Ведьмак с Марса 2

Глава 1

— Я знаю, кто ты на самом деле, Юлий Марс.

Я посмотрел на палец с безукоризненным маникюром, нацеленным на меня. Поднял взгляд на лицо Александры. Удивительно, какие мелочи отмечает сознание в такие моменты, хотя даже я уже чувствовал себя несколько утомлённым. Крохотный страз, утопленный в чёрном лаке, выглядел как маркер наведения. А в зрачках, расширенных от возбуждения и полумрака коридора, прямо-таки читалось перекрестие прицела. И я ни секунды не сомневался, на кого этот прицел направлен.

Организм сам собой переключился в боевой режим.

Время почти остановилось. Мысли, которым некуда было спешить, текли неторопливо, почти лениво, и я изучал их с разных сторон, прежде чем принять окончательное решение.

Что эта секс-бомба умудрилась на меня накопать? Насколько серьёзный прокол допустил Департамент? Где именно прокололись? И самое главное — куда девать труп так, чтобы его не нашли? С учётом вездесущего Профессора Мориарти и послушных ему камер вопрос был отнюдь не праздным.

Но сначала нужно было узнать, что именно стало известно Александре, подстраховалась ли она на случай, если ситуация выйдет из-под её контроля, насколько уязвима её страховка для АЛа, и нельзя ли обойтись без радикальных мер? Вдруг мне есть что предложить ей за молчание? Рискованно, конечно, но и возможными союзниками в моей ситуации разбрасываться тоже было не с руки.

Потом Александра моргнула, и снайпер внутри её хорошенькой головки отложил винтовку. Я представил, что она сейчас видит. Лицо в синяках и в крови, длинный порез на щеке, волосы слиплись от пота и крови безобразными сосульками, белая с чёрным и золотым форма лидера топа превратилась в лохмотья, ещё и пошатывает заметно…

Ну, допустим, пошатывался я намеренно, и порез был сделан хирургически, пока «стая» шумела и роняла друг друга куда и как попало. Но всё остальное было настоящим. Хотя пришлось попотеть, чтобы форменка обрела свой нынешний вид. Ну, и маску истощения и усталости, которую носил двое суток, я с себя пока не снимал.

Идеальная невеста и жена, заточенная на то, чтобы наилучшим образом послужить своему избраннику, не могла не повестись на это. Концентрированная женственность может быть равно беспощадна и милосердна, и сейчас побеждало милосердие. Что ж, это давало неплохие шансы на выживание самой Александре…

Пауза затягивалась. Я рассчитывал, что Герега сдастся быстрее.

— Ты как-то неважно выглядишь, — сказала она наконец. — И помыться тебе не мешало бы… Давай поговорим утром.

Я чуть помедлил и кивнул. Выглядело так, будто до меня даже слова с трудом доходят.

— Где и во сколько? — даже голос у меня был словно присыпанный пылью. В своё время пришлось немало помучить диктофон, чтобы добиться такого эффекта.

Она что-то прикинула в уме.

— Ресторан «Уголь и Уют», восьмой сектор. Сразу после занятий. Не опаздывай, стейки нужно есть горячими.

Я смотрел, как она уходит по коридору, покачивая бёдрами, и рот у меня наполнялся слюной.

Стейки…

По комнате я промчался как смерч, разбрасывая испорченную одежду. Потом соберу и отправлю в утилизатор. Мне действительно было позарез нужно в душ. И совсем не потому, что застоявшийся уже запах пота оскорбил аристократический носик охотницы за ДНК. Слишком много нужно было ещё сделать за этот вечер, а заниматься делами я предпочитал всё же чистым и прилично одетым, если был выбор.

Да и есть хотелось отчаянно, а опускаться до пожирания ужина в стиле немытых неандертальцев я себе позволить не мог. Только дай себе слабину в какой-нибудь мелочи, тут же возникнет искушение расслабиться ещё в чём-то более существенном, и моргнуть не успеешь, как из альфы превратишься во всклокоченное недоразумение.

Правда, в душе, смыв с себя грязную пену, я всё-таки дал себе минуту на то, чтобы просто посидеть на полу, целиком отдавшись ощущению стекающей по коже воды. Тёплые и холодные струи смывали пот, грязь, напряжение. Я представлял, как вместе с ними стекают в слив все эмоции. Внутри оставалась благословенная безмолвная пустота…

Всего минута, но мозг словно перезагрузился, оставив этот безумный день позади. Энергично растираясь полотенцем, я ощутил, что снова готов работать.

Начал я с расписания на завтра. Занятия занятиями, но помимо них завтра меня постараются разорвать на пару сотен маленьких Ведьмаков. Начиная с тех, кто потерял на ставках свои деньги, и заканчивая Винсентом.

Наследник Реалов не будет мириться со своим положением. Вызов мне был вопросом времени, сомнения вызывала только очерёдность дуэлей: сразу со мной, или пройдётся по всему топу, оставив меня на сладкое? Будет ли использовать недовольство проигравших, чтобы вымотать меня дуэлями, или гордость заставит взяться за меня свеженького и полного сил?

Нужно было удовлетворить «стаю», если кто-то ещё остался неудовлетворённым после того, как сделал на мне состояние.

Нужно было уточнить, кто придёт на тренировку.

Нужно было переговорить с Альфредом насчёт «элементалей».

Что я забыл?

Ах, да. Микаэла и свидание. Я ей обещал.

Дверь курлыкнула самым приятным звуком за весь день. Эту трель использовали служебные машины. Дроид привёз мне ужин…

У меня за ушами попискивало, пока я уплетал свою порцию, едва ощущая вкус еды. Моё внимание было приковано к смарту: я изучал всё, что смог найти про место встречи с Александрой. Я понятия не имел, что это за ресторан, но Космос Великий и все его чёрные дыры! — какие там были голофото…

Толстые ломти мяса, похожего на красно-белый мрамор, могли пошатнуть в вере даже самого закоренелого вегетарианца. Они же, но зажаренные, будоражили сосочки на языке фантомными нотками вкуса. Александра Герега знала, куда пригласить голодного мужчину…

Этой ночью мне точно будут сниться стейки.

* * *

Учебный день прошёл плодотворно, но скучно. «Стая» взяла отпуск и перестала гонять меня в хвост и в гриву — заказ был выполнен, приказа продолжать не поступало, а самым идейным, радеющим за честь дочери главы ЧВК, я вчера вечером сам рёбра пересчитал, пока меня в покойники готовили.

Снежка пару раз попалась на переменах пробегающей куда-то с очень деловым и озабоченным видом, помахала рукой, но поговорить не остановилась. Винсент мрачно зыркал на меня и надувался, то ли набирался храбрости бросить вызов, то ли мой вид вызывал у него запор. Мне даже захотелось подшутить над ним. Я прямо-таки видел у себя в голове, как это могло бы выглядеть…

— Тебя медсестра ищет, сказала, что это важно, — подлетел бы к нему кто-то из студентов.

— Меня? — принц очень удивился бы, но с врачами лучше не шутить, и он направился бы в медпункт. А там…

А там Сибилла с её чарующим голосом.

— Ты, главное, не волнуйся… Это бывает со всеми людьми…

— Ээээ… — вот тут Винсент наверняка забеспокоился бы.

— Примешь таблеточку, или пойдём другим путём? — проворковала бы прекрасная гречанка.

Винс ощутимо напрягся бы, не понимая, о чём речь, но уже подозревая у себя спидорак всего организма.

— Что, новый приступ? — забеспокоилась бы медсестра. — Расслабься, дыши животом…

Ему пришлось бы послушаться, и спустя несколько минут принц почувствовал бы, как расслабляется.

— Хорошо… А теперь снимай штаны.

— Да в чём дело⁈ — вот тут у него уже должна начаться тихая паника.

— Запор же?

— Запор⁈ Нет у меня запора!

— Ты своё лицо видел?

— Какая сволочь это сказала⁈

Я невольно усмехнулся, прогоняя из мыслей эту милую сценку.

Организовать это было бы несложно, но пока он не доставил мне серьёзных проблем, а начинать конфронтацию первым я не собирался. Союзником он мне был бы куда более выгоден, чем врагом.

Кстати о союзниках…

Я поймал за рукав пробегающего мимо Альфа.

— Альфред, мне нужны контакты с топами элементалей. Сделаешь?

— У меня есть пара знакомых, — кивнул парень. — Пехотной броне тоже нужно обслуживание.

— Я знал, что могу на тебя положиться.

Он аж подрос на пару сантиметров. И осанка появилась, и подбородок поднялся. Что может сделать с людьми пара слов, подумать страшно… Особенно когда знаешь, кому, когда и как их сказать.

А я знал. Меня этому очень хорошо научили.

Я похлопал его по плечу, глянул на время. У меня ещё оставалось минут сорок, чтобы принять душ и переодеться. «Сразу после занятий»? Ха. Три раза. Никогда не поверю, что девушка сразу после занятий помчится в ресторан. Не сменив форму на что-то более подходящее случаю и не перемерив в процессе половину гардероба, не наложив макияж, который ещё надо обдумать, а потом несколько раз подкорректировать, не выбрав украшения, туфли и сумочку…

А, ещё и причёска же!

Если найду такую, кто действительно делает то, что говорит, и никогда не опаздывает — женюсь. Прямо сразу. Пока не опередили. А сейчас придётся холостым и голодным лететь на крыльях любви к мраморной говядине сначала к себе в комнату, а потом в этот, как его… «Уголь и уют».

Ну и названьице…

Хотя, если то, что там готовят, хотя бы вполовину так вкусно, как выглядит в рекламе — могут назваться хоть «Кочергой», я всё равно буду их любить.

* * *

Я опоздал.

В ресторан я входил спустя полчаса после окончания занятий, но спросить ничего не успел — меня подхватил официант и препроводил в вип-зону. Ресторан и в общем зале выглядел шикарно, но здесь…

Никогда не понимал стремления некоторых рестораторов сделать из своего заведения гибрид мавзолея и музея. В ресторане должно быть красиво, но уютно. В конце концов, в такие места приходят, чтобы вкусно и с комфортом поесть, а не сидеть с прямой спиной, ощущая укоризненные взгляды стен, оскорблённых присутствием плебея, посмевшего слишком громко брякнуть вилкой.

Вот только я, благодаря выучке Царя, в таких местах чувствовал себя как рыба в воде. Несколько взглядов скользнули по мне — кто-то из посетителей приготовился изобразить брезгливое негодование, — и тут же ощущение внимания исчезло. Я не шёл за официантом, как не способный разобраться, куда ему идти, простак. Меня вели, как почётного гостя, а я благосклонно позволял показывать мне дорогу.

«Уголь и уют» близко подошёл к той опасной черте, за которой желание подчеркнуть элитарность превращается в претенциозность и отбивает аппетит. Но владельцам хватило чувства меры, чтобы этого не произошло. Общий зал был оформлен в классическом стиле: позолоченная лепнина, декоративные колонны и панели, создающие ощущение уединённости, свисающие с потолка люстры… Я ожидал увидеть в вип-зоне примерно то же самое, только раза так в три ярче и вычурнее. Но…

Кабинет, в котором я оказался, имитировал древнее жилище. Стены, отделанные натуральными тканями и настоящим деревом, удобные кресла, накрытые шкурами — уверен, что тоже не искусственными, стол на резных ножках. И настоящий камин!

В стене, отделанной диким камнем, я увидел настоящий горящий камин! Голова какого-то зверя над ним меня уже не удивила. Жечь кислород на космической станции… У богатых бывают очень странные причуды.

Александра сидела в кресле у камина, скрестив в щиколотках вытянутые ноги, и выразительно посмотрела на часики при моём появлении. Но я был готов биться о заклад на своё место в топе, что она опередила меня не так уж намного. Потому что настолько преобразиться она могла или с помощью целой армии прислуги, или действительно сразу после занятий отправиться в ресторан и переодеваться уже где-то здесь. Но даже так форы у неё было от силы в пять минут, или я ничего не понимаю в женских штучках.

Она сменила причёску. Длинные чёрные волосы были заплетены в тяжёлые косы и уложены королевским венцом вокруг головы. Форма Академии исчезла, сменившись простым платьем, удивительно гармонично смотревшимся в этом антураже. Я присмотрелся внимательнее и мысленно присвистнул.

Ткань ручной выделки, не крашеная и даже, похоже, небелёная — всё для того, чтобы подчеркнуть качество и натуральность. И почти незаметная издали изысканная вышивка белой нитью… Да это будет, пожалуй, подороже того, что я подарил своей невесте…

Секс-бомба, провоцирующая каждым движением, позой и взглядом, превратилась в юную королеву, которая снизошла до приватной беседы с вассалом. Ну, в эту увлекательную игру можно играть вдвоём…

— Не мог же я заявиться в ресторан в чём был, — непринуждённо заметил я, усаживаясь в свободное кресло. Оно оказалось настолько удобным, что это казалось почти опасным. Из него не хотелось вставать. Хотелось расслабиться, вытянуть ноги, прикрыть глаза…

Так. Спать я буду потом. У себя в комнате и в относительной безопасности. А сюда я пришёл, чтобы…

— Твоего мундира лидера было вполне достаточно, — с прохладцей в голосе отозвалась Александра и перевела взгляд с часиков на официанта. — Олег, спаржу на гриле, овощной салат…

«А стейки⁈»

— Два… нет, три стейка, перечный соус и «Пти Вердо», — бросив на меня взгляд, добавила девушка. — И пусть приготовят на десерт канноли с рублеными фисташками и сок.

— Виноградный или яблочный? — уточнил официант.

— Олег, ты что, первый день работаешь? — в голосе Александры зазвучало высокомерие. — Конечно, яблочный. Осветлённый.

— Да, госпожа, — официант покосился на меня. — Я не был уверен, что ваш гость предпочитает то же самое…

Вот как… Эта занимательная сценка дала мне пищу для размышлений. Конечно, Александра могла быть постоянной клиенткой, вкусы которой здесь знают от и до. Но Олег обращается к ней «госпожа», называет меня её гостем…

— Этот ресторан принадлежит твоему клану? — спросил я, когда дверь за ним закрылась.

— А ты догадливый, — Александра усмехнулась и закинула ногу на ногу. Образ королевы рассыпался, передо мной снова была соблазнительница. — Этот ресторан действительно принадлежит Герега. И у нас нет конкурентов.

— Разве стейки — такая уж редкость? — я принял её игру. Госпожа желает продемонстрировать свою власть — что ж, будем удивляться её величию.

— Увидишь, — она слегка улыбнулась. — А пока нам готовят эту редкость…

Я мог бы спросить, зачем она вызвала меня именно сюда, но это и так было очевидно. Это её территория, она здесь чувствует себя хозяйкой положения. А это, в свою очередь, может означать, что она вовсе не так уж уверена в том, что накопала на меня.

А может, ей действительно захотелось похвастаться тем, насколько влиятелен её клан. Или это всё вообще ничего не значит, и она усыпляет мою бдительность.

Спрашивать, о чём она собирается со мной разговаривать, я тоже не торопился. Задать такой вопрос сходу — показать, что беспокоишься, и дать ей в руки козырь. Пусть считает, что меня гораздо больше интересуют стейки, чем тема нашего разговора…

О чём это она?

— … приятно провести время?

— Э? — озадаченно выдал я.

Александра вздохнула и закатила глаза.

— С голодными мужчинами вообще невозможно иметь дело. Ты что, в столовую не ходил?

— Ты же пообещала мне стейки? — вопросом на вопрос ответил я. — Какой идиот станет набивать желудок, если впереди ждут стейки?

— Мужчины… — вздохнула Александра. — Ладно, будут тебе стейки. Двух хватит?

— Три, — нахально потребовал я.

Она сощурилась.

— Хочешь сказать, что способен сожрать килограмм мяса в один присест⁈

Я сделал вид, что задумался.

— Ну… Если оно плохо приготовлено, то могу и не осилить. Устану жевать.

— Это говядина вагю! — возмутилась Александра. — Её можно жевать даже просто губами! И потом, это жирное мясо. Тебе же плохо станет…

— На что спорим, что не станет? — я усмехнулся.

Интересно, насколько она азартна?

— Не буду я с тобой спорить, — девушка взглянула на часы. — Что-то они долго…

Я постарался припомнить всё, что помнил о говядине вагю. Вроде вывели особую породу коров японцы, бычков поили пивом и давали им слушать музыку… или музыку коровам включали, для надоев?

— Погоди, но вагю — это же давно вымершая порода! — вдруг осознал я. — Откуда она у вас взялась?

Александра довольно улыбнулась.

— А это секрет моего клана, — сообщила она. — Герега восстановили её с нуля. А по живой массе и вкусовым показателям даже превзошли.

Это было достойно уважения. Если они способны восстанавливать генотип исчезнувшей породы, а то и вида…

Додумать я не успел — открылась дверь, и вошёл запах. Умопомрачительный запах свежеподжаренного мяса. Рот мгновенно наполнился слюной. Следом за запахом вошёл официант с подносом и принялся расставлять на столике тарелки и бокалы.

— Олег, ещё один стейк, — Александра поднялась и грациозно пересела на диванчик у стола. — Юлий уверен, что справится с тремя.

Официант поднял брови, но ничем другим своего удивления не выразил.

Надо было попросить четыре.

Александра не преувеличивала. На рекламных снимках была мраморная говядина с мясными волокнами, насыщенными плотной жировой сеткой. Но на тарелке передо мной лежал скорее жир, насыщенный мясными волокнами — и безумно аппетитно пах.

Я уже предвкушал, каким окажется на вкус первый кусочек — и всё же оказался не готов к тому, что не встречу привычного сопротивления мяса ни вилке, ни зубам. Наверное, его действительно можно было если не жевать, то уж точно откусывать губами. Но я не стал ставить опыты, а принялся за еду, отдавая должное и запечённым овощам, и салату, но в первую очередь — невероятно мягкому и сочному куску мяса на своей тарелке.

— Попробуй с перечным соусом, — посоветовала Александра. — И с вином.

Я попробовал и признал, что это превосходный выбор. Пикантность и нежность, лёгкая нотка дыма и острота перца довершили превращение куска мяса в кулинарный шедевр. А вино оказалось такого насыщенного вкуса, что его, казалось, можно было жевать.

Сочетание вина, мяса и специй оказалось настолько гармоничным, что его можно было с полным правом называть гастрономическим оргазмом.

Я практически не заметил, как первый стейк исчез во рту. Мир превратился в сплошные вкусовые сосочки, а они были совершенно уверены, что находятся в раю, и помимо этого рая не существовало больше ничего.

На половине второго куска я смог осознать, что вернулся Олег с подносом. Он принёс ещё один стейк, сок и десерт — трубочки с начинкой и рубленые фисташки, и снова скрылся.

Уверен, что вызывать «скорую».

Я не доставил им такого удовольствия. Третий стейк я уничтожал уже неторопливо, вдумчиво, методично, в полной мере наслаждаясь оттенками необыкновенно богатого вкуса. Мне некуда было спешить, я был почти сыт, вполне доволен жизнью, и заинтересованные взгляды Александры предпочитал относить к своей внешности, а не к аппетиту.

Аккуратно промокнув рот салфеткой из пропитанной чем-то душистым влажной ткани — интересно, они их тут стирают или утилизируют? — я отодвинул пустую тарелку.

— Наелся? — участливо спросила Александра.

Искренне, между прочим, спросила. Похоже, моя прожорливость произвела на неё неизгладимое впечатление.

Что-то такое Царь нам рассказывал в своё время про реакции, прошитые на подкорке. Про то, как реагируют женщины на здоровый аппетит мужчины ещё с пещерных времён.

Хорошо ест — сильный, будет хорошим добытчиком. Наелся, сыт — никуда не убежит, а если убежит, то только за мамонтом, чтобы его снова хорошо накормили. А значит, она сама — хорошая хозяюшка, смогла так накормить мужчину, чтобы он остался.

Как по мне, немного обидные выводы для женщин. Но работают же…

По крайней мере, с Александрой сработало.

— Десерт будешь? — спросила она.

— Конечно буду!

Я понятия не имел, что из себя представляют канноли, и ожидал чего-нибудь безумно вкусного и генетически воссозданного. Но это оказались просто хрустящие вафельные трубочки с начинкой из кремового сыра, пропитанные сиропом. Их полагалось макать в фисташки и запивать соком.

Что ж, это тоже оказалось достаточно вкусно, и ни к чему не обязывающая, лёгкая болтовня добавляла свою нотку к этому пиршеству.

Александра снова изменилась. Она сбросила туфельки, подобрала под себя ноги, и казалась теперь милой, уютной и совсем домашней. Её почти хотелось погладить и почесать за ухом, словно кошку.

Но руки у меня были заняты канноли и бокалом с соком, так что я ел, наслаждаясь каждым кусочком, прихлёбывал сок и слушал весёлый пересказ свежих сплетен.

Очень интересный, между прочим, пересказ…

Но всё хорошее когда-нибудь кончается.

Я с сожалением закинул в рот последний кусочек десерта, допил сок, поставил на столик бокал и вытер руки салфеткой. Откинулся на спинку кресла, утонув в его мягких объятиях, понежился несколько минут под жизнерадостный трёп вице-президента студсовета.

И перешёл к делу.

— Спасибо, было необыкновенно вкусно. Буду рад как-нибудь повторить, но уже за мой счёт.

Александра споткнулась на полуслове, ощутив, как изменилась атмосфера в кабинете.

— Итак, — я посмотрел ей в глаза. — Зачем ты меня позвала?

Глава 2

Интерлюдия

«Мадрид», резиденция клана Реал, располагалась в окрестностях Юпитера, как многие из станций технических кланов. Пылевые кольца, спутники и верхние слои атмосферы гиганта служили источником сырья и обеспечивали топливом.

Радиация в пределах орбиты Каллисто не доставляла уже никаких хлопот и позволяла не тратиться на дорогую защиту станции сверх необходимого барьера на пути жёсткого космического излучения.

Именно здесь производились одни из лучших мобильных доспехов современности, но и помимо них Реалам было чем гордиться. Лучшие разработчики, лучшие инженеры, лучшие пилоты наконец. Реалы могли позволить себе многое — и позволяли, тратя средства даже на то, чтобы скрасить персоналу пребывание в космосе.

Их рабочие даже летали в отпуска на Землю, во владения короля Гарсия. Не все, разумеется. Только те, кто показал наилучшие результаты по итогам года. Но и остальные не оставались внакладе.

Разумеется, такой лакомый кусочек не мог не привлекать недоброго интереса. Понимая, чем чревата утрата контроля за станцией, на которой были сосредоточены и производственные мощности, и технологии, и лучшие технические кадры, каких только можно было найти в Солнечной Системе, Реалы делали всё, чтобы обеспечить безопасность «Мадрида».

Одной из таких мер были наёмники. Клан не ограничивался контрактами с какой-то одной организацией, предоставляющей охранные услуги. На станции всегда присутствовал контингент минимум трёх ЧВК, и это были превосходные бойцы — Реалы платили не скупясь, но за свои деньги неизменно требовали только самое лучшее.

Идея с несколькими охранными компаниями принадлежала королю Родриго Гарсия. Он считал, что сотрудничать только с одной ЧВК опасно: подкуп и шантаж никто не отменял. Две компании могли договориться между собой. Но три и более делали такой исход маловероятным.

Особенно если поддерживать между ними здоровую конкуренцию.

Например, дополнительно премировать тех, кто охраняет жилой сектор. За безупречное поведение и выдающиеся заслуги доверяли охрану личных покоев Сезара Реала, главы клана. Разумеется, это приятно отражалось на состоянии личного счёта отмеченных особым доверием наёмников.

И делало маловероятным подкуп.

— Даже самая большая сумма, которую могут заплатить конкуренты, не стоит ежемесячной высокой зарплаты, премиальных и поддержки клана, — наставлял король Гарсия своего тестя. — Потому что грязные деньги кончатся, а испорченная репутация не позволит получить такое же хлебное место.

Герцог Сезар вздыхал, но платил. Эти траты он считал излишними, деньги можно было бы пустить в оборот, но связь с королевским семейством была слишком важна для репутации Реалов, чтобы пренебрегать советами Родриго.

Он отыгрывался на том, что не позволял Гарсия увеличить содержание королевского дома. Впрочем, тот и не настаивал особо, ему вполне хватало доходов от собственных владений. Личная территория на Земле — это был актив, который мог приносить очень серьёзные деньги, если использовать его с умом.

Король Родриго Гарсия и сам дураком не был, и умел подбирать себе министров и советников. Его королевство процветало. Правда, до герцога Сезара доходили слухи, что наследник короля очень недоволен состоянием своего представительского счёта. Но первую же попытку заговорить об этом Родриго пресёк самым решительным образом.

— Он должен научиться управлять своими расходами. Иначе пустит по миру не только меня, но и тебя.

Сезар вздыхал. Принц Винсент приходился ему достаточно близким родственником, чтобы герцог чувствовал себя неловко. Пусть даже титул был чисто номинальным — не мог же король жениться на простолюдинке… Даже очень богатой простолюдинке.

Пересылать деньги на представительский счёт Сезар не мог. Но тайком оплачивал некоторые особенно большие счета внучатого племянника, и подкупил кое-кого из персонала, чтобы в комнате принца время от времени заводилось немного наличных. Это успокаивало его моральные терзания.

Сезар Эрнесто Реал Ортега как раз закончил просматривать очередную стопку счетов принца, когда до его слуха долетел странный звук, которого никогда раньше не слышали эти стены.

Это был выстрел.

Он поднял голову как раз в тот момент, когда дверь в его кабинет открылась и появился один из доверенных наёмников. У герцога поползли вверх брови, но он не успел задать ни одного вопроса.

— Ваша Светлость, — отчеканил боец, — на станции восстание. Кто-то пустил слух, что Гарсия и Реалы кидают наёмников на деньги. Мы держим ситуацию под контролем. Пожалуйста, закройтесь и никуда не выходите, пока мы не восстановим порядок. Здесь вы в полной безопасности.

На этом он коротко поклонился и исчез за дверью.

Которую Сезар тут же заблокировал.

— Конечно, тут я в полной безопасности, — проворчал он, — с такими-то расходами на эту самую безопасность…

Его покои были полностью автономны. У них имелась собственная система жизнеобеспечения, собственный генератор, собственная связь с внешним миром… Не было только собственного оружия. Зато в крайнем случае можно было катапультировать отсек за пределы станции, сесть на Каллисто и подать сигнал бедствия.

— Чем только это поможет? — сам у себя спросил Сезар. И потянулся к системе видеосвязи.

Король Родриго был очень занят, когда ему сообщили, что в малой приёмной ожидают супруги де Грейли. Они не предупредили о своём визите, но очень настаивали на встрече, так что король извинился перед советниками, объявил перерыв на полчаса и покинул кабинет.

— Примите мои соболезнования…

Одного взгляда на визитёров хватило, чтобы понять: он был очень оптимистичен, когда отпускал королевский совет. Нужно было дать час на отдых. Возможно, полтора.

Де Грейли были в ярости.

И это у них ещё успели несколько улечься эмоции…

Что ж, он мог их понять. У них, в конце концов, убили сына. Так что король Родриго нацепил на лицо соответствующее ситуации выражение — «я сам отец, я разделяю вашу скорбь» — и предложил супругам де Грейли напитки.

Предложение отклонили. Де Грейли были нужны не напитки.

— Мы хотим мести! — выпалил убитый горем и разрываемый злобой отец. — Какой-то простолюдин… сирота… выскочка… Как он посмел поднять руку на благородную кровь⁈ Это же плевок в лицо всей аристократии Системы! И плевать на все контракты! Такое нельзя оставлять без ответа!

— Ну, справедливости ради, это Пьер вызвал его и настаивал на дуэли до смертельного исхода, — напомнил Родриго. Де Грейли на контракты, может, и плевать. Но ему-то зачем такая головная боль?

Его не услышали.

— Мы лишимся всякого уважения, если оставим это так! — вторила мужу мать Пьера. — Если мы не отомстим…

Король Родриго вздохнул. С уважением, которое они потеряют, если смерть их сына останется неотмщённой, супруги явно погорячились. О каком уважении могла идти речь? У них не было ни состояния, ни влияния, ни связей. Подразумевалось, что мстить за пережитое де Грейли унижение придётся ему.

Вот только Родриго не было никакого резона это делать. Они вырастили из сына отпетого шалопая, совершенно не способного на верность, и король был почти рад, что с ним покончили. Этот отпрыск некогда благородного корня очень дурно влиял на его собственного сына.

— Что ж…

Родриго сел поудобнее.

— Месть — дело благородное, — начал он. — Но как вы себе представляете её осуществление? Академия устроена так, что извне к ней подобраться невозможно. Аристократия печётся о безопасности своих отпрысков. Туда не попасть без приглашения. Чтобы его получить, должно освободиться место… Вы и сами это знаете.

— А изнутри? — требовательно спросил отец Пьера.

— У вас там есть какой-нибудь опытный убийца-малолетка, которого вы можете натравить на победителя? — король поднял бровь.

Де Грейли сникли. Убийцы у них не было. И они поняли, что своими агентами на станции Родриго с ними делиться не будет.

— Но должны же быть ещё какие-то рычаги давления на этого марсианского выродка! — супруга де Грейли заломила руки.

— В Академии всем заправляет студенческий совет, — Родриго слегка пожал плечами. — Если вы сможете надавить на него…

Де Грейли не могли. И не удивительно. Давить на Магнусов — на такое и сам Родриго не пошёл бы. Силёнок не хватит, как ни прискорбно это признавать. Да с ними даже Старый Медведь предпочитал не ссориться!

— Ещё варианты? — король выжидательно смотрел на своих вассалов.

— Пьер упоминал… — женщина всхлипнула, приложила к сухим глазам платочек. — Пьер упоминал, что у этого Юлия есть девушка… И что он собирается её отбить у нищеброда.

— Да, это правда, — Родриго кивнул. Уточнять, что девушка должна принадлежать принцу Винсенту — и будет ему принадлежать — он не стал.

— Нужно сделать так, чтобы она страдала! — женщина стиснула кулаки. — Ваше Величество, вы ведь можете это устроить!

— Да! — подхватил её муж. — Любых страданий будет недостаточно, но, если нельзя покончить с этим мерзавцем — пусть хоть так испытает часть нашей боли!

— Плеснуть на неё кипятком! — разошлась женщина. — Нет, кислотой!

Родриго смотрел на неё с чувством брезгливой оторопи. Раскрасневшееся лицо, горящие глаза, дрожь предвкушения… Она действительно была готова изуродовать ничего плохого не сделавшую ей девчонку. Чему же удивляться, если сын оказался достойным наследником своих родителей?

— Вы знаете, как зовут эту девушку?

Де Грейли, взахлёб перечислявшие, что нужно сделать с наследницей Старого Медведя, замолчали, сбитые с мысли.

— Н-нет, — наконец проговорила женщина. — Пьер не говорил… Но её ведь не трудно будет найти?

— Совсем не трудно, — король с трудом сдержал сардоническую усмешку. — Я знаю её имя. Девушку зовут Снежана.

— Отлично! — воскликнула женщина. — Выставить её на мороз и облить водой, чтобы она…

— Снежана Медведева, — перебил её король.

Он с затаённым удовольствием наблюдал, как медленно сереют лица супругов. За одни только такие разговоры, узнай о них Старый Медведь, от де Грейли не останется ничего. Даже памяти.

— В таком случае, — дрожащим голосом проговорил муж, — ни о какой мести через девушку, конечно же, не может идти и речи. Мы и подумать не могли, что дочь такого уважаемого человека…

— Обычное женское любопытство, — подобострастие в голосе жены заставило Родриго слегка поморщиться. — Хороших девочек всегда тянет к плохим парням, дорогой, ты же знаешь. Уверена, как только она удовлетворит своё любопытство, о марсианском сироте больше и не вспомнит…

— Тем более нужно приложить все усилия, чтобы девочка вышла из-под дурного влияния, — подхватил де Грейли. — Может быть, можно подкупить кого-то из учеников тяжёлой пехоты?

— Интересный вариант, — согласился король. — Представьте, пилот мобильного пехотного доспеха вызывает пилота меха на смертный бой… Будет занимательное цирковое шоу. Жаль, очень короткое.

Де Грейли задумались.

— Ну… Может, тогда объявить открытую награду за его голову? — предложил муж.

— Убийство студента — гарантированный вылет из Академии, — напомнил Родриго.

— Значит, награда должна быть такой, чтобы стократно окупить эту неприятность! — пылко воскликнула жена. — Чтобы правнукам хватило!

Интересно, подумал король, что легче всего распоряжались огромными деньгами те люди, у которых никогда не было хотя бы среднего достатка. Им было всё равно, какие суммы называть.

Миллионы, миллиарды, триллионы солов для них не отличались ничем, кроме слов. Потому что у них никогда не было ничего подобного. И никогда не будет.

— У вас есть такие деньги? — поинтересовался Родриго.

— Разумеется, нет! Но мы рассчитываем, что вы поможете нам… В конце концов, наш сын служил вашему, Ваше Величество!

— Служил, говорите? — король Гарсия потянулся к проектору, выбрал файл, поставил на воспроизведение. В малой приёмной была отличная акустика: каждое слово, сказанное Пьером де Грейли принцу Винсенту, было слышно отчётливо, не оставляя никаких шансов сослаться на то, что юного наглеца не так поняли.

— А теперь я хотел бы понять, — в повисшей мёртвой тишине голос короля звучал особенно весомо, — почему я должен оплачивать месть за того, кто предал моего сына? Хотя постойте… Получается, я в долгу перед этим Юлием Марсом? Он избавил принца Винсента от необходимости лично разбираться с предателем. Разве что…

Он сощурился, разглядывая вассалов.

— Разве что это вы надоумили своего наследника совершить такой подлый поступок?

Клятвенные заверения в преданности до гробовой доски он не стал слушать. Только украдкой потирал ноющий висок, ни капли не веря в искренность этих клятв, и тихо ужасался, представляя, что его ждёт, когда до резиденции доберутся родители других предателей.

Наконец, не выдержав, король Родриго сделал жест пальцами, не нуждающийся в переводе.

«Вон отсюда!»

Де Грейли, уничтоженные, подавленные, вымелись за дверь.

Однако к совещанию вернуться королю не дали. Дворецкий доложил, что с ним желает поговорить герцог Реал.

Тесть редко отвлекал короля от дел по пустякам, так что вызов перевели в малую приёмную.

— Здравствуй, Сезар, — поздоровался Родриго, когда в голообъёме появилось встревоженное лицо тестя. — Что-то случилось?

— И тебе не хворать, — резче, чем собирался, ответил герцог. — У меня в резиденции идёт бой. Кто-то поднял наёмников известием, что наши два клана не выполняют контракты. Я точно знаю, что все свои обязательства выполнил. Если это не слухи, тогда проблему создал твой род. Почему я должен разгребать твои проблемы?

— Не забывайся, — Родриго мгновенно сменил озабоченное выражение лица на суровое. — Ты говоришь с королём.

— В которого я вкладываю немалые деньги, — напомнил Сезар. — У тебя есть своя станция возле Юпитера. Пришли своих людей мне на помощь.

— Тебе мало своих? — король выглядел удивлённым.

— Чем скорее будет подавлен бунт, тем меньше пострадают производственные блоки, — пояснил герцог. — В конце концов, благополучие Реалов — опора Гарсия.

— Опора Гарсия — только сами Гарсия, — отрезал Родриго. — Нет.

— Что — «нет»? — не понял Сезар.

— Нет — я не пришлю к тебе своих людей. Если бунт поднимется и на моей станции, кто будет его подавлять? У тебя достаточно людей, чтобы справиться самостоятельно. А теперь извини, у меня дела. Надеюсь, в следующий раз ты свяжешься со мной по более приятному поводу.

Индикатор связи давно погас, а Сезар всё сидел и смотрел на него, не в силах поверить услышанному. Гарсия его бросили. Просто бросили. Может быть, даже этот бунт — дело рук Родриго? Захотел забрать активы Реалов в свою собственность, пустил слух… Может, даже подослал тех, кто восстал?

Наконец он поднялся, нервно заходил по кабинету, заложив руки за спину. Денег на станции не много. Только небольшой резерв на случай необходимости вести расчёты в наличных. Всё остальное — или вложено в производство, или хранится на счетах в надёжных банках.

Доступ к деньгам он может перекрыть несколькими звонками. Например, запретит на протяжении месяца принимать любые звонки от клана Реалов, прикажет отклонять любые действия со счетами, кроме начисления процентов. Установит кодовую фразу.

Если она не будет произнесена спустя месяц, запрет будет продлён. И так до тех пор, пока всё не кончится. Никакими пытками Гарсия не заставит банкиров отдать ему деньги клана…

Деньги сохранить — не проблема. Проблемой была сама станция. Технологии производства мехов. Производственные зоны. Если потерял их — считай, потерял всё.

Неизвестность угнетала. Поколебавшись, Сезар включил слейв-контроль. На круговом мониторе под потолком кабинета высветилось происходящее на станции. Там шла настоящая война, и пока было непонятно, кто бунтовщики, а кто лоялен своему нанимателю — форма на всех была одинаковой. Только эмблемы ЧВК различались, но камеры не позволяли их рассмотреть.

Такое же сражение кипело вокруг станции — там носились, расстреливая друг друга, пилоты мобильных доспехов. «Монархи», плохо приспособленные для боя в космосе, оставались на борту — им хватало работы в переходах, коридорах и ангарах станции. Снаружи находились менее технологичные, но более подходящие для таких условий «Виконты» и «Ратники».

Герцог горестно вздохнул. Он создавал лучшие боевые машины, но не любил оружие и боялся боевых действий. Его стратегии касались лишь бизнеса, он привык командовать только армией бухгалтеров и юристов. К счастью, те, кого он приблизил к себе, разбирались в ситуации куда лучше него. Хоть тут совет Родриго сработал…

Но что, если всё совсем наоборот? Что, если бунтовщики на самом деле раскрыли заговор против Реалов, попытались взять станцию под контроль, и теперь те, кому он доверился, убивают его настоящих защитников? А потом, когда его некому будет уже защитить…

Занятые друг другом наёмники пропустили первый сигнал тревоги. Его услышал только герцог. Второй уже безнадёжно запоздал. Но Сезар видел, как на фоне огромного диска Юпитера из ниоткуда возникли и стремительно пошли на сближение несколько истребителей.

Сияние гигантской планеты не позволяло различить детали, герцог видел только контуры. Но системы защиты отреагировали, определив боевые машины как «Star blizzard», спецразработка для " Star Wolves Group'. Сезар никогда их не видел и не слышал о таких истребителях, но в базах они нашлись, пусть и без всяких подробностей. Как и те, кто их пилотировал. Единственным именем, которое нашёл герцог, было — Один Бернсон Рейвен. Глава SWG.

Что здесь забыли «Звёздные Волки»⁈ Мелкая ЧВК, ни серьёзных заказчиков, ни покровителей. На что они рассчитывают? Мехи их на иголки разберут в два счёта!

Сезар испытал прилив гордости, когда несколько мобильных доспехов развернулись, наконец принимая вторжение всерьёз. Сейчас от наглецов останется только несколько быстро исчезающих облачков молекулярной взвеси…

Но гордость сменилась оцепенением, когда слуха герцога достиг звук, который никогда не должен был тут прозвучать. Отреагировали системы обнаружения, опознав использованное «Волками» оружие, как запрещённое.

«Звёздные Вьюги» несли на подвесах ЭМИ-торпеды.

Оружие, которое было под абсолютным запретом в любых межклановых разборках.

Неписаное правило гласило: нельзя уничтожать мобильные доспехи. Можно повредить, обезвредить на время боя. Ремонт устранит все неполадки. Но нельзя выжигать всю электронную начинку, которая превращает доминирующую на поле боя силу в груду бесполезного лома. Это слишком ценный ресурс, чтобы причинять ему непоправимый урон!

Вот только «Волкам», похоже, были не писаны правила боя.

Одна за другой торпеды шли к целям. Сезар закрыл глаза, но внутреннее зрение в красках рисовало ему тяжёлые, тёмные, маслянисто поблёскивающие длинные силуэты, так похожие на хищных рыб…

Он ждал, когда под плотно сомкнутые веки проникнет свет вспышек, которые ни с чем нельзя перепутать, но их всё не было, и герцог решился посмотреть, что происходит. Увиденное наполнило его сердце ликованием: пилоты мехов отложили выяснение отношений и перед лицом куда более серьёзной угрозы объединили усилия.

Все торпеды были сбиты или прошли мимо целей и теперь уходили куда-то прочь от Юпитера, в бездну межпланетного пространства. Спустя какое-то время сработает самоуничтожение, и тогда космос озарят далёкие, бледные, уже безобидные вспышки.

А пока его люди покончат с этими наглецами.

Битва плечом к плечу против общего врага — то, что нужно, чтобы бунт стих сам по себе. Он, конечно, найдёт зачинщиков, но прежде, чем наказывать их, поговорит. Узнает, как всё началось, кто толкнул их к опрометчивым поступкам. И уже тогда будет принимать решение.

Истребители «Волков» невольно притягивали внимание герцога, отвлекая его от размышлений. Он полагал, что эти машины не могут представлять никакого интереса. Откуда, в самом деле, у безвестной горстки наёмников серьёзная техника? Наверняка и ЭМИ-торпеды решились использовать потому, что больше нечего было противопоставить мехам.

Хотя что вообще истребитель может противопоставить мобильному доспеху?

Как оказалось — кое-что может…

Отображение оперативной ситуации на голограмме тактического планшета не позволяло детально рассмотреть происходящее. Но Сезар создавал боевые машины и мог оценить хотя бы невероятную манёвренность «Вьюг».

Как можно увернуться от ракеты, выпущенной, по космическим меркам, практически в упор? На огромных скоростях, опираясь лишь на данные приборов — это только в голофильмах запуски и полёты ракет сопровождаются красочными спецэффектами… В реальности без радаров и сенсоров первым и последним красочным событием станет попадание.

Но на глазах у герцога «Вьюги» уходили от попаданий с такой лёгкостью, что он заподозрил за «Волками» ещё одно нарушение. Что, если там не живые пилоты? Что, если кто-то снова доверил боевые действия искусственному интеллекту⁈

В пользу этого предположения говорило уже то, что сканирование частот связи не выявило никаких переговоров вражеских пилотов. Звучали только голоса людей герцога.

На одном из истребителей сошлись трассы сразу нескольких ракет. «Вьюга» совершила невероятный кульбит, успела расстрелять одну из них, а остальные повела по такой заковыристой траектории, что они в итоге столкнулись друг с другом. И произошло это рядом с одним из мехов, не успевшим вовремя убраться с дороги.

Его маркер погас — мобильный доспех был уничтожен вместе с пилотом.

Разве такое под силу простому человеку, даже если он очень талантлив? Откуда вообще у мелкой ЧВК такие возможности? Такая техника? Кто их финансирует, чёрт побери⁈

Постепенно в хаосе свалки начала вырисовываться некая система. Группа истребителей порхала среди мехов, игнорируя большинство из них. Но несколько мобильных доспехов оказались для них невероятно притягательными. Раз за разом «Вьюги» заходили в атаку на них, то поочерёдно, то всей стаей, пускались в притворное бегство, выманивая из общего строя, и в конечном итоге уничтожали.

Герцог понял, что «Волки» преследуют какую-то цель.

Возможно, они старались истребить защитников станции по одному, наваливаясь всей кучей? Но эта же мысль пришла в голову тем, кто защищал станцию.

— Держим строй!

Пилоты сплотились, заняли боевой порядок, прикрывая запоздавшего товарища…

Слишком поздно.

Ещё один мех исчез с голограммы. Чей-то горестный возглас на канале защитников — и воцарилась тишина. Сезар невольно скрипнул зубами.

И тут что-то произошло. «Вьюги», словно повинуясь чьему-то приказу, сделали разворот «все вдруг» и пошли в сторону от станции. Ни один из истребителей не выглядел повреждённым. Ни один не остался висеть в пространстве облачком осколков и газа.

Выполнили задание и возвращаются? Их целью был не «Мадрид»? Им заказали уничтоженных ими пилотов мехов? Или целью была демонстрация возможностей никому не известных наёмников на никому не известных истребителях?

Тогда кто их послал?

Почему к Реалам?

Динамики снова ожили.

— Уходят.

— У них там должен быть носитель.

— Раздавим гадину!

Рой мобильных доспехов сорвался в погоню.

Там, куда уходили «Звёздные Волки», сканеры не находили ничего. Но Сезар помнил, как они появились из ниоткуда прямо на фоне Юпитера. Только что их не было — и вот они уже летят, и сканеры не заметили, как они туда прошли.

Какая-то маскировка. Возможно, не только у истребителей, но и корабля, который их сюда доставил. Что ж, ему придётся обнаружить себя, чтобы «Вьюги» его нашли. И тогда…

Мобильные доспехи одинаково хорошо справляются и с москитным флотом, и с его носителями. Да, эти истребители оказались не по зубам людям Реалов. Но корабль — совсем другое дело. У него нет ни манёвренности, ни скорости, которые могли бы его спасти. Когда мехи доберутся до него, всё будет кончено.

Истребителям будет некуда уходить. Им придётся сдаться. Если, конечно, там живые пилоты. Если нет — что ж, без носителя, без приказов, которые отдаются из командного центра, они просто зависнут в пространстве.

И тогда Реалы сделают то, в чём всегда превосходили других. Исследуют эти машины. И используют всё, что сумеют из них извлечь.

Нет, разумеется, никаких нарушений. Никакого искусственного интеллекта. Но технологии, которые таятся внутри «Вьюг», будут служить Реалам.

Герцог удовлетворённо улыбнулся. Да, потерянные мехи вряд ли получится восстановить. Но такая добыча многократно перекроет все потери.

— Вот он!

Но Сезар и сам уже видел новый объект на голограмме. Носитель снял маскировку. Там сейчас приветливо подмигивают навигационные огни, указывая эскадрилье путь к ангару… Но за истребителями придёт смерть.

Носитель был довольно далеко, на пределе видимости сканеров. «Вьюги» шли строем, не сбавляя хода, и у герцога внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. Что-то было не так. В ангар не заходят на полной скорости. Они должны сбросить ход, включить торможение!

Но «Волки» только ускорялись.

— Назад! — выкрикнул Сезар, забыв, что его не слышат.

Но даже если бы и услышали — было уже поздно.

Пилоты мехов не стреляли по уходящим истребителям — их целью был носитель. Зачем размениваться на машины, которым всё равно будет некуда деваться после уничтожения корабля, доставившего их сюда?

Они уже были на расстоянии огневого контакта, когда эскадрилья вдруг ещё прибавила ход и стремительно разлетелась в стороны, открывая вид на борт носителя.

И борт встретил гостей полным залпом ионных орудий.

Ударил свет вспышки, которую ни с чем нельзя было перепутать. Поляризационные фильтры камер притушили его, не дав человеку ослепнуть. Вот только Сезар предпочёл бы скорее лишиться глаз, чем увидеть последствия этого удара.

Что с того, если ему доступна только голограмма с огоньками маркеров? Он знал, что там сейчас происходило.

Мобильные доспехи, гордость и сила любого клана, дрейфовали в пространстве в тех позах, в которых были застигнуты вспышкой. Они больше никогда не пойдут в бой. Потому что «Волки» использовали запрещённое оружие…

Да они рехнулись, видимо⁈

Сезар стиснул кулаки, в бессильной ярости глядя на поверженных титанов.

Истребители прошли мимо уничтоженных мехов, не задерживаясь. Они возвращались к «Мадриду». Автоматические системы защиты не реагировали на бой между наёмниками в мобильных доспехах, не открывали огня, пока мехи отбивали атаку «Вьюг», но ожили, когда засекли возвращение чужих истребителей.

Это не изменило ситуацию ни на волос.

Вёрткие машины с невероятной лёгкостью, словно играючи, уклонялись от огненных трасс, прошивающих пространство. Мастерство пилотов было выше всяких похвал, и герцог испытал невольный укол негодования. Он же думал, что лучший москитный флот у него! Но его пилоты и в подмётки не годились тем, кто сейчас уже почти добрался до ангаров «Мадрида»!

Головокружительный каскад пируэтов не оставлял автоматике ни малейшего шанса. Потом произошло нечто и вовсе невероятное: одно за другим орудия прекращали вести огонь. Выстрелов больше не было, система защиты не функционировала.

Некому было помешать «Звёздным Волкам» войти в ангар. Наёмники были слишком заняты друг другом. Истребители мягко, в одно касание, опускались на палубу. Пилоты в тяжёлых штурмовых доспехах с оскаленной волчьей пастью на груди разбегались в стороны, и только их предводитель не двигался с места.

Камеры услужливо показали его — воронёный «элементаль», закрытый шлем. Стекающий почти до самой палубы широкий чёрный плащ. Герцог не успел рассмотреть его как следует — пилот двинулся к проходу во внутренние сектора станции, складки плаща заструились в такт его движениям…

Можно было подумать, что Сезар наблюдает за съёмками голофильма. Только актёрами были не созданные техникой образы, а живые люди. Что ж, по крайней мере теперь он точно знал, что тот, кто нанял их, всё же не нарушил запрета на искусственный интеллект.

Камеры позволяли ему наблюдать, как группа захвата расходится по коридорам станции, с молниеносной быстротой останавливая стычки наёмников. Захватчики не понесли никаких потерь, и это могло показаться поразительным, если бы не сигналы сканеров.

Вспышки ЭМИ.

Они не использовали обычное при вторжении оружие, они просто глушили электронику, оставляя дерущихся валяться на полу в «элементалях» и ждать, пока кто-нибудь придёт и освободит их. Самостоятельно избавиться от доспеха, в котором выгорела электроника, было невозможно…

То, что они творили, было форменным безумием. Пилоты, тяжёлая пехота — расходный материал. «Элементали», мехи — ценность, которую необходимо сохранить, чтобы потом использовать. Пилотов можно просто нанять. Так было всегда.

А эти уничтожали немыслимо дорогую технику — и не трогали людей…

Берегут членов клана, берегут дорогих генетически модифицированных солдат, ценный персонал, но простолюдинов⁈ Корпорат до мозга костей просто отказывался верить в происходящее.

«Волки» тем временем один за другим занимали ключевые точки: вход в реакторный отсек, промышленные зоны, научно-технический отдел… И ни шагу дальше. Получалось, это действительно захват самого ценного? Но что они будут делать, если станцию окажется некому удерживать, кроме них? Они же уничтожили и «Монархов», и «элементалей»!

Взгляд герцога метался от одного захватчика к другому, пока не остановился на их лидере.

Человек в плаще уже почти добрался до жилого сектора. Несколько тяжёлых пехотинцев, попавшихся ему по пути, легли где стояли. Это не было ЭМИ, сигналов об опасных импульсах не поступало. Больше всего короткие резкие вспышки походили на молнии. «Волки» придумали, как обходить защиту «элементалей» от электрического разряда? Или там настолько мощные шокеры, что защита не выдерживает? Тогда эти доспехи тоже можно было списывать в утиль.

Какое расточительство!

Дальше «Волка» встретили избранные — те, кого Сезар приблизил к себе. Они не ввязывались в бой, они охраняли подступы к апартаментам герцога. И они не полезли напролом, когда в коридоре неожиданно погас свет — видимо, тоже следили за ходом сражения и сделали выводы.

Взгляд герцога снова метнулся к единственному монитору, на котором ещё было видно какое-то движение в мигающем аварийном освещении. Его люди медленно пятились к следующей двери. Они что-то видели там, во мраке коридора. Что-то такое, что заставляло отступать самых бесстрашных.

Сезар запоздало вспомнил, что «элементали» дают возможность видеть в разных режимах. И камеры тоже, по идее, должны были иметь расширенный диапазон. Он же оплатил самые лучшие.

Герцог поискал переключатели на панели управления видеонаблюдением. Нашёл.

Камера бесстрастно транслировала изображение и звук переговоров: наёмники пытались блокировать проход в жилой сектор, но что-то у них явно шло не по плану. Тяжёлая массивная дверь отказывалась закрываться, словно что-то невидимое мешало ей войти по направляющим в переборку и перекрыть коридор.

Оставалась щель шириной в ладонь. За ней был виден тёмный коридор без единого проблеска света. Сезар знал, что «Волк» где-то там, в темноте, и его люди тоже знали это. Он слышал их дыхание — они сдерживали каждый вдох, словно пытались что-то уловить по ту сторону двери, и даже этот естественный звук мешал им.

Напряжение росло. Сезар поймал себя на том, что тоже затаил дыхание. Ему было чего страшиться… Что, если наёмники не смогут остановить «Волка»? Что тот будет делать, если дойдёт до его кабинета?

Герцог бросил взгляд на панель системы катапультирования. Если ввести нужный код и отжать рычаги отстрела, шлюзы наглухо загерметизируются, оболочка станции раскроется, как чудовищный цветок, и мощные двигатели выбросят автономный отсек в космос. Там в ход пойдёт автоматика. Она сориентирует титаническую спасательную капсулу в пространстве, и та направится в сторону Каллисто, посылая сигнал бедствия.

Вот только что это даст?

Спасатели далеко. А «Волки» — вот они, рядом. И судя по тому, что их истребители пришли со стороны Юпитера, у них там носитель. Замаскированный по полной программе. Какая-то новая технология, которая не позволяет обнаружить его даже визуально, глазами…

Они доберутся до него первыми. И что тогда? Даже если не смогут вскрыть толстые переборки отсека, что может помешать им расстрелять его ЭМИ-торпедами? Излучение никак не повредит ему самому. Но оно уничтожит СЖО. Сколько он проживёт, прежде чем его убьёт удушье? В темноте, в холоде, медленно изгоняющем живое тепло…

Вряд ли дольше, чем прибудут спасатели… Если вообще прибудут. ЭМИ уничтожит и аварийный маяк тоже. Пока отыщут место падения… Они гарантированно извлекут из отсека только его труп.

Инфракрасный режим показал ему стоящего перед приоткрытой дверью человека в тяжёлой пехотной броне. Тот что-то делал, и Сезар приблизил изображение, пытаясь понять, что происходит.

Когда Реалы комплектовали «Монарха» для принца Винсента, ему поставили мех, адаптированный для дуэлей в Академии. Орудия в поединках использовались на пониженной мощности, так что щит и алебарда обеспечивали ему серьёзное преимущество — как и плазменная турель на плече для боя на средней дистанции.

Но на станции эти мобильные доспехи, заточенные под ближний бой на охраняемых объектах, имели полную комплектацию. Куда более существенную.

Два таких меха перекрыли коридор перед заклинившей дверью, «элементали» отошли назад, готовые оказать им огневую поддержку. Для одного человека, каким бы выдающимся бойцом он ни был, это должно было стать непреодолимой преградой.

Ослепительная вспышка заставила герцога болезненно зажмуриться. Когда он проморгался, взгляду его предстало ужасающее зрелище.

Человек в плаще уже был по эту сторону двери. У него в руке ярко пылал активированный плазменный меч — оружие, которым оснащались устаревшие модели мобильных доспехов, вроде «Палача». Его свет резал глаза, и герцог вернул камеру в обычный режим.

Сияния плазмы вполне хватало, чтобы видеть происходящее. Но понимания не прибавляло. На что рассчитывал этот человек? Один против двух мехов и целого отряда «элементалей». Безумец?

Наёмники Сезара не стали мучиться догадками. Они открыли огонь, целясь между переборками и ногами мобильных доспехов.

Двум «Монархам» было тесновато в коридоре плечом к плечу. Один отступил немного назад, освобождая другому пространство для манёвра, и тот шагнул вперёд, поднимая огромную ногу, чтобы просто раздавить дерзкую букашку, посмевшую бросить ему вызов.

«Волк» легко увернулся, вспрыгнул на ступню, оттуда — на колено, с него — на руку с алебардой, и наконец на плечо меха. Это было проделано с быстротой и грацией белки, взбегающей по стволу на дерево. Меч в его руке взлетел и упал, отсекая плазменную турель.

Наёмники прекратили стрелять. Теперь чужака закрывал от них корпус второго меха. Тот взмахнул кулаком, целясь в «Волка», но человек в плаще спрыгнул вниз, и вся мощь удара обрушилась на незащищённое плечо «Монарха». Броня смялась, алебарда выпала, рука мобильного доспеха повисла плетью.

«Волк» уже мелькал под ногами мехов, размахивая плазменным клинком. Пехота палила по нему, пытаясь отогнать, но тот вертелся, как змея на сковородке, и Сезар запоздало понял, что каждый взмах меча рассекает в открытых сзади суставах ног тяги, шланги, энерговоды…

От грохота, с которым оба меха повалились друг на друга, казалось, содрогнулась вся станция.

«Волк» повернулся к «элементалям» и перехватил меч поудобнее.

Единственным видимым ущербом оказались дыры в его плаще.

Наёмники больше не пятились — они бежали. Впереди у них была ещё одна дверь, отделяющая коридор от жилого сектора. Если бы Сезар всё же принял решение покинуть станцию, эта дверь стала бы заглушкой, которая предотвратит утечку воздуха из остальных помещений. И у него прямо-таки чесались руки это сделать.

Но картина медленной смерти без всякой надежды на спасение была слишком яркой в его воображении…

Топочущая тяжёлыми ботинками с магнитными подошвами группа бойцов добежала до двери и остановилась. Она не открылась перед ними.

— Какого чёрта⁈ — донеслось до герцога.

— Он что, собрался смыться отсюда и бросить нас⁈

Сезар бросился к управлению периметром жилого отсека. Ему нужны были его люди. Здесь, в апартаментах. Чёрт с ней, с обстановкой, которая наверняка пострадает в бою! Тут у них хотя бы будет где укрыться, они смогут стрелять со всех сторон…

Дрожащими пальцами он придавил кнопку аварийного открытия прохода.

Дверь не открылась.

Герцог подавился воздухом.

Этого не могло быть!

Он проверил внутренние двери своих покоев — те слушались. Ну, ещё бы… Автономный отсек. А вот за пределами периметра Сезар не мог сделать уже ничего. Кто-то перехватил управление станцией.

— А ну отставить панику! — раздался рык командира отряда. — Вам платили не за мокрые штаны! За работу!

Ему удалось вернуть своим людям если не уверенность, то хотя бы готовность отрабатывать жалованье. Они вскрыли несколько служебных отсеков по обе стороны коридора, залегли там, нацелив оружие на…

Темноту озаряла яркая полоса света. «Волк» неторопливо, размеренно шагал по коридору.

— Какого чёрта…

«Волк» сделал шаг. Другой.

Тяжёлая поступь, казалось, докатывалась даже до кабинета герцога.

Этот человек не мог не знать, что его видят. Что в него целятся. Но его это, казалось, совершенно не беспокоило. Он размеренно шёл вперёд, и Сезар цепенел, понимая всем своим существом, что так может идти только смерть…

Он не был единственным, кто замер, словно кролик перед голодным удавом. Никто не двигался, никто не мог пошевелиться, пока у кого-то окончательно не сдали нервы.

— АААААААААААААААА!

Истошный вопль и очередь из автоматической штурмовой винтовки, в считанные мгновения опустошившая ячейку, словно сняли заклятие, наложенное недобрым волшебником. Коридор и эфир наполнились криками и звуками стрельбы. Сезар прикипел взглядом к монитору.

Он мог бы поклясться, что ни одна очередь не прошла мимо цели, но «элементаль» будто впитывал всё, что в него попадало. Ни следа повреждений. Ни единой заминки. «Волк» продолжал идти к следующей двери, словно не замечая открытого по нему огня, пока не поравнялся с первой дверью, за которой залегли несколько наёмников.

Он даже не остановился. Только протянул руку — и длинная ветвистая молния оплела проход, стены, пол, лежащих на полу людей… Несколько воплей оборвались, в помещении стало тихо. «Волк» сделал следующий шаг, перебросив меч в другую руку.

Ещё дверь — ещё одна молния.

И ещё.

И ещё…

Герцог осознал, что перестал дышать, только когда у него начало темнеть в глазах. Воздух рванулся в лёгкие с долгим всхлипом, Сезар вцепился в край панели, не отводя взгляда от страшного гостя. Что за оружие у этих «Волков»⁈ Как они смогли так быстро взломать системы управления⁈ Кто за ними стоит⁈

Никто не мог ответить ему на эти вопросы, кроме того, кто уже подходил к последней преграде. Но станет ли тот отвечать?

По спине герцога ползли струйки ледяного пота.

Как заворожённый, он смотрел на пришельца. Тяжёлая дверь отъехала в сторону, повинуясь короткому движению руки. Против собственной воли Сезар испытал всплеск интереса. Кто-то открыл проход для «Волка», или тот сам это сделал? Встроенное управление в боевой перчатке? Сколько любопытных технических решений…

Что, если добавить к стандартному набору систем тяжёлого пехотного доспеха дешифратор и дубликатор? Это облегчит пехоте проход к цели… Можно будет выпустить ограниченную партию. Покупатели будут вызывать друг друга на дуэль за право забрать её целиком.

