Вай Нот, Саша Токсик

Тёмный Лекарь 10

Глава 1

— Признайся, Октавия, ты меня ненавидишь? — с максимально серьёзной физиономией спросила Бланш.

Тем забавней, что физиономия ей даже в полной мере не принадлежала. Обычно изящная и хрупкая на вид красавица Вийон, сейчас красавицей всё ещё оставалась. Но несколько другого типа. Что называется, «кровь с молоком» и «есть за что подержаться».

А вместо тонких аристократических черт, её лицо теперь украшали пухлые щёчки, так что девушка стала немного похожа на милого хомячка

— А по-моему неплохо получилось, — отозвалась довольная своей работой Октавия, — так тебя точно никто не узнает.

Однако, Бланш этот ответ не убедил.

— Но почему всегда именно для меня ты выбираешь самую странную маскировку? То превращаешь в какую-то хиппушку, а теперь вот… это! Как я поеду в Вийон-де-Тур, в столицу моды, любви и красоты в образе какой-то… деревенщины!

— Ты там не на подиуме дефилировать будешь, — невозмутимо парировала Сципион, — а решать проблемы своего клана. Причём во многом возникшие по твоей вине.

Октавия не упускала случая уколоть Бланш, как и всякого, кто по её мнению облажался. Она считала это принципиальностью, но остальные сходились во мнении, что Сципион это просто нравилось.

— Может и так, — воинственно вскинула голову Бланш, — но я всё исправлю. И Макс в меня верит, иначе не взял бы с собой.

В глазах ведьмочки загорелся нехороший огонёк. Похоже, ей не слишком понравилась провокация приятельницы.

А то, что Бланш использовала моё имя, чтобы побесить ведьмочку, было очевидно всем в этой комнате. Кроме, разве что Кристины Бергман.

Северянка впервые отправлялась в путешествие в нашем обществе, и сейчас явно не понимала, что происходит, и почему атмосфера вдруг накалилась во время обычных рабочих процессов.

Помимо неё, Бланш и Октавии, в комнате с нами сейчас находились ещё и Ольга с Алиной.

Они с нами не поедут, но как и всегда, находились на территории замка, так что просто решили нас проводить.

Хотя, конечно, обе они не отказались бы от нового путешествия. Особенно Алина, которая давно не выезжала за пределы Рихтерберга.

Но брать с собой слишком большую компанию я не хотел.

Нас и так уже собралось четверо, не считая Росси, которую, правда, придётся перевозить особым способом, так что ей маскировка от Октавии не требовалась. Да и с магическим существом даже трюки Сципион бы не прошли.

Так что кому-то придётся остаться дома.

К тому же Ольге пора было вернуться к преподаванию в академии. Хотя её по возможности и заменяли гвардейцы.

Ну а Алину в классе химерологии вообще заменить пока было некем. Её ассистенты, работающие вместе с ней в мастерской, ещё сами учились и могли обучить студентов разве что самым базовым навыкам.

Артефакторику, конечно, тоже пока не мог вести никто кроме Октавии. Среди моих подчинённых ещё не было специалистов в этом вопросе хотя бы средней квалификации.

Но навыки Сципион незаменимы и в другой области. Только с её помощью, мы можем быть уверены, что нашу маскировку не раскроют. Ну, если, конечно, не умудримся перейти дорогу другой ведьме её клана, только более высокого ранга.

Сципион в некоторых случаях как-то умудряются распознавать магию друг друга.

Но мы ехали разбираться с Вийонами, которые исторически на дух не переносили менталисток. Поэтому шанс, что нас раскроет другая ведьма, был минимален.

Так что Октавия делала своё дело совершенно спокойно. Как и в Сальфорте, она «одолжила» личности у каких-то слабых магов и теперь примерила их на нас.

С моей помощью она сумела привязать заклинание «маскировки» к артефактам, а я в свою очередь добавил к ним функцию магических «батареек», которые активно осваивал в последнее время.

И эффект от него теперь мог продержаться дольше. Не пару часов, а несколько суток.

Все мы, очевидно, должны были сойти за стайку студентов. Совсем зелёных по меркам одарённых.

Самой старшей из нас казалась Кристина. Ей можно было дать лет двадцать пять. И в целом, её внешность претерпела лишь минимальные изменения. Бергман по-прежнему осталась высокой блондинкой с голубыми глазами и строгим лицом.

Октавия превратилась в рыжую кудрявую девчонку лет восемнадцати. На вид, такую же малышку, как и она сама.

И мне тоже сейчас едва ли можно было дать даже двадцать лет. Но стоит отдать ведьмочке должное, выглядел я, словно сошёл с обложки мужского журнала про спорт.

И только Бланш со своей новой внешностью пока смириться не могла. Но Октавия её претензий не признавала.

— Вот и не забывай, зачем ты здесь, — довольно резко отозвалась она.

Но и Бланш сдаваться не хотела.

— Не вижу причин, по которым мне нельзя заниматься делами в более… привлекательном виде. Ладно, внешность… но этот сарафан! Это уж точно издевательство! И причёска! Я словно ночевала на сеновале. Позволь мне хотя бы переодеться, — пошла на мировую Вийон.

— Но ты тогда испортишь весь образ, и он сразу станет подозрительным! — возразила Октавия, — а сейчас всё довольно… аутентично. Да и вообще, хватит тратить время на глупости! Ты так возмущаешься, словно эта внешность останется с тобой навсегда. А нам уже пора ехать.

— Действительно, уже пора, — прекратил я их спор, — пять минут и спускаемся в метро.

Бланш присмирела, но ещё долго бормотала себе под нос что-то про преступление против моды и хорошего вкуса. Хотя, на мой взгляд, её сарафан и причёска смотрелись вполне нормально. Разве что не претендовали на звание высокой моды. И Бланш сейчас выглядела как типичная юная студентка из провинции, приехавшая покорять столицу.

В такой одежде она не слишком выделялась из толпы и не притягивала к себе все взгляды, как обычно. А только лишь некоторые.

Собственно, маскировка работала ровно так, как и должна была работать маскировка. Октавия даже постаралась выбрать для нас действительно привлекательные личины. Но Бланш привыкла к красоте рода Вийон, выходящей за всякие рамки обычного. Так что теперь всеми правдами и неправдами, пыталась отстоять своё видение прекрасного.

Однако на сторону Октавии встали ещё и Ольга с Алиной, и шансов как-то повлиять на ситуацию у неё не осталось совсем.

Так что так Бланш и поехала в цветастом сарафане с огромным декольте. По его поводу она тоже выразилась довольно резко, сказав что похожа не то на доярку, не то на корову.

Однако, уверен, что все мужчины, которых мы встретили по дороге до Вийон-де-Тур, остались весьма благодарны Октавии. И это единственное, что они запомнили в нашей компании. Мы все на его фоне совершенно потерялись.

* * *

Несмотря на все наши предосторожности с маскировкой, я не хотел лишний раз пользоваться железной дорогой Десмондов, так что мы уже привычно проделали первую часть путешествия по морю до Сальфорте. Затем двинулись по суше в Шармант. К большому удивлению Изабеллы, которая не ожидала увидеть меня так скоро. Впрочем, несмотря на все её уговоры, задерживаться в Шарманте мы не стали.

А вместо этого всё-таки пересели на поезд.

Потому что дальше бывшие владения Салазаров и Вийонов разделяли плотное кольцо очагов. Нам пришлось бы потратить уйму времени, чтобы пробиться сквозь него.

Десмонды, несмотря на войну кланов сохраняли нейтралитет и считали копеечку. А противоборствующие стороны строго соблюдали правила, по которым ни одно заклинание не должно было задевать станции и пути. Так что станция в Шарманте была одной из самых неповреждённых построек.

К счастью, в этот раз, поездка прошла без приключений. Они начались сразу же, как только мы вышли из вагона. Дав нам, разве что минуту, чтобы насладиться красотой и атмосферой этого старинного города.

Девушки сразу же приосанились и заулыбались, разглядывая всё вокруг.

И даже мне здесь нравилось. Катарине удалось сохранить в Вийон-де-Тур неуловимый шарм старой, давно ушедшей эпохи, по которому я уже успел немного соскучиться.

Привокзальная площадь встретила нас звоном колоколов и ароматом свежей выпечки из многочисленных кафе. Узкие мощёные улочки разбегались во все стороны, теряясь между элегантными особняками с лепниной и коваными балконами, увитыми диким виноградом.

Мимо спешили по делам изысканно одетые горожане, студенты с планшетами под мышкой смешивались с туристами, а из-за угла доносилась музыка уличного оркестра. В тени каштанов пожилые месье в котелках и с тростями вели неспешные беседы, сидя на красивых резных скамейках, и с каждым нашим шагом запах свежих круассанов, который доносил до нас тёплый ветер, становился всё соблазнительнее.

— Ах, — не сдержала чувств Бланш, вдыхая полной грудью, отчего та начала вздыматься и колыхаться ещё сильнее, чем обычно, — какой чудесный аромат! И как же здесь… всё правильно, — она ненадолго замолчала, наслаждаясь моментом, а потом пояснила, — вот только посмотри, Макс, как здорово, когда транспорт в городе разрешён лишь на некоторых улицах. Так чисто… так тихо!

Словно в насмешку, поезд на вокзале тут же загудел. Однако Бланш его словно даже и не заметила. На её лице продолжала светиться блаженная улыбка.

— Может быть, сделаем также и у нас? — снова обратилась она ко мне, — ты всё равно рано или поздно откроешь метро для всех. Лучше уж пусть под землёй творится весь этот хаос.

Ответить я не успел, на неё тут же шикнула Октавия и ткнула локтем в бок:

— Дура, веди себя тише. Считаешь улицу подходящим местом для таких разговоров⁈

— Ой, — прикрыла рукой рот Бланш, — ты права. Но обзываться не обязательно!

Хотя она и стала уже целой княгиней, но всё ещё побаивалась Сципион. Конечно, они с ней теперь даже спорили. Но вряд ли когда-нибудь Вийон будет способна ответить Октавии столь же резко.

Ведьмочку же, признание Бланш вины полностью удовлетворило, и конфликт, казалось, был исчерпан.

Но проблема пришла откуда не ждали.

— Как ты посмел вызвать недовольство этих прекрасных дам? — обратился ко мне какой-то разодетый хлыщ.

Он спешил к нам аж с другого конца площади. Причём так сильно, что, запнувшись, едва не растянулся прямо передо мной на веселёнькой разноцветной брусчатке.

Однако его самого это ничуть не смущало.

Я удивлённо приподнял бровь и ответил:

— Не понимаю, о каком недовольстве идёт речь? Вы прервали нас в самый разгар культурной дискуссии о навязчивых незнакомцах. Так что, мы, пожалуй, продолжим её. Без вас.

Я отвернулся и уже хотел двинуться дальше под одобрительное хихиканье девушек.

Но хлыщ решил нарываться и дальше:

— Ты ещё и хам! Думаешь, я дурак и не понял, что ты меня сейчас оскорбляешь?

Я улыбнулся.

— Напротив, я думаю, что ты очень сообразительный малый. Смотри, как быстро догадался.

Неожиданно в разговор вмешалась Кристина:

— Пожалуйста, оставьте нас, — почти дружелюбно попросила она его, очевидно, опасаясь, что скандал раскрутится слишком уж сильно.

С этим расфуфыренным франтом мог разделаться не то, что я, но и любая из девушек. Очевидно, блондинке было просто неприятно, что мы привлекали к себе внимание громкими криками уличного приставалы.

Но, похоже, хлыщ уже добился чего хотел. С торжествующим видом, он стянул белую лайкровую перчатку со своей руки и кинул её к моим ногам. После чего напыщенно заявил:

— Месье, я вызываю вас на дуэль. Можете выбрать время и место.

Я пожал плечами и ответил на вызов, после чего спокойно пошёл дальше. Чего нельзя было сказать о моих спутницах.

— Ты серьёзно собрался с ним драться, Макс? — удивилась Октавия.

Кристина так вообще теперь выглядела испуганной и ещё меньше понимала, что происходит.

Одна только Бланш расслабленно пояснила:

— Отказавшись, он бы привлёк только больше внимания и проблем. В Вийон-де-Тур запрещено отказываться от вызова на дуэль. За это и посадить могут. На пару дней. Либо выписать штраф, а это ещё хуже, учитывая нашу маскировку.

— Серьёзно? — закатила глаза ведьмочка, — я, конечно, всегда знала, что Вийоны чокнутые, но даже для вас это слишком.

— А что такого? — обиделась Бланш, — это древняя и очень романтичная традиция! Даже странно, что ты никогда о ней не слышала. Она берёт истоки в рыцарских легендах и балладах…

— Бла, бла, бла, — попыталась перебить её Октавия, но ту уже было не остановить.

И не обращая внимания ни на что, она, захлёбываясь, рассказывала про прекрасных дам, которые дарят своему фавориту платочек, про крупные куртуазные турниры, которые проводятся два раза в год. Про элегантные и роскошные костюмы, которые готовят специально для этого мероприятия. И про всё такое прочее.

— Ну, про турниры я, конечно, слышала, — сказала ведьмочка, — но я думала, что это просто вид культурного досуга. Что-то вроде театрализованного представления. А тут вскрылись новые подробности. Ты что, серьёзно считаешь это нормальным? — уточнила она.

— Конечно! — ни секунды не сомневаясь ответила Бланш, — это ведь так прекрасно, когда мужчины совершают подвиги ради своих дам.

Октавия снова закатила глаза. И, честно сказать, даже я был немного удивлён. До этого момента я считал нашу княгиню вполне адекватной и уравновешенной девушкой. Но сегодня она демонстрировала нам новые грани своего характера.

Впрочем, когда я напомнил себе, что она Вийон, первое удивление быстро прошло.

— Значит, ты знал об этих дурацких правилах? — спросила Октавия уже у меня.

— Конечно, — кивнул я, — хотя, признаюсь честно, я надеялся, что уж за тысячу-то лет Катарина наигралась в рыцарей и принцесс, но, похоже, зря.

— Но неужели люди готовы рисковать жизнью ради такой глупости? — не выдержала Кристина.

Очевидно, её такой расклад тоже крайне возмущал.

Но Бланш было ничем не пронять. И она почти ласково пояснила:

— Умереть на дуэли в Вийон-де-Тур практически невозможно. Дуэлянт в первую очередь должен доказать свою доблесть, а не силу и жестокость.

Однако Кристину было так просто не провести. Она уловила главное:

— Практически, — хмыкнула она, — значит, всё-таки, кто-то погибает.

— Ерунда, — отмахнулась Бланш, — тысячи людей и десятки магов умирают каждый день по самым глупым причинам. Смерть на дуэли — лишь досадная погрешность. К тому же если бы не существовало совсем никакого риска, то кому бы это было интересно?

— Вот именно! — воскликнула Октавия, — кому⁈ Кому может быть интересна эта клоунада⁈

Тем временем мы решили остановиться в одной из городских кофеен. Заказать себе по круассану и какому-нибудь напитку.

Я, разумеется, как и всегда выбрал кофе. А вот девушки, все трое, предпочли горячий шоколад.

Поверили Бланш, которая утверждала, что только в Вийон-де-Тур умеют его готовить.

Но за столом спор вспыхнул с новой силой.

Я особенно в нём не участвовал, вместо этого, сосредоточившись на других своих делах. В любом большом городе всегда можно найти вдоволь мёртвых крыс или голубей. И сложно найти разведчика лучше.

Даже самый параноидально настроенный маг вряд ли заподозрит угрозу в пролетевшей неподалёку птице. Во всяком случае, если до этого не имел дел с некромантами.

Я надеялся, что здесь о нас хорошенько подзабыли. Особенно этот тип — Николя Вийон, который посмел перейти мне дорогу. Если б он воспринимал угрозу адекватно, то понимал бы, что ни один судебный запрет не спасёт от смерти.

Мой дар уже вновь стал достаточно силён, чтобы я мог воскрешать умертвий даже на расстоянии. Чаще мне даже не нужно было их видеть. Я просто чувствовал некротическую энергию тех, кто погиб недавно.

Так что, с каждой минутой, Вийон-де-Тур тихо, быстро и неумолимо окутывала моя шпионская сеть. Единственное, что для этого мне надо было перемещаться, поэтому мы с девушками совершали неспешный моцион, в то время как моё внутреннее зрение обшаривало катакомбы, сточные канавы и прочие неприглядные места, где я выискивал материал для работы.

Однако долго моя спокойная работа не продлилась.

К нашему столику спешил разъяренный мужчина средних лет. Лысый, зато с густой бородой.

— Я требую дуэли! — с ходу заявил он, яростно сверкая глазами.

— Ладно, — зевнул я.

От такой реакции мужик опешил и на секунду даже принял смиренное выражение лица и вполне вежливо спросил:

— Даже не спросите почему?

— Зачем? — пожал плечами я, — ты уже всё решил. Так чего время тратить.

Но его мой ответ не устроил, и он зло воскликнул:

— Понятно! Значит, ты всё признаёшь! Что сам меня провоцировал! Ты не спускал глаз с моей дамы!

— А кто она? — сразу навострила уши Октавия.

Я взглянул на ведьмочку с изумлением. Похоже, для неё это стало чем-то вроде рефлекса.

Как и ожидалось, столик этой парочки просто находился по линии моего взгляда. И ему действительно могло в какой-то момент показаться, что я смотрю прямо на них. Хотя на самом деле я в это время подключался к своим теневым разведчикам.

Да и, надо сказать, его дама во всём уступала любой из моих спутниц, даже в их маскировочном виде. И в возрасте, и в умении следить за собой, и в чувстве стиля.

Так что надо быть чудаком, чтобы решить, что я строю ей глазки. А значит, причина вызова была скорее в том, что это он хотел порисоваться перед девушками за моим столом.

В любом случае, когда мы условились о времени, он ушёл. Но ко мне уже двигался следующий дуэлянт с такой же придурочной причиной для вызова.

— Странно, — хмыкнул я, — даже для Вийон-де-Тур, три вызова за полчаса — это уже перебор.

Глава 2

— Разве? — удивилась Бланш, — по-моему, такое количество дуэлей — это вполне нормально.

Из всех девушек она одна чувствовала себя в своей тарелке и даже наслаждалась происходящим.

В конце концов, она даже будто бы забыла про свой фривольный сарафан и внешний вид, не отвечающий стандартам Вийон.

А иногда даже, наоборот, будто неосознанно начинала этим пользоваться, принимая соблазнительные позы каждый раз, стоило мне на неё взглянуть.

Разумеется, это не ускользало от внимания Октавии. И, хотя она пока молчала, я уже видел по её взгляду, как в ней созревают сценарии будущей мести.

— Но вообще, — продолжила Бланш, — я думала, что вы понимаете, куда едете. Это ведь было совершенно очевидно, что большинство городских дуэлянтов захотят набить рейтинг на слабом одарённом, каким всем сейчас видят нашего дорогого Макса. Я даже думала, что в этом тоже есть какой-то ваш план.

— Боюсь, что нет, — мрачно ответила Октавия, — если бы ты соизволила нас предупредить о придурочных законах Вийон-де-Тура, то уж, наверное, я бы подобрала личину чуть более опасную. Чтобы нас доставал хотя бы не каждый второй.

Кристина же в словах Бланш уловила кое-что ещё. И переспросила:

— Рейтинг?

Вийон же с удовольствием ухватилась за этот вопрос, только бы не пришлось отвечать Октавии.

— Вы и об этом не знаете? Существует рейтинг дуэлянтов. Даже два. Глобальный и ежемесячный.

— Только не говори мне, что за это безумие ещё и чем-то награждают, — фыркнула Октавия, а потом, немного подумав, добавила, — хотя, надо признать, мотивация в виде наград делает это занятие в моих глазах уже чуть менее безумным.

— Да! — Бланш радостно подтвердила подозрения Сципион, — конечно, есть награды! Например, дуэлянт, занимающий первое место в глобальном рейтинге, имеет право подарить титул королевы Вийон-де-Тур любой из дам.

— И ей, конечно, всегда становилась Катарина? — усмехнулся я.

— Ну… да, — призналась Бланш и продолжила, — а победителя месяца бесплатно обслуживают в ресторанах, принадлежащих клану Вийон, если он пришёл туда на свидание с девушкой, а второе и третье места…

— Достаточно, — поморщившись, прервала её Октавия, — всё же нет. Такие, — она сделала ударение на этом слове, — награды ситуацию лучше совсем не делают.

Бланш пожала плечами, а мы, наконец, покинули кафе и двинулись в сторону площади с большим фонтаном, гордостью города, как тоже сообщила нам Бланш.

Тысячу лет назад его ещё не было, но всё равно он был достаточно старинным.

И создал его какой-то великий скульптор, родившийся уже после моего исчезновения, но, увы, не доживший до наших дней.

Но, когда я увидел его творение, то едва сдержал смех.

Впрочем, чего я ещё ожидал? Конечно же, он был посвящён Катарине Вийон. Скульптура полностью повторяла её черты. Разве что она была полупрозрачная и похожая на ночное небо, полное звёзд. Вода же лилась из огромного светящегося кувшина, который она держала в руках.

Но, стоит признать, выглядело действительно неплохо.

— Особенно красиво этот фонтан выглядит ночью, — не преминула сообщить нам Бланш с патетическим вздохом.

А я и без этого давно подозревал, что втайне она восхищалась погибшей княгиней, как и многие другие. Может быть отчасти из-за этого она и старалась так отчаянно добиться моего внимания. Просто, чтобы доказать себе что-то.

В любом случае Катарины больше нет. И это к лучшему.

Несмотря на её недалёкость и вздорный характер, она имела уж слишком сильное влияние на недостаточно крепкие умы. И этим своим даром могла устроить мне множество проблем.

К счастью, ей самой ума не хватило, чтобы действовать тоньше, не ввязываясь со мной в прямую войну.

Но скульптура была и впрямь красивая, да.

Я подошёл ближе и достал из спортивного рюкзака, который отлично подходил моему новому образу, бутылку воды.

Открутил крышку и под удивлённым взглядом спутниц вылил воду прямо в фонтан.

Но если девушки просто удивились, то несколько окружающих нас мужчин буквально пришли в ярость.

— Как ты смеешь⁈ — взревел один из них, похожий на медведя, которого кто-то привёл из леса и нарядил в модную одежду, — Не смей осквернять память Великой Княгини!

— Да! — присоединился к его негодованию другой, высокий поджарый парень с рыжими волосами, видимо, какой-то слабый Вийон, — зачем ты вообще это сделал⁈ Я… — захлебнулся он от возмущения, — я не только вызываю тебя на дуэль, но и вызову стражей порядка!

Дуэли меня не волновали, но вот привлекать внимание представителей местного закона мне не хотелось. Так что я состроил крайне печальное и одухотворённое выражение лица и на ходу сочинил крайне глупую, но трогательную историю:

— Осквернять память? Конечно, нет! Я всего лишь выполняю последнюю просьбу своей недавно почившей матушки. Как только она узнала, что Великая Княгиня умерла, то и сама сразу же слегла. Она была большой её поклонницей.

— И что за просьба? — смягчились окружившие меня дуэлянты, но всё ещё смотрели с подозрением.

— Дело в том, что однажды Госпожа Катарина, проезжая мимо нашего имения, попросила воды. И мама принесла ей эту бутылку. Великая Княгиня сделала пару глотков и вернула, а в нашей семье она стала настоящей реликвией!

Внезапно слушателей этого бреда стало ещё больше. Вокруг нас собралось почти с дюжину зевак, и все они внимательно слушали эту байку. Так что я не стал томить их долгим ожиданием развязки и торжественно закончил:

— И мама посчитала, что эту воду, которую Княгиня Вийон благословила своим прикосновением, необходимо обязательно вылить в этот фонтан. Чтобы и другие могли прикоснуться к её частичке.

— Ого, — удивился какой-то дедок в модном сюртуке, — и что, этой бутылки правда касались губы нашей Великой Княгини?

— Конечно! — заверил его я, — стал бы я лгать в таком вопросе!

— А не продашь ли ты её мне? — моментально спросил он же, — я готов хорошо тебе заплатить.

— Э, нет, стой! — воскликнул другой мужчина, немного моложе первого, — не ты один хочешь её купить! Я уж точно могу предложить не меньше!

— Уверен? — злобно зыркнул на него первый.

Похоже, эти пожилые господа были готовы в любую минуту вцепиться друг другу в горло, даже без всякой дуэли. А случайных зрителей вокруг собиралось всё больше.

Да и бутылка обретала всё более легендарный ореол. В конце концов, под жадными взглядами местных сумасшедших, даже мне на секунду показалось, что она светится, будто настоящая драгоценность.

И пока ситуация совсем не вышла из-под контроля, я поспешил сказать:

— Я не могу продать бутылку. Я должен вернуть её на могилу матушке.

Полагая, что такую причину окружающие сочтут достойной, я собирался тихо ускользнуть из этого кольца людей, но не тут-то было.

Магические слова «губы Катарины» подействовали на мужчин вокруг, словно красная тряпка на быка.

Причём их ничуть не смущала, что сама Катарина уже давно скормлена муравьям. А, возможно, этот факт даже повышал в их глазах ценность бутылки.

— Ты не имеешь права утаивать от общества такую вещь! — наперебой кричали они.

И, в конце концов, в меня вновь полетели перчатки. Множество мужчин требовали, чтобы я вышел против них на дуэль, сделав ставкой эту самую бутылку.

Пришлось поговорить с каждым из них, вновь обсуждая время и место.

А, когда мы, наконец, ушли с площади, мои спутницы заметно притихли и выглядели крайне задумчиво.

— Подумать только, — в конце концов заговорила Октавия, — как лихо работает эффект толпы. Стоило кому-то одному поверить в твою историю, как остальные её подхватили и тем самым закрепили в неё веру ещё сильнее. И это притом, что ты не предоставил им ни одного доказательства своих слов!

— Так значит, это неправда? — разочарованно спросила Бланш.

Ведьмочка посмотрела на неё как на полоумную.

— Матушка Макса погибла как минимум тысячу лет назад, уже не говоря о том, что он бы никогда не стал страдать такой ерундой!

— Нет… — смутилась Вийон и несмело добавила, — я имела в виду что, может быть, Катарина действительно пила из этой бутылки…

— Не пила, — развеял я её сомнения, — из неё вообще никто не пил. Она мне была нужна для другого.

А именно для компактной перевозки моего нового союзника, водного элементаля Росси.

* * *

— Как же хорошо, что ты согласился прийти, Луи, — сладко ворковала Лифэнь, — без тебя я бы никогда не разобралась во всех этих улочках, домах и катакомбах…

Разумеется, хакерша врала. Но делала это так уверенно и без всякого стеснения, что Луи несомненно ей верил.

— Если мои знания могут чем-то помочь клану, то я только рад, — как всегда учтиво отозвался он, — особенно приятно помочь такой милой леди, как вы Лифэнь.

Он его комплимента девушка сразу расплылась в улыбке. Она уже давно издалека любовалась красавчиком-Вийоном, но ещё ни разу не возникало даже малейшего повода как-то с ним пообщаться.

Отвлекать его от дел просто так она стеснялась, да и сама была занята даже сильнее, чем учёный. А тут такой повод!

Когда Макс сказал ей, что поедет в Вийон-де-Тур, и собирается организовать там сеть видеонаблюдения, как в Рихтерберге, Лифэнь сразу поняла. Это её шанс.

Кто лучше всего знает столицу клана Вийон, как не тот, кто раньше там жил?

С этой мыслью она и пригласила к себе в офис Луи, хотя, конечно, прекрасно могла разобраться во всём сама.

Но пожалуй, для реального дела совсем бесполезной затеей это не стало. Её консультант действительно отлично ориентировался везде. От центральных улиц до посёлков в пригороде.

Он даже знал несколько совсем неочевидных входов в катакомбы, которые пролегали под Вийон-де-Тур буквально везде.

— Когда я был совсем мальчишкой, то, конечно, часто туда забирался вместе с друзьями, — робко улыбнулся он, словно бы оправдываясь за то, что знаком с такими местами.

Но его улыбка была настолько очаровательной, что Лифэнь едва не растеклась по креслу, превратившись в лужицу умиления.

— Наоборот, это отлично! — подбодрила она его и продолжила расспрашивать обо всём на свете.

Стоит сказать, что именно он помог найти множество секретных укрытий рода Вийон, вокруг которых теперь велось усиленное наблюдение.

Макс гулял по городу всего пару часов, но новые «некровидеокамеры» подключались к сети чуть ли не каждую минуту.

И задачей Лифэнь было не отставать. Она быстро группировала данные, поступающие от разведчиков, делала важные пометки и настраивала работу сигналов, чтобы любые подозрительные инциденты сразу попадали на пересмотр к ней и к команде специально обученных операторов, которые занимались тем же самым в Рихтерберге.

Правда, Лифэнь не могла не думать, что если Макс продолжит активно расширять сеть в других городах, то ей тоже придётся где-то найти новых операторов. Этих явно не хватит для наблюдения за всем.

Хакерша даже тихонько вздохнула, вспоминая, что это не единственная её кадровая проблема. Пока она так и не придумала, где ей достать достаточно компетентных помощников.

Однако искреннее восхищение Луи, который наблюдал за тем, как ловко и чётко она работает, быстро вернул ей хорошее настроение.

— Макс, мы всё выяснили, — отчиталась она по самому важному сегодняшнему заданию, — этот Николя занял бывшую резиденцию самой Катарины.

— Да, у этого парнишки, губа не дура, — подтвердил Луи.

— В общем, он, похоже, не столь уверен в своей безопасности, как делает вид, — продолжила хакерша, — судя по всему, он уже несколько дней вообще не покидает поместье. И я его понимаю, там реально очень крутая система охраны. Скорее всего, сигнализация сразу среагирует даже на твоих мёртвых слуг. Так что будь осторожней, если хочешь остаться незамеченным. В общем, диктую координаты…

* * *

— Николя, мне это совсем не нравится, — заявила Габриэль Вийон, врываясь прямо в спальню, которую он сейчас занимал.

Удивительно, но ему не хватило наглости, поселиться в бывшей комнате Катарины, и там всё оставалось так, словно владелица может вернуться в любую минуту.

Вместо этого он определил для себя вторую по размеру и роскоши комнату. И сейчас валялся на кровати с ноутбуком и тарелкой сочных персиков.

— Габи, — улыбнулся Николя, — ну что ты снова разводишь панику. Всё под контролем!

— Это поэтому ты не выходишь из дома уже несколько дней? Даже курьеров запускают только после полного обыска! Я слышала, они у тебя тут чуть ли не до трусов раздеваются, прежде чем доставить тебе ужин!

— Это всего лишь разумная предосторожность, — отозвался он, — ну же, хочешь персик? — он взял в руки один, подкинул его в ладони и протянул девушке.

Габриэль подошла ближе и без раздумий взяла фрукт. Слишком уж соблазнительно он выглядел. А Габи питала большую слабость к этим сочным плодам. И Николя это знал.

— Ты будто меня ждал, — ответила она, впиваясь зубами в спелую плоть.

— А я и ждал, — радостно признался он, — переезжай уже ко мне, в конце-то концов! Эта спальня слишком большая для одного…

Ну а пока Вийоны наслаждались обществом друг друга, никто из них, как никто из охраны поместья не заметил, как из крана в одной из ванной, в раковину вылилась целая лужица, которая затем приняла облик милой выдрочки и решительно направилась по своим делам.

А именно занялась тем, что умела лучше всего. Воровством.

* * *

— Макс, — задумчиво произнесла Октавия, — мне кажется, или это уже примерно пятнадцатый вызов на дуэль за сегодня?

Я пожал плечами.

— Честно говоря, я не считал.

— И ты действительно будешь с ними драться? Такими темпами, нам понадобится ещё целый день, чтобы разобраться с этим выводком сумасшедших!

— Не волнуйся, — потрепал я её по голове, — у меня всё схвачено.

Октавия улыбнулась и, замурчав словно кошка, сама потёрлась об мою ладонь.

Правда потом снова стала серьёзной и воскликнула:

— Поверить не могу, что это действительно с нами происходит! Не зря я всегда избегала Вийонов!

— Да ладно тебе! — приобняла её Бланш, — ничего страшного не случилось.

Настроение нашей княгини сегодня нельзя было испортить ничем. Настолько она наслаждалась прогулкой по родному городу. Хотя Бланш и уехала в Рихтерберг совсем юной по особому назначению в команду Доминика. Но всегда скучала по Вийон-де-Тур, как призналась нам сама. И никогда не упускала шанса провести здесь отпуск или выходные.

Я же не прекращал собирать вызовы на дуэль до самого вечера. Очень быстро я понял, что не только мой маскировочный вид слабого одарённого притягивал к нам желающих сразиться, но и три симпатичные девушки вокруг словно магнит действовали на потенциальных соперников, заставляя их распускать хвост и выпендриваться ещё сильнее, чем обычно.

Причём, похоже, уверенность в том, что так и надо, они черпали в реакции местных дам, которые просто млели, если кто-то назначал дуэль другому из-за них.

Разумеется, за сегодня мы не раз становились свидетелями чего-то подобного.

Тем временем я почти закончил создание собственной шпионской сети.

Как раз вовремя, потому что избегать дуэлей, на которые согласился, я не собирался. Даже если они вызваны самыми дурацкими причинами в мире.

Хотя бы потому, что сам был аристократом. А избегать схватки, если ты уже ответил на вызов — последнее дело. Если твой противник так жаждет умереть или просто получить трёпку, нельзя его разочаровывать.

Можно сколько угодно смеяться над забавными традициями Вийон-де-Тура.

Но в вопросах чести компромиссов не бывает.

И мы с девушками поспешили на одну из площадей города, где достаточно часто в специально отведённом для этого месте проходили дуэли.

И там меня уже ждала целая толпа.

— Что за наглость! — увидев меня, возмутился один из юных Вийонов, — как вы посмели назначить всем нам дуэль в одно время!

— Отойди, сопляк! — рявкнул мужик, похожий на медведя, — я буду драться с ним первым!

— С какой стати! — тут же послышались возмущения остальных. — Я раньше занимал! А вы вообще здесь не стояли!

Будущие дуэлянты устроили перепалку на предмет того, кто будет сражаться раньше всех.

Один из них и вовсе лез вперёд остальных с криками: «Мне только спросить!».

Всего их было не меньше двадцати человек, так что гвалт на площади теперь стоял, словно на базаре в воскресный день.

Я похлопал в ладоши, привлекая их внимание, а затем громко сказал:

— Достаточно споров! У меня нет столько времени, чтобы тратить его впустую. Я назначил вам дуэли в одно время, потому что намерен драться со всеми одновременно.

— Что за бред⁈ — тут же начали возмущаться оскорблённые дуэлянты.

— Да что он о себе возомнил!

— Сдохнуть хочет!

И так далее. Площадь вновь наполнилась гомоном и руганью. Я тем временем вышел вперёд, встал в фехтовальную стойку и вновь обратился к ним.

— Нападайте уже! Или вы струсили? Чем раньше начнём, тем скорее покончим с этим делом!

Глава 3

В Вийон-де-Тур существовало несколько особенных дуэльных правил, которым больше нигде не следовали. Как ни странно, за тысячу лет они ничуть не изменились. На всякий случай я уточнил это у Бланш.

Изменилась только популярность этого развлечения.

Да, в прошлом желающих биться на куртуазных дуэлях было меньше. Это потом, как оказалось, Катарина и её клан проделали большую работу, чтобы заманить людей на свои турниры и прочие традиционные игрища Вийон-де-Тура.

Этому способствовал и рейтинг, и призы, и возможность для дуэлянтов прославиться, хотя бы в пределах одного города.

В общем, моя бывшая подруга хорошо постаралась, развивая эту традицию.

Иногда Катарина проявляла удивительное упорство в самых бесполезных делах, если это дело находило отклик в её душе.

Почему бесполезных? Поскольку бойцами эти самые дуэлянты были посредственными. Ведь все правила строились на том, чтобы врагу нельзя было причинить серьёзный ущерб. А потому к поединку относились как к забаве, а не схватке ни на жизнь, а насмерть.

Не удивлюсь, если впитанная веками легкомысленность и привела Вийонов к столь скоропалительной войне и быстрому разгрому.

В общем, при подобных традициях, мне уже не казалось странным, что теперь здесь шагу нельзя ступить, не получив вызов на дуэль. И, глядя на толпу в двадцать с лишним человек перед собой, я даже подумал, что ещё легко отделался.

Конечно, придётся потратить несколько минут, но желающих сразиться вполне могло быть и больше.

К счастью, те самые правила местных дуэлей облегчали мне задачу.

Во-первых, дуэлянтам было запрещено использовать магические щиты. Считалось, что это даёт шанс на победу более умелому бойцу, а не тому, у кого просто больше энергетический резерв.

Во-вторых, бои велись исключительно оружием ближнего боя. Это может быть магическое оружие, но никаких заклинаний, ритуалов и боевых артефактов применять нельзя.

И, наконец, в-третьих, дуэли проходили до первой крови или до момента, пока дуэлянты способны держать в руках оружие.

Чаще всего хватало и первого условия, чтобы дуэль остановилась, и пострадавший признал поражение.

Но иногда попадались особо упорные, кто, выронив оружие из правой руки, тут же перехватывал его в левую и продолжал биться, пока ещё мог хоть на что-то надеяться.

Ну а последнее правило, хотя и негласное, гласило, что убивать своего противника на дуэли в Вийон-де-Туре — дурной тон.

Ведь это не даёт ему шансов на реванш! Услышав об этом, я буквально расхохотался.

Официально убийство не запрещалось, но по каждому такому инциденту всё равно начиналось тоскливое разбирательство.

Так что, увы, о новом отряде фехтовальщиков умертвий придётся забыть.

Впрочем, убивать этих восторженных и увлечённых каким-то дурацким рейтингом мужчин я и не хотел.

Страдать чепухой — не преступление. И они не сделали ничего такого, чтобы заслужить смерть от моих рук.

Тем более что не будь моей маскировки, вряд ли хоть кто-то из них рискнул бы бросить мне вызов.

Так что я приготовился драться максимально аккуратно. И поэтому теневой клинок в моей руке принял вид обычной шпаги.

Я рассчитывал выводить их из строя чётко-выверенными, практически невесомыми уколами. Просто, чтобы пустить кровь или заставить выпустить из рук оружие.

Однако в первую минуту этой массовой дуэли, мне даже делать ничего не пришлось, как из неё выбыли сразу несколько человек.

Каждый из них хотел стать тем, кто меня уложит, а потому они устремились в атаку, не обращая никакого внимания друг на друга.

И, вместо того, чтобы достичь своей цели, они, словно неуклюжие деревянные игрушки, начали толкаться и задевать своих соседей по битве.

Особенно отличились два огненных мага, брата-близнеца. Они призвали просто огромные молоты, размером чуть ли не с них самих. И, размахнувшись, совершенно случайно вырубили сразу троих человек.

И подобное, только в меньшем масштабе происходило на всей площади. Так что очень быстро некоторые мои противники уже напрочь забыли обо мне и переключились на своих неуклюжих соратников, поливая их ругательствами на чём свет стоит.

Но были и те, кого так просто с толку не сбить. Некоторые дуэлянты уже меня окружили и двигались даже в некотором роде слаженно.

Правда, им это не слишком помогло. Даже без шага в тень, я легко уклонялся от их, по большей части, крайне неуклюжих попыток меня достать.

В то же время сам не забывал выводить их из боя выверенными уколами. Каждое движение моей шпаги било точно в цель, заставляя противников отступать и признавать поражение.

Ведь, как и полагается некроманту, я прекрасно знал строение человеческого тела. Оттого с минимальными усилиями выводил своих оппонентов из строя.

Ведь достаточно проколоть мышцу в нужном месте, чтобы вызвать такой спазм, что оружие само выскользнет из рук. Или подсечь сухожилие, заставив врага едва ковылять.

Так что большинство противников сами охотно выбывали из боя, поняв, что мой уровень совсем не таков, как они надеялись. Самые умные даже догадались, что я их просто пожалел.

Так что очень быстро в строю остались разве что пятеро противников.

Причём троим из них просто повезло продержаться подольше. А вот ещё двое, действительно оказались неплохими бойцами.

Одним из них на удивление был тот самый мужик, похожий на одетого по последней моде медведя.

Его габариты были крупнее, чем у большинства, но он на удивление ловко двигался, и с умом использовал возможности своего оружия.

Как те близнецы с молотами, он тоже был магом огня и пользовался довольно крупным мечом, который окружала сильная аура пламени.

И «Медведь» размахивал их таким образом, что буквально не давал никому и шанса приблизиться к нему без вреда для себя.

Тем самым он оградился от тех дуэлянтов, которые в начале боя устроили здесь полный хаос, путаясь у остальных под ногами и заставляя большинство выбыть из боя по самым идиотским причинам.

Впрочем, как бы он ни был хорош, но до моего уровня ему было слишком далеко. Так что я выбил его буквально за несколько секунд. Что он воспринял довольно спокойно.

— Я уже понял, что ты слишком хорош в фехтовании для всех нас, — флегматично сообщил он. — Что же, я хотя бы попытался.

Он даже сделал небольшой церемонный поклон, прежде чем уйти с площади, поджимая раненую руку.

И в конце концов я остался один на один против, пожалуй, самого интересного противника из всех здесь присутствующих.

Собственно, именно поэтому я с ним ещё и не закончил, потому что мне было любопытно понаблюдать за его техникой.

Начнём с того, что его клинок был полностью невидим. На первый взгляд он выглядел полнейшим чудаком, который бесцельно размахивает руками, словно какой-то полоумный.

Но на самом деле это был маг воздуха. Причём с сильным даром управления материей.

Всё дело в том, что плотность воздуха невероятно мала. Есть лишь некоторые газы, вроде гелия и водорода, которые дадут ему в этом фору.

А чем меньше плотность чего-либо, тем сложнее создать из него настолько сжатую и острую структуру, как клинок.

Поэтому маги с подобным даром редко сражаются в ближнем бою.

Их конёк — заклинания, которые бьют по большому пространству. Ураганы, торнадо, которые не просто обрушиваются на врага, но и швыряют в него разные предметы.

Либо, на худой конец, что-то вроде метательных дисков в виде вихрей, которые куда легче поддерживать, чем статичный клинок.

Так что оружие, как у моего оппонента, удел лишь действительно талантливых магов, и, пожалуй, я встречал такое, только в роду Ракши Канвара.

Вот только этот парень совсем на него не походил. Сомневаюсь, что он как-то связан с Великим Кланом.

Однако наблюдать за его способностями действительно было любопытно, так что я сознательно дал ему пару минут, позволяя продемонстрировать таланты.

Когда-нибудь, возможно, он станет по-настоящему сильным бойцом. Если, конечно, не погибнет в какой-то нелепой дуэли в Вийон-де-Тур.

Но сейчас для того, чтобы хоть как-то всерьёз мне противостоять, ему не хватало ни сил, ни опыта.

И очень скоро битва была окончена.

Под аплодисменты моих бывших противников и случайных зрителей.

Те, кто ещё недавно меня ненавидели и считали, что я просто зарвавшийся хам, теперь заходились в восторгах.

Ещё один забавный выверт в мозгах любителей местных дуэлей. Больше всего они почитали боевую доблесть и умение фехтовать.

Так что просто покинуть площадь, как я планировал, мне не удалось.

Меня обступили желающие крепко пожать мне руку и одобрительно похлопать по плечу.

Это не считая нескольких товарищей всё ещё мечтающих выкупить мою бутылку, раз уж выиграть её не удалось.

Однако я оставался непреклонен. Бутылка была зачарована для дополнительного удобства Росси. А мне её ещё назад везти.

В конце концов, толпа дуэлянтов всё-таки проявила уважение к победителю, и я смог ускользнуть от них на другую улицу.

Правда, не ото всех.

— Постойте! — услышал я голос одного из них и, обернувшись, увидел того самого мага воздуха.

Он подбежал ко мне, несколько запыхавшись. Похоже, битва на площади его утомила. А затем отвесил низкий поклон.

— Месье, вы настоящий мастер. Я никогда ещё не встречал такого сильного фехтовальщика. Умоляю, назовите мне имя вашего учителя!

Я молча его разглядывал. Пока мы дрались, я больше смотрел на его магию и технику, так что почти не обратил внимание на то, как он выглядит. Отметил только то, что, скорее всего, он не Канвар.

Сейчас же, заметил и другие подробности. Это был совсем юный маг, ненамного старше Ольги или Прохора. Я бы дал ему чуть больше тридцати лет. Для одарённого — это практически младенчество.

Он был высоким и светловолосым юношей, с открытым лицом и живыми синими глазами. А одевался также, как и большинство молодых одарённых в Вийон-де-Тур. По-щегольски с глубоким вниманием к деталям, чтобы сделать свой образ более стильным.

Всем своим обликом он чем-то напоминал породистого щенка, который вырос в хорошем доме. Он смотрел на меня взглядом, полным искренности и энтузиазма. И меня это сразу насторожило. Явно он подошёл не просто обсудить дуэль, а что-то от меня хочет.

Молчание тем временем затянулось, и он хлопнул себя по лбу и добавил:

— Какой же я дурак! Даже не представился, меня зовут Симон Фаверо. И я безумно горд, что мне довелось скрестить с вами клинки!

— Что ж, — ответил я, — рад, что вам понравилось. А теперь мне пора.

Знакомиться с ним я не собирался, зачем лишний раз врать кому-то о своём имени? А настоящее, по понятным причинам, я озвучить не мог.

Однако просто так уйти Симон мне не дал:

— Прошу вас, постойте! — выпалил он, — я хотел узнать… скажите, кто был вашим учителем? Такая техника… такие движения, как у вас — это уже не просто фехтование, а настоящее искусство! Я хотел бы познакомиться с тем, кто вас этому научил!

— Вынужден вас разочаровать, — ответил я, — но мои учителя уже не дают уроков. Они давно умерли.

— Ох… — парень замер, словно громом поражённый, — как же так…

В этот момент я снова сделал попытку под шумок удалиться, но в глазах Симона вспыхнула лампочка. У парня в голове явно зародилась какая-то идея, которую он не стал держать в себе.

— Тогда, прошу вас, станьте моим учителем! — горячо воскликнул он.

— Я не беру учеников, — отрезал я.

Это, конечно было неправдой. Я вполне себе обучал юных некромантов. Но этот парень не имел никакого отношения к моему роду или дару. Да и появился, прямо скажем, не вовремя.

А у меня и без этого время, чаще всего, расписано буквально по минутам.

— Но почему? — не сдавался Симон, — я обещаю выполнять все ваши поручения! К тому же я могу хорошо заплатить! Я вхожу в топ пять рейтинга дуэлянтов Вийон-де-Тура. И я не беден!

Он продолжал что-то яро мне доказывать, но это мало меня впечатляло. Так что я ещё раз ему отказал, после чего, уже не слушая его восклицаний, мы с девушками двинулись дальше по городу.

Уже совсем скоро наступало условленное время для встречи с Росси. А нам ещё нужно было добраться до склада, где она будет нас ждать вместе с награбленным.

Склад, к слову, нашёл для нас Луи. Он знал о небольшом заброшенном помещении, которым владели Вийоны, но в последнее время не могли найти ему применения. Так что склад пустовал, и его даже никак не охраняли.

Зачем охранять то, что стоит пустым?

— Мне кажется, — тихо начала Октавия, пока мы шли по одной из аллей Вийон-де-Тура, — или этот восторженный почитатель твоего таланта следует за нами по пятам.

— Тебе не кажется, — ответил я, — но, пока это длится не так долго. Так что, возможно, ему просто по пути.

Я сам не слишком верил своим словам, но всё-таки надеялся, что это лишь совпадение, и «хвост» отвалится сам собой.

— У нас вроде бы ещё есть немного времени, — взглянула на наручные часы, Кристина, — давайте зайдём в кафе минут на пятнадцать, выпьем по чашке кофе. Может быть, он уже уйдёт.

Слово «кофе» как всегда действовало на меня совершенно магически. И отказаться от столь соблазнительного предложения я не мог.

К тому же не очень-то хотелось раскрывать наш маршрут кому бы то ни было. Хотя наш преследователь и не являлся Вийоном, но вдруг он решит привлечь к нам внимание в самый неподходящий момент?

В этом городе и без него хватает приставал.

Так что, согласившись, с Кристиной, я выбрал одну из ближайших кофеен, и мы вошли внутрь, удобно расположившись на мягких диванчиках за столом у окна.

И к несчастью произошло то, чего я и опасался.

Симон, догнав нас, ничуть не смущаясь, встал прямо напротив этого самого окна, весело нам помахал и теперь смотрел прямо на меня, буквально гипнотизируя меня взглядом.

— Что-то это как-то… даже крипово, — обычно серьёзная и следящая за своим лексиконом Кристина, вдруг перешла на подростковый сленг.

Плохой знак.

— Макс, если хочешь, я могу с ним… поговорить, — с коварной улыбочкой сказала Октавия.

— Не стоит, — сразу отмёл я её предложение.

Зная методы ведьмочки, парень лёгким испугом не отделается. А мне он всё-таки чем-то понравился. Так что я просто решил поговорить с ним ещё раз.

Когда я вышел из дверей кофейни, он радостно ко мне подбежал, разве что не вприпрыжку.

— Вы передумали? Прошу, скажите, что вы передумали!

Я покачал головой и попытался аргументировать свой отказ.

— Слушай, Симон, ты сейчас явно перегибаешь палку. Ты преследуешь меня и моих спутниц. Разве это достойное поведение для… рыцаря?

Учитывая местные нравы, я решил надавить на этот момент.

Однако месье Фаверо это ничуть не смутило.

— Да… в обычной ситуации я и сам бы осудил такое поведение, — начал он, — но вы не понимаете, это другое!

Я хмыкнул:

— И почему же?

— Потому что вы мастер боевых искусств! А я ваш будущий ученик! Я обязан доказать вам, что достоин обучения своей настойчивостью!

— Сейчас ты вызываешь у меня только раздражение, — отметил я.

— Может, и так, — не стал спорить он, — но со временем вы оцените моё упорство! Я буду следовать за вами по пятам. Я не буду спать, не буду есть и пить до тех пор, пока вы не возьмётесь меня обучать!

— А что, если ты просто умрёшь, так своего и не добившись? — поинтересовался я.

— Этого не может быть, — убеждённо отозвался он, — вы просто хотите проверить мою решимость! Так вот! Я уже дал обет и не сверну с выбранного пути!

Я замолчал. Да уж. У парня с мозгами явно не в порядке. Похоже, он перечитал истории о всяких гуру, которые заставляли проходить своих потенциальных падаванов сквозь все круги ада, прежде чем чему-то научить. А, судя по его горячности, не удивлюсь, если он действительно решит сдержать своё обещание и начнёт преследовать меня по пятам везде.

Не убивать же его за это в самом деле. Ладно, если бы он имел какой-то злой умысел. Но это просто восторженный юноша, увлечённый фехтованием настолько, что готов идти на разные глупости.

Но я всё-таки предпринял последнюю попытку его отговорить:

— Слушай, Симон, но почему именно я? Неужели мало мастеров клинка, которые сражаются лучше, чем ты, и могут многому тебя научить? Начни сначала с них.

Он серьёзно ответил:

— Я учусь не переставая. Я брал уроки у многих мастеров, но я видел вас в деле! Пускай, я даже не знаю вашего имени, но буду всю жизнь жалеть, если упущу такой шанс. Поверьте, — горячо убеждал меня он, — может я ещё совсем неумелый воин, но могу отличить настоящего виртуоза от обычного профи. Ваши движения, ловкость рук… вы, именно вы — тот, кто мне нужен!

Я вздохнул. Похоже, он и правда не отступит. Боюсь, это тот случай, когда проще согласиться, чем избавиться от него мирным путём.

С другой стороны, парень и правда был талантлив. Причём как в фехтовании, так и в магии. Так может быть, мне действительно дать ему шанс? Если он вступит в мой клан… кстати.

Я спросил:

— А ты готов уехать далеко отсюда? Я в Вийон-де-Тур лишь проездом и скоро вернусь домой.

— Да я готов ехать за вами хоть на край света! — радостно воскликнул он.

— А что насчёт твоего клана? Я не буду обучать кого-либо, кто не верен лично мне, — предупредил я его.

— Не волнуйтесь на этот счёт! Я уже давно не принадлежу ни к какому клану. Я покинул свою семью, чтобы идти по пути клинка.

— Значит, ты их предал? — задал я ему довольно грубый и каверзный вопрос. Тем самым заставляя его пройти ещё одну мою проверку.

Но Симона это ничуть не смутило.

— Нет, что вы! Наш род всегда был небольшим. Его и кланом-то трудно назвать. Каждый из моей семьи всегда занимался своим делом, не влезая в политику и прочие дела более крупных кланов.

— Что ж, — ответил я, вполне удовлетворённый его ответом, — тогда собирай вещи. Не сегодня, так завтра мы уезжаем отсюда.

