Вот только у него был не игломет, а нечто монструозное, напомнившее мне капсульник. Чёрт, да меня сейчас будут убивать!

– Друг, бей в то место, куда я ударю! – прозвучало в голове, а в следующую секунду между мной и вольным очутился Дракот. Мелкий, чуть крупнее дворового кота, он встал на мою защиту. Боец!

Плевок плазмы угодил в солнечное сплетение вольного, и подействовал совершенно иначе. Каким бы усилением не обладал противник, но раскаленный шарик, прожёгший броню, и буквально прилипший к телу, не способствует к вдумчивой перезарядке. Уберпушка полетела в сторону, а боец выдал такой рёв, что ему позавидовали бы мутанты элитного ранга. Я же, осмотревшись по сторонам, и не увидев других вольных, рванул на встречу врагу.

Разбежавшись, в десяток шагов очутился возле вольного, и в прыжке пробил ему в грудь. Нет, ну а как еще бороться с этим бронированным хреном? Сбить с ног, а уж лежачего всяко легче прикончить. И не придётся расходовать столь ценный боеприпас.

Подскочив к барахтаущемуся на спине противнику, от всей души шарахнул ему прикладом винтовки по шлему. Какой бы ты ни был бронированный, но сотряс мозга есть сотряс мозга. Вот и мой противник тут же утих. Движения стали вялыми и невнятными. Эк его торкнуло, движения руками делает, словно плывёт куда-то.

– Драк, прикрой невидимостью! – потребовал я, пустившись на колено рядом с подранком. Раз его спицы не берут, может нож достанет? Дёрнул шайтан из ножен, поднес лезвие к дымящейся ране, и загнал клинок по самую гарду. Сука, вот сразу так почему не получилось?

Выдернул нож, двумя движениями вытер лезвие, одновременно окинув взглядом территорию лагеря. Тишина, мать её. Неужели всех перебил? А, нет, вон, за палаткой кто-то мелькнул. Уходить надо отсюда. Вот только пояс с патронами сниму с убитого, и его слонобой захвачу. Чую я, это личное оружие вольного, не имеющее привязок, а у меня всего две спицы на винтовку осталось. Эх, ещё бы забраться в шатёр, да пошарить в нём, на предмет ништяков, но смущают клубы чёрного дыма, вырывающиеся из входа, и стремительно поднимающиеся вверх. Чёрт, да этот чёрный столб сейчас виден со всей округи!

– Драк, уходим отсюда, живо! – приказал я питомцу, и, закинув тяжёлое оружие только что убитого противника за спину, стал отступать к лесу. Вольный, скрывавшийся за палаткой, тут же попытался атаковать меня, но выстрел в верхнюю часть палатки отбил у него желание дёргаться. А через несколько секунд я уже скрылся за деревьями.

– Кэп, что собираешься делать дальше? – прозвучал в голове голос искина.

– А дальше, Ева, мы припрячем рюкзак, и налегке наведаемся на базу. Уверен, я найду там всё, что мне нужно.

Глава 22 Попал...

– Драк, остаёшься здесь. Ты израсходовал все свои усиления, так что затаись рядом с схроном, и жди. Я могу задержаться на базе, потому что у меня имеются кое-какие планы.

– Аудрэй, я не хочу, чтобы ты пошёл в каменный лес, от него воняет смертью.

– Не бойся, я много лет жил в таком, и до сих пор жив. Главное, не высовывайся, и уходи в глубь леса, как только увидишь чужаков, особенно если с ними буду я. Эту тряпку, вместе с содержимым захватишь с собой, и отдашь мне только в том случае, если я приду к тебе один. Всё понял?

– Да Аудрэй, я сохраню эту тряпку для тебя. – в голосе Дракота послышалась печаль.

– Ты раньше времени меня не хорони, понял? Всё, до встречи.

Всё снаряжение припрятал, сделав схрон, с собой взял только оружие, да на поясе закрепил патронташ с десятком патронов к трофейному карамультуку. Жаль, так и не удалось испытать его в деле. Само оружие в руках, за спиной моя винтовка. До базы несколько сотен метров, которые следует преодолеть как можно быстрее. Всё, сейчас каждая секунда на счету. Бегом марш!

Ощущение, что тебе в спину смотрят через оптический прицел винтовки, не покидало меня все две минуты, пока я нёсся по выжженой земле, как пчеловод без москитки, уронивший себе на голову пчелиный рой. К счастью, никто в меня не стрелял, и до стен крепости я добрался без происшествий.

Едва нырнул во тьму пролома, неприятное ощущение тут же пропало. Вот чёрт, похоже меня и правда вели, только стрелять почему-то не стали. Впрочем, я нужен синдикату живым.

– Кэп, нужно добыть источник света. Похоже реактор базы прекратил выделять энергию, и теперь здесь темно. Когда мы были в комнате отдыха для командования, я видела там светильники. Они на автономном питании, как твой бронекомбенизон. Думаю, их никто не забрал.

Через десять минут, вооружившись здоровенным подсвечником с тремя искуственными свечами, я брёл по коридору первого этажа, чувствуя себя этаким Берримором, блуждающим по замку. Ваша овсянка, сэр!

На первом этаже все двери были вскрыты. Да, не взломаны, а именно разблокированы и распахнуты настежь. Во всех помещениях был относительный порядок, разве что все шкафы распахнуты, а ящики выдвинуты. Вещи или сложены стопками на кроватях, или на своих местах. Выглядело это, словно здесь провели шмон профессиональные сыщики, которые вот-вот должны вернуться, чтобы задвинуть ящики, закрыть створки и двери. Вот появятся они, а тут я с подсвечником...

Нашёлся спуск в подвальный этаж, но здесь меня ждал облом – закрытая бронированная дверь, один вид которой говорил – даже не пытайся, мужик, всё равно не вскроешь.

– Ева, как думаешь, что там?

– Наверное арсенал базы. Не оружейная, где хранится оружие и прочие товары для заключенных, а снаряды к орудиям и личному оружию бойцов корпорации. Нам там точно нечего делать.

– Пошли дальше. Слушай, ты заметила, большинство тел кадато пропало. Интересно, по какой причине?

– Исчезли тела с минимальными повреждениями. Скорее всего их расчленили, чтобы не появились новые механоиды.

Оружейку мы нашли на втором этаже, причём с приоткрытой дверью. Я лишь искоса заглянул внутрь, и сразу понял – застряну здесь надолго. Во первых, полки оруженой комнаты были не пусты. Да, на них лежало совсем немного вещей, но они были.

– Ну что, заглянем в кладовую? – произнёс я, и уже было собрался войти, но тут в голове словно щёлкнуло – стоп! Почему дверь приоткрыта? И на первом этаже, и здесь всё распахнуто настежь, а в оружейку открыта лишь на несколько сантиметров. Ну-ка, посмотрим, что здесь не так.

– Вот сука! – произнёс я, разглядывая почти касающийся пола верхним краем пластиковый стакан, из которого выглядывал округлый бок плазменной гранаты. Вот она прямо лежала на полу. Дно стакана имело отверстие, из которого вверх выходила тонкая пластиковая верёвка. – Ты смотри, это что за народные умельцы, придумавшие такое?

– Кэп, это ловушка? – поинтересовалась искин.

– Это только часть её. – усмехнулся я. – Подобное я видел лишь в одном месте, и теперь даже не знаю, радоваться мне, или нет. Вот же сука, аж вспотел непроизвольно от воспоминаний! И ведь мне край, как нужно оказаться внутри. Ладно, где там ещё один подсвечник.

Стакан с активированной гранатой я срезал, предварительно подвязав на нить второй фонарь. Заодно увидел вторую гранату. В голове само собой нарисовалась картина: вариант первый – кто-то неосторожный пытается влезть, открывает дверь, и срывает стакан с первой и второй гранат. Взрыв. Вариант второй – кто-то осторожный видит первую гранату, срезает её, тянет за нить или отпускает, не важно, вторая граната срывается вниз и падает прямо на активатор. Взрыв. И третий вариант – кто-то вроде меня обнаруживает вторую гранату, привязывает груз, срезает гранату, и довольный открывает дверь. Взрыв. Потому как положение второго взрывного устройства котролируют две нити.

Поэтому я, закончив с первым подарком, лишь слегка расширил проход, готовый в любой миг метнуться за стену. По моим подсчётам между активацией и срабатыванием проходит порядка четырёх-пяти секунд. Оп-па, дверь упёрлась в какую-то преграду. Ну, я не толстый, бочком легко протиснусь. Так, что тут у нас? Твою же в пекло! Третья граната – наступательная. Закреплена на высокой стопке всё из тех же пластиковых стаканчиков. Чуть сильнее толкни дверь, стопка свалится. Взрыв.

– Перемудрили. – поморщился я, внимательно осматривая помещение. Что-то мне совсем не хочется сюда входить. А надо. Молча собрал все гранаты и от греха подальше убрал их в новую разгрузку, взятую с одной из полок.– Ева, я сейчас пройдусь, а ты укажи мне места, где твоя логика заметит какие-то несоответствия.

– Попробую, Кэп.

***

– Ну что, валим отсюда? – произнёс я, подтягивая лямки нового рюкзака. – Или стоит продолжить обыск?

Мне удалось заменить всё. Бронекомбез, два игломёта, винтовка – всё четвёртого поколения. Десяток оборонительных и столько же светошумовых гранат, синтезатор пищи и воды. Гору аккумуляторов ко всему этому добру, и охренительно крутую палатку четвёртого класса. В ней можно было стоять в полный рост, если верить Еве.

– Кэп, ты и так получил в разы больше, чем рассчитывал. – ответила искин. – Намного больше.

– Ну, спицы к своей винтовке я так и не нашёл. – проворчал я. – А новая, хоть и может бить короткими очередями, но почему-то не столь мощная. Хоть и четвёртый класс. Да и поднять усиление на первой мутации было бы здорово. Может всё-таки удастся найти хоть один сфоттер. Да я даже готов закрыться в одной из камер, и...

Я оборвал себя на полуслове. Показалось, или действительно прозвучали звуки взрывов. Так, если это моя ловушка сработала, значит... Вот чёрт!

Сорвавшись с места, я рванул вверх, на третий этаж. Там гораздо ближе до одного из проломов, и он как раз выходит на нужную сторону. Задержался только у лестницы, осмотрев её на предмет растяжек и прочих сюрпризов. Вроде чисто.

Добравшись до комнаты, из которой совсем недавно испытывал винтовку, подошёл к дыре в стене, и, не высовываясь, начал осматривать окрестности. Твою в поджелудочную! Дюжина бойцов, двое из них верхом на зелёных мутах, быстро приближались к базе. Причём двигались они тремя отрядами, собираясь охватить моё внезапное укрытие.

– Они что, бессмертные что-ли? – произнёс я, скидывая с плеча монструозную винтовку вольного. – Ну, сейчас посмотрим, на что способна эта малышка.

Сошки за стену, тяжёлый ствол на край пролома, приклад в плечо. Навести прицел на группу. Ох, ёж твою медь! Это что ещё за фифа на зверюге верхом? Грудь под необычного вида бронёй, словно два фаустпатрона, устремлены строго вперёд. Сама броня вроде чёрная, но явно повыше классом, чем моя новая. И наруч, чтоб мне сдохнуть, на нём белая полоса! Может попробовать убежать, и затеряться в лесу? Нет, от зверей точно не уйду, догонят. Ладно, хватит завидовать, надо дело делать сейчас проверим, что за ружжо мне досталось.

– Бабах! – грохот был такой, словно в помещении стодвадцати миллиметровая мина взорвалась. Меня оглушило напрочь. В ушах звенело, во рту появился металлический привкус. Но самое главное – всё к чёртовой бабушке затянуло дымом. Не слыша собственного мата, я в сердцах перехватил оружие за ствол, и от души швырнул карамультук в дальний угол.

– Это ж каким идиотом надо быть, чтобы таскать с собой такое безобразие?! – словно сквозь вату, донёсся до меня собственный голос. – Что ж у этих вольных за кисель в головах, что они тащат сюда такое убожество? Или это я особо одарённый, что не смог правильно зарядить оружие?

– Кэп, ты всё сделал верно. Скорее всего оружие или патроны к нему пришли в негодность.

Щурясь, как старый аксакал на вечернее солнце, я сквозь рассеивающийся дым попытался разглядеть тех, в кого стрелял. Разумеется, с ними ничего не случилось. Все три отряда продолжали окружать базу, причём один вырвался вперёд. Это грудастая мадама спешила на встречу со мной. В иной ситуации я бы может и порадовался этому, но не сейчас.

– Ева, ты можешь идентифицировать броню вон той наездницы?

– Это элитный класс. Продаётся заключённым или вольным, сумевшим добыть и доставить корпорации десять капсул с красным мутагеном.

– То-есть без шансов, верно?

– Такую броню повредит плазменная или наступательная граната, а так же любое оружие сотрудников корпорации Аурум. Ну, или элитное оружие, выдаваемое таким же заключенным элитного ранга.

– Хм, ну, попробуем. Только те три гранаты, что я снял, чую, они с подвохом. – говорил уже на бегу, спускаясь на второй этаж. – А почему такой элитки в оружейке не было?

– Единичные экземпляры, скорее всего выдаются только на главных базах. Здесь же фактически форпост, со слегка расширенным функционалом, в виде исследовательской лаборатории.

– Так, где они, эти кровавые подарки? – ухватив плазменную гранату, для надёжности зажатую мной в стаканы с двух сторон и перемотанную клейкой лентой, я двинулся обратно на третий этаж. Чем выше буду находиться, тем меньше шансов меня окружить. Знал бы я, как сильно ошибся, вообще бы не покидал оружейку.

Противник зашёл сразу отовсюду, из нескольких мест. Первое боестолкновение произошло, когда я пробегал центральное помещение базы, в котором сходились все коридоры. Только выбежал из коридора, сразу засёк справа движение. Успел дать очередь из игломёта первым, и противник, не успевший среагировать, повалился на пол. Твою же мать, откуда он здесь?! Не могли вольные так быстро забраться на второй этаж, у меня ещё минута форы была, как минимум. Суки, с разных сторон зашли, отвлекли взрывом , и в несколько больших групп... Отставить третий этаж!

Повернув направо, я миновал убитого и принялся осматривать помещения по сторонам коридора, отыскивая пролом. Теряя драгоценные секунды, добрался до конца коридора, и очутился в помещении, похожем на шлюзовую, но не оборудованную кабиной лифта. Здесь пролом в стене был совсем небольшим, но человек в него мог пролезть с лёгкостью. Увидел я и самодельную кошку, вонзившуюся в неровный край пористого бетона. Ну-ка, что тут у нас?

На краткий миг выглянув наружу, успел увидеть двух бойцов и крупного зелёного зверя. Вот как они успели раньше других. Ну, раз поспешили, значит сами виноваты.

Две короткие очереди сверху вниз, и оба бойца повалились на землю. Так, теперь животинка. Её я не стал убивать, решив проверить одну идею. Ещё раз внимательно осмотревшись, выбрался наружу, повис на вытянутых руках, и спрыгнул. Сразу же, как только приземлился, уставился в разгневанные глаза мутанта. А зверюга хороша. Похожа на лысую гиену‐переростка, с атрофированными челюстями – больно уж они маленькие. На этом ездовом животном и двух, и трех таких, как я, легко можно увезти.

– Трах тебе в док!

Подействовало. Взгляд мута подёрнулся плёнкой, и я, продолжая действовать по наитию, отдал мысленный приказ – Подчинись! Позволь сесть на тебя, и как можно быстрее вези меня к лесу!

Впервые отдавал мысленный приказ, но он, о чудо, сработал как надо. В глазах зверя агрессия сменилась на покорность, и он повернулся спиной, приглашая в самодельное седло, сделанное из брони то ли второго, то ли третьего класса. Было и стремя, что порадовало. Взобравшись на зверя, я едва успел ухватиться за шею, как мут сорвался с места, рванув прочь от базы. Похоже ему было крайне некомфортно возле постройки корпов.

Я почти успел. До леса оставалось каких-то полсотни метров, когда зверь подо мной взвизгнул, скакнул раза в два дальше, чем обычно, и тут же зарылся мордой в землю, сбрасывая меня через голову. Скорсть была приличная, так что меня кубарем прокатило несколько метров, прежде чем я смог остановиться. Непередаваемые ощущения – кувыркаться в бронекомбезе выпучив глаза и скрипя зубами от боли. Словно тебя мотает внутри консервной банки.

Попытался подняться, и зарычал от боли. Грёбаный ты в почку камень, походу перелом правой ноги. Да и всё тело ноет так, словно меня сутки пинала добрая сотня гномиков. С трудом обернулся назад, на базу, и кое-как, сквозь багровую пелену, разглядел двух всадников, стремительно приближающихся ко мне. Сука, ведь почти ушёл, осталось совсем немного. Каких-то несколько десятков метров. Ну уж нет, хрен вам, а не лейтенант Базилевский! Сейчас только до туши доползу, и устрою вам.

– Кэп, ты меня слышишь?! – раздалось в голове. – Я вколола тебе все стимуляторы и обезболивающее, какие только имеются в наруче. Как себя чувствуешь?

– Врачи констатировали ушиб всей бабки. – проворчал я, нащупывая игломёт на правом бедре. И старой и новой винтовке по-любому досталось, могло сильно повредить при падении. Да и времени, чтобы снять её со спины, просто нет. Чёрт, барахтаюсь, как жук на спине. Нет, никуда я не поползу, тут буду воевать. Эх, ещё бы навести оружие на противника...

– Кэп, обезболивающее начнёт действовать через десять секунд. – в голосе искина прозвучало море сострадания.

– Через десять секунд меня мало-мало убивать будут. Сначала допросят, вернее попытаются допросить. Чёрт, Ева, не отвлекай! У меня и так каша в голове!

– Ш-шух-шух! – засвистели иглы, быстро разряжая магазин. Одна из тварей споткнулась под седоком, скачущим впереди, и тот повторил мой трюк, только в более жёсткой форме. Его не сбросило с мута, а перевернуло вместе с ним. Не маленькая туша зверя грохнулась на седока, и я был уверен – вольный труп.

Второй наездник резко остановил своего скакуна и ловко спрыгнул на землю, совершенно не опасаясь моего игломёта. Да твою же мать, это та дама, в элитной броне. Ну всё, Андрюша, будет тебе сейчас БДСМ.

Я успел расстрелять полный магазин, пепезарядиться, и даже начать стрелять, когда мощный удар выбил оружие из моей руки. Второй удар пришёлся в мою многострадальную грудную клетку, от чего в глазах потемнело, словно наступила ночь. Чёрт, похоже у меня сломано несколько рёбер, и эта сука только что попала прямо по переломам. Сознание ещё немного посопротивлялось и решило, что с меня хватит. Счастливый, я отправился в небытие.

***

– Да очнись же ты, мутово семя! – словно сквозь сон донёсся чужой голос. – Только попробуй мне сдохнуть, я тебя с того света достану.

– Мадам, ваши угрозы звучат неубедительно. – произнёс я шёпотом. – И право слово, ежели вам так возжелалось, вы ошиблись с объектом страсти. Увы, но в нынешнем состоянии любовник из меня неважный.

– Ты что несёшь, урод! Где золотое сияние?! Отдай по хорошему, и я обещаю – твоя смерть будет лёгкой.

– Давайте без угроз, мы же деловые люди. Желаете от меня что-то получить, предложите достойную оплату. И да, себя можете не предлагать, вы не в моём вкусе.

Удар. Темнота.

***

– Кэп? Кэп, ты меня слышишь?

– Ды. Дыа. – чтоб мне век не видеть голых женщин, как де тяжело дышать.

– Вольная отсоединила твой шлем, и поставила тебе в шею укол какой-то мощного стимулятора. Боюсь, этот укол заставит тебя говорить правду.

– Хорошо. Теперь эта кобыла хотя бы лягаться не будет.

– Как ты меня назвал, слизняк? – прозвучал рядом тихий, вкрадчивый голос.

– Кобылой, мадам. – слова давались с трудом, мысли в голове переплетались и путались. – вы так мило шипите, все змеи в округе обзавидуются.

– Ты больше не выведешь меня из себя, мутов выкормыш. Говори, где контейнеры с золотым сиянием?

– Возможно у корпов, или ещё где-то.

– Ты что несёшь?! Я читала отчёт офицера, там было сказано, что контейнер при вскрытии взорвался. Значит кто-то уже лазил в него! Так, стоп. Ты вскрывал контейнер вольной, что достался тебе как трофей?

– Конечно, моя сладкая. – говорить правду было легко, а вот соврать я просто не мог. Ну ничего, иногда правда настолько запутана, что лучше уж ложь.

– Ты доставал из контейнера золотое сияние?

– Я не знаю, мадам.

– Так, понятно. Ты доставал что-нибудь из контейнера?

– Да.

– Что доставал?

– Касулы с мутью, странную ампулу с жидкостью золотистого цвета.

– Где эти ампулы с золотистой жидкостью?

– В разных местах.

– Ты их спрятал?

– Нет. – ну а что ещё ответить ей? Я спрятал одну, значит её амне их.

– Ты надо мной издеваешься? – в голосе вольной, лица которой я не видел, прозвучала сталь.

– Немного.

– Сколько ампул с золотой жидкостью ты достал из трофейного контейнера?

– Одну.

– Бездна! Вот же идиот! И где она, эта ампула?

– На дереве.

– А где это дерево? – в голосе вольной появились любопытство и волнение.

– В лесу.

– Сука! В каком?!

– В фиолетовом.

– Не зли меня, недомуток! Ты можешь привести меня к ампуле с золотым сиянием?

– Нет.

– Да как так?! Она что, храниться у кого-то другого?

– Да.

– У кого?

– У Дракота.

– А Дракот у нас кто?

– Чёрный мут.

– Похоже на тебя не действует химия. – устало произнесла вольная и склонилась надо мной. Я смог разглядеть черты её лица – резкие, острые, но красивые. Хищница! И формы у неё ниже шеи просто высший... Чёрт, о чём я думаю! – Я права, меченый?

– Нет. – ответил я, и улыбнулся от всей души.

– Значит будем действовать по жёсткому варианту. – в тёмно-карих глазах вольной разгорелось адское пламя. – Думаю, тебе понравится.

***

Я как-то слышал рассказ сослуживца, побывавшего в плену у повстанцев африканского континента. Так вот, он сказал, что под пытками ломаются все. Нет, не просто раскалываются, рассказывая даже то, о чём сами забыли. Речь о самом человеке: его характере, взглядах на жизнь, на добро и зло. Руки настоящего мастера заплечного ремесла способны через адскую боль и кровь слепить новую личность. Ущербную, больную, но она будет иной.

Вольная, на моё счастье, не была мастером. Пока меня держали четверо её помощников, она била, резала, прижигала и в конце концов, окончательно вызверившись, взялась за топор. Идиотка, та дурь, что она мне вколола, смешавшись с химией, полученной из наруча, сработала как мощнейшее обезболивающее.

– Я так понимаю, ты не желаешь возвращать мне ампулы с золотистым сиянием. Что ж, посмотрим, как ты запоёшь, когда я отрублю тебе ногу.

– Командир, тревога! – откуда-то издали раздался громки крик. – Тревога! Приёмыши возвращаются! У нас около минуты, чтобы спрятаться!

– Убью! – раздался разъярённый голос обезумевшей фурии, а в следующую секунду мне прямо в кадык ударили пяткой ботинка. Я захрипел, забился, пытаясь вдохнуть через сломанную гортань хоть немного воздуха. В глазах потемнело, в который уже раз за сегодняшний день. Что-то кричала Ева, но я уже перестал воспринимать её голос, как что-то реальное. К тому же моё левое предплечье обожгло острой, столь сильной болью, что столь желанная тьма наконец-то широко распахнула свои объятия, и приняла меня всего...

***

Голоса. То невнятные, то совсем рядом, они словно плавали в пространстве, то удаляясь, то накатывая волной. Что-то родное, близкое исходило от них. А ещё, где-то внутри головы, бубнил женский голос:

– Кэп, медицинские картриджи пусты. Состояние тела тяжёлое, имеются критические повреждения.

– Хр-р. – вырвалось из моего горла. А ведь я попытался произнести – заткнись! Не знаю, как, но моя попытка внезапно подействовала. Ева умолкла, и посторонние голоса разом приблизились, нависнув прямо надо мной.

– Чёртовы моральные уроды, за что они так уделали парня? Я впервые вижу, чтобы вольные так изгалялись. – голос говорившего был с хрипотцой, такой бывает у заядлого курильщика. И веяло от него чем-то родным.

– Может задолжал им сильно. Слушай, не по людски вот так бросать этого сидельца. Давай я ему регенератор вколю, может очухается? – второй, басовитый голос явно принадлежал кому-то очень крупному.

– Саян, а это не наш хлопец, которого мы уже две недели ищем? – в разговор вступил ещё один человек. Слова произносит чётко, веско, явно привык командовать.

– Да хрен знает, командир. У бедолаги всё лицо располосовано, как определить, меченый он или нет? Эти суки даже кисть ему отчекрыжили. Вот накой нужно было так изгаляться?

– А чего ты ждал от шестёрок синдиката? В аномалии каждый становится тем, кем являлся всегда, не скрывая и не утаивая ничего. Что думаешь делать? У нас не так много шприцев с регенератором, чтобы тратить его на каждого встречного сидельца.

– Ну, этот парень точно не заслужил такой смерти. – произнёс тот, которого назвали Саян. И в этот момент у меня в голове словно щёлкнул выключатель – они говорят на русском! Твою же в бездну! Я слышу, как мои земляки обсуждают, что со мной делать!

– Так добей его, раз жалко. – произнёс другой голос. – потом похороним по людски. И правда, умер, как мученик.

– Хр-р! Хр-р-р! Х-х-х! – вырывалось из моего разбитого горла. Я пытался материться, сказать, что я живой, что не собираюсь умирать. Вот только мои попытки привлечь внимание обернулись очередной волной беспамятства. Всё, кранты – пронеслась мысль в моём угасающем мозгу. Меня сейчас добьют свои же. Эх, а я так хотел сделать с одной синей красоткой току-току. Прощай, Маньриука...

Том 2 Элита. Глава 23 Протезирование по жёсткому варианту.

Сначала было слово, и слово было боль. Нет, не так. В общем, устав прибывать в нигде и ничто, моё сознание таки решилось вернуться в своё родное тело. Не могло, чтоб его, потерпеть ещё хотя бы денёк, может было бы не так больно.

Болело всё. Грудь, рёбра, голова, ноги. Но больше всего болело левое предплечье. С трудом разлепив глаза, даже это мне причинило вспышку боли, я уставился в низко нависающий серебристый потолок. Хм, в морге что-ли? Как сюда вообще попал?

Воспоминания накатили снежной лавиной. Аномалия, мутанты, бой, база, беготня... Пленение! Меня же чуть не убили. А потом голоса, разговаривающие на русском! Чёрт, надо подняться, да только сил нет совсем.

– Кэ-эп? – прозвучало в голове. Этак протяжно, с недоверием. – Ты очнулся? Я фиксирую попытки пошевелиться! Лежи, не двигайся. Тебе сейчас необходим покой. Ты в относительной безопасности, в своей палатке, под контролем одного из дружественных заключённых.

– Дружественных? – с трудом произнёс я хриплым шёпотом.

– Кэп, тебе регулярно ставят мощное восстанавливающее средство неизвестного происхождения. А ещё они не стали убивать Дракота. Представляешь, твой питомец прилетел в последний момент, когда тебя уже собирались добить, и накрыл своим телом.

– Драк. – прохрипел я, и мои губы расползлись в улыбке.

– Друг очнулся! — прозвучал в голове второй голос. – Живой!

Хлопок, и в палатку ворвался чёрный зверь. В один миг нависнув над моим лицом, Дракот издал звук, больше похожий на мурлыканье, а затем его шершавый язык лизнул моё лицо. Вот же животина, терпеть не могу такие нежности.

– Изыди. – прохрипел я, но тут же добавил: – Спасибо, дружище.

– Погибнет Аудрэй, погибнет и Дракот. – раздался у меня в голове голос мутанта. Хм, мне показалось, или он немного изменился?

– Так, что тут у нас? – раздалось от входа. Увы, из-за слабости я не мог приподнять голову, чтобы рассмотреть говорившего. Он сам, забравшись в палатку, навис надо мной. Седой, азиат, причём возраст вот так, навскидку, и не определишь. То ли сорок, то ли все девяносто, уж больно глаза у мужика были мудрые. Широкоплечий, в камуфляжном бронескафе, но без шлема. Да, именно в бронескафе, внушительного вида его броня ничем не отличалась от той, что носили корпы.

– Саян? – шёпотом спросил я, вспомнив голос азиата, и как к нему обращался некий командир.

– Ты смотри, значит в сознании был, когда мы тебя нашли. Стоп! А с чего ты решил, что это имя?

– Русский язык – мой родной. – прохрипел я. На русском.

– Какой? – переспросил мужик. Если бы я в этот момент не смотрел ему в лицо, то поверил бы, что он не понял.

– Эмао, приёмные дети, надписи на скалах. – говорить было трудно, поэтому я прервался, чтобы отдышаться. Под конец добавил: – Некоши и Дракот рассказали мне многое.

– Какие имена у спасённых тобой женщин некоши? – нахмурившись, спросил Саян.

– Санриука и Маньриука. Маша синекожая. Имена остальных не спрашивал.

– Блокатор! – азиат указал на мою правую руку. – сколько инъекций у тебя осталось? Шёпот уже слышал?

– Я почти трое суток шёл по аномалии без дозы этого дерьма, и живой, как видишь. Шёпот слышал, но не видел.

– Проверим. – мужик улыбнулся. – Значит, говоришь, ты с Земли. Меченый потеряшка. Мессандра. Ну рассказывай, как тебя завербовала корпорация. Землянин.

– Может и вербовала, не помню. – усмехнулся я, понимая, что подвергся ментальному воздействию. – Слушай, давай, я расскажу свою историю, а потом ты будешь задавать свои вопросы.

– Ну давай, послушаем твою сказку. – усмехнулся мужик, возраст которого я так и не смог определить.

Ну, я и рассказал. Про службу, про взрыв, про рассказ моего первого искина. Не стал утаивать и про золотое сияние, при упоминании которого мой слушатель лишь усмехнулся. Когда я закончил свой рассказ, а он, из-за моего состояния был очень долгим, в палатке повисла тишина.

– Занятная история, лейтенант Базилевский. Настолько нелепая, что я склонен поверить тебе. Сейчас я поставлю тебе укол, а завтра мы продолжим с тобой разговор. Да, очень хорошо, что у тебя иммунитет к излучению чёрных звёзд. К сожалению, мы так и не научились выращивать новые конечности.

– Что? – не понял я. – Конечности? У меня что...

– Спи. – произнёс Саян, и я, словно послушный пациент профессионального гипнотизёра, плавно погрузился в сон.

***

– Парень, просыпайся, к тебе пришёл дед мороз. – прозвучало откуда-то издали.

– Можно ещё пятнадцать минут поспать? – сквозь сон спросил я, не желая пробуждаться.

– Боец, проснись и пой! – уже громко прозвучал над ухом весёлый голос азиата. – Или ты не хочешь отведать шурпы из зелёного мутанта?

– Ты меня травануть решил? – произнёс я, помогая своему лекарю усадить меня. ухватив губами трубочку, торчащую из бутылки, жадно присосался к ней, пока не выпил почти всю кисловатое пойло Только потом понял, что это не вода, и не витаминизированная жидкость.

– Что, понравилось? – улыбнулся Саян. – Это сок красного дерева. Поверь, местная флора, если знать, даёт столь полезные вещи, что корпорация напрочь забыла бы про мутантов, и перешла на сборы трав.

– Здесь же всё ядовитое! – я аж поперхнулся от услышанного.

– Знаешь, если забить какую-нибудь зверюшку и оставить её на неделю-другую на жаре, то её мясо скорее всего тоже станет ядовитым. А здесь, в зоне А-один, процесс разложения проходит в десятки, если не сотни раз быстрее. Ну да ладно, это тебе пока что не нужно. Главное, прими, как данность – для тебя здесь съедобно практически всё. Звери, фрукты, ягоды, корнеплоды. Как я уже говорил, природа здесь богата. Да, не для всех, только для избранных. Мне, как и тебе, повезло попасть в их число.

– Слушай, Саян, а что с Землёй? Как она там? – спросил я о важном. – Сильно изменилась? Я же правильно понял, вы с неё прибыли сюда?

– Хочешь шутку? – в этот раз усмешка азиата выглядела горькой. – Я уже больше ста лет задаюсь вопросом – что с Землёй? Каждый землянин, заключивший лживый контракт с корпорацией Аурум, и выживший в первые годы, задавался этим вопросом. Но не будем о грустном.

– Подожди! Ты сказал – контракт. Земляне что, по своей воле прибыли сюда?

– Да. Ну, не совсем по своей. Мне, например, приказало командование, кому-то пообещали списать долги, оплатить дорогую регенерацию близкому родственнику. Снятие судимостей, в конце концов. Договор на десять лет, растянувшийся в столетие.

– Много вас было?

– Много, Андрей. Семнадцать тысяч. Каждому нацепили на руку вот это. – земляк показал левую руку, которую охватывал наруч. – Да, отличительная черта, контроллер на другой руке. Мы стали теми, кто превратил небольшую компанию аурум в настоящую корпорацию галактического масштаба. А потом, когда истекли десять лет, нас кинули. Никто не собирался отпускать землян назад, домой. Нашим лидерам был выдвинут ультиматум. Кто-то сдался, кто-то начал искать компромиссы. Я был в числе тех, кто объявил корпорации бойкот. Никаких поставок мутагена, полное игнорирование их приказов. И тогда нас попытались устранить. Ох и огребли они, скажу я тебе. Мы тогда уничтожили около сорока их баз, отбросив на сотню километров назад, к границам аномалии. Корпорация поздно поняла, что элитные мутагены превращают обычного человека в супербойца.

– И чем завершилось ваше противостояние? – спросил я, когда Саян прервался надолго, видимо задумавшись о чём-то.

– А оно не завершилось. – недобро усмехнулся земляк. – Наоборот, оно перешло на новый уровень. Мы перестали враждовать с зоной А-один, заключив с ней договор, и теперь вместе боремся с корпорацией.

– Успешно?

– Ну, как сказать. За последние двадцать лет продвижение корпов в глубь аномалии замедлилось в десять раз.

– То-есть медленно, но проигрываете. – сделал я вывод.

– Ну, в отличии от аурумцев у нас практически нет потерь, а разумных, обладающих высоким порогом сопротивления зоне слишком мало. Это война на истощение ресурсов, боец. А основной ресурс у корпов, как мы знаем, это люди. Не заключённые, которые здесь на положении рабов, а сотрудники Аурум. Солдаты, учёные, обслуживающий персонал. – Саян прервался, сделав несколько глотков из бутылки, а затем резко сменил тему разговора: – Ну, как, Лучше себя чувствуешь?

– Так точно. Боль полностью ушла. – удивленно произнёс я. – Это что, так сок подействовал?

– Почти. Я кое-что добавил в него, секретное. – азиат подмигнул мне. Хм, странно, моя искин не предупредила, что я подвергся воздействию химии.

– Сейчас ночь что-ли?

– Ну, почти. Начнётся через двадцать минут. Так что ты приготовься, сейчас мы тебе кисть возвращать будем. Вот только шурпы отведаешь. Наваристой, вкусной!

***

Лёжа на спине, я рассматривал то, что когда-то было моей левой рукой. Вместо полноценной конечности, чуть выше запястья, красовалась аккуратно забинтованная культя. Чёрт, да мой мозг до сих пор не верит в отсутствие руки, которую я прямо сейчас чувствую. Фантомно.

– Ну что, насмотрелся? – прервал моё разглядывание Саян. – Я бы на твоём месте постарался забыть это зрелище.

– Забыть? – я горько усмехнулся. – как?

– Ну, ты же сам рассказывал, что сталкивался с киборгами зоны, и даже с одним псевдомехом. И наверняка слышал о псевдомеханических протезах. Вот один такой мы тебе сейчас и поставим. К тому же далеко не простой, а, благодаря твоему трофею, золотой. Как в той сказке. – и землянин, словно заправский фокусник, продемонстрировал шприц-капсулу, заполненную золотой жидкостью. Чтоб меня приподняло, да отпустило, как он это сделал?

– Да ты не стреляй так глазами. Я же говорил, что не заключенный, а бывший сотрудник Аурум. Мои возможности гораздо шире, чем у младшего офицерского состава корпорации. И вообще, давай перейдём к делу, времени осталось совсем мало. Скоро обезболивающее перестанет действовать, и тогда ты пожалеешь, что не умер от рук синдиката. Хе-хе.

Саян одним движением молнии расстегнул палатку, и на нас обрушилось излучение чёрной звезды. Сердце сразу же защемило, в голове запульсировала боль, но как-то мягко, без той невероятной тяжести, что не позволяет двигаться под убийственным излучением.

– Хорошо держишься, боец. – похвалил меня земляк. – Значит почти переборол инъекцию блокатора. Ну, тогда приступим. Сразу предупреждаю – боль будет просто адской, но сознание ты не потеряешь. И так, начнём с малого. Поставим тебе золотое сияние, оно повысит контроль над псевдо-металлом в несколько раз. Ты даже не представляешь, как твоя находка пришлась к месту. Не золотой мутаген, всего лишь производная, но нам подойдёт. Представь, иметь при себе оружие, о котором никто не знает. Ну, поехали!

Азиат прижал мою поврежденную руку к полу палатки ногой, и вонзил иглу шприц-капсулы прямо в забинтованную рану. Предплечье внезапно обожгло, словно мою культю опустили в ёмкость с кипящим маслом. Обезболивающее работало, но боль всё равно в считанные мгновения перевалила за порог терпимой, и устремилась вверх. Быстро пробежав до локтя, она поселилась в суставе, где начало происходить что-то нехорошее. Я прямо чувствовал, как нечто мелкое царапает мои кости, вживляясь в них, как невидимые крючки цепляются за нервные окончания, и српстаются с ними в одно целое. Если бы не деревянная палочка, которую саян вставил мне между зубами, я бы уже сломал их. Выгибаясь дугой от боли, тресясь в судорогах и хрипя, я чувствовал, как к моей нервной системе приживается нечто.

– Ну вот, совсем не плохо. – произнёс земляк, когда я уже настолько обессилел, что просто лежал и сипел. – Вижу, уже привык? Ну тогда взбодрись.

И мне на обрубок плеснули серую густую массу. Я сначала решил, что это нечто раскалённое, и почти угадал. Это был жидкий металл. Сначала он растёкся лужей, от которой уже после потянулся к моей ране. Я видел, как стремительно сгорают бинты, как жидкое нечто окутывает предплечье, как вновь нарастает боль. Завоняло палёным мясом, в вверх потянулись едкие струйки дыма. Я уж думал, что всё, ещё немного, и организм не выдержит этой пытки – я или потеряю сознание, или попросту отдам богу душу. Увы, Саян сказал правду, я продолжал всё чувствовать.

Спустя целую вечность мне стало легче. Или привык, в чём очень сильно сомневался, или же боль действительно стала отступать. А когда я смог не только слышать, но и воспринимать человеческую речь, то понял – всё, отмучился. В хорошем смысле.

– А ты неплохо держался. – похвалил меня Саян. – Молодец. Ну, опробуй свою новую руку. Да не бойся ты, просто почувствуй её, и пошевели.

– Охренеть! – только и смог прошептать я одними губами, глядя на целую и невридимую кисть левой руки. Никакого металла, натуральная живая плоть. Пальцы и шевелятся, и ощущаются, как мои родные. Прикоснулся к своему лицу, и понял, что чувствую живую плоть. Да твою же бабушку! – Саян, это что?

– Чудо враждебной технологии, о древний друг. – усмехнулся земляк, расслышавший мой шёпот. – Невероятно, правда? И это только поверхностное. Когда очнётся твой искин, ты узнаешь о полном функционале псевдопротеза. Там может быть всё, что угодно, но поверь, это будут полезные возможности. Да, я видел у тебя полный набор мутагена, для повышения усиления. Сейчас самое время применить его. Мало кто знает, что во время малой и большой ночей мутации и усиления проходят несколько лучше, чем днём.

– А я точно не сдохну? – спросил я, продолжая сжимать и разжимать пальцы. Я же чувствую их, как так?!

– Сдюжишь. Раз не умер во время приживления псевдометалла, значит справишься.

– А мог умереть?

– Хм. Мог, конечно. – произнёс Саян с улыбкой на лице. Вот только глаза у него были серьёзные. – Ладно, хватит тебе под черной звездой загорать. Жди, сейчас принесу мутаген, и мы запустим усиление. Кстати, тебе удалось подобрать отличные мутации. Да, я, пока ты валялся в отключке, побеседовал с твоим искином, так что не напрягайся. Подбери ещё одну мутацию на повышение реакции, и, как говорил один мой знакомый – получится отличный билд. Слышал, кто такие ассасины?

– Наёмные убийцы. – ответил я.

– Не совсем, не совсем. Ладно, жди. – земляк застегнул палатку, возвращая крышу над головой и пряча меня от прямых лучей черной звезды, а сам вышел.

Вернулся он через пять минут, неся в руке довольно объёмистый кофр. Извлёк из него приспособление, похожее на наруч, и надел на свою руку.

– Все капсулы я уже зарядил, так что приготовься. Да, запомни! Не пытайся искать нас, пока не соберёшь мутаген для третьей мутации. Желательно красного ранга. Всё, приготовься выспаться как следует.

Правого плеча коснулся холодный металл, затем укол, и в тело хлынул мутаген. Сознание почти сразу заволокло пеленой, и я, с улыбкой на устах, отправился в такую родную, за последнее время ставшую привычной тьму.

Красная зона. Лагерь разведотряда приёмных детей зоны А-один.

– Ну, как он? – спросил здоровяк, сидевший у небольшого костра и помешивающий длинной деревянной ложкой содержимое большого, литров на семь, котелка. По поляне витал одуряюще вкусный аромат готовящейся мясной похлёбки. Рядом с очагом, выложенным из камней, стоял пузатый чайник, ожидающий своей очереди.

– Нормально. Протез прижился, как родной. Да и психика у парня гибкая, должен быстро оклематься. Я ему, пока ночь была, дал пару ментальных установок, думаю, сработают.

– Что ж, неплохо, Саян, неплохо. Если твои закладки сработают, он и сам отсюда выберется, и про нас не забудет. Если конечно... Ладно, паранойя тоже должна быть в меру.

– Командир, я до сих пор не могу поверить, что этот бедолага почти на сто лет старше любого из нас. Я же вспомнил его. Андрей Базилевский, в нашем городе в честь него памятник был даже.

– Не верю я ему, Саян.

– Да ты никому не веришь, командир. Работа у тебя такая. Ну, золотое сияние ему вколол, установки дал, так что корпы не смогут прочитать его мысли. Так что я по прежнему считаю, что это наш шанс.

– Хотелось бы верить, но...

Глава 24 Что-то проясняется? Ну да, ну да...

Ёкарный бабай! Да что ж ты бубнишь, как старая перечница, увидевшая из окна своей однушки непотребство.

– Кэп, очнись! Кэп, ты уже сутки без сознания.

– Да замолчи ты! – попытался я заткнуть искин, но изо рта вырвалось что-то невнятное. Чёрт, воды! Пересохло всё в горле, говорить нормально не могу. Непроизвольно начал шарить руками возле себя, и тут же нащупал бутылку. Перевалился на бок, свинтил крышку и сделал несколько жадных глотков. Ухх, теперь можно жить.

– Ева, что ты там говорила?

– Я говорю, что ты находишься в палатке, посреди синей зоны, абсолютно голый.

– Чёрт! – начал озираться, и взгляд тут же зацепился за чёрный бронекомбез, новенький, в заводской упаковке. На нём был приклеен лист бумаги, исписанный аккуратным почерком, на русском. Я сорвал листок и вчитался в текст:

"Андрей, оставляю тебя с Дракотом. Он будет где-то поблизости. Жалко зверя, из-за нарушенной тобой диеты он теперь никогда не вырастет в полноценного черного мутанта, хоть и разовьёт свои способности. Ну да это уже не важно. Как только очнёшься, запроси у искина информацию по протезу и улучшению усиления.

Я принял за тебя решение (думаю ты не будешь в обиде), и заменил на твоём наруче несколько модулей. Первое – теперь ты официально можешь уходить в автономку на двадцать дней и не палиться перед корпами. Второе – ты можешь собирать до двадцати пяти капсул одновременно, вплоть до красного ранга включительно. Так же сможешь проводить мутации на себе или ещё кому-то до оранжевого ранга включительно. Да, запомни, для забора мутагенов элитных рангов нужен искин шестого поколения, или выше. А для установки мутации из элитников необходим особый модуль. Такое оборудование есть только на главных базах корпов, в безопасных зонах. Там же тебе предложат установить элитную мутацию, если ты придёшь с мутагеном элитных цветов. Запомни!!! Ни в коем случае не соглашайся на какие-либо эксперименты, что бы тебе не предлагали в качестве награды. Лично я знаю о тысячах погибших, купившихся на посулы корпорации.

Всё, самое важное сказал. Когда очнёшься и разберешься, что к чему, топай в исследованные земли. Твоя цель – добыть красный мутаген. И было бы идеально приобрести мутацию с усилением на реакцию или скорость. Запомни! Или оранжевый мутант, называемый "Спринтер", или красный мутант, называемый "Быстрый убийца".

Ещё запомни – мы сами тебя найдём. Постарайся выжить, герой"

– Кэп, что здесь написано? – поинтересовалась искин. Как же хорошо, когда искуственный интеллект что-то не понимает.

– Напоминание, чтобы я запросил о состоянии протеза, и как прошло повышение мутации тетра.

– Я только собиралась сообщить об этом. – обрадовалась Ева. – Вывожу текстовое сообщение.

«Повышение усиления: „Мимикрия“, 4 балла по шкале Аурум, пройдено успешно.

Способности „Мимикрии“: при полной неподвижности организм носителя способен сливаться с окружающей средой.

Время слияния: 4 минуты.

Особые условия:

1. Смещение в любом направлении на расстояние больше 150 см. приводит к преждевременной деактивации усиления.

2. Повторная активация „Мимикрии“ возможна через 20 минут.

Ограничения: Усиление не действует на существ, ранг которых равен или привышает Дзерг, оранжевый, или имеющих ментальную защиту, ранг которой не ниже Этанола, жёлтого.

Для повышения усиления необходимо 5 капсул мутагена жёлтого ранга.

Подходящий для возвышения "Мимикрии" мутант: Хрущ, сухопутный, жёлтый ранг, этанол.

Способ активации: голосовая команда.

Ключ-активатор: Восвояси»

– Неплохо так повысилось. – я мысленно очертил вокруг себя окружность в полтора метра. Тут не просто сместиться, тут можно танец станцевать. – Ева, а где информация по протезу?

– Сейчас, Кэп. Я пытаюсь сформулировать данные. Всё, знакомься.

«Мутация, псевдомеханический протез, левая кисть, четвёртый класс опасности, по шкале Аурум, полностью адаптирован к организму носителя. Получено усиление: „трансформация 1“, "трансформация 2".

Способности "трансформации 1“: левая кисть носителя формируется в обоюдоострый клинок.

Особенности клинка: Длина 25 сантиметров. Заточка и прочность лезвия способна повредить броню четвёртого класса.

Время действия: 5 минут.

Особые условия: Повторная активация "трансформации 1“ возможна через один час.

Способности "трансформации 2“: левая кисть носителя затвердевает, принимая форму шара.

Время действия: 5 минут.

Особые условия: Повторная активация "трансформации 1“ возможна через один час.

Ограничения: усиления псевдомеханического протеза невозможно активировать под излучением чёрных звёзд.

Повышение усиления невозможно.

Способ активации "трансформация 1": голосовая команда. Произнесите вслух слово или фразу, а затем подтвердите её, как ключ-активатор»

– Хащ. – улыбнувшись, произнёс я

«Ключ-активатор „Хащ“ принят.

Способ активации "трансформация 2": голосовая команда. Произнесите вслух слово или фразу, а затем подтвердите её, как ключ-активатор»

– Лупень.

«Ключ-активатор „Лупень“ принят»

– Хреново дело. – проворчал я, разглядывая бронекомбез. – придётся отстёгивать левую перчатку. Иначе в неподходящий момент её порвёт в лоскуты, и я спалюсь со своим протезом. Ладно, справимся. Ева, а где Дракот?

– Где-то снаружи бродит, охраняет тебя. Он не может внутрь палатки проникнуть.

Через несколько минут, облачившись в явно не свой, но тоже новый бронекомбез четвёртого класса, я зло выругался, когда моё левое предплечье внезапно изменило свой внешний вид. Нет, кисть я как ощущал своей родной, так и продолжил, вот только вместо торчащей из рукава голой руки я видел плотно примкнутую к бронекомбезу перчатку. Это уже не мимикрия, это в разы круче.

– Слушай, Ева, меня что, оставили без оружия и снаряжения? – я ещё раз осмотрелся в поисках рюкзака, игломёта, да хотя бы ножа.

– Думаю, всё лежит где-то поблизости, Кэп. При псевдо-мутациях бывает, что металл берёт вверх над носителем, поэтому Саян и убрал всё, кроме необходимой защиты.

– То-есть я мог превратиться в киборга? И этот старикан не сообщил мне о такой опасности?

– Вероятность обращения в мехомутанта при таких операциях составляет один-два процента. – попыталась меня успокоить искин.

– Один к пятидесяти. Ладно, при встрече спрошу у этого хитреца, почему он утаил информацию. Ну, пошли, что-ли.

Снаружи было тихо, как и всегда в зоне А-один. Мутанты, что дикие звери, предпочитают не высовываться на открытые пространства, и перемещаются скрытно. Одни, чтобы не стать добычей, другие – охотясь. Что ж, в синей зоне для меня не могло быть серьёзной угрозы, разве что залётные заключенные.

– Фух. Надеюсь, они здесь! – обрадовался я, увидев в двух метрах от палатки спальник. Вскрыл его, и на душе сразу полегчало. Мой старый рюкзак, заполненный наполовину, с пристёгнутым к нему мачете. Рядом игломёт четвёртого класса, пояс с ножнами и шайтаном, и моя винтовка. Да, та самая, которой ранее владел Ричи. Под стволом винтовки ещё один листок. Первым делом вооружился, и лишь после вчитался в строки очередного послания от Саяна.

"Боец, у тебя просто козырная винтовка. Не знаю где ты её достал, но поверь мне, это лучшее оружие под твой уровень развития. На другой стороне листа посмотри схему, как добывать иглы из магазинов, это не сложно. Ну и да, рад, что протез прижился успешно. Не игнорируй мои советы, и не корми своего питомца оранжевым мутантом, не покормив предварительно жёлтым. Это важно.

Ещё одно важное дело. Твой схрон с кофрами мы навестим, и вскроем. Там может быть кое что ценное, позже получишь свою долю. Всё, бывай!"

– Ну-ка. – я перевернул листок, и внимательно изучил схему. – Хм, кто бы мог подумать. Всё оказалось настолько просто. Значит сдавить вот здесь с двух сторон, и тогда крышку можно будет сдвинуть в сторону. Главное, не дать пружине выбросить иглы, иначе потом придётся собирать их по округе. Ева, почему я до этого не додумался? Ведь пробовал вскрыть, целый час возился.

– Аудрэй! – раздалось в голрве вместо ответа искина. А в следующую секунду в меня врезался довольно крупный чёрный кошак, килограммов пятнадцать, а то и больше весом. По броне заскрежетали острые когти, оставляя царапины, и мне пришлось подхватить питомца.

– Ну, привет, Дракот! Говорят, ты спас меня в самый последний момент.

– Что это? – вместо ответа спросил чёрный мут, обнюхивая мою левую кисть. – Аудрэй, ты что, подружился с врагом? Может я зря спас тебя?

– Не подружился, а покорил.

– Глупый человек. Пока ты находишься под светом чёрной звезды, враг всегда может взять над тобой вверх. Хм, хотя... – питомец принюхался. – Я чувствую запах одного из сильнейших детей Эмао. Защита! Возможно я ошибся, Аудрэй, но всё же советую не появляться под светом врага.

– Знаешь, теперь я стану прислушиваться к твоим советам, компаньон. Я так понимаю, ты охранял периметр. Как, поблизости нет какой-то угрозы?

– Угрозы? Здесь? – Дракот фыркнул и выпятил грудь. – Здесь только одна угроза, и это я!

– Ну, это да. Гроза мышей и белок. – пробормотал я, и тут же добавил: – Шучу, шучу! Давай посмотрим, что мне оставил Саян.

Вытряхнув содержимое рюкзака, я подзавис. Вместо синтезатора пищи и воды обнаружились котелок и кружка с ложкой. Древние, как сам земляк, но целые, без лишних отверстий. Две бутылки с водой, пара плиток ИРП, куча картриджей и магазинов к оружию. Из мутагена, что у меня был в запасе, остался лишь десяток голубых, и столько же зелёных – из каких мутантов они добыты, я не знал. Все серые и прочие куда-то исчезли, причём я уже догадывался, куда. Что ж, продам корпорации при первом же случае. А сейчас, скорее всего, стоит озаботится посещением жёлтой зоны, и испытать свои возможности.

– Так, а это что такое? – подхватив рюкзак, я нащупал нечто, прилипшее ко дну. Сунул руку внутрь, и оторвал присохший к ткани свёрток. Вспомнил, как сам бросил его на дно рюкзака, когда забирал своё оружие из ячейки в шлюзовой. Надо же, совсем забыл про него. Ну-ка, что тут у нас?

– Сука. Да как так-то? – я разглядывал три капсулы, завернутые в прозрачный полиэтилен. Две из них, неведомо каким образом, были расколоты, и только одна была целой. Красный мутаген. Твою же в душу! – Ева, эти капсулы ведь невероятно прочные, как они разбились?

– Кэп, я не могу знать. – открестилась искин. – Нужен невероятно мощный удар, чтобы сломать их. Например прямое попадание из игломёта элитного класса.

– Та грудастая амазонка. – понял я. – Глупая, совсем не умеет обращаться с мужчинами. Нас надо любовью и лаской, а она мне острое в печень. Эх, знал бы я, хрен бы стал покидать тогда базу. Хотя, там бы меня и взяли, тёпленьким. Драк, ты голоден?

– Я в состоянии прокормить себя сам. – ответил питомец, и столько в его голосе было высокомерия, что я не выдержал и расхохотался.

– Я рад за тебя. Вот только скажи мне, справишься с мутантом жёлтого ранга?

– Я? – растерялся Дракот. – А ты тогда на что? Захочешь, чтобы я стал сильнее, и сам мне принесёшь мясо жёлтого зверя.

– А ведь ты прав, мой хитрый друг. Ну что ж, пошли на охоту. Ева, ты знаешь, где мы находимся?

– Да, благодаря Саяну я определила наши координаты. – отозвалась искин. – В шести днях пути от ближайшего форпоста корпорации.

– Почему ты называешь его Саян? – поинтересовался я. – Раньше только меня называла по имени, остальных или заключённый, или служащий корпорации.

– Он так приказал его называть.

– А ещё что он приказал? – я нахмурился. Похоже мне сильно не доверяют. Впрочем, я тоже не самый доверчивый. Да, спасли, да, поделились информацией. Да, земляки – в этом я уверен. Но это не значит, что они мои друзья. Земляне прожили здесь сотню лет, кто знает, какие у них сейчас приоритеты, к чему стремятся? Может их цель – вырваться с зоны, и просто найти себе уютное местечко, где можно спокойно встретить старость. А может они затаили обиду на руководство Земли, и планируют уничтожить свою родину. Или вообще планируют покинуть зону, забрав с собой нечто жуткое, несущее угрозу всему живому в галактике.

– Кэп, ты меня слышишь? – уже в третий раз переспросила искин.

– Повтори.

– Саян приказал помогать тебе, потому что от твоего успеха зависит их будущее. Я так поняла его слова.

– Если бы зависело, они бы и на шаг от меня не отходили. Впрочем, может так и есть. Ладно, построй маршрут в сторону форпоста, но так, чтобы мы по пути прошли через жёлтые зоны.

– Маршрут проложен, Кэп.

***

Вам когда-нибудь приходилось убегать от стаи волков? А динозавров? Жуткое ощущение. Увы, но у меня не было возможности бежать, а хотелось, и даже очень.

– Кэп, они тебя не видят. – напомнила мне искин. – Помни, двуногий зубан опасен только вблизи, имеет усиления – рывок, и стальная хватка.

Да помню я, говорилка. Что ж ты, сволочь, не сказала, что они толпами ходят? По десять, мать их, особей! Не, я конечно прикончу их, если Дракот продолжит летать по кругу, а это стадо троглодитов-переростков не вздумает остановиться, или срезать путь.

Ну, понеслась! Век воли не видать. Три минуты у меня в запасе – по моей просьбе Ева вывесила на периферии зрения таймер, отсчитывающий время действия усиления. Будем бить самых медленных.

– Ш-шух, ш-шух! – и здоровенный зубастый шар, метра полтора в диаметре, на двух упругих и мощных ногах, как у динозавра, грохнулся в жёлтую траву.. Неловко грохнулся – приземлился прямо на ногу впереди бегущего собрата. Челюсти твари, уже отдельно от мёртвого сознания, сжались, ухватив добычу, и округу огласил яростный рёв.

– Р-ра-а! – взревел двуногий зубан.

– Р-ра-а?! – удивились его собратья и замедляясь. Половина развернулась, и ломонулась к своему раненому собрату. Твою же в распредвал квасное сусло, ну какого вы изменили маршрут движения? Бегите дальше! Вон как Дракот надрывается, изображая раненую дичь. Даже я уже дважды порывался пристрелить несчастную зверушку. Использует, гад, своё ментальное усиление, а оно по площадям лупит, без разбору.

