Чумной мир

Глава 1

Пролог

Садиться пьяным за руль – последнее дело. И понимают это почти все. Но не все этому следуют. Кто-то оправдывает себя тем, что ехать недалеко, доберусь как-нибудь, выпил ведь мало, а за рулём уже двадцать лет, всё на автомате происходит. Главное, чего боятся нетрезвые водители – это автоинспекция. А если её нет, то можно наплевать на безопасность.

Так думал Артём, уезжая из загородного дома, где с друзьями отмечал… да, собственно, ничего он не отмечал, просто собрались друзья на шашлыки, поскольку весна, погода отличная, а они давно не виделись. За руль он сел в половине первого ночи, друзья просили остаться с ними, но завтра ему на работу. С обеда, конечно, но это ничего не меняет. А ехать ему всего километров пятнадцать, и вероятность встретить на пути автоинспекцию стремилась к нулю. Да и не был он пьяным, выпил пива банок шесть или семь, но при его весе и обильной закуске в виде шашлыков, это ни о чём. Тело слегка расслаблено, а разум ясный, разве что, спать хочет.

Распрощавшись с товарищами, он поцеловал девушку, что делала ему намёки, пообещав в ближайшем будущем развить знакомство, хлопнул дверью машины и повернул ключ. Двигатель заворчал ровно и тихо. Машина у него почти новая, грех жаловаться. Сейчас быстро доедет до дома, припаркуется, выпьет воды, чтобы утром от похмелья не страдать, а потом завалится спать. Завтра суббота, но вместо выходного наметилась халтура, которую непременно надо выполнить. Приступит с обеда, а там уже как пойдёт.

Дорога была абсолютно пуста, километра через три поворот, а там уже и в городе окажется. Потом сделать один круг по узким улицам, въехать в свой квартал и подняться по лестнице. Вот и весь его нехитрый план. Фары освещали бесконечную ленту асфальта, навстречу никто не ехал. Внезапно впереди он разглядел свет, не от фар другого автомобиля, а словно какой-то фейерверк. Красное и зелёное свечение, совершенно бесшумное. А ещё воздух вокруг машины словно бы пошёл волнами. Артём с опозданием ударил по тормозам, шины проехали по асфальту юзом, а следом машина наткнулась на что-то и, пробив бампером ограждение, улетела в кювет.

Он даже расстроиться не успел, от серьёзных травм спас ремень безопасности, поэтому, когда машина врезалась в дерево, водитель просто мягко отключился от удара.

Глава первая

Когда он открыл глаза, было уже светло. Стало быть, провалялся в отключке часов шесть. Неслабо. Артём осторожно потрогал себя, нет, всё на месте, переломов нет. Голова чумная, но непонятно, это последствия удара или похмелье. Так, что имеем?

Отстегнувшись, он попытался вылезти из машины. Ну, в целом, легко отделался. Скорость была не настолько большая, иначе двигатель бы влетел в салон. А так только бампер помял. Ремонт влетит в копеечку и немалую, но тут уж сам виноват. Надо было оставаться в гостях, а его понесло.

Беззлобно выругавшись, он открыл дверь. Нормально, не заклинило. Но вытащить отсюда тачку получится только с эвакуатором. Ладно. Это на потом. Сейчас надо до города добраться. Работа накрылась, но начальство поймёт и не станет торопить. Форс-мажор, мать его за ногу.

Артём вынул телефон и попробовал позвонить. Не вышло. Прибор показывал полное отсутствие связи. Так. Снова пробормотав нечто нецензурное, он выбрался из кювета на дорогу. А здесь ловит? Тоже нет.

Он помотал головой. Бывало так, что за городом не ловило, но он-то ведь почти в городе. Тут пешком дойти за полчаса. А связи нет. Вышка упала? Так в городе этих вышек…

Что-то явно не клеилось. Посмотрев на машину, он задумался. Нет связи, так это не критично. Сейчас дойдёт до города и… а машина? Да и чёрт с ней, ничего не будет. Двери закрываются, сигнализация тоже на месте. Он раздражённо махнул рукой, ткнул в кнопку пульта, блокируя двери, и быстро зашагал по дороге. Может, сейчас встретит кого, попросит позвонить, всё и решится.

Дорога выглядела так, словно её давно не чинили, странно, ещё вчера была, как новая, а теперь вся в ухабах. Когда он вошёл в пределы города, о чём ему сообщил огромный синий дорожный знак, как раз попалась машина. Машина эта, правда, никуда не ехала, но в салоне кто-то сидел. Рассмотреть подробно мешало частично тонированное стекло. Артём подошёл поближе и постучал в стекло со стороны водителя.

- Извините…

Ему никто не ответил, неизвестный водитель даже не повернулся в его сторону. Артём начал что-то подозревать, между лопатками пробежал неприятный холодок. Он прислонился к стеклу, чтобы подробнее рассмотреть водителя. Увиденное слегка шокировало. Настолько, что он, больше не раздумывая, подобрал на обочине увесистый булыжник и с размаху залепил им по стеклу. Стекло рассыпалось на миллион осколков, а когда он сунул руку, чтобы разблокировать дверь, осознал свою ошибку. Пришлось резко отскочить назад и смотреть через окно. Нестерпимый запах, пропитавший насквозь салон автомобиля, вырвался наружу.

Собственно, запах оказался только следствием, причину он видел теперь отчётливо. Водитель машины мёртв, и мёртв уже давно. От него остался только скелет с клочьями плоти, если бы он разлагался на открытом воздухе, запаха бы уже не было, но он лежал в герметичном салоне авто, разложившиеся ткани впитались в покрытие, сидения, коврики. И теперь всё это пошло наружу.

Отплевавшись и утерев слёзы с глаз, Артём отошёл ещё шагов на десять, стараясь идти против ветра.

- И что это за хрень? – спросил он сам себя, присев на корточки.

Логика подсказывала, что машина с трупом не могла вот так стоять на проезжей части год, или даже полгода. Кто-то неизбежно обратил бы внимание. А эту машину явно никто не открывал с того момента, как бедолага скончался. Отчего он, кстати, помер?

Артём попробовал издали рассмотреть покойника, но явных причин смерти не нашёл. Одежда на месте, почти целая, череп тоже целый, даже каким-то чудом держится на шее. Но это ненадолго.

Так, ладно. Он встряхнулся и стал раздумывать над следующими действиями. Машина, труп, он сейчас доберётся до города и всё расскажет полиции. И сотрудникам плевать будет на его внешний вид и запах перегара, тут дело поважнее. В груди тут же появилось нехорошее чувство. Что-то было неправильно. Вот совсем неправильно, не так, как должно быть. И труп этот здесь неспроста. И город…

Он обернулся и внимательно посмотрел на дома. Стояла тишина, гробовая, абсолютная, ни одного звука. А ведь уже утро, часы показывают половину седьмого, автобусы ходят, кто-то уже на работу поехал. Но нет, никого, дорога пуста, если не считать машину с покойником.

Его пробила испарина, сильно захотелось пить. Похмелье догоняет? Вряд ли, с его здоровьем выпитая вчера доза считается за погрешность. Тут, скорее. Нервное, а может, и в аварии сотрясение заработал. Что делать-то?

Поразмыслив с минуту, он принял единственно верное решение – снова пошёл по дороге в сторону города. Кого-то следовало найти. По дороге наткнулся на частный сектор. Полтора десятка приземистых деревянных домиков. То ли чьи-то дачи, то ли остатки деревни, которую город не успел поглотить. Но это было не главное. Главное то, что здесь имелась автобусная остановка, а с ней и магазинчик. Там можно купить воды, а заодно поговорить с продавцом.

Уже на подходе он споткнулся. Под ногами лежал скелет. На этот раз, к счастью, не человеческий. Явно собака, только крупная и с какой-то уродливой челюстью. Опять же, а что делает собачий скелет прямо у дверей магазина? Тварь сдохла и разлагалась тут, а покупатели спокойно через него перешагивали? Или скелет притащили уже потом? А зачем?

Осторожно потянул за ручку двери. Боялся, что будет закрыто, но нет, дверь с громким скрипом отворилась. С петель посыпалась рыжая труха. Проржавели, да и явно давно не открывались. Внутри пахнуло сыростью, но запаха мертвечины он не заметил. И то хорошо. За прилавком никого не было. Мысли в голове бегали, как угорелые, но какого-то внятного ответа на происходящие события пока не имелось.

Сказать, что внутри помещения царил разгром, было нельзя. Да, товар кто-то пограбил. Но утащили в основном консервы, а ещё сладости. А вот вода осталась. Несколько пол-литровых бутылок стояли на полке. Взяв одну, он вышел наружу, отшвырнул ногой собачий череп подальше, присел на крыльцо и стал жадно пить. Вода была нормальной, ну, так в ней и портиться нечему. Утолив жажду, Артём встал и снова посмотрел на дома. Тишина.

Нужно идти. Если и есть ответ на его вопросы, то он точно в городе. Пока он лежал в отключке, что-то произошло. Конец света? Странный какой-то, так быстро люди не исчезнут. Или он там долго пролежал? Ну, трупу в машине около года, магазин без присмотра стоит примерно столько же. Даже если прошла ядерная война, то всех людей не успели бы эвакуировать. Да и не все согласятся, тем более что разрушений вокруг не наблюдается.

Что остаётся? Ну, вариантов ещё много. Например, он перенёсся в будущее. А тут прошёл апокалипсис, люди вымерли… Стоп, а от чего люди могут вымереть в полном составе? Эпидемия?

Ему снова стало нехорошо. Но мозг продолжал развивать эту версию, пока ноги приближали его к городу. Теперь он поднимался по эстакаде. Так даже короче будет.

Так. Эпидемия. Со смертельным исходом. Вот прямо сто процентов умирают. А такие есть? Допустим, чума в лёгочной форме. Она не настолько ужасна, да сейчас и вакцина должна быть, но допустим. Мутировала палочка, защиты теперь нет, вот тебе и… а карантин? Допустим… он почесал затылок, что-то много допущений, ну да ладно. Допустим, эпидемия смертельная. Все умерли, а выжившие не успевали хоронить мёртвых. Тогда где трупы?

Этот вопрос мог бы опровергнуть его теорию об ужасной эпидемии, да только окружающая действительность почти сразу подбросила ответ. Слева от эстакады виднелся котлован. Размером он был примерно с футбольное поле, а глубину определить он не смог, поскольку котлован этот был полон. От увиденного Артёма основательно затрясло. Люди. Мёртвые, скелеты с обрывками одежды. Сотни, даже, наверное, тысячи. Их сюда грузовиками сваливали? Вопрос не требовал ответа. Поблизости как раз стоял КамАЗ, застывший с навсегда поднятым кузовом. А чуть дальше стояли бульдозеры, на противоположном конце котлована застыл огромный экскаватор. На трупах была одежда, уже порядком подгнившая, но всё же одежда. Умерли явно осенью или весной. Зимних вещей не видно, но и летних шорт и сандалий тоже нет.

Пришлось несколько раз себя ущипнуть. Без толку. Потом постучать по голове. Нет, он не спит, и с головой всё в порядке. Произошло что-то, что переместило его в будущее. Или не в будущее, а просто в другой мир, параллельный или… в фантастике он был не силён, хотя книги читать любил, пусть и времени на это постоянно не хватало. Надо было идти дальше, но он всё не мог оторваться от страшного зрелища. Даже подсчёт вёл. Вот на этом квадрате лежит сотня костяков. Таких квадратов всего… а в глубину, пусть… Несложный подсчёт выдавал, что здесь не меньше десяти тысяч тел. И котлован такой явно не один.

А как быть с заразой? Может, стоило маску надеть? Или даже противогаз? Такая бацилла точно передаётся воздушно-капельным путём, если она есть в воздухе, то он её уже вдохнул много раз. Поздно уже предохраняться. Тут варианта два: умрёт или нет.

Состояние было близко к шоковому. Мёртвый город, кучи скелетов, изредка ветер доносит запах разложения… или не доносит? Возможно, у него галлюцинации. Может, вчера кто-то что-то в пиво подмешал? Мысли в голове путались, руки дрожали, в этот момент глаза уловили что-то странное. Движение, внизу двигался кто-то или что-то. Перегнувшись через бортик, он глянул вниз. Кто бы там ни был, он явно жив.

- Эй! – крикнул он, то есть, попытался крикнуть, но голос от волнения был хриплый.

Снизу никто не ответил, но кусты шевелились, шуршали камни. Там кто-то был, и этот кто-то продвигался к началу эстакады. Сейчас выйдет и Артём его увидит. Хотел двинуться навстречу, но тут же остановился. Если все умерли, а один человек остался жив, в каком он сейчас состоянии. Год провести в городе, полном трупов, - от такого крыша съедет легко. Как бы незнакомец не оказался опасным психом.

Впрочем, Артём быстро отогнал от себя беспочвенные опасения. Даже если человек не в себе, он его успокоит, ну, или отобьётся, на худой конец. Мастером боевых искусств он не был и, хоть и служил срочную в ВДВ, там его учили не кирпичи ломать головой, а стрелять из ПТУРа, ну, и ещё кое-чему. Что же до рукопашного боя, то тут ему специальные приёмы и не требовались, мать-природа позаботилась. Ростом он едва дотягивал до ста семидесяти, а весил почти сто килограммов, и жирным отнюдь не был. Толстые кости, мощные от природы мышцы. В качалку он тоже ходил, но от случая к случаю, но даже так, без всякой химии делал норматив мастера спорта по троеборью. Повезло с генетикой, - так говорил тренер.

Версия, что неизвестный может быть вооружён, в голову отчего-то не пришла.

Ожидание затянулось. Наконец, неизвестный выскочил на эстакаду. Артём, увидев его, облегчённо вздохнул. Собака. Всего лишь пёс, бродячий, возможно, опасный… или бешеный. К счастью, пёс был один. Он довольно бодро бежал по следу человека, пешеходная тропинка заросла травой, приземистая фигура пса почти полностью в ней скрывалась. Небольшой, стало быть, пёс.

Всё же Артём почувствовал себя неуютно. Если людей не стало, в городе таких пёсиков должна была остаться не одна сотня. И все голодные, и все одичали, при этом, в отличие от диких зверей, человека не боятся, так же, как и огня, и выстрелов.

Когда расстояние сократилось метров до двадцати, он разглядел, что с собакой что-то не так. Фигура странная, ноги переставляет неправильно, да и шерсть торчит клочьями, а размер он оценил неправильно, крупный пёсик, очень крупный, просто к земле прижимается. Он отступил назад и слегка пригнулся, готовясь встречать бросок твари. Тварь же, приближаясь, слегка замедлилась. Это было хорошим знаком, значит, мозги у животного работают, бешеная бы просто кинулась в атаку.

Кинулась и эта, разве что, выждала секунд пять, осматривая добычу. Осмотрел её и Артём. Зря, увиденное ему не понравилось, но закрывать глаза себе дороже, потом можно и не открыть. Собака была не просто уродлива, это было какое-то донельзя отвратительное существо, в котором и собаку-то опознать сложно. Во-первых, отсутствовала шерсть, почти вся. А та, что оставалась, распределялась по телу несколькими клочьями, словно животное попало в руки сумасшедшего парикмахера. В голове некстати появился вопрос: а как тварь зиму пережила? Во-вторых, лапы этого были расставлены в стороны, словно это не собака, а варан или крокодил. Суставы вывернуты, тело при ходьбе вихляется. В-третьих, на спине имелся горб, покрытый редкой шерстью, или это не шерсть была, а иглы. В общем, редкие чёрные волоски, под которыми проглядывает розовая кожа.

Но все эти уродства с лихвой компенсировались мощной пастью, её словно искусственно растянули в стороны и вниз, но, видимо, это было необходимо, чтобы поместить туда огромные клыки, размером с большой палец Артёма.

Тварь остановилась, оглядела добычу, отвесила нижнюю челюсть, пустив струйку тягучей слюны, после чего выдохнула:

- Ррррах… - и с места бросилась в атаку.

Артём был готов, прогнал из головы лишние мысли, поняв, что ничем другим, кроме драки, эта встреча не закончится. Глупо было бы ожидать, что отвратительная тварь при виде человека вильнёт хвостом и начнёт ластиться к нему, выпрашивая угощение. Пасть хлопнула прямо перед носом, но две огромные ладони ухватили чудовище за толстую скользкую шею, сжали её и держали на весу.

Тварь захрипела, укусить добычу никак не получалось, но зато в ход пошли лапы. За счёт изменённых суставов тварь могла орудовать лапами не хуже обезьяны, да и пальцы были подозрительно длинными, а когти – острыми. Но твари удалось только разорвать рукава кожаной куртки, после этого, Артём сообразил размахнуться и ударить существо о край ограждения. Раздался треск костей, тварь дёрнулась и обмякла, а через секунду уже летела вниз с высоты примерно пятого этажа. Даже если при падении выживет, преследовать его вряд ли станет.

Присев на корточки, он хватал ртом воздух и что было сил оттирал руки, которыми прикасался к твари. Тёр их сначала травой, потом носовым платком, потом просто обтирал о штаны. Казалось, через кожу передастся непонятный вирус, который точно так же изуродует его тело.

Успокоился он минут через пять. Теперь можно делать выводы. А выводы неутешительные: город не пустой, тут обитают весьма неприятные существа, которые не прочь закусить человечиной. Сейчас он отбился, повезло. А если таких тварей по его душу заявится пять-шесть? И не факт ещё, что собаки-мутанты – самые страшные существа из тех, что населяют мёртвый город.

С медленной прогулкой пора заканчивать и бежать домой. Там он переоденется, вооружится хоть чем-нибудь, а уже потом будет исследовать город дальше. И поесть чего-нибудь не помешает, впрочем, продукты там, скорее всего, испортились.

Пробежка заняла всего минут десять, в процессе он вспотел и основательно выдохся, зато теперь стоял возле своего дома. Во дворе нашлись ещё скелеты, более того, парочку он даже опознал по деталям одежды. Соседи. Он ведь их видел три дня назад. Или это был не он? Или не их? Или не три дня прошло?

Шизофрения всё настойчивее стучалась в голову. Ещё немного, и он откроет ей двери. Домофон, разумеется, был отключен, света нет давно. Поднявшись на третий этаж, он вставил ключ в замок и провернул. Шагнув за порог, он оказался в полумраке прихожей и привычно потянулся рукой к выключателю. Выругался, сообразив, что света нет и здесь тоже, после чего пошёл дальше, но тут же замер.

Остановка была резкой, так, что даже нога зависла в воздухе. Беглый взгляд на кухню быстро вычленил лишние детали. Вон в том углу стоит морозилка. Её там не было раньше. Он собирался её купить, но не купил. А тут она стоит. И кран в раковине другой. И скатерть на столе не того цвета.

Артём замотал головой. Или он прожил полгода-год, которые просто выпали из его памяти? Потом пришёл в то же место, залез в машину и притворился, что этого не было? Мысль идиотская, но что ему оставалось думать?

В квартире гулял сквозняк, но даже он не мог заглушить едва различимый запах, тот самый, который тут повсюду. Запах разложения. И от мутанта воняло так же, явно кучу трупов сожрал. Артём снова потёр руки и шагнул к раковине, но снова выругался, воду там искать бесполезно.

В свою спальню он заходить боялся. Там труп, это сомнению не подлежит, но вот чей? Увы, узнать это можно было только одним способом. Сделав несмелый шаг вперёд, он толкнул носком ботинка не до конца закрытую дверь. Та со скрипом приоткрылась, являя его взору широкую кровать, купленную им специально для развлечений с женщинами. Кровать пригодилась, вот только женщины отчего-то у него не задерживались, потому и не женат, а лет уже под тридцатник.

На кровати, наполовину прикрытый простынёй, лежал скелет, одетый в слегка подгнившую пижаму. Его пижаму. Тяжёлый череп, на котором кое-где сохранились клочья высохшей плоти и пучки чёрных волос, толстые кости, левая рука после перелома срослась криво, это заметно, на руке часы, его часы, даже пломбы на зубах в том же месте. Вариант ровно один…

Психика не выдержала. Крепкий молодой мужик просто сполз по стене вниз и заплакал. Такого просто не бывает, это его труп, а он сам… вот же он, живой ведь, живой! Или нет? К счастью истерика длилась недолго, решение было найдено. Как у любого мало пьющего человека, в доме имелся запас спиртного, составленный в шкафу в подобие минибара. Дотянувшись рукой, он распахнул дверцу и, выхватив бутылку «Белуги», свернул пробку и принялся жадно пить.

Алкоголь обжигал рот, запить или закусить было абсолютно нечем, зато вкус этот привёл его в чувство, а проглоченные сто пятьдесят граммов слегка успокоили психику, не дав ей окончательно сорваться в омут безумия.

Оторвавшись от бутылки, он принялся поливать водкой руки, растирая их до локтя, порванная куртка полетела в угол. Потом он откинулся назад, снова прислонившись к стене и, видимо, для большего эффекта, заговорил вслух сам с собой:

- А, собственно, что такого? – он даже жестикулировал, несмотря на отсутствие свидетелей. – Допустим, я умер. Но я мыслю, стало быть… - он подозрительно прищурился на свой труп, - допустим, умер и правда я, но отсюда следует, что нас изначально было двое. Он – умер, я – жив.

Это утверждение логике не противоречило, всё увиденное говорило в её пользу. Тот факт, что он ещё жив, подействовал одобряюще. Впрочем, так подействовать могла и водка. Он снова приложился к бутылке и продолжил говорить, развивая мысль:

- Как так получилось, что нас стало двое? Это ведь не самозванец, это настоящий я. Он тут жил, купил морозилку и заменил кран. А потом нарисовался настоящий я. Или это он настоящий? – Артём на секунду задумался. - Нет, настоящим буду я, потому как я живой, а он – нет.

Курить он бросил два года назад, но сигареты в доме были. Несколько пачек лежали в шкафу, он всё забывал отдать их курящим друзьям. Распахнув дверцу шкафа, он выудил пачку синего «Винстона», спички, выковырял сигарету и закурил. Беречь здоровье теперь казалось глупым занятием. Заодно дым хоть немного перебил трупный запах. Окно в комнате было приоткрыто, благодаря этому и квартира не полностью провоняла трупом, и дым сейчас выходил на улицу.

Вслух он больше не говорил, но продолжал размышлять. В момент аварии что-то случилось. Мир раздвоился. Этот, мать его, пространственно-временной континуум. Что значат эти слова, он представлял смутно, но показалось, что к данной ситуации они подходят, как нельзя лучше. Или раздвоился не мир, а он сам? Один Артём отправился домой, чтобы потом умереть в своей постели, а второй остался лежать в машине. Ерунда какая-то. Первый обязательно вернулся бы за машиной, вытащил и отремонтировал. А она всё ещё стоит там. Да и не пролежал бы второй Артём целый год в отключке. Или раздвоились и машина, и человек, только человека номер два перебросило в будущее на год?

Это утверждение было ближе к истине. Кстати, насчёт года. Он дотянулся, и, превозмогая отвращение, слегка повернул запястье трупа. Руками притрагиваться не стал, толкнул донышком бутылки. Ага, часы Джи-шок, батарея с гарантией на десять лет, точная копия тех, что сейчас у него на руке. А что там с датой?

Со сроками он определил почти правильно, чуть меньше года прошло. Надо было обдумать и другие версии произошедшего. Водка успокоила нервы, дав возможность вспомнить обстоятельства аварии. Он ведь не просто так с дороги съехал. Там что-то было. Какой-то свет, яркий, красивый. Потом машину что-то толкнуло, а после этого он вылетел с дороги. Ещё пространство вокруг волнами пошло, и он был уверен, что это не пьяные глюки, не был он пьян, всё увиденное было на самом деле.

Напрягая память, он восстановил картину. Вот свет, красные оттенки, зелёные, наверное, там весь спектр присутствовал, это он только два цвета разглядел. И светились они не просто так, а в форме неправильного овала, растянутого поперёк дороги. И в этот овал он въехал.

Ворота в иной мир? Мысль пришла сама собой, и показалась единственно правильной. Другой мир, поливариантность, куча реальностей ветвится на точках бифуркации. И вот, благодаря неведомой аномалии, он влетел в другой мир, который, хоть и похож на первый, ушёл во времени на год вперёд, а ещё в нём имелся двойник самого Артёма, удачно умерший к тому времени вместе со всеми остальными людьми.

Теория эта, хоть и выглядела насквозь фантастичной, но неплохо объясняла происходящее. К тому же объяснить наличие двух Артёмов, живого и мёртвого, не прибегая к фантастике, было бы проблематично.

Приняв эту мысль за единственно верный вариант, он слегка успокоился, решив, что можно будет попробовать вернуться обратно. Но потом, завтра, например, сегодня у него уже нет сил, да и к тому же он основательно напился. Водки было около литра, слегка початая бутылка, а теперь она пуста. Хотелось есть, но в холодильник он точно не полезет, за год без электричества там наверняка зародилась новая жизнь, возможно, даже разумная.

Плюнув на еду, он вышел из спальни, плотно прикрыв дверь, прошёл на кухню, где извлёк из шкафа печенье, высохшее до каменной твёрдости. Нашлась и бутылка минералки, спрятанная в углу кухни. Это уже двойнику спасибо, сам он её туда не ставил. Слегка утолив голод, он свернулся калачиком на полу, положив под голову свой старый пуховик, который всё забывал выбросить, накрылся стащенной со стола скатертью, а после забылся беспокойным сном.

Глава вторая

Утро выдалось тяжёлым, тут и похмелье присутствовало, и слабая надежда, что всё произошедшее было дурным сном. Если с похмельем бороться было можно, то окружающая реальность становиться сном отказалась. Проверил он это просто, открыл дверь спальни и ещё раз взглянул на свой труп. Надо бы похоронить – мелькнула мысль.

Увы, мысль эта казалась правильной только поначалу. Стоило перейти к практическому исполнению, как смысл этой затеи моментально испарился. Нормальной лопаты дома нет, придётся где-то искать. Земля в этих широтах каменная, вечной мерзлоты нет, но без лома и кирки полметра не прокопать. Могила имеет смысл только если она глубже двух метров, у него на это уйдёт дня три-четыре. Впрочем, а на кой чёрт копать два метра? Покойник уже полностью разложился, почти не воняет. Просто присыпать землёй? Или сжечь? Сжигать придётся в муфельной печи, иначе кости не сгорят.

В итоге, быстро прокрутив в голове несколько сценариев собственных похорон, Артём просто махнул рукой и оставил покойника лежать там, где он лежал. Спать на этой кровати он точно не станет, да и жить в этой квартире, скорее всего, тоже. Выберет себе местечко получше. Надо собрать тут кое-что, а потом идти дальше.

Собирать было особо нечего. Свежая одежда, инструменты. Второй комплект документов ему даром не нужен, впрочем, как и первый. Их просто показывать некому. Деньги, надо полагать, тоже ни к чему. А вот небольшая кувалда, фомка и длинный нож очень даже пригодятся. Нож, правда, был кухонным, но даже такая штука в руке куда лучше, чем её отсутствие.

Опасности в городе имелись, и это были не только бродячие собаки, хотя и с ними всё было нечисто. Если он встретит людей, то их душевное здоровье будет под большим вопросом. Прожив год среди трупов любой может свихнуться. Уж лучше убить такого психа, чем быть убитым самому.

Требовалась защитная одежда, но прочной куртки у него не было, только тонкая летняя из качественного кожзаменителя, и зимнее пальто, в котором он просто стечёт в ботинки за пару часов. Поразмыслив немного, он не стал ничего изобретать, вся защитная амуниция свелась к прочным перчаткам с твёрдыми вставками и тяжёлым ботинкам на толстой подошве. Ещё он прихватил просторный туристический рюкзак, куда станет складывать трофеи.

Первым адресом в его походе значился продуктовый магазин. Затариваться продуктами на год он не спешил, нужно было просто поесть, здесь и сейчас. В том, что продукты сохранились, он был уверен, консервы запросто пролежат год, да и шоколад, печенье, крупы. Если ближайший супермаркет разграбили, найдёт другой, особых беспорядков в городе не произошло, это заметно, видимо, все потенциальные мародёры успели умереть до того, как рухнула власть.

Так он думал, когда открывал гараж. Машина стояла на прежнем месте, точная копия той, что лежит в кювете за городом. Номер тот же, ключи подходят. Попробовал завести, но аккумулятор сел настолько надёжно, что даже не отозвался на его попытки. Ладно, с этим он разберётся позже.

Супермаркет находился на другом конце квартала. По дороге подумал, что там ведь были холодильники с мясом и рыбой, а после отключения всё это сгнило, и теперь в магазине жуткий запах. Впрочем, времени прошло много, уже даже мертвецы скелетами стали, значит, и мясо рассыпалось в прах.

Завернув за угол, Артём увидел нечто, что опровергало его мысль о мирной кончине большинства населения. Асфальт был усыпан гильзами, и ладно бы, автоматными. Гильзы тут лежали от очень серьёзного калибра, ЗУшка, двадцать три миллиметра. А в кого такими стреляли?

Убитые были тут же, чуть дальше по улице, как раз у входа в супермаркет. Это так с мародёрами боролись? Серьёзно к делу подошли. Артём осторожно перешагивал через истлевшие трупы. Это были и не трупы даже, а фрагменты тел, ещё при жизни разорванных на части. Такой калибр подранков не оставляет. Чуть в стороне обнаружилась легковая машина, марку которой он определить затруднялся. Её переехали чем-то гусеничным, смяв, как пивную банку. Оставалось надеяться, что внутри при этом никого не было, хотя, всё равно ведь все умерли.

Он не удержался и заглянул за угол. Ага, а вот и техника. Не ЗУшка, а БМП, точнее модель он назвать не взялся бы, машина давно сгорела, да так, что часть броневых листов расплавилась. Он, хоть и имел подходящую военную специальность для уничтожения техники, понятия не имел, чем нужно было жахнуть, чтобы добиться такого эффекта. Искать внутри что-то полезное определённо не стоит.

Плюнув на подбитую технику, Артём отправился в магазин. Света, само собой, не было, но окна были достаточно прозрачными, чтобы рассмотреть всё внутри, а для отдельных закутков имелся фонарик, предусмотрительно прихваченный дома, батарейки запасные тоже нашлись.

Внутри был относительный порядок, ничего не разбито, витрины целы, и даже запаха почти нет. Точнее, запах-то есть, но явно не запах мясной гнили. Включив фонарик, он прочно зафиксировал его у себя на плече, после чего двинулся вглубь магазина. Да, мародёры здесь были, но было их мало, и, видимо, поджимало время. Отдел с консервами был частично вынесен, но даже так оставалось достаточно полезных вещей. Он взял несколько банок консервированного тунца, сосиски в рассоле, маринованные грибы, после чего перебрался в кондитерский ряд и закинул в рюкзак пачку крекеров. Две пятилитровки воды тоже пригодятся, хотя тащить будет неудобно.

В мясной и молочный отдел он тоже сунулся, подумав, что там найдёт сгущённое молоко. Но тут его остановил запах. Визуально с помощью фонарика окинул взглядом холодильники. Везде пусто, где есть стеклянные крышки, они сорваны или выбиты. Пельмени, колбасы, сыры, - всё это исчезло. Странные мародёры.

Тут до него дошло, что в помещении, кроме прочего, воняет дерьмом. Кто-то жил здесь, без остановки жрал припасы и гадил, где придётся. И, очень может быть, этот кто-то и сейчас здесь. Решив это не проверять, Артём быстро ретировался, притормозив у кассы, чтобы прихватить стопку шоколадок. Лишними не будут. За кассой он разглядел скелет девушки. Она, в отличие от других, не умерла от болезни, в груди торчала рукоять ножа. Артём вздохнул и пошёл дальше. Вид мертвецов его больше не трогал. За неполные сутки успел основательно зачерстветь душой. И совсем не интересна ему была та драма, что разыгралась тут год назад.

Вторым пунктом его вояжа значился оружейный магазин. Тут всё просто: если он хочет выжить в городе, полном мутантов, нужно что-то посерьёзнее кухонного ножа. Ружьё, например, или карабин. Можно ещё пошастать по военным частям и поискать автоматы, но поблизости не было ни частей, ни отделов полиции, да и, как он знал, оружие там хранится с такими предосторожностями, что он КХО взламывать будет три дня, не меньше. Впрочем, в магазине тоже мог быть замок.

До магазина идти пришлось долго, при этом его явно заметили. Некие твари уже второй раз мелькали на пределе видимости, но на прямое столкновение не шли. Собаки? Волки? Коты? Видно было, что тварей больше одной, но они хорошо прятались. При этом отставать не желали. Если разом атакует дюжина злых собак, не факт, что он сможет отмахаться. Огнестрельное оружие стало актуальным, как никогда.

Ага, вот и магазин. Артём огляделся и поискал взглядом местную фауну. Никого. Или прячутся? Быстро пересёк улицу и, взбежав по высокому крыльцу, дёрнул за ручку. Дверь подалась, но это ничего не значило. Магазин был большим, три четверти отводилось под туристические товары, вроде удочек, резиновых сапог и газовых плиток, а одна четверть была, собственно, оружейным отделом, который отгораживался решёткой и закрывался на отдельный замок.

Здесь было темно, единственное окно расположено в конце коридора, и его полностью перекрывал непрозрачный рекламный баннер. Артём зажёг фонарь и осторожно шагнул вперёд, высматривая по углам агрессивных тварей. Тут же едва не упал, споткнувшись об очередные кости. Опустил луч фонаря вниз, точно, скелет. Хотел уже перешагнуть и пойти дальше, но тут же снова осветил мертвеца.

А это что такое? – спросил он сам себя. Кости, без сомнения, принадлежали человеку, но тот был странным, если не сказать большего. Начать с того, что на нём нет одежды. Совсем. На других трупах она есть, старая, грязная, истлевшая, но есть, висит лоскутами. А этот в момент смерти был голый? Нудист? Или его уже после смерти раздели? А кому это надо? К тому же труп явно нестандартного размера. Плечи шире, чем у самого Артёма, при этом ноги странно искривлены, а руки длинные, как у обезьяны. Ладно, все эти странности ещё можно списать на индивидуальные особенности, а вот череп…

Черепа бывают разными, широкие, узкие, вытянутые, сплюснутые, но кое-что совпадает у всех людей. Например, размер мозгового отдела. Здесь он был странно маленьким. Челюсти, наоборот, выпирали вперёд, а зубы… тут Артём едва не перекрестился. У мертвеца имелись клыки, приличные такие, словно у павиана. Может, это обезьяна? Вряд ли, пропорции всё же человеческие. Ступни ног точно для прямохождения приспособлены.

А умер он от чего? Тут тоже голову ломать не пришлось, в голове имелось отверстие, соответствовавшее пуле небольшого калибра. Например, пять сорок пять. Есть и выходное отверстие с другой стороны, чуть больше. Пристрелили тварь, скорее всего, военные или полиция. А если в городе есть ещё такие?

Надо было срочно искать ствол. Направив луч фонаря вправо, он облегчённо вздохнул и направился туда. Одной проблемой меньше. Решетчатая дверь была распахнута настежь, вход открыт, ломать ничего не придётся. Но, стоило ему перешагнуть порог, как энтузиазм улетучился. Магазин уже грабили. Выгребли почти все стволы, оставив только часть совсем простых дробовиков. Ещё прямо за прилавком была распахнута дверь подсобки, где на полу валялись пачки с патронами, вываленными из распахнутых сейфов.

- С паршивой овцы хоть шерсти клок, - сказал он сам себе и принялся внимательно осматривать каждый сантиметр магазина.

Так, уже кое-что, сохранилась витрина с ножами. Надо подобрать что-нибудь себе. Артём перемахнул прилавок и направился в тот угол, где оставались ружья. Как ни странно, мародёры не прихватили самые дорогие экземпляры. Впрочем, с их точки зрения, те не стоили того, чтобы ломать витрины. Вдоль фронтальной стены стояли в ряд ружья и карабины, раньше стояли, а слева от покупателя, за бронированным стеклом были вывешены дорогие образцы известных фирм. Вот, например, двустволка, обычная, разве что, дерево дорогое, да красивая гравировка на металле. А стоит эта дура полмиллиона. Из них тысяч тридцать – реальная цена, остальное – доплата за торговую марку. А если тебе нужно из оружия стрелять, а не пускать пыль в глаза товарищам, то на кой хрен нужна такая штука. А вот Артёму пригодится. Можно, например, обрез сделать, вполне сойдёт для ближнего боя. Если, конечно, патроны найдёт.

Он повернул голову ещё дальше влево. Тут и вовсе какая-то невообразимая диковина, судя по цене, стволы там из золота высшей пробы. А функционально это простая двустволка-вертикалка, тоже качественная и красивая. За два таких ружья можно квартиру купить, как у него.

Артём внимательно осмотрел поле деятельности. Бить стекло не хотелось, громко, да и стеклом пораниться можно. Не факт ещё, что разобьётся. Примерившись, он поставил плоский конец фомки в просвет между стеклянными створками напротив замка, после чего аккуратно стукнул кувалдой по другому концу. Стекло осталось целым, а замок с тихим стуком выпал внутрь. Вот и вся премудрость. Ружьё висело на двух металлических штырях. Взяв в руки вертикалку он начал её осматривать. Красивая, слов нет. Но функционально… Хм, а почему калибр такой маленький? Тридцать второй, что ли? Или четыреста десятый?

Переломив ружьё, он всё понял. Стволы-то нарезные. Это не дробовик вовсе, это, мать его, штуцер, для охоты на слонов-носорогов. Такое только богатые охотники для африканского сафари покупают, ну, или просто повёрнутые на стволах. Дотянувшись до ценника, он вынул его из витрины и стал читать в свете фонаря. Ага, штуцер, Меркель, калибр – девять и три на семьдесят четыре. Представив себе патрон, он проникся уважением к оружию. По идее, тут и оптика должна быть, вон, и планка под неё есть. Но оптики не имелось, более того, в тех витринах, где она раньше лежала, сейчас было пусто.

Взяв винтовку с собой, он отправился раскапывать кучу с патронами. Пачки лежали как попало, кто-то наспех выхватил то, что нужно, а остальное просто бросил. Зря только сейфы перевернул, устроив бардак. Итак, где у нас подходящие цифры?

Цифры нашёл быстро, более того, этих дефицитных (и, как оказалось) очень дорогих) патронов нашлось целых четыре пачки. Неслабо. Восемьдесят штук. Артём неплохо разбирался в оружии, но ружьё, а точнее, винтовка, попавшая ему в руки, была настолько экзотичной, что требовалась дополнительная информация. Что за калибр такой?

Быстро распечатал пачку с надписью латиницей «Норма», вынул один патрон. Длинный, бутылочной формы, но шейка немногим тоньше самого патрона, сужение и разглядеть трудно. Есть закраина или фланец, как у патрона трёхлинейки, а пуля с закруглённым кончиком из голого свинца. Наверное, для хорошего охотника такой патрон в самый раз, лося или медведя на раз валит. Сам-то Артём к другим стволам привык, человеку обычно и калибра пять сорок пять хватает, чтобы помереть. А в кого стрелять ему? Собака-мутант настораживала, не исключено, что и другие будут, только крупнее, да и найденный скелет настораживал, так что ствол в самый раз, надо только привыкнуть к нему.

Три пачки принадлежали этому же производителю, в четвёртой патроны немного отличались. Тоже голый свинцовый кончик, только пуля по форме напоминает заточенный карандаш. Что же, с этим понятно. В его руках отличное дальнобойное оружие. На крупного зверя, но и человеку не поздоровится, если что.

Артём хмыкнул, не хотелось ему в людей стрелять, но и исключать ничего нельзя. Во время таких потрясений всегда выплывает на поверхность всякая сволочь, которая пользуется отсутствием власти, чтобы покуражиться на руинах. Будучи человеком, хоть и законопослушным, но весьма циничным, он предпочитал убивать сам, нежели быть убитым.

Настал черёд оружия ближнего боя. Нож он себе уже нашёл, большой тесак Ка-Бар, американский с чёрным клинком. Нож, правда, больше напоминал топор, не формой, конечно, а весом и габаритами. Но куда лучше большинства других. А для более мелкой работы присвоил парочку складных, благо, витрина с ножами мародёров первой волны не заинтересовала.

А что с дробовиками? В руках у него сейчас было двуствольное ружьё какой-то фирмы с непроизносимым названием и ценником от подержанного автомобиля. Что тут? Калибр двенадцать на семьдесят шесть, курки снаружи. Ничего особенного в таком оружии он не заметил. Дерево красивое, это да, в остальном – просто пыль в глаза. А он сейчас, как настоящий варвар, собирается взять ножовку по металлу и превратить этот предмет роскоши и показатель статуса охотника в обрез типа «смерть председателя».

Порывшись в куче патронов, выудил оттуда две пачки нужного калибра, одну с пулями, вторую с картечью. Были и ещё, но мелкая дробь его не интересовала. Хватит и этого.

Вторым шедевром была такая же двустволка, только отечественная, без курков, по цене недорогого смартфона и шестнадцатого калибра. Штука, судя по всему, некачественная, явно была в употреблении и довольно долго. Единственным плюсом было наличие патронов. Там, в куче, их было пачек двадцать. В том числе пули и картечь. Непопулярный калибр, вот и не взяли мародёры. Значит, это ружьё тоже следует укоротить и пользоваться преимущественно им, а второй обрез пока приберечь.

Артём пожалел сейчас, что живёт не в Америке. Подобрал бы себе револьвер какого-нибудь слоновьего сорок лохматого калибра. Чтобы и короткий, и мощный, и патронов целых шесть. Но, увы, короткоствол у нас был исключительной прерогативой госслужащих, да и те образцы, что стояли на вооружении, большим калибром и убойностью не славились.

Ещё в магазине имелись одноствольные ружья, в том числе современные. С пластиковым прикладом и цевьём, с хорошими прицельными приспособлениями, лёгкие и удобные. Но один патрон – это даже для суицида плохой вариант, есть опасность промахнуться. Брать такое стоит только от великой нужды, а у него всё же был кое-какой выбор.

Собрав всё, что нужно, включая принадлежность для чистки Артём вышел из магазина и отправился к себе. Там, в его доме, имелись все необходимые инструменты, чтобы доработать найденное оружие. А на повестке дня уже стоял бензиновый генератор, с помощью которого можно зарядить аккумулятор машины и обзавестись, наконец, колёсами. Был в городе ещё один оружейный магазин, вот только располагался он на другом конце города, топать туда ногами не хотелось от слова совсем.

Генератором он занялся на второй день, возня со стволами отняла уйму времени и сил, а закончилась только ближе к полуночи. Зато теперь у него за поясом был короткий обрез, второй был пристёгнут к рюкзаку, а на плече висел заряженный штуцер. В таком виде он мог чувствовать себя куда увереннее.

Вот только чувство это натуральным образом испарилось, когда на выходе из магазина его встретила стая собак-мутантов. Положение усугублялось тем, что руки оказались заняты, ими он держал генератор. Вообще, все подобные приблуды делаются так, чтобы можно было переносить их вдвоём за ручки. Одному человеку, даже обладающему немалой силой, носить их неудобно, не говоря уже о том, что нужно умудриться как-то пролезть в дверь.

Но это его и спасло. Как только Артём увидел, что вокруг него стоят десятка два тварей с оскаленными пастями, а вожак стаи сжался в комок для прыжка, он просто уронил генератор, придавив тварь к земле. Здоровенный рыжий пёс с облезлой шкурой даже заскулить толком не успел. Остальные твари от такого поворота событий не растерялись, но всё же групповая атака задержалась на пару секунд. Артём сполна воспользовался этим, шагнул назад и закрыл за собой стеклянные двери магазина.

- Я в домике, - выдохнул он, доставая из-за пояса обрез, тот, что похуже.

Домик, правда, был не особо надёжный, всё же стекло, а твари настроены решительно, того и гляди просто пробьют с разбега. Но сделают они это не сразу, за это время половина стаи отправится в собачий рай, а вторая, когда прорвётся, будет иметь дело со следующей дверью.

Разбивать стекло сам он не стал, это означало бы лишиться защиты. Просто приоткрыл дверь на пару сантиметров, а когда два пса, видимо, следующие по старшинству, стали яростно толкать в щель лапы и морды, высунул стволы наружу и выстрелил дважды. Звук ударил по ушам, стёкла зазвенели, но не лопнули. Картечь, к его великому сожалению, не разлетелась, ударив монолитом наподобие пули, но дело сделано, два крупных кобеля нейтрализованы. Один с концами, второй ещё дёргался, но, судя по огромной ране и льющейся ручьём крови, скоро сдохнет.

- Заносите следующих, - Артём, поймав кураж, весело усмехнулся. Пока он здесь, поголовье тварей будет постоянно убывать. Но это их вина, могли бы просто не трогать человека.

Он нажал на рычаг, стволы легко переломились, вообще, все механизмы двигались довольно свободно, что говорило о серьёзной изношенности оружия. Тем не менее, Артём предпочитал использовать именно этот обрез, к которому имелся большой запас патронов. Ещё два пластиковых цилиндра покинули карман и заняли свои места в стволах.

Увы, собаки оказались умными, вторично этот номер провернуть не удалось, как только дверь приоткрылась, стая кинулась врассыпную, а потом вернулась, снова окружив выход. Артём выругался и посмотрел на своих оппонентов. Твари выглядели невозмутимыми. Мутанты напоминали того, что атаковал его на эстакаде, тоже странно устроенные суставы, шкура с проплешинами, гипертрофированная нижняя челюсть. Ещё, кажется, гребень на голове. Но это понятно, там мышцы крепятся, оттого и укус, как у крокодила. И только глаза у них были собачьи. Умные, сосредоточенные. Это не глаза дикого хищника, это глаза брошенного домашнего охранника, он, человек, выбросил их, оставил без своей заботы, а потому должен умереть. И его громовая палка ему не поможет. Потери для животных – понятие условное, здесь и сейчас они только увеличивают долю мяса на каждого.

Вот ещё один пёс, тоже крупный и сильный, собрался прыгать на дверь. Если не затормозит, имеет все шансы разбить стекло. Порежется, правда, но пёс, видимо, так далеко не заглядывал.

Но вдруг что-то его остановило. Все псы синхронно повернули морды влево, потом так же дружно поднялись и, поскуливая и поджимая хвосты, куда-то побежали. Артём не успел обрадоваться. До него моментально дошло, что собаки не просто так убрались, не испугались его обреза, не передумали охотиться, их кто-то напугал. А чтобы тебя испугалась стая диких собак численностью в полтора-два десятка голов, нужно быть как минимум медведем гризли.

Ему бы выглянуть и посмотреть в ту сторону, узнать, кто там, да только такой маневр запросто может закончиться отрыванием головы. Лишаться головы Артём не хотел, его голова ему нравилась, и запасной не было, поэтому он, стараясь не шуметь, сделал шаг назад и открыл вторую дверь. Вдруг получится спрятаться в глубине магазина.

Раздались тяжёлые шаги, кто-то громко топал совсем близко, наступал так тяжело, что даже асфальт передавал вибрацию. А ещё при этом слышалось цоканье, тварь имела когти. А ведь шла как будто на двух ногах.

Ожидая самого худшего, Артём потянул с плеча штуцер. Обрез мог и не навредить крупному хищнику, уж лучше…

Тут пришлось подхватить упавшую челюсть и напрячься, дабы не допустить разгерметизации нижнего клапана. Кого он ожидал увидеть? Волка? Медведя? Ну, на крайний случай, сбежавшего из зоопарка тигра. Всё это крупные и опасные звери, но пуля их берёт отлично. А такой калибр убьёт быстро и качественно.

То, что стояло за дверью и смотрело на Артёма, не было ни тигром, ни медведем. Морфология тела однозначно указывала на приматов. Две ноги, две руки. Туловище почти человеческой формы. Но на этом сходство с человеком заканчивалось. Тварь была абсолютно голой и, будучи определённо мужского пола, на месте гениталий имела что-то невразумительное, размером с напёрсток. Этот недостаток с лихвой компенсировался огромными мышцами, расположенными в беспорядке. Всё равно, если бы спортсмен умудрился натренировать мышцы по принципу «на первый-второй рассчитайсь». Где-то торчит, где-то совсем нет мяса. А венчала всё это великолепие голова, сильно вытянутая назад, увенчанная какими-то иголками, в передней части которой имелась сильно вытянутая вперёд пасть с острыми, как у акулы, треугольными зубами. Эти зубы напрочь отвергали принадлежность монстра не только к приматам, но и вообще, к млекопитающим. Тело покрывала грубая серая кожа, напоминающая своими складками кожу носорога и, даже с виду, такая же прочная.

Это длинное описание твари сформировалось уже потом, Артём разглядывал его на больше двух секунд. Последним, что запомнилось, были глаза, абсолютно человеческие, даже с проблеском интеллекта. А в следующий миг этот гигант уже пробил своей тушей стекло. Он не прыгал вперёд, не пригибался, не пытался ударить кулаком или плечом с размаха. Просто пошёл вперёд, тройной стеклопакет разлетелся вдребезги, при этом ни один осколок не повредил его толстую шкуру.

Пройдя через первую дверь, чудовище собралось так же вынести и вторую, только теперь вытянуло вперёд мощную лапу с острыми когтями. И тут Артём выстрелил, почти одновременно из двух стволов. При всей своей силе, чудовище не обладало совсем уж большой массой, килограммов сто-сто-двадцать. Медведь в среднем весит больше, а эти пули рассчитаны как раз на него. Обе пули ударили в грудь твари, пробили толстую шкуру и вышли из спины, сильно при этом сплющившись. Раны были страшными, Артём готов был поклясться, что видит сквозь них асфальт.

А странный монстр, вопреки ожиданиям, не умер, более того, он даже не передумал охотиться. Громко фыркнув, он начал вставать. Кровь из ран лилась нескончаемым потоком, но его это не останавливало. Артём начал перезаряжать штуцер, когда монстр прыгнул. Просто так, из сидячего положения, запросто влетая в довольно узкий проход. Туша ударила в человека, сбила его с ног, штуцер отлетел в сторону.

Тварь кинулась вперёд, стараясь дотянуться когтями до горла жертвы, но жертва оказалась проворнее. Артём успел двумя ногами упереться в плоский живот чудовища и оттолкнуть его назад. Недалеко, такую тварь отшвырнуть даже его силы не хватит. Но этого было достаточно, чтобы когтистые лапы прошлись по пустоте, лишь одна вскользь задела бедро. А в следующий миг прогремели два выстрела из обреза. Картечь ударила прямо в морду твари. Повреждения были страшными, но, как ни странно, тварь и теперь умирать не собиралась. Часть оторванной челюсти с зубами, влетела в рот, один глаз вытек, второй немедленно залило кровью из многочисленных ран.

Чудовище хрипло взвыло и начало махать лапами вслепую, пытаясь нащупать противника. Когти со свистом рассекали воздух, но Артём, воспользовавшись слепотой врага, отодвинулся на лопатках в сторону и перезарядил обрез. На этот раз пулями. Монстр успел среагировать на щелчок механизма, мгновенно повернул голову, чтобы лучше слышать своими микроскопическими ушами, но это не помогло. Две тяжёлых свинцовых пули ударили его в голову. В самое ухо и чуть ниже. Это его доконало. Монстр упал на колени, ещё какое-то врем царапал когтями бетонный пол, оставляя глубокие борозды, но уже секунд через десять завалился набок и затих.

Из пересохшего горла Артёма вырвались несколько непечатных слов, на большее он был не способен, да и слушать его комментарии было некому. В бою он был относительно хладнокровен, зато теперь начался отходняк, адреналин в крови бурлил, мозг с опозданием проанализировал произошедшее, сообщив в подробностях, чего он только что избежал.

Артём всовывал в стволы очередные патроны, удивляясь, что руки ходят ходуном, ладони вспотели, а по спине стекают струйки пота.

- Так, спокойно, всё уже закончилось, - успокаивал он сам себя. – Сейчас посмотрим, что за тварь к нам пожаловала.

Не вставая с пола, он придвинулся к убитому мутанту, не отводя стволов от его головы. И как прикажете это понимать? Тварь была ужасна, отвратительна, вызывала рвотный рефлекс своим безобразным видом. Но одно у неё было не отнять: в основе этой образины был человек. Это человеческое тело подвергли каким-то немыслимым мутациям, превратив в существо из кошмаров шизофреника-наркомана. Мысли в голове стали путаться. А точно люди умерли от болезни? Или их вот такие твари сожрали, вырвавшись из секретной лаборатории?

Снова присмотрелся к мёртвой туше. Но как, Холмс? Что нужно сделать с человеком, чтобы зубы у него стали такими? А когти? Он стволом обреза пододвинул к себе лапу мёртвого существа. Вот, растут ногти, а дальше сводятся в коготь, заточенный с внутренней стороны. Но это ведь невозможно. Или возможно?

Артём хоть и был далёк от естественных наук, всегда считал себя человеком начитанным, и был уверен, что такие изменения в теле происходят только при капитальной перестройке генома. И, скорее всего, это творение искусственное, некий гениальный, но больной на голову учёный создал в пробирке гомункула…

Тут его мысль оборвалась, поскольку он попытался встать. Левое бедро отозвалось острой болью. Опустив глаза вниз, Артём увидел, что штанина уже пропиталась кровью до самого ботинка, а спереди на бедре глубокий разрез от когтя.

- Бляаааа, - протянул он, вставая с места. Чтобы было легче встать, использовал штуцер, как костыль.

Итак, случилось то, что в его ситуации допускать было нельзя. Ранение, тяжёлое и опасное, а помощи ждать не от кого. Потеря крови может привести к неприятностям, как прямо, так и косвенно. Если он и не умрёт, запах крови приманит всех хищников округи. Что делать-то? Наложить жгут? Не стоит, артерия, вроде, цела. И жгута нет. Давящая повязка должна помочь, да только из чего? В больничку надо…

Мысль пришла сама собой. Больница была совсем недалеко. Там большое инфекционное отделение, а при нём подобие травмпункта, где точно есть бинты, перекись и даже, кажется, нитки для зашивания. Правда, это расстояние ещё нужно пройти, а у него уже ноги подкашиваются от пережитого стресса, боли и кровопотери. Но дойти нужно обязательно.

Глава третья

С собой он захватил только оружие и рюкзак, генератор оставил на месте, электричество - это последнее, что ему нужно сейчас. Территория больницы расположилась в одном квартале отсюда. Там бетонный забор, придётся обходить…

Обходить не пришлось, в заборе зиял огромный пролом, а на земле остались следы гусениц. Сюда на танке заезжали? Однако. Но ему было уже плевать. Вот забор, за ним два двухэтажных корпуса, совсем новые, построили два года назад, ковидный лепрозорий.

На входе лежала ещё одна куча костей, при желании можно было определить в них два костяка, которые кто-то сдвинул в сторону. Может, тут люди есть? Какие-нибудь редкие везунчики, которые посчастливилось дожить до появления вакцины?

Оказавшись на территории, он огляделся. Ага, вон там, большие ворота, а за ними одноэтажное здание с высоким крыльцом. Там и принимали страждущих. Можно надеяться, что там остались бинты и хоть какие-то медикаменты. Если нет, то можно будет пройти дальше. В одном из корпусов на первом этаже аптека. Была.

Рана болела всё сильнее, её словно огнём жгло, странно, что поначалу он вовсе не почувствовал разреза, шок выручил, а теперь каждый шаг вызывал сдавленное шипение сквозь зубы. А где-то ведь ещёсобаки-мутанты бегают, наверняка запах крови учуяли.

Тяжёлая стальная дверь оказалась не заперта. Уже хорошо, первая удача. Внутри было довольно светло, окна большие, с решётками (это важно), а внутри… Внутри небольшой бардак, сразу за порогом лежит скелет в белом халате, явно женский. Аккуратно, насколько позволяла хромота, перешагнув через кости, он прошёл внутрь. Две кушетки, шкаф, стол на колёсиках, на столе куча всякого добра. То, что нужно, перекись, хлоргексидин, вата не распечатана, салфетки марлевые. В углу стоял сейф, тоже не заперт, а ключи торчат в замке, огромная связка.

Присев на кушетку, он подкатил к себе столик. Так, а чего делать-то? Немного подумав, решил, что рану в любом случае сперва нужно промыть, мало ли где мутант своими когтями ковырялся. Вынув нож, без всякой жалости распорол штанину. Бедро выглядело ужасно: порез длиной сантиметров десять, а глубина в середине не меньше двух. И кровь продолжает вытекать. Схватив со стола перекись, он обильно полил рану. Вскипела красная пена, рану немного защипало, но на общем фоне это было несущественно. Промокнул марлевой салфеткой, снова полил. Кровотечение, вроде, остановилось. А дальше что? Бинтовать?

Жизненный опыт подсказывал, что подобную рану следует зашить. Заживёт она и так, только времени понадобится куда больше, останется большой шрам, да и кровоточить будет постоянно. А вот зашивать он, само собой, не умел, только в общих чертах представлял, как это делается. И ещё вопрос: а нитки здесь есть?

Нитки нашлись в шкафу. Стерильный пакет из бумаги с надписью «шовный материал» и какими-то цифрами. Всего таких было десять штук, хоть весь зашейся. Открыл, заглянул внутрь. Ага, вот игла, за ней тёмно-синяя нить, а на конце узелок. Тут и дурак разберётся.

Артём вымыл руки хлоргексидином, зажал зубами перчатку, а потом воткнул в себя иглу. Было больно, грубые толстые пальцы с трудом удерживали крошечную иголку, её ведь положено каким-то зажимом держать, тут есть зажимы, но искать не хочется.

Проколов один край раны сверху, он воткнул иглу изнутри, теперь вытянуть наружу. Игла вышла, следом потянулась нить, когда вытянул целиком, заметил, что края раны в этом месте стянулись, а обратно нить не выскальзывала. Это обрадовало. Чинить себя будет гораздо проще, если нить проходит только в одну сторону. Стараясь делать стежки почаще, он дошёл до края раны, аккуратно затянул узелок прямо на выходе и отрезал оставшуюся нить ножом.

Выплюнул почти разжёванную перчатку, отдышался. Здесь было прохладно, но по лицу его катился пот. Боль адская, но ноге, кажется, стало лучше. Можно было обколоть каким-нибудь новокаином, но его, опять же, искать надо, а времени нет. Но теперь всё. Напоследок полил место вокруг раны йодом и принялся бинтовать.

Ночевать он остался здесь. Идти куда-то не было ни сил, ни желания. После такого ранения обязательно нужно отлежаться. С собой было немного еды в виде шоколадных батончиков, и полтора литра воды. Хватит до утра, а уже завтра он продолжит поиски. Осторожнее надо быть, не подпускать к себе тварей ближе десяти метров.

Стемнело быстро, Артём выбросил за дверь скелет, предварительно вынув из кармана ещё один ключ. Немного оклемавшись, он тщательно обыскал помещение. В сейфе было много полезных вещей, но верхнее отделение закрывалось на замок, к которому не подходили ключи из связки. Ключ нашёлся в кармане полусгнившего халата. Открыл отделение, Артём, как и ожидал, увидел там небольшую коробочку с ампулами. Наркотики, немного, но ему много и не нужно. Промедол, морфин, буторфанол, что-то ещё, название незнакомое. А ему нужно?

Нога болела адски, но у наркотических препаратов есть один минус, отключая боль, они здорово глушат сознание. А в его ситуации это чревато боком. Лучше обойтись чем-то попроще. Это самое попроще нашлось в виде кетопрофена. Хороший анальгетик, достаточно мощный, чтобы утолить боль, оставив его в сознании. Правда, таблеток не было, пришлось набрать шприц и всадить себе в бедро. На фоне раны боль от укола была смешной. Теперь можно и спать. Уже засыпая, подумал, что рана ведь может воспалиться. Когти у мутанта были отнюдь не стерильными, а при промывании запросто могли остаться крошечные кусочки грязи.

Но поспать ему не дали. Где-то слегка за полночь его разбудил ветер. Откуда? Помещение закрыто, окна целые, если только вентиляция. Он приподнял голову и огляделся. Фонарь не включал, ночь светлая, всё видно и так. Снова дуновение ветра, так, словно кто-то быстро прошёл рядом.

Артём напрягся и резко сел на кушетке. Обезболивающее ещё действовало, рана почти не болела. По спине пробежал холодок, опасности не видно, но ему было страшно. Что такое? Кто здесь?

Кто-то здесь был, вот только непонятно, внутри или снаружи. Внутрь никто пробраться не мог, дверь стальная, изнутри закрыта массивным засовом. Такой непросто выломать. Да и решётки на окнах надёжные. Снова движение, на это раз точно снаружи. Если враг там, то какого чёрта?..

Артём ничего не мог понять, кто-то бесшумно ходит снаружи, но его движение ощущается здесь, при этом страх пробирает до костей. Кто это? Рука сжала рукоять обреза, но он не двинулся с места. Если его здесь так колотит, то, стоит открыть дверь, как он в обморок свалится на радость монстрам. Нет, лучше сидеть тут.

Непонятное нечто снаружи то удалялось, то приближалось. Когда расстояние увеличивалось, становилось чуть легче, но, стоило ему подойти близко, как парня едва не подбрасывало. Хотелось забиться под кушетку, спрятаться в шкаф, в сейф, выпрыгнуть в окно…

В какой-то момент чудовище почуяло добычу. Тёмный силуэт приблизился к окну и некоторое время там стоял, словно заглядывая внутрь. Артёму, сквозь очередной приступ страха подумалось, что для этого неизвестный должен был быть ростом метра четыре, не меньше. Ну, или уметь летать.

Внезапно сознание его помутилось. В помещении стало светлее, а дверь со скрипом открылась. Он ведь закрывал её? Точно ведь закрывал. Зубы отстукивали дробь, он словно прирос к кушетке, не в силах дёрнуться от страха. В помещение вошёл человек, Артём не сразу его рассмотрел, хотя внутри горел свет, настоящий, лампочки по неизвестной причине получили электричество.

Это был мужчина в деловом костюме, грузный, небольшого роста. Он подошёл ближе и что-то прохрипел. Артём не мог отвести взгляд, ему пришлось смотреть в глаза незнакомца. А тот не был незнакомцем, перед ним стоял его отец. Тот самый, что бросил их с матерью, когда Артёму было десять лет, жил в другом городе, где и погиб в автокатастрофе. Ему оторвало голову. А теперь он стоял здесь, смотрел на Артёма и что-то шептал.