О чём он вообще думает⁈

Монитор мигнул и погас.

Герцог медленно выдохнул, отстраняясь от панели управления. Щёлкнул несколько раз переключателем, убедился, что видеонаблюдения у него больше нет, и шаркающей старческой походкой вернулся за рабочий стол.

Что такое двести лет для аристократа, к услугам которого все возможности современной медицины? Зрелость, ещё далёкая от дряхлости. Но каждый шаг давался с трудом, словно все эти годы повисли на ногах каменными глыбами.

Сезар попытался отодвинуть кресло, опрокинул его неловким движением, и остался стоять, закрыв глаза. У него не было сил наклониться и поднять на ножки упавшую мебель. Если нет видео — нет и всего остального. Поздно блокировать счета. Поздно катапультироваться. Всё поздно делать. Кроме одного.

Остатки мужества потратить, чтобы достойно встретить свой конец.

Каким бы он ни был.

Дверь открылась совершенно беззвучно, но герцог всё равно почувствовал, что он больше не один в кабинете. Изменилась температура. Повеяло запахом гари. Долетел слабый сквозняк.

Сезар открыл глаза. Заблокированная дверь кабинета отсутствовала. В дверном проёме стоял человек в «элементале», непроницаемый тёмный визор шлема не позволял увидеть его лицо, но герцог чувствовал изучающий взгляд.

— Как вы открыли дверь⁈ — вырвалось у него.

— У меня шестой разряд по сварке, — прозвучал ответ.

То есть просто вырезал мечом? А звук падения двери? И где она вообще?

— Я имел в виду дверь отсека, — любознательность техника до мозга костей заставила герцога задать этот вопрос. Ему уже нечего было терять, так хоть умрёт, не испытывая зуда неудовлетворённого любопытства. — Встроенный дешифратор? Дубликатор? Сняли копию ключ-карты охраны?

— А, это…

Непрошеный гость сделал лёгкое движение рукой. Кресло, валяющееся на дорогом ковре, взмыло над полом, развернулось и аккуратно опустилось на положенное ему место. Как раз так, чтобы удобно было сесть.

Сезар остолбенел.

Он мог понять удалённое воздействие на дверь. Технически это было осуществимо, и он навскидку мог назвать несколько способов реализовать такую возможность помимо тех, что озвучил. Но то, что произошло у него на глазах, было невозможно.

Кресло — все его детали до последнего завитка резьбы — было выточено из натурального дерева. На него невозможно было воздействовать никаким способом. Только взять руками и передвинуть. Но его гость только что сделал невозможное.

В голову сами собой полезли дикие истории про псиоников. Слухи, которые никогда никем не были подтверждены. Предмет шуток и насмешек. И что теперь делать, если этот предмет стоит перед ним?

— Садитесь, герцог. В ногах правды нет, нет её и выше.

Сезар рухнул в кресло — у него подкосились ноги.

Но куда более сильное потрясение ожидало его впереди.

— Итак, — гость тем же жестом заставил свободное кресло подняться в воздух и подлететь к нему, уселся и потянулся к гермозамку шлема. — У меня к вам серьёзный разговор, герцог Сезар Эрнесто Реал Ортега…

— Вы понимаете, что вам теперь не будет места в Солнечной системе? — севшим голосом проговорил Сезар. — Вы замахнулись на клан…

— Который в родстве с королевским домом Гарсия? — «Волк» снял шлем. — Знаю, наслышан.

Шлем лёг на стол. Герцог впился взглядом в лицо своего гостя. И ощутил, как у него на несколько секунд остановилось сердце.

Холодные, каменные черты, по которым ничего нельзя было прочитать, сами по себе производили неприятное впечатление. Но это не могло напугать герцога, который и сам умел посмотреть на подчинённых так, что у них душа в пятки уходила и поджилки тряслись.

Из-под прямых густых бровей на Сезара смотрели глаза. Один — обычный, серый. Но второй не мог принадлежать человеку. Вертикальный зрачок, ярко-жёлтый, почти горящий, пересекал склеру, налитую чернильным мраком. И герцог не мог отделаться от чувства, что этим глазом смотрит на него не только «Волк». Как если бы чернота в нём была самостоятельным, разумным и очень недобрым существом…

— Кто ты такой⁈ — прохрипел герцог.

— О… Простите. Я не представился, — «Волк» насмешливо улыбнулся. — Где мои манеры… Один Бернсон Рейвен, глава «Star Wolves Group», к вашим услугам.

О манерах забыл не только «Волк». Сезар протянул постыдно дрожащую руку и указал на лицо Рейвена.

— Ваш глаз…

— Вас это не должно беспокоить, — гость улыбнулся. — Есть гораздо более интересная для нас обоих тема. Видите ли, герцог Сезар, король Родриго решил, что он может не выполнять обязательства перед наёмниками. Человек, который заключил контракт с одним из моих командиров, отказался платить. И указал на короля Родриго, как на лицо, прямо приказавшее ему это сделать. Согласитесь, это недопустимо.

Герцог медленно перевёл дух. Потрясённый разум метался, подыскивая объяснение увиденному, и наконец вцепился, как утопающий в соломинку, в простую версию: ДНК. Кто-то решил, что за страшными сказками о псиониках что-то есть, случайно или намеренно нащупал нужную последовательность, и вот результат перед ним.

Особые возможности. Телекинез. Сила в сочетании с нечеловеческой быстротой и ловкостью. Так прыгать по мобильным доспехам — и при этом в «элементале», да ещё с оружием, предназначенным для меха… Что ещё могло таиться в генном коде этого существа, которое выглядело человеком?

Это было безумием — но безумием безопасным и безобидным. Куда более безопасным и безобидным, чем безумие личное, собственное, готовое безвозвратно пожрать рассудок Сезара.

— Но если король Гарсия пошёл на такое — почему вы здесь? — слабым голосом спросил герцог. — Реалы никогда не нарушали контрактов, мистер Рейвен. Почему вы пришли ко мне, уничтожили моё имущество, причинили мне такие убытки? Чем перед вами провинился я?

— Давайте поговорим, как деловые люди, — возможно, Рейвен не понимал, что делает. Но этими словами он дал герцогу опору, в которой тот так нуждался. Когда говорят о делах — не убивают и не отнимают всё. Остаётся возможность договориться.

А это всегда было воздухом, водой и пищей клана Реал. Герцог не был храбрым воином. Инженер, бизнесмен, талантливый управленец… И дипломат.

Брошенный на произвол судьбы своим главным союзником.

— Что вам даёт ваш многовековой союз с королевским домом?

— Что? — герцог озадаченно моргнул. — Сэр, это королевский дом! Что значит — что он даёт⁈

Как объяснить, что такое для аристократии союз с правящим домом, наёмнику, который понятия не имеет о благородстве? Какие слова подобрать?

— Я могу перечислить, что он у вас отбирает, — Один холодно улыбнулся. — Круглую сумму на содержание королевского дома. Расходы на оплату счетов принца Винсента Мигеля Гарсия Реал. И шанс отбить нашу атаку. Вы ведь связывались с королём Родриго. Не отрицайте.

Сезар сглотнул. «Волк» беспощадно бил по самому больному. И каждое слово, жалящее, словно плазменный меч, достигало своей цели.

Хрустальный графин плавно поднялся, резная пробка выплыла из горлышка, он накренился, и прозрачная струя полилась в бокал. Ни капли не пролилось мимо. Сосуд вернулся на место, бокал взлетел и подплыл к герцогу.

— Смочите горло, — предложил Рейвен. — Я понимаю, вам трудно. Короли Гарсия всегда брали женщин из вашего клана. Принц Винсент ваш внучатый племянник. Но расходы, которые налагает на вас это родство, я вам назвал. А в чём ваша выгода?

Герцог с опаской прикоснулся к бокалу, словно боялся, что тот сейчас растает у него в руках. Но холодная литая тяжесть хрусталя уверенно легла в его ладони. Вода была прохладной и чистой, она успокаивала и помогала приводить в порядок мысли. Сезар смаковал каждый глоток, обдумывая свой ответ.

Рейвен не торопил его. Но было очевидно, что он твёрдо рассчитывает получить ответ.

И Сезару не нравились выводы, к которым он приходил, пока думал.

— У королевского дома владения на Земле, — наконец сказал он. — Это само по себе такой актив, который придаёт весомости любой сделке.

— При условии, что король согласится гарантировать такую сделку, — Один улыбнулся. — Что будет, если он откажется, как сегодня отказался прислать вам помощь?

Герцог помрачнел.

— Ваш клан весьма влиятелен, — продолжал Рейвен. — Вы не входите в список самых богатых, но достаточно состоятельны, чтобы гарантировать обеспечение ваших контрактов. Однако ваше главное богатство отнюдь не деньги, не так ли?

— К чему вы клоните? — резче, чем рассчитывал, спросил герцог.

— Сейчас вы думаете о том, что почти разорены, — безжалостно ответил «Волк». — Что я пришёл и уничтожил то, что составляет основу вашего богатства. Ваши мобильные доспехи. Кто будет покупать их, если какая-то кучка жалких, никому не известных наёмников прошла на станцию, и «Монархи» не смогли их остановить? Они не смогли остановить даже меня, одного-единственного человека. Ваша репутация уничтожена…

С каждым словом Сезар всё ниже опускал голову. Глава «Звёздных Волков» был прав. Во всём. И эта правота подавляла.

— Вы спросили меня, почему за провинность короля Гарсия я пришёл наказывать вас… Вы ошиблись. Я пришёл не наказывать.

«Убьёт, — отстранённо подумал герцог. — Всё-таки убьёт…»

Он поднял взгляд на своего собеседника. Против ожидания, тот смотрел на хозяина станции без злобы, спокойно, почти доброжелательно.

— У меня есть то, что нужно вам, — продолжал Рейвен. — У вас есть то, что нужно мне. Я пришёл заключить взаимовыгодное соглашение. Признаю, мне пришлось пойти на крутые меры, чтобы добиться вашего внимания. Но иначе вы не стали бы меня слушать.

Сезар был вынужден согласиться. Не стал бы.

— Что вы хотите мне предложить?

— То, что позволит вам освободиться от кабалы Гарсия.

— Простите?.. — осторожно переспросил Сезар. — Что вы имеете в виду?

— Технологии, — прямо ответил «Волк». — Такие технологии, которых нет больше ни у кого. Вы оплакиваете потерю «Монархов», но послушайте меня, герцог… Ваш род всегда, с самого заката Романовых, был лучшим во всём, что связано с инженерией. У вас есть люди и технические возможности, у меня — проект, который сделает клан Реал не просто лучшим. Он поднимет вас на недосягаемую высоту. И вам больше не нужно будет платить дань Гарсия, чтобы к вам прислушивались. Вы не будете больше договариваться с опорой на авторитет королевского дома. Вы будете ставить условия — и их будут принимать. Не торгуясь.

Герцог вцепился в бокал, отпил глоток, опасаясь, что выдаст себя стуком зубов о стекло. Этот человек был безумен. Какой к чёрту проект может быть у наёмников⁈

Но у них были истребители, способные справиться с мобильным доспехом… Возможно, у проекта тот же источник, который обеспечил им такие машины?

Нужно будет выторговать совместное производство «Вьюг»…

Рейвен усмехнулся, словно прочитав его мысли. Протянул руку к терминалу, за которым работал Сезар. Над ним развернулась голопроекция, и Сезар чуть не выронил бокал.

То, что он видел, было невозможно. Немыслимо. Невероятно.

И совершенно.

Кто-то неизвестный, но бесспорно гениальный смог совместить хищную красоту, присущую разработкам Романовых, с мощью и функциональностью Реалов. То, что парило над столом, сотканное из света, не было ни истребителем, ни мобильным доспехом — но несло черты того и другого. На глазах у Сезара это чудо изменило очертания, превратилось в меха, преобразовалось в истребитель с обратной стреловидностью крыла, тут же изменило её на прямую…

— О Боже… — выдохнул герцог. — Что это⁈

— Я называю его «Старскрим», — негромко ответил Рейвен. — Но название можно и обсудить. Если мы договоримся, конечно.

Изображение исчезло, вместо него появились строки и столбцы спецификаций. Взгляд опытного инженера выхватывал главное, и по мере чтения у Сезара расширялись глаза.

— Вы что, собрались воевать со всем человечеством? — наконец спросил он, не в силах отвести взгляда от того, что видел.

— Что-то вроде того, — «Волк» уклонился от прямого ответа.

Но герцогу уже было всё равно, что тот скажет. Если в облике «Волка» к нему явился дьявол, в которого верили древние — что ж, он продаст ему душу.

Проекция снова показывала ему фантастическую машину. Но теперь она была не одна: вокруг неё танцевала эскадрилья дронов-копий. Единственным отличием было то, что для них место пилота не предусматривалось.

— Они также управляются пилотом головной машины.

У Сезара широко распахнулись глаза.

— Какой пилот справится с такой задачей⁈

— О, у меня есть тот, кто справится… — усмехнулся «Волк». — Можно сказать, он для этого рождён.

— И… у вас есть чертежи? — почему-то шёпотом вырвалось у герцога.

Нарисовать красивую картинку — не проблема. Написать спецификации — тоже не проблема. Проблема — превратить картинку в реальность. Но даже если пресловутый проект — всего лишь образ, который ещё предстоит воплотить в жизнь, он того стоил.

Мозг инженера уже работал с полной загрузкой, составляя черновые варианты реализации.

— Разумеется.

— Что мне нужно подписать? — хрипло спросил Сезар.

Глава 3

— А я уж думала, ты не спросишь.

Александра с самым довольным видом выпрямилась, в очередной раз преображаясь. Теперь она больше всего походила на бизнес-леди, которая собирается заключить выгодный контракт. Ну кто бы сомневался…

— Но начинать придётся издалека… — загадочные интонации в её голосе заставили меня снова задуматься о том, как избавляться от тела. Если она докопалась до…

— А начну я, пожалуй, с одной истории о старых временах.

Мммммать…

— Итак… — она налила себе яблочного сока в бокал и устроилась поудобнее на своём диванчике. — Начнём?

* * *

Совершенство. Натуральное совершенство.

Александра любовалась сидящим перед ней юношей так же, как любуются произведением искусства. Или оружием.

Вряд ли он сам осознавал, насколько хорош собой — но она-то, одна из лучших дочерей Герега, умела считывать по внешности генетический потенциал. Скульптурная, отточенная аристократичность линий лица. Скулы. Брови. Крылья носа. Подбородок. Ммм, какой же это подбородок…

Во всём читалась порода. Она сравнивала фото Юлия с представителями его кланов — и как раньше никто не заметил фамильного сходства? Оно не было стопроцентным, конечно, и это не удивительно.

Что-то досталось от одного из родителей, что-то от другого, а остальное — результат игры в генетическую рулетку. Мог дать знать о себе и дед, и прадед… или прабабка, если на то пошло.

Ей было даже странно, что этого не видели все остальные. Хотя люди постоянно не обращают внимания на такие вещи. Им важнее то, что написано в родословной. Юлий Марс прибыл в Академию как сирота — и приняли его соответственно. Если на тебе висит такой ярлык, ты невидимка, никто не будет сравнивать тебя с кем-то из аристократии.

Но она зацепилась за него изначально. За то, как он двигается, как он говорит, как он смотрит.

Александра помнила его взгляд — там, на голозаписи, когда Юлий замер над телами нападавших. Холодный. Страшный. Казалось, ещё чуть-чуть — и о него можно будет порезаться. Сейчас он смотрел на неё почти так же, но это её не пугало, только раззадоривало. Что он может ей сделать, в самом деле? Это её ресторан, её территория, он тут в её власти… почти в её. Но это «почти» ненадолго.

Юлий её возбуждал. Так возбуждает коллекционера предмет, которого ещё нет в его коллекции. Но который там обязательно будет… Так или иначе, рано или поздно, на тех или иных условиях — она его получит!

— В двух семьях, равных знатностью и славой, — начала она чуть нараспев, пряча за лёгкой улыбкой интерес — узнал или не узнал он цитату? — в Вероне пышной разгорелся вновь вражды минувших дней раздор кровавый, заставив литься мирных граждан кровь.

Брюнетка улыбнулась чуть шире и продолжила уже обычным голосом:

— Хотя, конечно, дело происходило не в Вероне, и не в такой седой древности. И фамилии враждующих семей были не Монтекки и Капулетти, а Романовы и Толстые. Но вражда их была примерно такой же давней и сильной. То есть насмерть, и только истощившиеся за столетия противостояния ресурсы не позволяли им покончить друг с другом окончательно.

Она отпила глоток сока.

— Но однажды, около двух десятков лет назад, наследники этих двух кланов исчезли примерно в одно и то же время. Их так и не смогли найти, хотя можешь не сомневаться — очень старались. Было много обвинений в похищении и убийстве с обеих сторон, но доказать ничего не удалось. А потом в нашей академии появился сирота. С чертами лица, которые выдают принадлежность к клану Толстых. И сложением, свойственным клану Романовых.

Александра постучала себя кончиком пальца по губе:

— И можешь поверить — это не догадка. Я совершенно уверена, что оба наследника или сбежали, а потом встретились и полюбили друг друга, или договорились сбежать вместе и сделали это. И я их не осуждаю. Верность своему клану — это очень важно, но иногда приходится идти на такой шаг. В конце концов, если в будущем только бесконечная вражда, и никакой надежды на счастье с любимым человеком… кто бы на их месте не выбрал побег и любовь?

Юлий молчал, и Александра несколько секунд потратила на размышления, что он может сейчас испытывать. Если он не знал, и она только что раскрыла ему тайну его происхождения, у него может быть шок.

Кто из приютских воспитанников не желает узнать о том, кем были его родители? Кто не мечтает о том, чтобы оказаться принцем или принцессой, которых потеряли, но найдут, обязательно найдут? И заберут в прекрасный дворец… И вдруг ему говорят, что у него сразу два дворца, но ни в одном из них ему не будут рады.

А вот если знал — может счесть, что она ему угрожает. Если правда о его происхождении раскроется, на Юлия объявят сафари оба клана. Будь он сыном одного из наследников — о, его клан был бы счастлив обрести утраченное. Но только не в этом случае, когда половина крови в его жилах принадлежит врагу… Такого наследника не примет ни одна из противоборствующих сторон.

— Не бойся, — мягко сказала она, — я никому не расскажу. Я понимаю, в каком сложном положении ты находишься. И только я могу и хочу тебе помочь…

Я слушал её молча. Элементарная психология: если смотреть на человека и молчать, он будет говорить. Будет что-то пытаться объяснить. И может в итоге рассказать больше, чем собирался — собственно, Александра уже рассказала гораздо больше, чем думала, что говорит.

Самое главное — никакой речи о проколах Департамента или моих собственных не шло. Эта девица могла думать что угодно, но она понятия не имела, кто я такой на самом деле. Это не отменяло возможной сделки, но торг пойдёт уже совсем с другим раскладом на руках.

Да, я был в чертовски сложном положении. И далеко не только я. Всё человечество окажется в чертовски сложном положении, если я не справлюсь. Но совсем по другой причине.

Ни о какой собственной связи ни с Романовыми, ни с Толстыми я понятия не имел. Более того, это было невозможно по самым что ни на есть объективным причинам. Но её жест дал мне понять и то, что Александра заполучила мою ДНК, и даже то, каким способом это было сделано.

Она промокнула мне разбитую губу… Там, в душевой. И утащила добычу, чтобы хорошенько её изучить.

И вот тут мне стало обидно. Раз уж ей так нужен был мой генетический материал, могла бы и до дела дойти! А то принялась перепуганную недотрогу строить…

Итак, анализ ДНК показал охотнице за генами, что я в близком родстве сразу с двумя кланами. Разбираться с этой загадкой я буду потом, а пока меня интересовало, что она собирается мне предложить. И что хочет с меня поиметь…

Увы, это оказалось совсем не то, что могло бы возбудить мой интерес. Во всех смыслах.

— Знаешь, такая возможность выпадает раз в жизни, и далеко не каждому, — щебетала Александра, щедро делясь со мной сокровенными планами. — Встать во главе объединённых общим наследником кланов, положить конец вражде. И для меня это тоже шанс добиться чего-то большего, чем коллекционирование генов. Стать не просто одной из охотниц за ценным геномом, а матерью-родоначальницей… Выйти замуж за главу нового клана — такого у нас не было уже давно.

Здесь всё было более или менее понятно. Александра решила, что я её билет на местный Олимп. Ну, мечтать не вредно, говорят… Я слушал её и ждал, спросит ли она о моём мнении. Или оно её не интересовало вообще?

— Должно быть, твои родители очень любили друг друга, — задушевным голосом продолжала Александра. — Между ними стояла многовековая вражда, но они смогли перешагнуть через неё, отказаться от своих кланов. Перед ними была полная неизвестность, и они пошли ей навстречу, поддерживая друг друга… Но зато появился ты. Перед тобой тоже неизвестность…

Если бы… Я как раз очень хорошо знал, что предстоит всем нам. И мне совершенно не нравилась эта перспектива. Иногда неведение действительно благо.

— И я была бы рада идти ей навстречу вместе с тобой…

— Очень красивая сказка, — вежливо перебил я Александру. — Только я-то тут при чём? Я вообще понятия не имею, о чём ты говоришь. Я не имею никакого отношения ни к Романовым, ни к Толстым… Да я вообще эти фамилии только от тебя сейчас услышал!

— Гены, — Александра улыбнулась. — Ты можешь ничего не знать о своём происхождении, но… Юлий, ты в зеркало вообще смотришься хоть иногда? Твою внешность можно в музее весов и мер выставлять, как эталон аристократичности. И то, что ты вырос в приюте, только доказывает, что ты благородного происхождения — даже воспитание в каком-то детском доме в глухомани не испортило тебя. Породу не скрыть.

— А я, стало быть, породистый трофей? — я нехорошо усмехнулся.

Она могла сколько угодно воображать себя опытной искусительницей, но для меня её игра была ясна как белый день. Все эти смены манеры поведения во время нашего обеда, плавно переходящего в ужин, говорили об одном.

Александра подбирала ко мне ключик, выясняла, на какой образ я поведусь, чтобы использовать это знание в своих целях. И эти проникновенные нотки в голосе были нацелены на то же самое. У Царя она не прошла бы даже самого простого зачёта.

Я чувствовал себя сейфом, у которого суетится взломщик. Неприятное ощущение.

— И что ты мне предлагаешь? — спросил я, уже зная, что услышу в ответ.

— О…

Александра перешла на деловой тон. Настолько уверена, что убедила меня?

— Смотри… Ты утверждаешь, что не знаешь ничего о Романовых. Но ты хотя бы в курсе, что именно Романовы в своё время создали и выпускали твой мех? — начала Александра. — «Палач» — мобильный доспех именно этого клана. Это потом они разорились и утратили своё влияние из-за непрерывных войн с Толстыми. Но прошлое у них славное…

Вот как. Любопытное совпадение.

— В настоящее время оба клана почти не имеют влияния. Но в одиночку ты не сможешь заявить свои права на наследство, и тем более не сможешь добиться признания этих прав. И защитить себя. Ненависть между кланами твоих родителей настолько сильна, что они предпочтут тебя устранить, даже если это приведёт к тому, что они исчезнут…

Несколько минут я слушал её выкладки по анализу межклановых отношений и перспектив сотрудничества с Герега. Это была длинная, прочувствованная речь. Было хорошо заметно, что её долго готовили и репетировали.

Люди так не разговаривают, когда говорят то, что приходит им в голову. Ну, по крайней мере, я теперь знал, что Герега не экономят на обучении риторике.

— Я принадлежу к не самому сильному клану, но определённое влияние имеется, и нам есть к кому обратиться за поддержкой, — с деловитым видом излагала Александра.

Положим, мне тоже было к кому обратиться за поддержкой. И что-то мне подсказывало, что моя поддержка окажется не менее существенной. А то и более… Вот только прибегать к ней я мог только в самых исключительных случаях. И внезапное право на наследство к таким случаям вряд ли относилось.

Если я окажусь не способен справиться с такой ерундой собственными силами, как Департамент сможет на меня полагаться в более серьёзных делах?

— Всем известна наша репутация. Если Герега подтвердят, что твоя ДНК указывает на прямое родство с Романовыми и Толстыми, ты сможешь заявить о своём праве наследования. С поддержкой такой жены, как я, твои притязания будут иметь куда больший вес, чем у одиночки. От тебя уже не смогут просто так отмахнуться, и не рискнут попросту убить, чтобы избавиться от проблемы.

Я серьёзно обдумал её слова. Допустим, я соглашусь. Какими могут оказаться последствия? Краткосрочная перспектива: я получаю вероятного союзника. Но, как сама Александра сказала, Герега не самый влиятельный клан. Их направление — генетика, а не боевые машины.

А вот то, что именно Романовы создали «Палача», позволяло предположить, что долгосрочная перспектива может дать очень многое, хотя полной гарантии успеха здесь не было и быть не могло. И тем не менее…

Техническая база и производственные мощности могли сохраниться. Хотя бы частично. Не все наработки могли быть утрачены. С возможностями АЛа не придётся начинать с нуля. И наконец, самое главное: это не просто кучка обедневших людей. Чёрт, это два клана, которые несколько веков постоянно воевали друг с другом. Истощённые ресурсы? Ха!

Это целые поколения опытных бойцов. И то, что они не смогли перебить друг друга, говорило отнюдь не о слабости. Несколько веков войны на уничтожение — и оба клана существуют, пусть даже сильно потрёпаны. Каким опытом они должны обладать? На что они окажутся способны, если дать им современную технику и указать общую цель, которая заставит забыть о вражде?

Ради этого стоило пойти на определённые уступки.

Но сначала — что собиралась выиграть для себя Александра?

Ограничиваться только поддержкой её клана я не собирался. Уж не знаю, насколько важно для Герега стать основателями нового клана, лояльного к ним, но у меня тоже были свои интересы. И один из них недавно ходил со мной на свидание…

— Ты ведь понимаешь, что я не буду ограничиваться только тобой? — прямо спросил я. — У меня есть определённые планы на Снежану Медведеву. И, возможно, не только на неё.

Александра понимала. Лучше, чем мог представить любой мужчина. Когда речь заходила о действительно ценном геноме, ни о каком праве на единоличное распоряжение им не шло и речи. Ей пришлось бы делиться с сёстрами, если бы она решила предоставить всё клану. Более того, её вообще могли отстранить от этого проекта. Да, верность своему роду, долг перед ним — это очень важно. Но…

Но если она так поступит — ей никогда не выбраться наверх. Да, она одна из лучших. Но не лучшая. У Герега были и более удачные дочери, чем она. И если она хотела добиться чего-то для себя, а не для клана — ей придётся рисковать.

Затея с Юлием и его наследственными правами была авантюрой чистой воды. Рассказать всё клану — потерять этот шанс. Но без клана эта затея и вовсе была обречена на провал.

«Придётся заниматься челночной дипломатией…»

Медведева была существенной угрозой планам самой Александры. Эта принцесса уже сейчас имела всё, о чём любая из дочерей Герега могла только мечтать. Уступить ей часть влияния на Юлия — значило очень сильно рисковать. Что, если он предпочтёт её, а не Александру?

Что она могла противопоставить Снежане? Чем удержать человека, на которого делает самую большую ставку в своей жизни, кроме изощрённого секса и женских чар?

Тем, что эта ледышка дать ему никогда не сможет.

Юлия мало было соблазнить. Она должна будет привязать его и другими узами, не менее прочными. Должна будет слушать его, помогать, давать ему чувство, что его понимают и полностью разделяют всё, что составляет его жизнь. Ей нужно было стать той, кому он будет доверять, к кому будет прислушиваться.

Этого очень трудно добиться, но если получится…

Александре было всё равно, сколько грелок окажется у него в постели, если она сама останется единственной, кого он будет слушать. И если Снежка добавит к статусу главы клана ещё и влияние всего «Росмеха», а потом и его ресурсы в качестве наследства…

Она была готова проявить великодушие и поделиться. Такими возможностями усилить свой будущий клан не разбрасываются.

Александра слегка пожала плечами и улыбнулась. Рыбка клюнула. Он согласен. Можно подсекать.

— Она вроде бы не возражала против нашего общения? Почему я должна лишать тебя того, что важно для тебя?

«Именно так, дорогой… Она тебе позволяет — я тебя поддерживаю и уступаю твоим интересам. Уверена, ты оценишь разницу…»

Александра проводила меня до выхода из ресторана. Грациозно шла рядом, непринуждённо взяв меня под руку, улыбалась посетителям. Демонстрировала трофей, который уже считала своим.

А вот я был огорчён. Нет, не заключённым соглашением. Александра в самом начале разговора намекала на приятно проведённое время.

А до приятного так и не дошло.

Нас провожали взглядами. Озадаченными, удивлёнными, хмурыми, насмешливыми. Я не обращал на них внимания.

Но когда за мной уже закрывалась дверь, из лабиринта парковых дорожек кто-то посмотрел мне в спину внимательным, холодным, оценивающим, очень неприязненным взглядом. Я невольно оглянулся, припомнив, что уже испытывал нечто подобное.

Но там уже никого не было.

«Ал?»

«Не вижу».

Значит продолжаем дергать тигра за усы.

Глава 4

Жизнь чертовски несправедливая штука.

Совсем юная девушка с трогательно забранными в хвостики волосами с глубоким вздохом села в ложемент вирт-капсулы. Этот вздох вырывался у неё при каждой тренировке, но она не жаловалась. Это старьё было всем, что её семья могла сделать для дочери.

Каким бы талантливым пилотом ты ни была, если твои родители бедны, пробиться почти невозможно. Нужны связи, знакомства, нужны деньги, наконец. Невозможно просто так взять и написать в тот же «Реал» или «ГазПро», что ты крутой пилот и хочешь на них работать.

То есть написать-то можно… Но для того, чтобы на твою заявку обратили внимание, нужно что-то гораздо большее, чем результаты в турнирной таблице. Например, происхождение. Когда ты хотя бы второй или третий отпрыск знатного рода, и за тобой стоит твой клан, к тебе отнесутся вполне благосклонно. Особенно если ваши кланы связаны союзом или торговлей.

У Лизы была только фамилия. И она прекрасно понимала, что на неё обратят внимание. Дом Романовых был не богат, но имел весьма древнее происхождение. Однако, как только выяснится, что это не та фамилия, о её существовании забудут.

Для таких, как она, единственной возможностью оставалось бюджетное место в Академии Звёздных Пилотов. Призрачный шанс на успех. Всего один набор за несколько лет, и счастливчиков можно пересчитать по пальцам. Но если туда попасть, есть возможность оказаться в топе. Может быть, даже на самом верху.

Тогда работодатели выстроятся в очередь, и можно будет диктовать свои условия, на которых ты согласишься с ними сотрудничать.

Лиза была уверена: если бы она попала в Академию, она бы точно стала лучшей из лучших. Она уже была почти лучшей из лучших. Вот только мир об этом не знал и знать не хотел.

Когда она была ещё маленькой, и её дразнили в школе из-за фамилии, Лиза спрашивала у родителей, почему они так плохо живут. Ведь их фамилия — Романовы.

— Мы — другие Романовы, птаха, — объяснил ей отец. — Так бывает, что фамилия одна, а семьи разные. Это называется однофамильцы.

Лиза запомнила. Но вздыхать не перестала. Если бы они были теми самыми Романовыми, думала она, у неё была бы капсула тренажёра получше. С современными моделями. Она могла бы научиться пилотировать «Виконта» или даже «Монарха», поступила бы в Академию как наследница знатного дома, а не как безродная нищенка, заключила контракт с Реалами или с кем-то ещё. И тогда её родители смогли бы…

Глупости какие, сказала она себе, опуская на голову шлем. Если бы её родители были теми самыми Романовыми, им не нужно было бы надеяться на успехи единственной дочери. За ними был бы клан. И этот клан оплатил бы ей обучение в Академии, потому что клану всегда нужны хорошие пилоты.

А она была не хорошим пилотом, она была отличным.

Но она не была той самой Романовой…

Это было несправедливо.

Однажды Лиза пожаловалась родителям на то, как несправедливо обошлась с ними всеми судьба.

— Видишь ли, птаха, — сказала ей тогда мама, — в мире вообще очень мало справедливости.

— Почему? — спросила Лиза.

— Потому что её ровно столько, сколько приносим в мир мы сами. Каждый из нас. А быть справедливым трудно. И невыгодно. Поэтому справедливости так мало.

— Вот вырасту… — непонятно кому не то пообещала, не то пригрозила не та самая Романова.

Родители переглянулись и грустно улыбнулись друг другу…

Елизавета Романова запустила выбор сценария тренировки. Она давно выучила их все наизусть, и могла бы по желанию воспроизвести в памяти любую миссию с любой точки. Некоторые казались ей слишком простыми и скучными, некоторые относились к разряду любимых. Но она старалась регулярно проходить их все по очереди, чтобы не терять навыки.

Миссии подбирались так, чтобы развивать и оттачивать умения пилота в комплексе. Если что-то пропускать, потому что это не так весело, можно однажды поплатиться за такой подход. И хорошо, если только ремонтом настоящего меха…

Самой лучшей доступной моделью меха в этой капсуле был «Палач». Ничего более современного устаревшая электроника не тянула, даже «Шевалье» был уже недоступен, не говоря о «Ратнике» и тем более последующих моделях. Но зато Лиза сделала всё от неё зависящее, чтобы научиться виртуозно управлять этой древней машиной.

Этот уровень было необходимо поддерживать. Отец говорил ей, что любое искусство нуждается в постоянных упражнениях. Если ты музыкант, стоит неделю не брать в руки инструмент — и пальцы перестанут быть такими ловкими. Если ты пилот — пропусти пару занятий, и рискуешь проиграть.

Она не любила проигрывать.

Перелистав несколько вариантов, девушка остановилась на самой нелюбимой из миссий. Это была её маленькая хитрость: она всегда начинала с простых и скучных прохождений, чтобы закончить тем, что любила.

Сегодня это было патрулирование сектора. Нудно, неинтересно. Но важно. Потому что противник появлялся всего трижды за миссию, но всегда неожиданно, с разных направлений, с разным вооружением, и было необходимо не просто вовремя его засечь, но ещё и быстро определить, с кем на этот раз имеешь дело, и суметь поразить его, не потерпев серьёзного ущерба…

Прекрасная тренировка на концентрацию внимания и скорость реакции, на самом деле.

Лиза запустила миссию и с головой окунулась в бой.

«Вы победили. Ваш результат 9997 очков».

Лиза мрачно посмотрела на таблицу рейтинга. Её результат был вторым. Всегда вторым. На первом месте уже давно маячил некто под ником «Ведьмак». Она хорошо помнила тот сбой в программе, когда все места в рейтинге оказались заняты этим Ведьмаком. Он снёс и её собственные достижения, тогда ещё несколько более скромные, чем теперь. Тогда она только получила доступ к тренажёру и начинала нарабатывать опыт.

Все считали эту ситуацию глюком. Но она знала, что за ником Ведьмака скрывается не ошибка системы, а реальный человек. Реальный пилот. Лиза понятия не имела, почему из всех, кто возмущался и обсуждал событие в игровых чатах, он выбрал именно её. Может, потому что она делала это громче всех? Или она умудрилась чем-то его зацепить, задела за живое? Даже обидела, может быть?

Читер. Она назвала его читером. Написала, что так не бывает. Что человек на это не способен, только программа. Она много чего тогда там написала, выплёскивая в злые, колючие слова собственную обиду. Не рассчитывая получить какой-то ответ.

Но Ведьмак ей ответил.

Нет, не в чате. В личку пришло сообщение с записью боя.

Девочка смотрела её и понимала, что так не бывает. То, что творил Ведьмак, было далеко за пределами человеческих возможностей. Но неизвестный пилот смог расширить эти пределы. И по мере того, как он шёл к победе, в её душе всё сильнее закипала зависть. Не та злая, чёрная зависть, которая жаждет уничтожения вызвавшего её.

«Почему он может так, а я нет⁈»

Постепенно к зависти всё гуще примешивалось восхищение недоступной ей степенью мастерства. Пока недоступной.

Когда она увидела финал, к восхищению добавилось преклонение.

Лиза сохранила эту запись на чип и с тех пор оберегала, как святыню. Она ни с кем не поделилась своим сокровищем. Да если бы и захотела похвастаться — кто бы ей поверил без видео?

Конечно, можно было бы выложить его в открытый доступ, как доказательство. Но если бы Ведьмак хотел, чтобы запись была доступна любому желающему — он бы сам это сделал, разве нет?

Лиза рассудила, что пилот пожелал открыться только ей. Это была их общая тайна. Ведьмак отметил её, только её, ведь она ни разу не видела, чтобы кто-то упоминал о переписке с ним. Он что-то в ней увидел, нечто особенное, отличающее её от других. Это давало ей чувство избранности.

То, чего она была лишена с самого рождения. Просто потому, что фамилия знатного рода совпала с фамилией самой обычной бедной семьи. Но если невероятно талантливый пилот поделился с ней своим боем — значит, не такой уж обычной она сама оказалась?

Ей нравилось думать, что Ведьмак разглядел в ней потенциал, при должном развитии способный поднять её к самым вершинам искусства пилотажа. Доказать всем, кто смеялся над ней, что она — лучше, чем они о ней думают. Что её фамилия может быть достойной, даже если не принадлежит знатному роду.

Видео стало её талисманом. Её целью в жизни. Оно побуждало её не просто тренироваться — добиваться того, чтобы сравняться с Ведьмаком в мастерстве. Каждую свободную минуту Лиза проводила в тренажёре. И что с того, если капсула безнадёжно устарела?

Елизавета Романова знала секрет Ведьмака. Он тоже пилотировал «Палач». Значит, она тоже сможет если не превзойти его, так хотя бы встать с ним вровень. Надо только как следует постараться.

И она старалась.

Вершиной её успеха стала заявка в Академию. Лиза отправила её в глубокой секретности, никому не сказав ни слова. По большей части потому, что к насмешкам над происхождением она уже привыкла, но если кто-то из её школы узнает, что она затеяла…

Её бы затравили. Успехи Лизы и так вызывали у остальных учениц неприязнь, а уж замахнуться на такое…

Ведро с крабами. Так назвал папа её класс, когда она спросила, почему её травят вместо того, чтобы самим стараться учиться не хуже, чем она. И пояснил, что крабы никогда не дают никому из своих сородичей выбраться из ловушки, стаскивают вниз, к себе. Так они устроены. И у людей бывает точно так же.

Прилагать дополнительные усилия, чтобы догнать вырвавшегося вперёд — трудно. Гораздо проще затоптать его, чтобы не заставлял чувствовать собственную неполноценность. Поэтому, учил её папа, не нужно говорить о своих планах и успехах другим ученикам. Будет намного спокойнее жить.

Этот урок она тоже хорошо запомнила.

Лиза была уверена — её примут на бюджет, и все её мечты сбудутся. Всё то, на что она даже не надеялась: контракт, возможность обеспечивать семью, безбедная жизнь для её родителей…

Она считала дни, часы, минуты до ответа со станции «Life Star». Тайком от родителей собирала вещи — хотя что там было собирать-то? Представляла, как скажет им: «Папа, мама, я поступила в Академию на бюджет. Вам не надо будет платить за обучение. Потерпите немного, у меня обязательно будет самый лучший контракт, и вам больше никогда не придётся так много и тяжело работать. Потому что вы самые лучшие родители в мире, и я вас очень люблю!»

И тогда у папы посветлеют глаза, а мама улыбнётся и заплачет. От радости.

Мама никогда не плакала от горя. Только когда радовалась…

Елизавете понадобилась вся её воля, чтобы не расплакаться, когда она получила отказ. «Life Star» сообщила ей, что она не прошла по конкурсу. Некто Юлий Марс занял бюджетное место, показав лучший результат.

Лиза убежала в тренажёр, закрылась в капсуле и до рези в глазах всматривалась в турнирную таблицу. Там не было никакого Юлия Марса. Не было никаких результатов лучше её собственных и Ведьмака. Как же этот Юлий мог её обойти⁈

Единственным утешением была горькая радость: она ничего не сказала родителям. Им не придётся испытать разочарование. Всё оно достанется только ей…

Вместе с новым чувством. Если перед Ведьмаком она преклонялась, то Юлия Марса возненавидела всей душой. Лиза понятия не имела, как он смог пробиться в Академию. Но это из-за него ей придётся и дальше ходить в обычную школу для девочек. Из-за него над ней и дальше будут смеяться все, кому не лень, спрашивая, как скоро Романовы сделают её своей наследницей.

А когда Академия начнёт следующий набор, она будет уже слишком взрослой, чтобы начинать учёбу. Ей никто не предложит хорошего контракта. У её родителей не будет безбедной жизни.

И в этом тоже был виноват Юлий Марс.

Ещё одна миссия. Горечь рухнувших надежд была ещё слишком свежей, и Лиза забивала её тренировками. Уже без всякой надежды на перемены в жизни. Просто это было то, что она умела делать лучше всего.

Пилотировать «Палач».

«Вы победили. Ваш результат…»

Она не стала смотреть на цифры. Миссия была пройдена идеально, но сколько бы ни было очков — их всё равно меньше, чем у Ведьмака.

Девушка подняла руки, чтобы снять шлем — и замерла. Перед глазами трепетал индикатор входящего вызова, перекрывая ей обзор.

Кто-то запрашивал связь с ней через интерфейс капсулы.

Лиза ткнула на соединение прежде, чем успела осознать, откуда именно ей звонят.

— Елизавета Романова?

Какой приятный, мягкий, прямо-таки бархатный голос, успела подумать Лиза, и услышала собственный ответ:

— Да. С кем имею честь?

Мама учила её всегда быть вежливой. Получалось не очень, конечно. Но Лиза старалась.

— Добрый день, — поздоровался неизвестный. — Меня зовут Люциус Магнус. Я глава студенческого совета Космотехнологического Колледжа.

— Чего? — не поняла Лиза.

Послышался негромкий смешок. Не обидный, скорее весёлый. Словно её собеседника искренне забавляла ситуация.

— Нас ещё называют Академией Звёздных Пилотов, — пояснил он. — Я звоню вам, чтобы поздравить вас с зачислением на бюджет.

У Лизы пересохло в горле, сердце подпрыгнуло и затрепыхалось где-то у самого горла. Это было невозможно. Ей же отказали!

— Вы шутите? — спросила она, с трудом вернув контроль над собственным голосом. — Мне сообщили, что я не прошла по конкурсу.

— У нас освободилось одно место на бюджетном отделении, — пояснил Люциус.

Лиза всегда соображала очень быстро.

— Один вопрос. Некий Юлий Марс ещё учится в классе пилотов мобильных доспехов?

— О, вы знакомы? — удивился глава студсовета.

— Типа того. Если вы не шутите, и меня действительно берут учиться… Я согласна.

— Тогда вы с ним, несомненно, встретитесь…

Прежде, чем соединение было разорвано, девушка услышала странные слова, произнесённые вполголоса:

— О, это будет весело… Не могу дождаться!

Мало что способно потрясти сильнее, чем мечта, которую жестоко отняли — а потом позволили ей сбыться. Мигнули и погасли так и не просмотренные цифры: «…9998 очков». Лиза торопливо сняла шлем, сдвинула крышку капсулы и выскочила из тренажёра.

А потом что есть силы ущипнула себя.

Резкая боль подсказала, что ей не приснилось.

— Ты чего это, Романова? — послышался приторный до противного голосок. — Побила наконец своего кумира? Так загордилась, что вообще никого вокруг не замечает!

Лиза оглянулась.

В дверях тренажёрной стояла Луиза, королева её класса со своей свитой. Дочь директора школы. Источник всех неприятностей начиная с первого учебного дня. Сколько же крови ей попортила эта недалёкая девица…

Елизавета Романова смотрела на свою мучительницу и улыбалась. Завтра в этой школе её уже не будет. Завтра её ждёт посадка на шаттл и перелёт на станцию. А эти… Эти останутся здесь. Им никто не предложит учёбу в Академии.

Всё, что она делала до сих пор, все эти бесконечные часы в тренажёрке, всё её упорство — всё оправдалось.

Краб сбежал из ведра. И его уже не достать и не сдёрнуть обратно, на самое дно.

— Да у неё улыбка до ушей! — подхватила одна из подпевал. — Наверное, Ведьмак ей руку и сердце предложил!

— Бери выше! Романовы наконец нашли свою потерянную наследницу!

— Ой, Лизонька, когда тебя сделают принцессой, ты же нас не забудешь?

— Забуду.

Елизавета пошла прямо на них. Что-то, видимо, было такое в её взгляде, что девицы невольно расступились, пропуская её.

— Эй! — полетело в спину. — Романова, ты чего, совсем берега потеряла⁈ Напомнить тебе, где твоё место⁈

Лиза оглянулась, прежде чем навсегда покинуть школьный коридор.

— Моё место? — переспросила она, и улыбнулась Луизе. — Не нужно. Я его знаю. Оно там, куда тебе никогда не забраться. Счастливо оставаться, девочки.

В гробовой тишине за ней захлопнулась дверь.

Глава 5

Утро началось с разборок.

Для разнообразия — не со мной. Вместе со всем классом я с интересом наблюдал, как Бриан и Алвизо, как ни в чём не бывало, попытались подсесть к Винсенту. Тот поднялся, багровея от гнева, и прорычал:

— Вон отсюда!

— Босс, ты чего? — попытался включить дурачка Алвизо. — Из-за такой ерунды обиделся?

— Ну, перепили мы вчера, с кем не бывает, — подхватил Бриан. — И надо было Пьера поддержать же, всё-таки дуэль до смерти, не ерунда какая-нибудь.

— Перепили? — тихо переспросил Винсент. — Вы такие же модификанты, как все аристо, не надо мне заливать, что пара коктейлей снесла вам крышу… Не думайте, что я забуду вам ваши слова и ваше предательство.

Его взгляд метнулся к кому-то ещё. Я проследил за ним и обнаружил какого-то парня, очень старавшегося сделаться незаметным. У него плохо получилось.

— Самая обыкновенная куриная жопа, да? — спросил Винс.

Парень слегка побледнел.

А он затейник, оказывается. Что я пропустил, пока дрых в кокпите «Палача»? Надо будет попросить у АЛа запись. Ладно, третий просто брякнул что-то не подумав. А эти двое, выходит, поддержали Пьера — и этим предали своего сюзерена?

Упс…

— Это наши места, — Алвизо демонстративно уселся в привычное кресло. — Будем сидеть, где всегда сидели. И что ты нам сделаешь? Сам пересядешь?

— Я вызвал вас на дуэль, — напомнил наследник Реалов.

— Не передумал ещё? — Бриан усмехнулся. — Может, решился на бой до смерти?

Несколько секунд казалось, что Винсент всерьёз рассматривает эту идею. И я его вполне понимал. Если он сам не пойдёт на такой шаг, я это сделаю сам. Неадекватов и потенциальных предателей надо убирать из Академии. И лучше самым радикальным способом. Ну, кроме того, третьего, которому Винс припомнил какую-то куриную задницу. Убивать за оскорбление — это как-то немного чересчур.

— Звучит очень соблазнительно, — сказал он наконец. — Но нет. До поломки антенны.

Судя по всему, проштрафившиеся вассалы приняли его слова за мягкотелость и слабость. Да, собственно, и я на секунду подумал о том же. Это я — сирота без роду и племени, у меня за спиной нет строгого отца, который не погладит меня по голове за испорченные отношения с кланами вассалов. Мне всё можно, какой с меня спрос?

А вот принц связан по рукам и ногам тысячами условий, которые ему нужно учитывать, прежде чем принимать решение. Убить этих наглецов он не может. Папа не поймёт. Максимум — скинуть на своё нынешнее место, пусть посидят в самом низу топа. Конечно, они оттуда довольно быстро выберутся, не за красивые глазки же им нынешние места дали? Но укол по самолюбию болезненный…

— Принимается.

Алвизо совсем расслабился, на лице появилась наглая ухмылка. Бриан и тот, третий, подтвердили согласие.

— Только потом не жалуйся, — добавил Алвизо. — И не бегай к папочке ябедничать, как тебя обидели.

Ой дурааааак…

Если Винсент и собирался ограничиться назидательным пинком из топа, то теперь он точно передумал.

— Напоминаю на случай, если вы забыли. Проигравший покидает Академию. Навсегда.

А он хорош… И предателей вон, и проблем внутри фракции не будет. Если бы не изъяны в характере, он очень пригодился бы. Ну, может быть, ещё получится переломить?

С другой стороны, я его перевоспитывать не нанимался, своих проблем хватает…

Но что, если именно его не хватит для победы?

Хотя…

«Напоминаю»?

То есть это уже обсуждалось?

Я задумался и пропустил остальное. Опомнился, когда появился преподаватель. Я бы и его, наверное, не заметил, но…

Он пришёл не один.

Впервые в жизни у меня так замерло сердце, когда я увидел, кого к нам привели. Вот уж у кого, как и у Микаэлы, была совершенно естественная красота. Только, в отличие от жгучей и яркой латиноамериканки, совсем другая, не такая броская, но…

Я не мог отвести взгляда от худенькой ладной фигурки, от больших голубых глаз, от рыжеватых волос, забранных в два хвостика… Святые небеса, она приладила к ним маленькие бантики! От умиления можно было умереть на месте.

В жизни не видел никого более скромного и обаятельного одновременно. И никакие уроки Царя этого дать не смогли бы. Даже самая талантливая из его учениц не сыграла бы ничего подобного.

— Знакомьтесь. Елизавета Александровна Романова, — представил нам новенькую препод.

Романова⁈

Похоже, я был не одинок в своём изумлении. Александра так распиналась о том, что у Романовых пропал наследник, что была готова меня записать в их потомки и даже находила фамильное сходство. А тут вот, пожалуйста…

Кстати, ничего общего со мной. Но Александра наверняка поверит, что вот это чудо моя родная сестра… надо ей подыграть. В конце концов, она слегка права — ведь Елизавета моя пра-пра-пра… многопра… внучка? Племянница? Короче, родня. Пришлось покопаться в генеалогии, и по всему выходило, что эти два дома, к которым меня приписала Герега, появились несколько позднее того, как мне пришлось покинуть Землю. Но оба происходили от моей семьи…

— М-мы однофамильцы, — запинаясь и невероятно трогательно краснея, пояснила девушка.

Хм. Облом.

— Занимайте свободное место, — предложил преподаватель. — И мы приступим к занятиям.

Даже этот сухарь не смог устоять перед обаянием моей предполагаемой родственницы. Что-то не припоминалось, чтобы меня так представляли всем и опекали. Я даже удивился на мгновение: я что, завидую⁈ И тут же понял — нет. Показалось.

Препод вывалил на неё такую гору материалов, которые были ей необходимы, чтобы догнать класс, что даже у меня глаза слегка округлились. Ну да, скорее всего, она училась в самой обычной школе, и разрыв в знаниях должен быть колоссальным.

Похоже, без помощи ей в этом будет не разобраться… И помощники найдутся наверняка.

Мне не требовалось оглядываться, чтобы знать, что на новенькую было несколько реакций разного уровня.

Неважно, насколько мажористыми были местные мажоры, совсем идиотов в Академию не брали — даже если бы у родителей хватало денег, чтобы купить и продать несколько раз половину Солнечной Системы. Напротив, такие родители и детки желанная цель — сразу видно, кого можно будет купить по дешёвке через несколько лет, когда родительская компания станет банкротом из-за наследника, которого не научили планировать свои расходы.

Но я отвлёкся. Так вот, насколько я уяснил после недолгого изучения темы, все ученики знали фамилию Романовых, историю их величия и падения, их практически вечную вражду с Толстыми по причине, которую и они сами давно не могли вспомнить.

Реакция свой-чужой в маленьком коллективе работает безотказно: вроде бы и аристократка, но бедная, не имеющая влияния или сильных союзников — сразу же записывается в аутсайдеры, без права на апелляцию. Это реакция первого уровня — на меня реагировали именно так, когда узнали мою легенду. Сирота, никого за спиной — пыль под ногами, не заслуживает внимания…

Но слова Елизаветы об «однофамильцах» вызвали реакцию второго уровня. Разумеется, были и те, кто подумал: «Ага, так мы тебе и поверили», оставшись на низком уровне сознания. Но были и те, кто понял и осознал перспективы этой информации.

Новенький пилот, бюджетник, без связей и влияния — кто первый успел, того и тапки. Или тут больше подходило: «Кто девушку ужинает, тот её и танцует»? Такие люди будут набиваться в друзья и всячески стараться завлечь в свои сети… то есть компанию, попутно отметая в стороны конкурентов.

Короче, за такую добычу назревала борьба бульдогов под ковром.

Увы, оставался и мусор, который видел лишь очень красивую девушку, невинный цветок, который так хочется сорвать и потом хвастаться перед приятелями трофеем. Это была реакция отрицательного уровня. Несколько скабрёзных ухмылок бросились мне в глаза. Если Принц не займётся чисткой рядов своей свиты, для Ведьмака найдётся работа по профилю.

Разумеется, были и уникумы. Кассиан Комаров мазнул ленивым взглядом по новенькой, едва заметно поднял бровь, услышав фамилию, подумал пару секунд, всё понял и потерял интерес к происходящему. Ленивый гений. Уж он-то знал, чего стоит бюджетное место в Академии. Этот невинный цветок ещё покажет, что полон сюрпризов.

Что до моей оценки… «Всегда играйте на уровень выше, чем ваш оппонент», говорил нам преподаватель тактики.

Где-то глубоко внутри холодный рассудок отстранённо отмечал несвойственную мне реакцию. Ни малейшего проблеска желания — и готовность задушить любого, кто посмеет обидеть… Что это вообще со мной такое?

Усилием воли взяв себя в руки, я попытался сосредоточиться на занятии. Но взгляд так и возвращался от монитора к золотисто-рыжим хвостикам, прилежно подметающим рабочий стол…

На перемене новенькую облепили со всех сторон. Кто-то успел пустить слух, что на место выбывшего Пьера прибыла наследница Романовых, и в аудитории стало тесно. Примчалась даже Александра. Я подходить не стал, сидел на месте и смотрел со стороны, как Елизавета, поминутно запинаясь, сбиваясь и краснея, пытается объяснять, что не имеет никакого отношения к тем самым Романовым.

Кажется, я просто любовался.

Елизавета меня не замечала, и это почти задевало. Но я решил, что она пока понятия не имеет о том, что означает цвет моей формы. Пусть не замечает. По крайней мере, когда всё-таки заметит, я буду точно знать, что её привлекло — я сам или моё место в топе.

К окончанию занятий ажиотаж немного стих — новенькая новенькой, она никуда не денется в ближайшее время, а вот дуэль — дуэлью. Особенно когда это дуэль на обезножевшем «Монархе» против «Виконтов».

Я заглянул на тотализатор. Ставок было удивительно мало. Не то аристо совсем разорились, поставив против меня, не то слишком неоднозначен был исход боя, и никто не хотел рисковать… Да, Винс был лидером топа до меня. Но всё же «Монарх» серьёзно пострадал…

А я решил рискнуть.

И поставил на Винсента.

Не настолько много, чтобы это существенно прохудило мой кошелёк, конечно. Я успел неплохо заработать, и планировал и дальше обогащаться. Но я обещал, во-первых, свидание Микаэле, а она меня не простит, если будет выглядеть на нём хуже Снежки.

А во-вторых, мне ещё предстояло угостить Александру стейками в её же ресторане. Я успел выяснить, сколько стоит вагю. Вышло, что мой обед обошёлся в шестьдесят тысяч солов. Сущие копейки для аристо, но… я не привык оставаться в долгу.

В качестве зрителя на дуэли я присутствовал в первый раз. До сих пор дрались со мной. Для остальных это было привычным развлечением. Поискал взглядом новенькую, но не нашёл. Неудивительно, если вспомнить, сколько ей нужно наверстать. Надо будет потом предложить помощь, что ли…

Я удостоился нескольких озадаченных взглядов от невесты: Снежка не могла понять, на кого я всё время поглядываю. Александра в свою очередь с чувством превосходства посматривала на Снежану и выжидательно — на меня. Видимо, решила, что я успел сообщить Медведевой об изменении моих планов, и удивлялась её спокойной реакции.

Винсент с мрачной решимостью прогонял тест систем, пока его мех везли на полигон. Ремонтники сделали что могли. «Монарху» вернули плазменную пушку, щит сохранил функциональность, мелкие повреждения устранили. На косметический ремонт можно было вообще наплевать.

Но отсутствие ноги ниже коленного сочленения очень ограничивало подвижность мобильного доспеха…

Что ж. Бриан тоже будет так считать. Придётся его удивить.

У принца Гарсия было несколько минут, чтобы продумать, как построить обе дуэли. Он бы предпочёл вообще вызвать обоих предателей одновременно, но дуэльный кодекс таких вольностей не предусматривал.

Приходилось учитывать, что Алвизо увидит ход поединка и будет знать, на что способен даже покалеченный «Монарх» в руках настоящего пилота. И придумать для него что-нибудь совсем уж неожиданное. Благо ему совсем недавно преподали болезненный, но полезный урок…

Несколько идей показались Винсенту очень многообещающими. На стартовую позицию он вывел «Монарха», опирающегося на алебарду как на костыль, с мрачной улыбкой на лице. Эти ублюдки дорого ему заплатят за своё предательство…

Винсу некуда и незачем было торопиться. Пусть Бриан сам придёт за тем, что ему причитается. Одноногий мех замер, не двигаясь с места.

«Виконт» двигался бодро, не замедляя хода. В самом начале, двигаясь на сближение, Бриан пытался спровоцировать Винсента: оскорблял, высмеивал, упрекал в трусости… Принц молчал. И чем дольше длилось молчание, тем отчётливее становились слышны в голосе Бриана истерические нотки.

Когда он сорвался на визг, Винсент выключил звук. Ему не нужно было слушать готового обгадиться врага, чтобы расправиться с ним.

Последние десятки метров «Виконт» почти пробежал, но потом остановился и после короткой паузы пошёл в обход. Бриан явно рассчитывал, что повреждённый мобильный доспех не сможет достаточно проворно разворачиваться вслед за ним — и Винсент укрепил его в этой мысли.

Он поворачивался медленно, очень медленно, опираясь на алебарду, пока она не оказалась в удобном для удара положении. Бриан, не то учуяв угрозу, не то решив, что это подходящий момент, выстрелил, целясь в голову «Монарха».

Плазменная пушка выплюнула ответный привет противнику, опалив тому корпус. Венценосный мех рухнул на колени, и выстрел Бриана прошёл высоко над его головой. Металлическая рука с алебардой распрямилась, и могучий удар обрушился на ноги «Виконта».

Несколько секунд тот балансировал в неустойчивом равновесии, пока рывок за колено крюком алебарды не заставил его с тяжёлым грохотом рухнуть навзничь. «Монарх» с трудом поднялся, опираясь на свой «костыль», сделал неловкий прыжок, потом ещё один…

Винсент смутно видел сквозь блистер кокпита искажённое животным ужасом лицо предателя. Никакой гордости… На мгновение шевельнулась мысль нанести добивающий удар, но он отогнал её. Слишком много чести — погибнуть от руки будущего короля.

Бриану придётся уйти с позором, и там, дома, ему не светит ничего лучше, чем какая-нибудь захудалая наёмничья банда. Пусть сдохнет, как собака, среди других собак.

То, что задумал Винсент, требовало ювелирной работы. Чуть более значительное усилие — и всё пойдёт насмарку… Повинуясь его движениям, «Монарх» оттолкнулся алебардой, ловя момент равновесия, и занёс оружие над поверженным противником. Принц увидел широко открытый рот и зажмуренные глаза: Бриан был уверен, что удар придётся по нему, и сейчас вопил на весь эфир, теряя остатки самообладания.

А потом алебарда обрушилась вниз, с хрустом разнося антенну, укреплённую на голове мобильного доспеха.

«Один готов».

Говорил ли что-то Алвизо, Винсент не знал. Он не слушал его с самого начала. Только следил за перемещениями. Массимо не пошёл напролом, как его предшественник — он начал забирать далеко в сторону, чтобы укрыться в россыпи искусственных камней. Бессмысленное с точки зрения тактики решение: щит «Монарха» на таком расстоянии пришлось бы расстреливать неделю.

Но эта выходка натолкнула Винсента на неожиданную мысль. Пусть, решил он. Пусть этот трус сам загонит себя в ловушку, из которой не сможет вовремя выбраться. Это можно было отлично использовать. И даже помочь Алвизо занять самое подходящее положение среди камней.

А потом нанести удар.

«Монарх» тяжело и медленно запрыгал в сторону россыпи, которую «Виконт», на свою беду, решил использовать как укрытие. Тот не стал дожидаться приближения противника. В сторону «Монарха» понеслись залпы из всего вооружения меха. Винсент досадливо поморщился. Щит держал, Алвизо не мог даже просадить его хотя бы наполовину, но попадания нарушали равновесие одноногой боевой машины.

