Лорд Системы 21

Глава 1

Вторая жизнь. Это что-то новенькое! Я расположился в уже закреплённом за мной кабинете с бутылочкой королевского сидра, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию.

Непривычно, но всё когда-то случается впервые.

Вторая жизнь. Возможность возродиться там, где пожелаешь. Невероятный подарок, иначе и не скажешь. Сама по себе привязка позволит избежать множества неудобств, а конкретно — утечки ценных кадров из Спартанского Королевства.

Да, новички — штука полезная. Среди них встречаются таланты. Взять, например, Проходчика и магов-теневиков — они пришли в мир Системы полтора-два года назад, когда Спарта уже достаточно крепко стояла на ногах.

Они не были с нами с самого начала, но сейчас тот же Третий души в них не чает. Магия теней чрезвычайно полезна для проникновения на закрытую территорию.

Однако это единичные случаи. Большая часть новичков заметно отстаёт от ветеранов, живущих в мире Системы с первых дней. Более того, этих новичков нельзя сразу отправлять на охоту на монстров для прокачки уровней.

Потому что эти люди для нас чужие. Они не доверяют Спарте, не понимают её, не знают. А незнание порождает страх и неуверенность.

Драгоценные недели уходят на то, чтобы ввести новичков в курс дела, разъяснить принцип работы Королевской Канцелярии, различных ведомств, объяснить существующий свод законов и многое другое. По сути, первые месяцы новички мало внимания уделяют осознанной прокачке. Почему? Потому что сначала им необходимо свыкнуться с новым образом жизни, с новым окружением!

А если у стелы появится спартанец, воспользовавшийся второй жизнью, то все эти проблемы сразу исчезнут!

Он знает Спарту как свои пять пальцев! У него здесь друзья, коллеги, товарищи, возможно, даже члены семьи!

«Старым» игрокам не придётся долго размышлять, чтобы снова взяться за прокачку уровней. Уверен, при должном умении, помощи со стороны Королевства, а также с накачкой Е-баллами, тот же бывший гвардеец сумеет достичь 30-го уровня меньше чем за полгода. Почему так быстро?

Да потому что точки появления монстров в пределах Спартанского Королевства давно известны! Открыты данжи, действует бафф к набору опыта от открытия региона, а также не стоит забывать, что боевой опыт никуда не исчезает.

Хоть классы, профессии и навыки теряются, но сами по себе знания и опыт остаются!

Махать мечом ты будешь уметь как с профессией мечника, так и без неё. Разница лишь в прибавке характеристик! С магией, правда, не всё понятно. Если выпадет с мага фолиант, можно ли будет вновь обучиться той же магии? Сохранится ли прежний контроль и скорость создания заклинаний? Или придётся заново «обучаться» техникам?

Вопрос со звёздочкой, иначе не скажешь!

В любом случае вторая жизнь позволит, как бы парадоксально это ни звучало, сохранить жизни наиболее ценных для Спарты игроков. Всё же 50-й уровень — немаленькая отметка! Его непросто достичь! У меня самого ушло три с половиной, почти четыре года, что уж говорить о рядовых игроках.

У всех моих близких и подчинённых появится второй шанс! Право на ошибку, в конце концов! Разведчики будут спокойнее отправляться на край света, зная, что в случае непредвиденных обстоятельств вернутся домой, где о них позаботятся. Им не придётся волноваться о том, как бы не попасть в новую фракцию, где их тут же заклеймят рабами. Нет, они возродятся в Спарте героями!

Теми, кто ради общего дела готов отдать самое ценное — собственную жизнь, весь накопленный опыт и умения.

Диверсанты смогут проникать в самые недра врага, прекрасно осознавая, что в случае чего всегда возродятся в пределах Спартанского Королевства.

Моя гвардия и другая элита получат возможность действовать намного наглее, более дерзко, решительно! Ведь теперь смерть не означает конец пути!

Та же Синяя Смерть не стала бы столь тяжёлым испытанием, если бы игроки могли после смерти от болезни очнуться в центре поселения уже здоровыми, хоть и с первым уровнем!

Вторая жизнь — крайне ценный подарок от Системы. Невольно задумываюсь — что ещё может открыться нам с ростом уровней?

Первую столь серьёзную награду Система вручила мне на 50-м уровне. Следовательно, следующая по логике должна появиться при достижении 100-го? А что дальше? 150-й? 200-й?

Что ждёт нас там? Третья жизнь? Быть может, что-то ещё? А может, Система востановит репродуктивную способность у игроков?

Семьи обретут возможность снова завести детей. И тогда мир Системы окончательно станет домом для человечества. Не площадкой для отделения зёрен от плевел, а полноценным домом.

Где мы сможем когда-то передать наши труды следующему поколению. Такая странная и необычная мысль.

Передать Спарту, которую я выстроил с абсолютного нуля, от жалкого куста легендарной картошки вплоть до единственной фракции на весь регион, собственному ребёнку. Это что-то далёкое, что-то для меня сейчас невообразимое.

Но в то же время нечто… желанное?

Я качаю головой, развеивая возникший перед глазами образ. Пока об этом можно даже не заикаться. До 50-го уровня я прокачивался почти четыре года, сколько потребуется тогда до 100-го? Ещё столько же или пять лет? А может, целых десять? Только Система знает ответ на этот вопрос.

Куда важнее сейчас понять, где назначать точку привязки? Где мне лучше всего возродиться?

Пожалуй, что в Спарте, верно? Где же ещё возрождаться? Не на болотах же Краснодара!

В то же мгновение в моей голове мелькает шальная мысль, а что будет со Спартой, когда я, её Король, окажусь с первым уровнем? Останутся ли мои товарищи всё ещё верными мне?

Шутка ли! Король столь могущественной фракции с первым уровнем! Пойдут ли рядовые игроки всё ещё за мной? Не воспользуется ли кто-то случаем, чтобы оттеснить меня в сторону и перенять бразды правления?

Что я тогда смогу противопоставить новому «кандидату»? Большой вопрос.

Однако, как быстро эта мысль проскочила в моей голове, столь же быстро она и исчезла.

Нет, я более чем уверен в своих близких! В своих подчинённых! Они не предадут меня! Ни сейчас, ни в случае моего возрождения с первым уровнем в столице Спартанского Королевства!

Именно в такие моменты определяется реальная преданность. Спартанцы не раз и не два рисковали своими жизнями за общее дело. Они верят, что Спарта позаботится об их друзьях, членах семьи, близких. Они верят, что когда они снова вернутся во фракцию, их встретят как своих!

Так как я могу иметь даже тень сомнений насчёт своих подданных⁈ Они всецело доверяют Спарте и мне, так что и я должен сделать то же самое!

Паранойя — штука, конечно, полезная, но её должно быть в меру. Особенно в столь щепетильных вопросах.

Значит, решено! Точке возрождения в Спарте быть! Но перед этим необходимо сообщить сам факт появления столь вкусной награды моим приближённым.

Как-никак не я один был близок к 50-му уровню!

* * *

— Охренеть! Вторая жизнь⁈ Серьёзно, что ли⁈ Вы не шутите, Король Шурик⁈ — восклицает Проходчик. Уже в следующую секунду ему прилетает мощный подзатыльник, от которого парень едва не встречается лицом со столешницей.

— Спокойнее, юный падаван, — произносит Третий с каменным лицом, совершенно игнорируя возмущённый взгляд молодого парня.

— Что ни говори, а такого подарка от Системы я не ожидал, — задумчиво произносит Малой. — Теперь понятно, почему достижение 50-го уровня является этаким порогом для игроков в нашем регионе.

— Да, я тоже так думаю, — соглашаюсь я. — Неспроста в пределах региона так мало высокоуровневых монстров. Даже внутри данжей. Система специально осложняет процесс набора последних уровней.

— Если бы не наше столкновение с орками, то ещё неизвестно, когда бы мы узнали о столь ценном даре Системы, — высказывает своё мнение Майор.

Последний сейчас присутствует на организованном мною собрании через магическую сферу, тогда как остальные вполне комфортно сидят в глубоких креслах.

Хорошо, что дирижабль с мебелью уже доставил всё необходимое! Не придётся сидеть на каменных скамьях, которые самолично создал Том.

— Вопрос, собственно, в том, сколько из наших ребят близки к достижению 50-го уровня, — произношу я. — О том, чтобы прокачать тех же гвардейцев или легионеров до необходимой планки, не может идти и речи. Это слишком дорого, да и невыгодно.

О том, чтобы «дотащить» сотни игроков до 50-го уровня посредством траты соответствующей суммы Е-баллов, не может идти и речи. Это обойдётся не просто в большую сумму, а в невероятно огромную! Можно опустошить нашу сокровищницу, и всё равно этого будет мало!

Всё это не говоря о том, что навыки, профессии и умения во время «накачки» Е-баллами никак не прокачиваются, а значит, такой боец будет слабее того, кто дорос до необходимой отметки естественным путём. И не стоит забывать, что чем выше твой уровень, тем сложнее становится прокачка тех самых умений.

Спартанское Королевство знает об этой детали уже достаточно давно, а потому очень немногие решают «сократить» свой период раскачки, теряя при этом часть своей боевой мощи.

Как-никак уровни — далеко не решающий фактор. Они действительно имеют значение в сражении с противником, но куда больше ценятся твои профессии, классы и навыки! Вот именно от них зависит исход столкновения, а не от того, у кого характеристик на пару десятков очков больше!

Война с орками тому свидетельство. Орки куда сильнее и быстрее людей, но благодаря тому, что мои гвардейцы отточили свои навыки до предела — мы вышли победителями.

— Я проведу соответствующий опрос среди игроков, — обращается ко мне Третий. — Думаю, это не займёт много времени.

— Я также затребую от Королевской Канцелярии собрать данные по гражданским, — киваю я. — Более чем уверен, что за последние месяцы производственные игроки существенно продвинулись в своих уровнях.

Постучав по краю стола, я добавляю:

— В ближайшее время я планирую собрать отряд из игроков, которые находятся ближе всего к отметке 50-го уровня. Я лично позабочусь о том, чтобы довести вас до этой планки в кратчайшие сроки.

— Почему мы, мой Король? — неожиданно спрашивает Майор. — Почему вы вообще решили заняться чем-то подобным?

— Потому что вы представляете невероятную ценность для Спарты, — отвечаю я. — И для меня самого. Вы — мои самые преданные воины. Мои друзья, товарищи, соратники. Вы рискуете собственной жизнью постоянно. Раз за разом. И я не хочу терять вас. Вы все нужны мне, чтобы и дальше строить Спартанское Королевство и делать его крепче.

На такое откровение собравшиеся невольно ухмыляются, их плечи расправляются. До чёртиков приятно знать, что тебя ценят и о тебе заботятся, как и то, что твои усилия будут достойно оценены.

— А я был уверен, что ты, Твоё Величество, сразу же умчишься в Спарту, — усмехается Малой, нарушая повисшую тишину.

— И почему же? — спрашиваю я.

— Чтобы всучить 50-е уровни своим жёнам! Вот почему! — хихикает Малой.

— Ты неправильно расставляешь приоритеты, Малой, — поправляет того Майор через магическую сферу.

— Это ещё почему? — удивлённо моргает глава разведки.

— Если жёны Короля Шурика получат вторую жизнь, то они не оставят его даже на том свете! — фыркает старый вояка, и зал заливается громогласным хохотом.

Не сдерживаю смешка и я. Солдафонские шутки не покидают нас даже годы спустя.

Но пусть так и будет!

— Раз с предстоящей задачей разобрались, — отсмеявшись, вновь беру слово я, — теперь нужно понять, как нам быстрее всего набрать уровни.

В целом логичный вопрос, как ни посмотри.

За счёт чего вообще высокоуровневые игроки получают опыт? С производственными игроками всё понятно, им достаточно развиваться в своей сфере деятельности, раз за разом бросая вызов Системе в надежде создать легендарный предмет, если не выше этого.

Военные же игроки могут или охотиться на монстров, или отправляться покорять данжи, или же… пойти убивать других игроков.

С объединением региона врагов у Спарты просто не остаётся. Монстры и данжи нужного количества опыта почти не приносят, а потому остаётся только война.

С нашими соседями на западе, Пятиморьем, или же орками на востоке. И почему-то я более чем уверен, что в вопросе выдачи опыта клыкастые твари окажутся куда более заманчивой целью.

Как-никак в Пятиморье обитают такие же игроки, как и в Спартанском Королевстве. Их уровни не особо отличаются от наших. А вот орки… чатлане открыто щеголяют 50-ми, 60-ми, а редкие индивидуумы, вроде Мудрой Головешки, аж 70-ми!

Как тут можно удержаться вообще⁈

Вот только сразу же за одним вопросом всплывает следующий, как нам организовать новую схватку с зеленокожими? Причём такую, чтобы не потерять своих парней!

Открытое противостояние — слишком рискованный вариант. Это с численным перевесом в десять и более раз бить орков достаточно легко и даже приятно, но что, если нас будет равное количество, не говоря уже о численном перевесе в сторону чатлан?

Какой смысл тогда вообще идти к ним на приступ, если по итогу сражения мы можем не только не поднять нужное количество уровней, но и понести тяжёлые потери⁈

Непростая ситуация.

Нам нужны орки, чтобы прокачать игроков до 50-го уровня, но сделать это без большого риска просто нереально.

И вот что нам остаётся делать? Бросить кости, авось получится? Или же проявить осторожность и не рваться за второй жизнью для приближённых?

Из размышлений меня ко всеобщей неожиданности выдёргивает Третий:

— Если вопрос заключается в том, чтобы организовать более-менее честный и открытый бой с орками, то, возможно, у меня есть для этого решение, — заявляет мужчина.

— Да, и что же у тебя на уме? — интересуюсь я.

— От спасённых рабов мне кое-что удалось узнать, — отвечает Третий. — И это может пойти нам на пользу.

* * *

— Беги быстрее, коротышка! Перебирай ножками! А иначе снесём твою башку! Ха-ха-ха!

Проклятия чатлан всё ещё звучали в его ушах. В голове шумело, давление било набатом по вискам, не давая ни сосредоточиться, ни собраться с мыслями.

Гиппо бежал со всех ног, но преследователи и не думали отставать. Почему? Почему его вообще включили в список «бегунков»⁈

Он же исполнял все просьбы орков! Он делал всё, что они ему приказывали! Нужно было падать ниц, Гиппо первый исполнял озвученное. Нужно было рассортировать «человеков», Гиппо тут же вызывался добровольцем.

Он делал всё, чтобы выжить! Поцы считали его полезным. Так Гиппо хоть как-то гарантировал собственное выживание. Так почему… почему его назначили в очередную группу «бегунков»⁈

Мужчина вздрогнул, когда где-то за спиной хрустнуло дерево. Только орки могут издавать такой шум. Они делали это специально, передвигались по лесу открыто и нагло, чтобы охота была лишь веселее и интереснее.

Гиппо резко сместился вправо. Возможно, у него получится уйти от преследователей, если он запутает следы. Хотя как это вообще можно провернуть⁈ Он же не следопыт какой-то! Он простой рядовой игрок! Бывший клерк в одном из бывших полисов к западу от реки Тигр!

Пот струился по лицу мужчины, лохмотья, заменяющие ему одежду уже который месяц, насквозь промокли и пропитались вонью. Ноги заплетались друг за друга. Голые стопы почернели от налипшей грязи и пыли.

Чем дольше длилась охота, тем быстрее Гиппо выбивался из сил. И тем ближе становились его преследователи.

В какой-то момент мужчина успел отчаяться. Какой смысл растягивать эту пытку? Проще уже просто остановиться и принять один смертельный удар от чатлан. Так он хотя бы окажется в другом регионе! Возможно, там, где об орках и знать не знают! Закончатся мучения, закончится этот бесконечный позор!

Впервые ему не придётся раболепствовать ради собственного выживания. Будь у Гиппо шанс — он бы начал всё сначала! Он бы исправился! Он бы вёл свою жизнь, как того и подобает! Праведно и честно!

Но для этого ему придётся умереть. Мужчина замедлился, перейдя на шаг. Он уже всё для себя решил. Помирать так с высоко поднятой головой!

Хоть раз за свою жалкую жизнь он поведёт себя, как подобает настоящему игроку! Он не будет лить слёзы и молить о помиловании, всё равно его не дождаться.

Он встретит свою смерть с высоко поднятой головой!

Гиппо уже развернулся, готовый пойти навстречу уродливым оркам, как вдруг зелёная тень мелькнула рядом с ним.

Не успел мужчина и пискнуть, как его рот накрыла крепкая ладонь, а его самого оттащили под какой-то куст.

Уже спустя мгновение вокруг них был рассыпан какой-то порошок, а самого мужчину накрыли странным плащом. Только через мгновение Гиппо распознал в нём маскхалат.

— Не двигайся и не издавай ни звука, если хочешь жить, — прошептал неизвестный, и мужчина судорожно кивнул.

Хруст веток и гомон голосов становился всё громче. Уже спустя минуту Гиппо различил кожаные сапоги чатлан. Они гулко ступали по земле, а между них носились чёрные гончие — бич всех «бегунков».

Если на твой след нападали эти создания, то сбежать у тебя просто не получится! Это приговор! Данность!

Никто из людей не смог перехитрить этих чутких зверюг. Гиппо уже полагал, что псы вот-вот найдут их под кустом, когда вдруг гончие стали чихать и недовольно крутить мордами.

Что-то было не так.

— Это ещё что за хрень⁈ — возмутился орк, наблюдая ту же картину. — Что с пёсиками⁈

— Они потеряли след того хряка!

— Быть этого не может! Это гончие, которых растил Пучча! У него лучшая псарня во всём племени!

— А чего ты хотел от старого поца⁈ Поди на старости совсем из ума выжил! Он сломал моих новых крошек!

— Бесполезные суки! — рявкнул орк и пнул в бок одну из гончих. Существо заскулило, но орк и не думал останавливаться.

— Вы, твари, испортили мне охоту! Вернусь в племя, сдеру кожу с Пуччи! Будет знать, как подставлять гордых гайзов!

— Да, врежем ему по башке дубиной! А то много этот поц о себе думает!

— Погнали! Это будет куда веселее, чем гнаться за слабым человечком! Всё равно его найдёт какая-то другая группа и прибьёт.

— Ладно, пошли! — скомандовал клыкастый лидер их отряда, и недовольные орки направились обратно к своему племени. Лишь спустя ещё пять минут томительного ожидания, когда орки отдалились на безопасное расстояние, неизвестный игрок вытащил их с Гиппо из-под куста.

Мужчина тут же начал осматривать «бегунка», ощупывая его лохмотья в разных местах.

— Что ты делаешь? — сглотнул Гиппо, и не думая сопротивляться.

— Проверяю на наличие артефактов, меток и прочей дряни, — пояснил его спаситель. Удовлетворившись осмотром, игрок кинул Гиппо маскхалат и приказал двигаться за ним.

— Кто ты такой вообще? — спросил мужчина, тут же нацепив на себя поданный предмет одежды. Впервые он не ощущал зубодробительного холода, к которому давно привык. Кто бы что ни говорил, но спать почти что голышом по ночам на сырой земле далеко не из приятных занятий. И далеко не из полезных для организма. Всевозможные дебаффы от недоедания и недосыпа уже стали обыденностью для Гиппо и других пленников орков.

— Это не имеет сейчас значения, — тем временем ушёл от ответа его спаситель. — Ты же хочешь выбраться из леса?

— Всё что угодно, только бы не угодить обратно к этим тварям, — скривился Гиппо.

— Тогда следуй за мной и делай всё, что я скажу беспрекословно, — приказал игрок.

И Гиппо оставалось только подчиниться. Дорога им предстояла совсем не близкая.

* * *

— Ну что, голубчик, могу вас обрадовать, ничего непоправимого не случилось. Ваши дебаффы можно снять хорошим отдыхом, сытным питанием и крепким сном, — улыбнулся в усы странный лекарь. Стоило тому встретиться взглядом с Гиппо, и мужчина передёрнул плечами.

Змеиные желтовато-зелёные глаза будто всматривались в самую его душу, а непонятный монокль отбрасывал зайчики от лучей солнца, проникающих в шатёр.

— Скажите, доктор… а где я вообще? — переборов страх, всё же спросил Гиппо.

Их путь с неизвестным спасителем как-то смазался в уме истощённого игрока. Сначала они двигались по лесу, раз за разом чуть ли не чудом избегая отрядов орков с гончими. После чего вышли на открытую местность, где их уже ждал небольшой лагерь, явно собранный наскоро. Там Гиппо видел таких же «бегунков», как и он сам. После беглого осмотра и подсчёта их спешно посадили на большой летающий дирижабль, а затем доставили сюда, к двум крепостям!

За стенами огромной крепости Гиппо очутился в самом настоящем лагере беженцев. Здесь им оказывали медицинскую помощь, давали поесть впервые за долгое время человеческой пищи — каши с плавающими в ней кусками мяса. Невиданная щедрость по меркам Междуречья!

Гиппо уже и не думал, что вообще сможет поесть что-то помимо капусты и каких-то кореньев. У орков с регулярным питанием всё очень и очень плохо.

Ладно для себя орки забивают несколько десятков тарахтелок чуть ли не ежедневно, но когда вопрос касался «человечков», то тут уже всё зависело от случая. Иногда какой-то поц мог их и пожалеть, понимая то, что если не покормить, то они просто помрут от голода.

Но ведь могли вмешаться гордые гайзы, которые готовы были плеваться только от истощённого вида игроков. И вот тогда-то даже кочан капусты мог оказаться невиданной роскошью.

Здесь же… кругом были люди. Гиппо толком и не заметил, как из его глаз потекли слёзы.

Он был среди людей! Среди своего вида! Среди своих!

Никогда Гиппо до попадания в мир Системы не мог и подумать о том, что будет счастлив просто самому факту наличия людей вокруг себя.

— Ну-ну, голубчик, всё в порядке, — заметил его расшатанные нервы лекарь. — Всё в порядке. Вы в безопасности. В Спарте относятся доброжелательно ко всем людям. Так что можете быть спокойны.

— Спасибо, честно… спасибо, — сглотнул Гиппо, утирая влажные дорожки со своих щёк. Лицо его побагровело от смущения.

— Ну что же, раз состояние у вас относительно удовлетворительное, я вас покину, — улыбнулся змееглазый и стал собираться. — Тем более что с вами есть кому поговорить.

— Вот как? И кому же? — моргнул глазами Гиппо.

Как раз в этот момент в палатку вошёл улыбчивый парень со светлыми волосами.

— Добрый день, Гиппо, верно же? — поприветствовав лекаря, он обратил всё своё внимание на спасённого игрока.

— Это я. А как вы узнали? — удивился Гиппо.

— Об этом мне рассказал ваш спаситель, — сверкнул белозубой улыбкой мужчина и присел на табурет рядом с койкой игрока. — Как вы себя чувствуете?

— Лучше, чем когда-либо, — честно ответил Гиппо.

— Это замечательно, — кивнул обрадованный мужчина. — Понимаете, Гиппо, я пришёл к вам не просто так.

— Это я уже понял.

— И я рад этому, — хмыкнул собеседник. — Как вы могли догадаться, наша фракция, Спарта, поставила своей целью спасти человечество из-под ига орков. Для чего нам нужно как можно больше информации об их обществе. Их философии, их традициях. Вы, как недавний пленник чатлан, могли бы серьёзно облегчить нам работу. Конечно, я ни в коем случае не настаиваю, но если вам что-то известно, то мы были бы вам очень благодарны…

— Так это вы те самые «жестянки» с запада, о которых болтают в последнее время в племени? — наконец-то дошло до Гиппо.

— Да, это мы, — кивнул мужчина.

— В таком случае вы, возможно, сможете воспользоваться этой информацией… Я тут краем уха услышал, что орки собираются на очередное Великое мочилово.

— Великое мочилово? Впервые слышу.

— И это неспроста! Это древняя традиция чатлан…

* * *

Что такое Великое Мочилово? По сути своей это турнир среди орочьих племён. Чатлане высылают на него своих лучших гайзов, чтобы померяться силой и прославить себя.

Не всё же махаться с другими расами. Оркам нужно место в том числе и для того, чтобы организовать схватку чисто между собой.

Ключевое правило Великого Мочилова — это то, что на него может явиться каждый, вне зависимости от его касты. Будь это поц, гайз или стукатель — не имеет никакого значения.

На Великом Мочилове все равны, и у каждого есть возможность прославить себя и выковать имя.

Но тем не менее клыкастые «повинные» у ворот едва ли не уронили челюсти, когда к стоянке Племени Кровавого Клевца, месту, в котором было решено устроить Великое Мочилово в этом году, подошла небольшая группа людишек.

Всего-то полтора десятка игроков в причудливых доспехах.

Гайзы уже оскалились, они и не думали, что к ним пожалуют новые рабы! Видимо, сбежали от другого племени или откуда-то ещё и решили сдохнуть от лап гордых гайзов.

— Эй, вы чего сюда пришли, коротышки⁈ — рявкнул орк.

— Да, чего удумали получить по голове бубылдой! Так это мы сразу! Хе-хе-хе! — загоготал второй стражник.

Вот только ответ, который они услышали, поверг их в полный шок.

— Мы прибыли на Великое Мочилово как одна из команд! — воскликнул лидер этой группы в алом плаще.

Орки презрительно фыркнули.

— Чтобы оказаться в числе команд, надо представлять своё племя, букашка!

— А я и представляю своё племя! — ответил человек. — Моё имя — Король Шурик! И я представляю Спартанское Королевство!

И белое знамя с алой мордой кабана было воткнуто в землю перед мордами орков.

Спарта прибыла принять участие в Великом Мочилове зеленокожих!

Глава 2

В зал вбежал взволнованный поц, тут же опускаясь на колени перед лидером Племени Кровавого Клевца.

— Верховный Глава! Верховный Глава! — воскликнул он.

— Чего тебе, поц? — спросил Уррак, возвышаясь над склонившимся орком.

— Там такое! Такое творится! — выпалил поц. Его глаза, казалось, были готовы вот-вот выскочить из орбит.

Уррак уже видел нечто похожее, но то случилось на славном пастуке. С чего бы сейчас в стенах орочьей стоянки этому поцу так волноваться?

— Говори уже, с чем пришёл! — прорычал Верховный Глава. — А не то снесу твою тупую башку и сам всё узнаю!

— Людишки! Людишки пришли к стоянке! — завопил поц, и уважаемые помощники Уррака, Главы Племени Кровавого Клевца, удивлённо переглянулись.

Человеки? Серьёзно? Из низшей расы? У них что, бубыльды до самой земли выросли, раз они осмелились прийти к воротам их племени?

Или они настолько глупые, что полезли под их булавы?

В любом случае, это оказалась радостной новостью! Хоть какое-то веселье перед Великим Мочиловом! А то они уже изнемогали от предвкушения! И тут столь желанная разминка для их кулаков!

Того же мнения придерживался и Уррак, хищно оскалившись и схватившись за свой клевец, прислонённый к подлокотнику деревянного трона.

— То, что они припёрлись к нам, — это же замечательно! Просто чудесно! Хоть о кого-то можно поточить свои топоры и окрасить их кровью! Верно, други мои⁈ — воскликнул Верховный Глава, обращаясь к своим помощникам.

Чатлане из Племени Кровавого Клевца тут же поддержали его, вскакивая со своих мест.

— Ага-ага! Пастук — это всегда хорошо! Даже с этими низшими недомерками!

— Просто идеально! А я как раз хотел потренировать новый орочий зажим яйцами!

— Смотри, чтоб тебе их не оторвали в процессе! Ха-ха-ха!

— Что⁈ Хочешь, на тебе первым приём опробую, слизняк!

— Ты кого слизняком назвал, выродок зубастый⁈

Не прошло и минуты, как взбудораженные орки начали задирать друг друга, провоцируя на очередное столкновение. В этом не было ничего странного — самая обычная рутина.

За место гайзов столь крупной орочьей стоянки, как Племя Кровавого Клевца, всегда шла ожесточённая конкуренция, что зачастую приводило к бешеной текучке кадров. Но Уррак смотрел на всё это с явным равнодушием. Его веселила сама склочность более молодых собратьев.

Ему была не чужда страсть к славному пастуку. Оттого любое оскорбление могло привести к битве насмерть среди гордых гайзов. Или к тому, что какой-нибудь орк осмелится бросить вызов вышестоящему и пинком сместить его с насиженного трона.

Некоторые идиоты порой осмеливались даже бросить вызов самому Урраку, на что могучий орк отвечал со счастливым оскалом. Ни разу он ещё не проиграл за свою жизнь. Потому и стал Верховным Главой столь впечатляющего племени!

Вернёмся же к происходящему бедламу в главном шатре стоянки.

— Так ты не только тупой, но и глухой! Вот это комбо!

— По голове бубыльдой стукну!

— Не доросла ещё, чтобы по головам стукать!

Главы Племени Кровавого Клевца вновь зацепились языками. Всё указывало на то, что совсем скоро они перейдут от слов к делу.

Но Уррак не забывал о причине всеобщего возбуждения, а потому рыкнул на своих подчинённых:

— А ну захлопнули пасти и пошли за мной! У нас там человеки у входа стоят! Не забыли, тупоголовые⁈ Сначала избавимся от этих коротышек, а потом махайтесь хоть до отрывания голов! Помните, что на нас сейчас смотрят орки со всего запада региона! Великое Мочилово первостепенно! Склоки и почёсывание своих задниц — уже потом! Всё уяснили⁈

— Так точно, Верховный Глава! — нестройно ответили орки, но накал среди них действительно спал.

Таково влияние Верховного Главы в их племени. Если Уррак что-то приказал, то тебе лучше подчиниться и сделать так, как он требует. А не то… можно к вечеру и башки недосчитаться!

— Вы не поняли, Верховный Глава! — однако ко всеобщей неожиданности голос подал вновь тот самый поц, который и сообщил о появлении людишек.

— Чего это я не понял, поц? — нахмурился Уррак. Ему совершенно не нравилось, когда ему кто-то что-то указывал.

— Эти людишки пришли не для пастука! — сглотнул побледневший поц. — Они пришли на Великое Мочилово!

Главный шатёр погрузился в гробовое молчание. Гордые гайзы не знали, что и думать по этому поводу.

То есть как это людишки притопали на Великое Мочилово⁈ Разве такое возможно⁈

— Но ведь Великое Мочилово — это древний орочий обряд, — пробормотал какой-то гайз. — Разве можно в него пускать каких-то букашек?

— Ни разу ещё в нашей истории не-орки не участвовали в Великом Мочилове, — добавил второй.

— Людишки так точно не принимали! Высшие расы, может, и мелькали давным-давно, — задумчиво произнёс третий.

— Замолчите! — повысил голос Уррак, и шатёр вновь погрузился в безмолвие. Шестерёнки в голове опытного орка работали на невероятной для его куда более молодых собратьев скорости.

Человеки ни разу не участвовали в Великом Мочилове. Это факт. Орки не имеют привычки приглашать другие расы на свои праздники.

Значит, эти людишки пришли сами по себе. Они по собственному желанию решили принять участие в Великом Мочилове. Это… неожиданно. И необычно.

Уррак не смог сдержать довольную ухмылку. Если он проведёт турнир, на котором впервые в истории их расы появятся людишки как полноценные участники, после чего он же и возглавит команду, чтобы прибить этих наглецов… то о Племени Кровавого Клевца узнают даже самые древние стукатели на их родном Сервере!

Уррак не просто докажет мощь своих гайзов, но продемонстрирует превосходство орков над голыми макаками! Открыто, демонстративно, со свойственным оркам коварством!

Он не забыл глупые и опасные речи, которые недавно толкал Морь, Тупая Головешка! Людишек стали считать достойными пастука? Вот он и докажет всем превосходство чатлан над другими расами.

Об их Великом Мочилове ещё долго будут помнить! А, следовательно, его имя, имя Верховного Главы Племени Кровавого Клевца разнесётся далеко и широко!

И тогда он, Уррак, сможет шагнуть на ступень выше! Стать сильнее, влиятельнее, набрать ещё больше гайзов под своё начало! Быть может, даже призвать в племя умелых орков-отшельников!

Тогда и Племя Кровавого Клевца вырастет и перейдёт на новый уровень! А это, опять же, почёт, больше внимания от древних стукателей и даже шанс стать частью их банды!

А это самые большие пастуки, самые крутые махачи и даже… БОЙНИ!

— Плевать, ради чего пришли эти наглые людишки! — рявкнул Уррак, уже почти не сдерживая своего предвкушения. — Сначала посмотрим на этих голожопых макак! А уже после вынесем вердикт!

И зелёная волна устремилась к окраине орочьей стоянки.

* * *

Яйца у человеков есть — этого Уррак не мог не признать.

Как только он прибыл в окружении толпы гайзов к воротам орочьей стоянки, то сразу же заметил странное знамя. Оно совсем не походило на те, что представляли орков и их племена.

Не было крутых черепов, не было следов крови, не было орущего поца, привязанного к шесту. Просто белая тряпка с алой мордой какого-то зверя. Выглядело необычно, но всё ещё блекло на фоне настоящих орочьих знамён. Впрочем, чего ещё стоило ожидать от низшей расы⁈

— Кто у вас главный⁈ — спросил Уррак, расталкивая чатлан перед собой и оказываясь прямо напротив группы людей.

— Это я, — ответил ему коротышка-жестянка. Тёмные волосы, одетый в странные доспехи, так ещё и смотрящий на Уррака… недобро?

Верховный Глава раздражённо дёрнул плечом. Ему сразу не понравился этот человечек. Больно наглый. Больно… не такой, как надо!

— И чего ты припёрся к нам? По кумполу захотел получить? Так это я сразу! — произнёс Уррак.

Человек вместо этого спокойно покачал головой и посмотрел прямо в глаза опытному орку.

— Я, Король Шурик, представляю Спартанское Королевство! Фракцию людей! Или, по-вашему, Спартанское Племя! И как представитель Спартанского Племени я хочу принять участие в Великом Мочилове! — воскликнул Шурик.

Среди чатлан поднялся настоящий гомон. Изумились все: стоящие тут и там поцы, гордые гайзы, которые ожидали скоротечного, но не менее интересного махача, даже гости из других племён!

Такого точно ещё не случалось! Иноземное племя требовало участия в Великом Мочилове! Племя не-орков! Подумать только!

— Почему я должен одобрить твою просьбу, Король Шурик? — спросил хмуро Уррак. — С чего бы мне порочить наш клёвый турнир вонью низшей расы?

— А почему бы и нет? — с ухмылкой пожал плечами человек. — Что вам жалко? Или зассали? Вот будет умора, если племя из низшей расы побьёт таких крутых чатлан!

— Вы только посмотрите на него! И как он только умудряется передвигаться с такими крутыми яйцами!

— Совсем с ума сошли букашки! Уже рот разевают на гордых гайзов!

— Чтобы орки и проиграли низшей расе⁈ Вот это шутка!

— Давайте проломим ему череп! Языком молоть — это не бубыльдой работать!

— Да-да! Открутить ему башку! Можно будет сыграть ей в футбол!

— Что такое футбол?

— Слышал о таком развлечении среди низших рас… Не знаю, что это, но звучит кровожадно!

— Довольно! — зарычал Уррак, заставляя умолкнуть всех чатлан вокруг. Яростный взгляд Верховного Главы обратился вновь к человеку.

— Значит, Шурик, хочешь участвовать в Великом Мочилове орков? — сухо спросил Уррак.

— Хочу, — подтвердил человек.

— Так тому и быть! — хлопнул в ладоши Уррак, после чего обратился к своим собратьям: — Раз дураки идут на верную смерть, то кто мы такие, чтобы отговаривать их⁈ Человеки примут участие в нашем славном турнире! Посмотрим, вдруг и они смогут нас удивить!

Толпа зеленокожих захлопала в ладоши, начала бить ногами по земле, загремела оружием. Раздался слитный «Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы».

Великое Мочилово обрело своих последних участников.

* * *

В какой-то мере это было безумием, что мы собирались провернуть.

Просто постучаться в дверь к оркам и потребовать участия в их священном турнире. Наглость! Дикость! Сумасшествие!

Но именно так и ведут себя орки! Не обращают и толики внимания на какие-либо приличия, не считаются с чужим мнением, выставляют себя в самом выгодном свете.

Это решил провернуть и я. Сыграть на гордыне этих клыкастых, и они с радостью позволят тебе стать частью их забавы. Потому что чатлане не могут проиграть какой-то низшей расе!

Страшнее всего для орков, что кто-то усомнится в их бесстрашии и доблести. Ради этого зеленокожие готовы на сколь угодно тупые поступки.

Да, в какой-то мере мой поступок похож на авантюру. Наши знания об орках основываются лишь на нескольких схватках с ними и на показаниях бывших рабов. Но, выходит, я их просчитал верно!

Орки круче людей! Орки сильнее и мудрее людей! Пользуясь этой уверенностью дикарей, я оказываюсь в самом сердце их племени.

А вместе со мной и моя команда: Майор, Малой, Гюнтер, Третий, Проходчик, Базальт, Пирра, а также Биба с Бобой.

Я подумывал над тем, чтобы взять с собой и Мышь, но в последнюю минуту отказался от этого решения. Ведь кто знает, как поведут себя орки при появлении настоящей магессы?

Все другие члены моей команды — это классические воины. Мышь же в прямом столкновении без своей магии не так сильна. Это её главная уязвимость.

Конечно, было бы проще, знай мы наперёд, что будет происходить на Великом Мочилове, но, увы, тут орки проявили несвойственную для них смекалку.

Каждый турнир отличался от предыдущего, и потому нельзя было заранее угадать, в чём будут соревноваться зеленокожие. Известно лишь то, что эти испытания будут как-то проверять их силу, крутость и коварство.

О деталях поведают лишь в начале самого Великого Мочилова.

— Мда, нам тут не сказать, что рады, — комментирует Малой взгляды, которые на нас бросают клыкастые.

— А ты что думал? — усмехаюсь я. — Для орков мы — пустое место. Представь их когнитивный диссонанс, когда мы решили открыто бросить им вызов на их празднике.

— Это как если бы медуза приплыла на чемпионат по шахматам и потребовала бы игры с гроссмейстером! — смеётся Пирра. Базальт тихо фыркает от её сравнения.

Улыбки мелькают и на наших лицах.

— Что-то вроде того, — соглашаюсь я. — Главное помните, зачем мы здесь. А также будьте начеку. Всегда. Те же гайзы, быть может, и посчитают ниже своего достоинства лезть к каким-то человекам, но того же нельзя сказать о поцах.

— Будем внимательны, бальшой насяльника! — дурашливо стучит по нагруднику Малой, за что чуть не получает нехилый подзатыльник от Майора. Лишь благодаря невероятной ловкости парень уходит от удара.

Как выглядит настоящая орочья стоянка? Не та мелкая стоянка, которую мы захватили, а реальное обиталище клыкастых, в котором обитают сотни и сотни могучих тварей. По сути, это полноценный полис. Разве что выполненный с характерным для орков… пофигизмом.

Улицы вместо того, чтобы пересекать друг друга под прямым углом, петляют и закручиваются в сторону центра племени. В какой-то момент я осознаю, что иду по самой настоящей спирали, которая становится всё круче, чем ближе мы подходим к главному шатру.

Слева и справа вдоль кривой дороги располагаются всевозможные юрты и палатки. Мелькают и просто крытые навесами пространства. Зачастую последние относятся к публичным местам, вроде рынков, кухонь, стойл для тарахтелок или мест отдыха для гончих.

Великое Мочилово — это в первую очередь турнир среди орочьих племён. Способ выяснить, у кого самая большая бубыльда на этом Сервере. Этакие Олимпийские Игры, правда, на которых смерть участников — это почти традиция. Я бы даже сказал, что Великое Мочилово без кровавого месива и разбросанных по всем уголкам внутренних органов — это совсем не Великое Мочилово.

Между тем Уррак, глава Племени Кровавого Клевца, выделяет нам одного из своих поцов, чтобы тот стал нашим проводником на время турнира.

Внешне он совсем не похож на орка. Щуплый, мелкий, всего-то два метра ростом, да ещё и с очками на переносице.

От моего взгляда не ускользает то, с какой насмешкой другие клыкастые смотрят на нашего «гида».

— Эй, зелёный, тебя как звать-то хоть? — поравнявшись с поцом, интересуюсь я.

Клыкастый хмуро окидывает меня взглядом, после чего всё же отвечает. Как-никак он теперь приписан к нашему «племени».

— Прилипала я есть, человек.

— Местные тебя не очень-то любят, а, Прилипала? — задаю я новый вопрос.

Орк раздувает ноздри, но тут же резко выдыхает. Удивительная собранность для чатланина.

— Потому что я другой, человек, — поясняет Прилипала. — Я не такой, как прочие орки. Даже среди поцов я отличаюсь. Не такой высокий, не такой сильный, не такой… зрячий.

На последних словах Прилипала поправляет треснутые очки на переносице. Заметив мой взгляд, орк тут же догадывается, что я смотрю на очки.

— Безделушка, откопанная мною после налёта одной из наших банд на землях эльфов, — говорит Прилипала.

— Интересная вещица, — киваю я. Не думал, что орки вообще могут носить очки!

— Ясен хрен! — ухмыляется Прилипала. — Я сам нашёл для неё стекляшки! Представляешь, человек, так я хоть могу видеть столь же чётко, как и мои собратья!

— Круто. Нет, реально круто, — киваю я.

Это впечатляет. Не то, что Прилипала сумел воспроизвести очки в окружении столь… диких собратьев. А то, что с таким недугом он вообще сумел выжить в их обществе! Это о чём-то да говорит!

Среди чатлан умирают и самые сильные, самые ловкие и самые выносливые гайзы. Причём на постоянной основе. Это часть их жизненного порядка. Что уж говорить о слабых поцах, которых могут просто прихлопнуть «ради забавы».

Так что-то, что Прилипала всё ещё жив, заслуживает должного уважения к его изворотливости.

— Ты так думаешь? Честно? — удивляется Прилипала моим словам. Он явно не ожидал похвалы от какого-то там человека.

— Определённо, — вновь киваю я. На морде Прилипалы мелькает довольный оскал.

Я тут же задаю новый вопрос, пока наш провожатый в приподнятом настроении.

— Слушай, Прилипала, раз тебя определили к нашему племени, то, может, расскажешь о Великом Мочилове? Как оно проводится? Что нас ждёт?

Глава 3

Чатланин рассеянно скисает.

— Точно, вы же не орки… Вы ничегошеньки не знаете, — задумчиво касается подбородка клыкастый. — Для начала Великое Мочилово — это праздник жизни.

— Праздник жизни? — удивляюсь я.

Кровавый междусобойчик — это у них праздник жизни? У зеленокожих точно всё в порядке с головой? Хотя да, о чём тут думать? У них и так мозги набекрень!

— Именно так! — подтверждает Прилипала. — На этом празднике мы радуемся тому, что мы живы! Радуемся тому, что Великий Дух не прихлопнул нас раньше срока!

Великий Дух? Впервые слышу о нём. Это я и озвучиваю нашему гиду.

— По легендам, — поясняет орк, — Великий Дух вёл шикарный пастук с какими-то мерзкими гадами. Этот махач был столь велик, что от одного его грохота гибли целые миры! Великий Дух обладал самой большой бубыльдой во всех мирах Системы! Но он был один, а мерзких гадов было много! Тогда-то, чтобы разделить радость этого махача, он и позвал наших предков, великих орков, на этот славный пастук! Он даровал нашим шаманам их магию! Гайзам передал свою булаву, чтобы те брали с него пример! А поцам… поцам досталась его мозговитость! Именно так, да!

Прилипала так свято верит в последний пункт, что я едва сдерживаю весёлый смешок. Поцов-то, похоже, Великий Дух просто проигнорировал. Как и подобает высокомерному орку. Если этот Дух и есть прародитель орочьего вида.

— Раз вы до сих пор живы, то, полагаю, гадов-таки уничтожили? — вмешивается в наш диалог Малой, которого уж больно заинтересовала история.

Прилипала вместо ответа пожимает плечами.

— Ясен хрен, что победили! С тех самых пор наши великие предки путешествуют от Сервера к Серверу в поисках столь же славного пастука, на который нас когда-то повёл Великий Дух!

— А как Великое Мочилово относится ко всей этой истории? — хмурюсь я.

— То есть как это «как»⁈ — кривит физиономию от нашей «недалёкости» Прилипала. — На самый славный пастук отправляются только лучшие из лучших! В большие походы стукатели не берут кого попало! Ведь в таком случае не напасёшься ни мяса, ни пыва! Да и пользы никакой не будет от такого пополнения! Поэтому среди племён принято меряться силой на Великом Мочилове!

Похоже, эти самые стукатели куда больше разбирались в логистике и военном искусстве, нежели рядовые орки. Быть может, не все зеленокожие так уж и тупы? Если так поразмыслить, тот же Морь, Мудрая Головешка, действовал куда осторожнее своих сородичей.

Выходит, чем старше орк, тем он спокойнее и коварнее? Если тот же Торадора повёл свою небольшую банду сразу на стены, то куда более опытные стукатели действовали бы в разы хитрее. Оглядываясь на возможности своих подчинённых и прикидывая силу неприятеля.

Или же нет? Как далеко заходит орочье безумие и где его грань? Эти древние банды, о которых всё треплют чатлане, неужели они так могущественны, что способны покорять целые Сервера?

Орки, конечно, любят похвастаться перед друг другом, но пустого бахвальства они не привечают. А потому за этой шуткой может стоять весьма неприятная правда.

Пока Прилипала ведёт нас по орочьей стоянке, он начинает представлять нам другие «команды». Говорит, что это одна из его обязанностей как нашего «гида» — представить будущих противников.

«Чтоб вы впечатлились и поняли, как вам повезло помереть от лап столь грозных сволочей!» — сообщает он.

Кого здесь только нет!

Костяное Братство — орки, которые считают своей священной обязанностью носить денно и нощно на голове шлемы из черепов своих врагов. Те ещё кровожадные упыри, по заверениям Прилипалы.

Шальные Змеюки — эти так и вовсе щеголяют голыми задницами. Прилипала с усмешкой заявляет о том, что они не привечают никакой одежды. И вообще настоящий орк — это орк, который дерётся при помощи своего тела, а не каких-то там палок или топоров.

Короче, местные мастера ушу. Только вдобавок к этому ещё и нудисты. Пирра, проходя мимо их костра, смущённо прячет лицо за ладошками.

Но я-то вижу, что зелёные глазки как бы невзначай продолжают наблюдать за напрочь лишёнными стыда чатланами.

В какой-то момент мы едва не оказываемся под стопами настоящих титанов, существ под пять метров в высоту.

Наш гид, который в последний момент дёргает нас прочь с дороги, представляет этих чатлан как Каменных Зогов — орков с заснеженных горных вершин. Их кожа приближается к тёмно-зелёному, почти чёрному цвету.

Каменные Зоги помимо своего роста отличаются ещё и тем, что вечно норовят поспать в самых неподходящих для этого местах, в том числе и на ходу, из-за чего днём они представляют из себя ходячих черепах. Просто бредут в неопределённом направлении с открытыми глазами и похрапывают. Поцы же на пути их следования деловито разбирают юрты и палатки, после чего собирают их заново, стоит Зогам пройти мимо.

Однако не стоит недооценивать этих ленивых титанов, стоит их только разозлить, и тебе крышка!

Даже Уррак, Верховный Глава Племени Кровавого Клевца, не смеет их провоцировать! И это при том, что Каменные Зоги во сне любят ворочаться. И тем самым сносят палатки своих соседей к явному неудовольствию последних.

Однако всё, что могут сделать пострадавшие, — это побрюзжать да поворчать, потому что предъявлять претензии Каменным Зогам станет только дебил, лишённый даже любого намёка на чувство самосохранения. И, что самое удивительное, так считали сами орки!

Короче говоря, разнообразия среди орков тоже хватает. Мы-то полагали, что они просто любят помахаться и выпить орочьего пыва перед сном, но нет… оказывается, и у них хватает разных психов и чудаков.

Говоря о чудаках, уже у самого края орочьей стоянки я замечаю обособленное скопление юрт. Но не это привлекает моё внимание, а бледные зеленокожие, которые сидят вокруг костра напротив этих самых юрт.

Это были орки, которые… залезли с головой в огромные бочки? Нет, я совершенно не шучу! У костра сидят шесть железных бочонков! Или мусорных баков! Тут с какой стороны посмотреть и под каким освещением!

Только жёлтые глаза поблескивают из недр этих самых бочек, да бледные ручки да ножки торчат из отверстий по бокам этих необычных баков.

— А это ещё кто такие? — указываю я на эту странную компанию.

Заметив, куда я указываю, Прилипала морщится, как от съеденного лимона.

— Лучше тебе с ними не связываться, человек, — советует мне поц. — Даже гайзы не смеют лезть к этим ублюдкам.

— Почему?

— Потому что они — Жестяные Психи. Самые настоящие безумцы, — вздрагивает Прилипала. — Нет орков хуже них во всём нашем виде.

Понятно то, что ничего не понятно, но Прилипала явно не хочет развивать эту тему дальше, а потому мне приходится только мысленно пожать плечами.

Психи, так Психи. Зарубим себе на носу!

Мы ещё идём какое-то время, проходя Племя Кровавого Клевца насквозь, пока Прилипала нас внезапно не останавливает. Причём на его роже непроизвольно появляется гаденькая такая ухмылочка.

— Собственно, так как вы прибыли последними на наш праздник и ТАК внезапно, — заявляет поц, — то располагаться вы будете здесь! Приятного ночера, людишки! Отобрали для вас самое тихое и тёмное место! Без эха наших барабанов и чатланских песен! Сюда не доносится даже великая ВОНЬ орочей стоянки. Вы же люди! Значит, и куковать будете с другими человечками! Хи-хи-хи!

Мы переглядываемся между собой. Наверное, орки надеялись нас таким образом как-то оскорбить. Притеснить, в конце концов, однако почему-то вышло с точностью до наоборот.

Не будет чатланского воя в непосредственной близи от спального места, не будет слепить зарево от костров и факелов. Да и соседство таких же людей… куда приятнее, нежели жить в шаговой доступности от голосистых и вечно нарывающихся на махач орков.

Это же просто идеальное место для нашего лагеря! Вот только Прилипала о том и не догадывается, а потому с жадным блеском в глазах наблюдает за нашей реакцией.

Я подмигиваю своим друзьям, мол, подыграйте мне, народ.

— О, нет, как же мы будем спать без ваших песен и танцев нагишом подле костра! — с насквозь фальшивой печалью восклицаю я.

Малой, Майор, Пирра и остальные согласно качают головами, выражая свою озабоченность данным вопросом.

Улыбка Прилипалы уже готова разорвать его лицо напополам, а потому коварный поц тут же прощается с нами со словами: «Ничё поделать не могу, я — жалкий поц! Всё вопросы к насяльнику!». Миг, и от орка и след простыл.

— Вот же сукин сын, — заявляет Малой, когда убеждается, что мы остаёмся одни. — А я был уверен, что он — нормальный орк!

— Орк всё равно остаётся орком, — пожимаю я плечами, — даже будь он местным Леонардо да Винчи.

— Что правда, то правда.

Выбрав наиболее подходящее для ночлега место, я достаю из инвентаря очередную новинку из Норы — палатку-раскладушку.

Имя: Палатка-раскладушка

Уровень: уникальный

Описание: Сама соберётся, сама разберётся — влажная мечта каждого туриста!

Следуя своему названию, стоит артефакту коснуться земли, как на наших глазах складные опоры начинают выпрямляться и самостоятельно вбиваться в грунт. Ткань, повинуясь движению раскладываемого каркаса, натягивается до предела, образуя очертания просторной палатки.

Спустя десяток секунд передо мной возвышается полевая палатка, способная вместить десять человек. Отодвинув полог в сторону, я осматриваю внутреннее убранство. В комплект к артефакту прилагается складная мебель: табуреты, стулья, кровати-раскладушки. Здесь же обнаруживаются переносной мангал и походная печка — всё для нашего комфорта.

Этой ночью мы со всеми удобствами обустраиваем свой лагерь и даже устраиваем небольшое пиршество — удаётся отжать у орков пару тарахтелок. По правилам турнира организаторы обязаны обеспечивать участников питанием, поэтому как бы ни кривились гордые гайзы и поцы, им приходится делиться своей добычей. Уже за один этот эпизод мы сполна отыгрываемся за все их насмешки.

В эту ночь нам удаётся то, что прежде не получалось ни у одного свободного игрока в регионе, мы спокойно засыпаем в окружении самых кровожадных тварей Междуречья.

* * *

Уже на следующее утро нашу «команду» вновь сопровождает Прилипала. Мы двигаемся к самому центру орочьей стоянки.

Перед нами и позади нас встречаются наши конкуренты. Приглашённые племена также направляются на открытие Великого Мочилова.

Их грозные и уродливые знамёна развеваются на ветру. Рожки, трубы и барабаны звучат на всём протяжении нашего пути.

Поцы и гайзы бесчисленной толпой собираются перед ботами и шатрами. Зелёная волна тянется до самого горизонта. Крики, гомон, кровь и выбитые зубы — ни одна толпа орков не может обойтись без славной драки между собой.

Пахнет дымом, пахнет кровью, пахнет сырой землёй.

