Плут-3. Фатальное пророчество

Глава 1

Ветра Пустоши снова опутали меня своими песчаными щупальцами. Я отплевывался, щурился, но шел вперед, стараясь не отставать от принцессы, более терпимой к приколам местного климата.

Предприятие наше с самого начала казалось сомнительным. Да что там, это была откровенная авантюра. Но я не из тех, кто боится риска, к тому же Басе требовалась помощь.

Шли мы с ней довольно долго. Наконец солнце стало клониться к закату, зной спал, однако все равно было гораздо жарче, чем в долине колокольчиков. Но главное, нам повезло не встретить на своем пути ни одного зверолюда.

Атлетика +1. Текущее значение: 37

Баська посмотрела в небо, прикрыла ладонью глаза от вездесущей песчаной взвеси, потом перевела взгляд на горизонт.

— Лучше бы мы отправились завтра с утра. Скоро стемнеет, а я никогда не ночевала в Пустошах.

Меня это тоже беспокоило. С голодными черными землями, каннибалами и агрессивными кустами, стремящимися пронзить шипами всех и вся, мне уже довелось столкнуться. Эти проклятые места наверняка подбросят нам еще немало сюрпризов — в извращенной фантазии создателей Пустошей я нисколько не сомневался. Но демонстрировать тревогу не хотелось.

— Не парься, — надеюсь, мой голос прозвучал достаточно уверенно. — Давай поищем пещеру, в ней и спрячемся.

Она задумчиво кивнула.

Пробираясь от холма к холму, мы стали осматриваться в поисках какой-нибудь малозаметной норы. Начало смеркаться, но нам так и не удалось найти ничего подходящего. В какой-то момент Бася остановилась.

— Дальше нельзя, здесь начинается земля Синешерстых.

Я в недоумении огляделся: местность ничем не выделялась, как она определила границу? Но допытываться не стал, лишь махнул рукой в сторону видневшегося впереди холма.

— Вон там, в склоне, есть что-то похожее на грот.

Мы двинулись туда. Шаг, другой, третий… Вдруг земля ушла из-под ног, я полетел вниз, больно ударившись бедром.

Потеряно 35 хитов

Здоровье: 965/1000

Акробатика +1. Текущее значение: 17

Не успел я понять, что произошло, как сверху припечатало: Баська свалилась прямо на меня. Хорошо, что я путешествую с ней, а не с каким-нибудь Толстым Пью.

Осторожно вылез из-под нее, привстал, осмотрелся: мы в яме с отвесными стенами глубиной метров пять. Холодрыга здесь — жуть. Я наклонился к девушке и потряс ее за плечо.

— Жива? Эй, ты как?

Она застонала, открыла глаза и, машинально ощупав себя, с некоторой неуверенностью ответила:

— Вроде цела… Что это было?

— Яма. Здоровенная. Походу, угодили в ловушку.

— Угу. Мне рассказывали, что вокруг земли Синешерстых подобными ямами все буквально усеяно. Думала, не пропущу. Эх…

— Ловят себе еду? — ухмыльнулся я.

— Нет, линия обороны, — ответила девушка, ежась от холода.

Инвиз давно спал, я решил его не обновлять. Какой смысл? Встал, отряхнулся и ощупал стены. Твердые, словно камень. Как зверолюди смогли столь сильно уплотнить песок⁈

— Ого! — тихо воскликнула Бася. — Ты видишь? Вот эти блестящие точки видишь? Знаешь, что это?

— Нет, — я покачал головой, разглядывая крошечные вкрапления, похожие на кварц.

— Чувствую, мы здорово влипли: это пески Рейвула. Антимагические. Он создал их в незапамятные времена, чтобы собратья-боги не прознали о его планах раньше времени. А когда они спохватились, было уже поздно…

— Эта штуковина типа сетей или наручников? Такого же действия?

— Ага. Их делают из материалов с добавлением этого песка, — она усмехнулась. — Самый прибыльный товар, который авантюристы таскают из Пустошей.

Похоже, он еще пожирает энергию — и магическую, и любую другую. Поэтому здесь такая холодина.

— То есть портануться отсюда мы не сможем?

Бася красноречиво развела руками.

— Ладно, раз нельзя магией, попытаемся физикой, — преувеличенно бодро заявил я и принялся за дело.

Попытки подпрыгнуть и за что-нибудь уцепиться успехом не увенчались. Тогда я достал кинжал и попробовал выковырять в стенке хоть какое-то углубление. Без малейшего результата: поверхность была твердой, как алмаз. Стало понятно, что одному мне не справиться.

— Бась, залезай ко мне на плечи и постарайся дотянуться.

— А как я потом тебя вытащу? — поинтересовалась она, придирчиво осматривая песок.

— Да неважно, там разберемся. Забирайся.

Принцесса ловко вскарабкалась по моей спине, я уперся в стену и выпрямился, стараясь удержать равновесие. Бася балансировала в попытке достать до края ямы.

— Ну что?

— Бесполезно. На полмен я не дотягиваюсь.

Я помог ей спуститься и задумался. И тут вспомнил.

— Слушай, ты же не потеряла свою свистульку? Ту, что очень нравится Элхо. Дунь, вдруг она услышит.

Глаза принцессы загорелись радостным блеском.

— Точно! Ты молодец! С ее острым слухом…

Она торопливо достала стручок, и через секунду воздух наполнился птичьими трелями. Бася остановилась, прислушалась и снова дунула.

— Их земли точно близко? — уточнил я.

— Да мы уже на них.

Тем временем окончательно стемнело. В нашем холодильнике стало еще прохладнее, при дыхании начал появляться пар. Сначала, сидя на дне ямы, мы просто ждали, постепенно замерзая. Потом я не выдержал: надо же что-то делать! Достал свиток телепорта в надежде, что Бася ошиблась, но его активация в интерфейсе была неактивна. Скрипнув зубами, встал и снова стал пробовать забраться по стене. Пытался, пока не выбился из сил, попутно повысив атлетику и акробатику.

Прошло не меньше двух часов с тех пор, как Баська подала сигнал. Я предложил ей погудеть еще раз, но она покачала головой.

— Нельзя. Это может насторожить зверолюдей, ведь ночью птицы не поют.

Серьезно? Не знал. Но в ее словах сомневаться не приходится, по крайней мере в том, что касается природы.

— Тогда давай ложиться спать.

— Спать? То есть как? — изумилась она.

— А что еще делать? На восходе снова попробуем выбраться, в темноте мы бессильны.

Принцесса скинула мне на руки плащ, я расстелил его на дне ямы и бухнулся на него. В спину уперлись два небольших бугорка. Убрав свою смехотворную подстилку, я провел ладонью по земле. Песок, все тот же песок Рейвула. Он, кстати, может в будущем пригодиться.

— Бась, есть какая-нибудь ненужная тара?

Она молча пошарила в инвентаре и протянула мне небольшой тканевый мешочек. Собрав в него немного песка, я снова разложил на земле плащ, лег и спросил:

— Замерзла?

— Ага.

— Знаешь, я слышал, чукчи в холода греются теплом собственных тел. Раздеваются, залезают под шкуры и прижимаются друг к другу.

Бася не ответила. Я смотрел в темноту, пытаясь разглядеть ее лицо, но не видел ничего, кроме едва заметного светлого пятна. Зря я это ляпнул. Теперь будет думать, что хочу воспользоваться ситуацией.

— Похожие ритуалы проводят в культе богини Блуды. Эти твои чукочи из ее последователей, да? — наконец произнесла она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Нельзя им уподобляться, за этим ритуалом последуют другие. И в результате мы дойдем до их главного действа — обгладывания косточек девственников. Наша кожа покроется струпьями, а душа почернеет. Такова плата.

Ничего себе Баська приложила бедных оленеводов! И это она еще не знает, что чукчи делятся с гостями своими женами. Но рассказывать о таком принцессе я, естественно, не стал, разве ей объяснишь, что это не от распущенности, а для поддержания генетического разнообразия?

— При чем тут какая-то Блуда? Чукчи — это маленький северный народ из моего мира. Не валяй дурака, ложись. Или иди сюда вместо меня.

— Еще чего, «вместо»! — раздалось возмущенное шипение из-под камзола. — Дайте хоть немного отдохнуть!

Бася тихо рассмеялась.

— Забавная она у тебя.

— Да ложитесь вы, наконец! — продолжала буянить булавка. — Никакого покоя!

Прошло несколько секунд, и Бася опустилась на плащ рядом со мной. Отодвинулась, сколько могла, и тихо сказала:

— Мне всегда было интересно, откуда приходят Явившиеся. Расскажешь о своем мире?

— Конечно.

— Но потом. Сейчас очень хочется спать. Может быть, я когда-нибудь даже смогу попасть в твой мир.

— Боюсь, это нереально. Спи.

— Порой и нереальное реально.

— Конечно. Ни о чем не волнуйся, — прошептал я, — мы выкарабкаемся.

— Хорошо, — сонно ответила она.

Через пару минут ее тихое дыхание выровнялось, принцесса заснула. Лежа рядом с ней, я пытался придумать, как нам спастись. Хорошо, если дикари просто роют ямы для охраны территории, а если они их проверяют? Скажем, ежедневно? Во что бы то ни стало нужно выбраться отсюда на рассвете!

Бася забормотала во сне, повернулась на бок. Я придвинулся к ней, чувствуя нарастающее возбуждение, и положил руку ей на плечо. Она, не просыпаясь, прижалась ко мне, рефлекторно ища защиты от холода. Мне тоже стало теплее. Глубоко вздохнув, я взял себя в руки, обнял ее покрепче и вскоре задремал.

Наглая муха беспардонно ползала по моему лицу. Не открывая глаз, я отмахнулся от нее раз, другой. Но она продолжала хозяйничать на щеке, пока я не хлопнул по ней. И, уже просыпаясь, понял, что это что-то иное, большое и мохнатое.

Неужели тарантул? От этой мысли меня подбросило, как на батуте.

— Гу! — послышалось надо мной.

Я посмотрел наверх. На фоне огромной полной луны отчетливо вырисовывался силуэт взлохмаченной головы. Зверолюди!

На мгновение мне стало нехорошо. Меня в этом мире убить нельзя, но что будет с Басей⁈ И в этот момент я заметил, что вдоль стены что-то свисает. Присмотрелся, потом пощупал: узкие, длинные куски шкурок связаны между собой, образуя веревку. Так вот что тыкалось в мою щеку!

Возглас над нами разбудил и принцессу. Она села и радостно прошептала:

— Элхо!

Я в недоумении перевел взгляд на лохматый силуэт. Неужели она?

— Подняться! — скомандовал знакомый голос. Дочь вожака пыталась говорить тихо, но у нее не особенно получалось. — Торопиться.

Подсадив Басю, я подхватил с земли плащ и тоже уцепился за веревку. Элхо выдержала мой вес, даже не поморщившись. Она по очереди обняла нас, не скрывая радости, и махнула лапищей в сторону ближайших холмов.

— Бежать, прятаться.

Уговаривать нас не пришлось. Вслед за ней мы кинулись прочь от проклятой ямы в надеже затеряться в темноте.

Обогнув холм, Элхо показала в сторону.

— Там прятаться!

Зрение у нее было куда острее моего. Нафига, спрашивается, качал Ясный взор? Лишь подойдя вплотную, я увидел в каменистом склоне складку породы, в которой зияло узкое отверстие. Протиснулся туда — это оказалась не пещера, как я сначала подумал, а просто небольшое углубление, слегка пахнущее сыростью.

За мной последовали Бася с Элхо, и через несколько секунд мы сидели в этой норе, плотно прижавшись друг к другу и переводя дыхание. Принцесса вытащила из мешка настоящий каравай, разломила его на три части, при этом самую большую протянув мне.

Дикарка вцепилась в свой кусок и моментально отправила его в рот. Откровенно говоря, в свете луны она выглядела довольно жутко.

— У…ую…

— Прожуй сначала, — тихо засмеялась Бася.

Элхо не без труда сглотнула, облизнулась с видимым удовольствием и вопросительно посмотрела на нее.

— Вода?

Едва я достал свою флягу, зверодамочка выхватила ее и, сжав обеими руками, стала жадно пить.

— Ху… — выдохнула она через полминуты. — Хорошо!

Глядя на Элхо, я только сейчас заметил, что рот и лапы у нее в крови. Разорвала очередную зверюшку?

Слегка позавтракав, мы начали обмениваться новостями. Дикарку живо интересовала судьба селения миридов. Услышав, что его разрушил Защитник, она расстроилась и явно приуныла.

— Не хотеть здесь. Хотеть там, — пробурчала Элхо.

Принцесса развела руками.

— Ничего не поделаешь. А что случилось с тобой?

— Папа́приказал украсть.

Услышав это «папа́» с ударением на второй слог, я едва не прыснул, настолько забавно оно звучало. Словно передо мной сидит не дикая мохнатая тетка, а какая-нибудь Наташа Ростова.

— Пещера меня запирать, — продолжала она. — Большой камень положить не дать выходить. Стражник ставить. Я сигнал слышать. Рано выходить нельзя.

— Ты слышала наш зов, но не смогла помочь из-за того, что отец приказал завалить вход в твою пещеру камнем? — уточнила Бася. Похоже, она тоже не всегда понимала своеобразный диалект Элхо.

— Нет, — та бодро замотала головой. — Они ходить рядом весь вечер. Сейчас они идти ритуал, я убежать.

— Какой ритуал? — живо заинтересовался я.

— Бог говорить, — отмахнулась дикарка. Эта тема ее не интересовала, и она вернулась к рассказу. — Я убирать камень.

Она вдруг потупилась, сжав плечи, словно чего-то устыдилась.

— Элхо, — в голосе Баси появилась несвойственная ей строгость, — рассказывай, что случилось.

— Стражник мешать, — еле слышно ответила та. — Меня не выпускать.

— И что ты сделала?

Дочь вожака наклонилась совсем низко и стала острым ногтем ковырять землю.

— Скажи, пожалуйста, что ты сделала, — вежливо, но твердо попросила принцесса.

Помолчав, дикарка исподлобья взглянула на нее и нехотя ответила:

— Скушать стражник.

Я почувствовал, как на поясе нервно дернулась Зараза. Принцесса чуть заметно поморщилась.

— Элхо, милая, ты же знаешь, что нельзя этого делать.

— Он мешать, — упрямо ответила «милая». — Он хотеть жениться меня. Я хотеть помочь вам. Он мешать. Я разорвать и скушать.

Мысленно я потешался: как по мне, нет никакого греха в том, чтобы угробить пару-тройку зверогадов. Но озвучить крамольную мысль не решился, просто переводил взгляд с Баси на Элхо, внимательно слушая и стараясь ничего не упустить.

— Он хотел на тебе жениться, а ты его съела⁈

— Хотеть мой папа́отдать меня. Чтобы потом быть вожак.

Ах, вот оно что, наша «милая» просто не приветствует брак по расчету. Согласен, действительно неприятно. Когда вернусь в реал, возьму на вооружение как средство борьбы с девчонками, желающими выйти за меня из-за бабок. Такие охотницы мне встречались, но в то время я не знал столь действенного способа. Главное, не забыть потом сполоснуться, а то вон Элхо вся в крови.

— Я любить другой, — пыталась оправдаться Элхо, — Лехитим имя.

Но Басю это не впечатлило. Следующие десять минут она потратила на то, чтобы доходчиво объяснить дикарке, что нельзя есть женихов, даже нежеланных. Скоро мне это надоело, и я решил направить их энергию в нужное русло.

— Барышни, давайте вы про мужиков потом поговорите, а? У нас важное дело, хотелось бы все-таки о нем.

Они дружно посмотрели на меня, причем дикарка — с явной благодарностью.

— Верно, — согласилась Бася и повернулась к ней. — Ты помнишь, что говорила нам про Великий Орех?

— Да, — подтвердила Элхо, для убедительности хлопнув себя кулаком в грудь. — Папа́показывать Орех народ, когда бог говорить. Каждая большая луна бог говорить.

Оп-па, а ведь сейчас как раз… Я поднял голову, посмотрел на луну, круглую-прекруглую. Перевел взгляд на Элхо и спросил:

— Ты сказала, что смогла убежать, потому что все отправились на ритуал?

— Да-да, — гордо подтвердила она.

— То есть твой папа прямо сейчас будет показывать Орех?

— Да.

Бася стремительно вскочила, едва не треснувшись головой о потолок норы.

— Так чего же мы ждем? Бежим!

— Стой! — я ухватил ее за рукав. — Мы не сможем подойти близко, нас учуют.

— Могу смотреть с гора, — встряла Элхо, потыкав пальцем вверх.

Мы с Баськой недоуменно переглянулись, потом я сообразил, о чем речь, быстро встал и велел:

— Веди.

Через несколько минут мы оказались на вершине соседнего холма, откуда открывался вид на землю зверолюдей. Нашим взорам открылась весьма интересная картина.

Залитая лунным светом низина, расположенная между несколькими грядами холмов, была буквально забита дикарями. Большинство из них стояли на коленях, некоторые сидели, поджав под себя ноги. Все молчали, их взгляды были обращены в сторону возвышающейся рядом скалы. Я присмотрелся к ней и увидел искусно вырезанный в каменном склоне фасад высотой в несколько метров, с двумя арками-входами. Ничего себе! Это зверолюди смастерили⁈

Чем больше я вглядывался в необычное здание, тем отчетливее понимал — нет, они не могли такое соорудить. Полуразрушенное, но еще красивое строение со следами колонн и кое-где сохранившимися архитектурными элементами явно было делом рук более развитой цивилизации.

— Баськ, что это?

— Ты о скальном дворце? Думаю, они его используют как храм. Очень древнее строение, его возвели во времена перволюдей, когда Рейвул еще не отравил их души злобой и завистью, а у Теодара было сердце. Такие здания иногда встречаются в Пустошах, я слышала о них, но вживую вижу впервые.

Недалеко от входа в храм, прямо напротив него, стоял огромный котел, а рядом — целая гора чего-то бесформенного. Я долго присматривался, стараясь понять, что это, пока не сообразил, что передо мной тушки мелких животных. Ткнул локтем Элхо и спросил:

— Зачем там котел и трупы зверей?

Она взглянула на меня с непониманием.

— Жрать. Сначала бог говорить, потом большой пир. Чтобы славить бога.

Я удивленно покосился на Басю.

— Они едят вареное мясо?

— В долине колокольчиков ели, и…

Но тут снова вмешалась Элхо:

— Теплая живая мяса много вкусная. Очень теплая вареная мяса немного вкусная. Теплая вареная мяса надо после бог говорить.

В этот момент из храма вышел высокий, мощный дикарь в длинном балахоне без рукавов, сшитом из разномастных шкур.

— Папа́, — прошептала Элхо все так же на французский манер.

И тут же воздух задрожал от барабанного боя и криков тысяч дикарей. Они разом воздели руки к небу и заорали:

— Хей-хуул!

— Хо! — раскатисто ответил вожак.

— Хей-хуул!

— Хо! — повторил папаша и вытянул вперед мохнатую лапу.

На раскрытой ладони я заметил что-то круглое и темное, но с такого расстояния опознать предмет не мог.

— Орех! — восторженно прошептала Бася.

— Точно он? Уверена?

— Конечно.

— Да-да, — закивала Элхо. — Папа́его показывать, когда звать бог.

Принцесса вскочила.

— Нам нужно туда!

— Не вставай, — я дернул ее за руку и заставил снова опуститься на землю. — Сама ведь знаешь, какие у них зрение и нюх! Давай понаблюдаем, потом решим, что делать.

Баська недовольно фыркнула, но промолчала.

— Хей-хуул! Хей-хуул! — ритмично орала тем временем толпа.

— О чем они кричат?

— Звать бог. Который вы называть Рейвул.

Интересно. Вот прямо очень.

Элхо протянула лапу и ткнула ногтем куда-то в направлении орущих.

— Там моя жених. Я любить, и он любить.

Пытаться разглядеть в толпе предмет ее мечтаний было совершенно бесполезно. Как она вообще их различает? По мне, так все одинаковые.

Вдалеке, у самого горизонта, небо вдруг осветилось тремя короткими вспышками.

— Зарница? — предположил я.

— Бог ответить! Бог прийти!

Толпа в исступлении завыла, загоготала, бой барабанов усилился, раздались звуки, похожие на те, что издают дудки. Вожак повернулся к дикарям спиной и медленно, торжественно вошел в храм, перешагнув через высокий порог одной из арок.

— Мы что, так и будем здесь сидеть? — в отчаянии зашептала Бася. — Надо подсмотреть, что он там делает. И куда прячет Орех.

Понятно, что надо, только как? Подходить ближе нельзя, даже в инвизе. Унюхают, поймают и разорвут на куски. Деревьев и цветов, чтобы обтереться листьями и отбить запах, вокруг нет. Что же придумать?

И тут в голове появилась простая мысль.

— Сейчас все узнаем. Только молчите, не мешайте.

Глава 2

Я поспешно достал из мешка зелье здоровья и лист джиниума. Оторвал от него часть, мелкими кусочками покрошил в эликсир. Опрокинул зелье в рот и замер в ожидании. Минуты тянулись медленно, и я уже заподозрил, что неправильно смешал ингредиенты, когда в голове зашумело, а следом на меня обрушился низкий, трубный голос:

Моя сила достаточно насытила твою кровь. Теперь твой дух готов к путешествию. Желаешь ли ты его выпустить?

Сосредоточившись, я решительно прошептал:

— Да!

Все вокруг подернулось легкой дымкой, и мой дух, отделившись от тела, полетел над Пустошами. Миновал ряды защитных ям, отлично видимых в свете луны, дюжину небольших холмов, усыпанных темными зрачками нор, и оказался над толпой. Немного покружив над беснующимися дикарями, я через одну из арок-входов юркнул в храм. Забился в угол и осмотрелся.

Мой дух-наблюдатель оказался в большом зале с испещренными древними узорами каменными стенами. По кругу на треногах высились несколько старых бронзовых котлов, из которых с потрескиванием вырывались языки пламени, ярко освещая пространство. Кое-где на полу виднелись остатки плит, напоминавших мраморные. Между ними помещались пять небольших, но исправно работавших фонтанов с чашами. Откуда они здесь? Людоедские инженеры сделали подземный водопровод, протянув его от самого Лучезарного? Бред какой-то. Может, глазами духа я вижу то, чего нет?

С трудом оторвавшись от удивительного зрелища, я посмотрел на вожака. Он в одиночестве стоял посреди зала, уставившись в одну точку. Проследив за его взглядом, я заметил на стене между арками барельеф с изображением трех предметов. Они были старые, потрескавшиеся, но вполне узнаваемые — Жемчужина, Яйцо и Орех. Неужели главными ресурсами рас интересуются даже зверолюды⁈

Под барельефом располагалась небольшая прямоугольная ниша. В ней лежал Великий Зеленый Орех, на который и пялился сейчас папаша. Толстые губы слегка шевелились, из чего я сделал вывод, что он читает молитву.

Эх, забрать бы ресурс у него из-под носа. Увы, сейчас я бесплотный дух и ничего ни у кого свистнуть не могу. Зато теперь мне известно, где находится Орех, а это уже немало.

Я подплыл поближе и внимательно его изучил. Размером чуть больше грецкого, с похожими морщинками, темно-зеленый и слегка светящийся. Очень запоминающийся, ни с чем его не спутаю, даже если…

Что-то тяжелое рухнуло на плечи, придавив меня к земле. Одновременно раздался крик Баси и яростное рычание Элхо. Я мгновенно вышел из состояния духа и вскинул голову — сверху на мне сидел дикарь, глаза которого горели торжествующим огнем.

Наблюдательность +1. Текущее значение: 12

Буквально через полминуты мы все втроем оказались связанными, причем с дочерью вожака обошлись гораздо мягче, ей лишь скрутили запястья. Меня, подхватив под локти, подняли два здоровенных детины, поставили на ноги и поволокли к долине, где по-прежнему шумели тысячи зверолюдей.

Твою ж налево… Увлекся ритуалом и совсем забыл о безопасности.

— Элхо, что ж ты не учуяла, как они подкрались? — я в бессилии скрипнул зубами.

— Она предупреждала, — заступилась за нее Бася. — Мы не успели тебя растолкать.

Хм, неужели я так сильно вхожу в транс?

Дочь вожака под руку вел ее сородич. Вел осторожно, даже нежно. Высокий, почти без шерсти, с куда более человеческим взглядом, чем у остальных. Она не сопротивлялась и смотрела на него с нежным почтением. Так вот ты какой, возлюбленный Элхо!

Когда нас подтащили к дикарям, они заволновались, загомонили еще громче. Едва мы оказались рядом с ними, ко мне и к Баське потянулись десятки мохнатых лап. Сомнений не было: зверолюди видели в нас лишь еду.

Те, что нас вели, требовательным гуканьем прокладывали себе дорогу в толпе. Один из особо пронырливых дикарей дотянулся до меня и царапнул когтями предплечье.

Потеряно 27 хитов

Здоровье: 973/1000

Я поморщился от боли, Бася вскрикнула, а тащивший меня гигант тут же бросился на ушлого сородича и сходу вонзил ему зубы в шею. Миг — и в воздух полетели клоки шерсти, а потом и куски мяса. Кровь брызнула во все стороны, бедолага захрипел… Поспешно отвернувшись, чтобы сдержать тошноту, я двинулся дальше.

После показательной расправы тянуть к нам лапы больше никто не рискнул. Дикари расступились, образовав коридор. Нас с Басей быстро проволокли по нему до самого котла и, разогнав соплеменников, положили на землю. Элхо возмущенно рыкнула и осталась стоять рядом. Ей никто не препятствовал: видимо, связываться с дочерью вожака охотников не было. Лишь ее любимый — как там его звать, Лехитим? — пасся где-то посередине между нами и толпой.

Приподнявшись на локте, я кое-как огляделся. Со всех сторон на меня смотрели жадные глаза. Как только им дадут знак, эти звери бросятся на нас и в момент растерзают. Надо срочно что-то предпринять. Уйти в инвиз? Не вариант. Думай, голова, думай.

Я перевел взгляд на храм — вожак по-прежнему находился там. Пытаясь его увидеть, я внимательно всмотрелся в арку. И с удивлением обнаружил, что все еще могу управлять духом. Точно, ведь он действует в течение определенного времени! Значит, необходимо им воспользоваться. Нужно, позарез нужно найти способ спасти Баську! Да и себя тоже.

Папаша все еще стоял перед барельефом с изображением ресурсов, поэтому я проигнорировал его и стал обследовать храм. Надо отыскать что-нибудь, что поможет нам избежать уготованной участи. И, кажется, у меня есть идея!

Я прекрасно помнил, что дух может проходить сквозь стены, поэтому погнал его к ближайшему фонтану. Наклонился пониже и бесстрашно забурился под мраморную плиту у его основания. Не прошло и полуминуты, как внутри обнаружилась горизонтальная полость, выдолбленная в скальной породе. Стараясь не зажмуриваться (реакция, походу, чисто психологическая, когда считаешь, что ушел с головой в землю), я пролетел вдоль каменного канала в полу и уперся в фасадную стену. Здесь своеобразная «труба» поднималась вверх между двумя арками и сильно расширялась чуть ниже барельефа. Пошарив немного вокруг, я понял, что от этого большого резервуара расходятся пять более узких «труб», проложенных к фонтанам. Но откуда берется вода?

Выйдя на секунду из стены и убедившись, что вожак еще бубнит себе под нос слова молитвы, я принялся обследовать полость, поднимаясь все выше. И в какой-то момент, миновав потолок, оказался в огромной чаше с водой. Вынырнул из нее, огляделся. Нехило, однако…

На вершине скалы было устроено настоящее водохранилище. Вряд ли оно наполнялось во время дождей, их в Пустошах просто не бывает. Значит, магия. Какое-то древнее колдовство. Наполнив хранилище, вода через резервуар в стене под давлением собственного веса узкими струйками вырывается из фонтанов. Мощно. По-видимому, цивилизация, построившая это, была очень и очень крута. Впрочем, о чем я, какая цивилизация? Геймдизайнеры нарисовали, и все.

Вспомнилось, как в детстве ездил с родителями в Сингапур, где на крыше отеля-небоскреба располагался громадный бассейн. Вроде бы даже самый большой в мире. Вид с него открывался великолепный. Подплываешь к бортику и любуешься сверху городом, морем, кораблями. Правда, там все было новое, идеально чистое, с посаженными вокруг деревьями. Здесь же чаша полуразрушена, зато функции свои по-прежнему выполняет. Добавить зелень — и получатся настоящие сады Семирамиды.

Внимательно осмотрев все наверху, я нырнул обратно через толщу воды в храм. Папаша продолжал бубнить, но, кинув взгляд в его сторону, я вдруг понял, что ошибся насчет арок. Нет, это не входы, а окна. По крайней мере, строились они именно как окна, недаром внизу такие большие порожки. Значит, где-то должна быть дверь. Важно ли это для меня? Не уверен, но сейчас нельзя упускать ни единой мелочи.

Я устремился в боковую стену и вскоре оказался где-то в глубине скалы. Не, нафиг, гоу обратно. Выбрался и ломанулся к задней, противоположной от фасадных окон стене. Забурился в нее и тут же «вывалился» в соседнее помещение, оказавшееся чем-то средним между залом и широким коридором, уходящим вдаль и налево. Покрытые паутиной стены, пыльные каменные плиты на полу… Здесь явно никого не было лет примерно миллион. Я метнулся вдоль зала и увидел, что за поворотом открываются входы в комнаты, за каждой из которых виднелись другие коридоры. Да тут целый дворец!

Побродив по лабиринту помещений, я вдруг заметил, что к одному из ходов под прямым углом примыкает другой. В этом не было бы ничего необычного, тут таких перекрестков много, если бы не пол. Именно в этом боковом коридоре он оказался земляным и постепенно поднимался вверх. Меня это заинтересовало, я проскользнул дальше, и вскоре увидел впереди солнечный свет. Проход вел в небольшой грот, выходящий на другую сторону скалы.

Вернувшись в потайной зал, я обратил внимание вот на что: к стене, граничащей с зверолюдовским храмом, вела широкая лестница, упираясь прямо в нее. Похоже, это просто перегородка, плита, которая должна подниматься. Вот только как?

Тщательно осмотрев стены и не увидев никакого рычага, я вернулся в комнату с фонтанами. Вовремя: через секунду раздался слабый звук, похожий на отдаленное завывание, и вожак бухнулся на колени. Языки пламени в бронзовых котлах заметались, словно от сильного ветра, один огонь погас. Помещение наполнилось запахом дыма, сизые струйки поплыли к барельефу и закрутились вокруг него. В храме потемнело, гул стал громче и через пару мгновений перешел в низкий, грубый голос, пробиравший буквально до костей.

— Хор-рре-ес! — прогудел он.

Вожак еще ниже опустил голову, наклонился, практически распластавшись на полу, и тихо пробормотал:

— Хейхул…

Судя по словам Элхо, так зверолюди называют Рейвула. А Хоррес, видимо, имя папаши.

Тем временем жутковатый бас продолжал:

— Хор-ре-ес! Смотри-и на зна-ак!

Дикарь приподнялся и уставился на барельеф. Я тоже посмотрел и с удивлением понял: дым вокруг него сгустился настолько, что стал непрозрачным. Через мгновение он потемнел и распался на мелкие кусочки, каждый из которых превратился в большого черного жука. Десятки этих насекомых забегали по барельефу, быстро выгрызая в камне борозды.

Я покосился на вожака. На его морде отражался если не ужас, то определенно страх. Благоговейный, мистический. Видимо, Рейвул нечасто проявляет свое присутствие столь явным образом. Хоррес таращился на жуков, а те, безусловно, сновали по барельефу не просто так. Делали какую-то определенную работу, и я пытался сообразить, какую именно.

Долго напрягаться не пришлось. Насекомые разом остановились, побледнели, их силуэты расплылись и миг спустя превратились в дым. А мы оба — и я, и вожак — смотрели на знак. Было чему удивляться: на барельефе теперь выделялись пять ресурсов, а не три. К Жемчужине, Яйцу и Ореху добавились два изображения — цветка и странного вида спирали.

— Слушай меня-а, Хорре-ес! — загремел голос Рейвула. — Поручаю ва-ам найти не только Черную Жемчу-ужину и Изумрудное Яйцо-о, но и два других ресурса-а: цветок Солнцеда-ар и Пожирающую Огонь!

Та-ак… Судя по появившимся картинкам, спираль и должна быть той самой штукой, Пожирающей Огонь. Запомним. Хотя мне казалось, что ресурс тинароллов похож на пемзу. Ладно, придет время, разберусь.

Я обвел глазами зал, пытаясь определить, откуда идет голос. И на противоположной стене, той, за которой находился коридор, мой взгляд наткнулся на рычаг. Старый, сплошь покрытый мхом, изъеденный временем и совершенно незаметный. Оп-па… Похоже, эта штука и поднимает плиту, ведущую в соседнее помещение.

— И еще-е, — прогудел Рейвул, и я снова вернулся к барельефу и Хорресу. — Вы должны…

Голос вдруг утих, картинка перед глазами расплылась, поблекла, и в следующую секунду я обнаружил себя на площади перед храмом. Действие зелья кончилось! Блин, как же не вовремя! Ведь бог еще что-то говорил вожаку! Да уж, не повезло так не повезло, исчезни дух на несколько секунд позже, и я бы услышал приказ Рейвула.

Наблюдательность +1. Текущее значение: 13

— С тобой все нормально? — обеспокоенно спросила Бася.

Я посмотрел на нее, с трудом возвращаясь к реальности. Она сидела рядом со мной на земле, связанная, растрепанная. Уже светало, и я хорошо видел тревогу на ее лице. Зверолюды располагались кру́гом в паре метров от нас. Лишь Элхо возвышалась над нами, бдительно следя, чтобы ни один собрат не приближался.

— Да, все в порядке, — я наклонился к принцессе и торопливо зашептал: — Слушай, Бась, есть идея, как отсюда выбраться, прихватив Орех.

Ее глаза радостно расширились, она хотела что-то сказать, но я оборвал ее.

— Погоди, не перебивай. Твоя задача — делать так, как я говорю. Не возражай и не противься, иначе мы оба тут поляжем, ясно?

В Баськином взгляде появилось легкое сомнение, но все-таки она согласно наклонила голову.

— Надеюсь, твой план хорош, и ты не наделаешь глупостей.

— Все может быть, — подмигнул я.

Мои слова потонули в гомоне дикарей, поднявшемся вокруг нас. Я вскинул голову и увидел, что из храма выходит Хоррес. Медленно, торжественно, с застывшей от чувства собственной важности мордой. За его спиной неровными отблесками пламени горели два окна-входа.

Он встал перед подданными, протянул руку и провозгласил:

— Хо-е… Гу-ух! Ху-ру-ху!

По толпе пролетел радостно-восхищенный шелест, зверолюды задвигались, восторженно глядя друг на друга. Элхо наклонилась к нам и перевела:

— Бог сказать его слово.

Хотел бы я слышать, что он там «сказать». Увы, не склалось. Невероятно обидно.

Тем временем сквозь толпу к нам протиснулись несколько дикарей, схватили под локти и поволокли к вожаку. Причем не только меня и Басю, но и Элхо. Лехитим неотступно следовал за ней.

Подтащили, поставили перед Хорресом и замерли рядом. Он злобно посмотрел на дочь и разразился длинной речью. Я вслушивался, мысленно удивляясь, что столь убогие звуки могут содержать что-то осмысленное. Но определенно содержали, потому что, когда он умолк, Элхо угрюмо перевела:

— Папа́сердитый. Говорить вас два варить котел, чтобы сожрать, чтобы славить бога. Меня наказать, не жрать, освободить.

Опустив голову и покосившись на возлюбленного, она сокрушенно добавила:

— И не жениться Лехитим.

Сочувствовать ей было некогда. Успеть бы выбраться, пока не сварили. Мое сердце сжалось, когда я увидел бесконечную растерянность на Баськином лице. Нет сомнений, ей очень страшно. Нужно в лепешку разбиться, но спасти девчонку!

Едва зверолюды приблизились к нам, чтобы подтащить к котлу, я активировал Дипломатию и саркастически захохотал. Принцесса с ужасом посмотрела на меня: похоже, решила, что напарник съехал с катушек. Дикари в недоумении остановились и выжидательно взглянули на Хорреса.

— Ха-ха! — не унимался я. — Великий Рейвул отправил к вам посланника, а глупый вожак хочет его сварить!

Голова папаши дернулась, словно от пощечины. Походу, до меня его глупым никто не называл.

— Гу! Ху-су! — потребовал он, и Элхо перевела: — Папа́сказать рассказать.

Во, вступили в диалог, уже хорошо. Можно считать, первый успех достигнут. Воодушевленный этим, я расправил плечи, задрал подбородок и, делая скидку на их убогий интеллект, объявил:

— Я — посланец Рейвула!

На этот раз пришел черед хохотать вожаку. Его смех был похож на лай, но в нем четко различались нотки недоверия. Не дожидаясь, пока он что-нибудь вякнет, я продолжил:

— Расскажи своему племени, Хоррес, что велел тебе Великий Рейвул. Расскажи, что теперь вам надо найти не три ресурса, а пять. Расскажи, какие изображения возникли на знаке, как их создали жуки, появившиеся из дыма. Давай, не стесняйся.

Лай оборвался, и папаша округлившимися глазами уставился на меня. Побуравив мое лицо взглядом, он посмотрел на моих охранников и бросил им:

— Ху-ту-ру? Ху-ху?

Буква «х» явно была главной в их алфавите. Научить их, что ли, нашему мату? Вот они обрадуются.

— Папа спросить, где вы быть, когда ритуал, — прошептала Элхо.

— Ху-ру, ху-ру, — поспешно уверили стражи, и я без перевода понял: здесь, здесь.

Еще немного попререкавшись с ними, вожак снова перевел задумчивый взгляд на меня. В его мозгу явно шла непростая работа. Я не дал ему шанса и стал дожимать:

— Я никогда не был в вашем храме, Хоррес. Сидел здесь, пока Великий Рейвул говорил с тобой. Не будь я посланником, откуда бы мне все это знать? Вот именно: об этом мне сказал бог. Я жрец его культа, поэтому он отправил меня к вам.

Выслушав все это, вожак кивнул, из его взгляда наконец исчезло недоверие.

Хитрость +1. Текущее значение: 23

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Очень вовремя, блин.

Вождь что-то сказал дочери, и та озвучила:

— Зачем Рейвул прислать Гермес?

— Великий бог желает помочь. Он понимает, насколько сложно зверолюдам найти все четыре недостающих ресурса, поэтому приказал мне и моей подруге отыскать для вас Солнцедар.

Из-под кафтана послышалось зловредное хмыканье Заразы. Сомневается, падла, что я посланец Рейвула. К счастью, папаша был не столь проницателен, он нетерпеливо пролаял:

— Гу-ху?

— Папа спросить, когда вы найти? Завтра?

— Мы уже его отыскали. Развяжите нас, и мы отдадим вам цветок.

— Ты с ума сошел? — зашипела Баська.

Недолго думая, я наступил ей на ногу и вынудил замолчать. Уголком губ прошептал:

— Доверься мне. Или хочешь, чтобы тебя сварили?

Перспектива принцессу не увлекла, и она благоразумно примолкла.

Глава 3

Между тем вожак сделал знак подчиненным, и те, приблизившись, стали нас освобождать. Но не отошли, а замерли рядом, готовые в любой момент броситься, если мы выкинем какой-нибудь фокус. Даже Элхо оттеснили в сторону, чтобы не вздумала вмешиваться.

Помассировав затекшие запястья, я сказал:

— Солнцедар необходимо передавать в храме.

Вожак секунду подумал, но, похоже, не нашел в моих словах подвоха. Важно махнул лапой, приказывая следовать за ним, и направился к окнам-входам. Охранники забубнили, Элхо из-за их спин крикнула:

— Идти за пап а.

Ее французское произношение не переставало меня смешить. Весело фыркнув, я взял Басю за руку и пошел к храму. К тому времени окончательно рассвело, окна-входы горели не столь ярко, но все-таки было видно, что внутри поблескивают огни.

К моему удивлению, в зал зашли лишь несколько дикарей: вожак, четыре охранника, Элхо и Лехитим. Остальные толпились снаружи, с жадностью глядя на происходящее.

В окружении, так сказать, бодигардов я расположился у одного из фонтанов. Повернулся лицом к барельефу и обратился к Хорресу:

— Вели своим людям встать на колени, вождь!

Тот, не колеблясь, что-то прогундел, и все послушно исполнили приказание. Вокруг меня стало посвободнее. Я покосился на Басю: она осматривалась, явно ища лазейку, через которую можно улизнуть. Но не находила. Ничего, скоро увидишь.

Я протянул руку и торжественно, громогласно произнес:

— Посланница Бася! По велению Великого Рейвула мы обязались передать вождю Хорресу заповедный Солнцедар! Настал час это сделать!

Принцесса впилась в мое лицо взглядом, ища хоть какой-то знак, по которому она смогла бы понять, что делать. Но я стоял с каменной мордой. Тяжело вздохнув, девушка полезла в мешок. Достала цветок и повернулась к вожаку. Я почти физически ощущал, как не хочется ей передавать сокровище миридов в лапы зверолюдей. Но другого выхода не видел.

Бася шагнула к Хорресу и, подыгрывая мне, опустилась на одно колено. Протянула ему Солнцедар.

— Прими этот цветок, о вождь!

Умница, действует словно по заранее оговоренному сценарию. Просто молодчина!

Папаша взял Солнцедар из ее рук и обернулся к барельефу. Осторожно ощупал все три лепестка и снова посмотрел на каменное изображение. Сравнивает, то ли ему всучили, догадался я. Не найдя различий, он склонил перед Басей голову и пробормотал:

— Ху-ру-ху! Хей-хул ху!

— Папа́благодарить посланники Великий Рейвул, — подсказала Элхо.

По толпе за окнами пролетел восхищенный гул. Немудрено, я бы на их месте тоже обрадовался. Шутка ли — Солнцедар нахаляву.

— Вождь! Дабы вдохновить вас на поиски остальных ресурсов, Великий Рейвул желает расширить ваш храм — продолжил я с пафосом и показал на рычаг. — Видите вон ту палку? Ее приказано очистить от грязи и мха.

Во взгляде Хорреса мелькнуло удивление, но он тут же дал знак охранникам, и те бросились выполнять приказание. За неимением скребков и тряпок они чистили рычаг когтями и собственной шерстью, а в довершении полили водой из фонтана.

Покончив с работой, они дружно повернулись ко мне. Топтались в ожидании, дикие глаза горели нетерпением.

Я важно подошел и осмотрел рычаг. А потом с силой налег, стараясь опустить. Поначалу мне это не удалось, но я поднатужился, и… Раздался громкий скрип, стена, подняв тучу пыли, медленно поползла вверх. За ней показались лестница и тот самый полузал-полукоридор, уходящий вдаль и налево.

Зверолюды потрясенно смотрели на свои новые владения. Глаза их округлились, наполненные массивными зубами рты приоткрылись, и даже голубоватая шерсть, кажется, встала дыбом. Замерли все: и Элхо с Лехитимом, и четверо охранников, и вожак, и те, кто находился снаружи, и даже Бася. С полминуты стояла тишина, а потом все дружно загалдели, восхищенные «даром Рейвула». Шум поднялся — хоть уши затыкай. Дикари размахивали руками, радостно гудели, притоптывали, кто-то подпрыгивал, кто-то падал на колени.

Когда гам немного поутих, мои бодигарды подошли к открывшемуся проему и с интересом уставились на лестницу и коридор. Но я поднял руку, веля им остановиться.

— Стойте! Вам нельзя туда заходить до захода солнца. Если кто-то перешагнет границу комнат раньше, Великий Рейвул покарает его!

Синешерстые остановились и на всякий случай отошли подальше, а я вернулся к стене с барельефом, возле которой по-прежнему стоял Хоррес.

— Ху-ру-ру-ху! Хей-хул ху! — сообщил он.

— Папа́очень благодарить посланники Великий Рейвул.

Вожак перевел взгляд на Элхо и пролаял:

— Ру-су-ху. Ху-ту?

— Папа́спросить, что нужно сейчас.

— Теперь, вождь, прикажи своим людям сделать для Солнцедара такую же нишу, как для Великого Ореха, — ответил я. — Только немного повыше. Вот здесь.

Решив, что торжественная часть завершена, я обычным шагом подошел к стене и ткнул пальцем под барельефом. Внимательно посмотрев на указанное мной место, Хоррес повернулся к дикарям и подтвердил приказ. В толпе снаружи тут же наметилось оживление, зверолюды задвигались, заметались, и буквально через минуту в храм внесли четыре здоровенных каменных молота с клинообразными концами.

Охранники схватили их и подошли к барельефу. Уточнив еще раз точку, в которой нужно сделать нишу, они принялись один за другим долбить по стене. Чтобы в их глупых головах во время работы не зародилось сомнений, я беспрерывно комментировал процесс и давал указания:

— Да, да, здесь. Вот так, хорошо. Бейте, бейте. Да что так слабо-то? Давайте активнее.

Возбужденные моими понуканиями, в храм вошли еще два зверочеловека. Они держали в руках камни и, присоединившись к собратьям, тоже стали бить по стене, хотя нужды в этом не было.

Бум-с! Из своей ниши вывалился Великий Орех. Я этого ждал, поэтому властно протянул руку и сказал поднявшему его дикарю:

— Давай сюда. Он должен лежать у центрального фонтана.

Тот, взглядом испросив согласия вожака, сунул мне в ладонь ресурс, а сам вернулся к работе. Я же встал рядом с Басей и, воспользовавшись грохотом, который производили дикари, прокричал ей прямо в ухо:

— Приготовься, сейчас будет жестко!

И покосился на дочь вожака, которую держал за руку Лехитим. Жалко оставлять ее здесь, она так хотела вернуться к миридам. Вот только хватит ли силы? Ладно, попробую, но, что называется, без гарантии. Главное — вытащить Баську.

Стоя у фонтана, я внимательно смотрел на появляющуюся под каменными молотками выбоину. Похоже, ждать осталось совсем недолго.

Через полминуты по стене пошла трещина, а чуть позже сквозь нее начала сочиться вода из резервуара, находившегося внутри. Дикари остановились и с растерянностью посмотрели на меня.

— Все хорошо, молодцы, — радостно похвалил их я и подошел ближе. — Теперь смотрите, надо ударить очень сильно и всем вместе. Один бьет сюда, второй — сюда, ты — сюда, а ты — вот сюда. Давайте, несколько раз по моей команде!

Я снова отошел к фонтану и, встав между принцессой и Элхо, придирчиво осмотрел стену. Да, все нормально, дыра получится достаточно большой. Резко выдохнув, я поднял руку.

— Можно!

Четверо дикарей со всей дури разом жахнули по стене. Тонкая перегородка, отделявшая резервуар, проломилась, и в храм хлынула лавина воды. За миг до этого я успел сунуть Орех за щеку и схватить обеих девчонок за руки. Резким рывком дернул их за собой и бросился в поток. Вода из гигантского бассейна подхватила нас, с грохотом понесла вниз по лестнице и дальше, по коридору.

Хитрость +1. Текущее значение: 24

Перед глазами замелькали системные сообщения, но мне было не до них. Выживу — прочту, а сейчас, когда кубарем лечу в потоке, ежесекундно теряется здоровье.

Здоровье 932/1000

Бах! Походу, я ударился о стену, там, где поворот налево. И не заметил, как потерял обеих девчонок.

Здоровье 865/1000

Уши, нос, глаза, рот и даже мозги — казалось, все заполнилось водой.

Здоровье 835/1000

Я пытался вынырнуть, чтобы глотнуть воздуха, но разве в этой коловерти поймешь, где верх, а где низ?

Здоровье 811/1000

Как там Бася, жива?

Здоровье 777/1000

Твою дивизию, нафига я это затеял⁈

Здоровье 739/1000

Бум-с! Меня шлепнуло о стену, и вдруг все затихло. Фыркая и отплевываясь, я поспешно вынырнул, сделал вздох и вновь погрузился в поток в поисках Баси. Таращился в темную, мутную воду, однако ничего не видел. Только бы она не утонула!

Орех, по-прежнему лежавший за щекой, ужасно мешал. Приходилось терпеть — не выплевывать же его. Я попытался нащупать ногами пол, но тут чьи-то сильные руки подхватили меня и вытащили на поверхность. Проморгавшись, я с изумлением посмотрел на вцепившегося в мои плечи дикаря. Лехитим!

— Гу! — буркнул он и показал в сторону. Подозреваю, ему очень хотелось меня сожрать, но что-то мешало.

Я повернулся и увидел Баську и Элхо, стоявших в смежной комнате по колено в воде. Как так? У меня-то здесь целый океан!

— Тут лестница, — засмеялась принцесса, отвечая на незаданный вопрос. — Плыви сюда.

Отпихнув Лехитима, я в несколько гребков добрался до ступеней. Поднялся по ним, зябко ежась от холода. Да уж, лучше бы мы проделали этот путь вечером, тогда вода после жаркого дня успела бы прогреться на солнышке.

— Совсем обалдел? — взвыла Зараза. — Хочешь, чтобы я заржавела⁈

Не обращая внимания на ее вопли, я со вздохом облегчения прислонился к косяку.

— Как ты это сделал? — в Басином голосе слышалось неприкрытое восхищение.

— Ерунда, — подойдя к принцессе вплотную, я достал изо рта Орех, сунул ей в руку и тихо шепнул: — Держи. Можно улетать.

Ее глаза возмущенно расширились.

— Улетать⁈ Даже не думай, я ни шагу не сделаю без Солнцедара!

Здрасьте, приехали!

— Бась, ты чего? Добудем мы его, не переживай.

— Я надеялась, что твой план позволит нам забрать и Орех, и цветок.

— Если помнишь, нас собирались сварить, — мой голос прозвучал излишне желчно. — Так что главной задачей было сбежать. И один-то ресурс чудом удалось прихватить.

— Да, ты прав. Извини.

Шагнув вперед, я взял ее за руку.

— Положись на меня. Мы найдем способ забрать Солнцедар. Но сейчас надо валить.

— Нет! — отрезала она.

В глазах принцессы светилась столь твердая решимость, что я понял — мне ее не переубедить. И как теперь, лететь одному, а ее бросить здесь? Обалденная перспективка.

Тем временем Лехитим тоже добрался до нашей комнаты. Я вопросительно взглянул на Элхо, ожидая объяснений.

— Я держать Лехитим рука, когда вода падать из стена, — охотно прокомментировала она. — Лехитим хороший. Элхо и Лехитим вместе. Лехитим не мешать Гермес.

— Гу-гу, — встрял жених. Видимо, подтвердил, что он «не мешать».

Ладно, парень, будем считать, что ты меня убедил, уж очень красноречивы твои аргументы. Да и вообще, сейчас не до тебя.

Раз Баська уперлась, надо придумать, как забрать Солнцедар. Вся вода из бассейна со скалы вылилась сейчас в этот коридор. Допустим, я смогу проплыть сотню метров, что отделяет нас от первого зала, а что дальше? Если в храме остался хоть кто-то из дикарей (а с чего бы им уходить?), то спрячься я хоть в три инвиза, меня учуют. Они безошибочно определяют расположение цели по запаху, в этом мне уже пришлось убедиться.

Пол под ногами слегка вздрогнул, и я нервно обернулся к Басе.

— Погоня?

— Не знаю.

Придется смотреть. Со вздохом сожаления я вытащил из мешка лист джиниума. Вернее, его остатки. Пожалуй, на пару эликсиров еще хватит. И один из них надо сделать сейчас.

Достав из мешка зелье здоровья, я замешкался. Блин, рук не хватает. Фиал, мешок, растение… Я прижал бутылочку локтем, открыл и только собрался покрошить в нее лист, как она выскользнула и упала в воду, облив меня ярко-красным содержимым. Матернувшись, я стал оттирать пятно от камзола, но оно въелось намертво. Хрен с ним, характеристики не пострадали, и хорошо. Буду ходить так.

Баська, глядя на мои страдания, вызвалась помочь. Протянула мне новое зелье здоровья, и вдвоем мы быстро справились с созданием эликсира. Я уже готов был его выпить, но тут она, прислушавшись к мерным колебаниям земли, сказала:

— Нет, это не погоня. Защитник идет за Солнцедаром.

— Не понял… Он заберет цветок? Тогда зачем я тут голову ломаю?

Принцесса закусила губу, чуть не плача.

— Он не отдаст его нам. Обладание Солнцедаром для него — свобода. Поэтому он мечтает его забрать.

— Но ты говорила, что его хозяин — тот, кто владеет цветком. Мы отдали его Хорресу, значит…

— Ничего это не значит. Для власти над Защитником нужно прочесть заклинание в Священной роще. Сейчас Солнцедар никому не принадлежит. И поэтому он стремится им овладеть.

Ответить я не успел — земля снова дрогнула, еще и еще, с каждым разом все сильнее. Через минуту толчки стали нерегулярными и совершенно разными по мощности, из чего я сделал вывод, что мегапод подошел к храму и сейчас, топчась на месте, расправляется с дикарями. В том, что он их победит или по крайней мере обратит в бегство, сомнений не было.

Стоя по колено в воде, я пытался сообразить — хорошо для нас или плохо, если Конг заграбастает Солнцедар? У кого будет проще забрать цветок, у него или у зверолюдов? Их много, они сильны и не так чтобы сильно глупы. Защитник тоже не слаб, но с мозгами у него, похоже, ощутимые траблы. Да что там, он вообще действует как робот, тупо подчиняясь владельцу Солнцедара.

Прикинув и так, и эдак, я решил, что пока события развиваются в выгодную для нас сторону.

— Мегапод, безусловно, заберет у них цветок. И куда потом пойдет?

— Полагаю, к себе, — не задумываясь, ответила принцесса. — У него есть пещера рядом с Лучезарным.

— Тогда и нам туда же.

Она не возражала. Оглядев окрестности, я понял — мы находимся недалеко от коридора с земляным полом, который ведет наружу.

— Надо валить. Поплыли. Во-он к тому проходу.

Дикари держались на воде, как пробки. Бася тоже не подвела, и буквально через минуту мы добрались до нужного места. Пол здесь поднимался, очень скоро я ощутил под ногами твердую поверхность. Пройдя по длинному коридору, теперь уже больше похожему на расщелину, мы выбрались к гроту, который вел наружу.

— Как ты его нашел? — воскликнула принцесса.

— Примерно так же, как вызвал потоп. Осмотрись, сможешь сориентироваться? В смысле, найдешь дорогу к вашему селению?

Баська понурилась.

— Бывшему селению. Да, найду.

Прежде чем отправиться в путь, мы прямо на себе выжали одежду. А Элхо с Лехитимом, опустившись на четвереньки, принялись отряхиваться, словно собаки. Подавив смешок, я махнул рукой:

— Погнали. Бась, веди.

Когда мы отошли на безопасное расстояние, я на ходу открыл интерфейс. Надо ведь посмотреть, что там мелькало, когда я бухнулся в воду. Залез… и обалдел. В последней системке было написано:

Акробатика +1. Текущее значение: 19

А вот в предпоследней… Мама дорогая!

Поздравляем! Вы — первый игрок Мидкора, получивший главный ресурс расы олнейгов — Великий Орех. В награду вы получаете +1 ко всем характеристикам!

Ни-че-го себе! Это сколько же⁇

Лихорадочно порывшись в интерфейсе, я выяснил, что к каждому параметру привязано пять характеристик. А всего параметров — одиннадцать.

Пятьдесят пять очков! Пять с половиной уровней! Плюс еще один, взятый во время разговора с вожаком. Ну-ка, посмотрим.

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Еще бы!

Поздравляем! Вы получили уровень 19!

Здоровье: 1095/1095

Сытость: 183 /260

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Желаю, еще как желаю.

Поздравляем! Вы получили уровень 20!

Здоровье: 1195/1195

Сытость: 183 /270

Желаете изучить умение «Упрощение»?

Желаете изучить умение «Скороход»?

Так… Что уровень грядущий нам готовит?

Умение «Упрощение»: обнаружение и обезвреживание механических ловушек; базовая вероятность успеха 10%.

Умение «Скороход», пассивное: увеличение скорости передвижения на 5%.

Неплохо. Не забыть бы потом посмотреть, чем надо обезвреживать эти ловушки.

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Ессно…

Поздравляем! Вы получили уровень 21!

Здоровье: 1300/1300

Сытость: 183/280

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 22!

Здоровье: 1410/1410

Сытость: 183 /290

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 23!

Здоровье: 1525/1525

Сытость: 183 /300

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 24!

Здоровье: 1645/1645

Сытость: 183 /310

Нехило… Минуту назад я был восемнадцатым, а теперь двадцать четвертый. Причем до двадцать пятого осталось всего три очка характеристик. Орех рулит!

Забавно, что выкрав когда-то у Баси Черную Жемчужину, я не получил никаких бонусов. Это свидетельствует о том, что какой-то ушлый игрок владел ею раньше, чем я. Жаль, лишние пять левелов мне тогда ох как пригодились бы. Ладно, теперь уже неважно, живем дальше.

К полудню мы добрались до селения миридов. Баська шла по нему, зажав рот ладошкой, чтобы не разреветься. На глазах Элхо тоже блестели слезы. Здесь в самом деле

было от чего девчонкам зарыдать: дома-колокольчики разметало по сторонам, словно после торнадо. Тут и там валялась искореженная посуда, разбитые фиалы с зельями, а на кусте с обломанными ветками, точно флаг, символизирующий поражение, колыхалась белая простыня. На поле желтых цветов рваной раной зиял провал метров тридцати в диаметре. Множество примятых бутонов свидетельствовало о том, что здесь прошел мегапод. Вокруг будто все вымерло — ни пения птиц, ни жужжания насекомых.

— Покажешь, где его логово? — я машинально перешел на шепот.

— Вон там, ближе к Лучезарному, черное пятно, похожее на каплю, — также тихо произнесла принцесса, показав на возвышающуюся вдалеке скалу, с обратной стороны которой лил свои струи водопад.

— Хорошо, пошли.

В этот момент в интерфейсе всплыло сообщение: обо мне вспомнил Руддер.

Макс, привет, ты сейчас где?

Жестом попросив Баську подождать, я торопливо написал:

В Пустошах.

Реакция Стаса оказалась моментальной.

Где??? Ты совсем охренел? Портуйся оттуда скорее, там и часа не проживешь, зверолюды порвут на куски.

Я с усмешкой покосился на Элхо и Лехитима.

Забей, я тут уже третьи сутки. Парочка зверолюдов стоит сейчас рядом со мной и передает тебе привет.

Руддер ответил матерной фразой. Комментировать ее я не стал, лишь фыркнул. Через полминуты пришло новое сообщение:

Появился клановый квест с офигенной наградой, мы тем же составом, каким ходили на Неприступный, идем его завтра выполнять. Присоединишься? Или у тебя опять дела поинтереснее?

В последнем вопросе мне почудился упрек. Хоть Руддер и обещал мне полную свободу, но все-таки иногда в клановых ивентах стоит принимать участие. Вот только некогда, сейчас главная задача — помочь миридам найти нужные ресурсы. С другой стороны, квест может быть как-то связан с моей целью. Неплохо бы выяснить.

Пока не знаю, смогу ли. Но скоро буду в Мергусе, найду тебя там, поговорим, лады?

Руддер согласился, а я, посмотрев на Басю, кивком головы показал в сторону Элхо и Лехитима.

— Предлагаю наших друзей оставить здесь.

— Нельзя здесь! — решительно возразила дикарка. — Мы помогать! Мы драться, когда нужный!

Бася улыбнулась сквозь слезы и погладила подругу по мохнатому плечу.

— Успокойся, милая. Гермес прав, вам лучше остаться. Спрячьтесь в Священной роще, ладно? Я прибегу туда, если нам удастся найти цветок.

Элхо недовольно зарычала, но Лехитим, обхватив невесту обеими руками, потащил ее к роще. А по пути увещевал:

— Ху!

— Ху-ху!

— Гу-ру-ху!

Мы с Басей не стали подслушивать столь информативный диалог и, проводив их взглядами, направились дальше. Прошли через селение, вошли в лес и повернули к водопаду. Отсюда его не было видно, но над скалой в облаке брызг висела радуга.

Атлетика +1. Текущее значение: 39

Не успели мы сделать и сотни шагов, как до моего слуха донесся странный звук, похожий на громкий, низкий вой ветра.

— Что это? — насторожился я.

— Наш Защитник храпит.

— Ага, офигенно наш. Но хорошо, что спит. Умаялся, небось, топча зверолюдов.

Бася оказалась права. Чем ближе мы подходили, тем громче становился храп — настолько заразительный, что я и сам начал зевать. Он перекрывал даже грохот Лучезарного.

Вскоре мы вышли к широкой просеке, с одной стороны которой находилась гора, а с другой возвышалась скала с водопадом. Бася потянула меня в сторону и через минуту остановилась прямо напротив здоровенной пещеры. Затаив дыхание, я смотрел, как в глубине ее, в самой тени, дрыхнет мегапод. Здоровенные губы подрагивали при выдохе, а храп по мощности скорее напоминал взлетающий реактивный лайнер.

Но самое главное — в метре от его огромной головы в полу пещеры стоял Солнцедар. Именно стоял: походу, гигант снова посадил его в землю.

— Что думаешь? — негромко спросила Бася.

— А что тут думать? Оботрусь травой, дабы не учуял, подойду в инвизе и заберу цветок.

Она покачала головой.

— Не получится. Как только ты вынесешь его из пещеры, Защитник поймет это и убьет тебя.

— Каким образом поймет? Унюхает?

— Да нет же. Он его чувствует, иначе как бы он нашел Солнцедар у Синешерстых?

— Погоди, давай проясним. Если я свистну цветок, то еще не стану его хозяином, верно?

— Верно. Для этого надо вернуться в Священную рощу и прочитать заклинание у Хранителя.

— То есть, если передать Солнцедар тебе, то Защитник будет охотиться за тобой?

— Да.

Я помолчал, соображая, потом снова спросил:

— У тебя ведь сохранилась серебряная шкатулка? Что, если положить цветок в нее?

— Тогда он тут же начнет крушить все вокруг. Боюсь, мы не успеем убежать.

Интересная задачка. Как ни возьмись, получается фейл. Я сел на траву и задумался. У каждой проблемы должно быть свое решение, просто нужно его найти.

Глава 4

Бася терпеливо ждала, когда меня озарит. А я мучительно искал выход из ситуации, пока не наткнулся взглядом на пятно на камзоле. План сложился моментально, я торопливо встал и спросил.

— Слушай, а что за желтые цветы растут на поле?

— Наш ресурс. Такой же, как простые жемчужины, орехи и прочее.

— Ничего, если я нарву букет?

— Пожалуйста. А зачем?

— Увидишь, — подмигнул я. — У тебя найдется несколько банок здоровья?

— Конечно, — Бася полезла в мешок. — Держи.

Она протянула мне целую россыпь фиалов и неуверенно уточнила:

— Может, еще что-то нужно? Есть зелья защиты, наблюдательности, скрыт…

— Не, не надо. Жди меня здесь.

Затарившись хилками, я через селение миридов понесся на поле. Сорвал цветок и, сев прямо на землю, открыл эликсир здоровья. Чтобы облить им бутон, понадобилось не больше полуминуты. Желтые лепестки моментально пропитались красной жидкостью, и теперь от Солнцедара его отличала лишь небольшая разница в размерах и отсутствие легкого свечения.

Нарвав пятнадцать штук и перекрасив их, я направился обратно. Прошел через селения и, не доходя до просеки, где ждала Бася, повернул и пошел в противоположную от него сторону. По пути я раскидывал цветы, кладя их прямо на тропу метров через двадцать-тридцать друг от друга.

Когда остался скромный букет из пяти растений, я вернулся к скале.