– Р-ра-а! – тем временем продолжали радостно реветь зубастые мутанты, и с ходу налетев на жалобно возмущающегося собрата, принялись его рвать на части. Лопни мои глаза, да они его жрут, суки! Э, троглодиты хреновы, мы так не договаривались. Это! Мой! Мутаген!!!

– Ш-шух, ш-шух, ш-шух! – очередь из металлических спиц от души приласкала орущих, ревущих и смачно жрущих зубанов. Вторая вышла короткой – в магазине закончились иглы. Чёрт, а время то тикает!

Быстро перезарядил, и длинной очередью добил двух подранков, которые с наслаждением рвали одного из своих недавних товарищей. Что бы я, ещё раз ввязался в такую авантюру – ищите другого дурака. Тупые – говорила Ева. Я их всех завлеку – говорил Дракот.

Развернувшись налево, я послал в догонку жёлтым мутантам остатки игл из магазина, и вновь перезарядился. Что-то охота получается какой-то накладной. Ладно, сейчас добьём, соберём мутаген, а уж потом и судить будем, в плюсе я, или в минусе.

– Ш-шух, ш-шух! – и бегунов остаётся двое. Чёрт, а ведь реально сильные твари. Такие плывуна на раз перекусят, и даже не напрягутся. Таких одиночным выстрелом не свалишь. Вон, даже искин не стала показывать особые места, при попадании в которые тварь быстро сдохнет, и с неё удастся собрать больше мутагена. Так, хватит размышлять, Дракот на второй круг пошёл и парочка двуногих зубанов точно остановится перед кучей трупов.

Мысленно послал питомцу приказ, чтобы не улетал далеко, встретил зубастую парочку длинной очередью. Те действительно замедлились перед грудой тел, и мне не составило труда расправиться с последними мутами. Уф, бойня завершена.

– Ева, куда колоть заборник? – уточнил я, и ничуть не удивился, когда искин ответила:

– В любое место, кроме конечностей.

– В рот мне ноги, ну и вонь! – произнёс я, приближаясь к убитым мутантам. – Даже фильтры не спасают. Драк, лучше не жри эту гадость, если хочешь выжить. Эх, и нелепа, и неказиста служба слепого таксидермиста...

Глава 25 Веселье на берегу озера

– Аудрэй, зачем ты испортил еду? – уже в третий раз спрашивал у меня Дракот, разглядывая, как я переворачиваю прутья с нанизанными на них кусочками мяса. Шкворчали капли жира на раскалённых углях, в воздухе витал одуряюще вкусный аромат мяса.

– Что бы ты понимал в приготовлении пищи, ящерица. Смотри, какая румянная корочка, как пузырятся капли жирного сока. Эх, мне бы специй...

– Ты испортил еду. – вновь прозвучало в голове. – Вы, чужаки, странные.

– Иди, ешь своё вкусное сырое мясо, нелюдь. – отмахнулся я. – А я, так и быть, буду жевать невкусное, хорошо прожаренное... Чёрт, чуть слюной не подавился. Кстати, ты в этот раз насколько в спячку впадёшь?

– На долго. Уже чувствую, как в сон клонит. Ты это, если я усну, спрячь меня где-нибудь, и можешь заниматься своими странными делами. Я сам найду тебя, теперь между нами сильная родственная связь. – прозвучал в голове ответ питомца. – Мне, для роста, нужен покой.

Сам питомец в это время отрывал очередной кусок мяса от туши жёлтого мутанта. Нет, не двуногого зубана, этих даже Дракот не решился есть. Когда я собирал мутаген, на нас выскочил здоровенный жёлтый кабан. Метра два в холке, метровые бивни, налитые кровью глаза. Я израсходовал на зверя целый магазин игломёта, но даже после кабаняра смог пробежать ещё несколько метров, прежде чем зарыться клыками в землю.

С зубанов я собрал двадцать четыре капсулы мутагена, и с клыкорыла взял ещё одну, после того как срезал несколько кусков мяса. Итого у меня, после нашего похода в жёлтую зону, осталось две трети боеприпасов, и четыре десятка пустых капсул. Ещё два посещения жёлтой зоны, и всё. А ведь мне до ближайшего форпоста корпорации идти не меньше пяти дней. Ну, значит потороплюсь, и постараюсь не ввязываться в массовые побоища с мутантами. Впрочем, как я уже заметил, обитатели фиолетовой, синей и голубой зон предпочитают избегать встречи со мной. Видимо чувствуют жёлтую мутацию, или присутствие чёрного мута их отпугивает. Так что в этих трёх зонах я мог чувствовать себя, как на курорте. Разве что

– Эх, Ева, ты не представляешь, чего лишена. – произнёс я, закидывая в рот очередной кусок мяса. После месяца диеты на ИРП и офицерских пайках, даже без соли свежезажаренное мясо казалось мне райской пищей.

– Кэп, похоже Дракот погрузился в спячку. – отозвалась искин. Обернувшись к своей палатке, я увидел компаньона, свернувшегося калачиком, словно домашняя кошка.

– Ты смотри, какой шустрый. – улыбнулся я. – поел, и сразу спать. Интересно, насколько сильно он подрастёт после приёма в пищу жёлтого мутанта. Саян сказал, что Драк не вырастет большим, но хоть немного он должен же увеличиться?

Вообще самостоятельность питомца была относительной. Ему вроде как ничто не угрожало на территории аж четырёх рангов, но в то же время он опять не мог себя прокормить. Да, у Дракота есть невидимость, гипноз и его огненные плевки, так похожие на выстрел из плазменного оружия, но, если он сунется в жёлтую зону, его скорее всего схарчат. У мутантов считается особым шиком полакомиться мясом высокорангового собрата, и я подозреваю, что это даёт им возможность переступить на более высокий ранг. Эх, мне бы покопаться в архивах корпорации, да узнать побольше.

– Давай-ка мы его укроем в норе, и замаскируем вход. Два дня сидеть тут без дела у меня нет никакого желания. Пройдусь по округе, посижу на границе с жёлтой зоной в засаде, может прикончу какую-нибудь зверюшку из винтовки.

***

Занятие на ближайшие двадцать с лишним часов мне нашла корпорация, хоть я и не просил её об этом. Всё просто – продвигаясь к жёлтой зоне, я решил немного изменить маршрут, и в итоге вышел озеру. Это был второй крупный водоём, увиденный мной, и его уникальность состояла в том, что здесь сходились границы аж пяти зон. Две синих, фиолетовой, зелёной и жёлтой.

– Ты смотри, как здесь оживлённо. – произнёс я, наблюдая за водоплавающими мутантами. Два плывуна, явно пара, играли друг с дружкой в догонялки, наворачивая круги по той части озера, что примыкала к зелёной зоне. Фиолетовая пустовала, а вот в обеих синих зонах активничали муты, чем-то напоминающие водомерок, только невероятно пузатых. Скорее всего на воде они держались благодаря своим раздутым брюшкам. Твою же мать-природу, как вообще появилось такое недоразумение? Но больше всего нас с Евой заинтересовала жёлтая зона.

– Кэп, видишь там, на берегу жёлтой зоны, несколько мутантов с длинными задранными хвостами? Это хлысты, которые нужны для повышения усиления каменная кожа.

– Оп-па! Произнёс я, цепляя н бедро игломёт, и снимая с плеча винтовку. – Вот я и нашёл занятие на ближайшее время. Расскажи, чем опасны эти мутанты?

– Кэп, они считаются сухопутными, но при этом отлично плавают. Опасны тем, что наносят чудовищной силы удары своим хвостом. И быстры, особенно на воде.

– Куда бить их, чтобы наверняка, и мутаген не потерять? – я облюбовал себе место у дерева, и приготовился к стрельбе.

– В голову, Кэп. Забор производить из любого места на теле. Но, я бы на твоём месте не стал стрелять по столь многочисленной группе хлыстов, тем более на берегу. Ты просто не успеешь их всех прикончить, как они доберутся до тебя.

– Ты забываешь о мимикрии. – улыбнулся я.

– Эти мутанты быстро вычислят, откуда их убивают, и станут бить своими хвостами по площади. Кэп, ты не переживёшь и одного такого удара.

– Уговорила, языкастая. Понаблюдаю пока, а дальше по обстоятельствам. Слушай, а зачем они собрались на берегу?

– Предполагаю, охотятся на зелёных мутантов. – ответила искин.

И действительно. Минут через пять на озере разыгралась трагедия. Это мне, со стороны, были видны хлысты, а для водоплавающих мутов весь берег жёлтой зоны пустовал. Плывуны продолжали резвиться, и в какой-то момент настолько увлеклись, что заплыли глубоко в жёлтый сектор. Хлысты, до этого терпеливо следящие за добычей, тут же начали действовать.

Это была какая-то игра, а не охота. Увидев, с какой скоростью три хвостатых мутанта метнулись в воду, я мысленно поблагодарил Еву. Скорость жёлтых тварей поражала. Словно выпущенные из лука стрелы, они в мгновение преодолели расстояние до воды, и почти одновременно нырнули. Не показываясь на поверхности, муты ещё больше ускорились, окружая заигравшихся тетро. Те почуяли что-то неладное, и даже попытались удрать, но было поздно. Хлысты не набросились на свою жертву сразу, а отрезали путь к отступлению, и, хлеща по воде своими жёлтыми хвостами, начали загонять добычу на свой берег. В этот момент я впервые услышал, как кричат плывуны. Протяжно, жалобно. И столько было в этом крике безысходности...

– Как думаешь, жёлтые сейчас сильно заняты, чтобы не сразу сообразить, что их мало-мало убивают? – обратился я к искину.

– Кэп, если стрелять, то в момент, когда плывуны почти выберутся на берег. Сначала убей тех, что на берегу, начиная с ближнего к тебе.

– Вот и замечательно. – хмыкнул я, прицеливаясь в крайнего хлыста. У того, видимо от близкого присутствия добычи, хвост начал раскачиваться из стороны в сторону, зато голова и большая часть ящероподобного туловища замерли совершенно неподвижно. Идеальная мишень.

– Кэп, можно стрелять. – сообщила искин. Ну, понеслась.

Выстрел. Есть попадание! Быстрая перезарядка, навестись на второго мутанта. Выстрел. Мимо, чтоб меня! Перезарядиться, и прицелиться более тщательно. Выстрел. Чёрт, плывуны уже выбрались на берег, и охотники наконец-то атаковали свою добычу. Два хлёстких удара, и я своими глазами увидел, на что способны хвосты жёлтых мутов. Не знаю, как, но зеленым просто отсекло их уродливые головы. Чёрт, у хлыстов что там, лезвия установлены?

Четвёртый выстрел, и второй мутант рухнул в жёлтую траву, так и не приблизившись к добыче. Троица его собратьев уже выбралась на берег, приступила к делёжке плывунов. К ним присоединился последний из хлыстов, что остался на суше. Вот чёрт, четыре подвижных цели, с моим глазомером и опытом я половину спиц израсходую, прежде чем прикончу их всех.

– Ева, куда ещё можно бить этих тварей?

– В туловище, Кэп, но мутагена будет гораздо меньше, примерно одна-полторы капсулы с мутанта.

– Плевать! Даже одна в данной ситуации – уже хорошо.

Выстрел, и один из хлыстов взвизгнул. Пошатнувшись, начал поворачиваться, остальные тоже прервали трапезу. Ну уж нет, ребята, хрен вам, а не моё местоположение.

– Восвояси. – произнёс я, и перезарядил винтовку. Так, подранок похоже всё, не жилец. Завалился на бок, и жалобно повизгивает, распугивая всю живность с озера. Толстобрюхие водомерки, никак не отреагировавшие на охоту, в этот раз быстро свалили в прибрежные кусты, и не отсвечивали.

– Ш-шух! – и ещё одному мутанту пробило шею. Выстрел получился весьма удачным, хлыст свалился замертво. Зато два других мута как-то определили, откуда по ним стреляют, и тут же сорвались с места. Нет, не по берегу, хитрые твари нырнули в воду, и на огромной скорости понеслись в моём направлении.

– Вот чёрт! – выругался я, срывая с бедра игольник. – Ева, как думаешь, успею?

– Они не видят тебя, с двумя справишься.

– Ну спасибо, что веришь в меня. – проворчал я, отслеживая два буруна, стремительно приближающиеся к моему берегу. Да их не хлыстами, их торпедами нужно было называть. Ты смотри, как синхронно идут, чтоб им по пути каменюка встретился.

Два стремительных тела вырвались из воды на берег, и, не сбавляя скорости, рванули вперёд

– Ш-шух! – мимо. Сука, да как так, тут расстояние два десятка метров!

Винтовку в сторону, игломёт на цель. Короткая очередь, и длинное тело хлыста закувыркалось по земле. Остался последний, и он уже вычислил моё приблизительное место нахождения. Ещё одна очередь – расстояние столь малое, что я вижу, как спицы вспарывают жёлтую шкуру зверя. Свист рассекаемого воздуха, удар.

Я продолжал стрелять, пока магазин не опустел. Твою же душу Бахуса в бутылку, удар хвоста пришёлся в полуметре справа от меня. Я даже через бронекомбез почувствовал дуновение ветра от рассекаемого воздуха. Хорошо, что зацепил голову хлыста, и тем самым поставил конец бою. Да, чёрт возьми, именно бою.

– Справишься с двумя, говоришь? Ну-ну. – проворчал я. – Вот кого надо было брать на вторую мутацию. Это же бешенная скорость и реакция. Не представляю, как бороться со зверьём более высоких рангов, если с жёлтыми бывает так сложно.

– Чем выше ранг мутанта, тем меньше вероятность нарваться на стаю. – попыталась успокоить меня искин. – Элита практически не встречается в числе больше одной особи.

– Ага, расскажи это той стае, что за несколько часов полностью зачистила базу корпов. – усмехнулся я, приближаясь к первому хлысту. – Сколько, говоришь, я могу установить капсул в наруч?

– Двадцать пять, Кэп. – ответила Ева. – Максимально доступное число. Да, теперь ты можешь сам повышать усиление мутаций.

С хлыстов мне удалось собрать одинадцать капсул, и, как это не странно звучит, шесть заготовок для клинка. У мутов на конце хвоста действительно обнаружилось невероятно прочное лезвие, которое язык не поворачивался назвать костяным. Скорее уж металлокерамическим. За каждый такой клинок, длина которого не превышала сорока сантиметров, корпы платили, как за капсулу жёлтой мути. Что ж, это весьма достойный приработок.

– Как думаешь, здесь ещё есть хлысты? – поинтересовался я у искина.

– Да, место идеально подходит для подобных мутантов.

– Ну, вот и нашли себе занятие на ближайшие пару суток. – Усмехнулся я. – Сначала набьём необходимое количество мути, а потом повысим усиление. И Драк останется под присмотром. Эх, если бы не стремительно заканчивающиеся боеприпасы, можно было бы вообще не спешить к форпосту. И гранаты – жаль, что нет ни одной. Мне кажется ими можно было бы глушить хлыстов, когда те плывут под водой. Эх, сейчас бы парочку плазменных, и столько же наступательных.

– Кэп, использование наступательных гранат в жидкой среде не предусмотрено производителем. А плазменных вообще опасно.

– Серьёзно? – улыбнулся я, заворачивая будущие клинки в кусок сырой шкуры. – Эх. Учить и учить ещё ваше содружество. Пойдём, посмотрим, как там наш мутант чёрнокрылый поживает.

***

Хлыст на вкус оказался, как курица. Чуть суховатое, но довольно мягкое мясо с пряным вкусом, которое я зажарил в жиру, добытом из плывуна. Что там мне говорил тот корповец? Съедобно только мясо красного мута? Глупец, он просто не ел правильно приготовленного жёлтого мутанта.

Шёл второй день ожидания, когда пробудится мой питомец. За это время я трижды успел поохотиться на озере, и один раз заглянул в жёлтую зону, чтобы добрать три недостающих капсулы мутагена. Заглянул, надо заметить, более чем удачно – теперь у меня было три десятка ампул с мутью, добытой из хлыстов, и шестнадцать заготовок для клинков. Осталось всего десять пустых капсул, которые я так же планировал заполнить жёлтой мутью.

– Аудрэй? – внезапно прозвучал у меня в голове голос питомца. – Зачем ты остался? Я же предупредил, что мне ничего не угрожает.

– Драк, так вышло, что здесь рыбалка отменная. Так что... – я повернулся на звук, и чуть не поперхнулся. – Язь-карась! Выдыхай, бобёр, тебя раздуло!

– Что-то не так? – настороженно прозвучало в моей голове. Я не стал отвечать. Молча встал, и подошёл к чёрному дракончику, который сейчас не уступал размерами матёрому волкодаву. Размах одного крыла метра два с лишним будет. Позади длинный хвост, оканчивающийся этакой треугольной пластиной. Хвостовик, понимаешь...

– Слушай, мне сказали, что ты больше не будешь расти. – наконец заговорил я, обходя по кругу не перестающего возмущаться Дракота. – Похоже старожилы зоны тоже могут ошибаться. Парень, ты вымахал будь здоров. Думаю, теперь с тобой не пожелают связываться даже жёлтые мутанты. Как твои усиления, стали круче, или без изменений?

– Друг, я не проверял. Хотя, слушать твои мысли стало немного проще. Раньше мне нужно было видеть тебя, а сейчас достаточно знать, что ты поблизости.

– Ну, свой боевой мега-плевок ты не спеши проверять, может пригодиться. Видишь ли, я тоже собрался полежать пару дней в палатке. Ты готов присмотреть за другом?

– Я прослежу, чтобы тебя не сожрали мутанты, Аудрэй. – прозвучало в моей голове. В интонациях питомца я услышал огромное желание, чтобы кто-нибудь попытался нарушить мой покой. Каким бы разумным не был Дракот, он в первую очередь был хищником, и жаждал добычи.

– Я сегодня принёс с охоты часть туши хлыста, можешь набить свою ненасытную утробу. – улыбнулся я. – А мне пора отдохнуть, и заодно обновить свою мутацию. Так что заступай на дежурство, компаньон.

Закрывшись наглухо в палатке, я сбросил бронекомбез, провёл все необходимые приготовления, и, действуя по инструкции искина, зарядил в наруч аж двадцать пять жёлтых капсул. Готово. Лёг поудобнее, затем прижал правую ладонь к левому плечу, и отдал приказ:

– Инъекция.

Резкая боль, и стремительно распространяющееся от плеча онемение. Несколько секунд, и мутаген, добравшись до мозга, погрузил моё сознание во мрак.

***

– Кэп! Кэп, что-то случилось! Дракот скоро прорежет дыру в палатке своими когтями. Кэп, я знаю, ты очнулся! Успокой своего питомца!

– Я когда-нибудь очнусь без твоих криков, Ева? Чтобы сам, спокойно, без вот этой всей суеты. – я открыл глаза, и осмотрелся.

– Кэп, там явно что-то серьёзное. Я слышала грохот тормозных патронов, похоже где-то поблизости приземлилась капсула с заключённым. И твой питомец начал шуметь через несколько часов...

– Друг, выходи скорее! – зазвучал в голове второй голос. Это Дракот понял, что я пришёл в сознание, и тут же вывалил на меня массу информации: – В озеро приземлилась большая железная банка!

– Да и хрен бы с ней. – пробормотал я, обтираясь смоченным куском ткани. – Чего шум такой поднял?

– Из банки вылезла самка твоего вида, Аудрэй! И она не может добраться до берега.

– И ты решил, что я должен спасти её? – я принялся неспешно облачаться в бронекомбез. – А чего она до берега не может добраться? Взял бы, да помог ей.

– Друг, она пугливая. Я пытался с ней разговаривать, но это невозможно. Самка тут же запирается в своей банке и ругается. А сама она не может добраться до суши, потому что её караулят зелёные звери.

– Плывуны что-ли? – нахмурился я. – Ну, тогда да, мало кто рискнул бы добраться вплавь до берега. Слушай, ну это всё равно не объясняет твоего желания спасти заключённую. Или ты о моём душевном равновесии беспокоишься? Я, конечно, знаю, что долгое воздержание негативно влияет на организм здорового мужчины, но...

– Друг! – раздалось в моей голове. – Самка ругается и разговаривает на том языке, на котором ты разговаривал с приёмным ребёнком Эмао.

– В рот йодом, да по самые гланды! – я ускорился раза в четыре. – Ты мог сразу сказать об этом, ящерица крылатая? Ева, сколько часов прошло после приземления?

– Кэп, до самоликвидации капсулы ещё много времени. А вот до наступления ночи осталось совсем немного. Чуть больше двух часов

– Драк, останься в лагере. – приказал я питомцу, выбираясь из палатки. Так, до озера добираться минут сорок, и ещё час двадцать минут на спасательную операцию. Что ж, придётся поднапрячься.

– Я понял, друг. – в голосе питомца послышалась усмешка. – Это самка твоего вида, мне не интересна. Развлекайся.

– Шутник, мля! – зло бросил я, и с игломётом в руках двинулся вперёд, к озеру.

***

Капсулу заметил издали. Она возвышалась над водой, словно небольшая цистерна, а выпуклая стеклянная крышка тускло поблёскивала, отражая рассеяный свет местного светила. Или светил, с этим извечным маревом на небе ничего нельзя утверждать. Все муты уже попрятались, укрываясь от скорого прихода чёрного солнца. Все, кроме одного – хлыста. Жёлтый мутант, словно обезумевший, раз за разом хлестал по капсуле своим хвостом, каждый раз издавая пронзительный, полный боли крик. Костяное лезвие уже разбилось, конец хвоста кровоточил, но мутант продолжал лупить по поверхности.

– Нашёл дурачок барабан, а играть не умеет. – проворчал я, возвращая игломёт на бедро, и снимая с плеча винтовку. – Гляди, какой настырный.

Сместившись вдоль берега на полсотни метров, я тремя выстрелами таки смог прикончить хлыста. Затем, вновь сменив оружие, двинулся к капсуле. Чёрт её знает, эту неизвестную заключённую, вдруг так и не решится вылезти из этой смертельно опасной скорлупы. Добравшись до борта, где мне было по грудь, постучал рукоятью игломёта по металлу, и крикнул на общем языке содружества:

– Есть кто живой?

– Чертовщина какая-то! – раздалось изнутри приглушённо на русском. – Эти твари ещё и разговаривать умеют!

– Я слышу, вы живы! Гражданин заключённая, если не желаете попасть под свет чёрной звезды и превратиться в нежить, рекомендую поторопиться. Да, пока вы будете решать – прислушиваться или нет к моим советам, я постараюсь извлечь из капсулы контейнер с вашим провиантом, оружием и прочими нужными вещами.

– Эй, ты что, ограбить меня решил? – раздалось сверху на общем, а затем, тут же, но гораздо тише: – Чёрт, какой неприятный язык, аж плеваться хочется. Уф! Давай, Галина, у тебя всё получится!

Раздался щелчок, и крышка капсулы откинулась в сторону. Я замер, ожидая дальнейших действий женщины. Судя по голосу, довольно молодой. Заключённая не стала испытывать моё терпение. Поднявшись в сидячее положение, она быстро нашла меня взглядом, и спросила:

– Здесь большая глубина?

– Метра полтора. Не бойся. – ответил я, а у самого в мозгу крутилась лишь одна мысль. Почему мне кажется, что я знаю эту женщину.

– Да я, похоже, уже на всю жизнь отбоялась. А ты кто? Тоже заключённый, как и я?

– Тоже. Прыгай, не утонешь. Потом попробуем вытащить контейнер с твоим добром.

Едва я закончил говорить, как заключённая перекинув ноги через борт капсулы, сиганула вниз. Высота небольшая, но упала неудачно, пришлось подхватить бедолагу. Помог ей восстановить равновесие, и так вышло, что наши лица оказались близко друг от друга. Твою же в селезёнку через почки, да я же знаю её!!!

Глава 26 Нас много? Вот только есть нюанс...

– Ох ты ж! Кто тебе так физиономию располосовал? – произнесла заключённая, и её слова вырвали меня из ступора. Я чуть сдуру не ответил ей, кто тут может так изукрасить лицо, и не только его, но умолк. Девушка (да, именно девушка) задала вопрос на русском, и отвечать ей – сходу раскрыть себя.

– Давай попробуем извлечь из борта твоё добро. – произнёс я, и двинулся вокруг капсулы. – Следуй за мной, или стой на месте. Если не хочешь быть сожранной.

– Э, нет, я не хочу, чтобы меня съели! – заверила меня землянка, и побрела следом за мной. – Мне хватило бешенного удава-суицидника. Здесь всё зверьё такое безбашенное?

– Почти. – коротко бросил я за спину. Разумеется, никто бы не сожрал заключённую, ведь скоро наступит ночь, но мои слова подействовали должным образом.

Пока нащупывал и вскрывал запоры, пока доставал контейнер, всё это время размышлял о том, что судьба порой преподносит невероятные сюрпризы. Например эта молодая женщина – Галина Маркова, была не только моей соотечественницей, но и жила со мной в одно время, в одной стране. Нет, мы не были с ней знакомы лично, но я часто видел лицо этой девушки на экранах телевизора, рекламных баннерах и обложках глянцевых журналов. Как же, спортсменка, чемпионка, и вообще медийная личность.

– Моё имя Кэп, как к тебе обращаться? – поинтересовался я, когда мы выволокли контейнер на берег, и остановились, чтобы отдышаться.

– Галина. – улыбнувшись, отозвалась девушка, и протянула мне руку для рукопожатия. – Надеюсь, твоя фамилия не Очевидность?

– Здесь нет фамилий. За что сюда угодила, Галина? Спрашиваю, чтобы знать, кого я вытаскиваю из, хм, воды. Сразу отвечу на встречный вопрос, я здесь очутился из-за долга перед корпорацией Аурум.

– Не поверишь, я тоже. – девушка даже остановилась. – Искин сказал, что из-за меня погибла целая колония поселенцев. Что-то, связанное с ресурсом реактора, поддерживающего систему жизнеобеспечения.

– Вот суки! – не сдержался я. Корпы, похоже, совсем не заморачивались над проработкой легенды, загружаемой в нейросеть заключённых. Надо будет, ради любопытства, расспросить сотни три сидельцев, узнать – это землянам так повезло влезть в долги перед Аурум, или кому-то ещё. – Галина, а ты помнишь, как попала в эту колонию? Ну, которая якобы погибла.

– Ты тоже не веришь корпорации? – обрадовалась девушка. Ещё бы, на неё повесили гибель разумных, кому такое придётся по душе?

– Среди заключённых нет ни одного, кто верит корпам. – ответил я чистой правдой. – Так помнишь, или нет, как и за что попала сюда?

– Последнее, что помню, это заморозку. Ну, это такая специальная морозильная камера, куда человек ложится, а потом его замораживают.

– Зачем замораживают? – насторожился я.

– Как правило, так поступают с неизлечимо больными. Их погружают в крио-сон, на время, пока не найдут способ лечения. – ответила землянка. У меня же, от услышанного, в голове словно что-то щёлкнуло. Подрыв гранаты, которую я накрыл собой, а затем пробуждение в капсуле, в космосе. Саян особо не распространялся о том, как я смог пережить его. Он даже не назвал год, в котором нашу планету посетили представители корпорации.

– Очнулась, когда приближалась к зоне А-один? – вернулся я к расспросам.

– Да. Кэп, ты мне допрос устроил что-ли?

– Нет, просто я любознательный. Давай-ка ты быстро примеришь своё добро, а потом мы продолжим разговор. А то здесь, даже в фиолетовой зоне, слишком опасно находиться без оружия. Кстати, не знаешь, почему на твою капсулу напал жёлтый мутант?

В контейнере лежал стандартный набор, разве что вместо мачете был топорик с зачехлённым лезвием. Слишком лёгкий, но от фиолетовых и синих мутов можно отбиться. От некоторых. Пока Галина мне рассказывала, как едва успела закрыться в капсуле от бешеной хвостатой твари, без причины атаковавшей её, я быстро разобрал содержимое контейнера, периодически поясняя ей, что и как использовать. Искин – это хорошо, но человеческая речь всяко лучше. К тому же девушка явно растеряна.

– Слушай, а здесь далеко до базы корпорации? – устало спросила девушка. Было видно, что она изрядно перенервничала, вынуждено сидя внутри капсулы.

– Ты не спеши к корпам. Чувствуешь, как голова начинает болеть? Это симптомы местной ночи. Спроси у своего искина, что такое чёрная звезда, и как от неё защищаться. Пока будешь слушать интересную историю местного быта, я займусь своими делами, мне тоже есть, что спросить у искуственного интеллекта. И напоминаю, когда будешь есть, лучше не мешай ИРП с вот этой жидкостью в баллонах. Потом долго плеваться будешь.

Предоставив замлячке самой разбираться с утолением голода, сел под дерево и попросил Еву дать информацию по прошедшему улучшению мутации. Искин тут же вывела передо мной экран дополненной реальности, с текстовым сообщением:

«Повышение усиления: „Каменная кожа“, 6 баллов по шкале Аурум, пройдено успешно (достигнут предел усиления).

Способности „Каменная кожа“: возможность мгновенного укрепления кожного покрова до прочности брони третьего класса.

Время действия укрепления: 5-6 минут.

Особые условия: Повторная активация „Каменной кожи“ возможна через 2 часа.

Способ активации усиления "Каменная кожа": голосовая команда "Бандерлоги"

– Кэп, нам нужно попасть на базу корпорации. – сообщила искин, едва я прочёл весь текст. – Возможно у них уже есть информация, какие мутанты необходимы для повышения усиления ментального воздействия.

– Разберёмся. Нам нужно максимально повысить свои возможности, чтобы попытать себя в оранжевой зоне. Да, ещё даму довести до обжитых мест, и устроить её по-людски. А это, чую я, будет очень сложно.

– Кэп, ты с кем там меня обсуждаешь? – поинтересовалась землячка, которая уже умяла плитку рациона, и теперь, морщась, запивала его витаминизированной жидкостью. – Неужели сам с собой?

– Да вот, думаю, каким будет твое ближайшее будущее. Понимаешь, Галина, здесь женщины – редкость. Ну, среди заключённых. А уж столь симпатичных, я думаю, вообще нет. А значит ты сразу станешь объектом внимания, причем не только таких же бедолаг, как мы, но и корпов. И я даже не знаю, хорошо это для тебя, или плохо. Сама то что думаешь об этом?

– Кэп, я найду, как отшить особо настойчивых, у меня есть такой опыт. – ответила девушка, и похлопала по бедру, на котором был закреплён игломёт. – В крайнем случае применю оружие. Я другого не понимаю. Если тут дефицит красивых женщин, почему ты себя ведёшь как-то странно? Не пробовал взять силой, и даже не пытаешься понравиться. Этакий хмурый ворчун, которого заставили помогать мне. Или не заставили, и за спасённых новичков полагается вознаграждение?

– Запомни, Галина. Здесь, в аномалии, человек человеку враг. – проговорил я, медленно поднимаясь на ноги. – Никакой награды мне не будет от корпов, разве что в устной форме. А помогаю я тебе, потому что могу себе позволить проявить человечность. Но, это всё философские разговоры, которые ни к чему не приведут. Я чувствую скорое наступление ночи, а потому рекомендую укрыться вон под теми деревьями, у них листва гуще. Да, оружием умеешь пользоваться? Игломёты здесь –единственное дистанционное оружие.

– Умею. – хитро улыбнулась девушка. – Во всяком случае, мои соперницы не жаловались.

***

Через час, укрывшись под сине-зелёными кронами, мы смотрели сквозь редкие просветы в листве на черное пятно, плывущее в небесном мареве. Я, в отличие от свежеприбывшей испытывал лишь небольшое недомогание, а вот девушке стало не до разговоров. Она побледнела, постоянно прикладывалась к баллону с жидкостью, и периодически массировала виски. Меня не так сильно мутило в первую ночь. Впрочем, землячка натерпелась, наверное уже похоронила себя.

– Вот тебе и редкий случай неудачных приземлений. – проворчал я, но вспомнив, что искин сейчас не активна, умолк. Эх, поскорее бы ночь прошла, да новая спутница спать завалилась. Нужно собрать свои вещи, и предупредить Дракота, чтобы он не попадался на глаза землянке. Угораздило же меня вляпаться. Строишь тут планы, чуть ли не на месяцы вперёд, а потом рядом падает капсула с землячкой, и ты всё посылаешь на юг. Потому что с первых дней училища тебе вложили непреложный закон – своих бросать нельзя! А эта девушка возможно самый близкий для меня человек во вселенной. Или наоборот. В общем, странно всё это.

***

– Кэп, мне вроде полегче стало. – сообщила Галина, поднимаясь с земли. Черная звезда полчаса назад ушла из зоны видимости, и по идее можно было уже давно выдвинуться к лагерю, но я видел, что девушке по прежнему плохо. Да, чёрт возьми, я решил позаботиться о землячке, пока она твёрдо не встанет на ноги. Более того, у меня появилось желание немного потратиться на неё, чтобы облегчить жизнь. Ну а почему бы и нет? Только небольшую проверку проведу, и всё.

– Пошли. Доберёмся до моего лагеря, там ты нормально сможешь отдохнуть, ну а я, трах тебе в док, посижу, подумаю, как нам жить дальше.

– Эй! – возмутилась девушка, но тут же сама себя оборвала, прикрыв ладонью рот. – Постой! Ты сейчас произнёс странную фразу на моём родном языке!

– Тебе показалось. – не моргнув и глазом, соврал я. – Слушай, Галина, а ты действительно ничего не помнишь, после того, как погрузилась в крио-сон? Только отвечай правду.

– Нет, ничего не помню. – ответила девушка. – Последнее, что помню до пробуждения в космической капсуле, это как надо мной закрывается полупрозрачная крышка, и со всех сторон наваливается лютый холод. У меня обнаружили злокачественную опухоль, где-то в голове. Врачи сказали, что операция невозможна. Так я попала в программу крио-сна. Помню процедуру подготовки, как меня положили в саркофаг, а дальше ничего не помню, вплоть до момента, как очнулась в этой жестянке. Бубнилка разбудила меня, и сразу же сообщила, что я заключённая номер такая-то, отправлена в аномалию отрабатывать долг. Очнулась уже здесь, в озере. Хорошо, что голос в голове успокоил меня каким-то уколом, иначе бы я выпрыгнула прямо в воду. Ну и эта сумасшедшая змея, что хотела добраться до меня, немного охладила пыл.

– Это хорошо, что ты не стала выбираться, жёлтый мутант прикончил бы тебя одним ударом. Ничего, через несколько минут будем на месте, там и отдохнёшь. Увы, нормальной пищи я тебе не могу предложить, с этим здесь большие проблемы у заключённых. Позже объясню. – я замолчал на несколько секунд, а когда пауза стала затягиваться, спросил на чистом русском: – А сейчас скажи мне, какой год шёл на Земле, когда тебя погрузили в крио-сон?

– Две тысячи сорок седьмой. –на миг задумавшись, ответила девушка. И осеклась, остановившись на месте. – Стоп! Ты что, тоже с Земли?

– Ага. Более того, я, похоже, был заморожен в том же году, что и ты. Только не помню этого, потому что подорвался на гранате, и в крио-сон попал в бессознательном состоянии.

– Но зачем скрывал, что землянин?

– Потому что не верю корпорации. Перестраховался, на всякий случай. Очень много странностей с нашим попаданием в аномалию, и мне это не нравится. – наш разговор пошёл куда-то не туда, и я немного сменил тему: – Слушай, а много нас таких, замороженных, на Земле было?

– Я была десятой, если не ошибаюсь. Вроде какие-то ученые до меня замораживались, военные. Ещё какой-то политик известный, имени не помню. – ответила Галина. В этот момент мы перешли из синей в фиолетовую зону, и девушка отвлеклась на листву деревьев. – Ой, Кэп, они цвет сменили.

– Ага. – ответил я, и на ходу выстрелил в бросившегося на Галину с дерева сиреневого мутанта, которого разорвало прямо в воздухе. Чёрт, вот для таких случаев нужно иметь при себе игломёт первого класса. Слишком дорого стрелять по мутам низших рангов дорогостоящими боеприпасами.

– Господи! Эта тварь нацелилась мне прямо на лицо! – девушка сорвала с бедра свое оружие. – Почему здесь все такие агрессивные?

– Условия у них плохие, для проживания. – проворчал я. – Голова постоянно болит от чёрной звезды, опять же людишки то и дело норовят убить. Как тут не стать агрессивным?

– Слушай, ты чего такой токсичный? – с вызовом спросила Галина, укрывшись за моей спиной. – Ворчишь постоянно, как мой дедушка.

– Поживёшь здесь с недельку, такой же станешь. – усмехнулся я. – Если выживешь. Возьми себе за правило ожидать нападения мутантов в любую секунду, в любом месте. Если бы я не прикончил этого сиреневого недомута, мелкий грызун вцепился бы в тебя своими зубками, и всё окончилось бы изуродованным лицом, а возможно и смертью.

– Жесть! Какой-то дикий мир для выживания. – теперь пришло время ворчать моей спутнице. Но не долго, что-то обдумав, она спросила: – А шлем, как у тебя, дорого стоит?

– Он идёт в комплекте с бронёй, начиная со второго класса. У тебя защита первого, и это плохо – сейчас для тебя все зоны смертельно опасны. До форпоста корпорации ты сама точно не доберёшься, слишком... Стой! – я поднял левую руку вверх. Что-то насторожило, сам не понял что. Прислушавшись, различил мужской голос, что-то негромко бормочущий. И бормочущий, судя по всему, где-то в районе моего лагеря. Чёрт, там же Дракот!

– Кэп? Что-то случилось? – прошептала Галина, подобравшись вплотную к спине. Будь я чуть более впечатлительным, точно бы вздрогнул. Вот что за человек?

– Тихо. Следуй за мной, метрах в трёх позади. Оружие применяй только в том случае, если угроза будет непосредственно тебе. Я сам справлюсь. Всё поняла?

– Да, Кэп. – с лёгкой растерянностью в голосе ответила девушка.

– Повтори. – потребовал я.

– Стрелять только в тех, кто нападает на меня, тебе не мешать, под ногами не путаться. Я не глупая, Кэп.

– Вот и молодец. – я улыбнулся. – Соблюдай дистанцию, и не отставай. Бандерлоги.

Быстро продвигаясь вперёд, ругал себя последними словами. Совершенно забыл, что не только искин вырубается во время ночи, но и мутанты чувствуют себя не важно. А что, если Дракот ещё не успел восстановиться после трансформации, и ему стало плохо? А в это время на мою палатку выскочил какой-нибудь заключенный...

На небольшой поляне, где я поставил палатку, действительно было людно. Два зека, оба в бронекомбезах первого класса, самозабвенно пытались прикончить друг друга, катаясь по земле, а Дракот, шипя на обоих, можно сказать встал грудью на защиту моего добра. Чуть в стороне валялся ещё один заключенный, у которого на всю грудь красовалась огромная рана с обугленными краями.

– Трах тебе в док! – прошипел питомец, и тут же добавил по мыслеречи: – Аудрэй, я долго не смогу удержать их под контролем. Убей хотя бы одного, скорее!

Зачем убивать? Подбежав к парочке горе-бойцов, я от души врезал одному из них ногой. Попал туда, куда надо – в пятую точку. Бил от души, не жалея. Удар, помноженный на усиление экзоскелета, отбросил зека на добрые пару метров. Куда только девалось его боевитость – ухватившись за отбитый бок, сиделец заскулил тонким голосом:

– А-а! Больно-о! У-у, сука-а!

– Лежать! – рявкнул я, придавив второго заключенного ногой к земле. – Не рыпаться, черти, иначе прикончу обоих!

– Да пошёл ты нахрен! Я свои права знаю! Ты не имеешь права меня... А-а-а! Ты что творишь, сук... – хватило двух ударов, чтобы орущий на всю зону идиот заткнулся. Чёрт, а ведь это мои соотечественники, оба матерились на чистом русском. А лицо вот этого пухляша, тяжело дышащего у моих ног, я даже знаю. Похоже это о нём говорила Галина, когда упоминала о замороженном политике. Одного взгляда на лицо этого человека было достаточно, чтобы понять – от таких нужно держаться подальше.

– Слушай. Меня. Внимательно. – негромко, но прониковенно сказал я пухлому, чеканя каждое слово. – Или ты заткнёшься, или я тебя прикончу прямо сейчас. Ты всё понял?

– Я вынужден подчиниться обстоятельствам! – прохрипел новоприбывший.

– Лежи, и не отсвечивай. – вновь приказал я, и, убрав ногу с груди заключённого, двинулся ко второму. Тому было не до пререканий, похоже я ему сломал рёбра. Ну, тут уж извините, Дракот вообще предлагал прикончить обоих. Я бы так и сделал, если бы не услышал русскую речь.

– Ой, какой он миленький! – раздалось позади, и я мысленно посочувствовал питомцу. – Кэп, это же детёныш, да? Иди сюда, мой хороший, я тебя пожалею. Нехорошие люди напали на маленького. Ничего, сейчас их накажут!

– Друг, что надо этой сумасшедшей самке?! – раздался паникующий голос Дракота у меня в голове. – Она лезет ко мне своими лапами! Аудрэй, она сейчас задушит меня! Аудрэй, помоги-и!!!

***

Галина, вдоволь затискав "симпатичного дракончика", мирно спала в своей мини-палатке – пришлось применить ещё действующее ментальное воздействие, чтобы девушка проигнорировала присутствие пленных и легла отдыхать. Драк, обласканный женским вниманием, глухо порыкивал, расположившись на нижней ветви большого дерева. Мне же предстояла грязная работёнка.

– И так. Вы оба утверждаете, что не помните ничего, что было с вами после погружения в крио-сон. – я стоял перед пленными, пристально вглядываясь в их угрюмые лица. Неподалёку сидел Драк, и его янтарные глаза со змеиным зрачком неотрывно следили за землянами.

– Друг, этот чужак, который выглядит очень аппетитно, собирается соврать. – прозвучало у меня в голове. Питомец легко читал мысли заключенных, не обладающих высокоранговыми мутациями.

– Напоминаю, кто пожелает обмануть меня, получит иглу в колено.

– Я помню. – произнёс пухлый.

– Он передумал врать. – подтвердил питомец.

– Рассказывай, что помнишь? – потребовал я.

– Я очнулся. Один раз, на несколько минут, когда меня разморозили. Помню сильнейший холод, и ряды саркофагов с замороженными телами. Много, очень много саркофагов! Наверное больше тысячи!

– Что ещё помнишь? – услышанное подтверждало кое-какие мои мысли, но так, слишком поверхностно.

– Голоса. Язык неизвестный. А потом боль, в затылке. Вновь очнулся уже в этом ведре, что принесло меня сюда. И я не виновен в гибели нашей планеты! – под конец заключённый сорвался на крик.

– Заткнись. – устало произнёс я. – Никого ты не убивал. Вот только корпорации плевать на это. Ладно, хватит о прошлом. Как давно сюда прибыли?

– Я уже четвёртый день здесь. – ответил второй пленный.

– Второй. – проворчал толстяк. – Слушай, отпусти меня. Ну зачем тебе такая обуза. Только пожрать дай чего‐нибудь, а то я точно сдохну с голодухи.

– Почему контейнер не извлёк из капсулы? Там были и еда, и вода, и оружие.

– Там от капсулы осталась едва ли половина после приземления, нечего было брать. Хорошо, что сам уцелел. Ну так что, дашь поесть? И это, нам бы направление правильное, к базе или форпосту.

– В ту сторону вам идти. – я указал направление, ведущее куда угодно, только не к ближайшему оплоту цивилизации. – А ты почему безоружен?

– Не приемлю убийства живых существ. – сообщил пожилой мужик, представившийся, как старший научный сотрудник чего-то там важного Он мне тоже не понравился. Пацифист хренов. Понапридумывают себе условностей, а потом из-за них страдают другие.

– Зачем полезли к моей палатке? – задал я последний вопрос.

– Так не ели больше суток. – ответил пухляш. – Хотели разжиться съестным.

– Он лжёт. – тут же опроверг слова зека питомец. – Именно этот упитанный чужак собирался прикончить хозяина палатки, и меня тоже.

– Вы совсем идиоты? – я для себя уже решил, что буду делать с этими "земляками". – Разве вам искины не разъяснили, что здесь все вещи имеют личную привязку? Более того, вы зачем безоружными на мутанта попёрли?

– У Михаила был игломёт. – проворчал пухлый. – Он даже стрелять начал в твою черную псину, за что и поплатился. Вообще, что это за мутант такой? Вроде элитный, но совсем мелкий.

– Аудрэй, можно в него плюнуть огнём? – с надеждой в голосе спросил меня питомец. Я дал Дракоту мысленный ответ – скоро. Да, мне не хотелось, чтобы о моем компаньоне узнали корпы и другие заключённые. Элитный мутант – лакомая добыча для всех в аномалии, а эта парочка, они же с гнильцой. Настолько слабы морально, что мой питомец смог их стравить друг с другом.

– В общем, слушайте меня внимательно. Я прямо сейчас даю вам из своих запасов две плитки ИРП. С условием, что вы тут же свалите отсюда. Всё понятно?

– Да мы же сдохнем через два дня, если не станем жертвой одного из местных хищников...

– Мне плевать. – оборвал я пацифиста. – Две плитки, и прочь с моей поляны. ИРП – вот они. У вас ровно одна минута, чтобы исчезнуть с моих глаз.

– Ты же прикончишь нас, верно? – с тоской в голосе произнёс пухлый.

– У вас есть небольшой шанс убежать, затеряться среди деревьев.

– Слушай, ну мы же можем договориться, а? Я отработаю, не вопрос! Молчать буду, как рыба, выполнять самую чёрную работу!

Я тяжело вздохнул. Хотел не делать это здесь, но видимо не судьба...

Глава 27 Разговоры и планы

– Кэп, за необоснованное убийство, или сознательные действия, повлёкшие за собой гибель заключённых, будут наложены штрафные санкции. Разумеется, если служащие корпорации по какой-то причине решат считать данные с твоего наруча.

– Сомневаюсь, что я заинтересую их. Ты лучше вот что скажи – куда лучше отвести Галину? Что-то мне думается, что лучше наведаться в селение, и там спокойно дождаться патруля корпов. Обновим ей броню, искин, оружие второго класса. Благодаря Саяну, возможности навигатора прилично расширились, и ты теперь видишь на карте посёлки заключённых. Сколько до ближайшего, дня три?

– Почти. До малой ночи успеем. Кэп, твоей спутнице нужно хорошее усиление, сейчас она может погибнуть даже от атаки иглозуба.

– Я думал об этом. Хотел поставить жёлтую, из мутагена хлыста. Что скажешь?

— Лучше мутация с двуногого зубана. Там будет физическое усиление, и возможно аналог твоей каменной кожи. Для заключённой Галины такие усиления подойдут лучше всего. От хлыста она может получить укрепление костей – так называемый металлический скелет, и повышенную реакцию.

– Ага, значит выбор между усилением и защитой, и укреплением и скоростью. Ну, спросим у самой Галины, что ей больше подходит. Так-то она была спортсменкой именно в том виде спорта, где нужна физическая сила. В общем, ждём пробуждения. Теперь ещё нужно подумать, куда девать вон ту крылатую ящерицу.

– Я не сплю. – прозвучал в моей голове раздражённый голос Дракота.

– Ну тогда присоединяйся, будем вместе думать, на кого тебя оставить.

– Друг, я не понял, ты что, на самку меня променять решил? – в мыслеречи питомца послышались скорбные нотки. – Я ради тебя жизнью рисковал, а ты вот так просто хочешь похоронить нашу дружбу?

– Не паясничай, клоун. Лучше предложи толковую идею, как сделать, чтобы ты смог в сытости и безопасности переждать несколько дней.

– Ну, есть же перворожденные дети Эмао, которых ты называешь некоши. Они всегда относились к нам, чёрным, с большим уважением. У перворожденных считается большим грехом причинить вред одному из старших детей.

– Так, подожди. Значит некоши – это перворожденные. Мутанты элитных рангов – старшие, а все остальные – младшие. Верно?

– Твой разум слишком слаб, чтобы осознать всё величие замысла Эмао, но суть ты уловил верно. – с показным высокомерием ответил питомец.

– Не выпендривайся. Тоже мне, старший, а сам неделю назад от зелёных мутов шарахался. Слушай, а мехомутанты какое место занимают в вашей иерархии? Они тоже порождения Эмао?

– Мёртвые чужаки? Глупый Аудрэй, мёртвые – не порождение Эмао. Они враги, и их нужно разрывать на куски! Ты заменил потерянную конечность врагом, и думаешь, что покорил зло. Но знай, когда наступит большая ночь, ты услышишь голос черного Даггара, и он будет шептать тебе – убей! Не поддавайся врагу, иначе мы перестанем быть друзьями.

– Даггара, значит. – я собрался задать ещё один вопрос по интересующей меня теме, но в этот момент в дали раздался взрыв. Сориентировавшись на звук, понял – это подорвалась капсула Галины. Что ж, вот и знак, пора сниматься с насиженного места. Девушка уже семь часов спит, пора будить. Скажу, что до ближайшего места, где можно обновить картриджи, больше недели – махом проснётся. То, что мы, земляне, можем жить без блокатора, ей знать пока ещё рановато. Мда, интересно, какой процент замороженных могут игнорировать шёпот? Все? Может именно заморозка так повлияла на нас? Как там в поговорке: двум смертям не бывать, одной не миновать? Может мы и правда умерли, а корпы нас как-то реанимировали?

– Аудрэй, я могу отличить мёртвого от живого. – тут же успокоил меня Дракот. – Ты живой, и твоя самка живая.

– Зови её Галина. – попросил я. – А то с твоими определениями ляпну невпопад, и ты будешь виноват в моей преждевременной кончине. Кстати, она не моя. Слишком худая, чтобы возбудить во мне, хм... Возбудить, короче. И вообще, давай закроем эту тему. Всё, пойду будить спящую красавицу.

***

Землячка выбрала мутацию хлыста. Причём без сомнений. Девушка внимательно выслушала моё предложение, распросила о двуногом зубане, и в конечном итоге приняла решение:

– Хочу быть быстрее. Насмотрелась я на местных тварей, от них никакая защита не спасёт.

– Ну, тогда расстегни комбез и подставляй плечо. – потребовал я, открывая контейнер. Так, вот они, пять капсул. Жаль, что пустых осталось всего десять, и уже использованные нельзя повторно заполнить.

Внедрение мутагена прошло успешно. Девушка даже не охнула. Зато принялась расспрашивать, куда делись те два заключённых, что дрались на поляне. Ответил, что они ушли, и по большому счёту не соврал. Зачем ей знать, что уйти далеко они не смогли...

– Нам пора выдвигаться. – произнёс я, укладывая свои вещи в рюкзак. – Сколько у тебя доз блокатора осталось?

– Семь. – ответила Галина. – А что, мы можем не успеть дойти до корпов? Ты же говорил, до них совсем недалеко.

– Успеем, но стоит поторопиться. К тому же нам по пути нужно найти кое-кого. Это важно.

– Важно ему. – прозвучал в голове обиженный голос питомца. – Так и скажи, что побыстрее хочешь избавится от меня.

Я показал Дракоту кулак, и подошёл к Галине, укладывающей в свой рюкзак спальный мешок.

– Топорик на пояс закрепи, слева. Понадобится срочно, а ты пока дотянешься до него, пока извлечёшь из кармана рюкзака, пройдёт целая вечность.

– А почему слева? – удивилась девушка. – Я вообще-то правша.

– Справа у тебя игломёт на бедре, забыла? – усмехнулся я. – топор мешать будет. Ну-ка, попрыгай.

– Что, как в фильмах? – улыбнулась девушка, но мою просьбу выполнила.

– Так ты удостоверишься, что у тебя ничего нигде не бренчит, и насколько удобно на тебе распределён вес. Ремешки подтянуть, перераспределить нагрузку.

– Я ходила в походы, так что знаю, что к чему. – Галина вновь улыбнулась. – Так что показывай, куда нам идти.

– Ну, раз знаешь, значит выдвигаемся. Позавтракаем позже, на привале.

***

Двигались достаточно быстро. Во первых, благодаря присутствию в нашем отряде черного мутанта все низкоранговые муты просто разбегались с нашего пути. Да и то нападение фиолетового зверька на мою спутницу, скорее всего мутант после ночи просто растерялся и потому атаковал. Ведь последние дни вся фауна, до зелёного ранга, старательно избегали встречи со мной. Встречи с заключёнными я тоже не опасался, потому как Дракот периодически поднимался в воздух, и проводил разведку местности. С увеличившимся размахом крыльев и невероятно острым зрением наш разведывательный био-дрон видел всё на сотни метров вокруг. Он же первым и увидел признаки, указывающие на селение аборигенов. Вернее, увидел Драк несколько дымов, поднимающихся над равниной, и тут же решил сообщить об этом мне.

– Заключённые не жгут костров, им этого просто незачем делать. – произнёс я, выслушав питомца. – огнём балуются только некоши. Похоже мы нашли временное пристанище Драку.

– А ему что, нельзя в селение заключённых? – поинтересовалась Галина, которой всё вокруг было в диковинку. Ещё бы – растительный мир зон отличался не только цветом, но и зачастую самим видом растений. К тому же здесь и правда было красиво. При отсутствии мутантов, разумеется.

– А ты спроси у своего искина, что такое элитный мутант, и сколько стоит мутаген элитного ранга. – усмехнулся я. – Драка разорвут на кусочки, стоит ему очутиться рядом с толпой заключённых. Элитный мутаген – прямой пропуск из зоны в большой мир.

– Нелюди. – фыркнула моя спутница. – Как можно убить столь милого зверя? Это, ну я не знаю, как убить собаку, или кошку. Смотри, какой он красивый, прямо как тот черный дракон, из старинного мультика. Ночная фурия, или как там его звали?

– Аудрэй, а эта самка не такая уж и плохая. – прозвучало у меня в голове. – К тому же поумнее тебя будет, в некоторых вопросах.

– Я запомню эти слова. И вспомню о них, когда кое-кто проголодается. – еле слышно проворчал я, зная, что питомец меня услышал. А затем, уже громче, ответил Галине: – Я таких мультиков не смотрел, но то, что Драк похож на крылатого черного кота, это да. Такой же хищный и опасный

– Кэп, я, перед тем, как уснуть, слышала, что ты расспрашивал тех двух заключённых. Что-нибудь удалось узнать о Земле?

– Удалось. Например то, что мы на самом деле ничего не должны корпорации Аурум. А ещё я узнал, что нас – всех, кого заморозили, кто-то передал корпам. Тот толстячок, в отличие от нас умудрился проснуться, и увидел сотни саркофагов.

– Но кому могли понадобиться сотни замороженных больных? – удивилась девушка. – Может нас не передавали корпорации, может толстяк очнулся на Земле, и только после попал сюда?

– То-есть нас кто-то разморозил, проверил на сопротивляемость шуму, а потом прошедших отбор отправили сюда? Ну, тогда получается, что корпорация обладает очень большой властью на нашей родине. Только я склоняюсь к своей версии – нас вывезли с Земли очень давно, более сотни лет назад, и забыли. Иначе саркофаги бы давно уже разморозили.

– Кэп, следуя твоему совету, я спросила свой искин про элитных мутантов, и узнала, что аномалию можно покинуть. Как думаешь, мы сможем это сделать?

– Ты хочешь выбраться отсюда? – спросил я, резко останавливаясь. Пристально посмотрел в глаза девушки.

– Я? Конечно хочу. А ты? – ответила спутница с вызовом. Хм, а ведь действительно хочет. И выберется, у нее в крови добиваться поставленной цели. Просто так в восемнадцать лет чемпионами не становятся, для этого нужно быть невероятно целеустремлённым, и знать, чего хочешь.

– А я не хочу, я выберусь отсюда. Пойдёшь со мной до конца, тоже выберешься.

– И пойду. – девушка закусила губу.

– Ну, значит договорились.

– Ой, у меня мутация прошла адаптацию. – внезапно сообщила землячка, а теперь, похоже, и напарница.

– Ну, тогда хвались, что там у тебя. – предложил я, и Галина, словно школьница, приступила к чтению:

– Мутаген, ранг Этанол, жёлтый, полностью адаптирован в организм носителя. Получено два усиления – Стальной каркас, пять баллов по шкале Аурум. Реакция, пять баллов по шкале Аурум. Способности пассивного усиления Стальной каркас – прочность костных тканей в организме повышена на пятнадцать процентов. Подходящий для возвышения Стального каркаса мутант: Двуногий зубан.

– Пассивная способность? – удивился я. – То-есть, она всегда с тобой? Чёрт, да я даже не знал, что такие бывают. А второе усиление?

– Способности усиления „Реакция“: Мгновенное ускорение всех активных процессов в организме на двадцать процентов. Время действия ускорения – одна-две минуты. Особые условия: Повторная активация „Реакции“ возможна через двенадцать часов. Побочные эффекты – резкий упадок сил по окончании времени действия, возможна потеря сознания. Подходящий для возвышения "Реакции" мутант – перескок, сухопутный, желтый ранг, Этанол. Для повышения усиления необходимо двадцать пять плюс двадцать пять капсул мутагена жёлтого ранга. Способ активации усиления...

– Всё, дальше можешь не озвучивать. – остановил я свою напарницу. – придумай для активации какое-нибудь короткое, реально существующее слово, которое ты точно не произнесёшь случайно.

– Розетка. – произнесла девушка, и тут же рассмеялась. – Кэп, тогда, по дороге в твой лагерь ты произнёс смешное выражение, это тоже была активация усиления.

– Да. Что-то типа ментального воздействия, подчиняющего волю.

– То-есть ты подчинил меня, и даже... – Галина осеклась. – Вот блин! А заставить меня забыть что-то ты мог?