Потом он вовсе снял голову с плеч и положил на сгиб локтя, на её месте остался обрубок шеи. Голова продолжала жить своей жизнью, губы шевелились, а глаза, не мигая, смотрели на Артёма.

- Помоги мне… - прошептала голова, впиваясь взглядом так, словно хотела просверлить на нём дыру.

- Не… не могу, - заныл Артём, но звук собственного голоса пробудил в нём остатки рационального мышления. Это призрак? Вряд ли, он материален. Это отец? Вряд ли, а если и отец, то не его. Его отец остался в том мире, там он похоронен, и единственный источник этого призрака… точно, его голова. Страх вдруг начал проходить, Артём пристально посмотрел перед собой, вспомнил специальный приём против галлюцинаций, нажал на глаз. Картина перед глазами и не подумала раздвоиться. Ни призрак, ни окружающая обстановка. Он нажал сильнее, сделал себе больно, вскрикнул, а потом всё пропало. Он сидел на полу и хватал ртом воздух. Вот это заколбасило.

Постепенно, приходя в себя, он начал соображать. За окном летает какая-то тварь. Тварь не материальная, что-то, вроде призрака. Тварь не может причинить ему физический вред, она даже внутрь проникнуть не может. Но может действовать на психику. Да не просто действовать, а вызывать натуральный психоз и галлюцинации. Сейчас он отдалился, но Артёма продолжало трясти. А стоило ему закрыть глаза, как тут же всплывал образ отца без головы. Вот ведь паскуда, залез в голову, вытащил самую отвратительную картинку и воспроизвёл в красках. А эффект был, и ещё какой. Так и застрелиться недолго, оружие под рукой.

Спать он теперь точно не сможет, хотя неизвестная тварь улетела и, вроде бы, не возвращается. Пока. Водки бы хлебнуть. Увы, с собой у него спиртного не было, да и в этой комнате отчего-то не оказалось заветной склянки со спиртом.

Плюнув на всё, он потянулся к сейфу. Так, вот эта ампула? Или та? Решил рискнуть и зажёг маленький фонарик, зажав его в кулаке. Быстро отломил кончик, высосал жидкость иглой шприца, после чего воткнул себе в плечо, не позаботившись даже о дезинфекции. Руки тряслись, в горле пересохло, а бутылка с водой стояла внизу, тянуться рукой было страшно. Подкроватный монстр сейчас казался реальностью.

Отбросив шприц в сторону, он подтянул ноги к себе и сидел, глядя в одну точку. Дрянь из ампулы подействовала, страх постепенно уходил, как и остатки боли. Минут через десять-пятнадцать он облегчённо вздохнул и позволил себе лечь. Особого опьянения не чувствовалось, только расслабленность, умиротворение и желание поскорее заснуть. За окном снова пролетел силуэт тёмного призрака, но Артём даже не повернулся туда, плевать, путь летает.

Глаза сами собой закрылись, а когда он их открыл, за окном было светло, призрак удалился в свой тёмный склеп, рана болела намного меньше, а ещё сильно хотелось есть. Артём сел на кровати и огляделся. Надо идти, но здесь осталось ещё немало полезных вещей, стоит сложить в рюкзак.

Когда бинты, дезинфицирующие средства, нитки, салфетки и лекарства оказались в его рюкзаке, Артём собрался уходить. Первым пунктом на сегодня были поиски новых штанов. Не самая лёгкая задача, если учесть его рост и комплекцию. Но что-нибудь точно найдёт, все магазины к его услугам, их почти не грабили. Пока же приходилось ходить с распоротой штаниной, пропитанной кровью. Собаки почуют кровь? Да и чёрт с ними, есть чем отбиваться.

Свежий воздух снаружи вызвал лёгкое головокружение. Нога при каждом шаге отдавала болью, но тут ничего не поделаешь. Снова колоть себе какие-то препараты он не хотел. Куда пойти теперь? По идее, следовало вернуться туда, где бросил генератор. Но его посетила иная мысль.

Здесь больница, более того, инфекционка. Если была эпидемия, заражённых людей свозили сюда, а уже потом на кладбище. Имеет смысл пройтись по корпусам, осмотреться и, если получится, почитать журналы. Хоть какую-то информацию получить. Например, о симптомах неизвестной болезни.

Мысль здравая, вот только… не ждут ли его там? Вдруг там логово монстров, вроде того, с когтями? Впрочем, такое логово могло быть где угодно, он, в конце концов, вооружён, сможет дать отпор нечисти.

Для начала сделал круг по территории. Вот это приземистое здание – это морг. Почему? Да потому что там табличка висит, а чуть в стороне, у асфальтовой дорожки, - указатель. Морг выглядел странно. Точнее, выглядел он обычно, если не считать того, что там когда-то был сильнейший пожар. Вокруг каждого окна и двери имелось чёрное пятно копоти. Внутри чёрные стены, пластик окон выгорел, даже стёкол нет. Как будто там что-то взрывалось. Может, какие-то химикаты, формалин?

Подходя ближе, Артём споткнулся. В зелёной траве лежал зелёный же предмет, он его просто не увидел. Нагнувшись, он присмотрелся. Нда. Предмет оказался тубусом, пустой трубой от реактивного огнемёта «Шмель». А чуть в стороне лежал ещё один, дальше – ещё. Только с этой стороны здания он насчитал семь штук.

Что-то не срасталось в его голове. Допустим, нужно было сжечь кучу трупов, чтобы предотвратить распространение заразы. Это странно, поскольку основную массу умерших просто сваливали в котлованы, не сжигая. Сжечь требовалось непременно вместе со зданием морга, а для этого использовали «Шмели». Зачем?

Ну, допустим, не хотели подходить близко, чтобы не заразиться. Но можно ведь бросить факел, сделать бензиновую дорожку или очередь трассерами дать. А тут «Шмели», да ещё столько. Морг просто расстреливали без всякой жалости. Единственная ситуация, при которой это было необходимо, - это если трупы пытаются выйти наружу. Или они не совсем трупы, может быть, там складировали живых. А зачем жечь живых?

Артём подошёл к дверному проёму и осторожно заглянул внутрь. Костей было много, те, что у входа, разорваны на части, но дальше относительно целые скелеты. И да, их положение говорит о том, что сгорели они, будучи живыми. Ну, или просто на ногах. Словно была давка на выходе, а следом прилетели заряды огнемёта и начался пожар. Оставалось только гадать, что за драма тут разыгралась год назад.

Махнув рукой, Артём отошёл подальше от выгоревшего здания морга. Ходить по корпусам было лениво, но его ведь никто не торопит, стало быть… если он сейчас отправится по делам, то сюда уже не вернётся, а информация нужна. Вздохнув, он повесил рюкзак на одно из деревьев, что росли во дворе, а сам, вынув обрез, отправился осматривать корпуса инфекционного отделения.

Поначалу ничего особенного он не увидел. Заброшенные здания, которые, лишившись человеческой заботы уже начали ветшать, кое-где трупы на койках, в одном месте на стене имелось огромное бурое пятно, чтобы разом вылилось столько крови, человека следовало, как минимум, взорвать.

В центральном корпусе обстановка была интереснее. Куча трупов в одном из помещений, большая часть уже превратилась в скелеты, но запах ещё оставался. Артём не стал туда заходить. Прошёлся дальше. Ага, почти на каждой койке лежит скелет, видимо, больных тут держали до последнего. В одной палате он тщательно осмотрелся и слегка оторопел. Тут тоже имелись скелеты. Вот только от предыдущих они отличались тем, что явно отправились в мир иной не от неизвестной болезни.

Всего скелетов насчитывалось двадцать три, палата была огромной, это, наверное, и не палата вовсе, просто использовали большое помещение, куда поставили койки. Четверо были привязаны к койкам ремнями, которые потом никто не потрудился отстегнуть. Причина смерти была ясна. Больных расстреляли из автоматов. Пол был усыпан гильзами калибра пять сорок пять. Стреляли с двух позиций, это можно было определить. Ну и боеприпасы неизвестные палачи не экономили, высадили не меньше десятка магазинов. Всё было настолько плохо, что руководство даже не стало ждать, пока они умрут сами? Или была другая причина?

Артём уже хотел выйти, но тут обратил внимание на странный вид скелетов. Это люди, сомнений нет. Вот только… антропологом он не был, но строение черепов убитых показалось странным, челюсти выдвинуты вперёд, затылок скошен назад, при этом у некоторых разошлись швы на черепе. Если бы тут был один скелет, можно было бы списать это на индивидуальные особенности, но тут их больше двух десятков. И все с одинаковыми уродствами. Пришлось подойти и осмотреть внимательно.

Помимо странной формы черепа, видны были и искривлённые кости, какие-то неправильные, нечеловеческие. А если присмотреться к лицевой части черепа, можно увидеть, что у большинства или вовсе нет зубов, или остались два-три. Зато из нижней челюсти показывались острые, как иголки, новые зубы.

Артём поёжился. Теперь картина окончательно стала ясна. Это были не просто люди, это мутанты, изменения у которых только начались. А конечный результат он уже видел. Один такой «результат» разодрал ему ногу. Те, кто расстрелял больных, действовали, хоть и жёстко, но рационально и, что более важно, своевременно. Когда мутант окончательно разовьётся, остановить его автоматным огнём уже не получится.

Тема с эпидемией заиграла новыми красками. Это уже не просто болезнь, это какой-то зомби-апокалипсис получается. Теперь и сгоревший морг обрёл смысл. Там или окопались такие мутанты, или же они там жрали трупы, ну, или мутанты были другими. В любом случае, ситуация в этом мире была куда сложнее, чем казалось вначале.

На втором этаже была ординаторская, кабинет заведующего, какие-то хозяйственные помещения. Вот тут стоит поискать. Врачи просто обязаны были документировать всё происходящее. Впрочем, врачей могло и не быть, а больницу держали под контролем военные.

После недолгих поисков он нашёл место, где до последнего теплилась жизнь, удобный просторный кабинет, две кушетки, застеленные одеялами. На входе тоже валялись гильзы, но немного, кроме автомата стреляли из пистолета Макарова.

В шкафах имелись небольшие запасы лекарств, в том числе, антибиотиков, которые Артём немедленно стал укладывать в карманы. Возьмёт его неизвестная болезнь или нет – бабушка надвое сказала, а вот воспаление раны – угроза вполне реальная.

В одном углу нашёлся скелет. Женщина, в белом когда-то халате, кажется, уже немолодая. В отличие от остальных, труп лежал на спине на подстеленном одеяле, руки были сложены на груди. Видимо, кто-то из персонала, умерла на боевом посту, коллеги отдали последние почести. Что ещё?

В столе главного врача обнаружились автоматные патроны в бумажных пачках, четыре штуки, сто двадцать штук. Автомата у него пока нет, но он обязательно им обзаведётся. А весят пачки немного. В карманы.

Один из ящиков стола был закрыт на замок. Странно, зачем закрывать ящик в такой ситуации. Как раз наличие замка спровоцирует мародёра заглянуть внутрь. Замок, само собой, был смешным. Артёму даже фомка не понадобилась, он просто ухватил крышку двумя руками и потянул на себя. Язычок сломался, ящик вывалился наружу. Внутри имелись две вещи. Первой был пузырёк с жидкостью голубого цвета, вроде того, в котором когда-то пенициллин разводили. Жидкости немного, примерно два кубика. Он спрятал её в карман куртки. Второй находкой оказался старый журнал, вроде амбарной книги. На обложке было размашисто написано «Личные записки».

Открыв журнал на первой странице, Артём прочитал:

Василий Васильевич Фокин, заведующий инфекционным отделением, доктор медицины, профессор. С этого момента буду, помимо официальных документов, вести этот дневник. Как знать, может быть, я не выберусь отсюда живым, тогда мои записи послужат другим людям. Итак, начнём по дням, сегодня двенадцатое июля, официально – это семнадцатый день начала эпидемии…

Артём захлопнул журнал и быстро спрятал его за пазуху. Нашёл он даже больше, чем рассчитывал. Можно сказать, подробности от первого лица. Всё это следует подробнейшим образом прочитать, причём, в спокойной обстановке. Отдельно порадовало, что у врача, тем более такого именитого, оказался почти нормальный почерк, буквы немного плясали, но прочитать получалось без проблем.

Дальнейший обыск дал ему несколько бинтов, дезинфицирующие средства, а заодно гранату РГД-5. Валялась за диваном. Весело тут было в последние дни. Кстати, трупа самого доктора не видно, очень может быть, что он выжил.

Со спокойной совестью он покинул больницу, ныне ставшую могильником, и отправился по своим делам. Дел накопилось много, и даже неограниченное время не в помощь. Отказаться от их выполнения не получится.

С обрезом в руке он спустился вниз, вышел наружу и отправился по асфальтовой дорожке в ту сторону, где на сучке висел его рюкзак. Вдруг позади послышался треск сухой ветки, а затем хриплый голос произнёс:

- Стой, брось оружие.

Артём обернулся. Позади него стоял мужчина лет пятидесяти. Высокий, худой, с нездоровым лицом. Одет он был в камуфляж, более того, на плечи был наброшен бушлат, несмотря на тёплую погоду, а на голове была зимняя шапка, тоже военная. В руке он держал пистолет Стечкина.

- Ну! – неизвестный покачал пистолетом.

Обрез смотрел в другую сторону, а ствол пистолета был направлен прямо на него. Ситуация заведомо проигрышная. Артём вздохнул и бросил обрез на траву. В конце концов, это живой человек, явно военный, не станет ведь он его убивать. По крайней мере, сразу. Нужно разговор завязать, а там посмотрим.

- Сюда иди, - скомандовал «военный», махнув пистолетом, оружие он держал неумело, явно не профессионал.

Артём подошёл, тот осклабился, демонстрируя железные зубы. Тут стало ясно, что человек этот точно не из армии, не берут туда таких. На пальцах руки, державшей пистолет, имелись характерные татуировки, это уголовник со стажем, зачем-то напяливший камуфляж. А ещё Артёму не понравились его глаза, не безумные, тот явно адекватен, вот только мутные какие-то, словно уже принял алкоголь или наркотики.

- Это моё место, - заявил тот, - нехрен здесь шариться. Показывай, что в карманах, наркоту нашёл?

Мужик бесцеремонно полез ощупывать карманы Артёма, пистолет в другой руке продолжал болтаться. Ситуация явно развивалась в нехорошем направлении, такой собеседник ему явно не нужен. Подловив момент, когда ствол смотрел в сторону, Артём, недолго думая, ударил по запястью, грохнул выстрел, пуля ушла в сторону, а пистолет полетел на землю. Следующим ударом Артём приложил мужика по голове, без изысков, просто долбанул торцом кулака сверху. Бить было неудобно, мужик был выше ростом, поэтому в удар Артём вложился от души.

Перестарался. Камуфлированный уголовник рухнул, как сломанная кукла, просто сложился вниз. Из ушей потекла густая тёмная кровь, рот открылся, глаза остекленели.

Артём выругался. Ну, не рукопашник он. Какой-нибудь профи, боксёр или каратист, смог бы ударить дозированно, чтобы только вырубить. А он такого не умеет, а в драке всегда полагался исключительно на свою силу. Раньше это помогало, а теперь… Нашёл единственного выжившего, а потом убил его.

Без всякой надежды он присел и потрогал пульс на шее лежавшего противника, обратив внимание на странные синие полосы, опоясывающие её до подбородка. Словно его несколько раз принимались душить удавкой, но всегда неудачно. Пульса нет, явно проломлен череп. Да, нехорошо вышло. Впрочем, а могло ли быть иначе? Да, выживший ему нужен. Из него можно было бы вытянуть информацию. Правда, вряд ли он оказался бы способным рассказчиком. К тому же, закончив разговор, следовало бы этого кадра куда-то деть. Брать с собой – увольте. Последнее, что ему нужно, - это полубезумный наркоман-уголовник, живущий по принципу «умри ты сегодня, а я завтра». Такой человек ему в принципе не нужен, даже просто наличие его поблизости создаёт опасность. Запросто можно проснуться с перерезанным горлом. Значит, после разговора всё равно пришлось бы его убить. Только уже не так, в запале, не рассчитав силу удара, а хладнокровно и умышленно лишить жизни. Таких способностей Артём за собой не числил, поэтому решил, что подобный исход был к лучшему. Странно только, этот человек сказал, что территория его, что подразумевает права первооткрывателя и длительное нахождение здесь, но при этом следов мародёрства в больнице нет. Скорее всего, он сюда сам только что пришёл.

Отступив от трупа, Артём подобрал пистолет. Запасных патронов нет, а обыскивать карманы трупа как-то не хотелось. Но в «Стечкине» магазин на двадцать патронов, а потрачен только один. Вынув магазин, Артём негромко матюкнулся и отправил пистолет в траву. Город полон опасностей, одни собаки чего стоят, а это тело с одним патроном шляется. Или они его не трогают?

Артём поднял свой обрез и собрался пойти за рюкзаком, как слабый шум позади заставил его обернуться. Обрез он чуть снова не уронил. Увиденное его не просто потрясло, такого не могло быть. Труп вставал. Неуклюже загребая руками и ногами, он поднялся сперва на четвереньки, потом, напрягая все силы, встал на ноги. Мелькнула мысль, что травма оказалась не смертельной, а пульс он просто не почувствовал, но нет. Мужик в камуфляже был именно мёртв. Глаза его были подёрнуты мутью, на губах пузырилась кровавая пена, руки вытянулись перед собой, пальцы хватали воздух. Он каким-то чудом умудрился сфокусировать взгляд на единственном человеке и нетвёрдой походкой двинулся к нему.

- Зомби, блядь! – срываясь на фальцет, воскликнул Артём.

К счастью, он знал, как следует обращаться с живыми мертвецами. Фильмов на эту тему в своё время посмотрел предостаточно, да и книги читал. Популярная тема. Вскинув обрез, он прицелился в голову и нажал на спуск. Прицелился плохо, заряд картечи вырвал кусок мяса из шеи мертвяка, но кровь из раны почти не лилась, что лишний раз подтверждало, что противник мёртв. Мертвяк отшатнулся назад, потряс головой и снова пошёл вперёд, только уже быстрее. Артём начал отступать. Второй выстрел снёс шапку с головы вместе с половиной черепа. Мёртвый продолжал стоять, хотя шагать прекратил. Тёмно-бурая жижа заливала ему единственный оставшийся глаз. Трясущимися руками Артём переломил стволы, выбросил гильзы, вставил ещё два патрона, захлопнул и поднял оружие. Ещё два выстрела с расстояния в три метра полностью лишили мертвеца головы, обезглавленное тело сделало шаг назад, не удержало равновесие и рухнуло, хотя конечности ещё продолжали дёргаться.

Артём с облегчением вздохнул. В фильмах всё было куда проще, голову зомби было достаточно прострелить любой пулей, а в некоторых экранизациях их даже отвёртками протыкали. Но теперь-то он мёртв?

Обезглавленное тело продолжало дёргаться, но опасности уже не представляло. Даже если встанет, глаз и ушей нет, преследовать человека не получится. На всякий случай Артём снова перезарядил обрез и сделал два контрольных выстрела в ноги, разбив колени трупа. При попадании картечи тело дёргалось, но движения становились всё слабее. Сжечь бы ещё. Артём оглянулся и ещё раз посмотрел в сторону морга. Ситуация всё больше прояснялась.

Развернувшись, он зашагал по прежнему маршруту. Что же, он хотел информации, он её получил. Даже больше, чем хотел. Часть полученных сведений вообще хотелось забыть. Если сегодня снова явится тот призрак, нагоняющий кошмары, у него будет гораздо больше образов для запугивания. А сейчас он хотел только одного: найти укромное место и отлежаться. От резких движений снова заболела рана на ноге, сквозь повязку проступила кровь. Не хватало ещё, чтобы шов разошёлся.

Глава четвёртая

Укромное место нашлось в виде номера люкс в гостинице на шестом этаже. Гостиница эта была хороша тем, что находилась недалеко от дома. А ещё она была почти пустой. Если тут кто-то и умер, выжившие успели убрать трупы.

Не делая себе поблажек, он за день смог закончить все запланированные дела. В коридоре гостиницы рокотал бензиновый генератор, снабжая его номер электричеством. В розетку был включен торшер, рядом от выпрямителя заряжался аккумулятор его машины. Правда, об осторожности он не забывал. В городе есть люди, встречаться с ними, учитывая первый неудачный опыт, он не хотел. Поэтому занавесил окна одеялами. Специально проверил, с улицы свет не видно, да и окна выходят на внутренний двор, вряд ли туда кто-то придёт.

На туристической газовой плитке он приготовил себе ужин, макароны с тушёнкой, вместо хлеба использовал крекеры. Теперь там же закипал чайник, а рядом стоял стеклянный заварник, куда он насыпал молочный «Пуэр». Вечер обещал быть долгим, следовало создать себе максимально комфортную обстановку. Получилось, только рана на бедре беспокоила. Он сделал себе перевязку. Следов воспаления не обнаружил, шов не разошёлся, но рана болела, более того, её временами начинало щипать, словно туда капнули кислоты. Нехорошо, надо держать на контроле. Новые штаны он себе нашёл, но сейчас сидел в трусах, благо, было тепло.

Закончив своё последнее дело – чистку оружия, Артём заварил чай, налил в большую стеклянную кружку и прилёг на широкую кровать. Самое время заняться чтением записок врача. Не просто врача, а целого профессора и доктора наук. Там довольно много написано, попадаются специальные термины, которых он не знает, но основную часть текста понять можно. Хоть так восстановить цепочку событий, приведшую мир к катастрофе. Итак, вступление можно промотать. Вот:

Если не считать тех, кто умер в первые дни эпидемии, дальнейшее развитие болезни происходит по нескольким сценариям. Сейчас в помещениях около четырёхсот больных, некоторые чувствуют себя относительно хорошо, могут передвигаться, разговаривают. Но характерные симптомы присутствуют и у них.

Далее шло подробное перечисление симптомов, с которых начинается болезнь. Тут же профессор добавлял, что окончательный диагноз можно поставить только после анализа крови, а лаборатория по понятной причине не справляется. Помещения не вмещают огромную массу больных, но те быстро мрут, стало быть, койки освобождаются. Косила зараза и медперсонал, отчего на оставшихся ложилась двойная нагрузка. При этом оставались люди, которых болезнь, как казалось, обходила стороной. Артём перелистнул страницу.

Сегодня слышал, что болезнь называют чумой, что же, это название уместно, но исключительно в контексте её смертоносности. Вполне сопоставимо с эпидемией «Чёрной Смерти» в XIV веке. На самом же деле возбудитель не имеет ничего общего с Yersinia pestis, это нечто совершенно новое, мало похожее на всё то, с чем приходилось иметь дело раньше. Иногда я думаю, что это вообще не микроорганизм, а какая-то программа, проникающая в организм и меняющая его. Увы, чаще всего организм таких перемен не выдерживает.

В этом месте врач пользовался какими-то ненаучными терминами, впрочем, он ведь куда лучше знает предмет, видимо, есть повод утверждать подобное.

В отдельных случаях даже симптоматика соответствует заболеванию чумой. Примерно у 5% больных образовывались бубоны, которые потом прорывались. Во всех случаях это заканчивалось смертью. Но такой малый процент ни о чём не говорит, у других бывают симптомы куда интереснее.

Итак, симптомы. Температура, потливость, одышка, кашель. Врач сыпал терминами, ссылался на изменение состава крови, снижение нервной проводимости, кровяного давления и прочих признаков. Всё это было интересно, Артём старательно запоминал всё, чтобы в будущем определить болезнь у себя, если таковая появится. А ведь могла появиться. Второй его экземпляр умер, стало быть, врождённого иммунитета нет. Сколько живёт возбудитель, неизвестно. Дальше записки свернули с медицины на другие вопросы.

В город ввели войска. На улицах беспорядки, кое-где стреляют, но основная масса людей сбежала из города или сидит по домам, надеясь спастись от заражения. Подозреваю, надежды их беспочвенны, болезнь имеет длительный инкубационный период, появление симптомов говорит о том, что заболевший носит заразу в себе уже месяц или больше. И, что самое неприятное, в течение этого месяца он вполне мог быть источником заражения.

Была попытка атаковать больницу. Военные быстро пришли на помощь, по атакующим открыли огонь, толпа рассеяна, несколько трупов потом убрали. Начальство обсуждает эвакуацию, комендант города и мне предложил эвакуироваться. Увы, но мой долг оставаться на своём рабочем месте, пока жив хоть один пациент. Кроме того, я, по мере своих скромных сил, провожу исследование, результаты которого сохраняю в электронном виде. К сожалению, полноценной лаборатории, где можно изучать геном человека, в наличии нет. Приходится обходиться исключительно внешним наблюдением.

Снова врач пустился в дебри научных объяснений. Пролистнув страницу, Артём стал читать дальше.

Остановка в городе накаляется. Военные пока справляются, более того, часть населения вывезена в лагеря за пределами города. В нашу больницу почти никого не привозят, видимо, решили бороться строго карантинными мерами, дождаться, пока все больные умрут. Но это не выход, о вакцине пока только говорят, подобное творится по всей стране. С помощью коменданта я смог поговорить с большим начальством. На том конце провода подтвердили, что общая ситуация в мире характеризуется простым словосочетанием «Конец Света», количество погибших перевалило за пятьдесят процентов населения. Изоляция не спасает. Сам я получил благодарность за труды и поручение продолжать свои исследования. Кроме того, мне прислали множество файлов с информацией, не я один исследую течение болезни.

Артём оторвался, дотянулся до кружки и отхлебнул горячего чая. Что же, пока всё было так, как он и предполагал. Вот только не было объяснения наличию в городе зубастых мутантов и живых мертвецов.

Сообщают о появлении в городе неадекватных граждан, это не похоже на сумасшествие или опьянение наркотиками. Люди превращаются в кадавры, не чувствуют боли, более того, не умирают от смертельных ранений. По сообщениям военных, остановить такого можно только выпустив автоматный магазин, а иногда и несколько. Случаи единичны, живых экземпляров мне пока не попадалось, но и мёртвые могли кое-что рассказать. Совместно с нашим патологоанатомом Борисом Львовичем мы обследовали привезённые трупы. Они имели на теле интересные отметины, синие полосы на шее и в подмышечных впадинах. А ведь эти же симптомы имелись у многих больных, в том числе и тех, что умерли и сейчас лежат в морге. Странные образцы, очень странные. На телах множество ран, при этом кровотечений почти нет, несколько капель, не больше. У некоторых отсутствует голова, солдаты говорят, что даже с простреленным мозгом эти люди умудрялись двигаться.

Вот и нашелся след зомби, подумал Артём, после чего снова отпил чай, откусил кусок шоколадки и углубился в чтение.

Беспорядки начались и в больнице. Больные, те, что могут двигаться, стали что-то требовать, буянить, пришлось применять силу. Наряд бойцов спецназа Росгвардии постоянно дежурит в холле, пока обходились без стрельбы, работали руками, ногами и прикладами. Зрелище отвратительное, мне, как медику, противно вдвойне, но действие возымело. Комендант приставил двух бойцов ко мне лично, велел им охранять меня и выполнять все приказы. Совсем молодые парни, срочники. Их фамилии я не запомнил, называю просто Толстый и Тонкий. Они в самом деле так выглядят, один высокий и худой, второй чуть ниже, но с широкой костью и даже небольшим пузом, непонятно, как в спецназе оказался. Надо сказать, что парни толковые и, что более важно, со стальными нервами. Постоянно сопровождают меня, оружие держат наготове.

Видимо, патроны в столе остались от этих солдат. Возможно, и мутантов расстреляли они же. Артём пролистал несколько страниц, заполненных медицинскими терминами.

Восьмое сентября. Город окончательно потерян, живых людей не осталось, все умерли, увезены в лагеря, либо находятся у нас. Новых поступлений пока нет, всего числится четыреста тридцать пациентов и двадцать два медика. Ещё остались военные, те, кого не достала (или пока не достала) болезнь. Толстый и Тонкий по-прежнему при мне.

Дальше начались записи, которые и были интересны Артёму. Профессор, перелопатив гору материала, сделал вывод, что болезнь меняет генетический код человека. Иногда изменения смертельны, в других случаях всё проходит не так однозначно.

Из множества типов мутаций, которые мне удалось наблюдать, наиболее интересными являются мутации типа Е и Н. Первый случай мы разрабатывали сами, благо, есть временной лаг, развиваются они медленно. Симптомами являются головные боли, боли в костях, характерные пятна на коже. Сама кожа, спустя две недели после появления болей, начинает грубеть и теряет нервные окончания, при этом наблюдается повышенный тонус мышц, человеческая психика сохраняется долго, но первые приступы агрессии наблюдаются и на ранних сроках. Один такой пациент был переведён мной в изолятор, где его держали связанным. Пока он мог говорить, жаловался на боли и чувство голода, регулярно пытался укусить медика, к счастью, те были предупреждены. Его обильно кормили белковой пищей, недостатка в питании нет, военные пригнали несколько грузовиков с консервами. Наличие пищи ускоряет изменения организма, недостаток, соответственно, замедляет, но остановить их невозможно.

У Артёма по коже бегали мурашки. Сейчас ему описывали процесс превращения заражённого человека в зубастого мутанта.

Кожа приобрела серый оттенок и огрубела до состояния рога. На поздних этапах выпали зубы, при этом из дёсен стали проклёвываться новые. Череп меняется стремительно, замеры производить трудно, пациент продолжает кусаться, но даже визуально можно оценить деформацию затылка и челюстей. С большим трудом сделали КТ мозга. Картина ужасна. Большинство отделов, отвечающих за сознательную деятельность атрофированы, но для зверя мозг неплохой, думаю, соображает на уровне обезьяны, с поправкой, что обезьяны в массе своей мирные, здесь же наблюдается немотивированная агрессия, на зависящая от насыщения.

Артём больше ничего не пропускал, наконец-то наткнувшись на интересную тему. Врач прервался и снова описал условия существования.

Двадцать пятое сентября. Большая часть военных эвакуировалась, где-то на Урале создают большой центр, для эвакуации выживших, разработки вакцины и, куда же без этого, восстановления мира после эпидемии. Сейчас уже понятно, что мир прежним не будет, потери населения, по моим подсчётам, перевалили за семьдесят процентов. Из лагерей беженцев приходят неутешительные известия.

Сегодня были отмечены несколько подземных толчков, разрушений нет, но меня это беспокоит. По радио сообщают, что подобное происходит по всей стране и за её пределами. С Землёй что-то происходит, но что именно, понять сложно. Пишут о цунами в Приморье, жертв немного, но только потому, что и людей почти не осталось.

Это ещё что за хрень? Так подумал Артём и снова погрузился в чтение.

Тридцатое сентября. Большая часть военных уже эвакуирована, несколько патрулей на машинах ещё объезжают пустой город, но смысл этого занятия от меня ускользает. Подопытный с мутацией типа Е убит. Я сам взял на себя смелость, ввёл смертельную дозу транквилизатора. Инъекция его не убила, пришлось укол повторить, а после этого Тонкий просто расстрелял его из автомата. Объект демонстрировал потрясающую живучесть. Проблема в том, что пациентов с подобными симптомами более двадцати. Часть уже подошла к опасной черте, за которой человек перестаёт быть человеком, некоторых пришлось связывать, чтобы не навредили себе и окружающим. Решение вопроса можно отложить, но не более, чем на неделю. Вывозить их некуда, запирать негде.

Сегодня же прояснилась ситуация с мутацией типа Н. До того её считали смертельной, человек просто засыпал, после чего останавливалось дыхание и сердцебиение. На фоне других форм течения болезни это казалось лёгкой смертью. Оказалось, что всё гораздо сложнее. Мутации изменяют работу организма. Каким-то непостижимым способом они замедляют обмен веществ. Сердце у такого человека бьётся с частотой один удар в минуту, дыхания почти нет, температура падает да комнатной. При этом они остаются живыми. Первым тревогу забил Борис Львович. Трупы уже несколько дней никто не вывозил, они накапливались в морге, вскрытий он тоже не проводил, ограничиваясь внешним осмотром. Он и заметил отсутствие трупного окоченения и следов разложения. Неоднократно сообщал мне об этом, но я не находил времени заниматься проблемой. Он настаивал, говорил, что у одного трупа даже кровь вытекала. Ближе к вечеру он позвонил мне и с ужасом сообщил, что мертвецы восстали и поедают других мертвецов. Сам он успел выскочить, восставшие мертвецы ведут себя агрессивно и едва не съели его самого. Поначалу я подумал, что он бредит. Справедливости ради, Борис Львович и раньше был неравнодушен к спиртному, а последние пару месяцев я его трезвым не видел. Впрочем, пагубную привычку отчасти смягчает чувство меры и высокий профессионализм. Но загадочная болезнь приучила меня к любым чудесам, я поспешил в сторону морга. Борис Львович стоял снаружи едва живой от страха. Внутри что-то происходило. Мы решили открыть дверь, но сразу же были атакованы восставшими мертвецами, коих было несколько десятков. Всё могло закончиться плохо, но нас спасли Толстый и Тонкий, парни сработали быстро, оттеснили мертвецов огнём из автоматов, после чего смогли закрыть дверь. Но это временная мера, дверь хлипкая, окна без решёток, а мутанты регулярно пытаются их выбить. Я связался по радио с одним из патрулей. Всё же два десятка солдат – это лучше, чем два.

Патруль прибыл через полчаса, командовал ими молодой офицер, который тоже поначалу заподозрил нас в сумасшествии. Однако, именно в этот момент мертвецы выломали двери и полезли наружу. Их действиям недоставало слаженности, а потому полноценной атаки не получилось. А солдаты реагировали быстро. Несколько канистр с горючим закинули внутрь, а следом расстреляли из гранатомётов. Не знаю, что за заряды там были, но через минуту здание морга полыхало, а восставшие мертвецы превращались в пепел. Те, кто не восстал, впрочем, тоже.

Артём вытер пот со лба. Тайна сгоревшего морга прояснилась, но, положа руку на сердце, он предпочёл бы это никогда не знать. Собственно, и появление зомби было объяснено. Удивление вызывало только время. Мутация затянулась. Мужик поначалу был живым, потом, получив по голове, переродился в зомби. Целый год ждал?

Решив, что понять этого не сможет, он вернулся к чтению, а профессор как раз рассуждал на эту тему.

Мутации типа Н таят в себе много непонятного. Например, время превращения человека в зомби (да, я сказал это слово). Подобных пациентов около четырёх десятков. Уверен, рано или поздно они станут теми, кем должны стать. Некоторые, после появления полос на шее, прожили уже около месяца, превращения не наблюдается, чувствуют себя удовлетворительно (если не считать других симптомов). У некоторых констатировали смерть, но вот вопрос: настоящая ли это смерть от болезни, или же сработал эффект мутации. Или смерть служит триггером последующего воскрешения? Надо провести опыт с умирающим, например, сделать СКТ мозга в момент смерти. Осталось это момент поймать. Персонала всё меньше, количество больных сокращается медленно.

Профессор рассуждал цинично, но симпатии Артёма были на его стороне. Таким и должен быть учёный, в его руках куча человеческих жизней. И даже если все пациенты умрут, их смерть даст знание, которое пригодится в будущем.

Пятое октября. Ждать более невозможно. Пациенты с мутациями типа Е на пороге превращения. Была мысль их связать, но здесь не психбольница, у нас нет такого количества ремней, верёвок и смирительных рубашек. За советом обратиться не к кому. Командование покинуло город, отправившись к месту эвакуации, место это на Урале, недалеко от Екатеринбурга, что-то, вроде гигантского хранилища на случай Конца Света. По городу ещё ездит один патруль, но это ненадолго. Скоро вертолёт заберёт и их. Ими командует лейтенант, спрашивать совета у него бесполезно. А центральным командованием связаться пока не можем, связист монтирует мощную рацию.

Решено. Я взял на себя ответственность. Пациентов, несмотря на их протесты (приступы ярости присутствуют, но пока купируются большими дозами успокоительного), перевезли в отдельное помещение. А потом Толстый и Тонкий получили приказ. Можно посетовать на то, что молодёжь не ценит человеческую жизнь, но не стану. Наоборот, восхищаюсь мужеством этих людей. Полное отсутствие нервов, получили приказ – выполнили. Минус двадцать три пациента, минус три сотни патронов, даже больше, бойцы жаловались, что боеприпасы улетают с огромной скоростью.

Артём хмыкнул, но осуждать профессора не стал. В такой ситуации любой здравомыслящий человек поступил бы так же. И солдаты сработали правильно.

Восьмое октября. Подземные толчки продолжаются. Вся команда покинула город. Осталась горстка персонала и чуть меньше сотни пациентов. Часть в плохом состоянии. Боремся за каждого, не хватает рук, уже Толстый и Тонкий помогают ставить капельницы, а я беспрерывно выдаю таблетки. Борис Львович впал в депрессию, подавлен, продолжает пить, взгляд мне не нравится, тем не менее, кое-как работает.

Заработала связь. Передаю отчёты, там тоже работает исследовательская группа, им проще, в их распоряжении куда больше ресурсов, есть оборудование для исследования ДНК. Сказали, что готовят вакцину, при первой возможности передадут сюда.

При упоминании вакцины Артём напрягся. Пузырёк он сохранил, вот только что внутри?

Одиннадцатое октября. Из Центра передают странные новости: якобы в мире произошли подвижки континентов, будь это так, мощный цунами смели бы всё с поверхности земли, а на деле только слабые толчки. Рассказывали, что меняется климат, появляются новые участки суши, да не просто пласты земли, а полноценные территории с лесами, животными и даже строениями. Не могу понять, то ли там засели сумасшедшие, то ли в самом деле с миром творится невообразимое, то ли… с ума сошёл я сам. Иных вариантов не вижу.

Тринадцатое октября. Новая напасть. Сначала были мародёры, потом зомби, бродячие собаки, мутанты… Теперь объявилось странное существо. Это не мутант, не зомби, это вообще непонятное нечто. Я бы сказал, что это призрак, или демон.

Артём прервался, отложил журнал и налил себе ещё чая. Однако. Доктору он был безмерно благодарен, вот так, сходу, получить ответы на все вопросы. Ну, не на все, но, по крайней мере, окружающую обстановку он теперь понимает. А сейчас док расскажет о призраке. Видимо, это то самое существо, что так пугало его в больнице. Ну, или другое такое же.

Появился он вечером тринадцатого числа. В помещение не вошёл, возможно, боится света. Нужно тщательнее следить за работой генератора. Толстый, выглянув наружу смог кое-как описать это существо. Около трёх метров ростом, тёмное, что бросается в глаза даже ночью, какой-то абсолютно чёрный цвет. Силуэт напоминает человеческий, но чётких контуров не разглядеть, передвигается странно, шагов не разобрать, словно парит над землёй.

Теперь о главном: призрак опасен. Он не врывался внутрь, не пил кровь, не отрывал головы. Тварь оказалась способна воздействовать на психику, вызывая страх, подавленность и мысли о суициде. Пси-воздействие распространяется волнами, при каждой волне призрак издаёт странный скрипящий звук. Пациенты перепуганы, снова пришлось пичкать их успокоительным, я и сам едва мог шевелиться, животный страх парализует, заставляет трястись и ронять вещи. Благо, бойцы оказались менее восприимчивы, Толстый даже смог высунуться и выстрелить в чудовище. Результата это не принесло, существо оказалось нематериальным. Если ночные визиты продолжатся, дальнейшее наше пребывание здесь окажется невозможным.

Артём снова оторвался от чтения. Требовалось время, чтобы переварить услышанное. Ему не показалось, действительно призрак, атакует страхом, только про галлюцинации не пишет, впрочем, это может быть индивидуальным. В его случае существо мучило только одну жертву и могло приложиться по максимуму.

Семнадцатое число Из персонала на ногах осталось всего шесть человек. Я, Толстый с Тонким, Борис Львович, который абсолютно неадекватен, медсестра Маша, а ещё Елена Петровна, наш фельдшер. Пациентов на данный момент девяносто три. Скоро число ещё более сократится, несколько человек с мутацией Н уже на подходе, фиксируем понижение давления, температура держится в районе 35*С, а сознание почти угасло. Между смертью и «воскрешением» есть временной лаг, всегда разный, но, как правило, не меньше получаса. Это даёт возможность избавиться от тел. Утилизацией заведует Борис Львович, ничего другого я ему доверить не могу, ввиду расшатанной психики и постоянного пьянства. Мы все вооружены, даже женщинам выдали пистолеты, патологоанатом тоже имеет ствол, но просто носит его в кармане халата. Я бы забрал оружие, но он ведь регулярно отлучается в магазины за спиртным, а потому может нарваться на зверей или мутантов. Сегодня за оградой видели медведя, обычного, зверя удалось отогнать выстрелами, видимо, был не голоден.

Хорошо, что Артёму медведь не попался, даже сейчас, с оружием, он себя в безопасности не чувствовал, а уж в первый день…

Двадцать второе число. Снова призрак, добром это не кончится, пациенты на грани срыва, да и мы едва живы. Хорошо, что хоть Борис Львович всего этого не чувствует, ко времени появления существа он, как правило, уже мертвецки пьян и спит в подсобке. Остальным я выдал транквилизаторы, помогают слабо.

Двадцать пятое октября. Толстый и Тонкий убили призрака! Победа такого уровня, что впору салют устроить. Собственно, они и устроили, откопав в запасах патроны с трассирующими пулями.

Артём подавился чаем так, что жидкость выплеснулась из носа. Как, Холмс?!! Как они его убили, если он, сука, нематериален? Перевернул страницу. Слава богу, профессор счёл этот случай достойным подробного описания.

Началось всё с бредовой идеи Тонкого. Он заявил, что призрака нельзя убить обычным оружием, потому что он призрак. Все согласились, но вот его последующее утверждение было более чем спорным. Якобы в компьютерных играх призраков и прочую нечисть следует убивать зачарованным оружием, а за неимением такового, можно использовать серебро в виде пули или клинка. Даже Борис Львович, страдавший от тяжёлого похмелья, покрутил пальцем у виска. Однако, его товарищ идею поддержал, возможно, хотел пошутить, ну, или собирался ухватиться за последнюю соломинку. Они, оставив нас в больнице (мне выдали автомат, на случай прихода врагов, благо, оружия хватает, как и патронов), отправились в ювелирный магазин. Притащили целый ворох серебряных украшений. Я отдельно отметил, что мародёрствовать не стали, парни отличаются благоразумием, прекрасно понимают, что мир изменился настолько, что золото более ничего не стоит. Ну, если не считать красоты. Тонкий, например, прихватил кулон с бриллиантами, который подарил Маше.

Тем не менее, ближе к вечеру они с помощью клея закрепили несколько серебряных цепочек поверх гранаты и стали ждать. Призрак появился строго по расписанию, теперь он не пропускал ни одной ночи, складывалось впечатление, что нашим страхом он питается. Сегодня он был в ударе, пси удар оказался такой силы, что мы не могли устоять на ногах, Маша едва не выпрыгнула в окно, Борис Львович упал с кровати, разбив себе колено, страх, паника, головная боль – всё навалилось разом. Толстый и Тонкий, помогая друг другу, подползли к окну, совместными усилиями выдернули чеку и бросили гранату под ноги призрака. Взрыв как таковой не впечатлил, но пси- воздействие оборвалось разом, хотя от вопля призрака едва не лопнули перепонки. Выглянув в окно, я разглядел, как чёрный силуэт пылает изнутри алым пламенем. Пылал недолго, через минуту рассыпался чёрными лохмотьями.

Двадцать шестое октября, призрак не появился. Он в самом деле мёртв. Слава компьютерным играм.

Артём осмотрелся на предмет серебра. В гостинице он его вряд ли найдёт, если только с трупа снять. Нет, лучше поискать ювелирный магазин. Или сувенирный, там иногда продают серебряную посуду.

Десятое ноября. Прилетел вертолёт. Нескольких пациентов забрали, их я объявил полностью здоровыми. Попробовал подсчитать процент выживших. Получалось плохо. Опять же, мне неизвестны результаты из других мест. Выходило, что с надлежащим лечением выживают менее одного процента. Без лечения – гораздо меньше. Представить не могу, сколько людей потеряли от нехватки лекарств и не вовремя оказанной помощи. Да и тех, что улетели, я бы не назвал здоровыми. Допускаю, что болезнь вызвала некие изменения, каковые при отсутствии видимых признаков невозможно определить, соответствующей аппаратуры у нас нет.

Пилоты не сообщили никакой новой информации, всё то же: движение материковых плит, новые территории, новые существа (без подробностей), изменения климата. Насчёт последнего полностью согласен, ибо, несмотря на календарную дату, погода стоит летняя, температура держится в комфортном диапазоне от пятнадцати до двадцати пяти градусов. Уже улетая, сообщили, что вакцина будет на днях, и нам её обязательно доставят. Надеюсь на это. Пациентов осталось шестьдесят два. По моим расчётам, спасти получится не больше двадцати, остальные либо умрут, либо мутируют.

Несколько страниц Артём пролистал, там описывалась рутина, они лечили больных, хоронили умерших, обивались от мутантов.

Второе декабря. Прислали вакцину, несколько доз, расчёт на то, что примут её исключительно медики и охрана. Впрочем, инструкция чётко утверждала, что принимать можно только до появления первых симптомов. Тут же сообщалось, что болезнь рано или поздно настигнет каждого, природного иммунитета к ней не бывает. Что же, шесть доз в наличии, без симптомов я, моя охрана, две женщины и наш неадекватный патологоанатом. С последним я разговаривал, предлагал отправиться в эвакуацию, но он отказался. В глазах пустота, человек на грани сумасшествия. Делать уколы вакцины буду по очереди, неизвестно, каково побочное действие. Начну с Толстого и Тонкого, они молоды и здоровы, всё должно пройти легко.

Четвёртое декабря, Толстый и Тонкий начали приходить в себя. Побочное действие вакцины оказалось весьма тяжёлым. Оба свалились на двое суток, температура за 39, боль в костях, озноб и отчего-то кровотечение из носа. Парни выжили, но мне их не хватало катастрофически. Пациенты в массе своей неадекватны, в палаты приходится заходить группой. До того наличие двух крепких парней охлаждало горячие головы, сейчас приходится наставлять автомат. Вчера даже побил одного буйного пациента прикладом, благо, тот слаб из-за болезни. Сказали бы мне год назад, что я на старости лет буду бить пациентов прикладом автомата. Впрочем, пациент уже успокоился и, кажется, демонстрирует признаки восстановления. Вообще, болезнь очень затяжная, ни одна инфекция не длится так долго.

Шестое декабря, я едва жив, вакцина чудовищна. Два дня провалялся в бреду, до сих пор трясутся руки, на очереди наши женщины и Борис Львович. Надеюсь, у них пройдёт легче.

Двенадцатое декабря. Мы потеряли Елену Петровну. Можно сказать, убил её я. Вакцину колоть требовалось в любом случае, но последствия необходимо постоянно мониторить. Мне же, в отсутствие медперсонала, предстояло делать всю их работу. Когда я нашёл время проверить, Мария металась в горячке, а Елена Петровна уже была мертва. Не выдержало сердце. Ей было уже хорошо за пятьдесят, и крепким здоровьем она не отличалась.

Следующий удар был ожидаем. Последняя доза вакцины, что предназначалась патологоанатому, оказалась лишней. Заслуженный работник медицины не выдержал испытаний. Вечером тринадцатого числа он пустил себе пулю в голову. Нужно было всё же забрать пистолет, хотя оружия тут полно, нашёл бы другой. Нас четверо, пациентов двадцать три. Почти все здоровы, двое демонстрируют симптомы мутации типа Н, но превращаться не спешат. Отбил сообщение в Центр.

Дали добро на эвакуацию. Ровно двадцать человек и нас четверо. Ждём вертолёта. На этом мои записи закончены. Можно взять журнал с собой, но… моя память иногда бывает слишком хорошей, более того, я с радостью забыл бы некоторые моменты своей жизни. Нет, журнал оставлю здесь, а заодно и последнюю дозу вакцины. Вдруг появится тот, у кого нет симптомов, прочтёт мои записи и примет лекарство. Борису Львовичу вечная память.

Записки на этом обрывались. Артём держал в руках пузырёк, а в сознании пульсировали два слова: СРОК ГОДНОСТИ! Стиснув зубы, он принял решение, риск есть, но вряд ли содержимое пузырька по истечении срока годности станет смертельным ядом. Последствий бояться не стоит. Шестидесятилетний старик выдержал, а молодой точно не умрёт. Вытащив из рюкзака шприц, он воткнул иглу в пробку. Как колоть? В вену или в мышцу? В мышцу, так обычно прививки ставят. Поморщившись, он воткнул иглу в бедро здоровой ноги.

Глава пятая

После прочтения записей, Артёма беспокоила только функциональность принятой вакцины. Сработает или нет? Если исходить из реакции организма, сработала, ещё как. Себя он всегда считал человеком здоровым, даже, наверное, более здоровым, чем упомянутые в записках Толстый и Тонкий. Увы, вакцине было на это наплевать.

Хорошо, что в номере имелись запасы, еда, пусть и самая простая, вода в пятилитровых бутылях, заодно пригодились одеяла, в которые он заворачивался, спасаясь от озноба. Сбить поднявшуюся температуру не удавалось ничем, организм реагировал на вторжение извне, пытаясь сжечь лишнее, кости ломило так, словно все они сломаны, к этому добавлялась тошнота и слезотечение.

Следующие двое суток он почти не запомнил, лежал под одеялами, спал, трясся от холода, подползал к столу и пил воду, изредка ухитрялся что-то съесть, потом опять впадал в забытье. К исходу вторых суток симптомы слегка ослабели, но не исчезли полностью, но теперь он хотя бы мог передвигаться. Окончание побочного действия вакцины совпало с новой напастью: воспалилась рана на бедре. В разгар болезни он просто не находил времени и сил ухаживать за повязкой, та так висела на ноге, пропитываясь потом и теперь напоминала половую тряпку. Но, как он подозревал, дело не в чистоте повязки, зараза изначально попала в рану, а дезинфекция её не убила.

Оторвав присохший бинт, Артём осмотрел рану. Вот и причина. Шов оставался на месте, но кожа вокруг него покраснела и припухла, дальше красными полосами расходились вены, прикасаться было больно даже в десяти сантиметрах от раны.

Прикинув, что без лечения просто сдохнет, Артём вытряхнул рюкзак, выискивая упаковки антибиотиков. Ага, есть. Можно было распустить шов снова промыть рану, но он решил, что лекарства справятся и так. Главное, чтобы печень выдержала. Ей и так несладко пришлось. Прочитав инструкцию, закинул в рот две таблетки препарата, надеясь, что у него всё же обычная инфекция, а не что-то ужасное, порождённое чумой.

В итоге, из жизни он выпал на шесть дней. Утром седьмого дня осмотрел рану и, посчитав её состояние удовлетворительным, решился встать. Краснота пропала, температура со вчерашнего дня не повышалась. Оставалась слабость и лёгкая тошнота, но это не так страшно, постепенно пройдёт. Швы снимать пока рано, ещё дня три стоит выждать.

А чем заняться сейчас? Дел было много, например, оживить генератор, который остановился без горючего ещё позавчера, а он не нашёл в себе сил подлить бензина в бак. Впрочем, это мелочи, жил как-то без электричества, проживёт и дальше. Важнее запас продуктов пополнить, да и оружия тоже. Места здесь опасные.

Артём вышел на балкон и. присев на невысокий стульчик, стал размышлять. А что дальше? Вот он здесь, в городе. Единственный выживший, может, конечно, найдётся ещё пара-тройка таких, но вряд ли. Следов наличия человека в городе нет, тот единственный полутруп, что встретился ему в больнице, явно пришёл откуда-то издалека.

Допустим, жить в городе одному можно, но не всю жизнь. Лет через пять консервы окончательно испортятся, крупы проживут чуть дольше, но тоже распадутся в прах, можно завести огород и охотиться на бродячих псов, но он к такому не привык. Если люди отсюда эвакуировались, значит, есть место, где они сейчас живут. Там есть какая-никакая инфраструктура, производство, наконец, сами люди в товарных количествах. Именно туда ему следует двигаться. Сколько там до Екатеринбурга? Тысяча километров? Так это три дня на машине. Ну, с учётом возможных преград из-за брошенных автомобилей и разломов земли, можно уложиться в месяц. Много? Да, но его никто не торопит. Если в день проходить десять километров, управится в три месяца, что тоже небольшой срок, учитывая, что с потеплением климата ему не грозит замёрзнуть в снегах.

Но лучше всё же на машине. На своей? Немного подумав, этот вариант он отмёл. В идеале, ему нужен автобус, дом на колёсах, что-то, что послужит и машиной, и убежищем. Автобус найти не проблема, его небольших познаний в технике наверняка хватит, чтобы завести мотор, но огромный салон с большими окнами, сделанный из тонкой жести ему точно не нужен. Слишком ненадёжно. Уснёт в салоне, а ночью придёт медведь и… Найти что-то бронированное? БТР? Управлять такой машиной он сможет, но тут встаёт проблема горючего, расход огромный. К тому же внутри не так много места, чтобы сложить всё необходимое, да и защита посредственная. От зверей защитит, люди же могут атаковать незаметно, а он один. Сможет или ехать, или отстреливаться. Не говоря уже о том, что гранатомётов у населения может быть в достатке. Броня - не выход.

После нескольких минут раздумий он решил найти какой-нибудь армейский грузовик. Типа ГАЗ-66. Точно, стоит пошарить по военным частям, там наверняка найдётся исправная техника.

Дальнейший поток мыслей прервало какое-то движение внизу. Осторожно выглянув, он приметил серую фигуру, которая пересекала улицу. Мутант шёл вразвалочку, вертя бугристой головой по сторонам, изредка останавливался и нюхал воздух, явно чуял человека, но пока не мог определить направление.

Наконец, почти удалившись, он обнаружил стоявшую у входа машину. Машина Артёма, хоть и стояла без движения уже шесть дней, видимо, пахла иначе, не как другие. А мутант, хоть и превратился в зверя окончательно, всё ещё имел довольно большой по звериным меркам мозг, позволявший на каком-то низовом уровне анализировать увиденное. Работающая машина – человек – мясо. Он завертел головой активнее, выискивая вожделенную добычу. Не нашёл, а посмотреть вверх не догадался. Зато успел среагировать на другое, длинная узловатая рука метнулась вниз в ливневой канализации, ухватила что-то там и потянула ко рту. Прищурившись, Артём разглядел довольно крупную крысу. Ну да, такая тут экосистема. Наверное, и собак ест, если попадутся.

Чавканье было отчётливо слышно на шестом этаже, Артём, не собираясь терпеть такого соседа (вряд ли тот питается только крысами), отправился за ружьём. Штуцер был на месте, два патрона отправились в стволы, ещё пару он приготовил для быстрой перезарядки. В идеале, они не понадобятся, если первым выстрелом пробить голову твари. Вот только в своей меткости он сейчас сомневался, его ещё шатало от слабости, рука слегка подрагивала, да и винтовка казалась необычно тяжёлой.

Расстояние до цели составляло от силы шестьдесят метров, промахнуться из винтовки трудно. Прорезь целика совпала с мушкой, а та – с затылком твари. Артём выдохнул и плавно потянул за спуск. Но ещё до этого, за какую-то долю секунды до того, как пуля покинула ствол, монстр вдруг насторожился и приподнял голову, осматриваясь. Интересно, были ли у него естественные враги? Медведь, разве что?

Но рассуждать о системе сдержек и противовесов среди местной фауны было некогда. Пуля попала в цель, но не так, как Артём хотел. Вместо того, чтобы ударить в основание черепа и, пробив его по диагонали и вынести мозг, пуля попала в нижнюю челюсть, разбив её на кровавые куски. Но зверь от этого не умер, и менее опасным не стал. Огласив окрестности громким воем, чудовище запрыгало на месте.

Спасло то, что тварь, будучи умной, относительно других животных, всё же человеком не была, а потому обидчика искать пыталась на уровне земли. Это позволило Артёму сделать второй выстрел. Стрелять в голову он поостерегся, зверь мотает ей в стороны, а покатый лоб кажется плохой целью. Уж лучше бить в туловище, оно большое, глядишь, получится перебить позвоночник.

Этот выстрел был удачным, в груди монстра появилась большая кровавая рана, но он всё ещё не собирался умирать. Пуля опрокинула его назад, морда поневоле задралась кверху, теперь он видел, откуда прилетает то, что делает больно. Взгляд твари сфокусировался на человеке, движения в миг стали более скоординированными, ноги подбросили тяжёлое тело в воздух, а через секунду он уже карабкался по балконам в надежде ухватить добычу.

К счастью для себя, Артём не испугался так, как в первый раз, а потому действовал хладнокровно и быстро. Он успел перезарядить винтовку, а теперь дважды выстрелил сверху вниз. Первый выстрел пробил бедро, рана получилась большая, с рваными краями и обильно кровоточащая. Вот только твари эти, похоже, боли не чувствовали совсем. Следующий выстрел был направлен в темя, но тоже не достиг цели. Чудовище мотнуло головой в сторону, и пуля ударила в плечо.

На этот раз его пробрало. Даже если ты не чувствуешь боль, плечевой сустав необходим, чтобы полноценно пользоваться рукой. А теперь его разбило вдребезги. Монстр глухо зарычал и повис на одной руке. Весил он прилично, прыгать, как мартышка, не способен.

Артём свесился с балкона и, пользуясь тем, что дистанция составляет теперь всего метров пять, выставил оба обреза и поочерёдно выстрелил четыре раза. Тварь, изорванная россыпями картечи, не удержалась и полетела вниз. Тем не менее, для окончательной смерти этого было мало.

Пролетев три этажа, тварь шлёпнулась на асфальт. Человек после такого падения, как минимум, сломал бы копчик, а этому чуду-юду хоть бы что, только кровь из ран брызнула активнее. Сейчас ведь убежит, а потом снова вернётся, скажем, ночью. Возможно, даже с подмогой.

Артём снова перезарядил штуцер и прицелился, но тут произошло неожиданное: из-за ближайшего угла высунулась облезлая собачья морда. Псина издала глухой рык, двуногий монстр насторожился и ответил возгласом, который можно было перевести, как «уйди с дороги, мелочь, не до тебя сейчас!»

Вот только мелочь попалась наглая, и, как выяснилось, не такая уж мелкая. А следом за ней оттуда же вышли ещё три таких же, а ещё четыре показались с другой стороны улицы. Ага, былой гегемон ослабел, получил по морде, растерял авторитет и силу, теперь угнетённая им стая возьмёт своё. Артём едва не рассмеялся, после чего отложил ружьё и начал смотреть за процессом.

Процесс, увы, затягивался. Собак собралось аж двенадцать голов, они злобно рычали, водили хороводы вокруг мутанта, изредка имитировали атаки, но тут же отбегали назад, стоило серому махнуть когтистой лапой. Ситуация однозначно была не в его пользу, он быстро слабел, раны продолжали кровоточить, хотя уже и гораздо медленнее. Человек бы уже умер, а у твари хорошая регенерация. Но силы от неё не появятся, так же, как не срастётся разбитый сустав, и не восстановится бедренная мышца. Серый – не боец, хватит его на один удар. Или два. Собаки это прекрасно понимали, а потому не хотели попасть именно под эти удары.

Понимал это и серый, хотя и продолжал тянуть время. Он ведь даже убежать не сможет, сейчас он вертится, сберегая спину, когда побежит, его просто разорвут, а бежать не получится, нога ранена.

Артём подумал, что хорошо было бы иметь гранату, или даже не гранату, а какой-нибудь мощный фугас, скажем, на пару кило тротила. Чтобы серого и собак просто разнесло на молекулы. Но, фугаса не было, а смотреть на ментальный поединок ему основательно надоело. Вздохнув и посетовав на большой расход боеприпасов, он поднял винтовку и, теперь уже тщательно и долго прицелившись, выстрелил. Пуля ударила серого точно в копчик, основательно так ударила, разбивая позвоночник и, возможно, тазовые кости. Монстр взвыл в последний раз, после чего рухнул вперёд, а подняться уже не смог, поскольку сверху его придавили тела собак, рвущих ещё живую добычу на куски.

Даже в этом случае серый оказал кое-какое сопротивление. Одна из собак отлетела от могучего удара, второй он располосовал бок когтями, но потом собачьи зубы наконец-то нашли его горло, финальная драка продолжалась минут пять и закончилась убедительной победой собачьего племени. В местной пищевой пирамиде две ступени временно поменялись местами.

Выждав ещё несколько минут, Артём перезарядил оружие и отправился на улицу. Собаки продолжали свою кровавую трапезу, у серого была одна хорошая черта – он большой, да и рвать зубами такую слоновью шкуру не так просто, собакам занятие дня на три. Ну, или они бросят мутанта и переключатся на более вкусное и мягкое мясо.

Встав на высокое крыльцо отеля, он некоторое время смотрел на собак, держа наготове штуцер. От такой стаи не поможет, но хоть задержит и позволит отступить. Дверь хорошая, из толстого дерева, нормального замка нет, но собакам и её не открыть, у них лапки.

Двое из собачьей стаи соизволили повернуться к человеку, но атаковать не спешили. Оскалили пасти, негромко зарычали. Нет, не бросятся, просто обозначают своё недовольство, переживают, как бы не отнял добычу. Нет уж, кушайте сами, на здоровье, не обляпайтесь.

Спиной всё же поворачиваться не стал, чтобы не вводить четвероногих в искушение. Так, медленно пятясь задом, добрался до машины, распахнул дверь и, оказавшись внутри, быстро её захлопнул. Облегчённо выдохнул, собаки, даже не атакуя его, здорово потрепали нервы, даже спина вспотела. Впрочем, за последние несколько дней, он столько раз вспотел, что впору отмывать с песком. Теперь даже чистая одежда не спасает, от тела несёт, как от помойки.

Куда теперь? Вопрос он задал сам себе вслух, а ведь уже не первый раз сам с собой разговаривает, так и свихнуться недолго. Нужно было что-то решить. Тут сидеть довольно комфортно, но ехать надо, это не оговаривается. Но для этого нужен транспорт, горючее, запас еды, оружие посерьёзнее. Что ещё? По идее, всё, а потом останется только людей найти.

Прокрутив в голове план города, вспомнил местонахождение воинских частей. Все на окраине, довольно далеко. Ближе всех часть железнодорожных войск. Оружие хорошее он там вряд ли найдёт, а вот грузовик – вполне. Навскидку вспомнил адреса двух отделов полиции. А там что? Оружие, наверное, есть, но вряд ли что-то, кроме «Макаровых» и АКСу он там отыщет. Немногим лучше его обреза. Двигатель машины уже прогрелся, а он всё никак не мог решить, в какую сторону ехать.