— Что это? — изумилась принцесса. — Пять Солнцедаров⁈

— Похоже, да? — засмеялся я. — Помнишь, там, в храме, я пролил хилку на камзол и не смог оттереть пятно? Вот мне и пришла в голову мысль перекрасить бутоны.

— Невероятно, — восхищенно прошептала она, и в самом деле глядя на меня с некоторым недоверием.

Такой взгляд дорогого стоит. Будь у нас время, я раздулся бы от гордости, как индюк. Но времени не было, поэтому просто сказал:

— Иди к Священной роще и жди там.

— А ты? — восторг в ее голосе тут же сменился тревогой.

— Если этот Кинг Конг не слепой, то все получится, и я прибегу туда. Дай на всякий случай шкатулку.

Она молча протянула мне серебряную коробочку.

— Все, топай. Ни о чем не волнуйся, просто жди.

Когда Баська отчалила, я нарвал травы, тщательно обтерся ею и ушел в инвиз. Бросил еще три цветка так, чтобы получился непрерывный ряд, потом подошел к пещере. Из нее по-прежнему доносился громоподобный храп, Защитник спал все в той же позе.

Я резко выдохнул — что ни говори, а все-таки страшновато — кинул еще одно растение у входа и вошел. В руке я держал шкатулку, однако использовать ее решил только в крайнем случае: совершенно не хотелось, чтобы мегапод начал крушить все вокруг.

Конг не шевелился, но внутри его храп отражался от стен, и меня буквально оглушило. Плюс вблизи гигант казался еще больше. Повернись он сейчас на другой бок — и раздавит, как клопа.

Подкравшись к голове мегапода, я ковырнул кинжалом землю и в образовавшуюся ямку посадил последний покрашенный цветок. Мысленно перекрестился, сорвал растущий рядом Солнцедар и опрометью бросился вон из пещеры.

Но не успел сделать и тридцати шагов, как меня накрыл яростный рев. Секунда, другая — и он оборвался. Я на бегу обернулся: мегапод стоял на коленях возле посаженного мною цветка и смотрел на него наливающимися кровью глазами. Потом рывком вытащил из земли, бросив на землю, снова заревел и двинулся за мной. И наткнулся взглядом на новый «Солнцедар»!

Перед глазами мелькнуло системное сообщение. Пытаясь на ходу его прочесть, я споткнулся и едва не упал. Бежать, не оглядываться! Впрочем, в последнем не было нужды: по доносящимся из-за спины звукам все и так было понятно. Грозный рык то накрывал окрестности, то резко прерывался всякий раз, когда мегапод находил очередной цветок. Не разбирая дороги я несся к селению, молясь лишь об одном: только бы гигант прошел хотя бы половину «цветочного пути», который я для него проложил. Тогда он уйдет в противоположную сторону, и у него не хватит времени перехватить меня до Священной рощи.

Атлетика +1. Текущее значение: 40

Конг шел от цветка к цветку, то разочаровываясь, то снова преисполняясь надеждой. Но понять, что если его обманули пять раз, то и шестой цветок — тоже лажа, мозгов у него не хватало. А может, искусственный интеллект, создавший его вопреки воле разработчиков, как раз хотел, чтобы Защитник был глупым. Если с его размерами и силой иметь еще и разум…

Инвиз кончился, но я не стал париться с его обновлением. Через несколько минут, задыхаясь и дыша как паровоз, ворвался в селение. И сразу увидел Басю, которая нервно переминалась с ноги на ногу. Заметив меня, она бросилась навстречу. Я сунул ей в руку Солнцедар и прохрипел:

— Скорее! У тебя минута!

Коротко кивнув, принцесса развернулась и со всех ног побежала к Священной роще. И тут поляну накрыл грозный рык. Я обернулся: из глубины леса к селению приближался Защитник.

Нас разделяло метров двести, он преодолел их за два десятка шагов, глядя на меня горящими глазами. Я рванул с пояса Заразу, бросил на землю… Уйти в инвиз успел буквально у него перед носом и сразу же рванул в сторону. Мегапод в растерянности замер, а потом уверенно направился к роще. У меня похолодело в груди — а ну как он успеет перехватить Баську⁈

— Эй, обезьяна безмозглая! — заорал я, прежде чем успел сообразить, как это опасно. — Иди сюда!

Он остановился, покрутил башкой и снова двинул к роще. Но пару секунд я успел выгадать. Вот бы еще немного…

Найдя в траве камень, я размахнулся и со всей дури швырнул его в Конга. Попал в мохнатую ногу, он снова тормознул, его злобный рев накрыл селение. Защитник обернулся и… увидел меня. Вот я баран, ведь инвиз спадает при атаке!

Обновить его я уже не успел. Мегапод рывком нагнулся, обхватил меня огромной лапищей, поднял над головой. А потом с силой бросил вниз, и я полетел с тридцатиметровой высоты. Душа ушла в пятки, внутри появилось ощущение жгучей пустоты…

Акробатика +1. Текущее значение: 20

Раз… Я шлепнулся обо что-то мягкое.

Здоровье: 1585/1645

Хитрость +1. Текущее значение: 25

Все произошло так быстро, что мне понадобилось секунд десять на осознание произошедшего. Лишь после этого я сообразил, что Конг поймал меня у самой земли. Радостно рыкнув, аккуратно опустил на траву. Выражение морды было теперь совсем другим, так что мне стало понятно: Баська успела прочесть заклинание, и теперь он находится под ее контролем. Фу-у-ух…

Не в силах устоять на ногах после пережитого, я плюхнулся в траву. Мегапод помедлил и сел рядом. Так мы и сидели бок о бок под палящим солнцем, пока не пришла принцесса. За ней топали Элхо с Лехитимом. За это время я немного отдышался и даже смог встать при их появлении, несмотря на противную дрожь в коленях.

— Здравствуй, Защитник, — обратилась к гиганту Бася.

Тот слегка склонил голову и тихо забухтел. Принцесса погладила его по лапе, а потом, подойдя, встала на цыпочки и поцеловала меня в щеку. Сердце прыгнуло вверх и затрепыхалось где-то в горле.

— Спасибо, Гермес. Благодаря тебе мы за два дня нашли больше ресурсов, чем за всю жизнь.

— Да хватит уже, — пробормотал я. Блин, веду себя, словно отбитый придурок. — Как действуем дальше?

Баська замялась.

— Хорошо бы найти надежное место, чтобы спрятать Солнцедар, Жемчужину и Орех. Оставлять их у Хранителя или носить с собой небезопасно. Но Осфен и другие пока не успели обустроиться, так что даже не знаю, куда можно деть ресурсы.

— Тоже мне, проблема. Предлагаю для этой цели использовать гробницу Элгиона. Ее триста лет никто не мог отыскать, и еще столько же не сможет.

— До нее очень долго идти, — возразила принцесса.

— У меня есть скилл, позволяющий туда портануться. Давай ресы, спрячу. Только надо сразу договориться, где встречаемся, потому что сюда я уже вернуться не смогу.

Бася потянулась к мешку, но через мгновение рука ее замерла, и девушка настороженно посмотрела на меня. Да что ж за е-мое, опять не верит! Надо небо и землю перевернуть, горы вершинами в грунт воткнуть, чтобы она научилась на меня полагаться⁈

В душе клокотала обида, но скандалить я не стал. Лишь с театральным вздохом спросил:

— Хорошо, что ты предлагаешь?

— Можно полететь вместе.

— Как? У тебя есть скилл полета в гробницу Элгиона?

— Нету. Но есть свиток вызова. Ты можешь телепортироваться первый, потом притянуть меня.

Я открыл рот, чтобы объяснить, что в таком раскладе легко могу ее надуть, но она и сама это поняла. Ойкнула и виновато поправилась:

— Нет, так не получится.

Блин… Грохнуть, что ли, ее прямо здесь? Так ведь Лехитим и Элхо от меня мокрого места не оставят. Не говоря уже о Защитнике.

Лицо Баси вдруг просветлело.

— Знаю! — воскликнула она. — У меня есть заклинание Живой куклы!

— Это что еще такое? — нахмурился я.

— Я сделаюсь маленькой, и ты просто будешь держать меня в руке.

Да уж, чего только парни Арсения не наворотили в Мидкоре.

— Эмм… Ну ладно.

Бася повернулась к Элхо.

— Милая, вы со мной? Я и вас могу превратить в кукол.

Лехитим обхватил «милую» мохнатой лапой и ответил за нее:

— Ху!

Кого там я хотел учить матерным словам? Он и без меня, походу, гуру в этом вопросе.

В прошлый раз «ху» означало «да», но, как оказалось, это многозначное слово.

— Не хотеть, — Элхо виновато склонила голову набок. — Лехитим сказать знать хороший зеленый место. Мы там жить.

— Но ведь за тобой снова могут прийти твои соплеменники.

— Я говорить папа́. Сказать хотеть жить зеленое место. Ходить его гости. Не любить песок.

— Ты объяснила ему, что хочешь жить в лесу, да? А его будешь иногда навещать?

— Да-да, — радостно закивала дикарка.

— Хорошо, милая, тогда вот что, — Бася повернулась к мегаподу. — Защитник, иди с ними. Охраняй их и не давай никому в обиду, понял? Но если Элхо сама захочет уйти, не препятствуй.

Конг покорно склонил голову. Принцесса посмотрела на меня.

— Готов?

— К чему?

Вместо ответа Баська тихо рассмеялась, ее лицо словно озарилось светом. Какая же она все-таки красавица!

В следующую минуту эти мысли меня покинули, потому что она, поколдовав в воздухе руками, стала стремительно уменьшаться. Несколько мгновений — и вот уже ее голова едва видна над высокой травой. Сейчас принцесса походила на маленькую английскую фею, едва видную среди густой растительности. Реально живая кукла.

Элхо с Лехитимом испуганно зарычали, Конг замер, а я, оправившись от легкого шока, присел перед девушкой на корточки.

— Ничего себе!

— Ага, — голос ее звучал тихо и по-особенному мелодично. — Теперь бери меня в руку и портуйся.

Я обхватил Басю ладонью — совсем так же, как еще вчера меня самого брал мегапод — и поднял в воздух. Она была очень маленькая, ростом от силы сантиметров двадцать. Блин, не раздавить бы.

— Слушай, забыл сказать, что отсюда я лететь не могу. В чертоги праотца можно телепортироваться только из храма. Если тебя увидят в городе… Давай спрячу.

Принцесса пожала плечами, и я аккуратно сунул ее за пазуху. Сразу стало тепло и как-то необычно. Улыбаясь, я поднялся, но едва оказался на ногах, как она, скользнув по моей груди, упала на живот и уткнулась в пояс.

— Эй! Чего еще выдумали⁈ — тут же раздался недовольный вопль. — Это мое место!

Бася задергалась и придушенно пропищала:

— Гермес, вытащи меня!

Элхо зарычала еще громче и с угрозой шагнула ко мне.

Тьфу ты, одна морока с ними. В инвентарь положить Баську, что ли? Я поспешно вынул ее из-под рубахи.

— Там очень душно, — виновато прошептала принцесса и совсем тихо добавила: — И она дерется.

— Вот ведь Зараза! Ладно, поедешь в руке. Пригни немного голову, надень капюшон, и никто не отличит тебя от какого-нибудь оберега. Погнали.

Попрощавшись с Элхо и Лехитимом (хотя по-прежнему казалось, что он видит во мне скорее обед, чем товарища), я активировал телепорт и улетел в Мергус.

После долгого путешествия вы вновь вернулись в земли предков. Тлетворное влияние ветра чужбины уже не действует на вас, а праотец Элгион с радостью возносит над вашей головой свою длань и возвращает благословение — плюс 20% и 5 единиц ко всем параметрам.

Только оказавшись в городе, я вздохнул свободно. Все-таки воздух Пустошей явно вреден для психики. Бросил взгляд на Басю — она втянула голову в плечи, опустила лицо, и теперь из моего кулака торчали только черные волосы. Я прижал руку к груди и слегка прикрыл отворотом камзола. Все, теперь девчонка в безопасности.

Путь до храма-пещеры занял несколько минут. Войдя под его своды, я осмотрелся. Как и в прошлый раз, тут толкался народ, чтобы пожертвовать жемчужину и получить от праотца благословение. Но я этого делать не хотел: опасался, что пока стою в очереди, кто-нибудь может обратить внимание на Баську. Тот же главный хранитель Гурумон, например. Вон он стоит рядом с левитирующим камнем в своей длинной холщевой рубахе.

— Сейчас полетим, — прошептал я принцессе.

Спрятавшись за уступом, активировал в интерфейсе иконку умения, и мир погас. А через мгновение вновь расцвел — бурыми красками мрачного подземелья. Тут все было по-прежнему: горели факелы, а от стены, возле которой когда-то стоял Лич-пожиратель, исходило бледно-розовое сияние. Посреди зала возвышался созданный Басей дуб, рядом валялись рухнувшая с потолка люстра и балка. От лестницы, ведшей в гробницу, остались одни камни. А в том месте, где я вылезал с помощью Солныша Древовидного, обрушилась стенная кладка, обнажив плотно утрамбованную землю.

Осторожно поставив принцессу на пол, я сделал несколько шагов назад.

— Ну, вот мы и дома.

— Ничего себе дом, — засмеялась она. — Такие огромные развалины, что за ними ничего не видно.

— Ты же не всегда будешь маленькой? — встревожился я. — Можешь обратно вырасти?

— Конечно.

Баська отошла на свободное место, начала колдовать. Несколько мгновений — и она стала увеличиваться. Все больше и больше, пока не приняла свой прежний облик. А я смотрел на нее, и что-то странное, незнакомое шевелилось в душе. Словно вернулся в родные места через много-много лет. Появилось щемящее чувство нежности, сладостная боль в сердце, которую я ощущал почти физически. Блин, хилку, что ли, выпить?

— У тебя вид, как у ежика, — засмеялась Бася.

— Почему ежика?

— Не знаю. Они всегда так мило выглядят.

Я почувствовал неловкость, отвернулся и обвел рукой подземелье, желая сменить тему.

— Выбирай любое место. Сюда никто не сможет войти.

— Кроме тебя, — она пытливо посмотрела мне в глаза.

— Хватит уже, а? — в моем голосе невольно прозвучало раздражение. — Сколько можно меня подозревать? Я честно выкрал у тебя Жемчужину после того, как ты стянула ее обманом. Это я должен относиться к тебе с недоверием, а не ты ко мне.

Бася потупилась и с минуту молчала. Потом тряхнула кудрями и решительно ответила:

— Ты прав, извини. Говори, куда прятать.

— Выбирай любое место, здесь везде как в банке.

Что-то бормоча про немыслимый бардак, она пошла к пятачку, на котором раньше стоял Пожиратель. Я не мог с ней не согласиться, беспорядка вокруг действительно хватало. Одна валяющаяся люстра чего стоила.

Не доходя до саркофага, принцесса показала на него и спросила:

— Может, в него положить?

— Вот он как раз занят, — ухмыльнулся я.

Она, словно не поверив, подошла вплотную, заглянула внутрь и замерла. Секунду-другую стояла неподвижно, потом повернулась ко мне. Ее лицо будто окаменело — в таком шоке она была. Я вопросительно поднял брови, невинно глядя на нее.

— Что… что это⁈ — голос Баси срывался.

— Кровь.

— Чья? Праотца Элгиона⁈

— Естественно. Это же его могила.

Она смотрела на меня с радостным изумлением, с восхищением, с чем-то еще. Но вместо того, чтобы раздуться от гордости, я невольно поморщился: точно такой же взгляд был у Баси, когда мы доковыряли Пожирателя. После чего она меня усыпила и смылась с Жемчужиной. Видимо, у принцессы возникла схожая ассоциация, потому что она подошла, взяла меня за руку и жалобно попросила:

— Пожалуйста, прости меня за тот случай.

Удивительно, как она сообразила, о чем я думаю? Походу, понимаем друг друга без слов.

— Забей, — проворчал я, но руку вырывать не стал. Наоборот, сжал ее пальчики своими. — Жемчужина реально нужнее вам, чем мне, так что не о чем говорить.

Девчонка снова повернулась к саркофагу.

— Ты знаешь, как использовать эту кровь?

— Конечно. Фермы делать.

— Я не могу поверить, что вижу ее, правда. Есть она, есть Черная Жемчужина. Осталось лишь найти заклинание, и тогда…

Оборвав фразу, она на минуту зависла, явно читая что-то в интерфейсе, а потом виновато улыбнулась.

— Осфен психует, грозит принудительно телепортировать. Мне нужно лететь.

— Нет проблем. Но мы же по-прежнему действуем вместе?

— Конечно.

— Где и когда встречаемся?

Бася на мгновение задумалась и ответила:

— Завтра мы будем в Мергусе. В маскировке, конечно.

— Хорошо, как мне вас найти?

— Не надо искать, мы сами тебя отыщем.

Видимо, на моем лице отразилось недоверие, потому что Баська подошла, погладила меня по плечу и заглянула в глаза.

— Обещаю, никто из нас больше никогда тебя не обманет. Завтра в Мергусе, когда будем готовы, найдем тебя. Вот, держи все ресурсы, прячь куда хочешь.

Я оценил доверие и подставил ладони. Бася скинула мне в руки сокровища. Встав на цыпочки, она чмокнула меня в щеку и тут же улетела, оставив после себя искрящиеся звездочки. А я еще с полминуты стоял и улыбался, как последний болван.

Глава 5

Пока мы с Басей шарились в подземелье, день кончился, и в Мергус я прилетел уже в сумерках. Эх, давно я не был дома. Впрочем, нет, прошло всего три дня, а кажется — не меньше полугода. За это время успел побывать на Каменистом плато, в Пустошах, в селении миридов, в храме зверолюдей, в гробнице Элгиона… Жесть.

По дороге в «Голубятню» я заметил одиноко сидящего на грязной придорожной лавке игрока. И еще прежде, чем прочел ник над головой, узнал в нем Гааза. Худого, грязного, бледного. Как так-то, а? Недели не прошло, как я выиграл для него десяток серебряных монет.

Лекарь сидел, глубоко задумавшись, а может, просто спал, по крайней мере, не услышал моих шагов. Я плюхнулся рядом с ним и гаркнул:

— Привет!

Он вздрогнул и едва не шарахнулся от меня. Посмотрел испуганным взглядом:

— Гермес… — И облегченно выдохнул: — Это ты.

Я не стал отрицать очевидного.

— Угу. Чего сидишь, ждешь кого-то?

— Было бы кого ждать, — уныло усмехнулся он. — Похоже, я совершенно не гожусь для этой игры.

— Да, вид у тебя не слишком боевой. Рассказывай, что случилось.

Гааз помолчал, собираясь с мыслями, и начал:

— В реале я медик, ты сам знаешь. Хотел стать врачом, не поступил. Пошел в санитары, но, если честно, предпочел бы фармакологию. Лекарства и все такое — интересно, в общем. А когда попал сюда, стал узнавать о всяких зельях, а заодно и ядах. Из чего они готовятся, какой механизм действия… Нет, ты не подумай, я прекрасно понимаю, что это не по-настоящему, игра, но все равно любопытно, правда?

Мне механизмы ядообразования были до лампады, но я не стал противоречить и кивнул. Пусть выскажется, парню явно это нужно.

— И вот в тот день, когда мы с тобой встретились в трактире, пошел я поужинать. Подсел ко мне какой-то парень, разговорились. Я ему выложил, чем интересуюсь, а он такой — про отшельника Ремедиума слышал? Нет, говорю. В общем, он рассказал, что недалеко от Мергуса есть пещера, в которой живет этот старик. Он славится тем, что делает редкие зелья. А еще у него есть эликсир, который, если его пить каждый день в течение двух недель, навсегда защитит от любых ядов.

— Круто.

— Не то слово. В общем, показал он мне на карте, куда идти, и потопал я к этому старику.

— Как ты деда назвал, Медиум?

Парень слегка поморщился.

— Ремедиум. Я потому и повелся — на латыни это означает «лекарство». Вот, думаю, классное имя, правильное. В общем, пошел к нему. Найти его несложно, совсем недалеко от города, даже от монстров бегать не пришлось. Поговорил с ним, так и так, мол, хочу зелье от яда. А еще лучше — возьмите в ученики. Он потребовал плату. Сначала хотел один золотой, но я объяснил, что у меня только десять серебряных. Согласился, представляешь? Приходи, сказал, завтра, сразу же и начнем.

Гааз уныло усмехнулся.

— И что же?

— Да мошенник он оказался. А я, дурак, еще радовался, думал, добрый человек попался, такую скидку сделал. Но только он забрал деньги, как туда, в пещеру, вломились какие-то игроки, да как начали его мутузить! Ну, и я под горячую руку попался, еле ноги унес. Из их криков я понял, что старикан надувает всех подряд, собирает бабки и сваливает в другое королевство. В общем, теперь ни эликсиров, ни знаний, ни денег.

Господи, детский сад! Кто же полную предоплату за пустые слова отдает. Для таких случаев есть контракты, куча способов, чтобы подстраховаться. И что мне с ним делать?

— Н-да, невесело.

— Еще бы, — Гааз со вздохом поднялся со скамьи. — Ладно, пойду я.

— Куда, если не секрет?

— Снимал на окраине Мергуса комнатенку у одной доброй старушки. Пойду к ней, авось не прогонит. А завтра снова начну искать работу.

— Правильно, — я встал и похлопал его по плечу. — Не парься, придумаем что-нибудь.

— Опять с кем-нибудь поспоришь на деньги?

— Нет. Думаю, тебе нужна не рыба, а удочка.

В его взгляде мелькнуло уважение: он понял метафору, но явно удивился, что она исходит от меня. Напрасно: в свое время матушка потратила бездну усилий, чтобы вбить в мою пустую голову хоть какие-то знания. И, кажется, я только сейчас начинаю осознавать, чего ей это стоило.

— Да ты и так для меня…

— Забей. Сказал, помогу, значит, помогу.

Перед уходом я написал Руддеру, спросив, где с ним можно встретиться. Он ответил через минуту.

Сидим всем отрядом в «Блохастом петухе», обговариваем последние детали завтрашнего рейда.

— У петухов бывают блохи? — покосился я на Гааза.

— Что? Эм-м… вроде нет.

Счас подрулю.

Оторвавшись от интерфейса, я протянул лекарю руку.

— Бывай. Как найду что-то, сразу отпишусь.

— Спасибо! — он с неожиданной силой сжал мою ладонь.

Попрощавшись, мы разошлись в разные стороны. Гааз двинулся к доброй старушке, а я, получив местонахождение Руддера на карте — к «Блохастому петуху». И вскоре подошел к небольшой, но уютной забегаловке. Она находилась в подвале, пришлось спуститься вниз по каменным ступеням. Меня встретил шумный зал с бегающими между столиками официантками и висящими на стенах рогами, головами зверей и клинками разных форм. Хм, больше похоже на охотничий клуб, чем на какого-то там блохастого.

Половину зала занимал уставленный блюдами массивный стол, за которым угнездились мои сокланы. Я узнал Столета, Смолянку, Алсару с копной африканских косичек, усатого Телля, который вечно наезжал на меня. Были здесь и воры-близнецы Ронкрэй и Реджкрэй. Во главе стола восседал Руддер в блестящем новеньком шлеме.

— Общий привет! — я слегка поклонился и повернулся к Стасу: — Отойдем на минутку.

Раздался нестройных хор приветствий.

— Наконец-то! — приблизившись, кадровик хлопнул меня по плечу. К счастью, на этот раз металлических перчаток на нем не было. — Я уж было решил, что тебя не сдернуть с той поляны, где ты так быстро качаешься. Показал бы место, а?

О, походу, парень следит за моими успехами по списку клана, где в том числе отображаются и уровни.

— Нафига нам эта помойка, — не преминул вклиниться Телль, скроив брезгливую рожу. — Из какой дыры ты вылез, Гермес?

Я бегло осмотрел свой костюм: да, пыльненько. Конфликтовать не хотелось, поэтому лишь сдержанно улыбнулся.

— Прошу прощения за свой вид, предыдущую ночь пришлось провести в зверолюдской яме.

— Гермес, — звонко крикнула через стол Смолянка, — ты правда был в Пустошах?

— Ага, — снова фыркнул Телль, — слушай его больше. Андерсен, блин.

Задолбал. Можно было бы показать ему что-нибудь из добычи, например, шипы клестиры. Но я счел ниже своего достоинства обращать внимание на идиота. Потянул Руддера в сторону и сказал:

— Стас, у меня просьба. Есть один парень, хороший лекарь, да и человек неплохой. Но какой-то он… неприкаянный, что ли. Наивный, как дитя. Только недавно пришел с фермы и никак не может устроиться, то в одну передрягу попадет, то в другую. Возьми его к себе, будь другом. Не сомневаюсь, он не раз вам пригодится.

— А какой уровень?

— Да хрен его знает, думаю, второй или третий.

— Слушай, Макс, ну совсем мелкий, — развел руками заместитель кланлидера. — Пусть хотя бы десятый возьмет. Мы и так и Сержа, и Денди качаем. Без обид, ладно?

— Эх, мне сейчас тоже некогда с ним… Короче, ладно, забей, что-нибудь придумаю.

— Садись, перекуси, — виновато сказал Стас, кивнув на заставленный яствами стол. — Мужики, дамы, подвиньтесь.

Я сел рядом с ним, с дальнего конца тут же передали чистую тарелку, в которую Смолянка щедро набухала мяса с овощным рагу. Утолив голод, я повернулся к Руддеру.

— Ста-ас.

— А?

— Что за новый квест, о котором ты писал?

Кадровик схватил с тарелки кусок мяса, запихнул его в рот, и мне пришлось ждать, пока он все прожует.

— Не новый, — покачал он головой, вытирая жир в уголках губ тыльной стороной ладони. — Тот же самый, на поимку миридов. Но тут такая штука: последние дни их никто вообще не видел. Сныкались куда-то. Поэтому король Грегор награду за них… — он сделал театральную паузу, после которой с чувством выпалил: — утроил!

— Круто, — кисло прокомментировал я.

Не дождавшись восторгов, Стас наклонился ко мне.

— Понимаешь, тут вот еще что, — понизив голос, заговорщицки проговорил он. — Поступила оперативная информация, что завтра кое-кто из высокопоставленных миридов будет здесь, в Мергусе. Кроме нас этого никто не знает. Представляешь? Не надо мотаться за тридевять земель, не надо закупаться зельями, тратить бабло. Просто вырабатываем схему отлова — и все. Круто же?

— Конечно, — я постарался придать голосу воодушевленность.

Но встревожился не на шутку: ведь Бася в самом деле назначила мне встречу тут, в городе, причем именно на завтра. Кто-то подслушал, или среди них завелась крыса? Как бы мириды в самом деле не попали в добрые руки моих сокланов, а потом и короля Грегора.

— Но вообще, Стас, идея так себе. Как мы их поймаем? Вряд ли Длинноликие будут разгуливать в городе в своем образе, они же вне закона. Замаскируются под элгионов, и хрен узнаешь.

— В том-то и фишка! — горячо зашептал Руддер мне в лицо, и я невольно поморщился от запаха дешевого пойла. — Мы же академка, помнишь, да? Основной клан «Боевые тигры» о-го-го как крут, к тому же богат артефактами. Короче, старшие товарищи выдали нам специальные фонари, целых три штуки. Если непись или игрок идет в маскировке, под чужим именем, то в Свете Истины его ник начнет мигать. И мы его тут же сцапаем! Поэтому, коли желаешь принять участие в охоте, говори, будем обсуждать детали.

Я не желал от слова совсем. Но согласился: необходимо знать, что придумают Тигры. Сидел, слушал — а на душе было на редкость гадостно. Сокланы, за исключением Телля, вполне симпатичные ребята, ощущать себя шпионом в их рядах противно, но что поделаешь. Не ради собственной прихоти я защищаю миридов: только они могут спасти Мидкор от уготованной ему участи.

Суть плана оказалась проста: три человека встают с фонарями в самых людных местах Мергуса, остальные разбиваются на мобильные группы, готовые в любой момент прийти на помощь, как только один из троих даст знать, что обнаружил мирида. Пытаться схватить жертву в одиночку категорически запрещалось.

Всего три опасные точки. Но можно ведь и уменьшить их количество — в полтора раза.

— Не знаю, что понадобилось миридам в городе, — начал я, — но велика вероятность, что они пойдут к королевскому дворцу. Мой трактир находится рядом с ним, прямо на рыночной площади. Могу сесть с фонарем на балконе и разглядывать всех проходящих.

— У него не очень большой радиус действия, — возразил Столет, — так что нет смысла терять половину круга, сидя возле стены.

— Хорошо, тогда встану на площади. Заодно и по торговым рядам пройдусь. Как знать, вдруг Длинноликие захотят купить какой-нибудь артефакт.

— Вот это можно, — старик посмотрел на Руддера: — Что скажешь?

— Хороший вариант, — кивнул тот. — С учетом того, что мы не знаем, куда именно они направятся, ловить надо в самых людных точках. А тут, считай, два в одном — и рынок, и дворец. Так что давай, Макс, бери фонарь и с раннего утра вставай на позицию. Только смотри в оба.

— Стас… — недовольно пробормотал Телль, словно пытаясь о чем-то его предупредить. Немудрено, мне он не доверяет ни на грош.

Руддер повернулся к нему.

— Андрюх, завязывай. Благодаря Гермесу мы взяли Неприступный, причем без потерь. Забыл? Лучше послушай внимательно: ты возьмешь второй фонарь. На рассвете подваливай к телепорту, будешь его пасти.

— Лады, — кивнул усатый лучник.

Стас махнул рукой, и вскоре к нему подошел высокий поджарый воин с ником Густав.

— Гусь, ты берешь третий, — тихо сказал ему Руддер. — Помнишь, где встать?

— Конечно. Центральная улица, напротив главных ворот.

— Прекрасно. Остальные разбиваются на тройки, в обычном составе. Сейчас каждой группе скину ареалы дежурства.

Пока сокланы переговаривались, распределяя места, Стас ненадолго завис. Потом шевельнулся, взгляд приобрел осмысленное выражение, и он сообщил:

— Все, сделал пометки на картах лидеров троек. Ознакомьтесь с расстановкой, проверьте, все ли нормально.

С полдюжины человек, включая Столета, Веллинга, Муромца, замерли, как недавно Руддер. Потом все дружно кивнули, и только старик сказал:

— Я бы отодвинул нашу область немного западнее. Вряд ли мириды рискнут идти через воровской район. Возле «Темной личности» их раскусят в момент.

Секунду подумав, Стас почесал нос.

— Ты прав, там нет смысла патрулировать. Тогда сдвигайтесь левее, ближе к тройке Корса.

Согласовав последние нюансы, Руддер выдал нам фонари, и Тигры стали расходиться. Я решил не терять времени и, попрощавшись, двинул домой, в «Голубятню».

Зайдя в комнату, устроился на кровати и, зевая во весь рот, попробовал отправить письмо Басе. Но ни сокращенное, ни полное имя в качестве абонента система не приняла. Лишь когда я написал «Принцесса Басхиора», всплыло сухое уведомление:

Игроки не могут отправлять сообщения персонажам, управляемым искусственным интеллектом.

По-русски это означает, что с неписями у меня связи нет. Фигово.

Глаза слипались. Из последних сил я прокрутил системки и нашел сообщение, полученное во время гонок с мегаподом. Оно пришло бы еще несколько дней назад, если б не магия серебряной шкатулки.

Поздравляем! Вы — первый игрок Мидкора, получивший главный ресурс расы миридов — Цветок Солнцедар. В награду вы получаете +1 ко всем характеристикам!

Поскольку я ожидал увидеть что-то подобное, то в такой неуемный восторг, как в прошлый раз, не пришел. Но все равно обрадовался. Еще плюс пять с половиной уровней. Живем!

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Не сейчас. Сил нет. Спа-ать…

На рассвете, не выспавшись, но успев кое-как почистить одежду, я выполз на площадь. Е-мое, шесть утра, неужели кто-то может шевелиться в такое время? Но нет, повозки уже въезжали на рынок, торговцы поспешно раскладывали под навесами товар, откуда-то тянуло запахом свежесваренной каши. Задроты, блин.

Взяв в руку фонарь, походивший на старинную керосиновую лампу, я поплелся вдоль рядов. Конечно, в мои планы не входило ловить миридов, но я решил работать на совесть. Во-первых, вдруг успею заметить кого-то из них и предупредить. Во-вторых, было любопытно, сколько вообще народу ходит по городу в маскировке. В-третьих, вполне возможно, что время от времени кто-нибудь из сокланов будет меня навещать. Не проверять, конечно, а просто убедиться, что все в порядке.

Поэтому я усиленно таращился во все стороны, пытаясь среди множества ников увидеть мигающий.

Атлетика +1. Текущее значение: 41

После нескольких часов толкания на рынке (а народу становилось все больше и больше) я порядком притомился и решил переместиться ближе к краю площади, где стояли несколько скамеек. И только подошел к ним, как сзади раздался звонкий голос:

— Гермес!

Я обернулся и увидел мальчишку лет десяти в рубахе с широким кушаком и с надписью «Чупс» над головой. Еще успел заметить несколько божьих коровок у него на плече. В следующее мгновение в глазах потемнело, и я полетел в небытие.

Глава 6

В себя я приходил тяжело. Кое-как разлепил веки — кругом темнота, а в ней плавают мутные пятна. Откуда-то сбоку доносится невнятный разговор. Вроде бы слышу его, и слова знакомые — а не понимаю.

Постепенно в голове прояснилось. Голоса стихли, а бесформенные серые пятна стали принимать более четкие очертания. Из темноты вынырнула тонкая рука и… погладила меня по щеке.

— Гермес, милый, очнись.

Я потряс башкой и наконец пришел в себя. Стало понятно, что сижу на холодном полу, привалившись спиной к стене и сжимая в кулаке ручку фонаря.

Поднял голову — передо мной стояли Бася и Рональд. Все еще нечеткие, слегка расплывчатые, но вполне узнаваемые.

Верховный шагнул ко мне и протянул руку.

— Встать сможешь?

С его помощью я не без труда поднялся. Осмотрелся — мы находились в месте, напоминающем катакомбы какого-нибудь Палермо. Длинные, полуразрушенные коридоры терялись во тьме, но рядом со мной из стены торчал одинокий факел. Своим светом он выхватывал из черноты небольшое помещение с низким потолком и желтоватой каменной кладкой. В углу валялась груда обломков, на которую Бася заботливо усадила меня. Я взглянул ей в лицо — ее глаза искрились радостью встречи.

— Уходите, — пробормотал я, облизывая пересохшие губы, — вас ищут.

— Не волнуйся, мы знаем, — мягко ответил Рон.

— Не знаете… У них фонари, которые… как сказать… — я все еще с трудом подбирал слова, — видят сквозь маскировку.

— Успокойся, успокойся, — лицо принцессы приобрело озабоченное выражение. — Здесь нам ничего не угрожает. Мы просто хотели встретиться с тобой.

— Где я?

— Это тропы Мстителей, их использовали последние защитники города в годы Великого Плача. Тогда подземными ходами было изъедено все под Мергусом. С их помощью Мстители могли неожиданно появиться в любом месте, крушить зверолюдей, отбивать из плена уцелевших горожан и всячески досаждать агрессорам. Спустя века тропы обрушились, и о них забыли. Но некоторые участки все же уцелели, и мы при необходимости их используем, — пояснил Рональд. — Прости, дорогой друг, что пришлось вызвать тебя сюда таким неприятным способом. По-другому никак — сейчас для миридов не самое простое время. Тот мальчик, он один из наших, с ликом… Впрочем, неважно. У нас новая информация. Ты уже пришел в себя?

— Вроде да, — ответил я, хотя и не был в этом уверен.

— Прекрасно, тогда слушай. Прежде всего хочу поблагодарить тебя за ту неоценимую помощь, которую ты оказал Басхиоре и всему нашему народу. Получить за сутки и Жемчужину, и Орех — об этом мы даже мечтать не могли.

— Забей, — проворчал я, но тут же поправился — все-таки Рональд Верховный служитель, а не хрен с горы: — В смысле, не стоит благодарности.

— Еще как стоит, — возразил он. — Но мы вызвали тебя не только для этого. Ты готов выслушать, что нам удалось узнать?

— Конечно.

— Прекрасно. Мы обшарили буквально весь Кладезь Вековой Мудрости и наконец нашли кое-какую информацию. Последним известным хозяином Изумрудного Яйца был Удон, древний король мениольцев. Он владел им во времена Великого Плача, когда на Мидкор напали зверолюди. Орды этих диких созданий подступили к стране Удона, и он, дабы сохранить столь ценный ресурс, бежал вместе с ним и со своими воинами в нейтральные земли. Они заняли одну из старых цитаделей, находившихся в тех местах, надеясь, что дикари до них не доберутся. Увы, белокожие ошиблись, зверолюди настигли их и там. Король и его отряд долго держали оборону, но врагов было слишком много, они были слишком сильны и слишком жестоки. Цитадель пала. Когда Удон понял, что ему не выстоять, он успел передать Яйцо своему сыну и вывести его из крепости. Спасая ресурс, тот ускакал.

— А король?

— Последние минуты своей жизни Удон посвятил проведению обряда, способного задержать зверолюдей. Увы, ритуал предполагал принесение в жертву тех, кто его проводит. Когда дикари проломили оборону и прорвались к залу, где остался небольшой отряд, обряд еще не был закончен. Горстка воинов невероятными усилиями и героизмом сдерживала огромную орду, пока король и жрецы поспешно читали последние заклинания. И лишь когда Удон, а следом за ним и маги вонзили себе в грудь колдовские кинжалы, бойцы, прикрываемые сдерживающей врага магией, смогли отступить. Легенда гласит, что к тому моменту их осталось только трое. Они спаслись и поведали миру эту историю.

— Хм… Покончил с собой ради спасения ресурса? Сильно.

— Да. Король понимал значимость Изумрудного Яйца и ценой собственной жизни задержал зверолюдей, чтобы дать своему сыну уйти.

— И куда направился этот шустрый паренек?

— К сожалению, неизвестно. Ходят слухи, что он поскакал в земли элгионов — они были ближе всего — дабы найти там укрытие. Но дальше его следы теряются. Именно поэтому мы и пришли сюда: в библиотеке Мергуса может оказаться информация о Ваурсенте — так звали принца. У нас есть кое-что… В общем, мы можем надавить на смотрителя, он нам не откажет. Пойдем вдвоем с Басхиорой и…

— Сколько же времени вам потребуется, чтобы изучить все книги в библиотеке? — нахмурился я. — Год, не меньше. Нужно найти другой способ.

В разговор вступила до этого молчавшая Бася.

— У Рональда есть особый навык — Пророчество. Он и помогает найти нужные фолианты. Если бы не это умение, мы бы никогда не сумели расшифровать послания Хранителя.

Я вспомнил картинки из капель росы, которые видел в дупле дуба, и мысленно согласился — да, такое без пол-литра в самом деле не поймешь. В смысле, без специального дара.

— Это верно, — подтвердил Рон. — Кстати, этот навык позволяет мне видеть кое-что еще.

— Что же? — Бася заинтересованно повернулась к нему.

— Твоя судьба, принцесса, тесно связана с судьбой этого Явившегося.

— Гермеса?

— Именно. Видимо, его помощь и в самом деле будет неоценима.

Кинув на Баську лукавый взгляд, я подмигнул Рональду.

— А может, Пророчество имеет в виду что-нибудь другое, а?

Девчонка покраснела, да и Верховный смешался. Но быстро взял себя в руки, шагнул ко мне и торжественно сказал:

— Гермес! Позволь наградить тебя особым даром!

Оп-па. Походу, он сейчас подарит мне новый скилл, как когда-то сделал Андрес.

Рональд коснулся моего лба кончиками пальцев, от них пробежали лучи, и вокруг меня все заискрилось. В голове появилось странное ощущение — вроде бы горячо, но приятно.

— Вручаю тебе, герой, Лик миридов. Это особое свойство, благодаря которому любой из нас будет видеть, что ты наш друг, и помогать тебе. Чужие не могут узреть Лика, не волнуйся. Для всех посторонних твое лицо останется прежним.

Получен дар «Лик миридов»

Я с трудом подавил вздох разочарования: с новым скиллом пришлось обломаться. Ладно, обойдусь.

— Благодарю, Верховный служитель.

— У нас есть приверженцы по всему миру. Вроде того мальчика, Чупса, что помог тебя сюда вызвать. Они тоже будут тебя узнавать, как и ты их.

— Прикольно.

— А теперь, — в голосе Рона появился намек на печаль, — нам пора расставаться. Возвращайся домой, Басхиора даст тебе телепорт.

— Не надо, у меня есть. А вы?

— Мы отправимся в библиотеку. Надеюсь, к утру сможем что-нибудь разузнать. Как только появится хоть капля информации, мы тут же известим тебя.

— Будьте осторожны, вас ищут. Причем со специальными артефактами.

— Типа этого? — Рональд со снисходительной улыбкой указал на фонарь, который я все еще держал в руке. — Не беспокойся, они для нас безопасны. Лети спокойно и жди известий.

Бася подошла ко мне и погладила по плечу. А я… я почувствовал непреодолимое желание ее поцеловать. Но не при Роне же. Поэтому просто подмигнул ей, достал из инвентаря свиток и активировал его.

Возвращаясь к площади, я забил на фонарь: все равно не получалось одновременно вглядываться в ники и думать. А подумать было о чем. Один из древних ресурсов ушел в туман вместе с неведомым Ваурсентом. Где искать инфу о сыне Удона? Библиотеку, конечно, Бася с Роном проверят, но еще вопрос, смогут ли что-то найти. Неплохо бы и мне включиться в процесс. Только кого спрашивать о событиях трехсотлетней давности? В момент появления здесь первых игроков Мидкор уже был таким, с легендами и историей. А значит, ни Руддер, ни кто-либо другой подсказать ничего не сможет.

Единственная зацепка — Стас говорил о штурме замка, под которым расположена гробница Удона. Но что мне это дает? Мне нужен не король, а его исчезнувший сын.

Стоп! А ведь есть человек, который может что-то знать. Вот буквально минуту назад был поворот к его дому.

Я резко развернулся и почти бегом направился к перекрестку. От него уже виднелась нужная мне вывеска.

Кафка, бывший королевский чародей

Найду давно потерянную вещь, сниму порчу, приворожу

Другие магические услуги

Недорого

Интересно, «давно потерянной вещью» может быть Изумрудное Яйцо? Надо спросить у старика, вдруг и в самом деле найдет. Кто как не главный королевский волшебник, пусть и бывший, должен знать обо всех тайнах? Наверняка он имел доступ к самым секретным летописям. Правда, расстались мы с ним не по-дружески, но мне ли не знать, чем его можно купить.

Решив так, я оправил Руддеру сообщение:

Стас, новости есть? У меня пусто, походу, мы не там ищем.

Он ответил быстро.

Пока тихо. Понимаю, ты устал, но еще есть надежда. Стой на углу «Голубятни», сейчас пришлю тебе смену.

Тьфу ты, как нехорошо. Он думает, что я весь день сбиваю ноги, дежуря на рыночной площади, а на самом деле я шарюсь по непонятным катакомбам. Ладно, смена так смена, все равно миридов они не найдут.

Едва я добрался до «Голубятни», как подрулил Веллинг. Забрал у меня фонарь и растворился в толпе, добродушно бросив:

— Спасибо, отдыхай.

Нет уж, благодарю, не до отдыха, надо бежать к Кафке.

Дверь мне открыла все та же усталая тетка в теплой шали. Походу, она мерзнет в любую погоду. Посмотрела с сомнением, словно раздумывала, пускать ли меня, потом жестом пригласила войти.

Поднявшись по лестнице, я откинул бархатную портьеру кабинета. Но вместо тихой, спокойной обстановки наткнулся на настоящий кавардак. Кафка, озадаченный и явно расстроенный, метался по комнате, посыпая пол и стены желтоватым порошком. Потом схватил со стола пузырек с фиолетовой жидкостью и, бормоча что-то себе под нос, стал разбрызгивать ее вокруг себя.

Снаружи, за распахнутым окном, что-то грохнуло, послышалась приглушенная брань, и чародей метнулся туда.

— Да что вы, в самом деле! — возмущенно завопил он, шлепнувшись животом на подоконник. — Решетку удержать не можете⁈

В ответ тот же голос пробубнил что-то неразборчивое, послышался скрежет, и вскоре все стихло. Кафка с шумом закрыл створки окна, за стеклом блеснули зеленые прутья решетки. Старик повернулся и увидел меня.

— Опять ты⁈ — возмутился он.

Врубив Дипломатию, я кивнул.

— Ага. Что-то случилось?

— Да ходят тут всякие типа тебя, — он возмущенно замахал руками. — Грабят и грабят! Небось, друзья твои, воришки несчастные! Все вы одинаковые.

— Как вы можете такое говорить! — ужаснулся я, сделав круглые глаза. — Чтобы мои друзья да… да обворовали кого-то⁈ Ни в жизнь не поверю!

Кафка тормознул и, слегка нахмурившись, внимательно посмотрел на меня.

— Точно?

Войдя в образ благородного полудурка, я чуть было не ляпнул: «Вот те крест!», но вовремя одумался.

— Клянусь Теодаром!

— Да? Ну ладно, — черты его лица разгладились, взгляд подобрел, и старик незлобиво проворчал: — Что на этот раз?

Я запустил руку в мешок.

— Вот, уважаемый чародей, принес вам подарок из Пустошей.

По-птичьи склонив голову набок, он долго рассматривал шипы, лежащие на моей ладони. Потом поставил на стол склянку, которую все еще держал в руке, и осторожно взял один из них.

— Клестира… — прошептал Кафка почти с благоговением.

— Она самая.

— Где взял?

— Говорю же, привез из Пустошей.

Он окинул меня недоверчивым взглядом.

— Ладно, заходи, садись.

Не успел я расположиться в уютном кресле, как старик, сев напротив меня, приступил к допросу.

— Хочешь сказать, что сходил в Пустоши и вернулся? Или все-таки умер и возродился?

— Повезло, обошлось без смерти, — ухмыльнулся я.

— Допустим. И сколько шипов ты готов отдать?

Казалось, глаза, окруженные лучами морщинок, видели меня насквозь. Но мне скрывать было нечего. Улыбнувшись пошире, я голосом наивного лошары ответил:

— Да хоть все. — Но, подумав, добавил: — Впрочем, парочку я все-таки оставил бы себе.

— А ты знаешь, сколько они стоят? Осознаешь, что вот эта кучка в твоей руке тянет не меньше чем на золотой?

— Угу.

— Ясно, — пригорюнился чародей. — Значит, тебе от меня что-то нужно. Причем очень важное. Сгубить кого-то?

Я вернул три шипа в инвентарь, а остальные высыпал на стол перед Кафкой.

— Какие у вас, дедушка, дурные мысли. Никого я заказывать не собираюсь, просто хочу задать пару вопросов.

Кафка нахмурился и замер, глядя в одну точку. Подумал пару минут, ожил и перевел взгляд на меня.

— Сделаем так: ты озвучишь свои вопросы, а я, если не посчитаю возможным на них ответить, клестиру не возьму.

Дипломатия +1. Текущее значение: 13

— Хорошо. — Я пожал плечами и равнодушно продолжил: — Недавно мне довелось услышать легенду об Удоне и его сыне. Теперь вот интересуюсь, что стало с Ваурсентом. Вы что-нибудь знаете о нем?

Чародей усмехнулся.

— Понятно, ищешь Изумрудное Яйцо. Напрасно.

Поняв, что дальше вилять не получится, я спросил напрямую:

— Почему?

— Не ты первый, не ты последний, а только все без толку. С тех пор, как принц покинул нейтральные земли, о нем никто ничего не слышал. Должно быть, он сгинул в пути. Успел ли он спрятать Яйцо или погиб вместе с ним — неведомо. Да и какая разница?

— В смысле — какая разница⁈ — я даже привстал от возмущения. — Это ведь сильнейший артефакт!

— Его невозможно найти, — медленно, словно ребенку, сказал чародей. — Если бы Ваурсент был ровня отцу, тогда другое дело, появился бы шанс.

Последняя фраза окончательно меня запутала.

— О чем вы?

— Разве ты не знаешь, что Удон — единственный настоящий святой из всех новых? Заслуги других так называемых «святых» сильно преувеличены. Их тела после смерти исчезли точно так же, как это происходит с любым умершим. И только тело Удона сохранилось. По-хорошему, в честь него надо было бы организовать отдельный культ, но его почему-то не особо чтят. Глупцы! — Кафка потряс в воздухе сухоньким кулачком. — А он, между прочим, по сей день лежит в Багряной Твердыне, словно не погиб, а уснул. При этом в замке много лет сохраняется аура ускоренной регенерации здоровья.

— Да, слышал.

— Вот я и говорю: будь Ваурсент ему ровней, его тело тоже не пропало бы после смерти, тоже источало бы что-нибудь необычное, и его легко нашли бы. А так — нет, бесполезно, он исчез вместе с артефактом.

— Вы сказали, что Удон — новый святой, — подумав, задал я вопрос. — Значит, есть и старые?

— Конечно — праотцы. Их тела тоже не исчезли. Хотя сами гробницы давно потеряны, но на этот счет существуем множество свидетельств.

Не знаю, можно ли считать сохранившимся телом разбросанные по всей усыпальнице кости, но спорить я не стал. Вместо этого наклонился к чародею и попросил:

— Попробуйте что-нибудь узнать про Ваурсента, хорошо? Мало ли, вдруг кто-то что-то знает, слышал, помнит. Любая мелочь может послужить ключом к тайне.

Кафка беспомощно развел руками, однако согласился.

— Ладно, поспрашивать несложно. Но особенно не надейся. Что еще ты хотел узнать?

— Больше ничего.

Глаза старика загорелись радостным блеском. Едва не трясясь от возбуждения, он осторожно собрал шипы и уложил их в круглую коробочку. Закрыл, погладил крышку и блаженно улыбнулся.

— Из них можно сделать специальный рассол. Польешь им землю — и в мгновенье ока вырастет клестира. Представляешь?

— Зачем она вам? На продажу?

— Фу, глупость сказал, — скривился Кафка. — Нет, конечно.

Он замолчал, но шестое чувство подсказывало, что его так и распирает что-то мне сообщить. Наконец возбуждение взяло верх, старик подался вперед и жарко зашептал:

— Да будет тебе известно, что моя мечта — снова стать королевским чародеем. Сам знаешь, каким образом я потерял это место. Так вот, зеленый туман, превративший тогда всех, кроме нас с Грегором, в Бывших, пробрался и в тело его величества. По сию пору тлеет он в его ноге, и королю приходится прибегать к помощи многочисленных лекарей. Они приезжают со всего Мидкора и, как могут, сдерживают туман. Если они позволят ему распространиться выше, Грегор тоже станет Бывшим.

— Жуть. И что же, вы можете помочь?

— Вот именно! Все эти годы я искал способ, прочитал тысячи фолиантов в десятках библиотек. И нашел-таки! Чтобы полностью излечить короля, нужен Посох Великого лекаря. Мало того, я даже знаю, где он спрятан!

— Тогда в чем проблема?

— Да не могу я до него добраться! — взвизгнул вдруг чародей, вскочив. — Посох находится в запертом сундуке, сундук — в Недоступной пещере, пещера — в лесу Кош… Неважно, в каком-то лесу.

— Ясно, — я не смог сдержать улыбки, — игла в яйце, яйцо в утке.

Кафка нахмурился, не понимая. Еще бы, откуда ему знать русские сказки.

— Не перебивай. В общем, пещеру эту охраняет легион диких монстров. Мало того, как только в нее кто-то войдет, они сбегутся со всего леса!

Он снова сел и некоторое время помолчал, разглаживая складки на своей мантии. Потом продолжил:

— Но и это еще не все. В пещере не один сундук, а целых тысяча! В каждом из них лежит по золотой монете. И только в одном — Посох Великого лекаря! Чтобы все их взломать, понадобится не один день. А в это время монстры будут атаковать смельчака, осмелившегося туда войти!

Н-да, серьезное препятствие. Я сочувственно покачал головой и спросил:

— Но при чем тут клестира?

— А как же⁈ — вскинулся старик. — Полью землю возле входа, шипы прорастут и начнут отгонять монстров. Тут ведь немало, — он нежно погладил коробочку, — так что растений будет более чем достаточно, чтобы их атаки хватило на много часов. А со стороны входа поставлю магический щит, чтобы внутрь не пробивало.

— Допустим. А как вы уничтожите тех, кто защищает пещеру? Как взломаете сундуки? Вы же маг, не может у вас быть воровских навыков.

Кафка насупился и разом погрустнел.

— Нет, конечно. Об этом я еще не думал. Но клестира у меня уже есть. Вообще из этих шипов можно мно-огое сделать, — протянул он. — Вот только… одно дело рассол для выращивания кустов, а другое — настоящие, сильные зелья. Не хочу второй раз связываться с ингредиентами из Пустоши, и первого хватило с головой.

— Что ж, желаю удачи, — сказал я, поднявшись, и направился к выходу.

— Слушай, Гермес, — пробубнил мне в спину старик. — Ты же… ну… вор?

Я обернулся.

— Допустим, и?

Он кивнул на решетку за окном.

— Поговори с собратьями. Пусть перестанут меня грабить. Ну сколько можно? То одно упрут, то другое…

Подавив улыбку, я кивнул.

— Договорились.

— Вот и прекрасно, — он отвернулся.

— А вы не забудьте навести справки о Ваурсенте.

Уже склонившийся над коробочкой чародей раздраженно махнул рукой, что означало: «Помню, отвали». Я послушно отвалил. Но мысль о тысяче сундуков прочно засела в моей голове.

На улице уже смеркалось. Я шел, задумавшись, злой и расстроенный. Не скрою, была надежда, что Кафка может больше других знать о таинственном Ваурсенте. Увы и ах. Значит, нужно искать в другом месте. Кого бы еще поспрашивать? Руддер, рассказывавший об осаде Багряной Твердыни, вряд ли знает что-либо, но поинтересоваться не грех. Кто еще? Андрес? Или, к примеру…

— Гермес!

Я напрягся и замер, не оборачиваясь. После Чупса, посланца миридов, ожидать можно чего угодно. Впрочем, на этот раз голос был взрослый. Но незнакомый.

— Ау, Гермес! На минутку!

Тормозить дальше не было смысла, и я оглянулся. Медленно, осторожно, ожидая чего угодно.

Глава 7

Передо мной стоял пухляк с надписью над головой:

Пантагрюэль, Клан Безумных

В памяти всплыли картинки из… как его… точно, Франсуа Рабле. Не то, чтобы парень был очень похож на толстого обжору, но что-то общее есть.

— Слышь, бро, — жалобно сказал он. — Тебе вот эта статуэтка не нужна случайно?

— С рук ничего не покупаю, — отрезал я, мысленно удивляясь: почему он выбрал именно меня? Народу кругом полно.

— Подожди, не уходи. Я и не продаю. То есть хочу, но не могу. Ну, в смысле, квест такой…

На этом месте парень запутался окончательно. Подождав с полминуты, я печально вздохнул.

— Самовыразись уже, а?

— Короче, качался я тут в одних древних развалинах. Не тут, конечно, а недалеко от Проклятых земель, в общем, не важно. И вдруг — бац, эта статуэтка. И сразу квест в интерфейсе появляется — отдать, мол, ее человеку, чье имя на ней написано. И он типа за нее даст десять золотых. Прикинь, как я обрадовался. Но, блин, ник-то на этой хреновине не разобрать! Смотри, тут первые буквы стерты, видно только «мес». Я уже и к Кожемесу подходил, и к Гомесу, и к Лютому Замесу, хотя тут стертых букв явно не на два слова. Тут еще вон что-то на латыни вроде. И, главное, непонятно, игроку ее надо отдать или неписю. Глянь, а? Вдруг это тебе. А то все ноги сбил, выискивая «месов».

Я неохотно взял фигурку в руки. Какой-то мелкий божок из серого камня. Нафиг мне это счастье?

— Не-е, старик, вряд ли она предназначена для ме…

И осекся: на глаза попалась надпись. Сбоку, у ног божка действительно было выбито полустертое имя, кончающееся на «мес». Но ниже виднелось гораздо более свежее:

Arsenius Dyadicus

Пантагрюэль заметил мой ступор и с надеждой спросил:

— Ну что? Тебе, нет?

— Д-да, — выдохнул я, медленно приходя в себя. — Похоже, мне.

— Слава Теодару! Забирай. Давай десять голды!

Млин… Вот спасибо тебе, Арсениус Дядикус! Не мог пониже цену назначить? Впрочем, он прав, какой дурак стал бы разыскивать меня по всему королевству за гроши?

Тяжело вздохнув, я кивнул на видневшуюся невдалеке «Голубятню».

— Подожди чуток, сбегаю за бабками.

Он вырвал у меня из рук божка, красноречиво намекая, что доверия я не вызвал.

— Давай, только недолго.

Через четверть часа я сидел в своей комнате и вертел статуэтку. Единственным, что смог подсказать интерфейс, было:

Древний идол Койал

И что это мне дает? Абсолютно ничего. Но надпись «Арсениус Дядикус» не оставляет места сомнениям. Значит, надо искать.

Крутил я ее долго: нажимал на ноги, на голову, даже пахом не побрезговал. Гладил в поисках какой-нибудь неровности, которую можно подковырнуть, отвинтить, вдавить. В конце концов пришел к выводу, что статуэтка никак не открывается, и смысл послания — в ней самой. Может, где-то стоит точно такая же, но большая, и мне нужно попасть в это место? Эх, жаль, парень не нашел меня чуть раньше, до встречи с Басей и Роном. Наверняка Верховный смог бы подсказать. Неужели придется снова переться к Кафке? Надо сначала еще поискать.

— Я до смерти голодная, а он тут в куклы играет! — раздалось из-под рубахи. — В детство впал?

— Да подожди ты! — рявкнул я. — Не до тебя.

Наглая она, конечно, как танк. «В детство впал»… Убил бы заразу, чесслово.

Но булавка со мной не согласилась. И ждать не собиралась. Миг — и впилась со всей дури мне в живот. От неожиданной боли я вздрогнул, статуэтка выскользнула из руки и грохнулась на пол.

— Да чтоб тебя… — скрипнул я зубами, глядя на разбросанные по комнате осколки идола. — Она же мне целая была нужна! Что я ее теперь Кафке пока…

И осекся на полуслове, потому что заметил среди обломков свернутую в трубочку бумагу. С нетерпением развернул ее и жадно прочел.

Макс, привет!

Я Кирилл, помощник Арсения Михайловича. Прости за десять золотых, так изначально было в квесте, я лишь поменял имя на твое. Другого способа связи не нашел.

В общем, тут у нас полная задница. Твоего дядю арестовали, твой отец под подпиской о невыезде. Он делает все, чтобы доказать, что сбой произошел не по вине компании, но пока у него мало что получается. Арсений Михайлович велел найти способ проинформировать тебя. Если ты читаешь это письмо, значит, я свое дело сделал.

Время от времени мне удается следить за твоей активностью по логам. Вижу, что ты нашел гробницу праотца и собираешь главные ресурсы рас. Молодец! Вставь их в оружие и броню, станешь намного сильнее. Кстати, ты же в курсе, что крутые ресы можно помещать не только в вещи?

Удачи! Буду держать тебя в курсе происходящего, если найду способ связаться.

Прочитав письмо, я еще несколько минут сидел словно оглушенный. Дядя арестован, отец под следствием! Мля… Теперь вообще не на кого надеяться. Полная безнадега. Я поймал себя на мысли, что, сам того не осознавая, внутренне полагался на Арсения, верил в его способность прекратить устроенный Теодаром бардак. А теперь что? Из тюрьмы дядюшка точно не сможет ничем помочь.

Придется разруливать самому. Я, собственно, и раньше прилагал к этому кое-какие усилия, но отныне буду действовать без тыла. Цель ясна — во что бы то ни стало помочь миридам собрать главные ресурсы. Вот только где искать долбанное Яйцо?

Взяв себя в руки, я еще раз перечитал письмо Кирилла. Затем лег на кровать и, уставившись в потолок, стал перебирать известные мне факты, слухи, предположения.

Ваурсент забрал Изумрудное Яйцо и направился в земли элгионов. Удон, прикрывая его побег, устроил ритуал, в ходе которого покончил с собой. А сейчас он — святой, тело которого не исчезло. Не исчезло…

Наверняка все эти моменты много раз обдумывали другие игроки. Иные, может, и поумнее меня. И никто ничего не придумал. Но ведь не станут разрабы запихивать в игру шараду, не имеющую разгадки. Да и Изумрудное Яйцо не может быть фикцией, раз Черная Жемчужина существует.

Вывод: к этому ребусу нужно подойти нестандартно. Типа все не так, как кажется, истина где-то рядом и прочая ерунда.

А если предположить, что все это фикция? Запудривание мозгов. Ну, пусть не все, но часть? Тогда получается, что…

От волнения я вскочил и принялся мерить комнату шагами, снова и снова рассматривая свою идею с разных сторон. Если я прав, то все сходится. По крайней мере, эта версия вполне рабочая, и она должна быть проверена!

Бросив взгляд на часы, я тут же написал Руддеру сообщение с просьбой о встрече. Вскоре он ответил.

Через десять минут буду проходить мимо «Голубятни». С тебя пиво.

Да на здоровье, хоть три, лишь бы согласился.

Вскоре мы сидели за столом напротив друг друга и беседовали. Сизоносый Борзен поставил перед нами по кружке пива и плошку с вяленой рыбой.

Настроение у Стаса было откровенно поганое, он жаловался на провал операции по поиску миридов, проклиная и их, и фонари, и короля Грегора.

— Забей ты на этот квест, — я подался к нему, нависая над столом. — У меня есть другое предложение.

— Ну-ка?

— Помнишь, ты рассказывал, как ваши пробовали отбить замок у клана «Горный поток»? Предлагаю повторить попытку.

— Шутишь? — нахмурился Руддер.

— Вовсе нет. В прошлый раз вас остановил Мечеворот. Но теперь мы научились с ним справляться. Вспомни Неприступный. Почему бы не повторить этот фокус с Багряной Твердыней?

— Не-не, ты не путай теплое с мягким. Неприступный — нейтральный бастион, а Твердыня — клановый. Глянь один из своих навыков, «Составление схемы вражеского замка». В отличие от Неприступного, в этом случае тебе понадобится не только проскользнуть в замок, но и проникнуть в определенную комнату, чтобы скопировать там план ловушек. Без этого режим осады не активируется. Мало того, потом ты еще должен будешь вернуться и отключить для нас Мечеворот.

— Подожди, — нахмурился я. — Но ведь в прошлый раз вы как-то смогли атаковать?

— Да, тогда основной клан смог каким-то чудом доставить в замок своего плута, он-то все и сделал. Но сразу после неудавшегося штурма «Поток» выяснил, каким образом он туда проник, и перекрыл этот путь. Фактически, сейчас на их территорию можешь попасть только ты. Но у тебя слишком маленький левел, чтобы выучить скилл составления схемы, понимаешь?

— А какой нужен?

— Этот навык появляется на пятидесятом. А ты какого? Двадцать четвертого?

Я не стал его посвящать в нюансы, лишь махнул рукой. Не имеет значения, что у меня в запасе шесть уровней, все равно до полтинника как до луны.

Стас на минуту задумался.

— Вообще-то натянуть нос Горцам было бы здорово. Они в последнее время вконец оборзели. Тигров в грош не ставят, причем не только нас, академку, но и основной клан. Не так давно напали в данже, как крысы, и убили шестерых наших. А на днях шантажировать вздумали. Папа даже турнир им предложил — мол, встретимся в чистом поле и выясним, кто круче.

— Папа?