– Нет, это иначе работает. – улыбнулся я. – Действие способности всего час. Так что, когда мы пришли в лагерь, она уже считай закончилась.

– Значит ты мог заставить меня делать что угодно, но не стал. – мысли девушки продолжали работать в определённом направлении. – Почему?

– А зачем мне тебя заставлять? Смысл? Я что, безусый юнец, страдающий, хм... В общем, ты поняла, о чём речь. Поверь, мужчина, насильно принудивший женщину к близости – не мужчина, а животное. Да, здесь другой мир, другая мораль, да и контингент соответствующий. Только я не собираюсь подстраиваться под местных. И задерживаться здесь тоже не собираюсь. В общем, предлагаю отложить эту тему до лучших времён. Продолжим обсуждение в более спокойной обстановке. Договорились?

– Договорились. – кивнула девушка. Взгляд у неё при этом был серьёзным и одновременно задумчивым.

– Вот и хорошо. Продолжаем движение.

***

Я думал, что столбы дыма скоро рассеются. Ну не станут же некоши жечь что-то круглый день. Вот только дым не только не пропадал, наоборот, стал ещё интенсивнее. Учитывая, что природные пожары в аномалии большая редкость, похоже впереди происходило что-то нехорошее. Развернуться и уйти? Ну уж нет, так дело не пойдёт. Хотя бы издали посмотрим, что вообще происходит.

По моим подсчётам, до места пожара оставалось чуть больше километра, когда дорогу нам преградила река. Мы только что проскочили зелёную зону, и сейчас я с крайне недовольным видом разглядывал жёлтую листву на противоположном берегу.

– Придётся в обход топать. Слишком рано нам ещё гулять по жёлтым зонам.

– Что, настолько опасно? – шёпотом спросила Галина.

– Ты же видела, на что способен один хлыст. – я мысленной командой приказал Дракоту возвращаться из разведывательного полёта, а затем обратился к искину: – Ева, проложи кратчайший маршрут в обход жёлтой зоны.

– Вдоль русла реки, вправо, Кэп.

Когда мы наконец смогли переправиться на другой берег, пожар практически прекратился. Недобрые предчувствия переросли в уверенность. Теперь я знал наверняка – горел не лес, а деревня некоши. И сжечь поселение аборигенов могли только чужаки. Корпорация подобным вряд-ли будет заниматься, а вот заключённые... Я уже видел, как относятся сидельцы к местным.

– Драк, остаёшься здесь, охраняешь нашу компаньонку. Ни ей, ни тем более тебе не стоит попадаться на глаза зекам.

– Аудрэй, ты оставляешь мне свою самку? Я поражён столь высоким уровнем доверия.

– Шутник. – проворчал я. – Галина, слушай и выполняй все требования Драка, даже если они покажутся тебе нелепыми. Приказ понятен?

– Так точно, Кэп.

– Молодец. – улыбнулся я. – Ждите, скоро вернусь.

***

Укрывшись за деревом, я неспешно осматривал в оптику винтовки то, что осталось от деревни аборигенов. Обгорелые каркасы жилищ, похожие на скелеты огромных мутантов, валяющиеся всюду тела убитых некоши. Мужчины, старики, дети.

И посреди всего этого бродил одинокий краснокожий воин. В одной руке он держал массивный каменный топор, а другой, останавливаясь у каждого тела, проверял биение сердца. На несколько секунд касаясь ладонью груди или шеи.

Чёрт! Не хотел бы я оказаться на его месте. Даже не могу представить, что сейчас испытывает этот некоши. Кто же сотворил всё это? Отсутствие женских тел указывает скорее на заключенных, но раны на телах говорят о том, что местных убивали из оружия корпов. Обугленные дыры в груди, с кулак размером, оторванные конечности...

Устав стоять неподвижно у дерева, я переступил с ноги на ногу, и под правой ногой что-то хрустнуло. Твою же в прямую кишку, да по локоть! Откуда здесь ветка? Ведь специально осматривал позицию на наличие вот таких сюрпризов!

Краснокожий, проверявший очередное тело, замер. Обведя тяжёлым взглядом окрестности, он почти сразу, с невероятной точностью определил моё место нахождения. Поднявшись в полный рост, абориген уставился своими кровавыми буркалами прямо мне в прицел. И было в его глазах нечто такое, от чего меня пробрало до печени. Указательный палец сам лёг на спусковой крючок.

А в следующий миг некоши сорвался с места, рванув ко мне навстречу.

Глава 28 Кругом сплошная ложь

Я даже не подумал прятаться, или пытаться застрелить аборигена из винтовки. Вся моя чуйка просто кричала – не дёргайся, парень! Твои спицы только разозлят этого краснокожего, и тогда всё точно пойдёт по плохому сценарию.

Закинув винтовку за спину, шагнул на открытое место, и замер, ухватив рукоятку шайтана. Чёрт, что я делаю?! Он же сейчас прикончит меня! Просто махнёт своим каменным топором, и всё...

Красный остановился в двух метрах от меня и уставился свирепым взглядом мне в переносицу. Знаю я этот взгляд, у нас комбат так смотрел на проштрафившегося подчинённого. Куда этому красноглазому до ледяного, вымораживающего саму душу взора полковника Алексеева...

– Я не могу понять, кто ты такой. – хриплым, словно прокуренным голосом произнёс абориген, двинувшись по кругу. – Чужак, но отмечен Эмао, как приёмный ребёнок. Заражённый чёрным Даггаром, но связан с душой старшего брата. Молод, но старше любого старейшины перворожденных. Кто ты такой, чужак? И что делаешь на пепелище моего горя?

– Я никто. Осколок далёкого прошлого, желающий выбраться отсюда и найти того, кто засунул меня в эту аномалию.

– Ты ищешь мести? Или ответы на свои вопросы? – абориген прекратил двигаться, оказавшись за моей спиной.

– Я ищу ответы. Мне слишком мало известно, чтобы решать, есть виновные в том, что произошло со мной и сотнями моих соотечественников.

– Твой мир захватили чужаки? Он разрушен? Я чувствую в тебе боль. Тебя предали, как сотни твоих братьев и сестёр. Мы с тобой очень похожи. Ты воин, я охотник. Ты потерял всё, и я лишился своей семьи. Ты ищешь виноватых, а я жажду мести.

– Кто напал на вас? – спросил я. – Корпорация? Вольные? Заключённые?

– Эти несчастные рабы чужаков? Нет, странный человек, мой дом сожгли не они, и даже не чужаки, которые ушли отсюда час назад. Мой дом приказали сжечь те, кто никогда не появится в Эмао. И я хочу отомстить им.

– Отомстить корпорации? В одиночку? Покинуть аномалию сложно, и не известно, возможно ли это сделать местному. Кем будешь ты там, за пределами своего дома? – я развёл руками.

– Эмао одобрила моё желание. Приёмный, ты тоже против чужаков, я знаю. У тебя свои причины, у меня свои, но первоначальная цель одна – выбраться из под влияния чёрного Даггара, и найти тех, кто принимает решения. Думаю, мы ещё не раз встретимся.

Повернувшись ко мне спиной, краснокожий направился к своему селению. Вернее к пепелищу, что осталось от недавно наполненной жизнью деревни. Я стоял и смотрел вслед удаляющемуся человеку, у которого только что сгорел весь мир. Ещё не остыл пепел, ещё тлели остатки хижин, а этот абориген уже всё решил для себя.

– Ей, красный! Моё имя Аудрэй!

– Сан! – охотник остановился. Повернулся ко мне, окинул ещё одним взглядом, и добавил: – Поможешь приготовить погребальный костёр? Один я могу не успеть. Здесь скоро должны появиться чужаки, они выжгут окрестности, и построят свои мёртвые хижины.

– Помогу. Но, у меня тоже будет к тебе просьба. – ответил я, и двинулся к сожжённой деревне.

***

– Сколько их было, Кэп? – Спросила меня Галина, глядя в пламя костра.

– Больше семидесяти. Сану повезло, сегодня был на охоте. Или не повезло, тут как посмотреть.

– Мой искин утверждает, что боевики корпорации не нападают на аборигенов. Но сейчас я вижу противоположное.

– Я думаю, корпы убирают всех, кто им хоть как-то мешает. – сказал одно, а в мыслях тем временем было совсем другое. Корпы убивали аборигенов по конкретной причине – это была карательная акция. Мутанты уничтожили базу? Держите ответку! Здесь, под прикрытием сбора мутагена, идёт грязная, кровавая война. И мои земляки, что живут здесь уже сотню лет, похоже солгали мне о проблемах корпорации и их успешной борьбе. Чёрт, да я больше склонен поверить вот этому краснокожему аборигену, чем тому же Саяну. Стремления Сана просты и понятны. А вот земляк, живущий здесь уже сотню лет, мне многое не рассказал, представив себя и своих товарищей в выгодном свете. Ложь, кругом сплошная ложь.

– Кэп, ты меня слышишь? – похоже девушка уже не первый раз пыталась что-то сказать мне.

– Извини, задумался. – я повернулся к Галине. – Ты что-то хотела спросить?

– Я говорю – твой питомец что, разумный? Как человек?

– Скорее всего он по-сообразительнее будет. Понимаешь, элитных мутантов объединяет нечто, похожее на коллективную память. И Драк ей весьма ловко пользуется. Правда, с ним промашка была, и теперь... Впрочем, тебе это лучше не знать. Думаю, нам пора уходить отсюда. Сан! – я помахал аборигену рукой. Краснокожий стоял предельно близко от погребального костра, сложенного на скорую руку. Да и погребальным его сложно было назвать – много ли успеешь собрать сушняка за пару часов? Сан сказал, что этого достаточно, дальше Эмао сама позаботится о своих детях, чтобы их сосуды не достались чёрному Даггару. Ох уж эти поверья аборигенов...

– Уже уходите? – спросил краснокожий, не отворачиваясь от почти прогоревшего костра. – Не советую сейчас посещать мёртвые крепости чужаков, лучше посетите одно из селений их рабов. И не беспокойся, Аудрэй, я присмотрю за старшим до твоего возвращения.

– Аудрэй. – прозвучал в моей голове голос Дракота. – Я тоже присмотрю за перворожденным. Спокойно решай свои дела с чужаками, пристраивай самку, и возвращайся. Да, не забывай, пока жив Аудрэй, жив и Дракот.

– Мы вернёмся сюда через одну малую ночь – ответил я одновременно и аборигену, и питомцу. – Будем искать вас у реки, на границе с жёлтой зоной.

– Мне спешить некуда, друг. – ответил Сан. – Возвращайся с хорошими новостями. И свою спутницу не потеряй. Мы со старшим братом тоже уйдем отсюда на некоторое время. Очень скоро сюда придут чужаки.

Краснокожий оказался прав.

***

Мы прошагали около часа, когда Ева сообщила о приближающемся шуме. Дав команду Галине остановится, я прислушался. Гул. Похожий на тот, что издают капсулы, но немного иной, более тяжёлый что-ли.

– Кэп, это не капсула, это космический корабль. – пояснила мне искин.

– Чёрт! Надеюсь, они летят не бомбить, чтобы расчистить площадь под новую базу. Галя, давай-ка ускоримся! Не хотелось бы попасть под бомбардировку.

Корабль (настоящий, мать его, космический!) прошёл над нами через две минуты. Огромный, более полукилометра в длину и за сотню метров в ширину, укрытый радужным пузырём защитного, или маскирующего поля. Прошёл низко, едва ли в полста метрах над нашими головами. На какой-то миг мне показалось, что он сядет если не на нас, то очень близко. Но гигантская машина, то и дело выпуская в разные стороны струи огня из маневровых сопел, ушла дальше, вглубь аномалии, и вскоре потерялась из виду.

– С ума сойти! Это что, настоящий звездолёт? – произнесла моя спутница, когда гул, исходящий от корабля, значительно поутих.

– Похоже да. Ева, знаешь, что за модель корабля?

– Судя по некоторым признакам, это была нестандартная модификация Имирского "Тягуна", военного транспортника второго поколения. Предельно устаревшая модель корабля, снята с производства более трехсот лет назад. Удивительно, как он вообще летает. Скорее всего проведена глубокая модернизация, с заменой всех систем судна.

– Имирского? Содружество разделено на какие-то фракции?

– Да, есть четыре отдельных государства. Первое – Имирское, под протекторатом которого находится корпорация Аурум. Второе – Федерация Семи, это государственное образование, состоящее из семи различных рас, среди которых лишь две человеческих. Концерн Сеть, в котором создали меня, расположен именно в Федерации Семи. Третье, самое скрытное государство – Морры, о которых известно крайне мало. Полеты через их сектор всегда сопровождаются военными кораблями, большинство колоний закрыты для посещения представителям других государств. Ну и четвёртое – Саннэ. Альянс Саннэ – самое высокоразвитое государство, разве что федерация Семи может посоперничать с ними в создании искуственных интеллектов, да с недавнего времени имирцы, благодаря аномалии А-один, стали догонять их в развитии.

– Ева, напомни мне, когда будет свободное время, расспросить о содружестве поподробней. – попросил я искин. – Галя, хватит слушать голоса в голове, пошли скорее отсюда. Нам ещё топать и топать до ближайшего селения. К тому же имеются пустые капсулы, которые нужно заполнить лучшим, что встретится в пути.

– Что заполнить? – не поняла моя напарница.

– Мутаген, говорю, собирать скоро будем, впереди большая зелёная зона. Обходить её мы не...

– Бум-м! – раздалось где-то позади. Мы тут же замерли, прислушиваясь. Твою же душу, это корабль навернулся, или что-то иное жахнуло? Например сброшенная на поверхность бомба.

– Всё, валим в темпе! – потребовал я. – Сейчас мутанты попрятались, так что самое время ускориться.

– Мой искин сказал, что в аномалию космические корабли не летают. – растерянно произнесла Галина, двинувшись следом за мной. – Зачем тогда нас забрасывают сюда поодиночке, капсулами?

– Наверное жалко заполнять мясом полезное пространство корабля. – усмехнулся я.

***

К селению заключённых мы добрались через сорок часов. По пути заполнили все капсулы напарницы зелёной мутью, Галина расстреляла почти весь свой боезапас, и один раз чуть не угодила в пасть жевуну. Мне трижды пришлось вмешиваться, чтобы девушка не пострадала, но в целом я остался доволен. И стрелять, и бегать, и трезво оценивать ситуацию бывшая спортсменка умела. А главное, при опасности она не впадала в ступор, а действовала. В общем, сработаемся.

– Так, повтори, что будешь говорить, если от тебя кто-то начнёт что-то требовать. – приказал я напарнице, разглядывая в прицел винтовки высокий частокол. Твою же в печень, ну что за средневековье? А главное – зачем? Здесь, в фиолетовой локации ни одна тварь не полезет к человеческому жилищу. Или это защита от других заключённых? Хм...

– При любом ко мне требовании ссылаться на тебя, командир. – ответила девушка на мой вопрос. – при явной агрессии стрелять по ногам. А, если спросят, всем говорить, что я твоя женщина.

– Главное, старайся держаться рядом со мной, и не ведись на провокации. Сейчас пойдёшь в двух шагах позади, если начнут стрелять, укрываешься за моей спиной. Всё, выдвигаемся.

Чем ближе мы подходили к частоколу, тем больше я задавался вопросом – а где дозорные? За пять минут, пока приближались к селению, я не увидел ни одного человека над стеной. Да и шума, свойственного большому скоплению людей, не было.

– Слишком тихо, Кэп. – подтвердила искин. – Похоже карта, полученная от Саяна, слишком устарела, и здесь никто не живёт.

– Не будем делать поспешных выводов. – произнёс я, жестом приказывая Галине остановиться. Девушка тут же ухватилась за рукоять своег игломёта, пришлось покачать головой, мол – остынь, всё под контролем. Давай для начала отыщем вход, а уж потом будем решать, что делать.

Вход нашёлся, через минуту нашего неспешного движения вдоль частокола. Распахнутые настежь две широкие воротины. В проёме виднелись какие-то деревянные постройки, причём в хорошем состоянии, чистый двор, на котором не росло ни травинки, чуть провисшие верёвки, похожиеина бельевые. И тишина.

– Интересно, какая гадость заставила заключённых покинуть это место? – спросил я негромко.

– Та самая гадость, которая сейчас выйдет и свернёт тебе шею, уродец! – прозвучал громкий мужской голос из глубины селения. Чёрт, пьяный что-ли?

– О, кто-то живой имеется. – усмехнулся я. – Эй, сиделец, выходи, поговорим!

– Если я выйду, вы все там ляжете! – раздалось в ответ, и по одной из воротин простучали иглы. Да твою же мать! Это что там за обдолбыш засел? Голос ещё такой, смутно знакомый что-ли? Да не, не может быть.

– Эй, чудила, ты чем так жёстко закинулся, что по незнакомым людям стреляешь?

– Людям? Это вы что-ли люди? Здесь людей нет, одни отбросы. Проваливайте я сказал!

– В посёлке сфоттер имеется? – проигнорировав угрозы, спросил я у неизвестного.

– Неужто припекло? Ну есть, и что? Валите отсюда, если жить хотите!

– Галя, ты подожди меня здесь, хорошо? – обратился я к напарнице. – Я сейчас проведу воспитательную работу, и позову тебя.

– Кэп, он же убьёт тебя! – испуганно произнесла девушка.

– Меня? Из игломёта первого класса? Да я особо и не почувствую его иглы. Пару минут подожди. Эх, бандерлоги!

– Эй, ты куда? – возмущенно произнёс мужик, похоже скрывающийся внутри одной из самых больших хижин, и прекрасно видевший всё, что происходило у ворот. – Я сказал – проваливай отсюда!

– Хоть одна игла попадет в меня, и я тебе твое оружие по самую рукоятку затолкаю в то место, которым ты думаешь, понял? – зло бросил я, без труда определив, откуда звучит голос.

– А ты весёлый, тебя я не стану убивать. – отозвался явно обдолбавшийся чем-то придурок. – Но, если будешь учить меня жизни, я передумаю.

Что за бред он несёт? Точно наркоман какой-то. Жранул травы или листвы с дерева, и всё, перекрыло мужика. Ну да ничего, сейчас я быстро поясню ему о вреде неправильного питания.

– Я вхожу. – произнёс спокойно, чтобы не нервировать незнакомца.

– Ну так я жду. Чего ты там мнёшься, у порога? – мужик явно веселился. – Не боись, солдат ребёнка не обидит.

Что? Я эту фразу слышал много раз в своём прошлом. Только на другом языке, и при других условиях. Твою же поперёк и налево! Земляк?

Зайдя внутрь, я уставился на сидевшего у окна мужика, оплаченного в бронекомбез четвёртого класса. В грудь мне был направлен ствол винтовки, тоже четвёртого класса. Мужик улыбался. На его наруче, выставленном словно на показ, красовались две полосы, обе жёлтого цвета. Обнаружилась и причина его странного поведения – здоровенная, литров на пять, пластиковая бутыль, наполненная до середины мутно-голубой жидкостью.

– Бормотуха? – спросил я по русски, кивнув в сторону бутыли. – Градусов десять есть?

– Чё?! – улыбка медленно начала сползать с лица мужика. Он, не опуская винтовки, левой рукой ущипнул себя за предплечье правой. – Чёрт, вроде не пьяный. Боец, ты мне сейчас что-то сказал?

– Что, совсем дела твои плохи, что в одну харю бражку глушишь? – вновь спросил я на русском, а затем, выглянув за порог, крикнул: – Галя, ты в селение то заходи! Тут, похоже, обознатушки вышли.

– Галя. – хрипло, полушёпотом пробормотал мужик, и медленно, словно в замедленной съёмке, поставил винтовку к стене. Затем неспешно поднялся и сделал пару шагов навстречу. Протянул руку и потрогал меня. – Хм, вроде не галлюцинации. Да и с чего бы, совсем не пил считай. Слышишь, человече, тебя как зовут?

– Андреем родители назвали. А тебя?

– Виктор я. – как-то уж совсем тихо произнёс мужик, а затем добавил: – Викторович. Эм-м... Ты с Земли? Недавно прибыл? Как она там?

– Не знаю. Я, видишь ли, последние сотни полторы лет пролежал в холодильнике.

– Как я, что-ли? Ну надо же! – Виктор ударил себя кулаком по бедру. – Стоп! Ты говорил – Галя! Землячка наша что-ли?

– Да ты присаживайся. Разговор будет долгим.

***

– Вторую неделю уже здесь хозяйничаю, в этом бунгало. – рассказывал Витя свою историю. – Не поверите, тут только и установил себе вторую мутацию, хотя уже два месяца топчу аномалию. И дальше бы не ставил, но заколебался объяснять каждому встречному, что я не собираюсь горбатиться на кого-то за еду и кров. Я тридцать лет егерем на Алтае прослужил, для меня местные звери, что дети избалованные. Тупые, наглые, никакой хитрости. Первого жёлтого мутанта через неделю взял, как только сменил экипировку. В ловушку заманил кабаняру, и из ещё живого мутаген извлёк. Да, жалко зверушек изводить, но деваться то некуда.

– Так ты, получается, и раньше один жил в основном? – спросил я. – Чего тут пить начал?

– Так я и раньше, того самого. – Виктор Викторович на миг потупил взор, но тут же вновь поднял свои голубые, чуть поблёкшие с возрастом глаза: – Ты не думай, я не пьянь какая! Сугубо в медицинских целях. Ко мне знаешь какие гости приезжали, чтобы настойками полечиться? Со столицы привозили людей, что без таблеток шагу ступить не могли, а домой я их отправлял, так они бегали!

– Ты от темы то не уходи! – прервал я мужика, которому очень хотелось выговориться. – Как вообще додумался сок из местных деревьев использовать? Он ядовитый же!

– Знаешь, мухомор тоже ядовитый. Вот только моя бабка собирала их, и готовила, по своему рецепту. Так она сто лет прожила, и до последнего при здравом уме и светлой памяти.

– Так у вас это семейное что-ли? – я указал рукой на бутыль. Галина, не сдержавшись, хихикнула. – Из яда добывать веселье.

– Много ты понимаешь. – Виктор сделал вид, что обиделся. – Пару глотков забродившего сока голубого широколиста, и искин пропадает на целый час, а главное, по пробуждению ничего не помнит, а нейросеть не фиксирует происходящего. А я, знаешь ли, терпеть не могу, когда за мной идёт слежка.

– Как ты один-то здесь очутился? – спросил я, уже в третий стараясь подвести разговор к нашему нынешнему положению.

– Да всё просто. Я когда пришёл сюда, здесь десяток моральных уродов издевались над ребятёнком местных жителей. Девочка, лет четырнадцати, сиреневая вся, как этот, четырёхухий из мультика. Ну, я не стал разбираться, кто из этих тварей виноват, а кто нет, всех положил наглушняк. Жаль, что ребёнка не спасти уже было. Такие вот дела. А ты говоришь, чего я пью...

– А домой хочешь? – задал я ещё один вопрос. И по в миг загоревшимся глазам егеря понял – этот пойдёт со мной до конца. Повернулся к своей спутнице, и улыбнулся: – Галя, ты бы легла, отдохнула. Всё же почти двое суток на ногах. А мы с Виктором обсудим наши дела, да как жить будем дальше.

Глава 29 Третья мутация. Психор

– Ну так что решили? – прищурившись, спросил Виктор. – Ждём инквизию, выплачиваем долг, и выдвигаемся в осенний лес? Это я так жёлтую зону называю.

– А ты в оранжевой или красной не был ещё? – поинтересовался я.

– Слушай, я не самоубийца. Что я там забыл, с этой пукалкой? – егерь похлопал ладонью по прикладу винтовки четвёртого класса. – Я этими спицами только пощекотать их смогу, или разозлить хорошенько. Разве что в глаз бить, но где гарантия, что они сдохнут? Нет, тут команда нужна, и хорошая подготовка. Ловчие ямы, канаты, какая-нибудь дичь.

– Плазменные гранаты, штурмовые комплексы корпов. – продолжил я перечисление.

– Ага, и мы там и останемся. Ты что, в оранжевую зону только с бесшумным оружием можно идти, или же на танках. Ты видел этих тварей?

– Ну, видел у корпов ездовых мутов, каждый как бегемот ползучий.

– Это не мутанты, это гибриды. Корпы их как-то скрещивают и выращивают под свои нужды. Скажу честно, я как-то просидел целый день в засидке, наблюдал за оранжевой зоной. Там такие страховидлы ползают, что наши земные бегемоты с ними вряд-ли станут связываться. Я пока не знаю, каким оружием их можно бить.

– Ты встречал заключенных в элитной броне? – поинтересовался я.

– В серой что-ли? Издали разок видел. Думал, это вольный был.

– Нет. В общем, нам необходимо выполнить следующие условия. – я коротко пересказал Виктору, что нужно сделать, чтобы получить право на покупку элитного комплекта, и получение четвёртого уровня доверия у корпов.

– Ну, раз такое дело, то можно жить. – усмехнулся земляк. – А я, дурак, уж решил было, что можно забить на отношения с корпорацией. Мяско втихую точить начал, кое-какие травки употреблять.

– Ну, стоит заметить, что кушать местную флору-фауну мало кто может. – хмыкнул я. – Например сами корпы едят только красных мутантов. От других у них несварение, со смертельными последствиями.

– Готовить уметь надо. – хмыкнул Виктор.

– Да нет, тут другое. Это мы, земляне, можем кушать местных зверушек, а вот остальные загнутся.

– Хм, а я то думаю, чего это те двое со мной есть отказались. – хмыкнул егерь, и, встретив мой заинтересованный взгляд, махнул рукой: – Да, старая история, дней двадцать назад дело было. Я тогда своего первого жёлтого мутанта привалил, на кабанчика похожего, ну и решил свежатинки зажарить. Ну эти двое на меня и вышли, когда я уже ужинал. Я говорю – присоединяйтесь, на всех хватит, а они как рванут обратно в лес.

– Ты уже тогда пил свою голубую брагу? – ехидно поинтересовался я.

– Ага. Я ж говорю, не люблю, когда за мной следят всякие. Ты, кстати, не желаешь ощутить себя свободным?

– Вот выберемся из аномалии, и я с радостью стану свободным, а твоя свобода, она ложная. – я поднялся с лавки. – Ты вот что скажи, мы втроём завалим оранжевого мутанта?

– Тут надо подумать. Говоришь, у тебя винтовка мощнее моей? Может испытаем?

– Давай попробуем. – согласился я.

***

Корпы прибыли на второй день нашего нахождения в селении. Отряд из двух десятков бойцов в бронескафах, верхом на уже виденных мной оранжевых мутантах. Они так же заняли круговую оборону, как и в прошлый раз, вот только вели себя совершенно иначе. Никакой настороженности, скорее даже чрезмерная расслабленность присутствовали во всех их действиях. Да, все быстро привыкают к безопасности. Не фронтир, угрозы нападения элитных мутантов нет, вот и растащило корпорантов.

– Эй, Виктор! Неужели кто-то смог ужиться с тобой? – от вставших лагерем корпов к поселению направился боец. – Я думал, так и сдохнешь в одиночестве.

– И тебе чтобы спалось, как на ежах, капитан. – с ехидной улыбкой ответил егерь. – Как дела на базе?

– Да всё так же. Вот, решили повысить твоему посёлку рейтинг, ты один в неделю приносишь больше мутагена, чем некоторые общины заключенных за пару месяцев. Что там у тебя, опять только капсулы этанол?

– Ну а что ж ещё? – удивился Виктор. – Я пока не самоубийца, чтоб в оранжевую лезть.

– Давай, заходи первым. Да, общий запрос на посёлок не изменился?

– Пока нет. – ответил земляк, и, закинув на плечо тяжёлый рюкзак, двинулся к лагерю корпов. – Мои товарищи самостоятельные, сами разберутся, что им нужно.

– Кэп, меня точно не будут допрашивать? – шёпотом спросила Галина, выглядывая из-за моего плеча.

– Единственное, что они будут делать, это глазеть на тебя, когда ты станешь переодеваться в новый костюм. Ты, главное, не показывай страха.

– Вот ещё. – фыркнула напарница. – Слушай, а может мне им наоборот, глазки построить? Может скидку сделают?

– Скидку? Без пяти минут рабыне? Галя, ты для них никто, вещь. Впрочем, если ищешь проблем, делай, что хочешь.

– Да нет, я наоборот хочу быть незаметной. – девушка быстро растеряла свой энтузиазм.

– Вот и хорошо.

– Ты ведёшь себя, как мой отец. – попыталась обидеться Галина.

– Разговорчики, рядовой. – шыкнул я. – приготовься, второй пойдёшь. И не забудь сослаться на меня, если спросят про мутацию.

Виктор вернулся через десять минут. Поравнявшись со мной, подмигнул, мол – всё будет хорошо. Да я уже и сам понял, что здесь не фронтир, и корпам по большому счёту наплевать, чем мы занимаемся, главное чтобы приносили мутаген.

Галина задержалась. Ну, еще бы, всё-таки я отдал девушке не только все её капсулы, но и трофейные, что достались мне из разных источников, а так же десяток своих, с зелёной мутью. Немного, но ей пока и не нужно оружие и экипировку четвёртого класса. А на пятьдесят зелёных и десять голубых девушка взяла себе бронекомбез третьего, набрав на остатки всякой мелочёвки вроде рационов питания и расходников к броне и оружию. Возвращалась Галина довольная, и я прекрасно понимал её чувства. Один только шлем придавал плюс десять к уверенности, не говоря уже о защите.

– Кэп, спасибо! Без твоей помощи мне бы на третий класс не хватило. – поблагодарила меня напарница.

– Скоро ты пожалеешь, что не смогла взять четвёртый. – усмехнулся я, бросив взгляд на её наруч. Там красовались две жёлтые полоски – Виктор достал из своих запасов пять ампул Этанол, и я установил девушке ещё одну мутацию, давшую ей ещё одно усиление на реакцию, и укрепив сухожилия. – Иди в посёлок, там Виктор тебе подарок приготовил.

Настала моя очередь наведаться в мобильную лабораторию корпорации. Я ожилал увидеть всё те же условия, но был удивлён, когда вместо палатки обнаружил в лагере модуль с большими зеркальными окнами, и полное отсутствие тяжелого вооружения. Удобно они устроились на обжитых землях, раз возят с собой целый дом.

– Чего замер, заключенный, шевелись! – прозвучал за спиной голос капитана, и я, шагнув вперёд, постучал в дверь модуля.

– Заходи, чего тормозишь! – вновь рявкнул капитан. Похоже его благодушное настроение распространялось лишь на Виктора, поэтому я выполнил просьбу командира корпов. Внутри было тихо, необычайно чисто, и пахло какой-то химией.

– О, ещё один.– прозвучал старческий голос. – Чем ты меня порадуешь, заключенный?

– Есть чем. – усмехнулся я щуплому, не смотря на облачённый бронескаф, седому мужичку, и начал выкладывать на стол содержимое рюкзака. Два с лишним десятка капсул с жёлтой мутью, шестнадцать костяных заготовок под клинки, и одну красную ампулу.

– Ух-ты! – сотрудник корпорации тут же ухватил капсулу, и загнал её в свой навороченный наруч. Пробежался по кнопкам, что-то записал в лежащий тут же блокнот, при этом приговаривая: – Так, что тут у нас? Ага, неизвестный мутаген. Хм, интересно, интересно. Где взял?

– Со смертельно раненого мутанта. – ответил я. – Ещё две капсулы разбились, от попадания в них игл каких-то уродов.

– Лучше б в тебя попали. – проворчал лаборант. – Парень, одной капсулы для исследования конечно хватит, но лучше бы три, или пять. Но, в любом случае я умножу число нового мутагена на десять, так что ты сорвал большой куш. Что будешь делать с богатством, свалившимся на тебя? Я вижу, ты и так хорошо упакован. Повысить твой класс до элитного? Поверь, такое предложение не каждый получает, его ещё заслужить нужно. Если бы не Виктор, я б тебя послал бы. Да, остальных мутагенов с лихвой хватит, чтобы обновить картриджи, пищу с водой и боеприпасы. Ну что, по рукам?

– А выменять её я могу? – полюбопытствовал я. Нет, ну а что, вдруг проканает?

– Хочешь получить красную мутацию? – старик у мехнулся. – Какой мутаген тебя интересует?

– Быстрый убийца. Есть?

– Хм. Подожди пару минут, нужно поискать среди моих запасов. – старик повернулся к пластиковому сейфу, и, быстро набрав код, вскрыл его. Я увидел лишь сотую часть того, что было внутри, но мне этого хватило. Твою же мать! Да там целое сокровище! Красные и оранжевые капсулы, много!

– Шоб я так жил. – произнёс я, заставляя себя отвернуться. Твою же в душу, вот где богатство выбора.

– Так, мутагена быстрого убийцы всего две капсулы, но! Есть очень близкий по даруемым усилениям мутаген, алый жнец, ранг психор. Открыт чуть больше месяца назад, так что практически уникальный. Жнец так же, как и убийца, даёт запредельную для обычного человека реакцию, и главное – значительно укрепляет мышечный каркас. Ещё есть кровавый снайпер, но там другое – значительно повышается восприятие, и нервная система полностью перестраивается. Что выберешь?

– Думаю, алый жнец подойдёт. – решил я, мысленно подогнав под себя озвученные усиления. Жнец мне пришёлся по душе.

– Хороший выбор, одобряю. Тогда садись в кресло, я сейчас всё подготовлю. Значит пять красных капсул жнеца. Так и быть, за установку ничего брать не буду, разойдёмся при своих.

– Кэп, ты уверен в своём выборе? – спросила меня искин. – Всё же Саян тебе назвал конкретные мутагены. Ты себя скорее всего сильно ослабил сейчас. Откажись от мутации, пока ещё не поздно

– Всё под контролем. – произнёс я шёпотом, а сам в этот момент подумал – пора менять искин. Похоже азиат взломал Еву, и как бы я не привык к ней, мне нужна свобода действий. Слишком уж много она на себя берёт, уже в третий раз открыто говорит мне о том, что советовал делать Саян в конкретной ситуации. Прям как по писанному, в ключевых моментах меня подталкивают к уже озвученному решению. Вот и сейчас – мутация идеально подходит под мой билд разбойника или ассасина, усиления отлично сочетаются с уже преобретёнными, так чего искин так засуетился? У меня и так уже имеются причины не доверять так называемым приёмным детям Эмао. Да и не нравится мне, когда кто-то так грубо пытается влиять на моё решение.

– Ты что-то сказал? – лаборант повернулся ко мне лицом, держа в руке пять капсул, заполненных красной жидкостью.

– Так, мысли вслух. – я постарался изобразить невинную улыбку. – я могу узнать стоимость элитных оружия и экипировки?

– Ну, тут всё просто. Винтовка стоит пятьдесят красных капсул, или пять красных, добытых с неизвестного мутанта. Бронекомбез, а точнее бронескаф колониальной пехоты второго поколения обойдётся в сотню красных капсул, или десять, но неизвестных. Одноручный метатель двадцать пять. Модуль по сбору элитного мутагена сто пятьдесят красных капсул, искин шестого поколения так же сто пятьдесят. Седьмое поколение стоит пять капсул элитного ранга. А ты что, собрался на элитника охотится. Парень, рановато тебе. Освойся сначала в оранжевой зоне, а потом задавай подобные вопросы. Так, а сейчас приготовься, установка красного мутагена сильно отличается от других.

Я ожидал ощутить сильнейшую боль, или мгновенно вырубиться, но произошло совершенно неожиданное. Экстаз, длиною в несколько минут. Чёрт, да я подобного не то, что не испытывал, я сотни раз умер от этого невероятного ощущения, и столько же раз возродился.

– Звездец! – вырвалось само собой, едва меня отпустило. – Это, мать его, что сейчас было?

– Это, парень, последствия мутагена. – раздалось от рабочего стола, на который лаборант переложил все мои капсулы и костяные заготовки под клинки. – Представь, что с тобой будет, когда ты будешь повышать усиление. Были случаи, когда у заключенных, пытавшихся повысить себе красную мутацию, останавливалось сердце, и мне приходилось применять реаниматор. Так, в общем я посчитал твои капсулы и прочую добычу, и подготовил оплату. Можешь забирать. Наш отряд появится здесь примерно через неделю, так что будьте готовы. Ах, да, чуть не забыл. Корпорация Аурум на днях продвинулась в глубь неисследованных земель, и нам на передовом крае нужны новые поселения заключенных. Всем, кто согласится поселиться на фронтире, мы впервые предлагаем особые условия – удвоим закупочную стоимость мутагена. Маршрут с координатами, где нужно основать посёлок, я тебе уже передал. Всё, забирай свои расходники, и проваливай отсюда, мне ещё с твоим мутагеном разобраться нужно.

– Ева, что успел сделать этот корп, пока меня колбасило от мутагена? – спросил я у искина, едва вышел за пределы лагеря.

– Закинул в базу данных координаты, и попытался считать информацию за последние три недели. Наверно очень расстроился, когда узнал, что не может этого сделать. Саян установил тебе модуль, из-за которого только корпоранты старшего командного звена смогут получать доступ в базу данных, расположенной в твоём наруче.

– Ты об этом давно знала? – поинтересовался я как бы невзначай. У меня появлялось всё больше желания снять к чертям весь этот наруч, уж слишком я стал подконтролен приёмным детям. Хотя, с другой стороны, корпы наоборот, потеряли надо мной власть.

– Земеля, ты чего такой угрюмый? – спросил Виктор, едва я очутился за стенами посёлка. – Ох, итить-колотить! Ты где красную мутацию приобрёл?

– Трофейная, досталась по случаю. Слушай, у тебя есть ещё та голубая бормотуха? Очень надо расслабиться, понимаешь ли.

– Хех, надо, значит надо. – усмехнулся егерь. – Мелкую тоже зовём, или пусть отсыпается?

– Тоже. Надо расслабиться как следует.

– Кэп, ты точно этого хочешь? – спросила меня искин. – Я так понимаю, после приёма жидкости бормотухи нейросеть отключится, и наруч на какое-то время перестанет функционировать. Управление мутациями так же станет недоступным.

– Переживу как-нибудь. – отмахнулся я. – В фиолетовой зоне мне ничто не угрожает.

***

– Ну, рассказывай. – произнёс Виктор через пару часов. Мы, втроём, изрядно захмелевшие, сидели в комнате, за столом, и вели разговоры ни о чём. Я две минуты назад получил тревожное сообщение, полыхнувшее перед взором алым текстом:

"Связь с носителем прервётся через..."

Подобное произошло и с Галиной, но раньше. Сейчас девушка смотрела на нас с егерем осоловевшими, сонными глазами, но держалась, и слушала.

– В общем, слушайте. – проговорил я, и выдал всё, что знал об Эмао, вольных, приёмных детях и их войне с корпами. Рассказ занял около получаса, так как я старался донести не только информацию, но и свои мысли о происходящем здесь, в зоне А-один.

– Хм. Интересная история. – пробормотал Виктор. Я уже давно закончил говорить, и в комнате, да и во всём селении на некоторое время повисла тишина. – Андрей, а почему ты думаешь, что наши потомки – враги? Ведь у них есть все основания считать тебя засланным. Этакий шпион корпорации. Или много шпионов. Может нам, замороженным, всем промыли мозги, а потом, когда придёт время, мы внезапно изменим свои взгляды, и окажется, что мы работники корпорации. В общем, я бы навестил этого Саяна, выпил бы с ним, и откровенно поговорил.

– Да это понятно, что поговорить нужно. Понимаешь, мне не нравятся их методы. Ладно, о приёмных детях поговорим позже, меня сейчас больше интересует предложение корпов. Я был на фронтире, там можно жить. А если у нас будет сплочённая команда, то и хорошо заработать. Что скажешь, готов потрудиться первооткрывателем?

– Да не вопрос! А то засиделись мы тут, как старуха у окна. Решено, через несколько часов выдвигаемся!

Глава 30 Хащ-хащ!

Чу. Слышно, как по зелёному лесу крадётся стая древоглотов. Звук порыкиваний, иногда переходящих в тихий визг. Жизнь идёт своим чередом... Эх, сейчас можно ударить с двух сторон, и в течение десятка секунд положить всю стаю. Вот только нам эта мелочь никуда не упёрлась, и мы вынуждены, словно лесные духи, скрываться за ветвями кустарника и стволами деревьев. Пусть мутанты идут своей дорогой...

– Кхе! – звучит справа. Оглушительно, будто пистолетный выстрел. Галина! Ну твою же в поджелудочную! Ну как так?!

– Бей! – отдал я приказ, и первым выбрал до упора спусковой крючок.

– Ш-шух, ш-шух!

Перекрёстная стрельба, десять секунд боя, и дюжина мутантов, даже не поняв, что произошло, распрощалась с жизнью. Бесполезное убийство. Ну сейчас я кому-то раздам пряники!

– Ну вот, целый магазин расстрелял. – произнёс Виктор, выбравшись из кустов. – Кэп, лови, там несколько спиц должно остаться, тебе пригодятся. А вы, юная леди, только что похоронили себя, и нас до кучи. В жёлтой зоне мы бы с трудом, но отбились, а вот в оранжевой нас бы уже сожрали.

– Этого больше не повторится. – в голосе девушке звучали и твёрдая решимость, и искреннее раскаяние. – Я поступила глупо, когда решила понюхать эти зелёные цветы.

– Нет, одного оправдания мало. – произнёс я. Понюхать она решила. – С сегодняшнего дня за каждую подобную ошибку буду назначать штрафные наряды. И первым объявляю трёхсуточный наряд по хозяйственной части – костёр, приготовление пищи, уборка. Ну и жёлтая зона для тебя закрыта, пока не научишься чётко и верно исполнять приказы. Да, ещё один такой залёт, и я переведу тебя из боевой группы в тыловую. Надеюсь всё понятно?

– Так точно! – глухо ответила девушка, а её лицо раскраснелось от эмоций. Надеюсь, это стыд и раскаяние, с небольшой долей здоровой злости. На себя.

– Экий у нас командир строгий. – улыбнулся Виктор. – Но он прав, мелкая. Кэп, собираем зелёнку?

– Нет. – принял я решение. – У нас на троих сто восемьдесят капсул, и я хочу заполнить их мутагеном не ниже жёлтого ранга.

– Кэп! – раздался в голове голос искина. Впервые с того момента, как мы употребили бражку егеря, я услышал Еву. – Сколько я находилась в отключенном состоянии?

– Часов восемнадцать, не меньше. – ответил я. – Как себя чувствуешь?

– Так же, как после малой ночи. Кэп, у меня для тебя сообщение, от нейросети. Выводить текст?

– Давай. – согласился я. Ещё бы, уже заждался информацию по третьей мутации. Шутка ли, красный ранг! Ну-ка, что тут у нас написано?

«Мутаген, ранг Психор (красный) полностью адаптирован в организм носителя. Получено два усиления: „Скорость“ (пассивное), 7 баллов по шкале Аурум, "Гибридные жилы", 7 баллов по шкале Аурум.

Способности усиления „Скорость“: реакция носителя увеличивается на 45%

Особые условия:

Подходящий для возвышения "Скорости" мутант: неизвестен.

Способности „Гибридные жилы“: возможность мгновенного усиления мышечного каркаса на 45%.

Время действия усиления: 5-7 минут.

Особые условия: Повторная активация „Гибридных жил“ возможна через 1,5 часа.

Подходящий для возвышения "Гибридных жил" мутант: неизвестен.

Для повышения усиления необходимо 25+25 капсул мутагена красного ранга.

Способ активации усиления "Гибридные жилы": голосовая команда. Произнесите вслух слово или фразу, а затем подтвердите её, как ключ-активатор".

– Амбал. – дал я название, поразмыслив пару секунд. А ведь так можно и запутаться. Уже шесть ключ-слов, и я периодически забываю о них, а некоторые вообще не использовал ни разу. Да уж, к этому нужно привыкнуть.

"Ключ-активатор „Амбал“ принят".

Ну вот, теперь можно будет наведаться в жёлтую зону, как охотник, а не дичь.

– Командир, чего замер? – поинтересовался Виктор. – Неужто забыл утюг выключить?

– Какой утюг? – не понял я. – А, это ваши старпёрские шуточки. Всё, обходим стаю, и движемся дальше. Галина, где ты должна идти?

– В двух метрах позади Виктора. – ответила девушка. Молодец, не дуется, лицо серьёзное, сосредоточенное. Боец. Но молодой, неопытный, надо учить.

– Кэп, новые мутации хорошо подошли под уже имеющиеся. – прозвучало у меня в голове. – Фактически оптимальный вариант. К тому же такое удачное пассивное усиление, с невероятно высоким показателем.

– Ага, удачное, только я что-то не заметил пока за собой повышенной реакции.

– Активация произошла только что, до этого нейросеть была заблокирована. Пассивные способности проявляются непосредственно в моменты прямой необходимости.

– Так, ну-ка разьясни. – я насторожился. – То-есть, если потерять нейросеть, мутации перестанут действовать?

– Скорее всего, но лишь на время. Я уже говорила тебе, что при долгом использовании усилений ключ-активатор становится ненужным, достаточно одного желания для активации. Так вот, пока ты пользуешься ключом, в процессе активно задействована нейросеть. Без неё адаптация и использование мутаций сильно усложняются, по крайней мере в первые месяцы. Если активно использовать усиления, процесс ускорится.

– И это хорошо. – задумчиво произнёс я, размышляя об услышанном, и не забывая посматривать по сторонам. Мы продолжали двигаться по зелёной зоне, и вскоре должны были выйти к одному из охотничьих угодий Виктора, к жёлтой локации.

– Стой. – прозвучал впереди голос егеря, а сам он поднял левую руку, сжатую в кулак. Что там углядел старый охотник?

– Докладывай. – произнёс я, возвращая на бедро игломёт, и снимая с плеча винтовку.

– Впереди слишком тихо. – ответил Виктор. – У меня одно из усилений позволяет слышать в несколько раз лучше. Я его периодически использую, и в этот раз, вместо стандартных шумов нет вообще ни звука. Уверен, впереди крупный отряд людей. Скорее всего засада, и похоже это по мою душу. Есть у меня враги, успел нажить.

– Ты часто ходишь этой тропой? – поинтересовался я.

– Ну, раз в неделю примерно. Это самая дальняя жёлтая заимка, из тех, что расположены вокруг посёлка.

– Не на тебя эта засада. – предположил я. – Рядом есть что-нибудь интересное?

– Хм. По левую сторону, метрах в пятистах, есть небольшой участок границы с оранжевой зоной. Думаешь, это охотники за высокоранговыми мутантами? Тогда почему они засели в зелёнке, расшугав всё зверьё?

– На живца зверушку выманивают. – предположил я. – Что скажешь, обойдём, или подождём, понаблюдаем? Я бы посмотрел, как нужно охотиться на оранжевых.

– Давай посмотрим. – согласился егерь. – Тогда обходим вон с того края, и ждём.

Разумеется, нашим планам не суждено было сбыться.

***

– Что-то слышу. – произнёс Виктор, поднимая руку. Мы уже пятнадцать минут сидели в небольшом овражке, едва скрывающем нас от посторонних взглядов, и ждали. – Кажется бежит кто-то.

– Валите отсюда! Их трое! – отчаяный крик прозвучал со стороны, где проходила граница с оранжевой локацией.

– Отставить панику, приготовить гранаты! – это уже командир охотничей группы, требует от подчинённых разумного поведения. Вот только поздно, даже я уже слышал, как в нашем направлении кто-то ломится через подлесок. Правда, командир не отчаивался, и вновь крикнул: – Всем, кто со мной, бросок по команде, одновременно! Пять. Четыре. Три...

– А-а-хр! – прозвучал короткий вопль, полный боли и ужаса. Похоже наживку таки догнали. И тут же раздался торжествующий рык чего-то огромного, пугающего одним лишь утробным звуком. Твою же в колокольню, это ж что там за зверюга?

– Я бы предложил свалить, но уже поздно. – проворчал Виктор. – Заметят, догонят и сожрут. Лучше попробовать отсидеться, и атаковать тех твар...

Слова егеря оборвали разрывы гранат, судя по грохоту – оборонительные и светошумовые – уши моментально заложило, словно ватой – слишком близко рвануло Чёрт, вот это я понимаю, вляпались в чужую заваруху. Нет, тут не отсиживаться надо, а принимать активное участие. Потому как рёв тварей, раздавшийся после грохота, был переполнен яростью.

– Приготовься к бою! – крикнул я Виктору, склонившись над его ухом, а сам тут же перехватил поудобнее винтовку, и приподнялся, выискавая цель. Ох, ты ж, нёбушки-воробушки! Это ж какой-то мега-саблезубый тигр, два с половиной метра в холке! Огненно-рыжая шкура, с едва приметными полосами, почти полуметровые клыки, и янтарные, полыхающие ненавистью глаза. Черт, а ведь эту зверюгу если и можно завалить, то только прицельным выстрелом в эти самые буркалы.

Я уже собрался осуществить свою задумку, но в этот миг перед моими глазами возникла пелена, словно они потеряли резкость. Затем всё стало предельно чётким и ясным. Я словно впервые в своей жизни прозрел, таким было ощущение. Чёрт, неужели?

– Кэп, активировалось твоё пассивное усиление. – словно подтверждая мои мысли, произнесла искин. – Рекомендую не делать резких движений, чтобы избежать разрывов мышечной ткани, или активировать "Гибридные жилы".

– Рано. – принял я решение, и, прицелившись в мутанта, почти уже нагнавшего заключенного, выстрелил. И, чтоб меня осы покусали, увидел, как спица, врезавшись в переносицу мута, срикошетила куда-то вверх. Чёрт!

– Виктор, стреляй в глаза твари! – отдал я приказ, а сам, удивляясь своему невероятному проворству, за считанные мгновения загнал в ствол винтовки новую спицу, и вновь прицелился. Причем гораздо быстрее, чем егерь успел занять позицию.

– Ш-шух!

Попал! Зверь, уже заметивший наше местоположение и решительно продиравшийся сквозь лес к цели, взвыл. Разом потеряв направление, огромная кошка закружилась на месте, словно пыталась ухватить себя за хвост. К счастью, никто не спешил подранку на помощь, два других зверя, отсюда невидимые, продолжали развлекаться с группой охотников, и их веселье только нарастало.

– Эк ты его приголубил! – произнёс егерь, так и не успевший сделать ни одного выстрела. – В глаз попал? Ну, теперь долго мучиться будет, пока вторую спицу под правильным углом не загонишь. Мозг похоже не повреждён.

– Мужчины, может уйдём отсюда, пока есть такая возможность? – робко произнесла Галина, привлекая к себе внимание. Мы тут же повернулись к ней, с недоумением уставившись на девушку. – Ну нет, так нет, чего вы так смотрите, словно я что-то глупое сказала.

– Надо подобраться поближе к месту боя. – предложил егерь, вновь уставившись на подранка. – Отсюда ничего не видно.

– Можем подождать здесь, из засады как-то сподручнее. – не согласился я. – А там и под очередь заключённых попасть недолго.

– Тогда нужно добить этого. – Виктор кивнул на раненого мута. Тот уж больше не кружился, и, завалившись на бок, терзал свою голову когтистыми лапами. Правда, каждая лапа легко могла накрыть половину меня.

– Ждите! – принял я решение, и, сменив оружие, выбрался из оврага. Эх, сейчас бы плазменную гранату, а лучше две, на раз упокоили бы зверушку.

– Бандерлоги! – коротко бросил на бегу. Четвертый плюс третий классы защиты, должны сберечь от случайной спицы. Да и вообще, давно уже стоит провести тренировки, с активным использованием мутаций, а то усиления есть, а их применение никак не отработано. Сдаётся мне, что красный мутаген добывают благодаря сверхспособностям, а не элитному оружию.

Обогнув здоровенную тушу тигра-переростка, я очутился в нескольких метрах от морды твари. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять – зверь скоро освободится от поврежденного глаза, вместе с иглой, и припомнить лично мне всю ту боль, что я ему причинил. Глазное яблоко, размером с два моих кулака, уже болталось снаружи, удерживаясь лишь на нервных окончаниях, и зверь просто набирался сил, чтобы одним рывком освободиться от поврежденного органа чувств. Чокнутая зверюга!

– Ш-шух, ш-шух! – короткая очередь, из трех-четырёх спиц ударила в пустую глазницу и вновь в широкую, шире моей ладони, переносицу. Зверь, до этого тяжело дышащий, буквально взвился с места, огласив окрестности оглушительным рыком. Да твою же через колено и под жабры, меня аж пошатнуло от этого рёва, а ноги вмиг стали ватными.

– Зафиксировано сильнейшее акустическое воздействие, ввожу восстанавливающую вакцину. – произнесла искин, и мои обострённые нервы тут же почувствовали подряд три укола в правое предплечье. Не дожидаясь, когда лекарство начнёт действовать, я произнёс:

– Амбал!

Рука, сжимающая рукоять игломёта, в один миг окрепла, и я, вновь прицелившись, разом выдал длинную очередь, прямо в открытую пасть зверя. Это оказалось не самой лучшей идеей – я не только не добил мутанта, но ещё и разозлил его. Рывок вперёд, мощный взмах, и мне едва удалось уклониться от огромных серповидных когтей. Да что ж это за кошак такой, что у него даже нёбо бронированное?

А зверь тем временем рухнул на бок, и принялся рвать себе пасть, при этом издавая хрипы, больше присущие умирающему, чем опасному мутанту. Всё, похоже я таки повредил что-то в его голове, вон как задёргался, засучил задними лапами.

– Ева, где точка для оптимального сбора мутагена?

– Кэп, это мутант оранжевого ранга, где пробьёшь шкуру, там и собирай. – ответила искин. – Только сначала убедись, что зверь окончательно мёртв.

– Сейчас убедюсь, ага. – ответил я, вновь обходя кошака так, чтобы оказаться у него перед мордой. Ага, вот и глаз. Ну, извини, зверушка, ничего личного. Мне просто нужен твой мутаген, чтобы однажды свалить отсюда как можно дальше.

– Ш-шух. – в этот раз игла вошла под большим углом, и, не встретив преграды, всё-таки достала мозг мутанта. Зверь, который секунду назад даже дышать перестал, вновь забился в судорогах. Только в этот раз они были предсмертными. Не дожидаясь, когда тигра перестанет колотить, я подобрался к нему вплотную, и, не мудрствуя особо, прижал правую ладонь к уху твари.

– Забор мутагена.

Легкий толчок ладони, и щуп проник в голову мутанта. Зверь дёрнулся, словно его током шарахнули, но это оказалась последняя судорога.

– Четыре с половиной капсулы. – доложила Ева. – Кэп, этого мутанта назвали Мор, ранг

– Позже! – перебил я искина. – Неподалёку ещё две таких же твари веселятся. Лучше скажи, что у них за способности в активе?

– Акустический удар, и сверхпрочные когти. На два ранга выше тех костяных, что ты добыл из хлыстов. Они ими на раз вскроют и твою броню, и шкуру красного мутанта.

– В общем, к этим зверушкам лучше не приближаться. – пришёл я к выводу. – Так, пока действуют усиления, нужно посмотреть, что происходит с отрядом неизвестных. Там стало неожиданно тихо, неужели справились?

– Эй, а ты откуда здесь взялся? – раздалось с той стороны, откуда совсем недавно выскочил мор. Твою же в душу, голос то знакомый. Это же тот самый командир, что отдавал приказы. Повернувшись на голос, я, не сдерживаясь, выругался. Элитный заключённый. Серая с белыми вставками броня, шлем, полностью скрывающий лицо, два игломёта. Уф-ф, ну хоть оружие у него четвёртого класса, значит есть шанс разойтись мирно. А что у этого фраера за мутации? Ага, синяя, зелёная и красная. Значит не имба какая, а простой сиделец, недавно прикупивший элитную броню.

– Я тебя спрашиваю, какой бездны ты ковыряешься в моём мутанте? Ты что, сучий сын, выкачал из него мутаген?! Прощайся с жизнью, уродец! – элитный зек начал поднимать оба своих ствола, готовясь начать стрельбу.

– Ева, сколько ещё будет действовать каменная кожа? – спросил я, прикидывая расстояние между мной и новым противником. Чёрт, а если он не один, если их четверо, или пятеро?

– Две-три минуты, Кэп. – ответила искин, и я, приняв решение и не медля ни секунды, рванул вперёд. От хорошего тяжёлого удара никакая броня не спасёт, даже элитная.

– Ш-шух! – раздалось позади и справа. И тут же один из игломётов противника выбило из руки. Хех, оружие надо держать крепко. А Викторовичу спасибо за меткий выстрел, выиграл мне лишнюю секунду

– А-а, твари-и! – заорал элитник, и дал длинную, на весь магазин, очередь, перечеркнув меня поперёк груди спицами. Удары я почувствовал, аж целых три, вот только каменная кожа смогла сдержать уже потерявшие энергию снаряды, а физическое усиление позволило не сбить темп.

Пока противник сбросил себе под ноги пустой магазин, пока доставал из разгрузки новый, я успел преодолеть разделяющее нас расстояние и с силой пробил элитнику левой рукой, за секунду перед ударом произнеся ключ-активатор:

– Лупень!

Сильнейший удар в грудь металлическим шаром, размером с кулак взрослого человека, никак не способствует сохранению здоровья. И тут уже мало какая броня поможет... Но элитный бронекомбез, по своей прочности близкий к бронескафу корпов, всё же смягчил удар. Противника я сбил с ног, и скорее всего сломал грудную клетку, потому что элитник тонко, на грани слышимости заскулил, как побитая собака. При этом рука его скользнула к подсумку на груди, и я понял, что он тянется за гранатой. Ты смотри какой настырный.

Ударом ноги отбросил руку зека, а вторым ударом, в челюсть, я отбил у элитника всё желание воевать, на несколько секунд точно. Затем резко опустился на левое колено, одновременно нанося третий удар, левой рукой в грудь. И в движении, на выдохе, произнёс:

– Хащ!