Наконец, решил. В части он пока не поедет, есть места поближе и повкуснее. Первым таким был оружейный магазин, куда меньше первого, за трамвайной развязкой. Но стволы там были и, можно надеяться, что он не разграблен. Ну, или разграблен не до конца. Второе место, куда он собирался, - база ОМОНа. Это место он знал хорошо, как раз после армии собирался туда устроиться, но мест тогда не было, а когда вакансия появилась, он уже нашёл себе другую работу, а о карьере государственного служащего благополучно забыл. Но адрес в голове остался.

Выжав педаль газа, он заложил лихой вираж по улице, собаки врассыпную бросились к стенам, но полусъеденный труп серого мутанта он объехал, подвеску убивать не хотелось.

Магазин оставался на прежнем месте. На первый взгляд выглядит целым, хотя для разграбления вовсе не обязательно выламывать дверь и бить окна. Очень может быть, мародёры оттуда вынесли всё, включая трусы продавца. Улица пустынна, разве что, несколько скелетов валяются на клумбе неподалёку. Ну, эти хотя бы просто лежат, не порываясь сожрать живого, и на том спасибо.

Стальная дверь магазина была заперта. Хороший знак. В окнах решётки, а тут, скорее всего, засов. Такое ломом не вынести, скорее, лом в дугу согнётся. Но трудности его не пугали. На заднем сидении машины заворчал генератор, на асфальт упал провод с розеткой, а из багажника он извлёк болгарку.

Первым делом огляделся, шума будет много, его услышат и заинтересуются. Вокруг открытое место, до ближайшего дома метров сто. Если и нападут, то не внезапно, будет время не только оружие схватить, но и в машину запрыгнуть. Болгарка бешено завизжала, из-под диска полетели искры, грозившие воспламенить штаны, каждые три секунды он настороженно оглядывался, высматривая орды голодных мутантов, но пока его шумные занятия никого не заинтересовали.

Минуты через три кусок стальной двери упал ему под ноги, стоявшую за ней деревянную он просто выбил ногой. Внутри было темно, пришлось протянуть провод уже туда, а в розетку воткнуть переноску с лампочкой. Ага, уже лучше. Некоторые элементы бардака в магазине присутствовали, две витрины разбиты, по полу разбросаны какие-то журналы. Но следов грабежа нет. Скорее, продавец буйствовал. Где он, кстати?

Артём осмотрелся и разглядел виновника торжества. Тот сидел, прислонившись к стене и опустив голову. На груди виднелась табличка «Старший менеджер», имя там тоже было, но его не разглядеть, напечатано мелко. Судя по слою пыли на стекле уцелевшей витрины, магазин не открывался с начала эпидемии. Менеджер этот умер тогда же. Вот только, в отличие от остальных трупов, отчего-то не превратился в скелет. Сидит, падла, как живой, разве что, бледный и грязный. Можно было всё списать на закрытое помещение, на то, что, мол, от недостатка воздуха разложение пошло не так, как обычно.

Но Артём этому не поверил. Бывают случаи, когда тело не гниёт, а мумифицируется. Но тут явно не тот случай. Да и воздуха в магазине достаточно, дышать получается спокойно. И трупного запаха почти нет. Ну, и наконец, Артём прочёл записки профессора Фокина, повествующие, кроме прочего, и о таких случаях. Странно, конечно, что мертвец этот целый год просидел вот так, без пищи, но они ведь все процессы в теле замедляют, вот и калории не расходуются.

Шагнув поближе, Артём поднёс лампочку и осмотрел пациента. Основной признак зомби – синие полосы на шее, присутствовал, и даже просматривался через слой грязи.

Собственно, мог бы и не смотреть, поскольку пациент и сам прекрасно сообщил о своём статусе. Голова медленно и с треском суставов стала подниматься, глаза, затянутые почти непрозрачной плёнкой, открылись, кисти рук стали сжиматься и разжиматься. Привести тело в боевую готовность после годовой спячки было непросто.

Сложнее всего оказалось встать, суставы на ногах просто отказывались сгибаться и разгибаться. А когда мертвяк, наконец, сообразил ухватиться рукой за край витрины, было поздно. Артём размахнулся небольшим топориком и рубанул по шее. Отрубить голову с одного удара не получилось - силы достаточно, но очень уж инструмент несерьёзный – зато получилось с трёх. Голова зомби покатилась по полу, тело рухнуло под прилавок и продолжало дёргаться, но в мародёрстве никаких препятствий не чинило. Отдельно порадовал тот факт, что кровь почти не течёт.

Он ещё раз выглянул на улицу. Никого. Заблокировал входную дверь большим сейфом, который даже ему сдвинуть было тяжело, после чего стал изучать богатства магазина. Конкретно стволов тут было мало, хотя он сразу подобрал себе ещё одну двустволку под обрез. Старый скоро сломается. Зато имелось много прочих радостей жизни. Например, оптика, всех сортов и за любые деньги. Под неё отведена одна большая витрина. Тут не до выбора, грести нужно всё, а разбираться уже дома.

Там же, в витрине с оптикой, имелись тепловизоры и два ПНВ, вряд ли хорошего качества, но ему сейчас любые сгодятся. Тут внимание его переключилось на патроны. С витрины брать не стал, там могли и холощёные лежать, нужно лезть в сейф, а ключи… Он скосил взгляд на обезглавленное тело, которое продолжало скрести пол ногтями и, казалось, сейчас выдаст что-нибудь про «мозгииии…». К счастью, говорить тело не могло, потому как нечем, а отдельно лежавшая голова признаков жизни не подавала. Да и в карманы лезть не пришлось, связка ключей висела на неприметном гвоздике под кассой.

В первом шкафу его ждала разнообразная экзотика, патроны неходовых калибров. Среди них быстро отыскал те, что подходили к штуцеру. Заодно прихватил ещё несколько пачек калибром девять и три на шестьдесят два, можно попробовать перезаряжать гильзы, калибр тот же, да и порох, наверное, одинаковый. Порывшись ещё, выгреб пистолетные, девять миллиметров. Были ещё сорок пятого калибра, но их он решительно отмёл. Для тварей, конечно, толстая пуля лучше подойдёт, вот только оружие такое в наших широтах не водится. А вот какой-нибудь современный пистолет отыскать можно, и калибр его будет девять миллиметров.

Под конец обыска он оказался обладателем внушительной сумки с награбленным, весила она немало, патроны занимали большую часть. Двустволка висела на плече, вторая, вертикалка, была разобрана и упакована, а карабин СКС он держал в руке. Карабин был старый, он его взял на время, а потом собирался найти автомат под семёрку. Враги у него сейчас такие, что пятёркой можно и не убить, а вот семёрка – в самый раз, особенно охотничьи пули из мягкого свинца. Самих патронов нагрёб больше тысячи.

Снова приоткрыл дверь и выглянул. Не было печали. Его упражнения с болгаркой не остались незамеченными, напротив магазина стояли ещё двое ходячих, другие зомби большой активностью не отличались, ну, или просто долго просыпались и не могли разогнать реакцию. Но конкретно эти проснулись давно и терпеливо ждали его у входа.

Артём шагнул назад, поставил сумку на пол, вскинул уже заряженный карабин и снова высунулся. Но его надеждам расстрелять мертвяков с безопасного расстояния не суждено было сбыться. Стоило приоткрыть деревянную дверь, как туда сразу полезли грязные руки с обломанными ногтями.

Стрелять пришлось в упор и куда попало. Первая пуля разбила запястье, вторая пробила плечо мертвеца, третья попала в голову, но неудачно, выбив глаз и вырвав височную кость, но не повредив мозг. Только предпоследняя пуля помогла уменьшить численность врагов, пробила грудь и позвоночник, отчего ходячий мертвец моментально стал лежачим.

Второго пришлось откинуть прикладом опустевшего карабина, после чего в дело вступил верный обрез. Выстрелы в помещении сильно били по ушам, но это того стоило. Картечь разнесла голову зомби, словно гнилой арбуз, тут же перезарядил и следующими двумя выстрелами снёс то, что осталось, до обрубка шеи. Только после этого обратил внимание на первого. Ещё два выстрела, а потом и ещё два. Патроны тратил бездумно, обрез этот он выбросит, стало быть, шестнадцатый калибр ему больше не понадобится. На полу магазина растеклась лужа из тёмной крови и мозгов.

Убедившись, что врагов больше нет, Артём положил обрез на прилавок, рядом бросил полдюжины патронов, после чего со спокойной совестью отправился к машине, попутно сматывая провод. По идее, выстрелы было слышно довольно далеко, сейчас все окрестные монстры должны прибыть за добычей. Но никто не пришёл, то ли они не настолько умны, чтобы связать звук выстрела и появление добычи, то ли наоборот, очень умны, и связываться с вооружённым человеком не хотят. А может, монстров этом районе просто не осталось, он убил последних.

Глава 2

Глава шестая

Вечером того же дня он отправился по известному адресу в западной части города. Именно там он, после возвращения из армии, некоторое время пытался устроиться в городской ОМОН. Правда, не взяли, сначала не было вакансий, а после он уже нашёл себе работу поинтереснее и более высокой зарплатой. Но то место, где проходило собеседование, он не забыл, солнце клонилось к закату, когда его автомобиль припарковался у больших железных ворот.

Артём вышел из машины, огляделся. Нет, явной опасности не видно. Внутри могут быть мутанты или зомби, даже живые могут быть, кто-нибудь, кто выжил, но сошёл с ума, а потому сидит взаперти и стреляет на любой чих. Он помотал головой, отгоняя от себя такие мысли. Могло быть всякое, но, если говорить о бойцах конкретно этого подразделения, то они при жизни имели крепкую психику и были верны долгу. Во время беспорядков наверняка весь личный состав был поднят по тревоге, а потом… те, кому посчастливилось выжить, должны быть уже в убежище.

Ворота, как и следовало ожидать, оказались заперты. Да и калитка, предназначавшаяся для прохода личного состава открываться отказалась. Но трудности Артёма никогда не пугали. Ворота эти отнюдь не предусматривали штурма с тараном. Защитой служило наличие внутри вооружённых людей, а от тарана на машине спасёт сварной «ёж» из заточенной стальной арматуры, а также расположение входа в том месте, где физически нельзя разогнаться. Поэтому просто створки из стального уголка, обиты листом, не особо толстым, изнутри засов и навесной замок. То и другое легко распилит болгарка.

Впрочем, выносить оттуда вещи размером с грузовик Артём не собирался. Ему хватит и калитки. С помощью фомки отогнул стальной лист, теперь можно заглянуть внутрь и увидеть запор. В принципе, рукой достанет. Правда, пришлось отрывать лист дальше, поскольку рука не пролезала. В итоге, сильно оцарапав запястье и сломав ноготь, он смог отодвинуть слегка приржавевший засов. На двери имелся ещё и магнитный замок, но он сейчас по понятным причинам не работал. Забросив на плечо пустой рюкзак, Артём поднял руку с обрезом и отправился обследовать внутренности базы.

Дежурка, кабинет такой-то, а здесь ещё один кабинет. Вон в том здании сидят кадры, сидели то есть… А оружейка где? Ему подумалось, что оружейка может быть и пуста, если покидали это место организованно, могли и всё оружие вывезти. Если, конечно, успели.

Оказалось, что успели. Оружейка была открыта и абсолютно пуста, вынесли всё, и стволы, и патроны. Командир нашёл время на то, чтобы спасать матчасть. А ведь лишние стволы имелись, обязательно имелись, ведь ясно сказано, что часть людей умерла внезапно, а ведь это примерно треть личного состава. Их оружие должно было остаться.

Склад СИБ и САО был заперт, но открывать его Артём не стал. В его ситуации бронежилет – не самая нужная вещь, про резиновые дубинки и говорить нечего. В условиях полноценного зомби-апокалипсиса полная броня ОМОНовца с наплечниками, наручами и поножами, была бы отличным подспорьем выживальщика. Но у него не тот случай, вирус не передаётся с укусом, а зомбаков в городе всего ничего, по пальцам пересчитать можно, массовые атаки не грозят. А самое главное – с его нестандартной фигурой вся эта защита станет натуральным орудием пыток. Каску бы взял, да только ради неё вскрывать прочную стальную дверь было лениво. Он махнул рукой, смачно плюнул на пол и отправился к выходу.

Но совсем без добычи не ушёл. Уже уходя, он заглянул в приоткрытую дверь транспортного бокса, а там, прямо на входе лежал скелет человека. Скелет этот принадлежал мужчине, явно молодому и крепкому. На нём были остатки формы, а правая рука сжимала пистолет. По неизвестной причине оружие не стало добычей мародёров, они, судя по относительному порядку на территории, вообще сюда не заглядывали. Поэтому смерть этого бойца казалась странной вдвойне. Умер он не от инфекции, это даже по костям было заметно. Неведомая сила сломала череп, вмяла внутрь обломки костей, так, что не осталось лица, только теменная кость и нижняя челюсть. Орудия преступления на месте не было. Странно, если неизвестный убийца был человеком, то обязательно забрал бы пистолет, если же он был тварью, то обглодал бы труп, тогда кости не лежали бы в таком порядке среди почти целой одежды. Да и какая тварь сможет вот такое? Даже мутант без своих когтей и зубов был, в общем-то, не так уж опасен.

Но долго раздумывать над этим Артём не стал, осторожно разогнул пальцы покойника, вынул пистолет и ознакомился с устройством. В новых моделях он разбирался слабо, но именно этот пистолет знал. Пистолет Лебедева. Калибр девять на девятнадцать, четырнадцать патронов в магазине. И характерная узнаваемая форма. Боезапас почти отсутствовал. В магазине имелось три патрона, запасной в кобуре был пуст. Когда и в кого боец расстрелял боезапас, осталось загадкой, следов от пуль и стрелянных гильз поблизости не было.

Но трофей был ценным, можно сказать, поездку оправдал. А патроны у него есть, пусть и магазинные, которые могут уступать боевым, но ему эта штука нужна не для снайпинга и не для пробивания брони, а для того чтобы в упор стрелять в лоб плохим людям и нелюдям. Уже сев в машину, он вытащил патронные пачки и принялся набивать магазины. Отдельно порадовало, что пистолет не заржавел за то время, пока лежал без присмотра.

Последней добычей стали бумаги, которые он прихватил в кабинете командира отряда. Несколько листов с приказами, которые командир посчитал не стоящими внимания. Приказы стандартные, типа «в такой-то момент такими-то силами выступить туда-то и сделать то-то». Это позволяло понять кое-что из истории последних дней жизни города (всё же профессор из больницы видел далеко не всё), но главной информацией, полученной из текста, были новые места для приложения грабительского таланта. Действовали они совместно с другими подразделениями, каковыми оказались спецназ ФСИН (контора специфическая, но с боевой подготовкой и вооружением там всё прекрасно), а также СОБР. И в процессе беглого чтения получилось выяснить адреса их базирования. Туда он и поедет завтра, а послезавтра станет искать транспорт, а через неделю свалит из мёртвого города.

Подумав так, Артём вдавил педаль газа в пол, солнце садилось, горизонт окрасился в кровавый цвет. Он раньше таких закатов не видел, может быть… Додумать он не успел, что-то метнулось поперёк дороги, нечто огромное и тёмное. А скорость была такова, что даже разглядеть неведомую тварь не вышло, просто что-то чёрное и размером с носорога.

Вывернув руль, он полетел на встречу с бетонным столбом. Но хорошая реакция спасла, в последний момент удалось вывернуть колёса под таким углом, что машина вильнула в стороны, проехавшись по столбу боком, сдирая краску и высекая искры из борта.

Выглядывать и искать чудовище он не стал, вместо этого, подстёгиваемый диким страхом, снова вывернул руль и вдавил газ, выезжая через тротуар в совсем другом направлении. Как назло, именно здесь скопились машины. Обогнул одну, вторую, третью… вот и чистый участок, машина пошла в разгон. Спидометр показал сто пятьдесят, после чего приступ паники стал слабее, а голова обрела способность думать.

Куда он вообще едет? Направление сменил, вместо того, чтобы ехать вперёд, повернул направо. Нет, ему обязательно надо вернуться в гостиницу, а значит… Тут он глянул в зеркало заднего вида и выругался. Снова какая-то тёмная масса метнулась на дорогу, спасло то, что скорость не сбросил. Кто бы ни был этот чёрный, а двигаться так же быстро не сможет. И снова подбиралась паника. Стоп!

А ведь такое уже было, там, в больнице. Призрак, мать его. Неведомая чёрная тварь, он снова здесь и снова пытает его. С трудом пересилив себя, Артём глянул в зеркало заднего вида. Не видно ничего, почти стемнело. Включил фары и тут же ударил по тормозам. От визга тормозов едва не лопнули перепонки, почти сразу в салон ворвался запах горелой резины. На дороге стояла молодая женщина с ребёнком, одеты нормально, только с измученным видом. Женщине было лет тридцать, ребёнку – около десяти, это был мальчик.

И снова его спасла скорость, а ещё тот факт, что ума хватило не трогать руль. Впрочем, дорога тут примерно на полторы полосы, а справа и слева отбойники, метаться бессмысленно. На такой скорости тормозной путь даже по сухой дороге довольно велик, а потому машина успела пролететь сквозь иллюзорные фигуры. Вот только осмыслить ему всё это не удавалось. Страх накатывал волнами, чёрный сгусток догоняет его, сейчас уже догонит, а потом просто вынет душу, отшвырнув ненужное тело в канаву…

Во всём теле действовала осмысленно только одна часть – правая нога, которая без остановки вдавливала педаль газа. Это позволило оторваться от призрака, настолько, что мозг соизволил начать ориентироваться, а руки – поворачивать рулевое колесо. Остановился он только у дверей гостиницы, где временно обосновался. Мелькнула запоздалая мысль, что выдал твари свою дислокацию, теперь не отстанет, но призрак приближался, страх накатывал с новой силой, путая мысли.

Бросив машину, он побежал наверх. В темноте пришлось подсвечивать, это замедлило его, но ворваться в номер успел, и даже закрыл дверь на замок. А следом его накрыло. Могучее тело сотрясалось в рыданиях, он делал какие-то судорожные попытки спрятаться под кровать, бил себя по лицу, пытаясь прийти в чувство. В какой-то момент рука сама собой потянула из-за ремня пистолет и стала прилаживать его к голове. К счастью, руки так тряслись, что даже дослать патрон не получилось. А после он, уловив момент между волнами страха, с силой швырнул пистолет под кровать.

Призрак на мгновение ослабил нажим, после чего снова прибегнул к более изощрённым способам: дверь санузла открылась и оттуда вышел сам Артём. Не сам, конечно, а его двойник. Мёртвый, разумеется, мертвее некуда, но на удивление бодрый и полный сил. Скелет, одетый в пижаму.

- Ты - самозванец, - сказал скелет каким-то странным голосом, который шёл откуда угодно, но только не из его головы. – Отдай мне моё тело!!!

Свои действия скелет подтвердил, сделав шаг вперёд и вытащив нож. Огромный мясницкий тесак, с помощью которого можно разделывать туши. Страх Артёма, наконец, нашёл выход. Он вскочил на ноги и с воплем бросился вперёд, занося руку для удара. Рука ожидаемо прошла через пустоту, а видение рассеялось. Но призрак никуда не делся. Артём прямо кожей чувствовал, что тот просто отправился в конец коридора, сейчас он соберётся с силами и последует новая атака. А потом ещё, а к утру никакого Артёма не будет, останется только труп. Разрыв сердца уже на подходе.

Призрак дал ему пару минут отдыха, страх немного отступил, тело ещё трясло, но голова нашла возможность мыслить. Так, надо отключиться, он, вроде бы, бесчувственных не трогает. Точно, даже профессор писал, что пьяному сотруднику было плевать на страх. Выпить литр водки за минуту? Не получится. Точно! У него ведь есть наркотики!

Аптечка в тумбочке, в верхнем ящике. Вот, пальцы нащупали ампулу, зубами разорвал упаковку шприца. Приходилось работать почти на ощупь, свет от валявшегося на полу фонарика почти ничего не освещал. Когда набирал раствор лекарства, призрак вернулся. Снова пришёл ужас, волна страха заставила упасть на пол, но шприц он не выронил. Уже снова видя перед собой страшные силуэты, он воткнул иглу в бедро. Боль от укола на секунду привела его в чувство, он успел вдавить поршень, дурманящее зелье попало в кровь, осталось не умереть до того момента, пока оно не начнёт действовать.

Призрак жёстко глумился над ним ещё минут десять. Под конец всё же заставил его лезть под кровать за пистолетом. Но кровать была низкая, Артём туда не пролез, а поднимать её и отставлять в сторону в таком состоянии невозможно. А потом волны страха стали ослабевать, наркотической эйфории он не заметил, но вдруг накатило безразличие ко всему. Его больше не интересовал призрак, не интересовали зомби и мутанты, нафиг не сдался мёртвый город. Всё, что ему нужно – лежать вот тут, на полу, в уголке, и чтобы его не трогали. В какой-то момент он понял, что за дверью призрак бесится в бессильной злобе, последние силы человек потратил на неприличный жест в сторону двери, а после забылся в неспокойном сне.

Утро было тяжёлым, наркотик сделал своё дело и выключил его из реальности часов на шесть. Призрак ушёл на рассвете, но в том, что он вернётся Артём не сомневался. А значит, времени осталось до темноты.

С трудом заставив себя подняться, он заправил и завёл генератор, после этого доковылял до ванной и, посмотрев в зеркало, слегка ужаснулся. Лицо его похудело, основательно так, словно неделю не ел. Ладно, это и после болезни было. А вот красные глаза, а заодно и хорошо заметные проблески седины в волосах, которые ещё вчера были чёрными, - это уже работа призрака. Он прекрасно понимал, что следующую такую ночь просто не переживёт. Те люди в больнице выдержали несколько ночей, но, видимо, там призрак распределял свои силы на всех, а здесь у него только одна жертва. А может, просто этот призрак сильнее, это ведь другой, того они убили.

Нужно было поесть, но заставить себя он не смог. Хотелось спать, но нельзя было терять светлое время суток. Нужно оружие, серебряные пули, которыми ночью он будет убивать чёрную тварь. И, надо полагать, снова придётся колоть себе эту дрянь, потому как трезвым он просто не сможет нажать на спуск. Дряни оставалось ещё три ампулы, ему хватит. Но это вечером, сейчас его забота – ювелирный магазин. Достав из-под кровати пистолет, он сунул его за ремень и отправился вниз, к машине.

Работа мародёра временами бывает нелёгкой, а ювелирные магазины могут надёжно закрываться. Но против пуль замки продержались недолго. А шуметь он не боялся, что-то подсказывало, что ни один уважающий себя мутант здесь не появится. Гостиница и окрестности, в том числе и этот ювелирный магазин, - теперь это собственность призрака.

Оказавшись внутри, Артём окинул взглядом так и не разграбленный магазин. А посмотреть было на что. Цепочки всех размеров и веса, серьги, кулоны, кольца, с камнями и без, от астрономических ценников захватывало дух. То есть, его бы захватывало раньше, а теперь это просто жёлтый металл, который даже в быту приспособить для чего-то сложно. Артём вздохнул, после чего торопливо пошагал в конец магазина, где два прилавка содержали относительно дешёвые серебряные украшения. Если таких призраков на земле много, то со временем серебро станет дороже золота. Оно уже стало дороже, но пока только для отдельного человека в отдельном городе.

Он не особо разбирался с пробами, весом и формой изделий, просто старательно собрал всё, что тут было. Особенно приглянулись несколько массивных цепей, каждая граммов по сто, а заодно серебряные стопки с инкрустациями. Прилично потянут.

Следовать примеру безымянных спецназовцев, сопровождавших профессора Фокина, он не стал. Граната у него имелась, но такой способ он посчитал слишком ненадёжным. Он вполне мог не справиться с паникой и уронить серебряную гранату себе под ноги. Пусть пока остаётся для других целей. Теоретически, можно было отлить пулю для пистолета или карабина, но, опять же, технически сложно, формы подходящей нет, а с напильником возиться долго. Да и стрелять в состоянии паники будет невероятно сложно, промах гарантирован. Уж лучше работать из обреза. Картечь из короткого ствола даст неплохое рассеивание, хоть одна дробина попадёт в тварь.

Прихватив паяльную лампу, он обустроился в ближайшем автосервисе. Это не литейная мастерская, но кое-что полезное тут имеется, так что отлить из серебра нужный предмет нетрудно.

Нашлась стальная посудина с толстыми стенками, серебро довольно тугоплавкое, что-то под тысячу градусов, стало быть, консервной банкой тут не обойтись. Квадратная посудина размером десять на десять сантиметров была сварена из кусков стального уголка. Такая не расплавится. Итак, газовая паяльная лампа должна дать нужную температуру, а в качестве формы он выбрал цветочный горшок. Кактус оттуда был безжалостно выброшен (не засох за всё это время), а в глинистой почве он вылепил продольный жёлоб условно круглой формы.

Паяльная лампа дала струю синего пламени, Артём ссыпал часть драгоценностей в чашку и приступил к плавке. Притом, что окно и дверь были открыты настежь, а внутри мастерской гулял сквозняк, с него сошло семь потов, а серебро всё никак не хотело плавиться. Когда, наконец, кольца и цепочки начали терять форму, он потряс посудину, смешивая их, и, убедившись, что металл достаточно жидкий, отставил лампу и осторожно взялся за край пассатижами.

Жидкий белый металл заполнил собой желоб, сырая земля зашипела, наверняка в литьё попадут песчинки, но это всё неважно, призрак не обидится. Оставалось ещё немного металла, его Артём пока оставил в уголке и дал застыть.

Дождавшись, пока серебряная колбаска толщиной в полсантиметра остынет, он выковырял её из земли и отряхнул. Неплохо, теперь это нужно порубить на куски и по возможности превратить их в шарики. Ну, или не превращать, так сойдёт.

Металл оказался довольно твёрдым, но кусачки и сильные руки сделали своё дело, форму он слегка подправил молотком и напильником. Получилось две порции серебряной картечи, ну, или крупной дроби. Достав два патрона двенадцатого калибра, он приступил к вскрытию. Наружный пыж выковырял, дробь высыпал, порох и второй пыж оставил нетронутыми. Мелькнула мысль доработать патроны дальше, скажем, уменьшив заряд пороха специально для короткого ствола. Или сам порох заменить на, скажем, пистолетный, который быстро сгорает. Прикинув трудозатраты, мысль эту он отмёл. По крайней мере, не сейчас. Да и опыта в таком деле мало, эксперимент мог закончиться разорванным стволом или застрявшей в стволе пулей. В другой раз.

Засыпав серебро, он попытался запечатать патрон, но ничего не вышло. Выковырянный пластиковый пыж отказывался держаться. Артём тихо выругался. А ведь были в охотничьем магазине пыжи, и даже, кажется, машинка для их нарезания из войлока. Для тех маньяков, что по-прежнему снаряжают патроны сами, словно в каменном веке. Впрочем, далеко не факт, что и войлочный пыж держался бы, он ведь для латунной гильзы. Подумав, Артём решил, что обойдётся подручными средствами. Тот пыж, что будет выталкивать серебро, на месте, а верхний нужен только для того, чтобы картечь не высыпалась. Отыскав несколько листов бумаги, он оторвал несколько кусков и, скомкав их, забил патроны. Готово.

Вечера он ждал, постоянно содрогаясь от перспективы. Никаких больше дел не планировал, не до того, мысли всё время сворачивали на появлении призрака, ему даже временами казалось, что тварь сейчас сидит в подвале здания (а ну как в шкафу?) и продолжает издали давить на него.

Главное, что его смущало, - возможность выстрелить. Судя по вчерашнему приступу страха, он даже оружие не поднимет, а то и просто выстрелит себе в голову. Выход был, наркотики ещё оставались, практика показала, что они действуют. Но у них был и побочный эффект: он сам превращался в овощ, с трудом способный шевелиться. Вывод? А вывод простой, нужно средство, которое в достаточной мере притупит чувствительность, но оставит при этом возможность действовать.

Выбор средств был невелик. Можно было прошвырнуться в сторону психиатрической клиники, поискав там мощных успокоительных, но был вариант и проще: алкоголь. В городе, где почти не было грабежей, выбор был немалый. Он остановился на дорогущем коньяке пятнадцатилетней выдержки. Прихватил две бутылки по ноль семь, половину – до, остальное – после. С его массой тела спиртное действовало слабо, но пару раз в своей жизни он умудрялся напиться в хлам.

На закуску приготовил фруктовые консервы, ананас кусочками и персики половинками. Справедливости ради, аппетит к нему так и не вернулся, а потому запихать в себя что-то, кроме сладких фруктов, он всё равно бы не смог.

Пить начал на закате, до темноты оставалось около часа. Наливал коричневую жидкость в красивый хрустальный стакан и выпивал залпом, почти не чувствуя вкуса. По мере приближения темноты, накатывал страх. Сам по себе, без воздействия извне. Генератор за стеной работал исправно, сегодня тут будет светло. Артём вздохнул и, посмотрев в окно, налил следующую порцию, в бутылке оставалось меньше половины. Когда до полной темноты оставалось всего минут десять, он снова выпил и задёрнул шторы. Ну, и где там тварь?

Тварь явилась примерно через полчаса после наступления темноты. Не просто явилась, а возвестила о своём появлении диким визгом, от которого, казалось, дрожали стены. Артём физически ощущал, как чёрная фигура поднимается по лестнице. Как? У неё ведь нет ног? А топот слышен. Или этот топот у него в голове?

Страх стал пробирать до костей. Артём отставил стакан в сторону и приложился к бутылке. Выпил до дна, но проклятый адреналин натуральным образом выжигал спирт в крови. Открывать следующую бутылку было некогда, просто отбил горлышко стволом обреза. Плеснул в стакан. Призрак уже на этаже. Ухватив обрез, он быстро примотал его скотчем в правой руке. В левую взял несколько серебряных безделушек. Мало ли, в случае двух промахов, хоть сможет кинуть.

Призрак атаковал как раз в тот момент, когда Артём строил догадки насчёт его природы. Он питается страхом человека? Страх для него наркотик? Или это побочное, просто средство для охоты, а главная цель – заставить человека убить себя и забрать его душу? Ответа он не знал, единственное, что было точно известно, тварь делает это умышленно, а значит, она заслуживает смерти.

Волна страха едва не сбила его с ног, точнее, сбила бы, но очень удобно подвернулся шкаф, на который можно опереться плечом. Спирт всё же подействовал, не так, как наркотик, но всё же он не падал в обморок, не катался по полу и даже кое-как пытался мыслить. Более того, часть спиртного, которая была выпита, но пока не попала в кровь, продолжала действовать, всё более затуманивая рассудок. Мысль примотать обрез к руке оказалась гениальной, иначе оружие уже валялось бы на полу.

Посмотрев на пол, Артём присел и пододвинул к себе стул. Так даже лучше, падать будет некуда. Призрак за дверью, то удаляясь, то приближаясь, атаковал снова и снова, каждый новый приступ страха не был похож на предыдущий, словно чудовище искало какую-то частоту в нервном потоке, чтобы настроиться и добить человека окончательно.

Решив не давать ему такой возможности, Артём дотянулся до ручки и открыл дверь. Та со скрипом распахнулась. В освещённом коридоре не было никого, рука с обрезом лежала на сидении, глаза смотрели в коридор, пространство вокруг расплывалось. Переборщил с выпивкой, сейчас вырубится.

И тут призрак не вытерпел. В дверной проём протиснулся чёрный силуэт, в верхней части которого имелось подобие лица, распахнул огромную пасть и выдал какой-то низкий протяжный вой, от которого тело Артёма буквально залили жидким азотом. Страх такой силы снова прогнал опьянение, рука отказывалась повиноваться, да и само тело повалилось назад. Рука с оружием последовала за телом, один из курков зацепился за обшивку стула, оружие дёрнулось вперёд примерно на сантиметр, отчего палец вдавил спуск.

Выстрел прогремел громко, но восприятие у Артёма в этот момент целиком сосредоточилось на призраке, вряд ли он вообще понимал, что делает. А расчёт оказался верен: серебряная картечь пробила чёрную фигуру, казавшуюся бесплотной. Словно большой матерчатый плащ подожгли в нескольких местах, пламя переливалось с белого на красный, а призрак оглушительно выл. Впрочем, Артём слышал плохо, а также плохо видел и чувствовал. Одно он усвоил точно, пси-воздействие прекратилось. Теперь можно было встать… нет, встать трудно, лучше стрелять сидя. Второй заряд серебра попал в верхнюю часть призрачного тела, пламя почти скрыло фигуру, вой затихал, а потом в коридоре послышался взрыв. Артём от этого на короткое время ослеп, а когда к нему вернулась способность видеть, разглядел, что за дверью никого нет, только выжженное пятно на ковре, да клочья чёрной ткани. Или это была кожа, его не волновало. Его уже вообще ничто мире не могло волновать. Мысль о том, что он вышел победителем из этой схватки, действовала лучше успокоительного.

Впрочем, на то, чтобы опрокинуть ещё коньяка, граммов, этак, сто пятьдесят, ему сил хватило. А потом он заполз на кровать и отрубился, даже не потрудившись отвязать обрез от руки.

Глава седьмая

Утро выдалось спокойным. Он продрых до одиннадцати, после чего открыл глаза и потянулся. Несмотря на чудовищный объём выпитого, похмелье особо не мучило, была только странная вялость во всём теле, но это поправимо.

На случай совсем плохого состояния он заготовил две банки пива, но сейчас героически отставил их в сторону, состояние и без того удовлетворительное, нет смысла себя травить. Сегодняшний день будет богат на события, ему предстоит многое сделать.

Во дворе его атаковали собаки. Твари хотели есть, а человек был крупной добычей. Предыдущие жертвы их ничему не научили. А может, это была другая стая, отвыкшая от людей и не ведавшая страха перед огнестрельным оружием.

Пришлось потратить час на отстрел. Сначала отбил атаку двумя выстрелами из обреза. Ещё троих почти в упор подстрелил из пистолета (отличная машинка, теперь не расстанется), после чего отступил в здание и засел на балконе с карабином. Использовать штуцер посчитал нецелесообразным. Собака – дичь мелкая, ей автоматного патрона хватит за глаза.

Когда численность стаи сократилась с полутора десятков до двух особей, оставшиеся поспешили ретироваться. Подранков не добивал, сами сдохнут, или сородичи помогут. Или очередной серый гигант. То он их ест, то они его. Как в похабном куплете про Шарика и Бобика.

На повестке дня была база СОБРа. Эти ребята посерьёзнее ОМОНа, но разница невелика. Надеялся Артём на то, что оставление базы личным составом прошло не так организованно, а потому там остались запасы оружия и боеприпасов. Если нет, проверит ещё спецназ ФСИН, если облом и там, останутся военные части, уж один автомат себе подберёт.

База СОБРа настоящей базой не была, они занимали обширный подвал и первый этаж в одном из зданий, принадлежавших МВД. И тут всё разительно отличалось. Двери выломаны непонятным способом, несколько скелетов, человеческих и не совсем. На стенах бурые пятна, в одном месте разгорался пожар, но его то ли потушили, то ли просто выгорели все горючие материалы. Гильз под ногами было столько, что трудно было ходить, а поиски затруднялись отсутствием света, большинство помещений лежало ниже уровня земли.

Нет, часть сотрудников всё же пробилась отсюда, кто-то погиб, а кто-то умер ещё до начала беспорядков. Так или иначе, добыча нашлась. И не просто добыча. Некоторые находки едва не вызвали вопль радости. Например, пистолет-пулемёт «Кедр», под тот же патрон. Пистолет Ярыгина, тоже девять на девятнадцать. И два ящика этих самых патронов, две с лишним тысячи штук. Чтобы добыть всё это, пришлось повозиться с генератором и болгаркой, но этот труд себя окупил. А потом находки посыпались, как зерно из распоротого мешка. Автомат АК-103, почти полная копия семьдесят четвёртого, только под семь шестьдесят две, и с планкой на ствольной коробке для крепления всякого (а прицелы у него имелись). Заодно нашлась снайперка. Правда, не обычная СВД, каковую он в армии хотя бы в руках держал, а СВУ, укороченная булл-папная копия. Ну, или не копия, плевать, лишь бы стреляла. К автомату нашлись патроны, один полный цинк, семьсот штук. К винтовке найти не смог, хотя искал долго. Есть охотничьи того же калибра, но что-то ему подсказывало, что результат стрельбы будет хуже. Ладно, винтовочный патрон в России найти проще простого, не здесь, так в другом городе. И военные части пока не обследовал.

Гранат не нашёл ни одной, но это поправимо, в армейских частях должны быть, а здесь, в силу специфики работы, оставались только светошумовые и газовые. Тоже полезные штуки, но Артём их брать не стал, не придумал, как использовать.

Из подвала он выходил победителем. Оружие, понятно, заряжать не стал, сперва нужно почистить, заодно матчасть изучит. А сейчас можно и домой. У дома его ждали. Как ни странно, в этот раз живые. Неизвестно, как нашли, неизвестно, откуда прибыли сами, но два странных субчика стояли у гостиницы.

Поскольку прибывшие люди не проявляли никакой агрессии, то и он не стал начинать драку. Остановился метрах в пятидесяти, после чего выбрался из машины и направился к ним. Пистолет дожидался своего часа в кармане куртки.

Вид у обоих был неважный, даже сейчас, когда все магазины к услугам людей, они умудрялись выглядеть, как бомжи. Грязный, заштопанный камуфляж, убитые берцы, на головах банданы. Оба были вооружены автоматами АК-74, но держали их за спиной, стволами вниз, демонстрируя мирные намерения.

- Добрый день, - Артём остановился в нескольких шагах от странной парочки, пистолет снял с предохранителя, но доставать не спешил.

- Здорово, коли не шутишь, - отозвался первый, это был молодой парень, лет двадцати с небольшим, лицо худое, измождённое, вряд ли голодал, еды навалом, скорее, из-за болезни или ранения. – Давно здесь?

- С самого начала, - сказал Артём, не желая рассказывать свою историю с попаданием в этот мир. – А вас где так потрепало?

- Есть места, - сказал второй, он был чуть постарше, но тоже вряд ли перевалил за тридцатник, тоже худой, на лице свежий шрам, грубо и неумело зашитый, а ещё он был небрит уже с неделю и, что бросилось в глаза, щетина была седая. – А чего не свалил?

- Собирался, - признался Артём. – Как раз вещи начал готовить.

Они переглянулись.

- Пойдёмте ко мне, - предложил Артём. – Угощу вас ужином, и поговорим заодно. Понимаю, что еды в достатке, но горячее лучше. Меня Артём зовут.

Тот, что помоложе, полез в карман и вынул оттуда удостоверение.

- Лейтенант Бугаёв Алексей, погранвойска, это, - он кивнул на второго, - старший прапорщик Исаев, Паша, мой подчинённый, бывший.

Вот как, значит, военные. Опять же, странно, что их всего двое, да ещё в таком виде.

- Ясно, пойдёмте со мной.

Они поднялись в номер, Артём включил генератор и предложил занимать места. Тут же налил в кастрюлю воды и поставил варить макароны. Пока же открыл несколько банок с консервами и пачку галет. Гости не спешили говорить, оба выглядели так, словно недавно вышли из боя. Хорошего такого боя, где гремели взрывы и свистели пули, обоих основательно контузило, а теперь у них ступор. Впрочем, от еды отказываться не стали.

- Выпить хотите? –спросил Артём, показывая бутылку коньяка.

- Чаю если только, - сказал Бугаёв.

Артём согласно кивнул и включил электрочайник. Через несколько минут, когда оба получили по кружке горячего напитка, обстановка слегка разрядилась.

- Как ты тут выживал целый год? – спросил прапорщик.

- Тяжко, - согласился Артём. – Твари присутствуют, собаки, раньше просто дикие, а теперь натуральные мутанты. Ещё покойники ходячие были. Но отбиваться получалось.

- Можно посмотреть? – спросил лейтенант, показывая на стоявший в уголке штуцер.

- Пожалуйста, - ответил Артём, - только осторожно, заряжен.

- Зря заряженным держишь, - укоризненно сказал Паша. – Пружина рано или поздно сдуется, а сейчас время такое, оружие беречь надо.

- Что за калибр? – Алексей быстро разрядил винтовку и с удивлением рассматривал патроны.

- Эээ… - Артём почесал затылок, вспоминая цифры, ничего не вспомнив, взял пачку патронов и протянул, - вот.

- Солидная штука, - заметил лейтенант, - береги её. У нас вот тоже винтовка была, под двенадцать и семь. Тварей любых валила на ура. Жаль, нет теперь, ни её, ни снайпера.

Вода в кастрюле закипела, Артём высыпал пачку макарон и стал помешивать. Гости не торопились с рассказом, просто сидел и молчали, а лейтенант играл с карабином. Наконец, он захлопнул стволы, но патроны положил рядом.

- Тебе, наверно, интересно, откуда мы? – спросил он, наконец.

- Интересно, - не стал скрывать Артём. – Но, думаю, сами расскажете?

- Расскажем, - кивнул Алексей, - обязательно расскажем.

Они рассказали, чуть позже, после ужина. Оба служили на южной погранзаставе, в силу отдалённого расположения чума пришла к ним с опозданием, некоторое время по связи поступали противоречивые приказы, карантин, массовая смертность, беспорядки, потом связь пропала. Потом появилась снова, какой-то большой чин сверху приказал сниматься и двигать по таким-то координатам, в такой-то город, мол бойня там лютая, надо защищать конституцию и власть, а нормальных войск в наличии нет и так далее. Сами они этого разговора не слышали, но начальник заставы объявил тревогу. Они, собственно, и сами собирались сваливать, только не знали куда, а заодно и чума пугала. Попутно произошли несколько землетрясений, застава почти не пострадала, но личный состав паниковал и был на грани бунта.

Нагрузились максимально провиантом, оружием, горючим, боеприпасами и выдвинулись. С собой была броня в виде двух старых БТРов. Но, как это ни странно, заблудились. Дорога оттуда имелась, узкая, по горам, но, стоило спуститься на равнину, как география стала подводить, а связь пропала начисто, точнее, связь была, но на том конце никто не отвечал, если не считать нескольких истеричных воплей на некоторых частотах.

Колонна вышла к городу, но не к обычному. Это был странный каменный город средневекового типа, население отсутствовало, а ещё поблизости были горы, которых раньше тут не было.

В городе впервые встретились с противником. И это были не люди. И не мутанты, чьё существование ещё как-то можно было объяснить. Разведка описывала их, как странных человекоподобных существ небольшого роста, покрытых короткой чёрной шерстью. Отдельно удивили рога, делавшие их похожими на чертей.

Поначалу попытались установить контакт, существа явно были разумными, использовали какие-то простые орудия, передвигались на ездовых животных, напоминающих крупных собак. Увы, странные гуманоиды не захотели разговаривать и атаковали солдат с холодным оружием. Те, разумеется, ответили из всех стволов. Разгром чёрных был полным, всех положили шквальным огнём. При дальнейшем обследовании города обнаружили лагерь этих существ, а в нём, после снятия часовых, нашли клетки с людьми. Те были истощены, напуганы, а некоторые и вовсе сошли с ума. А ещё нашли алтарь, на котором этих людей приносили в жертву. Убить успели около двадцати человек, останки которых, обглоданные ездовыми псами, валялись поблизости.

Те из освобождённых людей, кто мог связно объяснять, сообщили, что их держали не просто так. Эти чёрные приносили их в жертву во время обряда, жертвы требовались для зарядки магических амулетов. И это не было сумасшествием, остальные подтверждали сказанное, а ещё сказали, что этот отряд – только малая часть сил чёрных, скоро придут другие, среди них есть маги, с которыми даже силой оружия не совладать.

Командир не стал спорить, встречаться с магами ему не хотелось, а потому посадил людей на машины и поспешил оттуда убраться. Их нагнали, тогда впервые они познакомились с магией. Один из чёрных, явно не простой воин, поскольку, в отличие от других, носивших только пояс, был одет в позолоченные доспехи, встал на холме и принялся швырять молнии. Электрические разряды действовали не хуже снарядов, но прицельность оставляла желать лучшего. Они смогли оторваться и занять оборону. Бой продолжался около часа, противник, хоть и не имел огнестрельного оружия, оказался прекрасно с ним знаком, а потому атаковал, прячась за складками местности.

Отряд понёс потери, но и противник тоже, маг продолжал бить молниями, при этом совсем не прятался. Пули его отчего-то не брали. Командир, видя такое, решил, что любая защита, даже магическая, имеет свой предел насыщения, а потому приказал бить из крупного калибра, каковым оказался пулемёт Владимирова, установленный на БТРе. И, надо сказать, нисколько не прогадал. Дюжины пуль хватило, чтобы колдуна разнесло на части, после чего победа стала клониться на сторону людей.

Увы, это был ещё не конец. Маг оказался не последним. Были другие. И они, подобравшись на расстояние около полусотни метров, применили магию. Тут произошло странное: на бойцов магия не подействовала, это были не молнии и не огненные шары, а какое-то ментальное воздействие. Зато освобождённые люди падали в корчах, теряли сознание, блевали кровью, а некоторые просто умерли от остановки сердца.

Видя такое, командир отдал приказ идти в атаку. Бойцы пошли, отстреливая врагов огнём в упор. Им удалось опрокинуть врага и обратить в бегство, правда, те тоже сопротивлялись, метая короткие копья, которые, прилетая в цель, взрывались пучками молний. Потеряли ещё четверых бойцов убитыми, ещё несколько получили ожоги. Зато врага раскатали в тонкий блин, беглецов перебили снайперы.

Настало время задуматься, отряд остановился там на сутки, раненым требовалась медицинская помощь. Попутно встал вопрос пополнения боекомплекта, а заодно обзаведения тяжёлым оружием, хотя бы в виде миномётов. Когда двинулись дальше, местность снова изменилась, появились асфальтированные дороги и указатели. Наконец, отряд выбрался к городу, райцентру. Тут снова пришла пора удивляться. Райцентр на карте нашли, только располагался он не на своём месте. Словно сам собой переместился на сто пятьдесят километров на юго-запад.

Людей в городе не нашли, зато имелись в наличии горы трупов. Нашлась и военная часть, часть принадлежала Росгвардии, солдаты занимались охраной базы. База оказалась уничтожена, а вот помещение части устояло. Это позволило им пополнить запасы боеприпасов, но артиллерии там, как и следовало ожидать, не нашли. Заодно вооружили гражданских.

Снова появилась связь, кто-то, на этот раз назвавшийся главой чрезвычайного комитета, велел всем выжившим следовать на Урал, давал координаты. И снова эти координаты были странными. Если следовать карте, то находились они отнюдь не на Урале, а где-то в середине Каспийского моря. Однако, командование не смутилось, надо, значит надо. Отправились искать. Увы, через несколько дней дорога упёрлась в берег моря или большого озера с солёной водой. Стало ясно, что старую карту можно выбросить.

Двигаясь вдоль берега, нашли приморский городок, опять же, обычный, земно. Снова безлюдье, снова горы трупов. Нашлись кое-какие плавсредства, более того, была возможность переправить технику через водоём. Но всё это требовало времени, а потому решено было задержаться.

Но тут их догнала болезнь. Часть людей умерла сразу, в одну ночь. Отряд сократился на треть. Гражданские не болели, видимо, у них развился иммунитет. Те, кому повезло не умереть сразу, болели долго. Хуже всего оказалось то, что единственный врач умер, так что теперь вся медицина зависела от фельдшера. То сделал всё, что мог, но даже так число оставшихся солдат сократилось ещё вдвое. Гражданские говорили, что это хороший результат, обычно умирает девяносто девять процентов. Болезнь отступила только через пару месяцев, хотя некоторые ещё были очень слабы.

Наконец, они отправились в плавание. Один буксир, и две баржи с техникой и людьми. В пути их атаковали странные существа, напоминавшие гигантских кальмаров. Их удалось отогнать огнём и подводными взрывами. Боекомплект таял на глазах.

Высадившись на той стороне, они увидели странную картину: всё те же чёрные, только теперь уже мёртвые. И их погубила вовсе не болезнь. Целые орды, тысячи воинов и ездовых животных, целые и разорванные на части, сгоревшие и умершие от контузии. Здесь явно поработало земное оружие. Потом нашли обломки двух самолётов, видимо, работала авиация, но твари нашли, что ей противопоставить. Воодушевлённые этим примером, они двинулись дальше.

Но не дошли. Их зажали в одном из городов. Там встретили людей, организованный отряд выживших, частично сумасшедших, совершенно не понимающих, что происходит. Тем не менее, это был полноценный отряд в полсотни стволов, с запасом патронов и готовый сражаться.

Положение их было незавидным. Незадолго до подхода отряда сюда нагрянули чёрные, крепко получили по рогам и ушли. А теперь должны были вернуться с подмогой. Партизаны как раз прикидывали, в какую сторону ловчее бежать. Имелась техника на ходу, так что уйти от конных отрядов было нетрудно.

Но не успели. Чёрные нагрянули внезапно, большими силами и сразу со всех сторон. Бой шёл несколько дней с переменным успехом. Чёрных положили много, но боекомплект подходил к концу. А под конец прибыли маги. Или один маг. И теперь магия действовала на всех. Более того, мёртвые люди поднимались и атаковали товарищей. Откуда-то подтянулись страшные монстры, напоминающие двуногих крокодилов, которых брал только большой калибр. Силы таяли на глазах, командира убили. Бугаёв взял командование на себя, собрал тех, кто ещё мог передвигаться, и они на двух БТРах прорвались из окружения.

Гнали, не останавливаясь, и старались не думать об оставленных там раненых. Уйти тогда удалось, больше они не встречали чёрных, дальше пошла нормальная местность, вот только снова началась чертовщина с географией: создавалось впечатление, что кусок земной поверхности под ними поворачивается. Подтверждением этой теории служили частые землетрясения.

До нужной точки они так и не дошли. Попробовали осесть в одном из городов, но там объявилась некая тварь, что сводила с ума людей. После того, как два человека застрелились, пришлось экстренно оттуда валить. Отряд таял на глазах, пока, наконец, в стычке с бандой, на этот раз человеческой, в живых остались только они двое. Машины бросили и дальше прорывались пешком. Регулярно отстреливались от монстров, занимались охотой. Теперь, уже окончательно деморализованные, решили просто идти на юг.

- Так, может, вместе на Урал двинем? – предложил Артём. – Запасёмся едой и боеприпасами, глядишь и прорвёмся.

- Боеприпасами мы запасёмся, не вопрос, а вот ехать куда-то… - лейтенант покачал головой, - давай сам.

- Ну, как хотите, - Артём развёл руками и, подхватив кастрюлю, отправился сливать воду.

Ужинали молча, после чего оба гостя, основательно расслабившись, попросили помыться. Помывка тут осуществлялась просто: в бойлер заливалась вода, после чего он нагревался от электричества. Долго, зато с комфортом. Они по очереди посетили душ, после чего вернулись. Вот только, когда Паша вышел, Артём уставился на него со страхом. От того это не ускользнуло.

- Что не так? – настороженно спросил он.

- Вот это, - Артём указал ему на шею, тот был голым до пояса.

- Эээ… что? – прапорщик опустил глаза вниз.

- Полосы эти, - спокойно сказал Артём. – На шее. Это ведь после болезни?

- Да, - не стал спорить тот.

- У меня для тебя плохие новости.

- Объясни? – тут же влез в разговор лейтенант.

- Я тут ознакомился с медицинскими документами, - рассказал Артём, выкладывая на стол тетрадь с записками врача, - эти полосы – знак того, что человек умрёт, а потом восстанет в виде зомби.

- Как скоро? – хором спросили оба.

- Вопрос хороший, часть сразу, часть через несколько дней, а кто-то вот так живёт долго, а зомби становится только когда окончательно умрёт. Можете почитать, здесь всё подробно расписано. Профессор целый писал, доктор наук.

- Ясно, Лёха, пристрелишь меня, если что, - проворчал прапорщик.

На этой грустной ноте гости отправились спать в соседний номер. Впечатление у Артёма было странное. Вообще, хорошо, что есть на свете живые люди, плохо то, что они вот такие. А ведь это военные, и не рядовой состав, профессионалы. Через адскую бойню прошли. А теперь это почти мертвецы. И их внешний вид тому подтверждение. На себя им плевать, они уже себя похоронили. Внутренне он был даже рад, что они с ним не пойдут. Паша прихватил с собой записки профессора Фокина, сказал, что перед сном почитает.

Артём же, которому спать не хотелось вовсе, перенёс из машины трофеи и занялся чисткой и изучением. Часы показывали половину десятого, до отбоя ещё часа три, успеет.

Глава восьмая

Проснулся он от выстрела. В соседнем номере, где спали оба военных, кто-то выстрелил из пистолета. Артём вскочил, схватил автомат, который зарядил ещё вечером и побежал туда.

Дверь была не заперта. На кровати сидел лейтенант, грустно рассматривая своего товарища. На другой лежал Паша. Мёртвый. Рука с зажатым в ней пистолетом Макарова бессильно свесилась вниз, на виске была небольшая рана, из которой лениво вытекала струйка тёмной крови. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на ней лежала хрустальная пепельница, полная окурков, а рядом – журнал профессора, раскрытый на последней странице. Вот, значит, как.

- Не вынесла душа поэта, - тихим бесцветным голосом подтвердил лейтенант. – Паша, зря ты так. Одного меня оставил.

Он встал, подошёл к мёртвому товарищу и, забрав из его руки пистолет с тихим стуком положил его на тумбочку. После этого офицер сел на кровать и сделал вид, что его очень интересует устройство потолка в номере. Артём сел рядом и с полминуты молчал.

- Не передумал? – спросил он, наконец. – Может, со мной поедешь?

Лейтенант покачал головой.

- Нет, я помогу тебе собраться, совет какой дам, с направлением определимся, а потом… ты пойдёшь своей дорогой, я – своей. Устал я, не хочу мир спасать, поздно. Уверен, что и там, на Урале, или что сейчас вместо Урала, ты ничего путного не найдёшь. Горы трупов – да, остатки выживших – да, склады с добром – да, заводы лаборатории, в которых некому работать – тоже да. И что? Люди проживут ещё лет пятьдесят, ну, семьдесят, а потом просто вымрут по естественным причинам. Если раньше их всех чёрные не перебьют.

В словах военного был резон, наверное, прежде, чем принять такое решение, он много думал и анализировал обстановку. Артёму проще, он ведь не видел того, что творилось в течение года. А потому надежда не до конца умерла. И сейчас именно надежда и вера в будущее гнали его вперёд.

Труп прапорщика оставили на кровати и закрыли дверь. За пару дней, что они пробудут здесь, ничего ужасного не случится, и даже разложение не грозит. Если же встанет… Алексей, недолго думая, просто подложил под него гранату с выдернутой чекой. Вставать покойник не порывался, возможно, простреленная голова мешает, а может, время ещё не пришло.

Наскоро перекусив консервами, они отправились готовить поход. Начать следовало с транспорта. Лейтенант довольно быстро нашёл для себя мощный джип, почти новый, с ключами. Осталось только найти запас бензина и ёмкости под него, а заодно зарядить аккумулятор. Планы Артёма были куда обширнее, чем просто свалить из этого места, а потому он отправился потрошить военные части.

Ближайшей была часть железнодорожных войск, понятно, что хитрого вооружения там не найти, это, скорее, рабочие, а не солдаты. Но своё оружие было у обоих, а боеприпасы найти несложно, какая-никакая, а оружейка там будет. Артёма же больше интересовали боксы с техникой.

Подходящий образец нашли быстро. ГАЗ-66 с тентованным кузовом, почти новый. В самый раз, чтобы загрузить припасы, генератор, оружие и патроны. А ещё машина неприхотлива и обладает прекрасной проходимостью. Правда, её следовало привести в порядок и, как Артём подозревал, это не только зарядка аккумулятора.

На помощь пришёл его невольный компаньон, Алексей в подобных машинах разбирался отлично, после примерно часовой возни двигатель машины завёлся и, обдав их вонючим выхлопом, довольно заурчал. Артём обошёл вокруг и заглянул в кузов.

- Отлично, всё войдёт, глуши.

Алексей заглушил двигатель и спрыгнул вниз, громко стукнув подошвами по бетонному полу.

- Пойдём, оружейку поищем.

Оружейка, как и предполагал Артём, ничем новым не порадовала. Ряды автоматов, магазины, одна снайперка в ужасном состоянии, которую ни он, ни его товарищ не захотели брать. Алексей отобрал себе два десятка автоматных магазинов и сейчас носил в машину цинки с патронами. Такого запаса ему на небольшую войну хватит. Нашлись и гранаты, оборонительные и наступательные, два ящика, запалы отдельно. Поделили поровну. Порывшись в запасах, лейтенант вытащил ещё один ящик.

- Что это? – спросил Артём, пытаясь прочитать покрытую грязью бумажку.

- ВОГи, - ответил лейтенант. – Там автомат видел, с подствольником. Возьми, запас карман не тянет.

- Может, на мой переставим? – Артём внимательно посмотрел на более опытного товарища.

- Не стоит, это пружину менять надо, лучше этот возьми, а к нему ВОГи и один цинк. Мало ли, встретишь кого нехорошего, пригодится.

Артём спорить не стал, более того, когда добрались до пулемёта, прихватил и его, а к нему патроны, ленты и запасной ствол. Ленты пришлось долго набивать, зато теперь его огневая мощь выросла до небес. Три короба по двести и четыре по сто. Можно долго вести бой. Всё добро перекочевало в кузов. Там постепенно становилось тесно. Гранатомёта не нашлось, но Артём и не стал бы его брать, посчитав это перебором, вряд ли попадутся враги на бронетехнике.

Попутно вскрыли склад с бронежилетами. Артём поначалу не мог понять, на кой они нужны, но лейтенант, ничего не объясняя, принялся выковыривать из них пластины. Пластины были металлические, в старых жилетах, а в новых сделаны из керамики. Те и другие он хитрым образом закреплял в машине. Бронировал двигатель, двери, заднюю стенку. Весило это добро немного, а защита лишней не бывает. Также он поступил и со своим джипом.

- Не гарантия, но слегка повысит шансы на выживание, - объяснил офицер, закрепляя керамическую пластину под капотом с помощью проволоки и скотча, - сейчас опасность не только от чёрных исходит, люди, что живы, тоже с катушек съехали, учитывай это, а доброту засунь себе в… ты понял.

- Дальше что?

- Надо остальное загрузить, а вечером посидим, обмозгуем, куда тебе дальше двигать.

Закончили они задолго до темноты. Грузовик, хоть и был загружен основательно, сохранил немного свободного места в кузове. Джип Алексея, после загрузки, стал одноместной машиной. После этого они отправились в гостиницу. Артём хотел заглянуть в номер с покойным прапорщиком, но Алексей его остановил:

- Не надо его тревожить, даже если встал, после гранаты опасным уже не будет. Если лежит, то пусть лежит, когда начнёт вонять, нас тут уже не будет.

Артём принюхался, запаха взрывчатки нет, дверь цела. Граната на месте. А раз так, то и покойник спокойно лежит там, где его оставили. В самом деле, лучше не трогать.

Они вернулись в номер, Артём занялся приготовлением ужина, а лейтенант разложил на столе карты и поставил на зарядку электронный планшет. Он что-то рассматривал, чертил какие-то линии, потом стирал их. Когда скромный ужин был готов, Артём поставил на стол бутылку водки.

- Поминать будем?

- Угу, и Пашку помянем, и меня заочно, - вздохнул лейтенант. – Я так, как он, не смогу, буду до последнего небо коптить. Может, повезёт в бою погибнуть.

Артём ничего не ответил, молча разлил водку по двум хрустальным стопкам, притыренным в ближайшем баре, и они, не чокаясь, выпили.

- Короче, смотри, - он расстелил карту на столе, подвинув тарелки и стопки. – Я тут подумал, если тебе нужно туда, где якобы есть цивилизация, то стоит двигать на север.

- Странно, - ответил Артём.

- Согласен, вот только там наибольшая плотность… как это назвать? Короче, куски нашего мира, среди которых изредка попадаются другие куски, из других миров. И чёрных там нет, или почти нет. Как минимум, там есть какие-то дороги. А ещё есть заправки и продуктовые магазины. Там тебе предстоит двигаться. Навигация сейчас такая… но, вот планшет, и спутники ещё летают, как это ни странно. Изредка можно связаться и кое-что уточнить. Мы долго рациями пользовались, пытались хоть кого-то поймать, на любой частоте, но, как правило, безрезультатно. Поэтому тебе не предлагаю, хотя в части они были.

- Я взял четыре штуки в магазине, любительские, но довольно мощные, - сообщил Артём.

- Вот ими и пользуйся, если, конечно, будет, с кем говорить, - похвалил офицер. – Дальше: при передвижении держи скорость. Не гони, а именно держи темп, примерно шестьдесят, если дорога позволяет. Достаточно много, чтобы уйти от засады, и достаточно мало, чтобы разглядеть ловушку. При появлении на горизонте города или деревни, остановись, сядь в оборону (можешь даже пулемёт приготовить) и пару часов понаблюдай. Есть ли люди, какие, чем дышат, с оружием или без. В любом случае постарайся их объехать окольными путями, очень мало в этом мире осталось нормальных людей. Если нет, просто сделай морду тяпкой и проезжай мимо, преследовать вряд ли станут, ресурсов пока полно, а жизнь твоя даром никому не нужна. Если вступишь в диалог, старайся вести его на расстоянии, так, чтобы была возможность отступить, опять же, пулемёт далеко не прячь, очень полезная штука в переговорах. МВД разумеешь?

- Что? А, нет, ну, растяжку смогу поставить.

- И то хлеб, здесь мин не было, можно ещё в пригородах пошарить, но это без меня. Так, если за тобой погоня, оставить пару ПМНок на тропе или, чего доброго, МОНку – это серьёзная заявка на успех. При случае, раздобудь, только сам не подорвись.

- А с тварями как?

- Тут я тебе не помощник, - лейтенант развёл руками, - чудовищ в мире прибыло, это факт, кое-каких видел.

- Я мутантов видел, - сказал Артём, - людей и собак.