Так и не представившись, я оставил ему контакты Лифэнь. Ей всё равно придётся сейчас проверить всё, что он мне сказал. Я никогда не спешил доверять кому-либо на слово.

И я его об этом сразу предупредил, что если он хоть в чём-то соврал, то наша договорённость моментально будет расторгнута.

Он, в ответ на это, лишь продолжил радостно кивать, а затем, окрылённый, умотал собирать вещи.

Ну а я вернулся в кафе, допил кофе и, наконец, отправился на склад, чтобы увидеть то, что удалось добыть Росси…

Глава 4

— Да что происходит⁈ Откуда здесь опять вода⁈

Пожилая экономка злобно зыркнула на охранников, которые несли службу в этом крыле поместья.

Но они лишь возмутились в ответ.

— Это вы нам скажите! Одна из горничных здесь вроде как убиралась, полчаса назад, но похоже ничего не сделала. Вы вообще следите за порядком? — накинулся один из них на бедную женщину.

Но его ярость была понятна. Несколько минут назад он сам растянулся на этой луже под смех своего напарника. Теперь ему это век не забудут! Для боевого мага такая неуклюжесть совершенно непростительна.

Это ещё хорошо, если месье Николя не узнает. Тогда мигом его уволят. Да ещё и с волчьим билетом. Для мага-наёмника такая слава значит практически конец карьере. Так что хорошо бы, чтобы об этом все побыстрее забыли.

— Мои горничные, — гордо приосанилась женщина, — вышколены по лучшему разряду! Они прислуживали самой Катарине Вийон!

— А лужу вытереть не могут, — огрызнулся охранник, — бытовые артефакты и то справились бы лучше!

— Грубиян! — фыркнула экономка, но подумала о том, что сделать служанкам втык совсем не помешает.

А то так и правда можно место потерять. Неизвестно, как относится Николя к живым слугам.

Многие богатые маги действительно предпочитали заменять их бытовыми артефактами. Но Великая Княгиня была иной. Она мыслила просто: бездушная вещица хоть и сделает свою работу, но от неё не дождёшься угодливости и восхищения.

А Катарина, как в воздухе, нуждалась в чужих восторгах и преклонении. Она настолько привыкла к тому, что каждый её шаг сопровождается бесконечным потоком комплиментов, что уже не могла без этого обходиться.

Но после её смерти, экономка не могла не думать о том, насколько шатким стало её положение. Одна ошибка, и она вылетит отсюда как пробка. А потом будет трудно найти настолько же хорошее место!

Думая об этом, она шла по поместью в поисках первой же свободной горничной.

— Чёрт! — раздался женский вопль из коридора поблизости.

Экономка поспешила на крик и нашла одну из своих служанок в очередной луже.

— Я буквально десять минут назад мыла здесь пол! — возмущённо пожаловалась она, потирая ушибленную ногу, — не понимаю, что творится в этом доме сегодня! Повсюду разлитая вода! Кто-то явно решил повеселиться за наш счёт!

— Найду кто это, — заверила её экономка, — уши оторву!

Неподалёку от них навострила эти самые уши истинная виновница кавардака. Росси как раз пробегала мимо, и на её мордочке возникло крайне хитрое и довольное выражение.

Выдрочка была вполне довольна своими шуточками. Хотя она и пообещала Максу не привлекать к себе в этот раз много внимания, как в крепости Шарманта, но всё равно отказать себе в мелких шалостях не могла.

Тем более, что она так хорошо справляется!

Теперь, когда элементаль значительно подняла уровень своей энергии, её способности тоже начали восстанавливаться. И одной из них был — пространственный карман, куда она могла складывать всякие небольшие вещички.

Если бы не это, ей бы не удалось вытащить из поместья столько прекрасных магических вещей.

Здание окружал особенный защитный купол, сквозь который без боя было просто невозможно проникнуть. Причём как внутрь, так и наружу.

Но через водопровод — пожалуйста!

Это оказалось даже проще, чем каждый раз выбираться из колодца. И Росинка только и успевала, что гонять туда-сюда по трубам с чистой водой.

К счастью, их вполне хватало, и ей было совершенно не нужно лезть в вонючую канализацию.

Однако, выдрочка не спешила заканчивать своё задание. Ей всё ещё казалось, что она пока не сумела найти что-то по-настоящему особенное.

Так что Росси продолжала бегать по залам и коридорам поместья, принюхиваясь как собака.

По какой-то причине, это помогало ей лучше улавливать магическую ауру от предметов.

Она должна найти всё самое лучшее! Тогда Макс обязательно её похвалит и разрешит «съесть» много других вкусных артефактов.

Думая об этом выдра невольно облизнулась и проскользнула в очередную комнату, откуда исходил явный магический пульс.

Причём, достаточно мощный.

Жаль, что обычно оказывалось, что он идёт сразу от нескольких предметов, что здорово понижало ценность каждого.

Но Росси не унывала. Скоро удача ей обязательно улыбнётся.

С такими мыслями она обследовала ещё несколько комнат, откуда вынесла всё интересное, пока, наконец, не наткнулась на большой кабинет.

Как и весь особняк, он был обставлен в вычурном и буквально вопящем о роскоши стиле барокко.

А на стене, прямо за большим дубовым столом висел огромный портрет красивой рыжеволосой женщины в золотой раме.

Росси с любопытством вильнула хвостиком. Похоже, что эта картина как раз тот самый предмет, который она так искала. От неё исходила сильная магическая аура.

Вот только как его унести? Предмет был слишком большим для её пространственного кармана. Возможно, когда-нибудь она станет настолько сильной, чтобы спрятать даже такую вещь, но сейчас она может вынести картину разве что в человекоподобной форме, в собственных руках.

Выдрочка задумчиво подошла ближе к стене, и её вдруг озарило. А что если дело не в портрете? Да, пульсация идёт откуда-то отсюда, но…

И Росси обернулась девушкой, чтобы было удобнее снять картину со стены.

Так и есть. За ним прятался сейф. И нужная ей вещь хранилась там.

Элементаль хмыкнула и вновь превратилась в выдру. Найти ключ от сейфа явно будет не слишком сложно.

И она нашла его в кармане пиджака одного долговязого и рыжеволосого мужчины, который, судя по всему, был хозяином этого дома.

Пиджак висел на стуле рядом с кроватью, где он кувыркался с какой-то девицей, так что добычу заполучить было совсем не сложно.

И через пару минут, Росинка уже вскрыла сейф и вытащила из него две магические вещички.

Жаль, что не одну. Тогда это точно был бы мощный артефакт. С такой-то аурой!

Но Росси всё равно была довольна. Раз вещь так хорошо спрятана, значит она важная.

И с этими мыслями, выдрочка вернулась на заброшенный склад, где её уже ждали.

* * *

— Ты решила перетащить сюда весь дом? — с усмешкой спросил я у Росси, глядя на груду магического хлама прямо перед собой.

Эта девица-элементаль, выполняя моё задание, не постеснялась развернуться на полную катушку. Не удивлюсь, если в поместье не осталось ни одного хоть сколько-то ценного магического предмета.

— Ты сказал, что я могу взять себе часть того, что вынесу из этого дома. Значит, чем больше вынесу, тем больше часть, — логично рассудила она без всякой ложной скромности.

С каждым днём Росинка всё лучше объяснялась на нашем языке, и становилась всё уверенней.

А заодно я теперь и сам лучше понимал ей характер. Бесстрашный, наглый и игривый. Элементаль была из тех, кто своего не упустит. Но и договориться с ней было просто. Достаточно пообещать хорошую награду, и Росси станет выкладываться на все сто.

— Сколько барахла… — презрительно оценила груду артефактов Октавия.

На фоне малышки Сципион та казалась ещё больше, чем на самом деле. И уж точно была больше самой ведьмочки.

Та, тем временем, продолжила:

— Сейчас я вижу в основном бытовые артефакты. Но… такие глупые. Тратить на них энергию просто жалко.

— Ой, — вдруг восторженно пискнула Бланш, подлетая к куче и выуживая из неё покрытую драгоценностями расчёску, — это же та самая… — с придыханием закончила она, а потом обернулась ко мне, — Макс, пожалуйста! Пожалуйста, можно я заберу её себе!

— Вот про это я и говорю, — вклинилась Октавия, — столько энергии на такое глупое заклинание.

— Ничего оно не глупое! — горячо возразила Бланш, — эта расчёска заменяет собой целую парикмахерскую! Любая укладка, любая причёска, любая стрижка… она умеет всё. И всё получится идеально. Этот артефакт существовал в единственном экземпляре, созданный по личному заказу Катарины…

Ведьмочка махнула рукой и, пропуская дальнейшие слова Вийон мимо ушей, вернулась к осмотру груды ворованных вещей.

И Бланш снова обернулась ко мне, глядя щенячьими глазами.

— Ладно, — ответил я, — ты можешь взять этот и может быть ещё парочку бытовых артефактов из тех, что здесь есть. Также как и другие девушки. Только пожалуйста, не подеритесь за них, — улыбнулся я.

— Спасибо, Макс! — прямо подпрыгнула от радости Бланш.

Она явно хотела ещё и благодарно броситься ко мне на шею, но, вспомнив про Октавию, быстро передумала.

Так что ограничилась лишь словесной признательностью.

Сама же ведьмочка цокнула языком и сказала, что, пожалуй, всё-таки заберёт несколько вещиц, как образцы дурного вкуса и бессмысленной растраты дара и таланта.

Как артефактор она с пренебрежением относилась к тем магическим предметам, которые, на её взгляд не несли никакой реальной пользы, и создавались лишь ради развлечения или тщеславия владельца.

И, конечно же, бывшее жилище Катерины было доверху забито в первую очередь именно такими артефактами. Почти все они должны были делать её ещё привлекательнее или выполнять ещё какую-то глупую, на взгляд ведьмочки, задачу.

Кристина к идее заполучить что-то из личного фонда княгини Вийон тоже отнеслась с прохладой. Хотя она, скорее, из скромности.

— Это лишнее, Максимилиан. Вы вовсе не обязаны… — вежливо попыталась отказаться она, но Бланш чуть ли не насильно всучила ей парочку косметических артефактов.

— От сердца открываю, — подкрепила свои действия она, дав понять, что отказ её крайне оскорбит, — но ты не должна упускать такой шанс! Любая девушка будет счастлива обладать чем-то из этого золотого запаса.

Октавия, роясь в груде вещей, снова фыркнула.

— Вийоны… — презрительно бросила она, не отрываясь от работы.

Но Кристина с облегчением и даже с благодарностью приняла подарки от Бланш, словно радуясь, что выбор сделали за неё.

Бергман явно была не против вещичек, которые сделают её привлекательней, но боялась заявить об этом прямо.

Я же, вместе с Октавией склонился над добычей, размышляя о том, найдётся ли в этой куче хоть что-то, что будет реально полезно для моего плана. Или же Росси придётся продолжить грабёж.

Осложняло задачу то, что в такой куче артефактов было совершенно невозможно сразу выявить наиболее сильные и полезные вещи. Все вместе они перебивали ауры друг друга и фонили словно это была одна сильная реликвия. Так что приходилось перебирать буквально каждую из них вручную.

Но, в конце концов, я выудил из груды женских примочек нечто, похожее, на компьютерную флешку.

К счастью, скверны, как это часто бывает в технике, в ней не было, так что я не рисковал её сломать. Но и точное назначение предмета пока оставалось для меня загадкой.

— Ой, а это случайно не ключ-карта? — спросила Кристина, подойдя ближе, — очень похоже.

— Да, — перевела взгляд на вещь у меня в руках ещё и Октавия, — действительно похоже.

Кивнула и Бланш.

— Давайте проверим, — предложила Бергман и аккуратно взяла у меня из рук артефакт. После чего, достала из своей сумки маленький аккуратный ноутбук с весёленьким наклейками. Милые смайлики, котята и даже капибары.

Они не слишком соответствовали её обычно строгому виду и поведению, и, поняв это, Кристина смутилась и пояснила:

— Это… я не стала брать большой рабочий ноутбук. Одолжила маленький у младшей сестры.

— Да брось, — сразу же прочитала её враньё Октавия, — Или твою сестру тоже зовут Кристина?

Ведьмочка ткнула ноготком в одну из наклеек с именем хозяйки. И Бергман совсем растерялась.

— Эм… давайте я лучше посмотрю что тут, — сменила она тему и вставила флешку в порт.

На экране тут же высветилось сообщение с ошибкой. Предупреждающее о том, что на этом устройстве нет подходящего приложения и советом попытаться ещё раз.

Заглянуть внутрь мы тоже не смогли. И Кристина сказала, что, судя по всему, это действительно ключ-карта.

Для того, чтобы окончательно в этом убедиться я вышел на связь с настоящим экспертом.

Лифэнь быстро подключилась к ноутбуку Кристины и через несколько минут выдала нам окончательный вердикт.

— Взломать я это не смогу, — с грустью начала она, — Щитцеры своё дело знают. Защиту их банка, если и возможно обойти, то я пока не знаю как. Но есть и хорошая новость. Скорее всего этот ваш наглый Вийон тоже теперь не сможет получить доступ ко счётам, которые защищены этим ключом.

— Странно, — удивился я, — а что делают, если владелец потерял этот ключ? Разве нет другого способа восстановить к нему доступ?

— Ну… — задумчиво протянула хакерша, — наверное, есть, но этот Николя переиграл сам себя. Такие ключи заказывают, когда хотят максимально себя обезопасить. Оставить одну-единственную возможность быстро добраться до счёта. Это одновременно и самый безопасный способ защитить коины, но и самый жёсткий, если доступ к ключу ты потерял. Чтобы восстановить доступ, мурыжить его теперь будут минимум год, заставляя проходить всевозможные проверки.

— Значит, — уточнил я, — мы теперь можем спокойно заявиться в банк и забрать всё, что он припрятал?

— А вот и нет, — разочаровала меня Лифэнь, — недаром этот способ считается самым безопасным. Ключ привязан к его владельцу. Он не сработает, если вы используете его в банке. Более того, сразу же поднимается тревога.

— Что ж, — пожал я плечами, — я и не надеялся, что всё будет так просто. Значит, придётся с ним пообщаться с глазу на глаз, как я и планировал заранее. Лифэнь, отправь нашему зарвавшемуся парнишке приглашение на встречу в одной из кофеен города.

— Конечно, — мгновенно ответила хакерша, — может ты хочешь передать ему что-то особенное?

Я улыбнулся.

— Пусть он примет меня за обычного шантажиста. Скажи, что его ключик у меня. Так будет проще.

— О, всё будет в лучшем виде, — весело заверила меня Лифэнь, — я как раз знаю кое-кого, кто отлично умеет составлять подобного рода послания. Не зря же под моим крылом собрались настоящие криминальные профи. В таких делах, Мао никогда не подведут!

* * *

Николя должен был появиться с минуты на минуту. Для встречи мы выбрали одно не слишком популярное кафе на окраине города. И сейчас, кроме меня и моих спутниц, в нём не нашлось ни одной живой души.

Кроме персонала, разумеется.

Я, Кристина и Бланш сидели за столиком, который находился почти у входа.

А Октавия выбрала место у окна, немного поодаль. Мы решили, что это нам не повредит разделиться. Так она сможет наблюдать за происходящим с другого ракурса и заметить что-то, что мы упустим.

Конечно, повсюду были мои шпионы. Но я допускал, что у моего собеседника в рукаве тоже могут быть припрятаны кое-какие трюки. И подставляться под них сразу всем было бы неразумно.

В конце концов, это именно Вийоны придумали и создали «Сферы Повиновения». И, хотя, к ним-то я уже был готов, но совсем исключать вероятность какой-то новой ловушки я не стал.

Однако, когда дверь распахнулась и твёрдым шагом в кафе вошёл Николя, я даже удивился такой его смелости или глупости.

Вийон был совсем один.

Во всяком случае внутри. Снаружи, разумеется, его ждал целый отряд охранников. Но даже так, он вёл себя слишком уж самоуверенно.

Николя смело подошёл к моему столу и по-хозяйски бухнулся на диванчик, одновременно жестом подзывая к себе официанта.

Я не мешал ему выделываться. Мне было даже любопытно, как он себя поведёт.

— Виски со льдом, — бросил он подошедшей девице, и только потом повернулся ко мне, — так значит это ты глупец, решивший меня шантажировать, — с надменной ухмылочкой спросил он, — я думал ты будешь посильнее. Или, может быть, ты лишь гонец? Тогда тебя здорово подставили, парень, — почти сочувственно сказал он.

Вместо ответа я достал из кармана ключ-карту и покрутил её в руках.

— Значит, не гонец, — прокомментировал он, — простому посреднику не доверили бы столь важную вещь. Тем хуже. Для тебя.

Он положил локти на стол и угрожающе придвинулся ко мне.

— Значит так. Я с тобой не торговаться пришёл. Гони сюда мою вещь. И может быть я пощажу тебя и твоих девок. Нахрена ты их вообще сюда притащил, Идиот? — презрительно выплюнул он, а затем продолжил, — ну или отпущу только девок. Ты ещё не понял с кем связался и здорово облажался, когда решил что-то у меня украсть.

Я усмехнулся.

— Нет, парень. Это ты не понял с кем связался, когда решил украсть мои деньги. Деньги клана Рихтер.

Глава 5

По лицу Николя пробежала едва заметная рябь, но он быстро взял себя в руки и осклабился.

— Что за чушь, — выпалил он, — Рихтер? Смешно. Этот клан хоть и наделал шуму, но сейчас сидит в столице, откуда не выбраться.

— Это ты так думаешь, — резко ответила Бланш.

Николя смерил её презрительным взглядом, оценивающе осмотрев с головы до ног.

— Заблудилась, крошка? Сельский рынок у нас на окраине города.

Это он зря. В глазах девушки моментально вспыхнуло пламя ярости. Я даже забеспокоился не накинется ли она на него прямо сейчас. Однако Бланш сдержалась и лишь холодно заметила:

— Доминик всегда говорил, что хоть ты и мнишь себя дальним родственником Катарины, но аристократизма в тебе не больше чем в его кухарке. Недаром Великая Княгиня никогда не признавала тебя своим племянником.

— Доминик? — нахмурился Николя, пропустив мимо ушей остальную часть фразы, — не знаю откуда он тебе знаком, селяночка, но вопросы крови — самые сложные вопросы в мире.

Вийон замолчал явно стараясь не выдавать своего смятения. Ну а то, что Бланш заставила его крепко призадуматься было очевидно. И, похоже, в головушке этого наглого парня начали роиться разные подозрения.

А, если он действительно хотя бы вполовину так умён, как хочет казаться, то уже должен догадаться, что с ним не шутят.

Я специально не торопился раскрывать все карты. Иногда, чтобы добиться лучшего результата, надо дать добыче созреть.

Впрочем, он понял, что теряет инициативу и снова начал давить:

— Кем бы вы ни были, рекомендую не делать глупостей, — он посмотрел прямо на меня, — отдай мне ключ-карту прямо сейчас, а дальше я готов обсудить, что с вами делать.

Я усмехнулся. Как же быстро его риторика начала меняться. Ещё минуту назад он угрожал мне скорой и неминуемой расправой, теперь же собрался что-то обсуждать.

Такими темпами, через минуту, он уже с полной готовностью будет будет договариваться о собственной капитуляции.

— Предлагаю поступить иначе, — ответил я и кивнул Кристине, та достала свой ноутбук и пододвинула его к Николя, — сейчас ты на наших глазах отзовёшь все свои иски. Во всяком случае те, что можно отозвать удалённо. Затем, мы вместе пойдём в банк, и ты передашь нам все коины со счётов Вийон, на которые ты наложил лапу. Я даже готов простить тебе то, что ты уже успел потратить. Точнее, могу дать шанс это отработать. Судя по всему, ты неглупый парень, а потому, если хорошо постараешься доказать свою лояльность, то сможешь остаться в живых.

Николя нервно сглотнул, хотя всё ещё не был готов признать поражение. Он быстро вернул лицу насмешливое выражение и грубо прорычал:

— На понт меня взять хочешь? Не выйдет. Думаешь я поверю, что ты тот самый Рихтер, который зверски расправился с нашей княгиней? Стал бы он со мной говорить, — усмехнулся он и повернулся к Бланш, — а ты… даже если ты действительно та столичная сучка… тем лучше. Кафе взято в окружение моими охранниками. Уже не говоря о том, что Вийон-де-Тур — это мой город. Город настоящих Вийонов, а не жалких отступников, — буквально выплюнул он.

— Какой ужас, — притворно испугалась Бланш, закатив глаза, — какая пламенная речь! Ну прямо заступник рода, не иначе, — затем она сменила тон и зашипела, — слушай сюда, гадёныш. Я бы тебя прикончила вообще без всяких раздумий. Но Великий Князь Рихтер решил дать тебе шанс. Цени это.

— Замолкни, колхозница, — со смехом отмахнулся он от неё, — никакого Великого Князя я здесь не вижу. Вы в лучшем случае годитесь на роль посланников.

Бланш чуть не задохнулась от возмущения. Колхозами называли большие фермы в окрестностях Вийон-де-Тура, владельцы которых вели хозяйство вскладчину. Тамошние девушки были достаточно обеспечены, чтобы приобретать себе дорогие вещи, но для горожан считались примером заносчивости и дурного вкуса.

— Хотя… — хмыкнул Николя продолжая, — если ваш господин не нашёл никого лучше для отправки сюда, то, боюсь, он не столь страшен, как рассказывают. Ладно. Хватит. Не хотите по хорошему, значит сейчас я позову сюда своих людей.

Николя поднялся с дивана, а я засмеялся.

— Давай-давай, — подбодрил его я, — зови. правда, я очень сомневаюсь, что тебе кто-то ответит.

* * *

Немного ранее:

— Месье Симон, так вы действительно уезжаете? — с грустью в голосе поинтересовалась пожилая консьержка небольшого, но очень уютного, почти домашнего отеля в одном из спальных районов города.

Симон когда-то очень радовался, что ему удалось снять здесь комнату. Знающие люди часто здесь останавливаются, так что мест часто не хватало.

— Мадам, благодарю вас за всё, что вы для меня сделали, — учтиво поклонился ей Симон Фаверо, — но мне пора двигаться дальше. Во всех смыслах. Скажу вам по секрету, — он с заговорщицким видом ей подмигнул, — мне, наконец, удалось найти достойнейшего учителя. Такого, какого я долго искал и не мог найти.

— В таком случае желаю вам удачи, месье Симон, — доброжелательно улыбнулась консьержка.

Этот молодой человек всегда ей нравился. Вежливый, аккуратный. Он прожил здесь почти три месяца, и никогда от него не было ни одной проблемы. Да ещё и галантный, как настоящий рыцарь.

Прожив в Вийон-де-Тур всю жизнь, эта пожилая дама хорошо умела отличать тех, кто лишь пытается играть в рыцарство от тех, кто действительно живёт по законам благородства и чести. И Симон несомненно был из последних.

А кто заселится в его комнату после него оставалось только гадать. Так что не удивительно, что его уход, её несколько расстроил. Как расстроит и многих других служащих отеля.

А вот Симон, напротив, не чувствовал ни капли горечи или сожаления. Одно лишь радостное предвкушение. Новый этап его жизни начался!

Собрался он буквально за пять минут. Вещей у него было не так уж и много. Ещё в самом начале своего пути меча, он дал себе зарок обходиться малым, и весь его багаж состоял лишь из трёх сменных костюмов для разных случаев, двух пар обуви и нескольких артефактов из тех, что он мог себе позволить.

Но столь скромный набор, совсем не мешал Симону отлично выглядеть в любой ситуации. Он рассуждал просто: чем меньше вещей, тем более качественными они должны быть. Так что даже рюкзак, в который он быстро всё собрал, отличался прочностью и красотой.

Теперь, главное не упустить свой шанс! Больше всего, Симон боялся, что учитель его обманул. Дал ему какой-нибудь левый номер, лишь бы он отстал.

Но даже если так, то он всё равно отыщет его. Перероет весь Вийон-де-Тур, если придётся.

Ведь сдаваться этот юноша не привык.

Впрочем, когда он набрал нужный номер, на том конце действительно ответили. Девушка, которая представилась как Лифэнь, предложила ему подождать пока учитель освободится, а пока заняться своими делами.

Но единственное дело, которым Симон хотел заниматься — это брать уроки у своего мастера.

Так что он уговорил девушку сообщить ему, где тот сейчас.

— Слушай, — предупредила она его, — я могу сказать, но для твоей же безопасности лучше, если вы встретитесь позже. Сейчас твой э… сенсей занят, и дело может принять опасный оборот.

— Тогда тем более! — воскликнул Симон, — я просто обязан быть неподалёку! Вдруг моя помощь понадобится!

— Сомневаюсь, — хмыкнула девушка на том конце трубки, — но кто я такая, чтобы запретить тебе рисковать жизнью. Тем более, что я не получала распоряжений оберегать тебя от глупостей и скрывать местонахождение… мастера.

При этих словах, кажется она хихикнула, но Симон решил, что это помехи на линии. Свой долг ученика, он считал священным.

Девушка озвучила ему название одного кафе, где-то далеко от центра и попрощалась. Но Симон её задержал.

— А вы не скажете мне как зовут моего учителя?

— Нет, — невозмутимо отозвалась она, — он сам представится, когда посчитает нужным.

Лифэнь отключилась, а Симон поспешил по адресу.

Где с удивлением обнаружил почти с десяток подозрительных личностей, которые окружили нужное ему кафе.

Получается, его связная не преувеличивала, когда говорила об опасности, тут же смекнул парень.

Не просто же так тут собралось столько боевых магов, да и взгляды у них какие-то недобрые… продолжал рассматривать их Симон.

Тут точно что-то не так!

А что если… задумался он. Что если это ещё одна проверка от его мастера? Может быть он ждёт от него решительных действий? Ждёт, что ученик проявит себя?

И твёррдым шагом Симон пошёл в сторону одного из охранников.

— Что здесь происходит? — спросил он у него.

— Не твоё дело, — отрезал тот.

— Нет, моё! — не отступил Фаверо, — в этом кафе сейчас находится мой учитель. И, если вы что-то задумали…

— Иди своей дорогой, парень, — почти дружелюбно обратился к нему второй охранник, подошёдший ближе.

— Что ж, — кивнул Симон, — тогда я пойду внутрь.

Он сделал шаг, надеясь пройти мимо своих оппонентов, но те сразу же преградили ему дорогу.

— Внутрь нельзя. Иди отсюда пока цел, — грубо рявкнул на него первый охранник.

А Симону было только это и нужно. Теперь он окончательно убедился, что эти типы не простые прохожие. И явно замыслили недоброе против его мастера!

Так что, недолго думая, Симон призвал свой воздушный клинок.

Эти двое даже не поняли сразу что произошло. Преимущество невидимого оружия.

Фаверо только немного внутренне себя укорил за то, что напал без предупреждения. Но нет и не может быть никаких сантиментов, когда речь идёт о настоящем бое.

К слову, в настоящем бою он сражался впервые в жизни.

Впрочем, он всё равно не собирался убивать своих врагов. Только вывести из строя. Показать учителю, что он умеет. Может даже впечатлить… втайне надеялся на это Симон.

А дальше пусть сам мастер решает судьбу этих подлецов. Они тоже явно не знают ничего о чести. Иначе не пришли бы вдесятером на одного!

Хотя, конечно, учитель легко бы с ними разобрался, ведь даже для Симона это не проблема.

Но зачем ему тратить время и силы на каких-то слабаков? Так что Фаверо больше не сомневался.

И, когда против него вышли сразу восемь оставшихся магов, он активировал на себе сразу несколько благословений, которые знал, как свои пять пальцев.

Его стихия — ветер, позволяла ему ускорять свои движения практически до незаметных обычному человеческому глазу.

А воздушный щит ещё больше размывал его фигуру, так что попасть по нему становилось гораздо сложнее.

Подобно урагану, Симон перемещался от одного врага к другому, выводя их из строя.

Благо, он в совершенстве освоил этот навык во время дуэлей.

Оказалось, что существует масса способов ранить человека так, чтобы его жизни ничего не угрожало, но при этом он не мог продолжать бой.

И сейчас Фаверо в полной мере воспользовался этим своим умением. А потом замер, гордо оглядывая дело рук своих.

Все десять подозрительных личностей лежали неподвижными возле его ног.

* * *

Николя меня даже немного разочаровал. Было крайне глупо с его стороны угрожать мне теми молодчиками, что окружили наше кафе, и которых прямо сейчас добивал мой новый ученик.

Симон Фаверо оказался на удивление инициативным товарищем. Не ожидал от него такой прыти. Впрочем, сейчас она пришлась как раз кстати.

Уж больно забавно всё получалось.

Что касается Вийона, то, похоже, он действительно ожидал встретить каких-то слабаков, так что и отряд охранников выбрал соответствующий.

Хотя с его стороны это было крайне глупо. Разве что он… впрочем, если это так, то скоро мы это узнаем.

Не обращая внимания на мои слова Николя достал смартфон и дрожащими пальцами начал нажимать на сенсорный экран.

Потом он дёрнулся, словно от пощёчины и сказал:

— Ладно. Не знаю Рихтер ты или нет, но первый ход за тобой.

А затем просто растворился в воздухе.

— Что⁈ Но как это возможно⁈ — наперебой заголосили Бланш и Кристина, — куда он делся⁈

Ответила им Октавия. Она покинула свой наблюдательный пункт за соседним столиком и подошла к нам.

— А этот Николя не так глуп, — произнесла она, изучая освободившийся стул, — Существуют особые одноразовые артефакты, создающие голографическую копию, не отличимую от оригинала. Владелец может наблюдать через неё за происходящим вокруг и, разумеется, говорить. Даже магическая аура остаётся та же. Дорогие штучки, кстати… похоже, этот Николя уже вовсю шикует на ваши деньги.

Ведьмочка говорила со знанием дела. И не удивительно. Ведь именно клан Сципион такими артефактами и торговал. Я заподозрил нечто подобное примерно в середине нашей беседы. Слишком легко он пошёл в ловушку, а после слишком спокойно вёл себя для человека, к которому заявилась его смерть.

— Не слышала о таком, — удивилась Кристина.

— Ничего странного, — пожала плечами, Октавия, — об этом знают только те, кто может себе позволить его купить. Не хочу тебя обидеть, северяночка, но ваш клан не настолько богат. Он только сейчас пошёл в рост, благодаря сотрудничеству с Рихтерами.

— Вот скотина, — выругалась Бланш, — я думала он уже у нас в кармане. Значит так и сидит в поместье Катарины… крысёныш!

Наша княгиня была полна возмущения. После этой встречи и его хамских комментариев на её счёт, она стала ненавидеть Николя ещё сильнее.

— Ничего, выколупаем эту черепаху из её скорлупы, — заверил её я. — Кажется у вас тут в моде черепаховый суп.

— Но жаль, что не удалось выманить его просто так, на приманку, — посетовала Вийон, — теперь неизвестно насколько ещё мы здесь застряли.

— Я думала, тебе нравится, — заметила Октавия.

— Мне нравится гулять, пить горячий шоколад, есть круассаны и смотреть на дуэли! А не вот это всё! — в сердцах призналась Бланш.

— Хочешь быть княгиней, люби и проблемы разгребать, — философски ответила ведьмочка, — вечно вы, Вийоны, только развлекаться и хотите!

Бланш вздохнула, но, как и всегда, спорить с Октавией не стала.

Расплатившись по счёту, мы вышли из кафе. Официантка и бармен, похоже, даже не успели сообразить, что здесь только что произошло нечто странное.

Так что они просто пожелали нам хорошего дня и выразили надежду, что вскоре увидят нас снова.

Отряд наёмников на улице потихоньку приходил в себя. А вот Симон, внезапно, заболел скромностью и решил не мозолить мне глаза.

Что, впрочем, не означало, что он не продолжит ходить за нами по пятам. Стоило обернуться и было заметно, что он следует за нами, видимо надеясь влипнуть ещё в какую-нибудь неприятность.

— Это он, что ли устроил? — шокировано спросила Кристина, увидев десяток оглушённых магов перед кафе.

— Больше некому, — ответила Бланш, — ну надо же. А он и впрямь не так уж плох, — она обернулась и послала ему воздушный поцелуй.

Увидев это, Симон покраснел как рак и отошёл ещё на несколько шагов назад, увеличивая между нами дистанцию.

Октавия расхохоталась.

— По-моему ты его пугаешь, — сказала она.

— Это всё твоя маскировка! — возмутилась наша княгиня.

— И мы просто оставим их здесь? — вклинилась в их перепалку Кристина, — они вообще живы?

— Живы, — фыркнула Бланш, — ещё как. А зря. Паренёк слишком добрый.

— Да ладно тебе, — похлопал я её по плечу, — это всего лишь наёмники. Пусть остаются здесь. Через полчасика уже каждый из них придёт в себя и вряд ли захочет ещё хоть раз перейти нам дорогу. Ну а нам пора наведаться в гости к их нанимателю.

Пока мы шли, Бланш продолжала костерить Николя на чём свет стоит. А особенно ей не давало покоя, что он засел в поместье Катарины.

Причём я не мог понять, то ли она ему завидует, то ли боится, что мы не справимся с защитными заклинаниями. И, правды ради, Катарина над этим и впрямь постаралась.

Так что, мне и самому не хотелось распутывать охранные чары и ритуалы.

Именно поэтому я и придумал этот план с Росси. Но рыжий гадёныш оказался осторожней, чем хотелось бы.

И теперь уж точно нам его на новую встречу не заманить никакими коврижками. И перспектива восстанавливать ключ-карту у Шитцеров хоть целый год ему теперь кажется не такой уж и неприятной.

Несмотря на всю его браваду и то, что он якобы не поверил в то, что говорит со мной и Бланш, думаю, что всё как раз наоборот, и он сразу понял что к чему.

А этими своими понтами он просто хотел нас отвлечь. Потянуть время.

И сейчас, вероятно, отчаянно думает, как ему выкрутиться.

Но как верёвочке не виться, а конец один.

Если придётся, я разберу его убежище по кирпичикам, а затем вытрясу из коварного ублюдка все свои деньги.

У Николя был только один шанс выйти из этой истории живым. И он его упустил.

Глава 6

Поместье Катарины было похоже на настоящий дворец, величественное трёхэтажное здание из светлого камня, украшенное колоннами и статуями.

Высокие окна в изящных рамах отражали закатное солнце, позолоченные решётки балконов сверкали, а ухоженный парк с идеально подстриженными деревьями и фонтанами раскинулся на несколько акров вокруг. Широкая парадная лестница вела к массивным дубовым дверям, над которыми красовался родовой герб Вийонов, а по обе стороны от входа застыли каменные грифоны, будто охраняя несметные сокровища, спрятанные в этих стенах.

Впрочем, здесь и впрямь было что охранять. Помимо артефактов, которые перетаскала Росси здесь в каждом зале, в каждом коридоре можно было найти множество предметов роскоши и произведений искусства. Работы известных мастеров, подлинники картин великих художников. Катарина словно сорока тащила к себе всё, что представляло хоть какую-то ценность.

Конечно, не исключено, что часть сокровищ разворовали сразу же после её смерти, воспользовавшись суматохой. Но многие вещи, которые здесь хранились, просто невозможно быстро продать. Плюс я надеялся, что какой-нибудь Николя всё-таки помешал разнузданному мародёрству и сохранил для меня хотя бы половину местных антикварных вещичек.

Разумеется, вместе со счетами я рассчитывал заполучить и недвижимость Вийонов. А там, вместе с Бланш можно будет определиться, что оставить в нашем распоряжении, а что продать с молотка.

Но сначала нужно разобраться с Николя.

И я не мог отделаться от дурного предчувствия. Что-то мне подсказывало, что этот изворотливый жук ещё потрепыхается, прежде чем позволит себя поймать.

Поэтому я добрался до поместья так быстро, как только смог, и теперь аккуратно пробовал его защиту на зуб, размышляя, как именно вскрыть её будет быстрее всего.

Просто атаковать в лоб или же сначала распутать часть охранных чар?

Катарина не пожалела сил и золота, чтобы защитить своё жилище. И сейчас в мою пользу играло разве что-то, что помимо энергетического купола и магических ловушек, здание осталось практически без охраны.

Его штурм и раньше не представлялся мне сложной задачей. Я попытался выманить Николя лишь ради того, чтобы оценить его вблизи и дать возможность сдаться. Ведь когда начнётся штурм, то обратного пути для него не будет. Да и разрушений во время захвата поместья я тоже опасался, мысленно уже считая это имущество своим.

Но в результате я не встретил никакого сопротивления.

Конечно, вокруг ошивались какие-то наёмники, и они были даже посильнее тех, кто явился за нами в кафе. Но этого совсем недостаточно, чтобы отразить хоть сколько-то серьёзное нападение. Даже удивительно, что никто этим не воспользовался до нашего появления. Возможно, Николя всё ещё охранял ореол некогда великого клана.

Но, правда такова, что боевых магов среди Вийонов практически не осталось. Катарина по собственной глупости угробила не только себя, но и всю свою элиту.

Конечно, по-настоящему сильными воинами они не были никогда и выезжали, в основном за счёт своей чудовищной выносливости и неубиваемости.

Но теперь Вийоны лишились практически всех, кто был способен держаться на равных с представителями других Великих Кланов. Полагаю, что те одарённые, кто у них ещё остались, всухую бы проиграли даже роду вроде Веласко. Хотя… пожалуй, сравнивать их сейчас с Веласко уже оскорбление для последних. Скорее впору вспоминать скромные кланы вроде Демаре или Бергманов.

В общем, ничего удивительного, что Николя тратил наши коины, нанимая всякий сброд. Лишь бы создать хотя бы видимость сильной гвардии.

Но те наёмники, которые представляют реальную ценность, уже давно на кого-то работают. И нашему рыжему комбинатору пришлось удовлетвориться теми предложениями, которые успели залежаться.

Разумеется, ни один по-настоящему сильный маг, таких наёмников за преграду не посчитает.

А потому, те парни, которые рассредоточились вокруг поместья, очень быстро присоединились к тем, которые уже отдыхали возле кафе.

Только в этот раз Симон даже не успел поучаствовать в битве. Мой новый ученик всё ещё следовал за нами и, заметив, что я вступил в бой, тут же устремился мне на помощь. Но успел лишь увидеть, как падает последний из стражников.

— Мастер! — расстроенно крикнул он мне, — почему вы не позволили мне избавиться от этих людей? Или же вы хотели, чтобы я учился, наблюдая за вашими движениями?

Я хмыкнул:

— И что же, тебя совсем не волнует, что я только что напал на охранников поместья Катарины Вийон?

Разумеется, её бывшая резиденция считалась одной из местных достопримечательностей, так что любой, кто хотя бы раз посетил Вийон-де-Тур, знал, что это за здание.

— Я уверен, что вы не преследуете злых целей, — твёрдо ответил он.

— И откуда такая уверенность? — поинтересовалась подошедшая к нам Октавия.

Девушки не участвовали в разборке с охраной, хотя каждая из них была сильным магом. Даже Кристина Бергман показывала хорошие навыки в управлении энергией и отлично умела не только подсчитывать прибыль, но и была, возможно, самым мощным боевиком в своём клане.

Но мне их помощь сейчас совсем не требовалась. Так что я рассудил, что незачем им вступать в бой в платьях и туфлях. Ещё сломают случайно каблук, и придётся тратить время на походы по магазинам или задержаться в гардеробной Катарины, что ещё хуже. Чтобы осмотреть там всё, не хватит и недели.

А Бланш мы вообще рискуем потерять на месяц. Уверен, что она такой мёртвой бульдожьей хваткой вцепится в коллекцию дизайнерских сумочек, что даже мне её не оттащить.

— Будь мастер дурным человеком, — отозвался Симон, — он бы убил этих наёмников. Как и тех, чью жизнь я отдал ему на блюдечке возле кафе. Как и тех, кто недавно вступил с ним в дуэль. Но он милосерден и справедлив.

Я улыбнулся. Похоже, этот паренёк не столь прост и зациклен на битвах, как кажется. Как минимум он следит за политической обстановкой, потому что сразу понял, с кем именно ему предстоит сражаться.

А он, словно решил убедить меня в этой мысли ещё сильнее, немного подумал и добавил:

— К тому же богатства Вийонов им больше не принадлежат. Они проиграли войну, потеряли свою княгиню и право на имущество. Но некоторые из них всё ещё продолжают делать вид, что по-прежнему владеют городом и этим прекрасным поместьем.

Услышав это, Октавия едва не поперхнулась, явно не ожидая такого ответа. Но всё-таки решила задать ему ещё один каверзный вопрос:

— Так что же, ты поэтому считаешь, что твой мастер вправе на них напасть?

Но сбить Симона с толку было не так-то просто. И он ответил, даже особенно не задумываясь.

— Я не знаю истинных мотивов учителя. Но верю в него. И не буду делать поспешных выводов.

Поражённая ответом, ведьмочка молча, но одобрительно похлопала его по плечу.

Я же тем временем уже переключился на защитные чары. И к своему удивлению обнаружил, что они вовсе не такие сложные, как я помнил.

Словно кто-то отключил часть охранных систем. Либо они отключились сами из-за недостатка магической подпитки.

Я рассматривал только эти два варианта, не допуская мысль о простой халатности. Нет, человек, который знает, что по его душу скоро придут, не забудет запереться на все замки.

Значит, либо у него всё катастрофически плохо с ресурсами, либо мы опоздали и он уже не здесь.

К сожалению, хотя моя сеть неживых камер уже опутывала весь город, у неё всё равно были слепы зоны. И я не мог исключать ситуации, в которой рыжему поганцу повезло проскользнуть мимо них.

Хотя территорию вокруг поместья я просматривал особенно тщательно, но уже успел понять, что мой противник полон сюрпризов.

Как бы там ни было, а прорвать остатки защиты было нетрудно, и очень скоро все мы оказались внутри поместья.

Здесь всё было ровно так, как я помнил. Даже удивительно. За тысячу лет поменялись разве что мелочи. Добавились кое-какие картины и статуи, но в целом Катарина себе не изменяла.

— Всегда мечтала здесь побывать, — не сдержала эмоций Бланш, — она жадно озиралась вокруг, стараясь впитать и запомнить как можно больше.

Кристина вела себя сдержанней, но ей тоже явно было интересно.

Как и Симону, которому я разрешил пойти с нами. Всё равно наши дела в Вийон-де-Тур подходили к концу, и он скоро и так узнает, с кем связался.

Так что если это его шокирует, то ему незачем вообще с нами куда-то уезжать. Впрочем, что-то мне подсказывало, что теперь я от него так просто не избавлюсь.

Единственную, кого не впечатляла роскошь поместья, это Октавию.

Она лишь цокнула языком и отметила:

— Я, конечно, тоже живу в музее, но, по-моему, это уже перебор. К тому же… как-то здесь подозрительно тихо.

Действительно, охранники были только на улице, а здесь нам на пути попадались только испуганные служанки, которые не понимали, что происходит и кто мы такие.

Остановив одну из них, ведьмочка провела мягкий допрос. С неодарёнными её способности раскрывались в полную мощь.

Потом то же самое она проделала ещё с одной.

Но, похоже, что прислуге не было толком ничего известно. Они не знали где Николя, только лишь предполагали, что в своей спальне, где он проводил почти всё время.

Так что мы не стали терять время и поспешили прямиком туда.

Но вместо него самого нас встретила девушка. Привязанная к стулу, с кляпом во рту и глазами, полными ужаса.

Судя по всему, тоже Вийон. Рыжая и по-вийоновски красивая.

— Габриэль? — с удивлением узнала её Бланш.

Но в ответ та лишь испуганно замычала.

К слову, её оковы были не обычными, а магическими. Иначе мага такого уровня не удержать.

Точнее сказать, мага любого уровня не удержать никакими простыми верёвками и даже цепями, разве что совсем-совсем зелёного. Но не того, кто имеет уровень магистра или выше.

Девушка же перед нами, скорее всего, была уже деструктором или близка к этому.

Всё это промелькнуло у меня в голове буквально за долю секунды. А сам я моментально активировал теневой купол, заодно прикрыв им всю свою команду.

Теперь я был уверен, что никакого Николя в поместье давно нет. Но уйти, не оставив для нас ловушку, он не мог.

И гадёныш не придумал ничего лучше, чем прикрепить к шее несчастной девушки мощный артефакт. Грубый с виду ошейник буквально сочился энергией скверны. Казалось, что даже воздух вокруг него пульсирует и вибрирует, меняя свою форму.

Не удивлюсь, если девушка уже даже начала немного мутировать изнутри. Не так быстро, как это было бы в очаге, но всё-таки.

Но это не было главной опасностью ошейника, хотя я уже понял, что при активации он выпустит вокруг себя ещё больше скверны.

Но, дело в том, что после этого мутировать уже будет некому. Ну, по задумке его создателей, конечно. Я не сомневался, что мне хватит сил пережить этот взрыв. Но даже меня он может задержать. И это меня не устраивало.

Я не собирался тратить кучу энергии на подобную ловушку. К тому же это бы значило, что девушка неминуемо погибнет.

Но таймер на её ошейнике запустился сразу, как только мы открыли дверь и вошли в комнату, так что действовать нужно было быстро. У нас есть в лучшем случае секунды три.

Так что, оставив под защитой свою команду, я сделал шаг в тень и мгновенно переместился к жертве.

Ещё секунда мне понадобилась, чтобы вспороть теневым клинком рюкзак и выхватить из него бутылку с Росси. Времени открывать его по-человечески и копаться внутри не было совершенно.

И последняя секунда на то, чтобы выпустить вылить водного элементаля прямо на бомбу и отдать приказ:

— Прячь ошейник! Быстро!

И Росинка не подвела. Обернувшись водной лентой вокруг шеи девушки, она словно бы поглотила бомбу, заставив ошейник раствориться в воздухе.

Во всяком случае, именно так казалось наблюдателям со стороны.

На самом деле, Росси просто спрятала добычу в свой пространственный карман. Там, где даже самый сильный взрыв не причинит никому вреда. Просто потому, что её «сумка» не принадлежит нашему миру. Во всяком случае не той его части, в которой существовали мы.

Габриэль, как назвала её Бланш, похоже, даже не успела понять, что опасность миновала. Она зажмурилась со слезами на глазах и мычала так громко и с таким ужасом, как только могла.

— Расслабься, — похлопал я её по плечу, — всё позади. Ну, почти.

Она удивлённо распахнула глаза и перевела на меня испуганный взгляд. А потом, видимо, осознала, что на ней уже нет ошейника, и ещё сильнее разревелась.

Тем временем к нам подошла Октавия. Она внимательно осмотрела путы заложницы и сказала:

— О, я знаю эту технологию. Могу быстро снять с неё эту гадость. Или у тебя другие планы?

— Давай, — отозвался я, — пока только кляп.

Ведьмочка кивнула и через пару секунд теперь уже наша пленница смогла говорить.

— Спасибо… — первым делом прошептала она, — только не убивайте, пожалуйста.

Она продолжала реветь и повторять одно и тоже, совершенно не слыша наши вопросы.

У девицы явно случился нервный срыв, что неудивительно в её ситуации.

— Надоело, — капризно заявила Росси, глядя на девушку, — можно я приведу её в чувства?

Сама элементаль тоже приняла форму человека, чем изрядно удивила Симона. Он уставился на неё, вытаращив глаза, словно призрака увидел. Да и вообще, судя по его немного пришибленному виду, он явно не ожидал подобного развития событий. Сначала заложница в виде живой бомбы.

Теперь вот это. К счастью, он пока переваривал всё внутри себя и не отвлекал нас, требуя немедленных ответов, чем заработал ещё один плюсик в моих глазах.

Я кивнул Росси, и элементаль окатила Габриэль целым потоком ледяной воды.

И только после этого, та прекратила своё нервное бормотание и выпалила нечто новое:

— Вы Рихтер? — спросила она у меня.

— Допустим, — не стал я отрицать, — но отвечать на вопросы сейчас будешь ты. Где Николя?

На секунду в её глазах я увидел сомнения. Удивительно, что после того, что он с ней сделал, она ещё колебалась сдавать его или нет.

Но это быстро прошло, и она выпалила:

— На вокзале! Он собирается бежать!

Я хмыкнул. Ничего удивительного. Вот только мои соглядатаи не видели на перроне никого похожего на Николя. Маскировка? Возможно. Или он просто ещё не успел туда добраться. Но и на ближайших к вокзалу улицах не было никого похожего.

Так что Лифэнь уже получила приказ сканировать весь город вместе со своими операторами. Она обещала управиться за пару минут.

Я же был уверен в одном, уехать из города на поезде ублюдок ещё не мог. С момента нашей встречи в кафе из Вийон-де-Тура попросту не было отправлений.

А вот следующий поезд отправится буквально через пятнадцать минут. Так что нам надо спешить.

Вот только Сципионы редко торговали с Вийонами. Слишком уж они друг друга не любили. А только у ведьм можно приобрести действительно качественную временную маскировку.

Так что я спросил:

— Октавия, ты можешь проверить её слова?

Ведьмочка кивнула и проделала с Габриэль то же самое, что и с начальником поезда Десмондов.

Буквально за минуту мы убедились, что пленница действительно верит в то, что Николя на вокзале, но не знает ни о какой маскировке. А также не знает, кто ему помогает. Вот это нас уже всерьёз заинтересовало, и мы попытались выудить из неё всё, что ей известно о личностях помощников.

Но, заложница не смогла сообщить об этом ровным счётом ничего. И вообще, её сейчас больше волновало предательство Николя, который, как оказалось, обещал взять её с собой и обещал долю при разделе кланового имущества.

Вряд ли это то, что она хотела нам рассказывать, но сложно утаить что-то от менталистки Сципион, даже если ты представитель другого Великого Клана. Ну, теперь уже не очень великого, конечно.

— Нет, Макс, — услышал я голос Лифэнь, — мы проверили все камеры как программно, так и вручную. Но ублюдка не нашли. Либо маскировка, либо… у нас ещё не охвачены все катакомбы, — предположила она.

Действительно, под Вийон-де-Тур находилось одна из самых обширных сетей подземных тоннелей. Там в равной степени можно было найти как древние захоронения, так и канализационные стоки.

И мы не стали наводнять всю эту подземную зону моими шпионами, ограничившись лишь слежкой у всех известных нам входов.

Я спросил:

— Габриэль, как именно сбежал Николя?

— Под поместьем есть тайный ход, — немедленно отозвалась она.

Что ж. Надо отдать должное Катарине, я об этом ходе не знал. Либо она вырыла его уже после моего исчезновения.

В любом случае пазл теперь складывался.

Возможно, скоро гадёныш действительно окажется на вокзале. Но на всякий случай я проверил ещё несколько мест.

Как и в любом крупном городе, в Вийон-де-Тур были резиденции всех Великих Кланов. Бизнес-центры, склады, магазины и так далее.

У кого мог попросить от меня защиту Николя? Только у кого-то из них. Значит, и тех самых «помощников» надо искать там.

Может быть, он действительно собирался поехать на поезде Десмондов. Может быть, даже договорился с самим Роландом. Тот бы не упустил шанса подпортить мне дельце.

Но, этот изворотливый подонок вполне мог дать своей подружке неверную информацию, на случай, если она всё-таки выживет.

Так что, пока мы продолжали допрос, я уже сканировал все владения своих заклятых врагов.

И, действительно, заметил кое-что подозрительное на одном из складов Штайгеров.

Прямо сейчас они загружали запечатанные большие коробки в свои бронированные грузовики и явно планировали ехать прочь из города.

Может быть, конечно, это не имеет никакого отношения к побегу Николя. Но глупо будет не проверить.

Глава 7

— Вы меня отпустите? Пожалуйста, — снова начала умолять Габриэль, — я рассказала всё, что знаю.

— Ты собиралась прикарманить мои деньги, сучка, — прошипела Бланш, — а я ведь когда-то считала тебя нормальной!

Наша пленница, похоже, уже догадалась, кто скрывается под сарафаном сельской кокетки, так что принялась оправдываться. Причём крайне заискивающим тоном:

— Княгиня, прошу вас! Мы плохо понимали, что вообще происходит. Катарина погибла, клан развалился, а вы были далеко… вот мы и примкнули к Николя, но я раскаиваюсь, княгиня! Сами видите, каким подонком он оказался! Я уже получила по заслугам за то, что доверилась ему!

Я перебил эту истерику и спросил:

— Лучше расскажи, на какие деньги твой дружок собирается жить? И чем он будет платить своим помощникам? Он ведь не может получить доступ к счетам без ключ-карты.

Услышав мой вопрос, Габриэль сразу обрадовалась. Похоже, что ей было что по этому поводу сказать, а значит, она могла быть для нас ещё немного полезной и надеялась, что таким образом ей удастся выкрутиться.

— Да, он пока не сможет пользоваться коинами с официальных счетов клана. Но это не единственные средства, которые он сумел заполучить. Николя с самого начала подсуетился и раздобыл доступ к личным счетам Катарины. Он самый первый проник в это поместье, так что забрал её личный ключ.

— Ты знаешь, сколько там было коинов? — сразу оживилась Бланш.

— Нет, — покачала головой Габриэль, — Николя никогда не называл точные цифры. Но он был уверен, что этих запасов ему хватит, чтобы протянуть, пока он восстановит доступ к основным счетам.

Я вздохнул. Что за халатность! Катарина не потрудилась должным образом защитить даже собственные сбережения! Получается, что снять деньги с её счетов мог любой заполучивший ключ проходимец, даже при её жизни, раз и после смерти не возникло никаких проблем.

Ну, теперь хотя бы ситуация стала немного яснее. Я был уверен, что даже мои заклятые враги не возьмутся прятать у себя совсем уж бесполезного Вийона. Каждый из них вполне понимал, чем рискует, если открыто выступит против меня.

Да, они, несомненно, уверены, что я уже не тот, что прежде, и что они давно обошли меня в силе и умениях.

Но всё-таки каждый из них помнит, на что я способен. И смерть Катарины только доказывала, что они больше не могут считать себя в стопроцентной безопасности.

Так что брать на себя риск без всякой выгоды никто из них на себя не станет.

И всё же я уверен, что один из Великих кланов вмешался и решил получить выгоду от поступка Николя Вийона.

Никто из более мелких не стал бы связываться, да и сам Николя знал, что они не смогут его защитить. Значит — Великие.

И бомба, которая ждала нас в резиденции, только подтверждала этот вывод. Это точно не стиль Вийонов. И вполне вероятно, что Николя получил её от своих новых друзей.

Но всё-таки, кто? Десмонд или Штайгер? Оба клана были сильны в технологиях и могли создать нечто подобное.

Спешить ли мне на вокзал или догонять грузовики?

У меня не было полной уверенности ни в одной из этих версий. Но всё та же бомба могла стать зацепкой.

Вот только изучить её как следует лично я уже не мог. Стоит Росси достать её из пространственного кармана, как буквально через секунду, раздастся взрыв.

Но, к счастью, личный осмотр — это не единственный способ анализа.

Благодаря тому, что я мог записать видео буквально из всего, что вижу и отправить его Лифэнь, у нас появлялся шанс узнать что-то о происхождении этой бомбы, опираясь только на её внешний вид.

Время поджимало. Но даже в такой ситуации хакерша не подвела. Я ценил эту девушку не только за её профессионализм, но и за скорость, с которой она могла работать, когда это необходимо.

— Нашла, — буквально через минуту после запроса, обратилась она ко мне, — не совсем то же самое, но подобные ошейники широко используются на шахтах и заводах Штайгеров. Так они предотвращают возможные побеги каторжников.

— Каторжников? Гюнтер до сих пор не отказался от этой практики? Я думал, что теперь, когда он получил доступ к дешёвой энергии скверны, то успокоился и перестал экономить, и на тяжёлых производствах теперь работают големы.

— Ага, как же, — услышала меня Октавия и тоже решила высказаться, — этот жадный гном с каждым годом только сильнее гайки закручивает. На его землях сейчас одни из самых суровых законов. Украдёшь какую-нибудь мелочь и всё, мигом в кандалы и на шахты. Это людей ему не жалко, а над големами он трясётся, будь здоров. Они стоят дорого, да ещё и быстро приходят в негодность при активной работе.

Я хмыкнул ещё раз, получив подтверждение старой поговорке о том, что сколько людям ни дай, а им всегда мало.

Впрочем, я тоже не брезговал преступниками. Они у меня активно работали на благо общества после заслуженной смерти. Но это касалось только конченых ублюдков, из тех, что брались за любые грязные дела. Убийства, разбойные нападения, торговля людьми.

Мелкие проступки вроде воровства и мошенничества я оставлял в юрисдикции городского управления.

Гюнтер же никакой градации не придерживался. Любой попавшийся преступник был обречён до самой смерти пахать на благо Штайгеров.

Впрочем, сейчас имело значение только то, что ошейник, который мы нашли на Габриэль — это безусловно, их технология. А значит…

— Бланш, Симон, отправляйтесь на вокзал, — распорядился я. На всякий случай проверьте отходящий поезд. Остальные — за мной.

Хотя я и был уже уверен на девяносто девять процентов, что Николя не поедет на поезде. Хитрый подонок уж точно растрепал свои планы Габриэль не для того, чтобы им следовать, а на случай, если она всё-таки не погибнет, чтобы пустить нас по ложному следу.

Но я не мог игнорировать оставшийся один процент. А у Бланш больше шансов почувствовать другого Вийона, даже если тот будет под маскировкой.

От мыслей меня отвлёк вопрос Кристины:

— А что будем делать с этой? — она имела в виду Габриэль, — мы же не можем взять её с собой. Но и оставить просто так нельзя.

— Зря мы её развязали, — хмыкнула Бланш, — может, упакуем обратно?

— Нет, пожалуйста, — захныкала Габриэль, — эти артефакты… от них так больно. Я никуда не убегу!

— Ладно, дайте мне пару секунд, — включилась Октавия и пододвинула стул с пленницей к туалетному столику с большим зеркалом.

Очень скоро взгляд Габриэль стал туманным, а она взяла расчёску и принялась распутывать свои густые рыжие волосы.

— Вот и всё, — подытожила ведьмочка, — теперь, пока я не отменю приказ, эта красотка будет пользоваться кремами, накладывать макияж, делать причёски… а потом всё смывать и начинать сначала. В общем, вести обычную жизнь девушки из рода Вийон.

* * *

— Симон, быстрее, — недовольно торопила своего спутника Бланш, — у нас всего десять минут!

Несмотря на то что Макс доверил ей вроде бы важное задание, она всё равно чувствовала себя выброшенной на обочину жизни.

Как и все спутники Рихтера, Бланш доверяла его чутью и была уверена, что на вокзале они ничего не найдут. Но, вместо того, чтобы присутствовать при поимке этого гадёныша Николя, она застряла тут с этим… новичком.

— Не волнуйтесь, мадемуазель, — с весёлой улыбкой отвечал он, — мы обязательно успеем в срок. Я не подведу своего мастера на первом же задании, которое он мне доверил!

— Похвальное стремление, но слова делу не помогут. Мы всё равно не успеваем, — мрачно отозвалась Бланш.

Она сразу же отмела вариант с такси, потому что вокзал находился на одной из тех улиц города, где было запрещено автомобильное движение.

В Вийон-де-Тур вообще разрешалось ездить лишь по совсем малому участку города, и там всегда были пробки.

В общем, сократить таким образом время было никак нельзя.

С другой стороны, Бланш была превосходным магом поддержки и владела разного рода благословениями на высшем уровне. В том числе такими, которые ускоряли движения.

Владел ими и Симон, только в другой форме. Ведь их дар брал своё начало в разных стихиях.

Так что, конечно, они здорово выделялись, проносясь по улицам города словно два маленький ураганчика.

Но в один момент им пришлось остановиться возле довольно широкого ручья.

— О, нет! — воскликнула Бланш, — здесь же был мостик, я помню…

От досады она закусила губы и начала напряжённо думать, как обойти это препятствие. В воду ей лезть не хотелось, но, похоже, придётся, если она не собирается подвести Макса. А это исключено.

— Какая же я дура! — снова выпалила она, — надо было уточнить маршрут у Лифэнь. Глупо было надеяться, что здесь всё осталось как пять лет назад, когда я в последний раз была в Вийон-де-Тур.

Сказав это, Бланш решительно двинулась в сторону ручья. Обходить его времени не было совершенно. Они тогда точно опоздают. Придётся нырять.

Однако спустя секунду она вдруг почувствовала сильные руки Симона у себя на талии.

— Не волнуйтесь, мадемуазель, кем я буду, если позволю даме вымокнуть до нитки?

Он подхватил её словно принцессу и, не слушая возражений, разбежался и одним прыжком перепрыгнул через ручей.

После чего аккуратно поставил её на брусчатку и строго добавил:

— И никогда не принижайте себя. Девушка не должна обзывать себя такими словами.

— Но ведь я сама завела нас сюда… — удивилась Бланш.

— Для того и существуют, рыцари, мадемуазель, — вновь улыбнулся Симон, — если дама ошиблась, то они должны исправить ситуацию.

Княгиня совсем засмущалась и, чтобы это скрыть, быстро перевела тему, напомнив, что им нужно спешить.

Очень скоро парочка, наконец, добралась до вокзала. Они успели, поезд ещё не тронулся.

На перроне было много людей, в основном провожающих, но большинство пассажиров уже успели расположиться внутри.

Выдав себя тоже за провожающих, Бланш всё-таки уговорила проводников и охрану пропустить их внутрь. Пусть и в этом облике, но харизма Вийонов её не покидала.

Оставалось всего-то промчаться сквозь все вагоны поезда за три минуты.

Впрочем, под теми заклинаниями, которые они на себя наложили, это было не так уж трудно. Труднее, не показаться персоналу поезда слишком уж подозрительными.

Десмонды не любили шутников на своих поездах.

К счастью, всё обошлось. Но Бланш всё равно была расстроена. Конечно, никакого Николя на поезде не было, так что они просто без толку потратили время.

Только и оставалось, что грустно плестись по перрону, понимая, что пропустят самое интересное.

Однако если Бланш выглядела совсем угрюмой, то Симон, наоборот, не унывал.

— Подожди меня здесь, — обратился он к ней, когда они шли мимо одной из красивых кованых лавочек.

Бланш лишь пожала плечами и села. Даже воздух и виды родного Вийон-де-Тура практически перестали её радовать.

Симон куда-то убежал, но вернулся буквально через несколько минут, держа в руках стаканчик горячего шоколада и упаковку вкуснейших пирожных.

— Прошу, — он галантно приподнёс всё это Бланш, — я не могу допустить, чтобы дама грустила. Надеюсь, это поднимет тебе настроение.

И Бланш действительно невольно расплылась в улыбке. Удивительно, но этот совсем молодой парень знает, как порадовать девушку.

Но, уплетая пирожные, она не могла не спросить:

— Симон, но я ведь выгляжу ужасно! Словно самая настоящая колхозница… а ты так стараешься ради меня.

Симон посмотрел на неё с удивлением и, ни секунды не раздумывая, ответил:

— Глупец тот, кто будет оценивать даму по одной только внешности. Каждая девушка красива по-своему, но гораздо важнее её внутренняя красота.

Бланш не раз слышала подобные фразы из уст самых разных мужчин, но никогда им не верила. Всё это были лишь попытки заинтересовать красотку Вийон, притворившись более глубокой личностью, чем на самом деле.

Она давно привыкла к своей яркой внешности, используя её довольно часто как оружие. Но в этом облике слова молодого дуэлянта прозвучали для неё громко, словно набат. И тот говорил так искренно, что Бланш просто не могла ему не поверить.

* * *

— Не могу понять, — начала Октавия, — сначала я подумала, что мне показалось, но теперь точно вижу, что мы идём не к резиденции Штайгеров, а в какой-то парк.

— Так и есть, — невозмутимо отозвался я.

— Но зачем? — удивлённо спросила она.

В глазах Кристины читался тот же немой вопрос, но Бергман всё ещё не чувствовала себя уверенно в моём обществе и предпочитала вести себя молчаливо и скромно. Даже слишком.

Я же в ответ решил не раскрывать все карты, а, улыбнувшись, ответил вопросом на вопрос:

— Как думаете, как быстро мы догоним грузовики на своих двоих?

— Ну под заклинанием Бланш небольшие шансы есть, — отозвалась Октавия и добавила, — это, кстати, ещё один вопрос, который я хотела задать.

— Просто наблюдайте, — ответил я и повёл их дальше вглубь одного из самых крупных и популярных парков Вийон-де-Тур.

Несколько минут мы шли по красивой тенистой аллее, пока не добрались до небольшого озера, вокруг которого был разбит настоящий сад. Деревьев здесь уже было мало, в основном клумбы с цветами, и такие же цветущие кустарники.

— Даже жаль, что придётся испортить этот вид, — пробормотал я, что заставило девушек вновь с удивлением на меня взглянуть.

В то же время пока я осматривался, Вийон-де-Тур решил напомнить мне, что смотреть по сторонам просто так здесь не принято. Любой взгляд, местные дуэлянты готовы воспринять как вызов.

Так что к нам уже поспешили несколько мужчин с явным намерением вызвать меня на дуэль.

Октавия вздохнула.

— Что, опять? Только не это! Может, не будем тратить время, и с ними разберусь я? — спросила она у меня.

Но я покачал головой.

— Не нужно. Они сейчас сами разбегутся.

Разумеется, мои слова до них долетели и крайне оскорбили.

— С какой стати вы обвиняете нас в трусости⁈ — воскликнул один из них.

— Если секунду назад я ещё сомневался, то теперь уверен! Дуэли не избежать, — вторил ему следующий.

Третий тоже хотел что-то сказать, но я жестом его остановил.

— Минуту, — попросил я у них.

И пока они вновь начали возмущаться моей наглости, земля вдруг вздрогнула. Трава зашевелилась словно старое лоскутное одеяло и стала расползаться.

А из-под неё полезли старые кости.

Глава 8

— Что это⁈

— Это скелеты!

— Трупы везде!

— Некромант здесь!

— Ааааа!

Парк мигом наполнился криками и хаосом. Даже те, кто сразу не понял, что происходит что-то странное, быстро поддались панике, глядя на других.

И, как я и ожидал, потенциальные дуэлянты буквально растворились в одно мгновение.

— Похоже, моя маскировка уже не актуальна, — флегматично отметила Октавия.

— Да пускай пока остаётся, — махнул рукой я, — а там будет видно.

Неожиданно подала голос и Кристина.

— Но это же парк, а не кладбище, — удивлённо сказала она, — откуда здесь скелеты?

Обе девушки смотрели на меня, явно ожидая объяснений.

И я кратко рассказал им про одну старую историю.

Больше тысячи лет назад, когда мы с Катариной ещё были союзниками, в силу начал входить один клан. Риццо. Они жили на полуострове, неподалёку от земель Салазаров, да и от Вийонов, в общем, тоже.

Климат в этих местах считался одним из лучших для проживания, так что не удивительно, что концентрация желающих занять эти земли всегда высокой.

В общем, Риццо на удивление быстро становились мощным боевым кланом с амбициями потеснить кого-то из великих.

Их способности заключались в одной из форм зверо-магии. Риццо превращались в гигантских волков. Но в отличие от тех же Веласко, также способных к трансформации, эти «пушистики» предпочитали именно звериную форму даже в повседневной жизни, а в ней отличались крайней жестокостью. Кровавые ритуалы, массовые убийства ради забавы. В общем, вся та хрень, из-за которой у оборотней до сих пор дурная слава.

Простой народ на их территории буквально взвыл и ударился в бега. И тогда Риццо решили расшириться за счёт соседей.

И своей жертвой они выбрали Катарину.

И, хотя Вийоны хорошо держались, ситуация всё равно была сложной. Так что я согласился выступить на стороне своей союзницы, тем более, что Риццо никогда мне нравились.

Поэтому, когда они решили выйти против Катарины в решающем сражении под Вийон-де-Туром их ждал сюрприз в виде моей армии.

Хотя, скорее, небольшого отряда мертвецов, но этого хватило, чтобы о клане Риццо все забыли. Навсегда.

Как только мы прибыли в Вийон-де-Тур, я сразу же почувствовал энергию своих бывших слуг. Она была не столь сильной, ведь прошло много лет. Но из-за их количества, не заметить её было сложно.

Я даже не удивился, что они истлели на том же месте, где я их оставил. Сначала Катарина попросила, чтобы они немного здесь подежурили, на случай, если найдутся ещё какие-то наглые кланы, которые захотят воспользоваться моментом, пока Вийоны восстанавливаются после долгой изматывающей войны.

А потом появилась скверна, и мои мертвецы помогали зачищать очаги поблизости.

Конечно, когда вражеское заклинание в склепе выкачало из меня энергию, мои слуги и питомцы уже не могли поддерживать своё существование и превратились в обычных скелетов.

И, похоже, что Катарине так и не хватило смелости упокоить их где-нибудь на кладбище. Вместо этого она решила засыпать тут всё плотным слоем земли и разбить парк.

Вполне в её духе. Замести проблемы под ковёр и сделать вид, что ничего не было.

— А почему ты сразу их не поднял? — поинтересовалась ведьмочка.

— Незачем, — пожал плечами я, — сама видишь, в каком они состоянии.

И действительно, отряд скелетов выглядел, мягко сказать, совсем непрезентабельно.

За тысячу лет их кости истлели настолько, что большинство из них потеряли целые куски, а то и вовсе от них оставалась только половина или и даже одна черепушка.

Но и то, что осталось, было трудно назвать хорошим материалом для слуг. Именно поэтому некромантам там важны свежие тела.

Нет никакого смысла разорять кладбища и беспокоить похороненных там людей и их родственников.

Конечно, речь не идёт о свежих могилах, но я всегда считал, что некромант не должен прибегать к таким способам пополнения своего войска. И в клане Рихтер разорение кладбищ было под строжайшим запретом.

Да и нужды в этом не было. Удивительно, но даже при моей репутации, всегда находились дурачки, готовые бросить вызов некромантам.

Кроме того, были и «добровольцы». Люди, живущие на моих землях, настолько привыкли к живым мертвецам, что видели в них одну лишь пользу. А потому без сожалений завещали свои тела клану, желая служить нам и после смерти.

Особенно, зная, что за это их семьи получат компенсацию чистым золотом.

— Вижу, — мрачно произнесла Октавия, — но раз ты их всё-таки пробудил, значит, какой-то толк от них будет?

Я кивнул.

— Их кости старые и хрупкие, но зато сделать из них новую химеру будет проще. Когда нет плотных тканей, то и обтёсывать ничего не нужно. Мне даже не обязательно касаться их руками.

И в подтверждение своих слов я направил энергию на своих бывших слуг, заставив их буквально развалиться на части, как кусочки конструктора, а затем собраться заново, представ в совершенно ином виде.

— Вау, — практически одновременно восхитились Октавия и Кристина.

А зрелище и впрямь получилось эффектным. И вместо жалкого отряда полуистлевших слуг, перед нами теперь стояла величественная костяная гончая.

Только раз этак в пять больше своих сородичей из моей основной армии.

Но в то же время лишённая их прочности и других особенностей, вроде собственного голоса. Так что громадина не могла ни рычать, ни выть. Лишь гремела костями и скрипела.

Когда у тебя в распоряжении один лишь скелет, то из него невозможно сделать даже подобие лёгких.

Впрочем, для наших целей и этого было достаточно. Так что я просто приказал гончей лечь на землю, чтобы нам проще было забраться в сёдла.

Разумеется, тоже костяные. Но получилось вполне удобно, хотя Октавия всё-таки не удержалась от комментария:

— Знала бы, сделала бы для нас гораздо более комфортные сидения. Ты же знаешь, как много я умею. Но уже нет времени.

— В следующий раз обязательно, — пообещал я ей, и мы тронулись.

Гончая понеслась по городу, словно ветер, перепрыгивая через деревья в парке и даже запрыгивая на одноэтажные и двухэтажные дома.

Она была достаточно лёгкой, чтобы не нужно было беспокоиться о том, что мы разрушим чью-то крышу, так что я не скромничал.

А Октавия так вообще не могла сдержать смех, глядя на то, какие ужас и смятение внушает наше появление на улицах Вийон-де-Тур.

Местные ещё не скоро забудут эту гонку.

— Всегда мечтала стать некромантом, в том числе для этого, — просмеявшись, призналась она, — это так весело!

Кристина же, напротив, побледнела и боялась лишний раз шелохнуться. Но больше ничем не показывала своего страха.

Тем временем, мы уже выехали за городскую черту. По моим рассчётам догнать Штайгеров получится уже через десять минут.

* * *

— Спасибо, — поблагодарил Николя одного из своих сопровождающих, с облегчением выпрыгивая из большого деревянного ящика.

Ощущения от пребывания в нём были не из приятных. Словно гроб. От этой мысли по коже Вийона побежали мурашки. Он ведь и впрямь лишь чудом избежал смерти.

Николя уже не сомневался, что по его душу действительно приехал Рихтер, настоящий Кошмар Древности.

Подумать только, как сильно он просчитался, решив, что в Вийон-де-Тур, он в безопасности.

Он всегда гордился своим умением рассуждать логично. Но в этот раз логика его подвела. Похоже, что этот раритет минувших эпох, вполне комфортно чувствовал себя и в современности.

И это ужасало ещё сильнее. Если он способен так быстро адаптироваться, то мир обречён… он вновь падёт под властью некромантов.

И единственные, кто может это остановить, это другие великие князья.

Николя пытался успокоить себя таким образом, убедить, что поступил верно, заручившись помощью Штайгеров, но его положение всё равно оставалось крайне неприятным и шатким.

Они взяли его с собой, но Вийон буквально кожей чуял презрение.

Он здесь не почётный гость, а жалкий проситель, чья судьба полностью зависит от чужой милости.

Однако он старался ничем не выдавать этих мрачных мыслей и вести себя с достоинством.

Так что какое-то время он невозмутимо сидел рядом со своим сопровождающим Штайгером. Того звали Йенс, и по сравнению с высоким Вийоном, он казался почти ребёнком. Но только по росту.

Штайгеры вообще, как и их глава, почти все были маленькими, но коренастыми. Прямо как мифические гномы, как за глаза называли их другие кланы.

Но стоило посмотреть в их суровые лица, как желание шутить моментально пропадало.

Грузовик, в котором они ехали, отличался от обычных невероятно высоким уровнем защиты. Здесь даже не было окон. Йенс управлял дорогой, глядя на экраны, которые транслировали внутрь всё, что происходит вокруг.

И первое время, Николя это даже развлекало.

Но время тянулось медленно, а водитель не проявлял никакого интереса к попутчику, и Николя сам нарушил тишину. Тем более что его беспокоило слишком многое.

— Скажи, приятель, — с напускной непосредственностью начал он, — а мы точно здесь в безопасности? Я бы хотел получше разобраться с условиями моей защиты. У нас не было времени подробно это обсудить, так что…

Йенс усмехнулся и довольно грубо ответил:

— Поздно уже сомневаться. Живым доедешь и радуйся.

— Но всё-таки… — не унимался Николя, — вы знаете, что я хорошо заплачу, когда восстановлю доступ к счетам. В обычном случае на это ушло бы не меньше года, но я профессионал и знаю все законы и лазейки. Мне хватит и нескольких месяцев, — похвалился он.

Но в ответ получил лишь очередную грубость:

— Слушай, — зевнул Йенс, — мне плевать. Конечно, ты отдашь нашему князю всё, что обещал. Не просто же так он за тебя впрягся.

— Разумеется… — Николя хотел заверить Штайгера в своих самых честных намерениях, всё ещё надеясь наладить контакт, но его тут же перебили.

— Давай я упрощу тебе жизнь, — почти дружелюбно ответил тот, — для всех будет проще, если ты перестанешь делать вид, будто бы от тебя ещё что-то зависит. Гюнтер терпеть не может таких изворотливых хлыщей, как ты. И твоя судьба теперь полностью в его руках. Так что уж постарайся не разочаровать Великого Князя.

Николя замолчал. Конечно, он уже и сам подозревал, что из одного капкана сунул голову в другой. Но всё-таки здесь у него есть хоть какие-то шансы выкрутиться и сохранить хотя бы часть украденных богатств.

Надо просто потерпеть. В конце концов, этот Йенс — обычный местечковый начальник. Как он и сказал, в конечном итоге решать всё будет Гюнтер. А Великий Князь явно поумнее. И, возможно, сумеет оценить таланты Николя по достоинству.

Немного успокоившись, Вийон всё-таки решил продолжить расспросы и даже кое-что сумел узнать.

Например, что они действительно поедут сквозь очаги. Он слышал о том, что Штайгеры, подобно Десмондам научились создавать экранирующие панели для своего транспорта.

Конечно, не такие мощные, как у поездов, но достаточные, чтобы прорваться сквозь альфу или даже бету.

Поэтому они могли перемещаться между некоторыми городами собственными силами, не попадая в зависимость ни от кого.

И сейчас они везли его по своему совершенно стандартному маршруту в соседний город. В том числе, чтобы не привлекать лишнего внимания.

А уже оттуда его переправят в столицу Штайгеров.

Во всяком случае, таков был план.

Но внезапно Йенс нахмурился и приблизил изображение из камеры заднего вида, после чего оба попутчика громко выругались.

Ещё бы, прямо за ними, огромными прыжками, сокращало расстояние какое-то огромное чудище, похожее не то на собаку, не то на лошадь.

Но хуже всего, что оно было полностью создано из костей.

А это могло означать только одно. Рихтер пришёл за ними.

Глава 9

— А вот и они! — радостно воскликнула Октавия, когда на горизонте появилась небольшая процессия из грузовиков.

Вернее, крупный грузовик был всего один, но спереди и сзади него ехали два автомобиля поменьше. Нечто среднее между большим внедорожником и бронированным микроавтобусом.

И первое, что бросалось в глаза, что это в этих машинах совершенно нет окон. Вместо этого в пластины брони были вмонтированы видеокамеры, которые, видимо, и передавали картинку внутрь.

А вот снаружи заглянуть туда уже не представлялось возможным. Так что сколько там магов, и в какой из них везут Николя, я мог только догадываться.

Но зато в своих догадках я был вполне уверен.

С помощью своих летающих шпионов я видел, как все крупные контейнеры, где мог бы уместиться человек, грузят именно в центральный грузовик. Так что именно его и отметил, как свою основную цель.

Да и логика подсказывала, что центральный автомобиль был защищён лучше, а передний и задний использовались в качестве охраны.

В любом случае, прежде чем начать активные боевые действия, нужно было высадить девушек.

— Кристина, — крикнул я северянке, — действуй, как договаривались!

Она кивнула и достала из сумочки свою диадему. Мощный артефакт, который я уже видел в действии, когда Бергманы сражались против Дюпонов.

Он позволял владельцу ни много ни мало, а парить над землёй. Не слишком высоко и быстро, но достаточно, чтобы это было полезно во многих ситуациях.

И сейчас она её надела, а затем подхватила Октавию, после чего они взмыли вверх.

В этот момент наша гончая как раз поравнялась с последним автомобилем в колонне.

Поэтому девушки, словно пушинки ловко спикировали прямо на крышу вражеского транспорта.

Я же продолжил нестись вперёд. Теперь я мог не переживать о безопасности моих спутниц.

Одним прыжком моя гончая перелетела через большой грузовик и на всей скорости врезалась в лидера процессии.

СКРРРЯК-ШШШШ!

Скрежет, треск и грохот от столкновения гончей с бронированным транспортом на секунду буквально оглушил.

Кости химеры разлетелись во все стороны, причём часть из них превратилась совсем уж в мелкие осколки.

Химера перестала существовать.

Но дело было сделано. От силы удара джип перевернулся и, оставив на дороге длинную борозду, прокатился прямиком перед большим грузовиком, заставив тот резко затормозить.

Следом за ним, конечно, затормозил и второй джип-микроавтобус, на крыше которого сейчас оказались Кристина с Октавией.

И, наконец, началось самое интересное.

Разумеется, машины Штайгеров были не просто транспортом. И в ответ на нашу агрессию моментально начали открываться отсеки, из которых появились пушки. По размеру они были меньше, чем даже мантикоры, но их убойная мощь — впечатляла.

Я оценил это сразу же как только один из снарядов врезался в мой щит.

Это произошло в тот же момент, когда я спрыгивал с разлетающейся на куски гончей. Грузовик открыл стрельбу быстрее всех. Так вот, каждый заряд был настолько насыщен магией, что с одного выстрела разнёс бы щит экзекутора.

Для меня, к счастью, он был слабоват. Чтобы хоть немного повредить мою защиту, потребовалось бы несколько десятков попаданий.

К слову, Штайгеры охотно могли бы мне обеспечить такую плотность огня.

Тем более, когда враги поняли, что так просто им не уйти, меня ожидал сюрприз.

А затем, когда враги сообразили, что битвы не избежать, то на наших глазах развернулась совсем уж любопытная картина.

Машины Штайгеров с громким треском и скрежетом, словно оборотни начали превращаться в настоящих металлических големов.

Они перестраивались на ходу, словно конструктор.

И краем глаза я видел, как девушки отчаянно пытаются удержаться на кузове джипа, пока он трясётся и вибрирует, совершая трансформацию.

Диадема Кристины вновь пришлась как нельзя кстати.

Когда тряска становилась совсем уж невыносимой, северянка вновь подхватывала Октавию, и они приподнимались над поверхностью. Иногда это даже спасало их от вражеских пушек, которые палили и по ним тоже.

Весь урон на себя принимала в основном, Октавия, прикрывая Кристину. И это было правильное решение.

Её магический ранг, как и размер энергетического резерва существенно превосходил таковой у Кристины. И я был вполне уверен, что ведьмочка сможет продержаться долго даже под шквальным огнём.

Но это не значило, что надо позволять им истощать наши щиты.

К тому же я не знал, на что способны эти големы. Тысячу лет назад Гюнтер такого не умел. Так что я решил сразу же избавиться от одного из них.

А для того чтобы изучить возможности врага, хватит и двух оставшихся.

Чтобы не тратить время в бою, на освобождение Росси из бутылки, я заранее выпустил её наружу, и теперь она водным шарфиком обвивалась вокруг моей шеи. Что интересно, при касании элементаль совсем не была мокрой, если, конечно, не хотела этого специально.

В обычном состоянии, Росинка на ощупь скорее напоминала желе или слайма, чем воду. И её контакт с кожей был исключительно приятным, радуя лёгкой прохладой.

— Бомба! — приказал я ей, — отправив прямиком к голему.

Через невидимые глазу вентиляционные щели она шмыгнула внутрь. А затем появилась обратно.

Вот только внутри она материализовала бомбу из своего пространственного кармана.

Бабах! — раздалось изнутри, и голем потешно, как в мультиках, выпустил струйки дыма.

А после потерял изрядную половину корпуса и часть руки.

Да, Штайгеры не пожалели взрывного потенциала, и взорвись бомба в поместье Катарины, там бы явно разнесло как минимум несколько комнат.

Голем сильно пострадал, но ещё не рухнул. Так что надо было его срочно добить.

Я накачал мышцы энергией и активировал теневой клинок.

На этот раз, у меня в руках появился огромный двуручный меч размером почти с меня самого.

Я видел, что бронепластины, которыми покрыты эти машины, по крепости практически не уступали тем, которыми покрывают свои поезда Десмонды.

И неудивительно. Ведь Штайгеры тоже использовали свой транспорт для того, чтобы прорываться сквозь очаги.

А значит, обычным мечом тут не справиться. И мне нужно не только увеличить свою силу, но и закачать её в оружие, заодно придав ему наиболее подходящую форму.

Одним рывком я преодолел расстояние между собой и врагом и замахнулся.

Тыдыщ!

С грохотом тяжёлый меч опустился на голема, но лишь погнул металл, не прорубив его, как я рассчитывал.

Что ж, попробуем иначе. Я вспомнил своих кардиналов и то, как отлично показали себя их руки-пилы.

А одной из особенностей теневого клинка было как раз то, что при должном умении, ему можно придать любую форму.

Роланд Десмонд всегда жаловался на то, что это несправедливо, что теневая магия даёт некромантам возможности, сравнимые с теми, которые есть у Десмондов. А ведь для них именно трюки с оружием — основной дар.

Впрочем, я всегда считал, что главное — не сила дара, а то, как хорошо ты умеешь им пользоваться. Многие особенности как некромантии, так и теневой магии я раскрыл самым первым из всех Рихтеров при помощи долгих тренировок и экспериментов.

И абсолютно также обстоят дела с любой магией. Пока не найдётся достаточно пытливый разум, чтобы всецело изучить свою способность и дальше использовать её с тем же умом и толком, даже самый сильный дар — это не более, чем просто слово.

Со звонким «вжжжик», мой меч, чуть уменьшился в размерах, но превратился в настоящую электропилу. И я снова обрушил его на голема, на этот раз, буквально разрывая бронепластины в клочья.

.

* * *

— Мел? Ты серьёзно? — Кристина от удивления, едва не перестала поддерживать конус холода.

С его помощью она пыталась заморозить руки голема, которыми тот активно старался сбросить их со своей кабины, а заодно обстреливал девушек.

— Знаешь, — добавила северянка, — когда ты сказала, что будет весело, я думала, ты имеешь в виду что-то другое!

— А по-моему всё идёт точно по плану, — радостно отозвалась Октавия, — ну почти.

В этот момент ведьмочка деловито чертила заковыристые знаки для ритуала.

— У тебя есть план? — ещё больше удивилась Кристина.

— Конечно, только достала уже эта тряска! — она вдруг постучала по крыше кабины, — эй, там, не дрова везёте!

— Кхм, — едва не поперхнулась Кристина, — не уверена, что они вообще хотят нас везти…

В этот момент у неё, наконец, получилось приостановить одну из рук голема, и держаться сразу же стало значительно легче.

Так, что она даже смогла обратить внимание на соседнюю громадину, с которой уже разбирался Макс.

Как же всё-таки хорошо, что он сейчас с ними! Кристина и представить не могла себя в подобной передряге до этого момента.

Подумать только! Она сражается с представителями Великого Клана! И это уже не первый раз! Для скромного клана вроде Бергманов выжить после такого — настоящее чудо.

И она хорошо понимала, что даже Октавия не защитила бы её от самого большого голема, того, с которым сейчас бился Рихтер.

Он же справлялся с ним так легко, будто это была не бронированная и тяжело вооружённая громадина, а какая-то детская игрушка.

Причём Макс с самого начала нашёл у него слабые места.

Та самая гончая, которая разлетелась на мелкие кусочки, сыграла в этой битве ещё одну важную роль.

Мелкие осколки и костная мука взмыли в воздух и большим облаком пыли облепили несчастного голема, проникая во все сочленения и места спаек этого огромного механизма. В конце концов, те забились настолько, что голем практически полностью лишился подвижности.

А Макс с пугающим видом маньяка с гигантской бензопилой начал кромсать стальную махину, уже не встречая совершенно никакого сопротивления.

От этой чудесной картины её отвлекла довольная реплика Октавии:

— Вот и всё, — гордо сказала она, заканчивая рисовать магический круг.

— И что теперь? — спросила Кристина.

— Теперь мы падаем, — невозмутимо отозвалась ведьмочка.

— Что⁈ — крикнула северянка, уже не чувствуя под собой поверхности.

Бронепластина под их ногами в одно мгновение просто перестала существовать, заставив их провалиться в кабину к водителям. Или будет вернее назвать их пилотами?

У Кристины не было времени размышлять над такими глупостями, потому что она вновь воспользовалась силой диадемы, чтобы не грохнуться на пол механизма, а мягко приземлиться.

— Добрый день, господа, — весело обратилась к двоим шокированным Штайгерам ведьмочка, — надеюсь, вы простите, что мы без приглашения?

Улыбаясь во все тридцать два зуба, Октавия уже положила руки им на плечи, не дав опомниться и активировать щиты.

Кристина тоже не стала впустую терять время и опутала их руки ледяными кандалами.

Ведьмочка же уже переключилась на панель управления.

— Ого! — воскликнула она, — а здесь всё довольно просто! Постреляем? — спросила она, нацеливаясь прямо на голову большого голема.

Правда, стоило им сделать лишь один выстрел, как экраны мгновенно потухли.

— Чёрт, — расстроилась Октавия и начала злобно трясти одного из Штайгеров, — почему не работает? Включи обратно!

Под воздействием ментальной магии сопротивляться он, конечно, не мог и выложил всё как на духу, а именно, что командный центр их колонны находится в центральном грузовике. И, похоже, именно оттуда им отрубили питание.

— Жаль, — покачала головой ведьмочка, — тогда оставаться здесь нет никакого смысла. Пропустим всё веселье. Подбросишь наверх? — спросила она у Кристины.

— Конечно, — отозвалась та, — только что делать с этими? — она кивнула в сторону обездвиженных Штайгеров.

— Ну, не знаю… — протянула Октавия, — может, кофе им предложим?

— Серьёзно? — воспрянул духом один из пленников.

— Нет, конечно, — засмеялась Сципион, — но мне нравится твой оптимизм.

Кристина тоже засмеялась, а услышав про кофе, поняла, что лучше, если судьбу этих двоих решит Макс.

Так что она в очередной раз подхватила Октавию, и девушки взмыли вверх, выбираясь на свежий воздух.

Туда, где Рихтер уже почти закончил разбираться с самым большим и мощным големом.

* * *

В то же время внутри Транспортного голема-трансформера № 4:

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! Он нас догнал! Догнал! — уже не мог сдержать паники Николя.

Весь его план рассыпался как карточный домик.

Как он вообще мог поверить в то, что Штайгеры смогут защитить его от этого чудовища Рихтера!

Надо было просто бежать, не связываясь ни с кем. По катакомбам за город и дальше полями… да лучше уж в очаг, чем к некроманту!

У Вийона от страха затряслись руки, а зубы начали отбивать чечётку.

Однако Йенс всё ещё держался уверенно и спокойно, чем немного успокоил Николя.

— Что ты голосишь, как придурок? — прикрикнул на него он, — ничего этот Рихтер нам не сделает! Ты знаешь, какой толщины эти пластины?

В этот момент огромная костяная гончая на их глазах врезалась в джип впереди и опрокинула его.

Вийон снова вздрогнул.

— Ты и теперь уверен, что всё будет нормально? — с нотками истеричности в голосе спросил он.

— Конечно, — не дал сбить себя с толку Йенс.

Он, правда, не ожидал, что груда костей окажется настолько мощной, чтобы перевернуть их транспортного голема. Но зато, видя, как она разлетелась на куски, он мог лишь посмеяться над жалкими потугами этого некроманта.

Это и есть вся хвалёная мощь Великого Кошмара Древности? Тогда его время давно прошло!

— Не останавливайся! — крикнул Николя, — просто уедем от него! Без своего костяного монстра он нас уже не догонит!

— Ещё чего! — хмыкнул Йенс, — ты вообще знаешь, сколько стоят эти машины? Да за потерю даже одного из джипов Гюнтер мне сам голову снесёт.

Одновременно с этим, Штайгер начал трансформацию. С довольной улыбкой он предвкушал, как здорово будет, наконец, продемонстрировать кому-то всю мощь их рода!

Йенс работал в перевозках уже два десятка лет, но ещё ни разу ему не доводилось вступить в серьёзный бой. Такой, чтобы потребовалось преобразовать грузовик в полноценного голема.

Но, как и всякий Штайгер, он всегда об этом мечтал.

А уж как поднимется его статус в клане, когда все узнают, что он отбил атаку самого Рихтера!

В идеале, прикончить и самого некроманта.

Иного расклада он и представить не мог. Слабость костяной гончей убедила его в том, что бояться нечего.

До того момента, как остатки этой самой гончей заблокировали все сочленения голема.

А спутницы некроманта проникли внутрь ещё одного из них.

В этот момент Йенс впервые напрягся и даже связался со штабом, объяснив им ситуацию.

— Понял вас, — раздался строгий голос оператора, — подмога прибудет в течение часа. Действуйте согласно протоколу «Три».

— Принято, — ответил Йенс и уточнил, — а что делать с объектом, если Рихтер до нас всё-таки доберётся?

— Устранить, — поступила мгновенная команда.

И она совершенно не понравилась Николя.

Который, сидя рядом с Йенсом, слышал весь разговор.

Дураком он не был и сразу понял, кого именно имеют в виду Штайгеры под «объектом».

А значит… либо ты, либо тебя!

Нахрен этих высокомерных ублюдков! С самого начала они относились к нему, как к грязи и ни во что не ставили! А он, между прочим, тоже представитель Великого Клана.

Как и большинство Вийонов, Николя всё ещё не мог смириться с потерей статуса, который был у их рода веками.

И он уже не верил в защиту своих вынужденных союзников, особенно когда увидел, как Рихтер шинкует самую первую машину-голема.

Значит, это его единственный шанс!

И Вийон быстро сформировал у себя в руках шар чистой энергии, которым зарядил Йенсу прямо под дых.

Не ожидая такой подлости, Штайгер даже не успел выставить щит, и теперь, согнувшись от боли и хлопая ртом, как рыба, медленно опускался на пол.

А Николя, не теряя времени, добил его следующим ударом.

Он придумает, что сказать Штайгерам потом, если их подмога всё-таки успеет отвоевать его у Рихтера.

Вот только вряд ли это произойдёт.

И прямо сейчас Вийон с ужасом наблюдал за тем, как на внутренней обшивке его кабины с громким «Вжжик» появляется разрез.

Глава 10

— Спасибо! — чуть не плача кинулся мне в ноги Николя, как только разделяющая нас бронепластина рухнула под напором моей теневой пилы.

Я сначала даже подумал, что у него где-то припрятана ещё одна бомба или какой-нибудь другой гадкий артефакт, но похоже, что он изображал радость от нашей встречи без всякого плана.

На чистом экспромте.

— Меня похитили, господин Рихтер! Мамой клянусь! Поверьте, я не помышлял бежать!

— Неужели? — ухмыльнулся я.

В этот момент в брешь обшивки заглянули и девушки с интересом уставившись на развернувшуюся сценку.

— Ого, этот Штайгер что, самоубился? — удивилась Октавия, обнаружив внутри одного из наших противников, практически лишенного головы.

А, Николя, словно ободрённый появлением новых зрителей начал оправдываться ещё экспрессивнее.

— Знаю, господин Рихтер, наша первая встреча не задалась. Но вы должны понять… я был шокирован и не сразу поверил, что имею дело именно с вами!

Его наглость была настолько забавна, что я даже решил поддержать с ним разговор, напомнив, что он не мог не знать, кто стоит за Бланш Вийон, и чьи деньги он планирует украсть.

Но у него и на это нашёлся аргумент:

— Знал, да, но не совсем понимал… признаюсь честно, я думал, что персону вашего масштаба не интересуют такие мелочи! А с… новой княгиней мы бы ещё обязательно договорились. Моя ошибка, что я полагал, что это всё ещё внутреннее дело клана Вийон. Простите, господин, — подобострастно преклонил он колено.

Николя заискивающе на меня смотрел, явно ожидая, что я разрешу ему подняться, но я молчал.

Я видел, что Октавия едва сдерживается, чтобы не расхохотаться, а потому позволил Николя продолжать. Но теперь в этой самой коленопреклонённой позе.

— Так вот, господин, — горячо продолжил он, явно воодушевившись тем, что его не убили прямо на месте, — я как раз обдумывал ваше предложение и понял, что слишком уж поторопился, когда отверг его в первый раз. И теперь уже раздумывал о том, как бы снова выйти с вами на контакт… я был практически в отчаянии, боясь, что уже не смогу убедить вас в своей лояльности! Я даже специально отключил все охранные системы поместья, чтобы, когда вы явитесь за мной, то поняли, что вас ждут, что я не враг. Но Штайгеры воспользовались моментом и напали на меня раньше!

— Полагаю, — ехидно начала Октавия, протиснувшись внутрь голема, — что и Габриэль заминировали тоже они?

— Конечно! — почти радостно закивал он, — но я бы никогда её не тронул… я её… любил, — в его глазах появились скупые слёзы.

— В таком случае, ты будешь счастлив узнать, что она всё ещё жива, — улыбнулся я.

Надо сказать, что Николя и впрямь сейчас играл свою лучшую роль.

Потому что эта новость ничуть не сбила его с толку. Он будто уже и сам верил в свою версию истории.

— Я… да… я счастлив, — вновь почти разрыдался он, — тогда вы знаете, что я и не помышлял о бегстве со Штайгерами… в минуту слабости я действительно думал удрать из города, но собирался сделать это на поезде!

— Только почему Габриэль в том, что на ней оказался ошейник, обвиняет вовсе не Штайгеров, а тебя! — вмешалась в разговор возмущённая Кристина.

Похоже, что она единственная ещё не до конца поняла, что никто этому ублюдку не верит. И искренне беспокоилась, не простим ли мы его.

— Правда? — разыграл Николя оскорблённую невинность, даже за сердце схватился, — я не верю! Может быть её чем-то накачали… она не могла такое сказать, только не Габи!

Октавия, тем временем, медленно прошлась по кабине, изучая всё вокруг.

Особенный интерес она проявила к телу Штайгера, желая убедиться точно ли он мертв. Всё же её дар был не настолько развит, чтобы определить это на расстоянии. Хотя без головы и не живут, но магия Великих кланов способна на многое, как и специальные артефакты. Но, не в этом случае.

Так что в итоге, ведьмочка сказала:

— Да, Николя… опасно быть твоим союзником. Сначала Габриэль, теперь этот малый. Чтобы спасти свою шкуру ты готов всё вокруг засыпать трупами. А боятся почему-то некромантов, — пошутила она.

— Нет же! — воскликнул он, — это всё Штайгеры! Прошу, поверьте мне! Я готов доказать свою лояльность чем угодно!

— Так и будет, — твёрдо сказал я.

Концерт потерял прелесть новизны и начал утомлять. Тем более, что стало ясно, что дальше мы ничего интересного уже не услышим.

Но, стоит отдать ему должное, врал Николя довольно складно. Ему просто не повезло со слушателями.

Однако, после моих слов, Кристина снова испугалась:

— Максимилиан, неужели вы оставите его в живых⁈

— В некотором смысле, — хмыкнул я, чем заставил нашего будущего пленника напрячься.

— Что вы имеете в виду⁈ — чуть не плача спросил он, — дайте мне шанс! Только один! Я докажу! Я выложусь на полную! Всё для вас сделаю! — он уже не просто преклонил колено, а бухнулся на пол и подполз ко мне ближе, склонившись к самым сапогам. Разве что лизать их не начал. Может быть подумал, что тысячелетнему тирану понравится именно такое обращение?

Октавия брезгливо поморщилась. Я её понимал. Отвратительное зрелище. Я конечно был невысокого мнения о Вийонах, но Николя своим поведением позорил даже их.

Так что планета без него определённо станет чище.

— У тебя уже был один, — сделав ударение на этом слове, я продолжил, — шанс. Ты его упустил. Но, конечно, ты всё для нас сделаешь. Только не так, как думаешь.

Октавия радостно захлопала в ладоши, подошла ближе к Николя и ловким движением выдернула волосок из его причёски.

Он удивлённо на нас взглянул, но не решился хоть как-то протестовать или даже задавать вопросы.

А через минуту уже не и мог. Октавия полностью подчинила его разум.

— Заклятие спадёт через два часа, — предупредила она. — У него чудовищная регенерация, и повреждённая часть мозга буквально отрастает заново, стараясь вернуть тело под контроль.

Я кивнул.

— Нам хватит. Потом у меня на него свои планы. Сейчас нам просто нужно вернуться в город. Уверен, что Штайгеры уже выслали сюда подмогу. У нас нет времени с ними возиться.

Я выбрался из кабины голема, а за мной на дорогу спрыгнули и девушки.

— Но разве мы сможем избежать с ними встречи? — спросила Кристина, — ваша гончая… вы сможете её восстановить? Пешком мы далеко не уйдём.

Она окинула многозначительным взглядом округу.

А мы и впрямь находились практически в чистом поле. Даже сельскохозяйственные угодья остались далеко позади. Здесь была лишь голая равнина. И не удивительно, вдали уже виднелась отравленная земля очагов.

Так что рассчитывать на то, что кто-то подбросит нас до Вийон-де-Тур, не приходилось.

Гончая тоже уже не поднимется. Большинство её костей рассыпались в труху, а из тех, которые остались сложно было создать даже кошку.

Большая удача, что этому старому скелету хватило сил, чтобы сыграть свою роль в сражении и перевернуть один из джипов.

Новый же материал хотя и появился, но без мастерской, я не смогу быстро сделать из Штайгеров новый транспорт. Да и выглядеть он будет слишком уж пугающе. Особенно для ещё непривыкшей ко всяким некромантским ужасам Кристины. Ну и для населения Вийон-де-Тур, когда мы в него вернёмся, конечно же.

Хватит и того шоу, что мы недавно устроили в парке. А у меня всё-таки были некоторые виды на этот город, так что сразу же настраивать против себя его жителей было бы неблагоразумно.

Оставалось одно. Мой взгляд задержался на големе, который захватили девушки. Из всех машин он выглядел наиболее целым.

— Водители живы? — уточнил я, кивнув в сторону джипа.

— Да, конечно. Они просто обездвижены, — ответила Кристина.

— Хорошо.

Я прошёлся вокруг голема и убедился, что как и у поезда или больших кораблей, у него был довольно мощный сердечник. То есть источник благодати, благодаря которому он работал. И он точно также был хорошо экранирован, чтобы не доставлять дискомфорт магам, которые им управляли.

Так что, в подобной машине могу поехать даже я. Осталось убедиться, что голем всё ещё способен двигаться.

Объяснив девушкам свой план, я отправил их внутрь кабины, куда, следом за ними, полез и послушный приказам Николя.

Им предстояло с помощью Штайгеров проверить на ходу ли ещё голем.

Я же пока собирался закончить с делами здесь.

Разумеется, от Гюнтера уже не скрыть то, что именно я замешан в этой истории. Ему точно уже сообщили от кого именно убегал Николя. Да и других претендентов на то чтобы уничтожить его боевой отряд, поблизости не наблюдалось.

Но это не значило, что я собирался оставлять ему явные доказательства своего участия. Хватит с меня одного любителя исков и претензий.

Поэтому я вскинул руки и применил заклинание тления.

И все органические останки моментально начали просто исчезать, превращаясь в обычную пыль.

Обломки костей гончей, тела и кровь мёртвых Штайгеров в обоих големах. Всё это исчезло, словно никогда не существовало.

Мне даже не надо было лезть внутрь машин, чтобы убедиться, что всё сработало как нужно.

Покончив с этим, я присоединился к девушкам в последнем големе.

Они как раз уже заставили Штайгеров вернуть ему вид обычного автомобиля. Правда с дырой на крыше.

Но так даже лучше. С ветерком поедем.

— Жаль, что только они могут управлять големом, — расстроенно протянула Октавия, — я думала, что раз у меня вышло разок выстрелить, то и за руль сесть получится.

— Значит, просто выбросить здесь Штайгеров не выйдет, — подытожил я.

— Именно, — грустно отозвалась ведьмочка, — придётся тащить их с собой.

— Главное вообще доехать, — прагматично высказалась Кристина.

— Не волнуйся. Доедем! — пообещала ей Октавия.

И обещание своё сдержала.

Конечно, не обошлось без пары казусов. Оказалось, что ведьмочке не так уж просто даются точные приказы жертвам, которые те должны ещё и вовремя повторить.

Так что пару раз наш транспорт едва не перевернулся, не вписавшись на скорости в поворот. Ещё разок, она случайно приказала водителю начать трансформацию в голема.

Точнее, это она уверяла, что случайно. Но я-то видел по её хитрой улыбке, что малышке Сципион просто стало любопытно сможет ли он это сделать на полном ходу.

Смог. Что доказывало, Гюнтер добился больших успехов в големостроении за эту тысячу лет.

Нет, правда. Из тех Великих Кланов, с которыми я пока сталкивался ближе всех, именно Штайгеры явно не потратили время впустую.

Если Вийоны и Салазары остались примерно теми же, какими я их помнил, протащив через века все свои предрассудки, то технологии Гюнтера шагнули далеко вперёд.

И это было интересно. Мне не терпелось узнать на что он теперь способен.

Я даже на секунду пожалел, что не могу оставить голема вместе с его водителями себе и как следует изучить. Но скрыть, что я его упёр, будет непросто. Это если не брать во внимание трудности его доставки даже до Сальфорте, не говоря уже о Рихтерберге.

С разрушенной крышей, захваченные Штайгеры не переживут поездки через очаги. А превратившись в умертвия сразу потеряют способность управлять големом.

Быстро же его починить, у меня тоже не получится. Даже если я достану нужные бронепластины, всё равно на это уйдёт время, как и на починку.

А Гюнтер не такой дурак, чтобы не поставить внутрь своего ценного транспорта какой-нибудь маячок. Полагаю, даже сейчас Штайгеры прекрасно видят, куда мы едем.

Так что голема придётся вернуть.

Рано или поздно, нам, конечно, предстоит вступить с ними в войну. Но не сейчас. Не в Вийон-де-Тур, и не на их условиях.

А я был уверен, что если заберу имущество Штайгеров себе, то не оставлю Гюнтеру выбора. Отступиться ему не позволит гонор.

В то время, как без железных доказательств моего участия в налёте на его колонну, он ещё сто раз подумает, стоит ли ему в это ввязываться. Тем более вдали от своих владений.

Так что, когда мы добрались до Вийон-де-Тур, то даже не стали убивать несчастных водителей. Кто тогда будет управлять големом?

И Октавия просто подтёрла им память о событиях последних суток и отправила обратно на место битвы.

Мы же, вместе с захваченным Николя, вернулись в поместье Катарины.

Бланш там уже развернула бурную деятельность. Она успела вернуть на работу всех слуг и приставила их к уборке, вычищая из здания все следы пребывания в нём Николя.

Она никогда не бывала здесь, пока Катарина была жива, но каким-то шестым чувством понимала, что именно нарушил в тонком убранстве поместья этот наглый ублюдок.

Примерно в таких выражения она объясняла нам, что именно делает.

Октавия, глядя на музейный шик обстановки только фыркнула при словах о «тонком убранстве», но, к моему удивлению, не стала портить нашей княгине настроение.

Хотя нам всё равно пришлось её отвлечь от домашних хлопот.

Бланш была нужна мне для проведения ритуала. Как и Октавия, и даже Кристина.

С таким набором магов мне уже не нужны были никакие особые инструменты или даже клиника. Хотя в городе Вийонов мы, разумеется, могли найти не одно такое место.

Но в этом случае, пришлось бы потратить ещё кучу времени на то, чтобы выгнать всех любопытных и обеспечить нашему ритуалу должную безопасность.

Вместо этого, мы просто решили закрыться в одной из местных спален.

Николя под контролем Октавии лёг на кровать, и теперь оставалось лишь аккуратно его умертвить, так, чтобы большинство нейронных связей его головного мозга остались неповреждёнными. Как и весь мозг в принципе.

Было бы жаль терять такого способного и хитрого юриста. Но он не заслужил и того, чтобы остаться в живых.

С его выкрутасами, нам бы пришлось каждый день ждать от него какой-то подставы. Не существует ментальной магии, которая была бы полностью лишена возможности её обойти. Так считала даже Октавия, которая вполне успешно порабощала самых разных магов. И ту же Бланш держала в ежовых руковицах довольно долгое время.

— Но я была уверена, что ей не хватит мозгов, чтобы перехитрить мою магию, — без обиняков заявила ведьмочка, — а вот насчёт этого парня уже такой уверенности нет. Врал он талантливо, признаю.

— Я не такая глупая, как ты думаешь, — надулась Бланш.

— Ты не глупая, просто недостаточно умна, — невозмутимо отозвалась Октавия. — Есть разница, — поучительно подняла она палец вверх.

Как и всегда в таких ситуациях Вийон позволила последнему слову остаться за Сципион.

В общем, я не сомневался, что превратить Николя в высокорангового ревенанта будет самым правильным решением.

Я даже немного пожалел, что всё-таки не захватил с собой Ольгу. Ей было бы полезно увидеть разницу между созданием ревенанта из собаки, что она уже делала, и из человека.

Но и без неё магов, чтобы идеально провести ритуал, у нас хватало.

Бланш помогала поддерживать жизнь пациента, пока в этом была необходимость. Кристина под моим руководством замедляла все процессы в организме Николя, погружая того в некоторое подобие криосна.

Октавия следила, чтобы его нервная система оставалась в полном спокойствии. Ну а я контролировал сам переход.

На всё про всё у нас ушёл примерно час. Даже я не ожидал, что всё получится настолько быстро.

Оставалось проверить как хорошо нам удалось сохранить его мыслительные способности.

Жаль, с нами не было Линды, чтобы задать ему какой-нибудь заковыристый юридический вопрос.

Но вместо этого мы расспросили его обо всём, чем он здесь занимался.

И через несколько минут знали все его планы, все пароли от его техники, сейфов и банковских ячеек. В том числе от того самого личного счёта Катарины, с помощью которого он планировал расплатиться со Штайгерами.

Всё это он нам выложил также, как и имена тех Вийонов, которые вступили с ним в заговор с целью поживиться остатками богатств клана.

Разумеется, теперь он не мог мне врать и признавался во всём без каких-либо попыток выкрутиться и перевернуть ситуацию в его пользу.

Мёртвому, хоть и сохранившему все знания и воспоминания, это ни к чему.

К тому же, как и всякий мёртвый слуга, Николя приобрёл безусловную лояльность ко мне, как к своему создателю. И больше никоим образом не мог интриговать против меня.

Сплошные плюсы. Оставалось только вернуть под наш контроль все ресурсы, которые он собирался прикарманить. А так как шататься по банкам лично я не собирался, то доверил это Бланш. В конце концов, я и так разобрался с этой проблемой за неё. Пусть теперь и сама побегает.

Впрочем, с её стороны не возникло никаких возражений. И она с энтузиазмом приказала нашему новому юристу, словно собачке:

— Николя, за мной!

Она радостно бросилась к выходу, но ревенант-таки сумел испортить ей настроение:

— Да, госпожа-колхозница, — смиренно отозвался он.

— Я… — задохнулась от возмущения Бланш, — я запрещаю тебе называть меня колхозницей!

— Конечно, королева безвкусия, — мгновенно нашёлся он.

— Макс, прикажи ему не обзываться! — взмолилась Вийон.

— Почему ты оскорбляешь Бланш? — заинтересовался я, — ведь я не давал тебе такого разрешения.

— Увы, господин, — развёл руками мой новый мёртвый слуга, — моя главная базовая установка состоит в том, чтобы всегда говорить вам и вашим союзникам правду. А правда в том, что выглядит она чудовищно.

В итоге, Бланш пришлось смириться. С базовыми установками не шутят, это может нарушить нормальное существование ревенанта. К тому же это был единственный недостаток, который в нём обнаружился.

Хотя Октавия наоборот развлекалась вовсю и сочла это достоинством нашей новой «поделки».

От этого небольшого представления меня отвлёк звонок.

В поместье явился курьер. Причём, он искал вовсе не бывших его владельцев, а меня.

Сопровождал его Симон, что впрочем, добавляло только больше вопросов, ведь мой новый ученик до сих пор не знал, как меня зовут.

Я вышел к ним навстречу.

Глава 11

— Что случилось? — вышел я на крыльцо поместья.

Пускать чужаков внутрь нашей временной базы я не собирался. Особенно, пока не выясню, что им вообще надо.

Я, как и мои спутницы, всё ещё были под маскировкой Октавии, так что я полагал, что ищут именно мою новую личность, а не Рихтера.

В принципе, Симон так мне и сказал, когда привёл с собой этого курьера. Мол, Мастер, похоже, что требуетесь именно вы.

Увидев меня, посыльный достал из-за пазухи большую фотографию и начал с ней сверяться. Убедившись в стопроцентном сходстве, он протянул мне конверт, поклонился и сразу же ушёл.

Заинтригованный я изучил печать и обратный адрес.

Конверт выглядел изящно, я бы даже сказал «вычурно» и я сначала подумал, что это какое-нибудь объявление клановой войны.

Но письмо мне отправил один из городских чиновников Вийон-де-Тур. А внутри лежало приглашение посетить ратушу в которой и заседало правление города:

«…чтобы обговорить все нюансы вашего участия на „Балу Клинков“.»

Именно эта причина значилась главным поводом для приглашения, а именовали меня просто «Загадочный Мастер».

Я перевёл взгляд на Симона. Мой ученик весь аж светился от радости.

Мне даже не нужно было спрашивать, каково его участие во всей этой истории, он сам всё выложил.

Оказывается, что с того момента, как я одолел его и других дуэлянтов, то попал в местный рейтинг.

Правда, никто не знал как меня зовут, однако местных это не остановило, так как вполне укладывалось в «рыцарские обычаи». Так что с легкой руки Симона, который приложил немало усилий ко всему этому безобразию, я и фигурировал в рейтинге под именем «Загадочный Мастер».

— Я занимаю четвёртое место в рейтинге, — сказал Симон, — так что, конечно, слежу за ним. И пропустить то, что все вас разыскивают, никак не мог! Так что я рассказал, как именно можно передать вам письмо.

Он был так собой горд, что даже не хотелось его ругать. Однако, я всё равно должен был его предупредить, что подобная инициатива может быть наказуема.

— Симон, — строго сказал я, — в следующий раз, сначала поинтересуйся, хочу ли я, чтобы меня нашли и что-то мне вручали.

Всю радость с его лица сразу же будто смыло водой.

— Простите, Мастер, — повесил он голову, — я был слишком самонадеян. Я запомню этот урок.

Я решил, что для первого раза достаточно и не стал и дальше обвинять его в этой ошибке. Тем более, что конкретно в этом случае никаких проблем нам это не прибавило.

Так что, когда Симон понял, что я не зол, то осторожно спросил:

— Мастер, но вы ведь пойдёте на Бал Клинков? Он состоится как раз сегодня вечером! Нельзя такое пропускать, раз вы всё ещё в Вийон-де-Тур!

Мы вошли в поместье, и этот разговор уже слышали Бланш и Октавия.

Разумеется, наша княгиня никак не могла оставить такую новость без комментариев.

— Макс, давай сходим! Это ведь не только развлечение, но, в некотором роде, политическое мероприятие. Там будут все важные люди города!

Октавия хмыкнула:

— А ты разве не должна уже быть в банке? Дотянешь, что кто-нибудь опять умыкнет твои коины.

— Да бегу я уже! Просто надо было разобраться с этим… Николя, — прошипела она, — чтобы не ляпнул ничего лишнего при людях.

Николя же флегматично заметил:

— Не тратьте время, мадемуазель вульгарность, у меня богатый словарный запас. Вряд ли у вас получится запретить мне использовать каждое из слов, которые я мог бы к вам применить.

— Аррр… — зарычала Бланш, — ладно, чёрт с тобой! Пошли!

Они вышли из поместья, и я вскоре последовал их примеру. В конце концов, для начала я могу хотя бы узнать, как именно я должен поучаствовать в этом мероприятии по мнению местных чиновников.

Вместе со мной отправились и Симон с Октавией.

А в поместье за главную осталась только Кристина. Но мы уже восстановили все охранные заклинания, так что ей ничего не угрожало.

Северянка уже погрузилась в работу по налаживанию новых поставок в разные города. Теперь, когда иски будут отозваны, «Молодость Вийон» снова начнёт своё победоносное маркетинговое шествие по всем цивилизованным городам мира.

Во всяком случае, план был именно такой.

Так что Кристина сейчас поддерживала связь одновременно, как с Бланш, так и с Йоханом, а заодно занималась обзвоном партнёров.

При этом проявила немалую деловую хватку, приставив к делу самых смышленых работников из прислуги поместья.

Северяне вообще хорошо понимали, что сотрудничество со мной и с Вийонами дало им настоящий шанс прыгнуть выше головы. Так что работали они на совесть, не позволяя себе где-то отлынивать или оставлять дела на потом.

Наоборот, Бергманы старались успеть даже больше, чем нужно, что не могло не вызывать уважения.

— Странно, — удивилась Октавия, когда мы проделали почти половину пути до здания ратуши, — как это так, что мы гуляем по городу, а Макс не получил ещё ни одного вызова на дуэль?

Симон с готовностью пояснил:

— Так всё дело как раз в том, что сегодня вечером Бал Клинков. В этот день подводятся итоги месяца, и по закону во второй половине дня уже запрещено вызывать кого-либо на дуэли и проводить их. Теперь только завтра, когда начнётся новый тур.

— Понял, — ответил я, — завтра уезжаем.

Октавия рассмеялась. Но на самом деле, конечно, местные дуэли меня не особенно волновали. Я и так планировал возвращаться в Рихтерберг именно завтра, но сначала нужно было уладить здесь пару дел.

К чиновнику, отправившему мне послание, всю нашу компанию пустили без проблем. Похоже, что и в вопросах безопасности Вийон-де-Тур полагался на рыцарские честь и достоинство, а не на здравый смысл.

Надо сказать, что городские власти Вийон-де-Тура отличались по статусу от подобных структур в других городах. Если в большинстве мест их держали за этаких «завхозов», чтобы они обеспечивали жизнь неодаренных не отсвечивая лишний раз, то здесь они играли роль церемониймейстеров и обслуги для самих Вийонов, а потому кичились своим статусом и мундирами словно камердинеры в господском дворце. Кстати по этой же причине, в ратуше служило много одаренных.

Пьер Мартен, а именно так звали нашего нового знакомого, как и все в этом городе следил за модой. Золотые запонки с причудливым гербом поблёскивали на его безупречно сидящем щёгольском пиджаке, выдавая принадлежность к одному из местных дворянских кланов.

И хотя в нём самом магических сил было мало, ведь как и везде в чиновники шли те, кто не мог добиться больших успехов в делах рода, но держался Пьер с большим достоинством человека, привыкшего, что к его решениям прислушиваются.

Из чего я сделал вывод, что в этом городе он был не просто говорящей головой, но и обладал некоторым авторитетом.

— Так значит это вы тот самый Загадочный Мастер? — расплылся он в улыбке и протянул ладонь для рукопожатия.

— Похоже, что так, — улыбнулся я в ответ и пожал его руку.

Он предложил мне сесть, а затем спросил:

— Раз вы всё-таки пришли, могу я узнать ваше настоящее имя?

Теперь, когда мы нашли Николя, в нашем инкогнито практически не было никакого смысла, так что я честно ответил:

— Максимилиан Рихтер.

К чести Пьера, он не стал выбегать из кабинета и звать на помощь и только промокнул свой внезапно вспотевший лоб платком.

— Ох, неужели тот самый? — произнес он, пытаясь вернуть самообладание.

Я кивнул. А он продолжил:

— В таком случае, я счастлив приветствовать в нашем городе самого выдающегося бойца современности и, — тут он немного потерялся, — и всех прошлых эпох. Совсем не удивительно, что вы заняли первое место в ежемесячном рейтинге дуэлянтов. И от лица Вийон-де-Тур я хочу поблагодарить вас за проявленное уважение к нашим законам!

Он продолжал говорить ещё что-то в том же духе, а я краем глаза наблюдал за Симоном.

Но, что удивительно, когда я представился, на его лице не дрогнул ни единый нерв, словно он уже давно сам обо всём догадался. А может так и было.

Я уже понял, что, несмотря на его восторженный и, казалось бы, наивный характер, этот парень далеко не дурак. А, возможно, он гораздо, гораздо умнее, чем думают все вокруг.

В этот момент, Пьер как раз закончил свою пафосную речь о традициях города, и я спросил, как именно я умудрился занять первое место, когда провёл всего одну дуэль, пусть даже и с двумя десятками дуэлянтов.

На что тот невозмутимо ответил:

— Всё просто. Очки, которые дуэлянт получает после каждого боя основываются ещё и на том, с кем именно ему пришлось драться. Вам повезло сразиться с первым номером рейтинга, с четвёртым, а также пятым, седьмым, восьмым, девятым и десятым номером. Также были и дуэлянты из второй двадцатки. Таким образом…

Дальше он продолжал погружать нас в тонкости начисления рейтинга и даже показал таблицу с подробными расчётами.

Я же задумался. Первый номер? Неужели тот самый мужик, похожий на медведя? Из всех моих противников, он один был достаточно неплох, чтобы занимать эту позицию.

Ну и, конечно, Симон. Хотя я бы поставил на первое место именно его.

Но теперь, после разъяснений Пьера, стало понятно, что первое место в рейтинге может занимать не обязательно самый сильный боец. А, например, самый активных из сильнейших.

— … так что мы будем очень рады, если вы посетите церемонию награждения, открывающую Бал Клинков, — закончил свою речь чиновник, — тем более, что все ждут, что новый чемпион назовёт имя новой королевы Вийон-де-Тур.

Услышав об этом, Октавия вздрогнула, словно по ней проползла целая армия мерзких насекомых.

— Макс, — шепнула она мне на ухо, — умоляю, только не впутывай в это ещё и меня! Я не переживу, если моё имя окажется запятнано дурацкими традициями Вийонов. И я совсем не обижусь, если королевой станет кто-то другой.

— Я пока даже не решил, буду ли в этом участвовать, — задумчиво отозвался я, — хотя…

У меня появилась одна идея.

* * *

— А теперь мы приглашаем на сцену Загадочного Мастера, который за один день победил множество сильнейших дуэлянтов города и заставил всех гадать о том, кто же этот великолепный рыцарь!

После этих слов я вышел на сцену под бурные аплодисменты тысяч рук.

Надо сказать, я недооценил масштаб мероприятия. Складывалось впечатление, что на Бал Клинков прибыл чуть ли не весь город.

Под его проведение был зарезервирован самый большой парк Вийон-де-Тур.

В центре находилась высокая сцена, над которой сиял огромный шар. Вся его поверхность оказалась экраном. До этого момента там отображался рейтинг дуэлянтов, а теперь появилось моё лицо крупным планом.

Ну, как моё. Я всё ещё был в маскировочном образе.

Вокруг сцены, всё было забито зрителями, пришедшими на праздник. Хотя, конечно, интересовала их не только сама церемония награждения. Но и концерт, что начнётся после неё с приглашёнными местными звёздами, а также многочисленные увеселения, которые приготовили для них организаторы.

Повсюду были киоски с едой, сувенирами, различные павильоны с играми и конкурсами.

В общем, Бал Клинков был настоящим ежемесячным фестивалем на одну ночь. И, что удивляло больше всего, несмотря на то, что его проводили так часто, это никому не надоело.

Жители Вийон-де-Тур любили развлекаться больше всего на свете. Ну и, конечно, появляться в местах, где как можно больше людей смогут оценить их новые модные наряды.

Ведущий продолжал подогревать интерес к моей личности, как мы и договаривались с Пьером. Но, в конце концов, он словно бы смирился, что я не готов её открыть до того, как будет названо имя новой Королевы Вийон-де-Тур.

Толпа затаила дыхание. Они привыкли к тому, что обычно на этом моменте на сцене появлялась шикарная Катарина. И это был первый фестиваль после объявленного по ней траура. Так что любопытство зрителей накалилось до предела. Можно сказать, что хотя лучшие дуэлянты менялись, сама Королева столетиями оставалась прежней.

Никакой интриги. Не удивлюсь, если Катарина поддерживала традицию дуэлей исключительно, чтобы тешить свое самолюбие.

Я поднял микрофон и громко объявил.

— Новой королевой Вийон-де-Тур станет моя очаровательная спутница!

На этом моменте на сцене появилась Бланш. Всё в том же нелепом цветастом сарафане и с внешностью симпатичной, но простоватой селянки.

И, когда её показали крупным планом на большом экране, по толпе прокатился разочарованный гул.

Зрители явно не ожидали увидеть после первой красавицы планеты какую-то простушку.

Дошло до того, что некоторые даже начали выкрикивать издевательские прозвища, вроде тех, которыми одаривал Бланш Николя.

Увы, горожане были из тех, кто привык «встречать по одежке».

Однако, мы предполагали подобную реакцию. Так что теперь оставалось дождаться финальных слов ведущего:

— Не спешите делать выводы, дорогие зрители! — обратился он к ним, — мы и сами узнали лишь сейчас, кто на самом деле инкогнито приехал к нам в город. Так что позвольте мне представить наших гостей ещё раз!

Толпа снова зашлась пылкими выкриками. Теперь все вновь были заинтригованы, причём, ещё больше чем прежде. И ведущий прокричал во всё горло:

— Перед вами Король Клинков, Великий Князь Максимилиан Рихтер и его Королева Красоты — Бланш Вийон!

На этом моменте, с нас слетела маскировка, и мы предстали перед толпой во всём великолепии.

Особенно, конечно, выделялась Бланш. Она сразу поняла, что это её звёздный час, так что, узнав мой план, сделала всё, чтобы подобрать наиболее шикарное платье, сделать идеальный макияж и прическу.

Она прекрасно знала, что ей придётся соперничать с призраком Катарины, поэтому не упустила из внимания ни одной мелочи.

Весь её образ от дизайнерских туфель до кончиков ногтей был выверен в полном соответствии с сегодняшней модой и стандартами клана Вийон.

Но сильнее всего в её пользу, конечно, повлияло мгновенное перевоплощение. Из простушки в настоящую королеву.

Толпа просто бесновалась и теперь уже превозносила красоту и изящество Бланш до небес.

Зазвучал оркестр. И нам, как королю и королеве, полагалось открыть Бал Клинков.

Я подхватил княгиню за талию, и мы закружились на сцене под шум оваций.

Бланш, купаясь во внимании, едва не плакала от счастья, но её движения в танце были идеальны.

Она, как никто понимала, что именно сейчас ей нельзя совершать ошибку. Если она сделает всё, как надо, то жители Вийон-де-Тур её примут, как свою новую правительницу. Они её полюбят, и уже не придётся преодолевать их сопротивление, когда она встанет во главе города.

— Макс… — благодарно прошептала она мне, — я не знаю, как у тебя это получается, но такое ощущение, что ты продумываешь даже случайности. Словно бы эта победа, этот бал… ты будто всё предусмотрел.

Я засмеялся.

— Боюсь, что даже я не настолько всесилен, чтобы учитывать каждую мелочь. Но, знаешь, порой важнее не упустить подходящий момент, чем продумать всё заранее. Так что не спеши отказываться от подвернувшихся возможностей, даже если они кажутся тебе бесполезными. Сначала пораскинь мозгами, как именно можно обратить их себе на пользу.

Она серьёзно кивнула и торжественно пообещала:

— Я запомню это на всю жизнь.

* * *

На утро после Бала Клинков, вокруг поместья развернулась шумиха, которая не сильно уступала вчерашнему фестивалю.

С самого утра, к главной резиденции Вийонов потянулись целые караваны курьеров с цветами, подарками и письмами.

И каждое из них было об одном и том же. Местные Вийоны, все как один, просто мечтали принести присягу Бланш.

Они извинялись за то, что раньше не могли этого сделать по независимым от них причинам, а также горячо надеялись, что новая княгиня задержится в этом городе надолго.

Так что теперь, Бланш и Симон, вызвавшийся ей помочь, с самого утра буквально потонули в потоке корреспонденции, отвечая каждому из Вийонов. И каждого же, приглашая на приём этим вечером.

Запланировали мы его только сегодня, так что местные слуги носились по дому в полном ужасе и буквально в мыле, надеясь успеть подготовить поместье должным образом.

Так что помимо писем и подарков, к поместью потянулись вереницы курьеров с продуктами для фуршета и украшениями для зала.

Но всё равно, никто не был уверен в том, что все приготовления будут закончены вовремя.

Бланш буквально умоляла Октавию ей помочь, но ведьмочка ожидаемо отказала, потешаясь над хаосом, накрывшим поместье.

Однако, стоит отдать Бланш должное. Уж что-что, а устраивать приёмы она умела. И, несмотря на все сложности, не ударила в грязь лицом.

Всё было готово даже за час до того, как начали прибывать первые гости, и наша княгиня чувствовала себя среди них, как рыба в воде.

Я в очередной раз убедился, что сделал правильный выбор, когда позволил ей стать во главе нового клана Вийон.

Она прекрасно понимала ценности своих родственников и умела этим пользоваться. Так что я отошёл в сторону, позволив ей царствовать на этом празднике в одиночку и набивать очки среди её будущих подданных.

Но, перед тем как уехать, мне нужно было сделать ещё кое-что. И, сидя в кабинете Катарины, я ждал, когда в нём появятся интересующие меня люди.

Глава 12

— Николя? Что ты здесь делаешь? — удивился Люсьен Вийон, когда вошёл в кабинет Катарины.

Точнее теперь уже, наверное, Бланш.

В последнее время поместье меняло хозяев как перчатки.

— А я знала, — улыбнулась Адель, — Николя выкрутится из любой ситуации, верно же? Значит, Бланш простила тебя? Что ты ей наплёл?

Рядом с невозмутимым Николя стояла Габриэль. И вот она была мрачнее тучи, чем несколько пугала собравшихся в кабинете Вийонов.

Все они согласились поддержать юриста в его авантюре, соблазнённые заманчивыми обещаниями.

Но, когда в городе появилась Бланш с самим Максимилианом Рихтером, конечно, мало кто ожидал, что Николя останется на плаву. При всей его изворотливости.

Но, похоже, что все они ошибались. Иначе, что бы он делал в поместье во время приёма, посвящённому возрождению и воссоединению клана Вийон?

Уже то, что он сумел выжить и остаться свободным, говорило о многом.

А раз он сумел выкрутиться, значит, вероятно, занял и высокое место в иерархии нового клана.

И каждый из них затаил дыхание, ожидая, что Николя посвятит их в свой новый план. А может быть они все получат новые важные должности в клане?

Однако, их лидер не спешил что-либо говорить. Словно чего-то ждал или специально подогревал их любопытство и интерес.

Но вот, дверь в кабинет вновь отворилась.

Машинально обернувшись, Вийоны увидели совсем не Бланш, как того ожидали. А самого Великого Князя Рихтера.

И от его взгляда по их коже сразу пробежался холодок.

Самые умные даже начали догадываться, что их собрались вовсе не награждать.

Похоже, ублюдок Николя просто их всех сдал! А может быть именно этим он и купил свою жизнь и свободу!

Такие мысли не добавляли желания оставаться на месте, но бежать было некуда.

А Максимилиан Рихтер, окинув их всех презрительным взглядом, наконец подтвердил все их опасения одной короткой фразой:

— Ну что, поговорим о верности?

* * *

С того момента, как история афериста Николя Вийона закончилась и началась история Николя-ревенанта, я не мог не размышлять о том, что делать с его сообщниками.

Взять ту же Габриэль. Пусть она и сама пострадала от рук своего подельника, но уже было ясно, что это личность также склонная к авантюрам, и доверять ей было бы опрометчиво.

Конечно, никто из них не был ничем обязан Бланш. Но одно дело просто отказаться присягнуть ей и совсем другое попытаться обокрасть.

Такие вещи не прощают и не оставляют без ответа.

Впрочем, к нашему удивлению, все заговорщики оказались настолько беспечными, что когда ветер сменился, они поплыли по течению вместе с остальными Вийонами и точно также прислали Бланш письма со своими заверениями в верности.

Благодаря Габриэль и Николя мы уже знали абсолютно все имена. И, отправляя им в ответ приглашения, наша княгиня совершенно не верила, что они всё-таки явятся.

— Одно дело письма, а совсем другое — личная встреча. Ну не могут они быть такими глупыми, чтобы самостоятельно явиться в капкан! — воскликнула она тогда.

Октавия засмеялась.

— Конечно могут! Мы же говорим о Вийонах!

Малышка Сципион в последнее время совсем не сдерживала себя в проявлении своих истинных чувств к роду Катарины. Видно, её очень уж впечатлило посещение Вийон-де-Тур, где она познакомилась поближе с их традициями и образом мыслей.

Бланш эта подколка совсем не убедила. Однако, я тоже был уверен, что заговорщики явятся к нам, как миленькие.

И даже не по тем причинам, которые озвучила Октавия.

Основной причиной была другая.

Вийоны привыкли к своей неуязвимости, практически бессмертию. Они никогда не болели, они могли творить со своей внешностью что угодно. Они как целители были необходимы другим кланам, а потому их миновали любые серьёзные интриги.

Сейчас они остро нуждались в лидере, а также в том, чтобы хоть немного вернуть своё величие. Этот клан много веков существовал под крылом одного из самых сильных магов всех времён.

Они слишком привыкли к тому, что за ними стоит вся мощь и авторитет настоящего чудовища в юбке.

Они привыкли к преклонению и страху перед их кланом. Привыкли к роскоши и влиянию. И верили в то, что такой расклад — незыблем.

И вот, в один момент, их княгиня погибла вместе со всеми своими элитными воинами.

Оставшиеся в живых Вийоны мигом осиротели. Но, если те, кто выжил в Рихтерберге сразу же прибились к Бланш, то остальные были слишком далеко.

И они просто плыли по течению, пытаясь сохранить хотя бы крохи привычного образ жизни, даже понимая, что он рассыпается буквально на глазах.

Самые отчаянные и жадные вступили в заговор с Николя, потому что он предлагал им хоть какое-то решение.

Но таких оказалось не так уж и много. Всего лишь семь человек.

Остальные же, похоже, надеялись, что всё как-то образуется само собой.

И вчера, когда они поняли, что мы с Бланш не где-то там далеко, запертые в осаждённой столице, а на расстоянии вытянутой руки, Вийоны почуяли, что это их шанс вновь прибиться к кому-то сильному. Каждый из них мечтал снова ощутить то чувство абсолютной уверенности и превосходства, когда за ними стоит всесильное чудовище.

Даже заговорщики, знающие, чьё мясо они пытались съесть, не смогли противостоять этому желанию, и явились на приём, как миленькие, надеясь, что виновным сочтут одного только Николя, а об их участии даже не узнают.

Но я планировал их разочаровать.

— Вы нас убьёте? — пискнула одна из них, хорошенькая, как и все Вийоны.

Хотя и не столь привлекательная, как Бланш. Стоит сказать, что красота нашей новой княгини была ещё одним аргументом за то, чтобы возвысить именно её. Я знал, что после Катарины, править её бывшим кланом сможет только девушка сравнимой красоты. Бланш уступала своей предшественнице лишь немного.

И то, потому что она не была столь же сильным и опытным магом. Но достоинств её внешности было достаточно, чтобы Вийоны восприняли её всерьёз.

И наше небольшое представление на балу доказало, что я был прав.

— А есть за что? — с усмешкой поинтересовался я.

К счастью для неё, она почувствовала, что враньё уж точно доведёт её сейчас до могилы, так что честно сказала:

— За то, что мы участвовали в заговоре против Бланш Вийон.

Остальные смерили её ненавидящим взглядом. Возможно, что некоторые из них ещё надеялись выгородить себя. В таком случае, им наоборот стоило бы сказать спасибо этой девчонке, которая своей честностью только что спасла их шкуры.

— Приятно видеть, — ответил я, — что ты отлично поняла, почему оказалась здесь и не пытаешься выкрутиться. Хотя, может быть, кто-то из присутствующих, считает, что оказался здесь по ошибке? — почти дружелюбно улыбнулся я, оглядев присутствующих, — я готов выслушать.

Однако, все они опустили взгляды. Солгать не рискнул никто.

— Что ж, в таком случае перейдём сразу к тому, зачем мы здесь собрались. Так как доверять вам — слишком рискованное предприятие, то каждый из вас станет обладателем особой магической печати, которая будет следить за тем, чтобы вы не наделали глупостей. Она будет отслеживать каждый ваш шаг. И стоит кому-либо совершить что-то, что может нанести вред клану Вийон, клану Рихтер или лично Бланш Вийон и мне, как вы мгновенно погибнете.

Я не часто прибегал к этому методу. Первый и последний раз в этом времени такие метки получили от меня Арнольд Зеппельт со своей родственницей.

Но сейчас я не собирался рисковать. Всё же, Вийон-де-Тур довольно далеко от Рихтерберга, и оставлять Бланш одну рядом с людьми, которые могут попытаться отомстить за свою неудачу, было бы глупо.

По кабинету прошёлся ропот. Заговорщики испуганно вздыхали и охали, а я вывел вперёд Габриэль и поднял её руку, на которой тут же проявился силуэт герба моего клана.

— Как вы видите, одна из вас уже приняла этот знак и всё ещё жива. Так что вы тоже будете в безопасности, пока не захотите поиграть с судьбой.

— А Николя? — воскликнул один из них, — он тоже с меткой? Или вы пощадили его за то, что он сдал нас всех⁈

Я бы не стал лишний раз афишировать новый статус рыжего юриста, но не хотелось, чтобы мои будущие вассалы думали, что меня можно подкупить мелким стукачеством.

Так что я ответил:

— Николя уже не нуждается в подобного рода контроле. Он мёртв, и полностью подчиняется мне и так. Вы и сами можете прекрасно в этом убедиться, если посмотрите внимательно. Вы же маги жизни, в конце концов!

Похоже, что они вняли моему совету, и теперь испуганно отшатнулись от ревенанта, который, вдруг, решил их своеобразно подбодрить:

— Не бойтесь, даже если вы случайно умрёте, то продолжите служить Великому Князю Максимилиану Рихтеру. После принятия метки, ваше жалкое существование, наконец-то, приобретет смысл. Как и моё.

Я хмыкнул. Не помню, чтобы закладывал в него обязательство самоуничижаться. Неужели комплексы и психотравмы юриста последовали за ним даже в посмертие?

В любом случае, несмотря на ужас в глазах присутствующих здесь Вийонов, выбора у них не было.

И я начал ритуал.

* * *

— Я надеялась, ты задержишься хотя бы до завтра, — расстроилась Бланш, когда я собрался на вокзал ещё даже до того, как закончился приём.

Но иначе мы рисковали не успеть на последний поезд.

— Мы и так провели в Вийон-де-Тур гораздо больше времени, чем планировали изначально.

Бланш вздохнула.

— Понимаю, но, честно говоря, мне немного страшно. Впервые после всего… что случилось, я окажусь так далеко от тебя. Хотя и очень хочу остаться здесь.

— Я бы не стал тобой рисковать, если бы опасность была действительно велика. Но я не думаю, что мои враги сейчас готовы развязать войну. Кроме того, весь Вийон-де-Тур накрыт моей шпионской сетью. Лифэнь не пропустит, если в городе начнёт происходить что-то подозрительное.

— Да, — грустно кивнула Бланш, — конечно, я понимаю. К тому же, мы восстановили защитные заклинания в поместье, так что даже в чрезвычайно сложной ситуации, у меня будет время что-то предпринять.

— Не волнуйся, красотка, — неожиданно обняла её Октавия, — ты гораздо сильнее чем думаешь. Ты справишься.

От неожиданности, Бланш едва не разучилась стоять на каблуках. Её колени задрожали, и она чуть не упала, но всё-таки вернула себе самообладание.

А я в очередной раз отметил, что между девушками сложились довольно странные отношения. И хотя Октавия постоянно подкалывает Бланш, но уж точно не позволит никому причинить ей реальный вред.

— Симон, — обернулся я ко второму из своих спутников, — ты точно не хочешь остаться здесь?

Я заметил, что он также испытывает к Бланш большую симпатию. И такой сильный боец в её окружении, точно бы добавил нашей княгине уверенности.

Но Фаверо упрямо стоял на своём.

— Надеюсь, мадемуазель Бланш меня простит, но я не имею права сворачивать со своей дороги, пока не выполню данный себе обет. Оставшись сейчас в её чудесной компании, я безусловно буду очень счастлив, но предам самого себя. А предателям нельзя доверять. Особенно в вопросах безопасности.

Закончив эту речь, он поцеловал Бланш руку и выразил надежду, что вскоре увидит её снова, после чего покинул поместье.

— Интересный он всё же паренёк, — задумчиво покачала головой Октавия, — похоже, что он и впрямь верит во все эти рыцарские принципы.

— Верит, — грустно подтвердила Бланш.

Её тоже явно понравился Симон, так что такому его решению, она была не сильно рада.

— Ну ничего, — коварно улыбнулась Октавия, — зато с тобой остаётся Николя!

Наша княгиня аж подпрыгнула от раздражения.

— Не напоминайте мне об этом придурке! Хотя бы сегодня!

Ведьмочка засмеялась. Вот теперь это было больше на них похоже.

И на этой ноте, мы с ней тоже покинули поместье.

Да, возвращался в Рихтерберг я совсем в другом составе, нежели сюда приехал. Из моих спутниц, со мной осталась только Октавия.

Бланш собиралась укреплять свою власть на исконных землях клана Вийон. А также ей предстояла ещё куча бумажной волокиты в банковских и судебных вопросах.

Все, кроме бывших заговорщиков, всё ещё считали Николя живым, а отмеченные никому об этом не скажут, если сами не хотят оказаться умертвием, только уже гораздо менее высокого ранга, чем пронырливый юрист.

Но, даже несмотря на то, что он отзывает все свои иски и отказывается от прочих претензий, бюрократическая волокита всё равно рисковала растянуться надолго.

Чтобы исправить всё, что он натворил, понадобится далеко не одна неделя, и это ещё одна причина, по которой Бланш оставалась в Вийон-де-Тур.

Вместе с ней временно здесь задержаться решила и Кристина.

Она собиралась как следует продумать захват местных рынков, раз уж мы и так стали новыми хозяевами города и окрестных земель.

Теперь Бергманы рассчитывали уже не просто увидеть товар на полках здешних магазинов, но и провести крупномасштабную рекламную кампанию.

Разумеется, я её в этом только поддержал.

* * *

— Прошу прощения… — залепетала девушка, сидящая в окне кассы вокзала, — боюсь, что билеты закончились.

Я воспринял её слова с изрядной долей скепсиса, потому что закончились билеты ровно тогда, когда она услышала моё имя.

Для разнообразия я решил проехаться на поезде Десмондов, раз уж мы всё равно пока находимся в состоянии худого мира.

Но то ли он сам распорядился, чтобы меня на борт не пускали, то ли это личная инициатива его трусливых работников, но это было даже забавно. Как минимум потому, что я не ожидал от Роланда такой мелочности.

— Вот ваши билеты, — улыбаясь, протянула их из соседнего окна, другая кассирша какой-то парочке, чем заставила мою собеседницу побледнеть ещё сильнее.

— Так значит билеты всё-таки есть? — улыбнулся я.

— Да… нет… я не знаю, — чуть не плача ответила она, — я не могу вам их продать, простите, — наконец, призналась девушка.

— Всё в порядке, — не стал и дальше пугать её я и отошёл в сторону.

В конце концов, она обычный исполнитель.

— Если хочешь, — предложила Октавия, — я могу снова сделать нам маскировку. Никаких проблем.

— Не стоит, — покачал я головой, — я разберусь.

До отправки поезда оставалось ещё двадцать минут. Более, чем достаточно, чтобы поболтать с заклятым старым другом.

И я попросил Лифэнь связать меня с Роландом. Через зал для встреч совета, разумеется.

Благодаря придуманной нами технологии, я всегда мог повторить трюк, которым уже не раз пользовался. Даже, когда находился далеко от Лифэнь и её оборудования. Ну, точнее, частичка меня всегда была рядом.

Так что через пару минут, я уже стоял напротив Десмонда в виртуальном зале совета князей.

— Я польщён, — насмешливо начал он, — что Максимилиан Рихтер нашёл время связаться со мной в промежутках между балами и дуэлями со всяким отребьем.

— Чувствую в твоём голосе ревность, Роланд, — ухмыльнулся я, — так соскучился по нашим спаррингам? В таком случае, приезжай в Вийон-де-Тур. На нашу дуэль соберутся десятки тысяч зрителей. Доходы разделим пополам. Ну как?

Он хмыкнул.

— Я думал, у тебя сейчас есть дела поважнее.

— Они и были, — не стал спорить я, — вот только, похоже, придётся их отложить. Не могу вернуться в Рихтерберг вовремя. Ты знаешь, я ожидал большего от твоей железной дороги. А оказалось там такой бардак. Не могут найти билеты для уважаемых пассажиров, — я покачал головой.

Роланд усмехнулся.

— Ничем не могу помочь. Надо было заказывать билет заранее. Наши маршруты очень популярны, знаешь ли.

— Да, соглашусь, что пассажироперевозки — это очень выгодное дело в наше время. Глупо упускать такую возможность подзаработать. Так что для начала я, пожалуй, пересмотрю договоры нашего сотрудничества на землях моих вассалов и союзников. Мы повысим пошлины за проезд и перевозку грузов, а заодно обсудим новые условия аренды земель под вокзалы. Сегодня же, тебе пришлёт все необходимые документы мой новый юрист Николя Вийон. Наверняка ты о нём слышал? Очень способный малый. Один из лучших в своём деле.

Глава 13

— Николя Вийон — твой юрист? — изумился Роланд.

Видимо, шпионы успели донести до него не все новости.

— Что, сомневаешься в моей кадровой политике? — усмехнулся я. — А, как по мне, парень совсем неплох. Вот только пришлось добавить ему в голову капельку верности.

Десмонд поморщился. Манипуляции с жизнью и смертью всегда пугали других князей, даже когда мы считались приятелями.

— Считаешь, что мои юристы будут общаться с трупом⁈ — возмутился он. — Это… это незаконно!

То, что даже этот задира теперь стал цепляться за бумажки, меня насмешило.

— Дружище, вы так постарались вымарать память о некромантах, что теперь даже не существует понятия «неживая личность». Так что юридически Николя ничем не хуже твоих крючкотворов. А в профессиональном качестве куда лучше. Уверен, что он вытрясет из тебя отличные условия.

— Древнее чудовище! — мне показалось, что Роланд решил спустить ситуацию на тормозах. — Ты даже не понимаешь пользы научно-технического прогресса! Как ты будешь обеспечивать свои земли без моих поездов.

Ну вот, от «отрицания» мы уже перешли к «торгу».

Я улыбнулся.

— Ты что-нибудь слышал о голоде в Рихтерберге? Вот и я нет. Открытая транспортная война между нашими кланами приведёт лишь к тому, что я быстрее начну воплощать свои наработки в жизнь уже в большом масштабе. И тогда уж точно твоим дорогам придётся потесниться.

Я видел, как Роланд стиснул кулаки, видел его напряжённый взгляд. Мой оппонент не привык так просто отступать. Но он хорошо меня знал и понимал, что не будь у меня своих козырей, я бы такие разговоры не вёл.

— Не будем горячиться, — усмехнулся он, — это вредно для бизнеса.

— Пока я вижу, что твой бизнес не работает, — также с улыбкой продолжил давить я. — Даже властелин этих земель, которым я являюсь, не может купить билет на поезд Десмондов. Как это называется? Кажется «отсто-о-ойный сервис», протянул я, копируя Бланш.

Вот теперь я и правда задел его за живое.

— Сервис у Десмондов всегда самый лучший, — скрипнул зубами Роланд. — И ты в этом убедишься.

* * *

— Господин Рихтер! — запыхавшись, подбежала ко мне знакомая кассирша, примерно через минуту, как мы закончили разговор с Роландом.

— Быстро он, — хмыкнул я.

— Что, простите? — растерялась девушка.

Я улыбнулся и махнул рукой, давая понять, что всё это не важно. И она тут же перешла к делу:

— От лица всей нашей железнодорожной компании, — торжественно начала она, — мне велено преподнести вам в дар билеты в купе премиум-класса.

Поклонившись, она отдала нам билеты и моментально испарилась, но на её место тут же подоспела другая девушка. На этот раз в форме проводницы.

— Уважаемые гости, — тоже поклонилась она, — прошу, следуйте за мной. Я вас провожу

Я кивнул, и мы двинулись следом.

— Премиум-класс? — переспросила Октавия, — первый раз об этом слышу.

И действительно мы уже путешествовали в купе поезда Десмондов, но это был первый класс. Но пока ещё не ясно есть ли вообще разница.

Однако, услышав вопрос Октавии, проводница сочла своим долгом объяснить:

— Билеты в премиум-класс невозможно купить. Это купе для особых гостей Великого Князя Роланда или его ближайших помощников. Вероятно поэтому, о его существовании мало известно в широком кругу наших пассажиров.

И действительно, когда мы в нём оказались, то сразу стало ясно, что в обстановку одного этого купе, возможно, вложили стоимость целого поезда.

Каждая деталь внутреннего убранства просто кричала о том, что на неё потрачена целая гора золота. А некоторые вообще сами по себе были золотыми, например, герб Десмондов, который висел прямо над дверями.

Внутри купе даже воздух был другой, нежели во всём остальном поезде. Как нам объяснила проводница, здесь работала совершенно особая, многоэтапная система очистки, чтобы дорогие гости могли наслаждаться чистейшим воздухом, сравнимым с тем, какой встречается на горных вершинах вдали от цивилизации.

Разумеется, здесь также был установлен и ультрасовременный климат-контроль, который поддерживал наиболее комфортную для человека температуру и влажность.

Но это была лишь вершина айсберга.

— А мы точно в поезде? — изумлённо поинтересовалась Октавия, когда дверь за проводницей закрылась.

И об этом действительно было легко забыть. Этому способствовали и окна с регулируемой прозрачностью, которые можно было настроить так, чтобы ничего не видеть, или же включить трансляцию любого приятного глазу ландшафта от морского берега до зимнего леса, с мягко падающим на землю снегом.

Была здесь и превосходная звукоизоляция, которая не пропускала внутрь купе ни единого звука.

А, когда поезд тронулся, то оказалось, что мы здесь также защищены и от любой тряски и вибрации, которая происходит при движении колёс по рельсам.

Мы словно просто находились в невероятно роскошной комнате отеля с изысканной мебелью из самых дорогих пород дерева. Креслами, мягкость и ткань обшивки которых, обнимала тебя словно уютный кокон.

Ну и, конечно, нас ждало особое меню для премиум-класса, которое включало в себя практически любые деликатесы, какие только можно захотеть.

Но, главное, я нашёл в нём пару десятков видов кофе, а значит, мне будет чем заняться в долгой дороге.

Симон и Октавия тоже заказали себе для начала напитки, которые нам доставили буквально за минуту.

К слову, мой новый ученик удивил меня и здесь, восприняв окружающую нас роскошь как должное. Словно находиться в такой обстановке для него было совершенно обычным делом.

Надо будет обязательно узнать у Лифэнь как можно больше о его прошлом и клане, в котором он родился.

— Ну, надо же, — поразилась Октавия, запрыгнув на один из диванов и, с наслаждением, вытянув ноги, — Десмонды явно не прочь пустить тебе пыль в глаза. А ведь сначала они не хотели даже просто… пустить.

Я усмехнулся.

— Некоторые люди не меняются даже за тысячу лет, даже если сами думают иначе. Роланд превратился из воина в купца, но болевые точки остались всё те же. Немного на них надавить, и вот он уже готов на всё, лишь бы не упасть в грязь лицом. В его понимании, конечно же.

Октавия хихикнула, но через несколько секунд резко стала серьёзной:

— Но не слишком ли рано ты бросаешь ему вызов? Я не знаю его так хорошо, как ты. Но даже мне ясно, что это человек чрезмерно гордый и честолюбивый. Такие не прощают обид и не терпят конкурентов.

— Думаешь, мне он не по зубам? — с улыбкой спросил я.

Октавия возмутилась такому предположению.

— Нет! Конечно, нет! — горячо возразила она, — но я за тебя волнуюсь.

В этот момент она была такой милой, что если бы не Симон, едущий рядом с нами, то я бы определённо потратил время нашей поездки на что-то поинтересней, чем обычные разговоры.

А ведьмочка продолжала:

— Я знаю, на что ты способен и никогда не видела мага сильнее, безотносительно к тому, насколько велик твой энергетический резерв. Твоя сила не в магических рангах, квалификациях и прочих формулах, под которые подгоняют одарённых. Пожалуй, именно после знакомства с тобой я впервые поняла, что такое «вне категорий» на самом деле.

— А как же Регина? — прервал я её восторженную речь.

— Регина, конечно, монстр, иначе не скажешь — задумчиво протянула ведьмочка, — она опасна, непредсказуема и очень, очень умна, хотя некоторые считают её просто поехавшей головой. Но, я хоть и не знаю её близко, но считаю, что это ошибочное мнение. Может, конечно, она и странная, но точно не во вред себе. Но… — Октавия замолчала.

— Что «но»? — переспросил я, когда молчание затянулось.

Мне и впрямь было интересно узнать, как малышка Сципион воспринимает свою княгиню. До этого момента мы не вели подобных разговоров и практически не касались темы, что, вообще-то, она принадлежит к враждебному Рихтерам клану.

— Но до тебя она не дотягивает, — наконец, ответила Октавия, — мне сложно сформулировать. Она сильная, умная и выглядит очень уверенной в себе, но мне всегда казалось, что в ней есть какой-то надлом. Регина никого не подпускает близко и будто бы ничего не воспринимает всерьёз. И я не вижу в ней того внутреннего стержня и спокойствия, которое есть в тебе. Я думаю, что именно оно делает тебя непобедимым и возносит над любыми магическими категориями. Да и сам посуди, кто бы ещё так смог?

— Что ты имеешь в виду? — уточнил я.

Всегда интересно получить взгляд со стороны, хотя Октавию и трудно считать до конца объективной.

— Да всё! — ведьмочка подтянула колени к себе и обняла их руками, — ты проспал целую вечность, мир изменился, твой клан погиб, твоя сила утекла как вода, сквозь пальцы, словно её и не было. Но вот ты передо мной, почти вернувший себе всё утраченное. И уже вновь бросаешь вызов сильнейшим в этом мире, — она грустно улыбнулась, — хотя, я боюсь, что с последним ты поторопился, Макс. Я верю в тебя, но они ведь тоже не слабаки. И не дураки. Если ты будешь их дразнить, они объединятся против Рихтеров. И тебе придётся несладко.

Я кивнул и пересел на диван к Октавии, приобнял и взъерошил ей волосы. А затем с улыбкой сказал:

— Ты права, они обязательно попробуют объединиться. Ведь сейчас для этого самое время.

— Попробуют? — нахмурилась ведьмочка, — думаешь всё ограничится лишь попыткой?

Я засмеялся.

— Поверь мне, эти переговоры окажутся весьма драматическими. Легко им точно не будет. Ещё тысячу лет назад, между Великими Князьями не было никакого единства. Каждый из них привык тянуть одеяло на себя и имеет к остальным целую гору претензий, накопившихся разочарований и обид. Чтобы договориться, совету князей придётся избавиться от целой горы внутренних разногласий.

— Иногда перед лицом общей угрозы, люди действуют на удивление слаженно, — осторожно заметила Октавия. — Даже Великие Князья с их гонором.

— А теперь мы плавно подходим к ещё одному их недостатку. Никто из них не собирается чем-то жертвовать. Каждый из них захочет, чтобы основной удар принял кто-то другой, а им осталось только собирать трофеи. Да, у них есть общая цель — уничтожить меня. Но нет единства. Ведь каждый думает, что после желанной победы над врагом сильнейший вонзит зубы в наиболее ослабленных. Вспомни, как погиб Салазар. До последнего он боялся своих «приятелей» больше, чем Сирен и меня.

Октавия замолчала, явно обдумывая мои слова, а я продолжил:

— Кроме того, у меня, в отличие от них, как раз есть верные союзники. Да, возможно, они и уступают в чистой силе Великим кланам, но зато уже проверены в боях и не боятся рисковать. Сирены быстро займут место Салазаров. Они уже заставили всех считаться с собой. Веласко — мощный боевой клан, готовый бороться за своё место под солнцем. И даже полезность Вийонов трудно переоценить. Да, они потеряли практически весь свой военный потенциал, но это — сильнейший тыл и магия поддержки. Ты и на себе ощутила всю полезность их благословений. Так что, — с улыбкой подытожил я, — мой альянс уже способен тягаться с ними, если не на равных, то очень близко к этому.

— Надеюсь, ты прав, — наконец, улыбнулась в ответ, ведьмочка, — но есть и ещё кое-что, о чём я беспокоюсь, — призналась она, — что если твои враги решат прикончить Бланш? Пока что преданность многих Вийонов держится исключительно на ней. Я не беру в счёт тех учёных, которые работают на тебя в Рихтерберге. Но она теперь слишком далеко от тебя. И тот же Роланд точно знает, что ты уехал.

— Не волнуйся, — вновь потрепал её по голове я, — в ближайшее время, они будут строить планы совсем о другом.

— И о чём же? — удивлённо переспросила Октавия.

— О том, как добраться до меня в Рихтерберге, — я заговорщицки ей подмигнул, — очень скоро столица вновь распахнёт свои ворота для всех

* * *

— А я говорил, что надо кончать с ним как можно скорее! — возмущался Гюнтер Штайгер, — но вы меня не послушали! И вот итог. Рихтер уже чувствует себя полноправным хозяином положения! Мы дождёмся, что он снова наплодит своих мертвяков и начнёт диктовать свои условия.

Совет Великий Князей вновь собрался на разговор через хрустальные шары Регины Сципион. Как бы они многим из них не нравились, но ничего лучше никто так и не предложил.

— Уже диктует, — мрачно отметил Роланд.

— Что ты имеешь в виду? — с подозрением взглянул на него Ракша Канвар.

— А вы не видите, как он резко перешёл в наступление и подмял под себя все земли Вийонов и Салазаров? — ловко ушёл от ответа Десмонд.

Он совсем не собирался рассказывать остальным о своём недавнем споре с Рихтером. И уж тем более о том, что вынужден был отступить.

Но именно этот вопрос его сейчас волновал больше всего. Ещё недавно Рихтер добровольно закрылся в столице, понимая степень угрозы, которая над ним нависла.

Но вот он теперь. Угрожает монополии Десмондов и спокойно разъезжает по миру, как ни в чём не бывало. А они, Великие Князья, хозяева этого мира, вынуждены это просто проглотить.

И даже у Роланда, сильнейшего из них, не было готового решения, что с этим делать.

Зато у самого Рихтера, похоже, наоборот, появилось много планов. Та угроза, которую он ему озвучил, это ведь был не блеф. Рано или поздно Макс всё равно приступит к воплощению этих идей в жизнь. И ладно бы только это. Если они так и позволят ему вновь набирать силы и влияние, то всем им конец.

Гюнтер прав, С Рихтером надо поскорее кончать. Великим Князьям пора объединиться и найти решение. Но и слишком торопиться тоже нельзя. Катарина своим примером показала, что бывает с теми, кто лезет на рожон, надеясь на одну лишь грубую силу.

— Бывшие земли Армана, в основном теперь принадлежат Сиренам, — тем временем отметил Канвар.

— И что это меняет? — фыркнул Гюнтер, — ты вообще хоть раз общался с этими рыбами лично?

Ракша пожал плечами.

— Не было необходимости. Наши земли далеко друг от друга.

— А я общался. Королева, как она себя называет, Мерисса — это реликт прошлых эпох, похлеще Макса. При этом она в Рихтере души не чает. Я осторожно разговорил её на эту тему и теперь уверен, что Сирены всё для него сделают. Чего бы он ни попросил.

Регина засмеялась.

— Значит, это точно Максик убил Арманчика. Я знала, что он не просто рядом постоял!

— Чему ты радуешься? — мрачно спросил Роланд, едва удержавшись от оскорбления, — если это так, то думаешь, он остановится на Салазарах? Он знает, кто виноват в уничтожении его клана. Ну или уж точно догадывается.

Гюнтер снова воскликнул:

— А я говорил! Говорил! Каждый из нас может стать следующим!

— Ты так паникуешь, — вновь засмеялась Регина, — словно уже знаешь, что им станешь именно ты.

— Он уже напал на моих людей, — признался Гюнтер, — как раз во время своего вояжа в Вийон-де-Тур.

— Ни за что не поверю, что у него не было повода, — цокнула языком Регина.

— Какая разница, был повод или нет! — воскликнул Штайгер, — это вообще не его дело! Угробил трёх моих големов!

— А ты уверен, что это вообще он? — спросил Канвар, — если у тебя есть доказательства, то можно начать разбирательство. Как мы это делали всегда, когда… Макс был одним из нас. Может, он и сейчас не откажется ответить по тем законам, к которым привык.

— Ага, как же… — буркнул Гюнтер, — оставит он доказательства. Всё подчистил.

— А повод-то какой? — вновь спросила Сципион, не давая сбить себя с толку.

— Да какой-какой, — внезапно вмешался Роланд, — Вийона он хотел увезти, который захапал себе хороший кусок от богатств Катарины.

— А… — протянула Регина, мгновенно потеряв к разговору интерес, — сначала дразните хищника, а потом удивляетесь, почему остались без пальца.

— Реги, а ты точно на нашей стороне, а⁈ — едва не подпрыгнул от возмущения Гюнтер, — может, уже сговорилась с Рихтером за нашими спинами⁈ Всё тебе смешно!

— Следи за языком, — злобно сверкнула глазами она.

— А ты следи за своими девицами, — резко рявкнул Роланд, внезапно поддержав Штайгера.

— Что?

— А то, что одна из Сципион, уже не скрываясь, шляется везде в компании Макса. И явно использует секреты твоего клана на благо врагу!

Регина внезапно стала очень серьёзной. Нечасто можно было увидеть на её лице такое выражение. Но никак оправдываться или что-то объяснять она не стала. Только коротко отрезала:

— Я разберусь.

Глава 14

— Мизер, господа! — хитро улыбнулась Октавия, раскрывая свои карты.

Чтобы скоротать долгое время в дороге, мы удобно расположились за большим столом из эбенового дерева и начали партию в преферанс.

Игру эту придумали как раз в Вийон-де-Туре, и обратиться к ней, показалось нам всем хорошей идеей, чтобы скоротать дорогу. А колода карт неожиданно нашлась у Симона.

Возле каждого из нас стояли хрустальные бокалы с одним из лучших вин Салазаров. Правда, не с самым редким из них. Мы с удовольствием отметили, что особое вино Армана теперь есть только у нас. А таким эксклюзивным и статусным вещам всегда можно найти хорошее применение.

Я взглянул на карты Октавии, малышке Сципион и впрямь повезло. Хороший расклад для того, кто надеется не взять ни одной взятки.

Всего один валет, остальное совсем мелочь.

Я задумался о том, как её переиграть. И, судя по сосредоточенному лицу Симона, он размышлял о том же.

Игра тем временем продолжалась. Однако буквально через минуту, весёлое настроение Октавии куда-то испарилось. И виной тому стал совсем не плохой расклад. Наоборот, по всему выходило, что эта партия останется за ней.

Но ведьмочка как-то резко побледнела и вздрогнула.

— Октавия, с тобой всё в порядке? — спросил я.

Она покачала головой:

— Не знаю. Похоже, я замёрзла, — поёжилась она.

Я встал с кресла и достал из шкафа тёплый синий плед из кашемира и заботливо укутал девушку.

— Спасибо, Макс, — улыбнулась она.

Мы продолжили игру, но лучше Октавии не становилось.

Очень скоро её, наоборот, бросило в жар, и вообще, по совокупности признаков, всё это стало слишком уж походить на отравление. Тем более что она начала жаловаться ещё и на упадок сил.

Первым делом я, разумеется, проверил её стакан с вином. Но мы разливали напиток из одной бутылки. И ни я, ни Симон не чувствовали никаких недомоганий.

Октавии же становилось хуже чуть ли не каждую минуту.

Но травить нас в собственном поезде, да ещё после нашего личного разговора… такое было слишком даже для Десмонда.

Мне не особенно верилось, что Роланд настолько отчаялся, что решил избавиться от меня таким образом. Тем более что он прекрасно знал, что ядом меня не взять.

С другой стороны, убить мою спутницу в качестве компенсации за пережитое унижение… в это я готов был поверить больше.

Но тщательный осмотр купе не выявил ни единого следа магического воздействия, кроме тех, которые отвечали за работу местных артефактов.

Так что, если какое-то магическое воздействие и было, то оно брало своё начало не здесь. Я был полностью в этом уверен, потому что проглядеть источник такого отравления было попросту невозможно. Не для мага моего уровня, хорошо знакомого с принципами работы самых разных артефактов и ядов.

Это вообще не было похоже на почерк Десмондов. Конечно, за тысячу лет многое могло измениться, но это слишком сильно отличается от их стиля и методов, так что я прекратил искать проблему в нашем купе, поезде и в персонале, который нас обслуживал.

Вместо этого я начал обследовать саму Октавию. Я положил руку ей на лоб и попытался понять, что вообще происходит.

— Может быть, я просто заболела? — слабо улыбнулась она, — простыла, вот и лихорадит.

— Чтобы сильный маг подхватил какую-то простуду, это надо ещё постараться, — ответил я, — если твой организм перестал бороться даже с такими мелкими заболеваниями, то лучше уж пусть это будет яд.

Октавия пожала плечами:

— Раньше я часто болела. До того, как ты научил меня расслаблению. Ко мне цеплялось всё подряд… может быть снова…

— Не может, — отрезал я.

Однако на первый взгляд с ведьмочкой действительно было всё в порядке. И у меня никак не получалось обнаружить причину её плохого самочувствия.

Конечно, я не лекарь в полном смысле этого слова, но чаще всего у меня получалось быстро найти причину недомогания.

А сейчас я не видел ничего, что могло бы за неё сойти.

Неужели это какая-то новая магия, которая совсем не похожа на то, к чему я привык.

Я нахмурился и связался с Лифэнь, попросив её организовать нам встречу в Коста-Сирене.

Лучше, если на вокзале нас встретит один из наших опытных врачей Вийонов. Возможно, они быстрее определят, что происходит с Октавией.

Я же пока выяснил только то, что, когда передаю ей немного своей энергии, к ведьмочке ненадолго возвращается румянец и в целом самочувствие ненадолго улучшается.

— Может быть, стоит пригласить сюда дежурных врачей поезда? — обеспокоенно спросил Симон.

— Нет, — хором отозвались мы с Октавией.

Я пояснил:

— Не хочу доставлять такого удовольствия Роланду. Кроме того, его люди, если и согласятся нам помочь, то точно не будут делать это добросовестно.

Октавия кивнула:

— Да и в этом просто нет смысла, — сказала она, — лекари в поездах способны разве что оказать первую помощь. Компетентность Макса на порядки выше. Если даже он не может понять, то вся надежда лишь на высококвалифицированного Вийона.

— Значит, всё очень серьёзно? — не на шутку испугался Симон.

— Мы разберёмся, — твёрдо ответил я, — мне кажется, я вот-вот нащупаю нужную ниточку. В любом случае, даже при самых худших раскладах, у меня есть способы удержать на краю человека даже в самых безнадёжных случаях. К счастью, случай Октавии пока таковым не выглядит. Он странный, но ситуацию мы контролируем.

Девушка обхватила меня за шею и доверчиво прижалась.

— Я знаю, Макс, что с тобой мне ничего не грозит.

Однако, хотя я не соврал ни единым словом, состояние Октавии продолжало ухудшаться всю дорогу до Коста-Сирены.

В конце концов, когда мы подъезжали к городу, мне уже требовалось прилагать существенные усилия, чтобы ведьмочка не провалилась в обморок и не испытывала боли.

Да, к слабости и лихорадке добавилась ещё и зудящая головная боль. И только тогда, у меня появились первые предположения.

Что-то внутри Октавии явно стремилось выкачать весь её магический резерв и разрушить энергосистему.

В теле девушки словно проснулся паразит, который рос с огромной скоростью, и с каждой минутой требовал всё больше и больше её жизненных сил.

Но, помимо воздействия на энергоканалы, он нарушал и другие важные биологические процессы. Например, у неё уже началась тахикардия, а лёгкие начала поражать гадость, по всем признакам, похожая на пневмонию.

Так что, когда поезд, наконец-то остановился в Коста-Сирене, уже и речи не шло о том, что Октавия выйдет из него на своих ногах.

Я подхватил её на руки и вынес на перрон, где нас уже встречали Морис и Клод Вийоны.

— Надеюсь, мои услуги не понадобятся, — пошутил последний, после того как мы поздоровались, — но на всякий случай я решил тоже поехать.

Клод — хирург, причём гениальный, без всяких преувеличений. Во многом, благодаря ему, наша авантюра с возвращением юных Рихтеров к жизни закончилась успехом.

Я тоже надеялся, что его умения сейчас не пригодятся, но был рад, что он здесь.

Это значило, что вместе мы вытащим Октавию даже с того света.

Ближайший вход в метро был недалеко от вокзала, так что мы не стали вызывать машину или даже рикшу, а просто поспешили в нашу подземку.

С тех пор как Коста-Сирена стала полностью союзным городом, здесь появилось много новых веток метро, хотя и меньше чем в Рихтерберге.

Пока мы шли, Морис попросил разрешения взять Октавию за руку, и даже я почувствовал, как он запустил в неё свои энергетические нити, начав осторожно изучать её состояние.

— Первый раз такое вижу, — наконец, признался он, — это похоже на то, что делают пиявки… — он осёкся, — прости, потенциальные некроманты, конечно же. Старую привычку трудно вывести, мы столько лет называли их так, и я не вкладываю в это никакого дурного…

— Не отвлекайся, — перебил я его. — Сейчас нет времени для словесных расшаркиваний.

— Так вот, — тут же вернулся к теме Морис, — но если некроманты вытягивают энергию из пациента наружу, забирая её себе, то здесь всё выглядит так, словно силы пропадают где-то внутри самой Октавии. Она словно пожирает сама себя, как уроборос, мифический змей, кусающий себя за хвост.

— Да, — кивнул я, — это сходится с теми выводами, которые сделал я сам.

— Может быть, у тебя есть и какие-то идеи, что это может быть? — спросил Морис, — уверен, что мы разберёмся, но твой опыт превосходит любой другой. Может быть, ты сможешь дать нам толчок в правильном направлении.

Я задумался. Действительно, кое-какая мысль у меня уже появилась, но я пока не знал, как мне её проверить, и надеялся, что такие опытные архимаги, как Морис и Клод сами дадут мне подсказку.

С другой стороны, их незнание — это тоже повод думать, что я прав. И я ответил:

— Это очень похоже на действие печати клана Рихтер, печати подчинения, которую получают предатели и прочие слуги клана, в чьей надёжности есть повод сомневаться, но смерть они ещё не заслужили.

Морис испуганно на меня взглянул, видно сообразив, что будь он менее сговорчив, его бы тоже могла ожидать подобная участь.

А Клод задумчиво сказал:

— Я знаю о разного рода благословениях, которые вплетают в кровь и кожу, наш клан и сам иногда пользовался подобным. Но печать-убийца? Это что-то новенькое.

Я кивнул.

Действительно, тысячу лет назад такого рода магия была только у Рихтеров. И то лишь у самых сильных и наделённых полномочиями применять такие заклинания.

Но, похоже, что за время моего отсутствия, кто-то ещё научился использовать нечто подобное. Почему бы и не Регина?

Действительно, именно она стала первой подозреваемой. Да и повод у неё был, если она, наконец, увидела Октавию в моей компании.

Вот только сама Октавия ничего об этом не знала.

— Если на мне и стоит такая печать, — сказала она, то я понятия не имею, когда её получила и никогда не видела.

Я ответил.

— Вполне возможно, что Регина вплела эту бомбу в твою энергосистему и хорошо спрятала, совсем не озаботившись внешними проявлениями. В магии такого рода это совсем необязательно, особенно если хочешь её скрыть.

— Звучит очень похоже на правду, — согласился Морис, — и выглядит именно так, как ты говоришь.

Но я бы провёл ещё несколько тестов уже у нас в клинике, чтобы убедиться наверняка.

Мы уже погрузились в транспортную химеру «Божью Коровку» и на полной скорости неслись в Рихтерберг.

— Разумеется, — согласился я с Вийонами, — сначала мы доставим Октавию в подходящее место и проведём все необходимые процедуры. Вероятность даже мельчайшей ошибки должна быть сведена к минимуму.

— Спасибо, мой князь, — шепнула мне на ухо Октавия, услышав эти слова, — я знала, что ты сможешь отбить меня не то что у смерти, но даже у Регины.

Я невольно улыбнулся, отметив, что саму смерть она считает гораздо менее опасной, чем главу своего клана. И, честно говоря, я был склонен с ней в этом согласиться.

Впрочем, благодарность ведьмочки была несколько преждевременной. И, хотя я был уверен, что мы справимся. Но всё-таки, для этого понадобится время.

Уже не говоря о том, что даже дорога до Рихтерберга, как всегда, заняла несколько часов.

Но зато, когда мы появились в самой современной из клиник Вийонов, там уже было всё готово к нашему приезду.

Морис распорядился, чтобы туда приехали лучшие специалисты клана Вийон, из тех, которые могли бы нам пригодиться. Таких, к слову, оказалось не так уж много. Помимо Клода и Мориса, всего лишь ещё трое, и пятеро ассистентов.

Зато они уже подготовили всё необходимое оборудование, так что Октавию мгновенно доставили в нужный кабинет.

— Лучше всего сейчас погрузить её в сон, — сказал мне Морис, — пока мы будем сканировать её энергосистему, всё равно придётся ввести некоторые препараты, которые повлияют на связность мыслей. Ей самой будет комфортнее, если не придётся переносить все процедуры в сознании.

Октавия без каких-либо протестов сразу же дала своё согласие, как и я.

Мы поддерживали её в сознании во время поездки, чтобы не упустить момента, если вдруг ей станет хуже. Она сама вместе с нами отслеживала своё состояние и даже использовала заклинание расслабления.

Но теперь, когда мы доставили её в клинику, под наблюдение, возможно, лучших лекарей в мире, необходимость в этом уже отпала.

Впрочем, долго спать ей всё равно не пришлось. У нас ушло меньше часа, чтобы сделать все необходимые анализы и просканировать всё, что нужно.

И к сожалению, все наши подозрения подтвердились.

А нам с ведьмочкой теперь предстоял тяжёлый разговор. Всех Вийонов я попросил удалиться и оставить нас наедине, что они немедленно и сделали.

А Октавия пришла в себя.

— Ну как? — слабым голосом спросила она, — это всё-таки Регина?

Я кивнул.

— К сожалению.

— А почему так грустно? — улыбнулась она, — ты ведь знаешь, что с этим делать, так?

— Знаю, — подтвердил я, — но теперь тебе предстоит тяжёлый выбор.

Ведьмочка нахмурилась и вздохнула.

— Что ж, похоже, всё и правда серьёзно, да? — она задумалась, а потом по её лицу вдруг пробежала тень испуга, — ты же не собираешься вернуть меня этой мегере?

— Конечно, нет, — отозвался я, — только если ты сама этого захочешь.

— Ни за что на свете! — воскликнула ведьмочка, — нет, нет и ещё раз нет!

У неё от возмущения даже голос будто бы вновь окреп.

Но я вынужден был предупредить её обо всех подводных камнях такого решения.

— Октавия, — начал я, — не всё так легко, как ты думаешь. Я действительно предлагаю тебе хорошо обдумать возможность разговора с Региной. Она опасна, мстительна и непредсказуема, но ты — ценный член клана Сципион. И, возможно, она простит тебя, если ты прервёшь все свои контакты с Рихтерами.

Октавия слушала меня крайне внимательно, а на последних моих словах, у неё из глаз брызнули слёзы.

— И ты так просто от меня избавишься? Макс, это несправедливо!

— Послушай меня, — я взял её за руку, — Я, Максимилиан Рихтер обещаю тебе защиту от Регины Сципион и сдержу своё слово. Но, прежде чем мы уничтожим её печать, ты должна знать, что, возможно, потеряешь дар рода Сципион.

— Вот значит как… — отрешённо ответила она и замолчала.

Я же мягко начал ей объяснять то, что мы сейчас выяснили вместе с Вийонами. Печать Регины, которую для удобства мы стали называть «паразитом», питалась от самого дара Октавии. Много лет эта тварь просто спала, а сегодня проснулась, получив приказ от хозяйки и начала быстро выкачивать из неё энергию.

Причём, чем больше паразит сжирал, тем сильнее он становился и действовал всё более агрессивно.

Но, вместе с этим, он становился и заметней. Так что, в конце концов, мы увидели это заклинание очень ясно.

Из маленькой, почти невидимой, клетки он успел вырасти в настоящую раковую опухоль на энергосистеме Октавии.

И, что хуже всего, у нас не было времени, чтобы найти идеальный способ её уничтожить. Что ни говори, а Регина — очень сильный заклинатель, который отлично знает своё дело.

Будь у меня хотя бы пара дней, я бы нашёл как его расплести, ничем не потревожив Октавию.

Но по всему выходило, что у нас есть не больше суток, прежде чем паразит разрастётся до таких масштабов, что мы уже не успеем его остановить.

И в этом случае единственным выходом было выбить заразу заразой. Я мог поставить на Октавию свою собственную метку. И тогда она тоже начнёт осушать её дар, отбирая «еду» у метки Регины, а потом «сжирая» и саму метку, пока та не перестанет существовать.

Вот только сумеет ли потом магия Октавии восстановиться? Этого не знал даже я.

— Теперь ты понимаешь, почему это такое серьёзное решение? — спросил я у ведьмочки, когда закончил свои разъяснения.

Она медленно кивнула.

— Тогда выбирай. Выбирай тщательно. Возможности изменить что-то у тебя уже не будет.

Глава 15

Октавия молчала. Я не торопил.

Выбор ей предстоял и впрямь серьёзный, если не судьбоносный. Что бы она не решила, а её жизнь изменится навсегда.

Не важно, вычеркнет ли она из неё Рихтеров или будет открыто противостоять Регине. Как раньше уже не будет ничего.

Впрочем, я был почти уверен, что она выберет второе.

Честно сказать, отдавать её Регине вообще не входило в мои планы. Но в такой ситуации последнее слово всё равно должно остаться за Октавией.

Для мага, тем более такого сильного, как она, остаться без своего дара — это всё равно что остаться без рук. Буквально инвалидом

И даже гипотетическая вероятность этого предельно накаляла ситуацию.

Тем более, что предсказать что-то сейчас было невозможно. Мы столкнулись с задачей, подобной которой никто ещё не решал.

Во всяком случае, прецедентов не знал ни я, ни лучшие лекари в мире.

И мы действительно могли лишь предполагать, что произойдёт, если мы начнём воплощать наш план в жизнь.

Пока Октавия находилась в вынужденном сне, мы с Морисом и Клодом успели обсудить несколько наиболее вероятных исходов. И сошлись в одном. Если бы не особенности дара Октавии, почти все варианты были бы совсем не радужными.

Но и так, мы плохо представляли чего ждать.

Одно было ясно точно. Дара Сципион она лишится как минимум на какое-то время. А с высокой долей вероятности, вообще навсегда.

Слишком плотно Регина связала свою печать с её даром. И уничтожить одно без другого было практически не реально.

На самом деле, печать была настолько плотно связана с Октавией, что ведьмочка вообще не должна выжить с вероятностью в девяносто девять процентов.

И только то, что рядом с ней оказался я вообще делало её спасение возможным.

Если бы не это, то ни о каких других вариантах, кроме как попытки договориться с Региной, речи бы не шло. На это, как я полагаю, княгиня Сципион и рассчитывала. Что я оценю угрозу и пойду на переговоры. А Октавия окажется в роли заложника. Либо образцово-показательной жертвы, если я не соглашусь на уступки.

— Но мой дар некроманта сохранится? — наконец, нарушила тишину Октавия.

Я кивнул.

— С высокой вероятностью, да. Но, ты должна понимать, что говоря о высокой вероятности, мы с Вийонами имеем в виду что-то около семидесяти процентов. Есть шанс, что Регина припасла внутри своей ловушки ещё какой-то сюрприз, который просто выжжет всю твою энергосистему, как только мы начнём противостоять её печати-паразиту.

— А заранее определить это невозможно? — снова спросила она, нервно стиснув пальцами покрывало кровати, на которой сидела.

— Мы изучили печать настолько, насколько это возможно. Прямо сейчас Вийоны продолжают сканировать полученные данные. Но уже понятно, что мы просто не успеем проверить всё за то время, что у нас есть. Решать надо уже сейчас.

— Чёртова сука… — тихо прошептала Октавия, — ну почему я не такая сильная как она?

В её глазах блеснули слёзы.

Я сел рядом с ней на кровать и обнял.

В том, какой силы дар достанется магу, не было никакой справедливости. Это всё равно, что жаловаться на то, какой у тебя рост или цвет глаз. Да, упорным трудом и тренировками одарённый мог несколько расширить доступный ему диапазон. Но никто не мог достичь уровня Великих Князей не имея к этому природной расположенности.

Даже Арман, с его украденной магией, не слишком выбивался из этого списка. Сам по себе дар Салазаров не был столь могущественным, как у других членов совета, но зато его резерв даже без реликвии был очень большим. И его сын тоже унаследовал эту его черту.

Хотя, на самом деле, силу Бастиана тоже нельзя было назвать чем-то ожидаемым. Тут Арману сильно повезло.

Да, зачастую у князей рождались дети сильнее, чем у большинства других одарённых. Почти всегда они имели потенциал стать архимагами или на худой конец извершителями, но маги подобные великим князьям рождались так редко, что это можно было считать погрешностями в статистике, исключениями из правил.

Я, например, всерьёз, полагал, что все мы носители редчайшей мутации, позволяющей нам растягивать свой резерв практически до бесконечности. Причём все мы выходили на уровень «вне категорий» фантастически быстро.

Ещё когда не было скверны, и восстанавливать магическую энергию можно было только с помощью природных силовых линий, мы выкачивали энергию из мира со скоростью, которой позавидует любой современный насос.

Но и среди монстров, как мы, не было никакого равенства.

Все мы были значительно сильнее любого другого обычного мага, но рано или поздно каждый всё равно подходил к своему пределу.

И никто не понимал, от чего конкретно это зависит. Попытки, разумеется были. Какое-то время мы даже объединили свои силы, пытаясь выявить хоть какую-то закономерность, но быстро стало понятно, что мало кто нацелен на действительно командную работу.

Даже в лучшие времена, когда в совете, казалось, царили мир и взаимопонимание, каждый из нас всё равно оставался индивидуалистом. Мы скрывали друг от друга важные данные, пытаясь вести собственные исследования втайне от остальных.

И делились лишь крупицами информации, надеясь получить взамен гораздо больше.

Да, не буду скрывать, я тоже никогда не отличался чрезмерной альтруистичностью по отношению к другим кланам.

Я редко отказывал в помощи своим заклятым друзьям из совета, но свои секреты предпочитал держать при себе.

Так что не удивительно, что очень скоро, все наши исследования заглохли. Но кое-какие закономерности мы всё-таки тогда выявили.

И, как ни странно, они, в основном, касались магов, родившихся с двумя дарами.

Не меньше чем желание понять, как именно появляются монстры, подобные нам, большинство из нас хотели узнать, возможно ли вырастить мага с двумя одинаково сильными дарами.

Мы уже знали, что иногда рождаются дети, с основным даром и дополнительным. Но само по себе это знание не давало нам вообще ничего.

Точно также как с силой одарённого, генетика на это влияла довольно слабо. Да, двойной дар мог проявиться только у ребёнка от связи двух магов с разной силой, но в девяноста случаях из ста, такой ребёнок всё равно наследовал только один дар. Как правило дар того из родителей, кто был сильнее.

Оставшиеся десять детей обладали слабым зачатком дополнительного дара. Настолько слабым, что его можно было вообще не учитывать.

Даже при интенсивных тренировках, он практически не развивался. А поднять его хотя бы до уровня магистра было невозможной задачей.

Кроме того, если уделять ему слишком много внимания, то начинал страдать основной дар.

Вплоть до того, что из-за конфликта даров, маг мог получить серьёзную травму энергосистемы, которая ставила под удар вообще все его магические способности.

У той же ведьмочки Сципион это вызывало сильные постоянные боли.

Так что, конечно, желающих добровольно становиться подопытным в такого рода исследованиях было крайне мало.

Как правило, все маги с двумя дарами просто развивали свой основной дар, не замечая дополнительный.

А некоторые вообще даже не подозревали о его существовании, как Октавия. Хотя с ней, конечно, всё сложнее. Возможно, не будь информация о некромантах так надёжно похоронена в веках, кто-то из лекарей, к кому она обращалась, заметил бы что-то неладное.

Но бывает и так, что дополнительный дар настолько ничтожен, что обнаружить его можно только, если целенаправленно искать с помощью лучших специалистов по энергосистеме.

Иногда же, наличие второго дара просто пытались скрыть, чтобы не оспаривать принадлежность ребёнка к какому-то из кланов.

Я знал случаи, когда дополнительный дар выдавали за основной, чтобы не пришлось передавать ребёнка другому роду.

Вообще, в большинстве родов не особенно любили межклановые браки из-за подобных нюансов. Даже в союзных кланах из-за этого частенько случались конфликты, и они быстро переставали быть союзными.

Поэтому чаще всего в браки вступали либо очень дальние родственники, либо маги из кланов со схожими дарами, особенно удобно, если один из таких кланов был вассалом другого. Либо маг брал в супруги вообще неодарённого человека, что случалось вовсе не так уж редко, хотя в этом случае, пара рисковала, что их дети тоже появятся на свет неодарёнными.

Но, на самом деле, такой шанс оставался и у пары магов. Так что по большому счёту, погрешность всегда оставалась в тех пределах, где её не обязательно учитывать.

Вот взять хотя бы Алину. Её мать Линда — не маг. А Игнат настолько слабый одарённый, что находится в самом низу ранговой системы и не способен перешагнуть хоть на одну ступень выше.

Но сама Алина уже поднялась на довольно высокий уровень, и ей ещё очень далеко до собственного предела.

Так что мне было нечем успокоить Октавию в ответ на её боль. Да, будь она такой же сильной как глава её клана, ей бы не пришлось стоять перед таким тяжёлым выбором. Но она не такая. И этого не изменить.

Но я мог сказать ей другое:

— Да, ты не Регина и никогда не сравнишься с ней в чистой силе. Но я сделаю всё, чтобы ты сохранила и восстановила свою магию. А Регина, какой бы сильной она не была, уже подписала себе приговор. Может быть, ты и не можешь противостоять ей так, как тебе хотелось. Но я могу. И сделаю это за тебя.

Октавия тяжело вздохнула, а потом прижалась ко мне.

— Ты же знал, что я не пойду к ней на поклон. Даже в такой ситуации. Лучше я останусь без дара, чем… без тебя, — тихо закончила она.

Я крепче прижал ей к себе и твёрдо ответил:

— Я не позволю тебе пожалеть об этом решении.

— Я и не пожалею, — на лице Октавии расцвела улыбка, слабая, потому что ведьмочка была всё ещё крайне вымотана, но даже так в ней было видно прочную решимость, — Макс, ты просто не знаешь, что для меня значит встреча с тобой. То, что я считала безнадёжной мечтой, вдруг оказалось правдой. Может быть, это мой спящий дар некроманта бился во мне с такой силой, что я увлеклась историей стёртого из реальности клана Рихтер? Может быть, всё это моя настоящая судьба. К чёрту Сципион!

Она вдруг резко встала, высвободившись из моих объятий, но едва устояла на ногах от слабости. Я тоже встал и поддержал её за талию, не дав упасть.

Октавия положила мне руки на плечи и, глядя в глаза, повторила:

— К чёрту Сципион! Мне никогда не нравилась Регина, а теперь и подавно. Я готова принять твою печать, Рихтер. Я войду в клан некромантов, на правах полноправного мага или кланового слуги, если не повезёт. Но я с тобой до конца.

Эта горячая речь словно забрала у Октавии оставшиеся силы, и я вновь бережно уложил её на кровать.

А затем, снова собрал консилиум, куда помимо меня вошли все наши опытные Вийоны.

* * *

— Значит, это ещё не всё? — удивилась Октавия, когда вновь пришла в себя, после того, как я поставил на неё свою печать.

— К сожалению, — ответил ей Морис, — мы вынуждены действовать осторожно, если хотим минимизировать возможный ущерб.

— Странно, потому что я уже чувствую себя хорошо. Почти как до… болезни, — ответила ведьмочка.

— Это потому что я сейчас напрямую вливаю в тебя свою силу, — пояснил я, — но после некоторых раздумий и дополнительных тестов в специально настроенной симуляции, мы решили, что сталкивать печати сразу же будет ошибкой. Печать Регины настолько крепко слилась со всем твоим существом, что уже словно часть тебя. Моя только-только начала укрепляться. Надо дать ей время пустить корни, иначе ей будет гораздо труднее противостоять магии Сципион.

Октавия нахмурилась, но кивнула.

— Поняла. А Регина точно не начнёт действовать раньше? Что если она поймёт, что ты задумал?

— Да, — кивнул я, — такая вероятность есть. Но я к этому готов. В любом случае, даже лишний час пойдёт нам на пользу. К тому же, тянуть всё равно нельзя. Мы должны будем вытеснить её печать не позже, чем завтра в полдень.

— А сейчас уже вечер, — задумчиво проговорила она, — значит, в лучшем случае, у нас есть ночь, чтобы твоя магия укоренилась и дала мне больше шансов.

— Так и есть, — подтвердил я.

— Тогда, — ведьмочка хитро улыбнулась, совсем как обычно, — у меня есть идея.

* * *

— Поверить не могу, что добровольно еду в логово ведьмы Сципион! — притворно возмущаясь воскликнул Морис.

Октавия зевнула:

— Не бойся, я уже даже почти не ведьма. Но всё ещё могу отключить все свои ловушки.

— Уж пожалуйста, — хмыкнул Клод, — не хочется ночью пойти в уборную и оставить там половину мозга.

Стоило принять окончательное решение, как все разом выдохнули. Что ни говори, а неопределённость всегда давит сильнее всего. Даже Октавия держалась на позитиве, хотя с каждой минутой её всё сильнее клонило в сон. Даже при той энергетической подпитке, которую она получала от меня.

Но скоро я и так планировал дать ей поспать. Утром ей понадобятся все силы, чтобы выдержать настоящую войну двух противоборствующих сил внутри.

Так что ведьмочке нужно было продержаться только до момента, как мы окажемся внутри её замка.

Изначально, никто этого не планировал, но Октавия объяснила, что безопасней всего будет находиться именно там.

Всё дело в том, что ведьмы Сципион больше всего всегда опасались именно друг друга.

Да, они принадлежат к одному клану, но ни о каком единстве не идёт и речи. Что, в общем-то даже не странно. Потому что такая как Регина попросту не могла сплотить своих потомков. В устройстве её мозга в принципе таких понятий не существует. Она одиночка, которая умеет только повелевать, а не сотрудничать.

И то, когда ей не лень. Регина не любит людей, и члены её клана вовсе не исключение. Но, когда это необходимо, она конечно же пользуется своей силой, чтобы заставить их делать то, что ей нужно.

Кроме того, она никогда не обращала внимания на конфликты внутри рода Сципион. Это вообще единственный Великий Клан, в котором никто даже не заметит, если одна ведьма убьёт другую.

Регина максимум пожмёт плечами и скажет, что, значит, погибшая была слишком слаба, и что такие слабачки их клану не нужны.

Я никогда не был с ней близок, чтобы понимать все её действия, но всегда изучал княгиню Сципион с особенным интересом, потому что она принадлежит к тому редкому типу магов, кто не считается ни с чем, кроме силы. Но в то же время, силу она воспринимает исключительно как совокупность знаний и секретов мастерства.

И она готова их добывать любыми способами, зачастую самыми аморальными.

Так что не удивительно, что многие ведьмы Сципион, в конце концов, переняли часть её привычек и привыкли видеть друг в друге одновременно и угрозу, и добычу.

Каждая из них бережёт свои секреты, словно медведица, охраняющая медвежат. Но каждая же не прочь поживиться чужими тайнами, стоит представиться такой возможности.

Поэтому, нет ничего странного, что защиту своих замков и поместий ведьмы Сципион настраивают главным образом против других представительниц своего клана.

Не была исключением и Октавия.

— Конечно, вряд ли моя защита остановит магию Регины, — поморщилась она, когда мы обсуждали это всё в клинике, — но по крайней мере она может её хоть чуть-чуть, но замедлить. Тогда мы выиграем немного времени.

И, после недолгой дискуссии, мы согласились, что предложение переместиться в её замок выглядит довольно разумным.

Так что, погрузив, в машины часть оборудования, мы вчетвером, я, Октавия, Морис и Клод, поехали к ней в гости.

Где, затем с комфортом разместились. Необходимости дежурить возле кровати Октавии вчетвером не было, Вийоны понадобятся нам только утром, когда мы начнём активные действия.

Ну или, если Регина начнёт действовать первой в течение ночи.

Но пока мы все планировали отдохнуть и набраться сил, насколько это возможно.

Так что лекари разместились в гостевых спальнях, а я собирался провести эту ночь рядом с Октавией, отслеживая её состояние.

Ну и тоже рассчитывал набрать побольше сил при помощи заклинания глубокого восстановления.

Так что я провалился не в сон, но в некое подобие дремоты, когда вывести из него меня могли только некоторые заранее настроенные триггеры. Вроде опасности, которая будет угрожать мне, либо Октавии. Кроме того, я продолжал вливать энергию в ведьмочку на полном автомате.

Так, в покое, прошло некоторое время, но затем, энергия начала утекать из меня слишком уж быстро. Причём я этот поток уже не контролировал, его направлял кто-то извне. Разумеется, я тут же очнулся.

И открыв глаза, я не обнаружил Октавию на постели рядом с собой.

Девушка находилась рядом с кроватью, и занималась чем-то странным и даже подозрительным. Да и выглядела она опасно. С распущенными спутанными волосами и красным горящим взглядом, она ритмично двигалась по комнате, рисуя вокруг кровати какие-то знаки и расставляя артефакты, через которые и утекали мои силы.

А вместе с этим в сознании росло чувство опасности. Этот ритуал был похож на тот, что запер меня в склепе на тысячу лет.

Глава 16

Заметив, что я очнулся, Октавия рассмеялась и начала действовать ещё быстрее и решительнее. Куда только делась вся её слабость!

Чёртовы ведьмы Сципион! Всегда знал, что нельзя им доверять! Во мне клокотала настоящая ярость, заставляя кулаки чесаться, а глаза наливаться кровью.

Я уже представлял, как сожму в своих руках хрупкую шею Октавии и сломаю её будто спичку.

По её самодовольному лицу было ясно, что она считает себя очень хитрой. Сговорилась за моей спиной с Региной, чтобы спасти свою шкуру и предать меня в момент, когда я того не ожидаю.

Теперь понятно, почему она так уговаривала нас поехать в её поместье. Видимо, здесь всё было готово для ритуала заранее.

Я решительно двинулся в сторону ведьмы.

Как давно они это планировали? Может быть и её болезнь это лишь часть плана Регины?

Ну а что? Октавия ведь хотела подчинить меня с самого начала, просто у неё не вышло. Всё это время просто втиралась ко мне в доверие, а заодно помогала устранить других конкурентов Сципион.

Регина всегда терпеть не могла Катарину, ну а Арман… да что там. Ведьмы терпеть не могут всех! И, когда подвернулся шанс, они решили что могут меня использовать в своих целях, а теперь, когда я начал становиться слишком опасным для самой Регины, пришло время от меня избавиться.

Картина хладнокровного предательства вмиг стала предельно ясной в моей голове.

Нужно просто покончить с этой тварью Октавией. Раз и навсегда. А затем взяться и за её хозяйку.

И быстро! Если я не потороплюсь, то ведьмовский ритуал прикончит меня. А мне ещё надо узнать откуда он им знаком. Это ведь магия иного мира.

Я зло засмеялся.

Вот так значит Октавия мне помогала разгадать тайну загадочных знаков вокруг склепа Рихтеров. Наверняка уже тогда она всё знала! Сплошное притворство и ложь!

Я пересёк комнату и быстро схватил девушку.

Она пыталась выскользнуть из моих рук, но я был сильнее. И я сделал то, что хотел. Сжал её горло, глядя прямо в бессовестные, полные презрения ко мне глаза ведьмы.

Даже сейчас она ни о чём не жалела.

Скалилась в усмешке, глядя на меня.

Ну ничего. Скоро всё будет кончено!

Сначала убью, а потом вытащу из её трупа, всё что она знает.

Ярость затопила моё сознание так быстро и сильно, что, казалось, руки действуют стремительнее, чем я отдаю им такой приказ.

Я безмерно хотел её убить, с таким чудовищным желанием, как никогда и никого.

И ЭТО НЕ ТО, ЧТО Я ОБЫЧНО ДЕЛАЮ.

Я не принимаю поспешных решений. Не действую на эмоциях, даже если враги перешли все мыслимые и немыслимые пределы.

Даже если они виновны в гибели моего клана, всех моих друзей и родственников.

Я действую наверняка. Я планирую, я анализирую, я собираю доказательства и восстанавливаю силы.

Я НЕ БРОСАЮСЬ НА ВРАГОВ ТУПО КАК БАРАН И НЕОБДУМАННО, КАК БЕШЕНАЯ СОБАКА.

Как бы я не хотел их покарать. Как бы не презирал. Что бы они не натворили.

ЭТО НЕ МОИ ЭМОЦИИ!

А значит, их надо отключить.

Заклинание ложной смерти накрыло моё тело резким холодом. Большинство процессов внутри меня остановились так быстро, что я едва не потерял сознание.

Всё-таки, обычно я входил в это состояние постепенно, как и полагалось это делать.

Но сейчас ждать было нельзя.

Я должен был удостовериться в том, что всё вокруг происходит именно так, как мне кажется.

Что ни говори, а кое в чём мой дед был прав. Иногда эмоции действительно мешают здраво оценить ситуацию и принять правильное решение.

Но у меня никогда не было проблем с тем, чтобы держать себя в руках. До этого момента.

Вместе с холодом, по моим венам разлилось и ледяное спокойствие, которое через мгновение уже сменилось бы страхом, если бы я временно не отрезал себя ото всех эмоций сразу.

Страхом не за себя, конечно, а за Октавию, которая словно тряпичная кукла обмякла в моих руках.

Её глаза вовсе не пылали злобой и презрением, а были полуприкрыты, и не выражали вообще ничего. Взгляд казался стеклянным и пустым.

Волосы не были спутанными и взъерошенными как у безумной ведьмы, а оставались заплетёнными в свободную косу, она всегда спала с этой причёской, жалуясь, что иначе они спутываются и мешают.

Да и сама Октавия выглядела такой же бледной и усталой, какой и была до этого.

И я едва её не придушил. Едва не сломал ей шею ладонями.

Я даже начал параллельно выкачивать из ведьмочки энергию, которой у неё и без того почти не осталось. Поэтому, теперь она снова была без сознания.

И сейчас я чётко осознал, что действительно чуть не попался на уловку Регины.

Никто не пытался меня убить.

Да, Октавия действительно выполняла ритуал. Но он был направлен на то, чтобы утопить меня в ярости, заставить поверить в то, чего нет.

И под его воздействием мой мозг действительно отлично справился с тем, чтобы подбросить нужные подозрения и раздуть их до якобы настоящих доказательств виновности Октавии.

В коридоре раздался топот ног, и меньше чем через минуту дверь отворилась, а в комнату ворвались Вийоны.

Вероятно, они увидели что с нашей пациенткой не всё в порядке, благодаря показаниям артефакта-сердечного монитора, который мы на всякий случай, на ней закрепили

— Что происходит⁈ — крикнул Морис, — бросаясь к лежащей передо мной на полу ведьмочке.

— Ты что… ты её душил⁈ — с ужасом в глазах воскликнул Клод.

Он тоже уже подбежал к нам и не мог не заметить, багровые отметины от моих пальцев на нежной коже девушки.

— Я объясню всё потом, — кратко ответил я, — сначала нужно стабилизировать её состояние. Но при этом, нельзя чтобы она очнулась.

— Ясно, — синхронно кивнули лекари, и мы приступили к работе.

Вийоны умели вводить своих пациентов в состояние похожее на кому, даже без всяких медикаментов и оборудования.

И сейчас они сделали именно это, при этом, вливая в неё энергию и помогая ей восстановиться от недавней встряски.

Даже отметины на шее исчезли, а на лицо вернулось немного румянца. Теперь ничего не напоминало о том, что только что я едва её не убил.

Но Морис и Клод не на шутку перепугались. Хирург даже вспотел, что для Вийона, которые умеют контролировать все свои биологические процессы, указывало на высшую форму стресса.

— Признаюсь, — сказал он, вытирая лоб рукой, — на секунду я подумал, что мы уже не успеем её вытащить. Особенно, если…

Он замолчал.

— Если я сошёл с ума и решил сам её убить? — закончил я за него.

Клод осторожно кивнул.

И самое мерзкое, что эта трактовка была верной.

Ещё чуть-чуть и эта сука Регина праздновала бы победу и радовалась тому, как ловко она подловила дурака Рихтера.

К счастью, этого не случилось. Но я в очередной раз убедился, насколько опасна княгиня Сципион.

Ещё в далёком прошлом, я расценивал её чуть ли не как главную мировую опасность.

Пускай в чистой боевой силе она уступала большинству из князей. Но в том что касается хитрости, изворотливости и непредсказуемости ей не было равных.

А дар Сципион — это настоящий ящик Пандоры со всеми возможными напастями и бедами.

Кроме того, Регина всегда была настоящей психопаткой, у которой не было никаких привязанностей или глубоких чувств к кому бы то ни было. И никаких внятных целей, на знания о которых можно было бы опереться.

Там, где, к примеру, Роланда или Гюнтера можно было легко прочитать, договориться или даже сразиться с ними на честной дуэли, в отношении княгини Сципион не существовало ни одного гарантированного варианта действий.

Поэтому, все разумные люди просто предпочитали держаться от неё подальше, насколько это возможно.

И ни за что не подпускать её к своему биологическому материалу.

Моё заклинание тления вновь передаёт ей привет.

Как же она взбесилась, узнав о нём.

Вийоны всё ещё с осторожностью и удивлением смотрели на меня ожидая ответов, но прямо сейчас я не мог сообщить им ничего внятного.

— На данный момент всё под контролем, — сказал я и попросил, — пожалуйста останьтесь сейчас с Октавией и проследите за её состоянием. Мне нужно кое с кем поговорить.

Я видел, как их распирает от беспокойства и любопытства, но, видя мою серьёзность, Вийоны понимали, что сейчас не время для расспросов и просто пообещали мне, что сделают всё возможное.

Я же направился в соседнюю комнату. Мне предстоял разговор с Региной, и лишние уши здесь явно были не нужны.

На разговор она вызвала меня сама. Через зал переговоров совета великих князей. Узнал я об этом разумеется от Лифэнь. И, когда подключился, Великая Княгиня уже меня ждала.

* * *

В зале заседаний, за огромным круглым столом она сидела в одиночестве. Я никогда не задумывался до сих пор, существует ли это место где-то на самом деле, или только в цифровом пространстве, созданном современными технологиями.

Впрочем, достоверность была на уровне.

Полное ощущение того, что передо мной живая ведьма Сципион. Старшая ведьма.

— Привет, Максик, — хихикнула она, — понравилось моё представление?

Как и всегда, она выглядела словно совсем юная девчушка в пышном платье с оборками и кукольным, будто фарфоровым личиком.

Регина была красива, но я всегда видел в ней не девушку, а паучиху. Есть такие виды, которые маскируются под цветы или растения, чтобы схватить ничего не подозревающих насекомых, стоит добыче только подобраться поближе.

— Неудачный сценарий, — покачал я головой ей в ответ, — плохо продуманный. Теряешь хватку?

Регина запрокинула голову назад и искренне расхохоталась, а потом, внезапно успокоившись, серьёзно взглянула на меня и ответила:

— Зато твоя хватка сильна как и прежде. Почти придушил бедняжку Окти. Но знаешь что? Мне совсем её не жаль.

— Ещё бы, — хмыкнул я и, не желая участвовать в глупой пикировке, спросил, — чего ты хочешь, Регина?

Она поморщилась.

— Фу, как неприлично. А я слышала, что ты ударился в рыцарство, даже победил в каком-то дурацком рейтинге Вийонов. Думала, раз так, то ты и меня развлечёшь светской беседой. В конце концов я тоже прекрасная дама.

Она вновь хихикнула, поднялась с места и, пританцовывая, изобразила что-то вроде кокетливого реверанса.

— Тебе настолько скучно? — усмехнулся я.

Она расплылась в улыбке.

— О… ты даже не представляешь как. Максик, с тех пор как мы тебя похоронили, жить стало совсем не интересно. Ни одного достойного соперника… — она замолчала, а потом хитро мне подмигнула, — ты знаешь, я даже рада, что моя куколка осталась жива. Теперь мы можем сыграть действительно по-крупному.

Было видно, что Регине так нравится эта идея, что она даже облизнулась, словно кошка унюхавшая сметану.

— Когда-то один мой родственник рассказал мне одну историю, — начал я, отвечая в тон собеседнице, — у него была знакомая, которая очень любила играть в шахматы. Но не просто так, а на спор. Ей казалось, что она ничем не рискует, потому что она была превосходным игроком. Редким талантом с мозгом, подобным современному компьютеру.

Регина явно заинтересовалась и внимательно меня слушала. Я продолжил:

— Она побеждала всех, с кем бы не схватилась. Но её это не слишком радовало. Потому что больше всего она любила даже не чувство победы, а азарт. Чтобы пощекотать себе нервы она делала ставки на огромные суммы, но даже это вскоре перестало её радовать.

— Потому что она не проигрывала? — с усмешкой уточнила Регина.

— Именно, — подтвердил я, — она настолько привыкла к победам, что когда встретила соперника, с которым сыграла вничью, то потеряла покой и сон. Она умоляла его дать ей ещё один шанс сразиться с ним. Но какую бы ставку она не делала, её оппонент лишь пожимал плечами и говорил, что это слишком мелко. В конце концов, она предложила ему собственную жизнь.

— И проиграла? — вновь спросила Регина.

— Нет, — отозвался я, — партия осталась за ней, но оппонент всё равно её убил. Потому что был сильнее и не считал себя обязанным выполнять условия дурацких споров.

Регина выслушала меня с самым серьёзным видом, а потом вновь рассхохоталась как сумасшедшая. Примерно минуту я ждал, пока она успокоится, и лишь затем княгиня сказала:

— Прекрасная история! — восхитилась она. — Пускай я её уже слышала в других вариантах, но из уст очевидца она прозвучала куда убедительнее. «Потому что он был сильнее», — процитировала она, смакуя эти слова на языке, как вино. — Вот за это ты мне и нравишься, Макс. Сила и прямота. Но я всё равно рискну. Не жди, что я окажусь такой же неудачницей, как та дура, которая решила играть с твоим дедом-смертью.

Я улыбнулся. Интересно, какие версии она слышала? Наверняка те, где все жалеют бедную дурочку, а деда выставляют чудовищем? В какой-то мере это правда, но от этого история не перестаёт быть менее поучительной.

Тем временем, Регина продолжила своим самым противным елейным голоском:

— Но я знаю тебя, Максик. Гораздо лучше, чем ты знаешь меня. И я даже дам тебе небольшую подсказку.

Она достала из маленькой сумочки висящей у неё на плече миниатюрную куколку с длинными волосами с медным отливом. Совсем как у Октавии.

— Мои игрушки думают, что они свободны, — смеясь сказала она, — но на самом деле всё их существование зависит исключительно от моей воли. С каждой из них я могу сделать всё, что захочу и когда захочу. Ты думаешь, что твоя сучка сейчас в безопасности. Но это не так. Я могу прикончить её в любой момент.

Я не удивился. Чего-то подобного я уже ожидал. Пусть мы и не успели изучить печать до конца, но я сразу понял, что дело вряд ли в ней. Нет, Регина управляла Октавией со стороны, пользуясь обычной магией рода Сципион.

Но в исполнении княгини эти заклинания становились во много раз опасней того, что могли сделать рядовые ведьмы клана.

Так что угроза, нависшая над Октавией никуда не делась. А может быть даже стала ещё более серьёзной.

— Чего ты хочешь, Регина? — вновь спросил её я.

Но это было бесполезно. Пока эта психопатка не покривляется достаточно, говорить с ней о чём-то важном попросту невозможно. Вот и сейчас она снова начала свою клоунаду:

— Как что? Поговорить. Я так соскучилась, Максик. А ты даже не оценил мою интригу. Я ведь уже объяснила, что могла убить свою куколку в любой момент, но не стала. Мне хотелось, чтобы это сделал ты.

— Как видишь, ты оказалась не настолько сильной и умной, чтобы заставить меня это сделать.

Она надула губки, но вскоре снова расплылась в улыбке.

— Это не по-рыцарски, Максик, тыкать даме в её неудачи, но согласись, интрига была хороша. О… — протянула она, — ты бы точно страдал. В отличии от своего деда, ты всегда был слишком уж человечен для некроманта. Ты бы никогда себе не простил такое нелепое убийство собственной любовницы.

Я пожал плечами:

— Мечтать не вредно, Регина.

Она захлопала в ладоши.

— Ладно. Поздравляю, в этом раунде ты победил, но игра ещё не окончена. Посмотрим, как ты с этим справишься теперь. Хочешь спасти эту предательницу, попробуй забрать у меня её биоматериал до того как я передумаю оставлять её в живых. А я передумаю… сама не знаю когда. Может быть через неделю, а может через час, — она хихикнула, — всё зависит от того, как хорошо ты будешь меня развлекать.

На этих словах она отключилась, оставив меня перед выбором.

* * *

— Максик всегда был слишком самоуверен, — почти пропела Регина, выходя из зала советов.

Однако, уже через минуту, вся напускная радость как и следы безумия словно маска сползли с её лица.

Регина напряжённо размышляла. За эту тысячу лет она стала значительно сильнее, чем когда-либо. Но что если сейчас она сделала ставку, которую ей не потянуть?

Он позабавил её той старой историей, вот только сейчас она чувствовала себя не той глупой шахматисткой, а тем самым личом, который её прикончил.

Что ж, в одном она была уверена точно. Она не умрёт. Но это отличный повод по-настоящему проверить Макса. На что он способен сейчас?

Тупая пустышка Катарина и слабак Арман не в счёт. Никто из них не понимал Рихтера так, как она. Даже Роланд, тот кто считался его другом, никогда по-настоящему его не знал.

Все они глупы. Пока все они праздновали исчезновение «заклятого друга», конкурента, помехи в их планах, Регина изучала наработки клана некромантов.

Так она получила способность ставить «печати подчинения» и ещё множество других преимуществ перед другими кланами. Козырей, которые она держала даже не в рукаве, а запертыми в своём ящике стола. И которые была готова пустить в ход.

И поэтому она более всех других знала, каким опасным противником является Рихтер. Опасным, и потому интересным.

Думая так, Регина медленно шла по своему дворцу, где каждый шаг отдавался эхом. Широкие коридоры были украшены головами шакалов, а стены — изображениями жуков-скарабеев.

Слуги в странных масках, в основном тоже шакалов и соколов двигались как заводные куклы. Чётко, без лишних движений. В полной тишине, чтобы не отвлекать хозяйку от мыслей, которые не переставая роились в её голове.

Её взгляд был холодным и внимательным. Она контролировала каждый уголок дворца, от огромных колонн до маленьких статуэток. Никто не смел нарушать этот абсолютный порядок. Да и не мог. Все здешние обитатели были полностью подчинены её желаниям.

Тишина висела плотным занавесом, прерываемая лишь редкими шагами хозяйки и механическими движениями прислуги.

Рихтер ещё не знает, какие секреты она хранит и понятия не имеет, какие сюрпризы его ждут.

Наконец, Регина дошла до двери в одной из своих хранилищ и медленно прошлась между бесконечными рядами полок, на которых тесно гнездились куколки, подобные той, что сейчас лежала у неё в сумке.

Вийон-де-Тур, Сальфорте, Коста-Сирена… те города, в которых ещё недавно активно действовал Макс. И многие, многие другие.

Но сейчас ей нужны были не они.

Регина дошла до длинной полки с надписью Рихтерберг и задумалась.

Глава 17

В спальню к Октавии я вернулся, когда её состояние уже полностью стабилизировали. Ну, если забыть о том, что ниточку её жизни держит в руках опасная психопатка, которая может перерезать её в любой момент.

И именно эту проблему надлежало решить в первую очередь.

Играть по правилам Регины — это всё равно, что играть без правил. Всё равно, что запутаться в паутине и надеяться, что паучиха тебя не тронет.

Нет, первое, что я должен сделать это, если и не сломать её планы, то хотя бы их скорректировать. Перевернуть условия. Даже если я не смогу вывернуть их полностью в свою пользу, то как минимум сравнять наши.

Иначе слишком легко превратиться в одну из «куколок» Регины, которые вынуждены плясать под её дудку.

Пока она может убить Октавию в любой момент, никакие действия не имеют смысла. Это игра против шулера, у которого в рукаве все козыри.

Так что уже сейчас я должен отнять у неё хотя бы один из них.

О том, чтобы вывести Октавию из «комы» не могло быть и речи. Регина моментально заставит её устроить нам весёленькую жизнь.

Кроме того, печать Сципион всё ещё пыталась убить ведьмочку, так что мы с Вийонами должны были немедленно приступить хотя бы к той части плана, к выполнению которой мы готовились. Но, что если этим мы только спровоцируем Регину?

С такими мыслями я стоял возле постели Октавии вместе со своими союзниками и думал, как поступить.

Но всё сводилось к тому, что любое действие в отношении нашей пациентки несло в себе слишком сильный риск.

Всё упиралось в непредсказуемость Регины. Чего она добивается на самом деле? Хочет заманить меня в ловушку или просто лишить сильной союзницы?

Действительно ли она ждёт, что я буду с ней «играть» так как она хочет? Или может быть понимает, что поставила практически невыполнимые условия, а значит рассчитывает, что я снова выйду с ней на связь и начну торговаться?

Вполне возможно, что она действительно готова продать жизнь Октавии за пару моих секретов. Чужие тайны — всегда были её слабостью.

И я даже мог бы пойти на такую сделку, если бы был уверен, что на этом всё закончится. Но, если уж Регина запустила куда-то свои когти, то так просто добычу не отпустит. Пойдя один раз на сделку с шантажистом, на всю жизнь окажешься у него на крючке

Октавия продолжит жить как на пороховой бочке, а вместе с ней и я. Потому что теперь отвечаю за её судьбу. Я пообещал защитить её от Регины и не привык разбрасываться словами.

И у меня был один-единственный способ сделать это прямо сейчас.

Защитный ритуал Рихтеров.

Тот самый, который сохранил моё тело в целости и сохранности и помог мне выжить даже когда чужое заклинание активно пыталось меня убить.

Тот, которой позволило нам, в конце концов, вернуть к жизни юных Рихтеров из другого склепа.

У него была одна важная особенность, под его воздействием тела словно застывали вне времени и пространства. На них не действовали никакие физические законы, да и от магического влияния, этот ритуал тоже хорошо защищал.

А если внести в него пару правок, то уверен, что я смогу буквально спрятать Октавию от Регины.

Она перестанет её чувствовать так, словно та исчезла из мира живых и, соответственно, убить её уже не сможет. Даже с помощью своей куколки.

Конечно, стопроцентной защиты не даст даже этот ритуал. В конце концов, мои таинственные враги нашли способ повесить сверху другое заклинание, которое сильно испортило наши планы.

Но на расстоянии нечто подобное провернуть просто невозможно. Так что Октавия будет в безопасности, пока сюда не заявится Регина собственной персоной или ещё какой-то сильный заклинатель. А уж на своей территории я готов её встретить.

В любом случае, это сделает нашу задачу по защите Октавии гораздо проще, потому что не придётся каждую секунду держать в уме, что княгине Сципион надоест её игра, и она решит мгновенно всё закончить.

Причём я знал, что когда она говорила про час или месяц, то вовсе не шутила. Скорее даже преуменьшала степень наших проблем.

Она вполне могла убить Октавию уже в эту минуту, а потом расхохотаться мне в лицо.

Так что на счету была буквально каждая секунда.

И, приняв решения, тянуть я не стал.

К счастью, в замке моей ведьмочки хранилось всё, что могло пригодиться для ритуала.

По крайней мере мне не пришлось долго искать магические чернила, которыми я собирался начертить нужные знаки, вокруг её кровати и комнаты и даже на самом её теле.

Конечно, охранять её было бы проще в моей резиденции, но везти ведьмочку туда прямо сейчас точно плохой вариант. Лучше уж разобраться с этим попозже.

Так что я взялся за работу, попутно объясняя Вийонам, что нам сейчас нужно сделать.

Услышав о Регине Сципион, они, как и ожидалось, мигом побледнели и покрылись холодным потом.

— Надеюсь, она не заявится сюда прямо сейчас, — нервно сглотнув, сказал Морис.

— Не заявится, — ответил я, — она не станет так рисковать и соваться ко мне без подготовки. Кроме того, вы забыли, что мы пока ещё не открыли метро для всех. Так что она может прилететь сюда только на дирижабле.

— Ну да, — немного успокоился он, — после того, что случилось с Катариной, повторять это она вряд ли захочет. Но честно говоря всё равно страшно. Очень страшно!

— Если бы мы знали, что это такое, — согласился с ним Клод, — но мы не знаем, что это такое!

Он имел в виду саму Регину и магию рода Сципион. Действительно, свои секреты ведьмы берегли с особой тщательностью. И за эти два дня Вийоны узнали больше кошмарных подробностей, чем за всю свою жизнь.

До этого момента они, конечно, знали, что ведьмы — сильные заклинательницы, но понятия не имели как сильно они продвинулись в ментальной магии.

Так что теперь мысль о том, как просто можно оказаться в полном подчинении у безумной княгини, приводила их в настоящий ужас.

— А я ещё думал, что это некроманты самые страшные… — прокомментировал новую порцию информации Морис, — простите, Максимилиан, за откровенность.

Я машинально кивнул, занятый ритуалом. А Клод добавил:

— Чувствую, что я начинаю стремительно любить местных химер. Среди них есть много довольно милых существ, в самом деле.

Вийоны продолжали переговариваться, радуясь, что Катарину победил я, а не Регина, и что им хватило ума занять мою сторону.

Я в разговор не встревал и даже почти его не слушал. Мне нужна была полная концентрация, чтобы не упустить какую-либо деталь, через которую сможет пробиться Великая Княгиня.

Но задача Вийонов сейчас была гораздо более простой, так что им болтовня совсем не мешала. Даже, наоборот, насколько я мог судить, таким образом они поддерживали свой моральный дух.

Ещё бы! Любой нормальный маг с работающим инстинктом самосохранения уже бы сбежал отсюда сверкая пятками, только узнав, кому мы сейчас противостоим.

К чести лекарей, в такой ситуации они вели себя вполне спокойно и отлично делали свою работу.

С первой частью ритуала я справился всего за полчаса. И теперь мог ненадолго выдохнуть. Работы предстояло ещё много, но главная задача выполнена. Регина больше не может просто так прикончить Октавию по любому своему капризу.

Вот только, до настоящей победы было ещё далеко.

Проблема в том, что мой ритуал будет действовать только до того момента, пока ведьмочка остаётся в подвешенном состоянии между жизнью и смертью.

Стоит нам позволить ей очнуться, как ниточки контроля Сципион снова в неё вцепятся.

И, полагаю, что Регина прикончит её в этот же момент. Вряд ли ей понравилось то, как я сейчас щёлкнул её по носу. Так что второго шанса она нам уже не даст.

А значит, я всё равно остаюсь перед тяжёлым выбором.

Если я хочу вновь увидеть Октавию не в образе спящей красавицы в хрустальном гробу, то мне всё равно нужно отнять её биологический материал у Регины.

Каким образом? Здесь тоже лишь два варианта, выкрасть или вырвать из её мертвых рук.

Меня устраивали оба. Но как это провернуть?

Конечно, я мог просто отложить решение этого вопроса до момента, пока клан Рихтер, да и я сам не окрепнем достаточно, чтобы объявить ей открытую войну. С Октавией при должной охране за это время ничего не случится.

Но я практически сразу его отмёл.

Во первых, Княгиня Сципион воспримет бездействие за слабость. А раз так, то эта психопатка будет искать всё новые и новые способы меня достать. Я буду вечно в роли обороняющегося. Это, если мягко выразиться.

Если жёстко, я стану для Регины желанной добычей, жертвой. И это даже не будет преувеличением.

С такими как она нельзя давать даже малейшей слабины. Она и так знает, что я не тот, что прежде. И, если она успеет, развернуть вокруг меня свои сети в полную силу, то даже мне будет сложно из них выпутаться.

Более того, могут пострадать все, кто находятся вокруг меня. Она и глазом не моргнув перебьёт всех до кого только сможет дотянуться. В то время, как я вряд ли смогу защитить каждого.

Так что время всё равно играло против меня.

Сейчас нужно действовать быстро и решительно, как никогда.

Уже не говоря о том, что я в принципе не собирался позволять Регине вмешиваться в мои дела. Похоронить, пусть и временно, свою союзницу в угоду этой психопатке? Нет уж. На подобное я пойти был не готов.

Уже не говоря о том, что это тоже значительно бы меня ослабило.

Я никогда не заставлял Октавию мне помогать, но очень быстро она стала одной из важнейших членов моей команды. Не говоря уже о личных отношениях.

Так что терять малышку Сципион я не собирался.

В теории можно было бы сделать из неё кого-то вроде ревенанта, но этот вариант я тоже отмёл сразу. Конечно, ревенанты сохраняют свою личность и в некотором роде продолжают оставаться живыми. У них есть эмоции, желания и характер.

Но при этом они навсегда теряют свободу воли, их существование полностью зависит от некроманта, который подпитывает их энергией, а кроме того, они всё равно лишаются части возможностей, доступных живым.

К примеру, Октавия никогда не сможет родить ребёнка. Да и свою магию тоже потеряет. Все её способности также будут зависеть только от меня.

Среди некромантов были те, кто превращал в ревенантов всех кого вздумается, без разбора. Но я никогда такого не одобрял и, в конце концов, даже ввёл свод правил для контроля над подобными ситуациями, чтобы некроманты меньше этим злоупотребляли.

Сам же я прибегал к этому способу, только если не видел иного способа кого-то спасти, либо в качестве наказания, заставляя таким образом врагов или предателей вечно служить мне, оставаясь в полном сознании.

Так что пока есть возможность спасти Октавию, ревенантом она не станет. Как и любым другим видом нежити.

Исключено.

Такими образом, я снова возвращался к тому, что должен отнять у Регины любую возможность контроля над моей ведьмочкой. И сделать это быстро.

Но вопрос «Как?» по-прежнему оставался открытым.

На ум вновь пришла та старая история про шахматистку. Я ведь вспомнил о ней не просто так.

Ведь в разговоре с Региной мы не упомянули ещё одну важную деталь, которую знали оба. Рихтерам и Сципионам не первый раз довелось вступить в игру.

* * *

— Шах и Мат! — буквально выкрикнула Диана, завершая партию.

Чёрный король был повержен! Белые ладьи загнали его в ловушку, а слон рассчетливо прикончил.

Ведьма торжествующе вскочила с массивного тяжёлого кресла, больше похожего на трон.

На его фоне она казалась совсем крошечной.

Её фигура в принципе терялась в этом огромном зале со сводчатым потолком и высокими стрельчатыми окнами.

Как и многие Сципион, она выглядела словно фарфоровая куколка. Невысокая, с огромными глазами. От большинства родственниц её отличали разве что волосы. Чаще всего, у ведьм они были чёрного или хотя бы тёмного цвета.

Диана же была ярко-рыжей, словно где-то в её роду затесались Вийоны.

В камине потрескивал огонь. Тяжёлые бархатные портьеры приглушали лунный свет. На стенах в канделябрах плавились свечи, отбрасывая причудливые тени. В центре зала, на круглом пушистом ковре, стоял массивный стол из чёрного эбенового дерева, за которым вели поединок двое.

Воздух пах воском и пылью старых книг, стоявших в шкафах вдоль стен. Где-то в углу мерно тикали напольные часы, отсчитывая время этой последней партии.

— Поздравляю, — усмехнулся высокий мужчина.

Его виски уже тронула седина, но он был по-прежнему хорош собой и, казалось, совсем не беспокоился о поражении.

— Ты был последним моим испытанием, — продолжила Диана, — и ты отличный игрок, — похвалила она его покровительственно, — но этого недостаточно. Сегодня все узнают, что это я сильнейший шахматист в мире! О да, как сладок этот триумф.

— Я так не думаю, — спокойно ответил мужчина.

— Почему это? — весело переспросила Диана, — неужели хочешь реванша? Может быть я даже соглашусь…

— Нет, — вдруг рассмеялся он, — ты и впрямь победила. Но не учла одну вещь.

— И какую же? — нахмурилась победительница.

— Чтобы считаться самой сильной шахматисткой в мире нужна ещё одна мелочь. Ты должна остаться живой.

* * *

Не знаю уж, это их дар творил с ними подобные шутки, или сказывалась атмосфера и образ жизни.

Но я не встречал ни одной ведьмы, которая бы не гналась за какой-то идеей фикс.

Регина была помешана на чужих секретах, да и осталась такой по-прежнему

Когда-то у меня была интрижка с ещё одной девицей Сципион. Её одержимость приняла форму необычных фетишей. Её больше интересовали костяные драконы и другие мои химеры, которых она мечтала увидеть в своей постели, чем я сам.

Меня это, конечно, не задело, но стало последней каплей в отношении к этому клану. Я понял, что даже самая нормальная, на первый взгляд, ведьма, имеет за душой какую-то страсть, которая перебивает всё остальное.

И чаще всего это было что-то совершенно безумное, в чём абсолютно не хотелось ни разбираться, ни пачкаться.

И я просто держался от них подальше.

До встречи с Октавией.

У моей ведьмочки тоже была своя одержимость. Одержимость Рихтерами. Но даже она не казалась столь странной, на фоне остальных. Да и по поведению Октавия всегда была гораздо собранней и спокойней любых других знакомых мне ведьм.

Может быть, кровь некромантов спасла её от извечного безумия Сципион.

А может она просто сама по себе была белой вороной в этом сумасшедшем клане.

Это уже не имеет значение. Важно лишь то, что она теперь — часть моего клана. И что я пообещал ей защиту.

И ради того, чтобы ей помочь я сделаю всё возможное.

Поэтому, я вновь и вновь возвращался к этому поединку в прошлом

Диана, как и многие ведьмы клана Сципион, была настолько одержима своей любимой игрой, что вся её жизнь крутилась вокруг этого хобби.

Но, что важнее, в своё время, она была одной из сильнейших ведьм клана. На момент гибели, ей уступала даже Регина, которая тогда только начинала своё восхождение к вершине.

Но мой дед отправил её к праотцам, невзирая на все ведьмовские трюки.

А ведь дед всегда был слабее меня. А на тот момент он ещё даже не был личем. То есть оставался открыт всем возможным манипуляциям Сципион.

Сейчас мне бы, как никогда, пригодился его опыт. Тогда я как-то не догадался спросить, как именно он прикончил Диану.

На тот момент я был достаточно силён, чтобы не беспокоиться об этом.

С другой стороны, почему бы не спросить об этом сейчас?

Ведь я пообещал Октавии помощь, и ради этого готов на любые средства.

Так почему бы не вернуть к жизни другое настоящее чудовище — моего деда-лича?

Да, это «лекарство» может стать слишком уж сильнодействующим. Но, учитывая нынешний уровень Регины, вряд ли оно окажется опасней болезни.

Глава 18

Теперь, когда я определился с главным планом, продумывать дальнейшие действия стало намного проще.

Ещё одна причина, по которой я не люблю откладывать принятие важных решений на потом. Сделать это всё равно придётся, но если долго ходить вокруг да около, то легко упустить инициативу.

Конечно, я не мог возродить древнего лича одним взмахом руки, так что для начала сфокусировался на более простых, но не менее важных задачах.

Например на том, как обеспечить Октавии наиболее высокий уровень безопасности из возможных.

Первой моей мыслью было, конечно же, организовать её перевозку поближе к себе. Оборудовать отдельную комнату в бывшей конюшне, самой защищённой части замка Рихтеров, где за ней будет проще приглядывать.

Но, подумав ещё немного, я отмёл этот вариант.

Проблема в том, что на самом деле такое перемещение совсем не значит, что она действительно будет всегда находиться рядом со мной и под моей защитой.

Я и сам в последнее время не часто бывал в замке, так что никакой дополнительной гарантии безопасности это не даст.

Скорее наоборот. Стоит признать, что моя резиденция сейчас была далеко не самым безопасным местом для человека без сознания.

Слишком уж много людей могли получить свободный доступ к нашей территории.

Да, большинство из них были проверенными, и просто так никто шнырять вокруг наших зданий не мог.

Но, зная Регину, я не мог исключать диверсий. А, когда за воротами постоянно обитают сотни человек, то в любом случае, уследить за всем становится гораздо труднее.

На территории резиденции работали завод, айти-центр, лаборатория, мастерская, академия и ещё несколько более мелких предприятий, которые выросли сами собой, как только количество членов клана и клановых слуг увеличилось. К тому же, большинство из них не только работали, но и жили под защитой наших стен.

И уровня этой защиты вполне хватало в обычных обстоятельствах. Но для девушки без сознания, на которую открыла охоту величайшая менталистка в мире, такое количество людей вокруг может сыграть дурную шутку.

Был ещё вариант, отвезти её в Старый Форт. Но и здесь нашлось слишком много подводных камней.

Во-первых сама перевозка стала бы крайне рискованным занятием, потому что путь предстоял не близкий и поддерживать ритуал на всём этом пути было бы очень сложно.

А во-вторых, в текущем состоянии, Октавия не могла использовать расслабление. Это пришлось бы делать кому-то другому. Круглосуточно. Иначе, она быстро мутирует, поскольку всё-таки не является полноценным некромантом, и как её тело, так и энергосистема пока ещё не натренированы достаточно, чтобы автоматически перерабатывать скверну.

Так что, гораздо безопасней организовать охрану вокруг её замка, который и так был хорошо защищён.

Я немедленно обсудил это с Вийонами.

— Ты хочешь, чтобы дежурство вели мы с Клодом? — уточнил Морис, выслушав меня.

Я кивнул.

— Вы и ещё пара доверенных лекарей. Но проверьте их на предмет контактов с ведьмами клана Сципион.

Насчёт этих двоих я был уверен, насколько это возможно, что они чисты. Мы обсудили это с ними, ещё когда ехали сюда вместе с Октавией.

Что, конечно, не исключало вероятности ментального воздействия извне. Но я всё равно не мог это никак проверить, а присутствие лекарей было жизненно важно на случай если что-то пойдёт не так.

Но вот в охрану я уже определил преимущественно мёртвых бойцов. Они защищали все подступы к спальне ведьмочки, а внутри несла круглосуточный караул самая сильная моя мини-химера — Пуша.

И такой выбор — не случаен. Несмотря на то, что она не была раньше боссом очага, как мощнейшие из моих химер, зато обладала поразительно быстрой реакцией. Возможно, лучшей среди всех.

Ну и, конечно, её миниатюрность в текущей ситуации тоже была большим плюсом.

В общем, я сделал всё, что мог, чтобы защитить Октавию так хорошо, как только мог. Даже добавил ещё несколько защитных ритуалов к тем, которые защищали её замок, чем значительно укрепил местный энергетический купол.

Но теперь нужно было активно действовать, и я отправился прямиком в метро, чтобы как можно быстрее добраться до Старого Форта.

Что ни говори, а он всё ещё оставался самым лучшим местом, если нужно спрятать что-то от чужих глаз. И филактерию деда я мог оставить на хранение только там.

Много времени это путешествие у меня не заняло. И уже скоро я вернулся обратно, подкидывая в руках два кубика от древней настольной игры «Нарды».

Честно сказать, я даже немного удивился, когда понял, что дед выбрал именно их. Я всегда считал, что больше всего он любил как раз шахматы. Так что шахматная фигура в виде сосуда для его духовной сущности выглядела бы более логично.

Но возможно та история с Дианой всё-таки оставила на нём свой отпечаток и какие-то неприятные воспоминания.

Как бы там ни было, а я ещё раз с удовольствием отметил, что филактерия не повреждена. Так что с возрождением деда не должно возникнуть каких-то серьёзных проблем.

Кроме одной.

Дело в том, что когда я его запечатывал, то, как и всегда, сработал на совесть. Я дополнительно обезопасил филактерию от случайного возрождения кем-либо, кроме меня.

Немного переделав печать, я подкорректировал условия, в которых возрождение сработает. И помимо стандартной необходимости в подходящем сосуде поблизости, я задал ещё и место, где это может произойти.

И этим местом мог стать только старый замок моего деда, который находился вовсе не в Рихтерберге. И я понятия не имел, что с ним вообще произошло за эту тысячу лет.

С подходящим сосудом же всё было куда как проще. Им могло стать совершенно любое мертвое тело поблизости. Даже разваливающийся на куски скелет.

Конечно, чем лучше качество сосуда, тем проще личу вновь восстановить свои силы.

Но главный смысл филактерии — в условном бессмертии.

А значит, и главная цель лича — возродиться. А там хоть тушкой, хоть чучелком уже не важно.

Даже в виде груды старых костей, лич остаётся достаточно могущественной нежитью, чтобы самостоятельно заняться поиском сосуда получше, куда он сможет перенести своё сознание.

Именно поэтому мне было так важно заблокировать возможности воскрешения в любом месте, оставив лишь небольшую лазейку для его возрождения.

Но теперь это могло стать проблемой и для меня самого. Хотя я надеялся, что серьёзных препятствий здесь всё-таки не возникнет.

Так что я поставил перед Лифэнь новую задачу — найти, что сейчас находится по тем координатам, где раньше находился дедов замок.

Пообещав заглянуть к ней в скором времени за результатами разведки, сам я решил пока заняться подбором наиболее подходящего сосуда.

Хотя подойдёт и любой скелет, но гораздо проще, если тело, в котором он возродится, сразу будет соответствовать определённым требованиям.

И первым делом мне пришёл в голову ни кто иной, как Арман Салазар.

Он, конечно, немного староват, но зато его тело привыкло пропускать через себя огромное количество магической энергии. Личу такое как раз кстати.

В последний раз я передал его Игнату на стройку, так что первым делом заглянул в его офис.

Учитывая, как разрослись масштабы строительства, и что он теперь занимался не только делами Рихтеров в нашей резиденции, но и брал на себя часть городских заказов, по возможности помогая облагораживать Рихтерберг.

Так что, в конце концов, стало понятно, что без офиса в мэрии, прямо по соседству, с офисом его жены Линды, просто не обойтись.

Впрочем, это хоть и помогло, но лишь частично. Самого Игната я, разумеется, там не застал. Как и всегда он был слишком занят на объектах, чтобы просиживать штаны за офисным столом.

Но мне было достаточно и его помощников, которые занимались всей бумажной волокитой и передавали ему просьбы и пожелания посетителей.

— Господин Рихтер, пожалуйста, повторите, как зовут умертвие, которое вы разыскиваете? — дрожащим голосом переспросил у меня совсем юный парень, дежурящий в кабинете.

Моё появление его настолько смутило, что я был удивлён, как он сумел снова собраться и рискнул задать вопрос.

Хотя я никогда без повода никого не запугивал, но почему-то многие при первой встрече боялись меня просто до чёртиков.

А ведь этот парень уже привык к работе с умертвиями! Но всё равно туда же. Репутация «тысячелетнего чудовища» очень способствовала работоспособности сотрудников.

— Арман Салазар, — повторил я.

И парень, нервно сглотнув, начал быстро вбивать имя в какую-то базу данных на своём компьютере и изо всех сил щёлкать мышкой, словно это поможет программе грузиться быстрее.

Впрочем, спустя пару минут поисков, он совсем поник.

— Пр-ростите, господин Рихтер, но нужное вам умертвие уже не работает на стройках. Неделю назад его перевели в фермеры. Тогда многих направили на поля в качестве срочной помощи, — извиняющимся тоном закончил он.

— Спасибо, — улыбнулся я, надеясь, что парня перестанет бить озноб.

Впрочем, если он продолжит честно работать на клан, то рано или поздно поймёт, что бояться ему нечего. Скорее наоборот, это другие будут бояться как-то его обидеть.

А я вновь спустился в метро и на этот раз поехал за город. Конечно, я мог бы, как обычно, воспользоваться услугами Лифэнь, и она бы мигом нашла для меня Армана, но мне и самому было любопытно как теперь обстоят дела у нас на полях.

И решил воспользоваться удобным поводом увидеть всё собственными глазами.

Но увидел не совсем то, чего ожидал.

Больше всего меня поразили снующие между пашнями жнецы, аккуратно подрезающие стебли мини-вьюнок, чтобы те не разрастались слишком уж сильно и не мешали нашим посадкам.

А из лесополосы неподалёку доносились звуки пил. К моему изумлению, я обнаружил там «кардиналов», которые заготавливали древесину.

Я хмыкнул. Не совсем так я представлял род их деятельности при создании.

«Убийцы магов» трудились на лесоповале. Предприимчивости моих сотрудников можно было только удивляться.

Наконец, на одном из полей я нашёл Роуз.

Она деловито подошла ко мне и, характерным жестом тряхнув волосами, заплетёнными в толстую косу, вежливо поздоровалась.

— Господин Рихтер, если вам нужен отчёт…

Я жестом её остановил.

— Со всеми отчётами я ознакомлюсь позже. Сейчас я здесь за другим.

Я быстро объяснил её ситуацию, и она нахмурилась, явно пытаясь что-то вспомнить.

— Действительно, недавно нам понадобилось очень много дополнительных работников, но, в конце концов, аврал закончился, и мы снова отпустили часть умертвий в город. Кажется, Арман был среди них. Сейчас я скажу точно!

Она закопалась в свой смартфон и через минуту дополнила:

— Да, по распределению он попал на главный завод по переработке благодати.

Я поблагодарил её за информацию и вернулся в город.

После нескольких клановых и торговых войн, моему клану и союзникам стали принадлежать почти все заводы в Рихтерберге, но главным назывался тот, который находился прямо на территории резиденции.

Однако, никакого Армана я там по традиции уже не нашёл.

После смерти деятельность князя Салазар забурлила как никогда прежде. Столько нового опыта и… впечатлений. Даже жаль, что у меня не вышло превратить его в ревенанта. Тогда бы он сумел по-настоящему оценить, сколько пользы он способен принести человечеству.

Впрочем, если верить документам с завода, мои поиски подходили к концу.

Бывший враг был снаряжён на какие-то бытовые работы здесь же, в резиденции.

И действительно, я обнаружил его с ведром и тряпкой в руках. Он энергично намывал машины магов и слуг клана на нашей стоянке.

Зрелище было настолько завораживающим, что мне было даже жаль отдавать ему приказ оставить это дело.

Но всё-таки, как сосуд для деда, он принесёт больше пользы. Так что придётся избавить бывшего князя от тяжёлой физической работы.

Впрочем, судя по его «трудовой книжке», он и так успел чуть-чуть, совсем чуть-чуть, загладить свою вину, знатно вкалывая на благо клана Рихтер.

Приказав Арману идти следом за мной, я тут же отправился в айти-центр. Лифэнь как раз уже должна была что-нибудь разузнать.

Так и оказалось.

Правда, порадовать меня ей было нечем.

— Честно сказать, я понятия не имею, что там с замком твоего деда, — без долгих экивоков начала она, — потому что уже много сотен лет на его месте находится один из «вечных» очагов. А рядом ещё несколько таких же, что, как ты понимаешь, не делает это место популярней.

Говоря это она нежно почёсывала нос своему дракончику. Тот лежал прямо на её столе и явно наслаждался происходящим, выпуская от удовольствия небольшие клубочки пара.

Я не был уверен, но похоже, что с момента нашей последней встречи, он сумел увеличиться ещё на пару сантиметров.

Когда я спросил об этом у хакерши, она подтвердила.

— Да, хотя у меня всё ещё нет времени как следует его тренировать, но с каждым днём мы всё лучше друг друга понимаем. И, мне кажется, это тоже даёт ему дополнительные силы.

Я кивнул и тоже погладил духа. Тот позволил мне это, хотя и с некоторой настороженностью. На ощупь он, кстати, был похож на самую обычную рептилию, только очень тёплую, будто внутри него горит маленькое солнышко.

Духи Мао немало меня занимали, и я надеялся, что у меня ещё будет время лучше изучить особенности их дара, но сейчас я размышлял о другом, внимательно разглядывая на экране карту с пометками Лифэнь.

Как быстрее добраться до замка деда? Если я решу пробиваться силой, то у меня на это уйдёт слишком много времени. Уж точно не меньше недели, а то и двух. За это время, Регина успеет найти десятки способов попортить мне и моему клану кровь. В её способностях устроить что-нибудь этакое, даже в заблокированном для посещений Рихтерберге, я совершенно не сомневался.

К слову, хотя я и планировал в самое ближайшее время открыть Столицу, но теперь был вынужден с этим повременить. Пока Октавия не будет в безопасности, я не готов даже в малой мере облегчать княгине-психопатке её задачу.

С такими мыслями я уточнил у хакерши, где сейчас находится Ольга.

Сегодня я посетил уже достаточно мест, чтобы больше не хотелось тратить время на пустые поиски. Сначала я даже хотел просто попросить Лифэнь пригласить внучку в конюшню, но когда узнал, подробности, то передумал. Ольга была в мэрии, да ещё и не просто туда заглянула на пять минут, а занималась какой-то работой. Так что я решил взглянуть на это собственными глазами.

Даже странно, что когда я уже был там сегодня у Игната, мы не пересеклись.

Впрочем, когда я вошёл в кабинет Линды, многое сразу стало ясно.

В нём творился самый настоящий хаос. Кипы разных документов валялись на всех столах и полках, повсюду стояли пустые кружки из-под кофе, попадались даже разбросанные упаковки из-под съеденного шоколада и пирожных.

А среди всего этого хаоса, ютились сразу несколько знакомых мне девушек. Не только Линда и Ольга, но даже Лара.

Причём по ним было сразу видно, что они не только не успевают нормально поесть, вынужденно закидываясь сладостями на месте, но скорее всего и спят когда придётся.

— Что случилось? — удивился я, — похоже будто на вас свалились все беды и дела мира.

— Ну… — устало протянула Ольга, поднимаясь из-за стола, — это почти так и есть.

Я привык видеть внучку в удобной одежде в стиле милитари, так что сейчас, когда она надела строгий офисный костюм и заплела волосы в аккуратную причёску, едва её узнал.

Она вздохнула, подошла ближе и продолжила:

— Ты не представляешь как я рада тебя видеть, — зевнув сказала она.

Я хмыкнул.

— На радость это не слишком похоже.

— Просто я слишком устала, — ответила она, — даже заклинание расслабление уже не помогает. Когда ты уехал… побеждать на своих рыцарских турнирах, — не удержалась она от небольшой шпильки, — и не взял меня с собой, ко мне потянулись целые вереницы людей, которым что-то от тебя надо. Десятки, а затем и сотни. Линда сказала, что такого ажиотажа как сейчас не было никогда.

— И с чем это связано? — снова спросил я, — вроде бы я не оставлял город в каком-то жутком кризисе.

Ольга покачала головой:

— Не оставлял. Наоборот. Ты насколько эффективно их решаешь, что теперь все словно решили, что ты не некромант, а чёртова фея-крёстная! И требуют от нас всё больше и больше чудес!

Глава 19

— Фея-крёстная? — переспросил я, — кто это такая?

Про фей я в общем-то слышал. Как и элементали, это маленькие духи природы, которые чаще всего принимают вид бабочек или маленьких человечков с цветастыми крыльями.

Не знаю уж выжили ли они сейчас, когда столько земель захвачено скверной. Мне они и тысячу лет назад уже не попадались.

Впрочем, вполне возможно я их просто не замечал. Не было нужды.

Ольга хлопнула себя по лбу.

— Точно, это ведь совсем свежая сказка. Ну… по твоим меркам, конечно. Ничего особенного, просто так называют существ, которые встречаются путникам на перекрёстках и выполняют их желания.

— Просто так что ли? — удивился я.

— Ага, — кивнула Ольга, — просто потому что тебе повезло её встретить. Это что-то вроде показателя твоей удачи.

Да уж. Я, конечно, знал, что мои потомки разленились, но не думал, что настолько. В моём детстве в сказках тоже фигурировали магические существа исполняющие желания, но обычно это были демоны или джины, которые затем требовали с героя непомерную плату. Так что ему приходилось выкручиваться или попросту убивать охамевшее чудовище.

А здесь… просто так. Но, хотя мне и было немного любопытно узнать, что такого хотят от меня граждане города. Обоснованные ли это просьбы или они просто начитались этих самых сказок и обнаглели? Но всё-таки я не хотел отвлекаться от своей текущей цели, поэтому распорядился:

— Ольга, ты отлично поработала, но сейчас нашим просителям придётся подождать. Есть дело поважнее.

— Какое? — насторожилась внучка.

— Скоро узнаешь. Так что собирайся, а заодно найди, где сейчас работает Гарри. Путь предстоит неблизкий, и метро туда будет как раз кстати.

Подземное путешествие действительно показалось мне самым подходящим в данном случае вариантом. Нам не придётся зачищать все очаги на своём пути, а в будущем метро до туда ещё может пригодиться.

Но услышав про Гарри, Ольга мгновенно изменилась в лице и отчаянно замахала руками.

— Макс! Умоляют тебя, только не Гарри!

— Что с ним случилось? — нахмурился я, — повредить умертвие такого уровня довольно трудно.

— Да нет, — снова замотала головой внучка, — к счастью, с ним всё в порядке, но если мы его заберём из Рихтерберга… да тут половина городских работ просто встанет! Гарри и так нарасхват. Его способности требуются и для прокладывания новых веток метро и для быстрого сноса зданий и ещё много для чего. Вот, я тебе сейчас покажу!

Она диким взглядом оглядела кабинет, а затем схватила одну из бумажек на соседнем столе и сунула мне её в руки.

— Вот! Смотри, тут уже все даты забиты. Очередь на Гарри расписана на два месяца вперёд. И это я ещё не учитываю многочисленные запросы с Коста-Сирены, которые тоже хотят расширить своё метро. Да и Веласко с Сиренами из Сальфорте уже также осторожно интересовались сдаём ли мы химер и умертвий в аренду.

Я хмыкнул, изучая документ. Очередь и впрямь впечатляла. Ольга права, если я выдерну Гарри даже на несколько дней, то это серьёзно ударит по скорости развития Рихтерберга.

Забавно, но вся хвалёная современная техника, работающая на скверне, не могла заменить одну хорошую химеру.

— Поэтому я подумала, — вдруг снова заговорила Ольга, — что раз есть такая большая потребность, то мы могли бы поискать ещё подобных монстров, как думаешь? Я тут… — она снова сорвалась с места и достала ещё какую-то папку с записями, — специально для тебя попросила распечатать список всех известных очагов вокруг столицы и Коста-Сирены. Как ни странно, даже после появления корпуса, их количество не слишком уменьшилось.

Я кивнул. Иного я и не ждал. Конечно, зачистка стала гораздо более организованной и быстрой, но сил чистильщиков всё равно хватало лишь на то, чтобы слегка отодвинуть границы заражённой земли от города и полей и следить за тем, чтобы она не расползлась вновь.

Но дальше очаги становились всё мощнее, и, чтобы с ними справиться нужна была как минимум целая экспедиция гвардейцев и фантомов, а как максимум, лично я.

Так что здесь меня Ольга не удивила. Но, похоже, что у неё была какая-то идея. И она действительно начала объяснять.

— Я много думала, как нам быстро найти существ подходящих для работы в городе. Мы обсуждали это с Прохором, и он сказал, что боссы очагов далеко не всегда уникальны. И хотя до твоего возрождения уже давно никто не закрывал очаги выше ранга «Дельта», но даже этих скудных знаний хватило, чтобы предположить, что у нас есть хороший шанс найти поблизости и других монстров, похожих на Гарри.

Я кивнул.

— Так и есть. Полностью уникальные боссы — это скорее исключение. Но что ты предлагаешь? Отложить все дела и заняться исключительно зачисткой очагов?

— Не совсем! — она вновь начала торопливо объяснять свои мысли.

И, надо сказать, Ольга действительно неплохо продумала первую часть плана. Её идея была в том, чтобы устроить среди фантомов своего рода соревнование. Они прекрасно умеют маскироваться от монстров очага, так что вполне могут проводить разведку, не вступая ни с кем в бой.

Таким образом, внучка хотела составить каталог всех боссов из очагов поблизости. Чтобы затем, уже избирательно, выйти на охоту за самыми полезными из них.

— Я думала ещё привлечь к этому делу некоторых старших учеников академии, — добавила она, — конечно, исключительно на очагах альфа и бета уровнях. Да, там нет боссов, но студенты могут попробовать свои силы в маскировке. Разумеется, под ответственность мою и гвардейцев. Мы позволим участвовать в этом только самым успешным ученикам и проследим, чтобы никто не пострадал.

— Кстати, как дела в академии? — уточнил я, садясь на один из стульев в кабинете.

Похоже, что быстро забрать Ольгу и уйти не получится. Разговор намечался долгий.

Внучка последовала моему примеру, бухнувшись на стул рядом, но вот её ответ не прозвучал оптимистично.

— Мы справляемся, но процентов на тридцать от того, как хотелось бы. Наши лучшие учителя постоянно выбывают по разным причинам. Слишком много у них других забот, да и у меня теперь тоже, как видишь, — она вздохнула, — так что о какой-то регулярности уже давно не было и речи. А заменить их не так-то просто.

Я кивнул. Это я тоже хорошо понимал. Внучка продолжила:

— Но мы с Ларой и Луи, недавно это обсудили, и сумели найти несколько Вийонов, которые владеют, например, той же артефакторикой хотя бы на каком-то уровне. В общем, мы залатали дыры как могли. Даже старших учеников привлекли. Например, Каролина сегодня должна вести боевую практику. Она на удивление отлично справляется.

— Похоже, вы всё-таки нашли общий язык? — с улыбкой уточнил я.

Ольга фыркнула, и я понял, что видимо не всё так просто.

— Ну, как сказать, — честно ответила она, — Каро иногда всё ещё взбрыкивает, как типичный подросток. Умничает, когда не надо. Спорит по пустякам. Приходится ставить её на место. Но в целом, она очень сильно нацелена на то, чтобы помочь клану вновь набрать силы, как когда-то. Так что в главном мы друг друга понимаем.

Она встала со стула и сделала два шага к кофемашине, как вдруг осознала.

— Пошла сварить себе кофе и поняла, что я ведь тебе даже не предложила. Сейчас!

Через пару минут в руках у нас уже были две кружки с готическим принтом. Снова что-то на её любимую вампирскую тематику.

Ольга вновь села напротив меня и жадно осушила свою кружку буквально тремя большими глотками. А потом опять заговорила:

— Но, хорошо, что ты спросил про академию. Хотя с персоналом у нас всё ещё не слишком идеально, но он есть. И мы вполне можем потянуть обучение ещё класса или двух.

Я усмехнулся.

— Ты же не думаешь, что склепы с Рихтерами у нас находятся на каждом шагу?

— Нет, конечно, — отмахнулась она, — хотя было бы неплохо. Но пока тебя не было, я разработала программу, по которой мы могли бы вербовать всех, в ком может быть дар некроманта. Создать бюро выявления способностей в столице и ещё несколько в каждом городе наших союзников. Объявить, что каждый может стать членом клана Рихтер, у кого есть хотя бы кроха нужного нам дара. Я посчитала, и мы вполне можем выделить бюджет на рекламу с упором на лекарей, таких, какой была я. А также на чистильщиков и мусорщиков.

Я задумался. Идея и впрямь была неплоха. Кто знает, сколько потомков клана Рихтер или наших бывших вассалов можно найти среди таких магов. Или просто потенциальных некромантов, среди которых вполне могут обнаружиться жемчужины, подобные Алине.

Не сказать, что до этого мы совсем не занимались подобной вербовкой, но это происходило в каком-то стихийном ключе. У нас просто не было времени продумать всё основательно.

Но, похоже, что в моё отсутствие, внучка времени зря не теряла. Хотя и странно, что её это так озаботило именно сейчас. Впрочем, она быстро пояснила мне почему, когда начала показывать всё новые папки с расчетами, схемами и диаграммами.

— Ты сделал это сама? — поразился я.

Она смутилась.

— Ну… почти. Я запросила нужные отчёты во всех ведомствах, где мы используем химер и умертвий. А потом уже сводила их с помощью Лары и Линды.

— Хорошая работа, — похвалил я её, а заодно и девушек, которые хоть и не участвовали в нашем разговоре, но тоже занимались своими делами в этом же кабинете.

И отчёт действительно был понятным и крайне показательным. Он учитывал как-то, сколько мёртвой рабочей силы мы используем сейчас, так и прогнозировал рост потребностей на ближайшие полгода.

Разрыв, к слову, выглядел и впрямь ужасающе.

— Удивительно, — хмыкнул я, — как Рихтерберг вообще справлялся без нашего участия.

Ответила неожиданно Линда:

— Извините, что влезаю в ваш разговор, но как давний житель столицы не могу не отметить, что темпы сегодняшнего строительства и благоустройства во много раз превосходят темпы, которые были до этого. Если уж совсем честно, то Рихтерберг уже не один десяток лет находился в полном застое.

— И во многом это вина Великих Кланов… — тихо добавила Лара, — никому не было выгодно, чтобы столица стала слишком уж важным городом. Все они тянули одеяло на себя, переманивая лучших специалистов в собственные мегаполисы. Рихтерберг же использовался скорее как перевалочный пункт. Нейтральная земля, где можно проводить сделки и тестировать разные коммерческие идеи.

Я поблагодарил их за информацию, и Линда с Ларой вновь вернулись к своим делам.

А я задумался, погрузившись в чтение документов, которые они вместе с Ольгой для меня подготовили.

По всему выходило, что нехватка монстров, подобных Гарри, это лишь верхняя часть айсберга. Постоянный спрос был и на обычных химер. И, разумеется, на их поводырей, или как их стали называть «операторов».

Операторы Химер — это некроманты, которые должны были управлять мёртвыми слугами и работниками на местах. И, судя по всему, мы нуждались в них, как никогда.

Пока я читал, Ольга попутно поясняла:

— Нам пригодятся даже некроманты с очень слабым даром. Хотя бы как у Игната. Тогда он сумел бы их научить своему способу взаимодействия с ними.

— Если времени хватит, — отметил я.

— Да, — поникла Ольга, — нам очень не хватало его знаний обстановки и взгляда на сложившуюся в городе ситуацию, пока мы готовили этот отчёт. Но, он как Гарри, — внучка осеклась, покосившись на его жену, нашу юристку, — прости, Линда, я имею в виду, что он сейчас просто незаменим и нужен буквально всем.

Она грустно улыбнулась и устало пошутила:

— Ничего. Если бы он не нуждался во сне, как наш Максимилиан, то я бы и сама вообще перестала его видеть.

Я вздохнул. Вопрос кадров — это, возможно, один из самых сложных вопросов вообще. Мне и самому ужасно не нравилось, что мои лучшие сотрудники вынуждены превращаться в трудоголиков и чуть ли не ночевать на месте службы, потому что понимают, что их просто некем заменить. Это касалось и Игната, и самой Линды, и Лифэнь, и ещё многих других прекрасных работников и специалистов.

Даже то, что мы использовали много мёртвых слуг и питомцев, лишь немного облегчало ситуацию, но вовсе не решало проблему с живыми кадрами.

Так что план Ольги пришёлся, как нельзя кстати.

Но, это значило ещё и то, что, что перед отъездом в замок деда, нам придется ещё немного задержаться.

Важно как можно быстрее запустить оба этих важных для клана проекта. Разведку очагов и поиск новых потенциальных некромантов.

* * *

— Как это вообще возможно⁈ — возмущалась Кира, когда они со Львом направились к очередному очагу, — поверить не могу, что Архип с Власом наступают нам на пятки в общем рейтинге!

Соревнование по разведке очагов началось вчера. Фантомов разделили на пары, учитывая их собственные пожелания и уровень способностей и отправили на задание. Каждой команде при этом выделили транспорт, чтобы не пришлось добираться до очагов своим ходом.

К слову, большинство из них уже научились водить машину. Этот навык сразу был признан слишком важным в современном мире, чтобы откладывать его освоение на потом.

— А ты бы ещё дольше возилась со своей прической и макияжем! — не менее возмущённо отвечал жене Лев, но, несмотря на бурлящие эмоции, руль он продолжал крутить очень аккуратно, — собираешься каждый раз словно на бал, а не в очаги.

Кира надула губы, но нашла только один аргумент в свою защиту:

— вообще-то я девушка! И твоя жена, между прочим. Ты должен радоваться, что я выгляжу хорошо.

— Но не в такой же момент, дурында! Это попросту неуместно. И вообще, жила же ты как-то без всех этих женских современных штучек, до того, как нас нашёл князь Рихтер!

— Эти времена давно прошли, — не сдавалась Кира, — незачем гордиться тем, что мы жили словно какое-то отсталое племя!

— Да я же не об этом, — вдруг смутился Лев, — я просто хотел сказать, что ты мне нравилась и такой, какая есть!

Теперь настала очередь Киры смущаться.

— Спасибо, дорогой, — буквально растаяла она, — я… я постараюсь больше не задерживать нашу команду долгими сборами. У нас есть ещё два дня, чтобы показать всем, что мы не просто так считаемся самыми сильными фантомами!

Лев убрал одну ладонь с руля и взял Киру за руку, а затем нежно и одновременно решительно её сжал:

— У нас просто нет выбора! Проиграв, мы опозорим не только себя, но и подведём доверие нашего князя. Так что сегодня, проверка четырёх очагов — это план минимум!

* * *

— Ну почему нам не разрешают зачищать очаги? — недовольно рассуждал Марк, один из избранных студентов, которым было разрешено отправиться на разведку.

Это был высокий темноволосый парень, хорошо сложенный и чем-то похожий на Ольгу, только с гораздо более грубыми, мужскими чертами лица.

Он шёл по коридорам академии, вместе со своим напарником Романом, парня чуть менее рослого, но с уже на удивление неплохо развитой мускулатурой для подростка.

И, судя по его лицу, тот тоже был крайне огорчён.

— Сам не пойму, мы бы могли существенно помочь клану и Рихтербергу, если бы нас пустили закрывать хотя бы альфы или беты. Но больше всего бесит, что гвардейцы запретили нам исследовать ту гамму!

Марк скорчил злую гримасу и воскликнул:

— Надоело, что нас всё ещё держат за детей! Нужно что-то сделать, чтобы нас заметили, как Каролину…

— Точно-точно! — поддержал его друг, — я тоже хочу тренироваться с гвардией. Но Ольга говорит, что я ещё не готов. Хотя, сам знаешь, я ненамного хуже Каро.

Марк кивнул. Он и сам считал, что они вполне способны составить ей конкуренцию. Если не сейчас, то уж через пару тренировок с Прохором точно!

Калинин неожиданно приобрёл популярность среди местных студентов, хотя редко появлялся в академии.

Но Ольга частенько рассказывала о его особенных тренировочных методах и сама их применяла для обучения. Так что юные Рихтеры невольно прониклись к капитану клановой гвардии уважением.

Уж если даже такой сильный боец как Ольга им восхищается…

А Марк рассуждал дальше:

— Нас точно заметят, если мы прикончим какого-нибудь босса очага. Я слышал, как гвардейцы говорили, что та гамма переходная. Значит, там уже точно сформировался босс.

Роман хитро улыбнулся ему в ответ.

— И, кажется, я знаю, как нам ускользнуть из академии…

Глава 20

— И как ты собираешься это провернуть? — удивился Марк, — здесь же везде следящие химеры и охранные заклинания. Стоит выйти за порог академии, как на этом всё и закончится.

Роман хитро улыбнулся.

— Ты сама внимательность, я смотрю! Уже забыл последний урок артефакторики?

Марк задумчиво почесал затылок.

— А что с ним? Там же этот… молодой Вийон заменял Октавию. Как его зовут?

— Да не важно, — отмахнулся Роман, — важно, что я тогда успел хорошо его расспросить….

* * *

Три дня назад на уроке артефакторики:

— Да, Роман, — с наисерьёзнейшим видом кивнул Патрик Вийон, — действительно, есть несколько способов обойти как магические охранные системы, так и обмануть современные камеры.

Патрик заменял Октавию уже второй раз, но всё ещё не чувствовал себя уверенно. Удержать внимание этих детей было довольно сложно. Тем более, что он понимал их с большим трудом.

То есть, конечно, это были обычные подростки, но только с одной стороны. С другой, их восприятие многих вещей очень уж сильно отличалось от современного.

Манера общения, цели, вопросы…

Патрик постоянно беспокоился о том, выглядит ли он достаточно сильным авторитетом в их глазах, может ли вообще чему-то их научить? Особенно после уроков такого мастера, как Октавия Сципион.

Сам Вийон хоть и всерьёз интересовался артефакторикой, но большим профессионалом себя не считал, пусть даже принимал некоторое участие в изобретении «Сферы Повиновения», главного боевого артефакта, созданного в его клане.

Поэтому, когда ученики вдруг задавали какие-то вопросы, он старался дать им как можно более исчерпывающий ответ.

Ведь это так здорово, когда дети интересуются предметом! Он сам очень любил артефакторику и переживал, что её считают магией «второго сорта», по сравнению с боевыми заклинаниями. Поэтому охотно делился своими знаниями, в тайне гордясь, что сам настолько осведомлён.

Вот и сейчас погрузился в рассуждения о том, какие вообще есть виды магической маскировки, и как именно привязать их к определённым артефактам.

Примерно на середине своей лекции он осёкся, вспомнив о том, что это не соответствует программе, а заодно о том, что не стоит учить таких молодых студентов магии, которая в большинстве городов вообще не считается законной.

Но прокрутив в голове все свои слова, снова расслабился. Он дал ученикам лишь пару ключей. А всё остальное технично обошёл. И закончил свою речь словами:

— Возможно, со временем, если вы захотите выбрать именно артефакторику своей специализацией, то научитесь ещё и не такому. Но пока стоит с осторожностью подходить к знаниям такого рода, если не хотите навлечь на себя проблемы.

Он ещё немного рассказал им про последствия. Про законы и штрафы в разных городах. Про то как плохо реагируют на подобные трюки сильные кланы, когда это происходит на их территориях.

Таким образом, успокоив свою совесть, Патрик вернулся к основной теме урока.

* * *

— Подожди, — удивился Марк, — но ведь препод тогда ничего толком и не объяснил. Где ты возьмёшь эти артефакты?

Роман торжествующе улыбнулся и, понизив голос, ответил.

— У меня уже есть один. Ты забыл, что ли, что я лучший в школе по артефакторике? Да, пришлось пораскинуть мозгами, но всё работает.

— Ты проверял? — восхитился Марк.

— Конечно! Так что всё, что нам осталось, это выбраться из академии и зачистить ту гамму!

Последнюю фразу он сказал уже громче, так что совсем не удивительно, что её услышала и Каролина, которая и без того уже несколько минут активно прислушивалась к диалогу парней. Больно уж подозрительные фразы до неё доносились.

И вот, наконец, она чётко услышала, что они собираются без разрешения сбежать, да не просто так, а ещё и в очаг!

Тут уж она не могла не вмешаться.

— Стойте! — окликнула она их и, догнав, сказала, — я всё слышала.

— Что? Хочешь с нами? — ухмыльнулся Роман.

— Нет, — мотнула головой Каролина, — хочу вас предостеречь. Не надо это делать. Не надо. Поверьте, ничем хорошим это не кончится.

— С каких пор ты стала такой правильной? — усмехнулся Роман. — Ты же у нас всегда была бунтаркой?

А Марк поддержал:

— Очевидно же, с тех пор, как стала любимой ученицей Ольги. Думаешь, стала тренироваться с гвардейцами и теперь сама можешь нами командовать?

— Что за глупости? — возмутилась Каро, — это вообще не имеет никакого отношения к делу! Я просто хочу вас предостеречь! Или вы забыли, какое наказание ждёт тех, кто смеет ослушаться главу?

— Победителей не судят, — отрезал Роман, — и вообще это не твоё дело.

— Вот именно, иди своей дорогой, — угрюмо добавил его друг.

— Как раз моё! — не сдавалась Каролина, — вы же всех нас подставите! Не только себя!

— Ну иди пожалуйся кому-нибудь, — фыркнул Марк, — только что ты скажешь? Только себя дурой выставишь. Зато все узнают, что ты стукачка.

— Ты что и правда поверила, что мы можем сбежать из академии? — со смехом сказал Роман, — тогда ты ещё глупее, чем я думал.

— Мы вообще обсуждали далёкое будущее! — Марк сделал вид, что сам верит своим словам.

В конце он хотел добавить ещё: «дура», но вовремя прикусил язык. Что ни говори, а драться с Каро он был сейчас не готов. Хотя и надеялся, что не так уж сильно отстаёт. Ну а, если бы ему довелось бы посетить пару уроков у Калинина, то он бы наверняка ещё и обошёл эту выскочку! Но увы, это доступно только учительским любимчикам. По крайней мере именно так он объяснял успехи Каролины.

А вот Каролину его слова действительно смутили. Она и правда не была уверена в том, что только что услышала. В основном до неё долетали лишь обрывки фраз. Что если она просто себя накрутила? Придумала то, чего нет. А эти придурки просто валяют дурака и решили дополнительно её подразнить.

Так что она отступила.

— Ладно. Но, если что, я вас предупреждала.

Она гордо ушла к себе в комнату, где просидела с книжкой и наушниками в ушах весь вечер. Современная музыка оказалась на удивление хороша. Особенно группы, которые играли в новом для неё стиле «рок».

Каролина не на шутку увлеклась некоторыми группами. Но сегодня даже их песни не помогли ей отвлечься. Из головы никак не уходил подслушанный разговор. А что если они действительно каким-то образом выбрались из академии?

Даже в кровати, Каро лишь беспокойно ворочалась, уснуть никак не получалось.

В конце концов, ей надоело мучить себя сомнениями. Лучше просто проверить и убедиться, что всё в порядке!

Она решительно скинула с себя одеяло, быстро оделась и побежала в мужское крыло.

У каждого ученика была своя комната, но женские и мужские спальни располагались в разных частях замка.

К счастью, на двери каждого студента висела табличка с его именем. Так что Каролина без труда нашла нужные комнаты, и ей не пришлось перебудить из-за своих подозрений половину академии.

Вот только… подозрения, похоже, оказались отнюдь не напрасными. И на настойчивый стук в дверь, ни Марк, ни Роман не отвечали.

В конце концов, она рассудила, что ситуация настолько опасная, что она вполне имеет право вломиться к ним без разрешения.

И, конечно же, в комнатах тоже никого не нашлось.

— Вот же идиоты! — воскликнула она во весь голос, уже не боясь кого-то разбудить.

Но главное, что она понимала совершенно точно, это что нужно действовать не теряя ни минуты. Если они действительно сунулись в гамму…

Поблизости подобный очаг был только один и Каролина знала о нем. Эта гамма давно уже находилась в переходном состоянии. Правильней было бы называть её уже Дельтой.

По коже Каро пробежал холодок.

И она решилась.

На поясе у неё висел милый пушистый брелок. Совсем маленькая химера. Недавно они научились делать таких вместе с Алиной на её занятиях.

Химеролог тогда объяснила, что это не только небольшое подспорье в бою, но и маячок, по которому их могут найти в случае чего.

И, к сожалению, эти два придурка свои брелки оставили в комнате. Наверняка, нарочно. Но Каролина такой ошибки совершать не будет.

Она вновь заколотила в соседние двери, откуда спустя пару минут вывалились кое-как одетые сонные парни.

Не став слушать их возмущений, Каролина кратко объяснила ситуацию и закончила словами:

— Так что срочно найдите способ связаться с Ольгой, Прохором или хотя бы кем-то из учителей.

— А ты? — искренне беспокоясь, спросил Виктор, когда-то её союзник в деле доведения преподов до белого каления.

— Я пойду следом за Романом и Марком! — воскликнула она, — Догоню их, а по моему маячку нас найдут.

— Подожди, я оденусь и пойду с тобой, — попросил Виктор.

Но Каролина упрямо покачала головой.

— Нет, Вик, оставайся здесь. Остановить их я смогу и сама. Лучше объясни всё старшим как можно яснее и подробнее, чтобы они поспешили на помощь. Надеюсь, я успею вытащить этих идиотов до того, как они нарвутся на босса.

* * *

— Спасибо, что прислушался, Макс, — просто сияла от воодушевления Ольга.

Во-первых, она была счастлива, что я хотя бы временно освободил её от городских дел. А, во-вторых, радовалась, что Гарри остался на месте, и никто не нарушил ту стройную очередь, которую девушки так долго продумывали.

Вместо этого, мы собирались лететь на Птере и сейчас совершали последние приготовления.

Вот-вот, должны были доставить специальные сёдла.

Их сделала в мастерской Алина, с которой мы успели провести уже несколько примерок, чтобы добиться лучшего результата. Как по устойчивости крепления, так и по удобству.

Что ни говори, а мало удовольствия, трястись на химере, вцепившись в её шкуру, вместо того, чтобы надёжно устроиться в седле.

Однако, вместо сёдел, до нас добралась другая новость.

— Макс, там в академии какой-то шухер, — зевая сообщила Лифэнь.

Совсем не удивительно, ведь уже было довольно поздно, а даже нашей хакерше иногда надо спать.

Это мы с Ольгой специально хотели отправиться в дорогу уже после наступления темноты. Во-первых, чтобы не пугать жителей столицы своим полётом на таком чудовище, как Птер.

А, во-вторых, чтобы это заметили как можно меньше шпионов моих врагов. Нечего им знать, что я снова покидаю город.

— Что случилось? — уточнил я.

— Два ученика перехитрили охранные заклинания академии и отправились зачищать какую-то Гамму… — она замолчала, видимо, сверяясь со своими данными и добавила, — хотя, видимо, уже Дельту… По словам Каролины, они хотят убить босса.

— Каролина собралась убить босса? — воскликнула Ольга изумленно и, как мне показалось, разочарованно.

— Да нет же, — перебила её Лифень. — Каролина обнаружила исчезновение этих двух придурков и рванула следом. Но запросила подмогу и специально взяла с собой химеромаячок. Кому мне передать данные?

На секунду я задумался. Мне не хотелось снова откладывать отправление. Но Дельта…

Конечно, Прохор с гвардейцами справятся с такой задачей. И это будет даже не сложно.

Но справятся ли они с ней достаточно быстро?

Если студенты будут прорываться прямиком к боссу под заклинанием ложной смерти, то могут сами загнать себя в ловушку.

Я не питал особых иллюзий по поводу их боевых навыков. Юные Рихтеры, конечно, не груша для битья, но даже способностей Каролины, самой сильной из них, для победы над боссом не хватит.

Похоже, те же мысли пришли и к Ольге.

— Макс, подождёшь меня? — попросила она. — Надо срочно действовать.

— Какой в этом смысл, — пожал я плечами. — Всё равно полёт откладывается. Вдвоём мы справимся быстрее.

Уже через минуту, мы оба сидели на моём Буцефале.

Услышав имена студентов, Ольга расстроенно хлопнула себя по лбу.

— Вот знала же, что они что-нибудь выкинут! Я ещё две недели назад думала, чем их занять, чтобы времени на всякие глупости не было Ну в смысле не только их, а вообще наших студентов. А потом то одно, то другое… это моя вина, Макс, — грустно закончила она, — не уследила.

— Глупости, — ответил я ей, — ты не можешь одновременно управлять академией, заниматься городскими вопросами и круглосуточно следить за каждым студентом. Они бы всё равно нашли способ сбежать, если бы очень захотели. В их возрасте это нормально — проверять границы и нарушать правила.

— Нормально, когда речь идёт о прогуле урока или тайком пронесённой в академию бутылке вина. Но не когда эти идиоты лезут в гамма-очаг, не имея ни опыта, ни должной защиты!

— Зато теперь у нас есть повод реорганизовать систему. Правда, сначала надо вытащить наших чересчур самоуверенных ребят из передряги.

Я пришпорил Буцефала, и мы понеслись вперёд ещё быстрее.

* * *

— Заходи справа, Марк! — азартно кричал Роман, размахивая теневым клинком.

Пока всё шло неплохо. Они даже прикончили двух толстяков и справились с целой стаей прыгунов, что только прибавило им уверенности.

Но оба парня понимали, что это всё пустяки, и главная награда ждёт их впереди. Поэтому они не хотели слишком уж отвлекаться и тратить силы на всякую мелочь, упрямо продвигаясь к центру очага.

Вот только, чем ближе он был, тем хуже работало заклинание ложной смерти, и студентам всё равно, то и дело, приходилось вступать в бой.

Особенно бесили эти дурацкие летяги! Вот уж кого парни предпочитали обходить стороной.

Но каждый из них думал, что это просто такие неудобные монстры. Босс-то, наверняка будет один, не будет лететь на них чёрт знает откуда, да ещё и пытаться высосать их мозги. Ну или что там они делают… эти твари.

В общем, босс наивно представлялся им куда более лёгкой задачей.

Поэтому, когда они, наконец, его увидели, то не смогли сдержать радостных возгласов.

— Да он совсем неповоротливый! — засмеялся Роман.

— Мы мигом его разделаем!

И действительно, стоящий в центре поляны монстр совсем не казался каким-то уж очень опасным.

Его размеры уступали средней корове, и даже когти и чешуйчатая броня в свете луны выглядели совсем мягкими и слабыми.

Существо повернуло к ним узкую морду с маленькими глазками-бусинами, неспешно принюхиваясь длинным рыльцем. Его невыразительные глаза не выражали ни страха, ни агрессии — лишь какое-то сонное безразличие.

Для студентов это было необычно, хотя они и знали, что большинство обитателей очагов уже не имеют того привычного набора эмоций, что нормальные звери.

Почти как химеры и умертвия. Только, играющие на стороне врага.

— Ну что? Покажем ему? — весело воскликнул Роман и, даже не дожидаясь друга, ринулся к монстру наперерез.

Но стоило парню пересечь невидимую черту, как монстр моментально лишился всей своей напускной вялости.

В одну секунду он сгруппировался так, что студентам, наконец, стало понятно, на каких зверей он так похож. На броненосца или на панголина. Оба этих существа сворачивались в мячик, прямо как босс этого очага.

И теперь он на полной скорости летел прямо на Романа.

А парень понял, что пахнет жареным слишком поздно.

Он сделал выпад теневым клинков в сторону врага, а затем тут же шагнул в сторону.

Но слишком медленно. От силы удара оружие буквально развалилось в его руках. Роман не смог удержать заклинание, как следовало бы.

А броненосец ловко изменил траекторию и снова катился прямо на него.

Щит парня треснул как скорлупа, и он мигом очутился под тяжёлыми лапами монстра.

— Держись! — услышал он крик Марка.

Тот подпрыгнул прямо к ним и даже нанёс несколько ударов, но никак не мог пробить толстую броню босса.

Тварь не обращала на его потуги никакого внимания, продолжая давить и грызть Романа.

Тот ещё держался, но уже успел попрощаться с жизнью.

Вдруг поляну прорезал ещё один крик:

— Нет! Идиоты! — во всё горло заорала Каролина, врываясь в битву.

Но главной эмоцией, которую она вложила в свой крик, стал страх.

Она уже видела, что происходит и теперь гадала опоздала ли?

В любом случае, думать было поздно. И она накинулась на броненосца со всей яростью на двух дураков, которые так подставились.

И её удары всё-таки заставили монстра переключиться.

Она даже сумела его ранить. Вот только, когда он вновь свернулся в клубок и покатился уже на Каролину, девушка поняла, что его скорость гораздо выше, чем её возможности.

Вот только ей нельзя подставляться! И она начала носиться по поляне, на первый взгляд, совершенно хаотично, но на самом деле, девушка использовала каждый камень, каждое одинокое дерево, чтобы превратить его в препятствие между собой и бешеным боссом, который, как будто лишь разгонялся и становился ещё опаснее с каждой секундой.

Одно её грело, что Марк уже оттаскивает подальше своего друга. Возможно, Роман всё ещё жив.

А вот выживет ли сама Каролина? Ответа на этот вопрос она не знала.

И в один момент, она поняла, что все препятствия закончились, а огромная туша броненосца несётся прямо на неё, и она ну никак не успевает отойти с дороги.

Девушка в ужасе зажмурилась, но ничего не произошло.

Подняв веки, она увидела, что из маленькой глазницы монстра, которыми он всё ещё пялился прямо на неё, торчит теневой кинжал.

А ещё полсекунды спустя, она оказалась прямо на руках у главы их клана. Максимилиан Рихтер прибыл сюда собственной персоной, чтобы спасти их.

И, если сначала эта мысль отозвалась в ней огромной радостью, то потом уступила место настоящему ужасу.

Все знают, что случается с теми, кто не выполняет приказы главы. И, пока Ольга играючи добивала броненосца, швыряя его по поляне, как футбольный мяч-переросток, Каролина уже упала перед своим главой на колени и взмолилась:

— Прошу вас, господин Максимилиан! Пожалуйста, не наказывайте этих дураков! Умоляю!

Глава 21

— Прошу вас! — продолжала просить за своих товарищей Каролина, — я готова ответить за всё вместе с ними, только пожалуйста, смягчите положенное наказание!

Каролина вся дрожала, от этого даже сухие листья под её коленями хрустели словно бы сильнее.

Я вполне понимал. В мирное время за подобную выходку, парни вполне могли потерять, если не жизнь, то свободу. За подобное самоуправство, которое поставило под угрозу жизни представителей клана, они вполне могли быть приговорены к «рабской печати».

И пускай теми самыми представителями клана были они сами. Их жизни были ценным ресурсом и принадлежали не им самим — но и всему роду.

Но было наказание даже хуже. Быть изгнанными из собственного клана.

И дело не только в дисциплине. Если честно, то зачастую я, как и другие облеченные властью Рихтеры, был склонен прощать некоторые нарушения правил, если нарушители действовали в интересах клана, и всё заканчивалось успехом.

Просто потому что никакими правилами невозможно учесть все ситуации. И иногда нужно иметь смелость действовать быстро и решительно, пусть даже вразрез с инструкциями.

Другое дело, что для принятия подобных решений, надо трезво смотреть на вещи и отдавать себе отчёт в том, на что ты действительно способен и какие риски готов на себя взять.

Соответственно, если нарушение дисциплины приводило к какому-то урону для клана, то и судилось оно по всей строгости.

Так что в реакции Каролины нет ничего удивительного. Её одноклассники вместо успеха, достигли совершенно обратного результата, и она ожидала, что сейчас последует немедленная кара. В отличие от своих одноклассников она не только кичилась своей принадлежностью к клану Рихтеров, но и прекрасно знала традиции.

Но меня пока больше интересовало состояние Романа. Парню изрядно досталось, это было видно даже издалека. Так что я жестом приказал Каролине встать, а сам пошёл туда, где Марк, на краю поляны из последних сил защищал полумёртвого друга от прыгунов и летяг.

А то, что Роман уже при смерти я понял сразу, как только его коснулся. Но всё-таки его ещё можно было спасти. И я протянул внутрь него свои энергетические нити.

Точно также как и снаружи я вполне мог создать нужные инструменты и внутри чьего-то тела.

Так что сначала я остановил внутреннее кровотечение, заставив срастись и укрепив артерии. Потом поддержал работу сердца, наладив относительно стабильный ритм.

И затем занялся костями. Особенно пострадали рёбра и позвоночник. Последнее было совсем уж плохо. Если не помочь ему вовремя, то, с такими повреждениями, даже маг вполне может навсегда остаться инвалидом.

Но ему повезло, что именно я решил сюда отправиться. Окажись на моём месте обычные гвардейцы, парень бы вряд ли вообще выжил.

Но сейчас я думал, что у него ещё есть шансы на нормальное восстановление. Особенно, если мы быстро доставим его в клинику.

Несмотря на все мои лекарские таланты, я скорее хирург, чем врач. И многие техники, которые используют высокоранговые лекари Вийонов, мне не доступны.

Но свою часть работы я сделал, и к парню, который уже успел посинеть возвращался здоровый цвет лица и ровное дыхание.

Его друг это тоже заметил и теперь смотрел на меня с ужасом и благоговением.

Пока я работал, то закрыл нас всех куполом, так что необходимость отбиваться от монстров пропала, и Марк с Каролиной получили возможность отдышаться.

Ольга тоже закончила с боссом, и теперь подбежала к нам.

— Как он? — с явным беспокойством спросила она, внимательно оглядывая Романа.

— Жить будет, — отозвался я.

— А что насчёт Марка? — поинтересовалась она состоянием и второго парня тоже.

С виду ему и впрямь было нехорошо. Сейчас он казался едва ли не бледнее своего приятеля.

— Я не пострадал, — ответил он сам за себя, а потом закрыл лицо руками, и нервное напряжение вылилось в судорожные всхлипы.

Впрочем, парень быстро взял себя в руки, встал и, склонив голову, серьёзно сказал:

— Я знаю, что извинений недостаточно, но, всё же, прошу прощения и готов понести любое наказание.

Сразу после этого вновь заговорила Каролина:

— Прошу вас, господин Максимилиан, это моя вина. Я знала, что они что-то замышляют и должна была сразу доложить об этом. Но я понадеялась, что после моих слов они не поступят столь безрассудно.

— После твоих слов? — нахмурилась Ольга, — что ты имеешь в виду?

— Она пыталась нас отговорить, — мрачно признался Марк, — мы сделали вид, что никуда и не собираемся. Так что если кто-то и должен понести наказание, то это мы.

Я смотрел на нарушителей спокойствия и видел прежде всего испуганных, хотя изо всех сил храбрящихся подростков.

Безусловно, клановая иерархия всегда держалась на строгом подчинении. С другой стороны, не было таких правил, которые я сам не нарушал в юности. У некромантов более чем в других кланах работал главный принцип: «победителей не судят».

Так что основная вина парней была в том, что они не просчитали ситуацию и неверно оценили свои силы.

В времена расцвета клана их скорее всего даже не стал бы никто спасать. Приняли на себя ответственность? Победите или умрите. Слабаки или идиоты никому не требуются.

Но не для того я вытаскивал этих юных Рихтеров с того света, чтобы оставлять их на растерзание тварям скверны. Вот только урок они должны усвоить.

И начал я с Каролины. Девушка меня удивила тем, что так отчаянно пыталась их защитить, что даже готова была взять вину на себя.

Из зацикленной на себе юной эгоистки она сделала шаг к тому, чтобы стать не просто членом клана, но частью семьи.

В этот момент в себя пришёл и Роман. Он даже сделал попытку привстать, но Ольга положила руку ему на плечо и приказала не дёргаться.

Так что он только и смог, что выдавить из себя 'спасибо.

Отличная новость, раз он в сознании, значит у меня получилось хорошо стабилизировать его состояние даже без Вийонов.

В таком случае, нет смысла тянуть с вердиктом.

— Вы все сегодня нарушили правила, — начал я, — но, если Роман и Марк поступили безрассудно, то Каролина наоборот заслуживает похвалы.

Девушка явно таких слов не ожидала и теперь удивлённо на меня уставилась.

— Знаешь, в чём разница? — спросил я у неё.

Она мотнула головой, а я продолжил:

— В рассудительности. Ты действовала решительно и сумела быстро продумать план и воплотить его в жизнь. Если бы ты не побежала за ними, парни бы не выдержали. Но ты приняла верные меры. Ты сообщила обо всём остальным, взяла с собой маячок, и даже здесь, когда поняла, что тебе не победить, то начала тянуть время. Только благодаря этому, Роман всё ещё жив.

— Я… это просто инстинкты, — смутилась Каролина.

— Правильные инстинкты, — улыбнулся я, — знаешь, когда я оценил твои действия, то вспомнил некоторых своих старых друзей-гвардейцев. Не все из них считались лучшими воинами клана, но именно им я доверил бы прикрывать свою спину.

Теперь на меня заинтересованно смотрели не только студенты, но даже Ольга.

Я продолжил:

— Всё потому, что помимо силы, у них было кое-что ещё. Надёжность. Сегодня ты, Каролина, доказала, что на тебя можно положиться.

— Благодарю вас, — прошептала она, — но что будет с парнями?

— Как что? — покачал я головой сурово. — Сделаю из них ревенантов, разумеется. Вы же знаете, кто такие ревенанты⁈ Надеюсь, это несложный ритуал вобьет в ваши головы хоть немного понимания о дисциплине!

Судя по их перепуганным лицам, про ревенантов они знали достаточно. Каролина едва снова не бухнулась на колени. Роман наоборот попытался вскочить, а Марк просто замер с бледной как мел физиономией.

Хорошо, что хоть Ольге я успел подмигнуть, иначе к трем страдающим голосам едва не присоединился четвёртый.

— Не хотите стать умертвиями? — удивился я. — Напрасно, вам бы это очень пригодилось. Ну что же, Каролина, ты говоришь, что готова поручиться за этих двух оболтусов?

— Да, господин Рихтер! — отчаянно закивала головой девушка.

— В таком случае, они переходят в твоё распоряжение. Для начала, в качестве вечных дежурных по академии. Будут выполнять ту работу, которую сейчас делают умертвия.

Уборка, мелкие поручения учителей и так далее. Для начала на полгода, а там посмотрим на их старания.

— Да, повторила Каролина и так зыркнула на парней, что если б не их плачевное состояние, то она отвесила бы им затрещин прямо сейчас.

— Но и это не всё, — продолжил я. — Предполагаю, что когда вы пошли в лес, цели у вас всё-таки были благими.

— Мы просто хотели быть… полезными, — прохрипел Роман.

— Похвальное желание, — согласился я. — А вот исполнение подкачало. Но это скорее показывает, что за стенами академии невозможно быстро подготовиться к опасностям реального мира.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Ольга.

— Нашим ученикам не хватает настоящей практики. Боевых задач, которые им по плечу. Они хотят уже сейчас делать что-то важное для клана, так пускай делают. Каролина, — обернулся я к девушке, — мы и так уже знали, что ты сильная и смелая, но сегодня ты показала себя ещё и ответственной. Поэтому я доверяю тебе важное дело. Собери отряд из тех студентов, кто уже может справиться с монстрами в альфа и бета очагах. Вам будет позволено их зачищать. Только на этот раз вы будете готовиться и не лезть в пасть боссам, пока не будете готовы к этому.

— Конечно! — обрадовалась Каролина, — после того, что случилось с Романом, я смогу всех убедить, как важно начинать постепенно.

Я кивнул.

— Именно. К слову, они с Марком тоже пусть участвуют. Но за ними присматривай особенно внимательно.

Услышав эти слова, парни не поверили своему счастью. Они наперебой начали заверять меня, что больше ничего подобного не повторится.

Ольга же правильно отметила, что у них ещё будет возможность это доказать. Делом, а не словами.

А дел и у нас самих было по горло. Так что вытащив юных Рихтеров из очага, мы просто передали их в руки уже подъехавших сюда гвардейцев и Вийонов.

Хотя Роман и пришёл в себя, но я знал, что внутри у него всё дико болело, и помощь медиков ему всё ещё была необходима.

Да и Марку с Каролиной не помешает медицинская помощь. Они пострадали не в пример меньше, но всё-таки получили несколько сильных ушибов.

Ну а нам с Ольгой давно пора отправляться на поиски замка деда.

* * *

— Ого! — воскликнула Ольга, когда Птер пролетел над первым очагом, — с воздуха они выделяются ещё сильнее!

И действительно, очаги казались тёмными язвами на теле мира. Контраст по сравнению с чистой землёй был потрясающим.

Но впечатлений у Ольги и без этого хватало. Это был её первый полёт, а так как она уже давно забыла что такое страх, то ей оставалось только одно, словно ребёнку радоваться всему, что видит.

Буквально. Я только и успевал, что слышать слово «Ого!».

«Ого! Мы обогнали стаю птиц!», «Ого! Эта гора кажется такой маленькой!», «Ого! Рихтерберг уже полностью пропал с горизонта!»

К слову, именно, когда произошло последнее, заражённые земли пошли буквально одна за одной. Хотя, каждая «язва» чем-то отличалась от другой. Где-то это была просто чёрная степь. В другом месте, за высокими хищными деревьями вообще не было видно земли. Ну, а когда мы добрались до очага, где предположительно находился старый замок деда, то Ольга сначала подумала, что там даже времена года сменяются иначе.

Потому что весь очаг был словно покрыт снегом. И, только опустившись пониже, мы поняли, что это точно не он.

Деревья, холмы, всё здесь было окутано толстым слоем паутины. Именно из-за неё я даже не сразу узнал гору, на которой находился замок деда. Да и сам замок разглядел с большим трудом.

К счастью, мы взяли с собой небольшой отряд канареек, так что перед тем, как посадить Птера во двор замка, я приказал огненным птицам выжечь эту гадость.

Что, надо сказать, удавалось им с большим трудом. Я, конечно, знал, что паутина — крепкий материал. Один из самых прочных в мире.

Но, против огня ей нечего противопоставить. Но у местной паучьей сети была какая-то особенность, которая позволяла ей достойно держаться даже против огня.

Вместо того, чтобы просто сгореть, паутина лишь слегка обуглилась.

А спустя несколько минут, в округе закопошились и её создатели.

Огромная паучиха с целым выводком пауков поменьше. И все они на удивление быстро обнаружили откуда появилась опасность.

К нашему удивлению, пауки подняли головы вверх и начали буквально стрелять своими нитями в воздух.

Несколько канареек моментально рухнули вниз, приклеенные к паутине. И очень скоро превратились в аккуратные маленькие коконы.

Птер, пока держался, но в него тоже летели бесконечные нити, замедляя и пытаясь притянуть к земле.

И я понимал, что предотвратить это, сидя сверху, я не смогу. А значит пора спускаться.

Подав сигнал Ольге, я спрыгнул вниз, на ходу доставая клинок и отмахиваясь от летящих в меня нитей.

Надо сказать, что их крепость действительно поражала. Чтобы разрубить хотя бы одну из них, мне приходилось прилагать усилия.

И, чтобы облегчить себе задачу, я вспомнил о своей тактике против големов Штайгера, и превратил теневой клинок в бензопилу.

Вот теперь битва пошла повеселее! Хотя я всё ещё был удивлён тому, насколько мощные эти твари.

Ольга тоже спрыгнула, и теперь вертелась как волчок, отбиваясь от нитей и вскрывая коконы с канарейками.

Освободившись, птицы вновь поднимались в воздух и поливали наших врагов огнём.

Только от Птера пока толку не было. К сожалению, он не был каким-нибудь драконом с пламенным дыханием. И хотя его когти разрывали некоторые нити, но пауки словно взбесились и решили, что именно он — их главная цель, так что даже мы с Ольгой оставались в тени.

Что странно, ведь обычно монстры очага не слишком-то интересуются химерами. Им важнее живые.

Но, похоже, что местные монстры оценивали потенциальную опасность как-то иначе, так что именно нашему Птеру доставалось сильнее всего.

Глядя на это я приказал ему схватить хотя бы одного паука и улететь прочь, пока он не превратился в один огромный кокон.

План удался, и против нас стало на одного паука меньше. Правда, теперь весь их выводок устремился прямиком к нам.

Я беспокоился за Ольгу. Моя внучка очень сильна, но этот очаг явно тянул на Каппа уровень. Так что монстры здесь были ему под стать, и ей приходилось тяжело. Гораздо труднее, чем мне.

Но, как и всегда, в тяжёлой ситуации, она превратилась в настоящего берсерка, валькирию, не совершающую ни одного неверного шага.

Со стороны она выглядела комком безудержной ярости, но на самом деле все её движения были чётко выверены, так, чтобы экономить максимум сил.

В который раз я удивлялся природному таланту внучки. Такое воинское чутьё как у неё не получить никакими тренировками.

Но нам надо было не только отбиваться, но и наступать. А в болоте паутины сделать это оказалось не так-то просто.

Пришлось принять тот факт, что нас ждёт долгая и изматывающая битва на выносливость.

Пауки не старались подобраться к нам ближе, наоборот, они всячески отодвигали момент встречи с нашими клинками. Вместо этого, заставляя тратить силы в борьбе с их бесконечной и надоедливой паутиной.

Они не рисковали, понимая, что если враги превратятся в кокон, то сделать с ними можно будет что угодно без особых усилий.

Так что мне понадобилось почти двадцать минут, чтобы пробиться хотя бы к одному из них и его прикончить.

А Ольга вообще едва управилась со своей целью за час.

Пауков же вокруг было не меньше двух десятков, и я не исключал, что в любой момент им на подмогу могут прийти новые.

И это не считая босса, который тоже мешал нам всеми силами.

Прикинув время, которое нам понадобится, чтобы всё здесь расчистить, продолжать битву на этих же условиях я резко передумал.

Нам явно нужен какой-то план. Более эффективный.

Потому что, даже если я могу сражаться сутки напролёт, то Ольга выдохнется уже через пару часов.

К счастью, я вовремя оградил Птера от опасности, так что теперь, если мы будем действовать чётко и слаженно, то он сможет нас отсюда забрать.

Крикнув Ольге, чтобы готовилась, я приказал Птеру вернуться. И очень скоро мы уже летели прочь от мерзких пауков, и, к сожалению, от замка деда тоже.

— Ужасно противная драка! — жаловалась Ольга, — словно гоняешься за толпой мерзких трусов, не имея возможности их догнать… — она вздохнула, — а ведь цель была так близка!

— Ничего, — подбодрил я её. — Разведку боем мы провели, сейчас опробуем другой способ.

Глава 22

Ещё одна причина по которой я так быстро убрал Птера из битвы, была в том, что, помимо нас с Ольгой, на нём также ехало и умертвие, бывшее когда-то Арманом Салазаром.

Мы отлично закрепили его на спине нашего летающего транспорта, прикрыли энергетическим куполом и нарядили в тяжёлую броню. От шлема до сапог.

Конечно, я вполне мог заставить его сражаться вместе с нами, но предпочёл не рисковать.

Целостность «сосуда» значительно способствует успеху ритуала. Да и потрёпанное тело дед воспримет, как явное неуважение в свой адрес, что усложнит и без того непростые переговоры.

В то, что мне удастся быстро и легко склонить лича на свою сторону я не верил. Особенно учитывая обстоятельства, при которых мы расстались в прошлый раз.

Если уж честно, добиться чего-то от деда может быть не намного проще, чем договориться с сумасшедшей Региной Сципион.

Но всё-таки я знал некоторые его слабые места, которые сохранились даже после смерти.

Есть убеждения, которые не меняются независимо от того чувствует личность что-то или нет. В конце концов логика даже самого умного человека может хранить в себе некоторые изъяны.

Впрочем, сейчас передо мной стояла куда более стандартная проблема. И для её решении присутствие Армана уже будет как нельзя кстати.

Так как мы находились в полевых условиях, то лишняя пара рук при изготовлении подходящих для битвы химер совсем не помешает.

Осталось определиться какие именно это будут химеры.

Мы приземлились на небольшой поляне со всех сторон окружённой очагами. Даже удивительно, что в таком плотном ряду заражённой земли сохранились чистые места.

Относительно «чистые», разумеется. Это были окраины двух очагов, к счастью достаточно дальние от центра и которые было легко зачистить.

Я опасался, что нам придётся возвращаться назад на добрые десятки километров, чтобы спокойно организовать временный лагерь.

Но пронесло. Хотя территории едва хватило, чтобы огромный Птер сумел приземлиться, а я бы мог удобно расположиться для сбора новых питомцев.

Пока мы летели я прокручивал в голове особенности наших врагов и гадал, какая из стратегий сейчас будет более эффективной.

Самой основной проблемой стала паутина, и, к счастью, на Птере её налипло достаточно, чтобы я мог как следует её изучить.

Я всё ещё был удивлён, почему её с таким трудом берёт огонь. Обычно такой материал вспыхивает в одно мгновение, словно сухая трава.

На седле у Птера была закреплена сумка с разными реагентами. Я не рассчитывал, что это пригодится, но взял её с собой по старой привычке.

В девяноста девяти процентах, чтобы справиться с врагом, хватает обычных способов и никакой анализ не требуется, но этот очаг сумел меня удивить.

И разложив перед собой комки паутины я начал по очереди выливать на них разные химические элементы, чтобы лучше понять, с чем мы вообще имеем дело.

И, надо сказать, что с каждым новым фактом, местная паутина удивляла меня всё сильнее.

А в голову начали приходить ещё более необычные варианты как с ней справиться.

Всё это время, пока я занимался исследованиями, Ольга заготавливала материал.

Убивала химер, и стаскивала на поляну, где Арман уже деловито разделывал их на «запчасти».

Так что к моменту, как я определился, мне оставалось только сразу приступить к работе.

* * *

Вернулись во двор замка мы уже без Армана, в это время он собирал на поляне запасных химер, на случай, если основного отряда будет не хватать.

Всего я сделал трёх питомцев, и два ещё оставались на сборке. Ну и несколько маленьких теневых разведчиков, на всякий случай.

Вдохновением для главной боевой силы сегодняшнего дня, как ни странно, послужил тот самый босс-панголин из очага, куда по глупости залезли студенты академии.

Но, мои химеры обладали ещё некоторыми модификациями, которых не было у оригинала.

И Ольга с нетерпением ждала, пока они их продемонстрируют.

Самое главное было продержаться до момента, когда все наши помощники вступят в бой.

Дело в том, что даже Птер мог переносить только две химеры за раз. По количеству задних конечностей с мощными когтями.

Пускай наши панголины не были слишком уж огромными и едва достигали размера упитанных коров, бывший босс очага просто не был приспособлен для подобных задач. Это огромный хищник, а не грузовой дирижабль.

Но нам должно было хватить и того что есть.

Так что когда мы оказались прямиком над замковым двором, и в нас вновь полетели атакующие нити паутины, Птер разжал крылья.

Прямо в прыжке панголиины свернулись в клубок и, упав на землю, тут же отпрыгнули от неё, словно упругие мячики.

Мы с Ольгой тоже спрыгнули вниз, а Птер, не теряя времени, полетел за другими питомцами.

Первая же нить паутины, коснувшаяся панголинов, вызвала неожиданную реакцию. Шипящий звук прошелестел по двору, и там, где клейкая паутина соприкоснулась с его пастью, она начала исчезать, словно сахар в горячем чае.

Панголин всасывал её внутрь себя как будто поедал спагетти, в то время как его товарищ начал кататься вокруг, словно безумный, собирая на себя нити, будто большой снежный ком.

Да, я немало удивился, когда понял, что одна из слабостей этого материала в том, что он съедобен.

Это был крайне странный материал, который состоял из целой массы различных компонентов.

И одним из удивительных открытий его состава для меня стал сахар на пару с глюкозным сиропом и ещё множеством других составляющих, как съедобных, так и нет.

Конечно, обычный человек вряд ли бы сумел переварить столь ядрёную смесь, но, пораскинув мозгами, я нашёл способ растворять эту гадость в желудках моих химер.

Бабах!

— Какого?!. — возмущённо крикнула Ольга, которая сражалась прямо возле панголина с аппетитом уплетающего паучье лакомство.

Съеденная им паутина вместе с частями его тела окатила Ольгу крайне неприятной густой массой.

И теперь она, отплёвываясь, пыталась снять её с себя.

Хотя отплёвывалась она скорее инстинктивно. Энергетический щит не позволил ей утонуть в этой жиже.

А я понял, что кое-что всё-таки не рассчитал. Паутина переваривалась медленнее, чем растягивались ткани панголина. В конце концов, это и привело к эффектному взрыву, уничтожившему химеру.

Восстановить её уже было невозможно, но зато, помимо того, что испачкал Ольгу, панголин забрал с собой на тот свет ещё и пару пауков.

Я же усилил контроль над второй химерой. Теперь приходилось следить, чтобы она ела медленнее.

А значит и зачистка на какое-то время замедлится. Но я похвалил себя, что сделал небольшой запас. Не пришлось отвлекаться на то, чтобы сделать новых.

Так что, когда Птер, сбросил сюда ещё двоих питомцев, битва пошла значительно веселее.

Теперь, чтобы панголины не переедали, я в нужный момент приказывал им сделать паузу и вместо этого кататься по полю, как большой шар для боулинга.

Помимо того, что они таким образом накручивали на себя нити, расчищая для нас с Ольгой пространство для битвы, химеры ещё и давили всех пауков, которые попадались им на пути.

Причём делали это так эффективно, что последний запасной панголин нам даже не понадобился.

Выводок большой паучихи заметно оскудел, и сама уже с трудом находила места, где можно спрятаться.

Однако, когда дело совсем уж запахло жареным, то матка развернулась и дала дёру со всех своих восьми ног.

Причём устремилась не куда-то там, а прямиком внутрь замка.

С одной из сторон, стена полностью обрушилась, и паучиха влезла туда, а затем как подорванная начала затягивать этот проём своей паутиной. Причём, в замке нашлось ещё несколько её помощников и они теперь все вместе пытались создать прочную стену из нитей, сквозь которую нам не пробиться.

И, если бы не панголины, у них бы это отлично получилось.

Я знал, что паутина один из самых прочных материалов на земле. Даже такая странная как эта.

Вполне возможно, что сплетённых нитей толщиной с лёгкое одеяло хватит, чтобы на полном ходу остановить целый поезд Десмондов.

Но я уже давно убедился, что не бывает непреодолимых препятствий. У любого материала есть свои слабости и недостатки. И пока панголины, чавкая, уплетали остатки паутины, мы с Ольгой готовились к последней схватке с боссом.

Из замка паучихе уже некуда бежать. Да она бы и не стала.

Внутри находилось всё, что она защищала. Кристалл очага и коконы-кладки с её паучатами.

Некоторые из которых, к слову, начали трескаться, словно воля очага сама помогала им вылупиться раньше времени.

Но, паутина была чуть ли не единственной сильной стороной этого босса. Так что, когда мы с Ольгой окружили паучиху, то поняли, что победа дастся нам гораздо проще, чем мы думали.

Если сначала Ольга отрубила ей одну из лап, то быстро стало ясно, что совсем не обязательно портить хорошее потенциальное умертвие, и я приказал внучке действовать осторожней, чтобы было не трудно её подлатать.

У меня на эту паучиху были свои планы. Глупо разбрасываться настолько полезными в потенциале слугами. Те паучки, которых мы создавали раньше и в подмётки не годились монстрам этого очага.

Кроме того, у нас уже был опыт по созданию эффективной колонии монстров-насекомых. И я рассчитывал, что к нашим муравьям скоро присоединятся и пауки. И пускай восьминогие насекомыми в полном смысле слова не были, в их разведении я не видел особой разницы.

Особенно меня интересовала их паутина. В голове уже роились множество идей о том, как именно можно её использовать.

И даже о том, как можно исправить её недостаток, благодаря которому мы сейчас одержали победу.

Если немного изменить её структуру, то такие нити могут пригодиться во множестве различных производств.

Вероятность успеха при создании новой фермы повышалась ещё и потому, что многие кладки яиц сохранились целыми и невредимыми, прямо как личинки в муравейнике.

Теперь главное быстрее доставить их к Старому Форту.

Но и на этот счёт у меня уже появилась идея.

Подняв паучиху в виде своего питомца, я тут же приказал ей начать собирать остатки паутины и сплести из них большой мешок.

Если мы закрепим его на когтях Птера, то его грузоподъёмность станет не в пример больше.

Поднял я также и некоторых маленьких пауков, сохранившихся лучше всего. И они теперь тоже помогали скатывать нити паутины в аккуратные клубки.

В замке закипела работа.

— Поверить не могу, что это сработало, — изумлённо наблюдая за происходящим прокомментировала Ольга, — это был настолько дикий план, что я сначала решила, что ты шутишь. Но нет! Панголины действительно сожрали паутину и растворили её внутри себя.

Улыбнувшись, я прошёл прямиком по большому залу и взял в руки, находящийся в его центре большой кристалл.

Не хотелось, чтобы сейчас сюда рванули все оставшиеся в очаге монстры. А, судя по моим теневым разведчикам, именно это уже и начало происходить.

Когда же кристалл, надёжно упакованный в экранированную коробку, перестанет подпитывать их энергией, им не останется ничего другого, как неприкаянными чучелами слоняться по округе, пока заряд окончательно не закончится.

А Ольга уже разглядывала стены замка.

По мере того, как с них исчезала паутина, ей открывались древние старинные фрески и барельефы. И даже некоторые, хорошо сохранившиеся картины.

Были здесь и разные статуи. В основном, конечно, полуразрушенные и полусгнившая мебель.

По которой, однако, ещё было видно, что когда-то она была по-настоящему качественной и красивой.

— А у твоего деда был хороший вкус, — отметила она.

Я пожал плечами:

— На самом деле, скорее нет, чем да. Он просто делал то, что считал подходящим ему по статусу. Но больше всего он любил порядок и симметрию, так что, если бы здесь всё было целым, то ты бы увидела, насколько здесь всё устроено в соответствии с этими понятиями.

— Мне уже не терпится с ним познакомиться, — потирая руки от нетерпения, сказала Ольга, — когда мы приступим к ритуалу?

— Как я уже говорил. Дед любит, чтобы всё было достойно. Поэтому для начала нам стоит расчистить его тронный зал.

Ольга фыркнула.

— Неужели он настолько… душный? Мне кажется, любой будет рад возродиться после долгих лет упокоения. Кто будет думать в такой момент об обстановке? Вот ты разве об этом думал?

— Немного, — признался я, — меня крайне удивило полнейшее запустение склепа, в котором я очнулся. И отсутствие слуг и оркестра. Но дед ещё тот… как вы выражаетесь, душнила. Я даже не знаю, встречал ли я кого-то более ворчливого. Он нам ещё устроит выговор, что мы не провели капитальный ремонт замка перед его возрождением.

Ольга задумалась.

— А насколько он вообще будет сильным? Перед отправкой сюда, ты сказал, что именно ты его упокоил. Не нападёт ли он на нас?

Я покачал головой.

— Во всяком случае не сразу. Сначала он будет всё анализировать. Личи не принимают поспешных решений на эмоциях. У них их попросту нет.

Внучка снова погрузилась в размышления, а потом сказала:

— Не могу представить живое существо, у которого нет эмоций и чувств. Даже у ревенантов они есть. Например Арчи, он всегда так сильно радуется, когда я возвращаюсь домой. Да и этот… ваш Николя, судя по рассказам тоже сохранил свой характер. Бланш даже мне успела пожаловаться, как сильно он её бесит.

— Скоро ты всё поймёшь, — пообещал я ей.

Пока шла уборка, мы с Ольгой продолжали исследовать замок, и я даже успел ей рассказать пару интересных историй, которые запечатлели на наиболее удачно сохранившихся фресках.

Но, в конце концов, для ритуала всё было готово. Птер доставил к замку Армана, и мы усадили его на большой каменный трон.

Благодаря тому, что личу не особенно важно на чём сидеть, тот отлично сохранился. Как и некоторые книжные шкафы, тоже из камня.

Самих книг, разумеется, уже давно не осталось. А жаль.

Я бы с удовольствием утащил что-нибудь в нашу академию. Такой учебный материал точно бы пригодился.

Но, может быть, что-то ещё и найдётся в библиотеке. Я знал, что там, в потайной нише хранилось несколько особо ценных книг, которые были защищены от разложения магией.

Надо будет заглянуть туда перед отлётом.

Но сначала ритуал.

Перед троном, на котором сидело умертвие Салазара, стоял ещё и небольшой каменный стол для настольных игр.

Дед всегда держал его неподалёку. Даже после превращения в лича, шахматы, нарды и прочие варианты разминки для ума продолжали доставлять ему удовольствие.

Я достал кубики, которые сразу же засветились, пульсирующим красным цветом, чувствуя близость возрождения хозяина.

А затем направил в них собственную энергию, особенным способом, который известен лишь самым знающим некромантам.

После чего просто швырнул их на стол.

Сначала они упали кверху тройкой и четвёркой. Но затем завибрировали и, подпрыгивая перевернулись, на этот раз показывая уже две шестёрки.

После чего по залу прошла волна ледяного холода, заставив мою внучку вздрогнуть.

А по лицу, которое когда-то принадлежало Арману Салазару пробежала рябь.

И буквально на глазах, оно начало приобретать иные черты. Фамильные черты клана Рихтер.

А пустой взгляд умертвия вдруг разом стал цепким и осмысленным.

Смерив нас оценивающим взглядом, дед произнёс:

— Максиммилиан, сколько раз я просил тебя не будить меня посреди ночи?

Глава 23

Хотя дед и заговорил, но на большее он прямо сейчас не был способен.

Похоже, эта фраза отняла у него последние крохи энергии, и он произнёс эти слова держась исключительно на врождённой вредности, которую не изменила даже смерть.

Чтобы дед начал самостоятельно восстанавливать свои силы, понадобится либо немного времени, либо помощь со стороны.

И я, не раздумывая, выбрал второе. Время — слишком ценный ресурс, чтобы тратить его на сомнения.

Я уже принял решение вернуть к жизни могущественного лича, так что нет никакой разницы, получит он свои силы сейчас или чуть позже.

Всё равно придётся договариваться.

Да, к сожалению, нет никакого способа контролировать нежить столько высокого порядка.

Всё потому, что у лича уже есть хозяин-некромант. И это он сам.

Когда мы обсуждали это с Ольгой, она спросила:

— Но ведь ты можешь перехватить управление над химерами или умертвиями, которых создала я или Алина… да кто угодно. Почему это не сработает с личом? Особенно, пока он слаб.

Но суть в том, что самоконтроль лича — это один из краеугольных камней его существования.

Даже самый слабый лич не позволит никому взять над собой контроль. В лучшем случае, я мог бы вновь заполучить власть над телом Армана Салазара, а сознание деда попросту вернулось бы в филактерию.

Так что следует просто это принять. С личом можно либо договариваться, либо уничтожать. Третьего не дано.

И, чтобы ускорить процесс, я начал вливать в тело деда энергию.

Так что примерно через пять минут он уже смог встать с трона, после чего подошёл к столу и хозяйским жестом забрал с него свои кубики-филактерию, при этом внимательно глядя на меня и мою реакцию.

Я возражать не стал.

Один раз я его уже упокоил, сумею сделать это и снова, если понадобится. Даже если провернуть это окажется значительно труднее, чем раньше.

Но одно я знал точно, стоит начать суетиться, как дед сразу же почует слабость и будет вести разговор уже совсем с других позиций.

Поэтому, позволяя забрать филактерию, я тут же сообщил ему, что для меня это не важно. Что я не боюсь последствий, пусть даже он перепрячет её куда угодно.

А лич, подкинув в руках кубики, расплылся в жутковатой улыбке и нарочито ворчливо заскрипел:

— Значит, внучок Макс соскучился по дедушке Карлу? Интересно, что же произошло? — он сделал шаг в сторону Ольги и внимательно на неё посмотрел, — может быть дело в ней? Нашёл невесту и вспомнил про семейные узы? Хочешь моего благословения? А может… — он резко подошёл к ней почти вплотную, — надеешься, что я помогу тебе избавиться от нежелательных брачных оков?

Он засмеялся хриплым каркающим смехом, но к чести Ольги, она даже не вздрогнула.

Я много раз предупреждал её, что нет ничего хуже, чем показать личу свои страхи и слабости. И внучка не подвела.

Вместо этого она сама бесстрашно шагнула ему навстречу и, улыбнувшись, представилась.

— Я уже часть семьи Рихтер. Меня зовут Ольга, и я ваша далёкая прапраправнучка. Согласитесь, было бы странно, если бы Макс хотел жениться на родственнице?

Дед положил ей руку на плечо.

— Красивая и смелая, настоящая Рихтер. А может быть ещё и умная? Когда-то внук не оценил моё предложение, но я готов прямо сейчас предложить тебе то же самое, что и ему. Я помогу тебе стать личем и научу всему, что знаю. Ну как?

Я едва не расхохотался. Дед как всегда в своём репертуаре. Нагло вербует мою союзницу в моём же присутствии. Причём делает это так, что невозможно понять всерьёз он это говорит, либо же это очередная его проверка.

Ольга улыбнулась.

— Спасибо, но я ещё не настолько устала от жизни.

Дед несколько секунд помолчал, а потом махнул рукой.

— Молодёжь! Чего ещё от вас ждать! Вечно надеетесь, что у вас ещё есть время. Что есть смысл чего-то ждать и держаться за жалкую смертную жизнь и эмоции! Когда-нибудь, девочка, ты поймёшь, как жестоко ошибалась. Главное, чтобы не было слишком поздно.

Дед сделал несколько шагов назад, снова уселся на свой трон и повернулся ко мне:

— Ну, полагаю, ты тоже не передумал?

Я покачал головой. А он продолжил:

— Значит, тебе что-то от меня очень сильно нужно, — подытожил лич, — но я даже не собираюсь спрашивать что именно, пока сам не узнаю ответы на все интересующие меня вопросы. И в первую очередь я хочу знать уважил ли ты старика или совершил очередную бестактность. Кому принадлежало тело, которое ты для меня достал?

Я улыбнулся.

— А ты полюбуйся сам, — предложил я ему, — в этом зале много зеркал.

И действительно, после того, как пауки немного здесь прибрались, нашему взору открылись не только фрески и картины, но и целая стена ростовых зеркал. Дед любил роскошь и обожал, когда свет люстр и канделябров отражается в зеркалах.

Дед хмыкнул, вновь поднялся с трона и подошёл к одному из них.

Как лич он сразу же, прямо при возрождении, начал изменять внешний облик тела под себя. Но сейчас специально вернул ему истинный вид.

И мы все снова увидели перед собой Армана Салазара.

Но реакция дедули, как всегда оказалась неоднозначной.

— Даже не знаю, — покачал он головой, — мне никогда не нравился этот хрыч. Но то, что ты его, наконец, уделал — это достойно. Готов признать.

— Если не нравится, можем выбрать что-то попроще, — сказал я, — вариантов много. Одних бывших бандитов пара сотен…

Однако, как я и думал, деду это предложение по душе не пришлось, и отдавать тело Армана он и не думал. Лучшего сосуда, чем бывший маг вне категорий было трудно себе представить. И дедуля Карл это прекрасно знал, просто не мог отказать себе в удовольствии повредничать. Но когда запахло жареным, быстро передумал.

— Нет, — коротко отрезал он и вернулся к трону, попутно вновь натягивая на тело маску своей старой внешности.

Если обычному химерологу для этого понадобились бы инструменты, то лич перестраивал своё тело интуитивно, можно сказать автоматически. Его уровню контроля за мёртвой плотью действительно можно было позавидовать.

— Итак, — немного помолчав продолжил он, — а теперь расскажи мне, что стряслось с моим замком? Когда ты меня упокоил, я думал, что хотя бы клановое имущество сохранится в целости. Но то, что я вижу сейчас… здесь словно шла бесконечная война. И закончилась она совсем не в нашу пользу.

— А ты ничего странного не замечаешь? — поинтересовался в ответ я, — в энергетических потоках например.

Первое вторжение скверны в наш мир началось уже после того, как я его победил. Так что ему предстояло узнать ещё много интересного.

— Замечаю, — сразу же отозвался дед, — но я ещё не провёл полный анализ. Чувствую, что вокруг очень много энергии. Но что-то с ней не так. Если выражаться словами смертных, она горькая. Хотя и съедобная.

— Мир изменился, — коротко ответил я.

Я специально не торопился вываливать перед ним всю информацию. Раз хочет сначала задавать свои вопросы, то пусть задаёт. Облегчать ему задачу я не планировал.

Так он не сразу поймёт, что именно мне нужно, в то время как сам будет вынужден подстраиваться под мои ответы.

В переговорах с древним манипулятором — мелочей не бывает.

— Значит, ты не справляешься с этой новой энергией, пока она разрушает мир? — предположил он, как обычно, пытаясь меня задеть.

— Конечно нет, — отмахнулся я, — уничтожение скверны занимает много времени, но я знаю, что с этим делать.

— Тогда что тебе нужно? — наконец, задал он главный вопрос.

Что ж, недолго он продержался. Я улыбнулся.

— Как ты заметил, я недавно уничтожил Салазаров, а до этого ещё и Вийонов. У Рихтеров появились свои счёты к Великим Кланам. Ну а ты вообще никогда их не любил. Поэтому я подумал, что будет не честно, если я оставлю всё веселье себе, не дав тебе даже шанса поучаствовать.

— Значит рыжая стерва тоже мертва? — торжествующе ухмыльнулся лич, — я всегда говорил, что она тебе не подходит. Надо было слушать деда раньше!

Я пожал плечами.

— Лучше поздно, чем никогда.

— Что ж, это верно, — серьёзно кивнул он, а через несколько секунд молчания продолжил, — вот только я одного не пойму, внучок. А с чего ты вообще взял, что я буду тебе помогать? Все эти истории про веселье оставь для нашей внучки, — он кивнул в сторону Ольги, — но мне-то сказки не рассказывай. Думаешь, я не вижу, что ты сейчас значительно слабее, чем когда-либо? Значит ты просто не можешь быстро справиться с какой-то из угроз.

Дед резко стал серьёзным, но я того и ожидал. Сейчас он, наверняка, начнёт ещё и угрожать, прощупывать нас с Ольгой. И только потом мы перейдём к настоящей стадии торга.