— Кланлидер «Боевых тигров», головастый мужик. В общем, нагни мы их — это была бы бомба. Я, признаться, и сам об этом думал после Неприступного. В принципе, план вполне реальный, ты парень ушлый, не сомневаюсь, что сможешь активировать режим осады. Но для этого тебе надо месяцок-другой подкачаться.

Взглянув на мою расстроенную морду, Руддер рассмеялся.

— Не кисни. Ты же наверняка планируешь продлевать контракт?

Я нахмурился, не понимая, о чем он говорит. Во взгляде Стаса мелькнуло удивление.

— Ну, договор с разработчиками Мидкора. Ты же здесь тестировщиком пашешь?

— А, ну да. Да, планирую.

— Ну вот, — улыбнулся он. — Значит, время есть. Но обещаю подумать, как тебя побыстрее качнуть. В конце концов, ребят из основы привлеку, дело-то общее.

Привычно хлопнув меня по плечу рукой в металлической перчатке, Руддер подмигнул и ретировался.

Возвращаться домой не хотелось, я вышел из таверны и побрел через пустеющую торговую площадь. Руддер ошибается, нет у меня месяца-двух. Равно как и у всех остальных. Неизвестно, сколько времени понадобится темной стороне Теодара, чтобы подчинить мир. А после того, как он это сделает, выбраться отсюда будет невозможно. По крайней мере, интуитивно кажется именно так. Значит, надо поторопиться.

Простая мысль пришла мне в голову неожиданно, и от удивления я на мгновение остановился. Странно, как раньше-то до этого не допер? Быстро обдумав детали, я двинулся в воровской квартал.

Похоже, Андрес сумел договориться даже со строками программного кода: несмотря на сорванный контракт и последующую потерю имущества, он сидел все в той же лавке, в которой я впервые его встретил. Увидев меня, он раскинул руки и поплыл навстречу.

— Дружище! Пойдем, пойдем!

Обхватив за плечи, Мастер потащил меня в заднюю комнату, которая оказалась небольшой, но очень уютной гостиной со столиком и парой кресел перед камином. Сейчас огонь не горел, однако все равно было тепло.

Андрес усадил меня, сам сел напротив и разлил из стоящего на столе графина бардовое, слегка искрящееся вино. Признаюсь, пробовал я его с некоторым опасением: хотя Мастер воров и называл себя моим другом, но прохвост он знатный, пойди угадай, что придет ему в голову. Вдруг это замаскированное зелье или что-нибудь в этом духе.

Но вино оказалось вином. Терпким, слегка сладковатым, с божественным послевкусием. Подозреваю, бутылка такого чуда стоит не меньше золотого. Мы выпили по бокалу, и Андрес, блаженно откинувшись на спинку кресла, спросил:

— Ну? Что у нас необычного?

Интересная постановка вопроса — то есть банальщина его не привлекает. Ну окей.

Я решил начать издалека.

— Кто-то грабанул одного моего приятеля, чародея Кафку.

— Ха! — хохотнул Андрес. — «Кто-то». Это был я. Прости, не знал, что он твой друг.

— Не друг, так. Но было бы здорово, если бы ты его сам не трогал и других попросил.

— Слушай, а на что мне жить? — возмутился Мастер. — У тебя, может, полгорода приятелей, а мне с голоду помирать? Нет, если ты настаиваешь, конечно, в виде исключения… Но пойми… — он налил еще вина и без всякой эстетики выплеснул себе в горло. — Сам ведь знаешь, я все потерял, как-то надо выкручиваться.

— Все потерял? — я обвел красноречивым взглядом гостиную.

— Лавку и дом выставили на торги. Пришлось выкупать. И это мне стоило, между прочим, двух сотен. Все отдал, что смог стрясти с должников. Считай, без штанов остался. А ты говоришь — не воруй. Жрать-то что-то надо!

— Надо, — легко согласился я. — Поэтому и пришел. Есть перспективная идея, но в одиночку мне не справиться.

— Ну-ка, ну-ка? — оживился Андрес, подавшись вперед.

— Без малого тысяча золотых тебя устроит?

— Ого!

— Именно. Короче, слушай.

Договорившись с Мастером воров, я поспешил к Кафке. Время близилось к полуночи, и Марфа — так звали домоправительницу старика — категорически не хотела меня пускать. Поначалу я пытался ее убедить, что дело срочное, но, не преуспев, просто отодвинул и взбежал на второй этаж.

В кабинете было темно и пусто. Пока я, напрягая зрение, пытался что-то разглядеть у входа в комнату, Кафка вышел из соседней двери. Мне стоило немалых усилий сдержаться и не расхохотаться, настолько у него был забавный вид. Длинная полотняная сорочка, завязанная бантиком у гшеи, белый колпак и тапочки, подобные тем, что выдают в хороших отелях. В таком прикиде он совершенно не тянул на могущественного мага, а походил, скорее, на старого, ушедшего на покой дворецкого.

— Ты прекратишь меня преследовать⁈ — взвизгнул он. — Хочешь превратиться в пыль⁈

— Совершенно не хочу, — честно ответил я. — Однако мне тоже надоело, что вы каждый раз встречаете меня наездами!

— А как еще⁈ Являешься среди ночи, мешаешь спать добрым людям.

— Может, я вам снюсь? Ведь мне впервые пришлось зайти к вам так поздно. И этому есть причина. Я договорился с друзьями, они помогут мне попасть в Недоступную пещеру и найти посох.

Глаза чародея загорелись тревогой, он схватил меня за локоть и потащил в кабинет. Захлопнул дверь, щелкнул пальцами — и под потолком загорелась шарообразная лампа с тысячей светлячков внутри. Указав мне на кресло, Кафка устроился за столом и тут же спросил:

— Мой посох⁈

— Ну, вообще-то он еще не ваш. Но не беспокойтесь, уважаемый, мне он не нужен. Я хочу найти его именно для вас, и мои друзья обещали помочь.

— Понятно, клюнул на деньги в сундуках. Хорошо, допустим. Ты хочешь, чтобы я назвал тебе место?

— Конечно.

Кафка сдвинул колпак и почесал затылок.

— Но я не могу быть уверен, что ты принесешь посох.

— Мы можем заключить контракт, какие проблемы.

Его губы насмешливо скривились.

— С кем? С тобой? Да ты гол как сокол! Эта вещь стоит в сто раз больше всего твоего имущества, ты ради нее сможешь нарушить любой договор. Так что не говори мне о нем!

Упс, тупик. Он прав, мне действительно особо нечего терять. Скажу Андресу, чтобы забирал посох, а мне отдал часть стоимости деньгами — и никакой контракт не остановит. Но как убедить упрямого старика, что я не собираюсь его обманывать?

Повисло молчание. Я не знал, что сказать, а Кафка просто ждал. Блеск его глаз свидетельствовал о том, что он не хочет упускать благоприятную возможность. Наконец он спросил:

— Уверен, что твои друзья справятся с монстрами? Их там много, и они сильные.

Поскольку Андрес заверил меня в мощи своей банды, я без колебаний ответил:

— Не беспокойся, мы прорвемся.

— Хорошо, тогда я пойду с вами. При мне вы не сможете умыкнуть посох. Если же что-то пойдет не так, и мы до него не доберемся, то я наложу на всех заклинание забвения. Так мне будет спокойнее.

С минуту подумав, я не нашел в его предложении ничего, что противоречило бы моим интересам.

— По рукам!

В интерфейсе тут же всплыло:

Получено задание: добыть для чародея Кафки Посох Великого лекаря

Ранг задания: уникальное

Награда: три единицы параметров на выбор

Неплохо, еще одна прибавка к мотивации.

Старик радостно потер руки.

— Ну, вот и поладили. Выступаем завтра. Ждите меня в шесть утра внизу, возле дома. С меня телепорты.

— В шесть⁈

— А ты как думал? Дело долгое, времени займет много.

Он был прав, поэтому я, больше не возражая, согласился.

Сгоняв в «Темную личность» и передав Андресу всю информацию (как же неудобно, что с неписями нельзя переписываться!), я вернулся домой во втором часу ночи. А незадолго до шести утра, невыспавшийся и полуголодный, побрел к дому Кафки. Интересно, нет ли характеристики, зависящей от времени просыпания? Если есть, то я ее сегодня круто качнул.

Я свернул на улицу, где жил чародей, и сон как рукой сняло. Ого, да тут, походу, собрался весь наш бандитский притон! Здоровенные мужики, старики и совсем юнцы, разбойники, бродяги, воры, роги — кого здесь только не было! Полсотни человек, не меньше. Все говорили одновременно, галдели, ругались. Среди них я заметил Андреса. Увидев меня, Мастер сделал пару шагов навстречу и громко провозгласил:

— Господа воры! А вот и сам Гермес, человек, подаривший нам Золотое шоу.

Не понимая, о чем он говорит, я в недоумении переводил взгляд с одного на другого. Притихшая было толпа загудела и лавиной двинулась ко мне. Соратники окружили меня, громко поздравляя, выражая восторг, стуча по плечам.

— Ну, ты даешь!

— Молодца!

— Как ты это сделал⁈

Походу, Андрес посулил им часть обещанного мною золота. Пытаясь увернуться от их горячих объятий, я придушенно завопил:

— Мужики! Вы о чем⁈

— О Лотресе! — крикнул через головы толпы Мастер. — Все в восторге от его проигрыша!

Перед моим лицом возникла наполовину обожженная мерзкая рожа в дырявой шапке, над которой поблескивала надпись:

Коварный Робин

— Как⁈ Как ты это провернул, скажи!

Он придвинулся так близко, что я невольно разглядел на его щетине кусочки прилипшей пищи, а от сивушного запаха перегара меня чуть не вывернуло. Тьфу, гадость. Я оттолкнул урода и, расправив плечи, заорал:

— Стоп! Хватит вопить! Тоже мне, вспомнили прошлогодний снег. Что было, то прошло, сейчас у нас совсем другая задача.

Андрес, протиснувшийся сквозь толпу, встал рядом со мной и снисходительно бросил:

— Стесняется.

— Ну ты-то… — я с укором посмотрел на него.

Он поднял руки, успокаивая народ.

— Ладно, ладно, все. Гермес прав, нужно сосредоточиться на сегодняшнем деле, — Мастер повернулся ко мне. — Будут какие-то указания?

— Только то, что я говорил вчера: чародей портанет нас в лес. Ваша задача — проводить меня к пещере и защищать от монстров вход, пока я буду находиться внутри. Их, кстати, много, больше того, когда я войду, они сбегутся со всей округи.

Приблизившись вплотную к Андресу, я шепнул:

— Уверен, что они справятся?

— Не сомневайся, — ухмыльнулся он.

Я удовлетворенно кивнул и бросил взгляд на часы, висевшие на городской башне. Шесть ноль три. Что-то старик задерживается.

Хозяйки с корзинами, видимо, направлявшиеся на рынок, с опаской косились на нашу кодлу и поспешно переходили на другую сторону улицы.

Дверь за моей спиной скрипнула, и из дома степенно вышел чародей. Обвел взглядом разношерстую толпу, увидел меня и проворчал:

— Ну и сброд ты притащил.

— Полегче, дедуля! — рявкнул здоровяк в шароварах и пиратской шляпе, по имени Кочерга. — За такие слова можно и…

— Спокойно, спокойно, — поспешил вмешаться я. — Кафка, уважаемый, что-то вы припозднились.

Чародей, ничуть не испугавшись грозного Кочерги, продолжал бухтеть:

— Еще бы не припоздниться. Как увидел в окно вашу шайку… Кто же знал, что вас столько будет? Пришлось побольше свитков телепорта наколдовать.

Хорошо быть магом, можно себе всю нужную мелочь сходу нафигачить.

В этот момент к Кафке подошел Андрес.

— Так что, мы летим?

— А? Естественно.

Старик вынул из походной сумы свитки и раздал нам. Я взглянул на название пункта назначения — Лес кошмаров. Кто бы сомневался, что будет нечто в таком духе.

— Полетели! — скомандовал чародей, и все послушно активировали телепорты.

Когда темнота рассеялась, я осмотрелся. Круг телепорта находился на небольшой поляне, вокруг которой стояли высоченные деревья. Я ожидал чего-то унылого, типа того пейзажа, по которому мы с Басей, Осфеном и Армунелем шли к развалинам Копперна. Но нет: здесь было несколько более сумрачно, чем в любом другом лесу, но в целом — ничего необычного. Стволы здоровые, листья зеленые, под ногами нормальная трава, воздух свежий, с легким запахом озона. В общем, лес как лес.

— Как здесь жутко, — прошептал стоявший рядом Коварный Робин.

Я с удивлением покосился на него.

— Почему жутко?

— Прислушайся, — шепотом ответил он.

Я напряг слух, но ничего не услышал.

— Все в порядке, вроде тихо.

— Сразу видно городского жителя, — буркнул бродяга в грязном комбинезоне и бандане, которого звали Фьюри. — То-то и оно, что тихо. Как на кладбище.

— Не должно так быть в лесу, — поддакнул Робин.

Да, тут они явно правы. Ни пения птиц, ни стрекота насекомых. Странно.

— Надеюсь, тишина не помешает вам выполнить свои обещания? — повысил голос Кафка и первым сошел с круга телепорта.

— Естественно, нет, — ответил Андрес и с важным видом шагнул следом.

За несколько секунд наш отряд перешел на другую сторону поляны. Чародей ненадолго замер, видимо, сверяясь с картой, потом махнул рукой.

— Туда!

Он решительно направился вглубь леса, но Мастер воров схватил его за локоть.

— Стой! Теперь наша очередь быть впереди. Ты пойдешь в центре группы.

Отодвинув Кафку, Андрес кивком дал приказ двум ро́гам, Амадеусу и Клубню. Те сразу ушли в инвиз, и через мгновение колыхнулась ветка ближайшего дерева.

— По местам, — негромко скомандовал Мастер.

Разношерстая толпа сразу преобразилась. Окружавшие меня раздолбаи рассредоточились, вынули оружие и стали похожи на боевой отряд.

Вокруг меня закрутилась почти прозрачная дымка.

Наложено заклинание «Сберегающий покров», защита +50%

Наложено заклинание «Иноходец», скорость +20%

Я обернулся: чародей, кинувший на меня бафф, кастовал его уже следующему бойцу. Хм, а Баська, помнится, давала восемьдесят процентов защиты. Неужели она сильнее Кафки?

Тем временем Андрес направился в лес, весь отряд двинулся за ним.

Поначалу ничего не происходило, не было ни монстров, ни какой-либо другой опасности. Но минут через десять я почувствовал удушливый запах. Чем дальше мы шли, тем он становился сильнее.

Поспешно вытащив из инвентаря маску «Ночной гость», я натянул ее на лицо, и стало немного легче. Однако такое счастье было не у всех, очень скоро бойцы стали чихать и кашлять. Но останавливаться никто не собирался, упорно пробираясь вперед.

Атлетика +1. Текущее значение: 42

Через сотню метров Андрес, задыхаясь от запаха, показал на видневшийся между деревьями просвет.

— Оттуда идет.

Зажав в кулаке крис, я решительно зашагал к просеке, остальные последовали за мной, кто вполне бодро, кто — надрываясь от кашля. Вскоре лес расступился, и нашим глазам предстала странная картина.

Глава 8

В нескольких шагах от деревьев начиналось болото, тянущееся без конца и без края. Вода в нем была не зеленая, а серая, с металлическим оттенком. Кое-где виднелись клочки земли, но настолько далеко друг от друга, что о том, чтобы перейти хлюпающую жижу по ним, нечего было и мечтать. Время от времени из глубины поднимались к поверхности пузыри. А над ней вились еле заметные сизые клубы то ли пара, то ли дыма. Дышать здесь было почти невозможно, и я поспешно зажал ладонью уже прикрытый маской нос.

Чудеса. Мне приходилось бывать в заболоченных местах, но всегда за несколько сотен метров земля становилась мягкой, ноги погружались в нее по щиколотку. А тут — никаких признаков, вода начиналась словно от невидимой нарисованной черты. Можно, конечно, списать это на причуду разработчиков, но все-таки странно.

— Что это за дрянь? — прохрипел кто-то за моей спиной.

— Болото, — придушенным голосом ответил Андрес.

— Да вижу я! — зло огрызнулся хриплый. — С чего оно так воняет⁈

Растолкав нас, вперед вышел Кафка. На него, казалось, испарения совсем не действовали. Наклонившись, он поднял с земли булыжник и протянул мне.

— Кидай!

— Куда?

— В воду, куда ж еще.

Не понимая смысла, я размахнулся и бросил в болото камень. Машинально пригнулся, опасаясь брызг, но… их не было. И не только их — едва булыжник коснулся поверхности воды, как она исчезла! Земляные кочки, жижа между ними, пузыри, дым, да и само болото в мгновение ока растворились в пространстве. Теперь перед нами была неширокая просека, на другой стороне которой возвышался лес.

Удушливый запах тут же улетучился.

— Не понял, тут что, волшебные камни под ногами валяются? — снова послышался все тот же хриплый голос.

Я обернулся. Коварный Робин. Его и без того немодельная физиономия от удивления скривилась так, что он вполне мог бы играть в фильмах ужасов без грима.

Народ, продышавшись, загалдел.

— Это же сколько бабок!

— Собирай! Собирай их!

— Не тронь! Видишь, рядом с моей ногой лежит, значит, мой!

Кафка выразительно посмотрел на меня, поднял брови и пожал плечами, как бы говоря: «Ну и идиоты!». Но я оказался не на высоте, тоже ничего не понимая. Чародей потерял терпение.

— Тьфу! Это Лес кошмаров! Здесь многое не так, как кажется.

Бродяги разочарованно загудели, а те из них, кто уже успел набрать «богатств», стали поспешно избавляться от добычи. Я же лишь покачал головой — чего только не бывает.

— Дальше пошли, — буркнул Кафка и первым устремился через просеку.

Отряд потянулся следом.

Как скоро стало понятно, эта часть леса оказалась куда более агрессивной. Едва мы углубились в него, слева послышался рык.

— Началось, — прошептал Робин.

— Внимание! — тихо скомандовал Андрес. — Стоим.

Все замерли. Через пару секунд трава неподалеку заколыхалась, и из пустоты послышался голос:

— Минотавры. Две штуки. Сорок шестые.

Походу, говорил один из наших рог, то ли Клубень, то ли Амадеус.

Несколько человек тут же ушли в инвиз, другие пригнулись, готовясь к нападению. Вскоре послышался шум, треск ломаемых веток, и на нас выскочили два создания. Огромные, раза в полтора выше меня, с блестящей коричневой шкурой, невероятно мускулистые. Под кожей широких бедер перекатывались налитые силой мышцы, сжатые в кулаки руки поражали бицепсами. Передвигались они на задних ногах, украшенных массивными копытами, и на ходу стегали себя хвостом по бокам. Загривок, лоб и шею покрывала густая серая шерсть. На огромной бычьей морде злобно горели красные глаза, с носа свисало золотистое кольцо, а голову увенчивали рога, переплетенные концами. Над ними, как и предупреждал разведчик, блестела одна и та же надпись:

Минотавр, 46 уровень

Бродяги зашевелились, расступаясь перед монстрами, но те до нас не добежали. Первый вдруг упал, перекрывая дорогу второму и орошая траву фонтанами крови. Второй, споткнувшись о собрата, кубарем покатился по земле. Андрес и Фьюри подскочили к нему, и я не успел опомниться, как оба врага превратились в трупы.

Только сейчас мне стало понятно, какую силу представляет собой эта разношерстая толпа. Походу, им не раз приходилось действовать вместе: на противников напало ровно столько бойцов, столько было нужно для победы. Остальные, оставаясь настороже, подстраховывали их. Немудрено: все мои спутники были неписями, не имевшими «запасных» жизней, и им поневоле пришлось стать командой.

Собрав лут с минотавров, Андрес приказал двигаться дальше. Но через сотню метров нас атаковали с полдюжины Лесных сильфид — бабочек размером с арбуз. С ними разделались быстро, я с удивлением понял, что мои спутники вооружены не только ножами, но и сюрикэнами, которые с успехом применили.

Вслед за сильфидами появились Чащобные карлики — у них прямо из кожи росли морщинистые ветки, и это выглядело отвратительно. Тем не менее одного я положил лично, хоть и не без помощи Кафки.

За карликами последовали Кентавры, все как один лучники, и с ними нашему отряду пришлось повозиться. В ход снова пошли сюрикэны и метательные ножи, а добивали врагов удары из инвиза.

За пару часов нас атаковали не меньше десятка разных видов, однако команда Андреса выдержала все с честью. Но вот, наконец, лес расступился, и мы оказались на большой поляне. Едва последний из нас ступил на нее, как послышался разноголосый шум. Он быстро нарастал. Рев, визги, рыки слились в единую какофонию, идущую отовсюду. Не прошло и нескольких секунд, как со всех сторон к нам устремились монстры. Минотавры, сильфиды, карлики, кентавры и множество других бежали, летели, ползли — спереди, справа, слева. И было их не пять, не десять — сотни, тысячи.

Стоявший рядом со мной Коварный Робин испуганно хрюкнул.

— Ребята, нам с такой ордой не справиться, — прошептал он. — Пора уносить ноги.

— По местам! — непреклонно скомандовал Андрес. — Прикрыть чародея!

— С ума сошел⁈ — возмутился Кочерга. — Удираем, быстро!

Кое-кто было дернулся, но Мастер воров, чуть повысив голос, пригрозил:

— Еще шаг, и сами знаете, что произойдет!

Несостоявшиеся беглецы застыли на месте. Робин что-то пробормотал, но вопли приближающихся монстров заглушили его слова.

Бродяги слегка рассредоточились, некоторые активировали невидимость. На напряженных лицах застыла решимость стоять до конца, пальцы нервно сжимали рукояти ножей и кинжалов.

Честно говоря, мне самому с трудом удалось не броситься наутек, настолько устрашающе выглядела движущаяся на нас орда. Заметно волнуясь, я поудобнее перехватил свой крис. В конце концов, мне-то терять нечего, а вот ребят жалко. Не поторопился ли Мастер с решением?

Монстры были метрах в двадцати, когда возле стоявшего впереди всех Андреса материализовался Клубень.

— Они не настоящие! — перекрикивая шум, гаркнул он. — Мираж, чтобы мы побежали!

Не успел я осознать сказанное, как орущая толпа налетела на нас и… растворилась в воздухе, как дым. Вопли тут же смолкли, и на меня обрушилась оглушительная тишина. Мгновением позже ее нарушил дружный вздох облегчения.

— Истинный Лес кошмаров, — выругавшись, пискнул Робин.

Все разом задвигались, загомонили. Пережитое напряжение вылилось в шумную многоголосицу. Каждому хотелось поделиться впечатлениями. А я с удивлением покачал головой: как разрабы догадались заложить в программу даже столь неочевидную человеческую реакцию? Все-таки надо признать, что Арсений — настоящий гений. Без дураков.

Я стер со лба выступивший пот и посмотрел на Андреса. Пока бродяги рассказывали друг другу о том, что каждый из них готов был стоять насмерть, он подошел к Кафке.

— Далеко еще?

— Нет, совсем немного осталось, — ответил чародей.

— Хорошо, — кивнул Мастер и закричал: — Погнали! Уже близко, соберитесь!

Гомон стих, все подобрались. Мы снова вошли в лес. Мне показалось, что здесь он слегка нечеткий, словно чуть смазанный, но я отмахнулся от этой мысли и догнал Андреса.

— Слушай, почему ты не дал команду отходить за деревья? Ведь принимать бой с такой ордой монстров неразумно.

— Ты не знаешь наших, — ухмыльнулся он. — Один шаг назад — и разбегутся.

— Видел, они так и собирались сделать. Что это за страшная кара, которой ты им угрожал?

Он взглянул на меня серьезнее обычного и, помолчав, ответил:

— Потеря касты. У меня, как у Мастера, есть право изгнать любого из воровского сообщества.

— Даже меня? — удивился я.

— Нет, Явившиеся сами по себе. Я говорю о местных.

— И что же, это настолько неприятно? Страшнее смерти?

Андрес искоса посмотрел на меня, и я вновь удивился его непривычной серьезности.

— Намного. Потеря касты — как Черная метка. Изгнанный лишается своей профессии и возможности дохода. Ни в одном королевстве он больше не найдет себе занятия. Мало того, позор ложится и на его семью. Его дети, внуки и правнуки будут такими же изгоями, как он сам.

Впечатляет. Мне вспомнился ужас, написанный на лице Упрехта, когда я пригрозил телепортировать к нему Андреса. Уже догадываясь об ответе, я все-таки спросил:

— Тогда почему ты не изгонишь парня, который вас предал? Ну, того, что утащил свиток, когда вы были волками?

— Для этого мне надо встретиться с ним лично, — Андрес покрутил головой и нахмурился. — Позже договорим, сейчас нужна осторожность. Откуда эта дрянь?

Увлеченный разговором, я не заметил, как в лесу сгустился туман. Чем дальше мы шли, тем плотнее он становился. Не зря мне сразу показались смазанными очертания деревьев — теперь они тонули в светло-серой дымке.

Поравнявшись с нами, Кафка тихо сказал:

— Мы почти на месте. Думаю, туман идет от пещеры.

Но он ошибся. Через пару минут мы вышли к небольшой лужайке и не без труда разглядели посреди нее здоровенное, метров пяти в диаметре, гнездо, почти невидное из-за тумана. Безусловно, оно и являлось его источником.

Пока отряд подтягивался, я стоял и рассматривал это странное логово. Благодаря Ясному зрению мне были видны переплетения толстых веток с торчащими во все стороны сучьями. Так, а это что такое? Словно внутри кто-то шевелится.

Не успел я об этом подумать, как поляну накрыл дикий визг, столь высокий, что мои барабанные перепонки чуть не взорвались. В голове словно лопнула звонкая струна, я зажал уши и в изнеможении опустился на траву.

Худо было не только мне. Бродяги, хватаясь за голову, катались по земле. Кто-то выл, кто-то корчился молча. Мелькнула фигура Коварного Робина, убегающего вглубь леса.

В ту же секунду из гнезда метнулись десятки силуэтов с одинаковыми наименованиями:

Изменчивая сирин

Небольшие птицы темно-серого окраса рванулись к нам, налетели, хлопая крыльями. Три из них закружились надо мной. Превозмогая дурноту, я поднялся на ноги, подпрыгнул и попробовал рассечь хоть одну крисом, но не достал. Еще попытка — снова неудача. Вроде бы они были совсем близко, но ловко уворачивались от моего клинка.

Акробатика +1. Текущее значение: 21

Стоял невообразимый шум: крики бродяг смешались с визгом птиц, звоном оружия, хлопаньем крыльев. Среди этого гама я расслышал справа дикий вопль, обернулся… и остолбенел.

С полдюжины сиринов набросились на Андреса. Они ежесекундно клевали его, вырывая кусочки кожи и даже мяса. Только сейчас я заметил, что клювы у них слегка изгибаются вниз и вбок, образуя жуткий инструмент. Мастер орал от боли и отбивался как мог — кулаками, сумой, кинжалом. Но силы были не равны. Несмотря на то, что его клинок мелькал с бешеной скоростью, ни одной твари он убить не смог. Напротив — птицы окружили его еще плотнее и, вцепившись в руки и ноги когтями, рванули в разные стороны. Не в силах пошевелиться, я в ужасе смотрел, как разорванное напополам тело Андреса шлепнулось на землю, в лужу густой, багровой крови.

— Не-е-ет!

Я кричал и сам себя не помнил. Словно оказался в каком-то другом мире, куда не проникало ничего, кроме этого кошмара. Но вдруг услышал за спиной:

— Гермес, держись!

Душа у меня ушла в пятки: это был голос Мастера воров. Почти не дыша, я медленно повернулся — сквозь толпу машущих ножами бродяг ко мне протискивался Андрес. Я торопливо перевел взгляд назад — на том месте, где только что валялись куски его тела, было пусто.

Твою ж… Снова иллюзии!!!

В один миг все стало ясно. Птицы были не настоящими, призрачными. Мираж, обман зрения. Именно поэтому ни я, ни Андрес не смогли достать ни одну из них. А вот производимый ими звук был совершенно реальным и направленным на то, чтобы обратить в бегство чужаков. И это им удалось, я отчетливо видел, как несколько воров отползали к лесу вслед за Робином. Да и Кафка, потеряв былую самоуверенность, пятился к деревьям. Ну уж нет!

— Ты тут? — с ноткой удивления воскликнул пробравшийся ко мне Андрес. — Мне показалось, птицы пытались тебя унести.

— Лес кошмаров! — гаркнул я и кинулся к центру поляны.

Словно угадав мои намерения, сирины заметались передо мной, но теперь, когда я знал их секрет, они были мне не страшны. Зажав уши, я побежал сквозь туман к гнезду. Птицы завизжали еще громче. Одуревая от их криков, я добрался до логова, вытащил факел и с размаху ткнул им в сплетенные ветки.

Хитрость +1. Текущее значение: 26

Гнездо загорелось мгновенно и уже через пару секунд пылало так, что обожгло мне лицо. Дикий визг тут же стих, в ушах зазвенело от неожиданной тишины. Я отошел подальше и обернулся — сквозь туман было видно, как бродяги ошалело осматривались, ища исчезнувших врагов. Но ни одной птицы не осталось, все иллюзии исчезли вместе с их догорающим источником.

Через полминуты вся банда, за исключением Робина, подтянулась к гнезду. Андрес хлопнул меня по плечу.

— Молодец!

— Жаль, раньше не догадался, — проворчал Фьюри, вызвав во мне острое желание дать ему в морду.

Тем временем Кафка поводил в воздухе руками, и на потрескивающие в огне сучья сверху, буквально из ниоткуда, полилась вода. Обугленные ветки зашипели, повалил густой дым. Закашлявшись, я крикнул чародею:

— Зачем? Пусть бы горело.

— Под ним должен быть вход в пещеру.

Старик оказался прав. Когда пламя погасло, и мы раскидали головешки, перед нами открылась дыра в холме, которую прежде прикрывало собой гнездо. Встав возле нее, Кафка приказал:

— Никому не входить, пока я не сделаю, что нужно! Кошмары кончились, теперь все будет по-настоящему.

По толпе бродяг пронесся недовольный шепот. Я их понимал: даже иллюзий мне хватило выше крыши, не хотелось и думать о новых боях.

Достав большой, пузатый фиал с черной жидкостью, чародей разлил ее вокруг входа в пещеру. Едва он закончил, из земли полезли ростки, которые буквально за минуту превратились в густую стену из клестиры. В это время Кафка усиленно махал руками и что-то бормотал. А я с недоумением смотрел на него. Он что, сошел с ума? С секунды на секунду вырастут шипы, и мало нам не покажется, ведь мы стоим внутри кольца растений.

Оказалось, старик все продумал. Из-под его рук прямо в воздухе стали появляться горящие знаки, мигая и подрагивая, они опустились между нами и кустарником и словно впечатались в землю. Их сияние создало сверкающую стену, которая не позволяла клестире чувствовать движение бродяг. То есть мы, находясь внутри круга, были защищены от шипов, а вот монстры, прибытие которых ожидалось снаружи, — нет.

Закончив работу, Кафка придирчиво осмотрел результат, пару раз махнул рукой, посылая дополнительные знаки на ветки кустов, потом повелительно кивнул в сторону пещеры, камни вокруг которой тоже были сплошь усеяны огненными символами.

— Пошли.

— Мужики, — тихо сказал остальным Андрес, — как договаривались, ваша задача — удерживать монстров, пока мы будем внутри. Сколько бы времени нам ни понадобилось, ни один не должен прорваться.

Бродяги нестройным хором подтвердили готовность защищать нас до последнего вздоха. Кафка, который явно не ожидал, что Мастер пойдет с нами, с удивлением покосился на него, но ничего не сказал. Видимо, решил — если мы замыслили хитрость, с двоими он справится. Не знаю, как Андрес, но я чародею на один зуб, тут и сомневаться не приходится.

Старик подошел к чернеющей в холме дыре и бросил в нее неизвестно откуда появившуюся звездочку, которая осветила пространство. Увидев внутри довольно крутой спуск, я первым шагнул в неизвестность. За мной последовал Кафка, процессию завершал Мастер воров.

Едва я миновал пару метров, за спиной послышался вой, потом визг: монстры со всех концов Леса кошмаров устремились к пещере. Я невольно тормознул, но чародей слегка подтолкнул меня в спину.

— Не оборачивайся. Без нас справятся.

Что ж, надеюсь. Иначе весь мой план насмарку.

Глава 9

Спускаться пришлось недолго. Три десятка шагов — и нам открылась огромная пещера, края которой терялись в темноте. И всюду, сколько хватало глаз — сундуки, сундуки, сундуки. Большие и маленькие, старые и поновее, богатые и совсем простенькие.

— Андрес, условие помнишь? — прошептал я.

— Естественно. Открываешь только ты.

— Тогда начали.

Опустившись на колено, я достал Заразу и сунул ее в замок ближайшего сундука, который поблескивал необычным светом. Раздался негромкий хлопок, из скважины выскочила какая-то железяка и вонзилась мне в руку.

Потеряно 29 хитов

Здоровье: 1616/1645

Фигасе! Я в недоумении повернулся к Андресу.

— Механическая ловушка, — усмехнулся он. — Неужели не увидел? Вот же, блестит. Умеешь их обезвреживать?

Бли-ин, вот я тормоз! Как мог не подумать об этом и не запастись… чем там?

Видимо, по моей вытянувшейся морде Андрес все понял, потому что полез в мешок и достал оттуда целую коллекцию приспособлений на кольце. Отцепив одно, он протянул его мне.

— Держи щуп, разиня.

И ведь не поспоришь — разиня и есть.

Я вставил щуп в замок, повернул.

Обезвреживание не удалось.

Еще разок.

Обезвреживание не удалось.

— Сколько можно возиться с одним сундуком? — взвился Кафка.

— Погоди, дед, не лезь, — без всякого почтения прервал его Андрес и наклонился ко мне. — Вниз слегка нажми.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 13

Поменяв щуп на Заразу, я попытался вскрыть замок.

Взлом не удался

Взлом удался

Открыл сундук — на дне лежала одинокая золотая монета. Прекрасно, следующий. Здесь тоже этот странный блеск, обозначающий ловушку. Хорошо, что я успел выучить умение, позволяющее их видеть.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Замена.

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 16

Во, то, что надо! Погнали дальше.

Дело пошло как по маслу. Андрес открывал взломанные мною сундуки, доставал из каждого единственную золотую монету и прятал в свой кошель. Трижды щупы, износившись, рассыпались у меня в руках, и трижды Мастер воров протягивал мне новый.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Взлом удался

Взлом удался

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 27

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 24

Взлом не удался

Взлом удался

Кафка поначалу взял себя в руки, но к концу второго десятка снова начал заметно нервничать. Отбросив обычную чванливость, он нетерпеливо топтался на месте и вытягивал шею, пытаясь как можно раньше увидеть содержимое очередного сундука. Пару раз он сказал что-то типа: «Ну же, ну», потом пробормотал «Опять нет» и в дальнейшем перешел на разочарованные вздохи. Смотреть, как обычно суровый чародей волнуется, словно ребенок, было забавно, но я не мог терять времени. На взлом каждого сундука уходило полминуты, а то и больше, и мне было страшно представить, сколько часов займет целая тысяча.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 33

Взлом не удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 35

Безопасность и Смекалка росли как на дрожжах, чего, собственно, я и добивался. Андрес с радостной мордой совал в кошелек монету за монетой, а Кафка, недовольно поглядывая на него, вдруг спросил:

— Он забирает деньги, я — посох. Что же останется тебе, Гермес?

Я очень надеялся, что он задаст подобный вопрос, поэтому ответ у меня был готов заранее.

— Попрошу тебя взять в ученики моего приятеля, молодого лекаря. Добрейший малый, но никак не может найти себя в этом мире.

— Из местных? — нахмурился чародей.

— В том-то и дело, что Явившийся. Его имя Гааз.

— Хм…

С минуту он раздумывал, потом задумчиво произнес:

— А что, это может быть интересно. Надеюсь, ты не попытаешься через него выведывать мои секреты?

— Что ж я, самоубийца?

— Рад, что ты это понимаешь, — к Кафке вернулось былое самодовольство. — Хорошо, я возьму твоего друга.

— Спасибо, ваше чародейство.

Обращение старику понравилось, и он раздулся еще сильнее. Впрочем, ненадолго: через минуту он снова вытягивал шею в ожидании вожделенного посоха.

— Ну? Опять нету? Эх…

Усмехнувшись в ответ на его разочарованный вздох, я продолжал взламывать сундуки. Тридцатый, пятидесятый, сотый. Чтобы не менять постоянно инструменты, я обезвреживал несколько ловушек, а потом вскрывал замки.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 38

Взлом не удался

Взлом удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 41

К концу второй сотни Зараза, до этого героически молчавшая, начала причитать.

— Ну сколько можно? Ты меня совершенно измучил.

— Терпи, подруга. Дело есть дело.

— Ты поставил себе целью меня погнуть? Или сломать?

— Общительная она у тебя, — усмехнулся Андрес, подтаскивая ко мне очередной сундук.

— Неудивительно. Попробуй засунуть палец в тысячу замков, посмотрим, что ты запоешь.

— Хватит болтать! — вдруг рявкнул чародей. — У нас мало времени.

— Почему это? — удивился Мастер.

— Парням наверху несладко приходится, а вы еще и четверти работы не сделали.

Я прислушался, но никакого шума с поверхности земли не доносилось. Как Кафка определил, что там происходит, было непонятно. Впрочем, он не стал нас мучить неизвестностью и пояснил:

— Зарядов клестиры хватило от силы на три часа. Теперь они бьются без защиты.

Да, он прав, в самом деле надо поторопиться. Я вернулся к работе.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 42

Взлом не удался

Взлом удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение:45

Минуты летели за минутами, часы — за часами. Руки у меня одеревенели и с трудом слушались. Перед глазами мелькали сундуки, замки, и я уже не всегда с первого раза попадал Заразой в замочную скважину. Кафка подпрыгивал рядом и страшно действовал на нервы. И только Андрес был спокоен как удав. Он невозмутимо забирал монету за монетой, лишь веселые искорки в глазах позволяли понять, насколько он доволен.

Открывая очередной сундук, большой и богато отделанный, я сунул щуп в ловушку, повернул, нажал…

Ба-бах!

Грохнуло так, что Андреса и Кафку отбросило на несколько метров.

Потеряно 546 хитов

Здоровье: 1099/1645

— Не по-онял… — в обалдении протянул я.

— Магическая ловушка, — пояснил Мастер, вставая. — Опять не заметил?

Я внимательно смотрел на замок и был уверен, что блеска механической ловушки на нем не было. Как и какого-либо другого. Неудивительно: умение видеть, а тем более обезвреживать эту магическую дрянь я не выучил. Просто еще не дорос до него.

— Держи, — Андрес отцепил от связки и протянул мне поблескивающий щуп.

Я взял его, сунул в скважину, но Мастер воров покачал головой.

— Эта ловушка уже сработала и разрядилась. Оставь для следующей. Подскажу, увижу.

— Вряд ли я смогу ее деактивировать. Наверняка для этого надо специальное умение.

— Ага, — кивнул Андрес. — Не беспокойся, помогу.

Ничего особенного в дурацком сундуке не оказалось, точно такая же монета, как и в других. Разочарованно плюнув, я продолжил работу.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 49

Взлом не удался

Взлом удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 52

Часа в четыре, взломав около половины сундуков, я взмолился о перерыве. Жажда перевалила за восемьдесят процентов, сытость опустилась до тридцати.

— Могу помочь с открыванием или обезвреживанием, — предложил Андрес, но я решительно покачал головой.

— Нефига́, все мое. Дайте только десять минут пожрать и передохнуть.

— Еще чего! — возмущенно завопил Кафка. — Пока не достанешь посох, об отдыхе можешь не мечтать!

Н-да, не ту страну назвали Гондурасом. В смысле, не того я Заразой нарек. Стоило бы это достойное имя оставить для падлы-чародея.

В общем, я выразил легкое недовольство таким положением вещей, в результате чего следующие десять минут старик лично кормил меня бутербродами, а Андрес массировал руки, время от времени давая глотнуть зелье здоровья. Вскоре я почувствовал себя лучше и вернулся к взлому.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 56

Взлом не удался

Взлом удался

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 59

Сундук мелькал за сундуком, замок за замком, минула и шестая, и седьмая сотни, а желанного артефакта все не было. Морда Кафки покраснела и покрылась потом, да и Мастер, хоть по-прежнему складывал монеты в кошель, слегка приуныл. Притомился, бедняга, золото собирать.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 68

Взлом удался

Взлом удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 73

Посох мы нашли уже ближе к полуночи. Едва я открыл сундук, как пещера озарилась серебристым светом. Небольшой, инкрустированный белыми камнями, подозрительно похожими на алмазы, артефакт и в самом деле производил впечатление. Кафка, едва не выпрыгнув из штанов, бросился к нему, схватил и весь затрясся.

— Он… Это он… Великий Теодар, это он!!!

Слегка успокоившись, бессовестный чародей достал свиток телепорта и растворился в мерцающих звездочках, крикнув напоследок:

— Присылай своего друга!

Нормально так⁈ Я тут горбачусь из последних сил, а он даже спасибо не сказал. Ладно, гад, сочтемся.

Несмотря на то, что посох нашелся, мы с Андресом были настроены на продолжение работы. Ему хотелось побольше золота, а мне — характеристик.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание не удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 84

Взлом удался

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 88

Последняя сотня далась труднее всего. Спину ломило, словно у столетнего старика, ноги затекли, руки едва слушались. Чувствовал я себя полной развалиной. Зараза стенала, стонала, поминутно вскрикивая и жалуясь на проклятую судьбу, давшую ей в хозяева именно меня. Андрес помогал как мог — поил меня зельями, ругался с Заразой, время от времени переходя на просительный тон и умоляя ее потерпеть еще немного. В общем, все были при деле.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание удалось.

Обезвреживание удалось.

Смекалка +1. Текущее значение: 94

Взлом не удался

Взлом не удался

Взлом удался

Взлом не удался

Взлом удался

Безопасность +1. Текущее значение: 98

Когда осталось десятка четыре сундуков, в интерфейсе всплыла праздничная надпись:

Поздравляем! Вы достигли максимального значения характеристики «Безопасность»! Теперь вы сможете вскрыть любой замок с первого раза!

Упс… А как же рост характеристик? Бли-ин… Я повернулся к Андресу и уныло сказал:

— С меня хватит. Открывай остальные.

Дело пошло веселее. Я обезвреживал механические ловушки, а Мастер вслед за мной взламывал замки. Попались еще две магические, с ними Андрес легко справился.

Далеко за полночь, через четырнадцать часов после входа в пещеру, когда я открывал предпоследний сундук, появилось еще одно системное сообщение:

Поздравляем! Вы достигли максимального значения характеристики «Смекалка»! Теперь вы сможете обезвредить любую механическую ловушку с первого раза!

Шатаясь, я поднялся на ноги и прошептал:

— Все…

— Ага, — осклабился Мастер, вскрывая последний замок. Он вытащил золотую монету и на минуту завис, отдавая, видимо, распоряжения своей банде. Вернувшись в игровую реальность, Андрес подмигнул: — Слушай, ну ты монстр! За один день дал мне заработать столько, что я почти поправил свои дела. Спасибо, дружище, я твой должник. Полетели.

И сунул в мою одеревеневшую руку свиток телепорта.

Была половина второго ночи, когда я сошел с круга телепорта в Мергусе и побрел к «Голубятне». Хорошо, что было темно, после пещерных, вернее, Кафкиных зеленых звездочек солнечный свет стал бы слишком суровым испытанием для моих измученных глаз.

Мимо прошли два непися, один из них привлек мое внимание. Его лицо светилось в темноте, словно в черепе горела слабая лампочка. Он доброжелательно посмотрел на меня и с улыбкой поклонился, уступая дорогу. Странно, чем я мог вызвать такую реакцию у человека-фонаря?

Взлом сундуков вымотал меня до предела, но игровой механизм брал свое: в очередной раз выпив зелье здоровья, я более или менее восстановился. Прикинул, сколько неиспользованных очков характеристик у меня скопилось и уже с дороги написал Руддеру:

Привет, надо встретиться.

Он ответил на удивление быстро:

Офигел⁈ Скоро два часа ночи. До утра не терпит?

Понимая, что все эти маленькие затяжки сложатся и приведут к большой потере времени, я продолжал настаивать:

Стас, это ненадолго. Но поговорить реально надо.

На этот раз пауза была чуть длиннее.

Ладно, все равно еще не ложился. Жди в «Голубятне».

Во, другое дело. Перекинемся парой слов, и можно будет спокойно заснуть.

К трактиру мы подошли одновременно, хоть и с разных сторон. Пожав мне руку, Руддер кивнул в сторону лестницы.

— Давай поднимемся к тебе. Не хочу, чтобы кто-то уши грел.

Он красноречиво покосился на скучающего за стойкой Борзена. Тот сразу уткнулся в посуду, типа я не я, свинья не моя. А ведь реально, похоже, намеревался подслушивать.

В комнате Стас уселся на стул, а я, за неимением второго, на кровать.

— Видок у тебя — зашибись, — покачал головой Руддер.

— В смысле? Что не так?

— Морда помятая, глаза красные. Рассказывай скорее, что стряслось, а то, боюсь, уснешь, не закончив.

— Хотел поговорить насчет взятия Багряной Твердыни.

— Я так и понял. Сейчас все Тигры занимаются этим вопросом. Собственно, потому и не спал, когда ты мне написал: обсуждали на совете все детали. Ну, и твой кач, естественно. Для меня, кстати, стало неожиданностью, что ты уже двадцать четвертый, я еще в прошлый раз удивился. Быстро растешь, очень быстро. Но все равно до пятидесятого еще далеко.

— Как сказать…

— Да как ни скажи. Короче, в целом для осады все готово, — продолжал Стас. — Как основной костяк, так и академка обновили обвес, запаслись зельями и прочим, что нужно. На данный момент проблема только в тебе. Но она решаема.

— Ну-ка, поделись, — мне с трудом удалось подавить торжествующие нотки в голосе.

— Мы придумали, как тебя качнуть в приемлемые сроки. Слышал про Кампарнию?

— Эмм… Нет.

— Это одно из Жемчужных королевств, находится ближе других к центру Мидкора. Неважно. Короче, там есть офигенный данж. К нему бешеная очередь, наша как раз подходит через несколько дней. Тамошние твари, естественно, тебе не по зубам, но ребята из головного клана помогут. Если в группе тебе будет капать мало экспы, они пожертвуют своей в твою пользу.

— Это как? — искренне удивился я. — Разве опыт можно передавать между игроками?

— Шутишь? Нет, естественно, — Стас вскочил и принялся ходить из угла в угол. — Выйдешь из группы, они станут мочить монстров и оставлять тебе несколько хитов. Добиваешь — получаешь полный опыт за моба, словно загасил его в одиночку. Понятно?

— Ага.

— Плюс, само собой, будут тебя прикрывать, чтобы какая-нибудь тварь случайно не грохнула. Обкаст и все дела. Три дня данж в нашем полном распоряжении. Если не хватит времени, есть предварительный договор с Валькириями — они уступят нам свою очередь. Дороговато, конечно, но что делать.

— План хороший, но… — я сделал театральную паузу, — неактуальный.

— Не понял, — напрягся Руддер. — Сначала поставил на уши два клана, а теперь сливаешься?

— Долго, Стас, долго. Сначала ждать очереди, плюс три дня там, а может, и больше. Считай, неделя уйдет.

Его лицо, буквально окаменевшее после моей предыдущей фразы, немного смягчилось.

— Макс, ты вообще понимаешь механику игры? Двадцать шесть в неделю — это ракета, быстрее просто невозможно.

— Думаешь? Открой список клана и глянь на мой уровень, — едва сдерживая торжествующий смех, ответил я.

Руддер пару секунд побуравил меня взглядом, а потом завис: открыл интерфейс.

— И?

— Теперь смотри внимательно, — важно произнес я и улыбнулся в предвкушении Стасовой реакции.

Глава 10

Настал миг моего триумфа. Заранее задумав эту невинную хитрость, я специально не взял уровни, полученные за кражу Солнцедара. А теперь к ним прибавились и «пещерные».

Итак, погнали!

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 25!

Здоровье:1770/1770

Сытость:206/320

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 26!

Здоровье:1900/1900

Сытость: 206/330

Желаете изучить умение «Светлый путь»?

Желаете изучить умение «Камень»?

Естественно, желаю. Только сначала посмотрю, что это.

Умение «Светлый путь»: обнаружение засад; базовая вероятность успеха 10%.

Умение «Камень», пассивное: увеличение физической защиты на 15%.

На миг я отвлекся от интерфейса, чтобы кинуть взгляд на удлиняющуюся морду Руддера. То ли еще будет!

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 27!

Здоровье:2035/2035

Сытость: 206/340

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 28!

Здоровье:2175/2175

Сытость: 206/350

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 29!

Здоровье:2320/2320

Сытость:206/360

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 30!

Здоровье:2470/2470

Сытость: 206/370

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 31!

Здоровье:2625/2625

Сытость: 206/380

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 32!

Здоровье:2785/2785

Сытость: 206/390

Желаете изучить умение «Вредоносность»?

Желаете изучить умение «Гроза магов»?

Интересные названия…

Умение «Вредоносность»: постановка механических ловушек, вероятность успеха 10%.

Умение «Гроза магов», пассивное: увеличение магической защиты на 15%.

Читая описания, я притормозил, и Руддер, видимо, подумал, что на этом все. С трудом переведя дыхание, он прошептал:

— Нормально так… Тридцать второй. Ну, ты даешь!

— Не расслабляйся, — усмехнулся я в ответ. — Дальше смотри.

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 33!

Здоровье:2950/2950

Сытость:206/400

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 34!

Здоровье:3120/3120

Сытость: 206/410

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 35!

Здоровье:3295/3295

Сытость: 206/420

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 36!

Здоровье:3475/3475

Сытость: 206/430

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 37!

Здоровье:3660/3660

Сытость:206/440

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 38!

Здоровье:3850/3850

Сытость: 206/450

Желаете изучить умение «Токсиколог»?

Желаете изучить умение «Громогласность»?

Умение «Токсиколог»: изготовление ядов, базовая вероятность успеха 10%.

Умение «Громогласность»: умение распускать ложные слухи; базовая вероятность успеха 10%.

Вот кем Гаазу-то надо быть, раз он так интересуется зельями и ядами — вором. Впрочем, какой из него вор, все напутает и попадется на первой же краже.

— Ох… ох…ре-не-еть, — сипло выдавил Руддер.

Похоже, это все, на что он сейчас способен. Но я не дал ему шанса прийти в себя.

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 39!

Здоровье: 4050/4050

Сытость: 206/460

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 40!

Здоровье: 4255/4255

Сытость: 206/470

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 41!

Здоровье: 4465/4465

Сытость: 206/480

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 42!

Здоровье: 4680/4680

Сытость:206/490

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 43!

Здоровье: 4900/4900

Сытость: 206/500

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 44!

Здоровье:5125/5125

Сытость: 206/510

Желаете изучить умение «Противодействие магии»?

Желаете изучить умение «Невидимая ярость»?

Умение «Противодействие магии»: обнаружение и обезвреживание магических ловушек; базовая вероятность успеха 10%.

Умение «Невидимая ярость», пассивное: увеличение физической атаки на 20%.

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Пока я читал описания умений, со стороны Руддера послышалось невразумительное бульканье. Совсем плохо мужику…

Поздравляем! Вы получили уровень 45!

Здоровье:5355/5355

Сытость: 205/520

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 46!

Здоровье:5590/5590

Сытость:205/530

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 47!

Здоровье:5830/5830

Сытость: 205/540

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 48!

Здоровье:6075/6075

Сытость: 205/550

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 49!

Здоровье:6325/6325

Сытость: 205/560

Со вздохом облегчения я закрыл интерфейс и торжественно провозгласил:

— Все!

Руддер таращился на меня округлившимися глазами, не в силах произнести ни слова. Прошло не меньше полуминуты, прежде чем он с трудом смог выдавить:

— Со… рок девя… Как?!!

Я развел руками и наконец дал волю эмоциям. Рассмеялся весело и беззаботно, а Стас все смотрел и смотрел на меня неверящим взглядом.

Минуты через три он пришел в себя настолько, что сумел вполне членораздельно сказать:

— Я не понимаю… Это невозможно!

— Ну почему. Просто не тратил очки характеристик, вот они и скопились.

— Но ведь… Ты сколько здесь, в Мидкоре? Месяц?

— Чуть поменьше.

— И за это время — пятидесятый⁈

— Сорок девятый, — поправил я. — До пятидесятого не хватило двух очков.

— Да пофиг, — отмахнулся Руддер, — возьмешь на раз. Я говорю, что это в принципе нереально. Ты нашел какое-то охрененное место для кача?

— Типа того.

— Покажешь?

— Показать-то можно, только пользы вам от этого не будет. Во-первых, эта пещера подходит только для воров, а во-вторых, я ее уже обчистил. Теперь для кача она бесполезна.

Стас удивленно покачал головой.

— Невероятно. До сих пор не могу поверить. Андрюха Телль наверняка скажет, что ты читер.

— Запарил этот Телль, если честно, — поморщился я.

— Ты на него не обижайся. У нас парень был с этой профой, плут. Пришел такой — ой, возьмите, качните, я вам пригожусь. Андрей в него всю душу вложил, день и ночь с ним носился по лесам и данжам. А тот, как дорос до пятидесятого, сделал ручкой. И не абы куда ушел, а к нашим врагам. Еще и всем рассказывал потом, какой он молодец, качнулся нахаляву.

— Да, неприятно.

— И не говори. Ладно, хрен с ним, давай лучше о тебе. Получается, ты готов в любой момент идти в Багряную Твердыню?

— Конечно, надо только два очка добить. Ну, и узнать, что там вообще делать нужно.

— О, это без проблем, — с готовностью ответил Руддер. — Короче, слушай. Клановый замок просто так, с кондачка, атаковать нельзя. Там работают всякие магические источники, разбросанные вокруг крепости, которые не позволяют наносить ей ущерб.

— Давай подробнее — мне нужно понимать, с чем работать.

— Хорошо. — Руддер уважительно качнул головой. — В общем, из этих источников исходят так называемые силовые струны, создающие защитный купол. Пока он активен, замок неуязвим. Поэтому для начала нужно уничтожить эти долбанные источники. Трабла в том, что никто не знает, где они расположены. Источником может оказаться любой камень, любой куст, да что угодно, хоть находящийся под землей корень дерева. А способные их выдать силовые струны невидимы и неосязаемы. Для того, чтобы они проявились, как раз и нужен плут.

— Та-ак, уже интереснее.

— Во всех клановых замках есть дополнительная башня, а в ней — комната с красными витражами. Ее еще называют Спиритической или просто Спириткой.

— Почему? — удивился я.

— В ней есть вертящийся стол, типа того, за которым медиумы проводят спиритические сеансы, вот игроки и придумали такое название. Но этот самый стол нужен совсем для другого: на нем как раз и показана схема расположения источников. Твоя задача — скопировать ее и прислать мне или Крутяку. В этот момент все силовые струны начнут светиться, что является официальным началом штурма. После этого ты уже не сможешь покинуть замок: портануться оттуда невозможно, а Горцы, скорее всего, станут тебя искать.

— Зачем?

— Ну-у… — Руддер выписал рукой замысловатую фигуру. — Чтобы убить.

— То есть это в порядке вещей?

— Да, плут всегда погибает после активации. Тебя это пугает?

Я задумчиво почесал нос.

— Не особо, но мне непонятно, как в таком случае я уберу Мечеворот.

Стас поморщился.

— В этом-то и проблема. С первого захода не получится отключить эту гадость. Придется тебе после гибели снова возвращаться. Какой откат у твоего прыжка?

— Сутки.

— Сутки⁈ Нехило… Но, в принципе, некритично. Штурм может длиться до трех дней. Убьют, отдохнешь, вернешься и через двадцать четыре часа снова зайдешь, чтобы отключить Мечеворот. Жалко, конечно, столько времени терять, но что делать.

— А заранее нельзя? До составления схемы?

— Не-а. Пока не пришлешь ее нам, все другие опции неактивны.

Фигово. Сокращать разрешенное время штурма на сутки из-за долбанного отката как-то не хочется.

— Короче, — Руддер встал и с усилием расправил плечи, словно чувствуя болезненность в спине, — завтра пришлю все необходимое. Возьми в клановом хранилище оружие, доспехи, бижу на свой левел. Наверняка что-нибудь найдется. Если нет, дай знать, подкину золотишка, купишь. Все, Макс, потопал я, а то скоро уже вставать. Но ты, конечно, жук. До сих пор не могу прийти в себя. Это ж надо — сорок девятый!

После его ухода я залез в интерфейс и включил опцию звукового информирования о сообщениях. Мало ли, вдруг Стас напишет что-то срочное, пока буду спать. И из последних сил скинул сообщение Гаазу:

Привет, я договорился, что тебя возьмет в ученики королевский чародей Кафка. Как проснешься, дуй к нему. Удачи!

Не без труда удерживая равновесие, я стоял в санях и правил тройкой. Настоящей русской тройкой. Ухоженные белые лошади белизной могли поспорить с покрывавшим окрестные поля снегом. Под веселый перезвон колокольчиков они резво несли сани по зимней дороге.

— Достал уже этот Гермес! — раздалось вдруг громогласное восклицание.

Оно прозвучало откуда-то сверху, из-за облаков. Похоже, Теодар сердится. Даже интересно, чем я вызвал его немилость. А то, что он зол, нет никаких сомнений — точно с такими же интонациями на меня наезжал Телль. Да и голос похож на Андрюхин.

Не успел я об этом подумать, как в облаках сверкнуло, громыхнуло, и с неба сорвался огромный огненный шар. С шипением промчавшись мимо, он врезался в землю прямо перед тройкой, взорвался, и лошади шарахнулись вбок. Через секунду новый болид вырвал комья мерзлой земли справа от меня. За ним последовал еще один, и еще. Горящие сферы с грохотом шлепались тут и там. Я метался из стороны в сторону, то натягивая, то ослабляя поводья. Испуганные животные хрипели от страха, и мне с трудом удавалось лавировать между ежесекундно рождающимися воронками.

Новый свист. Я поднял голову и в ужасе понял, что очередной «снаряд» летит прямо в меня. Втянул голову в плечи и…

— Гермес, сколько можно дрыхнуть⁈

Я рывком сел в постели. Звук падения огненных шаров по-прежнему преследовал меня. Вернее… Твою дивизию, это же стук в дверь! Причем молотят, похоже, не только руками, но и ногами.

— Вставай!

Бросив беглый взгляд на таймер интерфейса, я офигел: семь утра! Блин, спал только три часа, и это после нескольких бессонных или почти бессонных ночей. Какая сволочь там долбится⁈

— Что надо⁈ — возмущенно заорал я.

— Открывай, свои! Это Крутяк. Открой наконец!

Ну что за пожар, а? Ведь Руддер знает, во сколько я лег. Сам ночью говорил, что вид у меня не из лучших.

Снова откинувшись на подушку, я закашлялся, и тут из-под рубахи послышалось:

— Не заболел? Ты так сладко спал, я аж шевельнуться боялась, чтобы не разбудить.

— Как же, они дадут поспать. Сладко, но мало.

— Мало? — в голосе Заразы появилось привычное ехидство. — Больше суток вообще-то.

— Что-о⁈

Меня как ветром сдуло с кровати. На ходу я смахнул из интерфейса мигающий конверт с цифрой «двадцать два». Понятно, почему мне так хорошо ехалось на тройке — каждое сообщение сопровождалось мелодичным звоном. И все от Руддера. Немудрено, что кланлидер пришел лично поднимать меня с койки.

Крутяк — высокий, широкоплечий парень, с трудом протиснувшийся в дверной проем — был не один. Позади него стояли Андрюха Телль (так вот кого я достал, а вовсе не Теодара!) и плюгавенький мужичок в черной мантии, с умным, пронзительным взглядом за стеклами круглых, в стиле Гарри Поттера, очков. Над его головой мерцал ник:

Папа, Боевые Тигры

Невнимательный наблюдатель мог бы счесть его нудным ботаником, но я видел ясно: это мыслитель, мозг всего клана. Единственное, оставалось непонятным, что такой человек забыл в игре, где тестировщикам наверняка платят довольно скромно.

Он осторожно, по-кошачьи, ступил в комнату вслед за Крутяком и первым протянул мне руку.

— Ну, здравствуй, герой.

Говорил он тихо, но уверенно. Под пристальным взглядом умных глаз я чувствовал себя слегка неловко. Поневоле возникало желание понравиться этому щуплому, похожему на подростка дяде. Поэтому я решил не наглеть и просто спросил:

— Почему герой?

— Ну как же, — он вроде бы удивился. — Благодаря тебе ребята взяли Неприступный. Руддер тебя очень хвалит. Все уши нам прожужжал, как прошлой ночью ты поднимал уровни едва ли не с нуля.

Я реально смутился, а Папа продолжал:

— Сейчас мы рассчитываем на твою помощь и верим, что ты справишься.

— Мы-то верим, — усмехнулся Телль, — только ему на это начхать. Дрыхнет как ни в чем не бывало.

Папа бросил на него быстрый взгляд, Андрей сразу примолк, отступил на шаг и как-то даже уменьшился в размерах.

— Что мне надо делать? — деловито спросил я.

— Руддер, в общем-то, все тебе рассказал. В остальном надеюсь на твою смекалку, просчитать вместе все возможные варианты мы уже не успеем — сегодня штурм.

Сказать, что я обалдел от такой новости — ничего не сказать.

— Сегодня⁈

— А чего тянуть, — ухмыльнулся главный Тигр и повернулся к Теллю. — Давай шмот.

Андрюха вышел из-за его спины и принялся выкладывать из инвентаря на кровать доспехи — броню, штаны, сапоги, кожаный шлем, перчатки, несколько колец, цепочку. Последним на одеяло лег кинжал с поблескивающим волнистым клинком.

— Одевайся, — коротко велел Папа.

Я быстро напялил обновки, даже не глядя на их показатели. Но оружие все же успел посмотреть.

Дага-фламберг «Морозная ночь»

Ранг: уникальный

Физатака: + 63

Свойство: + 11 урона холодом. Шанс 5% заморозить врага на 5 секунд.

Вид: короткие клинки

Требования: 50 уровень

Едва я взял его в руку, как тут же повисли дебаффы.

— Мужики, я же сорок девятый пока.

— Ничего, — безмятежно махнул рукой Папа. — Тебе вроде два очка осталось? Нагонишь, пока до комнаты дойдешь.

Надеюсь, он прав, иначе хорош я буду в Спиритке без умения составлять схему.

— Руддер скинул тебе на почту все, что может там понадобится. Не забудь забрать. Полетели.

Папа сунул мне свиток телепорта, и я, не колеблясь, активировал его.

Глава 11

Вы покинули землю элгионов, на чужбине благословение праотца бессильно. Бонус 20% ко всем параметрам снят. Бонус плюс 5 единиц ко всем параметрам снят. Праотец вновь сможет вам помогать, как только вы вернетесь в земли предков.

Место, где мы оказались, называлось Туманная Лощина. Это была широкая долина, кое-где поросшая кустарником, невдалеке виднелись зеленые холмы. Впервые оказавшись на нейтральной земле, я решил, что она весьма приветлива. Почему-то мне казалось, что ландшафт здесь должен быть похожим на то, что я видел в Пустошах.

Рядом материализовались Папа, Крутяк и Телль. Из пустоты раздался тихий голос:

— Торопитесь, скоро начинаем.

— Спасибо, Рон, — ответил наш кланлидер.

Удивительно, как он различает близнецов в невидимости? Оказалось, никак, потому что в ответ послышался смешок:

— Я Редж.