- Это другое, мутанты, хоть и мерзкие твари, но они – порождения нашего мира, организмы, изуродованные чумой. Есть и другие. Те, что провалились к нам из иных миров. Они, сука, опасные. Валить их трудно, по-хорошему, предложил бы «Утёс» прихватить, да нет тут «Утёса», искать надо. Твоя берданка двуствольная, кстати, тоже ничего, но, подозреваю, с пробитием брони справляется плохо. Тогда лучше из винтовки стреляй, БЗшками, их два цинка загрузили.

Ещё советую встать где-нибудь, в чистом поле, и потренироваться в стрельбе. Из автомата ты умеешь, пистолет и винтовка тоже знакомы, пулемёт освой, там всё просто, но привычка нужна. Потренируйся ленту быстро менять, ствол, переносить с места на место. Но ты парень здоровый, для тебя его вес – ничто. И подствольник испробуй, чтобы хоть примерно знать, как далеко бьёт, и как из него целиться. Отличная, скажу тебе, вещь в умелых руках.

Он замолчал и, вынув сигарету, закурил. Минут пять оба молчали.

- А что если я найду людей, ну, нормальных, на Урале или ещё где?

- Значит, тебе повезло, ты останешься с ними жить. Такие места, убежища, готовили в том числе и под конец света. Любой природы, будь то метеорит, ядерная война или эпидемия поноса. А значит, там есть запас еды лет на сто, генераторы (и даже автоматический ядерный реактор), горючее, техника, оружие. И, что более важно, самые новые станки для производства всего этого. Станок, что делает патроны, станок, что делает лекарства, какой-нибудь перегонный куб, который из древесины, говна и соломы гонит дрянной бензин. Всё это есть, и служит одной цели – возродить цивилизацию. Правда, в нашем случае цель – продлить агонию, не обижайся, Артём, но такое моё мнение.

- Да какие тут обиды. Хочется надеяться, что ты неправ, - Артём налил по второй.

- И я надеюсь, но туда не стремлюсь, мне хватит запасов еды, патронов и горючего, а когда всё это придёт в негодность… так далеко я не загадываю, скорее всего, я буду уже мёртв.

Дальше пили молча, Алексей иногда рассказывал какие-то случаи из прошлой жизни, той, ещё до Конца Света. Делился своими историями и Артём. Иногда начинало казаться, что мир вокруг них никуда не делся, вот он, рядом. А здесь сидят два живых человека, пьют, закусывают, ведут задушевный разговор. Светит электрическая лампочка, с ноутбука играет тихая музыка, в котле греется вода для душа. Вот только к окну подходить не стоило, там было то, чего не могло быть в нормальном мире. Прежний мир по ночам светился, словно новогодняя ёлка, здесь же стояла полная темнота, мёртвый город смотрел на странную искру жизни и думал о том, как бы прогнать этих живых и полностью погрузиться в смертный сон. Артём сам не заметил, как заснул.

- Подъём, пехота! – лейтенант потряс его за плечо.

Артём вздрогнул и открыл глаза. Часы показывали восемь утра, в ванной текла вода, а его товарищ был с намыленными щеками, явно собирался побриться перед дальней дорогой. Рядом на стуле лежала новая форма, прихваченная в военном магазине. У двери ждали своего часа начищенные ботинки, а на кровати сверкал смазкой автомат. Такое отношение военного слегка приободрило Артёма, как бы то ни было, а умирать тот пока не собирается. Или наоборот? Начистил медали, надел форму, а потом застрелится? Верить в такое не хотелось.

Встав с кровати, он обнаружил, что чувствует себя отлично. Ночные возлияния не оставили и следа, сказалось высокое качество напитка и долгий сон. Товарищ уже почти готов уезжать, ему тоже стоит поторопиться. Или нет? Мир изменился, настолько, что то самое время, которого так не хватало им прежним, теперь почти перестало иметь какое-то значение. Впрочем, тянуть с отъездом тоже не хотелось. Если есть хоть мизерный шанс добраться до людей, он им воспользуется. Или погибнет в процессе, но думать об этом не хотелось.

Пути их разошлись на окраине города. Лейтенант повернул на юг, а Артём отправился на север. Перед расставанием они обнялись, как старые друзья, а после спокойно расстались, скорее всего, навечно.

За джипом следовал шлейф из пыли, который стоял ещё минут пять. Артём на некоторое время задержался у машины, ещё раз осмотрел груз, проверил оружие, с тоской поглядел на город, полный мертвецов, только после этого залез в кабину и завёл двигатель.

Ехал он недолго, часа два, по относительно хорошей дороге, которую ещё не успели испортить перепады температуры и дожди, получилось примерно сто пятьдесят километров. Машина, несмотря на свой неказистый вид, могла разгоняться и больше, да только Артём не хотел рисковать, ремень безопасности тут не предусмотрен, а на дороге может найтись какое-нибудь препятствие.

Уже выехав за границы района, он остановился в какой-то деревне. Хотел свериться с картой, но нигде не нашёл названия. Часть домов разрушена, явно пожаром и взрывами. Кое-где на стенах следы от пуль, а на центральной улице асфальт усыпан гильзами.

Вопреки заветам лейтенанта, он, остановившись посреди центральной улицы, несколько раз нажал на клаксон. Реакции не последовало. Если тут когда-то и были жители, то они ушли. Ну, или просто все вымерли. Отогнав машину на противоположный край села, он вылез из кабины и стал доставать из кузова оружие. Здесь и потренируется, благо, никому мешать не станет.

Глава девятая

На обучение стрельбе потратил почти три часа, после чего решил пообедать и сделать кое-какие выводы. Стреляет он хорошо, этого не отнять. Автомат – штука вполне привычная, неважно, в каком калибре. Снайперка тоже нареканий не вызвала. До трёхсот метров попадал исправно.

Сложностей подкинул пулемёт. Так уж вышло, что с этой машиной его судьба не сводила. Видел со стороны, но этого мало. Заправить ленту получилось, предохранитель повернул в режим «Огонь». Затвор назад. Механизм заартачился, патрон упорно не желал выходить из ленты. Артём хотел дёрнуть посильнее, но не стал, справедливо опасаясь оторвать ручку. Слышал, как бойцам объясняли хитрости, но помнил смутно.

Действуя, скорее, по наитию, открыл крышку, взял в руки ленту и пальцем вытолкнул патрон. Немного подумав, слегка разогнул гнездо. Снова вставил патрон. Заправил ленту, закрыл крышку. Рукоять затвора спокойно отошла назад, после чего он вернул её вперёд. Готово.

Первый короб на сто патронов расстрелял из положения лёжа. Бил по заранее приготовленным целям в разных местах и на разном расстоянии. Сделал несколько выводов. Пулемёт на сошках довольно хорошо управляется, почти не даёт отдачи, если не считать подпрыгивания, а заодно и звук тише, чем у автомата. Попадать тоже получалось. Прицел поставил на троечку, а расстояние до целей измерял только приблизительно. В бою у него дальномера не будет, нужно привыкать. Не с первых выстрелов, но цели поражал, ориентируясь по фонтанчикам земли, брал поправки.

Разобравшись со стрельбой из положения лёжа, присоединил второй короб. Тут, как ни странно, патрон вышел легко. Теперь стрелял стоя, поставив сошки на остатки обвалившейся стены. Чуть сложнее, но тоже работает. Теперь тренировался отсекать короткие очереди по два патрона. Когда надоело, остаток ленты высадил непрерывным огнём, представляя, что на него по улице бежит стадо мутантов. Думать, что придётся вот так стрелять в людей, не хотелось.

Ствол ощутимо нагрелся, но Артём как раз достал сменный, открыл крышку, сдвинул фиксатор и, не прикасаясь руками, за ручку снял горячий ствол. Вставил холодный и снова приготовился стрелять. Теперь уже с рук, по автоматному. Помнил какие-то смутные советы, что, во-первых, надо какую-то особую стойку применять, а во-вторых, при такой стрельбе никуда не попасть, только суперпрофи могут бить прицельно, и то для этого нужна тактическая рукоятка.

Профессионалом он не был, да и рукоятке на старом аппарате из второсортной части неоткуда взяться. Держать пришлось за короб, стойку вырабатывал по наитию, как удобно, чтобы держать оружие на весу и целиться. Несколько очередей ушли в молоко, потом кое-как приноровился. Стрелял стоя, в движении и с колена. Нехватку опыта компенсировал сильными руками.

Когда последний короб опустел, а кусок пустой ленты упал на землю, Артём счёл курс пулемётчика пройденным. На очереди подствольный гранатомёт. Тут тренировки были куда сложнее. Пуля летит настильно, так что нетрудно предугадать место попадания. Это ведь прямая линия. А если стрелять навесом, снаряд поражает точку. И точка эта невелика. Осколки разлетаются всего-то метров на семь, а взрывная волна и вовсе убивает только при прямом попадании. Это ведь не гаубица и даже не миномёт.

И снова наличие теоретических знаний вступило в противоречие с практикой. Зная, как нужно целиться, Артём извёл семь гранат, чтобы восьмая прилетела точно в легковой автомобиль в двухстах метрах. Опять же, повторить свой подвиг он вряд ли сможет, если прямо сейчас хоть немного изменить расстояние. Тут нужны многодневные занятия, а у него боезапас ограничен. Уж лучше без нужды это оружие не использовать.

Чистку оружия отложил на вечер, а сейчас, наскоро перекусив консервами, которые даже не разогрел, Артём снова прыгнул за руль и отправился в путь.

Поначалу дорога была знакомой, как, наверное, любой житель областного центра, он мог примерно ориентироваться в пределах области. Пусть не все деревни и городки знал наизусть, но примерное расположение основных пунктов указать мог. Ближе к вечеру он заехал в очередной посёлок. И растерялся. Карта лежала у него на коленях, и в ней чётко сказано, что здесь расположен райцентр, приличный такой городок тысяч на тридцать жителей. А вместо него странная деревня, названия которой он вообще не знает, и на карте её нет? Сбился с пути? Или карта врёт? Скорее, просто земля изменилась. Область повернулась в плоскости. И теперь то, что он искал, находится в другом месте.

Решив, что задача поиска места на карте слишком сложна, он отправился искать место для ночлега. Таковое нашлось в отдельно стоявшем домике на окраине. Домик частный, но жили тут явно небедные люди. Построен из кирпича, есть жилая мансарда, рядом гараж, большие ворота для машины. Грузовик загнал во двор, а сам осмотрел помещение на предмет живых обитателей.

Живых не нашлось, мёртвых, впрочем, тоже, что немного порадовало. Может быть, тут поработала группа эвакуации, после чего все жители спокойно умерли в каком-нибудь лагере беженцев под присмотром врачей? Распаковывать груз не стал, поставил машину так, чтобы в кузов было неудобно залезать, всё оружие перетащил внутрь дома, прихватив бутылку машинного масла. Ветошь сделает из подручных предметов.

Генератор остался в машине, смысла нет вытаскивать, чтобы включить лампочку на полчаса. Обойдётся свечами. Так, при свечах, он и провёл вечер. Чистил оружие, ел, возился с картой, снова чистил оружие. Первым делом вычистил оба автомата. Пулемёт разобрал, основательно протёр всё, до чего дотянулся. Особого загрязнения внутри не имелось. Слышал от одного специалиста, что пулемёт вообще следует чистить в двух случаях: при получении со склада, и при сдаче на склад. Ему такой подход тогда показался кощунством, но надраивать внутренности машины до зеркального блеска он не стал.

Последним делом стало заряжание. Автоматные магазины набил быстро, а вот ленты оказались куда сложнее. Поначалу проталкивал патроны пальцами, благо, силы в достатке. Но уже на второй ленте пальцы основательно устали. Пришлось проталкивать их, упирая донцем гильзы в колено. Наконец, все патроны оказались в гнёздах, а ленты сложены в три короба. Один короб пристегнул к оружию, заправил ленту и поставил на боевой взвод.

Теперь можно было завалиться спать, благо, кровать тут удобная, и даже бельё на ней относительно чистое. Часы показывали половину первого. Артём сладко зевнул и, стащив с себя камуфлированную куртку, собрался улечься. Тут отчего-то захотелось покурить. Курил он редко, но случай был подходящий. Вместо того, чтобы дымить в помещении, он отправился на крыльцо.

Это его и спасло. Едва он перешагнул порог, как в комнате разбилось окно и внутрь влетела граната. Захлопнув дверь, он упал на пол. Взрыв на время лишил его слуха, из двери вылетело несколько щепок, но сам он остался невредим. Кем были налётчики, он понятия не имел, понял только, что их больше одного, и они ему точно не друзья. Стало быть, поступать следует в полном соответствии с заветами лейтенанта Бугаёва. Мочить превентивно, не дожидаясь, пока они выстрелят.

Кем бы ни были нападавшие, особого профессионализма они не проявили. Почти сразу после взрыва гранаты наружная дверь распахнулась и внутрь влетели двое в камуфляже. В руках они держали охотничьи карабины. Заскочили и сразу повалились от пуль: пистолет Артём вынул ещё до того, как упал на пол. Целился точно в корпус, брони не видно, а даже если и есть, попадание временно выведет из строя. Снаружи был кто-то ещё, поэтому Артём, не разбираясь, бросил туда гранату. Эта граната, в отличие от вражеской, своей цели достигла: сразу после взрыва снаружи кто-то заорал противным тонким голосом. Противник ранен, но это даже хорошо, раненый хорошо сковывает действия группы.

Распахнув дверь жилого помещения, Артём вкатился внутрь и потянул за ремень пулемёта. Так же, не вставая, поставил сошки на порог. Ага, снаружи кто-то суетился, сквозь стоны раненого слышались отрывистые ругательства. Врагов он не видел, только приблизительно знал, что они снаружи, слева от крыльца. А ещё он знал, что веранда имеет тонкие стенки из досок, которые и автоматную пулю не выдержат.

Нажав на спуск, он повёл стволом сначала влево, потом вправо. Как и следовало ожидать, хлипкие доски разлетались при попадании пуль. Короб он израсходовал на две трети, когда остановился и прислушался. Всё? Или ещё кто-то есть? Осторожно подполз к двери, точнее, к проёму, потому как дверь благополучно свалилась и лежала снаружи.

Несмотря на то, что ночь была довольно светлой, он взял фонарь и, включив его, бросил наружу. Потом второй. Теперь, когда два луча света создавали неплохую освещённость, можно было разглядеть, что творится во дворе.

Итак, один остался лежать внутри, пистолетные пули оказались смертельными. Второй выкатился наружу, вот он. Вроде, жив, но без сознания. Впрочем, это вопрос времени. Без полноценной операции пули из живота никуда не денутся, умрёт за пару часов, да ещё и в мучениях. Вот этого, с автоматом в руке, достало взрывом гранаты. Осколками повредило плечо. Рана, кстати, пустяковая, отнюдь не достойная такого концерта. Потом вот эти двое стали его вытаскивать, очередь прошла поперёк и…

Вопрос только один: все здесь или кто-то ещё прячется в темноте? Ответ пришёл быстро. Издали раздался выстрел, Артёму хватило ума не соваться на освещённое место, но даже так пуля прошла в полуметре. А стрелок, не рассчитывая в темноте достать прыткого противника, снова бросил гранату. Теперь уже куда точнее. Артём услышал в темноте звук сработавшего запала, рванулся назад.

Получилось отделаться контузией, осколки пролетели мимо. А ещё взрывом погасило оба фонаря. Отлично. Артём наконец-то сообразил, что темнота – его друг. Поначалу времени не было лезть в рюкзак, но теперь он вытащил и надел на голову ПНВ. Щёлкнула кнопка включения. Мир осветился голубоватым светом, достаточным, чтобы разглядеть даже таракана на полу. Артём вынул пистолет и присел в самом тёмном углу, место выбрал с таким расчётом, чтобы в один прыжок скрыться за стеной, если противники вдруг надумает ещё одну гранату бросить.

Не надумал, или гранат больше не было. Вместо этого, подкравшись к проёму двери, тот дал из автомата несколько очередей, оставаясь вне поля зрения Артёма. Впрочем, стрелял он просто вперёд, опасаться следовало только рикошетов. Тут автомат щёлкнул и замолк. Прошипев что-то матерное, автоматчик вынул магазин и потянул из кармана новый. Артём вскинул пистолет и сделал шаг вперёд…

Убивать не потребовалось. В проёме стоял тощий мужик лет сорока, не уголовник, явно простой селянин, теперь решивший переквалифицироваться в бандиты. Он безуспешно пытался вставить магазин, а на плечи его уже легли руки мёртвого товарища. Тот дёрнулся, выронил оружие, попытался развернуться. Не смог. Его бывший товарищ оказался гораздо сильнее, и даже смерть не сделала его слабым. Он повалил жертву на пол и вцепился зубами в лицо.

Артём всё прекрасно видел, и мёртвые глаза, и даже полосы на шее различил. Мутации по типу Е. Бандит свою участь заслужил, да только Артём не был садистом. Убедившись, что сюда никто больше не придёт, он вскинул пистолет и прострелил головы обоим. Живому, который был уже при смерти, хватило одной пули, на мёртвого пришлось потратить целых семь. Благо, магазин у пистолета большой. Только когда от черепа остались невнятные ошмётки, дважды покойник соизволил упасть и замереть.

Больше врагов не осталось, но спать Артём так и не лёг. И дело не в опасности, дело в другом. Он сидел на крыльце и в свете слабого рассветного солнца осматривал дело рук своих. Раскаивался ли он в содеянном? Нисколько. Как-то так вышло, что в новом мире убивать он научился быстро, делал это хладнокровно и без рефлексий.

Расстраивало его общее положение. В наличии несколько выживших, крепкие, с оружием, организованы, могли бы жить дальше. И даже мутанту его участь не грозила немедленно. Вместо этого их чёрт понёс убивать случайного путника. И ладно бы, хотели ограбить, отнять жизненно важные ресурсы, так нет, просто напали и попытались убить. Зачем? Ведь земля опустела, всего навалом. Вопрос этот не давал покоя. Ответ на него потихоньку зрел, но сам Артём гнал его от себя.

Ответ был логичным, но ему он не нравился. Не нравился потому, что, смирившись с такой установкой, он превратится в лейтенанта Бугаёва, который жив и где-то путешествует, но при этом морально уже умер.

Человечество обречено – свербел противный червь в мозгу. А те, кому повезло (или не повезло) пережить страшную эпидемию, пустились во все тяжкие, словно нарочно приближая свою гибель. Сгорел сарай – гори и хата. Идиотская мысль, но отчего-то сейчас она казалась правильной. А когда он окончательно в этом убедится, тогда и самому станет незачем жить. Что толку? Остаться последним человеком на земле. Состариться и умереть в одиночестве? Можно даже перебраться на какой-нибудь тропический остров, где нет нужды добывать пищу и одежду. Или наоборот, занять царские апартаменты в каком-нибудь отеле. Или купаться в золоте, ставшем просто металлом, пить дорогие вина и коньяки вплоть до цирроза печени, или упарываться наркотой с тем же результатом.

Мир обречён. И дело не в тектонических подвижках, страшной чуме или нашествии других разумных рас. Всё это лишь факторы. Чтобы спасти себя остаткам человечества требовалась только воля к жизни. А воля эта…

На душе стало настолько погано, что Артём погладил рукоять пистолета. Прапорщик, простреливший себе голову, был, в целом, прав. Но ему ещё рано. Артём резко встал и отправился перебирать запасы. Бутылка нашлась быстро. Отвинтив пробку, он начал пить из горла, выхлебав зараз граммов триста. Отдышавшись, сплюнул горькую слюну и присел. Водка, так лихо проглоченная, немедленно попросилась назад, но усилием воли получилось её удержать в теле. Скоро подействовало. Мрачные мысли стали отступать, он вытащил пистолет и, вместо того, чтобы приставлять его к виску, вынул магазин и принялся вставлять недостающие патроны.

- Отставить панику, - громко и твёрдо сказал он сам себе. – Два военных и не пойми кто из деревни – это ещё не весь мир.

В самом деле. Мир огромный. Что там Фокин писал? Менее одного процента. Сколько людей было? Восемь миллиардов. Один процент – это восемьдесят миллионов. Пусть половина погибла от несчастных случаев, убита непонятными чёрными существами или, как эти несколько идиотов, застрелены людьми. Осталось ещё сорок. Этого количества достаточно, чтобы человечество не погибло. Оклемаются постепенно, придут в себя, пусть даже слегка одичают, но снова расплодятся на руинах старого мира. Поначалу им помогут оставшиеся блага в виде лекарств и патронов, а потом они, ещё более одичав, просто будут перекрывать большую смертность ещё большей рождаемостью. Да и не погибнут бесследно все знания, кое-что останется, и это позволит скатиться не в каменный век, а всего-навсего в девятнадцатый, пусть и в самое его начало.

Водка изрядно ударила его по мозгам. Но оставаться здесь в окружении трупов, которые лень было закапывать, он не собирался, поедет дальше, и будет колесить до тех пор, пока не найдёт полноценное поселение. В идеале, тот самый центр на Урале, если, конечно, он ещё существует.

Минут через тридцать он уже покинул пределы негостеприимного населённого пункта. Нужно ехать дальше, если надо, объедет весь земной шар, покуда будет возможность находить горючее. Дальше пойдёт пешком, но не сдастся никогда.

Глава десятая

Следующие два дня ничем не запомнились, кроме того, что он постоянно ехал, стараясь держаться больших дорог. Широкая асфальтированная трасса, любая, когда-нибудь куда-нибудь обязательно приведёт. А ещё на ней есть указатели населённых пунктов и направлений, каковые можно попытаться привести в соответствие с картой.

Последнее получалось плохо. Поверхность земли сдвинулась, повернулась боком и, кажется, была расклинена вставками новой поверхности. Это бросалось в глаза, когда сплошная лента неплохого асфальта прерывалась участком травянистой степи километра на три, а следом опять начиналась дорога.

В одном месте попались люди. Или не совсем люди. То, что лейтенант рассказывал о неких чёрных, заставляло его внимательнее всматриваться в каждого встреченного гуманоида. Эти чёрными не были. Но и обычными людьми их не назвать. Длинный караван, большая часть пешие, численность не подсчитать, но народа явно много, хвост колонны уходит далеко за горизонт.

На третий день наткнулся на кое-что новое. Впереди имелся небольшой посёлок, не деревня, а именно ПГТ, куча пятиэтажек в центре, а вокруг них частный сектор. Судя по размерам, народу тут тысячи три-четыре. Было. Сейчас, разумеется, куда меньше. Или вовсе нет.

Само собой, он осторожничал, пример с напавшими на него бандитами прочно засел в мозгу. Доверять нельзя никому, все вокруг враги, потенциальные. Законов больше нет, как и тех, кто заставлял им следовать, человек же, лишившись ограничений, легко становится зверем. Впрочем, не нужно оскорблять зверей, нормальный зверь никогда не сделает того, на что способен одичавший человек.

Там не менее, на центральной улице он остановился. Следовало заглянуть в магазин, пополнить запасы, а заодно оценить обстановку. Если люди есть, то запасы будут растащены. Если же они нетронуты, стало быть, никого живого в посёлке не осталось.

Встав напротив входа в местный «супермаркет», он некоторое время вслушивался в тишину. Вообще, первое, что начинает действовать на нервы, - это тишина. Какой-нибудь дикарь, житель глухих лесов или гор привыкает к тишине, хотя полной тишины нигде не бывает. А для городского жителя тишина является дополнительным раздражающим фактором. Всю жизнь уши слышали сигналы машин, голос радио, шум кондиционера, писк микроволновки, жужжание телефона. Всё это сливалось в шумовой фон, который был привычен для человеческого уха. А здесь не было ничего. Посёлок пуст, нигде не скрипит калитка, не шелестит листва, не говорят люди. Даже ветра нет, чтобы услышать шум деревьев. Прислушиваясь к этой тишине, Артём понял, что у него заболели уши и испортилось настроение. Хотя настроение его сложно было испортить, некуда уже больше.

Напрягшись, расслышал тихие щелчки, с которыми остывал двигатель машины. Ну, хоть что-то. Вскинув к плечу автомат, он обвёл стволом окна окружающих домов. Никого, ну, или затаились хорошо. Вполне возможна ситуация, когда выжившие есть, но вступать в контакт не хотят, справедливо опасаясь чужака. Ну, и ладно.

Не опуская оружия, он проскользнул к стеклянной двери, распахнул её и проник внутрь. Свет, само собой, отсутствовал, но большие прозрачные окна этот недостаток компенсировали. Магазин был приличный в плане размеров и ассортимента, что даже удивительно для маленького посёлка. А товары? Удивительно, но почти все товары были целы. Вот на прилавке с консервами отсутствует несколько банок. Примерно десятка полтора, все разные. О чём это говорит? Да ни о чём. Это мог быть проезжий скиталец, такой же, как сам Артём. Это мог быть и единственный выживший из посёлка, у которого имелись другие запасы. Консервы – не самая лучшая пища, а вокруг посёлка сплошные огороды. Возможно, даже скотина имеется.

Что ещё исчезло? Вот, мука пропала, ценники есть, а самой муки нет. И макароны. Алкоголь, что характерно, весь на месте. Ещё некоторая недостача кофе, чая и сахара. Нет, скорее всего, кто-то здесь живёт. Разыскать? А смысл? Ну, смысл хотя бы в том, чтобы найти спутника, который не даст сойти с ума. И неважно, кто он, мужчина, женщина, старик, ребёнок. Даже, наверное, лучше, если спутник будет нуждаться в помощи, необходимость помогать ему не даст самому сдаться.

Некоторое время Артём стоял в раздумьях, после чего встрепенулся. Что ему нужно? Выбрал несколько банок с мясными консервами, воду в пластике, поглядел на алкоголь, но мысль о пьянстве вызвала у него неприятие. Когда выпьешь, становится легче, но потом все проблемы наваливаются с удвоенной силой. Подумав, прихватил упаковку баночного пива.

Закинув добытое в кузов, он снова огляделся. Потом негромко крикнул:

- Люди, есть кто живой? Отзовитесь!

Ему не ответило даже эхо, а голос его звучал чужеродно. Нет здесь людей, и больше не будет. Подхватив автомат, он уже собрался влезть в машину, когда ухо уловило звук. И не просто звук, а выстрел. Далеко, где-то на окраине. Один, потом второй, потом короткая очередь.

Ему бы просто вскочить в кабину и дать по газам, поскольку место, где стреляли, не располагалось на его пути. Мало ли, какие у местных разборки. Но он поступил иначе: завёл двигатель и, ориентируясь на звук, медленно поехал в ту сторону. Подъезжать к месту боя не стал, выехал с центральной улицы, остановил машину у крайнего дома и, прихватив снайперку, спешился. Сейчас можно будет рассмотреть стрелков подробно.

Бежать далеко не пришлось, его взгляду открылось странное здание, элеватор или что-то похожее. Стальные колонны, на них платформа, а на ней бункеры. Железная лестница, по которой можно было подняться наверх, оторвана и лежит неподалёку. А стрелял кто?

Подобравшись поближе, он рассмотрел в оптику источник шума. Вокруг странного сооружения стояли молодые парни в камуфляже, их было шестеро, у каждого автомат. Хохочут, обсуждают что-то и временами постреливают в воздух. Явно пьяны, перебрасывают бутылку с каким-то напитком. Вывод: не бой, не перестрелка, а просто малолетние дауны развлекаются. Ему с ними кусаться не с руки, пусть живут, а он дальше поедет.

Артём уже собирался уйти, как внезапно один из парней подобрал камень и запустил им в стенку бункера наверху. Зачем? Зачем они вообще там стоят? В голове шевельнулась мысль: кто-то там есть, они кого-то преследуют, загнали наверх, окружили, а достать не могут. И убивать не хотят.

Один из них вскинул автомат и выстрелил одиночным уже по бункеру, целясь в верхнюю часть стального листа, пуля её пробила, но явно не задела того, кто внутри. Убивать неизвестного противника не хотят, живой нужен. Кто это, и зачем он им так понадобился?

Артём задумался и, поймав в прицел голову крайнего, потрогал спуск. Стоит? Вдруг там наверху мутант? Так какого лешего его гранатами не убить? Гранат нет? Вряд ли, скорее, хотят позабавиться, пытки, допрос или…

Тут он отвлёкся, поскольку в поле зрения появился ещё один участник действия, седьмой. Выглядел он, как и остальные, но автомат был закинут за спину, а в руках он тащил деревянную лестницу. Логично, стальную придётся ворочать всем вместе, она тяжёлая и неудобная, а эту один может унести. Появление его было воспринято с энтузиазмом, остальные шестеро оживились.

Тот, что принёс лестницу, сам же по ней и полез. Автомат всё так же за спиной, абсолютно беспечен, явно не ожидает сопротивления. Он преодолел две трети, когда из бункера высунулась рука и метнула в него обломок кирпича, тот явно летел мимо, но поддатый альпинист шарахнулся в сторону и, не удержавшись, кубарем слетов вниз, чем вызвал новый приступ хохота у товарищей. Вместо него полез другой, а Артём больше не думал. Оптика хорошая, через неё многое можно разглядеть. Например, то, что рука, бросившая камень, была женской. Вот и ответ: некая залётная банда зажала женщину, сбежать она не может, только тянуть время, прячась в укрытии. Поэтому и не стреляют, живая нужна. И сопротивления не окажет, бояться нечего.

С некоторых пор человеческая жизнь для Артёма здорово подешевела. Когда вокруг умирают миллионы, смерть единиц вообще не воспринимается, как что-то, выходящее за рамки обыденности. Маркер прицела совпал с затылком бандита, поднимавшегося по лестнице, двигался он медленно, или сильно пьян, или растягивает удовольствие, наслаждаясь страхом жертвы. Он что-то говорил при этом, но слов не слышно.

Винтовка несильно толкнула в плечо, звук показался громким, куда громче автоматного, а пуля ударила не в затылок, а в шею, в результате чего почти полностью оторвала голову. Тело с некоторым опозданием полетело вниз.

Парни, несмотря на хорошее оружие, отнюдь не были профессионалами. Выжить в постапокалиптическом мире им помогла, скорее всего удача, да ещё, наверное, отсутствие полноценных конкурентов. Просто их никто серьёзно не бил. После того, как их товарищ остался без головы, они не бросились врассыпную, занимая позиции и отстреливаясь, а ещё секунды три стояли, хлопая глазами и пытаясь осознать случившееся. За это время прицел переместился на следующего, который выглядел старше других, ровесник Артёма и, кажется, серьёзнее, наверное, вожак. Пуля прилетела в грудь, а бронежилетами они пренебрегали. Патрон был магазинный с пулей, наполовину состоявшей из голого свинца. Рана была страшной, а из спины вырвало кусок плоти. Готов. С такими ранами не живут даже мутанты.

Гибель вожака, наконец, разбудила остальных. Оставшиеся пятеро кинулись в стороны, беспорядочно поливая из автоматов в направлении противника. Попасть им не светило, только при большой удаче, расстояние в триста с хвостиком метров для винтовки ничто, а для автомата уже прилично. А с учётом нулевых навыков, так и вовсе за гранью возможного. Артём не торопился, давая расстрелять боекомплект. Бандиты одеты в камуфляж, а вот рагрузками не озаботились вовсе, стало быть, магазинов на руках два-три по карманам. По одному уже высадили.

Один из них, меняя магазин, слегка приподнялся над травой. Артём воспользовался этим и всадил следующую пулю в коротко стриженую макушку. Минус три. Ещё четверо. Его выстрел вызвал новый ураган огня, но теперь они установили его позицию, пули застучали по кирпичной стене в опасной близости. Пригнувшись, он пробежал вдоль дома и высунулся с другой стороны, где его удачно прикрывал вишнёвый куст.

Отсюда был виден ещё один противник, точнее, сам он прятался за складками местности, а наружу торчала его правая нога, одетая в военный ботинок. Попасть в ногу было сложнее, пришлось потратить время на прицеливание. Снова выстрел, попал или нет – неизвестно, но тут же всадил ещё две пули туда, где находилось туловище.

Расчёт оказался правильным, неважно, попал, промахнулся или только поцарапал. Человек при этом рефлекторно дёрнулся, а следующие пули прошили его. Мёртв или нет, было непонятно, но та же нога вдруг начала странно дёргаться, вряд ли живой будет совершать такие движения.

Ответная стрельба прекратилась. Вот и всё. Нет, патроны у кого-то ещё есть, два или три, приберегли на случай, если враг покажется. А запас где? Недолгий осмотр выявил почти новый джип, стоявший у одинокого домика с огородом. Из окна торчал ствол какого-то мощного оружия, что они не прихватили с собой в погоню.

С оставшимися пришлось повозиться. Густая трава и складки местности мешали прямому выстрелу. В одном месте трава начала двигаться, явно человек пытался ползти в сторону машины, где запас патронов и пушка, способная задавить снайпера даже за преградой. Точный выстрел пресёк поползновения, но врага, видимо, не убил.

Стоп. Артём осадил себя. А кто сказал, что воевать можно только снайперкой? Позади, буквально в нескольких шагах стоит его машина, загруженная оружием. Быстро метнулся назад и вынул автомат с подствольником. Достал из сумки ВОГ и загнал в ствол. Потом прихватил с собой саму сумку, а чтобы не мелочиться, взял ещё и пулемёт.

Враги, не знающие о его отлучке, оставались на местах. Трава снова шевелилась, но уже в другом месте. Глубоко вдохнув, начал пристраивать автомат под нужным углом. Вот так, даже если не попадёт, психологический эффект будет немалый. В голове мелькнула мысль, что самым плохим вариантом будет капитуляция противника. Если они все сейчас бросят оружие и поднимут руки. Он ведь не сможет расстрелять беззащитных. Или сможет? Прислушавшись к своей душе, он не услышал никакого внятного ответа.

Надавил спуск. Гранатомёт издал громкий пук, а спустя секунду или две вдали вспухло облачко дыма. Не попал, конечно, по горизонтали верно, но недолёт метров пять. Впрочем, боеприпасы есть, и немало, можно ещё попробовать. Снова зарядил, стараясь увеличить угол прицела. Вторая граната легла точнее, но с перелётом, небольшим, метра на два. Бандит заорал, извиваясь в траве. Осколки достали. Такая граната даёт много мелких осколков.

Артём прикинул, что, если он не видит бандитов, то они его и подавно не разглядят. Местность почти ровная, чтобы не подставиться под пулю, им приходится лежать, уткнувшись в землю. Выстрелив из подствольника ещё дважды и промахнувшись, он принял рискованное, но оправданное решение: пойти в атаку. Врагов трое, один из которых ранен. Тот, что так неосторожно подставил ногу, уже умер. Остаётся двое, почти без патронов и насмерть перепуганные. Он справится.

Четыре ручных гранаты повесил на грудь, заранее разогнув усики. В руки взял пулемёт. По сюжету короба на сто патронов хватает на десять-двенадцать секунд непрерывной стрельбы. Если садить просто длинными очередями, хватит секунд на тридцать. Враги лежат достаточно компактно, задавить их не составит труда.

Он слегка пригнулся, пулемёт на ремне, палец на спуске. Расстояние преодолел лёгким бегом за пару минут, после чего, когда до цели оставалось метров пятьдесят, открыл огонь. Град пуль косил траву, вырывал куски земли. Если враги его и увидели, желания высунуться точно не возникло.

Некоторая заминка произошла с броском гранаты, всё же требовались две руки, но через пару секунд РГДшка полетела в то место, где бандит прижимался к земле, отчаянно пытаясь спрятаться от пуль. Радиус разлёта осколков невелик, но некоторый риск для бросающего имелся. Но Артём этим пренебрёг, потому как не хотел отрывать взгляда от поля боя.

Бросок гранаты оказался почти ювелирным, противника подбросило и отшвырнуло в сторону, короткая очередь из пулемёта оказалась уже лишней. У двух других сдали нервы. Была возможность резко вскочить и метким выстрелом поразить пулемётчика. Особенно, если бы вскочили одновременно двое. Они и вскочили, но при этом в панике побежали в сторону своей машины. Один даже выстрелил, потратив последние два патрона, чтобы попасть в землю метрах в шести справа от Артёма. Длинная очередь срезала обоих, мелькнула запоздалая мысль, что стоило оставить одного для допроса, но было поздно. Итог стычки порадовал, семь-ноль в его пользу. Повезло, конечно, и гора оружия под рукой, и противник – беспечные сопляки, увлёкшиеся охотой и не оставившие никого в машине, и боеприпасов у них с собой не было. Но, всё равно, его заслуг это не умаляет. Самое время посмотреть на спасённую жертву.

Жертва сидела в бункере и не подавала признаков жизни. Может, шальная пуля зацепила, сталь тонкая, пробивается легко. Подумав немного, он отмёл эту мысль, свежих отметин не видно, да и пуля летели строго параллельно земле. Подняв камешек, он бросил его наверх. Стук по железу вышел громкий, осталось дождаться реакции. Она ведь видела, что здесь происходит. Не могла не видеть.

- Долго ты там сидеть будешь? – недовольным голосом спросил он.

- Чего тебе надо? – отозвался женский, даже девичий голосок.

- Ну, типа, спас тебя, бандюков положил. Всех.

- А сам-то ты кто?

- Меня Артём зовут, я путешественник. Хотел предложить тебе путешествовать вместе.

- А если откажусь?

- Твоё дело, - он пожал плечами, - вот только ситуация не располагает к одиночеству. Этих я убил, так потом другие придут. А меня рядом уже не окажется.

Несколько секунд стояла тишина, после чего через край бункера перевалилась худощавая девушка лет двадцати, одетая в синие джинсы и водолазку. Спрыгнула на стальную платформу, громыхнув кроссовками по листу железа. Артём невольно залюбовался, не сказать, что красавица, но милая. Волосы русые, собраны на затылке в тугой хвост, фигура стройная, даже спортивная, явно знакома с физическим трудом. Она так же рассматривала его.

- Я бы сама отбилась, - вдруг заявила она, - просто меня врасплох застали, ружьё дома осталось.

- Ну, да, - с серьёзным видом кивнул Артём, стараясь не смеяться, - ты из ружья положила бы семерых автоматчиков. Охотно верю.

- Ты же их как-то убил, - предъявила она мощный аргумент.

- Угу, только у меня был пулемёт, - Артём стал загибать пальцы, - автомат с подствольником, снайперка и куча гранат. И сам я, если честно, хорошо обучен. Но ты с ружьём круче, не спорю.

Она села на край платформы.

- Я тебя боюсь, - призналась нехотя.

Артём оглядел себя.

- Что, я настолько страшный?

- Убиваешь легко, - заметила девушка.

- Пришлось научиться, - Артём развёл руками. - Сама-то никого не убила?

Она покачала головой.

- Был один, странный, то ли пьяный, то ли наркоман, он козу мою убил, ну, не мою, соседскую, я её у себя держала, когда соседи умерли. А он её убил и утащил с собой. Я его на мушке держала, а выстрелить не решилась.

- Ну, и правильно, это зомби, его убить трудно.

- Зомби? – глаза девушки округлились.

- Ты эпидемию здесь пережила?

- Да.

- Странно, что с мертвяками не встретилась. Впрочем, неважно. Давай уже, решай, поедешь со мной? Я нормальный, ничего требовать не стану, просто спутник нужен, любой, мне так легче.

Она привстала, развернулась и, повиснув на руках, спрыгнула вниз.

- Зоя, - представилась она.

- Артём.

- Знаешь, Артём, я бы с тобой поехала, даже, может быть, какие-то отношения завела, вот только…

Договаривать она не стала, но в глазах появились слёзы.

- Что?

- Некуда ехать, - с горечью произнесла она. – Родители мои мертвы, все друзья, знакомые, парень любимый. Все. Куда мне ехать, если везде одно и то же. Здесь хоть еда есть, дрова и людей нет.

- Ну, есть одно место, - проговорил Артём, старательно пряча сомнения в своей правоте. – На Урале, или в том месте, которое было когда-то Уралом. Там склады, воинские части, там выживших собирают. Там есть всё, что нужно на конец света. Оттуда и цивилизация возродится.

- Не смеши, для цивилизации люди нужны. А их нет, и нескоро появятся, даже если бабы будут рожать, как из пулемёта.

- Время покажет, а пока нужно надеяться.

Она, кажется, сдалась, шагнула в его сторону, но тут он внезапно отпрыгнул и направил на неё ствол пулемёта.

- Ты чего? – она тоже отшатнулась.

- Снимай кофту, - скомандовал он.

- Эээ?..

- Снимай, - в глазах его было что-то такое, что отказывать не хотелось.

- У меня под ней ничего нет, - жалобно сказала она.

- Снимай, руками прикройся.

- Извращенец, - в глазах её мелькнула ненависть, но водолазку всё же сняла, прикрывая небольшую грудь предплечьем.

- Голову подними, - скомандовал Артём.

Только осмотрев её шею спереди и сзади, а затем подмышки, он успокоился и позволил девушке одеться.

- И что это было? – девушка злилась из-за принудительного раздевания, но отсутствие дальнейших действий её несколько озадачило. – Тебя вид голой шеи возбуждает?

- Поехали уже, - он устало махнул рукой, бой и так его вымотал, а препирательства надоели.

- А может, я с тобой не поеду никуда? Ты на психа похож.

- Помнишь того зомби, что твою козу загрыз?

- Не загрыз, он её камнем забил, а потом утащил.

- Так вот, ты, надеюсь, поняла, что это не человек, кадавр, тело без души?

- Допустим.

- Так вот, он такой не один. Это один из вариантов мутаций, побочный эффект болезни. Проявляется внезапно, человек может уснуть, а проснуться уже таким. Мне не хочется, чтобы ты в один прекрасный момент мне в горло вцепилась.

- А сиськи мои тут причём?

- Есть симптом, однозначно указывающий на эту мутацию, синие полосы на шее. Уже сталкивался с таким, удовольствия мало. А тут ты, такая красивая и в кофте с высоким горлом. Что я должен был думать?

Она взялась пальцами за край ткани и оттянула воротник вниз, открыв шею почти целиком.

- А так нельзя было?

- Ну, можно, - Артём смутился, - Но я хотел наверняка.

- Сиськи ты хотел увидеть, - фыркнула она, но после этого отправилась в дом собирать вещи.

Глава одиннадцатая

Зоя продолжала дуться, но мыслила при этом здраво. На сбор вещей у неё ушло всего минут двадцать, что по женским меркам рекорд. Одежда, немного консервов, несколько книг, ружьё. Хотела взять ещё много всего, но Артём отговорил, сказал, что у него с собой передвижной склад, а ещё в каждом городе можно запасы пополнять. Девушка сдалась.

Дальше поехали вдвоём, Артём уже не смотрел на карту, никакой полезной информации он оттуда почерпнуть не мог. Просто старался выдерживать примерное направление. Лейтенант Бугаёв ведь сказал, что двигаться нужно на север, так он и поступит. Не он, они.

- Расскажи о себе, - предложил Артём, чтобы не ехать в тишине, ему не хватало общения.

- Отстань, извращенец, - буркнула Зоя и отвернулась.

Хватило её ненадолго. Видимо, девушка, прожив год в одиночестве, тоже хотела поговорить.

- Что тебе рассказать?

- Ну, как всё проходило, как ты выживала весь этот год, почему не перебралась в город?

- Может, сначала ты о себе расскажешь?

- Мне нечего, - честно ответил он. – Представь, что меня из консервации вывели пару недель назад. Я не застал чуму, не застал беспорядки, ничего не пережил. А теперь вышел из анабиоза, нашёл машину и оружие, а теперь выбираюсь к людям. Надежды мало, но я попробую.

- Не хочешь говорить?

- Объяснить не смогу, просто принимай, как данность, до недавнего времени меня в этом мире не существовало. Я и об эпидемии только по косвенным признакам догадался, по рвам, наполненным скелетами. Ну, потом мне попались записи одного профессора, и мир стал намного понятнее. Кстати, почитай на досуге, полезно.

- Обязательно.

Она помолчала.

- А я… с мамой приехали к бабушке на каникулы. Потом всё началось. Дороги перекрыли все, карантин, а зачем он нужен, если и тут, и там эпидемия. Мама сразу умерла, бабушка тянула до последнего, я уже думала, что поправится. И соседи все умерли, я потом по домам ходила, живых не нашла. В центре кто-то, вроде бы, выжил, но потом они уехали. Узнали, что кордонов больше нет, и уехали.

- И что ты сделала?

- Сначала – ничего. Просто сидела и плакала. Потом ко мне курица подошла, я вспомнила, что их кормить нужно, пошла и дала пшена. Так и сама ожила, стала есть и пить, похоронила маму и бабушку. Ещё дядю Петю. Я вспомнила, что у него ружьё есть, зашла, а он лежит. Тоже закопала.

- Что за ружьё хоть? – спросил Артём.

Она протянула ему свёрток с оружием и продолжила:

- Про ружьё я уже потом вспомнила, когда звери выходить стали. Лес рядом, но там раньше даже ёжика не найти было. А теперь волк вышел и скалится. Я в дом убежала, а он ушёл потом, видать, сытый был. Тогда я и пошла за ружьём, стрелять не умела, но разобралась сама.

Не отпуская руль, Артём развернул ткань. Нда. Оружие, которое девушка использовала, можно было назвать парочкой собирательных терминов, таких, как «берданка» или «карамультук». Гладкоствольное ружьё с продольно-скользящим затвором, такие ещё часто фроловками называют. Ствол старый, даже лак на ложе стёрся, приклад складной, сейчас зафиксирован намертво. Калибр двадцатый, имеется отъёмный магазин на два патрона, третий в стволе.

- И много ты из этого настреляла?

- Волка убила, не знаю, тот или другой, но больше не приходили. Двух зайцев, птицу какую-то, кажется, глухаря. Ещё какую-то косулю… или антилопу, не знаю таких.

- Патронов много было?

- Тридцать четыре. Пять для тренировки истратила, заодно разобралась, что есть дробь, картечь и пуля.

- А зачем тебе охотиться? Еды ведь полно.

- Надоели консервы. Крупа была, мука тоже, соль и сахар, а вот мяса свежего нет. Курицы были, их берегла, недавно съела. Козу урод этот утащил. Картошку я той осенью посадила. Когда поняла, что зимы не будет.

Артём представил себе хрупкую городскую девушку плюс-минус восемнадцати лет, которая охотится и забивает скотину. Нет, выстрелить в зверя многие смогут, даже, наверное, попасть, но вот содрать шкуру хотя бы с зайца – это уже успех, да и курам головы отрубать тоже нелегко. Вдобавок сама посадила картошку, да ещё и не побоялась похоронить родню и соседей. Можно с уверенностью сказать, что со спутницей ему повезло. Если не найдут людей, придётся робинзонить, и лучше, чтобы при этом рядом был надёжный спутник. Спутница.

- Электричество не добыла?

- Нет, знала, где генератор взять, вот только тащить его не смогла бы.

- Насчёт ружья: оно у тебя… старое очень, изношенное, да и патронов взять негде.

- Да знаю я, просто другого не было. Я искала нашего участкового, чтобы пистолет забрать, так не нашла, уехал куда-то, или умер не дома.

- А по домам пройтись? Уж двустволку точно найти можно.

- Не ходила по домам, там трупы везде, противно.

Она протянула руку и забрала ружьё.

- А мне нравится.

- Я к тому, что у меня оружия полный кузов, на привале выбери себе. И двустволки обычные, и карабин, и автомат, и винтовка с оптикой, и пулемёт даже есть. Кстати, держи.

Он сунул руку за пояс и передал ей «Ярыгина».

- У меня их два, один возьми себе.

Зоя взяла пистолет и положила на колени.

- А патроны?

- Есть, но доставать долго, там магазин полный, хватит на одну перестрелку.

Некоторое время они ехали молча, потом Артём спросил:

- Скажи, Зоя, а ты не встречала неких чёрных?

- Кого?

- Существа такие, невысокие, худые, с рогами, на чертей похожи.

- Сама не встречала, - задумчиво проговорила она.

- А не сама?

- Пару месяцев назад через посёлок проходил человек, кажется, солдат. Я сначала хотела его позвать, но он очень страшный был.

- Страшный?

- Ну, весь израненный и грязный, как будто сто лет не мылся, я даже не сразу форму разглядела. У него автомат был, он шёл и за все углы заглядывал, словно враги там.

- Псих?

- Скорее всего. Он сам с собой разговаривал. Нет, не так, разговаривал он с невидимым собеседником, поворачивался к нему, говорил, жестикулировал. Так вот, он постоянно каких-то чертей упоминал, мол полчища чертей, отродья сатаны идут, чтобы покорить мир… Что-то такое. Ещё про молнии разящие что-то говорил.

Артём старательно мотал на ус. Очень может быть, что солдатик этот из того же самого отряда, что и те двое, теперь уже только один. И он, солдатик этот, даже съехав с катушек, как-то добрался сюда. Стало быть, те чёрные, с которыми он имел дело, находятся не так уж далеко. Впрочем, сумасшедший человек мог и полтысячи километров прошагать вот так, да и направление выдерживать было бы сложно.

- А с какой стороны он шёл?

- Кто?

- Ну, солдат этот.

- Оттуда, - она указала пальцем по ходу движения.

Артём ничего не сказал. Толковых мыслей не имелось.

- Темнеет, - заметила Зоя.

- Да, - Артём не стал отрицать очевидное. – Надо место для ночлега найти.

А вот с местом не заладилось. Они снова ехали по инородному куску мира, лесостепь с вкраплениями каких-то невысоких гор, разбросанных островками. Чуть позже, уже на закате, въехали в полноценный лес, дороги тут не было, зато имелась просека, по которой машина вполне себе ехала. В любом случае, населённых пунктов не попалось, а потому ночевать придётся под открытым небом. Можно спать в кузове, так что, ничего страшного, комаров почти нет, а погода теперь всегда тёплая.

Артём нашёл свободный от деревьев островок, прикрыл его кузовом, после чего остановился и заглушил двигатель.

- Выгружайся, ночевать будем.

Спрыгнув на землю, он осмотрел площадку. Земля выглядела странно, песок, но для соснового леса это нормально. Другое дело, куда делся лес? Просека если и была искусственной, то делали её точно не топором. Остались бы щепки, а тут только песок, присыпанный жёлтыми иглами. Да и пней не осталось. Или их специально выкорчевали?

Он подошёл к ближайшему дереву и провёл пальцем по коре. Стало понятнее. Деревья залечили раны, но слой сажи никуда не делся. Эту полосу леса сожгли. И сразу вставал новый вопрос: чем и как? Как можно выжечь полосу леса шириной метров в восемь, да так, чтобы деревья и даже пни сгорели дотла, что теперь даже пепла не разглядеть, сдуло ветром или смешался с песком. При этом другие деревья справа и слева лишь слегка обожгло. Специалистом в огнеметании он не был, но догадывался, что примитивный напалм или фосфор так не работает.

- Ты чего там ищешь? – спросила Зоя, увидев, что Артём присел на корточки и ковыряет пальцами песок.

- Да вот, - он вынул из песка странного вида загогулину, - посмотри.

- Коряга? – спросила она, но тут же поправилась: - это стекло.

- Именно, оно расплавилось и застыло. А знаешь, при какой температуре это происходит?

- Без понятия.

- Что-то под полторы тысячи градусов, лесной пожар столько не даёт.

- Молния даёт, - подсказала Зоя, - от молнии такие расплавы.

Артём прошёл несколько шагов, вспахивая песок носками ботинок. Нашёл ещё пять кусков плавленого стекла.

- Сюда часто молнии бьют? Или… - он посмотрел в одну сторону, потом в другую, после чего сделал вывод: - это была одна молния.

- Такая ветвистая?

- Нет, горизонтальная. Она же лес сожгла. Деревья, что здесь были, испарились, а те, что рядом, даже не загорелись, потому что молния слишком короткая по времени.

- Не бывает таких молний, - уверенно заявила Зоя.

- Если говорить об атмосферном явлении, то не бывает, молния тонкая и бьёт сверху вниз. А вспомни, что тот спятивший солдат говорил?

- Молнии разящие, - задумчиво процитировала она.

- А мне тоже довелось поговорить с людьми, которые видели чертей. Не надо улыбаться, это не психи и не алкоголики. И черти эти владеют магией, магия разная, но самая сильная – это разряды электричества, которые бьют не хуже артиллерии. Они про такое, - он обвёл рукой просеку, - не говорили, так ведь не факт, что с сильнейшими магами встречались.

- Так, может, не стоит тут останавливаться? – Зоя поёжилась.

- Ну, надо полагать, произошло это давно, с полгода назад, а то и больше. Вряд ли черти нас караулят. А если караулят, то мы уже ничего не изменим.

Он развёл руками и отправился ломать дрова для костра. Оказывается, в свёртке, который Зоя прихватила с собой, нашлась и неплохая посуда, даже сковороду прихватила, а потому сейчас было на чём готовить ужин. Артём, использовав железки из кузова, соорудил над костром подобие плиты, а через полчаса на ней стояла сковорода с картошкой.

Артём сидел рядом и, потягивая носом, предвкушал полноценный ужин. Консервы, конечно, никуда не делись, но под картошку зайдут отлично. Для хорошего пищеварения достал бутылку вина.

- Будешь?

- Немножко.

Тёмно-красная жидкость полилась в железные кружки. Они выпили.

- Сейчас ты мне скажешь, что спальник у тебя только один, а ночью будет холодно и поэтому… - начала догадываться Зоя. – Правильно понимаю?

- Нет, неправильно, - Артём улыбнулся. – Спальника у меня нет вообще, зато есть одеяла, их несколько, ляжем вот так, между костром и машиной, головой друг к другу.

- Ну надо же.

- Представь себе. Вообще, на будущее да, планирую. Особенно, если людей не найдём. Будем робинзонить, ты – единственная женщина, я – единственный мужчина, понятно всё. А пока у меня не о том голова болит.

Немного помолчав, он вспомнил про пистолет.

- Сейчас патроны тебе дам и научу пользоваться, - на песок упали несколько пачек пистолетных патронов, потом он достал магазины и протянул ей. – Попробуй набить, магазин там двухрядный, на восемнадцать патронов.

Он остановился, чтобы подождать, пока девушка сама сообразит, куда и как вставлять патроны, а если не сообразит, то помочь ей. Зоя всё поняла правильно, взяла патрон, потом магазин, но тут её руки замерли, она открыла рот, пытаясь что-то сказать, а палец указывал за спину Артёма.

Тот резко обернулся, но момент был упущен, огромная мохнатая туша, вдобавок смердящая не хуже сельского сортира, навалилась на него сверху. Был ли это простой медведь, или какой-то мутант на базе медведя, или вообще внеземной зверь, соображать было некогда. Он знал, что медведя реально убить ножом, но для этого нужно прорваться на близкую дистанцию. Прорвался, даже нож воткнул, а пистолет достать не сумел. Могучие объятия зверя сдавили его, как тиски, кости затрещали, спину пронзило болью от впившихся когтей. Всё, что он смог, - это вдавить поглубже нож в отчаянной попытке достать сердце.

Краем уха различил выстрелы, совсем рядом, стреляла Зоя и, судя по звуку, из своего недоружья, хотя под рукой был пистолет с полным магазином. Первый выстрел, клацанье затвора, второй, потом третий.

Медведь от попаданий не умер, но и неудивительно. Калибр так себе, ствол короткий, патроны просроченные, хорошо, если пули пробили шкуру, а там, под шкурой, слой жира, действующий не хуже бронежилета.

Но и этих попаданий хватило, хватка могучих лап слегка ослабла, а человек смог перехватить инициативу. Артём всё же не был обычным человеком, природа недодала ему роста, зато отвалила силы на троих. Разомкнув захват (медведь, к счастью, навыками борьбы не владел), он высвободил руку, рванул из-за пояса пистолет и начал стрелять в грудь зверя. Бил почти в упор, надеясь, что пули со стальным сердечником с такого расстояния смогут пробить грудину. Медведь отступал, при каждом попадании неуклюже взмахивая лапами. Последние пули вошли в живот твари, потому как стрелок упал на колени. Это не было хитрым трюком. Ноги подкосились, он упал на колени, а когда затвор пистолета встал на задержку, завалился набок. Свет в глазах медленно угасал…

- Артём!!! Артём, да проснись ты! – голос звучал из темноты.

Пришлось открыть глаза. Да, он жив, хотя чувствует себя отвратительно. Они на той же поляне, рядом костёр, уже начавший угасать, даже сковорода с картошкой нетронута. Над ним стоит Зоя, девушка в панике, волосы растрепались, пытается его бинтовать. С удивлением обнаружил, что раздет до пояса, хрупкая девушка как-то умудрилась перевернуть такую тушу. Или она просто срезала его одежду.

- Не могу тебя поднять, - жалобно сказала она, бинтовать надо.

Он попробовал привстать. Разодранная когтями спина отозвалась болью. Боль отдавала в рёбра, видимо, медведь сломал парочку. Стиснув зубы, он приподнял своё туловище, опираясь локтем о землю. Зоя облегчённо вздохнула и принялась бинтовать.

Увы, обширные раны и широкая грудная клетка привели к тому, что бинт закончился после третьего оборота.

- У тебя бинт ещё есть? – спросила Зоя, глядя ему в глаза, искра сознания там была ненадёжной.

- А этот где взяла?

- В аптечке.

- Там, в кузове, ящик картонный, в передней части.

Держаться было всё труднее, но он смог, дождался, пока девушка достала новый бинт, потом дотерпел до конца перевязки. Бинты пропитались перекисью, теперь приятно холодили раны и хоть немного облегчали боль.

- Что там, на спине? Плохо всё?

- Ну, не то, чтобы совсем, - девушка отходила от стресса, руки её дрожали, дотянувшись до бутылки с вином, она сделала большой глоток, отдышалась и отпила ещё, только потом продолжила говорить: - раны неглубокие, но кожа прям в лохмотья. Там зашивать надо, а как, я не знаю. А так долго заживать будет.

- Значит, так, - Артём усилием воли выдернул себя из начинающегося обморока. – Ставлю задачу, первое: закорячить меня в кузов. Потом забрать туда всё остальное, ночевать будем там. Второе: кладёшь меня там на живот, включаешь все фонари, достаёшь из того же ящика шовный материал и штопаешь меня.

- Я не умею, - всхлипнула девушка, - и вдруг ты от болевого шока помрёшь?

- Я отрублюсь, уколюсь наркотой и ничего не буду чувствовать. Штопай, как умеешь, представь, что я – драный носок.

- Носки я обычно выбрасываю, - голос девушки дрожал.

Он ничего не ответил, когда в кузове образовался небольшой пятачок, застеленный двумя одеялами, а все вещи были уложены по местам, настал черёд новой пытки. Опираясь на плечо Зои, он медленно поднялся на ноги, ухватился за край кузова, и, поставив ногу на ступеньку, поднялся наверх. Собственно, это было всё, на что его хватило, дальше затащила Зоя.

Теперь он лежал на одеялах лицом вниз. Девушка резала только что намотанные бинты, сам он приготовил оба пистолета. Её ствол снял с предохранителя, в своём поменял магазин и дослал патрон.

- Пистолеты, - прохрипел он, рот пересох, а дыхание почему-то вырывалось со свистом, - если ещё какая тварь придёт, просто хватай и стреляй.

- Ага, - дрожащим голосом ответила она, вертя в руках упаковку с нитью. – Что-то ещё?

- Поливай всё спиртом, вон та бутыль, а мне дай… коробочка там, и шприц, ага. Набери, уколи в плечо.

Игла воткнулась в тело, но он этого даже не почувствовал. Спина горела огнём, на фоне этого укол ничего не значит. Зелье попало ему в кровь, скоро боль пройдёт, а Зоя… как-нибудь зашьёт, лучше, чем ничего. Не к месту подумал, что было бы, если бы этот медведь столкнулся бы с серым мутантом? Кто кого заборет?

Чрез пару минут боль, ранее давившая сплошным потоком, стала разделяться на волны, а каждая следующая волна оказывалась слабее предыдущей, постепенно он вовсе перестал что-то чувствовать, а разум, до того насильно удерживаемый в реальности, нырнул в спасительный омут беспамятства.

Глава двенадцатая

Пробуждение принесло боль, тошноту и озноб. Он лежал вниз лицом на одеяле. Второе одеяло было на нём. Рядом в его плечо упиралось что-то тёплое и мягкое. С трудом разлепил глаза. Попробовал что-нибудь сказать, но из пересохшего рта вырвались только хрипы.

- Чего? – раздался над ухом тихий женский голос.

Женщина? Откуда? Он слегка напряг мозг, заставляя память выдать ответ. Точно. Это Зоя, он её спас, они ехали, остановились в лесу, а тут медведь.

- Пить… - выдал он с трудом, на этот возглас ушли последние силы, голова снова упала.

- Вот вода, - через несколько секунд девушка поставила перед ним железную кружку, - только не знаю, как ты пить будешь.

Собравшись с силами, он слегка приподнялся и повернулся на бок. Спина отозвалась новой болью, в глазах потемнело, но он остался в сознании. Хотел взять кружку, но руки слушались плохо. Зоя пришла на помощь, приставила край кружки к пересохшим губам и слегка наклонила. Прохладная вода полилась в рот, проглотить сразу он не смог, подержал немного, давая впитаться в слизистую. Дальше пошло лучше, кружку он выпил минуты за две. Полегчало, но боль никуда не ушла.

- Долго я пролежал?

- Больше суток, - отозвалась Зоя. – Позавчера вечером с медведем боролся, сегодня утро второго дня.

- Как обстановка? – спросил он, пытаясь вытянуть шею и посмотреть наружу из кузова.

- Никого нет, стрелять не пришлось. Правда, я костёр большой жгла, там, внизу, звери могли испугаться.

- Зачем?

- Хотела медведя спалить, мы тут ещё неизвестно сколько проторчим, разделать его я не смогла, слишком тяжёлый и воняет жутко. А падаль под боком нежелательна, ещё кто-то прийти может, да и нам приятного мало.

- Сгорел?

Девушка покачала головой.

- Наполовину, но костёр ещё тлеет, если дров подкинуть, догорит. Устала я брёвна таскать, да и за тобой присмотр нужен.

Видно было, что снаружи что-то слабо дымит, а в воздухе висит смрад горелого мяса. Артём прислушался к своим ощущениям. Голова работает, хоть и с перебоями, а вот остальное под вопросом. Слабость ужасная, боль в спине, а хуже всего то, что его ощутимо трясёт. Погода летняя, солнце светит, тепло, а он словно в холодильнике. И вряд ли это просто реакция на травму.

- Что с ранами?