Глава 31 Команда собрана, что дальше?

– Командир, не подскажешь, это что у тебя, нахрен, за трансформации с левой рукой? – раздалось позади. Я в этот момент как раз поднимался на ноги. Как и ожидал, элитная броня выдержала удар клинка, а вот ранее сломанная грудная клетка заключенного окончательно смялась в месте удара, и элитный сиделец умер.

– Про псевдомеханические протезы слышал? – я медленно повернулся к Виктору, пытаясь одновременно выдернуть из грудных пластин бронекомбеза спицы. – Я не рассказывал тебе, как вольные лишили меня руки?

– Чёртов киборг. Ты больше от меня не скрывай такие вещи, я ж тебя чуть не пристрелил! Я ж такое только в детстве, в старом фильме видел. Решил, что ты не человек вовсе.

– Поверь, местные киборги совсем не похожи на людей. – я наконец смог выдернуть одну из спиц. – Приходилось мне встречаться с некоторыми. Если мехомутант выше третьего класса, его только плазменной гранатой остановить можно, или оружием корпов.

– Слышал я, что с этими железками лучше не связываться, но, что они настолько опасны, даже не предполагал. Странное всё же место, эта зона А-один.

– Ты свою способность суперслуха можешь повторно использовать? – спросил я, обрывая философские рассуждения Виктора. – Не верится мне, что мутанты весь отряд перебили.

– Один сиделец удрал, еще в самом начале. В ту сторону. – егерь указал направление. – А остальные мертвы, или притаились.

– Вряд-ли. – произнёс я, выдернув из груди вторую спицу. – Скорее всего этот элитник всю группу, как наживку использовал. Видел, как он уверенно действовал? Ну-ка, посмотрим, что тут у него в карманах.

Склонившись над убитым элитником, я приступил к обыску. И совсем не удивился, когда нашёл у него на поясе пять капсул с оранжевой мутью, и две с жёлтой. Успел таки собрать с моров, или это от предыдущей охоты?

– Неплохой улов. – произнёс Виктор. – за раз взяли больше, чем я за неделю в жёлтой зоне не собирал.

– Помоги перевернуть тело, я разгрузку сниму. – попросил я. – Потом тушки тигров переростков осмотрим. Ещё бы не помешало отыскать лагерь этих чудаков на букву эм.

Увы, но оранжевого мутагена больше не нашлось, как и жёлтого. Среди убитых мутантами заключённых нашлось десять зеленых, и две голубых капсулы. Для нас это мелочь, не стоящая особого внимания.

Зато пополнили запас пустых капсул, теперь их было аж три сотни с лишним. Главная наша находка – игломёт четвёртого класса, не привязанный к хозяину. Оказывается так часто делают сплочённые группы охотников на мутантов. Я оставил трофей себе, как самостоятельной боевой единице. Виктор Викторович у нас больше из засады стрелок, а Галине и имеющегося оружия пока что с лихвой.

Из гранат, увы, нам достались только две светошумовых – обе нашлись в разгрузке элитника. Ну и расходники: магазины со спицами, картриджи для полноценной работы бронекомбеза, шприц-капсулы со стимуляторами.

– А ни перейти ли нам на тёмную сторону? – задумчиво спросил Виктор, когда мы закончили собирать трофеи. – Что с бою взято, то свято, а друзей среди заключённых у нас здесь точно нет и не будет. Будем отслеживать такие группы, и встречать их. Я в юности всегда агро отыгрывал.

– Тёмная дорожка – она скользкая. Десять шагов спокойно пройдёшь, а на одиннадцатом подскользнёшься, причём неудачно. Двигаем дальше, на границу с жёлтой зоной. – распорядился я, и, отстегнув игломёт от бедра, первым зашагал по узкой тропе, уводящей нас с недавнего места побоища.

***

– Вот она, моя удачная позиция. – с гордостью произнёс Виктор, указывая пальцем вглубь жёлтой зоны. – Обычно отсюда бью мутантов одним-двумя выстрелами, после собираю мутаген.

– А что, неплохо. – согласился я, сидя на толстой ветви дерева и разглядывая в прицел винтовки жёлтую зону. Видимость до пятисот метров, не меньше. Все возможные укрытия с высоты легко просматриваются. И русло небольшой речушки, куда идут на водопой и жёлтые, и зелёные мутанты. – А на том берегу бил кого-нибудь?

– Нет. Я, конечно, в лесу, как у себя дома, но в воду стараюсь не лезть. Видел однажды, как какая-то жёлтая тварь щупальцами утащила хлыста. Бедняга сопротивлялся, но ни скорость, ни мощные удары не помогли ему. Так то.

– Ну, пару раз мы соберем здесь урожай, а потом зверь закончится. Ладно посмотрим, что да как.

Первый мут, душитель, приполз минут через десять. А дальше зверь пошёл на водопой косяком, видимо желал напиться перед очередной малой ночью. Мы едва успевали собирать мутаген. Дошло до того, что на насесте остались егерь с Галиной, а я засел внизу, и, как только на берегу оставались одни трупы, выбирался из кустов и в наглую собирал муть прямо посреди жёлтой зоны. Более того, опустошенные тела мутантов притягивали ещё больше зверей, в первую очередь как добыча. Даже та тварь, что засела в озере, таки осмелилась выбраться наружу, порадовав нас двумя капсулами неизвестной жёлтой мути.

Охота закончилась за час до наступления малой ночи. Мутанты просто перестали выходить к берегу. Правда, мы к этому моменту изрядно вымотались, особенно я. Бегать туда-сюда, колоть в неподвижные туши забоник, и быть готовым в любой момент или стрелять, или прятаться – то ещё развлечение. Так что лично я был очень рад, что этот сумасшедший марафон наконец-то завершился.

– Всё, сворачиваемся. – произнёс я, возвращаясь от берега. – Нам ещё место нужно подобрать спокойное, да кое-какие вопросы у меня имеются. Хочу услышать ваше мнение.

– Сколько там, в общем, мути набралось? – спросил Виктор, спускаясь с насеста.

– Пятьдесят четыре ампулы с известных мутантов, и две от того, с щупальцами. – я принял их рук егеря свою винтовку. – Можно было бы и других, хм, ингредиентов надёргать, но мы же решили, что не будем загружать себя лишним весом.

– Ну, за несколько часов – отличный результат. – охотник достал из бокового кармана рюкзака бутылку с водой, и сделал пару глотков. – Так что ты хотел обсудить?

– Третью мутацию Галины. У нас под рукой отличнейший мутаген оранжевого ранга. Если повезёт, мы установим ей максимально продвинутое усиление. Мой искин сказала, что мутаген из мора хорошо сочетается с мутацией, полученной от хлыста. Галя, ты как, не против?

– Оранжевый, это же круто? – робко спросила девушка, не спеша отвечать на мой вопрос.

– Как вареные яйца! – подтвердил Виктор, но, встретившись со мной взглядом, тут же добавил: – Даже круче! Гораздо круче!

– Ну давай, попробуем. – согласилась Галина. – Только у меня это, искин уже перестал работать.

– Вот и хорошо, значит мутация примется лучше. – как можно уверенней произнёс я. – Давайте поторопимся, пока чёрная звезда не вышла на небосвод.

***

– Слушай, а с ней точно всё хорошо будет? – спросил егерь, склонившись над Галиной. – Смотри, как её всю знобит.

– А ты, значит, даже не вздрогнул во время второй мутации?

– Я? Какое там, вырубился, почти на час.

– А у неё третья по счёту. Так что не переживай, видишь, дрожь проходит уже.

– Так то я, старый, хм, леший, а это девчонка молоденькая. О, очнулась! Ну, с пробуждением, красавица.

– Воды. – хрипло попросила девушка. Я тут же поднёс к её губам горлышко бутылки.

– Как самочувствие?

– Голова гудит. – ответила Галина.

– Это нормально. Скоро пройдёт. – передав в руку напарницы бутылку, я поднялся на ноги, почти коснувшись головой разлапистой ветви какого-то хвойного дерева. Густая крона хорошо скрывала нас от чёрного солнца. Не знаю, зачем вообще встал, может не хотел видеть измученное лицо девушки, или ещё по какой причине, но то, что я увидел с высоты своего роста, заставило меня так же медленно опуститься назад. Не раскрывая рта, сквозь зубы прошипел: – А ну-ка заткнулись оба. Ни звука, замерли и не дышим.

Осторожно снял с плеча винтовку, навёл прицел в нужном направлении, и принялся рассматривать то, что столь нагло двигалось через лес, наплевав на чёрное солнце. Ещё бы, чего мехомутантам бояться того, кто их создал?

Друг за другом, практически не задевая деревьев, по тропе двигались пять антропоморфных существ. Далеко за три метра ростом, с непропорционально длинными передними конечностями, оканчивающимися подобием шестиствольных турелей. На плечах раструбы дополнительных орудий, на спине, словно горб, объёмистые кофры, наверное под боеприпас, или реактор. Тела покрыты серо-голубой бронёй, вместо головы покатые, конусообразные башенки, с узкой светящейся прорезью вместо глаз. Чтоб меня приподняло да бросило, механоиды! Это ж какой класс опасности? Шестой? Седьмой?

– Командир, это корпы. – прошептал мне на ухо Виктор. – Что-то вроде отряда спецназа. Я уже видел их однажды. Повезло, у них сейчас вся электроника не работает, и они не могут засечь нас. Я видел, как такие же шагающие танки уничтожили целое стадо мутантов, и двух заключенных, попавшихся им на пути.

– С чего ты решил, что это корпы? – так же тихо спросил я, продолжая отслеживать через прицел. – Очень похожи на механоидов.

– Да потому что я проследил за ними, и видел, как эти махины вошли в одну из баз-крепостей корпорации.

– Хм. На той базе, которую уничтожили мутанты, подобной техники не было. Похоже это и правда элита. Интересно, с какой целью они тут шастают. До новой базы далеко, да и не построена она ещё, других объектов поблизости тоже нет. Знаешь что, сваливать отсюда надо. Дождемся, когда ночь кончится, и двинем туда, куда нам посоветовал тот седой лаборант, к новострою. Потом организуем посёлок, и спокойно станем прокачивать уже имеющиеся способности, накопим вооружение, и сработаемся получше. Как думаешь, осуществимо такое?

– Да легко. – согласился Виктор. К этому моменту шагающие танки корпорации уже скрылись с глаз.

– Ну, тогда дело за малым. – я опустил винтовку. – Нужно заскочить за товарищем, и возможно еще одним членом отряда, и можно осуществлять свои планы.

– Мы за Дракотом? – с надеждой спросила Галина. Вот же неугомонная, замучает же зверушку...

***

К месту встречи добрались только через полтора суток. По пути дважды встретились малые группы заключённых, с которыми удалось разойтись мирно, и ещё мы сделали одну долгую остановку на отдых.

Сгоревшую деревню некоши мы обошли стороной, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Там сейчас, вместо леса и прочего, кипела работа. Визг пил, частый грохот взрывов разносился на десятки километров, как едкий дым. Не будь у нас шлемов с системой фильтрации, мы бы даже не смогли подойти к строящейся базе.

Ева вывела нас прямо на то место, где мы с Галиной в прошлый раз пересекали реку. И, едва переправились, как я сразу услышал зов Дракота. Ощущение было таким, словно меня просканировали радиолокационной станцией, засекли, и навелись на цель. У меня в подсознании словно щёлкнуло – всё, хана, сейчас накроют. Но к счастью, это была не вражеская РЛС, а вполне себе дружественный, мать его, зверь

– Аудрэй? – прозвучало у меня в голове. – Я рад, что ты вернулся! Мы с Саном уже устали ждать, собирались отправиться на поиски глупого приёмного.

– Где вы? – так же мысленно спросил я, одновременно подавая знак своим спутникам, чтобы остановились.

– Жди, через час будем.

– Нас трое, если что.

– Я предупрежу Сана. – в голосе чёрного мута послышалась ехидная усмешка, а затем ощущение, что за мной наблюдают, исчезло.

– Всё, мы прибыли. – произнес я, поясняя нашу остановку. – Скоро вся группа будет в сборе.

– Слушай, он реально красный? – поинтересовался Виктор. – Ну, этот абориген. Я их ни одного не видел ещё. Заключённые говорят – некоши агрессивные, и с ними лучше не связываться.

– Сейчас увидишь, какие они. – улыбнулся я, и уже шёпотом, склонившись к шлему, добавил: – Знал бы ты, какие у некоши девушки.

– Я всё слышу! – тут же среагировала Галина. – Впрочем, что ещё ожидать от двух здоровых мужиков.

***

Дракот с Саном появились внезапно, словно выскочили прямо из воздуха. Высокая фигура некоши, телосложению которого мог позавидовать любой культурист, и чёрный мутант, внешний вид которого можно было назвать милым, но никак не опасным. Похоже нахождение с краснокожим благоприятно подействовало на питомца, его бока округлились, и он при ходьбе стал чуть переваливаться с боку на бок.

– Эй, жаба перекормленная, не знал, что ты такой обжора! – тут же послал я мысль мутанту. – Поди и летать уже не можешь?

– Просто напарник у меня жадный был, недокармливал, голодом морил. – тут же ответил Дракот. –Стыдись и смотри, как должен выглядеть настоящий хозяин неба.

– В рот мне ноги! – раздался слева возглас егеря. – Чингачгук, ты ли это? Хао, мы пришли с миром!

– И тебе не оказаться под открытым небом большой ночью, незнакомец. – на лице Сана не дрогнул ни один мускл.

– Твою кочерыжку, вылитый индеец! – как-то заворожённо прошептал Виктор. – Командир, ущипни, а! А то у меня этот, как его, дежавю, вот. И этот, рядом, вылитый Беззубик на минималках. Такой же милый.

– Отставить шизофрению. – приказал я, и, шагнув вперёд, поздоровался с некоши принятым у них жестом – коснулся плеча ладонью. – Здравствуй, Сан.

– Здравствуй, Аудрэй. Вижу, ты взял силу красного брата. – некоши указал на мой наруч. – Хороший выбор. Скорость и крепость мышц – хорошие усиления для охотника.

— Ты можешь видеть мои мутации? – удивился я.

– Да, это одна из моих способностей. Мы, перворожденные, с изменением цвета кожи, начиная с жёлтого, приобретаем усиления, как и чужаки.

– А цвет, он меняется с возрастом? – спросил Виктор, внимательно слушавший Сана.

– Да, и нет. Те перворожденные, что берут на себя долг крови младших братьев, становясь охотниками, иногда пьют кровь своей добычи. Так они меняют цвет кожи вне возраста,и получают от добычи усиления.

– И сколько усилений вы можете так получить?

– Помимо тех, что дарует Эмао? С каждого цвета по одному, но обычно не больше двух. Раньше наши охотники не пили кровь, но пришли чужаки, и стали убивать перворожденных. У нас не осталось выбора.

– Вы проигрываете чужакам? – задал я вопрос, ответ на который так и не получил от Саяна.

– Мы на грани порабощения, или вымирания. – хмуро произнёс абориген. – Лишь старшие братья сдерживают чужаков, но их, после каждой большой ночи всё меньше и меньше.

– Откуда ты знаешь, что их всё меньше? – по-любопытствовал Виктор.

– Мы, перворожденные, чувствуем это.

– Сан, я слышал, вы не убиваете старших детей Эмао. Но для того, чтобы покинуть зону, тебе придётся испить их крови. – я, не отрываясь, следил за выражением глаз аборигена. От моих слов они потемнели, краснота в зрачках почти почернела.

– Значит мне придётся забрать жизнь одного из старших. – хрипло проговорил Сан. – А если придётся, то и двух.

– Твою же бабушку, я в огороде видел. – проворчал Виктор. – Надо же было вляпаться в интриги на старости лет. Эх, Витенька, говорила тебе мама – будь как все, не ходи так часто в лес...

– Отставить разговоры! – оборвал я землянина. – Все, слушай мою команду! Сейчас Сан поможет нам выбрать место, где мы организуем нашу временную базу. Как только определим место, все выдвигаются по координатам, кроме меня и Виктора. Мы берём все добытые нами капсулы, и топаем к строящейся базе корпов. Там заявляем о своём желании создать селение, и указываем место. Затем собираемся на месте будущего селения, и уже там строим наши дальнейшие планы.

– Большая железная птица ещё не улетела, а значит чужаки убивают всех, кто попытается приблизиться к ним. – проговорил Сан. – Ты рассуждаешь не верно, приёмный сын. И я знаю место, где вам будет удобно строить свое селение. Хорошее место.

– Советую прислушаться к словам этого перворожденного. – прозвучал из-за деревьев знакомый мне голос. – Да не дёргайтесь вы. Андрей, я же предупреждал, как получишь красную мутацию, так мы тебя сразу найдём.

Глава 32 Элита зоны А-один

– Знаешь, я ж по молодости был заядлым рыбаком. – рассказывал Виктор, усевшись в метре от меня на берегу реки. – Доходило до того, что между молодой красивой девкой и рыбалкой выбирал второе. Но, годам к тридцати как отрезало.

– Что, неужто совсем? – я изобразил на лице подобие ужаса.

– Тьфу на тебя, командир! Я про рыбалку говорю! – егерь аж перекрестился. – Понимаешь, я тут решил попробовать порыбачить. Купил что-то наподобие лески, удилище, крючок, грузило сделал, поплавок выстругал, и засел в фиолетовой зоне с удочкой. Два часа ни одной поклёвки. И тут такой жор начался!

– Командир, ужин готов! – раздался звонкий голос Галины, спасая меня от очередной басни егеря. То он по лесу на мотоцикле за медведем гоняется, то белке в глаз,то шашлыки из ёжей...

– Пошли. – я подхватил игольник, лежащий у бедра, поднялся на ноги и подал руку своему бойцу. Тот не стал молодиться, всё же седьмой десяток мужику пошёл, принял помощь, и мы, не сговариваясь, рассмеялись.

– Ничего, доживёшь до моих лет, тоже сказочником станешь. – отсмеявшись, произнёс егерь. – Я ж не придумываю, всего лишь приукрашиваю. Не то, что этот седой бурят. Тому я бы на слово не стал верить.

– Позже обсудим это. – я заговорщицки подмигнул, и словно случайно потер пальцами шею. Виктор многозначительно цокнул, мол – понял, не дурак.

– Слушай, а чего это он пытался построить тебя? Я ж видел, как у него щека дёрнулась, когда ты сказал, что сам разберёшься, какие мутации себе колоть.

– Ну, тут всё просто. Он мне жизнь спас, и видимо решил, что я теперь эту жизнь потрачу, выслуживаясь перед приёмными. Знаешь, я бы и рад, но, как ты уже заметил, слишком этот Саян мутный. Вроде друг, но у меня всё больше возникает вопросов, ни на один из которых я не получил ответа. И не получу, скорее всего.

– С ума сойти, какие ароматы! – Виктор повёл носом в направлении очага, и закатил глаза, словно от наслаждения. – Галина, да ты ж наша хозяюшка! Командир, может переведём ее на должность штатного повара?

– Только попробуйте! – возмутилась девушка. – Сегодня последний наряд вне очереди, и всё, хватит с меня!

– Ты лучше покажи, что за усиления получила от оранжевой мути. – попросил я. – А то рассказать рассказала, а показать стесняешься.

– Эту способность сложно применить в бронекомбезе. – девушка смущённо улыбнулась. – Сейчас покажу. Только чур не смеяться.

Отстегнув перчатку, она продемонстрировала свою ладонь, с аккуратно подстриженными ноготками. Произнеся голосовую команду, похожую на "царап-царап", Галина резко выпрямила пальцы, и у нас на глазах ногти сменились настоящими когтями янтарного цвета. Сантиметров по пять каждый, они выглядели настолько острыми и опасными, что я бы не удивился, вскрой они броню третьего, а то и четвёртого класса.

– Гля, у моей жены точно такие же были. – задумчиво произнёс Виктор. – Однажды так мне спину располосовала, думал – кровью истеку.

– Хорошие когти! – раздалось у меня в голове. Дракот, склонив голову, наблюдал за действиями Галины.

– Ну, я этими коготками даже при лёгком прикосновении к броне третьего класса оставляю царапины. – ответила девушка. – Не знаю, из чего они сделаны, но камни режут, как сырую глину.

– Ну вот, дочь полка обзавелась, хм, характером. – задумчиво проговорил Виктор. – Что скажешь, командир?

– Ужинаем. – ответил я, и потянулся к котелку. – Завтра придёт Сан, и мы выдвигаемся. Я к корпам, а вы на место.

***

Краснокожий абориген пришёл аккурат к завтраку, словно знал, когда я его начну готовить. Виктор с Галиной спали, Дракот выполнял роль системы охраны, идеальное время, чтобы поговорить.

– Сан, что ты думаешь об приёмных детях? – спросил я, помешивая в котелке закипающую похлёбку. – Не всех, в целом, а именно тех, с кем ты ходил за контейнером.

– Эмао доверяет им так же, как и старшим братьям. Зачем задаёшь такие вопросы? – перворожденный нахмурился.

– Не знаю, Сан. Не доверяю я им. Я и вашей Эмао не доверяю, потому что не верю в некое существо, равное богу, если верить тебе и Драку.

– Не важно, во что веришь ты, Аудрэй. Важно, что Эмао верит в тебя. Ты обещал мне, что мы покинем мой мир, но я пошёл за тобой, потому что Эмао так сказала. – краснокожий воин протянул мне увесистый контейнер. – Возьми. Саян сказал, это тебе пригодится.

– Спасибо, Сан, выручил. – я принял посылку, и отложил ее в сторону. – Что же касается вашей Эмао, то я останусь при своём мнении. Присаживайся, сейчас будем завтракать.

Разбудив лагерь, я мысленно позвал Дракота, которому краснокожий принёс здоровенный шмат мяса. Эх, пора бы уже питомцу самому начинать охотиться.

Быстрый завтрак, и такие же быстрые сборы. Звездолёт улетел часов десять назад, поэтому можно было не оттягивать встречу с корпорацией. Единственное, что задержало нас, это контейнер. Всем хотелось заглянуть внутрь.

– Ну, командир, не томи! – первой сдалась Галина. – Что там, внутри?

– Сейчас посмотрим. – улыбнулся я. Щелкнув запорами, неспешно откинул крышку. Внутри в специальных гнёздах расположились пятьдесят шесть капсул. Двадцать восемь оранжевых, и двадцать восемь красных. Сверху лежал листок, на котором от руки было написано:

"Здравствуй, Андрей. Ты не знаешь меня, и это хорошо (для тебя). Зато я знаю о тебе всё. Я командир группы землян, противостоящих корпорации. Ты знаешь о нашей деятельности почти всё, мы не скрываем своих целей и намерений. Надеюсь, они у нас с тобой общие. Теперь к делу. Эти капсулы – твоя доля из кофра (ты знаешь, о чём речь). Мы специально подобрали мутагены от самых слабых мутантов оранжевого и красного ранга, чтобы к тебе было меньше вопросов. Надеюсь, ты потратишь их с умом.

Теперь просьба. Постарайся при смене искина (тебе придётся это сделать), не оставить старый у корпорации. Мы, конечно, установили в него систему самоуничтожения, но вдруг она не сработает.

Всего доброго, земляк.

P.S. Не доверяй другим землянам. Нами уже были выявлены такие же, как ты, замороженные. Двое из них оказались купленными корпорацией с потрохами. В твоей группе пока нет таких, Саян проверил.

Надеюсь, ты услышал меня"

Услышал ли я? Более чем! Мне ясно дали понять, что я под жестким контролем. Замена искина – первое, что я сделаю, как попаду к корпам. Уверен, это не поможет мне избавиться от контроля, зато буду знать, что в мою голову будет сложнее проникнуть.

– Командир, это что? Подгон от нашего стола к вашему, или в кредит? – первым нарушил тишину Виктор.

– Нет, это все моё. – ответил я. – Но, новости у меня не очень. Я под контролем наших потомков, возможно даже опасен, для вас. В наруч заложено взрывное устройство. Да, Ева?!

– Не могу знать, Кэп. – спокойно ответила искин. – Последняя диагностика не выявила посторонних устройств в наруче, но, мои возможности в зоне А-один составляют не больше десяти процентов от доступных вне аномалии.

– В общем, все имеющиеся капсулы я сдам корпам, после того, как заключу договор на строительство посёлка в зоне фронтира. Всё же скидка в пятьдесят процентов на все товары корпорации, это серьезное подспорье. – я принялся рвать записку на мелкие клочки. – Тебе, Виктор, красную мутацию будем подбирать из мутантов, добытых самими. Эти капсулы, как написано в послании, не очень годятся для бойца. Так, с каждого из вас по списку, чего желаете. Если что-то лёгкое, возьму сразу, если нет, закажу, корпы доставят в указанную точку вместе со сфоттером. Так, Виктора оставляю за старшего, но без права командовать Саном и Дракотом – они будут сами по себе, до моего возвращения.

***

– Почему-то я совсем не удивлён. – произнёс я, остановившись на краю выжженого до тла поля. Та же ядовитая пыль, тот же круг мертвой земли, диаметром в пару километров. И в центре крепость. Да, именно крепость, а не тот форпост, что был захвачен элитными мутантами. Сооружение из тёмно-серого бетона даже отсюда угнетало своей неприступной, грозной мощью. Цитадель – вот как хотелось назвать базу Аурум.

– Ну, Андрей батькович, пошли договариваться. – произнёс я, и, вернув огнестрел на бедро, двинулся вперёд. Не успел сделать и десятка шагов, как почувствовал на себе пристальный взгляд. Всё, засекли. Главное, чтобы не нервничали. А то решит какой-нибудь боец, что моя персона несёт угрозу, и жахнет из плазменной пушки по маленькому мне. А я, может быть, только начал понимать, что здесь вообще происходит.

Пронесло. До самых стен крепости меня не сожгли, не пристрелили, и вообще никак не реагировали. Лишь когда я оказался достаточно близко, сверху раздался усиленный динамиками голос:

– Заключённый, деактивируй шлем! Цель визита в крепость?

– Хочу получить разрешение на создание поселения, и заодно повысить свой ранг. – в ответ пришлось кричать, убрав шлем и сложив ладони рупором

– Поднимайся. – коротко прозвучало в ответ, и наверху, метрах в четырёх, распахнулись створки. Из них выдвинулась уже знакомая мне кабинка лифта, которая стремительно опустилась вниз. Я не стал медлить, и тут же шагнул внутрь. Похоже здесь всё типовое, разве что база крупнее форпоста, а в остальном никаких различий. Потому что через несколько секунд я очутился в досмотровом тамбуре. Оружие я уже привычно сложил в углу лифта, а рюкзак держал в руке.

– Открывай, выкладывай всё сюда. – приказал мне один из корпов, пока двое других контролировали мои действия стволами штурмовых комплексов. Я не стал затягивать, и выложил всё, что было внутри рюкзака, наружу. Офицер, досматривавший меня, аж присвистнул, когда увидел содержимое рюкзака. – Парень, да ты богат. Что ж, давай сюда свой наруч, я посмотрю твою категорию допуска. Ага, четвёртая. Отлично. Можешь сложить всё обратно в рюкзак и положить в седьмую ячейку. Тебя отвести сначала к менеджеру по обмену, или к ответственному за расположение поселений?

– К ответственному. – кивнул я.

– Верное решение. Сержант, отведи заключённого четвёртой категории к майору Грэму. Скажи, что парень перспективный. – офицер вновь повернулся ко мне. – В принципе можешь забрать свои вещи с собой. Там от кабинета майора до каюты менеджера всего десяток шагов.

Типовые коридоры, которые я умудрился излазить в разорённом форпосте, спуск на один этаж вниз, один поворот, и мы очутились перед массивной дверью, покрытой пластиком. Сержант нажал на сигнальную кнопку, и тут же, не дожидаясь какого-либо ответа, потянул на себя ручку. Щелкнул замок, и дверь неспешно отворилась.

– Майор Грэм, докладывает сержант Белко. На базу прибыл заключённый, желающий получить разрешение на основание поселения.

– Запускай сюда этого безумца, а сам свободен. – прозвучал в ответ спокойный мужской голос. – придешь через десять минут.

– Здравия желаю! – непроизвольно произнёс я, войдя в помещение. Всё же цельный майор передо мной.

– Садись, желатель. – невысокий, черноволосый мужчина, облачённый в бронекомбез необычного покроя, сидел за столом, и, стоило мне войти, окинул меня пристальным взглядом своих серых глаз. – Хм, четвертая категория, красная мутация. Ага, понял. Сам сообразил, или надоумил кто?

– Так ваш лаборант посоветовал. – не стал я выдумывать сказочную историю.

– Понятно. Какого класса у тебя искин?

– Третьего.

– Мало. Капсула красная есть? Оплатишь, и я тебе прямо сейчас заменю на искин пятого класса. Это, конечно, не по уставу, зато весьма ускорит процедуру регистрации.

– Имеется, но у меня условие. Старый искин я заберу.

– Хм. Вообще-то я сам тебе хотел предложить такой вариант. Мне он не нужен, но и тебе рекомендую не таскать его с собой. А лучше вообще уничтожить. – майор поднялся из-за стола, выдвинул один из ящиков и по очереди вытащил из него сначала кофр с инструментом, затем несколько блоков, назначение которых мне было неизвестно. Зато искин, до этого молчавшая, наконец заговорила:

– Прощай, Кэп. Надеюсь, ты не выбросишь меня под первым же кустом.

– Так, пока я подготовлюсь, ты достань капсулу с красным мутагеном. – попросил майор, и принялся раскладывать на столе инструмент, доставая его из коробки. Мне же, чтобы достать красную ампулу, понадобилось всего две секунды. Увидев её, офицер ловко подхватил местный аналог денег, и тут же спрятал её.

Процедура смены искина заняла минут пять, не дольше. Правда я, в момент отключения Евы от нейросети, испытал весьма сильные чувства. Тоска, печаль, безнадёга...

– Всё, можешь дышать. – как-то по-дружески прозвучал голос офицера, возвращая меня в реальность. – Эк тебя эмоциями приложило. Так всегда случается, когда между разумом носителя и искином образуется эмоциональная связь. Ничего, через пару дней придёшь в норму. А новый искуственный помощник пробудится минут через сорок, не раньше. Так что, заключаем договор, будущий заключенный пятой категории?

– Заключаем. – согласился я.

– Парень, ты даже не представляешь, во что ввязался. – хмыкнул майор, а у меня перед глазами вспыхнул текст договора. Я быстро пробежался по нему, выискивая какие-то кабальные условия. Обязан, обязан, имеет право, должностные ограничения, особые права. Хм, в целом всё в пределах нормы. Что ж, подтверждаем, что согласен, а то офицер уже косо смотрит.

Через десять минут я выходил из кабинета Грэма, имея у себя в наруче данные, подтверждающие мой статус. Ну всё, теперь можно и поторговаться с менеджером.

– Тебе повезло, парень. – сообщил мне сержант, подмигнув, как старому знакомому, едва за мной закрылась дверь кабинета. – Ты – первый клиент у нашего менеджера, а значит он не будет пытаться тебя обмануть. Примета плохая. Эгей, мистер Мошша! Открывайте, к вам посетитель.

– Кто там такой шутник? – на стук сержанта тут же раздался басовитый голос. Затем дверь каюты распахнулась, и я уставился на низкорослого пузатого человечка, с большими, просто огромными ушами и такими же глазами. А самое необычное – этот менеджер, или как его там, был одет в простую одежду, больше похожую на пижаму. Твою же диаграмму, да он смелый мужик. Или глупый.

Толстячок внимательно осмотрел нас строгим взглядом, и вдруг улыбнулся:

– Неужто первый клиент? Удача-то какая, бездну мне в дуп... ой, простите, погорячился. Заходите, мой дорогой заключённый, сейчас мы все порешаем! Сержант, вы свободны.

Через несколько секунд я уже сидел за небольшим столом, размышляя про себя, что вот такой пыльный, потный и грязный, нахожусь по сути в спальне человека. Ну да ладно, это не мои проблемы.

– И так, что вы желаете, дорогой мой человек? – поинтересовался мистер Мошша. – Я весь в вашем распоряжении!

– Ну, для начала мне нужно получить статус элиты. – улыбнулся я. – Надеюсь, на подобные сделки моё особое положение основателя поселения распространяется?

– Хм, да вы не мелочитесь! – менеджер от радости, причем не показной, а вполне искренней, захлопал в ладоши. – И это здорово! Ну давайте, показывайте, что вы принесли!

Ну, я и показал. Выложил двадцать семь красных, тридцать две оранжевых, и пятьдесят четыре капсулы ранга этанол, причем две жёлтых были от неизвестного мутанта. Стол с моей стороны практически весь был заставлен разноцветными ампулами, от чего в глазах Мошши заиграло пламя, то ли алчности, то ли азарта.

– Так, это откладываем в сторону! – видимо поборов своих внутренних демонов, менеджер ловко подхватил пять красных капсул, и передвинул их на свой край стола. Затем поднялся, прошёл к одному из шкафов, расставленных вдоль стены, и несколько секунд возился там. Когда Мошша повернулся ко мне, на его правой руке уже был довольно крупный наруч. В левой он держал небольшой предмет, больше всего похожий на модули, что я несколько минут назад видел в кабинете Грэма. – Ну что, заключенный, готов стать элитой зоны А-один?

Глава 33 Ягда

– И так. Для ясности, переведём все ваши активы в красный эквивалент. – произнёс Мошша, устанавливая бронепластину на место. Да уж, наруч стал ещё более массивным, и потяжелел за сегодня грамм на триста. – Я понятно изьясняюсь?

– Более чем. – вопрос менеджера заставил меня поморщиться. Тоже мне, святило научной мысли.

– Ну, тогда смотрим. У вас в наличии двадцать пять красных капсул. На эту сумму вы можете приобрести два элитных игломета, а вернее болтера. Одну элитную винтовку. Ну, и всё, пожалуй. Ах, да, к болтерам очень дорогие расходники, один магазин с сотней простых снарядов стоит ровно одну оранжевую капсулу. Есть ещё бронебойные, для охоты на элиту, за них придётся отдать красную. Ах, да, вам же за половину цены, чуть не забыл. Так что, будете выбирать что-то элитного ранга, или пока не станете торопиться? Могу обменять все ваши капсулы на именные жетоны. Так вас никто не сможет ограбить или обокрасть.

– А что со сфоттером, способным устанавливать красные мутации? – поинтересовался я.

– Так вы же теперь элитный заключённый. Разумеется вам установят в посёлке именно такой сфоттер.

– В таком случае я хочу приобрести один болтер, и пять магазинов к нему – четыре простых, и один бронебойный.

– Знаете, а ведь я вас прекрасно понимаю. С таким оружием можно охотиться на красных мутантов, и у местного зверья не останется никаких шансов. Разумеется, если не нарвёшься на стаю. Да, может вас интересуют элитные рационы питания? Имеется вяленое мясо красного мутанта, цена –всего одна красная капсула за суточный рацион. Можете приобрести жилой модуль колониста пятого класса, всего за десять красных. В модуле с комфортом поместится шесть человек, и его стены способны защитить от иглометов третьего класса. По местным меркам, это практически неприступная крепость.

– Предпочитаю атаковать первым. – я изобразил хищную улыбку, заставив толстячка невольно отшатнуться. – Так, давайте к уже озвученному мной добавим следующее...

***

В общей камере, больше похожей на ночлежку, совмещёную со второсортным баром, я оказался не один. Хм, странно, ведь сказали, что кроме меня сюда ещё не приходили заключённые.

– Только что прибыли, группа вольных. – пояснил мне сержант. – Располагайся. Ты сейчас самый продвинутый среди всей этой шайки, почувствуй себя боссом качалки, хе-хе. Только у меня просьба, не убивать никого. А вот бить разрешаю. Мы даже благодарны будем, если ты отделаешь парочку вольных как следует.

Я не успел ничего сказать в ответ, как дверь за спиной хлопнула, и послышались щелчки запирающегося замка. Вот суки! Это что же, бросили кота в ящик со змеями? Не убивать? Левая рука сама непроизвольно сжалась в кулак. Ну, посмотрим, с кем меня решили стравить.

– Эй, ты посмотри, кого к нам привели! Какая симпатичная сучка. – произнёс один из четырёх человек, стоявших возле барной стойки. Бармен отсутствовал, вместо него прямо из стойки торчало несколько кранов, и рядом с каждым имелось углубление, судя по всему, под капсулы. От презрительного тона вольного меня охватила какая-то весёлая злость. Значит сучка, говоришь? Ну, сейчас эта сучка покажет вам, что такое полный контакт.

Не обращая внимания на смех и плоские шуточки в свой адрес, я двинулся к четвёрке идиотов, возомнивших себя кем-то более высокого сорта. Ничего, детишки, сейчас я вас опущу на землю. Ведь вы этого хотите, по глазам вижу.

– Лупень. – коротко бросил я в лицо тому, что заговорил первый.

– Чё? – растерянно переспросил он. Дальше я уже не дал ему произнести ни слова. Мощнейший свинг слева буквально вынес челюсть вольному, а его самого бросил на второго противника. Оба полетели на пол, причём один был уже без сознания. Да, металлический шар, это не кулак в перчатке.

Почему я начал действовать столь жёстко? Потому что узнал одного из четверки. Именно он подавал той элитной суке оружие, которым мне отрубили руку. Ну уж нет, его я точно не выпущу отсюда живым. Ведь он, судя по всему, тоже узнал меня – вон как глаза расширились от изумления.

Легко уклонился от удара ещё одного горе-воина, которому не хватило ума понять, что хищник здесь только один – я. И тут же пробил ему в правую почку. Бронекомбез смягчил удар, но металлический шар – это не кулак, ему плевать на подобную защиту.

Третьего вольного аж впечатало в барную стойку левым боком. Твою же мать, совсем забыл о своей повышенной реакции и усилении бронекомбеза. Ну да ничего, осталось самое главное – прикончить четвертого.

– На помощь! – заорал последний, оставшийся на ногах противник, отступая и прикрываясь руками. Чёрт, да у него всего две мутации, синяя и жёлтая. Ну извини, сам виноват, что в тот раз вы меня не добили.

– Н-на!

Шар, впечатавшись в подбородок, ломает челюсть и загоняет её осколки прямо в глотку противнику. Второй рукой я упираюсь в солнечное сплетение вольного, и практически протаскиваю его до стены, прижимая спиной к преграде. Тут же наношу ещё один удар, в переносицу. Всё, считай не жилец. Остался еще один, сейчас поднимающийся с пола. Этому тоже надо поломать несколько рёбер, чтобы у него не возникло желание покинуть базу следом за мной. Вот чёрт, как-то всё слишком быстро прошло, меньше чем за минуту.

Удар тяжёлым ботинком в плечо швырнул поднимающегося вольного на стойку, которая неизвестно каким образом выдержала и это. Твою же в душу, Андрей! – попытались воззвать ко мне мои совесть и сострадание – Ты же сейчас бьёшь их, что детей малых. Беззащитных и слабых. Да вот хрен там! Эти же твари при случае запинают меня до смерти, и при этом получат удовольствие. Знаем, проходили.

– Помогите! – попытался крикнуть противник, но тут же поперхнулся от удара в грудь. Бил я от души, не сдерживаясь. Так, этому ещё пару раз по рёбрам, а остальным уже достаточно. На своих двоих они не скоро смогут передвигаться, а некоторые и вовсе никогда...

Отбросив стонущего вольного от стойки, я пробежался взглядом по надписям рядом с кранами. Из всего мне были понятны только цены, названия напитков ни о чём не говорили. Так, вот этот, самый дорогой, стоит одну жёлтую капсулу. Ну, разок можно шикануть. Вбросил ампулу в отверстие рядом с описанием выбранного напитка, и подставил под кран стакан, похожий на пластиковый. Через секунду в него побежала янтарная жидкость. Принюхался – хм, что-то явно крепкое, с древесным ароматом. Коньяк? Мелкими глотками опустошил стопку, чувствуя, как по пищеводу начинает распространяться тепло. Только сейчас понял, насколько я был напряжён.

– Эй, конченый ублюдок! Мы тебя запомнили. – раздался снизу полный злобы хриплый голос. Сука, такой момент испортил!

***

– Ты это, парень. Решишь к нам наведаться в следующий раз, предупреди заранее. Мы к твоему приезду придержим ещё вольных. – голос сержанта просто лучился добротой. – Понимаешь, некоторым эти уроды уже поперёк горла стоят! Например четверо, которых ты так люто отделал, требовали разрешение на строительство посёлка, но с коэффициентом один к четырём. Бездна, тебе не жалко было отдавать две оранжевых капсулы за них?

– Пусть знают своё место. – коротко ответил я. – Мои покупки уже доставили в шлюзовую?

– Да, всё ожидает в ячейке. Слушай, а что это за мутация такая? Ну, ты же кулаком двоих покалечил, а одному череп в труху. Мы даже поспорили с бойцами.

– Отличная мутация. – ответил я, про себя подумав – хорошо, что здесь нет видеонаблюдения во всех помещениях, иначе бы мы не разговаривали.

– Сержант, почему так долго? – раздался недовольный голос командира, едва мы вошли в шлюзовую.

– Непредвиденные обстоятельства, капитан.

– Заключённый шестой категории, мне приказано передать – патруль пребудет на место твоего посёлка через трое суток. Тогда же будет доставлен и сфоттер. Вопросы есть?

– Нет. – помотал я головой.

– Ну, тогда забирай свои вещи, и проваливай, пока ещё кого-нибудь не убил. – с раздражением произнёс офицер. Так вот оно в чем дело. Похоже капитан получил знатный нагоняй за гибель вольных. Ну, никто не просил селить меня с этими уродами в одном помещении, так что сами виноваты.

Взяв из ячейки сумку с закупленной мелочёвкой, я прошёл в кабину лифта. В ней меня дожидалось оружие, в том числе и болтер с картриджами. Дождавшись, когда лифт окажется снаружи, уже привычно распределил оружие на теле, а элитное оружие оставил в руках. Ты смотри, а он увесистый, гораздо тяжелее обычных игломётов. Да и магазин с болтами куда увесистей, чем со спицами.

– Моя прелесть. – произнёс я, баюкая новое оружие в руках. – Ну, держитесь, красные мутанты, скоро я приду.

Ответом мне был весьма чувствительный удар дна лифта о землю. Ты смотри, как мелко мстит капитан. Жаль, не хотелось бы мне обзаводиться врагами на базе.

Выскочив из лифта, я ничуть не удивился, когда тот сразу же двинулся вверх. Эх, зря ты так, капитан, со мной дружить выгоднее. Ну да ничего, направление известно, через восемнадцать-двадцать часов буду на месте. Главное, не лезть в высокоранговые зоны.

— Процесс родства завершён. – прозвучал в голове мужской баритон. – Осуществляется синхронизация с имплантами носителя. Четыре, три, два... Приветствую тебя, носитель.

– Зови меня Кэп, железяка. Отзываться будешь на имя Шиц. Всё понятно?

– Понял, Кэп. Прошу разрешение на полную диагностику всех технологических устройств, и организма носителя.

– Разрешаю. – дал я добро. – Пока диагностируешь, общаться со мной можешь?

– Да, Кэп.

– Ну, тогда рассказывай, чем искин пятого поколения отличается от предыдущих.

– Отличаюсь скоростью обработки данных, более плотному взаимодействию с нейросетью, возможностью управлять системами и искуственными интеллектами более низких классов. К сожалению, в текущих условиях я могу использовать весь свой потенциал процентов на десять. Единственное отличие, которое будет заметно, это более позднее отключение перед наступлением местной ночи, и относительно быстрое включение.

– Ну, хоть какой-то плюс. – проворчал я. – Служащие корпорации по прежнему могут считывать всю информацию, что собирает нейросеть?

– Да, Кэп, у них по-прежнему полный доступ. В текущих условиях я не могу взять нейросеть под контроль, так как установлен не в тело носителя, как принято в содружестве, а во внешнее устройство.

– Ладно, позже обсудим возможности искинов, сейчас у нас более приземленные цели. Ты уже ознакомился с информацией по аномалии?

– Да, Кэп. Я твои глаза, уши, медаптечка и ходячий справочник. Это всё, что мне сейчас доступно.

– Вот и замечательно. Тогда найди в базе данных посёлок, в котором я числюсь основателем, и проложи кратчайшую безопасную дорогу. Избегай все зоны, начиная с желтой и выше.

– Выполняю. Кэп, завершена диагностика носителя, обнаружено отсутствие левой кисти, на месте которой сложное устройство неизвестного происхождения. Могу предположить, что это псевдомеханический протез

– Да, верно предполагаешь.

– Должен предупредить, что я не могу контролировать это устройство, пока мы находимся в зоне А-один.

– А если мы покинем аномалию? – я даже с шага сбился. Чёрт, похоже сейчас узнаю что-то важное.

– Вне зоны А-один имеется возможность взять протез под полный контроль, изменить алгоритмы взаимодействия. Здесь же наоборот, имеется высокий шанс, что псевдомеханический протез возьмёт контроль над нейросетью, что повлечёт за собой гибель носителя.

– Вот те нате, хрен в томате! – не сдержался я. – И каков шанс?

– Процентов двадцать, не меньше. Так прописано в базе данных нейросети. Возможно это ошибочная информация.

– Твою же мать-природу! Один к пяти. У меня всё больше вопросов к, кхм... Ладно, заходим в лес, отставить ненужные разговоры. Показывай маршрут.

***

Путь до будущего поселения прошел спокойно. Правда, пришлось прикончить пятерых древоглотов, и один раз наткнулся на желтого мутанта, пожелавшего устроить охоту в зеленой зоне. Благодаря красной мутации, я довольно легко прикончил зверя ранга этанол. Вот она, разница в усилениях. Не представляю, что даёт элитный мутаген, наверное начинаешь чувствовать себя сверхчеловеком.

Итого, разжившись по пути тремя капсулами с жёлтой, и десятью с зелёной мутью, я вышел к голубой зоне, на территории которой мы и запланировали своё селение. По идее Дракот уже должен был почувствовать мое приближение, и связаться ментально, но питомец почему-то не спешил. Это настораживало, и я решил немного по-партизанить.

Прошагал несколько километров вдоль границы голубой и зелёной зон, и, зайдя практически с противоположной стороны, наконец углубился в лес. Прошёл метров пятьсот, до русла небольшой речушки, и, присмотрев позицию, залёг. Оптика на винтовке хорошая, время у меня есть, так что по-наблюдаю.

Первым увидел Виктора. Егерь двигался по звериной тропе к реке, держа в одной руке игломёт, а в другой котелок. При этом он сильно прихрамывал на правую ногу. Хм, что-то случилось? Подверглись нападению? В душе зашевелилась тревога. Дождавшись, когда Виктор доберётся до реки, я негромко окликнул его на русском:

– Стоять-бояться!

– Ох ёпт! – товарищ от неожиданности чуть не выронил котелок в воду, после чего разразился трёхэтажным матом. – Командир, чтоб тебя! Ты какого хрена с тыла подкрадываешься?

– Драк на зов не ответил. – отозвался я, не спеша выбираться из засады. – Ты чего хромаешь?

– Боевое ранение, мать перемать! Вылазь давай из гнезда, мы тебя уже заждались. Дракот твой спит, тоже после ранения. Сан каким-то соком его напоил, сказал, что скоро проснётся, полностью здоровым.

– Это с кем же вы схлестнулись? Неужели с группой заключённых? – я наконец поднялся из своего укрытия.

– Если бы. Пошли, познакомлю. – заинтриговал меня товарищ. – У нас может и не пополнение, но временный гость точно имеется. Эх, увидишь, хм, стати этого гостя, уверен, глаз не отведёшь.

По дороге в лагерь Виктор вкратце рассказал, как они, спокойно двигаясь через синюю зону, очутились в самом эпицентре боевых действий. Как, благодаря Сану, отбились от превосходящих сил противника, и даже спасли обороняющуюся в одиночку женщину.

– Ты представляешь, эти уё, кхм, ушлёпки на бабу охоту устроили. Их десятка два, не меньше, все до зубов вооружены, а она одна. Из оружия только один игломёт, и нож. И всё же ей удалось положить семерых, прежде чем её серьёзно ранили. Я, если честно, думал – всё, не выживет, с такими ранами обычно умирают. Но нет, препараты корпов на пару с лекарственными примочками Сана сотворили чудо, считай с того света вытянули красотку. Не поверишь, мы у неё из живота пять болтов достали, вот такие, смотри.

– Это ж снаряды от элитного оружия, как вы вообще выжили? – удивился я. – И ты так и не сказал, что с Драком.

– Лапу ему повредили, спица в кость попала. Но и наш черный летун не сплоховал, разозлился и сжёг к хренам трёх вольных.

– Вольных? – я остановился. В голове тут же выстроилась логическая цепочка, опирающаяся на болты, большую грудь раненой, и недавние события. – Ты хочешь сказать, что у нас в лагере находится раненая вольная элитного класса?

– Ну да. А ты чего так возбудился, командир? Ягда под неустанным присмотром, так сказать. Сейчас за ней Сан приглядывает.

– Твою же в душу. У неё на наруче две зелёных и одна белая полоска, так?

– Слушай, Андрей. Я, конечно, понимаю, что ты успел побродить по аномалии. Но чтобы при этом успеть познакомиться со всеми красотками в округе, это уже перебор. Они на тебя что, как пчелы на мёд слетаются? Слушай, так это Ягда тебе, ну, руку, того самого? Ох, грёбушки-воробушки! Чё теперь будет-то...

– Пошли, посмотрим на твою Ягду. – хмуро ответил я, мысленно готовясь к самому худшему.

Глава 34 Сложное решение

Это была она. Те же красивые, хищные черты лица, та же чёрная броня с серыми пластинами. Разница была лишь в том, что теперь она лежала, и затравленно смотрела на меня, нависающего, словно ангел возмез... Тьфу ты, лезет же в голову всякая ерунда.

– Ну здравствуй, Ягда. Не ожидала увидеть?

– Ты меня убьёшь? – спросила женщина. Молодая женщина, причём весьма хороша собой. Даже сейчас, бледная, с садиной на щеке, беззащитная... Чёрт, да что ж у меня мысли уводит в сторону.

– Ты охотилась за мной, как за дичью, поймала, и чуть не убила. – произнёс я. Затем показал левую руку: – Вот, кисти меня лишила. Теперь мне вообще запрещено высовываться под излучение чёрного солнца, могу в киборга превратиться.

– Ты меня уже наказал, сам того не ведая, ещё до нашей первой встречи. – губы вольной исказила горькая улыбка. – Те шприц-капсулы, с золотым сиянием, это было моё задание. И я провалила его. Итог – меня приказали устранить, свои же. Так что я при любом раскладе не жилец. Да, группу, что должна была меня прикончить, перебили твои люди, но придут другие. Видишь ли, я слишком много знаю, чтобы про меня просто забыли.

– Зачем нужны были эти шприц-капсулы? – спросил я, понимая – соврёт вольная, или скажет правду, подтверждения этому не найти.

– Контроль. Золотое сияние даёт контроль над нейросетью, а значит и носителем.

– А вот теперь поподробней. – я опустился на колено. – Как осуществляется этот контроль?

– Главное не как, а над кем. Ты знаешь про синдикат? – Ягда стала говорить тише, и теперь её слова слышал только я. – Так вот, шприцы предназначались трём вольным, получившим элитную мутацию. В эту троицу входила и я. Понимаешь, золотое сияние создается из золотого мутагена, и имеет одно крайне ценное свойство – позволяет контролировать любого носителя элитной мутации, кроме владельцев золотого ранга.

– Стоп. Это сияние, оно настроено на подчинение конкретному хозяину? – меня прошиб холодный пот. Твою же ежовую впадину, Саян ведь вколол мне эту дрянь...

– Ну да. Я слышала, что сбросить контроль можно лишь одним способом – установить мутаген золотого ранга. Поэтому сияние ставят только тем, кто уже ввел себе элитный мутаген других цветов. Постой, а ты почему расспрашиваешь? – в глазах вольной промелькнуло подозрение. – Ты что, сам себе вколол ту шприц-капсулу?

– Сам я до такого никогда бы не додумался. Зато один товарищ, который, как выяснилось, оказался вдруг не товарищем, вколол мне эту гадость. Объяснил тем, что так кое-что работать лучше будет.

– Чушь. Кто этот твой товарищ? Работник корпорации? Он запросто мог подменить тот шприц, что был у тебя, на другой, или внести изменения в состав. И теперь, стоит тебе обзавестись элитной мутацией, сработают ментальные установки, от которых ты не сможешь отвертеться. Будешь выполнять директиву, словно искин первого поколения, или умрёшь. Воздействие идёт на нейросеть.

– Значит шанс только один, верно?

– Золотые мутанты? Даже не надейся. За ними охотится спецназ корпорации, используя свои шагающие танки и авиацию. Да, ты не ослышался, у корпов есть атмосферные истребители, и тяжёлые машины.

– Видел я их, эти танки. И как черные мутанты форпост разнесли, тоже видел. Если уж с элитниками трех рангов можно справиться, то и золотых имеются способы одолеть.

– Я здесь уже сорок пять больших ночей, и пока что не встречала тех, кто смог добыть золотой мутаген в одиночку. Слышала, что добывали большой группой, с потерями до пятидесяти процентов состава.

– Аудрэй, ты уже расспрашиваешь новую самку? – раздался у меня в голове голос питомца, с которым мы уже успели перекинуться парой фраз. Бедный зверь, сейчас он лежал в одной из палаток, и, со слов Виктора, большей частью спал. – Извини, не смогу прочесть её мысли, очень сильная защита.

– Отдыхай, Драк, ты и так молодец! – так же мысленно ответил я, и почувствовал волну благодарности от питомца.

– Меченый, так что вы собираетесь со мной делать? – воспользовавшись паузой, спросила Ягда. – Вряд-ли прикончить, зачем тогда нужно было спасать? Впрочем, я...

– Недоразумение вышло. – оборвал я вольную. – Из-за моего отсутствия. А теперь даже и не знаю, что с тобой делать. Нам ты точно не нужна живой. Но и просто прикончить будет глупо. Ты, как я понял, далеко не рядовой исполнитель в иерархии синдиката, так что давай, рассказывай.

– Я – один из трёх кураторов фронтира. Тебе это ничего не говорит, но поверь, мне известно достаточно, чтобы обрушить всю сеть синдиката. Ты уже раскрыл себя, как агент приёмных детей. Сведи меня с ними. Поверь, и им, и тебе я могу предложить многое.

– Ну, про многое я бы не говорил. У меня нет никаких дел с вольными. Жалкие падальщики, желающие урвать кусок со стола корпорации.

– Как насчёт места и времени прибытия космических кораблей? – спросила Ягда, прищурившись. – Не корповских, нет, и даже не контрабандистов, контролируемых корпорацией. Я говорю про корабль, на котором можно свалить из этой дыры. Причём без риска попасть под огонь крейсеров и боевых платформ аурумцев.

– Зачем мне это, если я и так смогу покинуть аномалию?

– Покинуть сможешь, это да. Чтобы после навеки стать служащим Аурум, приумножив её могущество. Или ты решил, что корпы легко расстануться со столь ценным рабом?

– Что тебе известно о заключённых, покинувших аномалию? – спросил я, стараясь сдерживать эмоции.

– Практически все находятся под контролем корпорации, лишь единицам удаётся остаться свободными. – Ягда смотрела мне прямо в глаза, и я мог бы поклясться, что она не врёт.

– У меня несколько иные сведения. – я не отвел взгляда.

– От кого? Приёмыши рассказали? Тебя уже обманули с золотым сиянием, неужели ты думаешь, что не обманут ещё раз?

– Виктор, где Сан? – спросил я, поднимаясь на ноги. Ягда может и не врёт, просто ошибается. Как и земляне. Ведь они, в отличие от вольных, не жили в содружестве, и не получали массу информации из первоисточников. Чёрт, идеальный вариант – прихлопнуть эту вольную, и продолжить двигаться к своей цели, не заморачиваясь с этими шпионскими играми. Увы, даже в столь короткой беседе эта стерва наговорила достаточно, чтобы сохранить ей на время жизнь. Похоже мне придется передать пленницу Саяну. Ох не люблю я, когда ситуация стремительно теряет контроль. А именно это сейчас и происходит.

– Командир, я разве не сказал? – егерь вполуха слушал наш разговор, и, едва я обратился к нему, тут же очутился рядом. – Наш Чингачгук ушёл спрашивать совета у Эмао. Сказал, что ни он, ни Дракот не могут прочесть мысли раненой.

– Да что ж там за Эмао такая! – с раздражением произнёс я. – Вселенский разум, мать его растак!

– Эмао может многое. – прозвучал у меня в голове сонный голос питомца. – Эмао друг.

– Командир, успокойся. Придёт Саян, сплавим мы ему эту проблемную девку, раз уж она так тебя раздражает.

– Раздражает? – мой голос от злости охрип. – Эта сука готова была меня на ленты резать, лишила кисти, бросила подыхать. Ты не представляешь, каких усилий мне стоит не прикончить её прямо сейчас. Не из-за моего личного к ней отношения, а так, чтобы избежать дальнейших проблем.

– Ты здраво взгляни на вещи. Сам бы как с ней поступил, укради она у тебя вещь, от которой зависит её жизнь?

– Она для нас – враг! – всё тем же хриплым голосом произнёс я.

– Мужчины, вы чего ссоритесь? – раздался откуда-то сверху голос Галины. – Всю округу так всполошите!

– Не ссоримся мы, а обсуждаем наше будущее. – успокоил девушку Виктор, после чего обратился ко мне: – Пойду я, сменю Галину на посту.

– Подожди, сначала заказ свой забери. – я кивнул на свой плотно набитый рюкзак. – Да, ты вроде как чай собирался делать.

– Позже, когда Сан вернётся. Ладно, давай, показывай, что принёс.

