Ашер — 3

Глава 1

Первый том читать ТУТ: https://author.today/reader/404890/3747947

* * *

Все происходящее казалось нереальным.

Меня поглотила усталость, вязкая, густая, но сладкая, как мед. Я не провалился в нее с головой только потому, что Рита и Шелли поддерживали с обеих сторон и своими прикосновениями, разговорами, вопросами заставляли меня соображать.

Пара мягких рук ласково перебирала мои волосы и массировала кожу головы, запуская по телу мурашки, еще две руки поглаживали грудь, медленно поднимаясь к плечам.

Я плавал в этих прикосновениях, легкие наполнял аромат хвои и свежескошенной травы. Чистый кайф, даже замурчал от удовольствия, прямо как Рита.

— Макс… — шепот, чистый и прохладный, вырвал меня из сладких фантазий.

— Мааакс… — вторил ему другой голос, мелодичный и трепещущий, как пламя.

Я нахмурился и покрепче зажмурил глаза. Не хотелось возвращаться к реальности. Вполне возможно, что мечта, в которой я находился, была сном. С минуты на минуту раздастся будильник, мне придется вставать и идти на ненавистную работу в часовую мастерскую Льва Поликарповича. Не хочу…

Мысль о том, что придется идти в мастерскую, мести полы, общаться с вечно недовольными клиентами, меня убивала. Мне было ненавистно то жалкое, бесцветное существование, которое вел, пока не попал на Ашен. Хотелось навсегда зависнуть в моменте, который проживал: мне было тепло, приятно, ничего не угрожало моей жизни и впервые, наверное, появились какие-то перспективы.

Но как бы мне не хотелось возвращаться в реальность, какой-то грохот вывел меня из полубессознательного состояния. Я был сбит с толку, потому что прекрасно помнил, что мой будильник звучит как-то иначе.

— Что за… — резко выпрямился.

Я находился в округлой каменной камере подъемника, в который ввалился после скачек и победы над своим заклятым врагом. Рита и Шелли все еще сидели рядом. Все это произошло на самом деле? Или мне только снится, и сейчас я проснусь?

Я смотрел на них в поисках ответов. Встретился взглядом с голубыми глазами Риты, моей сексуальной девушки-кошки. Глядя на меня с лукавой улыбкой, она дернула пушистым ушком.

— Привет, муженек.

Слева раздался звонкий смешок. Я перевел взгляд в изумрудно-зеленые глаза Шелли, огненно-рыжей красотки, феникса, моей второй жены. Подумать только!

— Ты в порядке? — спросила она, сексуально прикусив пухлую нижнюю губу ровными, белоснежными зубами.

Я смотрел то на одну, то на другую, и только когда до меня дошло, что это не сон, покрепче прижал к себе их обеих.

— Черт возьми, да! — с облегчением выдохнул и по очереди поцеловал обеих в макушку.

— Черт возьми? — спросила Шелли, выгнув бровь.

— Ээээ… Наверное, не так, — тут же исправился. — Я имел в виду: Слава Богине Солнца, мы в порядке. Это ведь она позволила мне пережить сегодняшний день и обзавестись двумя прекрасными женами?

— Да, и мы еще сделаем тебя героем Ашена! — рассмеялась Рита. Когда каменный подъемник наконец остановился, девушки помогли мне подняться на ноги.

— Что ты там уже задумала? — я был таким уставшим, что практически ничего не видел и не соображал, мозги превратились в вязкое желе. — Я же победил в скачках, да? Или эту картинку подкинула моя больная фантазия?

— Ты выиграл скачки, — с благоговением выдохнула Рита. — И ты победил в честном поединке Адлера Бёрнса. А теперь тебе очень нужна горячая ванна.

— Шелли свободна?

— Да, и все благодаря тебе, — продолжала Рита подкармливать мое самолюбие. Она обхватила мое лицо прохладными ладонями и оставила несколько охлаждающих поцелуев на моем пылающем лице. Думаю, и раскаленный металл показался бы мне в этот момент ледяным.

— Почему так жарко? — облизнул сухие губы и болезненно нахмурился.

В голове была каша, но такая потеря контроля меня вообще не пугала. Рядом находилось жёны, которым я полностью доверяю. Их присутствие — это все, что мне было нужно. Ну, еще чистая вода и постель, конечно.

— Ты уверена, что с ним все в порядке, Рита? — озабоченно спросила Шелли, между бровями у нее залегла складка.

— Думаю, да. Он просто устал от силы, которую ему пришлось использовать сегодня. Видела его таким всего один раз, когда он менял фонарь в поместье. Ему нужен хороший отдых, чтобы восстановить энергию, и все будет в порядке, — заверила ее Рита, прикладывая тыльную сторону ладони к моему лбу. А потом с отвращением добавила. — Видимо, приложил к победе над Бёрнсом все силы, которые у него были.

— Да и на Метеоре он никогда до этого не летал так долго без перерывов, — со знанием дела добавила Шелли. — Такая связь с пегасом вытягивает очень много сил, и физических, и ментальных. Тем более с таким своенравным пегасом, как наш Метеор.

Полностью остановившись, подъемник начал поворачиваться в другую сторону, туда, где начинались каменные ступеньки. Я чуть не упал, но Рита с Шелли меня поддержали.

— Где Метеор? — только тогда понял, что в последний раз видел своего пегаса перед поединком с Адлером. Воспоминание о нем вызвало улыбку, потому что прекрасно помнил, чего наобещал ему за победу. Виновато посмотрел на Шелли. — Кажется, я пообещал ему, что они с Победой смогут проводить больше времени вместе. Ему очень понравилось летать с ней, когда мы вместе тренировались.

— Скажу по секрету, но она тоже после наших тренировок постоянно думает о твоем пегасе, — улыбнулась птаха. — Не волнуйся, Грэг позаботится о них. Мы увидимся с ними позже.

Тошнотворное вращение наконец прекратилось, и мы, не без труда преодолев несколько ступенек, оказались в тускло освещенном коридоре, который просто был прорублен в каменистой земле острова.

Я как будто снова оказался в поздемелье. Чем мы ближе подходили к концу узкого коридора, тем сильнее расплывался в клубах ароматного пара свет камней, вмонтированных в стены через каждые пару метров.

Запах целебного пара дополняли ароматы корней, свисающих с потолка, и каких-то растений в деревянных кадках, вьющихся прямо по стенам.

— Пойдем освежимся, — Рита потащила нас к служанкам в белых халатах, которые ожидали, выстроившись в шеренгу. Их было не меньше десяти.

— Добро пожаловать в дворцовые бани, — приветствовала нас одна из них. Судя по всему, главная. Она грациозно склонила голову с оленьими рогами, увитыми цветами и листьями.

Меня взяли за руку и повели в одну сторону, девушек — в другую. — Не волнуйтесь господин. Наши ванны разделены на женские и мужские, поверьте, о ваших женах позаботятся по-королевски, — успокаивала меня служанка. — Вы встретитесь с ними позже, когда восстановите силы. Во внутреннем дворике для отдыха.

— У нас все будет хорошо, дорогой, — ко мне подошла Шелли. Она приподнялась на носочки и быстро поцеловала. — Не беспокойся.

— Но… — к нам присоединилась Рита. Она обхватила мое лицо ладонями и пристально посмотрела в глаза.

— Опасность миновала, выдохни, — она потерлась своим носом о мой. — Ты наш герой, ты нас защитил, а теперь тебе нужно отдохнуть и набраться сил, а то их не хватит на сегодняшний вечер. С нами ничего не случится, здесь мы в полной безопасности.

Прижал жён к себе, чтобы убедиться, что они все еще реальны.

— Мы все время будем рядом, скоро увидимся, — прошептала она и прижалась к моим губам. Мы отстранились друг от друга, и я почувствовал себя немного лучше. Но все равно стоять и смотреть, как они обе скрываются в соседнем помещении, а я абсолютно ничего не контролирую, было слегка тревожно.

— Следуйте за мной, господин, — служанка с оленьими рогами взяла меня за руку и повела сквозь клубы пара по коридору вправо.

Меня привели в небольшое помещение. Со стен там с успокаивающим журчанием стекала вода, слева стояла ширма для переодевания, на стуле — чаша с питьевой водой и ковшиком.

Служанка вручила мне стопку с чистой одежды и велела выходить сразу, как только буду готов. Она объяснила, куда идти, и оставила меня одного. Сама скрылась в проеме, который вел в сторону купальни.

Первым делом я выпил стакан воды, и сразу почувствовал себя человеком. Содрал с себя грязную, липнущую от пота одежду, переоделся в тоненькие, мягкие штаны, которые оставила мне служанка. Хорошо, что не придётся светить голой жопой перед незнакомой женщиной. Накинул сверху халат. Завязал пояс на талии, а затем снял дуэльный камень.

Поднял его на уровень глаз и внимательно рассматривал изменения в гравировке.

Щит в центре остался таким же, но к трем рыбам, обычно плавающим вокруг, присоединилась четвертая.

В тот момент, когда я убил на дуэли Адлера Бёрнс, мой камень поглотил энергию его медальона и по законам, я стал Ашером четвертого ранга. Если до того момента победа над ним казалась мне нереальной, то камень тыкал меня носом в реальность происходящего. Теперь уж точно, никаких сомнений у меня не осталось. Адлера в живых больше нет. Отправился на встречу к дьяволу. Туда ему, ублюдку и дорога.

Я вздохнул и прочесал пальцами по волосам, укладывая их на бок.

Нет, если трезво оценивать всё что случилось со мной за последние недели, — дикость. Сюрреализм. Магия, демоны, люди с чертами животных и птиц. Пресный океан и солёные реки. Самые настоящие пегасы, что общаются со своим седоком ментально. Гаремы из жён и наложниц, которым позавидуют арабские шейхи. Сюрреализм, но чем дольше я тут живу, тем сильнее понимаю, что я не готов возвращаться к прежней жизни. Я теперь, — Ашер, Паладин Солнца.

Глава 2

Я переоделся, еще раз попил воды и пошел в другой конец комнаты, к проему в стене, куда несколько минут назад ушла служанка. Десяток шагов и вот я оказался в комнате размером чуть больше. В пол была утоплена огромная ванна, которая по размерам больше походила на бассейн. А, может, это он и есть. Стены здесь тоже были увиты зелеными лианами, они свисали и с потолка, раскрываясь яркими, разноцветными соцветиями, что вместе с облаками пара придавало этому месту экзотический вид.

Вода пахла чем-то явно лекарственным. Аромат мигом пробил нос и как будто очистил сознание.

— Вот это да! — я искренне и по-настоящему удивился. Мои легкие наполнил насыщенный аромат ментола и свежего эвкалипта. Я все еще ощущал себя смертельно уставшим и изможденным, но туман, что наполнял голову и путал мысли начал быстро рассеиваться, и ко мне постепенно вернулась ясность сознания. — Хорошо… Аромат действительно был очень приятным и освежающим.

— Да, в воду добавлен экстракт корня ясеня. Это дерево обладает целебными и тонизирующими свойствами. Заживляет раны и снимает воспаления, — служанка подошла ближе, и я наконец смог ее увидеть. Из-за густого пара видимость на расстоянии вытянутой руки была очень плохой. За спиной стояли ещё две девушки, одетые на много проще. Служанка подвела меня к бассейну, вырубленному в каменном полу. — Ашер, погрузитесь в целебные воды, они помогут вам быстро прийти в форму и восстановить силы.

Одна девушка сняла с моих плеч атласный халат, другая, полив руки каким-то маслом, начала втирать его в мою кожу и массировать ноющие после дуэли и скачек плечи. Но массаж, к сожалению длился совсем не много.

— Ашер, вы можете находиться в купели столько времени, сколько вам понадобиться, для полноценного отдыха. Когда почувствуете, что полны сил, можно будет выходить, — придерживая меня за руку, она помогла опуститься в горячую воду.

— Спасибо, — улегся на дно погружаюсь по шею в горячую воду, откинулся головой на бортик и прикрыл глаза. Служанка положила мне на глаза мокрое, прохладное полотенце. Вот это сервис, кайф!

— Наслаждайтесь, — услышал звук удаляющихся шагов, меня оставили одного.

Вода была горячей, но я чувствовал, как масло, впитывающееся в кожу, оказывало обратный эффект, оно охлаждало. По телу пробежала дрожь, но до озноба дело не дошло, контраст обжигающей воды и леденящего масла дарил расслабление и удовольствие от контраста.

Я уже почти задремал, но услышал шаги. Беспокойное сознание считало в этом угрозу, убрал с лица полотенце. Но это оказалась всего лишь служанка, одетая в мантию с капюшоном, которая пришла, чтобы подлить воды в жаровню с углями.

Угли зашипели, пар с новой силой заклубился по комнате.

— Спасибо, — пробормотал и прикрыл глаза. Я ждал, что девушка тихо уйдет выполнив свою работу, но этого не произошло. Шаги, наоборот, стали ко мне приближаться.

Я открыл глаза и увидел, как пара женских ножек с очень знакомым шрамом свесилась по обе стороны от моих плеч, а пальцы, хозяйка которых знает, что мне нужно, запутались в моих волосах.

— Ээээм, девушка? — ухмыльнулся, поднял руки и обхватил тонкие щиколотки, погладив большим пальцем заживший след от пореза. — Не хочу вас огорчать, но я женат.

— Хммм… — промурлыкала Рита на ухо, наклонившись вперед. Ее мягкие волосы коснулись моего лица, окутав знакомым ароматом, который не смог перебить даже насыщенный запах воды и пара. — Думаю, для меня вы могли бы сделать исключение.

Я рассмеялся и развернулся, чтобы насладиться видом своей светловолосой красавицы. Подобравшись поближе к бортику, встал на колени и обхватил ее бедра, чтобы Рита никуда от меня не убежала.

— Привет радость моя, — она улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать меня.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я. Она, похоже, никуда убегать не собиралась, поэтому дал волю своим рукам и крепко сжал её упругую, тренированную попку. Мантия была распахнута, и я залюбовался её подтянутым, загорелым телом. — Не то чтобы я был против… И, кстати, где Шелли?

— Ее увели на специальные процедуры… — Рита замолчала. Мои мысли омрачились, когда понял, о чем именно говорит супруга. До сих пор немного корил себя за то, что не вмешался в конюшне в их перепалку с Адлером, но так было нужно. Если бы я мог убить его снова, сделал бы это, мгновенно, моя рука бы не дрогнула. Собаке — собачья смерть. Пусть в теперь в Аду жарится, тем более демоны для этого мира, вполне реальны…

— С ней все в порядке? — обхватил Риту за талию и посмотрел в глаза.

— Милый, Шелли — очень сильная, — сказала девушка кошка, массируя мне плечи и шею. — Она обязательно расскажет нам свою историю, когда будет к этому готова. А пока просто поверь мне: она в порядке. И это она подсказала мне найти тебя.

— Рад, что ты воспользовалась её подсказкой, — слова Риты успокоили меня, беспокойство испарилось и поднялось к потолку, словно облако пара. Аккуратно стянул мантию с Риты. Как будто пытался распаковать подарок, не порвав упаковочную бумагу. — Рита, у тебя могут быть неприятности из-за того, что ты пробралась ко мне?

— Мне все равно, — она повела плечами и прогнулась в спине и откинулась назад. В этой позе ее грудь с торчащими от возбуждения сосками выглядела просто шикарно, от нее невозможно было отвести взгляд.

— Мне тоже… — улыбнулся. — Если что — вали всю вину на меня. Победителей не судят, да и муж я твой или погулять вышел.

Я помог ей освободить руки от рукавов мантии и отстранился, чтобы полюбоваться на свою супруг. — Ух, ну просто — идеальная!

Я сократил расстояние и, устроившись между ее разведенных ног, за талию притянул к себе, уткнулся лицом в её шею.

— Макс, пожалуйста… — она поерзала и крепче обхватила меня ногами.

— Меня дважды просить не нужно, — член давно встал и был готов. Наклонился и провел языком по её губам, шее, слегка прикусил ключицу, чувствуя как по её кожа стала покрываться мурашками.

— Маааакс, — простонала Рита. Но мне нравилось её дразнить, я продолжал гладить её руками, сжимать ладонями пышную грудь, целовать и прикусывать эрогенные зоны, разгоняя возбуждение супруги до предела. В комнате стало жарко.

Она выгибалась и дрожала. Уложил Риту на мантию устроив бедра на низком бортике, навис над ней, коршуном.

Какая удобная поза, в ней можно было выжать максимум удовольствия. Провёл членом по её возбуждённой и покрытой каплями любовного сока киске. Дотянулся до груди, сжал её рукой, облизнул сосок и нежно его прикусил.

— Оооо, — вскрикнула моя жена, и прикрыла рот рукой, когда ее стон отразился от каменных стен.

Договорить она не успела, потому что я, одним плавным толчком вошел в нее, и Риту накрыла первая волна удовольствия.

Влажные стенки любовного туннеля плотно обхватывали член, в нем было даже горячее, чем в целебной ванне, поэтому мне пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не кончить раньше времени, ведь киска Риты судорожно вибрировала и крепко сжимала член в своих тисках.

Ее ногти вцепились в мои лопатки, бедра мелко дрожали. — Хорошо…

Почувствовал, что она немного расслабилась, взял её за талию, подтянул к себе и стал медленно двигать бёдрами. Член двигался по её киске. Сначала медленно, затем всё быстрее, я притянул её к себе ближе, ноги Риты легли на мои плечи а в комнате отражаясь от стен звучали звонкие хлопки.

— Да! Да! Да! — Рита вцепилась мне в плечи, царапала грудь, а затем откинулась, выгибая спину и крепко сжимая в руках свою грудь.

Я горел, от яиц стала подниматься горячая волна приближающегося оргазма и он мог начаться в любую секунду, но мне не хотелось оставлять свою девушку кошку без второго оргазма.

Я чувствовал, как горела и пульсировала её киска, сжимая в своих тисках мой член. Она тоже была на грани. Шире раздвинул ее ножки и ускорился, чуть ли не на каждый толчок меняя угол проникновения, чтобы найти лучшую точку.

— Да, да, вот так! — кажется, нашел, потому что Рита громко вскрикнула и начала двигаться мне навстречу жадно и быстро.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

— Ну, давай, — я хлопнул ладонью по её ягодице. Она впилась коготками мне в руки, и меня словно ударила молния. Мурашки пробежали по всему телу, а затем поднимаясь с самого низа захлестнула пылающая волна кульминации…

Подался бедрами ей навстречу вгоняя член до отказа, упёрся кончиком в заднюю стенку её влагалища. Член яростно запульсировал и из него бурным потоком, словно из гейзера вырвалась горячая сперма. Киска риты сжалась, запульсировала в ответ, супруга выгнулась, зажмурила глаза и с громким стоном кончила. По члену ударили тугие струи её мощного сквирта. Её киска жадно пульсировала, выжимая из меня всё до последней капли. От переизбытка чувств, она укусила меня, а я дернулся в ней, от смеси легкой боли и наслаждения.

— Ммм… М-максим, Солнце, какак же мне хо-ро-шо, — мурлыкала она, расслабившись в моих руках. Она прижималась ко мне и осыпала хаотичными поцелуями, куда только могла дотянуться. — Ты такой горячий… с тобой так хорошо…

Я перехватил ее поудобнее, одной рукой обнял за талию, другой — запутался в ее длинных пепельных волосах. Она покрепче обхватила меня длинными ногами и заглянула в глаза.

В ее взгляде плескалась любовь, нежность, благодарность и надежда на лучшее будущее. Не выдерживая этого наплыва чувств, слегка потянул ее за волосы и запрокинул голову, чтобы поцеловать.

Даже несмотря на то, что мы дали своим телам хорошую нагрузку, я чувствовал себя отдохнувшим и восстановившимся. Наверное, потому что к хорошей, целебной ванне добавился не менее целебный секс. Спасибо Рите, с ней и в чужом дворце можно было чувствовать себя как дома.

Я подхватил Риту на руки и осторожно, вместе с ней погрузился в целебную воду бассейна, продлевая время нашего отдыха и наслаждаясь безупречным телом супруги. Горячая вода омывала наши тела, а мы просто сидели с ней в обнимку. Мне не хотелось отпускать ее ни на секунду.

Рита поглаживала меня по затылку, пока сидел, прикрыв глаза от удовольствия. Она намочила салфетку, которая раньше лежала на моем лице, а сейчас валялась у бортика и вытерла выступивший пот с моего лба и шеи.

Я же поливал ее плечи водой, наблюдая, как тяжелые капли скатываются по её обнаженному и манящему телу. В этой тихой идиллии мы провели несколько прекрасных минут. Только наши обнажённые тела, прикосновения и целебная вода, в которой я действительно чувствовал себя всё лучше и лучше.

— Рита, я очень рад, что ты у меня такая непослушная и любишь нарушать правила. Не поверишь, но я пока был здесь, уже успел соскучиться по тебе.

— Ещё ведь и часа не прошло, — хихикнула она в ответ.

Я игриво лизнул её ключицу, на которой оставил засос, и она звонко рассмеялась.

— Какие глупости, — схватил ее за талию, потому что Рита попыталась встать, провел руками по спине и опустил голову на её восхитительную грудь. Все эти прикосновения она ощущала очень ярко после недавнего сквирта, извивалась в моих руках и заразительно хохотала. — Ты же знаешь, что время для меня идёт немного иначе, мне показалось, что прошла целая вечность.

— А хватит ли тебе сил для таких подвигов, дорогой? — игриво заявила дерзкая кошка, когда почувствовала, как мой член снова стал твердеть и упираться в её ногу. Раз, и она молниеносно выскользнула из моих крепких объятий, вот она, подготовка настоящего воина.

Рита победно усмехнулась и вышла из бассейна и подобрала с пола свою мантию.

— Ну куда же ты, меня ещё хватит на долго, иди ко мне, — повернулся к ней и облизнулся. Вид открывался просто шикарный. Рита медленно вытиралась одним из моих полотенец и совсем не торопилась одеваться, наслаждаясь моей реакцией. Отжав длинные волосы, она откинула их за спину, теперь ничего не мешало мне любоваться её потрясающим, спортивным телом.

Я даже присвистнул, когда она игриво расправила плечи, а её пышная грудь маняще качнулась.

Рита отвернулась, бросила обжигающий взгляд через плечо и накинула мантию.

— Максим, для начала закончи водные процедуры, а я пока пойду проверю, как там наша Шелли, — такой дерзости я от нее еще никогда не видел, и это ещё сильнее меня возбуждало.

Я резко выкинул руку и поймал ее за ногу, не давая от меня сбежать безнаказанно. Поднялся из воды, взял за руку, притянул к себе, и когда она наклонилась, впился поцелуем в нежные губы. — Увидимся позже, — насладившись её губами, отпустил свою дикую кошечку.

— Поторопись, — ответила Рита, выпрямилась, взмахнула хвостом, на прощание отправила воздушный поцелуй и пошла на выход из комнаты, сексуально покачивая из стороны в сторону сексуальными бёдрами.

Я проводил ее взглядом и с головой погрузился под воду. Мне действительно нужно было поскорее закончить купание и присоединиться к своим женам. Мне хотелось увидеть Шелли, я знал, что Рита позаботится о птахе, но оставлять её без своего внимания я не хотел, не дело это. Любой женщине нужна любовь и ласка, тогда и секс будет и половая смазка… — Ухмыльнулся своим мыслям и погрузился с головой в целебную воду.

Глава 3

Когда почувствовал, что усталость медленно уходит, а тело наполняется легкостью и свежестью, я с удовольствием выбрался из целебного бассейна. Капли воды, словно маленькие кристаллики, скатывались по моей коже, оставляя за собой легкий след прохлады. Я накинул на себя мягкий халат, который приятно облегал тело, и направился к комнате, где переоделся и оставил лежать на столике свои вещи.

Когда я вошел в помещение, меня встретила уютная атмосфера и нежный свет, проникающий сквозь окна. Грязная одежда, которую я оставил в беспорядке, была аккуратно убрана, а на стуле меня ждала чистая рубашка золотистого цвета, которая переливалась на свету, как солнечные лучи на поверхности воды. Рядом лежали коричневые брюки, идеально отутюженные и готовые к носке, а также совершенно новые ботинки, что блестели начищенными носами.

Мой меч и камень Ашера лежали там, где я их оставил. Не то чтобы у меня были серьезные опасения из-за того, что кто-то посмеет ограбить меня прямо в королевском дворце. Однако привычка не оставлять ценные вещи без присмотра была во мне сильнее любых логических доводов и сейчас, когда полностью пришёл в себя я не понимал, как мог оставить здесь эти вещи. Ладно, впредь буду аккуратнее, стоит быть начеку. Адлер мертв, но на этом мои враги ещё не закончились. Эта мысль придала мне уверенности.

Ткань, из которой была сшита моя новая одежда, была невероятно мягкой и приятной на ощупь, словно облако, окутывающее тело легким и комфортным покровом. Я никогда не носил ничего подобного — каждый шов, каждая складка были выполнены с таким мастерством, что наряд словно обнимал меня, подчеркивая все достоинства фигуры. Это было не просто одеяние, а настоящее произведение искусства, которое дарило ощущение роскоши и привилегии. Если победителю скачек каждый раз достаются такие почести, то я с радостью приму участие в гонке и в следующем году. Мысли о предстоящем соревновании наполняли меня азартом, и я уже представлял себе, как с гордостью пересекаю финишную черту, ощущая на себе взгляды восхищенной толпы.

Думаю, мне понравилось бы еще больше, если бы не грязные сговоры и подлые мошенники, которых подкупил Бёрнс. Но даже при таких исходных данных получил удовольствие от гонки. Это был интересный опыт.

Я затянул на талии пояс, который был украшен изысканной пряжкой, и прикрепил к нему свой меч — верного спутника, что в решающий момент помог переломить ход поединка. Накинул на шею амулет Ашера, где теперь вокруг круга плавало четыре рыбки я почувствовал, как уверенность наполняет меня. Я почувствовал, что полностью отдохнул и готов к новым вызовам. Пора выбираться отсюда, где тут выход?

Сделать это было не так просто, как мне показалось в самом начале. Я долго блуждал по запутанным коридорам, заполненным густым паром, который окутывал меня, словно туман, затрудняя видимость и создавая атмосферу загадки. Каждое мое движение было осторожным — я старался не наткнуться на что-то неожиданное в этом полумраке, где стены казались живыми, а шорохи создавали ощущение присутствия чего-то таинственного.

Внезапно я заметил под светильниками небольшие стрелочки, аккуратно нарисованные на стенах, которые указывали направление. Это были настоящие маяки надежды в этом лабиринте. Сбившись с маршрута всего два раза, я все же продолжал двигаться вперед, полон решимости найти выход. Наконец, я дошел до широкой мраморной лестницы, которая величественно вела наверх, как будто приглашая меня подняться к новым открытиям.

Когда я ступил на лестницу и начал подниматься, солнечный свет внезапно обрушился на меня, резкий и яркий, словно острое лезвие, которое разрезало полумрак узких коридоров. Я проморгался несколько раз, пытаясь привыкнуть к этому ослепительному свету. Постепенно мои глаза адаптировались, и я увидел перед собой внутренний двор — оазис красоты и спокойствия.

Этот двор был украшен статуями священных рыб, которые словно оживали под лучами солнца, сверкая яркими цветами. Журчащие фонтаны наполняли пространство мелодичным звуком воды, создавая атмосферу умиротворения и гармонии. Цветы были повсюду: они цвели на деревьях, распуская свои лепестки в ярких оттенках, на клумбах, где каждая расцветка была тщательно подобрана, и в огромных каменных вазах, которые добавляли архитектурной строгости этому великолепию.

Каждая беседка в этом раю была оформлена со вкусом — под потолком висела металлическая чаша с дымящимися благовониями, которые излучали мягкий свет и наполняли воздух тонким ароматом. Он был похож на тот, что витал в банях, но на открытом воздухе, смешиваясь со свежим ветром, он не был таким насыщенным и удушающим. Вместо этого он создавал легкое ощущение расслабления и покоя, словно приглашая меня остаться здесь навсегда. Я стоял там, погруженный в эту идиллию, наслаждаясь каждым мгновением.

В беседках и под деревьями были расстелены мягкие ковры и разложены пышные подушки. Они были расположены достаточно далеко друг от друга, так что если бы даже все места отдыха были заняты, никто никому не мешал бы. Так и хотелось прилечь на них и подремать.

Кстати, о сне. Сначала подумал, что мне показалось, но мимолетные видения не бывают такими реалистичными. Под деревом, отдалённо напоминающим мне иву, спал Олли. Я был рад его видеть и не мог не улыбнуться, когда убедился, что это действительно мой повар. Он лежал, распластавшись на спине и заложив огромные лапы за лохматую голову. Наверное, ему снилось что-то приятное, потому что он во сне широко улыбался. Да и в целом вид у него был безмятежный.

Может быть, ему снилось, что на его кухне сделали ремонт, купили хорошую посуду и готовит он только из лучших ингредиентов. Мне искренне хотелось организовать это для него, да и для себя. Люблю поесть.

Моя улыбка поползла еще шире, когда с другой стороны дерева увидел пару пушистых ушей, которые могли принадлежать только Бруно. Сделав пару шагов в сторону, заметил, что он сидит, прислонившись к стволу, и что-то старательно выводит в маленьком блокноте.

Я подошел ближе и управляющий наконец-то заметил меня. В его глазах мелькнуло удивление, и он резко подорвался на ноги, словно его шарахнуло током, быстро убрал карандаш и блокнот в карман своей жилетки, отряхнул брюки и вытянулся по струнке.

— Господин, я, рад видеть вас! — радостно сказал Бруно, а его уши задрожали от волнения.

— Бруно, я тоже рад тебя видеть, — пожал мохнатую руку. — Как дела в поместье? — жизнь во дворце наверняка была хороша, но мне не терпелось узнать, что происходит у меня дома. Успели за ти дни рабочие что-то сделать?

— Всё отлично! Наши новые работники трудятся изо всех сил, чтобы вы остались довольны, когда вернётесь домой, — с гордостью произнес управляющий, поднимая руку к своему глазу и поправляя монокль, который сверкал на свету, как драгоценный камень. Его голос звучал уверенно и вдохновляюще.

Я был так рад видеть его после всех моих приключений, что даже этот, казалось бы, незначительный жест — поправка монокля — вызвал у меня улыбку. В этот момент я почувствовал, как в воздухе витает атмосфера оптимизма и энтузиазма. Уверенность Бруно передалась и мне. Я ощутил прилив энергии.

— Кажется их зовут Ной и Мило, верно? — уточнил у него. Надеюсь, что никогда не стану хозяином поместья, которому будет все равно, на его работников и их жизнь. Наоборот, мне хотелось, чтобы они были инициативными, не боялись сказать о проблеме, а в идеале сразу предложить варианты её решения. Сплочённая команда, работающая на результат, — вот залог успеха в любом деле.

— Да, правильно, — Бруно перекатился с пятки на носок. — Эти двое братьев очень трудолюбивые и умелые. Они отремонтировали мост и заборы вокруг пастбища и уже готовят наши поля к посеву.

— Вот это да! — я был искренне удивлен скоростью их работы. Нет, понятно что их было двое, у них были материалы, в отличии от нас, когда мы с Бруно, на пару заколачивали дыры, но всё равно. Сделать такой объем работы, так быстро, — это сильно.

— Здорово, не могу дождаться, когда смогу посмотреть и по достоинству оценить их работу.

Я увидел, как на лестнице, что вела к беседкам появились Рита и Шелли, они спускались прямо к нам. Девушки шли рука об руку и беззаботно болтали, я залюбовался своими жёнами и не смог сдержать улыбки.

Они обе были облаченные в королевские наряды бюрюзового цвета, которые получили, как и я после купания в бане и выглядели ослепительно. Но выглядели они в них по-разному.

У Риты роскошный наряд подчеркивал бесконечно-длинные ноги, мелькающие в разрезе и тонкую талию. В нем она выглядела хрупкой, нежной девушкой, а не бесстрашным воином.

Такое же платье плотно обтягивало полную грудь и пышные бедра Шелли. На контрасте с округлыми формами ее талия выглядела очень тонкой. Еще никогда я не видел женщины, чья фигура так сильно была бы похожа на песочные часы.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Шелли, убирая с лица огненно-рыжий локон, чтобы он не мешал смотреть ей в глаза. Риту же видел недавно и знал, что она хорошо отдохнула, а за вторую жену я беспокоился.

— В порядке, полностью восстановилась, а ты? — она улыбнулась и обхватила мою ладонь обеими руками.

— Тоже чувствую себя намного лучше, — улыбнулся ей и наклонился, чтобы поцеловать.

Притянул к себе обеих жен и стал чувствовать себя еще лучше, если это вообще было возможно.

— Шелли, ты уже знакома с Бруно и Олли? — обратился к новой супруге.

— Эм… очень приятно, госпожа, — Бруно включил все свое обаяние и поклонился ей так низко, что его маленькие уши чуть было не коснулись земли. Он стрельнул взглядом в спящего повара, который и ухом не повел и толкнул его ногой. — Олли. Олли, просыпайся, старый болван.

— Ммм? — ленивец поморгал сонными глазами, прогоняя остатки сна, и медленно сел. Осмотрев лица всех присутствующих, он понял, что здесь происходит, поднялся на ноги так быстро, как только мог и помахал нам рукой. — Всем д-добрый день.

— Как поживаете, Олли? — поинтересовалась Шелли, слегка склонив голову на бок.

Повар выпрямил спину и учтиво поклонился в ответ.

— Все хорошо, госпожа.

— Рита, я слышал о проклятье, которое настигло вас при выходе из подземелья. И безмерно рад, что все обошлось, — прервал Бруно неловкое молчание, которое воцарилось после поклона Олли на несколько секунд. Он с любовью посмотрел на Риту и ласково сжал ее руку.

— И я рада, что у тебя все хорошо, Бруно, — тихо ответила она и благодарно улыбнулась.

— Не могу сказать, что не рад встрече, но что вы, ребята, что вы здесь делаете? — спросил у них, пока мы усаживались на подушки. Больше всех был доволен Олли, он улегся туда, где спал, пока мы не пришли, навалился спиной на ствол дерева и прикрыл глаза, лениво открывая их. И вправду, настоящий ленивец. Не удивлюсь, если он снова уснёт.

— Когда мы получили письмо от госпожи Шелли, то не смогли сидеть, сложа руки. Подумали, что вам может понадобиться наша помощь, и пришли сюда, как только смогли, — взволнованно выпалил Бруно.

— И это очень кстати, потому что без вас мы бы не дотащили золото, которое нашли в руинах, — сказала Рита, лениво помахивая хвостом. Лежа головой на моих коленях, она растянулась под теплыми солнечными лучами, периодически потягиваясь и выгибаясь. Интересно, это солнце так на нее действует или в ней всегда просыпаются такие явные кошачьи повадки, когда она расслаблена?

— Да? — с уважением посмотрел на меня управляющий, поджав губы. — Значит, вы везете домой неплохую добычу?

— Более чем, — с жаром ответила ему Шелли, она даже подскочила от волнения. — А наша умница, Рита, поставила все золото на победу Макса в скачках. И поскольку он заявился в турнир слишком поздно, об этом практически никто больше не знал. Поэтому мы сорвали весь банк.

— О какой сумме идет речь? — спросил управляющий, бросив на Риту взгляд, в котором читалось явное одобрение.

Рита лениво потянулась, перевернулась на спину и довольно улыбнулась.

— Около пятисот тысяч, — сказала она так равнодушно, словно речь шла о паре золотых монет.

— О, милосердная Богиня Солнца! — ахнул Бруно. Он уронил монокль, который протирал, и если бы не потускневшая цепочка, пристегнутая к лацкану его жилетки, он упал бы на землю. — Ты, должно быть, шутишь?

Я просто сидел и охреневал. Конечно, я был доволен и тем, что нам удалось найти в руинах. Хорошо, что Рита смогла увеличить наши сокровища на ставках. Но даже не думал, что она умудрилась заработать безумные полмиллиона золотых.

— Серьезна, как никогда, — она подтянулась поближе ко мне и свернулась калачиком, как будто собиралась вздремнуть. — Хорошо, что Олли тоже здесь, его сильные руки пригодятся, когда мы будем грузить золото.

— Рита… — я был совершенно растерян и ошеломлен. — Это же… потрясающе!

— С радостью помогууу, — протянул довольный Олли.

— А насколько это много по меркам острова Сканно? — спросил у Шелли, пока мы перебирали светлые пряди Риты.

— Ну… скажем так: это в три раза больше, чем Орлиное Гнездо приносит за целый сезон.

Я думал, мои глаза не могут распахнуться еще шире, но слова Шелли заставили их сделать это. Я вспомнил поместье, в которое она привезла нас с Ритой на своем корабле.

Великолепные конюшни, экзотические животные, мраморные колонны, цветники, белоснежные постройки. Все содержалось в идеальном порядке. И если наш выигрыш был втрое выше, чем годовой доход такого поместья, то получается, мы чертовски богаты!

— И что нам делать с этим золотом? Нужно пустить его в какое-то дело, — стал рассуждать о насущных делах. — Не думаю, что будет безопасно хранить все в одном месте.

— Особенно учитывая, что ты, похоже, никогда не сможешь просто оставаться в тени, — промурлыкала Рита, дернув пушистым ушком, ведь я украдкой щекотал его пальцами. — Уверена, что каждый на этом острове уже в курсе, что Ашер Максим Медведев побывал в руинах и выиграл Александрийские скачки в этом сезоне.

— И не в обиду твоему брату, Шелли, но мне не хотелось бы встретиться с бандой наемников, когда буду возвращаться домой через лес на повозке, полной золота.

— Что, если мы разделим выигрыш и одну половину отвезем в ваше старое поместье, а другую — в Орлиное Гнездо? — предложила Рита.

— Макс может поехать с тобой, а я отправлюсь домой с Бруно и Олли, так мы будем уверены в безопасности обеих повозок, — с этими словами девушки кошки наш план начал обретать свою форму.

— Ты готова вернуться в поместье без нас? — инстинктивно обнял, покрепче прижимая её к себе. Когда они обе стали моими женами, последнее, чего мне хотелось — это выпускать их из виду.

— Дорогой, мы расстанемся всего на день или два, — заверила она меня и села так, чтобы мы могли нормально обняться. — Со мной все будет в порядке. Я Набийский воин, помнишь? — но ластилась она ко мне не как смелый воин, а как самая настоящая кошка.

— Рита, я не сомневаюсь в твоих способностях, но мне все равно не нравится эта идея, — проворчал, хотя прекрасно понимал, что этот вариант был практически идеальным.

— Господин, теперь вы владелец двух поместий, — заметил Бруно, водрузив наконец-то чистый монокль на его законное место. — Вы должны подумать о том, какие названия им дать, чтобы они отражали особенности вашей личности. Уверен, что госпожа Шелли расскажет вам об этом все, что знает, а пока просто подумайте.

— Как скажешь, Бруно, — пожал плечами. Никогда особо не задумывался о названиях, но если надо, — сделаю. Главное, с самым главным правилом не накосячить. А то будет у меня не Победа, а Беда…

Легкие шаги возвестили нас о прибытии дворцового слуги облаченного в черные одежды, украшенные серебряной вышивкой.

— Простите, что прерываю вас, Ашер Медведев, — сказал слуга, низко нам поклонившись. — Но мне нужно проводить вас и ваших жен в бальный зал. Лорд Рамзи приглашает вас отобедать за его столом и ждет вас там.

Мне так не хотелось покидать это уютное место и куда-то идти, но желудок считал иначе, он громко заурчал, стоило мне только подумать о еде.

— Господин, мы с Олли займемся приготовлениями к отъезду, — сказал Бруно, поднимаясь на ноги. — И проведаем Грэга.

Мы нехотя разорвали объятия и тоже встали подниматься с подушек.

— Спасибо вам за помощь!

Шелли и Рита взяли меня под руку с разных сторон и мы медленно пошли вслед за дворцовым служителем. Надеюсь в этот пир не будет таким же грандиозным, как прошлый. По правда говоря мне хотелось просто поесть, и как можно скорее отбыть домой…

Глава 4

Слуга вел нас через тихий внутренний дворик к арке, занавешенной роскошным золотым гобеленом.

Когда он отодвинул тяжелую ткань в сторону, увидели, что гобелен на самом деле скрывал от нашего взгляда огромные двойные двери, которые служили входом в бальный зал. Мы вошли внутрь, там лежали груды роскошных подушек, похожих на те, на которых мы только что валялись в беседке, они были разбросаны вокруг круглых столов по всему огромному залу. Была свободная только небольшая площадка в центре. Думаю это сцена, где для гостей будут устраивать представления и шоу, что-то похожее было в Праздник «Появления кометы». Вообще, чем больше больше смотрю на хитросплетение культуры и местных обычеев, тем всё больше нахожу в них взаимосвязь с порядками Средневековой Европы и Арабских стран. Вот даже эти подушки и низкие столики. Если сейчас на сцене появятся красотки, что будут показывать танец живота, у меня вообще флешбеки пойдут.

Кстати, насчет танцев, было пока непонятно будут они сегодня или просто застолье. Кстати, а вот и музыканты. Четыре девушки, скорее раздетые, чем одетые, стояли на небольших пьедесталах по углам комнаты и играли на струнных инструментах. Узнал только арфу, остальные были мне неизвестны. Музыка добавляла комнате атмосферу загадочности и эротизма.

— Внимание! Уважаемые гости! Прибыл Ашер четвертого ранга, Макс Медведев, победитель Александрийских скачек этого сезона, и его жены, леди Рита и леди Шелли, — в зале раздались бурные аплодисменты.

Три служанки, выступив из тени, возложили на наши головы короны. Из лавровых веток и листьев — мне, девушкам — из распустившихся цветов. А теперь вот, флешбеки Римских состязаний.

Затем служанки шепнули, чтобы мы взобрались на деревянный помост с четырьмя ручками. Я отдавал себе отчет в том, что выиграл скачки, но почему-то не чувствовал себя победителем, пока не начался весь этот цирк, в котором меня чествовали, как короля.

Я чувствовал себя слегка неловко, а когда носильщики остановились, опустили носилки и мы смогли сойти на пол, смог наконец выдохнуть с облегчением. Фух, поймал себя на мысли, что пока ещё не привык к такому пристальному вниманию такой толпы. Не думал, что скачки и победа в них настолько важна для местных жителей. Мы поднялись по шикарной красной дорожке прямо к центральному столу, во главе которого восседал лорд Байрон Рамзи.

Справа от него сидел уже знакомый мне человек-рептилия. Желтые глаза посла Кларка приветливо блестели. По другую руку от Рамзи пристроилась его прекрасная жена Фиби.

Рядом с этой хорошенькой девушкой сидел сурового вида мужчина, его сутулая осанка и кустистые брови над строгими глазами выдавали в нем человека достаточно серьёзного, думаю шутить он не очень любит. Сразу за ним сидел молодой человек с длинными, как у кролика, ушами. Больше за столом никого не было. Скорее всего, эта вся верхушка местного острова. Лорд Рамзи, повелитель и его совет Ашеров.

— Медведев! — добродушно воскликнул Байрон Рамзи и широко развел руки. — Добро пожаловать на пир, победитель. Пожалуйста, садись рядом со Кларком.

Я занял место между ухмыляющимся человеком-ящерицей и длинноухим парнем, а Рита и Шелли устроились по обе стороны от меня.

— Хорошее представление, Ашер Медведев, — похвалил меня посол Кларк. Все шипящие звуки он протягивал, как настоящая змея. Он быстро потерял интерес к разговору и принялся за еду. Пир еще не начался, на нашем столе стояло только блюдо с огромной ярко-оранжевой курицей. Он оторвал крылышко и целиком закинул его в свой рот. Похоже, его острые зубы легко справлялись даже с костями. Впрочем, прожевав, он добавил. — Мне никогда не нравился Адлер Бёрнс, с нетерпением ждал того дня, когда кто-то из Ашеров поставит его на место.

— Спасибо, посол, — ответил ему лёгким кивком и потянулся за хрустальным бокалом, полным воды.

Мне больше не требовалась помощь в таких элементарных вещах. Прежде чем сделать глоток этой отвратительно-соленой жидкости, взял серый очищающий камень и опустил его в свой бокал.

Вода зашипела, как газировка в только что вскрытой бутылке, и когда бурление прекратилось, сделал несколько освежающих глотков.

— Скажи мне, — любопытствовал Кларк, подползая к нам ближе. Он отклонился назад, чтобы заглянуть за спину Рите. Ему хотелось получше рассмотреть меч, прикрепленный к моему поясу. — В клинок, которым ты нанес смертельный удар своему противнику, было вплавлено сердце демона, которого ты убил?

— Возможно, — неопределенно ответил слегка улыбнувшись. Не стоит ни кому знать моих истинных возможностей, да и Сет не зря старался, скрывая все следы перековки. Мой меч и его возможности, — это мой козырь. А свои тайны я привык держать при себе.

— Да, очень разумно было с твоей стороны прибегнуть к такой стратегии, — посол одобрительно стукнул кулаком по столу. — Хорошо, что ты не успел завести с Бёрнсом дружбы. Это могло бы выйти тебе боком. Самое главное правило войны — никого не подпускать к себе слишком близко.

— Кларк, знаешь, мне бы не хотелось обсуждать сегодня за праздничным столом стратегию боевых действий и хитрых уловок, — спокойно сказал Барон Рамзи, но все заметили, как под его густой шевелюрой раздраженно дернулось ухо. — Видит Солнце, ты скоро доведешь меня, и я натравлю на тебя свою самую прекрасную и неутомимую наложницу, чтобы она хоть иногда отвлекала тебя от мыслей, старый ты змей.

— Никогда не стоит терять бдительность, мой дорогой друг, — весело прошипел Кларк, похлопав лорда по плечу. Одновременно с этим он посмотрел на меня и украдкой подмигнул. — Всегда нужно быть готовым нанести удар, когда представится возможность и отразить его, если это необходимо. Мы, Ашеры, должны быть готовы в любое время дня и ночи сражаться во славу Богини Солнца.

Мелодичная арфа сменилась громкими трубами, и в зал хлынул бесконечный поток слуг с подносами и блюдами, прикрытыми куполообразными крышками. Запах жареного мяса и специй мгновенно заполнил помещение.

Мой желудок заурчал так громко, что Байрон Рамзи повернулся ко мне и понимающе ухмыльнулся.

— Прекрасно помню, как впервые прокатился верхом на Метеоре, — сказал лорд и протянул слуге свой кубок, чтобы он наполнил его ягодным вином. — Пегас очень верный и сильный, но слишком своевольный. Ментальная связь, необходимая для общения с ним, требует от наездника много энергии. Ашер Медведев, надеюсь ты успел в купальнях восстановить силы и энергию?

— Пожалуйста, просто Макс, — сказал Байрону, сразу после того, как торопливо проглотил кусок сочного мяса, на вкус напоминающего говядину. Из-за соуса оно было пикантно-острым и сладким одновременно. Запил его ягодным вином, которое с каждым разом нравилось мне все больше и больше. — Я замечательно провел время в лечебном бассейне, спасибо, лорд Рамзи.

— Хватит обзываться лордом, все мои друзья зовут меня просто Байрон, — сказал он, широко улыбнувшись. От этого его суровое лицо с каштановой бородой стало выглядеть немного более дружелюбно. — Признаюсь, меня очень встревожили слухи, которые ходили по острову последние несколько дней, и если они правдивы, то ты оказал мне еще одну неоценимую услуга, Макс.

— Дорогой, ты говоришь о слухах, что доходили к нам из Бронзовой Гавани? — защебетала Фиби. Сидя с широко раскрытыми темными глазами, она была взволнована и прижимала руки к пышной груди.

— Фиби, любовь моя, не расстраивайся, — Байрон взял ее руки в свои ладони и с любовью глядя в глаза, нежно поцеловал костяшки пальцев.

— Но это же ужасно! Слышать, как кто-то замышляет покушение на тебя и жизнь твоих преданных друзей! Нет, это невыносимо! — театрально воскликнула она и обратилась к мужчине, похожему на филина, который сидел рядом с ней. — Вы же слышали об этом, Ашер Оушен?

— Да, в нашей благородной Бронзовой Гавани болтуны много говорили об этом, — сказал филин, отрывая кусок сочного мяса от толстой кости, и с отвратительным чавканьем прожевал его. Потом он указал жирным пальцем на мою рыжеволосую жену. — А вы что скажете, леди Шелли? Вы уж, конечно, не могли не слышать, что ваш покойный муж замышляет убийство нашего милостивого повелителя.

Я взглянул на Шелли, она на мгновение растерялась, но быстро взяла себя в руки. Отложила вилку, промокнула губы тканевой салфеткой и заговорила.

— Боюсь, никогда не была осведомлена о том, чем именно занимается Адлер. Он не посвящал меня в свои дела. Но если ваша светлость, Оушен, слышали об этом, значит, это чистая правда, — она тряхнула ярко-рыжими волосами, чтобы отбросить их за спину, и расправила плечи, как истинная королева. Этот жест восхитил не только меня, но и всех мужчин присутствующих за столом.

— Слышала, что многие люди, которые были свидетелями дуэли между Ашером Медведевым и Ашером Бёрнсом, клянутся, что слышали запах ядовитого настоя, когда клинок разлетелся на осколки, — никак не успокаивалась жена повелителя, снова, картинно прижимая свои руки к своему сердцу.

При этих словах я посмотрел на Риту, она предупреждающе сжала мое запястье.

Я знал правду, потому что мы с Ритой были в таверне и в тот момент, когда этот подлый ублюдок заключил сделку с каким-то сомнительным человеком. Он вывалил кругленькую сумму за то, что его клинок пропитали смертельным ядом. Даже если бы он не смог убить повелителя, а только ранил, тот все равно умер бы через несколько дней.

Конечно, я мог заявить о том, что слухи правдивы. Но этого делать не стоило, наоборот, лучше придержать эту информацию, и если подвернётся случай, воспользоваться. Я же не знаю, как зовут исполнителя и где именно его искать. С победой над Адлером, этот клубок до конца ещё не распутан.

— Это правда, — вмешался последний человек за нашим столом. Как его зовут я пока не знал, но длинные уши незнакомца слегка покачнулись, когда все присутствующие повернулись в его сторону, чтобы выслушать. — Поскольку я был победителем скачек в прошлом сезоне и сидел в первом ряду на почетном месте, то тоже ощутил гнилостный запах масел, которые собирают из цветов терновника.

— Вот видишь, Байрон! — снова запричитала Фиби. — Ашер Роджер подтвердил это! Клинок Адлера, действительно был отравлен и это не шутки!

— Ну, как бы то ни было, мы избавлены от этого подлого ублюдка благодаря нашему победителю, Ашеру Медведеву! — сказал Байрон Рамзи обращаясь ко всем присутствующим, и поднял вверх свой кубок.

— За Медведева! — эхом отозвались все люди в зале и тоже подняли бокалы и кубки. Я неловко им улыбнулся, такое внимание слегка смущало.

Все вернулись к роскошному пиршеству. Оушен, сидевший напротив меня, наколол на вилку тонкую, похожую на сардину рыбу, обмазанную маслом и зеленью, и уставился на меня выпуклыми желтыми глазами.

— А что скажешь ты, Медведев? — спросил он, высокомерно вздернув пушистые брови. — Насколько мне известно, ты попал к нам не так давно. И что, уже настолько недоволен статусом Ашера третьего ранга, что почувствовал необходимость, чтобы вызвать на дуэль Адлера и получить новый, четвертый ранг?

Я прищурился, глядя на сгорбленного филина. Было в нем что-то жутковатое, особенно в том, как он уставился на меня своими огромными, немигающими глазами. Филин не отводил от меня свой пронзительный взгляд ни на секунду, как будто за столом остались только мы вдвоём. Но этим меня было не напугать, я уверенно смотрел ему в глаза и отслеживал мельчайшие движения.И тут, я заметил, как глаза филина дёрнулись на секунду в сторону Шелли и это натолкнуло меня на мысль…

— Честно признаться, статус Адлера интересовал меня в последнюю очередь, — безразлично пожал плечами и потянул Шелли за руку, чтобы она пересела ко мне на колени.

Брови Оушена опустились, он нахмурился, и я решил, что моя догадка верна. С тех пор, как мы сели за этот стол, особое внимание он уделял моей жене.

Не было ничего необычного в том, что на нее обращали внимание, куда бы она ни пошла, потому что Шелли выглядела просто сногсшибательно. Огненные волосы, аппетитная фигура, ангельский голос, грация, аристократическое воспитание с самых пелёнок — наверняка по всему острову ходили разговоры о том, насколько она красива, и я уверен, Филин, далеко не единственный ее поклонник. Но свою женщину, я ни кому отдавать не собирался. С этого момента не стоит спускать глаз с этого напыщенного филина.

— Хорошо разыграно, — проворчал Оушен. В его голосе были смешаны досада и невольное уважение. Я видел, что он сожалеет, что не успел первым вызвать Адлера на поединок и забрать вместе с его жизнью Шелли и поместья в придачу. Облезет пернатый.

Оушен опустил взгляд и принялся есть свою рыбу.

Я коротко кивнула ему в ответ, и сразу забыл о странном напряжении промелькнувшем между нами, потому что Шелли поднесла сочную ягоду к моим губам.

— Попробуй это, дорогой, — прошептала она, успокаивая меня. — И не обращай внимания на старого Оушена, он постоянно лезет не в свое дело.

— Думаю, он был бы очень рад, если бы ты стала его женой, — недовольно проворчал, но все же открыл рот и позволил жене угостить меня сладкой ягодой.

— Если он на это решится, ему придется иметь дело но только с тобой, но и со мной, — воинственная Рита подмигнула мне и спрятала дерзкую ухмылку за бокалом вина.

Я улыбнулся ей в ответ и взял за руку. Шелли в это время продолжала кормить меня кусочками сыра, фруктов и орехами. Кажется я попал в рай. Поджарая блондинка, — есть, фигуристая рыжая красавица, — есть. Осталось только брюнетку найти до полного комплекта и будет мне счастья. Кажется я попал в рай…

— Боммм. — Один из слуг ударил в небольшой гонг. Свет в зале погас. А среди собравшихся воцарилась тишина.

— Что происходит?

Глава 5

Несколько человек друг за другом вышли в центр зала, на импровизированную сцену для выступления.

— Никогда не видела такого, только слышала. Это постановка, которая расскажет историю Александра. Он зажег маяки, которые положили начало восстаниям против беспредела, который чинили Ашеры. — Прошептала мне на ухо Рита, внимательно смотря на сцену.

Артисты сразу начали показывать представление, за которым невозможно было уследить. Они пели в четыре голоса, было красиво, но значения слов то и дело от меня ускользало. Не везёт.

Вскоре пение переросло в масштабное сражение. На каждый удар деревянных мечей актеры выбрасывали в воздух атласные ленты красного цвета, они символизировали проливающиеся на землю реки крови.

Пока все были заняты, с потолка опустились восемь фонарей, и главный герой запрыгнул на спину другому актеру, который был одет в костюм пегаса с ярко-алыми крыльями.

Он взял горящий факел и каждый раз, когда они «пролетали» мимо светящегося фонаря, ударял по нему, вызывая сноп ярких искр.

В конце постановки была битва между Александром и злобным Ашером в остроконечной короне.

Они сталкивались, вокруг них широкими полосами развевались красные ленты и полотна ткани, и под стать им фонари отсвечивали ярко-алым светом.

Представление было очень захватывающе, даже сердце стучало от восторга. Не заметил, как во время спектакля обе моих жены забрались ко мне на колени. Не, кажется для третьей жены места пока нет, разве что посадить её себе на шею или на голову. Не буду пока торопиться, а там…

— Вау… — на одном дыхании прошептала Рита не отрывая глаз от сцены. Большой банкетный зал взорвался аплодисментами, и я с удовольствием захлопал вместе со всеми Ашерами и гостями. Красиво.

— Разве это не потрясающе? — Рита рукоплескала громче всех. Мне стало немного обидно, что такая тонкая натура, как Рита, до сегодняшнего дня не имела доступа даже к простым представлениям, всё же её военная подготовка не подрузумевала походы по театра. Даже у меня, было несколько таких походов в «люди», хотя где я, и где театр…

Я улыбался, глядя на супругу, Шелли смотрела на Риту с лёгкой грустью и пониманием.

Я был безумно рад, что птаха, так гармонично влилась в нашу семью, стала частью общих интересов и могла разделить с нами такие вот минуты радости.

Шелли как будто прочитала мои мысли, она протянула руку и погладила светлые волосы Риты так, как это могла бы сделать только лучшая подруга.

— Тебе так сильно понравилось представление? — спросила она нашу боевую кошечку.

— Да, это было чудесно! — призналась супруга, а её глаза горели детским восторгом. В зале снова зажегся свет и возобновились разговоры. — И ты смотришь такие представления каждый сезон?

— Да, мы с Адлером были частыми гостями на этом празднике, повелитель Байрон Рамзи приглашал нас сюда каждый год. — Сказала Шелли и кивнула лорду. — Если честно, из всех мероприятий, на которые я вынуждена была ходить, чтобы Бёрнс мог похвастаться красавицей-женой, это доставляло мне больше всего удовольствия.

— Рад это слышать, Шелли, — сказал лорд и склонил перед ней свою лохматую голову.

— Ты, должно быть, побывала на всех дворцовых приемах, — весело проговорила Рита.

— Да, это теперь предстоит и тебе, моя дорогая, — заверила ее Шелли, музыкальный голос которой звучал очень весело. — Ты стала первой женой благородного Ашера четвертого ранга. Голубая ночь — это только начало, теперь люди из самых высших кругов будут ожидать твоего присутствия на многих других светских мероприятиях: балах, приёмах и раутах.

— Я… ох… — смутилась моя кошка. Она слегка покраснела и прижала уши к голове.

— Думаю, Шелли, тебе придется многому научить нас обоих перед тем, как мы в следующий раз выйдем в свет, — улыбнулся своей второй жене, поглаживая руку Риты. Она явно чувствовала себя неловко, и я с удовольствием отметил, как от этого простого жеста ее бархатистые ушки медленно расправились.

Снова прозвучал гонг. Слуги вернулись в зал и унесли пустые тарелки.

— Мои дорогие гости, — повелитель, вставая из-за стола, обратился к присутствующим. — Давайте устроим нашему победителю достойные проводы!

— По-бе-ди-тель! По-бе-ди-тель! По-бе-ди-тель! — громко скандировали все присутствующие. Я встал под этот оглушительный крик толпы, и вслед за мной все начали подниматься со своих мест.

— Что происходит? — мне приходилось кричать, чтобы Шелли услышала меня сквозь этот Рев.

Она взяла за руки нас с Ритой и повела в центр зала, где нас уже ждал Ашер Роджер.

— Он должен передать тебе Александрийский факел, — быстро инструктировала меня жена, пока мы проходили мимо людей, которые громко аплодировали и кричали, подбадривая меня. — В следующем сезоне ты должен будешь сделать то же самое для нового победителя.

— Хорошо, — занял свое место в центре зала.

К этому волнительному моменту толпа немного притихла.

Ашер Роджер приветливо улыбнулся мне, пожал руку и передал каменный факел, похожий на тот, что использовали в спектакле. Только этот был больше и на его рукояти красовались замысловатые узоры, которые наверняка что-то значили, но я, пока не мог понять их тайного смысла.

— Наш Александрийский победитель! — повелитель, лорд Байрон Рамзи, громко рассмеялся и поднял руки вверх, призывая собравшихся людей снова разразиться аплодисментами.

Гости начали расходиться, мне тоже хотелось поскорее улизнуть, но грозные взгляды, которые бросала на меня Шелли, каждый раз приковывали к месту. Видимо, я должен был дождаться, когда все уйдут, потому что некоторые Ашеры отделялись от толпы и подходили, чтобы поздравить меня лично. Да, сейчас было бы верх бескультурья, приходилось улыбаться, принимать поздравления и жать протянутые руки.

Хотя я и просил ее обучить нас манерам в большей степени для того, чтобы успокоить и поддержать Риту, кажется мне действительно нужны такие уроки. Сам я ни за что не разобрался бы во всех этих церемониях и правилах без подсказок и инструкций моей Шелли.

— Еще раз поздравляю, Ашер Медведев, — Роджер снова пожал мне руку, теперь уже на прощание. — Надеюсь, в будущих сезонах мы встретимся на скачках в качестве противников. Для меня будет честью соревноваться с таким достойным соперником.

— Мне бы тоже хотелось с вам посастязаться на скачках, — искренне ответил ему. Он показался мне неплохим парнем, да и мне по правде хотелось ещё почувствовать скорость и адреналин от гонки и вкус победы.

— Надеюсь, тебе понравился сегодняшний праздник, друг мой? — хлопнул меня по спине ладонью и спросил Байрон, когда все гости уже разошлись.

— Это было потрясающе! — ответил с искренним восторгом, который лишил меня последних сил. Я широко зевнул. — Байрон, прошу прощения, мне показалось, что хорошо отдохнул в купальнях, но что-то теперь меня клонит в сон, ничего не могу с собой сделать.

— Хах, — понимающе рассмеялся он и похлопал меня по плечу своей ручищей. — Могу только догадываться, как сильно ты устал, но позволь задержать тебя здесь еще на несколько минут.

— Конечно, — каким бы вымотанным я себя не чувствовал, не мог ему отказать.

— Фиби, пожалуйста, сопроводи прекрасных жен Ашера Медведева в покои победителя, — он жестом подозвал свою жену, а потом обратился к Шелли и Рите. — Обещаю, что не задержу вашего мужа надолго и скоро вам его верну.

— Идите за мной, — дружелюбно улыбнулась Фиби.

Рита и Шелли, прижавшись ко мне с обеих сторон, расцеловали меня и ушли вслед за супругой Байрона. А я тяжело вздохнул, глядя, как они скрылись в дверном проеме.

— Великолепные создания, не правда ли? — лукаво улыбнулся повелитель, складывая руки на груди.

— Честно говоря, так и не разобрался, они больше делают меня счастливым или сводят с ума, — усмехнулся, перекладывая церемониальный факел из руки в руку. — Итак, о чем ты хотел поговорить, Байрон?

— Иди за мной, Макс, — он указал на дальнюю часть зала, где висел большой гобелен.

Я проследовал за повелителем. Он отодвинул гобелен в сторону и открыл потайной ход, за которым виднелась лестница. Она была похожа на ту, что вела к складу с оружием в нашем поместье.

Точно так же, как и у нас дома, каменные светильники горели в темноте, как и камни Ашеров на наших шеях.

— Куда ведут эти ступени? — спросил Байрона, спускаясь вслед за ним по винтовой лестнице.

— Через этот коридор можно попасть в любую часть дворца, но если ты спрашиваешь, куда именно я тебя веду, то потерпи немного и сам все увидишь, — ответил он, и его низкий голос как-то зловеще завибрировал, отражаясь от голых каменных стен.

— Хммм… — потер затылок рукой.

— Не волнуйся, Макс. Как бы жутко ни выглядела эта потайная лестница, у меня нет гнусных намерений, — легкомысленно пошутил здоровяк.

— Ты только что назвал этот коридор жутким? — фыркнул и рассмеялся.

— Ооо, это «жуткое» слово я перенял у своей маленькой Молли. У нее такой возраст и сейчас такие дни… что оно стало ее любимым, — приятно было слышать, как голос повелителя потеплел, когда он заговорил о своей маленькой дочери.

— Как она? — поинтересовался, пока мы продолжали спускаться по винтовой лестнице.

— Она очень часто спрашивает о тебе, — фыркнул Байрон, — И была совершенно безутешна, когда мне пришлось объяснять ей, почему она не сможет присутствовать на празднике и повидаться со своим будущим мужем.

— Муж? — рассмеялся я.

— Она убеждена, что однажды выйдет замуж за тебя, своего спасителя от демонов, — сказал он и покачал рогатой головой.

— Похоже, у нее на все есть свое мнение, — мы наконец-то преодолели последнюю ступеньку.

— Это точно! — он запрокинул голову и громко рассмеялся, — Подожди-подожди, Пройдет совсем немного времени и это станет уже частью твоей жизни, знаешь, дети растут очень быстро. А теперь пойдем. Есть кое-что, по поводу чего я хочу узнать твое мнение.

Мы спустились в подземелье. Байрон провел меня через тускло освещенные помещения в камеру, которую охраняли двое стражников. Когда мы к ним подошли, они вытянулись по струнке и нам отсалютовали.

В затхлой камере было темно, пришлось напрячь зрение, чтобы разглядеть хоть что-то.

В углу, прямо на полу, сидела грязная фигура. Человек был прикован цепями к стене и тяжело, надсадно дышал. Услышав, что мы вошли, он поднял окровавленное лицо, которое облепили сальные волосы.

— Ты не имеешь права, Рамзи! — обессиленно прорычал мужчина и сплюнул кровь прямо к нашим ногам. Его лицо так исказила злоба, что шрам, пересекающий бровь, вздулся и искривился, он стал похож на извивающегося червяка.

Что-то в нем казалось мне смутно знакомым…

— Сейчас мы разберемся, кто и на что имеет право здесь, ублюдок! — грозно двинулся на него Байрон. Образ добродушного здоровяка, который он транслировал, говоря о своей дочери, мгновенно испарился. Рядом со мной стоял не любящий отец и муж, а истинный лорд Ашер, правитель острова. Казалось, что он заполнил собой все пространство, нам троим было тесно в этой крошечной клетушке, как будто из нее выкачали весь воздух.

Байрон посмотрел на меня.

— Макс.

— Да?

— Откуда ты знаешь этого человека? — сказал он так уверенно, будто и не сомневался, что мы с ним действительно знакомы.

Я не стал спрашивать, с чего он взял, что я его знаю. По грозному и бескомпромиссному выражению лица повелителя было ясно, что ответа на свой вопрос не дождусь.

Мужчина, сгорбившийся у стены, казался мне смутно знакомым, но я был уверен, что никогда не видел его лица при свете дня.

Или все-таки видел?

Меня поразила одна догадка… Я узнал этот шрам над бровью…

Глава 6

Да это тот самый человек, с которым Бёрнс встречался в таверне, когда покупал яд для своего клинка. Конечно мы с Ритой, толком и не видели его лица, так-как оно было скрыто маской и глубоким капюшоном, но его голос и шрам были легко узнаваемые. Да, это действительно он.

— Байрон, я знаю этого ублюдка. Он продал Адлеру яд для меча! — гневно воскликнул и сжал кулаки, до побелевших костяшек.

— Макс, друг мой, а скажи ка мне, откуда ты об этом знаешь, — обратился ко мне Байрон. Он подошел к преступнику а его лицо нахмурилось ещё сильнее.

Может и не стоило этого говорить Байрону, но когда я узнал этого ублюдка, что у меня появилась уникальная возможность забить последний гвоздь в крышку гроба не только Адлера, но и его поставщика. — Когда мы с Ритой прибыли в Бронзовую Гавань за несколько дней до скачек, то обнаружили там Бёрнса, который вёл себя очень подозрительно. Он был бедно одет, крался по улицам словно преступник, замышляющий что-то не доброе. Учитывая наш с ним конфликт, я не смог пройти мимо и вместе с супругой отправился вслед за ним. Адлер отправился в бедные кварталы и зашёл в таверну. Мы пробрались туда через чердак, накинули плащи и стали свидетелями Адлера и этого человека. Этот мужчина получил мешок монет, а затем передал адлеру яд, которым он и смазал свой клинок. Он готовился убить сначала меня, а затем и вас.

— Это серьезное обвинение, Ашер Макс, ты уверен? — зловеще спросил Байрон, вытаскивая из ножен свой клинок с изогнутым лезвием.

— На все сто процентов, — ответил лорду без тени сомнения.

— Так вот, от кого ещё хотел избавиться Адлер, жаль он не успел познакомить вас со своим клинком. Твари, пусть демоны сожрут ваши кости! — озлобленно выкрикнул наемник, когда понял, что его песенка спета.

Я не успел ничего ответить, потому что в темноте сверкнул клинок Ашера Рамзи. Наемник со шрамом издал сдавленный, хрипящий звук, брызнула кровь и на каменный пол упала отрубленная голова. Тело рухнуло, и из перерубленных артерий продолжала толчками вытекать алая кровь.

— Адлер больше не Ашер. Он навсегда останется в опале у Богини Солнца и будет изгнана из ее объятий, как и ты, — с отвращением сказал Байрон. Не будет под её лучами места для таких ублюдков, как вы. Ненавижу.

— Макс, мне жаль, что ты стал свидетелем казни сразу после после нашего веселого пира и твоего чествования, но по другому было нельзя, — вздохнул повелитель, вытирая свой меч белоснежным платком, который он достал из кармана своего парадного жилета. Байрон убрал свой клинок в ножны. — Знаешь Макс, в последнее время ходило много разных слухов, в том числе и о тебе. Боюсь, некоторые из них были не самыми лестными. Я должен был убедиться, что это всего лишь слухи и выдумки.

— Плохие слухи обо мне? И что же такого говорили люди? — это вызвало у меня искреннее удивление. Нет, я, конечно, не мог назвать себя святым, но в тоже время и ничего плохого не замышлял. Хотел заработать денег, да поместье отремонтировать… Я последовал за Байроном к выходу из камеры.

— До меня дошли слухи, что ты вступил в заговор с Бёрнсом, чтобы вместе избавиться от меня. Но я видел сегодня, как вы смотрите друг на друга во время дуэли. И видел, как во время большого приема в ночь, когда пролетала комета, он бросил кольцо под ноги твоей жене. Я по этому до конца и не был уверен в их правдивости, но как говорится, доверяй но проверяй.

— Байрон, ты оказался прав, — отвращение во мне смешалось со злостью, когда я вспомнил, как Рита порезала ногу о его проклятый перстень. Да если бы у меня была возможность, я бы оживил этого ублюдка и ещё раз прикончил.

— Получается, я снова в долгу перед тобой, мой друг, — сказал лорд Байрон Рамзи с благодарностью, он сжал мое плечо своей огромной рукой.

— Да нет, я в первую очередь преследовал свои собственные интересы. Намерение убить Адлера у меня возникло задолго до того, как мы узнали о заговоре, — честно ответил Байрону. Конечно, можно было наплести сказок и загнать Байрона в очередной долг чести, но это было не в моем характере.

— Так значит Ашер Оушен был прав? — на бородатом лице Ашера рамзи зажглось любопытство. — Ты заинтересовался Бёрнсом из-за его ранга? Или все дело и правда в Шелли?

— Наверное, в конечном итоге все дело в Шелли, — неловко потер затылок. — Сначала у меня к нему была месть за кольцо и материальный интерес. Поместье мне досталось не в лучшем состоянии, для его восстановления мне нужно много золота. А следом за золотом, я понял, что мне нужен знающий управляющий, кто разбирается в местных традициях и рынке. Рита сомневалась в своих силах из-за её военной подготовки и отсутствия должного образования. Вот она и предложила, не просто нанять управляющего, а решить все проблемы радикально. Золото, поместья, ранг и жена, что может держать всё имущество под своим контролем, Шелли.

Но когда мы узнали, как Адлер обращается с ней и познакомились поближе, я понял, что это будет спасением не только для меня, но и для нее. Да и Бёрнс постоянно цеплял меня, этот поединок произошёл бы в любом случае рано или поздно. Не вызови я его сегодня на дуэль, — это сделал бы он. А зная Адлера и то, как он привык вести свои дела, сомневаюсь что бой был честным.

— Ну тогда мне всё понятно, — кивнул он, немного подумав над моими словами. — Значит, тот факт, что ты сорвал его попытку вызвать меня на бой, — просто счастливая случайность.

— Да. Но Байрон, если бы у меня не получилось, я бы постарался тебя предупредить об отравленном клинке или помочь. Ненавижу ложь и трусливых ублюдков, что привыкли бить исподтишка.

— Да ты настоящий храбрец, Макс! — раскатистый смех Байрона гулко отражался от каменных стен. Когда он наконец отдышался, то повернулся к охранникам, все еще стоявшим по обе стороны от входа в камеру, и обратился к ним. — Избавьтесь от этого мусора, не хочу больше его здесь видеть.

— Да, господин! — хором ответили они и вошли в камеру, чтобы вынести оттуда труп сообщника Бёрнса.

— Сегодня ты плодотворно потрудился, — сказал Рамзи, когда мы поднимались обратно. — Хочу пригласить тебя на охоту на моей любимой лесной поляне. Завтра утром. Сейчас сезон жуков-оленей, такое я никогда не пропускаю. Что скажешь?

— Звучит интересно, но проснусь завтра точно не с первого раза, — хохотнул, подавляя очередной зевок. Мы уже вышли в большой зал, посмотрели на окна, в которые пробивался дневной свет. — Полагаю, еще очень рано, чтобы ложиться спать.

— Да, но ты иди, отдохни, как следует! Обещаю, ты не пожалеешь, что согласился на охоту, — Байрон подозвал пару слуг, одетых во все черное. — Следуй за сопровождающими, они проводят тебя в покои. И выкинь из головы все неприятное, что произошло сегодня вечером.

Легко сказать. Для всех здесь убить человека — все равно что чихнуть. У меня пока не получалось так легко относиться к убийству человека, даже если речь шла о конченом ублюдке. Хотя, по правде говоря, я уже загонялся не так сильно, как в первый день.

— Еще раз благодарю за гостеприимство, — склонил голову перед лордом Рамзи и поплелся вслед за слугами, они повели меня вверх по широкой лестнице.

— Отдохни хорошенько, завтра тебе определенно потребуются силы, — дал напутствие Байрон, развернулся и ушел по своим делам. Не помню как добрался до постели, с каждым пройденным метром усталость накатывала на меня всё сильнее. Когда после разговора с Байроном добрался до своих покоев, то передо мной развернулось потрясающее зрелище.

Рита и Шелли, обе переодетые в кружевные ночные рубашки, сидели на постели и ждали меня. Шторы были задернуты, и в свете камина супруги выглядели очень соблазнительно. Вот только я был выжат, как лимон и стоило мне только добраться до постели и положить голову на подушку, как глаза моментально закрылись. Я прижал к себе своих сексуальных жен, они закинули на меня ножки и укрыли одеялами. Кайф… Еще никогда в жизни не спал так сладко: с левой стороны ко мне прижималась моя верная Рита, а с правой — новое, страстное любовное приключение. Приду в себя и устрою им горячие скачки, а сейчас, — спать…

— Кар! — карканье, раздавшееся над ухом, заставило меня вынырнуть из сладкого забытья.

— Отстань, Бертрам, — отодвинул ворона рукой и отвернулся, потому что он нагло ковырялся клювом в моих волосах. Мне даже не нужно было смотреть на часы или в окно, чтобы понять, что рань была несусветная. — Ещё даже петухи спят! Отстань. Хотелось просто поглубже закопаться в теплые одеяла и поспать хотя бы еще пару часиков с девушками, которые прижимались ко мне с обеих сторон.

— Кар! — хтонический ворон в конец охренел. Запрыгнув мне на голову, он перетаптывался по ней маленькими лапками и пристально смотрел в глаза.

— Бертрам! — шикнул я, чтобы он вел себя потише, потому что уже мешал спать не только мне, но и женам. Шелли, сонно что-то пробормотала и плотнее прижалась к моему боку.

— Ты же сам сказал ему разбудить тебя пораньше, разве ты не помнишь? — она положила голову мне на грудь и смотрела, нехотя приоткрыв глаза.

— Ох, черт! — жалобно простонал, вспомнив, что обещал пойти с Рамзи на охоту на каких-то неведомых существ, которых он называл жуками-оленями. Учитывая, что мы находимся на Ашене, подозревал, что они будут больше похожи на оленей, чем на жуков. — Охота! Я совсем про неё забыл…

— Лорд Рамзи пригласил тебя на охоту? — удивленно спросила Рита, поглаживая Бертрама. Выполнив свою задачу, он вернулся на изголовье нашей кровати и спрятал голову под крыло. Вот же, крылатый засранец! Даже ворон может доспать свой сон, ну что за несправедливость! Оставив его в покое, моя жена положила руку мне на грудь и стала поглаживать ее тонкими пальчиками. — Это большая честь.

— Правда? — выводил большим пальцем круги на ее пояснице. Стоп! А что это она так удивляется? Посмотрел на нее с шутливой обидой. — Думаешь, я этого не достоин?

— Что за глупости? — Рита вздохнула и потянулась. Она никогда не пыталась выставить напоказ свою сексуальность, но каждый ее жест, даже самый будничный, возбуждал, распаляя во мне страсть и желание.

— Не хочу никуда идти, — пробормотал, зарываясь лицом в мягкие, растрепанные волосы супруги. Она была такой сонной и теплой, что у меня буквально не получалось заставить себя встать с постели. — Может быть можно как-то откосить и туда не пойти? Я вс таки не охотник.

— Нет, Макс, ты действительно должен туда пойти, — она хихикнула, когда притянул ее ближе и укусил за шею, прямо туда, где ускоренно пульсировала венка. — Лорд Байрон Рамзи проникся к тебе симпатией, нельзя пренебрегать его приглашение. Он отличный союзник.

— Да, да, ты как всегда права, — оставил на ее шее несколько поцелуев.

— На кого он собирается охотиться? — Рита приподнялась на локте, чтобы удобнее было смотреть мне в глаза, и по-хозяйски закинула на меня ногу.

— На каких-то жуков-оленей, — ответил ей, даже не подозреваю, как именно они выглядят. — У тебя найдутся для меня советы?

— Хм… — Рита задумалась, продолжая выводить на моей груди незамысловатые узоры, а потом изрекла. — Постарайся держаться подальше от их гигантских клещей.

— О, ничего необычного, — тихонько засмеялся я. — Это же так легко — избегать клешней животных, которые хотят убить тебя не меньше, чем ты — их.

— Просто будь ловким и быстрым и всё будет в порядке, — лениво промурлыкала Рита. Она была близка к тому, чтобы снова провалиться в сладкий сон. — Максим, я знаю, для тебя не существует невыполнимых задач.

— Тронут твоей верой в меня, — улыбнулся. Светловолосая головка Риты на моей груди становилась все тяжелее. — Но у нас есть одна проблема, и мне нужна твоя помощь.

— М? — издала она вопросительный звук и открыла бездонные голубые глаза, чтобы заглянуть мне в лицо.

Я поцеловал ее и посмотрел туда, где спала Шелли. Наверное, ей снилось, что она виноградная лоза, потому что она крепко обвивала мое плечо руками.

— Не хочу ее будить, поможешь?

— Знаю, что можно сделать, — прошептала Рита и перекатилась на меня, уткнувшись бедром в пах. Перед глазами в глубоком декольте виднелась упругая грудь и у меня мгновенно встал. И это я должен был променять на какую-то охоту⁈

Еще до того, как вытащил свою руку из крепких объятий Шелли, Рита заменила ее своей. С неохотой выполз из-под нее.

Шелли тут же прижалась к Рите. Она так крепко спала, что даже не заметила подмену. Похоже, ей было все равно, к чьему телу прижиматься, лишь бы оно было теплым.

— Теперь точно никуда не хочу идти, — сказал, глядя на своих сексуальных жён, красотки. Они словно сошли с глянцевых страниц мужского журнала.

Темно-рыжие волосы Шелли были собраны в косу. Она лежала, вжавшись щекой в обтянутую кружевом грудь Риты. Ее рука была небрежно перекинута через её тонкую талию. Моя девушка кошка, тоже её обняла и просунула своё колено между ее бедер.

— Иди, милый, — сексуально мурлыкнула Рита.

— Но… — беспомощно вытянул руку в сторону постели и моих сексуальных красоток. Нет, ну правда, разве можно оставить такое богатство и идти на какую-то охоту, я же не импотент. Член такой твёрдый, орехи колоть можно.

— Знаю, как ты нас хочешь, но сейчас тебе действительно нужно идти к Байрону. — Судя по тону и выражению лица, Рита прекрасно понимала мои чувства, поэтому добавила. — Обещаю, что позже, когда ты вернёшься с охоты, тебя будет ждать сюрприз, и он тебе точно понравится.

— Договорились! Береги себя и позаботься о Шелли.

— Обязательно, — ответила супруга сквозь одолевающий ее сон.

Отвернулся от этого восхитительного зрелища. Это было ужасно. Я чувствовал себя голодающим, который заглядывает в окно ресторана, а денег, чтобы зайти, у него нет. Чтобы не растягивать эти муки, торопливо оделся. При мысли о ресторане и еде живот предательски заурчал. Поэтому я очень надеялся на ранний завтрак. Если мне не удастся удовлетворить хотя бы этот голод, видит бог, сдохну.

С этими мыслями спрятал Камень Ашера под рубашку и прикрепил к поясу клинок Риты, потому что не хотел растрачивать «силы» своего меча на простую охоту. Накинув на плечи плащ, вышел из комнаты.

Я запретил себе оглядываться и заставил ноги нести меня по коридору, на это мне потребовалась вся сила воли. Ни один здоровый зрелый мужик не смог бы спокойно уйти и оставить в теплой постели полуголых двух красоток. Очень хотелось вернуться, втиснуться между ними, а потом устроить жаркое, страстное пробуждение. Тем более я за ночь полностью восстановился и энергия из меня била ключом.

Но утро мечты и тройничок мне сегодня не светили, поэтому, подавив тяжелый вздох, зашагал дальше по коридору…

Глава 7

Я был немного раздражен, потому что пока мои красавицы спали, был вынужден отправиться на охоту с лордом, да ещё скорее всего общаться о политике и держать в голове кучу различных нюансов. Но больше всего мне портило утро даже не предстоящая поездка, а отсутствие кофе! Вот бы найти хотя бы пару зернышек, вот бы я тогда тут развернулся на широкую ногу.

Я спустился по лестницы и вышел в очередной коридор и тут увидел моего верного конюха, Грэга. Он как раз спешил мне навстречу с другого конца длинного коридора.

— Доброе утро, Ашер Макс! — весело прокричал он подбегая ко мне.

— Доброе утро, приятель! — я рассмеялся, одной рукой обхватил его за шею, а другой — взъерошил волосы. С тех пор, как я спас Грэг во время первого нашествия демонов от неминуемой смерти, он привязался ко мне и был предан на все сто процентов. Я по правде говоря воспринимал его, как своего младшего брата, которого у меня никогда не было.

Да, этот вариант точно подходил лучше и объяснял мою привязанность к этому парнишке.

— Максим, я так рад, что вы уже проснулись! Все утро этого ждал, чтобы показать вам кое-что потрясающее, — восторженно тараторил Грэг. — Пойдемте скорее в конюшню.

— Веди, — ответил ему и сделал несколько шагов вслед за Грегом, а потом мне в голову пришла отличная, пусть и слегка сумасшедшая идея. Я поймал его за плечо.

— Грег, а давай с тобой рванём наперегонки.

— Что? — кажется, он вообще не понял, чего я от него хочу. Ну оно и неудивительно, Грег, скорее всего начал служить в поместье Байрона Рамзи, как только научился ходить, в этом мире у детей было довольно тяжёлое детство, и далеко не все могли найти время для самых обычных игр.

— Наперегонки, ну… Кто быстрее добежит, — сказал ему и сорвался с места. Обернувшись через плечо, задорно крикнул. — Догоняй!

Грэг громко рассмеялся и погнался следом за мной. Иногда оборачиваясь я, видел, как парнишка мчит сломя голову, словно желание догнать меня, для него стало самым главным в жизни.

Довольно быстро я понял, что намного быстрее Грега и если бы хотел, то играючи его опередил, но делать мне этого не хотелось. Меня веселил азарт, с которым парень ввязался в эту гонку, поэтому немного сбросил скорость бега, чтобы он почувствовал, что победа уже близка и он действительно может меня догнать.

Конечно, я мог бы ему поддаться и позволить себя обогнать, но это было бы нечестно, а так, я сделал, что бы в итоге разрыв между нами остался не столь значительным. И парень поверил в свои силы и возможную победу и с ещё большим упорством налёг на тренеровки и собственное развитие. Пусть знает, что сегодня победа близка и ему есть к чему стремиться.

— И победителем гонки стал Ашер Максим Медведев! Аплодисменты! Зрители сходят с ума! — кричал я, остановившись у конюшен. Сложив ладони рупором у рта, изобразил рев толпы. — Дааааа! Второе, не менее почётное место, отважный Грег. — Встречайте!!!

— Почти догнал тебя! — Грэг с разбегу врезался в меня, мы покачнулись, но устояли на ногах, он весил-то не больше сорока пяти килограмм. Насквозь мокрый от пота, парнишка тяжело дышал, оперевшись руками на свои колени.

— Уверен, немного тренировок, упорства и ты обязательно меня обгонишь, крепись боец! А то пока бегаешь, как девчонка, — немного его подразнил.

— Эй! — рассмеялся он. — Это нечестно!

— В любви и на войне все средства хороши, молодой человек, — раздался низкий бас Байрона Рамзи, который выводил из конюшни двух черных пегасов.

Слова повелителя зацепили меня, но не успел как следует обдумать эту идиому, потому что мой благородный пегас Метеор, который за ведро морковки готов продасть родину, издал приветственный свист и тут же в моей голове возник образ аппетитного корнеплода.

— Да ладно тебе, голодающий! — я рассмеялся и, когда они подошли ко мне, почесал шею своему пегасу. — Мог бы для начала сделать вид, что рад меня видеть. Но кажется, тебе от меня нужны только морковки!

— Я смотрю, Метеор за такое короткое время привязался к тебе на много сильнее, чем ко мне за все годы, что мы с ним знакомы. Знаешь Максим, это большая редкость, когда пегас способен связаться со своим наездником на таком большом расстоянии, — Рамзи склонил голову на бок и смотрел на меня с нечитаемым выражением лица, которое мне не удалось расшифровать. — Твоя репутация действительно идет впереди тебя. И как я смотрю, она абсолютно оправдана.

— Не стоит верить всему, что обо мне говорят, — отмахнулся от слов Байрона, но затем мне стало интересно. — Подожди-ка, Байрон, а что ты обо мне до этого слышал?

— Только то, что ты удивительная личность, — рассмеялся он и протянул мне несколько морковок. — Держи, Метеор будет им рад. Своего пегаса Байрон кормил сочными яблоками.

— Да, об этом я уже слышал. Всегда считал себя самым обычным человеком и никак не могу привыкнуть к такому повышенному вниманию ко мне. Метеор нетерпеливо фыркнул, намекая, что пора бы его угостить. Он повернулся ко мне полубоком и расправил оранжевые крылья. И тогда понял, что так хотел показать мне Грэг. В лучах утреннего солнца на его спине блеснули новенькие ремешки и седло. — Эй, у тебя новая сбруя? Красавец, выглядит шикарно!

— Ашер, взгляните, разве они не великолепны? — взорвался мой конюх радостным криком. Все это время ему приходилось здорово сдерживать свои эмоции. Хорошо, что я так быстро обнаружил обновку, боюсь Грег просто лопнул, не в силах сдержать эмоций. — Повелитель позволил мне переодеть его в новое снаряжение, достойное победителя Александрийских гонок.

— Только не начинай опять мне без конца выкать, ты же помнишь, просил обращаться ко мне по имени, и меня это абсолютно устраивает, — строго сказал Грегу, но потом все-таки улыбнулся, чтобы парень не подумал, что я злюсь на него.

— Оказывается, слухи о твоем простодушии тоже оказались правдивы. Если бы я не слышал вашего разговора своими собственными ушами, то не поверил, что Ашер может так легко относиться к своему достоинству и просить слуг обращаться к нему на ты, без должного уважения и почтения, — сказал Байрон, с интересом разглядывая меня.

— Байрон, но ты тоже не похож на человека, который из-за своего непомерного эго будет портить жизнь окружающим и требовать от них чрезмерного раболепия, — ответил ему глядя в глаза и в какой-то степени мои слова были манипуляцией. Надеюсь, чутье меня не обманывало, и Байрон окажется действительно неплохим мужиком.

— Знаешь, Максим, я давно понял одну простую вещь: «Излишняя гордость предшествует падению». Я видел большое количество примеров таких падений и убедился в правдивости этих слов, — сказал он, поглаживая своего пегаса. Слушая слова Байрона, я ловил себя на мысли, что на самом деле, он куда старше, чем кажется на первый взгляд. Возможно, долгая жизнь, — это ещё один дар богини Солнца для её верных паладинов. Нужно будет побольше об этом узнать.

Я собирался покрутить в голове эту мысль, но тут Метеор снова меня отвлек. Он ткнулся мордой в складки моего плаща, прерывая ход моих мысли.

— Извини приятель, у меня больше нет морков, — сказал и рассмеялся, глядя как мой пегас презрительно фыркнул и покачал головой из стороны в сторону. — Понимаю тебя, дружище, я по правде говоря тоже проголодался.

— Ах, да, Максим, прошу прощения за отсутствие хорошего завтрака, но на то есть весомая причина. У жуков-оленей отличное обоняние а они, как правило, предпочитают добычу, которая только что хорошо поела, — сказал повелитель, порывшись в сумке, прикрепленной к его поясу. Он вытащил оттуда что-то, похожее на сушеное мясо и бросил мне один кусок. — Пожуй немного, это поможет унять голод. Я взгляну на то что поймал и удивился, это было не сушёное мясо, а кора какого-то дерева. — Байрон, а это съедобно?

— Да, — он улыбнулся завязывая мешок, — это кора с вон тех деревьев. Жуки ее не почувствуют, а тебя она насытит на несколько часов. Когда снова захочешь есть, просто осмотрись вокруг, таких деревьев будет в лесу полно.

— Хорошо, — я правда сомневался, что кора может быть вкусной, но деваться было некуда, а голод не тётка, так что откусил от неё кусок и стал тщательно жевать.

Оказалось, что она очень даже ничего, по рецепторам ударил ярко-выраженный ореховый вкус, желудок сразу перестал требовать еды. Но текстура, конечно, была как у настоящей коры, такой перекус нужно хорошенько запить.

Дождавшись, когда я закончу жевать кусок коры, Байрон кивнул головой и запрыгнул на своего пегаса.

Мы с Байроном отъехали от конюшен. Он вел меня по тропинке, которая исчезала в лесу. Я сомневался в своих географических и топографических способностях, но был почти уверен, что этот лес находится где-то между дворцовой площадью и моим поместьем.

Утренний лес оказался очень живописным. Деревья, что росли здесь, как выяснилось были не только красивыми, но и очень вкусными. В золотых лучах солнечного света их листья сверкали и переливались всеми цветами радуги.

— У этого леса есть название? — спросил у Байрона, когда мы заехали с ним в чащу.

Байрон утвердительно кивнул мне в ответ своей косматой головой.

— Как и большинство значимых мест на Ашене, этот лес назван в честь Ашера, его звали Айзек Фостер. Он был лучшим охотником на острове Сканно, и ему принадлежала большая часть этого леса еще до того, как Совет Ашеров все разделил. И по сей день лесо называется — Форест.

Вдруг конь Байрона тихо заржал и ударил задним левым копытом.

— Что с тобой, Гром? — спросил повелитель, успокаивающе поглаживая шею своего скакуна. Он повернулся ко мне. — Пегасы — одни из немногих существ, которые могут почувствовать приближение жуков-оленей. Они ощущают вибрации, которые те производят, вылезая из-под земли.

— Подземные толчки? — скривился, представив, как огромные жуки роют землю своими клешнями и появляются на поверхности, как черти из табакерки. — Пегасы и правда могут их чувствовать?

— Да, ты все правильно понял, — Байрон отпустил поводья и доверился чутью своего скакуна. — Это значит, что и нам следует вести себя потише, чем ближе мы к ним подходим, тем больше вероятность, что они нас услышат.

— Они могут нас услышать? — спросил шепотом и настороженно посмотрел на землю, как будто она могла разверзнуться в любой момент под копытами моего Метеора. Я уже привык к тому факту, что большинство животных в этом мире были какими-то непонятными гибридами лошадей и бабочек, воронов и мотыльков, что повозки здесь таскают гигантские гусеницы и тараканы, но жуки с огромными клешнями, которые рыскают под землей и в любой момент могут выбраться на поверхность и атаковать, это уже слишком. В уме всплыли кадры из старого фильма, где гигантские черви атаковали всё живое, кажется он назывался «Дрожь земли». Помню, героям хорошенько досталось от тех червей. Что-то идея охоты с каждым метром нравится мне всё меньше и меньше.

— Не волнуйся, жуки реагируют только на движение и сильную вибрацию, — усмехнулся повелитель. — В любом случае нам нечего опасаться, наши пегасы ступают практически бесшумно. А жуки выбираются на поверхность, только если чувствуют где-то рядом присутствие самки или сильный запах. Но они не такая большая проблема, ведь на самом деле, жуки активны и плотоядны только очень короткое время, а потом они засыпают и не беспокоят жителей.

— Хм, я знал, что попал в особенный мир. Гибриды людей, животных, прорывы демоном, теперь вот ещё и плотоядные жуки, которые раз в годы выползают из своих нор в поисках свежего мяса. С того момента, как Байрон сегодня утром впервые со мной заговорил, в глубине сознания крутилась какая-то мысль, которую я никак не мог поймать. Что-то в его словах было для меня очень важным, но я никак не мог понять, что именно меня терзает. Что-то здесь было не так, вот только что?

Я подозревал, что это окажется какой-то ерундой, как тогда, когда целый день не мог вспомнить, откуда музыка, и только в три часа ночи меня осенило. Что она звучала заставкой в фильме Гарри Поттер и Философский камень, и хотя эта информация была для меня абсолютно бесполезной, я не мог уснуть, пока не вспомнил.

Вот и сейчас, от разговора с Рамзи я испытывал примерно такие же ощущения.

Вскоре наши пегасы начали сильно нервничать. Они переступали с ноги на ногу, будто шли по раскаленным углям. Байрон властно поднял руку вверх и мы остановились.

— Видишь свежие выбоины в земле, вот здесь и там? — спросил он и указал рукой на холмики рыхлой земли, которые, судя по тому, что они еще не высохли на утреннем солнце, их совсем недавно кто-то разворотил. — Они говорят о том, что только что мы вышли на след зверя.

— Какое оружие лучше всего использовать против жуков-оленей? — спросил у Байрона, потому что только заметил, что он похоже, вообще ничем не вооружен.

— У оленей очень крепкий панцирь, пробить его практически невозможно. Нам известно, что единственное уязвимое место на их теле — это шея, там очень хрупкие кости. Он отцепил от седла своего пегаса моток веревки, к которому было привязано несколько небольших тыкв. — Единственный способ убить жука — это выманить его на поверхность. Так как никто из нас не готов быть приманкой, у нас остается только вот такой вариант. Когда тащишь их за собой по земле, они шуршат, как маленькие ножки самки. Олени оставляют за собой этот беспорядок на земле для того, чтобы самки заметили их следы и последовали за ними в брачное логово. Так жук-олень будет думать, что мы преследуем его, чтобы продолжить род, и не будет на нас нападать, пока не раскроет обман. Но тогда для него будет уже слишком поздно. Теперь привяжи коней к этому дереву.

— Хорошо, — я крепко привязал Метеора и Грома в тени, на участке с самой сочной травой, чтобы им было, чем заняться, пока нас не будет, и проверил узлы. — Гениальная идея с тыквами. Только ты Байрон, так и не рассказал мне, как именно убить жука-оленя. Мой клинок не справится с его панцирем?

— Да, в крайнем случае можно использовать и оружие, но мы не любим махать мечами почем зря. Не говоря уже о том, что это будет крайним неуважением к животным, — расплывчато отвечал на мои вопросы Байрон, пока мы шли по следам жука.

Я вообще потерял нить нашего разговора и не понимал, о чем говорит Рамзи. Чем больше мы углублялись в лес, тем больше встречали в земле борозд. — Какая разница, как именно убьют жука-оленя?

— Олени хорошо рыхлят почву, благодаря им здесь могут расти грибы, корни деревьев не засыхают и не гниют. Они помогают лесу, пока здесь есть эти жуки, он будет жить, — объяснял мне Байрон, как маленькому ребёнку. — Однако если позволить им буйствовать во время их периода половой активности, они так тут всё перекопают, что деревья начнут гибнуть. Охотники поддерживают баланс, поддерживая хрупкое равновесие этого биома. Охотник обладает силой и знаниями, может перебить всех живущих здесь жуков-оленей, но он никогда не сделает этого, потому что знает, какую большую пользу они приносят лесу. И мы уважаем жуков-оленей за это.

Байрон улучил минутку, чтобы бросить на меня загадочный взгляд через плечо. Я уже понял, что он хочет сказать мне что-то важное, но никак не мог уловить его основной посыл.

— Ты все еще не сказал мне, как правильно убить жука-оленя, — ответил ему, рассматривая низко свисающие ветви деревьев. Они придавали этой части леса какую-то не здоровую, слегка зловещую атмосферу.

— К большому терпению придет и умение, друг мой… — усмехнулся Рамзи, остановившись на небольшой лесной поляне. Он смотал веревку с тыквами.

Я наконец-то понял, что именно меня смущало всё это утро. — Подожди, Байрон! Я ведь знаю эту поговорку, её говорят на моей родине! Откуда ты это знаешь?

Я вспомнил все, что он говорил за сегодняшний день, и понял, что Байрон невзначай уже несколько раз подбрасывал между строк привычные фразочки, которые я много раз слышал на Земле.

В любви и на войне все средства хороши. Гордость предшествует падению. А еще он иногда называет сезоны годами, чего я не слышал больше ни от одного другого человека на этом острове.

К большому терпению придет и умение.

К месту использовать эти выражения мог только человек, который был хорошо знаком с культурой Земли.

— Хочу, чтобы ты знал… Мне не хотелось обманывать тебя из каких-то дурных побуждений, мне просто нужно было убедиться, — проговорил Байрон Рамзи и по его лицу проскользнула тень…

— Что все это значит? — вразумительно ответа от него я так и не получил, потому что земля затряслась прямо у нас под ногами. Примерно так и начинаются фильмы ужасов. Сука!

— О, Макс! Я же не сказал тебе самого главного! — Я повернулся к нему, и напряг слух, чтобы услышать за треском веток и разрываемой жуком земли хоть что-то. — Чтобы убить жука-оленя, нужно поймать его за рога и просто свернуть шею.

И тут, из-под земли вырвалось огромное существо. У него было восемь волосатых лап, как у тарантула, огромная башка и пара убийственных клешней. Он выскочил так внезапно, что даже самый бесстрашный герой мог наделать в штаны от ужаса.

Конечно.

Просто схватить эту тварь за рога и свернуть голову.

Это же так легко. Дьявол.

Глава 8

Жук-олень щелкал клешнями и слюнявыми челюстями, он смотрел на нас множеством блестящих глаз разного размера.

Рога у него были, как у обычного оленя, только в сотню раз больше, глаза расположены по обе стороны черепа, похожего больше похожего на наковальню, чем на голову.

Тварь была в яросте из-за того, что вместо сексуальной самки увидела двух наглых Ашеров.

— Байрон? — позвал своего напарника по охоте, потому что он бесшумно исчез из моего поля зрения, как гребаный ниндзя. И как он только это сделал с такими-то габаритами?

— Доверься мне, Макс, — раздался его низкий голос откуда-то сверху. Подняв взгляд вверх, увидел, что он вскарабкался на дерево, на самый верх.

— Какого черта ты бросил меня здесь одного? — старался возмущаться как можно тише. — Это что, такое посвящение? Типа «Добро пожаловать в наш мир! Чтобы тебя уважали, ты должен доказать, что у тебя есть яйца. Но только смотри, не сдохни». Я правильно понял?

— Макс, успокойся. Обещаю, что с тобой ничего не случится, пока я здесь. Просто не двигайся, — успокаивал меня Байрон. Но ему было легко говорить, это не на него смотрел огромный разъяренный жук так, словно собирался сожрать и тут же высрать.

— Не думай, что сможешь так легко сменить тему, — крикнул наверх. Вдруг, тварь вытянула свою тощую шею и двинулась в мою сторону.

Не двигаться было очень сложно. Прям задача с гребанной звёздочкой. Тем более жук прекрасно понимал и видел, где находится его враг, и уверенно набирал скорость.

— Макс, я обещаю ответить на все твои вопросы, но сейчас тебе нужно сосредоточиться, потому что олень готовится к нападению, — шепот Байрона разнесся по поляне. И, к сожалению, он оказался прав, как никогда. Все восемь жутких лап жука оленя подогнулись, как у кошки, которая готовилась к резкому прыжку.

— Черт! — заорал я и отскочил в сторону.

Клешни оленя рассекли воздух слева от меня. Мне не нужно было подходить ближе, чтобы оценить их остроту и опасность.

Быстрый.

Я едва успел твердо встать на ноги, как мне снова пришлось уворачиваться от разгневанного жука, он так и норовил насадить меня на свой чёрные, как смоль рога.

Уворачиваясь раз за разом от бешеной твари, не к месту подумал, как, наверное, ему удобно иметь сразу восемь ног. Жук двигался намного быстрее меня. А еще тише, и это тоже было его преимуществом. И судя по яростным воплям, которые он издавал, его очень раздражали мои метания.

— Сконцентрируйся, Макс! Откройся, позволь Богине Солнца направить тебя на верный путь!

— Богине Солнца? О чем вообще говорит сейчас Байрон? — отступил, чтобы избежать очередного удара рогами, но не увидел поваленного дерева. Зацепился ногой за корни и рухнул со всего маха на спину, как подкошенный. — Дьявол!

Я уворачивался от ударов ветвистых рогов жука-оленя, цеплялся за молодую поросль и вырывал ее и швырял в жучью морду. Но подняться не получалось, нога запуталась в корне и даже не думала двигаться с места. Вот это попал, ещё этот Байрон орёт какую-то чушь. Всё. Отступать мне было некуда.

— Око Богини, Макс! — снова взревел Байрон, но все, что я мог сейчас сделать, — это упереться свободной ногой в грудь оленя, отталкивая его от себя и не давая ему возможности откусить мою голову.

— Понятия не имею, о чем ты вообще говоришь! — крикнул ему в ответ. Жук-олень напирал, кажется, он хотел расплющить меня, а потом сожрать безвольное тело. Выбрав подходящий момент, схватил его за рога, чтобы он держал свою массивную голову подальше от моей шеи.

— Держись, я уже спускаюсь! — начал суетиться Рамзи, но прежде чем он успел коснуться земли, моя нога соскользнула по гладкому панцирю зверя, и жук чуть было не раздавил меня.

Адреналин в крови резко подскочил, сосуд, в котором собиралась энергия для погружения во состояния транса переполнился до краев. Я почувствовал, как внутри меня бьется эту таинственная сила, но для её запуска мне чего-то не хватало. Зависнув на самом краю. Ждёт смертельной опасности?

Обычно, сражений и битв, на кону которых стояла моя жизнь, было достаточно, чтобы погрузиться в транс замедленного времени. Жук был смертельно опасен, я чувствовал, как энергия напряжена внутри меня, но ничего не происходило. Навык не срабатывал.

Жук устрашающе навис надо мной, шипя и капая слюнями на мое лицо и грудь, но я не мог сосредоточиться на своих ощущениях. Где этот гребанный персик, когда он так нужен.

— Сдохни! — Надсадно кричал я, сопротивляясь ему изо всех сил.

— Освободи свой разум! — Байрон Рамзи наконец-то спрыгнул на землю и побежал в нашу сторону. — Освободи разум и позволь силе течь свободно.

Сердце стучало в груди как двигатель паровоза, я ощутил прилив силы внутри себя и постарался последовать совету Байрона.

Тик. Тик. Тик.

Визги оленя, его щелкающие челюсти и клешни замедлились. Я почувствовал, как время, словно неторопливая река, подхватывает меня, и стал отдаляться по его течению, которое становилось все медленнее и медленнее с каждой секундой.

Тик. Тик. Тик.

Я чувствовал, как при каждом ударе сердце бьется о грудную клетку, и сила внутри меня, которая явно имела какую-то связь с пульсом, росла и жаждала освобождения.

Тик. Тик. Тик.

Время замедлялось, но олень был очень силен, и он продолжал прижимать меня к земле.

Мне нужно было какое-то решение, нужно было…

— Мааааакс! — замедленный голос Ашера Рамзи раздался где-то слева. Я не мог повернуть голову и посмотреть, как далеко он от меня находится, но видел, как вибрирует воздух от его крика. — Держись!

Вспомнив уроки Риты, визуализировал свои способности, представил, как они расширяются, чтобы зоне замедленного времени было легче прорываться наружу.

Тик. Тик. Тик.

Олень двигался все медленнее и медленнее, но я был вжат в рыхлую почву, и знал, что до полной его остановки оставался ещё один шаг или удар. Ну, давай же…

Сделать это мне пока удавалось только один раз, когда сражался с рыжеволосым наемником, Итаном, который переоценил свои возможности.

На самом деле, я сейчас находился примерно в таком же положении, что и тогда, буквально в шаге от смерти, и спастись мог только чудом. Ну, должна же сработать мышечная память, мое тело и разум понимают, что я нахожусь в весьма затруднительном положении, и чтобы спастись мне нужно…

Тик.

Жук-олень замер на середине щелчка челюстью, большая капля его слюны зависла в нескольких сантиметрах от моего лица.

— Фуууух, вот же чёртов жук! Просто сверни голову, ага, как же… — Выбрался из под твари, поднялся на ноги, проморгался и потер глаза от попавшей в них пыли и грязи.

Время все еще стояло. Посмотрел на Байрона, которого эта остановка настигла на крайнем конце поляны. Он застыл с высоко поднятым изогнутым кинжалом и выражением ужаса на лице.

Я почувствовал злое удовлетворение от того, что он выглядел чертовски испуганным, и пообещал себе, что обязательно припомню его кидок и подставу, когда все закончится.

Я знал, что остановка времени не продлится долго, нужно было ускориться. Оглянулся на разъяренного жука-оленя и что-то в атмосфере как будто дрогнуло. У меня оставались считанные секунды до того, как замедление времени подойдет к концу. Не колеблясь больше ни секунды, встал позади животного, покрепче ухватился за его рога. Время начало набирать обороты, разгоняя свой бег, а я сделал резкое движение руками, и хрупкая шея жука-оленя громко хрустнула.

— Чёрт! — не сдержав эмоций, рухнул на колени, меня колотило от осознания, что могло произойти, если бы мне не удалось остановить время. — Чёрт, чёрт, чёрт!

— О, мой друг! — Байрон опустился на землю рядом со мной и крепко сжал моё плечо. — Я долго сомневался и на многое надеялся, но подтверждение твоих способностей все решило и расставило по местам.

— Что? — я действительно не понимал, о чем он говорит. Из-за перегруза и длительного использование сил сознание начал застилать туман. Кажется я опять переборщил с трансом и сейчас вообще отключусь. Ну что за день…

— Съешь это, — Рамзи подсунул мне какую-то пушистую штуку желтого цвета, похожую на гриб.

— Байрон, какого хрена⁈ Почему я должен сейчас тебе доверять? Ты только спокойно смотрел, когда жук пытался сожрать меня! Ещё и на дереве сидел, наблюдая из первых рядов, — бросил на него свирепый взгляд. — Ты говоришь поговорками и фразочками из моего старого мира и отказываешься нормально объяснять происходящее. Я жду объяснений и открытого разговора.

— Макс, тебе ничего не угрожало, у меня все было под контролем, даю слово, — сказал здоровяк, выставив вперед руку. Ей богу, не лорд, а пионер… Я ухмыльнулся глядя на эту странную картину и потихоньку начал остывать, жив, цел, но разобраться во всем этом нужно здесь и сейчас. Видел я его испуганную рожу, ага, как же, всё было у него под контролем. Ну ну.

— Вот ты сейчас даешь мне слово Байрон, а сам придумал всю эту дурацкую охоту только чтобы убедиться, что у меня есть магические способности, — парировал его слова, но уже не так эмоционально.

— Ты прав, обмана можно было бы избежать, если бы у меня хватило ума придумать план получше, — признал он свою ошибку. — Но пойми, мне нужно было убедиться лично.

— В чем именно убедиться?

— В том, что ты действительно Странник, — заявил Байрон и снова протянул мне пушистый гриб. — Съешь его, он поможет вернуть силы и сделать ясным сознание после перегруза. Придёшь в себя и я сразу всё тебе объясню.

Я вздохнул и запихнул странный гриб в рот, чтобы как можно быстрее его прожевать. Никогда не был большим поклонником сырых грибов, но этот оказался на вкус вполне терпимым. Чем-то напоминал орех и соус барбекю с лёгким ароматом дыма.

Проглотив гриб я и правда стал чувствовать себя намного лучше. Даже настроение слегка поднялось. Байрон помог мне встать с земли, и мы с ним уселись на ствол поваленного дерева. Перевел дыхание, пришёл в себя, а сердцебиение пришло в норму. Вот теперь полный порядок, пора вытрясти из этого кудрявого барана всю правду.

— Мне важно знать, что все это значит, зачем нужна была эта проверка — нарушил тишину, взглянув на лорда Рамзи.

— Знаю, ты, должно быть, в замешательстве… — начал он и протянул мне еще один гриб. Я уже без опаски его взял и съел.

— Давай начнем с того, откуда ты знаешь о Земле, — предложил ему начать с самого начала. Когда стал соображать получше, я понял, что злость совсем отступила и на ее место пришло дикое любопытство. — Неужели ты тоже оттуда?

— Нет, моя родина — Ашен, — ответил Байрон, покачав головой с мощными рогами. — Но мой дед был Странником с твоей планеты.

— Все Странники, которые попадают сюда, с Земли или есть и другие? — уточнил я.

— На самом деле этого никто не знает, Странники — не такие уж частые гости в нашем мире. Но несколько человек, которые попали сюда во времена моего деда, были с твоей родины. — Он рассказывал мне все, что знал сам, лицо Байрона озарила мягкая улыбка. — Дед часто учил нас Земным премудростям и рассказывал о ваших обычаях. Думаю, из всех моих братьев и сестер я был единственным, кому по-настоящему нравились его истории.

— Так вот откуда ты знаешь все эти фразочки… — улыбнулся и взял водный фрукт, который Байрон мне протянул.

— Да, как и ты, мой дед всегда очень интересно выражался, — с любовью отозвался он, было видно, что Байрон был очень к нему привязан. Когда он посмотрел на меня, его лицо снова стало серьезным. — На острове Сканно существует очень много суеверий о Странниках, как ты, вероятно уже слышал.

— Да, Рита упоминала об этом, но не знаю, насколько они правдивы, — припомнил я один из наших с ней разговоров.

— Может, это, конечно, и совпадение, но люди заметили такую закономерность: Странники, как правило, появляются на острове перед самыми масштабными катастрофами.

— Получается, для местных жителей, мы что-то вроде ужасного предзнаменования. Да, я это уже слышал, — усмехнулся и прокусил толстую кожуру водного фрукта, чтобы немного освежиться.

— Но за этими слухами многие забывают о самом важном. Странники приходят, чтобы помочь, — Байрон встал и протянул руку, помогая мне подняться с дерева. — Иначе зачем Богине Солнца дарить им свое благословение?

— Так значит, я не единственный Странник, обладающий особой силой?

— Да, я могу с уверенностью сказать, что если не все, то подавляющее большинство Странников были наделены особыми способностями. Например, мой дед владел тем, что все называли зовом. Его голос был наделен колоссальной силой, он даже мог одним словом заставить стрелу ему повиноваться и развернуться в воздухе. По крайней мере, так гласит семейная легенда, — Байрон вытащил из ножен кинжал и подошел к мертвому жуку-оленю. Подцепив лезвием нижнюю челюсть, он что-то там вырезал. — К тому моменту, как я родился, дедушка уже был очень стар, и не мог демонстрировать свою устрашающую силу, поэтому он научил меня контролировать свою собственную.

— Подожди, у тебя тоже есть дар? — спросил, зачарованно наблюдая, как Байрон ловкими движениями отделил нижнюю челюсть от черепа жука. Странно. Можно еще было бы понять, если бы он в качестве трофея забрал рога, как обычный охотник, но зачем ему челюсть?

— Я тоже унаследовал зов, но он проявляется не так сильно, как у моего деда.

До меня только сейчас дошло, что при виде Байрона люди молчат и признают его власть не только из уважения к его титулу, но и из-за силы. — Говорят, что потомки Странников иногда наследуют их силу, но это большая редкость, поэтому документальных подтверждений не так уж и много. Да и такие вещи обычно предпочитают хранить в тайне, — он взвалил трофей на плечо, и мы двинулись к нашим пегасам. Шли молча, а я пытался уложить в голове новую информацию.

Глава 9

Некоторое время мы шли молча, но потом, придя наконец в себя у меня появились вопросы.

— Байрон, зачем ты вообще устроил этот цирк и подставил меня под жука, хотел таким образом узнать о моих способностях? Зачем такие сложности? Ты же мог просто спросить меня, — нырнув под несколько свисающих ветвей, увидел, что мы почти вернулись к нашей поляне.

— И ты бы действительно мне рассказал? — с сомнением в голосе спросил он.

— Не уверен, — признался искоса глядя на Рамзи, — ты хоть и производишь на окружающих впечатление хорошего человека, и я в принципе был готов доверять тебе, как своему деловому партнёру, но рассказать о своих способностях. Не уверен, и чем больше думаю, тем всё сильнее сомневаюсь. Скорее нет, чем да.

— О, какие мудрые слова, — Рамзи оценил мою откровенность. Он привязал свой трофей к седлу и взобрался на коня. — Понимаю. Могу на это сказать только то, что с этого момента обещаю никогда больше тебя не обманывать. Наоборот, хочу тебе кое-что предложить.

— О каком предложении речь? — поинтересовался, запрыгнув в седло Метеора, а этот крылатый обжора, стоило мне его коснуться, тут же закинул мне в сознание образ сочной фиолетовой морковки. — Я похлопал его по шее, вернёмся в поместье, обязательно угощу.

— С момента твоей дуэль ещё с Дуэйном, у меня возникло подозрение, что ты обладаешь какой-то Силой, впрочем, как и все Странники, попадающие в наш мир, но до конца уверенности у меня не было.

— Хах, — усмехнулся ему в ответ. — Мой учитель физкультуры говорил, что я быстрее самого дьявола. Он все время уговаривал меня записаться в секцию по легкой атлетике.

— Легкая атлетика? — вежливо переспросил Байрон.

— Да, это такой вид спорта. В основном это бег, прыжки, метания снарядов на дистанцию и различные многоборья. — пояснил ему, пожимая плечами. Мы медленно ехали по лесу, пегасы перебирали копытами, а лес постепенно редел и в нём было всё больше и больше просветов.

— Знаешь Макс, теперь я уверен, что ты и правда особенный. Ни один обычный человек, находясь под такой тяжестью, не смог бы выбраться так же легко, как это сделал ты, — в его голосе звучало уважение, он искренне улыбался мне во все тридцать два. — Это было настоящее представление. Но дело не только в зрелищности. Твоя сила, — это ключ к выживанию на Ашене.

— Байрон, что ты имеешь в виду? — наши пегасы наконец выехали из леса и уже выехали на утоптанную тропу, которая вела прямо ко дворцу Рамзи.

— Твоя репутация быстро растет. Люди не умеют радоваться чужим успехам. Поэтому скоро у тебя появится очень много врагов, — объяснил он, хотя я уже и сам предчувствовал надвигающиеся неприятности. — Поэтому предлагаю тебе подумать над моим предложением. Мне посчастливилось иметь наставника в лице моего дедушки, который помогал мне развивать свою Силу и нарабатывать мастерство. Это помогло мне удерживать власть на протяжении многих лет. Если ты готов мне довериться, то я могу предложить тебе совершенствовать и оттачивать свою Силу под моим руководством. Я уже прошёл этот путь и мне есть, чему тебя научить и какие знания передать

— Ты хочешь тренировать меня, чтобы мои способности стали лучше? — повторил как идиот, просто для того, чтобы дать своему мозгу время переварить свалившуюся на меня информацию. Блин, многое произошло за очень короткий промежуток времени, и моя голова, к тому же лишенная кофеина, работала очень туго. Я честно пытался понять, какую выгоду из этого может извлечь повелитель, но в моменте ничего путного в голову не приходило. Наши занятия будут отнимать у него уйму времени, тем более он правитель всего острова, а значит в этом предложении скрыто как минимум двойное, а то и тройное дно. Хочет перетянуть меня на свою сторону? Держи друзей близко, а врагов ещё ближе? Хм… может быть.

— Только если тебе самому это интересно, — приветливо улыбнулся Рамзи, и похлопал по спине пегаса.

— Байрон, я не понимаю, зачем это тебе? — а что, лучше получить прямой ответ или хоть какую-то информацию, чем ломать голову в безуспешных попытках разобраться в чужих планах и мотивах. Дело это гиблое и бессмысленное. — Так почему ты хочешь помочь мне?

Повелитель остановил своего пегаса и мне пришлось последовать его примеру. Он долго смотрел мне в лицо, его карие глаза светились какой-то необъяснимой добротой и мудростью. С чего бы это? Когда он успел так ко мне проникнуться?

— Потому что, друг мой, мы с тобой очень похожи. Намного больше, чем тебе может показаться со стороны. Если ты в ближайшее время не овладеешь даром Богини Солнца, он просто выжжет тебя изнутри.

Ну что ж. Вот он первый ответ. Как говорится, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Приплыли в общем.

— Честно говоря, даже не знаю, что тебе на это ответить, — покачал головой и почувствовал, что на меня накатила вселенская усталость. Да сколько можно? Как только мне начинает казаться, что все налаживается и появляется какое-то подобие ясности и определенности, обязательно всплывают новые факты и проблемы, которые загоняют меня в очередной тупик.

— Понимаю, что нелегко осмыслить все сразу, поэтому, как сказал бы мой дедушка, давай начнем с самого начала, — добродушно рассмеялся Байрон глядя на мою угрюмую рожу.

Мы снова тронулись в путь по узкой тропинке, которая должна была вывести к дворцовому комплексу семейства Рамзи. — В первую очередь хорошенько подумай над тем, чтобы стать моим учеником. Не хочу, чтобы ты принимал решение исходя из того, что я обладаю властью или на эмоциях, после моей сегодняшней проверки и сражения на грани. Сначала реши, нужно ли это тебе самому. Одной Богине Солнца известно, сколько раз мне приходилось пользоваться служебным положением и давать своим подданным сомнительные поручения. Но в тех сферах, где Совет Ашеров не имеет никакой власти, мне бы хотелось, чтобы мои товарищи проявляли свою собственную волю, а не действовали исходя из приказа их правителя. Я давно понял, что люде хорошо делают только то, что действительно хотят.

Я не сразу ему ответил, позволил словам Байрона осесть в голове и дал себе немного времени на раздумья. Его заявление было сильным. А еще оно показалось мне искренним и слегка успокоило. Может, таким образом он хотел показать, что не все дерьмовые решения и инициативы это не его решение и воля, и многие вещи ему диктует Совет? Да и то, что он отделял себя от правящей верхушки Ашеров, меня слегка обнадеживало. Может быть ещё не всё прогнило на этом острове и есть ещё нормальные политики и лорды.

Честно говоря, меня больше всего напрягала перспектива сгореть изнутри из-за собственного магического дара. Или всё же эту способность дала мне Богиня Солнца? Не важно, главное поскорее во всем этом разобраться. Интересно, есть ли у Бруно книги, в которых будет описан этот феномен и как часто такое случается со Странниками?

— Тебе правда небезразлична судьба обычных людей? — спросил, искоса глянув на него.

— Тот, кто обладает огромной властью, должен пользоваться ей осторожно, — изрек он, слепо глядя вперед.

— Цитируешь Сенеку? — в его карих глазах вспыхнул интерес, он вопросительно смотрел на меня, поэтому пришлось пояснить. — Это слова знаменитого философа, что жил несколько тысяч лет назад и его труды дошли до его потомков.

— Я думал, это слова моего дедушки, — неловко улыбнулся Байрон. — Как интересно.

— Итак, каким будет первый шаг наших уроков, если они конечно будут?

— Пока практикуй медитации при любой возможности, — Байрон начал меня наставлять на путь истинный покачивая головой. — Полагаю, к настоящему моменту ты уже научился визуализировать силу. Это очень мощный инструмент, на который ты всегда можешь положиться. Но с практикой ты научишься вызывать силу в любой момент, а не только за мгновение до собственной смерти.

— Да, это было бы неплохо, — фыркнул, вспомнив, сколько раз моя сила проявлялась на краю времени, в самый последний момент перед неминуемой смертью. В поле зрения показался дворец. К слову, меня уже начинало напрягать, что нужно было дойти до самого края, рискнуть жизнью и лишь тогда активируется моя супер-крутая, сверхспособность. — Так, с медитациями понял, а что потом?

— Терпение, мой друг, — усмехнулся Байрон, сжимая в руках поводья. — Мне есть чему научить тебя, но все эти знания и умения должны опираться на крепкий фундамент. Его формированием мы и займемся с тобой в первую очередь.

— Это очень похоже на то, что говорила мне Рита, — улыбнулся, вспомнив жену, в теплую постель к которой я сейчас вернулся с превеликим удовольствием.

— Да, набийские воины строят на этой философии всю свою систему обучения, — подтвердил Рамзи мои слова. — Так что пока учись вызывать образ своей силы, попробуй увидеть, как она течет в твоём теле. Знаю, все это звучит расплывчато, но ты поймешь, что я имею в виду, когда у тебя начнет получаться. Когда ты уверенно овладеешь потоком силы, мы двинемся с тобой дальше.

Мы молча ехали по оживленным улицам долины, время от времени останавливались, когда к Байрону обращались люди. Он охотно и открыто общался с обычными людьми и отвечал на их вопросы.

Люди высыпали на улицы, когда Байрон Рамзи проезжал мимо их домов и лавок, и осыпали его потоком вопросов и благодарностей. Например, пекарь предложил нам в дорогу свежие сладкие булочки с начинкой из ягод и орехов. От их аромата у меня с голодухи закружилась голова, ведь по сути, кроме коры и странных грибов у меня во рту даже маковой росинки не было. Так что подарок пекаря пришёлся кстати. Чертовски вкусная булочка, вот ещё бы к ней кофейку… Но чего нет, того нет.

Торговцы на перебой предлагали нам свежие овощи и фрукты со своих прилавков. Удача улыбнулась даже Метеору и Грому, их угостили фиолетовыми морковками и полосатыми яблоками.

Дальше нас окружила стайка женщин. Они обвешивали нас с повелителем своими украшениями ручной работы, и ничего даже слышать не хотели об отказе. Мне достались браслеты из полированных камней и необычное ожерелье из черных перьев, голубых камней и чьих-то лакированных зубов.

Несмотря на назойливость некоторых людей, Рамзи оставался терпеливым, он демонстрировал искреннее радушее и много кого знал по имени, удивительно.

К тому времени, когда мы добрались до конюшен, солнце стояло уже высоко над нашими головами. Для меня было очевидно одно: жители долины любили своего правителя, и он отвечал им взаимностью.

— И последнее, — подытожил Байрон наш разговор, когда мы спрыгнули с пегасов. — Ты должен забрать себе кость жука-оленя, этот трафей по праву твой.

— Зачем? — я в недоумении уставился на него. Он отвязал челюсть и крепко примотал к седлу моего пегаса. — Что мне с ней делать?

— Это самое ценное, что можно получить охотясь на жуков-оленей. Эту кость можно обработать и сделать из нее крепкий щит или распилить на доспехи, — едва Байрон договорил, как из конюшни вышел Грэг и взял у меня Метеора за поводья. А к Байрону подошёл другой парнишка, на первый взгляд, ровесник моего конюха и забрал поводья у своего хозяина.

— Тогда эта кость и правда не будет лишней. Нужно будет подумать, что из неё для себя сделать. Спасибо за науку, Байрон.

— Максим, вы и правда убили жука-оленя? — ошарашенно спросил Грэг, разглядывая массивную челюсть.

— Да, сынок, Макс и правда это сделал, — Байрон сказал это так гордо, будто сам сверну шею жуку-оленю, и хлопнул мальчика по плечу, отчего тот аж пошатнулся.

Я присмотрелся к своему конюху, от удара такой силы он вполне мог войти в землю на несколько сантиметров.

— Огооо, — его глаза от удивления были размером с обеденные тарелки. Закончив восторгаться моими подвигами, Грег слегка тряхнул головой, словно о чём-то вспомнил. — О! Я должен сообщить, что госпожа Рита и госпожа Шелли ждут вашего возвращения во внутреннем дворике. Повара приготовили сытный обед.

— Ты присоединишься к нам? — уточнил у Байрона.

— Увы не могу, у меня много дел, — разочарованно ответил он. — Но ты с супругами можешь оставаться в моем поместье на любое время, без всяких ограничений. Я распоряжусь, чтобы вам обеспечили комфортное пребывание пока вы не решите отправиться к себе домой, за это можешь не волноваться. Отдыхайте.

— Спасибо, что пригласил на охоту. И за предложение тоже, — протянул ему руку для рукопожатия и уже совершенно беззлобно хохотнул. — Это и правда был незабываемый опыт.

— Ты отлично справился, — похвалил меня повелитель и лукаво улыбнулся. — Боюсь, я не так смело держался, когда сражался со своим первым жуком-оленем. Честно говоря, после первой охоты я не мог уснуть без горящего светильника пока сезон их активности не подошёл к концу. В ужасе просыпался среди ночи и боялся, что где-то в темноте притаились жуки-олени и уже собираются сожрать меня с потрохами.

— Знаешь Байрон, а я вот не могу ручаться, что после сегодняшней охоты смогу спокойно уснуть в темноте, видимо и правда нужно прикупить себе ночник поярче, — пошутил и искренне расстроился, что Байрон не сможет присоединится к нам за столом. Наш разговор по душам и его обращение с людьми подтвердили мои мысли, что он действительно хороший правитель, да и человек вроде не плохой. Не будут простые люди, так сильно любить заносчивого ублюдка. Надеюсь, я не ошибаюсь в своих выводах.

— Ха! Друг мой, видит Богиня Солнца, я бы не стал осуждать тебя за это, — он разразился раскатистым, громоподобным смехом, таким заразительным, что не рассмеяться вместе с ним было просто нереально. — Береги себя и не забывай упражняться в медитациях. В ближайшее время я пришлю к тебе курьера с приглашением на первое занятие.

— Еще раз спасибо, Байрон, — от всего сердца поблагодарил его. Я не был настолько наивным, чтобы довериться ему на сто процентов, тем более мне хотелось разобраться еще в одном вопросе, но на тот момент меня полностью устраивали честность и открытость, что установилась между нами после сегодняшней охоты. А дальше будет видно, как говорится, — «Война план покажет».

Попрощавшись, мы в последний раз взмахнули друг другу руками и разошлись в разные стороны. Мне уже не терпелось оказаться во внутреннем дворике, упасть на мягкие подушки в объятия своих красивых жен и наконец-то нормально поесть.

Глава 10

— А, наш охотник возвращается с триумфом! — шутливо протянул Бруно, сидя на подушках. Он внимательно изучал записи в своем маленьком блокноте. — Господин, я безмерно рад, что дикие звери не разорвали вас надвое. Жуки-олени, — это серьёзный противник.

— Ты очень близок к истине, Бруно, — мои прекрасные жены поднялись с мягкого ковра, на котором сидели и заплетали друг другу косы, и пошли мне навстречу.

— Привет, — Рита, что в отношениях со мной была посмелее, поцеловала меня в щеку. Некоторые пряди ее волос были заплетены в косички и тоненькими змейками извивались по платиновой копне волос, это было очень красиво.

— Выглядишь потрясающе, — сделал комплимент, дернув ее за одну из косичек.

— Спасибо, тебе правда нравится? — Она смущенно провела пальцами по локонам. — Шелли учит меня делать всевозможные прически.

— Понятно, — лаконично ответил ей, с трудом сдерживая смешок, чтобы не смущать ни одну, ни другую. Прическа Шелли не была такой аккуратной, на самом деле она вообще напоминала сейчас растрепанного воробья.Ее ярко-алая грива волос была растрепана, косы разной толщины нестройными рядами обвивали голову. Одни были заплетены так туго, что торчали в стороны, другие — слабо, что могли расплестись от малейшего дуновения ветра. Видно что Рита старалась, но до уровня Шелли ей предстояло ещё тренироваться и тренироваться.

— Так ты правда убил жука- оленя? — спросила Шелли, дождавшись от меня приветственных объятий и поцелуя.

— Правда, — ответил ей и победно улыбнулся. — Байрон сказал, что из его кости можно сделать неплохую броню или щит. Твой брат может нам с этом помочь?

— Это отличная идея! Пошлю к нему Бертрама с весточкой. Надеюсь, ворону удастся найти моего неуловимого братца. Придется Кристоферу подождать возвращения своего друга, — девушки подвели меня к накрытому низкому столику.

— Кристофер? — в суматохе последних дней совсем забыл о старом хозяине постоялого двора, который помог нам с Ритой сбежать от Адлера и его приспешников и добраться до древних руин. Он отвлек их, рискуя собственной жизнью. Кристофер дал нам в проводники Бертрама и карту, по которой мы нашли вход в подземелья с сокровищами, а мы до сих пор даже не удосужились узнать, жив ли он. — В суматохе последних день у меня совсем вылетело из головы, что просил Сета выяснить, как дела у Кристофера. Чувствую сейчас себя просто отвратительно.

— Не беспокойся об этом, — сказала Шелли, когда мы уселись за стол на мягкие подушки. В ту же минуту в саду появились несколько слуг с подносами полными всевозможной еды. Они несли дымящиеся тарелки, ароматными яствами. — Мы все узнаем, но сначала тебе нужно хорошенько поесть и восстановить силы. А то ты какой-то бледный.

Передо мной поставили одну из тарелок. В нос ударил восхитительный аромат чего-то кисло-сладкого и острого. Я смотрел на тарелку и не знал, с чего начать. Пряные ароматы напоминали о корейском ресторанчике в ближайшем ТРЦ, куда я мог позволить себе зайти только один раз в месяц. В тарелке, которая стояла ближе всего, было что-то вроде Том Яма: в сливочном бульоне плавали разнообразные кусочки мяса и какая-то зелень.

Желудок свело судорогой, я засомневался, хватит ли мне такой крошечной порции, чтобы утолить этот зверский голод, но стоило мне попробовать обжигающе-острый бульон, понял, что беспокоюсь зря. Много его и не съешь.

От вкусной и сытной еды меня охватило блаженство от макушки до самых пяток. Горячий суп творит чудеса и кажется мертвого может поставить на ноги.

Я не мог оторваться от еды, пока наш стол окончательно не опустел. Мне даже стало немного неловко, когда я собрал из тарелки с рагу остатки мясного соуса последним кусочком хлеба.

— Прошу прощения за свое немного дикое поведение, — сказал девушкам, глядя на их ошарашенные лица. — Я был невероятно голоден, такое чувство, что неделю ничего во рту не было.

— Должно быть это последствия употребления вами древесной коры, — вслух проговорил Бруно, поправляя на носу свой монокль, как будто он был опытным ботаником. Хотя, учитывая объем его знаний, можно не сомневаться в правдивости его выводов.

— Господин, вам не за что извиняться, ешьте так, как вам удобно. Слуги, увидев, что наш стол опустел, принесли новые блюда, и это было очень кстати, ведь чувство сытости ко мне так и не пришло.

— Что нибудь известно о Кристофере?

— После того, как вы с Ритой покинули постоялый двор «Путник», никто ничего не слышал о его хозяине, старине Кристофере, — вещал Бруно. Чувство нестерпимого голода, когда кажется, что желудок собирается сожрать сам себя, прошло, что позволило мне вести за столом себя хоть немного поприличнее. — Но госпожа Шелли права, вам не стоит волноваться. Я хорошо его знаю, этот старый пройдоха коварен, дьявольски умен и, вероятно, имел веские основания прятаться всё это время. Его никто не сможет найти, пока он сам этого не захочет. Не сомневаюсь, что рано или поздно он даст о себе знать.

— Надеюсь, что с ним все в порядке, как вы все и говорите. Он нам помог, несмотря на угрозу собственной жизнь. Неловко, что мы доставили ему столько неприятностей и никак не помогли, когда выбрались из руин.

— С ним все будет в порядке, поверьте, — Бруно успокаивающе похлопал меня по плечу, по выражению его глаз было понятно, что ему радостно слышать, что меня заботит судьба его старого учителя и друга. — А теперь давайте вернёмся к насущным вопросам.

Олли вместе с Грэгом сейчас грузят золото на повозки и готовятся к отъезду в поместье. Надеюсь, вы простите мне эту вольность, но я взял на себя смелость распорядиться, чтобы Метеора переправили в ваши конюшни, госпожа Шелли. Вы не против? Я подумал, что господин захочет вернуться домой верхом на своем пегасе.

— Все в порядке, Бруно, спасибо тебе, — она грациозно склонила голову перед управляющим. — Ты все сделал правильно. Очень приятно иметь такого разумного помощника в хозяйстве.

— О, бросьте, — он отмахнулся от комплимента пушистой рукой, но мы все заметили, что его уши мелко задрожали от счастья, настолько ему была приятна похвала новой хозяйки.

— Я просто обязана познакомить тебя с Дороти, моей самой надежной экономкой, — очаровательно улыбнулась Шелли. — Вы бы прекрасно поладили, я в этом уверена.

— Буду ждать с нетерпением этого момента, — низко поклонился ей мой управляющий. — Итак, госпожа Рита сопроводит домой нас, а вы с госпожой Шелли отвезете золотов в… Кстати, вы придумали, как назвать ваши поместья?

— Ооо, фух… — наевшись до отвала, я откинулся на подушки. Бесшумно появившись, словно тени, дворцовые слуги убрали посуду со стола. — Об изменении названия «Орлиного Гнезда» мне нужно еще подумать, а вот наше наше поместье, думаю будет уместно назвать, — «Медвежий угол».

— Очень интересное название, господин, подходит к вашей фамилии, Ашер Медведев и его Медвежий угол, звучит очень символично и красноречиво, — кажется, Бруно остался доволен названием и быстро записал его в свой объёмный блокнот.

Один из официантов вернулся с большим блюдом, накрытым серебряным куполом. Он поставил его по центру стола.

— Госпожа Рита, я принес то, что вы просили, — проговорил официант и склонил перед ней голову.

— Спасибо, — поблагодарила она, а обслуживающий нас парень, низко мне поклонился, развернулся и пошел выполнять остальные свои обязанности.

— Честно говоря, не уверен, что смогу запихнуть в себя еще хоть что-нибудь, — простонал, похлопывая себя по набитому животу, по правде говоря, мне даже дышать тяжело.

— Это не еда, — с хитрым блеском в глазах улыбнулась Рита.

— Это тот самый сюрприз, о котором ты говорила перед моим отъездом? — уточнил на всякий случай, хотя и сам уже догадался.

— Ты просто должен это увидеть, — промурлыкала она в ответ.

Меня разрывало от любопытства, поэтому я потянулся к округлой крышке, чтобы снять ее с подноса, задаваясь вопросом, что же еще может ждать меня после такого насыщенного утра, богатого на приключения.

— Да ладно, Рита, как тебе удалось его найти? — я в шоке таращился на небольшую, обжигающе-горячую керамическую чашку, наполненную чем-то, по запаху похожим на…

Кофе.

— Мы с Бруно просто попыталась описать Шелли то, что ты говорил о своем любимом напитке, а она предложила обжарить и заварить зерна бодроцвета, — отчиталась Рита и с любопытством заглянула в мою чашку и кажется, у нас получилось.

Я благоговейно придвинул чашку поближе к себе и наклонился над ней, позволяя клубящемуся пару обдать мое лицо насыщенным ароматом с лёгкой горчинкой. Несмотря на то, что аромат напитка немного отличался от привычного мне кофейного, он немного отдавал орехами и жженым сахаром, но по цвету был один в один, ничем не отличаясь от привычного мне кофе.

Сделав, наконец небольшой глоток, я прикрыл глаза наслаждаясь напитком. Кажется я попал в рай…

— Ну как? — взволнованно спросила у меня Шелли, нетерпеливо нависая надо мной.

— Это просто потрясающе, — я сделал еще несколько глотков обжигающего напитка. На вкус он тоже было очень похоже на кофе, в который щедро бахнули специй. И хоть я предпочитал обычный черный, без сахара и молока и других приправ, сейчас был готов душу продать за эту чашку. Как же хорошо…

— Я до конца не была уверена, что у нас получится, — в выдохе Шелли слышалось облегчение. Она наклонилась ниже и вдохнула аромат напитка. — Обычно это растение используют вместе с листьями и стеблями, ими кормят пегасов.

— Это правда, — заметил Бруно, поправляя монокль. — Только самым опытным фермерам удается вырастить урожай так, чтобы появились зерна.

— Верно, но несколько колосьев доставили из моего личного сада, — Шелли с Ритой обменялись улыбками, довольные тем, что совместными усилиями им удалось сделать мне настоящий сюрприз.

— Не могу поверить, что вы сделали это для меня, — улыбнулся я, по привычке грея руки о горячую кружку, хотя на улице и без того было жарко. Мне очень приятна ваша забота. И наверное, это лучший подарок, который вы только могли для меня сделать.

Это была всего лишь чашка пряного кофе, но меня очень тронул их поступок. За всю свою жизнь никто особо и не интересовался, чего я хочу.

— Мы хотим сделать тебя самым счастливым, — промурлыкала на ухо моя Рита и провела коготками по затылку, вызывая у меня тысячи мурашек.

— Максим, это меньшее, что мы могли для тебя сделать, — мелодичным голосом проговорила Шелли и положила свою голову на моё плечо.

— Хотите попробовать? Он немного своеобразный, но думаю, что вам он понравится.

Глава 11

Всем было любопытно, но из соображений вежливости и приличий никто из сидящих за столом не изъявил желания продегустировать мой напиток. Поэтому пришлось брать всё в свои руки. Я двинул кружку в сторону Шелли. — На, попробуй, пожалуйста, хочу узнать, понравится ли тебе этот напиток.

— Что ж, он пахнет действительно неплохо, — резюмировала она и осторожно, чтобы не обжечься, поднесла чашку с кофе к губам и сделала маленький глоток. — Ммм… Как по мне — немного крепкий, но у него и правда удивительно сложный и богатый вкус.

— Бруно? — рядом с Шелли сидел управляющий моего поместья, поэтому кружка перешла к нему в руки.

— Ну хорошо, — не особо сопротивляясь, Бруно согласился попробовать напиток, поднес его к круглому носу, чтобы ощутить аромат, и сделал большой глоток.

Его реакция нас повеселила.

Сначала его небольшие черные глазки широко распахнулись, а потом серые уши затрепетали, да так сильно, что казалось, что они превратится в крылья и он взлетит вверх. Он издал какой-то нечленораздельный, но явно довольный звук и сделал еще один глоток, как опытный сомелье, чтобы подержать кофе во рту и ощутить его вкус всеми рецепторами.

— Боже мой, боже мой, это и правда замечательный напиток! — потрясенно воскликнул он и снова припал к чашке. — Кто-нибудь, заберите у меня кружку, пока я не выпил её до самого дна!

Мы рассмеялись. Я забрал чашку у Бруно и передал Рите.

— Теперь ты, — больше всего мне хотелось узнать, что думает она, потому что именно ей я чаще всего жаловался по утрам, на отсутствие чашечки кофе.

Девушка кошка сделала маленький глоток дымящегося напитка…

И очень громко чихнула.

— О, черт! — она забавно прижала уши к голове и успела поставить чашку, прежде чем снова чихнула. А потом еще два раза подряд.

— Рита, о, нет! — Шэлли сочувственно сжала ее предплечье, но все равно не сдержала смеха. Она налила в стакан воды и бросила в него очищающий камень, протягивая ей, чтобы она могла его запить.

Рита еле дождалась, когда вода в стакане перестанет шипеть и бурлить, а затем залпом выпила полстакана.

— Это было ужасно, — страдальчески вынесла она вердикт и снова чихнула. Я отодвинул чашку подальше от ее чувствительного носика.

— Бедняга, — сказал я, поглаживая ее по спине. — Обещаю, что не сделаю больше ни одного глотка в твоём присутствии, если ты так плохо на него реагируешь.

— Нет! — категорично перебила она меня, хотя из ее голубых глаз ручьями текли слезы, а нос она зажимала носовым платком, который дал ей расторопный Бруно. — Думаю, будет достаточно и того, что я сама просто больше не буду пить эту пряную гадость. Фух, столько специй, просто невыносимо.

— Я готов к этой жертве, не хочу, чтобы по утрам ты держалась от меня на расстоянии, — поцеловал ее и притянул к себе поближе. — Что мы будем делать, если ты будешь чихать от каждого моего поцелуя?

— Что ж… давай проверим, — предложила она и, убрав салфетку от раскрасневшегося лица, бросила ее на стол. Рита протянула мне чашку, чтобы я сделал крошечный глоток, и притянула меня к себе за шею. — А теперь целуй меня.

— Не теряя времени, наклонился и завладел ее мягкими губами.

Глубину поцелуя позволил регулировать ей самой, исходя из ощущений, я не был уверен в ее реакции. Вдруг снова чихнет, так и язык прикусить не долго.

Она осторожно раздвинула мои губы языком, а потом отстранилась, прислушиваясь к себе и своим ощущениям.

— Кажется, все в порядке, — довольно улыбнулась она. Думаю то, что она не чихает, — это хороший признак! Раз уж никаких аллергических реакций на кофейные поцелуи у нее нет, то можно закрепить эксперимент. Притянул её к себе и впился в сладкие губы в жарком поцелуе.

Когда с обедом, сюрпризами и экспериментами было покончено, мы втроем направились в сторону конюшен дворца Байрона, там Олли и Грэг уже ждали нас с двумя приготовленными к отъезду и полностьё снаряженными экипажами.

— Привет, Макс! — в тысячный раз за день поздоровался со мной юный конюх.

— До-о-оброе у-уутро, — Олли помахал нам мохнатой лапой с крупными когтями.

— Привет, ребята, — я улыбнулся ленивцу, а подойдя к Грэгу потрепал копну его непослушных волос. — Спасибо, что перетаскали все это.

— Без проблем, — отмахнулся парнишка, деловито покачивая головой. — Господин и госпожа, вам будет удобнее, если я поеду с вами? — обратился он к нам с Шелли.

Грэг говорил это так наигранно-небрежно, что я едва смог сдержать смех. Как будто для него совсем не имело значения, отправиться он с нами или вернуться домой.

— Ты нужен в Медвежьем угле, нечего путаться под ногами у хозяина, — проницательно, как и всегда, заметил Бруно.

— Ого! — видно было, что Грег немного поник, но не отреагировать на новое название поместья он просто не мог и тут же оживился. — Медвежий угол? Бруно, это новое название нашего поместья?

— Так и есть, — подтвердил управляющий и протер свой монокль рукавом поношенной рубашки.

— А мне нравится, — восхитился Грэг так искренне, как это могут делать только дети или подростки. — Звучит очень уютно. Что ж, госпожа Шелли, Максим, тогда увидимся с вами дома. И не волнуйтесь, мы с Бруно и Олли позаботимся о Рите, можете на нас рассчитывать.

— Я в тебе не сомневаюсь, — с трудом подавил очередной смешок и прочистил горло. Он так серьезно относился к своим обязанностям, мы с Ритой и Шелли обменялись веселыми взглядами.

С тех пор, как этот не по годам развитый парнишка взял на себя ответственность позаботиться о поврежденной ноге моей супруги во время приема в Голубую ночь, он стал защищать ее даже в ущерб себе. Он от отстаивал ее честь перед мерзкими сплетнями Энджи и стервятника Уолтера так рьяно и самоотверженно, что это могло стоить ему жизни.

— Дорогой, не волнуйся обо мне, я определенно буду в надежных руках, — сказала Рита, чтобы потешить самолюбие Грега. Могу поклясться, от гордости и важности он вытянулся на несколько сантиметров и раздался в плечах.

— Уверен в этом, — положив руки ей на талию, притянул к себе, чтобы обнять на прощание. — Пожалуйста, будь осторожна. В дороге не останавливайтесь. Если совсем припрёт, лучше оставьте золото и бегите, для меня ваши жизнь и здоровье ценнее монет. Их мы всегда сможем заработать. Хорошо?

— Дорогой, у нас все будет в порядке, не переживай, — Рита прижалась к моей щеке и кое-что прошептала на ухо. — Шелли уже отправила вперед надежного гонца. Если на дороге будет что-то подозрительное, он вернется и нас предупредит. А когда мы прибудем в поместье, я сразу отправлю его к тебе. А теперь, милый, пообещай мне одну вещь.

— Сделаю всё, что будет в моих силах, — боднул ее лбом и она замурлыкала, прижавшись ко мне сильнее.

— Хорошенько позаботься о нашей Шелли, — прошептала Рита и посмотрела на рыжеволосую красотку, которая поглаживала лоснящийся бок Метеора.

Она казалась мне немного подавленной и непривычно тихой, хотя на протяжении всего обеда держала лицо. Ох уж эти женщины, я даже представить не мог, что ее что-то беспокоит. Сейчас же она стояла в стороне, сначала мне показалось, что это была просто вежливость с ее стороны. Думал, она отошла, чтобы позволить нам с Ритой попрощаться наедине. Но видя её отсутствующий взгляд устремленный вдаль, я понимал, что на самом деле Шелли скрывает в себе огромное количество тайн и переживаний и под внешней весёлостью, там, в глубине омута её зелёных глаз скрывается огромное количество чертей и скелетов. Ну что, самое главное в этом деле, как и в сапёрном. Не торопиться и десять раз подумать, прежде чем что-то делать.

— Она в порядке? — озабоченно нахмурился, глядя на Шелли.

— Немного нервничает, несмотря даже на то, что благодарна тебе за все, что ты для нее сделал. Она успела к тебе привязаться, — Рита провела ладонями по моей груди. — Я пыталась ее успокоить, но есть вещи, которые она хочет с тобой обсудить на едине, и боится твоей реакции.

— О чем ты? — нахмурился еще сильнее.

— Это она сама тебе всё расскажет. Главное, не торопи события. Все мои убеждения в том, что ты позаботишься о ней, её совсем не успокоили, она от Адлера видела одну лишь жестокость, дай ей немного времени. — Рита обхватила мое лицо ладонями и пристально посмотрела в глаза. — Ты должен показать ей, что твое сердце достаточно большое и в нем найдется место для нас двоих.

— Это даже не обсуждается, — ответил Рите, внимательно гледя на задумчивую Шелли. Она подкармливала Метеора фиолетовой морковью, чему он был очень рад. Она так и не причесалась, пышные волосы были растрепаны, но это делало ее ещё привлекательней.

Мысленно поставил перед собой задачу: сделать все, чтобы моя вторая жена наконец почувствовала себя нужной и защищенной, потому что она, черт возьми, этого достойна.

В последний раз поцеловав Риту я наконец разомкнул объятия и направился к своему экипажу. Бруно и Грег забегали, готовя пегасов к отъезду, а девушки, прежде чем разъехаться, улучили минутку, чтобы подойти друг к другу, крепко обняться и о чем-то между собой посекретничать, как самые настоящие подружки.

Шелли подошла ко мне и встала рядом, прижавшись к моему плечу. Мы стояли бок о бок и смотрели, как отъезжает экипаж Риты, что отправился в Медвежий угол вместе со всем нашим золотом.

— Не отправиться ли и нам в твое новое поместье, Макс? — спросила рыжая красавица, когда я нежно обнял ее за плечи.

— Поедем и правда пора, — взял жену за руку и помог ей забраться в наш экипаж. — Подожди, а кто будет править?

— Метеор, — ответила Шелли так просто, будто это было в порядке вещей. — Он все еще помнит дом, в котором родился и вырос, не так ли, милый?

Черный пегас гордо вскинул голову и громко присвистнул, свернув губы трубочкой.

Раз так, то я следом за Шелли забрался в карету и уселся рядом с ней.

— Прекрасно, Метеор. Тогда вперед… вау! — нас отбросило к задней стенке, потому что экипаж резко тронулся, а Шелли весело рассмеялась.

Мрачное настроение, которое захватило ее в момент посадки рассеялось, прямо как предрассветный туман, стоило только солнцу выглянуть из-за горизонта и согреть землю, как вся её тревожность исчезла. Свернувшись калачиком на сиденье, она устроила голову у меня на коленях.

— Полагаю, мне стоит воспользоваться этим временем в дороге и рассказать тебе кое-что о новом поместье, которое ты унаследовал, убив Адлера.

— Сразу о делах? — меня этот факт не очень-то радовал. Конечно, чем быстрее меня введут в управление поместьем, тем лучше, но Шелли все еще была в своём сексуальном бирюзовом платье, которое ей выделили во дворце Байрона… И оно так красиво подчеркивало линии её ключиц и изящной шеи. — По правде говоря, я планировалось любоваться тобой и наслаждаться твоей компанией, тем более, мы впервые остались вдвоём с тех пор, как встретились.

— Максим, я тоже наслаждаюсь… всем, что связано с тобой, — призналась Шелли срывающимся шепотом. — Уже и не помню, когда в последний раз чувствовала себя такой свободной, беззаботной и просто… счастливой. Наверное, такая роскошь была доступна мне только в раннем детстве.

Напряжение и неловкость вернулись, Шелли заерзала на месте. Очевидно ее тяготило, в какую сторону свернул наш с ней разговор.

Вспомнив, о чем говорила Рита, решил не давить на нее и отложить серьезные темы для более подходящего времени. Она сама поймет, когда будет готова к ним, а пока…

— А знаешь, ты права, это идеальное время, — согласился я. — Почему бы нам не обсудить сейчас дела? А потом, когда доберемся до поместья, немного расслабимся.

— Это звучит как хороший план, — выдохнула она и вымученно улыбнулась, с благодарностью заглядывая мне в глаза. — Так. Для начала расскажу, чем ты теперь владеешь. Максим, ты уже видел, как велико новое поместье, каждый его метр, каждая постройка, цветок, слуга теперь твои, но это еще не все. Тебе также принадлежит часть гавани и три парусных судна, одно из которых «Теплый ветер».

— А, то самое, где мы впервые с тобой поцеловались, — поддразнил её и наклонился, чтобы чмокнуть в нос, просто для того, чтобы увидеть, как мило она смутилась и покраснела.

— Если говорить подробнее, то теперь в твоем владении находится около двухсот земельных участков, шесть гончих, о которых я сама лично забочусь, зверинец с экзотическими животными и более шестидесяти работников, которые помогают ухаживать за поместьем, — рассказывала Шелли, а я только сидел и хлопал глазами, потрясенный масштабами своих трофеев. — У нас двадцать слуг, которые работают в доме, управляющий поместьем, двадцать конюхов, пять дрессировщиков, десять садовников, капитан парусника и его команда из двенадцати человек.

— Вау. Даже представить не мог, что поместье настолько большое, — ошеломленно пробормотал я.

— Это еще не все, — сказала она, ухмыльнувшись. — Еще у нас есть два склада с редчайшими экземплярами оружия, бесценными произведениями искусства и антиквариатом, а также хранилище с золотом.

— И к этому мы добавим золото из подземелий, которое приумножила Рита… — я обхватил голову руками, не в силах поверить, что за пару дней превратился из нищего оборванца в одного из богатейших на острове Ашеров. А если добавить мои знания, управленческий талант Шелли, да мы многократно увеличим свои богатства. Один только секрет кофе чего стоит. Золотая жила!

— Это всего лишь собственность, — хохотнула Шелли, ткнув меня пальцем в бок выводя меня из грёз и мыслей. — Не забывай, что на ней можно заработать. Мы разводим, обучаем и продаем лучших пегасов. И многие Ашеры, часто бывающие на острове Сканно, например, посол Кларк, он предпочитает держать в нашей конюшне своих скакунов. Это наш основной источник дохода. Хотя в последние месяцы меня не очень радуют цифры, доходы сократились из-за ремонта в конюшнях. Возможно, позже мне придется попросить твоего Бруно посмотреть наши бухгалтерские книги, не хотелось бы терять золото. Не лишним будет найти и новые пути заработка.

— Мы с ним уже говорили о том, что можно предпринять,чтобы поправить дела поместья, Бруно предложил выйти на рынок с каким-то продуктом… — я припомнил разговор, который состоялся между нами, когда мы ремонтировали забор. Казалось, что это было целую вечность назад. — Когда мы говорили о восстановлении поместья он упоминал каких-то медоносных шмелей и их разведении.

— О, с таким могут справиться редкие умельцы. Давно уже никто не занимался производством шмелиного меда, думаю, если мы предложим его к продаже, спрос будет огромный. Это настоящий деликатес, на котором действительно можно неплохо заработать. Но шмели могут собирать пыльцу с цветов только в теплое время, поэтому нужно найти дело, которое будет приносить доход и в холода.

Думаю, если бы я мог заглянуть в ее голову, то увидел бы там сводки новостей о бизнесе, рынке и банках. Поразительно, какой деловой хваткой обладал эта хрупкая девушка.

— В твоих словах есть смысл, я ней согласился. — Тем временем мы подъехали к пятиэтажному дворцу построенному в древне греческом стиле, его колонны, балконы и нефритовый купол крыши меня восхищали, каждый раз когда я их видел. — Уже успел забыть, как прекрасно это место.

— Максим, теперь это твой дом. И надеюсь, несмотря на то, что здесь раньше жил Адлер, ты сможешь воспринимать его собственный дом, место, в котором ты в безопасности и ничего тебе не угрожает, — Шелли распахнула дверцу экипажа и выпрыгнула наружу. — Идем.

Улыбнувшись, тоже выбрался из кареты, но улыбка быстро превратилась из весёлой в растерянную. — Да что за чёрт⁈

Я огляделся в поисках своей рыжеволосой красавицы и нигде ее не увидел.

— Шелли, ты где? — Окликнул супругу, обойдя экипаж по кругу и так её не найдя.

Глава 12

— Я здесь! — внезапно она запрыгнула мне на спину и я рассмеялся, обхватив руками ее колени, чтобы Шелли больше никуда от меня не сбежала.

— Ты меня поймал, — хохотала она, а я кружился вместе с ней под её заразительный и раскатистый смех.

Остановился, пока не закружилась голова и опустил ее на землю. Повернулся, чтобы обхватить за тонкую талию и поднять на руки. Она обхватила меня ногами и руками.

— Рита уже рассказывала тебе что-нибудь о том, что значит медовый месяц? — спросил у Шелли глядя в ее ярко-зеленые глаза.

— Нет, она отрицательно качнула рыжей головой с золотистыми перьями. — А что это такое?

— Это то, с чего начинается брак на моей родине, — объяснил ей любуясь её волосами и сверкающими глазами.

— Ты имеешь в виду завершение свадебного обряда? — сказала Шелли, а ее улыбка дрогнула.

— О, поверь, это не завершение, а только начало, — спрятал свое желание за шуткой и поставил ее на ноги, на тот случай, если она захочет увеличить дистанцию между нами. — Мы не обязаны ложиться в одну постель сегодня, если ты этого сама не хочешь и к этому не готова. Наверное мне стоило объяснить тебе все с самого начала. Медовый месяц — это время, которое молодожены проводят вместе узнавая друг-друга как можно лучше. Они много разговаривают, гуляют, путешествуют, ну и конечно занимаются сексом. Но знаешь, я не хочу давить и торопить тебя. Это совсем не обязательно.

— И это все, что необходимо сделать в вашем мире, чтобы пожениться? — недоумевая спросила Шелли.

— Нет, но здесь и сейчас это неважно, — пожав плечами, заправил непослушную прядь её огненно рыжих волос ей за ушко. — Суть медового месяца в том, чтобы провести друг с другом время, наедине, создать сказку или целый мир для двоих, а потом, когда он построен и ляжет фундаментом отношений, вернуться к реальности и сосредоточиться на работе, обязанностях и впустить в свою жизнь других людей.

— Этот ритуал очень романтичен, — робкая улыбка вернулась на лицо Шелли. — И мы в медовый месяц и правда можем делать все, что угодно?

— Все, что только захотим, — приподнял ее подбородок пальцем, чтобы она видела, что я говорю серьезно. — Или не захотим.

— Но я… — Шелли заколлебалась, а потом решительно шагнула ко мне и обхватила щетинистый подбородок своими тонкими пальчиками. — Хочу, Макс, я очень сильно хочу провести с тобой этот медовый месяц.

— Тогда… — положив руку ей на талию, прижал к себе покрепче. — Давай просто посмотрим, куда приведет нас этот вечер, без всякой суеты и спешки.

Глядя ей в глаза, я видел, как её зрачки расширились от возбуждения и желания. Дыхание замерло, а сердце трепыхалось, как птица в клетке. Наклонился ниже и прижался к мягким губам Шелли.

Кровь закипела и сразу прилила ко всем стратегически важным местам. Я склонился и сгрёб в крепкие объятия, чтобы укрыть и спрятать от всего мира. Хотя прекрасно понимал, хть моя супруга и мягкая и с кучей заморочек, но у неё внутри вольфрамовый стержень, который ни согнуть ни сломать. Просто её не хватало внимания, заботы и немного любви. И если ей это дать, то она сможет свернуть горы и повернуть реки вспять.

— О, Макс… — Шелли отстранилась, чтобы перевести дыхание, ее всю потряхивало. — Ты разжигаешь в моём сердце настоящий пожар…

— А ты сводишь меня с ума, — я собрался вновь впиться поцелуем в её нежную шею, но не успел.

Кто-то рядом громко прокашлялся, чтобы привлечь к себе наше внимание. Мы отпрянули друг от друга, как два нашкодивших школьника, спрятавшихся в шкафу где хранились швабры и тряпки, при звуке приближающихся шагов учительницы.

— Как приятно видеть, что вы прибыли домой, госпожа, — в сопровождении шести слуг из каретного сарая ковыляла экономка с барсучьим лицом. Надо же, как мы увлеклись, даже не заметили появление всей этой свиты. — Рада снова видеть и вас, Ашер Медведев. И счастлива, что вижу официальное подтверждение поражения Адлера Бёрнса.

— Пожалуйста, в будущем вы можете обращаться ко мне Макс или Максим, этого будет вполне достаточно — попросил женщину, которая с искренним теплом в глазах смотрела на счастливую Шелли. Насколько я помню, они с моей женой не церемонились в обращении друг к другу. — И говорили просто, без всяких титулов и регалий.

— Как вам будет угодно, — она послушно присела в легком реверансе. — Позвольте мне и моим помощникам заняться вашими вещами, пока вы с будете отдыхать с дороги. Ужин будет готов только через пару часов. Шелли у тебя будет достаточно времени, чтобы повидаться с Победой. Она ужасно по тебе скучала, — обратилась она уже к своей хозяйке.

— Хорошо, Дороти, спасибо, — Шелли ответила экономке. Пара человек мгновенно отделились от толпы и подошли к Метеору, чтобы освободить его из упряжки. — Распорядись, пожалуйста, чтобы золото выгрузили в хранилище и сообщили мне общую сумму того, что мы привезли. И отправьте крота-посыльного в поместье моего мужа, пусть передаст, что мы благополучно добрались до дома.

— Конечно, милая, — дородная женщина поспешила прочь, громко раздавая указания суетящимся вокруг слугам направо и налево.

Шелли развернулась ко мне, на её раскрасневшемся лице играла взволнованная улыбка.

— Что думаешь о Метеоре, дорогой? — спросила она, кивнув в сторону коня. — Не против прокатиться?

— С удовольствием, — мысль о том, что мне предстоит взобраться на спину моего пегаса и взмыть в воздух, очень даже порадовала. Мне понравилось летать вместе с ним под облаками. Полёт захватывал дух. Несмотря на то, что меньше суток назад закончилась изнурительная гонка и мной был предотвращен заговор против повелителя Байрона Рамзи, а я расправился со своим врагом и захватил его имущество. Мне всё равно не терпелось вновь оседлать Метеора и подняться высоко в небо, снова. — А ты что скажешь, дружище?

Пегасу, кажется, тоже понравилась наша идея, потому что он радостно затанцевал на месте, переступая с ноги на ногу.

— Значит, решено, — удовлетворенно заключила Шелли, громко хлопнув в ладоши. Она повела меня в каретный сарай, пока один из слуг кормил и поил Метеора с дороги. — Пойдем наденем что-то более подходящее для верховой прогулки.

— Ооо, опять эти узкие брюки, рубашки с необъятными рукавами и жилеты, в которых невозможно дышать? Они ужасно неудобные, — расстроился я, поднимаясь по ступенькам в постройку, в которой, помимо карет, хранилось ещё и снаряжение.

— Зато ты шикарно в них выглядишь. Когда ты в прошлый раз надевал традиционный костюм для верховой езды, я не могла отвести от тебя глаз, думала, наброшусь на тебя прямо во время тренировки, — последнюю фразу она практически прошептала.

— В таком случае… — обогнав ее, я побежал вперед, чтобы как можно скорее запихнуть свою задницу в эти невозможно узкие брюки, мечтая о том, как жарко мы проведём время с Шелли. Мне так хотелось содрать с неё эту белоснежную рубашку, да так, что бы во все стороны полетели все эти вычурные пуговицы, словно пули.

— Какой ты нетерпеливый, — хихикнула моя жена, заходя следом. По дороге она расплела косы и прочесала локоны пальцами. Остановившись, Шелли собрала их в тяжелый узел на затылке и заколола специальной палочкой.

— Да, мне не терпится надрать твою аппетитную задницу в воздухе, — я подцепил пальцами пояс ее платья и притянул, чтобы поцеловать, но она не дала мне разгуляться. Поцеловав в губы быстро выкрутилась из объятий, порылась в ворохе одежды, бросив в меня все, что я должен был надеть, взяла что-то для себя и быстро ушла переодеваться.

— Мне нравится твой настрой, — кокетливо бросила она напоследок. — Выходи, когда будешь готов.

Некоторое время провозился с тесными штанами, крошечными пуговицами и всевозможными шнурками. Наверное Шелли уже давно готова и даже успела заскучать, пока я тут так глупо воюю с этой одеждой.

Когда наконец вышел, Шелли уже ждала меня на ступенях. Пегасы, были готовы к полету, стояли у конюшни и нетерпеливо перебирали копытами.

С этого момента все превратилось в гонку.

Кто первый добежит до пегасов, кто первый запрыгнет на своего скакуна, кто первый взлетит.

— Метеор, давай покажем им! — Давно миновав этап с неуклюжей притиркой друг к другу, мы сразу плавно рванули ввысь. Летели плавно, было приятно осознавать, что мы стали с пегасом настоящей командой. — Как же хорошо снова оказаться в небесах.

Мой пегас тряхнул гривой и засвистел.

Перед моим мысленным взором возник образ Медвежьего угла, а следом за ним — картинка, на которой Метеор делит стойло с Победой, белоснежной красавицей, которая принадлежит Шелли.

— Понимаю тебя, приятель, — похлопал его по шее. — В гостях хорошо, но дома лучше. Я тоже хочу, что бы они к нам переехали, но не будем торопить.

Шелли, описала огромный круг и присоединилась ко мне.

— Я так скучала по этой свободе! — прокричала она сквозь рев ветра.

— И я, обожаю чувство полёта! — крикнул ей в ответ.

— Следуй за мной, хочу показать тебе наш зверинец. — Шелли указала на стеклянное строение вдалеке, о предназначении которого я так и не догадался, когда был в прошлый раз в этом поместье.

Разноцветные стекла были выдуты и вставлены так причудливо, что вместо того, чтобы отражать солнечные лучи, они окрашивали их в разные цвета и рассеивали по саду. Все деревья были залиты ослепительными радужными лучами. Если на Ашене и существовал какой-то рейтинг построек, то зверинец Шелли точно был одной из самых удивительных построек. Может быть устраивать в него экскурсии? Хм…

Мы приземлились и Шелли повела меня в центр многоярусного сада, где росло огромное количество разнообразных цветов. Чего тут только не было, и лианы, и розы, и ромашки, у меня глаза разбегались от этой красоты. Кстати, тут ещё был красивый фонтан, а звук переливающейся воды приятно дополнял умиротворяющий пейзаж. Деревья в под стеклянным куполом были посажены так, чтобы обеспечить идеальный баланс света и тени.

— Что это за запах? — втянул воздух носом, чтобы разобрать витающий вокруг аромат, который, казалось, заряжал энергией. Пахло фруктами, землей и чем-то еще непонятным. Я не мог разобрать, но подсознание связывало его с бодростью и энергичностью.

— Видишь те клумбы с темно-фиолетовыми цветами, похожими на звезды? — Шелли указала в нескольких направлениях, где в причудливых композициях виднелись чернильно-фиолетовые соцветия. — Это растения, с которых мы собрали семена и сварили твой бодрящий напиток. Адлер всегда считал их бессмысленными и уродливыми.

— Неудивительно, что мне они нравятся, — ответил ей наполняя легкие их ароматом, который щедро витал в воздухе. Вот только от упоминания Бёрнса меня передернуло от отвращения. Пепел с этим ублюдком, надеюсь, Шелли скоро забудет о нем, как о страшном сне.

— Мы не выращиваем их для того, чтобы кормить животных, на много выгоднее закупать уже готовый корм у других помещиков. А в саду я отвоевала несколько кустов и выращиваю для красоты. Мы с Шелли подвели пегасов к фонтану, чтобы напоить их после длительного полета.

— Я рад, что ты сохранила их. Давай посадим побольше? Из них получается неплохой кофе, да и выглядят они неплохо. — Слушай, я ещё хотел в поместье сказать, а давай попробуем популяризировать напиток на острове? Если мне, тебе и Бруно он понравился, значит может понравиться и другим жителям? Как думаешь, мы сможем на его производстве получить хорошую прибыль?

— Макс, ты просто гений! — зеленые глаза Шелли заблестели от интереса, она начала раскручивать мою идею. — Никто никогда не пробовал варить из этих зерен напитки, это новшество может далеко продвинуть нас. Сколько полей в Медвежьем угле?

— Три, но… подожди, ты действительно думаешь, что из этого может что-то получиться? — пытался угнаться за быстрым ходом ее мыслей. — Мне казалось, ты говорила, что в холодное время года цветы не растут.

— Это очень неприхотливые цветы, они могут цвести целый сезон, поэтому их и начали использовать в качестве корма для животных: они есть всегда. Хотя, конечно, особо сильные морозы могут повредить цветы, так что… — нахмурившись, она торговалась сама с собой, и я не особо-то был нужен в этом её диалоге.

— Думаю, они хорошо чувствовали бы себя в теплице. Так их никто не пробовал выращивать?

— Что такое теплица? — спросила Шелли, склонив свою красивую головку набок. Несколько непослушных прядей выпали из прически и упали на её лицо. Заправил ей их за уши, чтобы не мешали.

— Да что-то вроде этого здания, — я широким жестом указал на сверкающую стеклянную конструкцию. — Такое сооружение, в котором даже зимой тепло. Неужели никто на Ашене еще не додумался выращивать растения в стеклянных теплицах, чтобы производить продукцию целый сезон? Я так понял погода здесь не такая уж их холодная.

— Стекло — это очень редкий товар, его привозят с острова Глас. Наш зверинец даже называют ювелирным домом, это жемчужина нашего поместья и всего острова. Сейчас там нет животных, — Шелли взяла меня под руку и повела к упомянутому зверинцу. — Адлер не имеет никакого отношения к созданию этого здания, его построил Ашер, которого убил в поединке отец моего бывшего мужа. Так Бёрнсы завладели этим поместьем. Тот Ашер построил стеклянный купол в честь Богини. Говорят, что его жена была оперной певицей, и ее голос мог успокоить сам океан. Поэтому здесь такая причудливая архитектура, чтобы внутри создалась невероятная акустика.

— Так это что-то вроде гигантского концертного зала? — я задумчиво сказал, когда мы вошли внутрь. Несмотря на то, что ботинки у меня были на мягкой подошве, шаги эхом отражались от потолка и изогнутых стеклянных стен. На первом этаже причудливого сооружения было расположено несколько пустых вольеров, они стояли по кругу вдоль его стен. А в самом центре находилась массивная клетка. Уверен, это место раньше выглядело потрясающе, когда его наполняли экзотические животные, но и в этом запустении было что-то притягательное.

— Да, звук хорошо разносится по помещению, — сказала Шелли, и ее голос поднялся к потолку и отразился от стен.

— Может быть ты споешь что-нибудь для меня? — я выпалил не подумав.

Шелли удивленно широко распахнула глаза и удивлённо на меня посмотрела.

— Я просто вспомнил, как ты пела во время представления в Голубую ночь. Никогда не слышал ничего красивее. Если тебе не сложно, спой пожалуйста…

— О, хорошо, — смущенно пробормотала она слегка покраснев. Ее щеки стали такими же красными, как и волосы. — На самом деле у меня нет выдающихся способностей к пению.

— Шелли, расслабься. Это всего лишь я, и здесь нет никого, кроме нас двоих, — приободрил ее, поднял лицо за подбородок, наклоился и нежно поцеловал её губы. — Знаешь, тогда у меня не было слов, чтобы описать те ощущения, что возникли от твоего пения, но сейчас, узнав тебя получше, кажется понял, что тогда чувствовал.

— Что ты п-понял? — она так мило заикнулась, что я не удержался и чмокнул ее в нос. С такого близкого расстояния можно было рассмотреть каждую мелкую деталь на красивом лице. Например её ресницы были золотистыми, а по носу рассыпались едва заметные, мелкие веснушки.

— Твой голос, — пояснил ей. — Теперь понимаю, что так звучит сама страсть и желание. Думаю, что именно тогда ты впервые меня поймала в свои сети.

Шелли была похожа на маленькую, запуганную канарейку, в её взгляде сквозили боль и страх, причину которых я никак не мог понять. Да, у нее был кусок дерьма, а не муж, но он мертв, и ей больше нечего бояться.

— Макс, я… — начала она, но договорить не смогла. Прикусив нижнюю губу ровными, белыми зубами она горько заплакала.

— Шелли? Милая… — поймал ее взгляд, в котором было слишком много печали. Ее боль ощущалась как моя собственная, поэтому заключил ее в объятия, чтобы хоть немного утешить. — Ты чего?

Вместо того, чтобы ответить словами, она прикрыла глаза и начала тихонько петь тем своим завораживающе красивым, чарующим голосом, который я так хорошо помнил.

Песня была не очень длинной, я не понял ни слова, но общее настроение уловил. Она была такой тоскливой, что Шелли, закончив петь, расплакалась еще сильнее. Женщины, вот ни черта не понимаю…

— Что это было? — спросил у неё шепотом. Даже дышать старался тише, чтобы не разрушить отголоски её невероятного пения, которое продолжало звучать медленно затухая под стеклянным куполом.

— Иногда… — поделилась она секретом. — В моем сердце звучат песни. Порой, чтобы объяснить свои чувства мне проще спеть, чем подобрать слова. Не помню, где впервые услышала эту песню, но суть ее примерно такова: раньше мои дни были заполнены только бесконечной тьмой и печалью, но пришло солнце и рассеяло все тревоги. Максим, ты мое солнце, и все, чего я хочу — это просто быть рядом с тобой, достойна твоей любви и внимания и никогда тебя не разочаровывать.

— Даже не думай об этом, как ты можешь меня разочаровать, что за глупости? Почему ты сомневаешься в себе?

— Ты не понимаешь, — она шмыгнула носом и высвободилась из моих объятий, чтобы крепко обхватить себя руками. Как будто я хоть раз давал ей повод даже подумать, что от меня нужно защищаться. Кажется близится буря…

— Тогда объясни мне, что это всё значит? Почему ты в себе сомневаешься, я если честно не понимаю. — Мне хотел обнять ее и утешить, но делать сейчас этого точно не стоит. Давить нельзя, поэтому, выдохнул и просто стоял и ждал, когда она решится сама продолжить этот непростой разговор.

— Максим, я очень хочу, но боюсь, — прошептала она и начала нервно расхаживать по помещению, а каждый её шаг звонко отражался от стеклянных стен.

— Чего ты боишься? — Я вообще перестал что-либо понимать.

— Боюсь. — Она остановилась, опустила взгляд в землю и обхватила себя руками. — Боюсь, что как только ты узнаешь всю правду обо мне. Я перестану тебе нравиться и эта сказка, так и не начавшись, закончится. И вновь останусь одна…

Глава 13

— Это невозможно! — её слова застали меня врасплох. — Я не могу даже представить, что ты должна была такого страшного сделать, чтобы я стал хуже к тебе относиться или, тем более, отказался от наших отношений. Всё это звучит как бред.

— Это ты сейчас так говоришь, но ты не понимаешь, Макс! — она отчаянно всплеснула руками и, разволновавшись еще больше, снова начала метаться по комнате, из угла в угол.

— Это ты уже говорила, — спокойно ответил Шелли, протянув вперед руки, словно пытался успокоить пугливую лань, которая в любой момент могла броситься наутек. — И все же мои слова остаются в силе. Я правда хочу понять, почему ты так думаешь. Шелли, ты мне небезразлична.

— Максим, я не идеальна, несмотря на то, что ты видишь, — она продолжала стоять на своем, добавляя в речь обрывки бесвязных фраз. Шелли вцепилась одной рукой в волосы и ещё быстрее заметалась по комнате. — Испорчена, повреждена безвозвратно, я… ой!

Сделав очередной быстрый шаг, она оступилась, подвернула ногу и уже летела навстречу полу, когда я её подхватил под руку и не дал упасть.

— Шелли, милая, аккуратней. Ты так убьёшься на ровном месте.

— Ай, — прошипела она, попробовав наступить на поврежденную ногу, и крепче ухватилась за мою руку, перенося вес на целую, неповреждённую ногу. — Ну как же глупо вышло!

— Сильно повредила? — спросил, взглянув на её ножку.

— Думаю, это… ой! — она снова попыталась поставить ногу на землю, но из этого ничего не вышло. Ну тут не нужно было быть семь пядей во лбу чтобы сделать правильные выводы. В ближайшее время Шелли своим ходом нику уже не пойдет, нужно как минимум зафиксировать повреждение и дать ноге отдых.

— Шелли, я принимаю тебя целиком, как есть, со всеми твоими недостатками и достатками, — пошутил и поднял супругу на руки.

— Спасибо, — горько улыбнулась она, положив свою голову на моё плечо.

— Шелли, что бы это ни было, поговори со мной. Обещаю, какую бы страшную тайну ты мне не открыла, я никому об этом не расскажу. Мы семья и я никому не дам тебя в обиду, что бы ни случилось. Своих не бросаем.

— Мы можем вернуться? — глаза Шелли блестели от слез. — Я… расскажу тебе все, но не здесь. В этом пустынном зверинце, я чувствую себя еще хуже.

— Конечно, — без лишних церемоний понес ее к выходу из под стеклянного купола. Спустившись по ступенькам, направился к нашим пегасам, греющим крылья в лучах золотого солнца. — Как думаешь, ты сможешь лететь с поврежденной лодыжкой?

— Вряд ли, — вздохнула Шелли.

— Так и думал, — усадил ее на бортик фонтана и присел на колени, чтобы осторожно стянуть с неё высокие сапоги для верховой езды. Она шипела от боли и это меня не радовало. — Знаю, что это неприятно, но других вариантов нет. Поверь, будет намного лучше, если мы снимем с тебя обувь до того, как нога опухнет. Да и твою лодыжку неплохо было бы зафиксировать. Она так пройдет гораздо быстрее.

— Где ты этому научился? — Шелли с интересом наблюдала, как я, оторвал нижний край своей рубахи и обмотал им её лодыжку.

— Я был проблемным подростком. Постоянно шарахался по заброшенным зданиям, прыгал по крышам. Однажды неудачно приземлился и подвернул ногу. Сразу разуться, не догадался. Перелома не было, только растяжение, но нога опухла так, что к тому моменту, как с трудом добрался домой, стянуть ботинок уже не получилось, пришлось его разрезать, чтобы освободить ногу. Хорошая новость в том, что обувь в какой-то степени фиксировала ногу, плохая — за испорченную обувь получил хороший нагоняй, —заговаривал ее, отвлекая от боли. — А представляешь, если бы так и не получилось его снять? Мне бы пришлось тах ходить несколько дней подряд, пока бы отёк не спал. А ведь я никогда не был популярным парнем с реди девушек, а вонь от ботинка распугала и так немногочисленных подружек. Представляешь?

Моя бессмысленная болтовня возымела желаемый эффект. Шелли героически перенесла перевязку и немного повеселела.

— Я поверю тебе на слово, мой доблестный Ашер, — она запустила тонкие пальцы в мои волосы.

— Вы готовы, госпожа? — спросил, выпрямляясь во весь рост и протягивая ей руку.

— Готова, — супруга приняла мою помощь и тоже встала. Тихонько присвистнув, Шелли подозвала к себе Победу. Но вслед за её кобылой, примчался и Метеор.

— Победа, лети домой! — Воскликнула Шелли. Ее белая красавица, капризно фыркнула и топнула передним копытом, словно ребенок, который отказывается уходить с игровой площадки в самый разгар веселья.

Шелли взяла Победу за уздечку и наклонила ее голову так, чтобы заглянуть в глаза. Между ними установилась безмолвная связь. Через время лошадь с сожалением склонила голову, ткнулась мордой в плечо хозяйки и, взмахнув серебристыми крыльями, взмыла в воздух.

— Что это с ней было? — я думал, только мне «повезло» с тяжелым на характер Метеором.

— Она не хотела лететь домой, потому что думала, что мы будем развлекаться и летать с Метеором. Но я объяснила, что просто не могу лететь, потому что повредила ногу. Теперь Победа чувствует себя немного виноватой за этот маленький бунт, — тепло отзывалась о своей любимице Шелли. — Она энергична и амбициозна, это абсолютно нормально в ее возрасте, но вместе с тем она еще и сурова к себе, не любит меня расстраивать, а контролировать свои порывы у неё пока не очень получается, она еще слишком молода. Нужно будет попросить старшего конюха причесать ее и угостить любимыми яблоками сегодня вечером, пусть поймет, что не сержусь на нее.

Метеор присвистнул, образ Победы в стойле, смешанный с чувством нетерпения, вспыхнул в моей голове.

— Подожди немного, дружище, — взял его за уздечку, как несколько минут назад сделала Шелли со своим пегасом. Оказывается, это отлично работает, у меня получилось привлечь внимание упрямого зверя. Нужно взять на заметку. — А теперь послушай. Нам нужно долететь до дома, чтобы позаботиться о поврежденной ноге Шелли. Отвезешь нас и сможешь присоединиться к своей подружке. Если будешь хорошим парнем, прикажу дать тебе любимых морковок, целую связку.

Метеор свистнул и согласно кивнул головой, закрепляя наше с ним деловое соглашение. Он повернулся боком, предлагая забраться на его спину.

Я поднял Шелли, обхватив за тонкую талию и боком усадил в седло. Сам сел сзади, крепко обнимая ее одной рукой, чтобы она не упала.

— Метеор, давай по аккуратнее, — легко ткнул его в бока пятками. — Едем домой.

Пегас недовольно фыркнул, но понял меня прекрасно. Он не взмыл сразу в воздух, предварительно встав на дыбы, а осторожно развернулся мордой по направлению ветра и широко расправил крылья.

Поймав поток воздуха, он мягко взмыл вверх. Кажется, Метеор помнил, как Шелли заботилась о нем в детстве, и теперь хотел отплатить ей тем же. Долетев до большого дома, пегас приземлился на один из балконов, чтобы нам не пришлось тащиться по лестницам.

— Каким ты стал джентльменом, — потрепала его гриву Шелли, когда я помог ей спуститься. — Спасибо за такую приятную поездку, Метеор.

Спасибо, приятель, ты заслужил свою награду, — тоже погладил своего пегаса и отправил ему картинку с горой фиолетовых морковок, щедро приправив ее чувством благодарности.

Метеор довольно заржал, лизнул меня в щеку и, поднявшись на дыбы, оттолкнулся задними ногами от каменного пола балкона, взмыл в небо, направляясь к своей любимой Победе.

— За этими двумя нужно присматривать, — заметила Шелли, глядя ему вслед. На улице было уже темно и на фоне почти черного неба разглядеть пегаса было практически невозможно, лишь иногда мелькали отблески оранжевых крыльев. — Не удивлюсь, если в ближайшее время нас будет ожидать пополнение. Малыши-гусеницы такие милые.

— Не понял… — я представил пушистого малыша с серебристой шерсткой, круглыми глазками и антеннками, но никак не мог сообразить, какое отношение они имеют к чувствам, которыми пылал мой пегас. — А как гусеницы связаны с пегасами?

— Связь есть, причем очень явная. Это один и тот же вид, — я поднял Шелли на руки и понес в дом, чтобы ей не приходилось напрягать связки, а она продолжила мне рассказывать. — Пегасы не сразу становятся статными конями, все они рождаются гусеницами, а дальше их ждет превращение, очень сложный и долгий процесс, требующий пристального внимания опытного заводчика. Лишь немногим удается успешно завершить его, большинство так и остаются лишь гусеницами. В гонках они, конечно, не участвуют, но отлично справляются с работой. При должном внимании и уходе эти метаморфозы заканчиваются благополучно.

Переступив через порог балкона, мы попали в роскошную комнату

Внутри особняк выглядел так же шикарно, как и снаружи. Комната была обставлена дорогой мебелью с замысловатой ручной резьбой, наполированными шкафами и тумбочками из светлого дерева, на стенах висели бесценные произведения искусства в золоченых рамах. В центре стояли мягкие диваны со взбитыми подушками, эта зона отдыха меня так и манила.

В углу комнаты находился величественный мраморный камин, на полке стояли вазы из золота, украшенные драгоценными камнями. Рядом — небольшой диванчик королевского синего цвета. У дальней стены расположилась большая мягкая кровать, помимо балдахина из тяжелого бархата, она была обтянута сеткой. Не был уверен, есть ли на острове комары, но раз она висела, значит, необходимость прятаться по ночам от каких-то гадов точно была. Тем более на балконе не было дверей, лишь занавеска.

— Ты можешь положить меня на диван, — мягко попросила Шелли, намекая на то, что мне может быть тяжело, но это было не так. Не знаю откуда у меня взялось столько сил, возможно, на них влияет мой медальон и ранг Ашера, но факт есть факт. Шелли была для меня сейчас, что пушинка. — Пока мы будем разговаривать, уложу ногу на подлокотник.

— Положи это под лодыжку, — протянул ей небольшую подушку. — Может, мы сначала позовем лекаря?

— Нет, поговорим, потом все остальное, — она положила ногу на подушку и, откинув голову назад, пару минут полежала с закрытыми глазами, собираясь с мыслями. Этот разговор был для нее очень трудным.

Я потянулся к Шелли и сжал свободную руку, второй она подпирала голову, запутавшись пальцами в волосах.

— Знаешь, мы можем не торопиться. Ты не обязана рассказывать мне то, о чем не готова или не хочешь со мной разговаривать.

— Но я хочу! — тихо взорвалась она, а к её глазам снова подступили слезы. От напряжения, Шелли была натянута, как струна. — Очень хочу, чтобы ты узнал меня всю, до последнего миллиметра, хочу и боюсь, и это сжигает меня изнутри.

— Я тоже этого хочу, — признался ей в своих чувствах. — Можешь быть уверена, что бы ты сейчас мне не сказала и какую страшную тайну не открыла, я буду рядом. — Вряд ли она воровала по ночами младенцев или устраивала кровавые жертвоприношения. Скорее всего, это какой-то женский бред, который она сама себе накрутила, вот ей богу, уверен в этом на все сто процентов.

— И тебе неважно даже то, что сломанное во мне уже не починить? — Шелли дрожала, её голос был тихим и затравленным, но в глубине глаз виднелась надежда.

— Абсолютно неважно, — вместо того чтобы пытаться убедить словами, которые она все равно сейчас просто не слышит, просто нежно поцеловал. Ну же, пташка, давай, может хоть это подействует на тебя.

Отстранившись от неё с радостью увидел, что ее страхи немного рассеялись.

— Я доверяю тебе так сильно, как еще никогда никому не доверяла, — жарко прошептала она уткнувшись мне в шею. Она Шелли откинулась на подушки, тяжело вздохнула, а затем взяла в ладони мою руку. — Полагаю, мне следует начать с небольшой истории о коренных жителях острова Сканно. Ты наверняка уже заметил, что обитатели Ашена выглядят по-разному, но большинство местных жителей обладает птичьими чертами.

— Да, я уже думал об этом, — перекинул ее волосы через плечо, чтобы рассмотреть золотистые и ярко-алые перья, которые мелькали в её огненно-рыжих волосах.

— Тогда ты, возможно, заметил и кое-что необычное, — продолжила она, начав расплетать косички, которые наплела Рита. — Несмотря на то, что народ Сканно — это, в основном, дети неба, ни у кого из них нет крыльев.

Я сидел и пытался вспомнить, каких людей видел на острове. Мужчины-ящерицы с раздвоенным языком, как, например, посол Кларк, ленивец Олли, Коала Бруно, кролики, бараны, волки, малышка Молли с оленьими рожками и белыми веснушками на личике, даже моя первая жена была сексуальной кошкой с острова Наби.

Но подумав о местных жителях, так и не смог припомнить никого с парой птичьих крыльев.

Хотя… Стоп! Это было совсем не так.

Глава 14

— Когда я впервые попал сюда, то прятался в лесу, чтобы меня никто не увидел. В тот день как раз все в долине готовились к празднованию Дня Солнца, и мимо пробегали двое ребятишек, что жили или играли на крайней ферме, что стоит у самой стены, — нахлынули на меня воспоминания.

Я очнулся на странном острове после того, как непонят как, старые сломанные часы перенесли меня сюда. Затем плыл через пресный океан, меня чуть не проглотила огромная рыба и я не оказался в её желудке. А как выяснилось, она ещё и священная и мало кто из местных жителей способен пережить с ней встречу. Выбравшись на берег смастерил себе из говна и палок модные тапки, перелез через стену, окружающую остров, и, спотыкаясь, побрел туда, где увидел хоть какие-то признаки отсталой цивилизации.

— Маленькая девочка разговаривала со своим братом или другом о каком-то мужчине, у которого можно было раздобыть сладостей. Увидев за её спиной маленькие коричневые крылышки, я окончательно убедился, что попал в совершенно новый, неизвестный для меня мир.

— О, ты говоришь о фермере Брауне и его маленькой дочке, Энни, — Шелли быстро сообразила, кого я имею в виду. — На протяжении многих лет Брауны жили под покровительством Ашера Роджера. Просто чудо, что Богиня Солнца благословила ее при рождении таким образом. Это настоящее чудо, таких детей можно буквально пересчитать по пальцам, так мало их на острове Сканно. Да и что уж там говорить, в последнее время здесь вообще редко кто-то рождается.

— Разве крылья бывают только у девушек? — с интересом наклонился вперед, мне не терпелось узнать как можно больше об острове, который стал для меня новым домом.

— Да, это так, — кивнула Шелли и начала расплетать косички с другой стороны, после них на прядях оставались красивые волны. Я не удержался и провел по ним пальцами.

— Ты не поможешь мне расчесать их?

— Твои волосы? — оторвавшись от своего гипнотического занятия, я взглянул на ее покрасневшее от смущения лицо.

— Да, — пискнула она. Я видел, что Шелле очень хотелось, чтобы я расчесал ей волосы, но она почему-то очень сильно смущалась этого.

— Правда можно? — улыбнулся ей в ответ. Мне по правде говоря сложно сказать, кому из нас сейчас этого хотелось больше. Мне или ей. Её шикарные волосы с мелкими огненно-красными крылышками меня манили буквально магнитом. Что-то новенькое, раньше за собой такого не замечал.

— У нас считается очень интимным, если кто-то так ухаживает за тобой и расчесывает волосы — поделилась со мной Шелли особенностями местных обычаев. — Это могут делать только члены семьи или любовники. Адлер никогда…

— Ни слова больше! — перебил ее. Бёрнс — это последнее, о чем мне хотелось вспоминать или думать. — Шелли, милая, а где тут лежит твоя расческа?

— Вон там, на туалетном столике, — она указала пальчиком на обычный женский столик с зеркалом и мягким пуфиком. Один в один как я видел в кино и сериалах. Вот на нём и лежала даже на вид тяжелая серебряная расчёска с красивыми узорами на фигурной ручке.

— Подвинешься немного вперед? — попросил ее, когда вернулся с расчёской, чтобы присесть на диванчике позади супруги. Она устроилась между моих ног, и я начал аккуратно проводить расческой по её шелковистым, длинным волосам от макушки до кончиков.

Шелли несколько раз дёргалась, когда зубчики расчёски цеплялись за спутанные волосы, но стоило мне разобраться с самыми проблемными местами, супруга расслабилась, вздохнула и прикрыла глаза. Наслаждаясь каждой секундой.

Никогда не думал, что такое простое действие, напрямую никак не связанное с сексом и прелюдией, может выглядеть так эротично, но Шелли водила руками по моим бёдрам, в ритм моим движениям. И это медленно распаляло во мне огонь желания.

От ее волос исходил сладкий аромат. Расчёсывания золотистых волос для меня было очень похоже на медитацию. Я наслаждался своей супругой, распутывал её шелковистые пряди и когда они сильно спутывались, старался расчесывать аккуратно, придерживал руками пряди, чтобы не сделать ей больно.

— На чем мы остановились? Продолжай, мне очень интересно — прошептал ей на ушко. Шелли задрожала, а по её шее побежали мурашки.

— При рождении Богиня Солнца дает благословение крыльями только женщинам. Легенды гласят, что раньше женщины острова Сканно были свирепыми небесными воительницами, которые помогали Ашерам бороться с Демонами, — продолжала Шелли. — Сейчас же рождение девочки с крыльями — это, скорее символ статусности. Из-за того, что это большая редкость. В случае с Энни Глас вся ее семья будет обеспечена Ашером, которому они продадут ее, когда она будет готова к замужеству.

— Они согласятся продать собственную дочь? — на мгновение моя рука с расчёской замерла в воздухе. — Это звучит как-то дико.

— О, на самом деле все не так страшно, — Шелли обернулась, чтобы взглянуть на меня. — Для Ашеров это высокая честь, когда к ним обращается семья юной избранницы.

— Подожди, как это? Семья обращается к Ашеру? И это честь для него? Я думал, все на архипелаге принадлежит Ашерам, в том числе и… жители, — мне все еще сложно было говорить о людях, тем более о детях, как о вещах. В России полторы сотни лет назад отменили крепостное право и люди получили свободу. А здесь, местные жители были практически крепостными и для них это было вполне нормально. — Но ведь Ашер и так владеет всеми этими людьми, зачем ему разрешение обычной семьи на замужество с их дочерью? Кажется я опять чего-то не понимаю. Ашер ведь может просто прийти и забрать себе невесту или наложницу. Какую захочет.

— Макс, мы же с тобой говорим о священном и редчайшем благословении Богини Солнца, — терпеливо объясняла Шелли с благоговением в голосе. — Даже самый жадный и беспринципный Ашер не осмелится пойти против семьи, которая была одарена высшими силами. Если ты беспокоишься об Энни, то зря. Ашер Роджер — благородный человек, он очень хорошо относится к Браунам. Когда Энни будет готова потерять свои крылья, он поможет подобрать для нее достойного мужа, а, может быть, даже сам женится на ней.

— Но я встречал Роджера, — вспомнил человека, с которым познакомился на приеме в честь моей победы в Александрийских скачках. Он же уже взрослый мужик, а Энни совсем ещё маленькая девочка, это нормально?

— Да, но Энни не всегда будет малышкой, — резонно заметила Шелли.

Парировать её слова мне было нечем. Это было правдой, поэтому просто продолжил причесывать жену, параллельно размышляя и укладывая в голове новую информацию. Мне всегда требовалось немного времени, чтобы принять очередной культурный вызов местного мира и попробовать уложить в голове новые факты. До морали и этических норм Земли этому миру ещё далеко.

Чем больше размышлял об этом мире, тем лучше понимал, что нет ничего необычного в таких браках. Договорные браки, для многих стран до сих пор остаются нормальными. Да и продажа дочери в другую семью. Даже у нас до сих пор сохранилась традиция «Выкупа за невесту». Пусть сейчас она больше напоминают шутку, но лет сто назад или чуть больше была обычным делом.

Я бы уже расслабился и забыл, о чем говорила Шелли и мы закрыли с ней эту тему, если бы не одна маленькая деталь, что засела у меня в голове и не давала покоя.

— А что ты имела ввиду, говоря, что Энни должна быть готова потерять свои крылья? Это естественный процесс? Птенцы сбрасывают их, как олени свои рога? Чтобы вырастить новые? — пригладил ее волосы и отложил щетку.

— Нет, птенцы… они теряют крылья не по собственной воле, — сказав это, она напрягла спину и, поежившись, повела лопатками. — Когда юный птенец достигает совершеннолетия, ему предстоит пройти церемонию, во время которой у него удаляют крылья.

— Отрезают? — этот разговор шокировал меня все больше и больше, я уже и не рад был, что полез в такие дебри местных традиций. — Зачем? Это же какая-то дикость! Палец поранишь, — больно. А здесь целые крылья. Это даже звучит больно.

— Это не так страшно, как кажется на первый взгляд, но понимаю, что для Странника этот обычай может показаться жестоким, — поспешила защитить традиции своего народа Шелли.

— Да это же просто бессмысленное увечье…

— Это не бессмысленно, Макс… Когда птенец теряет крылья, у него появляется надежда иметь детей, — сказала она, опустив глаза, а потом вообще отвела их в сторону, старательно избегая встречи наших взглядов. К ней возвращалась тревога и нерешительность.

— Шелли, — я положил руку ей на плечо, чтобы немного снять нависшее напряжение, что вновь возникло между нами, но прикосновение сделало только хуже. Шелли сильно вздрогнула и дернулось, будто ее кожу прижгли раскаленным железом. — Милая?

— Прости, прости, мне очень жаль… — она задрожала всем телом. — П-просто дай мне пару минут прийти в себя.

Кивнув, сложил руки на коленях, чтобы не напрягать ее, и спокойно ждал, пока она придет в себя.

Наконец, несколько раз глубоко вздохнув, Шелли повернулась ко мне боком, свесив свои ножки с дивана, и прижалась к моей груди, устроив голову на плече.

— Можно тебя обнять? — спросил, потому что после такой бурной реакции даже дышать на нее боялся. Не девушка, а минное поле скрытых эмоций по центру которого стоит занавешенная тканью огромная бомба, а я, — сапёр, что рискуя жизнью пытается до неё добраться и обезвредить.

— Да, пожалуйста. Я очень хочу этого, — прошептала она, и я с огромным облегчением бережно обнял ее руками так, чтобы она могла чувствовать себя в безопасности, под моей защитой, но при этом понимала, что в любой момент может освободиться.

— Как твоя лодыжка? — приподнял ее ногу и осмотрел, к счастью ухудшений не увидел, значит обошлось лёгким испугом. Пару дней и снова будет бегать.

— Болит, но терпимо, — призналась Шелли и сильнее прижалась ко мне, тяжело вздохнув. — Спасибо тебе за понимание, эта тема… Мне сложно об этом говорить.

— Не торопись, — тихо сказал, поглаживая ее поясницу, плечи, руки. Это немного успокоило ее и придало уверенности. Уже догадываясь, куда зайдет наш разговор.

— Когда-то я тоже была избранной, — начала она рассказывать, а я даже не удивился. И правда избранная, особенная, самая лучшая! — У семьи были грандиозные планы на мою жизнь. Меня должны были выдать замуж за лорда Ашера из Варты. Церемонии совсем не боялась, это была стандартная процедура, о которой мне рассказывали с самого детства, обычно она проходит безболезненно, но мне не повезло.

— Что случилось? — мне тяжело было слушать о том, через что пришлось пройти Шелли.

— Для того, чтобы избранная могла обрести способность рожать детей, она должна избавиться от крыльев. Но на церемонии не смогли полностью удалить мои крылья, маленькая часть осталась глубоко под кожей, и вытащить ее, не убив меня, никто так и не смог, — бессознательно она завела руку за спину и потрогала правую лопатку. — Когда мой суженный узнал об этом, он устроил скандал и отказался от нашей помолвки. Кому нужна жена, которая не сможет родить здоровых и сильных детей? А, может, и вообще никаких не сможет. Мой отец тоже был близок к тому, чтобы отказаться от меня и лишить наследства, именно из-за этого у него и случился конфликт с Сетом. Как бы противно мне не было признавать, но в тот момент меня спас Адлер Бёрнс. Он попросил у отца моей руки, чтобы жениться и спасти меня от позора, а я с радостью согласилась, ведь находиться дома стало просто невыносимо, даже не подозревая, что жизнь с Адлером будет ещё хуже.

Светящиеся камни, которые с наступлением вечера становились ярче, отбрасывали свет на лицо Шелли. Съежившись от неприятных воспоминаний, она казалась еще меньше и беззащитнее, чем обычно. Взгляд, обычно гордый и непокорный, был каким-то затравленным.

Ну уж нет, для своей красавицы Шелли я готов сделать всё чтобы она стала счастливой, так же как и для Риты. Ну бедовые они у меня, а значит одна из моих задач сделать так, чтобы они чувствовали себя любимыми и защищёнными. И я постараюсь сделать всё, что бы жизнь моих жён была счастливой. Я не дурак, хорошая погода в доме, — это самое главное. Попробуй свернуть горы, если собственная жена готова воткнуть тебе нож в спину. Ну уж нет, я точно буду умнее всех этих местных придурков, да и жёны у меня просто красавицы!

— О, Шелли… — мне сложно было подобрать слова, чтобы сказать ей, как мне жаль, что ей пришлось пережить всё это дерьмо.

— Разве ты не понимаешь? — она повернула ко мне заплаканное лицо, — Я вряд ли смогу подарить тебе наследников, по крайней мере с Адлером так ничего и не вышло. А жена Ашера хороша только до тех пор, пока рожает ему здоровых, крепких детей. Я сломана…

— Пусть другие Ашеры думают что хотят, но я Странник, я пришёл из другого мира и считаю совершенно иначе, — она непонимающе смотрела на меня. Кажется в ее забитой всякой дрянью голове и местными традициями и предрассудками просто не укладывались мои слова. Но я искренне хотел освободить ее от этих установок и доказать, что можно жить по-другому. — Шелли, милая, послушай меня. Я понимаю, что тебе с детства вбивали в голову, что вся твоя ценность в рождении наследников, но это не так.

— Я… я… не… — она вконец растерялась, разрыдалась и прижалась ко мне изо всех сил.

— Шелли, — успокаивал жену, укачивая ее в объятиях. — Скажи, что мне сделать, чтобы тебе стало легче?

Борясь с рыданиями, она несколько раз глубоко вздохнула и на несколько секунд задержала дыхание. Как будто точно знала, что нужно делать, чтобы быстро успокоиться и взять себя в руки. И видеть это было еще больнее, чем ее слезы.

— Макс… — прошептала и обняла меня так крепко и отчаянно, будто кто-то мог войти в комнату и забрать меня у нее.

Скорее всего, именно так она сейчас и думала.

— Мне не исправить того, что было, и не знаю, что сказать тебе, кроме того, что дорожу тобой и люблю, — обхватив ее лицо ладонями, наклонился и пристально посмотрел ей в глаза. — Вы с Ритой — целый мир для меня, нет места, где мне хотелось бы находиться больше, чем рядом с вами. Честно говоря, там, откуда я родом, у меня не было ни близких людей, ни перспектив, ни планов, так что это не я спасаю вас. А вы спасли меня от одиночества и перевернули мой мир сверх на голову.

— Максим, я тоже тебя люблю, — прошептала Шелли, завороженно глядя в мои глаза. Она положила свои руки поверх моих и поглаживала запястья большими пальцами. Слезы на щеках высохли, она больше не плакала. — Ты не оставишь меня?

— Нет, планирую провести остаток дней рядом с тобой и сделать всё, чтобы ты была по настоящему счастливой, — сказал ей, так же спокойно, словно разговор был о чем-то простом и обычном. Словно рассказывал о том, какое небо голубое или на сколько горячий в костре огонь.

Видимо, эти слова произвели на Шелли сильное впечатление, потому что в следующую секунду она уже страстно прижималась к моим губам в жарком поцелуе.

Когда мы отстранились друг от друга, она, тяжело дышала.

— Макс… — она прикусила нижнюю губу, её зрачки расширились от возбуждения, превратившись в две черные бездны, в которых я добровольно тонул. — Возьми меня.

Глава 15

— Ты такая красивая, — сказал Шелли, нависая над ней. Она лежала на низеньком диванчике и манила меня к себе, словно магнит. Водопад рыжих, блестящих волос падал на пол, правая рука была закинута за голову, а левой она водила по моему лицу, шее, плечам.

— Мне так хорошо с тобой, — прошептала она в своей томной манере, этот тон каждый раз отзывался во мне приливом желания.

Стараясь не забывать о её поврежденной ноге, поставил колено между разведенными бедрами и, опираясь на руки по обе стороны от ее головы, наклонился, чтобы поцеловать ее горящие щеки, лоб, дерзко вздернутый носик и мягкие губы и нежную шею.

— Поцелуй меня, — страстно прошептала Шелли и потянула меня на себя. Я пытался быть осторожным, но ей это, видимо, было не так уж и нужно. Шелли явно считала расстояние между нами лишним, поэтому, закинув здоровую ногу мне на бедро, она резко дернула на себя, так что я практически распластался по ее распростертому на диване телу.

Она вздрогнула и откинула голову на подушки, но не от боли. Судя по тому, как она выгибалась мне навстречу и мелко дрожала, удовлетворение собственной похоти и желаний сейчас ее волновало гораздо больше, чем травмированная нога. Когда она прижималась ко мне грудью, сквозь тонкую ткань блузы для верховой езды, которая какого-то черта еще была на ней, я чувствовал её возбуждённые соски, что стояли торчком и это сводило меня с ума.

Я инстинктивно прижался готовым к бою членом к ее киске, что бы прикрыта одеждой и несколько раз толкнул. Ух, поскорее бы избавиться от одежды. Уже не терпится почувствовать жар её киски.

— Ооо, я чувствую, как растет твоя страсть, — хихикнула Шелли и сама подалась мне навстречу, чтобы потереться о мой твёрдый член. Это ж надо было такое придумать.

Откинув голову назад, она открыла для моих поцелуев свою нежную, белоснежную шею. Мне так и хотелось буквально съесть её.

Я стал целовать её нежную кожу, жадно впиваясь в неё поцелуями и оставляя после себя следы смачных засосов.

Но мне этого было мало, я продолжал целовать и покусывать её сладкую шею, ловя губами бьющуюся под кожей венку, вжимаясь в неё своим твёрдым членом. И судя по несдержанному, громкому стону у Шелли рвало крышу не меньше чем у меня самого.

— Я х-хочу за… завершить нашу связь, — должен признаться, меня чертовски заводило то, как эта всегда уравновешенная аристократка запиналась и путалась в словах от того, что была так сильно взволнована и возбуждена.

— А я-то как хочу, ты себе даже не представляешь, — мурчал ей в ответ между горячими поцелуями. Я продолжал ласкать её тело, готовя к хорошему сексу. Чем сильнее подругу заведёшь, тем ярче дальше поедешь…

Шелли, после всех этих речей и нервов, буквально ожила в моих руках. Она выгибалась, стонала, ее руки блуждали по моей спине, плечам, груди, и нигде надолго не задерживались, как будто она хотела потрогать меня везде, но не знала, с чего начать.

Мы прижимались друг к другу, напрочь забыв о том, что за пределами этого дивана существует еще какой-то внешний мир. В тот момент мы не слышали и не видели ничего вокруг себя, значение имела только наша близость.

Я уже был на пределе, член, болезненно пульсируя в узких брюках и требовал немедленного освобождения. Понимая, что если продолжу и дальше толкаться в Шелли, кончу, даже не сняв штаны, я все равно не мог остановиться. Это было слишком приятно. Шелли была полностью в моей власти и буквально трепетала от моих поцелуев и ласк.

— Маааакс, — простонала она, когда я, прижавшись к шее, начал прокладывать дорожку из поцелуев к верхней пуговице её блузки, что до предела натянулась на её шикарной груди.

Захватив крошечную пуговку зубами, резко дернул и оторвал ее, бросив на пол. Она пару раз отскочила и закатилась куда-то под диван.

Ложбинка открылась ровно настолько, чтобы полностью захватить мое воображение. Мне уже хотелось содрать с неё эту рубашку, да так чтобы пуговицы разлетелись во все стороны, но для первого нашего секса, это излишняя торопливость. Чтобы не сорваться, вжался лицом в её пышную грудь и стал страстно её целовать, оставляя на коже следы моих поцелуев. Щекой зацепил твердый, чувствительный сосок, отчего моя супруга из дала эротический стон, на грани оргазма.

— Одаа… как же хорошо, Макс! — воскликнула Шелли в пулы страсти. — Отнеси меня на кровать…

А я только этого и ждал, не то, чтобы мне требовалось особое приглашение, но после нашего эмоционального разговора, который так размотал мою жену, хотелось быть уверенным, что она действительно готова к продолжению. Поэтому, подхватив её на руки, донес до кровати и уложил на покрывало и груду лежащих на нём разномастных подушек.

Осознав, что она все еще одета, отвесил себе мысленный подзатыльник за то, что не позаботился об этом раньше. Мне сейчас совсем не хотелось тратить на раздевание драгоценное время.

Член дернулся от одних только мыслей о скором сексе. Шелли так простодушно и преданно смотрела на меня, расстегивая вторую пуговицу блузки, что я непроизвольно решил притормозить свои дикие порывы. Излишняя спешка нужна только при ловле блох, а хорошему сексу только вредит, пусть лучше она почувствует мою заботу…

По этому выдохнул успокаивая себя, сел на кровать. Аккуратно стянул узкий, длинный кавалерийский сапог с изящной ножки своей супруги. Когда он полетел на пол, как и мои сапоги, процесс раздевания стал восприниматься не как рутина, стоящая на пути жаркого секса, а как разворачивание долгожданного подарка.

Бережно расстегнул остальные пуговицы, по одной освобождая их из прошитых петелек, потянул в стороны полы белоснежной блузы.

Все время чувствовал на себе ее пристальный взгляд, Шелли внимательно следила за каждым моим движением. Прежде чем я успел приподнять ее, чтобы стянуть ткань с плеч, она притормозила меня, поймав за руки.

— У меня… у меня на спине осталось несколько… шрамов, — она отвела глаза и снова бессознательно потянулась рукой назад к правой лопатке.

— И они делают тебя только прекраснее, — перехватил ее руку и крепко сжал в своей ладони. — Все, что ты пережила, все, через что тебе пришлось пройти, эти шрамы в конце концов. Я принимаю и люблю тебя такой, какая ты есть со всеми твоими недостатками и успехами. И шрамы твои меня не испугают…

— Я никому и никогда не показывала свою спину, — смущенно прошептала она, доверчиво заглядывая мне в глаза, однако блузку все-таки с себя сняла. — Адлеру не нравилось это напоминание, поэтому он просто задирал юбку, когда хотел мной овладеть. А я должна была быть осторожна и никогда не поворачиваться к нему спиной, если на мне не было одежды. Когда он видел мои шрамы, то начинал злиться, и все становилось только хуже.

Шелли села в постели, повернувшись ко мне спиной. Она собрала волосы и перекинула через плечо.

Кожа на ее спине была идеально гладкой, никаких повреждений видно не было, лишь бледно-розовый полукруг на правой лопатке. И она стесняется этого небольшого шрама? Серьезно? Да его почти и не видно.

Едва касаясь, провел пальцем по этой линии, которая выглядела как обычный тонкий шрам, вполне затянувшийся, и уж точно ничуть не отталкивающий. Супруга напряглась, словно ожидая неминуемого удара.

— Шееллиии, — произнес нараспев, продолжая поглаживать ее спину, чтобы она привыкла к прикосновениям моих рук. — Не вижу в этом ничего страшного, но не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно. Если тебе неприятно, просто попроси меня остановиться. Хорошо? Ну вот, кажется мы начинаем играть в БДСМ, еще немного и будем придумывать стоп слово. Но, глядя на фигуры Шелли я был согласен практически на всё.

— Д-да, — она снова запнулась и все еще не могла расслабиться, привыкая к моим прикосновениям. Кажется я сегодня в который раз переворачиваю весь её мир сверх на голову. Думаю, с ней такое впервые. Ведь я не просто хотел трахнуть её, удовлетворяя свои желания, но и довести её до оргазма, чтобы она получила максимум удовольствия от нашего секса. А сейчас, я нежно гладил её красивую спину, а она закрывала глаза от моих лёгких прикосновений и дрожала не веря до конца в реальность происходящего. Ведь раньше Шелли считала спину зоной табу, своим недостатком, увечьем, но это было совсем не так… А эта её сексуальная ямка между лопаток так и манила. Я провёл языком по её позвоночнику, а из губ Шелли вырвался жаркий стон.

— Милая, все, чего я хочу, — это чтобы тебе было со мной приятно, — прошептал, склонившись к ее ушку и положив руки на спину, проводя пальцами по позвоночнику до самой попы.

— Мне о-очень приятно, — прошептала она в ответ откинув голову, потому что начал круговыми движениями массировать ее плечи и спину. От удовольствия она прогнулась и чувствительная грудь маняще покачнулась. Шелли, застонав, придержала ее, зажав соски между тонкими пальцами.

— Вот так, дааа… — подбодрил ее, продолжая делать массаж. — Покажи мне, что тебе нравится.

— Макс, я не… не знаю, что мне нравится, я никогда не испытывала ничего подобного, — выдавила она из себя смущенное признание. Такие откровения давались ей очень тяжело, лицо и шею залила краска, но она исследовала своё тело вместе со мной. Водила руками по роскошной груди, поглаживала свой животик. Как же я был прав, что не стал гнать коней, а уделил ей немного внимания и притормозил свою страсть. Не знаю, что на островах считается нормальным сексом, но кажется Шелли ждёт много очень ярких и интересных открытий.

Я слегка ухмыльнулся, не всилах удержать в узде мои мысли, хорошо что она не видела моего лица.

— Тогда позволь мне, — снял рубашку и снова уложил её на подушки, навис над ней, но тут же почувствовал, как она стала зажиматься и немного нервничать. Ей богу, как пугливый заяц.

— Мне нравится твое тело, — прошептала Шелли, преодолевая смущение. Она поглаживала мой пресс и грудные мышцы. Чего скрывать, мне и самому нравились изменения моего тела. Причем я не знаю, сколько их от Медальона и нового ранга Ашера, а сколько от тренировок…

Несмотря на то, что моим гранитным членом уже было можно таранить ворота крепостей, я был терпелив и Шелли не торопил, давал ей возможность к себе привыкнуть.

Нежными пальцами она прокладывала дорожки по моему телу. Но это распаляло моеё желание ещё сильнее, пришлось поймать ее руку и прижать к бешено колотящемуся сердцу, иначе еще одно её движение, и я просто сорвусь, прижму её к кровать и жестко оттрахаю, не сдерживая своих желаний и эмоций.

— Ты сводишь меня с ума, — поцеловал ее пальчики и потянулся к завязкам на поясе ее штанов. Это была последняя преграда между нами.

Шелли закрыла полыхающее лицо ладонями и приподняла попу, чтобы я мог стянуть с нее брюки. Стянул по стройным ногам последний предмет одежды, что на ней оставался, если не брать во внимания мою повязку, что стягивала её лодыжку.

Когда мой подарок был полностью распакован, отстранился и позволил себе насладиться ее красотой, пышными формами и нетерпеливым блеском зеленых глаз.

Мягкая грудь вздымалась при каждом её вдохе, темно-розовые соски напряглись от возбуждения и легкого холодка, проникающего в комнату с открытого балкона, мурашки покрывали каждый сантиметр молочно-белой кожи. Под моим жадным, голодным взглядом она свела колени и хотела прикрыть грудь руками, но я поймал ее за запястья и прижал их к кровати.

В тот момент пожалел, что у меня всего две руки, очень хотелось раздвинуть ей ноги.

Но сегодня моей главной установкой на наш первый секс с Шелли было терпение и выдержка. Пусть она почувствует, каким приятным может быть этот процесс, и сама, отбросив смущение, потянется мне навстречу.

Приняв это не простое решение, ненадолго встал с кровати, чтобы снять с себя остатки одежды и положить на прикроватную тумбочку камень Ашера.

Когда повернулся, решил не торопиться, позволяя Шелли получше меня рассмотреть.

Глава 16

Широко раскрытыми глазами она с любопытством осматривала мое тело, но её взгляд то и дело возвращался к члену, хотя она и пыталась это скрыть.

— Ну как, тебе нравится то, что ты видишь?

— Ты… я никогда не видела т-такой большой… — взволнованно пролепетала Шелли. Она запаниковала еще больше, когда я навис над ней. — Ты уверен, что он поместится во мне?

— Уверен, главное, следи за своими ощущениями и не позволяешь делать ничего, что причиняет тебе боль, хорошо? — погладив ее волосы, мягко поцеловал в губы. — Ты в любой момент можешь попросить меня остановиться, и я это сделаю, не задавая лишних вопросов. Ты мне доверяешь?

— Безоговорочно, — без колебаний ответила Шелли, прикасаясь руками к моим плечам.

— Хорошо, — обхватил рукой её тонкую шею, поглаживая ее кончиками пальцев, поцеловал сладкие губы. Как бы ни хотелось поскорее войти в неё, усмиряя свою похоть, но сегодня, главная задача, — показать Шелли, что секс бывает оочень приятным, а дальше, я уверен, она раскроется и будет ещё той зажигалкой, с её то характером. — Если что-то будет не так, говори, не стесняйся.

Я уже понял, что Шелли до этого дня знала и воспринимала секс, только как средство воспроизведения детей, где её жестко брали и вместо оргазмов, жестко ебли, словно силиконовую куклу, не глядя на её чувства, эмоции и желания. Сегодня я открою ей новый мир, где секс, — это не насилие, а кайф. Уверен, она будет стонать и требовать ещё и ещё.

Прочертил языком дорожку по её шее и ключицам, я добрался до пышной груди. Лизнул торчащий сосок, на что моя рыжеволосая красавица резко выдохнула и вцепилась пальцами в мои волосы.

— О, Мааакс, что ты… аааа! — она застонала и стала чувственно выгибаться, пока я, обхватив губами сосок, стал жадно его посасывать, а второй, тем временем поглаживал и перекатывал между пальцами. — О, Богиня… — Шептала Шелли, а её щеки зарделись алым румянцем.

Когда ее стало потряхивать от удовольствия, я переключился на вторую пышную грудь, уделяя и ей должное внимание. Рукой скользнул ниже, к мокрым складочкам её киски. Она трепетала и отзывалась на каждое мое движение.

Она немного напряглась от таких откровенных прикосновений, но я приподнялся и поцеловал её в губы, чтобы поменьше думала. Шелли немного отпустило, колени медленно разъехались, открывая мне доступ к самому интересному. Осторожно погрузив палец во влажную киску и сделал несколько поступательных движений. Вытащил, размазал смазку по пальцам и обвел ими клитор.

— Маакс! — взвизгнула она и вцепилась в мои плечи. Конвульсивно дернувшись, уткнулась разгоряченным лицом мне в шею. Она свела бедра, крепко зажав между ними мою руку. Я продолжал касаться её клитора, а она бесконтрольно извивалась на простынях. — Так хорошо, кажется моё сердце сейчас выпрыгнет из груди и сейчас я умру. Что со мной?

— Это просто прелюдия к хорошему сексу, — тихо прошептал ей на ухо и стал активнее работать пальцами. Ее затрясло от приближающегося оргазма. — Не бойся, можешь смело падать, я обязательно тебя поймаю.

— Ооо, сейчас… еще немного… а! — Шелли выгнула бедра и застонала. Подключив язык, вошел в нее пальцами и двигал ими до тех пор пока она, обессиленная от оргазма, не рухнула на постель.

Немного отдышавшись, она схватила меня за запястье и отвела руку в сторону. Любое моё прикосновение к её киске сейчас воспринималось ей слишком остро, она дергалась и дрожала всем телом даже от моего дыхания в шею.

Стараясь не беспокоить ее, приподнялся, прилёг рядом и осторожно уложил голову Шелли к себе на плечо, заключая её в свои объятия. Что бы она могла прийти в себя от оргазма, который пронзил её словно стрела, всего несколько секунд назад.

Выкуси, Адлер Бёрнс! Это не Шелли у тебя ледышка, а ты нихрена не умел в постели… Пусть на твой пепел каждый день ссут местные собаки…

— Ты в порядке? — спросил у Шелли после того, как она перестала цепляться за мою руку, опасаясь, что я снова дам ей волю.

— Никогда не думала, что прикосновения мужчины могут дарить такое наслаждение, — выдохнула супруга, ласково поглаживая мою щёку, заросшую щетиной. — Так будет всегда?

— В основном, да. Бывает, конечно, и не так ярко, — улыбнулся и поцеловал жену в раскрасневшуюся щеку. — Но бывает и на много лучше.

— Ещё лучше? — шокированно спросила Шелли. На некоторое время она зависла, видимо, анализируя свои ощущения и прикидывая, как это — еще приятнее, а потом посмотрела мне в глаза и попросила о том, чего я ждал и уж точно не собирался отказывать. — Ты можешь мне показать?

— Только этого и жду, — неторопливо встал и сел между ее бедер. Член требовательно дернулся в такт моему сердцебиению. Обхватив член рукой, провёл головкой по её влажным от любовной смазки половым губам. С её губ сорвался лёгкий, нетерпеливый стон.

— Ты готова?

— Да… — выдавила сквозь стон Шелли, когда я провёл членом по её клитору. — П-пожалуйста, продолжай.

Решил не терять больше времени, расположил головку, которая стала до одури чувствительной от всего этого ожидания, у входа в её любовный туннель и скользнул в него одним плавным, уверенным движением.

— Ух… — от ощущения этой горячей влажной тесноты чуть не корнчил с первого же толчка. Вот до чего доводит долгое ожидание…

— О, Солнце! — Шелли извивалась всем телом, привыкая к моему члену, растягивающему тугие стенки её влагалища. Одной рукой я подцепил ее под колено, чтобы насадить поглубже, другой — нажал на низ живота, чтобы усилить давление.

Её киска запульсировала, сжав мой член так сильно, что из глаз посыпались искры. Снова, без перерыва резко вошёл в неё с сильным толчком. Вот так! Шелли взвизгнула, как сумасшедшая и задрожжала всем телом. Ха, это лучшее подтверждение, что делаю всё как надо.

— Да, да, да! Никогда такого не испытывала… хочу еще… — ее голова металась по подушке, она несдержанно стонала от каждого моего толчка. Усилил давление и сменил угол, оторвав ее сочную задницу от кровати.

Наращивая темп, трахал ее членом, и скромнице, которая полчаса назад стеснялась и закрывалась от меня руками, явно это нравилось. Шелли вопила, как дикая, и молила трахнуть её посильнее… А как мне давно этого хотелось, ну держись…

В этот раз она продержалась немного дольше, но та таких скоростях ее все равно надолго не хватило. Спустя пару минут она вновь билась в оргазме. Яйца запылали огнем, и когда её киска стала яросто сжиматься, реагируя на мощный оргазм я не выдержал.

— Дааа, — удовольствие обрушилось на меня, как неожиданный удар кулаком в морду. Я сбился с ритма, бедра бесконтрольно дернулись вперед. Животные инстинкты взяли надо мной верх, с каждым толчком вгонял член, как можно глубже, а из него, пульсирующими потоками вырывалась сперма. Никогда не позволял себе такого в прошлой жизни, но какой же это кайф, — трахать свою женщину без резинок и наполнять её горячей спермой. — Шелли, ты просто космос…

— Макс… — бормотрала она. Ее мышцы сокращались, выжимая меня снова и снова. Жена, раздвинула пошире ноги и согнув их в коленях, руками вцепилась в мою задницу и притянула к себе поближе. — Не останавливайся, пожалуйста… Ооо, да!

Я действительно замедлился, потому что был выжат до последней капли и головка стала невыносимо чувствительной. С удовольствием довел бы ее и до третьего оргазма, но нужен был перерыв. Шелли тоже была обессилена, но это не мешало ей быть счастливой.

Когда мы отдышались, я вынул из неё свой член, перекатился и прилёг рядом. Это все, на что хватило моих сил. Не рухнул на нее сверху на подгибающихся руках — и то хлеб. Перерыв. Просто немного полежать и перевести дыхание, как же хорошо…

— Милая, как ты себя чувствуешь? — собрав остатки сил, приподнялся на локте и заглянул в лицо, по которому пошли красные пятна.

— Чувствую… — она замолчала немного подвисая, долго подыскивала нужные слова, но наконец справилась. — Никогда не чувствовала себя такой любимой и желанной.

— Ты должна чувствовать себя так всегда, запомни это ощущение, — безапелляционно заявил ей и рухнул обратно на кровать.

Несколько минут мы плавали в послевкусии секса, обнимались и целовались, Шелли осмелела, без стеснения позволяла мне сжимать и наглаживать свои головокружительные формы и изучала мое тело в ответ. Но липкий пот и ощущение подсохшей спермы, стягивающей кожу, быстро вернуло нас обратно в реальность. Обвел взглядом комнату в поисках двери в ванную или хотя бы чего-то, что помогло бы привести себя в порядок.

Объект моего вожделения оказался рядом с туалетным столиком Шелли. На стуле стоял таз с чистой водой, рядом лежали белоснежные тканевые салфетки. Я встал и, смочив одну, быстро вытерся. Вторую подготовил для моей птахи. Возвращаясь к кровати, сделал крюк и дошел до дивана, чтобы взять щетку для её волос, и поспешил к своей жене, которая ждала меня в постели.

Шелли томно растянулась на мягких подушках в позе, демонстрирующей каждый миллиметр ее сексуального тела. На её коже блестели капельки пота. Она подняла на меня сияющие глаза, из взгляда которых полностью исчезли все признаки тревоги и неуверенности, зато появился новый свет, которого я не видел в них раньше.

— Заждалась, — она улыбнулась. Голос Шелли стал немного уставшим, но выглядела она счастливой и удовлетворенной.

— А вот и я, — улыбнулся ей в ответ. Лег рядом с ней на бок и сложенной вдвое салфеткой протер ее кожу, смывая подсохший любовный сок и свою сперму.

Потом сел и усадил ее спиной к себе, начал расчесывать растрепанные волосы. Это прямо какой-то релакс, сродни медитации у китайских культиваторов.

— О чем думаешь? — спросила Шелли немного погодя.

— У меня в голове сейчас такая пустота, — признался, проводя жесткой щетиной по её спутавшимся прядям. Обратил внимание на кончик расчёски. На конце узорчатой ручки была петля с крошечными зубчиками и хвостиком, и приделали ее туда явно не для красоты. — Хотя это и не совсем так. Все пытаюсь понять, для чего предназначена эта штука.

— Какая? —сонно поинтересовалась Шелли. Она обернулась, едва приоткрыв один глаз, чтобы понять, о чем говорю. — А, это… Мама специально заказала эту расческу, когда я была совсем маленькой. Я родилась с длинными перьями, а они требуют особого ухода.

— Как этим пользоваться? — спросил, протянув ей эту приблуду для демонстрации.

— Вот, смотри, — Шелли развернулась ко мне, отделила золотистое перо от копны волос и перекинула его вперед, так, что оно повисло перед ее лицом. В некоторых местах оно слиплось от пота и в целом выглядело потрепанным, что не было неожиданностью, учитывая нашу возню в постели. Продев перо в петлю, она подняла ее к самому основанию и потянула за хвостик, отчего края отверстия соединились, образовав невидимую глазу щель, и потянула вниз. Что-то такое мы делали на уроках труда в начальной школе. Резали бумагу на полоски и проводили по ним лезвием ножниц, чтобы получились причудливые завитки.

Однако вопреки всем законам физики длинное перо Шелли не превратилось в спираль, а только разгладилось и распушилось, снова засияв золотистым блеском.

— Можно мне попробовать? — спросил у неё завороженно смотря на всю эту процедуру. До чего техника дошла.

— Конечно! Но, пожалуйста, будь осторожен, перья могут быть… намного чувствительнее, чем волосы, — предупредила она и протянула мне расческу.

— Понял, — бережно взял самое длинное перо, вставил его в петлю, затянул и прочесал двусторонним гребнем от корня до самого кончика.

— Ооооо, — Шелли вздрогнула всем телом и зашипела сквозь зубы, когда я снова проделал то же самое уже с другим пером.

— Извини, тебе больно? — остановился и заглянул ей в лицо.

— Нет, совсем наоборот… приятно, — пискнула она, отводя взгляд, и по густому румянцу, залившему щеки, шею и грудь, понял, что она имела в виду, говоря о чувствительности.

— Вот это да! И почему тогда я должен быть осторожен? — шепотом спросил, пощекотав дыханием кожу за её ушком, и притянул за талию жену к себе. — Мне нравится, делать тебе приятно.

— И слышать от тебя такие слова тоже безумно приятно, — прощебетала она в ответ и, откинув голову назад, отклонила ее в сторону, привлекая моё внимание к своей изящной шее.

— Шелли, ты как самый аппетитный, сладкий, шоколадный торт, который я с удовольствием съел. Прикусив кожу над колотящейся на шее венкой, услышал в награду её сладкий стон.

Но второй раунд у нас так и не случился, потому что в комнате раздался жалобный, булькающий звук, который говорил о том, что пора бы удовлетворить потребности немного другого характера. Посмотрел на жутко покрасневшую жену.

— Пресвятое Солнце! — воскликнула она, зажмурившись и спрятав полыхающее лицо в ладонях.

— Это был твой живот? — хохотнул и пощекотал ее бока кончиками пальцев.

— Прошло очень много времени с тех пор, как мы ели в последний раз, — уворачиваясь от моих рук, начала оправдываться она, но я крепко держал ее и, воспользовавшись удобным моментом, опрокинул на спину и навис сверху, продолжая щекотать и любоваться её реакцией. Она так хохотала, что от неловкости не осталось и следа. — И не так давно мы потратили много энергии.

— Ты права, — согласно кивнул, чмокнув ее в медовые губы. — Думаю, я знаю хорошее лекарство от этого недуга.

— Ооо, так, значит, ты ещё и лекарь? — Шелли уклонилась от следующего поцелуя, чтобы подразнить меня. — Тогда скажи, отчего же я страдаю?

— Тебя беспокоит страшный приступ жажды и голода после отличного секса, — поставил ей диагноз с самым серьезным видом, на который только был способен.

— О, мой недуг так серьезен… — испуганно сказала она, поддерживая мою дурацкую игру.

— Да, это действительно так, но не отчаивайся, у меня есть действенное лекарство.

— Скажи, что это, пока не стало слишком поздно, — взмолилась Шелли, изо всех сил сдерживая смех, и приложила тыльную сторону ко лбу, как падающая в обморок дама из турецких сериалов.

— Проводи меня на кухню, — потребовал таким холодным тоном, будто спрашивал, где здесь находится операционная.

Встретившись взглядами, мы все-таки не сдержали смеха и разразились диким хохотом. Я снова принялся щекотать Шелли и делал это до тех пор, пока она не начала задыхаться и перешла на визг.

— Ты самое настоящее чудовище! — всхлипывала она. Немного отдышавшись, моя жена встала с постели.

К моему огромному разочарованию, она завернулась в алый халат, который висел у кровати и пару раз брызнула на себя чем-то из флакона, стоявшего на туалетном столике. Судя по тому, что она уже порхала по комнате, ее лодыжка чувствовала себя намного лучше. Я не стал у неё это спрашивать и портить момент.

Подошел к ней сзади, обнял со спины и, уткнувшись носом в изгиб теплой шеи, вдохнул свежий хвойный аромат, который стал еще отчетливее.

— Рррр, — тихонько прорычал и прикусил ей ухо. — А теперь красавица, давай отнесем тебя на кухню.

Глава 17

Ведомый подсказками Шелли, я отнес ее на кухню, усадил на стул и принялся искать, чем бы перекусить, во вместительной кладовой. Тут хранились сливки, молоко, большие сырные головки, какие-то бочонки, а в углу с потолка, подвешенное на крюки, свисало мясо. В каморке было ощутимо холоднее, чем на кухне, интересно, как они смогли это устроить? Тут же нет ни микроволновок, ни кофемашин, ни холодильников. Чудеса.

— Как в этом месте поддерживается такая прохлада? — спросил у супруги, пораженный огромным холодильником и его запасами. И всё это теперь моё! Красота, красиво жить не запретишь…

— Камень, которым отделаны стены привезен с острова Глас, — объясняла Шелли отправив в рот виноградину, которую оторвала от грозди, лежавшей на кухонном столе. — По сути этот остров — большой карьер, там мало кто живет, но он славится обилием разных пород, хрусталя и камней с удивительными свойствами. Благодаря этому материалу в небольших помещениях можно поддерживать прохладную температуру, в которой продукты хранятся на много дольше.

— В Медвежьем угле нет такой кладовой, — сказал Шелли, не желая выходить из кладовки. В мире, где нет электричества и современной техники, сложно держать себя в руках, когда видишь в одном месте такое обилие разнообразных продуктов. Шелли присоединилась ко мне.

— До нас доходили слухи, что Дуэйн, который владел поместьем до тебя, распродал из него все ценное, что там было, пытаясь расплатиться с кредиторами и торговцами за долги. Он здорово проигрался в последнее время. За настоящий охлаждающий камень можно получить хорошие деньги, даже за его крошечные кусочки, — сказала супруга, слегка поежившись. Босиком и в тоненьком халатике для Шелли здесь действительно было холодно. — Максим, так что ты здесь ищешь?

— Кое-какие ингредиенты для моего фирменного бутерброда, я называю его «Пустой холодильник», — сбросив с плеч халат, который Шелли выдала мне вместе с каким-то домашним пижамным костюмом, накинул его ей на плечи. В отличие от Шелли мне не было холодно, наоборот, даже жарко, поэтому избавившись от халата испытал настоящее облегчение. Хорошо.

— Почему ты его так называешь? И что такое бутерброд? — поинтересовалась она, наблюдая, как я роюсь на полках кладовой и достаю оттуда продукты, которые казались мне знакомыми и напоминали привычные, земные. Мне очень хотелось сделать из всего этого отличный бутерброд.

— Там, откуда я родом, все очень любят готовить такое блюдо. Единого рецепта нет, каждый добавляет в него все, что любит и что есть у него дома. — Пока пытался доступно ей объяснить, взгляд упал на банку с какими-то корешками в рассоле и решил, что они вполне могут сойти за маринованные огурцы, поэтому прихватил с собой и их. — А бывает и наоборот — кажется, что на кухне нет ничего съестного, но ты всегда найдешь, из чего сообразить парочку бутербродов. Понимаешь?

— В вашей культуре такой своеобразный подход к приготовлению блюд… — Шелли тщательно подбирала слова, наверное, она подумала, что я полный идиот и несу какую-то несусветную хрень. Супруга забрала у меня банку маринованных корешков, что бы они не разбились, потому что в моих руках места для них не осталось, по крайней мере без риска выронить что-то на пол. Шелли пошла на выход, а я вслед за ней. Как же я проголодался и буквально истекал слюнями при виде всего этого великолепия. Чего только стоил огромный кусок вяленого мяса, что пах как первоклассная копчёная колбаса.

Когда мы дошли до стола, вывалил на него все продукты, взял острый кухонный нож и отрезал тонкий ломтик круглого, желтого овоща, похожего на помидор, чтобы попробовать его на вкус и решить, годится он для моего бутерброда или нет.

Попробовал ломтик. По вкусу и текстуре он тоже напоминал помидор. Отлично. Отрезал еще несколько кусочков, одним угостил Шелли, которая всё это время беззаботно сидела на столешнице и качала в воздухе ногами с интересом наблюдая, что я делаю.

— Как это называется? — спросил, забросив в рот еще кусочек.

— Томат, — ответила Шелли. Да неужели! Нет, конечно меня не удивляет, что здесь тоже существуют привычные мне вещи, но встретить что-то знакомое в чужом мире было чертовски приятно.

— А это? — поднес ломтик оранжевого… огурца?.. к ее пухлым губам и игриво протолкнул в её маленький ротик вместе со своими пальцами.

— Это огурец, — она прикусила их, наказывая за шалость, и стащила еще пару кусочков из-под моего ножа. В общем-то все сошлось, кроме цвета. — Очень люблю огурцы.

— Я тоже, — втиснувшись между ее колен, провел ладонями по её притягательным бедрам и, обняв за узкую талию, дернул ее на себя.

— Ты так и не объяснил мне, что такое этот бутерброд, — хихикнула Шелли от щекотки, когда я обвел языком ее ушко, и в ответ сжала мои бедра своими.

— Кстати! — отстранился от нее и закружился по кухне в поисках основного ингредиента. Под чистым полотенцем заметил половинку хлеба с хрустящей корочкой, его вполне должно было хватить на два бутерброда. — По сути — это комбинация любых продуктов, которые выкладывают на хлеб. Сладкие, солёные, пряные, сыр, мясо и даже жареное яйцо. Комбинации могут быть очень разнообразными. Хочу угостить тебя своим любимым сочетанием.

Прокрутив нож в руке, отрезал два больших ломтя и выложил на них мясо и свежие овощи.

— А как правильно есть эти твои бутерброды? — Шелли с сомнением посмотрела на мой кулинарный шедевр, спрыгнула со стола, чтобы взять пару тарелок приборы. Ох уж эти аристокры и весь этот напыщенный этикет. Есть бутерброд ножом и вилкой… Предугадав её намерение, остановил супруг, поймав ее за руку.

— Руками, дорогая, все гениально и просто, — продемонстрировал, взяв руками свой бутерброд и откусив от него большой кусок, а затем, с довольным видом положил его на разделочную доску.

Шелли с ужасом уставилась на меня.

— Все, что не поместится в рот за один раз, леди едят с помощью ножа и вилки… — она неуверенно замолчала.

— Ага, — согласился с ней и откусил еще один кусок от бутерброда, поиграв бровями.

Моя жена хихикнула и обвела кухню взглядом, будто в любую минуту сюда могла ворваться престарелая преподавательница этикета и отхлестать ее по рукам линейкой, за то что она есть неподобающим образом.

Решившись, супруга осторожно взяла бутерброд руками, понюхала его, мило сморщив носик, и откусила крошечный кусочек с самого края.

— Ну как? — рассмеялся, потому что ответа от неё не последовало. Застонав от удовольствия, Шелли перехватила бутерброд поудобнее, взяла двумя руками, и активно стала уплетать его за обе щеки.

— Мммммм, — простонала она с набитым ртом, снова оставив меня без ответа.

— Я же говорил! — поцеловал ее в лоб. Бутерброд — это лучшее лекарство от голода.

После того, как с моим фирменным блюдом было покончено, мы замели следы нашего полуночного перекуса и, спотыкаясь от усталости, вернулись в спальню.

Только набив желудок, я осознал, насколько сильно устал. Вся усталость, накопившаяся за прожитый день буквально обрушилась на меня за несколько секунд, да и на Шелли тоже, поэтому, оказавшись в спальне, мы рухнули на кровать.

— Люблю тебя, Макс, — сонно выдохнула жена, устраиваясь поудобнее в моих объятиях.

— И я тебя, милая, — поглаживая ее спину, мыслями унесся в своё поместье, — Медвежий угол. Я думал о Рите. Эта ночь определенно была хороша, но было бы ещё лучше, если бы Рита сейчас была рядом, но имеет то, что имеем и этому радуемся.

Долго я не грустил. Мои веки слипались, мышцы были налиты свинцовой усталостью, и я быстро провалился в сон без всяких сновидений до наступления утра.

И оно наступило.

В виде ощутимого удара в грудь, который выбил из меня дух и вытащил из беспамятства на ослепительно яркий солнечный свет.

— О, Бертрам, нет! — звонкий смех Шелли помог подавить панику от удара, который резко меня разбудил. Вряд ли бы она так заливисто хохотала, если бы на нас напали. — Непослушный, непослушный Бертрам.

— Что? — пробормотал, прикрывая предплечьем глаза от солнечного света, льющегося в комнату через полупрозрачную занавеску на балконе. — Что здесь происходит?

— Кар! Кар! — самый агрессивный в мире будильник радостно захлопал крыльями, прыгая у меня на груди.

— Думаю, он очень скучал и рад тебя видеть, — хихикнула Шелли, когда я, прищурившись, осматривал комнату. Почему ночь всегда проходит так быстро?

— Что он на меня уронил? — осмотрел небольшой, но тяжелый деревянный сундучок, который соскользнул мне на колени, стоило мне сесть в постели. — Бертрам, не делай так больше. — Я строго погрозил указательным пальцем хтоническому ворону.

— Кар! — Бертрам щелкнул клювом и демонстративно отвернулся от меня, тряхнув хвостом. Я уже хорошо знал это движение. Сначала чуть не прибил, а теперь еще и дерзит.

Вот же своевольный засранец!

— Бертрам, я тоже по тебе скучал, но в следующий раз, будь аккуратнее, тебе не стоило швырять в меня этой деревяшкой. Кстати, что это? — обернулся к жене, указывая на маленький сундучок, но залип взглядом на открывшееся зрелище.

Шелли, со спины подсвеченная солнечными лучами, сидела на краю постели. Белое платье на тонких бретелях подчеркивало глубокую ложбинку ее груди. Одежду на ней удерживали лишь две золотые застежки на талии. Ткань не просвечивалась, но под ней отчетливо выделялись идеальные песочные часы. Кому вообще нужны эти стандартные девяносто-шестьдесят-девяносто, когда существует такая божественная фигура? Это тело было создано для любви.

Сидя там, она расчесывала волосы серебряной расчёской. Яркое солнце бликовало в золотистых перьях на макушке так, что они были похожи на нимб. Шелли была такой красивой, что на секунду я даже забыл, где нахожусь и что вообще происходит.

— Это шкатулка для драгоценностей, — ответила мне супруга, опуская свою расчёску.

— А? — тупо моргнул, глядя на нее, пока соображал к чему она это сейчас сказала. Ну шкатулка и шкатулка… Точно, я же сам спрашивал.

— Я пыталась вести себя как можно тише, но Бертрам был очень настойчив в своем желании помочь мне упаковать кое-какие вещи, — объясняла она утреннее происшествие, а потом резко замолчала и пощелкала пальцами у моего лица. — Макс! Ау!

— Да? — оторвал голодный взгляд от ее сексуальных округлостей и с трудом перевел его на её лицо. Шелли понимающе улыбнулась. Тряхнул головой, во, всё, вроде, пришел в норму. — Да, теперь я точно здесь.

Шелли подорвалась с кровати и, защебетав какую-то уютную, будничную песенку, подошла к прикроватному столику, где стояла чашка ароматного, дымящегося напитка, изобретенного ею на днях.

— Помню, как тебе понравилось в прошлый раз, поэтому сегодня подготовилась заранее, — сказала она, протягивая мне местный аналог кофе, который был очень даже неплох.

— Ты просто чудо, — благоговейно сказал, закатывая глаза от удовольствия, сделав глоток бодрящего напитка. Понятия не имею, есть ли в нем кофеин, или просто похожий вкус и запах обманывают мой мозг, но в любом случае он развеял остатки утреннего тумана в мозгах, поэтому я с удовольствием сделал второй глоток. — Шелли, как ты себя чувствуешь? Как твоя лодыжка?

— В целом отлично, но нога еще немного болит. Рано утром я обработала ее мазью из целебных трав, ходить стало намного легче, но ездить верхом мне пока не стоит. Ноге нужен отдых.

— Хорошо, — в два глотка допил кофе, чтобы окончательно заставить свою голову работать. — Кстати, что здесь делает Бертрам? Есть какие-то известия от Кристофера?

— Я отправляла Берти к Сету с письмом, в котором просила помочь обработать кость, которую ты добыл, убив жука-оленя. Сегодня утром ворон вернулся, — Шелли присела на краешек кровати у моих ног. — Брат сказал, что с радостью сделает все, что ты захочешь, но о хозяине постоялого двора никаких вестей у него пока нет. Так что ворону пока придется пожить с нами.

— Каррр… — печально проворчал Бертрам, втягивая голову в плечи. Мне стало так жаль его.

— Уверен, мы найдем твоего друга, приятель, — погладил его по спине, и прежде чем улететь по своим делам, он крепко вцепился лапами в мою руку, прижимаясь ко мне. — Шелли, а как вообще дела у Сета?

— Он в порядке, — ответила она, но озабоченное выражение на ее лица вообще не соответствовало уверенности её голоса.

— Кажется, ты в этом не очень уверена?

— Да нет, не думаю, что у него случилось что-то серьёзное. Он бы обязательно поделился со мной, если бы мог. Просто его последнее послание было таким коротким и… безэмоциональным. Это на него не очень похоже. Как будто он спешил и не мог уделить письму ни секундой больше, — она прикусила губу и нахмурилась, что тоже не соответствовало небрежности, с которой моя жена старалась говорить.

Шелли, у Сета какие-то проблемы? — спросил у супруги и это заставило ее задуматься.

— Не могу сказать… — замялась она, тяжело вздохнув.

— Расскажи, что у него случилось, может быть я смогу ему как-то помочь. — Притянул ее к себе за плечи и заглянул в её изумрудно зелёные глаза.

Глава 18

Шелли заглянула мне в глаза, её задумчивый взгляд изменился, после чего, больше не сомневаясь она продолжила рассказ о своём брате.

— Сет с самого раннего детства был проблемным ребенком. Потом проблемным подростком. Он вырос, но ничего не изменилось. Он с самого детства обладал уникальной способностью находить себе неприятности буквально на каждом шагу, — ворчала она, будто была его сварливой матерью, а не любящей младшей сестрой. — Он всегда умел сам о себе позаботиться, даже после того, как наш отец изгнал его из рода и лишил наследства, он не пропал, нашел себе близких по духу людей в одном из кланов наемников, и с тех пор стал одним из них. Но не прошло много времени, как один из клановых лидеров прознал про его способности и вот с тех пор у брата начались проблемы.

У меня в голове моментально возник образ Сета. Гордого, благородного, несмотря на жизнь в изгнании, человека-сокола с яркими, золотистыми глазами. Он ведь спас мою шкуру, не смотря на все риски, не только вплавил в меч сердце демона, что подарила мне Шелли, но ещё и мастерски скрыл следы своей работы и тайно вернул клинок прям перед самой гонкой.

Если бы не навыки Сета, именно его способности алхимика-металлурга, серьёзно увеличили мои шансы на победу в поединке с Адлером.

Значит, о способностях твоего брата до этого никто не знал? — спросил у Шелли, снова заглядывая ей в глаза.

— На самом деле, — нет. Все давно знают, что Сет искусный металлург, именно это умение и сделало его незаменимым в кругах наемников, которым необходимо регулярно пополнять оружейные склады, — Шелли забрала пустую кружку из моих рук и поставила ее на тумбочку, а затем продолжила свой рассказ. — Однако то, что он умеет соединять оружие с сердцами демонов, было большой тайной. До недавнего времени. Насколько мне известно, мало кто рождается с такими способностями, по крайней мере здесь, на острове Скано. Обучаются алхимии многие, но лишь единицы из них после многих лет тренировок и упорной работы способны вплавить сердце демона в оружие. Эта способность — величайший дар Богини. Но на Ашене такие люди, как и все, у кого есть особые таланты, всегда становятся мишенью. Поэтому Сет хотел сохранить это в секрете.

— Если кто-то будет ему угрожать, просто скажи мне об этом. Мы обязательно ему поможем. Во мне вспыхнул гнев. Хоть я и знал Сета совсем мало, он казался довольно хорошим человеком. К тому же он был родным братом моей жены. И хоть я совсем недавно перестал быть волком-одиночкой, к обязанностям по защите своей семьи относился очень серьезно. — Кто мог его?

— Этого никто не знает, — Шелли резко подняла голову, словно ее озарило какое-то открытие и посмотрела на меня так, будто я сказал, что собираюсь прогуляться по потолку. — Ты что, всерьез решил помочь моему брату?

— Ну да, — я пожал плечами, не понимая её удивления. Я правда не вижу в этом ничего необычного. — Он дорог тебе, это делает его важным и для меня. После его помощи мне с мечом, после нашей свадьбы он для меня стал, — свой. А своих в беде, что бы у них не случилось, — бросать не собираюсь. Семья и близкие превыше всего. Да и не думаю я, что Сет, с его кодексом чести и воспитанием, способен был пойти против совести. А в остальных случаях, он может рассчитывать на мою поддержку и защиту.

Рита неоднократно говорила мне, но… — ошеломленная, она замолчала и уткнулась лицом в мою грудь. Обняв, уложила голову на плечо и вздохнула, тихонько всхлипнув.

— Ты чего? — спросил у Шелли, убирая волосы за уши, чтобы они не мешали смотреть ей в лицо.

— Люди презирают моего брата, в приличном обществе о нем не говорят, словно его никогда и не существовало. Его считают отбросом, преступником. Я давно не слышала, чтобы кто-то отзывался о нем с таким уважением и восхищением, — с жаром шептала Шелли. — Максим, твоя доброта сияет ярче всех звезд на небе.

Никто никогда особо меня не хвалил и не делал комплиментов, так что слова Шелли ввели меня в лёгкий ступор.

— Я, эм… — не найдя слов для ответа на ее пламенную речь, просто улыбнулся. — Просто не умею по-другому.

— И поэтому нам с Ритой необычайно повезло, — Шелли нежно поцеловала меня в подбородок, а потом ухмыльнулась, дерзко приподняв бровь. — Хотя не такой уж ты и идеальный. По крайней мере, тебе Ашер, не мешало бы хорошенько побриться.

— Правда? — рассмеялся и потерся колючей щекой об ее нежную щечку. — Тебе не нравится моя брутальная щетина?

— Она скрывает от моего взгляда твое красивое лицо, — спустившись к шее, я потерся и об нее, отчего чувствительная кожа Шелли сразу же покраснела. Жена хохотала и пыталась вывернуться из моих колючих объятий.

— Тогда я подумаю, — воспользовавшись случаем, оставил на ее шее несколько влажных поцелуев и поймал зубами пульсирующую венку. Не удержался и впился поцелуем чуть выше ключицы.

— Спасибо и н-на этом, — она с трудом сглотнула.

— Мммм… — промычал, поцеловал её в последний раз и отстранился. С удовольствием отметил свежий малиновый засос на шее супруги и парочку вчерашних. Наклонился за добавкой, но что-то твердое впилось мне в бедро. — Это еще что такое?

— Ой, это моя шкатулка для драгоценностей, — виновато пролепетала Шелли, приняв мое раздражение на свой счет. Она встала, забрала у меня деревянный сундучок и положила его к горе вещей, сложенных на полу прямо по центру комнаты.

— Зачем Бертрам швырнул её в меня? — осмотрел комнату и заметил коробки и сундуки, расставленные в каждом углу. — Точно, ты же упоминала о том, что собираешь вещи.

— Это ведь не слишком много, правда? — смущенно спросила Шелли, — Я хотела начать до того, как ты проснешься, чтобы побыстрее закончить, но признаю, что немного увлеклась. Большую часть вещей я могу оставить здесь и взять только самое необходимое.

— Нет, Шелли, слухи не врали, Дуэйн действительно опустошил моё поместье, поэтому бери все, что хочешь, свободного места у нас в поместье сейчас достаточно, — поспешил ее успокоить и искренне улыбнулся. Хорошо, что уютом, украшением Медвежьего угла и прочими хозяйственными делами будут заниматься жёны. Меня сложно назвать искушенным дизайнером или декоратором. — Шелли, вы с Ритой ещё долго будете приводить Медвежий угол в порядок, там не осталось красивых вещей, к которым ты привыкла живя в этом поместье. И я рад, что ты хочешь сделать его своим домом.

— Я просто… рада вернуться туда вместе с тобой и я по правде говоря, уже соскучилась по Рите. А Орлиное гнездо, как бы красиво здесь ни было, не вызывает у меня ни одного приятного воспоминания, — она печально отвела взгляд и подошла к своему туалетному столику. На мягком пуфике лежала кружевная шаль. Накинув ее на плечи, Шелли словно надела крылья, образ стал завершенным. — Ночь с тобой была прекрасной, мне все понравилось, но, если честно…

Она замялась.

— Дорогая, я догадываюсь, что ты сейчас чувствуешь, — встал с кровати и подошел к ней, чтобы обнять. — И мне было очень хорошо с тобой, но я тоже уже успел соскучиться по Рите. У меня такое чувство, что она стала моей неотъемлемой частью.

— Максим, я бы не смогла сформулировать это лучше, даже если бы очень постаралась. — Шелли поднялась на носочки и поцеловала меня в щеку, сморщив носик от колючей щетины. И правда давно пора хорошенько побриться.

— Вот что я предлагаю, — приподняв её за тонкую талию, поставил ее ступни на свои. Пол был прохладным, а она ходила босиком. — Почему бы нам не привести себя в порядок? А потом я помогу собрать тебе вещи и мы вместе отправимся домой, в Медвежий угол.

— Домой… — Шелли попробовала это слово на вкус и, судя по улыбке, ей понравилось. Покачиваясь, я кружил ее в вальсе без музыки. Она стала немного выше из-за того, что стояла на моих ногах, но наша разница в росте все равно была ощутимой.

— Домой, а теперь красавица скажи, где здесь ванная комната?

Жена проводила меня в смежную со спальней комнату, отделанную камнем. Проинструктировала, как включать воду и нагревать ее с помощью светящихся камней, а сама упорхнула, чтобы распорядиться по поводу нашего предстоящего отъезда.

Горячая вода была просто спасением. Я был безумно рад, что на Ашене, несмотря на весьма скудные в сравнении с современным миром технологии, разобрались с водопроводом и даже придумали, как без особых усилий нагревать воду. Хотелось провести в ванне как минимум вечность, но нужно было помочь Шелли собрать вещи и проследить за подготовкой наших экипажей. Думаю супруга будет рада моей помощи, тем более в самих вещах, я не бум-бум.

Взяв тканевую салфетку, хорошенько протер кожу смывая с себя грязь, пыль и остатки наших любовных приключений. Насухо вытерся и оделся во вчерашнюю одежду. Мы прибыли так поздно и вошли через балкон, так что никто из слуг не знал о нашем присутствии и не позаботился освежить одежду. Но так даже лучше, мне бы не хотелось, что бы кто-то врывался к нам в спальню посреди ночи и собирал разбросанную по полу одежду. Надел наплечники, пояс с оружием, повесил на шею Камень Ашера и остановился, чтобы взглянуть на себя в зеркало.

Да уж… Поморщившись, поскреб пальцами то, что уже давно стало длиннее, чем просто щетина и осмотрелся в поисках чего-нибудь, что помогло бы мне убрать растительность на лице. Да у меня тут скоро нужно будет бензопилу брать, что бы убрать все этим заросли. Мне, конечно, нравилось дразнить Шелли, но у всего есть мера. Пришла пора хорошенько побриться.

— Повезло! — Нашел тонкое лезвие, в целом оно напоминало обычную опасную бритву, так что решил, что оно вполне мне подойдет. На раковине лежал кусок душистого мыла. Взбив из него пушистую пену, нанес ее на лицо и аккуратно сбрил всю поросль, которая буйствовала с тех пор, как я попал на остров.

Умывшись, провел руками по коже и с удовольствием отметил, что она стала очень гладкой.

Снова посмотрел в зеркало. Что-то в моем отражении показалось странным и заставило меня задуматься.

С тех пор, как стал подростком, я всегда выглядел немного старше своих лет, даже если был свежевыбрит. Однако, когда впервые за долгое время у меня появилась возможность рассмотреть здесь свое лицо, то своё отражение я не узнал. Особенно сильно изменились глаза, взгляд был сильно повзрослевшим и немного уставшим.

Это меня озадачило, но вместе с тем, новый образ мне пришёлся по вкусу. Из зеркала на меня смотрел человек, который явно чувствовал себя в своей тарелке и был намного увереннее в себе, чем тот Макс, который работал в часовой мастерской и был озлоблен на весь мир. Раньше я не мог себе представить, как можно жить без телефона и других благ цивилизации: бытовой техники, транспорта, удобной одежды. А о том, что у меня появятся сразу две охренительно красивых жены, никогда даже не мечтал. Хорошо хоть к ним в комплекте не достало две тёщи.

И тут я понял, что меня изменило. — Счастье. Я просто впервые за все эти прожитые годы почувствовал себя любимым и по настоящему счастливым.

Шелли в комнате не оказалось. Я вышел из нашей спальни, прошел по анфилладе коридора и даже дошел до лестницы, ведущей на первый этаж, каким-то чудом ни разу не заблудившись в поместье, которое с недавних пор мне принадлежало. Выйдя на улицу, сорвал из первой попавшейся вазы яркий экзотический цветок и пошел дальше, прокручивая его в своих пальцах.

Ну и что, что я шел и насвистывал, как влюбленный идиот? Вокруг все равно не было никого, кто мог бы меня услышать.

— Доброе утро, господин, — поздоровалась экономка-барсучиха. Она суетилась возле каретного сарая, контролируя погрузку сундуков и мешков, которой занимались несколько слуг.

— Здравствуйте, Дороти. Чем могу помочь? — огляделся в поисках работы, за которую можно было взяться, но к тому моменту, как вышел из дома, они уже почти закончили. — А где Шелли?

— Господин, мы справимся сами, осталось немного, — улыбнулась она. — Госпожа Шелли пошла в конюшню, проверить пегасов, вернется с минуты на минуту.

Я гипнотизировал взглядом конюшню, пока из нее не показалась огненно-рыжая грива. Шелли вывела из задней части здания Метеора. Чем ближе они ко мне подходили, тем больше я улавливал его нервозное беспокойство. К тому моменту, как они подошли к нам, я уже чувствовал себя так, будто под кожей копошатся муравьи. Все мысли пегас вытеснил образами красивой, белой кобылки, которые он ежесекундно посылал мне в голову.

— Что происходит, Метеор? Прекрати сейчас же, — застонал и потер разболевшуюся голову. Было такое ощущение, что он орет мне в уши. Несмотря на просьбу, образ Победы продолжал беспрестанно вспыхивать в моей голове. — С твоей возлюбленной все будет в порядке, приятель, обещаю. Мы заберем ее в Медвежий угол, как только приведем в порядок конюшни, пока они для нее недостаточно хороши. Потерпи немного и всё будет.

— Пегас гордо вскинул голову, топнул копытом и, фыркнув, гордо расправил свои яркие крылья.

— Когда конюшни будут готовы, мы пошлем за ней, обещаю тебе. Пока там есть место только для тебя. Ты же не хочешь, чтобы Победа провела ночь на сквозняке и сырости? — заверила его Шелли, а потом, закатив глаза, обратилась ко мне. — Ты не поверишь, но Победа устроила такую же истерику.

Высокомерный зверь, обдумав ее доводы, засвистел и тряхнул черной гривой, соглашаясь со словами моей жены. Дальше все пошло как по маслу. Ничуть не сопротивляясь, мой пегас дошел до кареты и позволил конюхам надеть на него упряжь.

Все было готово к отъезду. Мы с Шелли сели в экипаж и, доехав до больших ворот, помахали в окошко Дороти и остальным слугам, которые не двинулись с места, пока мы не скрылись из виду. Наконец-то мы ехали домой.

Хотелось поскорее стереть из памяти все воспоминания об Адлере Бёрнсе и всех бесчинствах, которые он творил в этом поместье, поэтому Орлиное гнездо нужно было срочно переименовать. Не хотелось называть его гостевым поместьем или поместьем номер два, но никаких дельных идей у меня пока не было. Я решил оставить эту мысль на некоторое время и вставил цветок, который сорвал на выходе из дома, в причёску Шелли.

— Ты уверена, что ничего не забыла, — спросил у неё спустя час нашего путешествия.

— Да, упаковала все, что, по моему опыту, может пригодиться в доме, — ответила она, развернувшись на сиденье полубоком, чтобы лучше меня видеть, и поджала ногу. — Эти вещи почти не использовались в Орлином гнезде, поэтому я забрала их с собой. Пока мужчины будут заниматься ремонтом построек, мы с Ритой попробуем навести порядок внутри поместья. Еще я много думала о том, где лучше посеять семена для твоего кофе. Кажется, ты говорил, что рядом с поместьем есть три поля?

— Да, насколько помню. Два восточных и одно западное, — пытался восстановить в памяти карту своих земель. У меня был какой-то сумасшедший темп жизни: демоны, королевские приемы, поединки, набеги на древние руины, скачки. Я толком-то и не успел осмотреть свои владения. — К югу от дома тоже есть пастбище, Бруно пасет там несколько поросят. В той же стороне находится небольшая часовня и мельница.

— Нужно как можно скорее посадить семена и подумать, как ускорить их сбор и обжарку, — рассуждала Шелли. — Впрочем, какое поле мы выберем — не так уж и важно, если все равно собираемся построить там стеклянный дом, в котором растения будут цвести даже зимой.

— Ты имеешь в виду теплицу? — поправил ее, ткнув пальцем в аккуратный носик.

— Название не имеет никакого значения, главное, что там можно будет выращивать твой кофе весь сезон без перерывов, — с притворным раздражением она увернулась от моей руки.

— Что ж, похоже, у тебя есть план и больше я в него не лезу, — ее реакция меня позабавила. Шелли всегда была рада подурачиться, но когда дело касалось работы и прибыли, она становилась слишком уж серьезной. — Шелли, ты теперь Босс этого проекта и полностью за него отвечаешь, но если нужна будет помощь, обращайся, я сделаю все, что будет в моих силах.

— Босс? Не уверена, что правильно понимаю значение этого слова, но мне нравится, как оно звучит, — довольно рассмеялась супруга и обхватила мое лицо теплыми ладонями. — Ты не должен был бриться из-за меня.

— А ты здесь ни при чем, я сделал это из чистого эгоизма, — притянул ее поближе к себе.

Совершенно неожиданно карета сильно накренилась и резко остановилась, отчего мы рухнули вместе на пол. Метеор засвистел и судя по тому, как неспокойно мне стало, он был очень чем-то встревожен.

Глава 19

— Что происходит? — испуганно воскликнула перепуганная Шелли. Я помог ей подняться и сесть на место.

— Пока не знаю, — крепко сжав рукоять своего меча пошел к двери, чтобы выбраться из кареты. — Оставайся здесь и не выходи на улицу, ни при каких обстоятельствах. Я пойду посмотрю, что там случилось.

Распахнув дверцу, спрыгнул на землю и сразу обнажил свой клинок. Пегас взволнованно фыркал и переминался с ноги на ногу. На первый взгляд ничего подозрительного вокруг не было, я обошел повозку и подошел к Метеору.

— В чем дело, приятель? — погладил его свободной рукой, а сам продолжал осматриваться по сторонам. Мы заехали в довольно густую рощу, человеческому глазу сложно было рассмотреть там что-то, но вполне возможно, что за деревьями притаилась опасность, которую чувствует умное животное.

— Макс? — Шелли выглянула в окно кареты. — Что случилось?

Ответить я не успел, потому что где-то неподалеку раздался пронзительный вой, исходящий из самой земли.

Отблески золотистого солнечного света, которые кое-где пропускала крона деревьев, стали кроваво-красными, и земля задрожала у нас под ногами. Все эти признаки могли говорить только об одном.

Проклятые демоны.

— Вернись внутрь! — на эмоциях рявкнул супруге, потому что сразу в трех местах земля вздыбилась, и с поразительной скоростью из сырых комьев стали формироваться уродлевые твари с жуткими челюстями и щупальцами. Не скажу, что скучал. но давненько я не видел здесь этих тварей.

Демоны были небольшими, но, как мы уже успели выяснить, меньше — не значит лучше. Даже в самом из них злобы и ненависти было предостаточно. По моему опыту, как раз-таки мелкие были самыми сообразительными, а еще их щупальца были снабжены смертоносными, ядовитыми шипами. Испытывать на себе действие этого яда не было ни малейшего желания.

— Да твою ж мать! — вырвалось у меня, когда один из гадов бросился вперед на всех шести конечностях. Он попытался цапнуть Метеора за ногу. — Быстро назад!

Я преградил путь мелкому ублюдку и мощно пнул его в уродливую морду ногой в крепком ботинке. С яростным воем демон отлетел назад и приземлился на спину.

Когда он перевернется и снова бросится на нас — всего лишь вопрос времени, поэтому быстро подбежал и вонзил меч в его сердце. Демон осыпался мелким пеплом. Это было просто, кажется тренировки не прошли для меня зря. Я мысленно поздравил себя с этим успехом. Конечно, один монстр — это сомнительное достижение, но в следующий раз, когда небо снова зальет этот жуткий алый цвет, он уже точно не вернется.

Чёрт!

Пока радовался, второму демону стало очень любопытно, что находится внутри кареты. Он скреб по двери щупальцами и своими безобразными конечностями.

— Эй! — заорал на него и направился к нему с мечом наготове. Подойдя достаточно близко, врезал увесистой рукоятью по тупой башке. Есть попадание!

Демон обиженно взвизгнул и отшатнулся. Он больше не пытался попасть внутрь, и это уже было неплохо, но нужно было отогнать его как можно дальше, а лучше — убить. Я рубанул мечом и демон отскочил в сторону, туда, куда несколько мгновений назад сильным пинком Метеора был отброшен его приятель.

Пока они барахтались в пыли, я начал судорожно соображать, что же мне делать дальше. Если к ним демонам прибудет подмога, один я не справлюсь, нам тоже потребуется помощь. Я подошел к коню и позвал Шелли.

— Помоги мне расстегнуть сбрую, — скомандовал, когда она выбралась из кареты и подбежала к нам с Метеором. Подцепив ремешки пальцами, мы стали трясущимися от адреналина руками расстегивать снаряжение, которое удерживало пегаса на земле. Можно было бы посадить жену на Метеора, но она с повреждённой ногой далеко на нем не уедет. А если я оставлю пегаса в упряже его могут запросто сожрать демоны. Да и пока опасность не такая серьёзная, с парой демонов я справлюсь легко.

Когда мы освободили Метеора, я передал ему образ Риты через нашу мысленную связь и похлопал по крупу.

— Если дома спокойно, привези ее! Нам нужна помощь! — крикнул в след, а потом загнал жену обратно в экипаж, потому что демоны активизировались и начали своё наступление. Эта парочка стала плечом к плечу, они оба рычали и размахивали всеми своими конечностями, попутно стряхивая в мою сторону зловонный яд со своих щупалец. Представив, что это просто очередная тренировка с Ритой, я умело уворачивался от летящих с шипением комков кислотного гноя.

Не знаю, была ли у демонов какая-то связь и могли ли они общаться между собой или просто бестолково визжали, но в какой-то момент твари решили окружили меня с двух сторон. Так что пришлось мне пришлось делить внимание между двумя противниками.

Мне приходилось уворачиваться и отражать атаки сразу по двум фронтам. Эти сволочи как будто играли со мной в кошки-мышки. Как только я приближался к одному из них, чтобы нанести удар, другой демон бросался на меня или делал какой-то выпад, мешая завершить нападение.

Снова раздался вой и задрожала земля, это явно говорило о том, что где-то рядом лезут новые твари. Ну только этого нам не хватало! Нужно было поторопиться и разделаться с этими, пока до нас не добрались их собратья. Еще несколько не вывезу при всем желании.

— Эй, красавчик! — раздался крик из экипажа и что-то пролетело мимо меня, задев по касательной плечо, в монстра, который собирался наброситься на меня.

Демон мерзко завизжал, Шелли угодила чем-то тяжелым ему прямо в глаз. Следом в него отправился второй снаряд. Этого отвлекающего маневра оказалось достаточно, чтобы занять одного из врагов, а я смог выкрутиться и прикончить второго демона.

Он так настойчиво нападал на меня, долгое время не получая ощутимого ответа, что совсем забыл об осторожности. Одним взмахом меча отсек ему две верхних конечности, а из ран твари вместо крови стал высыпаться тончайший пепел. И пока он был занят оплакиванием своих «рук», я быстро его прикончил, в один прыжок оказался с ним рядом и вонзил ему меч прямо в сердце.

Демон с шипением рассыпался прахом, а я развернулся к оставшемуся, чтобы проделать с ним то же самое. Учитывая, что у демонов не хватило ума убить меня, пока они оба были живы, это не должно было для меня стать сложной задачей.

Однако так и не начал атаку. Пока я сражался Шелли вышла из нашей кареты и, стояла сейчас лицом к лицу с монстром. Она бросала в него какие-то камни, не давая твари даже опомниться. Белая накидка у неё за спиной развеваласьмсловно крылья, делая Шелли похожей на чертовски красивого ангела-мстителя. Глаза супруги метали свирепые молнии, лицо было решительным и сосредоточенным. Даже несмотря на то, что демон мог в любой момент броситься на нее, она бесстрашно стояла на месте и упрямо чего-то ждала.

Демон заревел и сделал шаг вперед, но быстрее, чем я успел моргнуть, моя жена с громким криком бросила очередной камень, который попал прямо в его глотку. Зверь даже не понял, что произошло, широко раскрыв рот, он завизжал, а Шелли отправила туда еще парочку.

Демон жутко захрипел, закашлялся и стал похож на кота, который пытается выблевать клок собственной шерсти. Это зрелище было бы очень комичным, если бы никак не угрожало нашим жизням.

Воспользовавшись моментом, отсек уроду голову.

Несмотря на то, что я не взывал к древней магии, таившейся в моем оружии, клинок был очень острым. Сет проделал такую качественную работу, что лезвие резало живую плоть так же легко, как горячий нож — масло.

— Вот и все, — заключил я, когда с краев раны начал осыпаться пепел, и вонзил меч ему в сердце, чтоб уж наверняка.

Закончив, повернулся к жене, которая оказалась не такой уж и беззащитной. Ее способность кидаться камнями поразила меня. Я окинул ее внимательным взглядом, убеждаясь что она цела и в порядке.

Нас снова подкинуло от очередного воя, что шёл из-под земли. Вот чёрт, ещё одна волна. Да сколько же их там? Да и Шелли моя, хоть внешне и кажется нежным цветком, на деле, та ещё воительница, но оружия у неё кроме камней ничего больше нет. А ослепительной улыбкой тварей не убить.

— Максим, где мы сейчас находимся?

— Недалеко от Медвежьего угла. Нам нужно сойти с главной дороги и двигаться в сторону дома. На открытом пространстве мы для демонов слишком легкая добыча.

— А как же экипаж? — типичный финансист, что трясётся о каждой копейке забывая о собственной жизни и безопасности…

— Если демонов будет очень много, они нас просто убьют, оставим его пока здесь, а когда всё это закончится, — то вернёмся. Нет, надо было сразу оседлать Метеора и улетать в поместье.

Земля вздрогнула от очередного воя, еще два демона появились рядом с нами и начали обретать форму.

Если мы, конечно, тут не умрем из-за моей глупости.

Но об этом думать не стоило. Нужно было сосредоточиться на том, чтобы сохранить наши жизни и выбраться из этой передряги.

Жуткие вопли демонов разносились по всей округе.

Пока они не материализовались полностью и не пришли в себя, мы споро нырнули в лес. Под их кошмарные вопли мы углублялись в чащу, эхо визгов рикошетило от деревьев, из-за этого казалось, что мы окружены. До моего поместья оставалось чуть меньше пяти километров, должны прорваться.

— Макс, подожди! — жалобно позвала супруга. Развернулся, держа меч наготове, но поблизости не было ни одного врага. Только моя жена, прислонившаяся к дереву. Поврежденную ногу она приподняла над землей на несколько сантиметров. — Моя… — всхлипнула она. — Моя лодыжка… Наверное, перегрузила ее, пробираясь через корни деревьев и камни.

— Иди ко мне, — повернувшись к ней спиной, присел, чтобы она могла забраться мне на спину. Шелли, зацепившись ногами и руками, повисла на мне, как рюкзак. — Сейчас побегу, так что держись покрепче, ладно?

— Хорошо, — согласилась девушка, и ее руки плотным кольцом сжались вокруг моих плеч. Подкинув ее повыше, подцепил под колени и быстрым шагом двинулся туда, где, судя по плеску ручья, находилось наше поместье.

Насколько мне было известно, единственный ручей во всей округе как раз проходил через Медвежий угол. Если найдем его, то с течением воды как раз придем к воротам моего поместья. Я очень надеялся, что моё поместье находится под надежной защитой Богини Солнца. Я чуть не откинулся, пытаясь заменить тот светильник, поэтому будет очень обидно узнать, если это было напрасно.

Да и мне очень хотелось, чтобы все жители Медвежьего угла находились в полной безопасности и им ничего не угрожало.

Наконец появилась возможность это проверить, потому что я нашел ручей и ускорил свой бег.

— Макс! — в ужасе завопила Шелли. — Посмотри налево.

— По ту сторону ручья были разъярённые демоны. Десятки глаз уставились на нас сквозь красноватый сумрак. И хотя на спинах у этих ребят были щупальца, прямо как у осьминогов, было видно, что купаться они не собираются. Я уже десяток раз пожалел, что так опрометчиво отпустил Метеора.

Сейчас у меня была надежда только на этот ручей. Бруно рассказывал, что впервые демоны пришли из пресного океана и чуть не уничтожили всех жителей Ашена. Но Богиня вмешалась и наделила некоторых людей способностью противостоять этим тварям. Это потом уже она залила водоемы своими слезами, и они стали солеными. Так, может, демонов, которые привыкли к чистой воде, сдерживает солёная вода? Ну если вспоминать поверья, то круг из соли, считается надёжной защитой от злых сил.

Как бы то ни было, но они действительно не решались перейти эту границу, и я не собирался задерживаться и выяснять, как долго ручей сможет их сдерживать. — Вперёд!

На бегу я думал, что, может быть, стоит окружить поместье чем-то вроде рва, который заполнится водами ручья. Если в этом будет какой-то смысл.

В любом случае то, что демоны не пытались перебраться через солёную воду было каким-то подарком судьбы, потому что уйти от них с ценным грузом было не так-то просто. Шелли ни в коем случае не была тяжелой, но даже такой небольшой вес шаг за шагом снижал мою выносливость.

— Мы можем немного отдохнуть? — со слезами в голосе спросила она. — Нога невыносимо болит из-за того, что болтается в воздухе.

Я немедленно остановился, услышав в голосе боль, которую она скрывала от меня до последнего. Усадил ее на поваленное бревно, чтобы Шелли могла вытянуть ногу и положить ее на лежащий рядом валун.

Прислушиваясь к окружающим звукам, я хватался за меч при малейшем хрусте веток. Нога Шелли распухла, видимо из-за того, что ничем не была зафиксирована. И она действительно перегрузила ее. Не способствовало выздоровлению и то, что на каждый шаг она подпрыгивала на моей спине, в то время как ей нужен был полный покой. Да и кто знает, как долго она терпела дискомфорт.

— Что будем делать? Попробуем сообразить какую-то повязку или сможешь дотерпеть до дома? — казалось, что этот красный свет не собирается рассеиваться, и от этого было жутковато.

— Не хочу здесь задерживаться, — Шелли подпрыгнула и чуть не свалилась с бревна от пронзительного воя.

— Уверена, что выдержишь? — атмосфера была такая, что волосы на затылке вставали дыбом.

— Да, — я помог ей встать, однако до того, как успел развернуться к ней спиной, что-то крепко обхватило мою голень и резко дернуло, повалив на землю, как мешок с картошкой.

— Макс! — вскричала испуганная супруга.

Глава 20

Перевернувшись на спину, я увидел жирного коренастого демона. Он стоял так крепко, ноги, словно корни дерева, вросли в землю, и извивающимися щупальцами тащил меня на себя. Судя по разинутой пасти, истекающей вонючими слюнями, он собирался сожрать меня, а потом, возможно, и Шелли.

Таких я еще не видел, щупальца росли не только за спиной, а еще и изо рта, как раз одним из них он обхватил мои ноги.

Размерами он тоже отличался от тех, что я видел раньше. Этот был таким здоровым, что с легкостью перекусил бы пополам фонарный столб.

Как рыбу, пойманную на крючок он тащил меня все ближе и ближе к хищным зубам.

Мне крайне не хотелось стать его обедом, поэтому потянулся за своим мечом, но он оказался подо мной, поэтому пришлось повозиться и перевернуться на бок, чтобы высвободить клинок из ножен.

Только со второго раза мне удалось перерубить жирное щупальце, которым демон подцепил меня. Он завыл, засасывая поврежденный придаток обратно в зияющую пасть.

Сильным ударом мне удалось перерезать жирное щупальце, привязывавшее меня к существу, и оно завыло, засасывая остатки своего искалеченного придатка обратно в зияющую пасть.

Сильным ударом мне удалось перерезать жирное щупальце, привязывавшее меня к существу, и оно завыло, засасывая остатки своего искалеченного придатка обратно в зияющую пасть.

— Это что-то новенькое, — проворчал себе под нос. Вскочив на ноги, полоснул мечом по его брюху, чтобы прикончить ублюдка. Но этого оказалось недостаточно, сразу он не сдох. Внутренние органы вывалились и рассыпались по земле зловонной кучей. Запах был похлеще, чем от мусорного бака рядом с моим домом, а я-то думал, эту помойную жижу ничем не перебить. От него заслезились глаза и сработал рвотный рефлекс. А этот урод продолжал извиваться, готовый в любой момент нарастить новые кишки.

Чтобы предотвратить это, я добил его ударом меча в сердце, и визжащая масса из лап и щупалец наконец рассыпалась прахом.

— Макс! предупредила Шелли, указывая мне за спину. Наклонившись, она подбирала с земли камни. Там демоны, которых раньше останавливала соленая вода, додумались перебраться к нам по валунам, торчащим над потоком воды.

Жена с поразительной меткостью бросила первый камень, угодив одному из демонов в голову. Он потерял равновесие и упал с плеском и разъяренным воплем. Ручей подхватил его и понес по течению. Остальные его собратья даже не обратили внимания на павшего товарища, они продолжали двигаться вперед, несмотря на точные попадания снарядов Шелли.

Один из демонов решил, что он подобрался уже достаточно близко и больше нет необходимости осторожничать. В один прыжок он оказался на нашем берегу и поскакал в сторону моей жены. Я побежал к ней на помощь.

— Шелли! — он прыгнул на нее, она упала с бревна, но успела откатиться в сторону. Монстр, который вместо добычи поймал лишь воздух, рассвирепел и пронзительно завизжал. — Не смей трогать мою женщину, ублюдок!

Демон, не обращая на меня никакого внимания, снова приготовился напасть не нее. Он уже был готов к новому прыжку, когда я подбежал к нему и рубанул мечом вдоль спины.

Все его серо-зеленые щупальца упали на землю, пару секунд поизвивавшись, они обратились в пепел. Разъяренный демон мощной лапой оттолкнул меня в сторону.

Меч куда-то отлетел, чудовище повалило меня на землю.

— Макс! — закричала Шелли и запустила камнем в голову моего противника, пока я яростно боролся, чтобы его щелкающие челюсти не растерзали мне глотку.

— Ааааааа! — внезапно воздух разрезал знакомый боевой клич. Клянусь, в тот момент мне казалось, что я не слышал звука прекраснее, чем вопли Риты во время боя. Она еще даже не спустилась на землю, но уже ворвалась в схватку.

Один из ее метательных ножей вонзился демону прямехонько между глаз. Заминки, которая за этим последовала, мне оказалось достаточно, чтобы сбросить с себя эту тушу.

К тому моменту, как я поднялся на ноги, Рита решительно спрыгнула со спины Метеора. Едва коснувшись ногами земли, она уже вытащила из ножен свой меч, и была готова к схватке.

Я же, быстро отыскав глазами свой меч, побежал за ним, чтобы закончить то, что начала моя первая жена, и пронзил сердце демона, который, жалобно повизгивая, пытался вытащить нож из своего тупого лба.

Как же я был рад увидеть Риту! Хотелось обнять ее, сказать, что ее роскошная задница выглядит потрясающе в этих облегающих штанах, сделать комплимент ее боевым навыкам — отточенными до совершенства движениями она вывела из строя еще одного урода.

Однако воссоединение и восторги пришлось отложить, потому что все больше и больше демонов набирались смелости, чтобы пересечь реку.

Шелли, несмотря на поврежденную ногу, поднялась с земли и помогала удерживать этих тварей на расстоянии, бросая в них камнями. Но на место каждого демона, которого ей удавалось отправить в плавание, тут же приходил новый, готовый занять его место. Мы делали все, что было в наших силах, но на нашем берегу их скопилось уже пятеро.

Метеор тоже помогал. Стоя на передних ногах, задними копытами он брыкался и запускал в свободный полет тех тварей, которым не повезло оказаться в пределах его досягаемости, но в конце концов их стало так много, что он не мог уследить за всеми.

— Все, спина к спине! — крикнул Рите и взмахом клинка отсек шипованное щупальце, нацелившееся ей в шею.

Но команду мою все восприняли на свой счет. Все мы, вчетвером, образовали плотную связку. Вокруг нас сжималось кольцо из десятка демонов.

— Макс, что нам делать? — Шелли с яростью, о которой я даже не подозревал, бросила еще один камень. Отскочив от черепе демона, он упал на землю. Тот, казалось, даже не заметил его и продолжил двигаться вперед вместе с остальными.

— Шелли, забирайся на Метеора и летите в Медвежий угол, — приказал я. — Мы с Ритой вернемся, когда все закончится.

— Я не оставлю вас здесь! — возмутилась она, как будто одна мысль об этом была для нее оскорбительна. — В любом случае с больной ногой я не смогу ехать верхом, так что тебе придется смириться с моим присутствием, Макс Медведев!

Метеор тоже фыркнул, как будто полностью с ней согласен и не собирается бросать нас, нравится мне это или нет.

— Ладно, тогда нам нужен другой план… — которого у меня, конечно же, не было. Так. Напряги мозги, Медведев. На автомате я отсек очередное щупальце, которое подобралось к нам слишком близко. — Шелли, постарайся целиться в глаза, это самое уязвимое место. Мы с Ритой постараемся оттеснить их обратно к ручью. Метеор, нам нужно место для маневра, справишься?

Я послал пегасу мысленный образ того, что по моему представлению, ему нужно было сделать. Он решительно топнул копытом, показывая таким образом, что не подведет нас.

Места для разгона у него не было, поэтому выжав максимум из своих возможностей, он, как огненный шар, рванул вперед и прорвал кольцо, столкнув нескольких демонов в реку.

— Вперед! Быстро! Если мы не надерем им зад, это сделают они! — возглавив атаку я вырвался из окружения через брешь, которую пробил Метеор. Мы больше не были окружены, а это уже половина успеха. Мы с Ритой сразу стали навязывать тварям свои правила игры. Медленно но верно в ходе сражения мы двигались к воде.

Похоже, у этих тупиц все-таки есть что-то типа коллективного разума, потому что один из них, справа, сделал выпад в мою сторону, но это был лишь отвлекающий маневр. Настоящая угроза находилась слева, там одна из тварей уже держала наготове щупальце, усыпанное шипами. Но я не оставил ему даже крошечного шанса на завершение маневра. Переведя защиту в нападение, как учила Рита, отсек смертоносную конечность.

Пока он визжал, я не терял времени даром и ринулся на него, с тошнотворным хлюпаньем вонзая меч в сердце демона.

Совершенно неожиданно раздался треск веток, за которым последовал громкий вой.

Этот вой, однако, сильно отличался от демонических криков. Он явно принадлежал человеку. Только непонятно было, на руку ли нам это, или придется сражаться еще и с недоброжелателями, которые, воспользовавшись ситуацией, решили напасть на нас.

Дальше мы услышали душераздирающий вопль и свирепое рычание.

— Ррррааарррррр! — Олли, наш гигантский повар-ленивец, прорвался сквозь ветви густо растущих деревьев и оказался на поляне, держа высоко над головой демона. Казалось, что ему не стоило никаких усилий поднять довольно большого монстра и запустить его в реку. Мимоходом зацепив за собой еще одного, он с визгом плюхнулся в воду. Обоих сразу унесло течение.

Следом за Олли в нашу заварушку ворвались еще двое. Один повыше, другой — на порядок ниже первого, в смешной кепке. Оба были похожи на енотов: отчетливые темные круги вокруг глаз, белые брови, полосатые хвосты, заостренные черные уши.

Они были вооружены лопатой и садовой мотыгой и размахивали этими орудиями труда направо и налево, отбиваясь от демонов, пока те тявкали и повизгивали. Видимо, наш призыв на помощь застал их за работой.

Благодаря этому неожиданному подкреплению, нам удалось быстро сломать и рассеять ряды демонов. Четверо оставшихся были изолированный друг от друга, они больше не могли координировать атаки и нападать толпой.

Монстр со слезящимся глазом, — видимо, Шелли постаралась — которого я взял на себя, зарычал и бросился на меня, вложив в этот прыжок все силы, как загнанное животное, отчаянно бросающееся на обидчиков в последний раз.

Тик. Тик. Тик.

Я сильно удивился, почувствовав, что время остановилось. Хотя от смертельной опасности меня отделяли считанные секунды, у меня еще была возможность увернуться. Конечно, летящего волосатого демона, одержимого желанием разодрать меня на части, можно было расценить как критическую ситуацию, но раньше я бывал в передрягах и похуже. Поэтому тот факт, что сработал временной транс, сильно удивил меня.

Как бы то ни было, я не собирался возмущаться и искать причины, наоборот, был крайне благодарен за этот подарок судьбы и постарался ухватиться за это ощущение и продлить его.

Тик. Тик. Тик.

Демон все еще висел в воздухе. Сделав шаг ему навстречу, я взмахнул мечом и разрубил его пополам. Транс закончился. Части его тела разлетелись в разные стороны и осыпались на землю двумя горстками тлеющего пепла.

Со смертью этого чудовища красное солнце быстренько собрало свое гнетущее кровавое покрывало и смылось, уступив место обычному, золотистому и теплому. Окружающий пейзаж заиграл привычными красками.

Те демоны, которых я не успел обратить в пепел, остались на своих местах, превратившись в землю, из-за этого ровная поляна стала бугристой. А тех, кого все-таки удалось добить, сдул теплый ветерок, пронесшийся по долине, как будто сама мать-природа хотелась поскорее избавиться от противоестественных следов демонического нашествия.

Опасность, которая угрожала нам всего несколько мгновений назад, испарилась, как будто ее никогда и не существовало.

Я сощурился от ослепительного света.

— Все кончено! — радостно визжала Шелли, привлекая мое внимание. Обе мои жены стояли измученные, в ссадинах, но в целом без видимых серьезных повреждений.

Рита вложила меч в ножны, я последовал ее примеру. Встретившись с ней взглядами, бросились друг к другу. Она влетела в мои объятия.

— Без тебя мы бы не справились, — прижал ее к своей груди. Судя по тому, как крепко она меня обнимала, стрессанули не только мы с Шелли.

— Мне еще никогда не было так страшно, как в тот момент, когда Метеор вернулся один во время нашествия демонов, — доверчиво шептала она мне на ухо. Я гладил ее по спине, чтобы унять мелкую дрожь. Адреналин потихоньку отпускал ее.

Не сговариваясь, действуя как единый организм, мы одновременно повернулись к Шелли и притянули ее в свои объятия.

— Ты в порядке? — спросил свою вторую жену, обнимая ее за талию и приподнимая от земли, чтобы уменьшить нагрузку на поврежденную лодыжку, которой явно не могло стать лучше после такой нагрузки.

— Я жива, и все мы невредимы, больше мне ничего не нужно, — сказала она, втискивая миниатюрное тело между мной и Ритой и опираясь на наши руки.

Мне на сто процентов откликалась ее позиция.

Несколько минут мы так и стояли в обнимку, приводя в норму дыхание. Когда сердца перестали бешено колотиться, мы втроем придирчиво осмотрели друг друга, чтобы убедиться, что с каждым из нас все в порядке. Я бы так и стоял с ними в этом лесу, но меня беспокоила нога Шелли. Она болезненно морщилась, нужно было поскорее усадить ее. Поэтому пришлось разорвать наши групповые обнимашки, устроить ее на бревно и положить ногу на валун.

— Что случилось? — спросила Рита с неподдельной тревогой в голосе. Она приподняла ногу своей подруги, села на камень и снова опустила ее, только уже на свои колени.

— О, глупый несчастный случай, о котором даже говорить стыдно, — вздохнула Шелли. Она зашипела, когда Рита ткнула пальцем в опухшую лодыжку. — Боюсь, все стало только хуже.

— С госпожой все в порядке, хозяин? — раздался грубый голос у меня за спиной.

Глава 21

Обернувшись, я заметил Олли и двух мужчин-енотов, которые стояли и терпеливо ждали, пока мы с женами наобнимаемся. Блин, совсем забыл о них. Идиот! А ведь они тоже здорово помогли нам.

Тот из двух союзников, с которыми я еще не был знаком, что пониже ростом, шагнул вперед. Он был очень озабочен здоровьем моей жены. Он воткнул лопату в землю и ждал ответа. Его товарищ держал мотыгу, перекинув ее через плечо, как боевой топорик. До меня наконец дошло, кто это мог быть.

— С ней все будет хорошо, — ответил на вопрос мужчины и протянул ему руку для пожатия. Наверняка это были новые работники, которых повелитель прислал вместе с дарами еще до того, как мы с Ритой отправились в подземелье. Подумав об этом, я осознал, как давно мы покинули дом, и меня потянуло туда с двойной силой. — Ты Ной?

— Вообще-то я Мило, хозяин, — ответил енот на рукопожатие. — А это Ной, мой брат.

Мило прислонил свою мотыгу к стволу дерева, поправил кепку и шагнул вперед, протягивая мне руку.

— Приятно познакомиться с вами, господин Медведев, — голос этого высокого мужчины был настолько же мягким, насколько грубым был голос его брата. — Мы с нетерпением ждали, когда нас представят вам, хозяин.

— Я тоже рад наконец-то познакомиться с вами обоими, — улыбнулся им, потирая затылок. — И давайте сразу договоримся, зовите меня просто Макс, ладно? Вы ребята, очень помогли нам, хотя не обязаны были бежать на помощь. Вы могли бы оставаться в защищенном поместье, пока не закончится нашествие. Если только не… Олли, с фонарями на стенах снова что-то случилось?

— Нууууу… — протянул ленивец своим монотонным голосом, который редко выражал какие-то эмоции.

— С Бруно все в порядке? — серьезно забеспокоился о причинах, по которым они все оставили его одного дома.

— Брууунооооо… — Олли снова начал что-то говорить, но остановился, безмятежно улыбнувшись. Он покачал большой головой вверх-вниз, отвечая таким образом на вопрос. — Все хорошоооо.

У меня до сих пор в голове не укладывалось, что этот безобидный, улыбчивый гигант при необходимости превращался в машину для убийств. Никогда бы не поверил в то, что он может голыми руками разорвать демона на части, если бы сам не был этому свидетелем.

— Тогда почему?.. — начал я, но Мило выступил вперед и прочистил горло, собираясь что-то сказать.

— Прошу прощения, что перебиваю, но хотелось бы, чтобы вы знали. Ваша безопасность и безопасность ваших жен всегда на первом месте. И только потом все остальные, — торжественно изрек он.

— Послушайте, знаю, что здесь так заведено. Грубо говоря, вы все принадлежите мне, и в соответствии с законами Ашена я могу распоряжаться вашими жизнями, как мне того захочется. Но позвольте внести ясность, — я пристально посмотрел в глаза каждому из братьев, чтобы убедиться, что они внимательно слушают, и заговорил дальше. — Вы никогда, ни при каких обстоятельствах, не должны рисковать своей жизнью, чтобы спасти меня. Пока вы работаете на меня, никто не попросит вас об этом.

Братья потрясенно переглянулись и Ной, благодарно улыбнувшись мне, хлопнул своего высокого брата по плечу.

— Я же говорил тебе! — пророкотал он низким голосом. — Все слухи об этом Страннике правдивы.

Ты был прав, Мило, — неохотно признал правоту своего брата Ной, снял фуражку и низко поклонился мне. — Должен принести вам свои извинения Ашер Медведев. Мой брат говорил, что работать на вас будет приятно из-за историй, которые обсуждают на каждом шагу, но я не был в этом так уверен. Говорят, вы вызвали на бой жестокого Ашера только для того, чтобы спасти его жену, потому что он избивал ее и таскал по улицам на поводке. Это правда?

— Так все и было, — сказал, бросив взгляд на свою любимую кошку. Воспоминания о том, как мы впервые встретились, захлестнули меня, отдаваясь тупой болью в груди. Ввязываясь в эту передрягу, я понятия не имел, что мне достанется такое сокровище.

— Тогда прошу прощения за то, что был настроен скептически. Понимаете, трудно в такое поверить, когда остальные Ашеры даже не считают нас за людей. Только что вы убедили меня в том, что бывает и по-другому, — в знак признательности он прижал руку к сердцу.

— Тебе не за что извиняться, — успокоил его. — Мы только сегодня познакомились и у вас не было еще ни одной возможности убедиться в том, что мне можно доверять. Я знаю, какими жестокими бывают Ашеры, поэтому твое беспокойство было совершенно обосновано, Ной.

— Мой брат пытается сказать, хозяин, что нас никто не заставлял, понимаете? — Мило шагнул вперед, успокаивающе выставив руки в сторону Ноя. — Это был жест верности и справедливости. И мы, братья Найтли, предлагаем вам их добровольно.

— Я… очень удивился. Эти люди совсем не знали меня, но были так преданы. И слегка растерялся.

— В этом нет ничего удивительного, дорогой, — сказала Рита из-за моего плеча. Она помогла Шелли подойти к нам поближе, чтобы они тоже могли принять участие в общем разговоре. — Статус — это далеко не единственное, о чем говорят жители острова Сканно о Максе Медведеве.

— Ты-то откуда знаешь? — ущипнул ее за нос и подошел к Шелли, чтобы поддерживать ее с другой стороны. Не припомню, чтобы замечал свою жену за распространением сплетен.

Люди говорят об этом повсюду, а зрительские трибуны во время Александрийских скачек и вовсе были полны сплетен, — парировала она, деловито взмахнув хвостом. — А еще ты устроил для публики настоящий спектакль, обезглавив Адлера Бёрнса. Многие говорили, что ты сделал это, потому что влюблен в Шелли и таким образом спас ее от жестокости мужа, которая ни для кого не была секретом.

— Правда? И с чего они взяли? Я здесь совсем недавно, когда бы мне успеть влюбиться? — хитро улыбнувшись, посмотрел на свою вторую жену. Она едва сдерживала смех.

— Людям всегда нравились истории с романтическими героями, мой милый, — Шелли хотела рукой откинуть волосы назад, но потеряла равновесие и покачнулась. Ей пришлось наступить на поврежденную ногу, чтобы не упасть. — О!

— Иди ко мне, —подхватив ее под колени, взял на руки. — Ты и без того уже перенапрягла ногу, которой нужен строжайший покой. И, кстати, я понятия не умел, что ты у нас такая меткая. Это было потрясающе.

— Спасибо, — она покраснела и обвила мою шею рукой. — Простите, что от меня столько хлопот. Боюсь, травма этой дурацкой лодыжки намного серьезнее, чем я изначально думала.

— Думаешь, это перелом? — спросил, обеспокоенно нахмурив брови.

— Нет, обычный вывих, — сказала Рита, так же нахмурившись. — Но ей действительно нужен покой и лечение, чтобы отек поскорее ушел.

— Мы можем чем-то помочь? — спросил Ной, возвращая кепку на голову. — Кстати, где ваш экипаж?

— Точно! — опомнился я, оглядываясь на дорогу, по которой мы с Шелли сюда ехали. — Нам пришлось оставить его на главной дороге. Метеор!

Пегас присвистнул, когда его позвали, и подбежал ближе. Уткнувшись мордой мне в голову, он взъерошил волосы, выражая так свою привязанность.

— Спасибо, что помог нам, приятель, — он и правда самоотверженно сражался с демонами, поэтому я послал ему несколько ментальных картинок, обещающих, что за помощь его накормят фиолетовыми морковками и хорошенько вычешут. — Ты помнишь, где мы оставили карету?

Метеор опустил лоснящуюся черную голову, как будто размышлял, а потом топнул копытом и уверенно затрусил мимо нас к югу.

— Думаю, ему можно доверять, — заключил я. — Сбруя осталась там же, так что если демоны ничего не испортили, мы запряжем его и сможем добраться до дома.

— Иииидеееем, — сказал Олли и широким размашистым шагом направился вслед за пегасом.

— Мы пойдем вперед и все проверим, — предложил Ной, Мило, кивнув, согласился с ним. Оба брата пошли за ленивцем.

— Теперь мы можем отвезти Шелли в поместье и окружить ее заботой, — мы потихоньку, чтобы не травмировать еще больше пострадавшую ногу, пошли в ту сторону, где оставили экипаж.

Подумав о том, чтобы пройти остаток пути до дома пешком, но решил, что экипаж все-таки поближе, и там мы сможем уложить Шелли так, чтобы лодыжка ее не беспокоила, в карете достаточно длинные сиденья. Да и доедем мы точно в два раза быстрее, Метеор, которому уже обещана награда, уж точно поторопится.

— Как обстояли дела в Медвежьем угле к тому времени, как вы покинули его? спросил у Мило, когда мы их догнали.

— Часть часовни была повреждена, а еще пострадал забор вокруг пастбищ, — с сожалением доложил он.

— Да какого хрена! Мы с Бруно целый день провозились с этой оградой, — вспылил я. — Ладно. А что насчет мельницы? Она работает?

— Крышу нужно будет заменить и можно еще устранить несколько проблем, но они не влияют на работу, это просто эстетический вопрос, — отчитался Ной.

— Это хорошо, сделаем, — мои мысли, обгоняя ноги, уже устремились в поместье. Я шел и думал, что еще нужно было там починить.

Хоть мы и могли теперь позволить себе нанять сколько угодно работников и скинуть все дела на них, но у меня и самого чесались руки. В последнее время темп жизни был таким безумным, что я с нетерпением ждал возможности успокоить сердце и разум созидательным трудом.

— Мило, — позвала Шелли из-за моей спины. Несмотря на то, что этот брат выглядел младше, лидером в их парочке явно был он. — Вы наверняка успели хорошо изучить поместье, на какое из полей, по твоему мнению, падает больше солнечного света?

— Что вы хотите вырастить? — поинтересовался он, пока мы пробирались через густой лес.

— Кофе, — сказала моя жена и, заметив недоумение в его взгляде, пояснила. — Это семена из тех растений, которыми мы кормим пегасов. Знаю, что ваши собратья с острова Ферти одарены по части земледелия, поэтому мы будем рады любым вашим советом.

— Конечно, госпожа, мы с радостью поможем вам, — вмешался в разговор Ной, приподняв кепку за козырек.

— А насколько вы хороши в плотницком деле? — спросил я у них.

Наконец-то показался экипаж, рядом с которым нас ждал Метеор.

— Мы с братом изрядно потрудились над восстановлений многих построек в вашем поместье, если вы об этом, — сказал Мило, раздуваясь от гордости.

— Вы сможете построить большое помещение из стекла, которое будет использоваться для выращивания растений во время холодов? Думаю, Бруно поможет придумать конструкцию, — хотелось понимать, обойдемся ли мы своими силами или придется искать людей на стороне.

— Дом из стекла, как интересно, — задумчиво протянул Ной, потирая подбородок.

— Можно и так сказать, — открыл дверь кареты и мы с Ритой помогли Шелли устроиться поудобнее, пока остальные были заняты, запрягая Метеора.

Рита забралась следующей и аккуратно, с нежностью глядя на мою вторую жену, устроили ее лодыжку у себя на коленях.

— Мы с Ноем обсудим, как это можно устроить, — пообещал Мило, которого явно заинтересовал этот проект. — В ближайшее время мы придем к вам согласовать некоторые замеры и список необходимых материалов.

— Не могли бы вы также проверить, чего не хватает для ремонта в поместье? — попросил их, забравшись в карету. — Когда мы с Бруно чинили забор, ресурсов было крайне мало, и не было никакой возможности их пополнить. Теперь у нас есть золото, и мы можем купить все необходимое.

— Будет сделано, хозяин! — послышался грубый голос Мило, он уже забрался на козлы. Видимо, в этом мире моя просьба называть меня по имени была дикостью, никто не воспринимал ее всерьез. Ладно, по крайней мере в их обращении не было раболепия, которое выстраивало между хозяином и подчиненным четкую дистанцию.

— Да, предоставьте это нам, — поддержал Ной своего брата. — Мы будем счастливы помочь вам.

— Думаю, мы поладим, — добродушно улыбнулся, хоть они меня и не видели. — Напомните мне позже поговорить с вами об устройстве рва.

— Ров? — переспросили они хором.

— Позже. Сначала приедем домой и отдохнем, — сказал я, захлопнув дверь кареты.

Мы тронулись в путь. Олли и Ной шли впереди, расчищая дорогу от упавших веток и мусора, Мило правил экипажем.

Вскоре в поле зрения появился мост, ведущий к поместью, и я с облегчением убедился, что он на первый взгляд казался целым. На его фоне старенькая мельница выглядела совсем печально, соломенная крыша настолько прохудилась, что в некоторых местах зияли дырки.

В остальном все было нормально. Демоны явно не пробрались внутрь, зеленые пастбища не были изрыты, дом, целый и невредимый, стоял на месте. Я был очень рад вернуться.

Еще и таким составом.

— Мы прибыли? — сонно пробормотала Шелли, пробуждаясь от короткого сна, который завладел ею во время нашей короткой поездки. Бедняжка была бледной и измученной. Взглянув на лодыжку, которую разнесло еще больше, я задумался, не пригласить ли нам опытного лекаря, чтобы он осмотрел ее, ведь сами мы могли оказать только первую помощь.

— Да, моя дорогая, — ласково ворковала с ней Рита, осторожно подтягивая ее к выходу.

— Давайте я выйду первым и помогу, — выпрыгнув из экипажа, принял Шелли на руки.

— Макс, кто это? — спросила Рита, когда тоже выбралась и встала рядом с нами.

— Где? — проследив за ее взглядом, увидел человека в плаще.

Он, прихрамывая, поднимался по небольшому склону к каретному сараю, у которого мы остановились.

Первой моей реакцией, продиктованной инстинктами, была защита. Поставив Шелли на землю, я оттеснил обеих жен за спину и обнажил меч.

Человек опустил капюшон. Девушки синхронно ахнули. Мы все узнали его. Но прежде чем кто-то из нас успел что-то сказать или сделать, он протянул руку вперед и без чувств рухнул на землю.

Глава 22

— Сет! — закричала Шелли, когда ее брат рухнул. Он лежал и не подавал никаких признаков жизни. Она ринулась к нему, но я перехватил ее за талию. Мало ли что там. Моя жена вырывалась и кричала. — Сет!

— Подожди здесь, — передал ее в крепкие объятия Риты, а сам побежал к неподвижному телу.

С разбегу я свалился на колени рядом с распростертым по земле молодым человеком, осмотрел его, чтобы оценить ситуацию. Братья Найтли, Мило и Ной, тоже присели рядом с нами. Вместе мы осторожно перевернули Сета на спину.

— Макс? — приоткрыв глаза пробормотал он.

— Да, дружище, это я, — легонько похлопал его по бледным щекам. — Давай, приходи в себя.

Он снова приоткрыл глаза, он в замешательстве смотрел на меня. Вроде и узнавал, но взгляд метался, как в лихорадке, глаза периодически закатывались и закрывались. Он попытался сесть, но вскрикнул от приступа боли и без чувств откинулся назад. Пришлось поймать его за плечи, чтобы не стукнулся головой о каменистую дорожку, только сотрясения нам не хватало для полного счастья.

— Бертрам… Где Бертрам? — он зашипел от острой боли, лицо побледнело еще больше, глаза в очередной раз закатились. Меня это очень напрягало, все было гораздо серьезнее, чем казалось изначально.

— Сет, не проваливайтся, держись… — осекся, потому что почувствовал, как мою тунику пропитывает что-то теплое и липкое. Осторожно опустил его на землю и распахнул плащ, чтобы найти рану, из которой вытекала кровь. У его окровавленного бока уже натекла приличная лужица. — Ооох, твою ж мать. Это выглядит очень, очень плохо. Мило, ты знаешь, где искать лекаря? Сами мы ему вряд ли поможем.

— Прямо сейчас побегу на дворцовую площадь, хозяин, найду и приведу мага-целителя, слышал, он творит чудеса, — подорвался он на ноги, даже не дослушав просьбу.

— Возьми Метеора, — крикнул ему и, сконцентрировавшись, передал пегасу всю важность и срочность вопроса. Оставалось только ждать и наблюдать, как мой новообретенный друг и родственник истекает кровью.

Метеор, к счастью, понял всю серьезность ситуации и, не показывая характера, позволил Мило вскарабкаться на свою спину, встал на дыбы и рванул в безоблачное небо.

— Макс… — задыхаясь от надсадного кашля, Сет открыл глаза и схватил меня за запястье. — Шелли?

— Она в порядке, но обеспокоена твоим состоянием, — Рита все еще крепко держала бьющуюся в истерике Шелли. Я махнул рукой, приглашая их присоединиться. Конечно, была надежда на то, что все обойдется, но если он не дотянет до приезда этого целителя, а я так и не дам им попрощаться, жена никогда не простит меня. Да и ее присутствие может приободрить Сета. — Что с тобой случилось?

— Я навсегда оставил наемников, — сказал он, ухмыльнувшись. Изо рта потекла тонкая струйка крови. Он даже нашел в себе силы посмеяться, но боль в раненом боку заставила остановиться. Мне показалось, что Сет снова теряет сознание, но он отдышался и продолжил. — Так Бертрам не возвращался? Он был со мной в лесу, разозлил лидера клана. Его поймали и привязали к дереву. Хотел освободить его после того как зайдет красное солнце, но… Тьфу!

Мужчина прервался и сплюнул кровь.

— Сет, о, Сет! — рыдала Шелли. Рита помогла ей опуститься на колени рядом с нами. Она убрала черные перья, прилипшие к его лбу. — Что ты натворил на этот раз? Бестолковый ты дурачок!

— Я сделал то, о чем ты так давно просила, — прошептал он, глядя на сестру остекленевшими глазами. — Я ушел от них навсегда.

— О, Сет, Сет, — продолжала причитать моя вторая жена. Она поцеловала брата в лоб, когда тот проиграл битву за сознание со своим ослабленным организмом.

— Мне послышалось или он сказал, что Берти в лесу и ему нужна помощь? — Рита бросила хищный кошачий взгляд в сторону леса, из которого несколько минут назад вышел Сет. — Пойду поищу его.

Еще до того, как она успела встать, я схватил ее за запястье. Вряд ли получилось бы переубедить ее, если она что-то вбила себе в голову, но наставления дать все-таки было необходимо.

— Пожалуйста, будь осторожна. Это тот самый лес, где мы попали в засаду, помнишь?

Кошка дерзко ухмыльнулась и вытащила из ножен две острых катаны.

— Вряд ли я попаду в одну и ту же ловушку дважды. А если они все-таки рискнут напасть на меня — им же хуже. С удовольствием расправлюсь с теми, кто стал причиной слез нашей дорогой Шелли, — глаза Риты горели праведным гневом, этот огонь обещал неприятности любому, кому не повезет оказаться на ее пути. — Мне не нравится, когда обижают моих друзей.

— Мне тоже, — поцеловал ее в лоб на прощание. — Позаботься о Бертраме. А если наткнешься на наемников, убери их. Но будь крайне осторожна.

— Хорошо, любимый, — улыбнувшись напоследок, она рванула в сторону леса.

— С ней все будет в порядке? — тихо спросила Шелли и прижалась к моему боку.

Ничего не успел ей ответить, потому что заговорил Олли. Я дернулся от неожиданности, не видел, что он тоже подошел.

— Риииита злиииится, — мучительно-долго растягивая слова сказал ленивец. Это было настоящим испытанием — ждать, когда он договорит и не перебивать. — Риииита им покаааажет.

— Ты прав, Олли, — улыбнулся я ему. — Наша Рита вполне может постоять за себя, и она вернется раньше, чем мы успеем по ней заскучать. А теперь давайте устроим Сета поудобнее, пока ждем прибытия лекаря.

Шелли в знак согласия затрясла головой, как китайский болванчик. Я помог подняться ей, а Олли аккуратно взял на руки ее раненого брата.

— Где, во имя всего святого вас так долго носит… О, милостивая Богиня! — раздался голос Бруно у нас за спинами. Как только мы к нему повернулись, и он увидел окровавленного Сета и хромающую Шелли, недовольство сменилось тревогой. Я еще ни разу не видел, чтобы его мохнатое лицо так ярко выражало эмоции. — Что случилось?

— Где Рита? — тут же прилетел от него еще один вопрос. Не найдя взглядом своей любимицы, он разволновался еще больше.

— Не волнуйся, — мы наперебой успокаивали его. Знаю, что он относится к ней как к дочери, и уже наверняка прокрутил в голове все самые худшие сценарии. — Рита в полном порядке. Она пошла искать Бертрама в лесу, скоро они вернутся вместе.

— Риииита разозлиииилась, — подтвердил мои слова Олли и медленно кивнул большой головой.

— А это кто? — указал Бруно на бесчувственное тело, которое покоилось на руках у повара. Казалось, что с каждой секундой вопросов у него становится только больше.

— Это Сет, мой брат, — ответила Шелли, всхлипнув. Я подхватил ее на руки. — Он был тяжело ранен, мы послали Мило за целителем, и надеемся, что он прибудет с минуты на минуту.

— О, боже, боже, боже, — суетился и прищелкивал языком Бруно. — Бедного мальчика нужно уложить в теплую постель и напоить твоим бульоном, Олли. Несите его в дом.

— Хозяин, подождите! — окликнул меня Ной, который все это время ковырялся в земле неподалеку. Он подбежал к нам и протянул на ладони пригоршню лишайника, выгоревшего на солнце. — Если заварить этот мох и приложить к ране, он поможет остановить кровь.

— Ты уверен в этом? — переспросил, потому что нихрена в этом не понимаю. Но мне стало немного легче при мысли о том, сколько людей, готовых помочь, находились рядом в эту критическую минуту.

— Да, на острове Ферти мы постоянно делали такие припарки, — уверенно отчеканил он. Ладно, Шелли, вроде, говорила, что все они там знатные ботаники, так что этим ребятам можно было доверять. — Если вы не против, я прямо сейчас пойду на кухню и все подготовлю.

— Спасибо тебе, милый Ной, — Шелли чуть снова не расплакалась от признательности, но сдержалась, она положила руку на плечо слуги, который предлагал бескорыстную помощь. — Мы будем очень благодарны, если ты сделаешь это.

— Для меня это величайшая честь, госпожа, — торжественно ответил он, перехватил ее изящную ручку, по-джентельменски поцеловал пальчики, и убежал делать свою хваленую припарку.

— Посмотри на всех этих людей, которые помогают нам, — заметил, пока мы шли к особняку, чтобы успокоить жену, потому что ее тихая истерика начинала набирать новые обороты. — С Сетом просто не может случиться ничего плохого.

— Ты правда так думаешь? — Шелли икнула, она задышала чуть ровнее, но слезы все равно безостановочно текли по ее лицу.

— Если он хоть немного похож на меня, то наверняка до последнего будет сражаться с армией безумных мертвецов, которые пытаются затянуть его в свои ряды. И будет биться до последнего, лишь бы вернуться к тебе. Если мои слова тебя не успокаивают, вспомни о том, что твой брат любит тебя больше всего на свете. Он сильный, здоровый мужик, выкарабкается, — поцеловав ее в висок, почувствовал, как она немного расслабилась.

— О, Макс, я просто не знаю, что буду делать, если Сет не выживет, — доверчиво прошептала она, уткнувшись лицом мне в шею.

— Мы обязательно поставим его на ноги, — заверил ее, когда мы уже переступали порог дома.

— Добро пожаловать домой, Макс! О… — Грэг, который мчался по коридору нам навстречу, как маленький, неуклюжий, жеребенок, резко затормозил и стушевался под неодобрительным взглядом Бруно. — Что слу…

— Не сейчас, молодой человек, — перебил его управляющий строго, но совершенно беззлобно. — Сходи к Ною, он на кухне, и спроси, нашел ли он все необходимое для приготовления припарки. Если нет — помоги. Потом набери чистую, теплую воду в кувшин, возьми чистые полотенца и принеси все это в покои для гостей. А затем сбегай в кладовую и подбери для нашего раненого гостя чистую, мягкую одежду, которая не будет стеснять его движений.

— Будет исполнено в лучшем виде, — отсалютовал мальчик и убежал выполнять все поручения.

— Хозяин, госпожа Шелли, — обратился к нам Бруно. Этому человеку, который фанатеет от церемоний и условностей, бесполезно говорить, чтобы он звал меня по имени, но когда-нибудь я его дожму. — Мы с Олли позаботимся о господине Сете, а вы пока отдохните. Мы привели в порядок ваши апартаменты, хорошо убрались там, обставили кое-какой мебелью. Вы не узнаете свои покои, они очень изменились с тех пор, как вы заходили туда в последний раз. Если вам что-то потребуется, сообщите мне, все сразу будет исполнено.

— Вы успели отремонтировать ее, пока нас не было? — удивился, пытаясь представить, как могла бы выглядеть моя скромно обставленная спальня.

— Немного, — рассказывал бруно, перекатываясь с пятки на носок. — После того, как вы спасли дочь нашего повелителя, он не поскупился на дары. Среди вещей, что он отправил нам, было новое постельное белье, изысканная одежда, которые больше подходят к вашему статусу, чем то, что могли предложить мы. К тому же я достал из закромов кое-какую мебель и ценные вещи, которые мне удалось спрятать от разорителя-Дуэйна. Мило и Ной утеплили окна. Надеюсь, вам понравится. Это старое, продуваемое сквозняками место, действительно постепенно становится уютнее.

— О, это правда здорово, — мы направились к главной лестнице, ведущей на этажи со спальнями. — Вы хорошо постарались. Впереди у нас еще много работы, но за то короткое время, что нас не было, дома стало намного уютнее.

Это было чистой правдой.

Когда я впервые приехал в это поместье, потерянный и слабо соображающий, что вообще происходит, со своей первой женой, этот дом выглядел пустым,можно даже сказать заброшенным. Нас встретили только голые стены. Практически все, что могло вызвать интерес на рынке, было распродано, чтобы Дуэйн мог расплатиться с долгами. Единственным местом, где не царило запустение, был склад с оружием, этот парень явно боялся потерять свой статус Ашера. И не удивительно, что от так волновался о своей жалкой жизни, учитывая обстоятельства, при которых все это ему досталось. Старого Круга так звали не просто так. Он реально был старым и не особо-то держался за жизнь. Бруно рассказывал, что их поединок даже нельзя было так назвать, у бедняги не было сил сопротивляться.

Но в последнее время нам улыбалась удача, поэтому в Медвежий угол потихоньку возвращалась жизнь.

Пока нас не было, ребята, наверное, скребли, мыли и терли даже ночью. Из коридоров исчезла пыль и грязь, а на окнах висели занавески, которые добавляли сто очков к уюту. Яркие пятна на выгоревших стенах кричали о том, что нужно повесить на пустые места картины, но я был уверен, что мы все это сделаем со временем. Но в первую очередь в поместье стало приятнее находиться, потому что оно наполнилось людьми, которые горели желанием заботиться о нем. Я не мог дождаться, когда мы все здесь починим и наведем порядки, особенно после того, как к нам приехала Шелли, которая точно знала, что делать.

Кстати, о Шелли… с тех пор как мы приехали, она проронила всего несколько слов. Она была потрясена тем, что сразу после битвы с демонами ее встретил раненый брат, прижималась ко мне, положив голову на плечо и тяжело вздыхая. У меня внутри все сжималось, когда думал о ней. Столько плохого было в ее жизни, но несчастья продолжали валиться на эти хрупкие плечи.

Она была олицетворением солнечного света и танцующих языков пламени, и было ужасно видеть ее такой угнетенной.

— Как ты, милая? — спросил, когда мы расстались с Бруно, Олли и Сетом на втором этаже, а сами пошли на третий.

— Душа не на месте, — призналась она, приложив руку к груди. Обычно яркая и эмоциональная, в тот момент она была похожа на дрожащее пламя свечи, которое могут угаснуть от малейшего сквозняка.

Если Рита была воспитана как храбрая воительница, и мало что могло выбить ее из колеи, то аристократку Шелли с самого детства готовили только к замужеству, она не была готова бороться с нашествием демонов. Прибавить к этому то эмоциональное потрясение, которое она испытала, увидев бесчувственное тело брата — и нечего удивляться, что ее так трясет.

Нежно поцеловав ее в макушку, чтобы подарить тепло, в котором она определенно нуждалась, занес ее в свою спальню, которую до этого делил только со своей первой женой. Направился к постели, нужно было уложить ее под теплое одеяло дать отдохнуть.

— Ого… ничего себе! — присвистнул я, остановившись среди комнаты, чтобы рассмотреть новую обстановку. — Бруно был прав, это место не узнать.

Глава 23

Они, кажется, даже кровать заменили, эта намного больше.

Не то чтобы с предыдущей было что-то не так… Учитывая те места, где нам приходилось спать в последнее время, она казалась мне царской, однако новая была вдвое больше. На ней хватит места нам троим, мы сможем спать, не толкаясь и не мешая друг другу.

Или не спать. Это будет зависеть от обстоятельств.

— Как замечательно, что окна выходят на восток, — с мечтательной улыбкой сказала Шелли. — Люблю просыпаться с первыми лучами солнца.

— Мне тоже нравится, — согласился с ней. Учитывая то, что в этом мире еще не изобрели ненавистные будильники, это было очень даже удобно.

Помимо кровати в комнате были и другие обновки. Добавился еще один шкаф, его поставили рядом с тем, что уже был здесь, вычурный комод с выдвижными ящиками, туалетный столик с умывальником. Камин вычистили, подлатали и поставили перед ним пару стульев с зеленой обивкой. В середине комнаты расстелили мягкий ковер, тоже зеленого цвета, с золотыми узорами. Конечно, убранству этой комнаты было еще далеко до дворцовых покоев или роскошных комнат в доме Шелли, но в целом все выглядело гармонично и уютно. Имея весьма скромные на тот момент ресурсы, Бруно позаботился о нашем комфорте, и за это я был очень признателен ему.

По обе стороны от камина нашлось место для небольших книжных стеллажей, заполненных потрепанными томиками, которые мне было очень любопытно изучить. Но это могло и подождать, у меня были дела поважнее. Для начала — обеспечить настрадавшейся жене комфорт и покой.

— Давай перевяжем твою лодыжку? А когда целитель осмотрит Сета, сразу приведу его к тебе, — уложил ее в постель и сел в ногах.

— Ой, — пискнула Шелли, и я поморщился вместе с ней, укладывая поврежденную ногу себе на колени, она распухла еще больше и побагровела.

— Милая, это выглядит как перелом, — от ужаса у меня глаза из орбит чуть не вывалились, без всяких преувеличений. — Как ты вообще на ней стояла?

— Мама всегда говорила, что когда-нибудь мое упрямство будет полезным, — попыталась отшутиться она, но голос дрожал и срывался от боли.

— Придется потревожить тебя еще раз, — идиот, прежде чем уложить ее ногу на себя, нужно было позаботиться о перевязочном материале, совсем забыл.

Подошел к шкафу и порылся там. Об эластичных бинтах здесь не могло быть и речи, но я не нашел даже обычных. Грэга беспокоить не хотелось, он в любую секунду мог понадобиться Бруно, поэтому взял чистую простынь из тех, что не выглядели по-королевски, и оторвал узкую полоску ткани по всей длине. Надеюсь, наш дотошный управляющий не оторвет мне башку за порчу имущества.

Я осторожно зафиксировал ногу Шелли, стараясь не беспокоить ее больше, чем это было необходимо. Оторвал еще один кусок простыни, смочил его водой и обтер от грязи лицо и открытые участки тела. На прикроватной тумбочке к нашему приезду заботливо был оставлен графин с чистой водой и стакан. Со всем остальным разберемся позже.

Шелли была почти без чувств от боли и истощения. К тому моменту, как я поправил подушку и укрыл ее, натянув одеяло до подбородка, она уже задремала.

Едва касаясь, чтобы не потревожить, поцеловал ее в лоб и встал с кровати.

— Разбуди меня, если Сету станет лучше или хуже, — пробормотала она.

— Обязательно. Отдохни немного и ни о чем не волнуйся, — я задернул шторы, в комнате стало темно, теплый свет исходил только от небольшого огня в камине. — Когда ты проснешься, ему уже станет лучше.

Самое время проверить, как он там.

Я тихо прикрыл дверь в спальне, решил не закрывать ее совсем, чтобы услышать, если Шелли будет звать, и быстро пошел на второй этаж. По возне и тихим разговорам нашел комнату, в которой разместили Сета.

— Как он? — спросил сразу, как вошел. — О докторе есть какие-то известия?

Сета уже успели вымыть и переодели в удобную домашнюю одежду, свободную, без шнуровок и застежек. Ной и Грэг стояли у постели, они смешивали в глубокой миске какую-то коричневую пасту, ту самую припарку. Раненый стонал и хныкал от боли, и можно было сказать, что это не так уж и плохо. Конечно было жаль, что он испытывает такую боль, но были и хорошие новости — эти звуки означали, что он жив.

— Нет, пока ничего не слышно, но скоро Мило привезет его, даже не сомневайтесь, — уверял Бруно. Он выглядел очень измотанным, монокль перекосило, руки дрожали от напряжения, однако же он не жаловался и стойко выполнял свою работу. — Лекарство, которое приготовил Ной, привело его в чувство не самым приятным образом, но по крайней мере теперь он с нами, в мире живых. Кстати, пора сменить повязку, эта уже остыла.

— Хорошо, — похоже, они отлично здесь справляются. — Дайте знать, если будут какие-то изменения в его состоянии. Я собираюсь разыскать Риту.

Бруно махнул мне рукой и повернулся к кровати, чтобы придержать извивающегося от боли Сета, пока Ной наносил ему на рану свою целебную жижу.

Я закрыл дверь как раз в тот момент, когда он издал душераздирающий крик. Ну что ж, если у него есть силы так вопить, значит, точно выживет.

С ним все будет хорошо, а вот за Риту уже можно было начинать волноваться. Где ее носит? Договорились же, чтобы без приключений.

Я не пошел через главный вход, спустился на первый этаж, повернул направо и через кухню кухню, на которой возился над кастрюлями Олли, вышел во внутренний дворик.

Там все было на своих местах. Фрески, незаконные бассейны для сбора десятин, статуя со священными рыбами. Все по-прежнему было заросшим и неухоженным, видимо, мои работники сюда еще не добрались. И все равно в косых лучах послеполуденного солнца это место выглядело прекрасно в своей запущенности. Не менее прекрасно, чем в первый раз, в самую длинную ночь в году, когда я попал сюда и узнал об истории Ашена. И хоть легенды этого мира были захватывающими, больше всего запомнилось, как прекрасна была моя жена в свете голубой кометы.

Как бы мне ни хотелось задержаться в приятных воспоминаниях, намного важнее было найти Риту реальную. Выйдя из сада, я поднялся на пригорок, который был самой высокой точкой в поместье. Прежде чем идти куда-то, нужно было осмотреть округу, вдруг, где-то есть следы пребывания моей жены. Прикрыв глаза от слепящего солнца, посмотрел на линию деревьев на Западе.

— Рита! — улыбнулся сам себе. Первым, что бросилось в глаза, были платиновые волосы, резко контрастирующие с темным лесом. Конечно, на таком расстоянии сложно было судить о скорости, но она, вроде, не бежала, сломя голову, и меня немного отпустило.

Сорвавшись с места, полетел ей навстречу, выбежал через западные ворота и помчался так быстро, как только мог. Увидев меня, Рита тоже ускорилась.

— Ты нашла Бертрама! — обрадовался при виде этого бандюгана. Тогда я еще не знал, что он натворил, но охотно верил, что он может вывести из себя даже святого. Хорошо, что все хорошо закончилось. Он выглядел потрепанным, но был жив и здоров. Бегло осмотрев Риту убедился, что с ней тоже все в порядке.

Ворон, сидевший на ее плече, моргнул красными глазами и спрятал голову под крыло.

Бедняжка измучился, пытаясь выпутаться из сети, в которую его посадили, — Рита погладила блестящую грудку. — Его привязали к ветке, но к тому моменту, как я нашла его, он уже свалился на землю и барахтался в листве, никак не получалось выбраться. Не знаю, как высоко он висел, вроде бы ничего не сломал, но вел себя буйно.

— Бедолага, — беззлобно рассмеялся, представив, как он психует из-за того, что запутался, и погладил его по спине. — У вас были какие-нибудь неприятности?

— Нет, все прошло довольно гладко. Даже не надеялась, что так будет, — мы пошли к поместью. — Там, где я нашла Бертрама… жуткое зрелище, там было настоящее побоище. Как будто наемники находились в самом эпицентре нашествия. Кстати, как там Сет?

— Держится, хоть и очень слаб. Мы ждем возвращения Мило с лекарем.

— Похоже, они уже прибыли, — Рита кивнула на Метеора. Рассекая воздух мощными оранжевыми крыльями, сверкающими в лучах солнца, он летел в сторону дома. — А это еще кто?

Я прищурился, пытаясь рассмотреть небольшого яркого зверя, летящего в паре с моим пегасом, и пожал плечами.

— Не знаю, пойдем быстрее, посмотрим, — потащила меня за руку Рита на передний двор, где приземлились Метеор и Мило.

Рядом с ними села и… Целительница? Невысокая пожилая женщина-летучая мышь, закутанная в несколько пестрых шалей, которые явно были знакомы с молью, и увешанная массивными аляпистыми украшениями. У нее были острые уши и кожистые крылья, вьющиеся рыжие волосы и круглые черные глаза. Она была такой экстравагантной, это сбивало с толку.

— Где бедный молодой человек, которому нужна моя помощь? — она сверлила меня крошечными глазками. — День был тяжелым. Нужно поторопиться, боюсь, если солнце сядет до того, как мы поможем ему, он погибнет.

— Ммм… — я почесал затылок. Ее пророчества немного пугали. Кажется, она чокнутая, а с такими лучше не спорить. — В доме, мы проводим вас.

— Я отведу Метеора в конюшню, господин, — сказал Мило, чтобы разрядить атмосферу. Он снимал с пегаса уздечку.

— Спасибо, что привел… Полагаю, вы целительница? — обратился к летучей мыши. Да уж, не так я себе представлял человека, который будет лечить Сета.

— Это фертийская жрица, — представил гостью Мило. — Целитель погиб во время нашествия демонов, и мне пришлось разыскивать мадам Брайт. Поэтому мы так задержались. Она лучше любого, даже самого опытного целителя, поверьте мне.

— Прежде чем мы куда-то пойдем, ответь мне на один вопрос, — эта сумасшедшая бабка начинала меня пугать. — Какого цвета глаза у детей нашей Богини?

— Что вы… — вопрос застрял у меня в горле. Эта жрица явно ничего не слышала о неприкосновенности личного пространства. Позвякивая многочисленными украшениями, она подошла вплотную и вперилась в меня крошечными глазками, которые блеснули на солнце. До меня дошло, о чем она говорила.

Когда я только попал сюда, мне пришлось переплыть тот странный пресный океан, чтобы добраться до острова Сканно. Как рассказывали мне Бруно и Рита, согласно истории Ашена, милосердная Богиня, видя, как страдают люди, заплакала. Ее слезы превратились в гигантских рыб-защитников, которые стали бороться с демонами на дне океана.

Но с тех пор, как появились Ашеры, эти рыбы, дети Богини Света, стали красивой легендой.

И судя по всему, я был достаточно благословлен Богиней, чтобы увидеть одного из ее детей. Правда, в тот момент думал, что он проглотит меня живьем, но это ничего. Главное, что все хорошо закончилось.

— Откуда вы знаете, что я видел Священную Рыбу? — спросил вместо ответа и с подозрением посмотрел на женщину. Никому ведь не говорил об этом, кроме Риты, которая и посоветовала держать этот факт в секрете.

— Ветер может сказать намного больше, чем ты думаешь, — сказала она, подходя еще ближе. — Теперь ответь на вопрос. Какого цвета были глаза у рыбы?

— Серебристого, — ответил, пока эта сумасбродка мне не втащила. Думаю, она вполне могла бы.

— Так я и думала! — она резко развернулась и направилась ко входу в дом.

Сбитый с толку, поочередно смотрел то на Риту, то на Мило.

Енот пожал плечами и застенчиво улыбнулся.

— Просто поверьте, она знает, что делать.

— У вас есть кровь крупутов? — бросила через плечо женщина, роясь в сумке, которая висела у нее на поясе. — А, забудьте, у меня есть немного.

— Даже не знаю, что такое крупут, — проворчал себе под нос и пошел за ней.

— Господин Медведев, — Мило остановил меня на полпути. — Есть дело, которым необходимо заняться прямо сейчас, и оно требует вашего участия.

— Я провожу мадам Брайт к Сету, — сказала Рита, за что я был очень ей благодарен, хотя мне и не нравилось, что в последние дни мы виделись только мимоходом. — Все равно нужно отнести Бертрама в дом. Может быть, Шелли, если она чувствует себя лучше, осмотрит его. Хочу убедиться, что он не пострадал.

— Спасибо, — поблагодарил жену и немного расслабился. Как же хорошо, что она такая умница и может подхватить там, где один я не вывожу. — После того как наша гостья осмотрит Сета, проводи ее к Шелли, с лодыжкой совсем все плохо. Она в нашей спальне.

— Хорошо, — пообещала Рита. Наблюдая, как моя жена уходит в дом, пообещал себе, что при первой же возможности выкрою на нее время.

— Так что там за дело, Мило? — спросил, заставив себя вернуться к реальности.

— Этот сарай, хозяин, — сказал енот, подводя меня к старенькой постройке. — Мы с Ноем сразу заметили, что его нужно чинить, а от землетрясений в последнее нашествие он чуть не обрушился прямо на нас. Боюсь следующего он не выдержит, а это пока единственное безопасное место, в которое можно загнать поросят на ночь.

Рассмотрев его получше, понял, что работник совершенно прав.

Сарай, и без того неприглядный и обветшавший со временем, накренился в правую сторону, как будто был пьян.

— Что ты предлагаешь? — спросил, скрестив руки на груди. Конечно, можно было его подлатать, но проще было снести и отстроить заново.

— Мы не можем знать, как скоро на нас свалится новая беда, поэтому думаю, что нужно немного укрепить его, пока мы строим новый. Это временная мера, дерево гниет, фундамент разваливается. Нужно срочно начинать строить новый сарай, — созерцая это печальное зрелище, он упер руки в бока и размахивал полосатым хвостом.

— Примерно так я и думал, — улыбнулся ему. — Давай поступим так. Сегодня мы попытаемся навести порядок и укрепим стены, чтобы поросята могли здесь ночевать в ближайшее время. И начнем строить новый сарай. А этот потом снесем. Ты уже можешь сказать, какие материалы нам будут нужны?

— Сейчас точно не скажу, но могу составить список и подсчитать, сколько и чего нам потребуется, если вы готовы немного подождать, — сказал Мило, почесывая затылок.

— Хорошо, подумай об этом, пока мы будем работать, — я стал ломать голову над тем, как выровнять эту конструкцию. Кое-какие идеи были, но мне они казались сомнительными. Ладно, попробовать стоит в любом случае. — У нас есть веревка? Инструментов достаточно? Когда мы с Бруно чинили забор, с инвентарем все было совсем печально.

— Веревки точно хватит, да и инструментов тоже. Мы с братом захватили свои, когда уходили от повелителя, — рассуждал Мило. Мы вошли в сарай. — Давайте сначала выгоним поросят на пастбище, а потом найдем все, что нам нужно.

— Звучит как готовый план, — я распахнул дверь одного из загонов, в котором содержались существа, которых все здесь почему-то называли поросятами. Нет, конечно, схожие черты были, пятачок, хвостик крючком, да и повизгивали они, как обычные свиньи. Но эти животные больше были похожи на тараканов.

Когда я впервые увидел их, потребовалось время, чтобы привыкнуть и не кривить морду от отвращения. Рыжие усищи, крылья, прямо как у этих не самых приятных насекомых, не делали их более симпатичными. Но в какой-то степени я уже и к ним привык. Меня несколько раз чуть не убили — подумаешь, тараканы.

Подгоняя, похлопал их по спинам, будто это действительно были маленькие, милые поросята. По крайней мере вели они себя именно так. Вряд ли кому-то удалось проникнуться к ним теплыми чувствами, если бы они обладали повадками тараканов. От воспоминаний об одной из грязных съемных квартир мурашки по коже побежали.

У этих же ребят были небольшие глазки-бусинки, которыми они доверчиво смотрели в самую душу. В них было больше понимания и сочувствия, чем у некоторых людей, которые ошибочно считают себя лучшими.

— Непорядок, что у вас нет имен. Ты будешь Кельвином, а твой братец — Томом, — решил, выводя этих кротких животных из сарая. Они повизгивали и лениво ковыляли вперед. Кельвин послушно пошел на пастбище, а за Томом пришлось вернуться, он задержался и начал рыть землю носом.

Однако направляясь к сараю, я увидел человека с уже знакомой сумкой, в черной, расшитой серебристыми узорами, тунике. Он бежал вверх по склону. В такой одежде к нам впервые приехал Грэг. Гонец.

Что, во имя Богини, у них там опять стряслось?

Глава 24

— Прошу прощения за то, что отвлекаю от дел, Ашер Медведев, но у меня срочное сообщение от нашего повелителя, лорда Байрона Рамзи, — отчеканил дворцовый гонец с рогами, как у антилопы, роясь в своей сумке. Он нашел запечатанный конверт и протянул его с низким поклоном.

— Благодарю, — стоило мне только принять послание, он развернулся и поскакал прочь на стройных, сильных ногах, как и подобает представителям его вида.

Ладно. Должно быть, этот парень так сильно спешил, что не мог позволить себе расшаркиваться в вежливостях.

— О, это же один из самых быстрых гонцов Ашера Рамзи, — Мило проводил Тома к его приятелю, чтобы они вместе могли насладиться сочной зеленой травой. — Вероятно, лорд Ашер приглашает своих доверенных на совещание.

— Ты так думаешь? — спросил с сомнением. Я ничего не знаю о политике острова, с чего бы ему звать меня?

— Видите ли… Мы с Ноем довольно долго работали на повелителя до того, как он… ээээ… передал нас вам за почетные заслуги. Мы часто обслуживали Ашеров на таких собраниях. Обычно, когда возникают проблемы, он вызывает их всех на заседание, — этот невысокий человек говорил таким уверенным тоном, словно сам не раз принимал непосредственное участие в этих встречах.

— Точно! — вспомнил, откуда они вообще здесь появились. — Я и забыл, что вы, ребята, прибыли сюда вместе с вещами, которыми одарил нас щедрый повелитель. Блин, никогда не привыкну, что о людях на этом острове говорят, как о вещах. Да и к тому, что принадлежу теперь к каким-то избранным кругам общества, если уж на то пошло.

— А мы никогда не привыкнем слышать подобные фразы из уст Ашера, — улыбнулся Мило, отчего его лицо «в маске» просияло.

Я улыбнулся в ответ, и некоторое время мы просто обменивались смешками. Потом он указал на конверт, зажатый в моей руке.

— Может, прочитаете, что там написано?

Посмотрел на письмо, адресованное мне, оно было подписано красивым, витиеватым почерком, покрутил его в руках. Но обратной стороне заметил серебряную печать.

Рисунок, оттиснутый на сургуче, состоял из трех звездочек, расположенных между бараньими рогами. Разламывая печать пополам, я задумался, не сделать ли что-то подобное для Медвежьего угла.

Письмо говорило о том, что Рамзи предлагает мне встретиться с ним на следующий день в Храме Солнца на Дворцовой площади. Причину он не сообщил. Я убрал письмо в карман и решил, что подумаю об этом позже. У нас были дела поважнее.

— Ты был прав, — удовлетворил любопытство Мило, пока мы шли к сараю. — Повелитель действительно хочет видеть меня завтра. Полагаю, это что-то важное, возможно, даже секретное. Он не написал никаких подробностей, только место и время.

— Так значит завтра вы будете в деловой части долины! Это прекрасно. Я тут подсчитал примерно… В общем, завтра, когда отправитесь к повелителю, загляните к дровосекам и сделайте у них заказ, — сказав это, он достал из кармана своего жилета блокнот, огрызок карандаша и начал что-то записывать.

— Подожди, ты уже закончил подсчеты? — покосился на него. Мы приблизились к углу,в котором были свалены все инструменты.

— Да, хозяин.

— Ты же сказал, что тебе нужно будет время, — может, я не заметил, как провалился в транс и на самом деле прошло уже полдня?

— Да, и оно уже прошло, — он пожал плечом, будто не происходило ничего необычного.

— Но когда ты успел?

— Пока мы выгоняли поросят.

— Это заняло у тебя две минуты? — покачал головой и сел на корточки, чтобы подобрать два мотка веревки и порыться в инструментах, посмотреть, что нам пригодится. — Если бы ты был одним из моих школьных учителей, у меня бы точно не было проблем с математикой.

— Кто-нибудь говорил вам, что вы выражаетесь очень своеобразно? — спросил Мило вместо того, чтобы как-то прокомментировать то, что мне никак не удавалось постичь.

— Ты даже не представляешь, как часто, — простонал, занимаясь делом. Размотал одну веревку, потом другую, чтобы сравнить их. Обе были достаточно длинными, если связать их вместе, этого вполне хватит. Кое-что я еще помнил со спортивного ориентирования, но знания эти применялись так редко, что велика была вероятность провала. — Ты знаешь, как завязывать скользящий узел?

— Я знаком со всеми способами завязывания узлов, хозяин, — не без самодовольства сказал енот и широко улыбнулся.

— Отлично, значит, мы быстро с этим справимся, — среди инструментов я нашел что-то вроде ручной дрели: сверло с ручкой, которую нужно прокручивать, чтобы оно вращалось, и какую-то металлическую штуку с тройными острыми крючками. — Что это?

— Якорь. Мы просверлим в стене дыры, чтобы он мог хорошо зацепиться, и привяжем к нему веревку, — ответил он и направился к той части сарая, где хранилась лестница.

— Отлично, — вроде, основной смысл того, что мы будем делать, уже вырисовывался, но вопросов еще оставалась масса. Были сомнения по поводу того, что получится все сделать с этим незатейливым набором примитивных инструментов.

— Полагаю, что методы, которыми вы пользовались бы для решения подобной ситуации в своем мире, не слишком отличаются от моих? — поинтересовался Мило.

— В целом — да, если не считать того, что оборудование у нас поудобнее, ты попал в точку! — улыбнулся своему непреднамеренному каламбуру. — В точку, понял?

— Не очень, — озадаченный плотник натянуто улыбнулся и замолчал.

— О, у вас здесь не говорят «попасть в точку»? Мне показалось это забавным, потому что мы собираемся выбрать на стене точку и сверлить ее, — ненавижу объяснять шутки, когда разбираешь их на атомы, они уже не кажутся такими смешными.

Мило все еще стоял, зависнув, и пытался сообразить, что я имел в виду. Только через несколько минут он зашелся таким заразительным хохотом, что не рассмеяться вместе с ним было невозможно.

— Даа, это забавно, — он покачал головой, когда наконец отдышался и вытер выступившие от смеха слезы. — Вы должны научить меня жонглировать словами так же ловко.

— Уверен, ты легко что-нибудь подцепишь, если мы будем проводить достаточно времени вместе. А так и будет, потому что работы у нас много, — Мило пошел к той стороне покосившегося сарая, где логичнее всего было бы закрепить веревки, с помощью которых мы собирались поднять его.

— Вот, вы займетесь этим углом, а я возьму на себя соседний, — плотник указал на деревянный ящик с инструментами, который вынес еще до моего прихода. — У меня есть второе сверло, так что мы сможем работать одновременно.

— А что насчет второй лестницы? — уточнил я. — Здесь только одна.

— Не беспокойтесь, хозяин, — она нам не пригодится. — Мило скинул ботинки, продемонстрировав ноги. Точнее и не ноги вовсе, а лапы с цепкими, когтистыми пальцами енота. Его руки тоже отличались особой ловкостью, поэтому плотник без труда вскарабкался на стену сарая.

Осмотрев фронт работ, он спустился так же легко, чтобы взять инструменты, забраться наверх снова и приступить к работе.

Последовав его примеру, я прислонил к стене лестницу, засунул за пояс сверло и якорь, чтобы руки были свободны, и начал осторожно подниматься по лестнице. Было немного страшно после того, как потерял сознание, меняя фонарь, и чуть не убился.

Рассматривая стену вблизи, ничего утешительного не увидел. Большая часть обшивки рассыпалась от одного взгляда, в некоторых местах проглядывала несущая балка.

Старая древесина сгнила от влаги и плесени. И неудивительно, ведь долгое время это никого не заботило. Несущая конструкция сильно крошилась, и думаю, не только в этом месте. Остальные доски наверняка находились в таком же плачевном состоянии. Нужно сказать Грэгу и Бруно, чтобы ни в коем случае не поднимались на сеновал, который находился под потолком и занимал половину помещения.

Надавливая костяшкамии пальцев то тут, то там, я искал подходящее место, где рыхлая древесина не рассыпалась от одного прикосновения. Если не получится зацепить этот крючок, придется думать над новым способом.

Наконец в нескольких сантиметрах от крыши нашел более-менее крепкий участок балки, сырость и паразиты не тронули его. Расставив пошире ноги, чтобы чувствовать себя поувереннее, уперся ими в верхнюю перекладину лестницы и начал сверлить.

Крутить ручку было не так уж и просто, пришлось приложить усилия, чтобы обеспечить достаточное давление. Несколько раз я чуть не свалился с этой проклятой лестницы, сверло никак не входило в древесину. Только после того, как преодолел это сопротивление и просверлил первые пару сантиметров, стало намного легче и дело пошло быстрее. Уже через несколько минут у меня получилось отверстие нужного размера.

Улучив минутку, дал трясущимся от напряжения рукам отдых, заткнул сверло за пояс и взял якорь.

Длинный конец этой металлической детали был закручен по спирали, как огромный шуруп, и, похоже, был того же размера, что и сверло. Наверное, об этом позаботился заранее Мило.

Я вставил заостренный наконечник в отверстие и стал проворачивать его по часовой стрелке до тех пор, пока он не закрепился там намертво. Подергав якорь из стороны в сторону, убедился, что он сидит плотно.

— Готово, — отряхнул руки и начал осторожно по лестнице. Полированные деревянные боковины так и располагали к тому, чтобы скользнуть по ним вниз, как пожарный, но такого навыка у меня не было. Никогда не боялся высоты, но после замены фонаря появился небольшой страх. Да и ладошки было жалко.

Мило, который закончил чуть раньше и уже ждал меня внизу, снял кепку и вытер вспотевший лоб.

— Когда я оценивал состояние сарая, заметил, что эта стена сохранилась лучше всего. Вероятно, мы сможем ее спасти.

— У нас хватит досок, чтобы укрепить ее? — спросил и только потом подумал, что это больше не проблема. Даже если и не хватит, с нашим недавно приобретенным состоянием не составит труда достать новые.

— Осталось несколько обрезков, когда мы с Ноем чинили забор, они должны подойти, — отчитался енот, натягивая кепку на голову.

— Покажешь? — попросил его и пошел следом. Без лишних разговоров Мило повел меня в заднюю часть сарая, где рядом с несколькими пустыми деревянными ящиками, поломанной мебелью и старыми винными бочками громоздилась куча обрезков. Видимо, во мне уже на полную катушку включился бережливый, рациональный хозяин: все, что останется после ремонта сарая, пустим на дрова.

Доски были аккуратно распилены, конечно, были и уродцы, но в основном — все как на подбор: ровненькие, около четырех метров в длину. Идеально. Нужно будет отложить хорошие, вдруг, еще где-то пригодятся, потому что нам нужно было всего две.

— Эти подойдут, — я выбрал две, которые показались мне самыми длинными и ровными, одну взял сам, другую — Мило, и мы понесли их на улицу. — А теперь придется повозиться с узлами.

Оставив доски на земле, мы вернулись в сарай за веревками, тоже вынесли их на улицу. Все-таки работать на свежем воздухе, хотя свежим его назвать было сложно из-за жары, было поприятнее, чем в темном, сыром сарае, который провонял плесенью.

— Так, попробую что-нибудь вспомнить, — пробормотал себе под нос, стараясь не смотреть, как ловко и быстро двигаются руки Мило. Так и до чувства собственной неполноценности с последующей депрессией недалеко.

Я взял веревку в левую руку так, чтобы один из концов был направлен в мою сторону. Как ни странно, мышечная память сразу пробудилась, и не успел опомниться, как узел был почти готов. Перекинув свободный конец сверху, сделал небольшое кольцо из веревки, зажал пальцами. Потом сделал петлю и продел ее через это кольцо, туго натягивая, пока не получился аккуратный узел с петелькой.

— Готов? — спросил у Мило, как будто не знал, что он и без моих тупых вопросов уже давно справился. Не теряя времени, я обматывал веревку с узлом вокруг предплечья, чтобы она не болталась по земле.

— Да, — невозмутимо ответил плотник, так же наматывая веревку на руку.

Мы пошли к нужной стене, чтобы закрепить концы веревок на якорях.

Конечно, Мило снова закончиол первым, он ведь гребаный Человек-паук! Я же не торопился, в памяти все еще были свежи воспоминания о том, как навернулся с такой лестницы в прошлый раз, и это точно не тот опыт, который мне хотелось бы повторить. В конце концов, жизнь для меня дороже самолюбия.

Убедившись, что моя веревка надежно зафиксирована, проворно спустился по лестнице вниз, где меня ждал плотник. Все-таки идти в свои страхи — полезная штука, всего один день поскакал по лестнице — и уже не трясутся поджилки, когда приходится иметь с ней дело.

Пока я возился наверху, он уже успел все сделать, спуститься, привести Тома и Кельвина с пастбища и надеть на них что-то типа сбруи с кольцом на спине. До меня дошло, что он собирается сделать.

— Правильно понимаю, выравнивать сарай будут поросята? — хоть их здесь и называли поросятами, из-за чего в воображении рисуется что-то маленькое и миленькое, животные были внушительных размеров. Да и силой обладали неслабой, судя по тому, как поначалу упирались, не желая выходить из сарая.

— Именно, — подтвердил Мило мою догадку и повел Кельвина, котороый был поменьше, в свой угол сарая.

— Хорошо, Большой Том, — похлопал своего поросенка по розовому, в коричневое пятнышко, боку. — Давай сделаем это.

Я взял свободный конец веревки, продел его в кольцо на спине поросенка, потом в петлю, и снова в кольцо, затянул узел покрепче. Мой тягач был готов.

Посмотрел на Мило, он заканчивал возиться со сбруей Кельвина и дал отмашку, что тоже готов. Ну наконец-то, хоть в чем-то я его уделал!

— На счет три! — крикнул ему, и плотник в знак согласия кивнул головой. — Раз, два, три!

Глава 25

Мы с Мило одновременно начали подгонять животных вперед, придерживая веревки. В какой-то момент я забеспокоился, что узлы не выдержат, но оказалось, что зря волновался. Все шло гладко. Послышался жуткий скрежет, когда медленно, сантиметр за сантиметром постройка начала возвращаться в вертикальное положение.

— Придержите! — дал отмашку Мило. Это значило, что нужно остановить Тома, что было не так-то просто. Я потянул за удила.

Поросенок остановился, медленно моргнул, склонил массивную голову и принялся жевать чахлую траву.

— Приятель, тебе нужно стоять на месте и никуда не уходить, понимаешь? — поднял ладони вверх, надеясь, что так зверю будет понятнее. Но судя по тому, как тупо он смотрел на меня, лениво пережевывая траву, нихрена он не понял. Обнадеживало только то, что он и сам, похоже, не собирался больше никуда идти.

На самом деле, если бы нужно было идти дальше, это стало бы проблемой. А на тот момент то, что он перетаптывался, устраиваясь поудобнее, было нам только на руку. Оставив его, я пошел к Мило, который на удивление быстро договорился с Кельвином, и собирал инструменты в ящик, чтобы мы могли укрепить стену.

— Поможете мне сделать замеры и отметки? — спросил плотник, когда мы вернулись в сарай.

— Конечно, — ответил, не понимая, в чем вообще вопрос. Взял одну доску и прислонил ее к стене, которую снаружи поддерживали поросята.

— Вы выше, поэтому отмечайте верх, пока я придержу, а потом поменяемся, — инструктировал Мило, и мне пришлось делать, что он говорит. Кажется, по такой же схеме мы работали с Бруно. Ох уж эти властные коротышки!

Конечно, для надежности лучше было отметить несколько точек, а не только верх и низ, но это была временная мера, всего на несколько дней, пока строится новый сарай, поэтому так заморачиваться смысла не было.

Мы неплохо сработались, и в мгновение ока у нас были промаркированы обе доски, оставалось только отпилить лишнее.

Не знаю, что послужило толчком для этого, но в какой-то момент наша общая работа стала своего рода соревнованием.

Все превратилось в веселую гонку.

Сначала мы соревновались, кто первым отдерет старые перекладины, потом — кто первым отпилит лишнее от новых досок, и наконец — кто первым приколотит новую перекладину.

С отрывом всего в один гвоздь победил Мило.

— Да! — радостно издал он победный крик.

— Это почти ничья! — попытался продавить компромисс, что показалось мне вполне справедливым, и мы вместе рассмеялись.

Несмотря на то, что день был ужасным, и неприятности сыпались на нас одна за другой, возможность занять руки трудом сотворила со мной чудо. Внутренний хаос и смятение немного улеглись. Мышцы ныли от приятной усталости после физической работы, а разум, затуманенный недавними происшествиями, прояснился.

Да, случилось еще одно нашествие демонов. Да, это снова произошло днем, о чем до моего появления на острове никто не слышал. Да, все, о ком я заботился, вымотались и перенервничали, а потом еще и раненый Сет… Но сидеть и жевать сопли было не в моих правилах. Я чувствовал ответственность за всех, кто живет в поместье, и если в моих силах было сделать хоть что-то для них — нужно было делать. Даже если это всего лишь починка покосившегося сарая. Непреодолимый разрыв, который всегда был между моей головой и сердцем, значительно уменьшился. В этом месте все начинало вставать на свои места.

Когда мы отвязала послушных поросят, я не без гордости посмотрел на старый сарай, который ровно стоял без посторонней помощи.

— Спасибо за вашу помощь, хозяин, — сказал Мило, резко переключившись в режим слуги. Серьезно? Чувствовал себя отвергнутой любовницей, но «после всего что между нами было»? Его надтреснутый, отстраненный тон задел меня за живое.

— Просто Макс, — напомнил ему в очередной раз. — Пока ты живешь в Медвежьем углу, мы с тобой равны. Мы все здесь равны. И это тебе спасибо, что заметил неладное. Нам многое предстоит сделать, и сегодняшняя работа — капля в море, но теперь поросята смогут переночевать в безопасности.

Мы закончили очень вовремя, потому что стоило нам только загнать животных в сарай, солнце село за горизонт и Долина Рамзи окрасилась во все возможные тона синего.

Пока мы с Мило шли к воротам поместья, я глубоко вдыхал посвежевший с заходом солнца воздух. Поработав и проветрившись, я понимал, что мысль о том, чтобы навестить Сета, меня больше не пугает.

— Пойду посмотрю, как дела у Сета, — сказал добродушному еноту, идушему рядом со мной. — И еще, могу я попросить тебя об одолжении?

— Тебе не нужно просить, я всегда рад помочь, — сказал он и немного сдвинул назад кепку, чтобы небольшой козырек не мешал ему смотреть в глаза. — Что я могу сделать для своего друга?

Услышав, что Мило назвал меня другом, довольно улыбнулся, да так, что чуть морда не треснула. До него наконец-то дошло, что мы все здесь равны.

Может, и не за пределами поместья, но начало уже было неплохим.

— Из-за всей этой суматохи из головы вылетело, что экипаж, в котором мы с Шелли прибыли, все еще полон вещей. Их нужно распаковать, — объяснил ему суть просьбы.

— Предоставь это мне, — отчеканил он и снова натянул кепку, чтобы она нее сваливалась.

— Тебе не обязательно заниматься этим прямо сейчас, — поспешил добавить. — Можешь перекусить, отдохнуть, заняться своими делами, главное — найди щетку с серебряной ручкой. Все остальное может подождать, но эта щетка нужна нам сегодня.

— Не волнуйся обо мне, — отмахнулся Мило. — Проведай друга, загляни к женам. У меня все под контролем.

— В этом я даже не сомневаюсь, — мы пожали друг другу руки.

Не мешкая больше, я рванул в поместье и вихрем поднялся на второй этаж. Меня поддерживала только надежда на то, что целительница помогла Сету, и его состояние улучшилось с тех пор, как видел его в последний раз. Ну и еще то, что скоро увижу Риту и Шелли.

Первым, что я увидел, войдя в скромно обставленную гостевую спальню, был Сет, который сидел, оперевшись на подушки. Ясный взгляд блестящих глаз, румянец, постепенно возвращающийся на щеки, были явным свидетельством того, что ему стало лучше. Похоже, ему больше ничего не угрожало, можно было выдохнуть хотя бы по этому поводу.

— Черт возьми, женщина! Хватит пихать в меня эту дрянь! — раздраженно уворачивался сокол от эксцентричной летучей мыши, которая пыталась накормить его чем-то из маленькой глиняной миски.

— Это последнее, — пообещала она и поднесла дымящееся варево к его рту.

— Ты уже говорила это три полных чашки назад! — он надулся и сложил руки на груди, как пятилетка, которая упрямится и отказывается принимать лекарство от кашля.

— И три чашки назад ты не мог вспомнить свое имя! А теперь ты сидишь в постели и споришь с теми, кто знает лучше тебя! Так что будь добр, выпей и скажи спасибо, — со знанием дела отчитала его мадам Брайт.

— Это правда, — покаянно вздохнул Сет, принимая из ее рук чашу. Мне показалось забавным, что он сдался так легко. Как будто ему доставляло истинное удовольствие, что вокруг него так суетились и уговаривали. Фамильярность между этими двумя давала понять, что знакомы они уже очень давно.

— То-то же! — хихикнула летучая мышь. — Как был капризным мальчишкой, так и остался.

— Ты самая ужасная ведьма! — сказал Сет, скорчив гримасу, и заглянул в глиняную чашку так внимательно, будто там была написана его судьба. Затем он зажмурился, зажал рукой нос, залпом проглотил напиток и вздрогнул. Такое ощущение, что она его болотной водой отпаивает. Не знаю, что там такое, но оказаться на его месте мне бы не хотелось. Отдышавшись, он пробормотал что-то невнятное и явно не лестное, и отдал посудину жрице. — Ужасно!

Он стал демонстративно откашливаться, морщиться и плеваться, но на нее это не произвело никакого впечатления, а вот я не смог удержаться от смеха.

Шелли хотела быть счастливой, именно поэтому я был так раз его стремительному восстановлению. Она уже познала жизнь, полную горя, и мне хотелось, чтобы она узнала и другую, радостную. А это было бы невозможно, если бы с Сетом что-то случилось.

— Ведешь себя хуже ребенка, — щелкнула языком мадам Брайт, ставя чашку на приставной столик. Там уже стояла целая батарея из стеклянных флаконов с засушенными травами, корешками и какой-то жижей. В принципе, если она уже впихнула в него все это, его поведение можно понять и простить. — У тебя гость.

— Медведев! — радостно воскликнул Сет, когда наконец заметил меня, прислонившегося к дверному косяку. — Входи скорее.

Он указал на край кровати. И хотя молодой человек казался оживленным и набравшимся сил, то, как он придерживал раненый бок и морщил лицо от боли, принимая нужную позу напомнило, в каком состоянии он пришел к нам всего несколько часов назад.

— Привет, дружище! — поздоровался и сжал его руку, протянутую для приветствия, присаживаясь на постель. — Как твои дела?

— Беспокоиться нечего, раньше у меня бывали ранения посерьезнее, и я прекрасно восстанавливался при меньших хлопотах, — он улыбнулся, но я почему-то ни на секунду не поверил его словам, поэтому повернулся за подтверждением к мадам Брайт.

— Он говорит правду? — она, ухмыльнувшись, показала Сету язык.

— Врет, как дышит, не верь. На этот раз он оказался ближе к смерти, чем когда-либо, — сказала женщина и недовольно дернула большим ухом. — Ты же знаешь, я всегда вижу, когда ты лжешь.

Сет фыркнул, но опустил взгляд на свои согнутые в коленях ноги и смущенно проворчал что-то неразборчивое.

— Но он же выкарабкается? — хотелось понимать полную картину и быть уверенным в этом, прежде чем обнадежу хорошими новостями Шелли.

— Я поговорила с вашим управляющим о том, что Сету нужно будет выпить еще одиннадцать чашек настоя из желтой коры до конца ночи, а завтра ему потребуется целый день покоя и отдыха. И никаких исключений! — мадам Брайт выставила вперед небольшую ладошку, чтобы остановить протесты, которые готовы были сорваться с губ молодого человека.

Вместо этого он снова надулся и стал ворчать что-то о том, что ненавидит сидеть на одном месте.

Неумолимая, но хорошо знающая свое дело женщина, проигнорировала это и начала ощупывать его рану.

— И даже еще через день ему не разрешается ничего более тяжелого, чем короткие прогулки по коридору.

— Ну это уже подло! Ты говоришь это из вредности! — протестуя, Сет попытался приподняться повыше, но острая боль в боку заставила его пересмотреть планы.

Я снова рассмеялся над его выходками.

В комнату вошел Бруно, держа в руках поднос с тремя чашками, от которых шел пар. Сет замолчал, лицо его позеленело.

— Вот еще немного чая, который вы просили, мадам, — сказал он, и я завис, пытаясь понять, что вообще происходит. Они были и раньше знакомы? Или она успела покорить моего неподкупного управляющего за пару часов, что находилась здесь? В последнее время старик стал более приветливым, чем в тот день, когда мы познакомились, но с ней он говорил с особой теплотой и трепетом. Он постоянно улыбался, глаза блестели… Какого хрена? — Вы уверены, что не сможете остаться на ночь? У нас есть неплохие покои. Они простоваты, но… Если, конечно, хозяин не против.

Бруно поспешил добавить последнее замечание. Было такое ощущение, что он не сразу меня заметил. Честно говоря, мне показалось, что он вообще забыл, что в комнате находится кто-то, кроме него и мадам Брайт.

Меня осенило внезапной догадкой. Возможно, обычно закрытый и сдержанный Бруно по уши влюблен в эту эксцентричную женщину.

— Буду только рад, — от новых открытий улыбка медленно поползла по моему лицу. — Вам определенно следует остаться у нас. Уже темнеет, и уверен, вам и самой будет спокойнее, если сможете остаться поблизости и наблюдать, как наш непослушный пациент соблюдает режим.

Выражения лиц Бруно и Сета в тот момент были бесценны, каждое по-своему. У сокола черные перья на голове встали дыбом, его мимика транслировала исключительно шок и ужас. Управляющий же расцвел. Его уши затрепетали от восторга так сильно, что он вполне мог на них взлететь.

— Хмм… — вслух размышляла мадам Брайт, не обращая никакого внимания ни на поклонника, ни на больного. — В твоих словах есть смысл. Напомни-ка, кто ты такой?

Она смотрела на меня так, будто видит впервые. Ладно, сделаю скидку на то, что она была взволнована и торопилась к раненому.

— Макс Медведев, хозяин этого поместья, — сказал с улыбкой и поцеловал тыльную сторону ладони, которую она протянула для приветствия. — Мы уже знакомились сегодня, разве вы не помните?

Полоумная жрица проморгалась, и странный туман, застилающий ее глаза, исчез. Она сложила два и два, кажется, до нее начинало доходить. В принципе, думаю, если бы я тоже ловил такие приходы из потусторонних миров, то тоже мог бы забыть такую мелочь.

— Точно, Ашер, который надрал задницу этой гадкой свинье, Дуэйну, — ее очки блеснули в свете настенных факелов. — Мы встречались у входа.

Бруно одернул воротник и откашлялся, как будто в помещении стало жарко, но почувствовал это только он один.

Моя улыбка стала шире.

— Да, наш хозяин одержал победу над этим болваном! — его большие, мохнатые уши снова задрожали, в руках он безостановочно вертел монокль. Бруно подмигнул мне. — И мы стали жить намного лучше.

— Хмм… — снова промычала она и начала с интересом разглядывать каждого из нас, как будто все мы были представителями нового биологического вида, которые она бы с радостью препарировала. — Договорились, я останусь.

— Отлично, — мне и правда было спокойнее, что она остается.

— Неееет, — одновременно со мной заскулил Сет.

— Я поселю вас в комнате прямо напротив господина Сета, — добил его Бруно, явно поддразнивая. Лицо молодого человека скривилось так, будто старик провернул нож в его ране.

— Предатели, — вяло пробормотал он. Мадам Брайт дернула ухом и уставилась на него с самым злорадным видом, на который была способна. Хотя я сомневался, что это предел ее возможностей.

— Вот и договорились, — хлопнул руками по бедрам, вставая. — Лучше пойду скажу твоей сестре, что тебе намного лучше и ты обязательно выкарабкаешься.

— Это очень спорный вопрос, — страдальчески скривился Сет, когда жрица протянула ему очередную чашку чая из желтой коры. Он смотрел на свою спасительницу так, будто она была должна ему денег. — Если не выживу, ты знаешь, кого в этом винить.

Рассмеявшись, легонько похлопал его по плечу. Несмотря на то, что Сет шутил с нами, общался и уже начал бунтовать против лечения и режима, он все еще был бледным и выглядел очень слабым.

— Сет, — серьезно сказал ему. — Я рад, что ты жив.

Он устало улыбнулся, в золотисто-зеленых глазах мелькнула благодарность. Брат Шелли протянул руку, не занятую мерзким, судя по его реакции, лекарством, и сжал мою руку.

— Мне нужно кое-что обсудить с тобой, — сказал он.

— Это может подождать, — заверил его. — Сейчас тебе нужно делать все, что говорит целительница, и побольше отдыхать. Поговорим, когда у тебя будут на это силы.

Он кивнул и откинулся на подушки, будто силы внезапно покинули его.

— Хорошо. Передай Шелли, что мне намного лучше. Брайт осмотрела ее лодыжку, перевязала ногу и дала успокоительное. Сейчас она спит.

— Рад слышать это, спасибо, мадам, — сказал летучей мыши, а потом повернулся к Бруно. — Ты же позаботишься о том, чтобы наши гости провели сегодняшнюю ночь с комфортом?

— Конечно, — сказал управляющий, вытирая монокль о рукав рубашки. Как он еще дырку в нем не протер? — У меня все под контролем. О, пока не забыл! Должен сообщить, что Рита ждет вас в северном дворе.

Улыбнулся, когда подумал о своей прекрасной жене-кошке. Представил, как она сидит в саду камней, который так любит, и ждет меня. Сорвался с места, потому что хотелось поскорее ее увидеть.

Я убежал, едва попрощавшись с гостями, не думаю, что они остались в обиде. Сет устал и хотел отдохнуть, а мне хотелось как можно скорее попасть к Рите…

Глава 26

Адреналин уже разогнал кровь по телу, сердце колотилось от бега и предвкушения. Хоть я и видел ее всего несколько часов назад, но казалось, что прошли столетия с нашей последней встречи. Хотелось потискать свою кошку, поболтать и отпустить этот тяжелый день.

— Рита? — позвал, потому что в саду никого не было видно. Не успел сделать и пару шагов по дорожке, как она набросилась на спину и прикусила мочку уха так, что из глаз посыпались искры, а член моментально встал колом.

— Здравствуй, муженек, — промурлыкала она. — Я скучала по тебе. Как насчет того, чтобы немного поохотиться.

— Только если за тобой, — прохрипел, когда ее влажный язычок коснулся кожи за ухом. По шее побежали кипяточные мурашки. Вспомнилось, как в этом саду мы уже играли в догонялки, и эти мысли только подогревали меня.

— Тогда лови, — сказала Рита так сексуально, что жар пробрал меня до костей.

А сразу за ним в спину ударил прохладный поток ночного воздуха, потому что она спрыгнула с меня и понеслась по саду, вынуждая гнаться за ней, как будто мы были беззаботными детьми. Только вот мысли при этом меня преследовали совсем не детские. Некоторые из них с трудом проходили даже в категорию восемнадцать плюс.

Она не очень-то и старалась от меня убегать, поэтому я достаточно быстро загнал ее в угол, из которого не было выхода. Подхватил ее на руки, чтобы не убежала.

Но она никуда и не собиралась.

— Поймалась, — сказал, глядя в темно-синие глаза, блестящие от лунного света.

— Да, — прошептала она, улыбаясь, и начала ощупывать мои руки и плечи, как будто пыталась вспомнить очертания моего тела.

Я прекрасно понимал ее, потому что сам с трудом удерживался от того, чтобы наброситься на нее. Руки сами тянулись к изгибу талии, роскошной заднице. Я изголодался по ее телу. И если бы мы не находились на улице, куда в любую секунду мог выйти кто-то еще, уже давно бы набросился на нее и сорвал к чертям эти узкие брюки, которые всегда сводили меня с ума. В них ее ноги выглядели бес-ко-неч-ны-ми.

Когда жгучее напряжение между нами уже достигло предела, нас буквально колотило от желания, я набросился на ее пухлые губы.

Рита застонала и моментально обмякла, мышцы шеи расслабились и стали такими податливыми в моих руках. Уверен, если бы загнул ее прямо в этом углу, она бы и слова против не сказала. Но помимо животной страсти было и еще кое-что — ощущение ее тела в моих руках вернуло к чувству, что я дома.

— Я так скучала по тебе, Макс, — доверчиво жаловалась она, когда мы прервались, чтобы отдышаться. Кипящее возбуждение все еще бурлило под кожей, я чертовски хотел перевести нас в горизонтальную плоскость, но обнимать ее и вместе смотреть на бескрайние земли Медвежьего угла тоже было приятно.

— Давай больше никогда не будем расставаться на такой долгий срок, — сказал, чувствуя себя сопляком. Но ничего поделать с собой не мог, рядом с ней эти розовые сопли так и лезли из меня.

— Не прошло и двух дней, — хихикнула моя жена.

— Даже один день — это слишком много, — философски заметил я и провел пальцами вдоль ее боков. Рита захихикала и начала извиваться, все еще зажатая между стеной и моим телом.

— Согласна, — тихонько промурлыкала она, потершись носом о мой подбородок. Зрачки расширились, веки опустились. Она приподнялась на носочки, чтобы еще раз поцеловать меня, чему я был очень даже рад, но прежде чем наши губы соприкоснулись, раздался испуганный крик, а сразу за ним — какой-то грохот. Мы переглянулись и повернули головы в ту сторону, откуда доносился шум.

— Это звучало как… — начал говорить как раз в тот момент, когда сарай, с которым мы с Мило провозились полдня, начал неумолимо крениться влево, готовый рухнуть в любой момент.

Мы с Ритой переглянулись и с нарастающим ужасом поняли, кому принадлежал этот крик. Грэг.

— Грэг? — прошептала Рита испуганным голосом. Мы в ступоре продолжали смотреть друг на друга еще довольно долго, потом оба пришли в себя и побежали на помощь нашему горе-конюху.

Добежав до хозяйственных построек, мы встретили Мило и Ноя, которые выбежали из каретного сарая с такими же озабоченными лицами. Они держали каменные фонари, что было очень кстати.потому что луна скрылась за облаками.

Братья еноты бежали впереди и освещали каменистую дорожку. Жаль, что у наших ног не могли вырасти крылья, чтобы мы могли быстрее добраться до сарая, это бы точно не помешало.

Я особенно жалел об этом, когда мы уже были достаточно близко, чтобы слышать душераздирающие рыдания, доносящиеся оттуда, но не достаточно близко, чтобы как-то помочь мальчику.

— Грэг! — крикнул я, когда мы вчетвером бросились открывать дверь.

— Макс! — отозвался он. Необходимость поскорее добраться до него сводила с ума, но это было не так-то просто.

Постройка накренилась еще больше, чем до этого, дверь тоже поехала, конечно. Одним углом она врезалась в землю, поэтому открыть ее было очень проблематично. Ржавые петли заскрипели, поднялась пыль. Все сооружение затряслось, словно это был карточный домик, который ждет первого порыва ветра.

— О, пресвятая Богиня! Эта конура может развалиться в любую секунду, — начал причитать Ной.

По ту сторону двери послышалось недовольное кряхтение и грохот. Точно! Там же помимо Грэга находятся еще и Кельвин с Томом.

— Мило, Ной, — прошипел от напряжения сквозь стиснутые зубы, пока мы вместе продолжали бороться с этой дверью. — Когда мы прорвемся внутрь, возьмите на себя поросят, а я постараюсь найти Грэга.

— А мне что делать? — спросила Рита.

Одна из дряхлых досок, к которой была прикреплена ручка, оторвалась. Точно! Мы не можем открыть эту дверь, но можем разобрать ее на щепки.

— Обойди сарай и попробуй открыть заднюю дверь, — я дергал старые доски, стараясь не обращать внимания на то, что в ладони впивались занозы. — Кто знает, вдруг, мы не сможем выйти через эту.

Моя жена ушла, ни сказав ни слова, а мы продолжили разбирать дверь.

Когда наконец образовался достаточно большой проем, я боком протиснулся в него и, споткнувшись, ввалился в покосившийся сарай, тускло освещенный несколькими фонарями, прикрепленных на стены и свисающих с балок. Из-за того что сарай снова покосился, внутри царил хаос, и в самом его центре сидел никто иной, как Грэг, всхлипывающий и держащийся за ногу, которая была выгнута под неестественным углом.

Мне было очень жаль мальчика, но времени на утешения не было, постройка снова застонала, напоминая, что вот-вот рухнет.

Причиной, по которой сарай еще кое-как держался, была стена, которую мы с Мило подлатали накануне. Но теперь конструкция наклонилась в другую сторону, как будто левая стена обиделась, что ее обделили вниманием, и решила показать, на что она способна.

— Грэг! — позвал мальчика, но он только сильнее зарыдал, протягивая ко мне руки. Я немедленно подбежал и присел на корточки рядом с его дрожащим, непонятно от боли или от испуга, телом. — Что тут случилось?

— Мне так жаль, Макс! — простонал он, и его лицо исказилось от боли. От этого зрелища мое сердце сжалось. — Мило говорил мне, что вхоить в сарай нельзя ни в коем случае, н-но мне н-нужно было…

— Макс, задняя дверь открылась, но она завалена хламом, пройти невозможно, Грэг с тобой? — раздался за стеной встревоженный голос Риты. Обернувшись, я увидел, что она была права, второй выход был завален инвентарем и обломками.

— Он со мной, — успокоил жену. — Жди нас снаружи и держись подальше от сарая.

— Хорошо, — странно, даже спорить не стала.

Сжав руку Грэга, я повернулся к братьям.

— Как дела с поросятами?

— Нам удалось их успокоить, — отчитался Ной. — Берите мальчика и выносите его поскорее, а мы с Мило погоним поросят следом за вами.

— Ладно, слышал, Грэг? — сказал захлебывающемуся в рыданиях мальчику, цепляющемуся за мою рубашку, и осторожно поднял его.

Он вскрикнул и уткнулся лицом мне в грудь. Сломанная нога безжизненно свисала и причиняла ему адскую боль, но о том, чтобы зафиксировать ее не могло быть и речи. Нужно было просто как можно скорее оказаться на улице. Мне дурно стало, когда подумал о том, что на него мог свалиться прогнивший сеновал. Чудом было, что он не оказался в ловушке под прогнившими досками и заплесневелым сеном.

— Прости, мне так жаль, — бормотал Грэг, не переставая. от его слез у меня промокла рубашка.

— Тише, все в порядке. И с тобой тоже все будет в порядке, — я посмотрел на скрипящий потолок, с которого сыпалась пыль, сено и опилки и ускорился. Хотелось поскорее выбраться, но вместе с тем было страшно, что одно неверное движение — и крыша рухнет нам на головы.

— Моя нога… Она так сильно болит, — икнул мальчик, и меня захлестнуло желание защитить этого мальчика, который с удивительным упорством находит приключения на свою задницу на ровном месте, от всех неприятностей.

— Я держу тебя. Мадам Брайт все еще у нас, она мигом тебя вылечит, — пытался заболтать его, вынося через сломанную дверь туда, где нас ждала Рита с фонарем.

Ее брови были жалобно сведены, она протянула руку, чтобы провести по растрепанным волосам Грэга, как будто ей нужно было физическое подтверждение, что он здесь и в относительном порядке.

Я мог ее понять.

— Тяни, — послышался голос Ноя. Он пытался вытолкать через узкий проем Тома, а Мило тянул его спереди.

Этот поросенок был крупнее, его бока застряли в проеме, но объединенные усилия братьев заставили его выскочить, как пробку.

Следом за ним из сарая выбежал Ной, и в ту же секунду постройка просто сложилась, как гладильная доска.

Когда мы все, включая поросят, оказались в безопасности, страх, который захватил меня с тех пор, когда я впервые услышал беспомощный крик Грэга, немного отпустил. Наступило облегчение, но появились вопросы. Если бы наш конюх находился в сарае, когда тот рухнул, он бы наверняка погиб.

Пыль на улице улеглась, паника — тоже, и на смену эмоциональной оглушенности пришла яркая вспышка гнева. Я стиснул зубы и усадил мальчика на пенек, чтобы осмотреть на наличие других травм.

— О чем ты только думал, когда полез туда? Мило же сказал, не соваться туда ни при каких обстоятельствах! — я не мог не отчитать бестолкового мальчишку, беззвучные слезы снова потекли по его бледным щекам.

— Я… кое-что оставил на сеновале, — сказал Грэг, покаянно опустив голову и уставившись на свои узловатые колени. — Хотел забрать это до того, как вы снесете сарай.

— Что там могло быть такого важного, что ради этого стоило рисковать жизнью? — потребовал ответа, стараясь не повышать голос, но сдержаться было сложно. Я так остро реагировал, потому что мне было не все равно на то, что с ним может случиться.

Облегчение, что все закончилось относительно благополучно, уже наступило, но тошнотворный, темный и острый, как бритва, страх все еще не отпускал. В голову одна за одной лезли мысли «а что если».

И главной была — а что если бы я не успел?

— Ну? — рявкнул нетерпеливо, и та часть меня, которая не кипела от гнева, почувствовала себя виноватой, когда и без того перепуганный мальчик вздрогнул от моего тона.

Грэг опустил голову еще ниже и стал копаться в карманах в поисках чего-то, что оценивал наравне с собственной жизнью. Я же стоял и хмуро смотрел на него сверху вниз, скрестив руки на груди.

— Не хотел, чтобы это потерялось, — пробормотал он, протягивая мне крошечную фигурку пегаса, надетую на кожаный шнурок. — Хотел, чтобы у тебя было что-то, что будет напоминать о победе в скачках, так что…

Грэг оборвался на полуслове, продолжая отводить взгляд, он поднял резной клон выше.

У меня сердце разрывалось от его угнетенного состояния. Как будто он ожидал отказа, но все равно предлагал свое подношение. И делал это так серьезно, словно протягивал собственное сердце на блюде. Гнев отхлынул, как вода во время отлива. Я опустился рядом с ним на колени, чтобы не возвышаться над мальчиком, все-таки это дополнительное давление, а давить мне больше не хотелось.

Это обиженное выражение, как будто парень полностью ожидал отказа, но все равно протянул свое подношение, как будто это было его сердце на блюде, было тем, что заставило гнев отхлынуть от меня, как вода, и я снова опустилась на колени до его уровня, чтобы не возвышаться над ним.

— Ты купил это для меня? — спросил как можно мягче и взял у него фигурку.

— Нет, сделал сам, — он робко посмотрел мне в глаза, на лице все еще блестели слезы.

Мои брови поползли вверх, я снова посмотрел на кулон, обращая внимание на детали. Разглядев его поближе, можно было заметить, что такие тонкие штрихи, как развевающаяся грива, расправленные крылья, согнутые ноги, да еще и в таком крошечном масштабе, могли быть вырезаны только очень умелым и талантливым человеком. Это впечатляло.

Маленький подарок действительно был хорош, и тот факт, что Грэг вложил в него свои мысли, свободное время, которого у мальчика оставалось не так уж и много, делал его для меня еще более ценным. Сердце снова кувыркнулось в груди, пытаясь освободить там больше места для людей, которые меня окружают.

— Приятель… — положил руку ему на плечо. — Прости, что накричал на тебя. Мне просто стало страшно, когда увидел тебя в опасности, и подумал, чем вообще это все могло закончиться.

— Мне жаль, — он снова начал извиняться и плакать.

Он рыдал так, будто прямо у него на глазах ломают любимые игрушки. Мне хотелось его утешить, особенно учитывая то, что отчасти причиной этих слез был я. Притянул его к себе и позволил выплакаться мне в плечо.

— Грэг, все в порядке, правда, — пора было сворачивать эти бурные излияния чувств. Не скажу, что всегда хорошо ладил с детьми или был хорош в утешениях, но эта сцена с расстроенным мальчиком не была такой неловкой, как я всегда представлял.

На самом деле в тот вечер я кое-что осознал. Этот мальчик был для меня очень дорог, кровь леденела от страха за него, поэтому эти объятия больше были нужны мне, чем ему.

Этот маленький засранец каким-то образом никого не мог оставить равнодушным, своей детской непосредственностью и самоотверженностью влюблял в себя всех, с кем имеет дело.

Он никак не успокаивался, поэтому я поморщился, подумав, что наверняка делаю что-то не так. Но когда посмотрел на Риту поверх лохматой головы, остатки неуверенности исчезли при виде выражения ее лица.

Глаза блестели от подступивших слез, она смотрела с восхищением улыбалась мне так, словно я только что исполнил ее детскую мечту. Они кивнула головой, прижала руку к сердцу и беззвучно, одними губами произнесла «люблю тебя».

— Что случилось? — нашу идиллию нарушил взволнованный визг целительницы, которая спешила к развалившемуся сараю. — Как кстати я сегодня здесь оказалась! Кто пострадал больше всех?

Глава 27

— Мадам Брайт, — обратился к ней, а Грэг выглянул из-за моего плеча и съежился. Кажется, он тоже побаивался эту женщину, которая причиняла добро всем вокруг. — Понимаю, что у вас и так хватает забот, и вы не обязаны… но не могли бы вы осмотреть еще одного пациента?

Она посмотрела на меня, будто я сморозил несусветную глупость, и махнула рукой, отчего крыло тоже покачнулось.

— Конечно, иначе как мне уснуть? Сломанная нога? — она уже осматривала Грэга. Он пожал плечами и неуверенно кивнул. — Отнесите его в дом. Сделаю все в лучшем виде.

— Спасибо, мадам, мы поднимемся через пару минут.

Она кивнула кудрявой рыжей головой и, порывисто хлопая крыльями, унеслась в поместье.

— Что будем делать с поросятами, хозяин? — спросил Ной. Они с Мило так и стояли рядом с Томом и Кельвином, ожидая дальнейших распоряжений. Животные, кажется, успокоились, от былой паники не осталось и следа, они лениво жевали траву.

— Придется им пожить во дворе, пока мы не построим новый сарай, — мне только и оставалось развести руками. Больше их пристроить было некуда.

— Но где они будут… заниматься своими делами? — лицо Грэга покрылось пятнами.

— Да, приятного мало, но все это будет ждать твоего выздоровления, — сказал с усмешкой и стал ждать, когда до него дойдет смысл сказанного.

Растущий ужас на его лице был настолько комичен, что я пожалел, что не могу его сфотографировать.

— Но здесь соберутся горы навоза! — захныкал он.

— Именно! — моя ухмылка стала еще шире. — И пока ты будешь убирать его, в твоей голове отложится, что нужно десять раз подумать, прежде чем лезть куда-то. Особенно если тебя предупреждали, что делать этого не стоит.

Мальчишка пристыженно опустил глаза. Чтобы смягчить язвительность своих слов, я демонстративно снял с шеи Камень Ашера, а потом снял лошадку с кожаного шнурка.

— Подержи-ка это, — всучил ему камень и стал развязывать узел на шнурке. Было трудно сдержать смех при виде восторженного выражения его лица. Грэг держал камень с таким благоговением, словно это была святыня.

Развязав шнурок, я просунул один его конец в отверстие в крылышке пегаса, завязал крепкий узел и вернул на шею. Мне понравилось, как деревянная фигурка стукнула о камень.

— Это очень красивая работа, Грэг, ты не должен бросать это дело, — Рита шагнула вперед и положила руку на плечо мальчика, показывая таким образом, что согласна с моими словами. Это заставило его наконец искренне улыбнуться.

— Спасибо, — пробормотал он и больше ничего не смог сказать, его лицо залило краской от удовольствия, гордости и смущения.

— А теперь пойдем лечить твою ногу, — я осторожно поднял его на руки и мы вместе с Ритой пошли на второй этаж, который за один только день стал нашим домашним лазаретом.

— Что случилось на этот раз? — ворчал Бруно, застилая кровать в небольшой комнатушке, чтобы мы могли уложить туда мальчика.

— Ооо, это несчастный случай и сломанная нога! — сумасшедшая жрица ворвалась в комнату, неся на подносе чаши с ароматными травами, дымящимися зельями и благовониями. Она обратилась ко мне. — Хорошо, что ты еще здесь. Твоя помощь понадобится, нужно будет придержать мальчика.

— Зачем это? — спросил, потому что Грэг с нарастающим ужасом сжал мое запястье.

— Будем вправлять кость. Прости, дорогой, но это будет очень больно. Мне жаль, — мадам Брайт сунула ему в зубы кожаный ремешок. — Прикуси это, так будет легче.

Следующий тридцать секунд были ужасающими. В комнате раздался тошнотворный треск, Грэг вцепился ногтями в мою руку и приглушенно закричал, прежде чем потерял сознание. Бедный ребенок.

То, что последовало дальше, было ужасающими пятнадцатью секундами, в течение которых раздавался тошнотворный треск, ощущение, как ногти Грэга впиваются в мою ладонь, и, наконец, приглушенный крик на долю секунды, который издал бедный ребенок, прежде чем потерять сознание замертво.

— С ним все в порядке? — с сомнением спросил, когда его голова бесчувственно откинулась на подушки и склонилась набок.

— С ним все будет в порядке, — сделала она акцент на слове «будет» и погнала нас всех к выходу. — А теперь идите и не мешайте мне заниматься больным.

Как бы сильно я ни волновался о Грэге, для меня было облегчением услышать, что можно уйти. Слышать его страшные крики было…

— Макс, — голос Риты, которая крайне редко поддавалась эмоциям в сложных ситуациях, вырвал меня из размышлений. — Он в надежных руках, не волнуйся. Ты нашел его вовремя.

— А? — рассеянно переспросил. Чувство странного бессилия одолело меня, голова начала гудеть от всего, что произошло за этот бесконечно длинный день.

Неужели нашествие демонов было только сегодня днем? Как будто целая вечность прошла с того бедствия. Потом пришел раненый Сет, почти умирающий, за ним — Грэг со своей ногой… Все это казалось каким-то сюрреалистичным, задним числом меня захватила паника.

— Макс, — снова позвала Рита и обхватила мое лицо теплыми ладонями. Ее голос доносился до меня словно сквозь толщу воды. Она внимательно смотрела ясными, как безоблачное небо, глазами. — Пойдем со мной, любовь моя. Я знаю, что тебе нужно.

— Хорошо, — в тот момент, да и в целом, готов был идти за ней куда угодно. Она точно не сделает того, что могло бы мне не понравиться. Жена вела меня за руку на первый этаж, в ту сторону, где располагалась оружейная комната. Вообще не понял, что там может быть интересного.

Но на склад с оружием мы не стали заходить, миновав двойную дверь, Рита повернула направо, в комнату, в которой я никогда раньше не был.

Однако вместо того, чтобы провести меня через двойные двери оружейной, Рита повернула направо, в комнату, в которой я никогда раньше не был.

— Вау, — тупо произнес, осматривая пространство. Комната была похожа на огромный бальный зал с окнами от пола до потолка, сверкающими люстрами, лакированными деревянными полами, но чем дольше я смотрел, тем яснее было, что предметам, составляющим обстановку, определенно не место на балах.

По всему помещению были разложены тюки и ящики, с потолков свисали мешки, плотно набитые сеном, похожие на боксерские груши, на полу лежал большой мягкий ковер, а у стены стоял стеллаж с оружием.

Кажется, до меня начало доходить назначение этого пространства. Я повернулся к Рите, которая стояла рядом и молча наблюдала за моей реакцией.

— Что все это значит? — спросил наконец.

— Хотела сделать для тебя что-то приятное, но я не такая умелица, как наш Грэг, — нервно усмехнулась она. — Поэтому решила подарить тебе что-то практичное. Эту комнату все равно никто не использовал, почему бы не превратить ее в помещение для тренировок?

— Ты оборудовала для меня домашний тренажерный зал? — спросил, как будто это было не очевидно, поражаясь предусмотрительности Риты.

— Ты как-то рассказывал, что в прошлой жизни иногда ходил в подобные места, чтобы тренироваться. Хотела, чтобы и здесь у тебя было такое место, — сказала она и застенчиво опустила глаза в пол. — По себе знаю, что когда не справляешься с чувствами, тренировки всегда помогают. Отработать технику, поработать над выносливостью или просто отпинать мешок с соломой и выпустить пар. Это всегда помогает прийти в себя.

Уставившись на свою кошку, потерял дар речи от ее проницательности. Ей хватило одного взгляда, чтобы заглянуть в мою душу, как в открытую книгу и процитировать пару мыслей с ее страниц.

Откуда она могла знать, что именно так я привык справляться с агрессией и эмоциями. Как там она сказала? Слишком сильными, вот.

Какое-то время после моего восемнадцатилетия, когда система опеки, устроенная не самым лучшим и справедливым образом, пережевала и выплюнула меня, я именно так и спасался. Плыл по течению, никому не нужный, не знал куда податься, и единственным, что помогало держаться на плаву, была физическая активность. Да, иногда на грани саморазрушения, но просто сидеть на месте я не мог, сходил с ума, злился на мир. Когда попал в зал, в котором познакомился с Романом, у меня уже был безлимитный годовой абонемент на случай. Как только начинал загоняться, шел на тренировку, в любое время дня и ночи. Таскал железо, бегал, плавал до изнеможения, пока рой мыслей в голове не успокаивался и не оставалась одна пустота.

Прошло много времени с тех пор, как мне удалось взять эти жужжащие, разрушающие чувства под контроль. Они охватывали меня так сильно, и я уже почти забыл каково это, но в последнее время снова начал тонуть в этой гнетущей черноте.

И Рита заметила это, хотя я сам еще даже не подозревал, что тону. Это было сильно. В эту удивительную женщину не грех было влюбиться и во второй раз.

Хотя вряд ли это было возможно, я уже так давно и основательно был увлечен ею, что сильнее просто некуда.

— Тебе нравится? — она поежилась и неловко переступила с ноги на ногу. Видимо, смутил мой пристальный взгляд, который продолжался намного дольше, чем она могла выдержать.

— Пытаюсь подобрать слова, чтобы выразить, как сильно люблю тебя, — пылко сказал, покачав головой, чтобы выгнать оттуда остатки беспокойства, которые старательно пытались закрепиться в моем сознании. Как будто пелена с глаз упала, мир вокруг стал выглядеть ярче, и груз, о котором я даже не подозревал, свалился с моих плеч.

— А вот это уже мой Макс, — прошептала Рита, загадочно улыбнувшись. Она подошла ближе, запустила пальцы в волосы и прижалась своим лбом к моему. — Скучала по тебе.

— Прости, что меня так долго не было, — прошептал, обнимая ее и глядя в синие глаза. Больше никуда смотреть не хотелось. По тому, как она погладила пальчиками мою шею, понял, что она знала: я говорил не только о физическом отсутствии.

— Все в порядке, — тихо сказала она в ответ. Она отключала меня от всего мира, рядом с ней всегда было ощущение, что вокруг никого нет. — Но надеюсь, ты знаешь, что тебе не нужно бороться со всем в одиночку. Я всегда рядом, чтобы поддержать тебя, когда не хватает сил. И всегда рядом, чтобы любить тебя.

Я зажмурился, ее слова залетели во все мои боли и страхи. Заключил ее в исцеляющие объятия, который второй раз за день оказались нужнее мне, чем другому человеку.

Грудная клетка ныла от нежности до какой-то легкой, приятной боли.

— Боюсь, что не смогу уследить за безопасностью всех, кто мне дорог, — признался, пробормотав ей в плечо приглушенным голосом. — Кажется, только сегодня понял, как много для меня значат все, кто здесь живет, даже Ной и Мило. Так много людей доверяют мне, полагаются на меня. Все они верят, что я могу дать им кров, хлеб, защиту. Страшно не вывезти эту ответственность.

— Чччч, — Рита погладила мою спину. — Знаю, любовь моя, знаю. Вижу, как ты стараешься сделать лучше жизнь каждого своего работника, и у тебя прекрасно выходит.

Отстранился, чтобы заглянуть Рите в лицо. Конечно, было проще вести этот разговор, не глядя на нее, он знатно меня разматывал, я чувствовал себя беззащитным, слабым. Но было так волнительно и приятно подпустить другого человека так близко. Примерно так мне представлялось свободное падение, когда уже прыгнул с вертушки, но парашют еще не раскрыл.

Парашют. Рита с ее горящими словами, заботой, добротой, поддержкой была мои парашютом. Не представляю даже, что делал бы без нее. Она придавала мне смелости и помогала открыться и стать лучше.

— Видеть Грэга в этих муках… — остановился, потому что от шокирующего воспоминания о нем, беззащитном, плачущем на полу покосившегося сарая, в горле образовался ком. С трудом сглотнул его и продолжил. — Это потрясло меня. Не знаю, в какой момент это случилось, но каким-то образом этот мальчишка стал значить для меня намного больше, чем просто надоедливый конюх, смотрящий на меня с открытым ртом. Как будто он мой младший брат… не знаю. В приемных семьях у меня были братья и сестры, но ни один из них не вызывал у меня желания защищать и оберегать.

Ты боялся, потому что почувствовал в нем своего человека, как будто он и правда твой брат или сын, — сказала Рита. — Говорю это, потому что чувствую то же самое.

— Мы… — я остановился и хохотнул от абсурдности пришедшей в голову мысли. — Обзавелись уже готовым взрослым ребенком? Удобно.

— Возможно, — хихикнула моя жена. — Это вполне соответствует тому, как мы к нему относимся.

Я хмыкнул, пока мозг обрабатывал ту версию, что приемный сын — это ярлык, который в этой ситуации подходит лучше других.

— Что ты об этом думаешь? — нерешительно уточнила она, разминая мои плечи.

— Вообще-то в твоих словах есть смысл, — довольно улыбнулся. — Никогда даже не думал, что могу стать отцом, но эта мысль меня не пугает. Это кажется правильным. Все не мог до конца понять, почему так разозлился, что он полез на этот сеновал, но теперь все встало на свои места.

— Рада, что до тебя дошло, как сильно ты привязан к этому мальчику. Теперь ты можешь собственными глазами видеть то, что я наблюдаю уже очень давно, — она прижала уши, потерлась макушкой о мой подбородок и тихонько замурлыкала. — Ему хорошо с тобой. И когда придет время ты станешь замечательным котом для наших котят.

Эта женщина решила меня добить?

— Ты правда так думаешь? — спросил, поглаживая ее поясницу и наслаждаясь тем, как она прижимается ко мне. Мы слиплись намертво.

— Конечно, — чувственно выдохнула она, сильнее вжавшись своим теплым телом в мое. — Честно говоря, видя, как ты возишься с Грэгом, я каждый раз думаю о наших детях. Эти мысли делают меня счастливой… и разжигают желание.

Моя секси-кошка прикусила губу, прикрыла глаза от удовольствия и, тихонько мурлыча, потерлась об меня, прижавшись так близко, что я почувствовал, как напряглись ее соски под тонкой тканью рубашки.

— Хочу тебя, — прошептал на ушко, прижимая ее к себе так близко, что между нами не осталось места даже для листа бумаги. Член твердел по мере того, как я терся об нее.

— О, кажется, я знаю, что тебе нужно, любимый, — промурлыкала она и бесследно потянулась к паху, обхватив меня поверх штанов. Ее ладонь ощущалась обжигающе горячо даже через ткань, кровь отлила от мозгов и хлынула туда, где она меня трогала, голова закружилась.

Да, это то, что было мне необходимо.

Говорить не хотелось, да и слова были лишними. Мы общались на языке движений, вздохов и стонов, прекрасно понимая друг друга.

— Котенок… — простонал, когда она развязала пояс штанов и ловко скользнула рукой внутрь, обхватив мой каменный стояк.

— Пожалуйста, Макс… — жарко простонала она мне в губы. — Мы так давно не занимались любовью, мне нужно почувствовать тебя внутри. Хочу, чтобы ты наполнил меня своим горячим семенем.

Глава 28

Кто я такой, чтобы отказывать даме?

Кровь застучала в ушах, как же меня заводили эти умоляющие, хриплые нотки в голосе Риты, кто бы знал. Я подхватил ее на руки и понес на ковер, она обхватила мою талию крепкими бедрами.

Едва только увидел эту комнату, мне захотелось поюзать каждый предмет здесь, полупить мешки, потренироваться с оружием, побороться с Ритой на этом подобии татами, которое она соорудила. Но у меня и в мыслях не было, что ситуация развернется так, и мы поборемся, конечно, но не в самом прямом смысле.

— Так скучала по твоим сильным рукам на моем теле, — жарко шептала жена между поцелуями. Она запустила пальцы в волосы и мягко массировала кожу на голове, иногда проходясь по ней коготками, из-за чего из глаз сыпались искры, а член требовательно дергался.

На нас было слишком много одежды и положение не самое удобное, чтобы исправить эту несправедливость, уложил Риту на ковер.

— Боже, как хорошо, — навалился на нее и застонал от того, как приятно ощущалось подо мной ее теплое, отзывчивое тело.

Руками она забралась под мою рубашку и начала выводить ногтями узоры по разгоряченной коже.

— Ты должен это снять, сейчас же, — настойчиво прорычала она, дергая за край одежды.

Я поспешно подчинился, никто бы не смог сопротивляться этому тону. Она была такой горячей, когда командовала.

— Так лучше? — спросил, когда помог ей снять с себя рубашку, и поиграл бровями.

Кошка выгнула бровь, а потом в пару движений, которых я никак не ожидал, перекинула ногу через мою талию и перевернула нас. Она оказалась сверху, оседлав мои бедра.

— Теперь отлично, — насмешливо сказала она и провела прохладными пальцами по горячей коже, по груди, прессу, дорожке волос, уходящей под расстегнутые штаны. От этих контрастов накатывали просто вау-ощущения.

— Черт, детка, — прошипел, когда она вжалась в пах промежностью, и сжал ее бедра, обтянутые кожаными штанами. Добрался до шнуровки на поясе, пытаясь распутать узлы трясущимися от нетерпения пальцами, попутно щекотал пупок, который выглядывал из-под задравшейся рубашки.

— Эй! — хихикнула она, извиваясь, и перехватила мои руки. Рита рассмеялась и покрепче сжала мои ноги сильными бедрами, мы боролись так некоторое время, пока она не задела мой член особо чувствительным местечком и не застонала. Бросив эти шалости, она положила мои руки на рубашку, намекая на то, чтобы я помог снять ее.

Ее красота каждый раз вышибала из меня остатки мозгов, все, что я мог — любоваться и пускать слюни, в чем не стал себе отказывать и на этот раз. Мои изголодавшиеся руки блуждали по ее подтянутому телу, гладили бока, животик, раскрасневшуюся от возбуждения грудь.

— Оооо, да, — она чувственно вырисовывала бедрами восьмерки и красиво выгнула спину, стоило мне только задеть пальцами бледно-розовые соски.

— Какая ты красивая, — я сел, усадив ее себе на колени и зарылся лицом между мягкими полусферами. От ее кожи исходил аромат свежескошенной травы. Хотелось облизать ее всю, как будто она была рожком моего любимого пломбира.

— Любовь моя… — промурлыкала она, прикрыла глаза, откинула светловолосую голову назад и прогнувшись в спине, подставила твердые соски для ласк. — Пожалуйста.

— Не пугайся, котенок, держу тебя, — аккуратно подмял ее под себя, так что она снова оказалась распростерта на ковре.

— Твой язык… — Рита смотрела на меня со смесью острого желания и дикого смущения. Я понял, чего она хочет, и не собирался отказывать, потому что это полностью совпадало с моими желаниями. Пока мои руки были заняты ее ботинками и штанами, целовал и покусывал подрагивающий живот.

Когда с одеждой разобрались, бедра моей жены инстинктивно разъехались, обнажив розовые губки. Я не мог больше игнорировать мускусный аромат ее возбуждения, отодвинулся назад, склонился над ней и закинул ее ноги себе на плечи.

— Оооо, — застонала она, когда я начал медленно ласкать языком влажную плоть.

Ее стоны звучали как музыка для моих ушей, чтобы выбить из нее еще этих сладких звуков, напряг язык и твердым кончиком обвел клитор, повторял эти движения до тех пор, пока ее удовольствие не расцвело в полную силу.

Ноги Риты задрожали, ее голова металась по полу из стороны в сторону, я уже чувствовал, что внутри нее нарастает неслабое напряжение. Она лихорадочно цеплялась руками то за длинный ворс ковра, то за мои волосы, то за свои собственные, как будто искала что-то устойчивое, за что можно ухватиться, пока тело выдает такие реакции.

— Не останавливайся, — умоляла она. Я ускорился, подключил к языку губы, челюсть уже ныла от напряжение. Чувствовал, что жена уже поднялась на вершину наслаждения но все еще не рухнула с нее, нужен был дополнительный толчок, поэтому, протянув руку, протолкнул два пальца между ее пухлыми губами.

— Пососи, — сказал бескомпромиссно, когда оторвался от нее, чтобы сделать вдох. Я с восторгом наблюдал, как она провела по ним языком, чтобы смочить слюной, а потом взяла в рот, втянув щеки. Глаза ее при этом порочно блестели. Это выглядело так горячо и откровенно, что бедра рефлекторно дернулись вперед, и я воткнулся членом в ковер, чтобы получить хоть какое-то облегчение от трения.

Вытащив пальцы из ее рта, вернулся к своему прежнему занятию, скользнув ими в Риту. Я загнул их вверх и двигал рукой так, будто каждым толчком манил ее все ближе и ближе к удовольствию.

И это помогло. Дрожи прокатилась по ее чувственному телу и она кончила, извиваясь подо мной и сжимая мои пальцы внутри.

— Макс, Макс, Макс… — шептала она на каждом выдохе и потянула меня за волосы вверх. — Пожалуйста, хочу, чтобы ты был внутри меня.

Подтянувшись повыше по ее совершенному телу, впился в губы и одной рукой быстро спустил штаны, ровно настолько, чтобы освободить член.

С одной стороны хотелось подразнить ее и растянуть предвкушение, как это обычно происходило, но по моим венам вместо крови уже тек огонь, который мог спалить дотла, поэтому, пристроившись, вошел в нее одним мощным толчком.

— Б… ляяяять, — запнулся, когда ее напряженные мышцы запульсировали вокруг меня.

— Я сейчас опять взорвусь, — хныкала Рита, ее грудь вздымалась от глубокого, учащенного дыхания.

— С тобой так хорошо, котенок, — я сел рядом с ней на колени. Когда первые ощущения после того, как вошел в нее, немного улеглись, можно было продолжать. Медленно вышел из нее с снова врезался на всю длину.

— Макс! — закричала моя жена, хватаясь руками за все, что попадалось, чтобы не улететь от этих крышесносных ощущений.

— Да, котенок, давай, — я полностью выходил из нее, заставляя почувствовать опустошение, и вдалбливался в нее членом снова и снова.

— Ооо, Богиня! — шипела Рита. Думал, у нее спина сломается, так сильно она прогнулась в спине. — Я почти…

— Давай, — уменьшив амплитуду, начал быстро вколачиваться в нее сильными толчками, опустил пальцы на клитор.

Кончила она феерично.

Все ее тело блестело от пота, стараясь растянуть удовольствие от оргазма, она продолжала насаживаться на меня и терлась о пальцы.

Уходить с ковра со счетом два — ноль мне совсем не хотелось, поэтому перехватив ее за спину, чтобы не счесала нежную кожу о ворс, начал трахать ее так, как хотелось мне.

Мы дошли до каких-то безумных скоростей.

— О, Макс, я чувствую, как он увеличился прямо внутри меня, — стонала Рита, обвивая руками мою шею и притягивая ближе. Я уперся пятками в пол и двигался так быстро, как это было возможно.

— Еще немного, сейчас кончу, — одну руку переместил на бедро и придержал, потому что от напора она соскальзывала назад.

— Я так этого хочу, — промурлыкала она, заглядывая мне в глаза и толкаясь навстречу. — Хочу почувствовать, как ты наполняешь мое лоно своим семенем, хочу носить под сердцем твоего ребенка.

— Рита! — вскрикнул от того, что оргазм застал меня врасплох. Планировал продержаться еще пару минут, но ее слова меня добили.

— Ооо, любимый, я чувствую… ааа! — жена задрожала и сжалась вокруг меня плотным кольцом. Вау! Приятно получать такую отдачу в сексе от женщины.

Она сжимала меня так крепко, что я непроизвольно подался бедрами вперед. Мы цеплялись друг за друга, разделяя один оргазм на двоих.

Я изливался в нее, пока она дрожала в моих руках, и это лучшее, чем мог закончиться секс, клянусь. Не знаю, что чувствовала Рита, но каким бы приятным не был процесс, окончание было в десятки раз ярче. Мы лежали, обнимались и пытались отдышаться, я иногда лениво толкался в нее, чтобы понаблюдать, как она вздрагивает от трения по чувствительным стенкам.

— Твою мать… — немного собрал мозги в кучу, чтобы более-менее связно выразить мысли.

— Не знаю, что это значит, но, судя по интонации, согласна с тобой, — томно вздохнула моя кошка, покачивая шелковистым хвостом.

Она подняло голову и порерлась носиком о мою скулу.

— Напомни-ка, нам всегда было так хорошо вместе или это из-за того, что мы давно не виделись? — спросил, поглаживая синяки, расцветающие на ее бедрах, подушечками больших пальцев. Черт, я дикое животное, да? Нужно быть поаккуратнее.

— Думаю, все дело в природе, — рассуждала Рита, положив голову мне на плечо. — Твое присутствие рядом, то, как ты контактируешь с Грэгом, мысли о наших детях… Все это пробуждает мое тело, оно видит в тебе самца, который может обеспечить потомство. В такой период кошка всегда становится привлекательнее.

— Ты нравишься мне всегда, — я откинул ее пепельные волосы назад, чтобы оставить на шее несколько поцелуев. — Хочу тебя каждый день, и это не зависит от твоего гормонального фона.

— Ты тоже всегда привлекаешь меня, любимый. Ты такой сильный, мужественный, добрый… — наглаживала меня по шерсти эта хитрая лиса. — Это распаляет меня. Как будто мое тело готовится к брачному сезону.

Мой член расслабился и выскользнул из Риты. Она дернулась, и я погладил ее по спине, чтобы успокоить.

— Мы можем практиковаться в любое время, стоит тебе только захотеть, котенок, — прошептал в ее бархатистое ушко. Она притянула меня к себе за подбородок и легко, едва касаясь, поцеловала в губы. Я устало улыбнулся и уткнулся носом в ее плечо, наполняя легкие свежим ароматом ее кожи. — Спасибо тебе.

— За что, любовь моя? — спросила она и отстранилась, чтобы заглянуть в глаза.

Она всегда была рядом со мной, как несущая стена, на которой держится весь дом. Молча поддерживала, ничего не требуя взамен. Это не всегда было заметно, но факт оставался фактом. Поэтому хотелось быть максимально честным и открытым с ней.

Как подобрать слова, чтобы выразить все, о чем думаю?

Я вряд ли мог бы сказать что-то лучше, чем то, что уже сказала Рита, поэтому взял ее руки в свои, как будто мы обменивались припоздавшими свадебными клятвами, и повторил слова, которые имели огромное значение для нас обоих.

— Я благодарен тебе за то, что всегда поддерживаешь, когда у меня не хватает сил, и за то, что любишь, даже когда не достоин этого, — твердо сказал, глядя ей в глаза, и поцеловал изящные пальчики. — Обещаю отвечать тебе тем же до конца жизни.

— Ты и есть моя жизнь, — сказала Рита и обхватила мою шею рукой. Она наклонилась и ласково поцеловала меня в лоб, прикрытые веки, нос, щеки, оставив напоследок губы.

Это был самый целомудренный, но самый важный и значимый поцелуй за всю мою жизнь.

Позже, когда мы отошли от оргазмов и вернулись в реальность, в голове прояснилось. Не представлял, надолго ли, но чувство тревоги отступило на задний план.

Чувствовал себя восстановившимся, собравшимся, четко знающим, что делать. И первой задачей, которую я себе поставил, стал Медвежий угол. Нужно было заглянуть в каждую дырку, все проверить, исправить, починить, чтобы таких ситуаций, как с развалившимся сараем, больше не возникало.

— Пойдешь со мной на дворцовую площадь? — спросил Риту, когда мы оделись и вышли из тренировочного зала в темное и тихое поместье. Даже примерно не знал, сколько времени мы там провели, но мог предположить, что было уже очень поздно, поэтому понизил голос. — Байрон пригласил меня завтра в Храм Солнца, он писал что-то о пике солнца. А еще Мило попросил заказать доски.

— Пик солнца — это полдень, пояснила она.

Мы вышли по коридору к центральной лестнице, которая была связующим звеном дома, по ней можно было добраться в любой угол.

— Конечно, я хочу пойти с тобой. Если думаешь, что мне захочется расстаться с тобой хотя бы на полдня, когда мы только воссоединились, то ты ошибаешься.

— И в мыслях такого не было, — игриво зарычал и, поймав ее за талию, прижал спиной к ближайшей стене.

— Кто тебя знает, — с вызовом спросила она и потерлась своим лицом о мое, громко замурлыкав. Замерев, как будто что-то не так, Рита потрогала мои щеки руками. — Какая у тебя гладкая кожа.

— Шелли намекнула, что мне пора побриться, — улыбнулся ей и протолкнул колену между бедер, чтобы она почувствовала, что надежно зафиксировала и выбраться будет не так уж легко.

Рита положила руки на мои плечи и сжала дельтовидные, прикрыв глаза. За время, что мы провели вместе, я немного изучил ее реакции. Например, эта означала, что ей нравится положение, в котором она оказалась.

Жена так и не могла оторваться от моего лица, трогала, поглаживала пальчиками.

— Ммм, как приятно к тебе прикасаться. Но было что-то привлекательное и в растительности на твоем лице. Особенно, когда ты терся лицом… там… — она закинула на меня ногу и потянула голову вниз, чтобы прикусить мочку. Улыбка превратилась в хищную ухмылку, потому что она наверняка почувствовала, как участилось мое дыхание. Если бы я не был так измотан, оттрахал бы ее прямо у той стены за такие шалости.

— Тебе лучше не провоцировать меня, иначе мы никогда не поднимемся наверх, — выдохнул ей в губы и позволил себе на несколько мгновений втянуть ее в поцелуй.

— А с чего ты взял, что я этого не хочу? — прошептала она и в свою очередь напала на мои губы.

Мы целовались страстно, горячо и влажно несколько минут. Наши языки сплетались и толкались в борьбе за доминирование, но накал длился недолго, быстро перешел в нежные уступки и невинные чмоки. Это скорее были отголоски нашей прошедшей близости, чем заход на новую, и несмотря на наш флирт и интерес друг к другу, за рамки поцелуя мы так и не вышли.

Рита отстранилась, я тоже перестал вжимать ее в стену, но совсем из объятий не выпустил.

— Пойдем, проверим, как там наши гости? — предложила она, переплетая наши пальцы.

— Пойдем. Надеюсь, все уже отдыхают, — добравшись все -таки до лестницы, мы поднялись на второй этаж, где разместились Сет, Грэг и эксцентричная целительница.

— Ах, посмотрите, кто наконец объявился! — с ходу кинула претензию мадам Брайс, вставая со стула, который установила между двумя «палатами».

Глава 29

При этом она так понимающе ухмылялась, как будто подглядывала за нами в тренажерном зале. Ну или просто по нашему потрепанному и очень довольному виду и так все было понятно.

— Да, решили проверить, как вы тут, — сказал и неловко почесал затылок, как подросток, который вернулся домой позже разрешенного времени.

— Не нужно стесняться, — точно, эту-то особо сложно чем-то смутить. Она хитро улыбнулась так широко, что в свете тусклых фонарей на стенах блеснул золотой клык. — Каждому время от времени нужно исцеление любовью. Мои старые кости чувствуют, что ваши души сплетены в полной гармонии.

Я понятия не имел, как отвечать на эти вбросы, поэтому просто улыбнулся, пожал плечами и сжал руку Риты, которая все еще лежала в моей.

— Как там Сет и Грэг?

— Первый крепко спит, его рана в порядке, — летучая мышь недовольно тряхнула крыльями. — Однако мальчику не по себе.

— Что случилось? — тревога разогналась мгновенно, мысли сразу поскакали по самым худшим сценариям. — Ему больно?

— Да, но его беспокоит не нога, только смятение в сердце, — сказала она и щелкнула языком в своей обычной манере. — Он ждал тебя и не позволял себе спать на тот случай, если ты решишь зайти к нему. Очень переживал, что сегодня ты больше не заглянешь к нему.

— Конечно, я собирался проведать его, — нахмурился, не понимая причины его беспокойства. — Почему он думал иначе?

— У меня не ответа на этот вопрос. Могу только сказать, что иногда сознание играет с нами злые шутки и заставляет сомневаться в собственной ценности для близких, — загадочно сказала жрица с приветом. Она положила руку на поясницу и поморщилась, будто ее беспокоили боли в этой области. — А теперь не мог бы ты проведать своего юного друга и утешить его печали, чтобы старая, больная женщина могла наконец немного отдохнуть?

— Пойду прямо сейчас. Нам всем не помешает отдых, — сказал и благодарно улыбнулся Рите, когда она предложила руку мадам Брайт.

— Позвольте мне проводить вас в ваши покои, дорогая, — учтиво сказала моя кошка.

— О, спасибо, прекрасное дитя, — поблагодарила ее пожилая женщина, оперевшись на предложенную руку.

— Я ненадолго, встретимся наверху, — сказал жене, а она кивнула светловолосой головой в знак согласия и повела жрицу в ее комнату по темному коридору.

Повернулся и приоткрыл дверь, рядом с которой мы стояли, заглянул внутрь.

Слабый свет из коридора косым лучом падал в комнату Грэга и прорезал ломаную линию на покрывале его кровати. Этого было достаточно, чтобы увидеть, как тело под одеялом вздрогнуло. Мальчик замер, попытался заглушить тихие рыдания и притвориться спящим. Тот факт, что он сидел здесь, переживал и плакал, вместо того, чтобы позволить себе отдых, в котором так нуждался, снова поднял во мне все инстинкты. Заботиться, защищать.

Но на этот раз эти чувства не застали меня врасплох. Я сам был приемным ребенком, который провел сотни таких же ночей в одиночестве и страхе, поэтому меня так тронула его хрупкая фигурка, сотрясающаяся от безмолвных рыданий.

Когда увидел себя в этом мальчике, до конца понял, почему он вызывает такие чувства. Неловкость и неуверенность, которые я испытывал каждый раз, когда мы общались, испарились, стоило только понять, насколько мы похожи.

Итак, я просто сделал то, чего всегда сам хотел. На самом деле маленькому, одинокому, запуганному ребенку нужно не так уж и много.

Подошел к кровати.

— Грэг? — позвал шепотом, как будто не заметил, что он не спит. Хотел, чтобы у него был выбор. Вдруг, он смутится или вообще не захочет никаких утешений. Но это было лишним, как только я сел на край кровати, он подскочил и обхватил худыми руками мою шею. — Привет, приятель. Аккуратнее со своей ногой, ладно? Почему ты еще не спишь?

— Всегда п-плохо сплю по ночам, — признался он, прижимаясь ко мне. Я пару раз провел рукой по его спине между лопатками, чтобы немного успокоить.

— Почему? — усадил его на подушки, чтобы он мог вытянуть сломанную ногу.

— Переживаю, — признался он, горько всхлипнув, и положил голову мне на плечо.

— О чем? — не хотелось допытываться, но ребенок не спал ночами, и это было проблемой. Он растет, нужно много отдыхать, чтобы оставаться здоровым. Мне было не так уж много известно о детях, но это знал наверняка.

— Просто… — начал он, но снова прервался из-за слез. Я потрепал его по волосам и потер плечо, чтобы вселить в него уверенность и поддержать. — Я знаю, что нахожусь здесь только потому, что меня тебе отдали, и ты еще не решил, что делать со мной дальше. И если хочу остаться, должен проявить себя и доказать, что я достаточно хорош, чтобы служить тебе. А от меня пока одни только неприятности.

Я резко втянул воздух, что-то крошечное и очень болезненное закопошилось в груди, когда он произнес эти слова.

Сколько бессонных ночей было проведено в таких же токсичных, выматывающих мыслях, когда меня передавали из одной семьи в другую?

Каждый раз, попадая в новую, я тратил все силы днем на то, чтобы приспособиться и адаптироваться в новом окружении, но как только наступала ночь, наружу лезли все страхи и сомнения, они не давали мне спокойно спать, догоняли даже в сновидениях.

Не стоило мне доставлять им хлопоты, нужно было промолчать, нельзя было делать этого, меня снова вернут и придется начинать все заново. Одни и те же мысли по кругу.

Я ненавидел свою жизнь. У меня никогда не было дома, только временные жилища. Меня забирали из детдома, возвращали обратно, снова забирали, как телевизор, которым попользовались, поняли, что не нравится и сдали обратно в магазин. И только увидев в Грэге отражение того обиженного мальчика, понял, что у меня даже шанса не было исправить это.

Но я мог постараться сделать так, чтобы эти страхии не съели изнутри Грэга так, как они сожрали меня. Эта мысль стала спасением для нас обоих.

— Когда я был в твоем возрасте… — начал и почувствовал, как он все свое внимание сосредоточил на моем рассказе. — Меня точно так же передавали из рук в руки. Ни в одной семье не задерживался надолго, меня пинали из дома в дом, как футбольный мяч.

— Ты правда так жил? — прошептал он прижимаясь еще крепче, как будто это мне нужна была его поддержка.

Хотя так оно и было.

— Да, правда, — кивнул и сглотнул ком в горле. Никогда ни с кем не обсуждал это, оказывается, говорить о таких вещах чертовски больно. — Я понимаю, что ты чувствуешь, намного лучше, чем тебе кажется. Грэг, твое место здесь. Может, тебя и отдали мне, но главное, что сейчас ты с нами, и здесь ты останешься, несмотря ни на что.

— Правда? — он посмотрел мне в глаза впервые за наш разговор. Лицо было заплаканным и слишком, на мой взгляд, бледным, но больше всего беспокоили сомнение и недоверие, притаившиеся в его чертах. Дети не должны испытывать таких чувств.

Дальше я сделал еще одну вещь, о которой всегда втайне мечтал, будучи ребенком. Тогда у меня еще хватало надежды и фантазии, чтобы мечтать о том, что в один прекрасный день кто-то придет и предложит мне свой дом.

— Посмотри на меня, — он уже отвел глаза, но мне хотелось видеть их, когда скажу ему то, что собирался. — Неважно, как ты сюда попал, теперь ты — моя семья, понимаешь? Ты мой близкий человек, и я не собираюсь отказываться от тебя, независимо от того плохой ты или хороший.

— Но… но… — заикался мальчик, пытаясь осознать, что до него хотят донести. — Я не…

Не хотелось его торопить и подгонять, чтобы он поскорее облек свои хаотичные мысли в слова. Он выглядел так, будто вот-вот пар из ушей повалит, раскраснелся от напряжения и заерзал на месте.

— Ты не кто? Не мой сын? — решил идти ва-банк и не прогадал. Он смутился и спрятал лицо у меня на груди.

— Я вообще ничей. У меня нет родителей, — прошептал он и выглядел при этом таким несчастным, что я решил приобнять его, чтобы снова не расплакался.

— У меня тоже, и это уже не исправить. Но, может быть, ты можешь быть моим, если захочешь? — сказал и снова стал ждать, пока он осознает мои слова.

— Ты хочешь, чтобы я был твоим сыном? — наконец набрался он смелости, чтобы спросить.

— Только если тебе самому это нужно, — решил оставить выбор за ним.

— Нужно, конечно, нужно, — выпалил он и закивал головой, как китайский болванчик. — Я знаю, что могу быть хорошим сыном, я справлюсь, обещаю, только дай мне этот шанс, Макс, пожалуйста!

— Это не я даю тебе шанс, бестолочь, а ты — мне, — сказал, заглядывая ему в глаза. Это было самое важное, что мне хотелось ему донести. Иначе в глубине души у него всегда оставались бы сомнения, что я в любой момент выставлю его из дома пинком под зад. — Грэг, согласишься ты или нет, это никогда не изменит моего отношения к тебе. Ты покинешь медвежий угол только в том случае, если сам этого захочешь. И если это когда-нибудь произойдет, мы вместе подумаем, куда тебе пойти и как лучше устроить жизнь. Так что хочу спросить, окажешь ли ты мне честь быть твоим приемным отцом?

— Приемный отец? — ну конечно, откуда ему знать, что это значит.

— Ммм, так говорят, когда человек берет на себя ответственность за чужого ребенка. Это его собственный выбор, а не обязанность.

— Значит, это как бы… даже лучше, чем обычный отец, потому что ты сам выбрал меня? — его глаза снова заблестели от слез, но они больше не были такими горькими и болючими.

— Что тут сказать? — пожал плечами и взъерошил его волосы. Ты уже прирос ко мне, как грибок. Фу, да от тебя так и пахнет.

Мои поддразнивания возымели желаемый эффект, мальчик рассмеялся и снова прижался ко мне головой.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты стал моим приемным отцом, Макс, — сказал он. Напряжение как будто в одну секунду вылилось из него, уставшее тело начало расслабляться и обмякать. — Мне называть тебя папой?

— Ты можешь звать меня, как тебе удобно, дружище, — провел рукой по его спутанным волосам и осторожно уложил его на подушку.

Он лежал и обдумывал, что вообще произошло. Конечно, ему потребуется еще много времени, чтобы понять и принять это, поверить всему, что я говорю, и это только придавала большей решимости делать все, чтобы он был уверен: я отвечаю за каждое свое слово.

Когда он наконец уснул, я осторожно, чтобы не разбудить, встал с кровати и подоткнул одеяло.

Получилась такая уютная, тепленькая шаурма. Позволил себе несколько минут постоять и полюбоваться этой умиротворяющей картиной, пока в моем сердце происходили перестановка, чтобы освободить побольше места для этого мальчика.

Мне показалось вполне естественным откинуть челку с его лица и чмокнуть его в лоб, чтобы завершить эту трансформацию.

Если эти чувства хоть немного похожи на отцовство, то беспокоиться о будущем точно не стоило. Мне даже захотелось, чтобы у нас с Ритой и Шелли поскорее появились свои дети.

Выбравшись наконец в коридор, удивился, увидев, что там не так пустынно, как могло бы быть в такой час.

— Что вы здесь делаете? — спросил обеих своих жен, они стояли за дверью в спальню Грэга, прислонившись к стене.

— Я проснулась, чувствуя себя намного лучше, и захотела найти вас, тихо сказала Шелли. — Вышла из комнаты как раз в тот момент, когда Рита хотела в нее войти. И поскольку моя лодыжка уже почти не болит, решили прогуляться и подождать тебя.

— О, — довольно улыбнулся. — Рад слышать, что тебе лучше.

— Макс… — выдохнула вторая жена, внезапно обхватив мое лицо обеими руками и пристально посмотрев в глаза. — Мы слышали, что ты сказал Грэгу.

— О… — я не нашел, что сказать, только потер грудь ладонью, там зарождалось какое-то ранее неведомое тепло.

Да никаких слов и не требовалось, улыбнулся шире, несмотря на то, что щипало глаза от подступающих слез, которые зажгли глаза только сильнее, когда в моих объятиях оказались обе любимые женщины.

— Позволь нам позаботиться о тебе, муж, — жарко прошептала Шелли, и мы втроем пошли в нашу спальню этажом выше, где разделись, помогая друг другу при необходимости.

Приятно было ощущать прикосновения обнаженной кожи к коже, поэтому никто из нас не потрудился одеться, мы просто забрались под одно одеяло и отключились.

Той ночью меня посещали странные сны и ощущения. Постоянно казалось, что тону и пытаюсь бороться с каким-то неумолимым течением.

Я изо всех сил греб руками, чтобы вынырнуть на поверхность и наполнить легкие драгоценным воздухом и свободой, которые казались невыносимо далекими и недоступными. Всякий раз, когда мне удавалось вырваться на поверхность, яркие вспышки света и оглушающие звуки швыряли меня обратно под воду, в тишину и черноту.

Что-то в этом, сводящем с ума калейдоскопическом вихре, было цепляющим, в какой-то момент я начал замечать фрагменты знакомых лиц, которые исчезали из поля зрения так же быстро, как появлялись. Сон был похож на безумную карусель.

Все люди, о которых мне предстояло заботиться, проносились перед моим мысленным взором, но как бы сильно я ни тянулся к поверхности, ухватиться было не за что, оставалось только спускаться по спирали все ниже и ниже.

— Проснись, Макс, — голос Шелли пробился сквозь чернильные воды моего подсознания и я даже не проснулся, очнулся с резким, глубоким вдохом, как будто и правда находился на дне долгое время.

Утренний свет ослеплял, но еще ярче был электрический разряд прозрения, которое хорошенько приложило меня по голове.

Щекотливая мысль, которая ранее зацепила мой мозг наконец обрела смысл.

Но чтобы быть уверенным, мне нужно было поговорить с Байроном Рамзи.

Четвёртый том, тут: https://author.today/reader/430846/3991943

Спасибо всем, кто вместе со мной проживает историю Максима Медведева в новом для него мире. Хочется выразить слова благодарности моим читателям, семье, что не давала ни секунды покоя 🙂

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ашер – 3

Content

Ашер — 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Nota bene