- На рассвете сегодня размотала и промыла. Швы на месте, зашила криво, но, извини, я не хирург. С виду раны чистые, но кожа вокруг красная, и краснота эта ползёт дальше. И температура у тебя, я не измеряла, но явно за тридцать восемь.

- Заражение, - констатировал Артём.

- Наверно, да. Но я не доктор, чем лечить, не знаю.

- Антибиотиками, там, в ящике.

- Не разбираюсь я, - жалобно сказала она, - есть там таблетки и ампулы, а для чего они - непонятно. Я сама не болела никогда, кроме аспирина лекарств не знаю.

Порывшись в ящике с лекарствами, Артём добыл нужный препарат, непослушными пальцами выковырял таблетку и сунул её в рот. Запил водой уже из бутылки. Попробовал заснуть. Не получилось, мешало неудобное положение, долго пытался устроиться так, чтобы не тревожить раны. В итоге скорчился в позе эмбриона на боку, обнимая скомканное одеяло. Зоя набросила сверху ещё одно.

Антибиотики должны были помочь, вот только мгновенно они не действуют. Озноб усиливался, его трясло так, что от конвульсий машина раскачивалась. Наброшенные одеяла не помогали. Ближе к вечеру, когда он уже метался в бреду, почувствовал рядом тело. Зоя в попытке согреть его, разделась до нижнего белья и залезла под одеяло. Радоваться бы, но не до того. Странное ощущение, его трясёт от холода, потому что поднялась температура, она его греет, а на самом деле оттягивает часть тепла. Надо сказать, что и в самом деле немного полегчало. Потом он снова дотянулся до ящика и, вытряхнув на ладони горсть разных анальгетиков, проглотил все, может, получится сбить температуру.

Он снова впал в забытье, а очнулся затемно. Он был один, Зоя находилась снаружи и, судя по яркому свету, не оставляла попыток кремировать несчастного медведя. Сознание было мутным, но телу, вроде бы, стало легче. Температура упала до нормальной, на что тело отреагировало обильным потом. Снова хотелось пить, но теперь он уже сам дотянулся до пластиковой бутылки и начал жадно хлебать, как раненая лошадь на водопое. Вспомнив, проглотил ещё одну таблетку.

Жажда ушла, её место занял голод. Это уже был хороший признак, если сейчас начать полноценно питаться, раны заживут за пару недель. Мяса бы, он согласен на консервированное.

- Зоя, - негромко позвал он девушку.

Она не ответила, просто начала забираться в кузов. Странно, забиралась спиной вперёд, не отводя взгляда от чего-то снаружи. Оказавшись внутри, сразу подняла борт.

- Чего там?

- Не знаю, - как-то неуверенно произнесла она, - там глаза какие-то, в лесу, злые глаза.

Артём взял один из пистолетов и протянул ей.

- Оружие в руках, постоянно. Какого чёрта оба ствола здесь лежат?

- Забыла я, девушка поморщилась.

Напрягшись, Артём смог на четвереньках подползти к заднему борту. Та же поляна, песок, а рядом м чуть правее – огромное кострище, где догорают останки медведя. Пламя большое. Звери вряд ли подойдут. Но при этом они рядом, смотрят из чащи, но напасть не решаются. Если оголодают, вид огня их не остановит, обойдут и запрыгнут в кузов. За ветками он насчитал три пары глаз, может, и больше, просто не всех видно. Жёлтые злые огоньки.

В общении с хищниками важно не показать, что ты их боишься, у них нет чёткого понимания, что такое добыча и насколько она сильна. Стало быть, при первой встрече следует оказать им такой приём, чтобы крепко запомнили, люди – не добыча, они охотники, а добычей станут сами серые, если вовремя не одумаются.

- Надо их пугнуть, - уверенно заявил Артём и направился к своему арсеналу.

Передвигаться на четвереньках было неудобно, но вставать он пока не решался. Да и кузов, наполовину заваленный имуществом, не располагал к прогулкам. Первой необходимой вещью он посчитал тепловизор, костёр мешает, но он уже начал угасать, к тому же можно высунуться слева и смотреть прямо на хищников. А оружие? Можно было взять дробовики, но картечь за ветками может и не достать. Подумав, он взял автомат с подствольником и зарядил новую гранату.

Выждав ещё полчаса, он начал наблюдение. Зоя сидела рядом и старалась не мешать, хватало ума понять, что в вопросах войны мужчина смыслит лучше, а потому можно просто ему довериться.

Тепловизор выдал неутешительные известия: три особи, сидевшие напротив, - это только верхушка айсберга. Справа и слева тоже сидели волки. Или это были не волки, но силуэт однозначно указывал на семейство псовых. Выглянув в сторону, обнаружил их и там. Умело прячась в зарослях, твари взяли машину в кольцо. Некоторые тревожно переминались с ноги на ногу, ожидая команды от вожака. А волки ли это? Размер показался странным, примерно с дога, таких волков не бывает. Такие волки вдвоём того медведя запросто порвут.

- Чего там? – спросила Зоя, долгое молчание её встревожило.

- Плохо дело, - сообщил Артём, нас окружили.

- Сколько их? – спросила девушка, нацелив пистолет на стену леса.

- Рыл, наверное, двадцать, точнее не скажу.

- Волки?

- Да чёрт его знает, с виду волки, но очень уж здоровые. Попробую пугнуть.

Он поднял автомат. Ближе десяти метров стрелять было бессмысленно, граната не взведётся. Но тут было около двадцати, плюс стрелять он будет навесом, так, чтобы взрыв произошёл на высоте.

- Из автомата стрелять умеешь?

- Стреляла один раз, одиночными.

- Надо очередью, я сейчас долбану туда, а ты влево ствол высунь и проведи горизонтально. Хоть кого-то зацепишь, уже хорошо. Готова?

Он сунул ей в руки сто третий, указал точное направление и установил режим огня. Сам тщательно прицелился и нажал на спуск. Прошло так, как и рассчитывал. Граната ударилась о ветки на высоте, взорвалась и обдала осколками хищников. Послышался визг, в этот момент Зоя выдала длинную очередь по деревьям, ствол сильно задирало, скорее всего, пули ушли мимо, но твари должны были испугаться. Опустошил магазин и он сам.

Снова приник к окуляру. Ага, тварей стало меньше, теперь они отошли на приличное расстояние. Напротив него лежало остывающее тело. Одного достали, но остальных это не остановило. А ещё ведь там подранков куча, визг до сих пор слышно.

Противостояние затянулось почти на всю ночь. Волки ушли под утро, когда ещё двоих получилось достать из снайперской винтовки. На это Артём потратил полтора десятка патронов. Накладно, но конфликт, кажется, решён в их пользу. Сам он ближе к утру просто упал без сил, а подаваемую Зоей еду жевал прямо лёжа.

- А мясо откуда? - спросил он, пропихивая в горло кусок жареного мяса, обильно сдобренный специями.

- Ну, у медведя немного откромсала. От задней части, шкуру сняла и отрезала мяса, немного, холодильника нет, сразу всё зажарила. Ешь больше, а то выбрасывать придётся.

Съел он немного, снова навалилась слабость, а заодно стало морозить. Наевшись таблеток, завернулся в одеяло и уснул. Зоя, хоть и тоже зевала, осталась охранять, взяв в каждую руку пистолет. Даже если заснёт, не страшно. Волки ушли, если вернутся, то перелезть через борт бесшумно не смогут, порвать брезент тем более. Успеет проснуться и нафаршировать смелого зверя свинцом. Да и не вернутся они, волки – существа умные, ради двух кусков мяса не станут терять личный состав стаи, и так троих лишились, а ведь то матёрые охотники были. А завтра они попробуют продолжить путь.

Несмотря на слабость и боль, Артём отказался от предложения отдохнуть ещё пару дней. Место это его напрягало, мало ли, кто ещё придёт. Медведь, волки, а потом? Мамонты? Он бы нисколько не удивился. А хуже всего, если заявятся черти или, что ещё хуже, одичавшие люди. Уж лучше двигаться, хоть по сотне километров в день, то хлеб.

Машина завелась с пол оборота, бензин залили под пробку, теперь оставалось надеяться, что дорога, так удачно подвернувшаяся им, не упрётся в тупик.

Не упёрлась. Более того, часа через два лес как по команде расступился, им открылась урбанизованная местность с широкими шоссе, эстакадами и бензоколонками. Впереди, у самой линии горизонта виднелись городские постройки. Город, мёртвый, разумеется, но пока что не руины. С одной стороны, это было хорошо, пустой город – место, где можно разжиться ценностями. С другой – ценностей у них хватает, а пустой город может оказаться вовсе не пустым, и, если бы речь шла только о мутантах, зверях и живых мертвецах, въезд был бы оправданным, но одичавшие люди, владеющие оружием и хоть сколько-нибудь организованные, запросто могут расправиться с двумя чужаками. Увы, но в высокую мораль выживших Артём давно не верил. Каждый такой робинзон, засев на городских запасах, которые ему просто не успеть использовать за всю жизнь, не потерпит пришлого, покусившегося на его владения. Идиотия, конечно, но широко распространённая, можно сказать, коллективная.

А ещё слабо верилось в свои боевые навыки, Артём так лихо расстрелял банду, но это ещё ничего не значило, немного везения и превосходство в огневой мощи. А ещё безграничная тупость бандитов, которые, отправившись загонять девку, даже не выставили часового. Допустим, у него в самом деле подготовка лучше, допустим, он сможет и других бандитов так же положить, но рисковать всё равно не хотелось.

Отдельный вопрос касался самого факта существования такой банды. Семеро молодых крепких парней. И вряд ли они были знакомы до всего этого, чума была слишком неизбирательной. Вывод: выжили, вооружились, как-то нашли друг друга, сделали закономерный вывод, что толпой безобразничать куда проще, а потом… что они успели натворить до того, как встретили Артёма, оставалось тайной, и, откровенно говоря, он не особо хотел это знать.

После недолгой дискуссии с Зоей, они решили город обогнуть. Девушке хотелось там побывать, ей для комфортной жизни требовалась куча предметов, что продаются в магазинах, но опасность она осознавала ничуть не хуже своего спутника.

В качестве компромисса он предложил ей проехать через пригород, там вероятность нарваться была невелика, а посмотреть было на что.

Первый сюрприз ждал их на въезде. Как положено, на трассе имелись дорожные указатели. Когда въезжаешь, видишь табличку с названием города, на выезде – тоже она, только название зачёркнуто. У такой таблички Артём притормозил. Долго чесал затылок, но карту доставать не стал. И так понятно, что ничего не понятно. Они едут на север, временами виляют туда-сюда, объезжая препятствия, но общее направление выдерживать получается. Этот город, если брать от точки старта, не был на севере, он был на востоке, километров, этак, за пятьсот.

- Херня какая-то, - прокомментировала Зоя, тоже знавшая географию, - мы с курса сбились?

Артём продемонстрировал ей компас, что лежал на панели.

- И чего делать будем? – скептически спросила она.

- Ехать вперёд, - Артём вздохнул и вернул компас на место, - до тех пор, пока есть бензин. Если ничего не найдём, осядем где-нибудь, заведём хозяйство, построим домик, родим детей.

- Осади коней, - фыркнула Зоя. – То, что я с тобой под одеялом голая лежала, ещё ничего не значит, просто тебя согреть надо было, а этот способ самый лучший.

Артём завёл двигатель, машина двинулась с места.

- И ещё кое-что, - девушка наморщила лобик и указала вдаль, - а какие у нас горы на том направлении? Что-то не припомню у этого города никакого хребта.

- Ты записки профессора прочитала?

- Нет, когда бы успела?

- А ты прочитай, профессор, конечно, сам ничего не видел, он всё самое интересное в больнице просидел, опыты над больными ставил, но ему по радиосвязи многое докладывали, земля изменилась, континенты поменяли очертания, полюса сменились, льды растаяли.

- А почему землю не затопило?

- Что-то затопило, но при этом сами материки стали больше, в наши земли вторглись куски из других миров, потому и горы встали, там, где их не было раньше.

Зоя снова фыркнула.

- А они есть? Другие миры?

- Поверь мне, есть, - сухо сказал Артём.

Они помолчали.

- Кстати, тебе что в городе нужно было?

- Ну, кое-что, в аптеке, например, и шмотки тоже.

- Ну, шмотки тут не продаются, если только в домах мародёрить, но будут проблемы с размерами, а аптеку я вижу, - он указал рукой вправо, - вон там, сбегаешь сама?

- Угу, - кивнула она и бодро соскочила наружу, как только машина остановилась.

- Стой, - скомандовал Артём.

- Что? – не поняла она.

- Пистолет в руку, с ним не расставаться, товар бери другой рукой, клади в пакет. И с предохранителя сними.

- А если пальну случайно?

- Вот так держи всё время, - он показал на своём пистолете, вытянув указательный палец вдоль линии ствола, - палец в контроль называется, привыкай. И, когда войдёшь, осмотрись тщательно, малейшее движение – сразу назад.

Девушка кивнула и едва не бегом бросилась к аптеке. По-хорошему следовало отправиться к ней, но машина уж больно приметная, стоит на открытом месте, а потому надо следить, чтобы местные, если таковые имеются, не подкрались незаметно. Его задача – мониторить окрестности, чем он и занялся, взяв из арсенала снайперскую винтовку.

Зоя не пробыла в аптеке и десяти минут, как появился первый враг, к счастью, это был не бандит с автоматом, а очередной мутант. Точнее, зомби. Он появился словно из ниоткуда метров за пятьдесят от машины, перевалился через ограждение и бодрой, но неуверенной походкой направился к человеку.

Артём закинул винтовку за спину и потянулся к пистолету, впрочем, его тоже брать не стал, потянулся в кабину и вынул из-под сидения обрез двустволки. Зомби тут, увы, не канонические, не всегда получается упокоить их, сделав маленькую дырочку в черепе, уж лучше использовать картечь в упор, а потом добить из пистолета.

А неуверенная походка мертвяка по мере приближения становилась всё более твёрдой, словно он забыл технику ходьбы за время анабиоза, а теперь на ходу вспоминал её. Вблизи удалось его получше рассмотреть. Мужчина, ещё нестарый, когда-то хороший костюм вымазан до такого состояния, что грязь отваливается кусками, лицо, а точнее, перекошенная морда, выглядит странно. Нижняя челюсть деформирована. Сломана? Может быть, напал на живого, тот оказал сопротивление, сломал челюсть в нескольких местах, а добить забыл. Что же, тогда тварь будет менее опасна.

Увы, мертвяк его разочаровал. Когда дистанция сократилась до пяти метров, он просто и без затей прыгнул вперёд. Прыжки с места – отдельная спортивная дисциплина, и результат в ней, даже рекордный, по сведениям Артёма составлял не более четырёх метров. Но это если говорить о людях, а не о мутантах, являющих собой форменное надругательство над природой. Прыгнул мертвяк так, что, не будь на пути Артёма, пролетел бы метров восемь, а то и десять. Но Артём на пути был, обрез он держал в руках, а палец пристроил на спуске. Два подряд выстрела картечью, которая на таком расстоянии летит почти монолитом, сбили прыжок, полетели клочья мяса и грязной ткани, мёртвый спортсмен шлёпнулся на асфальт.

Но, как и подозревал Артём, даже таких ранений оказалось недостаточно, чтобы убить тварь. Мертвяк поднялся, выпучил мёртвые глаза и двинул вперёд, правда, уже не так уверенно, зато при этом вытянул руки со скрюченными пальцами и широко раскрыл пасть.

Тут Артёму стало по-настоящему страшно. Деформация нижней челюсти мутанта оказалась не переломом. Это была новая мутация, о которой профессор Фокин не писал ничего. Впрочем, он ведь мертвецов после обращения не обследовал, их просто убивали. А следовало бы. Понаблюдать, так сказать, в естественной среде обитания. Правая и левая сторона нижней челюсти подались в стороны, подбородок вместе с нижней губой поехал вниз. Обнажились зубы, длинные клыки, сверху и снизу, и вся эта зубная система выдвигалась вперёд, придавая сходство то ли с разъярённым волком, то ли вообще с ксеноморфом из известного фильма.

Артём, не успевая перезарядить обрез, отбросил его в сторону, выдернул из кобуры пистолет и начал стрелять, одновременно отходя назад, чтобы не попасть под раздачу, а левой рукой вынимая из кармана новый магазин. Чутьё подсказывало ему, что даже четырнадцати патронов может не хватить для надёжного упокоения твари.

Тут он оказался прав, пули словно вязли в плоти чудовища, как в киселе, стрелял он почти в упор, каждый раз попадая в голову, раздавался чавкающий звук, уродливая голова дёргалась назад, но тварь от этих попаданий только слегка замедлялась. Единственным успехом можно было считать то, что пуля выбила один глаз и раздробила зубы. Но этого было мало, Артём был уверен, что, несмотря на всю свою силу, рукопашной с монстром не переживёт. А ещё он панически боялся укуса. И пусть зараза таким способом не передаётся, ничего хорошего ждать не приходилось.

Некстати заныли раны на спине, там ведь швы ещё не сняты, да и сами раны далеки от заживления, не для него такие резкие движения. Затвор встал на задержку, Артём выбросил магазин и отпрыгнул назад, увернувшись от взмаха руки (или лапы?), спина взорвалась болью, но этого хватило, чтобы выиграть время для перезарядки, новый патрон скользнул в ствол, ещё четыре выстрела заставили тварь остановиться. Запоздало подумал, что стоило прострелить колени, а потом уже расстреливать беззащитного.

Причина остановки стала ясна почти сразу, монстр ослеп, очередная пуля выбила второй глаз, лишив возможности видеть жертву, Артём сместился в сторону, противник, видимо, ориентируясь на слух, повернул голову. Артём резко, чуть ли не в автоматном темпе расстрелял оставшиеся патроны по ногам, целясь в колени. Часть пуль прошла мимо, часть вырвала куски мяса, но одна или две всё же нашли сустав. Нога подломилась, слепой мутант теперь стал ещё и неходячим. Зато выстрелы помогли ему сориентироваться, теперь он полз на четвереньках, но делал это настолько медленно, что Артём успел вернуться к машине, подобрать обрез и загнать в стволы следующие два патрона, теперь уже с пулями.

Обрез упёрся в затылок твари, грянул выстрел, потом второй. Этого хватило, череп твари, наконец, не выдержал, первая пуля пробила затылок, вторая последовала за ней и вынесла приличный кусок лобной кости. Тварь ещё шевелилась, но Артём поленился добивать, сдохнет и так. Не сдохнет, конечно, он и так уже дохлый, просто упокоится и медленно сгниёт. Он обошёл дёргающееся тело, подобрал пустой магазин, снова перезарядил обрез и только тогда обернулся. У кабины стояла Зоя с пакетом в одной руке и пистолетом в другой.

- Кто это? – девушка была бледна, но вид имела решительный.

- А ты полюбуйся, - Артём не поленился, подошёл к почти затихшему мутанту, носком ботинка перевернул его на спину. – профессор Фокин кое-чего не додумал.

Девушку ощутимо передёрнуло, но хоть блевать не стала, крепкая. Монстр, даже с разбитой головой и развороченной пулями мордой выглядел грозно.

- Это зомби?

- Думаю, да, но профессор уже на этой стадии перерождения отправлял подопытных в биореактор. А теперь выяснилось, что тварь, оставшись без присмотра, продолжает мутировать. Вот результат. Впрочем, это мои домыслы, возможно, здесь мутация принципиально иная, и следует обозначать её другой буквой латинского алфавита.

- Может, поедем?

- Категорически согласен, думаю, выстрелы полгорода слышало, сейчас все, кто может двигаться, будут здесь и, поверь, мутанты – это не самый плохой вариант.

- А самый плохой?

- Люди, - сказал он и полез в машину.

Отъезд, правда, пришлось отложить. Раны дали о себе знать, на спине выступили пятна крови. Пришлось снять куртку и футболку, Зоя осмотрела его, сказала, что швы на месте, полила раны перекисью и сделала перевязку. После этого машина двинулась с места, и, набирая скорость, они отправились в сторону гор.

Глава тринадцатая

Сказать, что горы были далеко, - не сказать ничего. На хорошей дороге их машина, по сути своей далеко не гоночная, развивала приличную скорость. Изредка приходилось притормаживать, чтобы объехать брошенные автомобили, но в среднем спидометр показывал чуть меньше ста.

Но даже в таком темпе они потратили три дня, чтобы оказаться в предгорьях. Крупные населённые пункты им больше не попадались, зато мелких деревень и посёлков было предостаточно. Людей они не нашли, но в одном селении обнаружили странную картину. В одном из дворов имелся стадион, который, видимо. зимой заливали под каток, а летом использовали для мини футбола. Всё внутреннее пространство была завалено костяками, здесь было свалено не меньше пары сотен тел, куча возвышалась над ограждением, потому они её и увидели.

Собственно, трупы в этом мире редкостью не были, скорее, наоборот, сложно было отыскать место, где бы их не водилось. Но с этими трупами всё было иначе. При ближайшем рассмотрении оказалось, что погубила их не чума. То есть, они могли в момент смерти болеть, но убила их не зараза. Возле ограждения в большом количестве были рассыпаны гильзы, уже порядком проржавевшие. Автомат, пять сорок пять, много, несколько сотен или даже тысяч. А что с костями? Скелеты имели множество повреждений, но общей чертой была небольшая дырка в черепе, как раз под калибр пули. Делали контрольный выстрел.

- Истребляли больных? – непонимающе спросила Зоя.

- Может быть, или это были мутанты. Скелеты обычные, но это могли быть и зомби. Правда, мутация редкая, вряд ли в посёлке набралось бы столько.

Они постояли ещё немного, пытаясь представить себе картину, что произошла тут год назад. Варварская расправа, а ведь людей сюда следовало согнать зафиксировать и потом только расстрелять. У некоторых скелетов связаны руки, проволокой. Кто это сделал? Скорее всего, военные. Сразу вспомнились два героя, которых он никогда не видел. Толстый и Тонкий, что хладнокровно расстреляли больных с признаками мутации. Непонятно только, было ли это сделано по приказу командования, осведомлённого об опасности мутаций, или же какое-то отдельное подразделение или просто кучка дезертиров сделала всё по своей инициативе, просто для того, чтобы ликвидировать заразу в зародыше.

Чуть поодаль нашли ещё два скелета. На этот раз на костяках видна была полуистлевшая военная форма и ботинки. И своих не пожалели. Собственно, к ним это событие отношения не имело, события произошли давно, вояки, скорее всего, уже убрались отсюда, да и живы ли они. Впрочем, могли быть и живы, а встреча с ними не сулила ничего хорошего. Наверняка эти люди сейчас в таком состоянии, что готовы стрелять во всё, что движется. А солдаты, даже если их не больше взвода, - это сила, против которой они ничего сделать не смогут.

- Надо уезжать, - со вздохом сказал Артём и повернулся к машине.

Зоя замерла на месте, опустила голову, а потом разрыдалась. Кажется, до неё только сейчас дошло, что именно произошло с миром и людьми. Слезы катились градом, она громко всхлипывала, а в перерывах твердила:

- Не хочу… Не хочу… Не хочуууууууу!!!

Артём не горазд был успокаивать плачущих девушек, даже если истерика на пустом месте. А тут для истерики были явные и обоснованные причины. Он какое-то время выждал, а когда плач стал стихать, просто обнял девушку за плечи и повёл к машине.

Ехали молча, Зоя завернулась в тёплый плед и ни на что не реагировала. Местность снова стала дикой, правда, это был не кусок иного мира, обычный лес, каких много в стране, по крайней мере, вряд ли в другом мире нашлась бы асфальтовая дорога. Местность постепенно шла в гору, признаков жилья было всё меньше.

Ближе к ночи они увидели отворот, от широкой асфальтовой ленты отходила узкая грунтовка, Артём, ничего не объясняя, повернул.

- Что там? – Зоя, наконец, вышла из прострации и стала интересоваться окружающим миром.

- Не знаю, просто на ночлег где-то нужно встать, а на такой дороге меньше опасностей.

Это утверждение было спорным, но она возражать не стала. Они проехали ещё метров триста, дорога сделала резкий поворот, за которым машина упёрлась бампером в ворота. Их взору предстал загородный дом, какое-то зимовье или заимка для состоятельных охотников. Вокруг имелся высокий забор из толстых стальных листов, внутри виднелся двухэтажный дом из красного кирпича, а по бокам от него стояли домики поменьше.

Что же, такое жильё куда лучше подходило для ночлега, чем брезентовый кунг, а если ещё и машину внутрь загнать, то и вовсе отлично будет. Ворота широкие, грузовик пройдёт. Только их открыть нужно, но это несложно.

Они покинули машину, Артём подошёл к небольшой калитке слева от ворот и повернул ручку. Стальная дверь спокойно и без скрипа отворилась. Он перешагнул через порог и оказался внутри просторного двора, засыпанного щебнем. Сразу пришла мысль, что дом обитаем, и мысль эта тут же нашла подтверждение.

- А ну, стоять, - проговорил хриплый голос где-тов стороне, - а то выстрелю.

Артём повернул голову, уже темнело, но он рассмотрел говорившего. Высокий худощавый мужик, немолодой уже, можно сказать, старик. Лет хорошо за пятьдесят, ближе к шестидесяти. Одет в камуфляж, но не военный, такой охотники носят, камыш. В руках держит двустволку, старую, но, вроде бы, исправную.

- Не выстрелишь, - нагло проговорил Артём и повернулся к врагу лицом.

- Почему? – непонимающе спросил мужик.

- Если бы хотел, сразу бы стрелял, а раз говоришь, то и стрелять не станешь. Опусти ружьё.

- Я опущу, а ты пистолет достанешь, - предположил хозяин дома.

- Если достану, ты окажешься прав, и тогда выстрелишь, тебе повод нужен, я его не дам, не надейся, опусти ружьё, мы не бандиты, не мародёры, не убийцы. Просто два путника, что ищут ночлег.

- Нынче путники разные бывают. – проворчал мужик, но ружьё всё же опустил. – Есть и такие, что лучше издали по ним палить.

- Есть, - не стал спорить Артём, - но нам от тебя ничего не надо. Хотели переночевать, только и всего. Дом у тебя большой, нам место найдётся, не стесним, а утром уедем.

Хозяин ещё какое-то время колебался, потом махнул рукой и равнодушным тоном проговорил:

- Заходите.

Артём выглянул наружу и кивнул, Зоя шагнула следом за ним. Они потратили ещё минут десять на то, чтобы загнать машину, после чего, прихватив автоматы (даже здесь приходилось опасаться ночного нападения), вошли в дом. Тут имелось электричество, но хозяин предпочитал светом не злоупотреблять. Только в одной комнате горела тусклая лампочка, да едва слышно шипел радиоприёмник.

- Проходите, - сказал хозяин и указал на стулья, что окружали большой стол. Видимо, тут когда-то собирались серьёзные дяди, отмечали удачную охоту, выпивали и долго беседовали о жизни. – Садитесь, сейчас поесть принесу.

Тон его по-прежнему был недовольный, но на гостеприимстве это никак не сказывалось. В соседней комнате пискнула микроволновка, явно разогревает что-то. Минут через десять хозяин появился снова, принёс две тарелки густого супа, а заодно два ломтя хлеба. Хлеб явно самодельный, но выглядит неплохо.

- Суп из глухаря, - прокомментировал он. – Картошка своя, сам выращиваю.

Он протянул им ложки, красивые, вычурные, с узорами, как бы не серебряные, а сам, поставив на стол большую кружку чая, отхлебнул и представился:

- Сергей Михайлович Лаптев, доктор наук, преподаватель вуза. Бывший, разумеется.

- Везёт нам на профессоров, - проговорил Артём с набитым ртом, суп оказался необыкновенно вкусным, а если учесть, что он уже давно не ел горячего, можно сказать, что на миг стал счастливым.

- Увы, всего лишь доцент, - мужик виновато развёл руками, - так уж вышло.

Приглядевшись, Артём понял, что хозяин не врёт. Лицо простое, говорить тоже пытается, как крестьянин, но под личиной проглядывает интеллигент. Разве что, очков не хватает, но для того, чтобы их носить, недостаточно быть умным, надо ещё плохо видеть.

- А каких наук доктор? – спросила Зоя, тоже наворачивая еду с необыкновенным энтузиазмом.

- Историк, - сообщил он, - специализировался на истории стран Азии и Африки. Увы, сейчас этому миру меньше всего нужны историки.

- Не скажите, - возразил Артём. – Часть людей выжила, и даже не одичала. Кстати, Артём Ильин, офисный планктон, тоже бывший.

- Зоя Малинина, - представилась девушка, - студентка, химбиофак.

Артём удивлённо вскинул брови, не знал, что рядом с ним едет специалист в области биологии.

- Второй курс, - она растерянно развела руками, давая понять, что знаний у неё кот наплакал, и практической пользы они не несут.

Сергей Михайлович усмехнулся.

- Вот и познакомились.

- А вы здесь постоянно живёте? – спросил Артём, обводи взглядом комнату.

- Да, самое подходящее жильё в мире, где разрушены все социальные и экономические связи. Выжить в городе тоже можно, но, во-первых, там масса агрессивно настроенных индивидов, как живых, так и не совсем, а во-вторых, тамошние ресурсы скоро придут в негодность, а потому лучше заранее перейти к собственному хозяйству.

- Получилось? – спросил Артём.

- Пока не всё, активно работаю над этим, к тому же в этом доме имелись большие запасы провизии, генератор, горючее. Оружия, к сожалению, не нашёл, в городе нужно поискать, но я избегаю там появляться без нужды. Генератор, кстати, не на бензине работает, там, - он указал пальцем в стену, - есть река, небольшая, но с быстрым течением. Водяное колесо, совершенно примитивная вещь, но с одним неоспоримым преимуществом. Починить его смогу даже я, хотя, как у любого интеллигента, руки мои растут из известного места.

- А хлеб? Картофель? – спросил Артём.

- Тоже решаемо, кроме хлеба, конечно, пока пользуюсь трофейной мукой, натаскал большой запас. Огород у меня есть, тут неподалёку, распахал поляну. Но под зерновые места не нашлось, храню семена, когда подыщу участок, обязательно высажу. Есть куры и козы, - он хихикнул, - как у Робинзона, но мясо добываю охотой. В связи с катаклизмом, дичи в лесу стало много, так что, пока есть патроны, я не пропаду.

- А как вы вообще сюда попали? – спросил Артём.

- История длинная, но… в целом, я и раньше был вхож в то общество, что здесь собиралось. В нашей области высшее общество большей частью растёт из советской элиты, а в их среде таковыми считались и доктора наук. Меня они часто приглашали на охоту, мой бывший руководитель оставил науку и занялся бизнесом. В свои семьдесят семь лет владел крупной фирмой, а бывший студент был помощником губернатора, и ещё несколько друзей, в общем, тут я бывал регулярно. Когда началась эпидемия, я ещё какое-то время пробыл в городе, а потом, поняв, что бедствие приняло глобальный масштаб, стал собирать вещи. Я ведь, в силу профессии, немного разбираюсь в том, как работает общество в таких ситуациях. Государство не рухнуло в первые дни, но власть ощутимо пошатнулась. Начались грабежи, мародёрство, убийства. Полиция поначалу справлялась, войска быстро разобрались в ситуации, и всё чаще стали стрелять по толпе, чтобы не быть затоптанными. Но и у толпы появилось оружие, местами начались бои… - он отхлебнул чая и задумался, - тогда я ещё никуда не побежал, переждал события в своей квартире. Спасать мне было некого, жену я похоронил, дочь жила в Германии, её муж смог мне дозвониться и сообщил, что она умерла, тихо, во сне. Можно сказать, повезло. И сам он в тот момент был при смерти. А внуков я не дождался.

- Вас не тронули?

- Мародёрам не было нужды грабить квартиры, были объекты поинтереснее, ювелирные магазины, продуктовые, оружейные. Но даже их толком разграбить не успели. Чума убивала людей быстрее, чем они сами друг друга. С каждым днём толпа редела, редели и ряды бойцов, зато появлялись ходячие мертвецы и ещё какие-то твари, кто-то умер быстро, кто-то, как я, болел две недели, тяжело, но не смертельно, а у кого-то такое состояние затянулось на месяцы. Больных держали в закрытых госпиталях, их охраняли остатки солдат. Врачи и учёные при этом пытались что-то изучать.

- Вы оставались в городе?

- Как раз тогда начал перевозить вещи, мне не препятствовали, только оружие хорошее подобрать не вышло, в одном нагнулся за автоматом, так патруль начал стрелять. Меня сочли безопасным, стреляли поверх головы. Пришлось обойтись старым ружьём, а уже здесь нашёл запас патронов двенадцатого калибра. Потом стало тихо. Больных куда-то эвакуировали, длинные колонны шли на север. Автобусы, грузовики, часть даже пешком шла. Военные их сопровождали. Их было мало, сплошь офицеры. Вряд ли чума выбила солдат полностью, скорее, те просто дезертировали.

- Мы видели кучу скелетов в одном посёлке, - сказала Зоя.

Лаптев кивнул и некоторое время молчал.

- Я там был, как раз собирал продукты, когда колонна пошла мимо. Один из военных, кажется, майор, остановил меня, отвёл к фельдшеру, тот заставил раздеться и… сказал, что мне повезло. Я его не понял тогда. А колонна остановилась, людей стали выгонять из автобусов, тот же фельдшер их осматривал. Людей в колонне было много, тысячи две или даже больше. Кого-то гнали обратно, других отводили в сторону. Они были слабы, многие не могли идти, их приходилось тащить. Отобранных отвели за ближайший дом, а потом раздались выстрелы. Сначала по толпе били из пулемёта, потом оттаскивали в сторону и добивали выстрелом в голову. Сотни полторы там убили, я, сам не пойму зачем, заглянул туда. Адское зрелище, сотни две людей, многие ещё живы, а палачи тащат их по одному и добивают, хладнокровно, без эмоций… Страшно. А потом стало ещё страшнее, - Лаптев вдруг переменился в лице и продолжил: - когда трупы стали вставать. И не только те, что валялись в общей куче, они могли быть просто ранены, в шоке… вставали те, кому прострелили голову. Вставали и пытались бросаться на военных. Их пришлось убивать по второму разу, а для верности каждому отрубили голову. Тогда я всё понял, а потом тот майор – он стоял рядом и курил без остановки – объяснил мне, в чём дело. Мутации, те самые, что превращают человека в тварь. Они могут проявиться с большой отсрочкой. Они поначалу не знали этого, а здесь, на возвышенности, поймали радиосигнал. Большое начальство приказало им это сделать и, честно говоря, я их понимал. Мне предложили отправиться с ними, но я отказался.

- Почему?

- Не знаю, просто не захотел. Я уже всё рассчитал, ресурсов мне хватит, чтобы прожить в глуши остаток жизни. Сколько мне осталось? Лет десять? Пятнадцать? Даже консервы не успеют испортиться. А возможно, меня раньше прихлопнут выжившие, те, которые окончательно одичали.

- Может, поедете с нами?

- Не знаю, - он задумчиво посмотрел в кружку, - может быть. Вы наелись? Пойдёмте в большую комнату, ещё не поздно, а я, уж простите, соскучился по человеческому общению. У меня есть хороший коньяк и кое-какие сладости. Они долго не хранятся, уж лучше вас угощу.

- Согласен, - кивнул Артём и, отодвинув стул, поднялся. – Думаю, поговорить есть о чём.

Глава четырнадцатая

Артём примерно представлял, о чём хочет поговорить Лаптев, скорее всего, сидя здесь в одиночестве, он всё это время разрабатывал варианты дальнейшего развития человечества. Не мог об этом не думать, будучи адептом общественных наук. Ну, да, лучше осознавая прошлое, мы увереннее идём в будущее и прочая хрень. Впрочем, не хрень, варианты общественного устройства существуют, их не так много, а потому выбрать самый приемлемый не составит труда.

Учёный провёл их в другую комнату, если предыдущую можно было обозвать скромным термином «столовая», пусть и с некоторым уклоном в банкетный зал, то здесь, совершенно очевидно, благородные господа отдыхали с сигарами и виски. Несколько удобных кресел, низкие столики и мягкий приглушённый свет. Свет, впрочем, мог быть тусклым из-за малой мощности генератора.

- Вот, присаживайтесь, где вам удобнее, - он поставил на столик пузатые бокалы, а из шкафа вынул большой хрустальный графин с коричневой жидкостью, - из закуски есть конфеты, шоколад, фруктов свежих нет, но, если хотите, открою банку консервированных.

Артём и Зоя, переглянувшись, отказались.

- Напоминает пир во время чумы, но, увы, так оно и есть. Продукты с небольшим сроком хранения лучше съедать раньше, а мне ещё повезло сделать это в хорошей компании, - Лаптев разлил коньяк по бокалам.

Они пригубили напиток, нашли его, если и не превосходным, то вполне достойным, а Лаптев, достав из тумбочки коробку с сигарами, поставил её рядом и, вынув одну, вертел в руках.

- Есть у меня некоторые соображения, - стал излагать Лаптев свои мысли, вертя сигару в руках, закуривать он не собирался, - относительно будущего устройства мира.

- Я бы удивился, если бы у вас их не имелось, - заметил Артём.

- Совершенно верно, здесь есть чем занять руки, но вот мысли иногда начинают путаться, а разум человеческий слабеет от долгого неиспользования. Информации об окружающем мире достаточно, чтобы делать некоторые выводы.

- А откуда вы информацию берёте? – спросила Зоя, на спинке кресла она нашла тёплый плед, в который сейчас старательно куталась.

- Есть радиоприёмник, достаточно, чтобы иметь представление о ситуации. Так вот, чума, независимо от её природы, прошлась по человечеству частым гребнем, убив примерно девяносто пять процентов населения, при этом болезнь была абсолютно свободна в своём выборе, умирали мужчины и женщины, дети и старики, толстые и худые, умные и глупые, случайная выборка. Никаких закономерностей.

- И что это даёт? – заинтересованно спросил Артём, приложившись к бокалу, лекция обещала быть долгой.

- Многое, например, то, что для восстановления цивилизации требуется определённая плотность населения. Столько-то человек на квадратный километр. А выжившие размазаны по огромным просторам, да ещё и активно истребляют друг друга.

- Значит, ничего не получится? – с сомнением спросила Зоя. – Новой цивилизации не будет?

- Нет, надежда у человечества есть. Насколько мне известно, создаётся центр будущей державы в районе Уральских гор. Именно оттуда рассылают сигналы и даже отправляют эвакуационные группы. Если получится спасти хоть два-три миллиона, надежда на сохранение цивилизации останется. Правда, ситуацию усугубляют географические изменения, земли стало больше, расстояния выросли, направления изменились. Но, разумеется, это не препятствие для тех, кто хочет туда попасть. Например, вы.

Последние слова он сказал с вопросительной интонацией, но и так было всё понятно. Артём невнятно кивнул.

- Так вот, логично, что процессы собирания выживших в кучу и восстановления производства будут идти параллельно. Тут уж ничего не поделаешь, и начинать придётся с экономики, в первую очередь – с сельского хозяйства. Я уверен, что точка сбора располагается там, где имеются обширные запасы всего, но вряд ли они, запасы эти, рассчитаны на миллионы людей. Вся старая система производств придёт в упадок, разорваны экономические цепочки, нет поставок сырья и энергии, нет источника трудовых ресурсов. Итак, имеем: некое место, где имеются запасы, количество беженцев растёт, их необходимо кормить. Что делает администрация? Разумеется, первое время можно использовать запасы, но их надолго не хватит. Значит, все силы бросаем на сельское хозяйство. И тут видим, что катастрофа имела и положительные стороны, например, потепление климата. Теперь не проблема собирать два урожая в год даже в наших широтах. Да и посевные площади увеличились, неважно, идёт речь о степи, пригодной под пашню, или же о лесах, служащих источником древесины и иных ресурсов. Плюсом идут новые горы, места былой вулканической активности, где, как я понимаю, есть нетронутые запасы полезных ископаемых. Это задел на будущее.

- Так что люди будут делать? – спросил Артём.

- Не знаю, - учёный, наконец, сподобился сунуть сигару в рот и стал прикуривать от длинной спички, - увы, но в администрации сижу не я, я могу только строить модели. А модель моя такова: поблизости от точки сбора отыскать место, наиболее удобное для земледелия, произвести распашку и посев, на это стоит отправить почти всех людей, кроме технической интеллигенции. Эти будут осваивать наследие предков, снимать с консервации станки, возводить корпуса заводов, запускать ядерный реактор. Кстати, и сельское хозяйство поначалу будет опираться на запасы техники. Уверен, что в бездонных закромах, помимо техники и запаса материалов, имеются и семена основных культур. Жаль, что воспроизводить трактора и комбайны вряд ли получится, так что сельское хозяйство за несколько десятилетий скатится к деревянной сохе. Итак, девяносто процентов населения новой России пашет землю и проживает в небольших деревнях, каковые сами же и строят, пользуясь обширными лесами, кормят сами себя и оставшиеся десять процентов. Те работают с железками, постепенно восстанавливают материальную культуру. В их же обязанности входит мародёрство на руинах. Где есть возможность, будут вывозить оборудование, где таковой возможности нет – тащить металлолом. Там же останутся научные центры, те, кто будет сохранять знания, а прогрессе, увы, речь пока не идёт.

- Думаете, это спасёт ситуацию?

- Нет, – уверенно сказал Лаптев, выпустив клуб ароматного дыма, - это лишь замедлит откат назад. Цивилизация неизбежно деградирует, откатится назад лет на сто-сто пятьдесят, вряд ли сильнее. А уже оттуда, от этой точки, прогресс оттолкнётся и пойдёт вперёд, хотя и медленно, поскольку рост населения до приемлемой плотности растянется на столетия. Постепенно деградирует образование, техника будет разваливаться, а новая окажется гораздо хуже или вовсе не будет работать, ещё не забывайте про горючее, вряд ли сейчас получится быстро наладить нефтедобычу.

- Вы так говорите, - заметила Зоя, - словно люди – это роботы. А их кто-то спросил, хотят они землю пахать?

- Очень к месту заданный вопрос, - заметил учёный и откинулся в кресле, - разумеется, люди не роботы, а потому разногласия в среде беженцев будут, и ещё какие. Но есть один момент: беженцы эти разобщены и напуганы, тогда как администрация организована и обладает собственной военной силой, а кроме этого, отлично понимает, что идти этим людям некуда, или они выполняют приказы, или могут быть изгнаны, что равносильно смерти. Подозреваю, большинство предпочтёт принять все условия. И ещё один факт: наличие внешнего врага. Он есть, вместе с новыми территориями в наш мир прибыли и иные разумные существа.

- Черти? – уточнил Артём.

- Некоторые их так и называют, крайне агрессивные и, несмотря на изрядное отставание в материальной культуре, опасные. Вроде бы, владеют какой-то магией, но тут ничего сказать не могу, скорее всего, оружие на новых физических принципах, нечто, что наша цивилизация в какой-то момент своей истории не смогла открыть, прошла мимо. Говорили, кстати, и о других разумных существах, но там известно ещё меньше. Так вот, внешний враг – это одновременно и плюс, и минус. С минусом понятно, часть людей и ресурсов постоянно придётся отвлекать на оборону. Плюс же в том, что наличие такого врага послужит дополнительным стимулом к объединению.

- А не получится так, что человечество скатится к феодализму? – спросила Зоя. – Ну, кто-то будет техником, кто-то будет воевать, а основная масса – бесправные крестьяне.

- Такая опасность есть, - согласился Лаптев, - но она маловероятна. Опять же, наличие внешнего врага, замечу, куда более многочисленного, не позволит использовать классическую феодальную армию, маленькое, мобильное и отлично вооружённое подразделение из аристократов, элементарно площадь ареала человеческих поселений и периметр границы требует куда большего процента военных. Профессионалы, разумеется, будут, но и понятие воинской обязанности никуда не денется. Возможно формирование в приграничных районах милиционных формирований.

- Это как? – спросил Артём.

- Примерно, как казаки в девятнадцатом веке. Пограничные области получают послабления по налогам, но при этом в каждой деревне есть склад оружия и боеприпасов, а каждый мужчина от пятнадцати лет и до смерти считается военнообязанным и при первых признаках нападения получает ствол и занимает место в окопе. Но это дело будущего, второго или даже третьего поколения, пока же достаточное количество сохранившегося оружия, в том числе ядерного, позволит защитить себя, не используя больших людских масс на поле боя. Возможно, получится, если и не истребить пришельцев полностью, то хотя бы сократить их численность до безопасной.

Он помолчал, снова пыхтя сигарой, глядя на него, Артём тоже закурил.

- Отдельно стоит упомянуть об образовании, - продолжил учёный, - оно, разумеется, деградирует, поскольку некому и незачем станет учить каждого индивида так, как сейчас. Для жителей сельскохозяйственных регионов оставят три-четыре, максимум, шесть классов, элементарные знания, необходимые для жизни. Тех же, кто делает успехи, отправлять на дополнительное обучение. Они впоследствии станут технической интеллигенцией. Не факт, что поступят именно так, но этот ход напрашивается сам собой, образование становится социальным лифтом, а сословия учёных, техников и военных не закрываются сами в себе.

- А другие варианты есть? – спросил Артём.

- Разумеется, но они все намного хуже. Например, всё тот же феодализм, но в более уродливой форме. Кто-то будет крышевать крестьян, опираясь на запасы оружия, оставшиеся от прежних времён. Может такое быть? Вполне, но просуществует ровно столько, сколько хранятся патроны. Потом скатится к анархии. Ещё допускаю вариант теократического общества. Катастрофы, тем более такого масштаба, неизбежно приводят к появлению различных новых культов или же извращению старых. А уж появление любых видов магии, ну, или каких-то технологий, которые на наш взгляд неотличимы от магии, и вовсе приведёт к чудовищным вывертам общественного создания.

Тут он замолчал, но вид его говорил о том, что учёный вспомнил нечто важное.

- Что-то вспомнили? – спросил Артём.

- Да, - Лаптев налил ещё коньяка, себе и Артёму, после чего добавил: - насчёт сектантов. Информация не из первых рук. Несколько месяцев назад я беседовал с человеком, который видел другого человека, а тот рассказывал, что где-то на севере есть подобная община. Он якобы из неё сбежал. Эту общину возглавляет полоумный священник, который ещё в самом начале головой подвинулся и заявил, что знает путь к спасению. Кто-то ему поверил, стал с ним молиться. Поначалу немногие, а потом, когда стали замечать, что те, кто молится, о чумы не умирают. Народ и повалил. Вроде бы, священник тот магией овладел и может на людей воздействовать. Не знаю, что из этого правда, возможно, толпа, поддавшись внушению, как-то сумела защититься от болезни.

- Но это ведь невозможно, - Зоя заявила это с уверенностью второкурсницы химбиофака, - бактериальная инфекция внушением не лечится, максимум, можно температуру сбить или боль успокоить. На время.

- А я бы, скорее, поверил, - задумчиво проговорил Артём, - Фокин в своих записках сообщал, что болезнь – это не вирус, и не бактерия, а вообще что-то непонятное. Вполне допускаю и магическую природу, а она как раз и должна лечиться внушением.

- А чего тогда сектант тот сбежал? – подозрительно спросила Зоя.

Лаптев развёл руками.

- Я с ним не говорил, всё, что знаю: у их вождя крыша съехала ещё сильнее, начал он какие-то ужасные дела творить. Какие именно – не знаю, может, жертвы приносить, может, массовые оскопления проводил, или наоборот, свальный грех проповедовал. Бунтовать люди боялись, а вот побег совершить получилось.

- Где сейчас этот человек? – спросил Артём.

- Ушёл куда-то на юг, а тот, кто передал мне его слова, уже мёртв.

- А мы как раз на север едем, - напомнил Артём.

- Ну, это не повод отказываться от цели, - Лаптев, видимо, не собирался пугать гостей, - даже если всё действительно так, не факт, что вы встретитесь с сектантами. Слишком уж мала плотность населения. Даже если вся община выжила, то это несколько сотен человек, может, тысяча. Даже если они поставят себе цель перекрыть дорогу, то физически не смогут этого сделать. У вас транспорт, высокая скорость, так что стоит рискнуть. Хотя, конечно, желательно провести разведку.

Артём задумался. Разведка – это хорошо, но не в их случае, когда личного состава по списку два человека, а на деле – полтора. Максимум, получится некоторое время наблюдать за местностью. А насчёт способности сектантов перекрыть все дороги, он иллюзий не питал. Если людей не хватит, перекроют инженерными сооружениями, а то и мины поставят, благо, частей воинских осталось много. Но и отменять поездку он не хотел, а вокруг гор ехать – это крюк километров на семьсот, и не факт, что они вообще дорогу отыщут.

- Через горы дорога есть? – спросил он Лаптева.

- Да, хоть и не наша, не из нашего мира, как и сам горы, но дорога приличная. Вымощена камнем, пологая, ваша машина точно пройдёт. Правда, слышал, что там, наверху, она разветвляется, а часть путей уходит в тоннели. Кстати, последние колонны беженцев туда не пошли, предпочли в обход.

- Почему?

- Кто бы знал, - виновато посмотрел на них учёный, - думаю, получили по радиосвязи какое-то сообщение.

- А как они двинули?

- Так в обход, с востока, долго, но относительно безопасно.

- Тогда и нам стоит задуматься, - сказал Артём и залпом допил коньяк. – Вы не против, если останемся здесь ещё пару дней?

- Можете вовсе остаться жить, - равнодушно ответил Лаптев, - я, может, и люблю одиночество, но отнюдь не являюсь социопатом. Два интересных собеседника мне не помешают.

После этого они отправились спать. Сергей Михайлович поначалу предложил им одну большую кровать, но Зоя с возмущением отвергла такой вариант, в итоге, она заняла эту кровать, а Артём устроился на диване у стены. День этот, как и предыдущие, был богат на события, а потому усталость быстро заставила провалиться в сон.

Глава 3

Глава пятнадцатая

Они не зря задержались ещё на два дня. За это время успели отдохнуть, выспаться, побаловать себя домашней пищей вместо консервов. А ещё посетили, по словам Зои, главное достижение этого места – полноценную баню. Там, в своей деревне, она тоже регулярно мылась в бане, но её баня была крошечной и довольно ветхой. Ходить к соседям она не хотела, видимо, мешала мысль о том, что где-то поблизости разлагаются их тела.

Здешняя баня, предназначенная для важных гостей, была просто шикарной. Помывочная, парилка двух видов, душ, бассейн. И всё это работало, и вода поступала из скважины, а уж дров в окрестностях хватало. Правда, насос, из-за низкого напряжения работал медленно, на наполнение бассейна размером три на три метра ушло три часа. Но оно того стоило. Если Артём, который не особо любил такие процедуры, обошёлся помывкой и единственным заходом в парную, то она, вытащив из своих запасов купальник, парилась без остановки, каждый раз ныряла в бассейн, плавала там, пока не начинала синеть, после чего снова бежала в парилку. Лаптев же, хоть и обеспечил им все удовольствия, сам обошёлся душем, почти сразу оставив их наедине. Сослался на проблемы с сердцем.

Артём, завёрнутый в полотенце, сидел в небольшом плетёном кресле у бассейна, пил пиво их большого бокала и искоса посматривал на девушку, что грациозно извивалась в прохладной воде.

- Что? – спросила она, поймав его взгляд.

Он только головой мотнул, мол, ничего, просто смотрю.

- Пойдём в парилку, - предложила она.

- Не люблю перегреваться, - он пожал плечами. – Да и раны ещё болят.

Швы на спине были сняты, но раны, пусть и очень быстро заживающие, продолжали болеть, а заодно мучить его нестерпимым зудом.

- Давай посмотрю, - заботливо предложила Зоя.

- Посмотри, - он не стал спорить и развернулся.

Девушка с плеском вылезла, прошлёпала босыми ногами по кафелю и встала над ним. Провела пальцами по коже.

- Шрамы останутся, - сообщила она. – Но заживает быстро.

- Ты ведь не врач, - с усмешкой напомнил он.

- Ну, я много ран видела, других, они обычно дольше заживали, а твои… стоило воспаление снять, и кожа схватилась.

Она положила руки ему на плечи.

- Я тебе нравлюсь?

Артём в этот момент как раз дотянулся до бокала с пивом, отхлебнул и подавился. Зоя стукнула его по спине, заставив взвыть от боли.

- Ты чего? – спросила она.

- А ты чего? – прокашлявшись отозвался он. – Ты ведь сказала, что я извращенец и вообще тебя не интересую.

- Я поторопилась, - заявила Зоя, - и вообще, злая была, потому что у меня такой бани не было. Я даже перед выездом не помылась, вся потная и в пыли. Как представлю, что ты ко мне полезешь, брр!

- Так дело в этом? – в голосе Артёма стала появляться вкрадчивость психиатра.

- Нет, то есть, да, в смысле… сама не пойму. Просто… ты ведь должен меня добиваться, и всё такое.

- Так я бы обязательно тебя добился, просто… то бандиты, то медведь, дальше ещё хуже всё будет. Для любви безопасное место нужно, где нас никто не сожрёт в процессе.

- А здесь… - начала она каким-то мечтательным тоном, потом, резко сменив интонацию, добавила: - или у тебя девушка есть, и ты ей изменять не хочешь?

Артёму сказать было нечего. В своём мире серьёзными отношениями он не обзавёлся, а в этом… вообще умер. А если бы выжил местный Артём, и у него была бы любимая девушка или даже жена, то вероятность того, что выжили бы оба, стремилась к нулю.

- Даже если кто-то и был, её уже нет, - не вдаваясь в подробности, пояснил Артём, - иди ко мне.

Могучей лапищей он сгрёб Зою и посадил себе на колени.

- Ой, - ойкнула она, - полегче, сломаешь, и вообще…

- По-моему, ты много разговариваешь, - предположил Артём и закрыл ей рот поцелуем.

- Подожди, - она оттолкнула его, - а если Сергей Михайлович вернётся? И вообще, я не готова.

- К чему ты не готова? – Артёму уже порядком надоел этот цирк.

- Ну… вот так, сразу. А средства предохранения у тебя есть? – Зоя, поняв, что аргументы против иссякли, перешла к практической стороне вопроса.

- Средства предохранения людям не понадобятся ещё пару тысяч лет, - уверенно сказал он, - мы с тобой не исключение.

- Ага, а я с пузом потом буду от медведей отбиваться, - сварливо сказала она.

- За девять месяцев можно на машине землю по экватору объехать, - напомнил Артём, встал и пошёл на выход.

- Ты куда?

- Ну, болтать можно и здесь, а всё остальное нужно в постели делать. Когда ещё чистые простыни увидим.

- И всё равно ты торопишься, - проворчала она, но всё же пошла за ним следом.

Они дошли до кровати, Артём резко развернулся и, отбросив полотенце, стал стягивать с неё купальник. Девушка, хоть и была согласна, всё же продолжала строить из себя недотрогу, правда, получалось плохо. Через минуту они ужа завалились на постель, Зоя стонала от удовольствия, Артём тоже иногда стонал, когда от резких движений болели раны, потом они долго лежали, обнявшись, и молчали. Когда в разгаре был второй раунд, дверь приоткрылась и внутрь заглянул Лаптев. Учёный хотел что-то новое сообщить, по крайней мере, об этом говорило выражение его лица. Но, увидев перед собой эту картину, тихонько закрыл дверь и удалился.

В его доме они пробыли ещё двое суток, отъезд был назначен на утро. Лаптев с ними ехать отказался, сообщив только свои координаты и частоты радиосвязи, на которых принимает сигнал. Если они найдут полноценное человеческое поселение, то попробуют связаться.

Они пополнили запасы пищи, но много брать не стали, впереди много поселений, а разорять хорошего человека не хотелось. Напоследок, Артём подарил Лаптеву одно из двух ружей, старый карабин СКС и большой запас патронов. Хотел отдать и свой штуцер, вряд ли тот пригодится в дороге, слишком специфическое оружие, но он лежал на самом дне их запасов, а разбирать было лень. Да и сам Лаптев сказал, что карабина и сотни патронов ему хватит года на три.

- Напоследок нужно сказать что-то, - проговорил учёный перед тем, как они тронулись, - дать какой-то совет, не знаю, что вам пригодится, скажу только: опасайтесь людей, они сейчас опаснее любых тварей. Осторожничайте и бойтесь каждого куста, так у вас будет больше шансов выжить. Всего вам хорошего, надеюсь, у вас всё получится.

Старик ещё долго махал вслед удалявшейся машине.

- Ты уверен, что через горы есть дорога? – спросила Зоя ближе к вечеру, когда машина уже поднималась по склону.

- Какая-то должна быть, - пожал плечами Артём, - как-то же люди ходили.

- Люди? Этот кусок точно не из нашего мира, тут, возможно и людей не было, какие-нибудь орки или вообще… разумная плесень.

- Пока-то дорога есть, - возразил Артём, указывая рукой.

- Это не дорога, - Зоя выглянула из кабины и посмотрела вниз, - это направление.

- Направление, если ты не заметила, вымощено камнем, кто-то его строил, а значит, оно куда-то ведёт.

- В обрыв, например.

- В обрыв не поедем, но, если дорога ведёт в горы, то, вероятнее всего, впереди перевал, после которого мы окажемся на той стороне хребта. А там, глядишь, на нормальную дорогу выйдем. Направление, - он показал компас, - строго на север.

- Надо где-то заночевать, - сказала она, оглядывая окрестности. – Скоро стемнеет.

Тут он возражать не стал, потому как в самом деле солнце клонилось к горизонту, вокруг были сплошные камни, никаких признаков жилья, а значит, спать снова придётся в машине. Съехав с дороги, они остановились между тремя огромными валунами, которые образовывали небольшой внутренний двор. Размер как раз подходил под машину.

- А костёр из чего жечь? – капризно спросила Зоя.

- Зачем тебе костёр? Его видно издалека. Ты думаешь, здесь никого нет?

- Еду разогреть, да и холодно ночью будет. Уже холодно.

Тут она была права, потепление климата не согрело области высокогорья, температура днём поднималась до плюс двадцати, а ночью падала почти до нуля.

- От костра толку мало, ужин на газовой плитке разогреем. Там, в запасах, есть спальный мешок. Залезешь в него и спи, тепло будет.

- А ты? – спросила она заботливо и тут же добавила: - вот развратник.

- Не угадала, то есть угадала, но потом я сторожить буду, а ближе к утру тебя разбужу.

- Почему? – спросила Зоя, раньше они дежурствами не заморачивались.

- Не нравится мне здесь, - Артём не мог объяснить своих опасений, просто казалось, что именно здесь на них должны напасть. И пусть они за полдня, что ехали по горам, не только не встретили людей, но и не увидели ни одного следа деятельности разумных существ. Пусть некие нелюди не имеют пластика, полиэтилена и алюминиевых банок, но костры они жечь должны. Нет, все окрестности были в первозданном виде, и только вымощенная грубым камнем дорога, идущая вверх, говорила он наличии здесь когда-то разумных существ.

Ночлег выглядел убого, зато безопасно. Проход между камнями был чуть шире машины. Это самое чуть Артём заложил камнями. Теперь враг, если захочет напасть сбоку или спереди, вынужден будет перелезать через камни, а они посыплются и создадут шум. Оставалось только защищать машину сзади, с чем прекрасно справится один часовой.

До двенадцати сидели молча, ужинали и смотрели на звёзды, после этого Артём отправил Зою спать, а сам, вооружившись пистолетом и взяв в руку тепловизор, приготовился встречать незваных гостей.

Поначалу стояла тишина, разве что, изредка на пределе видимости мелькали крошечные красные пятна, видимо, какие-то местные грызуны. А около двух часов ночи до его слуха донёсся странный шорох, словно бы камни посыпались из-под ноги неосторожного путника. Тут заворочалась Зоя.

- Ты чего? – спросил он, не оборачиваясь, - спи.

- Мне того… до кустиков надо, - сонным голосом сказала она, выбираясь из спального мешка. – Чая много выпила.

Выбравшись, она съёжилась от холода, но всё же стала слезать вниз.

- Пистолет, - требовательно сказал Артём, - и далеко не ходи, здесь садись.

- Стесняюсь, - смущённо сказала она. – Одно дело, когда мы с тобой… а тут…

- Там темно, - заметил он.

- А у тебя прибор.

Он вздохнул.

- Пистолет с предохранителя, и всё время в руке держи.

- Угу, - девушка спрыгнула с машины.

К счастью, далеко она не отошла, просто завернула за камень. Артём напряг слух, чтобы услышать любой посторонний шорох. Примерно через минуту Зоя направилась обратно, но тут шаги её замерли, девушка издала едва слышный стон, который тут же оборвался, словно ей зажали рот. Через мгновение послышался оглушительный звук выстрела и противное визжание отскочившей от камней пули.

Но выпрыгнуть и броситься на помощь Артём не успел, невесть откуда взявшаяся гигантская фигура запрыгнула на бортик и попыталась проткнуть его коротким копьём. Почти получилось, острие проткнуло куртку одновременно с выстрелом. Пуля отбросила нападавшего назад, но не убила, пришлось выстрелить ещё четыре раза, а когда противника всё же проняло, и он вывалился наружу, Артём ухватил прибор и оглядел поле боя.

Тут же пришлось пригнуться, прямо перед ним Зоя боролась ещё с одним человеком, тот крутил ей руки, а она пыталась его застрелить. У обоих задуманное не выходило, зато пули разлетались во все стороны.

Тут на помощь одному из-за камня выметнулся второй, как показалось Артёму, старик или калека, бежал он медленно и сильно горбился. Не добежал. Прежде, чем в зоне поражения оказалась Зоя, Артём вскинул обрез и почти наугад выстрелил. Сутулая фигура растянулась на камнях. Видимо, это был последний член банды, поскольку противник Зои наконец сообразил, что остался в меньшинстве, и спасение его теперь только в быстром беге.

Он отскочил от девушки и успел развернуться, она попыталась выстрелить в спину, но магазин был уже пуст, а потому стрелять пришлось Артёму. Стрелял из автомата, помня о необычайной живучести первого бандита, схватил сто третий, чтобы наверняка. Несколько коротких очередей свалили тощую фигуру, тот ещё какое-то время дёргался, но вскоре затих, а тело стало понемногу остывать.

Остывали и остальные тела, Артём временами всё же поглядывал в прибор, а Зоя сидела рядом, прижавшись к нему и всхлипывая, он кожей ощущал, как она дрожит. Не проговорив ни слова, дождались рассвета, солнце поднялось быстро, осветив пологий горный склон.