Крутяк покачал головой — дескать, ну как жить, а? — и велел:

— Веди.

Идти пришлось около получаса, сначала по долине, потом через лес. Задолго до конца пути я увидел сквозь деревья темно-серые башни замка, одна из которых, в вычурном готическом стиле, имела в верхней части красное остекление.

— Спиритка? — спросил я.

— Она самая, — подтвердил Папа.

Через несколько минут мы вышли к равнине, посреди которой и находился замок. Странно, ни холма, ни неприступной скалы. Почему же его так трудно взять?

Ответ стал понятен, когда мы подошли ближе: отсюда было видно, что стены выложены из огромных булыжников, можно сказать, из небольших скал, четко подогнанных друг к другу. Чтобы пробить такое укрепление, попотеть придется немало. Над всей этой каменной массой возвышались устрашающего вида зубцы, а в самом ее центре красовался Мечеворот, еще более здоровый и мощный, чем в Неприступном.

— Нам левее, к поляне, — произнес из инвиза Редж.

На открытом поле недалеко от замка толпилось человек двести Тигров, считая и основу, и академку. Мелькало множество знакомых ников, но еще больше было тех, кого я видел впервые. Все в полной амуниции: в сверкающей броне, со щитами, алебардами, арбалетами — в общем, вооруженные до зубов. Тут же тусовались не меньше полусотни белокожих Горцев, им было абсолютно наплевать, что рядом с их клановым замком собралась целая армия, готовая к атаке. Некоторые из потоковцев вполне мирно общались с потенциальными захватчиками. Они что, с ума сошли?

Видимо, на моем лице читалось недоумение, потому что Крутяк с торжествующей ухмылкой ткнул меня локтем в бок.

— Не только ты можешь людей в ступор вводить. Удивлен, а?

— Не то слово!

— Это все Папины уловки, развел их как малых детей.

— А поподробнее? — заинтересовался я.

— Вчера мы в очередной раз схлестнулись с Потоком — они толпой кикнули пятерых наших на Смрадных болотах. Скажу по большому секрету — мои ребята их слегка спровоцировали. Само собой, тут же подтянулась куча Тигров и Горцев. Неслабая такая свара намечалась. Но тут выступил Папа. Нужно, говорит, у стен Цитадели Трех Ветров — это замок основного состава Тигров — устроить турнир, расходы по организации готов взять на себя. Кто победит, тот и прав. Те, само собой, заартачились: почему это у вашего замка? О проведении турнира при такой постановке вопроса даже и спорить не стали. А Папе это и нужно. Хорошо, отвечает, давайте у вашего, только завтра же — чего, типа, тянуть.

— И что, огласились?

— Естественно! Пойди они на попятную, прослыли бы трусами и крысами, которые только толпой и могут нападать. А имидж — великая вещь, его портить никому не хочется.

Я обернулся к шедшему сзади Папе и показал ему большой палец.

— Ничего выдающегося, — пожал он плечами. — Это был простенький план.

— Но получилось круто, — возразил я.

— Еще бы! — влез Крутяк. — Отличный способ подойти к их стенам в полной экипировке, всем кланом, не вызвав при этом подозрений. И тебе в Спиритку будет проще пробраться, пока Горцы глазеют на состязание. Главное, не лоханись, тогда покрутим их на… — он покосился на Папу и развивать мысль не стал.

— Тебе все равно надо быть осторожным, — предостерег меня глава. — И постараться за те минуты, что ты в инвизе, успеть добраться до комнаты с красными витражами.

— Не беспокойтесь, я знаю способ оставаться невидимым постоянно.

Кланлидеры многозначительно переглянулись, брови Крутяка поползли вверх, лицо Папы оставалось невозмутимым. Ничего не скажешь, умеет мужик держать себя в руках.

— Интересно, сколько еще козырей у тебя в рукаве, трикстер, — ухмыльнулся он и перешел на серьезный тон. — Все, хватит лясы точить. Мы почти на месте, и тебе самое время свалить в инвиз.

Я активировал невидимость, а через пару минут мы подошли к импровизированной арене — пространству, размером с футбольное поле, огороженному, натянутыми между кольями веревками. Трибун не было, игроки толпились вокруг. Со стен поглядывали лучники. От замка к арене тянулись наши будущие враги, их становилось все больше. Все в крутых доспехах, с навороченными мечами, топорами, луками. Я заметил несколько человек, над которыми поблескивали названия других кланов. Похоже, любопытные, пришедшие посмотреть, кто кому здесь надерет задницу.

Не успели мы приблизиться, как от толпы зрителей отделился рыжеволосый паладин с ником «Шокер» и направился к нам. Металлическая броня поблескивала синим отливом, из-за спины торчала рукоять огромного двуручного меча, в которую была инкрустирована Синяя Жемчужина. Чуть ниже я разглядел яйцо. Не изумрудное, конечно, светло-зеленое, с легким желтоватым оттенком. Наверняка крутое. Ну, в смысле, не яйцо вкрутую, а редкое и дорогое. Возможно, был еще и какой-нибудь орех, но часть рукояти скрывалась за плечом незнакомца.

Папа, не поворачиваясь ко мне, одними губами прошептал:

— Гермес, вперед, пора активировать режим штурма. Через сутки ждем тебя у Мечеворота.

Я проскользнул за спиной Крутяка и, остановившись в нескольких метрах, прислушался.

— Наконец-то, — насмешливо сказал Шокер, подходя к нашим. — Мы уж думали, знаменитый Папа сдрейфил.

Тот и бровью не повел, лишь спокойно ответил:

— Давай-ка повежливее. Даже в самых тяжелых обстоятельствах кланлидеру не пристало терять достоинство, говоря глупости.

Вот как, это босс Горцев. Запомню. Если совсем откровенно, он выглядел гораздо сильнее нашего щуплого главы, одетого в скромную черную мантию.

Шокер тем временем расхохотался.

— В тяжелых⁈ Да я тебя сделаю как ребенка. Твои саммоны против моего меча и пяти минут не выдержат.

Наш кланлидер — саммонер? Вызывает в бою скелетов в подмогу? Хотя нет, нежитью управляют некроманты.

— Посмотрим, — Папа был по-прежнему невозмутим. — Но, если мне не изменяет память, наш с тобой бой — последний? Так что будь добр, позволь нам пройти и посмотреть другие битвы.

Глава «Потока» посторонился, Крутяк, Телль и Папа пошли к арене. Помедлив, Шокер двинул следом, а я направился к замку и встал напротив Мечеворота.

Переливаясь красно-алым сиянием, магические клинки летали настолько стремительно, что взгляд почти не в силах был отделить один от другого. И все-таки рядом с великанскими двуручниками, способными перерубить ствол столетнего железного дерева, угадывались мечи, сабли, кинжалы поменьше. Вплоть до совсем миниатюрных сюрикэнов, мимо которых не проскочил бы и комар. Отблески от этого беспощадного арсенала окрашивали багровыми оттенками могучие стены, будто на них навечно запечатлелись пятна крови храбрецов, рискнувших преодолеть непреодолимое.

Оценив обстановку, я накинул капюшон, надвинул маску и зажал в кулаке полы плаща. А то, не дай Бог, зацепят крутящиеся клинки. Руддер говорил, что глубина «смертельного аттракциона» около полуметра, значит, все должно быть хорошо. Обновляем инвиз.

Я постоял, собираясь с духом, сделал шаг вперед и активировал «Тройной аксель». Хоп — и я уже за стеной.

Есть!

Облегченный выдох. Теперь надо оценить обстановку.

Огляделся — вокруг ни души. С двух сторон от Мечеворота — горящие факелы. В девять-то утра! Приблизившись, осмотрел оба и быстро понял, что один из них, левый, и есть рычаг, отключающий это чудо магической мысли. Жаль, нельзя дернуть за него сейчас. Как было бы просто: рядом никого, одно движение — и грозное оружие обезврежено.

Каменная лестница невдалеке вела на зубчатую стену. Около нижней ступеньки — бочки с водой и корзины, наполненные пузырьками с зельями. Наверху — несколько магов и арбалетчик, все они стояли ко мне спиной: видимо, смотрели турнир.

По огромному пространству внутри стен, вымощенному каменными плитами, было разбросано множество разномастных построек. Справа от меня, судя по доносившемуся аромату свежего хлеба, находилась пекарня. Запах напомнил о доме, о тепле, о безопасности, которых здесь явно не хватало. Из пекарни вышел белобрысый парень в белоснежном фартуке и крикнул:

— Ну что там?

— Один-ноль в нашу пользу! — радостно гаркнул со стены арбалетчик.

Завистливо вздохнув, белобрысый вернулся в пекарню. А я продолжил осмотр.

Чуть поодаль из здания с заляпанными сажей камнями раздавался стук молота: видимо, работающему там кузнецу настолько нужны деньги, что он решил пропустить схватку кланов. Другие постройки сходу отождествить не получилось. Да в этом и не было особой необходимости.

А вот оборонительное сооружение в самом центре меня заинтересовало. Мощное, мрачное, оно словно было выточено из единого куска черного гранита. Причем, стены его расходились в стороны острыми лучами. Звездчатая крепость?

Интерфейс услужливо подсказал, что клановые замки могут иметь три уровня. Первый, самый низкий, имеет внутри защитное сооружение в виде четырехконечной звезды, названное разработчиками фортом. Второй, в виде семиконечной звезды, почему-то назывался бастионом. И третий, десятиконечный — цитаделью. Чем выше уровень, тем больше плюшек получают обитатели замка, и тем выше защита.

Я решил обойти крепость, пересчитать лучи. И через два десятка шагов наткнулся на небольшой ухоженный пруд, усеянный пышными водными лилиями. В кристально чистой воде отражались небо и стены крепости, создавая иллюзию бездонной глубины. Посередине пруда красовалась скульптура дракона, словно вынырнувшего из своей подводной пещеры. Из пасти величественного чудища лилась вода, успокаивающе и мелодично. Интересно, его вырыли сами Горцы или он предусмотрен системой? Так, ладно, не отвлекаемся.

Всего я насчитал четыре звездных луча — значит, все-таки форт. Тем лучше, нашим будет проще его крушить. Из-за стен форта, в самом центре, торчал мощный донжон, точно кол, пришпиливший всю эту звездную конструкцию к земле. А чуть в стороне от него высилась острая, как пика, башня, вонзающаяся макушкой в небо. Она прилепилась к внутренним стенам форта со стороны пруда. Окна с красными витражами перемежались со свисающими вдоль стен длинными полотнищами, видимо, символизирующими крутость «Потока». Туда-то мне и надо.

У ворот форта за приспущенной металлической решеткой сидел горец с ником Шкаф. Имя вполне соответствовало внушительным габаритам. Он мирно подремывал, опираясь на древко алебарды и лишь иногда вздрагивая от особенно громких воплей зрителей с арены. Кроме него, вокруг никого не было. Да и в нем-то особой нужды не чувствовалось. По крайней мере, мне он не помеха, просвет между решеткой и землей достаточный, чтобы я смог проскользнуть внутрь. Главное, не зацепить амбала — если такой шкаф обрушится на меня, мало точно не покажется.

Согнувшись в три погибели, я нырнул под решетку и оказался внутри форта. Место было довольно мрачным, массивные черные стены словно готовы были раздавить неугодного, а огненно-рыжая брусчатка создавала эффект чего-то инфернального. Быстро, но осторожно я проскочил мимо здания донжона, подошел к башне со Спириткой и осторожно заглянул внутрь: передо мной была крохотная комната типа тамбура, а за ней — довольно большой и совершенно пустой зал. Единственное, что здесь находилось из мебели — незажженный камин, да и его-то мебелью назвать нельзя. Я бесшумно перебежал на другую сторону и попал в пространство, напоминающее холл. Из него в разные стороны вели несколько дверей, за одной из который виднелась винтовая лестница.

Прикинув, что она находится как раз под Спириткой, я решил, что мне туда, и стал осторожно подниматься. Пахло затхлостью. Холодные стены башни были глухими, без окон, но горели факелы, и я шел без труда. В начале подъема дважды попались двери, видимо, ведшие через переход во внутреннюю часть замка или в донжон.

Но вот в сплошных стенах башни стали появляться бойницы. Я осторожно подошел к одной из них и выглянул. Теперь крыши были подо мной, а бойница выходила на ту сторону, где располагался пруд. Мимо него сейчас шла девушка в робе лекаря. Это был первый человек, которого я увидел после сонного амбала. Надо отдать должное Папе: турнир оказался отличной идеей. Если бы не он, народу здесь было бы гораздо больше.

Атлетика +1. Текущее значение: 43

Предпоследнее необходимое очко характеристик, не хватает еще одного. Где его взять? Обежать десяток раз вокруг замка, чтобы повысилась атлетика, или попрыгать в Спиритке, чтобы увеличить акробатику, а заодно привлечь грохотом всех оставшихся в замке Горцев? Ладно, что-нибудь придумаю.

На очередном витке лестницы мое внимание привлек отдаленный шум. Я снова подошел к бойнице. Не только крыши, но и зубчатые стены оказались внизу, подо мной. Отсюда ясно была видна толпа у арены. Бой, похоже, был горячим, над шумящими зрителями мелькали всполохи заклинаний, пару раз послышался звон мечей и что-то похожее на звук рожка. Надеюсь, наши хотя бы не проигрывают. Давайте, ребята, держитесь!

Еще несколько витков лестницы — и передо мной одинокая дверь. Я прошел было мимо, но уперся в запертый люк в потолке. Здесь ступени кончались. Та-ак… За которой же из преград нужная мне комната?

Снова спустившись, я подошел к двери и попробовал открыть. Заперто. Не беда, у меня есть Зараза.

Взлом удался

Жаль, что теперь за вскрытие замков мне не дают очки характеристик. Сейчас одно ох как пригодилось бы.

Бесшумно приоткрыв дверь, я сразу понял, что попал, куда нужно. Из всех окон лился красноватый свет. Отлично! А люк, видимо, ведет на наблюдательную площадку башни.

Я проскользнул внутрь и подхалимски прошептал:

— Заразушка, сможешь запереть сломанный замок? Мне тут кое-чем заняться надо, и непрошенные гости не нужны.

Она устало вздохнула и ответила:

— Попробую.

Подруга не подвела, через пару секунд что-то щелкнуло. Но она вдруг пожаловалась:

— Заклинило. Ничего не могу сделать.

Я подергал дверь — она не двигалась. Ладно, сойдет. Теперь надо ознакомиться с обстановкой.

Комната была небольшой, почти все пространство занимал стоявший посередине и расчерченный на соты круглый стол. А на нем… Я засмотрелся, разглядывая невероятную, зеленоватого оттенка, проекцию Багряной Твердыни. Безусловно, магическую. Она напоминала голограмму, некое полупрозрачное стереоизображение, возвышавшееся на столешнице. Зубчатые стены, пруд, звезда форта с донжоном, башня, хозяйственные постройки — все было запечатлено в мельчайших деталях. Вокруг замка тут и там виднелись небольшие точки, из которых выходили светящиеся дуги. Все они шли к центру и сходились в той самой комнате, где я сейчас находился.

Несколько минут я рассматривал проекцию. Нет сомнений, что она показывает защитную систему Твердыни. Маленькие точки и есть те самые источники, о которых упоминал Руддер. Они спрятаны вокруг внешних стен, от них идут невидимые силовые дуги, не позволяющие атаковать замок. Все это мне и нужно скопировать. Только как, если умение так и не выучено? С другой стороны, в чем проблема? Бумага у меня есть, нарисовать кучу линий я смогу и без скила, ну, а пересылка предметов доступна любому персонажу. Так почему бы не попробовать?

Прежде, чем начать, я еще раз обвел взглядом комнату. Полки, на них зелья, несколько небольших статуэток. Какие-то предметы, поблескивающие синими искрами — видимо, артефакты. На стенах между окнами — клановые знамена. Ничего интересного. Итак, приступаем.

Достав из инвентаря присланный Руддером пергамент, я разложил его на столе. Голограмма немного померкла, но не исчезла. Сквозь бумагу изображения стен, зданий и источников были почти не видны. Фигово, чертить будет сложно. Я порылся в рюкзаке, но не нашел ни карандаша, ни чего-либо похожего. И чем рисовать схему? Как мог Стас забыть такую простую, но совершенно необходимую вещь! Может, на полках что-то есть?

Я шагнул к ближайшей, и в ту же секунду один из искрящихся синих артефактов вспыхнул. Меня обдало струей пламени, столь яркой, что на миг я ослеп.

Вы попали в магическую ловушку.

Потеряно 1538 хитов

Здоровье: 4787/6325

А когда прозрел, торопливо похлопал по дымящимся волосам. Под рубахой жалобно охнула Зараза. Елки-палки, я же видел сияеие, умение обнаружения есть, вот только не сообразил, что это именно магическая ловушка!

Сзади послышался характерный звук, я торопливо обернулся — прямо у меня на глазах догорал разложенный на столе пергамент. Чтоб их всех… Ведь второго нет!

Я попытался потушить его, но куда там — пары секунд не прошло, как он превратился в пепел. Что ж все так наперекосяк-то, а⁈ Ни чем писать, ни на чем писать, ни нужного умения, да еще и эта взрывающаяся дрянь!

Так, спокойно, спокойно. Берем себя в руки. Нужно срочно что-то придумать, не то меня убьют еще до того, как я составлю долбанную схему. В первую очередь надо обезвредить магические ловушки, иначе мне крышка. Не сожгут, так заморозят. Навык у меня есть, вперед! Может, заодно смогу добрать недостающую характеристику.

Приняв решение, я полез в мешок. Нашел щуп, осмотрел его. Обычный, не магический. Не подойдет, ищем дальше.

Я перерыл весь инвентарь и через пару минут вынужден был признать, что нужной вещи у меня в очередной раз не оказалось. Но в этом случае Стас не виноват, он знать не знал, что мне может понадобиться магический щуп. Мой косяк, именно я должен заботиться о том, чтобы у меня были все необходимые для использования навыков инструменты. Можно, конечно, оправдывать себя тем, что времени мне особо не дали, но этим делу не поможешь. А чем поможешь? Напряженно размышляя, я переводил взгляд с одной полки на другую. Зелья, ступка с пестиком, статуэтка какого-то бога. Бога… Ну конечно! Этот гад много вредил, пусть теперь сослужит добрую службу.

Торопливо достав из рюкзака мешочек с песком Рейвула, я высыпал его на ладонь. Пускай без щупа невозможно обезвредить ловушки обычным путем, но нейтрализовать их вполне в моих силах.

Я выдохнул, как перед прыжком в омут, и двинулся к ближайшей. Стараясь не делать лишних движений, осторожно подошел сбоку и кинул в нее горсть песка. Синие искорки мигнули и потухли. Есть!

Хитрость +1. Текущее значение:27

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Супер! Хитрость рулит!

Поздравляем! Вы получили уровень 50!

Здоровье: 6580/6580

Сытость: 386/570

Желаете изучить умение «Непреодолимые препятствия»?

Желаете изучить умение «В логове врага»?

Желаю, еще как желаю! Кажется, еще ничего так сильно не желал!

Умение «Непреодолимые препятствия»: установка магических ловушек; базовая вероятность успеха 10%.

Умение «В логове врага»: составление плана вражеского замка, базовая вероятность успеха 100%.

В полоске скиллов тут же появились новые иконки. Интересно… Получается, это не пассивное умение, его надо принудительно задействовать. Плюс Руддер не дал карандаша. Так, может, оно срабатывает само, без инструментов?

Я обновил инвиз, наклонился над столом и попытался активировать иконку. Тут же всплыла надпись:

Необходим объект, на котором можно начертить план.

То есть, проще говоря, бумага. А у меня ее нет. Так, а если взять вон ту вещицу? Путь к ней закрыт магическими ловушками, но ведь их легко обезвредить. Погнали.

Двигаясь медленно и очень осторожно, я подошел к одной из ловушек, преграждавших мне путь. Посыпал серебристым песком Рейвула — и вуаля, синие искорки погасли. Так, следующая. Повторяем те же действия… Хорошо, дальше.

Обезвреживая третью ловушку, я не заметил, что рядом с ней стоит четвертая, причем направленная почти на меня. И едва протянул руку, как меня обдало вихрем сухого, горячего воздуха.

Потеряно 1538 хитов

Здоровье: 5042/6580

Песок сдуло с ладони прямо в глаза. Я поспешно вытер лицо и остолбенел, потому что увидел собственные руки. Оглядел себя — инвиза не было! Отколол Заразу, кинул на пол… Откат обновился, но иконка умения по-прежнему печально серела. Попробовал активировать ее и прочитал:

Под действием песка Рейвула использование невидимости невозможно

Твою дивизию… И как теперь отсюда выбираться? Мало того, что замо́к заклинило, фиг откроешь дверь, так теперь еще остался без инвиза!

Отряхнуть проклятый песок не получилось — он был таким мелким, что серебристой пылью покрывал меня с ног до головы.

Нафиг, не получается так не получается, не больно-то и хотелось. В конце концов, меня все равно убьют, едва активируется штурм, так какая разница, буду ли я при этом невидимым.

Плюнув на этот ком неудач, я стал еще аккуратнее обезвреживать ловушки. Их оказалось ровно десять. Нехило. Получается, общий урон от них — более пятнадцати тысяч, тут никакому шпиону не выжить.

Я подошел к стенам и внимательно осмотрел знамена. Выбрал самое тонкое, вернулся к столу и расстелил на нем полотнище. Аккуратно расправил, чтобы не было ни единой складки. Потом сжал пальцы крестиком и активировал иконку умения, благо хоть на него проклятый песок не действовал.

Получена схема замка Багряная Твердыня!

Изворотливость +1. Текущее значение:22

Йес! Йес, ейс, йес! Я выполнил задание и сделал еще один шаг к осуществлению своего плана. Теперь дело за Тиграми.

Счастье, что песок Рейвула не смог заблочить умение составления схемы. А вот остальные иконки были неактивны. И это реально беспокоило.

Схватив знамя, я засунул его в инвентарь и быстро переслал Крутяку. Не успел прочесть сообщение об успешной доставке, как началось невообразимое. Что-то негромко загудело, и из центра стола вверх взметнулись дуги, точно такие же, как на голограмме. Вернее, не взметнулись, а окрасились, стали видимыми. Светясь и подрагивая, словно под напряжением, они исчезали в потолке. Снаружи что-то замелькало. Я бросил взгляд в приоткрытое окно: такие же силовые линии, искрясь и переливаясь, плавно спускались к долине за стеной. Ясно, каждая из них ведет к своему источнику, заботливо подсвечивая его для атакующих.

Режим штурма активировался. Похоже, пора валить. Я бросился к двери, подергал, попытался использовать Заразу, но тут же стало понятно, что это бесполезно. Замок заклинило намертво. Я оказался в западне.

Не прошло и минуты, как на лестнице послышался топот множества ног. Заскрежетало железо, раздались голоса:

— Давай же! Что ты возишься!

— Погоди, тут застряло что-то.

— Глобуса портаните, пусть взломает!

— Скорее, ускользнет же!

— Да куда он денется!

Это про меня. Нет, не хочу сдаваться, не хочу, чтобы меня убили! Я заметался по комнате, пытаясь найти выход. Снова попробовал активировать инвиз — и снова неудача. Что делать? Забаррикадировать дверь? Толку-то, задержу их на минуту-другую, и все.

Подбежав к приоткрытому окну, я распахнул его и высунулся наружу. Пофиг, если кто-то увидит, все равно враги уже знают, что шпион находится здесь.

Подо мной лежал тот самый пруд, который я заметил раньше. Внизу царила суета. Десятки Горцев собирались во дворе в боевые отряды, забирались на зубчатые стены, на которых уже стояли толпы магов и лучников, посылавших стрелы и заклинания в нападавших. У всех, кого я видел внутри замка, над головами горели ярко-красные ники: наши кланы теперь официально находились в состоянии войны. Еще одно подтверждение, что я все сделал верно, и режим штурма активировался. Впрочем, в лишних доказательствах я не нуждался, шум битвы красноречиво свидетельствовал о том, что осада началась.

За стенами блестели молнии, мелькали всполохи заклинаний. Похоже, наши пытаются уничтожить источники: одна из силовых линий, идущих как раз в ту сторону, казалась заметно менее яркой, чем остальные.

Толпа потоковских милишников бестолково топталась невдалеке от Мечеворота. Пока стены не сломаны, им будет нечего делать. Как бы кто-нибудь из них от скуки не взглянул на башню. Надо торопиться с решением.

Я покрутил головой, и сердце радостно екнуло: вот он, путь к спасению.

Под окном находился небольшой выступ, компенсирующий толщину стены. Я вылез наружу, осторожно потянул на себя раму, закрывая ее, — пусть потеряют лишние секунды, думая, что я все еще в комнате, в инвизе. Собственно, так бы и было, не обсыпь меня проклятый песок Рейвула.

Осторожно, стараясь не смотреть вниз, я потянулся к спасительной ткани — полотнищу, висящему буквально в полуметре от окна.

Уфф… Понятно, что это игра, виртуал, даже если упаду, со мной ничего не случится. Но ощущения более чем реальные. Сверху — слегка вибрирующие линии защитного поля, в лицо бьет ветер, а подо мной — метров пятьдесят пустоты.

Колени слегка дрожали, когда я осторожно сделал крохотный шаг в сторону полотнища. Еще один… Все, теперь можно. Я схватился за свисающее то ли знамя, то ли штандарт, и с замиранием сердца шагнул с подоконника.

— Совсем одурел? — послышался тихий скрип из-под одежды. — Я боюсь высоты! Хочешь, чтобы у меня был разрыв булавочной головки⁈

— Молчи! — прошипел я в ответ. — Иначе меня сейчас поймают и самому разорвут головку!

Зараза испуганно хрюкнула и заткнулась.

Упираясь чем только можно, стал спускаться. Дело оказалось нелегким. Руки скользили по ткани, ноги — по камням стены, вес тела неуклонно тянул вниз. Мысленно матерясь, я напрягался, как мог, но все равно дважды едва не свалился.

До земли оставалось метров пятнадцать, когда полотнище кончилось. Держась за край, я висел, как полный идиот, и гадал, что делать. Можно прыгнуть — разобьюсь, сдохну и очухаюсь в Мергусе. Это лучше, чем быть убитым Горцами. Но, блин, так хочется стать первым плутом, выжившим после активации штурма! Мне бы только до пруда добраться, смыть долбанный песок, а там уйду в невидимость и найду способ ускользнуть от вражин.

— Ну, здравствуй, герой! — послышался сверху насмешливый голос. — А чего ж не в инвизе?

Глава 12

Я вскинул голову, и сердце забилось еще сильнее: надо мной парил Шокер. В тех же отливающих синевой доспехах, с мечом в руке и… крыльями за спиной. Он не махал ими и, тем не менее висел прямо в воздухе. Натурально, без тросов и опор.

Потянувшись к кинжалу, я едва не свалился. А кланлидер Горцев покачал головой:

— Даже не думай. Мне тебя грохнуть проще, чем чихнуть.

В подтверждение своих слов он поднял руку в какой-то невиданной, сияющей перчатке и сделал резкое движение. С ладони слетел раскаленный добела огненный шар размером с апельсин, с шипением врезался в стену, и я с изумлением увидел, как камень в этом месте буквально плавится. Неслабо. Одного такого «апельсина» и впрямь достаточно, чтобы превратить меня в жаркое.

Сноп искр от заклинания упал на державшее меня полотнище, оно моментально загорелось и угрожающе затрещало. Миг — и я полетел в пруд с куском штандарта в руках. Но тут же почувствовал, как Шокер схватил меня за шиворот и потянул вверх. Кое-как вывернув голову, я увидел, что его крылья пришли в движение, и он стал набирать высоту.

Я болтался в его руке как щенок, чувствуя не столько страх, сколько злость от столь унизительного способа перемещения. Впрочем, длилось это недолго — через несколько секунд Шокер подлетел к одному из открытых окон и с силой бросил меня в него. Пролетев пару метров, я распластался на полу, но тут же вскочил, готовый продать свою жизнь как можно дороже.

В незнакомой комнате находились двое мениольцев: среднего роста широкоплечий мужик в стальной броне с красным ником «Ярый» и невысокая, стройная девушка-маг, над головой которой алело:

Грозная Люсинда, Горный поток.

Отступив к стене и прижавшись к ней спиной, я ощетинился кинжалом. Ярый красноречиво скосил глаза вправо, где на столе лежал мощный топор с рукоятью, инкрустированной тремя крутыми ресурсами. Смысл взгляда был понятен — мне с моей жалкой дагой даже близко не подойти к этому костолому, уложит в один момент.

В окно влетел Шокер и мягко опустился на пол.

— Вот, принимайте, — усмехнулся он. — Виновник тревоги.

— Молоток! — похвалил его Ярый.

Люсинда, наоборот, нахмурилась.

— Зачем он нам? Все, что мог, он уже сделал.

Повернувшись к Шокеру, я широко улыбнулся.

— Не тревоги, а потери вами замка.

— Ах, вот как? — пропел тот. — У нас проснулся голос?

Морду Ярого перекосило, он угрожающе двинулся ко мне, забыв прихватить со стола топор.

— Ты, блин, счас повякаешь тут!

— Спокойно, Руст, не горячись, — кланлидер удержал его за локоть и обратился ко мне. — Будешь говорить? Или хочешь сначала помучиться?

Несмотря на насмешливый, даже немного ласковый тон, в нем чувствовалось куда больше угрозы, чем в Яром и его топоре.

— Не хочу, — искренне ответил я.

— Тогда рассказывай, как ты сюда проник.

Мой ум лихорадочно работал. Словно невзначай осмотревшись, я сделал вывод, что мы находимся в рабочем кабинете или в чем-то подобном. Большой дубовый стол, за ним кресло, перед ним — еще два. В углах стоят сундуки, вдоль стен — шкафы с толстыми фолиантами, свитками, бумагами.

Прислонившись к краю стола, Шокер выжидательно смотрел на меня. Я пожал плечами и честно сказал:

— Через Мечеворот.

Прозвучало это с легкой ноткой удивления, словно гулять туда-сюда сквозь магические клинки было делом само собой разумеющимся.

— Чушь! — тут же рявкнул Ярый. — Нереально.

— Подожди, — остановил его глава и снова повернулся ко мне: — Продолжай.

— Да что ты его слушаешь! — взорвался топорщик. — Он же натуральный дебил! Про потерю замка нам тут рассказывает, кинжальчиком вшивым грозит! А теперь еще и через Мечеворот ходит!

— Дебил не дебил, а штурм активировал, — возразил Шокер, задумчиво глядя на меня.

Поздно. Ярый уже дал мне идею, как себя вести. Почему бы и в самом деле не прикинуться придурком? Причем хвастливым — так они быстрее поверят.

— Подумаешь, — ухмыльнулся я, пытаясь придать лицу выражение самовлюбленного дурня. — Ничего сложного. Всего-то делов — взломать замо́к и скопировать схему.

Тут я вспомнил про магические ловушки и поспешил перевести тему:

— За́мок у вас вообще пустой, все свалили бои смотреть.

— Да, тут они нас нагрели, — Ярый замысловато выругался. — Вот же суки, а? Мы думали — честный турнир. После такого их вообще душить в кроватях надо!

— Не скажи, — подала голос Люсинда, пристально глядя на меня. — Нормальная военная хитрость, а то, что мы повелись, да еще сами настояли, что арена должна находиться именно возле Твердыни — наши проблемы. Или глупость.

Шокер, поморщившись, помолчал, потом обратился ко мне:

— Как активируется осада, я в курсе, спасибо. Давай поподробнее о проходе через Мечеворот. И побыстрее, нам еще надо успеть твоих Тигров покрошить.

Я убрал кинжал, демонстрируя миролюбие, и неопределенно помахал руками в воздухе.

— Ну-у… Есть один способ, его может использовать любой из наших. Давай ты, — я ткнул пальцем в кланлидера Горцев, — подаришь мне свои крылышки. Тогда сходим к Мечевороту, и все вам покажу.

Люсинда удивленно подняла брови. Шокер отшатнулся, словно от удара, а Ярый снова кинулся ко мне.

— Чего-о-о⁈ — заорал он. — Да ты совсем охамел, засранец гребаный!

В этот раз его никто не удерживал, он подскочил и опустил кулак в железной перчатке мне на голову.

Потеряно 135 хитов

Здоровье:4997/6325

Едва устояв на ногах, я вытер с лица кровь и обиженно пробубнил:

— Не хотите — как хотите. Тигры, вон, бьют источники как раз напротив Мечеворота — с чего бы это, а? Как раз потому, что все умеют его проходить. Помните, как в прошлый раз мы к вам ломились? У нас еще не было такой возможности, мы и тараном пытались, и катапультами, все без толку. Неужели, думаете, мы поперлись бы сюа, не найдя средства против летающих мечей? Теперь они для нас — тьфу и растереть, несуществующая преграда. Сейчас ребята ухайдакают парочку защитных точек и скоро будут здесь. Вам потеря замка ярким светом светит, а вы из-за каких-то крыльев беспокоитесь.

Ярый с Шокером переглянулись, только Люсинда, не отрываясь, пристально смотрела на меня. А я, воодушевленный их реакцией, продолжал:

— Что уставились? Думаете, такие крутые, все предусмотрели, да? На самом деле — чистые лохи, высыпали всем кланом на турнир, ни дозорного, ни охранника у Спиритки не оставили. — Решив, что для блага операции не грех и приврать, я добавил: — Я туда на спор без инвиза шел, и никто меня не остановил.

В глазах Ярого полыхнула бешеная злость. Вот кого несложно задеть за живое. Но и Шокер ощутимо напрягся. Коротким кивком он отозвал Люсинду в сторону и горячо что-то зашептал, предварительно бросив:

— Руст, следи за ним!

Я демонстративно отвернулся, делано простодушной физиономией пытаясь показать, что не подслушиваю, на самом же деле напряг слух. В очередной раз пригодилось умение «Разрыв тишины».

— Не исключено, что у них есть какие-то клановые артефакты, которые и в самом деле позволят им пройти Мечеворот. Надо соглашаться, пусть показывает. Подстрахуемся, а с этим уродом потом разберемся. Иначе могут быть проблемы.

— Конечно, могут, — в тихом шепоте собеседницы я уловил ядовитые нотки. — Повелся на турнир, как бык на красную тряпку.

— Тоже мне невидаль — штурм. В первый раз, что ли? Сейчас договоримся с этим убогим на нормальный контракт, он покажет, как они могут пролезть, и устроим засаду.

— Представь, что скажут ребята, когда узнают, что ты согласился на турнир вопреки нашему с Белым мнению?

— Люся, хватит! — нетерпеливо зашипел кланлидер. — Нашла время! Думаешь, я не знаю, что ты сговорилась с Северным Альянсом о нашем вступлении? Ходят слухи, они обещали поставить тебя на мое место, а?

Глядя в окно, я тем не менее старательно прислушивался к разговору. Он становился все интереснее.

— Да, сговорилась! Ты завел клан в такую задницу, что теперь только их помощь поможет нам выкарабкаться. Зазвездился со своим семьдесят седьмым уровнем так, что не заметил, как и Тигры, и другие соперники набрали силу.

— Ты в своем уме? Да я прямо сейчас могу тебя кикнуть из клана и убить. Ты этого добиваешься?

— Давай, не стесняйся! — Это было сказано почти в голос. Ярый тревожно вскинулся. Люсинда осеклась и через секунду зашептала: — Только учти, что треть клана уйдет со мной.

Дорого бы я дал, чтобы увидеть лицо Шокера в этот момент. Но нет, нельзя показывать, что я их слышу.

— Хватит, после штурма поговорим. Так что, соглашаемся? Пусть показывает?

— А ты не подумал, зачем ему это?

— Как зачем? Во-первых, хочет крылья, во-вторых, не так он, видимо, и уверен в победе Тигров, как пытается нам внушить. Мне сразу так показалось.

— Не боишься, что убежит?

— Законтрачим по полной. В самом крайнем случае, если и свалит, у нас от этого нигде не пригорит. Сама ж понимаешь, мы ничем не рискуем, кроме удовольствия прирезать хмыря.

Девушка равнодушно пожала плечами и отошла. Откровенно говоря, ее я опасался больше всего. Она не выглядела ни легковерной, ни наивной.

Шокер сел за стол и кивнул мне на кресло напротив.

— Садись. Выкладывай свое предложение.

Удобно расположившись, я сказал:

— Ну, как… Мы идем к Мечевороту, я показываю способ, которым наши могут проникнуть в Твердыню. Потом получаю крылья, и все. Да, и вы меня потом не задерживаете.

— То есть хочешь в процессе этого «показывания» сбежать?

— Да вовсе нет, все по чесноку.

— Ты же понимаешь, что без контракта мы тебе не поверим?

— Конечно.

— Окей, я ставлю крылья. Мои условия — ты обязуешься, во-первых, показать, как Тигры смогут пройти Мечеворот, во-вторых, не пытаться сбежать и не прячешься в инвизе. Плюс выходишь из клана.

В этом месте я слегка тормознул. Что за глупое требование, зачем? Но тут же сообразил: Шокер считает, что у нас есть особый клановый артефакт для преодоления Мечеворота, поэтому боится, что я с его помощью слиняю. А если выйду из «Боевых Тигров», то на меня действие арта распространяться не будет.

Прекрасно, парень, оставайся в этом заблуждении, а я попытаюсь его использовать.

Помявшись для вида, я спросил:

— Нафига?

— А какая тебе разница? Покажешь, отпустим, и вступишь заново.

— Да что за ерунда? — возмутился я, всем своим видом показывая, что из клана выходить не хочу. — Бред какой-то, а не условие.

В глазах Шокера появилось выражение, лучше слов говорившее: «Значит, я прав». Ага, помечтай.

— Допустим, я не хочу, чтобы ты мог пользоваться кланчатом, — насмешливо сказал он.

В этот момент на улице раздался громкий шум, похожий на звук лопнувшей струны. Ярый переменился в лице и рявкнул:

— Первый источник разбили! Лех, да че ты с ним возишься? Грохнуть это урода, и все. Пошли скорее, Белый уже дважды интересовался, куда мы пропали.

Шокер поднялся и, глядя на меня сверху вниз, торопливо спросил:

— Так что, согласен? Или посидишь в каменном мешке, пока мы разбираемся с Тиграми? Только потом, обещаю, тебе мало не покажется.

Я изобразил внутреннюю борьбу и через несколько секунд кивнул.

— Хрен с тобой, выйду. Покажу, как они смогут миновать Мечеворот, но вы не мешаете, а наоборот, помогаете, сквозь мечи обычно с подручным ходят, — мне очень хотелось, чтобы они не акцентировали внимание на это условии, поэтому я его немного закамуфлировал и поспешно добавил: — А крылья не сразу отдашь, а пришлешь по почте. Скажем, вечером.

— Почему? — удивился кланлидер.

— А вдруг вы меня убьете, и они дропнутся? Не хочу рисковать.

— Логично. Что ж, по рукам.

Дипломатия +1. Текущее значение:19

Контракт «Выход Гермеса из клана „Боевые тигры-2“, отказ Гермеса от побега, а также ухода в невидимость, демонстрация Шокеру способа прохода „Боевых тигров“ и „Боевых тигров-2“ через Мечеворот в обмен на нечинение ему в этом препятствий и пересылку Шокером Гермесу Крыльев Земного Могущества ближайшим вечером» заключен.

Кланлидер удовлетворенно хмыкнул.

— Ну, вот и договорились. Если ты хотел на себе показать этот «способ прохода», то обломись — никуда ты теперь не денешься. — Он обернулся к Ярому: — Руст, давай антимагию.

Топорщик достал из инвентаря поблескивающие серебряные наручники и вмиг защелкнул их на моих запястьях. А я про себя отметил, что они не узнали на моей одежде песок Рейвула.

— Пошли.

Подхватив свое оружие, Ярый распахнул дверь и потащил меня вниз по лестнице. Люсинда с Шокером направились следом. До меня долетел тихий девичий голос:

— Как бы он тебя не надул…

Мы вышли из форта через неприметную боковую дверь рядом с прудом и пошли вдоль берега к воротам. Изначально я собирался решить проблему неработающих иконок по-другому, но раз уж водоем рядом…

Обернувшись с дурацкой улыбкой к шедшему позади Шокеру, я крутанул плечами и очень натурально поскользнулся. Не успели они опомниться, как я уже оказался в пруду и тут же скрылся под водой. Здесь было неглубоко, но ведь нужно же смыть песок Рейвула не только с одежды, но и с волос.

Громко выругался Ярый. Я не стал злоупотреблять терпением врагов: вдруг система решит, что собираюсь их надуть. Как только иконки в интерфейсе загорелись, я выпрямился и шагнул к берегу.

В глазах Люсинды плескалась настороженность. Но она ничего не могла мне предъявить. Ну, поскользнулся человек, упал в воду, сам же и выбрался, несмотря на скованные руки. Так и не поняв, что случилось, они повели меня дальше.

Во дворе было шумно. Со стен, защищая источники, со свистом лупили лучники, с шипением — маги. С той стороны тоже летело нехило, слышались команды, крики, мат. Над головой гудели защитные дуги, кое-где уже потерявшие свою яркость.

У Мечеворота по-прежнему толпились Горцы-милишники, вглядываясь вдаль сквозь туманное марево крутящихся клинков. Несколько человек тут же подскочили к Шокеру.

— Лех, где ты ходишь?

— Шеф, дай команду на выход, мы этих ушлепков на раз сделаем.

— Это их плут, да? А почему он такой мокрый, обоссался?

— Да пофиг, грохнуть его!

Кланлидер отмахнулся от них, а Ярый заорал:

— Мужики, дайте пройти! Хорош мешать, дело важное!

Народ шумел, пятился, злобно таращился на меня. От красных ников рябило в глазах. Протиснувшись сквозь толпу, Ярый подтащил меня к Мечевороту и облегченно выдохнул.

— Выходи из клана, — потребовал подошедший Шокер.

Я насупился, всем своим видом выказывая недовольство, но возражать не стал. Несколько секунд повозился в интерфейсе, нашел кнопку выхода и нажал ее.

Вы желаете покинуть клан «Боевые Тигры — 2»?

Активировал подтверждение, и ники Горцев из красных тут же стали белыми. Вроде как мы больше и не враги.

Ярый повернулся к боссу.

— Так, Лех, теперь чего?

— Снимайте наручники, — ответил я вместо Шокера.

— Ага, чтоб ты в инвиз свалил? — хохотнул Руст.

— Ты идиот? У нас на него запрет в контракте.

— У-у, довыкобениваешься, сцук, — прошипел он, но, испросив взглядом согласия главы, наручники все-таки снял.

Я стащил мокрые перчатки и растер запястья. Милишники всей толпой выжидательно смотрели на меня, словно чувствовали — сейчас должно что-то произойти. Ребята на стенах тоже время от времени бросали на нас любопытные взгляды. А я медлил: мы вплотную приблизились к самой уязвимой точке моего плана. Если Шокер заартачится…

— Ну? — не выдержал он. — Давай, показывай, не стесняйся.

Ткнув в его руку, я сказал:

— Дай-ка свою перчатку.

— Зачем?

— Она поможет мне показать, как проберутся Тигры.

Шокер попытался дать другую, но я замотал головой.

— Не, мне нужна именно эта, которая огненные шары кидает. Не боись, верну.

— Совсем охренел⁈ — взвыл Ярый.

Собрав в кулак всю наглость, на которую только был способен, я выдал:

— Так что, даешь? Или предпочитаешь чинить мне препятствия?

Кланлидер побледнел: перспектива лишиться имущества его явно напугала. Руст осекся на полуслове, а на лице Люсинды промелькнула удовлетворенная ухмылка. Что ж, ей есть, чем гордиться, из всей троицы только она подозревала меня в обмане.

Взяв себя в руки, Шокер категорически заявил:

— Только с дополнительным контрактом. Если отказываешься, значит, сам нарушаешь основной.

— Да нет проблем. Какие условия?

— Ты вернешь перчатку сразу после демонстрации и обязуешься не пытаться убить или ранить кого-то из членов «Потока».

— Договорились, — легко согласился я.

Контракт «Временная передача Шокером Гермесу Магической перчатки всевластия в обмен на отказ Гермеса от использования ее против любого из членов клана „Горный поток“ заключен».

Кланлидер неохотно стянул перчатку и передал мне. Надев ее, я тут же увидел новую иконку в интерфейсе. Посмотрел на свою ладонь — на ней светился еле заметный круг багрового оттенка. Немного повернулся, чтобы видеть Мечеворот. Выдох и… начали!

Я поднес руку к глазам, словно любуясь невиданным артефактом, а потом резко выбросил ее вперед и нажал на иконку. Огненный шар с шипением вылетел из ладони и вмазался в рубильник, замаскированный под факел. Тот моментально расплавился, почернел, на землю полились капли металла. Послышался легкий треск, и магические мечи растворились в воздухе вместе с окружавшей их пеленой. А на их месте осталось огромное пустое пространство между двумя стенами, в котором когда-то располагались ворота.

Хитрость +1. Текущее значение:28

Горцы дружно ахнули и разом загалдели. Кто-то проорал, передразнивая Руста:

— «Мужики, дайте пройти, важное дело!» Охрененно, млять, важное — дорогу врагам открыть!

Ярый с воплем двинулся на меня, но Шокер оказался проворнее. Он подскочил, вцепился мне в шею и стал душить.

— Сволочь!

Потеряно 76 хитов

Потеряно 68 хитов

Потеряно 70 хитов

Потеряно 75 хитов

Я попытался оторвать от себя его руки, но куда там: парень был намного сильнее меня.

Потеряно 78 хитов

Легкие доспехи +1. Текущее значение:39

Потеряно 80 хитов

Потеряно 79 хитов

Потеряно 86 хитов

В глазах стало темнеть, в ушах зазвенело. Ноги начали подгибаться, и я, сам того не желая, осел на землю. Шокер нависал надо мной темной громадиной, а его руки — одна голая, вторая в железной перчатке — все крепче сжимали мое горло.

— Алексей, прекрати! — сквозь окружающий шум прорвался голос Люсинды. — Руст!

Видимо, девчонка дала Ярому приказ жестами, потому что тот подбежал и стал разжимать руки кланлидера. Оттащил его от меня, приговаривая:

— Леха, Лех, успокойся. Все, остынь, хорош. Да уймись ты, епть!

Шокер тяжело дышал и, не отрывая от меня взгляда, шептал:

— Сволочь… Сволочь…

— Давай лучше воротами займемся, — слегка тряхнул его Руст. — Скоро Тигры грохнут второй источник и повалят сюда. А этот козел уже наказан за срыв контракта, будет теперь голым-босым ходить.

Все еще сидя на земле, я массировал горло. Пытался тихо прийти в себя. Но, услышав сказанное, не смог утерпеть. Снял магическую перчатку, кинул ее хозяину и нагло усмехнулся.

— С чего бы? Я договор выполнил — показал, каким путем пройдут наши. Вот, пожалуйста — через дыру на месте Мечеворота. И из клана вышел, как требовали. Так что не забудьте прислать крылышки.

Шокер чуть не до крови закусил губу, но промолчал.

— Он прав, — сказала Люсинда, кинув насмешливый взгляд на кланлидера. — Ты все профукал — и за́мок, и крылья.

Она пару секунд помолчала, а потом припечатала железным тоном:

— Ты проиграл, Алексей.

И тут же обернулась к толпившимся вокруг милишникам.

— Сейчас кину по клану опрос о смене лидера. Если проголосуете за меня, мы сможем запросить помощь Северного Альянса. Они еще успеют прислать нам ресурсы на апгрейд. Другого способа сохранить Твердыню нет. А теперь все за дело: тащите старые ворота, ставьте их, пока Тигры не сломали второй источник. Защищайте, не дайте им пройти! Мне нужно время. Белый, командуй!

Милишники бросились выполнять приказ. А Люсинда ненадолго зависла. Буквально через полминуты то один, то другой Горец стал на миг замирать. Голосуют, понял я.

Все прошло быстро, без заминок. Мне процесс был не виден, но, судя по растерянной морде Шокера, ситуация складывалась не в его пользу. И вот уже Ярый сочувственно вздохнул и, ткнув в меня пальцем, повернулся к Люсинде.

— А с этим что делать, кэп?

— С этим? — Девушка окинула меня цепким взглядом. — А вот что!

Глава 13

Мгновенное, едва уловимое движение руки — и в меня одна за другой полетели три ледяные молнии.

Потеряно 2035 хитов

Потеряно 1988 хитов

Потеряно 2106 хитов

Здоровье:0/6580

Потеряно: Шлем Абсолютной Решимости

Вы погибли. Возрождение через:

10 секунд

9 секунд

8 секунд…

Последним, что я услышал, стал громкий звук лопнувшей струны. Конец второму источнику.

После долгого путешествия вы вновь вернулись в земли предков. Тлетворное влияние ветра чужбины уже не действует на вас, а праотец Элгион с радостью возносит над вашей головой свою длань и возвращает благословение — плюс 20% и 5 единиц ко всем параметрам.

Едва я оказался на круге возрождения в Мергусе, как прилетело сообщение:

В благодарность за должность

Люсинда. Неудивительно: сам того не желая, я помог ей стать главой «Горного потока». Не факт, что она смогла бы сдвинуть Шокера, не поведись он на мою хитрость. Что ж, мне стоит сказать ей спасибо: убила, а не велела запереть в каком-нибудь каменном мешке, чтобы бесконечно там мучить. Шлем, конечно, жалко, ну да хрен с ним, крылья по-любому лучше.

Эта мысль привела меня буквально в эйфорию. Ну как не гордиться собой, а? И режим штурма активировал, и Мечеворот сломал, да еще и крылышки за это выторговал. Ай да Макс, ай да сукин сын!

Не успел я сойти с круга, как на нем появился еще один человек — Гааз. Увидев меня, он радостно воскликнул:

— Гермес!

— Привет. Что, убили?

Пожав протянутую ему руку, лекарь поморщился.

— И не спрашивай. Твой Кафка — тот еще учитель. Учитель-мучитель.

Бок о бок мы пошли по городской улице, на ходу беседуя.

— Не понял. Тебя чародей грохнул⁈

— Как сказать… В общем, он обучает меня умению обращаться с ядами. Но при этом считает, что лучше всего я буду в них разбираться, если сам все попробую.

— Фигасе! И ты соглашаешься?

— А что делать? — развел руками Гааз. — За два дня я получил от него больше знаний, чем за все свое пребывание здесь. Причем он дает то, о чем в интерфейсе не прочтешь. Я очень благодарен тебе, правда. Хотя методы у него, конечно, зверские. Один раз он так рассердился на меня, что даже превратил в таракана, прикинь?

Я сочувственно поцокал языком, но упоминать о том, что чародей такое проделывал и со мной, не стал. Незачем ронять себя с пьедестала.

Лекарь вздохнул и добавил:

— После смерти всегда так хочется есть.

Осмотревшись, я сообразил, что неподалеку находится «Темная личность».

— Пошли, покажу тебе классную забегаловку.

— Звучит неплохо, — обрадовался он. — Только, чур, в этот раз плачу́я.

— Ты разбогател?

— Заработка у меня пока нет, но на еду Кафка дает.

В целом, даже несмотря на необходимость дохнуть от ядов, парень сейчас выглядел намного бодрее, нежели раньше. Чему я от души порадовался, считая это отчасти своей заслугой.

Проходя мимо маленького рыночка на углу, я заметил торговца, напомнившего мне недавнего ночного прохожего. Этот тоже походил на фонарь, его лицо слегка светилось. Я ткнул Гааза локтем в бок.

— Ты не в курсе, отчего у непися сверкает морда?

— Где? — встрепенулся он.

— Вон, корзины продает.

— Не вижу.

— Да вот же, в желтой рубахе.

Лекарь посмотрел на меня и участливо спросил:

— С тобой все в порядке?

— Хочешь сказать, что… — напрягся я.

— Лицо как лицо, — Гааз пожал плечами. — А тебе неплохо бы отдохнуть.

Его слова заставили меня крепко задуматься. Всю дорогу я пытался найти объяснение столь странному явлению и, наконец, понял.

У порога «Темной личности» я столкнулся с Клеснером, который находился на своем обычном месте, стараясь уберечь бродяг и воров от непредвиденных неурядиц. Он кивнул мне и сухо спросил:

— Твой человек?

— Мой, — подтвердил я.

Клеснер придирчиво осмотрел лекаря и мотнул головой:

— Проходите.

Чего это он сегодня такой строгий?

Несмотря на любопытство, пускаться в расспросы я не стал, лишь повесил на лицо ухмылку и повел Гааза в зал. Вошел и с удивлением замер.

Все столы были сдвинуты к стенам, в середине стояла здоровенная телега. А на ней… Бифштексы, стейки, куриные крылышки, жареные перепелки, салаты, фрукты, вина! У меня глаза разбежались от такого великолепия.

Зал был забит битком, гвалт стоял до небес. Здесь были и те, кто ходил со мной за сундуками, и те, кого я не знал.

— Здорово, пройдоха! — гаркнул проходивший мимо Кочерга.

— Что новенького в Лесу Кошмаров? — завопил из ближайшего угла Коварный Робин.

Гааз, державшийся за моей спиной, явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Расслабься, приятель. С людьми нужно общаться, а не смотреть на них из окна лаборатории Кафки. Они вполне нормальные ребята, сейчас сам увидишь, — я ободряюще похлопал его по плечу и стал высматривать, куда бы нам пристроиться.

Мое внимание привлекла возня у барной стойки.

— Не дам! — Мужик с торчащими из-под широкополой шляпы рыжими космами обвил руками дубовый бочонок средних размеров, оберегая от окружавших его бродяг. — Это амброзия сорга, я ее для другого случая берег!

— Не порти людям праздник, Гарч. Сегодня здесь все общее, — раздался нежный голосок.

Его обладательница стояла в нескольких метрах от рыжего. Маленькая, худенькая, черноглазая, с ангельским выражением лица — сущая фея. Над головой поблескивало имя — Ромашка, которое удивительно ей подходило.

— Давай, давай, делись, — заголосили подступающие воры.

Но Гарч упорно вопил:

— Нет! Мое! Отстаньте!

В-вжих! В воздухе что-то блеснуло, и в пухлый бок бочонка буквально в сантиметре от руки рыжего воткнулся клинок. Я удивленно покачал головой, поняв, что его бросила Ромашка. В два прыжка она оказалась рядом, выдернула все еще вибрирующий кинжал и подставила под хлынувшую струю увесистую глиняную кружку.

Набрав медового цвета жидкости, фея сделала глоток, другой…

— Пойло как пойло, — пожала она плечами и с улыбкой воскликнула: — Налетай, кто хочет! Угощайтесь!

— Вот это баба! Огонь! — послышался восхищенный возглас, и я узнал Фьюри. — Знаешь, малышка, я бы с тобой… — он воровато огляделся и ущипнул фею за пятую точку. — Я бы…

Что бы он сделал, никому узнать не удалось. Девчушка развернулась и с размаху двинула ему кулаком в лицо. Причем так сильно, что бродяга отлетел к телеге, задел стоявшие на ней тарелки и в следующее мгновение уже лежал на полу, обсыпанный овощным салатом. Таверну накрыл оглушительный хохот.

— Гермес! — раздался голос Андреса.

С трудом водрузив челюсть на место — да-а, сильна девица! — я машинально двинулся к нему. И с удивлением понял, что за мной идет не только Гааз, но и очаровательная Ромашка.

— Здорово, дружище! — Мастер воров встал нам навстречу и, сделав шаг, обнял подошедшую фею за талию. — Вот, познакомься, лучшая девушка на свете.

Я сам не поверил своей догадке.

— Андрес! Неужели ты…

— Да-да, решил остепениться, — он чмокнул Ромашку куда-то за ухо и сделал жест, приглашая нас к их столу.

Мы расселись и, перезнакомившись, набрали с телеги гору еды.

— Так у вас сегодня помолвка? — поинтересовался я.

— И не только, — Андрес помолчал, потом торжественно добавил: — Ухожу!

— Куда⁇

— На Каменистое плато. С тех пор, как кое-что случилось с Акостой, стражники до меня чуть не каждый день докапываются. Что да как… А я знаю?

Гааз хлопал глазами, не понимая, о чем речь, а вот мне это было отлично известно.

— Получше места не нашел?

— А зачем? — безмятежно хмыкнул Мастер. — Мне и там неплохо. Выкупил отличный кабак, буду им управлять.

— Уж не у Толстого ли Пью?

Андрес поднял брови.

— И его знаешь? Да, именно.

Он подался вперед и быстро зашептал:

— Недавно Михти и его бойцы сгинули в Пустошах. Мне удалось продвинуть на место капитана своего человечка. Буду брать селение под свою власть. С Тарханом я быстро справлюсь. Кто он вообще такой? Да никто! Так, собрал пару забулдыг и мнит себя лидером. У него за спиной только ветер гуляет, за мной же — все воры. Да и местное население время от времени подкармливаю: то гулянье устрою, то несколько бочек халявного пива на площади выставлю. В общем, база есть… А там, глядишь, и собственное королевство создам.

Я в изумлении воззрился на Мастера.

— Ты хочешь стать монархом⁈

— А почему нет? — улыбнулся он. — Чем я не король? А Ромашка — не королева?

Девица, одним глотком опорожнив очередную кружку, громко выдохнула:

— Ага, ага. Ик… Я согласна.

Пипец… Полный и несомненный.

— Ну, а ты чем занимался с тех пор, как мы ходили в пещеру? Кстати, этот банкет устроен благодаря тебе, на то самое золото.

— Круто. Чем занимался, спрашиваешь? Набирал уровни и брал за́мок.

Я вкратце рассказал о произошедших событиях. Андрес смотрел на меня с интересом, а девица успела трижды заказать новую порцию пива. Гааз слушал, приоткрыв рот, охал, ахал, а когда я закончил, выпалил:

— Ты просто герой! Я бы так никогда не смог.

Вот в этом ни малейших сомнений. Но озвучивать такое ни к чему.

— И что? — поинтересовался Андрес.

— Что «что»?

— Замок-то ваши взяли?

— Вот как раз сейчас берут.

Гааз вскочил и дернул меня за рукав.

— Так что же ты сидишь? Бежим! Разве может член клана быть в стороне во время такого мероприятия!

— Так, стоп, подожди, — его напор поверг меня в легкую растерянность. — Во-первых, я и так уже немало сделал, а при штурме толку от моей профы чуть меньше нуля. Во-вторых, сейчас я, как видишь, вообще без клана. И, в третьих, ты-то куда собрался?

— Как куда? Помогать. Я все-таки лекарь, хоть какую-то пользу смогу принести. Так что вставай, полетели.

— Давай, двигай, — засмеялся Андрес. — Соскучишься — прилетай на Каменистое плато. Ты для нас с Ромашкой всегда дорогой гость.

Через десять минут, предварительно затарившись свитками телепорта, мы с Гаазом прилетели в Туманную Лощину.

Вы покинули землю элгионов, на чужбине благословение праотца бессильно. Бонус 20% ко всем параметрам снят. Бонус плюс 5 единиц ко всем параметрам снят. Праотец вновь сможет вам помогать, как только вы вернетесь в земли предков.

Вдалеке даже при ярком солнце были видны разноцветные всполохи заклинаний. Мы двинулись по направлению к ним.

Атлетика +1. Текущее значение:44

Но не прошли и полусотни шагов, как их пустоты раздался голос:

— Что тебе здесь нужно, Гермес?

Ронкрэй. Или Реджкрэй. Фиг их знает.

— Пришел помочь, чем смогу. Какие претензии?

— Ты больше не состоишь в Тиграх.

Очень хотелось уйти в инвиз и нащупать дагой этого красавца. Но был шанс, что он сагрится на Гааза. Поэтому я спокойно ответил:

— Вышел, потому что так было нужно. Ты что-то имеешь против?

Он помолчал, потом тихо буркнул:

— Проходите.

Не исключаю, что успел испросить согласия Крутяка. Или самого Папы.

Почти бегом мы с Гаазом направились к Багряной Твердыне. И чем ближе подходили, тем явственнее видели отблески боя на фоне сияющих силовых линий. Миновав лес, я тормознул и удержал лекаря за рукав.

— Стой. Надо сначала сориентироваться.

Походу, дела у наших шли успешно. На открытом пространстве перед замком народу было уже немного — только дальники. За их спинами четыре парня управляли двумя баллистами. Основной бой, судя по звону оружия и крикам, шел во внутреннем дворе.

На стенах из толп защитников оставалось лишь несколько магов и лучников, да и те вынуждены были пригибаться и прятаться. Периодически они выныривали из-за зубцов, стреляли и снова скрывались из виду. А ребята с баллистами с недосягаемого расстояния пытались их подстеречь.

Время от времени со стороны замка доносился громкий стук, сопровождавшийся звуком падающих камней.

— Катапульты бьют, — с благоговением прошептал Гааз.

— Ага, — машинально кивнул я. — Видимо, долбят форт.

Слева от нас, шагах в тридцати, у кромки леса стоял воткнутый в землю синий флаг — точка респа атакующих. Сейчас на ней никого из воскресших не было, рядом топтались Алсара и незнакомая девушка с ником Магда. На траве рядом с ними была расстелена скатерть, заваленная яблоками, булками, зельями.

Буквально через полминуты из пустоты материализовался мечник, и девчонки бросились его обкастовывать.

Среди тех, кто бил по стенам, я заметил Папу. Он стоял, прикрытый баллистами, не стрелял и вроде бы ничего не делал. Так, по крайней мере, казалось со стороны.

У флага реснулся еще один мечник, девчонки кинули на него защиту, и оба милишника устремились к замку. Махнув рукой Гаазу, я кинулся следом.

Чем ближе мы подбегали к Твердыне, тем громче становился шум. Треск заклинаний, свист стрел, дротиков из баллист, вопли, звон оружия, грохот катапульт и падающих камней — все слилось в громкую какофонию.

Подскочив к Папе, я гаркнул:

— Привет!

Он резко обернулся, но, увидев меня, расплылся в улыбке.

— Ну, здравствуй, герой!

Точно такой же фразой он приветствовал меня утром, но на этот раз я возражать не стал. Да, герой, чего уж тут спорить.

Парой секунд позже в интерфейсе всплыло:

Клан «Боевые тигры» приглашает вас вступить в его ряды

Я согласился без раздумий: сейчас не время выбирать между основой и академкой, главное — быть со своими. А то вдруг потом не смогу попасть в замок. Ники Папы и девчонок сразу посинели, в интерфейсе появились какие-то дополнительные плюшки и кнопка телепорта в клановую обитель.

Тем временем Папа бросил взгляд за мою спину.

— А это кто?

— Мой друг. Хочет нам помочь.

Лекарь приблизился, и лидер протянул ему руку.

— Хил? — уточнил он. — Хотя зачем спрашивать, по нику видно.

Походу, только я не знал историю знаменитого доктора. Недоработала моя матушка.

Приглашать в Тигры Гааза Папа не стал. Коротко спросил:

— Какой уровень?

— Третий, — вздохнул тот.

Толку от такого помощника было мало, и кланлидер покачал головой.

— Тогда ты не сможешь помочь, извини. Ребята респятся, сам понимаешь, с полными хитами. А в бой тебе нельзя, прихлопнут сразу.

Лицо Гааза огорченно вытянулось, он торопливо сказал:

— Могу давать резист к ядам.

— Вот это дело. Тогда дуй к флагу и кидай на каждого.

Лекарь радостно кивнул и бросился выполнять приказ, а Папа повернулся ко мне.

— Между нами, Руддер слегка занервничал, когда ты вышел. Думал, мало ли… В общем, ты понимаешь, нам не раз приходилось сталкиваться с предательством. И вдруг Мечеворот исчезает. Мы, конечно, не ожидали, что ты сумеешь так извернуться. Рассчитывали грохнуть несколько источников, а в замок входить через сутки. Но от такого подарка отказаться не могли. Расскажешь после штурма, как тебе это удалось.