Несколько ответных выстрелов заставили Массимо прекратить стрельбу и забраться поглубже в россыпь. Теперь оттуда торчали только голова и плечи меха. Принц довольно улыбнулся. Этого-то он и добивался…

Прыжковые двигатели взметнули «Монарха» над каменной россыпью, и «Виконт» оказался как на ладони. Алвизо не мог быстро покинуть своё убежище, ему пришлось бы пробираться сквозь лабиринт из неровных обломков — под огнём сверху это было верным самоубийством.

Он принял единственно верное решение в такой ситуации: взлетел, целясь головой меха в единственную уцелевшую ногу «Монарха». Только оттуда он мог не ждать встречного выстрела.

Винсент позволил ему это сделать. Сокрушительный удар отбросил его мех далеко вверх и в сторону, и «Виконт» торжествующе вскинул огромные руки в победном жесте. Что ж, удар был хорош. «Монарх» почти лишился и второй ноги. Но Винсент улыбался, аккуратно заводя свою израненную машину в передвижной док.

Он знал, что сейчас видит предатель на визоре своего шлема.

«Вы проиграли».

Удар головой по ноге «Монарха» снёс ему антенну.

Утром я встал пораньше. Нужно было сделать несколько заказов для предстоящего свидания, да и в аудитории стоило оказаться пораньше, чтобы решить пару вопросов. Я был уверен, что Елизавете нужна моя помощь. В конце концов, я нёс некоторую ответственность за её появление здесь. Не бросать же ребёнка на произвол своры Винса.

Вторым вопросом была дуэль. Я не сомневался, что Принц бросит мне вызов, как только его мех починят. Но пока этого не произошло — он будет карабкаться вверх по топу, выбивая одного за другим тех, кто стоял между ним и местом лидера.

С ними он мог разобраться и в капсуле тренажёра, если ремонт затянется, для принца могли сделать исключение — он всё-таки был топом до меня, и его навыки сомнения не вызывали. Со мной — наверняка выберет полигон.

Я ничего не имел против, но мне надо было знать, кто станет следующим. Если кто-то не слишком далеко отстоящий от него, значит, времени в запасе будет достаточно много. Если сразу первая двадцатка…

Я ошибся в расчётах.

В аудитории я заметил Романову — она уже была на месте и с беспомощным видом пыталась понять, с чего ей вообще начинать разгребать все те завалы, которые на неё обрушились. Но едва я собрался подойти к ней, меня остановили.

— Юлий Марс! — громко и чётко произнёс Винсент, подойдя ко мне.

Я неторопливо сложил материалы и поднял голову:

— Да?

— Я… — начал Винсент, но его прервал звонкий девичий голос:

— Я вызываю тебя на дуэль!

А?

Глава 6

Я понятия не имел, кто из нас удивился больше — я, Винс или все остальные. Удивился — это ещё очень мягко сказано. Мы с Принцем таращились на Романову, которая тряхнула милыми хвостиками, ткнула мне в грудь пальцем — видимо, чтобы мы точно не перепутали, кого из нас она имеет в виду, и громко повторила:

— Юлий Марс, я вызываю тебя на дуэль!

Нет, что за манеры — тыкать в меня пальцами? То Александра, то вот теперь Елизавета… А ещё родственница! Ну, предполагаемая, конечно, но всё равно невежливо.

Я даже немного расстроился и сам был этим несколько озадачен. Первым побуждением было послать. Всех. Нет, всего лишь в очередь. Но не успел я и рта открыть, как проснулся Кас.

— Вообще-то Юлий — лидер топа, а лидер совершенно не обязан принимать вызовы от всех подряд, — лениво сообщил он Романовой. — Если каждый будет его вызывать, когда ему учиться и на свидания бегать? Вас много, топ один… Ты тут второй день, себя пока никак не проявила, почему он должен на тебя время тратить? Да и на Винса тоже…

— Не фамильярничай, — огрызнулся принц Гарсия.

Ну, положим, я и сам мог бы за себя постоять. Но всё равно было приятно. Хотя про свидания — это он зря… Зря-зря… И про второй день тоже. Я вот в первый же день успел нашуметь, хотя совершенно к этому не стремился.

Мне вообще было положено тихо и скромно внедряться, оценивать обстановку и всё такое. Но в любом сражении первой жертвой становятся планы этого самого сражения, увы.

Романова задрала носик, и у меня ёкнуло сердце. Какая милота…

— Какой ещё топ? — она посмотрела на «москита».

— Топ мастерства пилотов, — охотно пояснил тот. — Видишь, у Юлия форма не такая, как у остальных? Это означает, что он у нас первый в рейтинге.

— А почему я его вызвать не могу⁈ И он тоже? — она кивнула в сторону Винса.

— Потому что вы оба рейтингом не вышли, — гнул своё Комаров. — Из грязи в князи — это, конечно, круто, но всё же не совсем по правилам. Вот подрастите немного, там видно будет…

— Ты меня будешь правилам учить, мошкара⁈ — набычился Винсент.

Ну да, если бы меня с грязью сравнили, будь я сыном короля, я бы тоже, наверное, не обрадовался. Умеет Кассиан друзей наживать, ничего не скажешь…

— Просто напоминаю. Вот будешь в первой десятке, тогда пожалуйста, — Кас пожал плечами и собрался снова уснуть.

— А ты на каком месте? — теперь палец чуда с хвостиками нацелился на Винса.

Чёрт, направленным на меня он мне нравился больше.

Не выспался я, что ли?

— Шестьдесят восьмой, — нехотя ответил Принц.

Так, Пьера я не видел в рейтинге. А эти двое, получается, его подняли почти до второй трети? Шустро. Кстати, в аудитории их не было. И этого третьего — тоже. А с ним-то Принц когда успел разобраться⁈ Вчера только две дуэли было же…

— Отлично! — непонятно чему обрадовалась Романова. — Тогда я вызываю на дуэль тебя… эээ…

— Винсент Мигель Гарсия Реал, — подсказал я, сам удивляясь тому, что запомнил это имя.

— Я вызываю тебя, Винсент! — подхватила Елизавета. Остальное, похоже, не запомнила. Ничего потренируется, как я, пару-тройку дней, и будет от зубов отскакивать.

На Винса было жалко смотреть. Хотелось не то пощёлкать у него перед глазами пальцами, не то челюсть ему приподнять. Впрочем, глаза выпучились не у него одного — половина аудитории таращилась на нас, вторая половина тихо сползала под столы. Вот ни за что не поверю, что у них там что-то потерялось.

Люциус, что характерно, слепо шарил по столу. Попкорн, что ли, искал? Хотя… Он-то тут что забыл? Его здесь вообще не должно было быть!

— Да ты вообще в курсе, кто я такой⁈ — взвыл Винсент, наконец-то обретя дар речи.

— Судя по рейтингу, кто-то не очень опытный? — предположила девушка. — Не бойся, я тебя не больно побью.

Вот теперь под столом оказался и глава студсовета. И оттуда, из-под стола, доносились подозрительные звуки. Не то икота, не то всхлипы…

Очень хотелось попросить его подвинуться, но я героическим усилием воли заставлял себя сохранять каменное выражение лица. Не мог же я уступить Комарову в невозмутимости.

От Винсента только что искры не сыпались. Таким багровым от бешенства я его ещё не видел. Похоже, моя милая родственница слегка перегнула палку. Принц потянул рукав формы вверх таким характерным жестом, что…

Ой-ой-ой…

— Эй, — я мгновенно оказался между ними, — остынь! У тебя на лбу не написано, кто ты и откуда! Не трогай ребёнка!

— Ты кого ребёнком назвал⁈ — немедленно завелась Елизавета.

Какая милота…

Хм. Кажется, эта мысль совсем недавно меня посещала?

К чести Винса, он остановился. Но его взгляд мне совершенно не нравился.

«Пока ты в топе, можешь думать, что с тобой кто-то будет считаться, — говорили его глаза. — Но только пока…»

— Ладно, мелкая, — глухо проговорил Принц, — считай, ты меня уговорила… Какой у тебя мех?

Елизавета неожиданно смутилась. И это тоже выглядело невероятно мило.

Из сбивчивых объяснений мы поняли, что она на бюджете — вот вообще не удивился, что она понятия не имеет, какой мех ей выделил спонсор, и где эта несомненно грозная в прошлом боевая машина находится в данный момент. Это я прилетел подготовленным от и до, и АЛ меня уже знал как облупленного.

А Романова-то настоящий новичок, без дураков, и такой же настоящий бюджетник. И её появление здесь вполне можно было сравнить с падением камня в болото. Сидели тут каждый на своей кочке, квакали друг на друга, соревновались, кто сильнее надуться может от важности, и тут бабах! — и только брызги в стороны.

Что-то мне это напоминало… И я был готов ставить на что угодно, что не мне одному. На лице у Принца огромными буквами было написано: «Что, ОПЯТЬ⁈»

Ну да, ну да. Новенькая, бюджет, внезапная дуэль, мех то ли есть, то ли нет, и не повторится ли опять история с «элементалем»… Возможная перспектива скатиться обратно на самое дно Винса, похоже, совершенно не вдохновила.

— У тебя мех ещё не починен, — напомнил Сантьяго.

Ух ты, а у Яго, оказывается, чуйка неплохо работает иногда? Или это он после меня такой умный стал?

Винсент нехотя кивнул.

— Ну, раз мы оба пока без мобильных доспехов, вирт-капсула тебя устроит? — спросил он.

Романову явно устраивало всё, что могло позволить ей надрать задницу сопернику и подняться на ступеньку повыше и поближе ко мне. И чем я ей насолить успел?

Определённо мы не пересекались раньше, я бы запомнил. И она меня тоже не видела прежде, иначе этот разговор состоялся бы ещё вчера. Но пока она не услышала моё имя, я был для неё пустым местом.

Неужели ей просто нужно непременно вскарабкаться наверх? Тоже непохоже… Она же на мою форму лидера не отреагировала в первый день, хотя я выделялся на общем фоне как новогодняя реклама.

У неё что-то было связано с моим именем.

Надо было выяснить, что.

А поможет мне в этом…

Я глянул в переписку. От невесты не было ни одной весточки. Эх…

Чем Снежана так занята, что у неё нет времени даже «Привет» написать?

Это тоже надо было выяснить. Потому что я уже понял — дочь Медведева полна сюрпризов, и если я хотел, чтобы она стала частью моего плана сознательно — а я этого хотел — мне нужно было знать о ней всё.

Потому что доверять вслепую в таком важном деле детям аристократов, для которых интересы своего клана превыше всего, было бы не просто неосторожно.

Это было бы преступно…

— Позывной какой? — спросил Винсент.

Кажется, я пропустил за размышлениями часть беседы?

Ответа я не услышал — в аудиторию вошёл преподаватель, и Романовой с Винсом пришлось вернуться на свои места.

* * *

Эта дуэль не вызвала бы особого интереса, будь на месте Елизаветы кто-то другой. Все были уверены, что принц Гарсия разделается с противником в два счёта. Особенно в капсуле, где ему не придётся учитывать, что его мех покалечен.

Но это была симпатичная девушка, новенькая с фамилией, вызывающей массу вопросов, тёмная лошадка, и всем хотелось знать, на что она способна.

Пришёл даже Кас.

— Слушай, — задал я ему вопрос, который возник у меня ещё утром, — а куда делся третий, которого Винс вызвал? Ну тот, который его куриной задницей обозвал? Не было же третьего поединка, я проверял.

Я не только это проверил. АЛ любезно выдал мне все записи, и теперь я был более или менее в курсе всего, что умудрился проспать.

— Его семья решила, что меньшим из зол будет просто отозвать своего отпрыска, — флегматично ответил Комаров. — Так что ещё до начала поединков тот принёс свои извинения и отчалил со станции.

— То есть нам надо ждать ещё троих новичков, — задумчиво пробормотал я. — Ты случайно не в курсе, кого пришлют?

Кассиан покачал головой и взглядом указал на Люциуса.

— С этим к нему. Или к Александре. Но вряд ли они станут делиться этой информацией.

Я чуть было не спросил, почему. Но вовремя прикусил язык. Место в Академии — это вам не приглашение на какую-нибудь закрытую вечеринку с перчинкой. За такое могут и убить, чтобы освободить дорогу своему отпрыску.

Да и занят был глава студсовета. По самые уши.

А пока он был занят, моя милая родственница регистрировалась для поединка.

— Данные вашего меха? — спросил администратор.

— Эм… — зависла Елизавета.

— Новенькая? Имя?

— Елизавета Романова. Нет, просто однофамильцы, — привычно пояснила она на вопросительный взгляд.

— Ага, бюджетник… — пробив имя, пробормотал администратор. — Без контракта… Тренировались хоть?

— Конечно! — возмутилась Романова.

— Модель? — на возмущение не обратили никакого внимания.

— «Палач», — я видел, как она сглотнула. Явно готовилась к смешкам и издёвкам по поводу бедности и старости мобильного доспеха.

Но, к её удивлению, их не было. Зато было задумчиво-тихое «хм» и подозрительный взгляд со стороны Винсента.

И очень внимательный — с моей. Да мы, оказывается, действительно родня? По крайней мере, по духу — точно. Кажется, это будет по-настоящему интересный бой.

— Ага, есть в системе, — не стал заморачиваться с настройками препод. — Капсула номер три.

Стоп, это что, она сейчас сядет за электронную версию АЛа? Надеюсь, ему хватит мозгов не светиться…

«Обижаете, коллега», — тут же пришло сообщение на планшет.

Зараза.

Соперники заняли свои места, и дуэль началась.

— Винсент Мигель Гарсия Реал, позывной «Принц», «Монарх», выступаю, — заявил о своём появлении Винс.

— О Боже мой, это же «Монарх», мамочки, это же Реал, что я натворила, это мой второй день в Академии, и я вызвала на дуэль Принца, — раздалась в эфире скороговорка паникующей Романовой, только сейчас уяснившей, с кем она столкнулась.

Послышались смешки. Я удивлённо хмыкнул. А в первый раз, когда я ей его имя назвал, до неё не дошло, что ли? Или она только начало имени в запале осознала?

— Кхм-кхм, — раздалось в эфире вежливое покашливание наблюдающего администратора. — По правилам, пилот должен назвать себя, свой позывной и модель меха, после чего произвести активацию.

— А! Ой! Да! Точно! Простите!

— Ничего страшного, Романова. Выдохните и успокойтесь.

Она так и сделала.

— Фух… — раздались в эфире громкие «вдох-выдох». — Елизавета Романова, Фея, «Палач», активация!

А затем произошло странное — мой «Палач» на экране двинулся плавно и неторопливо, словно это был не гигантский управляемый робот, а живой человек в броне. Правда, эту деталь могли заметить только очень опытные пилоты.

Но я-то был опытным. И Винсент тоже. Я не мог видеть его лицо, но представлял, как он сейчас напрягся. Чтобы так управлять мобильным доспехом, в нём надо не тренироваться — в нём надо жить.

И судя по нескольким негромким возгласам, это понял не только я.

Кажется, милым хвостикам предстояло столкнуться с повышенным вниманием?

Занятый наблюдением, я едва заметил появление своей невесты. Снежка отыскала меня взглядом, уселась рядом и устало выдохнула. Её наперсница приземлилась неподалёку.

— Совсем загоняли? — наугад спросил я.

Конечно, можно было запросить у АЛа информацию, чем так занята Медведева. Но собственные извилины тоже нужно было держать в тонусе. Слишком легко привыкнуть быть всезнайкой. Но вот случись такое, что меня отрежут от сети — что я тогда делать буду? Нет уж, только всё сам, только хардкор.

Снежана кивнула.

— Я даже не думала, что этот бизнес-форум потребует такой подготовки, — пожаловалась она.

Я приподнял брови.

— На стратегическом есть экономика?

Вообще-то да, должна была быть. У бизнеса, если задуматься, тоже есть своя стратегия. Но я как-то не думал, что Снежке это тоже нужно. У её отца наверняка имеется целая армия консультантов, способных планировать развитие «РосТеха»? Или она, как и я, предпочитает вникать во всё сама, чтобы не зависеть от сторонних помощников?

— Я обещала Ханне, — нехотя пояснила Снежана. — Когда тебя прикрывала. Это было её условие — я должна её сопровождать на форуме.

Я заглянул в список членов студсовета. Ага, Охана. Один из банковских кланов. Не самых крупных, но…

Если рядом с дочерью Охана на таком мероприятии увидят дочь Медведева, можно не сомневаться, что на акциях банкиров это скажется самым благоприятным образом.

— Ты только послушай…

Снежка вывалила на меня целый ворох фамилий, названий и проектов.

— И всё это мне надо вызубрить наизусть! Чтобы даже во сне не перепутать одних с другими! И вот зачем мне вся эта информация о какой-то мелюзге, которая даже в первую сотню не входит?

Понятно, принцессе будет скучно, и это вызывает у неё вполне справедливое негодование. К тому же, она пошла на это, чтобы помочь мне. С одной стороны, я её об этом не просил. Сам бы справился. Но с другой — откуда ей было знать, на что я способен? И даже если эта помощь преследовала какие-то её личные интересы — всё равно я в какой-то степени ей обязан, получается.

Не то чтобы мне было нечем заняться. Но если я буду ходить на свидания, пока она там будет отдуваться из-за меня, получится как-то слегка несправедливо…

— Хочешь, я буду сопровождать тебя?

Мне достался удивлённый взгляд.

— Зачем?

Я пожал плечами.

— У меня есть некоторые планы. С бизнесменами твоего уровня мне пока делать нечего.

Пока. Я был уверен, что она это мимо ушей не пропустит.

— Начинать лучше с тех, кто помельче, и для кого мои планы могут представлять какой-то интерес. Ты сама сказала, что там мелочь будет. Вдруг что-то подходящее подвернётся?

Я поймал подозрительный взгляд. Ну да, ну да, пилот — и бизнесмен, как-то не очень вяжется. Но я уже обзавёлся неплохой суммой, а деньги должны работать. К тому же планы Департамента действительно требовали очень серьёзных вложений. И пусть даже ему есть чем обеспечивать работу — денег много не бывает.

— Ну и, смею надеяться, тебе со мной будет не так скучно. Опять же, кто знает, что у них там с безопасностью…

— У меня вообще-то… — начала Снежана

— За ней вообще-то есть кому приглядеть! — перебила её Екатерина.

— И я буду под присмотром… А то кто знает, что случится с Академией, пока тебя не будет…

Дальше мне оставалось только наслаждаться отражением мыслительных процессов на симпатичных личиках

Екатерина задумалась.

Снежка вспомнила, что я успел натворить. Несколько дуэлей, десяток раненых в лазарете, имитация собственной смерти и умерший от страха на дуэли до смерти Пьер. Затем она учла, с кем я остаюсь: Винсент, Александра Герега, новенькая и отдельный класс тяжёлых пехотинцев, с которыми я зачем-то хотел познакомиться — чрезвычайно взрывоопасная комбинация.

Она заметно вздрогнула, явно представив, в каком состоянии застанет Академию по возвращении. Не то чтобы она на самом деле могла меня контролировать, но ведь человеку нужна иллюзия контроля над окружающим хаосом.

— Ты едешь со мной, — постановила она не подлежащим обсуждению тоном.

— Да, дорогая, — с притворной покорностью ответил я.

О подробностях имело смысл поговорить после поединка. Который как раз начинался.

Мехи встретились, и взглядам наблюдателей предстала новая странность — при переходе в боевой режим «Палач» встал в характерную стойку, которую множество зрителей видели совсем недавно, и взгляды присутствующих немедленно скрестились на мне.

А я пытался вспомнить, где мог слышать позывной Елизаветы.

Я же его точно где-то слышал… Воспоминание зудело назойливой мухой, но не давалось в руки, ловко уворачиваясь от попыток его поймать.

Для склероза вроде рано пока?

Пискнул коммуникатор — АЛ, как всегда, прочитал мои мысли и прислал запись рекордов некоего старого симулятора.

9998 — Фея

9997 — Фея

9995 — Фея

9994 — Фея

9993 — Фея

Прошлое настигло меня с неожиданной стороны. Ошарашенный этим фактом, я оценивающе уставилась на голограмму.

— Она такая же, как ты, — констатировала очевидный факт Снежана Медведева. — Только лучше.

— В смысле лучше? — не понял я.

— Она миленькая и с хвостиками.

Глава 7

Подбирая конфигурацию для поединка, Лиза ругала себя. Желание непременно поквитаться с тем, кто чуть не разрушил всю её жизнь, оказалось таким сильным, что она попала в крайне неловкое положение. Подумать только, она вызвала принца. Принца! И ведь этот Юлий Марс его представил ей… Назвал фамилию.

Но она была так ошарашена тем, что придётся выносить целую сотню пилотов, чтобы проучить этого выскочку, что всё пропустила мимо ушей.

А ещё он назвал её ребёнком! Конечно, после этого она уже ни о чём не думала. И только когда противник назвал себя и свой позывной, у неё наконец-то щёлкнуло в голове, и всё встало на свои места.

Принц. Его позывной — Принц. Ну да, как ещё обращаться в бою к самому что ни на есть настоящему принцу крови? Уж, конечно, он не мог быть каким-нибудь там Крутым Перцем или СуперПуперМегаУльтраНагибателем. В симуляторе она на таких насмотрелась…

А ещё он был очень даже симпатичным. Юлий, кстати, тоже был ничего так. Но гад и негодяй. Так что сравнивать его с Винсентом Лиза и не собиралась.

Не зря эта кикимора Луиза, дочка директора школы, вечно таскалась с голофото «Монарха». Сквозь остекление кокпита смутно просвечивало лицо, и Луиза, томно закатывая глаза, пищала, что это сам принц Гарсия в фамильном доспехе.

Лиза пару раз пыталась рассмотреть его повнимательнее, но ничего, кроме размытого пятна, имеющего отдалённое сходство с человеческим лицом, не разобрала. А вот эта дурочка умудрилась там даже утончённые аристократические черты увидеть. С тем, что они аристократические на самом деле, Лиза готова была согласиться. Но вот с тем, что утончённые…

Неожиданная мысль заставила Елизавету слегка покраснеть. А что, если как-то уговорить принца сфотографироваться с ней? А потом отправить снимок в родную школу… Типа — ученица помнит о родных пенатах, и даже взлетев на вершину славы, не забывает о тех, кто был с ней рядом столько лет, и всякое такое, что обычно пишут, когда хотят быть вежливыми. Потому что если написать правду, то будет неприятно всем.

И конечно же, Луиза увидит этот снимок. Принц Гарсия, её трепетная мечта, и с ним — Елизавета Романова, которую директорская дочь изводила столько лет.

Лиза даже представила, как этот снимок должен выглядеть. Они вполоборота смотрят друг на друга, он, конечно, выше, и смотрит на неё сверху вниз, а она на него снизу, и он ей улыбается…

Ой чо будет…

Елизавета осознала, что уже с полминуты таращится на панель выбора оружия. Ассортимент несколько отличался от того, к которому она привыкла. Несколько незнакомых иконок привлекли её внимание, она потыкала в них, но на визоре всплыла надпись: «Доступ закрыт».

Что же это за оружие, к которому нужно иметь доступ? Какое-то дополнение, доступное только тем, кто поступил в Академию? Или чья-то авторская разработка? Это было очень интересно, но могло подождать, пока она закончит поединок.

Который, между прочим, уже пора было начинать.

— Так, что тут у нас… — пробормотала она себе под нос, убедившись, что вывод на внешние динамики перекрыт. — Ух ты…

Это было действительно «ух ты». Снайперская винтовка. Ракеты. Противоракеты. Гранатомёт. Встроенный дротикомёт с целым набором разных наконечников. Лебёдка — зачем она вообще тут нужна? И это не считая тех символов, за которыми скрывалось что-то требующее доступа…

Лиза сунулась в спецификации модели «Палача». При виде стройных колонок цифр ей очень захотелось протереть глаза. Они разительно отличались от тех, к которым она привыкла. По сути — это была совершенно другая машина… Что же у неё внутри?

Внутри была табличка «Доступ закрыт».

Елизавета вздохнула, прикинула, что ей может понадобиться — могло понадобиться вообще всё, и ещё вот того, недоступного, не помешало бы — вбила основным оружием гранатомёт, и двинулась к цели, пританцовывая от нетерпения. Страх перед принцем был забыт.

Ну принц. Ну подумаешь, на «Монархе». С таким набором она из этого «Монарха» отбивную сделает. А потом разберётся с Юлием Марсом. И вплотную займётся этим удивительным «Палачом». А перед Винсентом она извинится, чтобы не дулся. Мальчишки такие обидчивые…

И ему будет на что обижаться. Потому что сейчас будет сюрприиииз…

Танцевальные па в исполнении «Палача» произвели на принца неизгладимое впечатление. В его памяти были ещё свежи приёмы рукопашного боя, против которых «Монарх» оказался бессилен. Но самым обидным было то, что мобильный доспех Реалов побили на его же поле! Заточенный под ближний бой мех разделали в таком ближнем бою, что ближе просто уже некуда.

А эта мелюзга вообще танцует!

Обескураженный, Винсент наблюдал за странным поведением мелкой нахалки, пока защитные системы не оповестили его, что он под прицелом гранатомёта. Принца это не обеспокоило: щит должен был защитить его от пары попаданий, а дальше он будет уже совсем близко, и девчонка проиграет.

Подняв щит на уровень головы меха, Винс двинулся вперёд.

Но далеко не ушёл.

Романова с ювелирной точностью положила гранату над верхним обрезом щита. Вспышка.

Проморгавшись, Винсент обнаружил перед глазами табличку: «Вы проиграли».

— Да как так-то! — возмущённо заорал он, пытаясь понять, что вообще произошло.

— Романова, — ворвался на канал голос администратора, — вы использовали недопустимое оружие. Смените его.

— Но оно же было доступное! — судя по голосу, новенькая была очень расстроена. — Я же проверили всё перед тем, как начать!

— Виртуальный бой — всё равно бой, — терпеливо объяснил преподаватель. — В реальном бою никто не будет использовать гранаты с ядерным компонентом, мобильный доспех — слишком ценный трофей, чтобы безвозвратно выводить его из строя.

Винсент понял, что у него отвисает челюсть. Девчонка использовала ядерный боеприпас! Электромагнитный импульс от подрыва боевой части не слишком велик, но его было достаточно, чтобы наглухо вырубить электронику меха.

— То есть эта победа не считается? — уныло спросила Елизавета.

— Поскольку вы новичок и не знаете пока всех правил, результат будет засчитан, — великодушно решил администратор. — Но поединок будет продолжен с более подходящим оружием. До двух побед любой из сторон.

— Ура! Спасибо! — долетел до Винсента счастливый голосок.

«Ну погоди ж ты у меня…» — промелькнуло у него в голове.

Ему уже было очевидно, что новенькая никогда не пилотировала настоящий мех. Только вирт. Только стандартные миссии. И скорее всего — очень старые.

Это давало ему огромное преимущество.

Принц не стал тратить время на манёвры, с ходу ломанувшись в лобовую атаку.

Романова панически перебирала доступное оружие, но обычные гранаты ничего не могли поделать с защитой «Монарха». Щит всякий раз оказывался на пути заряда, принимая на себя всю мощь взрыва.

Залп нескольких ракет только немного замедлил продвижение коронованного меха вперёд, но существенного вреда не причинил. Винсент нехорошо улыбнулся, прикидывая, как будет отыгрываться на новенькой после поединка. Захотела сразу чуть ли не в середину топа прорваться за его счёт — что ж, наказание будет вполне заслуженным.

К тому же в девчонке оказался заинтересован Ведьмак. Непонятно, почему — у него же есть Снежана, эта мелюзга ни в какое сравнение не шла с дочерью Старого Медведя. Винсенту даже как-то обидно было за такое пренебрежение его сокровенной мечтой.

Вот он за неё и отомстит…

Ещё один залп ракет Винс не стал принимать на щит — он задействовал прыжковые двигатели. Снаряды прошли под ним, а «Монарх» всей мощью обрушился с высоты на противника.

В ход пошла алебарда, которая в умелых руках была очень опасным оружием. Романова пыталась бороться, но сокрушительный удар щитом отбросил «Палача» назад, удар алебардой вывел её мех из равновесия. Винсент наступил на грудь «Палача», не давая ему подняться, и бросил взгляд на тактический планшет.

Ракеты, которых он избежал, возвращались. Принц ждал до последнего мгновения, и только тогда снова прыгнул. «Монарх» взмыл вверх. Ракеты, у которых не оставалось возможности для манёвра, ударили по поверженному меху.

На этот раз преимущество осталось за «Монархом». Принц Гарсия сполна отыгрался за унизительное поражение с первого выстрела Романовой.

Связь донесла до него сердитое пыхтение девушки. Винсент усмехнулся. Без читов вроде ядерки не так просто быть крутой, да?

Один — один.

Оставалось добить нахалку.

Один — один.

Это было обидно. Не потому, что не получилось победить всухую. Принц Гарсия стоял между Лизой и Юлием, и если не получится справиться с ним, то придётся тратить время и идти в обход. Вызывать кого-то ещё, чтобы добраться до уровня Винсента, и потом перепрыгивать через его голову, бросив вызов кому-то выше в рейтинге, чем принц. А тратить время Лиза не любила.

На этот раз она не спешила с выбором оружия. Ей никогда не приходилось сражаться против «Монарха» — такой модели в устаревшей капсуле просто не было. Но она уже поняла, в чём состоят преимущества противника. Оставалось правильно подобрать оружие.

Ядерное нельзя? Ладно.

Ракеты не пробивают щит? Ладно.

Но те же ракеты в спину «Монарх» предпочитал не получать.

По мощи он превосходил «Палач». Но по манёвренности должен был уступать, и очень сильно.

Значит, нужно держаться на расстоянии, не позволяя пройти в ближний бой, атаковать только выборочно уязвимые места. А таковыми у любого меха являются сочленения конечностей…

И надо будет погасить пушку…

— Вспомни «Лансера», — тихо подсказал чей-то голос. — У него копьё той же длины, что алебарда у «Монарха».

Критическим взглядом окинув свой арсенал, Лиза кивнула и подтвердила выбор оружия. И только потом задумалась, кто бы это мог быть. Точно не Винсент — голос принадлежал не ему. И не Юлий — как бы тот смог пробиться на канал капсулы? Доступ к голосовой связи должен быть только у дуэлянтов и преподавателя вроде бы. Да и голос хотя и был похож, но всё же отличался.

— Потанцуем?

До неё донеслось удивлённое хмыканье.

Это действительно походило на танец. Лёгкий, изящный «Палач» порхал, как бабочка, вокруг массивного «Монарха», уклоняясь от выстрелов плазменной пушки. Прыжковые двигатели позволяли ему двигаться быстрее из-за меньшей массы, а тепловые ловушки, которые Лиза использовала бережно, но расчётливо, пресекали попытки достать её ракетами.

В то же время ракеты «Палача» заходили на «Монарха» с разных направлений, вынуждая его выбирать, чем жертвовать — защитой спереди или сзади, пока Лиза вертелась вокруг, осыпая его градом выстрелов из скорострельных орудий.

Винсент начинал злиться. Второй раз нахрапом взять не получалось, слишком вёрткая и сообразительная цель ему попалась. Она учла свои ошибки, и теперь делала всё, чтобы не дать ему подойти вплотную.

К тому же у неё была поразительно похожая на Ведьмака тактика боя…

Раз за разом повторяя один и тот же цикл: ракета спереди, ракета сзади, огонь в открытый бок — Лиза усыпляла бдительность противника. Отец, когда учил её танцевать, однажды объяснил, как можно добиться победы.

— Смотри, птаха, — говорил он, — вот мы танцуем под музыку. Ты её слышишь, я её слышу, и мы оба знаем, какое движение будет следующим. И если вдруг ты вместо того, чтобы сделать следующее па, которого я от тебя жду, вдруг сломаешь танец, толкнёшь или дёрнешь меня — я упаду. То же самое можно делать в бою. У него тоже есть своя музыка. Заставь противника танцевать с тобой, а потом сломай танец. И ты победишь…

Убедившись, что Винсент втянулся в танец, что он уже уверен, каким будет следующий её ход и начинает работать на опережение, Лиза торжествующе улыбнулась.

И сломала танец.

Вместо двух ракет она выпустила шесть. Пять из них были нацелены со спины в сочленения ног и в крепления пушки на плече — и Винсент стремительно развернулся, чтобы принять их на щит. Он даже почти успел: две ракеты разбились о защиту, не причинив никакого вреда. Одна сбила пушку, две сманеврировали и поразили сустав одной из ног. Это ограничивало подвижность, но не вывело мех из строя.

Но шестая ракета, которая шла прямо, и которую Винсент проигнорировал, врезалась в голову меха, сбрив антенну.

— Всё? А что так мало? — огорчённо пробормотала девушка, когда высветилась надпись «Вы победили».

Послышалось недовольное фырканье.

— Может, ещё раз? — с надеждой спросила она соперника.

— Позже, — вопреки ожиданиям, принц не был зол или взбешён поражением, скорее его голос звучал задумчиво.

— Точно⁈ — подпрыгнула и зачастила Лиза. — Обещаешь⁈ Ура!

«Ещё один помешанный на боях маньяк», — так и читалось на лицах зрителей. Я усмехнулся и помахал рукой Елизавете, которая выкарабкалась из капсулы и устремилась ко мне.

В этот момент мирно дремавший в перерыве Комаров чихнул и проснулся.

— Юлий Марс! — завела новенькая ту же песню. Но продолжить ей не дали.

— Рейтинг, — напомнил Кас. — Очков маловато, нужно ещё потрудиться. Ну, и вирт — это несерьёзно, хочешь драться с топом — придётся подождать, пока тебе пришлют мех.

Я почувствовал, как цепкий взгляд пилота сканером прошёлся по Романовой, потом по мне и вернулся обратно.

— Играла в «Электронная фея Вьюга»?

О, какое ностальгическое название.

— Я пилот мобильного доспеха, а не истребителя! — возмутилась девушка.

Кас на это лишь слегка поднял бровь — мол, и что?

— Это не ответ на вопрос, — прохладно намекнул он.

Романова покраснела.

— Только шестую часть, дальше начинка капсулы не тянула, — смущённо призналась Лиза.

Вышло уже шесть частей⁈

Кстати. Теперь становилось понятно, откуда у неё такой позывной.

— Значит, без рекордов, — наёмник понял, что тут ничего занимательного для него нет, и потерял интерес к происходящему.

Приунывшую Елизавету тем временем окружили пилоты, а я, получив передышку, повернулся к Снежане. Та сосредоточенно что-то вычитывала на смарте, и насколько я мог видеть, файл казался бесконечным.

— Какие планы на сегодня? — без всякой надежды спросил я.

— Учить, учить и ещё раз учить, — со вздохом ответила та. — Никакой личной жизни.

— Мне всё ещё не нравится мысль, что Юлий будет тебя сопровождать, — заметила Екатерина. — Я не уверена, что он сможет тебя защитить.

— Кажется, я вполне успешно справился с этим некоторое время назад, — напомнил я. — Можешь спросить Альфреда, был ли я достаточно эффективен.

— Ты про ту потасовку в коридоре? — уточнила Орлова. — Есть одна проблема. На Снежану там никто не нападал. Только на тебя. И толпа раздолбаев — совсем не то же самое, что подготовленный наёмник. Ты точно сможешь её защитить, если что-то пойдёт не так?

— Мы вполне можем проверить это позже, — Снежка поднялась. — Извини, у меня дела.

Мне показалось, или этот разговор был ей неприятен? Это из-за гибели её матери? Её отец не смог защитить свою женщину от наёмного убийцы, и теперь она не может оставаться спокойной, когда речь заходит об угрозе ей самой?

Надо будет как-нибудь аккуратно с ней об этом поговорить. А пока…

Я посмотрел на Романову, вокруг которой увивалась стайка пилотов.

— Да, похожа на тебя, — задумчиво сказал Кассиан. — Только специализация в одном деле. В отличие от тебя, многозадачный монстр…

Я кивнул.

Открыл переписку, отыскал контакт Микаэлы. Что ж, раз у моей невесты дела, я всегда могу пригласить кого-то ещё приятно провести время. И даже виноватым себя чувствовать не буду. Она сама мне сказала, что не будет против, если я начну уделять внимание ещё кому-нибудь. Мнения Александры по этому поводу я и вовсе спрашивать не собирался.

«Как насчёт свидания сегодня вечером?»

Глава 8

Конечно же, Михалыч согласилась.

Я прочитал ответное сообщение, гласившее, что она будет готова через час, и пошёл собираться. Внутренний голос подсказывал, что в случае с Микаэлой час действительно означает час, и лучше быть вовремя, не надеясь на вечные девичьи опоздания. Подготовка инженера требует пунктуальности, в том числе и от себя.

Я очень придирчиво подошёл к выбору ресторана. Уж точно я не повёл бы Михалыча в «Уголь и уют», как бы ни были хороши стейки, которыми угощала меня Александра. И не туда, где мы обедали со Снежаной. Снежка — официальная невеста, с ней можно быть на виду у всех где угодно.

А вот Микаэла — совсем другое дело… Я не хотел афишировать наши отношения. Хотя их пока и отношениями назвать было нельзя. Но эта девушка мне очень нравилась, несмотря на предупреждения моего помощника.

Кстати, о помощнике… АЛ предоставил мне полный отчёт о дуэли Романовой и Винсента. Я обнаружил, что настройки моего «Палача» там весьма своеобразны. На резонный вопрос, что происходит, АЛ на голубом глазу ответил, что Микаэла развлекалась, тестируя мой мех в вирте.

— Дожили, — печально пробормотал я, закрывая отчёт. — Мне изменяют. Мой собственный мех со знойной латиной. Или наоборот?

На свидание я пошёл в гражданском. Форма лидера топа, конечно, выглядела круто, но привлекала внимание. А мне не хотелось, чтобы нам помешали. Ещё принесёт кого-нибудь с очередным «Я вызываю тебя, Юлий Марс!» посреди свидания… И вряд ли это будет такая милота, как Елизавета Романова.

Конечно, «Морская Звезда» не то заведение, где можно было ожидать приставаний к посетителям. Но кто сможет остановить того же Принца, если ему взбредёт в голову экстренно побить половину топа, набрать баллов и свалиться мне на голову с вызовом в самый неподходящий момент?

Пока Микаэла собиралась, я ещё раз проверил свои планы на этот вечер. Ресторан «Морская Звезда», прогулка по парковой зоне… И «Лав-отель»? Было бы неплохо, хотя настаивать, если Миха будет против, я, конечно, не стану. В прошлый раз мне понравилось, и ей тоже, хотя в кокпите «Палача» было тесновато. Да и АЛ своим ехидством портил атмосферу…

Но о предупреждении своего помощника я не забыл…

Виноват. Забыл. А кто на моём месте не забыл бы?

У меня вообще чуть всё на свете из головы не повылетало, когда я увидел, кто выходит мне навстречу из жилого крыла инженерного факультета.

Небрежно собранные во время работы волосы теперь были распущены, тяжёлые локоны скользили по плечам и груди чёрными змеями, спускаясь почти до талии. Которую, кажется, вполне можно было обхватить пальцами двух рук. Как я это в прошлый раз не заметил?

Да, мешковатый комбинезон, рукава которого как раз были на поясе завязаны, не давал возможности увидеть, что под ним скрывается. Но потом-то, в кокпите «Палача», когда мои ладони блуждали по её телу…

Видимо, слишком увлёкся процессом. И готов был снова им увлечься. Хоть прямо сейчас. И вряд ли кто-то меня за это осудил бы. Потому что эффект, производимый Микаэлой, был вполне сопоставим с применением оружия массового поражения.

Девушка была одета в обтягивающее чёрное мини-платье с головокружительным декольте сверху и безупречными ногами снизу, от которого мгновенно пересохло в горле. Тот, кто придумал маленькое чёрное платье, сейчас заслуживал обожествления, памятника в пятьдесят километров ростом на Луне и молитв по десять раз на дню.

Изящные лаковые туфельки дополняли образ, в котором решительно невозможно было узнать ту Миху, которую я видел в заляпанном рабочем комбинезоне.

Я чуть не покосился на смарт — проверить, не прислал ли АЛ уведомление о том, что у меня повысилась температура и участилось сердцебиение. Ну да, и участилось, и повысилась. В капитана Очевидность можно было и не играть.

Я с трудом оторвал взгляд от чарующих линий крутых бёдер ниже осиной талии и поднял его выше. Искусно подведённые яркие карие глаза с длинными густыми ресницами, нежно-розовые губы, такие манящие… К чёрту всё. Лав-отель будет сегодня гвоздём программы. И неважно, увидит ли нас кто-нибудь, потому что никто не узнает в этой знойной красотке свою в доску Михалыча.

Я сам её едва узнал.

— Вау… — только и смог выговорить я, когда она подошла танцующим шагом и покрутилась передо мной, демонстрируя полуобнажённую спину. Руки сами потянулись проверить, такая ли бархатистая у неё кожа, какой они её помнили, или ещё приятнее. Я с трудом призвал их к порядку.

— Мне идёт? — карие глаза коварно блеснули в бархатной тени ресниц.

— Потрясающе, — искренне выдохнул я. — Тебя просто не узнать.

— Я сама его сшила, — сообщила довольная Микаэла. — Придумала модель, через папу заказала ткань…

Вот как. Я вспомнил платье, которое подарил Снежке. Пожалуй, никакому индивидуальному пошиву не переплюнуть то, что сделала Миха. Руками, без всякой хитрой техники. Из обычной ткани, пусть и очень дорогой. Не из умной, способной подстроиться под любые габариты и принять любой цвет. И выправить любой косяк портного.

Да за эту вещь любая аристократка пойдёт на что угодно.

Я так ей и сказал. Мне показалось, или ей было приятно, что я так высоко оценил её мастерство?

— Твоим талантам просто нет числа.

Я был вознаграждён поцелуем в щёку и рукой, которая легла на мой локоть.

— Куда мы идём, mi querido? — весело спросила Микаэла.

— Кстати, ты хорошо плаваешь? — вопросом на вопрос ответил я.

Михалыч удивлённо округлила глаза.

— Плаваю? — переспросила она. — Ну… Вообще-то у нас тут есть бассейн. Так что да, плавать я умею. Но ты не предупредил, что собираешься плавать!

В голосе девушки послышались негодующие нотки.

— Без купальника я туда не пойду! И вообще — что это за свидание в бассейне⁈ Te caíste de las escaleras⁈

Я улыбнулся. Такой возмущённой она мне нравилась даже больше.

— Не беспокойся ни о чём, купальник тебе не потребуется. Хотя и в нём ты тоже выглядела бы так же шикарно, как и сейчас. Пусть это будет сюрпризом, ладно?

Мне достался недоверчивый взгляд. Я с честью выдержал испытание, и меня простили.

Я не стал рассказывать ей о том, куда точно мы направляемся. Будет гораздо лучше, когда она увидит все сама. Слишком увлечённая учёбой и работой, дочь пусть состоятельного, но простого таможенника — служки в окошке, а не начальника пропускного поста — вряд ли могла позволить себе дорогие развлечения. А судя по тому, как она отреагировала на мой взгляд при нашем знакомстве, пользоваться щедростью мажоров — не её стиль.

Пилоты же боевых мехов — это элита. А элита ни в одном обществе не могла позволить себе жить скучно и бедно. И на станции было всё необходимое, чтобы каждый пилот мог потратить свои деньги с максимальным удовольствием. Но даже для причуд богатеев это место было… причудливым.

Когда перед нами раскрылись двери вагончика метро и мы вышли на нужной станции, Микаэла невольно засмотрелась вокруг. Огромной высоты потолки с проекцией земного неба, сверкающие неоновые вывески, широкие проходы — здесь человек мог почувствовать себя прямо как на планете.

Не было и намёка на практичные — то есть узкие, тесные коридоры технических отделений, жилых секторов для небогатых студентов и прочих людей, на которых сэкономили. Она, конечно, знала, что на станции есть такие места — но вряд ли хоть раз посещала их.

А стало быть, мы были в равном положении. Я тоже в таком месте был впервые.

Здесь даже воздух был другим — вкусным. Я улыбнулся, давая Микаэле осмотреться, а потом двумя пальцами поправил ей упавшую прядь волос, не отказав себе в удовольствии лишний раз прикоснуться к ней, и уверенно повёл за собой в ресторан «Морская Звезда».

— Идём. Нас уже заждались.

Миха блестящими глазами разглядывала обстановку, но не проявляла ни робости, ни смущения. Вряд ли она здесь бывала, но чувствовала себя как рыба в воде, и я уловил невнятный шепоток. Меня тут если и узнали, то не обратили внимания. Я не был известным аристократом. А вот к Микаэле были прикованы все взгляды. Мужские — заворожённые. Женские — неприязненные.

Я невольно задумался.

Моя легенда ставила меня ниже спутницы. Для сироты из детского дома на Марсе такие девушки, как Микаэла, были недосягаемой высотой. Да, она вряд ли могла позволить себе походы по таким заведениям — но у неё была семья, у неё были друзья, ей светил шикарный контракт. Не появись я в Академии — её жизнь была бы спокойной и обеспеченной… до поры до времени. Потом ни покоя, ни достатка не было бы уже ни у кого.

Воспитанник марсианского детдома не мог рассчитывать ни на что из того, что было доступно ей. А на Александру Герега или тем более Снежану Медведеву и вовсе не должен был даже глаз поднимать.

Но я теперь был лидером топа пилотов. Микаэла — лидером топа инженеров. По сути — мы теперь были в одной лиге. И по условиям Старого Медведя я был женихом его дочери… пока остаюсь лидером.

Но если вспомнить о моём происхождении…

Что бы там ни накопала на меня Александра, в Академии было всего несколько кровных аристократов, и я недавно сильно проредил их поголовье. А Винсент добил уцелевших. Все прочие принадлежали кланам и корпорациям, которые брали себе громкие имена из героического прошлого чуть ли не по велению левой пятки. Это назвали Реставрацией.

А я мог похвастать принадлежностью к роду, который уходил корнями в такую древность, что даже Снежана, пожалуй, могла бы мне позавидовать. Александра с её претензиями на зарождение нового клана и вовсе была бы для меня мезальянсом… А маленькой латиноамериканке с такими большими… глазами и вовсе стало бы неуютно рядом со мной, узнай она, кто я такой на самом деле.

Так что я просто побуду тем, кто я есть на текущий момент, и просто получу удовольствие от свидания с классной девчонкой.

Классная девчонка, которой было невдомёк, какие мысли бродили у меня в голове, с восторгом уставилась на огромный аквариум, воссоздающий коралловые рифы Земли.

— Ой! — вдруг сказала она. — Там же человек?

Действительно, в зеленоватом сумраке мелькнула фигура в гидрокостюме.

К нам устремился администратор.

— Мистер Марс? Мисс де лос Рамос? Прошу вас… я покажу вам ваш кабинет.

Микаэла приподняла бровь.

— Да, я оплатил нам вип-кабинет.

Поймав взгляд девушки, устремлённый на аквариум, администратор улыбнулся.

— Услуга для вип-клиентов, мисс де лос Рамос. Вы можете выбрать рыбу или омара, и вам их поймают. По желанию вы можете сделать это сами. Гидрокостюмы предоставляет ресторан.

У Михалыча загорелись глаза. Признаться, я на это и рассчитывал. Было приятно видеть, что мои расчёты оправдались.

— Oh, qué milagro! — вырвалось у неё. — Ты поэтому меня спрашивал, умею ли я плавать⁈ Хочу! Конечно же, хочу!

Я довольно рассмеялся, ведя Микаэлу вслед за услужливым администратором. Тот показывал дорогу к кабинкам для переодевания.

— Как и я говорил, о купальнике можешь не переживать. Тебе помочь с гидрокостюмом?

Сначала Микаэла отказалась от помощи, застеснявшись. Но быстро убедилась, что сама не справится, и выглянула из кабинки с милым румянцем на хорошеньком личике.

— У меня что-то не получается, — жалобно сказала она. — Помоги натянуть?

Я протиснулся в её кабинку. Здесь было просторнее, чем в кабине меха, но ненамного, что меня даже обрадовало.

— Формы слишком объёмные? — в моем голосе были и сарказм, и лукавство. Я поправил на ней гидрокостюм и подтянул его повыше, скользнув пальцами по горошинам сосков.

— То есть я, по-твоему, толстая⁈ — возмущённо уставилась на меня Миха, но тут же карие глаза затуманились, и неё вырвался тихий вздох.

Я чуть не расхохотался. Женщины… Что-то в этом мире не меняется, сколько бы веков не минуло.

— Ну у тебя же не помещается только грудь, а не вся ты целиком, верно?

Я застегнул на её спине молнию гидрокостюма и не упустил возможности обнять её, поцеловать в шею и скользнуть пальцами между бёдер, прежде чем пристегнуть шлем. Гидрокостюм был довольно плотным и упругим, но не настолько, чтобы помешать ей возбудиться.

Но не более.

У меня были большие планы на этот вечер, и я был готов ждать, чтобы всё вышло как можно лучше.

Аквариум оказался глубоким, но не настолько большим, как это выглядело снаружи. Хорошо продуманная подсветка, умело расставленные зеркала — и из зала кажется, что вместо стены у ресторана окно в океан. Но крупной живой рыбы здесь было действительно довольно много, и огромных морских раков тоже. Я видел в глубине, у самого дна, их шевеление.

Администратор сказал, что это лангусты, у них не было клешней. Всё ради безопасности клиентов. Вдруг отхватит нос богатому отпрыску? А у этих только ножки и усы.

Микаэла тоже их заметила и устремилась вниз. Я последовал за ней. Кажется, моя спутница на этот вечер азартна?

Рассеянный зеленоватый свет позволял видеть только размытые очертания за прозрачными стенками аквариума, и я знал, что для других клиентов мы тоже только смутные тени, скользящие сквозь толщу воды. Но друг друга мы с Микаэлой видели прекрасно.

Я любовался её фигуркой, которая в воде обрела ещё большую грациозность. Настоящая русалка, или как там называли этих дочерей морского царя? Гидрокостюм вдруг показался мне тесноватым, и я в борьбе с этим неудобством чуть не пропустил потрясающую картину.

Лангусты бросились врассыпную, прячась под камни и кораллы — все, кроме одного, самого крупного. Он замер на тонких ножках, словно хотел получше рассмотреть странное существо, которое вторглось в его стихию. Микаэла потянулась к нему.

И в этот момент лангуст покачнулся на ножках-соломинках и сделал шаг вперёд.

Миха невнятно пискнула и застыла с вытянутой рукой в косых лучах зеленоватого света. Фантасмагорическое зрелище…

Лангуст шевельнул длиннющими усами, потрогал ими руку девушки, шагнул ещё. Микаэла осторожно приблизила к нему голову, и рак потянулся к ней навстречу, касаясь усами шлема. Я остро пожалел, что мне не на что это заснять. Такие кадры пропадали!

Михалыч беспомощно развела руками и повернулась ко мне. Я постучал пальцем по своему шлему, она кивнула и включила связь.

— No puedo! Юлий, я не могу! — услышал я плачущий голос. — Он же совсем ручной! Как его есть⁈

У меня в голове немедленно созрел коварный план.

— Мы не будем его есть, — пообещал я. — И других тоже не будем. Хочешь, я поймаю для нас рыбу? Они глупые и не ручные.

На рыбу Микаэла согласилась.

Глупые и не ручные рыбы оказались чертовски проворными, сильными и скользкими. Им совершенно не улыбалось попасть на стол в качестве главного блюда, и я изрядно упарился, пока вытащил наконец свою добычу на поверхность. Но увидеть восхищение в глазах девушки и почувствовать себя первобытным человеком, который принёс в пещеру мамонта…

Оно того стоило.

Пока мы с Микаэлой приводили себя в порядок, а моя добыча превращалась в блюдо такой стоимости, будто несчастную рыбу везли вокруг всей Солнечной системы в три оборота, план окончательно оформился и созрел.

Когда Михалыч, вновь блистательная и неотразимая, появилась из дамской комнаты, я как раз просил администратора уделить нам немного внимания.

— Слушаю вас, мистер Марс, — тот почтительно склонил голову.

— Я хочу сделать моей спутнице подарок, — начал я. Микаэла навострила ушки.

— Я весь внимание, — поддакнул администратор.

— Скажите, я могу купить у вас одного лангуста? Самого крупного.

— Вам приготовить его с собой?

— Нет, — я улыбнулся Микаэле. — Я хочу, чтобы он остался жить в аквариуме, и готов доплачивать за его содержание. Но девушка должна иметь возможность приходить когда захочет и плавать с ним. Это возможно?

Пока я говорил, глаза у Михалыча становились всё больше и больше. Но она ничего не успела сказать.

— Это совершенно невозможно, — с улыбкой ответил администратор.

— ¿Por qué⁈ Почему⁈ — вырвалось у Михи.

— Потому что у администрации к вам деловое предложение, молодые люди, — услышали мы в ответ. — Прошу вас, пройдём в кабинет и всё обсудим.

Мы недоумённо переглянулись. И пошли за ним.

Глава 9

— Итак, — начал этот замечательный человек, — мистер Марс, мисс де лос Рамос, администрация «Морской Звезды» в моём лице хотела бы заключить с вами контракт на использование записи, сделанной в аквариуме… Меня зовут Лю Вейдж, и я уполномочен обсудить с вами вознаграждение за наше возможное сотрудничество…

У Микаэлы поползли вверх брови. У меня, признаться, тоже. О чём он вообще говорит? Какое нахрен сотрудничество? У меня на мгновение шевельнулась мысль, что этот китаец с европейской внешностью — ещё один связной, но от какой-то другой группы. Но я её отмёл — при посторонних не стали бы вести такие переговоры.

Администратор тем временем вставил чип в слот и щёлкнул переключателем.

Голопроектор услужливо развернул перед нами зеленоватое сияние водной толщи — и в нём крупным планом лангуста, который доверчиво трогал усами лицо прекрасной даже в гидрокостюме девушки.

А вот это была хорошая новость. Я как раз переживал, что не могу запечатлеть этот момент. Только о каком сотрудничестве он тогда говорил? На шантаж такие кадры не тянули, да и вознаграждением шантажисты не балуются, как правило, скорее наоборот.

— Значит, запись велась? — спросил я.

— Вы же понимаете, мы обязаны защищать свои интересы, — администратор развёл руками. — Бывают разные клиенты… Некоторым мы запрещаем посещения из-за их поведения в аквариуме.

Микаэла покраснела. Я удивился. Мы же там ничего такого не делали. Или у них камеры и в кабинках для переодевания?

— Нет, — мистер Лю понимающе улыбнулся. — Не из-за того, о чём вы, возможно, подумали. Бывают очень жестокие люди…

Теперь она побледнела. Но мистер Лю не стал вдаваться в подробности, и я был ему за это благодарен. Вот меньше всего мне хотелось, чтобы он испортил настроение моей девушке.

— Здесь, на станции, очень трудно создать гармонию между человеком и природой, — продолжал администратор. — Сегодня мы стали свидетелями уникальной возможности. Мы бы хотели использовать эту запись для рекламы нового стартапа. Клиент может выбрать животное, которое будет под его опекой, и будет по желанию посещать его. Мы бы могли установить дополнительный аквариум для животных, которых точно не будут употреблять в пищу, и расширить число видов.

Я прикинул, сколько будет стоить этот стартап. Построить аквариум, залить водой, доставить из питомников и океанариумов Земли декор и обитателей, сбалансировать биоценоз… Мне поплохело.

— Вы готовы на такие расходы? — удивлённо спросил я. — Это же безумные деньги.

Администратор улыбнулся.

— Это привлечёт клиентуру, — просто ответил он. — Психологическая разрядка повлияет на отношения между людьми. В долгосрочной перспективе мы все окажемся в выигрыше. Не всё измеряется деньгами… но вашей доли это не касается. Итак, молодые люди. Что мы можем вам предложить…

Я бы хотел сказать о себе, что торговался как лев, но мне просто не пришлось этого делать. Условия, которые нам предложили, были более чем великодушными, а счастливые глаза Микаэлы и вовсе лишили меня всякого желания пытаться что-то выкроить для себя сверх предложенного.

Не портить же человеку праздник такими глупостями, в самом деле. Никакие деньги этого не стоили. А возможность для Михалыча хоть каждый день бултыхаться в аквариуме с её питомцем, и раз в месяц ужинать за счёт ресторана для нас обоих, впридачу к полутора процентам от выручки каждому…

Щедрее, по-моему, некуда. Я даже удивился, что нам предложили так много. Но потом представил элиту, которая узнала, что какая-то девица с инженерного обошла их на повороте, и у неё теперь есть персональный лангуст, с которым она водит подводные хороводы…

Можно было не ходить к гадалке — повалят косяком. Как бы не пришлось ставить третий аквариум. Все расходы будут гарантированно покрыты за счёт притока богатеньких отпрысков.

— Но у нас есть одно условие, — мистер Лю выдержал театральную паузу.

— Какое? — осторожно спросила Микаэла.

— Мистер Марс… Когда вы будете посещать нас, пожалуйста, надевайте парадную форму, — попросил администратор.

Ну да, это будет дополнительный бонус заведению: именно у нас обедают лидеры топов Академии, спешите присоединиться. Бизнес, только бизнес. Ничего личного.

Возражать я не стал. Полтора процента от прибыли заведения стоили того, чтобы раз в месяц посидеть за столиком при полном параде. И вот теперь мне точно будет чем заняться на бизнес-форуме, потому что деньги действительно должны работать. Нужно будет посмотреть, во что надёжнее всего инвестировать. Кроме того, во что я точно инвестировать стану.

Но — потом. Сегодня у меня свидание.

Кабинет управляющего мы покидали в состоянии лёгкого обалдения. Таких последствий я не планировал, не предвидел — но солгу, если скажу, что они мне не понравились.

Из вип-кабинета, ожидавшего нас с приветливо открытой дверью, уже доносился изумительный аромат жареной рыбы, и мы радостно устремились на призыв, обращённый к нашим носам и желудкам.

Едва за нами закрылась дверь, Микаэла с восторженным взвизгом повисла у меня на шее.

— ¡Gracias, gracias, gracias! ¡Oh, estoy tan agradecida! — похоже было, она от радости забыла, что я не её соотечественник. Но она тут же исправилась.

— Спасибо! У меня теперь есть собственный питомец!

Пылкий поцелуй вполне передал всю глубину её признательности. Я покосился на уютный диванчик, но вспомнил про запись и решил не рисковать. А то мало ли какой ещё стартап приспичит организовать предприимчивой администрации «Морской Звезды»…

— Я рад, что тебе понравился мой подарок, — я улыбнулся, поднял её на руки и отнёс к накрытому столу.

Ситуация с кокпитом рисковала повториться, но по крайней мере, теперь я сидел не в ложементе, а в удобном мягком кресле. А Микаэла расположилась у меня на коленях.

— Хочешь, я буду тебя кормить? — предложил я, ощущая, как брюки становятся тесными.

— А я тебя! — подхватила девушка.

Так мы и поступили.

— Знаешь, чем хороши комнаты в таких отелях? — спросил я у Микаэлы, стоя в коридоре и набирая пароль на замке двери. Не знаю, что там добавили в рыбу в «Морской Звезде», но после ресторана мы дружно решили, что вполне обойдёмся без прогулки. Или перенесём её на потом, после отеля.

— Чем? — с любопытством спросила она.

— Они большие. Как и кровати в них.

Не то чтобы я бывал в таких местах раньше, но подготовился заранее. И позаботился о том, чтобы нам предоставили номер без излишнего ассортимента развлечений. Ладно я, но Микаэла была совсем юна, и я плохо представлял себе, как она отреагирует на какие-нибудь наручники, пусть даже с розовым мехом, или выставку всяческих лубрикантов. Пусть даже только в качестве антуража.

Может быть, потом. Со временем. Но пока…

Только хардкор, только самая нежная романтика. Кровать, цветы, свечи, фрукты на столике, напитки без алкоголя. Ничего лишнего.

Что такое «большие комнаты», девушка поняла, когда монументальной толщины дверь нашего номера выдвинулась в коридор и скользнула в сторону, а я пропустил Миху вперёд. Тесные комнатушки жилого блока рядом с этим помещением смотрелись бы, словно камера карцера в тюрьме. Умелый архитектор запросто сделал бы из одного этого номера двухкомнатную квартиру со всеми удобствами.

Главным, но не единственным украшением комнаты была огромная классическая кровать из настоящего дерева с огромными подушками, разбросанными на покрывале в интригующем беспорядке.

Но помимо неё нашлась ещё пара кроватей, или, скорее, кушеток поменьше — изогнутых и оснащённых несколькими ручками в разных местах, для пущего удобства предающихся страсти. А вот этого я не предусмотрел. Но, вероятно, у них не нашлось номера без таких дополнений.