Спустя полчаса «марша» мы оказываемся в тени массивной постройки, самого настоящего орочьего Колизея! Выполненного из дерева уродливого строения. Некоторые стены нависают друг над другом, тенты, что должны были защищать от солнца, безбожно трепещут на ветру. Целые секции для зрителей представляют скорее нескладный частокол, нежели ряды сидений.

Где-то в полу зияют дыры, где-то доски прогибаются под весом орков, и те с улюлюканьем падают куда-то вниз.

Хватает и наблюдательных башен, которые шатаются из-за хлипкого основания. Только ткни пальцем эту громадину, и она обязательно обрушится всей своей массой на зеленокожих существ.

Короче, орочья архитектура во всей своей красе!

Мои мысли подтверждает и Прилипала, гордо выпячивая грудь.

— Поглядите на творение наших лучших чертил! Загляденье, не правда ли⁈ — смеётся поц.

— Это делали лучшие ваши инженеры? — окидываю я взглядом Колизей, который готов в любой момент сложиться внутрь себя, точно карточный домик.

— Не «ынжинеры», а чертилы! — поправляет меня Прилипала. — И да! Сам чертила Рукокрюк руководил стройкой! Погибла всего-то половина орков за время стройки! Никогда так мало не погибало!

— А сколько считается нормой? — по моей спине пробегает табун мурашек.

Половина строителей, чёрт возьми! Взяла и померла во время стройки! Случись что-то такое на Земле и полетели бы десятки голов, а тут всем хоть бы хны! Ну сдохли и сдохли! Стройка же! Опасное место, ы-ы-ы. Грёбаные орки!

— Ну, если из каждого десятка выживут хотя бы трое, то это значит, что у главного чертилы есть талант — не давать чатланам убивать друг дружку! — хмыкает поц.

Да, безумие у клыкастых в крови. Это приговор.

Наконец, мы проходим по кривым коридорам Колизея и оказываемся на её главной площадке. На трибунах сидят тысячи зеленокожих. Столь шумной толпы зрителей я ещё не встречал ни разу в своей жизни.

Если вы были хотя бы раз в жизни на чемпионате по футболу, даже на чемпионате мира, то шума от зрителей… будет раза в два меньше. Это я вам точно говорю! Пара тысяч орков по крикливости превосходила любые стадионы с Земли!

А если бы их было несколько десятков тысяч… тут даже мне становится дурно.

В этот момент на держащуюся исключительно на честном слове и вере орков в гений чертилы сцену поднимается Уррак собственной персоной. На его плечи накинута какая-то экзотическая шкура, внешне он походит на дикого варвара, а лицо его раскрашено прахом и кровью. Белый и красный цвета формируют странный узор, который явно что-то значит для орков, но для нас, людей, выглядит как какие-то каракули.

— Во имя Великого Духа, а ну поймали дичь клыками! — берёт слово Уррак, и огромный Колизей погружается в гробовую тишину. Мы оглядываемся по сторонам, не веря в происходящее.

Только что мы готовы были оглохнуть от гомона орков, а теперь здесь не слышно ни звука. Орки не двигаются, не говорят, даже, казалось бы, не дышат.

Словно само время застыло для них всех. И от этой картины становится крайне неуютно.

Насколько сильна вера в Великого Духа? Насколько безумна вера орков? Насколько… силён этот самый Великий Дух, что при одном его упоминании орки становятся послушными ягнятами.

Вера в мире Системы — это не просто нечто нематериальное. Из каждой веры рождается Божественная сущность. Счастливый кокос Уилсон, Мирантис, богиня любви, Чёрти-что, Богиня Войны, Великий Змей и многие-многие другие.

Чем истовее твоя вера, тем могущественнее сущность, которой ты поклоняешься.

Но мы всё-таки люди. Лишь единицы среди нас являются истовыми фанатиками. Даже в QWERTY не все жрецы готовы были отдать жизнь за своё божество.

Но что если это будут орки? Твари, для которых смерть — это такая же обыденность? Для кого сила — это всё, что имеет значение. А если ты силён, то ты имеешь право на всё в их обществе.

Непобедимый Великий Дух, которого почитают даже самые древние стукатели. Сущность, во славу которой орки убивают друг друга только для того, чтобы доказать свою полезность.

Чёрт возьми, если в этом мире и существует ужасающая по уровню силы сущность, по типу Ктулху из книг Лавкрафта, то это определённо будет Великий Дух!

С такой сволочью лучше не связываться — это уж точно.

Пока же я погружён в свои мысли, Уррак продолжает свою речь:

— Мы позвали уродов из других племён, чтобы дать им славного пинка под зад! Мы собрали столько тарахтелок, что их хватит для того, чтобы задавить какую-нибудь мелкую стоянку! Мы собрали самых клёвых, самых мощных гайзов! И пришла пора решить, кто из них сможет привлечь взгляд Великого Духа! А потому… Да начнутся отборочные для Великого Мочилова!

И гремит единый орочий рёв в ответ:

— Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!

Глава 4

— И начнём мы с валяния в грязи! — восклицает Уррак, вызывая новый рёв одобрения у собравшихся зрителей.

— Валяние в грязи? — поднимаю я брови. — Что это такое?

— Это отборочные состязания для Великого Мочилова! — поясняет Прилипала. — Поскольку вы ещё недостойны махаться с самыми крутыми гайзами, вам нужно для начала вываляться в грязи! Тем более что для вас уже выбрали вражескую команду…

Он указывает на толпу мелких поцов, которые, встретив наши взгляды, высокомерно скалятся и чуть ли не демонстрируют нам свои задницы. Вот это я понимаю достойные противники! Наша битва будет легендарной!

— Я думал, только гайзы могут формировать команды для Великого Мочилова, — произносит Малой за моей спиной.

Наш гид, услышав это, морщится.

— Каждый зеленокожий может собрать братков и выйти на Великое Мочилово, — произносит он. — Вот только все понимают, что против гайзов нет и шанса. На то они и гайзы! Другое дело, что теперь появились вы, человеки, и у поцов есть реальный шанс прославиться! Ух, как они вам накостыляют!

Мы с Малым переглядываемся. Ещё посмотрим, кто кого. Кому-кому, но уж точно не поцам нас побеждать.

— А что тогда команды других племен? — интересуюсь я. — Разве они не будут участвовать в отборочных?

— Они представляют уважаемые племена, которые не раз и не два участвовали в Великом Мочилове. Уже только этим они доказали, что достойны перейти во второй этап. Но в валянии в грязи они тоже будут участвовать. Ведь какой уважающий себя орк откажется от хорошего мордобоя⁈ Даже если в этом мордобое нельзя убивать других!

Я не успеваю задать новый вопрос: звучит боевой рожок, и боковые двери на арену резко распахиваются. Из них выбегают десятки тарахтелок. Очень встревоженных тарахтелок. До такой степени, что те не видят ничего перед собой и сносят орков с ног на своём пути.

Как-никак это туши под несколько тонн!

Вся арена погружается в полный хаос под свист и улюлюканье наблюдающих зеленокожих.

— Быстрее, хватайте тарахтелку! Любую! Хватайте её! — во весь голос вопит Прилипала, когда мимо нас проносится одна из обезумевших зверюг.

Я мгновенно собираюсь с мыслями и осматриваюсь. Сейчас совсем не время выпытывать у орка, почему он не предупредил нас заранее о начале соревнования.

Другие команды орков уже окружают тарахтелок, отрезая им путь к отступлению. Одни чатлане просто запрыгивают зверюгам на спины и пытаются их утихомирить. Каменные Зоги без особых проблем поднимают монстров своими ладонями и удерживают их.

Отличаются и Жестяные Психи: они выстраивают из своих бочек настоящий треугольник на пути у животного, словно кегли в боулинге, провоцируя тарахтелку атаковать.

Бах! И зверюга, врезавшись в переднего орка, падает набок. Ей не хватило скорости и импульса, даже чтобы сдвинуть клыкастого в бочке на пару сантиметров. Вот это стойкость!

— Не медлите! Быстрее! — продолжает кричать Прилипала. — Иначе хана нам всем!

Тем временем к Урраку подбегают орки из разных племён и что-то ему передают.

— Команда Жестяных Психов проходит первое валяние в грязи!

— Команда Каменных Зогов проходит первое валяние в грязи!

Я координирую действия товарищей, и мы молниеносно окружаем запуганную тарахтелку. Сбежать из оцепления ей уже не удастся, и животное решается идти на таран. Вот только цель она выбирает крайне неудачную. Пирра, несмотря на свою миниатюрность, ловко запрыгивает на спину монстру и вцепляется в неё, как клещ.

Очень быстро животное выбивается из сил. Тут же оказываются рядом Майор с Базальтом: они втроем валят тарахтелку на землю, после чего все взгляды обращаются к взволнованному Прилипале.

— Срывай блестяшку! Срывай блестяшку и кидай её в котел! — поц указывает на чёрный котёл на сцене рядом с довольным Урраком.

— Команда Костяного Братства проходит первое валяние в грязи!

— Быстрее! Иначе будем последними! — ревёт взволнованный поц.

Блестяшка? Какая блестяшка? Эти мысли мелькают и в глазах моих товарищей. Не понимая толком, что ищем, мы осматриваем пинающуюся тарахтелку, пока Пирра не срывает с её шеи примитивный кулон, поднимая его над головой.

— Блестяшка! — радостно хлопает в ладоши Прилипала. — Кидайте её в котёл, иначе хана нам!

Пирра передаёт кулон мне, и я мощным броском, усиленным телекинезом, посылаю артефакт прямо в недра котла. Он оказывается внутри прямо перед носом поца, который уже готовился опустить кулон, добытый его командой.

— Получилось! — смеётся Прилипала, пока Уррак бросает в нашу сторону хмурый взгляд. Даже дураку понятно, что он не хочет объявлять нашу команду впереди поцов, но правила есть правила.

— Команда человеков… проходит первое валяние в грязи.

Толпа орков гудит и возмущённо плюётся, но мы на это уже привычно не обращаем внимания.

— А теперь, Прилипала, поясни, что это вообще такое было? — раздражённо спрашиваю я у нашего «гида», счастливо скачущего с ноги на ногу.

Что это за местные приколы? Разве он не должен извещать нас о предстоящих испытаниях? Какого чёрта мы узнаём о цели отборочных едва ли не во время самих отборочных?

— Это было первое валяние в грязи! Первые отборочные! — поясняет орк. — И мы его прошли!

— И почему ты не сообщил заранее? — интересуюсь у него. Если он сейчас сморозит какую-то глупость, то я просто отверну ему голову и запрошу нового «гида».

Видимо, ощутив Ужас, рвущийся из меня наружу чёрным маревом, поц бледнеет на глазах и весь как-то сжимается от страха.

— Потому что нельзя! — пищит Прилипала. — Первое валяние в грязи должно быть для всех неожиданностью! На то оно и валяние в грязи! Просто другие племена знают о нём заранее! Им рассказали Главы Племени! А мне никто ничего не говорил!

— Как мило, — фыркает Малой. И я с ним полностью согласен.

Выходит, более «крутые» участники турнира знают всё наперёд, а те, кто пришли сами по себе, должны играть вслепую? Коррупция, похоже, существует даже в мире орков.

Я собираюсь задать Прилипале ещё ряд вопросов, чтобы избежать других возможных сюрпризов, как вдруг гремит рёв Уррака:

— Команда поцов проходит первое валяние в грязи последними! А потому они пройдут круг позора! — восклицает Верховный Глава Племени Кровавого Клевца.

— Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы! — отвечает толпа и… достаёт из-под трибун палки, камни и фекалии.

Уже через мгновение все эти снаряды обрушиваются на недостаточно ловких поцов, вынужденных обежать всю арену по кругу. А это сотни метров.

— Это и есть наказание за поражение? — задумчиво наблюдаю я за слаженной работой орочьих зрителей. Зеленокожие на ряде трибун попросту ломают свои сидячие места только для того, чтобы метнуть огрызки древесины в головы вопящих поцов.

— Да, это круг позора, — вздрагивает Прилипала с нескрываемым ужасом. — На валянии в грязи нельзя убивать, а потому за проигрыш тебя ждет круг позора. Уж лучше бы убили, чем вот так…

Как только грязные и вонючие поцы получают заслуженное наказание, Верховный Глава Племени Кровавого Клевца объявляет о втором валянии в грязи или же о втором этапе отборочных:

— А теперь будет проведена тайная жеребьёвка! Команды должны занять положенные им места для ожидания. После чего я буду вызывать участников второго валяния в грязи!

— Идём, — взмахивает ладонью Прилипала. — Нам надо быстрее занять наши места. А не то носы сломают за нарушения регламента.

Надо же, орки тоже знают это волшебное слово — регламент. Никогда бы не поверил.

Мы снова ныряем в кривые коридоры Колизея. Я тут же равняюсь с Прилипалой.

— Слушай, Прилипала, тебя назначили к нам гидом, так? То есть ты за нас отвечаешь, я не ошибся? — спрашиваю я.

— Что-то вроде того, человек, — вздыхает Прилипала. — Лучше бы меня к поцам перевели.

— Подумай вот о чём, Прилипала, — произношу я. — Человеки не могут сами по себе победить орков, верно? Мы ведь не крутые гайзы. Но что… если человеки, за которых отвечает хитрый поц, победят высокомерных гайзов? Ты представляешь, как о тебе заговорят? Поц, который даже с человеками в команде сумел одолеть крутых и славных гайзов других племён! Прилипала, Ушлый Тип! По мне, так звучит важно!

Прилипала молчит, но я замечаю, как загораются его глаза. Да, убедить его стать нашим союзником вряд ли получится. Все жё мы остаемся в глазах даже самого умного поца низшей расой. Но если поставить вопрос под иным углом, то Прилипала будет заботиться не о нашей победе, а о своей личной!

И именно этого я добиваюсь. Нам нужна информация! Своевременная, обстоятельная, чтобы одолеть зеленокожих.

Знай себя, знай врага — и ты уже будешь на полпути к победе. Без информации, да против куда более высокоуровневых монстров мы долго не протянем, сколь бы сообразительными мы не оказались.

— Хорошо, я расскажу всё, что знаю, — наконец, отвечает Прилипала. — Но не просите невозможного! Я хоть и орк, но всё ещё поц!

— О большем я и не прошу, — ухмыляюсь я. Всё прошло, как я и предполагал — Прилипала клюнул на наживку в виде личной славы.

И на этом я и буду играть впредь.

Выпытывая детали о Великом Мочилове у Прилипалы, я постепенно складываю общий пазл.

Для начала коснёмся самого «валяния в грязи». Местные отборочные зачастую представляют собой групповые бои.

Потому что пастуки один на один — это дело для самых-самых. А вот помахаться толпой могут и презренные поцы.

Причём каждый год в отборочных есть своя изюминка. На прошлом турнире валянием в грязи, например, являлась классическая стенка на стенку.

Орки хватались за руки, формируя две линии напротив друг друга, а затем бросали своих товарищей в чатлан напротив, пытаясь разрушить цепь противника. Тех же, кого отцепляли, запинывали толпой.

Так матч и шёл, пока у одной из сторон не оставался один орк. Ему вообще не везло, потому что его запинывали всей гурьбой. Не до смерти, конечно, но приятного всё равно мало.

Помимо всего прочего, я узнаю и то, что команды из «высшей лиги», те, кто на регулярной основе представлены на Высшем Мочилове, могут сразу же перейти на следующий этап турнира. То есть вообще не участвовать в валянии в грязи.

Вот только этим правом никто и не думает пользоваться. Почему? Как уже сказал Прилипала, ни один адекватный орк не откажется от ещё одного мордобоя!

Пока я слушаю сбивчивый рассказ поца, мы преодолеваем уже третью шатающуюся лестницу. Ни о какой стандартизации нет и речи.

Первая лестница оказалась винтовой и вела на второй уровень Колизея, вторая — П-образной, но без перил, а третья и последняя — и вовсе веревочная. Реально Колизей строил бездарный зеленокожий. Клыки бы ему поотрывать за столь уродливую планировку.

Спустя минут пятнадцать мы выходим на настоящую ложу, которая нависает над Колизеем и открывает умопомрачительный вид на происходящее внизу.

Легкий ветерок сдувает любые неприятные запахи. А само обустройство ложи позволяет частично оградиться от гама зеленокожих внизу.

В этот момент по орочьему Колизею разносятся ритмичные удары в барабаны, давая понять, что второй этап отборочных вот-вот начнётся.

— Выдали вам самое не вонючее место, самое тихое место, самое уединенное, — вновь скалится Прилипала. — Место достойное не-орков.

— Какая жалость, — едва сдерживаю я улыбку, пока Прилипала довольно кивает. Нет, нам определённо повезло с гидом! Чем больше он пытается нам напакостить, тем нам же лучше!

— Короче, смотрите, — указывает тем временем поц на песчаную арену под нами. — Сейчас пройдёт первый раунд второго валяния в грязи. Верховный Глава Уррак будет вызывать по две команды. Когда вас назовут, вы выберете пятерых участников, и те спустятся на арену. Поняли?

— Поняли, — киваю я.

Тем временем Уррак объявляет первые две команды: Костяное Братство и Панки.

Десять орков выходят на песчаную арену, в центр которой поцы выбрасывают пять огромных тарелок, скорее уж кастрюль, и пять мощных дубин.

— Суть махача проста, — объясняет Прилипала. — У вас есть пять тарелок и пять дубин. Бросают их в случайном порядке. Вы должны с их помощью или без них замахать своих противников. Оружие свое использовать нельзя. Только то, что есть при вас — руки, ноги, когти, клыки. Выигрывает та команда, которая ещё может стоять!

— Оригинально, — фыркает Малой. Я согласно киваю.

Вот звучит боевой рожок. Десять орков срываются со своих мест и просто… начинают драться между собой. Дубины и тарелки остаются на своих местах.

Орки сражаются яростно и отчаянно. Честь их племени на кону! Наконец, спустя несколько минут выявляется победитель. Им оказывается Костяное Братство, которое остаётся с тремя стоящими на ногах чатланами.

Лидер этой троицы резко поворачивает свой костяной шлем в сторону нашей ложи и демонстративно проводит рукой поперёк горла.

— Кажется, нам бросают вызов, — хмурится Майор.

— Кажется, так и есть, — вздыхаю я. Впрочем, чего-то иного было бы глупо ожидать.

— Команда человеков против поцов! — стоит оркам покинуть арену, как Уррак объявляет и нас. — А ну быстро на арену! Посмотрим, на что годится низшая раса!

— Ну что, идём? — расплываюсь я в оскале. — Пирра, Базальт, Малой и Третий, вы со мной. Остальные, оставайтесь в ложе.

— Есть! — кивают мои товарищи, и мы разделяемся.

Снова треклятые лестницы, на которых можно свернуть шею, снова кривые-косые коридоры, и снова свет в конце туннеля.

Мы оказываемся на песчаной арене, очищенной от крови, под громогласный грохот зрителей.

Напротив нас уже дожидается пятёрка крупных и крепких поцов.

— Теперь-то вас ничто не спасёт, людишки! Мы размозжим ваши головы! — ревут эти уродцы.

— А разве убийства не запрещены на отборочных? — спрашивает меня Малой.

— Прилипала сказал, что «всякое случается». Если ты погибнешь тут, то никто горевать о том не будет. А нашей гибели местные будут только рады, — пожимаю я плечами.

— Бросить дубины и тарелки! — звучит приказ Уррака, и поцы кидают обозначенные предметы на арену. Вот только… я сразу же замечаю странность.

— Это же жульничество, — шипит Пирра. — Причём неприкрытое.

Так уж вышло, что дубины совершенно «случайно» падают прямо к ногам поцов, а тарелки приземляются в центре арены, опять же, чуть ближе к оркам, чем к нам. То есть организаторы не только всучили оружие поцам, так они ещё и средство для обороны нам не дают.

Но зрителям на это явно плевать. Они даже рады подобной «удаче». Будет веселее смотреть на то, как забьют тупых людишек.

— Значит, местные играть по правилам не хотят, — улыбаюсь я.

Что ж, это их выбор. Это значит, что и мы не должны играть честно и открыто.

— Ребята, идите сюда, у меня есть план, — командую я и собираю вокруг себя небольшой кружок.

Рассказываю свою идею, друзья хищно скалятся.

— О, такой вариант мне нравится.

— Что посеяли, то и получили.

— Надерём же им задницы!

Мы выходим на указанные нам поцами места. Уррак взмахивает ладонью. Звучит боевой рожок.

Колизей взрывается характерным «Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы».

— Второе валяние в грязи… начали!

Глава 5

Рявкает боевой рожок. Колизей содрогается от рёва зеленокожих. Поцы напротив нас с высокомерными усмешками направляются к дубинам, когда мы срываемся с места к тарелкам.

Исход заранее очевиден. Мы не успеем добежать даже до тарелок, в то время как поцы, завладев оружием, преградят нам путь. И вот тогда-то они покажут нам кузькину мать.

Без оружия против противника одинакового с тобой уровня, если не выше… шансы на победу ничтожны. И это мягко сказано!

В этом сражении нам не победить.

Так думали наши противники. В этом были уверены все зрители Колизея. Подобный сценарий спланировал Верховный Глава Племени Кровавого Клевца или кто-то из других ответственных за организацию Великого Мочилова.

Всё против нас. Зрители жаждали увидеть, как прольётся людская кровь.

И вдруг… улыбающийся от уха до уха поц тянется за дубиной, хватает её и уже было распрямляет спину, но неожиданно оружие вылетает из его ладони.

То же самое происходит и у его товарищей.

— Не понял?

Зеленокожий недоуменно моргает, смотрит на свою ладонь, затем на дубину, которая возвращается на исходное положение на земле, как ни в чём не бывало. Его взгляд обращается на руку и снова на дубину.

— Ещё раз не понял.

Поц боковым зрением замечает, как мы приближаемся всё ближе и ближе. Остаётся всего четыре десятка метров до тарелок. Уже не так и далеко!

— Сука! — осознаёт ситуацию клыкастый.

Поц стремительно склоняется над дубиной, крепко её хватает и…

— Ничего не понял!

Кусок древесины снова вырывается из его рук! То же самое случается и у остальных четырёх чатлан. Поцы ошарашены. Даже не так — они охреневают от происходящего!

Впрочем, в этом их можно понять. Телекинез — магия малозаметная. Если не знать, кто ей пользуется, то и каких-то странностей не заметишь. Вот и сейчас я слегка дёргаю ладонью, вырывая дубины из лап чатлан. Даже несмотря на всю их Силу, моя магия сильнее!

Кто-то скажет, что это нечестно? Орки первые начали играть не по правилам! А раз так, то мои руки развязаны! Нет смысла честно играть против противника, который пренебрегает всеми условностями и нарушает своё же слово!

Тем более что для нас поражение практически гарантирует смерть! Стоит нам только вылететь из Великого Мочилова, если нас на этой арене вообще не забьют до смерти, как тут же спадёт защита участников турнира. И вот тогда-то, оказавшись в самом сердце крупной орочьей стоянки, зеленокожие нас попросту растерзают.

А меж тем до тарелок остаётся всего-навсего десять метров. Всего ничего!

Противник паникует. Предпринимает третью попытку добыть оружие. И вновь безуспешно. Дубины, словно куски мыла в душе, выскальзывают из рук. И ни хват одной рукой, ни хват сразу двумя не помогает.

Зрительские трибуны взрываются гоготом, улюлюканьем и презрительным воем.

— Вот поэтому поцы на Великое Мочилово и не ходят!

— Какой позор! Даже дубину силёнок поднять не хватает!

— Понабирают по объявлению!

— Криворукие идиоты! Я ваших мам по лесу гонял!

— Открутите им головы, кто-нибудь! У меня сейчас кровь из глаз пойдёт!

Оскорблённые и униженные поцы ревут от стыда, хватают дубины в охапку, будто намереваясь взять связку хвороста, или пытаются зажать их между ногами для лучшего хвата — всё без толку. Деревяшки и не думают подчиняться воле зеленокожих. К недоумению последних и гоготу наблюдателей.

На нашего противника уже жалко смотреть. Поцы кривят лица, они сплошь покрыты потом от прикладываемых усилий, а из покрасневших глаз чуть ли не ручьём текут слезы.

— Да плюньте вы уже на эти дубины! — рычит кто-то с трибун. — Вы и без них размахать этих букашек сможете!

Верно! Поцы тут же приходят в чувство! Ну и что с того, что они не могут взять дубины⁈ Они и без них сильнее людишек! Они просто когтями и клыками разорвут врага на куски!

Только поцы вознамерились ринуться в атаку с голыми руками, как на них обрушивается первый удар.

Бам!

Тарелка в моих руках впечатывается в лицо поцу. Из окровавленного рта существа по широкой дуге вылетают его зубы.

Бам!

Тарелка приземляется прямо на темечко орка. Тот едва держится на ногах.

Бам! Бам! Бам!

Словно молотком по шляпке гвоздя, я буквально вбиваю тарелкой орка в землю. До такого состояния, пока он не распластается на песке беспомощной кляксой.

Слева от меня действует Пирра, которая ловко запрыгивает на шею своего противника. Поц, естественно, пытается её скинуть на землю или достать когтями, но не тут-то было!

Девушка мало того, что сцепляет ножки вокруг толстой шеи поца, начав того душить, так она ещё и тарелку берёт двумя руками, после чего с размаху прикладывает ею по лбу неприятеля.

Бам!

Носовые хрящи орка ломаются с тихим хрустом, и тот падает на колени. Однако Пирра и не думает останавливаться.

Бам! Бам! Бам!

Лицо поца превращается в отбивную прямо на наших глазах, после чего его глаза закатываются, и монстр падает лицом в землю.

Пирра же элегантно приземляется на песок, сверкая довольной улыбкой.

Успех сопутствует нам и в других битвах. Базальт отправляет в бессознательное состояние своего противника за два удара тарелкой. Удар оказывается столь силён, что на металлической поверхности тарелки теперь можно различить перекошенную морду орка. Его физиономия буквально отпечатывается на ней!

Малой же и Третий благодаря своей высокой Ловкости подавляют противника градом быстрых атак. Чатлане и сообразить не успевают, что же их настигло, как уже спустя несколько секунд валяются на песке, изнывая от боли по всему телу.

Второе валяние в грязи оканчивается нашей безоговорочной победой! Чистой победой! Пять людей стоят против пяти поцов, что валяются у наших ног и хнычут.

Трибуны взрываются оглушительным воем.

Кажется, дрожит сам Колизей. Впрочем, последнего я и вовсе не исключаю. С орочьими-то навыками в строительстве, как бы вся эта махина не развалилась на куски и не рухнула на головы галдящим зрителям.

На сцену выходит мрачный Уррак. Его надбровные дуги низко опущены, а сам орк смотрит на нас очень недобрым взглядом. В какой-то мере его можно понять — пришли чужаки и побеждают местных «хозяев».

Вот только это не значит, что я буду терпеть наглую игру в поддавки нашим оппонентам.

Хотите честной игры? Играйте по-честному! Если вы решаете подсуживать своим же, в таком случае не вините меня за несдержанность!

Я спокойно выдерживаю суровый взгляд Верховного Главы. Орк играет желваками от ярости, но она явно грохочет где-то глубоко в груди орка. Снаружи же Уррак изображает из себя каменное изваяние. Монотонным голосом он объявляет итог нашего противостояния:

— Команда людишек проходит второе валяние в грязи! А поэтому по нашим древним обычаям они удостаиваются шанса поучаствовать в Великом Мочилове! В его финальном противостоянии!

— Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы! — отвечает ему клыкастая толпа зрителей.

— Великое Мочилово продолжится позже! — добавляет Уррак. — А пока всем жрат, спат и срат!

С этими словами Верховный Глава Племени Кровавого Клевца покидает трибуну, скрываясь в тёмных коридорах Колизея.

— Ну что, все слышали? — с улыбкой спрашиваю я своих товарищей. — Пойдём жрати и спати?

— А пойдём! — смеётся Малой, и мы всей компанией направляемся в нашу ложу.

* * *

Перерыв объявляют на три часа, за время которых орки с невероятной скоростью покидают Колизей и с такой же возвращаются на свои места. Вот только теперь у каждого уважающего себя чатланина в руках сочный окорочок или хотя бы горстка голубцов.

По рядам среди клыкастых снуют поцы с массивными рюкзаками на спинах. В них они предлагают куски каменной соли.

— Соль! Соль! Докажи, что ты — реальный гайз, заточи свои клыки о кусок соли! — верещат эти носильщики.

— Слышь, мне дай кусок!

— А мне тот, что у него, но больше!

— Эй, слышь!

— Сам ты слышь! А я «Гэй»!

— Слышь, Гэй! Ну-ка когти убрал!

— И не подумаю!

— Ах так, да⁈

— Ах так, да!

И орки, позабыв о бедном носильщике, затевают драку. Никто из зрителей и не думает их разнимать. Наоборот, орки подстрекают этих двоих, требуя, чтобы они поубивали друг друга.

Да, настоящая идиллия.

— Какое же варварство, — вздыхает Пирра, отрезая небольшой кусочек от копчёной голени.

— Чужая культура, чужие обычаи, — пожимаю я плечами.

Вообще, забавные, конечно, у орков пищевые привычки. Они заготавливают мясо тарахтелок таким образом, чтобы в случае нужды ты мог использовать его как оружие!

Наглядным примером являются те самые окорочка, которые со стороны напоминают настоящие дубины. Ну ведь действительно! Берёшь, откусываешь от окорочка кусок, смачно пережёвываешь, а потом этим же самым окороком сносишь кому-то башку!

Просто гениально! Иначе и не скажешь.

— Короче, вы добрались до Великого Мочилова. Что это значит? А значит это то, что шутки кончились! — берёт слово Прилипала.

Отношение поца к нам меняется из крайности в крайность чуть ли не каждые десять минут. То он по словам Майора прыгает от радости, когда понял, что нам не победить, то довольно надувает щёки и выпячивает грудь, когда нас объявляют победителями.

Вот реально ушлый поц! Ему что наше поражение приятно, что наша победа! В первом случае его чатланская душенька довольна, во втором — он доказывает другим поцам и даже гайзам, что под его «мудрым руководством» мы достигли таких высот!

И хоть мне, как и остальным, всё больше хочется приложить дубиной по голове этого гада, нельзя отрицать того, что источник информации он крайне полезный!

Вот и сейчас Прилипала объясняет нам, как будет проходить финальный этап Великого Мочилова.

А представляет он из себя дуэли один на один! Организаторы составляют сетку турнира таким образом, чтобы участники из каждого племени столкнулись со всеми другими. И чем больше будет, собственно, у племени побед, тем выше будет его место в рейтинге!

Для нас этот вариант вполне подходит. Куда больше я опасался общей свалки, где чатлане могли объединиться против нас или толпой атаковать одного участника.

Тогда жертв с нашей стороны было бы очень сложно избежать. Так же куда легче контролировать ситуацию и меньше шансов для махинаций.

При этом дуэли идут до смерти. Заходят на арену двое, выходит же только один. Только так и никак иначе.

Таким образом орки проверяют решительность своих участников. Готов ли ты поставить жизнь на кон? Готов ли ты отбросить всё ради победы?

Готов ли ты прикончить кого-то, чтобы подняться самому? Это и есть Великое Мочилово, где нередко гибнут даже самые могучие и влиятельные чатлане.

Оттого Мочилово и Великое.

Ну вот, подходит к концу «антракт», и Уррак вновь появляется на сцене. Снова пафосные слова о величии Великого Духа, о том, что каждый орк обязан показать свою силушку богатырскую и, конечно же, куда же без любимого чатланами «Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы»!

Первым шанс пролить кровь, естественно, достаётся самим оркам. Поэтому мы остаёмся в своей ложе — дожидаться своей очереди.

Первой дуэлью оказывается противостояние между Шальными Змеюками и Костяным Братством. Или, как я уже для себя определил, схватка между костяным орком и орком-нудистом.

Представитель костяных орков держит в руках необычное оружие для расы зеленокожих, а конкретно — костяной меч и щит. Причём вопросы вызывают как меч, который внешне походит на вырванный у какой-то твари позвоночник, так и щит, само существование которого зеленокожие по обыкновению игнорируют.

На кой-хрен им щит, если они вышли махаться, а не прятаться от врага⁈ Примерно так мыслит раса чатлан.

Впрочем, всё это кажется несусветной мелочью на фоне орка-нудиста, который, ну… нудист! Да! Реально нудист!

Лицо Пирры вновь предательски краснеет, а Базальт хмурит брови, но молчит. Мужчина уже недолюбливает этих чудаков, гордо размахивающих своей бубыльдой на ветру.

Звучит боевой рожок, и двое орков сталкиваются между собой. Что я могу сказать о битве орков?

Начать стоит с того, что Шальные Змеюки — это реально какие-то борцухи! Вот честно! Чёртовы борцухи-нудисты! Только звучит рожок, и эта гадина ныряет в ноги, планируя перевести бой с противником в партер.

Ещё и передвигается так, словно скользит по песку. Понятно, откуда появилось прозвище Шальные Змеюки! Со стороны реально к тебе ползёт огромная зелёная змея… на трёх ногах, угу.

Страшный противник! Очень страшный! Такому только дай к тебе приблизиться, и реально ведь вдарит бубыльдой по лбу!

Костяной орк, напротив же, действует крайне технично и осторожно. Мало того, что наперекор всем орочьим обычаям он использует щит для обороны, так ещё и мечом орудует очень даже умело!

Это действительно может оказаться проблемой для нас в будущем. Ведь ладно ещё если против тебя выйдет орк, который просто выше уровнем. Куда страшнее, если он ещё и знает, с какой стороны держать своё оружие и как им надо махать.

Далеко не все орки развивают своё мастерство, предпочитая полностью отдаваться ярости и жажде крови, но те, кто это делают, превращаются в настоящие машины смерти.

В итоге дуэль оканчивается, как я и подозревал, победой костяного орка. Причём уже во втором раунде. И да, местные дуэли тоже разделены на раунды по пять минут.

Мы словно пришли на турнир по боксу, а не на кровавое месиво всех со всеми! Хотя для чатлан, похоже, что первое, что второе — не может обойтись без смерти одного из противников. Иначе это будет каким-то тухлым праздником!

Но вернёмся к дуэли.

Нудист сражался достойно, каждый его заход мог стать последним для его противника, вот только костяной орк оказался куда сноровистей. Да и наличие щита и меча играло свою роль.

Это всё же равнозначно тому, что на поножовщину ты приносишь пистолет. Да, тебя всё ещё могут прибить, но если быть настороже и смотреть в оба, то никто к тебе и на метр не приблизится.

В общем, зрители приветствуют своего первого победителя, Кровавое Братство получает первое очко в Великом Мочилове, а нам объявляют, что пора выйти на бой.

Нашим противником становятся Жестяные Психи.

— Базальт, твой выход, — киваю я в сторону мужчины, и тот поднимается со своего места.

Посмотрим же, как наши бойцы покажут себя на этом празднике безумия!

Бой Базальта и Жестяного Психа, он же орк в бочке, начинается стремительно. Они вдвоём сходятся в клинче, нанося друг другу множество ударов. Жестяной Псих вооружён двумя изогнутыми мечами, отчасти похожими на катаны Проходчика, тогда как Базальт орудует мощным бастардом.

Сразу же становится понятно, почему орки наградили Жестяных Психов таким прозвищем. Да потому что он не сражается как нормальный чатланин! Вместо атаки лоб в лоб эта бочка на ножках крутится, точно юла, да ещё и клинками машет, будто пьяный мужик в подворотне. Из-за чего предугадать очередную серию атак практически невозможно.

Даже я затрудняюсь с тем, чтобы прочитать атаки орка, что уж говорить о Базальте. Достаточно скоро заряд на его экзодоспехе подходит к концу, и всё больше порезов остаётся на его броне.

Псих орудует с такой скоростью, что поддаётся даже закалённая сталь!

От такого и сам Базальт пребывает в шоке. А орк в бочке меж тем только набирает обороты, всё ускоряясь и ускоряясь. Песок под его стопами уже образует настоящий ураган, из-за которого нельзя различить силуэт чатланина, отчего его выпады становятся ещё опасней!

Базальт падает на колено, вскрикивает от боли, на его лице уже появляется несколько кровавых порезов. Пирра взволнованно прикрывает ладошками рот, не смея произнести ни звука.

Динь!

Но тут раздаётся сигнал конца раунда. И это значит, что у Базальта появляется короткая передышка, чтобы собраться с мыслями и перевести дух. Ну и перезарядить экзодоспех, куда же без этого.

— Идём, — обращаюсь я к Пирре. — Нам нужно ему помочь.

Глава 6

— Этот ублюдок реально какой-то псих, — резко выдыхает Базальт и морщится от боли.

Мужчина пытается подняться с небольшого табурета, но мягкая ладонь опускается ему на плечо.

— Кому сказано не двигаться! Я тут важным делом занята! — строго говорит Пирра, отчего Базальт послушно замирает.

Рыжая не просто так кружит рядом, она обрабатывает целебной мазью свежие раны на лице своего супруга.

Мы находимся в тени одного из навесов на краю арены. В противоположном углу орки снуют вокруг Жестяного Психа, наливая тому орочье пыво и обдувая опахалом. Устроился с комфортом, ничего не скажешь.

— Просто так нахрапом эту сволочь не взять, — скрещиваю я руки на груди. — Нужно выработать стратегию.

— О какой стратегии вообще может идти речь? — вздыхает Базальт. — Этот сукин сын сидит в бочке, и его оттуда не то что не вытащить, я даже добраться до него не могу. Крутится, как юла, да и сама броня слишком толстая. Один или два удара, даже со всей силы, особой погоды не сделают.

— Зеленокожим даже не надо корячиться в кузнечном деле, чтобы создать нечто подобное, — качает головой Малой, который увязался за нами. — Взял пласт железа, сделал бочку, выломал дырки, и сверхпрочная броня готова!

— В теории конечности твоего врага всё ещё остаются незащищёнными, — размышляю я вслух.

— Вот только он ими крутит так, что хрен попадёшь! — ворчит Базальт. — Местные же тоже не совсем идиоты. Точнее, идиоты они и есть, но если вопрос касается пастука, то они превращаются в тех ещё выдумщиков.

Где-то на сцене ударяют в тарелки. Один раз. Это значит, что от перерыва остаётся лишь тридцать секунд.

— Как ты уже понял, в бою на мечах противник превосходит тебя на голову, — замечаю я. — Следовательно, нужно свести это превосходство на нет.

В моей голове рождается какой-никакой план действий.

— И как мне это сделать? — шипит Базальт, когда Пирра намазывает мазь на особо большой порез.

— Всё просто, — ухмыляюсь я. — Выброси свой меч.

— А? — распахивает веки Базальт.

— Чего? — то же самое делают Пирра с Малым.

— Ты слышал, что я сказал, — киваю я. — Не получается одолеть Психа на мечах? Сломай ему картину боя! Удиви! Приведи в замешательство! Не только орки могут играть в психологические игры.

Раздаётся второй удар в тарелки. Всё, пошла жара.

Базальт поднимается с табурета, берёт ладонь Пирры в свои руки и мягко целует, после чего твёрдой походкой возвращается на арену, где его уже ждёт орк в бочке.

Бывшая валькирия с беспокойством смотрит ему вслед, не произнося ни слова, чтобы не отвлечь.

— Не волнуйся, он справится, — ободряюще хлопаю я её по плечу. — Базальт — мужик умный. Он сообразит, о какой идее я говорил.

— Я знаю, но… — Пирра нервно сжимает тряпку, испачканную целебной мазью. — Это не значит, что я не буду за него переживать.

Начинается второй раунд дуэли. Жестяной Псих срывается с места на невероятной скорости. Уже на пути он крутится вокруг своей оси, призывая себе на помощь песок с пола арены.

Базальт не позволяет застать себя врасплох второй раз подряд. Взмахом бастарда он отправляет внушительную горсть песка точно в физиономию орку. Противник ловко уворачивается от грязного приёма. Он резко сближается с Базальтом и готовится повторить свой танец смерти, однако последний не идёт на поводу у клыкастого.

Вместо этого Базальт идёт напролом. Он игнорирует несколько взмахов по касательной, позволяя клинкам высекать искры об экзодоспех.

Жестяной Псих смеётся от такой настырности. Он заносит над головой правую руку, намереваясь отпугнуть мужчину. Но не тут-то было!

Один удар. Базальт блокирует всего один удар, а затем врезается плечом в доспехи противника. Более того, он выбрасывает свой бастард и двумя руками обхватывает бочку орка.

Жестяной Псих удивлённо вскрикивает от такого поворота. Окровавленный Базальт с десятком порезов по всему телу издаёт громогласный рёв, поднимает врага над землёй. Зеленокожий воет и пытается насадить мужчину на свои клинки, но экзодоспех выдерживает эти удары. Тем более что теперь Псих не может набрать достаточного импульса, чтобы пробить артефактную броню.

Бах!

Базальт с грохотом роняет неприятеля на землю арены. Трибуны в то же мгновение взрываются рёвом.

Однако бой ещё далёк от завершения. Жестяной Псих пытается откатиться подальше от Базальта и подняться на ноги, но на его доспехи обрушивается тяжёлый удар кулаком.

Бам-м-м-м-м-м-м!

Звонкое эхо разносится по всему Колизею. Бочка орка звучит подобно огромному колоколу. И что самое интересное, клыкастому внутри от этого не легче.

Бам! Бам! Бам! Бам!

Базальт, расположившись сверху на противнике и сцепив ладони в замок, безостановочно бьёт по верхней части, где должна скрываться голова орка.

Сила у мужчины внушительная, а потому вскоре простые вмятины перерастают в нечто большее. «Бочка» Жестяного Психа проминается внутрь, после чего звучит чавкающий звук, как от лопнувшей банки консервов, и клыкастый перестаёт сопротивляться.

И только тогда ревёт боевой рожок. Дуэль окончена. Базальт победил!

Первая битва за нами!

* * *

Когда на сцену поднимается орк-нудист, против него выходит Майор. Изначально я подумывал послать Малого, как игрока с самой высокой Ловкостью, но седой вояка попросил выставить себя вместо парня.

Что ж, раз он этого хочет, с чего бы мне отказывать? Сомневаюсь, что Майор выбрал такого оппонента без острой на то причины.

— А он точно справится? — взволнованно спрашивает Малой. Видно, что он больше всех беспокоится за судьбу своего товарища.

— Просто сиди и смотри, — отвечаю я. — Уверен, Майор ещё удивит нас.

И действительно, только звучит гонг, как орк-нудист устремляется в атаку. Зеленокожим не свойственно терпение, а потому Майор уже готов встречать неприятеля.

Орк бросается в ноги, на его лице уже видна победная ухмылка. Один захват и всё — финита ля комедия!

Майор всё ещё не двигается. Зрители взволнованно ликуют, потому что они знают, если Шальная Змеюка вцепляется в тебя, то тебе уже никак не победить.

Эта дуэль будет за чатланами!

Тем больший шок испытывают орки, когда Майор резко сдаёт назад. Орк-нудист уже хватает его за пояс и готов валить оппонента на спину, но старик совершает прыжок назад. Своим тазом он впечатывает морду орка в песок, после чего надавливает руками сверху, расцепляя хватку монстра на своём поясе.

Резкий заход за спину, и… нудиста кидают в центр арены.

Бах!

Зеленокожие окончательно сходят с ума! Колизей разрывается от их гомона и рёва. А меж тем Майор только переходит в наступление. Ошарашенный и, похоже, оглушенный орк-нудист не успевает оказать сопротивление, как его шею захватывают в треугольник. Майор, извернувшись под невероятным углом, берёт неприятеля на удушающий.

Орк всеми силами старается расцепить захват ногами, просунув свою руку и заслужив дополнительный глоток кислорода.

Но и на этот приём у Майора есть ответ. Вновь невероятная пластика движений, которых от старика совсем не ожидаешь. Всего краткий миг, и орк-нудист вновь знакомится лицом с песчаной ареной, когда его рука оказывается в болевом захвате.

На лице Майора не дрожит ни единый мускул, и он дёргает конечность на себя. Звучит глухой хруст, который слышит весь Колизей.

Никто этого не ожидал. Никто не был к такому готов. Никто не верил в происходящее. Но это случилось!

Не прошло и минуты, как орк-нудист рухнул сломанной куклой на песок арены. На этот раз в последний раз.

А над его мёртвым и изломанным телом поднимается усталый, но удовлетворённый проделанной работой Майор.

Люди снова одержали верх! Причём на этот раз это была чистая победа!

Искусство Шальных Змеюк в партере оказалось просто пшиком на фоне навыков самого Майора!

И этого орки уже не могли не признать! Впервые над Колизеем прозвучали громкие аплодисменты в адрес человека. Почему? Да потому что нет ничего лучше славного пастука! И нет ничего почётнее, чем развеять миф о непобедимости того или иного чатланина!

Такое орки любят! Такое орки уважают!

Так, под громогласный рёв толпы Майор возвращается в нашу ложу.

— Старый хрыч, ты где научился такому кунг-фу⁈ — едва Майор появляется в ложе, как на него налетает Малой. Рядом с ним переминается с ноги на ногу Проходчик.

— Армия многому может научить, если с тобой служат люди со всех уголков необъятной, — смеётся седой вояка. — Особенно, если среди них окажутся горячие парни с Кавказа.

— Выходит, их кунг-фу лучше орочьего кунг-фу? — усмехаюсь я.

— Выходит, что так, — отвечает Майор. — Надеюсь, я вас не разочаровал?

— Вовсе нет, — качаю я головой. — Это было воистину что-то с чем-то.

— Опыт не пропьёшь! — пафосно заявляет Майор и с кряхтением занимает своё место.

— Ну что, кто хочет пойти следующим? — с нотками веселья обращаюсь я к товарищам. Я и не заметил, как торжественный настрой Великого Мочилова превратился в весёлый, хоть и опасный вид спорта.

Похоже, орочье безумие заразно!

* * *

Уррак залпом опустошил очередную кружку с орочьим пывом. Новый рёв зрителей он встречает с искажённым лицом. Хорошо, что большая часть чатлан сейчас и не думает смотреть в его сторону.

Всё их внимание сосредоточено на центре Колизея. Арене, где уже идёт пятая дуэль с участием людей.

Подумать только, ни одного поражения! Очень мало племён достигали столь выдающегося результата!

И это при том, что могучих орков в орочьих стоянках хватает. Вот только их было всего несколько штук на всё племя! Остальные же гайзы не идут ни в какое сравнение. Так уж работает их общество.

Сильные вырезают всех самых серьёзных конкурентов, после чего насаждают свои порядки. Если у тебя есть талант и потенциал, то это ещё не значит, что у тебя получится его раскрыть.

А потому на Великом Мочилове эта самая элита выгрызает свою победу без особых сложностей, а вот дальше… дальше уже всё приходится на волю случая.

И все к этому привыкли. Все считают это нормой. Пока, опять же, не появились люди. Ни одного проигрыша! Ни одного поражения! Такого орки не видели очень давно!

Конечно, есть ещё почти непобедимые Каменные Зоги, но они всегда являлись исключением из правил.

По трибунам, словно дикая хворь, расходятся шепотки о реальной силе людей. Действительно ли они низшая раса? Быть может, чатлане напоролись на местных бойцов? Все эти захваченные полисы, лагеря, форпосты, даже города, имеют ли они значение, когда где-то там существует настоящее Королевство людей⁈

Фракция, которая реально способна организовать им пастук! Да причём такой, что сам Великий Дух возликует на бесконечном поле брани!

Краем уха Уррак различает разговор трёх гайзов из своего племени.

— А чё, букашки-таки умеют в пастук? — спрашивает первый.

— Быть того не может! Это ж человеки! — возмущается второй.

— Эти самые человеки отпинали Шальную Змеюку!

— А видели, как тот человечек размахал Жестяного Психа? — присоединяется третий. — Да он безбашеннее многих! Пробить нерушимый доспех, подумать только!

— Да, силищи у него достаточно…

— Достаточно⁈ Да он — самый настоящий гайз! Только не орк.

— Э-э-э! Ну тут ты перебарщиваешь! Гайзом ещё нужно стать! Тут нужно заслужить это имя! — всё ещё упорствует второй.

— А люди эти что, не заслужили⁈ Они участвуют в Великом Мочилове! Выходит, что чего-то стоят! Или ты хочешь сказать, что Верховный Глава допустил бы каких-то слабаков из расы людей?

— Тоже верно. Проиграть слабакам позорно. Это клеймо на всю жизнь. Проиграть достойному гайзу почётно. Это настоящая удача.

— А я про что⁈ Мы же с тобой крутые орки?

— Крутые!

— Значит, мы не можем проиграть каким-то людским слабакам!

— А чё, получается, что наши человеки — это слабаки. А эти человеки — гайзы?

— Ну, получается, что так!

Уррак не успел заметить, как кружка в его руках разлетелась в щепки. Он уже возненавидел этого Шур-рика и его банду. Привёл, видите ли, людей на древний орочий турнир. Так мало того, что они не погибли ещё в валянии в грязи, эти самые люди каким-то образом раз за разом побеждают гордых зеленокожих!

Сначала Жестяных Психов, затем Шальных Змеюк. В третьем матче они просто разнесли представителя орков-отшельников, а в четвёртом умудрились одолеть Панков. И всё это они проворачивали будто бы играючи!

Без каких-либо затруднений! Уррак внимательно наблюдал за людьми. Видел, как рядом с каждым ошивался этот самый Шур-рик. Он будто бы знал наперёд, кого посылать против того или иного противника.

Знает своих собратьев как свои пять пальцев? Или же здесь что-то большее? Ну не могут орки быть слабее людей!

Не могут!

Верховный Глава Племени Кровавого Клевца встал со своего места, впиваясь взглядом в центр арены. Там сейчас молодой человек сражался с одним из сильнейших гайзов Костяного Братства.

С первого взгляда понятно, что человек слабее. Его техника уступала таковой у могучего орка, его оружие короче, его руки и ноги слабее. А мозг, наверняка, тупее!

Именно так!

Противники обменивались ударами, и могло показаться, что человек способен составить конкуренцию своему врагу. Но это длилось ровно до того момента, как могучий орк трансформировал свой клинок. Теперь позвоночник становится пластичным, словно настоящий хлыст!

Орудуя им, гайз не только застал человека врасплох, но и разорвал грудную пластину его необычайно крепкого доспеха.

Вот, гордый представитель орочьего вида уже зажал своего противника в угол, его костяной хлыст рассёк воздух.

Само пространство гудело от его выпадов. Кажется, победа уже не за горами. Но тут человек исчез в тенях. Просто пропал в них. А уже спустя мгновение оказался на плечах орка. Миг, и изогнутый клинок вошёл в шею чатланина, и тот замертво упал на землю.

Толпа возликовала. Кровь и смерть орки чтят в независимости от ситуации.

Уррак скривился. Очередная победа людей! А это значит, что шепотки об их силе станут ещё громче! Их станет больше! В разы больше!

Что он будет за Верховный Глава Племени Кровавого Клевца, если позволит людям стать первыми⁈ Это будет позор! Позор не только для всего орочьего вида, но и для него в частности. Уррак станет посмешищем! Верховным Главой, при котором люди смогли одолеть даже самых достойных гайзов!

Просто уму непостижимо!

Нужно как-то разрушить этот ореол успеха вокруг человечков! Любой ценой! Вот только как⁈ Что он может сделать? Выйти самому и убить этого Шур-рика? Нельзя! Он же организатор Великого Мочилова, а значит, не может никак вмешиваться в его ход.

По крайней мере, лично. Но раз он сам не может ни на что повлиять… то это ещё не значит, что ничего нельзя сделать?

Скоро ведь должен выйти лидер этих людей на бой? Верно же? Он просто не может стоять в сторонке! Иначе это будет позором! Его подчинённые сражаются, а он сам сидит в ложе!

Человечек так точно не поступит! Следовательно, он будет рисковать своей жизнью. Почётно, конечно, но на Великом Мочилове случается всякое. На турнире погибали даже древние орки, те самые легенды, о которых чатлане рассказывали истории столетиями.

Значит, и смерть одного, хоть и необычного человека, не станет чем-то невероятным. Нужно лишь подобрать правильного противника. А уж поменять кандидатуры Уррак всегда успеет. Не зря же он — организатор турнира!

Верховный Глава оглядел трибуны в поисках достойного соперника для Короля Шур-рика и нашёл такового.

Да, этот гайз сможет размозжить голову кому угодно! А потому решено!

Он станет противником Короля Шур-рика! Посмотрим, как этот человечек прольёт свою кровь на радость всем присутствующим!

* * *

И вот настаёт моя очередь. Ребята отлично себя показали. Этого не отнять.

Базальт одолел Жестяного Психа. Майор прикончил Шальную Змеюку. Пирра справилась с Панком. Третий уделал орка-отшельника, а Проходчик и вовсе победил костяного орка!

Между матчами орки сталкивались между собой, тем самым набирая баллы для своего племени.

И вот, наконец, настаёт последний бой. Бой, который решит чемпиона этого самого Великого Мочилова.

По неясной мне причине моя чуйка на опасность не может успокоиться уже добрых десять минут. Именно из-за неё я решаю сам выйти на предстоящий бой. Потому что я будто бы чувствую, что если я сейчас пошлю кого-то вместо себя самого, то этот игрок погибнет.

Со стопроцентной вероятностью.

Я не знаю, что или кто меня ждёт по ту сторону, но бой явно будет не из простых. Может быть и так, что это очередная подлянка от Уррака. Ну да ладно!

Мы сломали его планы один раз, даже два, сделаем это и в третий!