— Окей, босс, — козырнул я и направился к Твердыне.

— Гермес! — крикнул Папа мне вслед. — Куда ты? Плуту там делать нечего!

Обернувшись, я подмигнул ему и тут же ушел в инвиз. Кланлидер осуждающе покачал головой, но сделать, естественно, ничего не смог.

Выйдя из-за спин наших дальников, я благополучно пересек открытое пространство и очутился во дворе замка. На месте Мечеворота валялись обломки заграждений, которые пытались установить Горцы.

Открывшаяся взгляду картина впечатляла. Сотни полторы наших рубились с Горцами на мечах, топорах, копьях, оттесняя противника к пруду. Тигры прикрывали собой две мощные катапульты, из которых лупили «канониры». Вражеские маги и лучники со стен и крыш пытались достать механизмы, но наши дальники, которых здесь было гораздо больше, чем снаружи, довольно метко отстреливали их. Больше того, пока каты перезаряжались, Тигры по очереди кидали на них невидимость. Инвиз с помощью зелья — это понятно, но чтобы его кастовали на бездушную машину… Чудеса!

Целью катапульт был форт. Его мощные стены кое-где уже пошли трещинами. Вот только били каты нечасто, примерно раз в минуту.

В центре заварухи, на переднем крае, сражался огромный пятиметровый медведь, одетый в многослойную броню из дубленой кожи. Мощными лапами он раскидывал врагов, а за его спиной копошился целый взвод девушек-хилок, непрерывно его лечивших. Врагам от него доставалось — мама не горюй. Над головой зверя мерцала надпись:

Михаил, Папа, Боевые тигры

Ясно — Папин саммон. Сам лидер остался вдалеке, рядом с баллистами, а призванное существо отправил в бой.

На ближнем ко мне фланге стоял Руддер с огромной палицей в руках. Он не столько бился, сколько руководил, и я решил двигаться к нему. Пробрался между магами и милишниками и гаркнул почти в самое ухо:

— Привет!

Моя невидимость уже спала, он, обернувшись, увидел меня и на радостях привычно огрел по плечу своей железной лапищей.

— Гермес! Ну, молодец, ну, орел! Как тебе удалось убрать Мечеворот? И мы, и Горцы так обалдели, что бой на полминуты остановился. Тупо стояли и таращились на эту дыру!

— Потом расскажу. Похоже, штурм идет успешно?

— Ага, мы ломим, гнутся шведы!

Руддер придирчиво осмотрел стены форта. Они сплошь покрылись внушительными трещинами, еще десяток-другой ударов — и в них появятся дыры.

— Чуть-чуть осталось. Ребята, поднажмем!

Он ринулся в бой. Я ушел в инвиз и последовал за ним: в таком замесе даже моя скромная помощь не помешает.

Оставаясь в невидимости, я наносил удар, бросал Заразу и снова скрывался. Не сказать, чтобы мои тычки наносили много вреда, но все-таки какая-то польза от них была. Особенно когда срабатывал шанс заморозки. Заодно и боевые характеристики понемногу росли.

Стараясь не попасть под раздачу, я бил разных противников, отвлекал их, заходил то с одной, то с другой стороны. И постоянно поглядывал на форт. После каждого попадания катапульты казалось, что он вот-вот рухнет. Сыпались камни, клубились облака пыли, а он все стоял, словно несокрушимый великан.

Но вот глубокая трещина разрезала фронтальную стену пополам. Форт дрогнул, окутался серой завесой… и вдруг стал увеличиваться. Едва туман рассеялся, перед нами предстала вновь выстроенная махина, словно и не было никакой осады. Сколы и трещины затянулись, как после чудодейственного зелья, а стены стали более высокими и явно более крепкими, чем прежде.

И наши, и Горцы застыли.

— Они… Они форт до бастиона апнули! — прошептал кто-то за моей спиной.

— Во время штурма? — по мягким интонациям голоса я узнал Столета. — Это же читерство!

— Нет, к сожалению, — покачал головой Руддер. — Вполне легальная опци…

Дрогнувшая под ногами земля не дала ему договорить. От жуткого грохота заложило уши. Горцы бросились врассыпную. И вовремя — массивные каменные плиты, устилавшие внутренний двор замка, вырвало из земли и веером разбросало в стороны. Ввысь взметнулась непонятно откуда взявшаяся стела. Гигантская, чем-то похожая на египетский обелиск, но куда бо́льшая по размеру. На ее гладких гранях мертвенным светом мерцали символы, напоминавшие корейские иероглифы. А над самой ее вершиной нависала туча, такая же черная и пугающая, как и сама стела. Туча то раздувалась, то снова уменьшалась в размерах. Она словно дышала. А внутри ее чрева сверкали сгустки энергии, стремящейся наружу.

Ослепительно блеснула вырвавшаяся на свободу молния, с грохотом вонзилась в стелу… и началось что-то невообразимое.

Глава 14

Символы на гранях обелиска ярко вспыхнули, он глухо загудел, завибрировал и… взорвался. Градом посыпались огромные камни. Причем падали они только на нападавших, мистическим образом обходя защитников Твердыни.

Потеряно 188 хитов

Потеряно 706 хитов

Потеряно 349 хитов

Один за другим на меня обрушились три булыжника, сбили с ног, повалили на спину и, как мне от неожиданности показалось, слегка расплющили.

— Эй, я ведь не заготовка для ковки! Хозяин, ну прикрой же меня! — испуганно заверещала Зараза.

Мне было совсем не до ее причитаний. Жадно хватая ртом воздух, я кое-как перевернулся на живот и с трудом пополз к укрытию — одной из наших катапульт, возвышавшейся в нескольких метрах правее. И только примостившись под метательной ложкой, смог перевести дух.

Вокруг кричали и матерились наши, раненые, покалеченные. Все случилось так быстро, что все мы попадали, словно тряпичные куклы.

Чуть отдышавшись, я высунулся из своего укрытия с намерением подтянуть под катапульту ближайшего ко мне Тигра. Ухватил свободной рукой за край плаща…

В этот момент из бывшего обелиска, от которого остался лишь постамент с рваной дырой, вдруг хлынул мощнейший поток воды. Обрушился сверху тяжелой махиной, подхватил и понес. Меня закрутило, рука невольно разжалась и выпустила плащ соклана. Он тут же исчез в водовороте.

Я бился головой, спиной, ногами обо все, что встречалось на пути, уже не понимая, где верх, где низ. Жахнулся грудью о какую-то шипастую пластину, получил удар в висок крутящимся в потоке бревном.

Потеряно 67 хитов

Потеряно 50 хитов

Потеряно 39 хитов

Легкие доспехи +1. Текущее значение:40

Потеряно 44 хита

Особенно досталось мне от обломков ограждений, установленных на месте Мечеворота. Мало того, что остро заточенный кол разодрал ногу, так еще я ударился кулаком о какую-то железяку, и дага, которую я все еще сжимал в руке, вонзилась мне в бок.

Потеряно 227 хитов

Распахнув от боли глаза, я увидел, что вода вокруг меня окрашена красным. Что за хрень творится⁈

Наконец меня выкинуло за стены крепости, и волна с шумом отхлынула. Я потянулся к зелью здоровья, одновременно осматриваясь. Метрах в тридцати зияла дыра от Мечеворота. Вокруг меня — ни одного врага, только наши. Кто-то лежал без движения, кто-то шевелился, кто-то уже успел встать. Всюду слышались стоны и тихое бормотание.

Б-бах! Новая волна вынесла Папиного медведя. Он, бухнувшись прямо на ноги Столета, распластался на земле. Тот заорал диким голосом, саммон с обиженным рыком сполз с него и, качаясь, поднялся на лапы.

К счастью, враги не рискнули нас преследовать. Но нам все равно понадобилось не менее четверти часа, чтобы прийти в себя.

Наши «отцы-командиры» — Папа, Крутяк и еще несколько человек — что-то эмоционально обсуждали, привалившись к одной из баллист. Я попробовал подслушать, но, увы, безрезультатно.

В нескольких шагах от меня кряхтел Столет. Он сидел на земле и усердно массировал колени.

— Ну как ты? — спросил я.

— Нормально. Могло быть и хуже. Зато теперь понимаю, что значит фраза «медвежья услуга», — рассмеялся он.

— Дед, что это вообще было? Что за кара небесная?

— Обелиск Последнего шанса, — вздохнул старик. — Срабатывает, когда защищающийся клан оказывается в отчаянном положении. Выбрасывает всех нападающих за стены.

— Как же мы возьмем Твердыню, если нас все время будет выкидывать?

— Он одноразовый, — улыбнулся Столет. — Сто́ит кучу ресов. Дважды за одну осаду его строить нельзя, так что эта напасть нам больше не грозит.

Тем временем совещание руководства закончилось, командиры разошлись. Мимо меня проходил Крутяк, и я, все еще сидя на земле, дернул его за руку.

— Как же так, а?

Вопрос был сформулирован бестолково, но лидер академки меня понял. Присел рядом со мной на корточки, до крови закусив губу. Помолчал немного и тихо сказал:

— Моя вина. Я отвечал за сбор данных. Информатор сообщил, что хранилище у них почти пустое, они не сумеют ни обелиск построить, ни форт до бастиона апнуть. И вдруг такая прорва ресов. Вот и думай, то ли мне дезу скормили, то ли они нас специально в ловушку заманили, то ли им кто-то помог.

Походу, об этом и говорила Люсинда — Северный Альянс! «Они еще успеют прислать нам ресурсы на апгрейд». И действительно успели. Что ж я, дурак, никого не предупредил⁈ Впрочем, поздно посыпать голову пеплом.

— Не кори себя. Им в самом деле помогли.

— Откуда знаешь? — насторожился он.

— Потом расскажу. А что теперь? Уходим?

— Ага. Не дождутся. Будем прорываться, благо вместо Мечеворота по-прежнему дыра, — он хитро подмигнул мне и, вставая, заорал: — Хватит бока отлеживать! Десятиминутная готовность!

Я смотрел, как Тигры поднимаются, отлечиваются, обкастовываются — и улыбался. Крепкие ребята! Еще недавно казалось, что нам до взятия замка осталось всего ничего, а теперь снова приходится начинать заново. Но никто не ноет, не жалуется, не падает духом. Вскочили, зализали раны, выстроились — и снова готовы к бою.

Через несколько минут Тигры двинулись к Твердыне.

Однако оказалось, что пока мы очухивались, Горцы успели соорудить на входе что-то типа баррикады. Все, кто вынужден был отойти внутрь замка или отреспился в башне после смерти, теперь стояли на защите. Стену заполонили лучники и маги, расстреливавшие нас, пока мы пытались прорваться через устроенное заграждение. Наши, конечно, тоже не спали, шел активный обмен стрелами и заклинаниями, плюс дротиками стреляли баллисты.

Дважды после своих ударов я не успел уйти в инвиз и дважды был убит. При этом потеряв сначала перчатки, потом кулон, дающий магическую защиту. После второго появления у флага я решил больше не лезть на рожон. Подошел к Папе, который стоял вдалеке от стен и управлял саммоном.

— Наконец-то ты понял, что плуту в рубке не место, — проворчал лидер.

Я не стал углубляться в эту тему, лишь заметил:

— Мне кажется, в первый раз вы прорвались гораздо быстрее.

Он пожал плечами.

— Что ж ты хочешь, бастион куда сильнее форта. Плюс тогда сработал элемент неожиданности. Они реально были в шоке, когда исчез Мечеворот. До сих пор ума не приложу, как тебе это удалось.

— Сжег рубильник, — равнодушно ответил я.

Сейчас меня занимали не прошлые заслуги. Я мучительно думал, как помочь. Мне нужна Багряная Твердыня, очень нужна!

— Эх, совсем чуть-чуть не хватает! — воскликнул. — У них и защита от замка, и ускоренная регенерация. Нам бы тоже хоть какой-нибудь бонус. Тогда смяли бы их, к гадалке не ходи.

Что-то шевельнулась в моем мозгу, мелькнула какая-то мимолетная мысль. Мелькнула и исчезла. Я попытался ее поймать, но не смог. Так и стоял по-прежнему возле кланлидера, глядя на заваруху у ворот.

Тем временем начало смеркаться. Папа прошептал:

— Не успеем до ночи…

Я открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент перед глазами всплыла системка:

Получены Крылья Земного Могущества

Оп-па, совсем о них забыл.

И тут мысль вернулась. Во всей красе. У меня даже дыхание перехватило. А ведь, возможно, я смогу добавить это «чуть-чуть», о котором сказал Папа.

Так, спокойно. Для начала надо посмотреть на это чудо.

Крылья Земного Могущества

Ранг: легендарный

Физзащита: + 182

Магзащита: + 110

Свойство: полет.

Вид: универсальный

Требования: 75 уровень

Увы, волшебные крылья оказались мне не по размеру. Точнее, не по уровню. А я уже целый план построил, опираясь на их наличие. Надо что-то придумать.

Я посмотрел на кланлидера и спросил:

— Ты какого левела, если не секрет?

— Никакого секрета, — не отрывая взгляда от медведя, ответил он, — эта инфа есть в списке клана. Семьдесят второго.

Фигово. Ладно, позже что-нибудь соображу, в крайнем случае, дождусь утра и использую «Тройной аксель». А сейчас на повестке дня другой пункт плана.

— Мне надо отлучиться.

Папа кивнул.

— Без проблем. Все, что от тебя зависело, ты уже сделал. Причем сделал отлично.

Нет, друг, ошибаешься, не все, совсем не все. Но из кожи вон вылезу, чтобы сделать.

Я торопливо достал свиток телепорта и улетел в Мергус.

Вернулся я часа через четыре.

Вы покинули землю элгионов, на чужбине благословение праотца бессильно. Бонус 20% ко всем параметрам снят. Бонус плюс 5 единиц ко всем параметрам снят. Праотец вновь сможет вам помогать, как только вы вернетесь в земли предков.

Было уже темно, на стенах горели факелы, летающие в обе стороны заклинания тоже освещали поле боя. Поэтому было хорошо заметно, что Горцы оттеснили наших от ворот, а битва идет на поляне перед замком. Похоже, мой план надо срочно воплощать в жизнь, не дожидаясь отката «Тройного акселя», иначе может быть поздно.

Но я так и не придумал, как решить проблему с крыльями. Сам воспользоваться ими не могу, левел не позволяет. Жаль, конечно, было бы здорово сделать все самостоятельно, так сказать, лично спасти штурм. Но сейчас реально не до жиру. Мне нужен этот замок, нужен как воздух. Так что, если среди наших найдется кто-нибудь подходящего уровня, отдам честь завоевания ему.

Отыскав в задних рядах Папу, я двинулся к нему. А по дороге наблюдал за раскидывающим врагов медведем. Как же грамотно управляет им саммонер! Ни одного лишнего движения.

— Привет, — бросил кланлидер, мельком взглянув на меня. — Вернулся?

— Ага.

Я встал рядом с ним и открыл список клана. Быстро пролистал незнакомые ники и разочарованно закусил губу: самым большим уровнем, семьдесят вторым, обладал Папа. Состава академки я видеть не мог, но вряд ли под началом Крутяка мог быть кто-то выше пятидесятого. Но надо же что-то делать!

— Папа, слушай, есть в Мидкоре какой-нибудь хайлевел, которому ты полностью доверяешь и можешь попросить о помощи?

— Смотря кого ты считаешь хайлевелом.

— Хотя бы семьдесят пятый.

Он покачал головой.

— Нет. Здесь вообще выше семидесятых единицы: я, Шокер и еще пара человек. А зачем тебе?

— Нужно, очень нужно. От этого может зависеть судьба штурма. Очень прошу, подумай. Вдруг кого-нибудь вспомнишь.

Папа невесело усмехнулся.

— Разве только Михаил.

— Кто это? — встрепенулся я.

— Мой саммон.

— Медведь⁇

— Ага. Он как раз семьдесят пятый.

А почему бы, собственно, и нет? Раз на нем броня, значит, можно надеть и крылья. Только ведь его наверняка убьют. Но попробовать стоит.

— Ты мне доверяешь? — напрямую спросил я.

На этот раз Папа внимательно посмотрел на меня. Блики боя плясали на его лице.

— Смешно сомневаться в человеке, уничтожившем Мечеворот.

— Тогда вверь Михаила мне. И… будь готов к его гибели. Взамен я постараюсь сделать так, чтобы мы получили преимущество в битве.

Надо отдать кланлидеру должное — он не стал тянуть время, задавая глупые вопросы. Помолчал немного, потом кивнул.

— Хорошо. Если потеряешь его, через три часа смогу вызвать заново.

Он замер, и спустя пару секунд я увидел, как медведь резво направился к нам, топча чужих и обходя своих. Несколько Тигров проводили его удивленными взглядами.

Пока он бежал, я быстро обрисовал Папе, что он должен сделать. Потом достал из инвентаря свое сокровище и протянул ему.

— Крылья Шокера⁇! — Он посмотрел на меня в полном обалдении. — Это невозможно… Как ты исхитрился их спереть?

Приятно видеть этого невозмутимого мужика столь изумленным. Но сейчас не до хвастовства.

— Потом расскажу. Надень их на Михаила. И, кстати, что с ними будет, если он сдохнет?

— Вернутся в мой инвентарь, — пожал плечами кланлидер. — Саммоны — расходный материал, они ничего не теряют при смерти.

— Отлично!

Подбежал медведь, и Папа в два счета сменил его броньку на крылья. Потом по моей просьбе заставил мишку лечь, я забрался к нему на спину и попытался обхватить за шею. Но куда там, разве можно объять необъятное? Пришлось что есть сил вцепиться в жесткую шерсть.

— Готов? — спросил кланлидер.

Я активировал невидимость и ответил:

— Погнали!

Не знаю, как Папа умудрялся управлять появившейся у саммона функцией, но мы тут же пошли на взлет. Мишка набрал высоту метров в двадцать и устремился к замку, а я плотнее прижался к нему. По толпе игроков пробежал удивленный вздох.

Крылья, совсем, казалось бы, небольшие, надежно держали медведя в воздухе. Но едва мы приблизились к стене, как в нас полетел рой стрел и заклинаний. Я сжался в комок, подобрал ноги, пытаясь уберечься от ран. Мимо проносились молнии, обычные и ледяные, огненные шары, какие-то колючки. Кое-что из этого попало в Михаила, он вздрогнул и заревел. Откуда-то сзади его догнал живительный каст, саммон замолчал и полетел увереннее. Спасибо, неведомый целитель!

Перемахнув через стену, медведь резко пошел вниз. Когда до земли оставалось метра полтора, я спрыгнул на каменные плиты двора и тут же откатился за катапульту, чтобы дальники не увидели меня, если случайно спадет инвиз. Медведь снова набрал высоту и полетел прямо на них.

Хитрость +1. Текущее значение:29

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Поздравляем! Вы получили уровень 51!

Здоровье: 6840/6840

Сытость: 386/580

Я посмотрел на часы — половина двенадцатого. Осталось чуть-чуть. Спокойно, спокойно. Все получится.

Глава 15

Обновив невидимость, я прислонился к основанию катапульты и закрыл глаза. Устал… В памяти всплыли события последних часов.

Честно говоря, я не очень рассчитывал на успех своего предприятия — уж слишком много обстоятельств должно было сойтись. Для начала мне нужно было найти Упрехта — вора, предавшего Андреса. Поскольку по законам Мидкора Явившиеся не могли отправлять сообщения неписям, я решил действовать через Гурумона, хранителя храма в Мергусе, наплетя ему что-то о потребностях культа Тиндея. Старик без долгих раздумий согласился написать сообщение от моего имени.

— «Упрехт, я — преподобный Гурумон, по воле богов передаю тебе слова почтенного Гермеса», — прочитал вслух храмовник.

Лихо дед завернул!

— А теперь говори свое послание, — велел он.

— Привет, Упрехт. У меня есть несколько пузырьков с кровью праотца Элгиона. Готов три из них отдать тебе в обмен на заклинание, которым ты завладел в Копперне. На сам древний свиток не претендую, но мне нужна точная копия текста, — продиктовал я.

Мой расчет был прост — сделка очень выгодна для Утрехта. Он ничего не теряет, при этом приобретает то, чем может выслужиться у своих новых хозяев — тинароллов.

Ответ пришел лишь через полчаса, когда я уже отчаялся его получить.

Мне нужно пять больших склянок. И контракт. Если согласен, жду через полчаса в Мглистом затоне.

Что ж, пять так пять, мне не жалко. Я доверял Упрехту не больше, чем он мне, поэтому на контракт согласился безоговорочно. Поблагодарил слегка обалдевшего Гурумона, уверил его, что кровь Элгиона вовсе не кровь, а название изобретенного мною зелья, и двинулся в путь.

Конечно, были опасения, что засранец может меня надуть, поэтому я принял меры предосторожности. Они, однако, не пригодились. Колесо сделки закрутилось, и все прошло без сучка, без задоринки.

Полночь. Я потряс головой: как бы не заснуть здесь, под катапультой. Пора идти. Осторожно поднявшись и снова обновив инвиз, я направился к пруду. К счастью, никого рядом не было, все лучники противника концентрировались на стенах со стороны ворот, а милишники и вовсе бились на поле перед за́мком.

В темноте пруд казался бездонной пропастью, готовой затянуть в свои глубины, а отражающиеся в нем сполохи заклинаний только усиливали тревогу. Сердце билось громко и часто. Положив на вытянутую ладонь Черную Жемчужину, в другую взяв склянку с кровью, я стал медленно обходить водоем и тихо повторять заклинание:

Силы древние Мидкора, мне внемлите.

Жертву праотца кровавую примите.

Душ сынов его узрите легион.

Здесь отныне правит ЭЛГИОН!

Обойдя вокруг пруда и полив его по периметру кровью, я закрыл глаза и обессиленно прислонился спиной к каменной стене. Надеюсь, все сделано правильно. Сколько пришлось носиться, но не зря, все получилось! Теперь остается только ждать.

В который раз обновив инвиз, я двинулся через двор к воротам. Мне никто не препятствовал: внимание стоявших на стенах дальников было приковано к полю боя. За спинами Горцев-милишников я выскользнул из замка и двинулся в наш тыл. По дороге, к своему удивлению, увидел медведя, снова воюющего в первых рядах. Без крыльев, но в броне.

Подбежав к Папе, я протянул ему руку:

— Спасибо!

— Да не за что, — он с некоторым недоумением пожал мою ладонь. — Ты так и не рассказал, зачем тебе надо было в замок.

— У них там пруд, я и немножко с ним похимичил.

— Думаешь, они из него берут питьевую воду? Хочешь их отравить?

Я загадочно улыбнулся: мне совсем не хотелось раскрывать карты раньше времени.

— Скоро станет ясно. Михаил, как вижу, живой?

— Ага. Удалось забрать его оттуда, когда оставалось меньше десяти процентов хитов. Чудом выжил. Но я так и не понял, зачем ты просил направить его на стену. Ну, порвал он пару магов, толку-то?

— Иначе они бы догадались, что он кого-то высадил в замке, — пояснил я. — А так все выглядело, словно ты немного промахнулся в управлении.

Папа сдержанно усмехнулся.

— Верно. Хитер ты, братец.

— На том стоим, — рассмеялся я. Открыл было рот, чтобы что-то добавить, но вдруг заметил, что шум боя стих, и прошептал: — Что случилось?

— Плановое перемирие. При осадах и штурмах с часу ночи до пяти утра драться нельзя.

— С чего бы?

— Так разработчики заботятся о здоровье игроков, оберегая их от слишком долгого напряжения.

Надо же, никогда о таком не слышал. И месяц назад не поверил бы, что Арсений способен проявлять к кому-то внимание. А сейчас понимаю: да, это так. Он и на меня убил десятки, если не сотни часов, пытаясь вытянуть из мажорского болота. Теперь я это отчетливо вижу. Что-то изменилось. Не в нем — во мне.

Однако идея с мирными часами мне совсем не понравилась.

— Погоди, но они ведь за ночь могут восстановить Мечеворот! И что тогда — все насмарку?

— Не беспокойся, — мягко ответил Папа. — В это время никакие изменения в замке невозможны. Туда даже члены клана не могут портануться снаружи. Все консервируется, как было на час ноль-ноль.

Тем временем народ потянулся от места битвы в нашу сторону. Позади всех гордо шел медведь. Конечно, не обошлось без разговоров типа — как жаль, что нас прервали, еще чуть-чуть, и мы бы их… Тем не менее все, особенно бойцы ближнего боя, были выжаты как лимон и едва держались на ногах. Папа поспешил к ним навстречу, быстро раздав короткие указания.

У флага нас встретили обессилевшие девчонки и Гааз. Весь день они баффали воскресающих воинов и теперь выглядели совершенно изможденными.

Обменявшись приветственным кивком с лекарем, я улегся прямо на траву. Рядом один за другим опустились другие. Кажется, глаза не успели закрыться, как меня сморил сон.

Еще затемно, в половине пятого, часовые нас растолкали. Со стонами и матами со своих нехитрых лежанок поднимались Тигры. За минуту закинулись булками и яблоками, и бафферы начали обкаст.

Легкий прохладный ветерок обдувал лицо, мокрая от росы трава мягко ложилась под ноги. На горизонте забрезжил рассвет. Солнечного диска еще не было видно, но облачка уже подернулись алыми отблесками. Начинался еще один трудный день.

Первым делом я проверил в интерфейсе параметры, и сердце ухнуло вниз. Никаких изменений в них не было! Это могло означать только одно: что-то сделано неверно, и мой план с треском провалился.

Мля… Столько усилий, беготни, риска, и все впустую. На душе стало так горько, что хоть волком вой.

Сквозь толпу соклановцев протиснулся Папа и протянул мне крылья.

— Держи, — сказал он. — Тебе нет нужды здесь оставаться. Портуйся в город, отдыхай.

В его тоне мне почудился упрек. Разочарован, что обещанное мной чудо не произошло. Я и сам был в полном миноре. Что-то пошло не так. Сделал все, как когда-то объяснял Андрес, но безрезультатно. Хрен его знает, почему.

Но нет, так легко меня не сломить. Если мой план не сработал, я тем более не имею права оставаться в стороне. Ясное дело, плут не боевой персонаж, но буду биться, как могу.

— Спасибо, не хочу, — я упрямо мотнул головой.

— Ну, как знаешь.

Папа секунду помедлил, потом исчез в толпе. Я же стал вглядываться в поле перед воротами, пытаясь с помощью Ясного взора увидеть хоть какие-то изменения. Но их не было.

Тем временем Тигры закончили обкаст (на меня тоже легла двадцатипроцентная защита) и двинулись к замку, на стенах которого по-прежнему горели факелы. Я пристроился сбоку от милишников, считая, что мне будет удобнее драться, держась немного в стороне. В трех метрах от меня решительно шагал Руддер. Между нами гордо шествовал медведь.

Приближаясь к проему, где еще вчера красовался Мечеворот, мы увидели выстроившихся Горцев. Они явно планировали сразу после окончания мирного времени броситься на нас.

— Двухминутная готовность, — тихо сказал Папа. — Удачи нам!

Мы ускорились и ровно в пять утра оказались у ворот. Из них навстречу высыпали Горцы, разливаясь широкой волной. Сверху, со стен, нас накрыло дождем стрел и заклинаний. Зазвенели мечи, заискрились стрелы и огненные шары.

Медведь, огласив окрестности грозным ревом, первым кинулся на противников. Следом в битве с ними сошлись и Тигры. Я на миг тормознул, высматривая жертву попроще. Зря. Не прошло и секунды, как в меня сверху прилетела шальная молния.

Потеряно 1988 хитов

Плечо загорелось огнем, рука повисла плетью. Кинжал выпал из ослабевшей ладони.

Из ниоткуда послышался голос — то ли Рона, то ли Реджа:

— Мужики, сзади!

Превозмогая боль, я обернулся, и Ясное зрение позволило мне рассмотреть мелькавшие за деревьями тени. В тот же миг тело пронзила чудовищная резь в боку, и мгновенно наступил покой.

Потеряно 5120 хитов

Здоровье:0/6840

Потеряно: Среднее зелье здоровья

Вы погибли. Возрождение через:

10 секунд

9 секунд

8 секунд…

Я возродился у флага и тут же попал в заботливые руки девчонок и Гааза. Они накидали на меня кучу баффов, включая защиту от ядов. В этот момент я с удивлением увидел, что над головой моего друга-лекаря горит значок академки. Он правильно понял мой взгляд и радостно закивал.

— Ага, взяли. Сказали, классно вчера поработал, многим помог.

Обсуждать это было некогда, и, хлопнув его по плечу, я сделал несколько шагов к замку. Предварительно уйдя в инвиз — хватит с меня неожиданностей. Если не ошибаюсь, второй удар нанес вражеский ассасин, поскольку с невидимостью я замешкался. Больше такой оплошности не допущу.

Рядом с флагом возродился Крутяк.

— Какие люди! — начала было Алсара и тут же запнулась, пробормотав: — Ой, мамочка…

Дрогнувшей рукой она указала куда-то мне за спину. Я обернулся. От леса через поле двигалось войско, выстроенное тупоконечным клином. Если правильно помню, на Руси такое называли свиньей. Геометрически построение было настолько четким, что казалось, будто его грани вымеряли по линейке. Воины, все до одного — милишники, все до одного — белокожие, рыжеволосые. Мениольцы. Над головами — названия четырех кланов. Еще минут пять, и они ударят в наш тыл, что явно ничего хорошего нам не сулит. Это понимал не только я: в действиях Тигров наметилась явная растерянность, их натиск стал куда более вялым, в любую минуту готовым перейти в отступление. На стенах же, наоборот, царило воодушевление. Громкий боевой клич Горцев, полный решимости и отваги, подтвердил, что появившаяся третья сила подняла боевой дух обороняющихся до небес.

— Ох… Блистательные, — процедил Крутяк, сжав кулаки.

— Что за звери? — поинтересовался я.

— Отборный полк паладинов, самая грозная сила Северного Альянса. Элита. Своей свиньей они уже не один клан в грязь втоптали.

— И что? — в отчаянии прошептала Алсара. — У нас есть хоть малейший шанс?

В голосе кланлидера академки послышалась растерянность.

— Боюсь, что нет. Даже если мы каким-то чудом одолеем Блистательных, Альянс пришлет еще кого-нибудь. Оторвать такой жирный кусок от своих новых союзников они не позволят.

Он мотнул головой, сжал зубы и приказал девчонкам и Гаазу:

— Баффайте, быстро!

Не успели они кинуть и пары заклинаний, как Крутяк сорвался и во весь опор понесся туда, где управлял медведем Папа.

Я рванул было следом, но тут же остановился. Нет, там от меня толку мало. Вот если как-то навести шухер в рядах альянсовцев…

Надо было становиться ассасином. А так — что я могу? У меня даже кинжала нет.

Так, стоп. А если медведь взлетит и грохнется прямо на них? Нет, лучше, чтобы группа наших магов и луков села на него и расстреливала Блистательных сверху, ведь у них нет дальников! Пожалуй, «авиация» тут может зарешать. Во, это уже что-то похожее на план. Не разбирая дороги, я понесся туда, где наши отбивались от наседающих горцев. Успею отдать Папе крылья и быстро изложить идею.

Мелькнула дебильная мысль: может, для пущего эффекта обкормить Михаила слабительным, чтобы им жизнь медом не казалась? Заодно спесь с них сбить и блеск поуменьшить. Не знаю, насколько они блистательны в бою, но в своих отполированных доспехах блестят не хуже мишуры на новогодней елке. Особенно сейчас, когда над горизонтом стало появляться солнце, сверкая на их броне первыми лучами.

Игроки из Северного Альянса шли немного впереди, я взял правее, отмахнувшись от всплывшего в интерфейсе системного сообщения. Надо, обязательно надо успеть!

Я видел, как Крутяк подбежал к Папе и стал что-то говорить, нервно поглядывая на Блистательных. Но вдруг остановился, лицо его приняло ошалевшее выражение, и до меня донеслось:

— Ах… ахренеть!

Он с трудом выдавил слово, точно в горле у него застрял комок, а его глаза вытаращились так, будто он этим комом еще и подавился.

— Что такое? — гаркнул я, подлетев к ним.

— Ты посмотри! Это… Это…

Похоже, от волнения он совсем потерял дар речи.

Я бросил любопытный взгляд на паладинов. Там действительно творилось что-то необычное: Блистательные остановились, сбились в кучу, и теперь скорее напоминали растерянную толпу.

— Не на них смотри! На системку! — очухался Крутяк. — Читать умеешь?

Видимо, я упустил что-то важное, пока продумывал «авиационный налет». Я заглянул в интерфейс и обомлел.

После долгого путешествия вы вновь вернулись в земли предков. Тлетворное влияние ветра чужбины уже не действует на вас, а праотец Элгион с радостью возносит над вашей головой свою длань и возвращает благословение — плюс 20% и 5 единиц ко всем параметрам.

Что за…⁇!!

Мне понадобилось не менее трех секунд, чтобы понять, в чем дело. Чтобы осознать, что все получилось. Получилось!

От избытка эмоций у меня буквально подкосились ноги, и я уселся на траву, лихорадочно соображая. Андрес говорил, что создавать ферму жемчуга надо в полночь, а появится она на рассвете. Но он ошибся: не на рассвете, а на восходе. Она возникла с первым лучом солнца и дала нам родную землю на десятки метров вокруг.

Хитрость +1. Текущее значение:30

Стряхнув с себя оцепенение, я бросил взгляд на поле боя. И Тигров, и Горцев словно парализовало. Битва почти затихла, только медведь продолжал с рыком бросаться на врагов.

— Вперед! — заорал надо мной Крутяк и, сорвавшись с места, понесся к замку.

Ситуация менялась буквально на глазах. Блистательные, потоптавшись на месте, вытащили свитки, и через пару мгновений от их блеска остались только летающие в воздухе звездочки. Наши бросились в атаку, а Горцы, потеряв в параметрах, поняли, что воюют на чужой земле, и отступили за стены.

Я сидел на траве, а в душе бушевала буря. У меня получилось! Получилось! Кровь Элгиона, заклинание и Черная Жемчужина сработали!

Папа ошарашенно покачал головой, и я впервые увидел эмоции на его невозмутимом лице.

— Твоя работа?

— Ага. Круто, а?

— Не то слово. Объяснений, как ты умудрился это сделать, я, конечно, не дождусь?

— Ну почему? Переделал пруд, который возле бастиона, в ферму жемчуга.

В Папиных глазах мелькнуло недоверие.

— Всего-то? — с иронией спросил он. — Что-то я не слышал, чтобы кто-то умел создавать ресурсные точки.

Поднявшись, я взглянул на него в упор и серьезно ответил:

— Я могу. Но только элгионские.

Даже если бы мне вздумалось бить себя кулаками в грудь, доказывая свою правоту, это не произвело бы на него бо́льшего впечатления. С минуту он с изумлением смотрел на меня, потом прошептал:

— Ну, ты даешь.

Если он когда-нибудь узнает, что я сын владельца игры, непременно сочтет читером. И игровым мажором.

— То есть когда мы возьмем замок, — продолжал Папа, — сможем прямо в нем добывать жемчуг?

— А мы возьмем?

— Никаких сомнений, — он улыбнулся, и на стеклах его очков мелькнул солнечный блик. — Они теперь при всем желании не смогут защитить его, да и смысла нет. Почему, думаешь, Альянс смылся?

— Решили не драться с такими сильными штрафами к параметрам.

— Да, но не это главное. Они поняли, что «Потоку» теперь нет смысла удерживать Багряную Твердыню. Замок должен стоять на родной или нейтральной земле, на чужой его иметь просто глупость. Не сейчас отберут, так через неделю-другую, не мы, так другой элгионский клан. Шокер это тоже знает, поэтому, думаю, предпочтет сдать замок.

— Он больше не лидер клана, — возразил я.

— Серьезно? У них сменился каэ́л? И кто теперь?

— Люсинда.

Папа задумчиво почесал переносицу, из-за чего, судя по недовольному восклицанию, на секунду потерял контроль над медведем. Восстановив его, он пробормотал:

— Значит, поэтому Северяне и пришли к ним на выручку… Но откуда ты знаешь?

Я в двух словах обрисовал ему происходившее в замке. Выслушав мой рассказ, кланлидер задумался. Готов дать голову на отсечение, что сейчас он прикидывает, как можно выгодно использовать полученную информацию.

Не знаю, придумал Папа что-то или нет, но в одном он оказался прав: вчера для победы нам не хватало совсем чуть-чуть. Сегодня, воюя на родной земле, мы стали гораздо сильнее. Тигры быстро проломили оборону замка и сконцентрировались на обстреле бастиона. Глава еще раз одолжил у меня крылья; Михаил при поддержке наших дальников пролетел вдоль стен — и смел своими когтями практически всех вражеских лучников и магов. Погибнув, они воскресли где-то в недрах Твердыни, а вскоре появились на донжоне и в окнах башни, в которой находилась Спиритка. Там медведь их достать не мог — при его приближении они, отстреливаясь, прятались в комнатах.

Уже не опасаясь вражеских заклинаний, мы с Папой подошли поближе.

— Эх, — вздохнул он, — наши хилы не дотягиваются до саммона. Так его и потерять можно. Как их оттуда выковырять?

Недолго думая, я предложил придуманную мной ранее идею «авиационного налета». Блистательные ретировались, так почему бы не попробовать этот план на Горцах? Обрадованный лидер тут же отозвал Михаила и, когда лекари его подлечили, приказал нескольким дальникам оседлать медведя. Получилось неплохо: прячась за его могучей головой, они расстреливали стоявших на балконах противников, среди которых, кстати, была и Люсинда. Те гибли, воскресали и снова возвращались, но было заметно, что их энтузиазм тает на глазах.

Милишники, по которым теперь не лупили сверху, быстро смяли своих визави, и вскоре заработали катапульты. Я вызвался дежурить в инвизе рядом с ними, чтобы не позволить вражеским ассасинам и ро́гам развалить их. Но долго охранять не пришлось, потому что никто на них не покушался. Горцев оттеснили, они уже не в силах были помешать нашим лупить по бастиону. На нем появились небольшие выбоины, потом трещины…

И вот наступил момент, которого я так упорно добивался. После очередного залпа катапульт каменный бастион рухнул, подняв тучи пыли. Вернее, правильнее сказать, сложился, как карточный домик, причем внутрь себя, никого при этом не задев.

Секунду спустя Горцы исчезли, словно их снесло невидимым смерчем. И тут же перед глазами всплыла надпись:

Поздравляем! Ваш клан победил в битве и стал владельцем Багряной Твердыни!

В углу интерфейса, рядом с полоской жизни, зажглась зеленая стрелка, указывающая на увеличения скорости регенерации здоровья, а внизу еще одна кнопка телепорта.

Что тут началось! Руки Тигров взметнулись вверх, а замок содрогнулся от дружного «Ура!». Бойцы обнимались, поздравляли друг друга, некоторые девчонки прослезились от радости.

— Народ! — послышался крик Папы, забравшегося на перевернутую телегу. — Минуточку!

Все замолчали и обернулись к нему. А кланлидер, откашлявшись, объявил:

— Мы бились за Багровую Твердыню не в первый раз. Раньше нам не удавалось его взять, но теперь в наших рядах появился вот этот человек. Гермес. Он не только уничтожил Мечеворот, открыв нам дорогу, но и создал здесь жемчужную ферму, благодаря чему мы оказались на родной земле! Феерическая предприимчивость этого парня сделала для завоевания нашего нового замка больше, чем самый острый меч, самый мощный посох, самый меткий лук! Спасибо ему и… с победой нас!!!

Тигры с воплями бросились ко мне и чуть не повалили. Поздравления, благодарности, похвалы лились рекой. Мужики хлопали меня по плечам, едва не вбивая в землю, девушки целовали, и даже медведь, растолкав толпу, сделал передо мной неуклюжий реверанс.

— Качай его, ребята! — раздался крик.

Над толпой пронесся гул. Ко мне потянулось множество рук, они подхватили меня, и в следующую минуту я узнал, как неприятно летать в воздухе без крыльев.

Когда восторги немного улеглись, народ несколькими потоками ринулся осматривать замок. Я и увязавшийся за мной Гааз, присоединились к командному составу. Внутри Твердыня оказалась поистине огромной. Десятки комнат, залы, бесчисленные коридоры, лестницы, переходы.

Несколько человек слетали в Мергус и притащили оттуда кучу жратвы. Пока девчонки накрывали в главном зале стол для банкета, наша группа направилась в Спиритку, где, к моему удивлению, на столе не оказалось магической голограммы.

— Она появится, когда можно будет снова штурмовать Твердыню, — пояснил Папа. — После перехода к другому клану на две недели накладывается защита, и атаковать замок нельзя.

Потом мы спустились в подземные помещения. Здесь нашим взорам открылись, кажется, не менее широкие пространства, чем наверху. Огромная холодная комната для складирования провизии — пустая. Как пояснили топы, еда, принадлежавшая Горцам, исчезла вместе с ними после перехода замка в другие руки. Дальше следовали еще несколько хранилищ, а этажом ниже — что-то похожее на казематы. И, наконец, в самом низу мы нашли то, к чему я так настойчиво стремился.

Полуразрушенная каменная лестница привела нас к единственному помещению, закрытому мощной дверью. Она оказалась заперта, но в замочной скважине торчал массивный ключ.

Первым вошел Папа с зажженным факелом в руке. Мы набились в небольшую комнату с голыми стенами, выложенными из неровных прямоугольных камней, по которым стекали капли воды. Пахнуло сыростью и плесенью, и я невольно передернул плечами. Классический склеп. Посередине находилось возвышение, к которому со всех сторон вели три ступени, а на нем — саркофаг. Лидер жестом велел снять с него крышку. Четверо мужиков, включая Руддера, не без труда отодвинули ее, и я, как и другие, поспешил заглянуть внутрь.

— Удон, — прошептал кто-то.

Глава 16

На дне саркофага лежало полуистлевшее, прикрытое парчовой тканью тело. Посеревшая, когда-то бледная кожа, опущенные веки, одно из них разложилось до дыр, сквозь которые видно что-то черное. Впалые щеки покрыты щетиной. На голове — бордовый металлический шлем с витиеватыми золотыми завитушками, из-под него торчат клоки слипшихся рыжеватых волос.

В целом древний покойник выглядел не слишком приятно, и народ, поглазев на него с полминуты, потянулся к выходу. Вскоре рядом со мной остался только Гааз, который в течение нашего шатания по замку вообще старался держаться поблизости. Чувствовалось, что его переполняет благодарность.

Крутяк, выходивший последним, окликнул нас:

— Ребят, вы идете? Гермес?

— Не ждите, я догоню.

Он сунул мне в руку факел и скрылся за дверью, а я задумчиво посмотрел на Удона. И едва в коридоре стихли шаги Тигров, нырнул по пояс в саркофаг, приподнял парчовое покрывало. Руки короля были сложены на груди, и в них, вопреки моим надеждам, ничего не было зажато.

— Ты чего? — шепотом спросил Гааз со странным выражением во взгляде. Походу, парень решил, что я тронулся.

— Есть подозрение, что где-то в его одеждах или под ним самим может быть спрятан очень ценный артефакт.

Глава лекаря заблестели любопытством, но мне было не до него. Меня интересовал исключительно Удон. Ведь всю эту движуху со штурмом я затеял только ради поисков Яйца. Смутная догадка зашевелилась, когда пришло письмо Кирилла, упомянувшего, что с помощью главных ресурсов можно улучшать не только оружие и вещи. А когда Кафка рассуждал о настоящем святом, тело которого не исчезает, моя теория оформилась окончательно. Я предположил, что отъезд королевского сына был лишь отвлекающим маневром, а на самом деле Изумрудное Яйцо так и осталось у папаши. Если принять это за правду, становится понятно, почему Ваурсента так и не нашли. И почему в Багряной Твердыне существует улучшенная регенерация — это аура мощного ресурса. А находится он на теле Удона, которое именно поэтому не испарилось.

Почему-то мне казалось, что Яйцо должно быть зажато прямо в его ладонях. Но если нет, стоит проверить, не спрятано ли оно в груди, куда король нанес себе кинжальную рану.

Преодолевая отвращение, я попытался опустить руки покойника, однако это оказалось непросто, он давно превратился в мумию. Иссохшее тело хрустело и поскрипывало, порой издавая жалобные звуки, словно Удон стонал от нестерпимой пытки. Блин, чувствую себя стервятником-трупоедом. Хорошо хоть никакую косточку ему не сломал.

Справившись с непослушными руками давно усопшего короля, я расстегнул темно-синий кафтан. Вернее, не расстегнул — древние нитки настолько прогнили, что державшиеся на них пуговицы от малейшего соприкосновения сами осыпались на дно саркофага. Под кафтаном виднелась почти истлевшая сорочка, я подцепил ее за край и резко дернул. В колеблющемся свете факела перед моим взором предстала некогда могучая грудь Удона. На посеревшей, сморщившейся коже не оказалось не то что следа от кинжала — ни единой царапины!

Холодея от нехорошего предчувствия, я стал рвать на трупе одежду. Где, где⁈ Полуистлевшие ткани тихо трещали под моими руками.

— Что ты творишь? — в ужасе прошептал Гааз, но мне было не до него.

Разорвав все, что можно, я сунул в руки лекаря факел. Еще раз осмотрел посеревшую грудь, потом живот, ноги. Сдерживая тошноту, схватился за край плаща и перевернул труп спиной вверх. Но и здесь не было никаких следов от кинжала.

Похоже, я повелся на глупую сказку, не имеющую ничего общего с нашей виртуальной действительностью. Перевернул небо и землю ради этого замка — и все зря.

Разочарование было слишком велико. Я вернул труп в исходное положение и в бессилии опустился на ступеньку, прислонившись спиной к саркофагу. Вот дурак, а⁈ Придумал теорию, сам себя убедил, поверил в нее! Чуть не сошел с ума, открывая тысячу сундуков — ради того, чтобы быстрее взять нужный уровень. Заставил Руддера и Папу пойти на Багряную Твердыню. Преодолел кучу препятствий, составляя схему замка, убрал Мечеворот, встретился с предателем Упрехтом, пожертвовал кровью Элгиона, создал жемчужную ферму. И все для чего? Чтобы в результате узнать, что легенда о гребаном Удоне — полная чушь⁈ Что все труды насмарку⁈

Силы разом оставили меня, отчаяние накрыло с головой. Сидя на ступеньке у саркофага, я бездумно смотрел, как пламя факела отбрасывает на стену неровные, пляшущие блики. Казалось, там, в саркофаге, король беззвучно хохочет над моим провалом.

— Можно мне попробовать? — послышался голос Гааза.

— Валяй, — вяло махнул я рукой.

Мне было все равно. Раз на теле Удона не нашлось ран, значит, спрятать Яйцо ему было некуда. Проглотить его он не мог: все главные ресурсы гораздо больше стандартного размера. Разве что распилил и сожрал… Чушь!

Гааз что-то бормотал, но я не слушал. Толковых мыслей почти не осталось, одни сожаления. Как жаль, что у меня нет артефакта, чтобы слетать в прошлое и узнать у паршивца, куда он дел Яйцо. Как жаль, что я не могу порыться в его голове, в его мыслях, памяти. И узнать-таки у короля, куда он дел гребаное Яйцо! Как жаль, что…

Лекарь тихо охнул, и я машинально поднял на него глаза. Он склонился над телом, пристально вглядываясь в лицо покойника, словно хотел прочесть на нем ответы на мои неозвученные вопросы.

— Что там? — полюбопытствовал я, поднимаясь и заглядывая в саркофаг.

Снятый с головы короля шлем теперь лежал рядом, копна густых рыжих волос разметалась по сторонам.

— Такое чувство, что ему этот локон специально приклеили, — Гааз ткнул пальцем над правой бровью Удона. — Сам посмотри.

Одна из прядей действительно прилипла ко лбу.

— И что? Наверняка из-за высохшей крови, вот, кстати, и след.

— Есть у меня одна мыслишка, — Гааз деловито расстелил на груди короля белый платок и принялся выкладывать из своего мешка инструменты, среди которых я узнал только скальпель и пинцет.

Ничего себе арсенал! С другой стороны, у меня же есть всякие щупы и другие железяки, так почему хилер не может иметь свои?

Я молча наблюдал за манипуляциями Гааза. В его руке появился флакон с прозрачной жидкостью, в которой он обмакнул свернутую в несколько слоев тряпицу. Приложил ее на несколько секунд ко лбу Удона, потыкал и аккуратно отделил волосы. Затем подцепил кусочек кожи, оголив желтоватую кость. Его движения были настолько четкими, выверенными и бережными, словно он делал настоящую операцию живому человеку, а не трудился над виртуальным трупом.

— Видишь эти серые бороздки? Ничего не напоминает? — спросил он, протирая тряпицей кость.

Я в недоумении развел руками.

— Краниотомия! Ему сделали четыре пропила, достали кусочек кости, а потом снова уложили на место. Самая настоящая костно-пластическая трепанация черепа. Очень хорошая работа. Нам бы таких хирургов.

Говоря это, Гааз подковырнул кость каким-то хитрым приспособлением и в образовавшуюся полость погрузил пинцет.

— Ты не это ищешь? — прошептал он через полминуты, держа в пинцете бесформенный комок высохшей слизи.

Нахмурившись, я в недоумении покачал головой.

— Мозжечок? Или гипофиз? Нафиг мне эта гадость?

Гааз сделал на комке кольцевой разрез, слегка постучал по нему, и затвердевшая грязь слетела, как ореховая скорлупа. А я онемел — лекарь, невинно глядя на меня, держал сияющее зеленое яйцо. То самое Яйцо!

Мне хватило сил лишь на то, чтобы тихо пробормотать:

— Это…

Конечно, у меня была мысль поковыряться в мозгах Удона, но ведь не в буквальном же смысле!

— Наконец-то я могу хоть немного отплатить за то, что ты для меня сделал! — радостно сказал лекарь и сунул мне в руку ресурс.

Немного? Он не представляет, о чем говорит!

Меня накрыла волна облегчения. Все было не зря! Жемчужина, Орех, Солнцедар, а теперь еще и Изумрудное Яйцо — есть! Осталось найти главный рес тинов, и мы спасены!

Я опустился на ступени и блаженно закрыл глаза. Как на качелях, блин! Прибивает то от радости, то от отчаяния.

Хитрость +1. Текущее значение:31

— Судя по отсутствию следов заживления, операция проведена непосредственно перед смертью, — пояснил между тем Гааз. — Видимо, в результате нее он и умер.

Лекарь вдруг ткнул пальцем в гробницу и тихо ахнул. Я вскочил, пытаясь понять, что произошло. Кинул взгляд вглубь саркофага — там по-прежнему лежал бордовый шлем, обрывки парчовых одежд, инструменты Гааза и… все. Тела не было!

— Ку… куда он делся? — заикаясь, пробормотал Гааз.

Куда-куда… Туда, откуда не возвращаются. Если в теле непися больше нет Яйца, то и сохраниться оно не может. А значит, все мои выводы были верны.

На лестнице послышался топот множества ног, и вскоре дверь открылась. Вошли оба кланлидера, а следом за ними еще несколько Тигров. Их лица не предвещали ничего хорошего.

— Гермес, что происходит? — хмуро спросил Крутяк.

— Эмм… Не понял?

— Ускоренный реген пропал! Твоя работа?

Телль, который тоже был среди пришедших, мстительно ухмыльнулся.

— Его, чья же еще?

Я бросил взгляд в угол интерфейса — зеленая стрелка исчезла. Тьфу ты, блин, почему ж я не подумал, что так будет. Впрочем, это ничего не изменило бы.

Незаметно наступив на ногу Гаазу и призвав его тем самым не лезть в разговор, я красноречиво развел руками.

— Мужики, не в курсе. Мы хотели посмотреть, нет ли на нем каких-нибудь артефактов, откинули покрывало, а он вдруг исчез. А про реген — я только сейчас заметил, когда вы сказали.

— Ага, конечно, — прошипел Андрей. — Сказочник, блин. Небось, спер что-нибудь с его трупа и…

— И он с горя испарился? — насмешливо перебил я. — Замаял ты своим нытьем. И вообще, — я повернулся к Папе, — у нас в замке родная земля. Никто никогда не решится на него напасть. Разве это не стоит такой мелочи, как потерянная прибавка к регену?

Он задумчиво смотрел на меня и молчал. Не сомневаюсь — не поверил моей лжи. Остается надеяться, что последний аргумент все-таки его убедит.

Так и случилось: лидер скупо улыбнулся и кивнул.

— Ты прав, все это ерунда по сравнению с родной землей и возможностью добывать жемчуг прямо в замке. Пошли, ребята, не будем им мешать.

— То есть как? — возмутился Телль. — Ты позволишь ему…

Быстрый взгляд Папы — и парень заткнулся на полуслове. Все вышли, мы с Гаазом остались одни. Я задумчиво смотрел им вслед, и тут услышал, как лекарь жалобно застонал. Повернулся — он держал в руках оставшийся от Удона шлем. Протянул его мне и чуть ли не со слезами сказал:

— Возьми. Невероятная штука.

Я взглянул на описание.

Королевский шлем-чаша удачи

Ранг: легендарный

Удача: + 20

Свойство: при использовании для изготовления зелий +20% к силе зелий.

Вид: универсальный

Требования: нет

Нехило!

— Двадцать процентов к силе зелий — это как? — уточнил я.

— Если дает защиту, то она будет крепче, если хилка — даст больше здоровья.

— Это и так ясно. А если эликсир инвиза?

— Ну-у… — пожал плечами лекарь. — Наверное, действовать дольше станет.

Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг протянул шлем Гаазу.

— Держи шапку, будешь варить в ней крутые варева.

Он отдернул руки, словно от горячего утюга.

— Ты серьезно⁈

— Абсолютно. Бери, заслужил. Не уверен, что без тебя я смог бы найти Яйцо. Не каждый, знаешь ли, догадается в черепушке пошарить.

Парень с благоговением взял шлем, перевернул его макушкой вниз, и тот действительно стал похож на магическую чашу.

— Спасибо. Для меня это… Прямо не знаю…

— Забей. Ладно, пора мне лететь. Передай нашим, праздновать не буду, дела.

Покончив с аттракционом невиданной щедрости, я активировал свиток и через секунду был в Мергусе.

Оказавшись в городе, я первым делом решил отыскать Басю. Во-первых, пусть порадуется, во-вторых, они с Роном, небось, до сих пор ищут сведения о Яйце. Но ни в каких фолиантах не указано, что оно теперь хранится у меня в инвентаре.

Все во мне ликовало. Представляю, как принцесса обрадуется! И не она одна.

Вообще странно, что Баська так долго не объявляется. Обещала сообщить о результатах похода в библиотеку, но так и не вышла на связь. Придется ее искать самому. Вот только где?

Одна идея у меня была: после разговора с Гаазом я смекнул, что светящиеся морды, которые он в упор не видел, и есть тот самый Лик миридов. Помнится, Верховный служитель говорил, что у них немало последователей, и все они готовы будут мне помочь. Остается найти хоть одного «человека-фонаря», и он, надеюсь, сможет навести меня на правильный след. Жаль, что я не запомнил ники тех двоих. Зато помню места, где их видел.

Максимально быстро я направился к рынку на углу, где встретил светящегося торговца. Но его не нашел. Сколько ни расспрашивал других продавцов, никто не смог вспомнить парня в желтой рубашке.

Атлетика +1. Текущее значение:45

Второй мужик с Ликом встретился мне на дороге, и где его теперь искать, совершенно непонятно. Я медленно побрел к «Голубятне», по пути внимательно разглядывая лица прохожих.

Кто-то слегка дернул мой локоть, одновременно послышался голос:

— Не меня ищешь?

Я резко обернулся — передо мной стоял Чупс, мальчик, который при прошлой встрече отправил меня в катакомбы. На этот раз дрессированных божьих коровок у него на плече не было, но его лицо светилось, как у двух других «фонарей». Каким образом он почувствовал, кто именно мне нужен?

— Привет, — обрадовался я. — Ты тоже сойдешь.

Не сговариваясь, мы переместились в небольшой закуток, типа подворотни, и перешли на шепот.

— Мне нужна принцесса Басхиора, — сообщил я. — Знаешь, где ее найти?

На светящемся лице пацана отразилась горечь.

— Не-а. Они с Роном пропали.

Где-то внутри у меня пробежал легких холодок.

— Как пропали⁈ Когда? Где?

— Тише! — зашипел он. — Пару дней назад. Ушли к Хранителю и не вернулись. Наши их искали — бесполезно. Чую, что-то случилось.

— Погоди, может, ты просто не в курсе? Кто тебе вообще об этом рассказал?

— Помощник ее прилетал, который Осфен. Знаешь такого? Ну вот, говорю ж, велел найти. Мы с ребятами где только ни шуршали, толку ноль.

— Ясно. Если что-то узнаешь, сообщи, ладно? Я живу у площади, «Голубятне».

Чупс кивнул вихрастой головой и через секунду растворился в толпе. А я вернулся домой, сел на постель и задумался.

Н-да, засада. Придется топать к Хранителю и попытаться выяснить, куда делась Басхиора. Блин, стремно-то как. Опять идти в Пустоши, опять рисковать быть съеденным. Проводника в лице Клары мне больше не светит. Жаль, не знаю, где теперь живет Элхо, она могла бы послужить охраной, если, конечно, ее трепетный женишок не сожрал бы меня раньше.

Стремно не стремно, но надо добраться до селенья миридов и найти Баську. Только она знает, как создать из главных ресурсов столь необходимый нам всем артефакт из пророчества. Правда, сначала нужно отыскать недостающий, пятый рес. А еще раньше — спрятать четыре имеющихся.

Перекусив, я забежал в храм, чтобы оттуда портануться в склеп праотца, а заодно перекинуться парой слов с Гурумоном. Нутром чувствовал, что старик еще не раз мне пригодится, поэтому хотел наладить более тесный контакт.

Едва я оказался в храме, как увидел улыбающегося хранителя. Он шагнул ко мне и радостно пропел:

— Приветствую тебя, мой юный друг.

— И я вас, уважаемый. Вот, забежал, чтобы еще раз поблагодарить за помощь и спросить об одном видении. — Мифическое «видение» я заранее придумать не удосужился, поэтому пришлось импровизировать на ходу: — Недавно у меня вдруг померкло в глазах, и я очутился возле большой скалы, весь склон которой был испещрен барельефами с изображением человеческих лиц. Рядом с ней я увидел самого бога Тиндея с молотком и зубилом, он высекал новое лицо. И это было ваше лицо, достопочтимый Гурумон. Никак не могу понять, мне все это привиделось или Тиндей действительно отметил вас за бескорыстную помощь служителю его культа?

Старик на секунду опешил, а затем покачал головой.

— Увы, мне, простому смертному, не дано понять смысл таких откровений.

Робкая, но счастливая улыбка на его лице дала понять, что мои слова доставили Гурумону истинное удовольствие.

Мы перекинулись еще парой фраз, и он поспешил к небольшой очереди жертвователей жемчужин, а я активировал свиток телепорта. Просить старика связаться с Басей я не рискнул — не стоит раскрывать, что я связан с миридами.

Оказавшись в склепе, осмотрелся: на стенах все так же горели негасимые факелы, посреди зала возвышалось дерево, которое Бася вырастила, чтобы освободить мою ногу от придавившей ее балки, вокруг него поблескивали осколки люстры. Все такое привычное и уже почти родное.

Я подошел к самому темному углу и выложил в ряд на полу все четыре ресурса. Полюбовался на их сияние и вдруг поймал себя на мысли, что невольно улыбаюсь. Еще немного, еще один рес, и…

Почему-то покидать пристанище праотца было жалко. Но дело есть дело. Пора лететь на Каменистое плато. Там теперь царит Андрес, он поможет.

Глава 17

На Каменистом плато меня ждал уже привычный ветер, несший тысячи песчинок из Пустошей. Сойдя с круга телепорта, я осмотрелся, но в инвиз уходить не стал.

У ближайшего здания все так же стояла поилка, рядом фыркали привязанные лошади. Солнце ярко светило, придавая круглым домам из песчаника своеобразную привлекательность.

Завернувшись в плащ и натянув на лицо маску — а как еще спастись от всепроникающего ветра? — я двинулся через рынок. Тут народу было побольше, слева под улюлюканье зрителей спорили два здоровенных мениольца, справа толпился народ. Идя мимо, я с удивлением понял, что бродяги окружили парня, читающего стихи, остановился и прислушался. Худосочный элгион в пестрой бандане нараспев декламировал:

Андрес будет наш король,

Лучше нет на эту роль.

Мы за Андреса горой,

Мы поддержим всей толпой.

Н-да, высочайшего класса поэзия. Шекспир на пару с Пушкиным нервно курят в сторонке. Я усмехнулся и пошел дальше, на ходу уловив, как один из зрителей ответил чтецу:

Андрес твой — известный плут,

За него нас всех убьют!

Кто-то на него шикнул, другой вступился, и через минуту вместо чинной толпы образовалась массовая драка. Я покачал головой — народ здесь никогда не скучает! — и направился к бывшей таверне Толстого Пью.

«Зеркало пограничья» встретило меня гулом пьяных голосов, запахом жарившегося на вертеле барана, перемешанным с ароматом свежесваренного пива и въевшимся в каждую щелочку, в каждую пылинку амбре от пота и давно не стиранных носков. Благо в этот раз вокруг не летали стулья, а на голову не сыпались сломанные лестничные перила — видимо, пик веселья был еще впереди.

Братия Андреса пировала в центральном зале. Человек сорок сидели за столом, поставленным буквой «П». То один, то другой ежеминутно вскакивал и заплетающимся языком произносил несколько слов.

Во главе ломящегося от яств стола пустовало роскошное кресло, рядом с которым восседала Ромашка. Я внимательно оглядел зал в поисках Андреса. Среди хмельных рож обнаружить Мастера воров не удалось, и я направился к стойке. Сейчас за ней вместо бесформенного Толстого Пью возвышался тощий как жердь парень в засаленной замшевой куртке, над ним блестело имя «Гауф». Судя по осоловевшим глазам, верзила со всей ответственностью относился к престижу заведения и с каждой налитой кружки снимал пробу, чтобы ни дай бог кому-нибудь из посетителей не достался некачественный продукт.

— Эй, любезный, не подскажешь, где найти Андреса? — окликнул я его.

Но Гауф, не обращая на меня ни малейшего внимания, принялся протирать грязной тряпкой пузатый бочонок. Лишь заметив мой ник, окинул меня взглядом прищуренных глаз и спросил:

— Не тот ли ты перец, что водил наших за сундуками с золотом?

— Тот самый…

— Эх, жаль, меня тогда не было в Мергусе!

— И на твой улице встретится пещера с сокровищами, — усмехнулся я. — Да такая, что все унести не сможешь.

Парень, походу, воспринял мои слова как издевку. Скуксился и ткнул большим пальцем себе за спину.

— Там ищи своего Андреса, — недовольно просипел он и снова принялся отдраивать бочонок.

Двинувшись в указанном направлении, я споткнулся о сладко посапывающего пьянчужку, примостившегося на полу у самой стойки. От моего пинка он вскочил, вскинул руку, прокричал:

— Да здравствует королевство воров на отдельно взятом плато!

И, мешком повалившись на пол, с чувством выполненного долга снова захрапел.

Я прошел узеньким коридорчиком и уперся в небольшой закуток. Там у массивной дощатой двери стояла скамейка, на которой в ожидании аудиенции ерзали несколько пожилых неписей. Ни дать ни взять депутатская приемная. В старике рядом с тучной бабкой, вцепившейся в плетеную корзину, я узнал отца Барсола — парня, погибшего в Пустошах от шипов клестиры. Похоже, исцелить колено старику так и не удалось — он горбился, опираясь на крючковатый посох и с тихими стонами потирал больную ногу.