Была и ещё одна приятная вещь, незримая для глаз — полная звукоизоляция номеров. Именно поэтому дверь оказалась такой толстой и сдвижной, а не распашной. Я запер её и повернулся к Михалычу.

— Ого, — Микаэла не выглядела смущённой, но, похоже, вживую такое пристанище для влюблённых она наблюдала действительно впервые. Что ж, приятно, когда и ты, и твоя девушка — первооткрыватели.

— Куда поедем? Может быть, солнечная Италия? — спросил я и коснулся пальцами панели управления на стене. Две стены и потолок засветились мягким светом, и за ними стала видна покрытая зелёными холмами долина, за которой высился вулкан. Словно прямо сейчас мы были в угловом номере с прозрачной крышей и панорамными окнами, выходящими прямиком на Везувий.

— Или, быть может, горный курорт где-нибудь в Андах? — картина за фальшивыми окнами сменилась — теперь мы находились в острых заснеженных скалах, устремлённых в обсыпанное звёздами небо.

Я ещё несколько раз нажал на панель, по очереди меняя вид за «окнами» — верхний этаж небоскрёба, опушка леса в глуши, борт частного самолёта…

— Вот сейчас останови, — попросила Микаэла, когда вид за окном сменился на подводный. В кристально чистой воде плавала масса рыб всех цветов радуги, а прямо рядом с «окном» величественно проплывал над самой поверхностью донного песка огромный скат. Я рассмеялся.

— Может, мне послать за гидростюмами?

Микаэла развернулась ко мне и со смехом повисла на моей шее.

— Наденем их и будем сидеть и смотреть на то, как рыбы… — договорить она не смогла, потому что я запечатлел на её губах долгий поцелуй, прижимая её к себе. Я долго этого ждал.

Микаэла с жаром ответила мне, и я ощутил, как её пальчики скользнули по спине и ниже, под ремень. Оказывается, не мне одному сложно сдерживаться, м?..

Я чуть ослабил хватку и одним движением аккуратно потянул через голову её платье — она как раз очень ловко подняла для этого руки.

— Вот когда закончу — можем посмотреть и на рыб, — улыбнулся я, лёгким толчком укладывая Миху на ближайшую кушетку, напоминающую своей формой сильно наклонённую букву S. Содержимое её кружевных лифчика и трусиков интересовало меня гораздо больше, чем интимная жизнь глубоководных рыб.

Устроившись верхом на её бёдрах, я пробежал пальцами по её плечам, груди, бокам и животу, чуть щекоча, лаская и давая ей расстегнуть мою рубашку, с удовольствием любуясь, как подёрнулся дымкой возбуждения её взгляд.

Я читал её как открытую книгу: едва ощутимый трепет мышц — где приятно, едва слышный смех и ёрзание — где щекотно. Повёл плечами, скидывая рубашку назад, наклонился и поцеловал Микаэлу в губы, пока она справлялась с ремнём брюк.

— В одном я вам, девушкам, даже завидую… — прошептал я, когда мы оторвались друг от друга.

— М-м? — полюбопытствовала она, одержав победу над куском кожи с пряжкой. Ощутив её пальцы на своих бёдрах, я возбудился ещё сильнее.

— Вы можете раздеться за три секунды!

Миха от души расхохоталась, выгнувшись подо мной на кушетке, отчего её грудь стала казаться ещё больше, чем была на самом деле. Я к этому моменту как раз расстегнул застёжку лифчика и отбросил его вслед за рубашкой.

— Хорошо, в следующий раз приду в настоящем корсете, юбке с кринолином и шнурованных ботфортах! Если не справишься с раздеванием быстрее, чем за полчаса — то покатаешь меня на своём мехе! — через секунду хохот сменился стоном, когда я погладил её соски и, низко наклонившись, жарко поцеловал в шею с одной стороны, а потом и с другой.

Девичье тело выгнулось под моими руками, затрепетав от касаний к очень чуткой коже шеи. Значит, в следующий раз, да?

— Так вот как теперь это называется! — шепнул я.

В моё время, чтобы обозначить секс, предлагали покатать на одноглазой змее, но озвучивать это для Микаэлы не стоило.

— Напомни мне взять с собой нож, и я справлюсь за минуту, — я положил руки на её груди, поглаживая вздыбившиеся соски.

Миха прикусила губу и часто задышала.

— Эй, я же не режу мехов на части, чтобы добраться до реактора! — выдохнула она.

— Да, потому что на поле боя именно это буду делать я. Тебе всё достанется готовым!

Я почувствовал, как становится горячим её тело под моими ладонями — да и самому стало жарко, когда она обвила мои ноги своими, прижимая меня к себе. Может быть, она и хотела что-то ответить на тему так горячо любимых ею мехов, но вместо этого лишь застонала мне прямо в ухо…

Изогнутая кушетка действительно оказалась очень удобной, давая опору моим рукам. Впившиеся в мою спину ногти и несколько ловких, подгоняющих движений ногами, которыми она обвила меня, распалили меня ещё сильнее. Но, как и в прошлый раз, я не спешил — в нашем распоряжении было всё время мира, а в моём распоряжении — всё её тело.

Упругая девичья грудь с твёрдыми горошинами сосков, напрягшихся ещё сильнее под моими пальцами и от моих поцелуев. Сладкие губки, которыми она жадно отвечала мне, подолгу не отпуская от себя. И жаркое мокрое лоно, принимавшее меня раз за разом. Нежная, такая охочая до поцелуев шея и крепкие ноги, то обвивавшие меня, то оказывающиеся на плечах, то опущенные вниз, чтобы сжать меня плотнее — но не бёдрами…

Сам не помню, как вышло, что с кушетки мы перебрались на пол, потом на большую кровать… Подушки оказались очень удобными.

Когда Микаэла в очередной раз забилась подо мной в громких стонах и затрепетала сначала сильными вздрагиваниями, а потом мелкой дрожью, я поднялся с неё, налил нам фруктовой воды и принёс ей высокий узкий стакан.

Девушка жадно прильнула к нему, выпив залпом — пришлось поделиться из своего. Она тяжело вздохнула и откинулась на кушетку, вытягиваясь в струну от охватывающей её неги приятной усталости после нескольких вспышек удовольствия. Я допил свою воду и отставил стаканы на тумбочку.

Я мог бы продолжить и дальше — и сам, и с помощью хитрых девайсов, которые нам могли бы принести по первому требованию — но для Микаэлы столько секса уже начало бы превращаться из удовольствия в пытку. Возможно, однажды она захочет испытать и её — но не сегодня.

Прижавшись ко мне в кровати всем телом, она уронила голову на мою грудь, всё ещё изредка вздрагивая от приятных ощущений. Я закинул на неё ногу и прижал к себе. Она прижалась и выдохнула мне в грудь.

— Юлий, ты… Ты… Ох.

— Приятно, когда мальчик думает не только о себе, но может сделать приятно и девушке, да? — чего уж греха таить, Микаэла оказалась весьма выносливой — но это была приятная истома.

— Ой! Ты мысли читаешь⁈ Eres un mago, ¿verdad?

«Маго»? Волшебник, что ли? Ну, я не против такого волшебства…

— Они у тебя в глазах написаны как в книжке, — пошутил я. — Просто надо уметь читать.

Я наклонился к ней и поцеловал в губы, мгновенно получая усталый, но такой довольный ответ.

— Почему-то большинство парней в твоём возрасте не умеют…

Она запнулась, в глазах мелькнул страх — вдруг я обижусь на упоминание кого-то ещё?

— Я — не большинство, — я наклонился, целуя её в испуганные глаза. — Есть в мире такой закон. Хочешь взять — дай. А ты с этого момента — моя.

— А если я против? — шепнула она.

— А ты против? — я пощекотал языком её сосок.

— Нет, но… — девушка прикусила язык, поняв, что сболтнула мне лишнего, но было поздно.

* * *

«Лав-отель» мы покинули уже заполночь. Я бы не отказался остаться тут до утра, и Микаэла, похоже, тоже, но утром у нас были занятия, и на них лучше было явиться как положено — в форме, а не в том, в чём мы были сейчас. Хотя Михалыч, безусловно, произвела бы фурор…

Но пусть это будет фурор только для меня.

Что ж, прогулка к нашим комнатам — тоже прогулка. И можно было посидеть в кафешке у станции метро, поесть мороженого…

Мы шли, весело болтая, и до вожделенного мороженого оставалось совсем немного, когда у нас на пути оказалось неожиданное препятствие. Десятка полтора-два весьма брутально выглядевших парней — и, кажется, девушек тоже? Они молча стояли у нас на пути, и весь их вид говорил о том, что ждали они именно нас.

Я задвинул Микаэлу за спину раньше, чем успел осознать, что происходит.

Самый накачанный из парней, глядя на меня исподлобья, дёрнул уголком рта в жёсткой усмешке.

— Я слышал, ты хотел нас видеть?

Глава 10

Меня напрягло не то, сколько их. И даже не то, что любого из этих парней и девушек можно было снимать в рекламе элитного тренажёрного зала: в конце концов, мышечная масса без скорости реакции не решает ничего. Меня напрягла сама ситуация.

Кто их послал? Не Винсент — этот после всего, что у нас с ним было, как порядочный принц, просто обязан набить мне морду собственноручно и прилюдно — и никак иначе. В противном случае любой шакалёнок получит право верещать ему в спину, что он зассал разобраться со мной как мужчина с мужчиной, и будет прав.

Даже если Винс в глубине души и готов послать кого-то ещё по мою голову — ему остатки королевского достоинства не позволят это сделать. Опять же, такая выходка скорее в стиле его папаши, прожжённого политика и дипломата. Ссылался же Пьер на Его Величество, АЛ мне всё передал. А подросткам, даже венценосным, ближе всё-таки личный контакт…

Но кто тогда?

Родители Пьера? Эти ребята на порядок превосходили тех, с кем я тогда столкнулся в коридорах Академии. И числом их поболее… Вряд ли у де Грейли есть средства на такую дорогостоящую месть.

Кто ещё мог иметь на меня такой длинный зуб — и возможности удовлетворить зуд в этом зубе?

Но с этим вопросом можно было разобраться потом. Пока у меня была куда более насущная проблема.

Где спрятать столько трупов, чтобы их не нашли, а если всё же найдут — не сумели связать со мной?

Пока я прикидывал, как протащить такое количество биомассы к промышленному утилизатору, Михалыч похлопала глазками и радостно улыбнулась:

— Санти⁈ ¡Hola! Как поживает твой «Койот»?

А потом мне предоставилась уникальная возможность насладиться зрелищем массового падения челюстей.

Похоже было, что эти ребята отлично знали Микаэлу, но никто из них не узнал её в таком виде. И не удивительно. После заляпанного комбеза, с завязанными на талии рукавами и мокрого от пота топика — платье, облегающее точёную фигурку как вторая кожа, умопомрачительные ноги в туфельках…

Вот причёску Миха спасти не смогла. Уж очень мы её растрепали. Но эти спадающие в художественном беспорядке локоны делали её только притягательнее.

— Микаэла⁈ — вырвалось у того, к кому она обратилась. — Ты что тут делаешь⁈ Да ещё в таком виде⁈

Горячая латина встала, уперев руки в крутые бёдра, и гневно воззрилась на парня.

— В смысле⁈ Что значит — что я тут делаю⁈ Чем тебя мой вид не устраивает, а⁈ Значит, как помочь по мелочи, так я выгляжу что надо, а как на свидании — так вид мой тебе не нравится⁈

Санти хлопал глазами, даже не пытаясь заткнуть этот фонтан негодования, но последние слова Михалыча привели его в чувство.

— Свидание⁈ — вырвалось у него. — Микаэла! У тебя свидание с этим хлыщом из мажоров⁈ Значит, чтобы ты согласилась, нужно быть на первом месте в рейтинге⁈

— Эй, у меня как раз первое место в нашем топе! — встрял кто-то. — Пойдёшь со мной на свидание?

Я пригляделся повнимательнее к претенденту в покойники. Что-то знакомое почудилось мне в его лице… Где-то я его видел…

Нет. Не его. Но кого-то очень похожего.

Пока болтают, бить не будут. Я воспользовался тем, что всё внимание было сосредоточено на Михе, и заглянул в смарт. Мне был нужен список всех топов Академии. Я быстро пролистал несколько — и наткнулся на знакомую фамилию.

Лидером топа «элементалей» числился Магнус. Феликс Магнус. Судя по всему — один из братьев Люциуса. Судя по голофото — именно он сейчас подбивал клинья к Микаэле.

Упс.

— А тебе твоя невеста ничего не оторвёт за такие подкаты? — вежливо спросила Михалыч. Ну как вежливо… Децибел на пять пониже. — Или вы с Марией расстались? А какие песни ты ей пел, уже забыл⁈

Феликс стушевался и исчез в толпе под смешки девушек. Вот к чему невозможно привыкнуть, так это к манере латиносов общаться. Они всегда так разговаривали, как будто собирались сию минуту схватиться за ножи. И за столько веков ничего не изменилось.

— Это тяжёлая пехота, — наконец снизошла до объяснений Микаэла. — Я им иногда помогаю с мелким ремонтом их «элементалей». Только я не поняла, зачем ты им понадобился.

Я мысленно выдохнул. Альф. Он же обещал свести меня с тяжёлой пехотой. Вот только… Во-первых, как он узнал, где я буду? И во-вторых — почему меня не предупредил о предстоящей встрече?

Ладно, почему не предупредил — как раз понятно. Смарты мы отключали, пока были в номере. Ни к чему в самый интересный момент посторонние разговоры вести.

Но ответ на первый вопрос я был намерен получить как можно скорее.

— Ну, раз свидание, то надо это дело отметить, — Санти посмотрел в сторону кафе. — Так. Парни, за мной.

Толпа мгновенно рассосалась, оставив меня в окружении полудюжины хихикающих в кулачки девушек. Ну, не совсем меня… На самом деле они окружили Микаэлу, и теперь над лужайкой со скамейками, где нас застигли врасплох, стоял оживлённый щебет.

В котором я не понимал практически ничего.

Надо всё-таки будет выучить испанский. АЛ, конечно, переведёт, ему не жалко. Но нельзя же полагаться во всём только на него.

С тихим шипением остановилась капсула метро, открылся проход. В светлом пятне возникла стройная девичья фигурка, рядом ещё одна. Помедлив секунду, они дружно двинулись к нам. Девушки-штурмовики не обратили на них внимания, Микаэла тоже — они были слишком увлечены обсуждением, и я догадывался, что обсуждают они мою персону.

Ну, бесплатная реклама — тоже неплохо.

Особенно если учесть, кто именно явился к нам на огонёк.

— Что здесь происходит⁈ — раздался голос Снежаны Медведевой, полный ледяного негодования.

На неё воззрились несколько пар удивлённых глаз.

— Мальчики! — окликнула одна из девиц. — Принесите попкорн!

В чём-то я их понимал. Снежка смотрела на меня так, словно застигла на месте преступления с окровавленным ножом в руках над телом, которое ещё сотрясают последние судороги.

— Тебе не видно? — невозмутимо ответил я. — Веду переговоры.

Увы, это подействовало только на подружку невесты: Екатерина недоумённо моргнула. Сама Медведева обвела собравшийся вокруг меня цветник таким взглядом, что мне прямо-таки послышался скрежет мелка, которым обводят труп, вынесла вердикт «виновен» и уже была готова огласить приговор, когда я поднял руку:

— Протестую, ваша честь!

Сбитая с толку принцесса хлопнула ресницами:

— Что?..

— Казнить нельзя, помиловать, — продолжил я ломать комедию.

— Да ты… — задохнулась от возмущения Снежана.

Закончить я ей не дал.

— И потом, ты сама разрешила! — сокрушительный довод, казалось бы. И что могло пойти не так?

— Я и представить не могла, что ты настолько обнаглеешь! Со… — принцесса пересчитала девиц по головам. — Сразу с семью⁈ Да как ты вообще смог⁈

— Нуууу… — протянул я, — ты недооцениваешь мои способности…

Кажется, это было зря. Зря-зря…

Если бы у неё в руках было что-то помимо планшета, это что-то уже летело бы в меня. Но смарт она всё-таки пожалела.

Я невольно залюбовался. В гневе она была чудо как хороша. Какой же окажется в номере вроде того, который мы с Микаэлой недавно покинули?

И тут вернулись парни с напитками.

Мне пришлось призвать к порядку свои мысли, которые пошли куда-то не туда, и идти напролом.

— Для начала — что ты сама-то тут делаешь, моя дорогая невеста? Времени на меня у тебя нет от слова вообще — но стоило мне пойти на свидание с кем-то ещё — и ты тут как тут? Может, мне теперь приглашать всех подряд, чтобы получить возможность с тобой увидеться?

Девицы притихли. Я покосился на Микаэлу. Если АЛ прав, она это проглотит. Если ошибся — сейчас меня порвут на тысячу маленьких Юлиев. Ну, по крайней мере попытаются… И я сам не знал, чего мне хочется меньше — чтобы он ошибался, или чтобы оказался прав?

Увы. Михалыч промолчала. А вот Снежана стушевалась.

— Вообще-то я как раз закончила подготовку. А потом Катя вытащила меня прогуляться…

Именно туда, где у меня свидание? Ну да, ну да… Надо быть полным идиотом, чтобы поверить.

— Вообще я тут соблазняю гениального механика для работы над проектом «Деспот», а она изменяет мне с моим же мехом!

Снежка подняла бровки. Екатерина у неё за плечом нахмурилась. Вот теперь она совершенно очевидно вела себя как телохранитель. Не лезла вперёд, строя из себя несокрушимую защиту и мешая принцессе общаться с плебеями, но держала всех в поле зрения и была готова отреагировать в любой момент.

Я даже примерно представлял, как она отреагирует, если ситуация выйдет из-под контроля. Никакого дутого героизма — госпожу за спину и задом, задом на станцию, никого не выпуская из виду…

Я бы, по крайней мере, на её месте так и поступил.

— Я же нищий марсианский сирота, — я усмехнулся. — Вот и приходиться платить чем есть.

— Это чем же? — живо заинтересовались девицы.

— Натурой, — безмятежно ответил я.

Михалыч судорожно закашлялась, выплёвывая чай.

— Чем? — не поняла сленга высокородная принцесса.

— Своим молодым и невинным телом, — с невозмутимым лицом пояснил я.

Вот теперь дошло. Белоснежка превратилась в Помидорку.

Хрусть. Хрум-хрум-хрум.

Чёрт, они действительно набрали попкорна.

— Ой, простите, — лидер тяжёлых пехотинцев, который слишком громко захрустел лакомством, потупился под укоризненными взглядами. — Не обращайте на меня внимания.

— Да, спасибо, — кивнул я, прокашлялся и продолжил. — Дорогая, я всё объясню!

— Ты!.. Ты…

Из Снежки будто выпустили воздух, и она сдувшимся шариком опустилась на ближайшую скамью.

— Мороженку? — предложил я.

— С шоколадной крошкой? — уточнила одна из девиц.

— Мне ванильное!

— А мне клубничное!

— Три шарика! Что? — не растерялся один из парней. — Все побежали, и я побежал.

— Я угощаю, — вздохнул я. Компания радостно загудела. — Но придётся переместиться куда-нибудь, где всем хватит места. Вон на террасу кафешки, что ли… Заодно мороженое не придётся таскать через всю поляну.

Это предложение тоже было принято без возражений.

Я подождал, пока все рассядутся за сдвинутые вместе столы, сплёл пальцы под подбородком и таинственным голосом начал:

— Вам, наверное, интересно, зачем я вас всех здесь собрал…

Им, конечно, было интересно. Не так интересно, как грядущие, по их мнению, разборки между мной, Снежаной и Микаэлой, но это я быстро исправлю.

— Пожрать нахаляву? — предположил Санти.

— Для нас — да, но не для него же, — возразила одна из девиц. — И вообще, слышал про бесплатный сыр?

— А сама-то? Люси, какое это по счёту парфе?

Третье, но кто меня спрашивал?

— Второе, — не моргнув глазом, уверенно ответила та. — Первое я даже не распробовала.

— Кхм-кхм! — тщетно воззвал я к вниманию публики и сокрушённо вздохнул. — Доктор, меня все игнорируют.

— Сам виноват, — фыркнула невеста, сменившая гнев на тортик.

— Ладно, перейдём к тяжёлой артиллерии, — я кивнул Михалычу. — Показывай.

— Что? — захлопала длинными ресницами латина.

— Выкладывай козыри на стол, — намекнул я.

— Что, при всех⁈ — возмутилась та.

Ути-пути, какие мы стеснительные…

— Да.

— Я стесняюсь, — Михалыч потупилась, стреляя глазками из-под длинных ресниц — все ли оценили её скромность?

— Это для благого дела, — твёрдо ответил я.

— Вы чего это задумали? — нахмурилась Медведева, глядя на «козыри» Микаэлы, выгодно подчёркнутые головокружительным декольте. В которое все парни невольно, но бросали загипнотизированные взгляды.

Но-но, только смотреть, трогалки поотрываю.

— Микаэла не хочет показывать свой большой и чёрный меч, — объяснил я, и большая часть присутствующих тут же дружно закашлялась от эвфемизма.

— Не такой уж он у меня и большой, — засмущалась механик. — И вообще, откуда ты узнал⁈

— Я всё знаю. О том, что мой механик изменяет мне с моим же собственным мехом, я уже говорил. Михалыч, а скажи, АЛ в курсе, что ты хочешь заменить его на молодого черного любовника?

АЛ, разумеется, был в курсе. Он же мне её и сдал. Но эту информацию я предпочёл оставить при себе.

— Что⁈. Я не такая! — взвилась Микаэла.

— Но с топом на свидание пошла, — подпустил кто-то шпильку. — А с нами — сразу не такая…

— Это всё, конечно, очень весело, но попкорн скоро закончится, — Орлова демонстративно поставила пустую чашку на блюдце. — А мы ещё надеялись пройтись по магазинам.

— А куда? — тут же навострила ушки женская часть тяжёлой пехоты.

— В «Секрет Виктории» привезли новую коллекцию.

— Круто… я бы сходила, — мечтательно вздохнула Михалыч.

— Так вы же на свидании, — мстительно ударила в спину дорогая невеста. — Дорогой жених платит.

— Правда? Ура! — Микаэла подпрыгнула. «Козыри» подпрыгнули тоже, мгновенно приковав к себе всеобщее мужское внимание.

Женщины. За халявный шоппинг удавят без удавки.

— Первым делом — самолёты, а красивости потом, — перефразировал я древнюю мудрость и скомандовал: — АЛ.

Коммуникатор высветил голограмму мобильного доспеха «Палач».

— Итак, представлюсь для тех, кто меня не знает — Юлий Марс, и я обычный марсианский школьник и сирота.

Если на части «кто меня не знает» невеста ещё держалась, то на «обычном марсианском школьнике» не удержалась от едва слышного саркастического фырканья.

— Первый номер рейтинга пилотов мобильных доспехов, позывной Ведьмак. Модель «Палач», модифицированная.

— По самые гланды, — пробормотала Микаэла. — Но никаких подробностей ты так и не раскрыл.

— И тебе пришлось добывать их самостоятельно, — кивнул я. — И даже не без успеха. АЛ?

Взгляду присутствующий предстал новый мех, чёрный, с острыми очертаниями линий корпуса и конечностей. От него веяло холодной, опасной грацией отточенного клинка.

— Модель «Эспада», в переводе с испанского — меч.

— Симпатичный. А что по ТТХ? — заинтересовались пехотинцы.

Ну, вполне понятный интерес — если вдруг модель пойдёт в серию, им с ней, вполне возможно, предстоит бодаться.

— А дальше… слово главному конструктору.

Разработчик в маленьким черном платье сперва смущённо, но постепенно заводясь и смелея, начала рассказ. О том, как она излазила «Палач» вдоль и поперёк, запытала АЛа и из косвенной информации поняла следующее.

«Палач» был первым серийным поколением мобильных доспехов. Катастрофа «Ковчегов» и последовавшая Мировая Корпоративная война оставили глубокую рану на технологическом прогрессе человечества, вогнав научную сферу в стагнацию. Свободного пространства на планете было мало, полезных ископаемых в доступных областях, не затронутых войной, ещё меньше. Всё шло в переработку.

Получался забавный перекос — ресурсы на развитие космической программы добывались из космоса, но медленно — операция по доставке астероида представляла тот ещё логистический кошмар. Поэтому пилотов было много, а техники мало.

Но это я отвлёкся на собственные мысли о далёком прошлом. Михалыч поведала следующее: если неизвестные (и хорошо защищённые патентами и прочей закрытой информацией) инженеры так прокачали старенького «Палача», что он превосходит даже современные модели мобильных доспехов, то что будет со следующими поколениями?

Тут пытливый разум гения, закопавшийся в проектную документацию, осознал неприятную правду — следующие поколения доспехов — «Ратник» и «Виконт» — были, по сути, попыткой воспроизвести утерянные технологии.

Была в древности такая хорошая фраза, объясняющая подобный подход — китайская подделка. И вот только теперь можно было сказать, что нынешние модели приблизились к золотому стандарту прошлого. А это прошлое сейчас вылезло, отряхнуло пыль, прошло модернизацию и начало раздачу заслуженных звездюлей потомкам.

Здесь уже сама Михалыч поняла, что увлеклась, прокашлялась и вернулась к основной теме.

— И я подумала: так почему бы не пойти наоборот — запихнуть более мощную начинку в подходящий обвес, чтобы прокачанная энергоэффективность не была ограничена пределами рамок слабой конструкции? Так родилась модель «Эспада», пока существующая только в виртуальной реальности.

— Да мало ли в сети существует вундервафель, — скептично хмыкнула Орлова. — Тем и отличаются сражения в виртуальной реальности от настоящего боя, что в сети можно нарисовать любые цифры.

— Нет, техзадание конечно сложное, но не требовательней «Монарха». Но как ты сумела так быстро всё просчитать? — уточнила Снежана, просматривая впечатляющие цифры пробных симуляций.

— АЛ помогал мне с расчётами.

— Изменник, — проворчал я.

Пехотинцы, уяснив, что имеют дело не с готовым проектом, который Михаэль готова предложить тем же Реалам или любому другому клану, способному потянуть его воплощение в жизнь, расслабились.

— Это всё, конечно, интересно, но при чём тут мы? — спросил Феликс Магнус.

— Как раз переходим от цветочков к ягодкам, — я подмигнул ему. — АЛ. Проект «Деспот».

Новая голограмма высветила проекцию мобильного пехотного доспеха.

Тоже чёрного, с алыми полосами визора. И отличающегося от стандартного «элементаля» даже внешне как гоночный спидер от древней колымаги.

— Чтобы сократить скучную часть, а то вы по магазинам собирались… — я усмехнулся. — Всё то же, что мы сейчас говорили про мобильные доспехи, можно повторить и про мобильные пехотные доспехи. С той лишь разницей, что в их истории не было утраченных технологий, и они развивались по мере необходимости противостоять всё более совершенной военной технике. А «Деспот» — это качественно новая технология, у которой нет аналогов среди современных моделей.

Тишину, которая воцарилась после моих слов, сложно было описать одним словом. Она звенела, как перетянутая струна, и во взглядах пехотинцев, устремлённых на голограмму, читалось такое вожделение, какого не удостаивались никакие женские прелести.

— И тот, кто присоединится ко мне, получит к нему доступ, — если бы им сейчас улыбался сам дьявол, вряд ли его улыбка могла быть более искушающей.

— Обычный марсианский сирота, говоришь? — пробормотал Санти.

— С большими пушками…

— Где подписать кровью?

— А душу продавать надо?

— А можно натурой?

— А сиськи не маловаты для натуры?

— Тихо, — погасил шум первый номер тяжёлых пехотинцев. — Сам понимаешь, просто так такие решения не принимаются. Нам нужно подумать.

— Конечно, без проблем, — кивнул я, понимая, что выиграл.

Да, информация уйдёт во все стороны, и будет много желающих потаскать чужими руками вкусные каштаны из огня. Но для этого я сейчас и вешал тонны лапши на уши, искусно пряча свой настоящий план под слоем правды и полуправды.

Те, кто видел в Микаэле только ходячие сиськи, сильно ошибался. Второе место Академии по оценкам, талантливый механик и инженер — слишком ценный актив, чтобы упускать возможность. И пусть я был занят другими делами, АЛ продолжал общаться с ней и постепенно менять отношение,, используя любопытство и тайну, окружающую нового пилота и его мех. Слово за слово, «помощь» в расчетах и Михалыч не спит ночами, в приступе творческого вдохновения доводя черновые проекты Департамента до идеала. Я даже позволил себе помечтать, что такой гений будет способен создать мобильный доспех еще лучше моего Палача.

А свидания и лав-отель с горячей латиноамериканкой лишь приятный бонус, клубничка на очень вкусном тортике.

И даже задумчивое личико моей невесты, которая сейчас лихорадочно что-то обдумывала, входило в мой план. Она могла подумать, что не просто так неизвестный марсианский сирота стал женихом дочери главы крупнейшей технологической корпорации Солнечной системы. Звучит как бред, слишком сложно для этой непредсказуемой реальности. Но это неважно, что они там подумают.

Наживка уже заглочена. Они мои.

Глава 11

Когда я совсем недавно прибывал на станцию в пассажирском шаттле, в мои планы не входило покидать её так скоро. И уж точно я не планировал делать это на принадлежавшей Медведевым яхте «Подснежник» представительского класса. Но грех было не воспользоваться ситуацией и не заглянуть в королевское логово.

Конечно, встал вопрос с пропуском занятий. Но он решился одной фразой Снежаны Медведевой:

— На таком мероприятии меня должен сопровождать мой жених, — заявила принцесса.

И я получил увольнительную.

Правда, пришлось побегать и посуетиться, потому что лететь предстояло довольно далеко, и я не собирался отправляться в дорогу без своего меха. Просто на всякий случай. Слишком соблазнительных пассажиров мне придётся сопровождать. Во всех отношениях соблазнительных… В том числе для киднепперов.

Сразу трое наследников, среди которых — дочь Старого Медведя…

Пусть даже яхта будет вооружена от носа до кормы и способна потягаться с боевым катером — мобильный доспех, приспособленный к космическому бою, окажется очень весомым аргументом в случае агрессивных переговоров.

Как я успел выяснить за время сборов, бизнес-форумы делились на три категории. Низший — для молодых компаний, которым нужны инвестиции. Средний — обычно профильный по отрасли, для компаний, входящих в первую тысячу — этим искали покупателей и обменивались технологиями. И высший — для первой десятки топа, с их собственными выставками и презентациями.

Первые обычно проходили на какой-нибудь из домашних станций клана средней руки — для клана это было довольно выгодно, потому что можно было перехватить перспективных новичков до начала торгов.

Вторые обычно разворачивались на одной из станций, специально созданных для проведения форумов и конференций на нейтральной территории. Их было несколько, и они были раскиданы по всему внутреннему пространству Солнечной Системы.

А вот третьи уже стартовали на Земле, и обычно место для форума предоставлял… Не кто иной, как король Родриго Рауль Гарсия Реал. Участники форума скидывались на оплату королевских апартаментов, и это неплохо пополняло королевскую казну.

До высшего ранга предстоящий бизнес-форум не дотягивал, и мы отправлялись на одну из нейтральных станций. Мы — это я, Снежана Медведева, Ханна Охана, Люциус Магнус и Екатерина Орлова. Ну, и пилот, разумеется. Вести «Подснежник» мне никто не доверил, да я и сам не рвался. Мне было интереснее в цветнике, а кокпит… Что я, кокпитов не насмотрелся? А если что-то пойдёт не так — ну, я всегда успею вмешаться.

Впрочем, цветнику было не до меня.

Снежана о чём-то тихо переговаривалась с Ханной, насколько я мог разобрать — речь шла о предстоящем форуме. Это мне было мало интересно, но не мешать же девушкам готовиться к работе…

Люциус беззаботно дрых — или успешно делал вид, что дрыхнет.

А вот Екатерина всё ещё дулась на меня.

Возможно, из-за того, что её не взяли в «Секрет Виктории»?

Я улыбнулся, прикрыв глаза. Да, она многое пропустила…

Наша компания разделилась. Те, кто уже имел пару, не пошли с нами, и я их понимал: кому охота, чтобы девушка глаза повыцарапывала за созерцание чужих прелестей? А не созерцать парни не могут, против природы не попрёшь.

— Цени, — донеслось от уходящей парочки, — я выбрала тебя, а не богатого парня, который может купить комплект белья ценой в твой МПД!

Я незаметно усмехнулся. Парню определённо повезло с парой.

А потом увидел, сколько девушек сделали другой выбор, и усмехаться перестал. Меня точно примут за тайного наследника какого-нибудь арабского шейха. И что, если внешность совсем не семитская? Мало ли в гаремах было славянок? А сын может и не в отца пойти — хотя это уж точно не мой случай.

По крайней мере, одна из девиц точно что-то такое подумала.

— Юлий, а у тебя есть свита? — игриво поводя глазами, спросила она.

— Что, кто? — не понял я.

— А, точно, ты же с Марса…

— Бедный марсианский сирота…

— И мастер-пилот мобильного доспеха.

— И раздал люлей целой толпе…

Да, моё прикрытие трещало по швам, так что я поспешил сменить тему. Услышанное заставило удивлённо хмыкнуть.

Что такое мобильный доспех по сути? Огромный боевой очень (или не очень) похожий на человека робот. Танк лучше, скажут диванные теоретики военного искусства древности… где-то это уже было. Но они правы, пожалуй. Дешевле, проще. А что лучше танка? Дрон. А ещё лучше стая дронов под контролем боевой нейросети, чтобы не тратить ресурсы на живых операторов.

А потом человечеству улыбнулась упитанная полярная лисичка искусственного интеллекта, вышедшего из-под контроля, и табу на развитие автономных боевых систем навсегда закрепило присутствие человека на поле боя. Так появились нео-рыцари, закованные в самую совершенную броню, которую только смогли придумать — мобильные доспехи.

Как каждого рыцаря сопровождали пажи и оруженосцы, обеспечивая прикрытие в бою, так и мобильный доспех окружала свита «элементалей» — боевая звезда. В традиционном варианте она включала пять штурмовиков, откуда и пошло название. Разумеется, она была не у всех, а только у самых важных и знатных «господ», которые могли потянуть такую группу поддержки финансово.

В Академии даже был соответствующий курс командных боев — звенья МПД друг против друга или командный матч. Но из-за требований к участникам — а ты попробуй собери хорошую боевую звезду! — этот рейтинг был не так популярен, как дуэли мехов.

Вот и получалось, что я первый номер по рейтингу — вроде как рыцарь, но отсутствие свиты выдавало во мне выскочку-простолюдина. С безлимитной кредиткой и парочкой очень вкусных проектов, которые превращали безродного сироту в перспективное приобретение.

И девицы с факультета тяжёлой пехоты только что осознали, что вокруг меня пустуют как минимум пять вакантных мест.

Вот только зачем они мне были нужны, если тактика, которой нас учили, вообще не предусматривала прикрытия свиты? Я прекрасно мог обойтись без поддержки тяжёлой пехоты.

Снежка шла впереди, не обращая внимания на ажиотаж вокруг моей персоны. Принцесса выше этого, да? Действительно так уверена в себе — или только пыталась эту уверенность демонстрировать?

Её длинные белоснежные волосы переливались по спине царственным плащом в такт шагам, и я залюбовался её стройной фигуркой с плавными изгибами, заметными даже сквозь серебряный ливень локонов.

Никакого сравнения с манерой двигаться у девушек-"элементалей' — там совсем другой генетический билд…

В магазине нас встретила стайка девушек-продавцов. Нашествие девичьего батальона со мной во главе их удивило, но радости было явно больше, чем удивления. Ну да, не каждый день приходит нувориш, хапнувший где-то денег и теперь сливающий нежданное богатство на красавиц. Месячная выручка им точно была обеспечена.

Девицы разбежались по торговому залу, разглядывая голоманекены. Каждая виртуальная фигура представляла собой один из основных типов телосложения, раз в тридцать секунд на них менялись комплекты белья, позволяя оценить со всех сторон, как сядет та или другая модель.

Продавцы быстро разобрали клиенток, опытным глазом оценили, что кому предложить, нас со Снежкой усадили на удобный диванчик, предложили напитки, и началось настоящее шоу.

То и дело из примерочных появлялась одна из девушек, крутилась передо мной, принимала зазывные позы, спрашивала, идёт ли ей. Я себе не враг, я соглашался, что она неотразима, и красавица удалялась в примерочную за новым комплектом, на ходу соблазнительно крутя попкой, очень довольная собой.

Но геном сказывался не только в походке. Это были солдаты, которые жили тренировками, постоянно носили броню и оружие, и тела их выглядели соответственно: рельефные мышцы, крепкий костяк, специфическая пластика движений…

И всё это выгодно подчёркивалось бельём, созданным, чтобы заставить мужчину потерять голову: то провоцирующе-невинным, то вызывающе-дерзким, и неизменно — прекрасным и потрясающе дорогим.

Да, посмотреть было на что, и слюнки попускать тоже — с точки зрения голой физиологии такие партнёрши были не менее привлекательны, чем утончённые аристократки. И вот это очень не понравилось Снежане.

Я ничуть не сомневался, что поначалу она рассматривала это приключение как способ наказать меня, заставив раскошелиться. Но ей и в голову не приходило, что кто-то решится посягнуть на её жениха, и начнёт открыто соблазнять меня прямо у неё на глазах!

Я поймал лихорадочный блеск в рубиновых глазах моей ледяной принцессы, когда началось дефиле.

Одна за другой девушки с томными ужимками проплывали мимо нас в ярких нарядах. Шёлковые пеньюары с огромными разрезами струились волнами в такт покачиванию бёдер, воздушные ткани развевались, открывая стройные сильные ножки. Я следил за каждым их танцующим шагом, едва сохраняя хладнокровие.

И Снежана Медведева не выдержала. Сначала я увидел, как её грудь начинает тяжело вздыматься. Затем она нервно облизала пухлые губки и бросила на меня испепеляющий взгляд. Возбуждение пополам с опасными искорками ревности… Кто бы мог подумать, что под ледяной оболочкой скрывается столько огня?

Она стремительно поднялась, скрылась в примерочной и спустя минуту вернулась, одетая в кэтсьюит, который облегал её совершенное тело как вторая кожа, очерчивая каждый изгиб, словно она была голой.

Моё дыхание замерло. Передо мной предстала абсолютно безупречная фигура — ни одного изъяна или недостатка. Каждая мышца была идеально проработана. Аппетитные изгибы бёдер плавно перетекали в рельефный живот, грудь потрясающей формы манила и призывала, хотелось прикоснуться к ней, ощутить её упругую гладкость. В воздухе разлилась почти осязаемая сексуальность, которой невозможно было противиться…

Снежка была прекрасна — и она это знала.

— Дорогой, мне идёт? — воркующий голос и обжигающий огненный взгляд, под которым девушки-пехотинцы сникали, признавая своё поражение. Они могли бы конкурировать с кем угодно — но только не с ней.

В зале воцарилась гробовая тишина — все взгляды были прикованы лишь к одной Снежке. Медленно обведя её идеальное тело жадным взглядом, я наконец встретился с ней глазами. В её взоре читался вызов, немой приказ сделать выбор.

— Вау… — ошеломлённо выдохнул я. На большее просто не хватило слов.

Снежка ушла в раздевалку, чтобы переодеться. Сквозь неплотно закрытую дверь я увидел, как она кинула взгляд в зеркало, поняла, что ходила перед нами почти голая, и сползла по стенке от стыда.

Однажды она осознает, какой страшной силой является её красота.

Я очень хотел быть рядом с ней в тот день, когда это произойдёт.

— … и всё равно мне не нравится эта идея, — долетел до моего слуха недовольный голос Екатерины. Я приоткрыл глаз.

— Как я могу быть уверена, что ты справишься? — продолжала она.

Я подумал.

Мрачное личико Орловой и её недовольство вполне могли испортить настроение окружающим. С этим нужно было что-то делать. Причём прямо сейчас.

— Давай проверим? — предложил я.

Люциус перестал посапывать. Снежка и Ханна замолчали и уставились на меня.

— И как ты это себе представляешь? — вежливо спросила Екатерина, у которой на лбу большими буквами был написан вопрос, не идиот ли я. — Устроишь спарринг прямо тут?

— Зачем? — я поднялся, подошёл к невесте и попросил её встать в центре кают-компании. Она нахмурилась, но послушалась.

— А теперь попробуй до неё дотронуться, — предложил я Орловой.

Та вскинула брови, но попыталась. Мягким движением я отвёл её руку в сторону. Мне для этого даже ускоряться не пришлось.

Она попробовала ещё раз. И ещё. Потом с ускорением. Потом в движении. Потом…

— Ханна, Люци! Подключайтесь! — Екатерина злорадно блеснула на меня глазами.

Я не стал возражать. Но всё-таки ускорился.

Несколько минут в кают-компании были слышны только пыхтение и шлепки. Если у пилота в кокпите было аудионаблюдение за помещениями яхты — боюсь, у него составилось крайне неверное впечатление о том, чем мы тут заняты…

Хотя есть ли что-то такое, чем можно удивить персонал элиты?

— Фух! — Орлова остановилась, тем самым подав сигнал прекратить остальным.

Я тоже остановился.

— Сдаюсь! — пропыхтела Екатерина.

Все трое были запыхавшимися и раскрасневшимися. Снежана, до которой так никто и не дотронулся, с любопытством смотрела на меня — спокойного и с ровным дыханием.

— Ладно, согласна, ты с этим справишься, — Орлова плюхнулась на диванчик. — У меня не получается настолько хорошо, как у тебя. Но, пожалуй, тебе стоит возобновить тренировки. Я тоже так хочу.

Что ж, это было вполне в моих интересах. Точнее, в интересах тех, для кого всё это затевалось. Заодно, кажется, получилось дополнительно заинтересовать Люциуса. Поглядывал он на меня весьма задумчиво… и я его понимал.

Я был пилотом экстра-класса. Свободным от любых обязательств. Что само по себе являлось вещью невероятной. За мной не стояла очередь из желающих немедленно прибрать меня к рукам — ну, если не считать Герега с их коллекциями генотипов.

Это вполне объяснялось тем, что меня считали смертником до дуэли с Пьером, и меня вполне устраивал такой подход. Сама по себе победа в этом поединке тоже не добавляла мне ценности, потому что слишком очевиден был тот факт, что Пьер выбрал не ту машину. На «Виконте» у него и то было больше шансов, потому что было больше опыта.

И этим объяснялось то, что исход дуэли ничего не изменил.

Опыт. Он решал всё.

Я прибыл в Академию с «Палачом», который считался устаревшей моделью. Уже было очевидно, что на этом мехе я вполне способен противостоять даже «Монарху» — но только в том случае, если противник не слишком опытен. А Реалы таких у себя не держали.

И вербовать меня не имело пока особого смысла, потому что основная задача пилота меха — защищать инвестиции своего босса. И пилота всегда можно заменить, а вот мобильный доспех — вещь дорогостоящая. Слишком дорогостоящая, чтобы ставить на меня, особенно когда у противника — мобильный доспех Реалов.

В глазах кланов я пока не стоил столько, чтобы рискнуть и вложить в меня деньги.

А вот в глазах Люциуса уже читалось сомнение, не делают ли кланы ошибку, воротя от меня нос, и он поглядывал на меня, прикидывая возможные перспективы.

А я поглядывал на невесту.

Совсем недавно, глядя с обзорной галереи на сияющий диск, заслоняющий половину неба, Снежана Медведева сказала, что стремилась сбежать на Землю, когда я помешал её побегу. Она действительно собирается выплачивать долг Ханне, или это только предлог для новой попытки? Гораздо проще удрать на Землю, когда ты не в Академии…

Придётся за ней присматривать не только как телохранитель.

Постепенно разговоры утихли. Лететь было ещё достаточно далеко, и мои спутники один за другим разошлись по каютам — отсыпаться перед форумом. Я мог последовать их примеру, но предпочёл остаться в кают-компании. Дремать можно было и в кресле, оно оказалось достаточно удобным для этого занятия, к тому же у меня было несколько серьёзных вопросов к АЛу. Среди прочего — как совместить его «измену» с его же словами про умных женщин?

Нет, задумка Микаэлы стопроцентно укладывалась в то, что планировал я сам. И на её «Эспаде» как раз можно было обкатать то, что в ближайшем будущем должно стать «Владыкой». Но всё же — почему АЛ пошёл на сотрудничество с ней, если сам меня предупреждал не слишком доверять Михе?

Начали мы с ним с ворчливой перебранки, но быстро увлеклись обсуждением деталей проекта, и о девушках я совершенно забыл, углубившись в куда более интересные вещи. Например…

— Андрей, остановите яхту.

Что?

Я поднял голову от планшета. Снежана Медведева, хмурая и серьёзная, как раструб плазменной пушки, смотрела мимо меня на переборку кают-компании. Там висела картина, какой-то портрет… У которого подозрительно поблёскивал глаз. А, значит, тут и камера есть?

— Что случилось? — я отложил смарт, поднялся и ощутил, как инерция мягко толкает меня к носу яхты. Торможение. Пилот выполнил приказ, и сделал это достаточно резко, компенсация не смогла полностью погасить тормозной импульс.

Значит, мои подозрения оправдывались, и Снежка согласилась на эту поездку с единственной целью — оказаться на Земле? Сейчас мы совсем остановимся, кто-то пристыкуется к шлюзовому узлу, и моя невеста пошлёт мне воздушный поцелуй?

Она перевела на меня взгляд рубиновых глаз.

— Я только что получила сигнал, — сказала Снежана. — Кто-то захватил одну из наших перевалочных баз и требует кого-нибудь из руководства.

Я смотрел на неё и понимал, что с такой стороны невесту ещё ни разу не видел. И что остановить её вряд ли получится даже у её отца.

Лучше бы это был побег.

— Я против! — решительно заявила Екатерина Орлова.

Я тоже был против и уже высказал своё мнение. Его выслушали и отвергли.

— Это моя станция и мои люди, — холодно ответила Снежка. — Отец не сможет прибыть вовремя, значит, на переговоры придётся идти мне. Я уже ответила согласием. Сейчас Андрей сменит курс и доставит меня на базу. После этого вы сможете продолжить своё путешествие.

— Снежка, ты нас ни с кем не перепутала? — вежливо спросила Ханна. — Я, по-твоему, смогу бросить тебя там и спокойно улететь?

— Конечно сможешь, — Снежана пожала плечами. — Это дело моей корпорации, тебя оно не касается. А у тебя бизнес-форум, на котором ты будешь представлять интересы всего твоего клана. Выбор очевиден.

— Я вот даже не знаю, — задумчиво начал Люциус, — что именно я сейчас чувствую. Я удивлён или я оскорблён?

— Ты всё равно ничем не сможешь помочь, — отрезала принцесса. — Вряд ли их впечатлит твоя фамилия. Это какие-то пираты, всё, что им нужно, это деньги. Если они не получат их, то начнут убивать персонал.

— Тебя тревожат какие-то рабочие? — Ханна приподняла бровь.

— Меня тревожат перебои в поставках.

Я бы, пожалуй, даже поверил. Но что-то мешало это сделать. Перебои в поставках уже были в наличии, если база захвачена. Её ещё и разграбят наверняка. А набрать персонал взамен уничтоженного для Старого Медведя вообще не было проблемой. Ради этого рисковать жизнью и свободой?

Или я всё-таки был прав, и это всё — только прикрытие побега?

— А что ты будешь делать, если они решат, что ты стоишь больше какой-то базы и десятка сотрудников? — тихо спросил я. — Что ты будешь делать, если они решат, что красивая девушка — это возможность приятно провести время, и плевать на выкуп, который можно за тебя получить? Ты думаешь, кого-то из них впечатлит твоя собственная фамилия, если у них зачешется в штанах? Сколько их там может быть — десять? Двадцать? И кто из них откажется попробовать молоденькую аристократку?

Снежана побледнела. Даже слегка позеленела, будто её затошнило. Похоже было, что такая вероятность ей в голову не приходила.

Орлова бросила на меня взгляд, полный благодарности.

— Что ты предлагаешь? — спросила наконец Снежана.

— У меня на борту мех, — ответил я. — Хочешь, покажу, на что способен «Палач» в по-настоящему умелых руках?

— А я буду сидеть и смотреть⁈ — возмутилась девушка.

— А ты можешь сыграть роль приманки, — я улыбнулся. — Вряд ли кто-то меня заметит, пока они будут пялиться на тебя.

— Я против! — взвилась Екатерина. — Ты собираешься подставить её под удар!

— Но ведь Юлий уже доказал, что способен не допустить, чтобы до меня хоть кто-то дотронулся? — Снежана сощурилась, перевела на меня взгляд. — Доказал. Так что мне интересно, как ты это провернешь оба фокуса одновременно.

Глава 12

Всё было бы гораздо проще, если бы моя невеста согласилась просто отсидеться на яхте. Я бы нашёл способ проникнуть на базу и решить её проблему куда быстрее и проще, если бы мне не нужно было думать о безопасности Снежаны. Но нет, ей непременно нужно было принять самое непосредственное участие в этой вылазке.

Не знаю, что ею руководило: желание проверить собственные силы, испытать мои возможности, или просто не могла пойти на попятную в присутствии друзей детства? Или всё вместе и ещё что-нибудь, о чём я понятия не имел? Любая из версий имела право на существование.

И я всё ещё не сбрасывал со счетов вероятность попытки побега.

Всё время, пока «Подснежник» шёл к захваченной базе, мы торчали в своих планшетах. Снежка, Ханна и Люциус писали сообщения, я краем глаза поглядывал на отчёты АЛа о переписке аристократов, готовил «Палач» к операции и изучал схему базы

Ничего полезного для меня в переписке не было. Только сообщения о вынужденной задержке в пути, возможном опоздании, трёп в локальном чате студсовета — всё как обычно. Любопытным можно было признать разве что тот факт, что о причинах задержки никто не написал ни слова.

Зато чат Снежаны с пилотом был очень бурным, если верить АЛу. Тот очень настаивал на том, что должен сопровождать хозяйку, и сдался только после прямого приказа заткнуться и ждать её возвращения на борт.

И я вернулся к своим делам.

Стандартная промышленная станция, перевалочный пункт для обогащения добытой руды. Два ангара — для приёмки сырья и для отгрузки. Масса производственных блоков различного назначения. Внутренний транспорт. Система бункеров. Небольшой астероид из отходов производства. В спецификациях — указание на то, что впоследствии база будет располагаться на нём.

Насколько я знал Старого Медведя, это было вполне в его духе. Ничего не должно пропасть. На доставку сырья были потрачены время и топливо — и то, что осталось после извлечения ценных компонентов, должно послужить хотя бы для размещения дополнительных производственных мощностей.

Но то, с чем мне предстояло иметь дело… Единственными проходимыми путями были транспортные тоннели. В ту же дробилку или центрифугу вообще лучше не соваться. Да, мобильный доспех — доминирующая сила на поле боя. Но не между валами дробилки, которая превращает в мелкий щебень глыбы камня!

В общем и целом, картина вырисовывалась безрадостная. Будь у меня тот же «Монарх», мне бы оставалось только идти напролом… и делать это на четвереньках. Но более мелкий и вёрткий «Палач» всё-таки имел шансы обшарить базу и вычистить всех чужаков. В узкие и низкие коридоры, проходимые только для персонала, он, конечно, не пролезет.

Но у меня был козырь, которого пока не видел никто в Академии — я не использовал его на тренажёрах. А здесь те, кто увидит, уже никому никогда ничего не расскажут. О том, чтобы на записях с камер не осталось ничего лишнего, позаботится АЛ.

А там, где не справится ни мех, ни всё его вооружение, у меня ещё оставались мои собственные возможности.

— В каком порядке будем выходить? — спросила Снежана, не отрываясь от смарта.

— Думаю, я выберусь из трюма на обшивку, — я покосился на остальных, навостривших уши. — А там уже как пойдёт. Схему базы я изучил и забил в парсер меха. Но на ней нет ни расположения пиратов, ни их сил, тут только разведка решает…

Раскрывать все карты при посторонних я не собирался. Нет, я не думал, что Люциус или Екатерина так подставят свою подругу. Но вот про Ханну я не мог с уверенностью сказать, что она непричастна. Бизнес-клан, банкиры средней руки… Что там классик говорил про капитализм? Что нет такого преступления, на которое он не пойдёт ради трёхсот процентов прибыли?

Уж очень своевременно этот захват случился, и практически прямо по нашему маршруту. Ни раньше, ни позже. Потом, на форуме, я могу даже извиниться перед Ханной. Мысленно. Но пока должен был учитывать и такой вариант.

А ещё был Винсент. Который вполне мог подстроить похищение…

И легион врагов Старого Медведя. Но их самих тут не было.

А с исполнителями я разберусь.

Я убедился, что АЛ сможет отслеживать всё, что будет происходить вокруг моей невесты, и отправился в трюм. Меня ждал «Палач».

Теоретически я мог бы въехать в ангар на обшивке «Подснежника». Но это свело бы к нулю всю маскировку. Захватчики не слепые, что за странная конфигурация у корпуса, сообразят быстро. Мне вряд ли что-то грозило, но вот яхта могла серьёзно пострадать.

Так что борт мне нужно было покинуть ещё в космосе, но так, чтобы не разделились метки яхты и меха. Например, перед самым створом ангара, в слепой зоне. Перепрыгнуть на обшивку базы. И пробираться к ближайшему бункеру для погрузки готового сырья, а оттуда по транспортному тоннелю — внутрь базы.

Найти ближайший терминал, подключиться к нему, получить все доступные сведения. И уже тогда решать, как действовать. Если персонал жив — обеспечить его безопасность и дальше действовать по ситуации. Если нет…

Тогда без вариантов — дойти до Снежки, забрать её в кокпит «Палача», вернуться на яхту и устроить всем остальным проветривание. Ещё никто не сумел выжить в вакууме, а ресурс автономности брони не бесконечен.

Моему будущему тестю останется только восстановить атмосферу на базе, завезти новый персонал и вынести мусор.

С этими мыслями я втиснулся в кокпит, закрыл его за собой и устроился в ложементе. Тихо щёлкнули замки креплений, надёжно фиксируя меня в кресле. Руки легли на панель управления. Пора…

Грациозный, как хищный зверь, мобильный доспех пошевелился, разворачиваясь из компактной стационарной в боевую форму. Я дал команду откачать воздух из трюма, подождал, пока отползёт в сторону щит грузового люка, и поднял «Палач» на ноги.

Металлические пальцы меха легли на край проёма, «Палач» подтянулся, пригибая голову, лёг грудью на обшивку корабля, закинул через край ногу, подтянулся ещё раз…

Под ним мелко дрожала обшивка яхты, пока могучие приводы втягивали на место массивную крышку люка, и я ощущал эту вибрацию. Наконец она затихла. Я смотрел на тактический монитор, на яркий контур створа ангара, к которому приближалась яхта. Постепенно он становился больше и ярче, но я ещё не двигался, чтобы не выдать своё присутствие.

— Слепая зона, — послышался голос АЛа, — пора.

Мягким кошачьим движением распластанный по обшивке мобильный доспех поднялся на ноги, слегка согнул колени — и наконец прыгнул. Я не стал включать прыжковые двигатели — их могли засечь. Хватило простого толчка, чтобы отделиться от яхты, нос которой уже пересёк линию створа, пролететь выше курсовых огней и опуститься на покрытие корпуса базы.

Огромные подошвы ступней глухо лязгнули о композитные плиты.

В наушниках забормотали мужские голоса: АЛ выделил мне канал, на который пошёл перехват переговоров террористов. Я прислушался.

— Яхта села. Птичка в клетке.

— Берём?

— Жить надоело?

— Это ж яхта!

— Которая возит богатеньких. Не подумал, почему с ней конвоя нет?

— И почему же?

— Потому что она сама себе конвой.

— Хорош трепаться. К яхте не подходить. Держать под прицелом. Попытается уйти — подбить. Но так, чтобы не пострадали заложники.

Недовольное ворчание.

Ага. Значит, нацелились не только на Снежану. И с дисциплиной у них не очень… Не похоже на наёмников, которых подрядили умыкнуть принцессу. Значит, действительно пираты, которые тупо хотят денег. Это было и хорошо, и плохо.

Хорошо — с вооружением и боевыми навыками у них наверняка обстоит хуже, чем у профи. Плохо — с теми же профи бывает можно договориться. Они не станут делать того, за что им не заплатили. А вот что придёт в голову этим отбросам, даже они сами не смогут предугадать.

Прислушиваясь к голосам, я быстро двигался в направлении ближайшего погрузочного узла. Насколько я успел разобраться, эта система предназначалась для транспортников, которые были слишком велики, чтобы заходить в ангар на погрузку. Корпус судна двигался по направляющим над шахтой, открывался грузовой люк, в него подавалась партия груза, люк закрывался…

Сейчас как раз такой транспортник маячил впереди. Захват базы случился в процессе погрузки, и в ангаре все работы были остановлены. Но автоматика продолжала работать. Побег на таком судне был невозможен — он управлялся компьютером, на нём не было СЖО, видимо, поэтому пираты не стали заморачиваться с полной остановкой погрузки. А может, ещё не добрались туда?

У меня на глазах транспортник заскользил по направляющим, покидая базу. Я прибавил ходу и успел в последний момент, когда створ шахты уже закрывался. «Палач» рыбкой влетел в серповидную щель и ухнул вниз, догоняя уходящую в недра базы капсулу-вагонетку.

В ангаре было грязно и шумно. Захватчики не церемонились, когда ворвались на базу. Несколько вагонеток были опрокинуты, груз рассыпался по полу. Стоя на опущенной аппарели, Снежана окинула взглядом этот разгром и нахмурилась. Потом, вернув на лицо ничего не выражающую маску, начала спускаться навстречу вооружённым людям, окружившим её яхту.

Ей было нужно отвлечь на себя внимание, пока Юлий пробирается на базу. И ей это, похоже, удалось…

— Ух ты, какая красотка пожаловала! — встретил её возглас.

Снежана остановилась внизу, подождала, пока за ней поднимется аппарель. Оглядела встречающих.

— Кто здесь главный? — холодно прозвучал её голос.

Если пираты рассчитывали увидеть испуганную молоденькую девушку, они жестоко просчитались. Госпожа прибыла в свои законные владения. И это их задело.

— Эй, ты норов-то поумерь, — цыкнул кто-то на неё. — А то папочка может тебя и по частям получить, знаешь ли.

Дочь Старого Медведя смерила его ничего не выражающим взглядом.

— Любому, кто тронет меня хоть пальцем, подадут на завтрак печень его детей, — ровно проговорила она.

— Так у меня нет детей, — задира слегка опешил, но не отступил.

— Значит, появятся, — бросила ему Снежана. — И ждать их появления тебе придётся в пыточной моего отца. Уверена, он найдёт чем тебя развлечь.

Видимо, у этого джентльмена удачи оказалось богатое воображение. Он слегка попятился, пробормотав себе под нос что-то вроде: «Все эти аристо — грёбаные извращенцы…»

Довольная произведённым эффектом Снежана направилась к единственному месту, где могли разместиться и пираты, и их заложники: к конференц-залу.

Признаться, я чуть не поперхнулся, когда услышал этот разговор. В таком амплуа я свою невесту ещё не видел: она — Медведева, а все остальные значат меньше, чем грязь у неё под ногами. Сколько ещё сюрпризов у неё заготовлено?

От размышлений меня отвлёк возглас:

— А это ещё что за хрен с горы⁈

Я висел в шахте, раскорячившись и упираясь в её стены руками и ногами. Прямо передо мной в проёме транспортного тоннеля маячили две фигуры. Стандартные «эльфы», совершенно не рассчитанные на противостояние даже среднему классу «элементалей», не говоря уже о мобильных доспехах. Правда, в руках — тяжёлые штурмовые винтовки.

Они таращились на меня, хотя вряд ли видели сквозь блистер кокпита.

А вот и господа пираты…

«Палач» выбросил вперёд руки, выдернул бойцов из их укрытия. В могучих ладонях хрустнула, сминаясь, броня, сдавленные вопли мгновенно умолкли. Повезло, что они не успели поднять тревогу. В следующий раз может и не повезти…

— Я заглушил связь, — прозвучал голос АЛа. — Их никто не слышал. Но я бы советовал поторопиться…

— Отлично, — отозвался я, подтягиваясь и проползая в освободившийся проход. Я уже слышал доносившийся снизу шум и полностью разделял тревогу АЛа. Едва ноги меха втянулись в тоннель, по шахте пронеслась вагонетка с грузом. Там, наверху, подошёл на погрузку очередной транспортник.

Не думаю, что даже мой модифицированный «Палач» пережил бы прямое попадание нескольких тысяч тонн на такой скорости.