- Пойдём, посмотрим, - усталым голосом предложил Артём.

Зоя его энтузиазма не разделяла, но и возражать не стала. Просто кивнула и встала на ноги. Идти куда-то не потребовалось, первый убитый лежал прямо здесь, в двух метрах от машины. Теперь можно было хорошо разглядеть, куда попали пули. Две в грудь, одна в живот, а последняя, как ни странно, прямо в глаз. Она-то и заставила противника вывалиться назад.

Но места попадания пуль их интересовали в последнюю очередь. Ночной противник оказался странным, настолько, что Артём наклонился над трупом, внимательно его изучая. Первой мыслью было, что перед ним ещё одна разновидность мутанта, не описанная профессором Фокиным. Но факты противоречили этой версии. Во-первых, этот персонаж был явно разумным, использовал копьё, одежда в порядке, а во-вторых, их было трое, они явно социальны. Были. В пользу разумности говорил и застывший взгляд мертвеца, таких глаз у животных не бывает, даже у мёртвых.

Но и человеком назвать эту тварь было нельзя. Нет, морфологические данные совпадали, две руки, две ноги, пятипалая кисть, на которой, если присмотреться, имелись, пусть и ужасные, но всё же ногти. Глаза немного раскосые, волосы чёрные, густые, смазаны чем-то и уложены назад. Всё, как у людей.

Вот только кожа его была серого трупного оттенка с просвечивающимися венами, и это явно случилось не по причине смерти. Он и при жизни таким был. Уши топорщатся, лоб покатый, словно у неандертальца, челюсть выступает вперёд, а из-под нижней губы торчат два здоровенных клыка.

- Я, когда про орков говорила, то это не всерьёз, - пробормотала Зоя, растерянно глядя на труп.

Тут до Артёма дошло, кого ему напоминает мёртвое существо. Орк, самый натуральный, только не зелёный, а серый. Потому и с копьём. Одежда у него самодельная, но качественная, куртка с меховым воротником, штаны из грубой шерсти и тяжёлые сапоги. На поясе ножны с широким ножом, на правой руке какой-то браслет, сложное переплетение кожаных шнурков, бусин и мелких клыков какого-то хищника. А ещё этот орк был чудовищно здоровым, комплекцией не слабее самого Артёма, но при этом на голову выше и с длинными руками почти до колен.

- Ну… ладно, - Артём пожал плечами, стараясь казаться невозмутимым, - орк и орк, бывает, пойдём других посмотрим.

Вторым убитым, как он и предполагал, был старик. Кожаной куртки у него не было, зато он кутался в просторный балахон из тонкого войлока, тот хорошо согревал, но мешал быстро передвигаться. Рука его сжимала посох, да не простой, а с затейливыми узорами, в которых Артём заподозрил буквы неизвестного алфавита. Маг? Может быть, только почему-то магия ему не особо помогла.

Старик лежал на боку, скорчившись в приступе боли, седые волосы на голове слиплись от крови, а рот приоткрылся в беззвучном крике. Картечь пробила его тело в нескольких местах. Сколько ему лет, сказать было трудно, но старый, даже клыки почти сточились, оставив два небольших пенька. На боку висела кожаная сумка, расшитая бисером, Артём её снял, но открывать пока не стал.

- Когда этот старый подходил, - сказала неуверенно Зоя, - у меня такая слабость накатила, даже ноги подкосились.

- Заклинание вялости? Дебаф?

- Не знаю, - она пожала плечами, - может, и не из-за него, но он, вроде бы, шептал что-то.

А вот третий персонаж оказался куда интереснее. Тоже орк, только кожа не серая, а белая с лёгкой прозеленью. Молодой, стройный, ростом чуть выше Артёма. Подросток, ещё не достигший максимального роста. Одет он был пёстро. Если на плечах его висела овчинная душегрейка, судя по размеру, с чужого плеча, то на ногах имелись вполне человеческие джинсы, а обут он был в кроссовки, правда, без шнурков.

Зоя, нагнувшись, без всякого страха и отвращения полезла к нему в карман. Вынула на свет смартфон, само собой, отключенный и без грамма заряда. Но и на этом список странностей не закончился. За спиной у парня висел автомат, настоящий, человеческий АК-74.Артём взял его и осмотрел. Магазина нет, а затвор не закрывается. И не открывается.

Повертев оружие в руках, он разобрал его. Увиденное заставило его глубоко задуматься. Орки. Цивилизация развита слабо, даже не средневековье, а ближе к первобытнообщинному, судя по наконечнику копья, даже с кузнечным делом у них туго. А тут автомат. Забрали, как трофей, ну, или просто подобрали. Использовали? Да, в стволе виден нагар, но очень старый. А потом сломали. Как? Да очень просто, кто-то вставил в патронник патрон семь шестьдесят две, тот, разумеется, заходить не хотел, его стали забивать. В какой-то момент патрон не выдержал издевательств и выстрелил. Пуля пошла вперёд и застряла в стволе, смятая и частично разорванная гильза намертво застряла в патроннике. Выводы?

Выводы тут простые: техника в руках дикаря – бесполезный кусок металла. Им хватило ума понять алгоритм работа оружия, в него вставляются патроны, потом оно грохочет и пуляет кусочками металла, при этом наружу выпадают гильзы. Но сам принцип работы остался неизвестен, и уж тем более неизвестны были такие понятия, как калибр и тип патрона. Нашли похожую штуку – сгодится. Зато хватило дури забить патрон… впихнули невпихуемое. Оружейное порно, прости господи.

В карманах у подростка нашёлся ещё один мобильник, но разбитый пулей, несколько серебряных украшений и очки. Очки оказались настолько мощные, что их бывший владелец ничего не видел дальше своего носа.

Напоследок обследовали сумку старика. Да, действительно, маг. Пучки трав, какие-то обереги, небольшие склянки с зельями и мешочки с порошком. Один амулет привлёк внимание. Треугольник из дерева, равносторонний со стороной в четыре сантиметра, а толщиной около пяти миллиметров. По рёбрам идёт витиеватый узор, также напоминавший письменные знаки. В плоскость вставлен квадрат чуть меньшего размера, сделанный из бронзы, в квадрат вставлен ещё меньший круг из кости, в него вставлена пятиконечная звезда из серебра или другого белого металла. В центре серебряной звезды имелся крошечный камешек зелёного цвета, красивый, с многочисленными гранями. Амулет имел ушко и явно предназначался для ношения на теле.

- Что скажешь? – спросил Артём, протягивая амулет Зое.

- Откуда мне знать, - фыркнула она, - нашёл ведьму.

Но амулет всё же взяла, тут же ойкнула, разжала пальцы и выронила.

- Что с тобой?

- Он… как током бьёт.

Артём поднял упавший предмет.

- Странно, ничего не чувствую.

- Зато я чувствую, стрёмный он, от него смертью несёт за версту, выбрось.

Артём задумался, но выбрасывать странную вещь не стал. Завернул в платок и спрятал в карман куртки. Очень может быть, что с этими орками люди скоро будут воевать. Или помирятся. Или просто истребят всех, с таким оружием у клыкастых шансов нет, а трофеями толком пользоваться не умеют. И амулет, тем более действующий, отлично подойдёт для торга. Возможно и люди, ввиду большей пытливости своего ума, разберутся, как и для чего эту штуку использовать. А негативная реакция Зои – не повод выбрасывать ценную вещь. Мало ли, что смертью несёт, от пулемёта тоже несёт, но, когда пулемёт в его руках – это благо.

- Короче, - вынес вердикт Артём, - сворачиваемся и уезжаем, лучше днём поспать. У этих, - он кивнул на трупы, - наверняка есть родня, возможно, даже многочисленная. Навалятся ордой – у нас патронов не хватит.

Глава шестнадцатая

С другой стороны гор было всё то же самое. Камни, валуны, осыпи, разве что, дорога стала более крутой. К счастью, за линию снегов они не заехали, а потому колёса не скользили по дороге.

Прошло четыре дня с тех пор, как они покинули дом Лаптева, утром пятого, когда горные пики остались позади, они увидели внизу нормальный пейзаж своего мира. Широкие асфальтовые дороги, автозаправки, небольшие посёлки. Вдалеке виднелся город, довольно крупный, вполне мог быть областным центром, а за городом виднелось что-то ещё, но расстояние не позволило рассмотреть это даже в бинокль.

Увиденное придало бодрости, как ни крути, а родные картины благотворно действуют на психику, в отличие от каменной пустыни чужого мира. Правда, всегда стоит опасаться людей, что всё ещё живут там, но это уже мелочи, к которым они привыкли.

То, что город не пустует, стало ясно, когда они окончательно покинули горы и двигались по широкому асфальтированному шоссе. Где-то на восточной окраине поднимался столб густого чёрного дыма. Вряд ли простой пожар, горят нефтепродукты, скорее всего, какая-то техника. Сам по себе автомобиль вряд ли загорится, значит…

- Что думаешь? – спросил Артём, указывая на дымный шлейф, постепенно отклоняемый ветром вправо.

- Не знаю, - она пожала плечами, - может, тут война идёт?

Артём попробовал представить. Вот город, с пригородами, сколько там выживших наберётся? Ну, пусть с десяток тысяч. Что потом? Допустим, они объединились в несколько группировок и делят территорию, выясняют, кому будут принадлежать склады и магазины. Оружия хватает, а жизнь человеческая теперь не стоит ничего. Это, разумеется, неправильно с точки зрения здравого смысла, в такой ситуации следует немедленно начинать хозяйствовать, засевать поля и разводить скотину. Но кто сказал, что люди всегда поступают логично?

Из этого следовало, что сразу соваться в город нельзя. Им бы запасы пополнить, но, если там такая ситуация, как он себе нафантазировал, то, скорее всего, они ничего не найдут, кроме приключений на пятую точку.

- Так мы туда едем? – спросила Зоя.

- Едем, - кивнул Артём решительно. – Но не прямо туда, машину оставим в пригороде, а потом я произведу разведку.

- Тебя там пристрелят, а мне что делать? – заботливо спросила Зоя.

- Ну, сваливать.

- А я эту колымагу водить не умею.

Он вздохнул.

- В любом случае, стоит подъехать поближе и осмотреться. Глядишь, поймём что-то, может, там три калеки на весь город, и сейчас они развлекаются, поджигая машины.

Подъехав ближе, они обнаружили на въезде блокпост, собственно, когда это было постом автоинскпекции, теперь же его дооборудовали, соорудив из мешков с песком огневую точку. У этой самой точки скучал человек в военной форме с автоматом на плече. Появление машины особого интереса не вызвало, повернулся, посмотрел и снова стал прохаживаться.

Решив, что прямо сейчас стрелять в них вряд ли будут, Артём сбросил скорость и медленно подкатил к посту. Военный, зевнув, так же медленно пошагал к ним, автомат оставался висеть у него на плече, но Артём, решив перестраховаться, сдвинул пистолет под одеждой так, чтобы, если что, стрелять не вынимая.

- Привет, - солдат сунул лицо в распахнутую дверь, - разведка? Из какого отряда?

- Да… мы вообще не из отряда, - честно сказал Артём, - мы не местные, с той стороны гор приехали. Спросить хотим, что у вас тут?

- Да жопа у нас тут, - поморщившись, ответил военный, мужику было лет тридцать пять, лицо измождённое, словно после тяжёлой болезни, над правой бровью шрам, да такой, что сразу видно, после тяжёлого ранения, даже кость вдавлена. – Гражданская война в миниатюре.

- А… кто с кем? – уточнил Артём.

- Люди отца Валерьяна против… всех остальных. А вы сюда зачем?

- Ну, мы на север едем, а здесь проездом.

- Ага, слышал про такое, вот только хрена лысого вы куда проедете, там все дороги перекрыты. А вынести святого психа мы не можем, наоборот, он нас скоро в горы загонит.

- Нам бы подробности узнать, - предложил Артём, - глядишь, и наши бы дорогу.

- Это вам не ко мне, - военный похлопал себя по погонам, где красовались лычки младшего сержанта, - если надо поговорить, то идите к командиру отряда, это… - он обернулся, посмотрел вдаль и, указав рукой на отдельно стоящее здание, уточнил: - вон туда, я сейчас предупрежу по рации, что вы едете.

Сняв с пояса рацию, он нажал кнопку и проговорил:

- Палыч, сейчас машина подойдёт, в ней парень с девкой, беженцы, с гор приехали. Отведи к Баранову, пусть поговорит.

- А вы не боитесь вот так, мы ведь вам не знакомы, а вы нас прямо к командиру? Вдруг мы враги, люди этого самого психа?

- Во-первых, - снисходительно сказал военный, - люди психа на такие хитрости не способны, это маньяки с горящими глазами, собственно, поэтому мы пока и держимся, что думать они не умеют, а во-вторых, я ведь видел, откуда машина пришла, так что переживать не за что, идите к Баранову, это командир третьего отряда, он вас в курс введёт.

В здании караул пропустил их почти беспрепятственно, оружие они оставили в машине, взяв с собой только пистолеты. Командир третьего отряда Баранов В.В. находился в кабинете на втором этаже, о чём свидетельствовала табличка. Раньше здание было офисом, конторой какого-то предприятия, теперь же его переоборудовали под штаб.

- Разрешите, товарищ… - сунувшийся в кабинет Артём посмотрел на погоны командира, - старший лейтенант?

- Да, заходите, - кивнул тот, отодвигая от себя коробку полевого телефона. Это был мужчина лет сорока, худощавый, подтянутый, на форме имелись эмблемы танковых войск. – Присаживайтесь вот сюда. Итак, слушаю, кто, откуда, почему к нам, что собираетесь делать?

- Беженцы, с той стороны гор, к вам просто по пути, а так двигались на север, слышали, что там остатки цивилизации сохранились.

- Да, - кивнул головой командир, - мы тоже это слышали, хотели организовать экспедицию, но география… новая география такова, что выехать мы можем только через захваченные противником территории. А для этого нужно противника выбить. Теперь уже о полной победе не мечтаем, но хоть коридор пробить, освободить пару дорог и вывезти мирных. Но, боюсь, и это нам не под силу, скорее всего, придётся идти вашим путём, только в обратном направлении. Там ведь есть дорога?

- Да, есть, а стой стороны спокойно, - подтвердил Артём. – Можно, наверное, свой анклав там построить.

- Но это на крайний случай, - сказал командир, - пока ещё есть надежда на победу.

- А можно в общих чертах описать, кто с кем воюет, почему нельзя помириться, нам постовой про какого-то святого психа говорил.

- Всё верно, ещё на заре эпидемии, когда конец света ещё не оформился окончательно, - начал рассказывать Баранов, - там, на севере появилось здание. Сейчас много новых мест появляется, но это было одной из первых. Если я правильно понимаю, это был храмовый комплекс, потом посмотрите, вроде сильно сплюснутой пирамиды, есть главный вход, есть второстепенные, какие-то статуи, надписи. Несмотря на панику и режим ЧС, здание решено было обследовать. Отправляли туда учёных, журналистов, военных. Не вернулся ни один. Связь обрывалась, едва человек шагнёт за порог. Единственную информацию донёс робот на проводе, он там минут десять поработал, после чего аппарат отключился, и пришлось его вытягивать. Потом даже починить не смогли, всё внутри погорело. Но то, что он в прямом эфире транслировал, сохранилось. Там что-то, вроде гробницы, саркофаг, вокруг него – какие-то предметы светящиеся, стены все иероглифами расписаны, в общем, любой археолог в восторге будет.

- И больше туда не ходили? – спросил Артём.

- Нет, выставили оцепление и оставили до лучших времён. Другие проблемы были, болезнь всё ширилась, люди мёртвые вповалку на улицах гнили, а некоторые… - он помялся, не зная, как объяснить.

- Вставали и нападали на живых, - сказал за него Артём, - я тоже таких видел.

- Да, и, кроме того, массовый психоз, насилие, грабежи и мародёрство. Армия и полиция справлялись, но куда лучше справлялась болезнь. Но это ладно, это везде так, а вот священник этот, настоятель церкви святого… не помню уже какого. Он, вроде как, умом тронулся. Но, поскольку не буянил, никто его не трогал. Он как будто голоса слышал, а те ему твердили, что в храм этот срочно попасть нужно, мол, там его ждут откровения, и вообще господню волю узнает. В итоге, он туда и пошёл. Оцепление пыталось задержать, но там два солдата, срочники, остановили, сказали нельзя, мол, опасно. Он поначалу кивнул гривой, а потом схватил дрын, да тем дрыном обоих и приголубил. Не ждали такой прыти от священника. Пока они валялись, он внутрь храма и проскочил.

- А потом? – спросила слушавшая рассказ с интересом Зоя.

- А что потом, никто не знает. Но этого человека храм почему-то не убил, он оттуда вышел через двое суток, бодрый, глаза горят. Вышел на площадь и давай проповедовать, мол, кто с ним будет, того болезнь не тронет. Народ уже бешеный был, любому готовы поверить, кто спасение обещает

- Так он в самом деле спасал? – спросил Артём, сразу вспомнив рассказ Лаптева.

- Точно не скажу, но по всему выходит, что да. Та толпа, что вместе с ним на площади молитвы читала, выжила. Потом другие потянулись, всего, наверное, сотен пять. Поначалу просто молились, потом люди замечать стали, что глаза у них стеклянные, вроде зомби. А потом Валерьян жертву затребовал. Сказал, что силы у него не бесконечные и надо их подпитать. Они пошли и притащили ребёнка, девочку. Он её в тот храм утащил, а вернулся один и кровь на рясе была. Остатки власти пытались меры принять, да только толпа сильнее оказалась, не дала своего кумира в обиду. Сначала драка, потом и бои начались, оружия-то полно вокруг.

- И с тех пор воюете?

- Да, - вздохнул командир. – И проигрываем. До того мы почти весь город держали, склады военные нам в помощь, техника, люди обученные из гарнизона. А на их стороне только фанатизм. Против пули не помогает.

- А потом?

- А потом всё стало хуже. Валерьян пленных в свою веру обращает, становятся такими же бесноватыми. А ещё он волшебство применяет, нечасто, но эффективно. Взмахнёт рукой – и человек пять замертво падают. Хорошо, что часто такое не делает, ему для этого сила нужна, а силу он получает, когда жертвы приносит. Вот и получается, что в плен лучше не сдаваться, либо в зомби определят, либо на стол пыточный.

- А много вас осталось? – спросил Артём.

- После утренней стычки нас осталось… - он что-то подсчитал в уме, - сто тридцать два, это в моём отряде. В первом и втором ещё по полторы сотни, правда, у них трёхсотых полно, на ногах не больше половины. Плюс нонкомбатантов около тысячи, но они тоже помогают.

- А у святоши этого?

- У святоши около шестисот рыл, все под ружьём, оружие есть, но боеприпасов мало, склады мы вовремя успели выгрести под метёлку. Плюс всё тяжёлое у нас, правда, в городе от тех же миномётов толку мало, но лучше, чем ничего. Отгрызаем потихоньку, а нового поступления бойцов у них нет, мы отступаем организованно, бойцы в плен не сдаются, каждый предпочитает гранату припрятать. На это у нас вся надежда. Что они закончатся раньше, чем мы.

- А святошу завалить никак?

- Пробовали, его ничто не берёт. Один раз подорвали фугас прямо под ногами. Выжил, все вокруг умерли, а он выжил. И с каждым днём он сильнее становится, даже внешне поменялся, на чёрта похож.

Некоторое время они молчали, Артём обдумывал дальнейшие действия. Воевать он хотел меньше всего, но пройти так просто не получится, стало быть, варианта два: возвращаться или попытаться изменить существующий порядок вещей. А как?

- Я могу чем-то помочь? – спросил он.

- Ну… мобилизовать вас я не собираюсь, но, думаю, наши цели совпадают. У вас что за машина?

- Шестьдесят шестой, - сказал Артём.

- Отлично, подойдёт. Наша тактика сейчас сводится к тому, чтобы вычислять скопления врага и накрывать дистанционным оружием без зрительного контакта. Есть миномёты и АГС. Вот последний поставим к вам, будете быстро перемещаться с места на место и долбить. Если хоть десяток выбьете, это уже большая помощь нам.

- В ответ прилететь может?

- Вряд ли, а вот если выйдете в зону прямой видимости… это стрелок может спрятаться, а машина на виду. Он своей магией может её смять, как пивную банку.

Артём поёжился, но возражать не стал. Вызванный дежурный по штабу отвёл его в нужное место, где познакомил с расчётом. Зоя, которую он собирался оставить в штабе или отвести к нонкомбатантам, заявила, что его не оставит и воевать будут вместе. Решив пока не спорить, взял с собой.

Трое молодых бойцов колдовали над стареньким АГС-17, автоматический гранатомёт на заржавевшей треноге стоял в небольшом боксе, рядом валялись пустые «улитки», а чуть дальше в ящике лежали горкой ВОГи. Один из троих, видимо, наводчик, постарше других, носил лычки старшего сержанта, двое других вообще погон не имели, а их камуфляж больше напоминал охотничий. Впрочем, судя по возрасту, они банально не успели побывать не службе.

- Здорово, мужики, - сказал Артём, входя в помещение.

- Здоровей видали, – отозвался старший, - зачем пришёл?

- Меня Баранов отправил, сказал, вам транспорт нужен. У меня шестьдесят шестой, сказал, что аппарат ваш в кузов поставить можно и…

- Да, дело хорошее, - наводчик слегка оживился, повернулся к своим и скомандовал: - молодёжь, набивайте ленты, скоро работа будет.

Наводчик, он же командир расчёта, представился Димой, лет ему было около сорока, а свой опыт вынес из давней войны. Осмотрев машину, он утвердительно кивнул и сказал:

- Вытащить надо всё, крышу убрать, аппарат поставим, БК и люди, больше ничего.

- Прямо из кузова стрелять будешь?

- Когда как, иногда из кузова, иногда снимать на землю. И пулемёт далеко не убирай, нам, возможно, прикрытие понадобится. А бабе своей снайперку дай. Имущество можешь у нас сложить, не возьмёт никто.

Работа заняла полдня, потом гранатомёт занял почётное место в кузове, там же разместились три человека расчёта, «улитки», ящик с ВОГами и запас лент для пулемёта. Артём и Зоя, вооружившись, заняли место в кабине. В таком виде команда выдвинулась ближе к ЛБС, но не впритык, остановились в паре километров. Военный совет собрался тут же, командир достал карту.

- Значит, смотри, - он провёл пальцем поперёк города, отсекая примерно треть. Город был сильно вытянут с юга на север, а потому даже такими малыми силами получалось удерживать линию фронта. - вот эта часть наша, отсюда начинается серая зона, противник атакует здесь и здесь.

В подтверждение его слов справа послышалась стрельба.

- Второй отряд работает, так вот, сейчас мы выдвигаемся вот сюда, - палец ткнул в перекрёсток двух крупных улиц, - отсюда работаем. Стрелки держат здание, - он указал сильно вытянутый дом, - с той стороны атакует враг. Встаём здесь, работаем, потом сваливаем.

Выдвинулись, машина встала позади приземистого здания метрах в двухстах от того, за которое шёл бой. Дима связался по рации с бойцами, расспросил о противнике. Да, идут, давят огнём, Самого не видно. Силы крупные, огонь плотный. Напоследок указали расстояние и ориентиры. Но даже так выходило, что работать придётся чуть ли не вслепую, впрочем, Дима вполне мог изучить местность, а потому теперь обходился минимумом информации. Аппарат наводил сам, по горизонтали и вертикали, потом, убедившись, что на шкале стоят именно те цифры, а уровень показывает строгую горизонтальность, кивнул одному из помощников и выдохнул:

- Давай пристрелочный.

Одновременно достал рацию и спросил:

- Корректируй, Славик.

АГС подпрыгнул, выдав одиночный выстрел, через несколько секунд вдали что-то взорвалось, а затем невидимый Славик выдал в рацию:

- Димон, хорошо пошло, насыпай!

Дмитрий кивнул головой молодому, тот принял упор лёжа, опираясь на ручки, и вдавил клавишу спуска. Гранатомёт разразился длинной очередью выстрелов на десять, а потом ещё и ещё. Подбрасывало его немилосердно, ещё больше увеличивая разброс гранат и площадь поражения. Улитка опустела быстро, после чего Дима коротко скомандовал:

- Сворачиваемся и валим, - потом добавил в рацию: - Славик, как там?

- Атака захлебнулась, три рыла точно двести, остальные триста, глядишь, ещё кто-то окочурится. Нет, уже не бойцы.

- Пошли, - повторил команду Дмитрий.

Артём прыгнул за руль. Он думал, что они немедленно отправятся на другой участок, но Дима велел сдавать назад, выезжать в тыловые районы. У командира явно имелся какой-то замысел, который он пока не довёл до подчинённых. Сам Артём проникся к этому профессионалу уважением, тот действительно знал своё дело.

Они остановились на площади, Артём и Зоя вылезли из кабины, Дмитрий отправил одного из своих бойцов в магазин, видимо, они тут ещё не до конца разграблены, а второго посадил набивать ленту, парень был слабоват, на вбивание каждой гранаты в звено ленты уходило попыток восемь.

- Что-то придумал? – спросил Артём, поднимаясь в кузов.

- У меня есть мысль и я её думаю, - Дмитрий задумчиво посмотрел вдаль и помог подняться Зое.

- Стоит повторить номер?

- Стоит, но не там, там они второй раз атаковать вряд ли станут. Я про другое думаю, думаю, стоит нам пощупать за влажное вымя товарища Валерьяна, святого, блядь, отца. Как думаете?

- Честно – никак, - сообщил Артём. – Я сегодня в город приехал, а уже на фронте. И кто такой ваш святоша, что он может и как его убить – понятия не имею. У тебя есть мысли?

- Не, самого убить не сможем, - Дмитрий слегка сдал назад, - я о другом. У них успехов давно не было, причём, не только в территориях и ресурсах. Они пленных давно не захватывали, а значит…

- Что? – спросил парень, набивавший ленту.

- Ничего пока, набивай ленты, я эфир буду слушать. Как только появится где-то, сразу туда.

- Так его ведь убить нельзя, - напомнил Артём.

- Нельзя, - согласился Дима, - вот только с ним всегда свита большая, и приближённые эти тоже что-то от его сил имеют. Если хотя бы их накрыть, уже победу приблизим.

В глазах его мелькнул огонёк фанатизма, Артёму оставалось только недоумевать от происходящего. Людей на свете осталось всего ничего, а тут из-за какого-то фанатика почти мировая война разгорелась. Зоя сидела молча, видимо, не до конца осознавая, во что они ввязались. Нет, теоретически можно было записаться в белобилетники, тут, если он правильно понял, всеобщей мобилизации нет, люди добровольно воюют за свой дом и свою жизнь. Нет, помочь надо, а потом, если победят, можно всей толпой эмигрировать на север.

Пока ждали сообщений, Артём поднялся на десятый этаж высотки и, стоя на балконе одной из квартир, оглядел город. Город был невелик, хорошо, если тысяч двести проживало, с пригородами, пусть, двести пятьдесят. И теперь один процент от них выясняют отношения. А ещё город зажат с востока и запада отрогами горного хребта, вот почему невозможно выехать. Та часть, где правят военные, относительно цела, на другой, меньшей части, почти сплошные руины. Стрелковкой и гранатомётами так не разрушить, явно артиллерия работала.

А дальше, по пути на север стоит ОНО. Здание, глядя на которое даже не пытаешься думать, что построили его люди. Каменные пологие стены, квадратная крыша, размером чуть ли не с футбольное поле, тёмный камень, который в солнечном свете переливался разными оттенками от фиолетового до коричневого. Бинокль не давал должного приближения, но Артём и так видел, что стены монолитные, нет там стыков каменных блоков, всё здание – один большой камень. Высечено из скалы? Не факт, очень может быть, что неизвестные строители просто создали этот камень.

- Что надумал? – спросил Дмитрий, появившийся рядом.

Артём встрепенулся.

- Да я… смотрю вот. Там его логово?

- Угу, - Дмитрий кивнул, - и там источник его силы. Если уничтожить, то… но нечем. Пробовали уже авиабомбой, не взяло, даже не поцарапало. Ядеркой надо, да только кто тут потом жить будет.

- Городов много, людей мало, - заметил Артём, - жить именно здесь необязательно.

Он ещё немного подумал и спросил:

- А вообще у вас с вооружением как?

- Да полно всего, людей только нет, ну и боеприпасы не всякие есть. А так, даже два танка на ходу, семьдесят вторые.

- И почему… - хотел спросить Артём, но Дмитрий его перебил:

- Почему мы, имея два танка, не можем нагнуть противника со стрелковкой? Да потому и не можем, что встретит их этот урод бородатый, который взмахом руки убьёт экипажи, после чего танки достанутся им. Вот и остаётся с дальней дистанции из пушки бить. Так-то у нас и гаубицы есть, и миномёты. Правда, гаубицы из музейных переделали, да и снарядов немного осталось, но есть пока. Думаю, рано или поздно добьём тварей, придумать бы, как самого завалить.

Они некоторое время молчали, после чего в рации раздалось неразборчивое бормотание.

- Не прошло, - отозвался Дмитрий. – Повтори.

- У противника что-то началось, - раздалась уже куда более внятная речь, - собираются в кучу.

- Всем вниз, - скомандовал старший, на ходу выслушивая координаты.

Неизвестные процессы в стане противника всполошили не только их расчёт, на другой стороне улицы уже ставили сто двадцатый миномёт, а ещё дальше выезжал бронетранпортёр неизвестной модификации, ободранный и ржавый, но с приличной пушкой в башне.

- Прямо сюда идут! – крикнул с брони человек в камуфляже, - попробуйте прямой наводкой.

Артём прикинул, что, если противник движется напрямую, то скоро окажется на открытом месте. Стало быть, ударить по нему можно будет не только из АГС, но и из пулемёта. Собственно, понимали это все, стрелки собирались по всему участку. Бойцы снова ухватили корягу гранатомёта и поволокли на третий этаж, поднимать выше посчитали нецелесообразным. Артём приволок пулемёт и два короба с лентами по двести, а Зоя, не отставая от коллектива, прибежала в обнимку со снайперкой. Практики у неё мало, ну, да ладно, вреда не будет, глядишь, хоть одного фанатика подстрелит.

Артём поставил сошки пулемёта на оставленный в пустой квартире стол, тот был хлюпким, но такой вес выдержал. Сейчас он смотрел сквозь прорезь прицела на пока ещё пустующую улицу. С той стороны руины, и там почти нет укрытий, если фанатики пойдут здесь, умоются кровью.

Фанатики поступили именно так, самоубийцами они не были, но почему-то решились на прямую атаку. Россыпь людей в гражданской одежде, вооружённых автоматами и карабинами, непрерывно стреляя двигалась вперёд. Стреляли, разумеется, неприцельно, даже не надеясь попасть. Будь у них огневая группа с крупнокалиберным пулемётом или тем же АГС, смогли бы временно прижать противника к земле, а без этого атака грозила захлебнуться ещё на дальних подступах.

Прицелившись, Артём потянул спуск, короткая очередь ушла чуть выше, неверно оценил расстояние. Менять прицел он не стал, просто теперь наводил по ногам. Вторая очередь свалила одного, а остальных заставила залечь. Но и это их не спасло, поскольку огонь вёлся с возвышенности, а потому их простые укрытия не спасали. Сбоку хлёстко ударила винтовка, Зоя тоже стреляла. Этажом ниже взорвались длинными очередями автоматы, много, не меньше десятка. Наконец, АГС выплюнул длинную очередь, а через секунду в гуще нападавших вспухли пыльные облака взрывов.

Не истратив и половины ленты, Артём приподнял голову и посмотрел вперёд. Всех, разумеется, не убили, но потери у врага знатные, а раненых и вовсе с полсотни будет. ВОГи засыпают всё вокруг кучей мелких осколков, убивает редко, но ранит всегда.

Видимость была плохой, расстояние тут около трёхсот метров, да ещё пыль от взрывов, и дым от загоревшихся тканей. И тут среди этого дыма стал проступать тёмный силуэт.

- Назад!!! – заорал Дмитрий, отшвыривая своих помощников.

Глядя на это Так же поступил Артём, просто схватил Зою за плечо и швырнул назад, стараясь, чтобы летела она в коридор, а не в стену. При этом сам командир расчёта бежать не стал, вместо этого навалился на своё орудие и вдавил спуск. Артём решил рискнуть и тоже навёл пулемёт на тёмную фигуру.

Их выстрелы потонули в громком звенящем звуке, словно где-то под землёй стукнули в гигантский камертон. И звук этот волной прокатился по стенам здания, этого и соседнего. Звук вызывал противную дрожь в конечностях, слегка оглушал, но больше никаких неприятных чувств Артём у себя не выявил.

Но тут волна накатила уже на них, Дмитрий, расстрелявший улитку до конца, опрокинулся назад, захлёбываясь кровью. Зоя, вышедшая из коридора и планировавшая продолжить стрелять, отлетела назад и застыла в неудобной позе, как сломанная кукла. Крики боли раздались снизу. С ним не случилось ничего.

Перед тем, как спасать других, Артём бросил взгляд на противника. Чёрная фигура скрылась, а теперь следом убегали и остальные. Бегут? Почему? После магического удара защитники не в состоянии воевать. Приходи и бери голыми руками. Но они уходили. Создавалось впечатление, что все фанатики уходят, а этот удар был просто прикрытием, чтобы погони не было.

Он хотел ударить вслед из пулемёта, но лента закончилось, а заправить новую уже не успеет. Плюнув на врага, он побежал помогать своим. Зоя была жива, но выглядела так, словно её долго били. Кровь текла из носа и ушей, глаза были красными от лопнувших сосудов, она едва могла говорить, а встать на ноги у неё не получалось.

Устроив девушку поудобнее, он бросился к командиру. Увы, Дмитрий не подавал признаков жизни, то же самое кровотечение, но здесь оно было фатальным. Стеклянные глаза уставились в потолок. Его молодые ассистенты тоже отделались повреждениями средней тяжести, даже сами могли идти, держась за стену. Поручив транспортировку Зои им, Артём взвалил на себя пулемёт, потом подобрал пустую ленту и отправился следом.

Во дворе раненых грузили на машины, попутно один из офицеров доводил уцелевшим бойцам ситуацию:

- Двухсотых полтора десятка, трёхсотых больше сотни, симптомы напоминают сильную контузию, вражина сам себя превзошёл.

- Почему они отступили? – спросил один из бойцов, на погонах которого были лычки младшего сержанта, он тоже пострадал, но кое-как держался на ногах, опираясь на автомат.

- Пока непонятно, сейчас поднимем воздушную разведку, известно только, что вся банда отправилась к храму, что-то им понадобилось срочно. Кстати, если не заметили, Валерьян нам проход перекрыл «Барьером».

- Так это ненадолго, - возразил кто-то из толпы.

- Ему зачем-то нужно, чтобы мы их прямо сейчас не достали, - пояснил офицер, - что-то случилось, надо выяснить, что именно. Пока сохраняем бдительность и перезаряжаемся.

Артём присел на бордюр, положил на колени ленту и пододвинул к себе цинк с патронами. Странная война, в которую они вляпались, становилась ещё более странной. Магия – это понятно, её действие хоть как-то укладывается в законы логики. Но тут встают вопросы: почему на него не действует, и почему враги отступили. На второй вопрос, хотелось верить, ответит разведка. С первым же объяснение могло быть только одно: Артём не болел чумой. Лейтенант Бугаёв рассказывал, что магия стала действовать на них только после того, как по ним прошлась эпидемия. Правда, речь шла про каких-то чертей, а тут психованный священник, изучивший магию в древнем храме. Или не древнем, может, его год назад построили, он и выглядит, как новый.

Сильные пальцы быстро вставляли патроны в гнёзда ленты, а мозг обдумывал всю нелепость и опасность его положения. Остаться здесь - воевать, вернуться назад – поставить крест на спасении и нормальной жизни, прорваться вперёд – невозможно.

Глава семнадцатая

Полученные новости оказались настолько важными, что доводили их представители верховного командования, представленные целым полковником. Тот собрал основную массу бойцов на небольшой площади, за неимением трибуны встал на возвышение, после чего оглядел присутствующих, прокашлялся и начал говорить:

- Товарищи бойцы, разведка, в том числе воздушная, доложила новые сведения о противнике. Если вялотекущую войну с бешеным святошей мы могли выиграть, пусть и с потерями, то теперь наше положение близко к катастрофическому.

Он сделал паузу, чтобы присутствующие прониклись.

- В нашу сторону с севера движется по нескольким дорогам армия. Это черти. Передовые отряды скоро появятся в зоне прямой видимости. Вооружены слабо, всё больше копья, но не стоит забывать про их магию. По нашим данным, среди них есть мощные маги, умеющие убивать заклинаниями, кроме того, есть и те, что атакуют молниями по площадям. Впрочем, таких там единицы, что внушает надежду. Ну и численность…

Он снова взял паузу.

- Тех, кого удалось посчитать, не менее четырёх тысяч. И это далеко не все.

По рядам бойцов прошёлся гул.

- Но есть и хорошие новости, - добавил полковник, - есть мнение, что мы для них не первоочередная цель.

- Не понял, - переспросил один из командиров отряда, кажется, первого.

- Так вот, по нашим данным, передовые отряды чертей движутся не в сторону города, его они оставят на закуску, их цель – храм, именно там сейчас засел Валерьян со своими. Готовятся к обороне.

- Так, может, они друг друга перебьют? – несмело спросил один из бойцов, мужик лет пятидесяти. – Нам и делать ничего не нужно.

- Увы, но у Валерьяна шансов нет, - развёл руками полковник, - и нам, хотим мы того или нет, придётся косвенно выступить на его стороне. Наши аналитики склонны считать, что черти, овладев храмом, ощутимо усилятся в плане магии, стало быть, когда у них лапы дойдут до нас, отбиться мы точно не сможем.

- Так что делаем-то? – спросил уже Артём.

- Задействуем всё тяжёлое оружие, часа через три черти будут на подступах к храму, вот и накроем, кого сможем. Боеприпасы можно не жалеть. Валерьян барьер поставил, но он спадёт скоро, сможем пробиться.

- А стрелкам куда? – Артём для убедительности продемонстрировал пулемёт.

- Будете прикрывать артиллеристов в ближнем бою, выдвигайтесь на руины, отбивайте контратаки чертей. От себя скажу, что магия редко бьёт дальше двухсот метров. На такой дистанции и работайте. Молнии бьют дальше, но тут уже как повезёт.

Артём не стал торопиться. Сначала сходил в местную медчасть, где приводили себя в порядок жертвы магического удара. Пациенты выглядели плохо, но умирать не собирались. Их даже не лечили толком, давали только анальгетики и обильное питьё. И ещё постельный режим. Зоя лежала в крошечной, но отдельной палате, поскольку оказалась здесь единственной женщиной.

- Как ты? – спросил Артём, присев рядом, пулемёт он прислонил к кровати.

- Жить буду, - вяло отозвалась девушка, дикция у неё слегка хромала, словно губы не слушались. – Думаешь, наверно, что я дура? Не в своё дело полезла?

- Есть немного, - признался Артём.

- Считай, что я обиделась, - проговорила она, попытавшись улыбнуться. – Там что-то происходит?

- Там всё происходит, - невнятно пояснил Артём, - сюда армия чертей подходит, либо мы их перебьём, либо они нас. Так что будь готова.

Зоя сунула руку под одеяло и вытащила пистолет.

- Винтовку куда дел?

- Передал парням, пусть стреляют, им нужнее.

Она спорить не стала.

- Задай им там, на тебя ведь магия не действует.

Артём подумал, что магия-то не действует, а вот молния его поджарит отменно, но вслух говорить ничего не стал. Тут как раз появился врач, который настоятельно попросил посетителя выметаться из лечебного заведения и, желательно, в сторону позиций. Вздохнув, Артём взвалил пулемёт на плечо и отправился на линию соприкосновения.

Когда покойный Дмитрий говорил о гаубицах из музея, он определённо прибеднялся. Батарея была разношёрстной, но стволов хватало. Опять же, разные калибры подразумевают разные снаряды, стало быть, запасов хватит. Батарея из полутора десятков стволов развернулась на небольшом стадионе, одна стена которого рухнула, а потому огонь можно было вести как навесом, так и прямой наводкой. Наводчики крутили маховики, кто-то что-то высчитывал, бойцы таскали ящики со снарядами и гильзами. Собственно, всё имущество можно было располагать прямо здесь, ответного огня не ожидалось. Те самые танки находились к противнику гораздо ближе, встали на вершине холма, чтобы бить прямой наводкой. Ещё ближе расположились миномётчики. Этих тоже было немало, сто двадцатых Артём насчитал шесть штук, восьмидесяток около двух десятков. Рассредоточены по разным местам, у каждого расчёта два ящика с минами. Впрочем, возможно, это не весь запас, где-то лежит ещё.

Уже на руинах он увидел два расчёта АГС, подготавливавших позиции, прошёл мимо них и устроился в редкой цепи стрелков. Слишком мало народа, чтобы перекрыть периметр. Сколько их? Сотен пять, а перекрывать надо километров семь. Ну, пусть меньше, поскольку часть территории непроходима из-за завалов, но даже так слишком жидкая оборона получается.

Второй номер ему не полагался, да и незачем. Одна лента имелась в коробе, это сто. Второй такой же короб лежал рядом, а ещё два на двести он поставил в стороне. Итого, шестьсот. Немало, даже если каждая десятая пуля будет убивать, вклад в победу будет немалый. Вот только в глупость чертей он не верил, не пойдут на пулемёты в полный рост. Кроме того, количество патронов ставило вопрос перегрева ствола. Увы, но запасным стволом его никто не снабдил. Пулемёт тоже был его собственный, как и ленты. Единственное, что выделили местные тыловики, – это цинк с патронами, уже выбранный на четверть.

Готовить позицию долго не пришлось. Местность состояла из равномерно разбросанных строительных обломков, кирпич, бетон, панели, оконные рамы, доски, мебель. Артём выбрал небольшое углубление, выбросил оттуда несколько кирпичей и укрепил спереди куском бетонного бордюра. Ещё бы сверху прикрыть, но можно и обойтись.

Отсюда он мог наблюдать за полем предстоящей битвы. Если свита отца Валерьяна почти в полном составе втянулась в храм, оставив только пару десятков стрелков на входе, то черти подходили к делу с размахом: с гор по нескольким дорогам тянулись тёмные струйки, которые при наблюдении в бинокль распадались на множество конных и пеших воинов. Рассмотреть их подробно Артём не смог, слишком далеко. Вот они спускаются, собираются на равнине, подтягивают обозы, состоящие из телег, запряжённых быками. Хотя нет, в одном месте мелькнули грузовики, видимо, худо-бедно перенимают людские достижения. А у отдельных воинов заметил что-то, похожее на человеческое оружие. Но это не удивительно, носили ведь орки сломанный автомат. Оставалось надеяться, что черти в обращении с огнестрелом покажут себя такими же «интеллектуалами», как тот молодой орк.

И да, полковник оказался прав, атаковать город они не стремились, вставали к нему спиной, выстраивались так, чтобы наступать на храм. Там было что-то, что им дорого, наверняка, это и есть источник магии, какой-нибудь талисман, дающий колдовскую силу. Не ожидали, что на него ушлый батюшка лапу наложит.

Линия стрелков становилась всё плотнее, Артём обнаружил, что сюда подтягиваются нонкомбатанты, подростки, старики, рядом с ним залегла немолодая женщина, в одной руке она держала автомат, в другой – подсумок с четырьмя магазинами. Немного, но всё же плотность огня вырастет. Оружия у людей хватало, а вот руки, способные стрелять, были на вес золота.

Артиллерия пока молчала, видимо, не считая передовые отряды чертей достойной целью, да и следовало дождаться начала схватки, чтобы враги крепко сцепились между собой и не смогли перенести свою ярость на жителей города.

Когда, наконец, количество войск превысило критическую массу, они стали обкладывать храм по периметру, в бинокль отчётливо было видно, как плотные массы останавливаются у невидимой линии, переступить которую не могут. Неужели отец Валерьян настолько силён? Или он прикладывается к какому-то источнику внутри? Тогда у него есть все шансы перебить чертей на входе. Впрочем, рогатые явно на что-то рассчитывали, иначе не стали бы атаковать.

Когда плотное кольцо вокруг храма стало непроницаемым, плотная чёрная масса расступилась, пропуская главную ударную силу. В образовавшийся походи въехали несколько верховых, пять или шесть. Рассмотреть их подробно не получилось, но заметно было, что все в богатом снаряжении, сверкает золото, топорщатся какие-то перья. Это их чертовская знать, может, сам главчёрт, и, скорее всего, самые сильные маги. Также в глаза бросилось, что ехали они не на лошадях, а на каких-то других четвероногих тварях, вроде волков или собак, ну, если допустить, что бывают волки размером с лошадь.

Артём вытер пот со лба. Видеть такое ему ещё не доводилось. Даже будь тут просто люди в таком количестве, зрелище было бы завораживающим, а тут далеко не люди, гуманоидные существа, собиравшиеся устроить магическую битву.

Послышались отдаваемые команды, никаким громкоговорителем тут не пахло, но голос разносился вокруг не на один километр, непонятные лающие слова. Справа и слева от делегации выстроились ряды пехотинцев, подняли трубы и начали дудеть. Звук донёсся почти сразу, тихий и низкий, где-то по нижней границе слышимости, почти переходящий в инфразвук. От звука этого людям становилось нехорошо, он словно проникал в тело, тряс кости, заставлял ныть каждую клетку. Не смертельно, но в качестве дополнительной психологической обработки вполне сгодится.

Дудели они долго, минуты три, потом замолчали, а один из командиров махнул рукой, мол, наступайте. Видимо, магический барьер вокруг храма оказался аналогом стен Иерихона, тоже рухнувших от звука труб. Приличный отряд пехотинцев ринулся вперёд. Барьер они преодолели, начали подниматься по широкому крыльцу. Сначала их встретили плотным огнём из автоматов, выкосив передние ряды, но потом, когда пули перестали справляться с живым потоком, отец Валериан применил новое оружие. Из ворот храма выплеснулась река огня, обогнула позиции защитников, а потом обрушилась на наступающих. Что это был за огонь, оставалось непонятным, но температура его оказалась такова, что наступающие черти просто рассыпались кучками обгорелых костей. Спалив атакующих, огонь двинулся дальше, но, не добравшись до командования метров двадцати, наткнулся на невидимую стену, разбился и затух, оставив после себя выжженную землю. Сдаваться без боя батюшка не собирался.

- Первый раунд за ним, - пробурчал себе под нос Артём. – Противник отвечает.

Черти, потоптавшись в замешательстве, ответили дружно и мощно. Вся конная делегация вскинула руки и на храм обрушились молнии, их любимая магия. В природе таких молний не бывает, они били без остановки, широкие ломаные полосы срывались с рук, разрывали воздух, треск стоял оглушительный, а запах озона донёсся даже сюда. Часть молний поначалу разбивалась о барьер, но скоро он перестал защищать совсем, стрелки, занявшие оборону на крыльце и в воротах, не успели отступить, рассыпавшись чёрной пылью, как до того передовой отряд чертей.

- Один – один, - снова сказал Артём и повёл стволом пулемёта. Не терпелось уже надавить на спуск, очень уж цель лакомая, расстояние велико, ну так и пулемёт – штука дальнобойная, а высокий темп стрельбы и плотные построения врага компенсируют слабую точность. Но нельзя, пока нельзя. Сначала должна отработать артиллерия, да и потом, когда они двинут на штурм города, толпа вряд ли станет менее плотной, рассыпаться в цепь из толпы не так просто, да и вряд ли они это умеют.

Черти снова пошли в атаку. Теперь уже медленно, конные двинулись с места, а по флангам бодро шагала пехота, часть которой держала на изготовку автоматы. Что теперь?

Они смогли подняться по ступеням, когда из ворот снова выплеснулось заклинание. Теперь это был не огонь, а вода, мутная вода в большом количестве, под мощным напором. Это он наколдовал столько? Или там есть источник и накопительный резервуар?

Напора оказалось недостаточно, чтобы смыть атакующих, а потому из небольших окон справа и слева от ворот начали стрелять, едва полетели первые пули, как наступающие черти решили повторить свой фокус с молниями. И тут до Артёма дошло. Батюшка, будь он трижды псих, неучем не был, физику разумел хорошо. Неизвестно, где он взял воду, но вода наверняка солёная. Электролит, поступающий почти непрерывным потоком.

Молнии, прежде бившие направленным пучком в указанное место, теперь превратились в полноценный электрический ток, а огромная масса чертей буквально купалась в море электролита. Вряд ли черти знали слово «фиаско», но это было именно оно. Тёмная волна откатилась от крыльца, но спастись успели немногие. Пара сотен точно осталась на ступенях, погибли и верховые животные, и кое-кто из магов, другие, правда, смогли выжить, отбежали назад, облачённые в странные сияющие коконы. Успели выставить защиту.

Снова зазвучали команды на незнакомом языке, которые даже по одной только интонации определялись, как отборный мат. Главчёрт рвал и метал, толпа раздалась вширь, разбиваясь на несколько кружков.

- Два один в пользу батюшки, - резюмировал Артём. – Такими темпами он всю армию нагнёт.

Нападавшие взяли паузу, явно все планы пошли по влажному месту, и теперь срочно требовался план Б. А с этим самым планом как-то не заладилось. Вообще, магический репертуар у гуманоидов очень бедный, на молнии привыкли полагаться, а на их хитрую жопу сумасшедший батюшка придумал сами знаете что. У него-то выбор побогаче.

Артёму пришло в голову, что черти, хоть и могут колдовать, вряд ли являются владельцами этого храма. Магия – это ведь просто наука, иные технологии, неизвестные людям физические принципы. А чтобы это изобрести, нужно долго развиваться, пусть не тем путём, что прошли земляне, но даже так развитие было бы налицо. Не техническое, так социальное. А тут этого и в помине нет, чёрные твари демонстрируют уровень даже не Средневековья, а, примерно, Древнего Египта. Только магию где-то получили даром, да и ей пользуются так себе.

Дальше началось такое, что ему пришлось приложить огромные усилия, чтобы не вдавить спуск. Откуда-то гнали людей, много, женщины, мужчины, подростки. Совсем маленьких детей и стариков не было, но они, скорее всего, не выдержали марша по горам. Людей загоняли в круги, образованные чёрной пехотой, в каждый круг входил один из магов, которых нетрудно было узнать по золотым украшениям, а потом началась резня. Самих убийств Артём не видел, только слабые крики доносились, а потом маг вставал и вытягивал вверх окровавленные лапы.

Вспомнился рассказ лейтенанта Бугаёва. Они приносят жертвы, чтобы напитаться магической силой. Маги не смогли одолеть Валерьяна, выдохлись, теперь пополняют запас маны. По идее, дальше последует какое-то заклинание класса «Армагеддон», ну, или около того.

Примерно так всё и вышло, окровавленные руки жрецов, или шаманов, или магов, неважно, стали светиться голубым свечением, от каждой пары рук поднимался световой поток, разные потоки стекались к Главчёрту, а тот формировал у себя над головой светящийся шар. Уже не молнии, это что-то новое.

Но и святой отец не просто протирал штаны в храме. Вокруг здания стал формироваться светящийся купол, только цвет его был зеленоватым, постепенно купол обретал плотность, стало казаться, что храм накрыт огромным колпаком из зелёного стекла.

Голубой шар увеличивался в размерах, становился всё плотнее, потом приобрёл вытянутую форму, становясь похожим на стрелу или дальнобойную ракету. А ещё через пару секунд стрела сорвалась с места и громким воем полетела в сторону храма.

Купол не спас, стрела пробила его, заставив разлететься на миллионы осколков, которые испарялись в полёте. Но полёт стрелы не остановился, она пролетела дальше и ударила в стену. Храм затрясся, стена пошла трещинами, крыша слегка покосилась. Всё это сопровождалось подземными толчками, а следом поле схватки накрыл отчаянный вопль тысяч глоток. Снова фиаско, перестарался Главчёрт, мощность оказалась избыточной, стрела повредила храм, а это в их планы не входило. Возможно, весь храм, как единый организм обеспечивал производство магической энергии, а теперь важный трофей повреждён.

Главчёрт перешёл на визг, умудрившись перекрыть все голоса. Толпа сдвинулась с места и стремительно побежала в атаку, при этом плотные массы мешали друг другу, толпились и сбивали бойцов с ног.

Выхода Артём не услышал, слишком увлечён был картинкой, а через секунду в плотной массе чертей стали рваться снаряды. Осколочно-фугасный снаряд калибром сто пятьдесят два миллиметра, прилетевший в плотную толпу, приносит настоящее опустошение. Тут и те, кого разорвало самим взрывом, и убитые осколками и комьями земли, и снесённые взрывной волной с последующей контузией. А снарядов было много, и летели они один за другим. Следом с воем понеслись мины, появились относительно слабые разрывы восьмидесяток и более серьёзные сто двадцатые, мощностью почти не уступавшие гаубицам. Танки били с возвышенности прямой наводкой, командование махнуло рукой на экономию и расстреливало весь имеющийся у них боезапас. Под занавес ещё и «Град» отработал, уложив весь пакет на большую площадь.

Сколько чертей погибло, оставалось только гадать, много, наверное, но явно не все. Слишком их много, распределены по большой площади, более того, не все отряды собрались у храма, часть продолжала спускаться с гор. И вот их-то придётся останавливать стрелкам. Отдельной благодарности стоил тот факт, что артиллеристы первым залпом накрыли толпу у самого храма, там было больше всего магов, а это главная ударная сила тварей. Без них будет хоть немного легче.

Постепенно стрельба стихла, поле боя затянул плотный дым, но его постепенно сносило ветром, теперь можно было оглядеть картину разгрома. От плотной многотысячной массы войск боеспособной осталась едва пятая часть, ещё столько же, по предварительным данным было раненых и оглушённых. Ещё какое-то количество стягивалось к ним по горным дорогам. Но даже так имелись все шансы на то, чтобы перебить всех.

Увидев, что твари перестраиваются и начинают двигаться в сторону города, Артём испустил победный клич и прижал к плечу приклад пулемёта. Его вопль слегка напугал женщину, что лежала неподалёку, она тихо выругалась и тоже стала целиться. Автомат, надо сказать, дама держала, если и не профессионально, то вполне уверенно. Явно довелось послужить в армии или правоохранительных органах. А может, уже сейчас опыта набралась.

От былого замешательства не оставалось и следа, одиночки собирались в группы, те объединялись в отряды рыл по тридцать-сорок, которые, подняв оружие, двинулись на людей. Какое-то руководство тоже сохранилось, защитные коконы спасали не только от магии. Вообще, странно, что они не восприняли всерьёз угрозу от людей. Наверняка ведь доводилось сталкиваться, понимают, что такое огнестрел, знают, что даже малое количество автоматчиков может натворить немало бед. Но нет, даже разведку в руины не выслали. Или собирались провести молниеносную операцию, захватить храм, выгрести оттуда все пряники, а потом быстро свалить? Тоже вариант, только не предусмотрели хитровыделанного священника с группой поддержки.

На прицельной планке выставлено восемьсот метров, расстояние Артём знал только примерно, но инстинктивно почуял, когда открывать огонь. Он был не первым. На двух возвышенностях стояли «Утёсы», которые стали выдавать короткие очереди минутой ранее. Плотность огня создавали невеликую, зато мощь такова, что подранков не останется. Один из пулемётов имел оптику, глядишь, и мага накроют. Сразу за ними стали хлопать одиночные выстрелы снайперов или тех, кто выполнял их функцию. А потом уже ударил он сам. Очередь, несмотря на приличное рассеивание пуль, угодила в толпу, начисто выбив с полдюжины бойцов. Ещё парочка упала, но поднялась. После новых потерь по рядам чёрной нечисти пробежал вопль, после которого все побежали в атаку с удвоенной скоростью.

Бежали быстро, но, с каждым их шагом плотность огня увеличивалась. Активизировались автоматчики, большинство били неприцельно, просто создавая сплошную стену огня перед собой. Кто-то экономил патроны, а кто-то расстреливал всё, едва успевая менять магазины. Женщина, его соседка, расчётливо била короткими очередями, судя по редким ругательствам, попадала не всегда, но всё же попадала.

Победа была близка. Сколько их? Две тысячи? Ну, с подошедшими подкреплениями, пусть, три-четыре. А тут только стрелков человек пятьсот, если каждый убьёт четверых… а ведь ещё АГСы работают из ближнего тыла, успешно накрывая тех чертей, что догадались залечь и переждать огненный вал.

Лента опустела до обидного быстро? Скольких он убил? Пусть, десяток, или даже не убил, а вывел из строя, черти, вроде, живучие. Неплохо, но останавливаться нельзя. Надавил клавишу, открыл крышку, дотянулся до большого короба и вытянул ленту. Заправил, захлопнул крышку, дёрнул рукоять затвора, потом плавно подал её вперёд.

С удивлением обнаружил, что черти стреляют в ответ, причём, даже прицельно. Слева взвилось несколько земляных фонтанчиков. Ну, да, аборигены мумба-юмба с автоматом Калашникова разобраться могут, значит, и чертям не так трудно. Правда, и мастерства особого нет, но это только начало. В прорезь прицела попала очередная группа, дал длинную очередь, пули ушли выше, досталось кому-то в задних рядах. Прицел переставлять некогда, навёл по ногам. Очередь на десяток патронов. Уже лучше. Залечь успели не все, кое-кого прошило. А расстояние всё меньше, те самые двести метров уже на подходе. Начнёт работать магия. Или не начнёт? Ни одной молнии он…

Додумать не успел, откуда-то спереди сорвалась ветвистая молния и ударила им в тыл. Судя по прогремевшим там взрывам, накрыли АГС, надо полагать, вместе с расчётом.

И вот тот миг, который они все так старательно оттягивали, наступил. Огонь с позиций начал быстро затихать, стрелки один за другим бросали оружие и начинали корчиться в сильнейших судорогах. Твари подошли слишком близко, кто-то засел в развалах, смог подползти и ударить. Женщина, что лежала справа, так и не успев вставить последний магазин, согнулась и начала кашлять кровью.

Ждать было больше нечего, так передавят всех, они сильно сглупили, расположив стрелков относительно ровной линией, следовало сделать несколько рубежей обороны, да только кто бы этим сейчас занимался. Если не прекратить немедленно…

Артём подхватил пулемёт и вскочил на ноги. Лента на двести была израсходована наполовину, остаток он вытащил из короба и закинул себе на плечо. К счастью, лента была рассыпная, отваливалась кусками по двадцать пять звеньев, что избавило его от необходимости волочь за собой железный хвост.

Врагов оставалось мало, но и те единицы, или даже десятки, что притаились в углублениях, представляли немалую опасность. И выковырять их из укрытий можно было только таким вот чапаевским наскоком. Человека, вставшего в полный рост, они заметили не сразу, а заметив, не схватились за огнестрельное оружие, которое у них имелось в немалых количествах, а пытались колдовать. Не помогло. Странный человек беспрепятственно шагал по руинам, вертя стволом пулемёта в разные стороны и расстреливая их короткими очередями. Твари умирали не сразу, их тела оказались необычайно живучими, долго дёргались, хрипели, пытались ползти, но конец был один. Ленты ему хватило почти на всех. Последних он разглядел в треугольном углублении, получившемся при обрушении панельного дома, этакий дот, правда, без амбразуры.

Их было двое, первый, крупнее и злее второго, кинулся вперёд с копьём, видимо, дошло, что магия бессильна, а может, просто не умел колдовать. Артём вскинул ствол и нажал на спуск, хотя уже видел, что последний кусок ленты только что упал на землю. Выстрела не последовало. Они сделали выпад одновременно, копьё прошло вскользь, распоров наконечником рукав куртки, а выпад Артёма был более эффективным, заколоть противника он не стремился, а просто прижал раскалённый ствол к шерстяному боку чёрта. Зашипело, запахло палёной шкурой, а тварь перекосив свою и без того уродливую морду, выронила копьё и сложилась пополам. Добил её удар приклада по хребту, тело с мерзким влажным хрустом сложилось пополам.

Второй чёрт оказался более рассудительным, поняв, что в рукопашной он успеха не добьётся, начал перезаряжать автомат. АК-74, хоть старый и довольно сильно потёртый, выглядел исправным, а потому мог запросто наделать дырок в незащищённом человеческом теле. Вот только для этого его требовалось перезарядить, вставив новый магазин. Для человека, хоть сколько-нибудь знакомого с оружием, это не составило бы труда, но чёрт не был представителем технической цивилизации, автомат для него был просто магическим артефактом, принцип действия которого он даже близко не представлял. Поэтому процедура затянулась, когда Артём спрыгнул к нему, пустой магазин был вынут, а чёрт сосредоточил все свои интеллектуальные способности на том, чтобы вставить новый. Не успел.

Пулемёт Артём бросил наверху, а за чёрта взялся голыми руками, впрочем, его руки вполне могли заменить оружие. Чёрт попытался сопротивляться, но короткий удар кулаком в пятак резко охладил его пыл. Попытавшись свернуть шею, Артём успеха не добился, голова вращалась, как у совы. Пришлось поступить, как с гусем, рвануть в сторону, сместив позвонки относительно друг друга. Шея хрустнула, тело чёрта мешком свалилось на дно ямы.

Он подхватил автомат и подсумок с ещё одним магазином, выпрыгнул наружу и осмотрелся. Теперь всё, люди победили, пусть и ценой немалых жертв. Оставалось надеяться, что хоть стрелки, попавшие под магические удары, останутся живы. Мимо шли бойцы, отыскивая последних чертей и добивая их выстрелами в упор. Магия тех уже не спасала, одного человека можно поразить, но, когда подходят сразу пять с разных сторон и одновременно стреляют, шансов нет.

Попытался прикинуть, что делать дальше. У него есть автомат и два магазина, но добивать оставшихся врагов он не хотел. Другие справятся. Взгляд упёрся в здание храма. Даже сейчас, с треснувшими стенами, он впечатлял своей мощью. Выпилить такое из целой скалы могли только очень продвинутые люди. Или не люди, но точно не эти шерстяные создания с рогами в неправильном месте и повадками татаро-монголов. Конечно, для создания циклопических сооружений не требуются совсем уж продвинутые технические знания, тем же египтянам нисколько не мешало отсутствие лазеров и подъёмных кранов. Зато требовалась организация труда, на которую способно нормальное государство с развитой системой управления. Есть такое у чертей? Вряд ли.