— Значит, я в тебе ошибся? — с притворным разочарованием ответил я, — знаешь, я ведь привёл сюда внучку, потому что так много рассказывал ей о твоих исключительных боевых навыках. Ты знаешь, она у нас тоже замечательный воин, так что ей всё это очень интересно.

Ольга меня поддержала:

— Вот именно, дедушка Карл, Макс говорил мне, что несмотря на все раздоры внутри клана, вы всегда оставались настоящим Рихтером. И не позволяли никаким уродам, даже тем, которые мнят себя Великими, оскорблять наш клан и вредить ему.

На самом деле это был практически единственный мой козырь в разговоре с дедом. Его холодная логика не исключала понятия клановости. Во всяком случае не до конца. Он так долго был Рихтером ещё до того как превратился в лича, что род стал важной частью его идентичности.

И это ещё одна из причин по которым я взял с собой именно Ольгу и никого другого. Только истинный потомок Рихтер мог чувствовать себя в относительной безопасности рядом с этим древним чудовищем. Во всяком случае до тех пор, пока мы не придём к соглашению.

Однако, дед так просто сдаваться не собирался.

— Думаешь купить меня льстивыми речами? — усмехнулся он, — а может мне просто убить сейчас вас обоих? Вы слабы, а вокруг столько энергии. Это будет хорошенькая месть за старый проигрыш.

— Попробуй, — не стал отговаривать его я, — может быть получится, а может нет. Вот только, что потом?

— Как что? — притворно удивился он, — я останусь самым сильным некромантом в мире. И буду становиться ещё сильнее. А заодно уже ни у кого не останется сомнений, что мой путь был самым верным.

Он раскинул руки в стороны, а его лицо вновь поменяло свои черты. Теперь превратившись в череп с горящими глазницами.

Как и всегда, дед не мог отказать себе в маленьком хоррор-представлении.

Однако, ожидаемой реакции он не получил. Мы с Ольгой довольно равнодушно скользнули по нему взглядом, даже не вздрогнув.

И деду пришлось сделать вид, что вовсе он ничего такого и не добивался. Так что он вернул себе на лицо старую человеческую маску и сменил тему:

— Род… клан… ты всё ещё подходишь ко мне с мерками живых. Какое это имеет значение для того, кто отбросил бесполезные чувства и эмоции?

Было бы глупо надеяться, что он просто согласится со всем без споров. Но у меня было чем ему ответить.

— Хорошо, — улыбнулся я, — давай представим, что ты действительно меня сейчас убьёшь. Чего, конечно не произойдёт, и ты сам это прекрасно знаешь. Но, допустим. Как думаешь, как быстро ты станешь целью номер один для наших врагов? Некромант, да ещё и лич… никто не будет с тобой церемониться, дедуля. Ты даже не успеешь войти в полную силу, как тебя уже прикончат. И вряд ли новый убийца будет столь же добр, как и я, чтобы оставить твою филактерию в целости и сохранности. На этот раз ты умрёшь навсегда.

— Спорно, — фыркнул дед, но замолчал и задумался.

Самое забавное, что мы оба знали, что всё, что он сейчас говорит, это не более чем бравада. Дед не хуже меня понимал все обстоятельства и знал, что клан — это не только эмоции и родственные связи. Это сила, которая стоит за каждым магом рода, если только тот не выберет дорогу предателя.

Дед Карл предателем не был. Кроме того, он даже понимал почему я был вынужден его упокоить, так что с точки зрения клановой логики, ему было не в чем меня упрекнуть.

Конечно, однажды между нами снова встанет конфликт интересов, я не питал иллюзий на этот счёт. Но сейчас надо просто додавить. Убедить деда в том, что пока сотрудничать гораздо выгоднее, чем сражаться друг с другом.

А так как это правда, то задача несколько упрощалась.

— У наших врагов появился новый сильный союзник… — начал я свой рассказ.

После чего кратко пересказал ему обо всём, что случилось с некромантами за эту тысячу лет.

— Они называли нас пиявками! — с ненавистью добавила Ольга, — использовали, топтали нашу гордость и внушали, что мы второй сорт! Теперь они сами должны почувствовать на своей шкуре боль от унижения и разгрома!

— Сколько эмоций, — почти восхитился дед, — сколько в тебе энергии, внучка! Жаль, что ты ещё не поняла, что добилась бы гораздо больше… впрочем, с этим мы разберёмся потом, — не стал он вновь поднимать тему обращения в лича.

Вместо этого дед покачал головой и заворчал:

— А вот в тебе, Макс, я изрядно разочарован. Как ты такое допустил? А не мешал бы деду заниматься своими делами, глядишь, я бы вовремя подставил плечо роду, о котором ты так печёшься.

Я улыбнулся. Раз дед перешёл к старческому брюзжанию, значит переговоры идут в верном направлении.

Даже смерть не смогла переделать сварливый характер деда, так что и я не считал нужным с этим бороться, и пропускал его обвинения и издёвки мимо ушей.

— Прошлого не изменить, — пожал плечами я, — но кто знает, чего мы сможем добиться вместе сегодня?

— Что ж, — сдался он, — тогда поехали в Рихтерберг. Посмотрю, во что превратились современные Рихтеры и стоит ли вообще с вами связываться.

Последнюю фразу я вновь проигнорировал. Это лишь очередная попытка деда выглядеть хозяином положения.

Но я видел, что он уже на крючке.

Ещё бы! Цепкий ум лича ни за что не упустит шанс поживиться секретами других великих кланов, да ещё и нового неизвестного, но явно сильного врага.

Ради этого дедуля заключил бы союз с кем угодно, не то что со своим любимым внуком, который так любезно вернул его к жизни.

— Не поехали, а полетели, — улыбнулся я, — правда, сначала заберём из твоего замка всё ценное, что здесь ещё осталось. Не уверен, что мы вернёмся сюда скоро. Так что, собирай вещички, деда. Транспорт ждёт на улице!

* * *

— И я ему значит говорю… — на этой интригующей фразе боевой маг ранга Извершитель, Лэнс Йоханссон резко замолчал.

— Ну что? Не томи! — почти хором обратились к нему друзья, с которыми он ужинал в ресторане.

Однако, никакого ответа не последовало.

Вместо этого, Лэнс просто встал и не прощаясь вышел из здания, игнорируя удивлённые возгласы и окрики друзей.

В это же время другой боевой архимаг ехал в машине и разговаривал со своей любимой по телефону. Точнее пытался терпеливо ей объяснить, что не всё бывает так, как она хочет.

— Я уже два года не была на море! — канючила она, — и ты снова отказываешь мне в отпуске?

— Как будто это от меня зависит! — раздражённо отвечал ей мужчина, — ты же знаешь, что выезд из Рихтерберга пока не открыли!

— Но почему ты не отвёз меня на море раньше⁈ — не слушала она его аргументов, — у тебя было два года! Два!

Мужчина уже понял, что скандала не избежать и почти смирился с этим, как вдруг его глаза резко остекленели, после чего он бросил трубку и тут же изменил направление пути.

Девушка пыталась дозвониться до него ещё много раз, но трубку он уже не брал.

— Куда вы, учитель⁈ — молодой магистр ошарашенно наблюдал за тем, как его сенсей сначала прервал сотворение заклятия на середине, а потом и вовсе развернулся и двинулся прочь к выходу со спарринг-арены.

Ученик побежал за ним следом, надеясь получить хоть какие-то объяснения.

— Что я сделал не так, учитель? Обещаю, я исправлюсь, только объясните мне! Не уходите молча!

Но учитель на него даже не посмотрел.

— Я понял! Наверное, это ещё один урок! Я пойму его! Но может быть… может быть вы дадите мне подсказку?

Магистр бежал за ним до самой парковки, но учитель просто хлопнул перед его носом дверью и куда-то уехал.

Помимо этих троих, ещё четверо боевых магов рангом от деструктора до архимага резко побросали свои дела и, наплевав на любые обязательства и вопросы, на полной скорости помчались за город.

Прямиком туда, где находится замок Октавии Сципион.

Глава 24

Дед не стал спорить, что странно. Обычно он не упускает возможности оставить за собой последнее слово.

С другой стороны, ему наверняка было интересно увидеть, что из его имущества сохранилось и сохранилось ли вообще что-то. Поэтому он, не теряя времени, отправился в тур по своему полуразрушенному замку.

Мы с Ольгой пошли следом, но пока держались поодаль, не стоя над душой. К тому же, внучка явно хотела о чём-то со мной переговорить.

Так что, когда мы оказались на достаточно безопасном расстоянии, она тихо сказала:

— Макс, теперь я вообще ничего не понимаю!

— Что именно? — уточнил я.

— Ну… я представляла его совсем иначе. Готовилась увидеть настоящего жестокого монстра. Да и ты ведь сам об этом предупреждал!

— А вместо этого увидела просто ворчливого деда с прибабахом? У которого из жуткого только смех? — улыбнувшись спросил я её.

— Ну да, — смущённо кивнула она, — личи точно ничего не чувствуют? Он всё ещё будто бы на тебя обижен или вроде того.

Я усмехнулся.

— Что ж, это значит только то, что ты купилась на его игру. Многие почему-то думают, что холодная логика и безэмоциональность лича автоматически означает то, что и вести себя он должен лишь едва бодрее умертвия, всегда оставаться серьёзным, а все проблемы решать силой.

— Ну… — призналась Ольга, — примерно так я себе всё и представляла.

— Теперь ты видишь, что это не так. И, если подумаешь ещё немного, то поймёшь, что именно такое поведение как раз выглядит наиболее логичным с его стороны, когда он общается с живым людьми. А, учитывая, что он и сам долгое время был человеком, сыграть подобную роль не кажется чем-то таким уж сложным.

— Но зачем? — всё ещё не до конца поняла внучка, — зачем ему притворяться?

Я пожал плечами.

— Много причин. Чтобы сбить собеседника с толку, чтобы втереться к нему в доверие, чтобы зародить в его душе какие-то сомнения или наоборот убедить в чём-то. В конце концов, просто для того, чтобы казаться кем-то понятным, знакомым и безопасным и, тем самым, усыпить бдительность.

Ольга задумалась.

— Кажется, я начинаю понимать. Чем-то похоже на психопатов, которые не чувствуют любви или привязанностей, но отлично разыгрывают эти чувства для своих жертв, когда им что-то от них нужно.

— Правильно, — похвалил её я, — на самом деле у нашего деда гораздо больше общего с Региной Сципион, чем с нами. Та тоже не испытывает и половины тех эмоций, которые активно демонстрирует. И во-многом именно поэтому она такая опасная. Потому что никогда не понять, что действительно у неё на уме.

— Это ещё одна причина, по которой ты хочешь узнать как дед справился с её предшественницей? — догадалась Ольга.

Я кивнул.

— Когда имеешь дело с менталистом такого уровня, мелочей не бывает. Лучше предусмотреть всё, что возможно, чем потом расхлёбывать. А я не хочу лишний раз рисковать жизнью Октавии.

— Это точно… — согласилась внучка, — кстати… вот уж кто бы всё отдал, чтобы здесь оказаться! Тут ведь многое сохранилось совсем как во времена расцвета Рихтеров. Наверняка дед Карл и артефакты какие-то припас.

— Наверняка, — подтвердил я, — как видишь, он идёт прямиком в то крыло замка, где мы видели пару магически закрытых дверей.

— Думаешь, он откроет их при нас? — оживилась внучка.

— Конечно. Дед прекрасно знает, что если я захочу, то вскрою любую его защиту. Так что у него нет никакой причины обходить хранилища стороной. То, что я оставил их нетронутыми, как в прошлом, так и сейчас — это всего лишь жест доброй воли.

Ольга понимающе кивнула, а я снова подумал об Октавии. Действительно, когда опасность для неё минует, надо будет обязательно её сюда свозить. От такой экскурсии она будет в большем восторге, чем от посещения любого курорта.

Дед, за которым мы всё это время шли, держась на некотором отдалении, наконец исчез за дверью первого хранилища.

А ещё через несколько секунд до нас начали доноситься звуки битвы.

— Что там происходит? — сразу напряглась внучка и ускорила шаг.

Но меня это особенно не взволновало. Наверняка туда тоже как-то просочились твари очага.

И, когда мы тоже заглянули внутрь, то в этом убедились.

Кроме того, перед нами открылась любопытная картина.

Вокруг деда столпилось сразу трое пауков. Причём, если два из них атаковали его паутиной, то ещё один сосредоточенно жевал своими жвалами руку лича, чему тот никак не сопротивлялся.

— Деда, тебе помочь? — с усмешкой поинтересовался я, — не забыл ещё как использовать теневой клинок?

Тот, даже не глядя на меня, ответил:

— Не вмешивайся, Макс, я хочу как следует изучить этих любопытных созданий.

Я пожал плечами и даже не стал входить в хранилище, а вот внучка не выдержала и отметила:

— Дедушка, Карл, вам сейчас это… руку отгрызут.

Услышав это, лич только фыркнул:

— Отгрызут, прикручу обратно. Не волнуйся, деточка.

— Ну ладно, — на этом сдалась и Ольга.

Лич же продолжил размышлять о чём-то своём, пока пауки закутывали его в кокон и отгрызали конечность.

Впрочем, не дав этому произойти окончательно, дед, словно опомнившись, положил ладонь на ближайшего паука и разом выпил из него всю энергию.

Одновременно с этим, рваная рана на его руке начала быстро затягиваться, словно ничего и не было.

Затем дед выхватил теневой клинок, порубил на части окружающую его паутину и прикончил оставшихся монстров.

После чего, отряхнулся и, как ни в чём ни бывало, повернулся к нам.

— Выглядит так, словно у нас теперь нет недостатка в энергии и материалах для химер.

— Так и есть, — ответил я, не видя смысла объяснять ему обо всех подводных камнях прямо сейчас.

Очень скоро дед и сам всё поймёт. А то что скверна ему на первый взгляд понравится, было ожидаемо.

— А здесь… гораздо уютней, чем в остальных залах, — восхитилась Ольга, войдя внутрь хранилища.

И действительно, здесь почти всё сохранилось таким, какое оно было тысячу с лишним лет назад.

Даже деревянная мебель не сгнила, под защитой особых заклинаний.

Но вообще в комнате не было ничего, кроме стеллажей, на которых хранились различные магические предметы.

Начиная от артефактов и заканчивая зельями и разного рода ингредиентами, которые дед когда-то здесь «замариновал».

Например, он с удовольствием обнаружил здесь банку с парой плавающих внутри глазных яблок.

Хозяйским жестом сняв крышку, он достал их из раствора, в котором они хранились. А затем сделал то, от чего Ольгу едва не затошнило.

Дед буквально выцарапал себе глаза и вставил на их место те, которые нашёл здесь. А глаза Армана засунул в банку.

Зрелище было, прямо сказать, не эстетичным. Хотя новые зрачки очень быстро прижились на его лице. И, заметив шок на лице внучки, лич даже пояснил:

— Есть множество техник, которые позволяют улучшать плоть. Например, мои новые глаза гораздо острее любых человеческих.

— Ээ… ясно, — отозвалась Ольга.

А в ответ услышала:

— Когда ты станешь личем, я научу тебя ещё и не такому.

После чего дед, не слушая возражений, продолжил гулять между стеллажами и собирать всё, что считал для себя полезным в небольшой мешок, который нашёл здесь же.

Мешок этот, к слову, был совсем не простым и вмещал в себя куда больше, чем это могло бы показаться при взгляде снаружи.

А через несколько минут, мы переместились во второе хранилище, где повторилось всё то же самое. Только пауков там почему-то уже не нашлось. И деда это весьма разочаровало.

А я теперь видел, что не меньше чем поехать в город изучать современный мир, ему хочется остаться здесь и как следует исследовать очаг вокруг.

Даже интересно, какие выводы он сделает. Но это в любом случае будет не сейчас.

Последним местом, которое мы посетили в его замке перед отлётом в Рихтерберг, стала библиотека.

В отличии от хранилищ, она не была также хорошо защищена от разрушений, так что девяноста девять процентов местных книг давно развеялись в пыль.

Но в разных потайных схронах, нашлось почти два десятка книг, которые с честью пережили эти долгие века.

Даже не спрашивая, я сгрёб все их себе. Что, он, конечно, не оставил без внимания.

— Давай, разворовывай у деда остатки библиотеки! — притворно возмутился он, — не стыдно?

— Нет, — ответил я, — нашей академии они пригодятся больше.

Лич цокнул языком, но спорить не стал. В следующий раз он подал голос только, когда мы вышли из замка во двор.

Там мои пауки-умертвия уже закончили вязать мешок из паутины и даже заполнили его всем тем, что я хотел забрать отсюда с собой.

Разве что за большой паучихой придётся вернуться ещё разок.

— Что это? — презрительно оглядев Птера, спросил дед, — что это за недокормыш? Это теперь у нас такие костяные драконы?

— Это вообще не дракон. Странно, что ты не понял, — невозмутимо отозвался я.

— Тем хуже, — мрачно ответил дед, устраиваясь в седле, — да… похоже, пока я отсутствовал, Рихтеры совсем измельчали.

— Ничего подобного! — бросилась на защиту клана внучка, — мы добились больших успехов и продолжаем укреплять силу рода, несмотря на всё, что произошло в прошлом!

Я положил ей руку на плечо.

— Он просто тебя провоцирует, — пояснил я, ничуть не стесняясь того, что дед тоже слышит эти слова, — не стоит так серьёзно реагировать на каждый его ворчливый выпад.

Лич, услышав это, лишь хрипло засмеялся.

Иногда это получалось у него так искренне, что даже я на секунду забывал о том, что он всего лишь хитрый старый симулянт.

* * *

— Тогда я поехал, — с этими словами Прохор пожал руку Константину, который заступал на дежурство вместо него.

Калинин уже провёл в замке Октавии положенные двенадцать часов и теперь собирался хорошенько отдохнуть вместе со своим отрядом из десяти гвардейцев, которые стояли в карауле вместе с ним.

Несмотря на свою высокую занятость, Прохор был одним из четверых командиров, которые отвечали за безопасность ведьмочки.

Он, Алан, Брэндон и Константин. Первые чистильщики, вступившие в клан Рихтер. С тех пор каждый из них вырос в сильного воина и некроманта. И даже если Брэндон с Константином несколько уступали Калинину и Ковальски, всё равно они оставались крайне надёжными бойцами, на которых можно положиться.

Каждый из них пользовался большим уважением гвардейцев, и именно они заменяли Прохора, если тот не мог присутствовать на тренировках, как обычно.

Вот и сейчас, эти четверо делили между собой обязанности нести дежурство в замке Октавии, сменяя друг друга каждые двенадцать часов.

Но, похоже, именно сегодня Прохору и его команде спокойно уехать не удастся. Константин, перехватил контроль над теневыми разведчиками, и теперь видел их глазами что-то необычное.

— Слушай, капитан, — остановил он его, — сюда на полной скорости движутся семь автомобилей.

— Прямо к замку? — удивился Калинин, — может быть просто мимо едут. Такое иногда бывает.

— Прямо к замку. И это точно не наши.

— Ладно. Давай подождём, — кивнул он и отдал приказ умертвиям во дворе, закрыть ворота, через которые собирался уезжать вместе со своей командой.

Защитный купол тоже исправно работал. Так что если это действительно какие-то злоумышленники, то им придётся серьёзно попотеть, чтобы проникнуть внутрь.

А, спустя несколько минут, стало точно понятно, что это именно враги. Они остановились недалеко от границы защитного купола, вышли из автомобилей и начали чертить прямо на них какие-то знаки.

Решительно и со знанием дела. Похоже, что у них был какой-то план.

Также Прохор отметил высокий ранг всех этих магов. Если они как-то прорвутся внутрь, то даже двум отрядам гвардейцев будет чем заняться, и ещё неизвестно чем всё закончится.

В любом случае, указания Макса были максимально чёткими. При любой угрозе, его должны тут же предупредить, а замок защищать до последнего.

— Даже если вам кажется, что ситуация полностью под контролем, — сказал он, когда проводил инструктаж, — мы противостоим Регине Сципион, а значит не имеем права верить даже своим глазам.

Прохор хорошо это запомнил, а поэтому сразу же связался с Лифэнь.

И вовремя. Потому что, враги уже закончили колдовать над своими автомобилями и теперь, на полной скорости, друг за другом, неслись прямо на защитный купол.

Тыдыщ!

Одну из машин просто размазало при столкновении. Но взрыв оказался такой силы, что щит рухнул мгновенно. А значит теперь начинается работа гвардии.

Глава 25

— Охренеть! — не сдержал эмоций Константин, глядя на взрыв, — это смертники что ли?

— Смертники или нет, — мрачно ответил Прохор, — а мы теперь без купола. Я запущу перезагрузку, но эти ублюдки уже всё равно внутри.

— Давай, а мы пока начнём.

После этих слов, Константин действительно начал отдавать распоряжения своему отряду гвардейцев. Они только приехали, так что были гораздо свежее отряда Калинина, так что вполне логично, если уже уставшие бойцы пока будут просто на подстраховке.

А Прохор в это время уже направился в командный зал замка, который находился в соседнем помещении и откуда можно было контролировать все местные охранные системы и ловушки.

Обычно там всё работало не требуя вмешательства со стороны. Оборонные системы своего замка сначала разрабатывала и настраивала сама Октавия, с помощью избранных артефактов.

А затем, уже Макс Рихтер улучшил все части этой защиты. После его вмешательства, как минимум, купол стал многоразовым, а некоторые ловушки получились гораздо более изощрёнными.

И Прохор считал своим долгом купол перезапустить, как минимум, на случай того, если эти семеро магов — лишь первая волна нападающих.

В то же время, он активно наблюдал за тем, что происходит у ворот замка.

Гвардейцы времени зря не теряли, но и на рожон не лезли.

Уровни защиты были продуманы таким образом, что если им и придётся вступить в бой лично, то лишь в самом конце, когда вся остальная защита уже будет разрушена.

И сейчас, пока враги штурмовали ворота, на них с воздуха налетела целая стая канареек.

Сначала магов окатило водой, затем накрыло электричеством и колючим льдом, а потом настала очередь и огня.

Но всё это были лишь пробные камешки. Попытка взять противников на зуб, чтобы увидеть на что они способны в ответ.

И они не заставили себя долго ждать.

Похоже, что среди нападающих были маги практически всех стихий, и в воздух разом полетели десятки разноцветных заклинаний.

И только один из магов в битве пока не участвовал.

Вместо этого, он заставил задрожать под собой землю. И теперь она, словно живая, начала самостоятельно осыпаться под воротами замка, превращаясь в аккуратный подкоп.

Прохор хмыкнул. Каким-то образом эти маги сразу поняли, что сами ворота им так просто не взять.

Впрочем, это не значило, что защитники не предусмотрели вариант с подземным вторжением.

И, когда враги нырнули под ворота, планируя через минуту оказаться во внутренней части замка, их там уже ждали.

Прохор активировал заготовленные руны, и земляной туннель мгновенно озарился бледно-голубым светом. Три жнеца, закопанные заранее, синхронно вынырнули из стен подкопа, словно пловцы из воды. Их высушенные тела были покрыты острыми металлическими пластинами, превращавшими каждое из них в смертоносную броню. Это не считая рук-лезвий, разумеется.

Первый маг, полезший в подкоп, не ожидал такой встречи и буквально на них налетел.

Его щит треснул и едва не лопнул сразу же. Но враг всё-таки его удержал.

А Калинин тем временем вернулся в зал к Константину.

Тот встретил его радостным возгласом:

— Ты видел? Сработало!

Прохор довольно кивнул. Ещё бы! Он сам управлял сейчас этими жнецами, которые устроили под землёй настоящий хаос.

Однако, надо быть совсем наивным, чтобы поверить, что это их остановит. Вот и Константин тоже так думал.

— Ставлю десятку, — добавил он, — что сейчас земляной попытается обрушить весь туннель за их спинами.

Так и случилось. Маги очень быстро перестроились и, не обращая никакого внимания на жнецов, рванули вперёд.

Прохор, конечно, воспользовался этим, чтобы нанести как можно больше урона их щитам, но он уже понимал, что план наступающих сработает.

Так и вышло. Примерно через минуту, они прорвались на территорию замка, а земля за ними вновь поглотила нескольких жнецов.

Но всё только начиналось. Внутренний двор встретил налётчиков не пустотой, а тщательно организованной обороной.

В центре двора полукругом стояли двенадцать маленьких бронированных рыцарей. Их щиты, усиленные рунами тускло поблескивали в лучах заходящего солнца.

Но главное, что за их спинами стояли несколько Кардиналов, готовых ринуться вперёд по первому приказу.

А вот до них добраться, избежав встречи с броненосцами было уже совершенно невозможно.

И сейчас враги в этом убедились, когда разом выстрелили множество заклинаний.

Подняв щиты, броненосцы не только защитили как себя, так и кардиналов, но некоторые из них сумели ещё и отзеркалить вражеские заклинания обратно во врагов.

Однако налётчики не сдавались, наоборот, они тоже теперь держали строй.

Двое архимагов, накрыли остальных общим куполом. А стихийники начали комбинировать свои заклинания, чтобы добиться большего урона.

Особенно отличился маг с электрическими атаками. С его стороны в химер летели самые настоящий молнии.

Его активно поддерживал маг огня, подняв между двумя отрядами настоящую огненную стену.

Молния, пролетая сквозь неё, словно получала часть энергии пламени, чтобы затем мощно взорваться среди химер.

Не будь броненосцы такими крепкими, их бы уже разнесло на осколки.

Вот только ни Прохор, ни Константин не торопились отправлять в атаку своих по-настоящему мощных бойцов.

Пока что они надеялись вымотать их. Если враги потратят все свои силы, то может быть ещё получится сохранить им жизнь.

А всё потому, что гвардейцы прекрасно понимали, что скорее всего их враги действуют не по своей воле.

* * *

— Всё-таки, надо было взять больше куколок… — пробурчала себе под нос Регина Сципион.

Она сидела в большом мягком золотом кресле со спинкой в виде пирамиды. Прямо перед ней висел большой экран, на котором отображалось всё, что видят её марионетки.

В руках же ведьма держала совершенно особенный геймпад. Который с одной стороны полностью походил на любой другой компьютерный аксессуар такого типа.

Но на самом деле это был артефакт очень высокого уровня, значительно облегчающий контроль над её куколками.

Регина всегда была очень сильным заклинателем, но в то же время её жутко бесило, что есть те, кто значительно превосходят её в каких-то навыках.

Вот взять, например, Армана. Настоящая бездарность, как оказалось, ещё и с ворованной силой. Но этот старик умел так ловко оперировать огромными массивами энергии, как ни одной ведьме Сципион и не снилось.

Или Макс… Максик… Регина поморщилась. Вот уж кто своими талантами всегда её раздражал сильнее всех.

Их магия была довольно похожа в некоторых моментах. Только он управляет мёртвыми, а она живыми. Но Регине никогда было не угнаться за тем количеством подконтрольных существ, которые некроманты и за величину-то не считают.

И пусть Макс, как считалось ещё совсем недавно, погиб, Регина никогда не могла избавиться от желания превзойти его.

И она тренировалась всеми возможными способами. Когда в мире появились компьютеры, Регина даже начала играть в игры жанра RTS. Стратегии в реальном времени.

Просто, чтобы развивать эту часть своего мозга, которая отвечает за контроль и многозадачность.

Таким образом, она подняла своей предел до нескольких десятков марионеток одновременно.

Вот только это всё равно не шло ни в какое сравнение с сотнями и даже тысячами химер, которые мог контролировать Рихтер.

И теперь, когда он вновь объявился, старая обида вновь напомнила о себе.

Многие бы удивились, если бы поняли, что даже «предательство» одной из её куколок, Октавии, её на самом деле почти не беспокоит. Ей просто хотелось как следует щёлкнуть Макса по носу.

Во всяком случае, это была одна из множества причин, по которым она решила играть в очень опасную игру с этим древним хищником.

В то же время Регина считала себя чуть ли не единственной, кто действительно понимает настоящую опасность, которую представляет собой Рихтер.

И считала себя единственной, кто в принципе способен с ним справиться.

Другое дело, что её план, настоящий план всё ещё был в процессе подготовки. А сейчас она просто позволила себе немного развлечься.

Регина не слишком верила, что это нападение на замок Октавии закончится успехом. Хотя, когда поняла, что Макса там сейчас нет, то поняла, что её шансы чуть больше чем она думала.

Но по большому счёту, Сципион просто собиралась держать Макса в постоянном тонусе. Ни он, ни его команда не должны чувствовать себя в безопасности даже ненадолго.

Ну а заодно, эта была хорошая тренировка для неё самой. Единственное, что её мирило с тем, что она способна контролировать гораздо меньше существ, чем некроманты, это качество материала.

Регина верила, что управлять марионетками-живыми магами попросту сложнее, чем химерами.

Хотя бы потому, что каждый маг — это не просто кукла с одной или двумя способностями, это целый арсенал самых разнообразных умений и заклинаний.

И, чтобы полноценно ими командовать, Регина и сама должна хорошо понимать как именно работают дары её куколок.

Да, ведьмы вовсе не просто так одержимо гоняются за секретами других кланов. И Великая Княгиня всегда гордилась, что она владеет не только даром Сципион, но и дарами большинства когда-либо существовавших родов.

И сейчас она разминала свой ум, всячески комбинируя заклинания своих подконтрольных марионеток и ждала, когда в битве появится Макс.

А в том, что Рихтер придёт, она не сомневалась.

Так что когда поле битвы накрыла тень от огромных крыльев летающего монстра, она поняла, что дождалась.

* * *

Вместо того, чтобы приземлиться сразу во двор замка, я приказал Птеру оставить нас на плоской части крыши.

Всё для того, чтобы случайно не повредить трофеи, которые он нёс в мешке из паутины. Самое главное, что там были кладки с яйцами. Их стоило в полной целости доставить в Старый Форт.

В принципе именно туда я сначала и летел, но, когда Лифэнь сообщила мне о том, что марионетки Регины штурмуют замок Октавии, разумеется, мы поменяли маршрут.

И ещё на подлёте, я уже подключился к местным разведчикам и химерам и наблюдал за тем, как справляются гвардейцы.

Они всё делали отлично, как и надо. Только ситуация оставалась патовой уже много минут.

Прохор не мог решиться и отдать приказ вести битву на уничтожение. И правильно делал. Так что мне предстояло закончить эту дурацкую стычку на своих условиях.

Регина привыкла играть чужими жизнями, не считаясь с ними. Пора ей вспомнить, что не всё в этом мире бывает так, как она хочет.

Так что наш десант из троих некромантов решительно спрыгнул с крыши, чтобы положить конец её новой попытке меня достать.

Что удобно, на нашей стороне также были и несколько пауков, захваченных из очага.

Их способности как раз отлично отвечали нашим нуждам.

Ведь я собирался лишь обезвредить её марионеток.

Вот только дед, похоже, этого не понял. Он уже подобрался к одному из магов вплотную и почти выкачал из него всю энергию.

— Стой! — телепортировался я к нему, — достаточно.

Лич недовольно фыркнул.

— С каких пор Рихтеры щадят своих врагов? — спросил он, но энергетическую хватку ослабил.

— Они не враги, — просто сказал я, — ты что сам не видишь?

— Вот я и говорю, — покачал головой дед, — они напали на нас? Напали. Значит враги. Ты слишком усложняешь, внучок.

— Ты меня понял, — резко сказал я, не вступая в долгие споры.

Я прекрасно понимал деда. Он только вернулся к жизни и конечно ему хотелось заполучить как можно больше энергии из любых доступных источников. А из врагов так вообще — милое дело.

Но, если мы начнём мочить марионеток Регины, то лишь порадуем эту психопатку. Так что в этом вопросе я оставался непреклонен.

В конце концов, хватило примерно десяти минут, чтобы лишить сил нападающих и сложить их в аккуратный рядок возле крыльца замка.

— И что мы теперь будем с ними делать? — спросил вышедший к нам навстречу Прохор, — передадим их кланам?

Я покачал головой:

— Боюсь, что пока не выйдет. Ты видишь, они всё ещё под контролем.

И действительно, они никак не реагировали на своё пленение, а их взгляды были пустыми.

Я подошёл к одному из них и сел рядом, а затем глядя ему в глаза, насмешливо спросил:

— Ну что, Регина, видишь меня?

Сципион молчала. Но я и так прекрасно знал, что да.

Что ж, теперь моя очередь её подразнить.

— Как тебе мой сюрприз, а? Ты ведь уже узнала того, кто вернулся со мной? — разумеется я имел в виду деда.

Она снова промолчала. А я продолжил:

— Конечно, в гости без приглашение ходить не вежливо. Но теперь мы с дедулей просто обязаны нанести тебе ответный визит.

Лич, услышав это, хрипло рассмеялся. Ему явно понравилась эта идея. Он тоже подошёл ближе к марионетке и грубо сказал:

— Жди нас, ведьма.

И вот здесь Регина, наконец, не выдержала. Маг открыл рот:

— Рихтеры… — фыркнул он, — как всегда самоуверенные. Обезоружили нескольких моих куколок и думаете, что победа за вами? Нет-нет-нет… этого не будет. И вот теперь я готова сыграть с вами всерьёз.

Стоило марионетке передать это послание, как все маги задёргались в конвульсиях. Психопатка явно приказала им покончить с собой. Перестать дышать, откусить язык, и черт знает что ещё.

Так что действовать нужно было быстро.

Во двор уже бежал Клод Вийон, а я повторил тот же самый ритуал, что сейчас защищал Октавию от влияния Великой Княгини.

Когда с этим было покончено, и наши пленники оказались в сравнительной безопасности, дед прокомментировал увиденное:

— А эта стерва многому научилась.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился я.

— Энергетический контур контроля, — пояснил он, — совсем на другом уровне. Теперь так просто его не порвать.

Удивлённый, что дед решил поведать мне это даже без прямой просьбы, я задал ещё пару уточняющих вопросов. И лич провёл целую небольшую лекцию про то. как именно работает магия Сципион.

— Смотри, — показал он мне, — раньше, чтобы избавиться от их заклинания, достаточно было подрезать здесь и здесь. И начать вливать сюда собственную энергию, чтобы контур постепенно разрушался. Но сейчас она вплетает своё дрянное заклятие так, что освободить марионетку, не убив её просто невозможно.

Я внимательно слушал. Удивительно, но дед и впрямь лучше разбирался в магии ведьм, чем я. Правда, то, что он сейчас говорил, мне не слишком нравилось.

— Значит тебе неизвестны другие способы снять контроль? — уточнил я.

Дед пожал плечами.

— Их просто нет. Либо ты убиваешь заклинателя, либо уничтожаешь механизм контроля. Так что, нам с тобой и впрямь стоит наведаться к ней в гости, — отметил он.

— Как-то уж больно легко ты согласился. — усмехнулся я, — признавайся, что конкретно ты хочешь забрать из замка Сципион?

— Ничего конкретного, — с самой невинной улыбкой развёл он руками, — но за эти сотни лет, я остался без библиотеки и практически без артефактов. А где ещё можно также хорошо пополнить запасы, как не у ведьм?

Глава 26

— Значит, это та ведьма, которую ты хочешь спасти? — уточнил лич, стоя рядом с кроватью Октавии.

Несмотря на то, что мы уже выяснили, что просто так энергетический контур контроля разрушить невозможно, на всякий случай, я всё-таки решил показать деду нашу пациентку.

Тем более, что сейчас он находился в хорошем расположении духа, и даже сам был не прочь поделиться своими знаниями. Так что грех было бы этим не воспользоваться.

Подлинной эмоцией это назвать было нельзя. Единственным чувством, хоть как-то напоминающим прежние человеческие, была тяга к новым знаниям.

Ведь это давало еще больше силы, а только сила оставалась для лича смыслом существования.

Я коротко кивнул, так как моего ответа на самом деле и не требовалось. Дед уже и сам начал изучать обстоятельства произошедшего по её состоянию.

Потом хмыкнул и сказал:

— Ты, конечно, молодец, что отрезал её от мира. Пожалуй, это лучшее решение в такой ситуации. Но то же самое ты сделал и для недавних нападавших.

— К чему ты ведёшь? — уточнил я, — если решение хорошее, разве не правильно его использовать?

— Так-то оно так, — покачал головой дед, — но, зная ведьм Сципион, твоя Регина просто так не успокоится. Готовь сразу целый склеп под всех несчастных, которых она начнёт тебе присылать.

Дед и впрямь мог оказаться прав. Но я всё-таки надеялся разобраться с этой проблемой раньше, чем придётся сразиться со всем населением Рихтерберга.

— Ладно, — ответил я ему, — я так понял, что ничего нового ты мне не скажешь.

Лич пожал плечами:

— Я некромант, а не менталист. Возможно, высокоранговая ведьма Сципион увидела бы здесь что-то, чего не вижу я. Но сильно сомневаюсь. Так что, чем быстрее мы отправимся в гости к Регине, тем лучше.

Я кивнул.

— Затягивать не будем, но есть пара дел, которые нужно закончить перед отлётом.

— Отлично, я как раз пока осмотрюсь. Ольга, внучка, отвезёшь меня в современную резиденцию Рихтеров?

Похоже, что лич всерьёз вошёл в роль дедули, но я пока не был готов давать ему столько свободы, сколько он хочет. Так что сразу осадил:

— Нет, дедуля Карл, ты пока везде будешь сопровождать меня. Так и познакомишься с современным миром. Неужели ты не соскучился по любимому внуку?

Лич сделал вид, что совсем не разочарован моими словами.

— Хорошо, Макс. Тогда, надеюсь, ты готов сам отвечать на все мои вопросы.

— Уж как-нибудь справлюсь, — усмехнулся я.

Через пять минут, мы уже вновь сидели верхом на Птере и летели в Старый Форт. Туда, куда я и планировал изначально.

Сейчас там было гораздо менее многолюдно, чем когда мы использовали это место, как нашу главную базу. Но всё же я был рад, что надолго нам эти меры не понадобились.

Так что теперь там находилась лишь одна лаборатория по изучению скверны и монстров очага.

Часть Вийонов продолжали свои исследования, благодаря которым у магов появится возможность хотя бы временно противостоять мутациям. Пока ей обладали только некроманты.

Результаты пока были весьма скромные, но благодаря муравьиной кислоте, появились некоторые сдвиги.

Во всяком случае, Морис связывал с ними много надежд.

Ну а теперь, местному исследовательскому филиалу предстоит ещё немного расшириться.

В этот раз я не рассчитывал на то, что пауки помогут нам как-то в изучении скверны. Но вот особенности их паутины меня крайне занимали. Этот материал мог оказаться очень полезным в наших делах.

Так что я бережно доставил кладки яиц и образцы паутины, в Старый Форт и приказал местным учёным обращаться с ними крайне осторожно.

Разумеется, они отнеслись к моим словам со всей серьёзностью. Ну а я приготовился ждать, не особенно рассчитывая на какие-то быстрые результаты.

— Эти очаги — определённое хорошие места для некромантов, — прокомментировал дед, пока мы там занимались делами.

Особенно лича занимало то, что другие маги испытывают такие трудности с нахождением на отравленных землях.

— Но всё-таки, что-то здесь не так… — задумчиво добавил он, — я чувствую много чужеродной энергии, но практически не ощущаю обычную природную магию.

— А ты начинаешь догадываться, — улыбнулся я, — скверна уничтожает и переделывает всё, к чему прикасается. И магию тоже.

— Вот значит как, — задумчиво почесал подбородок лич, но больше ничего не сказал.

Но я от него ничего и не требовал. Вот уж точно я не собирался навязывать деду своё отношение к происходящему.

Деду вообще очень сложно что-то навязать. Так что-либо он сам сделает правильные выводы, либо займёт позицию моих оппонентов — Великих Князей.

Но я всё-таки почему-то верил, что даже лич, который во всём ищет выгоду для себя, почувствует угрозу от энергетического захватчика и поймёт, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Всё же раньше мы часто сходились во мнении. Разве что я не был настолько азартен в погоне за могуществом. А точнее, трактовал его иначе.

Лично для меня абсолютная власть не имеет смысла, если лишает возможности пользоваться простыми житейскими радостями. Лич не способен ощутить вкус кофе или вина, радость танца или битвы, азарт погони, радость победы.

По мне, такая власть больше похожа на добровольную тюрьму. Но переубеждать в чем-то лича занятие ещё более бессмысленное, чем взывать к совести Регины.

— А теперь возвращаемся в город, — скомандовал я, — заодно полюбуешься на то, во что превратилась современная жизнь.

— Ты имеешь в виду эти странные аппараты для общения, как у Ольги? — уточнил он, — внучка уже дала мне ознакомиться.

— И не только, — кивнул я.

— Странно только, что у тебя такого же нет, — продолжил дед, — ты из принципа отказываешься от приборов, работающих на силе скверны?

Да уж. Я, конечно, знал, что дед Карл умён, но он держал в руках смартфон Ольги едва ли пару минут, а об отсутствии такого же у меня вообще сделал выводы исключительно из собственных наблюдений.

— У меня собственные способы связи, — уклончиво ответил я, не желая делиться теми проблемами с непроизвольным поглощением скверны из техники, с которыми столкнулся.

— А я, пожалуй, не откажусь от такой игрушки, — сразу заявил лич, — организуешь для деда подарок, а, Макс? А внучка научит меня всем премудростям…

— Решим, — не стал сразу соглашаться я.

На первый взгляд в просьбе деда не было никакого подвоха, но я привык относиться ко всем его словам сквозь призму настороженности.

В конце концов, кто знает, что способен натворить древний лич, если бесконтрольно выпустить его в современный интернет.

Сначала надо как следует об этом поразмыслить, а лучше посоветоваться с Лифэнь. Всё-таки в одном я был уверен на сто процентов. Деда надо держать по контролем и не спускать с него глаз.

К слову, именно к Лифэнь мы теперь и летели. И очень скоро все втроём уже поднимались к ней в командный центр.

— Приятно познакомиться, господин Карл, — вежливо поприветствовала деда хакерша, — много о вас слышала.

Но лича куда сильнее заинтересовал её дракончик.

— Я читал о такой магии, — сразу же заявил он ей, после знакомства, — вы позволите мне провести с ним несколько экспериментов?

Лифэнь даже растерялась от такого напора. Пришлось прийти ей на помощь.

— Деда, оставь в покое мою помощницу и её духа, у нас сейчас есть дела поважнее.

— Ладно, — нехотя согласился он, — но даже не надейся, что я забуду. Было время я почти пятьдесят лет искал носителя подобной редкой магии, но так и не нашёл. Так что сейчас я свой шанс не упущу.

— Ты же понимаешь, — ответил я ему, — что любые эксперименты, если их тебе позволят, ты обязан будешь согласовать со мной и проводить их под полным моим контролем?

Дед вздохнул и притворно посетовал.

— Куда катится этот мир! Внук не доверяет собственному деду!

Иногда мне казалось, что он и сам верит в ту роль, которую играет. Но поддаваться на его провокации я не собирался.

— Именно так, — подтвердил я.

— Не волнуйся, Макс, — неожиданно лич стал очень серьёзным, — ты и сам понимаешь, что сейчас я вынужден с тобой сотрудничать, как и ты со мной. Мы в одной лодке. И я не вижу ничего зазорного в том, чтобы делиться своими наблюдениями и знаниями с представителями собственного рода. Разумеется, пока что.

Я кивнул. Такая искренность мне нравилось гораздо больше, хотя я всё равно не верил ему до конца. Даже это «пока что» было неполным. Дед всё равно привык скрывать больше, чем говорить.

Но меня это тоже устраивало. Пока что.

Тем временем, Лифэнь вывела на экран заготовку для видеозвонка.

— Их четверо? — уточнила Ольга, внимательно вглядываясь в монитор.

— Во всяком случае тех, кто живёт здесь под своей фамилией, — ответила хакерша.

Я кивнул. В случае со Сципионами ни в чём нельзя быть уверенными наверняка, но мы хотя бы оградим себя от части проблем.

— Звони, — приказал я.

И через минуту, к видеоконференции подключилось три девушки кукольной внешности и, что меня удивило, один парень.

— Ты тоже Сципион? — не сдержала любопытства Ольга, после того, как они все представились.

Парень фыркнул.

— И что с того? Сципионы не отдельная раса, в которой нет мужчин.

— Но ваш дар… — не сдавалась внучка.

— Да, у меня он слабый, довольна? — с вызовом ответил он.

Похоже, парня и впрямь замучили этим вопросом. Вон какой нервный. Но это не даёт ему права так разговаривать с моей наследницей. О чём я ему напомнил.

— Простите, господин Рихтер, — тут же сменил он тон, — просто это больная для меня тема.

Услышав это, ведьмы Сципион тут же захихикали, чем разом стали напоминать свою княгиню. Вот уж не знаю, почему почти все они пытаются её копировать.

К счастью, Октавия такой не была, чем выигрывала сравнение с абсолютно любой своей родственницей.

— Полагаю, — начал я, — вы сейчас задаётесь вопросом зачем я решил с вами связаться?

— Нет, — довольно быстро ответила одна из ведьм, — это как раз понятно с высокой долей вероятности. Наверняка у вас какой-то конфликт с нашей княгиней. И могу сразу сказать, я не имею к этому никакого отношения. Так что пожалуйста не впутывайте меня в это.

— Как и я, — сказала вторая ведьма.

— И я тоже, — добавила третья.

Они переглянулись и снова хихикнули.

И даже парень от них не отставал:

— Уж я и подавно, — сказал он, — княгиня вообще предпочитает не замечать таких как я, считая нас выбраковкой, — с грустью признался проклинатель.

— Не важно верю я вам или нет, — ответил я, — и разбираться в ваших взаимоотношениях с княгиней тоже не буду. Но неожиданности мне не нужны. Поэтому считаю своим долгом предупредить. Любой из вас, кто в ближайшее время покинет свой дом по любой из причин, станет врагом клана Рихтер. В этом случае, мы оставляем за собой право напасть без дополнительных предупреждений.

— Вы что сажаете нас под домашний арест? — ужаснулась одна из ведьм.

— Именно так, — подвердил я.

— Но за что⁈ — возмутилась ещё одна ведьма.

— Сегодня вы может и правда не имеете никакого отношенией к нашей войне с Региной, но что если завтра она отдаст вам прямой приказ? Мы не будем рисковать, позволяя представителям клана Сципион свободно разгуливать по столице в такое время. Вам это понятно? — спросил я.

— Понятно, — грустным хором ответили ведьмы и ведьмак. — Но вы же сообщите нам, когда всё закончится?

— Разумеется.

На этом разговор был окончен.

Но вот веселье только начиналось.

Всё это время, на смартфон Ольги приходили сообщения от Линды и Лары, которые остались в одиночестве сдерживать городские проблемы.

И, они продолжали валиться на городскую администрацию, как снежный ком.

Причём, чем дальше, тем подозрительнее всё становилось.

— Похоже, что теперь это не случайность, — поделилась своими выводами Ольга, — если ещё день назад мы разбирались с совершенно обычными городскими проблемами, то сейчас девчонки сталкиваются с каким-то натуральным саботажем!

— Насколько всё плохо? — уточнил я.

— Пока непонятно, но из последнего… кто-то распылил на главной площади галлюциногены! Там сейчас уже работают Вийоны, но виновника пока не нашли.

— Лифэнь, — обратился я к хакерше, — проверь камеры.

Она кивнула.

— Сейчас.

Я добавил:

— Ищи любых подозрительных личностей и следи за их действиями, но не выдавай, что мы их вычислили, хорошо?

— Конечно. Я понимаю, — она ухмыльнулась, — не будем провоцировать старую ведьму.

— А я говорил! — торжествующе заявил дед.

— Да-да, — не стал спорить я, — поэтому пусть лучше Регина думает, что её куклы не попадаются, чем мы будем бегать за каждым диверсантом, чтобы его спасти.

— Можно не спасать, — практично отметил лич, — я с удовольствием найду их телам лучшее применение.

Я вздохнул, но не стал ничего отвечать.

Тем временем, Лифэнь вычислила почти пять десятков куколок, которые успешно создавали хаос на улицах города.

К счастью, большинство из них занимались какими-то совсем уж мелкими пакостями. Но периодически возникали и крупные проблемы.

— У нас тут поджигатель в торговом центре, — сообщила хакерша, — я уже отправила сигналы как охране центра, так и в городские службы.

— Пусть Алина снарядит водный отряд канареек, — приказал я, — и отправит его по следу поджигателя. Вряд ли он ограничится одной попыткой.

— Точно нет, — подтвердила Лифэнь, а через минуту сообщила об ещё одном инциденте, — авария на электростанции. Разлив благодати. Один из техников взят под контроль. Надо его вывести из здания.

Ольга выругалась.

— Я съезжу. Я поняла, как совершать твой ритуал.

— Поджигателя тогда тоже захвати, — приказал я, — он там рядом, — а я пока разберусь ещё с десятком.

И действительно, пока мы пытались проконтролировать одного, пожары начали вспыхивать по всему городу.

— Какая же мерзкая баба эта ваша Регина! — не сдержала эмоций Лифэнь, — но у нас тут есть проблема посерьёзней чем пожары, — добавила она, — так что разберись лучше с ней.

— Что случилось? — нахмурился я.

— Очередная её марионетка прямо сейчас выливает отраву в городской водопровод, — причём ведьма точно определила лучшее место для этого, чтобы избежать большинство фильтров.

Я вздохнул.

— Сейчас решим.

К счастью у меня было быстрое и простое решение подобных проблем, и я позвонил Шарлотте, которой временно была доверена Росинка.

С тех пор как мы вернулись из Вийон-де-Тур, у меня практически не было времени ей заниматься. Но Шарлотта активно работала не только с Вьюнкой, но и с Блумфилдами. И я рассудил, что от Росси вполне может быть большой толк на полях.

Но сейчас придётся вернуть её в город.

Как и любой элементаль, по своей стихии она перемещалась очень быстро. Так что буквально через несколько минут, проблема с водой была решена.

Встроившись в саму структуру воды, Росси смогла удалить из неё отраву.

Однако я оставил Росинку и дальше дежурить на случай новых попыток.

— Я смотрю, Сципионы совсем страх потеряли, — отметил дед.

Я мрачно ответил:

— И у неё есть тысяча и один способ нас донимать. Уверен, она не потратила ещё и половины своих ресурсов.

— Но ты же не собираешься и дальше бегать за её марионетками по всему городу? Она пользуется твоими слабостями живого человека. Знает, что ты хочешь избежать жертв среди невинных. Лучше бы тебе её разубедить, чтобы лишить козырей, — снова предложил он практичное, но жёсткое решение. — Перестань реагировать и всё успокоится.

— А новый город я где возьму? — ответил я деду. — Это, между прочим, столица клана Рихтер.

Лич только пожал плечами. Потери среди неодарённых он в принципе не считал чем-то существенным.

Но меня и самого ситуация не слишком радовала. Несмотря на то, что я нашёл способ противостоять марионеткам Регины, всё последнее время мы только и делаем, что решаем последствия её фокусов. Инициатива всё ещё за ней.

— Так может свяжемся с ней сейчас? — предложил дед, — припугнём ещё разок.

Я покачал головой.

— Нет. С террористами переговоров не ведут. Она только обрадуется и решит, что на верном пути. Но вот то, что нам давно пора уже перехватить инициативу — это правда.

Дед заинтересовался.

— И как ты планируешь это сделать? Что-то я сам пока не вижу как можно покончить с этим бесконечным хаосом, кроме как… сам знаешь.

Я улыбнулся.

— Есть у меня одна мысль…

Заключение! Старт нового тома!

— Макс, ты хорошо подумал? — на удивление серьёзно спросил у меня дед.

— Вполне, — кивнул я, — Княгиня Сципион запасала своих куколок тысячу лет. И, если я не хочу, как идиот, бегать за ними до тех пор, пока Регина меня окончательно не доконает, то нужно радикальное решение проблемы.

— Кхм, — поперхнулся лич, — в масштабности задумки тебе не откажешь.

— Значит, ты поможешь? — поинтересовался я.

Его участие не было необходимо, но могло здорово сократить время подготовки. Так что когда дед ответил утвердительно, я понял, что одной проблемой у меня меньше.

Теперь, главное, всё правильно распланировать. В первую очередь, важно понять, кто наверняка защищён от воздействия Регины. Чьих куколок она точно сделать не могла.

К сожалению, невозможно определить, чей биоматериал у неё есть в наличии. Пока она не решит использовать свои артефакты контроля и сама не продемонстрирует свою власть над человеком, мы никогда не узнаем об этой заложенной в него бомбе.

Но вот вычислить наименее вероятных носителей такой бомбы мы вполне могли, используя обычную логику.

Продолжение читайте прямо сейчас в 11 томе:

https://author.today/reader/429839/3984153

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Темный Лекарь 10

Content

Вай Нот, Саша Токсик
Тёмный Лекарь 10

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Заключение! Старт нового тома!

Nota bene