Я выхожу из тёмного коридора под палящие лучи солнца. Колизей колышется, подобно живому организму. Волны разносятся по рядам орков. Шум, гам, глухие удары ног о древесину и оглушительные хлопки.

Все они ждут финального сражения. Все они хотят узреть великое кровопролитие за титул чемпиона турнира!

И когда я различаю в противоположном углу арены своего противника, я понимаю причину ликования чатлан.

— Вот, Уррак, вот сукин сын!

Глава 7

Реют орочьи знамёна. Гудит кровожадная толпа, жаждущая мяса и зрелищ. Где-то грохочут тарахтелки, возмущённые столь шумными клыкастыми.

И над всем этим разносятся гулкие удары чатланских сапог о трибуны, которые сопровождаются ударами в боевые барабаны.

Тум. Тум. Тум. Тум. Тум.

Может показаться, что весь Колизей — это живой организм. Дикий, враждебный и пугающий.

Но всё это мелочи. Я не отвлекаюсь ни на что из этого. Ведь всё моё внимание приковано к выбранному для меня противнику.

Уррак, зелёная сволочь, точно знает, что делает! Он определённо жаждет моей смерти за все оскорбления, что мы нанесли чатланской расе.

Потому что никак иначе я не могу обосновать ТАКОЙ выбор!

— А теперь поприветствуем участников нашей финальной дуэли! — вещает Верховный Глава Племени Кровавого Клевца. Уррак бросает в мою сторону победный оскал, после чего вновь обращает всё своё внимание на толпу зрителей.

— В левом углу стоит главный человечишка из сегодняшних гостей! Король Шур-рик! Именно он первым вызвался поучаствовать в нашем Великом Мочилове! За это он достоин крепкого орочьего «ыканья»! Ведь только будучи со стальными яйцами, представитель низшей расы пойдёт против крутых чатлан!

— Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы! — отвечают орки громким рёвом.

Вот же гадина такая… вроде бы и похвалил перед гайзами, но всё это больше походит на насмешку. На неприкрытое оскорбление. Мол, да, мы — смельчаки, что осмелились поднять голову, но это не значит, что люди равны оркам. Просто это мы особые. Сами по себе людишки всё ещё не представляют ничего серьёзного!

Жалкая раса! Презренный вид! Слабое племя!

Что ж, посмотрим, как ты заговоришь после дуэли!

— А вот в правом углу находится чемпион прошлого турнира! Орк, который не проиграл ни одной дуэли! Который не понёс ни одного ранения! Непобедимый Зятялака!

Уррак выставляет против меня Каменного Зогу. Дура под пять метров. Не просто шкаф, а самый настоящий Белаз в три этажа! Кулаки размером с меня, морда, вымазанная пеплом, а также клыки, торчащие на добрый десяток сантиметров вверх.

Эта тварь подавляет. Она возвышается, подобно целой горе. Непреодолимый Олимп. Просто застыв напротив меня, Зятялака закрывает собой половину небосвода и солнце.

Орк смотрит на меня, не отрывая своего цепкого взгляда. Его глаза напоминают две всепожирающие червоточины. Мурашки табуном бегут по моей спине.

Чуйка уже не просто ворочается, предвидя неприятности, она верещит благим матом. Чёртов Уррак, чёртовы Каменные Зоги, чёртов Зятялака!

Но это ладно. Что я с гигантами не сражался? Большой Ящер и дракониды на болотах Краснодара, Спрут в Бухте Уилсона, нарвалы в бухте Киото — я встречал противников и покрупнее. Вот только Каменные Зоги обладают тем, чего лишены даже самые страшные порождения Системы. Эти гигантские орки наделены интеллектом.

Не примитивным, а истинным чатланским. Коварство, хитрость, жестокость — всё это присуще и сволочи напротив меня.

И как вишенка на торте — это уровень Каменного Зоги.

Имя: Зятялака

Уровень: 75

Чтоб тебя Система обнулила! Двадцать пять уровней разницы.

Я совершаю несколько взмахом цзянем в своей ладони. Этот бой станет воистину непростым. Самым сложным за все те почти четыре года, что я живу в мире Системы. Даже противостояние с Морью, Мудрой Головешкой и в подмётки не годится испытанию, что сейчас предстоит!

— И да начнётся Великое Мочилово! — грохочет голос Уррака, после чего рявкает боевой рожок. Куда же без него.

Я застываю в боевой стойке, готовый в любой момент отразить выпад противника, однако тот не двигает и мускулом.

Чего? Орк, который не идёт в атаку в первую же секунду? Он точно орк?

Зятялака просто стоит на своём месте, пронзая меня взглядом.

Со сцены раздается смущённое покашливание Верховного Главы Уррака.

— Кажется, наш великий чемпион уснул!

Чё, реально⁈ Я делаю шаг в сторону, и да, взгляд Каменного Зоги всё ещё упирается в ту самую точку, где я стоял мгновение назад. А я думал, чего это он в гляделки играет! Этот Зятялака просто спит! С открытыми глазами. Стоя в самом центре огромного Колизея.

Похоже, истории орков про неординарность Каменных Зогов и не думают приукрашивать действительность. Эти существа и вправду странные, даже по меркам зеленокожих!

Впрочем, мне же лучше — теперь у меня есть идеальная возможность для первого удара. Резко исчезаю со своего места и захожу чатланину за спину. Могучая спина возвышается надо мной, подобно настоящему холму, однако я лишь подбрасываю себя телекинезом ввысь. Высота давно не является для меня такой уж проблемой. Я целюсь в основание шеи, туда, где сходятся все жизненно важные артерии вместе с позвоночником. Перерублю этот участок и Зятялака падёт, как Голиаф в битве с Давидом!

Быстро взбираюсь по спине существа, выцеливаю нужный мне участок, замахиваюсь цзянем и… резко ухожу в сторону.

Чуйка орёт так, что её визг звенит в моих ушах. Всего мгновение, и на то место, где я только что стоял, с гулким хлопком приземляется массивная ладонь. От мощи хлопка меня сносит ударной волной. Будто бы перед лицом взрывается фугасный снаряд.

На лету я успеваю нанести несколько ударов по телу Каменного Зоги, но тому хоть бы хны.

Я падаю со спины орка на песчаную арену, всё ещё ошеломлённый происходящим. Такая скорость… промедли я хотя бы на сотую долю секунды, и тут же лишился бы духовного доспеха.

Хлоп, и была минус одна жизнь.

Есть ещё вторая, но я так и не создал точку возрождения. Да и не стоит даже думать о таком варианте. Потеря всех способностей — это провал не только для меня, но и для всей Спарты.

Просто краткий миг.

И Каменный Зога разворачивается ко мне лицом. Каждое его движение словно смазано. Он передвигается, будто на ускоренной перемотке. С его габаритами это выглядит как что-то неправильное. Неестественное.

Монстр очнулся ото сна и теперь готов к сражению.

Удивительно, но я не ощущаю знаменитой чатланской ярости. Ни злобы, ни даже азарта. Для Каменного Зоги существует лишь скука. Он так силен, столь могущественен, что даже не видит во мне достойного соперника.

Я готовлюсь к новой атаке, даже дёргаю телекинезом левую пятку орка на себя, чтобы лишить его равновесия, как чувство опасности вновь бьёт тревогу. Я не успеваю сделать ничего. Разве что сформировать вокруг себя телекинетический купол, который уплотняю до предельного значения. Я едва ли не заставляю воздух стать нерушимой стеной вокруг моего тела.

И этого всё ещё оказывается недостаточно. Лапища размером с меня самого сносит этот барьер, как какой-то мыльный пузырь. А следом эта дура доходит и до меня.

Духовный доспех тут же срабатывает.

Бам!

Я улетаю в ближайшую стену арены, словно пушечное ядро, пробиваю спиной деревянные перегородки одну за другой и останавливаюсь, лишь когда смачно врезаюсь в каменную колонну. Только благодаря своей магии я свожу большую часть ущерба на нет. А то бы мой скелет взвыл бы от таких нагрузок!

Трибуны приходят в экстаз от происходящего. Орки чествуют своего чемпиона. Наконец-то они увидели то, чего так жаждали! То, как орк ставит наглых людишек на их заслуженное место!

Где-то над ареной ударяют в тарелки. Первый раунд окончен. Начинается перерыв.

Перед глазами всё плывет. Духовный доспех спас мне жизнь, но он не уберёг от ущерба, понесенного мною во время полета через несколько стен.

Рядом со мной тут же появляются товарищи. Пирра, Малой, Проходчик, даже Третий и Майор с Базальтом мелькают на периферии.

Они пытаются до меня достучаться, но я их не слышу. Не обращаю на них внимания.

Перед глазами мелькают строчки от Системы.

Имя: Благословение Великого Духа

Описание: Чемпион Великого Мочилова не просто титул. Это знак того, что ты выше простых орков. Это знак того, что ты избран Великим Духом!

— 50% входящего урона.

Так вот оно что! А я-то думал, с чего этот самый Каменный Зоги настолько непробиваемый! Его не берут мои удары цзянем, на него не может повлиять мой телекинез. Тут дело не только в габаритах самого чатланина, как и в разнице в уровнях. Гребанное благословение сводит на нет все мои попытки добраться до него.

С другой стороны… а какого, собственно чёрта⁈ Что это вдруг за щедрость такая от покровителя орков? Уменьшение входящего урона в два раза? Серьезно? Чёрти что творится в самом деле!

— Ты меня звал, Король Шурик? — неожиданно над моей головой раздаётся тихий женский голосок.

* * *

Я осторожно поднимаю голову и встречаюсь глазами с безликой маской, нависшей надо мной.

— Ты же знаешь, что я не тебя в мыслях имел в виду, — вздыхаю я, оглядевшись по сторонам. Все вокруг словно застывают на своих местах.

Богиня снова вырвала меня куда-то на духовный план бытия или что? Очередная способность для общения со своим первожрецом?

В любом случае любопытно.

— Но ты определенно хотел, чтобы я дала тебе ответы на вопросы, — я не вижу лица, но по интонации понимаю, что Чёрти-что ухмыляется. — А я между прочим так расстроена! Ты так старался не думать обо мне с того момента, как получил вторую жизнь!

— И на то были причины, — усмехаюсь я в ответ. — Как ты помнишь, я вроде бы обещал отдать тебе свою жизнь, когда придёт тот самый час.

— Но тут у тебя появляется возможность обойти наш уговор. Схитрить. Обмануть меня, — хмыкает Чёрти-что. — И ты подумал, что сможешь избежать моего взора?

— Я лишь думал, как быть и что делать, — качаю головой. — Своё слово я привык держать, но вторая жизнь — это дар Системы. Сама знаешь, что с ней шутки плохи.

— Твои слова разбивают мне сердце, Шурик! — хватается за нагрудную пластину своего древнего доспеха Чёрти-что.

До меня начинает доходить причина веселья нашего мрачного божества.

— Только не говори, что ты знала о подобной способности на пятидесятом уровне!

— Ох уж эти молодые расы! — качает головой богиня. — Каждая считает, что она — первая и единственная на этой планете. Как ты думаешь, какой у меня был уровень, когда я сражалась в одиночку против сотен тысяч? Сорок девятый?

— Так, значит, возможность возрождения никак не влияет на нашу договорённость? — понимаю я.

— Разумеется! — смеётся Богиня Войны. — Ведь она «вторая», а не «вечная». Просто ещё одна отсрочка неизбежного. Я заберу ваши души в свой мир. Рано или поздно. В тот момент, как вы действительно умрёте. Ну а до тех пор я готова и подождать. Ведь в таком случае моя добыча станет только слаще!

— То есть тебя не волнует эта отсрочка? — удивляюсь я.

— За кого ты меня принимаешь, Шурик? — упирает руки в боки Чёрти-что. — Я — злая божественная сущность! Для меня сотни лет не такой уж и долгий промежуток времени. Я ходила по мирам Системы уже тогда, когда Система ещё не втянула в себя сотни и тысячи рас и видов! Уж подождать на пару годиков больше для меня не составит труда. Тем более, с твоей привычкой быть затычкой в каждом новом кризисе твоего молодого государства я дождусь своего рано или поздно.

— Твоя правда, — вздыхаю я, откидываясь головой на каменную колонну. Выходит, для Чёрти-что всё равно сколько у меня жизней. Рано или поздно мы все окажемся в её чертогах.

И тут не имеет значения, сколько у каждого из нас «попыток». Всё равно они когда-то да закончатся! И вот тогда Богиня Войны будет нас встречать с распростёртыми объятиями.

Но я всё равно испытываю немалое облегчение. Хотя бы по этому вопросу мы разрешили наши недомолвки.

— Если же говорить откровенно, то я и представить не могла, что ты сможешь дорасти до 50-го уровня, — признаётся Чёрти-что. — Всё-таки это первая реальная веха на пути возвышения в мирах Системы. Чтобы до неё добраться, нужно быть воистину неординарным разумным.

— То есть ты полагала, что я умру в течение первой пары лет в мире Системы? — фыркаю я. — Вот уж спасибо.

Собственная же Богиня не верила в то, что я доживу до нынешнего момента. Уморительно.

— И я рада, что я ошиблась! — восклицает Чёрти-что, — Всё-таки приятно, когда твой первожрец превосходит все твои даже самые смелые ожидания.

— Раз зашла речь о вере… то почему ты выбрала нас? Людей? — спрашиваю я, — Почему ты не пошла к тем же оркам на их Сервер, пока была всего лишь духом? Они куда сильнее нас, они куда больше почитают войну и готовы ради пастука уничтожить целые Сервера. Почему мы, а не они?

— Больно надо мне такое счастье! — восклицает Чёрти-что, — Тем более, что у чатлан уже есть свой бог-покровитель.

— Это не ты? — удивляюсь я. — Я думал, история про Великого Духа отчасти перекликается с твоим «последним походом».

— Не сравнивай меня с этим дураком! — рычит Чёрти-что. — Даже среди богов покровитель орков считается тем ещё дикарём.

— Да неужели?

— Сам подумай! Боги тянутся к тем, кто хоть отчасти на них похож. Кто следует тем или иным принципам. А теперь посмотри на орков и подумай, на кого будет похож их бог-покровитель, если он впустил их с распростёртыми объятиями в свою веру?

Даже и думать не хочу! Одна мысль страшнее предыдущей!

Покачав головой, я возвращаюсь к разговору с Чёрти-что.

— Раз мы решили вопрос с моей верой… Что это за дрянь такая стоит против меня? Откуда у него столь мощное благословение? Уменьшение входящего урона в два раза! Это ведь слишком даже для богов! — произношу я.

Чёрти-что разводит руками.

— Великий Дух на то и великий, потому что он покровительствует всей расе орков. Его силы велики и обширны. Даже по меркам богов, — отвечает Черти-что.

— И ты ничего не можешь сделать с этим? Ты никак не можешь помочь своему первожрецу? — усмехаюсь я. — Богиня Войны не может благословить меня в час нужды?

— Но-но, побольше уважения, Король Шурик! — смеётся платиноволосая, — Я бы не явилась просто так, чтобы почесать языками.

— Значит, ты ощутила благословение Великого Духа и с самого начала хотела уравнять шансы? — догадываюсь я.

— Можно сказать и так! — отвечает она.

Всё-таки Чёрти-что тоже не лишена гордости и амбиций. Если я погибну от лап чемпиона Великого Духа, то это определённо не будет забыто в среде богов.

Даже если они напрямую и не наблюдают за происходящим, но пометка-то останется!

И если брать в расчёт отношение Богини Войны к богу-покровителю орков, то становится ясно, что она пришла не с пустыми руками!

— Так, давай посмотрим, что тут у нас есть… Этот бафф тебе не поможет. Этот навык имеет слишком большой откат. Прибавка в статах тебе сейчас не нужна… О, а чего это ты не используешь способность своего меча? — интересуется Чёрти-что.

— Моего меча? — удивлённо моргаю я. Перевожу взгляд на свой Цзянь и вчитываюсь в его описание.

Имя: Благородный цзянь/Первый клинок

Уровень: мифический

Описание: Меч так и источает ауру древности. В его стали запечатлены следы давних побед и поражений. Чем больше крови своих врагов он впитывает в себя, тем крепче становится. Меч, способный нарушать естественный порядок вещей.

Бонус:

+ 30 к Сила

— клинок обладает невероятной остротой. В зависимости от Силы владельца он способен разрубить всё, что угодно,

— позволяет бросить вызов божественной сущности,

— Тюрьма неверных — клинок поглощает души, не давая тем уйти на перерождение. Для дальнейшего развития поглотите 100 душ.

Нет, ничего толком и не изменилось. О какой способности идёт вообще речь? Конечно, есть «Тюрьма неверных», но её фишка заключается в том, что клинок поглощает души воистину мерзких ублюдков.

Те же орки по мнению благородного цзяня достойными для поглощения не были. Просто варвары, обожающие пастук. В чём их вина?

— Ах, да, забыла, что ты пока её не видишь! — хлопает себя по лицевой маске богиня войны, — Позволь же мне немного тебе помочь!

Девушка щёлкает пальчиками, и на поверхности цзяня проступают чёрные ломаные линии.

Благородный Цзянь/первый клинок пробуждается!

Вы выполнили скрытое условие! Клинок пробуждён божественной сущностью.

— На этом моя помощь завершается, Шурик, — улыбается под маской Чёрти-что. — Не подводи меня и впредь.

Бах!

Словно стекло, пространство вокруг нас лопается, и я вновь оказываюсь в реальном мире. Шум, гам, мои товарищи снуют вокруг меня.

Звенит удар в тарелки. Начинается второй раунд.

Я осторожно поднимаюсь на ноги. Тело всё ещё болит от недавнего полёта, но моя Выносливость и не с таким сталкивалась!

— Шурик, ты в порядке? — спрашивает меня Малой. На его лице и лицах других можно легко различить беспокойство.

— Теперь да, — с ухмылкой отвечаю я и уверенной походкой возвращаюсь на арену.

Здесь меня уже ждёт Зятялака. Здесь меня вновь встречает улюлюканьем орочья толпа.

Уррак довольно скалится, предвкушая мою гибель от лап Каменного Зоги. Как бы не так. Теперь-то у нас обоих есть покровители, прикрывающие нам спину.

Я направляю свой цзянь на безразличного Зятялаку.

Вы желаете активировать способность «Пламя души»?

Собранные вами души: 72

Я даю своё согласие, и лезвие моего меча вспыхивает угольно-чёрным пламенем. Оно не обжигает, оно не бьёт искрами в лицо. От одного взгляда на него становится дурно. Кажется, будто твоя душа вот-вот уйдёт в пятки.

В глазах Зятялаки впервые проскальзывает опаска. Он принимает боевую стойку, следуя орущим в его разуме инстинктам.

Весь Колизей замолкает, не смея оторвать взгляда от всепожирающего чёрного огня. Даже сам Верховный Глава Уррак бледнеет на глазах.

Подарок от Чёрти-что пришёлся как никогда вовремя!

— Ну что, Зятялака, посмотрим, чей бог круче! — восклицаю я и бросаюсь в атаку.

Время для второго раунда!

Глава 8

Я инстинктивно чувствовал, как использовать новоприобретенный навык. Неизвестно, являлось ли это особенностью мифического артефакта или очередным даром самой Системы.

Магия привычно укрепляет организм до пикового состояния. Мана утекает из резерва с умопомрачительной скоростью, но какая разница! Я не собираюсь затягивать дуэль с Зогой!

Его Выносливость значительно превосходит мою. Зятялака заносит мощную лапу над головой. Через мгновение гигантский кулак накрывает меня тенью.

Чувства обостряются до предела. Активированная концентрация телекинеза едва замедляет движения Зоги, позволяя различить призрачный мираж.

От невероятной мощи орка воздух вокруг нас вибрирует.

Подтянув тело телекинезом, я проскальзываю по песку, избегая участи превратиться в отбивную. Зятялака не отстает, протягивая в мою сторону вторую ладонь. Он намеревается схватить и раздавить меня, словно насекомое.

На периферии зрения мелькают строки Системы.

Желаете использовать «Пламя Души»?

Да/Нет

Выберите количество затрачиваемых душ.

Вы выбрали 10 душ!

Активируется «Пламя Души»!

Пламя Души — особый навык, не требующий маны или очков здоровья. Он привязан к моему клинку и использует в качестве топлива души, заточённые в цзяне.

Иначе говоря, мне даже не нужна мана — только души, которые я когда-то заточил в свой цзянь!

Чёрное пламя, получив необходимую подпитку, разгорается с новой силой. Я совершаю горизонтальный замах в сторону вытянутой ладони Зятялаки.

Угольно-чёрный костёр охватывает лезвие цзяня, формируя вокруг него потусторонний ореол, после чего срывается вперёд с оглушительным шипением.

Тренировки с дистанционными атаками я не прекращал все эти годы и выработал устойчивую форму для своей магии! В форме сжатого воздуха я мог посылать воздушные лезвия на расстояние до пяти метров!

Такое надругательство над физикой расходовало невероятное количество маны. Поэтому я предпочитал использовать более простые и понятные способы взаимодействия с окружающей действительностью.

Но сейчас эта техника в сочетании с чёрным огнём демонстрирует невероятную результативность!

Пламя души мощной струёй вонзается в ладонь Каменного Зоги, отсекая три пальца!

Зятялака впервые издаёт болезненный рёв, хватаясь за обрубок, который угольно-чёрные языки пламени продолжают терзать с новой силой.

Вот она — сила мифического артефакта! Это пламя невозможно потушить! Его не остановить нерушимой оболочкой! Оно поражает саму духовную составляющую!

Я направляю ещё десяток душ в чёрное пламя, оказавшись за спиной титана.

Ещё один широкий замах по сухожилиям, и ноги Зятялаки подгибаются. Он падает на колени на песчаную арену.

Его вой разносится над орочьим Колизеем. Трибуны в полном безмолвии наблюдают за падением своего чемпиона.

Каменный Зога звереет на глазах. Он невероятным образом изворачивается и едва не отправляет меня в очередной полёт. На этот раз я, усиленный телекинезом, взмываю ввысь на несколько метров. Зятялака пытается достать меня даже в воздухе — его когти стремятся вспороть мне брюхо. В воздухе у меня нет опоры для маневра, по крайней мере, так полагает Зятялака.

Сформировавшийся передо мной мираж ужаса отбрасывает меня в сторону и достойно встречает удар орка. Впрочем, запасов маны в нём не хватает для сохранения формы, и через мгновение он растворяется тёмной тенью.

Приземлившись на песок арены, я возобновляю наступление. Пламя души всё ещё горит на лезвии цзяня, позволяя раз за разом оставлять глубокие раны на теле противника.

Пусть его организм уменьшает весь входящий урон на 50%! Пусть он превосходит меня на 25 уровней! Пусть габаритами не уступает грузовику! Но его душа беззащитна перед моим натиском! Сама суть Зятялаки находится в пределах досягаемости разведённого мною чёрного костра!

В какой-то момент я едва уклоняюсь от атаки по касательной, орк пытается достать меня даже запёкшимся обрубком. Но удивляет меня другое! Мне даже не потребовалось использовать концентрацию телекинеза, чтобы заметить атаку!

Каменный Зога стремительно теряет силы! Пламя Души заметно ослабляет его. Это мой шанс!

Я снова атакую. Двигаюсь по прямой, чтобы Зятялака видел направление следующего выпада.

Орк ударяет рукой по арене, и нас окутывает песчаная завеса — таким образом противник пытается выиграть время для регенерации. Но я не позволю ему это сделать!

Слева от Зятялаки в завесе мелькает силуэт, и орк обрушивает атаку на эту область. Проявившийся из-за поднятой пыли мираж ужаса растворяется с кровожадной ухмылкой.

А я уже взбираюсь по спине Зятялаки, который понимает, что его обманули в очередной раз!

Каменный Зога прикладывает нечеловеческие усилия, пытаясь сбросить меня, даже совершает кувырок вперёд, едва не проломив своим телом одну из орочьих трибун.

Однако благодаря поддержке телекинеза и хорошей Ловкости мне удаётся удержаться на его туше.

Я устремляюсь к затылку монстра. Всё внимание обращается к строкам Системы.

Желаете использовать «Пламя Души»?

Да/Нет

Выберите количество затрачиваемых душ.

Вы выбрали 50 душ!

Активируется «Разрушительное Пламя Души»!

В чёрном пожарище проскальзывают бело-серебристые нити, которые обволакивают лезвие моего клинка. Именно эти нити не дают разрушительному костру растечься во все стороны подобно сверхновой. Леденящее чувство охватывает меня с головы до ног.

Чёрный клинок, приобретя стабильную форму, внушает ещё больший страх, чем когда пламя души бесконтрольно вилось вокруг него.

— Ха! — выдохнув весь воздух из лёгких, я вонзаю цзянь в затылок Зятялаки. Чёрный меч легко преодолевает нерушимый орочий череп и достигает мягких тканей.

Раздаётся приглушенный взрыв, после которого из образовавшейся раны, глаз, рта, ушей и носа Каменного Зоги мощными струями вырывается чёрное пламя. Впрочем, оно не причиняет мне вреда.

Вы повысили уровень!

Вы повысили уровень!

Перед глазами мелькают оповещения Системы, когда я извлекаю цзянь из тела Зятялаки.

Вслед за лезвием различаю едва заметный силуэт орка, его бледную тень, которая с гулом втягивается в цзянь.

Вот оно — поглощение души!

В то же мгновение пространство вокруг искажается. Чутьё тревожно ворочается, ощущая не смертельную опасность, но неопределённость.

На плечи обрушивается давление массивной горы. Давление, которого я не испытывал даже от Чёрти-что на первых уровнях, сканирует меня с головы до ног.

Великий Дух.

Не требуется быть гением, чтобы догадаться о безмолвном зрителе. Гневается ли он за то, что я убил его чемпиона?

Радуется ли появлению достойного кандидата для паствы?

Заинтересовал ли его сам факт появления чужака среди чатлан?

Ответа не последовало, давление исчезает так же стремительно, как появилось. Великий Дух мельком взглянул на происходящее и вернулся к своим более важным божественным делам.

Впрочем, даже этого краткого мига достаточно. Впервые я ощущаю истинную мощь божественной сущности. Не какого-то огрызка, как на испытании с шестью богами или в случае с Великим Змеем.

Нет, это было внимание покровителя целой расы в мире Системы! И разрыв в силе определённо не радует.

Всего миг, а я уже покрываюсь холодным потом и до хруста костяшек сжимаю цзянь.

Человечеству предстоит долгий путь, чтобы хотя бы сравняться с этой силой. Силой существ, живущих в мире Системы не одно десятилетие, если не сотни лет или больше.

Что ж, с другой стороны, такая сущность всё же обратила на меня внимание! Да, всего мгновение, даже не секунду, но что с того? Лиха беда начало!

Тем временем на сцену поднимается Верховный Глава Уррак. Сейчас он даже не пытается «держать лицо», у чатланина все эмоции написаны на лице. Неверие, шок, трепет, ярость, ненависть и даже… капля страха?

Впрочем, все эти эмоции сменяются бесстрастной маской, которую Верховный Глава Племени Кровавого Клевца надевает на себя. Прочистив горло, он обращается к молчаливой толпе зрителей:

— Король Шур-рик победил предыдущего чемпиона Великого Мочилова! Учитывая, что Племя людей не проиграло ни одному гайзу за наш турнир, получается, что букашки… то есть люди — победили, — провозглашает Уррак.

Зеленокожие молча смотрят на меня, на Уррака, друг на друга. Неизвестно, кто начал первым: поц или гайз, человек или орк, но над колизеем разносятся первые аплодисменты. Через мгновение, подобно снежной лавине, их гром заполняет все трибуны.

Чатлане свистят, хохочут во всю мощь глоток, бьют в барабаны, трубят в боевые рожки.

Через несколько секунд оглушительный рёв сменяется единогласным скандированием:

— Король Шур-рик!

— Король Шур-рик!

С победной усмешкой я поднимаю над головой свой цзянь. Возвышаясь над телом представителя сильнейшего подвида орков, истлевающего во всполохах света, я демонстрирую клыкастым, что не они одни властвуют над этой землей.

Люди не низшая раса! Мы не плебеи! И не животные!

Мы — люди!

И мы не ниже вас! В подтверждение моих слов рёв толпы становится громче и громче.

— Король Шур-рик!

— Король Шур-рик!

— КОРОЛЬ ШУР-РИК!

* * *

После жара битв наступает череда наград, и некоторые из них особенно ценны!

Например, титул, которым меня награждает Система!

Поздравляем! Вы привели свою команду к победе в Великом Мочилове орков!

Поздравляем! Вы становитесь новым чемпионом Великого Мочилова!

Поздравляем! Получен титул «Чемпион чатлан»!

Имя: Чемпион чатлан

Описание: Вы превзошли многих орков, и это неоспоримо! Теперь гордые гайзы вынуждены смириться с вашим существованием!

+ 5 ко всем характеристикам,

— гайзы не могут напасть на вас толпой, только по одному.

Только ради последнего стоило приехать в Племя Кровавого Клевца! Прибавка к характеристикам, несомненно, приятна, но признание моего статуса в глазах всех чатлан — огромное преимущество!

Тем более что теперь орки вынуждены сражаться со мной один на один, что открывает простор для маневров. Целые битвы можно завершить чередой поединков или обезглавливанием предводителей банд!

Столько возможностей обыграть клыкастых! Восхитительно! Не говоря уже о том, что теперь я могу спокойно ходить по орочьим стоянкам. Ведь чатлане смогут бросить мне вызов только один на один, а не толпой!

Да, существует лазейка; передо мной может выстроиться очередь желающих сразиться с чемпионом турнира, и тогда меня возьмут измором, но даже так — это прекрасно!

— Как чемпионы Великого Турнира вы получаете награды от Племени Кровавого Клевца! — скрежещет клыками Верховный Глава Уррак.

Сейчас мы стоим всей командой на трибуне, под которой собираются другие приглашенные команды. Происходит церемония награждения — это очевидно даже самому недалекому поцу.

Кстати, о поцах — Прилипала за нашими спинами сейчас приплясывает, переминаясь с ноги на ногу и демонстрируя своё превосходство другим «более уважаемым» собратьям. Конечно, ведь как всё обернулось! Эти глупцы определили его, мудрого поца, в команду, которая казалась проигрышной и вряд ли прошла бы Великое Мочилово.

А тут такой сюрприз! Мы не только не проиграли, но и одолели всех сильнейших орков на этом празднике жизни!

— Племени людей будет вручено стадо в пятьсот голов тарахтелок, — лицо Уррака искажается болью. Видно, как тяжело ему вручать столь внушительную награду, особенно каким-то выродкам из нашей расы.

Давай, разрыдайся ещё на публике, о Верховный Глава! Я же, напротив, с довольной ухмылкой восхваляю невероятную щедрость Племени Кровавого Клевца и величие их Верховного Главы Уррака.

— Если бы не ваша слава, мы бы и не узнали о Великом Мочилове! — окончательно добиваю я огромного орка. Тот багровеет, зеленеет, сереет, а в конце становится белым как бумага — настолько мои слова оскорбительны для него.

По сути, я открыто заявляю, что без Уррака люди не победили бы в турнире орков. Следовательно, вся вина лежит на плечах Верховного Главы и его известности даже за пределами чатланской расы.

Звучит нелепо и неправдоподобно? Ещё как! Но оркам хватит и этого!

Да и возможность досадить недругу дорогого стоит!

Пока Верховный Глава выдавливает из себя слова, трибуны Колизея напоминают живой муравейник. Гайзы раскрывают пасти, демонстрируя внушительные клыки: кто от удивления, кто от возмущения. Чатлане хлопают глазищами и чешут затылки здоровенными пятернями, пытаясь осмыслить происходящее.

Особо впечатлительные поцы в задних рядах, те, что помельче, привстают на цыпочки и вытягивают шеи, как любопытные суслики. Некоторые даже забираются на плечи сородичей, рискуя огрести дубинкой по голове за такую наглость.

Старейшины племён, восседающие на почётных местах, хмурят кустистые брови. По их лицам видно, такого позора они не припомнят со времен Великой Битвы за Последнюю Бочку Пива.

В толпе раздаётся громкий всхлип, похоже, какой-то особо чувствительный гайз не выдержал накала страстей и пустил скупую мужскую слезу размером с горошину. Его тут же начинают успокаивать, похлопывая по плечу так, что доспехи гудят.

— Помимо стада тарахтелок, — едва придя в себя, продолжает Уррак, — Чемпиону Великого Мочилова по нашим традициям предоставляются ещё две награды!

По команде Верховного Главы на трибуну поцы вносят тележку с орочьим черепом. Причём не просто черепом — сверху «умельцы» приделали огромную кривую свечку толщиной с мое бедро, не заботясь об эстетике.

Я непонимающе переглядываюсь с товарищами. Что это за ценность такая? Но не успеваю я открыть рот, как на сцену поднимается «она»…

Четыре метра в высоту. Ещё три в ширину. Руки-базуки с бицепсами толще меня в обхвате. Грудь, наверное, пятого размера. Рельефный пресс не какие-то там шесть кубиков, а целых восемь.

Ноги, которым позавидовал бы даже мистер Олимпия с Земли, настолько они мускулисты.

Мощные клыки, рядом с которыми даже Пётр устыдится — а тот, между прочим, боевой хряк!

И как вишенка на торте, весь этот образ дополняют лёгкие румяна на щеках, пепельная подводка для глаз и белый сарафан до колен, подозрительно напоминающий свадебный!

— Чемпион имеет право забрать череп своего врага, из которого сделан магический ночник, отгоняющий духов и прочую нечисть, а также!.. — Уррак явно преодолевает внутреннюю борьбу, но продолжает, — Чемпион Великого Мочилова может взять в жены лучшую орчиху во всем Племени Кровавого Клевца! Мою дочь! Ариэль!

— Босс, — шепчет мне на ухо Малой, — тут уже не отвертеться! Надо брать!

— Ты с ума сошёл⁈ — шиплю я в ответ, как гадюка. — Смерти моей хочешь⁈

— Так любовь с первого взгляда же, — смеётся этот безумец, указывая на «невесту».

Я снова смотрю на Ариэль, и эта машина смерти под пять метров ростом, заметив мой взгляд, краснеет. Она сцепляет кулаки размером с бочонок и трёт носком деревянный настил трибуны.

С такой силой, что доски трещат!

Мало того, эта «царица» посылает мне воздушный поцелуй! Моё сердце пропускает удар. Не от нахлынувших чувств, а потому что внезапно переместилось в пятки!

— Я буду ждать первого сну-сну, — ещё сильнее краснеет Ариэль. Уррак скрежещет клыками, готовясь убить меня на месте. Всем своим видом он словно говорит: «Что бы ты ни сделал с моей дочуркой, я сделаю это с тобой! И не один раз!»

— Как говорят, где четыре жены, там недолго ждать и пятую, — философски замечает Майор, разглядывая проплывающие облака.

То же самое делают и другие мои соратники, не желая мешать «настоящей романтике».

— Я вас всех замучаю тренировками по возвращении, вы же понимаете? — рычу я.

Ну почему⁈ Почему у орков всё не как у людей!

Глава 9

Как говорилось в классике: не хочу жениться, хочу учиться! Или там было как-то иначе? В любом случае я мыслил в том же направлении!

Такой мне «невесты» не надо. Вот честно. Она же меня ночью сожрёт и не подавится! Тут даже присказки о способностях «настоящей женщины» войти в горящую избу и коня на скаку остановить покажутся оскорблением мощи этой самой… Ариэли.

Первую она одним пинком развалит, а второго пришибёт ненароком.

Не так я себе представлял орочьих принцесс, ой не так совсем!

Ошалело осматривая округу, я выхватываю взглядом довольного жизнью Прилипалу. Пара шагов, и вот я по-дружески приобнимаю поца за шею. И нет, это не удушающий захват! Это я так, для страховки, не более того! Чтобы подлый и ушлый орк не сбежал раньше времени.

— Поведай-ка мне, приятель, вот что, — тихо обращаюсь я к поцу. — Мне что, реально надо жениться на этой Ариэли? Вот прям надо? Точно-точно?

— Такова традиция, человек, — не понимает причин моего беспокойства Прилипала. — Конечно, никто тебя не заставляет выходить за неё прямо сейчас…

— А есть отсрочка⁈ — неожиданно резво приободряюсь я. Отсрочка — это хорошо! Отсрочка — это замечательно!

— Именно так, человек, — в упор не видит моей «проблемы» Прилипала. — Порой бывало и так, что Чемпиону Великого Мочилова надо отдохнуть после знатного пастука. Так сказать, погулять напоследок недельку! А уж после только думать о женитьбе! Тем более что в твоей власти все незанятые орчихи Племени Кровавого Клевца! Такой ассортимент!

— Выходит, я не обязан жениться именно на Ариэли? — уточняю я.

— А тебя она чем-то не устраивает? — чует что-то неладное поц. — Это же самая завидная невеста в округе!

— Да как сказать…

— Ничего вы, люди, не понимаете в настоящей красоте! — ворчит Прилипала. — Другое дело — мы, гордые орки! Посмотри на наших женщин! Одна краше другой! Тягают железо круче многих гайзов, стукают по кумполу так, что и сознание потерять можно! А как они пожирают мясо, практически не жуя, м-м-м, романтика!

Я едва сдерживаюсь, чтобы не скривиться от слов Прилипалы. Уж больно красочный образ рисует поц.

Вот чего я реально не ожидал, так это понятия «романтика» из уст чатланина!

— Так что решит Чемпион⁈ — вновь привлекает к себе внимание Верховный Глава Уррак, которого откровенно утомило ожидание моего ответа.

А, была не была!

Выйдя к трибуне, я обращаюсь к собравшимся чатланинам:

— Спартанское Племя благодарит Верховного Главу Уррака! Как достойные победители Великого Мочилова мы примем ваш подарок в виде черепа-ночника, что же касательно женитьбы…

На этих словах я невольно бросаю косой взгляд в сторону Ариэли. Орчиха машет мне ладошкой и даже играет бровями, намекая на тот самый «первый сну-сну».

И почему моя чуйка сейчас зарывает голову в песок и молится самой Системе о снисхождении? Даже не знаю, кого следует благодарить за это!

— В общем, я решил недельку ещё подождать, — объявляю я. — После такого славного махача нужно так же славно отдохнуть!

— Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы! БУХИЧ! — ревёт орочья толпа. Уррак облегчённо вздыхает. А вот Ариэль разочарованно пинком отправляет какого-то незадачливого поца в полёт. Однако вместе с тем она всем своим решительным видом даёт понять, что ещё не сдалась.

Провожая бедного летящего поца взглядом, я мысленно благодарю судьбу за то, что у орков есть традиция «мальчишника». Иначе этой же ночью мне было бы много хуже этого самого поца.

* * *

Ну почему у орков всё не как у людей⁈

— Хватай его!

— Не мешайтесь!

— Куда несёшься, корова⁈

— Что ты там вякнула, потаскуха!

— Мой Чемпион!

— Нет — мой!

— Вообще-то мой!

Я мчусь на максимально возможной для меня скорости. Позади разлетаются юрты, пищат от ужаса поцы, дрожит земля. Даже высокомерные гайзы при моём появлении бросаются в стороны, чтобы не оказаться задавленными катком.

Катком из преследующих меня женщин!

Прямо передо мной возникает очередная орчиха, одетая в кожаные доспехи. Волосы заплетены в дреды, длинный язык изящно облизывает выпирающие из нижней челюсти клыки.

Могучие лапищи разведены в стороны, готовые поймать меня, как какого-то кролика.

— Иди в мои страстные объятия, красавчик! — восклицает басом эта леди и срывается мне наперерез.

Толчок телекинеза — и вот я пролетаю над головой возмущённой орчихи, которую тут же сносят её «товарки», и не думая жалеть чувства воительницы. Ведь их тут много, а я всего один!

Слева и справа мелькают новые «охотницы» — эти подготовились явно получше. Как я догадался? Потому что до этого момента мои «невесты» не использовали охотничьи сети!

Миг, и они мелькают над моей головой, готовясь придавить к земле. В который раз я благодарю Систему за то, что я — маг телекинеза! Мощный порыв сжатого воздуха отбрасывает сети прочь, и я протискиваюсь в щель между юртами какой-то команды. Очень скоро я узнаю в хозяевах Жестяных Психов, которые ошалело провожают меня взглядом. Зря это они!

Потому как в следующую секунду женская орочья волна сносит их лагерь, а гордых Психов пинками по доспехам отправляют катиться куда-то прочь.

Чатланские женщины страшны! Чатланские женщины — абьюзерши!

Лишь благодаря своей удаче я оказываюсь в собственном шатре до того, как меня успевает перехватить эта зелёная волна.

Проскользив по земле, я так и остаюсь лежать на ней, тщетно пытаясь отдышаться.

Снаружи шатра раздаются разочарованные вздохи.

— Опять ушёл…

— Ну вот!

— А какая хорошая засада была, девочки!

— Да и вы неплохо сработали! Я бы не додумалась использовать сети!

— В следующий раз нужно расставить капканы!

— Да-да! Хорошая идея! Пойдём, я знаю одного чертилу, он нам сделает как раз под габариты Чемпиона!

— Чемпион, до завтра! — прощаются со мной орчихи и дружной гурьбой уходят обратно вглубь Племени Кровавого Клевца.

— Как страшно жить, будучи самым желанным мужчиной во всей округе, — раздаётся смешок Малого надо мной. Парень протягивает мне руку, чтобы помочь подняться.

— Иди ты знаешь куда! — рычу я, но руку всё же принимаю. — Я думал, что сегодня точно меня заграбастают…

— Но-но, Король Шурик, у вас и так четыре супруги! Куда вам ещё пара сотен⁈ — подшучивает Малой, не стесняясь в выражениях.

За что тут же получает мощный подзатыльник.

— Ай! За что⁈

— За больно довольную жизнью рожу, — отвечаю я и прохожу к ближайшему складному стулу. Рядом с ним возвышается небольшой столик, с которого я забираю кувшин с водой и жадно припадаю к его носику.

— Это какой-то дурдом, — наконец, заключаю я.

— И это всего лишь третий день «охоты невест», начатой Ариэль, к которой присоединилась, похоже, вся женская половина Племени Кровавого Клевца, — подтверждает Малой.

— Только не напоминай, — вздыхаю я и откидываюсь на спинку стула.

«Мальчишника» в его классическом понимании так и не случилось. Ну, если не брать в расчёт то, что каждая из команд турнира стремилась бросить нам вызов или как-то посоревноваться. То ли причина тому мой новоприобретённый титул Чемпиона чатлан, то ли просто тот факт, что люди сумели обставить могучих гайзов на их же домашней арене. Но факт остаётся фактом.

Теперь к нашему лагерю каждый день стекаются десятки, если не сотни орков в надежде хоть как-то помахаться с нами. И, поскольку устраивать махач каждый день до смерти мы просто заколебёмся, было принято решение организовать смежные дисциплины.

Тут и армрестлинг, где Базальт до хруста костей соревновался с местными поцами и гайзами под неодобрительные вздохи Пирры. И игры в «убойные салки» — очередную орочью забаву.

По сути, правила ничем не отличаются от наших человеческих за одним ма-а-аленьким отличием: своих конкурентов можно не только «салить», но и вбивать рожей в землю, чтобы те точно не сбежали в следующий раз!

А потому это в итоге превращалось в извращённый махач, разве что в нём главную скрипку играли не Сила и Выносливость, а именно Ловкость!

На этом поприще отлично показывает себя трио из Третьего, Малого и Проходчика. В подобном соревновании могучие и широкие тела орков зачастую даже больше мешают, нежели помогают.

Вообще, зачем мы соглашаемся на все эти игрища и вызовы? Потому что, во-первых, репутацию свою надобно поддерживать: а то что это за чемпионы, что бегут от вызова? Больше проблем наберётся потом, если будем распалять азарт чатлан. А, во-вторых, все эти дуэли происходили не только «забавы ради», но и с целью заработать!

Орки в своих боях ставили своё оружие, какие-то амулеты, артефакты, привезённые на Великое Мочилово, стада тарахтелок и много чего ещё! Помимо всего прочего мы принимали в дар и нематериальные дары, а именно байки орочьего вида.

Понятно и дураку, что мир между людьми и чатланами наступит ещё очень и очень нескоро. Особенно на фоне того, что мы выиграли у них на священном турнире. Кто-то признает нас достойными противниками, кто-то увидит в людях расу, равную чатланам, но тем сильнее будет их желание устроить пастук!

Следовательно, в ближайшее время новой войне с зеленокожими быть! И чтобы нас не застали врасплох, я приказываю своим соратникам выведывать всё, что только можно.

Слухи о разнообразных племенах, их традиции, численность гайзов и поцов, тактики и подлые приёмы. Информацию о шаманах и их странной магии, известных чертилах-строителях и их магнум опусах, от описания которых начинает мутить.

Союзы и конфликты стукателей друг с другом, возраст и размеры их банд, местоположение и легенды о самых известных орках-отшельниках.

Я стремлюсь выведать всё. Ведь как бы бывшие рабы из людей ни пытались понять орков, их знания были строго ограничены их положением. Сейчас же, на какое-то время встав вровень с местными гайзами, я использую ситуацию на максимум.

Проигравшие то или иное соревнование орки охотно «платили» слухами, рассказами и разрозненными фактами о своей культуре, военной истории и повседневности.

Для них это не стоило ни гроша! Чатлане видели в этом лишь какие-то «людские» заморочки и не более того.

Разубеждать же зеленокожих в этом я и не планировал. Да и зачем? Находясь буквально у них под боком, мы могли выведать в десятки раз больше, нежели все наши разведчики вместе взятые!

Как-никак, а оборона у орочьих стоянок очень крепкая, а потому пробраться внутрь неё, оставшись незамеченным, — задача далеко непростая и неблагодарная.

Откуда-то снаружи доносится рёв чатлан:

— Эй, человеки! Время пить на спор! Кто больше бахнет орочьего ПЫВА, тот и настоящий гайз! А кто упадёт мордой на стол, тот — презренный поц!

— Эту тяжёлую ношу я возьму на себя, — заявляет Майор, выходя из спальной зоны шатра.

— Король Шурик, — заметив моё возвращение, приветствует меня седой вояка и с торжественным выражением лица выходит наружу.

— Настоящий герой, — смахивает несуществующую слезу Малой, отчего я в который раз издаю тяжёлый вздох.

Вот где эта чёртова справедливость⁈ Я вынужден прятаться от половины Племени Кровавого Клевца, в то время как мои же соратники бухают, веселятся и с пользой проводят время!

Как раз в этот момент в шатёр скрытно проскальзывают два поца, тут же приветствуя меня.

— Король Шурик, — произносят «орки», а уже через минуту иллюзия развеивается, и передо мной проявляются Биба и Боба.

Этот дуэт за время нашего турнира рыскал по всей орочьей стоянке, разыскивая местный тотем, а также анализируя поведение самих чатлан. Пока мы открыто собирали слухи, этот дуэт привычно работал в тенях, налаживая контакты с поцами.

Как-никак, а пытаться втереться в среду гайзов слишком рискованно. Тут и разница в росте, и их привычка махаться по поводу и без. Особой проблемой может стать и то, что гайзы достаточно хорошо осведомлены о представителях своей касты и, заметив неизвестного орка, тут же зададутся вопросом, а откуда этот хрен вылез и насколько он силён⁈

Поцы в этом отношении были куда приземлённее и не смели лезть вперёд паровоза, даже при встрече с какими-то «левыми» собратьями. Мало ли уродливых поцов в этом регионе⁈

— Ну что, как работа? — спрашиваю я у парней.

— Всё так же тухло, — морщится Боба. — Пока что ясно одно — оборона тотема столь же крепка, как и окрестности орочьей стоянки, если не круче! Даже под иллюзией невидимости в центральный шатёр хрен доберёшься!

— Печально, — качаю я головой. — Впрочем, ожидаемо.

— Зато у нас информация, которая вас определённо порадует!

— Меня мало что может порадовать на фоне приближения «дня икс», — морщусь я.

— Это как раз по поводу вашей женитьбы! — строит загадочную физиономию Биба.

— Что же вы молчите тогда! Выкладывайте быстрее!

* * *

— Итак, Чемпион решил, кого возьмёт себе в жёны? — снова спрашивает меня Уррак.

Вновь собирается целый Колизей орков поглазеть на финал Великого Мочилова. На этот раз, помимо решительной Ариэли, передо мной выстраивается вся женская половина Племени Кровавого Клевца.

Словно бы пытаясь привлечь моё внимание и показать себя во всей красе, орчихи начинают играть мускулами и принимать наиболее «возбуждающие позы».

О Великая Система, я же не на конкурс мистера Олимпии пришёл! Почему⁈ Почему они все устраивают неофициальный конкурс качков⁈

Кто-то демонстрирует свои мощные бицепсы, некоторые «фитоняшки» показывают свой идеальный пресс, третьи бёдрами лопают бочки с орочьим пывом под радостный вой зрителей. Особо уверенные в себе играют грудями. И ладно бы это были женские груди в привычном их понимании, так нет же — это сплошные мышцы!

Чатлане, конечно, ещё больше возбуждаются от такого «представления», но мне от этого не легче.

— Решил, — выдыхаю я, когда трибуны затихают по команде Верховного Главы. — Но сначала я бы хотел посмотреть все кандидатуры.

— Так они все тут! — отвечает Уррак.

— Нет, не все, — качаю я головой. — Точнее, тут только чатлане.

— Вывести рабов! — приказывает Уррак, странно на меня покосившись.

Оказывается, в правилах орков ни слова не сказано, что я должен взять в жёны кого-то из орочьего вида. Я должен жениться, опять же, это факт! Но дайте мне хотя бы выбрать кого-то более… близкого мне вида!

Вскоре на песчаную арену выводят бедно одетых рабынь. Естественно, все они принадлежат к роду человеческому. Если и обманывать местные обычаи, то по полной!

Освобожу кого-то из пленниц, дарую ей свободу, а уже потом верну в Спарту. Мои супруги и слова против не скажут!

Десятки глаз смотрят на меня с надеждой. Непростой выбор, спасти только одну девушку из орочьего плена.

Я твёрдо решаю сделать выбор на основе полной случайности, как мой взгляд цепляется за одну, которая не только не поднимает глаз, но и наоборот прячет свой весьма изящный силуэт за спинами других.

Серая с лёгким тёмно-синим отливом кожа, пронзительные глаза цвета чистой стали, белоснежные локоны, практически неотличимые от тех, что есть у Чёрти-что, острый подбородок, тонкий носик и, как вишенка на торте, заострённые ушки.

Ушки как… как… как у эльфов. Тёмных эльфов. Среди рабынь находится самая настоящая дроу! Как в сотнях, тысячах фэнтези историй! Эльфийка! Только тёмная! Что значит — ещё круче!

Она смотрит с полным безразличием на происходящее вокруг, словно не её участь решается среди многих прочих. Она не пытается поймать мой взгляд, не привлекает к себе внимание. Просто… стоит и изображает из себя ветошь, будто бы желая покончить со всем этим цирком поскорее.

Мой указательный палец наводится на тёмную эльфийку. Я сделал свой выбор.

— Я выбираю её.

Глава 10

— У-а-а-а-а-а-а! — юрта содрогалась от нечеловеческого воя, разносившегося по всей орочьей стоянке. Раз за разом. Со всё большей силой. Проходившие мимо гайзы вжимали головы в плечи и поспешно отступали к противоположному краю стоянки.

Даже поцы не осмеливались издать и писка, слыша этот жуткий звук. В противном случае им было бы несдобровать.

Только Верховный Глава Племени Кровавого Клевца Уррак решился приблизиться к источнику этого жуткого рёва, от которого у него самого дрожали поджилки.

— Ариэль, крутышка ты моя, ну подумаешь, отказал? В племени ещё много достойных гайзов! — попытался успокоить свою дочь Уррак, но добился лишь обратного эффекта.

Новый вопль ударил по барабанным перепонкам могучего орка с такой силой, с какой не били некоторые орки своими дубинами.

— Он бросил меня! У-а-а-а-а-а-а! Поматросил и бросил! — причитала Ариэль, зарывшись в океан подушек внутри своего жилища.

— И ничего не поматросил… — вздохнул Уррак.

— Он выбрал эту ушастую суку, а не меня! Ушастую! Суку! У-а-а-а-а-а-а! — новый приступ истерики оказался особенно мощным, даже Уррак не устоял на ногах. Только чудом он не распластался на земле, как какой-то грязный поц.

Его голова раскалывалась при одной мысли об этом Короле Шур-рике. Мало того, что тот опорочил Великое Мочилово, выйдя из него победителем, так он помимо всего прочего публично оскорбил его драгоценную дочь — самую могучую и крутую орчиху на весь регион.

Последнее можно было бы списать на «вкусовщину» Чемпиона чатлан, выбери Шур-рик своей избранницей другую орчиху. Ведь с кем не бывает! Бубыльде же не прикажешь! Кто-то теряет голову от орчихи, способной использовать тебя как дополнительный груз для жима лёжа, а кто-то мечтает о том, чтобы его в собственной юрте взяли на болевой.

Уррак слыл орком широких взглядов. Он сам водил знакомства со многими статными орчихами в своё время. Многое повидал, многое испытал. Поэтому он готов был принять отказ Чемпиона чатлан, даже обрадовался такому повороту — не придётся отдавать свою кровиночку в лапы какого-то человека-коротышки.

Но своим выбором треклятой дроу Король Шур-рик оскорбил всё Племя Кровавого Клевца, да и весь орочий род.

Какая-то дроу оказалась лучше всех писаных красавиц чатлан⁈ Быть того не может! Не может и всё!

Вновь услышав стенания разбитого сердца Ариэль, Уррак принял решение. Один удар он готов был стерпеть, даже два, но третий стал для него последней каплей.

Плевать на то, что этот Шур-рик теперь Чемпион чатлан! Плевать, что Великий Дух благоволит теперь этой букашке! Уррак покажет, почему никогда не стоит задевать достоинство Верховного Главы Племени Кровавого Клевца!

— Эй, уроды! — отойдя от шатра своей дочери, прогремел Уррак. — Тащите сюда моих парней! Всех до единого! Сейчас же! Пришла пора устроить охоту, которой не видывал ни один орк!

* * *

Практически сразу после «свадебного» беспорядка наша команда покидает Племя Кровавого Клевца. Мы достигли всего, чего желали, и даже больше.

В ходе турнира Малой, Базальт и Пирра достигли пятидесятых уровней. Того же, увы, не удалось достичь Проходчику, Майору и Третьему. Им не хватило совокупного опыта для преодоления порога.

Они не так часто находятся на передовой, зачастую исполняя административные функции или ведя других игроков в бой. Оттого и возможностей для набора уровней у них было меньше. Проходчик же просто появился позже нас в мире Системы, а потому ему не хватило всего двух уровней для достижения пятидесятого.

Жаль, конечно, но устраивать очередную бойню на орочьей стоянке не входило в мои планы. Да и не позволят нам этого уже сделать. Всё, оттянулись на Великом Мочилове и хватит! Любые дальнейшие провокации могут вызвать ответные действия от чатлан. И если я имею при себе титул их чемпиона и на меня нельзя нападать толпой, того же нельзя сказать о моих соратниках.

Нужно довольствоваться тем, что уже есть. Тем более что улов у нас действительно богатый!

Огромное стадо тарахтелок общей численностью почти в тысячу голов, всевозможные орочьи артефакты, как совершенно бесполезные, так и достаточно любопытные. Несколько шаманских побрякушек, а также самая настоящая карта орочьих стоянок в Междуречье!

Биба, Боба и все остальные не зря работали изо дня в день, добывая информацию. Теперь у нас хотя бы будет представление о совокупных силах орков, взаимоотношениях их племён между собой, а также приблизительном расположении самых крупных и опасных банд.

Осталось всё это только уложить в голове, сопоставить факты и собрать в единый пазл. Но этим мы займёмся уже по возвращении в Две Крепости!

Сидя на мягкой спине тарахтелки, я невольно бросаю взгляд на сидящую по соседству эльфийку. За чуть больше суток нашего пути обратно дроу не произнесла ни единого слова, никак не показала своего отношения к новому «супругу».

Конечно, что она, что я понимали — всё это фикция и представление для орков, но хоть какой-то реакции я всё же ожидал. На все попытки поговорить, которые исходили от того же Малого или Пирры, эльфийка просто отмалчивалась, продолжая изображать из себя статую.

Загадка, что ни говори! И как мне выведать у этой красавицы информацию об устройстве мира Системы и о том, откуда она вообще родом?

Ведь нам всем было до безумия интересно послушать о местных эльфах. Как и про орков, мы знаем о них лишь со страниц фэнтези книжек. Причём каждый автор горазд на свои выдумки и заскоки! Кто-то рисует их едва ли не идеальной расой, изысканной и возвышенной. Этакие праведные борцы за всё доброе и хорошее: за природу, за свободу, за жизнь всех со всеми.

Другие, напротив, нередко изображают эльфов, что тёмных, что светлых, хардкорными эко-активистами, готовыми в ходе своей борьбы утопить едва ли не всех несогласных и недовольных в их же собственной крови.

А вот как всё обстоит в мирах Системы? Существует ли непримиримая вражда между тёмными и светлыми эльфами? Существуют ли вообще последние, или местные эльфийки изначально «тёмненькие»?

Хотел бы я выведать все эти ответы у нашей новой спутницы, но та упорно играет роль статуи. Если это типичное поведение представителей их расы, то я даже отчасти могу понять недружелюбие к эльфам голосистых и говорливых чатлан.

Заметив заходящее местное солнце, я отдаю команду останавливаться.

— Пожалуй, сделаем здесь привал, — объявляю я соратникам. — Скоро стемнеет, а вести целое стадо тарахтелок по ночным лесам — далеко не лучшая затея.

— Принято, босс, — кивает Малой и вместе с остальными приступает к организации походного лагеря.

Конечно, двигайся мы налегке, то могли бы добраться до Двух Крепостей всего за пару суток. Однако «хабар» в лице тарахтелок к спешке не привык, а потому наша скорость заметно снизилась.

Хорошо одно — участников Великого Мочилова нельзя атаковать, пока они не вернутся в свои племена. Именно эта деталь позволяет нам столь безнаказанно передвигаться по региону орков.

Достаточно лишь объявить свой титул вышедшим на нас чатланам, и те сразу же мрачнеют лицами. Ну а как вы хотели⁈ Эти гайзы шли на славный пастук с людьми, быть может, даже отжать столь крупное стадо тарахтелок, а тут запрет Великого Духа!

Печально, но ничего не поделаешь!

Вот и сейчас мы без опасений разбиваем лагерь на небольшой поляне. Пирра с Базальтом устанавливают походные шатры-артефакты. Майор вместе с Третьим и Проходчиком проверяют состояние тарахтелок и собирают эту гурьбу пушистиков в одну большую кучу, чтобы не разбежались и не потерялись!

Биба же и Боба как раз возвращаются с небольшой охоты, притащив к общему костру несколько огромных и сочных уток, а также парочку самых настоящих кроликов. Вот что называется приятный сюрприз!

— Ну что, раз наши охотники сегодня нас так порадовали, то почему бы не устроить барбекю? — улыбаюсь я. — Тем более можно и отпраздновать наше возвращение с орочьей стоянки!

— Чтоб мы ещё раз послушали нашего мудрого Короля и двинулись в самое пекло! — смеётся Малой, но его тут же затыкают остальные.

Однако я лишь посмеиваюсь над очередной выходкой подчинённого. В кругу «своих» же сидим, так почему бы и не подурачиться! Это невольно возвращает меня к первым месяцам выживания в мире Системы, когда были только мы одни против этого чуждого и странного мира.

Подумать только, сколько мы всего узнали о мире Системы за несколько лет. Открыли новые регионы, встретили совершенно новые расы, познакомились с чужими цивилизациями, столкнулись с несколькими богами и многое другое.

А ведь самое удивительное, что это лишь малая часть! Огрызок! Кусочек того самого неба, что виден нам со дна колодца. Ведь существуют ещё и другие Сервера, другие битвы и войны, о которых мы даже не подозреваем.

Древние и могущественные фракции где-то там делят между собой невероятные просторы, находят редчайшие ресурсы. В их руках могущественные маги и всесильные солдаты.

Суждено ли нам привлечь их взор? Сможем ли мы сосуществовать, или же нам придётся драться за собственную свободу, само своё существование?

Несмотря ни на что, орки, пожалуй, являются хорошими соседями для нас. Не потому, что они слабы или глупы, вовсе нет. Как раз наоборот!

Орки опасны! Орки хитры! Орки коварны! Это достойный для человечества противник. Только сражаясь с ними, мы сможем отточить свои навыки, усовершенствовать технологии, сплотиться перед лицом куда более страшной судьбы.

Чатлане дали нам понять, что мир Системы и расы, населяющие его, далеко не так дружелюбны. Мы можем не представлять для них опасности, не желать им зла и в мыслях, но к нам всё равно могут прийти с оружием. Почему? Потому что здесь либо ты поглощаешь своего соседа, либо сосед поглотит тебя. Третьего не дано.

Будешь сидеть на месте, довольствуясь малым, и вскоре к тебе постучат, чтобы забрать всё самое ценное.

Я не исключаю и того, что ошибаюсь. Возможно, где-то там существуют расы, готовые помогать «новым игрокам» в мирах Системы. Есть те, кто готов наладить контакты с человечеством.

Но что, если нет? Если Система и вправду сталкивает лбами все эти цивилизации? Вот только с какой целью? Для людей существует конечная цель — абсолютная власть.

Но разве оркам так уж она нужна? Ради власти ли гордые гайзы идут на пастук, а стукатели собирают свои великие банды, мечтая принести бойню своим врагам?

Нет, здесь явно есть что-то большее. Могут ли цели разных рас отличаться друг от друга? У людей — абсолютная власть, у орков — что-то своё, у эльфов — третье?

Но как всё это стыкуется между собой? В чём смысл? Какой резон?

Голова пухнет от таких размышлений, и я толком не замечаю, как в мои руки передают зажаренную ногу утки.

Поблагодарив Пирру, я отмечаю и то, что эльфийка также принимает свою порцию, ограничившись коротким кивком.

Уже прогресс! Быть может, не всё в плане социализации у нас потеряно!

* * *

Только мы приступаем к трапезе, как лесная чаща вокруг нас неожиданно вздрагивает, и из неё выскакивают два наших разведчика.

— Орки! — кричит Биба, стоявший на карауле. — К оружию!

Я тут же отбрасываю свой ужин в сторону, вынимая цзянь из ножен. Аналогично поступают и мои товарищи, мгновенно растеряв улыбки и сосредоточенно осматриваясь по сторонам.

А из кустарников вокруг поляны тем временем выходят высокоуровневые орки, элита Племени Кровавого Клевца, лучшие воины, которые следуют лично за Урраком!

Пять, десять, пятнадцать, двадцать, двадцать пять… Тридцать.

Три десятка чатлан в хоть и уродливых, но крепких железных доспехах. Лица измазаны пеплом, в руках мощные дубины, секиры и клевцы, глаза горят огнём предвкушения — они точно пришли не на пикник!

И вот из-за спин этих воинов появляется сам Уррак в рогатом шлеме с топором и клевцом в руках. Отблески нашего костра рисуют на его лице чудовищные узоры.

— Неужто ты думал, Король Шур-рик, что мы так просто отпустим вас с нашего праздника жизни? — презрительно фыркает Верховный Глава.

— Я был уверен, что тебе хватит гордости не нарушать ваши священные традиции, — отвечаю я, оценивая наше положение. А оказывается оно в полной заднице.

Три десятка орков, чей средний уровень находится на отметке в 70, против нас, девяти игроков, у половины из которых нет и 50-го.

Ситуация — дрянь, и это мягко сказано! Хуже того, мы полностью окружены и находимся глубоко в Междуречье. До Двух Крепостей несколько суток бега.

Позволят ли нам орки добраться до своих? Сомневаюсь. Успеет ли помощь, даже если я сейчас смогу связаться со Спартой через Чёрти-что? Опять же, маловероятно.

Мы в дерьме! И это точно!

— Плевать на традиции! Плевать на обычаи! Плевать на Великого Духа! — шипит Уррак, указывая на меня своим клевцом. — Вы, букашки, осмелились не только оскорбить моё Племя, приняв участие в турнире, но и ты, Король Шур-рик, оскорбил мою прекрасную дочь Ариэль! И за это… я тебя покараю. Тебя и весь твой род!

— Босс, а я говорил, что надо брать! — восклицает Малой.

Невольно усмехаюсь. Даже в такой ситуации находится повод для шуток.

— В атаку! Убить этих выродков! Всех до последнего! Повесим их на собственных кишках! — ревёт Уррак, и чатланская элита срывается в атаку.

— Так и знал, что надо было остаться холостяком!

Глава 11

Уже готовясь встречать атаку орков, я резко поворачиваю голову налево. А там тёмная эльфийка молча касается пальцем моего плеча.

Не комментируя происходящее, она указывает на висящую на моём поясе сапёрную лопатку.

— Н-нада.

— Н-нада? — повторяю я.

— Н-нада, — серьёзно кивает эльфийка, — Бить вонючий зелёный.

Рассмеявшись над её построением предложения, я протягиваю собеседнице сапёрную лопатку. Эльфийка с лёгким прищуром изучает новое «оружие», а затем без лишних слов срывается в атаку.

Причём с такой скоростью, что я едва поспеваю за ней взглядом. Повезло, так повезло, как говорится!

Теперь нас не просто девять против тридцати одного, а целых десять! Уже какой-никакой реальный расклад!

Мысленно покачав головой вслед своим мыслям, я также устремляюсь в атаку. Негоже Королю скрываться за спинами товарищей.

Орочья элита сжимает кольцо вокруг нас. Ни о каком противостоянии стенка на стенку уже не идёт речи. Всё вокруг тут же охватывает хаос, не позволяя толком разобраться что происходит.

Проходчик и Малой действуют в паре вокруг костра, кружа подобно двум неуловимым теням. Орки пытаются их прибить, но раз за разом им приходится укрывать лицо от летящих искр.

Третий в связке с Майором валит на землю одного из орков — опыт борьбы пригождается и сейчас. Жаль только, что добить зеленокожего им не удаётся, тому на помощь спешат товарищи.

Базальт яростно рассекает воздух своим бастардом, отражая атаки сразу двух орков, в чем ему активно помогает Пирра, прикрывая в самые опасные моменты.

Резвятся на поле брани Биба и Боба, чьё появление становится неприятным сюрпризом для чатланской элиты. Как? Да просто у двух орков внезапно появляется по двойнику, которые атакуют своих же сотоварищей. В ответ огребают «оригиналы». В общем, весело, но пока без особых надежд на победу.

Мой цзянь встречается с секирой одного из зеленокожих. Орк хищно скалит морду от одной мысли о хорошем поединке. Его вторая рука устремляется к моей глотке. Я отскакиваю назад, избегая подлого удара. Тем самым совершаю ошибку. За моей спиной возникает собрат моего противника.

Орудуя двуручным молотом, он прицеливается мне в темечко.

— Полуночный удар по яйцам! — резкий женский выкрик заставляет гордого гайза скривиться и инстинктивно прикрыть обозначенную мишень.

Через секунду сапрёная лопатка с гулким звоном впечатывается в лоб клыкастому. Да с такой силой, что у орка искры из глаз сыплются!

Второй удар попадает по чатланскому носу, ломая хрящи. Брызжет чёрная орочья кровь.

Отступив на несколько шагов, оглушённый монстр припадает на одно колено напротив своей обидчицы.

— Ты же сказала удар по яйцам! — ревёт разгневанный орк.

— Промазала, — как ни в чем не бывало пожимает плечами тёмная эльфийка, в руках которой уже две лопатки. И у кого только успела стащить⁈

— Убью! — бросается в атаку зеленокожий, но его новый выпад встречает мой цзянь. Орка за моей спиной берёт на себя эльфийка. Работая в паре, мы умудряемся не получить серьёзных ранений под натиском орочьей элиты.

Однако этого всё равно оказывается недостаточно. Кольцо сжимается, видно, как орки играют с нами, подобно охотникам с загнанной в угол дичью. Они не оставляют нам шанса на побег, но в то же время не рвутся всем скопом покончить с битвой здесь и сейчас.

Похоже, что Уррак решает поиздеваться над нашей группой напоследок. Так сказать, доказать не только себе, но и своим подчинённым, что даже не прилагая всех усилий орки способны победить.

Наконец, продемонстрировать то, что чатлане — высшая и самая могущественная раса на просторах миров Системы! И не каким-то людишкам, и эльфам составлять им конкуренцию!

— Пригнись! — рычу я эльфийке, когда над моим клинком снова вспыхивает пламя души. Как жаль, что самих душ у меня всего пара штук — даже на более-менее серьёзную атаку не хватит!

Чёрный огонь распространяется по лезвию моего клинка, после чего я совершаю оборот вокруг своей оси. Пылающий огненный диск разлетается вокруг нас, пламя опаляет доспехи орков и вгрызается в их толстую кожу.

Хлынувшая тут же кровь моментально испаряется в толстые струи пара, которые накрывают нашу часть поляны.

Эльфийка, не дожидаясь пока завеса рассеется, срывается навстречу обжигающим порывам ветра, откуда через секунду доносится её крик:

— Мощный шмяк по кумполу!

Бах!

И как только сгустки пара расходятся в стороны, моему взору открывается силуэт орка, который, сжав ноги между собой, поскуливая, лежит на земле. Мощный удар сапёрной лопаткой, и тело монстра обращается в бело-золотую пыль.

А над всем этим возвышается довольная донельзя дроу.

— Так понимаю, опять промазала? — усмехаюсь я.

— Опять промазала, — совершенно буднично кивает воительница.

В это мгновение на нас набрасывается новая группа противников. На этот раз три орка. Причём двое решают для начала покончить с ушастой, на меня же налетает третий.

Вооруженный копьём, он не позволяет мне приблизиться к себе. Чатланин с мерзкой гримасой выцеливает уязвимые места в моём экзодоспехе и методично продавливает его заряд.

Вот же дрянь такая! Цзянь встречает отточенный до блеска наконечник копья, когда мираж ужаса формируется за моей спиной и хватает древко оружия противника.

Чатланин недоуменно смотрит на происходящее, тщетно пытаясь выдернуть своё копьё из мощных лап миража, но куда там⁈

Я ныряю вниз, заходя к орку на уровне пояса. Монстр яростно бросает своё копьё и, сцепив ладони над головой, намеревается снести мне башку. Да только я оказываюсь быстрее. Снова пламя души проскальзывает по лезвию цзяня.

Мощный укол, и струя огня впивается в живот клыкастого, прорываясь к его внутренним органам и испепеляя всё на своем пути. Чатланин вопит от боли и пытается погасить пламя, но разве это так легко сделать!

Следующий мой выпад отсекает монстру голову, и та глухо падает на землю. А через мгновение вспыхивает духовный доспех, принимая на себя удар исподтишка нового врага.

Даже не дожидаясь, пока тело собрата растворится во всполохах света, орк бьёт меня в грудь своей дубиной. Только духовный доспех позволяет мне уйти невредимым. Казалось, сколько бы магии я не вливал в свои мышцы, этого всё ещё недостаточно.

Орков слишком много! Они не жалеют ни себя, ни своих собратьев. Их цель одна — прикончить нас здесь и сейчас! Любой ценой!

Тем более что самый страшный грех они уже совершили, оскорбили собственного бога-покровителя!

Ещё один уродливый орк бросается в атаку, что вынуждает меня полностью отдаться происходящему.

Однако, сосредоточившись целиком на битве, я едва не пропускаю появление нового противника. Да ещё какого! Сам Верховный Глава Уррак не стал ждать, пока его воины измотают меня, и решает самолично покончить со всем!

Причём момент он выбирает максимально невыгодный для меня. Он определённо ждал идеального шанса с самого начала сражения!

С глумливым выражением лица Уррак швыряет в меня топорик. И уклониться от него у меня никак не выйдет, я не забываю о неприятеле перед собой.

Метательный топорик источает разрушительную ауру, видно, что это не простое оружие, а какой-то шаманский артефакт, если не того хуже!

Я не успеваю ни перенаправить ману с укрепления мышц на формирование телекинетического купола, ни отмахнуться от снаряда своим клинком.

Топорик приближается ко мне с ошеломительной скоростью, а я только и могу, что наблюдать за ним.

Тем неожиданней происходит трансформация моей собственной тени.

— Король Шурик, осторожно! — выкрикивает Проходчик и своим телом блокирует метательный топорик. Импульс оказывается столь велик, что парня отбрасывает на несколько метров в сторону.

Однако на этом ничего не заканчивается. Уррак, словно бы заранее подозревая о провале своей атаки, мощным прыжком оказывается надо мной.

Снова время замедляется до умопомрачительной величины. Орк передо мной координирует атаку со своим начальником, не оставляя мне шанса на выживание.

Клевец Уррака оказывается в опасной близости от моего виска, когда дубина второго воина движется мне точно в центр груди.

Это конец. От такой комбинации мне уже не сбежать!

* * *

И тут… весь мир вокруг нас словно замолкает.

Непонятное давление волной проносится по всей поляне. Замолкают все звуки, высекаемые искры теряют краски, смрад пролитой крови отходит на задний план.

Само пространство вокруг нас становится до того вязким, тягучим, будто мы провалились в бочку со смолой.

За какой-то миг всё вокруг погружается в абсолютное безмолвие. И тем оглушительнее в этой тишине раздаётся эхо шагов.

— Вы, походу, вообще забыли о всяких понятиях, а, зелёные морды? — звучит скрипучий, шипящий голос, будто сама квинтэссенция звона стали и шелеста листвы.

Я не могу разглядеть силуэт говорившего, пока не догадываюсь опустить взгляд вниз. Там, по земле важно и неторопливо наматывает вокруг нас круги какой-то… карлик? Лилипут? Хоббит? Или же гоблин?

Неизвестный выделяется на фоне серой действительности цветастым деловым костюмом, на который будто неловкий художник пролил всю доступную палитру.

Седые волосы зачесаны назад и собраны в пучок на затылке. Кожа гостя на наших глазах меняет окрас с ярко-зелёной на песчано-коричневую и обратно. Глаза походят на две чёрных дыры, которые поглощают любой свет вокруг себя.

Крючковатый нос, выдвинутая вперёд челюсть и едва выпирающие клыки завершают эту странную картину.

Странное чувство. Неизвестный практически не привлекает к себе внимания. Его шаги почти неслышны, сама его сущность призывает отвести взгляд.

Только посмей отвлечься, только попробуй задуматься, и он пропадёт из виду.

Вразрез этому желанию одежда гостя всячески пытается удержать взгляд, захватить всё внимание. Ведь не каждый день можно увидеть такое буйство цветов и красок!

Будто прирождённый мастер маскировки наоборот прикладывает все усилия, чтобы ты не забыл о его существовании.

— Великий Дух, — с дрожью в голосе произносит Уррак. На его лице проступает первобытный ужас.

Я повторю ещё раз — орк и ужас.

Это что-то невероятное!

— Слышь, Уррак! — кряхтит коротышка, двинувшись в сторону Верховного Главы Племени Кровавого Клевца. — Мне вот показалось, или ты берега попутал?

— Нет! — мотает головой Уррак, трясясь всем телом. Орки вокруг него выглядят не лучше.

— Что «нет»? — смачно сплёвывает Великий Дух. — Нет, ты попутал берега? Или нет, мне всё показалось, и я слепой⁈

— Э, ну… — на могучего чатланина сейчас жалко смотреть. Он явно не может следовать логике своего божественного покровителя.

— Короче, утомил ты меня, Уррак! — не медлит Великий Дух. — Мало того, что ты, морда уродливая, оскорбил меня! Попустил при своих гайзах! Пытался испоганить моё Великое Мочилово своими «интригами» — мне в общем-то плевать на такие мелочи! Вы, орки, конечно, хорошее мясо для битвы, но тупое. С вас и спроса меньше. Но вот то, что ты напал толпой на моего Чемпиона!!!

Полыхающий чернотой взгляд коротышки обращается ко мне.

— Ты напал на этого… как его там… а, точно Короля Шур-рика!

— Но он же человечишка, — шипит сквозь стиснутые клыки Уррак.

— И чё⁈ — набычивается в ответ Великий Дух. — Он вас отмудохал? Отмудохал! Значит, действовал по понятиям! Не вижу в этом проблемы!

— Но как же…

— Мне плевать на твои заскоки, Уррак! — рычит божественная сущность. — Чхать на них с высокой колокольни, и всё тут! Ты можешь думать и считать, как тебе заблагорассудится, я же ваш бог-покровитель, а не нянька какая-то! Однако! Есть чёткий свод правил, и ты его нарушил!

Теперь оскал Великого Духа становится шире прежнего. И от этой «улыбочки» орки содрогаются всем телом, настолько они напуганы.

— И потому познай же мою кару, зелёная морда! — гогочет Великий Дух и щёлкает пальцами.

* * *

Слышь! Ты нарушил правила Великого Духа!

Слышь! Ты поступил не по понятиям орков!

Слышь! Бубыльдой тебе по башке прилетает от Великого Духа!

Слышь! Все твои способности урезаны пополам!

Слышь! Не смей лезть вперёд Великого Духа!

Уррак, Верховный Глава одного из средних племен в западном Междуречье, один из сильнейших орков к западу от Тигра, не мог поверить своим глазам.

Великий Дух… отобрал у него половину всей мощи!

Оглядевшись по сторонам, Уррак осознал и то, чего надеялся избежать — силу урезали не только у него одного, но и у всех его приближенных. Двадцать два выживших элитных воина лишились также половины своих способностей.

И всё это из-за нападения на человека! Подумать только!

Его, славного и гордого орка, Великий Дух наказал из-за нападения на… представителя низшей расы?

Это не укладывалось в голове высокомерного орка. Не может уложиться в его картину бытия. Но это произошло.

Великий Дух, их покровитель, их бог, действительно спустился к ним и самолично исполнил наказание! Всё для того, чтобы привести к соблюдению своих правил!

Но Уррак был уверен до последнего момента, что эти правила распространяются только на орков! На них, как на настоящих последователей Великого Духа! Люди недостойны внимания их покровителя! Не заслуживают его любви!

Они не имеют достаточной силы, умений и сноровки, чтобы двинуться вслед за их богом-покровителем на бесконечное поле боя!

Уррак не желал этого признавать. Нет, он просто не может признать это!

— Не бывать этому! — проревел Верховный Глава Племени Кровавого Клевца. — Не бывать этому, и точка! Чтобы какая-то букашка осмелилась занять наше место! Место гордых орков! Нет! Нет! Нет! И ещё раз нет!

Несмотря на урезанные вдвое характеристики, Уррак не собирался отступать от своего пути. Он верил, что и оставшихся сил хватит, чтобы избавиться от этого проклятого Шур-рика и его племени.

Он уничтожит их всех до единого! Сам или при помощи своих собратьев!

Великий Дух ошибся! Он явно одурачен этими людишками, как и его дочь, как и большая часть собиравшихся на турнире орков.

Люди — никто! Орки — всё! Так было, есть и будет во веки вечные!

И никто не заставит его изменить своего решения!

Тем больше удивился Уррак, когда перед ним возникает фигура Короля Шур-рика. Его Цзянь вновь источал леденящее чёрное пламя.

И это самое чёрное пламя с шипением вонзилось вместе с лезвием в сердце могучего орка.

— Ах, — только и успел выдохнуть Уррак, глядя на то, как человек обрывает его жизнь. В это самое мгновение, встретившись с упрямым взглядом своего убийцы, Уррак на мгновение усомнился.

Его непоколебимая решимость оказалась не такой уж монолитной.

А точно ли люди слабее их, орков? Точно ли они не более чем скот, чем способ развеять скуку для чатланской расы?

Не станут ли они, как вот сейчас, причиной их будущих несчастий и невзгод? Не станут ли люди… причиной их падения?

Да нет, глупость какая!

С этими мыслями Уррак уже пустым взглядом следил за собственной душой, которую всосал в себя благородный цзянь.

Душа орка, нарушившего правила, как и души прочих негодяев, теперь послужит их убийце.

Один орк пал. Осталось ещё двадцать с небольшим.

Глава 12

Поздравляем! Вы повысили уровень!

Стоит Урраку пасть замертво, как Система тут же радует меня поднятым уровнем. Те же самые строки выскакивают и перед моими соратниками.

Угу, не успели достичь 50-го уровня на Великом Мочилове, так орки сами пришли к нам, чтобы исправить это недоразумение.

— Пятидесятый уровень, — произносит Третий.

— У меня тоже, — заявляет Майор.

Мы всё ещё ошарашенно осматриваемся по сторонам, ожидая очередной подлянки. Но нет, поляна вновь погружается в тишину. Разве что раскуроченные кустарники, вытоптанная трава и лежавшие то тут, то там железные доспехи орков свидетельствуют о том, что здесь совсем недавно шло ожесточённое сражение.

И как же быстро оно закончилось.

Всего по одному щелчку божественной сущности. Великий Дух. Ха, странный тип. Странный и непонятный. Оттого ещё более ужасающий.

Какую цель он преследовал? Продемонстрировать оркам свою силу? Наказать за их прегрешения? Тогда почему не стал этого делать раньше?

Великий Дух сам произнёс, что Уррак уже не в первый раз нарушает некий «свод правил». Но до этого бог-покровитель и не думал спускаться лично в бренный мир.

Что тогда изменилось? Великий Дух окончательно вышел из себя, когда понял, что даже к его чемпиону относятся наплевательски? Или же просто так совпало, что божественная сущность попросту исчерпала своё терпение?

Где та грань, когда Великий Дух проигнорирует твои действия, а когда он возьмёт и вмешается сам?

Одно дело — слышать про какого-то там богу-покровителя, который сидит на другом Сервере и занят куда более важными делами, и совсем иначе воочию наблюдать его разрушительную силу.

Чёрти-что даже при всём желании не сможет так просто «спуститься» в мир смертных и едва ли не остановить время. Точнее, она может и много чего покруче, но то на божественном плане!

Сколько же у этого Великого Духа последователей, раз он может вмешиваться в материальный мир? Насколько далеко распространяется его влияние?

И против его паствы нам придётся рано или поздно вести масштабную и изматывающую войну? Просто чудесно, что тут скажешь!

Из тяжёлых дум меня выдерживает крик Пирры:

— Король Шурик, Проходчик ранен!

Ее голос подобен чану с ледяной водой. Я тут же забываю обо всех опасениях касательного Великого Духа. Всё равно с ним сейчас мы ничего поделать не можем, так какой смысл вообще волноваться⁈ Другое дело — раненный товарищ.

Я срываюсь к товарищам, которые окружают пострадавшего Проходчика. Тот лежит на спине и не может толком пошевелиться. Бросок топорика Урраком оказывается просто разрушительным. От него не спасает даже экзодоспех, который сейчас полностью потерял весь свой заряд.

— Так, держись, шкет, сейчас всё сделаем, — ворчит Майор, вытаскивая топорик из груди парня. Проходчик шипит, и мы замечаем, что с лезвия топора капает тёмно-зелёная субстанция.

Яд!

— Чёрт возьми, — шипит Базальт, накладывая лечебную повязку на парня.

Я же меж тем оперативно ищу показатели Проходчика в списке подчинённых. На это уходит какое-то время, но я добиваюсь желаемого.

Имя: Проходчик

Уровень: 51

Состояние: отравлен.

ОЗ: 43%

Вот же дрянь! Это действительно яд!

— Дайте топорик, — рычу я, чтобы проверить характеристики оружия.

Имя: Метательный топорик

Ранг: уникальный

Описание: Простой и крепкий топорик, на который было наложено шаманское проклятие для нанесения особо неприятных ран.

+ 15 к Сила,

+ 5 к Ловкость,

— накладывает на цель состояние «Зелёная порча».

Имя: Зелёная порча

Описание: Никто не смеет бросать вызов оркам! Ни днём, ни ночью! В противном случае они познают страшные муки!

— 0,5% ОЗ каждые полчаса,

— эффект будет длиться, пока цель не умрёт.

Вот же хрень!

Учитывая то, что ОЗ у Проходчика осталось в районе 43%, то ему жить осталось чуть меньше двух суток! А это плохо. Очень и очень плохо. Мы едва-едва успеем добраться до двух крепостей, если сорвёмся сейчас со всех ног, отдельно от стада тарахтелок.

Но даже так, ещё неизвестно, получится ли оказать необходимую помощь в двух крепостях. Да, там сейчас раскинут походный лазарет для ухода за бывшими рабами из Междуречья. Но ведь там находятся лишь рядовые лекари! Тот же Сквидвард располагается в Спарте!

И добраться даже на дирижабле за двое суток до восточной границы он попросту не сможет.

Ситуация критическая. И это мягко сказано.

— Майор, я ног не чувствую, — шипит Проходчик, обращаясь к седому вояке.

— А ну отставить упаднические нотки, шкет! И не из такого дерьма выбирались! Так что сожми зубы и терпи! Мы со всем разберёмся! — заверяет парня мужчина, хотя под конец речи он бросает неутешительный взгляд в мою сторону.

Майор понимает, что ситуация далеко не из приятных.

Чёрт, Уррак и тут умудряется нам всё испоганить! Дожили, чёрт возьми! Теперь орки и яды использовать вздумали? Или это очередной нарушение свода правил Великого Духа? Попробуй ещё понять!

— В любом случае, с вами было весело, ребята, — Проходчик тоже был не идиотом, а потому без особых проблем заметил наш общий настрой.

— Спасибо, Король Шурик, что позволили хоть какое-то время пожить… настоящей жизнью. Без какой-либо беготни по квестам. Просто пожить как настоящий человек, а не винтик в мире Системы, — срывается в откровения Проходчик.

В глазах Пирры уже мелькают слёзы. Мужчины корчат мрачные и скорбные лица.

Я же зло играю желваками. Хрен вам, я дам парню умереть! Должен же быть способ как-то исправить ситуацию! Если не избавиться от яда, то как-то его задержать!

И тут, словно бы читая мои мысли, к нам подсаживается темнокожая эльфийка.

— Моя может помочь, — заявляет она.

— Ты? — удивлённо смотрю я на серьёзную девушку, — Ты можешь избавиться от яда?

— Не избавить, а ослабить, — поясняет эльфийка, — Иначе хрен.

Пронзительным взглядом я изучаю лицо дроу. Врёт или она нам сейчас? А с какой целью? Если бы не знала, как помочь, то просто бы продолжила стоять в сторонке. Но, нет, эльфийка решает проявить инициативу.

— Хорошо, действуй, — даю я свое согласие, и дроу кивает мне в ответ. — Что тебе нужно?

— Трава. Особый, — объясняет эльфийка, а я указываю на Бибу и Бобу.

— Поможете найти всё, что ей необходимо. И помните — каждая минута на счету.

— Сделаем! — серьёзно кивает дуэт, и они срываются вслед за эльфийкой в чашу леса.

Будем надеяться, что их поиски будут не напрасны.

* * *

Уже через полтора часа команда собирателей возвращается с богатым урожаем. Эльфийка требует подать ей какую-либо глубокую ёмкость, в которой она начинает рвать и толочь те или иные травы.

Биба и Боба меж тем сообщают о природе этих самых трав.

— Она потребовала от нас найти самые ядовитые и опасные растения в округе, — сглатывает Биба. — Она точно собирается лечить шкета?

— Такая концентрация отравы убьёт и слона, что уж говорить об игроке, — высказывает свои опасения и Боба.

Я хмуро слежу за действиями эльфийки. Та, превратив набор трав в кашицу, просит у Пирры небольшой кинжал. Последняя, вручив дроу желаемое, как и мы все, в шоке наблюдает за тем, как эльфийка разрезает себе запястье.

Миг, и ёмкость наполняется тёмно-фиолетовой кровью. Сразу заметно, что с человеческой эта кровь не имеет ничего общего! Даже наша венозная будет смотреться на её фоне слишком… яркой? Тёплой?

Меж тем дроу с безразличным выражением лица перемешивает получившийся «отвар» и указывает на Проходчика.

— Пить. Ему.

Парень, который всё слышал и всё видел, благодаря своим острым чувствам, начинает недовольно ворочаться. Что поделать, порой у высокого уровня имеются и свои проблемы.

— Я не буду это пить! Она же меня отравить хочет! Мало мне одного яда, так она ещё пятьдесят дебаффов на меня наложит сверху!

Эльфийка переводит взгляд на меня.

— Пить. Быстро. Пока не остыло.

— Хватайте пациента, — вздыхаю я, приняв решение. Не предприняв ничего, Проходчика мы не спасём. Он умрёт и потеряет сразу же вторую жизнь, ради которой и было задумано само участие в Великом Мочилове!

Причём, мы сейчас всё ещё на землях орков. Не исключено, что одним нападением чатлане не ограничатся. И что тогда делать? Нас просто не хватит, чтобы отразить атаку хоть сколько-нибудь крупного отряда. И будем уж честны, я сильно сомневаюсь, что Великий Дух спустится и во второй раз, чтобы прикрыть нас от кары чатлан.

Нет, как минимум нам необходимо доставить Проходчика до двух крепостей, где он сможет возродиться в безопасном месте, а как максимум, мы смогли бы придумать, как вылечить парня, будь у нас чуть больше времени.

И лекарство дроу может в этом нам помочь, хоть пока и не ясно как.

Так, у нас появится хоть какой-то шанс. Дроу, наверняка, неспроста совершает все эти странные телодвижения.

Я это чувствую. Или, говоря откровенно, я хочу в это верить.

Майор, Базальт и Третий с Малым прижимают руки и ноги Проходчика к траве, тогда как Пирра фиксирует голову парня.

Но даже так «пациент» продолжает вовсю сопротивляться.

— Не надо, дядя! Дядя, не надо! Не надо этой бурды! Дайте умереть спокойно!

— Хрен тебе, а не смерть! — рычу я, когда эльфийка-таки вливает содержимое ёмкости в рот игрока.

Тут плюётся, фыркает, сопротивляется, но субстанция таки попадает в пищевод, как того и требовалось.

И практически сразу Прохолчик теряет сознание. Всё ошарашенно переводят взгляды на безмолвную эльфийку.

— Что? — спрашивает та. — Страшный яд побьёт слабый. И будет время, чтобы убрать их все за раз.

— И сколько у нас теперь есть времени для того, чтобы найти лечение? — спрашиваю я.

Дроу начинает прикидывать что-то на пальцах.

— Вот столько! — и она показывает мне две раскрытые ладошки. Десять дней. Это уже в разы лучше!

— Годится, — киваю я. — Тогда слушайте мою команду: мы разделимся на две группы. Я, дроу и Базальт двинемся вперёд, чтобы в кратчайшие сроки доставить Проходчика в две крепости. Оставшиеся займутся доставкой стада тарахтелок на нашу восточную границу. Если орки снова попробуют атаковать, то Биба и Боба обеспечат вам отход и скроют следы. Плевать на стадо, жизни каждого из вас важнее всего добытого нами «хабара». Все всё поняли?

— Так точно! — звучит ответ соратников.

— Что ж, в таком случае складывайте лагерь. Нас ждёт неспокойная дорога обратно, — приказываю я.

Наконец, моё внимание снова обращается к эльфийке. А ведь если так подумать, то я до сих пор не знаю её имени.

— Как тебя зовут?

— Можете именовать моя Аркаэла! — едва заметно ухмыляется тёмная эльфийка.

— Что ж, Аркаэла, ещё раз будем знакомы, Король Шурик, — протягиваю я руку, — Спасибо, что помогла с Проходчиком.

— А то! — кивает эльфийка. — Моя благодарить за побег от зелёный вонючий.

— Зелёный вонючий? — фыркаю я. — Не в бровь, а в глаз!

— Кому-кому дать в глаз? — моргает недоуменно эльфийка.

— Забей, — вздыхаю я.

— Что забить? — ещё больше путается дроу.

Ох, кажется, я сильно поспешил со словами о том, что мы сработаемся. Или Аркаэла меня сейчас тонко троллит, или реально её язык настолько… косный?

В любом случае это сейчас одна из меньших наших проблем. Ведь время идёт, а жизнь Проходчика всё ещё висит на волоске. И хрен ему с маслом, а не мгновенная смерть по достижению пятидесятого уровня!

Убедившись в том, что Базальт закинул себе на спину бессознательного парня, а Пирра привязала того верёвкой, чтобы тот не свалился по пути, я отдаю команду к отправлению.

Путь назад будет явно не из приятных.

* * *

А в это же время по всему Племени Кровавого Клевца прозвучали сообщения от Системы о гибели Верховного Главы Уррака.

В кратчайшие сроки главный шатёр заполнился самыми достойными гайзами и прочими Главами Племени. Требовалось решить, кто станет следующим Верховным Главой после неожиданной гибели Уррака.

Никто не был из орков готов к такому повороту, а потому борьба за титул нового лидера Племени Кровавого Клевца разгорелась нешуточная.

— Если не я, Гарроу, должен стать новым Верховным Главой, то кто⁈ — ревел лысый чатланин с меховым поясом, закрывающим большую часть живота.

— Никто не вправе сомневаться в моей силе! Никто не вправе сомневаться в моей верности Племени Кровавого Клевца! Пусть кто-нибудь только вякнет, что я не стоял у его основания вместе с бывшим главой! — грохотал голос Гарроу.

Достойные гайзы одобрительно кивали вслед словам чатланина. Все знали, что Гарроу был вторым по силе в верхушке их племени. Если не он займёт освободившийся «трон», то кто?

— А бубульдой по щекам получить не хочешь, а⁈ — вышел на сцену другой орк, загорелый, ростом четыре с половиной метра, а шириной он и вовсе превосходил всех присутствующих.

Это был Ютик, молодой и наглый гайз, который, похоже, только и ждал удачного момента, чтобы выйти на свет!

— Ты ещё кто? Мелкий хрен⁈ — взревел Гарроу. Каждый из его окружения знал, насколько легко орк мог вспылить. Достаточно было сущей мелочи даже по меркам орков, чтобы этот чатланин вспыхнул, подобно спичке!

Пожалуй, именно из-за этой черты в прошлых «выборах» место Верховного Главы и занял Уррак, куда более хитрый и собранный зеленокожий.

Однако, если к мнению бывшего главы Гарроу ещё готов был прислушаться, всё-таки Уррак был самым крутым орком из всех, то вот выслушивать вяканье какой-то молодёжи старый орк и не думал.

Подумать только, мелкие гайзы совсем страх потеряли! Или отрастили стальные яйца! Впрочем, глубоко внутри Гарроу был даже счастлив появлению этого выскочки — будет на ком продемонстрировать свою мощь и доказать, что только он достоин титула Верховного Главы!

— Я, Ютик, тупая ты башка! И я бросаю тебе вызов! Харэ терпеть ваши морщинистые морды у руля! Пришло время для крутых и молодых! А старики могут и дальше меряться бубульдами! Всё равно на что-то большее вы не способны!

Практически сразу главный шатёр разделился на две части. «Старая гвардия», естественно, поддержала Гарроу, как своего кандидата, тогда как юные гайзы выбрали своим новым лидером Ютика, так как их откровенно задолбало высокомерие старшего поколения.

Хватит это терпеть! Пришла пора перемен! Людишки, вон, победили на Великом Мочилове, так почему молодые орки тоже не могут взять и опрокинуть этих старпёров! Могут букашки совершать немыслимое, значит, на это способны и чатлане!

Шурик и его товарищи даже и не подозревали, какую волну они подняли в обычно застойном обществе орков. Победа людей не просто стала символом перемен, она оказалась поворотным моментом.

Поцы стали куда громче шептаться о том, что касты — удел тупых уродов, а они — одни из коварнейших зеленокожих, явно достойны большего.

Молодые же гайзы захотели больше славы. Больше пастуков. Больше привилегий. А для этого им требовалось подвинуть тех, кто эти самые привилегии и получал, то есть стариков и грозных воинов.

И вот, сражение в главном шатре уже должно было перейти в потасовку всех со всеми, в которой сдохнет не один славный орк, как вдруг… откуда-то снаружи раздался чатланский визг.

Все присутствующие обернулись в сторону полога, который вёл в шатёр. А оттуда показалась мускулистая и заляпанная кровью фигура Ариэль.

Одев на голову чёрный свадебный кепчик, орчиха грозно держала в руке дубину своего отца и хищно оглядела собравшихся.

— Старые хрычи. Тупые поцы, — прохрипела орчиха, измазанная в крови с ног до головы, — Падальщики, что позарились на место моего батьки.

— Ты не имеешь права здесь находиться, Ариэль! — воскликнул Гарроу. — Здесь идут выборы нового Верховного Главы!

— Да, и почему это я не имею права участвовать в выборах? — фыркнула орчиха.

— Потому что мы — гайзы! Мы — власть! А не «трофей» для какого-то человечешки! — захрюкал от собственной же шутки Ютик. За что и получил мощной дубиной по лицу. Да так, что его череп тут же превратился в кровавое месиво.

Никто толком не успел и среагировать на бросок Ариэль. И тем оглушительнее оказалась тишина в шатре

Вообще, равноправие полов среди орков шло с некоторыми оговорками. Так уж сложилось, что, да, в ряды гайзов принимали и орков, и орчих. Не имело значения, есть у тебя бубыльда между ног или нет, пока ты крепко держишь своё оружие, ты — достойный последователь Великого Духа!

Однако, наблюдая, как ведут себя прочие высшие расы, где мужчина, по обыкновению своему, являлся защитником, а женщина являлась хранительницей очага, некоторые орки невольно переняли подобное отношение.

Неспроста же тот же Великий Дух — это славный мужик! Орки, вот кто реально крутые воители! А орчихи… ну, тоже хороши, но не так, как орки!

В итоге в некоторых племенах подобная философия пустила корни и даже стала обыденностью. Орчих всё ещё допускали до пастуков, но отношение к ним было порой откровенно предвзятое.

Однако Ариэль чхать было на мнение этих уродов. Они позволили её отцу умереть от рук людишек, за которыми, как она узанала, и выдвинулся Верховный Глава в сопровождении своих лучших бойцов.

И она не собиралась оставлять такой удар без ответа!

— Бабы, в бой! — рявкнула Ариэль, и вслед за ней в шатёр ворвались десятки, сотни орчих, одетых в железные доспехи, утащенные из местного арсенала. У гордых гайзов не было и шанса на победу. Они пришли лишь помахаться кулаками, ни о какой резне они и думать не думали.

Никто не думал, что произойдёт нечто подобное! В главном шатре началась настоящая бойня, где разъярённые орчихи кромсали своих собратьев налево и направо. И во всём этом хаосе Ариэль заняла трон своего почившего отца.

И её мысли уже были далеки от происходящей перед глазами бойни.

Шур-рик не только обидел Ариэль, выбрав вместо неё какую-то уродливую дроу, но ещё и убил её отца! Два удара в самое сердце.

Такое простить Ариэль уже не могла, как бы она ни была добра и великодушна.

А потому… она придёт за своим бывшим супругом. Рано или поздно. И хорошенько того отпинает, пока тот не признает, насколько же сильно он ошибался.

Пока он не признает, что именно Ариэль заслуживает его, а не какая-то ушастая мымра!

— Только подожди, муженёк, — прорычал Ариэль. — Я ещё приду за тобой.

Глава 13

— То есть как это эльфы катаются на мамонтах? — недоумевает Базальт. — Ты же вчера утверждала, что вы передвигаетесь верхом на огромных пауках!

— Мало ли что моя говорить вчера, — невозмутимо разводит руками Аркаэла. — Вторник — не самый любимый день. Поэтому во вторник можно говорить не самые любимые фразы.

И вот что это ещё за «не самые любимые фразы»? Черт ногу сломит!

— Понятно, что ничего не понятно, — со вздохом откидываюсь на спинку кресла. Базальт хмуро отворачивается к иллюминатору, пытаясь, как и я, понять, где правда, а где ложь.

Уже вторые сутки наша группа летит на дирижабле в сторону Спарты. Добраться до Двух Крепостей удалось без происшествий. После нападения Уррака и его приближённых никто из зеленокожих больше не организовал нам неожиданных встреч.

Оказавшись в крепости, я незамедлительно приказал подготовить дирижабль к вылету, а сам связался со Спартой и сообщил обо всём произошедшем — чтобы не терять время попусту, будет лучше, если в столице все нужные люди уже будут на местах.

Запросил помощи у Сквидварда и его лекарей, чтобы они были готовы в любой момент сорваться с места и оказать должную помощь Проходчику. Так что по прибытии нас должна встречать полноценная врачебная делегация.

Сам Проходчик приходит в сознание редко и ненадолго — Аркаэла объясняет, что это эффект её яда. По своей сути он должен замедлить все жизненные процессы парня, не давая дряни, нанесённой на лезвие топорика Уррака, добить Проходчика здесь и сейчас.

Оттого со стороны и кажется, словно игрок раз за разом впадает в кому. Именно в таком состоянии у него больше шансов выжить.

Пока летим из Двух Крепостей в Спарту, мы с Базальтом расспрашиваем Аркаэлу о том, как живут остроухие.

Всё-таки, несмотря ни на что, любопытство касательно тёмных эльфов остаётся непреодолимым. И вроде бы нам даже удалось разговорить Аркаэлу!

Вот только здесь кроется маленькая неувязка — та самая связность рассказа. Аркаэла сегодня сообщает одну историю про то, как эльфы любят природу, заботятся о ней, живут с ней в мире и согласии, и вообще чуть ли не поклоняются ей, а уже на следующее утро рассказывает, как один её остроухий приятель жестоко опозорился во время барбекю.

— Барбекю? Но ты же говорила, что вы уважаете природу и всё, что с ней связано? Чуть ли не поклоняетесь ей? Разве убийство животных и сжигание деревьев не конфликтует с таким мировоззрением? — интересуюсь я.

На что Аркаэла как ни в чём не бывало отвечает:

— Мы жарить вкусное мясо, вкусно его мариновать и вкусно кушать! Где тут неуважение к природе⁈

А говорили, что эльфы не едят мясо… В общем, вопросов к эльфийке с каждым днём становится только больше. Отвечаю на один, Аркаэла тут же создаёт ещё несколько!

Да хотя бы самое простое! Почему её речь звучит так… странно? Примитивно? Словно мы общаемся через сломанный телефон, отчего слова Аркаэлы звучат как у аборигена с далёкого острова. Или не носителя общего языка. Но ведь последнее — это бред!

Система уравняла всех разумных, предоставив им единый язык! Ладно бы это правило работало в пределах той или иной конкретной расы, но нет же! Те же орки отлично нас понимали, а мы прекрасно понимали зеленокожих!

Следовательно, и с эльфами проблем возникнуть не должно! Но и тут манера общения Аркаэлы выглядит крайне необычной.

Может статься, что их язык настолько сложный, что даже Система отказывается давать полноценный перевод? А что? Звучит как вполне рабочая теория! Не зря же эльфийские языки считаются одними из самых звучных, певучих и необычных! По крайней мере на Земле.

Возможно, и в мирах Системы их язык — такая причудливая конструкция, что и великая Система не может полноценно его подстроить под общий критерий. Учитывая безграничные возможности самой Системы, в подобное верится с трудом, но… а какое у нас ещё есть объяснение?

Конечно, существует ненулевая вероятность того, что Аркаэла и здесь над нами потешается. Как и со своими рассказами, что мешает ей разыгрывать из себя «дикарку», наслаждаясь нашими кислыми минами? А ведь ничего!

Я снова качаю головой. Теперь всецело понимаю орков и их явную нелюбовь к тёмным эльфам. Если все ушастые ведут себя столь же изворотливо, как Аркаэла, то я бы тоже негодовал при одной мысли о том, что такие разумные обитают где-то там и морочат головы своим соседям.

А если этими соседями оказались орки, то столкновения не избежать. Чатлане, и так не отличающиеся большим терпением, просто пойдут бить морды наглым и болтливым остроухим, вместо того чтобы пытаться разобраться в их «приколах».

С другой стороны, нельзя сказать, что наше общение с эльфийкой безрезультатно. Несмотря на то, что Аркаэла виртуозно смешивает правду и вымысел, ложь и реальные факты, продумать каждую мелочь она не в состоянии — иначе обман был бы слишком очевиден.

Выхватывая те или иные оговорки, детали, мелочи, можно постепенно начать составлять образ эльфийского народа, их культуры, обычаев.

Например, если те же орки — это наглые и дерзкие ублюдки, которые жить не могут без драки, то тёмные эльфы — это… патологические лжецы.

Честное слово! Создаётся впечатление, что эльфы физически не способны действовать прямо и открыто — им везде нужно найти оговорку, двойное дно, обходной маршрут и всё в таком духе.

Выходит, что, возможно, «корявая» речь Аркаэлы — это одно из проявлений той самой «скользкости» тёмных эльфов? Попробуй разбери!

— Вот вторник — это хороший день недели! — заявляет Аркаэла. — Люблю вторники!

— Почему? — наступает черёд Базальта «разминировать» словесный поток ушастой.

— Потому что по вторникам у нас дома готовили рыбу! — довольно улыбается дроу.

— Любишь рыбу?

— Ненавижу!

— Но ты же сказала, что любишь вторники, потому что в этот день у вас подают рыбу…

— Я ненавижу рыбу, как и любой другой эльф! — провозглашает Аркаэла. — Но вот что я люблю — это наблюдать, как эти ушастые плюются, но упорно продолжают есть рыбу!

— Так ты же тоже среди этих самых ушастых…

— А это уже мелочи!

Сумасшедший дом какой-то, а не народ гордых длинноухих — вот что я вам скажу. Вместо того чтобы, например, открыто заявить о своей неприязни к рыбе, они просто нашли в этой «пытке» какие-то радостные моменты и думают исключительно о них.

Причём у них же повара — тоже эльфы! Если ваш вид патологически ненавидит дары моря — какого чёрта вы продолжаете их готовить⁈ Зачем⁈ Для кого⁈ Ради чего⁈

Непостижимо! Совершенно непостижимо!

Так мы и сидели с Базальтом в одной из кают дирижабля, пытаясь выведать хоть что-то у Аркаэлы о мирах Системы, а потом проводили многочасовые мозговые штурмы в попытках вычленить крупицы правды из нескончаемых потоков лжи и небылиц.

Никогда не был сапёром, но почему-то я более чем уверен, что они чувствуют себя точно так же, обезвреживая очередную мощную «самоделку».

Мягко говоря — паршиво!

* * *

Когда наш дирижабль приземляется на площадке в пределах старой Спарты, вокруг нас мгновенно начинается бурная деятельность. Торопливо сбрасывают трап, и на борт дирижабля волной врываются игроки в белых халатах.

Работники спартанского госпиталя — узнаю я ребят со змеиными глазами. После эпидемии синей смерти среди врачевателей и лекарей Спартанского Королевства стало традицией посещать Милан для прохождения трансформации в змееглазого.

А почему бы и нет? То, что цвет глаз «слегка» изменится, особо не беспокоило светил медицины. Зато какие бонусы это давало к Интеллекту и Мудрости! Просто сказка!

Не говоря уже о том, что плохое зрение среди врачей — та ещё морока. И господа-целители охотно проходили через ритуал поглощения духа ради подобных преимуществ.

К тому же несчастные случаи среди врачей находятся на околонулевой отметке. Почему? Потому что слабонервные в медицину не идут!

Без железной самодисциплины работать в данной стезе нереально. Оттого и в сражении со змеиными духами наши медики легко одерживают верх!

«Не сложнее чем провести операцию на сердце, имея при себе лишь топор и лом!» — посмеивались врачи, обмениваясь опытом со своими более нерешительными коллегами.

Замечаю среди ворвавшихся на палубу дирижабля белых халатов пару учеников Сквидварда. Ребята, узнав меня, почтительно кивают, после чего возвращаются к своей главной обязанности — транспортировке пациента.

Проходчика оперативно укладывают на механические носилки, активируются руны, и артефакт на колёсах трогается с места, следуя точно за обозначенным «ведущим».

Очередная новинка из Норы при содействии с рунными магами Ловеласа. Теперь медикам не требуется хорошая Выносливость, чтобы доставить пациента до полевого госпиталя или стен больницы — носилки всё сделают за них! Рунная магия позволила «запрограммировать» носилки на следование за игроком с маячком. Последний представляет собой металлический браслет с короткой вязью рун — всё удобно, просто и доступно.

— Бегом! Бегом! — командует Ферзь, едва ли не один из самых первых учеников главы спартанского госпиталя. — Потом будете жопы морозить! Сначала доставим пациента в экстренную палату!

Парень выглядит молодо, на голове ёжик рыжих волос, на вид ему нет и двадцати пяти, однако одним своим присутствием он заряжает подчинённых на все сто двадцать процентов.

— Король Шурик, вы направитесь с нами или же… — спрашивает меня Ферзь, закончив с транспортировкой Проходчика.

— Уверен, моё присутствие будет не лишним, — киваю я.

— Тогда прошу за мной. У нас мало времени.

Не произнося более ни слова, я следую за отрядом белохалатных. Аркаэла идёт за мной, когда как Базальт остаётся на площадке — ему предстоит составить отчёт по нашей поездке на Великое Мочилово и передать его Королевской Канцелярии.

Бюрократия? Безусловно. Но без неё никуда, ведь информация о соседях по-настоящему бесценна. Но не пройдёт и недели, как она испарится из памяти под напором новых событий.

Так что Базальт отдувается за всех, сохраняя все детали похода для последующего детального анализа.

Между тем, механические носилки с Проходчиком «ведущий» затаскивает внутрь крытой телеги, запряжённой парой кабанов. Внутрь сразу же набиваются другие белые халаты. Мы же с Ферзём занимаем вторую карету с нарисованным синим крестом на бортах.

Парень даёт отмашку, и наш возничий тыкает в бок сопящего тушканчика на деревянной полке над собой. Пушистый комок шерсти возмущённо вскидывает мордочку, осматривает нашу компанию, а затем без лишних слов начинает… петь?

Скорее, пищать. Причём пищит он в таком знакомом диапазоне, что я невольно приподнимаю брови.

— Сирена скорой помощи? — обращаюсь я к Ферзю.

Тот гордо выпрямляется, пока возничий дёргает за поводья и командует кабанам начать движение.

— Со слов Госпожи Алисы и учёных Норы, изобретать звуковые артефакты — занятие крайне сложное. Проще построить боевую баржу, нежели воспроизвести какой-нибудь музыкальный центр или сирену. Оснащать же каждую карету скорой помощи специальным артефактом — недешёвое удовольствие. Поэтому наш начальник попросил госпожу Люси прислать нам несколько обученных тушканчиков! — смеётся Ферзь. — Пищать они умеют превосходно! Оставалось только научить их ритму и нужной тональности — вот и всё! Знай себе корми их хорошо и выгуливай между выездами «экипажей» — и они будут работать без нареканий!

— Находчиво, — усмехаюсь я.

— А то!

Две кареты скорой помощи стремительно мчатся по центральному проспекту, не разбирая дороги. Запряжённые кабаны несутся на максимальной скорости, лавируя на резких поворотах и чудом не врезаясь в стены домов. Впрочем, возничий явно опытен, а потому с ловкой ухмылкой управляет поводьями, не позволяя кабанам кому-то навредить.

А то было бы совсем нелепо создать для госпиталя ещё больше пациентов во время поездки кареты скорой помощи.

Главное — стоит только раздаться знакомому писку тушканчиков, другие возницы отъезжают в сторону и освобождают дорогу. То же самое делают и гуляющие игроки, пропуская нас вперёд.

Никакой суеты, никаких возмущений — все понимают, что кареты скорой помощи мчатся не просто так! На кону чья-то жизнь! И долг каждого спартанца — помочь властям эту жизнь сохранить!

Довольно быстро наши два «экипажа» въезжают на задний двор главного спартанского госпиталя. Здесь я замечаю, что не только мы заняты доставкой пациента. Ещё три состава выгружают пострадавших, а работники госпиталя оперативно их принимают и оформляют.

Тем временем механические носилки с Проходчиком быстро вытаскивают из кареты и передают коллегам внутри госпиталя.

Медики обмениваются информацией со скоростью картечи. Короткие фразы. Чёткие и понятные формулировки.

Предварительный диагноз. Время в пути. Назначение палаты.

В белоснежных коридорах я, наконец, встречаю Сквидварда, главу нашей медицины.

— Король Шурик, мне нужна информация! «От» и «до»! Кто отравил? Чем отравил? Чем лечили? Всё в мельчайших подробностях! — без церемоний переходит к делу старик.

Пока мы движемся по коридору, и я начинаю рассказывать «историю болезни», в сознание приходит сам Проходчик.

— Король Шурик, я вижу свет в конце туннеля.

— А ну, не сметь! — рявкаю я. — Заявление на отпуск тебя никто не подписывал! Работа не ждёт! Кредит за экзодоспех не выплачен! Дом не вырастил! Сына не построил! Дерево не родил!

— Кажется, там был не такой порядок…

— Вот потом мне и расскажешь правильный! А сейчас хватит о свете в конце туннеля!

Вместо ответа Проходчик теряет сознание, и белохалатные ускоряют свой и так быстрый шаг. Похоже, яд Уррака начал действовать несмотря на все наши усилия.

— Чёрт, быстрее! В экстренную палату! — командует Сквидвард, отчётливо понимая, что времени всё меньше, и наш отряд резко сворачивает налево. Преодолев несколько двустворчатых дверей и длинных коридоров, по которым также снуют группы медиков с артефактными носилками, мы оказываемся в нужном месте.

Пожалуй, стоит немного рассказать про медицину в Спартанском Королевстве.

Ведь, несмотря на то, что лично я больше внимания уделял внешней политике и безопасности фракции, это не значит, что медицинская отрасль стояла на месте.

Совсем наоборот! После превращения Спарты в Королевство медицина начала совершать один мощный прорыв за другим.

В чём причина? Объединение под началом Сквидварда десятков опытных врачей, разбросанных по всему Союзу Городов. До этого момента медицина Киото, Милана, Москвы, Вавилона и Спарты развивалась каждая в своём направлении.

В долине Киото, например, практиковались целебные массажи и сеансы терапии для пострадавших игроков. Неудивительно, ведь в долине нередко случались инциденты, когда работники падали с большой высоты. Костоправы, йога, массажи — всё это накладывало особые баффы, многократно ускоряющие процесс восстановления и делающие его приятнее для пациента.

В Москве обосновалась целая группа нутрициологов и диетологов. В мире Системы они исследовали воздействие различных растений и продуктов, составляя подробные таблицы комбинаций. Так появился целебный хлеб, который не просто утолял голод и давал временный бафф к характеристикам, но и усиливал действие мазей, микстур и других лекарств.

Можно сказать, что одна из причин, почему Актриса пережила синюю смерть, — это самоотверженная борьба нутрициологов за её жизнь и жизни окружающих.

Учёные Милана, сократив сомнительные эксперименты с духами, открыли для себя влияние медитаций, ароматических свечей, масел и подобных практик. Интересные методики позволяют, например, временно снять дебафф усталости и сонливости.

Помимо этого существовал Техас, где медицина развивалась не хуже спартанской. Однако начавшаяся революция, а затем нападение Парижа внесли немало хаоса во все процессы.

К чему я это? А к тому, что стоило только свести всех этих гениев в одну группу под начало Сквидварда, как наша медицина совершила невероятный скачок вперёд!

И прямо сейчас я наблюдал прямое тому доказательство — палату для экстренной терапии.

А посмотреть здесь было на что!

Глава 14

Мы вбегаем в отделение экстренной терапии и, не останавливаясь, движемся дальше. Слева и справа мелькают кушетки, вокруг которых суетятся работники спартанского госпиталя. Здесь же появляются и первые пациенты.

Девушка, обращенная в камень, которую на своем плече бережно несет измененный «бык».

Печальный мужчина с выросшей второй головой, замеры которой проводит врач. Раздувшийся, словно воздушный шар, парень, чей пояс закреплен к полу, не позволяя взмыть под самый потолок.

Виднеются и пациенты, пристегнутые ремнями к кушеткам, над которыми застыли жрецы спартанского пантеона — проводят экзорцизм или иную процедуру чтобы ослабить действие духов.

Было бы наивно полагать, что мир Системы абсолютно безопасен. Мы давно уяснили: здесь присутствуют не только животные и растения с Земли, но и проявления других миров. В лесах можно обнаружить настоящее изобилие ядовитых и прочих опасных растений, чей эффект невозможно предсказать заранее.

Каждый день в экстренную палату попадает пара-тройка неосторожных, которые сначала пробуют ягодку «на вкус», а потом недоумевают, откуда появилась третья рука, второй орган или третий глаз.

Хватает и всевозможных животных, использующих помимо когтей и клыков изощренные методы борьбы с противником. Как, например, вы отнесетесь к дятлу, который ударами клюва о древесную кору порождает разрушительные ударные волны, сносящие не только само дерево, но и игроков в паре метров от него?

Или лягушка, один взгляд которой превращает тебя в настоящий камень?

А может лемур, способный погрузить тебя в вечный сон? Не умертвить, а именно погрузить в сон длиною в целую жизнь.

Чем глубже Спарта изучала мир Системы, тем чаще мы сталкивались со столь необычными существами. Их численность оставалась невелика, они не заполняли собою леса, ущелья и равнины. Это были, зачастую, высокоуровневые монстры, встреча с которыми для простого игрока была столь же вероятна, как удар молнии посреди ясного дня.

Однако, то ли из-за чересчур деятельных авантюристов, то ли по иной причине эти монстры стали появляться значительно чаще. Порой торговые караваны, мирно движущиеся по каменной дороге, натыкались на мигрирующий костяк таких неординарных тварей. И все.

После весь караван оказывался в Спартанском госпитале. Если монстры, конечно, не превращали их всех в фарш или что похуже.

Подобные инциденты все еще случались. Редко, но случались. Территория Спартанского Королевства была слишком обширна, чтобы не только исследовать каждый ее уголок, но и очистить от порождений Системы, которых последняя периодически возрождает.

Поэтому, что бы ни говорили, даже в мирное время у медиков хватало работы. И это еще мягко сказано!

То же благословение Черти-что, как центральной богини спартанского Пантеона, обеспечивало игрокам защиту от духов только в черте крупных поселений и их предместий. Стоило отойти чуть дальше, появлялся риск столкнуться с тем или иным духом.

Торговые караваны, команды патрульных, отряды лесорубов, разведчиков, охотников и собирателей всегда снаряжались амулетами для защиты от духов, но порой случались осечки.

Рассеянный лесник мог оставить амулет дома. Неуклюжий охотник — обронить артефакт в канаву. Невезучий разведчик — сломать амулет при неудачном столкновении с очередным монстром.

После вся эта троица оказывалась в экстренной палате для процедуры изгнания духа. Около трех лет назад мы проводили похожую процедуру с Мышью. Тогда из-за проклятия сожженной легендарной яблони магесса подцепила духовную пиявку.

Мир Системы опасен и непредсказуем. Пока фракции сталкиваются друг с другом и ведут борьбу за власть, в тенях за ними неотступно следуют духи, едва проявившиеся божественные сущности и подобные им создания.

Мир духов постоянно находится рядом с нами, разве что крупные фракции в большинстве своем научились защищаться от полчищ вечно голодных сущностей или находят способ использовать этот темный поток себе во благо.

Спартанское Королевство предпочитало избегать контактов с этим странным и неоднозначным миром. Наши города и полисы находились под защитой Пантеона, все более-менее значимые группы игроков в обязательном порядке получали защитные артефакты. Армия и вовсе не имела права покидать пределы поселений без страховки в виде мощных амулетов.

Духи особенно жаловали поле сражения. Не только потому, что там собиралось много игроков, но и потому, что те оказывались слишком заняты взаимным истреблением.

Именно в этой неразберихе духи накладывали свои проклятия, благословения или присасывались к подвернувшемуся игроку.

И все это приходилось лечить, изгонять, очищать.

Команды лекарей не просто так по моему приказу приписаны к каждому будущему королевскому корпусу. Не только для возможности развернуть полевой госпиталь и оказать помощь раненым. В их обязанности входит также изгнание мелких духов и очищение от проклятий!

* * *

Тем временем наша группа врывается в следующее помещение — лабораторию.

Здесь подчиненные Сквидварда вместе с ним изучают флору и фауну мира Системы, учась использовать их на благо человечества.

По сути, после объединения всех светил медицины под началом Сквидварда в Спарте зародилась настоящая фармакология.

Врачи не просто адаптируют земные практики под нашу новую реальность — теперь они создают нечто новое!

Противоядия, мази, препараты, дающие краткосрочные или продолжительные улучшения, в том числе и зелья.

Говоря о зельях, стоит упомянуть и слаймов, которых Стервятник использовал, чтобы его армия фанатиков имела хоть какой-то шанс против Союза Городов.

Часть исследований досталась нам, но этого оказалось недостаточно, так как Стервятник позаботился, чтобы алхимики, создавшие зелье, не смогли раскрыть этот секрет.

Все эти игроки вместе со стариком вернулись на разрушенную Землю.

Из-за этого работать со слаймами пришлось практически с чистого листа, хотя уже наметились определенные успехи в этом направлении.

Конечно, можно было просто повторить вавилонские зелья в их изначальном виде, но этого я не желал. Потому что эта субстанция не только вызывала привыкание, но и провоцировала крайнюю агрессивность у принимающего. По сути — зелье берсерка в чистом виде.

Зачем мне нужна толпа солдат с промытыми мозгами, способная лишь выполнять команду «идти вперед и бить врага»? Это никуда не годится!

Вместо этого медики сейчас усердно работают над созданием тоников — ослабленной версии зелий, позволяющих значительно быстрее сбрасывать усталость и истощение, а также стимулирующих естественную регенерацию организма.

По сути — безалкогольный сидр, если говорить начистоту! Последний, увы, дает хорошие улучшения, этого не отнять, но выходить на поле боя в состоянии сильного опьянения… явно не лучшая идея.

— Итак, что вы натворили с бедолагой? — спрашивает Сквидвард, уже изучив переданный ему топорик Уррака.

Проходчика осторожно перемещают на кушетку, разбирают на нём экзодоспех, разрезают подкладку хирургическими ножницами и тщательно осматривают рану. Одновременно несколько учеников Сквидварда, надев монокли, исследуют пациента на предмет проклятия.

Краем глаза замечаю, как эти змееглазые качают головами. Сквидвард мрачно кивает. Похоже, духи в нашем деле не замешаны. И хвала Системе! Это могло существенно осложнить ситуацию.

— Даже при самых благоприятных условиях он уже трижды должен был уйти на новый виток. Как вы вообще сумели доставить к нам парня? — интересуется Сквидвард.

— Аркаэла помогла нейтрализовать яд с орочьего топорика, — указываю я на остроухую. Темная эльфийка кивает Сквидварду.

Врач с сомнением смотрит на дроу, но продолжает вести себя профессионально.

— Хорошо, как вы это сделали, уважаемая?

— Добавила травки и смешала, — гордо упирает руки в бока Аркаэла.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Правое веко главного светила спартанской медицины непроизвольно дергается.

— Смешала травки? — уточняет он.

— Травки, — снова кивает эльфийка.

— Укуси меня пчела, — ворчит Сквидвард. — Что за ужас здесь творится! Какие к черту травки⁈ Какие? Подорожник, что ли, с лопухом?

— Что есть подорожник и лопух? — наклоняет голову набок эльфийка. На Сквидварда уже больно смотреть. Он багровеет лицом, не зная, как реагировать на подобное.

— Сквидвард, если ты не заметил, Аркаэла не принадлежит к нашей расе — она эльфийка, — поясняю я прежде, чем старик взорвется. — Она не только не знакома с нашей терминологией, но и язык ее, как видишь… несколько отличается от нашего.

— Ясно, — мужчина, если и удивляется, виду не подает.

Только благодаря невероятной силе воли старик сдерживает отборную матерную тираду. Вместо этого он жестом приглашает следовать за ним.

Мы отходим от кушетки, на которой лежит Проходчик, и оказываемся в небольшом кабинете, заполненном всевозможными травами, составами и микстурами. Все это напоминает уголок травника.

— Здесь у нас хранятся все известные нам растения и противоядия к ним. По крайней мере те, что мы пока смогли составить, — бормочет Сквидвард. — В теории мы сможем подобрать необходимый антидот для яда Проходчика, но сначала нужно понять, какой состав нам требуется.

— Может, лучше позвать Лолу? — предлагаю я.

— А эту девицу зачем сюда тащить? — переводит на меня взгляд глава спартанского госпиталя.

— Так травница же она у нас.

— Эта «травница» давно с головой погрузилась в косметологию! — чуть не сплевывает на древесный настил Сквидвард. — Променяла медицину на свои крема и бальзамы! В врачевании ведь «Е-баллов не заработать»! Тьфу на нее! Не хочу даже говорить об этом!

Похоже, между стариком и наглой рыжулей пробежала черная кошка. И это мягко сказано.

В любом случае сейчас это не относится к делу. К нашему удивлению, Аркаэла подходит к столику и начинает перебирать склянки с сушеными травами. Она принюхивается то к одной, то к другой, постепенно формируя две неравные горки слева и справа от себя.

Однако в какой-то момент дроу хмурится и озадаченно осматривается. Она заглядывает почти во все шкафчики в закутке травника, но, похоже, не находит необходимого компонента.

— Плохо, — заключает Аркаэла.

— Что плохо? — спрашиваю я.

— Нет последней травки, — еще больше хмурится эльфийка.

— Как она хотя бы называется?

— Серебряный хлыст, — отвечает Аркаэла, на что Сквидвард беспомощно качает головой.

— Никогда о таком не слышал.

— Без него нельзя приготовить противоядие? — спрашиваю я.

— Противоядие получится, но какая нужна доза… я не знать, — указывает Аркаэла на небольшую кучку растений. — Если напутать с дозой, бедолага умрет.

— И никак иначе нам эту дозу не определить? — хмурюсь я сильнее.

— Только положиться на удачу, — пожимает плечами эльфийка.

Удача, да? В медицине это никуда не годится. Особенно в столь тонком деле, как лечение от ядов.

Я скрещиваю руки на груди, пока до меня не приходит одна безумная идея.

— Аркаэла, сколько времени тебе нужно, чтобы сделать противоядие? С разной дозой? — интересуюсь я.

— Я это быстро, — отвечает как ни в чем не бывало эльфийка. — А что? У тебя есть Серебряный хлыст?

— Лучше! У меня есть удача!

* * *

— Все равно считаю, что это безумие. Никто так не делает! Медицина — это наука, а не игра в покер! — ворчит Сквидвард.

— Если мы ничего не предпримем, Проходчик в любом случае умрет, — спокойно отвечаю я, когда в лаборатории появляется вызванная мною помощь.

Ею оказывается Уилсон, который выглядит уже на все пятнадцать лет. Светлые локоны подобно золотому обручу обрамляют его лицо, сам Бог Удачи облачен в белую рубаху, свободные штаны и легкий шелковый плащ.

Заметив меня, парнишка улыбается от уха до уха, чем привлекает внимание почти всех представительниц прекрасного пола.

Еще немного, и помимо моряков Спартанского Королевства на Уилсона станут молиться все одинокие женщины во фракции.

— Король Шурик, ты звал меня? — подходит Уилсон.

— Верно, Уилсон, мне потребуется твоя помощь…

Что я собирался провернуть?

В какой-то мере это можно назвать безумием, но иного выбора у нас сейчас нет.

Аркаэла по моему приказу приготовила три десятка склянок с антидотом.

Имя: Неизвестное зелье №1

Ранг: уникальный

Описание: Может спасти жизнь. Но это не точно…

Каждая из скляном отличается от прочих только концентрацией препарата. Только одна может спасти жизнь Проходчику.

И только удача может помочь нам выбрать ту самую единственную склянку. Кто, как не Бог Удачи, способен в этом подсобить!

Естественно, столь серьёзного воздействия на мир Системы я решил заручиться личным присутствием Бога Удачи, чтобы наша задумка увенчалась успехом.

Без лишних слов Уилсон накладывает на меня одно из своих мощнейших благословений. Парнишка вкладывает так много сил, что буквально бледнеет.

Разве что подскочившие медики не дают Богу Удачи упасть.

А я тем временем подхожу к столу с тремя десятками склянок с антидотом.

— Ну что? Чувствуешь что-то? — интересуется Сквидвард.

— Вроде бы ничего не изменилось, — хмурю брови, осматривая все предложенные варианты. — Я все еще не знаю, какую брать.

— Может, потому что нужно положиться на удачу? — предполагает глава спартанского госпиталя.

— На удачу, говорите… Эники-беники ели вареники. Эники-беники — клёц! Вышел веселый матрос…

Змееглазые, выпучив глаза, наблюдают за тем, как я выбираю противоядие при помощи детской считалочки.

Наконец мой выбор падает на тринадцатую склянку.

— Вот эту, — беру я выбранный вариант и передаю его Сквидварду. — Дальше все зависит от вас.

— Сделаем, — сурово кивает старик и подзывает учеников. Настает время лечить пациента.

* * *

Стоит ли говорить, что все прошло как по маслу? Именно так все и случилось!

Бог Удачи не зря носит свой титул! Сегодня удача действительно оказалась на нашей стороне!

Состояние Проходчика стабилизировалось, и Сквидвард заявил, что его жизни больше ничто не угрожает. Парень пойдет на поправку и через пару суток вновь встанет на ноги.

Тем временем я решаю временно «прикрепить» Аркаэлу к Сквидварду. Темная эльфийка продемонстрировала свои незаурядные навыки врачевания.

Это вам не орки, которые просто плюнут на рану и скажут «до нового пастука заживет»! У эльфов, очевидно, существует своя особая медицина. Нашим врачам будет полезно изучить опыт остроухих «коллег».

Тем более что, работая сообща, и Аркаэла, и Сквидвард откроют новые способы взаимодействия различных растений.

Для нас, землян, тот же подорожник является чем-то привычным и повсеместным — для Аркаэлы его свойства оказались настоящим открытием! Почему бы не воспользоваться этим и не организовать обмен знаниями между нами и ими?

Эльфийка обрадовалась такому повороту судьбы, ведь для нее травничество — нечто естественное и привычное. Сквидварду тоже будет полезно расширить границы своего понимания мира Системы. Так наша медицина станет только крепче!

Заодно, что немаловажно, дроу неизбежно начнет учить наш язык, находясь в окружении людей. Надеюсь только, что Аркаэла не наберется специфических словечек от матерых врачевателей. Мало было мне дроу-дикарки, будет дроу-матершинница!

Довольный собой, уже поздним вечером я возвращаюсь в Королевский Дворец.

Патруль гвардейцев встречает меня привычным живым коридором, после чего я прохожу во внутреннюю часть дворца, туда, где проживает моя семья.

Не успеваю я и шага ступить на второй этаж, как меня перехватывает весь мой… гарем?

Хрюша, Геля, Алиса и Мэнфи хмуро взирают на меня и берут в окружение. В самое настоящее кольцо, из которого мне точно не вырваться!

— Милый, нам нужно серьезно поговорить! Сейчас же.

Ох, и во что я влип теперь?

Глава 15

Проснулся я измотанный, но довольный жизнью, и это без каких-либо прикрас. Солнечные лучи проникали в королевскую спальню сквозь едва приоткрытые шторы. В утренней заре слышалось отдалённое пение птиц.

Рядом спали мои красавицы на постели поистине королевского размера, укрытые тёплыми одеялами.

Сняв с себя по-хозяйски закинутую ножку Хрюши, я бесшумно двинулся к дверям. Там меня ждал утренний моцион, освежающий душ, который с появлением рунной магии стал работать ещё эффективнее прежнего, а также осмотр себя любимого в ростовом зеркале.

Минуло более четырёх лет с момента моего попадания в мир Системы. От худого студента, который ездил к своей тётке на дачу только ради пополнения холодильника в общежитии, не осталось и следа.

На подбородке проступает отчётливая щетина, глаза горят, на губах привычная ухмылка. Уже далеко не восемнадцать!

Покачав головой, я беру с полки рунную бритву, по сути, аналог электрической из 21 века, но работающую на кристаллах! Поэтому рунную!

Само появление Ловеласа в Спарте, как и его рунологов, позволило совершить очередной технологический скачок во многих мелочах. Целые аспекты, которые мы по разным причинам игнорировали, вновь возвращались в быт игроков.

Я принялся за утреннюю рутину, приводя себя в надлежащий вид. Конечно, можно позвать личного цирюльника, который числится в штате моих слуг, но порой необходимо самому заниматься такими вопросами, чтобы не разлениться окончательно.

Да и нравилась мне, откровенно говоря, эта утренняя рутина. Позволяет настроиться на плодотворные будни и новые вызовы.

На то, чтобы накинуть на себя домашний пушистый плащ, потребовалась лишь пара секунд. Почему-то он оказался кислотно-розового цвета.

Очередная шутка Алисы? Или это повесила Геля, потому что «розовый — это цвет настоящего мужчины»! Неважно! Спартанский Король будет выглядеть шикарно во всём!

Пребывая в приподнятом настроении, я вынырнул в коридор, который вёл к королевской кухне. Вообще, в королевском дворце всё королевское, так что, пожалуй, стоит перестать добавлять это прилагательное к каждой фразе.

Неужели всё еще не могу привыкнуть к столь стремительному росту в титулах? Может, и так!

На кухне я осматриваю утварь и направляюсь к холодильнику.

Мастера артефактов из Киото, получив консультации от Ловеласа, создали полноценный холодильник. Не просто контейнеры со льдом, в которых доставляли рыбу и морепродукты вплоть до Вавилона и Москвы, а настоящий холодильник!

Артефакт с морозильным отсеком и регулятором температуры для каждой ячейки.

Удобно? Да вообще улёт!

Достав парочку яиц, помидорку, кусок ветчины, а также половинку сырного круга, я приступаю к готовке лёгкого завтрака. Сковородка занимает место на магической плите, которую я тут же включаю.

Зелёные огоньки тут же вспыхивают под чугунной поверхностью. Почему, собственно, зелёный огонь? Потому что магическое пламя! Вообще магическая плита — это очередное доказательство невероятного гения Алисы.

Это же надо додуматься, что раз мы способны использовать энергию кристаллов для уменьшения веса или создания защитного купола, то что мешает высвободить эту энергию в виде стихии?

Алиса привлекла к работе Руну, Мышь, а также морских дев: Приму и Сакуру — и в результате создала первый преобразователь энергии в чистую стихию! В настоящее пламя!

За то, что вместо очередного огнемёта для воздушной баржи Алиса создала нечто столь обыденное, как плита, стоит благодарить Гелю. Наша аристократка мгновенно разглядела потенциал. В основном для себя, ведь хотя во дворце существует целый штат поваров, Геля не упускает возможности самостоятельно приготовить что-то вкусненькое.

Нора уже выпустила магические плиты ограниченной серией. Будут тестировать очередную новинку Алисы, собирать отзывы, и если всё пройдёт гладко, то на каждой спартанской кухне появится столь желанная техника.

Естественно, как Король Спарты, я одним из первых получил собственную плиту, на которой сейчас аппетитно скворчит яичница.

На соседнюю конфорку я ставлю турку для кофе. Нехилый бафф от крепкого напитка лишним не будет! Не опустошать же бутыль королевского сидра с утра пораньше!

Когда скромный завтрак готов, я перекладываю всё в фарфоровую посуду, подаренную лично Князем О, и сажусь за стол.

— Налей и мне кофейку, — машет мне ладонью серокожий карлик, он же Великий Дух, с комфортом устроившись на соседнем стуле.

— Без проблем, — киваю я и достаю вторую чашку из навесного шкафчика.

Поставить её перед усмехающимся богом, налить ароматный кофе, вернуть турку на плиту и сесть за свой завтрак — дело минутное!

— Хе, а ты явно не из пугливых, — хмыкает Великий Дух, отпивая из чашки и довольно прикрывая веки.

— А чего мне пугаться? — орудую я вилкой и ножом. — Ты в моём доме. Посреди Спарты. Под защитным куполом нашего Пантеона. Если ты здесь, а над городом не летают орды голодных духов, значит, ты не незваный гость. Полагаю, Чёрти-что дала тебе разрешение на разговор со мной, не так ли?

— Ну не то чтобы «разрешение»… Скорее, мы договорились, — кивает Великий Дух, и его улыбка блекнет. — Эта оторва мне изрядно по мозгам проехалась! Всю ночь к тебе не пускала! Твердила: «Занят он, занят»! Тьфу ты!

Вспомнив, чем именно я был «занят» всю ночь напролёт, я едва сдерживаю рвущийся наружу смешок.

— В любом случае, зачем ты здесь? — спрашиваю я. — Чёрти-что не пустила бы тебя, намеревайся ты мне навредить. Следовательно, тебе нужно что-то другое…

— Побазарить хочу, — прямо заявляет карлик. — По полочкам разложить ряд моментиков.

— Каких же?

— Да взять хотя бы твою несостоявшуюся свадьбу, — произносит Великий Дух. Если бы я пил сейчас кофе, то непременно выплюнул бы от неожиданности содержимое чашки на собеседника.

По спине пробегает табун мурашек. В памяти невольно всплывает образ пятиметровой орчихи Ариэль, способной колоть арбузы одним напряжением мышц.

Об этой свадьбе он говорит?

— Ты же не думал, что я просто ради забавы придумал для орков Великое Мочилово? — продолжает божок. — Это, дружок, отличный способ отбора сильнейших воинов и стойких претендентов из сотен и тысяч претендентов! А свадьба после финала турнира существует для того, чтобы род избранных множился и ширился! Чтобы после стать моими могучими воинами!

— Вот только я не орк, — замечаю я.

— И чё? — усмехается Великий Дух. — Ты, Король Шурик, действительно думаешь, что подо мной ходят одни лишь эти тугодумы? Ха, как бы ни так! Я — бог широких взглядов! Готов принять представителя любой расы, если тот согласен пойти со мной в высшую лигу!

Палец карлика упирается мне в центр груди.

— Ты — мой чемпион, а, следовательно, должен соблюдать мои порядки. Иначе зачем я тебе бафф даю? За красивые глаза? Прости, но я предпочитаю исключительно богинь, — весело подмигивает мне этот… ушлый тип.

И надо же было лезть на этот турнир орков? Мало мне своих богов, теперь и целый бог-покровитель чатлан и не-пойми-кого-ещё начинает кружить вокруг меня!

— Значит, я должен жениться на Аркаэле? — уточняю я.

— Или на той милашке Ариэль, — ухмыляется Великий Дух. — Но выбор, так уж и быть, оставляю за тобой!

Он, определённо, насмехается надо мной. Вспоминаю, как вчера «успокаивал» своих супруг, явно недовольных появлением пятой «кандидатки». Мол, свалилась ни с того, ни с сего, как снег на голову в середине мая! Хоп, и пятая жена! Да ещё и тёмная эльфийка!

Как тут не встревожиться?

Впрочем, благодаря прокачанной Выносливости, Харизме и накопленному в мире Системы житейскому опыту мне хватает умений замять этот разговор.

А теперь Великий Дух практически в лоб заявляет, что не отвертеться мне от этого дела! А утро так хорошо начиналось!

— Конечно, я не требую исполнять священный долг здесь и сейчас, — восклицает карлик, с удовольствием отхлебывая из чашки. — Гуляй, думай, готовься морально к новым узам, но долг должен быть уплачен. Ты должен жениться на предоставленной тебе орками кандидатуре или той, кого выберешь сам. А иначе… говорить будем по-плохому.

«Обрадовал» так «обрадовал», низкий тебе поклон, чертяка.

— Хорошо, я тебя услышал, — отвечаю я, постукивая по краю стола. — Я посмотрю, что смогу с этим сделать.

Отвертеться всё равно не получится. Шутить с божественной сущностью, которая на порядок могущественнее всего Спартанского Пантеона, — явно не лучшая идея.

— Ну-ну, чего сразу мрачный такой стал? — разводит руками карлик. — Это же прекрасно! Новая красотка в твою небольшую и дружную компанию! Новая кровь! Более сильные детишки! Красота же!

— Детишки? — вздрагиваю я. — О чём ты? Разве в мире Системы нет запрета на рождение детей?

Однако ответа я не получаю.

Серокожий только многозначительно подмигивает мне.

— Шурик, с кем это ты разговариваешь? — неожиданно на кухню входит Мэнфи, одетая лишь в пеньюар нефритового цвета.

— Так это… — я оборачиваюсь к Великому Духу, чтобы представить его супруге, но обнаруживаю пустой стул.

А еще пропала чашка с кофе! Этот хитрец утащил совершенно новую чашку с недопитым напитком! Вот проходимец! В следующий раз не получит ни капли!

— «Так это» что? — улыбается зеленоглазая бестия, приближаясь к столику.

— Мысли вслух, вот что, — нахожусь я с ответом. Невольно мой взгляд скользит по фигуре супруги. В голове снова звучат слова Великого Духа.

Дети? Не рановато ли? С другой стороны… неспроста ведь поднял этот вопрос Великий Дух? Или решил отомстить, озадачив меня таким вопросом? Кто бы дал ответ!

— Ничего странного утром не замечала? — интересуюсь я. — Ощущения, может быть… необычные?

Мэнфи задумчиво скрещивает руки под грудью. На мгновение её щёки заливает румянец, но она тут же возвращает себе «строгий» вид.

— Всё хорошо. Ничего такого. А что?

— Ну, ничего так ничего, — смеюсь я. — Просто… всякие мысли лезут в голову.

Если и поднимать вопрос новой свадьбы, то точно не сейчас! Меньше всего хочется очередного скандала с раннего утра. На второй марафон меня может не хватить!

— Интересная вещь, однако, — оцениваю я новое средство передвижения.

* * *

— А как же! — ухмыляется Алиса. — Недаром столько сил вложили мы с Гайкой!

Когда мои красавицы окончательно просыпаются и завтракают, я выражаю желание посетить Нору с проверкой. Хотя «проверка» не совсем подходящее слово. Скорее, летучка. Посмотреть новые творения наших учёных, оценить их потенциал, указать на проекты, которые нужны едва ли не вчера. В общем, проверю, на что тратятся спартанские Е-баллы!

Изначально планирую прокатиться на спине Петра с ветерком, но Алиса предлагает иное — испытать магокат!

Что это за чудо такое? Электрический велосипед! Самый настоящий! Только заряжается от энергетических кристаллов. Магокаты создали не просто так, а чтобы облегчить жизнь нашим военным. Давно стоит вопрос о передвижении солдат по обширным территориям нашей фракции. Кабаны, несмотря на все плюсы, требуют еды и питья, а реальность такова, что не всегда удается утолить их потребности.

Есть проблемы и у воздушного флота — не везде его можно использовать и не в любую погоду. Разведчикам, диверсантам, даже простым солдатам необходим транспорт для быстрого передвижения по любой местности, неприхотливый в обслуживании.

Тогда учёные Норы обратили внимание на самокатную повозку Гайки, то есть багги. Конечно, столь дорогое средство в массовое производство пустить не могли, но вот что-то вроде магоката… почему бы и нет⁈

Теперь у авантюристов, солдат и простых граждан появляется достойный конкурент вездесущим кабанам и буйволам! Да, грузоподъёмности у магоката почти никакой, зато как личное средство передвижения — превосходно!

Уже сейчас заметно, что захват QWERTY и поглощение Ори проклятой пирамиды позволяют насытить Спартанское Королевство энергетическими кристаллами.

С расширением сети биоэлектростанций и добровольной подпиткой кристаллов уходят в прошлое проблема их зарядки.

У нас появляется неиссякаемый источник энергии. Найди ему применение — и получишь чудо!

Подобное новшество порождает целую плеяду изобретений, масштабных и скромных, революционных и незначительных.

Магические лампы освещают не только улицы, но и дома. На главных улицах появляются яркие плакаты. Причём не просто нарисованные художниками, а живые! Изображения на них движутся согласно рунической программе!

Листы с заданиями в гильдии авантюристов теперь показывают трёхмерные модели монстров, на которых объявлена охота, или отмечают область миссии на карте Спартанского Королевства.

У магазинов и бутиков сияют цветастые вывески, превращающие торговый проспект вечером в калейдоскоп красок и бликов. Теперь столица не засыпает даже ночью, обретая неповторимый для мира Системы облик.

Вслед за живыми «картинами» на улицах устанавливают настоящие светофоры. И неспроста — движение в столице Королевства весьма оживленное!

Вот как сейчас!

Проезжая мимо перекрестка, мы с Алисой наблюдаем внушительную пробку, возникшую из-за двух столкнувшихся кабанов, чьи наездники не желают уступать дорогу.

— Дай проеду!

— Куда прёшь! Не видишь, мой Лёня напуган⁈

— А моя Принцесса, что, не пострадала⁈ А ну, дай задний ход!

— Нет, ты давай!

— Нет, ты!

— Нет, ты!

— Поколочу!

— Только попробуй!

— Да езжайте уже куда хотите! У меня доставка срочная! Время теряю с вами!

Застрявшие в пробке возничие на каретах непрерывно ругаются из-за двух упрямцев, не желающих разнимать хряков.

Заметив спешащую к месту происшествия тройку стражников, я спокойно продолжаю путь — ребята справятся без меня.

Не впервой!

Спарта преображается на моих глазах. Она растёт, развивается, всё больше напоминая не средневековый город, а удивительный сплав прошлого и настоящего, технологий и магии.

На аллеях, мимо которых мы проезжаем, виднеются золотистые бочки с московским квасом — ещё одно новшество от Княгини Актрисы. Рядом располагаются лотки с сахарной ватой, мороженым и прочими лакомствами! Пищевая революция, начавшаяся с блюд из Киото, продолжает удивлять игроков.

Рунная магия становится последним ключом, позволяющим нашим магам-артефакторам и учёным развернуться в полную силу.

Никаких ограничений, никаких блоков от Системы! Не получается создать что-то классическим способом? Используй магию! А руны направят волшебство в нужное русло.

Хочешь — преврати энергию в пламя! Или, наоборот, сотвори лёд! Уменьши вес, чтобы поднять тонны стали и древесины в небо! Или используй сам ветер для ускорения магоката.

Столько возможностей! Столько невероятного!

Человечество никогда не страдало недостатком фантазии — и Спарта служит тому ярким доказательством. Столица моего Королевства превращается в настоящую жемчужину, драгоценнейший камень в моей короне. И это не может не радовать.

Ведь всё, появляющееся в Спарте, позже распространится по другим городам, полисам и форпостам.

И это только начало! Что ждёт впереди? Даже загадывать не хочется!

— Кстати, ты хотела меня сегодня чем-то удивить? Чем же? — спрашиваю я, когда мы минуем внешнее оцепление Норы.

— О, это моя старая головная боль, — смеется Алиса. — Догадался, о чём я?

— Удиви меня!

— Аркебузы! — фыркает Алиса.

— Погоди, ты создала огнестрельное оружие⁈ — восклицаю я. — Настоящее ружьё?

— Настоящее ружьё, — подтверждает супруга. — Но есть нюанс…

Глава 16

Что представляет собой Нора в нынешнее время? Небольшая группа фантазёров, умельцев разного толка и фанатиков не от мира сего преобразилась в настоящий научный центр, разделённый на множество отделов.

Сплочённые команды учёных ведут исследования по всевозможным направлениям, продвигая науку и магию Спартанского Королевства в светлое будущее.

Многое изменилось, появились новые руководители, но отдел обработки заявок остался прежним. В Норе продолжает трудиться команда разнопрофильных мастеров, изучающих нескончаемый поток докладных записок. А приходило их теперь воистину какое-то невероятное количество!

Каждый спартанец мог отправить по почте своё изобретение, его схему, рабочий принцип или основные моменты в научный центр. Если новинку удастся воплотить в жизнь, а также она будет признана целесообразной для появления на Спартанском рынке, инициатор получит внушительную сумму Е-баллов и возможность возглавить внедрение своего детища.

Таким образом решается извечный вопрос нехватки кадров, а Королевская Канцелярия находит руководителей проектов, кровно заинтересованных в успехе нового предприятия.

Шагая по извилистым дорожкам, я разглядываю отдельно стоящие лаборатории и исследовательские цеха.

В Норе царит атмосфера творческого беспорядка и лёгкого безумия. Не лаборатории выстраиваются вдоль дорог, а наоборот. Нет чёткого плана района, строгой структуры, однозначных запретов. От тебя требуется лишь одно, чтобы результаты твоих исследований не навредили соседям. А таких примочек хватает повсюду!

Особенно если вспомнить про вездесущий блок от Системы, который хоть и ослаб существенно после перехода Спарты в статус Королевства, но не исчез полностью. Взрывы гремят в Норе почти ежедневно. Все здесь к этому привыкли.

Даже к тому, что бригада строителей регулярно навещает район, чтобы убрать очередную рухнувшую лабораторию, сложившуюся внутрь, словно карточный домик, а на её месте возвести новую. Даже Михалыч, мэр Спарты, давно перестал ворчать, мужик просто устал сотрясать воздух понапрасну.

Проще разогнать всех здешних учёных и отправить их строить железную дорогу, чем приучить к технике безопасности и рассудительности. Возможно, это Алиса местных так разбаловала?

Может, и так. Но вместе с безбашенностью учёные переняли и творческую жилку моей супруги. Там, где они сталкиваются с непреодолимой стеной, не продолжают биться головой, а находят одну из множества лазеек.

Так Спарта обрела порох и пушки, нашла средство от Синей Смерти и стала единственной фракцией во всем регионе.

Без преувеличения можно заявить, что Спартанское Королевство создано не только благодаря мощи армии, но и за счёт безумия учёных из Норы. Без них ничего бы не было вокруг.

Простые игроки продолжали бы жить в средневековье, перед сном мечтая об удобствах 21-го века. Мы не получили бы холодильники, душ, магическую плиту, магокаты, железную дорогу, пароходы, боевые баржи и дирижабли. И многое другое!

Учитывая всё вышесказанное, становится понятно, почему ни я, ни кто-либо ещё не стремится «наводить порядок» в этом райончике.

Пусть хоть сотню лабораторий похоронят, пусть открывают порталы на соседние Сервера, пока результат приносит пользу Спарте и ее игрокам, я готов мириться с местным беспорядком.

Мы неторопливо шагаем с Алисой по Норе, и девушка рассказывает о последних разработках.

— Там наши ребята изучают конструкции новых парашютов. Наши новые ранцы — это замечательно, но нет предела совершенству!

Вслед за ее словами какой-то учёный с визгом взмывает ввысь с подобием планера за спиной и с грохотом падает в ближайшие кусты. На поиски «подопытного» устремляются его коллеги.

— Воздушная труба? — усмехаюсь я вслед толпе.

— Воздушная труба, — разводит руками супруга.

Что такое воздушная труба? Это артефакт, в точности имитирующий условия аэротрубы с Земли. Её создали для проверки прочности конструкций дирижаблей и боевых барж. Аэродинамика не пустой звук для наших «головастиков»!

Подобных изобретений и приспособлений здесь несметное количество! Устанешь перечислять!

Наконец, мы направляемся к самому отдалённому полигону. Здесь нас встречает очередное оцепление из гвардейцев — производство пороха и всего, что с ним связано, является одним из главных секретов Спартанского Королевства. И одним из наиболее опасных.

— Всем доброго дня, — приветствую я собравшуюся коллегию учёных, которые при моём появлении вытягиваются по струнке.

— Король Шурик! — дружно отвечают они, а затем начинается привычное «продвижение идей».

— Вы видели новый выпуск нашего альманаха? Какие будут мысли? Может, поведаете, какой проект примут в первую очередь? — тотчас обступают меня полукругом.

Из-за растущего числа проектов внутри Норы учёные начали выпускать альманах — краткий перечень своих разработок, который передают министрам в Королевской Канцелярии и Генеральному Штабу для ознакомления.

Создали специальную комиссию, выискивающую применение даже самым безумным изобретениям нашего научного центра. Таким способом удаётся быстро отделить зёрна от плевел и внедрить новинки в быт простых игроков.

Эта же комиссия недавно обнаружила среди проектов наших «головастиков» живые картинки — сплав магии артефакторики и рунной магии. Уже сейчас она дополняет информацию на плакатах. Живые картинки, движущиеся фигурки людей и монстров.

Это настоящее немое кино! Да, продолжительность каждой «картинки» — всего пара секунд, но лиха беда начало!

Собери целый альбом таких картинок — и можно показывать не просто образы, а целые сценки! А там и целые каскады сцен, получая полный метр!

Кино! Кино в мире Системы!

От этой мысли всколыхнулись даже безумные учёные Норы вместе с рунологами из Парижа. Теперь внушительная часть магов трудится над увеличением продолжительности «живых рисунков».

Пусть не в ближайшие месяцы, возможно, через пару лет, но мы получим спартанский кинематограф! И не какой-нибудь, а самый настоящий — магический! Раз работает магия иллюзий, почему не довести эту иллюзию до совершенно нового уровня!

В памяти всплывают 4D, 5D и 6D кинотеатры, якобы позволявшие глубже погрузиться в происходящее, чем обычные кинотеатры.

На Земле это оставалось лишь словами, но в мире Системы… это может стать реальностью! Объёмный звук, тактильные ощущения — магия позволяет творить невероятное!

Просто замечательно!

Вскоре Алиса отгоняет учёных, иначе наши испытания могли затянуться ещё больше.

Наконец, передо мной ставят продолговатые деревянные ящики. По моему кивку двое гвардейцев сноровисто снимают крышки, являя нашему взору оружие будущего.

Настоящие аркебузы, покоящиеся в соломе!

Как выглядит это новое оружие? По сути — вытянутые стальные трубки с деревянным прикладом и необычным курком.

Достав аркебузу из ящика, гвардеец передаёт её мне, и я с ухмылкой принимаю оружие.

Тяжёлая. Это первое, что отмечаю. Держа в руках этот допотопный мушкет, замечаю неожиданно большой калибр. Словно аркебуза должна быть меньше и тоньше. Это даже не мушкет — настоящий гранатомёт!

— Аркебуза разве не должна быть немного… тоньше? — интересуюсь я, продолжая осмотр оружия.

— Всё так, — кивает Алиса. — Но это сделано не просто так, а чтобы сделать новое оружие более универсальным!

— Это как?

— А вот так!

С этими словами Алиса кивает гвардейцу, и тот выкладывает на край ящика три вида бумажных патронов.

Внутри каждого находятся порох и пуля. Для пушек мы используем тот же принцип.

— Аркебуза станет не просто первым ручным огнестрельным оружием для наших солдат, — поясняет Алиса. — Она станет ядром новой военной тактики!

— Так-так, продолжай, — прошу я.

Блондинка берёт первый патрон и демонстрирует мне его.

— Поскольку блок от Системы существенно ослаб после становления Королевством, нам удалось воссоздать примитивное огнестрельное оружие. Да, это всё ещё не винтовка и тем более не автомат! Но это уже полноценный огнестрел, который не взрывается после каждого третьего выстрела, — заявляет Алиса, делая паузу.

— Более того, учитывая, что порождения Системы обычно гораздо прочнее земных животных, мы пришли к необходимости увеличения калибра! — восклицает девушка, и за её спиной трое гвардейцев замирают с заряженными аркебузами.

— По сути, у нас получилась не просто аркебуза, а миниатюрная пушка. Следовательно, снарядом может быть не только маленький металлический шарик, но и нечто иное! — Алиса резко опускает ладонь, и первый стрелок производит залп.

Бах!

Стрелка окутывает облако порохового дыма, а когда оно рассеивается, мы видим внушительное отверстие в деревянной мишени в ста метрах от нас.

Следом стреляет второй гвардеец, но вместо поражения мишени «снаряд» создаёт дымовую завесу.

И, наконец, третий выстрел опрокидывает очередную мишень без видимых повреждений.

— Патроны для разных целей! — гордо выпрямляется Алиса. — Стандартный боевой, дымовой патрон, который мгновенно окутывает поле боя непроницаемой завесой, и, наконец, наша новинка — нелетальные пули! Могут сломать пару костей, но не убьют!

Девушка оборачивается с сияющей улыбкой, и я отвечаю тем же.

— Да, это поистине невероятный прогресс, — признаю я. — Удивила, так удивила!

— Ещё бы! — смеётся блондинка, пока гвардейцы укладывают аркебузы обратно в деревянные ящики.

В моей голове уже вращаются шестерёнки, обдумывая новые возможности. А их действительно теперь великое множество. У спартанской армии появился весомый аргумент, позволяющий продемонстрировать нашу мощь не только в ближнем бою, но и на расстоянии.

Что бы ни говорили, спартанское военное искусство прежде всего подразумевает атаку яростным натиском. Будь то фаланга, тяжёлая кабанья кавалерия или натиск боевых барж — всё требует сближения с противником.

Те же картечницы, пушки, огнемёты — вся эта мощь часто недоступна нам в чистом поле. Подобные махины требуют соответствующей логистики и позиции.

По сути, всё наше стрелковое вооружение используется исключительно для обороны. Картечницу разместить на стене гораздо проще, чем грузить в телегу и тащить в дальние края.

Стоит отметить и их малое количество на фоне общей численности нашей армии. Даже несколько сотен картечниц и пушек — весомый аргумент, но не всесильный козырь. Особенно когда сталкиваются армии численностью больше пары тысяч. А такой этап может наступить очень скоро, не забываем про орков.

Аркебузы же… это нечто иное! Новый этап! Шаг вперёд по сравнению со всем оружием, что мы использовали прежде! Это тысячи стрелков, способных залить противника свинцом. Причём где угодно и когда угодно!

Всё, что требуется — хорошая выучка солдат, и тогда любая засада, любая западня могут оказаться для врага последними. А в Спарте с дисциплиной всегда было отлично.

Остаётся лишь решить, в каком соотношении будут идти стрелки с аркебузами и наши рядовые солдаты.

Следует ли взять пример с Испании и её терций? Когда пикинёры действовали сообща с мушкетёрами, не позволяя ни единому существу приблизиться.

Стрелки уничтожали солдат противника ещё на подходе, а пикинёры завершали начатое, когда деморализованный и дезорганизованный враг оказывался вплотную к терции.

Разве что вместо пикинёров будут наши фалангисты.

Или нужно придумать что-то новое? Что-то невиданное? Обязательно следует поднять этот вопрос перед Генеральным Штабом и узнать мнение наших мудрых военачальников.

Особенно радует разнообразие патронов к аркебузам. Дымовые патроны — это гениально! Добавив к кавалерии группу таких стрелков, можно всегда атаковать противника из завесы. Или, наоборот, отступить, пока враг ничего не видит из-за дыма.

Не менее полезны и нелетальные пули. Порой случаются ситуации, когда враг нужен живым, а не мёртвым. Если в атаку пошлют гражданских или устроят «мясной штурм», всегда можно вывести их из строя новым типом патрона.

А в будущем перетянуть их на свою сторону, позволяя игрокам без особых трудностей присоединиться к Спарте. Все в выигрыше!

Однако в ход моих мыслей вмешивается Алиса.

— Вот только есть одна проблема, решить которую мы не в силах, — вздыхает блондинка.

— И что же это? — хмурюсь я.

Аркебузы и их внедрение в спартанскую армию кажутся крайне перспективными. Особенно потому, что этим оружием можно вооружить новичков. Ведь урон наносит оружие, а не боец. Это ведь так, правда⁈

— Как выяснилось в ходе испытаний, — вздыхает Алиса, — аркебузы недостаточно эффективны против игроков и существ выше тридцатого уровня.

— Вот оно что, — понимаю я причину беспокойства супруги.

— Та же Выносливость не просто улучшает твои кондиции, позволяет преодолевать большие расстояния, она делает организм крепче, выносливее, прочнее. Он лучше сопротивляется любому внешнему воздействию! — продолжает она.

— Это понятно, — киваю я. — С высокой Выносливостью сложнее порезаться, от столкновения с кабаном появляются лишь синяки или трещины в рёбрах, а мышцы по прочности не уступают стали.

Как раз то, чего я опасался. Систему не обмануть. Удар оружием ближнего боя от ветерана совсем не то, что от «нулёвки». И пусть это один и тот же меч, урон он нанесет совершенно разный. Там всё зависит от показателей игрока.

В аркебузе же наоборот. Выстрелю я или кто-то низкоуровневый — бонусов пуле это не добавит.

— И чем выше этот показатель, тем хуже работает проникающее действие пули, — морщится блондинка. — Если на низких уровнях аркебуза — ультимативное оружие, то против ветеранов она почти бесполезна.

Вот вам и ответ на вопрос, стоит ли переводить всю нынешнюю армию на аркебузы. Для новичков это серьёзное усиление, но для опытных солдат… аркебуза бесполезна.

И получится ли у нас изменить ход войны, если огнестрельное оружие эффективно лишь против слабых игроков?

Против тех же орков они словно зубочистки! Чатлане даже не почешутся от такого «страшного» залпа.

Нет, здесь нужно что-то изобретать. Дополнять. Дорабатывать.

Аркебузы необходимо усилить. Или даже не сами аркебузы, а их патроны.

Этот вопрос я и задаю Алисе.

— Как не думали! Думали, и ещё как! — возмущается блондинка. — Вот только ничего не работает! Если использовать привычную магию, превращая каждую пулю в убойный артефакт, нам просто не хватит артефакторов! А на каждого стрелка придётся всего по паре патронов.

— Это совершенно не годится, — соглашаюсь я. Зачем нам все эти ухищрения, если у будущего стрелка почти не будет патронов⁈ А что насчёт рунной магии? Разве это не сфера Ловеласа и его подчинённых? Именно он специализируется на массовом производстве.

— А здесь всё глухо, и я даже не знаю, что предпринять, — опускает плечи Алиса. Видно, что её это сильно тревожит.

Такое изобретение! Такой прорыв! Всё находится в пределах досягаемости, но что-то мешает! Ужасное чувство! Просто отвратительное!

— Ловелас наотрез отказывается усиливать пули и аркебузы, потому что «всё это несёт лишь смерть и разрушение»! Чёртов старик! Не понимает, что они нужны позарез! Упёрся, как баран, и даже не думает отступать! — возмущается Алиса, расхаживая из стороны в сторону. — Я обещала ему, что аркебузы будут спасать жизни, а не отнимать их. Торговалась. Угрожала. Пыталась подкупить! Всё напрасно! Этот старик — гений, но помешан на идее «мира всех со всеми»! Фу таким быть! Фу!

— Выходит, только отказ Ловеласа мешает нам получить более мощный огнестрел? — задумчиво уточняю я.

— Именно так! И я не могу придумать, как быть!

— Пожалуй, я смогу помочь, — усмехаюсь я. — Оставь эту проблему мне.

— Ты сможешь его убедить? — восклицает Алиса. — Серьёзно? Честно-честно?

— Есть у меня идея, — качаю я головой. — Но для этого потребуется самый быстрый дирижабль из имеющихся.

— Что ты задумал, Шурик?

— О, сущий пустяк! Всего лишь небольшую экскурсию! Уверен, Ловелас не останется равнодушным!

Глава 17

— Вы думаете, я не знаю, почему вы, Король Шурик, столь неожиданно предложили мне сопровождать вас? — спрашивает Ловелас, когда мы пролетаем над степью.

Бескрайние поля давно превратились в центр спартанского скотоводства. Места здесь воистину благодатные для подобного занятия.

Зелёная сочная трава, мягкий климат, а также практически полное отсутствие монстров создают идеальные условия для животноводства.

По этой и множеству других причин степь постепенно застраивается форпостами-стоянками, которые служат не только местом отдыха для торговцев, солдат и путешественников, но и пунктами перегона скота. В этих крохотных поселениях загонщики, кочевники и порой даже авантюристы берут на себя задачу присмотра за животными.

А последних с каждым годом становится только больше! Буйволы, кабаны, тушканчики, козы, а в будущем к ним присоединятся носороги с тарахтелками.

Под нами тянется уходящее за горизонт железнодорожное полотно. Чуть впереди виднеется сизая струя пара, которую испускает локомотив, тянущий за собой очередной состав с пассажирами и грузами.

А ведь ещё недавно степь считалась местом крайне опасным и ненадёжным. Бесчинствовала Великая Орда, грабя и убивая всех, до кого только могла дотянуться, лютовал Брага и его приспешники, а вслед за ними по этой земле шагали сотни вавилонских фанатиков, стремясь подчинить всех своей «правде».

Теперь обо всем этом помнят лишь непосредственные участники тех событий. Новички узнают об этом на «Курсе молодого игрока», где, как и прежде, новоприбывшим рассказывают о пройденном Спартой пути — от начала и до наших дней.

И чем больше времени проходит, тем более невероятной кажется эта история. Удивительно, что для нынешних новичков пройденные нами испытания звучат как набор сказок и легенд.

И ведь это при том, что мы в мире Системы — тут может случиться что угодно! Но нет… уж слишком длинный путь прошла Спарта. Да и я сам.

— Изволь пояснить, — улыбаюсь я собеседнику. — Интересно послушать мнение умного человека.

— В таком случае я выскажу свое предположение, — кивает главный рунолог. Мужчина задумчиво покручивает холёные усы и смотрит вдаль. Того и гляди сейчас достанет курительную трубку и начнёт пыхтеть не хуже паровоза под нами!

— Беря во внимание тот факт, что госпожа Алиса является вашей супругой, а также то обстоятельство, что она совершенно не скрывает своего недовольства касательно моих «диких» принципов, я могу предположить, что она попросила вас «уладить этот недочет», — рассуждает Ловелас.

— Что же, этот момент ты верно угадал, — не отрицаю я.

— В таком случае вынужден вас разочаровать, мой Король, — вздыхает Ловелас. — Поскольку пересматривать свою позицию я не намерен! И никакие разговоры этого не изменят!

— Это я понимаю, — усмехаюсь в ответ. — И именно поэтому мы отправимся с тобой на небольшую экскурсию.

— И куда же?

— О, ты это узнаешь совсем скоро!

* * *

— Разве мы не должны сесть в Двух Крепостях? — хмурит брови Ловелас, когда мы заходим на посадку в самой долине Ори, а не у пограничной крепости.

— Не в этот раз, — качаю головой, наблюдая, как экипаж дирижабля крепит воздушное судно к земле тросами. Операторы на поверхности оперативно закрепляют концы вокруг вкопанных в почву столбов. И только после этого с палубы опускают десантный трап.

Первым спускаюсь я, а следом идёт Ловелас, внимательно осматривая обстановку.

— Слышал о том, что происходит на восточной границе? — интересуюсь я.

— Только краем уха, — отвечает главный спартанский рунолог. — Как никак, ваши люди умеют хранить секреты.

— И это так, — подтверждаю я.

С развитием Спартанского Королевства одной из главных задач государства стал контроль над информацией.

Лишние волнения в тылу никогда не приносят пользы ни руководству фракции, ни самим гражданским. Поэтому любые сведения с фронтов поступают лишь тонким ручейком и подаются в соответствующем ключе.

Кто-то мог бы назвать подобный подход жестокой цензурой, запретом всяческих свобод, но правда такова, что манипулировать информацией можно столь же легко, как и крупными суммами Е-баллов.

После случая с Бендером и его компанией я чётко усвоил урок. За всем нужен присмотр. Особенно за столь ценным ресурсом, как информация.

По этой же причине к обязанностям Третьего и контрразведки добавился надзор за средствами массовой информации. Разумеется, подобные структуры в Королевстве только только появлялись. Есть газеты, несколько тематических журналов, но не более. Все они организованы моими приближёнными, потому держать руку на пульсе относительно просто.

Назначенные люди прекрасно понимают, что раскачивать лодку — бесперспективное занятие.

Но кто знает, что будет в будущем? Когда Спарта продолжит расти, когда появится настоящий кинематограф, возможно, возродится радио, интернет, да много чего ещё!

Кто может гарантировать, что в будущем у нас не объявится второй Бендер, но уже на почве журналистики? И насколько велик окажется ущерб, если мы позволим лживым слухам расползтись по умам игроков?

В общем, тема скользкая, а потому, чтобы не допустить ошибок, сведения с полей сражений приходят с некоторой задержкой. Чтобы в случае необходимости подготовиться к любым неожиданностям.

К этому моменту наша небольшая процессия подходит к палаточному лагерю.

И я указываю на него ладонью.

— Ты имеешь полное право придерживаться своих взглядов, Ловелас, — произношу я. — Я не стану тебя отговаривать, не буду заставлять признать свою неправоту. Не стану угрожать ссылкой в сырые катакомбы — знаю, что ничего из этого не сработает. Но я лишь попрошу тебя посетить это место. Не забывай при этом смотреть по сторонам. Идёт?

— Идёт, — с сомнением отвечает мужчина, и мы заходим внутрь лагеря.

Лагеря беженцев. Вот что это такое.

Спарта продолжает проводить тайные вылазки вглубь орочьих земель, и чем дальше мы продвигаемся, тем больше жестокости встречаем.

Игроки вдоль западной границы Междуречья были присоединены в последнюю очередь. Они ещё не познали истинного орочьего «веселья». А вот их товарищи из центральных земель Междуречья и с его восточной окраины испытали это на себе.

В полной мере.

Здесь же трудятся волонтёры, гражданские, вызвавшиеся помочь лекарям позаботиться о пострадавших, как только в газетах появилось сообщение о страшном открытии.

— Что это? — тихо спрашивает Ловелас, проходя мимо игрока, лишённого ног. Лицо мужчины украшают страшные рваные шрамы. Даже Система не в состоянии их полностью исцелить.

— Это, Ловелас, то будущее, которое нас ждёт, если Спарта падёт, — сухо отвечаю я.

Для орков люди — низшая раса. Даже победа в Великом Мочилове этого не изменит. Возможно, кто-то из зеленокожих и задумается, но их число будет подобно капле в море.

Чатлане жестоки и коварны. Они упиваются кровью, смертью и разрухой. Мы уже выяснили, что это их природа. Даже их вера в Великого Духа требует крови и войны.

Орки не способны жить в привычном для нас мире. Для них это физически невыносимо.

Это безумие проявляется и в развлечениях совсем уж «заскучавших» орков. Бросить человека в клетку с голодными гончими, чтобы посмотреть, кто выйдет победителем?

Да легко!

Устроить «голодные игры» среди самих людей? Кто победит, тот получит ужин! Почему бы и нет!

А может, просто проверить, насколько люди крепки разумом и телом? Мучить и наносить им травмы до тех пор, пока игрок не погибнет от болевого шока или не уйдёт на перерождение.

И так раз за разом. Из раза в раз. День за днём.

Этим игрокам нужна наша помощь. Им нужна наша забота. Поддержка, в конце концов.

Волонтёры вместе с лекарями и психологами работают над тем, чтобы помочь этим жертвам «орочьих забав» оправиться. Встать на ноги.

Вновь осознать, что они люди, а не какой-то смешной зверёк или кусок мяса!

Чем дольше Ловелас наблюдает происходящее вокруг, тем сильнее его густые брови опускаются к переносице.

— Ты как-то говорил, что если у людей будет нерушимый щит, то нужды в мече попросту не будет, верно? — спрашиваю я.

— Если мы сможем обеспечить идеальную защиту для людей, то никто не сможет добраться до нас! — горячо восклицает Ловелас.

— Отчасти я могу понять твою точку зрения, — размышляю я вслух. — Однако это не что иное, как попытка «спрятать голову в песок».

Ловелас молчит, но по его глазам видно, что он категорически не согласен.

Пока существуют иные расы, пока имеются чуждые нам цивилизации — конфликты и войны никогда не прекратятся.

А если войнам суждено быть, то получится ли выстоять в них, имея при себе один лишь щит? Очень в этом сомневаюсь.

— Орки пришли на землю этих игроков, — поясняю я собеседнику. — Люди не справились с их натиском и в результате превратились в кукол, с которыми и по сей день забавляются чатлане. Как думаешь, щит бы им помог?

— Они бы не попали в плен к оркам, — упрямо возражает Ловелас.

— Возможно, — киваю я. — А быть может, это лишь оттянуло бы неизбежное.

Мужчина недоуменно смотрит на меня.

— Как бы ни была крепка твоя защита, к любому замку можно подобрать ключ. Рано или поздно это удастся, — утверждаю я. — И орки будут делать всё возможное, чтобы достичь желаемого. Для них это естественно. Для них это норма! Они погибнут, но сокрушат нас. А не справятся они, так придут те, что идут за ними.

Что я хотел всеми этими словами сказать?

А то, что в мире Системы мы больше не одни.

Ловелас не хочет, чтобы люди страдали от его творений. Он стремится приносить людям счастье, делать их жизнь проще, оберегать, а не калечить.

Это понятно.

Вот только без его помощи Спарта вполне может разделить судьбу игроков из Междуречья. Не орки, так кто-нибудь другой придёт и станет для нас непреодолимой преградой.

Я же всеми силами стараюсь подобного не допустить. Мир Системы опасен, и я, как Лорд, обязан использовать все доступные средства.

Ловелас и его гений нужны Спарте, чтобы сделать очередной шаг вперёд. Мне нужна его помощь в создании не только щитов и доспехов, но и столь же грозного оружия!

— Чтобы защитить людей от угроз извне… чтобы Спарта жила и развивалась дальше — мне нужен твой талант, — протягиваю я руку к мужчине. — Мне нужен меч, который только ты, Ловелас, можешь создать. Не чтобы проливать кровь и насаждать своё понимание справедливости, а чтобы обеспечить безопасность своих людей. Всех людей!

Ловелас молчит. Я и не жду немедленного ответа.

Понимаю, что сейчас всё мировоззрение мужчины сталкивается с суровой действительностью.

И в этой битве холодного рассудка и приверженности идеалам будет лишь один победитель.

И я готов подождать, пока не определится исход этого противостояния.

* * *

Неделя. Именно столько времени потребовалось Ловеласу, чтобы вновь запросить беседу со мной.

Всё это время мужчина трудился наравне с волонтёрами, общаясь с пациентами, оказывая им всестороннюю помощь.

Ловелас воочию увидел неприглядную сторону мира Системы. Не чудо рунной магии, не войны между фракциями ради власти и ресурсов, а просто… бессмысленную жестокость.

Ведь оркам безразличны власть, ресурсы, земли и всё прочее. Им нужна война. Сама по себе война.

Смерть и хаос — первостихия зеленокожих.

Для нас это выглядит совершенно нелогичным безумием. Но такова суть чатлан.

Они другие. Они не такие, как мы. И как мы не в состоянии понять их, так и им не суждено понять людей.

Это открытие оставило глубокий след в душе Ловеласа. Наверное, он впервые столкнулся с чем-то, что не поддаётся его пониманию.

Орки являли собой живое опровержение его жизненного пути.

Если не будет войн, если не будет страшного оружия, наступит ли мир? Орки пойдут в атаку даже с голыми кулаками. Им не нужны провокации или казус белли.

Они — друге! Всё, чего они жаждут — это войны! Кровопролития! Бойни!

А потому сколь бы ни была прочна твоя защита — ты ничего не изменишь. Если поставить на границе региона неприступную крепость, чатлане будут осаждать её годами, если не десятилетиями. Они не устанут, не передумают, не отступят.

Мир между нами никогда не мог существовать.

Следовательно, вся эта идея Ловеласа о всеобщем мире недостижима.

Только столь же яростной атакой можно сокрушить орков, вынудить их склонить голову, признать твоё превосходство.

Без пастука не обойтись. Без победы и бойни не будет мира!

К этому пришёл и Ловелас. Очень нехотя, но он вынужден был признать собственное заблуждение.

О чём он мне и сообщил.

— Я готов помочь вашим людям создать новое оружие, — вздыхает мужчина, выглядя постаревшим на несколько лет.

Работа в лагере волонтёров явно далась ему нелегко.

— Но при одном условии! — добавляет тут же Ловелас и поясняет свои слова. — Точнее, я попрошу вас исполнить мою просьбу.

— И какую же?

— Прошу, пусть оружие, что выйдет из-под моих рук, не будет направлено на людей. Мы ведь все с Земли! Если кто и должен держаться друг друга в этом страшном мире, так это мы! Человечество! — восклицает Ловелас.

После недолгой паузы я даю ответ.

— Я могу лишь пообещать, что твои творения будут служить защите Спарты и её игрокам. Они будут задействованы только для того, чтобы спасти жизни моих людей. Но мне будет безразлично, кто станет против нас. Орки заходят нас поработить, демоны или люди. Я не буду нападать первым, но если кто-то захочет испытать нас на прочность — то ему не поздоровится. Это самое большее, что я могу обещать, — говорю я.

Ловелас явно ожидал иного, но он смиренно опускает голову.

— Что ж, мне хватит и этого…

— В таком случае надеюсь на плодотворное сотрудничество, — вновь протягиваю ладонь.

И Ловелас отвечает крепким рукопожатием. Работе рунологов над аркебузами быть!

* * *

Каспер довольно откинулся на спинку дивана, потягивая спартанский сидр.

И всё-таки Загульный остров действительно оправдывает данное ему название! Чего здесь только нет!

Прекрасные красотки из клуба «Незабудки», крепкая, качественная выпивка! Десятки торговцев с богатейшим ассортиментом всего на свете!

А также отменная компания, казино, бары, бильярдные и ещё десятки заведений подобного рода.

Уже которую неделю подчинённая ему эскадра кутит здесь, словно в последний раз! А сколько Е-баллов потрачено за это время⁈ Даже не сосчитать!

Впрочем, его подчинённые не только пьянствовали, гуляли с девушками да предавались праздности! О, нет! Это была лишь видимость! Пыль, которую они бросали в глаза спартанцам!

Пока большая часть моряков веселилась и наслаждалась жизнью, самые доверенные подчинённые Каспера изучали остров, его окрестности, сверяли предоставленные Спартой карты.

Искали лазейки, уязвимые места, недостатки предполагаемого врага.

Ведь, как и всегда — если идёшь на акулу, сначала нужно найти её самые слабые места! Чтобы после вонзить туда свой наточенный до бритвенной остроты гарпун!

Так и сейчас, сидя в глубине очередной таверны, Каспер ожидал своего связного. И тот не заставил себя долго ждать. Почти ввалившись в двустворчатые двери питейного заведения, мужчина заказал новую кружку то ли сидра, то ли бренди и бросил свой кошель на барную стойку, даже не пересчитав Е-баллы.

Получив заказ, он направился нетвёрдой походкой к Касперу, после чего плюхнулся напротив и насмешливо глянул на своего Адмирала.

— Здесь, ик, не занято⁈ — спросил он, обдав Каспера облаком перегара.

Мужчина поморщился, но сдержался от желания впечатать кулак в лицо собеседника.

— Сиди уж, раз припёрся. А то если попробуешь сейчас подняться, то, чего доброго, разобьёшь голову о край стола, — пожал плечами Адмирал Пятиморья.

— Вот и славненько…

Ещё какое-то время они перебрасывались ничего не значащими фразами. Убедившись, что на их столик никто не обращает внимания, Каспер наконец навис над столом.

— Переходим к делу. Как всё идёт?

— Тухло всё идёт, Адмирал, — мгновенно утратил даже намёк на опьянение подчинённый. — Спартанцы чертовски осторожные ребята. Как бы наши люди ни пытались, но выведать что-то действительно важное нам так и не удалось. Всё глухо. Похоже, местные не такие уж простаки. Или нам сюда прислали каких-то специальных людей.

Каспер надеялся устроить настоящий рейд по побережью Спартанского Королевства. Их фрегаты в разы мощнее и крепче местных галер и драккаров. На морских судах Пятиморья установлены настоящие пушки, мортиры и много другого грозного вооружения!

В огневой мощи они способны одолеть любого! Даже если у Спарты действительно есть воздушный флот, фрегатам не составит труда сбить эти «пташки» обратно на поверхность земли!

Подумаешь, велика разница — стрелять по судам вдалеке или по целям в воздухе! Всё, что потребуется от выходцев из Мадрида — изменить угол наклона орудий! И точка!

Но вернёмся к происходящему.

Каспер ставил перед собой задачу — разведать торговые маршруты Спарты, определить для своей эскадры самые привлекательные цели, а затем внезапным броском нанести врагу болезненный удар.

Но вот его план терпел крах уже в самом начале! Как организовать рейд, если точных карт и данных нет? Просто бороздить море вслепую, как какой-то глупец, в надежде на случайную встречу?

Нелепо!

Спарта явно лучше знает свои воды, а потому соберёт внушительные силы, чтобы бросить вызов флоту Каспера.

А прямое столкновение в его планы не входило. По крайней мере, пока трюмы его судов всё ещё пусты.

Пятиморью необходимо проникнуть вглубь Спарты. Но местные не собирались этого допускать. А потому самое время было переходить от слов к делу.

Самое время начать игру. И у Каспера уже была подготовлена первая заготовка. Осмотревшись по сторонам, Каспер встретился взглядом со своими подельниками, изображавшими обычных пьяниц.

Те ответили едва заметными кивками.

Все готовы. Самое время.

— Пора начинать веселье.

Глава 18

— Господин Валерьян, новые отчёты, — сообщил помощник.

— Клади на стол, я с ними разберусь позже, — ответил мужчина, изучая сводку от спартанских торговцев. Всё функционировало точно часы. Торговые караваны прибывали в порты по расписанию с небольшим лишь отклонением из-за очередного шторма или же появления морских монстров.

Впрочем, на перехват последних оперативно отправляли пару-тройку «Рейдеров», после чего суда возвращались с богатым уловом для консервных фабрик.

В последнее время морская торговля заметно оживилась ввиду появления гостей с запада на Загульном острове. Казалось, прибывших торговцев интересовало абсолютно всё. Их внимание привлекал каждый товар, любая мелочь и безделушка.

И тем яростнее прибывшие торгаши с запада схлёстывались в спорах с продавцами, готовые бороться до изнеможения за каждый Е-балл.

Странные ребята. Хотя, пожалуй, в этом крылась своя логика. Кто в мире не мечтал скупить всё на свете и при этом остаться при деньгах? Так и торговцы из Пятиморья, несмотря на своё возбуждение, ни разу не забыли своего истинного призвания — призвания торговца.

А торговец торгуется! Ровно до той поры, пока тебя не надурит! Ну, или пока ты не убедишь его в этом.

Перелистнув листок, Валерьян вчитался в строчки отчёта.

Гости с запада скупали множество позиций — тот же кофе мешками, зерно, фрукты и овощи, сидр и бренди. Привлекали моряков даже самые обыденные мелочи — спартанские трутницы, лечебные повязки, мази, косметика. Особый ажиотаж среди прибывших вызывала линейка артефактов. Складные палатки, походные котелки с функцией саморазогрева, амулеты для защиты от злых духов, спасительные амулеты для десантников, да много чего!

Создавалось впечатление, что этими покупками западники стремились изучить Спартанское Королевство досконально. Чем оно живёт, насколько высок уровень его развития, как далеко простираются навыки наших артефакторов, насколько хорошо оснащена армия.

Валерьяну претила подобная тенденция, но Шурик чётко и ясно дал понять, что таким нехитрым образом Спарта оттягивает возможную войну.

Мужчина откинулся в кресло, вспоминая тот разговор по магической сфере.

— Разве мы не должны максимально скрывать информацию о себе? — спрашивал тогда он у Короля Спарты. — Зачем демонстрировать свои возможности? Чтобы враг сумел составить полную картину и должным образом подготовиться к первому удару?

— Всё для того, чтобы оттянуть первую искру, — пояснил ему Шурик. — Пойми, Валерьян, против нас находится не просто фракция, а целый регион. Если начнётся война, то она будет идти до победного конца. Сомневаюсь, что даже при самом благоприятном сценарии она закончится по щелчку пальцев. Нет, это будет война на истощение. До той поры, пока одна из наших экономик не рухнет.

— Но разве не лучше скрыть от врага подлинную информацию о нас? — спросил Валерьян. — Зачем показывать свой подлинный уровень развития?

Это ведь логично! Заставь врага недооценивать тебя! Заставь его допустить смертельную ошибку! А после подсекай, уловив удачный момент!

Делов-то!

— Отчасти, ты прав, — кивнул в ответ Король Спарты. — Однако ты не учёл одного момента. Чем позже начнётся война — тем лучше для нас. Пятиморье, по рассказам Адмирала Клея, объединилось больше года назад. Они существовали сами по себе в своём регионе. Без должного стимула к развитию и прогрессу.

Выдержав недолгую паузу, мужчина продолжил:

— У них не было врагов — Парижа, QWERTY и орков. Они достигли вершины слишком рано и не могли двигаться дальше из-за закрытых границ. У нас же такого недостатка нет. Все эти годы мы планомерно развивались и укрепляли собственный фундамент, готовясь к чему-то подобному, — заявил Шурик. — Поэтому чем больше времени у нас будет на развитие, тем меньшего успеха добьётся Пятиморье. Вне зависимости от их усилий.

— Но как же первый удар?

— Валерьян, ты в самом деле думаешь, что одна эскадра начнёт войну между двумя регионами? Если и ждать рыбу, то уж точно покрупнее! Ха-ха-ха!

Вынырнув из воспоминаний, Валерьян вернулся к сводке торговцев.

Слова Короля Шурика действительно сбывались. Стоило только морякам с запада узнать об аукционах, на которых раз в три дня продавали «невероятные» артефакты из Спарты, и любые стычки тут же сошли на нет. Гости явно притихли, решив изучить положение своего восточного соседа тщательнее, нежели прежде.

Некоторые торговцы докладывали Валерьяну о попытках подкупа — чтобы они привезли что-то «реально стоящее» с континента. Не просто бытовые безделушки-артефакты, а настоящее оружие! Реально грозные творения спартанского гения!

Забавно, что моряки действительно надеялись на успех! Торговцы, сплошь до последнего являющиеся выходцами с Винланда, с улыбками принимали кошельки с Е-баллами, обещая покупателям во всём разобраться. После чего незамедлительно шли к нему с докладом.

В который раз Валерьян утверждался в мысли, что мира между двумя регионами не будет. Западники хоть и неявно, но уже копали под Спарту, тянули к её подбрюшью свои острые когти. И его, как лорда-наместника Константинополя и Загульного острова, обязанность — убедиться в том, что у этих негодяев ничего не выйдет.

Пусть они сейчас пируют, тратят Е-баллы, гуляют с танцовщицами и отрываются по полной… Ведь скоро этот праздник подойдёт к концу. И Спартанский флот, как морской, так и воздушный — покажет, на чьей стороне сила.

Неожиданно в кабинет ворвался Гимли, офицер, которого Валерьян перетянул и на Загульный остров.

— Дело дрянь, шеф! — воскликнул бородач. — Там такое!

По его выпученным глазам стало понятно, что ничего хорошего их не ждёт.

— И почему никто не врывается в мой кабинет с хорошими новостями? — вздохнул Валерьян, поднимаясь из-за стола. — Хоть бы раз всё было в порядке! Чёртов мир Системы!

* * *

— Что ты сказал о моей маме, ублюдок!

— Я вообще-то молчал!

— Вот погань же! Ещё и врёт в лицо!

Бах!

Никто так и не понял, из-за чего начался весь сыр-бор, но всего за несколько секунд вся таверна оказалась втянута в массовую драку. Викинги, преимущественно отвечающие за безопасность Загульного острова, никогда не отличались мягким нравом, а потому вспыхнули, подобно спичке.

К ним тут же присоединились и моряки из Пятиморья, гордые и высокомерные морские волки.

Две толпы схлестнулись в главном зале в кулачном бою. Никто не доставал оружие, потому что каждый понимал последствия. Выбить пару зубов и похлестать врага по щекам — это ещё можно. За это тебя максимум оштрафуют и посадят в вытрезвитель. Но вот если ты кого-то убьёшь…

На Загульном Острове сразу же ввели самые строгие наказания за подобные случаи. Вне зависимости от обстоятельств. Убивать на острове было нельзя. Если же дело доходило до какого-то скандала, то Адмирал Пятиморья и Валерьян разбирались лично.

Так уже удалось уладить с десяток мелких споров между игроками из двух фракций.

По этой же причине никто не удивился очередной драке в таверне. Ну, нажрались и те, и другие, ну зачесались кулаки у всех собравшихся — с кем не бывает?

Однако в этот раз что-то пошло не по привычному сценарию.

— А-а-а-а-а-а! — дикий вопль оглушил участников пьяной драки. Игроки обернулись в сторону кричащего и недоуменно проследили за его пальцем, указывающим чуть в сторону.

Там, на древесном настиле лежал труп. Труп моряка из Пятиморья с самым обычным кинжалом, торчащим из спины. Холщовая рубашка насквозь окрасилась в красный цвет, а изо рта сочилась кровавая пена.

Миг, и тело матроса растворилось лужицей светлячков.

— Они убили Калли!

— Сукины дети!

И вот тогда осознание произошедшего дошло даже до самого последнего игрока в таверне.

Ситуация приобрела крайне скверный оборот!

* * *

— Выдайте нам убийцу!

— Долго вы планируете скрывать его у себя⁈

— Что, раз мы из Пятиморья, то нас можно пускать под нож втихую⁈

— Вы нарушили священный мир! Нет вам прощения!

— Подать голову убийцы!

— Подать его голову!

— Подать!

— А иначе мы за себя не ручаемся!

Валерьян с непроницаемым лицом наблюдал за сотнями моряков, заполонивших улицу и пытающихся прорваться через ряды морской пехоты. Они трясли кулаками, плевались, грозили всё здесь разнести, но пока не переходили от слов к действию. По крайней мере, пока что…

Загульный остров вспыхнул подобно спичке после новости о смерти одного из западников.

Резко, дерзко, стремительно.

— Слишком быстро, — словно прочитал его мысли Гимли.

Слишком быстро новость разлетелась по ближайшим тавернам. Слишком быстро толпа организовалась и вышла на улицы. Слишком быстро нашли «виновника». И слишком быстро… появились первые требования.

Не было стихийного беспорядка, неразберихи, хаоса. Просто, пуф, и народ поднялся вершить справедливость!

— Ясен пень, что всё это неспроста, — произнёс Валерьян. — Вот только затей Пятиморье войну, они напали бы и без повода. А уже у себя в регионе поведали бы какую-то байку. Для чего такие сложности?

И всё же Валерьян в своих людях не сомневался. А всё потому, что на Загульном острове не было ни одного случайного человека. Все проверенные и перепроверенные по десять раз. Все доказавшие свою лояльность Спарте. Торговцы, трактирщики и даже девицы в Незабудке были лично одобрены Третим, а уж его чутью можно было доверять.

Гимли уже опросил викингов в той таверне — разумеется никто не убивал западника. И выходит, что-либо кто-то из них нагло врёт своему начальству, получив взятку от Пятиморья, либо же… Всё это было организовано самими гостями Загульного Острова!

А что, гениально же! Прикончить собственного игрока, чтобы никто на тебя даже не подумал! А потом выставить виновником единственного соседа на острове!

Во что поверят больше — в то, что западники прикончили своего же, или в то, что Спарта не удержала кого-то из диких викингов под контролем, и тот пошёл во все тяжкие?

Чёрт, а ведь действительно коварный ход!

А меж тем толпа недовольных расступилась, когда из её недр появился разъярённый Адмирал Каспер. Если бы Валерьян не предполагал, что всё вокруг это лишь цирковое представление, то он действительно поверил бы, что Каспер сейчас хочет растерзать его на куски.

— У нас был договор о добрых намерениях! — воскликнул Адмирал Пятиморья. — Мы подписали его с вашим Королём! И вот такими «добрыми намерениями» вы нам ответили⁈ Убили одного из нас⁈

— Господин Каспер, я вас уверяю, расследование будет проведено тщательно, — холодно ответил Валерьян.

— И что⁈ — грубо прервал его Адмирал. — Хотите, чтобы я просто сидел и ждал, пока вы найдёте «пятое колесо», которое можно будет отбросить⁈ Знаем мы, как ведутся расследования! Дай только вам время, и у вас даже сама Система окажется главной подозреваемой в смерти моего человека!

— Я попрошу вас не делать поспешных выводов, — спокойно ответил Валерьян. — На острове погиб игрок. Это воистину прискорбно. Однако ничто не указывает на то, что убийца из числа спартанцев.

— То есть вы реально думаете, что это кто-то из нас⁈ — воскликнул Каспер.

Толпа за ним взорвалась от возмущения.

— Вы себя хоть слышите⁈

— Он был нашим товарищем! Целым капитаном!

— Совсем рассудок потеряли! Сразу видно, кто пытается свою вину скрыть!

— Мы требуем справедливости!

— Да! Компенсации! Компенсации за смерть нашего товарища!

— Вот-вот!

— Вы слышите голоса моих подчинённых? — указал себе за спину Каспер. — Они являют волю Пятиморья. Наш человек погиб, и вы, как хозяева Загульного Острова, обязаны выплатить нам компенсацию за понесённый ущерб!

После чего напоследок добавил с едва заметным оскалом:

— Это ведь вы гарантировали нашу безопасность на острове. Неужели слова спартанцев ничего не значат? Как и обещания вашего Королька?

— Ах ты ж…! — Гимли хотел уже послать этого наглеца куда подальше, но Валерьян остановил его.

— Чего вы хотите? — прямо спросил Лорд-наместник. — Выскажите свои условия, а я уже посмотрю, что можно с этим сделать.

— Вот это уже я понимаю разговор взрослых людей! Так бы сразу! В общем, записывайте…

* * *

— Передать Пятиморью Загульный Остров как передовую «торговую факторию» между двумя фракциями. Открыть их флоту доступ к внутренним портам Спартанского Королевства, поскольку убийца «мог сбежать» на том или ином торговом судне за последние сутки. Выплатить 100 000 Е-баллов семье погибшего капитана. А также ещё десять или около того условий уже куда более мелкой значимости, — заканчивает свой доклад Валерьян.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться.

— А у этого Каспера губа — не дура! Столько набросал условий, что хоть флеш-рояль из них составляй!

— В любом случае, — прочищает горло мой друг, — западники отступили на свои корабли и практически взяли Загульный Остров в морскую блокаду. Они намереваются досконально обыскивать каждое судно, что будет приближаться к пристани либо попытается уйти с острова.

— И как они ещё не задохнулись с таким-то самомнением? — качаю я головой.

— Ситуация явно достигла точки кипения, — вздыхает Валерьян.

— Ты так думаешь? В самом деле? — улыбаюсь я. — По-моему, тут ещё есть место для эскалации.

— Ну да, западники всего-навсего навели свои орудия на наш полис и готовы в любой момент обратить весь остров в руины! В самом деле, нам не хватает разве что искорки, чтобы ситуация стала совсем уж необратимой!

А ведь неплохой ход устроили наши гости!

Имея повод в виде смерти своего товарища, Пятиморье получило моральное право требовать с нас компенсацию. И тут уже встаёт вопрос, насколько «ценным» был погибший. Будь это простой моряк, то ещё бы ладно.

В большой политике никто бы не стал особо заострять внимание на произошедшем. Ну, погиб и погиб. Да, можно выдать пару тысяч Е-баллов и с любой компенсацией можно было покончить.

Но тут у нас целый капитан фрегата! Уже целый офицер! И притом не самый низкоуровневый!

Тут уже Пятиморье получило все козыри на руки, начав разыгрывать свою партию.

Вход во внутренние порты. Передача Загульного Острова…

Запад желает впиться в морскую торговлю Спарты, точно пиявка. Получив столь удобную перевалочную базу близ наших границ, а также возможность изучить всё наше побережье вдоль и поперёк, враг сможет по щелчку пальцев отрезать заморские земли Спарты от континентальной части.

И всё, ничего мы не сделаем без использования воздушного флота.

Вот только боевых барж у нас всего три штуки. А фрегатов у Пятиморья явно больше пары десятков. Как ни крути, но мы не сможем быть везде и всюду, следовательно, потери будут неизбежны.

Нет, допустить ушлых западников к себе на задний двор мы не можем. Как бы там они ни были «правыми».

Вообще, начать стоит с того, что Валерьян не так уж и неправ в своих доводах.

Подставное убийство… До такого надо ещё додуматься!

— В любом случае, я уже приказал флоту Алекса выдвинуться к тебе на помощь, — заявляю я. — Кто-кто, а он будет только рад возможной заварушке!

— Рад этого слышать, боюсь только, что этого может не хватить…

— А кто сказал, что он будет один? — улыбаюсь я. — Меня уже не берёшь в расчёт?

— Что ты, Шурик, что ты! — отмахивается от меня Валерьян. — Однако я думал, что ты где-то на восточной границе с орками.

— Я там был, но уже лечу к Спарте, — ухмыляюсь я. — Сменить курс уж точно не составит труда.

— Хорошо. Я понял. Что требуется от меня? Сомневаюсь, что Каспер будет достаточно терпеливым, чтобы дождаться твоего появления.

— Мы же уже были готовы к чему-то подобному, — усмехаюсь я. — Раз Пятиморье хочет поиграть, то давай сыграем! Перейти к плану Б. Посмотрим, как они тогда запоют.

Глава 19

— Ха-ха-ха! Это вы гениально придумали, господин адмирал! — хохотали капитаны в каюте Адмирала Каспера. Вино, сидр и бренди текли рекой, пока мужчины предавались веселью.

Повод был весомый! Они сумели прижать к ногтю всё Спартанское Королевство! А главное — как? Всего-то пожертвовав одним незадачливым капитаном.

— Калли сейчас, поди, на новом витке как угорелый крутится, — заметили в каюте. — Ему говорили, что нужно работать усерднее! И вот к чему это привело!

— Ха-ха-ха!

Калли был единственным, кого выбрали в состав их эскадры как наблюдателя от Совета Мадрида. Ни о каких выдающихся способностях речи не шло. Просто внедрили его в команду к Касперу, чтобы присматривать за новым Адмиралом. Действуй, злодействуй, но оглядываться не забывай, потому как каждый твой шаг будет передан руководству.

Всё-таки Совет слишком остро воспринял марш-бросок Адмирала Клея к границам неизведанного региона. Каспера подобное недоверие, естественно, не радовало.

Вот ещё! Он должен затмить своей славой легендарного Адмирала Барбароссу! Героя и спасителя Мадрида! А если в его тени всегда и везде будет шнырять ставленник из Совета, то ушлые дедки всегда смогут заявить, что Каспер действовал исключительно по их «мудрой» указке.

И растает слава Каспера как новой звёзды Мадрида!

Так что, когда Адмирал размышлял над тем, как всколыхнуть местное болото, переходя к самому веселью, ему на глаза попался Калли.

И пазл окончательно сложился.

Сообщил о своей задумке другим капитанам, те охотно пошли на рискованный план, так как никто и никогда не любил, когда за ними всюду по пятам ходит надсмотрщик. А дальше оставалось дело за малым.

Передать запечатанные конверты старшим матросам в нужный час. Доверить преданному игроку исполнить задуманное. Да выждать случай.

И ждать долго не пришлось.

Калли предпочитал ходить в одну и ту же таверну, так как уж больно там ему запала в душу официантка. Вот и в «день Ы» помощник Адмирала сработал как следует. Калли был убит выменянным у местных торговцев кинжалом.

Капитаны подняли своих подчинённых. Запечатанные конверты позволили быстро понять, что происходит вокруг и что от них, собственно, требовалось.

Западники вышли на улицы и высказали своё веское «фи». И у Спарты ничего не оставалось, кроме как принять их условия. В том или ином виде!

У местного наместника не было и шанса вычислить реального убийцу. Калли погиб в пьяной драке. Там даже участники самой битвы не могли толком разобрать лиц своих товарищей и друзей. Что уж говорить о незнакомцах. Тем более, Каспер подготовился и выдал исполнителю особый порошок.

Имя: Присыпка детская универсальная

Ранг: уникальный

Описание: Удаляет запах, стирает отпечатки, отлично избавляется от пятен крови и других жидкостей.

Порошок, словно созданный для ассасинов. Пусть спартанцы и получили в свои руки кинжал убийцы, но выйти через него хоть на кого-то у них попросту не получится. Кинжал чист. Как и место преступления.

Ни одна ниточка не приведёт ищеек туда, куда они желают. А, следовательно, это победа Пятиморья!

Спарта допустила смерть одного из гостей на своём острове! Такой инцидент! Скандал! Начнись сейчас война, и вся правда будет на их стороне! И ничего местные не смогут с этим поделать!

Им остаётся или принять ультиматум, или через несколько суток Загульный остров обратится в прах. И этого не изменит даже весь спартанский флот.

— Ну что, за нашу победу⁈ — рявкнул Каспер.

— Да-а-а-а! — ответил ему слаженный рёв. Один лишь Марио, сидя у края стола, не произнёс ни звука, просто подняв кружку с сидром.

Хотя на него и внимания не обращали. Все понимали, что мужчине не нравится происходящее, но, в отличие от того же Калли, Марио был одним из лучших капитанов во всей эскадре. А потому никто его бросать и не думал.

По крайней мере, пока он послушно исполняет приказы Адмирала Каспера.

— Сегодня ночью, — когда капитаны затихли, Каспер взял слово, — не дожидаясь ответа от спартанцев, я выделю вам два фрегата. Вашей задачей будет выдвинуться в рейд во внутренние воды Спарты. Навести там шороху. В идеале появиться, пограбить и столь же быстро двинуться обратно на запад.

— Но зачем, Адмирал? — спросил один из подчинённых. — Разве мы не должны дожидаться ответа спартанцев? А как же ультиматум?

— Спарта будет тянуть время, это и дураку понятно, — отмахнулся Каспер. — Они будут юлить, хитрить, искать выходы из сложившейся ситуации. Но разве мы должны сидеть и ожидать момента, когда наши «убийцы» придут к консенсусу⁈

— Ещё чего!

— И именно по этой причине два сейчас выбранных мною капитана «в порыве жарких чувств», — Каспер изобразил страдальческую физиономию на последних словах, — ослушаются меня и выдвинутся «мстить треклятым лицемерам». Прямо по торговым маршрутам Спартанского Королевства. Тонко и со вкусом. Не так ли, друзья мои⁈

— Гениально!

— А я про что! — хмыкнул Адмирал. — В какую бы ярость не впали местные корольки, но «правда» будет на нашей стороне. Мы не совершаем наглый грабеж, а вершим правосудие. Не берём остров в морскую блокаду, а очищаем местность от всякой гнили! По возвращении в Пятиморье о нас сложат легенды, господа!

Мужчина поднялся на свой стул ногами и, опёршись на край стола, рявкнул во весь голос:

— Мы. Станем. Героями. Мадрида!

* * *

Никто в ночи даже не заметил, как два массивных фрегата снялись с рейда и двинулись на восток. Неторопливо, аккуратно, без единого огонька на борту.

Даже если бы наблюдатели на острове хотели что-то разглядеть, у них попросту ничего бы не вышло. Только если с берега начали бы запускать осветительные шашки, то, быть может, и сумели бы понять, что кораблей не хватает!

Но поводов к подобному поведению ещё не имелось. Эскадра Пятиморья грозно патрулировала Загульный Остров, и все это знали.

То, что два судна покинут эту самую блокаду, никто и предположить не мог даже в самых смелых мыслях.

Никто, кроме Валерьяна, Лорда-наместника Константинополя и Загульного Острова, а также самого Короля Шурика!

Блокада острова «с целью поисков убийцы» являлась ничем иным, как полноценной провокацией. Ответь Спарта на неё мягко, и Пятиморье окончательно потеряет какие-либо берега.

Вседозволенность следует наказывать. А потому на такой случай был заранее заготовлен соответствующий план.

Каждый план предполагал свой сценарий. План А был рассчитан на то, что всё пройдёт тихо, мирно и без особых приключений. Никто в Генеральном Штабе на такое не надеялся, но не брать во внимание такой исход попросту было нельзя.

Быть может, Пятиморье ещё могло одуматься! Не рубить же с плеча! Однако, как показали последующие события, Спарта правильно решила не опираться на одну лишь удачу.

В зависимости от поведения вражеской эскадры у Спартанского Королевства имелись два запасных плана — план Б и В.

План В исходил из того, что западники высадятся на остров и начнут самую настоящую десантную операцию. Чуть ли не день Д, но в мире Системы. Отстроенному полису в таком случае надлежало превратиться в хорошо укреплённый форт, о который противник должен был обломать свои уж больно острые зубки.

Для координации на местах и был вызван лично Валерьян. Только ему с могучими викингами было по силам продержаться до подхода подкрепления с континента. Если ситуация действительно запахнет жареным.

Однако Пятиморье не стало лезть в «пасть ко льву». Враг предпочёл действовать в родной для себя стихии. А потому на свет предстояло явиться именно плану Б!

Что это за план вообще такой?

Коварный маневр, которого от них не ожидают даже столь опытные моряки, как выходцы из Мадрида!

* * *

Острый нос фрегата рассекал чёрные волны. Звучало лишь умиротворённое шипение пены, да летели водные брызги. Капитан Электрон с удовольствием опёрся на борт фрегата, пытаясь разглядеть звёзды на мрачном небосводе.

Безуспешно. Сегодня ночь явно будет облачной, а потому хоть глаз выколи. Ещё и движение идёт без единого «опознавательного знака»! Ни одного зажжённого фонаря! Ни одного фонарика! Полный блэк-аут!

Не знай Электрон своё судно от носа до кормы, то приложился бы по пути о древесный настил раз этак пять-шесть!

Ничего! Им нужно потерпеть всего пару часов. Отойти на приличное расстояние… А там уже можно будет и под полным парусом двинуться навстречу богатой добыче и сладкому улову!

Электрон был уверен, что у Спарты найдётся чем поживиться! Особенно, если пройти вдоль самых сочных её портов. Ох, не зря господин Барбаросса обменялся картами с Королем Шуриком! Ох, не зря!

Теперь, хоть и имея лишь общее представление, но они знали, куда плыть! А там уже на месте они и сами разберутся. В этом был один из плюсов пиратского промысла. Тебе не нужно было ловить каждое судно по отдельности. Чтобы получить сочный улов, достаточно было лишь рассчитать самые богатые торговые маршруты и пройтись по ним широкой гребенкой! Добыча сама к ним придёт!

Капитан уже было хотел двинуться в свою каюту подремать пару часиков до рассвета, как вдруг… обшивка фрегата неуловимо вздрогнула.

Бух.

— Чего? — моргнул Электрон, прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь уловить хоть какой-нибудь треск древесины.

Напоролись на риф? Или камень какой? Нет, не должны были. Уж вокруг Загульного Острова они успели неплохо изучить воды.

Здесь никаких опасностей нет и быть не может!

Так в чём тогда дело?

Бух!

Дрожь прошла по всему судну, подобно табуну мурашек. Вот только в исполнении целого боевого фрегата это не могло не вызывать опасений у его капитана.

— Нет, тут точно что-то не так, — прошептал Электрон, уже намереваясь поднимать матросов. Но ему было не суждено успеть.

Потому что прозвучал третий удар. Последний удар.

Палуба под стопой Электрона пошла толстыми трещинами, а затем и вовсе провалилась под собственным весом мужчины. С диким воплем Электрон рухнул в черноту, ударился о пол второй палубы.

Мужчина только и успел поднять голову, но всё, что он увидел в непроглядном мраке, — это алые глаза. Десятки, сотни алых глаз, которые не предвещали капитану ничего хорошего.

Электрон хотел заорать, что было сил. Он думал, что ещё успеет дотянуться до спасательной шашки за своей пазухой. Он верил, что сумеет подать сигнал Адмиралу и тот обязательно пришлёт свою эскадру.

Никогда так сильно мужчина в своей жизни не ошибался.

Электрон не успел сделать ничего. Ни пискнуть. Ни дернуться. Ни даже достать столь заветную шашку. Капитан грязной кляксой провалился в сумрачные недра раскалывающегося надвое фрегата.

И вслед за ним туда нырнули безмолвной волной десятки алых глаз.

А уже спустя десяток минут от двух фрегатов не осталось и следа.

* * *

— Ух, ну вы и бестии, конечно! — выдала Фортуна, выныривая на поверхность и жадно глотая воздух.

— А ты что думала, подруга? Что мы все эти годы баклуши били? — рассмеялась Сакура, лёжа на спине дельфина. Тот плавно держался у самой кромки воды, позволяя девушке обсыхать и наслаждаться устроенным ими «шоу».

— Баклуши не баклуши, а я вот, честно говоря, задолбалась часами куковать под водой, — всплеснула руками Прима. — Сколько можно⁈ Подточи обшивку. Тихо подточи. Незаметно. Пометь точки для атаки. И так далее. И так далее. И так далее…

— Зато смотри, какую работу проделали! — возразила Фортуна. — Когда ещё представится такая возможность! Уничтожили целый фрегат! Да ещё и второй утянули на дно!

В этот момент появился Жоржи со своей командой.

— Фух! Привет, девчонки! Смотрю, у вас тоже успех! — улыбчиво помахал дамам мужчина.

Прима и Сакура ответили ему весёлыми улыбками, отчего Фортуна тут же стала метать молнии налево и направо. Уж больно ревностно она относилась к любым, даже самым незначительным знакам внимания этих вертихвосток в адрес её мужа!

— Капитан, вы видели⁈ Видели⁈ Как мы их, а⁈ — вслед за Жоржи на поверхности стали мелькать и другие женские фигурки.

— Отлично сработано, дамы! — ответил подчинённому отряду Жоржи, и женские пересуды тут же зазвучали над ними всеми.

Их задача была выполнена на все сто!

Секретное оружие Спарты — армия раков-затейников показала себя во всей красе! Да не абы как, а ещё и с максимальной скрытностью! Вообще улёт!

Фортуна не могла не покачать головой на подобную беззаботность.

С присоединением Киото к Спарте морских дев стало чуть ли не в десятки раз больше. Теперь Прима и Сакура являлись не единственными специалистами своего профиля.

С одной стороны, это позволило им окончательно перейти в этакую «высшую лигу», где им поручали самые-самые миссии, но вот, с другой…

Более опытным девушкам пришлось натаскивать своих куда более непутевых боевых подруг. И не только им. Ввиду острой нехватки кадров боевых ныряльщиков также приписали к этому занятию!

Фортуна и так ворчала из-за постоянного присутствия этих двух рыбин около её супруга, так теперь вокруг вечно весёлого и собранного Жоржи крутится целый косяк ныряльщиц, предпочитающих любым гидрокостюмам только собственную кожу!

Уму непостижимо! И самое грустное, что она ничего не могла с этим поделать!

Хотя, говоря откровенно, Фортуне ещё нужно было радоваться, что далеко не все морские девы выбрали для себя военную стезю.

Некоторая часть, обретя полноценную свободу, отправилась путешествовать вдоль побережья и по заморским территориям Королевства.

Так, морские девы из Киото нашли себя в рыболовном деле, добыче всяких полезных водорослей и редких ресурсов вроде жемчуга, кораллов и прочего.

Они же стали одними из лучших навигаторов для бурно растущего торгового флота Королевства. Кто как не девушка, умеющая общаться с морскими обитателями, направит тебя в верном направлении?

Даже присказка о «бабе на корабле — не к добру» как-то резко изменилась на куда более веселое «без девы на носу — из порта нос не сую!»

— Девочки, разговорчики! — командный тон чуть не заставил Фортуну вытянуться по струнке. Впрочем, не её одну. Это к обусловленной точке на большом плоту прибыла Бара, бывшая наставница морских дев.

— Быстрее, дамы! Шевелите ластами! Нам необходимо покинуть этот квадрат до того, как враг хоть что-то заподозрит!

— Бу-у-у-у, госпожа Бара, дайте хоть чуток отдохнуть…

— Ласты будешь сушить на берегу! А сейчас меньше болтовни, больше дела! Иж чего думали! Отдыхать⁈ Задание не закончено, пока мы не вернёмся на базу!

— Ну во-о-о-т!!!

— Поговорите мне тут ещё!

Вообще, их план чуть было не накрылся медным тазом ещё в самом начале, когда оказалось, что обшивка мадридских судов покрыта особой краской, которая убивает любых морских гадов при контакте. Просто пуф и всё! И нет тебе ни краба, ни нарвала, ни дельфина, ни ещё какой живности морской!

Оттого срочно потребовалось вызывать ещё один отряд боевых ныряльщиков, благо, они находились чуть ли не на соседнем острове всё это время.

Король Шурик и Генеральный Штаб знали, с кем им придётся иметь дело, а потому армия морских тварей, морские девы и все подразделения соответствующего профиля временно перебрались поближе к Загульному Острову. Чтобы в случае чего всегда прийти на помощь.

Разве что флоты нельзя было так резво отрывать от их оперативных баз. Но это дело не критичное.

Главное же то, что боевые ныряльщики несколько ночей кряду сдирали эту самую краску, находясь под водой едва ли не круглые сутки. Посменно, конечно, но приятного всё равно мало.

Хорошо хоть, что мадридские моряки пили и кутили и на острове, и у себя в каютах, совершенно не обращая внимания на происходящее под собой. Будь они действительно настороже, и вся задумка оказалась бы раскрыта в первые же часы.

Но нет. Пятиморье слишком вольготно себя чувствовало на воде. Не верили, что им может хоть кто-то навредить вне суши.

Уж точно не Спарта с её «судёнышками». Однако у Спарты есть не только кораблики, но и кое-что покруче.

Армия морских тварей — они же раки-затейники!

Возвращаясь же к прошедшей операции, морские девы и боевые ныряльщики сработали на все сто. Они подготовили «площадку» для своих моллюскообразных товарищей, обозначили наиболее уязвимые места в обшивке, а дальше просто дали сигнал к атаке.