Терминал нашёлся спустя несколько поворотов и ещё один уничтоженный патруль. Открывать панель пришлось микрощупом — пальцы меха были слишком грубым инструментом, а ломать имущество отца невесты мне казалось невежливым. АЛ тут же запустил загребущие лапы в информационную сеть базы.

Спустя несколько секунд у меня на руках был полный расклад.

Я почти угадал — в банду входили двадцать пять человек. Четверо из них уже валялись где-то позади в коридорах базы. Десять вместе с главарём торчали в конференц-зале, охраняли заложников — и мою невесту, между прочим. Трое — в ангаре, охраняли яхту. Значит, где-то по базе бродили ещё несколько патрулей общим числом восемь человек.

Я даже знал, где именно они бродят.

Но сначала мне нужно было освободить заложников прежде, чем ситуация станет по-настоящему опасной для Снежки.

На пути к конференц-залу мне никто не встретился. Но скрыть тяжёлую поступь «Палача» я не мог и был уверен, что там, внутри, быстро сообразят, что происходит, едва заслышав приближающийся ритмичный грохот.

Так и вышло. Когда дверь открылась, и я протиснулся внутрь, пригибаясь, чтобы не снести головой притолоку, моим глазам предстал приставленный к голове принцессы пистолет. Оружие держал главарь — по крайней мере, экипирован он был лучше остальных.

— Какая неожиданность, — раздался его голос. — Рыцарь в сияющих доспехах явился спасти принцессу. Вылезай из машины, пока я не проделал аккуратную дырочку в её хорошенькой головке. Считаю до пяти. Раз…

Я щёлкнул замками креплений.

Я уже видел всё, что мне было нужно видеть. Заложники, со связанными за спиной руками, сидели кучкой в центре зала. Они не пострадают. В отличие от тех, кто посмел направить оружие на мою невесту.

— Да это совсем щенок, — высказался кто-то, когда я встал рядом с застывшим в неподвижности мехом. — Тоже, поди, из Академии сопляк?

Послышалось хмыканье — главарь убрал оружие, убедившись, что я больше не представляю угрозы для его людей. А вот это было совсем хорошо…

— Что ж ты своему рыцарю получше доспех не выпросила у папеньки? — съехидничал он. — Смотри, в каком старье парню приходится разъезжать.

Снежана не выглядела ни испуганной, ни подавленной. В её взгляде, устремлённом на меня, читался только вопрос — она была уверена, что у меня есть план. Что ж, он у меня действительно был.

— Дорогая, — попросил я, не обращая внимания на гогочущих пиратов, — не могла бы ты сделать шаг назад?

Она не медлила и не колебалась. Стремительно и плавно принцесса отступила к переборке. Отлично, теперь её причёска точно не пострадает.

— АЛ. ОГОНЬ!

Корпус меха взорвался.

По крайней мере, так это выглядело со стороны для неподготовленного зрителя — осколки брони сорвались с места и разлетелись по всему залу. Но это были не осколки — дроны, каждый из которых нёс лучевое оружие и был способен послужить как небольшой пушкой, так и подвижным щитом.

Они располагались на участках с усиленной бронёй, так что их взлёт не ухудшал защиту корпуса. Управлял ими АЛ — и теперь у него не было никаких ограничений, которые приходилось соблюдать в Академии.

Насторожившиеся пираты ничего не успели сделать — их прошивали смертоносные лучи, и они падали с выражением величайшего удивления на лицах прежде, чем до них могло дойти, что их убивают.

Покружив по залу и убедившись, что ни одна из целей больше не подаёт признаков жизни, дроны вернулись на свои места.

Переступая через распластанные тела, я подошёл к Снежане. Поправил прядку, сбитую в сторону стволом пистолета. Заглянул в алые глаза.

— Я же обещал, что даже волосок не упадёт?

Розовые манящие губы были так близко…

— Кхм-кхм…

Я вздохнул. Ну да, заложников нужно было освободить.

— Здесь достаточно оружия, чтобы продержаться, пока я не вернусь, — сказал я, когда последний пленник был развязан.

— А ты куда? — в голосе Снежаны послышалось беспокойство.

— Там ещё несколько бандитов бегает, — пояснил я. — Я решил, что нужно сначала обезопасить тебя и твоих людей, эти всё равно никуда не денутся. Заблокируйте дверь и никуда не выходите. Будут ломиться — стреляйте без разговоров. Я быстро.

Она кивнула.

Ни истерик, ни хотя бы испуга, хотя у неё на глазах только что убили десять человек. На неё точно можно будет положиться, если мы сумеем договориться.

Дверь закрылась за моей спиной, и я слышал, как щёлкнул заблокированный замок. Стрелять будет бесполезно, тут нужен или мех, или плазменный резак, чтобы пробиться в зал. Они точно продержатся до моего возвращения.

Главное, чтобы никому не пришла в голову прекрасная идея присоединиться к веселью.

— АЛ, сообщи пилоту, что заложники и Снежана в безопасности, спасательная операция не требуется. Пусть проследит, чтобы пассажиры не пытались покинуть яхту. Там снаружи трое вооружённых преступников, и они скоро поймут, что игра пошла не по плану.

— Она уже это сделала, — усмехнулся мой помощник.

И когда успела? Не иначе, пока я заложников развязывал.

Сокровище, а не девушка.

Я нашёл на тактическом мониторе ближайший патруль и припустил по коридору, ведущему в его направлении.

«Никогда не недооценивай противника» — эту заповедь в меня вдалбливали всеми доступными способами. Во всех нас. Она должна была помогать нам выжить — но она же сделала нас уверенными в себе.

А от уверенности в себе до самоуверенности один не шаг даже — шажочек.

Я осознал это, когда АЛ предупредил меня:

— Сверху!

Я прыгнул вперёд, не раздумывая, и пол подо мной вздрогнул от тяжёлого удара: кто-то сбросил на «Палач» вагонетку. Только быстрота реакции спасла меня от мгновенной гибели.

Ну да, простейшие «элементали», практически никакой защиты, что они могли бы мне противопоставить? Однако они нашли, что — подвижность, способность пробраться туда, куда «Палач» не сможет проникнуть.

И смекалку, помноженную на страх и стремление выжить.

Они уже знали, что на базе что-то происходит. Скорее всего, не смогли связаться со своим командиром или с кем-то из приятелей, потом — с двумя патрулями. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что это означает.

Я послал рой дронов наверх, к погрузочным механизмам, среди которых затаились пираты. Смертоносная стайка мелькнула в лучах прожекторов и пропала из виду. Я не беспокоился за них — АЛ разберётся с засадой. Сканеры показали, что впереди кто-то есть — и я направился туда…

Но осознал, что падаю.

Пока я таращился вверх, выискивая затаившихся среди кранов и вагонеток врагов, они запустили робота-уборщика с привязанным к нему тросом, и тот сделал несколько кругов вокруг ног меха. Теперь мелкий механизм удирал вдоль по коридору, затягивая петли.

Эта хитрость отлично сработала, должен признать очевидное. Я успел только выставить руки, чтобы не упасть ничком, перекатился на спину, и увидел, как ко мне бегут несколько бойцов.

Они собрались вместе, чтобы взять числом, пока их не перещёлкали поодиночке, и вместо двоих-троих мне пришлось иметь дело со всей восьмёркой разом.

Вот этим реальный противник и отличается от электронных болванчиков…

— Сверху!

— Чёрт…

Я вскинул руку и выстрелил в летящую на меня тень, надеясь хотя бы немного изменить траекторию её полёта.

И весь коридор накрыло быстросохнущим пенистым герметиком отличного качества.

Другого на базах Старого Медведя не держали.

-⁈

Заложники и принцесса встретили меня очень эмоционально. Не могу их осуждать за это — я бы тоже знатно охренел, если бы увидел совсем недавно чистенький мех в лохмотьях герметика и с обрывками троса на ногах. Сверкали чистотой только дроны.

Собственно, именно им я был обязан своим быстрым освобождением. Расправившись с теми, кто засел наверху, АЛ направил рой к «Палачу». Дроны вырезали мех со мной внутри из огромного пенистого холма, как не очень талантливые, но очень старательные скульпторы, пережгли петли троса, заодно запаяв их и превратив в ножные браслеты брутального вида, а потом расселись по местам, напрочь спалив всю свою дислокацию.

Зато я был свободен и жив, чего не мог сказать о погребённых в пене пиратах. Выковыривать их из герметика я не стал — незачем. Да и поздно было уже — запас кислорода у «эльфов» совсем никакой…

— Будет чем заняться по дороге на форум, — вздохнул я, открывая кокпит и опуская «Палач» на колени. — Техников у нас нет, придётся чистить мех самому. Забирайся?

— Думаю, мы тебе поможем, — Снежка проворно вскарабкалась в кабину меха. — Всё равно скучно просто лететь и ничего не делать.

Чистка была делом несложным, но утомительным и долгим. Когда боевая машина перестала напоминать жертву безумного дизайнера, я поблагодарил своих спутников за помощь.

— Пойду-ка я вздремну, — я потянулся, зевнул и направился к выходу из ангара. — Разбудите перед прибытием.

— А что бы ты делал, если бы с тобой не было меха? — вдруг выстрелил мне в спину вопросом Люциус.

Я пожал плечами:

— Я бы их просто убил.

Глава 13

Мы даже почти не опоздали.

Я не представлял масштабов катастрофы, пока не увидел своими глазами, что происходит вокруг станции. Место проведения бизнес-форума походило скорее на пчелиный улей, чем на деловой центр. Со всех сторон к ангарам тянулись челноки и яхты, приземлялись на минуту, высаживали пассажиров и уходили прочь, освобождая место следующему судну.

Ожидать окончания форума им предстояло поодаль, потому что никакой вместимости ангаров не хватило бы на такое количество кораблей.

Можно было только позавидовать чёткости и слаженности работы пилотов и диспетчеров. И дисциплине участников. Никто не пытался опередить других прибывающих и влезть без очереди.

Может, Департаменту стоило бы присмотреться к бизнесменам? Элита пилотов — это важно, но исполнительные нужны не меньше гениальных…

Включилась внутренняя связь.

— Дамы и господа, — послышался голос пилота, — мы прибываем. Добро пожаловать в Palacio Rosa. Пожалуйста, подготовьтесь к высадке…

Признаться, я его не совсем понял, хотя и начал изучать испанский. «Розовый Дворец»? Какой же он розовый, если он серый, как положено космическим станциям? Но когда мы высыпали наружу, первым, что я уловил, был витающий в воздухе аромат. Тот самый аромат цветущих роз, который ни с чем невозможно спутать.

То есть речь шла не о цвете, а о цветниках?

На ум просилась избитая фраза про шипы. По дороге нас уже пытались уколоть, что будет здесь?

Я уже успел не раз пожалеть, что поторопился и не оставил в живых пиратского главаря. Но я рассчитывал, что смогу захватить и допросить кого-то из его людей. Герметик внёс свои коррективы… Что ж, самое время присмотреться к тем, кто сюда прибывает. Мало ли кто может оказаться в сопровождении у бизнесменов?

— Вы задержались, — мужской голос. — Всё в порядке?

Я оглянулся. Перед моими спутниками стоял человек в форме секьюрити. На рукаве — эмблема с оскаленной волчьей мордой. Вот как. «SWG» охраняют этот форум?

Он почувствовал мой взгляд. Обернулся.

Профессионал.

— По дороге Снежана Медведева получила сигнал с одной из своих станций, — я счёл нужным дать ему пояснения, поскольку принцесса явно не собиралась этого делать. — Требовали кого-то из руководства, угрожали убить персонал. Я с ними разобрался, но не смог никого допросить — перестарался.

Секьюрити смерил меня взглядом, в котором отчётливо читалось сомнение. Ну да, какой-то подросток утверждает, что в одиночку положил целую банду. Я бы тоже засомневался.

— Со мной был мех.

Это его убедило, что я не преувеличиваю. Взгляд скользнул по эмблеме Академии и смягчился.

— Мы сообщим об инциденте Дмитрию Анатольевичу. Снежана Дмитриевна, прошу вас с вашими сопровождающими на досмотр…

Досмотр свёлся к банальному проходу сквозь рамку сканера. Нас уведомили, что оружие на станции запрещено для всех без исключений, и на этом пропустили в святая святых.

Я спиной чуял чей-то недобрый взгляд, но оглядываться не стал. Бесполезно в такой толчее, да и ни к чему давать понять наблюдателю, что я его засёк. Будет уверен, что его не заметили — скорее допустит ошибку.

Похоже, в этом цветнике всё же водились змеи.

А цветник действительно был что надо. Во всех смыслах.

На станции повсюду были розы. Всех мыслимых и немыслимых цветов и оттенков. Розы кустовые, розы плетистые, розы штамбовые, розы, у которых от роз вообще только форма цветка осталась…

Я даже потрогал украдкой один из кустов — может, имитация с ароматизатором? Нет, всё оказалось исключительно натуральное…

Между розариями чинно прогуливались участники форума. Среди которых было много женщин. Нет, очень много женщин. От изобилия красавиц рябило в глазах. В каком-то древнем фильме, созданном ещё до изобретения голо, король сказал женщине-дипломату, что английская дипломатия очаровательна. Здесь очарователен был бизнес.

Между красавицами в деловых костюмах сновали красавицы с подносами, разнося напитки. Прислуга отличалась от прибывающей бизнес-аристократии только униформой. Мне подумалось, что, если заставить поменяться одеждой официантку и бизнес-леди, никто не заметит разницы. По крайней мере, в плане безупречной внешности.

Что ж, администрация «Розового дворца», видимо, вполне могла позволить себе таких официантов и горничных. Может быть, у них был даже свой клан, который поставлял элитную прислугу, как Герега — элитных невест?

Но даже на этом фоне Снежана Медведева выделялась, как бриллиант среди россыпи стекляшек. И у Микаэлы были бы все шансы приковать к себе всеобщее внимание, но её здесь не было. А вот несколько женщин, очень похожих на Александру, я заметил…

Охрана сдала нас с рук на руки одной из ослепительных хостес, но Ханна отказалась от её услуг.

— Я тут не первый раз, — сказала она, — сама всё покажу и расскажу. И мы действительно задержались, так что ознакомительная экскурсия — потом. За мной!

В общем-то она была права — форум начинался с мелкой рыбёшки, это акулы большого бизнеса будут работать, когда мелюзга разбежится. Заодно присмотрятся, нет ли среди мелочи перспективного партнёра или потенциально опасного конкурента. И времени на прогулки у нас уже не было.

— Вы идите, у меня свои дела, — Люциус улыбнулся огорчённой Екатерине. — Хотя, пожалуй, мне ваша помощь не помешает…

Ага, а то я не знал, что он половину перелёта изучал программу форума, его участников, тематику кейсов и схему расположения площадок. АЛ позаботился донести до меня эту бесценную информацию. Но меня заинтересовало не то, что Магнус отрывается от группы — в конце концов, он глава студсовета, и у него действительно могли быть здесь свои дела.

Я с любопытством смотрел, как Екатерина Орлова буквально разрывается надвое. Она не могла оставить свою госпожу и подругу. И явно очень хотела пойти с Люциусом. После мгновенного колебания решение было принято в пользу последнего.

Она наградила меня взглядом, в котором явственно читалось обещание пропустить меня через шредер, если я допущу, чтобы Снежану кто-то обидел, подхватила Магнуса под руку, и они исчезли в толпе.

А мы отправились исполнять данное Снежкой обещание.

Дочь Старого Медведя явно не собиралась поднимать престиж клана Охана слишком высоко. Она прошествовала на отведённые нам места в вип-ложе, не обращая никакого внимания на шепоток, которым нас встретили присутствующие, села в удобное кресло, поправила юбку на коленях и прикрыла глаза.

Ни дать ни взять — скучающая принцесса.

Но дело уже было сделано — все видели, кто вошёл в конференц-зал вместе с нами, и теперь взгляды собравшихся метались от Снежки к Ханне и обратно. На мне ничьи глаза не останавливались — я тут был никому не известен, интереса не представлял, и меня это полностью устраивало.

Колючий взгляд остался где-то снаружи, можно было расслабиться и заняться тем, ради чего я сюда, собственно, и прилетел.

Вступительные речи можно было смело пропускать мимо ушей — в них не было никакой полезной для меня информации. Я разглядывал людей, всматривался в их лица, в выражение глаз, и вспоминал Царя.

Он как-то однажды завёл разговор о том, на кого можно положиться, если тебе нужно начинать с нуля крупное дело. Большой бизнес бесполезен — крупным игрокам ни к чему возиться с никому не известными стартаперами. У них всё налажено, им не нужен риск. Если они за что-то возьмутся, то лишь при условии, что им будут гарантированы хорошая прибыль и отсутствие проблем.

А вот те, кому терять по большому счёту особо нечего, скорее всего ухватятся за шанс подняться. Не просто ухватятся — зубами вопьются. И тут уже нужно самому смотреть, чтобы протянутый палец не отхватили по самое плечо.

Мне были нужны именно такие.

Если я подойду к тем же Реалам с их «Монархом» и предложу им «Владыку» и «Деспота» — у меня будет один шанс из миллиона привлечь внимание. А потом почти никаких шансов выжить, если они убедятся, что это действительно новейшие разработки с технологиями, которые подавляющему большинству производителей и не снились.

Зачем им отдавать мне львиную долю прибыли, если можно просто отобрать и присвоить всё? И то же самое могло случиться с Микаэлой, если бы она сунулась с «Эспадой» и «Сомброй» к сильным мира сего.

Мне были нужны те, кто был готов рисковать — и при этом не обладал силой и влиянием, достаточными, чтобы организовать мне проблемы. Стать тем, кто выпустит на рынок революционную модель МД и МПД — это шанс, который выпадает раз в сотню лет, если не реже. Я мог только намекнуть и кое-что продемонстрировать — и отбоя от желающих не будет.

Конечно, у Департамента есть своё производство и деньги. Конечно, там работы уже ведутся… Но сколько у нас всех осталось времени до того, как потребуется каждый мех и каждый пилот, способный победить и выжить?

Чем больше заводов — тем больше мобильных доспехов. Тем больше вероятность технологического прорыва: никогда не знаешь, где попадётся чёртов гений, который поставит всё с ног на голову и сделает невозможное.

И тем больше шансов на выживание у всего человечества.

Сейчас, пока я ещё никто для этих людей, им не нужно было играть передо мной какие-то роли, чтобы выгадать побольше. Я мог видеть их такими, какие они есть. Анализировать, с кем и как они себя ведут. Делать выводы о том, будут ли они надёжными партнёрами, или кинут при первой возможности. Язык тела — великая вещь дал тех, кто умеет его понимать… Я умел.

Царь хорошо меня выучил.

Презентации я смотрел уже с интересом. Отметал очевидно рассчитанные на простачка кейсы, записывал названия компаний, которые могли пригодиться если не в самом производстве, то как поставщики или посредники. И, конечно, особое внимание уделял тем, кто напрямую собирался заниматься промышленностью.

АЛ комментировал каждое имя в списке: кто обещает больше, чем может обеспечить, кто темнит, у кого сомнительные источники доходов, а с кем можно и поговорить. В итоге к окончанию выступлений у меня осталось всего пять имён.

И Охана в списке не было. Не потому, что у меня были сомнения в добропорядочности этого клана. Просто из-за Снежки их рейтинг уже взлетел, и связываться со мной они точно не станут.

Я решил, что свяжусь с ними позднее, когда уляжется шумиха. Сейчас у всех будет много заявок на сотрудничество, с которыми они должны определиться, принимать их или нет, и моё предложение может оказаться похороненным в груде спама или не будет воспринято всерьёз.

А вот потом — посмотрим, кто чего стоит…

— Смотрю, ты действительно бизнесом интересуешься? — заметила Снежка, когда мы поднялись и направились к выходу. — Наследство получил?

— Надо же решить, куда инвестировать свои выигрыши на тотализаторе, — отшутился я. — Деньги должны работать. Для крупных корпоратов я мелкая сошка, а вот для таких и мои миллионы вполне пригодятся…

Моя невеста вскинула бровки, но ещё что-нибудь спросить не успела. К нам подлетела счастливая Ханна Охана, вклинилась между нами, подхватив нас обоих под руки, и потащила прочь.

— Спасибо-спасибо-спасибо, — щебетала она на ходу, — Снежка, ты сокровище, я получила столько дельных предложений, и всё благодаря тебе…

Под этот поток восторгов и благодарностей мы лавировали среди участников форума.

— Не забудь про мои пять процентов от прибыли, — намекнула Снежана.

— Ик?

Ханна аж встала столбом прямо посреди коридора. На нас ворчали, но обходили по сторонам — никто не хотел связываться с дочерью Медведева.

— В смысле пять⁈ — возопила Охана, когда к ней вернулся дар речи.

— Ты хотела предложить десять? — с любопытством спросила принцесса. — Это так щедро с твоей стороны…

Они почти сошлись на полутора, когда поток схлынул, и мы остались одни в коридоре. И тут неприятный холодок напомнил мне, что меня взяли вообще-то в том числе и в качестве телохранителя.

Коридор был пуст, если не считать небольшой группы техников, которая обнаружилась за поворотом. Один ковырялся в открытой панели, остальные трепались, непринуждённо перекрыв нам дорогу. Как это обычно и бывает — один пашет, остальные глядят…

Снежана уже начала задирать носик, чтобы дать понять техперсоналу, что они вообще-то мешают пройти принцессе, когда я ощутил взгляд в спину. Короткого движения головой хватило, чтобы обнаружить позади ещё одну такую же группу в рабочих комбинезонах и с инструментами в руках.

И двигались они бесшумно и быстро — но смотрели не на меня.

Я соскользнул в боевой режим. Время остановилось.

Когда администрация «Розового дворца» составляла правила внутреннего распорядка для гостей форума, думала ли она, что совершенно не обязательно иметь при себе оружие, чтобы оказаться чрезвычайно опасным для окружающих человеком? И я сейчас даже не о том, что самое опасное оружие — это мозг, а его не сдашь на хранение.

То, с чем на нас напали, можно было купить в любом магазине инструментов, не привлекая внимания. Плазменный резак, пневмомолоток, заклёпочник, да даже обычная паяльная станция — в ближнем бою вещи очень эффективные. Я в этом убедился, когда вытолкнул девушек с линии обстрела заклёпками.

Цепочка свеженьких, блестящих металлических шляпок на обшивке коридора впечатлила даже меня. Человеческое тело такая заклёпка прошьёт навылет, не потеряв скорости. И мне совершенно не хотелось выяснять, сколько таких снарядов в запасе у стрелка — даже я со всеми моими возможностями вряд ли выжил бы под перекрёстным огнём.

Так что церемониться с нападавшими я не стал.

Мне потребовалось совсем немного времени, чтобы покончить с той группой, которая перекрывала нам дорогу. Я выдернул на себя того, у кого был заклёпочник, одним движением свернув ему шею, и швырнул тело в тех, кто подходил сзади, устроив там свалку.

А потом завертелся ужом, ломая кадыки, пробивая виски, проламывая переносицы. Бить ниже смысла не имело — под мешковатым рабочим комбинезоном вполне мог скрываться бронежилет, а выжить с носовыми костями, загнанными в мозг, или перебитой гортанью ещё никому не удавалось.

Швырнув согнутый пополам заклёпочник в голову стрелку из второй группы и убедившись, что больше там стрелять некому, я схватил девушек за руки и бегом потащил прочь оттуда — как совсем недавно нас тащила Ханна.

Давно я не бегал так быстро…

И так недалеко.

За поворотом коридора меня ждала развилка.

«АЛ!»

«Направо».

Я рванул в правое ответвление, слыша за спиной приближающийся топот. Значит, точно за девчонками. И я не думал, что им нужна Ханна. Слишком мелкая сошка.

Значит, пираты на базе не были случайностью. Там не вышло захватить Снежану, и теперь её пытались убить. Кому она так сильно мешала?

Для чего кому-то вообще убивать наследницу «РосТеха»? На ней достаточно жениться, чтобы со временем получить корпорацию в своё распоряжение. Не устраивает жених? Реалы и Гарсия подсуетились? Так им тогда на меня охоту надо объявлять, а не на неё. Умрёт принцесса — и тогда им вообще ничего не достанется.

И ничего не останется.

Старый Медведь стёр с лица земли половину аристократии, когда убили его жену. Что он сделает с убийцами единственной дочери?

И вот тут до меня дошло.

Именно это было единственным разумным объяснением.

Вторая корпоративная война.

Снежану убивают. Медведев раскатывает тонким слоем всех, кто хоть как-то может быть к этому причастен — а может, и всех подряд, кто под руку попадёт. И всё рушится. Промышленность, экономика, продовольствие, медицина — всё идёт прахом.

Нас можно будет брать голыми руками.

И совершенно очевидно, кому это было выгодно…

«Налево».

«Справа!»

Отчаянный девичий визг хлестнул по нервам, когда открылась дверь в технический тоннель и оттуда в коридор вывалилась ещё одна группа.

— Вызывайте катафалк! — рявкнул я, заталкивая девушек в боковую нишу. Захлопнул за ними дверь. Обернулся, сверкнул злой улыбкой — сдерживаться больше не было нужды.

И начал убивать.

Глава 14

Уйти удалось только одному.

Он изначально держался чуть в стороне от боя, под руку не лез, немедленной угрозы не представлял — я не заметил при нём ни пневмомолотка, ни заклёпочника, и обнаружил, что его нет, только когда разобрался со всеми остальными. В коридоре было пусто, если не считать трупы, только открытый проход в технический тоннель призывно маячил в стене.

Я ринулся туда, осознавая, что мне снова некого допрашивать. Увлёкся… Остановился, прислушался. Ни звука шагов, ни шумного дыхания. Или уже удрал, или затаился где-нибудь в укромном месте. А гоняться за ним по этим крысиным норам — дело неблагодарное.

Во-первых, не факт, что найду. Даже с помощью АЛа. Во-вторых, девушки останутся одни, кто их защитит, если есть ещё группы?

Нужно было возвращаться.

Я повернулся к выходу, раскинул руки в стороны, и по тоннелю в оба прохода ударили яростные ветвящиеся плети молний. Если этот ублюдок где-то неподалёку, ему не жить. Сполохи опали, но я так и не услышал ни стона, ни топота.

Ушёл, сволочь.

И тут из коридора донёсся звук открывшейся двери, за ним невнятный возглас. Я ринулся на шум.

Сам виноват. Надо было предупредить, чтобы не выходили из укрытия, пока я не разрешу. А может, и не выходили, это их нашли и вытащили?

Эти мысли мелькнули у меня в голове при виде двоих парней в строгих чёрных костюмах возле моих подопечных. И какой-то мужик богатырской комплекции вида «шкаф трёхстворчатый зеркальный» уже тянул к моей невесте руку!

Были раньше такие телохранители, которых держали в основном ради того, чтобы подчеркнуть статус. Я богат и влиятелен, как это показать окружающим? Нанять побольше гориллообразных особей в каком-нибудь сильно элитном заведении. И всюду таскать их с собой. В то время как настоящую работу по охране тела выполняли совсем другие, очень незаметные люди.

Теперь всё было иначе. Генетически улучшенные бойцы, профи, способные противостоять кому угодно — ну, может быть, кроме меха. Их достаточно одного-двух, чтобы защитить своего хозяина. Но и стоят они целое состояние…

Они не нападали, да и Снежка выглядела скорее рассерженной, чем испуганной, хотя этот участок коридора выглядел сейчас как декорации к низкобюджетному фильму ужасов. А вот Ханна позеленела, и до сих пор не сползла по стеночке похоже только потому, что пришлось бы падать на то, что совсем недавно было людьми.

Но вот руки тянуть не стоило. Ой не стоило…

Я рванулся на перехват. Телохранитель метнулся мне навстречу.

Нет такого бойца, который способен противостоять Ведьмаку. Ну, может быть, кроме другого Ведьмака. Но другого тут не было.

Мгновенный анализ: нет времени на долгие танцы, бой такого уровня всегда идёт до первой ошибки одного из противников. Я ошибаться не собирался, как и демонстрировать окружающим больше необходимого.

«Активация».

Только на мгновение. Только прикрыв глаза, чтобы никто — включая вездесущие камеры — не увидел моего взгляда. Для людей я просто исчез на это мгновение, для камер превратился в размытое пятно, которое снова станет выглядеть как человек, только если запись запустить на сильно замедленное воспроизведение.

Так смотрят запись полёта пули.

Спустя мгновение я держал телохранителя в боевом захвате на пределе выносливости даже генетически модифицированного организма, прикрываясь им и от его напарника, и от его хозяина. Второй боец подался было ко мне, но нарвался на мой предупреждающий взгляд и замер.

Я не угрожал его владельцу. А защита такого же телохранителя в ущерб безопасности охраняемого лица в его обязанности не входила. Сунется — я вполне мог покалечить его напарника и наброситься на того, кого они охраняли. И ему пришлось бы в одиночку противостоять мне, только что в мгновение ока скрутившему профи.

И не просто скрутившему…

Ещё чуть-чуть, и руку этому парню не восстановит никакая самая современная медицина. А теперь посмотрим, насколько местные бизнесмены дорожат своими вложениями…

Мир скачком вернулся к нормальному состоянию.

— Что за ребячество⁈ — раздражённо выговаривал мужик Снежане. — Быстро со мной в безопасное место!

— Убери лапы от моей невесты! — раздельно проговорил я.

— Или?..

Мужик только вполоборота оглянулся на меня, но мне хватило и этого, чтобы его узнать.

— Или я руки поотрываю твоему сторожевому псу!

— Это мой отец! — вскрикнула Снежана.

— Я это вижу, — холодно отозвался я. — Предложение остаётся открытым.

Вот теперь Медведев развернулся ко мне — совсем не по-медвежьи, к слову, скорее по-волчьи, всем корпусом.

— Мальчик, ты понимаешь, кому бросаешь вызов? — в глазах у него плясали опасные огоньки.

— Я — да. А ты? — со стороны это могло показаться наглостью. Но я уже знал, как воспримет это человек, который станет моим тестем. — Я обещал невесте, что защищу её от любой угрозы.

— Даже от её отца? — теперь ему стало любопытно.

— Даже от её отца.

— Хех… — Дмитрий Медведев невозмутимо отряхнул пиджак и одобрительно усмехнулся. — Правильный подход, одобряю.

Поскольку он больше не пытался схватить Снежку, я чуть сжал пальцы на плече телохранителя: отпускаю, не трепыхайся. И выпустил его из захвата. Даже отталкивать от себя не стал. Парень делал свою работу, у меня не было к нему никаких претензий.

«Запомните: никогда не унижайте противника…»

Я хорошо выучил уроки Царя.

Ощущение взгляда заставило меня подобраться. Но это был не тот недобрый, сверлящий взгляд, словно кто-то смотрит сквозь перекрестие прицела. Просто внимательный, оценивающий… и знакомый.

«Сзади».

— Кхм-кхм.

АЛ был спокоен, только предупреждал о появлении нового действующего лица. Так что резких движений я делать не стал.

На деликатное покашливание оглянулись все, включая Ханну, которая всё это время смотрела на меня как кролик на удава. Ну да, дочь бизнесменов — с чего бы ей быть крепким орешком, который с покерфейсом улетает от взрывающейся базы? От неё другое требовалось. А вот выдержка Снежаны меня приятно удивила. Снова.

В проходе стоял человек в форме главы службы секьюрити. За ним — группа охранников. Уже знакомая эмблема Star Wolves Group на груди и на рукаве. Вот только я его помнил совсем в другой форме…

А вот и охрана подоспела. Что-то долго они телились, эти волки звёздные… Хотя волки вроде бы щенятся?

Потом пришло понимание, что нет, всё так и должно было быть. Подать сигнал тревоги девушки могли только оказавшись в укрытии. До этого дрались, бежали, опять дрались… Это для меня время растянулось, для всех остальных прошли считанные минуты.

Охрана примчалась так быстро, как только смогла. Телепорт всё ещё не изобрели, к сожалению…

— Дмитрий Анатольевич, с вашего позволения я заберу у вас этого молодого человека.

— Это мой жених! — вскинулась Снежана. — Он защищал меня, и он никуда не пойдёт!

— Снежана Дмитриевна, вы же понимаете, что мне нужна вся информация по инциденту? Кто сможет лучше вашего жениха рассказать мне, что здесь произошло?

Я сделал успокаивающий жест.

— Всё в порядке. Это стандартная процедура. Только напиши мне, где потом тебя найти. Дмитрий Анатольевич, — я перешёл на официальный тон, — могут быть ещё желающие навредить моей невесте. Будет лучше, если ваши люди за ней присмотрят до моего возвращения.

Старый Медведь слегка склонил голову набок, разглядывая меня с весёлым недоумением. Сейчас он очень напоминал курицу, которую вздумало учить яйцо. Ничего, ему полезно.

— Как скажете, Юлий Александрович, всенепременно исполним-с…

«А он мне начинает нравиться…»

Эскорт из «Волков» и телохранителей отца увёл девушек из окровавленного коридора. А меня сопроводили в небольшую переговорную. Такие места для заключения и подписания контрактов всегда оборудуют по последнему слову безопасности, так что можно было не опасаться, что нас подслушают.

Как только дверь за нами закрылась, начальник охраны склонился передо мной в почтительном поклоне:

— Мой князь…

От волнения у него прервался голос, но он взял себя в руки.

— Того рода давно нет, — едва слышно сказал я. — Нет имени, которому ты поклялся служить.

— Но есть долг «Звёздных Волков» перед Ведьмаком, — так же тихо ответил он мне. — А значит, у нас снова может быть князь, который соберёт разрозненные пальцы в единый кулак. Пусть даже у него теперь совсем другое имя…

— Мы поговорим об этом потом, — я взглянул на него. — У меня есть свои обязательства… Значит, ты теперь глава этой ЧВК? Я должен был догадаться…

— Кассиан похож на меня в юности, — Один Борнсон Рейвен скупо улыбнулся. — У меня есть кое-что для него. Передайте ему.

В мою ладонь что-то скользнуло, я сжал кулак. Инфочип. Так же незаметно я убрал его в карман, стряхнув несуществующую пылинку с парадной формы. Какая удобная вещь эта умная ткань — ни брызг крови, ни…

Вот теперь точно можно было ждать неприятностей.

— Что на чипе? — поинтересовался я.

— Вы можете взглянуть.

Это уже действительно было серьёзно.

Дважды просить не пришлось. Я вставил флешку в браслет, над ним тут же вспыхнули десятки голограмм.

— Кодовое название проекта — «Старскрим», — начал пояснения Один.

— «Звёздный крик»? — удивился я переводу.

— Шутка разработчиков из-за особенностей мобильного доспеха, — не стал вдаваться в подробности Лорд. — Мех-трансформер. Первый прототип будет готов через пару недель.

— Быстро, — поразился я скорости работ. Действительно поразился. Я думал, у Департамента нет пока возможности с такой скоростью создавать прототипы.

— Все мощности Реалов сейчас работают над одним проектом.

Реалы? Разве они не под Гарсия ходят?

«Уже нет».

Спасибо, АЛ… Мог бы и пораньше сообщить. Или сам только что узнал?

Я углубился в спецификации. Если уже есть готовый проект, может, мне имело смысл сосредоточиться на том, чтобы искать средства и мощности уже под него? Зачем распыляться?

Но я тут же уяснил, что поспешил с выводами.

Это был не мех. Точнее, не только мех. Под скромным словом «трансформер» скрывалась вовсе не возможность модифицировать мобильный доспех под разные запросы — от ближнего боя внутри станции или корабля до сражения в открытом пространстве.

Эта машина превращалась в истребитель. Сверхманевренный, сверхбыстрый, способный вести долгий бой без необходимости перезарядки. В фазе меха — с копьём, способным менять профиль боевой части от собственно копья до алебарды и пробивать щиты и броню. В фазе истребителя копьё превращалось в тяжёлую плазменную пушку. Обе фазы несли ещё и более лёгкое лазерное вооружение, и ракеты, и…

— Мобильный доспех для завоевания господства в космосе, — подытожил я прочитанное.

Моя текущая версия «Палача» уделывала современные модели мобильных доспехов. Но этот «Старскрим» превратил бы мой мех в космическую пыль с полпинка. А вот с помощью бессердечной гравитации можно и побарахтаться, но это было бы очень сложно, всё равно что дуэль старого танка против боевого вертолёта.

— Верно, — подтвердил Лорд.

— Но эта машина будет слишком сложной в управлении, — я продолжал изучать открытые вкладки. — Кас гений, но даже он не сможет в полной мере воспользоваться хотя бы вот этим…

Я смотрел на открытую вкладку с миниатюрными копиями-дронами. Идея явно была взята из возможностей моего «Палача», но доработана и значительно усилена. Как управлять таким роем, который несёт не один, а сразу три вида вооружения?

— Кассиан ещё не раскрыл свой потенциал, — отозвался Один. — Но скоро я передам ему своё наследие…

Я удивлённо оглянулся на него. Он что, на покой собрался? Времени, конечно, прошло изрядно, но для таких, как мы, даже сто-двести лет — не так уж много.

— Ну что вы, Один Борнсон, так рано себя хороните? Вам ещё внуков плохому учить. Вокруг комэска «Волков» такой цветник собрался… Красавицы как на подбор.

— Две из них мои дочери, — включил режим сурового отца с дробовиком Лорд.

— Первым делом самолёты… — припомнил я слова Комарова.

— Да, тупит он страшно, — вздохнул Один, сменив роль отца красивых дочерей на роль отца парня, который очень нерешителен в отношениях.

— Он пилот аэрокосмического истребителя, лучший в своём поколении, — отбросив шуточки, серьёзно сказал я. — И полностью осознает риски и опасности нашего плана. Ему нельзя сейчас отвлекаться на то, что может его ослабить… Строить будущее будут выжившие.

— А до этого ещё надо дожить, — эхом отозвался Волк.

— Кстати, об этом… — я потыкал экран, пересылая файлы Лорду. — Пусть тогда инженеры посмотрят на эти проекты. Мне кажется, они небезынтересны. Могут пригодиться тем, кто уступает Касу, но всё равно среди лучших.

— «Эспада» и «Сомбра», — прочитал названия Лорд и быстро проглядел спецификации. — Интересно. Кто этот инженерный гений, и как вы уговорили его работать на вас?

— Природное обаяние, — усмехнулся я.

Не рассказывать же Одину, чем я занимаюсь то в кокпите «Палача», то в лав-отеле…

— К сожалению, мы не сможем выделить на проект много ресурсов, — он покачал головой с явным сожалением. — «Старскрим» в приоритете.

— Я работаю над этим, — успокоил я его. — Для этого в основном и прилетел на форум. Уже присмотрел несколько вариантов.

Раз уж Михалыч разработала свой проект под влиянием «Палача», я счёл логичным использовать наработки его создателей. А это в первую очередь Романовы. Я видел их представительство на конференции, выглядело всё вполне разумно и перспективно. Новое поколение решило взяться за ум? К ним стоило нанести ознакомительный визит.

Мне они могут ничего не рассказать, но посмотрел бы я на тех, кто сможет что-то скрыть от АЛа. А потом я сделаю им предложение, от которого они не смогут отказаться.

Вот Александра Герега удивится, когда её планы пойдут по моему плану. Но и на этот счёт у меня был план. Just as planned. Мва-ха-ха.

Если Лорд и заметил мою злодейскую улыбку, то вежливо промолчал. Кесарю кесарево.

По молчаливому согласию от обсуждения будущих мобильных доспехов мы перешли к делам текущим.

— Как обстановка в целом? — поинтересовался я.

— Если верить отчётам агентов Департамента — всё по плану, — отозвался Лорд. — Оцелоты, Мангусты, Росомахи, Тайпаны отчитываются, что у них всё укладывается в отведённые сроки. Кое-кто даже идёт с опережением графика.

— Хм? — я приподнял бровь. Неужели Паучок на меня стучит?

— Ковен заявил, что разобрался со своими целями и запускает расширение сети, — пояснил Лорд. — Текущие варианты в фамильяры их не устроили, и они решили поискать себе что получше.

— А, эти, — поморщился я. — Есть идеи, куда они могут направиться?

— К сожалению, есть, — повторил мой жест Один. — Поэтому у меня будет личная просьба.

Когда он озвучил расклад, я невольно приподнял бровь в удивлении. Какие, однако, тайны мадридского двора. Вот что значит пробыть лишние десятки лет в заморозке — такие страсти проспал.

— Я посмотрю, что можно будет сделать, — пообещал я. — Но не слишком переживайте, «Волки» справятся.

Кассиан, конечно, то ещё ленивое животное, но за свою стаю перегрызёт глотку кому угодно.

Даже, пожалуй, мне.

Убедившись, что дочь под надёжной охраной, и вернувшись в свои апартаменты, Старый Медведь наконец позволил себе сбросить маску.

— Найти заказчика! — гневное рычание прокатилось по комнатам. — Уничтожить!

— Весь клан? — уточнил телохранитель. — Или… как в тот раз?

Называть событие, которое спровоцировало корпоративную войну, он не рискнул. Но босс его понял.

— Нет, — помолчав, обронил он. — Достаточно клана. Моя дочь жива, ни к чему устраивать резню. Но наказать виновных нужно — и так, чтобы надолго запомнили и повторять не посмели! Спущу с рук — решат, что у Медведя выпали зубы. Одряхлел, ослаб, можно жрать заживо… Исполнителей — всех под корень. Заказчика — тоже.

— Будет сделано, — телохранитель поклонился и вышел — отдать распоряжения.

Старый Медведь переключился на его напарника.

— Как же так, Джон, проект «Спартанец», сильнейший солдат человечества, в тебя вложено столько денег, времени и сил, а тебя уделал какой-то мальчишка? — Медведев разглядывал пострадавшего телохранителя, пока диагност обследовал его руку.

Телохранитель по его тону понял, что тот не сердится. Скорее задумчив.

— При всем уважении, сэр, этот мальчишка жених вашей дочери. Вы же сами потребовали лучшего. И она явно неравнодушна к нему, — возразил боец.

— Это да, весомый аргумент. Какой-то мальчишка…

Дмитрий Медведев тяжело опустился в кресло, скрипнувшее под его весом. Его апартаменты были обставлены только старыми вещами, никакой умной мебели. Он её не любил. Поёрзал, устраиваясь поудобнее, задумался.

Мальчишка. Который знал, кто он такой — и ему было наплевать. Он вёл себя с ним, со Старым Медведем, как равный. Но в парнишке не было ни наглости, которая проистекает от укоренившейся безнаказанности, ни глупой дерзости — следствия переоценки своих сил.

Такой юный, но уже — мужчина…

Дед рассказывал ему о старых временах, когда ещё можно было встретить таких. Был древний род, уходящий корнями в тысячелетия, который воспитывал своих наследников как воинов и правителей, умеющих взять власть и удержать её. Право сильного — таков был их закон, но они никогда не путали силу с насилием…

Неужели ему повезло встретить такого спустя столько времени?

Или…

Да нет, быть не может!

— Дмитрий Анатольевич, вы словно призрака увидели, — подал голос телохранитель.

Медведев моргнул, перевёл на него взгляд.

— Скорее вспомнил тень… Былое величие рода, который был достоин править всеми нами. Как жаль, что он угас… Как жаль…

— О ком вы, Дмитрий Анатольевич?

Но Медведев уже не слушал.

— Узнайте про этого Юлия Марса.

— Что именно узнать?

— Всё.

Глава 15

Первым, что я сделал, покинув переговорную, был запрос к АЛу, где сейчас находится Снежана Медведева. Виртуальный помощник подумал полсекунды и выдал мне несколько маршрутов разной степени загруженности. Все они вели к одной точке. Подумал ещё и убрал все, кроме одного.

«Рекомендую этот».

— Почему?

«Там меньше всего людей».

Странное объяснение. Ну, почему бы и нет, в конце концов, я совсем не рвался заводить новые знакомства. Заодно по пути будет возможность ещё раз просмотреть заметки, которые я делал по ходу конференции, и окончательно определиться с выбором.

Две испуганные девушки — не та компания, в которой хорошо думается.

Ладно, я несправедлив.

Одна испуганная девушка. Хотя до Снежки тоже могло дойти. Бывало, что шок настигал свою жертву с запозданием. Пока оставалась угроза, человек был собран, действовал разумно. Но стоило ему оказаться в безопасности…

Больше всего меня интересовали имена в моём списке. Романовы представили прототип меха… А я как раз размышлял недавно о том, что у них могли сохраниться какие-то наработки.

На ловца и зверь бежит?

Пробираясь быстрым шагом по коридорам станции сквозь облака вездесущего розового аромата, я несколько раз краем глаза ловил странное выражение на лицах встречных прохожих.

Они явно чувствовали себя не в своей тарелке. Испуганные взгляды на миг останавливались на мне и тут же соскальзывали в сторону, а люди ускоряли шаг, торопясь как можно скорее покинуть место нашей встречи.

Там что, ещё на кого-то напали? АЛ предупредил бы. Это именно на меня так реагируют.

В «Розовом дворце» что, тоже повсюду камеры, и я уже стал узнаваемым героем очень популярного низкобюджетного боевичка? Или на каждый смарт, кроме моего, пришла рассылка с моим голофото и текстом вроде «Чрезвычайно опасен, не пытаться задержать, не вступать в контакт, немедленно покинуть сектор и сообщить охране»? Вряд ли. АЛ опять-таки предупредил бы меня…

Но он же и предупредил. На свой манер. Когда выбрал наименее людный маршрут.

Ладно, охрана мне ничего не сделает и задерживать не будет — «Волки» в лице своего лидера уже недвусмысленно заявили о готовности следовать за мной. А вот если подсуетился кто-то со стороны заказчика…

Кого-то я ведь упустил. И уж точно этот шустрый не дифирамбы мне петь побежал. Я сорвал покушение и стал помехой, которую наверняка захотят устранить. Не то чтобы это было для меня серьёзной проблемой, но я несколько иначе собирался провести этот день. Срывать мои планы?

Я убивал и за меньшее.

Я убрал смарт и ускорил шаг.

До самых апартаментов меня никто не попытался задержать. Охрана на входе в гостиничный вип-комплекс подобралась при моём появлении, но пропустила без возражений. Что ж, по крайней мере в гостинице мою невесту охраняют. Уже хорошо. Хотя недостаточно…

Надеюсь, они теперь проверяют весь техперсонал, думал я, поднимаясь к номеру, в котором остановилась Снежана. Потому что у заказчика не было времени внедрить своих людей. Купили уже работавших на станции. Но уж очень профессионально эти работяги двигались… Не набирают же здесь для обычного ремонта профессиональных убийц?

Более вероятным был вариант с банальным завозом наёмников. Снабдили рабочей униформой, инструментами — протащить оружие через сканеры могли помочь только «Волки», а они вне подозрений. И уже наверняка пришли к тем же выводам, и теперь роют пластобетон в поисках улик и выжившего. О нём я Одину рассказал.

Кто знал, что мы собираемся на этот форум? Только те, кто присутствовал при заключении соглашения. Нужно будет уточнить, кому девушки об этом рассказывали. Хотя наверняка секрета из этого они не делали, и в курсе была вся Академия…

С этими мыслями я поднял руку, чтобы позвонить — и замер, прислушиваясь. Внутри разговаривали на повышенных тонах. Настолько повышенных, что я слышал это даже через дверь. А на звукоизоляции тут вряд ли экономили.

— Всё пропало!

Ханна? Что у неё там пропало? Кто-то стибрил под шумок её проект?

— Да ко мне после этого вообще никто не подойдёт!

У меня поползли вверх брови.

Нет, подслушивать, конечно, плохо. Но очень полезно. Можно узнать много нового и интересного.

В голове зароились самые разнообразные версии случившегося: от моего косяка — какая-нибудь заклёпка отлетела в лицо Ханне и теперь у неё намечается некрасивый шрам на личике, до…

— Можно подумать, кто-то действительно влиятельный купился бы на моё присутствие.

О как. Да сегодня просто день открытий какой-то. Там, на базе Медведевых, я увидел её в роли настоящей принцессы, которая вынужденно снизошла до простых смертных, грязи и пыли под её туфельками. А тут внезапно жёсткий холодный тон, отрезвляющая резкость…

— Тебе что, нравится говорить мне гадости⁈

Да нет, удовольствием от ситуации там и не пахло. Моя дорогая невеста была всерьёз раздражена. А вот у Ханны назревала настоящая истерика, хотя казалось бы — кто там сейчас должен истерить?

— Я просто не вижу необходимости что-то приукрашивать. Тем более, что мы одни.

Пауза. Первый всхлип близкой бури.

— Я — не мой отец. Моё сопровождение могло удивить, но всерьёз его приняла только мелочь. Зато теперь…

— Что — теперь⁈

— Если ты перестанешь сходить с ума и попробуешь подумать, то поймёшь, что теперь ты в куда более выгодном положении.

— После этой бойни⁈

— Вот именно.

Тишина. Я затаил дыхание. Голоса становились то громче, то тише — похоже, девушки нервно расхаживали по номеру, и мне не хотелось упустить что-нибудь важное.

— Поясни, — это прозвучало уже немного менее нервным тоном.

— Ты представила кейс. Ничего особенного, крупной рыбе на такие пустяки отвлекаться смысла нет. У середнячков интерес появился, но они скорее присматривались, разевать ли вообще рот, или плыть мимо. Но что мы имеем теперь?

Я аж заслушался.

— И что мы имеем теперь? — переспросила Ханна.

— А теперь даже самые толстые кошельки задумались. Какая-то Охана прилетела с Медведевой. Представила кейс. И сразу после этого их обеих попытались убить. Вывод?

Я кивнул.

Вывод напрашивался сам собой. Охана и Медведевы затеяли какой-то совместный проект. И он настолько опасен для возможных конкурентов, что те рискнули развязать вторую корпоративную войну. То есть этот кейс — только маска, фиговый листочек, скромно прикрывающий… тот звездец, который начнётся на рынке, когда будет уже поздно что-то предпринимать.

А значит, надо немедленно влезть под этот листочек, чтобы не оказаться в пролёте.

— У тебя теперь отбоя не будет от куда более весомых деловых партнёров. Так что кончай панику.

— Но он же скоро придёт! — взвизгнула Ханна. — И я не должна паниковать⁈ Ты вообще видела, что он там натворил⁈

Ответ Снежаны я едва разобрал.

— Я видела, что натворил мой отец…

В коридоре послышались шаги. Дальше стоять под дверью и подслушивать было уже бессмысленно. Не хватало ещё, чтобы меня за этим делом застали — будущему тестю наверняка немедленно доложат, чем я тут занимаюсь.

И вообще, пока мы на этой станции, не стоило забывать, что ни один мой шаг не останется без внимания Старого Медведя и Одина. И ещё вопрос, кто будет внимательнее…

Что ж, это тоже способ реализовать мои планы. Когда знаешь, что за тобой следят, намного проще показать то, что хочешь показать, и скрыть то, чего показывать не хочешь. А наблюдатель пусть наблюдает и делает выводы…

Я позвонил.

Послышался взвизг.

Потом дверь открылась.

Первым, что я увидел, было слегка позеленевшее лицо Ханны. И внимательный, серьёзный — и совершенно спокойный — взгляд рубиновых глаз.

— У тебя кровь на щеке, — заметила Снежана Медведева, когда я переступил порог.

— Это не моя, — я потёр щеку. — Лучше?

— Мужчины… — закатила глаза принцесса, доставая платок. — Стой на месте. Удивлена, что ты не покрыт ею с головы до ног.

— Я бил аккуратно, — ну, по крайней мере, пока девушки могли меня видеть.

— Ага, я заметила! Кишки только с потолка не свисали! Что ты такое, Марс?

— Пилот мобильного доспеха, Ведьмак, твой жених, просто красавец и парень хоть куда? — высказал я очевидную версию, но мне ожидаемо не поверили, и я решил сменить тему: — А я удивлён, что ты так спокойна.

— Можно подумать, это моё первое покушение… — закончив приводить меня в приличный вид, проворчала Снежка. — Ханна, ты как?

— Нормально, — немного нервно улыбнулась казначей студсовета. — Просто немного боюсь крови.

— Прости, я забыла, что за пределами Академии моя жизнь постоянно под угрозой, — Снежана слегка пожала плечиками и выкинула платок в утилизатор.

Вот как, значит? На принцессу покушаются далеко не в первый раз? Тем больше поводов проследить, чтобы её вояж на Землю если и состоялся, то только в моём сопровождении. И в компании «Палача».

— Вы обедали? — поинтересовался я, в очередной раз меняя тему.

Снежана покачала головой.

— Не успели. Но ты прав, не мешает перекусить.

Ханна нервно сглотнула.

— Ты… вы можете после этого есть? — почему-то шёпотом спросила она.

Я озадаченно посмотрел на неё.

Она видела запись драки в коридоре Академии. Казалось бы, это должно было подготовить её к тому, что я не пай-мальчик. С чего такая нервная реакция?

— Не только могу, но и очень хочу, — совершенно честно ответил я. — Ты хоть представляешь, сколько энергии мне пришлось потратить? Если не поем, загрызу кого-нибудь по дороге.

Зря я это сказал…

Ханна снова сглотнула.

— Кажется, меня тошнит… — пропищала она.

— Я пошутил, — у меня вырвался вздох. — Ханна, я всего лишь детдомовец с Марса.

Меня одарили недоверчивым взглядом, но переключили внимание с покушения на мою загадочную персону.

— И нас там, знаешь ли, не учили раскланиваться с теми, кто пытается прикончить друзей. Да, я их убил. Сунутся ещё раз — убью ещё раз. Но по тому, что я сегодня видел и слышал — я всего лишь пескарик рядом с акулами большого бизнеса. Не меня тебе бояться надо… Внизу я видел ресторан. Посмотрим, чем кормят в «Розовом Дворце»?

Для дочери банковского клана Ханна выглядела слишком чувствительной, и это действительно могло стать для неё проблемой. Не отрастит акульи зубищи — коллеги проглотят и не подавятся. И ни Снежка, ни я ей помочь уже не сможем.

Да и будет ли у нас такая возможность? То, что мне предстояло сделать, не оставляло времени на спасение котят и красавиц. Даже бабушек через дорогу переводить придётся потом.

Если это «потом» у нас всех ещё будет.

— У нас кормят лучше.

Это был единогласный вердикт. Ресторан с говорящим названием «Black Baccara» утопал в розах. Они были повсюду: на столиках и на полу, вились по стенам и свисали с потолка, разделяли зал на зоны, плавали в чае и роняли лепестки в тарелки. Может, блюда и были хороши, но неистребимый розовый аромат перебивал запах и вкус пищи.

Однако вездесущие цветы помогли Ханне наконец расслабиться и прийти в себя. Сначала она клевала как птичка, то и дело испуганно поглядывая на меня тёмными глазами, потом увлеклась ловлей розовых лепестков, и сама не заметила, как её тарелки опустели.

А поев, она сразу почувствовала себя лучше и приободрилась.

Я несколько раз ловил краем глаза улыбку Снежаны, когда она поглядывала на подругу — едва заметную, краешком рта. Похоже, мою невесту вся эта ситуация забавляла? Не такая уж она, выходит, неженка, хоть и принцесса? Не испугается, не дрогнет, не сломается в опасной ситуации…

Разговор с ней становился всё более очевидно необходимым.

— Дамы, вас проводить в номер, или хотите составить мне компанию? — уточнил я, когда мы выбрались на воздух.

— В номер! — казначей студсовета снова позеленела. — Ты с ума сошёл⁈ Мы никуда не пойдём!

— Говори за себя, — с прохладцей намекнула Снежка.

— Не волнуйся так, я уже всех убил.

Зря-зря-зря…

— Она же только что поела, — с укором посмотрела на меня невеста. — Вот в то, что беречь чувства женщин тебя в приюте не научили, я точно верю… Придётся заняться твоим воспитанием.

«Спасибо, мне и Царь до сих пор икается!» — чуть не выпалил я, но вовремя прикусил язык.

Брякнешь такое — и можно ставить все деньги мира на то, что по Академии пойдёт гулять байка про байстрюка-цесаревича, отпрыска скрывающегося ото всех рода не то русских царей, не то византийских кесарей, не то кайзер не на той стороне кровати кого-то когда-то уестествил…

Мне от Александры с её планами тогда точно проходу не будет.

— А?

Я только теперь осознал, что Снежка что-то спросила, и теперь обе девушки выжидательно смотрели на задумавшегося меня.

Обе выразительно и синхронно закатили глаза, в которых так и читалось:

«Эти мужчины…»

— Куда ты собрался? — терпеливо, чуть ли не по слогам, как умственно отсталому, повторила принцесса. — Ханна боится оставаться одна в номере и хочет знать, сколько охраны ей с нами брать — всю «стаю» или хватит двух дюжин?

У меня чуть глаза не полезли через лоб на то место, которое при чувствительных женщинах не называют.

— А меня уже недостаточно? — уточнил я, тщательно прожевав и проглотив едва не вырвавшееся «какого хрена⁈» — Мы даже спать можем вместе, если уж ты настолько боязливая.

— О… — всё, покушение и реки крови были забыты, Ханна смотрела на Снежку с немым вопросом: «Ваши отношения уже дошли до такого уровня⁈»

Разумеется, ледяная принцесса с медвежьей яростью начала всё отрицать, пылающим взглядом пообещав мне самую мучительную смерть, какая только сможет прийти ей в голову.

Уяснив, что чем более рьяно она пытается доказать, что ничего подобного между нами не было, тем меньше Ханна ей верит, Снежана накинулась на меня, отчаянно ругаясь и колотя меня кулачками по груди.

Такая милая, когда сердится, так что я не удержался.

— Если так страшно, то можно и втроём, — подлил я масла в огонь и решил добавить напалма: жечь, так до конца. — Что? Взвод охраны в спальню тебя, значит, не смущает, а совместная ночёвка — уже всё, конец света?

— А… Ах ты!

Теперь меня колотили вдвоём, но быстро выдохлись и запыхались.

Всё-таки прав был тренер, голову надо держать холодной — ярость даёт взрывную силу, но быстро истощает.

На нас уже обращали внимание. Я уловил несколько сдержанных смешков откуда-то из-за розовых кустов. Надо было заканчивать с этим цирком, пока из меня не сделали героя трагикомедии.

Я подхватил их под руки и повёл к выходу из гостиничного комплекса. Булькать от негодования им это не мешало, но сделать они ничего не могли, а когда навстречу начали попадаться участники форума, и вовсе притихли.

— Всё, успокоились? — спросил я в основном у Ханны. — Я обещал защитить Снежану — я защитил. И её, и тебя. И мне решительно непонятно…

— Ну, я-то не твоя невеста, — нахально заявил трепетный акулёнок среднего бизнеса. — Меня защищать ты не обещал. А я свидетель, вдруг меня решат ликвидировать? Ночевать в одной комнате с парнем я не буду, если, конечно, ты не хочешь познакомиться со строгой еврейской мамой, так что обойдёмся охраной.

Знакомиться со строгой еврейской мамой я точно не хотел. Одна милая старушка как-то сказала мне, что, если у щеночка лапки достают до пола — он голодный. В глазах строгих еврейских мам я почему-то всегда выглядел таким щеночком.

Проверено неоднократно.

— Снежка, а ты можешь попросить отца, чтобы он мне выделил одного из своих волкодавов? Ну, пока мы здесь?

— «Спартанца»⁈ Ханна… Я всё понимаю. Но меру-то надо знать, нет?

— Девушки, я вам не мешаю? — деликатно осведомился я.

— Мешаешь! — хором заявили обе.

И покраснели.

— Значит, будем использовать административный ресурс, — решила Ханна и начала набирать сообщение.

Я хмыкнул, прочитав зеркальный текст, где казначей студсовета жаловалась главе, что тот её бросил, а тут бродят убийцы, воры, ведьмаки, и все норовят ограбить бедную несчастную девушку, поэтому пусть тащит свою аристократическую задницу сюда и прихватит с собой Орлову, без которой нас тут всех чуть не убили дюжиной разных способов.

— Надеюсь, этот вариант всех устраивает?

Я вздохнул. С одной стороны, кандидатура Орловой выглядела сомнительной, но с другой — должны же быть у подруги Снежки и дочери главы СБ Медведевых свои генетические секреты?

— Бери кого хочешь. Только пусть под ногами не путаются.

— Так куда мы идём? — повторила вопрос Снежана.

Я помахал смартом с открытой закладкой программы форума.

— В секторе IG-100 проходит выставка прототипов МД и МПД. Хочу посмотреть, вдруг есть что-то интересное, во что можно рискнуть вложиться.

— О⁈ — Ханна мгновенно забыла о своих страхах. — У тебя есть деньги, и ты собираешься их куда-то вложить? Тебе совершенно необходим финансовый консультант! Так и быть, как знакомому, сделаю скидку!

Павильон, в котором выставлялись прототипы, можно было найти даже с завязанными глазами. На него было направлено столько голоуказателей, что их свет пробился бы через самую плотную повязку. Ближе к месту назначения стало довольно людно, и Ханна снова занервничала, но тут мы пришли.

Должен признать, устроители выставки не зря ели свой хлеб с икрой.

В огромном эллинге высились гротескными статуями причудливо подсвеченные мобильные доспехи. Им даже придали разные позы, выгодно подчёркивающие мощь и грозную силу боевых машин. С освещением поработали определённо талантливые художники — лучи скрытых светильников вносили в атмосферу напряжение и угрозу.

Рядом с каждым мехом — капсула тренажёра. Там можно было провести бой с виртуальной моделью, попробовать её на зуб, оценить достоинства, поискать недостатки. Всё по высшему разряду.

Но что-то было не так… И девушки тоже это почувствовали — они крутили головами, пытаясь понять, что их смущает.

Первой сообразила Ханна.

— Кажется, это единственное место на станции, где нет ни одной самой завалящей розочки?

Действительно.

— Ну да, мех в розовом венке выглядел бы странно…

Рядом послышался подозрительный звук. Я скосил взгляд — Снежана изо всех сил давила приступ смеха.

— Жаль, что мы уже сегодня улетаем, — вздохнул я.

На меня уставились две пары удивлённых глаз.

— Ночью можно было бы пробраться сюда и…

Я сделал театральную паузу.

— Разрисовать их все ромашками.

По залу рассыпался звонкий девичий смех. Не тот звук, который ожидаешь услышать в подобном месте.

На нас начали оглядываться. Ну ещё бы… Только недавно на Снежану и её подругу покушались, уже наверняка поползли слухи про сговор Медведевых с Охана, и вот они на выставке прототипов — и смеются!

Я мысленно усмехнулся и занялся тем, ради чего, собственно, сюда и прибыл. Начал осматривать прототипы.

Спору нет, любой мех — очень серьёзный аргумент на поле боя. Монополии на их создание не существовало, многие кланы пробовали строить собственные модели. Кто из стремления получить перевес, кто — от безысходности.

Это пока люди жили на Земле, попытка захвата влекла за собой практически мгновенный ответ. Но космические расстояния — совсем другое дело. Могут пройти дни, пока до какой-нибудь базы на задворках Системы доберётся подмога.

Конечно, тому же «Монарху» созданный по принципу «слепили из того, что было» мобильный доспех — не соперник. Но клану, который может позволить себе «Монархов», нет необходимости атаковать такие мелкие цели.

А вот тем же пиратам, которые угнали списанную баржу, навтыкали на неё противометеоритных пушек, написали на борту «Месть королевы Анны» и отрастили чёрные бороды — даже самоделка очень даже противник. И те, кому мобильные доспехи Реалов были не по карману, от подобных боевых машин не отказывались.

Лорд сказал — Реалы теперь работают на Департамент. Это очень ускорило нам работу. Но если на карту поставлено так много — никакой скорости не будет достаточно. «Старскрим» великолепен — но он не для каждого пилота. Мне были нужны те, кто сможет производить машины попроще, но более эффективные, чем не приспособленный для боя в открытом космосе «Монарх».

И я высматривал такие среди выставочных образцов.

Иногда такие вот умельцы, которые в кладовке на коленке собирают меха-франкенштейнов, находят очень оригинальные решения, которые и позаимствовать не грех. А если решений сразу несколько — то и всю конструкцию. Допилить, доработать, нарисовать ромашку…

Тьфу. Прицепилось же.

В первую очередь меня интересовали прототипы моих предполагаемых родственников. Но сразу к ним я не пошёл — тут было на что посмотреть и помимо них. Намётанный глаз выхватывал удачные находки, я делал пометки и шёл дальше, не задерживаясь для пробного боя, хотя руки порой чесались.

Желающие могли за символическую плату приобрести инфочип с виртуальной моделью и погонять её на всех режимах у себя дома — я так и сделал. Брал чип и переходил к следующему экспонату — пока не добрался до цели.

На голоуказатель Романовых можно было и не смотреть. Они выставили «Палач». Я на всякий случай всё же сверился с данными на информационном табло.

«Экзекутор-М».

Ну да, «Палач» как он есть. Только на другой язык перевели и буковку приписали. Но если машина сделана по уму, на неё можно было обратить внимание. «Палачей» осталось не так уж много, и каждый мех, слишком сильно повреждённый, чтобы тратить время и ресурсы на попытку его восстановить, шёл на запчасти.

Новых просто негде было взять… если у тебя не имелось доступа на склады Департамента.

Я обошёл мобильный доспех по кругу, внимательно всматриваясь в детали, едва ли способные обратить на себя внимание несведущего человека.

Всё оказалось куда хуже, чем я думал.

Романовы утратили технологии своих великих предшественников. Утратили безвозвратно. Иначе никогда не выставили бы такое убожество.

Сплав, из которого был создан мой мех, лёгкий и прочный на разрыв и сжатие, у этой модели выглядел совсем иначе… Как и стыки деталей. И многое, многое другое…

Дешёвка. Бездарная подделка.

— Чего это ты губы кривишь? — неприятным голосом спросил кто-то за моей спиной.

Я оглянулся. Смерил взглядом уже не молодого человека с лицом, выдающим желчный характер. Зацепился взглядом за именную планку на груди. Романов. Пилот компании. Наследник от них сбежал, это, вероятно, его отец или дед.

Или её?

Ну да, некоторое сходство прослеживалось. Бледное, очень бледное подобие меня злобно сверлило взглядом моё лицо. Значит, всё-таки родственники? Скатившиеся до такого позора?

Я усмехнулся и выложил ему всё, что думал о «Экзекуторе». Ничего хорошего в моей оценке не было. И ему это, разумеется, не понравилось.

— Ты вообще кто такой? — меня попытались смерить презрительным взглядом, но для настоящего презрения нужно иметь хоть капельку настоящего благородства… Попытка вышла неудачной. — Будем мы ещё от всяких нищебродов глупости выслушивать…

— Просто пилот, — ответил я, понимая, что Звёздную Академию этот мужик не заканчивал, раз не признал отличительную форму первого номера рейтинга. — Который способен на раз-два раскатать эту подделку.

— Так может, продемонстрируешь? — ехидно спросил Романов.

Я скрыл довольную улыбку. Попалась, рыбка.

Глава 16

Говорят, у акул потрясающее чутьё на кровь. За километры чуют. Здесь расстояние было поменьше — и акулы бизнеса начали понемногу сплываться на запах адреналина и денег.

А где запах денег — там, конечно, Люциус Магнус, глава студсовета Академии.

— Кто-то сказал «дуэль»? — понятия не имею, откуда он выскочил, но уже шнырял между зеваками, пока Орлова пыталась, соблюдая приличия и не привлекая внимания, удостовериться, что её госпожа действительно не пострадала. — А ставки принимаются?

Предложение делать ставки зрители приняли благосклонно. Для бизнесменов такого уровня несколько десятков или даже сотен тысяч — не слишком большая сумма, но позволяла пощекотать нервы и добавить глоток свежего воздуха в жизнь, почти целиком состоявшую из цифири и бухгалтерской терминологии.

А тут ещё и фактор неопределённости возник. С одной стороны — Романовы, клан, который воюет несколько сотен лет, и пилоты у него более чем опытные. С другой — акулы-то, похоже, даже если не были в курсе цветов моей формы, то условие Старого Медведя, по которому лучший пилот Академии становился женихом его дочери, знали наверняка. А два плюс два сложить было уже не трудно.

Это добавляло красок в напряжённый, но однообразный день. Кто победит — старая аристократия, или никому не известный пилот, который может стать зятем самого Медведева?

Романов отвлёкся на Люциуса, и я с некоторым удивлением понял, что с ним тут неплохо знакомы — по крайней мере, мой противник его явно узнал.

— Эй, Магнус! Всё забываю, который ты по счёту среди тысячи… Что, скучно стало твоей даме среди этих воротил? Ставь, покажу красавице настоящий бой… Э?

Я понял, что он узнал Снежану, вокруг которой сновала Екатерина, причитая, что ту ни на минуту нельзя оставить без присмотра. Моей невесте это быстро надоело, и Орлова переключилась на меня.

— За что ты хочешь убить этого бедолагу? — без обиняков спросила она меня.

Я не без удовольствия пронаблюдал, как вытягивается лицо у пилота. Он явно рассчитывал на лёгкую победу над наглым выскочкой, который вздумал учить его, потомственного аристократа, и бросать тень на работу его клана. А в фаворе, оказывается, вовсе не он?

— Ну почему сразу убить? — я был само дружелюбие. — Так, немного пощипать пёрышки…

— Да я тебя самого ощипаю, как цыплёнка!

Я сделал приглашающий жест и первым нырнул в капсулу.

Старому Медведю нечего было делать на выставке, но с перемещений дочери он не сводил глаз. Каждый шаг Снежаны с нескольких ракурсов фиксировался мобильными камерами, изображение выводилось на голопроектор в личных апартаментах Медведева.

Дмитрий Анатольевич сидел в кресле, наблюдая за тем, как развиваются события. Рядом, чуть позади, расположился Алексей Орлов, глава его охраны.

— Твоя дочь должна оберегать мою, — проворчал Медведев. — А она по свиданкам бегает…

— Я серьёзно поговорю с ней, Дмитрий Анатольевич, — пообещал Орлов.

— Добро бы в Академии, там муха не пролетит, — продолжал Медведев. — Дело молодое, всё понимаю. Но за пределами охраняемой станции…

— Это не повторится, обещаю.

Старый Медведь кивнул. Орлов был мужик серьёзный, сказал, что не повторится, значит, не повторится. Нужды дальше бурчать не было. А вот подумать нужда была.

Первым порывом, когда стало известно, что яхта «Подснежник» задерживается, было выслать на поиски весь подручный флот. Сдержался, хотя сердце ныло.

С дочерью на её любимой яхте летел один из Магнусов, с ними связываться — дурных не было. Не будь между ними союза, он сам бы десять раз подумал, стоит ли закусываться с этим кланом, а на одиннадцатый решил бы, что лучше уладить всё тихо и мирно.

Потом, когда сообщили, что «Подснежник» запрашивает посадку, выдохнул. Хотелось встретить строптивую наследницу лично, но Медведев слишком хорошо помнил, с каким гневом, с какой ненавистью Снежана смотрела на него.

Что ж, долг главы клана обязывал заниматься делами клана, а не бегать за дочерью.

И только когда едва не произошло самое страшное, он не выдержал, плюнул на всё и бросился спасать самое дорогое, что у него осталось. Заранее готовясь к тому, что увидит в рубиновых глазах…

К его огромному удивлению, Снежана не только отреагировала на появление отца практически спокойно — она пыталась его защитить, когда мальчишка напал на охрану…

Мда. Мальчишка.

Такая резкая перемена в поведении дочери могла объясняться только одним. Каким-то образом этот парнишка смог вселить в неё уверенность, что действительно способен защитить её ото всех, включая родного отца. А Снежана никогда не была склонна к легковерию…

Нужно будет внести изменения в условия, на которых мальчишка оказался рядом с дочерью, подумал Медведев. Присмотреться, конечно, сначала. Но если Снежане повезло встретить одного из тех, о ком рассказывал дед…

Главное — не забыть.

— А вот и они, — подал голос Орлов.

Дмитрий Анатольевич взглянул на голопроекцию. Ну да, вот Екатерина — хлопочет вокруг госпожи. А вот Магнус…

— Надеюсь, это не он организовал покушение, чтобы привлечь внимание и на этом подзаработать, — проворчал Старый Медведь.

— Ну это уж вы лишку хватили. Дмитрий Анатольевич, — не согласился Орлов.

— Может, хватил, может, нет, — отозвался Медведев. — Парень-то не промах… Воспользовался ситуацией, сориентировался мгновенно… Присмотрись к нему. Просто на всякий случай.

У виртуального боя имелось серьёзное преимущество перед тренировочными боями на полигоне: там не было ограничений. Никто не требовал уменьшить мощность орудий, чтобы не покалечить или не убить ненароком наследника громкой фамилии или состояния. Всё или почти всё решаел опыт пилота.

Что ж, Романов вполне мог на равных потягаться с половиной топа Академии, я это признал практически сразу. Он не стал размениваться на глупости вроде пафосных речей или эффектных манёвров, с первой секунды пытаясь захватить инициативу и задавить меня всем, что было в его распоряжении.

Ему почти удалось. Почти.

Здесь не было АЛа, и я не мог выбрать конфигурацию — только стандартные модели без наворотов. Что, в общем-то, было вполне логично — прототипы всегда обкатывались на стандарте. Основная масса покупателей не могла позволить себе ничего лишнего. Для аристократов выпускались отдельные серии.

Но мне не нужно было даже моего «Палача», чтобы разобраться с Романовым. До моего опыта пилота ему было очень и очень далеко… Особенно на выбранном мною мехе.

Я держал оборону, пока разбирался с возможностями его пародии на «Палач». Отклик машины шёл с существенным запозданием. Вооружение уступало по всем параметрам. Прочность корпуса? О ней можно было забыть. И, конечно, никаких дронов на броне…

Даже лазерный меч уступал в мощности. Родственнички не могли позволить себе приличные комплектующие? Технология-то не уникальная вроде. Другое дело, что мало использовалась. Для неё нужен был мех типа «Палача» — относительно лёгкий, манёвренный, быстрый. Иначе меч превращался в оглоблю, от которой мало толку.

Да, от оригинала осталась только оболочка. Видимо, штамповочная линия для корпуса — это было всё, что удалось сохранить Романовым. Что ж, по крайней мере, корпуса делать они смогут. Особенно если поставить им сплав.

Нет, не тот, который разработали когда-то Романовы. Тот секрет, похоже, действительно был утерян навсегда. Но у Департамента был свой вариант, ничем не хуже. Корпус «Экзекутора» будет превосходного качества.

А чем его наполнить — у Департамента найдётся. Но это план-минимум. Было бы очень хорошо, если бы клан принял моё предложение и начал разработку проектов Михалыча. Впрочем, выбора я им не оставлю. Царь хорошо научил нас делать предложения, от которых не отказываются.

Прощупав все возможности «Экзекутора», я сменил манеру боя. Романов уже был уверен в своей победе, не встречая серьёзного отпора. Он видел во мне только подростка, мало что способного противопоставить опытному бойцу-меховоду. Что ж, не он первый допустил такую ошибку. И вряд ли будет последним.

Внешность тоже может быть оружием. И не только у девушек.

Я поймал момент, когда Романов расслабился. В движениях его меха появилась едва уловимая небрежность, он не столько сражался, сколько красовался перед зрителями. Думаю, в какой-то мере он был мне даже немного признателен. Убедительная победа, пусть даже над мальчишкой, добавит немного престижа его клану и их прототипу.

И в этот момент я его поймал.

Он уже истратил практически все ракеты и остался только с орудиями. Я ракеты берёг, уклонялся, сбивал их лазерами, и теперь мог перейти от обороны к нападению. Благо противник так удачно загнал меня в тупик и теперь шёл по коридору виртуального полигона, чтобы покончить со мной.

Весь боекомплект в несколько залпов подряд пошёл в цель. Я ожидал, что Романов по крайней мере попытается сбить часть ракет, чтобы сохранить подвижность меха и сберечь пушки, остальное примет на корпус. Даже серьёзные повреждения мало повлияли бы на боеспособность, если целы сочленения. Я сам так и поступил бы, окажись я в подобной ситуации.

Но Романов успел только удивиться.

Второй бой закончился, едва успев начаться: противник выбрал тот же полигон, и я, уже запомнивший, где и что расположено, использовал ракеты, чтобы обрушить на него потолочные конструкции.

Когда я подошёл к нему, «Экзекутор» тяжело ворочался под обломками.

— Каким великим кланом вы были… — тихо проговорил я. — И посмотрите, во что вы превратились… В ничтожество. И мех у вас дерьмо. И пилоты под стать меху.

— Что ты сказал⁈ — это был даже не шёпот — шипение, словно пилоту сдавило горло. — А ну, повтори…

Я повторил. Медленно, внятно. И не особо сдерживая голос. А потом добил мечом меха, который пытался выбраться из-под придавивших его балок.

Третий бой не состоялся — нас попросили покинуть капсулы.

Глава «Волков» уже некоторое время наблюдал за подозрительным человеком, который пробирался к старшему менеджеру Романовых. Он сам обратил на себя внимание тем, что очень старался быть незаметным.

Нет ничего странного в том, чтобы поговорить с менеджером клана, представляющего прототип меха. В конце концов, именно для этого менеджер здесь и присутствует. Но делать это тайком?

Лорд скользнул в толпу, наблюдавшую за ходом поединка.

Даже с его возможностями было непросто расслышать, о чём говорят эти двое. До Одина долетали только обрывки фраз, произнесённых торопливым, сбивчивым шёпотом:

— … проблема. Он же портит вам репутацию…

— … всего лишь сопляк. Владимир его размажет.

— … лучший пилот. Лидер топа… Медведева…

— … вложили все средства….

— … потеряете всё. Его нужно…

— … образом?

— … несчастный случай…

— … но это же… крах репутации?

— … сырая программа. Пообещаете…

— … месть клана?

— … приютский сирота… плачу любые деньги…

— … на какую мозоль наступил?

— … наш пилот…

— … посмотрим, что можно сделать…

Спустя мгновение менеджер остался один. Его собеседник растворился в толпе. Один дал указание своим людям отследить шептуна, а сам направился к капсулам, из которых уже выбирались пилоты.

Остановившись рядом с Юлием, но не глядя на него, Лорд вполголоса предупредил:

— Вас попытаются убить. Принять меры?

И услышал в ответ спокойное, почти равнодушное:

— Я справлюсь.

В том, что мне постараются организовать проблемы, я не сомневался. Более того, я сделал всё, чтобы до них дошло. План этого требовал.

Поэтому я совсем не удивился, когда ко мне подошёл менеджер Романовых, представился и предложил продолжить уже на настоящем полигоне. И на настоящих мехах. Это, мол, позволит раскрыть настоящий потенциал прототипа.

Разумеется, я согласился.

В том, чтобы проверить «Экзекутор» в реальном бою, я был заинтересован чуть ли не больше, чем его создатели. Мне же с ним потом работать, в конце концов.

Конечно, никто не торопился предлагать мне «Монарха» — слишком разные весовые категории. Даже «Шевалье», не говоря уже о «Виконте», не предложили — это были версии для аристократии. Я мог выбирать между «Палачом» и «Ратником». Первый тут присутствовал скорее как раритет для любителей старины, второй — как стандартная рабочая машина.

Конечно, я выбрал бы «Палача». Конечно, от меня этого ждали — я ведь уже показал, что предпочитаю именно эту модель.

Вот только в этом случае у Романовых не было бы вообще ни одного шанса. С одной стороны, это играло мне на руку — гораздо проще договориться с кланом, которому больше ничего не светит, кроме работы на меня. С другой — если они действительно со мной в родстве, то хоть какое-то сходство характеров должно присутствовать. И тогда хрена с два с ними просто так договоришься.

По крайней мере, со мной бы договориться не вышло.

— Чего задумался? — прошипел за плечом Романов. — Поджилки затряслись? Это тебе не капсула, щенок…

Вот почему они всегда пытаются оскорбить, используя такие сравнения? Щенки — они же такие милые… Надо будет завести собаку, когда всё закончится, и у меня появится возможность взять на себя ответственность за питомца.

Я повернулся к нему.

— Как тебя зовут?

— Что⁈

Ну да, Романов закономерно растерялся. Я реагировал не так, как от меня ожидали.

— Зовут тебя как? — повторил я вопрос.

Он молча ткнул пальцем в бейдж, потом вспомнил, что там только фамилия и инициалы, и наконец назвался:

— Владимир. Для тебя — Владимир Александрович.

— Очень хорошо… Прототип в единственном экземпляре?

Ещё до того, как он ответил, я знал, каким будет ответ. Разумеется, в единственном. Откуда у них средства на два или больше?

Я покачался с носка на пятку, заложив руки за спину и разглядывая своего будущего пилота.

— Я задумался, как спасти репутацию твоего клана, Владимир Александрович. Потому что на любом мехе я оставлю от вашей поделки груду лома. А мне это ни к чему.

Он снова начал краснеть и надуваться.

— Поэтому у меня к тебе предложение, — продолжал я, не давая ему вставить даже слово. — Ты берёшь любую доступную машину. Я беру «Экзекутор». Посмотрим, на что он способен в руках действительно толкового пилота.

Романов смотрел на меня, открывая и закрывая рот, не в силах произнести ни слова. Он не мог согласиться: это означало бы признать себя полной бездарью. Он не мог отказаться: это означало бы, что он струсил.

Конец его колебаниям положил менеджер.

— Предложение принимается. Занимайте места.

В моём распоряжении было всего около двух минут, чтобы приноровиться к управлению прототипом. Я уже знал, что отклик запаздывает. Это не было серьёзной проблемой, достаточно будет заменить комплектующие на те, которыми располагал Департамент. Но здесь и сейчас мне предстояло играть на опережение, чтобы свести к нулю запаздывание.

Это тоже не было проблемой. Мои возможности позволяли и не такое.

Проблемой было не выиграть со слишком очевидным преимуществом, чтобы не сделать Романовым бесплатную рекламу. Если потенциальные клиенты увидят, что «Экзекутор» способен побить серийный мех — это никак не поможет моим планам.

Надо было отдать должное устроителям полигона: они потрудились на славу (и даже не высадили ни одного розового кустика!). Местность имитировала предгорья, с их глинистыми, скользкими склонами, глубокими оврагами, каменистыми осыпями и угловатыми утёсами, разбросанными тут и там. Даже речка бежала по узкому руслу, теряясь в расселине между скал.

Всё, что только способно осложнить ситуацию, в одном флаконе. Здесь почти не было таких мест, которые способны дать надёжную опору тяжёлой боевой машине. Только манёвренный бой, только хардкор.

На позицию я вышел уже готовым к бою, и удовлетворённо хмыкнул, увидев, какой мех выбрал Романов. Всё-таки «Ратник», я как в воду глядел. То, что Романовы сделали ставку не на «Палач», говорило о многом. Например, о том, что они прекрасно понимают: прототип не противник оригинальному меху их клана.

И о том, что в распоряжении Романовых нет «Палачей». Их пилоты были заточены для работы с «Ратником». Если есть выбор, пилот всегда берёт ту машину, с которой он сработался.

Я пошёл на сближение, переводя системы в боевой режим — и сам соскальзывая в него же, чтобы иметь возможность своевременно ответить на атаку. Когда время почти останавливается, гораздо проще отразить нападение и атаковать самому…

Вот и противник. Серая махина «Ратника» отделилась от утёса, на панели тактического монитора вспыхнуло предупреждение о наведении.

И погасло. Вместе с индикаторами готовности оружия к бою.

Упс.

Они собрались уничтожить собственный прототип, чтобы покончить со мной⁈

Сколько же им заплатили за такое фиаско⁈

Можно было начинать всерьёз гордиться собой. Мою жизнь только что оценили в репутацию и состояние целого клана.

И я сам дал им такую возможность, когда предложил поменяться машинами!

Для прототипа наверняка было предусмотрено дистанционное управление системами на случай, если что-то пойдёт не так. Мало ли — пилот потеряет сознание, системы засбоят… Я был готов биться о любой заклад, что сейчас именно с помощью слэйв-контроля «Экзекутору» отключили оружие.

После такого безобразия я, как честный пилот, просто обязан был объяснить Романовым, как сильно они ошиблись.

Прыжковые двигатели увели мех с линии огня под прикрытие каменного обломка. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы нащупать блок удалённого контроля и организовать ему небольшое короткое замыкание.

В кокпите запахло озоном и дымком сгоревшей электроники, но это было не слишком большое неудобство. Гораздо меньшее, чем мобильный гроб, в который превратился бы «Экзекутор», если бы мне отрубили ещё и возможность перемещаться. Оружие мне это не вернуло, правда, но я и так мог справиться.

В скалу ударились несколько ракет, камень покачнулся и начал заваливаться на меня. Ещё один прыжок, но не вверх, как ожидал противник, а назад — туда, где начинался обрыв с глинистым покрытием. Следующий залп ракет прошёл выше.

«Экзекутор» съехал немного вниз и пригнулся, скрывшись из виду. Я притормозил скольжение, ухватившись за выступающий из глины обломок скалы, и приготовился ждать. Этот выступ закрывал меня от обзора сверху — удобнее места для засады не придумаешь.

«Ратник» не мог засечь меня, пока не приблизится практически вплотную, в то время как мне не нужно было полагаться на данные сканеров. Я и так знал, где он находится. Мне нужно было только дождаться…

Романов был озадачен: я полностью исчез с радаров, и он не понимал, куда я подевался. К обрыву он приближался медленно и осторожно, чуя какой-то подвох. И окончательно растерялся, когда подошёл к самому краю и обнаружил, что в овраге «Экзекутора» нет.

— Эй, пацан! — окликнул он меня. — Ты куда провалился⁈

Я не ответил.

«Ратник» переступил через край врага и начал спускаться вниз. Тяжёлые металлические ступни мобильного доспеха увязли в глине, потеряли сцепление с грунтом…

Я подождал, пока он проедет мимо меня, отпустил скалу и всем весом обрушился на спину «Ратника».

На дне оврага мы оказались вместе: Романов на брюхе в речке, я у него на спине, упираясь в «руки» МД коленными сочленениями. Он не мог использовать их, чтобы подняться и сбросить меня — не хватало мощности совладать с весом «Экзекутора», а ноги поверженного меха только впустую скользили в жидкой глине.

Вода понемногу поднималась, заливая мех, и мутные струйки бежали уже поверх спины «Ратника». Я сидел на нём, слушал, как матерится пилот, листал родословную Романовых на смарте и улыбался.

Владимир Александрович стал наследником после побега своего предшественника. И детей у него не было…

— Самая обычная девушка куда таланливее вас, наследничков, родившихся с золотой ложкой во рту, — вздохнул я, не заботясь о том, что слышит меня сейчас вся станция. — Сдаёшься?

Адрес, по которому меня послали, содержал пару незнакомых оборотов.

— Ну, как скажешь, — я поморщился. Не люблю сквернословов. Особенно в среде аристократии. Как-то это… недостойно благородного происхождения. Даже если всего благородства — пара-тройка поколений.

Как там у них эта реставрация аристократии начиналась? Сделали анализ ДНК, нашли пару участков, характерных для какого-то древнего рода, и получили право на фамилию? Ну так вместе с фамилией неплохо бы и манеры перенять.

Придётся всерьёз заняться воспитанием родственничков.

Я протянул руку и сломал антенну на шлеме «Ратника». Задача была выполнена: с одной стороны, стало очевидно, что у «Экзекутора» всё же есть потенциал, но нужен действительно очень таланливый пилот, чтобы на нём выиграть сражение. А очень талантливые пилоты на дороге не валяются, и стоят слишком дорого, чтобы сажать их на сырую машину. Для талантливых есть куда более подходящие МД.

Прототип остался цел и невредим.

Пострадала только гордость пилота Романовых.

«Вы победили», — вспыхнула надпись.

А что, были другие варианты?

Оставалось выиграть не только битву, но и войну.

Глава 17

Оба меха утащили отмывать — моими стараниями на них налипло по меньшей мере по тонне глины. Меня и Романова сразу на выходе попросили пройти в переговорную. Вежливо попросили, между прочим, так что я не стал ерепениться и прошёл куда просили. Даже пропустил Владимира вперёд, придержав для него дверь.

Старших нужно уважать, говорил Царь, а Царь плохому нас не учил. Ну, не то чтобы не учил, и не то чтобы хорошему… Бывают средства, способные испоганить любую цель. И бывают цели, для достижения которых уже неважно, какими будут средства. Потому что если цели не будут достигнуты — уже некому окажется судить о годности средств.

Мне были нужны Романовы и их промышленность. Они не были целью. Только средством её достижения. Одним из многих. И то, что они четверть часа назад пытались убить меня и угробить остатки своей репутации, не играло никакой роли.

Будет нужно — буду открывать двери для старших родственничков и улыбаться самой доброй из своих тщательно отрепетированных улыбок. Не поможет — воспользуюсь результатами ДНК-теста, сделанного Александрой.

В эти увлекательные игры с несчастными случаями во время боя можно играть с двух сторон. Они потеряют старого наследника, зато получат молодого, здорового, красивого, и в придачу талантливого пилота. С отличным планом, как вернуть влияние и состояние. А если им не понравится план…

Главу заменить недолго.

* * *

Владимир удивлённо хмыкнул, но воспользовался приглашением и первым переступил порог. Он явно ожидал от меня, что я буду демонстрировать превосходство, попытаюсь его унизить. По крайней мере, он сам именно так и поступил бы почти наверняка, если бы победил.

Там, на семинарах Царёва, я усвоил простую истину: люди всегда ожидают от других того, что они сами сделали бы на их месте. Нужно просто наблюдать и слушать — и ты поймёшь, как они себя поведут в той или иной ситуации.

Люди так предсказуемы…

Дверь бесшумно закрылась за нами.

— Юлий Александрович? — менеджер поднялся при нашем появлении. — Проходите, пожалуйста.

Я поймал его озадаченный взгляд, рыскающий от моего лица к лицу Романова и обратно. Он заметно нервничал. Что это с ним?

И тут до меня дошло…

Александрович.

Они уже выяснили мои данные. По легенде я воспитывался в приюте. У меня в графе «отчество» стояло — Александрович. И Романов — Александрович. И сходство между нами было вполне заметное, даже при разнице в возрасте.

К какому выводу должен был прийти этот человек и те, кого он представлял?

Судьба привела к ним грех молодости главы Романовых, о котором глава сам не имел ни малейшего понятия. Наследника, в котором они отчаянно нуждались.

И они чуть собственными руками не убили этого наследника.

Нужно было брать быка за рога и ковать, пока горячо.

Я принял приглашение и уселся поудобнее в кресле, выжидательно глядя на обоих Романовых.

— Я Платон Андреевич Романов, — назвал себя менеджер. — Я представляю наш род на выставке…

Я кивнул, отметив это «наш». Он проверял, знаю ли я, кто я такой. Было бы любопытно выяснить, какие инструкции ему дали на оба случая — если знаю, и если нет.

— Да, я прочитал это на вашем бейджике.

Столько времени прошло, а некоторые вещи не меняются. Например, те же бейджи. Они вроде крокодилов — четыреста миллионов лет никакой эволюции. Зубастые сразу получились совершенными. Вот и нагрудные указатели личности — сразу вышли совершенными. Изменился материал и способ крепления к ткани — но не содержание.

Платон едва заметно пожевал губами — он рассчитывал на другой ответ. Всё же безродный (предположительно) сирота и пусть обедневший, но знатный род… Ему виделось, что я проявлю больше интереса.

Я не стал облегчать ему задачу. Это он меня вызвал, вот пусть и крутится как хочет. В рамках, отведённых ему Александром Константиновичем. Нынешним главой клана Романовых.

— Юлий Александрович, что вы знаете о своём происхождении? — наконец решился менеджер.

Я пожал плечами.

— Я вырос в приюте на Марсе, — это он уже знал наверняка. — Что я могу знать? У нас там каждая мелочь мечтала, что однажды найдутся родственники и прилетят забрать потеряшку. И, конечно, это окажутся непременно Реалы, никак не меньше.

— И вы мечтали? — он понимающе улыбнулся.

— А чем я хуже? — я хмыкнул. — Только я быстро понял, что одними мечтами жив не будешь. И если хочешь чего-то добиться — нужно стать не просто толковым спецом. Нужно стать лучшим из лучших. Тогда уже неважно, кто твои настоящие родители. Важно, какое будущее ты создашь для собственных детей.

Оба Романовых поперхнулись. Ну да, сидит такой паренёк лет четырнадцати-пятнадцати и рассуждает о том, кем станут его дети.

— Весьма… кхм… серьёзный подход, — наконец вернул дар речи Платон. — Взвешенный, я бы сказал.

Я снова пожал плечами.

— Мои дети расти в приюте не будут, — на этот раз в моём голосе отчётливо просквозил холодок, и я знал, что его услышали.

И приняли на свой счёт.

— Возможно, ваши родители…

Менеджер замялся, пережёвывая конец фразы. Ну да, объяснить, почему старший Романов был не в курсе, что у него есть сын, будет сложно.

— Возможно, ваш отец мог не знать о вашем существовании, — выкрутился он. — А ваша мать по какой-то причине не смогла или не захотела сообщить ему о вашем появлении на свет.

— Хотите сказать, я чей-то бастард? — я откровенно усмехался, глядя ему в лицо. — Вашего главы? Да ладно. Это сказочки для пятилетних сопливых малышей. Вас смутило моё отчество, так?

Он действительно смутился.

— Директора приюта зовут Александром, — повторил я эту часть легенды. — Так что мы там все — Александровичи. Выбирайте на любой вкус, рост и цвет волос и глаз, если вам нужен ещё наследник. Но я в эти игры давно не играю.

На лице Платона мелькнула тень разочарования.

— Но ты определённо похож на меня, — вдруг подал голос пилот. — Когда я был в твоём возрасте… Вот.

Он сбросил на голопроектор несколько снимков. Я лениво перелистал их.

Что ж, он был прав. Если поставить меня рядом с ним, пятнадцатилетним, сходство станет отчётливым.

— Это ни о чём не говорит, — я откинулся в кресле. — В мире полно очень похожих людей, никак не связанных кровным родством. Случайная игра генов, не более.

Теперь они были растеряны.

Им представлялось, что я кинусь в их распростёртые объятия с воплем «Ура, я нашёлся!» — а я тут нос ворочу, как привередливая невеста. Согласен, обидно.

— Поговорим лучше о вашем прототипе, — пора было поворачивать разговор в нужное мне русло, пока они не начали предлагать генетический тест. Вряд ли у них были генные базы Герега, включающие и Толстых, но уж свою-то ДНК они точно опознали бы.

Романовы приняли перевод беседы в деловое русло с облегчением.

— Почему вы это сделали? — спросил Платон. — Вы, по сути, спасли «Экзекутор». Почему?

— А сколько вам предложили за то, что я умру? — вопросом на вопрос ответил я.

У пилота поползли вверх брови. Вот как? Он был не в курсе?

— Вы не знали, Владимир Александрович? — я был сама любезность и дружелюбие. — Мне пришлось идти на хитрость и драться с вами врукопашную, потому что кто-то дистанционно отключил мне оружие.

— Но мне тоже, — удивлённо отозвался пилот. — Правда, не оружие, а системы наведения… Я подумал — это твои проделки, или кого из твоих дружков.

Вот так совпадение, подумал я, глядя, как брови ползут наверх уже у Платона.

— Интересный получается расклад, не так ли? — продолжил я, наблюдая за поединком взглядов между Романовыми. — Вы думаете, что я внебрачный отпрыск вашего клана. Владимир Александрович — наследник главы, но детей у него почему-то до сих пор нет, и это ставит под сомнение его статус… И вот мы сходимся в поединке, кто-то предлагает вам, Платон Андреевич, очень серьёзные деньги за мою смерть, а кто-то ещё делает что-то с мехом вашего пилота. Предположим, что обе акции удались. И Романовы разом лишаются и текущего наследника в лице вашего пилота, и возможного в моём лице.

— Толстые! — выдохнул пилот.

— Слишком очевидный вариант, — я жестом отмёл его вывод. — Вы смогли накопить достаточно сил, чтобы создать прототип меха. Слизанный с «Палача», сырой, не способный конкурировать даже со старьём. Но даже это сочли достаточно серьёзной угрозой, чтобы постараться снова стравить вас с вашими вечными соперниками. Чтобы вы тратили силы и ресурсы в совершенно бесполезной и бессмысленной вражде. Кому это выгодно?

Они переглянулись, обескураженные моими словами.

— У вас есть какие-то сведения? — быстро спросил Платон.

Я покачал головой.

— Нет. Пока — нет. Мне в конце концов всего пятнадцать или около того, и я только пару недель как покинул приют. Откуда мне знать весь расклад? Но даже мне очевидно, что вы сейчас на пути, который может привести вас обратно к вершинам, с которых ваш клан однажды так бесславно рухнул…

Они снова переглянулись.

— Нам, бюджетникам Академии, передают мобильные доспехи, выкупленные спонсорами, — начал я небольшую лекцию. — Отнюдь не потому, что им некуда девать деньги. В Академию попадают только лучшие пилоты. Получил мех — потом отработаешь его стоимость у спонсора. Мне достался «Палач», создание Романовых. Естественно, я заинтересовался историей вашего рода. Мне хотелось знать, какими были люди, из чьих рук вышло такое совершенство… Именно поэтому я был так зол, когда увидел, что вы сделали с «Палачом». Именно поэтому я не дал вам угробить прототип вместе со мной. Хотя должен признать, что собственная жизнь была для меня в приоритете.

Я позволил короткой, но жёсткой усмешке тронуть мои губы.

— Когда-то ваши предшественники начинали с того же самого. Вряд ли «Палач» появился сразу таким, каким мы его знаем. У «Экзекутора» есть потенциал — и это понял кто-то ещё, помимо меня.

Романовы опустили глаза, но я успел заметить стыд в их взглядах. Не безнадёжны.

— А теперь у меня к вам есть деловое предложение.

Их взгляды скрестились на мне.

Недоумение, недоверие, удивление. Насторожённость. Очень хорошо.

— Мой спонсор, — сказал я. — Он располагает некоторыми технологиями, которые способны сделать «Экзекутор» по крайней мере ровней «Монарху». Но ему нужны промышленные мощности. Если мы договоримся, Романовы снова станут теми, кем были: создателями меха, который никто так и не смог превзойти.

— Технологии, способные утереть нос Реалам? — переспросил Платон. — Вас что, пришельцы с Ориона спонсируют?

«Угадал».

* * *

Технологические тоннели, предназначенные для персонала и ремонтной техники, обычно пусты. Они оживают, только если возникает необходимость быстро добраться до места аварии, не вызывая паники у гостей станции, не застревая в толпе гуляющих и не мешая работе форума. Тогда в полутёмных коридорах, озарённых только тусклой подсветкой указателей, вспыхивает яркий свет, роботы и рабочие быстро бегут по своим местам, не путаясь в ногах друг у друга…

Сейчас в них было тихо, пусто и почти темно. Только одна фигура стремительно двигалась по тоннелю, ведущему к мусоросборнику, то и дело переходя на бег. Фигура была одета в рабочий комбинезон, на поясе в такт быстрым шагам покачивались мультитулы и подсумки с инструментами и расходниками. Обувь с магнитными подошвами стучала по металлическому полу, звук шагов далеко разносился по коридору.

Ничем не примечательная картина — рабочий торопится к месту аварии, на ходу отчитываясь старшему.

Вот только отчёт этот совсем не походил на то, что обыкновенно можно услышать от рабочего.

— Полный провал, — прерывистый голос был плохо слышен из-за лязга ботинок, и человек в кителе с волчьей пастью на груди и рукаве сделал знак оператору — подкрутить фильтры, чтобы улучшить качество перехваченного разговора. — Там с девкой оказался её парень… Порвал две группы… Порвал, я сказал!.. Вот так и порвал — на лоскуты!.. Я узнал кое-что. Очень важное.

Пауза.

— Нет, сейчас не скажу.

— Только при личной встрече.

— Да, моя страховка от внезапной смерти по дороге.

— Нет, не доверяю…

— Да, с мусорщиком.

Разговор прервался. Рабочий убрал смарт и снова перешёл на бег.

* * *

Лорд взглянул на своих людей.

— Когда отходит мусоровоз?

Кто-то сверился с графиком.

— Через восемь минут. В секторе Восьмой и Четырнадцатый.

— Успеваем. Пусть займут позицию на борту. Брать живым. Только живым.

— Так точно.

— Остальные — за мной.

Группа охраны покинула помещение через неприметную дверь с кодовым замком. У службы безопасности в «Розовом дворце» имелись свои коридоры, недоступные для простых смертных, какими бы состоятельными те ни были. Они пронизывали станцию по всем направлениям, как сложная паутина, имели свой транспорт, и позволяли в считанные минуты оказаться в нужном месте.

В нескольких помещениях от них мигнул и погас индикатор системы перехвата.

На другом краю станции человек в рабочем комбинезоне убрал в карман смарт, взял подсумок с инструментами и выскользнул из подсобки в коридор.

У него было всего четыре минуты, чтобы догнать провалившегося агента и предотвратить его захват. Он знал, что успеет. Мешковатый комбинезон скрывал сильные тренированные мышцы бегуна, а мягкая обувь позволяла двигаться легко и совершенно бесшумно.

Если повезёт, он ещё успеет выбить из обречённого, что тот сумел узнать такого важного. Если не повезёт…

Что ж, если один смог что-то пронюхать — сумеют и другие.

* * *

Транспортная лента несла в открытый мусорный шлюз груды отходов. В дни крупных форумов мусоровозы сменялись каждые двадцать минут, и все они уходили забитыми под завязку.

Всё, что попадало в утилизаторы и отхожие места, проплывало через створ шлюза и исчезало в казавшемся бездонным трюме. Но прямо за обрезом трюма имелись площадки для досмотра — персонал следил, чтобы в трюм не попало ничего лишнего вроде взрывного устройства или перепившего и упавшего куда не следовало бизнесмена. И если с первым ещё могла справиться контролирующая техника, то со вторым не всегда. В некоторых вопросах люди оставались более надёжным инструментом.

Сейчас площадки были заняты притаившимися в полумраке боевиками охраны. Смотрители съёжились в сторонке, чтобы не мешать охране. Двое «волков» пристально всматривались в коридор, из которого бежал транспортёр. Они уже слышали лязг магнитных подошв.

Но даже они не могли видеть сквозь стены.

Там, где коридор плавно изгибался, расходясь с лентой, одна бегущая фигура догнала вторую. Агент не мог услышать шагов за спиной — мешали его собственный топот и шелест транспортёра впереди.

Но в последний момент он что-то уловил, оглянулся — и тяжёлая монтировка ударила его вместо темени по виску, проломив тонкую хрупкую кость.

У преследователя вырвался разочарованный вздох. Утащить и допросить уже не получится. Что ж, не судьба…

Он приложил пальцы к яремной вене, убедился, что пульса нет, отволок тело туда, где транспортёр выходил из переборки, свалил труп на ленту и побежал назад по коридору — стремительно и бесшумно. У него оставалась всего минута, чтобы убраться отсюда до прибытия охраны.

Он успел.

* * *

Транспортная капсула доставила группу Лорда прямиком к ближайшему пересечению тоннелей технического обслуживания и внутренней безопасности. К этому моменту он уже знал, что перехват провалился.

— Докладывайте, — хмуро приказал он оперативникам, склонившимся над безжизненным телом.

— Его кто-то перехватил, — Восьмой выпрямился. — Мы его уже слышали. Он бежал, потом остановился. А потом приехал к нам на транспортёре.

Он ткнул носком ботинка труп.

— Висок проломлен, — поднялся и Четырнадцатый. — Реанимировать бесполезно, мозг уже необратимо повреждён.

Лорд оглянулся, вглядываясь в полумрак коридора. Тот, кто убил этого человека, обладал поразительным хладнокровием и смелостью. Опередить его, Одина Борнсона Рейвена, под самым носом перехватить добычу и успеть уйти…

И, похоже, он был хорошо осведомлён о возможностях самого Лорда. Позаботился о том, чтобы стало невозможно разговорить труп. Височная доля отвечает за память…

«Он мне нужен».

— Уходим, — бросил он своим людям.

— А с этим что? — охранники смотрели на тело.

— А им пусть занимаются те, кому это положено.

И зашагал прочь.

* * *

В тоннеле, перекрытом для прохода, группа экспертов-криминалистов занималась сбором улик. Они уже установили, что все убитые относились к техническому персоналу станции — тела были опознаны их бригадирами. Но более детальный осмотр выдал далёкую от обслуживания коммуникаций подготовку.

Все они были тренированными бойцами. Слишком тренированными для простого технического персонала.

И все были наняты через одну и ту же компанию, поставлявшую технический персонал. Об этом тут же сообщили Старому Медведю.

Медведев только бровью повёл — и спустя четверть часа от «Розового Дворца» отвалил шаттл с группой людей Орлова на борту. Им предстояло заняться изучением дел компании: кто предоставил рабочих, когда, на каких условиях…

На случай, если в компании сотрудничать не захотят, им были предоставлены самые широкие полномочия.

Остальные «орлы» вместе с «волками» шерстили выживший персонал, проверяя личные дела и вызывая для разговора всех подозрительных. Лорд в допросах не участвовал, но присутствовал молчаливой статуей, внимательно всматриваясь в каждого: тот? Не тот?

Но ни в ком не почуял того, кто оказался способен выхватить лакомый кусок из самой волчьей пасти. На него пугливо оглядывались, ёжились, чувствуя спиной тяжёлый пристальный взгляд, и старались как можно скорее прошмыгнуть мимо него на выход, когда с ними заканчивали. Какое уж там хладнокровие и точный расчёт…

По итогам расследования выяснилось, что ещё четыре группы рабочих, нанятых через ту же фирму, исчезли бесследно.

— Что значит — исчезли⁈ — рычал Медведев, измеряя приёмную огромными шагами.

— Их нет на станции, — меланхолично отвечал Орлов. — Предположительно, покинули её сразу после инцидента на ближайшем мусорщике.

— Перехватить! Вернуть!

— Простите, Дмитрий Анатольевич, но мусор уже сброшен в атмосферу. Мы проверяли.

По апартаментам раскатился гневный рёв упустившего добычу медведя.

На его дочь посягали! И виновных уже никак не достать — ушли! Из-под самого носа ушли!

Орлов молчал и думал. Тот, кто затеял это покушение, был как минимум нетривиален в составлении планов. Заранее заслал своих людей на станцию, когда ещё ни о каком визите дочери босса не шло и речи. Значит, целью была не она, и заказчик просто воспользовался ситуацией.

Выходило, что такие же «спящие» могли находиться на любой из баз и станций. Предстояло проверить весь персонал и провести большую чистку в его рядах. Пока не ушли тем же способом: с мусором в атмосферу газового гиганта.

Это ж додуматься надо было — подождать, пока катапульта выбросит мусор в открытый шлюз, выбраться в открытый космос вслед за отходами, а там или шаттл подберёт, или с обшивки снимут.

Зззззатейники!

Тем временем собранные улики регистрировались и раскладывались по контейнерам. Контейнеры опечатывались и передавались на хранение в сейфы службы безопасности. Один из криминалистов заглянул в технический коридор, куда удрал выживший. Без особой надежды — что там могло найтись?

Однако нашлось.

В луче налобного фонаря что-то едва уловимо блеснуло.

Криминалист прищурился, разглядывая волосок, трепещущий на обшивке. Он странно себя вёл — удерживался за опору одним концом, как будто вырос на материале переборки.

— Любопытненько…

Эксперт прицелился пинцетом, ухватил волосок и вздрогнул, когда его ощутимо кольнуло сквозь материал спрей-перчаток.

— Чёрт!

Волос оказался так наэлектризован, что ударил его статикой. Но весь заряд стёк по пинцету, и найденная улика послушно улеглась в контейнер. Криминалист заполнил электронную этикетку, запечатал находку и отнёс к остальным контейнерам.

За мгновение до того, как закрылась дверца сейфа, этикетка мигнула и обнулила данные.

* * *

Обратный путь яхта «Подснежник» проделала без всяких помех. Не знаю, что этому поспособствовало: то, что заказчик нашего со Снежкой убийства не успел сориентироваться и задействовать запасной план, информация о том, что на борту есть «Палач», или конвой из нескольких истребителей, отправленных с нами моим будущим тестем?

Как бы то ни было, полёт прошёл в спокойной обстановке. Ханна разбирала почту с блаженным выражением на лице, Люциус с Екатериной Орловой ворковали о чём-то своём в уголке кают-компании, Снежана читала учебные материалы — я убедился, что это именно они.

А я наблюдал за всеми, ел и дремал. Хорошо быть котиком… Пока к ветеринару не несут.

Когда мы подлетали к станции «Звезда Жизни», коммуникатор моей невесты громко пискнул, загружая кучу обновлений. Я прямо видел, как девушка беззвучно бормочет под нос: «Фигня, это тоже фигня, это пропустим, это снова фигня» — и решил посмотреть свою ленту новостей. Интересно, моя маленькая миленькая сестрёнка уже пробилась в топ рейтинга?

— А это что за фигня⁈ — прервал мои размышления возмущённый возглас Медведевой.

Глава 18

— Тема сегодняшнего занятия…

Голос лектора разносился по аудитории, но Винсент его не слушал. Ничего нового преподаватель ему рассказать не мог, по крайней мере, не сегодня. Да и запись велась, надо будет — прослушает у себя в комнате. Принц Гарсия пристально наблюдал за русыми хвостиками над рабочим столом.

Они беспокойно подпрыгивали, то склоняясь к планшету, то взлетая вверх. Сегодня их обладательница никак не могла сосредоточиться на работе.

Елизавета Романова нет-нет да поглядывала на пустующее место неподалёку от себя. Марсианский выскочка не сказал ей, что улетает?

Яго поймал взгляд своего босса и заговорщически подмигнул.

— Я вчера вечером слышал, — шепнул он едва слышно, — как Юлий просил Комарова присмотреть за ней. Но что этот москит может сделать, когда его нет на занятиях? Мы только на смешанной тактике пересекаемся…

— Сантьяго Бернардо Габино Иаго де лос Родригес де ла Трастамара, — лектор смотрел прямо на Яго. — Я правильно понимаю, что вы знаете тему лучше меня? Прошу в тренажёр. А вашим противником будет…

— Я! — хвостики подпрыгнули. — Ой… Простите… Можно мне⁈ Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста…

Пожалуй, ещё ни разу за всю карьеру преподавателя по смешанной тактике никто с таким энтузиазмом не просился в бой. Он не смог устоять перед умоляющим взглядом новенькой.

— Елизавета Романова? Да-да, я помню, другая Романова… Что ж. Прошу, — приглашающий жест в сторону капсулы.

Яго вздохнул и поднялся из-за стола, направляясь к тренажёру.

Елизавета не заставила себя ждать.

* * *

За этим поединком Винсент следил внимательнее, чем сам от себя ожидал. Нет, он не рассчитывал, что его вассал сможет побить девицу, которая вчера побила самого Винса. Яго был ей на один зуб. Но это была прекрасная возможность понаблюдать за её техникой боя.

У каждого пилота есть свой неповторимый почерк. Манера пилотирования, решения, которые он принимает в бою… Даже движения меха. Когда долго работаешь с кем-то в команде, потом можешь узнать напарника, даже если он пилотирует другой мех — вот по этому почерку.

И если не принимать во внимание манеру девчонки двигаться, вполне можно было перепутать её с Юлием. У этих двоих было что-то общее, неуловимое, но совершенно точно роднящее их. Как если бы они долго занимались у одного наставника. Или… Юлий её учил? И специально выбил Пьера из обоймы, чтобы поставить на освободившееся место свою протеже?

Да ну, чушь какая-то. Откуда у приютского нищеброда такое влияние? Ладно, мех ему модифицировали по самое не балуй, если верить восторженному писку Михалыча. Но мобильные доспехи поставляют спонсоры. И даже если круче спонсора только яйца и горы, сам пилот-бюджетник — пустое место.

Винсент сделал пометку: узнать, откуда новенькая явилась на станцию. И на всякий случай — кто спонсор Ведьмака? В Академии на второй вопрос ему никто не ответит, будь он хоть десять раз принц. Коммерческая тайна и всё такое. Но есть же отец и его вездесущие глаза и уши…

После занятий нужно будет с ним поговорить. А пока оставалось наблюдать, как другая Романова одного за другим выносит аристократов. Можно было не сомневаться, что топ она взорвёт, и очень скоро.

Что же ей такое сделал Юлий Марс, если она так стремится вцепиться ему в горло?

Ленивое любопытство не мешало думать о собственной выгоде. Девчонка была так похожа в своей манере боя на Ведьмака, что станет отличным тренировочным манекеном. Да, гордость требовала как можно скорее вернуть себе положение в топе. Но здравый смысл подсказывал, что без серьёзной подготовки это сделать не получится.

Вот она его и подготовит.

— Ты так на неё смотришь… — хмыкнул Гоззо.

— Влюбился что ли? — подхватил вернувшийся на место Яго. — Тебе нравятся девушки, которые тебя колотят? Не ожидал от тебя, босс.

— Ерунды не городи, — лениво огрызнулся Винсент. — Она же только в симуляторах занималась, и вряд ли в новых.

— Но тебя побила, — напомнил Сантьяго.

Принц пожал плечами.

— Опыта реального боя у неё никакого. А в симуляторе… ну, побьёт она меня, и что? Серьёзный рейтинг на тренажёре не заработать. В настоящем бою я с ней справлюсь не запыхавшись.

Парни переглянулись.

— Опять же, можно Ведьмаку нос утереть, — протянул Гоззо.

— Можно, — согласился Винсент.

— Принц Гарсия, ваша очередь, — окликнул его преподаватель.

* * *

Винсент как в воду глядел.

Едва закончились занятия — Елизавета Романова бросила вызов пилоту, который болтался в самом низу топа. Кассиан Комаров успел просветить новенькую, что бой с принцем Гарсия в вирт-капсуле вовсе не выводит её на шестьдесят седьмую позицию в рейтинге. Так, пощупали друг другу пёрышки.

Для рейтинга был нужен поединок в мобильных доспехах. Ночью прибыл её «Палач». И она решила начать с самого нижнего в первой сотне — снова приставать к принцу с вызовом ей было неловко, опять же — для настоящего поединка с ним ей не хватало очков рейтинга.

— Он вполне мог отказаться, — пояснил Кас, — не стал этого делать, потому что ему было любопытно. Вот будешь примерно семидесятой…

Лиза кивнула. Любопытство принца Гарсия уже было более чем удовлетворено, если она сейчас будет к нему приставать, он вполне может от неё отмахнуться. И Романова отправилась добывать необходимые очки.

Кас только головой покачал, вздохнул и ушёл в столовую. Следить за тем, как новенькая раскатывает нижнюю часть топа, он мог и оттуда.

Звено уже дожидалось его за накрытым столом. Вкусы и аппетиты своего лидера девушки знали хорошо. Лита подвинула Кассиану его поднос и как бы невзначай заметила:

— На новенькую уже ставят.

— Она же Винса побила, — встряла Мара. — Смысл ставить против неё?

— Да не против, — вздохнула Нима. — За. Только ставки на то, сколько боёв ей потребуется, чтобы Винса обогнать…

— Хмммм… — протянул Кас, подгребая к себе первую тарелку. — Зависит от того, сколько очков она начнёт брать за бой. Одно, три, пять… Больше пяти ей никто не даст, отказываться начнут.

— Значит, от тринадцати и до… — прикинула Мара.

— И до шестидесяти шести, — согласилась Лита. — Винса она раскатала быстро. Остальные слабее, значит, примерно по три минуты на бой…

— Минут сорок-пятьдесят, и мы её увидим, — Кас высыпал в чай половину сахарницы.

— Или раньше, если найдутся такие отчаянные головы, которые согласятся подарить ей десять очков, — напомнила Нима.

— Вполне возможно, — отозвалась Лита. — Винс много кому оттоптал любимые мозоли. Почему бы не помочь новенькой ему нос утереть? А своё место в рейтинге вернуть не долго…

— Ставлю на полчаса, — оживилась Мара.

— Двадцать пять минут.

— Двадцать…

Елизавета Романова пришла в столовую спустя двадцать четыре минуты и девять поединков, будучи на пятьдесят четвёртом месте рейтинга. Спустя всего несколько минут после появления Винсента.

— Я победил, — констатировал Кас.

Девушка огляделась, отыскивая свободные места, подошла к одному из столов.

— Можно?

— Занято! — враждебно ответил кто-то из пилотов.

Она пожала плечами, направилась к другому. Там быстро убрали в сторону свободный стул.

Романова остановилась, недоумённо приподняв русые бровки. Такая неприкрытая неприязнь её удивила, и она явно не понимала, чем вызвала эту враждебность.

— Позовём её к себе? — предложила Лита.

Но её опередили.

— Лиза, иди к нам, — раздалось из-за стола, оккупированного Винсентом и его поредевшей свитой.

В столовой сразу стало очень тихо. Те, кто только что не пускали новенькую к себе за стол, во все глаза смотрели, как принц Винсент Мигель Гарсия Реал поднимается, чтобы отодвинуть стул для девчонки, которая только что сбила его на семидесятое место.

— Звено, на перехват, — резко бросил Маршал.

Приказы не обсуждают, их выполняют. Пока Лиза колебалась, принимать ли ей такое неожиданное приглашение, её окружила девичья стайка. Не успев моргнуть глазом, под дружный щебет о том, какие милые у неё хвостики, Романова оказалась за столом у «москитов».

Винсент с большим неудовольствием смотрел, как стая «волчиц» уводит его жертву, и прикидывал способ половчее отбить у них добычу, но тут к ним словно невзначай подсела Александра Герега, и Принц совсем скис. Но не сдался.

Он вернулся на место, но сел так, чтобы видеть стол пилотов истребителей, и два взгляда скрестились, подобно оружию.

«Это моя добыча».

«Волки так не думают…»

«Москит» смеет идти против Принца? А потянешь, наёмник?'

«Ведьмак тебе оторвёт головку, а я только голову…»

— Их взгляды кипели тайной страстью, и глубокой ночью они решили встретиться, чтобы…

— Нима… — Кас аж отвлёкся от поединка взглядов и укоризненно посмотрел на возбуждённо сверкающую глазами девушку.

— Вы сами виноваты — от вас же искры летят и дым валит, такие горячие! — ничуть не смутилась от высказывания вслух своих извращённых фантазий Нима.

— А что случилось с прошлым пейрингом? — с интересом уточнила Лита.

— Маршал и Ведьмак? — Нима вздохнула. — Никак не могу решить, кто главный в паре. Тут зато понятно, что Принц — гордый и властный, но оказывается побеждённым и униженным…

Оживлённая болтовня тут же стала для Каса белым шумом, он предоставил своему звену всю работу по вербовке и наконец полностью посвятил себя остывающему обеду.

Винсент озадаченно смотрел на них, пытаясь уловить, что там настолько потрясло его соперника. Но пилот уже потерял интерес к поединку с ним, опасаясь провоцировать Это. О некоторых вещах лучше не знать.

* * *

Александра не пропустила ни единого слова или взгляда, которыми обменивались за столом. Как член студсовета и помощник его главы, она могла садиться к кому угодно, как дочь Герега — выбрала именно этот стол. Новый перспективный пилот — что может быть привлекательнее?

Пусть «москиты» зудят о своём, она, конечно, прислушается — информация никогда не бывает лишней, вдруг кто-то что-то сболтнёт? Но прежде всего Александру интересовала возможность взять пробу ДНК у новенькой. Точно ли она не та Романова? А вдруг та? А если не та, то не сработал ли закон парных случаев?

Один уникум ей уже попался — отпрыск Романовых, вдруг Елизавета — ещё один уникальный экземпляр? И если оба они окажутся в распоряжении Герега… В распоряжении конкретной Герега. Она сможет клонировать особенно ценную ДНК.

А для того, чтобы подсадить эмбрион здоровой суррогатной матери, и вовсе не нужно никаких чудес техники. Сколько раз её клан так экспериментировал? Сколько людей живёт, не подозревая, что их родители им совсем не родители?..

Александра улыбнулась и достала из кармашка расчёску.

— У тебя такие милые хвостики, — сказала она. — Хочешь, я сделаю их ещё милее? Ты немного неаккуратно их собрала, наверное, торопилась…

— О? — Лиза покраснела. — Ну, если вам действительно не трудно…

Её смущение можно было понять. Не каждый день второе лицо в Академии предлагает новичку поработать стилистом и сделать причёску.

Александра подняла взгляд на «стаю» — догадались ли, что она собирается сделать?

В прозрачных серых глазах Ведьмы отчётливо читалось:

«Только попробуй…»

Герега улыбнулась.

Расчёска заскользила по русым волосам ничего не подозревающей девушки.

— Они у тебя такие мягкие, — заворковала Александра. — Как шёлк…

— Это у меня от мамы, — пояснила Лиза. — У неё коса почти до колен, и толстая, как моя рука…

Она показала худенькое запястье.

— Наверное, даже толще, — поддакнула Александра, приглаживая последние прядки. — Вот так… Сейчас закрепим…

Она положила расчёску на столик. Лита протянула руку, сняла с расчёски несколько волосков и бросила их в утилизатор.

— Это всё-таки обеденный стол, Александра, — укор в её голосе звучал почти ласково. Для тех, кто плохо знал, что бывает, когда Ведьма начинает говорить, как добрая любящая тётушка.

— Спасибо, что позаботилась об этом, — не моргнув глазом, улыбнулась Герега. — Всё, готово.

Она подбросила хвостики пальцами, засмеялась, довольная своей выходкой, и поднялась из-за стола.

— Если хочешь, заходи ко мне сегодня вечером, — пригласила она Романову. — Поболтаем, я тебя чем-нибудь угощу…

— Но… — Лиза снова покраснела.

— Ей очень много нужно изучить, — внезапно проснулся Кас. — Я обещал помочь ей наверстать упущенное.

— Это так благородно, — похвалила его Александра, глядя, как округляются глаза Лизы. Девчонка явно впервые слышала об этом обещании. — Но ты всё-таки в основном пилот истребителя, разве нет? У тебя другая специфика. Может, попросим Винсента? В отсутствии Юлия он здесь лучший пилот меха…

Она полюбовалась ошарашенным лицом принца Гарсия и удалилась, послав всей компании воздушный поцелуй.

И унося на своих рукавах несколько длинных волосков, которые не заметила даже Ведьма.

* * *

Столовая почти опустела, когда туда ввалилась группа тяжёлой пехоты. Штурмовики оккупировали подальше от лишних ушей угол, в который сдвинули несколько столов, расселись и с жаром продолжили обсуждение, которое начали явно не здесь — и возможно, даже не сегодня.

— Ну вот скажи мне, — с горячностью заговорил темноволосый крепыш, — почему, ну почему мы не можем просто взять и отобрать у него чертежи? Он один, нас много.

— Альф же говорил… — возразил ему Санти. — Блин, Робин, он действительно серьёзный боец.

— Да мало ли что Альф говорил! — возмутился крепыш. — Ему кулак покажи — он решит, что ты чемпион Системы!

— Но с теми парнями Ведьмак всё же разделался, — напомнила одна из девушек.

— Люси, я тебя умоляю… — тот, кого назвали Робином, закатил глаза не хуже какой-нибудь девицы. — Ты же не думаешь, что эта толпа хиляков хоть чего-то стоит в бою? С ними справиться — достаточно хотя бы базовой подготовки. А мы — тяжёлая пехота, и это чего-то да стоит!

— А где гарантия, что те чертежи, которые у него есть, вообще рабочие? — спросил Санти.

— В смысле⁈ Хочешь сказать, он нам туфту гнал⁈

— В смысле — почему ты думаешь, что он не предусмотрел такой вариант? — пояснил штурмовик. — Он бюджетник в Академии, где для большинства он пыль под ногами. Зачем ему тащить в такое место настоящие чертежи, если их тут могут отнять, украсть, и за это ничего не будет?

— К тому же вряд ли он сам эти чертежи создал, — подхватила Люси. — У него есть крутой спонсор с новыми технологиями.

— Тогда, может, через Микаэлу? — задумался Робин.

— Ведьмак к ним даже Михалыча не подпускает. Она жаловалась.

— У него пытались отжать мех по правилам дуэли — не получилось. Наверняка будут ещё попытки, уже не по правилам, — добавил кто-то.

— Вот тут можно бы теоретически или помочь тем, кто попытается, за долю в добыче, или Ведьмаку — за допуск к телу, так сказать…

— Или оба варианта, хоть один, да сыграет.

— Я бы выбрала — сотрудничать с ним, — сказала одна из подруг Люси. — Если он будет уверен в нашей лояльности, рано или поздно он с нами поделится. И если у него такой крутой спонсор… Мы будем в выигрыше.

Лидер топа молчал и думал. Пищи для размышлений чёртов меховод предоставил массу.

«Это не может быть простым „элементалем“, пусть даже с самыми передовыми технологиями. Там заложено что-то ещё… Если бы это была просто новая модель, под неё давно уже нашли бы и спонсора, и производство, и набирали бы людей. Мы бы знали, мы бы первыми там были — мы элита, чёрт побери! Им не найти лучших пехотинцев. А вместо этого — вот такие посиделки по кафешкам с заманчивыми предложениями, которые неизвестно от кого исходят? Неееет, здесь что-то нечисто… И я догадываюсь, что именно. Если бы „Ахерон“ уже был готов — именно так набирали бы для него испытателей. Это МПД не для человека — он не сможет раскрыть весь потенциал доспеха. Это „элементаль“ для меченых… Так что получается — Ведьмак сам меченый? Или кто-то из них использует его втёмную?»

— Феликс, а ты чего молчишь? — сразу несколько взглядов нацелились на лидера топа тяжёлой пехоты.

Феликс Магнус обвёл свою команду мрачным взглядом.

— У меня есть план…

Глава 19

Самые хитрые интриги всегда плетутся не в тёмных углах и переходах космических станций. Они рождаются в фешенебельных ресторанах, под неторопливый разговор, который со стороны выглядит как ничего не значащая беседа о пустяках. Приятная музыка, вкусная пища, дорогое вино — и планы внутри планов внутри планов.

Столовая Академии вполне могла поспорить с таким рестораном во всех отношениях. Кроме, пожалуй, вина. Его в меню не было. Зато интриг хватало с избытком.

Негромкий гул голосов затих, когда в столовой появился принц Гарсия со своей свитой, и тут же возобновился, но уже едва слышно — никто не хотел пропустить что-нибудь интересное или важное. Винсент огляделся, отыскал взглядом пробирающуюся между столиками Елизавету, пробормотал негромкое: «На ловца и зверь бежит» и окликнул девушку:

— Эй, Романова… В благодарность за спарринг. Как насчёт угощения?

Лиза оглянулась на его голос, улыбнулась и помахала рукой.

— Спасибо, я уже поела… ик!

Выглядела она возмутительно сытой.

Взгляд Винса устремился туда, откуда шла Романова. Ну конечно же, Александра… Она сидела, уткнувшись в планшет, делала вид, что не при делах, но её столик был накрыт на двоих. Снова.

Замглавы студсовета почувствовала взгляд принца, подняла голову, подарила ему обворожительную улыбку и вернулась к чтению.

Благотворительность — последнее, в чём можно было бы заподозрить одну из дочерей Герега. Винсент нахмурился. Клан, известный своими генетическими изысканиями, заинтересовался не той Романовой? А может, всё-таки — той?

«В следующий раз нужно будет её опередить…»

— А девка натуральный хомячок — совершенно бесстрашно хавает из любой кормушки, — процедил за спиной Сантьяго.

Винс поморщился.

Он этого хомячка прикармливал, аккуратно, чтобы не спугнуть. Поил натуральными соками — отец присылал их с каждым транспортником, угощал фруктами из собственного дворцового сада, водил на экскурсии по станции — когда успевал оторвать новенькую от Александры, и всё это под внимательными волчьими взглядами вездесущих «москитов».

То ещё развлечение.

Вот только хомячок оказался на редкость зубастый и радостно разделывал Винсента, постоянно улучшая навыки и увеличивая разрыв. План потренироваться «на кошках» совершенно очевидно давал сбой.

Такими темпами Романова вполне могла добраться до топа быстрее белки, но ему самому подготовиться к бою с Ведьмаком это не помогло бы ничуть — она стала бы для него недосягаемой на неопределённое время.

И это неуловимое сходство…

— Брысь.

Недовольно ворча, свита удалилась занимать привычный столик. А принц Гарсия собрал себе поднос и решительно направился к столу Александры. Кто-то из девиц, вечно трущихся поблизости, подскочил и убрал остатки обеда Елизаветы. Герега не обратила внимания на пылкий, негодующий и ревнивый взгляд девицы, и уставилась на Винсента.

— Надо поговорить, — он со стуком опустил поднос на столик, уселся и нацелился вилкой на аппетитный кусочек рыбы в соусе.

— Поговорить? — Александра подняла бровь. — О чём же?

— Вот только не притворяйся, что не знаешь, — фыркнул Винс. — Зачем тебе Романова?

— А тебе она зачем? — поинтересовалась Герега, откладывая планшет.

— Это Ханна у нас еврейка, а тебе вопросом на вопрос отвечать как-то не пристало, — огрызнулся принц. — Что тебе от неё нужно?

— Ты что, влюбился? — теперь поднялись обе брови.

— Сдурела? — буркнул принц Гарсия.

— Фи, как некуртуазно. И всё-таки?

— Она очень похожа на этого марсианина манерой боя, — нехотя признался Винсент. — Такое впечатление, что занимались они у одного наставника. Вполне годится для тренировок. Но ты же от неё не отходишь, значит, у тебя какой-то свой интерес. Вот я и хочу поговорить о том, что нам обоим от неё нужно, и как нам друг другу не мешать.

— Она не только манерой боя похожа, — намекнула Александра, отпила глоток воды и аккуратно промокнула салфеткой безупречные губы.

Винсент невольно сглотнул и поспешно отвёл взгляд от чувственного рта.

— Ты сделала тест, — это не было вопросом.

— В этом нет никакой необходимости, — Александра повела плечиком. — Без всяких тестов видно, что они родственники. Причём очень близкие.

— И при этом она его готова сожрать без соли и уксуса, — хмыкнул Винсент. — Так это точная информация?

— Точная информация только у Профессора Мориарти, — намекнула Герега.

Винс скривился.

— Увы, на услуги Профессора у меня не хватит денег.

— Ой, что такое, принц — и внезапно нищий? — насмешливо пропела девушка.

— Таких денег не хватит, которые Эм заломит за информацию и всё равно выступит посредником между мной и тобой, — принц усмехнулся, отправил кусочек в рот, прожевал и продолжил: — Поэтому я решил обратиться напрямую к исполнителю.

— Вот как… — протянула Александра. — Умный мальчик.

— Так что? — настойчивости в голосе принца Гарсия прибавилось.

— Да, они действительно родственники, — девушка лениво махнула рукой, зажёгся экран, демонстрируя результаты анализа.

— И когда только успела? — Винсент был почти восхищён. Но уделять внимание обеду не забывал.

— Собрать пару упавших волосков из кабины в душе — разве это так уж сложно? Люди оставляют следов больше, чем ты думаешь, — уголок рта дрогнул, снова приковывая к себе внимание.

— Значит, брат и сестра? — повторил Винс, чтобы отвлечься.

— Это настолько очевидно, что я даже не стала тратить время на сравнительный анализ — характерные маркеры налицо, — Герега закрыла файл, поймав внимательный взгляд одной из «волчиц».

— Но как? Марс утверждает, что он сирота, и агенты отца…

Винсент прикусил язык, сообразив, что чуть не наговорил лишнего.

— Это уже моя интрига, будь добр не лезть в неё, — взгляд Александры стал серьёзным. — Ты такой неуклюжий в тонкой игре… Прямо как слон в посудной лавке.

— К сожалению, у меня в твоей тонкой игре свои интересы, — возразил Винс. — Предлагаю сделку. Если мы будем действовать вместе, то ничьи планы не пострадают.

В бархатных тёмных глазах мелькнула искорка слабого интереса.

— И что ты предлагаешь?

— Тебе нужен Юлий, — он снова не спрашивал — утверждал. — А мне нужны моё место в топе и Снежана. Если ты не будешь слишком сильно отвлекать Романову от меня, я смогу подготовиться к бою с Ведьмаком.

— Она уже много раз побила тебя, — заметила Герега. — С чего ты взял, что она уступит тебе место лидера, если доберётся до него раньше?

— В этом случае меня устроит быть вторым, — принц Гарсия усмехнулся. — Потому что Медведев ретроград, ему нужен жених для дочери, а не ещё одна девчонка. Наследника он от них не получит, даже с помощью вашей магии. Разве что ещё одну наследницу. Хромосомный набор не тот. Так что я верну себе роль жениха, потому что всё равно буду лучшим пилотом. Пилотом, а не пилотессой.

Александра снисходительно улыбнулась.

— Допустим, я заинтересовалась. И как же ты обеспечишь соблюдение моих интересов?

— Ну, для начала мне нужно знать, в чём они состоят? — намекнул Винс. — А то сама же меня со слоном сравнила, вдруг растопчу какую-нибудь особенно ценную интригу и даже не замечу?

Александра вздохнула. Стряхнула с рукава несуществующую пылинку, приковав взгляды к чётко обрисовавшейся под тонкой тканью груди.

— Ваше Высочество, уделите мне немного времени для приватного разговора? — промурлыкала она.

Принц едва не подавился.

— А здесь тебя чем не устраивает? — прокашлявшись, спросил он наконец.

— Слишком много лишних ушей и глаз, — всё тем же игривым тоном протянула девушка. — Ты ведь уже доел? Ну так пойдём. Нам действительно нужно поговорить.

* * *

Для приватного разговора Александра Герега выбрала укромную беседку в парковой зоне. Уселась на скамейку, поправила юбку на коленях и подняла на Винсента взгляд, от которого даже у андроида случилась бы тахикардия.

Но вот слова, которые услышал принц Гарсия, уже готовый пустить слюнки, мгновенно охладили его пыл. Он даже подумал, что ослышался.

— Винсент, ты дурак?

— Что⁈ — вырвалось у него.

— Ты что, серьёзно думаешь, что мы живём во времена дикарей, и вождём может быть только самый сильный? — снисходительно спросила Александра. — Так вот, вождь должен быть в самую первую и главную очередь умным. А умный вождь должен уметь договариваться. Если ты выключишь тупую гордость и включишь мозги — ты поймёшь, что Юлий тебе выгоден.

— Эээээ…

— Он умный и сильный, — Герега улыбнулась. — Если ты им правильно распорядишься — получишь как минимум крутого пилота, как максимум — ещё и крутого стратега, который твою королевскую задницу из любой передряги вытащит. Что?

— Кхе… — Винсент хватал ртом воздух, наливаясь дурной кровью.

— А-а-а, вижу проблему, — Александра не удержалась от искушения подпустить шпильку. — Такую бледную, с красными глазами. Так вот, Винс, ты два раза дурак. Или уже три? Сбилась со счета. Ты, собственно говоря, что хочешь получить? Просто крутой трофей? Да забей, король не обязан быть лучшим во всём. В конце концов, у него первое место на турнире ТОЛЬКО потому, что с ним никто серьёзно не сражается. И если ты хочешь просто уникальную девушку — мой клан может в этом помочь.

— В смысле⁈ — у принца вырвалось практически карканье — голос ему изменил.

— В прямом, — улыбка Александры снова стала снисходительной. — Хочешь, мы создадим для тебя её клон? Точную копию. С единственным отличием — она будет вся твоя. Никогда не посмотрит ни на кого другого. Ты будешь для неё всем — мужем, любовником, королём, смыслом жизни. Хочешь?

Винсент смотрел на неё и бледнел.

Клон? Копия? Которая ничем не уступает оригиналу, кроме одного?

Только не того, о чём говорила Герега.

Это будет не Снежана — потому что…

Голос Герега стал резким — она уловила изменения в его настрое.

— А вот если тебе нужен не трофей и не кукла, а именно человек — то блин, сделай что-нибудь, чтобы завоевать ЕЁ! Именно её, а не строчку в рейтинге, деньги её папаши или просто прикольного цвета шёрстку! И в этом случае, если она в тебя влюбится — кто её удержит? Юлий? Вряд ли. Её отец? Да он только рад будет породниться с будущим королём! В конце концов, это его внуки станут принцами и наследниками трона!

Винсент откинулся назад, медленно выдыхая сквозь стиснутые зубы. Ему хотелось задушить эту… эту…

Эту Герега, чтоб их всех.

Сжать пальцами эту безупречную белую шею и сдавить — так, чтобы кости трещали и ломались под пальцами.

Она посмела предложить ему подделку! Суррогат, который никогда не сравнится с настоящей Снежаной Медведевой, потому что ему не нужна была послушная кукла — ему нужна была эта строптивая, дерзкая, непокорная девчонка!

И в этом никакие Герега ему помочь не могли.

Он ещё раз выдохнул и медленно разжал стиснутые до синевы в ногтях кулаки.

— Я тебя услышал. А теперь послушай, что я тебе скажу… Сестра послужит тренировочной грушей перед боем с братом. А когда я с ним закончу, ты сможешь выкупить жизнь этого недо-Романова. И тогда играйся со своей сломанной игрушкой сколько влезет, — Винсент оскалился. — Снежка больше не будет тебе мешать, я об этом позабочусь. Достаточно грациозно для слона, ты не находишь?

— Он мне нужен целым и невредимым, — предупредила Александра.

— Может быть, если буду в настроении, я его пожалею. Будешь должна, — Винс поднялся.

— Ха? Я⁈ Тебе⁈ Эй, это ты пришёл ко мне с просьбой! — взвилась Герега.

— Значит, мы квиты, — с поистине королевским высокомерием заявил Винсент.

И покинул беседку, оставив Александру хлопать ресницами.

Холодного «Ну погоди у меня!» он уже не услышал.

Проводив его мрачным взглядом, Герега открыла чат и начала набирать сообщение.

* * *

— Не пойму я что-то, — обронил Яго, глядя на двери столовой, за которыми исчезла Елизавета, — что босс в ней нашёл? Ну милая, да. Хвостики прикольные. Но ему же совсем другие девки нравятся…

— Другая, — поправил его Гоззо. — Другая девка. Медведева. Он на ней совсем крышечкой подвинулся. Особенно после того, как она к Ведьмаку перешла.

— Думаешь, он с ней спит?

— Ведьмак⁈ Со Снежкой⁈ Спятил что ли? Она дочь Медведева, а он кто?

— Девчонкам нравятся плохие парни, — Сантьяго пожал плечами.

— С принцем не стала, а под выскочку безродного ляжет? Она что, на помойке себя нашла?

— Нас вообще-то могут услышать, — намекнул Яго. — Ты же не хочешь, чтобы у Старого Медведя появилось желание потолковать с твоими родителями о твоём же воспитании? Да и босс по голове не погладит, если до него дойдёт, о чём мы тут треплемся.

Гоззо не хотел. Поэтому дальше жевал молча, время от времени поглядывая на столик, за которым принц Гарсия о чём-то беседовал с Александрой Герега.

— Упс, — вдруг сказал он, откладывая вилку. — Босс куда-то собрался. Кажется, наша охотница за спермой заимела к нему интерес. Идём или остаёмся?

— Он нас что, приглашал?

— Не приглашал, — Гоззо Эрбах проводил удаляющуюся парочку завистливыми глазами. — Тогда чем займёмся?

Сантьяго немного подумал, дожёвывая последний кусок. Потом его осенило.

— О! Ты хотел знать, чем Романова так приворожила босса. Так может, спросим у неё самой?

Гоззо вполоборота посмотрел на столик «москитов». Все были на месте, все были заняты едой.

— Пошли, — сказал он, забирая пустой поднос. — Где её искать, мы оба знаем.

Вызов от босса настиг их на середине пути к ангарам.

* * *

Всё свободное время — свободное от чтения учебных материалов — Лиза проводила на симуляторе, а после того, как ей привезли её «Палач» — ещё и на полигоне. Для неё стало откровением, что управление мобильным доспехом вживую отличается от того, что происходит в виртуальной реальности.

В капсуле тренажёра отклик от боевой машины был мгновенным. Здесь шёл с запозданием, очень незначительным — но всё-таки ощутимым для неё. Так что она часами возилась с мехом, которому сразу дала собственное имя, как только испытала в реальности его прыжковые двигатели.

Прыжки в исполнении «Палача» на полигоне показались ей такими стремительными и точными, что имя родилось само собой.

Кузнечик.

Именно так она и обращалась к нему, когда задействовала виртуального помощника.

Она всё пыталась найти способ устранить запаздывание, десятки раз перебирала все схемы, и уже почти отчаялась и решилась обратиться за помощью к кому-нибудь более опытному, но опасалась это делать.

Лиза уже поняла, что здесь, в Академии, у пилотов не очень принято помогать друг другу. Это всё из-за рейтинга, думала она. Зачем помогать устранить неполадку тому, кто потом сможет тебя побить? Скорее уж ей подскажут что-то такое, что может вообще вывести Кузнечика из строя. А если обратиться к механикам — тем могут заплатить, чтобы они сделали что-нибудь с её мехом.

А этого она боялась, как огня. У неё никогда не было не то, что собственного меха — даже возможности прикоснуться к боевой машине. Там, где она выросла, не было мобильных доспехов. И вот в её распоряжении настоящий «Палач», точно такой, на котором она ставила свои рекорды в симуляторе. Только ещё лучше.

Потому что теперь это была настоящий мех, а не строчки программного кода. И только подумать — она же совсем недавно считала это чудо старьём! Мечтала о «Монархе»! Глупая. Этот Юлий Марс на «Палаче» разделал «Монарха» под орех, она видела запись боя. Значит, у неё тоже получится.

Но если она сделает что-то, что испортит её меха — вдруг спонсор передумает, и Кузнечика у неё отберут, а её саму отчислят?

И ей придётся вернуться в ту школу, где дочь директора Луиза, и её подпевалы, и всё начнётся сначала: травля, издёвки… Ведро с крабами.

«На за что на свете!»

Она решительно открыла руководство пилота и сосредоточилась на работе. Что она ещё не успела проверить во взаимодействии систем мобильного доспеха? Может быть, где-то стоит какая-то неприметная галочка, которая не должна там стоять? Или что-то не так с выбором конфигурации?

На планшет в её руках упала тень. Лиза подняла голову.

— Привет! — к ней наклонилась жгучая латиноамериканка. — Ты Елизавета Романова, верно? Мне сказали, у тебя «Палач».

— Кузнечик, — машинально поправила Лиза. — Ой…

Сейчас её поднимут на смех. Она внутренне ощетинилась, готовая защищать своё сокровище.

— Ты назвала его Кузнечиком? — у латины округлились глаза и рот. — О… Это так мило!

Лиза облегчённо перевела дух. Смеяться не будут.

— Ну, он такой прыгучий… — она слегка покраснела. — А… а тебя как зовут?

У жгучей красавицы снова округлились глаза. Потом в них мелькнули азартные огоньки.

— Оу… Ты можешь называть меня Михалычем. Но вообще я Микаэла. И боюсь, что я единственный человек на этой станции, который знает, как заставить работать твоего красавца на все 146%. Ты не против, если я познакомлюсь с ним поближе?

Лиза очень быстро сложила два плюс два. К ней явилась с визитом вежливости звезда первой величины инженерного факультета. Часть опасений можно было отбросить: этой девушке незачем выполнять чьи-то грязные поручения. Но…

— Но я же всего лишь новенькая, — пролепетала она. — То есть я не против, но…

Микаэла склонила набок точёную головку.

— Меня попросил помочь тебе один мой друг, — прямо сказала она. — И нет, ты ничего не будешь мне должна, мы с ним сами между собой сочтёмся. Итак?

Лиза безропотно протянула ей планшет.

Микаэла быстро листала спецификации, озабоченно хмуря красивые брови. У Лизы сложилось впечатление, что Михалыч что-то искала и не могла найти — и это очень её расстраивало. Наконец латина подняла голову, и Лиза могла бы поклясться, что та глубоко разочарована.

Нет, не хозяйкой меха, и не его состоянием. Чем-то ещё, чего Лиза не могла пока понять. С ней это часто бывало: она нутром чуяла, что что-то не так, но не могла объяснить даже самой себе, в чём причина. И только сильно потом до неё доходило…

Отец называл это интуицией. И гордо добавлял, что это она унаследовала от него.

— А что у меня от мамы? — спросила она однажды.

— Конечно, ум, — уверенно ответил отец. — Разве ты не знаешь? Дети всегда наследуют ум от своих матерей. Поэтому, если ты хочешь, чтобы твои дети, когда они у тебя появятся, были умными, тебе самой нужно быть умницей.

Ах, папа-папа… Ей так его сейчас не хватало…

— Ладно, — сказала Микаэла. — Есть ли у тебя какие-нибудь жалобы на твоего Кузнечика? Что-то не так в его работе?

— Да, — Лиза подтянула планшет к себе. — Я заметила, что у него запаздывает отклик на команды. Совсем чуть-чуть, но для меня это ощутимо. Я всё пересмотрела, но так и не нашла, в чём причина…

— Вот как… — азартные огоньки, совсем было погасшие в карих глазах Микаэлы, вспыхнули снова. — Тогда давай так. Я посмотрю своё расписание и напишу тебе, когда смогу им заняться. Посмотрим, что с этим можно поделать.

— Спасибо! — искренне поблагодарила Лиза, в волнении сплетая пальцы у груди. Мама всегда так делала, если о чём-то переживала, и дочь унаследовала от неё эту привычку. — А… А кто этот друг? — вдруг вырвалось у неё.

— А? — Микаэла оторвалась от своего смарта. — А. Это неважно. Ты его всё равно не знаешь.

— Но он за меня попросил? — не поняла девушка.

Михалыч улыбнулась.

— Не за тебя. Он знает, что я интересуюсь старыми моделями. Узнал, что на станцию доставили ещё один «Палач», выяснил, для кого его привезли, и передал мне. Только и всего.

Она ещё раз взглянула на свой смарт и список дел в открытом файле.

— Думаю, что завтра после обеда я сумею выкроить несколько часов. И… ты не опаздываешь на занятия?

— Ой!

Лиза взглянула на хронобраслет, пискнула, извинилась, попрощалась и умчалась, на бегу рассыпаясь в благодарностях. Микаэла покачала головой и подошла к «Палачу», снизу вверх глядя на его неповторимо изящный корпус.

— Виртуальный помощник. Назови себя.

Тишина.

Михалыч вздохнула.

Она надеялась, что этот мех из той же серии, что «Палач» Юлия. Когда новенькая не узнала её, Микаэла вдруг подумала, что будет легко обхитрить эту милую малышку. Она ещё совсем наивна, ничего не смыслит в том, какие подковёрные войны ведутся в Академии…

Глядишь, и несколько секретов Юлия получилось бы раскрыть. Но нет, эта машина — всего лишь серийная модель без всяких модификаций. И никаких признаков аналога АЛа.

А слово перед девочкой держать придётся. Завтра она займётся этим Кузнечиком.

Уж она-то заставит его скакать во всю прыть!

* * *

Александра уже совсем было дошла до аудитории, когда ей позвонили из пропускного блока.

— Александра Герега, слушаю, — несколько озадаченно отозвалась она, гадая, кому могла там понадобиться.

— Добрый день, госпожа Герега, — прозвучало в динамике. — Только что таможенный контроль прошли три девушки. Сёстры Салем, Эмеральд, Джейд и Эмбер. Прибыли на замену выбывшим. Вы их там встретьте, пожалуйста.

— Да, конечно, — Александра закатила глаза. Как она могла забыть⁈ Сегодня же прибывает пополнение! Чтоб этого Винсента с его королевским гонором…

Она быстро направилась в студенческий совет, мысленно пообещав принцу Гарсия массу неприятностей. Чуть не облажалась.

Герега заготовила несколько дежурных приветственных фраз, отрепетировала перед зеркалом улыбку: дружелюбие, гостеприимство и самую капельку превосходства — чтобы с первых шагов поняли, кто тут главный. Провинциалки бывают так не сообразительны…

Но все мысли разом вылетели у неё из головы, когда открылась дверь и в кабинет вошли…

— Э⁈

Глава 20

Вне себя от изумления, Александра смотрела, как три фантастических красавицы идут к ней от дверей. Брюнетка, огненно-рыжая и пепельно-русая с зеленоватым отливом волос — и у всех троих зелёные глаза.

У каждой была своя походка, своя манера двигаться, и в то же время Александра не могла отделаться от чувства, что это единое существо — настолько согласованы друг с другом были каждое движение, каждый шаг…

— Добрый день, — брюнетка буквально пропела приветствие, настолько мелодичным и чарующим был её голос.

— Госпожа Герега…

— Мы сёстры…

— Салем…

— Вам должны были…

— Сообщить.

Три музыкальных голоса, у каждого своя тональность, каждый произносил свою часть фразы, и вместе они звучали как музыка.

Александре захотелось протереть глаза.

Такое совершенство было невозможно, немыслимо без вмешательства опытнейших генных инженеров. Нео-аристократия как она есть, видна невооружённым глазом, хотя не имелось ни малейшего сходства ни с одним из известных ей кланов.

И уж это совершенно точно не могла быть работа Герега! Разве что какой-то совершенно секретный проект?

Но Александра готова была поклясться чем угодно — её клан тут был ни при чём. Слишком… чуждыми были эти красотки.

Выучка дочерей Герега не позволила ей утратить контроль над ситуацией и показать, насколько она потрясена, хотя руки так и чесались сразу после их ухода обследовать пол и коридоры с лупой в поисках оброненного волоска. Да, ей была нужна их ДНК, и она, вне всякого сомнения, заполучит желаемое. Нужно было только немного времени.

В конце концов, новенькие здесь надолго. У неё ещё будет масса возможностей и заполучить драгоценный генетический материал, и как следует его изучить, и разработать будущие кровные линии….

А когда она это сделает, то с ДНК этих красоток, Юлия и Лизы у неё будет такой королевский флеш, что мечта о собственном клане перестанет быть призрачной и обретёт плоть и кровь.

* * *

Последнее занятие за учебный день обычно не приносит никаких сюрпризов. Все, кто мог поссориться, уже поссорились, кто хотел помириться — помирились, дуэли и свидания назначены, ставки сделаны, оставалось дождаться окончания лекции или тренировки — и наконец-то идти заниматься своими делами.

Факультет стратегов в этом отношении ничем не отличался от других: все ждали окончания занятия, чтобы разбежаться кто куда. В аудитории было тихо, студенты были заняты решением заковыристой задачи, подкинутой преподавателем напоследок, но в атмосфере присутствовало некое уныние. Привычными методами решение не находилось.

Непривычными тоже не очень получалось.

По всему выходило, что добивать задачку придётся после уроков.

Когда до конца практического занятия оставалось не более четверти часа, студенты-стратеги пошли на крайние меры.

Они начали мозговой штурм.

Как бы ни надеялся каждый из них сам, в одиночку, решить проблему и вскарабкаться чуть повыше в топе, даже Милане Грано, вечной сопернице Снежаны Медведевой, пришлось убрать подальше гордость и подключиться к общему обсуждению.

Идеи — разумные, смешные, совсем бредовые — так и сыпались. Высказывались, тут же отметались, предлагались новые… Никто не заметил, как в аудитории появилось новое лицо, и только когда в общем хоре прозвучал незнакомый мелодичный голос, стратеги замолчали и оглянулись.

— Что значит — обмануть небо, чтобы переплыть море? — переспросил кто-то, глядя на потрясающе красивую зеленоглазую брюнетку, невесть откуда взявшуюся в аудитории.

Та склонила голову набок, улыбнулась и продолжила:

— Осадить Вэй, чтобы спасти Чжао.

-⁈ — на лицах студентов отобразился немой вопрос.

— Поднять шум на востоке — напасть на западе, — невозмутимо договорила незнакомка и взглянула на лектора. — Я права?

Тот выглядел не менее озадаченным, чем его ученики. Но в его глазах сиял восторг.

— Я думал, это уже всеми забыто, — выдохнул он.

— Что именно забыто⁈ — требовательно спросила Милана, глядя, как её однокорытники зарылись в поисковики.

— Тридцать шесть жемчужин драгоценного ожерелья, — улыбнулся преподаватель. — Моё маленькое хобби, которым я увлекаюсь с юности. Тридцать шесть китайских стратагем. Вы меня очень порадовали, госпожа Салем.

— Эмеральд, — обворожительно улыбнулась брюнетка. — Просто Эмеральд. Вы ведь не откажете мне в удовольствии обсудить с вами эту тему?

— Мы можем сделать это прямо сейчас, — лектор сделал приглашающий жест. — Позвольте представить вам новую студентку, господа. Эмеральд Салем. Она будет учиться с вами. И начнёт с объяснения, что скрывается за этими загадочными фразами.

— Охотно, — Эмеральд села на свободный стул и обвела взглядом аудиторию.

— Люциуса Магнуса нет сегодня? — вдруг спросила она.

— Он ещё не вернулся с форума на Palacio Rosa, — ответил учитель.

Эмеральд кивнула и вернулась к теме занятия.

— Итак, — начала она, — обмануть небо, чтобы переплыть море — это поэтическое название способа, который позволяет сместить акцент с важного на второстепенное. Чтобы достичь успеха, нам необходимо выдвинуть на первый план то, что мы хотим скрыть. Но при этом даём такую интерпретацию, которая заставляет нашу цель исключить объект из сферы своего внимания.

— И что это может быть в нашем случае? — холодно спросила Милана. Новенькая уже раздражала её.

— Однажды мне рассказали историю о техническом работнике, который несколько раз пытался вывезти из мусоросборника какой-то мусор, — Эмеральд улыбнулась. — Его каждый раз останавливали и заставляли сбросить добычу обратно на транспортёр. Он расстраивался, уходил со своей гравитележкой, но в следующую смену всё повторялось. Его не наказывали, потому что он не пытался похитить что-то ценное, воспринимали, как безобидное чудачество. Пока однажды кому-то не пришло в голову проверить, что за тележку он таскает с собой…

Студенты так и подскочили.

— Дело Якимори! — воскликнул кто-то. — Этот человек не вывозил — он ввозил! Никто не проверял, что он провозит на тележке, кроме инструментов!

Милана досадливо поморщилась, но тут же включилась в работу. Неприятно, когда тебя опережают. Она так надеялась блеснуть, пока нет Снежаны, а тут эта выскочка глазастая… И то, что на факультете появился кто-то способный утереть нос ледяной принцессе, никак не отменяло того факта, что со второго места Милана съедет на третье, кто бы из этих двоих ни возглавил топ.

— Так, а вторая фраза?

— Деконцентрация главных сил объекта, — охотно пояснила Эмеральд.

— А третья — отвлечь внимание и нанести удар там, где его не ждут, — дальше объяснять уже никому не было необходимости. Стратеги вцепились в забытую мудрость и совместными усилиями азартно растаскивали заковыристую задачку.

Они успели.

За полминуты до звонка, знаменующего окончание занятий, Милана подняла голову и взглянула на учителя.

— Говорите, их тридцать шесть?

* * *

Класс пилотов истребителей существенно отличался от пилотов мехов тем, что в капсулах тут сидели все, включая преподавателя. А как ещё объяснять студентам особенности высшего пилотажа? Не на языке жестов же…

Хотя преподаватель мог бы припомнить, как до самых непонятливых приходилось доносить премудрости этого искусства буквально на чём под руку попалось. Однажды попалась рыбка в бассейне. В памяти всплыли вытаращенные серебристые глаза и хлопающие жабры существа, которому пришлось сменить стихию.

Всего на несколько секунд.

Но это осталось в далёком прошлом, уровень студентов с тех пор значительно вырос…

Оглядев стройные ряды тренажёров, Джейд Салем отыскала взглядом незанятое учебное место и скользнула внутрь. Никаких особых отличий от стандартной вирт-капсулы она не нашла и без всяких сложностей подключилась к лекции.

— … идём разомкнутым строем «пеленг», держим интервал.

— Разворот в одной плоскости.

— Вижу цель.

Джейд тоже её видела. Крыло из пятнадцати истребителей заходило на крейсер, замаскированный среди скопления космического мусора. Три звена включали по четыре машины, одно состояло из трёх, и в некотором отдалении висел одинокий шаттл. Джейд предположила, что это преподаватель.

— Лидер, ты откуда тут взялся? — прорезался чей-то недоумённый голос. — Ты же сейчас у меховодов должен быть!

Джейд благоразумно промолчала, сообразив, что заняла капсулу, которой пользовался лидер неполного звена. Но ответа от неё, похоже, не ждали.

— Занимай место, — ведущий тройки качнул плоскостями и отвалил чуть в сторону, три истребителя синхронно выполнили перестроение, освободив Джейд место лидера.

Даже ведьмы не сделали бы это лучше.

Джейд нагнала звено и привычно потянулась к сети Ковена, забыв, что сёстры не здесь и не смогут принять участие в тренировке. Эмеральд и Эмбер отозвались состоянием готовности подключиться, если потребуется. Но помимо них Джейд уловила ещё один отклик — слабый, на грани восприятия, но несомненный отклик ведьмы.

Так отозвался бы ребёнок, у которого сеть Ковена ещё не развита.

Слева.

Она вызвала состав звена.

Лита Рейвен. Позывной «Ведьма».

Джейд не смогла сдержать ликования.

«Я её нашла!»

И ринулась в атаку, заводя звено на позицию для верного удара. Ей не было необходимости использовать что-то сверх опыта, десятилетиями наработанного в симуляторах.

В конце концов, никто не гоняется с кувалдой за мухой и не стреляет из орбитальных пушек по воробьям.

* * *

Появление огненно-рыжей зеленоглазой красотки пилоты мехов не проморгали. У них не было ни малейшего шанса это сделать — её взгляд ощущался почти физически, пока она скользила им по рядам студентов. Пилоты невольно отрывались от наблюдения за тем, как Елизавета Романова разносит очередного противника, чтобы взглянуть, кто это так пристально сверлит их глазами.

Но вместо ожидаемого неприятного визитёра они видели очень красивую девушку, которая выглядела растерянной и удивлённой. Ей хотелось помочь.

— Здравствуйте, мисс. Вы кого-то ищете? — спросил преподаватель, невольно поддаваясь обаянию нежданной гостьи.

— Что? — словно вынырнув из мыслей, к которые погрузилась очень глубоко, переспросила девушка. — А… О, простите. Здравствуйте. Я Эмбер Салем. Меня зачислили на факультет пилотов мобильных доспехов. Я правильно пришла?

— Да, вы пришли куда нужно, — подтвердил преподаватель. — Похвально, что вы решили сразу приступить к занятиям, не откладывая на завтра. Проходите на любое свободное место, располагайтесь. Можете пока ознакомиться с учебным курсом, он доступен с любого рабочего стола. Если будут какие-то вопросы, не стесняйтесь спрашивать.

Эмбер смущённо поблагодарила и беспомощно осмотрелась. Сразу несколько рук помахали ей, приглашая сесть рядом. Тройняшки Рейга нахмурились, с вызывающим видом разглядывая возмутительницу спокойствия.

Романову они не восприняли как соперницу — миленькая, но совсем домашняя девочка, которая играет в куклы, и неважно, что куклы в полтора десятка метров ростом. Парни интересовали её только в качестве мальчиков для битья.

Но эта — совсем другое дело…

Сестрички мгновенно оценили утончённую красоту и изящество потенциальной соперницы, впечатление, которое она произвела даже на привычного к совершенству аристократок преподавателя, степень угрозы…

И мысленно объявили новенькой войну без правил.

Эмбер про себя улыбнулась, считывая эмоциональный фон аудитории. Всё как она планировала. Пусть соперничают. Так ей будет проще выявить самых достойных чести быть избранными ею. Конечно, девушка-фамильяр — спорное решение, она бы предпочла юношу. Но так ли уж важно, девочка или мальчик? Были бы прочие данные подходящими…

Одно из мест привлекло её внимание. От него отчётливо тянуло чем-то знакомым. Эмбер направилась к нему, но её остановил звонкий девчачий голосок.

— Это место Юлия Марса. Выберите другое.

Эмбер оглянулась.

Из капсулы тренажёра выбралась совсем юная девушка. Её можно было описать одним словом: миленькая. Особенно милой её делали волосы, забранные в забавные хвостики. Эмбер улыбнулась ей и села на другое место — рядом с намеченным.

Лиза сама не знала, почему вмешалась, но ей была неприятна мысль, что место её цели займёт кто-то другой. Тряхнув хвостиками, она взбежала на свой ряд и приготовилась к разбору полётов.

* * *

Эмбер включила компьютер и сделала вид, что углубилась в изучение курса. Но её занимали совсем другие вещи. И в первую очередь — история топа пилотов мобильных доспехов. Очень серьёзное подспорье, если нужно быстро вычленить самых перспективных студентов.

На первом месте значился уже упомянутый Юлий Марс. Эмбер прикрыла изумрудные глаза, вживаясь в память его места. Только ведьмы знали, что вокруг меченых пространство меняется, становится более упорядоченным. И здесь оно определённо было именно таким.

Более того — теперь она знала, с кем придётся иметь дело.

«Как жаль… Этот уже не подойдёт…»

Эмбер скользила взглядом по списку. Сестрички-тройняшки числились в середнячках и отпадали. Один из возможных кандидатов погиб, ещё трое покинули Академию…

«Очень интересно…»

Она взглянула на парня, который был топом до появления Юлия Марса. Этот годился. То, что он должен был стать следующим королём Гарсия, было только приятным бонусом, не более. Но Эмбер с удивлением обнаружила, что он не реагирует на её призывный взгляд.

Винсент Мигель Гарсия Реал смотрел на хвостики Елизаветы Романовой, и весь остальной мир для него сейчас не существовал.

Проигнорировать ведьму ради какой-то простушки⁈ Такого не могло быть, потому что не могло быть никогда! Эмбер снова прикрыла глаза, всматриваясь внутренним зрением в неожиданную соперницу. Тоже меченая?

Нет. Никаких признаков. Если не считать той любопытной детали, что от неё исходил едва уловимый «запах», напоминающий о том, чьё место Эмбер едва не заняла.

Тот неповторимый «запах» личности, который делает каждого человека уникальным. Даже у близнецов он хоть и похож, но не одинаков.

Эта девочка в родстве с топом? Судя по возрасту — младшая сестра? Это было уже интересно. И становилось понятно, откуда такое внимание со стороны принца Гарсия.

Не смог победить брата — решил ударить через сестру? Интересно, малышка понимает, зачем она принцу?

На мгновение внутри шевельнулось что-то похожее на жалость. Эмбер даже всмотрелась пристальнее: не выйдет ли из девочки ведьма? Незримо для других потянулась к ней, пытливо изучая открывшуюся картину — и отстранилась, разочарованная.

Нет. Слишком… мягкая. Целеустремлённая, настойчивая, умная, смелая… Но — мягкая. Не ведьма. Даже удивительно, что у такого брата — такая сестра…

Дрогнула и затрепетала сеть Ковена, позволяющая сёстрам Салем становиться единым целым.

«Я её нашла!» — Джейд.

Здравствуй, потерянная сестра… Скоро мы встретимся.

«Цели скоро прибудут», — Эмеральд.

Сразу несколько? Старшей сестричке везёт. Но новости Эмбер были не менее сногсшибательными.

«Он здесь».

Дружное: «ОУ!»

«Там у тебя должен быть Кассиан Комаров, — снова Джейд. — Прощупай его. Только аккуратно».

Эмбер удивилась. Она не видела в списках пилотов мобильных доспехов этого имени.

«Он сразу на двух факультетах. Но основа — истребители».

Теперь удивилась Джейд. У кого-то очень много денег, если может позволить себе такое обучение. А значит, студент должен быть очень перспективный. Она поискала его в рейтинге и удивилась снова.

Середнячок? Даже эти три грудастые и длинноногие сестрички выше, чем он? И что в нём тогда такого выдающегося, чтобы на него столько тратить? В этом следовало разобраться.

Эмбер поискала взглядом парня с голоснимка в рейтинге.

Нашла.

И наткнулась на ленивое, скучающее выражение лица — можно было подумать, что разбор полётов для Кассиана не представлял вообще никакого интереса.

Это было почти оскорбительно. Пусть ему не интересно слушать преподавателя, но смотреть на Эмбер как на пустое место⁈

«Надери ему задницу, сестричка!»

* * *

Выбираясь из капсулы после завершения миссии уже с чётким знанием, кто есть кто, Джейд поймала на себе удивлённые и местами очень мрачные взгляды.

— Ты не лидер! — обвиняюще ткнула в неё пальцем рыжеволосая девушка. — Откуда ты тут взялась?

Джейд не обратила на неё внимания — да, сестра Литы, но матери у них точно разные. Она смотрела на сероглазую блондинку, которую так долго искала, и даже не могла решить, чего ей хочется больше: обнять, немедленно вывезти со станции, или сначала убить всех причастных к тому, что их сестра росла лишённой всего, что ей положено по праву рождения.

Её придётся учить всему тому, что дети делают раньше, чем научатся ходить…

— Полагаю, мисс Джейд Салем?

Джейд вынуждена была оторваться от созерцания и перевести взгляд на преподавателя.

— Да, сэр.

— С корабля на бал, с места в бой? Похвально. Вы очень неплохо справились с ролью лидера. Вижу, вы полностью соответствуете своему досье… Что ж.

Учитель обвёл жестом аудиторию.

— Представляю вашему вниманию Джейд Салем, одну из сестёр Салем. Она будет учиться с вами. Прошу любить и жаловать.

Судя по взглядам тройки, любовью к новенькой тут и не пахло. Остальные смотрели настороженно, но без враждебности.

— На этом занятие окончено.

Джейд без обиняков направилась к Лите Рейвен, обойдя по дороге рыжую, остановилась в шаге от неё.

— Ты присоединишься ко мне.

— Чего⁈ — взвыла рыжеволосая.

Лита смерила новенькую холодным взглядом. Джейд ощутила отчётливое намерение Рейвен послать её так далеко, что никакой ведьме не добраться. Но, похоже, даже неразвитое чутьё что-то подсказало Лите. Она отчеканила:

— А с этим — к командиру.

Отовсюду веяло недоумением и уже практически неприкрытой готовностью разобраться с новенькой. Лита сделала короткий жест: я разберусь. И аудитория практически мгновенно опустела — если не считать двух подруг Ведьмы.

Джейд про себя усмехнулась: хотя бы позывной потерянная сестра выбрала самый что ни на есть подходящий…

— А где у нас командир? — примирительно спросила она.

Хотя уже знала, где — ей об этом сообщили в самом начале боя.

Девушки переглянулись, и Джейд залюбовалась тем, как они без слов пришли к какому-то решению. Даже необученная ведьма — всё равно ведьма.

— После занятий все идут в столовую, — Лита направилась к двери. — Если он тебе нужен — ты найдёшь его там.

* * *

Столовая гудела, как потревоженный улей. Сразу три сногсшибательные красотки — это была сама по себе новость. Но они ещё и с ходу заявили о себе как о претендентах на топ, а это уже было очень, очень серьёзно.

Самые азартные уже ставили на то, удержат ли текущие лидеры свои позиции, коллекционеры сердечных побед приглядывались к новеньким и пытались выяснить у Александры, откуда взялись сёстры Салем и кто они вообще такие.

Посреди этого беспокойного сообщества вечноголодных студентов островком спокойствия и пофигизма выглядел столик «москитов». Лита направилась к нему, показывая дорогу Джейд.

— Он командир, — махнула она в сторону дремавшего над подносом парня.

— Ты командир? — спросила Джейд, подойдя ближе.

— Я командир? — переспросил Комаров, открыл один глаз и увидел перед собой незнакомую красотку в форме «москитов».

— Ты командир, — подтвердила Лита, старательно пряча улыбку.

— Я командир, — вздохнул Кассиан, принимая неизбежное.

— Я хочу её, — Джейд указала на Ведьму.

Лидер «Звёздных Волков» недоумённо моргнул, думая, что ослышался.

Нима и Мара дружно хлопали глазами, не понимая, что происходит.

— Её? — уточнил Комаров, указывая пальцем на своего заместителя.

— Да, — подтвердила Джейд.

— А спрашиваешь у меня, потому что… а! — дошло до парня. — Хотя нет, всё равно не понял. Лита, что от меня хочет эта извращенка?

Старшая из сестёр Рейвен пожала плечами.

— Я хочу, чтобы ты передал мне Литу Рейвен, — отчеканила Джейд. — Предлагаю поединок. Выиграешь — она останется у тебя. Проиграешь — она моя.

Сёстры Салем с чувством глубокого удовлетворения отметили огоньки интереса, вспыхнувшие в его глазах и сказавшие им всё. Кас Комаров даже не пытался подняться выше в рейтинге по той же причине, по которой пропускал мимо ушей обсуждение тренировок на лекции.

Он знал тут всех как облупленных. Им нечем было его удивить. Вероятно, он вполне мог стать лидером топа — но ему это было не интересно.

А вызов от новенькой его разбудил — потому что она была неизвестной величиной. Кассиан не знал, на что она способна.

— И зачем я тебе? — меланхолично уточнила Ведьма.

— Только со мной ты сможешь раскрыть свой потенциал, — негромко ответила Джейд. — Настоящий потенциал, Лита…

Это был единственный ответ, который мог раздуть едва тлеющий огонёк любопытства Кассиана — кто-то заявляет, что способен дать его ведомой больше, нежели он сам⁈ И огонёк был раздут.

* * *

На тренажёр они отправились, как только Кас закончил обедать.

Джейд не ждала от него ничего особенного. Талантлив — наверняка. Помешан на полётах — уже очевидно. Вполне возможно, что сможет стать хорошим фамильяром.

В таком расслабленном настроении Джейд взглянула на выбор боевых машин — и мысленно присвистнула. Комаров выбрал не мех, хотя они находились в группе мобильных доспехов. Не «Мстителя» — мечту каждого сопливого мальчишки, который спит и видит себя крутым истребителем.

«Файтеры». Он выбрал «Файтеры»!

Старая, примитивная по современным меркам машина. Но Джейд хорошо знала, какого мастерства требовала она от пилота. И ошибок этот истребитель не прощал.

Желает попробовать новенькую на зуб? Ну что ж…

Его ждал очень большой сюрприз.

Так она думала, выводя свой «Файтер» на исходную позицию.

Так она думала первые несколько секунд боя.

Потом Джейд перестала думать — темп навязанного ей сражения требовал всех ресурсов. Две стремительных, вёртких машины кружили в смертельном танце, и ведьма всё отчётливее понимала, что лёгкой победы у неё не будет. Да и не лёгкой, вполне вероятно, тоже.

Здесь не было сети Ковена, так далеко она не действовала. Только две её сестры, но этого было мало, катастрофически мало! Этот человек думал и действовал слишком быстро.

«Это не уровень фамильяра», — мелькнула и погасла в сознании залётная мысль.

«Это уровень меченого!»

Джейд раздражённо фыркнула.

Меченым Комаров точно не был — это уж она знала наверняка! Проверила перед стартом, да и Эмбер подтвердила, что смотрела на него и не нашла ничего подозрительного.

Цель была невероятно притягательной — но оказалась ей не по зубам. Нужно было менять стратегию, приоритеты — вот только чем его заинтересовать до такой степени, чтобы его мимолётный интерес к ней не погас?

Если он сейчас победит — Джейд больше не увидит заинтересованного взгляда.

Спустя минуту ей пришлось вырывать у противника не победу, но хотя бы не слишком быстрый проигрыш. Хотя бы с этим она справилась.

«Всегда остаётся наше главное оружие», — долетело от Эмеральд.

* * *

— Теперь я хочу и тебя, — заявила Джейд, когда они выбрались из капсул. — Ты необыкновенно талантлив.

— А что мне за это будет? — задумался Кас.

Джейд тоже задумалась. По крайней мере, он торгуется, значит, есть шансы договориться. Как бы совместить приятное с полезным?

— Как насчёт меня? — она игриво провела пальцем по груди, очерчивая стройную фигуру.

Сзади раздалось тихое рычание, но, когда она развернулась, то увидела лишь невозмутимые физиономии звена Кассиана.

— Что-то не так? — Джейд решила перейти в атаку.

— Нима, покажи ей, — вздохнув, сказала Мара.

Нима Винг полистала галерею на своём планшете, открыла один из снимков и сбросила его на смарт новенькой. Та с любопытством заглянула в присланный файл и округлила глаза.

При всей уникальности генетических линий, которые легли в основу Ковена, тягаться с этой девушкой ни одна из сестёр Салем не могла — да и остальные тоже вряд ли могли рассчитывать на победу.

Чувственность в каждой линии тела, созданного для секса, не просто была очевидна — она бросалась в глаза. А этот жест с очками…

— И не берёт, — вздохнула Нима.

Джейд молча смерила взглядом её командира. У парня то ли выдержка железная, то ли какие-то проблемы с ориентацией…

— И после этого — я извращенка?

* * *

Каждой из сестёр выделили по отдельной комнате, многоместных номеров в Академии не водилось. Поэтому перед сном все они собрались в комнате Эмеральд. Поддерживать контакт друг с другом через сеть Ковена они могли, но для связи с самим Ковеном им пришлось обратиться к технике.

Глава Ковена не заставила их долго ждать.

— Матриарх Бэрил… — Эмеральд почтительно склонила голову перед голоизображением женщины с безупречным лицом, не имеющим возраста.

Она могла показаться и юной, и бесконечно древней, и сёстрам Салем было непривычно видеть только лицо — и не воспринимать того, что несла сеть Ковена.

Когда они были с ней в контакте, они видели не телесную оболочку. Им представала мощь, сосредоточенная в первой среди равных, сила и власть, которую они все делили между собой, из множества ничтожных «я» превращаясь в единое и великолепное «МЫ».

Им не хватало этого чувства единения, они тянулись к сети Ковена, как дитя тянется к отстранившейся матери, но не находили её. У них были только они сами, и эту ношу им предстояло нести до тех пор, пока они не выполнят свою миссию.

Они знали, на что идут. Думали, что знали…

— Мы рады вас видеть, — такой глубокий, богатый, чувственный голос…

Но в отрыве от сети Ковена ему не хватало большей глубины и силы чувств. Сёстры Салем украдкой вздохнули.

— Очень трудно, да? — Матриарх понимающе улыбнулась. — Нам так вас не хватает… Но это ненадолго, уже скоро мы снова сможем принять вас в объятия Ковена. И вас, и тех, кто придёт с вами. Итак, чем вы нас порадуете?

— Джейд нашла потерянную сестру, Матриарх Бэрил, — начала доклад Эмеральд. — Её зовут Лита Рейвен, она учится в Академии на факультете пилотов истребителей, и её позывной — Ведьма. И тот, кого мы считали погибшим, жив и тоже находится здесь. Теперь его зовут Юлий Марс. Он выдаёт себя за сироту из марсианского приюта.

Взгляд Матриарха стал внимательным.

— Это может быть проблемой? — спросила она, пытливо вглядываясь в Эмеральд. — У тебя остались к нему какие-то чувства?

— Я принадлежу Ковену, — твёрдо ответила ведьма.

— Но она — совсем иное дело, — удовлетворённо кивнула Матриарх. — Она — наша, и она должна вернуться к нам. Вы сделаете для этого всё, что потребуется, не так ли?

— Конечно, Матриарх Бэрил, — сёстры Салем склонили головы в знак повиновения.

— Она воспитывалась вне сети Ковена, ей будет трудно сразу воспринять наши цели. Будьте с ней терпеливы и добры.

«Как может быть иначе?»

Матриарх не могла услышать мысленный хор сестёр, но они слышали друг друга. Никакая мать не может быть более нежна к своему ребёнку, чем одна ведьма — к другой. А уж если эта связь не только между сёстрами по Ковену, но и между матерью и её дочерью…

— Твоё потерянное дитя будет с нами, чего бы это нам ни стоило, — это звучало как клятва, да и было ею.

— И разделит с нами наше великое будущее, — милостиво улыбнулась Матриарх. — Когда Ковен распространит свою власть на всё человечество, чтобы обеспечить ему процветание, она займёт достойное её место.

Эмеральд чуть слышно вздохнула. Когда матрарх сможет соединиться со своей дочерью в сети Ковена — как это будет прекрасно…

— А теперь нам хотелось бы слышать о других ваших достижениях…

— Да, матриарх Бэрил, — Эмеральд сморгнула навернувшиеся слёзы.

За несколько минут она изложила список потенциальных фамильяров, их достоинства, возможные связи.

— У Юлия Марса могут быть свои планы на них, — заметила Матриарх.

— Никакой мужчина не может быть более важен, чем наше общее дело. Неважно, кем он был в прошлом, к какому великому роду человечества он принадлежал. Ни Юлий Марс, ни Ведьмак не смогут нам помешать.

«Одиночка не может одолеть Сеть».

Глава 21

Письмо от Александры Герега с жалобами на принца Гарсия Люциус получил, как только яхта оказалась в пределах досягаемости систем связи «Звезды Жизни». Его содержание главу студсовета не удивило, и не будь этого полёта на форум — пожалуй, Люциус не стал бы вмешиваться.

В конце концов, выживает сильнейший, не так ли? Или Винсент обломал бы зубы о марсианского сиротку и успокоился, или сиротку вынесли бы вперёд ногами, и на этом в Академии воцарились бы привычные мир и спокойствие — если можно было так называть змеиные клубки под каждым ковриком.

Ну да, шипели, кусались, иногда даже насмерть, но делали это в рамках приличий и не поднимая шума. Что мешало Юлию принять правила игры и не баламутить воду?

«Розовый Дворец» многое расставил по местам.

Да, запись драки в коридорах Академии впечатляла. Дуэль со смертельным исходом — в общем, тоже. Но была критическая разница между убийством руками боевой машины, робота — и убийством собственными руками. Далеко не каждый подросток, каким бы аристократом с железобетонной, генетически укреплённой психикой он ни был, готов убивать лично, когда между ним и жертвой нет ничего.

Юлий Марс был готов — и убедительно это доказал. Речь шла уже совсем не о талантливом парнишке, которому повезло. Он в одиночку положил две группы тренированных убийц. Кого готовят в этом его приюте?

А его выходка на выставке, когда он за шиворот вытащил прототип Романовых из задницы — уж Люциус-то мог оценить по достоинству эту рокировку! — показала, что за ним стоит кто-то ещё — иначе зачем этому сироте марсианскому связываться с кланом, которому нечем гордиться, кроме наследия предков?

Выставили пародию на «Палач» — и тут же ими кто-то заинтересовался. Спонсор Юлия? Тот, кто его самого снабдил «Палачом», и сильно модифицированным. Кто-то серьёзный… Кто-то, кто мог быть полезен и ему самому.

И если Люциус хотел стать не всего лишь одним из Тысячи — а он хотел! — ему нужно было докопаться до сути происходящего вокруг Юлия Марса. Винсент Мигель Гарсия Реал мог всё испортить.

Ещё раз хорошенько всё обдумав, Люциус отправил принцу Гарсия приглашение в студсовет. Приглашение имело лёгкий привкус обещания вытащить откуда угодно и взять за задницу, если принц вздумает дурить и не явится в указанное время.

Указанным временем значилось: немедленно.

* * *

Приглашение застало Винсента за посиделками со свитой. Три вакантных места так и остались пустыми: Винс сделался очень разборчив после того, как двое прилипал предали его при первом намёке на возможность вскарабкаться повыше даже не в положении в обществе — в рейтинге!

Даже если бы Пьеру вдруг повезло, и он бы убил этого Юлия Марса — это не сделало бы его принцем. Но Бриану и Алвизо хватило даже такого пустяка, чтобы укусить кормившую их руку.

Кто может гарантировать, что все эти жадно заглядывающие ему в рот и в карман прихлебатели окажутся лучше? Яго и Гоззо хотя бы остались верны… какими бы ни были их мотивы. Но даже им он уже не мог доверять как прежде.

— Люциус вернулся, — Винсент поднялся. — Требует к себе.

— Мы с тобой! — подхватился Сантьяго. — Может, какие-то важные новости?

Гоззо тоже встал, выражая намерение присоединиться.

Винсент не стал возражать.

* * *

Вопреки ожиданиям, разговор пошёл отнюдь не о новостях извне.

— Ты бы нос не воротил от советов Александры, — заметил Люциус, когда все расселись. — Она моим замом не за умение трахаться стала.

— Ты о чём? — не понял Винсент.

— О! А как она в постели? — не удержался от вопроса Гоззо.

Магнус вздохнул, потёр пальцами переносицу.

«Меня окружают одни идиоты», — так и читалось в его позе.

— Оставьте нас, — сверкнув глазами, приказал он.

Принц мимоходом отметил, как свита (его свита!) без лишних слов покинула кабинет — когда глава студсовета снимал маску легкомысленного лоботряса и становился серьёзным, его было невозможно не слушать. Воздух словно густел и придавливал непослушных.

Так и сейчас — Винсент поглубже уселся в кресле, сцепил руки на груди и приготовился к серьёзному разговору.

Наябедничала, зараза…

— Буду краток.

Всё то, что принц Гарсия уже слышал от Александры, Люциус повторил практически слово в слово. Но в его устах советы Гереги звучали совсем иначе. Куда более весомо и разумно.

Была ли причина в том, что тон Магнуса был куда как далёк от ехидных подколок Александры, которая сначала раздразнила его, а потом окатила холодным душем, или же подсознательно Винс понимал её правоту, и теперь воспринял то же самое от Люциуса с большей готовностью?

Он и сам не знал.

Беда была в том, что с его планами эти советы плохо сочетались. Но если глава студсовета считал, что им нужно последовать…

Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, да?

Несколько минут Винсент сидел в задумчивости, затем решительно кивнул и поднялся.

— Спасибо за совет. Буду должен.

Люциус Магнус остался один, а со стороны повёрнутого спинкой глубокого кресла донеслось возмущённое:

— Да я же… Ты же просто повторил!

— Да, дорогая, — улыбаясь, произнёс Люциус.

— А он!.. Нахал!..

— Ты права, дорогая.

— И что там было насчёт постели⁈ Урою гада!

— Конечно дорогая.

Из кресла ещё какое-то время доносилось возмущённое пыхтение, но наконец Александра вылезла из своего любимого укрытия.