Я решительно шагнул к двери, но визг бабки меня остановил:

— Ишь ты какой прыткий! За Гороном будешь, — ткнула она толстой пятерней в сторону сухонького дедка в потрепанном парусиновом плаще.

— Мне только спросить! — отмахнулся я и потянулся к дверной ручке.

Но чудодейственная фраза, разбивавшая, по слухам, броню очередей в советских поликлиниках, здесь не сработала. Отец Барсола крутанул посохом, точно заправский монах Шаолиня, зацепил крюком мой пояс и отбросил меня в сторону.

— Так не пойдет, парень, — тихо произнес он и снова как ни в чем не бывало стал массировать ногу.

Спорить я не стал — не драться же, в самом деле, со стариками. Отступил в коридор и там ушел в инвиз, решив немного подождать.

Ожидание продлилось недолго. Петли жалобно скрипнули, из-за массивной двери вышел бродяга с сальными волосами до плеч, топорщившимися под орлиным носом усами и неровным шрамом вместо левого глаза.

Следом за ним показался Мастер воров, которого я не сразу узнал. Новенький мундир с золотыми пуговицами, аксельбанты, на поясе кинжал с рукоятью, усеянной самоцветами — ни дать ни взять диктатор банановой республики. Интересно, он сам придумал себе образ или Ромашка постаралась?

— Он там будет за час до рассвета. Ты все услышал? — прошептал Мастер носатому.

— Обижаешь! Конечно, услышал. У меня ушей в два раза больше, чем глаз! —

— Как вернешься, сразу ко мне, — бросил Андрес и повернулся к просителям: — Так, что тут у вас?

Мне чужие ходатайства были без надобности, и я решил вернуться к столам, будучи уверенным, что «диктатор» там скоро появится. Прошел мимо Гауфа, проскользнул в зал и прислонился к стене, решив от скуки пока понаблюдать за Ромашкой. И скоро понял, что пьет она раза в два больше любого из местных бродяг. Своеобразный, конечно, вкус у моего друга.

Минут через семь, когда инвиз почти закончился, мимо меня прошел Мастер воров. Протопал к креслу во главе стола, сопровождаемый радостными криками, чмокнул в ухо Ромашку и уселся рядом с ней.

Я двинулся следом, приблизившись к Андресу со спины. Хлопнул его по плечу и открыл было рот, чтобы поздороваться, как он вскочил.

Последним, что я увидел, было сверкнувшее в его руке лезвие.

Сознание возвращалось ко мне медленно, а вместе с ним — жуткая боль в боку. Сквозь кровавую пелену в глазах я увидел склонившихся надо мной бродяг. Из тумана выплыло лицо Андреса, он ткнул мне в губы чем-то холодным и прошептал:

— Давай же, пей!

Может, он сказал это громко, но через шум в ушах я едва расслышал его. С усилием глотнул — боль в боку ослабела, лица окружающих обрели четкость. Стало понятно, что я лежу на полу, а Мастер, поддерживая мою голову, вливает в меня зелье здоровья.

— Еще. Вот так, — приговаривал он.

Вылакав три фиала, я окончательно пришел в себя. Андрес помог мне подняться и придвинул стул. Я сел рядом с ним. Бродяги, оживленно переговариваясь, разошлись по своим местам.

— Ну, ты даешь! — воскликнул Мастер. — Подошел сзади, ударил по плечу. Хорошо, что здоровья много, а то улетел бы на респ.

— Сплоховал, — повинился я. — Но реакция у тебя…

— А ты как думал? Хочешь жить — будь настороже. Не заметил, как ты подошел, и вот результат.

Ромашка хихикнула и быстро закивала. Захотелось сказать ей что-нибудь едкое, но я сдержался.

— Какими судьбами ты вообще здесь оказался? — продолжал тем временем Андрес, кладя мне в тарелку кусок сочного бифштекса.

— Пришел за помощью. Мне нужно в Пустоши, но одному туда соваться некомильфо.

Мастер нахмурился: видимо, это слово ребята Арсения в коды не заложили. Помолчав немного, он ответил:

— Сегодня нельзя.

— Почему?

— Вон, глянь в окно, пыльная буря начинается. Завтра могу дать хоть сотню ребят.

Я машинально посмотрел в полукруглое окошко, но ничего подозрительного не увидел. Однако не верить Андресу повода не было.

— Хорошо, завтра так завтра.

— А сейчас у меня есть для тебя сюрприз. Слышал, ты тут кое с кем водишь дружбу, — он хитро прищурился и вдруг заорал: — Эй, Бахус, пойди-ка сюда.

От другого конца стола к нам приблизился невысокий толстяк и преданно уставился на Мастера воров. Я посмотрел не без насмешки, потому что над головой у него было написано «Мерревей», а вовсе не «Бахус». Походу, парня прозвали так за любовь к возлияниям, о чем красноречиво свидетельствовал розово-красный нос. И дал ему эту кличку кто-то из Явившихся — вряд ли местным известен пантеон древнеримских богов. Или древнегреческих? Уже не в первый раз путаюсь в этом вопросе.

— Притащи-ка сюда нашу вчерашнюю прелестную добычу, — велел Андрес толстяку.

Тот подобострастно кивнул и покатился к выходу из зала.

Восторженный рассказ Андреса о том, как ему удалось все перевернуть на Каменистом Плато, я слушал вполуха. Конечно, был рад за него, но сейчас меня больше интересовал обещанный сюрприз.

Мерревей вернулся минут через десять, ведя за собой Осфена и Армунеля, обоих — в поблескивающих магических наручниках. Они держались прямо, расправив плечи и гордо подняв головы. Но, увидев меня, разом сбились с шага. Слегка растерянный, я вскочил и даже сделал пару шагов, но взял себя в руки и вернулся к столу.

— Ты кого привел? — рявкнул на подручного Андрес.

— Ну как же… — опешил тот. — Как велено, вчерашнюю добычу.

— И чем же эти Длинноликие, на твой взгляд, прелестны?

В глазах Мерровея мелькнула искра понимания.

— Так ты о ней? Сейчас! — Бродяга развернулся к миридам и стал их подталкивать: — А ну назад! Пошевеливайтесь! Пшли, говорю!

— Притормози. Погоди немного, — остановил я его и обратился к Андресу: — Откуда они у тебя?

— У нового кэпа выкупил. Король Грегор даст за них неплохую награду. Там еще одна была, досталась почти бесплатно. Но это так, мелочь. А эти…

— Мне хотелось бы с ними поговорить. Наедине.

— Говори, — Мастер воров великодушно махнул рукой и приказал Мерровею: — Отведи их в Синюю гостиную, ту, которая над кухней!

Почему гостиную называли синей, одному Теодару известно. Самая обыкновенная жилая комната захолустного постоялого двора. Причем стены и занавески песчаного оттенка, как почти все на Каменистом плато.

— Ни в коем случае не снимай наручников, эти длинномордые — сильные маги, — предупредил Бахус и закрыл за собой дверь.

Я нетерпеливо повернулся к миридам.

— Что случилось?

— Нас захватили в плен! — воскликнул Армунель, прижав руки к груди.

Не парень, а капитан Очевидность. И я тоже хорош, криво сформулировал вопрос.

— Подожди, — перебил его Осфен и внимательно посмотрел на меня. — Ты все еще на нашей стороне?

— Ну, знаешь… — в моем голосе прозвучал упрек. — Рон лично наградил меня Ликом. Думаешь, в шутку?

— Прости, — заторопился старик. — Столько всего произошло…

Он сел на кровать и закрыл лицо руками.

— Давайте не будем терять время. Я повсюду искал кого-нибудь из ваших. Один парнишка с Ликом миридов рассказал, что Басхиора и Рональд пропали.

— Это не совсем так, — поправил меня Осфен, и голос его дрогнул. — Верховный служитель погиб.

— Что⁈

— Увы. В свитках миридов должность вакантна. Это может означать только одно — Рона нет на этом свете.

Я почувствовал, как сердце ухнуло вниз.

— А Бася⁈

— Принцесса жива, но никто не знает, где она. Именно при попытке выяснить ее судьбу нас и поймали.

Слушая его, Армунель стиснул руки и добавил:

— Они вдвоем пошли к Хранителю. А теперь его нет.

Он сел на кровать рядом с Осфеном, но тут же вскочил. Его смуглое лицо раскраснелось, глаза зажглись нетерпеливым огнем.

— Без Рональда, без Басхиоры, без Хранителя — зачем мы нужны? Наша миссия провалена, и теперь этот мир будет захвачен созданиями, в сердцах которых нет ничего, кроме зла!

— Подожди, — воскликнул я, — о чем ты?

Осфен горестно поджал губы.

— Он прав. Мы не справились.

— Да успокойтесь вы! Бася жива, вы же сами сказали. Так что незачем психовать раньше времени. Объясните толком, что и как произошло.

— Поверь, мы сами не знаем, — пожал плечами старик. — Когда мы отправились вслед за принцессой и Верховным служителем, то увидели на месте священной дубовой рощи одни щепки. Хранителя тоже не было.

— Зачем они вообще туда пошли?

— Не сказали, — он тяжело вздохнул.

Придвинув стул, я сел напротив него, глаза в глаза. Наклонился и тихо попросил:

— Пожалуйста, подумай. Возможно, есть какие-то предположения, наметки, где искать Басхиору. Сделаю все, что смогу, переверну небо и землю…

Я не врал. С тех пор, как мне стало известно, что принцесса пропала, в моей душе поселилась маята. Даже смерть Рональда не произвела на меня такого тяжелого впечатления, как Басино исчезновение. Что бы я ни делал, с кем бы ни говорил — мысль о ней фоном сидела в голове и не желала испаряться.

— Думаю, ее забрали зверолюди, — задумчиво ответил Осфен. — В последнее время в Пустошах происходит непонятное движение. Они явно что-то задумали.

— Почему ты так решил?

— Трудно сказать. Просто чувствую. Их стало намного больше, в том числе и из племен, которых мы раньше в глаза не видели. Они появляются в самых неожиданных местах, где до этого никогда не встречались. Поверь мне, грядут изменения, и они пойдут от зверолюдей.

— Допустим. Но зачем им принцесса?

Старик отвернулся, и мне показалось, что в его глазах блеснули слезы. Помолчав, он ответил:

— Кто же знает. Возможно, чтобы надавить на нас или что-то получить в обмен. Не исключено, что они даже пытают ее.

— Басхиоре известно что-то важное для них?

Он пожал плечами и посмотрел на меня с такой болью, что я отшатнулся.

— Гермес, мы действительно понятия не имеем. Можем только предполагать.

Поняв, что от них больше ничего не добиться, я встал и направился к двери.

— Хорошо, разберусь сам. А сейчас… Попробую вас освободить.

Я открыл дверь, и на меня чуть не рухнул Бахус, прильнувший ухом к замочной скважине.

— Не уводи их, пусть подождут нас с Андресом, — бросил я ему и направился к Мастеру.

Тот стоял в зале, возле стола, разговаривая с несколькими бродягами. Увидев меня, он похлопал одного из них по плечу и пошел навстречу.

— Все выяснил, что хотел?

— Продай их мне, — сходу выпалил я.

Он удивленно замер, но тут же рассмеялся.

— А что, и продам — если дашь больше, чем король. Думал, скажу, бери так, типа подарок? Не-ет, хоть мы и друзья, но я сейчас сильно нуждаюсь.

— Ох, ты и шельма. Сколько?

— Грегор дает по золотому за мирида.

— Окей, тогда два за обоих, — я порылся в инвентаре и выудил монеты.

— Постой, — запротестовал он, отдергивая руку. — Ты должен заплатить больше, чем он. Давай три за пару пленников.

Широко улыбнувшись, я сунул ему в ладонь две голды.

— Не-а. Ты избавлен от необходимости конвоировать их к королю — это во-первых. В Мергусе тебя не жалуют, все вспоминают смерть Акосты — во-вторых. Так что ты мне еще сдачу должен, ну да ладно, прощаю, мы же друзья.

— Ну, ты и ше-ельма, — протянул Андрес, и мы одновременно расхохотались.

Изворотливость +1. Текущее значение:23

Вместе мы вернулись к Бахусу, и он передал пленников в мои руки.

— Сними с них наручники, — велел я.

— Но тогда они улетят, — он вопросительно посмотрел на Мастера воров.

— Делай, что тебе говорят, — подтвердил Андрес, и Мерревей нехотя подчинился.

Взяв за локоть Осфена, я отвел его в сторону.

— У вас есть телепорты?

— Конечно, — кивнул он, потирая запястья.

— Тогда возвращайтесь к себе, вы свободны. А Басхиору я найду.

Он схватил меня за руку и сжал мою ладонь. В его глазах появилось такое проникновенное выражение, что мне стало неловко.

— Спасибо тебе. Не зря Верховный служитель наградил тебя Ликом миридов!

— Давайте уже, двигайте, — я специально взял грубую ноту, чтобы спустить его с небес на землю.

Старик все понял и, махнув Армунелю, поспешно полез в складки балахона. Через несколько секунд, поклонившись нам с Андресом, оба растворились в воздухе. А я повернулся к другу.

— А второй сюрприз?

— Что? — не понял он.

— Ну, ты говорил, что кто-то достался тебе почти даром.

Не скрою, была у меня надежда, что этим «кем-то» может оказаться Бася. Глупая, совершенно необоснованная надежда, которую я пытался потушить, понимая ее неразумность. Но она все равно тлела в душе.

— А, точно, забыл! Так, где тут… Бахус!

Тот заглянул в комнату, и Андрес скомандовал:

— Тащи сюда нашу красавицу!

Глава 18

Пока я гадал, какой сюрприз приготовил Мастер, дверь открылась, и Мерревей втолкнул в комнату зверочеловека в магических наручниках. Я почувствовал горькое разочарование. Кем бы ни был этот людоед, принцесса им быть не может.

Но стоило мне приглядеться, как брови сами собой поползли вверх — Элхо!

— А вот и наша красавица! Ну разве не прелесть? — рассмеялся Андрес и ткнул меня локтем в бок. — Твоя подружка, что ли? Только и твердит — Гермес, Басхиора, Басхиора, Гермес. Больше ничего сказать не может, похоже. Уж не знаю, кто такая Басхиора, но сдается мне, что Гермес — это ты. А?

Не слушая его, я вскочил и бросился к дикарке.

— Элхо!

— Геррме-ес! — протрубила она. — Я искать Гермес, я найти Гермес!

— Рад тебя видеть. Ты принесла мне какую-то весть?

Зверотетка рыкнула в сторону Андреса, и тот невольно попятился.

— Не говорить сейчас. Чужой здесь.

Я открыл было рот, чтобы сказать, что это друг, но осекся. Вдруг она брякнет что-то про Басю? А Мастеру о принцессе знать не обязательно. Решив так, я повернулся к нему.

— Можно нам поговорить с ней наедине?

Он пожал плечами с деланным равнодушием, хотя было очевидно, что уходить ему не хочется. Но все-таки согласился.

— Хорошо, болтайте.

И неохотно направился к выходу. Едва за ним закрылась дверь, Элхо схватила меня за руки своими мощными лапами. Немного поцарапала, но сейчас было не до мелочей.

— Гермес слушать внимательно, — торопливо зашептала дикарка. — Папа́видеть Рейвул. Рейвул приходить. Понимать? Рейвул сказать люди плохой. Люди забрать ресурсы. Надо убить люди.

— Кого убить? Меня и Басю?

— Нет-нет! — эмоционально рявкнула Элхо и, понизив голос, продолжила: — Все люди в Мидкор. Все плохой. Бог сказать папа́звать много племена. Все дружно идти убивать люди. Папа́звать рыжее, бурое, черное и много другое племена. Все сейчас нападать скоро. Рейвул велеть находить ресурсы. Пять главные ресурсы, чтобы сделать великий заклинание. Тогда люди, которые остаться, быть рабы. Зверолюды — хозяева, простые люди — рабы. Понимать?

— Понимать… — машинально подтвердил я. — Когда папа́готовит нападение?

Дикарка энергично затрясла головой.

— Не знать. Знать, чтобы очень быстро. Сейчас, один день, два день. Не знать. Будет страшное. Будет Великий Плач. Гермес надо думать, чтобы спасти люди. Элхо не хотеть убивать люди. Элхо не хотеть люди умирать.

— Спасибо. Ты…

Закончить я не успел. За окном раздался пронзительный крик:

— Все на стены!

Секунду спустя дверь распахнулась, стоявший в проеме Андрес махнул мне рукой.

— Скорее! Зверолюды атакуют!

Я поспешно вышел, Мастер повернул ключ в замке, оставив внутри Элхо, и мы кинулись к выходу.

На улице нас встретила пыльная буря и толпы народу. Неба не было видно, вместо привычной серой взвеси над нами нависала плотная багровая мгла, сквозь которую едва угадывалось размазанное пятно солнца.

Жители городка неслись к воротам, туда же, завернувшись поплотнее в плащи, устремились и мы с Андресом. Дул сильный ветер, в воздухе клубился песок, забиваясь в рот, в нос, в глаза.

За несколько минут мы достигли стены и по приставным лестницам взлетели наверх. Стена для столь небольшого населенного пункта оказалась на удивление широкой. Сейчас на ней собралось немало воинов: маги, лучники и даже гвардейцы с пиками.

На расстоянии нескольких метров друг от друга были установлены продолговатые ящики из красного полированного дерева, здорово напоминающие гробы. С торца у них имелись раструбы, стилизованные под оскалившиеся пасти монстров.

— Это что за захоронение? — с недоумением спросил я у Андреса.

— Магмапушки. Специально созданы для защиты от зверолюдов. Тьфу, достал этот песок!

Он поискал кого-то глазами и громко выкрикнул:

— Эй, кэп!

Сухощавый мужик в форме, который невдалеке нависал над выемкой одного из гробов и что-то объяснял молодому гвардейцу, выпрямился и покрутил головой. Заметив Андреса, направился в нашу сторону. Высоченный, лицо гладко выбрито, умные, слегка раскосые глаза смотрят прямо и честно. На обеих щеках глубокие то ли морщины, то ли шрамы. Волосы собраны в пучок на самурайский манер, а над головой надпись:

Престус, капитан гвардейцев

— Рад тебя видеть, — подойдя, он пожал руку Мастеру и кивнул мне.

— Я был бы куда больше рад, если б мы встретились в «Зеркале» за бочонком ароматного пива, — скривился Андрес.

— Так и сделаем. Вот только отправим этих недоумков восвояси.

— Думаешь, магмапушки справятся? Не подведут?

Капитан усмехнулся.

— Не сомневайся, они дадут им жару, в самом прямом смысле слова. Стреляют огненной слизью, от которой без магии воды не отделаешься. А эти дикари, сам знаешь, магией не владеют. Только тупая звериная сила, а уж с этим мы как-нибудь справимся.

С уважением покосившись на странные устройства, я перевел взгляд на Пустоши. И буквально остолбенел: из туманного марева на город катились огромные волны дикарей. От края до края, сколько хватало глаз, виднелись враги, а из клубов пыли и песка появлялись все новые. Бежали, скакали, неслись. Причем разные: темношерстые, как Клара, с голубой шерстью, как Элхо, с рыжей, как те, что схватили меня у водопада. Похоже, папаше и правда удалось собрать несколько разных племен. Кстати, где он сам?

— Что-то их многовато, — поежился я.

— Пушек тоже немало, — преувеличенно бодро ответил кэп, — справимся.

Он подошел к ближайшему гвардейцу, пошушукался с ним, потом с другим. А я с легкой оторопью смотрел на подкатывающееся море дикарей. Они остановились метрах в пятидесяти. Молча стояли и смотрели на нас. Из-за их спин слышался топот и гомон новых волн.

Шум справа заставил меня обернуться. Несколько гвардейцев, ощетинившись копьями, смотрели вниз и что-то громко выкрикивали. А от ближайших домов бежала Элхо. Подскочив к стене, она стала поспешно подниматься.

Цепь, соединяющая браслеты магических наручников, была разорвана, ее болтающиеся звенья со звоном бились о перемычки лестницы. С ловкостью ящерицы зверотетка забралась наверх и оказалась недалеко от меня.

— Стойте! — проорал я гвардейцам, готовым насадить дикарку на пики. — Не трогайте ее!

Боковым зрением я увидел, как Андрес что-то прошептал капитану. Тот поднял руку, и гвардейцы тут же опустили оружие.

Растолкав опешивших стражников, Элхо подскочила к краю стены. Размахивая руками, она стала делать знаки соотечественникам и закричала во все горло:

— Ху! Хей-их! Хо-хехом!

Дикари притихли, а она продолжала:

— Папа́! Ху! Не нападать! Хе-хур-рух! Люди хорошие! Ху!

Проследив за ее взглядом, я различил в толпе зверолюдей Хорреса, папашу нашей подружки. Как и положено вождю, он стоял в первых рядах и внимательно смотрел на дочь. Едва она закончила, он завопил в ответ:

— Хурумбу! Ху-мук! Му-хухуну!

По интонации и жестам было похоже, что он приказывает ей замолчать. Но Элхо не унималась:

— Хуту! Ху хумэху!

Может, она и впрямь сумеет уговорить неразумного отца, сдуру послушавшегося злого бога? По крайней мере, морда Хорреса приобрела слегка задумчивое выражение.

Покрутив головой, Элхо заметила меня, по-звериному осклабилась и вскинула лапу, указывая в мою сторону.

Стоявший рядом со мной гвардеец сделал резкое движение.

Вжи-их!

Брошенное им копье просвистело мимо меня и через доли секунды вонзилось Элхо в грудь. Она покачнулась, хватая руками воздух, на мгновение застыла на краю стены, а потом рухнула вниз, прямо на колья, врытые для защиты от зверолюдей.

— Идиот! — заорал я, не помня себя. — Нахрена⁈

Песок скрипел на зубах и норовил забраться в горло, но мне было не до него.

Гвардеец слегка растерялся от моего напора.

— Нечего своими лапищами в капитана тыкать! Шпионка она!

В ту же секунду нас накрыл страшный крик. Полувопль-полувой. Глаза Хорреса буквально вылезли из орбит, рот мучительно искривился. Сейчас он совсем не походил на зверя, весь его облик говорил о душевном страдании. С безумной болью смотрел он на дочь, повисшую на кольях, словно тряпичная кукла. Вопль длился и длился, оглушая нас, но постепенно нотки ужаса и горя сменялись в нем злобой и жаждой мести. Когда он замолк, у меня по спине пробежали мурашки, настолько жуткой казалась наступившая тишина. Лишь пыльная буря, словно предвестник апокалипсиса, гудела, забивая дыхание и лишая зрения. Ветер из Пустошей нес запах зверья, пески и что-то еще — зловонное, приторное, напоминающее разлагающуюся плоть.

Я стоял рядом с Андресом, чувствуя, как атмосфера сгущается, сжимал кинжал, как ребенок обнимает игрушку в темноте, и ждал. Неподалеку капитан Престус отдавал последние распоряжения. Лучники перебирали стрелы, пытаясь чем-то занять руки. Маги хмуро готовились к заклинаниям, их ладони уже искрились слабым светом магической энергии.

Но я не мог отвести взгляда от Хорреса. Он был страшен. Даже сквозь густую пыльную завесу я видел, какой ненавистью горят его глаза. Шерсть на плечах и груди была мокрой от пота, в лапах, мощных, как железные тиски, кружился трёххвостый болас, готовый в любой момент обрушиться на врага. Без слов понятно, что вождь зверолюдов мечтает истребить нас всех.

Вот он вытянулся, весь подобрался, слегка поднял лапу, и этот простой жест заставил тысячи тел замереть. Миг — и его ладонь сжалась в кулак. Первые ряды зверолюдов тут же расступились, и из-за их спин появились твари, которых я никогда раньше не видел. Векабы, как гласили сверкающие над их головами надписи.

Монстры походили на кошмарный гибрид дикого кабана и верблюда. Короткие мощные ноги гулко били о землю, оставляя глубокие следы. Огромные клыки, даже скорее — бивни дрожали в нетерпении. Злые глазки-бусинки горели ядовито-зеленым огнем.

— На позиции! — прогремел голос Престуса.

Векабы рванули вперед с мощью, которую мало что смогло бы остановить. На их спинах между лохматыми горбами сидели зверолюды, раскручивающие пращи с камнями размером с человеческую голову. Каждый взмах с пронзительным свистом рассекал воздух и, перемешиваясь со звуком ветра, превращался в жуткое шипение.

— Лучники, пли! — скомандовал капитан.

Стрелы взмыли в воздух. Сотни острых наконечников металлическим дождем обрушились на кавалерию. Но зверолюды не растерялись. Всадники пригнулись, прячась за горбами своих скакунов, которые явно обладали толстыми шкурами. Несколько боевых свиней с визгом завалились набок, но их место тут же заняли другие. Обстрел, казалось, только раззадорил наездников, они с еще большим рвением стали раскручивать пращи. А потом разом выстрелили.

Небо будто разверзлось, и на стену посыпался град камней. Один из них пролетел в сантиметре от моего лица. Лишь чудо — или быстрота реакции — спасли меня. Отшатнувшись, я осел и моментально огляделся.

Вокруг появились первые убитые и раненые. Стена стала покрываться алыми пятнами. Я видел, как гвардеец справа от меня упал, отплевываясь кровавой слизью, — камень вдавил в его грудь стальной доспех. Слева кто-то стонал, держась за сломанную ногу. Чуть дальше стрелок просто рухнул, когда ему размозжило голову.

— Щиты на магмапушки! Чародеи, покажите, на что способны! — яростно ревел Престус. — Разотрем этих ублюдков в порошок! Залп!

Через мгновение из раскрытых ладоней магов вырвались огненные шары, падая прямо в гущу наступающих. Я приблизился к краю стены, чтобы лучше видеть битву.

Несколько векабов, объятых пламенем, заметались, сбрасывая всадников и давя их копытами. Несущиеся следом притормозить не успели и врезались в них, вспыхнув подобно факелам. Однако все остальные по-прежнему надвигались на нас.

Воздух с грохотом разорвали молнии. Маги высекали из своих рук целые цепи электрических разрядов, которые пронизывали зверолюдов, заставляя их тела корчиться в агонии. Но это их не останавливало, более того — вслед за конницей двинулась пехота, тысячи и тысячи дикарей неуклонно рвались вперед.

Прямо из земли вдруг стали вырастать ледяные дендриты. Огромные, поблескивающие острыми шипами, они вонзались в зверолюдов, поднимали их в воздух, некоторых пробивали насквозь и разрывали на куски. Часть появившихся глыб образовала ледяную преграду, заблокировав пехоту. Но и это не помогло — дикари просто проламывали лед и продолжали наступать, перепрыгивая через тела и неумолимо приближались.

— Почему не стреляют пушки? — гаркнул я, обернувшись к Андресу.

— Подожди, — ответил он, не отрывая взгляда от поля битвы. — У них радиус действия небольшой. Престус знает, что делает, он на этом деле не то что собаку, стадо векабов съел.

Я не видел лица капитана, но слышал его уверенный голос:

— Лучники, залп!

На этот раз стрелы летели плотнее, их острия сверкали сквозь носящийся в воздухе песок. Некоторые зверолюды упали, пронзенные смертельными снарядами, но другие продолжали атаковать, не сбавляя темпа. Они рвались вперед, не замечая ни ран, ни крови. Их пехота уже приблизилась к стене.

— Активировать магмапушки! — раздалась наконец долгожданная команда.

Канониры работали слаженно, как единый организм. Четко и аккуратно они вставили в углубления на гробах магические кристаллы. Каждая их грань переливалась радугой, казалась живой. А через минуту на отполированных торцах пушек вспыхнули руны. По их изгибам пробежал свет. Синий свет. Мерцающий, словно всполохи молний перед бурей.

— Уровень магической энергии в норме! — выкрикнул один из канониров.

Престус повернул голову, его глаза полыхнули решимостью.

— Огонь!

Магмапушки ожили. Из их пастей вырвались потоки жидкого огня. Словно дыхание дракона — пламя, густое, как смола, рвануло вперёд, наполнив воздух грохотом.

Первый залп обрушился на шедших в авангарде векабов. Магма ударила по их горбам, прилипая, как проклятье, и прожигая до костей. Твари шарахнулись в разные стороны, пытаясь сбросить наездников, но те держались крепко — на свою беду. Через мгновение-другое пламя перекинулось на них, превратив в пылающие фейерверки. Их вопли присоединились к реву векабов, которые один за другим падали, их клыки с хрустом вонзались в землю.

Поток магмы не прекращался. Он катился все дальше, поджигая тела, плавя кости и оставляя за собой смерть. Я видел, как дикарь, пылая с ног до головы, пытался сбить пламя песком. Он катался по земле, но огонь был живым — он словно кусал, жрал его плоть. А вода, которой кто-то пытался облить несчастного, лишь шипела и закипала.

Новый залп — огненные струи накрыли и тех, кто лежал на земле, и тех, кто еще стоял на ногах. Горящие тела-факелы метались по полю, а их предсмертные крики смешивались с гулом пламени. Магма была беспощадна.

И вот волна нападавших отхлынула, унося за собой раненых, но десятки тел остались под стенами, изуродованные, растоптанные, обожженные.

— Победа-а-а!

Над стеной пронесся ликующий гул. Я не участвовал в битве, но и мои губы тронула счастливая улыбка.

И все-таки что-то в песчаной мгле Пустошей меня напрягало. Я повернулся к Престусу. Лицо капитана оставалось холодным, как лед. Он, хмурясь и кусая губы, смотрел вдаль, за пыльную завесу.

Перехватив его взгляд, я всмотрелся в мрак бури: вражеские отряды отступили, но не ушли. Благодаря Ясному Взору я видел, как на линии горизонта, там, где сгущается тьма, что-то шевелилось. Появились огни. Они разгорались все ярче и ярче: зверолюды разжигали костры.

Наблюдательность: +1. Текущее значение: 16

Я дышал запахом гари и паленой шерсти, слушал стоны раненых под стеной и всматривался в багровую мглу. И видел, что на пыльной завесе одна за другой начали проявляться отчетливые тени зверолюдов. Много теней. Сначала их движения показались мне хаотичными, потом стали походить на танец с поднятыми руками и подбрасыванием песка. Отблески костров превращали его в мерцающие фиолетовым цветом искорки, которые тут же подхватывались порывами ветра и неслись вперед.

Странный ритуал. А если учесть, что зверолюды не владеют магией, то и бесполезный. Или они призывают богов? Хотят усилить бурю? Но это никак им не поможет. Мы на стене, которая выдержит любую стихию. И у нас магмапушки.

Ветер с Пустошей действительно усилился. Он стал не просто мощным, он рвал одежду, холодными щупальцами пробирался под амуницию и наполнял лёгкие песком. С багряного горизонта начали срываться пыльные вихри, а вместе с ними на приступ пошла новая лавина дикарей. Казалось, после первой атаки их количество умножилось в разы. Волна зверолюдов неслась со скоростью ветра, и буквально через минуту затопила почти все пространство у стены.

— Готовьсь! — разнеслось над защитниками. — Маги, задайте жару! Пушкари, покажите им ад на земле!

Но в этот раз слаженного залпа не получилось. Лишь две крайние пушки вяло чихнули, выплюнув во врагов по чахлой струе пламени.

С магами тоже творилось что-то непонятное. С побелевшими от напряжения лицами они вскидывали руки, что-то бубнили себе под нос, но ни один не смог скастовать заклинания.

Я уже начал догадываться о причине этих странностей, когда кто-то крикнул:

— Пески Рейвула! Они облепили рунный генератор!

Словно в подтверждение этих слов руны на магмапушках начали гаснуть.

— Вот тебе и тупые дикари… — процедил Андрес.

— Лучники! К бою! — послышался хриплый крик капитана.

Залп! Небо потемнело от сотен стрел, но они потонули в бесконечном потоке зверолюдов. Несколько десятков пали, но на фоне тысяч это была капля в море.

Толпы врагов подступали всё ближе, накручивая пращи. Новый камнепад, накрывший нас, был в разы мощнее прежнего. Усилившийся ветер добавил силы броскам дикарей. Увесистые булыжники с грохотом врезались в стену, выбивая каменную кладку. Несколько снарядов угодили в створку ворот, оставив заметную трещину.

— Тащите все, что можете! Усилить ворота, подпереть! — раздался новый приказ Престуса.

Его голос дрожал, но не от страха, а от напряжения.

Остававшиеся внизу гвардейцы тут же потащили к воротам балки, телеги, бочки и даже обломки мебели — все, что могло остановить напирающих дикарей. Им помогали столпившиеся рядом торговцы. Капитан что-то кричал, но грохот, с которым зверолюды бились о стену, мешал его услышать.

Сотни, тысячи тел в унисон рыкали, ревели, ломились. Среди атакующих я заметил могучую фигуру Хорреса. Трёххвостый болас вращался в его руке как живой. Вот вожак размахнулся, и болас, рассекая воздух, полетел к нам. Обвился вокруг ног молодого парня, сбив его с ног, и тот с воплем рухнул со стены прямо на колья. И лишь когда бедолага повис рядом с телом Элхо, я узнал в нем гвардейца, который пронзил ее копьем.

— Ху! Хе-хур-хурук! — издал громоподобный рык вождь, вскинув руки к кровавому небу.

— Хей-хо! Хур-хурук! — эхом ответили ему сотни голосов.

Я не понял, было это выражение радости по поводу свершившейся мести или сигналом. Похоже, последним, потому что через несколько мгновений из-за багровой завесы послышался ужасающий визг, и появились две упряжи векабов, каждая штук по десять тварей. Между упряжами было натянуто несколько пучков лиан, державших каменную голову. Огромную, не меньше трех метров в диаметре. Вероятно, это был обломок статуи, оставшейся от цивилизации перволюдей.

С диким улюлюканьем наездники хлестали векабов плетками, утыканными шипами. Из-под толстой шкур монстров сочилась алая кровь, стекала струйками и, перемешиваясь с песком, застревала в густой щетине, превращалась в багряно-черные наросты. Визг стоял до небес. Несчастные твари, наивно пытаясь убежать от пронизывающей их боли, сломя голову неслись к стене.

Но вот, словно по неслышимой команде, векабы резко замерли. А гигантская голова, продолжая двигаться по инерции, подскочила на бугре и полетела вперед. Вокруг все содрогнулось, раздался оглушительный треск, и ворота, уже ощутимо потрепанные пращниками, разлетелись в щепки.

Зеваки внизу в панике бросились врассыпную. Но мало кому удалось спастись — голова прошлась по ним словно катком, оставив лишь кровавое месиво.

Орда зверолюдов хлынула в образовавшуюся брешь. Гвардейцы бросились им наперерез, но их сразу смели. Волна накрыла не успевшую отступить толпу торговцев. Люди кричали, бежали, спотыкались и падали под ударами могучих лап. Началась бойня.

Сначала небольшими ручейками, а затем бурными потоками дикари занимали оставшееся без защиты Каменистое Плато.

Я обернулся к Андресу.

— Надо валить! Нам тут делать нечего.

— Уходи, а я должен биться! — гаркнул мастер. — Это мой дом, и я здесь король!

Он устремил взгляд на умирающий город. Сквозь туман бури круглые купола его построек казались воспаленными нарывами, готовыми вот-вот прорваться. А узкие улочки — венами, которые все сильнее наполняются отравленной черной кровью.

По печальным глазам Андреса было видно: он прекрасно понимает, что все кончено, но будет бороться из упрямства. Но вдруг его лицо побледнело, и он в ужасе прошептал:

— О боги…

Через мгновение Мастер оказался у приставной лестницы и кубарем скатился вниз. Я тут же рванул за ним.

Глава 19

Сквозь поднятую бурей пыль маячила удаляющаяся спина Мастера. Он несся в сторону толпы зверолюдов, будто стремился догнать свою смерть.

— Стой! — гаркнул я. — Они же тебя разорвут!

Он обернулся и, не сбавляя хода, проорал:

— Ромашка! Она в таверне!

Само собой, я побежал за ним. Хоть невеста у Андреса весьма своеобразная, но он ее любит, и… В общем, надо помочь.

— Погоди, я с тобой!

— Дворами! — ответил он и тут же сменил траекторию, устремившись между домов вглубь квартала.

Я попробовал уйти в инвиз, чтобы не стать жертвой зверолюдов, но не смог — мешал песок Рейвула. Плюнул и, задыхаясь от пыли, помчался следом.

Удивительно, но мы не наткнулись ни на одного дикаря. Андрес вел меня через бреши в оградах, колючие заросли, в общем, по тем местам, до которых враги еще не добрались. Но в просветах между домами, через которые виднелась дорога, я видел трупы, перевернутые телеги, слышал чьи-то пронзительные крики.

До трактира мы добежали за несколько минут. Зверолюдов здесь не было, и я вздохнул с некоторым облегчением. Но тут же понял, что поторопился: входная дверь болталась на одной петле и грозила вот-вот рухнуть. Мы с Андресом переглянулись — его глаза потемнели от тревоги.

Сорвав злосчастную дверь, мы ворвались внутрь и… замерли. Здесь все было разгромлено: на полу валялись перевернутые столы и стулья, стойка, за которой когда-то стоял Толстый Пью, а еще пару часов назад — Гауф, была с корнем вырвана. В стенах виднелись вмятины, неприкаянно болталась шаровидная люстра со светлячками.

Андрес бросился к лестнице, на ходу проорав:

— Наверх!

Вот как узнал? Походу, сердцем почувствовал.

Мы вихрем взбежали на второй этаж. Здесь обстановка была не лучше. Распахнутые двери, перевернутая мебель, разбитые лампы. В середине коридора на груде поломанных деревяшек раскинулись трупы зверолюдов, на одном из них лицом вниз лежала Ромашка. Из ее спины торчала ножка от табуретки, вогнанная, наверное, до самого сердца.

Андрес взвыл и кинулся к возлюбленной. Попытался перевернуть ее, но не смог: зубы девушки намертво вцепились в глотку мертвого дикаря.

— Милая… — прошептал Мастер.

Ее тело вдруг вздрогнуло, Ромашка отпустила свою жертву и, приоткрыв глаза, улыбнулась окровавленным ртом.

— Троих я… все-таки завали…

Голос прервался, голова ее запрокинулась, остекленевший взгляд застыл.

Я бестолково топтался рядом, не зная, чем могу помочь.

— Думал, она уже мертвая… — пробормотал Андрес. — Если бы знал, успел бы дать зелье.

Меня поразила бесцветность, абсолютная монотонность его голоса. Без эмоций, без интонаций. Он замолчал, неотрывно глядя на возлюбленную. Сидел, словно живое воплощение скорби, держа ее голову на коленях.

Прошло минуты две, нас коснулся легкий ветерок, и тело Ромашки растворилось в воздухе. Андрес посмотрел на меня, и я невольно поежился: его лицо превратилось в маску отчаяния.

Нечасто я сталкивался так близко с человеческим горем. Оно потрясло меня своей быстротой и необратимостью. Раз — и жизнь перевернулась.

Что тут сказать? Чем утешить? В горле стоял комок. Прокашлявшись, я мягко произнес:

— Полетели. Здесь больше нечего делать.

Сначала мне показалось, что он не слышит. Потом он поднял на меня глаза, нахмурился, словно пытаясь осмыслить сказанное мной. И решительно покачал головой.

— Нет. Это мой город. Я не отдам его этим тварям.

— Их слишком много, друг. Ты ничего не сможешь…

— Смогу, — перебил он. — Соберу ребят, мы тут все на уши поставим. Будем бить им в спину, мочить отставших, не дадим ни минуты покоя.

— Но…

— Улетай. Тебе точно не стоит здесь оставаться. А мы с друзьями повеселимся. Давай, до встречи.

Он встал и направился к лестнице. Шел неестественно прямо и как-то механически, что ли, словно заводная кукла. Н-да, корежит мужика не по-детски.

Проводив его взглядом, я отряхнулся от песка и попытался активировать свиток телепорта. Но интерфейс сообщил:

В настоящее время телепортация невозможна: точка телепорта занята

Чего-о? Что за ерунда⁈ На секунду я завис, пытаясь найти причину столь необычного сообщения, а потом попробовал снова. Раз, другой, третий — та же шняга. Система упорно отвечала одно и то же.

Мне удалось улететь в Мергус только с восьмой попытки. Тут же стало ясна причина необычного сообщения интерфейса: здесь происходило настоящее столпотворение. Едва я оказался на точке телепорта, как меня тут же пихнули сзади.

— Выходим, выходим, не задерживаемся, — бормотал стражник, который выпихивал прибывающих на площадь, методично работая руками, а порой и древком алебарды.

Я сделал несколько шагов, осмотрелся и поначалу даже не понял, что вижу. А потом… Твою дивизию! Вокруг стояли и сидели тысячи взрослых и детей с корзинами, тюками, сундуками. А за моей спиной появлялись все новые и новые переселенцы. Всюду стоял гомон, люди переговаривались, некоторые женщины что-то кричали и буквально бились в истерике. Это не могут быть беженцы с Каменистого Плато, там просто нет такого количества народа. Чтобы понять, что происходит, я стал прислушиваться к разговорам.

— Они подожгли деревню у околицы. Хорошо, мы в центре живем…

— Мой муж нас с сыном отправил, а сам решил остаться. Сказал, будет защищать село. Да разве против них выстоишь!

— Святой Теодар, я как глянула, чуть сознания не лишилась! Волосатые, шерсть черная, морда страшная. Еле успели упортоваться.

Она говорит о зверолюдах, нет сомнений.

Мимо, расталкивая толпу, прошла группа стражников. В одном из них я узнал Селтербейера. Подскочил к нему и спросил:

— Здоро́во, приятель, с чего такой аншлаг?

— А, это ты, — покосился он на меня. — Не до разговоров мне сейчас. Сам видишь, беженцы валом валят. Дикари напали разом, со всех сторон, на земли всех трех рас. Похоже, возвращаются времена Великого Плача.

Он дернул плечом и пошел дальше. Страж, шедший во главе группы, остановился и, перекрикивая толпу, заорал:

— Так, внимание! Сейчас все идете к западным воротам! Сразу за ними для вас поставлены шатры. Пока не нормализуется, будете жить там!

Я вспомнил палаточный городок, в котором когда-то встретил Маури. Похоже, он снова пригодился.

Стражники рассредоточились, помогая беженцам собрать тюки и показывая нужное направление. А я прижался к стене ближайшего дома — затопчут еще! — и задумался. Полчаса назад мне казалось, что атака на Каменистое Плато — единичная, и руководит ею папаша Хоррес. Но все оказалось иначе. Невероятно, чтобы вождь одного племени смог организовать дикарей по всем Пустошам. Нет, их подбил кто-то куда более могущественный. Например, Рейвул, как говорила Элхо. Или сам Теодар, вернее, его темная сторона.

Что мне это дает? Пока неясно, но чувствую, это может быть важно.

Поначалу я решил дождаться, пока народ схлынет, и спокойно пойти домой. Однако бардак не кончался: беженцы уходили к воротам, но ежесекундно прибывали новые. Я плюнул и стал протискиваться сквозь толпу. Не только площадь, но и прилегающие улицы были заполонены людьми. Как ни странно, не все они были элгионами: встречались и олнейги, и мениольцы. Видимо, бежали в спешке, использовав первый попавшийся свиток. Стражник у точки телепорта не предпринимал никаких попыток как-то отделить нашу расу от других. Перед лицом общей опасности все, казалось, стали одним целым. Никто не ссорился, не ругался. Мужчины с мрачными лицами тащили корзины и сундуки, женщины, держа за руки детей, шли следом и тихонько плакали.

Пару раз я заметил, как из харчевен и таверн повара выносили еду и раздавали беженцам. Те благодарили, некоторые молча кивали. Нескончаемый поток медленно двигался к западным воротам.

Вырвавшись на перекрестке из толпы, я решил сократить путь и направился к «Голубятне» через дворцовую площадь. Заодно прикуплю зелий. Скоро вечер, надо выспаться и завтра с новыми силами заняться поисками Баси. Удивительно, что я больше думаю о ее вызволении, чем об ужасе, творящемся вокруг.

— Не волнуйся, с ней все в порядке, — раздался сзади насмешливый голос. — По крайней мере, пока…

Я резко обернулся — передо мной стоял Упрехт. Те же покатые плечи, но тусклый еще вчера взгляд теперь переменился. Он пронзительно смотрел на меня, ожидая реакции. Хотя он не упомянул Басю, я как-то сразу понял, что валять дурака, типа «О ком ты говоришь?», не стоит. Поэтому просто спросил:

— Что тебе известно?

— Все. Пойдем к тебе, обсудим.

Мне показалось странным, что он нисколько не таится — ведь люди Андреса его ищут и, если случайно встретят, мало поганцу не покажется. Но его это, кажется, не беспокоит. Он вообще сильно изменился, в нем чувствовалась уверенность и сила. Даже набрался наглости, чтобы напрашиваться ко мне. Хорошо, пусть будет так.

Я направился к «Голубятне», на ходу пару раз обернувшись: Упрехт неотступно следовал за мной. Недалеко от трактира маршировал отряд гвардейцев: видимо, Грегор решил выделить людей на борьбу со зверолюдами. Дальше нам пришлось проталкиваться сквозь толпу растерянных беженцев. Их перепуганный вид красноречиво свидетельствовал о том, что нашествие дикарей продолжается.

Мы обогнули дворец, и я в удивлении тормознул: вместо привычного рынка на площади появилась огромная клумба. Причем какая-то… живая. В центре ее цветы были неподвижны, а по краям шевелились, изгибались, в общем, вели себя странно. Спросить у Упрехта, что это значит? Нет уж, обойдусь.

Мы вошли в трактир и поднялись в комнату. Мой нежданный гость без приглашения устроился на стуле. А я в задумчивости подошел к двери на балкон, и мое внимание сразу привлекла та самая клумба.

Сверху она выглядела совершенно иначе. Цветы в ней явно образовывали рисунок — фигуру, похожую на разрезанный на три части круг, с темнотой между ними. Карта Мидкора, я уже видел похожую в селении миридов. Правда, на этой символические Пустоши занимали заметно больше места. А земли королевств — напротив, меньше. Вдоль всей границы между владениями людей и дикарей было видно, как цветы пригибаются, словно растоптанные невидимой ногой, пытаются выпрямиться, но снова склоняются к земле и в конце концов падают. Масса побуревших, мертвых листьев и бутонов росла, а живых оставалось все меньше. Не было сомнений, что передо мной что-то типа магической интерактивной карты, показывающей, как со всех сторон наступают зверолюди.

Передернув плечами, я отошел от окна и сел на кровать, напротив Упрехта. Мы немного побуравили друг друга взглядами, после чего он коротко бросил:

— Твоя подруга у нас.

Сердце глухо стукнуло и на миг замерло. Но дыхание не сбилось, мне удалось ничем не выдать своего волнения. А услышанное, хоть я и ожидал чего-то подобного, действительно взволновало.

— У кого «у нас»?

— У меня и моих друзей. И что с ней будет — зависит от тебя.

Я молчал, лихорадочно соображая. Спрашивать что-либо поостерегся, торопить его — тоже. Нельзя показать, как важна Бася для моих планов. Иначе цену он задерет до небес. Жаль, что я так легко повелся на его слова там, на площади. Надо было делать вид, что знать не знаю принцессу. С другой стороны, тогда он мог бы просто смыться.

Пауза затягивалась, и я заставил себя усмехнуться.

— Ну и?

— Мне нужны главные ресурсы всех рас, — пролаял он.

— Чего-о⁇!!

Мне даже не пришлось притворяться: я и в самом деле был ошарашен и возмущен. Откуда он знает? И как смеет требовать их⁈

— Отрицать бесполезно, — усмехнулся Упрехт. — Они находятся у тебя.

— Да что за бред⁈

— После того, как ты предложил мне кровь в обмен на копию заклинания, я думал, думал, и наконец все сложилось. Когда некий Гермес был пойман охраной дворца в королевской сокровищнице, пропала Черная Жемчужина. Предлогом для нападения зверолюдов стало исчезновение Великого Ореха, хранившегося у Хорреса с давнишних времен. И случилось оно как раз в тот момент, когда ты был у них в плену. Солнцедар ты лично забрал у меня. А теперь твой клан захватывает замок, связанный с Изумрудным Яйцом.

Впечатляет. Я и не думал, что так наследил. Но сдаваться не собирался.

— Чушь. Надерганы какие-то не связанные между собой факты.

Он заржал.

— Ну да, и жемчужное озеро возникло на нейтральных землях тоже по непонятной случайности.

— Я причем⁈ Но мне интересно… Будь ты был прав, и главные ресы действительно были бы у меня — с какой радости, по–твоему, мне отдавать их за девчонку?

— С такой, что у вас любовь.

Я от души рассмеялся. Тут мужик явно хватил через край.

— Нет? — поднял брови Упрехт. — И ресурсов у тебя нет, и любви к миридке? Что ж, это несложно проверить. Не хочешь рассказывать сам, мы спросим у нее. У нас есть корга, так что выяснить правду у твоей подружки не составит труда.

— Что ты мне голову морочишь? — нахмурился я. — Думаешь, не знаю, что корги считывают инфу только с мертвых?

— Именно, — равнодушно кивнул он, и мне реально поплохело. — Если тебе эта девица не нужна, то нам тем более. Убьем ее и узнаем правду. Если я не прав, то буду искать в другом месте. Так даже лучше.

— Почему? — машинально спросил я, в то время, как в душе бушевала буря.

— Наш бог не какой-нибудь Рейвул, а сам Теодар. И он велел уничтожить миридов. Так что ее смерть мне только на пользу.

И тут я не выдержал. Напряжение, с которым я пытался скрыть, насколько для меня все это важно, прорвалось наружу. Заревев как раненый бык, я бросился на Упрехта. Он ловко отскочил и крикнул:

— А, все-таки она тебе дорога!

Секунда — и в его руках появился посох, инкрустированный четырьмя крутыми ресурсами. Он стукнул им по полу, на меня обрушилась волна типа взрывной и, перекинув через кровать, буквально впечатала в стену.

Потеряно 236 хитов

Я не стал дергаться — просто смотрел на его оружие. Оно было мне знакомо. Точно такой посох, помнится, был у шамана Бурлехуна. Вряд ли Упрехт осмелился бы стащить у него это оружие. Значит, тот лично передал ему свой посох. И если раньше в моей душе теплилась хоть небольшая надежда, что этот пройдоха блефует, разыгрывает собственную партию и хочет на этом подзаработать, то сейчас никаких сомнений не осталось — Бася у тинароллов.

Теперь, когда я сорвался, не было смысла притворяться. Этот гад уже понял, что Баська для меня важна. Но пободаться еще немного все-таки можно. Перемахнув через кровать, я снова подошел к окну и сказал:

— Допустим, я сумею найти для тебя главные ресурсы. Но их нельзя ни подарить, ни продать — только отнять силой или хитростью. Так что не пытайся меня уверить, что на них можно выменять девчонку. Ты просто хочешь заманить меня в ловушку. Не выйдет.

В глазах Упрехта мелькнуло удовлетворение. Что ж, я его понимаю.

— То, о чем ты говоришь, верно для торговых рас, — сказал он. — Но тинароллы и мириды освобождены от этого правила.

Я недоверчиво нахмурился, но тут же вспомнил: точно, я ведь беспрепятственно передавал ресы Басе. Значит, Теодар и его супруга не сочли нужным распространять столь важный закон на новые расы. Только при чем здесь этот сморчок?

— Допустим. Но ты элгион.

Упрехт торжествующе усмехнулся и снова ударил посохом об пол. Я напрягся, приготовившись к очередной «взрывной волне». Эх, не стоило мне становиться у окна, чувствую, сейчас окажусь на площади под балконом.

Но воздушного удара не случилось. Вместо этого Упрехт вдруг стал расти, черты его лица изменились, и через секунду передо мной предстал Бурлехун, шаман тинароллов. Сейчас на его поясе не болталось отрезанных голов, но это, без сомнения, был он. Тот же странный тюрбан на голове, тот же боевой раскрас на морде, те же серые руки с потрескавшейся, словно выжженной, кожей. Помнится, при нашей единственной встрече он намеревался меня убить. И теперь с явным удовольствием смотрел на мое изумление светящимися красными глазами.

Быстро взяв себя в руки, я ухмыльнулся.

— Даже так? А где же Упрехт?

— У нас, — голос у него тоже изменился, стал более низким и хриплым. — Я решил, что говорить с тобой будет удобнее в его облике. Но у меня мало времени, поэтому определяйся скорее.

— Подождешь, — зло пробурчал я и отвернулся к окну.

Оставлять вражину за спиной опасно, но сейчас я ему нужен, так что он не посмеет напасть. А вот видеть выражение моего лица ему совершенно необязательно.

Я прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Мысли были в абсолютном раздрае, потому что в эти мгновения я вдруг понял: шаман прав. Бася нужна мне не только для того, чтобы усмирить Теодара. Я просто люблю ее. И все это время не хотел этого осознавать.

Потрясенный своим открытием, я, казалось, даже забыл дышать. Да, безусловно, так оно и есть. Едва появился риск больше никогда ее не увидеть, это стало совершенно очевидно. И я готов отдать все, лишь бы обезопасить ее, еще раз заглянуть ей в глаза, услышать мелодичный голос. Теперь, когда я понимал, что могу потерять ее навсегда, она стала для меня дороже всего — этих дурацких ресурсов, реального мира, даже жизни. В лепешку расшибусь, но ее спасу!

Бурлехун меня не торопил, но много времени на решение не потребовалось. Я повернулся к нему и коротко бросил:

— Гарантии?

Он пожал плечами.

— Как всегда — контракт.

Шаман смотрел на меня с легким удивлением. Я и сам чувствовал, что преобразился, словно осознание своего чувства сделало меня другим человеком. Готовым на все. Бурлехун, видимо, тоже это заметил, и теперь в его взгляде сквозило уважение, а не насмешка.

— Хорошо.

Контракт «Передача Гермесом шаману Бурлехуну Черной Жемчужины, Изумрудного Яйца, Великого Ореха и Солнцедара в обмен на освобождение принцессы Басхиоры» заключен.

— Жду тебя в течение суток, — внушительно сказал мой незваный гость, сунул мне в руки свиток и в следующую секунду растворился в воздухе.

Я тут же развернул бумагу — интересно, где они обитают — и поежился, прочитав:

Лицо Зла

Глава 20

Шаман улетел, а я в бессилии опустился в кресло и стал обдумывать ситуацию. Неужели придется отдать этому гаду ресурсы, добытые с таким трудом и риском? Да хрен с ним, с риском, они ведь нужны мне не для развлечения или собственной крутости. Без них никто не сможет выбраться из Мидкора.

Но и жизнью Баси пренебречь нельзя. Одна мысль о том, что она может погибнуть, заставляла волосы на моей голове шевелиться от ужаса. Не говоря уже о том, что без принцессы некому будет собрать артефакт из пророчества.

Первое, что приходит на ум — обратиться к миридам. Быть может, они в состоянии придумать что-то, что позволит освободить Баську.

Недолго думая, я вскочил и устремился прочь из «Голубятни».

Вечерело. Мне показалось это добрым знаком: в темноте куда легче издали разглядеть сияющий Лик. Однако толпы беженцев на улицах были столь велики, что различить среди них посланцев миридов оказалось невозможным. Да их, видимо, и не было. Все местные попрятались, и только потоки унылых женщин с сонными детьми на руках тянулись к городским воротам. Я толкался среди них несколько часов, но так и не нашел ни Чупса, ни кого-либо другого.

Вернувшись в трактир среди ночи, я повалился на кровать. Впору было тут же заснуть: день выдался насыщенным, тяжелым. Но не спалось, я лежал и мучительно размышлял. И в конце концов пришел к выводу, что остается одно — признать, что в одиночку я с задачей не справился. Встретиться с ребятами из клана, объяснить им ситуацию, позвать на помощь. Причем не только их, всех игроков, ведь беда, о которой пока знаю только я, общая. Ну, допустим, еще не беда, но проблема. Большая.

Сон сморил меня незаметно, а утром, едва открыв глаза, я продолжал думать все о том же, словно и не прерывался.

Если народ согласится помочь, то встанет другой вопрос — срыв контракта с Бурлехуном. Пофиг на прочее имущество, но система реквизирует и Жемчужину, и Солнцедар, и все остальное. Значит, нужно кому-то их передать. Успею ли за сегодня найти хоть одного завалящего мирида и вручить ему ресурсы? Надо постараться.

Я открыл интерфейс и снова задумался. Кому написать — Руддеру, Крутяку, Папе? Пожалуй, последний вариант предпочтительнее всего. Мое сообщение было кратким:

Нужно срочно поговорить. Очень важное дело.

Ответ пришел через пару минут:

Прилетай в Багряную Твердыню.

Перед тем, как покинуть комнату, я снова приблизился к окну и взглянул на клумбу. Территория, занятая зверолюдами, незначительно, но увеличилась. Видимо, защищающиеся дают им отпор, однако не всегда результативный.

Использовав появившуюся после взятия Твердыни кнопку телепорта, я через минуту оказался во дворе замка. Рядом приветливо поблескивало на солнце жемчужное озеро.

Осмотрелся: вокруг шла активная работа. Ребята укрепляли стены, тащили к ним бочки, мешки, какие-то магические агрегаты. Лица у всех сосредоточенные, серьезные.

Меня встретили радостными криками, но быстро вернулись к работе. Проходивший мимо Столет на ходу пояснил:

— Зверолюды приближаются. Готовимся к обороне.

Я понимающе кивнул и направился в замок. В одном из коридоров столкнулся с Руддером; тот, увидев меня, протянул руку.

— Здорово, герой. Не перестаю на тебя поражаться. Ферму в замке создал, ускоренный реген уничтожил. Эти, — он кивнул куда-то в сторону, — тоже твоя работа?

— «Эти»?

— Ну, зверолюди. Ты заставил их напасть на Мидкор?

Фигасе заявочки! Рассмеявшись, я поднял ладони, давая понять, что не при делах.

— Считаешь меня волшебником? Фермы — да, научился создавать. Случайно. Но поднять по тревоге всех дикарей из Пустошей…

— Да я бы уже не удивился, — ухмыльнулся Стас.

— Ты мне льстишь. Не знаешь, где Папа?

Руддер обернулся и на миг замер, словно что-то прикидывал.

— Третья дверь налево, — наконец, сказал он и, подмигнув, отчалил.

Кланлидер сидел в комнате, напоминающей кабинет, за большим, заваленным свитками столом. Надо сказать, здесь он смотрелся куда органичнее, чем на поле боя. Не сомневаюсь, в реале он наверняка ученый, закончивший с полдюжины университетов. Хотя нет, для полудюжины он слишком молод.

— А, Гермес, — скупо улыбнулся Папа. — Выкладывай, что там у тебя за пожар.

Ни стульев, ни кресел, кроме того, что занимал он сам, в комнате не было, поэтому я уселся на стоящий рядом кованый металлический сундук.

— Не пожар. Гораздо хуже.

Он слегка поднял брови, демонстрируя сдержанное удивление.

— Ну-ну, слушаю.

За пятнадцать минут я успел рассказать все. Что состою в родстве с хозяином и главным разработчиком игры, что админы сообщили мне о нарушении в работе системы, о невозможности для многих тестировщиков вернуться в реал. Рассказал о расщеплении личности Теодара, о создании миридов и тинароллов, о таинственном артефакте, который Бася должна собрать из главных ресурсов рас, и о том, что четыре из них у меня. Закончил я историей о похищении принцессы и шантаже Бурлехуна. Единственное, о чем не хватило духу сказать — о причине сбоя, моем гребаном выстреле.

Папа слушал с каменным лицом, ни разу меня не перебив. Умные глаза блестели за круглыми стеклами очков и, казалось, заглядывали в душу. Когда я закончил, он долго молчал. А потом покачал головой:

— Нет, Гермес, так не получится.

— Что не получится⁈

— Во-первых, силами Тигров и академки нам не справиться с тинами. Тут, похоже, надо вообще все кланы собирать. Во-вторых, совсем не факт, что освобождение этой девушки сейчас приоритетная задача.

— Правда? — разозлился я. — И что же, по-твоему, важнее?

Кланлидер спокойно ответил:

— Справиться со зверолюдьми. Не допустить еще одного года Великого Плача.

— Да что за чушь⁈ Тут заперты сотни, а то и тысячи игроков! Неужели важнее защитить нарисованных неписей, чем вытащить реальных людей⁈

— Я не говорю, что этого не надо делать. Однако считаю, что начинать нужно именно с дикарей. Иначе они объединятся с тинами, и тогда их не одолеть никому. А пока они порознь, у нас есть шанс перебить их по очереди.

— Но за это время Басю убьют!

Он с легкой улыбкой развел руками.

— Ты же понимаешь, что нет безвыходных ситуаций. Не будет ее, значит, появится другой мирид, могущий собрать артефакт.

— Поэтому на нее можно наплевать?

— Ты же сам говорил — это просто нарисованный непись.

Я в ярости вскочил, с трудом сдерживая желание вцепиться ему в горло.

— Ну, знаешь…

— Остынь, сядь. Если ты спокойно все обдумаешь, то поймешь, что я прав. Естественно, отдавать ресурсы тинароллам нельзя, иначе их сила вырастет так, что одолеть их уже никто не сможет. Но и от нашествия зверолюдей никуда не деться. Сам знаешь, Багряная Твердыня — ближайший к Пустошам замок. Он будет первым, на который они нападут. Давай так: отобьемся и сразу двигаем к тебе на помощь. А я пока свяжусь с другими кланлидерами.

Садиться я не стал. Потоптавшись на месте, в ярости плюнул на пол и вышел, на ходу бросив:

— Ладно, обойдусь без вас!

Меня трясло от злости. Он что, не понял, что осталось несколько часов⁈ Идиот! Думает, буду сидеть и ждать, а Баську брошу на произвол судьбы? Обломись…

Я несся по коридору, пока не сообразил, что есть свиток телепорта. В Твердыне мне больше делать нечего. Поищу помощь в другом месте.

Оказавшись в Мергусе, я снова поразился столпотворению. Тысячи людей брели по улицам с тюками, тачками, кто-то ехал на телеге, пару раз мелькнули кареты. Стражники разрывались, пытаясь регулировать потоки. Сквозь непрерывный гул толпы я слышал их голоса:

— Надо переправлять в Айноро…

— Правее, берите правее! Лерри, как мы их всех прокормим?

— Передайте Грегору, что Мергус не может принять больше!

Растерянные лица беженцев вызывали оторопь. Даже дети, обычно в любой ситуации находящие развлечения, испуганно жались к родителям. Матери тихо плакали, отцы в отчаянии искали пристанище для своих семей.

Впрочем, я заметил, что сейчас мужчин среди переселенцев было гораздо меньше. Видимо, первый шок спал, и теперь многие из них организовываются в ополчение.

Понаблюдав немного, я стал протискиваться сквозь толпу, и через десять минут оказался у входа в храм Элгиона. Зашел внутрь — в пещере было полно людей, гораздо больше, чем раньше. Некоторые все с теми же тюками и баулами.

Возле алтаря я заметил Гурумона, на его лице застыла горечь. Протолкался к нему и поздоровался.

— А, Гермес, — он вяло улыбнулся. — Вот, гляди, до чего мы дожили.

— Вижу, уважаемый. И даже прилагаю кое-какие усилия, чтобы это остановить. Для этого и пришел: необходимо ваше содействие.

— Снова с кем-то связаться?

— Да. Напишите человеку по имени Андрес, что мне срочно нужна его помощь. Буду ждать его в трактире.

Гурумон замер, а я бесцельно уставился на его покрытый пылью балахон. Похоже, он помогал беженцам или что-то в этом роде. По крайней мере, в предыдущие разы его одежда сияла белизной.

Хранитель шевельнулся и с болью посмотрел на меня.