И раки-затейники вдарили так, что никому мало не показалось! Сотни и сотни морских существ, которые кромсают твоё судно в едином ритме, — это страшно.

Это опасно.

Это смертельно.

Если первый фрегат тихо раскололся и столь же тихо ушёл под воду, то второй скрылся из виду чуть ли не по щелчку пальцев.

Хоп! И нет фрегата!

Враг повержен? Повержен! Миссия выполнена? Выполнена! Ну, а то, что корабли потонули под самым носом у выходцев из Мадрида…

Их ли это вообще проблемы?

Глава 20

Судовой журнал флагмана Мадридской эскадры. Ян, помощник Адмирала Каспера.

Пятница, 13-е:

Этой ночью Адмирал Каспер отправил два фрегата «на патрулирование». Их задачей было проникнуть во внутренние воды Спартанского Королевства и посеять там хаос. Их совокупной боевой мощи и высокой маневренности должно было хватить для серии молниеносных налетов на забитые грузами торговые суда Спарты после чего стремительно покинуть регион.

Адмирал обозначил примерный маршрут, сроки и установил связь посредством чаек. Эти пташки оставались практически неуязвимыми над водными просторами. Кто осмелится им помешать? Морские твари? Чужие корабли? Исключено!

По истечении суток высланная группа должна была доложить о своем успехе. Или, по крайней мере, неудаче. Никто не исключал возможности того, что Спарта отслеживает каждый наш шаг. Да, вероятность была мала, но здоровая паранойя спасла не один экипаж!

В случае обнаружения Электрон, капитан рейдовой группы, мог сослаться на то, что они «заплутали» и запросить сопровождения обратно к Загульному Острову. Да, это означало бы признание поражения, но лучше так, чем угодить в пасть оскалившегося тигра.

Однако спустя сутки никакого отчёта не поступило. Рейдовая группа просто умолкла. Или исчезла без следа.

* * *

Судовой журнал флагмана Мадридской эскадры. Ян, помощник Адмирала Каспера.

Суббота, 14-е:

Под конец вторых суток Адмирал Каспер составил проверочное послание. Когда письмо вручили почтовой чайке, та принялась наворачивать круги над флагманом. Это означало лишь одно — чайка не могла найти получателя. Он исчез!

В случае с двумя фрегатами это указывало на их гибель. Как? Когда? Каким образом⁈

Адмирал немедленно созвал совет капитанов и начал опрос. Не заметил ли кто чего-то необычного? Не доносились ли подозрительные звуки ночью? А как вели себя спартанцы? Все так же оставались на острове? Точно ли оставались⁈

Два новеньких и вооруженных до зубов фрегата не могли просто раствориться в ночной тиши! Нет, здесь крылось что-то зловещее! Определенно что-то не так!

На всех судах провели тщательную проверку. Осмотрели каждого матроса, каждый закоулок, каждый канат и орудие. Ни подозрительных зарядов, ни диверсантов, ни новых или отсутствующих лиц. Ничего. Все оставалось как прежде!

Разве что защитную обшивку дна для отпугивания морских существ следовало обновить. Похоже, переход из одного региона в другой серьезно сказался на ее состоянии. Но это мелочи.

В остальном сохранялся полный порядок. И именно это нервировало, настораживало. Как могло случиться, что два фрегата пропали без единого выстрела? Даже без пуска сигнальной шашки⁈ А ведь последнюю надлежало запускать при малейшей угрозе! Просто чтобы остальные члены эскадры получили лишние минуты на подготовку. Тем более что всегда лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Это знал и Электрон, капитан рейдовой группы. Он не мог ослушаться приказа Адмирала. В этом Каспер был уверен.

Когда стало ясно, что капитаны не придут к решению, Адмирал объявил о намерении выслать третий фрегат вслед двум пропавшим. Его целью определили поиск остатков исчезнувших кораблей и установление причины потери связи. Рейдовая группа не могла уйти далеко за сутки, тем более что с ними согласовали маршрут следования.

От новой команды требовалось лишь пройти по их следам и осмотреть местность. После чего незамедлительно вернуться. В случае боестолкновения — зажечь сигнальную шашку и направиться на соединение с основной эскадрой.

Лишь затемно, когда Мадридская эскадра привычно патрулировала Загульный Остров, один из фрегатов отклонился от курса и устремился на восток. Со всеми включенными «огнями», открыто и демонстративно. Да, это уже считалось откровенной наглостью — спартанцы наверняка потребуют объяснений за этот «инцидент». Однако у Каспера уже был заготовлен ответ!

Сломался штурвал! Вот фрегат и отклонился от намеченного маршрута! За сутки починят, к следующему вечеру вернутся! И все останутся довольны! А главное — их миссия хоть как-то прояснит произошедшее.

Но то, что случилось дальше… этого никто не ожидал.

Вот фрегат мерно скользил по волнам. Его очертания отчетливо проступали в ночи благодаря десяткам фонарей. Все шло как обычно. Судно постепенно удалялось от эскадры и Загульного Острова, пока вдруг… не исчезло.

В мгновение ока погасли все фонари. Не прозвучало ни взрыва, ни треска древесины, криков матросов или сигнальной шашки. Словно по щелчку пальцев — и нет фрегата!

В ту же секунду Адмирал Каспер запустил в небо осветительную шашку. Черный небосвод окрасился алым светом. Новая звезда вспыхнула над нашими головами.

Матросы забегали по палубе. Прозвучал приказ — полный ход всей эскадре. Адмирал не собирался отпускать неизвестного противника просто так! Наплевав на возможное возмущение спартанцев, Мадридская эскадра устремилась на восток, раз за разом запуская в небо осветительные шашки, освещая себе путь.

Если враг надеялся укрыться за ночным мраком, в этот раз его замысел обречен на провал! Стало светло, как днём.

Не прошло и часа, как суда достигли последнего местоположения исчезнувшего фрегата. Но никаких следов обнаружить не удалось. Ничего. Абсолютно ничего! Ни клочков парусины, ни обломков бортов, ни пытающихся удержаться на плаву матросов. Не было здесь ни морских тварей, ни вражеских солдат.

Только бескрайний океан и все те же проклятые пенящиеся волны.

Этой ночью Мадридская эскадра потеряла свой третий фрегат.

* * *

Судовой журнал флагмана Мадридской эскадры. Ян, помощник Адмирала Каспера.

Воскресенье, 15-е:

Адмирал Каспер вновь созвал совет капитанов. Ситуация стремительно ухудшалась, и так продолжаться не могло. После исчезновения третьего фрегата рядовые матросы пали духом. Точнее — они пребывали в ужасе!

Если исчезновение рейдовой группы еще можно было приписать действиям Спартанского Королевства, то пропажа третьего судна казалась чем-то мистическим. Необъяснимым. Противоестественным.

На глазах у всей эскадры погибли десятки опытных игроков! В один миг! Даже звука издать не успели!

Случившееся оставило неизгладимый след в сознании матросов. Капитаны тут же отметили нарастающую нервозность и усиливающийся страх. Игроки дрожали от мысли, что следующими станут именно они! Нет ничего страшнее неизвестного врага. Ведь ты не только не знаешь, когда он нанесет следующий удар, ты даже не представляешь, что скрывается по ту сторону баррикады!

На фоне падения боевого духа Каспер потребовал ужесточить дисциплину. Загрузить моряков работой до изнеможения — что угодно, лишь бы не позволить им глубже погрузиться в пучину страха. На какое-то время это сработает, но как долго подобные меры останутся действенными?

Уже во второй половине дня к Адмиралу Касперу прибыли представители торговцев — те самые игроки, что отвечали за логистику и обеспечение эскадры провизией и расходными материалами.

Их задача заключалась в извлечении максимальной выгоды из торговли со Спартанским Королевством. Именно они проводили дни напролет среди торговых рядов и лавок, пока матросы развлекались в кабаках, тавернах и клубах.

Совет Мадрида поручил им изучение внутреннего рынка Спарты. Эта информация позволила бы оценить финансовую мощь их восточного соседа, да и вообще понять, чем живет королевство и на какие средства существует.

Теперь же Адмиралу поставили вопрос ребром — как действовать дальше? Когда Мадридская эскадра планирует возвращение?

Торговцев совершенно не устраивали события последних дней. Уже три судна безвозвратно потеряны! Практически треть боевой мощи исчезла впустую!

Когда наступит черед торговых кораблей⁈ Когда неизвестный враг доберется до истинного сердца эскадры?

Предприимчивые торговцы отправились в эту экспедицию ради реальной возможности нажиться на торговле между двумя регионами! Тем более что все военные вопросы находились в ведении Адмирала Каспера.

От торговцев требовалось лишь наладить связи с местными купцами — и все. Ничего сложного, дальше все зависело только от умения договариваться и находить компромиссы.

Никто из дельцов и не помышлял рисковать своими жизнями, не говоря уже о нажитом состоянии! Они прибыли сюда не за этим!

Адмирал Каспер пытался удержать влиятельных торговцев под своим началом, но все его доводы разбивались о стену страха и требований гарантировать их безопасность. Гарантий, которые Адмирал, по понятным причинам, дать просто не мог!

Никто не знал, кто является их противником и когда неприятель нанесет новый удар. А если военный флот оказался совершенно беспомощен, то кто защитит драгоценный груз торговцев? Именно что никто!

У Мадрида попросту не существовало средств защиты от чего-то столь… неординарного. Пушки? А по кому стрелять во тьме? Артефакты? А против кого? Врага не то что не видно — даже неизвестно, действительно ли он уничтожил фрегаты?

Монстр это? Игрок? Или же некий дух? А может и того хуже!

В результате жарких споров торговцы выдвинули Адмиралу собственный ультиматум. Касперу надлежало разобраться с происходящим и устранить источник всех бед эскадры, иначе торговые суда отправятся в Мадрид! На следующие же сутки!

Стоит ли говорить, что Адмирал пришел в ярость от того, что его эскадра рассыпалась прямо на глазах? Матросы, узнав о случившемся, окончательно пали духом. Боевой дух безвозвратно достиг дна.

Уход грузовых судов из состава эскадры всегда и везде означал конец войны. Почему? Да потому что без них невозможна ни одна продолжительная кампания.

Каждый фрегат представлял собой совершенную машину смерти. Смертоносный клинок, способный вступить в бой с любым противником на воде.

Фрегаты являлись шедевром мадридского кораблестроения. Но в них таился один критический недостаток.

Эти суда были всецело предназначены для войны. А потому их трюмы не могли вместить много грузов. Учитывая уход торговых судов и время на обратный путь в Пятиморье, у Мадридской эскадры оставались считанные недели. По истечении которых могло закончиться продовольствие.

Даже несведущему человеку было ясно, что в таких условиях начинать морское вторжение в Спартанское Королевство — бессмысленно. Более того, это равнялось бы смертному приговору.

Однако Адмирал Каспер предпринял последнюю попытку извлечь хоть какую-то выгоду из случившегося. Уже под вечер Адмирал в сопровождении самых преданных подчиненных отправился на шлюпке к Загульному Острову.

* * *

— Я требую объяснений! — такими словами делегация Мадрида встретила Валерьяна.

— И каких же? — улыбнулся Лорд-наместник острова.

— В ваших водах мы потеряли три фрегата! Три дорогостоящих корабля! Со всеми матросами! — прошипел Каспер, нависая над столом для переговоров, — Это просто неслыханно!

— С кем не бывает, — пожал плечами Валерьян, — Удача — дама ветреная. Сегодня она благоволит вам, а назавтра…

— Не нужно говорить мне об удаче! — отмахнулся Каспер, — Я спрашиваю, не Спарта ли виновна в исчезновении наших судов? И их экипажей?

— С чего вы взяли, что это наша вина? — усмехнулся Валерьян.

— Хотя бы с того, что это ваша зона ответственности! Вы давали гарантии безопасности! Гарантии того, что нам здесь ничто не угрожает! Это закреплено в договоре о мирных намерениях между Мадридом и Спартой! — распалялся все сильнее Адмирал.

— Да, мы предоставляли гарантии неприкосновенности, — спокойно согласился Валерьян.

Каспер расплылся в коварной усмешке, готовясь нанести следующий удар, однако…

— Но это касалось лишь Загульного Острова и его окрестностей, — заявил Лорд-наместник, — А Мадридская эскадра, как я заметил, покинула наши прибрежные воды, чтобы выразить свое веское «фи».

Каспер едва сдержался, чтобы не разразиться бранью в адрес собеседника.

А Валерьян продолжал:

— Видите ли, Адмирал, наш мудрый Король потому и предложил вашей фракции остановиться у Загульного Острова, чтобы обеспечить вашу безопасность. Как-никак, воды у нас тут крайне неспокойные!

С каждым словом собеседника лицо Каспера все больше бледнело.

— И потому неудивительно, если в них вдруг начнут исчезать забредшие туда мадридские суда, — театрально вздохнул Валерьян, — Какая утрата, скажу я вам!

— Вы не посмеете, — прошептал Каспер.

— Не посмеем что? — изобразил удивление его собеседник, — Спарта не имеет к происходящему никакого отношения. Более того, мы будем рады предоставить вам убежище в случае нападения неизвестных существ! Как-никак, долг каждого уважающего себя игрока — помочь ближнему своему! Не так ли? Правда, с вашей стороны потребуется пересмотреть ряд заявлений. И тогда Спарта с радостью обеспечит вам защиту!

Иными словами — либо забудьте о вашем «ультиматуме» и морской блокаде, либо наблюдайте, как исчезают ваши хваленые фрегаты. Один. За. Другим.

Каспер прекрасно понял невысказанный намек.

Спарта более не собиралась молча наблюдать за происходящим безобразием. Спарта показала клыки. Да такие, что вся Мадридская эскадра сейчас дрожала на своих суденышках, не смея лишний раз вздохнуть!

Адмирал оказался в безвыходном положении. Вся его хваленая «интрига» потерпела крах. Более того, он сам загнал эскадру в угол.

Либо он признает невиновность Спарты и встанет в порту Загульного Острова, тем самым обезопасив оставшуюся эскадру, либо может и дальше упрямо продолжать свои маневры и блокаду. Вот только в таком случае нападения «неизвестных» не прекратятся, словно ничего и не происходит.

Прославленную боевую эскадру разберут по частям.

И Каспер окажется бессилен что-либо предпринять.

— Так что? Мне предупредить работников порта, чтобы готовили теплый прием? — добродушно улыбнулся Валерьян, откинувшись на спинку кресла.

В комнате для переговоров раздался скрежет зубов Адмирала Пятиморья.

— Благодарю, но нам уже достаточно спартанского «гостеприимства», — процедил Каспер, — К утру наша эскадра отправится обратно в Мадрид.

— Прямым курсом, не подразумевающим никаких неожиданных «крюков», я надеюсь? — подмигнул Валерьян.

— Естественно…

— В таком случае желаю вам спокойного и безопасного пути домой! Будем ждать вас снова в гости!

«Не дождетесь», — мысленно произнес Адмирал.

* * *

— Господин Адмирал, — обратился к Касперу его помощник Ян, — А это нормально, что мы вот так просто покидаем Спарту?

— Нормально, — вздохнул Адмирал.

— А как же план морского вторжения? Или хотя бы рейд в их внутренние воды?

— Совет Мадрида явно поспешил с выводами, — глубоко вздохнул Адмирал, — Они, да и я, серьезно недооценили Спартанское Королевство и коварство их Короля.

— Прошу, поясните?

— Король Шурик мастерски сыграл на публику. Он и его подчиненные безупречно изобразили из себя белых и пушистых ягнят. Я полагал, что потревожить их не составит труда. Стоит только оскалить клыки, и враг задрожит от страха. Как же я заблуждался, черт возьми! — сплюнул за борт Адмирал.

— Но кто же тогда эти спартанцы?

— Волки в овечьих шкурах, вот кто! — рявкнул Каспер, — А такую стаю одолеть в одиночку просто невозможно.

— А это значит…

— А это значит, — продолжил Каспер, — Что одной эскадры будет крайне мало для покорения Спарты! Я это учту. И донесу свою позицию до Совета Мадрида. В следующий раз я приведу сюда все, что у нас есть, без исключения! Посмотрим, какие трюки выкинут эти ублюдки, когда под ними будет гореть сам океан!

Глава 21

Дирижабль плавно опускается на песчаный берег. Корзина глухо ударяется о песок, взметнув легкую золотистую пыль. Отрывистые команды экипажа разносятся над пляжем.

Я спрыгиваю из корзины и мягко приземляюсь на белоснежный песок, где меня встречает официальная делегация.

— Король Шурик, — приветливо кивает Валерьян.

— Друг мой! — с ухмылкой притягиваю товарища в крепкие объятия. — Гляжу, ты основательно загорел!

И действительно, Лорд-наместник Константинополя и Загульного острова теперь щеголяет насыщенным бронзовым загаром, как и большинство из его свиты.

— Как тут не загореть под таким палящим солнцем, — усмехается товарищ и жестом приглашает направиться к полису.

— Я смотрю, наши заморские друзья так и не дождались моего возвращения? — интересуюсь я.

Ещё пролетая над островом, я отметил отсутствие грозных фрегатов Пятиморья. Сомневаюсь, что Валерьян позволил бы им разгуливать вдоль наших границ, а потому вывод напрашивается один — эскадра отправилась в обратный путь.

Валерьян подтверждает мои предположения.

— Улетели, — с наигранной печалью сообщает он. — Но клятвенно обещали вернуться!

— Так уж и обещали? — усмехаюсь я.

— Может, вслух ничего и не сказали, но глаза Мадридского Адмирала выдали наших «партнёров» с головой, — разводит руками мой собеседник.

Вот так и приглашай на Загульный остров гостей. Приплывут, устроят кутёж, опростоволосятся, создадут проблемы на ровном месте, а после обидятся! Ужас какой! Никакой добрососедской порядочности!

В любом случае, вся эта эпопея с Мадридской эскадрой принесла нам определённую пользу. Во-первых, мы смогли достоверно установить, что о мире между двумя регионами не может идти и речи.

Я внимательно осматриваюсь. Уже сейчас заметно, как торговцы из спартанского королевства упаковывают товары и грузят их на галеры и транспортники. Сворачиваются целые таверны, бары, гостиницы.

Упаковываются обстоятельно и неспешно, забирая с тобой запасы товаров, провизии и вин.

Неподалёку от клуба расставили шезлонги и загорают танцовщицы из «Незабудки», ловя последние лучи тропического солнца.

Оборудование клуба тоже грузится на транспортные баржи.

Их купальники можно разглядеть разве что под микроскопом, а потому грузчики поминутно всё роняют, теряют и натыкаются друг на друга.

Подвергать риску простых игроков никто не намерен, поэтому дельцов настоятельно попросили покинуть Загульный остров, чтобы не оказаться в будущем между двух огней.

Пятиморье стремится расширить своё влияние, вырваться за пределы своего региона. Длительная изоляция нанесла серьёзный удар по их самолюбию, и не исключаю, п общему технологическому развитию.

Мадриду необходима цель, конкретная точка приложения усилий. Волею судьбы такой точкой может стать Спартанское Королевство. В этом нет ничего удивительного.

Внешний враг всегда служил эффективным инструментом для консолидации ресурсов: как людских, так и материальных.

Если Мадрид одолеет Спарту, Пятиморье сможет раскинуть сети на второй регион, обрести желанную «большую землю» в виде нашей континентальной части и окончательно утвердить за собой статус местного гегемона.

Верно и обратное — бездействие Мадрида рано или поздно приведёт к потере лидирующей позиции.

А значит, повышает угрозу его поглощения Спартанским Королевством. Конечно, таких планов у нас не было — попросту не до того, но откуда это знать западникам?

Выходит, перед нашими соседями стоит непростой выбор: либо «дружить народами», постепенно теряя преимущество перед растущим Спартанским Королевством, либо «сделать ход конём» и нанести упреждающий удар.

Уже по тому факту, что эскадру возглавил не миролюбивый Клей, а воинственный Каспер, можно делать соответствующие выводы.

Мадрид готовится к войне.

Этого кризиса нам не избежать.

А раз невозможно чему-то противостоять — необходимо это возглавить!

Неслучайно я прибыл на Загульный остров. События показали, что Валерьян прекрасно справился со всем и без моего личного присутствия. Однако Мадрид отступил лишь временно — он непременно вернётся.

Сомневаюсь, что в третий раз они ограничатся одной эскадрой. Спарте необходимо тщательно подготовить будущее поле битвы, серьёзно укрепить морские рубежи.

Что бы ни говорили, в этой области мы действительно отстаём от Пятиморья. В прямом морском сражении победа останется не за нами.

Фрегаты противника значительно превосходят наши галеры и драккары в технологическом плане. Надеяться, что к возвращению западников мы успеем наклепать достаточно пароходов… или даже броненосцев откровенно недальновидно.

В этой войне, как и с Парижем, придётся действовать от обороны.

А кто разбирается в этом лучше нашего славного мага земли Тома⁈

— Позволь представить тебе одного из наших талантливейших инженеров, — обращаюсь я к Валерьяну. — Именно он займётся обустройством Загульного острова и близлежащих территорий.

— Рад встрече, — Лорд-наместник пожимает руку магу.

— Взаимно.

— С Томом прибыли военные инженеры и мастера-кораблестроители из Киото, — добавляю я.

— Зачем? — удивляется Валерьян.

— Чтобы подготовить главную сцену в предстоящем спектакле!

* * *

В мэрии Том разворачивает карту планируемых укреплений.

— Это… впечатляет, — потрясённо разглядывает чертежи Валерьян, а вместе с ним не менее изумленные викинги.

— Амбициозно, не правда ли? — улыбаюсь я, получая утвердительный кивок от приятеля.

— Вот только успеем ли осуществить все задуманное? — хмурится Валерьян, — Столько работ, столько проектов…

— Придётся, — пожимаю плечами. — Иначе морское вторжение Мадрида будет не остановить.

Пятиморье нельзя допускать до наших внутренних вод. Почему? Потому что это грозит обрушить всю нашу торговлю! Афины, Винланд, Константинополь и мелкие острова окажутся в полной изоляции.

Континентальная часть Королевства лишится поставок продовольствия и множества других товаров с архипелага. Под ударом окажутся прибрежные территории: Солнечный Берег, Утёс, Киото, Бухта Уилсона.

На одних дирижаблях много не налетаешь. Их количества недостаточно для поддержания торговли между морскими территориями. К тому же нельзя исключать, что Мадрид рано или поздно научится сбивать наш воздушный флот.

При наличии пороха это не составит особого труда. Да, корабельные орудия для этого не слишком приспособлены. Но и летающие баржи нельзя назвать настолько неуязвимыми.

Маневренность у них никакая, бронебойные заряды смогут прошить обшивку практически насквозь, а там… плакали воздушные резервуары…

Но оставим эти мрачные мысли.

Чем располагает Спарта? Военно-морской флот, состоящий из тяжёлых галер в качестве основных боевых судов, барж-транспортников для доставки грузов, провизии и десанта, рейдеров и драккаров в роли разведывательных кораблей.

Также в нашем распоряжении дирижабли, отряды военных ныряльщиков и, разумеется, армия морских созданий под командованием морских дев.

Впечатляющая сила? Несомненно!

Однако против Пятиморья весь наш внушительный флот теряет значимость. На фрегатах установлены морские орудия. Фрегаты превосходят нас в скорости, прочности и боевой мощи на море.

Дирижабли в основном могут служить лишь для разведки. Отдельная проблема касается морской пехоты. В отличие от королевского корпуса, флотские бойцы не носят тяжелых лат и доспехов.

Здесь предпочитают кожаную броню и комбинезоны — ничто не должно стеснять движений и утянуть на дно при падении в воду.

Бойцу с экзодоспехом в море не разгуляться, увы.

Кожаные доспехи — это прекрасно, но защитят ли они от огнестрельного оружия Мадрида? У западников, как докладывают наблюдатели, практически у каждого моряка имеется пистоль. Так, во всяком случае, сообщают разведчики Валерьяна, следившие за гостями на Загульном острове.

Алиса отмечала, что выше 30-х уровней огнестрел действует уже не столь сокрушительно, но в этом-то и проблема! Наши моряки не могут похвастаться такими высокими уровнями!

По крайней мере, рядовые бойцы точно!

Потому даже в абордажном бою Спарта может не одержать победу. Вся надежда на наш козырь — армию морских созданий.

Именно их наличие способно позволить нам переиграть партию по своему сценарию.

Потопить фрегаты до того, как они выйдут на линию огня. С помощью дирижаблей передавать сведения о перемещениях противника и направлять навстречу группы морских дев.

Казалось бы, всё просто! Обнаружить вражескую эскадру, доложить о ней, затем отправить в нужном направлении морских созданий под руководством морской девы.

На бумаге легко, а на практике — полная неразбериха!

Сколько потребуется дирижаблей для патрулирования морских границ? Сколько необходимо магических сфер для своевременного оповещения? Да и морских дев нужно распределить по различным морским базам. Не могут же они все базироваться на Загульном острове или в Киото?

Учитывая все эти факторы, Генеральный Штаб под моим руководством разработал глобальную программу модернизации морских рубежей.

В первую очередь, в ближайшее время планируется возвести практически с нуля ряд крепостей на небольших островках вдоль всей восточной границы.

Эти крепости должны стать тем неприступным барьером, о который вражеская эскадра обломает свои клыки. Неприступные бастионы, башни с артиллерийским вооружением, магические сферы связи со Спартой, внушительные склады для длительной осады.

Здесь же впервые применим средства противодействия морскому десанту. Ведь в Мадриде тоже не глупцы. Флотские быстро сообразят, что одной артиллерией крепость не одолеть.

Неизбежно враг предпримет высадку на берег.

Там их встретят укреплённые редуты, оснащённые картечницами и огнемётами. Пляж будет защищён «зубьями дракона» — бетонными или каменными выступами, затрудняющими переброску чего-либо крупнее десантной лодки.

Под защитой крепостей разместятся просторные порты для нашего флота. Как бы ни превосходили мадридские фрегаты наши галеры, это не делает их неуязвимыми.

Помимо береговых укреплений, мастера-корабелы из Киото приступят к созданию настоящих плавучих крепостей.

Не тех скромных конструкций, что я видел в бухте Киото во время испытаний полиса, а подлинных морских исполинов — своего рода примитивных авианосцев.

Почему авианосцев? Потому что их проектируют с расчётом на то, чтобы даже боевая баржа могла приземлиться, не угрожая устойчивости судна.

Мадрид, судя по рассказам подвыпивших матросов, создал непобедимый флот? Они намерены повторить или превзойти славу легендарной Испанской армады? Что ж, пусть действуют!

Пока Пятиморье воссоздаёт флот 15–16 веков, Спарта шагнёт в век двадцатый!

Авианосцы, способные принимать дирижабли и боевые баржи, подводная армада морских созданий и отлаженная логистика на основе галерного флота!

Мадрид жаждет столкновения двух регионов? Они его получат! Только результат радикально разойдётся даже с самыми мрачными прогнозами противника!

Спарте есть чем удивить врага!

* * *

Передав Тома и прочих специалистов Валерьяну и проведя детальный разбор ситуации, я спешно покидаю Загульный остров на дирижабле. Увы, король Спарты не может позволить себе праздность.

Дела не терпят отлагательств!

По возвращении в Спарту я немедленно погружаюсь в государственные заботы.

Организация поставок продовольствия с архипелага. Налаживание работы «Синего креста» и распространение карет скорой помощи в крупных городах.

Прокладка железных дорог и контроль строительства туннелей через горы долины Киото и в обход Краснодарских болот.

Обсуждение с Майором и Ловеласом усовершенствований стандартного обмундирования спартанских воинов. Ведь руны можно применять и на обычных доспехах.

Те же руны всплеска — разве не идеальное средство⁈ Для наших бойцов в схватках с орками они бесценны!

Консультации с Алисой по развитию огнестрельного оружия и вопросы постановки новых артиллерийских орудий на массовое производство. Ведь для военно-морского флота и оснащения бастионов требуется не просто много пушек, а КОЛОССАЛЬНОЕ количество!

Необходимо решить и проблему производства пороха — спрос на него растёт стремительно! Существующие мощности не справляются с возросшими потребностями.

Уделяю время и докладу Третьего о ситуации на востоке.

По словам главы контрразведки, среди орочьих племен начались беспорядки. Несколько племнё, включая Племя Кровавого Клевца, втянулись в ожесточенное противостояние, и всё указывает на то, что эта междоусобица затянется надолго.

Хорошо ли, что орки сражаются между собой? Пожалуй. Однако настораживает внезапность начала конфликта.

Словно по щелчку пальцев! Возможно ли, что моё устранение Уррака, Верховного Главы Племени Кровавого Клевца, привело к столь масштабным последствиям?

В любом случае, я поручил Третьему пристально следить за развитием конфликта — рано или поздно победитель, если таковой определится, неизбежно обратит взор на наши земли.

В этой круговерти я не сразу замечаю, как в кабинет бесшумно входит Геля.

Моя супруга без лишних слов опускается в кожаное кресло напротив рабочего стола и терпеливо ждёт, пока я закончу с очередным докладом.

Завершив чтение, я, наконец, замечаю её присутствие и слегка улыбаюсь.

— Геля, что-то случилось? Нечасто ты заглядываешь ко мне вот так, — откидываюсь на спинку кресла.

— Разве жена не может навестить мужа на работе? — качает головой девушка.

— Конечно, может, — поспешно соглашаюсь я, — Рад, что ты решила скрасить мои серые будни. А то с этими бумагами… голова кругом. Может, травяного отвара? Мне как раз доставили цитрусовый микс с архипелага!

— Не откажусь, — кивает Геля.

Поднимаюсь из-за стола и направляюсь к небольшому столику в углу кабинета. Быстро завариваю ароматный напиток. Тотчас воздух наполняется запахом апельсиновой цедры.

Разлив отвар по фарфоровым чашкам, устраиваюсь на диванчике напротив Гели и с облегчением вздыхаю. Короткий перерыв определённо не повредит.

— Ты хотела что-то обсудить? — повторяю вопрос.

Геля, отпив из чашки, на этот раз отвечает прямо:

— Я хотела обсудить один серьёзный вопрос.

— Какой же?

— Нам нужно решить, как быть с Парижем!

Глава 22

— А что не так с Парижем? — интересуюсь я.

Геля принимается объяснять причину своего беспокойства.

Для полного понимания следует отмотать время на несколько месяцев назад, когда южный регион только присоединился к Спартанскому Королевству. В ходе стремительного броска на столицу Ордена Спарта и Легион молниеносно захватили Париж со всей прилегающей территорией.

Вскоре Легион, контролирующий Детройт, и войска командующего Тита перешел под мое командование, окончательно закрепляя за Спартой статус единственной фракции в регионе.

Однако вместо того, чтобы остаться на юге и возглавить переход местных игроков в лоно Спартанского Королевства, я вынужден был выдвинуться на восточную границу, чтобы защитить фракцию от возможного нашествия орков.

Интеграцией эе новых земель по традиции занялась Королевская Канцелярия. Но в этот раз ситуация отличалась от предыдущих случаев.

И главное отличие заключалось в масштабе.

По сути, за одну парижскую кампанию я удвоил территории и население своего Королевства. Колоссальный прирост!

Просто ошеломляющий!

Естественно, Королевская Канцелярия едва не взвыла от такого поворота событий. Почему? Потому что высшему руководству требовалось немедленно как-то удвоить число чиновников, торговцев, стражников и прочих кадров.

А на это требовалось немало времени и сил, и нервов!

Дошло до того, что на землях Спартанского Королевства началась небывалая доселе текучка игроков. Квалифицированных и хорошо зарекомендовавших себя работников тут же направляли на юг, чтобы максимально облегчить процесс «переваривания» этого куска территории.

Так, например, Колька, молодой Лорд-наместник Сладкой Жизни, неожиданно стал Губернатором Парижа. Ничего себетакой карьерный рост, а?

От небольшого полиса до второго по величине города во всём регионе! Впрочем, я, как и Канцелярия, верили в способности парня. Из Кольки определенно формировался талантливый управленец, что он уже продемонстрировал в Сладкой Жизни.

На юг устремились и другие знакомые мне личности, такие как Патрик и Гидропон, чьей задачей стала перестройка местного «бизнеса» под спартанские стандарты.

Патрик занялся модернизацией местных мастерских и цехов и приведения их из системы принудительного труда в относительно цивилизованные стандарты, в то время как Гидропон взялся за реорганизацию сельского хозяйства вокруг Детройта.

Из-за этого наплыва административных кадров и замены местных управляющих на «своих» парижане воспринимали Спарту исключительно как захватчиков. В определенной степени так оно и было.

Поскольку рабство в Королевстве полностью искоренили, уже невозможно было с чистой совестью назначать местных чиновников на управляющие должности. По крайней мере, на первых порах — слишком высок риск сепаратизма и закулисных интриг.

Так или иначе, требовался надзор, хотя бы временный контроль за новыми территориями.

Такова цена становления Королевством — невозможно подминать под себя фракции простым щелчком пальцев. Даже обложившись договорами от Системы, клятвами и заверениями местных, риск предательства и неповиновения сохраняется.

Такова новая реальность.

Чтобы предотвратить подобные ситуации, необходимо иметь собственных чиновников в резерве, способных оперативно взять на себя управление новыми землями. А затем обеспечить их плавный переход под новое руководство.

Но со стороны «покоренных» это неизбежно выглядит захватом.

И, что парадоксально, мы являлись самыми «гуманными правителями», о которых игроки прежде не могли и мечтать! В городах, полисах и форпостах, куда назначалась наша администрация, немедленно отменялись телесные наказания, а изнурительные, едва ли не круглосуточные рабочие смены сокращались до разумных пределов.

В поселениях возводились театры, клубы, таверны и амфитеатры. Из Спарты прибывали труппы актеров, музыкантов, артистов и других деятелей культуры.

Открывались магазины, на прилавках появлялись всевозможные новинки — от бытовых артефактов до всевозможных полезных мелочей.

Спарта организовывала праздники и фестивали, стремясь предоставить измученным игрокам Парижа заслуженный отдых. Из глобальной мастерской, «заточенной» исключительно под войну, эта местность превращалась во вполне себе свободные города.

Логично предположить, что местные жители должны были встречать нас со слезами счастья на глазах. Ведь так? Так ведь⁈

А вот как бы не так!

Реальность оказалась иной.

Внешне всё выглядело благополучно — парижане не саботировали распоряжения руководства, не распространяли слухи о жестокости спартанцев, даже протестов не наблюдалось.

Но в кулуарах, так сказать «на уровне кухонь и курилок» ситуация оставалась крайне неопределенной.

Привыкшие к суровым условиям, смирившиеся с необходимостью батрачить на фабриках круглые сутки, игроки просто… не приняли перемены.

Конечно, находились те, кто искренне радовался существенному снижению нагрузки. Мало кто в здравом уме станет протестовать против запрета на раздачу розг за малейшую оплошность.

Кто будет негодовать из-за того, что рабочие смены сократились чуть ли не в 2–3 раза при прежней зарплате? Только совсем уж отбитые люди!

Однако это не отменяло того факта, что для рядовых игроков Спарта оставалась чем-то чуждым, непонятным.

Зачем эти фестивали? Спектакли? Конкурсы? Клуб «Незабудка»? Какой смысл во всём этом в мире Системы?

Разве не восстановление прежнего порядка должно быть целью человечества? Разве не возрождение Земли является конечной целью всех игроков?

Стоит ли отвлекаться на все эти ребячества, когда продолжается процесс восстановления цивилизации? На протяжении почти трёх лет Консул и его окружение продвигали идею «далёкого светлого будущего» и необходимости жертвовать мелочами ради скорейшего достижения этой цели.

Ведь всё это ради общего блага! И плевать, что до этого блага еще далеко!

Суровые местные жители проникнулись идеей, что они пашут не просто так, а ради великой цели. И когда эту цель у них «отняли», они оказались разочарованы.

Спартанское Королевство придерживалось совершенно иных взглядов. Земля осталась в прошлом. А мир Системы существует здесь и сейчас.

Необходимо научиться жить в гармонии с новым миром. Не просто выживать среди духов, монстров, богов и прочих сущностей, а вести полноценную жизнь!

Магия, уровни, артефакторика, многообразие рас и существ — всё это фундамент новой реальности, с которой предстоит работать.

Прошлое не вернуть!

Парижане в большинстве своем этого не понимали или не желали понимать.

Отсюда и проистекали все проблемы. О существовании которых я узнаю только сейчас от Гели.

— Несколько месяцев Париж является частью Королевства. Марокко, Детройт и другие южные города тоже, — говорит моя супруга. — Однако даже сейчас они не чувствуют себя частью единого целого. Не ощущают принадлежности к Спарте. Существует Спарта, и существует Париж — без связи между ними. Нет того единства, что царит в степи. Появись ты в Москве, Киото, Винланде или Техасе — везде игроки осознают себя жителями Королевства. Они приняли нас как своих, как товарищей и соратников. Но на юге этого просто нет.

— И нет признаков улучшения ситуации, — заключаю я.

— К сожалению, это так, — вздыхает девушка. — Недавно я посетила Париж. Организовала показ мод и согласовала с Колькой небольшой фестиваль, чтобы продемонстрировать Парижу достижения наших модных домов. Возможно, даже вдохновить их присоединиться к этому соревнованию!

Геля грустно вздыхает, погружаясь в неприятные воспоминания.

— Представляешь? Фестиваль не только не вызвал ожидаемого интереса, но и спровоцировал недовольство местных игроков! — возмущается девушка. — «Нам здесь такого не надо»! «Пустая трата времени»! «Бесполезное расходование ресурсов»!

— Этот вопрос нужно решать, я согласен, — отвечаю я, анализируя ситуацию.

Этап Королевства — испытание для Интеллекта и Мудрости правителя и его ближайшего окружения. Раз рабскими договорами уже не обойтись, необходимо искать иные способы «привязки» новых жителей к государству.

Нужно что-то, способное объединить новых и старых игроков.

Армия здесь бессильна. В данном случае необходимо завоевать не города, это мы уже сделали, а сердца их жителей.

Но что может стать объединяющим фактором для всех? Какое событие способно привлечь всеобщее внимание? Заставить забыть о разногласиях и мелочах?

И тут меня осеняет идея. Причем какая!

Я смотрю на Гелю, и легкая улыбка появляется на моих губах.

— Кажется, у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

— О, и что же это?

* * *

— Олимпийские игры!

Мой голос разносится по залу совещаний. Министры поражены неожиданным предложением.

— Мой Король, повторите, пожалуйста. Я не совсем понял, — качает головой Тохич. — Устроить игры?

— Именно! Давайте организуем полноценные олимпийские игры! — подтверждаю я.

— Но разве это… решит проблему? — обеспокоенно спрашивает Мышь. — Разве главная трудность не в том, что южане избегают контактов с нами, кроме необходимого минимума?

— В этом и заключается главное преимущество Олимпийских Игр! — объясняю я. — Вместо навязывания наших обычаев и культуры южанам, мы поступим наоборот! Побудим парижан выйти из зоны комфорта и состязаться наравне с остальными! Если не можем пробиться через их защиту, то выведем их сущность на свет!

— Как это должно сработать? — всё еще сомневается Мышь. — Захотят ли южане участвовать в этом «представлении»? Ведь предыдущие попытки не принесли особого успеха.

— Потому что раньше мы демонстрировали только «своё», противопоставляя наш образ жизни парижанам, — поясняю я. — Естественно, если к тебе приходят с чуждыми порядками, мало кто обрадуется такому повороту событий.

Сделав паузу, я продолжаю:

— На Олимпийских играх мы предложим южанам самим проявить себя! Если они уверены, что их путь правильный! Если они действительно считают, что следуют верным курсом, тогда как Спарта «занимается ерундой» — пусть докажут это делом, а не словами!

— Знаете, в этом что-то есть, — задумчиво произносит Марка, министр торговли. — Если перевести существующее противостояние в плоскость спорта или состязаний, мы сможем существенно снизить напряжение на новых землях. А со временем это позволит полностью интегрировать Париж в состав Королевства.

Именно эту цель я преследую с самого начала. Не создавать же фильтрационные лагеря или устраивать массовые чистки ради получения «идеальных» новичков вместо упрямых парижан.

Спарте необходимо научиться принимать новые народы. Даже если те еще не вполне сформировались

. Кто знает — возможно, через несколько лет встанет вопрос интеграции совершенно чужой расы. Например, темных эльфов.

Или даже орков. Хотя насчет последних я ОЧЕНЬ сильно сомневаюсь. С такими воинственными существами, которые за словом в карман не лезут, непросто найти общий язык.

Попробуй пошути невзначай над каким-нибудь зеленокожим, а он тебе дубиной между глаз пропишет? Да так, что сразу отправишься на перерождение.

Так или иначе, мое предложение о проведении Олимпийских игр министры встретили с энтузиазмом. А значит, им быть!

Осталось решить самую малость — какие дисциплины будут представлены?

* * *

— Ну и холодрыга, — поежился мужчина.

Энергично повертев головой, Заргал с наслаждением потянулся. Сегодня погода удивила прохладой.

Для южных земель региона это было редкостью. Холодный ветер дул с запада, обжигая щеки и окончательно прогоняя остатки сна.

Обмотав шею легким шарфом, мужчина направился к своему рабочему месту — деревообрабатывающей фабрике.

Заргал никуда не торопился, зная, что снова придет раньше положенного. Впрочем, как и большинство работников.

Удивительная вещь — привычка! Сначала три года встаешь затемно и возвращаешься после заката, а потом, получив долгожданное послабление, просто… не можешь перестроиться.

Что бы ни говорили, но повышение уровня не превращает тебя в сверхчеловека. Ты по-прежнему хочешь спать, испытываешь голод, накапливаешь умственную усталость. И неважно, сколько у тебя Выносливости или Силы!

Режим сна остается режимом сна! Если он нарушен, то даже на 50-м уровне самочувствие будет неважным! Система не наложит дебаффов за такие мелочи, но состояние… останется где-то между «хреново» и «реально хреново».

И вроде бы сокращение рабочих смен — прекрасное нововведение. У жителей Парижа наконец появилось время для семьи, друзей, личной прокачки. Всё замечательно… только каждого не покидает предчувствие подвоха.

Не верилось, что такое благополучие просто свалилось с небес! Игроки ждали подставы! Все гадали, когда же Спарта, та самая коварная Спарта, о которой твердили легионеры, а потом и Орден, покажет истинное лицо.

Ждали, ждали. Но ничего не происходило.

Эта игра в «хороших парней» продолжалась до сих пор. Кто-то даже поверил, но только не коренные парижане! Игроки, присутствовавшие при основании Парижа, не верили в показную доброту!

Люди должны бороться! Сражаться! Добиваться победы любой ценой! Какие тут показы мод и фестивали⁈

Вы в своем уме тратить драгоценные ресурсы на подобную чепуху⁈

Так размышлял и Заргал, вспоминая последнее «культурное мероприятие» в их славном городе. Проспекты и жилые кварталы давно восстановили. От бомбардировки с боевых барж не осталось и следа. Только в центре города, перед бывшим дворцом Консула, возвышалась стела в память о жертвах легионеров.

Никто не забыл, что главным предателем оказался именно Орден и его глава Филин.

Заргал покачал головой, вливаясь в людской поток, который, как и он, не мог не явиться на работу на пару часов раньше. Привычка — действительно страшная сила.

Внезапно мужчина заметил группу игроков, столпившихся у стены с плакатами. Своеобразные стенды с главными новостями Королевства. Не все же выписывают газеты и журналы! Тем более что где-то на севере игроки предпочитают обсуждать новости в клубах, тавернах и чайных.

А настоящие труженики Парижа не желали тратить время на такие глупости!

Сейчас Заргал остановился у стены с плакатами, пробегая глазами по крупным заголовкам.

Победа над Пятиморьем на западе.

Отражение очередного натиска орков на востоке.

Революционное изобретение магоплиты.

О, открытие новых гигантских теплиц на окраине Детройта. Эта новость была ближе и понятнее парижанам.

Все-таки именно Детройт снабжает продовольствием весь юг региона!

Однако внимание Заргала привлекло другое.

Яркий плакат в центре стенда, словно намеренно притягивающий взгляд.

Олимпийские игры в Вавилоне! Приглашаются команды всех городов и крупных полисов!

Докажите, что вы сильнейшее, ловкое и могучее поселение Спартанского Королевства!

Покажите, кто здесь лучший!

Невольно Заргал представил картину: он с товарищами стоит на сцене, принимая медали и аплодисменты от надменных спартанцев. Затем объявляют, что именно Париж — краса и гордость всего Королевства.

И именно они должны повести человечество к светлому будущему.

Ведь их трудолюбие — залог успеха! Возможно, тогда удастся даже повлиять на самого Короля Шурика и предложить реформы, которые помогут другим поселениям стать лучше?

А что⁈ Звучит заманчиво!

— Может, действительно поучаствовать? — задумчиво произнес Заргал, прикидывая, кого взять на соревнования.

Ведь кто, как не работники их деревообрабатывающей фабрики, покажут всему региону, где раки зимуют!

Глава 23

— У тебя с головой всё точно в порядке, Заргал? — спросил его коллега Шнырь. Рыжий веснушчатый парень смотрел на него с нескрываемым недоумением.

— Ты предлагаешь участвовать в этих Олимпийских играх? Нам, жителям Парижа? Ты в своём уме? — продолжил он, качая головой.

Заргал тяжело вздохнул, понимая, как выглядит его предложение со стороны.

Пойти захватчикам на уступки. Уподобиться этим пустозвонам и забыть о действительно важных вещах.

Какие игры? Какие соревнования? Работать надо! А не тратить время впустую!

Однако у Заргала уже был заготовлен ответ на все озвученные претензии.

— А что предлагаешь ты, Шнырь? — поинтересовался он. — Сидеть на фабрике и притворяться, что всё хорошо и ничего не произошло? Оглянись, Париж уже часть Спартанского Королевства! Новый порядок сломит нас рано или поздно! Тем более что настроенных решительно игроков становится всё меньше и меньше!

И это была правда!

Да, сейчас настроения «всё ради победы» ещё относительно крепки на юге региона. На все эти увеселительные заведения с севера смотрят с сомнением и лёгкой надменностью.

Мол, поглядите на этих спартанцев! И недели не могут прожить без похода в кабак! Не то что мы, южане! Мы выносливее, дисциплинированнее и, конечно же, эффективнее!

Не то что пришлые!

Но как долго это продлится? Как долго парижане ещё будут настроены держать этот фасад? Ведь кто бы что ни говорил, а Спарта действительно в разы уменьшила нагрузку на простых игроков.

Всё больше парижан оказывается поглощено праздностью и бездельем. Нет-нет, да и заглядывают в клубы, в таверны «пропустить стаканчик», мелькают в театрах, чтобы подробнее изучить прошедший путь их новых владык.

Всё это затягивает, точно трясина.

Спустя несколько лет или, быть может, и того раньше от наследия истинных парижан не останется и следа!

И что тогда прикажете делать? Требовать от игроков вернуться на предприятия? Когда у тех будет законный выходной? Прямо как на Старой Земле?

Да пошлют такого инициатора куда подальше.

Поэтому нужно было что-то делать. И как можно скорее!

— Ты понимаешь, что это наш единственный шанс? — прошипел Заргал. — Шанс на то, чтобы всему Королевству доказать, что наш путь самый верный! Самый истинный! Если «чёрствые» парижане выиграют олимпийские игры, то кто ещё посмеет усомниться в нашем мировоззрении⁈

Шнырь уже было открыл рот, чтобы возразить, однако спустя несколько секунд всё же захлопнул его, так и не найдя, что сказать товарищу.

— То есть ты предлагаешь… одолеть захватчиков их же оружием? — спросил рыжий.

— Это я и предлагаю! — радостно кивнул Заргал. — Не секрет, что администрация не очень-то довольна нашим «упрямством» и тем, что мы хотим принести «верный путь» всем жителям Королевства.

«В Спарте так не принято!»

«Эффективно, но бесчеловечно!»

«Далеко мы так точно не уедем!»

«Поехали кукухой из-за своего Консула и Легиона!»

Как только назначенные чиновники не отзывались о местных порядках. Но в том-то и дело, что парижане свыклись с этим образом жизни! Они нашли в нём лазейки, смирились с происходящим и даже научились как-то существовать.

А тут спартанцы якобы заверяют, что теперь не нужно так много трудиться. Что теперь у всех будет выходной, короче смены, зарплаты больше и вообще куча свобод и развлечений.

Заманчиво? Ещё как! Вот только бесплатный сыр бывает лишь в мышеловках.

Парижане не готовы были соглашаться на столь заманчивый «пирог». По крайней мере, в большинстве своём.

Вместо этого они вознамерились перестроить Спарту изнутри. Раз юг и север так отличаются, то что мешает им попробовать перестроить ядро фракции?

Не восставать, понятное дело, это, во-первых, неэффективно, а, во-вторых, не приведёт ни к чему хорошему.

Только хуже сделает. Нет, парижане решили показать своим примером всему Королевству, что они лучше прочих областей!

И что, как ни победа в Олимпийских играх, раструбит об этом факте на всю фракцию⁈

— Только представь! Оказавшись на пьедестале, мы сможем привлечь внимание даже самого Короля Шурика! А вот он уже разумный и рациональный человек! Любой другой бы не смог одолеть Консула или того же Филина с его Орденом! — вещал Заргал. — Если мы попросим его хотя бы пересмотреть позицию касательно «южного вопроса», то откажет ли он нам на виду у всех?

— Это будет крайне неразумно, с его стороны, — кивнул задумчиво Шнырь. — Но никто не может гарантировать и того, что он попросту не отмахнётся от нас.

— Естественно, никто не гарантирует! — фыркнул Заргал. — Он же Король! Но согласись, моя идея хоть к чему-то может привести! Уж лучше рискнуть и вытерпеть эти «детские забавы»! Но зато какой может статься результат!

Шнырь раздражённо почесал свои кудри. Кинул косой взгляд на коллегу. Снова почесал голову. Тяжело вздохнул. И наконец решился.

— Хрен с тобой! Ты и носорога убедишь в том, что он тушканчик-переросток!

— Отлично! Тогда пошли к начальнику! Нас двоих определённо не хватит для участия! Потащим весь наш цех!

— О Великая Система, ещё и с руководством сраться… Знал же, что нужно было в рунологи идти. Там мне никто мозги бы не полоскал. Сиди себе и твори артефакты на заказ. Мечта, а не жизнь!

* * *

— Кто из вас криворуких недоумков настраивал проектор⁈ — отчитывает Ловелас своих подчинённых.

— Я, господин…

— Тогда объясни мне, какого дьявола ты использовал вторичную рунную цепочку⁈ Ты вообще думал, что делаешь⁈ — волосы Ловеласа торчат во все стороны. Похоже, испытания артефакта не обошлись без приключений.

— Хочешь, чтобы у нас зрители на новый виток отправились во время трансляции⁈

— Никак нет!

— Тогда сначала проверяйте, что вы там накуролесили, а уже потом устанавливайте в артефакт! Почему я должен за каждым из вас проверять по три раза⁈

— Но ведь, господин Ловелас, всё работало в штатном режиме на прототипе…

— А ты размер прототипа видел хоть? А итоговый продукт? Да он в десять раз больше изначального образца выходит! Нагрузки знаешь какие там? Какой ток энергии⁈ А тут твоя вторичная цепочка! К чему она в таком случае приведёт, скажи-ка мне, мил человек! — не унимается главный рунолог.

— К детонации, господин…

— Вот именно, ракообразное ты наше!

На всё это смотреть было необычайно занимательно. Не каждый день можно увидеть всегда одетого с иголочки и улыбчивого Ловеласа в столь потрёпанном состоянии.

— Смотрю, работой ты их загрузила по самое не балуй, — обращаюсь я к Алисе, которая также следила за ходом «шоу» с весёлой ухмылкой.

— Нет, ну а чего они? — фыркает девушка. — Строят из себя чуть ли не пупов Королевства после прибытия в Спарту. «Руны — это вершина магического искусства». «Настоящая наука не то что ваши поделки». Тьфу на них! Ладно, хоть Ловелас держит этих зазнаек в ежовых рукавицах.

— И правильно делает, — киваю я. — А как в целом идёт работа?

— Слегка опережает график, — отвечает супруга.

Мы как раз оставляем балкон и крики Ловеласа где-то позади, нырнув вглубь коридоров Королевского Дворца.

Приготовления к Олимпийским играм идут своим чередом. Моё объявление о столь масштабном мероприятии всколыхнуло Королевство. Чуть ли не каждое поселение посчитало своим долгом доказать всей фракции, что именно они «самые-самые»!

В столицу практически каждый час поступают звонки через магические сферы из полисов. Москва, Киото, Милан, Константинополь, Винланд, Утёс, Техас и даже Париж уже изъявляют своё желание сформировать полноценные команды.

Ещё никогда прежде в Спартанском Королевстве не создавалось такого ажиотажа!

Да, была мобилизация ресурсов для той же войны с Парижем или для преодоления Синей Смерти, но даже в момент моей коронации Королевство не было столь… деятельным.

Об играх говорили на улицах столицы, о них болтали в тавернах, клубах, ресторанах и даже в «Незабудке».

О желании посмотреть за ходом игр объявили и рядовые солдаты! Даже в двух крепостях попросили каким-то образом «протянуть кабельное», чтобы иметь возможность наблюдать за ходом мероприятия.