Он сам не понял, как выбрал направление, но ноги уже несли его в ту сторону, теперь стало понятно, зачем в храм тянулись люди, и даже священник, человек образованный и, казалось бы, с иммунитетом к чертовщине, не устоял перед искушением. Храм словно был живым, он манил к себе, обещая раскрыть какие-то страшные и оттого не менее интересные тайны.

Глава восемнадцатая

Крыльцо было огромным, метров десять в высоту, метров сто шириной. Каждая ступенька была рассчитана, если и на человека, то очень высокого. Артёму с его ростом было жутко неудобно. А до кучи приходилось перешагивать через трупы чертей, который завалили ступеньки сплошным ковром. Пока забрался на самый верх, запыхался и вспотел. Здесь его взгляд упёрся в ворота, высота которых была где-то на уровне четвёртого этажа. Неслабо. Ворота были сделаны из дерева, но брёвна отполированы так, что напоминали камень. К счастью, одна створка оставалась открытой, он секунду поколебался и шагнул внутрь.

Трупов чертей здесь не было, не успели проникнуть, зато нашлись защитники храма из свиты Валерьяна. Двое лежали на входе, откинутые назад чудовищным ударом. Как именно действовало заклинание, повредившее храм, Артём не знал, судя по трупам, что-то, вроде небольшого ядерного взрыва. Оба защитника были мертвы, одежда сгорела полностью, а тела почернели от ожогов, в руках держали автоматы, также почерневшие, со сгоревшими деревянными частями. При этом лежали они в таких позах, что не оставалось сомнения, в телах нет ни одной целой кости.

Трупы он осторожно обошёл и двинулся дальше. Только здесь понял, что в здании светло, хотя источников света не видно. Хотя нет, светло только там, где он, а вокруг темнота, словно световой пузырь следует за ним. Впрочем, бывают ведь светильники, реагирующие на движение, вот и здесь тот же принцип, только самих светильников не видно, свет идёт от стен и потолка.

Он медленно шёл по коридору, справа и слева тянулись стены, расписанные фресками. Разглядеть подробности поначалу не удавалось, поскольку коридор был широким, световое пятно не доставало до стен. Из любопытства остановился, подошёл ближе и взглянул. Не просто узоры, живопись, батальные сцены, где одни монстры убивают других. Вот странное шестиногое животное, что плюёт огнём в крылатого пуделя, а вот длинный змей, обвивающий женщину, женщина, вроде бы, обычная, голая, может быть, даже сама Ева или её прототип, но на голове у неё вместо волос крошечные человечки. Вот почти человек одетый в длинные одежды, руки развёл в стороны, с каждой руки бьёт молния. Это знакомо. Зевс местный? Вряд ли, Зевс был антропоморфным, а у этого четыре руки, причём вторая пара больше похожа на клешни рака. И остальное в таком же духе. А нарисовано хорошо, не исключено, что автор с натуры писал. Ну, или шизофрения у него была, а может, принимал тяжёлые наркотики.

Следующая пара трупов встретилась за поворотом коридора. Эти сохранились лучше. У них вообще не имелось видимых повреждений, но при этом кровь текла изо рта, носа и ушей, и крови этой было так много, что под обоими натекла лужа. На всякий случай потрогал пульс. Мертвы. Хотел взять оружие, но автомат у него имелся свой, а запаса патронов у мертвецов не оказалось. Пришлось снова перешагивать.

Пройдя ещё несколько метров, Артём остановился. Надо полагать, чем дальше вглубь храма, тем меньше разрушений, взрывная волна неизбежно погаснет, проходя по извилистому коридору. Очень может быть, что внутри есть выжившие. Встречаться с вооружёнными фанатиками или самим психованным батюшкой ему не хотелось. Оружие может и не помочь, мало ли, какие козыри у батюшки в рукаве.

Так и вышло, за очередным поворотом стены раздались в стороны, он оказался в просторном зале с высоким потолком, при этом как по заказу свет стал ярче, а освещённое пространство увеличилось.

Это и привело в чувство сидевших там фанатиков. Их было трое, все вооружены, а физиономии перекошены до неузнаваемости, на каждой застыла гримаса лютой ненависти пополам с идиотизмом.

Артём, хоть и не был великим воином, сообразил, что стоять на месте, дожидаясь пули, - идея плохая. Сместившись в сторону, он вскинул автомат и расстрелял весь магазин непрерывной очередью, проводя черту из пуль параллельно полу. Впрочем, такая прыть оказалась ненужной. Враги, то ли от удара, то ли по иной причине, отупели настолько, что забыли, как пользоваться оружием. Выстрелить догадался только один, при этом он просто поднял автомат и выдал очередь из пяти выстрелов в стену напротив себя. Там что-то задребезжало, а сам стрелок уже падал. Двое других просто бросились в драку, но им повезло больше. Все пули прошли вскользь, на задев жизненно важных органов, а потому они успели добежать до Артёма, сжимая автоматы, как дубины.

Отбросив опустевший автомат, Артём отпрыгнул, перезарядить не успеет, как не успеет и вытащить пистолет. А драка с психами, которые, возможно и боли не чувствуют, ничего хорошего не сулила. Пнул ближайшего в бедро, не дав нанести удар прикладом, от второго увернулся и отбежал, но не назад, а вперёд, одновременно вытаскивая пистолет.

Пистолет вытащил, но направить не успел, как не успел и обернуться. Один из психов повис на спине и попытался оторвать ему голову. Психическое расстройство придавало ему сил, но природу не обманешь. В своей прошлой жизни псих был хилым интеллигентом с тонкими костями и дистрофичными мышцами. Его веса не хватило даже на то, чтобы сбить Артёма с ног.

Артём бросился к ближайшей стене и припечатал к ней нападавшего, при этом ему показалось, что кости у того хрустнули. Второй напал спереди, чувствительно ткнув прикладом автомата в живот. На этом его успехи закончились. Ствол пистолета как раз упёрся ему в грудь, Артём начал стрелять. После каждого выстрела ствол поворачивал под другим углом, стараясь повредить максимальное количество органов. Схватки с мутантами научили тому, что одной пули, как правило, мало.

Но это были не мутанты, просто люди с расстройством психики, можно быть лютым берсерком, но, если твои внутренние органы размолоты в фарш, долго ты не простоишь.

Не успел этот псих завалиться, как ожил тот, что так и висел на спине. Вцепился пальцами в куртку, а зубами попробовал укусить. Пришлось стрелять через своё плечо, вспышка опалила волосы, а звук едва не выбил перепонку. Пуля пробила голову, но и это не вызвало мгновенную смерть. Псих взбрыкнул, оттолкнулся и смог-таки повалить жертву на каменный пол. После этого тело его обмякло, а мутные глаза закатились.

Пока Артём сидел на полу и восстанавливал дыхание, выяснилось, что третий участник атаки ещё жив. Оставляя за собой кровавый след, он дополз до ненавистного человека и вцепился зубами в ботинок. При этом он урчал, словно собака.

- Это ты зря, - устало сказал Артём. – Я сегодня в говно наступил. Два раза.

Приставив пистолет дульным срезом к голове психа, он нажал на спуск. Никакой жалости к этим людям не испытывал. Да и не люди это были, Валерьян своей магией начисто выжег им мозги, теперь они ничем не лучше мутантов и зомби.

Встав на ноги, осмотрелся. Тут пришло время по-настоящему удивляться. Зал был не просто залом, это сокровищница. Справа и слева от него стояли резные деревянные столы, заваленные украшениями. Золото соседствовало с драгоценными камнями, до пола свисали нити жемчуга, правда, изрядно потускневшего, какая-то расшитая золотом ткань, в которой угадывалось парадное облачение короля или знатного вельможи.

Он прошёлся вдоль столов, перебирая ценности и горько усмехаясь. Тут столько всего, что и тысячной доли хватило бы, чтобы полностью устроить свою жизнь. Но это раньше, в прошлой жизни, в другом мире, до того, как он влетел на машине в проклятую аномалию.

Дотянувшись, он поднял с дальнего края стола жезл, даже не жезл, а парадную булаву, очень уж навершие массивное. Впрочем, что это было на самом деле, оставалось загадкой. Состоит, вроде бы, из дерева, ударная часть из золота с вплавленными в него короткими шипами. Шипы распределены неравномерно, на самом верху торчит кристалл зелёного цвета. Рукоять длинновата, есть выемки под пальцы, но пальцы явно не человеческие. Скипетр? Оружие? Стартер космического корабля? Плевать.

Он бросил находку обратно и отправился дальше. Что он искал? Сам храм как-то быстро перестал его интересовать, очарование, которое он испытывал снаружи, куда-то исчезло. Теперь это были просто катакомбы, в которых прячется опасный маньяк. Вот его-то и нужно обезвредить. Убить или скрутить и передать людям снаружи.

Кстати, а кто-то ещё пошёл за ним? Вряд ли, в прошлом такие походы ничем хорошим не заканчивались, возможно, он потому и смог пройти внутрь, что магия на него не действует, никакая, ни ментальная магия чертей, ни защитное поле храма.

Очередной поворот коридора вывел его на лестницу, круто спускавшуюся вниз.

- Так и знал, - вслух проворчал Артём. – Мало вам такого дворца, вы ещё и под землёй ходов нарыли.

Выбора у него особого не было, отказываться от затеи не хотел. Проблем со светом не имелось, отчего бы не обследовать катакомбы. В играх там всегда лежат богатые трофеи.

Спускался он недолго, всего три или четыре этажа вниз. Лестница вывела его в ещё один зал. Здесь тоже имелись сокровища, но не в виде разбросанных повсюду безделушек, а в виде некоторых деталей интерьера, надо полагать, строго функциональных.

Но разглядывать обстановку ему не дали. Ещё один полоумный сектант вцепился в штанину, пытаясь разодрать ногу ногтями. Снова пришлось стрелять. Пуля пробила череп сумасшедшего и с противным визгом отскочила от камня.

Кажется, это был последний живой в этом храме. А где тогда сам Валерьян? Артём пошёл вперёд, продвигая световое пятно. Скоро он увидел ещё один островок света впереди, посреди огромного зала стоял алтарь. Или это был не алтарь, а просто непонятное выпуклое сооружение. Над ним нависала статуя непонятного существа, антропоморфного, но на человека похожего не более, чем вставший на задние лапы крокодил. В руках (лапах) у статуи виднелся небольшой кристалл непонятного цвета, свет, проходя через него распадался на причудливую радугу.

У подножия алтаря лежал виновник торжества, отец Валерьян. Священник был одет в чёрную рясу, на груди, помимо традиционного серебряного креста, висел странный амулет в виде семиконечной звезды. Лет ему было около пятидесяти, высокий, крепкий, но не толстый. Священник был жив, но выглядел плохо. Его тоже накрыло магическим ударом, как и остальных, но сразу не убило. Кровь текла из носа и ушей, пропитав длинную расчёсанную бороду, глаза вращались независимо друг от друга, а губы что-то тихо шептали.

- Эй, батюшка, - негромко позвал Артём.

Священник попытался сфокусировать взгляд на нём, одновременно поднимая руку. Правда, тут же её опустил.

- Не пытайтесь колдовать, - предупредил Артём, автомат он держал так, чтобы в любой момент вскинуть его и направить на цель, - на меня это не действует.

- Я вижу, - тихо проговорил священник, слова давались ему с трудом, - всё ещё вижу. Да я и не смог бы…

Он закашлялся, изо рта выплеснулась кровь. Отдышавшись, он продолжил:

- На меня тоже не действовала, или действовала не так… я смог сюда войти.

- А потом? – с интересом спросил Артём, присаживаясь рядом на корточки, кажется, у Валерьяна можно было узнать что-то важное.

- А что потом? – священник сделал слабую попытку улыбнуться. – Старый дурак, поддался на искушение, хотел стать вровень с Богом. Сначала даже получилось…

- А как вы это сделали? – спросил Артём.

- Само собой получилось, - голос Валерьяна стал немного твёрже, может быть, ранен он не так сильно и сможет поправиться. – Там, - он махнул рукой в сторону алтаря, - гробница, там тело лежит. Давно уже лежит. Там вот такой Сатана, как этот, - он посмотрел в сторону статуи. - Мёртвый он.

- И? – Артём боялся, что священник умрёт, так и не рассказав главного.

- При этом он может говорить, не так, как мы, по-иному, слова прямо в голове звучат. Сказал мне, что худо ему, помочь попросил. Крови надо было чуть-чуть, я и дал ему кровь. Не понял тогда, что случилось, вроде как, по моей крови он всё здешнее на меня настроил, а здесь… - он снова обвёл рукой помещение, - хранилище знаний, их знаний. Говорили мы с ним, он рассказал многое, сказал, что их было много, потом стало мало, а потом он остался один, теперь вот и его не стало, только могила и дух при ней.

Священник замолчал. Потом, собравшись с силами, продолжил:

- Я его обманул, он учил меня своим умениям, всё, что нужно, а потом стал подводить к тому, что его воскресить следует, прости Господи, словно Иисуса. Обряд расписал подробно, указал, где что искать. А потом я его обманул. Не по злобе, но уж больно обряд мне не понравился. Там только людей в жертву требовалось больше сотни, а ещё много всего… Да и неизвестно, как он себя поведёт, когда во плоти восстанет. Я-то ему потом не нужен стану. В общем, выпытал всё, что успел, а потом убил. Окончательно убил, даже дух его упокоился, хотя алтарь этот ещё работал. Ну, а потом… Да ты, наверно, знаешь.

- А как вы людей от чумы защитили? – спросил Артём, знание это сильно запоздало, но вдруг пригодится.

- Это не чума была, не болезнь обычная, это… вроде испытания, свой-чужой, кто сможет, кого новый мир примет, тот выживал. А я, знания получив, помог людям испытание пройти. Экзамен сдал за них. Хотя… толку-то.

Он посмотрел вдаль, где валялись трупы его последователей.

- Я их всех под контролем держал, вроде как, разные люди, а голова на всех одна и глаза одни. А теперь меня отключили от… системы, связь нарушилась, все с ума сошли.

- То есть, магии теперь здесь нет?

- Нет, если только фон остаточный, но мало. Ничего не работает. Книги только, я даже словарь готовил, бумаги… папка целая, кое-что прочитать можно. Вот это ещё работает.

Он указал на кристалл в лапах статуи.

- А что он даёт? – Артём пододвинулся поближе и попытался рассмотреть кристалл получше.

- Это энергетическая… энергетический… - голос священника стал тише, ему явно стало хуже, - электричество он даёт, много. Черти молнии свои…

- А черти – это кто? Откуда они? – Артём торопился, его собеседник вот-вот закроет глаза и, возможно, навсегда.

- Это… они оттуда же, просто… как люди и обезьяны. Ну, не обезьяны, а просто дикари дремучие. Людей не стало, дикари пришли в их дома и взяли кое-что. Не умеют они, там способностей мало, знать надо, а они не знают… ничего не знают. Знания здесь, только… я словарь… не забудь, словарь там. Люди смогут, люди умные… Пусть…

Голос, и без того едва слышный, оборвался. Грудь священника, только что судорожно вздымавшаяся, замерла. Полуприкрытые глаза уставились в потолок. Можно было попробовать помочь, произвести лёгочную реанимацию, но Артём этого делать не стал. Валерьян умер, поскольку не захотел жить, решил, что незачем. Возможно, он прав, слишком велики его грехи, в аду заждались. Ощупав тело, он понял, что священник каким-то чудом говорил со сломанными рёбрами и, наверняка, повреждёнными лёгкими. И то хорошо, что успел хоть что-то рассказать.

Рассказать-то успел, а что теперь с его рассказами делать? Что он вообще понял из рассказа? Какой-то брошенный храм неизвестной цивилизации, представители которой выглядят так, что даже атеисту хочется перекреститься, здесь погибшие «атланты» свалили книги со всеми знаниями, а сами благополучно вымерли, как мамонты.

Артём встал и осторожно обошёл алтарь. Точно, в полу была сделана ниша, а в глубине её имелся гроб. Или саркофаг, или просто аквариум. Там и лежал тот самый «сатана». В натуральном виде он был ещё отвратнее, какая-то помесь рептилии и насекомого, по всему телу костяные наросты, иногда круглые, иногда в виде шипов, пасть с острыми зубами, сцепляющимися под непонятным углом, два больших красных глаза, иглы вместо волос. Аналогия священника о цивилизованных людях и дикарях была неверной, тут всё же разные биологические виды.

Лежал это негуманоид в мягком ложе, а сверху гробницу прикрывала стеклянная плита. Присев рядом, Артём осторожно постучал по ней. Реакции не последовало, тварь была мертва, а дух её пребывал где-то далеко.

- Эй, дядя сатана, слышишь меня, - он постучал снова, результат был тем же.

Вздохнув, Артём встал и отправился бродить по залу. Взгляд тут же упёрся в кристалл. Надо было его забрать, это людям точно пригодится, в ближайшие двести лет с электричеством будет туго. Уже протянул руку, но тут же остановил себя. Он даёт электричество? А ну как долбанёт разрядом в пару тысяч вольт? Лучше голой рукой не брать. Стянув куртку, он намотал её на руки и осторожно вынул артефакт из рук статуи. Ожидал какой-нибудь реакции, хоть глухого воя из недр храма, но ничего подобного не случилось. За неимением стола, положил находку на алтарь.

Вторым пунктом значились книги. Желательно было найти записи Валерьяна, тот самый словарь, который он приготовил. А как он это делал? Допустим, дух умершего монстра общался с ним на ментальном уровне, либо заложив знание языка, либо скопировав словарный запас человека, у священника он по определению богатый. Дух его учил понимать книжные науки, правда, образование было односторонним, касалось в основном будущего воскрешения. Но священник и для себя почерпнул немало знаний, столько, что даже хватило для упокоения духа. Можно допустить, что знание чужого языка в памяти Валерьяна сохранилось, или он понял принципы перевода. При этом, не надеясь на память, пытался составлять словарь. Времени у него было немного, при этом приходилось тратить его на промывку мозгов прихожан и молитвы (кому только он молился, непонятно). Но кое-что написать успел. Это кое-что теперь непременно следовало найти, в мире ещё достаточно много людей, среди них полно грамотных, глядишь, разберутся в древней мудрости. Смогли ведь как-то шумерский язык расшифровать, смогут и этот.

Библиотеку он нашёл, пусть и не сразу. Планировка храма была странной, одно помещение плавно перетекало в другое, так что при таком освещении человек просто не поймёт, куда попал. Книги лежали на полках, полки в два этажа, с материалом уродливые атланты не заморачивались, вырезали из тёмного камня. Выглядели книги вполне обычно, по-человечески, две толстых обложки, между ними страницы. Ряды полок уходили далеко, теряясь в темноте.

Артём взял с полки одну, в длину она была около сорока сантиметров, в ширину – около тридцати, а толщина её была с кирпич. Положил на небольшой столик, открыл. Материал странный, не бумага, а, скорее, пластик, очень мягкий. Материал тот изрядно потрёпан, но пока не разваливается. Некоторое время смотрел на буквы. Профессиональным шифровальщиком он, естественно, не был, но кое-что понять получилось. Ровные ряды букв по строчкам. Много разных, но часто повторяются. Вывод? Письмо звуковое, каждая буква даёт отдельный звук. В крайнем случае, слоговое. Между словами имеются пробелы, конец предложения обозначается косой линией справа налево. Сами слова пишутся, вроде бы, слева направо, что тоже облегчит дешифровку. Буквы, хоть и сильно различались, представляли собой маленькие параболы. Часть направлена концами вверх, часть – вниз. Различия в поперечных чёрточках, завитках и точках внутри. Тех, что направлены концами вниз, меньше, возможно, это гласные. Впрочем, тут уже пошли домыслы, он ведь понятия не имеет, как говорили чужаки, возможно, язык подразумевал использование гласных звуков чаще. В середине книги имелись картинки, нарисованы добротно, но сюжет… напоминало те самые фрески на стенах, какие-то обряды, часто с жертвоприношением, в одном месте даже стрелки показаны, мол, вот так энергия от смерти жертвы перетекает в амулет, а тот… заряжается, наверное. Несколько рисунков изображали сложные механизмы, разобраться в них Артём толком не смог, но они, безусловно, будут полезны. Отдельно порадовало отношение автора, это были не просто рисунки, а натуральный чертёж в трёх проекциях с тщательной прорисовкой деталей. Что ещё? А ничего, словарь искать нужно.

Он пошёл вдоль рядов. Полки с книгами не кончались, через каждые три шкафа стоял небольшой столик, а рядом два сидения. Сидения специфические, человеку в них будет неудобно, кроме тех случаев, когда у человека идеально круглая задница. Стулья каменные, как и столы, но сидение покрыто деревом. Рептилоиды тоже боятся простатита.

Он прошёл метров двести, прежде, чем наткнулся на ещё один стол. Тут явно раньше кто-то был, и этот кто-то явно был человеком. Рядом валялись обёртки от еды, а на столе нашлись письменные принадлежности в виде карандаша, гелевой ручки, линейки и ластика. Батюшка ещё и чертить умел? Талант.

Теперь пришлось ходить кругами. Выяснилось, что те два ряда полок – это только часть библиотеки, справа в темноте имелись точно такие же ряды. Пришлось ходить по спирали, пока, наконец, на одной из полок он не увидел чужеродное тело. Точнее, тело было чужеродным для этого хранилища фолиантов, а для человека этот предмет был вполне обычным. Папка-скоросшиватель, до отказа забитая бумагами. Настолько толстая, что обложки не хватило.

С радостью ухватив находку, Артём положил её на ближайший столик, присел на стул, игнорируя неудобство. Открыл, предвкушая открытие. Покойный отец Валерьян писал красивым мелким почерком, читать было удобно, грамотность тоже на уровне, даже запятые расставлены правильно.

Это в самом деле был словарь, составленный по всем правилам. Первые страница были отданы под алфавит. Сорок четыре знака, напротив каждого стоял тот звук, который этот знак обозначает. Несколько знаков вызвали недоумение. Какой язык подразумевает звук «ксо»? Или «ург»? Также имелся знак, обозначающий, что последняя гласная буква протяжная. Далее шли слова. Валерьян узнавал их в разное время, а потому не стал группировать в алфавитном порядке. Вот образец написания, вот транскрипция слова, а вот перевод. Всё, как положено. Полистав словарь, Артём невольно проникся к покойному священнику уважением. Тот, несмотря на занятость всякими гадостями, проделал титаническую работу. Слов тут собрано было больше тысячи, многие с пояснениями, у некоторых показано, как правильно склонять. Последняя четверть была посвящена составлению предложений. Тут требовалось соблюсти чёткий порядок слов, впрочем, это важно при переводе с русского на иностранный, а требуется обратный процесс.

Артём прижал к груди словарь, ещё раз поблагодарив отца Валерьяна. Перед смертью тот оказал человечеству услугу. Этот словарь, как и энергокристалл, - самое ценное его приобретение здесь. Он не зря сюда приехал, не зря ввязался в эту глупую войну, не зря рисковал собой. Как только он окажется в очаге цивилизации, сразу же передаст словарь учёным, а потом постарается вернуться сюда и забрать книги. Этот пункт плана вызовет затруднения, но цивилизация погибла совсем недавно, техника ещё на ходу, водители найдутся.

Как знать, может быть, конец цивилизации вовсе и не конец, а просто переход на качественно иной уровень? Может быть, овладев совершенно новыми технологиями, человечество станет жить лучше? Может быть, смогут создать новый мир?

Прикинув, Артём решил, что результаты исследований технологий рептилоидов – дело настолько далёкого будущего, что сам он, скорее всего, не доживёт до них, а потому, подхватив словарь и одну из книг, ту, что потоньше, отправился к выходу. Пришлось немного поблудить из-за странной планировки здания, но выход он нашёл. Сперва завернул к алтарю и забрал кристалл, а только потом отправился к лестнице. Хорошим указателем послужили тела мёртвых сектантов.

На крыльце его встречали командиры местного ополчения, им тоже хотелось заглянуть внутрь, но сделать шаг за порог не решались, все помнили, что происходило с первыми смельчаками.

- Можете заходить, - сказал устало Артём, - там безопасно. Вся магия, что тут была… короче, черти всё сломали. Я вот добыл пару трофеев, но там ещё целая библиотека, всё вынести не получится.

- Что-то важное? – спросил его командир, теперь уже бывший, Баранов.

- Словарь, ключ к расшифровке чужой грамоты. И кристалл вот этот. Это всё надо бы поскорее в цивилизованный анклав отвезти, там разберутся. Должны разобраться.

- А у нас не цивилизованный? – насмешливо спросил другой командир.

- Учёные у вас есть?

- Есть парочка, но вряд ли полезны будут.

- В общем, так, - сказал командующий, - ты ведь всё равно на север едешь?

- Да.

- Значит, попробуем с ними связаться, если получится, доложим о тебе, там встретят.

- Так вы знаете, где они?

- В общих чертах, через радиопередачи, которые через эти горы проходят плохо. Так что ты рацию возьми, на той стороне свяжешься. Мы сами тоже эвакуироваться будем, но чуть позже. Соберём исправную технику, люди пожитки свои захватят, а ты для нас путь проложишь.

- Так может, ему пока бумаги с собой не брать? – спросил Баранов, - чтобы, в случае чего, врагам не попали.

- Чёрта лысого враги в них поймут, - заверил Артём, - хотя я не отказался бы в колонне поехать, так безопаснее.

- Разберёмся, - кивнул командующий и они отправились в штаб.

Глава 4

Глава девятнадцатая

Радиоузел располагался в бывшем здании детского сада. Половина большой комнаты была занята каким-то древним оборудованием, а сбоку кустарно приделали антенну высотой в пять этажей. Но даже такая высота не обеспечивала стабильной связи, до местных долетали только отрывки радиосообщений.

На вопрос, как они намерены связываться теперь, если связь только односторонняя, командующий объяснил, что главной проблемой были не горы, а тот самый храм, который ионизировал атмосферу вокруг. Теперь же связь просто обязана была появиться.

Пытались связаться несколько раз, пока, наконец, из динамика не послышался хриплый и явно усталый голос:

- Слышу вас, говорите.

Командующий выдал заранее заготовленную фразу, рассказав, кто они, сколько их, и где они находятся.

- Я вас услышал, - ответил голос, - здесь, у нас, пункт сбора, есть жильё, запасы продуктов, энергия. Но организовать эвакуацию сейчас мы не сможем. Есть возможность добраться своими силами?

- Возможность такая есть, - командующий явно был недоволен. – Но нужно время на сборы, разведку и подбор транспорта.

- Время терпит, если будете поддерживать радиообмен, сможем вас встретить.

- И ещё кое-что, - сказал командующий и передал микрофон Артёму.

- Здравствуйте, - выдал он, - здесь, около города, есть храм непонятной цивилизации.

- И что там? – голос проявил заинтересованность.

- Библиотека, большая, много книг, ещё там нашли кристалл, который даёт энергию.

- Кристалл необходимо привезти сюда, у нас уже есть несколько, их активно используют. Что же до библиотеки, то её эвакуировать можно, но исключительно по остаточному принципу. К сожалению, мы так и не смогли расшифровать письмена исчезнувшей цивилизации. Учёные активно работают, но привязаться им не к чему. Допрос пленных чертей результата не дал, они обычно неграмотные.

Голос из динамика говорил так уверенно, как будто всем в мире понятно, что есть черти, и есть эта самая цивилизация, а потому и объяснять ничего не нужно.

- Помимо самих книг, есть ещё кое-что, - спешно добавил Артём, боясь, что связь оборвётся, - есть словарь, составленный местным священником, буквы, слова, транскрипция и значение на русском. Довольно обширные записи, думаю, учёные смогут этим воспользоваться, как ключом для расшифровки.

На том конце помолчали, видимо, осмысливая его слова.

- Священник? А как ему удалось?

- Он вступил в контакт с мёртвым представителем древних, тот ему рассказал кое-что, достаточно, чтобы читать книги. Потом… в общем, священник теперь мёртв, но записи его я нашёл.

- Тогда обязательно привезите их и несколько книг, ищите те образцы, где на обложке изображён перечёркнутый шестиугольник. Впоследствии попробуем организовать экспедицию для выемки остального.

- Что с дорогой? – спросил командующий, отобрав у Артёма микрофон.

- Дорога есть, достаточно широкая, машины пройдут. Чертей там сейчас нет, основные силы находятся в других местах. Есть агрессивная фауна, животные, которых раньше на земле не было, также возможны нападения орков.

- Кого?

- Слаборазвитые дикие племена, гуманоиды, часть из них агрессивна, часть относится к людям нормально. При встрече попробуйте установить диалог, но оружие всегда держите под рукой. Они опасны только большими группами, также среди них есть те, кто владеет магией, шаманы, остерегайтесь их.

- Понял, - ответил командующий, хотя по лицу было видно, что понял он далеко не всё.

- Перед выходом колонны свяжитесь снова, - голос стал тише, эфир стали заполнять помехи. – Рассчитаем время прибытия, попробуем встретить. Вам нужно пройти около четырёхсот километров, с учётом складок местности – около шестисот. Удачи.

Связь оборвалась.

- Странно это как-то, - поморщился Баранов, - сборный пункт, хоть бы сказал, мол, мы – законное правительство Российской Федерации, единственная власть. Здесь восстановлена цивилизация, у нас всё хорошо и так далее.

- Ну, он примерно так и сказал, - пожал плечами Артём, - просто, видимо, правительство не сохранилось, никто на себя не берёт ответственность, правит какой-нибудь временный комитет из военных.

- В любом случае, там должно быть много людей, - заметил командующий, - а нам этого и не хватает. И без того в идиотской войне несколько сотен положили, имеющимися силами цивилизацию не поднять, придётся собираться всем в одном месте.

- Меня другое напрягает, - задумчиво проговорил Баранов, - отчего бы им не прислать пару вертолётов? Расстояние позволяет, заправиться здесь можно, заодно и книги бы увезли, а то и часть людей.

- Вопрос, - ответил командующий, - ответа пока нет. Возможно, летательных аппаратов нет или слишком мало, и все сейчас заняты, возможно, есть проблемы с горючим, возможно, нет пилотов, а может быть, есть некая опасность, которой они не хотят подвергать и без того немногочисленную авиацию.

- Я так думаю, - добавил Артём, - что там, куда мы так стремимся, тоже проблем хватает, и тогда вопрос: а надо ли нам туда?

- Надо, - жёстко сказал командующий, - я же сказал, только у большого количества людей есть шанс. Здесь мы ничего не добьёмся, у нас даже для нормального размножения людей мало, через три поколения проблема родственных браков встанет во весь рост.

- Ясно, - не стал спорить Артём, - я так понимаю, план прежний, меня отправляете в качестве разведки, а сами выдвинетесь через какое-то время?

- Нет, - командующий покачал головой, - то есть, ты-то будешь в разведке, но двигаться будем одновременно, колонна пойдёт с небольшим отставанием, километров на десять. У тебя будет рация, станешь докладывать обо всём. И, если что, - командующий внимательно на него посмотрел, - спасём хотя бы женщин и детей. Солдат осталось мало.

Спорить Артём не стал, вместо этого, подхватив автомат, отправился в санчасть, проведать Зою. С момента расставания прошло несколько часов, но ему они показались вечностью.

Девушка всё так же лежала на кровати, вид у неё был нездоровый, но уже намного лучше, чем при первом посещении.

- Ну, как ты? – спросил он, присаживаясь рядом.

- Нормально, - голос звучал уже твёрже, - доктор сказал, что через пару дней отпустит, голова ещё болит и уши закладывает. А что у вас? Я слышала, что победили.

- Ну, пока победили, - он неопределённо пожал плечами, - там черти прибыли, целая армия, батюшку задолбали вместе со всей свитой, а мы, соответственно, накрыли самих чертей. Я бумаги Валерьяна добыл, теперь их надо срочно отвезти в центр. Ещё мы с центром связались, скоро отправляем колонну. Я двину впереди, в качестве разведки.

- Я с тобой, - немедленно встрепенулась девушка.

- Ты ещё больна, - напомнил Артём, - да и с собой я лучше пару бойцов возьму.

- Я тоже стрелять умею, - она упрямо сжала губы.

- Не спорю, - Артём пытался проявить настойчивость. – А ещё ты умеешь детей рожать, а если тебя убьют…

- А если убьют тебя, рожать будет не от кого, - выдвинула Зоя сомнительный аргумент. – Потому что другого мужа я не хочу. Сколько времени уйдёт на сбор колонны?

- Дня три, - Артём пожал плечами, - так-то люди готовы, но нужно технику подобрать, запасы погрузить.

- За три дня я точно оклемаюсь, - уверенно заявила она. – Помогай остальным, а поедем всё равно вместе.

На этом дискуссия закончилась, Артём, поняв, что от попутчицы не избавится, отправился помогать со сборами.

Машины в наличии имелись, те несколько сотен человек, из которых активных штыков набиралось всего триста, половина из которых ранены, легко разместятся в нескольких автобусах. Охрана оседлает бронетранспортёры и танки, до кучи готовили несколько лёгких багги с пулемётами, для маневренной обороны. Имевшиеся в запасе продукты загрузили в КамАЗы, но при этом часть распределяли по всем машинам. Питание будет централизованным, но, в случае рассредоточения колонны ни одна группа не должна остаться без средств к существованию.

Отдельной строкой шло оружие. Имевшуюся армию вооружить получилось, но лишних стволов не было, Артёму даже пришлось ради общего дела пожертвовать своим пулемётом, автоматом и снайперкой. Оставался сто третий, но патронов к нему имелось мало, а запаса в городе уже не было. Впрочем, есть и другое оружие, ему хватит. Трофеи, собранные с убитых чертей, в массе своей оказались либо испорченными, либо настолько изношенными, что их оставили в резерве на крайний случай.

Попутно старались вооружить нонкомбатантов, в основном или старыми образцами, или награбленным в охотничьих магазинах. И это было неплохо, если автобус с женщинами и детьми атакуют, обойдя охрану, смогут огрызнуться.

Несколько машин пришлось забить снарядами. Две буксируемые гаубицы отправятся с ними, тяжёлые, громоздкие, но, пока есть снаряды, никто их не бросит, для буксировки подобрали сельскохозяйственные тракторы, плюс два танка, поначалу их планировали отправить своим ходом, но нашлись специалисты, заявившие, что такой поход плохо скажется на ресурсе как двигателей, так и гусениц, а потому придётся загнать их на машины. Правда, искать подходящие тралы пришлось долго, нашли в заводских корпусах на южной окраине.

Ну, и наконец, горючее, главный объект колонны беженцев, если верить фильму про Безумного Макса. Цистерна с бензином, цистерна с дизелем, а заодно множество мелких ёмкостей, распределённых по машинам, запас на случай потери основного.

Когда большая часть проблем была решена, командующий обратил внимание на машину Артёма. ГАЗ-66 был неплохой рабочей скотинкой, но имел и ряд недостатков, таких, например, как колёсное шасси. Если противник пробьёт колёса, транспорт встанет намертво. Да и кабина прочностью не отличалась. Артём уповал на вставки пластин бронежилетов, но командующий заявил, что этого недостаточно, а потому следует загнать машину в местный автосервис.

Там, в автосервисе, занимались тем, что обычные машины превращали в броневики, вваривали внутрь листы стали, так, чтобы прикрыть водителей, пассажиров и жизненно важные узлы. Так же мастера поступили с его грузовиком. Вместо брезентового кунга поставили стальной, из пуленепробиваемых листов, кабину забронировали кругом, прикрыли бронеплитами двигатель и бензобак. С колёсами, увы, сделать ничего не смогли, оставалось надеяться на тупость чертей и орков, которые не сразу догадаются стрелять по ним.

Зою выписали из больницы на второй день, ближе к вечеру, собственно, можно было лечить дальше, но раненых и подвергшихся магической атаке после вчерашнего боя набралось столько, что места в палатах не оставалось. Зато было место в квартире, где временно обосновался Артём. Он не поленился перенести сюда генератор, а потому они сидели при свете электрического торшера, а Зоя увлечённо играла в какую-то стрелялку на найденном тут же ноутбуке.

- Больше заняться нечем? – спросил Артём, помешивая макароны в кастрюле.

- Нечем, - ответила девушка, не отрываясь от монитора, - если с тобой разговаривать, так ты снова грузить начнёшь своими планами на будущее, а я отвлечься хочу.

- Так давай по-другому отвлечёмся, - предложил он, обнимая её сзади за плечи.

- Потом, - отмахнулась она, - перед сном, а пока дай ребёнку порадоваться, скоро вообще не будет ни игр, ни электричества, и фильмы снимать перестанут. Каменный век, короче. Как подумаю об этом, тошно становится, хочется наиграться с запасом.

- Так не думай.

- Пытаюсь, но ты мешаешь, - она резко дёрнула плечом, сбрасывая его руку, потом всё же нажала паузу и посмотрела на него. Зубастый монстр на экране замер с занесённой лапой. – Я знаю, что нужно быть серьёзной, - грустно сказала она, - но я и так стараюсь. Сейчас помогаю тебе воевать и… остальное. Потом, когда осядем где-нибудь, буду рожать детей. Правда, много нарожаю, и всех на тебя похожих. Обещаю.

Он дотянулся и поцеловал её в макушку.

На следующий день их разыскал Баранов и вручил коробку с неизвестным содержимым.

- Чего это? – не понял Артём, а сам командир отряда не спешил объяснять.

- Если не ошибаюсь, беспилотник, но вы посмотрите.

Артём открыл коробку, там был беспилотник, точнее, два. Крошечные, чуть больше двадцати сантиметров в ширину, есть камеры и, кажется, всё. Прилагался пульт, один на оба.

- И что мне с этим делать? – он уставился на командира, как известно кто, на новые ворота.

- Я знаю, что делать, - встала со своего места Зоя и подошла поближе, - я ещё в госпитале говорила, что умею с ними работать, вот и нашли. Это хорошо, будем впереди дорогу разведывать. Радиус какой?

- Там написано в инструкции, - не стал вдаваться в подробности командир, - разберётесь.

Артём пожал плечами, но говорить ничего не стал, раз командование считает, что так лучше, то стоит прислушаться.

- Завтра с утра выступаем, - добавил Баранов.

Последним, что они сделали в этот день, был поход по магазинам. Исчезнувшее человечество оставило после себя огромные запасы всего. Техника, продукты, одежда, всё это в ближайшем будущем исчезнет, испортится, сгниёт, проржавеет. А значит, стоит воспользоваться остатками прогресса, прежде, чем человечество откатится в Средневековье.

Глава двадцатая

Наступил день отъезда, колонна вытянулась примерно на километр. Впереди и в хвосте колонны двигались военные, в центре отвели место автобусам с гражданскими. Людей собралось не так уж мало, женщины, дети, мужчины с оружием, несколько стариков, изо всех сил пытавшихся не отставать от молодых.

Артём сидел в первой машине и настраивал рацию.

- Колонна, на связи разведка, как слышно?

- Позывной придумай, - ответили ему из наушника, - а то разведка – это слишком длинно.

- Позывной «Глаз», - не раздумывая ответил Артём.

- Вот Глазом и будешь, а помимо колонны есть ещё Голова и Хвост. Понял, кто это?

- Понял, докладывать часто?

- Каждый час, двигаться будем до темноты, можешь трогать, у нас через полчаса отправление.

- Добро, выезжаю.

Дёрнув рычаг передачи, он выжал газ, и машина двинулась с места. После всех изменений его аппарат стал чуть ли не вдвое тяжелее, что не замедлило сказаться на управляемости. Но даже так двигаться он будет куда быстрее основных сил, а потому придётся делать в пути остановки.

Зоя сидела рядом и пристально рассматривала свои ногти, на которые потратила два часа вечером, аргументировав всё тем же. Заметив, что он смотрит на неё, Зоя фыркнула и указала вперёд:

- На дорогу смотри, а то в столб въедем.

- Когда будешь птичек своих запускать?

- Когда необходимость возникнет. Пока дорога открытая, всё видно, стало быть, сверху смотреть надобности нет.

Скоро такая надобность возникла. Дорога, обогнув повреждённый храм, стабильно поднималась в горы, вместо стандартного городского пейзажа справа и слева встали леса, скоро ставшие непролазными дебрями. Оставалось только удивляться, как изменился мир. Дорога осталась прежней, асфальт только местами потрескался, при этом окружающая местность стала совершенно чужой, куски другого мира или миров вторглись в привычную реальность.

Первый сеанс связи состоялся, когда прошли километров пятьдесят, процесс радовал, поскольку такими темпами на дорогу уйдёт от силы три дня. Но это если условия не изменятся. По рации сообщили, что колонна отстала, какая-то машина сломалась, пытались починить, но пришлось бросить, перераспределив груз по другим. Пока не страшно, транспорта брали с запасом.

Но и двигаться дальше пока не стоило, чтобы не оторваться от колонны совсем уж далеко. Свои возможности Артём оценивал трезво, попадись ему даже один батальон чертей, станет нехорошо. Да и роты хватит, чтобы жизнь испортить. Зря он пулемёт отдал.

- Стоим, - грустно сообщил он Зое.

- Ну, ты стоишь, а мне дело найдётся, - она бодро подскочила, распахнула дверь и спрыгнула на дорогу.

- Оружие, - тут же напомнил он.

Зоя вынула пистолет, продемонстрировала его и показала язык. Теперь её внимание занимал беспилотник. Крошечная и несерьёзная игрушка зажужжала винтами, взмыла в воздух и стала удаляться. Джойстик остался в руках у девушки, а на экране стали мелькать деревья.

- Ничего не видно, - заметил Артём, заглядывая ей через плечо, - там, под деревьями, могут враги прятаться, а мы их не увидим.

- Зато увидим другое, - аппарат полетел дальше, рассматривая дорогу. Впереди находились несколько поворотов, затем пошла полоса сильно испорченной дороги. Асфальт буквально перемешало с землёй.

- Смотри, - Зоя ткнула пальцем с накрашенным ногтем в экран, - как думаешь, что это?

- Вот бы узнать, - Артём поморщился, картина ему не нравилась. Не получалось понять, какой процесс мог так перепахать дорогу. Прилёт снаряда? Осталась бы воронка. Подвижки земли? Тоже вряд ли, дорогу бы смяло или сдвинуло в сторону. А тут словно плугом прошлись. Или… - Вот сюда наведи, - попросил он.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что в куче лежат не только куски асфальта, но и смятый кузов легковой машины, кажется, какого-то джипа. Металл был перекручен, смят и порядком проржавел.

- Осмотри деревья справа и слева, - посоветовал он.

И снова картина была странной. Лес по обочинам состоял в основном из лиственных пород, деревья были старыми, крепкими и с мощными корнями. Здесь же видно было, как покосились толстые стволы, как торчат вывернутые корни, а полоса перепаханной земли тянется куда-то вглубь леса.

- Так, стоп, туда мы не поедем, - уверенно заявил он.

- А что там? – Зоя видела всё сама, но никаких выводов не сделала.

- Ты фильмы ужасов смотрела?

- Какие именно?

- «Дрожь земли», например, - Артём оторвался от экрана и посмотрел на неё.

- Смотрела, - девушка слегка побледнела, - не может быть!

- Надеюсь, что я ошибаюсь, - Артём пожал плечами, - но ехать туда точно не стоит. Давай проверим сперва.

- Как?

- Подъедем поближе, побросаем камни.

Идея особого энтузиазма не вызвала, но делать что-то было нужно, уж лучше выявить аномалию заранее, чем ждать, пока колонна уткнётся в неё носом. Вернув беспилотник, они снова сели в машину, после чего тронулись и с черепашьей скоростью стали двигаться в сторону непонятного явления.

Наконец, когда за очередным поворотом открылся участок изуродованной дороги. Артём резко нажал на тормоз. Некоторое время они сидели молча, дорога выглядела мирно, никакие монстры не выглядывали и даже посторонних звуков было не слышно.

- Проверим, - Артём взял автомат и высунулся из машины.

- Ты только далеко не уходи, - посоветовала Зоя, держа в руке пистолет.

Артём и сам уже сообразил, что не стоит отходить от машины и глушить двигатель. Итак, что они имеют? Участок длиной около ста метров перепахан неизвестной силой. И сила эта, возможно, всё ещё где-то здесь. Но это не точно.

Артём отошёл к обочине, поднял средних размеров булыжник и, от всей души размахнувшись, метнул его вперёд. Камень с глухим звуком упал на участок рыхлой земли. Чудовище, если здесь таковое имелось, никак не отреагировало.

- Ничего, - задумчиво проговорил он. – Может быть…

Впереди раздался какой-то шум, плита асфальта, что лежала на большой куче земли, медленно съехала в сторону. Это от камня? Или всё же монстр начал просыпаться? Снова настала тишина, Артёму стало казаться, что он занимается откровенными глупостями, вместо того, чтобы сесть в машину и попытаться преодолеть неровный участок. Но он в последнее время усвоил, что осторожность лишней не бывает.

Второй булыжник, в отличие от первого, угодил в кусок асфальта, удар получился громкий, не услышать такое было сложно. Что-то зашевелилось в земле, поднялась пыль, а рядом с местом падения появилось нечто, напоминающее толстое бревно. Предмет этот был грязным, понять, что он собой представляет, не представлялось возможным.

- Ты видишь? – спросил он, указывая вперёд.

- Ага, - девушка шумно сглотнула, - и мне это нифига не нравится.

Артём задумался. Какая-то тварь там сидела, судя по этой лапе или щупальцу, тварь огромная, но при этом какая-то вялая. Возможно, сожрав пассажиров джипа, впала в спячку. Или ранена. Или больна. Или просто не видит добычу и потому спокойна. Впрочем, пассажиров смятой машины можно не учитывать, она тут лежит уже давно, не один месяц, любой монстр такую еду уже бы переварил.

- Пригнись, - сказал он девушке, доставая гранату.

Идея пришла сама собой. Если звук от падения камня недостаточно громкий, стоит пошуметь более основательно. К тому же граната может, если и не убить, то хотя бы покалечить тварь. Сразу бросать он не стал, сперва залез в кабину, включил заднюю передачу, потом, высунувшись по пояс, выдернул чеку и метнул гранату. Бросать было неудобно, он всё же правша, а размахиваться негде, но огромная сила сделала своё дело. Граната, щёлкнув запалом и испустив струйку дыма, упала рядом с неизвестной тварью.

Щупальце на этот раз отреагировало мгновенно, толстая конечность накрыла гранату, распускаясь на конце, как цветок. Собственно, этого он и добивался, а теперь старательно давил на газ, разрывая дистанцию. Граната взорвалась негромким хлопком, конечность твари подпрыгнула, расплёскивая вокруг бурую жидкость, её конец, напоминающий присоску, повис кровавой бахромой.

Даже сквозь шум мотора был хорошо слышен рёв, вырывающийся из-под земли. Грунт встал дыбом, но тварь так и не показалась целиком, выпустив ещё три щупальца, она начала ощупывать дорогу перед собой. Видимо, глаз у чудовища не имелось, а потому ориентироваться пришлось исключительно на звук. Туша под землёй замерла, но уже через пару секунд, уловив шум мотора, бодро направилась к ним. Неизвестно, насколько крупным и сильным был этот подземный осьминог, но с машиной в скорости ему тягаться было сложно, машине ведь не приходилось проламывать землю.

Минут через пять, когда расстояние превысило километр, монстр замер. На пути к добыче он проломил ещё метров двадцать асфальта, потом сделал закономерный вывод, что добычу уже не догонит и поспешил вернуться на прежнее место. Над ещё более искорёженной дорогой постепенно оседала пыль.

- Твоё мнение? – спросил Артём, притормозив.

- Валить отсюда нахер, - дрожащим голосом заявила Зоя. – Там, в колонне, пушки есть, вот пусть и разбираются.

Идея была здравой, Артём взялся за рацию и стал докладывать:

- Колонна, это Глаз, на… - он посмотрел на указатель, - на пятьдесят втором километре наблюдаю неизвестную форму жизни.

- Яснее говори, - потребовал собеседник.

- Дорога перепахана примерно на сто метров, в земле сидит неизвестное науке чудище, огромное, с несколькими щупальцами. Пыталось атаковать машину, мы успели отступить.

Из наушника послышалась нецензурная брань, потом собеседник взял себя в руки и приказал:

- Понял тебя, оставайтесь на месте, ведите наблюдение. Насколько большая тварь?

Артём прикинул габариты сидящего под землёй чудовища.

- Примерно с танк размером, но я его целиком не видел.

Собеседник снова выругался, но приказ оставил прежним. Дав отбой, Артём снова вылез из кабины. Оставалось дождаться колонны, какой бы мощной ни была тварь, попадания снаряда точно не выдержит. Впрочем, колонна основательно задерживалась, а потому он снова решил попытать удачу.

- Ты куда? – встревожилась Зоя.

- Пойду, пощупаю тварь за вымя, - ответил Артём и полез в кунг.

Собственно, он не рассчитывал убить неизвестное существо своими силами, но был уверен, что, раз уж тварь уязвима, то её можно основательно потрепать. Только пушка для этого нужна побольше. У него как раз такая была. Тот штуцер, который он планировал отдать Лаптеву, но так и не отдал. К нему имелся приличный запас патронов, вряд ли в них возникнет большая нужда, так почему бы не применить ствол по прямому назначению: убивать крупных тварей.

Взяв в руки ружьё, он переломил стволы, вставил два патрона и, захлопнув, приложился к прицелу. Можно было надеяться, что после всех потрясений оптика не пострадала. Ещё горсть патронов он рассовал по карманам и медленно двинулся вперёд.

- Может, не стоит? – едва не плача спросила Зоя, медленно семеня следом.

- Стоит, - уверенно заявил Артём. - А ты куда? Сиди в машине.

- Я тебе помогу, - вдруг заявила она, подняв пистолет. – Ну, или хоть отвлеку его.

- Держись сзади, метров за десять, - предупредил он, вынимая гранату, - хотя нет, вернись за автоматом.

Она кивнула и побежала за автоматом. Артём продвигался вперёд, стараясь шагать как можно тише. Ближе, ещё ближе. Вот уже показался изуродованный участок дороги. Вон там сидит тварь. Наверное. По крайней мере, раньше этого бугра не было. Палец проскользнул в кольцо, вторая рука разогнула усики, сейчас, ещё ближе.

Граната, описав дугу в воздухе, ударила в гипотетический бок твари. Отскочила, но далеко не укатилась. Артём присел, развернувшись и прикрыв голову руками, РГД не так опасна осколками, тем не менее, прилететь может. На этот раз взрыв больно ударил по ушам, земля осыпалась, открывая серую шкуру твари. Это напоминало шкуру слона, вот только у слона нет твёрдых блестящих блях на теле, а здесь они прикрывали процентов семьдесят поверхности.

Монстр тяжело заворочался. Вообще, реакция его оставляла желать лучшего, как он вообще умудрялся добычу ловить, если не успевал за реакцией человека. Когда туша начала разворачиваться, Артём уже поднимал штуцер. Оптика на такой дистанции только мешала, потому прицелился по механическому прицелу, как раз туда, где между броневыми плитами проглядывала голая кожа.

Не зря оружие это использовалось для охоты на крупных тварей. Может быть, точностью и дальнобойностью оно уступало армейским образцам, но в плане нанесения повреждений незащищённому противнику не имело равных. Пуля оставила неприметную дырку на коже, но ушла далеко вглубь, из раны выплеснулся фонтанчик бурой жидкости, а следом тварь разразилась рёвом, полным боли. В первый раз такого эффекта не было, видимо, щупальце было не таким важным органом.

Чудовище ринулось в атаку, Артём бодро побежал назад, бросая вперёд ещё одну гранату. В момент перед взрывом ему удалось разглядеть тварь получше. Туша примерно со среднего слона размером, туловище овальное, в стороны торчат конечности. Суставов то ли нет, то ли их много. На конце каждой лапы раскрывается присоска с несколькими мелкими щупальцами. впереди имеется подобие пасти, внутри видны зубы, но зубов этих множество, они равномерно распределены по внутренней поверхности. Ещё имелся странный орган, то ли глаз, то ли ухо. Напоминает раскрытый цветок, в центре которого имеется какая-то натянутая плёнка.

Видимо, всё же ухо, монстр, двигаясь вперёд, ориентировался на звук, перепонка подрагивала, а цветок постоянно поворачивался. Вторую гранату Артём бросил с таким расчётом, чтобы тварь навалилась на неё сверху, взрыв подбросил тушу, край цветка разорвало, вызвав новый поток бурой жижи, но чудовище только быстрее задвигалось. Вторую пулю он выпустил прямо в перепонку, та пробила её неожиданно легко, пролетела через оболочку цветка и сплющилась о броневую плиту.

Монстра проняло, он начал метаться, пытаясь ориентироваться, перепонка, получив разрыв, обмякла, теперь звуковой сигнал улавливался слабо, а шаги Артёма становились всё тише. Наконец, нашёлся звук, который монстр смог расслышать, - звук закрывающегося блока стволов. Цветок развернулся в нужном направлении, но в орган слуха тут же ударила вторая пуля. В этот раз повреждения оказались куда серьёзнее: перепонку разорвало в клочья. Отступая назад, Артём наткнулся спиной на препятствие, каковым оказалась Зоя.

- Держи, - прошептала она дрожащими от страха губами, - я не попаду.

Он отдал ей штуцер и, вскинув автомат, выдал длинную, на весь магазин, очередь, целясь в тот самый цветок. Удерживать автомат на линии прицеливания было трудно, калибр серьёзный, отдача норовит задрать ствол, но сильные руки сделали своё дело, а монстр, полностью лишившись органов чувств, начал отступать. Теперь это была просто слепая махина, которую при желании можно забить, как мамонта.

Тем не менее, умирать тварь пока не собиралась, если не получилось победить, стоит спрятаться, благо, простор для маневра имеется. Если сейчас закопается в землю, есть все шансы уцелеть. Если отползёт метров на двести, люди его просто не найдут, а потом отрастит себе новое ухо и возьмётся за старое. Нет, с этим надо было заканчивать.

Артём вернул Зое автомат, забрал винтовку и, лихорадочно перезаряжая, стал всаживать в тушу пулю за пулей. Попадания были болезненными, каждый раз тварь вздрагивала, органы внутри превращались в фарш, но помирать она всё равно не собиралась.

Истратив полтора десятка патронов, Артем остановился, он, собственно, и не стал бы останавливаться, но его грубо схватили за плечо и оттащили.

- Хорош БК переводить, - раздался в ухе грубый голос Баранова. – Есть большой калибр.

Большой калибр в самом деле был, наводчики потратили минут пять на прицеливание, после чего полтора десятка мин превратили монстра, так и не успевшего зарыться, в мешанину из мяса, броневых пластин и камней. Всё же человеческий гений оказался сильнее, чем животная сила.

- Молодец, парень, - похвалил Баранов. – С такой разведкой, глядишь и дойдём до цели.

Глава двадцать первая

Не дошли. Оставалось совсем немного, километров пятьдесят. На этот раз разведка не понадобилась, из центра заранее предупредили, что им наперерез движется боевая группа чертей. Точнее, двигались они целым табором, как переселяющееся племя кочевников, а боевая группа шла в авангарде. Как они узнали о колонне, оставалось загадкой, но полчище боевых магов, копьеносцев и остальных воинов атаковали колонну прямо на спуске с гор.

Предупреждение сыграло свою роль, машины с нонкомбатантами двинули вперёд, приказав водителям выжимать из двигателей всё возможное, те же, кто мог стрелять, остались.

Машина Артёма попала под раздачу первой. Собственно, им повезло, автобусы пролетели мимо, а он слегка притормозил и прижался к обочине. Это спасло ему жизнь. Ослепительная вспышка, грохот и волна жара. Когда способность видеть и слышать вернулась, он разглядел перед собой огромное выжженное пятно, метров тридцать в диаметре. Температура разряда молнии оказалась настолько большой, что даже асфальт расплавился, превратившись в стеклоподобную массу.

За спиной надрывалась зенитка, громко ухали танковые пушки, автоматные очереди сливались в сплошной рёв. Сообразив, в какой стороне противник, Артём ухватил автомат и вывалился наружу. После удара молнии осталась серьёзная контузия, волна слабости ощутимо мешала передвигаться, но, к счастью, бежать никуда не пришлось. Он просто опустился на колено и, подняв автомат дрожащими руками, начал бить короткими очередями по чёрным фигурам, что скакали по склону.

Поначалу казалось, что поток никогда не иссякнет, на место убитого вставали двое, а скорость их транспорта была такова, что могла какое-то время спорить с техникой. Тут же людей постигла неудача, с одного из скальных уступов снова ударил заряд молнии. Ударил в танк. Секунду ничего не происходило, а потом железная махина взорвалась изнутри, отбросив башню метров на тридцать.

Но этот успех чертей был последним. Про экономию боекомплекта все забыли, прекрасно понимая, что, если сейчас не отобьются, будущего уже не будет. Миномётчики в очередной раз отличились, в тот уступ, где стоял невидимый отсюда маг, ударили сразу три мины подряд. После такого никто не выживет. Противник лишился тяжёлой артиллерии, стало немного легче. Но тут же появилась новая напасть, черти прорвались через стену огня и оказались слишком близко к колонне. Бойцы один за другим стали падать, корчась от боли. Казалось, людей уже не спасти, Артём, высадив последнюю очередь из автомата, отшвырнул раскалившуюся машину смерти и со всех ног метнулся к пулемёту.

Повезло, стрелок, прежде, чем упасть в корчах, успел заправить новую ленту. Пятьдесят патронов – не так много, но с учётом большого калибра и немногочисленности оставшихся врагов, ему хватило. Ураган огня снёс последних всадников, тонкие тела разрывало на части, падали и волки, окропляя камни кровавым фонтаном. Лента закончилась на удивление быстро, но и враги при этом тоже закончились. Последний уцелевший чёрт, шатаясь, шёл к нему, в отчаянии раз за разом протягивая вперёд левую руку с раскрытой ладонью, видимо, посылал заклинание. Правой у него не было, кровь из культи непрерывным ручьём стекала на камни. В глазах умирающей твари застыл немой вопрос.

- А вот хрен тебе, - злорадно сказал Артём, вынимая пистолет.

Тварь, несмотря на ранение, оказалась живучей, пришлось выстрелить шесть раз, прежде, чем обросшая короткой шерстью фигура повалилась на камни и забилась в агонии.

Разбор полётов был недолгим. Как только люди начали приходить в себя, пришло новое сообщение: идёт вторая волна. А встречать её было нечем. Расход боекомплекта за полчаса боя оказался катастрофическим, даже та лента, что расстрелял Артём, была последней. Не осталось ни снарядов, ни мин. Люди выжили, если не считать экипаж танка, но были в таком состоянии, что даже машину вести могли не все.

- Нам хана, - подвёл неутешительный итог Баранов. На командующего страшно было смотреть, он словно постарел лет на десять, глаза налились кровью, дыхание вырывалось с хрипами. – Следующую волну встречать нечем.

- Дать по газам, - предложил кто-то из толпы, - глядишь, оторвёмся.

- Заслон бы оставить, - Баранов осмотрелся, проследив, куда уходит дорога. – Скорость у нас выше, но они, падлы, по бездорожью срежут.

- Толку от заслона мало, - возразил один из командиров. – Стоит им подойти, заслон тут и ляжет.

Как-то так вышло, но взгляды окружающих стали скрещиваться на фигуре Артёма.

- Ну, я могу, - он пожал плечами, - только оставьте оружия и патронов. Вам всё равно уже без надобности.

- Я с тобой, - немедленно заявила Зоя.

- Ты сядешь в машину и поедешь со всеми, - Артём даже обсуждать это не хотел. – На себя посмотри, ты стоять не можешь. Жди меня в центре. И это, пистолет отдай.

Машин, не побитых молнией, нашлось восемь штук, достаточно, чтобы весь личный состав, набившись, как сардины в банку, смог уехать. Нашлись и водители, худо-бедно сумевшие крутить баранку и давить на педали. А вот с боекомплектом оказалось совсем плохо. Бой длился от силы полчаса, за это время успели высадить всё. У кого-то осталось полмагазина, у кого-то два-три патрона. Негусто.

У Артёма к автомату не осталось вообще ничего. Поначалу решил, что будет работать из штуцера, но Баранов нашёл выход. Из кузова одной машины подали странного вида автомат. Похож на традиционный Калаш, но с небольшим апгрейдом.

- Что это? – спросил Артём, вертя в руках странный девайс.

- Триста восьмой, - пояснил командующий. – Под винтовочный патрон. Натовский. Магазинов к нему только три, и патроны… короче, такой калибр у нас не в моде, то, что есть, из охотничьих магазинов брали, но автоматика, вроде, работает.

Забрав три магазина и пакет с патронными пачками, Артём спрятал за пояс оба пистолета, свой и Зои, ей оставил ящик с патронами и пистолет-пулемёт. Колонна тронулась, девушка сидела в кузове последней машины и смотрела на него заплаканными глазами.

Картина вырисовывалась безрадостная. По всему выходило, что жить парню недолго. Лучшее, что он может сделать – это задержать вражескую орду, пусть на десять-пятнадцать минут. Машинам хватит, вражеские всадники могут развивать большую скорость, но с моторами им не тягаться. В идеале – отвлечь их на себя, заставить двигаться по ложному пути. Не успела осесть пыль на дороге, как слева на склоне уже появились слабо различимые чёрные точки.

- Ладно, - сказал он сам себе и принялся набивать магазины.

Патроны, в самом деле оказались охотничьи, часть с тупым кончиком, часть с оголённым свинцом. Напоминали патроны к штуцеру, с поправкой на размеры. Стрелять будет, но автомат может и подавиться. Три магазина по двадцать патронов, плюс штуцер, плюс два пистолета. Противник, если не считать молний, почти безоружен. Осталось выбрать позицию.

На этот раз враги, хоть и были верхом, но двигались медленно. Перед глазами был пример, заставлявший осторожничать. У него было время не только выбрать позицию, но и немного окопаться, сложив из камней прикрытие. От молнии, разумеется, не поможет, но хоть не сразу заметят. Заранее приметил, куда будет перемещаться. Оружие беспокоило, сам он его не пристреливал, да и толку от этого нет, патроны-то разные, с разным зарядом пороха и массой пули. Стрелять, если что, лучше с расстояния в сто-сто пятьдесят метров. Впрочем, ему и попадать не нужно, просто внимание привлечь. Всю орду он не перестреляет, зато сможет увести за собой.