— Извини. Андрес ответил, что очень занят. Сейчас он со своими людьми обкладывает жилища дикарей хворостом, чтобы превратить их в хорошо прожаренные куски мяса. Обещает прилететь, как только освободится.

Проклятье!

— Понял, спасибо.

Я повернулся спиной к Гурумону и уныло побрел к выходу. Шансы вызволить Басю стремительно таяли.

Остался лишь один человек, к которому можно обратиться. Не хочется, но придется. Хотя, если вспомнить, что он натворил в прошлый раз…

Протолкавшись к центральной площади, я приблизился к клумбе. Судя по ней, продвижение зверолюдов затормозилось. Хоть одна неплохая новость. Я осмотрелся. Обнаружив почтовый ящик, подошел к нему и кинул внутрь жетон, полученный когда-то от Фергуса. Привалился к дворцовой колонне и стал ждать.

Мимо ходили люди: беженцы, горожане, охранники. Мергус гудел, как растревоженный улей. Мое внимание привлекла пара что-то бурно обсуждающих стражников, видимо, идущих со смены во дворце.

— Ужасное убийство, — эмоционально объяснял молодой бородач. — Я собственными ушами слышал доклад нашего разведчика Макфею. Он говорит, кровью был забрызган весь зал, а ухо и вовсе нашли под окном, на улице.

— И что? Это ведь только первый министр, — совершенно не впечатлившись, ответил ему напарник с длинными седыми волосами, одетый в заметно проржавевший с левого бока доспех. — Если бы на его месте оказался сам герцог, я бы с радостью выпил за такое событие. Премерзкий человечишка, да и правитель, сказывают, не очень.

— Так на него и охотятся! Разве ты не понял⁈

Я машинально запомнил информацию — вдруг пригодится.

Прошло пять минут, десять, пятнадцать. Странно… Может, Фергус появляется, только если я нахожусь в критической ситуации? Нет, вряд ли, тогда будет сложно его позвать.

— Кхм-кхм, — послышалось за спиной.

Я обернулся. Рядом со мной стоял высокий мениолец с рыжими дредами, в шляпе с пером и в темном плаще. Он подошел вплотную и прошептал мне прямо в лицо:

— Здравствуй, Гермес.

— Ээ… Привет, — пробормотал я, отпрянув.

— Меня прислал Фергус. Он просил передать, что сейчас у него крайне важное дело в Айноро, и он не может отлучиться. Как только освободится — он к твоим услугам.

Сказав это, посланец растворился в толпе, а я остался стоять столбом. Вот и последняя ниточка оборвалась. Тоже мне, должники, чтоб их. Наобещали — и в кусты.

Я с удивлением понял, что подсознательно очень рассчитывал на помощь. И теперь, когда стало понятно, что надеяться не на кого, немного растерялся. Обращаться больше не к кому, да и отведенные контрактом сутки на исходе. Что же остается? Похоже, только одно: забирать Баську самому. И взамен отдать ресы — наш единственный шанс выбраться в реал. Что ж за…

Так, спокойно. Спокойно. Без принцессы они все равно бесполезны. А, значит, спасти ее — первичная задача. А потом, силой ли, хитростью ли, будем отнимать их у тинароллов.

Успокоив себя таким образом, я снова пошел в храм праотца, а оттуда портанулся в склеп. Подошел к устроенному на скорую руку тайнику, отодвинул камень. Вырвавшееся из заточения сияние заставило меня зажмуриться. Вот они, родимые. На месте, все четыре на месте. Пока…

Зубы сжались сами собой: расставаться с ресами было больнее, чем с любой другой вещью, которой я когда-либо владел. Но выхода нет.

Стараясь не смотреть на Жемчужину, Яйцо, Солнцедар и Орех — реально ком в горле стоял — я спрятал их в инвентарь. Достал свиток телепорта в Проклятые земли и активировал его.

Вы покинули землю элгионов, на чужбине благословение праотца бессильно. Бонус 20% ко всем параметрам снят. Бонус плюс 5 единиц ко всем параметрам снят. Праотец вновь сможет вам помогать, как только вы вернетесь в земли предков.

Вокруг меня расстилалась огромная пещера. Даже не пещера, а бескрайний подземный мир с каменным небосводом. Сухая, потрескавшаяся почва под ногами походила на кожу тинароллов. Местами из земли торчали длинные, узкие каменные пики, а из трещин поднимались струйки дыма. Кое-где высились скалы, вокруг в живописном беспорядке лежали валуны, виднелись нагромождения булыжников, небольшие насыпные холмики, осколки костей.

Я быстро сверился с картой в интерфейсе: нахожусь почти в самом центре Проклятых земель. Крошечная стрелка, направленная вниз, указывала, что стою я не на них, а под ними.

Было нестерпимо жарко, горячий воздух обжигал ноздри и горло. Настоящий инферно! Услышав позади слабый шум, я резко обернулся, и глаза от удивления полезли на лоб. Вдалеке текла огненная река, языки пламени взмывали ввысь, над ними клубился темно-серый дым. А на берегу лениво шевелилось огромное чудище, то ли дракон, то ли еще какой ящер. Время от времени оно разевало здоровенную пасть и извергало светлые, почти белые струи. Я невольно отступил на шаг, но быстро понял, что монстр не обращает на меня ни малейшего внимания. Да и расстояние до него было немаленьким.

Над головой послышался шорох. Переведя взгляд на потолок, я заметил на нем странные наросты, похожие на большие коконы. Один из них зашевелился и вдруг полетел вниз. Еще когда он был в полете, я с изумлением понял, что это тинаролл. Приземлившись, он припал на колено, но тут же выпрямился. Следом за ним стали падать и другие «наросты» — второй, третий, четвертый. Через полминуты вокруг меня стояло не меньше дюжины тинов, сверкавших красными глазами. Они не говорили ни слова, но их тихое, грозное рычание и руки, лежавшие на рукоятях мечей, не оставляли сомнений в их намерениях.

— Эй, — попятился я, — ребята, ребята, спокойно. Все хорошо. Я свой… то есть почти.

Не думаю, что они мне поверили, но в этот момент сквозь образовавшуюся толпу, расталкивая соплеменников, прорвался Бурлехун. Он по-прежнему выглядел как на параде: потрескавшаяся кожа лица покрыта замысловатыми узорами, на голове разноцветный тюрбан, в руке — неизменный посох. Сейчас в его красных глазах светилось даже не удовлетворение — торжество.

Воины почтительно расступились, и мы с шаманом остались один на один. Вскинув подбородок, он важно спросил:

— Принес?

— Принес.

— Правильное решение.

— Избавь меня от своих оценок, — едва сдерживаясь, прошипел я. — Где она?

Стоявшие поодаль тинароллы сердито заворчали, зашевелились, но Бурлехун поднял ладонь, призывая их оставаться на месте. Потом обернулся и махнул посохом. По его знаку из ближайшей скалы, вернее, из складки породы в ней, вышел могучий даже для тинов экземпляр. Ого, значит, в гряде есть внутренний коридор, и, возможно, не только в этой.

Гигант без усилий толкал перед собой что-то вроде длинной тачки, а в ней лежала… Бася. Темные брючки, фиолетовый камзол. Голова ее была запрокинута, рука безвольно свисала. Бросался в глаза бледный, почти белый цвет ее пальцев. Мое сердце ухнуло вниз, я рефлекторно сделал шаг вперед.

— Вы ее убили⁈

Невероятно, но шаман отступил. Думаю, выражение моего лица в этот момент могло испугать кого угодно. Он поспешно ответил:

— Охлади свой пыл, сын Элгиона! Девица жива.

— Тогда что с ней?

— Бледный Туман окутал ее тело и проник в кровь.

— Какой еще туман, что ты мне голову морочишь⁈

— Недуг, поражающий некоторых смельчаков, рискнувших оказаться в Проклятых землях.

Я нахмурился, стараясь всем своим видом продемонстрировать отчаянную решимость.

— Мы так не договаривались!

— Перечитай контракт. В нем нет ни слова о ее состоянии.

— Она нужна мне живая и здоровая. Поэтому можешь не мечтать о ресурсах, пока не скажешь, как ее вылечить.

Шаман задумчиво посмотрел на меня, торжества в его глазах поубавилось. Он молчал, а я буравил его взглядом, мысленно внушая: ответь, ответь!

— Чтобы вылечить твою подругу, — наконец сказал Бурлехун, — ты должен найти Закатную росу сегниса. Поиск тебе проблем не доставит, это зелье нередко встречается, особенно в окрестных деревнях.

Он сделал несколько шагов и оказался рядом с тином, державшим Басю. Кончиком посоха приподнял ее рукав, под ним была видна привычная смуглая кожа.

— Смотри внимательно, — велел он. — Видишь, пальцы у нее белые? На ногах то же самое. Болезнь начинается с них, потом поднимается вверх, к локтям и коленям, позже — к плечам и бедрам. Когда Бледный туман достигнет сердца и живота, она умрет.

— Сколько у меня времени? — я старался говорить твердо, не позволяя своему голосу дрогнуть.

— Два дня. За этот срок ты должен найти Росу. Одного флакона будет достаточно, чтобы она сразу излечилась.

— Он точно не редкий?

— Точно, — отрезал Бурлехун. — Давай ресурсы!

— Смотри, шаман! Если ты меня обманул, и девчонка не выживет…

— Хватит! — рявкнул вдруг он. — Я свою часть контракта выполнил! Теперь и ты делай, что до́лжно.

Я сжал зубы. Как же не хочется расставаться с ресами! Но выбора нет, без принцессы артефакт мне не собрать. Впрочем, кого я обманываю? Даже если бы его мог сделать каждый, я все равно отдал бы и Черную Жемчужину, и все остальное, чтобы выручить Баську. Потому что без нее, без ее улыбки мне теперь жизнь не мила.

Закусив губу, я достал из инвентаря четыре своих сокровища — глаза шамана горели нетерпением — и сунул в его проклятую лапу. Он заграбастал все, жадно облизнулся, словно хотел их съесть, потом повернулся к тинароллу-гиганту и сделал ему знак. Тот подкатил тачку с принцессой и буркнул:

— Забирай.

Я попытался взяться за ручки, но он отстранился.

— Девчонку забирай, тележка моя.

С недоумением переведя взгляд на шамана, я нахмурился.

— Не понял. Как я ее потащу?

— Это твоя забота, — пожал плечами гад. — Бери и проваливай.

Ничего не оставалось. Если начну спорить, может закончиться еще хуже. Я наклонился над Басей и попытался просунуть под нее руки, бросив гиганту:

— Помоги.

Но тот отшатнулся от меня, как от чумного, при этом бросил беглый взгляд на свои пальцы. Остальные тоже сделали пару шагов назад. Ясно, бесстрашные тины боятся заразиться. Уроды, мля…

Пришлось справляться самому. Едва я поднял Баську на руки, Бурлехун стукнул по земле посохом и рявкнул:

— Прочь!

Земля под моими ногами колыхнулась, вокруг закружилась непрозрачная дымка, а когда она рассеялась, я обнаружил себя совсем в другом месте. Сверился с интерфейсом: стою на той же точке, что и прежде, но не в пещере, а наверху, на поверхности. На Проклятой земле.

Глава 21

Прилетая телепортом в незнакомое место, я всегда нетерпеливо оглядывался. А сейчас осмотрелся быстрее, чем когда-либо раньше: о Проклятых землях ходило столько слухов, что мне поневоле представлялись жуткие чудища.

Но тут, на удивление, никого не было, ни монстров, ни птиц, ни насекомых. Абсолютно пустая местность. И совершенно мертвая. Сколько хватало глаз, землю покрывал толстый слой темно-серой пыли, из которой кое-где торчали черные силуэты кустов. Легкий ветерок создавал поземку, поднимая мелкие и мягкие, словно пепел, частички в воздух. Они парили повсюду, плотно закрывая Проклятые земли от солнца. Сквозь дымку прорисовывалась гряда гор, таких же мрачных, словно обгоревших. В целом ландшафт оставлял ощущение недавно случившегося извержения вулкана. Причем не одного.

Внимательно посмотрев во все стороны и убедившись, что непосредственная опасность нам с Басей не грозит, я задумался. Как добраться до деревни, где можно найти Росу?

— Куда это ты меня завел? — недовольно проскрипела Зараза, и я вздрогнул от неожиданности.

— Тихо, не ори. Мы на Проклятой земле.

— Чего-о? — завопила она еще громче. — Немедленно улетай отсюда! Немедленно!

— Как? Я же не один, на руках принцесса.

— Ну, от Лучезарного как-то смог? Вот и сейчас так же.

— Тогда Басхиора превратилась в живую куклу, а сейчас она без сознания.

— А ты? — ядовито поинтересовалась Зараза.

— Что я?

— В сознании? Сделай ее снова куклой.

— Не могу. Понятия не имею, что это за заклинание.

— Послал же Теодар хозяина-неумеху, — пробурчала она и закудахтала: — Что ж теперь делать?

— Что-что… — огрызнулся я. — Снять штаны и бегать.

Булавка аж захлебнулась от изумления.

— Зачем⁈

— Это присказка такая, забей. Пешком придется идти.

Зараза вздохнула, тяжело и протяжно, а я уткнулся в интерфейс. Та-ак, ближайшее королевство — Кампарния, элгионское. Прекрасно, туда и направлюсь. Как раз параллельно горной гряде, не собьюсь.

Я посмотрел на спокойное, умиротворенное лицо Баськи, и меня обожгла волна нежности. Наклонившись, я тихо поцеловал ее в губы, перехватил поудобнее и отправился в путь.

К счастью, вес в Мидкоре ощущался совсем по иному, чем в реале, поэтому особой тяжести я не чувствовал. Первые несколько часов шел без проблем, то и дело поглядывая по сторонам. Я понятия не имел, водятся ли в Проклятых землях монстры, и опасался внезапного нападения. Однако вокруг, в пределах видимости, жизни не наблюдалось.

Атлетика +1. Текущее значение:46

Потом руки начали уставать: даже пустыми держать их все время перед собой утомительно. А у меня какой-никакой груз все-таки был. Я все чаще перехватывал свою прекрасную ношу, шаг понемногу замедлялся, к тому же при ходьбе в воздух поднимались клубы серого пепла, и дышать становилось все труднее. В довершение всего, быстро начало темнеть. Мне ничего не оставалось, как сделать привал. Никаких укрытий вокруг я не увидел, до гор идти и идти, поэтому пришлось просто сесть на землю рядом с чахлым, почерневшим кустиком.

Едва я устроился, уложив на колени принцессу и подняв столб пыли, как в интерфейсе всплыло:

Жажда: 80%

Ого, а я и не почувствовал. Достав из инвентаря флягу, выпил теплой воды и бросил взгляд на Басю. Твою налево… Губы у нее потрескались, приоткрылись, она тяжело дышала, между бровей пролегла страдальческая складка.

Вот осел, а⁈ Ведь девушка не бессмертна, если умрет, больше не возродится. Где были мои мозги⁈

Я поспешно влил ей в рот воды, но, видимо, переборщил. Бася рефлекторно закашлялась и сглотнула. Раз, другой. Фу-ух, отлегло. Теперь она не погибнет, по крайней мере от жажды. А от голода? Сердце снова скакнуло, я полез в мешок и наткнулся на странный фрукт, купленный в Мергусе. Он походил на апельсин без кожуры и был, по моим ощущениям, очень сочным. Подойдет.

Приоткрыв пальцами Баськин рот, я сдавил другой рукой псевдоцитрус и выжал его. Она снова задохнулась, кашлянула и сделала глоток. Я повторил манипуляцию несколько раз и облегченно выдохнул: теперь есть надежда, что до утра голод ее не угробит. Лечь спать не решился: кто его знает, вдруг здесь по ночам прилетают какие-нибудь злобные твари. Положив мешок в пыль, я переместил Басю на землю и пристроил на него ее голову. Если кто-то нападет, мне нужна будет свобода рук.

Однако опасения оказались напрасными. Никто нас не потревожил, и с рассветом я собрался в дорогу. Но прежде внимательно осмотрел Баську. Болезнь, про которую говорил Бурлехун, прогрессировала: если вчера вечером ее руки были белыми до запястья, то сейчас пугающая бледность подбиралась к локтям. Надо действовать быстрее, если до утра я не найду лекарство, то завтра она умрет.

Вперед!

Снова напоив принцессу соком странного фрукта и перекусив сам, я двинулся в путь. Руки ныли, тряслись, и я мучился до тех пор, пока не сообразил выпить зелья здоровья. Стало легче. Попробовал дать его и Баське — а ну как она излечится от своей странной болезни, — но фокус не удался. Видимо и в самом деле от этого Бледного тумана может помочь только специальный эликсир.

Я шел и шел, упрямо загребая ногами серый пепел. Солнце палило, пейзаж угнетал однообразием, поднимаемая при ходьбе пыль лезла в глаза, в рот, в нос. Скорость и так была невелика, а тут еще Зараза потребовала крови. Получив желаемое, она довольно заурчала, а я лишился десяти процентов здоровья. Жаль, что булавку нельзя на время оставлять дома, инвиз пока мне без надобности, так что сейчас от нее больше вреда, чем пользы. С другой стороны, хоть какая-то компания.

Атлетика +1. Текущее значение:47

Около полудня я снова остановился. Псевдоцитрусов не осталось, из еды в инвентаре нашелся лишь зачерствевший пирожок. Скормить его Баське не удалось, сглатывать крошки, которые я покрошил ей в рот, она никак не хотела. Пришлось съесть его самому и запить водой. Оставшейся я напоил принцессу и с тревогой посмотрел на карту: ни питья, ни жратвы не осталось, а идти еще долго.

Жажда: 70%

Стояла почти невыносимая жара, руки снова задеревенели, и зелье здоровья практически не помогало. Спустя несколько часов я уже плохо соображал и шагал на автомате. Поэтому не сразу обратил внимание, что на встречавшихся на пути кустиках стали появляться чахлые листья. А когда заметил, встряхнулся и посмотрел по сторонам. Пепла, в котором еще недавно ноги тонули по щиколотку, явно стало меньше, кое-где и вовсе появились островки обычной земли, на одном из которых даже пробивалась трава. Я поспешно взглянул на карту — королевство Кампарния было совсем недалеко.

Воодушевленный этим, дальше я шел веселее. И с радостью замечал изменения: на том кусте вполне здоровые листья, на этом тоже, а вон там вообще растет дерево. Их становилось все больше, примерно через час я увидел на горизонте перелесок и из последних сил рванул к нему. Он оказался не так близко, как мне поначалу казалось, но все-таки я дошел до него. И тут невдалеке раздалась птичья трель. Неужели добрались?

После долгого путешествия вы вновь вернулись в земли предков. Тлетворное влияние ветра чужбины уже не действует на вас, а праотец Элгион с радостью возносит над вашей головой свою длань и возвращает благословение — плюс 20% и 5 единиц ко всем параметрам.

Карта подтвердила — мы на территории Кампарнии. Я в изнеможении повалился на траву, едва не уронив принцессу, и несколько минут лежал неподвижно. Потом приподнялся на локте и, облизав пересохшие губы, с тревогой посмотрел на Баську. У меня жажда восемьдесят два процента, а у нее, интересно, сколько? Не успел я подумать об этом, как различил тот особенный звук, свойственный лишь текущей воде. Оставил девушку лежать под деревом, пошел на поиски и очень скоро обнаружил ручей. Хвала Мириде, мы спасены!

Я умылся, потом набрал во флягу воды, напился сам и напоил свою спутницу. Тут снова заныла Зараза, пришлось пожертвовать ей еще крови, а потом покрыть «недостачу» очередным зельем здоровья. В результате всех этих манипуляций я почувствовал себя намного лучше, подхватил Басю и бодро зашагал через лес.

Через пару километров на краю видимой части карты появилась точка с подписью:

Конец света

Та-ак… Это что еще за приколы?

Невольно притормозив, я с минуту поразмышлял, а потом пошел осторожнее.

— Зараза, слышишь меня?

— Ну?

— Не вздумай открывать рот или что там у тебя есть. Молчи как рыба. Идем к Концу света.

Булавка потрясенно пискнула и замерла.

Я осторожно приближался к загадочной точке, усиленно соображая, что это может быть. Наконец между деревьями что-то мелькнуло. Уложив Басю на траву и прикрыв на всякий случай несколькими ветками (приходилось учитывать, что во всех королевствах объявлена охота на миридов), я со всеми предосторожностями отправился на разведку.

Через минуту передо мной вырос симпатичный деревенский дом, окруженный небольшим садом. Возле куста красных роз стоял старик и задумчиво смотрел на него, словно решая, что с ним делать. При взгляде на этого деда сердце радостно забилось: его лицо было мне хорошо знакомо. Я поднял глаза на ник и невольно улыбнулся — правильно, Федот.

Этот человек много лет работал садовником в нашем загородном доме. Еще когда я был совсем маленьким, он тайком от матери угощал меня разными вкусностями. Что бы ни случилось, со всеми детскими бедами я бежал к нему, у старика всегда находились слова утешения и хороший совет. Он был необыкновенно добр ко мне, словно и в самом деле чувствовал себя моим дедушкой. А я его подвел. В тринадцать лет влюбился в одноклассницу, оборвал все розы в саду и притащился к ней на день рождения с огромной охапкой.

Я никогда не видел, чтобы мать так бушевала. В нее словно бес вселился, она плакала, кричала и призывала на голову Федота все небесные кары. Не желая меня выдавать, он бормотал что-то про опасную болезнь, поразившую кусты и вынудившую его срезать все бутоны. Но матушка не поверила. Она не поленилась пригласить известного биолога, который долго разглядывал обрубки растений, суя в них свой крючковатый нос, и наконец вынес вердикт — ничего заразного у них нет. Отец с позором уволил садовника, а у меня так и не хватило мужества признаться, что тот ни в чем не виноват. Позже я узнал, что розы были какого-то необыкновенно редкого сорта, и что их саженцы специально привезли из Англии.

Разумеется, Арсений много раз видел Федота, знал его и, как я теперь понял, придал одному из неписей его облик. А может, это послание от дядюшки? Допустим, не имея в последнее время возможности со мной связаться, он создал хорошо известный мне образ, чтобы передать какую-то информацию? Нет, вряд ли, слишком мала вероятность, что я окажусь именно здесь.

В одном я был уверен: доверять старику можно. По крайней мере, в разумных пределах. Наконец-то удача повернулась ко мне не филейной частью, а хотя бы боком.

Решив так, я смело вышел из-за деревьев и шагнул вперед. Под моей ногой треснул сучок, и садовник вскинул голову. С недоумением посмотрел на меня и несмело улыбнулся, словно спрашивал: «Чего от тебя ждать, мил человек?»

— Здравствуй, дедуль, — начал я.

— Здорово, коль не шутишь. Ты кто таков? Небось, искатель приключений?

С некоторым разочарованием я понял, что его голос не похож на тот, который я помнил, да и манера речи несколько отличается.

— Типа того.

— А сам откудова? — он склонил голову набок.

— Из Мергуса, королевство Велентвей.

— У-у, далеко тебя судьбинушка забросила.

— И не говори, дед, — согласился я, прикидывая, как лучше подобраться к интересующей меня теме. — Мы с подругой на особом задании были, разведчиками.

— Эва, да чего ж у нас разведывать-то? — старик засмеялся, вокруг глаз засияли лучики морщинок. — Мы ж тут как на ладони. Домов-то всего ничего, да и то половина пустыми стоят. Никто не хочет здесь жить, сынок. Конец света, как видишь, деревня так называется. Дальше ни одной нет, только Проклятые земли.

— Вот мы как раз из них и пришли, — понизив голос, приватно сообщил я. — За тинароллами шпионили.

— Да ну? — ахнул Федот. — И не боязно вам?

— Что же делать, королевское задание, сам понимаешь. Но возникла проблема: моя напарница подхватила там заразу. Для лечения нужна Роса сегниса, слышал о такой?

— Как не слыхать, слыхал. Он у меня весь сад заполонил, никакого слада с ним нет, — поморщившись, старик наклонился, вырвал невзрачный пучок травы болотного цвета и швырнул его за забор.

— Если у тебя есть сегнис, значит, и его роса имеется? — обрадовался я.

— А то. У меня, милок, чего только нету. Сам понимаешь, всегда надо быть настороже, мало ль чего с этих Проклятых земель ветром принесет. И от Бледного тумана эликсиры есть, и от многого другого.

Я протянул было руку, чтобы поблагодарить старика, но он покачал головой.

— Ты хоть вроде как здоров, но я все ж пока поостерегусь. Вот глотнете с подружкой по зелью, тогда и обняться можно будет. Давай, неси ее, а я покамест фиалы поищу.

Когда я вернулся с Басей на руках, садовник сделал мне знак, призывая топать за ним в дом. Мы вошли в просторную комнату с кроватью, шкафом и этажеркой, заставленной множеством банок и бутылок. Я хотел положить девушку на постель, но старик замотал головой.

— Нет, туда нельзя. Клади на пол. Сначала надо стряхнуть с нее пыль Проклятых земель.

Устроив принцессу на потертом половике, я вопросительно взглянул на Федота.

— Что теперь?

— Закатай рукав, посмотрим, как далеко зашла болезнь.

Пока я поднимал мягкую ткань, он топтался за моей спиной. Бледный Туман заметно продвинулся: белизна перевалила за локоть и подбиралась к плечу. Тяжело вздохнув, я повернулся к старику, собираясь задать очередной вопрос, и успел заметить огромную дубину, летящую мне в голову. Увернуться я не смог, и в следующее мгновение она опустилась прямо на мой кожаный шлем. Из глаз посыпались искры, и меня накрыла темнота.

— Да разве можно, ваша милость? Она же заразная, у нее Бледный Туман!

— Подумаешь! Он опасен лишь для тинароллов и миридов, а к старым расам практически не цепляется.

— Лучше возьмите Росу сегниса да вылечите девчонку. Будет у вас ценная пленница.

Голоса с трудом пробивались сквозь окутавшую мой разум пелену. Но за время жизни в Мидкоре я настолько привык все время быть настороже, что сейчас запоминал сказанное почти бессознательно. При этом никак не демонстрировал, что пришел в себя, однако аккуратно разлепил веки, пытаясь понять, что происходит вокруг.

Мы находились во дворе. В нескольких метрах от меня дед Федот разговаривал с тремя стражниками. Они походили на тех, что в большом количестве встречались в Мергусе, лишь перья на шлемах были не синие, а желтые. Тот, которого старик называл «милостью», носил странный ник Син-Вальсин, был высок, худ и довольно бледен для элгиона. Сейчас он недоверчиво смотрел вниз, где возле его ног на груде соломы лежала Бася.

Земля подо мной слегка качнулась — похоже, моей голове пришлось принять нехилый удар, раз до сих пор шатает. Вот тебе и безобидный старичок. Что называется, Федот, да не тот…Спасибо, Арсений. Это ж надо умудриться создать такого коварного непися с лицом моего добрейшего садовника.

Почувствовав, как затекли руки, я слегка шевельнулся и замер: что-то мне мешало. В голове все еще плыло, и я не сразу осознал, в каком плачевном состоянии нахожусь. Попробовал незаметно осмотреться: руки в кандалах, цепь, соединяющая наручи, перекинута через деревянную балку на терраске у дома. Ноги тоже скованы.

Ни освободиться, ни Заразу достать. Совершенно беспомощен. В короткий инвиз линять бесполезно, секиры в руках стражников впечатляют. Надо быстрее приходить в себя и придумывать какую-нибудь хитрость.

— Хорошо, давай сюда Росу, — потребовал Син-Вальсин.

Мое сердце сжалось от мысли, что сейчас они заберут принцессу, и я ничего не успею сделать.

— У меня ее нет, ваша милость, — торопливо покачал головой Федот, — но в центре деревни живет Косматая Аглая. У нее зелья на любой случай, уж поверьте.

Земля снова качнулась, и я внутренне напрягся. Нет, мои ноги тут явно не при чем.

— А этого зачем приковал? — стражник недовольно кивнул на меня. — Он нам без надобности.

— Как же, ваша милость, — с готовностью ответил старик. — Я ж скорняк, а не боец. Не обездвижь я его, он бы меня убил. Вы это… его тоже забирайте. Он явно миридам не сторонний человек, нес ведь куда-то эту девицу. Наверняка к ним. Порасспрашиваете его хорошенько, он и расскажет. Я за него много не прошу, всего… ну, пусть будет пять серебряных монет. Договорились? Только уж, пожалуйста, награду мне поскорее выдайте, а то вроде как землетрясение начинается.

Син-Вальсин брезгливо поморщился.

— Будет тебе награда.

Все остальное произошло одновременно. Под нами что-то грохнуло, и дом Федота рухнул в мгновенно образовавшийся в земле провал. Из тучи поднявшейся пыли со свистом вылетел томагавк, вонзившись прямо в лоб старику. Тот нелепо взмахнул руками и медленно осел. Хоть он и сволочь, но видеть его смерть было неприятно.

Син-Вальсин и два его помощника разом схватились за оружие. Еще один толчок — и они повалились на спину. Перекладины, к которым я был прикован, рухнули, жахнув по моей многострадальной голове.

Глава 22

Секундой позже из пылевого облака стали появляться тинароллы. Штук двадцать, не меньше. Мгновенно сориентировавшись, я ушел в инвиз. Руки освободились, я быстро полез за Заразой, мысленно молясь, чтобы она не начала болтать — уж очень неподходящий момент. Мимоходом кинул взгляд на Басю — принцесса не пострадала. По-прежнему лежала на куче соломы, лицо было спокойным и безмятежным.

Тины подскочили к уже успевшим подняться стражникам. Я с изумлением смотрел, как Син-Вальсин сотоварищи упали с одного удара. Как⁈

И тут все стало ясно: в рукоятях мечей и топоров тинароллов сверкали инкрустированные ресурсы. Четыре! В каждой! Против такого оружия шансов у стражников не было. Вот оно, последствие моего решения спасти Басю — за сутки, что я шел с Проклятых земель, тины успели сделать фермы и собрать достаточно ресов, чтобы обеспечить ими передовой отряд. И теперь, видимо, решили сделать пробную вылазку.

Разделавшись со стражниками, серокожие осмотрелись, и один из них заметил Басю. Рыкнув, двинулся к ней, но, приблизившись, тут же отскочил. Остальные переглянулись, сверкая красными глазами — явно не понимали, что его напугало. Однако тот ткнул пальцем, указав на белую руку девушки, и они последовали его примеру. Обошли принцессу, стараясь держаться подальше, и двинулись к соседнему дому. Боятся заразиться, уроды. Что ж, мне это только на пользу.

Освободившись с помощью Заразы от кандалов, я осторожно подошел к краю провала. Над ним все еще висело облако пыли, но было отчетливо видно, что внутри никого нет. Лишь огромные комья земли, камни и обломки избы старика. Значит, в атаку и в самом деле отправили лишь один отряд.

Я осмотрелся — тинов вокруг не видно. Надо срочно решать, что делать. Можно схорониться с Баськой в лесу, но смысла в этом ноль, без Росы сегниса она не проживет и суток. Остается одно — попытаться добраться до Аглаи, о которой упомянул Федот, и разжиться у нее эликсиром. Дед говорил, что она живет в центре деревни, так, может, успею пробраться туда раньше, чем придут тинароллы?

Схватив в охапку принцессу, я потащил ее к лесу. Хоть Красноглазые и шарахаются от нее, но мало ли, вдруг найдется кто-то менее пугливый. Лучше спрятать девчонку.

Положив Баську под более-менее пышным кустом, я тщательно прикрыл ее ветками. А несколькими минутами позже, обновив инвиз, двинул туда, где по моим представлениям находился центр деревни. Вскоре впереди послышался шум, крики, женский визг. Пара домов горела, распространяя по округе густой, удушливый дым. Во дворе ближайшей избы лежал труп мужика. Я постоял у его калитки, привлеченный решительным выражением мертвого лица. Правильно, так и надо. Свобода — птица гордая, к трусам и соглашателям заглядывать не любит. За нее надо бороться самым бескомпромиссным образом.

Миновав дом с разрушенным крыльцом, я увидел двух тинароллов. Они тащили связанную узлом сеть, в получившемся таким образом мешке бился упитанный мужичок с лохматой головой. Я с трудом подавил желание разрезать эту импровизированную авоську и выпустить его. Увы, вмешиваться нельзя, иначе Басю не спасти.

С некоторым удивлением я увидел, как тины пристроили мешок с дядькой у забора, а сами двинулись в очередную избу. Им навстречу вышли двое Красноглазых, они тащили большой короб, в котором явно сидел человек. Это что-то новенькое, раньше они убивали на своем пути все, что шевелится. Зачем им эти неписи?

Воспользовавшись тем, что никто из вражин не обращает внимания на бившегося в сетчатом мешке дядьку, я бесшумно подкрался к нему, разрезал несколько веревок и прошептал:

— Беги!

Мужичок выбрался, вскочил на ноги и шустро рванул к лесу.

— Не туда, — снова прошептал я и подтолкнул его в другую сторону; не хватало самому навести тинароллов на Басю.

Я поспешил скрыться за углом, опасаясь, что мое вмешательство может прервать невидимость. Но нет, обошлось, значок действующего инвиза по-прежнему висел в углу интерфейса. Я удовлетворенно выдохнул и двинулся дальше.

Не успел вывернуть из-за угла, как увидел, что навстречу с воплями бегут четыре женщины, две из них с детьми на руках. За ними огромными прыжками несся здоровенный тинаролл с шипастой дубиной в руке. Я едва успел увернуться от деревенских жительниц и, хоть понимал, что вмешиваться не стоит, удержаться не смог. В конце концов, мужик я или чмо болотное? Стоять в стороне, когда какая-то образина угрожает матерям с ребятней? Нет уж, увольте.

Не раздумывая, я рванул Заразу и кинул в сторону, а сам бросился в ноги тину. Красноглазый споткнулся о мою тушку, по инерции пролетел вперед и бухнулся на землю, пропахав мордой по пыльной дороге. А я, став видимым, поспешил оглядеться, чтобы найти булавку. И наткнулся взглядом на теток. Все четыре разом смолкли и застыли столбами, глядя то на меня, то на растянувшегося тинаролла. Охренеть.

— Бегите, че встали⁈ — заорал я, и они словно очнулись. Повернулись и со всех ног понеслись вон из деревни.

Пока серокожий отплевывался от пыли, я отыскал Заразу и снова скрылся в инвизе. Покидая место стычки, обернулся: он в обалдении вертел головой, потом уткнулся непонимающим взглядом в дорогу. Давай, парень, напрягись, может, поймешь, что произошло.

Я был уже недалеко от центра поселения. Вопли почти стихли: похоже, всех, кто не убежал, Красноглазые поймали. Или убили. Тем не менее, впереди еще раздавались звуки боя и даже, как мне показалось, нечто похожее на взрывы. Любопытно, конечно, но мне сейчас не до них. Надо найти дом Аглаи. Это было вполне реально, почти над каждой избой висела вывеска, где в виде кренделя, где с нарисованной бочкой, где еще какая-то. Походу, все как один местные жители имеют свой маленький бизнес. Федот говорил, что бабка живет в центре, значит, оттуда и буду искать.

Выйдя на рыночную площадь, я замер. Здесь царил настоящий разгром. Остатки прилавков, разбросанные по земле товары вперемешку с оружием, игрушками, корзинами. Ни одного человека, ни одного трупа, но тут и там пятна крови, а кое-где — отпечатки тел на грунтовой дороге. Несчастные неписи испарились, но след их пребывания остался. Дорожная пыль, ставшая ярко-красной, вызывала острое чувство несправедливости.

В самом центре площади располагалась клумба. В первое мгновение это удивило, обычно территорию рынков стараются не занимать ничем посторонним. Но быстро понял: точно такую же я видел возле королевского дворца в Мергусе. Круглая, состоящая из трех частей, демонстрирующих земли элгионов, олнейгов и мениольцев, и совершенно удручающая. С внешней стороны клумбы почерневшие цветы занимали уже почти треть — зверолюды наступали повсюду, причем довольно успешно. Но теперь увядание шло и из центра, показывая атаки тинароллов. Эта картина что-то смутно напомнила мне, но не получалось вспомнить, что.

Насчет передового отряда я ошибся — нападения распространялись по кругу, во все стороны. Две орды тварей шли навстречу друг другу, причем продвижение тинов было гораздо быстрее — цветы вяли буквально на глазах. Интересно, они в сговоре? Или, если они сомнут сопротивление жителей и встретятся, то начнут воевать друг с другом? И кто тогда победит? Я бы поставил на Красноглазых, хотя кто знает…

Блин, ну вот о чем думаю, а? Нельзя допустить торжества этих гадов. Надо срочно найти Росу, вылечить Басю, а потом сообразить, как выкрасть у тинов вожделенные ресурсы. Так что вперед, искать бабкин дом.

Я двинулся по кругу, аккуратно переступая через пятна крови. Осмотрел все вывески на избах, стоявших вокруг рыночной площади, но нигде не нашел ни одного продавца эликсиров. Зато звуки битвы и взрывов явно стали громче. В конце концов я решил хотя бы взглянуть, что там происходит, и свернул на улицу, с которой доносился шум.

Косматую Аглаю я увидел издалека. Не знаю, почему мне казалось, что это непременно должна быть старуха, но ей оказалось не больше сорока. Высокая, очень худая, с тонким крючковатым носом и копной ярко-синих волос. Она стояла спиной к нарядному голубому дому с белыми наличниками и яростно отбивалась от наседавших тинов. Их было штук десять, они полукругом надвигались на тетку, а та закидывала их склянками из стоявшей возле ее ног корзины. Бросок — ближайший к ней тинаролл загорелся, еще один — другой Красноглазый застыл, заморозившись, третий бросок — перед тварями раздался взрыв, накрывший их фонтаном песка и небольших камешков.

— Давайте, подходите! — азартно вопила Аглая. — Что б вас, оглоеды проклятущие!

Не скрою, на миг я замер от удивления. Ничесе дамочка! Одна сдерживает десяток тинов, от которых и стражники ложатся с одного удара!

Очень хотелось помочь, но толку от меня в этой битве будет мало, а в роще неподалеку умирает Бася. Лучше потихоньку обойти дом, через окно пробраться внутрь и попытаться найти нужный эликсир.

Приняв такое решение, я стал обходить боевую тетку по кругу. Она по-прежнему, как заведенная, кидала во врагов зелья, они взрывались, сверкали, ослепляли, травили, создавая при этом адский шум. Им вторили рычащие тины и вопящая Аглая.

Подойдя ближе, я расширил дугу, по которой двигался, чтобы не попасть под «бомбы» воинственной дамочки. Благополучно миновал линию обстрела и уже собирался свернуть за угол, чтобы найти подходящее окно, как увидел, что в тыл тетке крадется тинаролл с поднятым мечом. В пылу битвы она его не замечала, и жить ей, походу, оставалось несколько секунд.

Я торопливо огляделся и увидел у стены груду сложенных друг на друга бревен. Подскочил к ней и со всей дури толкнул. Адреналин придал мне сил, бревна с грохотом покатились на землю. Одно из них сшибло коварного тина, тот распластался на траве, выронив меч, и тут же получил удары от других стволов.

Хитрость +1. Текущее значение:32

Аглая обернулась на шум и увидела меня.

— Эй, ты кто? — заорала она, мельком взглянула на тинаролла, но тут же вернулась к своему занятию. Не переставая метать «снаряды», тетка через плечо крикнула: — Спасибо! Мощно ты приложил этого оглоеда!

Ответить я не успел — на улице появились еще два Красноглазых. Они неслись к нам во всю прыть, и мне слегка поплохело: в отличие от тех, с которыми дралась лихая дамочка, у них были томагавки. Против них ей точно не выстоять.

Я подскочил к Аглае и сгреб ее в охапку. Она заорала, попыталась огреть меня кулаком, но я втащил ее в дом и поспешно захлопнул дверь. Вовремя: не прошло и секунды, как снаружи послышался удар вонзившегося в дубовые доски томагавка. Стены слегка качнулись.

— Сдурел⁈ — закричала тетка. — Что творишь⁈

— Не ори. Не видела, что они в тебя топор метнули?

— Ух е-мое, — она подскочила к двери, задвинула засов и бросилась к окнам. — Счас, погоди, все закрою, и поговорим.

Она быстро захлопала ставнями. Через полминуты стало темно, под потолком лениво разгоралась лампа с десятками светлячков. Тетка, сверкая глазами, огляделась.

— Да, тут и будем держать оборону! Дом у меня крепкий, они замучаются его штурмовать, а там, глядишь, и помощь из города подоспеет.

— Я к тебе вообще-то по делу.

— Нашел время! — она кинулась к корзинам, стоящим вдоль стен и доверху набитых фиалами.

— Другого может не быть. Сколько хочешь за Росу сегниса?

Тетка набрала в подол эликсиров и бросила на меня удивленный взгляд.

— Ошалел? Ты мне два раза жизнь спас. Забирай, вон на полке стоит, пузатая такая.

Она лихо скинула пузырьки с разноцветными жидкостями в ведро, привязала к нему веревку и полезла по лестнице, приставленной к стене. Глядя, как она вешает его над дверью, я понял, что вошедшим не поздоровится. Тетка реально отыгрывает героя «Один дома».

Я забрал с полки пузатый флакон с белым содержимым и на всякий случай показал Аглае.

— Этот?

— Угу. Да что ты один-то взял?

Кубарем скатившись с лестницы, она подскочила к корзинам и стала совать мне в руки бутылочки с разноцветными зельями.

— Бери, бери, не стесняйся. Пригодятся.

Раздался тяжелый удар в дверь, и стены снова задрожали.

— Вот ведь поганцы, а? — азартно вскрикнула тетка, щеки ее раскраснелись. — Ну, я им счас задам!

— Улетай! — я схватил ее за руку. — Ты не выстоишь против этой орды.

— Не. Не хочу им свой дом отдавать. Не боись, парень, вот этим эликсиром я их заморожу, этим отравлю, этим сожгу. Да мало ли. А ты уходи, нечего тебе тут, только мешаешься.

Немного растерявшись от такой наглости, я буркнул:

— Как уходить? Ты окна-двери заперла.

Аглая ткнула пальцем в угол.

— Вон там подпол. Через него выход за околицу. Спасибо за помощь, а теперь выметайся, некогда мне с тобой.

Покинул я ее с горечью. Боевитость тетки произвела впечатление. Но она уперлась и не захотела телепортироваться, что ж тут поделаешь. Надеюсь, мидкоровские боги проявят милосердие, и она выживет.

Оставив позади деревню, я ринулся в лес и быстро нашел Басю. Едва напоил ее зельем, как она открыла глаза. Мне кажется, я до конца не верил в целебное свойство эликсира, и теперь чуть не подпрыгнул от радости. Сидел рядом с ней и, как дурак, улыбался во весь рот.

— Ты? — Баська удивленно подняла брови, потом осмотрелась. — Где мы?

— Все хорошо, полежи немного, — я бросил взгляд на ее руки, белизна с которых сходила прямо на глазах. — Ты была больна, но уже выздоравливаешь.

— Подожди, я ничего не понимаю, — она рывком села, игнорируя мои увещевания. — Что случилось?

Только сейчас я сообразил, как нелегко мне будет объяснить свое решение спасти ее, пожертвовав ресурсами. И невольно стал тянуть время.

— Успокойся. Скажи, что ты помнишь?

Басхиора скорбно сжала губы и, помолчав, ответила:

— Помню, как покатилась по траве голова Рональда.

В ее глазах блеснули слезы.

— Значит, он и в самом деле погиб? — вздохнул я.

— Да. На моих глазах. Его убили тинароллы.

— Подожди, по траве? Но ты же была в Проклятых землях.

Она удивленно взглянула на меня.

— Нет. С чего ты взял?

— Так, давай заново. Последнее, что я о тебе знаю — вы с Роном направились к Хранителю, верно?

— Да. После того, как Защитник разрушил селение, мириды искали место, где можно жить в безопасности. Но не нашли. И вернулись к Священной роще, решив поселиться в Хранителе.

— То есть как?

— А что тебя удивляет?

— Ну… целый народ не может уместиться в дереве.

Она тихо засмеялась, а я вдруг почувствовал себя бесконечно счастливым. Бася живая, здесь, со мной — и это главное. Со всем остальным я как-нибудь справлюсь.

— Хранитель — не дерево, — тем временем ответила она. — Это портал. За ним — Другая сторона, целый мир, понимаешь?

— А можно туда поселить всех жителей Мидкора? Пока ты болела, зверолюды напали со стороны Пустошей, а тинароллы — из центра…

— Святая Мирида, — испуганно прошептала Баська. — Значит, началось.

— Что началось?

— Помнишь, я показывала тебе пророчество, где чернота начала расползаться по миру? Мы трактуем это как атаку на Мидкор.

Точно. Теперь понятно, что мне напомнил вид увядающих цветов в центре клумбы. Получается, все было предрешено… Даже то, что я отдал ресурсы Бурлехуну? Да нет, ерунда, я живой человек, а не непись, и у меня был выбор.

— И кто побеждает? — прервала мои размышления принцесса.

— Боюсь, что зверолюды и тины. Они давят с двух сторон. Если эти гады победят, старым расам придется несладко. Было бы здорово спрятать их на Другой стороне.

— Не получится, — Баська опустила голову. — Хранитель погиб.

— Вот как…

— Мы с Роном видели, что наши живы. Почти все. Но связаться с ними не смогли. Нам передали, где их искать, мы направились туда. И наткнулись на ужасную картину: Священная роща полностью вырублена. Вся, до последнего дерева. А Хранитель… У него даже корни выкорчевали. Теперь мои соплеменники заперты там, в другом мире, и я понятия не имею, как их вызволить. Здесь осталось лишь несколько десятков человек.

— Ничего себе… Но при чем здесь тины?

— Это их рук дело. Красноглазые поджидали в засаде. Когда мы пришли, они появились совершенно неожиданно, словно из-под земли. Собственно, так оно и было. Мы схватились за дикмусы, но ничего не успели сделать. Да и не могли, нас было двое против целого отряда. Я видела, — голос ее дрогнул, — как один из них отсек голову Рональду. Меня тут же ударили сзади по затылку, и все, больше ничего не помню.

— Ясно.

Принцесса сорвала травинку и стала задумчиво жевать ее.

— Почему ты решил, что я была в Проклятых землях? — помолчав, спросила она.

— Потому что я тебя оттуда забрал.

— Забрал? — не поняла она. — Выкрал?

Как ни крутись, а сказать самое главное придется.

— Обменял.

Баська вскинула голову, в глазах появилось настороженное выражение.

— На что?

— Видишь ли… Тины шантажировали меня. Я тебя выкупил и принес сюда.

— Чем ты заплатил им? Что они потребовали?

С тяжелым вздохом я ответил:

— Главные ресурсы рас.

— Все?

— Все.

Баська приняла удар стоически. Помолчала, потом задумчиво произнесла:

— Значит, Солнцедар, Жемчужина, Орех у тинароллов. У них же и Пожирающая Огонь.

— Да.

— Остается найти Изумрудное Яйцо и сообразить, как отнять все остальное.

— Яйцо тоже у них, я как раз его нашел, и тут этот… Бурлехун. Сказал, что убьет тебя, если не отдам ему все ресы.

— Нашел? Но как? Где? Мы с Рональдом столько древних манускриптов пересмотрели, столько мест обследовали…

— Удон. Оно было спрятано прямо в его черепушке.

— Хм… — принцесса на секунду задумалась. — Надо же. Я бы не додумалась. У тебя удивительный разум.

— А что толку? — махнул я рукой.

Она взглянула на меня и нахмурилась:

— Но почему Бурлехун обратился к тебе?

— Вычислил, зараза, что мы с тобой заодно.

— Что? — раздалось из-под рубахи. — Повтори, не расслышала.

— Ой, Заразушка, это не про тебя, сорян, — поправился я.

Блин, хорошо, что в реале таких артефактов не водится. При любых разговорах, при любых действиях всегда есть третий, слушатель и наблюдатель — это ж жесть.

Бася тихо хихикнула, но тут же снова стала серьезной.

— И ты решился отдать за меня все ресурсы? Почему?

Ненадолго воцарилась тишина.

— Потому что я тебя… — Главное слово произнести не удалось. Уж очень оно непривычное. — Потому что без тебя некому будет собрать артефакт.

Принцесса согласно кивнула, но было в ее взгляде что-то необычное, какое-то лукавство, словно она поняла, что я на самом деле хотел сказать. Смешавшись, я заторопился.

— Все, пора уходить. Здесь рядом деревня, а в ней — отряд тинов. Как бы они нас не застукали. Короче, надо сваливать.

— Нет. Мы должны вернуться и забрать наши ресурсы.

Она легко вскочила на ноги.

— С ума сошла⁈

— А как ты думал? Наша раса существует только ради них. Я должна любой ценой выполнить свою миссию. К тому же, страшно представить, как тины усилились благодаря им. Теперь, когда Красноглазые напали, дорог каждый час.

— Да что мы сможем сделать вдвоем? Нужна хоть какая-то поддержка.

Баська посмотрела на меня сверху вниз и согласно кивнула.

— Попробую связаться с нашими.

На минуту она зависла, потом разочарованно покачала головой.

— Не получается. Видимо, все, кроме меня, ушли на Другую сторону.

— Вряд ли. Я видел Осфена и Армунеля много позже твоего исчезновения. Хранителя тогда уже не было. Может, они в тюрьме? Там ведь тоже нет связи.

Подумав, принцесса согласилась.

— Тогда я смогу их найти.

Она сделала несколько пассов в воздухе, и на ее руках появились десятки божьих коровок. Они старательно ползли от плеч и локтей к запястьям, а когда достигли ладоней, Бася склонила голову и что-то тихо зашептала. Секунда, другая — она вскинула руки, и в воздух взметнулся красно-оранжевый рой. Покружил над ней немного и разделился на отдельных насекомых, которые полетели во все стороны. Да уж, что-что, а удивить она умеет.

Принцесса, посмотрев им вслед, перевела взгляд на меня.

— С этим разобрались. Теперь надо решить, как мы узнаем, где живут Красноглазые. Хоть ты и говоришь, что я находилась там, но карта у меня закрыта.

— Может, потому, что ты была без сознания? Подожди, посмотрю.

Я полез в интерфейс, но меня ждало разочарование: над картой Проклятых земель снова сгустился туман, словно я там никогда не был. Странно. Совершенно точно помню, что видел ее, когда вчера нес Басю. Походу, ребята Арсения прописали такое свойство, чтобы игроки не совали сюда свои любопытные носы.

Неожиданное препятствие меня не остановило. Да, собственно, от карты в любом случае толку мало. Ну, придем мы на точку, откуда я начал свой путь с Басей на руках, а дальше что? Как попадем в подземные пещеры тинов?

Подумав немного, я кивнул в сторону деревни и сказал:

— Иди за мной. Только очень осторожно, чтобы не попасться им на глаза.

Пригнувшись, мы направились к тому месту, где пару часов назад стоял дом Федота. А сейчас зиял нехилый провал. Я остановился перед последними кустами и прошептал:

— Смотри, они вылезли вот здесь. А пришли из своих пещер. Значит, этот ход должен вести к ним. Если мы поторопимся…

Но Бася, к моему удивлению, покачала головой.

— Гермес, это бесполезно. Мы уже пробовали этот способ. Но оказалось, что они создали целую сеть подземных коридоров. Огромный лабиринт, где не работает карта и невозможно сориентироваться.

Блин…

— Ладно, тогда другая мысль. Они зачем-то забирают из деревни людей. Пакуют их в сети и короба. Думаю, понесут к себе.

— Тогда и мы можем залезть! — воодушевилась Бася.

— Остынь, мы же решили подождать помощь.

— Шутишь? Неизвестно, когда мои посланцы найдут миридов. Может, завтра, может, через несколько дней. А дело у нас срочное.

— Срочное. Но справиться с ними вдвоем нереально.

— Это почему же? Порой и нереальное реально. Главное, очень захотеть и постараться.

Ох уж эта девичья горячность. Понятно, что Мидкор — виртуал, и тут возможно всякое. Но зачем прыгать в пекло совершенно неподготовленными? Нужно оставить хоть небольшой шанс на победу. Я недовольно полез в интерфейс, понимая, что ее не переубедить:

— Хорошо. Дай немного времени, попробую кое-что сделать.

Найдя в списке друзей Гааза, я активировал иконку сообщения и написал:

Здорово, дружище. Надеюсь, ты не потерял шлем короля Удона:) Он очень нужен мне, не навсегда, на время. Сможешь одолжить?

Лекарь откликнулся через пару минут.

Привет, Гермес. Конечно, у меня. Конечно, смогу. Принести в твою комнату в трактире или куда?

Все-таки хоть он и странный, но надежный мужик. Хотя, подозреваю, расстаться со шлемом-чашей ему нелегко.

Нет. Тащи его в храм праотца в Мергусе, отдай настоятелю по имени Гурумон. Но прежде надо сделать кое-что еще.

Я долго строчил, растолковывая Гаазу план. Минут десять, не меньше. Наконец мы обо всем договорились и я, с облегчением выдохнув, закрыл интерфейс переписки. Осмотрелся, и внутри все похолодело.

Баси нигде не было.

Глава 23

Меня охватила злость. Что за упрямая девчонка! Я все ресы отдал, чтобы спасти ее от тинароллов, а она добровольно к ним вернулась! А в том, что это именно так, нет ни малейших сомнений. Пока я хлопал ушами, переписываясь с Гаазом, она улизнула. Найду — убью, честное слово!

Уйдя в инвиз, я двинул в деревню. Но не прошел и сотни шагов, как сквозь дым и пыль увидел топающих навстречу тинов. Каждый держал в руках либо кожаный короб, либо сетчатый мешок, в которых бились пленники. В основном женщины и дети, но попадались и мужики. В одной из «авосек» сидела Бася, причем я узнал ее только по фиолетовому камзолу: волосы принцессы были всклокочены, лицо и руки обмазаны глиной и кровью. Хорошо хоть догадалась замаскироваться.

Тины дружной колонной направились к провалу на участке Федота, я, осторожно ступая, последовал за ними. Они шли, тихо переговариваясь, до меня долетали обрывки фраз, из которых можно было сделать вывод, что поганцы торопятся вернуться в свои пещеры.

— Отпустите, изверги! — завопила вдруг какая-то тетка из сетки.

К ней подскочил шедший рядом тин и легонько ткнул дубиной. Крикунья тут же замолчала и обмякла. Я с ненавистью смотрел на тварюгу, но сделать ничего не мог. В душе все кипело. Надеюсь, у Баськи хватит ума не привлекать к себе внимание.

Процессия достигла провала, и первые тинароллы стали спускаться, нисколько не заботясь о сохранности пленников. Короба и сети бились о склоны разлома, сидевшие в них вскрикивали, выли, но это никого не волновало.

Цепляясь за корни, я вслед за тинами сполз вниз и осмотрелся. Та-ак, а вот и подземный ход! Сверху его не видно, но отсюда понятно, что он очень даже не мал, напоминает туннель около трех метров в диаметре. А внутри мелькает свет.

Я нахмурился, подошел немного ближе, и глаза полезли на лоб. Е-мое! В глубине подземного хода стояла (или лежала?) гигантская, метров пять в длину, сколопендра с бесконечным количеством желтых ножек. Сама она была коричневая, с черными полосками. Верхом на ней восседал тинаролл-извозчик с плетью в руке. А сзади к насекомому-переростку были привязаны полозья, на которых громоздилась большая клетка с гостеприимно распахнутой решетчатой дверцей. Нихрена себе гужевой транспорт!

Засмотревшись на запряженную гусеницу, я не заметил, что отряд тинов проходит вплотную ко мне. Один из них задел меня коробом, находящаяся в нем пленница жалобно охнула.

Здоровье: 6821/6840

Я шарахнулся в сторону. Тинаролл, словно флагманский крейсер, гордо проплыл мимо, никак не отреагировав на случившееся. А мог ведь и сообразить, что здесь кто-то в инвизе. Повезло.

Как только тины подошли к транспорту, они стали вытряхивать пленников из мешков и коробов в клетку. Набили полную, как сельдь в бочке, и захлопнули дверцу. Я видел, что Бася оказалась в середине, ее едва не раздавили. Умница, старается держаться в гуще толпы и не мозолить глаза захватчикам.

Один из них крикнул извозчику:

— Двигай!

Тот взмахнул плетью, ударил по спине сколопендры, и она неохотно тронулась вглубь туннеля, увлекая за собой клетку на полозьях. Поглощенный сюрреалистическим зрелищем, я только сейчас сообразил, что могу не успеть, и рванул за ней. Догнал и, изловчившись, прыгнул на то место, где у приличных животных начинается шея.

Акробатика +1. Текущее значение: 22

Многоножка, почувствовав неудобство, подняла голову, изогнулась и попыталась сбросить лишний груз.

— Ах ты-ы! — рявкнул за моей спиной тинаролл-извозчик и жахнул несчастную сколопендру плетью.

Она просвистела в сантиметрах от моего лица. Я машинально подался в сторону и едва не свалился. Но удержался и, преодолевая отвращение, прижался всем телом к склизкой спине многоножки, которая перестала брыкаться и устремилась вперед.

Переведя дыхание, я успокоился и начал осматриваться. Подземный ход перед нами освещался непонятным образом. Свет явно шел с нашей стороны и терялся метрах в двадцати впереди. Мне понадобилось больше минуты, чтобы сообразить, что он идет из глаз гигантского насекомого — они, словно мощные фонари, испускали два ярких, разгоняющих тьму луча.

Вдалеке послышался шум, он становился все громче, и вскоре «фары» сколопендры выхватили из темноты могучие фигуры, двигавшиеся навстречу. Приглядевшись, я понял, что это очередной отряд тинароллов. Когда мы приблизились, они посторонились и даже прижались к стене подземного хода, чтобы не попасть под наш гужевой транспорт. Многоножка прошла мимо них, я обернулся и с тоской посмотрел им вслед. Еще одна разрушенная деревня, еще десятки поникших цветов на карте-клумбе. Надо во что бы то ни стало остановить гадов, иначе Мидкору придет конец!

Вы покинули землю элгионов, на чужбине благословение праотца бессильно. Бонус 20% ко всем параметрам снят. Бонус плюс 5 единиц ко всем параметрам снят. Праотец вновь сможет вам помогать, как только вы вернетесь в земли предков.

Двигались мы довольно быстро, но все равно ехать пришлось долго. За это время мимо нас прошли три группы тинов. Может, и неплохо, что они уходят, будет проще действовать в их логове.

По пути я разглядел не меньше дюжины ответвлений в стенах туннеля. Принцесса была права: под всеми Проклятыми землями располагалась целая сеть лабиринтов, по которым твари свободно перемещались.

Я постоянно оглядывался, чтобы высмотреть в клетке родную головку. И каждый раз, видя ее, чувствовал облегчение. В такой давке, какую сейчас приходилось претерпевать Басе, недолго и в обморок грохнуться. Но она держалась, как стойкий оловянный солдатик.

Наконец, после нескольких часов пути туннель расширился, и вскоре сколопендра остановилась возле большой дыры в стене, напоминавшей формой арку. Извозчик соскочил со спины многоножки, и я с удивлением понял, что сидел он в самом настоящем седле, укрепленном кожаными ремнями, продетыми под ее брюхо. Он шагнул в проем, что-то быстро сказал и тут же вернулся, за ним появились еще два тина с плетьми в руках.

Распахнув дверцу клетки, они погнали пленников в арку, из которой только что вышли сами, не слушая возражений и не обращая внимания на плач детей. Бедолаги гуськом засеменили в указанном направлении, а я, дождавшись, когда они уйдут, слез со сколопендры и скользнул следом.

Я сделал шаг, и в лицо пахнуло затхлостью, запахом пота, кровью и ароматом никак не сочетающегося с этим местом парфюма. Звон цепей, удары молотов, скрипы, чьи-то требовательные приказы и стоны сплелись в рвущую слух какофонию. Передо мной открылся огромный зал, заполненный рабами старых рас. Вернее, не зал, а гигантская пещерная мастерская. Элгионы, мениольцы и олнейги с антимагическими кандалами на ногах бок о бок трудились на благо Красноглазых. Вдоль каменных стен, местами покрытых подтеками и плесенью, стояли наспех сделанные деревянные верстаки, металлические наковальни, здоровенные котлы на подпорках, в которых что-то булькало. Возле них суетились пленники, каждый был чем-то занят. Между ними степенно ходили штук восемь тинов с плетьми.

В противоположной стороне зала виднелись с полдюжины арок, из которых то и дело выходили люди с тележками. Им сгружали партию готовой продукции, и они исчезали вместе с ней в глубинах коридоров.

Непрекращающийся ни на секунду шум не давал сосредоточиться. Гул голосов смешивался со звоном выковываемого оружия, скрежетом кандалов, шипением варева в котлах, скрипом тележек, шарканьем шагов.

Я шагнул в сторону и прижался к стене, чтобы меня ненароком никто не задел, что было вполне реально. Пленники ходили туда-сюда, что-то подносили, переговаривались друг с другом, советовались, и вся мастерская напоминала улей. Каждый был занят своим делом, но в целом это походило на броуновское движение, на хорошо организованный хаос.

За ближайшим ко мне верстаком невысокий олнейг ковырял дырки в рукоятках секир и передавал их сидящему рядом Красноглазому по имени Фехр. Тин-ремесленник — это что-то новое. Пристроившись за небольшим столом, он аккуратно вставлял в просверленные отверстия небольшие жемчужины, орехи и яйца.

Поколдовав над очередной секирой, он вдруг поднял голову и махнул ближайшему надсмотрщику. Тот подошел, и Фехр показал ему на дырочку в рукоятке.

— Видишь, какая маленькая? — донеслось до меня. — Брак!

Надзиратель обернулся и с размаху опустил плеть на плечо маленького олнейга. Тот вскрикнул и отшатнулся.

— Еще раз ошибешься — зарублю!

— Нет, господин, больше никогда, клянусь, клянусь!

Так и подмывало воткнуть кинжал в красный глаз засранца. Чтобы не впасть в искушение, я отлепился от стены и, лавируя между тружениками, двинул на поиски принцессы. Нашел ее в дальнем конце зала, увидел издалека. От Баси как раз отошел инструктировавший ее надсмотрщик, и теперь она тоскливо смотрела на содержимое кипящего перед ней котла. Концентрированный запах защекотал ноздри. Эта густая сироповидная жидкость золотистого цвета и наполняла пещеру ароматом парфюма. Я заметил, как неподалеку один из пленников опустил в такую же меч, а потом положил его на стол перед колдующим красноглазым шаманом. Тот поводил над оружием серыми руками, обволакивающая металл вязкая субстанция вспыхнула и тут же исчезла, а по клинку побежали желтые и оранжевые звезды.

— Тоже так хочу, — скрипнуло из-под камзола. — Чтобы вот так же блестеть и искриться.

— Цыц! — прошипел я и поспешил покинуть опасное место.

Едва не столкнувшись с очередным тином, я наконец добрался до Баськи, встал рядом и прошептал:

— Привет. Не оглядывайся.

— Сумасшедший! — едва слышно ответила она. — Зачем ты здесь?

— У нас общее дело, забыла? Как ты могла уйти, не дождавшись меня?

— Я видела, что ты не хочешь идти вдвоем. В конце концов, это моя миссия, а не твоя.

Упрямая, блин, как сто баранов. Тихо усмехнувшись, я спросил:

— И какой у тебя план?

— Найти главные ресурсы и собрать артефакт, естественно.

— Это понятно, а конкретно сейчас что собираешься делать?

— Осмотрюсь и соображу, — не разжимая губ, прошептала Баська, — кое-какие мысли есть.

В этот момент из находившегося совсем рядом коридора появился мениолец с тачкой, полной цветов. Я мгновенно узнал в них те, что росли на поле в селении миридов — их расовый ресурс. Пленник подвез тележку к одному из котлов и принялся перекладывать в него растения.