У нас же уже имелись магические сферы, через которые можно было связываться на расстоянии, так почему нельзя было несколько их доработать?

Сделать так, чтобы изображение шло не на небольшую поверхность шара, а на какой-то монитор?

Так был создан магический проектор. По сути своей это отдельный артефакт, который при соединении со сферой позволял получить куда более чёткую и масштабную картинку.

К нему же были добавлены самые настоящие колонки, что теперь позволит транслировать Олимпийские игры на главные площади каждого мало-мальски крупного полиса!

Увы, оснастить дорогостоящими сферами каждый форпост попросту невозможно, но на такой случай будет использована сеть жрецов спартанского Пантеона.

«Безумие!» — скажет кто-то. «Ещё какое!» — отвечу я! Использовать жрецов и их способность прямой связи с Чёрти-что и другими богами для пересказа событий на олимпийских играх — это, как минимум, необычно.

А как максимум — неслыханная дерзость! Впрочем, почему бы и нет? Пара дней работы сверхурочно не свалит жрецов с ног, а Чёрти-что получит возможность собрать в своих храмах целые толпы игроков!

И пускай те придут не ради того, чтобы слушать глас Богини Войны, а для того, чтобы узнать ход того или иного соревнования, но что с того⁈

Олимпийские игры должны сплотить вокруг себя всё Королевство! И я это сделаю так или иначе!

Кстати, поступали предложения переименовать игры в «Спартанские», но я после некоторого размышления отказался от этой идеи. Слишком много объединительного символизма, понятного каждому жителю земли кроется в этом названии. Так что пускай будут Олимпийскими.

Уже то, что жители Парижа и прилегающих к нему поселений желают принять участие в наших «детских забавах», свидетельствует о том, что нам удалось вырвать этих затворников из своего «домика».

Рано или поздно парижанам потребуется интегрироваться в наше общество. И чем раньше это произойдёт, тем быстрее мы сможем сосредоточиться на других внутренних вопросах.

А ведь их меньше всё не становится. Даже наоборот.

Я-то думал — вернусь с очередной войны в Спарту! Отдохну! Ха! Как бы не так! Рутина, наоборот, затягивает со всё большей силой.

Даже время на тренировки с гвардейцами приходится выбивать едва ли не с боем.

Тяжела шапка Мономаха! Впрочем, раз уж надел, то носи до конца!

Впрочем, это не отменяет того, что число моих заместителей и писарей пришлось увеличить в несколько раз. Почему-то всем в Королевстве нужна печать или подпись Короля!

И это при том, что практически всю работу переняла на себя Королевская Канцелярия. Эти ребята загружены не меньше меня самого, если не больше.

В общем, страдали бюрократией на Старой Земле, страдаем от неё уже и в мире Системы! Проклятие людского вида, не иначе!

Пожалуй, стоит ещё упомянуть и «жестокое побоище», которое сейчас происходит в стенах Канцелярии.

Что же случилось?

А нужно же было как-то определить дисциплины для первых олимпийских игр! Не использовать же нам всё то, что уже было придумано до нас? Уж больно это скучно! Да и не оригинально!

Не говоря уже о том, что некоторые виды спорта просто не котируются в мире Системы. Взять тот же забег на сто метров. Это на Земле была борьба самых быстрых атлетов, за которой наблюдали с восхищением.

А у нас что? Поставим игроков с самой высокой Ловкостью из возможных, и всё! Те пробегут дистанцию чуть ли не по щелчку пальцев!

Какое тут зрелище? Зрители даже остаточного изображения не увидят! Хоп, и всё! Соревнование закончилось! Победитель определён! Можно расходиться по домам!

Короче, нужно хитрить! Выдумывать что-то такое, чего не было на Земле, но что отлично сработает здесь!

И потому, чтобы Канцелярия окончательно не крякнулась от нагрузки, было решено отдать выбор дисциплин на волю будущих команд. Ну а что? В чём вы намного лучше всех, то и предлагайте!

Вам также другие команды предложат свои соревнования, а уже после вы все вместе будете пытаться во всех них победить!

Всё просто! Ха, да как бы не так, чёрт возьми!

Те же викинги — эти уникумы, посидели, подумали-подумали да поняли, что лучше всех в Королевстве они умеют бухать!

Поэтому уже на следующее утро мне пришла заявка от Винланда на то, чтобы внести на Олимпийские игры конкурс на самого стойкого… бухарика.

Кто больше выжрет королевского сидра, тот и самый-самый! Гениально же черти придумали!

Сгоняют в отпуск, напьются вусмерть, так ещё и наградят в случае победы! Ха-ха-ха! Всем бы такое счастье!

Я уж было действительно был готов согласиться на что-то подобное. Собственно, а почему бы и нет?

Однако Канцелярия единогласно воспротивилась и умоляла меня не включать такое «богохульство» в официальную программу.

Так что, увы, не будет состязаний в питье на скорость! А так ведь хотелось!

И вот таких казусов хватало везде и всюду. Буквально каждая мелочь оборачивалась ворохом проблем и головной болью. Я теперь даже понимаю, почему на Старой Земле Олимпийские игры проходили раз в четыре года. Выдержать подобный темп жизни, да и всё просчитать, организовать, утвердить — сплошная морока!

Хотя хорошо, что у меня есть «мудрые и всесильные» помощники! На которых я мог как бы… переложить всю эту рутину, пока сам скрывался в застенках Норы или в той же Шамбале.

Магический городок в спартанской долине всё это время рос и процветал. Здесь уже собралось с полтора десятка магов, которые вовсю изучали свои способности и активно их развивали.

Многие проблемы Спарты были решены благодаря экспериментам местных деятелей. Та же Погода не раз и не два отправлялась в «рабочие поездки», чтобы повысить урожайность тех или иных областей. Московская долина, долина Киото, предместья Спарты, Константинополь, Техас, Детройт — везде нужен был тщательный контроль над осадками.

Прайм благодаря своим голосовым командам смог стать идеальной страховкой для тех же морских дев. Если новенькие девушки не справляются со своей работой по контролю над морскими гадами, то Прайм оказывается тут как тут и «усмиряет» буйных существ.

Оникс, Алана, Кит и многие другие ищут способы для применения своей магии в мирном русле. Это, конечно, хорошо, когда у тебя под рукой находятся столь могущественные боевики, однако я в лице Спартанского Королевства по большей части предпочитаю использовать столь драгоценные кадры в тылу, а не на передовой.

Маги — это оружие массового поражения. Это верно. Но на них нельзя полагаться везде и всегда. Здесь, на землях Спартанского Королевства, они способны повлиять на нашу жизнь куда больше, нежели на поле брани, сжигая и испепеляя врагов.

Последних вряд ли станет сильно меньше, а вот уровень жизни никогда не может быть слишком высок.

Ведь в первую очередь Спарта существует для того, чтобы дать новый дом жителям Земли.

Следовательно, и наши солдаты, маги и учёные должны работать прежде всего над тем, чтобы улучшить жизнь наших граждан.

Разве не для этого и существует государство?

* * *

Над Вавилонской Башней в небо взмывают десятки, сотни красочных фейерверков. Музыка играет на каждой улице, она эхом разносится даже по самому тёмному и неприметному переулку.

Хотя сейчас кажется, что нет ни единого метра в городе, который бы не был заполнен людьми.

В итоге местом проведения Олимпийских игр было решено назначить Вавилон.

Почему? Потому что это символ единения степи. Символ победы над Свободным Альянсом и возвышения Союза Городов.

Именно здесь были заложены первые кирпичики Спартанского Королевства. И именно этому городу предстоит стать культурным центром всего региона.

Хотя он уже таковым и является.

Как-никак, а Спарта — это больше политическое и промышленное сердце моей фракции.

Организация в столице ещё и Олимпийских игр была бы чрезмерной.

Поэтому сейчас я стою на одном из бесчисленных балконов Вавилонской Башни, передо мной находится магическая сфера. Слева и справа от меня стоят мои супруги и верные товарищи.

Моё изображение транслируется на сотни проекторов по всему Королевству.

Спарта, Сладкая Жизнь, Киото, Утёс, Константинополь, Рим, QWERTY, Краснодар, Милан, Москва, Техас, Марокко, Винланд, Афины, Детройт, Париж и другие.

На площади каждого полиса виднеется мой силуэт.

— Жители Королевства, — обращаюсь я ко всем зрителям и слушающим. — Не буду ходить вокруг да около… Да начнутся первые Спартанские Олимпийские Игры!

Глава 24

— Как всегда, она впечатляет, — произнес мужчина, запрокинув голову и пытаясь разглядеть вершину Вавилонской Башни.

— Ну и зануда же ты, Люк, — вздохнула Амелия, его темноволосая спутница.

— С чего бы это? — не отводя взгляда от башни, спросил Люк.

— А с того, что ты на самых настоящих олимпийских играх, и это вся твоя реакция⁈ — возмущенно всплеснула руками девушка, но так и не удостоилась «правильной» реакции от своего собеседника.

Люк лишь сдержанно хмыкнул к вящему неудовольствию Амелии.

— И угораздило же меня выйти замуж за чурбана, — вздохнула брюнетка.

— Не бурчи. Это моя прерогатива, — усмехнулся мужчина, после чего они синхронно фыркнули и, взявшись под руки, двинулись дальше по торговому проспекту.

Вавилон разительно отличался от себя прежнего. Люк бывал в городе несколько раз в качестве фалангиста, сопровождающего еще тогда Лорда Шурика.

Мужчина являлся простым воякой. Исполнительным, немногословным, ответственным, но звезд с неба не хватал. Люк был из числа тех игроков, которых Спарта спасла из рабства из-под Краснодара. Освоившись, он тут же вступил в ряды спартанской армии.

Люк прошел немалый путь от солдата поддержки, метая дротики и плюмбаты в кочевников, вплоть до фалангиста-ветерана в рядах первого Королевского корпуса.

Он повидал и армию фанатиков Вавилона, и штурм Утеса силами Спарты, и даже марш Железного Легиона на юге Техаса. Люк едва ли не чудом пережил все эти боестолкновения.

А ведь шансов сгинуть в очередной кампании было очень много! Взять ту же битву у линии Шурика с силами Парижа.

В тот день Люк стоял в первых рядах фаланги, а потому до сих пор помнил ужасающую поступь всадников на носорогах. Он видел, как их натиск крошил его боевых товарищей. Сам он в тот момент лишь чудом не оказался под пятой одного из этих серокожих чудовищ, отделавшись парой сломанных ребер, сотрясением и обильной внутренней кровопотерей.

Гул их шагов все еще снится мужчине по ночам. О чем он, конечно же, никому и никогда не признается.

Примерно в то же время, вернувшись в Спарту, Люк познакомился с работницей его любимой пекарни, Амелией.

Приветливая и бойкая девушка сразу привлекла внимание уставшего солдата. Люк неосознанно стал захаживать в это заведение едва ли не каждый день, все чаще задерживаясь за прилавком с Амелией.

Так вышло, что ему хватило мужества пригласить ее на свидание в театр. Об этом даже думать смешно — он не страшился толпы безумных вавилонских фанатиков, а вот мысль об отказе брюнетки приводила его в ступор.

Впрочем, как говорил их лейтенант, Люк собрал яйца в кулак и озвучил свое предложение.

И ведь Амелия согласилась!

Люк как сейчас помнил, что практически всю постановку о героической обороне Спарты от нашествия кобольдов он просидел с идеально ровной спиной и смотрел куда-то в никуда.

Ни грохот музыкальных инструментов, ни трогательная актерская игра не повлияли на него. Люка волновала лишь мягкая ладошка Амелии, что покоилась на его собственной.

Мда, а еще бесстрашный фалангист называется…

Прошло несколько месяцев. Спартанская армия находилась в пределах столицы, тренируя новичков и отрабатывая координацию подразделений между собой.

У Люка с Амелией начался тот самый цветочно-конфетный период. Разве что вместо конфет были редкие пирожные прямиком из Москвы, а вместо цветов — разнообразные артефакты от одного знакомого из ученых Норы.

Амелия же в ответ раз за разом вытаскивала своего ухажера на различные мероприятия: то на очередное представление, то на музыкальный концерт, то на прогулку на кабанах вокруг спартанской долины.

В кои-то веки Люк был благодарен Спарте за то, что мог наслаждаться жизнью простого человека. Не ломиться в который раз на край света, чтобы освободить очередной кластер или одолеть очередную фракцию, а просто предаваться ничегонеделанию и счастливо проводить время с любимым человеком.

Тихо и мирно парочка поженилась. Люк вновь отправился на войну, уже в составе первого королевского корпуса в сторону Техаса.

Там же был наконец разбит Париж. Тогда же закончился самый изнурительный и продолжительный конфликт в истории Спартанского Королевства.

А у Люка вновь появилась возможность отдохнуть в тылу. На этот раз он умудрился раздобыть билеты аж на первые в истории Спарты Олимпийские игры!

Ух, ну и ажиотаж был вокруг этих билетиков! Только используя статус фалангиста-ветерана, а также запросив помощи у одного матерого интенданта, Люк смог исполнить задуманное.

Игроки со всего Королевства желали посетить мероприятие. И это несмотря на то, что трансляцию обещали показать в каждом полисе!

Спартанская наука воистину одна из самых продвинутых!

Еще немного и до Интернета будет рукой подать! Вон, уже первые зачатки телевидения пошли!

Но вернемся к нашим дням.

Сразу же Люк отметил для себя буйство цветов и нарядов в толпе. Среди прохожих он легко распознал буйных и голосящих викингов с Винланда — храбрые бойцы и преданные товарищи. С ними всегда приятно иметь дело, поскольку если викинг что-то тебе говорит, то делает это искренне и открыто.

Будет он тебя ненавидеть? Он выплюнет это тебе в лицо! Посчитает тебя своим лучшим другом? Ты сразу же об этом узнаешь.

Занятные ребятки, да и сражаются на славу!

А вот кого здесь встретить Люк был не очень рад, так это парижан. Постные мины, ходят чуть ли не строем, так еще и смотрят на веселящихся жителей вокруг, как на неразумных детей.

— А эти что еще тут делают? — буркнул Люк.

— А ты что? Не слышал? — проследила за его жестом Амелия.

— Не слышал чего?

— Париж также сформировал команду на Олимпийские игры!

— Париж? Не может этого быть, — покачал головой мужчина. — Чтобы эти снобы согласились на что-то столь «неразумное»?

Да, он понимал, что его нелюбовь к южанам объяснялась той самой приснопамятной атакой носорогов, а также утратой дорогих боевых товарищей. Все уже в прошлом, и тот же Легион это доказал делом, но осадочек, как говорится, все равно остался.

— А ты вот представь! — толкнула его локотком супруга. — Никто не стоит на месте! Не ты ли рассказывал про то, как в первую твою встречу со змееглазыми чуть не поседел?

— Это другое…

— Ну да, ну да! Поговори мне тут! Лучше давай поспешим — нужно еще занять наши места!

Мужчине не оставалось ничего, кроме как согласиться с Амелией. Возможно, их взаимная нелюбовь с парижанами тоже уйдет когда-нибудь в прошлое?

Может и так. Но сейчас им следовало ускорить шаг, чтобы поспеть на первый раунд олимпийских игр. Как-никак, а звон колоколов уже пронесся по всему Вавилону.

Вот-вот начнется веселье!

* * *

Над ареной проносятся махины боевых барж. Из их орудий во все стороны выстреливают фейерверки и снопы розовых лепестков.

Все это под музыку и гомон многочисленной толпы осыпается на головы игроков.

Зрелище воистину невероятное.

Знамена Спартанского Королевства реют под ревущими ветрами степи. По зрительским рядам проносятся настоящие «волны», характерные для любого мало-мальски крупного стадиона.

Королевская Канцелярия проделала воистину титаническую работу. Та самая арена, на которой Пирра когда-то сражалась против драконида под улюлюканье вавилонян и злую ухмылку Меджнуна, теперь была значительно расширена и отреставрирована.

Во время войны со Свободным Альянсом площадка серьезно пострадала, а также сыграла свою роль вспышка Синей Смерти. Именно здесь был размещен центр помощи Синего Креста.

Но не будем о былом.

Сейчас тысячи игроков со всего Королевства встречают выбранные ими команды.

Каждая из них несет свое собственное знамя.

— О, смотрите, там Пирра! — восклицает Алиса и едва ли не вываливается из нашей ложи. Геля в последний момент успевает перехватить ту за шкирку и не дать свалиться с балкона.

— Осторожно, бестолочь, — тихо произносит наша «аристократка».

— Ага-ага! — отвечает ей Алиса, все еще маша ладошкой нашей знакомой.

— Алиса, на нас же люди смотрят…

Менфи, сидевшая по мою левую руку, демонстративно качает головой и массирует виски.

— Будто бы ее это вообще волнует.

Хрюша же пожимает плечами, мол, когда хоть было иначе?

— Алиса, спокойнее, — говорю я супруге. — У нас еще весь день впереди. Уверена, что прыгать головой вниз сейчас — это лучшее решение?

— Тоже верно, — задумчиво произносит девушка и элегантно садится на свое место.

Геля посылает мне благодарную улыбку, на что я подмигиваю той в ответ. Мэнфи и Хрюша переглядываются между собой, после чего синхронно издают смешки.

Одна Алиса продолжает пожирать глазами участников олимпийских игр, не замечая ничего вокруг себя.

Выходцы из Спарты, одетые в алые спортивные костюмы, обходятся стягом с белой короной на алом фоне. По сути своей олицетворение Спарты, как оно есть — сердце всего Королевства.

Жители Киото, идущие следом и чьи юкаты выкрашены в темно-синий, довольствуются синим знаменем, в центре которого изображен черный осьминог. Отсылка на происхождение их морских дев и их губительную силу для любого флота? Любопытно.

— Давайте, ребята! Размажьте их всех! — с одной из лож разносится рев Князя О. Вот кто вовлечен в происходящее на все сто двадцать процентов.

— А ничего, что ты не пригласил других Князей в нашу ложу? — тихо интересуется у меня Мэнфи.

— Мы еще успеем друг другу надоесть за время проведения Олимпийских игр, — улыбаюсь я. — Тем более, что наши встречи почти всегда заканчиваются ворчанием о работе. Сейчас же, что мне, что им не помешает хороший отпуск. И уж с кем мне его провести, как не со своими красавицами!

— Подлый льстец, — шлепает ладошкой по моей руке зеленоглазка.

— Хочешь сказать, что я вру? — подмигиваю Мэнфи.

— Не врешь, — отвечает супруга, явно довольная моим ответом. Очки, различающие ложь, всегда на ней, а потому знает же, что я говорю искренне!

Знает и все равно требует ответов! Вертихвостка.

Меж тем на арене появляются москвичане.

Москва, облачившись в белые и желтые жупаны, будто на парад, щеголяет скрещенными молотом и вилкой, демонстрируя главные таланты их «маленькой Италии» — каменщиков, скульпторов и пекарей.

Ну, хоть не стали брать серп и молот — и на том спасибо!

— Я, кстати, давно не видела Актрису, — вдруг произносит Геля. — С ней же все хорошо? Она должна была давно восстановиться от Синей Смерти.

— О, с ней более чем хорошо, — усмехаюсь я. — Просто ее теперь не оторвать от ее нового мужа, Насруллы. Их «страстная борьба» разносится по всем уголкам дворца Актрисы уже который месяц.

— Какая срамота, — пунцовеет Хрюша.

— Хочешь переплюнем их? — подначиваю я брюнетку, на что та становится цветом похожа на спелый томат.

Так, под веселые подначки и разговоры ни о чем мы наблюдаем за шествием команд.

Афины не стали фантазировать, выбрав свое старое знамя, еще со времен независимости — белое полотно и огромная алая буква А. Точно ни с кем не спутаешь! Оделись же игроки в белоснежные тоги, отдавая дань памяти своим традициям.

Константинополь облачился в пастельные кафтаны и свободные штаны. Их знамя — белые весы на зеленом фоне.

Милан сделал выбор в пользу белоснежных рубашек и черных брюк — этакие джентльмены. Символом для них стало лиловое перо на черном фоне.

Техас никак не стал изменять себе, водрузив полностью алое знамя с золотой башней в центре. Техас стоит! Техас стоял! И Техас будет стоять!

— О, превеликая Система! Что это⁈

— Как их вообще допустили до игр в таком виде⁈

Возмущенные взгляды Мэнфи и Хрюши были направлены в мою сторону, на что я… просто пожал плечами.

Нет, ну а в чем проблема⁈

Подумаешь, викинги с Винланда решили всех удивить, облачившись в… меховые бикини и плавки. Угу, целая толпа почти что нудистов.

Не голышом ведь, правильно⁈ Да и люди у нас собрались все взрослые и разумные, так что не вижу никаких проблем. Ограничение в восемнадцать плюс уже было выставлено самим миром Системы!

Их встречали, пожалуй, громче всех. Хотя разве могло быть иначе? Среди викингов ведь не одни лишь мужчины присутствуют, но и девушки. Очень подтянутые девушки, мда.

Дальше на публике впервые являют себя жители Парижа. И вот их вид никого не впечатлил.

Ну то есть, ребята облачились в какие-то скучные серые костюмы. Не спорю, наверняка крайне удобные для носки, да и неприхотливые к стирке, но как-то… не для публики все это.

Впрочем, не мое это дело — парижан в их «эффективности» упрекать.

В качестве знамени ребята используют черный сжатый кулак на белом фоне. Отсылка к Железному Легиону? Неоднозначный выбор, что ни говори.

Но опять же, их право. Легион теперь сражается во имя человечества против орков, так что вполне себе «свой».

Когда команды освобождают арену, настает звездный час для Оникса и Жерара, наших магов жара и льда. Работая сообща, эта парочка устраивает настоящее световое шоу, виртуозно контролируя свои стихии и заставляя их раз за разом сталкиваться.

Энергетический купол, установленный над ареной, обеспечивает полноценную защиту для зрителей и позволяет едва ли не вплотную наблюдать за схваткой льда и плазмы.

Наконец, под конец этой цветовой феерии, два мага формируют из арены самый настоящий бассейн и с низким поклоном покидают ликующую толпу.

Простым игрокам очень понравилось шоу. Да что уж говорить — это ведь настоящая магия! Причем у простого человека не так уж и часто выпадает шанс понаблюдать за использованием этой самой магии.

Да, есть артефакты, рунные цепочки тут и там, но в первую очередь они создаются для восстановления уже знакомого всем уровня комфорта.

Иными словами, человеку будет совершенно все равно, на какой «начинке» работает компьютер или проектор. Из магических цепочек он состоит или микросхем. Работает и ладно!

А вот зрелище в виде двух мужчин, перекидывающихся огненными и ледяными шарами — это уже реально вещь!

Такого на Земле не встретишь за пределами кино!

Но все это являлось не более чем прелюдией. Ведь по сигналу на арену выходят красавицы из разных команд. Причем их одежда вызывает едва ли не дикий вой трибун.

Почему? Да потому что кто будет против бикини и не только их?

Первое соревнование олимпийских игр, предложенное Киото и которое было одобрено Канцелярией — это водное поло!

И да начнется шоу!

Глава 25

Кит меланхолично проследил, как из его рта вырывается облачко пара.

Холодает.

Или здесь, наоборот, всегда так? И это сейчас оттепель? Маг застыл на месте, изучая заснеженные шапки высоких гор.

Что же он делал в такой глуши? Понятно что! Строил Чертов туннель! Тот самый туннель, который должен соединить Спарту и Киото сквозной железной дорогой. Титаническая работа! Грандиозный проект!

Уже который месяц идут подготовительные работы, а конца и края не видно. То на работников обрушиваются волны монстров, то сходят лавины, то случается очередная напасть.

Из-за этого сроки возведения туннеля откладываются раз за разом, работы становится только больше, а продвигается их команда вглубь горных массивов медленно… Вернее сказать — умопомрачительно медленно!

Впрочем, радует лишь одно — прогресс есть и он немалый. Строительные бригады всё увереннее справляются с нештатными ситуациями. Король Шурик направил подкрепление на участок в лице спартанских солдат, чтобы те защищали шахтеров от нападок порождений Системы, а магов — для облегчения работ.

Вот и сейчас значительно подросшие големы Кита перетаскивают тяжести и дробят своими мощными клешнями горную породу, позволяя другим работникам взять перерыв.

Убедившись, что всё идет как по маслу и никаких инцидентов не предвидится, Кит направился в сторону небольшого форпоста, служившего базой для их команды.

Первое, что отметил мужчина — неестественную тишину. Обычно шахтеры, получив даже самый короткий перерыв, тут же принимались точить лясы и болтать обо всём на свете. При физической нагрузке в поте лица не так-то просто вести праздные разговоры.

А тут за чашечкой горячительного напитка, за сытным обедом грех не посплетничать!

Девушки порой считали, что мужикам кроме адреналина в крови, выпивки и женщин ничего не нужно. Думают, мужики не умеют сплетничать? О, ещё как умеют! Только делают это с изяществом кабана на тонком льду.

Ну и, естественно, исключительно на интересующие их темы.

Хрустя снегом под сапогами, Кит неожиданно различил гомон голосов, доносившийся из… храма Черти-что?

Хотя какой храм. Просто в лагерь с ними прибыл жрец Спартанского Пантеона, который периодически проводил беседы с работниками и следил за их моральным обликом. Этакий местный психолог.

Войдя в его избушку, Кит сразу уловил хохот, ругательства и крики своих коллег.

Мужчина хлопнул себя по лбу. А он уже и забыл! Сегодня же Олимпийские игры начались! И потому «трансляция» в лице зажмурившегося жреца уже шла полным ходом!

— Команда Киото противостоит Москвичанам! Идёт жаркая борьба! Девушки в бикини не намереваются отдавать победу своим оппоненткам!

— Эх, вот бы сейчас трансляцию, чтобы на всю эту красоту поглядеть, — вздохнул кто-то, — А не вот это вот всё…

— Не нравится — я могу замолчать, — фыркнул жрец, приоткрыв один глаз и взглянув в сторону говорившего.

— Нет-нет! Продолжай! Нам очень интересно!

— То-то же!

Кит обменялся приветствиями с заметившими его появление коллегами, скинул верхнюю одежду и вслушался в слова жреца.

— Резкий манёвр! Киото идёт в атаку! Москва защищается! Перед Сакурой возникли две защитницы разом! Сможет ли она преодолеть их оборону! Ого! Вот это да!

— Что там⁈ Что там⁈ — загомонили слушатели.

— Киото каким-то образом призвал на арену раков-мошенников! Они топят игроков Москвы!

— Да быть того не может!

— Сакура прорывается к воротам! Ей никто не препятствует! Вратаря тоже тянут на дно! И это… гол! — воскликнул жрец, и избушка взорвалась криками. Кто-то радовался, а кто-то в отчаянии колотил кулаками древесный настил.

— Нечестно, сволочи! Нечестно!

— Какое коварство! Какая подлость!

— Ура! Ставка моя! С каждого по Е-баллу, господа! Давайте-давайте! Не жмотьтесь! У нас был уговор!

— Будь ты проклят, хрен моржовый!

— Не дождетесь, господа хорошие!

Кит окинул взглядом царящий вокруг хаос, отпил травяного отвара, покачал головой и прикрыл глаза, вновь вслушиваясь в комментарии жреца.

Хорошее это всё же дело — Олимпийские игры.

* * *

— Я больше не могу на это смотреть, — шепчет Мэнфи, пряча лицо в ладонях.

— Как и я, — отвечает Хрюша, сгорая от стыда.

— И я, — синхронно восклицают Алиса с Гелей.

А я… а что я? Я не знаю, как реагировать вместе со всеми.

— Очередной гол! Поздравим же красавиц из Винланда! Они снова увеличили разрыв по очкам! — разносится хохот Черти-что в моих ушах.

Да, кто бы мог подумать, что Богиня Войны так легко вольётся в роль комментатора происходящего на арене. Именно её слова цитировали жрецы по всему Спартанскому Королевству.

На арене же под нами творится самый настоящий хаос.

Хотя, смотря с какой стороны посмотреть. После относительно спокойного матча между Спартой и Миланом, где игроки из столицы выиграли с небольшим отрывом, мы наблюдали разгромный матч между Киото и Москвой.

Причём я даже гадать не буду, как морским девам удалось протащить в Вавилон раков-мошенников, но факт остаётся фактом — Киото разгромили Москву.

И ведь вроде бы это наглое жульничество, но с другой стороны… это часть способностей морских дев, так что обвинять их в использовании собственных навыков как-то нечестно.

В общем, я решил не заострять внимание на этой ситуации. Ну, призвали морских гадов в бассейн! Никто же не пострадал! Так что пусть будет! На этот раз!

И вот вроде бы ничего больше не предвещало беды. Ага, как же! То ли для храбрости, то ли от волнения, но команда из Винланда напилась сидром по самое не хочу, и теперь фитоняшки в бикини с упорством носорога забивали автоголы.

Игроки из противостоящего им Техаса просто застыли с раскрытым ртом и безмолвно наблюдали, как девушки-викинги сражаются между собой и вбивают очередной мяч в собственные ворота.

— Ещё один автогол! Уже пятый по счету! Винланд всё больше вырывается вперёд! Вот это игра! Дух захватывает! Просто ух!

Кажется, Черти-что уже всё равно, кто кому там гол забивает — блондинка просто наслаждается моментом, транслируя происходящее своим жрецам.

А толпа ликует. Смеётся до слез. Продолжает восхвалять «прыть» винландских красавиц, а те только рады столь ярой поддержке.

И вновь звенит удар в гонг.

Очередной автогол… Игроки кричат от радости. Техасцы хлопают глазами и безмолвствуют. Мои супруги испытывают испанский стыд.

В общем, идиллия.

Следующим состязанием после водного поло оказывается классический боулинг. Нет, ну а что? Мы же тоже люди в конце концов!

Да и арену требовалось привести в надлежащий вид, а именно слить все те тонны воды. Поэтому, чтобы не терять времени, маг земли Том создал каменную площадку в центре арены, на которой и пройдёт второе соревнование.

А Оникс же и Жерар займутся уборкой того, что они наколдовали. Будут испарять или замораживать воду и вытаскивать всё это прочь.

Но вернёмся к боулингу!

Особых инцидентов тут не происходит. Игра, как игра. Команды соревнуются по очкам. Всё, как и на Старой Земле. Напряжённо и методично. С одним лишь ма-а-а-леньким различием.

Бах!

— О, ещё один страйк! Вот она настоящая мощь Спарты! Одним броском шара для боулинга снести целую стену арены!

Чёртовы высокие уровни игроков… С характеристиками наших ветеранов даже простое катание шара каким-то неведомым образом превращается в пародию на артиллерийский выстрел.

Вот как сейчас!

БАХ!

— Не повезло! Неужели глазки змееглазых не так точны, как о них говорят! На стойке всё ещё остаются две кегли в двух противоположных концах! Что же будет делать игрок из Милана? Собьёт ли он одну из оставшихся? Или и это будет ему не по силам?

Словно опровергая слова Черти-что, мужчина из числа учёных Милана прищурился, смочил палец, прикинул направление и скорость ветра, и только после этого сделал свой ход.

Шар на высокой скорости сбил левую кеглю, а та, словно заколдованная, влетела во вторую.

И только я замечаю едва различимую тень низкоуровневого духа-пиявки, подтолкнувшего одну кеглю к другой.

— Вот это удача! Или же трезвый расчет⁈ Попробуй тут разбери! Милан вырывается вперёд по очкам! Сможет ли Спарта догнать своего соперника! Для этого им нужно выбить страйк и никак иначе!

Покачав головой, я никак не комментирую происходящее. У всех свои уловки!

Тем более что настаёт черёд Спарты, и я тут же замечаю странность — необычный шар в руках участника.

Парень, сверкнув глазами, делает замах, а затем выбрасывает в сторону кеглей какую-то закуску.

Миг, и шар по невероятной дуге заходит к кеглям и сбивает их все разом. А одну так и вовсе… отпинывает ножкой.

По всей арене звучит хлопок рука-лицо. Замену шара на тушканчика не заметил бы разве что слепой.

Однако с другой стороны… кому какое дело!

Что не запрещено, то разрешено!

* * *

Я толком и заметить не успеваю, как наступает один из самых важных моментов Олимпийских Игр — всеобщая эстафета.

Если до этого момента шли соревнования, предложенные самими командами и служившие этаким разогревом как для участников, так и для зрителей, то теперь настаёт время для реального противостояния!

Так или иначе, но у каждой команды в том или ином состязании были свои преимущества.

Морские девы Киото блистали в водном поло.

Всадники Спарты показали всем, где раки зимуют на ристалище на кабанах.

Миланцы превзошли всех в боулинге.

Винланд доминировал в боях без правил в пределах очерченного круга.

Афины сумели вырвать первенство в гигантском дартсе. В качестве сидений служили магические летающие мишени, а вместо дротиков игрокам выдали плюмбаты.

Получилась крайне занимательная игра! А главное — захватывающая даже со стороны!

Москвичане со своим стремлением к идеалу завоевали главный приз зрительских симпатий на конкурсе «Мистер Спартанец». Да, на олимпийских играх побывало шоу бодибилдеров.

Сам такого не ожидал, но мои супруги подозрительно единогласно поддержали эту заявку, как и вся женская половина в Королевской Канцелярии.

Ну, с другой стороны, веселиться должны все без исключения!

Только Париж так и не смог добыть для себя хоть где-то победу. Но ведь ещё не конец игр, так что кто знает, как они себя ещё проявят?

Но вот настаёт момент моего объявления. Завладев всеобщим вниманием, я выпрыгиваю за пределы главной ложи и просто… шествую по воздуху.

За спиной величественно развевается алый плащ, корона сияет на голове, мягкая улыбка играет на губах. Ну просто образ на все сто!

Зрительские трибуны затихают, внимая моим словам:

— А теперь, дамы и господа, объявляется начало, пожалуй, самого главного соревнования Олимпийских игр — забега с препятствиями! Никаких уловок, никаких подлых приёмов, никакого использования навыков или артефактов! Исключительно вы, ваши собственные силы и ничего более! Равные условия, равные возможности, один и тот же вызов! Покажите же настоящую борьбу! Докажите, что вы достойны называться цветом всего Спартанского Королевства!

Я киваю организаторам Олимпийских игр. Мой сигнал замечен, и в небо взмывают десятки фейерверков.

Участники забега срываются со стартовой линии. Пошла жара!

— Как ловко они справляются с полосой препятствий, — задумчиво произносит Мэнфи, наблюдая за ходом забега.

— Я бы даже сказала, слишком ловко, — комментирует происходящее Хрюша.

И словно в подтверждение её слов, один из участников нагло взмывает по отвесной стене вверх на четыре метра. Просто с разбега взял и «пробежался» по стене.

— Ну ты видел⁈ Видел⁈ — восклицает Алиса, дёргая меня за рукав.

— Вижу, — киваю я.

А вот теперь стоит серьёзно присмотреться к происходящему на арене. Как-никак, до этого момента ещё какие-либо ухищрения не были запрещены, так как каждый выкручивался в меру своих возможностей. Но не на эстафете.

В этом соревновании мы стремились к абсолютной честности, чтобы продемонстрировать настоящие способности наших игроков.

Исключительно спортивный дух и ничего более! И хитрить на этом этапе — сущая наглость.

Решив с этим не затягивать, я передаю приказ гвардейцу, и тот покидает нашу ложу.

— Что это ты задумал? — с интересом следит за происходящим Геля.

— Публичную порку, вот что, — усмехаюсь я.

* * *

Уже через пять минут в ложу в сопровождении гвардейца входит Сквидвард, наш главный лекарь, а также ответственный за здоровье участников Олимпийских игр. Так я гарантировал, что с игроками ничего непоправимого не случится, если последние, конечно, не свернут себе шею на одном из этапов.

Любые другие травмы наш Сквидвард излечит с закрытыми глазами.

— Вы звали меня, Король Шурик? — интересуется старик.

— Да, у меня будет поручение для тебя и твоего отряда, — киваю я.

— О, и какое же?

— Когда закончится эстафета, я хочу, чтобы ты проверил всех бегунов и передал мне отчёт о том, использовали ли они какие-то ухищрения во время забега. Даже самые незначительные. Потому что за наглость надо карать.

Сквидвард спокойно кивает. Похоже, он тоже заметил, что что-то происходит за кулисами Олимпийских игр. Хотя немудрено — моноколь-артефакт, читающий состояние игроков, всегда при нём!

— В таком случае жду тебя в ложе сразу же по окончании забега.

— Будет исполнено!

И вот эстафета подходит к концу. Пока зрители аплодируют и выкрикивают названия команд первой тройки, Сквидвард возвращается ко мне с небольшой стопкой бумаг.

— Как вы и подозревали, участники использовали допинг…

И понеслось, как говорится.

Викинги умудрились объесться грибами, кратковременно увеличившими их Ловкость.

Москва опустошила целый банкетный стол из продуктов собственных пекарен. А некоторые десерты, между прочим, давали внушительные баффы.

Киото намазались мазями и какими-то лечебными составами, значительно ускорившими восстановление их Выносливости.

Милан использовал едва заметные амулеты с заключёнными в них духами-пиявками. Таким нехитрым способом они незначительно замедляли своих конкурентов.

Афины недалеко ушли, изготовив для себя лечебные пилюли из зелёных водорослей и других даров моря. Их же они и употребили во время забега.

Техас же взял и попросту… напился своего бренди. Никакой фантазии, честное слово! Подумали, что и так сойдёт!

Даже спартанцы решили не выделяться на общем фоне — хлебнув особого травяного отвара. Едва ли не микстура какая-то, дающая бонус ко всему понемногу.

И вот как быть со всем этим сборищем… идиотов! Сказано же было — никаких хитростей на этот раз! Ан нет, давайте рискнём! Вдруг не заметят! Да и в прошлых соревнованиях никто ничего не говорил!

В общем, придётся разгонять этот гадюшник, вопрос только как?

— Обнулять результат забега и требовать провести его вновь? — размышляю я вслух. — Не годится. С этих «уникумов» хватит мозгов и во второй раз попытать счастья. Дисквалифицировать проштрафившиеся команды? Так у нас тогда команд-то и не останется!

И тут Сквидвард напоминает о себе, прервав мой поток мыслей.

— Я, конечно, извиняюсь, Король Шурик, однако не все, как оказалось, применяли допинг. Следовательно… у нас есть победитель.

Глава 26

— Черт побери! — мужчина с силой ударил кулаком в стену.

— Заргал, ты в порядке?

— В норме! — слишком резко ответил он, но тут же спохватился, успокаивая дыхание.

И о чем он действительно думал? Победить спартанцев? Доказать, что парижане тоже не лыком шиты? Смешно!

И откуда у него вообще взялась эта уверенность?

Последние. Париж пришел последним в этом забеге. Их обошли все прочие команды без исключения. А главное — как! Заставили глотать пыль на финише. И сколько бы Заргал и остальные ни прикладывали усилий, сколько бы ни проливали пота и слез, сократить отрыв так и не удалось.

Это позор. Это просто… позор. Глупо было участвовать в Олимпийских играх с самого начала. Бессмысленно. Какой толк было надеяться, что они смогут занять хоть сколько-нибудь достойное место? «Детские забавы». Не следовало в них соваться. Определенно не следовало.

— Внимание, просим всех участников явиться на награждение! — объявили по всей арене. Услышали это и члены парижской команды.

— Заргал, ты идёшь? — спросил у него товарищ.

— Да, конечно…

Неровной походкой, практически не видя перед собой дороги, просто следуя за остальными, он прошел в один из многочисленных коридоров. По пути им встречались другие игроки. Они что-то говорили их команде, его товарищи даже что-то отвечали, но Заргал ничего этого не слышал.

Горечь поражения съедала его изнутри с такой силой, что он готов был кричать во всю мощь своих лёгких. Но Заргал сдержался. Достаточно. Он уже и так опозорился на всё Спартанское Королевство, поведя команду Парижа на эти игры. Он не даст еще одного повода для насмешек.

Вот они вновь оказались в центре арены. Пейзаж кардинально изменился. Полоса препятствий исчезла, словно ее никогда и не было. Теперь же перед ними простирался просторный плац, на котором выстроились команды из других полисов.

Каждая выделялась своей особой чертой. Викинги, как и всегда, были несдержанны, и их гомон разносился по всей арене. В противовес им миланцы замерли, точно восковые фигуры — не издавали ни звука, почти не двигались, казалось, даже не дышали.

Только сейчас Заргал осознал, насколько велико и разнообразно Спартанское Королевство. Нет тех самых «спартанцев-захватчиков», а есть множество групп людей, которые по разным причинам работают сообща и живут бок о бок.

Так же как Париж и Спарта, они когда-то воевали между собой, проливали кровь, но всё это осталось в прошлом. Ничто не было забыто, но когда-то нанесенные раны не мешали жить здесь и сейчас. Теперь они все находились по одну сторону баррикад. Не осталось причин враждовать между собой.

В регионе существовала всего одна фракция — Спартанское Королевство. Система выбрала победителя, так стоит ли упорствовать ради… а чего, собственно?

В чём изначально заключалась цель Заргала? Навязать фракции «верный путь»? Тот путь, который привел Париж к поражению, расколу и последующему поглощению? Так ли их «путь» верен и правилен?

Заргал на мгновение застыл, пораженный собственными мыслями. А ведь действительно… так ли хорош Париж?

Глядя на все эти переплетения культур, историй и мировоззрений, он задался вопросом: смог бы Париж и лично Владыка достичь того же результата? Соединить десяток фракций в единый котел, причем так, чтобы он не взлетел на воздух спустя какое-то время? Как долго бы вообще продержалась система Парижа и «всеобщей жертвы ради победы»? Наступило бы то самое «светлое будущее», в котором их заверял Консул?

Получилось бы после всех пережитых невзгод у простых игроков просто… перестроиться? Разве Спарта не привносит в их жизнь ту самую крупицу «простой жизни»?

Театры, музыка, олимпийские игры и многое-многое другое. Так ли нужно от всего этого отворачиваться и отказываться? Ради чего? Ради победы где-то там «на фронте»? Но фронта уже нет. По крайней мере, в привычном его понимании.

Париж пал. Спарта возвысилась. И с невероятной легкостью она просто сменила ориентиры с южных земель на соседние регионы. Вот так взяла и перевела свои корпуса. Война теперь если и идет, то где-то далеко. У парижан же появилась возможность наконец-то насладиться мирной жизнью. Той самой, к которой они так стремились.

А что в итоге? Оплевали эти самые нововведения, посчитав, что «раньше было лучше»! А так ли лучше? С чего они это взяли?

— Заргал? Ты с нами? — толкнул его локтем в бок Шнырь. И только благодаря ему мужчина наконец вырвался из размышлений.

— Да, да, я тут. Впервые за долгое время, — последние слова он произнес себе под нос.

— Что-то не так?

— Всё так.

А награждение между тем уже началось. На трибуне, выстроенной магией льда, отчего она походила на творение из хрусталя, уже стоял Король Шурик.

Правитель Спартанского Королевства выглядел еще более внушительно, чем на плакатах или через картинку магической сферы. Темные волосы, пронзительные глаза, серебристая корона на голове, а также алый плащ, который развевался на ветру в такт бесчисленным ало-белым знаменам Спарты.

Одним взмахом ладони он заставил огромный стадион затихнуть. Тысячи зрителей подчинились ему, словно это было в порядке вещей. Захватывающее зрелище, с какой стороны ни посмотри.

— Мои друзья! Давайте же наградим наших чемпионов! Достойнейших, доказавших всему Королевству свою мощь и силу! Тех, кто продемонстрировал свои способности тысячам соотечественников! Перечислим же их в порядке пересечения финишной прямой!

Толпа разразилась аплодисментами.

— Итак, первое место — Спарта! Второе место…

Следом шло перечисление каждой из команд, пока наконец дело не дошло и до Парижа.

— И последнее место — команда Парижа!

Гомон арены все еще звучал, но уже не столь громко. Ну да, кто будет приветствовать первых с конца, разве что из вежливости?

— Я бы хотел сразу перейти к вручению медалей и других наград, однако… есть один нюанс, проигнорировать который я попросту не могу. И это… жульничество!

Слова Короля Спарты громом прокатились по всей арене. Казалось, застыл сам воздух. И присутствующие на Олимпийских играх, и десятки тысяч слушателей по всему региону затаили дыхание. Что же будет дальше?

А дальше начался разнос по полной программе! Именно так Заргал охарактеризовал бы ту образцово показательную порку, что устроил Король Спарты провинившимся.

— Обожраться грибами! Это же надо до такого только додуматься! И в столь важный день! Дисквалификация!

Трибуны ахнули, по ним прокатились волны, гул стоял такой, что хоть уши затыкай. Но Король Шурик и не думал останавливаться на достигнутом.

— Винланд — дисквалификация!

— Милан — дисквалификация!

Техас…

Спарта…

Афины…

Дисквалификация!

Слова правителя звенели в голове Заргала, пока он пытался осознать происходящее. Что же это такое? Как же это так?

Король был суров и справедлив, и с ним никто не осмеливался спорить. Наоборот, игроки стояли, уткнув взгляды в пол, как нашкодившие школьники перед строгим учителем.

И вот наконец Король Спарты указал своей ладонью на их команду. Команду парижан.

— Единственные, кто решил бороться абсолютно честно и не воспользовался ни единой подлой уловкой — игроки Парижа. Их же команда и остается единственной, чей результат не был аннулирован. А это значит… что у нас новый победитель! Поздравим же Париж с первым местом и золотой медалью! Честная борьба всегда вознаграждается! Ура!

И в этот же момент Вавилон содрогнулся от рева игроков.

— Ура!

— Ура!

— УРА-А-А-А-А!

А дальше звучали поздравления в их адрес, гремели аплодисменты, всем членам команды вручали букеты цветов и какие-то подарочные амулеты. Знамя Парижа взвилось над сценой. В небе рассыпались фейерверки.

Заргал уже толком и не успевал следить за происходящим. Единственное, что он смог запомнить, так это то, как Шнырь вновь толкнул его, не забывая махать трибунам.

— А всё-таки весело здесь. Куда веселее, чем у нас. Может, не так уж эта Спарта и плоха.

— Пожалуй, что и так, — искренне улыбнулся Заргал.

* * *

Что я могу сказать? По-моему, первый день Олимпийских игр завершился на очень высокой ноте.

Да, местечковый допинг-скандал стал неприятной неожиданностью для меня, но с другой стороны, мне удалось использовать его на пользу фракции.

Поднятие Парижа с последнего места прямиком на первое стало тем спусковым крючком, который не только вовлек парижан в ход Олимпийских игр с головой, но и нанес отрезвляющую пощечину всем остальным.

А вот нечего было мутить воду!

Уже сейчас Колька сообщает мне по магической сфере, что число слушателей в Париже растет не по дням, а буквально по часам. Первоначальное пренебрежение и высокомерие отходят на задний план.

Те игроки, что плевали в спину Заргалу и другим игрокам парижской команды, называя их предателями и соплежуями, теперь пуще прочих поддерживают своих товарищей!

Как же быстро может измениться мнение людей по тому или иному поводу чуть ли не на сто восемьдесят градусов.

Одно дело — наблюдать за командой, что раз за разом терпит поражение и оказывается едва ли не каждый раз на самом дне, и совсем иначе выглядит эмоциональный отклик, когда эти самые «аутсайдеры» неожиданно вырываются на самую вершину!

А уж когда они являются выходцами из твоей «деревни», то эмоциональная связь становится еще крепче!

Невольно игроки Парижа всё больше втягивались в ход Олимпийских игр, пересматривая свое пренебрежительное отношение к «детским забавам».

Иронично, не правда ли? Всего-то нужно было вовлечь команду из самого города во всю эту круговерть, и вот — спартанцы уже не такие дураки, раз придумали столь интересное мероприятие.

Политика Спартанского Королевства действовала безотказно. Гигантский механизм вращал свои шестерёнки, поглощая одну фракцию за другой.

Сама цель моей фракции — создать новый дом для каждого игрока. И для этого Спарте необходимо так или иначе переплавить все эти разнящиеся друг от друга культуры и мировоззрения.

Переплавить, перемешать и в конце создать нечто совершенно новое, уникальное.

Подобно огромному кипящему котлу, Королевство переваривает каждый отдельный «ингредиент», на выходе получая абсолютно новое «блюдо»!

Только так мы сможем сплотить людей перед угрозами извне. Только так нам удастся встать плечом к плечу, чтобы противостоять Миру Системы и всем тем будущим испытаниям, что ожидают нас впереди.

Вот и сейчас, наблюдая из своей ложи за тем, как парижане на равных общаются с игроками других команд, я понимаю, что иду верной дорогой.

Соперники обмениваются шутками, без капли негатива поздравляют чемпионов и хохочут над очередной выходкой викингов или техасцев.

— Хороший получился всё-таки забег, — заявляет Мэнфи.

— Я тоже так считаю, — улыбаюсь я. — Поучительный, так сказать.

— И не говори.

Пока мы перебрасываемся фразами, в ложу врывается взъерошенный Сквидвард, а следом — не менее растерянные гвардейцы.

— Король Шурик, там это… в общем. Ну такое!

— А теперь давай по-человечески, — усмехаюсь я. — Что там случилось?

— Вам лучше на это самому посмотреть. Там та, которая Аркаэла…

— Эльфийка? — тут же встрепенулись мои супруги, словно вспугнутые воробушки. — А ее зачем притащили в Вавилон?

— Ну, так она моя помощница сейчас. Да и травница опытная, — бормочет Сквидвард, но я его останавливаю.

— Аркаэла обладает талантом к медицине и особенно к различным снадобьям, а потому я посчитал, что ее присутствие на Олимпийских играх будет не лишним, — поясняю я девушкам.

Супруги переводят взгляд на Мэнфи, и та важно кивает, мол, не врёт муженёк.

На что я криво улыбаюсь, но никак не комментирую происходящее. Вот же Чертов Великий Дух! И как мне потом поднимать эту тему с «священной женитьбой»⁈ Сплошная морока!

— Ладно, давай посмотрим, что там учудила эта дроу, — убедившись, что скандалить мои жены не станут, по крайней мере пока, я прошу Сквидварда показать дорогу.

Мы погружаемся в недра арены. Тут и там встречаются мои знакомые, с которыми я обмениваюсь приветливыми кивками.

Наконец мы прибываем в «спортивную зону», где разрешено находиться исключительно участникам Олимпийских игр.

С какого перепугу сюда пробралась Аркаэла? Неужели что-то затеяла?

Вот мы небольшой группой заходим в одну из бесчисленных раздевалок, где нас уже явно дожидается темная эльфийка. Причем одета она в подобие спортивного топика и коротких облегающих шортиков.

— И что же ты тут устроила, раз ко мне приходит жаловаться сам Сквидвард? — улыбаюсь я.

— Моя хотеть участвовать в Олимпийских играх! — взволнованно отвечает дроу.

— Вот как? — киваю я. — Но в одиночку нельзя принять участие в наших играх. Для этого нужна полноценная команда. А для Спарты уже, увы, сформирована своя команда.

— Не проблема, — отмахивается Аркаэла.

— И почему же? — интересуюсь я.

— Моя как раз притащить братву! — звучит ответ.

Тени по углам раздевалки колышатся словно занавес, являя передо мной товарищей темной эльфийки — таких же серокожих и подтянутых представителей расы дроу.

Целых полтора десятка индивидуумов теперь глядят на меня с ожиданием. А Аркаэла… невинно улыбается, словно так и должно быть.

Сквидвард тяжело вздыхает.

Я массирую переносицу. В голове полнейшая тишина. Хотя нет, вру. В сознании у меня сейчас крутится одна-единственная мысль.

Да какого ж хрена⁈

Уважаемые читатели!

21 том завершён!

Но мы просим вас пока не удалять его из ваших библиотек!

Так вы не пропустите уведомление о выходе 22 тома.

А он появится уже в эту пятницу, 21 февраля!

Спасибо, что вы с нами!

Заключение! Старт нового тома!

— Значит, вы просто мимо проходили и решили заглянуть «на огонек»? — спрашиваю я.

— Да не сказать, чтобы просто проходили, но… шли-шли, а тут увидели нашу знакомую, Аркаэлу. Подумали — дай посудачим, косточки кому перемоем. Давно же не виделись! А тут оказывается, так интересно! Еще и игры твоя Олимпийские!

Касион, темный эльф с длинными волосами цвета платины, стянутыми в высокий хвост, энергично жестикулировал во время своего рассказа.

Первый шок после появления незваных гостей уже прошел, и я решил попытаться наладить хоть какой-то конструктивный диалог.

Однако… проклятые темные эльфы. Не могут они никак без своей вертлявости! Да и этот странный перевод их речи. Я действительно скоро начну задумываться над тем, что эльфийский язык настолько сложен и непонятен даже для Системы, что она переводит его с ошибками и дефектами.

Или же это единая для всех дроу черта — издеваться над прочими расами, изображая недалеких дикарей. Как знать, как знать…

Пока я выяснял у Аркаэлы, зачем она вдруг решила «пригнать братву», голова уже успела пойти кругом.

Поэтому, чтобы зря не морочить себе голову лишний раз, я попросил Мэнфи присутствовать при нашем разговоре с прибывшей делегацией дроу.

Продолжение читайте в новом томе прямо сейчас:

https://author.today/reader/424163

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Лорд Системы 21

Content

Лорд Системы 21

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Заключение! Старт нового тома!

Nota bene