***

Сидя возле небольшого костра, я помешивал в котелке варево, и, отогнав все мысли, пытался просто расслабиться. Увы, непосильная задача – за пару месяцев, что я нахожусь в этой дыре, настолько привык ожидать удара в спину, что даже сейчас, сидя в охраняемом лагере, готов в любой момент броситься в сторону, одновременно схватив рукоять игломёта, и открыть стрельбу.

Присутствие вольной напрягало. Проблема, которую можно решить одним выстрелом. И лишить себя шанса, возможно единственного. Где этот чёртов абориген, почему так долго отсутствует?

– Командир, не хмурься. – ко мне подсела Галина. – Всё же хорошо. Или вы что-то скрываете от меня?

– Всё хорошо. Скоро придёт Сан, и мы начнём планировку селения.

– Такую же, как крепость Виктора?

– Не совсем, у нас для этого рук маловато. – я обвёл взглядом будущее селение. Небольшая роща, с трёх сторон окруженная степью, а с четвертой протекает река. – Сделаем пару хижин, этого будет достаточно. Мы же здесь на время, пока все не прокачаемся до элитного класса.

– Я видела как сражаются элитные заключённые. – девушка кивнула в сторону раненой. – У неё броня в упор выстрелы из игломета четвёртого класса выдерживали, представляешь? Я потом смотрела, в тех местах только синяки были, и всё. А у второго, того, которого Сан топором убил, так и не повредился бронекомбез

– Идут! – подал голос Виктор. Он сидел на оборудованной высоко на дереве площадке. – Наш Чингачгук, и еще двое. Походе Саян, и кто-то из его товарищей, оба одинаково одеты, в броню корпов.

– Ну вот, похоже Сан получил ответ от своей Эмао. – проворчал я, и тут же приказал: – Боец, почему шлем до сих пор не в боевом положении? Один наряд вне очереди!

Абориген привёл Саяна, и еще одного бойца. Здоровенный, почти на голову выше меня, он широко улыбался, и первый протянул мне руку:

– Вадим!

– Андрей. – ответил я, отвечая на рукопожатие. – Какими судьбами к нам?

– Да вот, пришёл к нам боец, говорит – братья бледнолицые, требуется ваша помощь, срочно. А то один боец скоро смертоубийство совершит, грех непосильный на душу возьмёт. Надеюсь, мы вовремя среагировали?

– Вовремя. – кивнул я. – Саян, у меня к тебе парочка вопросов имеется.

– Да, сейчас поговорим. – азиат тоже поздоровался со мной за руку. – Мой напарник может осмотреть пленную?

– Она вон в той палатке. – я указал жестом. – Там ничего серьёзного, на поправку идет полным ходом. Пошли, Саян, у костра поговорим.

– Буду с вами говорить. – внезапно произнёс краснокожий. – Мне тоже есть, что говорить вам обоим.

И вот мы, усевшись вокруг выложенного из камней очага, медленно потягиваем травяной настой, и задумчиво молчим. Решив, что пауза стала слишком затянутой, я задал первый вопрос:

– Что за ментальную установку ты мне вколол, Саян?

– Стандартную. Ты ни с кем не сможешь поделиться информацией о нас, так называемых приёмных детей. Ни сам, ни с помощью нейросети, ни под химией, даже если она создана из золотого мутагена. У меня стоит такая же.

– Зачем лгал? – поинтересовался я. – Даже мой предыдущий искин поверил в твои сказки.

– Надеюсь, ты забрал свою Еву у корпов? – азиат аж потемнел лицом. – В противном случае отсюда надо немедленно сваливать.

– Забрал, не переживай. Ты не ответил на вопрос.

– Не доверял я тебе. Понимаешь, ты не первый, кто представляется землянином. Были другие, но все они не выдерживали проверки. Корпорация постоянно пытается внедрить своих людей в наши отряды. Наивные попытки, но и без дела корпы сидеть не могут.

– А я, значит, проверку выдержал? – я уставился прямо в глаза Саяну.

– А ты, значит, пока под присмотром. Вот когда получишь элитную мутацию, тогда и станет ясно, кто ты такой на самом деле. Марионетка корпорации, или сам по себе.

– Я не помешаю? – к костру приближался Вадим.

– Что там с вольной? – азиат тут же перевёл своё внимание на своего товарища.

– Да, действительно куратор. Знакомая дамочка, мы пытались уже выловить её. По ранениям – жить будет. Её здоровью ничего не угрожает, да и сама она опасности не представляет. В голову я не смог проникнуть, но эмоции прочувствовал. Насторожена, но не агрессивна. Похоже она действительно стала изгоем среди своих. В общем, ценный пленник.

– Забирайте её. – принял я окончательное решение. – Прямо сейчас, пока не передумал. При допросе сосредоточьте внимание на информации по кораблю, что прилетает сюда по графику. Она объяснит вам, в чем заключается его важность.

– А ты мне показался более гостеприимным. – усмехнулся Вадим. – Только поздоровались, и уже за дверь выставляешь. Или я чего-то не знаю?

– Скоро сюда прибудет отряд корпов. – пояснил я. – Привезут сфоттер, и кое-что по мелочам.

– Ну, за это не переживай, все подходы к твоему лагерю контролируются. – Саян поднялся, потянулся, разминая спину. – Мы тебя услышали. Вадим, вызывай поддержку. Андрей, я правильно понимаю – ты успел поговорить с вольной, и она тебе многое успела рассказать?

– Достаточно, чтобы не устранить её. – я тоже поднялся на ноги. Не знаю, почему, но на сердце стало тревожно. Авиацию они, видишь ли, вызвали. – Вы пока занимайтесь своими делами, а я своего питомца проведаю.

– Пошли, я посмотрю на твоего товарища. Вдруг смогу как-то облегчить ранение зверя. У меня большой опыт в лечении мутантов.

– Со старшим братом всё хорошо. – в разговор внезапно вмешался Сан. – Он спит. Вам действительно пора уходить. Эмао волнуется, я чувствую её тревогу.

– Бух! Бух! – где-то вдали раздалось пару мощных взрывов.

– Карябушки мясные! Дракон, етить-колотить! – крикнул с насеста Виктор. По его голосу было понятно, что он увидел нечто невообразимое. – Братцы, там вот такенную динозавру зенитными орудиями сбить пытаются!

– Твою мать! – выругался Саян. – Вадим, доставай носилки! Походу командир с корпами схлестнулся! Валить нам отсюда надо, и чем быстрее, тем лучше. Раненой вколи обезбол, чтоб не дергалась. Сан, тебе бы тоже отсюда уйти на время.

– Да, мы со старшим спрячемся. – абориген шагнул ко мне и коснулся плеча: – Аудрэй, я заберу твоего брата?

– Дракота? Конечно, уноси его отсюда. Вам точно нельзя попадаться на глаза корпов. – я проследил, как краснокожий направляется к одной палатке, а Вадим к другой, а затем повернулся к азиату: – Саян, что происходит?

– Наш командир, он следил за перемещением шагающих танков, и похоже попал в зону радаров шагающих машин, раз его засекли и выбили из невидимости.

– Нам ожидать проблем? – я забеспокоился. Та тревога, которую я почувствовал совсем недавно, усилилась.

– У вас же поселение зарегистрированное, с чего бы на вас нападать корпам? Они не дураки, чтобы уничтожать группу заключенных, с элитным заключённым во главе.

– Саян, готово. – раздался от палатки с Ягдой голос здоровяка. – Упаковывать?

– Да, вяжи её, как легкораненую. Будем уходить быстро. – азиат вновь повернулся ко мне. – Если у вас есть какие-то вещи вольной, лучше избавьтесь от них на время визита корпов. Все, бывай, Андрей. Ни пуха, ни пера!

– К чёрту! – ответил я, уже в спину собеседнику. Отыскал взглядом Галю, переминающуюся с ноги на ногу, и жестом подозвал её. – Галина, у нас в лагере есть вещи Ягды, или других вольных?

– Только палатка, в которой она спала. – ответила землячка после секундного раздумия. – Ещё что-то Виктор спрятал, где-то за речкой. Сказал, что может пригодиться.

– Ну, палатка самая обычная, можно оставить. Ладно, ты пока проследи за котелком, а я провожу гостей и Сана с Драком.

Через десять минут в лагере остались только я, и Виктор с Галиной. Приёмыши, подхватив носилки с вольной, лёгким бегом направились за реку, а Сан с Дракотом наоборот, не спеша, двинулись вдоль русла вверх по течению. Питомец, временно потерявший возможность летать, предупредил, что они не станут уходить за пределы нашей с ним ментальной связи. Так, на всякий случай.

– Ну что, командир, отпустило? – спросил егерь, устроившись с кружкой чая под деревом, на котором была смотровая площадка. Я в это время, приникнув к прицелу винтовки, осматривал окрестности, особенно то место, где совсем недавно слышались взрывы.

– Ты про вольную? Слушай, а ведь и правда, отпустило. – ответил я, а сам подумал о необъяснимой тревоге, что ушла так же внезапно, как и появилась. Появилась мысль – а не наведённая ли она была? Этакое ментальное воздействие, вроде отпугивания. У приёмышей точно имеются элитные усиления, так что все может быть. Да и Сан тоже владеет чем-то подобным. Так, стоп, что это там блеснуло?

– Командир, чего притих? – раздалось внизу.

– Корпы идут. Минут через сорок здесь будут. – я опустил винтовку. Не хватало ещё, чтобы меня заметил один из бойцов, и решил, что я представляю угрозу. – Ну что, встречаем гостей, так сказать.

Глава 35 Шёпот Даггара

– Заключенный, ты сказал, что здесь будет поселение. – офицер корпорации, в чине капитана, с раздражением смотрел на меня сквозь забрало шлема. – Вас всего трое, как ты собираешься защищать сфоттер, и одновременно охотиться?

– Капитан, мы справимся, будь уверен. Или считаешь, что элитный стату дается всем желающим?

– Слушай меня внимательно, элита. Ты заявил о селении элитного ранга. Значит с вас, при следующем посещении патруля, полагается не меньше десяти оранжевых капсул, или их эквивалента – сотни жёлтых. Не соберёте в срок, лишитесь всех скидок на товары. Я понятно объяснил?

– Более чем, капитан. – ответил я, а мысленно представил, как всаживаю из болтера в лоб этого напыщенного индюка один болт за другим. Никто не давал этому офицеру права решать, сколько мы должны добывать, и скидка давалась не им, а майором. Увы, но этот урод решил покачать права, и вполне мог осуществить свою угрозу. Обычный произвол, иначе не назовёшь Плевать, справимся. Главное, чтобы нам никто не мешал.

Сфоттер – здоровенную тумбу, в два метра высотой и в метр в диаметре, установили в шатре, который пришлось приобрести у лаборанта-торговца. Попутно пришлось восполнить в наруче заряд блокатора – капитан хотел убедиться, что прибор исправен. Теперь вновь страдать головными болями ближайшие одну большую и две малых ночи. Ну да это как-нибудь переживём, меня сейчас беспокоило другое. Как поведёт себя псевдо-механический протез, когда на небосводе появится больше одной черной звезды? Угроза стать киборгом нешуточная, и никто не знает, как можно избежать перерождения.

– Командир, чего приуныл? – спросил Виктор, вместе со мной глядя вслед удаляющемуся патрулю.

– Думаю, как будем охотиться на оранжевых мутов. – ляпнул я первое, что пришло на ум. – Болтер, конечно, легко прикончит и красного мутанта, но у них ведь и усиления на порядок выше. Мы с Галиной защищены от ментального воздействия оранжевого ранга, а вот тебе придётся сидеть в засаде, где-нибудь на границе зон, и прикрывать нас.

– Думаешь, Сан не станет нам помогать в охоте?

– Виктор, у аборигенов табу на бессмысленные убийства. Впрочем, надо спросить нашего друга, вдруг эта Эмао разрешила ему убивать зверушек.

– Да, на счет этого. – тут же оживился Виктор. – Мы с мелкой сходим на охоту? Через час, думаю, уже вернёмся. Галина просила, чтобы я научил её стрелять из игломёта четвёртого поколения.

– Осторожнее будьте. – ответил я, про себя улыбнувшись. Молодец девчонка, получив в личное пользование мощное оружие, тут же пожелала его опробовать. – Да, не забывайте, скоро большая ночь.

Сан с Дракотом пришли минут через пятнадцать после отбытия корпов. К этому времени в лагере остался только я, сидящий на дереве. Питомец, в который раз за сегодня попросивший у меня прощения, тут же отправился спать, а краснокожий, принёсший с собой довольно упитанную тушу голубого мутанта, почти сразу завёл разговор:

– Аудрэй, пора твоему зверю вкусить оранжевого мяса. Так он намного быстрее пойдёт на поправку.

– Да я уже думал об этом. Слушай, мне показалось, или ты действительно не доверяешь приёмным детям?

– Эмао говорит, чтобы мы держались от старых приёмных детей подальше. Слишком опасно, за ними идёт охота. Ты сегодня отдал им больную, это хорошо. Эмао довольна.

– Слушай, как ты общаешься со своей Эмао? Слышишь голоса?

– Она подаёт знаки, которые надо уметь видеть. – рассмеялся Сан. Затем развел руки, и заговорил уже серьёзно: – Старшие, младшие, перворожденные, вода, деревья, земля – всё это Эмао. Вы, пришлые, слепы, не видите того, что происходит у вас под носом.

– Да, слышал я уже эту сказку. Так что, поможешь нам с охотой на мутантов?

– Я буду наблюдать за вами. Если потребуется, окажу помощь, но убивать братьев не буду. Только старших, ради возможности покинуть Эмао, и отомстить.

– И что, рука поднимется на брата? – спросил я.

– Так надо. – Сан нахмурился. – Аудрэй, ты ведь не убиваешь просто так, я знаю. Совсем младших братьев не трогаешь, только тех, с кем с трудом можешь справиться. А ведь чужаки бьют всех, без разбора. Поэтому Эмао приняла тебя. Думаю, Она поможет и с частицей черного Даггара в твоей руке. Скоро большая ночь, и ты поймёшь, чем опасен враг.

– Надеюсь, не только пойму, но и справлюсь. – едва слышно произнес я. – Может и к лучшему, что блокатор опять попал в мою кровь.

***

– Командир, ты уверен в необходимости подобных мер? – уточнил Виктор, при этом всё же забирая шайтан. Да, к большой ночи мы готовились основательно. Жёстко зафиксировали мою левую руку и убрали подальше всё оружие. Более того, Сан обещал постоянно находиться рядом, и в случае моего перерождения тюкнуть своим топором пару раз по голове киборга.

– Уверен. Ты просто не сталкивался с мехомутантами, это реально опасные существа. Им только головы рубить и уничтожать нейросеть, и то, может получиться так, что вновь восстанут.

– Да понял я, понял, не нагнетай. – усмехнулся егерь. – Лучше скажи, оставляем Галине игломёт четвёртого класса, или ей ещё рано соваться в желтую зону?

– По-хорошему нам всем пора уже в оранжевую лезть, но я понимаю, что вы не готовы. Нужно раздобыть красный мутаген, для тебя, и вам обоим получить элитный уровень.

– Кэп, через пять минут я отключусь. – прозвучал в голове голос искина. – Надеюсь, когда произойдёт активация, и ты и я останемся прежними.

– К черту. – ответил я, и, поймав недоуменный взгляд земляка, подмигнул: – К чёрту, говорю, панику. Прорвёмся. Эх, жаль, нет возможности изучить карту. Нужно найти место, где оранжевая зона стыкуется с зеленой. Потому что лезть в жёлтую, не опасаясь за свою жизнь, даже я не рискну.

– Ну, это дело простое. Можем расспросить Чингачгука, он точно должен знать такие места. Можем... – голос Виктора начал стремительно удаляться, словно между нами резко увеличилось расстояние. В затем навалился он. Шёпот.

Стремительно нарастающий шелест листвы, за считанные секунды превратившийся в шум ураганного ветра, напрочь отрезавшего от меня все остальные звуки. Я выругался, совершенно не услышав своего голоса. Чёрт, неужели началось?

Словно в подтверждение левое предплечье пронзило судорогой, словно меня ударило мощным разрядом тока. Боль на миг отрезвила меня, и я успел услышать свой голос, выкрикнувший:

– Виктор, приговься! Походу на... А-ахр!

Что-то твердое вклинилось между моими челюстями, и я краем сознания поблагодарил егеря. Молодец, успел. А затем шум окончательно поглотил меня, вырвав из привычного восприятия мира. Лишь боль, распространившаяся по всей нервной системе, удерживала меня в сознании. Шум и боль – два воина, схлестнувшиеся не на жизнь, а насмерть. Ради чего? Обладание моим телом? Разумом?

Мысли бешенным хороводом неслись в голове вместе с завывающим в ушах ураганом. Осознавать себя в таком состоянии было просто невозможно. Я, словно мошка, попавшая в речной водоворот, пытался противостоять какой-то невероятно мощной стихии, совершенно не понимая, как мне с ней бороться.

Угасающий разум цеплялся за боль, за обрывки размытых мыслей, за гул. Слух, единственный из органов чувств, продолжавший работать, был проводником шума в мозг, в кости, и ещё глубже, в саму суть того, что являлось мной. Казалось, скоро он поглотит меня окончательно, и растворит в себе.

Не знаю, как и какими, совершенно необъяснимыми величинами, но постепенно я начал выкарабкиваться из этого безумного водоворота. На голой воле и каком-то безумном желании таки вырывался из плена шумовой завесы, практически размазавшей меня в ничто. Боль, мой союзник, словно убедившись, что мне стало легче, тоже начала отступать. Вернулось осознание себя, как личности, шум отступил ещё больше, и я уже приготовился одним рывком вернуть себя в реальность, когда шёпот обрёл смысл.

– Не допустить прорыва! – зазвучал в голове механический голос. – Заблокировать! Держать периметр!

– Нарастить мощь! Уничтожить вражеских юнитов. – вторил ему такой же неживой голос. – Ограничить влияние! Устранить агентов влияния.

Два, три, четыре – эти голоса множились, переплетались, повторяя раз за разом какие-то команды на разных языках. Словно десятки сошедших с ума компьютеров транслируют в пространство установленные в них директивы.

Едва ко мне пришло понимание, что такое шум на самом деле, как наваждение вновь попыталось навалиться на меня, поработить, сломать сознание жалкой букашки. Поздно. В момент просветления я осознал происходящее, и теперь воспринимал шум не иначе, как сотни одновременно звучащих голосов. Мой мозг сам нашёл выход из сложившейся ситуации, выстроив ментальную стену невосприятия. Минута, может две, и органы чувств, до этого пошедшие в разнос, окончательно успокоились.

– Сука! – прохрипел я надорванным горлом, выплёвывая зажатый зубами кусок то ли кожи, то ли упругого пластика. Похоже я изрядно поорал за последнее время. Минуты, а может быть и часы. – Твою же в печень через селезёнку! Воды!

– Чё он там кукарекает? – раздался за спиной голос Виктора. Я только сейчас почувствовал, что меня крепко удерживают чем-то, похожим на ремни.

– Не знаю, может пить хочет? – передо мной появилось лицо Галины. – Ой, у него взгляд нормальный стал.

– Воды дай! – вновь потребовал я. – И верёвки ослабьте, а то дышать трудно.

– Грёбаные ёжики, командир!? Неужто оклемался? – растерянно прозвучало за спиной.

– Ты не кукарекай, а верёвки ослабь. – передразнил я егеря.

– Это Аудрэй, да. – к нашей занимательной беседе присоединился Сан. – Я больше не чувствую присутствие чёрного Даггара так близко. Приёмный сын победил. Молодец, сильный. У врага сегодня была неудачная охота.

– Мне кто-нибудь даст воды? – моё терпение было уже на исходе. Мало того, что связали, так ещё и всякую чушь несут, совершенно игнорируя мои слова. Неужели я буянил? По ощущениям, что мне пришлось только что испытать, скорее валялся хрипя от боли.

– Командир, ты это, извини. Уж больно тебя корёжило последние несколько часов, думали – переломаешься весь. Галина, да хватит возиться, вот она, эта бутылка! Потом развяжешь.

– Большая ночь закончилась? – спросил я, после того, как сделал десяток маленьких глотков.

– Ещё два часа ждать. – устало произнёс егерь. – Сан, ты же говорил, что командира будет трясти до самого конца, а он вот, уже очухался.

– Странно это. – отозвался абориген. – Наверное Аудрэй сильный. Очень сильный, если Чёрный Даггар сдался.

– Трах тебе в док! – прозвучал рыкающий голос Дракота. Питомец, приблизившись нетвёрдой походкой, ткнулся мордой в мою грудь. – Ж-жив!

– Живой, но второй раз я подобную пытку если и выдержу, то кукухой точно тронусь.

– Я помогал тебе. – прозвучало у меня в голове. – Знаю, что тебе пришлось испытать. Ты сильный, как золотой брат, только они могут сопротивляться шёпоту врага. Эмао рада, что Чёрный Даггар потерпел поражение.

А уж я то как рад – пронеслось в моей голове. И не потому, что я справился с шумом, оставшись самим собой. Моя радость заключалась в другом. Те несколько минут, во время которых я внятно различал голоса, дали мне столько информации о зоне А-один, сколько я не получил за всё время, пока нахожусь здесь. Правда теперь к моим знаниям добавился груз ответственности.

Пока на уровне домыслов, но я начал понимать, что представляет собой аномалия, кто такие Эмао, Чёрный Даггар, и какую функцию выполняет последний. Говорить об этом с кем-либо, и тем более делиться полученными знаниями? Ни за что. Слишком опасно делиться подобным. Даже с самыми близкими. Разве что Дракот может прочесть мои мысли...

– Командир, о чём задумался? – спросила Галина, усаживаясь рядом.

– О тщетности бытия, Галя. О тщетности бытия. – тихо произнёс я.

Временный лагерь Приёмных детей. Красная зона.

– Саян, ты уверен, что эта дама случайно попала в лапы нашего героя? – старший с прищуром смотрел на спящую вольную.

– Команир, ты хочешь сказать, что её разыграли в тёмную? Слишком сложно. Что она, что наш, как ты выразился, герой – оба могли погибнуть много раз. Здоровая паранойя ещё никому не повредила, но в данном случае неуместна.

– Пилот, обладающий мутацией золотого ранга, ты серьёзно веришь в это? Сколько за последние сто лет убили высших мутантов? Тысячу? Две? И какой процент из убитых на счету у простых заключённых? Десятка четыре, не больше. А теперь посчитай, какова вероятность, что корпы упустили такого пилота? Впрочем, можешь не напрягаться, я тебе и так скажу – ноль целых, хрен десятых.

– Так что, в расход эту кралю? – спросил боец, до этого молча сидевший на рюкзаке, прислонившись спиной к дереву. – Координаты посадки я узнал, пароли тоже. У нас даже соответствующая шприц-капсула есть, для достоверности.

– Вот ей эту капсулу и вколем. – продолжая хмуриться, проворчал командир приёмных. – Анвар, никого устранять не надо. Начинай потихоньку воздействовать на разум вольной. Нам пригодится послушная девочка. Возможно даже более послушная, чем наш герой.

Глава 36 Идёт охота на мутов, идет охота!

– Ну наконец-то! – произнёс Виктор, выбираясь из шатра следом за Саном. – Я думал, у меня голова лопнет, как та пластиковая фляга с бражкой.

– Во, вовремя напомнил. – ухватился я за слова егеря. – Когда сделаешь ту самую бормотуху, от которой искин вырубается?

– Командир, так нет поблизости таких деревьев. Я кое-что попробую, конечно, приглядел один похожий кустарник, но ничего не обещаю.

– Аудрэй, сейчас самое время идти на охоту. – прервал нашу беседу краснокожий. – оранжевая зона в двух часах ходьбы, успеем добраться до того, как все мутанты пробудятся.

– Виктор, вы с Галей остаётесь за главных, а мы втроём прогуляемся. Надо Драка немного прокачать, да и себя испытаю. Одну-две зверушки завалим, если повезёт, и вернёмся.

– Ну, это, не пуха вам, что-ли. – немного растерявшись, произнёс егерь.

– К чёрту. – махнул я рукой. – Драк, выползай давай, я знаю, что ты уже в норме.

– Трах тебе в док! – раздался из шатра недовольный голос питомца, а через пару секунд и он сам выбрался наружу.

– Ну, все готовы, можно выдвигаться. – произнёс я, поправляя лямки рюкзака. – Виктор, трофейный игломёт я оставляю, пусть его Галя осваивает. Чужаков встречайте, хм, не особо дружественно. Пожелают пополнить блокатор, или получить мутацию – пропустите к сфоттеру, если надо, окажите первую медицинскую помощь. Ах, да, новичкам разрешите остаться на территории, на восемь часов, потом устанавливайте ценник, голубая капсула за сутки в лагере. В остальных случаях шлите заключённых и вольных куда подальше, здесь до базы корпов совсем недалеко.

– Жёстко, но я согласен. – согласился земляк с моими правилами. – Нечего плодить нахлебников и лентяев.

– Командир, удачи! – Галина помахала мне с насеста рукой. – Не задерживайтесь!

– Да уж постараемся. – усмехнулся я.

***

Голубую и зелёную зоны мы преодолели без происшествий. Ни одной твари не попалось на тропе, все мутанты только начали отходить от большой ночи, и не спешили выбираться из своих нор.

Затем был небольшой перешеек из жёлтой зоны, который мы проскочили за несколько минут, по дороге прикончив одного подслеповатого броненосца – точно такого же, что не так давно преследовал одного глупого новичка. Возможно даже он ещё числился неизвестным мутантом, что весьма радовало. Подняла настроение и лёгкость, с которой я прикончил зверя. Никакой беготни, из мутаций пригодилась лишь пассивка – две короткие очереди, и мут, при виде которого я в другое время мог и растеряться, зарылся своим рылом в землю, замерев в полутора метрах.

– Шиц, что скажешь про мутанта?

– Броневур. Жёлтый ранг, сухопутный. Из имеющихся способностей – особо прочная шкура, повышенная выносливость.

– Эх, жаль, не прокатило, икс десять не получу. Далеко ещё до оранжевой зоны? – спросил, а сам в это время прижал ладонь к глазнице мутанта и произнёс: – Забор мутагена.

– Двести семьдесят метров. – ответил искин. – Начнётся сразу за лесополосой.

– Вы, пришлые, странные. – произнёс краснокожий, наблюдавший за моими действиями. – Зачем брать сосредоточие жизни младшего зверя, и убивать его? Ведь можно узнать, чем он питается, и добыть то же самое сосредоточие из растений, деревьев, не лишая их жизни.

– Сан, ты спрашиваешь у меня? Да я понятия не имею, почему корпорация сосредоточилась именно на мутантах, совершенно проигнорировав флору. А, чего я тебе объясняю. Не знаю я, и всё тут. Лучше скажи, много тварей в оранжевой зоне?

– В этой мало, десятка три. – ответил абориген.

– Ты говорил, что здесь обитают только три вида. Их равное количество?

– Не знаю. Рождаются детёныши, старые погибают.

– Что ж, будем надеяться, что эти твари действительно социально не активные. Драк, ты не устал переставлять свои короткие ножки?

– Я дойду. – угрюмо прозвучало в моей голове. Ещё бы, зверь надеялся, что его понесут. Наивный.

Я думал, что деревья, разделяющие зоны, станут неким буфером,в котором можно спокойно осмотреться. Так же считал и Сан, но мы оба сильно ошиблись. Едва наша группа очутилась между оранжевой и жёлтой листвой, как на нас, не разбирая дороги, вынесся настоящий слон. Яркого морковного цвета, он, словно локомотив, проломился сквозь лес, и ринулся на того, кого посчитал самой крупной мишенью – на меня.

– Трах тебе в док! – рявкнул я, глядя в налитые бешенством глазки зверя. Скомандовал скорее от растерянности, наводя ствол болтера в покатый лоб мута. И тут же, осознавая, что не успею отпрыгнуть в сторону, добавил: – Стой, сука!

Уж не знаю, что сработало – усиление, мой командный тон, или несусветная наглость букашки, посмевшей командовать, но зверь попытался затормозить. Его передние ноги-тумбы тут же подкосились, и огромная туша, как в замедленной съёмке, начала наплывать на меня, опускаясь при этом всё ниже и ниже.

Вот колени коснулись земли, а следом и толстая шея впечаталась в жёлтую листву, устилающую поверхность толстым слоем. Здоровенные бивни двумя лемехами* взрыли почву, а затем и хобот звучно хлопнул по земле. И всё равно туша мутанта продолжала двигаться вперёд, стремительно наползая на меня.

Выбрав единственно верное решение, я рванул вперёд, намереваясь взбежать на тушу такого неуклюжего мутанта, как на гору. И у меня, чёрт возьми, это получилось! Ну, почти.

Шаг, второй, прыжок – и я приземляюсь на толстый хобот, которому обзавидовались бы все земные слоны. Словно по узкой тропинке, я сделал несколько быстрых шагов вперёд, едва успевая переставлять ноги, уже почти взбежал на покатый лоб мутанта, когда тот дёрнулся. Громкий то ли хруст, то ли треск откуда-то снизу, и ставшее таким тягучим, почти резиновым, время понеслось с ускорением.

– Р‐ру-ух! – взвыл подо мной оранжевый слоняра, взметнув голову вверх. – Р-ру-ух!

Меня подбросило вверх на добрые два, а то и все три метра. Перед глазами пронёсся калейдоскоп жёлтого, оранжевого и серого, а затем я стремительно понесся вниз. Извернувшись в полёте, словно кошка, я приземлился аккурат на шею мутанту. Значительно повышенная реакция и крепкий, усиленный бронекомбез помогли обойтись без травм, и даже успеть ухватиться за клок шерсти, торчавшей на макушке мута, словно чуб.

Это, похоже, окончательно взбесило слоняру. Истошно затрубив, он, невероятным образом поднявшись на ноги, рванул вперёд, то и дело оглашая округу, словно корабельная сирена. Я же, мертвой хваткой вцепившись в чуб, полностью сосредоточился на двух вещах – как бы мне не улететь под ноги этому слонопотаму, и не выронить болтер.

Ожидание, что мутант вырвется из леса на открытое пространство, где можно будет попытаться спрыгнуть с него, не оправдало себя. Слоняра, словно решив собрать все деревья в округе, нёсся точно по лесополосе. Если бы не высоко задранный хобот, меня давно бы уже сорвало какой-нибудь толстой ветвью.

Наконец зверю надоело ломать деревья, и он свернул в сторону. Свернул в оранжевую, мать его, локацию. И нет, тварь не остановилась, вырвавшись из леса. Наоборот, слоняра набрал крейсерскую скорость, и, продолжая истошно вопить, рванул по кругу. Большому такому, километров в десять.

– Остановись! – заорал я, поражаясь своей наглости. Ясно же, что если моё усиление и сработало, то оно давно уже слетело. Хм, а вот и причина рёва и непослушания обнаружена – у слоняры один из бивней отсутствует. Походу это он так громко хрустнул перед моим полетом и столь удачным приземлением. Ну, теперь остаётся только скакать, надеясь, что меня не сбросят вниз, и ждать, когда зверюга выдохнется.

Увы, такой хитрый план развалился через десяток секунд. На рёв моего оранжевого скакуна ответили. Я ещё обрадовался вначале, что вот, сейчас мутант услышит своих сородичей, и замедлится. Тут то я его и...

– Мать моя женщина! – вырвалось у меня, когда по правую руку боковым зрением я засёк ещё двух слонов, с явным ускорением бегущих нам на перерез. Сука! Эта оранжевая тварь позвала подмогу!

– Ур‐ру-у! – затрубил мой нечаяный транспорт, завидев собратьев

– Р-ру-у! – отозвались слоняры, задрав оранжевые хоботы.

– Р‐ру-ух! – протрубил мут, словно подтверждая – да, спасайте кто может. Я даже уловил нотки радости в его рёве.

Странным было то, что мой скакун не замедлился, хотя должен был. Лишь сменил траекторию движения, словно собрался подрезать своих сородичей. Ты смотри, какой затейник, братьев подтянул, чтобы справиться с наглым мной!

То, что дело плохо, мне стало ясно почти сразу. Даже если другие слоняры бегут не на выручку, а поживиться свежим мясом своего собрата, что весьма вряд-ли, мне при любом раскладе будет плохо. Ну уж нет!

Дождавшись, когда преследователи окажутся совсем близко, я на полном скаку попытался попасть в ближайшего мутанта. Увы, стрелял практически вслепую, и потому все пять болтов ушли мимо. Правда свою пользу они всё же принесли – хобот преследовавшего нас мутанта, вместо того чтобы отвесить мне подзатыльник, прогудел над моей головой.

– Э, мы так не договаривались! – выкрикнул я, и попытался выстрелить ещё раз, но в этот момент мой ездовой слон дернулся в сторону, сбив мне прицеливание. У, сука!

От второго удара хоботярой я физически не мог пригнуться, так как он наносился сверху вниз, с целью прихлопнуть одного въедливого меня. Поэтому поступил единственно возможным способом – ухватившись покрепче за чуб, я бросил своё тело в левую сторону, изображая лихого наездника. Хобот мутанта, вместо меня любимого, от души приголубил моего скакуна.

– Мох-х-о-о!!! – истошно, даже не взревел, завизжал оранжевый слон, и мгновенно ускорился, одновременно сменив направление движения. В моём ошалевшем мозгу тут же зародились смутные подозрения, относительно чуба на макушке мутанта. Дабы проверить свои домыслы, я изловчился, и, при очередном подскоке зверя, оттолкнулся от его туши, и рывком забросил себя на спину. При этом пучок столь крепких волос, за которые я держался, потянул в правую сторону.

– Йо‐о-о! – вновь взвыл мутант, и тут же поменял направление. Да твою же проплешину, я ж могу управлять этой зверюгой! Ну, слонята, держитесь!

Пока заворачивал своего скакуна, успел осмотреться, и был весьма удивлён, заметив оранжевую тушу, валяющуюся в нескольких сотнях метров позади. А вместе с ней аж семерых слонов, целеустремлённо пытающихся взять нас в полукольцо.

– Хрен вы угадали, ушастые, сейчас я вас научу родину любить! – выкрикнул я, направляя своего мута на крайнего противника. Сдавил покрепче чуб скакуна, чтобы не свалиться, и заорал: – Ур-ра-а!

– Йо‐о-о! – тут же подхватил слоняра, и ускорился. Чёрт, да мы, похоже, отлично понимаем друг друга!

Так, теперь главное – это счёт. По два болта на одного мутанта, не больше.

– Кэп, Сан пытается привлечь твоё внимание. – совершенно не вовремя прозвучал в голове голос искина. Я от неожиданности чуть не разжал руку.

– Заткнись! – отдал приказ, и, наведя оружие на стремительно приближающегося противника, произнес слово-активатор: – Амбал!

Хватка в разы стала крепче, от чего мутант подо мной совсем уж тонко взвизгнул, и ещё немного ускорился.

– Бум-бум! – дважды хлопнул болтер, и я увидел, как деформируется лобная кость у мутанта, выбранного мной первой мишенью. Я тут же подкорректировал направление движения, и через несколько секунд очутился возле второй мишени. Пятнадцать метров, десять: – Бум-бум!

Остальные мутанты, поначалу обрадовавшиеся, что за мной не придется гоняться, почуяли подвох, но с их тушами это мало что изменило. Я успел пристрелить ещё двух зверей, прежде чем остальные смогли замедлиться, затем развернуться и рвануть прочь, в направлении границы оранжевой зоны. Какие молодцы. Я стиснул чуб изо всей силы, и мой скакун, заголосив на высокой ноте, ринулся в погоню.

Мне удалось прикончить ещё одного мутанта, прежде чем мы добрались до лесополосы. Нам до деревьев оставалось всего два десятка метров, когда оставшаяся парочка, проявив чудеса маневренности, свернула в противоположные стороны. Мы такими финтами не владели, и на полной скорости забурились в лес. Причём в этот раз меня не прекрывал хобот.

Понимая, что всё – приехали, я всё же решился отпустить чуб, на последок всадив в затылок слоняры пару болтов. Почти тут же мне поперёк груди ударила довольно толстая ветвь, выбив из седла мою тушку, а так же весь запас воздуха из лёгких. Благодаря усилению, я не только остался в сознании, но таки умудрился ухватиться за ветку рукой, и тем самым значительно замедлил своё падение

Треск ломаемых веток, предсмертный рёв мутанта, мои приглушённые маты – всё это смешалось с безумным мельтешением оранжевой листвы. А затем я, как тот мешок с (хм) картошкой, грохнулся на подушку из листьев.

– Х-хы! – вырвалось изо рта вместо заготовленной по такому случаю матерной конструкции. От удара из груди выбило последний воздух. Тужась всосать в отбитые легкие порцию кислорода, я словно сквозь вату слышал слова искина:

– Кэп, диагностика серьезных повреждений тела не выявила Ввожу стимуляторы. Ввожу обезболивающее.

– Чтобы я ещё раз оседлал слона! Бешеная животина! – просипел я, чувствуя, как по телу разливается жар от вакцин. – Эй, зверюга!

Мой скакун, дергая задними ногами, валялся на боку, метрах в десяти от меня. Чуть ближе я увидел свою винтовку, совершенно не поврежденную. Поднёс к лицу обе своих руки, и охнул.

– Шиц, что у меня с протезом?

– Я говорил, Кэп, но ты меня не услышал. Как только ты ухватил зверя за половые рецепторы, протез изменился. Иначе и быть не могло, ведь половые рецепторы смертельно опасны для заключённых.

– Да я сам вижу, что он изме... – тут до меня дошло. – Половые что?!

– Половые рецепторы. С их помощью мамон, мутанг ранга Дзерг, оранжевого, производит слияние с самкой, с целью зачатия потомства.

– Это что же получается, я всё это время держал зверушку за... Никому об этом не рассказывай, понял?! Вот черт, а я то думал, чего это слоник верещит так жалобно, а оно вот как, значит. С рукой то мне что делать?

– Не знаю, Кэп. Возможно она скоро вновь станет нормальной.

– Надеюсь. – произнёс я, рассматривая свою левую кисть, которая приобрела серо-металлический оттенок. В этот момент мой скакун издал хрип и перестал дёргаться. Всё, отмучилась бедная скотинка.

– Драк, ты где? – мысленно произнёс я, попытавшись дотянуться до питомца.

– Скоро буду, друг. – тут же пришёл ответ. Хм, ну ладно. Быстро перезарядив болтер, я обошёл тушу мамона, и прижал правую ладонь к остекленевшему глазу.

– Забор мутагена.

Секунда ожидания, вторая,, третья, тихий щелчок. Ну вот, четыре капсулы с оранжевой мутью у меня есть. И ещё шесть тел разбросаны по полю. Интересно, на шум, что я поднял, подтянуться другие мутанты, или наоборот, решат свалить подальше?

– Аудрэй, ты в порядке? – с поля, по оставленной мутом просеке ко мне шли Сан, и семенящий за ним Дракот.

– Да, цел и невредим, если не считать пострадавшего самолюбия.

– Ты сумасшедший, Аудрэй! – сообщил мне воин, приблизившись. – Даже я, красный охотник, не отважился бы оседлать хобо-хобо в брачный период. А то, что ты держался всего одной рукой, да ещё и за кута-лука – про такое нужно рассказывать истории за вечерним костром. Я непременно должен поведать это другим охотникам, чтобы все славили подвиг приёмного сына.

– Эй, не надо подобных историй! – возмутился я. – Не хватало ещё, чтобы... Чёрт, это даже не смешно. Пойду лучше муть соберу, чем думать о подвигах. Ишь ты, прославить меня захотел.

***

Назад возвращались с наскоро сделанными носилками, на которых несли Дракота. Чёрный мутант, отведав мяса оранжевого мамона, слишком быстро начал клевать носом, и, пока я собирал мутаген, уснул.

– Сан, почему мы не почувствовали младшего зверя? – спросил я, шагая позади краснокожего.

– Способность у него такая. Замирает на месте и ждёт, когда добыча окажется слишком близко. – ответил абориген, перехватывая рукояти носилок поудобнее. – И ещё одна способность – удар молнии. Любое живое существо, коснувшееся хобо-хобо, бьёт молнией.

– Спасибо за пояснения. – поблагодарил я краснокожего, непроизвольно бросив взгляд на по прежнему серо-стальную левую кисть. Это что же получается, меня таки шарахнуло током, да только псевдомеханический протез забрал всю энергию разряда себе? Интересно, интересно...

Глава 37 Нет покоя под серым небом

– С возвращением! – обрадовалась Галина, завидев нас с краснокожим, идущих по тропе. И тут же изменилась в лице, разглядев, кто лежит на носилках. – Что с Драком? Он ранен?

– Спит он, собака сутулая. – ответил я. – Нажрался и спит. И вообще, боец, где доклад?

– К нам два заключенных приходили! – не по уставу тут же ответила девушка. – С оранжевыми полосками. Спросили, где новая база корпорации, а когда Виктор показал им направление, пополнили блокатор, и ушли. Да, один ко мне подкатить пытался, пришлось ему в брюхо игломётом ткнуть, чтобы отстал.

– Так, стоп. Два заключённых, с мутацией оранжевого ранга. А другие полосы у них были на наруче?

– Да, у одного две голубых, у другого синяя и зелёная.

– Серьёзные противники. – произнес я, а сам тут же стал прокручивать варианты. Эта парочка здесь побывала не случайно, а явно вынюхивала обстановку на границе обжитых земель, или ещё хуже – искала Ягду.

– Командир, ты вовремя! – Виктор помахал мне рукой с насеста. – Галина уже рассказала о наших новых проблемах?

– Тоже догадался, что за гости нас посетили?

– Да у них такие рожи были, только дурак бы не догадался, с какой целью они тут шляются. Пришли почти со стороны базы, и не знают, где она расположена? Да я реально подумывал пристрелить обоих, но решил всё же тебя дождаться. Спрашивали, не видел ли чего странного

– В следующий раз стреляй, не спрашивая моего разрешения. Какая экипировка на них была?

– Четвёртый класс брони, по два игломёта, у одного винтовка. Упакованы хорошо, явно бывалые рейдеры.

– Сколько часов прошло? – я уже начал прикидывать, как решить новую проблему. Виктора опередил Сан, ответив сразу на несколько вопросов:

– Мы нагоним их через шесть ваших часов. Выходить нужно прямо сейчас.

– Никуда не пойдём. – произнёс я, понимая, что отправляться в погоню глупо. Эта парочка явно не одни, и можно легко нарваться на серьёзную засаду. – Нам куда проще подготовиться к встрече. Кстати, Виктор, ты когда-нибудь ел слоновий хобот?

– Эм... Это шутка такая? – уточнил егерь. – Или хобот, это аллегория, и...

– Тьфу на тебя, я про настоящий слоновий хобот говорю. Мы тут поголовье оранжевых слоников немного сократили, и взяли с собой вырезку.

– Командир, ты покажи мне ту траву, которой вы наелись, может я из неё настойку сделаю. – в голосе земляка звучала отеческая забота. – А розовых слонов там не было?

– Запроси у своего искина внешний вид мамона, шутник. – я даже не собирался злиться, а представив, какая у егеря будет реакция, когда он услышит историю моей охоты, непроизвольно всхрюкнул, сдерживая смех. Чёрт, а ведь я так и не убедил Сана молчать про моё родео.

– Так что, значит никуда не идём, крепим оборону? – прервал мои размышления Виктор.

– А смысл? Нет, бдительность придется усилить, и насест перенести. – озвучил я свои мысли. – Позже сделаем два новых. В принципе, к нам только со стороны реки можно подобраться близко, оставаясь незамеченным.

– Мало нас. Ещё бы четыре толковых бойца, тогда можно будет дежурство полноценное наладить.

Через несколько минут егерь, подменённый Галиной, спустился вниз, вызвавшись самолично приготовить мясо так, что мы пальчики оближем. Мелкая, свесив с насеста голову, пообещала, что если он солгал, она его больше не допустит к приготовлению мяса.

– Командир, что у тебя с рукой? – спросил Виктор, указывая на мою странного цвета руку.

– Если честно, то сам задаюсь этим вопросом. – я сжал и разжал кулак, по прежнему отливающий металлом. – Слушай, а давай проверим.

Приблизившись к одному из деревьев, я направил на него левую руку, касаясь кончиками пальцев коры. Совершенно неожиданно по кисти пробежал оранжевый разряд электричества, а я почувствовал щекотку. Твою же мать!

– Хащ!

Сформировавшийся клинок вошёл в древесину на всю доступную длину, а затем я ощутил, как по его лезвию скользнула энергия.

– Ба-бах!

Шарахнуло так, что меня отбросило назад на несколько метров. Хорошенько приложившись спиной о землю, я ошалело заозирался, пытаясь проморгаться от ослепившей вспышки. Попытался подняться, но тут в голове прозвучал голос искина:

– Кэп, нейросеть зафиксировала новый параметр псевдо-механического протеза – заряд. Текущий процент заряда составляет двадцать восемь процентов. Только что...

Треск, а затем удар упавшего дерева заставил прерваться искина. Ещё бы, ствол приземлился в метре от меня. Я разом обрёл и контроль над телом, и подвижность, благодаря чему перекатился на живот и вскочил на ноги.

– Командир! – ко мне подскочил Виктор. – Я уж было решил, что тебя оглушило. Как себя чувствуешь? И вообще, что это, мать его было?

– Сейчас разберёмся. – ответил я, отряхивая бронекомбез от листвы. – Шиц, сколько процентов энергии ушло на удар, удалось зафиксировать?

– Приблизительно, Кэп. От двадцати пяти до сорока пяти процентов. Нейросеть контролирует протез уже на восемьдесят процентов, а не на шестьдесят, как раньше. Думаю, повторное использование энергии позволит полностью взять псевдомеханизм под контроль.

– И как ты представляешь себе это использование? – возмутился я. – Активация второго усиления? Даёшь гарантии, что я не пострадаю при этом?

– Удар нужно будет нанести по воздуху, чтобы сопротивление окружающей среды было минимальным.

– Ну, давай попробуем. – согласился я, и повернулся к Виктору: – Ну-ка отойди подальше, не хочу, чтобы тебя зацепило. Метров на тридцать.

Дождавшись, когда останусь один, я встал посередине тропы, и вновь выставив перед собой руку, скомандовал:

– Лупень!

Ну, протез и влупил. Ветвящейся молнией, метра три, а то и все четыре длинной. Причем жахнуло так, что у меня уши заложило, словно рядом со мной прозвучали раскаты грома. Проморгавшись от яркой вспышки, поднёс левую руку к глазам. Хм, металлический шар выглядит обычно, без изменений. Придётся дожидаться, когда одно из усилений уйдёт в откат.

– Шиц, доклад.

– Нейросеть контролирует протез на девяносто процентов. Запас энергии составляет три процента. Зафиксировано новое усиление – энергетический заряд. При стопроцентном заполнении энергией протез способен четыре раза активировать заряд. По предварительным данным, такое усиление протеза способно повредить бронескаф бойца корпорации.

– Стоп! Ну-ка, помедленнее, и в подробностях. Что значит, повредить?

– Заряд энергии способен пробить защитный контур бронескафа и выжечь всю электронику, превратив высокотехнологичную броню в обычный доспех, без работающих экзоскелета и прочих усилителей.

– Ты хочешь сказать, что я могу без оружия справиться с бойцом корпорации?

– Если повезёт, то с четырьмя. Только при условии, что одно из двух имеющихся у протеза боевых способностей будет в активном состоянии. Да, без энергии способность не сработает.

– А энергию можно добыть... Чёрт! – я вспомнил, как добыл эту самую энергию. Нужно коснуться оранжевого мамона, чтобы он при этом ударил меня своим энергетическим усилением. Нет уж, спасибо. Весьма ненадёжный и предельно опасный способ. – Шиц, ну-ка, выдай мне список всех мутантов, усиления которых вырабатывают энергию, подобную электрической.

– Кэп, сначала выбери ключ-слово для активации заряда. – отозвался искин. – Иначе активация энергетического удара будет происходить автоматически, вместе с любым из двух других усилений протеза.

– Зевс. – произнёс я, даже не раздумывая.

– Зафиксировано. – подтвердил искуственный интеллект. – Кэп, я изучил базу данных, и нашёл только трёх мутантов, способных накапливать энергию, а затем наносить ей удар. Мамон, жёлтый ранг, уже известен тебе. Искра, синий ранг, сухопутный мутант, усиление – атакует жертву разрядом электричества. Плевун, голубой ранг, сухопутный мутант, усиление – атака жалом, расположенным на конце хвоста. При соприкосновении с жертвой пропускает через жало сильный энергетический импульс.

– И всё? Всего три? – удивился я. – Сколько разновидностей мутантов существует?

– Одиннадцать тысяч четыреста восемь известных видов. Это только чистые, не облучённые черной звездой мутанты.

– Твою то в симфонический оркестр! Это ж что получается, четыре сотых процента? Вот это повезло, так повезло. Идиот, так бездарно слить всю накопленную энергию. – я посмотрел на протез, вернувший себе прежний облик. Ну, хоть здесь всё хорошо. – Ладно, у корпов должны быть источники энергии, или попробую одну из батарей для бронекомбеза вскрыть.

– Командир, там наши недавние гости возвращаются. – звонкий голос Галины отвлёк от размышлений. – Правда их больше, аж четверо.

– Началось. – глухо произнёс Виктор, снимая с плеча винтовку. – Командир, какие планы?

– Драка закрываем в палатке, Сан пусть укроется где-нибудь поблизости, он это умеет делать. Ты – приготовься встречать, а я пойду, посмотрю, кто к нам пожаловал. Эх, не было печали...

Отправив Галину в шатёр, под защиту его довольно прочных стен, сам взобрался на старый насест, и приступил к изучению вероятного противника. И, чтоб мне пусто было, тут же узнал одного из четвёрки. Вольный, из той компашки на базе корпорации. Хромая на одну ногу, этот недобиток медленно ковылял позади своих товарищей, и в группе был явно на вторых, а то и третьих ролях. Да твою же хреновину! Вот чего ему не сиделось где-нибудь в лазарете корпов?

– Вот она, твоя доброта, Андрей. – произнёс я, продолжая отслеживать нежеланных гостей, и одновременно прокручивая в голове способы, как решить новую проблему. – Меряешь жизнь своими устаревшими принципами и вдолбленными в подкорку законами. А здесь надо просто убивать, не задумываясь. За косой взгляд, за одно подозрение в нехорошем. Впрочем, ещё не поздно всё исправить.

Устроившись поудобнее, я стал выжидать. Сколько этим ничего не подозревающим покойничкам осталось прошагать до лесополосы? Сотню метров? Отлично. Жаль, что винтовка однозарядная. Ничего, главное – вон того худого положить, с красной полоской на наруче, от него можно ожидать неприятностей. Моему знакомому даже ранения будет достаточно, чтобы он прилёг отдохнуть. А остальных мы не упустим.

– Виктор, Сан, ко мне! – произнес я, будучи уверенным – наш егерь сейчас во все уши слушает округу, с помощью своего усиления.

– Что случилось, командир? – поинтересовался земляк, быстро добравшись до меня от своей позиции. Сан вообще находился поблизости, только собираясь укрыться в подлеске, а потому не отстал от Виктора.

– Встречаем гостей по жёсткому варианту. Твоя задача – свалить бойца с красной мутацией. Я тоже его первым на прицел возьму. Дальше валим ту парочку, что сюда приходила, твой слева. Последнего берём живым. Всё, работай. Сан, я знаю, ты чувствуешь опасность. Сообщи мне если тебе что-то покажется. Не верю я, что их всего четверо.

– Я услышал тебя, Аудрэй. – ответил краснокожий, и почти сразу же двинулся в сторону от нашего лагеря, растворившись среди деревьев. И вот как он, со своей красной, хм, физиономией, так ловко теряется среди листвы? Так, некогда отвлекаться, противник приблизился достаточно, чтобы начать действовать.

Вновь припав к прицелу, я навёл оружие на самого опасного из четвёрки, и уже собрался стрелять, когда цель исчезла. Просто взяла и, мать её, растворилась в пространстве! Не раздумывая, нажал на спусковой крючок. Выстрел. Тут же перезарядка, и снова выстрел, уже по следующему. В это же время винтовка Виктора зашелестела, выпуская целые очереди. Да твою же мать, неужели вольный может двигаться под мимикрией?

Один из противников опрокинулся на спину – мой второй выстрел попал ему точно в левую часть груди, а вот старый знакомый грохнулся на землю сам, прикинувшись валенком. Молодец, ты нам живым нужен.

Второй вольный с оранжевой мутацией, вместо того, чтобы сложиться от очереди Виктора, взревел раненым зверем, и ринулся вперёд, но егерь дал вторую очередь, и противник, осыпая нас ругательствами, полетел головой вперед. Похоже земляк, видя, что спицы не пробивают защиту врага, отработал по ногам. И это сработало.

– Виктор, отступай к шатру! – крикнул я, и, уже спускаясь с насеста, произнёс ключ-активатор: – Бандерлоги!

– Енот! – раздался выкрик егеря, это он активировал одно из своих усилений. И тут же ещё один возглас: – А, сука! Я ранен!

Да твою повдоль и поперёк! Что ж там за перец такой попался, что может так далеко перемещаться, оставаясь под мимикрией? Главное, чтобы не стал добивать Виктора. По идее противнику сейчас нужно спешить, пока действует его мимикрия. А значит у земляка есть шансы. Чёрт, это ж надо так встрять на ровном месте! А ведь я должен был учесть эти чертовы усиления!

– Амбал! – отдал я ещё одну команду, уже очутившись на земле. И тут же мне в правое плечо прилетела очередь из нескольких спиц. От попадания меня аж развернуло. Броня не выдержала, но превратившаяся в камень кожа сдержала снаряды. Опять как ёж буду выглядеть – пронеслось в мозгу отстраненно. А потом пришло понимание, что меня не хотели убить, только ранить. Сука, да он меня решил живьём взять? Ну так мы тоже полны сюрпризов!

Стрелять начал от левого бедра, длинной очередью. Перечеркнул всё пространство перед собой, и таки попал в невидимку. Тот разом выпал из невидимости и тут же ответил, разрядив остатки магазина мне в грудь. Это он зря такой самоуверенный – мне хоть и неприятно, но усиления работают как надо. К тому же в моем активе есть аргумент!

– Тух, тух! – два болта пробили вольному бедро и правый бок. Противник охнул, сложился пополам и завалился в траву. Не церемонясь, добавил ещё пару болтов – в грудь и голову. Всё, готов.

– Виктор, ты живой?! – попытался я крикнуть, и только сейчас понял, что мне трудно дышать. Сука, всё же пробил железную кожу? Или что-то другое?

– Кэп, в крови обнаружен неизвестный препарат. Ввожу антидот, но не уверен, что он полностью нейтрализует... – голос искина резко оборвался, и меня бросило в черноту.

***

– Да я не знаю, как снимать этот шлем! Рука, у него левая рука без перчатки же! – голос Галины.

– Придётся резать. – это уже голос Сана. Я пытаюсь ответить, что я против того, чтобы меня резали, но губы не слушаются.

– Кэп, я деактивирую шлем. – словно издалека произносит искин. Секундой позже лица касается прохлада свежего воздуха. Пытаюсь вдохнуть его полной грудью, но в этот момент вновь накатывает темнота.

Следующий раз прихожу в себя от жара, распространяющегося из желудка. Он стремительно растекается по телу, возвращая чувствительность. Пытаюсь подняться, но мне что-то или кто-то давит на грудь.

– Лежи, приёмный, сок коавы только начал действовать. – раздается надо мной голос краснокожего. – Он выведет яд, и ты вернёшь подвижность.

Вновь накатывает тьма, но уже спасительная.

***

В себя приходил медленно, словно пытался проснуться, но этому мешало принятое накануне снотворное. И всё же мне не только удалось осознать себя бодрствующим, но и открыть глаза. Осмотрелся – лежу в шатре. Справа, в метре от меня, находится Виктор. Он в одном нижнем белье, как, впрочем, и я. Правое плечо у егеря залито кровоостанавливающим гелем, грудь вздымается от ровного глубокого дыхания. Живой.

Слева тот самый вольный, которого я не добил на базе корпов. Взгляд у него испуганный, глазки так и мечутся. Во рту кляп.

– Шиц, ты меня слышишь? – шёпотом произнёс я. В ответ тишина. Зато пленный тут же закрутился, начал мычать, всячески показывая, что он в ужасе.

– Да заткнись ты, ушлепок. – проворчал я, и осторожно ощупал свои грудь и плечо. Так, ран вроде нет, разве что парочка мелких болячек. – Шиц, какого хрена молчишь?

– Кэп, я провожу диагностику организма. Похоже токсин, парализовавший тебя, полностью выведен из тела. – сообщил искин. – Зато обнаружены следы мощного сорбента неизвестного происхождения.

– Это Сан постарался, больше некому. – я приподнялся на локтях, повернулся к пленному. – Эй, страдалец, чем твои дружки смазали спицы?

– М-мм! Мо-о! – вольный отшатнулся от меня, вытаращив свои глаза, переполненные страхом.

– Да чего ты верещишь. – я сел, ощущая в полной мере, насколько у меня затекли мышцы. Похоже давненько мы тут лежим.

– Друг! Очнулся! – неожиданно громко прозвучало у меня в голове, заставив вздрогнуть. А через мгновение в палатку залетел черный вихрь. Мигом очутившись возле меня, он свалил меня обратно, и принялся вылизывать, при этом периодически приговаривая: – Аудрэй! Трах тебе в док! Живой!

– Эй, животина, а ну оставь командира в покое! – произнёс Виктор, очнувшийся от шума.

– Драк, ты же меня покалечишь! – я уперся руками в грудь питомца. – Хватит уже!

– Дракот радуется! – ответил мутант, но все же прекратил свои телячьи нежности. Чёрт, а ведь эта зверюга знатно подросла. Сейчас чёрный больше похож на крылатую, знатно отожравшуюся протеинами пантеру-переростка. Килограмм под девяносто зверюга весит, под черной кожей перекатываются тугие мускулы, а клыкам позавидует любой хищник. Пожалуй безоружным с этой машиной для убийств ни один человек не справиться, даже в бронескафе!

– Я смотрю, ты поправился. Появились новые способности, или умения?

– Ещё не получается слышать мысли перворожденного, и твои, если ты запретишь. – мутант перешёл на мыслесвязь. – Зато легко могу приказать твоей самке, или твоему другу выполнить один мой приказ. А ещё могу оставаться для них невидимым, даже если двигаюсь. Да, и ещё я могу рвать ту шкуру, в которой ты ходишь

Драк показал мне переднюю лапу, из которой выскользнули внушительного размера когти, поблёскивающие металлом. Твою же родословную, да это ж настоящая машина для убийств!

– Где Галина с Саном? – спросил я у питомца, осторожно поднимаясь на ноги.

– Самка на дереве сидит. Перворожденный пошёл на охоту. – ответил Дракот, и подошёл к пленному, от чего тот затрясся мелкой дрожью. Ещё бы, мутант так и не убрал свои когти, явно наслаждаясь игрой с "добычей". Хмыкнув, я повернулся к егерю, который уже сел, и сейчас осматривал повязку.

– Виктор, как себя чувствуешь?

– Нормально, только плечо ноет. А что случилось то? Помню, как этот невидимка, чтоб ему в гробу тесно было, меня подстрелил, а дальше всё, отключился.

– Этот ухарь ядом спицы смазал, вот мы и повырубались. – пояснил я. – Походу Сан нас выходил.

– А я всегда говорил – мать природа даёт нам лекарства от любых хворей! – воздев указательный палец здоровой руки, сообщил земляк.

– Ты лучше скажи, что с этим пленным делать будем? – усмехнулся я, подмигивая товарищу, чтобы поддержал мою игру.

– Да прикончить его, и дело с концом. – произнёс Виктор.

– Ы-ы! – возмутился вольный. – Хы-мы!

– Убить? Зачем, когда можно скормить Дракоту.

– Трах тебе в док! – подтвердил мутант, кровожадно облизываясь. Похоже этого хватило, чтобы пленный сломался, потому как под ним начала растекаться лужа.

– Виктор, сходи, проведай Галину, а я пока побеседую с нашим гостем. – произнёс я, направляясь к груде своих вещей. – Чую, он хочет рассказать мне много интересного.

Глава 38 Фартануло? Или снова вляпался?

Вольный даже не заговорил, он запел. Достаточно было попросить Дракота провести одним из когтей по рёбрам пленного, оставив кровавую полосу, как тот заскулил, начав рассказывать обо всём, что могло представлять хоть какой-то интерес.

Начал он свой рассказ с капитана, получающего от вольных свой процент, в виде красных капсул. Куда потом корповец девал их, и какие блага надеялся получить за мутаген, осталось для пленника тайной. Да, тот самый капитан, который попытался угробить меня с помощью лифта.

Помимо проблем с офицером, была ещё одна, связанная с Ягдой. Эту суку сейчас искали по всем окрестностям отряды заключённых, нанятые вольными. Искали с одной целью – убить, или предоставить доказательства её смерти. У нас, в посёлке, вольную тоже выискивали, и, судя по всему, те двое сидельцев обнаружили какую-то зацепку. Увы, пленный был мелкой пешкой в иерархии синдиката, и многого просто не знал. Даже ментальное усиление Дракота не помогло вытянуть новых подробностей из вольного.

Был и один большой, я бы даже сказал – жирный плюс во всей этой ситуации. Похоже пленный был последним, кто мог связать меня с пропажей золотого сияния.

– Он слишком много знал. – произнёс я, вытирая лезвие шайтана и убирая нож в ножны. Подхватил за ноги труп, и поволок его из шатра. Питомец шагал рядом, с любопытством наблюдая за моими действиями. За этим занятием нас и застала Галина.

– Командир, зачем ты его убил? – с возмущением в голосе спросила девушка. – Он же был не опасен.

– Кто определил его неопасность? – я аж растерялся от подобного заявления.

– Сан так сказал. – с серьёзным видом ответила землячка. – Он его не стал убивать

– Ну, для Сана он может и не опасен, а вот для нас – смертельно! Сколько мы провалялись в отключке?

– Часов шесть. – девушка, спохватившись, вытянулась в струнку: – Командир, за время вашего отдыха никаких происшествий не было.

– Отдыха, ага. – я бросил взгляд на правое плечо. На бронекомбезе отчётливо виднелись небольшие отверстия от спиц. Скоро совсем в негодность придёт. Надо бы в элитную броню переодеваться, причем как можно быстрее. Потому как, не будь у меня болтера, и стычка с вольными окончилась бы совсем иначе.

Да и того капитана нужно устранить. Иначе он нам таких проблем подкинет, что мало не покажется. Эх, зря я на скидку повёлся, выходит. Оставался бы вольным охотником, не привязанным к одному месту. Ладно, чего уж, всё решено, как говориться.

Как выяснилось, тела трёх вольных Сан закопал вдали от селения, вместе со снаряжением. Из трофеев Галина с них сняла аж четыре оранжевых, и десяток жёлтых капсул. Выходило, что после боя мы даже в плюс вышли, если посчитать потраченные боеприпасы. Так что я, как самый здоровый в лагере, утащил последнее тело к его товарищам, где и похоронил.

***

– Ну что, командир, надо бы на охоту сходить. – произнёс Виктор, которого я недавно подменил на дежурстве.

– Надо, кто ж спорит. Вот только куда? Жёлтая зона нам не особо интересна, а зайти в оранжевую чревато большими проблемами. – я непроизвольно поморщился, вспомнив историю с мамонами. – Расчитывать можем только на себя. Да и с боеприпасом туго. У меня остался один магазин с болтами под элитников, и половина с простыми. Этого едва ли хватит на один поход в оранжевую зону.

– Ну и сидеть без дела тоже не вариант. До следующего визита корпов ещё пять дней, не меньше. Может всё-таки устроим жёлтую охоту?

– Ну, тебе нужно полностью восстановиться от ранений. Значит где-то сутки-полтора на реабилитацию минимум. Так что я, пожалуй, вновь прогуляюсь с нашим краснокожим другом. Мамонов считай уже выбили, но там, в зоне дзерг, имеются ещё два вида мутантов. Вот на них и юкдем охотиться.

– Когда пойдёте? – поинтересовался Виктор.

– Скоро. Моё дежурство закончится, отдохну пару часов, и выйдем. Надеюсь к этому времени Сан отоспится. Дракота с вами оставлю, рановато ему ещё в такие места ходить. Пусть сначала освоит новые возможности.

– Это да. Видел я, какими огненными сгустками он плюётся, покруче напалма смесь получается.

– Вот и я про то же. Полезет на оранжевого мутанта, а тот схарчит его на раз. В общем, отдыхай, Виктор, пока имеется такая возможность. Думаю, у нас есть ещё несколько дней, которые можно потратить на добычу мути. А потом появятся отряды заключённых, новички, и начнётся веселуха. Фронтир, чтоб его.

***

Сан проснулся аккурат, когда я освободился, словно ожидал этого момента. Впрочем, чему удивляться, ведь мы с аборигеном уже обсудили наши дальнейшие планы. Вернувшись с одиночной охоты с мясом оранжевого мутанта, краснокожий вкратце мне рассказал, что сейчас в зоне дзерг всё спокойно. Два вида мутантов спокойно, без лишней суеты добили последних мамонов, и продолжили свое полумирное сосуществование. Наивные, они не знали, как сильно мне нужен мутаген.

Уже известная, а потому короткая дорога, обсуждение, как мы будем действовать, и вот я уже в засаде, высматриваю сквозь прицел винтовки оранжевых мутантов. Да, сегодня меня ждала настоящая охота. Я укрылся за одним из деревьев с оранжевой листвой, а Сан обошёл зону вдоль границы, и скоро должен был погнать на меня мутантов.

Кое-как удалось выяснить, что за мутанты будут меня атаковать. Каково же было моё удивление, когда Шиц, по скудному описанию охотника понял, на какого зверя мы будем охотиться. На спринтера, мутации которого мне предлагал освоить Саян, и гобара, тяжело бронированного мутанта. С первым было всё ясно – быстрый мутант, похожий на волосатого паука, у которого каждая лапа была до двух метров в длину. Из способностей – скорость и повышения реакция, а так же мощные костяные клинки на передней паре лап. Второй мутант – настоящая бронированная туша, которая даже не почувствует выстрел из оружия четвёртого класса. Разве что в глаз, но я, при моей улучшенной реакции, не попаду в него и с двадцати метров. Если только по неподвижной цели.

Мои размышления о прочности брони и скорости мутантов прервали сразу два спринтера, вырвавшихся из кустарника, расположенного от меня в пятистах метрах. Сан был хорошим охотником, и выгнал мохнатых паучар прямо на меня. Что ж, теперь главное – не сплоховать. Выждав, когда добыча преодолеет две трети расстояния, выстрелил в первого, вырвавшегося вперёд на десяток метров. Шелест иглы, перезарядка, прицеливание.

– Ш-шух! – второму попал более удачно – спринтер закувыркался, превратившись из грозного врага в груду мяса. А вот первого удалось лишь ранить, из-за чего паук замедлился вдвое. Чёрт, рисковать больше не хочется.

– Бум-м! – болт, врезавшись в тушу твари, завершил начатое спицей. Чёрт, а ведь это легко. Да, без краснокожего можно и нарваться, но для заключённого в элитной броне и с полным комплектом элитного оружия оранжевая зона не опасней зелёной. Разумеется, если быть бдительным.

Свист, одиночный – это Сан, предупреждает, что сейчас на меня выйдут ещё мутанты. Ага, вот и еще парочка спринтеров. Вновь меняю болтер на винтовку, и в этот раз не стану подпускать тварей столь близко. Незачем рисковать, когда охота так хорошо началась.

И вновь шелест игл. Одна, вторая, третья. Наконец оба паука замирают неподвижными. Всё, ждём следующей команды. А, нет, вот ко мне на огонёк и гобары пожаловали. Вроде травоядные, а спешат так, словно собрались жрать убитых мной спринтеров.

– Аудрэй, уходи в лес! – раздался крик Сана. Я закинул винтовку за спину, подхватил болтер и стал отступать, при этом вертя головой в разные стороны. Что же такого увидел краснокожий, от чего мне необходимо прятаться?

Я уже собрался поворачиваться к оранжевой зоне спиной, когда понял, что гобары бегут слишком резво для своих тяжёлых туш. Их что-то испугало? Промчались мимо убитых спринтеров, и продолжают целеустремлённо ломиться вперёд. А вон и сам охотник выскочил из-за кустарника, и резво припустил в моём направлении. Мать, мать! Если уж краснокожий удирает во все лопатки, то и мне следует ускориться.

– Амбал. – произнёс я, и рванул через лесополосу, в надежде, что бронированные мутанты не догонят меня.

Позади раздался жалобный, полный отчаяния рёв гобаров. Да твою же Македонию, что там такое происходит? Неужели какой-то сильный мехомутант? Иного существа, способного напугать местное зверьё, я не знаю.

– Аудрэй! – вновь раздался крик Сана. – Оставайся в лесу! Не выходи на открытое пространство! Иначе умрёшь!

– Да какого хрена?! – возмутился я, резко замедляясь. Зацепившись взглядом за мощное дерево, похожее на тополь в середине осени, я метнулся к нему, укрывшись за стволом. До моего усилившегося слуха донеслись рёв мутов и звуки тяжёлых ударов, похоже неведомый враг всё же добрался до гобаров, и мутанты приняли бой.

– Аудрэй, ты в порядке? – раздался слева от меня голос Сана.

– Здоров, как видишь. – я развёл руками. – Что случилось?

– Один из слуг Чёрного Даггара. Старший слуга. Ты поможешь мне прикончить его.

– Что значит старший слуга? – не понял я.

– Скорее всего речь идёт об мехомутанте элитного класса. – прозвучал в ушах голос искина.

– Элита? Сан, ты хоть раз сталкивался с таким мехомутом?

– Нет, но это не важно. Нас двое, и с нами Эмао, справимся.

– Может лучше свалить отсюда? – попытался я облагоразумить аборигена.

– Тогда слуга Даггара придёт за нами в посёлок. Аудрэй, он чувствует твою руку. У нас только два выхода. Первый – убить его. Второй – завести в красную зону. Но ты слишком слаб, чтобы находиться в красном лесу, так что готовься к бою.

– Эх, как же не хватает плазменных гранат. – произнёс я, прикидывая, с кем бороться. Если в прошлый раз я не смог завалить проклятого мехомутанта то ли третьего, то ли четвёртого класса опасности, то сейчас даже не представляю, кто сейчас крошит мутантов в оранжевой зоне.

– Аудрэй! – крикнул Сан, привлекая внимание. – На счёт три беги в противоположную от меня сторону. Не выходи из леса, не останавливайся, иначе погибнешь. Раз.

Да твою же Эмао, ну кто так сообщает о важном?!

– Два!

– Изверг! – бросил я с раздражением, перекидывая ремень винтовки через голову – чтобы не уронить при забеге. А бежать, похоже, придётся быстро.

– Три! – почти выкрикнул Сан, и в этот момент нечто крупное ворвалось в лес, с треском продираясь сквозь ветви. Я, не дожидаясь, пока ко мне приблизится этот трактор, рванул по узкой звериной тропе прочь. Живее, Андрей, живее, шевели поршнями!

– Тум-тум-тум! – загрохотало позади, и этот звук показался мне знакомым. Так звучит даже не крупнокалиберный пулемёт, а скорее зенитная пушка. И я, мать, его, не переживу даже одного попадания. Ну краснокожий, ну шутник. Как он собрался справиться с ходячим танком одним своим топором?

– Бум! – позади грохнуло так, словно взорвалось что-то мощное. Даже на расстоянии я почувствовал удар взрывной волны в спину. Вот и всё, похоже абориген отбегался, а скоро и я присоединюсь к нему.

– Аудрэй, стой! – долетел до меня крик Сана. – Помогай, нельзя позволить ему подняться!

Остановившись, я резко обернулся. Твою же трансформаторную! В сотне метров позади, лапами к верху барахтался огромный металлический жук. Ни бронескафы, ни капсулы не могли дать подобного эффекта механической мутации. Это был или шагающий танк, наподобие корповского, или иной механизированный комплекс. И сейчас он лежал на спине, пытаясь раскачаться с помощью передних манипуляторов. Чёрт, и что мне делать с этим колорадом?

– Бей по лапам и жвалам! – вновь крикнул охотник, и тут же подал пример, со всей силы шарахнув топором по одной из сегментированных конечностей. Я совершенно не удивился, когда лапу срезало, словно удар был нанесён лазерным резаком. Что ж у краснокожего за топор такой, волшебный?

Потратив три секунды на перезарядку болтера, я, не останавливаясь, начал стрелять по передним конечностям. Тут же отметил, что болты, предназначенные для элитных мутантов, не могут пробить корпус, но легко прошивают жвала. Неплохо, значит шанс всё же имеется.

– Хрясь! – изловчившись, Сан снёс ещё одну лапу. Я тоже практически обездвижил одну из жвал, и попытки псевдо-мутанта перевернуться стали похожи на беспомощное барахтанье. И все же я, подобравшись поближе, разрядил остатки магазина, окончательно лишив мехомутанта обоих хватательных конечностей.

– Аудрэй, отходи, я буду добивать эту тварь! – и ловким ударом срубил ещё одну лапу. – Сходи, собери силу оранжевых зверей, пока она не утекла в землю. Потом займёмся старшим слугой врага, будем доставать его мерзкую душу.

– Ты уверен, что моя помощь уже не понадобится? – на всякий случай уточнил я, меняя опустевший магазин на обычный, в котором тоже осталось совсем немного болтов. Эх, надеюсь этот жук отобьёт мне красную капсулу и испорченную охоту.

На поле, помимо убитых мной четырёх спринтеров, обнаружилось аж семь туш гобаров, и одного мамона, взявшегося неизвестно откуда. Итого мне удалось собрать аж сорок четыре оранжевые капсулы. Учитывая, что пара тел бронированных мутов была практически разорвана надвое, результат, хм, охоты был неплох.

Убрав большую часть капсул в хранилище, я распределил остальные на поясе, и двинулся обратно, на звук ударов чего-то тяжелого по металлу. Похоже кто-то ковырял толстую металлическую броню каменным топором.

То, что я увидел в лесу, в очередной раз заставило меня изменить мнение о личном оружии краснокожего. Сан, лопни мои глаза, умудрился не только посшибать все лапы и жвала, но ещё и проломить броню. В настоящий момент охотник аккуратными ударами вскрывал мехомутанта, словно консервную банку ножом.

– Аудрэй, ты вовремя. Приготовься, сейчас изнутри полезут щупальца. Как только увидишь хоть одну, попытайся схватить и тяни наружу. Пока не вытащим внутренности, старший слуга остаётся крайне опасным.

– Ты как умудрился его перевернуть? – поинтересовался я, извлекая из ножен шайтан. – Неужто у тебя граната плазменная в запасе имелась?

– Это не я устроил большой бум, Эмао помогла. – ответил абориген, и нанёс очередной удар, пробивший разом сантиметров двадцать металла. Почти сразу же из щели выскользнуло тонкое серое щупальце, которое я сначала принял за провод. Не раздумывая, ухватился левой рукой, и только после в голове промелькнула мысль – зачем хватать протезом, бестолочь? А если между ним и мехомутом перемкнёт чего, и я снова стану безруким?

Всё произошло даже лучше, чем я мог представить. Видимо мутант почувствовал родство с моим протезом, и конечность обвилась вокруг запястья.

– Тяни на себя! – тут же выкрикнул охотник, и, отбросив топор, ухватился за второе щупальце, которое выметнулось изнутри мехомута рядом с первым.

Вдвоём мы, упираясь ногами, с трудом, но вытащили приличную часть неведомой твари наружу. Восемь щупалец, плоское, словно блин, тельце, и ещё два более толстых отростка, уходивших под броню.

– Держи сущность, сейчас я его отсеку от оболочки! – вновь приказал Сан, и выхватил из ножен свой каменный нож. Твою то мать, мужик из каменного века справился с биомеханическим танком одним лишь каменным топором. Жесть!

Двумя выверенными ударами краснокожий отсёк обе конечности, отделив биологическое тело от металлической оболочки. Внутри мехомутанта что-то звякнуло, натужно загудело, а затем стихло. То же случилось и с тварью у меня в руках – она обмякла.

– Сан, что делать с этой осьминожкой будем? – поинтересовался я, удерживая нелепое существо за потерявшие упругость конечности.

– Обменяешь у пришлых, куда же ещё её девать. Эмао разрешает отдавать души старого врага новому. Чёрный Даггар думает, что пришлые тоже враги, и регулярно нападает на них. А чужаки охотно принимают такие трофеи даже от нас, местных.

– А эта пакость не протухнет, пока мы будем её тащить к базе корпорации?

– Эта пакость и так уже мертва, так что всё будет хорошо. Потом ещё сообщишь пришлым ложное место, где лежит тело, они обычно забирают такие вещи, за символическую плату. Пусть ищут в другом месте, нам эта туша ещё пригодится. И ты ошибаешься, думая, что мы понесём это вдвоём. – Сан брезгливо ткнул пальцем в серое тельце, – Ты пойдёшь к каменному дому чужаков один, так будет правильно. А я вернусь в посёлок, присмотрю за племенем

– Слушай, если мы... Стоп. Ты сказал – племенем?

– Да, мы – твоё племя. Мы сражаемся плечом к плечу, у нас общая цель, а сегодня я убедился в том, что Эмао помогает тебе. Её вмешательство в этот раз было столь существенным, что у меня пропали последние сомнения на твой счёт.

– Так, давай обсудим всё это по моему возвращению в посёлок. – произнёс я, прижимая ногой биологическую составляющую мехомутанта. Сбросил со спины рюкзак, чтобы освободить в нём место под трофей, и спросил искин: – Шиц, сколько километров до базы корпорации? За двенадцать часов успеем добраться?

– Отсюда, по прямой, через две жёлтых зоны, чуть больше одиннадцати. Если в обход, то четырнадцать.

– Лучше в обход. – решил я, вынимая из вещмешка большой пластиковый мешок, специально предназначавшийся для ингредиентов, добытых из мутантов. – нет у меня весомого аргумента против жёлтых мутантов, почти все болты расстрелял. Сан, передай Виктору, что я вернусь в течение двух суток. Если задержусь дольше, чем на три дня, ищите приёмных детей, они помогут.

– Эмао не даст тебя в обиду. – улыбнулся охотник, подбирая с земли свой неубиваемый, невероятно острый топор. Приблизившись, он коснулся моего плеча в приветственном жесте. – Возвращайся быстрее, Аудрэй. Я уже присмотрел небольшую красную зону для охоты. Тебе понравится!

Глядя в спину удаляющемуся аборигену, я упаковывал слабо трепыхающуюся тушку мехомута. В голове в это время крутилась лишь одна мысль – где этот чётров краснокожий прятал плазменную гранату, и почему он пытается мне навесить лапши на уши?

– Всё страньше и страньше. – невольно вырвалось у меня. Хмыкнув, утрамбовал трофей в рюкзак, застегнул его, и закинул за спину. – Ну давай, Шиц, показывай дорогу. Посмотрим, что нам отвалят корпы за такой трофей. Посмотрим...

Глава 39 Упакован и опасен

Дорога до базы прошла спокойно. Видимо от меня сильно несло мехомутантом, потому как зверьё буквально разбегалось в стороны. Я даже ради эксперимента зашёл в жёлтую зону, и не встретил ни одного зверя.

На отдых решил не останавливаться, поэтому к выжженому пятаку земли добрался ровно через двенадцать часов. Осмотрел через прицел винтовки окрестности, и, убедившись в отсутствии угрозы, двинулся к чёрной цитадели корпорации.

Подходил к базе с совершенно иной стороны, чем в прошлый раз, и не прогадал – в досмотровой меня встретил совершенно незнакомый офицер в звании лейтенанта. Узнав, что я элитный заключённый, он без промедления выделил мне сопровождающего, и вместе с трофеями отправил к менеджеру по продажам. Я же, памятуя о капитане, у которого имеется на меня зуб, выщелкнул из пояса одну оранжевую капсулу, и поставил её на стол перед старшим смены. Лейтенант сначала с недоумением посмотрел на меня, но я сделал столь честное лицо, что офицер хмыкнул, и ловким движением смахнул ампулу себе в карман. Отлично, наживку птичка заглотила, а значит есть шанс начать сотрудничество.

– Дорогой вы мой человек! Таки я по вам только успел соскучиться, и вы уже здесь! – радостно встретил меня Мошша, едва открылась дверь в его апартаменты. – Сержант, на полчаса ты свободен. А вы, уважаемый, не стойте в проходе, проходите скорее. Я таки весь в нетерпении узнать, что вы мне желаете продать в этот раз! Вы же не расстроите бедного Мошшу?

– Таки нет. – невольно вырвалось у меня. – Мне есть, чем вас порадовать.

– Выкладывайте сюда. – произнёс менеджер, указывая на стол.

Я без промедления опустошил свой рюкзак, выставив на столешницу семьдесят оранжевых капсул, и биологическую составляющую мехомутанта. От вида последнего у Мошшы глаза расширились до невероятных размеров.

– Это то, что я думаю? Не может быть!

– Да, элитный псевдо-мех. – подтвердил я.

– Так, где же у меня наруч под такой случай? – уже не слушая меня, менеджер метнулся к закрытому стеллажу, и, бурча себе под нос, чем-то начал там греметь. Через десяток секунд, улыбаясь, он вернулся к столу, а на его правой руке был странный наруч. Увидев в моих глазах любопытство, Мошша пояснил: – специальный сплав, для работы с псевдо-механическими мутагенами. Такс-с, и куда его колоть? Ага, вижу.

Прямо на наших глазах в мерзкую серую тушку вонзился щуп заборника, и через несколько секунд нежить практически усохла, уменьшившись в размерах раза в четыре.

– Уважаемый, вы не представляете, как вам повезло! – сообщил менеджер, одну за другой доставая из наруча капсулы с грязно-зелёной жидкостью. – Не полный забор, что печально, но одиннадцать капсул элитного ранга вы заработали. Спешу поздравить вас, дорогой вы мой человек, это целое богатство! Одна такая капсула равняется двадцати пяти красным. Редчайший мутаген. Не поверите, но вы только что дали моему руководству подтверждение, что данная база построена не зря. Благодаря вам у меня план выполнен на месяцы вперёд!

– Я рад за вас, но всё же предпочёл бы обсудить наше дальнейшее сотрудничество. – мне пришлось напомнить о моих делах.

– Да, конечно! Что вы желаете приобрести? – Мошша вернул себе доброжелательную улыбку. – Что-то из элитного снаряжения?

– Да, меня интересует элитная броня, модуль для забора элитного мутагена, искин шестого класса, и элитная винтовка.

– А вы молодец! – похвалил меня менеджер. – Поставили цель, и уверенно идёте к ней. Что ж, у вас хватает актива для озвученных покупок, и даже остаётся, хм, грубо говоря – пятьдесят восемь красных капсул. Думаю, модуль мы заменим в первую очередь, а вот с искином могут возникнуть сложности. Впрочем, я лично отвлеку майора от его, хм, занятия. Ради такого дела он согласится отставить бутылку в сторону и поработать. На что потратишь оставшиеся капсулы? И ещё такой вопрос. Ты можешь показать место, где повстречал элитного мехомутанта?

– Да, конечно. – ответил я, и указал координаты, совершенно не соответствующие правде.

***

Двадцать магазинов с обычными болтами, пять с боеприпасом для элитников – семь красных капсул. Десять энергоячеек для питания элитной брони и оружия – ещё одна красная ампула с мутью. Контрабандные плазменные гранаты повышенной мощности – две штуки, минус ещё две красных капсулы. Четыре мощных энергоячейки от десантного бронескафа – чтобы не отвечать на неудобные вопросы, мне пришлось отдать менеджеру ещё пять красных капсул. Столько же ушло майору Грэму, чтобы он оставил искин пятого поколения в моём распоряжении. На прочие расходники я потратил еще несколько красных и остальную мелочёвку, вроде жёлтых и оранжевых капсул. Оставил себе двадцать пять красных жетонов, каждый из которых можно было обменять на соответствующую муть, или равноценный товар. Ну и выменял пять капсул красного мутагена с уникальным усилением – невидимостью. И плевать, что отдал вдвое больше, зато Виктор получит ту мутацию, о которой не мог и мечтать.

С элитным бронекомбезом пришлось повозиться – пехотная броня требовала некоторой индивидуальной подгонки, но она стоила того. А ещё у меня появилась Тая – искин шестого поколения. И прямо сейчас я завершал знакомство с этим чудом искуственного разума.

– Значит ты не отключишься даже во время большой ночи?

– Да, Кэп. – прозвучал в моей голове грудной, весьма эротичный голос. – Я имею одну из самых лучших защит от внешнего воздействия. Единственное, что может вызвать сбой, это некорректная работа нейросети, или целенаправленное воздействие спецсредствами. Для полной защиты необходим бронескафандр класса А плюс-плюс. Такими оснащаются офицеры среднего и старшего командного звена.

– Ну, вряд-ли кто-то пожелает использовать на мне спецтехнику, не того полёта я птица, чтобы так заморачиваться.

– Такой техникой тебя просветили дважды, пока ты шёл от кабинета майора Грэма до шлюзовой. – сообщила Тая с усмешкой в голосе. – Скорее всего это стандартная процедура, нацеленная на выявление одержимых чёрной звездой. Уж больно в узком диапазоне прошло облучение.

– Ты и это можешь выявить? – удивился я.

– Я могу многое, если ко мне подключат соответствующие модули. К сожалению на текущий момент мне из сканирующих систем доступны лишь твои органы чувств, Кэп.

– Хм. Ясно, что ничего не ясно, ну да ладно, проехали. Скажи, все данные с нейросети по-прежнему доступны корпорации?

– Да, у меня нет административных прав на удаление или блокировку данных. Только взаимодействие с носителем.

– Понятно. Ну, тогда спокойно возвращаемся в селение, раздаём подарки, и уж после займёмся прочими делами. Как думаешь, группой из трёх элитных заключённых можно пойти на охоту с элитниками?

– Весьма рисковая затея, Кэп. Скорее всего все погибнут. – почти сразу ответила Тая.

– А если с нами будет абориген с красной кожей? – дал я первую поправку.

– Все погибнут с вероятностью в восемьдесят девять процентов. – уверенно заявила искин. – Но такая ситуация исключена, представители расы некоши никогда не станут помогать заключённым охотиться на высших мутантов.

– Ладно, проехали. – я уже понял, что мой новый искин хоть и обладает более гибким разумом, ещё слишком мало видел, чтобы начать мыслить правильно. – проложи лучше прямой путь к посёлку.

– Путь проложен, Кэп. Подсветить направление мерцающей стрелочкой?

– Пусть проявляется раз в пятнадцать минут. – отдал я уже привычное распоряжение. – Да, мутанты и так от меня шарахаются, особенно после недавних событий, а вот заключённые пока ещё нет. Поэтому сосредоточься именно на тех звуках, что может издавать человек, или мехомутант. Если услышишь или увидишь что-то, сразу предупреждай.

– Принято, Кэп.

***

В посёлок я добрался, держась на силе воли и стимуляторах. Шутка ли, больше двадцати часов прошагал, практически без остановок. Моё кратковременное нахождение на базе корпорации не в счёт. Всё же ответственность за людей, она такая – хрен заснёшь, если не знаешь, как дела у подопечных.

А у них, как выяснилось, всё было более чем хорошо. Стоило мне приблизиться к нашему синему лесу, как до моего слуха донеслось пение Виктора:

– На Тау Кита совсем всё не так

И таукитайские братья

Совсем без ума и поня-атия!

– Твою Эмао! – произнёс я с недавних пор полюбившееся ругательство. – Он что, пьян?

– Кто пьян, Кэп? – тут же спросила искин.

– Да мой заместитель, по воспитательной, мать его, работе. – проворчал я, про себя обдумывая, что могло случится в посёлке, и как мне реагировать на столь безобразное поведение. А тем временем из-за деревьев продолжало доноситься:

– Пока я в отрубе, в морозилке лежу,

Они всё дурнее буянят.

И хочется вовсе назад повернуть,

Уж больно они хулиганят.

– Смирно! – рявкнул я что есть силы, едва вошёл под кроны деревьев. – Рядовой Виктор, доклад! Живо!

– Командир, ты ли это! Хрена се, вот это я понимаю полный фарш! – обрадовался егерь, тут же прекратив горланить, и с любопытством осматривая меня. Затем, показав баллон, полный голубой жидкости, он добавил: – Смотри, что у меня есть! Представляешь, нашёл таки это дерево.

– Витя, ты охренел в атаке? – прорычал я. – Доклад по форме!

– Командир, сначала выпей, а потом поговорим. – и земляк протянул мне балон с брагой. Чёрт, и когда только успела забродить. Я принял ёмкость, и, отвинтив крышку, сделал несколько глотков. Если егерь предлагает выпить эту бадягу, значит я вижу неплохо поставленный спектакль. Интересно, вырубится ли искин шестого класса?

– Мне искин сменили, на шестой класс. – как бы ненароком произнёс я, словно похвалился.

– Да хоть седьмой, командир. Всё сработает как надо. – Виктор улыбнулся во все тридцать два зуба. – Инфа сотка!

– Кэп, фиксирую сбой работы нейросети. – раздался в голове голос Таи. – Не рекомед...

– Тая? Ты меня слышишь? – позвал я резко прервавшуюся искин. В ответ тишина, похоже бормотуха сработала, причём гораздо быстрее ожидаемого. – Витя, походу уже заработало.

– Ещё бы, я же нашёл способ, как усилить свою настоечку. – улыбнулся земляк. – Пошли, прогуляемся до реки. Там тебя уже заждались гости.

– Слушай, и долго ты тут песни горланил? – поинтересовался я, осматривая почему-то пустой лагерь. – И где все?

– Песни? А, да прямо перед твоим приходом начал, как только Саян дал мне отмашку. Дракот с Саном ушли на охоту, а Галина спит в шатре. Ты не беспокойся, командир, наш лагерь под защитой приёмных детей, мимо них и муха не пролетит.

– Давно они здесь? – уточнил я. – С какой целью прибыли?

– Да сутки уже, как здесь находятся. Пришли по твою душу, ну и Сан зачем-то им нужен был. Только наш краснокожий друг не стал с ними разговаривать. Представляешь, так и сказал – как старейшина Аудрэй решит, так и будет. Командир, может расскажешь, что у вас на охоте произошло?

– Фартануло. – отмазался коротким, но ёмким по значению словом.

– Понял, не дурак. – усмехнулся Виктор. – Больше вопросов задавать не буду.

К руслу речушки подошли в полном молчании. На противоположном берегу нас уже ждали – Саян и Вадим. Оба улыбаются, оба приветливы. Вот только мне очень сильно не понравилось в рассказе егеря то, что наш краснокожий охотник не пожелал беседовать с этими хорошими парнями. Ох не зря я искал подвох в их поступках. Чуял, что с ними что-то не так. А теперь и вовсе уверен. Чёрт, вот почему я не зарядил свой протез энергией? Ведь мог же попробовать.

– Андрей, да ты, я смотрю, совсем элитный стал! – не убирая с лица улыбки, произнёс Саян, и двинулся вброд. Второй потомок последовал за ним, неся в руках небольшой кофр, похожий чем-то на маленький чемодан.

– Вашими молитвами! – громко ответил я и улыбнулся в ответ. – Вы опять с подарками?

– Почти угадал. – ответил азиат, когда выбрался на наш берег. – Не совсем с подарками, но. Например, что ты скажешь на то, чтобы через двадцать дней покинуть зону А-один?

Глава 40 Сроки известны, что дальше?

– Скажу, что это не возможно. – произнёс я, здороваясь по очереди с обоими приёмышами за руку.

– У нас спецпредложение. Мы выделяем на твою мутацию элитный мутаген, ты устанавливаешь себе мутацию, а затем мы в определённом месте все ждём прибытия корабля.

– То-есть мутация есть только на меня? – с иронией спросил я. – И она точно не золотая? Нет, не интересует.

– Золотая? – Вадим вытаращился на меня, как на нечто невероятное. – Ты ничего не попутал? Где ж мы тебе золотой мутаген достанем? У нас белого то всего четыре капсулы, а ты о золотом заговорил. Ты вообще понимаешь, что такое – высший мутант?

– Нет. Зато знаю, что мне вкололи золотое сияние, от которого я хочу избавится.

– Я же говорил, что он пойдёт в отказ. – улыбнулся Саян. – Андрей, ты хоть понимаешь, что тебе предложили покинуть зону? Осознаёшь масштаб?

– Ты на меня не дави. – огрызнулся я. – Под моей ответственностью два земляка, и Дракот, которого я не брошу здесь ни под каким предлогом. Ты лучше предложи что толковое. Раз хотите помочь, значит и с золотым мутагеном подсобите.

– Ты, похоже, не понимаешь, о чём просишь. – Вадим окончательно растерял всё своё дружелюбие.

– Ну так ты проясни.

– Саян, можно я ему морду набью? – вымученно спросил приёмыш у своего товарища. – А то дерзкий чересчур.

– Остынь. – коротко бросил азиат здоровяку. – А ты, Андрей, послушай, что я скажу. В твоём нынешнем состоянии ты с красным мутантом разве что справишься. Видишь ли, у нас запрет на убийство старших братьев, вот. В том смысле, что любое действие, направленное на охоту за элитниками, жестко карается. Так что мы не помощники в охоте на элиту.

– Карается кем? – усмехнулся я. – Вы сейчас тоже начнёте мне задвигать басни про Эмао?

– Не, я ему точно втащу. – глухо произнёс Вадим, порываясь шагнуть вперёд.

– Стоять. – негромко произнёс Саян. – Иди, проверь посты.

– Спасибо. А то я точно не сдержусь. – проворчал здоровяк, и, бросив на меня злой взгляд, двинулся назад, к реке.

– Андрей, ты можешь не верить в то, что Эмао способна открыто вмешиваться в окружающий мир. Вот только мы давно живём в этой дыре, и имеем тысячи подтверждений о её существовании и воздействии на зону А-один. Нам известны границы дозволенного, за которые не стоит выходить. Ты ещё не причинял Эмао вреда, даже наоборот, помогал, и не давал никаких обещаний. Мы же повязаны с этой сущностью, или божеством, по рукам и ногам. Так что извини, но с охотой тебе не подсобим. Поможем только в одном – покажем зону, в которой находится как можно меньше золотых элитников. Ну и твою задницу попытаемся вытащить живой, если успеем.

– Десять дней. – произнёс я, и потянулся за баллоном с водой, торчащим из разгрузки. От этого разговора напрочь пересохло горло. Чёрт, без работающей нейросети придётся снимать шлем вручную.

– Что десять дней? – не понял азиат.

– Дайте мне десять дней на подготовку. Я же правильно понимаю – в одиночку на элиту никто ещё не охотился?

– Даже на красного мутанта ходят отрядом, так что да. Идиотов, получивших элитный уровень, среди заключенных нет. А если и были, давно погибли. Ты же видел вблизи чёрных драконов, зачем задаёшь столь глупые вопросы? Какой одиночка может справиться с таким зверем?

– Подготовленный? – с иронией спросил я. – Ладно, я услышал тебя. В общем, сделаем так – ждёте десять дней. Если я за это время не добуду нужный мне мутаген, то будем действовать по вашему сценарию.

– Десять дней, значит. – Саян потер указательным пальцем свой подбородок. – Двое суток на дорогу до базы и обратно, с затратой на установку мутации, плюс восстановление. Что ж, нас такое вполне устраивает. Через десять дней мы придём, и если ты к этому времени не добудешь мутаген сам, то согласишься на наши условия. В противном случае наше сотрудничество окончится, для тебя довольно печально. Я понятно объяснил?

– Угрожаешь? – я пристально уставился в глаза Саяну. Тот спокойно выдержал мой взгляд.

– Предупреждаем. Ты слишком много знаешь, чтобы отпустить тебя просто так. – азиат обернулся, и трижды протяжно свистнул, подавая какой-то сигнал. Когда он вновь посмотрел на меня, на его лице опять появилась доброжелательная улыбка. – Я уверен, что ты правильно оцениваешь своё положение, и не совершишь ошибки. До встречи, через десять дней!

***

– Я что-то не понял ничего. – произнёс Виктор, когда мы уже возвращались назад, в посёлок. – Они что, предложили тебе свалить отсюда, а ты начал нос воротить?

– Хех! Ну, в целом да, ты верно выразился. Есть, правда, одно но. Если я приму их условия, то автоматически стану послушной марионеткой приёмышей. И это мне не нравится. Ты, Галина – я дал слово вытащить вас отсюда. Ещё есть Сан, с которым у меня договорённость, и Драк, который скорее всего умрёт без меня. Приемным детям наплевать на мои хотелки, у них свои планы. И сдаётся мне, их желания с моими сильно расходятся.

– Ну, за меня ты не переживай. Не маленький, справлюсь. К тому же свободно могу уйти в неисследованные земли, мне только магазинов с боеприпасами побольше. А вот Галина – ей тут не место, это точно. Так что я согласен с тобой на счёт приёмышей – черти они. Были бы нормальные, своих бы не бросили. А так кто мы для них? Средство для достижения неясных целей. Не парься, командир, выкрутимся. Нам бы элитный уровень получить, а остальное приложится.

– Ну, на счет этого можешь не переживать. – улыбнулся я, похлопав по рюкзаку. – Будут вам уровни, а тебе отличная мутация красного ранга. Станешь невидимкой.

– Да ладно? Это вы с Саном так удачно сходили на охоту?

– Более чем. К тому же у нас появилось кое-что из тяжёлого вооружения. Нужно только сходить и забрать его.

– А поподробнее? – всерьёз заинтересовался Виктор.

– Ну, это нечто, подходящее под определение зенитной тридцати миллиметровой пушки. Я думаю, даже мощнее, потому как отверстия от снарядов остаются колоссальные, в них моя голова пролезет.

– Ты же рассказывал, что даже плазменные пушки не справились с чёрными мутантами, а тебе золотого надо. – попенял мне земляк.

– Так у плазмы начальная скорость крайне низкая, в отличие от орудия мехомутанта. Я вообще не понимаю, как можно было оставить из тяжелого вооружения только плазменные орудия.

– Ну, корпорацией явно не дураки управляют. – произнёс Виктор. – Да и не наше это дело. Пошли, поедим что-ли. Да на платформу пора забираться. И это, странно, что тебя не предупредили.

– Что такое? – встревожился я.

– Ну, в общем Саян сказал, что к нам скоро придут восемь заключенных, все с Земли. Такие же, как и мы, отморозки. – пояснил егерь, и заржал над своей шуткой. Хорошо, что он не в курсе, как я хожу на охоту. Иначе бы знал, что отморозок в аномалии только один...

***

Сан с Дракотом вернулись в лагерь, когда действие голубой браги уже давно отпустило. К этому времени мы успели установить Виктору красную мутацию, составить план дальнейших мероприятий, и, что самое главное, как следует отдохнуть.

– Аудрэй, друг, рад тебя видеть! – раздалось у меня в голове. Повезло, что я находился на посту, на площадке, в пяти метрах над землёй. Иначе бы вновь был задавлен и вылизан. Зато ментально питомец буквально утопил меня в радостных эмоциях. Вот как тут на искренние обожание и радость не ответить тем же?

– Драк, ты снова подрос? – совершенно серьёзно спросил я у черного.

– Нет, всё такой же мелкий. – отозвался старший мутант. – Но я уже в состоянии сам добыть себе оранжевого зверя. Перворожденный сказал, что скоро пойдём на охоту за красным.

– Ты даже не представляешь, насколько скоро. – усмехнулся я.

– С возвращением, брат Аудрэй! – поздоровался со мной Сан, прерывая наш с Дракотом немой диалог. Твою зизифору, абориген что, только что назвал меня братом? С хрена ли такие почести? Ну что ж, поддержим такую игру.

— И тебе не хворать, брат Сан. Далеко ходили?

– Я решил, что нужно уничтожить останки старшего слуги Чёрного Даггара, и...

– Твою Эмао! – в сердцах перебил я охотника. – Что ты с ним сделал?

– Отделил брюхо и снял оружие. Аудрэй,ты собирался охотится на золотого зверя. Своими силами тебе не справиться.

– Уф! Да ты молодец, а я уже невесть что подумал на тебя. Уверен, что не повредил ничего?

– Нет, я рубил только броню. Внутренности не трогал, знаю, что это может быть опасно. Это не первый слуга, которого я разбираю на части. Иногда нам, местным, требуются разные опасные вещи от пришлых, и мы вымениваем их на тела слуг.

– Ага, значит опытный мародёр. – усмехнулся я, но тут же перешёл на серьёзный тон: – Сан, скажи, что ты не поделил с приёмными детьми?

– Эмао дала мне знак. Приёмные дети не хотят, чтобы я покинул свой дом, они идут против воли Эмао. Теперь ты моя семья, моё племя. Но не это главное.

– А что? – уточнил я, хотя и догадывался, о чем мне поведает абориген. И не ошибся.

– Эмао разрешила нам лишить жизни двух старших братьев золотого ранга. Правда, они не знают об этом.

– Ты готов поднять свой топор на старшего брата? – удивился я.

– Так хочет Эмао. – ответил охотник. – Аудрэй, мне нужно отдохнуть. Потом мы пойдём в жёлтую зону, за младшим братом. Он поможет вывезти оружие.

– У нас десять дней, Сан. Если не успеем справиться за это время, всё пойдёт совсем не так, как мы хотим.

– Десять ваших дней, это очень малый срок. Но это хорошо – две малых ночи, Чёрный Даггар не успеет тебя подчинить. Всё, я устал, нужно отдохнуть

– Кэп, о чём говорит абориген? – прозвучал в голове голос искина. Впервые с момента, как очнулась. Не ожидал я, что на меня будут обижаться искуственные личности. Как и Тая, считавшая, что хорошо защищена от различных воздействий.

– У меня установлен псевдо-механический протез. И похоже установлен с сильными нарушениями. В прошлый раз меня чуть не убила большая ночь. Но, вроде я смог перебороть излучение черных звёзд.

– Странно. Я фиксирую стопроцентную синхронизацию нейросети с псевдопротезом, значит установка была по всем правилам, с применением необходимых вакцин.

– Вакцины может и были, только просроченные. – проворчал я, осматривая через прицел окрестности. – Оп-па, а это кто там бредёт? Виктор! У нас гости!

– Вольные?! – отозвался егерь, выбираясь из шатра. В руках его была моя первая винтовка, которую я отдал земляку. И так обвешан оружием, словно новогодняя ель игрушками.

– Нет, заключенные! Некоторые из них помятые какие-то. Похоже это наши земляки, которых тебе Саян сосватал.

– Вот чёрт! Только прикорнул, и на тебе, здрасте. Мы их не звали, а они уже пришли. Галина! Принимай гостей!

***

Из восьми человек только пятеро были облачены в броню второго класса, и у двоих имелись винтовки, остальные даже шлема не имели. Я изначально решил дистанцировать себя от этих бедолаг. И не потому что мне плевать на их судьбу. Просто передо мной стояли более важные задачи, от решения которых, возможно, решалась судьба всех замороженных.

Удобно расположившись в засидке, я наблюдал сверху за прибывшими. Внизу звучала русская речь, периодически раздавались возмущённые возгласы, тут же разбивающиеся о грубый, безжалостный голос Виктора.

– Здесь нянек нет! Еда, вода, место для ночлега – всё это будет стоить мутагена, или вашего личного времени. Шесть часов в сутки вы будете работать на общее благо, или приносить одну фиолетовую капсулу в день. Кого не устраивают такие условия – проваливайте. Кто будет сорить, шуметь, мешать другим, оскорблять – сразу отправится за пределы посёлка. Первый раз на трое суток, второй – навсегда. Да, за причинение физического вреда кому либо на территории поселка пристрелю без объяснений. Драки запрещены, ясно?

– Я думал, у нас тут демократия. – произнёс один из заключённых, облачённый в бронекомбез первого класса.

– Думать будешь, когда заслужишь доверие. Да, чуть не забыл. Любое нытьё и жалобы приравниваются к нарушению и караются изгнанием. – произнёс Виктор, и жестом позвал сидельцев следовать за ним: – Пойдёмте, я покажу, где вы можете расположить свои палатки.

– Про Дракота и Сана предупреди их. – попросил я сверху. – А то перепугаются, глупостей наделают.

– Это элитник. – раздалось среди заключённых.

– Смотри, элитная броня.

– Ну, теперь мы точно в безопасности!

Наивные. Интересно, как они запоют, когда егерь начнёт их гонять на дежурства? Из всей толпы только те двое, с винтовками мне кажутся нормальными. У них уже по две мутации, причём неплохих – у одного две голубых, у второго синяя и зелёная.

Минат через пять мне надоело наблюдать за вознёй подселенцев. Да и какой смысл, ведь красивых девушек среди них не было. Эх, где там моя Маньриука, похоже я так и не увижусь с синей красавицей...

– Аудрэй, в нашем гнезде появились чужаки? – прозвучало в моей голове. Драк, бедолага, не смог выспаться.

– Это пришлые, слабаки. – так же мыслеречью ответили я. – Они мои земляки, будут жить здесь. Кстати, ты готов отправиться вместе со мной далеко отсюда?

– Далеко? На другой край Эмао? – в словах питомца послышалось любопытство.

– Нет, за её пределы. Далеко за её пределы.

– Охотиться за краем Эмао? Но зачем куда-то отправляться? Разве нам плохо здесь? – теперь Дракот удивился.

– Эмао не мой дом. И я боюсь, что если покину твой мир, ты погибнешь.

– Да, трах тебе в док, Дракот и Аудрэй связаны. Погибнешь ты, погибну и я.

– Вот поэтому я и хочу забрать тебя с собой. Главное, что бы Эмао тебя отпустила.

– Нужно съесть мясо золотого брата. – тут же ответил питомец. – Мне, и перворожденному Сану. Так мы станем достаточно сильными и сохраним свои жизни.

– Откуда ты это знаешь? – я невольно задал вопрос вслух.

– У нас, старших, общий разум, я же говорил. – со смехом ответил Дракот. – Кто-то из моих чёрных предков, вкусив мяса золотого брата, ушёл за край Эмао. Мы знали, что он ещё долгое время был жив, но его память стала нам недоступна, поэтому я не знаю, что скрывается за краем.

– Ну, судя по моим знаниям, там множество населённых миров. Разных и похожих, мирных и воинственных. Думаю, тебе понравится.

– Командир! – прозвучал снизу голос Галины. – Я пришла подменить тебя.

– Это хорошо. Мы с Саном и Драком скоро отправимся на прогулку, вернёмся часов через шесть. Галя, у меня к тебе есть просьба. С новичками веди себя предельно жёстко. Иначе они быстро на шею сядут. Можешь даже при случае применить силу.

– Командир, я уже поняла, что здесь надо жить по волчьим законам. Справлюсь. Странно, ты так говоришь, словно собираешься оставить нас.

– Скоро пойду на охоту в красную зону. – почти не соврал я. – Возможно надолго. Так что готовьтесь, скоро и вы с Виктором начнёте чаще отлучаться из посёлка.

Перед выходом в лес, в котором Сан спрятал оружие с Псевдо-мутанта, я успел переговорить с егерем. Выслушал его мнение о прибывших, и остался доволен. Как минимум трое в скором времени станут помощниками, и столько же заключённых вряд-ли задержатся в селении дольше одного дня – слишком много гонора. Не повезло корпам с замороженными, большинство из нас оказались не готовыми очутиться в зоне, да и менталитет у гражданских в моё время был иным.

– В общем, будет кого поставить на вышку. – завершил свой отчёт Виктор. – Два парня, те, что с винтовками, и в армии служили, и после охотой увлекались, так что я быстро сделаю из них нормальных выживальщиков. Ну а с остальными разберусь, у меря опыт по обустройству вот таких групп богатый. Там, в далёком прошлом, иной раз приедут вот такие горе-туристы ко мне в заповедник, а я раз посмотрю на каждого, и уже знаю, кто будет слушаться, а от кого проблем не оберёшься.

– Ну, раз ты гарантируешь порядок, я спокоен. Ладно, пойду собираться в дорогу. Мне тут Сан кое-что нашептал на ухо, весьма полезное. Так что мы скоро оставим вас, не знаю на сколь долго. Может по пути заглянем в красную зону, проверю свои новые возможности.

– Добро, командир. Будем ждать.

Добравшись до своей палатки, я решил проверить одну вещь. Достал из рюкзака контрабандную энергоячейку, и, предупредив Галину, что отлучусь на несколько минут, пошёл к реке. Мельком отметил, что за мной увязались двое размороженных. Вот же идиоты, я ж сейчас в зелёную зону пройду. Да и плевать, спасать не буду, если вляпаются. Дураков учить не нанимался.

Перебравшись вброд на противоположный берег, немного удалился, и приступил к выполнению задуманного. Взломал шайтаном батарею для бронескафа, и, мысленно перекрестившись, произнёс:

– Хащ!

Едва кисть трансформировалась в клинок, без промедления вонзил остриё в энергоячейку. Подспудно ожидал, что меня хорошенько шибанёт мощным разрядом, но ошибся. Да, по серому лезвию пробежали синие разряды молний, но почувствовал лишь лёгкий зуд в предплечье. Ну, вот и всё.

– Кэп, объём энергии в протезе увеличился на десять процентов.

– Всего на десять? – удивился я. – Да твою же Эмао, это ж я разорюсь так, на одних зарядах. Итого пять блоков на пятьдесят процентов. Две активации. Что ж, могло быть и хуже.

– Аудрэй, Сан проснулся, ищет тебя! – прозвучало в моей голове. Хм, быстро он проснулся, я думал, у меня ещё будет пара часов личного времени.

– Скоро вернусь в посёлок! – ответил я мыслеречью, и, зашвырнув пластиковую ячейку в воду, двинулся обратно. Ничего, скоро обзаведусь личной пушкой, тогда и посмотрим, чьи в лесу шишки...

Глава 41 Красная зона

Посёлок покинули втроём – я, Сан и Дракот. На коротком совещании мы с охотником решили, что моему питомцу пора отведать красного мяса. Оранжевого он уже вволю накушался, пришла пора становиться настоящим элитным мутантом.

– Аудрэй, наконец-то я получу полный доступ к памяти своего рода. – обрадовавшись, вслух произнёс чёрный мутант. Голос при этом у Драка был рыкающий, гортанный.

– Поверь, в тех знаниях много печали. – тоном более мудрого товарища ответил муту абориген. – Вы, старшие, раньше часто враждовали между собой, из-за чего было много жертв среди младших и перворожденных. Эмао долго наблюдала за этим, и, устав от бессмысленной крови, однажды вмешалась – возвысила золотых над всеми, дав им часть своей силы. Мы, перворожденные, тоже сохранили память о тех временах, когда вы, старшие, убивали друг друга только из-за цвета кожи.

– Трах тебе в док! – возмутился Дракот, и добавил, уже мыслеречью, непосредственно мне: – Перворожденный рассказывает страшные вещи!

– Меня больше интересует другое. Насколько тебя разнесёт после приёма красного и золотого мяса. Вдруг ты увеличишься раз этак в десять, и не влезешь в космический корабль.

– Чёрный сильно не вырастет. – успокоил меня Сан. – Наберёт силу, крылья окрепнут, совсем тяжёлый станет. Редкий случай, я за свою жизнь ещё не встречал старших с нарушенным ростом. А мясо золотого не даст рост, только дополнительно усилит уже имеющиеся дары Эмао. Как и нам с тобой, Аудрэй.

– Стоп! Что значит – дополнительно усилит? – не понял я. – То-есть, мы не получим новые мутации, а лишь усилим старые?

– Ну да. – ответил Сан, не понимая, чего я удивляюсь.

– Тая, поясни! – пришлось обратиться к искину.

– Элитная мутация непредсказуема, Кэп. – отозвалась искин. – А золотая непредсказуема вдвойне. Есть несколько вариантов, как элитный мутаген подействует на тебя лично. Первый, и самый распространённый – разовое усиление трёх, а в случае с золотым четырёх твоих способностей на плюс один ранг. Второй, довольно редкий вариант – это когда элитный мутаген максимально усиливает самую слабую мутацию. Бывает, что подобное усиление превышает красную мутацию в полтора-два раза. И есть третий, очень редкий вариант – это когда тебе предлагается самому выбрать мутации, и усилить их по своему желанию.

– То-есть, если у меня есть три красных мутации, и элитная сработает по первому варианту, это даст мне три мутации ранга элита?

– Всё верно, Кэп.

– А если у меня не три, а две мутации?

– Результат предсказать сложно. По статистике лишь одна десятая процента подопытных получила активацию элитной мутации с тремя или четырьмя усилениями. В остальных случаях происходило усиление двух или одной из уже имеющихся, и полное неприятие третьей мутации после.

– Хм, риск остаться с двумя мутациями слишком велик. – негромко произнёс я, размышляя сам с собой.

– Аудрэй, скоро придём к моей захоронке. – сообщил абориген, отвлекая меня от размышлений.

– Это хорошо. Надеюсь, там действительно найдётся то, что мне нужно. Сан, до того, как появились пришлые, слуги Чёрного Даггара были слабыми?

– Почему ты так решил? Да, раньше они были слабее, но их было в разы больше. Сейчас младшие звери ежедневно гибнут тысячами, десятками тысяч от рук чужаков. Но, вместе с ними пришлые уничтожают и заражённых Чёрным Даггаром. Знаешь, у нас существует легенда о сером старшем слуге. Однажды старший зверь золотого ранга попал под влияние врага, и стал слугой Чёрного. Он изменился, цвет его шкуры потускнел и стал серым. Так вот, десятки, если не сотни старших погибли от его лап и зубов, прежде чем звери объединились и убили одержимого.

– Настолько силён был этот серый? – удивился я.

– Нет, просто очень умный. А вот большинство нынешних слуг Чёрного Даггара глупые, словно самые младшие братья.

– Ну, я бы не сказал, что они глупые. Скорее уж неживые, потому как действуют, словно запрограмированные. Ладно, позже вернёмся к этой теме.

Полчаса пути прошли в тишине – жёлтая зона, в которую мы вошли, не располагает к болтовне, как и к размышлениям. Всё внимание на окружающие нас равнину, обширные заросли кустарника и редкие деревья. И плевать, что со мной красный охотник и чёрный мут, мне та поездочка верхом на мамоне еще долго сниться будет.

Скалу, возвышающуюся над округой на добрые полсотни метров, я заметил издали. И совсем не удивился, когда мы взяли курс прямо на эту непривычно высокую возвышенность.

– Здесь Эмао особенно близка к нам, перворожденным. – поведал мне Сан. – Иногда можно услышать правильный ответ, если знаешь вопрос.

– Как ты сюда допёр всё железо, снятое с псевдомеха? – удивился я.

– Хобо-хобо помог мне. – улыбаясь, ответил охотник. – Я же погонщик, могу управлять любым зверем, вплоть до оранжевого.

– Ментальный контроль? Да ты реально крут. Надеюсь, от вас след не остался?

– Нет, Хобо-хобо может унести много, не оставляя следов. – успокоил меня абориген. – Сейчас увидишь, что я забрал.

Увиденный мной схрон был почти точной копией того, в котором я прятал Маньриуку. Отличием было лишь груда металлического лома, лежащего внутри. Сан, проследив за моей реакцией, спросил:

– Видел уже такие убежища?

– Да, и даже спускался однажды. В первый день, как попал сюда. – я вкратце рассказал историю своего знакомства с синей девушкой.

– Тебе непременно нужно увидеться с Маньриукой! – сообщил мне Сан. – По нашим обычаям она твоя женщина, и ты должен ей току-току. Такой долг нужно обязательно отдать, иначе женщина не принесёт ребёнка.

– А вот это уж как-нибудь без меня! – возмутился я. – Ладно, давай смотреть, что у нас имеется, и можно ли из этого что-то приспособить.

Орудийные стволы я заметил сразу, их мы и достали первыми. Ничего так, увесистые, но гораздо легче, чем я ожидал. Сам ствол, механизм, короб под снаряды, батарея, от вида которой я хмыкнул – у меня подобных имелось аж четыре. В общем, все вместе весило чуть больше тридцати килограмм. С моей бронёй, усиленной экзоскелетом, и мутациями я легко справился с оружием. Более того, мне понадобилось всего пять минут, чтобы разобраться, по какому принципу работает оружие.

– Ну-ка, посторонитесь. – попросил я, перехватывая ствол поудобнее. Да, стрелять придётся, что называется "с бедра", но с таким калибром по-другому и не надо. – Не пугайтесь, сейчас я немного пошумлю.

– Тум-тум-тум! – гулко загрохотало в руках орудие. Одна из тяжёлых пуль напрочь разнесла ствол стоящего неподалёку дерева. Его крона покачнулась, и понеслась к земле. Секунда, другая: – Хрясь!

– Ы-ы! – непроизвольно вырвалось у меня. – Бляха-муха, вот это мощща! Целых две, в рот мне ноги!

Помимо двух орудий из кучи, хм, запчастей я отобрал два полных короба со снарядами, и, чтоб мне трижды не спалось, целый блок, в котором разместилось аж двадцать заряженных под завязку энергоячеек. Не знаю, как и чем их заряжал псевдомех, но для меня такая находка была просто сказочным подарком.

– Вот это и это нам пригодится. – сообщил я Сану. – Остальное можно выбросить. Жаль, что боеприпаса мало. Но на один бой с золотыми мутантами хватит, я думаю.

– Время утекает, словно вода, Аудрэй. – произнес абориген, закидывая себе на плечо второе орудие. – Нам следует поспешить. До красной зоны отсюда шесть часов быстрой ходьбы, без остановок. По пути я расскажу, на кого мы станем охотится, и как.

***

Я впервые очутился вблизи от красного леса. Странное зрелище. Кроваво-красные листья, тёмно-зелёные стволы и ветви, алая трава. Похоже зона психор решила поспорить с голубой в яркости и неприятии для человеческого глаза.

– Сан, как можно ориентироваться в этом безумии? – спросил я, оценивая происходящее в зоне с помощью винтовочного прицела.

– Когда увидишь красного зверя, поймёшь. – усмехнулся охотник. – Как я уже говорил, местные жители не любят просто так покидать свою территорию.

– Ещё бы, да их за версту видно в других зонах. – ничуть не удивился я. – Ну что, полчаса прошло, можем заходить. Драк, держишься позади, при опасности не рвёшься в бой, ведёшь себя осторожно и действуешь по обстоятельствам. Всё, выдвигаемся.

Стебли у красной травы мясистые, сочные, надламывались и довольно неприятно хрустели под подошвами бронированных ботинок. Звук разносился на десятки метров, и потому я совсем не удивился, когда Сан, идущий справа и на шаг впереди, поднял левую руку вверх. Я тут же остановился, отдав мысленный приказ Дракоту замереть на месте. Неспешно сдвинул указательным пальцем флажок режима огня, переведя его в автоматический режим.

– Я чувствую, они приближаются. – прозвучал в моей голове ответ питомца. Впрочем, я и сам увидел их – двух приземистых ящеров, стремительно приближающихся к нам. Не высокими они казались лишь относительно своей десятиметровой длины, а так в холке были выше меня на полметра.

По ушам ударил протяжный визг, срывающийся в ультразвук. Даже шлем с встроенным шумоподавлением не справился с этой акустической атакой. Где-то внутри головы резануло болью, и я, зарычав, начал стрелять.

– Тух-тух! – короткая очередь прямо в раззявленную пасть одной из тварей. И тут же ещё одну, уже длинную, на весь магазин. Ящер споткнулся, его повело в сторону. Зубастая морда зацепила ствол небольшого дерева, и снесла его, словно незначительное препятствие. Твою то селезёнку, это ж сколько тонн весит красная зверушка?

Сбросил опустевший магазин в траву, и тут же загнал в гнездо новый. Благо, проделал всё быстро, специально тренировался. Тщательно прицелился, уже во вторую тварь, и в этот раз действовал чуть иначе.

– Тух-тух-тух!

Тяжёлые болты перечеркнули одну из лап зверюги, и огромная туша, уже набравшая приличную скорость, левым боком зарылась в землю. Почва под ногами вздрогнула, но я, не останавливаясь, продолжал стрелять, поливая болтами вытянутый череп твари. Чёрт, да в пасти этой ящерицы легко поместится две трети меня.

Быстрая смена магазина, и прицельный огонь по первому мутанту, так удачно подставившему бок. Две короткие очереди, и у громадной туши подкосились лапы. От падения нескольких тонн мяса на землю земля под ногами вновь вздрогнула.

– Тух-тух! – и вторая тварь, порывавшаяся подняться и продолжить движение, наконец затихла. Чёрт, три полных магазина на две твари, и не факт, что они мертвы.

– Сан, как думаешь, звери мертвы? – спросил я, устанавливая четвёртый магазин.

– Думаю да, только нам это не поможет. Сдаётся мне, сейчас сюда сбегутся все обитатели зоны. У тебя хватит твоих метательных снарядов, чтобы прикончить ещё десяток красных зверей?

– Ну, если с ними будет так же легко справиться, то почему бы да.

– Легко? – усмехнулся абориген. – Если бы я не использовал свою способность, ты бы мог не успеть убить младших. Я замедлил их свистом.

– Аудрэй, перворожденный говорит правду, я тоже слышал его свист, даже растерялся на некоторое время. – подтвердил слова охотника питомец.

– Сан, нахрена ты это сделал? Что, не мог сразу предупредить? – спросил я, вновь осматривая окрестности в прицел. – Мы же договорились вроде, что ты на подстраховке.

– Вышли два зверя, Аудрэй, я ожидал одного, которого мог взять под контроль. Глупая затея – притащить сюда детёныша старшего, похоже он привлекает красных, как идеальная добыча. Я не мог этого знать.

– Значит отступаем. – принял я решение.

– Бесполезно, они пойдут за нами. Придётся убить всех, или мы погибнем.

– Да твою же пчеломатку! – ругнулся я. Так глупо вляпаться на ровном месте. – Отходим, это приказ! До схрона с оружием совсем близко.

Из красной зоны мы буквально вылетели, особенно Дракот. Питомцу я вообще запретил садиться на землю так долго, сколько сможет. С его крыльями быстро не побегаешь.

– Йо-х-хоу-у! – раздалось позади нас, когда мы уже бежали по жёлтой зоне. Я от неожиданности даже замедлился, чтобы посмотреть назад. Твою же бабушку, от увиденного мне захотелось бежать раза в четыре быстрее. За нами, прорываясь сквозь кустарник, ломилось десятка полтора... Заключённых! А вот следом за ними, метрах в пятидесяти, виднелись мутаны. И их было много!

– Сан, вправо! – рявкнул я, перекрывая лавиной нарастающие крики, маты и рассерженный рёв зверей, каждый из которых шутя мог сбить с ног носорога.

Мы успели добежать до деревьев с жёлтой листвой, и даже спуститься в довольно глубокий овраг, когда один из мутантов нагнал горе-охотников. Маты тут же сменились криками боли, а рёв стал торжесивующим. Ошибся абориген, не за Дракотом пришли красные мутанты.

Полсотни шагов по оврагу заняли несколько секунд. И вот мы уже у схрона – заложенного жёлтым мхом. Вытащив наружу одно из орудий, я тут же рванул вверх, к краю оврага. Водрузив ствол на один из древесных корней, повёл им из стороны в сторону. Да твою же мать! Ещё семеро заключённых на ногах, и у них имеются все шансы выбраться из этой заварухи живыми.

– Хрен вам, а не комиссарского тела! – произнёс я с весёлой злостью, и выжал пусковой механизм.

– Тум-тум-тум! – короткая очередь буквально разорвала похожего на спрута мутанта надвое. Охренеть, вот это я понимаю разгондурасило! Что там за снаряды такие, разрывные что-ли?

– Ложись, мать вашу! – заорал я что есть силы, и, поведя стволом, вновь дал короткую очередь.

Очередной спрут, решивший расправиться с новой угрозой, разлетелся кровавыми ошмётками. Рано радоваться, мутантов ещё слишком много.

– Тум-тум-тум! – третьей очередью, самой длинной, я перечеркнул сразу трёх красных зверюг. Проклятье, так ведь можно почувствовать себя всемогущим, с такой-то фундервафлей.

На месте боя жёлтая трава уже прилично окрасилась в красный цвет. Не знаю, почему, но это подействовало на меня отрезвляюще. Дав ещё две очереди, я выпустил из рук орудие, и скинул со спины винтовку. Всё, хорош тратить ценнейший боеприпас, поработаем из личного оружия.

Спрутов я выбил всех. Из мутантов осталось лишь два зверя, похожих на быков-переростков с огромными рогами и клыкастыми пастями, и пять уже знакомых ящера, взявших в полукольцо выживших заключенных, огрызающихся из ручных болтеров. Увы, среди сидельцев не было ни одного, обладающего элитной бронёй. Визг сразу нескольких тварей заставил их попадать на землю и корчиться от ужасной боли.

Первый магазин полностью ушёл в голову ближайшей ко мне твари, не оставив ей ни единого шанса выжить. Два быкоподобных хищника, до этого жадно пожирающих останки одного из спрутов, тут же рванули в мою сторону. Очередь, ещё одна – бесполезно, у бычар похоже хорошая броня. Придётся вновь тратить боеприпас.

– Каждый раз грёбаная рулетка с этими зонами! – зло произнёс я, и уже собрался покрошить мутов в кровавый винегрет, когда в бой вмешался Сан. Справа загудел воздух, и в направлении быков понесся бордовый диск, метра полтора в диаметре. Мутанты не успели среагировать, и топор аборигена проломил голову одного и, ничуть не замедлившись, вошёл в шею второго. Первый тут же рухнул на пузо, закувыркавшись по земле, а второй, жалобно взревев, начал замедляться, пока не завалился на бок на его шее была крупная рана, из которой толчками лилась кровь, орошая тёмную рукоять топора. Охренеть, это какой же силищей обладает Сан, чтобы завалить одним ударом двух таких бычар?

– Аудрэй, стреляй! – рявкнул охотник, выводя меня из внезапного ступора. Я, тут же придя в себя и сориентировавшись, дал две короткие очереди по ящерам, после чего впервые в жизни увидел, как мутанты отступают. Два пресмыкающихся, резво развернувшись, рванули назад, в красную зону. Следом за ними поползла и третья, бок которой был разворочен. Эх, жалко, красный мутаген уходит.

– Осади, Андрей! – сам себя одёрнул я. – Нахрена тебе эти капсулы, когда на кону стоит возможность свалить отсюда.

– Аудрэй, я могу добить подранка! – внезапно раздалось у меня в голове.

– Отставить! – рявкнул я. – Садись в овраг и жди дальнейших команд!

– Раскажи мне кто раньше, что пришлый будет вот так приказывать старшему зверю, – прозвучал рядом голос Сана. – А тот беспрекословно подчиняться, не поверил бы.

– Ты мне зубы не заговаривай. Скажи, почему не почувствовал чужаков? У тебя же нюх на заключённых, за версту чуешь.

– Так они не с нашей стороны в красную зону вошли. Если бы не крик Кроко‐толо, я бы услышал их раньше. Но меня оглушило, поэтому не распознал пришлых.

– Ладно, позже обсудим. – принял я решение. – Сейчас посмотрим, что там с сидельцами.

С сидельцами всё было плохо. Только двое из них ещё дышали, но жить им оставалось совсем недолго. С такими ранами не выживают.

– Вы вольные? – еле слышно прошептал один из умирающих. – Везёт вам. А нас, словно рабов, загнали сюда обманом. Я мечтал выбраться отсюда, получить элитную мутацию. Не судьба.

– Зачем вы полезли в красную зону? – спросил я. – У вас даже элитной брони нет.

– А нас не спрашивали. – раненый хрипло закашлялся. – Это называется отвлечь стаю. Заключённые с элитными мутациями загоняют таких, как я, в красную зону под угрозой смерти. Мы чистим локацию, утаскивая за собой большую часть мутантов. А элитники заходят следом, и убивают одиноких красных зверей. Никакого риска.

– Вот суки. – вырвалось у меня. – Сколько их?

– Шесть. Все упакованы так же, как и... Хр-р... – раненый забился в конвульсиях, и вскоре обмяк. Отмучился бедолага.

– Значит не всё так чисто в датском королевстве. – пробормотал я, и перешёл ко второму сидельцу. – Ну а ты чего молчишь? Можешь что рассказать о элитных заключённых? Особые приметы, имена?

– Что, неужели мстить собираешься? – шёпотом спросил мужик, истекающий кровью.

– Нет, но может быть расскажу кому следует. А то как-то не по спортивному элитные сидельцы работают. Глядишь, и накажут их.

– И правильно сделаешь. Только не ходи в ближайшие крепости корпов. Там все куплены давно, и ты лишь подставишься.

– Я услышал тебя. Спасибо за совет.

– Проваливай уже, дай умереть спокойно.

Поднявшись с колена, я осмотрелся. Взгляд тут же задержался на Драке, который с грустью смотрел на тушу поверженного ящера. Надо бы поторопиться.

– Сан, слышал, что говорили пришлые? Давай я займусь сбором трофеев, а ты накорми Дракота. Не хочу задерживаться на открытой местности.

Трофеев набралось много – аж сорок семь красных капсул. По меркам среднестатистического заключённого – целое состояние. Можно прожить целую жизнь, не выходя из поселка, и при этом не нуждаться в еде, воде, и блокаторе.

Распределив ампулы с алой жидкостью в увеличенном контейнере, я убрал его в рюкзак и направился к оврагу, в котором засели охотник с Дракотом. Спустившись вниз, я уставился в глаза Сану, и произнёс командным тоном:

– Рассказывай, что за бред происходил последние сорок минут?

– Эмао поторапливает нас, Аудрэй. – с невозмутимым лицом ответил абориген.

– Сан, не надо делать из меня идиота. Что сейчас произошло в красной зоне?

– Он говорит правду, друг! – прозвучал в моей голове голос питомца. – Эмао желает, чтобы мы поспешили.

– Да вы что, сговорились что-ли?! – зло произнёс я. – Сан, а ну-ка давай по порядку. Почему твоя Эмао, чтоб ей икалось три ночи подряд, поторапливает нас?

Глава 42 Какая-то муть!

Мы успели удалиться от красной зоны километра на три, когда Дракота накрыла мутация. Черный молча, даже не успев ничего сказать, рухнул на жёлтую траву и засопел.

– Что ж, значит привал. – произнёс я, скидывая с плеча ствол орудия. Сан повторил за мной, опустив вторую пушку рядом.

– Нужно спрятать старшего, и идти дальше. – охотник снял с пояса самодельную фляжку и сделал из неё пару глотков. – Эмао постоянно даёт знаки, что нам следует поторопиться.

– Я Драка здесь не брошу. Смотри, на километры вокруг нет даже леса нормального. Так что ждём его пробуждения, или тащим с собой. Я за первый вариант. Поставим палатку, дождёмся пробуждения питомца, и двинем дальше.

– Нам нельзя останавливаться надолго! – упёрся абориген. – Нужно идти в золотую зону, и чем быстрее, тем лучше. Я понесу старшего.

– Да что ж ты такой настырный? У нас ещё девять полных дней в запасе, а до золотой зоны меньше суток ходу. Что не так?

– Условия, я же говорил. Эмао создала нам идеальные условия, без них мы не сможем уйти из золотой зоны живыми. Старшие будут преследовать нас, пока не настигнут.

– Сколько мутантов, тьфу, старших обитает в зоне? Среднее число, мне не надо точно.

– Семейство золотых может насчитывать как пять, так и пятнадцать особей.

– А если выманить их по одному? – спросил я, пытаясь хотя бы в общих чертах понять, что происходит.

– Можно, но старшие могут общаться между собой на больших расстояниях. Смерть золотого должна быть внезапной, чтобы он не успел сообщить о своей гибели.

– Грёбаные хитрозадые твари. – ругнулся я. – Ладно, если сможешь унести этого крылатого кабана, тогда выдвигаемся.

С двумя орудиями на плечах, помимо остального снаряжения и оружия, быстро не походишь. Что уж говорить про охотника, который без экзоскелета тащил на спине девяносто килограмм чёрного недоразумения, наплевавшего на неудобства и спящего непробудным сном. И всё бы хорошо, но мы замедлились, и из-за этого чуть не поплатились жизнями.

Те самые элитные сидельцы, видимо наткнувшись на место побоища, решили, что мы обладаем знатной добычей. То, что у нас имеется серьёзное вооружение, их не смутило, а скорее раззадорило.

– За нами следят. – совершенно внезапно произнёс Сан, продолжая двигаться вперёд. Мы старались не разговаривать, чтобы сохранить темп, и, само собой, каждый погрузился в свои мысли, не забывая при этом мониторить окрестности. Поэтому мне не сразу удалось понять, что сказал охотник.

– Кто? –наконец разморозился я.

– Пришлые. Небольшой отряд. Я давно заметил, что за нами не крадутся жёлтые звери. Обычно младшие проявляют интерес к тем, кто сильнее их, и отслеживают, на всякий случай. А тут никакого проявления любопытства.

– Так с чего ты решил, что жто пришлые? Может нас пасут приёмные дети. – предположил я. – Так сказать страхуют.

– Нет, приёмные могут использовать старших, для этого не нужно нас преследовать. Это те самые пришлые, что охотились в красной зоне.

– Тогда дело плохо. – произнёс я. – С нашей текущей скоростью они легко смогут обогнать по флангам и ударить с нескольких сторон.

– Я говорил, что нам нужно ускориться. – проворчал Сан. – Эмао всё видит.

– Тая, когда закончится жёлтая зона и что последует за ней? – спросил я, прикидывая дальнейший план действий.

– Сразу за жёлтой последует узкая часть оранжевой зоны, до которой чуть больше километра, затем будет обширная зелёная.

– В оранжевой устроим привал. – принял я решение. – Затем сменим маршрут, постараемся обойти зелёную зону. Если повезёт – оторвёмся. Элитные сидельцы, это не мутанты, с ними просто так не повоюешь.

– Нужно торопиться. – словно не слыша меня, пробубнил себе под нос Сан. – Эмао посылает знаки. Нужно идти быстрей.

– Отставить панику. – рыкнул я. – Меняем направление движения на тридцать градусов, и ускоряемся. Активируем все доступные усиления, не экономим. Пусть сидельцы побегают.

***

К границе с оранжевой зоной мы вышли через пятнадцать минут. Оба вздохнули с облегчением, увидев перед собой густой оранжевый лес. Здесь можно легко спрятаться от преследователей, или устроить засаду, на что я и рассчитывал.

– Сан, ты можешь становиться невидимым? – спросил я у охотника. Да, этот краснокожий так до сих пор и не рассказал, какими способностями владеет. У меня начало складываться впечатление, что их у аборигена намного больше, чем должно быть.

– Нет, невидимкой становиться не могу, но от одного-двух пришлых спрячусь.

– Тогда ищем нору, где можно укрыть Дракота, и готовимся к бою.

– Эмао... – начал было абориген, но я тут же заткнул его.

– Мне плевать, что тебе показала Эмао. Готовимся к бою, это приказ!

Питомца спрятали в чьей-то пустующей норе, надеясь, что хозяин не вернётся раньше времени. Сан отошёл от нашей засады метров на двести правее, вдоль границы с жёлтой зоной, а я, не забывая про оранжевых мутов, взобрался на раскидистое дерево, на котором и устроил наблюдательный пункт. Высота небольшая, метров пять, благодаря экзоскелету, можно спрыгнуть вниз без последствий и тут же браться за тяжёлое вооружение – оба орудия лежали между корнями дерева.

"Хозяев жизни" я засёк минут через десять, как устроился на одной из толстых ветвей. Два бойца в элитной броне, двигаясь по тропе, нарвались на мутанта. У них, в отличие от нашей маленькой группы, не было Дракота и красного некоши, отпугивающих всех зверей по оранжевый ранг включительно.

Надо сказать, что сработала парочка чётко. Две короткие очереди, затем ещё две, и мут, так и не успев издать ни единого звука, завалился прямо на тропе. Прикинув расстояние – метров сто пятьдесят, решил подождать. И не зря.

С позиции Сана раздалась заполошная стрельба, крики, ругань, и моя парочка, забыв об осторожности, резво рванула на помощь своим товарищам. Я выждал, когда они окажутся совсем близко, и полоснул по обоим длинной очередью. Болты, предназначенные для элитных мутантов, прошили пехотную броню, не оставив заключённым ни одного шанса.

Спрыгнув с дерева, подхватил одно из орудий и двинулся в сторону неутихающего боя. Интенсивность стрельбы только усиливалась, похоже на моего напарника вышла основная группа сидельцев.

– Бандерлоги! – активировал я каменную кожу. Теперь есть шанс, что даже болты, рассчитанные на элитника, не причинят мне существенного вреда. Но всё равно не стоит лезть на рожон.

Сориентировавшись по звукам, я двинулся в обход, продираясь сквозь довольно густой кустарник. При этом меня не покидало ощущение, что сидельцы палят из своих стволов в белый свет, как в копеечку. Уж больно заполошной была стрельба, причём с двух мест одновременно. А, нет, уже с одного места. Похоже Сан не только жив, но и успешно справляется с элитниками. Впрочем, я видел, на что способен его чудо-топор, что для за гранью реального.

Приблизившись метров на сто к месту, откуда раздавались звуки выстрела, я отложил в сторону тяжелое орудие и рюкзак, и взялся за винтовку. Затем, приняв лежачее положение, двинулся вперёд, по пластунски. Увы, не успел проползти и двух десятков метров, как стрельба прекратилась. Замер в выжидании дальнейшего развития событий, шёпотом обратившись к искину:

– Тая, слышишь что-нибудь постороннее?

– Слишком много шумов, Кэп, не могу сориентироваться. Кто-то стонет, звуки шагов краснокожего некоши. Стон оборвался.

– Твою же мать, он добивает раненых! – выругался я, и крикнул: – Сан, оставь хоть одного живым!

– Они сбежали, Аудрэй! – отозвался охотник. Судя по голосу, он находился в сотне метров от меня, впереди и справа. – Опасности больше нет!

– Ты как, не ранен? – я не спешил подниматься, наоборот – начал отползать назад, к орудию.

– К вечеру заживёт! – отозвался охотник, и я наконец-то увидел его. Он шёл ко мне, опираясь на топор, а его левое плечо было туго перемотано какой-то серой тряпкой, обильно пропитанной кровью. Вот черт, и правда ранен, а я уж думал, что красные некоши вообще неуязвимы. Увидев меня, абориген запереживал: – Ты чего лежишь, тоже ранен?

– Нет, просто решил отдохнуть. – огрызнулся я, поднимаясь с оранжевой травы. – Пленные есть?

– Нет, все мертвы. – ответил охотник. – Аудрэй, что будем делать дальше? Я ранен, и не смогу нести старшего. Придётся оставить или его, или оружие врага.

– Давай обыщем тела, а потом уже будем решать, как поступим. – произнёс я, поднимая тяжёлое орудие на плечо. – Покажешь, где лежат тела?

***

С пяти убитых сидельцев я снял восемь магазинов с болтами на элитника, десяток простых, и дюжину красных ампул, рассованных прямо в поясные крепления одного из заключенных. Забрал и мясо красного мутанта – килограмм десять.

Драка решили оставить здесь. Потратили пару часов, но забаррикодировали вход в логово так, что туда никто не протиснется. Затем замаскировали место, и Сан опрыскал всё вокруг каким-то соком, сказав, что другие мутанты сюда теперь и близко не подойдут. Оставалась вероятность, что сюда вернётся сбежавший сиделец, но об этом можно было не беспокоиться. Пока Сан подрезал топором кусок дёрна, чтобы укрыть последнюю приметную часть логова, я установил под торец самой тяжёлой из веток гранату. Расположил так, что её взрыв точно бы не причинит Дракоту вред, зато разбудит наверняка. А уж дальше, как говориться – предупреждён, значит вооружён.

Не знаю, почему, но сей факт мне захотелось скрыть от охотника. Чрезмерная спешка и постоянные упоминания Эмао стали меня сильно напрягать. Раньше я не замечал такого поведения за аборигеном, и это настораживало.

– Когда вернусь, чтобы уже проснулся, ясно?! – не мог не послать я спящему мутанту мысленный приказ, прежде чем мы покинули оранжевый лес.

– Аудрэй, стоит поторопиться. – вновь завёл свою шарманку краснокожий. – Нужно успеть до наступления малой ночи. Если не успеем, придётся сильно задержаться, возможно до следующей ночи.

– Ты если что-то толковое предложить хочешь, так говори по существу. – произнёс я, хотя мысленно послал охотника в пешее эротическое путешествие.

– Нужно оставить одно орудие врага. – ответил краснокожий. – Тогда мы сможем идти быстрее.

– И нахрена тогда я учил тебя пользоваться им? – я аж опешил от неожиданности. – Нет уж, тащи. В жёлтой зоне возьму в подчинение мутанта, погрузим ему на спину, пусть везёт.

– Долго, потеряем время. – проворчал абориген. – Ладно, попробуем по твоему.

***

С вьючным животным нам повезло. Почти сразу мы наткнулись на ящера, соответствующего всем требованиям, а главное, не имеющего ментальной защиты. Мутант был мною подчинён, оружие на него погружено, и наша скорость сразу увеличилась вдвое.

А дальше началась какая-то безумная гонка. Охотник спешил сам, подгонял мутанта, поторапливал меня. И что самое неприятное – я просто не мог послать Сана куда подальше с его спешкой. Мне не справиться в одиночку даже с одним золотым мутантом, что уж говорить о большем количестве. А их, чтоб мне месяц женщин не видать, в золотой зоне гораздо больше двух. Моя зависимость от аборигена усугублялось ещё и тем, что Тая знала лишь приблизительное место расположения золотой зоны. Оказывается эти элитные мутанты не засиживались на одном месте и запросто могли переселиться. Выходило, что золотая локация исчезала в одном месте, и появлялась в другом. Да, не слишком далеко от прежней, но всё же. Данный процесс проходил быстро, и был совершенно не изучен, как и прочее деление аномалии на цветовые зоны.

Остановились мы, когда очередной вьючный мутант неловко подвернул лапу и, потеряв равновесие, знатно грохнулся. Пришлось добить бедолагу со сломанной ногой. Произошло это в голубой зоне, и я, не слушая ворчание аборигена, поставил палатку.

– Сан, может тебе и не нужен отдых, а я с ног валюсь от усталости. Шутка ли, вторые сутки идём без остановок. У меня все картриджи со стимуляторами кончились. Так что четыре часа я всё же посплю, с твоего позволения.

Увы, сон не шёл. Усталый мозг цеплялся за какие-то мелочи, произошедшие в течение дня, и в итоге я, не выдержав, шёпотом обратился к искину:

– Тая, тебе не кажется, что кто-то пытается нас обмануть?

– Кэп, не совсем понимаю, о чём ты говоришь?

– Ранение в плечо. Мы топаем уже часов десять, а Сан ни разу даже не прикоснулся к повязке. Мне кажется, там нет никакой раны.

– Может одна из способностей аборигена – регенерация? – предположила искин.

– Вот, ещё одна зацепка. У Сана слишком много этих способностей, я уже сбился со счёта, сколько их. Да и будь у него эта регенерация, почему я ни разу не видел, как он чешет рану? При ускоренном заживлении рана должна зудеть и чесаться, я так считаю. Ладно, разберёмся.

– Я постараюсь более пристально следить за аборигеном, и проведу анализ его действий за последние двое суток. – сообщила искин. – А сейчас, Кэп, введу тебе успокоительное.

– Добро. – согласился я. – Только не перестарайся, а то буду сонный весь день, а нам ещё тащить на себе тяжести и скоро бой предстоит.

Через несколько минут мне всё же удалось уснуть, провалившись в черное ничто, без сновидений.

***

– Кэп, просыпайся! – громкий голос рывком вырвал меня из сна, от чего я подорвался, хватаясь за рукоять болтера. Твою же Эмао!

– Тая, нахрена так шутить?

– Кэп, я уже пять минут пытаюсь разбудить тебя. Абориген говорит, что надо продолжить движение.

– Он это ещё перед тем, как я уснул, говорил. – усмехнулся я, и расстегнул молнию.

– Собирайся скорее, Аудрэй, времени осталось совсем мало. – тут же сообщил мне Сан. Он стоял с орудием на плече, и всем видом показывал, что готов двигаться. – Дальше только оранжевые и синие зоны, зверя для перевозки оружия не найти.

– Успеем. – ответил я, быстро собирая палатку. – Сколько нам ещё идти?

– Двадцать пять километров. До наступления малой ночи осталось восемь часов.

– Пять на дорогу, и три на решение наших проблем. – посчитал я. – Слушай, а почему бы нам не атаковать именно ночью? Мутанты будут сонными, а значит не смогут оказать сопротивление.

– Ты готов выйти под свет чёрной звезды? – удивился охотник. – Даже мы, местные, не решаемся на такое. Порой достаточно одной минуты, чтобы Чёрный Даггар забрал твоё тело. К тому же сильная головная боль не даст мыслить разумно. А ты, Аудрэй, ещё и носитель осквернённого металла, а значит ещё больше подвержен влиянию врага.

– Ну, тогда ускоримся. – произнёс я, застёгивая рюкзак. Закинул его на спину, повесил винтовку на грудь, и напоследок водрузил себе на плечо тяжёлое орудие. Интересно, Чёрный Даггар сам формирует вооружение на псевдо-механоидах, или адаптирует уже имеющееся. Если второе, то с чего были сняты эти пушки? С шагающего танка корпов?

– Друг, ты меня слышишь? – внезапно прозвучало в моей голове. Дракот, живой, чертяка!

– Ты уже выбрался из горы? Если нет, то не спеши!

– Меня разбудили, полчаса назад. Оранжевые мутанты пытались пролезть в нору, но взрыв испугал их. А уж после я выбрался наружу, парочку прикончил, остальные сами разбежались. Друг, ты уже убил золотого мутанта?

– Нет, Драк, до них ещё часов пять добираться.

– Я успею догнать вас, Аудрэй. Вместе будем охотиться. – в мыслеречи питомца послышалась радость.

– Лучше не спеши. Понимаешь, Драк, с краснокожим охотником что-то не так. Он почему-то не хотел, чтобы ты участвовал в охоте.

– Я буду держаться поблизости. – питомец порадовал меня своим благоразумием. – Всё, мне становится трудно поддерживать наш разговор. Как только почувствую тебя рядом, сообщу. Я ещё не до конца пробудился.

– Не отставай, Аудрэй. – раздался впереди голос Сана. – Нужно поторопиться.

– Происходит какая-то муть. – проворчал я раздражённо. – И мне это нравится всё меньше и меньше.

Глава 43 Второй контакт с Даггаром

Золотая зона. Так вышло, что мы приближались к ней по синей локации, совершенно лишённой деревьев, и потому увидели издали. Причём золото было не таким, как я предполагал, а розовым.

– Всё, дальше двигаемся следующим образом. – обратился ко мне охотник. – Я иду первым, ты за мной, строго след в след, с дистанцией в два шага. Скажу – замри, замираешь. Очень надеюсь, хранители Эмао не почувствуют врага в твоей руке. Как только приблизимся к деревьям, не вздумай заговорить, погибнем.

– Мы что, прямо так и пойдём, без разведки? – удивился я.

– Да. Эмао должна помочь нам. – ответил абориген, при этом поудобнее перехватив орудие. Ишь, как вцепился в него, а ведь совсем недавно хотел выкинуть.

– Сан, у нас же был план. Выманиваем золотых зверей наружу, и расстреливаем из оружия.

– Мы подойдём вплотную, незамеченными. – гнул свою линию краснокожий. – Атакуем внезапно, пока хранители не задействовали свои усиления. Здесь, в зоне, золотых старших сейчас всего три. Убить нужно всех, тогда у нас будет шанс уйти.

– Сан, откуда ты знаешь, что их всего три? – я остановился на месте и перехватил орудие так, чтобы можно было мгновенно начать стрелять.

– Эмао дала знак. Вон там, видишь? – абориген указал рукой. – Три дерева с листвой, отличающейся от остальных. Так не бывает, чтобы в золотой зоне были жёлтые деревья. Значит Эмао что-то хочет передать нам.

– Чёрт. – глухо выругался я. – Грёбаное колдунство! Сан, с чего ты решил, что этот знак предназначен для нас?

– Знаю! – твёрдо заверил абориген. – Идём, хватит болтать.

И я пошёл. Чуйка, обычно воющая при сильной опасности, сейчас молчала, к тому же у меня была подстраховка – Дракот. Да, питомец нагнал нас, и сейчас должен был держаться позади, на расстоянии нескольких сотен метров.

– Драк, ты что-нибудь видишь? – обратился я к чёрному по мыслесвязи.

– Нет, Аудрэй. Ни одного старшего. Это странно, обычно кто-то должен летать над гнездовьем, следить за подступами.

– Ты долго ещё продержишься в невидимости? – мы решили, что питомец будет скрываться от Сана до последнего, пока не потребуется вмешательство.

– Ещё несколько минут, а затем перерыв в полчаса. – сообщил Дракот.

– Когда действие усиления почти закончится, садись за какой-нибудь кустарник и жди. Восстановится невидимость, тогда нагонишь нас.

Пришлось заставить себя не оглядываться, чтобы охотник не заподозрил чего. Так мы и шли, с дистанцией в один метр, след в след, пока не приблизились вплотную к золотой локации.

– Кэп, я слышу странные звуки изнутри зоны. – произнесла искин. – Словно кто-то скулит, и подвывает.

Отвечать я не стал, помня приказ краснокожего. Так мы и вошли в золотой лес. Даже при отсутствии яркого светила здесь всё переливалось и сверкало столь интенсивно, что у меня зарябило в глазах. Проклятье, да если местные мутанты такие же бестящие, мы их попросту не разглядим во всём это мельтешении.

Сан наконец остановился, повернувшись ко мне лицом. Знаками, на пальцах, он показал, что нам нужно разделиться, и направление, куда мне идти. К этому моменту я уже и сам стал различать странные звуки, похожие на жалобное поскуливание пса. Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Перехватив орудие так, чтобы можно было начать стрелять прямо так, стоя, от бедра, я неспешно двинулся в указанном направлении. Сан, удалившись в сторону на несколько метров, так же пошёл вперёд, параллельно мне. Резко появилось ощущение опасности, и сердце тут же выработало львиную дозу андреналина. Похоже началось.

Полсотни шагов вперёд, и мы наткнулись на первую поляну. Причём совсем недавно здесь был лес, просто все деревья в радиусе сорока метров поломали на щепки. Посреди свободного места валялись части от разорванных шагающих танков. Непонятно, сколько их тут было – два, или три, но досталось технике знатно. Как и одному золотому мутанту, израненному снарядами, словно в него разрядили полный БК несколько шилок.

Даже сейчас, весь истерзанный, зверь выглядел угрожающе. Длинное, метров десять, тело. Четыре когтистые лапы, изорванные в лоскуты огромные крылья, длинный хвост, оканчивающийся жалом. И голова, отдалённо похожая на волчью, только пасть раз в двадцать больше. Меня в броне заглотит на раз, и не подавится.

Самое удивительное – мутант ещё был жив. Странные звуки, услышанные мной ранее, были сиплым дыханием зверя. У меня даже полегчало на сердце – я ожидал увидеть здесь детёнышей золотого мутанта, которых убивать не было никакого желания. Есть моральные принципы, через которые крайне сложно переступить.

Сан, приставив ствол оружия к дереву, извлёк топор, и двинулся к умирающему муту. Дракон, именно так я решил называть зверя‐хранителя, задышал чаще, его помутневший янтарный глаз ожил и шевельнулся. Вот же жуть, аж мурашки по спине от этого зрелища.

– Прости, старший. – произнёс абориген, нарушив тишину, и, глубоко вздохнув, нанёс мощный удар. Чудо-топор с хрустом смял золотую чешую, но не прорубил её. Впрочем, этого хватило, чтобы мутант, вздрогнув всем телом, обмяк, а его глаз закрыло бронированное веко. Сан вновь повернулся ко мне, и жестом пригласил подойти ближе. Ясно, можно действовать. Приблизившись к дракону, я вставил правую руку в одну из ран, и произнёс:

– Забор мутагена.

Впервые муть добывалась аж целых пять минут. За это время Сан успел обойти всю поляну, и даже что-то подобрать. Когда забор закончился, я, мягко говоря, подохренел. Двадцать золотых ампул!

– Кэп, замени капсулы на пустые. – попросила искин. – Мы ещё не всё забрали.

– Какого чёрта, Тая? – спросил я шёпотом. – Мне сказали, что из элиты добывают до пятнадцати ампул!

– Я знаю, Кэп, но этот мутант, как видишь, дал несколько больше.

Со второго захода можно было набрать ещё не одну капсулу, но я не стал выкачивать муть под ноль, ведь тогда мясо станет непригодным для аборигена и Драка. Сообщил об этом Сану, но у того было иное мнение.

– Аудрэй, нужно обойти всю локацию. Нельзя, чтобы душа хранителей попала в чужие руки. Где-то здесь находятся ещё два золотых старших, ты должен собрать с них всё.

– Сан, зачем рисковать лишний раз? – удивился я. – Берём мясо, для тебя и моего питомца, и сваливаем отсюда.

– Ты не понимаешь, Аудрэй. Здесь произошло что-то нехорошее. Пришлые следили за золотым лесом, и атаковали, как только большая часть хранителей улетела.

– Ты уверен, что наша задержка не станет проблемой? – уточнил я на всякий случай. Новая затея аборигена мне не нравилась.

– Никто не успеет вернуться до наступления ночи. Да, хранители могут путешествовать под светом Чёрного Даггара, но даже они стараются не делать этого. А значит до наступления ночи и сразу после неё здесь может оказаться кто угодно.

– Хорошо, показывай дорогу. – принял я решение, и тут же с помощью мыслеречи обратился к питомцу: – Дракот, шевели булками. Мне удалось оставить в одном из золотых старших немного души – кажется так вы называете мутаген.

– Я уже на границе золотого леса, друг. – тут же отозвался чёрный. – Иду по вашим следам.

– Нам надо туда, Аудрэй. – произнёс охотник, указывая направление. Теперь он не пытался скрыться, и вёл себя гораздо увереннее. Хренов конспиратор.

– Нет, Сан, это тебе надо. Я с места не сдвинусь, пока ты не пояснишь, куда туда, и почему.

– Видишь, ветви сломаны, и трава примята. Это шли чужаки, на своих железных боевых повозках. Две или три повозки. Самого опасного хранителя они убили, остались молодые, не такие сильные. Думаю, в золотом лесу больше нет живых.

– Ну так значит и опасности нет так что шагай вперёд, а я прикрою. – мне удалось произнести фразу достаточно дружелюбно. Охотник зыркнул на меня, но кивнул, соглашаясь. Убрал за пояс топор, подхватил орудие и двинулся вглубь леса, жестом пригласив следовать за ним.

Второе побоище обнаружилось метрах в четырестах от первого. Со мной как раз связался Дракот, сообщив, что он возле туши и приступает к насыщению. Я лишь успел ответить, чтобы был осторожнее, когда впереди забухало орудие:

– Тум-тум-тум! Тум-тум-тум!

Метнувшись к укрытию – толстому, в два обхвата, стволу, я опустился на колено и попытался понять, в кого так самозабвенно стреляет абориген.

– Отставить стрельбу, Сан! Он пустой! – мне пришлось кричать, чтобы охотник прекратил тратить боеприпас. – Ты что, не видишь, машина опустевшая!

– Это техника чужаков, её нужно уничтожить! – с раздражением бросил краснокожий.

– Ну так не сейчас же! Где-то есть ещё такие, и они, возможно, еще способны воевать!

– Хорошо, Аудрэй, я послушаю тебя. – принял решение охотник. – Смотри, здесь много золотой крови, возможно один или оба хранителя сильно ранены. Надо двигаться туда, по кровавым следам.

– Да не вопрос, ты впереди я замыкающий. – ответил я, внимательно осматривая шагающий танк. Сейчас, в деактивированном положении, он был всего три метра в высоту. Грудные пластины разворочены, сорваны с места,, и можно как следует рассмотреть внутренности машины. Пилот, или водитель – не знаю, как будет правильно, валяется в нескольких метрах изломанной куклой. Мда, и мы пришли со своими карамультуками охотиться на золотых мутантов? Просто охреневшие самонадеянные полудурки, иначе нас не назвать.

Через сто метров мы обнаружили мёртвого хранителя. Этот дракон был мельче первого, примерно на четверть. По всему вытянутому телу виднелись многочисленные раны, из развороченного брюха торчали обломки рёбер. Зверю серьёзно досталось, как он вообще смог отползти так далеко от места схватки – непонятно.

– С него мутаген не буду пока собирать. – произнёс я, осматривая мутанта. – На обратном пути все сделаю. Тая, сколько у нас осталось времени до наступления ночи?

– Приблизительно сорок минут. – доложила искин.

– Сан, нам придётся задержаться здесь, пока не уйдет чёрное солнце. – обратился я к аборигену.

– Мы успеем уйти до наступления ночи. – хмурясь, ответил охотник. – Последний хранитель где-то рядом!

На корповца мы наткнулись, не успев отойти от мутанта и на сотню шагов. И тут уж не сплоховал я – едва засёк впереди движение, тут же навёл орудие и дал пару коротких очередей. Попал удачно, пилота шагающего танка буквально разорвало на части.

– Похоже последний хранитель тоже мёртв. – пришёл я к выводу. – Сан, думаю, нам пора возвращаться. Только обыщем этого корповца, на предмет золотого мутагена.

– Нужно убедиться, что это последний чужак. – не согласился охотник. – Мы должны поторопиться.

Хотелось послать аборигена далеко и надолго. Сказать, что мне стоит торопиться совсем в другую сторону. Но, прикинув время и всё остальное, я решил – задержусь, вдруг узнаю что важное. Слишком уж много непонятного происходит последнее время.

Место последнего боя мы нашли почти на краю золотой зоны. Шагающая машина корпорации, валяющаяся на боку, и рядом иссушеный труп золотого мутанта. Похоже пилот собирался повторить забор мутагена и сваливать отсюда, когда нарвался на нас.

– Ты убедился, что корпы все уничтожены? – спросил я.

– Да, мы можем уходить. – ответил Сан, и, наведя ствол орудия на танк, принялся расстреливать его. Твою же в душу, нахрена он это делает?)

Возникло сильное желание грохнуть краснокожего, и свалить отсюда как можно скорее. У аборигена явно беда с башкой, то несёт какой-то бред, то исполняет всякую дичь. Если раньше к охотнику было хоть какое-то доверие, то сейчас к нему спиной не повернёшься, а вдруг решит прикончить.

– Уходим. – произнёс Сан, отбросив орудие, которое перестало стрелять, в сторону. Похоже израсходовал весь боезапас, что меня порадовало.

– Друг, я добыл мясо старшего, что мне делать дальше? – спросил питомец, с которым мы последние часы постоянно были на связи.

– Доберись до нашего селения, дружище. Там, под защитой Виктора, съешь мясо.

– У тебя всё хорошо? – с тревогой спросил питомец.

– Нет. Мне кажется, перворожденный выполнял чьё-то задание, когда так торопился сюда. Возможно приёмных детей. И ещё мне кажется, краснокожий не хочет, чтобы ты покинул аномалию вместе со мной.

– Я услышал тебя, друг. Буду ждать твоего возвращения вместе с твоей самкой и другом Виктоуром.

Не знаю, что меня подтолкнуло отправить Дракота именно в посёлок, а не к тому месту, где мы его оставили. Какое-то смутное чувство тревоги, только непонятно, за кого...

***

То, как мы покидали золотую зону, больше походило на бегство. Правда пришлось задержаться на обыск убитого нами пилота, о чём я ни капли не пожалел. Три плазменных гранаты, пара энергоячеек, и кофр, скорее всего содержащий золотые капсулы. Ещё постоял несколько минут возле первого и второго мутантов, из которых удалось выкачать девятнадцать капсул.

– Десять хранилищ души отдай мне, и пять своему питомцу. – сообщил Сан, наблюдая за тем, как я извлекаю полные капсулы. – Пусть старший выпьет их, или поглотит каким-то иным способом. Это даст ему право покинуть Эмао.

– Дракот сказал, что ему нужно съесть мясо золотого зверя. – я постарался изобразить удивление.

– Мясо может не сработать, а вот часть души точно поможет. – разъяснил Сан, что поставило меня в тупик. Это что ж получается, я зря думал плохое про охотника?

А потом мы побежали. Причём Сан налегке, а я гружёный, словно буйвол. Пришлось даже отдать Тае приказ, чтобы она вколола мне мощную дозу стимулятора. Успели. Промчавшись бешенными носорогами через синюю зону, вломились в подлесок зелёной, где позволили себе чуть сбавить скорость. А когда забрались под раскидистые кроны больших деревьев, буквально попадали на землю.

Отдышавшись, я всё же нашел в себе силы подняться, и перебрался к стволу дерева, где уселся поудобнее. А вот охотник, каким бы он мне не казался неутомимым, так и лежал, тяжело дыша. Чёрт, как бы не помер краснокожий. К тому же чёрное солнце вышло на небосвод – мои виски уже сдавило ноющей болью.

– Сан, с тобой всё в порядке? – спросил я на всякий случай. Мне хватило одной стычки с местными киборгами, чтобы на всю жизнь запомнить.

– Не знаю, Аудрэй. Что-то со мной не так. Нужно принять часть души хранителя, во время малой ночи действие золота полезнее.

– Тебе виднее. – произнёс я, и на всякий случай повернул ствол орудия на аборигена. Ишь ты, не так что-то с ним.

Сан, перевернувшись на спину, прямо на моих глазах начал ломать невероятно прочные капсулы, и вливать их содержимое сквозь стиснутые зубы. Вот ей богу, глядя на это безобразие, мои руки сами потянулись к пусковому механизму орудия. Еле удержался от смертоубийства. Тем временем абориген, отплёвываясь от осколков, одну за другой опустошил все десять ампул, затем снял с пояса свою самодельную фляжку и прополоскал кровоточащий рот.

– Эй, Сан, хреново выглядишь. – произнёс я. – Может тебе вколоть медикаментов корпорации? Они помогают некоши, я так женщину спас.

– Аудрэй, часть золотой души – это лучшее лекарство, и свобода от Чёрного Даггара. Хранители – единственные, кого не может подчинить себе враг. Ему по силам только убить золотых старших. Теперь я владею частью этой силы, и смогу покинуть мир Эмао.

Воистину не упоминай всуе. Едва охотник упомянул Даггара, как по протезу словно пробежал разряд электричества. Следом заложило уши, так что последние слова краснокожего я едва расслышал. А затем в голове что-то щёлкнуло, и мои догадки на счет чёрного солнца обрели уверенность.

– Фиксирую потерю контроля над юнитом второго ранга. Директива изменена. Рекомендации – наладить контакт с бесконтрольным юнитом. – прозвучал в голове механический, и главное, чёткий голос. Твою же в почку, через весь кишечный тракт, как эта хрень смогла подключиться к нейросети в моей голове? Ещё и боль резко усилилась...

– Кэп, фиксирую сигнал извне, псевдо-механический протез использовал ранее неизвестный функционал. – второй голос, в этот раз Таи. – В текущих условиях я никак не могу воздействовать на ситуацию, могу лишь только утверждать, что угрозы для твоей жизни нет.

– Определены условия сотрудничества. – вновь произнёс механический голос. – Действие со стороны контроллёра – стопроцентная разблокировка функционала псевдо-механического адаптера, пакет информации по объекту класса "Оператор реальности". Действие со стороны свободного юнита – уничтожение вражеских юнитов за пределами контролируемого пространства.

– Кэп, получено текстовое сообщение приоритетного класса. Угрозы не обнаружено. Открыть?

– Да. – произнёс я сквозь стиснутые зубы. Перед затуманенным взором вспыхнул зеленоватый экран, на котором проявился короткий текст, на русском:

"Принять договор:

Да.

Нет

Выбор производится голосовой командой"

И всё.

– Кэп, что здесь написано? – как-то по человечески спросила искин. Ага, так я тебе и ответил.

– Неважно. – прохрипел я, после чего озвучил свой выбор...

Глава 44 Начало штурма

Надпись на зелёном экране дополненной реальности изменилась:

"Договор вступит в действие в момент контрольного сканирования

Разовое нарушение договора влечёт за собой блокировку одной из открытых функций псевдо-механического адаптера"

– Твою Эмао! – сдавленно выругался я. – Я же отказался! Тая, что за хрень?

– Произошёл какой-то сбой в соединении с неизвестным источником. – как-то растерянно произнесла искин. Сразу после её слов экран передо мной расстаял, а вместе с ним отступила боль. Благодаря этому я успел увидеть невероятно напряжённое лицо аборигена. Может он причастен к этому треклятому сбою, подменившему "Нет" на "Да"? Если так, то нам с этим товарищем точно не по пути.

– Сан, что с тобой? – спросил я. Чёрт, да охотника корёжит так, словно он эпилептик. Не хватает только пены изо рта. Вряд-ли в таком состоянии можно во что-то вмешаться.

– Хр-р! – только и смог ответить абориген, продолжая мелко трястись. Твою то в душу, да у него вены вздулись, и по ним бежит что-то жёлтое. Мутаген?

Прямо на моих глазах кожа некоши начала медленно светлеть, теряя красный оттенок. Метаморфоза произошла в течение нескольких секунд, после которых кожный покров охотника приобрел цвет, ничем не отличимый от моего. Радужка широко распахнутых глаз налилась янтарём, и лишь после этого Сана перестало трясти. Похоже абориген только что мутировал в высшую стадию некоши. Интересно, меня так же будет корёжить, или обойдётся?

– Аудрэй, дальше ты пойдёшь один. – хрипло произнёс теперь уже белокожий охотник, поднимаясь с земли. Аборигена ещё потряхивало, но на ногах он держался крепко. – Я приду к твоему селению через пять дней, или сразу отправлюсь к приёмным детям.

– Эй, ты куда? – растерянно спросил я, глядя, как некоши широким, стремительным шагом направляется к границе зоны. – Сан, чёрное солнце ещё не село!

– Мне надо поторопиться! – уже на бегу ответил охотник. Да твою же аномалию, прямо по кишечному тракту! А мне надо ящик пива и двух, нет, трёх красоток, но я же не бегу в ё это организовывать! Да и к чёрту этого странного местного, я сумасшедших спасать не нанимался. У меня у самого в последнее время серьёзные беды с башкой, не до чужих тараканов.

– Эмао тебе в помощь! – крикнул я в спину аборигену. И добавил, уже под нос: – И мне тоже.

– Кэп, с тобой всё в порядке? – с тревогой спросила искин.

– Ну, судя по тому, что я сижу в тени, в отличие от некоторых – да. Тая, посчитай, сколько до нашего посёлка по прямой.

– Двое стандартных суток, Кэп, из расчёта, что будет остановка на шестичасовой сон.

— Отлично. Останется только наведаться к корпам, и можно сваливать из этой дыры. – произнёс я, доставая из рюкзака баллон с водой. На самом деле меня беспокоило другое. Что будет с Виктором, Галиной и другими землянами после моего исчезновения. Возьмут их приёмные дети под свою защиту, или отделаются лёгким приглядом. Ситуация, которую я никак не смогу проконтролировать. И вообще, не слишком ли я далеко вперёд заглядываю? Я пока что здесь, никуда не свалил...

– Тая, сколько ещё будет длиться ночь?

– Тридцать пять минут, Кэп.

– Отлично. – произнёс я, и подтянул к себе рюкзак. Извлёк из него девять энергоячеек, положил рядом. Перебрал содержимое, переложил капсулы с золотой мутью так, чтобы их сложно было повредить. Затем взялся за мачете, и приступил к созданию тайника. Да, контейнер пилота я решил спрятать здесь. Зачем? Скажем так – задел на далёкое будущее. Или не далёкое, в зоне А-один всё очень быстро меняется.

Спустя час я быстрым шагом удалялся с места "ночёвки", двигаясь по прямой к своему селению. Позади остался тайник, в котором, по местным меркам, лежало сокровище огромной ценности. Считай пропуск из этой дыры. А ещё я зарядил энергией протез, под завязку. Пришлось вновь возвращать перчатку на руку, так как левая кисть у меня стала выглядеть так, словно сделана из ртути. Жутковатое зрелище, особенно для меня, владельца псевдо-механической руки.

Сотня шагов, другая, третья. Зеленая зона, за ней жёлтая, затем голубая. После сменились ещё несколько, и в очередной голубой локации я всё же не выдержал. Установил палатку в неприметном овраге, и завалился спать. При этом так и не смог как следует расслабиться, от чего просыпался каждые пятнадцать минут, и вслушивался в происходящее вокруг. Искин предложил вколоть успокоительное, но я запретил – хотелось сохранить голову ясной.

***

К окрестностям поселения "отморозков" я добрался ровно через двое суток. Дошёл почти без приключений, разве что в оранжевой зоне пришлось пострелять разок, когда нарвался на двух мутантов. В общем, к знакомой речушке я подходил целым, и невредимым.

– Драк, как у вас дела? – послал я мысленный сигнал своему питомцу, и ожидаемо не получил ответ. Ясно, зверюга нажрался мяса золотого мута, и теперь дрыхнет, проходя очередную трансформацию.

Неладное почувствовал, когда уже перебрался на противоположную сторону реки. Тишина. Ну не может быть так тихо в поселке, где обитают люди. А тут ни единого звука. Прислушался к своей внутренней чуйке, но та молчала. Неужели ушли?

Первое тело я обнаружил в сотне шагов от реки. Убитый, видимо, хотел убежать, но сгусток плазмы оказался быстрей. Большое сквозное отверстие 6а месте груди ясно давало понять, от чего умер заключенный. Глухо выматерившись, я перехватил поудобнее орудие, и сошёл с тропы, двинувшись вокруг селения, по сужающейся спирали.

Тела земляков и десятка незнакомых мне заключенных валялись кругом. Совсем недавно, меньше суток назад, здесь произошла настоящая бойня. Отряд корпов, причём большой, пришёл со стороны базы. Они взяли в полукольцо селение и начали планомерно убивать всех подряд, без разбора. Надежда, что приёмные приглядывают за посёлком, не оправдалась...

От зрелища бойни ладони сами сжимались в кулаки, до хруста в суставах, а глаза пристально всматривались в лица убитых. В голове крутились всего две мысли, первая – неужели всех? И вторая – за что? Мозг лихорадочно пытался найти ответ, подсовывая одну версию за другой, и не находил...

Завершив обход и не обнаружив среди убитых ни Гали, ни Виктора, ни Дракота, я наконец-то приблизился к шатру, чудом уцелевшему во всей этой бойне. Не мудрствуя, забросил внутрь неактивированный плазменный подарок и крикнул:

– Граната!

В ответ раздался лишь сдавленный стон, и я, ругаясь на неповоротливую пушку у себя в руках, вломился внутрь. Благодаря светофильтрам забрала искин быстро адаптировала мои глаза под сумрак, и я, облегчённо вздохнув, опустил орудие. В метре от сфоттера, на расстеленном спальнике, свернувшись калачиком спала Галина. Рядом бессовестно дрых Дракот. Прислонившись спиной к искорёженному сфоттеру, с лежащей у правого бедра винтовкой дремал Виктор. Даже мой крик не смог разбудить никого из присутствующих. Чёрт, да что здесь произошло?

– Граната, говоришь? – с противоположной стороны шатра прозвучал знакомый раздражённый голос, а затем, прямо из воздуха, проявился Вадим. – Ноги бы тебе переломать за такие шуточки. У меня, сука, вся жизнь перед глазами пронеслась!

– Ты чего это такой пугливый? – усмехнулся я в ответ, убирая ладонь с рукояти болтера. – Мои люди, питомец – что с ними?

– Зверюга эволюционирует, а твои бойцы под препаратами, лечатся. Ты почему один пришёл? Где красный?

– Так я ему не указ. – я подошёл к егерю, лпустился на колено и послушал дыхание. Ровное, спокойное. – Вадим, от чего мои люди лечаться?

– А это ты у корпов спроси. – ответил приемный. – Мало того, что селение зачистили, так ещё и отраву вокруг распылили. Хорошо, что твои подопечные в момент нападения на охоте были, да мы рядом оказались. Саян твоим ти успел вколоть, хм, антидот широкого спектра действия. Да не переживай ты, яд развеялся ещё сутки назад.

– Что на аурумцев нашло, что они начали заключённых валить без разбора? – задал я ещё один вопрос.

– Это тебе к командиру нашему. Он умный, скорее всего уже разгадал. Ты лучше скажи, удалось добыть золотой мутаген?

– Удалось. – ответил я, а у самого словно прозрение в голове случилось. В рот йодом мазанный, так это что, корпы узнали об особенности отмороженных, и теперь зачищают от нас зону? В принципе версия подходит, но могу и ошибаться. Ладно, разберёмся, не впервой.

– Ну, тогда извини, что-ли. – Вадим приблизился, и протянул мне правую ладонь для рукопожатия. – Я ведь не верил, что сможешь добыть. Сам лично видел, как один золотой мутант группу элитных заключенных выносит.

– Да нам повезло. – отмахнулся я, но руку пожал. – Там старшие с шагающими танками корпов схлестнулись, ну и на ноль друг друга помножили. Мы так, только трофеи собрали.

– Сколько шагунов было? – Вадим стиснул мою руку, но тут же отпустил. – Чёрт, извини, на нервах весь.

– Пять вроде, если ты про танки спросил. – ответил я.

– Ты даже не представляешь, насколько важные сведения принёс. – улыбнулся приёмный. – Жди здесь, мне нужно передать важную информацию командиру. Вернусь быстро. Да, за своих бойцов не переживай, скоро оклемаются.

***

Вадим вернулся через час. С ним пришли Саян, и ещё трое бойцов в броне космодесанта. Азиат быстро осмотрел моих спящих товарищей, одобрительно хмыкнул, и лишь после переключился на меня.

– Ну, рассказывай о своих приключениях. И, если можно, про Сана расскажи, хотя бы свои домыслы. Поверь, это важно.

Ну, я и рассказал. Утаивать что-либо бессмысленно, пока я не поставлю себе элитную мутацию, всё равно этот менталист в голову залезет и все мысли прочтёт. К счастью, Саян интересовался в основном всем, что я увидел в золотой зоне, и ещё действиями и поведением аборигена. Выслушав до конца, азиат подозвал одного из бойцов, и попросил меня, чтобы я описал внешний вид повреждённых шагающих танков, делая упор на какие-то детали, бросившиеся в глаза. Пришлось припомнить всё до мелочей.

– Это они. – произнёс Михаил, мой новый знакомый. – Значит на базе максимум один моторизированный взвод. Учитывая последние события, предлагаю штурм.

– Штурм базы? – уточнил я на всякий случай.

– А ты как собрался устанавливать себе золотую мутацию? – усмехнулся Саян. – Вас, размороженных, живыми корпы не выпустят. Похоже узнали, что у вас иммунитет к шуму, и решили обезопасить себя – устранить имунных. Сейчас каждый заключённый на форпостах и базах проходит специальное тестирование ещё в досмотровой.

– Неужели нет иного способа пройти мутацию, кроме как у корпов?

– Увы, для внедрения элитного мутагена нужно специальное оборудование. Корпорация делает его стационарным, встраивая в стены базы, и при атаке на объект это оборудование уничтожается аурумцами в первую очередь.

– Если оно уничтожается, то какой смысл нападать на корпов?

– Ну, знаешь ли, штурм штурму рознь. – улыбнулся Михаил. – А уж мы на этом не одну собаку съели. Ладно, Саян, занимайся молодёжью, а я пойду, побеседую с питомцами. Сам понимаешь, без поддержки такие дела не решаются.

***

Галина проснулась через четыре часа, Виктор чуть позже. Драк, кошак крылатый,так и продолжал дрыхнуть непробудным сном. Впрочем, его участие в предстоящих событиях приёмные дети даже не рассматривали, а я не настаивал. Успеет ещё мой питомец повоевать, а сейчас нам не мешало бы поработать в паре, где-нибудь на полигоне, чтобы могли работать слаженно.

– Командир, значит придётся уходить в лес? – спросил егерь, выслушав мой рассказ. – Ничего, справимся. Какая разница, где жить, если здесь повсюду одни условия для обитания.

– Надеюсь, вам не придётся долго торчать в этой дыре. Нет, даже не думайте расспрашивать! – я поднял руки в останавливающем жесте. – Всё, что вам нужно знать, я расскажу позже, после штурма базы, и, дай бог, успешной мутации.

– Знаешь, командир, это Галине здесь не место. А я всю сознательную жизнь вдали людей, мне здесь комфортно.

– Разберёмся. – усмехнулся я. – Ладно, приглядывайте за Дракотом. Как только проснётся, передадите ему вот этот сверток, пусть выпьет содержимое.

– Твою то тёщу! – охнул егерь. – Здесь то, о чём я подумал?

– Оно самое. Виктор, ты помоги чёрному, а то сожрёт вместе с стеклом, потом желудком маятся будет.

– Командир, да с его метаболизмом кованные подковы переваривать можно. – рассмеялся земляк. – Но я понял тебя.

– Да, самое главное чуть не забыл. Когда Сан придёт, не пугайтесь. У него кожа стала... – я специально выдержал паузу, чтобы запомнить лица своих подчинённых, а затем произнёс: – Как у обычного человека.

– Не золотая? – растерянно спросила Галина.

– Нет. В общем, сразу не стреляйте, как только увидите странного заключённого. Да, я бы на вашем месте перебрался за реку. Всё спокойней будет.

***

– И так, товарищи. – произнёс Михаил, который был то ли самым опытным в разработке штурмов, то ли вообще тем самым командиром всех приёмных. – В этот раз старшие мутанты будут на подхвате, и вся ответственность ляжет на нас. Главную партию поведёт лейтенант Базилевский. Андрей, повтори порядок действий.

– Прихожу к базе, дожидаюсь, когда спустится лифт. Пропускаю в него вашего человека, скрытого под мимикрией, и вместе с ним поднимаюсь наверх. Дальше перетягиваю на себя внимание всего наряда, например показываю капсулу с золотым мутагеном. Как только дело дойдёт до теста на шум, максимально отвлекаю одного из корпов, и не мешаю вашему бойцу работать. После сижу где-нибудь в укромном месте, и не отсвечиваю, пока не позовёте.

– Вот и хорошо. Шаман, готов первым прогуляться на базу?

– Давно хотел. – усмехнулся низкорослый крепыш с колючим взглядом черных глаз. – Зря я что-ли столько лет тренировался.

– Ну что ж, отпустим нашего, хм, предка, дальнейшие этапы операции ему знать не нужно. – произнёс Михаил. – Андрей, можешь поспать несколько часов. Потом времени на отдых не будет до окончания операции.

– Благодарю. – я поднялся с бревна, играющего роль лавки. – И правда вымотался за сегодня.

В этот раз мне удалось выспаться. Ощущение, что рядом находится бдительный товарищ, оно успокаивает. Так что к месту сбора я подошёл относительно бодрым и посвежевшим. Меня встретил Саян, командующий отрядом из полутора десятка бойцов. Сколько на самом деле приёмных участвует в операции, я не знал.

– Ничего не изменилось, пока я спал? – спросил я, после того как поздоровался с бойцами. Да, не армия, дисциплина среди приёмных на уровне детского сада, но выглядят все решительно и боевито. Памятуя, что каждый из присутствующих обладает элитной мутацией, я представил, каких дел может наворотить подобный отряд. Опасные ребята, эти приёмные дети, очень опасные.

– Всё по плану, Андрей. – улыбнулся азиат, после чего обратился уже ко всем: – Отряд, выдвигаемся!

***

До окрестностей базы добрались, не встретив по пути ни одного заключенного. Похоже корпы своей активностью изрядно распугали сидельцев. Саян посчитал это хорошим знаком, мол – под ногами никто не будет путаться.

А ещё я увидел элитных питомцев приёмышей. Чёрт, да мой Дракот, с его весом в добрый центнер, просто котёнок по сравнению с этими многотонными тушами! Чёрные крылатые зверюги, в холке достигающие трёх метров, выглядели настоящими драконами из земных сказок. Огромные белые звери, не уступающие чёрным в размерах, походили на гигантских волков с кроваво-красными глазами. Был и один серебряный мутант, отдаленно напоминающий носорога. На его спине крепилось большое седло, в котором могли разместиться человек шесть. Лютая зверюга, а если учесть её усиления – куда там шагающим танкам корпов, в ближнем бою этакий носорожек шутя размотает технику аурумцев.

Бойцы без лишнего шума разделились, и вскоре уже восседали на питомцах – кто на спине, кто на шее. Расселись по коням, якорь мне в селезёнку.

– Шаман, пора! – отдал приказ Саян, восседающий на белом мутанте. – Добираетесь до базы, входите внутрь, а дальше уже подключается группа Михаила. Мы на подстраховке.

– Пошли, новичок. – буркнул крепыш, и тут же добавил: – Ас-са!

Миг, и мой временный напарник, подёрнувшись маревом, исчез. Твою то трансформаторную, да моя мимикрия по сравнению с его усилением и рядом не стояла! Был человек, миг, и нет человека. А ведь у меня есть мутация красного ранга!

– Чего замер, топай к базе! – прозвучал из пустоты голос Шамана. – За меня не беспокойся. Просто веди себя так, как обычно, и всё будет хорошо.

– Хотелось бы верить. – проворчал я, на собственном опыте зная, что во время боевых действий нихрена ничего не идёт по плану...

Глава 45 Элитная мутация

До стен базы шли в тишине. Я, е ли честно, вообще решил, что Шаман ушёл далеко вперёд, и я иду один. Его мимикрия была столь совершенна, что больше походила на какую-то магию. Очень сильное колдунство.

Шлюзовую выбрал именно ту, в которой дежурят мои хорошие знакомые. Чем меньше риска, тем лучше. Разумеется, всё прошло гладко, без происшествий, хоть я и опасался, что в лифте имеется какой-нибудь масс-детектор, или иные высокотехнологичные приборы, которые засекут приёмыша. К счастью всё обошлось.

– Заключенный, снемите всё вооружение, рюкзак, и выйдите из из кабины лифта. – приказал незнакомый мне офицер. Я молча выполнил приказ, и замер под прицелами двух штурмовых комплексов рядовых бойцов. Старший наряда тем временем взял со стола какой-то прибор, и двинулся ко мне. Твою же в душу, похоже всё пошло не по плану, что и следовало ожидать. При текущих раскладах, если продолжу отображать статиста, точно сдохну. Значит пора вмешиваться.

– Офицер, может меня сразу отправите к менеджеру? Смотрите, что я принёс. – я разжал кулак, показывая капсулу, тускло блеснувшую под светом ламп. Подействовало – старший замер, а его руки непроизвольно опустились. Ещё бы, золотая муть – огромнейшая редкость, и кому, как не служащему корпораци знать истинную ценность мутагена.

– Откуда это у тебя, заключённый? – требовательно спросил аурумец,

– Нашёл раненого мутанта и удачно добил. – произнёс я спокойным тоном, после чего бросил капсулу офицеру. – Ловите, проверьте.

Офицер машинально поймал ампулу, а я в этот момент уже навёл на старшего наряда левое запястье. Ну, где же ты, невидимка хренов? И, словно отвечая моим мыслям, у одного из корпов на месте шлема вспух огненный шар. При этом тело рядового швырнуло на другого бойца, и они оба, словно в замедленной съёмке, начали заваливаться на пол.

– Хащ! Зевс! – произнёс я, и в грудь противника ударила толстая, с мужскую руку, молния. Эффект получился не хуже, чем от плазменного заряда – разряд электричества насквозь проплавил броню офицера, вместе с плотью. Шагнув вперёд, я успел подхватит падающую на пол капсулу, одновременно прикрываясь вражеским телом от возможного выстрела. К счастью Шаман уже сделал второй выстрел, и через секунду на полу лежало три трупа.

– Эй, земляк, это что за нахрен сейчас было? – прозвучало из лифта. – Чем ты офицерика приголубил?

– Секретные разработки. – ответил я, убирая ампулу с мутью в гнездо на поясе. – Что дальше, земляк?

– Хватай свои шмотки, и топай по тому коридору, что напротив лифта, до тупика. Там огневая точка, эти гаврики должны были её обслуживать во время нападения. Постарайся уничтожить оружие, оно на трубу похоже. Ну а дальше забейся в угол, и не отсвечивай.

– Хреновый план. – сообщил я невидимке. Мне и раньше история о стационарном сфоттере для элитников казалась насквозь лживой, а теперь и подавно. Но, стоило проверить – Я на хорошем счету у местного менеджера и старшего научного сотрудника. Предлагаю тебе под видом корповского бойца провести меня до этих офицеров, их кабинеты расположены рядом, и обоих взять в плен. Ну а потом уже захватывайте базу, крушите, насилуйте, грабьте.

– Всё сказал? – раздалось со стороны тяжёлых створок. – Иди сюда, помоги запор открыть. А потом забирай свои вещи, и топай туда, куда я велел.

Я даже не стал возмущаться. Шаман только что фактически подтвердил, что меня использовали для каких-то своих целей. Неужели им так необходимо захватить базу, что они готовы пожертвовать шансом свалить из этой дыры? Впрочем мне об их истинных целях ничего не известно. Ладно, будем наблюдать, и иногда действовать. Чую я, в зоне А-один у меня только три настоящих товарища – Дракот, Виктор и Галина.

Я помог Шаману сбросить тяжёлый засов, затем прошёл в лифт, и забрал свои вещи. Когда уже направлялся к указанному мне коридору, увидел, как спадает с приёмыша мимикрия. Неприятное, скажу я вам, зрелище. Сначала появляется размытый силуэт, постепенно приобретающий четкие очертания, и лишь потом возвращается объём и цвет. Лицо вообще проявилось в последнюю очередь. Бр-р.

Пройдя метров двадцать по узкому коридору, я вышел к орудию. Уже знакомая труба, одной стороной нацеленная в амбразуру. Только собрался дать из своей пушки очередь по орудийной установке, как услышал шум в шлюзовой – похоже прибыла кавалерия. Интересно, как они будут зачищать всю базу столь малыми силами? Ладно, это не моя забота, главное, чтобы мне установили элитную мутацию.

Вскоре шум удалился, и я, опустившись на одно из сидений, приступил к исполнению приказа – ожиданию, попутно размышляя над происходящим, как со мной, так и со всей аномалией.

– Андрей, вляпался ты по самое не балуйся. – само собой вырвалось у меня, когда я собрал все мысли в одно целое. – Беги, не беги из зоны, а проблемы никуда не денутся, все потянешь за собой. Разве что от опеки корпорации получится избавиться. Ничего, прорвёмся! Тебе ещё ребят вытаскивать из этой дыры.

Правая рука непроизвольно потянулась к поясу, и в это же время взгляд скользнул по левой. Перчатка разорвана надвое, сквозь прореху видна сталь протеза. Мда, надо будет придумать что-то по-надёжнее. А то сработает мутация где-нибудь в открытом космосе, и всё, здравствуй вакуум...

Устав пребывать в неизвестности, я поднялся на ноги, и подошёл к орудию. Осмотрел, убедился, что оно не заряжено, и только тогда, поднатужившись, снял тяжелую трубу с кронштейна. Чёрт, потяжелее шестидесяти миллиметрового миномёта раза в два. А убойность, я уверен, намного выше. И, как всегда, установленная защита "свой-чужой".

Перетащив орудие к стене, прислонил его рядом со своей пушкой. Только уселся, как в шлюзовой вновь раздались голоса и топот десятка ног, удаляющихся вглубь базы. Чёрт, они что, под невидимостью добираются до открытого шлюза? Хитро, нечего сказать.

Лишь через десять минут до меня донеслись звуки разрывов и стрельба. Не оставалось сомнений – база скоро будет взята под полный контроль. Эх, такие дела творятся без моего участия. Ничего, успею ещё сотворить непотребное, если удача не повернётся ко мне филейной частью.

Накаркал. Где-то в глубине базы, на нижних уровнях, рвануло так, что у меня пол под ногами заходил ходуном. Твою ж через колено, неужто арсенал подорвали? Эх, плохо находиться в неведении, когда рядом творятся такие дела...

– Эй, предок, ты ещё живой? – раздалось из коридора на русском языке. – Топай сюда, да поживее!

– Живой! – отозвался я, и, подхватив оружие, двинулся к выходу.

– Нашли мы твоего майора. – произнёс Шаман, ожидавший меня в шлюзовой. – Пьяный, но на ногах держится. Так что мутацию тебе установит, никуда не денется. Пошли, провожу тебя.

Мы прошли по главному осевому коридору, под шум далёких выстрелов спустились на два этажа по винтовой лестнице, и свернули направо. Миновали две толстых двери, подорванные чем-то мощным, и в итоге очутились в помещении, больше всего похожем на лабораторию. Вдоль стен щкафы со стеклянными дверцами, за которыми стоят различные баночки, бутылочки, коробки и прочая лабуда. А в центре помещения ложе, по форме похожее на шезлонг. В изголовьи здоровенная каменная тумба, похожая на сфоттер гигантских размеров. А возле неё два человека.

– О, старый знакомый! – произнёс майор Грэм, глядя на меня. На старшем научном сотруднике не было брони, и его удерживал за шиворот один из наших бойцов. – А я всё думаю, почему этот парень такой удачливый в охоте, да ещё и искин себе оставил. Ну, теперь всё ясно. Значит тебе нужна элитная мутация?

– Ты языком поменьше трепи, лучше займись делом. – произнес Шаман. – Готов?

– Давайте капсулы с мутагеном. – майор протянул ко мне руку. При этом его сильно качнуло из стороны в сторону. Да он же пьян в стельку!

– Капсулы я сам установлю, ты только покажи, куда. – произнёс я.

– Дай мне, я всё сделаю. – Шаман протянул руку.

– Не, вашей братии я не доверяю. – усмехнулся я. – Вы уже обманули меня один раз, второго раза я, боюсь, не переживу.

– Да пожалуйста. – в голосе приёмыша прозвучало плохо скрываемое раздражение. Ты смотри, обиделся что-ли?

– Капсулы с мутагеном положи вон туда. – ученый попытался сдвинуться с места, чтобы показать мне, что делать, но его удержала рука бойца. – Бездна, да отпусти ты меня, куда я денусь отсюда?

Через две минуты пять золотых ампул отправились в недра сфоттера, а я, сбросив броню, с удобством расположился на ложе. Грэм, осмотрев моё левое предплечье, одобрительно поцокал языком, а затем сомкнул на правом плече прибор, похожий на массивный, широкий браслет. Я тут же почувствовал, как в руку вонзилось сразу несколько игл.

– Не повезло тебе, парень. – произнес майор от сфоттера, где нажимал какие-то панели. – Хоть во всей галактике едва ли наберется несколько тысяч разумных с золотой мутацией, толку от твоей уникальности, покинуть аномалию ты всё равно не сможешь. Так и сдохнешь тут. Это надо же, полный имунитет к шуму. Эх, я бы поработал с тобой и твоими друзьями, но увы, вас приказано...

– Пленный, разговоры только по делу. – грубо оборвал научника Шаман. – Продолжай работу.

– Да всё уже, готово. – проворчал Грэм. – Эй, заключённый, приготовься к минуте счастья.

Иглы вонзились в мою руку ещё глубже, а затем, прямо по венам, побежало пламя. Меня скрутило от боли, но ремни, удерживающие тело, не дали свалиться на пол. Твою же в душу! Я с хрипом втянул в себя побольше воздуха, готовясь разразиться матерной тирадой, но внезапно боль исчезла, а меня накрыла эйфория. Я всё же закричал. Да, что-то ругательное, но с совершенно иной интонацией.

Трясло меня ещё секунд тридцать, не меньше, после чего постепенно начало отпускать. Чёрт, да мне эти секунды показались вечностью! Прокашлявшись, я несколько раз вздохнул и выдохнул полной грудью, после чего наконец-то смог сосредоточиться на окружающем мире, а главное – услышать голос искина:

– Кэп, золотая мутация прошла успешно. Активация произойдёт через шесть часов.

– Слава Бахусу! Отвязывайте меня. – устало произнес я, глядя в потолок. Твою же бабушку, меньше минуты трясло, а состояние, словно я часов шесть в зале неподьёмное железо тягал, и надорвал себе все мышцы.

– Предок, ты пока полежи, отдохни. – произнёс Шаман, расстегивая крепления у меня на лбу. – Я оставлю с тобой Кирилла. Как оклемаешься, он проводит тебя в одно место

– Базу взяли? – спросил я уже удаляющегося бойца.

– Ага, почти без потерь. – обернулся тот. – Благодаря тебе.

– Будете должны! – усмехнулся я, и перевёл взгляд на Кирилла. – Вода есть?

Утолив жажду, я осторожно слез с ложа, и тут же наткнулся взглядом на труп Грэма – майору без затей просто свернули шею. Сопровождающий – такой же молчун, как и Шаман, забрал фляжку и жестом велел следовать за ним. Ну что ж, старость, она не в радость. Эх, где тут мои шмотки?

Лабораторию покинули через другой выход, прошли по узкому, явно не для всех предназначенному коридору, спустились ещё на этаж, и только здесь, внизу, я понял, что мы идём в оружейную. Вспомнив массивную дверь, виденную мной в разрушенном форте корпорации, я сначала засомневался. Но первый же пролом в стене, в который мы свернули, всё расставил по своим местам. Протиснувшись между стеллажами, прошли метров тридцать до очередного пролома, и наконец оказались в хорошо освещённом помещении. Здесь уже трудились несколько бойцов, рассортировывая какие-то ящики.

– О, вы уже здесь? Отлично! – раздался голос Михаила. Он как раз вскрывал один из ящиков. – Андрей, снимай это тряпьё, я сейчас дам тебе нормальную защиту. Не десантная броня, но всё же полноценный бронескаф, хоть и предназначен для военного техника. Скажем болтер, заряженный даже элитным боеприпасом, вряд-ли пробьёт такой доспех, как и штурмовой комплекс корповских бойцов. А вот заряд плазмы, или лучевого оружия эта броня уже не выдержит.

Один из приемышей поставил передо мной массивный кофр, и тут же вскрыл его. Взглянув на содержимое, я присвистнул. Твою же поперечину, да повдоль, неужели настоящая броня? Чёрт, да тут одни бронепластины толщиной в три сантиметра, не меньше. И плевать, что цвет бронескафа серый, с оранжевыми вставками, что так похоже на мой первый бронекомбез. Что ещё ожидать от снаряжения техника, которому не надо идти в атаку.

– Кирилл, Рустам, помогите Андрею, одному такое сложно одевать. – вновь прозвучала команда Михаила. – Остальные – поторапливаемся. Если шагуны успеют вернуться до того, как мы свалим, среди мутантов будут жертвы. Все вы знаете, чем это чревато.

Едва я сбросил пехотную броню, как меня буквально втиснули в штаны, закрепили на теле систему из подтяжек, затем пришел черёд обуви и верхней части брони. Последними закрепили перчатки и глухой шлем, и заключительным действием Кирилл установил в гнездо на поясе энергоячейку. Вот тут и началось самое интересное – бронескаф словно ожил, получив энергию. В каких-то местах ужался, где-то чуть расширился, и вскоре я почти перестал испытывать на себе тяжесть. Твою то Португалию, да я сейчас без всяких мутаций могу спокойно пойти в желтую зону и без оружия заломаю мутанта! Ну, если повезёт, конечно...

– Положите в рюкзак Андрею десяток энергоячеек. – вновь приказал Михаил. – И уводите его отсюда. Передадите земляка Саяну, и возвращайтесь, будете прикрывать наш отход.

Быстрый забег, на этот раз по центральным коридорам базы, и через пятнадцать минут мы добрались до распахнутых створок шлюза. По дороге попадались десятки убитых корпов, похоже приёмные дети не церемонились с врагом, убивая всех.

– Ну что, земеля, готов полетать? – голос Кирилла мне очень не понравился. – Сейчас увидишь, что такое настоящий боевой питомец.

Боец открыл забрало шлема, и свистнул. После чего улыбнулся, подмигнул мне, и, указав рукой наружу, вновь скрыл лицо. Я бросил взгляд туда, куда мне указали, и глухо выругался. Со стороны леса, по прямой, к базе нёсся стремительный черный силуэт. Взмах крыльев, и расстояние до нас сокращается почти вдвое. Ещё один взмах, и вот я уже могу разглядеть чешуйки брони, покрывающие черного мутанта. Красивейшее существо, завораживающее своей первозданной мощью. Абсолютный хищник.

– Красавец. – само собой вырвалось у меня.

– Второй такой драконицы во всей аномалии нет. – отозвался Кирилл. – Я с яйца её растил. Твоему питомцу таким уже не стать, а жаль, из них получилась бы красивая пара.

Еще несколько взмахов крыльев, и черная зверюга очутилась возле базы. Две когтистые лапы вцепились в край шлюза, и внутрь протиснулась здоровенная голова черного мутанта. Я только теперь заметил на спине зверя кожаную сбрую. И глаза, черт, эти глаза я уже видел! Тогда, во время нападения на форт аурумцев. Это он, вернее она в тот раз оставила меня в живых! Мать, мать! Мы что, на ней полетим к Саяну?!

– Забирайся, пока она добрая! – крикнул Кирилл, и в несколько шагов, по лапе, взбежал на спину дракона. Я, выругавшись, рванул следом, мысленно попрощавшись со своей пушкой.

Едва успел ухватиться за широкие ремни, как приёмыш ловко защелкнул страховочный карабин на эвакуационной петле моего бронескафа. Черная зверюга, словно ожидавшая этого, тут же оттолкнулась от стены, и, взмахнув мощными крыльями, разом поднялась на несколько метров вверх. Гибкое тело изогнулось, продолжая набирать высоту, а затем крылатый зверь устремился вперёд. Меня буквально вжало от скорости в спину мутанта. Руки сами, непроизвольно, ещё крепче вцепились в ремень, а в голове крутилась лишь одна мысль – Смогу я пережить падение?

Не упал. Зверь, набрав высоту, в дальнейшем не делал резких поворотов, и махал крыльями весьма деликатно. Мне даже удалось перехватиться поудобнее, расслабиться, и получить настоящее наслаждение от полёта.

Отсюда, с высоты в добрых две, а то и три сотни метров пространство внизу выглядело, как пёстрое поле, поделенное на разноцветные лоскуты разных размеров и форм. Сумасшедший мир, с его сумасшедшими законами выглядел отсюда совсем не опасным, скорее уж красочным и веселым. Эх, а ведь здесь, если договориться с мутантами, можно неплохо устроиться. Считай рай для тех, кто хочет жить подальше от суеты и современных технологий.

– Тая, сколько осталось времени до активации мутагена? – обратился я к искину, когда мне наскучило наблюдать за проносящимися внизу локациями.

– Около трёх часов, Кэп. – прозвучало у меня в голове. – Я уже фиксирую значительные воздействия на весь организм, и могу предположить, что усиление коснётся всех уже имеющихся мутаций.

– Лучше дождаться завершения, чем гадать. – улыбнулся я. Ишь ты, прогнозы она делает. – Как думаешь, долго нам ещё лететь?

– С текущей скоростью осталось не больше пятнадцати минут до расположения нашего поселения, и неизвестно сколько до конечного пункта назначения.

– Думаю, через полчаса будем на месте. Надеюсь, Драк уже проснулся.

***

Приземление было жёстким. Увы, но ни посадочной полосы в зоне посадки, ни шасси у черного дракона не было. Кирилл, хитрая морда, заранее отсегнулся, и, когда мутант уже опустился на лапы и побежал, приёмыш ловко спрыгнул со спины зверя. Мне же пришлось прочувствовать на себе все прелести тряски.

– Хреновая у вас авиакомпания. – заявил я, спрыгнув с замершего на месте, и тяжело дышащего мута. – Никакого сервиса, и пилот нетрадиционной ориентации. Наберут по объявлению всяких...

– Ты смешной, приёмный ребёнок, поэтому я не сержусь на тебя. – гулко прозвучало у меня в голове. Твою дивизию, совершенно забыл, что чёрные звери могут общаться мыслеречью.

– Аудрэй! Друг! – ворвались в мою голову мысли Драка, а через несколько секунд появился и он сам. Нелепо размахивая крыльями, ко мне нёсся совершенно не изменившийся в росте питомец. – Ты тоже впитал силу хранителя Эмао!

– Эй, а ну притормози! – я начал отступать от приближающегося ко мне вулкана радостных эмоций. – Стой, говорю! Драк, стоять! Зашибёшь же, животина крылатая! Ар-гх!

Я был сбит с ног, затискан и затоптан, а мой шлем вылизан. Хорошо, что бронескаф позволил всё это пережить без последствий. Пришлось применить крайние меры в виде угрозы моей скоропостижной гибели, чтобы Дракот успокоился и позволил мне подняться с земли.

– И ты ещё считаешь себя старшим? – отчитал я питомца. – Да любой жёлтый мут ведёт себя более достойно.

– Я ещё молод, мне можно. – ответил чёрный, и добавил: – Рау!

– Андрей, можешь отдыхать. – обратился ко мне Кирилл, уже пару минут наблюдавший за нашей с Дракотом вознёй. – Общий сбор будет часов через пятнадцать, не раньше. Но, с территории лагеря уходить запрещено. Ты из военных, считай, что мы на военном положении.

– Приказ понял. – ответил я. – Отдыхать, сидеть на попе ровно, ждать команды.

– Всё верно. Если вдруг понадоблюсь, я буду здесь, на краю поляны, со своей Нюшей. – Кирилл кивком указал на своего мутанта.

Лагерь, помимо меня с Дракотом, насчитывал пять человек. Галина с Виктором, боец приемышей, ещё один земляк из числа размороженных, и та, кого я не желал видеть, от слова совсем – вольная. Ягда, увидев меня, фыркнула, и, отвернувшись, ушла в свою палатку. Психопатка.

– Командир, как всё прошло? – обратился ко мне егерь. Галина молча пожирала меня глазами, ожидая интересных историй. Ну держитесь.

– Ну, в общем все с самого начала пошло не по плану. – начал я на ходу сочинять историю...

***

– Ну, в общем пришлось мне, как аборигену, пить мутаген с горла. – закончил я с серьёзным выражением лица.

– И? Дальше то что? – с тревогой спросила Галина.

– Помер я, внученька. – скорбным голосом ответил я.

– Что? – растерянно произнесла девушка, а ее глаза расширились до неприличия.

– Командир, мать твою! Я ж поверил! – возмущению Виктора не было предела. – Что на само деле произошло?

– Да хорошо всё прошло. Минимум потерь, база зачищена, элитную мутацию мне установили. Да, сдается мне, установку можно было сделать, просто выпив мутаген, но это не точно. Ладно, камрады, я спать пошёл, пока время свободное имеется. Через два часа мутация проявиться должна.

– Как дура, поверила. – обиженно раздалось у меня за спиной. Я лишь улыбнулся, извлекая из рюкзака палатку. Нечего быть такой доверчивой, особенно в зоне А-один.

Забравшись внутрь палатки, я закрыл её изнутри. Мысленно попросил Дракота покараулить меня, затем отдал приказ Тае, чтобы разбудила сразу после активации мутации, если вдруг усну. Удобно расположившись на спине, прикрыл глаза и начал медленно прокручивать события прошедшего дня. Начиная с штурма, и заканчивая взглядом Ягды. Предстояло разобраться, кто друг, кто враг, как так получилось, что я сегодня весь день выполнял роль марионетки, и что с этим делать...

Глава 46 Кто есть кто?

– Кэп, активация элитного мутагена завершена. – прозвучал голос искина, выдергивая меня из полудрёмы.

– Рассказывай, чего там получилось.

– Кэп, тебе необходимо сделать выбор, мутация прошла по третьему варианту. Вывожу сообщение от нейросети на экран.

Пришлось открывать забрало шлема и протереть глаза, после чего я сосредоточиться на полупрозрачном тексте:

"Доступно улучшение уже имеющихся мутаций. Количество улучшений: 4

Мутация N 1 – до четырёх рангов (выбор носителя)

Мутация N 2 – до трёх рангов (выбор носителя)

Мутация N 3 – один ранг (выбор носителя)

Мутация N ??? (псевдо-механический протез) – один ранг (выбор носителя+неизвестно)

Начать распределение?

Да.

Нет"

– Повезло, повезло! – хрипло произнёс я, и тут же спросил у искина: – Тая, а с какого перепуга мне предлагают усиление протеза?

– Я не знаю, Кэп. В базе данных ничего об этом не говориться, похоже какой-то сбой. Советую не использовать доступные усиления на псевдо-механический протез.

– Разберёмся. Так, ну-ка дай мне подумать, что и как делать.

Первая мутация – мимикрия. Жалко на неё тратиться, всего одно усиление, хоть и полезное. Только где гарантия, что сверхсовременные системы сканирования не смогут меня засечь? Да и привязка к месту активации всё портит. Откладываем.

Вторая мутация – это безусловный лидер в моём выборе. Защита и ментальный контроль – то, что нужно для моих дальнейших планов. Однозначно усиливаем до элитного ранга.

А вот дальше сложно. Реакция и повышение физических параметров, это хорошо, только их можно усилить и без мутаций, более навороченным бронескафом и модулями. Если я решил свалить из зоны, то надо учитывать технологии.

Остается усиление первой мутации, потому что протез я даже не рассматривал, как объект повышения ранга. Из-за сделки с Даггаром, если она действительна, я могу вообще лишится усилений псевдо-механического протеза.

И так, поднятие красной мутации до элитной, или улучшение невидимости? Сложно, чёрт возьми.

– К хренам. – наконец решился я. – Мы не наемные убийцы, чтобы сутками поджидать врагов в засаде. Тая, добавь три ранга во вторую мутацию, и один в третью.

– Принято, Кэп. – отозвалась искин, и через секунду текст перед глазами изменился:

"Выбор принят. Изменения организма продлятся пятнадцать минут. Рекомендации: ввести носителя в искуственный сон"

Я и рта раскрыть не успел, как с моим организмом начало твориться непотребное. Я почувствовал, как бежит огонь по венам, как расплавленный метал выжигает изнутри кости, а нервная система пытается покинуть тело. Меня всего начало мелко трясти, внутренние органы отказывались работать, а глаза затянуло кровавой пеленой. Так продолжалось целую вечность...

" Мутация, элитный ранг (золотой) полностью усвоена организмом носителя. Улучшены два усиления: „Скорость“ (пассивное), 14 баллов по шкале Аурум, "Гибридные жилы", 16 баллов по шкале Аурум.

Способности усилений: „Скорость“: реакция носителя увеличивается на 90% от изначальных.

2. „Гибридные жилы“: возможность мгновенного усиления мышечного каркаса на 110%.

Время действия усиления: 30 минут.

Особые условия: Повторная активация „Гибридных жил“ возможна через 1 час.

"Ключ-активатор „Амбал".

"Мутация, элитный ранг (золотой) полностью усвоена организмом носителя. Улучшены два усиления: "Контроль", 14 баллов по шкале Аурум. Элитная кожа, 14 баллов по шкале Аурум.

Способности усилений:

1. „Контроль“: возможность подчинять своей воле одно разумное существо, вплоть до элитных рангов (исключение: носители мутации золотого ранга).

Время контроля: 8 часов.

Особые условия:

1. Необходим зрительный контакт с разумным существом.

2. Повторная активация „Контроля“ возможна через 1 час.

Ключ-активатор „Трах тебе в док“

2. „Элитная кожа“: возможность мгновенного укрепления кожного покрова до прочности брони класса +Б"

Время действия укрепления: 15 минут.

Особые условия: Повторная активация „Элитной кожи“ возможна через 1,5 часа.

Ключ-активатор „Бандерлоги“.

– Твою Эмао! – прохрипел я, закончив читать. – Реакция увеличена почти вдвое от обычной. Физическое усиление такое, что могу броню носить на себе без работающего экзоскелета. Подчинение практически любого разумного, и серьезная такая броня, которая всегда с собой. Что скажешь, Тая?

– Кэп, тебе выпал один из наилучших вариантов элитной мутации. Поздравляю.

– Ну спасибо! – улыбнулся я, поднимаясь. – Пойду, поговорю с Виктором. Сдается мне, скоро мы надолго расстанемся с камрадами, и не факт, что ещё увидимся.

***

Ровно через сутки, как усвоилась элитная мутация, мы небольшим отрядом покинули временный лагерь приемных детей. Все двадцать с лишним часов я ждал, когда же объявится Сан, но абориген так и не соизволил прийти на место сбора. То, что воинственный некоши найдёт меня, сомнений не было, другое дело – когда? До озвученного им срока ещё полтора-два дня, а мы ушли из лагеря не на своих двоих, а верхом на трёх серебристых мутантах, внешне напоминающих лосей. Только эти лоси изрядно так переросли земных, примерно в два раза.

С Виктором и Галиной удалось обговорить всё, вплоть до мелочей. Места возможной эвакуации, время моего предположительного поибытия, и прочее. Приёмные дети, в лице Саяна, пообещали мне опеку и заботу над "отморозками", но у меня давно пропало доверие к словам азиата. Будет выгодно, и наши потомки с лёгкостью бросят земляков. Слишком много времени прожили эти почти бессмертные в зоне А-один. Изменились приоритеты, изменилось мышление. Бывшие земляне стали чужими для своей родины...

Дорога верхом на мутантах превратилась в долгую и жутко утомительную прогулку. Зато никакой опасности в пути, всё встречное зверьё разбегалось в разные стороны. Шесть суток тряски на спине элитника, и одна малая ночь остались позади.

И вот, четверо приёмных, я, и хмурая, бросающая из подлобья злые взгляды Ягда, остановились на границе жёлтой и оранжевой зон, ожидая наступления следующей ночи. До появления черного солнца на небосводе оставались считанные минуты, когда Саян внезапно забеспокоился.

– Отряд, приказываю всем достать палатки и укрыться под ними. Что-то не похоже, что сейчас будет малая ночь, слишком сильное излучение. Боюсь, что сегодня будет всплеск черного солнца. Такое случается, правда очень редко. На моей памяти было лишь трижды.

– Что за всплеск, чем опасен? – уточнил я на всякий случай.

– Тебя вообще придётся связать. – вместо ответа произнёс азиат. – Бывает, что во время всплеска псевдо-механические устройства выходят из под контроля. У тебя далеко не рядовой протез, может навредить всей группе. Мне Шаман рассказ

– Ещё что-то, отличное от простой ночи? – вновь уточнил я.

– Да это как большая ночь, только всё немного тяжелее переносится. – наконец пояснил Саян. – впрочем, носителям золотой мутации плевать на всё это.

Меня и правда связали, вернее мою левую руку, жёстко зафиксировав её в стороне от тела. Неприятное ощущение, из-за которого я снова почувствовал себя распятым, как в тот раз, когда вольная отрубила мне руку. Вон как она улыбается, сука. Видимо тоже вспомнила. Нахрена ее вообще с собой взяли? Саян на мои вопросы отмалчивался, а другие приёмыши не знали, так что мне оставалось лишь строить догадки. Впрочем, тут было всего два варианта. Либо вольная должна своим присутствием сообщить пилоту, что мы свои, либо эта психопатка полетит со мной, Дракотом, и Саном.

Драк, вот кто получал истинное удовольствие от дальнего перехода, наслаждаясь полётом. Сейчас, конечно, он сидел рядом со мной и пристально следил за Ягдой. Попробуй та только дернуться в нашу сторону, и сгусток плазмы прикончил бы вольную.

– Всё, началось. – произнес Саян, отвлекая меня от размышлений. И, словно дожидаясь его слов, в голове раздался голос Таи:

– Кэп, получен файл с информацией, источник неизвестен. Вывести содержимое файла на экран?

– Да. – принял я решение, и, встретившись глазами с азиатом, пояснил: – Искин запросила разрешение на диагностику протеза.

Убедившись, что Саян поверил и отвернулся, попутно порадовавшись, что теперь никто не может читать мои мысли, я сосредоточил всё внимание на развернувшемся передо мной экране:

"Разблокированы +2 функции псевдо-механического адаптера:

4. Электромагнитный импульс.

Описание: Направленный электромагнитный импульс выводит из строя любой псевдо-механический адаптер, или иной прибор, имеющий защиту не выше ранга ++B.

Особые условия: один импульс расходует 50% накопленной энергии.

Повторная активация возможна через 10 минут (особенность организма носителя)

Ключ-активатор: Ра

5. Взлом.

Описание: подключение, взятие под контроль, или уничтожение искуственных интеллектов, до седьмого поколения включительно, имеющих защиту не выше ++B

Особые условия: одно подключение расходует от 50 до 100% накопленной энергии.

Повторная активация возможна только после отключения от предыдущего искуственного интеллекта, или его уничтожения

Ключ-активатор: Тор"

– Охренеть не встать! – произнёс я шёпотом. – Не протез, а мечта диверсанта!

– Андрей, ты что-то сказал? – спросил Саян.

– Говорю, что протез под моим полным контролем.

– Это хорошо. Да, всплеск закончится скоро. Сколько здесь живу, впервые вижу, чтобы он так быстро прошёл. Ладно, скоро закончится фаза малой ночи, и мы двинемся дальше. Ещё немного, и будем на месте. Ну, почти на месте.

***

То, что мы движемся по знакомым мне местам, я понял, когда увидел брошенный посёлок. Да, тот самый, с которого начались мои проблемы. Дюжина шалашей, разбросанных в хаотичном беспорядке, между ними, на вытоптанной земле, обглоданные кости заключённых...

– Что, понял уже, куда мы направляемся? – с улыбкой спросил Саян. – Да, в поселение некоши. Посмотришь, как живут аборигены на воле, а то уверен, из-за краснокожего Сана у тебя сложилось о них ложное представление. Добрейшие люди, скажу я тебе, и отзывчивые. Если бы не их помощь, мы бы сейчас не разговаривали. Жаль, что они фанатично верят в Эмао и Её всемогущество, иначе мы бы давно вывели всех некоши с земель, захваченных корпорацией. А так можем лишь наблюдать за геноцидом целого народа...

Саян прервался, и дальше мы двигались почти не разговаривая, каждый погрузился в свои мысли. Опасности поблизости не было, а дальнюю Дракот заметил бы, и тут же сообщил нам. Так, перебрасываясь редкими фразами, мы перебрались через реку, и спустя час вышли на окраину посёлка, надёжно укрытого среди деревьев.

– Всё, добрались. – сообщил азиат. – Все спускаемся на землю, дальше пойдём своими ногами. Новичкам рекомендую не доставать свои палатки, а принять гостеприимство некоши. Поверьте, вам понравится. Особенно тебе, Андрей.

Что имел ввиду Саян, я узнал спустя несколько часов. А сейчас, едва мы спешились и сделали первые шаги по узкой, извилистой улочке селения, к нам навстречу вышли двое. Иссохший, древний, как мумия чернокожий старик, и мой товарищ по охоте, Сан.

– Приёмный, зачем вы привели сюда эту женщину? – сходу, без приветствия, задал вопрос охотник. Его тон был совсем не дружелюбным, скорее уж раздражённым. – Она тоже отправится в путешествие?

– Ну почему всё нужно усложнять? – устало произнёс Саян, ни к кому при этом не обращаясь. – Перворожденный, эта женщина – единственный проводник за пределы Эмао. Не будет её, и никто не сможет покинуть зону А-один. Ещё вопросы будут?

– Вынуждены терпеть. – задумчиво проговорил побелевший абориген. Уставившись на Ягду, он добавил: – Я насквозь вижу твои тёмные мысли, пришлая. У тебя не получится сделать то, о чём ты думаешь. Эмао не позволит.

– Да пошёл ты! – зло признесла вольная, и я впервые был с ней согласен. Сан изменился, причём в худшую сторону. Куда девалось его дружелюбие? Жёсткий, требовательный взгляд, и тон, словно он имеет право повелевать. Вот, опять что-то требует.

– Саян, мне нужна такая одежда. – палец охотника ткнул в мою сторону, – оружие и кандалы, что вы носите на одной руке, не снимая. Я верно понял, заберут трёх человек?

– Верно, Сан. – у всегда спокойного азиата голос буквально звенел от напряжения.

– Эмао благодарна приёмным детям за помощь. – абориген изобразил поклон, и, развернувшись, направился вглубь посёлка. Саян, до этого стоявший как истукан, несколько раз сжал и разжал кулаки, после чего негромко произнёс:

– Не прокатило. А жаль.

– Что вы церемонитесь с этим животным? – голос Ягды, в отличие от азиата, был полон ярости. – Прикончить ублюдка, а вместо него найти кого-нибудь по-сговорчивее. Время ещё есть.

– Таррах. Ты не причинишь вреда некоши Сану, поняла, вольная?! – сквозь зубы процедил приёмыш. – Иначе умрёшь!

Ягда схватилась за горло, захрипела, а затем и вовсе рухнула на колени. Наблюдая это, я в полной мере осознал, от чего избавился, приняв золотой мутаген. Ты смотри, Саян одними только словами почти убил эту суку. Интересно, а насчёт меня у вольной такие же распоряжения?

Внутрь посёлка мы вошли втроём, в сопровождении чернокожего аборигена. Три приёмыша, скорее всего на их питомцах мы ехали, куда-то отправились верхом на серебристых скакунах. Наша же компания едва успела прошагать полсотни шагов, как навстречу высылала целая толпа женщин некоши. Облаченные в едва прикрывающие их одежды в виде коротких юбок и топов, они буквально взяли меня в окружение.

– Аудрэй! Ты навестил нас!

– Ты победил золотого зверя?

– Выжил!

Я от неожиданности растерялся. Дюжина представительниц прекрасного пола, с цветом кожи от синего до зеленого, буквально облепили меня со всех сторон. Я было попытался воззвать к благоразумию и разьяснить, что происходит, но какое там. Смутно знакомые лица лишь улыбались и щебетали что-то радостное. Сам не заметил, как эти лисные нимфы оттёрли меня от нашей группы, и буквально понесли по одной из боковых улочек.

– Награда нашла своего героя! – со смехом крикнул мне вслед Саян. – Береги себя, спаситель!

***

Очередное утро. Тонкий аромат сухих трав, приятная тяжесть женской головы на плече, и осознание, что никуда не нужно спешить. Увы, эту идиллию нарушил голос Саяна, раздавшийся у входа в хижину.

– Андрей, тебе на сборы тридцать минут! Сегодня день икс!

– Приказ принял, через тридцать минут буду на общем построении! – отозвался я, стараясь не разбудить Маньриуку. Увы, синекожая прелестница спала очень чутко.

– Ты уже уходишь, мой амиру-морэ? – прозвучал нежный голосок. Горячее дыхание девушки в один миг прогнало остатки сна, а острые зубки, прихватившие мочку уха окончательно возбудили меня. Эх, я ведь не железный, так и на построение опоздать можно...

Через двадцать пять минут, тепло распрощавшись с девушкой, в жилище которой провёл последние несколько дней, я, облачённый в бронескаф, шагал к окраине поселения.

– А ты не торопился, Аудрэй. – произнёс абориген, когда я подошёл к ожидающей меня группе. Десяток бойцов приёмышей, вооруженных до зубов, Дракот и Сан с Ягдой – вот и весь состав нашей группы.

– А ты мне не нянька, чтобы следить за мной. – осадил я охотника. – Хочешь поспешить, так тебя никто не держит, беги.

– Отставить разговоры. – прервал нашу перепалку Саян. – Забираемся по двое на элитников, время не ждёт.

Четыре часа верхом на мутанте хватило, чтобы я растерял всё хорошее настроение. Возможно поэтому я так обрадовался,когда азиат поднял руку и крикнул:

– Стой! Прибыли!

Мы тут же спешились, и бойцы, разобрав оружие, в том числе и тяжелые плазмомёты, рассредоточились на местности. Чёрт, неужели всё, прибыли на предполагаемое место посадки.

– Друг, я чувствую, что приёмные дети готовы убить тебя и меня. – прозвучал в моей голове голос питомца.

– Расслабься, никто нас убивать не станет. – ответил я мыслеречью. – По крайней мере до посадки на корабль, потому что это не рационально. А вот дальше может всё, что угодно, там вступит в силу закон стальных джунглей – каждый сам за себя.

– Андрей. – ко мне подошёл Саян. – Извини, в целях конспирации мне было запрещено тебе что-либо рассказывать, особенно о наших целях за пределами аномалии. Вот, держи этот блокнот, Михаил специально записал в него всё, что тебе нужно знать. Прочтёшь на досуге, когда выберешься из зоны. Поверь, там много полезного. Положи его ближе к себе, чтобы сложно было украсть.

– Слушай, а чего все такие напряжённые? – спросил я, принимая приличных размеров книжицу, и убирая в нагрудный клапан.

– И об этом узнаешь из блокнота. Могу лишь сказать, что ты, сам того не ведая, подбросил серьёзных проблем, как себе, так и нам всем. Надеюсь, с вашим отбытием они исчезнут.

– Ты намекаешь...– я взглядом указал на Сана, облаченного в броню, как у меня, и оттого выглядевшего нелепо со своим топором. Азиат на мои действия лишь криво улыбнулся. Твою в печень через весь кишечный тракт! И что мне теперь делать?

– Ждём. – произнёс Саян, словно отвечая на мой незаданный вопрос. – Да, возьми этот кофр. Мы в него собрали с миру по нитке, на черном рынке это должно стоить весьма дорого.

– Трах тебе в док! – внезапно вслух произнёс Дракот, аосле чего добавил, уже по мыслеречи: – Друг, я слышу шум в небе. Он приближается!

– Саян, похоже мой питомец услышал звук двигателей. – поделился я информацией с азиатом. Кофр, переданный мне, весил немного, килограмма три, и имел ремень, который я тут же набросил себе на плечо.

– Всем, готовность номер один! – крикнул Саян, повернувшись ко мне спиной. – Ягда, как договаривались, груз – три разумных, и один мутант. Если пилот потребует доплату, не торгуйся. Сдается мне, скоро здесь появятся нежеланные гости, так что времени у нас мало.

Через несколько секунд ожидания уже и мой слух начал улавливать пока что далёкий, но нарастающий гул. Вот же ж, я ведь до последнего не верил во всю эту историю с неведомым кораблём. А ты смотри, летит, гудит, падлюка такая.

Корабль увидели не все. Лишь те, у кого имелась золотая мутация, смогли разглядеть в небе силует звездолёта. Он был в десятки раз меньше того исполина, что мне уже довелось увидеть однажды, и выглядел, если так можно выразиться, изящно. Приплюснутый элипс, ощетинившийся парой орудийных стволов по центру корпуса, и четыре полусферических сопла под днищем, в данный момент активно гасящих скорость судна. Была видна и тонкая радужная пленка силового щита, сосредоточенного в носовой части корпуса. Серьёзная техника, чего уж.

Корабль, подняв клубы пыли и дыма, приземлился аккурат в то место, которое указала вольная. Пару минут ничерта не было видно из-за едкого облака, но всё же оно развеялось, открыв нам вид на корабль. Сейчас он казался не таким хищным, как в небе, но всё равно выглядел впечатляюще.

Где-то в глубинах судна что-то глухо щелкнуло, и в днище появилась прорезь – это трап начал плавно опускаться на землю. Снова несколько секунд ожидания, и толстая бронеплита уткнулась в почву. Повисла гнетущая тишина.

– Ягда, можешь приблизиться. – произнёс Саян. – И помни мой приказ.

– Слушаюсь. – глухо отозвалась вольная, и двинулись к кораблю. Почти одновременно с ней из судна по трапу начал спускаться человек, облачённый в чёрную, как ночь, броню. Даже не представляю, насколько этот бронескаф крут.

– Броня класса А плюс. – Тая словно прочла мои мысли. – У вольных, кроме тяжёлых плазмометателей, нет в наличии оружия, способного повредить такую броню.

Пока мы наблюдали, вольная уже успела приблизиться к кораблю, и быстро начала говорить что-то неизвестному. Тот выслушал её внимательно, затем сошёл на землю, и, приблизившись к Ягде, приказал на общем языке содружества:

– Сними шлем, мне нужно взять твоё ДНК на анализ.

Вольная безропотно подчинилась. Человек прижал ей правую ладонь к затылку, от чего женщина вскрикнула, затем убрал руку и сосредотосчился на правом предплечье. Прошла долгая минута, показавшаяся мне вечностью, прежде чем неизвестный произнёс:

– Ты, поднимаешься на борт. Остальные, с вас стандартная такса – десять капсул с элитным мутагеном, или пять с золотым. Я вижу у одного из потенциальных пассажиров питомца. Поздравляю, это даст тебе бонус при старте. За мутанта отдельная плата – пять капсул элитного мутагена.

Я мысленно посчитал свои активы, и уже собрался было выругаться, но в этот момент ко мне обратился Саян:

– Так и знал, что на халяву не проканает. Андрей, держи, это мы нашли на базе корпорации. Тут как раз двадцать пять капсул с белой мутью.

– Благодарю, весьма вовремя. – Приняв небольшой футляр, закрывающийся на простые замки, я посмотрел в глаза азиату. И увидел в них то, чего никак не ожидал. Сочувствие, легкую грусть, и усталость. Похоже он прощался со мной навсегда. Чёрт, не к добру это, ох не к добру.

– Я долго ещё буду ждать? – раздалось от корабля.

– Они уже идут! – крикнул Саян, а затем, приблизившись ко мне, еле слышно прошептал: – Убей охотника, он не тот, за кого себя выдаёт! Прощай!

Я даже не успел пожать азиату руку, как тот буквально отбежал от меня. Что ж, хрен с ним, таким странным. Валить отсюда нужно.

– Сан, пошли. – бросил я аборигену, который не абориген, и двинулся к кораблю, добавив по мыслеречи питомцу: – Не отставай, дружище. И прошу, веди себя прилично!

Приблизившись к пилоту корабля, и по совместительству носителя золотого мутагена, я протянул ему футляр и замер в ожидании. Дракот, словно верный пёс, тут же уселся на задницу возле моей левой ноги, и сосредоточил все своё внимание на корабле. Сан остановился справа от меня, всем своим видом показывая, что его совершенно не интересует происходящее.

– Всё верно, оплату принимаю. Сейчас поднимаетесь на борт, я провожу инструктаж по правилам на моём корабле, покажу ваши каюты, и только потом можете задать по два вопроса. Да не стойте вы столбами, шевелитесь!

Уже шагая по медленно поднимающемуся трапу, я почему-то оглянулся назад, из-за чего чуть не споткнулся. Саян, только что стоявший на ногах и махавший мне рукой, почему-то лежал на земле, не подавая признаков жизни. С трудом сдержал глупый порыв вернуться, чтобы узнать, что случилось с азиатом. Чертова Эмао! Я, конечно, ещё вернусь сюда, только не сейчас! Прощай, хитрый Саян.

Трап гулко ударился о борт корабля, отрезая от нас аномалию, послышалось жужжание, металлические щелчки, и на меня внезапно навалилось понимание – я, чёрт возьми, сделал это! Я, чтоб меня приподняло да отпустило, сваливаю с этой проклятой аномалии!

– Все слушаем меня внимательно! – прозвучал голос пилота, усиленный бортовыми динамиками. – Я – капитан Грол! Именно так вы будете обращаться ко мне после инструктажа. А теперь краткая вводная. Всё, что вы знали о жизни на своих родных планетах – забудьте об этом! Стоит нам пересечь буферную зону, и мир перед вами раскроется совершенно с другой стороны. Особенно это касается тебя, гражданка федерации Семи рас. Поздравляю, скоро вы узнаете, что такое зона А-два, и для чего нужен рейтинг значимости. Уж поверьте мне, скучать не придется!

Зона посадки корабля невидимки. Два часа спутя.

– Чёрт, не успели! – Михаил с силой пнул небольшой камень, тут же улетевший куда-то в кусты. – Совсем чуть-чуть! Упустили!

– Ты думаешь это оно убило Саяна? – спросил Вадим, поднимаясь от лежащего на земле тела.

– А кто ещё? Тот краснокожий охотник умер точно так же. Жаль, что мы так поздно нашли его в этой проклятой оранжевой зоне.

– Что делать будем, командир? – к разговору присоединился Шаман.

– А что мы можем? Ждать! Ждать, и надеятся, что Саян успел предупредить нашего героя. Иначе так и передохнем здесь, в этой дыре...

Продолжение тут:

https://author.today/work/215703

Не забываем про лайки, они важны (каждый лайк, это +1 к бодрости и +1 к трудолюбию автора), не стоит недооценивать их значимость)))

Конец книги. 22.08.22

Content

Невольник том 1-2

Глава 1 Зона А-один

Глава 2 Инструктаж Шица

Глава 3 Синяя Маша. Здесь был Вася

Глава 4 Неприятное знакомство

Глава 5 Эти забавные животные

Глава 6 Инстинкт самосохранения? Что это?

Глава 7 Чужое брать нельзя!

Глава 8 Корпы. Первая мутация. Тетра

Глава 9 Восвояси, сука!

Глава 10 Марафонец

Глава 11 Я. Должен. Идти!

Глава 12 Что со мной не так?

Глава 13 Картриджи, броник, два ствола

Глава 14 Мечтал Робинзон о Пятнице, а получил Дракота

Глава 15 Киборги и псевдомехи

Глава 16 Нежить зоны А-один

Глава 17 Штурм базы

Глава 18 Не бегство, а тактическое отступление

Глава 19 С вами мне не по пути.

Глава 20 Кровавые кошки-мышки

Глава 21 Вы хотели войны? Вы её получили. Так чем же вы недовольны?

Глава 22 Попал...

Том 2 Элита. Глава 23 Протезирование по жёсткому варианту.

Глава 24 Что-то проясняется? Ну да, ну да...

Глава 25 Веселье на берегу озера

Глава 26 Нас много? Вот только есть нюанс...

Глава 27 Разговоры и планы

Глава 28 Кругом сплошная ложь

Глава 29 Третья мутация. Психор

Глава 30 Хащ-хащ!

Глава 31 Команда собрана, что дальше?

Глава 32 Элита зоны А-один

Глава 33 Ягда

Глава 34 Сложное решение

Глава 35 Шёпот Даггара

Глава 36 Идёт охота на мутов, идет охота!

Глава 37 Нет покоя под серым небом

Глава 38 Фартануло? Или снова вляпался?

Глава 39 Упакован и опасен

Глава 40 Сроки известны, что дальше?

Глава 41 Красная зона

Глава 42 Какая-то муть!

Глава 43 Второй контакт с Даггаром

Глава 44 Начало штурма

Глава 45 Элитная мутация

Глава 46 Кто есть кто?