— Мужики! ПФ!

— Помочь снять стресс? — предложил Люциус, потянувшись к ящику стола.

— А давай! — Александра кошачьим движением соскользнула с подлокотника и направилась к нему танцующей походкой опытной стриптизёрши. Пальцы заскользили по груди, по плоскому животу, по бёдрам, подбираясь к краю юбки…

А говорят, что только мужики об этом и думают, заметил Люциус.

Благоразумно оставив эти мысли при себе.

— Что, серьёзно? — удивился он вслух, глядя, как девушка приближается с обольстительной улыбкой. — А как же…

Он достал из ящика плоскую бутылку, покачал ею перед собой, сожалея, что не может превратить этот предмет в щит. А лучше в меч.

— Конечно же, это шутка, — прекратив представление, рассмеялась Александра. — Люци, я тебя очень люблю, но как друга. Считай, что я отомстила тебе за твою сексистскую выходку.

Магнус прижал руку с бутылкой к груди — мол, укол засчитан, ему очень больно, и он сожалеет. Довольно усмехнувшись, Герега ушла, и только тогда Люциус расслабился и украдкой вытер пот.

— Надо осторожнее с шутками… А то вдруг бы и правду согласилась. Не-не-не, нафиг мне такое счастье…

* * *

Наша тёплая компания рассыпалась прямо в ангаре. Пока я знакомился с новостями, которые нарыл для меня АЛ, и удивлялся расторопности Александры, которая успела взять ДНК Лизы и сделать вывод, что она моя сестра, Ханна и Екатерина задержались на борту, а глава студсовета внезапно оживился и включил крейсерскую скорость.

— Что тебя так рассердило? — спросил я, проводив взглядом Люциуса, который сделал нам всем ручкой и умчался в закат.

— На моём факультете сменился лидер рейтинга, — мрачно ответила Снежка.

Я пораскинул мозгами.

Снежана была первой по тестам, насколько я помнил. Микаэла — второй.

Я думал, у стратегов был топом Люциус. Для меня настолько очевидно было его превосходство над остальными, что мне и в голову не пришло проверять, кто у них там на самом деле в топе.

Однако стала бы моя дорогая невеста так расстраиваться, если бы её друга детства спихнули с табуретки? Тут личное…

— Так ты тактический гений? — удивлённо покосился я на невесту.

— А ты не знал⁈ — оскорбилась она.

— Ты мне не говорила! — я ушёл в глухую оборону.

— А я должна была⁈

— Милая, — начал я.

И замолчал.

«А вот и виновницы торжества…»

На пути у нас стояли три фантастические красотки. Огненно-рыжая — я посочувствовал Маре. Пепельно-русая с зеленоватым оттенком волос. И жгучая брюнетка, локоны которой отливали то синевой, то зеленью, словно крыло ворона.

Чарити…

Вот уж кого не ждал встретить снова.

— Ты чего застыл? — ревниво прошипела Снежка, возвращая меня в реальность.

— Приветствую, — мелодичный голос рыжей завораживал, подобно флейте факира. — Эмбер Салем.

— Эмеральд Салем.

Вот как её теперь зовут…

— Джейд Салем, — последней представилась пепельная русалка.

— Снежана Медведева, — на автомате буркнула Снежка.

— Знакомое имя, — прощебетала брюнетка. — А, это же лидер рейтинга! — «вспомнила» она.

— Бывший лидер, — пропела пепельная.

— Прошу простить моих сестёр… Мы не специально, — улыбнулась Эмеральд.

— Поверили в глупый слух…

— Что лидеры рейтингов объявляются парой…

— Вы прошли задачу Коба Яши Мару с эффективностью в 92% только из-за слуха⁈ — взвилась Снежана.

— Но это же было так просто…

— 87% это местный рекорд?

— Неужели элита настолько…

— Слаба?

— Не умна?

Я молча смотрел и слушал, даже не пытаясь вставить хоть слово. Не потому, что мне нечего было сказать. Я хотел понять, с кем имею дело.

Они пели, подхватывая друг за другом слова фразы, и складывалось ощущение, что это один человек.

Или одно сознание на троих?

Объяснение могло быть только одно.

Ковен.

Задачу Коба Яши Мару создал Департамент. Её подкинули местным, чтобы оценить, способно ли вообще нынешнее человечество справиться с угрозой и выжить. Я, как ведьмак, хорошо в ней разбирался… И они, выходит, тоже.

Эта троица со сладкими, как мёд, голосами, способными заставить танцевать даже кобру, изысканно, утончённо издевалась над моей невестой. Ни одного прямого оскорбления, ни одного хотя бы косвенного намёка на то, что они говорят именно о ней, ни одной зацепки, которая позволила бы ударить в ответ.

Гиены в сиропе.

То ли они читали мысли не только друг у друга, не то ледяное безмолвие принцессы оказалось не той реакцией, на которую они рассчитывали, но девицы переключились на меня.

— А это, значит, твой жених…

— А он миленький…

— Жаль, что слух оказался ложным…

— Уж я бы посоревновалась…

И они ушли, хихикая, оставив Медведеву кипеть от злости. Пожалуй, надо было валить, а то и меня заденет.

— Стой! — она вцепилась в мой рукав.

А, чёрт, поздно.

— Да?

— Мы должны их побить, — решительно заявила она.

— Мы? — я поднял бровь.

— Я готова на что угодно… — начала Снежана.

— Что угодно? — я поднял вторую бровь.

Мгновение — и девушка осознала, как это звучит. Но гордость не позволила ей пойти на попятный.

— Я согласна на желание… — опустив голову, произнесла она. — Если в моих силах будет его выполнить… Но без извращений… В смысле не то, чтобы я не согласна… Но у меня нет опыта…

Её голос становился всё тише по мере того, как она продолжала зарывать себя всё глубже и глубже в пучины нафантазированного разврата.

— Помоги… — послышалось совсем тихо. — Пожалуйста.

Какая милота. Кажется, за мной начали признавать хоть какие-то достоинства?

Конечно, я не мог ей отказать.

— Договорились.

— Спасибо, — смутившись, поблагодарила Медведева и встряхнулась. — Но, если честно, у меня нет идей, как они это провернули.

Зато я знал, но сказать не мог.

— У меня есть план. Для начала… Нам нужна команда.

Спустя четверть часа мы сидели на скамейке в парковой зоне, склонившись друг к другу головами, и ловили завистливые взгляды: какая трогательная нежность в отношениях!

Они не были бы такими завистливыми, если бы случайные свидетели нашего свидания знали, о чём именно воркует влюблённая парочка.

— Ладно, насчёт Каса я не спорю. Он хорош со всех сторон…

— Лучше меня? — я подпустил ревности в голосе.

— Что⁈ — Снежка подняла голову, и наши губы чуть не соприкоснулись. Она тут же снова уставилась в планшет. — Не говори глупостей! Я имею в виду, что он нестандартно мыслит. И у него под боком целая эскадрилья «москитов». Он может подойти. Но зачем тебе Винсент⁈

— Ну, до моего появления он был лидером топа, — напомнил я.

Моя невеста фыркнула, серебряная макушка повернулась было, но Снежка явно вспомнила, как чуть не поцеловала меня, и вертеть головой раздумала.

— Только потому, что ему это позволили!

— О как? И кто же это был? — спросил я, уже зная, каким будет ответ.

Действительно, кто ещё способен отказаться от чести стать зятем Старого Медведя?

— Люци, — подтвердила мою догадку Снежана. — Кассиан не единственный, кто талантлив сразу в нескольких областях. Люци с его «Доминатором» разберёт на иголки любого в рейтинге. Думаю, что и тебя тоже. И как стратег он сильнее меня. Но ему не нужно ни моё место, ни место рядом со мной.

— И почему я не удивлён? — пробормотал я, испытывая желание коснуться губами её волос. — Ладно, значит, Кас, Люциус и Винс.

— Да Винсент-то тебе зачем сдался? — возмутилась принцесса. — Эту задачу не выполнить без доверия друг другу…

— Вот именно, — я вздохнул, коснулся пальцами безупречного подбородка и бережно повернул за него прекрасную голову лицом к себе. — Без доверия тут никак…

— Ах… — долетел до нас чей-то завистливый вздох.

Снежка покраснела.

— Нам нужно серьёзно поговорить, — тихо сказал я. — Мне придётся довериться тебе. Слушай…

Сигнал тотализатора заставил меня замолчать. Я взглянул на смарт.

Принимались ставки на дуэль между Винсентом Гарсия и Елизаветой Романовой.

— Да чтоб вас!

Я вздохнул.

— Прости, дорогая. Поговорим чуть позже, когда я вышибу всю дурь из этого союзничка.

Разочарованный взгляд невесты заставил меня на мгновение поколебаться.

Но дело прежде всего.

* * *

— И чего этот Магнус так вызверился? — ворчал Гоззо, топая по коридору. — Подумаешь, босс Александру не послушал…

— И вообще — раскомандовались, выскочки! — поддержал его Яго. — Мы хотя бы настоящая аристократия, а эти денежные мешки кто? Тьфу.

— Босс от него сердитый выйдет, на нас срываться будет, — Эрбах вздохнул. — Лучше ему пока на глаза не попадаться.

— Он как-то сказал, что сразу после возвращения Ведьмака вызовет эту Романову. Она достаточно уже высоко влезла, — припомнил Сантьяго. — Может, поищем её?

— Зачем? — не понял Гоззо. — Вызовет — сама прибежит, решит, что опять вкусняшек отсыплют.

Яго заржал в голос.

— Вот уж действительно — звездюлями накормит вволю! Она же решила, что он к ней неравнодушен! А зачем…

Он понизил голос.

— На всякий случай можно её пощупать там, попугать… Ну, чтобы босс точно победил. А то вдруг она что-то такое неожиданное выкинет, что он… ну, растеряется?

— А если она испугается, или разозлится, или вообще занервничает — будет делать ошибки, — понимающе подхватил Гоззо. — Лааааадно. Ставлю пять солов, что она сидит в обнимку со своей рухлядью.

— Даже спорить не буду, — отказался Яго. — Пошли.

Елизавета Романова действительно нашлась сидящей на ступне Кузнечика. Она с головой ушла в изучение спецификаций, на которые ей посоветовала обратить внимание Михалыч, и так увлеклась, что не услышала приближающихся шагов.

— И что это такое интересное ты тут читаешь? — спросил нависший над ней Гоззо Эрбах. — Неужели интереснее, чем пара часов приятно проведённого с нами времени?

— Мы знаем, как сделать девушке по-настоящему приятно, — подмигнул ей Сантьяго. — Тебе понравится, я обещаю.

Улыбка, возникшая было на личике Лизы, погасла. Девушка обрадовалась им, решив, что их послал Винсент. Но то, что она услышала…

Лиза пошарила рукой по полу. Где-то тут лежал…

* * *

«Волки» вовремя получили предупреждение о том, что свита принца Гарсия направляется к порученному им объекту с явно недобрыми намерениями, и уже через две минуты были рядом с ангаром «Палача» Романовой, готовые рвать и метать.

Но им ничего не пришлось делать.

— ДА ВЫ ЗА КОГО МЕНЯ ПРИНИМАЕТЕ⁈ — раздался гневный девичий крик.

Следом — отчаянные вопли и стремительно приближающийся топот. «Москиты» едва успели посторониться — мимо них промчались две сверкающие жидким металлом фигуры.

— Кошка драная! — горестно взвыло и смолкло далеко в коридорах гулкое эхо.

«Волки» переглянулись.

«Если ты вернулся, присмотр за хвостиками можно снимать, — написал один из них. — Кстати, она только что покрасила в металлик двух нахалов».

* * *

— Что вы сделали⁈ — переспросил принц Гарсия, глядя, как Гоззо прыгает на одной ноге, пытаясь стащить с себя металлизированные брюки. Краска уже застыла, и умная ткань перестала выполнять свои функции — она плохо гнулась, угрожая сломаться в местах сгиба.

— Ну ты же сам велел как-нибудь её завлечь… — заныл Яго. — Вот же дрянь, волосы теперь только состригать…

— И вторую бровь сбривать придётся, — мрачно подхватил Гоззо. — Первая с краской вместе… Босс, дашь что-нибудь, чтобы не в трусах по коридорам рассекать? Девочкам, конечно, понравится, но преподы не оценят, и Мориарти этот непременно запишет и разошлёт…

— … ……! — зарычал Винсент.

Свита замерла, вытаращив глаза. Босс, который морщился от простого «сука», словно лимон раскусил, выдаёт ТАКОЕ⁈

Мат они от него слышали до этого только раз. Когда Пьер выставил напоказ перед толпой парней одну из «волчиц», Екатерину Орлову и Александру Герега.

Последствия никому из них не понравились.

— Я вам велел её лапать⁈ — раскатилось по комнате. — ИДИОТЫ!

— А что ещё нужно делать, чтобы завлечь? — осторожно спросил Яго.

Ладонь принца Гарсия звучно припечаталась к его же челу.

— Идиоты, — повторил Винсент. — Меня окружают одни идиоты…

— Да ладно, — Гоззо наконец выбрался из металлических штанов и бросил их на пол. Послышался лязг. — Мы же всё предусмотрели.

Винс насторожился.

— Что ещё вы натворили? — медленно спросил он.

— Да этот сиротинушка с пехотой недавно пересекался, — начал Яго, — что-то он им там пел про крутые МПД, и всё такое. И картинки показывал. Но спецификаций не дал. И тут нам в голову пришло…

Принц Гарсия слушал своих клевретов и понимал, что это была уже даже не проблема. Это была полноценная катастрофа. И ему придётся немедленно действовать, чтобы спасти хоть что-то.

— Убирайтесь, — выговорил он наконец. — Возьмите вон в том шкафу что-нибудь из старья, что я ещё не успел выкинуть. И убирайтесь.

Палец Винсента указал на испорченную одежду.

— И мусор за собой приберите.

Когда за ходячей катастрофой в лице его свиты закрылась дверь, принц Гарсия подтянул к себе смарт, с минуту посидел молча, собираясь с мыслями, и наконец набрал и отправил сообщение в чат дуэльного комитета.

«Извини, Люциус, выбора мне не оставили…»

Это был вызов Елизавете Романовой.

* * *

Когда я проводил Снежану и свернул в свой коридор, уже предвкушая отдых, ужин и последующее зрелище того, как моя милая сестричка раскатает наглеца…

Меня ждал сюрприз. Прямо перед моей дверью.

Три ведьмы.

Сёстры абсолютно синхронно повернули ко мне головы.

— Привет, — сказала Эмбер.

— Милый, — произнесла Эмеральд.

— Скучал, — это уже Джейд.

— По мне? — произнесли хором девушки, чьи глаза горели чёрным золотом.

Со стороны это выглядело жутко. Неподвижные, словно роботы, фигуры, застывшие в одинаковых улыбках лица.

Я недовольно поморщился. Слишком уж недавно для меня было то далёкое прошлое, с которым я уже успел попрощаться. Как думал — навсегда.

Чарити Кроу — так звали девушку, которая должна была стать моей невестой. Она была сильной и цельной, уверенной в себе… Теперь её тело и душу занимало нечто другое. Сёстры Салем стали единым целым — и осталось ли в этом целом хоть что-нибудь от той Чарити?

Та, что была когда-то девушкой, с которой я хотел состариться вместе и умереть в один день, потянулась ко мне с поцелуем. Я отстранился, выставив ладонь, чтобы остановить её.

— Здравствуй, Чарити.

— Ах, старые имена… — вздохнула Эмбер.

Сёстры Салем не выглядели разочарованными моей холодностью.

— Тогда мне называть тебя…

— Сейчас я Юлий Марс, — жёстко перебил я Джейд, знаком показывая, что у здешних стен есть уши.

И глаза тоже. Если Профессор Мориарти сольёт запись Снежке, она по крайней мере увидит, что я не пользуюсь направо и налево её разрешением не хранить ей верность. Меньше всего мне сейчас были нужны попытки ведьм вбить клин между нею и мной.

— Тогда Ведьмы…

— Приветствуют тебя, Ведьмак.

— И предупреждают…

— Не стой на пути Ковена…

— Вы вообще о чём? — сделал я непонимающий вид.

Конечно, я догадывался, что могло понадобиться Ковену в Академии. Ну, что я мог сказать… Удачи, успехов, барабан на шею и флаг куда-нибудь. Будет любопытно посмотреть, как Комаров отреагирует, когда у него попытаются забрать его Ведьму.

— Нам нужны…

— Наши фамильяры…

— Мы уже наметили…

— Цели…

— И без них не уйдём…

— На меня можете не рассчитывать, — я покачал головой. — У меня тут свои цели. И вам лучше бы тоже не становиться у меня на пути.

— Мы знаем… — запели ведьмы.

— Мы не будем мешать…

— Искать одержимого…

— Если ты не будешь мешать нам…

— Это если ВЫ не будете мешать мне? — я чуть не расхохотался.

Нет, никому из нас не нужна была прямая конфронтация. Но если дойдёт до драки, то Ведьмак, пожалуй, будет посильнее. Хотя бы потому, что мне не нужно было делить своё сознание ни с кем, и ранение или гибель сестры-ведьмы не ударит по мне, как по всей их группе.

Хотя против трёх ведьм, пожалуй, придётся попотеть…

Три заразы заставили меня потерять кучу времени, ужинать пришлось в темпе взбесившегося погрузчика и потом рысью мчаться в зрительный зал, где уже начиналась демонстрация дуэли.

Увиденное заставило меня нахмуриться.

— Что за чёрт?

Глава 22

Если Елизавета Романова ждала привычного поединка, в котором она столь же привычно разнесла бы принца Гарсию, то её ждал неприятный сюрприз. Винсент был не один — и с ним не было его глупых друзей.

— Ой… Здравствуй, Люциус… Привет, Винс! — впорхнули в кабинет главы студсовета и по совместительству главы дуэльного комитета хвостики с бантиками. — А зачем ты меня сюда позвал? Почему так официально? Мы же всегда в тренажёрке занимаемся?

Последние слова Лиза договаривала, пытливо всматриваясь в лицо принца. Она-то собиралась сегодня набраться храбрости, пожаловаться ему на его друзей и в качестве извинения за их поведение выпросить совместное голофото. Которое она могла бы отправить в родную школу — и пусть Луиза лопнет от злости!

Но сегодня на лице Винсента застыло незнакомое ей прежде выражение. Принц Гарсия смотрел на неё, как будто видел впервые. Как будто не было всех этих весёлых поединков в виртуале, и совместных перекусов, и…

И Люциус Магнус выглядел как-то совсем не похоже на себя самого. Лиза видела его всего несколько раз, и он всегда казался легкомысленным шалопаем. Но сегодня сквозь привычный облик проглянуло что-то совсем незнакомое, холодное, опасное… Как сталь, завёрнутая в бархат.

— Елизавета «Фея» Романова. Винсент «Принц» Мигель Гарсия Реал.

Лиза воззрилась на Люциуса, озадаченная его тоном не менее, чем видом.

«Да что происходит-то?»

— Между вами состоится дуэль на полигоне. Ставка — место в рейтинге. Боевое и слишком мощное оружие под запретом. Елизавета Романова, вы принимаете вызов?

Лиза непонимающе смотрела на Винсента.

— Ты это из-за того, что я твоих друзей покрасила⁈ — вырвалось у неё. — Но они сами ко мне полезли! Разве это справедливо⁈

У Люциуса шевельнулись брови.

Принц Гарсия ничего не ответил, отчуждённо глядя мимо девушки.

— Елизавета Романова, вы принимаете вызов? — спросил арбитр.

Хвостики подпрыгнули.

— Принимаю! — решительно ответила она и пробормотала себе под нос: — А я-то думала, что мы друзья…

Принц Гарсия молча проследил в отражении на мониторе, как она выходит и закрывает за собой дверь.

«Друзья⁈»

Этой глупышке сегодня многое предстояло узнать.

* * *

— Ай!

С разбегу врезавшись за поворотом коридора во что-то мягкое, Лиза отскочила назад и подняла испуганный взгляд на жертву столкновения. Перед ней стояла Александра, потирая ушибленную грудь. У Гереги уже рвалось с языка язвительное замечание, но тут она увидела лицо девушки, и гнев немедленно сменился на милость.

— Лиза? Что с тобой такое? Ты куда так бежишь?

Романова всхлипнула.

— Таааак… Рассказывай.

— Мне некогда, — Лиза мотнула хвостиками. — Надо к Кузнечику…

— Я видела, Винс тебя вызвал. А кто такой Кузнечик?

— Мой мех, — отозвалась девушка.

— Погоди… Винсент вызвал тебя на дуэль на мехах? На полигоне?

— Да… — Лиза шмыгнула носом и начала рассказывать, всё ниже опуская голову. — Ко мне сегодня его друзья приставать начали… И я их краской из баллона… И он меня за это…

Александра разглядывала сникшую девушку холодным расчётливым взглядом. Благо та не поднимала глаз и не могла этого видеть.

Значит, принц Гарсия отдал малышку на растерзание своим прихвостням. Те и взглянуть бы в её сторону не посмели без его разрешения. И теперь вызов на реальный бой? Что он не послушал её, Александру, было плохо. Но то, что он не послушал Люциуса…

Что ж. Он сам нарушил договорённость, и теперь у неё были развязаны руки. Девочка созрела, осталось протянуть руку и сорвать плод. Нужно открыть ей глаза — и тогда Романова даже смотреть не захочет в сторону Винсента.

Сам виноват.

— Пойдём, я тебя провожу, — Александра приобняла Лизу за талию и повела к ангарам. — И кое-что тебе объясню.

Лиза подняла голову, встревоженно заглядывая в лицо Гереге. Та ободряюще улыбнулась.

— Ну-ну, не расстраивайся. Всё будет в порядке. Ты много раз его била. Побьёшь и на этот раз… Тем более, что повод у тебя для этого отличный.

— К-какой повод? — запинаясь, спросила Лиза.

— Видишь ли, я недавно узнала одну вещь, — вкрадчиво начала Александра, увлекая свою жертву по коридору. — Дело в том, что Винсент с самого начала тебя обманывал… Я бы предупредила тебя, если бы знала заранее, но лучше поздно, чем никогда. Так вот, я услышала, как он рассказывал одному человеку, что ты для него только учебное пособие. Он тренировался на тебе, чтобы изучить твою манеру боя и потом расправиться с твоим братом.

— С кем⁈ — у Лизы взлетели вверх русые брови. — Александра, но у меня нет брата! О ком ты говоришь⁈

Герега снисходительно улыбнулась. Вот он, момент истины…

— Конечно, о Юлии, — спокойно ответила она. — Я делала анализ ваших ДНК. Нет никаких сомнений. Он твой брат.

— НЕТ!

Вырвавшись из рук Александры, Лиза помчалась по коридору, обгоняя собственный крик.

— Прислушайся к своим чувствам, и ты поймёшь, что это правда! — крикнула ей вслед Александра. Да, она не могла отказать себе в удовольствии процитировать классику.

Особенно когда она так удачно пришлась к месту.

* * *

Сидя в кокпите на стартовой позиции, Лиза кусала губы и пыталась унять дрожь в руках. Она не понимала, что происходит. Этот несносный Юлий Марс — её брат⁈ Невозможно. У её родителей не было других детей.

Лиза как-то спрашивала их, почему у неё нет брата, который мог бы её защитить. Мама стала грустной. А папа позвал её гулять и рассказал, что маме пришлось пойти на серьёзную операцию, чтобы у них появилась дочь. И больше она не может иметь детей.

Юлий Марс не мог быть её братом.

«Но у твоего отца могли быть другие дети! — почему-то голосом Луизы сказал кто-то у неё в голове. — Ему-то операцию не делали…»

Девушка задохнулась от ненависти и стыда. Как она вообще могла такое подумать о папе! Александра наверняка это всё придумала! Может, она сама глаз положила на Винсента — он же принц, за ним девушки табунами бегать должны! Ну, кроме самой Лизы, она-то не такая!

Может, Александра специально это сочинила, чтобы окончательно поссорить Лизу с Винсом? Или обиделась, что Винс на неё внимания не обращает, и решила так наказать его? Разозлила Лизу, чтобы она его как следует отлупила…

«Нужно поговорить с ним».

Поколебавшись несколько мгновений, девушка нажала вызов.

Принц Гарсия принял звонок, но ничего не сказал. Лиза послушала тишину в эфире и наконец решилась.

— Винс… — окликнула она. — Винс, нам нужно поговорить…

Тишина.

— Винс, — жалобно проговорила Лиза. — Зачем ты так? Что я тебе сделала? Неужели ты правда только для этого со мной общался? Чтобы подобраться к Юлию до того, как я с ним разберусь? Винс…

Она услышала смех. Холодный, жестокий смешок.

— Господи, какая же ты дура, — проговорил, смеясь, принц Гарсия. — Да вся Академия потешается над тобой! Про Ведьмака — с придыханием, все уши уже прожужжала, какой он крутой, как ты у него училась, и всё такое. А сама ему готова глаза повыцарапывать с первого же дня!

— Кому? — не поняла Лиза.

— Да Ведьмаку же! Юлий и есть Ведьмак, это его позывной!

— Но это же просто совпадение, — прошептала девушка, у которой второй раз за последние полчаса рушился мир. — Бывают же одинаковые позывные…

— У моего отца отличная разведка, — отрезал принц Гарсия. — Я знаю совершенно точно, что тот Ведьмак, которому ты готова целовать пятки, и Юлий Марс — одно лицо. А теперь — к бою, дурочка!

Связь прервалась.

— Винс! — выкрикнула Лиза. — Это неправда! Винс, скажи, что ты пошутил!

Но ей ответила только автоматика, сообщившая о начале миссии.

* * *

Лиза почти ничего не видела из-за слёз, стекающих по лицу. Она сама не знала, что её заставляло продолжать управлять «Палачом» вместо того, чтобы бросить всё, сдаться, сесть и разрыдаться в голос, благо некому слышать её плач.

Почти вслепую она вывела мех на стартовую позицию и вытерла лицо, но слёзы продолжали бежать и застилать ей обзор. Как дождь, стекающий по стеклу… Она видела такое в одном из старинных голо.

Всё рухнуло…

Вообще всё.

Юлий Марс — её брат.

Юлий Марс — тот самый Ведьмак, который однажды прислал ей запись прохождения.

Юлий Марс, который разрушил её мечты — и теперь рушил весь её мир.

Она могла бы отказаться верить и Александре, и Винсенту. Могла бы решить, что они сговорились, чтобы причинить ей боль. Но зачем?

Прислушайся к своим чувствам, крикнула ей Александра. Прислушайся, и ты поймёшь, что это правда. Лиза прислушивалась.

И понимала…

Что ей было делать с этим? Как принять такую правду? Как не возненавидеть его ещё сильнее за то, кем он оказался?

Погружённая в мучительные размышления, Лиза даже не поняла, что уже ведёт мех вперёд, по косогору, не разбирая дороги, что в неё уже стреляют, что вот сейчас…

Неловкий манёвр вывел её из-под удара алебарды, но нарушил без того неустойчивое равновесие, и «Палач» завалился набок.

Девушка быстро подняла упавшую машину и развернулась, включив лазерный меч. «Монарх» сначала отпрянул, потом начал обходить её по кругу, всё ближе и ближе, а Лиза всё никак не могла вернуть себе боевой настрой — и что ещё хуже, не могла заставить свои руки перестать дрожать.

Какая уж тут слаженность, какое слияние с боевым роботом, когда он становится продолжением твоего тела…

Ещё один замах алебардой она отразила, но тут «Монарх» подпрыгнул, тяжело ударившись о землю ногами, и девушка ощутила, как почва под ногами дрогнула. Грунт на склоне потерял сцепление с основой и начал сползать вниз, увлекая за собой «Палач».

Лиза ударила по запуску прыжковых двигателей, но слишком медленно, слишком…

Жалобный крик, вырвавшийся у неё, когда огромный мех поймал за ногу взлетающую машину, размахнулся и так ударил «Палач» о скалу, что нога просто оторвалась, погас в вязкой тишине кокпита.

* * *

— Кузнечику оторвали лапку?

Лиза не оглянулась на издевательский холодный голос. Она была опустошена. Какой наивной и глупой она была… Правильно Винсент её дурой назвал. Купилась на разговоры и настоящие испанские апельсины прямо с ветки, поверила, что у королевского отпрыска может быть что-то общее с простолюдинкой…

Хотя бы просто дружба. А ею воспользовались, и когда в ней отпала надобность — просто вытерли ноги.

Так ей и надо…

Кто-то другой ответил за неё.

— Что, ваше высочество, явились поиздеваться над pobre nena? Очень по-королевски, ничего не скажешь! Достойный сын своего отца, настоящее mierda real! Ahora vete de aquí!

— Что? — переспросил не ожидавший такой атаки от Михалыча принц Гарсия.

— Проваливай, говорю, отсюда, урод! — перевела Микаэла и перехватила поудобнее универсальный ключ.

— Чокнутая, — буркнул Винсент и свалил, пока ему более наглядно не объяснили, что нужно делать.

Он не думал, что так получится. Он ждал, что победа будет такой же приятной на вкус, как прежде, до появления Юлия. Винсент мог побить кого угодно, мог любому бросить вызов… Ладно, почти любому. С Магнусами связываться — себе дороже. И было так сладко попирать ногами поверженного, пока девушки вьются вокруг и в глаза заглядывают с обожанием…

Но сейчас всё было иначе.

От надломленного, потерянного «За что⁈» — и до хрупкой фигурки, скорчившейся у ног искалеченного меха. Она не ответила. Не подняла голову. Не посмотрела. Вообще никак не отреагировала, будто Винсента не существовало больше в мире.

Он был готов увидеть что угодно — обиду, ненависть, гнев, бессильную ярость, был готов услышать оскорбления.

Их он, кстати, услышал — от Михалыча.

Но к полному отсутствию реакции Винсент готов не был.

Непонятное, неприятное, грызущее чувство внутри не давало покоя. Принц Гарсия не знал, как оно называется, и не знал, что ему сделать, чтобы оно исчезло.

«К чёрту всё!»

Пусть дуется. Всё равно потом сама прибежит, никуда не денется. Девчонки всегда прибегают, если на них не обращать внимания.

Он же принц! Что бы он ни сделал — он прав, а чернь должна знать своё место и быть благодарна, что смогла послужить его планам.

А пока цель достигнута, и можно было переходить ко второй части задуманного.

* * *

— Vamos, no llores más, levanta esa cara y sonríe…

Михалыч озабоченно склонилась над Лизой. Дело было плохо. Малышка была неосторожна и доверилась этому ублюдку. Не первая — и, увы, не последняя.

— У вас с ним что-то было? — осторожно спросила она.

Этот вопрос наконец вывел Лизу из ступора.

— Что⁈ Нет! Конечно же нет! За кого ты меня принимаешь⁈

Она так вспыхнула от негодования, что Микаэла сразу поверила — действительно нет. Что ж, девочке повезло. Могло быть намного хуже…

— Зато ты наконец пришла в себя, — Михалыч улыбнулась. — Ну, давай посмотрим, что тут можно сделать?

— А… — Лиза смотрела на неё большими глазами. — Разве тут что-то можно исправить? Он же Кузнечику ногу сломал… И корпус — ты посмотри, какие вмятины! И ещё издеваться пришёл, гад!

— Я скажу Юлию, он ему arrancará las pelotas, — пообещала Михалыч.

— Что? — не поняла Лиза.

— Яйца он ему оторвёт, — без тени смущения перевела Микаэла. — Чтобы не настрогал такого же mierda real — королевского дерьма. И нет, сломанная нога — не конец света. Если твой спонсор смог откопать новенький, практически в заводской смазке «Палач» — я уверена, что он откопает и новенькую ногу. Это проще найти, чем новый мех. А пока он будет искать, мы что-нибудь придумаем…

В широко раскрытых глазах Елизаветы Романовой затеплилась надежда.

Это значило — ничего настолько страшного не случилось? Кузнечика можно было починить?

— Меня не отчислят, да? — тихо спросила она.

— За что? — не поняла Микаэла.

— Ну… — Лиза запнулась. — Я же мех сломала…

— Не ты, а этот королёныш, para que el cielo caiga sobre su cabeza! — перебила её Микаэла. — И если бы каждого студента отчисляли за то, что мех покалечили во время дуэли — Академия давно опустела бы. Вы здесь именно для этого — чтобы вы дрались и учились побеждать. А мы здесь для того, чтобы исправлять последствия вашей учёбы. Так что подними носик и помоги мне разобраться с тем, что случилось.

— Кому тут нужна помощь? — в дверях ангара нарисовалась атлетически сложенная фигура. — Мы слышали, тут кто-то обидел малышку?

Девушки оглянулись на голос.

— ¡Excelente! — Микаэла хлопнула в ладоши. — Вы-то мне и нужны! А ну-ка, берите вот эту ногу и кладите на погрузчик… А я инструменты прихвачу.

— Парни, за мной! — провозгласил крепыш, устремляясь к тяжеленной конечности мобильного доспеха и освобождая проход ещё нескольким своим товарищам. — Поможем прекрасным дамам! Леди, где тут мастерская? Показывайте дорогу.

* * *

Я смотрел и не верил своим глазам.

«Палач» Лизы шёл, пошатываясь, словно пьяный. Где та неповторимая грация движений, словно мобильный доспех пританцовывает под неслышимую музыку? Что они с ней сделали? Накачали чем-то? Испортили мех?

Что бы это ни было — я найду причину. И виновных.

И они за всё мне заплатят.

Сам бой можно было уже не смотреть — это была не дуэль, это было избиение на грани надругательства. Но я смотрел. Смотрел во все глаза, чтобы не упустить ни одной детали того, что этот ублюдок делал с мехом моей… ладно, пусть так и будет — сестры. И ни одного выражения лица в зале.

Отстранённо я даже удивился — вокруг стояла гробовая тишина. Ни одного одобрительного возгласа. Ни одного насмешливого взгляда. Даже эти прихвостни Винса — и те прятали глаза, словно им было не по себе.

Ладно, так и быть, ИМ я ноги отрывать не стану.

Я смотрел, пока на экранах не появилась плашка «Дуэль закончена» и не прорезался звук.

— Не слышу возгласов «Ура!» — недовольно бросил Винсент.

— Ну ты и урод… — выдохнула Снежка, вставая.

— Я тоже тебя люблю, — нахально ответил принц Гарсия. — Подожди немного, и тебе больше не придётся терпеть рядом это ничтожество. Юлий Марс, ты там?

— Я здесь, — мой голос звучал ровно. Очень ровно.

— Отлично. Ты следующий. Я вызываю тебя на дуэль за рейтинг. Ты согласен?

— Разве такой вызов делается не в дуэльном комитете? — спросил я.

— Не волнуйся, всё будет официально, — Винс хмыкнул. — Просто мне нужно, чтобы ты при свидетелях подтвердил своё согласие и потом не мог от него отмазаться. Итак?

— Я принимаю вызов, — я встал. — Начинай молиться.

— Ой баюс-баюс! Топай в студсовет, грозный! Дуэль через полчаса! — принц Гарсия гнусно хихикнул и отключил связь.

Чёрт…

Чёрт.

Чёрт!

Мне нужно было найти Лизу. Страшно подумать, в каком состоянии сейчас мои милые хвостики. Мне нужно было её успокоить. Пообещать что угодно, чтобы она не убивалась из-за проигрыша — я был уверен, что она именно это сейчас и делает.

Я почти видел её, несчастную, уничтоженную…

Но я был должен идти в студсовет и там подтверждать своё согласие.

— Найди Лизу, — попросил я невесту. — Очень нужно, чтобы с ней рядом сейчас кто-нибудь был.

Снежка пытливо заглянула мне в лицо, явно пришла к выводу, что тут не любовные делишки — я бы не стал просить её присмотреть за одной из своих избранниц, в этом она не сомневалась. Кивнула и исчезла в толпе.

Я пошёл следом, пробираясь к выходу сквозь толпу и ловя обрывки разговоров.

— Здесь что-то не так…

— Да скорее всего она никогда раньше настоящим мехом не управляла, вот и не справилась…

— Научится — отыграется…

— Кас его порвёт на лоскуты…

— Если Ведьмак ему оставит что рвать…

Вот тут они правы. Не оставлю.

Общее мнение озвучил индус Камал Мехра:

— Мудак он. Конченый. Скажу отцу, чтобы не продляли с Гарсия контракт на следующий год. Недостойного сына может воспитать только недостойный отец.

А вот это было важно. Айти-корпорация Tech Mahindra держала под собой весомый кусок рынка, и если индусы действительно закусятся с Гарсия — Департамент сможет предложить им выгодные условия.

Да, я мог думать о делах, пока шёл по пустым коридорам к студсовету, где меня ждали Люциус и Винсент. Одним из самых важных уроков, который мне преподал Царь, было управление гневом.

Не было смысла тратить нервы и силы впустую. Винсент неизбежно получит то, что заслужил. Я мог подождать, отложив свою ярость в сторону до того момента, когда смогу обрушить её на того, кто вызвал мой гнев. И тогда его уже ничто не спасёт…

К моему удивлению, Винсента в студсовете не было. Заглянул куда-то ещё? Или меня кто-то опередил, и сейчас принцу Гарсия отрывают ногу? Ничего. У него их две. Я оторву вторую.

Люциус встретил меня странным взглядом, но сказать ничего не успел — дверь открылась и вошёл виновник торжества.

— Юлий «Ведьмак» Марс, — начал Люциус. — Винсент «Принц» Мигель Гарсия Реал. Между вами состоится дуэль на полигоне. Ставка — место в рейтинге. Боевое и слишком мощное оружие под запретом. Юлий Марс, вы принимаете вызов?

— Принимаю, — бросил я. — Уже принял. Ещё в зале.

— Дуэль состоится через двадцать минут, — Магнус бросил взгляд на хронобраслет. — Желаю удачи.

Интересно, кому?

Меня отвлёк сигнал входящего сообщения. Я достал смарт.

Снежка.

«Юлий, её нигде нет!»

Даже на станции «Розовый Дворец» я так не бегал.

«АЛ, где она⁈»

«Последний зафиксированный момент — Лиза и Микаэла в сопровождении звена тяжёлой пехоты направляются в мастерские. Там упомянутая группа не появилась. Исчезновение произошло в коридоре сектора…»

«Понял».

Перебивать АЛа было не очень вежливо. Но я действительно всё понял. Девушек забрали. Скорее всего, через технологический тоннель. А у меня всего двадцать минут… поправка — уже семнадцать. На то, чтобы их найти, убить похитителей, вернуться и оторвать ноги. Сначала «Монарху», потом его пилоту.

А когда прирастят — оторвать ещё раз.

Вызов от Винсента застал меня за проверкой третьего и последнего люка в технологические тоннели на том отрезке коридора, где исчезли моя сестра и моя девушка.

— Ну⁈ — рявкнул я, приняв звонок.

— Как успехи в поисках? — ехидно осведомился принц Гарсия. — Не получается, да?

Я тщательно прожевал и проглотил ответ, который сам просился с языка. Вот как, значит? И это — тоже его рук дело? Вот зачем ему нужно было, чтобы я перед свидетелями подтвердил своё согласие на поединок?

Не надо говорить. Надо делать.

— У тебя осталось времени только на то, чтобы добежать до меха, — не дождавшись ответа, Винсент усмехнулся. — Придётся сделать выбор.

Он помолчал мгновение и спросил:

— Что тебе важнее, Марс? Победа или семья?

Глава 23

Я знал, что Лиза не моя сестра — просто начал так называть её для себя, раз уж для Александры эта версия была основной. Не хватало ещё оговориться при ней о своём настоящем возрасте… А так — я же сирота по легенде, мало ли где у меня может всплыть родня? Но мне всё равно было странно…

Между нашими датами рождения были сотни лет разницы. Наша связь была лишь забавной комбинацией генетической информации и той дезинформации, которой АЛ накормил Александру Герега. В лучшем случае она моя далёкая пра-пра-пра…сам не знаю сколько раз внучка. Причём не по прямой линии — я не успел оставить потомство. Только пробу ДНК, которую сдавали мы все, прежде чем покинуть Землю.

Как мы все думали тогда — навсегда…

И в чём же разница между Лизой и теми Романовыми, с которыми я столкнулся на испытании «Экзекутора»? Они-то мне тоже родня, тут я Александре вполне мог верить, и от фамильного сходства можно было отмахнуться в разговоре с ними, но себе-то не соврёшь.

Почему я не мог отделаться от чувства, что мы с Лизой действительно родные друг другу?

Я спокойно мог выбрать дуэль, вырвать Винсенту ноги и выкручивать его королевские яйца, пока не узнаю, куда он дел Лизу. И никто мне не сказал бы ни слова, судя по тому, что я слышал в зале. Скорее в очередь бы встали — подержать, чтобы крутить было сподручнее.

Каким-то образом моя сестричка умудрилась завоевать себе друзей, пока меня не было в Академии.

Но я сделал выбор.

И я нашёл не то, что искал, но это мне помогло — запах, кружащий голову запах духов Микаэлы, который не развеялся в слабо вентилируемом техническом тоннеле. Они и её забрали… Что ж, я подумаю над тем, чтобы действительно оторвать Винсенту обе ноги.

Я прошёл по этому следу до помещения, где держат сломанную ремонтную технику, годную уже только на запчасти.

Теперь путь мне преграждала группа неизвестных в мобильных пехотных доспехах. Никаких опознавательных знаков, стандартные МПД, которые повсеместно использовались в Академии.

— Явился, — проскрежетали искажённый вокодером голос. — Наши требования просты — ты добровольно передаёшь нам все разработки по «Деспоту» и «Владыке». Контракт о неразглашении. И если будешь вести себя хорошо, может быть, тогда получишь девчонку целой и невредимой.

— Одну девчонку? — переспросил я. — А за вторую какие требования?

— За вторую? — мой собеседник хмыкнул. — Так отдадим. Бесплатно. Когда поразвлечёмся как следует. Интересно же узнать, что она там такое от нас берегла, чтобы тебе отдать.

Они думали, что могут диктовать мне условия. Потому что, если бы я выбрал дуэль — и победил, а я бы победил! — я мог больше никогда не увидеть эти милые хвостики… Если я буду послушен и отдам им то, что они хотят — может быть — только может быть! — они вернут мне Лизу. А потом — Микаэлу, которую прихватили только потому, что она кому-то из них отказала.

А раз я помчался искать их — я проиграл дуэль по неявке после того, как во всеуслышание объявил о своём согласии на бой, и теперь я снова никто, звать меня никак, и в меня можно плевать…

Память услужливо подкинула воспоминание.

Залитая солнцем аудитория. Мы тогда жмурились и ворчали, что можно было бы и поляризацию на окнах включить, но Царь только улыбался. Он знал, как часто мы будем вспоминать этот тёплый, единственно родной нам свет…

Занятие было посвящено действиям в условиях безвыигрышного сценария.

— Если вас проглотили, у вас всё ещё есть два выхода, — пошутил тогда ещё совсем молодой и зелёный, как мы все, Один. — Заставить проглотившего или блевануть, или просраться.

— Три, — невозмутимо поправил его Царь.

-⁈

— Сделать ему резекцию желудка и выйти через бок.

Пусть тебе будет солнечно на том свете, старый учитель, если после смерти действительно что-то есть. Преподай этим мелким ублюдкам хороший урок, когда они к тебе придут.

— Вы все кое-что забыли… — усмехнулся я, натягивая перчатки. До старта дуэли оставалось пятнадцать секунд.

«АЛ. Действуй!»

Даже сквозь броню ощущалось, как от них повеяло изумлением.

— Ведьмак уничтожает тварей. В какой бы броне они ни прятались.

В следующую секунду моё тело замерцало синеватыми искрами разрядов.

— Что за?..

Схожую степень удивления испытал Принц, когда получил уведомление о старте дуэли через пятнадцать секунд.

Он только что с удовлетворением изучал состояние собственного счёта, сильно пополнившегося после проигрыша простушки. С ума сойти, сколько на неё поставили! А всего-то и надо было немного поиграть в поддавки…

Теперь все ставили на Ведьмака, в надежде на то, что он отомстит за мелкую. Какой сюрприз их ожидает… Винс улыбнулся и поставил на себя всё, что у него было.

— Ты кое-что забыл, — раздался в его шлемофоне голос Юлия Марса. — А может, и не знал. Ну, так я тебе объясню… Если мне предлагают на выбор два пути, и оба меня не устраивают — я выбираю третий. Свой собственный. Посмотрим, как он понравится тебе.

Пока Винсент медленно осознавал, что всё идёт совсем не по его плану, истекли последние секунды перед началом поединка, и на тактическом мониторе вспыхнула надпись: «Дуэль началась».

Маркер противника уверенно двинулся к точке рандеву.

В наушниках прозвучал ровный голос, который слышали все наблюдатели:

— Ведьмак. Активация режима «Королевский палач». Начинаю казнь.

— Заявляю протест! — выкрикнул Винсент. — Юлий Марс нарушил табу Юдковского! Мехом управляет искусственный интеллект! Остановите дуэль!

Это было очень серьёзное обвинение. Зал замер.

— Юлий Марс, — послышался голос арбитра, — вы можете подтвердить, что присутствуете в кокпите своего мобильного доспеха?

— Подтверждаю, что присутствую в кокпите своего мобильного доспеха, — спокойно отозвался Ведьмак.

— Программы анализа речи не выявили признаков лжи, — спустя несколько секунд констатировал Люциус. — Протест отклонён.

— Но он лжёт! — закричал принц Гарсия.

— Биометрия показывает, что пилот находится в кокпите «Палача», — возразил арбитр.

— Винс, ты что, обосрался? — выкрикнул кто-то в зале.

— Так и скажи, что струсил и отказываешься драться, — послышался возглас Снежаны.

— Ты так и не понял? — шепнул в наушнике голос Ведьмака по закрытому каналу. — Я и мой доспех — мы одно целое…

Принц Гарсия скрипнул зубами.

Он ЗНАЛ, что Ведьмак лжёт. ИИ ничего не стоило выдать ложные сведения о наличии пилота в кокпите меха. Но что он мог сделать, если Магнус предпочёл поверить Ведьмаку?

Рассказать, что тот на самом деле сейчас не в дуэли участвует, а ищет по всей станции свою сестрицу? Но тогда придётся признаться в организации похищения и шантаже противника с целью вынудить того к проигрышу. А это урон королевской чести.

На такое Винсент пойти не мог. Даже не потому, что над ним будет ржать вся Академия. Отец такого просчёта не простит. За проигрыш и потерю денег — да, по голове не погладит, но деньги — дело наживное, а рейтинг — ну, тоже наживное. Однажды Ведьмак допустит ошибку, и Винс этого шанса не проморгает.

А вот участие в киднеппинге, шантаже и тому подобном — уже совсем другая песня. Не то чтобы это было недопустимо — для победы все средства хороши. Недопустимо было, чтобы об этом стало известно. С короля Родриго станется заменить запятнавшего своё имя наследника на другого, чистенького…

А значит, придётся драться.

Тратить время на разговоры с пехотинцами я больше не стал. Объяснять им, что они нарвались — тоже, сейчас сами всё поймут. Мне было наплевать, что им обещал Винсент Мигель Гарсия Реал и какие выдал инструкции — узнаю у самого Винсента. Здесь я все разговоры уже закончил.

С разведённых ладоней сорвались ветвистые молнии, потекли, оплетая ближние «элементали», выжигая электронику, обнуляя все носители информации, и если у кого-то из штурмовиков имелись импланты — у меня для них были очень плохие новости.

Я не боялся, что они расскажут о том, что видели — уследить за молнией человеческий взгляд не способен, максимум, на что был способен очевидец, наблюдающий за работой ведьмака — это увидеть вспышку.

После которой ещё проморгаться надо было, чтобы хоть что-то начать различать.

У меня таких проблем не было. Особенно в боевом режиме.

Страшный удар в грудь опрокинул МПД на спину и оставил в кирасе глубокую вмятину. Грудина была наверняка сломана, но я этим не ограничился.

Даже сквозь доспех был слышен вопль, который раздался, когда я сломал ему руки — вместе с экзоскелетом. Потом сдёрнул шлем, чтобы запомнить его лицо.

— Ещё хотя бы подумаешь о том, чтобы лапать МОИХ женщин — сломаю шею.

И развернулся к следующей жертве, закованной в обездвиженный доспех.

На втором покалеченном очнулись остальные, бросились в бой — но энергии во мне хватило бы на весь пехотный факультет, и ещё на мехов осталось бы, пожалуй. Принц Гарсия учёл опыт прошлых столкновений, и не могу сказать, что он не был по-своему прав: обычный человек не справится с отрядом тяжёлой пехоты в «элементалях», каким бы опытным бойцом он ни был.

Вот только я не был обычным человеком…

Эти штурмовики узнали об этом самым неприятным для себя образом.

Их генные билды были превосходны. Даже в тяжёлой штурмовой броне они двигались быстро и точно. Но им это не помогло.

Удар основанием ладони в перчатке в грудь, ещё удар — и один МПД за другим, превратившись в груду дорогостоящего лома, отлетели в сторону, сбивая с ног тех, кто ещё был способен передвигаться.

А пока они барахтались на полу, я добил их разрядами, и огляделся.

Никаких признаков «живой» электроники. Все были обесточены. Все неподвижны.

Осталось найти девушек.

Как только за бешеным Ведьмаком закрылась дверь, за которой находились заложницы, один из МПД ожил. Тот, кто в нём скрывался, первым оценил всю опасность ситуации, обесточил свой доспех и тем самым сохранил его невредимым.

Пока Юлий Марс раскидывал штурмовиков, как кегли, этот человек напряжённо работал, чтобы осуществить свой план.

Пока Ведьмак занимался поисками, ему хватило времени на то, чтобы взломать рабочий наруч Микаэлы и перекачать оттуда всю информацию по её прототипам. Технологии спонсора Ведьмака им не достались — что ж, можно было начать с меньшего. То, что этими технологиями вдохновлено, тоже годилось для начала.

Штурмовик поднялся, вручную раздвинул створки дверей в один из тоннелей, сделал знак тем, кто скрывался за этими дверьми.

Быстро и бесшумно помещение очистили от сожжённых МПД, погрузили их на платформу для перевозки габаритных грузов, двери закрылись и наступила тишина.

Сидя на платформе, быстро уходящей по коридорам прочь от места схватки, штурмовик просматривал добычу и делал пометки. Он был в выигрыше по всем фронтам.

Теперь ему точно было известно, кто останется на стороне Ведьмака, а с кем можно потом работать самому. Он сумел обставить всё так, чтобы все следы вели к принцу Гарсия. И у него теперь были наработки по меху для одержимого Принца — и для одержимого штурмовика, который даст прикурить уже самому Ведьмаку.

Охотник, который слишком возомнил о себе, легко может стать дичью.

Мне не пришлось долго думать, за какой из дверей искать пропажу. Конечно, за той, проход к которой мне перекрыли с самого начала. У меня не было времени на то, чтобы обшаривать поверженных врагов и искать электронный ключ.

АЛ на полигоне делал всё, чтобы дать мне время закончить и успеть вернуться в ангар к окончанию боя, так что замок я просто сжёг, а дверь толкнул, и она откатилась по направляющим в переборку, а потом закрылась за мной, когда я прошёл внутрь.

— Лиза? — окликнул я, прислушиваясь. — Микаэла?

Только обострённый слух ведьмака в боевом режиме мог различить едва уловимый всхлип. Я его уловил и метнулся к коробу, заваленному грудами лома.

Здесь.

Действительно, «может быть», думал я, расшвыривая сломанные механизмы, чтобы добраться до пленниц на самом дне. Эта тварь не соврала. Выйдем отсюда — убью сволочь. Тут без всяких «может быть» концы отдать можно было с перепугу — девушки же…

— Мааааарс… — Микаэла повисла у меня на шее, рыдая от облегчения. — Ты нас нашёл…

Одной рукой придерживая её, я протянул вторую Лизе, чтобы помочь ей выбраться из огромного короба, подхватил и аккуратно поставил спасённых на пол.

— Всё в порядке, — бормотал я, поглаживая их обеих по взлохмаченным волосам. — Всё хорошо. Сейчас я отведу вас в безопасное место…

«И урою гада. Гадов. Всех урою!»

— Ве… Ведьмак? — с запинкой спросила откуда-то у меня из подмышки Лиза.

— Да, маленькая? — я повернул к ней голову.

— А как же твоя дуэль? Ты что же, из-за нас проиграл?

— Ещё нет, — честно ответил я. — Там АЛ пока за меня отдувается.

Микаэла перестала всхлипывать.

— Так, — решительно сказала латина, со скоростью звука меняя настроение с минорного лада на боевой марш. — Ты всех убил?

— Не всех, — я был предельно честен. Выжить должны были все, но вдруг я перестарался? Не то чтобы меня это сильно огорчило, но…

— Тогда так, — Михалыч отпустила мою шею и обняла Лизу. — Я сейчас вызову «стаю», они нас проводят в безопасное место. А ты иди и убей их всех. ¡Y tráeme los huevos de esos bastardos!

Обожаю свой цветник.

Я оставался с девушками до тех пор, пока на склад не вломились злые как черти «москиты». Девушек увели под ласковое воркование Литы и Нимы, но Кассиан задержался.

— Что ты имел в виду, когда сказал «ноги там не переломайте»? — уточнил он.

Я удивлённо поднял брови.

— Дюжина «элементалей» в эротических позах на полу — не способ сломать себе ноги, пока доберёшься до двери?

— Каких элементалей? — не понял Кас.

Я рванул к двери.

За ней меня встретило девственно чистое помещение. Ни МПД, ни их начинки, вообще ничего. Доказательств захвата заложниц у меня не осталось — но и противники теперь не могли доказать, что я был здесь, а не на поле боя.

Пат.

Похоже, у меня наконец-то появился достойный противник?

«Поторопись. Я заканчиваю».

И я поторопился.

Джойстик в который раз чуть не выскользнул из вспотевшей ладони принца Гарсия, когда «Палач» ускользнул от попытки захвата алебардой, и оружие «Монарха» врезалось в камень. Вот где налицо было доказательство, что мехом управляет не человек!

Винсент вырос в кокпите «Монарха», но даже он устал, пытаясь достать вёрткого противника. Устал до липкого пота, до кругов перед глазами. А «Палач» всё так же порхал, как чёртова бабочка, демонстрируя всей Академии, что принц Гарсия ничего не может с ним поделать!

Королевская казнь пока что выглядела как королевские танцы. Проклятая машина издевалась над ним, легко уклоняясь от атак, и Винсу всё сильнее хотелось снова заявить протест. Но ещё раз услышать от Снежаны, что он струсил?

Легче было умереть.

Ничего. Чем бы ни кончилась эта дуэль, им придётся вернуться в ангар. И он потребует, чтобы пилоты покидали модули при свидетелях. Вот тогда всё и вскроется. Кем бы ни был Ведьмак, кто бы за ним ни стоял — телепорт они ещё не изобрели.

Что он запоёт тогда, если свидетели увидят, что в модуле нет пилота?

На миг шевельнулась гаденькая мысль — поддаться, дать себя победить. Пусть это скорее закончится. Пусть даже поражением. Всё равно Юлия дисквалифицируют, и победа достанется ему, Винсенту.

И всё, что к этой победе прилагается.

Рейтинг.

Невеста.

Но что-то заставило его снова занести алебарду для удара.

Он был принцем Гарсия. Он не мог сдаться.

И на этот раз противник не стал уворачиваться.

Винсент так удивился контратаке, что чуть её не пропустил. Лазерный меч обрушился на щит, подставленный в последний момент. Если бы не ограничения на мощность оружия, щит, пожалуй, не справился бы.

Это оказалось отвлекающим манёвром. Пока Винс отражал удар меча, металлические пальцы сомкнулись на древке его алебарды. Сильный рывок вперёд — Винсент выпустил оружие и выставил ногу, чтобы сохранить равновесие, но за рывком последовал толчок — ещё более сильный.

Всей массой «Монарх» тяжело рухнул на спину, Винсент успел только выставить перед собой щит — но это его уже не могло спасти. «Палач» уселся сверху, примерился — и начал рубить алебардой ногу его меха.

— Свидетелей в ангар! — кричал принц Гарсия, когда от его «Монарха» остался уже только обрубок без конечностей. «Палач» деловито разбивал обухом алебарды «голову» меха, увенчанную короной. — Люциус! Я требую, чтобы засвидетельствовали выход пилотов из модулей! Я…

Крик оборвался — «Палач» наконец сломал антенну, которая до сих пор была цела. Только теперь дуэль могла считаться законченной. Мех-победитель поднялся, грациозно поклонился на камеру, подцепил огрызок «Монарха» алебардой за обрубок руки — и потащил за собой в сторону контейнеров.

Я успел.

АЛ закинул в бокс не подлежащий восстановлению мех Винсента, развернулся и пошагал к своему контейнеру. Как только за боевыми машинами закрылись аппарели, модули покатились в ангар.

Никто не видел, как я проскользнул в узкую щель закрывающегося контейнера — АЛ позаботился, чтобы камеры смотрели немного в стороны, обеспечив мне слепую зону.

Удобная вещь эти технологические люки…

Спустя полминуты я уже сидел в кокпите, пристёгивая ремни креплений.

— Ты не слишком спешил, — ворчал АЛ, заботливо поливая мне волосы физраствором.

— Ай. А это ещё зачем? — удивился я.

— Ну кто поверит, что можно столько гонять этого верзилу по полигону и даже не вспотеть? — усмехнулся АЛ. — Его мокрое высочество обязательно обратит на это внимание… Воротник отодвинь?

Я вздохнул и оттянул ворот кителя. На спину полилась прохладная жидкость. Мой помощник был прав со всех сторон — нельзя упустить ни одной мелочи, которая может поставить под сомнение нашу победу.

Но отказать себе в мелкой пакости я не смог…

Из модуля принц Гарсия почти выпал — так он устал.

В ангаре толпились студенты — Люциус не мог отклонить требование предоставить свидетелей, но даже если бы он это сделал, свидетели всё равно пришли бы. Уже все поняли, что происходит нечто необычное, и кто бы согласился пропустить самое интересное?

— Да он его натурально четвертовал, блин! — вырвался возглас у заглянувшего в контейнер с «Монархом» Яго.

Винсента едва не снесли желающие поглазеть на такое редкостное зрелище.

С тихой яростью принц Гарсия стиснул зубы и, играя желваками, двинулся к модулю с «Палачом», у которого стояли только Люциус и Снежана. Аппарель с тихим шипением закончила опускаться, открыв доступ к меху.

Ничего не происходило.

Люциус нахмурился. Снежана побледнела.

— Я же говорил… — Винсент победно оглянулся на толпу.

— Я же говорил! — выкрикнул он. — Видите⁈ Там никого нет! Внутри нет пилота!

Студенты рванули к контейнеру с «Палачом».

— А ну-ка, пропустите! — откуда-то вынырнула Микаэла. — Кому сказала, imbéciles sin cerebro! Дайте пройти! Может, у него заклинило что-нибудь…

Её пропустили. Винсент с усмешкой смотрел, как гибкая фигурка латины вскочила на подставленную ей ладонь меха и оттуда дотянулась до кокпита.

Блистер кабины медленно откинулся.

— Ремень заело, — виновато сказал Юлий Марс. — Микаэла, ножик есть?

Освободившийся от креплений пилот спустился вниз под перекрёстными взглядами свидетелей.

— Мокрый как мышь, — присвистнул кто-то.

— Ну ещё бы, столько гонять по полигону…

— Это тебе не вирт…

— Никогда не понимала, почему как мышь? — недовольно проворчала Микаэла. — Почему не как рыбка? Gente estúpida!

Юлий остановился перед Винсентом, у которого только что отняли последнюю надежду, заглянул в потухшие глаза.

— Какую ногу тебе оторвать первой, правую или левую? — тихо спросил он. — И не говори мне, что ты не знаешь, за что…

— Ты… — выдохнул принц Гарсия. — Ты… Чудовище!

Развернувшись, он почти побежал прочь из ангара. Куда угодно — только не видеть эту чернь, которая смотрела на него в момент его глубочайшего падения! Он потерял всё, всё! Ни денег, ни меха, ни рейтинга — ничего не осталось!

Он шёл, куда глаза глядят, пока за очередным поворотом не наткнулся на массивную фигуру, остановившую его одним касанием руки.

— Отвали, — Винсент повёл плечом, стряхивая посмевшую прикоснуться к нему руку.

— Хочешь победить чудовище? — тихо спросила фигура.

Принц Гарсия поднял взгляд — и оцепенел, заворожённо глядя в чёрно-золотые пылающие глаза.

— Хочу! — вырвалось у него.

— Тогда сам стань чудовищем.

следующий том

https://author.today/reader/433210/4014068

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ведьмак с Марса 2

Content

Ведьмак с Марса 2

Глава 1

Глава 2 Интерлюдия

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Nota bene