Оглянулся назад, выискивая пути отхода. В принципе, если противник не располагает дальнобойным оружие, есть возможность, скрываясь за каменными осыпями, отойти. Впрочем, отходить можно только обратно в горы, если вниз, то его быстро возьмут в кольцо.

Вражеские всадники подошли к условной линии, сейчас они кинутся в погоню за колонной и, возможно, догонят. Волкам дороги не нужны, а полоса асфальта внизу сильно извивается. Второй вариант предусматривал его участие.

Тяжело вздохнув, Артём прилёг за каменную осыпь и, с силой оттянув затвор, дослал длинный патрон в ствол. Оптики у него нет, но здесь она и не требуется. Переводчик встал на автоматический огонь, палец медленно потянул спуск.

Отдача была серьёзной, фактически, пулемёт. Не хватает сошек. Даже силы Артёма было недостаточно, чтобы удерживать ствол на линии прицеливания. Очередь на четыре патрона ударила под ноги всадникам. Волки резко метнулись в сторону, никто не пострадал, но Артём теперь мог взять поправку. Следующая очередь пришлась точно в цель, ездовой волк кувыркнулся назад, придавливая всадника. Новая очередь заставила их податься назад.

- Страшно? – сквозь зубы процедил Артём. – Бойтесь, суки.

И снова вдавил спуск.

Магазина хватило, чтобы вывести из строя четверых. Ранены, убиты, - без разницы, главное, погоню вести не могут. Остальные вынужденно отошли подальше, стрелять в них он не стал, с такого расстояния попасть можно только случайно. Явно ждали мага, против пуль они могут работать исключительно молнией.

Сейчас явится электрочёрт и… плевать. Главное, что про колонну забыли. Те из чертей, что подтягивались из тыла, скапливались на безопасном расстоянии, внимание приковано строго к нему. Выждав ещё немного и успев набить опустевший магазин, он выбрал место, где черти стояли плотно, и выдал новую очередь. Не пожалел целого магазина, ствол немилосердно швыряло, но так даже лучше, хоть одна пуля да попадёт.

Попала, и не одна. Чёрные фигуры подались назад, выстраиваясь полукругом. Смена магазина, быстро набить пустой. Пальцы слегка дрожали, счёт времени шёл на секунды. Когда толпа стала раздаваться в стороны, понял, что надо бежать. Подхватив оружие, быстро метнулся вправо, бежал, согнувшись, стараясь не высовываться за невысокий каменный гребень. Успел отбежать метров на тридцать, когда раздался уже знакомый грохот.

Маг не церемонился, молнией бил без остановки. Первый взрыв произошёл там, где Артём только что лежал, раскалённые камни полетели в стороны не хуже, чем от снаряда гаубицы. Следующие удары были чуть слабее, зато теперь он прощупывал местность, понимал, что враг мог отбежать. Теперь не сможет, молнии били с интервалом в пару секунд, на расстоянии пары метров одна от другой.

Пробежав последнюю пару шагов, Артём рухнул за кучу камней и прикрыл голову руками. Последней мыслью было, что своё дело он сделал: за эти минуты колонна с людьми ушла на достаточное расстояние. Или не ушла, дорога отвратительная, скорость оставляла желать лучшего, и от поломки никто не застрахован. Но ему хотелось верить в успех.

Взрывы становились всё громче, он уже кожей чувствовал, как смертельная волна подбирается к нему. Ближе, ещё ближе, в последний момент попытался сжаться в комок, мозг послушно рисовал картину, как он горит заживо.

Продолжалось это недолго, очередной удар прогремел прямо над головой, его подбросило, обожгло и обдало градом камней. Сознание помутилось, желудок начал сокращаться, пытаясь очиститься, но, поскольку в нём ничего не было, обошлось. Его засыпало, голова и кисти рук были в крови, куртка на спине дымилась, в глазах плыло, но он был всё ещё жив.

Автомат не пострадал, поскольку он накрыл его своим телом. А вот штуцер остался без оптики, прибор просто разнесло вдребезги. О снайперской стрельбе теперь придётся забыть.

Кое-как сфокусировав зрение, Артём выглянул из укрытия. Собственно, это он и представлял. Маг стоял на прежнем месте, потирая лапы, словно муха. Остальные же, рассыпавшись цепью, двигались в его сторону. Радовало в этой картине только то, что дальше по дороге никто не двинулся, вся орда собиралась здесь.

Собственно, ничто не мешало убегать, почти все преследователи – пехота, если изредка огрызаться огнём, не догонят никогда. А всадники просто не пройдут по такой местности. Так он и поступит. Автомат в руках, штуцер за спиной, пачки с патронами рассовал по многочисленным карманам. Автоматных осталось совсем мало.

Но, стоило ему пробежать метров десять, как ноги подкосились, колени больно ударились о камни, в глазах потемнело, а желудок снова скрутило приступом тошноты. Слишком много ему доставалось в последнее время. Любое, даже самое сильное тело такого не выдержит. Но, кроме самого тела, имелся ещё и дух.

Отдышавшись, он заставил себя подняться и, упираясь в камень, прицелился. До мага всего метров триста. Не так много, опытный стрелок легко достанет одиночным. Вот только руки отказывались держать оружие прямо, подлая мушка плясала перед глазами, а фигура мага постоянно раздваивалась.

Он чуть понизил прицел, наводя на ноги. Ствол неизбежно задерёт вверх, так будет больше шансов попасть. Попытался успокоить дыхание, не смог. Просто вдавил спуск. Длинная очередь заставила преследователей пригнуться, инстинкт самосохранения был не до конца задавлен. Что с магом? Попал. Точно попал, даже разглядел, как он него клочья отлетают, патроны как раз на крупного зверя.

По цепи противника пронёсся вой, видимо, маг был уважаемым чёртом. Князем или принцем. А теперь пусть попробуют без него. Остатки патронов он расстрелял по цепи преследователей, мало кого зацепил, но заставил залечь. Теперь надо уходить. Пусть медленно, хоть на четвереньках, но даже так есть шансы. Они ведь против него ничего не могут, только подойти впритык и затыкать копьями. А он будет стрелять.

Пошёл. Организм, чуя смертельную опасность, мобилизовал последние силы. На брюхе перевалился через очередной гребень, дальше склон шёл вверх, но дальше будет возможность спуститься. С удивлением услышал позади выстрелы. Да, черти ведь не гнушаются использовать человеческое оружие, только с мастерством проблемы.

Некоторое время он шагал почти в открытую. Пули прилетали редко, но статистика накапливалась, рано или поздно даже слепой попадёт. За очередным завалом присел, восстанавливая дыхание, взял в руки штуцер и прицелился. Враги, как ни странно, действовали грамотно. Одна группа стреляет, вторая в этот момент передвигается. Правда, этот тактический ход напрочь перечёркивало неумение стрелять. Странно, но наука стрельбы настолько проста, что объяснить можно даже полному дебилу, да и автомат Калашникова – такая прочная штука, что переживёт самого криворукого стрелка. Но черти не разумели технику даже в таких мелочах, стреляли просто в ту сторону, часто зажимая приклад под мышкой.

- Начнём, помолясь, - сказал Артём сам себе и прицелился в крайнего справа.

Расстояние позволяло стрелять с открытого прицела, а пули большого калибра не оставляли противнику шансов. Муть в глазах немного рассеялась, руки тряслись уже меньше. Два выстрела с интервалом в секунду. Два трупа внизу. Или раненых, но для него это одно и то же, противник выбыл из строя. Быстро переломить, заменить патроны, захлопнуть, взять прицел.

Расстрелять удалось больше десятка патронов, цепь залегла, ответный огонь прекратился. Впрочем, может быть, они просто перезаряжались, с их корявыми руками это целая наука. А Артём, поняв, что в ближайшие минут пять никто с места не сдвинется, развернулся и, насколько позволяли остатки сил, побежал назад.

***

Погоня продолжалась уже третий час. Артём был ещё на ногах, хотя и падал через каждые пять шагов. Стрелять он давно перестал, патронов оставалось всего ничего, одна пачка на двадцать, да те два, что в стволах. Ещё пистолеты, но это на крайний случай, если догонят, точнее, когда догонят.

Куда больше его заботило направление. Он сам и те, кто за ним гнался, давно спустились вниз. Теперь он шёл от гор, справа от дороги, по которой уехала колонна. Если идти без остановки, рано или поздно доберётся до центра. Вот только идти он уже почти не мог, а преследователи никуда не делись и постепенно догоняли. Скорость у них всяко повыше, да и его редкие выстрелы их уже не пугают. Относительно ровная местность позволяла цепи рассыпаться метров на триста, а заодно выдвинуть вперёд правое и левое крыло. Скоро его возьмут в клещи. Наблюдение за противником затруднял густой кустарник, приходилось ориентироваться исключительно по треску веток.

Тёмный силуэт в кустах заставил его повернуться. Ага, точно, обходят. С трудом подняв оружие, ставшее словно втрое тяжелее, выстрелил с небольшим упреждением. Попал, тяжёлая пуля не отклонялась от столкновения с ветками. Тёмный силуэт упал, где-то дальше раздались два выстрела, но в какую сторону стреляли, он даже не понял.

Могучим усилием воли он заставил себя сделать ещё несколько шагов. Вот и всё. Силы закончились. Осталось теперь только дорого продать свою жизнь. Задачу он выполнил. Несколько сотен человек спаслись. Это его заслуга перед человечеством. А теперь…

Присев на поваленное дерево, он, уже не скрываясь, стал стрелять, смутно определяя цели за кустами. Перезаряжал и снова стрелял, непослушными пальцами выковыривая патроны из пачки. Иногда попадал, иногда промахивался. На результат уже не обращал особого внимания.

Настал момент, когда в стволах оказались последние два патрона. Эх, была бы тут стенка, прижался бы к ней и палил из пистолетов. Увы, стенки нет, даже толстого дерева не найти, единственное дерево здесь – это то, на котором он сидит.

Внезапно сообразил, что его не атакуют. Враги ещё остались, но предпочитали держаться на расстоянии. Что с ними? Испугались? Или их совсем мало? Он стал прикидывать, в голове восстанавливался весь его путь, где, когда и сколько раз он выстрелил. Там, наверху, почти не мазал, патронов было больше сотни. Внизу попадал через раз. А все ли они пошли за ним? Вот тут вопрос, если командир не идиот, он сообразит, что стрелок один, а потому нет нужды в массированной погоне. По-хорошему, вообще следовало погоню прекратить, но небольшой отряд привязался к нему крепко, видимо, мстили за убийство мага.

Наблюдение показало, что враги ещё остались. При этом их немного, не больше десятка. Кучкуются с одной стороны, собираются атаковать одновременно. Не желая облегчать им задачу, он вскинул оружие и почти без интервала выстрелил в ту сторону. Не попал оба раза, но заставил прижаться к земле.

Винтовку бросил почти с облегчением, пусть черти видят, что он теперь безоружен. Руки крепко сжали рукоятки пистолетов, синхронно щёлкнули предохранители.

Всё произошло в один момент, чёрные фигуры из кустов бросились вперёд, а он выхватил пистолеты, вскочил на ноги и начал стрелять. Ёмкость магазинов позволяла не экономить боеприпасы, на эту группу точно хватит. пули рвали худые тела, опрокидывали их назад, но целей было слишком много, он просто не успевал наводить, а расстояние сокращалось стремительно.

А ещё они стреляли, каждый второй держал в руках автомат и палил в его сторону. Стреляли так же неумело, не целясь, но расстояние позволяло попасть. Первая пуля вырвала кусок из плеча, вторая ударила в бедро, третья чиркнула по шее, четвёртая ударила в бок. Как ни крути, размен вышел не в его пользу, уже падая, он заметил, что затворы обоих пистолетов замерли в заднем положении. Вот и всё, сделал, что мог.

Боли он уже не чувствовал, тело было готово провалиться в омут беспамятства, мир помутнел, но он смог разглядеть две мерзких хари, что склонились над ним. Двое, всего-то, надо было лучше целиться.

Тот, что был справа, поднял копьё, намереваясь пригвоздить человека к земле, оружие он держал одной рукой, вторая, простреленная, висела плетью. Артём не стал закрывать глаза, смерть предстояло встретить достойно.

Острие копья как-то уж очень легко ткнуло в грудь, даже не проколов куртку, при этом в лицо Артёма плеснуло кровью, в едва различимая фигура чёрта отлетела в сторону, следом отправился и второй. Только сейчас он различил торопливую очередь. Автомат, нет, непохоже. Пистолет-пулемёт, такой, который он оставил у…

Последним, что он увидел, прежде, чем потерять сознание, было лицо Зои.

Глава двадцать вторая

Дорогу он запомнил плохо, его тащили, потом несколько пар рук подняли и затолкали в кузов машины, где-то вдалеке звучали взрывы и слышался рокот лопастей вертолёта. Мозг, работая вполсилы, пытался анализировать происходящее. Он сам убегал от чертей, они его догнали, ранили и пытались добить. Не добили. Им помешали. Зоя? Стреляла она, но был и ещё кто-то, вряд ли хрупкой девушке хватило бы сил тащить его тушу. Значит, прибыла помощь из центра. Логично. Времени впритык, но возможно. Надо полагать, прибыли на вертолётах. Один высадил десант, другие разобрались с ордой. Судя по звукам, работали чем-то серьёзным, вроде бомб объёмного взрыва. Что же, погибшее человечество оставило после себя горы оружия, грех не воспользоваться.

Отвлёкшись от размышлений, он почувствовал чьи-то руки, а потом прикосновение холодного металла. Кто-то разрезал ножницами куртку. Рядом мелькало лицо Зои, она что-то говорила, но он ничего не слышал. Организм, выжатый до состояния сухофрукта, отключил все ненужные функции. Когда начали резать штаны вместе с нижним бельём, он попытался возразить, мол, неприлично же голому при народе, но, опять же, речевой аппарат не работал, из пересохшего горла вырвался только слабый хрип.

Зрение тоже со временем начало отключаться, дольше всех продержалось осязание, обнажённое тело чувствовало холод, а на правой руке выше локтя затянулся жгут. Укол в вену, капельница. Туда же, видимо, было добавлено обезболивающее. Уже через несколько секунд он расслабился, по телу разлилась приятная нега, а сознание, напоследок откланявшись, удалилось…

Проснулся он от яркого света, бившего в глаза. Открывать их не хотелось, но противный свет мешал спать. Отвернуть голову не получалось, попробовал повернуться всем телом, но оно отозвалось болью. Он непроизвольно застонал.

- Не шевелитесь, - послышался властный женский голос, - вам нельзя, раны серьёзные, нужна полная неподвижность.

Пришлось открыть глаза. Белый потолок, пружинная кровать, бинты. Он в больнице? Из закоулков памяти просачивалась информация, ага, он ранен, а теперь его лечат. Вроде бы, всё понятно, он в том самом центре, вряд ли где-то ещё есть больницы. Всё же задал идиотский вопрос невидимой отсюда медсестре:

- Где я? – язык повиновался с трудом.

- В палате интенсивной терапии, вчера из реанимации перевели, - сухо сообщила она, - сейчас врачу доложу, что вы очнулись.

Женщина вышла, цокая каблуками, а он так и остался лежать, созерцая небольшой кусок потолка. Минут через пять раздались шаги, в палату вошли уже двое. Один, видимо, врач, пододвину стул и присел рядом. Теперь Артём, скосив глаза, смог его разглядеть. Мужчина, немолод, хорошо за пятьдесят, худощавый, очков нет, но на переносице характерная полоса, редкие седые волосы коротко подстрижены.

- Не нужно пытаться смотреть, - строго сказал он, - на мне узоров нет цветы не растут. Лучше шею свою поберегите.

- Что со мной? – Артём послушно вернулся к созерцанию потолка.

- С вами? – переспросил доктор, - с вами почти всё. Контузия, причём, не одна, истощение, ожоги, несколько огнестрельных ран, перелом рёбер, обширная кровопотеря… все эти неприятные факты по отдельности не представляют угрозу для жизни, но вот в комплексе… Скажем так, вероятность того, что вы останетесь живы, по прибытию оценивали в десять процентов.

- Но… я ведь жив, - с трудом проговорил Артём, немного сомневаясь в этом утверждении.

- Умные люди говорят, - доктор усмехнулся, - что, если человек по-настоящему хочет жить, то медицина бессильна. А если серьёзно, то вам повезло, у вас чудовищно крепкий организм, генетика хорошая, таких в космонавты берут. Или в спецназ.

- Там и служил, - сказал Артём, выдавив улыбку. – Что теперь?

- Теперь вам следует лежать, есть, пить, в общем, поправляться. Раны, кстати, заживают подозрительно быстро, есть у меня мнение на этот счёт, но я его пока придержу. Дня через три сможете вставать. С вами начальство поговорить хочет, сегодня я их, хоть и с трудом, прогнал, а завтра будьте готовы отвечать на вопросы.

- Я и сейчас готов.

- Сейчас я вам этого не разрешаю, завтра поговорите.

С этими словами доктор вышел, на его место присела медсестра и поднесла ко рту Артёма большую кружку с мясным бульоном.

- Пейте медленно, ещё горячий.

Отвыкший от еды желудок пытался возмущаться, но Артём заставил себя допить всё.

На следующий день он почувствовал себя намного лучше. Настолько, что даже смог слегка приподняться и спустить ноги с кровати. Голова кружилась, раны под бинтами сильно зудели, но боль определённо пошла на убыль. Ближе к обеду прибыло то самое начальство. Человек в военной форме, погон не видно под накинутым белым халатом, лет около сорока, спортивный, подтянутый. Что характерно, на боку висел пистолет в чёрной пластиковой кобуре.

- Добрый день, - поприветствовал его военный, - Меня зовут майор Кузьмин, я… в данный момент заведую разведкой. А вы, как я понимаю, Артём Ильин?

- Совершенно верно, - согласился Артём, скрывать ему было нечего, да и майор наверняка видел его документы. – Вы паспорт мой видели.

- Видел, я многое видел, но меня интересует не это.

- Что тогда?

- Кое-что из вашей биографии, не хотите рассказать?

- Спрашивайте конкретнее, голова плохо соображает, - попросил Артём.

- Видите ли, когда к нам следовала колонна беженцев, они попали в засаду, первую атаку удалось отбить, но вторая неизбежно привела бы к гибели всей колонны. В итоге, всех удалось спасти, и всё благодаря вашему героизму. Вот только…

- Что?

- Почему выбрали именно вас? – майор подозрительно прищурился.

- На меня не действовала магия, - просто и без затей ответил Артём.

- Именно, - Кузьмин улыбнулся, - а теперь расскажите мне, каким образом у вас это получается? Вы умудрились не заболеть чумой?

- Да… - Артём поначалу хотел рассказать всё, как есть, но решил обойтись полуправдой, - долго не заражался, а потом… принял вакцину.

- Вот как? – брови майора взлетели вверх. – Поздравляю, вакцину наши учёные сделали, но было поздно, лишь немногочисленные счастливчики смогли её принять. И ещё, количество доз было ограничено, как вы умудрились её достать?

- Вы ведь проверяли мои вещи, там есть записи, книги… - говорить долго не получалось, не хватало дыхания.

- Да, и мы вам благодарны за неоценимый вклад в науку, но это не снимает вопроса.

- Среди прочего там была тетрадь, журнал такой, от руки написан.

- Видимо, до журнала у нас руки не дошли, - Кузьмин выглядел смущённым.

- Так вот, этот журнал… в нём записки профессора Фокина, который эту дрянь изучал. Его потом эвакуировали из клиники вместе с выжившими пациентами. А перед этим им прислали вакцину.

- Продолжайте.

- Согласно записям, её выдали по дозе на рыло… то есть, на каждого сотрудника больницы. Одна медсестра не пережила побочки, умерла. А их патологоанатом, не дождавшись укола, застрелился. Его доза там и осталась, Фокин её с собой не забрал. Я нашёл записи, а потом и пробирку. Укололся и…

- Вот как? Впечатляет.

- И? Что это значит? – спросил Артём. – Кроме того, что на меня не действует магия.

- Думаю, вам это рассказывать буду не я, - с загадочным видом сообщил Кузьмин, - сейчас подойдёт более компетентный человек.

После этого он что-то негромко пробубнил в рацию.

- Я же могу вам сообщить только тот факт, что впереди вас ждут испытания, серьёзные испытания. Слишком мало осталось таких, как вы. А война далека от завершения.

- Война?

- А вы как думали? Соединились разные миры, теперь у нас на планете не один разумный вид, а несколько. И один из них, увы, многочисленный и агрессивный, собирается уничтожить все остальные. Опции «договориться» у них не предусмотрено, а к потерям они почти равнодушны. Нас мало, но пока что выручает наследие предков. Их, чертей, сотни миллионов. Исход борьбы пока не ясен.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл ещё один человек в белом халате. Лет шестидесяти, худой, глаза умные. Явно какой-то учёный.

- Василий Васильевич, - Кузьмин вскочил, уступая стул вошедшему, - тут как раз по вашей части, пациент хочет вас отблагодарить.

- Пациент? – вошедший поправил очки на носу и присмотрелся, - не помню такого пациента.

- Как поживают Толстый и Тонкий? – с улыбкой спросил Артём.

- В порядке они, - профессор немного растерялся.

- Мы заочно знакомы, вы ведь профессор Фокин, - Артём слегка приподнялся на кровати, - в одной клинике вы оставили свои заметки и одну дозу вакцины. Помните?

- Вот оно что, - профессор расплылся в улыбке. – Да, понимаю. Тогда нам есть, о чём поговорить.

- Я вас оставлю, - сказал Кузьмин, покидая палату, с пациентом буду разговаривать после выздоровления.

Фокин присел на стул и некоторое время молчал. Потом начал рассказывать:

- Значит, я не совершил ошибку, оставив тогда одну дозу и пояснения. Так и должно было быть, видите ли, вакцины сделали много, а людей, которым можно было её дать, тогда почти не осталось. А так мы приобрели ещё одного защитника.

- Я уже понял, что моя особенность позволяет полноценно воевать с чертями.

- Не только, друг мой, не только, - Фокин загадочно улыбнулся. – Когда создавали вакцину, никто понятия не имел, каково побочное действие.

- Я буду мутировать?

- Можно сказать и так, но, в целом, изменения положительные. Увы, действуют они только на тех, кто принял лекарство, будучи здоровым.

- Так что произойдёт?

- Три дня назад вы получили серьёзное ранение, вас буквально изрешетили, даже внутренние органы повреждены. А сейчас? Как вы себя чувствуете?

- Болит немного, - Артём пожал плечами.

- Я осматривал ваши раны незадолго до того, как вы пришли в себя, просто из любопытства, всё же, я медик, хоть и не был вашим лечащим врачом, да и специальность другая. И я вам ответственно заявляю, что раны ваши заживают примерно втрое быстрее, чем у обычного человека. Не замечали раньше такого?

Артём задумался. Когда его подрал медведь, оклемался довольно быстро, но значения этому не придал.

- Есть изменения на клеточном уровне, теломераза… впрочем, попробую объяснить проще, кроме прочего, замедлились процессы старения. То есть, стареть вы будете, но в развалину превратитесь гораздо позже положенного, лет, этак, на пятьдесят.

- Это радует, - искренне ответил Артём.

- Ещё как, - согласился Профессор, - к счастью, часть учёных тоже успели привить, теперь у них будет куда больше времени, чтобы поднять цивилизацию, ну, или хоть сохранить часть человеческого наследия.

- Насчёт учёных, - неуверенно начал Артём, - а есть кто-то, кто занимается проблемой соединения миров? И вопросами проникновения из мира в мир?

- Разумеется, а вам зачем? Любопытство?

- Не совсем, - он вздохнул. – Тут такое дело… в общем, я не из этого мира.

- Как так вышло? – Фокин насторожился.

- Сам не понимаю, ехал на машине, увидел яркий свет и сразу отрубился. А когда очнулся, оказался в том же городе, но уже после катастрофы. Шёл и видел повсюду трупы и разруху. Поначалу думал, что во времени перескочил и пропустил катастрофу, но на часах было то же число, а потом я пришёл домой…

- Дальше догадываюсь, - грустно произнёс Фокин.

- Именно, в кровати лежал скелет. Моя фигура, рост, комплекция, и даже часы на руке. В шкафу лежали мои документы.

- Вот так вы и избежали заражения. – подвёл итог Фокин. – Что же, занятный случай, заслуживает подробного изучения, но практическая польза от этого невелика.

- А если открыть портал снова? Вдруг получится?

- Вряд ли, кроме того, даже при успешном открытии мы можем занести туда заразу.

- Но ведь вакцина есть?

- А чего стоит привить миллиарды людей? Да только на согласование с властями того мира уйдёт столько времени, что половина населения успеет умереть. Нет, я не сомневаюсь, научный отдел это заинтересует, но результат, подозреваю, будет нулевым.

- Так что делать?

- Отдыхайте, вам нужно поправиться, потом побеседуете с научниками, а следом – с разведкой. Думаю, в ближайшее время у вас будут другие занятия, когда же закончится война, с удовольствием возьму вас в свой отдел. Всего доброго.

Фокин удалился, а Артём остался в раздумьях. Подумать было о чём. Война, боевые действия. Людей осталось несколько сотен тысяч, а врагов рода человеческого – сотни миллионов. Сочетание так себе. Человеческое оружие куда лучше, но и черти могут удивить, а способности магов вообще толком не изучены.

К научникам он попал через четыре дня, но сперва к нему допустили Зою. Разговор вышел торопливый, врачи разрешили только пять минут. Девушка с порога начала жаловаться:

- Представляешь, они меня на юг отправляют, говорят, там уже деревни отстроили, поля распахали, люди нужны, коровам хвосты крутить.

- Да ты, вроде, в сельском хозяйстве разбираешься, - растерянно проговорил Артём. – Почему бы и нет.

- При чём тут сельское хозяйство? – возмущённо воскликнула она, - мне без разницы, чем заниматься, я работы не боюсь, я с тобой хочу быть.

- А я пока не в курсе, куда меня отправят.

- Зато я в курсе, - она вздохнула и прижалась к нему, - на войну тебя отправят, ты ведь этот… иммунный, на тебя эта дрянь не действует. Вот и будешь воевать. А я в это время… Начальник местный сказал, что посмотрит, но я ему не верю.

- Попробую договориться.

- Да уж попробуй, не хочется мне одной…

- Я тут подумал, - Артём задумчиво почесал подбородок, - в поселениях, наверное, перекос в мужскую сторону. Женщин мало.

- Наоборот, - уверенно сказала Зоя, - изначально мужчин больше было, но многие в боях полегли, да и эвакуировали из опасных районов в первую очередь женщин и детей. Нет, мужа я себе найду, если ты… но ты уж лучше вернись.

- Да я сам не знаю, чем займусь, сегодня поговорю с начальством, там видно будет, тебя, если что, искать где?

- В соседнем корпусе, там женское общежитие, пустое почти. Здесь вроде военной базы, женщины не нужны.

- Заканчивайте, - строго сказала медсестра, просунувшись в дверь. – Вас уже ждут.

Зоя проворно юркнула в дверь, а Артём стянул больничную пижаму, надел выданный ему летний камуфляж с кроссовками, после чего отправился на разговор.

Беседа состоялась в соседнем здании, где находилось подобие научно-исследовательского института. Здание, правда, было небольшое, но он не сомневался, что под ним находятся обширные подземные коммуникации. Собственно, всё это поселение находилось поверх убежища на случай конца света.

- Добрый день, - сказал он, шагнув через порог кабинета.

- Здравствуйте, - ответил ему молодой, но толстый и слегка опухший мужчина в белом халате. – Присаживайтесь, я, собственно, не главный тут, моя задача – ввести вас в курс дела, ничего не скрывая. Михаил меня зовут, Михаил Сысоев, кандидат наук… впрочем, неважно.

- Вам Фокин уже сообщал?

- Угу, - кивнул собеседник, - более того, ваш случай не уникален. Были и другие, и, скажу вам прямо, данное знание нам ничем не помогло.

- Не сможете открыть проход в иной мир?

- Именно, с аппаратурой, что имелась до… этого всего, ещё была возможность, но теперь… Да и задачи перед нами стоят совсем другие.

- Победить в войне?

- Победа – это, примерно, десять процентов от текущих забот, - сообщил Сысоев, - остальное куда важнее. Например, создать полноценную страну на новых территориях.

- Страну? – брови Артёма взлетели вверх.

- Попробую объяснить, смотрите, создавать поселения на основе старых городов бессмысленно, они либо разрушены подвижками земной коры, либо захвачены и разграблены чертями, либо просто слишком далеко отстают друг от друга, что сильно затрудняет логистику. Поэтому руководство приняло решение начинать всё с чистого листа. Если коротко, восстановить цивилизацию в полном объёме мы не сможем, слишком многое потеряно, даже то, что как раз откладывали на Конец Света. Поэтому решено осваивать огромную равнину к югу отсюда. Там уже отстроены деревни и небольшие города, создаётся промышленность, но даже так уровень прогресса откатится лет на сто.

- Это неизбежно?

- Можно сказать, да, около миллиона людей смогут жить там, производить всё необходимое для жизни: ткани, металлоизделия, простые механизмы, оружие, тоже простое, то, что можно изготовить на непрофильном оборудовании. А ещё они будут производить сельхозпродукцию, это несложно сделать, земля чудовищно плодородная, климат позволяет собирать два урожая в год. Пашню сейчас поднимают техникой, но скоро закончится горючее, да и сама техника выйдет из строя. Дальше, увы, пахать будут на лошадях.

- Что это даст? – Артём всё ещё не понимал замысла руководства.

- Резерв для человечества, мы искусственно построим патриархальное общество. В традицию войдёт многодетность, труд станет сакральным занятием, внутреннюю агрессию сведём к минимуму. И ещё, эта равнина почти изолирована от опасных мест. Враг может прийти только с севера, а здесь будем стоять мы. Защитники и хранители науки.

- А нас надолго хватит?

- Думаю, лет на сто. Видите ли, в запасе у государства на такой случай было почти всё, станки, которые проработают вечность, реакторы, запчасти, запасы стратегических материалов, оружие и боеприпасы, словом, всё. А сейчас этого нет, процентов девяносто уничтожены подвижками земной коры. Кое-что осталось, например, запас оружия, которого хватит для уничтожения армии агрессора. Увы, запас почти не возобновляемый и имеет срок годности. Ещё есть биотехнологии, как ни странно, уцелел огромный институт со всеми наработками и запасом биоматериала. Это, кстати, большое подспорье, сможем снабжать колонию посевным материалом и племенным скотом. Ещё остался запас станков, два реактора, несколько километров железной дороги, ну, и так, по мелочи. Оставленные города послужат источником сырья, в первую очередь, металлов.

- А кто будет определять, где жить человеку, здесь или на юге? Извините, но всё это каким-то расизмом попахивает, - настороженно спросил Артём.

- Пожалуй, соглашусь, - кивнул Сысоев, - есть немного. Но, по-моему, и так всё ясно. Здесь, на севере, будут жить те, кто, подобно вам, не пережил болезнь, а потому невосприимчив к магии. Сейчас выясняем, передаётся ли иммунитет по наследству.

- Меня, значит, к белым людям причислили.

- Именно, и ещё, девушка ваша… Зоя, кажется

- Да, что с ней?

- Она хочет остаться здесь, с вами, начальство против, но, думаю, мы этот вопрос решим. Правда, вам обоим придётся посодействовать в исследованиях.

- Опыты ставить будете?

- Только самые простые, у ваших детей возьмут биоматериал, исследуют и запишут выводы. Только и всего.

- Договорились, - кивнул Артём. – Что дальше делать?

- По нашей части – ничего. Сейчас свяжетесь с военными, вам поставят задачу. Война ещё не выиграна. И ещё, разговор наш сугубо конфиденциален, так что, будьте добры…

- Я понял, - кивнул Артём, поднялся и вышел из кабинета.

Дальше его путь лежал в штаб, где ждали военные. Попутно смог как следует изучить базу. Посёлок имел в диаметре километра два, почти сплошь застроен двух и трёхэтажными домиками из панелей. Разумеется, это только видимая часть айсберга. Где-то под ногами расположены производственные цеха, лаборатории, склады, госпитали и арсеналы.

Перед штабом его остановили и попросили документы.

- Нет ничего, - развёл он руками, - Ильин, к начальству, там должны знать.

Солдат, с ног до головы упакованный в какую-то футуристичную броню, связался с кем-то по рации и, выслушав ответ, кивнул на дверь.

- Проходите.

От входа его проводили в кабинет на втором этаже. Никакой таблички на двери не имелось, да и дверь была самая обычная. Внутри он ожидал встретить майора Кузьмина, но там сидел подполковник, в форме, с погонами. Лет ему было около пятидесяти, вид имел нездоровый, часто кашлял.

- Ильин, - представился Артём, - к вам отправили.

- Ага, - подполковник погладил усы и вынул из ящика стола сигареты, - куришь?

- Нет, - Артём уже давно не курил и возвращаться к вредной привычке не хотелось.

- А я закурю, - сказал военный, чиркая зажигалкой, к счастью, вентиляция в кабинете работала на полную мощность, клубы дыма сразу вытягивало в окошко. – Присаживайся, Ильин, меня зовут подполковник Прокопьев, но можно просто дядя Саша. Я, знаешь ли, в отставке был, а по такому поводу призвали обратно.

Он замолчал и некоторое время пыхтел сигаретой.

- Жду приказа, - напомнил Артём. – Мне ведь воевать предстоит?

- Именно, - кивнул дядя Саша, - но ты не переживай, война долго не продлится, будет горячо, но быстро.

Он ещё немного помолчал и продолжил:

- Мы тут на тебя досье нарыли, ты у нас, оказывается, гвардеец-десантник.

- Ну, в общем, да, - не стал спорить Артём, - только я не разведчик, на ПТРК работал.

- Уже хорошо, но и боевая подготовка у тебя есть, так ведь. Стрелять и драться умеешь, да и с диверсионной работой справишься, научился за последнее время, так?

- Пожалуй, да.

- Тогда слушай, доведу тебе обстановку. Основной враг – черти, опасны исключительно своей численностью. Их общество не монолитно, состоит из нескольких крупных племён, которые, в свою очередь делятся на роды. Главы родов, аристократия, - это те, кто владеет магией, электрической. Устройство общества архаичное, при этом очень агрессивны и воинственны. Смерти они не боятся, война возведена в культ. Есть ещё несколько разумных существ, что прибыли в наш мир. Например, орки.

- Доводилось встречать.

- Так вот, с ними решено договариваться миром, большой опасности не представляют, их слишком мало, тоже чума потрепала.

Дядя Саша включил проектор и вывел на стену интерактивную карту.

- Мы находимся вот здесь, - лазерная указка спустилась ниже, - вот эта территория, грубо говоря, от реки до морского побережья, - это наша колония, место, где будем возрождать страну. Как видишь, защищена территория надёжно, здесь, сразу за рекой горы, к югу находится абсолютно дикая территория, собственно, туда будут постепенно расширяться. С другой стороны гор замечены переселяющиеся группы орков, но, как уже говорил, на них управу найти несложно, можно даже возложить эту функцию на колонистов, создав парамилитарные формирования.

- А с севера – мы, - подвёл итог Артём.

- Именно так, - но мы – это слишком общее понятие, здесь нет линии укреплений, дотов, блиндажей, колючей проволоки, минных полей и рвов с крокодилами. Какой из этого вывод?

- Обороняться будем активно? – Артём вопросительно глянул на офицера.

- Молодец, - похвалил дядя Саша. – Именно так.

- А что у нас есть из оружия?

- Хороший вопрос, - офицер задумчиво пошевелил усами, - много чего. Если дойдёт до прямого столкновения, задействуем артиллерию, остатки авиации, наконец, танки. Всё это пока есть, хотя запас горючего и боекомплект не радуют.

- А ядерное оружие?

- Есть, хоть и мало. Часть мы уже использовали, отчего поголовье рогатых сократилось раза в два. Сейчас в наличии имеются заряды, но проблема со средствами доставки. Теоретически, можем сбросить с самолёта, но, опять же, самих самолётов и пилотов к ним крайне мало.

- Ракеты, артиллерия, диверсанты?

- А тут на сцену выходишь ты, - торжественно сказал дядя Саша.

- Притащить в нужное место ядерный заряд и…

- Нет, то есть, ядерный заряд притащат, но без тебя. Нельзя все яйца в одну корзину. Смотри, - он ткнул на клавишу ноутбука, на карте появились стрелки чёрного цвета. – Вот это одна группа племён, объединились, приняли новую стратегию и движутся вот сюда. Вторая группа, вот она, движется с севера, и тоже остановятся здесь, на этой равнине, где их ждёт третья группа. У них запланирован совет племён, после которого они несколькими потоками двинут в нашу сторону.

- Хотите накрыть всех сразу?

- А вот тут проблема: видишь ли, Артём, эффективность ядерного оружия сильно переоценена. Тактические заряды могут стерилизовать территорию от силы в два-три квадратных километра. Они у нас есть, и немало. Но, даже будь у нас аналог Царь-бомбы, нечем было бы её доставить.

- Так, может, накрыть их где-то поближе.

- Увы, география не позволяет, если присмотришься, видно, что в это место ведут только три дороги, а в нашу сторону они пойдут десятком путей, при этом сильно растянутся. Они кочевники, с собой гонят скот, скоту нужны пастбища и вода. Вот поэтому накрывать их будем здесь.

- А можно ближе к делу? – попросил Артём, подробный рассказ был интересен, но хотелось поскорее выяснить свою роль в предстоящем спектакле.

- Можно, - офицер спокойно отнёсся к нарушению субординации, - накрывать их будем здесь, и больше нигде. Вот компьютерная модель их передвижения, смотри. Основная масса находится здесь, а в центр равнины выдвигаются вожди с группой воинов, от одной группы и от другой. Здесь они стоят, самое удобное место. Северную группу накроют диверсанты, заложат заряды здесь и здесь, кого не убьёт взрыв, накроет обвалом. Вторую стоянку накроют авиацией, сбросят две бомбы с большой высоты, воздушный подрыв, по расчётам должны уничтожить до девяноста пяти процентов.

- А кто накроет вождей и войско?

Дядя Саша пристально посмотрел на него, взгляд говорил о многом.

- А может, всех накрыть авиацией?

- Увы, ядерные заряды не лежат на складе, диверсионная группа выковыряла их с секретного склада и доставила на место, ещё два, для авиабомб, мы добыли неделю назад.

- А ещё?

- Два заряда, предназначенные для использования в артиллерийских снарядах, находятся вот здесь. Заглублённый командный пункт, неподалёку от него склад. Собственно, там найдёте и орудие. Его придётся перетащить вот сюда, - лазерная указка описала круг у одной из горных вершин, а уже оттуда пальнуть по врагам. С этим ясно?

- Ясно. Но есть вопросы. Допустим, заряды я найду, допустим, найду и технику, чтобы дотащить орудие, допустим, попаду на гору, вот только… я не артиллерист ни разу. Там ведь стрелять придётся километров с двадцати, правильно понимаю?

- Почти, с восемнадцати. Но не переживайте, с вами пойдут ещё двое, оба они артиллеристы, кроме того, умеют обращаться с техникой. В указанное время будете в указанном месте. Ваша задача – силовая поддержка, оба специалиста – плохие вояки, да и немолоды уже. Теперь ясно?

- По времени уточните?

- Ближайшие четверо суток.

Артём посмотрел на карту.

- Нас туда авиацией доставят?

- Да, только аэродромов там не осталось, так что…

Глава двадцать третья

- Приготовиться к высадке! – проревел голос из динамика, перекрывающий рёв самолётных двигателей.

Парашютистов было трое, из них только Артём имел за плечами опыт десантирования с парашютом. Остальные двое на его фоне выглядели весьма блекло. Так уж вышло, что с военспецами у центра было туго, с военспецами, имеющими иммунитет, - ещё хуже. В итоге, дали тех, кого смогли. Один из них, мехвод, отставной прапорщик по имени Пётр, в чью задачу входило выгнать из бокса самоходное орудие «Пион», доставить на точку и умыть руки, оказался мужиком лет сорока пяти, невысокий, худой и, судя по опухшему лицу, не дурак выпить. Однако, по словам командиров, специалистом был высокого класса. С ним понятно, а вот второй вызывал вопросы. Человек этот имел звание капитана запаса, и, по словам того же командования, являлся гением артиллерии, наводчиком восьмидесятого уровня. Это радовало, вот только лет ему было хорошо за шестьдесят, вакцина здорово укрепляла здоровье, но от старости не спасала. Особенно, если человек был стариком на момент приёма.

Теперь главной проблемой, беспокоившей Артёма, была высадка. Оставалось уповать на высшие силы, чтобы оба спеца пережили десантирование. Старик-артиллерист мог запросто сломать ногу или умереть от инфаркта, да и мехвод здоровьем не отличался. В особо тяжёлых случаях Артёму предписано было тащить пострадавших на горбу, но это и без приказа понятно было.

Его собственная задача состояла не только в обеспечении безопасности этих двоих, но и в выемке самих зарядов. Такие штуки на обычных складах не хранят, а потому придётся спускаться в подземный бункер, доставать оттуда заряд и тащить к машине. А весит тот снаряд… много, в общем, даже Артёму не поднять.

Прыгали они с приличной высоты, следовало подстраховаться на случай нераскрытия парашюта. По сигналу оба метнулись к люку, прыгать не хотел никто, Артём приготовился применить силу, но мехвод, переборов себя, всё же просунулся в люк, а дальше хватило лёгкого пинка. Тело полетело вниз. Настал черёд старика, тот от помощи отказался, скорчился, обхватив себя руками, и шагнул вниз. Облегчённо вздохнув, Артём прыгнул в неизвестность. Парашют раскрывался принудительно, в нужный момент его резко дёрнуло, а дальше спускался плавно. Увидев поодаль два раскрытых купола, облегчённо вздохнул. Одной проблемой меньше.

Приземлился достаточно неуклюже, слегка подвернул ногу, на ногах не устоял, впрочем, и не пытался, не его уровень, парашют протащил его метра три, после чего удалось скомкать купол и погасить инерцию. Отстегнувшись, не стал тратить время на то, чтобы спрятать парашют, оставив его на месте, сразу кинулся к коллегам.

Увидев, что оба живы, снова вздохнул с облегчением. Прапорщик громко ругался, запутавшись в стропах, отставной капитан, несмотря на возраст, успел выбраться сам.

- Все живы? – спросил Артём на всякий случай.

- Да разве это жизнь? – философски заметил артиллерист.

Осмотрев обоих, он пришёл к положительным выводам, напуганы, слегка не в себе, но боеспособности не потеряли. Предоставив им приводить себя в порядок, занялся снаряжением, которое выбрасывали отдельно. Собственно, там было всего по минимуму. Операция планировалась на двое суток, паёк минимальный, боеприпасов тоже немного, поскольку бой не предполагался. Оружие подобрали каждый по себе. Артём выбрал АК-74 с магазином-бубном на сотню патронов, не очень удобно, зато по огневой мощи может с пулемётом сравниться. Пётр обошёлся укороченным вариантом, а капитан, которого все звали просто Саныч, взял только пистолет Стечкина, но даже он был в тягость. В качестве вспомогательного ствола Артём взял пистолет Лебедева и свой старый обрез. С его силой носить их было не в тягость, а вот при встрече с возможными обитателями базы сыграют в его пользу.

- Разбирайте мешки, - скомандовал он, когда оба спутника были на ногах. – Двигаем, до объекта четыре километра.

Для убедительности он продемонстрировал отметку на электронном планшете. Группа, почти не разговаривая, отправилась в нужном направлении, местность тут была горная, но не голые камни, а, так сказать, альпийские луга с сочной зелёной травой. Идти было легко, даже Артёму с неподъёмным рюкзаком. Вроде, брал только нужное. Двигались неспешным шагом, так, чтобы даже Саныч не отстал. Старик, впрочем, выглядел плохо. Вроде, жив, даже бодр, но глаза потухшие, словно на смерть идёт. Видимо, прыжок так подействовал. Но помочь ему чем-то было нельзя, старость, увы, таблетками не лечится.

Ковылять пришлось около часа, когда, наконец, местность изменилась, трава под ногами сменилась асфальтом, а впереди замаячил забор из железного профиля с колючкой поверху. Военная часть, старая, без особо мощной охраны. Собственно, тут и охранять было нечего, несколько единиц техники, пункт связи и… всё. Правда, были ещё подземные коммуникации, о которых, как подозревал Артём, знали даже не все офицеры.

- Заходим осторожно, - скомандовал Артём, переступая порог КПП, - могут быть стрёмные твари в количестве…

Тварей за забором они не увидели, но об их наличии говорили косвенные признаки. Например, во дворе лежал начисто обглоданный скелет с лоскутами камуфляжной ткани. Метрах в пяти от него нашли порядком проржавевший автомат с разбитым в щепки прикладом. На стене казармы обнаружились бурые пятна, которые не смыли даже многочисленные дожди.

Артём, идущий в голове отряда, жестом приказал спутникам остановиться. Некоторое время он стоял на месте и старательно вслушивался. Твари, при всей их опасности, интеллектом не блещут, полноценных засад бояться не стоит. Правда, могут впасть в спячку, а проснуться только тогда, когда человек на них наступит.

Где-то под крышей завывал ветер, поскрипывала старомодная деревянная рама в открытом окне, хрустел суставами Саныч, тяжело дышал Пётр.

- Петя, Саныч, - позвал он тихо, дождавшись внимания, продолжил: - вон там бокс, нужный нам образец должен быть в самом конце, разберитесь.

Впрочем, отправлять их одних он не решился, прошёл до самого входа, распахнул створку ворот и обвёл стволом помещение. Техника тут имелась. БТРы, грузовики, танк устаревшей модели, а в самом конце, как и описывали свидетели, стояла самоходная установка с огромным стволом.

Быстро пробежав вдоль стен, он не обнаружил опасности, после чего отдал команду заниматься.

- Справитесь?

- Угу, - ответил за двоих Саныч, по выражению лица заметно было, что разум старика где-то далеко.

Оставив их разбираться с техникой, Артём сверился с планом и направился к зданию штаба. Первый этаж, дверь в конце коридора, подсобное помещение, оттуда… Хитрость на уровне первоклассника, но работает. Если бы не знал, в жизни бы не догадался. Дверь замаскирована под стену, хорошо так замаскирована, а открывал её механизм в электрощите.

Дверь с громким скрипом открылась, скудного света хватило, чтобы увидеть лестницу, идущую вниз. Нужное ему помещение примерно на минус пятом этаже. Сразу вставал вопрос: когда он найдёт спецбоеприпасы, как поднять их наверх? Обычный снаряд такого калибра весит слегка за центнер, специальный – полтора. Просто поднять такой вес он, наверное, сможет, а вот топать с ним на пятый этаж – увольте.

Ответ имелся, в здании предусмотрен лифт, грузовой. Вот только запитывается он от отдельного дизеля, включить который можно только изнутри. Собственно, проблему подъёма это решит, но только в случае, если генератор и сам лифт исправны. А если нет… будет зарабатывать себе грыжу, из его спутников носильщики так себе, да и лестница узкая, негде там втроём разворачиваться.

Включив налобный фонарик, он шагнул в темноту. Два пролёта прошёл, после чего упёрся в дверь, стальная, явно герметичная, более того, механизм запирания имел собственный источник энергии, над замком мигала едва заметная красная лампочка.

Артём выудил из кармана карточку, похожую на банковскую, но более тяжёлую, явно сделанную из металла. Сразу под лампочкой имелась узкая щель. Просунул туда карточку, после чего набрал код на панели справа. Лампочка ещё раз мигнула, после чего загорелась зелёным.

Открывать дверь пришлось вручную, механизм был тугим, но силы хватило, за дверью его встретил густой застоявшийся воздух, дышать стало труднее, а заодно почудились нотки разложения. Кто-то умер прямо здесь? Может быть, но это не самое страшное. Трупов он не боялся, а чума уже не страшна. Правда, нынешние трупы часто отказываются лежать спокойно, кроме того, не прочь закусить живым мясом.

Он вынул пистолет и медленно пошёл дальше. Света от фонаря не хватало, приходилось подолгу останавливаться и внимательно рассматривать лестничные пролёты. Так прошёл ещё два этажа, оставалось немного, когда он повернул в очередной раз, нога его замерла над ступенькой. Всё то же самое, железные ступени, серые стены из бетона. Что не так? Повернул голову, раз, другой, вот, пятно света странно виляет на стене, цвет в этом месте не отличался, а форма…

Додумать он не успел, стена ожила и с тихим рычанием бросилась на него, разом превратившись в мешанину из когтей, зубов и мускулов. Пистолет был в руке, стрелять он начал сразу. Прежде, чем серая масса долетела до него, успел высадить половину магазина, ни одна пуля не прошла мимо, но весь эффект свёлся к замедлению противника. Серая туша шлёпнулась на ступень там, где он стоял только что. Сам он откатился назад, не прекращая стрелять, тварь собралась для нового прыжка, не обращая внимания на рвущие её плоть пули. Отступать было некуда, позади стена, а подняться он не успеет.

Всё произошло почти одновременно, раненое чудовище метнулось вперёд, пистолет с пустым магазином полетел в сторону, а стволы обреза упёрлись в тушу. Когти успели впиться в тело, но сдвоенный выстрел отшвырнул мутанта на исходную позицию. Враг был ещё жив, но некоторое время стоял на месте и мотал бугристой башкой, пытаясь прийти в себя. Артём же перекинул из-за спины автомат. Опасно, в узком проходе могут быть рикошеты, но выбора нет, перезарядить обрез он не успеет, а здесь сотня патронов, пусть небольшого калибра, но зато с хорошим пробивным действием.

Как и в прошлые разы, оружейный гений человека справился с мутировавшей плотью. Артём не пострадал, если не считать частичной глухоты, звук в замкнутом помещении бил по ушам словно кувалда. Монстр превратился в настоящее решето, получив примерно полсотни пуль в упор. Переступив через изорванное тело, он подобрал пистолет, сменил магазин, после чего так же медленно двинулся дальше.

Собственно, атаки на лестнице можно было не ждать, если бы тут был ещё один такой мутант, он непременно бы прибежал на выстрелы. А внизу ещё одна закрытая дверь. Интересно, откуда взялся этот? Кто-то ведь послужил прототипом? Один из дежурных офицеров? Запросто, начал терять разум и вышел на лестницу, захлопнув дверь. А открыть потом не смог. Странно только, что так долго продержался без пищи.

У второй двери он получил ответ на вопрос. Здесь лежал ещё один комплект костей, тоже слегка изменённых, которые были дочиста обглоданы и уже покрылись слоем пыли. Мутантов было двое, один сожрал другого, после чего впал в спячку.

Снова дверь, новая карточка, код, а потом долгое открывание, с помощью маховика, как на подводной лодке. Воздух за этой дверью был, как ему показалось, посвежее, оставалось надеяться, что хоть этот коридор необитаем.

Обошлось. Отсюда расходилось несколько коридоров, но он свернул в одну дверь, как предписывал план помещений. Быстро нашёл где включается генератор. Тот, как ни удивительно, завёлся сразу. В коридорах зажглись лампочки. Лифт находился на своём месте, неизвестно, какая у него грузоподъёмность, но должно хватить. Осталось только забрать груз.

Снаряды ждали его в комнате-сейфе, тут уже не требовались коды и карточки, открывался он ключом. Просто сорвать пломбу и вставить обычный ключ. Дверь скрипнула, освещения внутри не имелось, но оно и не нужно. Два продолговатых ящика. Снять крышку, посмотреть. Да, это они, сомнений нет, маркировку он знал. Взрыватели тут же, готовы к применению. Явно к чему-то готовились, но чума помешала.

До лифта метров пятьдесят, но никакой тележки не имелось. Где-то она есть, да только нужно искать. А вручную… возможно, но очень уж опасно. Артём, конечно, верил, что взрыватель не сработает, если снаряд просто уронить, но противный страх уже начинал заползать под куртку. Вот, опять же, странность человеческой натуры. Ему ведь всё равно, взорвётся рядом фугасный снаряд или ядерный, конец один, а поди ж ты, ядерный страшнее.

Но выбора не было. Он сделал небольшую разминку, чтобы подготовить позвоночник, после чего присел и, обняв снаряд крепче, чем любимую девушку, со стоном поднялся. Тяжело. Но терпимо. Повезло ему с генетикой, любой другой не справился бы. Шаг, второй, третий. Руки трещат от напряжения. Повернуть за угол, подойти к лифту…

В этот момент он уловил боковым зрением, что по коридору в его сторону бежит какая-то мелкая тварь. Но у мелкой твари тоже были когти и зубы. Первым порывом было бросить ношу и схватиться за оружие, но он сдержался. Быстро сделал ещё два шага, плавно опустил снаряд и, успев развернуться, встретил прыгнувшую тварь ударом ноги.

На этот раз сработало. Тварь, хоть и была когда-то человеком, не смогла развиться в гиганта, представляя собой подобие крупной, но тощей собаки. Весу от силы килограммов сорок. Даже автомат не понадобился, он просто придавил монстра ногой и спокойно всадил пять пуль в череп. Чудовище ещё с полминуты корчилось в агонии, после чего окончательно затихло.

Приток адреналина прекратился, Артём просто рухнул в угол. Перетаскивание снаряда далось недёшево. Спина гудела, рёбра болели, а руки мелко дрожали. Штангу он мог поднять даже вдвое тяжелее, да только у штанги есть гриф, за который удобно держать, а здесь гладкий обтекаемый предмет.

Отдыхал минут пять, после чего с большим трудом заставил себя встать. Работа ещё не сделана. Второй снаряд показался вдвое тяжелее, двигался он медленно, казалось, мышцы на руках вот-вот лопнут. Когда поставил его в лифт рядом с первым, едва не упал в обморок. Присел рядом на корточки, не глядя ткнул в кнопку. Лифт имеет только две остановки, внизу и вверху.

Оказавшись на поверхности, он оставил на время свою добычу, резонно посчитав, что желающих украсть её тут нет, потом отправился к своим спутникам. Картина, увиденная им, привела его в ужас. На бетонном полу скорчился ещё один убитый мутант, вроде того, с которым он встретился внизу, в тощем сером теле множество пулевых отверстий. А чуть дальше, на двух подстеленных телогрейках лежал Саныч, залитый кровью, над ним присел Пётр, старательно наматывая бинт из перевязочного пакета.

- Как вышло? – Артём присел рядом и стал помогать.

- Я в потроха машины полез, там… проблемы были, а тварь эта из-за угла прыгнула. Я стрелял, да только пули насквозь проходят, а она всё равно бежит… Саныч сам её потом завалил, из пистолета в глаз. Да только поздно уже было.

Старик приоткрыл глаза. Судя по виду, жить ему оставалось ещё минут пять.

- Саныч, ты как? – без особой надежды спросил Артём.

Артиллерист некоторое время молчал, потом начал говорить, голос, хоть и слабый, звучал уверенно:

- Потроха целы, раны все снаружи, так вижу. Крови много потерял, и шок… Времени мало, ты нашёл?

- Да, там, в лифте лежат.

- Грузите, я полчаса-час продержусь… должен продержаться.

На этот раз тележка нашлась, нашлись и гильзы с зарядами, машина после непродолжительных манипуляций завелась, а через полчаса они уже выехали с территории базы. Пётр управлял, а Артём держал Саныча на коленях, разговаривал с ним, не давая потерять сознание.

- Может, промедол вколоть? – предложил Артём.

- Нет, - голос старика был едва слышен. – Голова нужна ясная. Сколько у нас времени?

- Час с небольшим, - ответил Артём, взглянув на часы, - потом авиация удар нанесёт, сработает закладка и мы… тоже выстрелим.

На дорогу потребовалось всего двадцать минут. Машина, хоть и выглядела непомерно тяжёлой, могла выдерживать приличную скорость по ровной поверхности. Позиция их находилась на вершине большого холма, откуда открывался вид на бескрайнюю равнину. При желании в бинокль можно было разглядеть какие-то тёмные массы внизу, явно сходка чертей, а справа и слева стоят орды. Как ни крути, их удар самый важный. Простых воинов их бабы ещё нарожают, а магов высшей пробы взять неоткуда. Два выстрела – и победа у человека.

Оставалась самая малость, установка орудия и зарядка прошли штатно. Теперь только навести. Саныч временно преобразился, усилием воли заставив себя встать. Справедливости ради, стоял не сам, Артём придерживал его за подмышки. В ход пошли приборы, наводчик определил азимут, расстояние, сверился с данными геолокации, учёл метеоусловия, ввёл в калькулятор ещё какие-то данные, после чего приступил к наведению. Точность попадания исчислялась десятками метров, но, с учётом типа снаряда, это было не принципиально. Есть ещё второй, но он, возможно, не пригодится.

Саныч, закончив работу, попросил его положить.

- В нужное время просто нажмите спуск, - сказал он и закрыл глаза.

- А второй? – спросил Пётр, но старик уже был без сознания.

- Просто зарядим и выстрелим, - пожав плечами ответил Артём. – Куда-то туда прилетит.

Вообще, после выстрела орудие немного сместится, так что второй снаряд ляжет с ещё большей погрешностью. Но, опять же, это не так важно. Оба присели на землю рядом с орудием и молча стали ждать условленного времени.

- Я тут подумал, - сказал Пётр, вынув из кармана формы фляжку и сделав большой глоток, - это ведь ядерный взрыв, и местность почти открытая, и расстояние всего… Дозу схватим.

Артём посмотрел в сторону предполагаемой цели. Расстояние приличное, но дозу они схватят, это точно. Если лечь рядом с Санычем, тогда… Тоже схватят, но меньше, между ними и эпицентром будет приличная толща грунта. Да и машина послужит щитом. А ещё есть таблетки, выдали перед отправкой. Принять за час до.

- Что у тебя там? – спросил он, кивая на фляжку, предъявлять претензии к бойцу за пьянство он не стал, имеет право свою работу он сделал.

- Коньяк, - спокойно отозвался Пётр и протянул фляжку.

Артём отхлебнул и помолчал.

- Прими таблетки и готовься, немного осталось.

С ними связались, рация ожила и сообщила о пятиминутной готовности. Первый удар наносит авиация, вторым срабатывает заложенный заряд, а третий должны сделать они.

Минуты тянулись мучительно долго, в последний момент Пётр, слегка порозовев от выпитого, встал на ноги.

- Сам хочешь героем стать? – спросил Артём с улыбкой.

- Не в том дело, - мехвод слегка покривился. – Просто ты молодой, тебе детей делать. Спустись вниз и… Саныча тоже возьми, старик крепкий, глядишь, спасут.

В словах поддатого Петра был свой резон. Артём встал на ноги и, подхватив нетяжёлое тело старика, отправился вниз по склону холма. Так больше шансов. Старик плох, но пока дышит. К тому же он вакцинирован, что тоже повышает шансы. Уже снизу он увидел, как в небе на большой высоте пронеслись два самолёта. Модель он не определил, да это было и неважно. Счёт пошёл на секунды.

А потом над местностью разверзся ад. Небо вспыхнуло ярким огнём, один раз, второй, выстрела гаубицы он не услышал, только разглядел Петра, что кубарем катился вниз. Потом пришла ударная волна, от пыли стало темно, как в сумерках, а ещё через минуту настала тишина. Мёртвая во всех смыслах тишина. И уже плевать было на радиацию, на второй снаряд, что ждал своего часа, на всё. Оба бойца сидели, обхватив головы, и глядели на поднимающиеся вдали ядерные грибы. Страшное оружие, что так долго пугало человечество, сработало ему во благо.

Ближе к вечеру их забрал вертолёт.

Эпилог

Прошло две недели после короткой войны. Командование проводило разведку, немногочисленные оставшиеся спутники подтверждали положительный итог бомбардировок. Немногочисленная авиация добивала мелкие отряды чертей, что кочевали по просторам обновлённого мира. При этом расходовали невосполняемые запасы бомб и ракет, но это было уже неважно, поскольку боеприпасы всё равно испортятся от долгого хранения, уж лучше применить их сейчас, обезопасив будущие поколения от многочисленного и агрессивного противника.

Испытывал ли что-то Артём? Как-никак, его руками были уничтожены тысячи разумных существ? Нет, в душе его ничего не шевелилось. Разумные существа имели все шансы мирно жить с людьми на обновлённой планете, перенимать технические новинки, делить сферы влияния, строить свои поселения. Но они, увы, первыми обнажили оружие, в их понятиях просто не было опции «договориться», любой конкурент, пусть даже гипотетический, должен быть уничтожен или порабощён. В короткой истории взаимоотношений двух видов просто не было случая мирного контакта. Увидев человека, чёрт неизбежно хватался за оружие. Победа казалась им лёгкой, противники уступали им численно в сотни раз, вдобавок имелось подспорье в виде магии. Увы, им было неизвестно ничего о козырях человечества, которые свели их в могилу.

Опять же, полностью их раса не исчезла. Отдельные кочевья оседали на земле, кое-где даже строили полноценные поселения, распахивали поля, разводили скот. На это можно было бы закрыть глаза, но было одно но. Чёрные оказались горячими сторонниками рабовладения, а рабами служили люди, случайно попавшие в плен. А значит, война ещё не окончена. Закончился самый горячий её период, стратегический разгром подразумевал ещё много мелких стычек. Но это будет потом, а пока основная масса человечества сосредоточилась на плодородной равнине с естественными границами, постепенно обживая территорию, застраивая её городами и деревнями, развивая производство и приумножаясь численно.

А на севере, в условиях секретности расположился мозг новой страны. Наукоёмкие производства, электроника, биотехнологии. Всё то немногое, что удалось спасти от старого мира. Как знать, будут ли шансы приумножить всё это, или же их работа просто оттянет неизбежный упадок и регресс.

Артём вернулся героем. Награды его не интересовали, а вот новое место работы пришлось по вкусу. С ходу стал научным сотрудником, образование подразумевалось, но без отрыва от производства. А ещё с ним была Зоя, девушку, несмотря на её биологические особенности, оставили на севере. Разумеется, должность низовая, кабинетная, связанная с обработкой документов. Но она была счастлива, поскольку оказалась рядом с любимым. Они ещё молоды, впереди большое будущее, а их дети, быть может, увидят новый мир, не уступающий старому.

Сентябрь – ноябрь 2024

Хабаровск - Мариуполь

Content

Чумной мир

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4