Принцесса скорбно выдохнула:

— Никогда не думала, что наши солнцедарчики когда-нибудь будут служить злу.

Теперь ясно — густое сироповидное варево делают именно из миридовских цветов. Неудивительно: ведь инкрустировать их нельзя. Непонятно другое — каким образом Красноглазые узнали, как их использовать. Впрочем, Теодар мог подсказать.

Я задумался. Совершенно очевидно, что приготовления тинароллов приняли очень широкий размах. Такими темпами они за неделю завоюют и Мидкор, и Пустоши. Что будет после этого с игроками и жителями — страшно представить. А с учетом того, что Явившиеся еще и бессмертны… Короче, пора положить конец безобразию. Только как?

Стоя возле Баси, я мучительно пытался найти решение. Но ничего путного в голову не приходило. Ясно было одно — сначала нужно сбежать, вернее, вытащить отсюда принцессу. Потом забьемся в какое-нибудь укромное место и решим, что делать дальше. Поразмышляв пару минут, я наклонился к уху девушки и прошептал:

— Будь готова. Сейчас кое-что произойдет. Сразу хватай вон ту тележку с оружием и кати ее в коридор.

Она едва заметно кивнула, на лице появилась заинтересованность. А я, обновив инвиз, двинулся вдоль стены к центру зала. Выбрал самый большой котел, подкрался к нему и стал ждать. Как только элгион, помешивающий варево, отошел, я ногой выбил подпорки и поспешно отскочил в сторону.

С громким стуком котел повалился на пол, кипящая жижа разлилась, а я уже был возле следующего. Еще одно движение ногой — снова грохот и новая бурлящая лужа. Шарахнулись в разные стороны пленники, заметались в обалдении тины, заахали ремесленники.

Хитрость +1. Текущее значение:33

Свалив еще три котла (один из которых слегка обжег меня) и убедившись, что поднялась достаточная суматоха, я кинулся к Басе. Она уже подхватила тележку, но далеко уйти не смогла, путаясь в антимагических оковах. Подскочив к ней, я тихо скомандовал:

— Стой спокойно, не дергайся!

Выхватил Заразу, одним движением вскрыл замок и, бросив кандалы в тачку с оружием, слегка подтолкнул принцессу к коридору.

— Вперед, скорее!

Она тут же рванула к арке, катя перед собой тележку, а я, встав в проеме, осмотрел зал. Тины вопили, прыгая по кипящим лужам, но один из них стоял в стороне с совершенно отсутствующим взглядом. Я как-то сразу понял, что он пишет запрос о помощи. Твою ж налево, они еще и грамотные…

Догнав Баську, я схватил ее под руку и торопливо прошептал:

— Бежим! Быстрее!

Мы устремились по коридору, освещенному факелами, но буквально через полминуты услышали топот множества ног. Вдалеке показался целый отряд тинов, и я, быстро оглядевшись, юркнул в боковой проход, увлекая за собой принцессу.

Здесь было потемнее, но в целом приемлемо. Мы пошли по узкому ходу, я пропустил вперед Басю, которая по-прежнему катила тележку, а сам все время оглядывался. Можно было метнуться в один из примыкающих подземных коридоров, но никто за нами не гнался, поэтому я решил не суетиться без нужды.

Полсотни метров — и ход уперся в арку, богато отделанную драгоценными камнями. Баська показала на нее глазами и тихо произнесла:

— Похоже, здесь находится что-то важное. Может быть, даже наши ресурсы.

— Слишком просто. Будь так, здесь от охраны было бы не протолкнуться. А ее нет.

— Тем более. Рискнем?

— Хорошо, — согласился я.

Принцесса оставила тележку и, осторожно ступая, мы вошли в проем. Здесь было темно, свет из хода, приведшего нас сюда, почти не доходил. Я шел на ощупь, ведя за собой Басю. Шаг, другой, третий. И вдруг…

Невдалеке взметнулся фонтан огня, обдав все вокруг снопом искр. На пару мгновений помещение осветилось, и стало понятно, что мы находимся в большом зале, в центре которого расположено сооружение типа колодца, из которого и извергалось пламя. А вокруг — целая толпа людей. Они были везде — справа, слева, сзади от нас. Вот это попали!

Искры погасли, и мы снова оказались во тьме. Я прижал Баську к себе, прошептав на ухо:

— Тсс!

Как отсюда выбираться, совершенно непонятно. Несмотря на хорошую реакцию, я даже не успел понять, кто эти люди, тины или кто-то другой. Заметил лишь, что они стояли неподвижно.

Принцесса сжала мою руку, словно соглашаясь — надо сматываться. Но не успели мы что-либо предпринять, как зал озарил новый столб огня. Заметив боковым зрением кого-то рядом с собой, я слегка повернулся и чуть не рухнул: в полуметре из темноты возникло бледное лицо, смотревшее на меня остекленевшим взглядом. И тут же снова стало темно.

— Мне больно, — прошептала Бася, и я понял, что с силой сжимаю ее пальцы.

Немудрено. Удивительно, как я вообще остался на месте, а не слинял в ту же секунду, заметив эту жуткую морду. Но вот что странно: она показалась мне знакомой. Где я ее видел?

В следующий миг мелькнуло воспоминание: я освобождаю из клетки Рона и Денди, земля начинает трястись и проваливаться, из образовавшегося разлома вылезают тины. Моя первая встреча с ними. Им противостоит небольшой отряд стражников, а руководит им… Точно, Став. Вот чье это лицо! Но ведь он погиб!

И тут я все понял. Пещера Доблести! Именно про нее говорил тогда Бурлехун. Эти сволочи собирают здесь отрубленные головы своих самых отважных врагов. Тогда, помнится, шаман и получил голову Става. Мою, кстати, тоже грозился прихватить.

Словно в подтверждение этих догадок ввысь взметнулся новый фонтан огня. На сей раз я успел заметить, что вокруг вовсе не люди, а действительно головы, насаженные на сталагмиты и высокие деревянные пики. Твою дивизию! Да только за эту пещеру всех тинов до единого нужно подвесить за… что там у них есть.

Еще один столб огня, и за спиной раздался горестный Баськин возглас. Я обернулся — глаза принцессы заволокло слезами, она смотрела на голову перед собой, подсвечивая ее каким-то магическим шариком на ладони. Рон. Верховный служитель Рональд.

Внутри меня все вскипело. Казалось, зайди сейчас сюда Красноглазый — разорву голыми руками. Но никто не вошел. Мы стояли одни меж сталагмитов и пикс насаженными на них головами. Как в кошмарном сне.

— Бась, — проговорил я, невольно отметив, что мой голос охрип от эмоций, — надо идти. Клянусь, его смерть не будет напрасной. Ты уничтожишь этих мразей, а я помогу. Не плачь, а?

Она ладошкой вытерла слезы и попыталась улыбнуться, но получилось не очень. Взяв ее за руку, я двинулся к выходу из зала, остановился возле арки и осторожно выглянул. Тачка с оружием по-прежнему стояла на том же месте, по коридору, спиной к нам, семенил пленник с очередной тележкой. Недалеко из бокового хода слышался рык тинаролла. Выходить просто так небезопасно, нужно подстраховаться.

Я обернулся к Баське и прошептал:

— Придется тебе снова облачиться в кандалы, иначе любой серокожий гад тебя вычислит. К тому же брошенное оружие может вызвать подозрение.

— Хорошо.

Принцесса достала свои оковы из тачки, но надевать не торопилась. Положила на пол и стала водить над ними руками, что-то тихонько приговаривая.

— Эй, ты чего?

— Да тяжелые они, — поморщилась Бася. — Хочу сделать полегче.

Наконец она подняла кандалы с пола и нацепила на ноги. Я многозначительно хмыкнул.

— Некрасиво, ага, — вздохнула принцесса. — Но ты ведь сам сказал, что без них опасно.

— Да я не о том. Посмотри внимательнее: цепь, соединяющая браслеты, парит в воздухе. Нехило ты ее облегчила.

— Ой, и правда.

Наклонившись, Баська еще пошептала, кандалы опустились и стали выглядеть более естественно.

— Бери тележку, пошли.

Я обновил инвиз и первым шагнул в коридор. Принцесса шла следом. Не успели мы миновать ближайший перекресток, как из бокового хода появился пленник и пристроился за нами. Впереди маячили еще как минимум две спины. Так Бася и двигалась в потоке, стараясь не выделяться. А я, обогнав ее на несколько метров, заглядывал во все ответвления в поисках безлюдного. Одно, второе, третье — везде кто-то был, кто-то копошился.

Наконец нашелся небольшой проход, отходящий от нашего под острым углом. Приблизившись к Басе, я взял ее за локоть и направил туда.

Здесь и в самом деле никого не оказалось, и мы могли тихо переговариваться.

— Тележку бросаем? — прошептала принцесса.

— Подожди пока.

— А ты знаешь, куда идти? Ты ведь забирал меня отсюда, может, что-то запомнил?

— Да разве в этом долбанном лабиринте разберешься, — в сердцах рявкнул я и тут же настороженно замолчал.

— С ума сошел — так орать⁈ — послышался возмущенный скрип Заразы.

Я и сам понял, что лажанулся, поэтому, чтобы не повторить ошибки, прикусил язык. Мы молча двигались по коридору, в котором, кроме нас, не было ни души.

Скоро я стал замечать, что явно потеплело. Чем дольше мы шли, тем жарче становилось. В голове зашевелились кое-какие мысли, но озвучивать их я не спешил. Сначала нужно убедиться, а потом уже делать окончательные выводы.

Несмотря на появившиеся догадки, кое-чего я предвидеть не смог. И, когда перед глазами всплыло системное сообщение, в изумлении замер на месте.

После долгого путешествия вы вновь вернулись в земли предков. Тлетворное влияние ветра чужбины уже не действует на вас, а праотец Элгион с радостью возносит над вашей головой свою длань и возвращает благословение — плюс 20% и 5 единиц ко всем параметрам.

Не понял… Что за шутки⁈

Глава 24

Я остановился, потом сделал несколько шагов назад, и появилась новая системка:

Вы покинули землю элгионов, на чужбине благословение праотца бессильно. Бонус 20% ко всем параметрам снят. Бонус плюс 5 единиц ко всем параметрам снят. Праотец вновь сможет вам помогать, как только вы вернетесь в земли предков.

Снова пошел вперед, и в интерфейсе опять отобразилось первое сообщение:

После долгого путешествия вы вновь вернулись в земли предков. Тлетворное влияние ветра чужбины уже не действует на вас, а праотец Элгион с радостью возносит над вашей головой свою длань и возвращает благословение — плюс 20% и 5 единиц ко всем параметрам.

Все еще не веря своим глазам, я полез в параметры и характеристики — они действительно увеличились. Значит, это не глюки. Здесь родная земля. Как такое может быть?

Догнав Басю, которая, естественно, не видела моих маневров и по-прежнему толкала вперед тележку, я взял ее под локоть и прошептал:

— Стой!

— Что случилось? — встрепенулась она.

Я быстро объяснил, и принцесса нахмурилась.

— Это невозможно.

— Возможно, если они прямо здесь организовали добычу ресов.

— Добычу? Здесь? Фантастика.

В устах жителя виртуального мира это слово звучало забавно, но мне было не до веселья. Бонус к параметрам — штука серьезная, не кот чихнул. Поэтому важно понять, где проходит родная земля.

— Постой здесь, ладно? Мне нужно время, чтобы все исследовать.

Я сунулся в ближайший коридор, прошел несколько метров — и снова словил месседж о том, что попал на чужбину. Вернулся, завернул в другой боковой ход, и вскоре родная земля опять исчезла.

Значит, нужно идти вперед. Где-то там должно быть жемчужное озеро, порождающее территорию элгионов. Подойдя к Басе, которая терпеливо ждала, я рассказал о своих выводах, и мы двинулись дальше. С каждым шагом становилось все жарче.

После очередного поворота мы увидели, что коридор упирается в арку. Она не была столь претенциозно отделана, как та, что вела в пещеру Доблести, а выглядела как все другие — просто большая полукруглая дыра в стене. Жар явно шел из нее. Бася остановилась и, обмахиваясь ладошкой, тихо спросила:

— Туда?

— Ага. Будь осторожна, голову опусти, по сторонам не смотри. Помни, ты вся в работе, тебе ни до чего нет дела. Я буду твоими глазами.

— Подожди!

Она сбросила кандалы и, быстро сделав несколько пассов руками, снова их нацепила.

— Ноги натерла? — с сочувствием спросил я.

— Нет, навела защиту от жара.

А ведь действительно стало заметно прохладнее.

— Фу-ух, спасибо.

Бася неспеша двинулась к арке, толкая перед собой тачку с оружием. Я обогнал ее, первым заглянул в дыру… и обомлел.

Справа от меня, метрах в пятидесяти, сверкало большое озеро, поверхность которого имела красноватый оттенок. Немного дальше — еще одно, и еще. Вокруг озер крутились пленники-элгионы, ловцы жемчуга. Одни ныряли, другие, наоборот, выходили из воды, третьи пытались отдышаться на берегу. Там же ходили несколько тинов с плетками.

Слева шумела роща, за ней — еще несколько. Впрочем, вру, не шумела: листья на деревьях были совершенно недвижимы, если не считать тех, которые потревожили сидящие тут и там на толстых ветвях олнейги, сборщики орехов. Немного правее и дальше виднелось поле с желтыми цветами, по которому ходили несколько миридов. С такого расстояния не разглядишь, но возможно, среди них были и Осфен с Армунелем.

За лесами виднелись вершины гор, по которым сновали темные точки: явно пленники-мениольцы, выискивающие на склонах яйца стрелокрылов. А сами они, эти самые стрелокрылы, гордо кружили над заснеженной грядой.

Заснеженной, Карл! Это было невероятно, потому что все это находилось в пещере, к тому же жаркой! Мне понадобилось не меньше полуминуты, чтобы понять, что я попал в то самое место, откуда недавно забирал Басю. Вон там, довольно далеко отсюда, круг телепорта, вот высоченные своды, вот камни, скалы, но теперь среди них — озера, леса и горы. Не изменилось лишь одно: прямо напротив меня текла огненная река. От нее и шел нестерпимый жар. Сейчас я был к ней гораздо ближе, чем в прошлый раз, и смог рассмотреть подробности.

Немного левее меня поток расширялся и образовывал что-то типа заводи, если так можно назвать здоровенный разлив лавы. Над ее поверхностью местами чернели кочки, а в самом центре располагался островок побольше. От него к берегу шла то ли дорожка, то ли насыпь, вход на нее охраняли два тина с секирами.

На островке виднелась круглая каменная плита, испещренная непонятными значками, на ней лежало что-то блестящее, а рядом возлегала большущая ящерица. Именно ее я видел, когда забирал принцессу. Еще несколько похожих тварей, поменьше, ползали по кочкам или бултыхались в лаве.

Я поднял голову и с опаской посмотрел на своды пещеры. Помнится, в прошлый раз сверху падали тинароллы. Сейчас никаких наростов не было. Похоже, почти все Красноглазые ушли в наступление на земли старых рас, и здесь остались единицы. Что ж, нам это только на руку.

— Ты где? — послышался Баськин шепот.

Она стояла в нескольких метрах от меня и водила вокруг руками, словно слепая. Я подошел и легонько сжал ее пальчики.

— Ходил на разведку. Здесь огромная пещера, в которой они устроили фермы для добычи ресурсов.

— Дай посмотреть.

Прижавшись к стене коридора, принцесса осторожно выглянула. Несколько секунд она напряженно осматривала увиденное, и вдруг зашептала:

В реке не могут напиться,

В огне не могут согреться,

Ужасны безглазые лица,

Осколки льда вместо сердца.

Я в недоумении покосился на нее — Бася неотрывно следила за резвящимися в лаве рептилиями. Пригляделся к ним внимательнее и слегка прифигел. У этих монстров действительно были не морды, не рыла, а самые настоящие лица. Почти человеческие, только бесстрастные и слегка мутные, как отражение покойника в потускневшем зеркале. А глаза… Они напрочь отсутствовали, вместо них зияло лишь три черных провала.

— Ты уже сталкивалась с этими чудищами? — спросил я.

— Да, в одном из видений, показанном Хранителем. Это морозные саламандры, — тихо ответила принцесса. — У них внутри — леденящий холод, они постоянно мерзнут, поэтому живут всегда рядом с лавой и с удовольствием в ней купаются. Но мне и в голову не приходило, что с их помощью тинароллы получают ресурс.

— В смысле?

— Туда посмотри — вот как они добывают свою пемзу.

Я повертел головой и заметил плывущую в огненной реке ящерицу. Двигалась она быстро, и за ней оставался след из потемневшей, словно застывшей лавы. Выбравшись на кочку, рептилия отряхнулась, и во все стороны полетели затвердевшие лавовые кусочки. Ресурсы! Что тут скажешь, недурно устроились Красноглазые.

— А вон там, среди лавы, остров, и на нем алтарь, видишь? Похоже, тот самый, где было разбито сердце Теодара.

— Нам это важно?

Баська вдруг тихо ахнула, и я встревожено наклонился к ней.

— Что такое?

— На алтаре Солнцедар!

Я присмотрелся внимательнее, но по-прежнему видел лишь что-то блестящее. Похоже, зрение у принцессы было куда острее моего.

— Если он там, то и другие ресурсы должны быть где-то рядом, — жарко зашептала она. — Мы должны обыскать все вокруг!

— Тихо, тихо, ты привлечешь внимание. Смотри вниз, делай вид, что ковыряешься в тележке.

— Хорошо, — принцесса опустила голову и уткнулась взглядом в оружие. — Но…

— Эй! — раздался вдруг громкий оклик. — Ты что там делаешь⁈

Я вскинул глаза: к нам приближался высокий, широкоплечий тинаролл с плетью в руке. Сделав шаг в сторону, чтобы он не наткнулся на меня, я прошептал:

— Скажи, что тебя послал Бурлехун. Велел отвезти тележку с оружием к лавовому озеру.

Бася сжалась, изображая страх, и, когда Красноглазый подошел, повторила эти слова.

— Шаман Бурлехун? — нахмурился тин. — К Огнехрану? Зачем?

— Не знаю, господин, — прошелестела она. — Велено стоять там и ждать, пока оружие не заберут.

— Так чего ты тут околачиваешься? Иди, да поторапливайся, — с этими словами надсмотрщик, погрозив ей плеткой, отправился к ныряльщикам.

Принцесса, с облегчением выдохнув, толкнула тележку и засеменила к лавовой заводи, которую тин назвал Огнехраном. Я поспешил следом, внимательно глядя по сторонам.

Через пару минут мы приблизились к огненному озеру и пошли вдоль берега. Здесь жар ощущался намного сильнее, несмотря на защиту заклинания, наложенного моей спутницей.

Я лихорадочно думал, пытаясь сообразить, что делать. Никаких хитростей, как назло, в голову не приходило. Похоже, действовать придется в лоб.

— Бась, слушай. Иди дальше, но медленно. А я попытаюсь проскочить по насыпи к алтарю. Как минимум надо спереть Солнцедар.

— Надо забрать все, — возразила она. — Но там, у входа на дорожку к острову, стоят два стражника.

— Попробую просочиться между ними. Все, удачи нам.

С этими словами я направился к тинам, охраняющим насыпь. Неслышно приблизился на расстояние в несколько метров и с разочарованием увидел, что между ними натянута сеть. Явно антимагическая. Значит, на инвиз можно не рассчитывать. Блин, засада. Что ж делать-то?

Внимательно осмотревшись, я заметил невдалеке пленников. Толкнуть, что ли, одного из них на стражей? Ну, такое себе, надо придумать что-нибудь получше.

Пока я размышлял, подрулила Бася с тележкой. И не успел я ничего понять, как она скинула кандалы, в руке ее сверкнул дикмус. Принцесса быстро дунула — и оба стража, покачнувшись, рухнули в лаву.

Сказать, что тины завопили — ничего не сказать. Такого жуткого воя мне ни разу не приходилось слышать. Дикая боль смешалась в нем с яростью, страхом, ненавистью. Я с ужасом смотрел, как их тела погружаются в бурлящую пучину, как с них слезает серая кожа, как оголяются черепа.

Их вопли перешли в хрипы и быстро затихли. Мелькнула в пузырящейся плазме рука, вернее, чудом уцелевшая лучевая кость, словно тянущаяся к небу. И все. Твою ж налево, хорошо, что я пленников не толкнул, как собирался, а то и они сейчас шли бы ко дну этого жуткого озера.

Я поспешно обернулся — невдалеке столпилась кучка олнейгов и элгионов, на их лицах отражалась радость. Но главное — со всех сторон бежали надсмотрщики. Правда, было их немного, походу, основная часть и в самом деле отправилась в атаку на земли старых рас. Но и тех, что сейчас неслись к нам, за глаза хватит.

Лихорадочно покопавшись в мешке, я вынул несколько отмычек и кинул под ноги пленникам. Тут же катнул к ним тележку, из которой тотчас высыпались мечи, секиры, топоры, и крикнул:

— Освобождайтесь! Берите оружие и защищайте девчонку! По велению Теодара она единственная, кто может остановить тинароллов!

Те в растерянности топтались, но вот один из них, самый активный, подхватил отмычки и в момент расстегнул кандалы. Взглянув на его ник, я воскликнул:

— Молодец, Кактус! Ребята, вперед, вы их одолеете! Нас тут много в невидимости, мы поможем!

Грех, конечно, обманывать несчастных неписей, но что делать. Зато пленники зашевелились, и дело пошло. Подтолкнув к ним Басю, я бросился по насыпи к алтарю. С двух сторон бурлила лава, горячие испарения лизали лицо. Казалось, еще минута, и я просто сгорю. Свалюсь в кипящую бездну, как недавно охранники.

Несмотря на невероятную жару, до островка я добрался. На нем нежилась та самая гигантская саламандра, которую я в прошлый раз принял за дракона. Огромная, темная, с рыжими пятнами и хвостом цвета лавы, она свернулась клубочком и, казалось, сладко спала.

Я жадно взглянул на алтарь: Солнцедар парил над ним в воздухе, неспешно шевеля тремя своими лепестками. А под ним, на каменной, испещренной рунами поверхности, лежали Черная Жемчужина, Великий Зеленый Орех и Изумрудное Яйцо. Вроде бы вот они, рядом, только руку протяни. Но над ними переливался прозрачный золотистый купол. Ясно, ловушка. Походу, не зря я на вора учился.

Сзади слышался топот, звон оружия, звуки боя, но я ни на что не обращал внимания. Достал Заразу и приступил к делу.

Обезвреживание удалось.

Вот так вот, с первого раза! Вот что значит максимальная Смекалка!

Прежде чем забрать ресурсы, я обвел глазами алтарь, внимательно осмотрел все вокруг него. Таинственной Пожирающей Огонь нигде не было. Твою ж…

— Где же эта долбанная спираль? — в отчаянии пробормотал я.

— А эта тебе не подойдет? — с готовностью проскрипела Зараза.

— Где⁈

— Да вот же, рядом лежит, спит.

Поняв, что речь о саламандре, я с недоумением посмотрел на нее. Она и в самом деле свернулась спиралью. Эмм… Может ли это длинное, здоровенное существо быть главным ресурсом? Невероятно.

Сзади раздался крик Баси, я резко обернулся. Недалеко от начала насыпи освободившиеся пленники сражались с большой толпой тинароллов. Мама дорогая, откуда их столько⁈ Красноглазых действительно оказалось немало, среди них были и надсмотрщики с плетями, и воины с топорами и томагавками. Но что самое страшное — один из них держал принцессу.

Тины явно побеждали, и бывшие пленники, возглавляемые Кактусом, отбивались из последних сил. Их осталось мало, большинство истекало кровью.

Медлить нельзя!

Схватив ресурсы, я запихал Солнцедар с Орехом в суму и со всех ног бросился назад. Хрен с ней, со спиралью, позже разберемся. Сейчас важно спасти Баську!

Пока я мчался по насыпи, инвиз закончился. Обновлять его не было времени. Ничего толкового в голову не пришло, поэтому я остановился, поднял над головой Жемчужину, Яйцо, и во все горло заорал:

— Отпустите ее, или я уничтожу все ваши фермы, все ваши запасы ресов!

Тины остановились, среди них наметилось легкое замешательство. Но вот они расступились, пропуская кого-то, и через несколько секунд впереди толпы появился Бурлехун. Внимательно посмотрев на меня, он обернулся и что-то сказал. К нему тут же подвели Басю. Шаман схватил ее за волосы и откинул ей голову, обнажив шею.

— Вижу, ты сделал свой выбор, — громко и веско сказал он. — Между девчонкой и ресурсами выбрал последнее. Что же, быть посему!

Он выхватил из-за пояса кинжал с изогнутым лезвием, явно ритуальный, и занес его над принцессой. У меня потемнело в глазах, не помня себя, я закричал:

— Сто-ой!

Отблески лавы угрожающе сверкнули на лезвии. И в этот миг над головой шамана мелькнула тень. Кинжал выпал из его рук, а сам Бурлехун с разодранным лицом отлетел в толпу соплеменников. В ту же секунду рядом с ним материализовался из воздуха огромный медведь и с ревом ринулся на тинов. Над его головой блестела синяя надпись:

Михаил, Папа, Боевые тигры

Я рванулся вперед и еле успел подхватить потерявшую сознание принцессу. Одной рукой удерживал ее, другой сунул в суму ресурсы.

Красноглазые, ощетинившись оружием, отступили к перелеску. Они явно старались держаться от мишки подальше. К ним из-за деревьев и от гор огромными прыжками бежали другие тины. А с другой стороны, от точки телепорта к месту стычки со всех ног мчалась толпа игроков. В основном — мои соклановцы, но были и ребята с другими названиями над головой. Папа на бегу управлял питомцем, одновременно раздавая указания.

Из груди вырвался вздох облегчения. Сработало! Хотя я, давая указания Гаазу, особо не надеялся. Отправил его к Кафке, так как помнил, что чародей умеет писать огненными буквами. Вот их-то и попросил нанести на поверхность шлема Удона, и даже текст продиктовал. Не Шекспир, конечно, но первое, что пришло в голову:

Мой бренный прах найдет покой в канун великой скорби.

Поможет в этом мне простой плутишка элгионский.

Да, он лишь хитрый плут и вор, но избран в час угрозы,

Чтобы утешить в горе вдов и отомстить за слезы.

Это четверостишие было, можно сказать, для затравки. А вот в следующем я изложил мысль, ради которой и придумал эту галиматью.

А коли ты его должник, хоть вор ты, хоть убийца,

Помочь ты должен в трудный миг плуту со злом сразиться.

Иначе явится она — костлявая, с косою,

И уничтожит без следа, что связано с тобою.

Я попросил Гааза со всем этим хозяйством пойти в храм-пещеру и отдать шлем Главному служителю Гурумону. Причем сказать, что так и было. В смысле, что он сам его нашел в саркофаге Удона, и тут же проступила надпись.

Расчет был на то, что старик впечатлится и разнесет информацию не только по Мергусу, но и по всему королевству. В конце концов она дойдет до ушей нужных людей, и они захотят мне помочь. Я давно заметил, что пророчества, особенно якобы древние, сильно действуют даже на стойкие умы. Хотя все равно не очень верил, что кто-нибудь явится, но выбор был невелик. Имея под боком непоседливую принцессу, ополчения не соберешь.

Глава 25

Мне понадобилась секунда, чтобы все это прокрутить в памяти. В следующее мгновение я, подхватив Баську, уже бежал навстречу сокланам. Они налетели, кто-то, махнув рукой в сторону Красноглазых, крикнул:

— Этих мочим⁈

— Да! — выпалил я в ответ.

Толпа помчалась к тинароллам, а я положил Баську на землю. Блин, нашла время потерять сознание, надо срочно что-то решать со Спиралью.

Возле меня остановился Папа. Одновременно управляя медведем, который успел переместиться ближе к лесу, он сказал:

— Ну, вот и мы. Успели?

— В самый раз. Как вы здесь оказались?

— Предсказание, — кланлидер бросил на меня проницательный взгляд и усмехнулся. — Небось, твоих рук дело?

Признаваться я не собирался — вдруг свалит вместе с ребятами — и пошел в отказ.

— О чем ты?

Пока я доставал зелье здоровья для Баськи, Папа быстро рассказал то, о чем я уже догадывался. А потом, к моему удивлению, добавил:

— Но это не самое главное.

К нему подскочила Алсара и, кивнув мне, воскликнула с ноткой паники:

— Флаг не ставится! Система пишет, на Проклятых землях невозможно! И cвязь только внутри локи.

Лидер помрачнел.

— Плохо. Ладно, что же делать, будем улетать в Лепсиц.

Девушка тревожно взглянула на меня и стала проталкиваться к танкам.

— В какой еще Лепсиц? — не понял я.

— Город такой. Мы поставили его точкой рессуректа.

— Зачем?

— Это и есть еще одна причина — Багряная Твердыня захвачен зверолюдами. Да что там Твердыня — Мергус тоже под ними.

— Офигеть, когда же они успели? Я там был буквально… эмм… позавчера.

— Нынешней ночью вошли, — в его глазах промелькнула злость. — Мы пытались противостоять, да какое там. Облепили нас, как саранча. Представь, игрокам приходилось убивать друг друга, чтобы лететь на респ и не остаться на растерзание этим гадам.

— Жесть…

— Это еще полбеды. Потом появился какой-то Мегапод, огромная обезьяна невероятного уровня. Давила и крушила все, что ей под ноги попадалось.

Точно! Бася потеряла Солнцедар, а вместе с ним и контроль над Защитником. И в этом случае, как она сама говорила, он пойдет искать цветок, круша все на своем пути. Походу, он направляется сюда, и если мы не поторопимся, разнесет здесь и нас, и Красноглазых.

Папа сосредоточился на управлении медведем. А я, пытаясь влить в Баську зелье здоровья, одновременно краем глаза смотрел, как толпа наших рубится с тинами. Если бы не Михаил, у сокланов не было бы шансов, он был очень весомым аргументом. Стоявшие неподалеку от нас маги и лучники лупили из-за его спины, чувствуя себя при этом весьма комфортно. А вот милишникам приходилось туго. С флангов Красноглазые поджимали, и было заметно, что хилеры, среди которых я увидел и Гааза, едва успевают отлечивать танков. От леса и гор бежали все новые тинароллы, их количество увеличивалось прямо на глазах.

— Но и это не основное, — покосился на меня Папа. — В общем, должен признать, ты был прав.

— В чем?

— У Смолянки закончился контракт, она хотела его продлить, как сделали мы все, потому что здесь настоящие друзья и настоящая жизнь. Но онлайн почему-то не получилось. Тогда она попробовала выйти в реал, чтобы лично пообщаться с представителями компании. И, представь, не смогла. Ей стало плохо, сердце забилось так, что пульс зашкаливал, появилась боль по всему телу, девчонка начала задыхаться. В общем, собрав волю в кулак, она сосредоточилась и смогла снова вернуться в игру. Проблемы тут же исчезли. И этот случай не единственный, сейчас по всему Мидкору появляются ребята с истекающими договорами. Никто из них не может выйти, у всех одинаковые симптомы. Народ реально паникует.

— Наконец-то доперли, — пробурчал я, с тревогой глядя на Баську. Несмотря на влитый фиал, она не подавала признаков жизни. — А сюда вы как попали?

Папа кивнул куда-то в сторону.

— Вон, благодаря ему. Не знаю, как он узнал, где искать тебя и тинов, но сам явился, дал свитки, и мы все прилетели сюда.

Я проследил за его взглядом и в изумлении замер: от круга телепорта во главе отряда человек из тридцати стремительно мчался Фергус.

Тинароллы давили все сильнее, и наши немного отступили. Теперь мы с Папой стояли на одной линии с дальниками.

— Отойдем? — гаркнул он, перекрикивая шум боя.

— Нельзя! Нужно охранять эту насыпь!

Тем временем Фергус со своими ребятами добежали до места схватки и буквально врубились в битву с дальнего от меня фланга. Замелькали знакомые черные вихри, причем не один, а десяток сразу. Похоже, мой должник привел с собой всю Гильдию убийц. Да с такой поддержкой от тинов мокрого места не останется!

— Все в инвиз! — раздался в стороне знакомый голос. — Освобождайте пленников, раздавайте оружие!

Я вскинул голову — Андрес!

За ним бежала толпа бродяг, буквально за десять секунд после команды растворившихся в невидимости. Следом с элгионов, толпившихся на берегу ближайшего озера, стали слетать кандалы. У некоторых в руках из пустоты материализовались ножи и кинжалы. Неписи воодушевились и кинулись в битву.

Йес!

И Папа будет рассказывать, что мой план с пророчеством не послужил главным аргументом⁈ Гон!

Торжествующим взглядом я обвел поле боя… и радость моя поубавилась. Тины давили и давили. Возможно, они отозвали отряды, атаковавшие королевства Мидкора, и все теперь собирались здесь. Наши танки падали один за другим. И улетали в неведомый Лепсиц, откуда уже не могли вернуться. Потери появились даже среди лекарей и магов, их осталась от силы половина.

Сколько еще ребята продержатся — минуту? Пять? Принцесса в отключке, а без нее я как без рук. Наклонившись над ней, я легонько похлопал ее по щекам.

— Бася, Бася, очнись!

Оставшиеся в живых дальники отступили на пару шагов и буквально уткнулись в нас. Заметив это, Папа рявкнул:

— Столет, Андрей, сюда! Охранять Гермеса и девушку!

Сквозь толпу пробился Фергус и лихо мне отсалютовал.

— Приветствую! Какая цель? Что в приоритете?

Баська вдруг ожила, приподнялась на локте и ткнула пальцем в островок.

— Саламандра! — крикнула она. — Ее нужно уничтожить!

Фергус посмотрел на меня, ожидая подтверждения приказа. Я кивнул, мысленно возблагодарив богиню Мириду: вовремя же принцесса пришла в себя!

Убийца отвернулся, и поле боя накрыл пронзительный свист. Не прошло и пары секунд, как вокруг него собрались члены Монт-Руал. Сделав им знак рукой, Фергус побежал к островку. Баська вскочила на ноги и бросилась за ними. А я, естественно, за ней.

На ходу я обернулся — наши проигрывали. Мишка прихрамывал, обливался кровью и ревел как сумасшедший. Возле него крутились Алсара и Гааз, пытаясь лечить, но он явно принимал гораздо больше дамага, чем они могли выхилить. Танков почти не осталось, и теперь, когда убийцы покинули поле боя, сокланам приходилось несладко. Единственной их поддержкой остались невидимые бродяги Андреса.

Едва Фергус подскочил к саламандре и нанес первый удар, как над ее головой появилась полоска жизни. Я настолько верил в убойную силу моего должника, что подспудно ожидал — она ему на один зуб. Не тут-то было! Здоровье монстра почти не уменьшилось, ну, может, полпроцента снялось, а то и меньше.

Подбежали другие убийцы и обрушили на саламандру град ударов. Ее хиты медленно, очень медленно поползли вниз, сама она вытянулась, отпрянула назад и вдруг дунула на ближайшего врага. Даже меня обдало холодом от ее дыхания, а парень тут же превратился в ледяной сталагмит. Тварь развернулась, с силой ударила по нему хвостом, и он разлетелся на мелкие кусочки.

Не теряя времени, саламандра повернулась к другому противнику. Откинула голову, дунула — и появился очередной ледяной столб. Убийцы, никогда прежде, похоже, не встречавшие такого мощного отпора, немного отступили. Но не сдались и продолжали жалить свою жертву.

За следующую минуту тварь заморозила еще троих. В ответ Фергус, крутившийся вихрем, метнулся к самому краю островка, буквально зависнув над кипящей рекой. Я поразился его изобретательности: капельки лавы, разбрызганные создаваемым им ветром, попадали на заледеневших убийц, и те оттаивали до того, как саламандра успевала ударить по ним хвостом. Заметив это, его товарищи-вихри тоже стали смещаться к берегу, помогая спасти замороженных. Но при этом не забывали бить и по самой саламандре.

У нее осталось восемьдесят процентов здоровья.

Сзади раздался крик, и мы увидели, что на насыпь вылезают другие рептилии, поменьше. Те самые, что до этого купались или отдыхали на маленьких островках-кочках. Сейчас они двигались к нам, и в их намерениях не было сомнений: они ползли защищать старшую подругу.

Несколько убийц метнулись им навстречу. Ящеры дружно дунули, но их дыхание оказалось не столь сильным. Оно не превращало в лед, но подмораживало и сковывало движения.

От происходящего рябило в глазах — мелькали вихри убийц, крутились саламандры, искрились в свете огненной реки ледяные столбы, блестели капельки летящей лавы.

Пятьдесят процентов здоровья.

Подключились и мы с Басей, ее дикмус неплохо действовал на мелких саламандр. Не усыплял, но приводил их в сонное состояние, в котором они не могли оказывать достойного сопротивления. А вот с большой оказалось сложнее — она топнула лапой, и перед ней возник покрытый инеем призрачный щит, через который не проходило колдовство принцессы.

Я попробовал ударить из инвиза — урон ноль. Нехилая защита у главного ресурса тинароллов!

С обеих сторон ежеминутно появлялись жертвы жестокой бойни. Убийцы падали один за другим, но и мелких саламандр осталось всего две. А у большой — тридцать процентов здоровья.

Ледяных столбов становилось все больше. И все меньше оставалось тех, кто мог их спасти. Тварь крутилась, стучала когтистыми лапами, то и дело била хвостом, а замороженные монтруаловцы разлетались на мелкие куски. Для непися это, конечно, смерть.

Наконец пали все мелкие саламандры, осталась одна здоровенная гадина. Но и у той было всего лишь двадцать процентов здоровья. Перед ней вихрями мелькали несколько еще живых убийц.

Я заслонил собой Басю и оттеснил ее за алтарь. Если ребята не справятся, нам придется туго. Вот превратился в столб и рассыпался на части один из них, второй, третий. И в какой-то момент остался лишь Фергус. Видя, что все соратники пали, он решился на отчаянный шаг: сделал невероятный кульбит и, приземлившись прямо перед саламандрой, попробовал перерезать ей глотку. Но успел снять лишь пару процентов, потом та взвилась в воздух и всей тушей свалилась на него, раздавив бедолагу своим весом. Отползла назад и ударила хвостом по истерзанному убийце.

Тело пролетело несколько метров и с жутким звуком шлепнулось прямо к моим ногам. Я рванул из пояса зелье здоровья и наклонился к Фергусу. Он улыбнулся мне разорванным ртом и прошептал:

— Прости, не смог… помочь…

И в следующую секунду испустил дух. Я стоял над ним, понимая, что моя последняя надежда испаряется.

— Еще почти десять процентов! — в отчаянии прошептала за моей спиной Бася. — Нам не справиться!

Я встрепенулся. Десять процентов? Господи, где раньше были мои мозги⁈

Повернувшись к Баське, скомандовал:

— Спрячься за алтарем и ничего не бойся. Верь мне, все будет хорошо!

— Постой, куда? Ты не сможешь…

Но я уже ушел в инвиз и направился к саламандре. Та, вся в крови и каких-то струпьях, воинственно оглядывалась, выискивая врагов.

Осторожно ступая, я подкрался к ней и достал Заразу. Чувствуя, как бешено колотится сердце, размахнулся и что есть силы вогнал ее вражине в бок.

Моя верная булавка жадно заурчала, а саламандра, на миг замерев, захрипела. Секунда — и она тяжело свалилась на обугленную, запекшуюся землю. Полоска здоровья над ее головой мигнула и исчезла.

Противник, положивший за одну битву всю гильдию убийц, был мертв! Зараза, как и положено, высосала десять процентов здоровья.

Хитрость +1. Текущее значение:34

Набрано 10 очков характеристик. Желаете повысить уровень?

Подбежала Бася и замерла, глядя на саламандру неверящим взглядом.

— Невероятно, — восхищенно прошептала она. — Как ты это сделал?

— Не теряй времени, — отмахнулся я. — Что дальше?

Она тряхнула головой, собираясь с мыслями.

— Сейчас. Где ресурсы, у тебя?

Кивнув, полез в инвентарь и достал четыре реса. Принцесса бережно взяла Черную Жемчужину, наклонилась и вставила ее в одну из пустых глазниц саламандры.

— Гермес! — раздалось сзади.

Я обернулся. В полусотне метров, на насыпи, стоял Андрес. Чуть дальше, за его спиной, истерзанный медведь из последних сил сдерживал рвущихся к островку тинароллов. Возле него оставалось не более полудюжины игроков. Не было сомнений, что через минуту-другую Красноглазые прорвутся ко мне.

— Уходим! — крикнул Мастер Воров.

— Бася? — поторопил я принцессу.

— Еще немножко, пожалуйста, — умоляюще ответила она, взяла у меня Изумрудное Яйцо и вставила во вторую глазницу.

— Продержитесь еще чуток! — заорал я сам не зная кому. — Почти закончили!

Услышали ли наши, не знаю, но тины услышали точно. И впечатлились.

— Вперед! — проревел один из них. — Быстрее!

Орда Красноглазых колыхнулась и надвинулась на оставшихся игроков, сметая их с пути. С трубным воем пал Михаил, а следом и остальные.

Но Андреса не так-то легко было напугать.

— Хорошо! — весело крикнул он. — Будем им последней преградой!

— Басенька, милая, поторопись, — взмолился я. — У тебя не больше полуминуты.

Она не стала терять времени на ответ, схватила с моей ладони Великий Зеленый Орех и вставила в третью глазницу саламандры. Едва она это сделала, с главными ресами стало происходить что-то странное. Они задрожали, задергались в разные стороны, словно хотели вырваться.

— Что-то не так?

— Не волнуйся, — сказала принцесса, — это реакция перед трансформацией. Сейчас они успокоятся.

Она взяла у меня из руки Солнцедар и, оторвав от него все три лепестка, положила по одному на каждый ресурс. Те сразу перестали вибрировать, и Баська счастливо улыбнулась.

— Сейчас начнется, — прошептала она.

Я посмотрел на насыпь и невольно содрогнулся: к нам прорывались тины, топча ногами не успевшие испариться трупы воров. Красноглазых от нас с Басей отделяли лишь Андрес и несколько бродяг, появляющихся и снова исчезающих в инвизе. Вот упал от удара секиры один из них, второй, третий.

Бросив торопливый взгляд на саламандру, я заметил, что она начала дрожать, как от холода. Снова обернулся к насыпи — из защищающихся в живых остался только Андрес.

— Эх, где наша не пропадала! — лихо прокричал он и ушел в инвиз.

Через мгновение ближайший к нему Красноглазый с хрипом схватился за горло, на котором заалела резаная рана. Он сделал шаг в сторону, покачнулся и упал в пылающую реку, а в Мастера Воров, материализовавшегося рядом, тут же прилетел томагавк. Воткнулся в висок и моментально окрасился кровью. Несчастный Андрес рухнул как подкошенный, и тины, устранившие последнее препятствие, ломанулись в нашу сторону.

Я резко повернулся и замер: с саламандрой происходит нечто странное. Она уже не дрожала, а буквально тряслась, кожа ее покрылась крупными пузырями, становившимися все больше. Какое-то невообразимое предчувствие сработало во мне, я схватил за руку принцессу и дернул ее за алтарь.

Миг — и раздался жуткий взрыв. Подбегающих тинароллов буквально смыло в огненную реку взрывной волной, и я зажмурился, чтобы не видеть снова, как с их черепов сползает кожа.

Ошметки саламандры дождем попадали на нас, сама она исчезла, а на ее месте появилось огромное багровое сердце. Оно трепетало и билось — тук-тук, тук-тук, тук-тук.

Бася, повалившаяся при взрыве на меня, легко вскочила на ноги и бросилась к нему. Подбежала и, воздев руки к небу, во все горло закричала:

— Великий Теодар! Мы исполнили предназначенное нам матерью-Миридой! Мы возвращаем тебе утраченное сердце!

У меня внутри похолодело. Что Баська говорила про круговорот жизни, который показывал Хранитель? «Когда наша миссия будет выполнена, мы исчезнем». Господи, нет!

— Стой! — заорал я, кинувшись к ней. — Не надо, подожди! Я не смогу… Это нереально! Лучше мы с тобо…

Она обернулась и ласково пропела:

— Порой и нереальное реально, мой милый.

В тот же миг в воздухе возникла огромная огненная рука, она опустилась к земле и схватила бьющееся сердце. Налетел вихрь, поднял Басю в воздух и стремительно закружил. Все вокруг завертелось, меня подхватило порывом и бросило высоко вверх. Я летел, чувствуя, как душа уходит в пятки, и видя, как вокруг образуется туманная пелена. Потом замелькали клочья облаков. Как⁈ Мы же в пещере!

В какой-то момент мое тело достигло наивысшей точки, и я полетел вниз. В ушах свистело, воздух бил в лицо, мешая дышать. Разобьюсь!

Земля приближалась с жуткой скоростью, я сгруппировался и…

Бум-с!

Эквилибристика +1. Текущее значение: 16

Потеряно 15 хитов

Здоровье: 85/100

Пятнадцать? Это еще по-божески. Ударился бедром — больно, но не смертельно.

Так, момент, а почему здоровье всего сто? Что за хрень? Я бросил взгляд на уровень — первый! Не понял… Где мой пятьдесят второй⁈ Что происходит⁈

Спокойно, без паники. Сейчас надо понять, куда меня занесло. Может, тогда будет ясно, что случилось с моими показателями. И, главное, выяснить, что стало с Басей. Возможно, ее выбросило где-то рядом?

Я встал и осмотрелся. Под ногами круг возрождения, впереди песчаный косогор с редкими кустами, за ним — море. Слева деревья, за ними…

— Чего встал как вкопанный⁈ — послышалось рядом. — Быстро работать!

Я обернулся. Мать моя женщина…

— Корлин!

Это и в самом деле был он — надзиратель начальной локации. Мясистый нос, лошадиные зубы, крохотные глазки — в нем ничего не изменилось.

— Ты меня знаешь? — нахмурился Корлин.

— Н-нет, — торопливо ответил я, пытаясь уместить в голове происходящее. — Куда идти работать?

Надзиратель махнул мне лапищей и потопал к морю. Я направился за ним. Сейчас он отведет меня на берег и свалит, тогда можно будет спокойно подумать.

Все так и произошло. Показав мой участок и сообщив, что обед у них в три, он благополучно отбыл, а я присел у косогора, в тени разлапистого кустарника. Невдалеке приветливо махала ветками, усеянными оранжевыми ягодами, пироканта. Над поверхностью воды время от времени появлялась голова Риччи, дальше по берегу, по направлению к кухне, белела роба Гааза. Все точно так же, как в первый раз.

Как в первый раз…

И тут я все понял.

Откат! Игра вернулась назад, словно последнего месяца не было. Именно поэтому у меня снова начальный уровень с единственной сотней здоровья.

Голова лихорадочно заработала. Да, похоже, все так и есть. Откат — стандартная практика игровых миров. Если случается крупный баг, последствия которого сложно исправить, админы возвращают программу на точку, в которой еще не было никаких неполадок. При этом зачастую компенсируя игрокам их впустую потраченные усилия.

Значит, в Мидкоре теперь все, как было месяц назад. Андрес, Фергус и остальные живы. У Теодара нет раздвоения личности, он не создавал тинароллов, а его жена — миридов.

То есть Баси больше нет. Вернее, как бы никогда и не было.

Эта мысль доставила мне почти физическую боль. Сердце затопила тоска. Я изо всех сил сжал зубы, пытаясь унять накатившие чувства.

Мидкор сразу стал серым и неинтересным. Зачем мне мир, в котором нет ЕЁ?

Не знаю, сколько прошло времени. Может, час, а может, и два. Я смутно ощущал, что рядом стоит Риччи, что-то говорит. Плевать.

Он ушел, а я все сидел, тупо глядя в одну точку. А когда начал немного соображать, посмотрел в интерфейс. Да, все так и есть, кнопка выхода из игры активна. Немного поколебавшись, я нажал на нее.

В этот момент само собой всплыло сообщение. Увидев имя отправителя, я оторопел — Теодар!

Гермес, спасибо за спасение Мидкора! В благодарность за твое мужество я подарю то, о чем ты мечтаешь, чтобы…

Дочитать я не успел. Интерфейс мигнул, почернел, промелькнули слова «Выход из игры».

Прощай, Теодар. Не нужны мне твои подарки.

Эпилог

Не знаю, как Арсению удалось заманить меня на это собрание. Видимо, повлияло чувство вины за мой роковой выстрел — я прекрасно помнил, что благодаря ему дядю дольше двух недель промариновали в кутузке.

В просторном зале с огромными окнами за длинным столом, уставленном бутылками с минералкой и маленькими флажками с символами корпорации, сидело два десятка сотрудников. Помимо Арсения и отца я никого не знал, да и не стремился. Тем не менее по пути к своему креслу вежливо поздоровался и улыбнулся. Как всегда. На людях я все время старался быть дружелюбным, а в сердце стыла лютая тоска. Сам не ожидал, что простая влюбленность может так сильно меня ранить.

С тех пор, как я покинул игру, минуло два месяца. Девчонки больше не радовали. Я жадно искал глазами среди них одну, ту самую. Но, естественно, не находил.

Серые, безрадостные дни следовали один за другим. Я старался без нужды не выходить из дома — вид других людей угнетал. Было совершенно непонятно, как они могут смеяться, чего-то хотеть, к чему-то стремиться в этом скучном, унылом мире.

Ни отец, ни Арсений моего состояния не замечали, а вот мать не раз внимательно и серьезно смотрела на меня, словно пыталась прочитать что-то в моей душе. Но ничего не спрашивала, лишь однажды задумчиво обронила:

— Как ты изменился, милый.

Я и сам это понимал. Все мои прежние занятия теперь не просто казались глупостью, но вызывали брезгливое презрение. Так же, как и бывший приятель Стас, который до сих пор где-то прятался после выстрела в продавщицу. Я, кстати, разыскал ее родственников и анонимно перевел им немаленькую сумму. Понятно, что деньгами потерю близкого человека не возместишь, но что еще я мог сделать?

— Макс?

Ко мне наклонился Арсений.

— Спасибо, что пришел, — прошептал он и заговорщицки подмигнул: — Обещаю, скучно не будет.

Тем временем отец посмотрел на часы и, кивнув, произнес:

— Ну что ж, все в сборе, можно начинать. Арсений, прошу.

Тот поднялся, пару раз кашлянул, прочищая горло, и начал:

— Друзья, всем нам пришлось пройти через очень серьезные испытания, я бы сказал, через бурю. Но наш корабль показал свою прочность, он не только не утонул, но, напротив, на гребне волны взмыл ввысь. Поднялся выше многих игровых компаний, представляющих развлекательную индустрию. И все это случилось благодаря сплоченности и профессионализму нашей команды. В первую очередь хочу отметить работу нашего юридического департамента.

Сидящий напротив меня молодящийся мужчина с явно подкрашенными волосами хитро улыбнулся и, поправив рукав полосатого костюма, сказал:

— Да, дельце было непростое. Столько всего пришлось перевернуть, столько рычагов и людей задействовать… Но главное — результат!

— Это верно. Спасибо, Георгий Маркович. Вам лично и всем вашим ребятам, — Арсений наклонился над столом, пожал ему руку и продолжил: — Было бы гораздо сложнее, если бы нас не поддержали наши тестировщики, наши игроки, сплотил которых один замечательный человек. Кстати, он любезно согласился возглавить у нас отдел по связям с общественностью. Прошу любить и жаловать: Михаил Папанин, наш новый коллега.

Я чуть не свалился с кресла, когда поднялся парень, сидевший через два места от меня. Папа! На носу привычные гаррипоттеровские очки, но сейчас он был одет в новенький черный костюм и накрахмаленную рубашку с галстуком — типичный белый воротничок.

— Если бы не он, вполне возможно, я до сих пор находился бы не в самом приятном месте, — пояснил Арсений. — Михаил запустил такую волну в интернете, в средствах массовой информации… Если поначалу пресса выставляла нас людоедами, готовыми за деньги гробить людей, то благодаря его деятельности общественное мнение диаметрально поменялось. Мы стали героями, а Мир Двенадцати Королевств — интересным и желанным для многих местом.

— Точно, — закивал Георгий Маркович. — Чего стоят одни флешмобы, проведенные разом в пяти городах.

— Давай, Михаил, скажи слово! — выкрикнул щекастый парень в свитере с растянутым воротом.

— На мой взгляд, Мидкор — настоящая жемчужина в мире игр, — заговорил Папа. Его лицо, как обычно, было серьезным, а голос уверенным и четким. — Он, безусловно, стоит того, чтобы за него бороться. Я не простил бы себе, если б его втоптали в грязь.

Сотрудники зааплодировали. Папанин едва заметно поморщился и сел.

— Друзья, сегодня ровно два месяца, как случился самопроизвольный откат игры, — продолжил Арсений. — И мы решили… — он вопросительно посмотрел на отца: — Вы позволите, Лев Михалыч?

При сотрудниках дядя всегда называл брата по имени-отчеству, видимо, желая подчеркнуть, что родственные связи не влияют на работу.

— Конечно, Арсений, сегодня ты тамада.

— Спасибо. Итак, мы решили, что нашему дитятку пора выбираться из колыбели. Режим тестирования завершен, через две недели Мидкор выходит в свободное плавание. Официальное объявление будет сделано по окончании совещания.

Сидевшие за столом оживились: послышались тихие реплики и скрип кресел.

— Не рано? Мы еще не полностью выплатили неустойку пострадавшим тестировщикам, — послышался женский голос.

— Давайте узнаем мнение нашего финансового департамента. Что скажешь, Аннушка?

Аннушке было за пятьдесят. В белоснежной блузе, с аккуратно собранным пучком то ли платиновых, то ли седых волос. Она обвела присутствующих суровым взглядом. Настолько цепким, что казалось, будто она может вытащить из головы оппонента всю его подноготную. Именно так, думаю, должна была выглядеть ко́рга в свои лучшие годы.

— Мне ответить как финансисту или высказать личное мнение? — спросила она.

— Можно и так, и так, — улыбнулся Арсений.

— Некоторые особо рьяные обозреватели и аналитики компьютерных игр утверждают, что все произошедшее — хорошо продуманная пиар акция.

— На то они и оборзеватели, — влез щекастый парень, сидящий по правую руку от Аннушки.

— И вы знаете, они почти правы, — не обращая на него внимания, продолжила финансистка. — Особенно, учитывая поддержку Михаила, извините, не знаю вашего отчества, — обратилась она к Папе.

— Юрьевич, — ответил тот.

— Учитывая поддержку Михаила Юрьевича, лучшей рекламной компании нельзя себе и представить. Сейчас игра на самом пике интереса, все игроки только и мечтают, что о Мидкоре. Как говорится, замерли в режиме ожидания. Это то, что вижу я лично. А теперь с точки зрения финансов. Мы уже имеем такое количество предзаказов…

— Угу, — снова вклинился щекастый. — Такое, что мощности серверов нужно на старте утраивать.

— Мы имеем такое количество предзаказов, — повторила финансистка, — что вложения в проект, можно сказать, уже окупились. А официальное объявление запустит новую волну. Так что время самое подходящее. Что касается реплики Веры Андреевны по поводу невыплаченных компенсаций — эта информация устарела. Теперь насчет вашего замечания, молодой человек, — Аннушка повернулась к щекастому. — Пишите заявку, и лучше с запасом, думаю, ее удовлетворят. У меня все.

— Верно, новые сервера нужны, — согласился Арсений. — Но об этом в следующий раз. А сейчас есть еще один момент, который хотелось бы озвучить. Все здесь прекрасно понимают, что проблемы начались из-за того, что я не смог их предвидеть, предотвратить и организовать правильное решение. Видимо, возраст уже не позволяет рулить столь масштабным делом. Поэтому я предлагаю новую кандидатуру на должность руководителя проекта. Человека, который знает игру изнутри лучше, чем мы свои собственные квартиры. Который, можно сказать, в одиночку спас Мир Двенадцати Королевств. Это Максим Львович, и он…

Присутствующие громко загудели, и голос Арсения потонул в шуме. Я непонимающе посмотрел на него. Он предлагает мне возглавить проект⁈ Мне?!! Да это… это… какая-то шутка.

Арсений постучал пустым стаканом по бутылке минералки и, как только гул слега утих, произнес:

— Тихо, тихо, друзья! Я понимаю, что уже надоел вам, но не нужно так бурно выражать свою радость, — рассмеялся он и, повернувшись к щекастому, спросил: — Кирилл, поделись своим мнением о моем кандидате.

Кирилл? Тот самый, что прислал мне письмо через идола? Я представлял его себе несколько по-иному.

— А что тут говорить, — развел тот руками. — Когда мы с ребятами логи просмотрели, просто в шоке были. Этот парень весь Мидкор наизнанку вывернул. Монстр, а не человек! Покруче любой морозной саламандры будет! Так что за Гермеса готов топить и руками, и ногами, и всеми другими частями тела. Но как же вы, Арсений Михалыч?

— А я никуда не ухожу. Если Максим позволит, буду его консультантом.

Немного придя в себя, я возразил:

— В чем твоя вина, Арсений? Спасибо, конечно, что покрываешь меня, но все случилось из-за моего…

— Не под тем углом смотришь, Макс, — перебил дядя. — Давай рассуждать здраво и объективно. Вот смотри, мало того, что ты осознал свою ошибку, так еще смог ее исправить. Причем так, что зависящие от тебя люди не только не пострадали, но даже выиграли. А это, поверь мне, качество хорошего руководителя. Очень хорошего, — снова улыбнулся он и повернулся в другую сторону: — Папа… извиняюсь, Михаил Юрьевич, твое мнение? Ведь тебе приходилось больше любого из нас контактировать с Гермесом, так сказать, в рабочем поле.

— Хороший выбор, — коротко ответил Папа.

— Прекрасно. Надеюсь, у остальных тоже нет принципиальных возражений, — Арсений повернулся к отцу: — А вы что скажете, Лев Михайлович?

Тот с минуту молча смотрел на меня, а потом заговорил:

— Неожиданно… Умеешь ты, братец, преподносить сюрпризы. Говоря откровенно, я уже давно опустил руки и сделал вывод, что в проекте «наследник» я потерпел фиаско. Само собой, как у любого родителя, в моей душе еще теплилась надежда, что все выправится. Но чтобы так! Чтобы он сам, своими действиями, своим трудом, своей головой заслужит выдвижение на такую должность… Еще недавно на вопрос, не подведет ли он, не угробит ли старания стольких людей, вытянет ли, я бы ответил однозначно. Но сейчас… Трансформация ошеломительная… Что можно сказать? Факты штука упрямая, и теперь я вижу, что Максим справится.

Отец, обычно довольно сдержанный, подошел, крепко обнял меня и сказал:

— Поздравляю! Горжусь тобой, сын!

Слышать это было непривычно… и приятно. Однако сомнения не отпускали. Где я, и где глава проекта. Конечно, предложение крайне лестное, однако так много «но». Не уверен, что справлюсь, не знаю, будет ли это дело приносить мне удовольствие, а главное — там нет Баси. А без нее Мидкор не Мидкор.

Хотя не исключено, что получится как раз наоборот, и погружение в работу поможет развеяться. Может, и правда согласиться? А что? Это интересно, а самое главное — отвлечет от мучительных мыслей.

Арсений говорил и говорил, но я уже не слушал. Обдумывал его предложение со всех сторон и все больше склонялся к тому, чтобы принять его. И не заметил, как дядя, сказав несколько заключительных слов, отпустил сотрудников и повернулся ко мне.

— Макс? Что-то не так?

— А? Нет, все в порядке.

— Прикидываешь, с чего начать работу на новом месте?

— Я еще не решил, соглашаться ли.

— Сомневаешься? Хм, не ожидал. Может, пойдем перекусим? Заодно и обсудим.

На плечо Арсения легла рука моего отца.

— Оставь его, Сень. Пусть подумает. Ты мне нужен, пойдем в кабинет.

Они ушли, и я остался один в большом зале. Дядя прав, неплохо бы перекусить.

Недалеко располагался отличный ресторан, «Золотая корона», в котором мне не раз приходилось бывать. Он, конечно, излишне помпезен, но жратва там вкусная, и, главное, до него удобно идти пешком.

Я вышел на улицу и не спеша двинул, лениво разглядывая магазины, по узкой улочке, на которую выходили боковые двери здания.

Взгляд остановился на вывеске над небольшим ресторанчиком:

«Зайди, попробуй»

Забавное название. Может, и в самом деле рискнуть?

— Хозяин, давай зайдем в эту таверну, — требовательно заскрипела Зараза.

Зараза⁈ Как Зараза? Откуда⁇!!

Не обращая внимания на недоуменные взгляды прохожих, я несколько минут обстукивал свою одежду. Даже пиджак перетряхнул. Обнаружить булавку мне, естественно, не удалось. Похоже, у меня от тоски начинает ехать крыша.

Я перебежал дорогу и зашел в ресторанчик с таким необычным названием. Спустился по лестнице в полуподвальное помещение, и меня сразу накрыло запахом наваристого борща, свежеиспеченных пирогов и чего-то сладкого. Заведение показалось мне довольно уютным: в стиле русской избы, с мебелью а-ля «три медведя» и мягким приглушенным светом.

Передо мной тут же вырос напоминавший Иванушку-дурачка розовощекий малый в красной рубахе, подпоясанной витым шнурком.

— Здравствуйте, у вас зарезервирован столик? — деловито спросил парень, держа в руке блокнот.

— Нет, просто проходил мимо. Покормите?

— Очень извиняюсь, мы будем рады вас видеть в другое время, но сейчас, к сожалению, свободных мест нет. Сами понимаете, час пик — во всех офисах время обеденного перерыва. А на будущее рекомендую делать бронь заранее.

Уходить и искать что-то другое не было ни малейшего желания, к тому же я действительно проголодался.

— Другой раз меня не интересует. Посмотрите, может, что-то можно придумать?

— К сожалению…

Я вдруг разозлился, захотелось сказать что-то резкое. Нахмурился и бросил:

— Ваше заведение называется «Зайди, попробуй» или «Попробуй зайди»? Так неприветливо встречаете гостей…

Не дожидаясь ответа, я повернулся, чтобы выйти, но «Иванушка» вдруг схватил меня за локоть.

— Подождите! Вы же из Мидкора, да? Я вас по телеку видел! Классная, говорят, игруха!

— Это как-то влияет на наличие у вас свободных мест?

— Ну конечно! — простодушно воскликнул он. — Некоторых посетителей я хорошо знаю, они наши постоянные клиенты. Если кто-то из одиночек согласится разделить с вами стол, вас это устроит?

— Пожалуй, — кивнул я.

— Тогда минуточку.

Он усвистал, оставив без внимания ближайший столик, за которым в одиночестве сидела стройная девушка. В ожидании заказа она азартно тыкала пальчиком в экран смартфона. Я решительно шагнул к ней и взялся за спинку пустого стула.

— Вы позволите?

Она подняла голову, и слова застряли у меня в горле. Удлиненное лицо, темные миндалевидные глаза… Если бы не более светлая кожа и современная одежда, ее нельзя было бы отличить от Баси. Но незнакомка, в отличие от принцессы, была настоящей, из плоти и крови.

Я стоял, во все глаза глядя на нее. Сердце бешено стучало, дыхание перехватило. Неужели это и есть подарок Теодара? Тот самый, о котором я мечтаю? Господи, я схожу с ума. Сначала Зараза, теперь Бася…

— Это нереально, — послышался за моей спиной тихий голос «Иванушки». — Кто-кто, а она точно не согласится.

Девушка посмотрела на меня, улыбнулась такой знакомой мне теплой улыбкой и, переведя взгляд на официанта, спросила:

— Почему вы думаете, что не соглашусь? Порой и нереальное реально.

Content

Плут-3. Фатальное пророчество

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог