Кадровик

Глава 1

Летают ли крокодилы?

— Ничего так! — провожаю глазами летящую словно в замедленной съемке голову гоблина. Голова прямо на глазах превращается в пепел, и на землю опадает уже облачком серого праха.

— Низко пошла. Видать, к дождю, — доносится густой прокуренный бас.

Не понял. Медленно оглядываюсь. Никого.

— Да тут я, тут, — ворчливо доносится снизу.

Опускаю взгляд. Рядом стоит маленький несуразный человечек, ростом почти до моего колена. Толстый, одетый в странную тогу, со стрекозиными крылышками. Лысоватый фей такой.

Надавливаю на веки до звездочек в глазах и часто моргаю… но ничего не меняется.

Необычного вида фей вытаскивает изо рта зубочистку и недобро зыркает на меня.

— Чё вылупился? Где эссенцию теперь брать будем, а? Переговорщик из тебя, — неприязненно произносит человечек и кивает на серый пепел, — уж извини, так себе.

Качаю головой. Молчу. Затылок взрывается болью и тут же словно наливается свинцом. Стены пещеры ведут хоровод, а в груди пульсирует дыра.

Самое главное, я не помню, как тут оказался. Последнее воспоминание: включаю свет в своей квартире в обычном сталинском доме. За окном зимняя Москва, беспрерывный поток машин и свет фонарей. А эта пещера совершенно мою квартиру не напоминает.

Вытягиваю руку, касаюсь раны на голове — крови нет, только сильно щиплет. Видимо удар прошел по касательной. Хорошо. Подташнивает.

Мысли текут вяло, как после наркоза. Я такое уже переживал. Тогда, сразу после ранения, в полевой госпиталь меня привезли уже почти потерявшего сознание. Хорошо, напарник всю дорогу стоял над душой, не давал отключиться. А то бы не вывез. Потом опрос, наркоз, просыпаешься и часа два не понимаешь, где ты и что ты. Только шрам в полживота и напоминает о произошедшем.

Вот и сейчас также. Только болей в боку нет, да и тут, очевидно, не больница.

— Где я? — задаю вопрос в воздух. Кроме меня и этого маленького человечка никого не вижу.

Вокруг горы мусора, серый пепел на полу пещеры, черепа на палках и развалины убогих хижин. Такой, мрачноватый антураж сказки.

— Сильно тебя приложило, — тянет странный фей. — Вить, ты, вообще, в порядке?

Мужичок подлетает метра на полтора вверх и заглядывает мне в лицо.

— Уже не уверен. — С интересом смотрю на летающего человечка. Сажусь и опираюсь руками в пол. Вроде легче. — Так, где я?

— В Белых пещерах, рядом город Крайний. Не помнишь? — Хмурится фей.

Аккуратно, чтобы не расплескать, покачиваю головой. Очень странное, но говорящее название у городка.

— Не помню. — Смотрю на летающего мужичка. Или фея? Но тут не угадаешь, может быть, именно так на самом деле они и выглядят? Мы просто слишком мало знаем о феях. Усмехаюсь где-то глубоко внутри.

— Ну, посиди пока. Как отойдешь — говори, а то я один тут не обшарю все. — Фей разворачивается в воздухе и низко-низко летит к новой куче барахла.

Мужичок сосредоточенно заглядывает под осколки каменной кладки в важных для него поисках. Сразу видно: он ищет что-то конкретное.

А еще — я его понимаю. И это странно. Точно помню, что в том мире, где я включал свет, никаких гоблинов вживую не видел. Да и таких существ как этот мужичок с крыльями — не знал.

Еще ощущение, что раньше у меня эмоций было больше. Кстати, когда это раньше? Тоже не помню. Так. А что я помню?

Прикрываю глаза. Тянусь к воспоминанию про Москву. Знаю, что так можно поймать ускользающий сон…

…Огонь! Море огня!

Тут же открываю глаза. Выдыхаю. Это уже интереснее.

По новой. И? Образ снова цепляет.

…Огонь! И снова моя рука, включающая свет в обычной сталинке… Океан пламени…

Моргаю. Так.

Аккуратно осматриваюсь.

Место, где я прихожу в себя, напоминает карстовые пещеры в Новом Афоне или Перми. Её освещают десяток пробитых под потолком больших дыр. Так что она вполне светлая и прохладная. Вот только пахнет странно. Но это, определенно, заслуга прежних жителей.

Иду на второй заход.

— Ты кто такой? — спрашиваю небритого фея.

Мужичок с крылышками отвлекается от поисков, роняет кусок плиты на пол. Раздраженно достаёт зубочистку изо рта.

— Витя, твою же центурию! Феофан я, ты там своими книгами совсем мозги высушил, да? Или по башке только что слишком сильно прилетело? Ты не стесняйся, говори — мы на обратном пути в больничку заглянем. Маришка быстро тебя подлатает. Или отрежет чего ненужное, но тут по настроению, конечно. — Фей снова засовывает зубочистку в рот и жуёт её с ещё большим остервенением, словно борется с личным врагом.

— Маришка? — удивляюсь. Никаких ассоциаций.

— Ага, — отворачивается от меня фей. — После званого вечера в Академии, на прошлой неделе ты у нее особенно желанный гость.

— Что так? — удивляюсь. Понимания особенно не прибавляется, а узнать, что происходит хотелось бы. Понемногу встаю на ноги.

— Ты ж ей там полтора часа затирал подпункты уложения об организации медкабинета. И ведь не забыл ни одного — все перечислил! — Фей задумчиво почесывает бок. — Хотя может и не отрежет. Слушала же.

— Неожиданно. — Удивляюсь. Еще раз оглядываюсь.

Если пещеры еще можно как-то найти в моем старом мире, то вот таких летающих человечков — точно нет. Только сказки. Так что да. Однозначно — Мир не мой.

— А чего неожиданного-то? — отвлекается мужичок. — За полтора часа даже столь нежное существо можно достать. А ты примерно столько ей про медкабинет затирал. А девочка танцевать хотела. — Чешет голову. — Ну или просто сбежать не успела.

— Старший целитель не может быть преступно небрежен в организации медицинского кабинета! Я обратил на это ее внимание, — тело само произносит длинную фразу и пытается принять вид гордый и немного надменный. Надо же, какая поза оскорбленной невинности!

Фей окидывает меня нечитаемым взглядом.

— Вот-вот. Я об этом и говорю. — Вздыхает. Грустно качает головой. — Ты посиди, Вить. Посиди. Тебе точно нужно.

А вот самостоятельные действия тела — это неприятная неожиданность.

Развожу руками. Да нет. Вроде телом владею именно я. Только что это за реакции странные?

— И часто я так? — удивляюсь.

— Ага. — Флегматично кивает фей. — Тебя только спроси о чем-то — не остановить.

Вот как. Ладно. Учту. Вот только кто я? Воспоминания мои про совсем другого человека.

Смотрю на ладони — длинные тонкие и, что важно, незнакомые пальцы. В том видении кисти рук были другие.

Здесь и сейчас мне, навскидку, лет семнадцать-восемнадцать.

Еще одно — я совершенно сдержан. Это же неправильно? Я же должен бегать по потолку, переживать. Но нет. Спокойствие — абсолютное.

Просторная пещера, в которой я прихожу в себя, обживалась сказочными созданиями. В прошлом. Недавнем. Зелеными гоблинами, носатыми существами чуть пониже человека. Все как в сказках, что я иногда почитывал. Вот и погляжу на одну такую изнутри, похоже.

Гоблины пытались в красоту, конечно. Что-то, правда, постоянно шло не так. Но попытки были, да. Немного странные, очень неумелые. Жутковатые рисунки на стенах. Странные скульптуры из костей и веревок около развалин. Засушенные композиции из веток и облезлых шкур. Удивительно, что уцелели.

Зеленые жили прямо тут. Мелкие хижины, маленькие огородики грибов, пустые загончики. Все это наводит на мысль, что гоблины подолгу не выходили из пещеры. И еще на одну — я тут, очевидно, гость.

— Вить, давай, двигайся. — Фея постоянно кидает от сочувствия к раздражению и обратно. — Ищи фиал.

— Кого? Что? — переспрашиваю.

— Пузырь такой. Синенький. Запаянный. — Фей разводит ручки в стороны. — Воот такого размера. Не перепутаешь. Как найдешь — сразу в тот ящик пихай! — кивает на стоящий позади меня небольшой сундучок. — Справишься?

— Думаю, да. Слушай, а что тут… — оглядываюсь. Обвожу рукой. — Произошло?

— Тут? — Фей тоже оглядывается. — На нас напали, а ты всё племя гоблинов перебил! Но фиал так и не забрал.

— Я⁈ — искренне удивляюсь.

— Нет, Вить, я. — Фей ударяет себя ладошкой по лбу. — Не забывай, для чего мы тут.

— А для чего мы тут? — повторяю фразу фея. Отхожу от «наркоза» все же медленно.

— Академия послала, — со вздохом отвечает мне фей. Опять бьет себя по лбу. Продолжает почти по слогам. — Мы тут ради эссенции из крови летучего крокодила. Эссенция в фиале, фиал был у гоблинов, гоблинов больше нет. А торгует, тьфу ты, торговало, в королевстве только это племя. Других рядом нет. Найдешь фиал — считай, повезло. Понятно?

— Крокодилы не летают. — Уверенно вспоминаю зелено-бурых нильских громадин.

— Гоблинские? — фей равнодушно отворачивается. — Гоблинские — летают. Только низенько-низенько. Ищи иди. Синенький фиал, помнишь?

Ну что ж, немного становится понятнее. И даже раздражение мужичка, в принципе, объяснимо. Кажется, мостов с напарником я не наводил. И, видимо, это взаимно. Ладно, решу постепенно. Он — единственный источник информации все же.

Делаю шаг. Так, тело чувствую как свое. Но все же не до конца. Словно оно затекает и только сейчас оттаивает. Шаг я делаю вполне привычно. Оглядываюсь в поисках зеркального чего-нибудь. Нет, ну а вдруг? Усмехаюсь про себя. Хотя… на этой свалке? Откуда?

Поднимаю уцелевшее древко. Чтобы ворошить кучи — подойдет. Доверия этот мусор у меня не вызывает. Пару раз взмахиваю палкой.

— Ты чего размахался-то? — голос фея доносится уже от другого завала. — Не, у нас, конечно, время не ограничено, но я бы, все же, хотел вернуться в Академию до осенних каникул. Там праздники пойдут, пирог будет. С рыбой. — Фей мечтательно закрывает глаза. — А еще, может, лифани привезут, — облизывается.

— А это скоро? — спрашиваю.

Фей резко отвлекается от мечтаний и бросает на меня раздраженный взгляд.

— Четыре декады, парень. А еще через три-четыре тебя из Академии выпрут как не сдавшего сессию. Если не принесем фиал раньше, конечно. И то, что ты отсутствовал по поручению ректора, тебя не спасет. Поедешь на границу заряжать кристаллы — так ты деканат свой достал. Парень, ты хоть понимаешь, что они только и ждут повода тебя выгнать? Ты зачем каждый раз пишешь жалобы на нецелевое расходование средств? На прогул преподавателей, на неправильно окрашенную траву у главного здания? Тебе больше всех надо?

— Это не жалобы, а докладные записки в отдел по наблюдению за магическими учреждениями нашего королевства! — снова тело начинает отвечать за меня, пока я слегка эээ…удивляюсь происходящему. — Докладные записки составлены согласно Уложению по надсмотру над Учреждениями Особой Важности, и, действительно, используют бланки формы 26 дробь 1 как особо важные документы.

— Вот то-то и оно, парень, то-то и оно! — фей вздыхает и возвращается к ворошению кучи.

Так. Понятно, как это работает. Действительно запускается что-то вроде внутренней библиотеки. И сейчас я успеваю уловить, где отключается критическое мышление. Проверю.

— Спроси меня еще про уложения или законы. — Чуть давлю на человечка.

— Да? — Удивляется фей. — Как скажешь, Вить. Ты вот гоблинов уничтожил. Наверняка под какое-то уложение попадает.

— Да, Уложение… — ловлю себя на полуслове. Отлично, работает. Соответствующие страницы Уложения о взаимодействии с магическими расами тут же разворачиваются у меня перед внутренним взором. Визуал натренирован отлично! В прошлой жизни у меня такого не было! Ещё и спусковой крючок нашел, хорошо!

Стоп. В прошлой жизни? Ну, в общем да. Определенно. Я не должен быть так спокоен. Ну, это понятно — видимо шок. Учту.

Тело не должно говорить само. Это ненормально. С этим я тоже сейчас разбираюсь. Очевидно, что так проявляется прошлая память. Значит, она сидит где-то глубоко. По крайней мере, та, что касается внутренней библиотеки.

— Под уложение попадает, — отвечаю фею.

— И что? Тебя накажут? — с интересом спрашивает фей.

— Нет. Совсем нет. — Поднимаю руку. — Так, а сейчас помолчи немного. Мне нужно сосредоточится.

Человечек немного надувается и отворачивается к кучам мусора. Слышу только ворчание.

Вспоминаю первые слова необходимого текста. И да! Перед мысленным взором опять разворачивается картинка. Отлично!

Осматриваюсь. Так. Ночевать в пещере точно не стоит. Поищу, пожалуй, как там он сказал? Фиал? Ну вот, значит, его и поищу.

Поднимаю крупный осколок зеленоватого стекла. Ага! Смотрю в него.

Точно молод. Видно плохо, но отражение есть. Здесь мне никак не под полтинник. Первое впечатление про семнадцать-восемнадцать лет — верное. Да и длинных волос у меня никогда не было, даже до армейки. Лицо больно гармоничное. Худоват, конечно, и одежда, опять же, странноватая. Да и, если подумать, и с феями я никогда не сталкивался. Но в то же время, именно этот, конкретный, мне кажется знакомым.

Делаю пару шагов в сторону кучи покрупнее. Сзади громко осыпается щебень.

Разворачиваюсь уже в прыжке.

Глава 2

Купаться запрещено?

Наваленные обломки на полу активно шевелятся. Кто-то большой и не очень проворный выбирается наверх. Подпорка, стоящая в этой куче, резко наклоняется, переставая удерживать балку. Та падает, а за ней, как костяшки домино, из-под свода пещеры, рушатся еще четыре.

Стая мелких птиц как по команде вылетает в прорубленные в самом верху окна. Фей, смешно подпрыгивая, подбегает ко мне. Внутри головы просыпается знакомо-незнакомый голос и уверенно говорит: « Спокойно. Ты в порядке». Ну да, блин, куда уж лучше? Отступаю еще на пару шагов.

Из-под обломков медленно выползает бронированное чудовище метров шести длиной, и почти в мой рост высотой. На крокодила оно похоже мало. Разве только на прародителя крокодилов — тогда да.

Протяжно зевает. Звук такой, словно в оркестр духовых завезли только басы, и все одновременно решили продуться. От какофонии мне физически больно.

Монстр медленно переставляет задние лапы и по-собачьи отряхивается от лишнего мусора. Мегазавр снова зевает, а я завороженно пересчитываю зубы в его пасти. Получается плохо — размер челюстей внушает даже не уважение, а почти благоговение. Туда я, в принципе, помещусь легко. В пару укусов. А феем эта животина легко полакомится на десерт.

Чудовище потягивается, оглядывается и заинтересованно принюхивается. Замечает нас с феем. Интерес тут же превращается в гастрономический.

— Стой!!! Эссенция! — с опозданием кричит фей, когда мегазавр разворачивается на месте и срывается в нашу сторону.

Тело опять секунду живет своей жизнью. Руки делают сложный отталкивающий жест, и с этим жестом из меня исчезает нечто важное. С рук срывается огненный росчерк и тут же пропадает. Удерживаюсь на ногах только чудом, но ненадолго. Внутри груди снова появляется дыра.

А вот монстру не везет совсем. Чудовище с громким хлопком разлетается пеплом и обгоревшими кусками шкуры. Словно оно сгорает и взрывается одновременно. Фей успевает закрыться. Я — нет.

— Я что, маг⁈ — с недоумением смотрю на дрожащие руки. С них ссыпается серая пыль, недавно еще пытавшаяся нас съесть. Лучше не думать.

В кистях тяжесть. Сжимаю и разжимаю пальцы, они натянуты, словно струны. Все тело будто пытается заполнить возникшую пустоту внутри. Все вокруг снова кружится и я падаю на пол.

Смотрю на хмурого фея.

— Ты не маг, — серьёзно, даже с нотками истерики произносит тот. — Ты идиот!

— Чего? — удивляюсь.

— Ты последнего гоблинского крокодила замочил и его племя чуть раньше! — подрагивает крылышками в такт голосу толстячок. В голосе просто море негодования.

Феофан ещё раз обводит руками пещеру и хочет что-то сказать, но обреченно машет рукой.

— Так он же нас съесть хотел! — удивляюсь.

Но фей снова впечатывает себе ладошку в лоб.

Так он себе сотрясение заработать может.

— Ну сбей тварюку! Дай по сусалам, молнией прижги, в конце концов! Но убивать-то его зачем⁈ — Фей сплевывает и достает из внутреннего кармана новую зубочистку.

— Так в чем проблема? Крокодил мертв. Пошли, заберём, как там её? Эссенцию? Кровь? — предлагаю самый очевидный вариант, снова поднимаясь на ноги. Стою, качаюсь, но вроде падать больше уже не собираюсь.

— Ага, как только, так сразу! Откуда эссенцию возьмешь⁈ С какой части стены ты ее соскребать будешь⁈ — потрясает руками фей. — С этой⁈ Или с той⁈ — тыкает пальцем. — Или с потолка намоем⁈ Идиот! Это же последний крокодил! Последний! Следующее племя гоблинов придёт только весной! Через год почти! Понимаешь⁈ Да даже если мы соскребем, что там осталось, это племя год пузырь собирает! Собирало, — поправляется. — До тебя. Го-о-од!

Фей злобно смотрит мне в глаза, а я на автомате киваю. На самом деле ничего не понимаю. На всякий случай осматриваю ещё несколько куч с обломками — вдруг они тоже оживут. Но нет. Ничего не меняется. Да и, вообще, в пещере, похоже, ничего целого не осталось.

— У тебя оставался последний шанс! Если не принесешь эссенцию — все, закончить Академию не сможешь! Выпрут тебя, идиота, на границу! И меня заодно. Разве это честно? — задаёт фей вопрос и сам же на него отвечает. — Нифига это не честно. Я тебя не выбирал. Кого назначили — того назначили! На один месяц, говорят, пока не найдут замену, говорят! — Фей прикладывает ладошки к толстым щекам и с силой проводит ими вниз, становясь похожим на бассета. — Где мы теперь её достанем⁈ Из-за тебя, идиота, плакал мой пирог с рыбой! И куриные рулетики, и безешка с клюквой, и лифани! А ведь их только раз в год привозят! Теперь вляпаемся неизвестно во что!

Фей со всей силы пинает стоящий рядом сундучок и только хочет продолжить читать мне нотации, как я его прерываю:

— Хватит называть меня идиотом.

— А как тебя ещё называть? Простейшее задание завалил! Думаешь, этих племен до фига? Так-то да, но! Они меж собой режутся, чтобы сюда попасть! А добирается только выигравшее. Одно, понимаешь? За год! На гоблинов-то плевать всем, но эссенцию ты где брать собрался? — наседает мужичок и хватается за остатки волос на голове. — Мы не можем вернуться без фиала! И тебе и мне, по условиям контракта этого делать нельзя!

— А контракт где? — цепляюсь за знакомое слово. Как раз контракты я всегда просматриваю. И, кажется, даже здесь я столь же въедлив. Такой простейшей ошибки допустить я не могу.

— А контракт там, — фей кивает на кучу знакомой уже серой пыли у дальней стены. — Вместе с главным гоблином остался и остальными твоими документами. Он, вообще-то, хороший контракт. Просто тебе подсунули на магический оттиск не тот, что ты читал перед этим.

— Откуда ты знаешь? — резко оборачиваюсь к фею. Этот момент заставляет испытать почти физическую боль. Меня не могли так просто обвести вокруг пальца.

— Я увеличил оплату в шесть раз, но согласился с добавкой дополнительного пункта, что без фиала мы в Академии не появимся. Это же казалось просто подарком! Фиона, фейка ректора, была так мила, — мужичок резко меняет настроение, и чуть всхлипывает. — Сказала, что пробила нам увеличение оплаты… Только по знакомству. А этот пункт просто страховка. Но ты бы его так просто не подписал. Ты даже стандартную версию согласовывал декаду. А эссенция нужна чуть ли не вчера! Фи просто забыла заказать. У нее так много дел, у моей дорогой Фи! Она такая важная и занятая!

— Контракт! — возвращаю чуть взлетевшего с закрытыми глазами фея на землю. В буквальном смысле. Фей падает с высоты сантиметров пяти как мешочек гречки. Поднимается на ножки.

— И этим мы спасем ее… мою дорогую… эээ… Академию, да! И версия договора ведь такая же, только с подпунктом. Я проверил! Точно такая же!

— Ты меня отвлек видимо? — уточняю. Злиться на несуразного мужичка не могу. Тем более этого момента я даже не помню, просто принимаю к сведению.

— А, — машет рукой фей. — Тебя и отвлекать-то не надо было. Фиона просто попросила тебя ссылки на подзаконные акты. И пока ты ей все вот это рассказывал, документы-то тебе и подсунули. Ты и оттиск поставил. А я вроде как не заметил… Ну, в шесть раз же сумму подняли! Там домик можно купить в пригороде столицы, не в самом престижном, конечно! С садиком. А там вишни…

Ситуация. Ладно.

— Что будет, если мы вернемся без эссенции?

— Ничего хорошего. Магический откат тебя порвет, а меня отправят на кухню… Опять. — Как-то серо отвечает Феофан. Словно мыслями он где-то далеко. Потом дёргается, бросает быстрый взгляд на меня, и чуть неестественно продолжает. — Хотя на кухне хорошо! Я там неплохо живу. Все время в тепле, ем сколько влезет. Красота!

Хм. В голове быстро мелькают мысли. Слово «порвет» мне совсем не нравится. Но в Академию, кажется, вернуться надо. Слишком эта ситуация… ммм… неоднозначна. Это раз. И два. Я, кажется, попал. Как в книжках. Правда пока не понимаю куда и как. И, уж тем более, я не готов отказываться от Магии.

— Где еще можно достать эссенцию?

— Ну, может, на аукцион кто выставит, или у контрабандов, — пожимает плечами фей. — Не знаю. Академия всегда у гоблинов выкупала.

— А гоблины откуда родом? — уточняю.

— Так с Гиблых болот, — фей машет головой, словно показывая направление на болота. — Это все знают. Постой. Не хочешь ли ты сказать?..

— Ага, Гиблые болота, — киваю в ответ.

Феофана это не удивляет. Он смотрит на меня как на больного и без тени улыбки крутит пальцем у виска.

— Лучше сразу спрыгни вон из того окна, — фей показывает пальцем под потолок. — Так хотя бы быстро и без страданий. А Гиблые болота нас легко не выпустят. В топях можно сидеть годами. Да кому я рассказываю, ты и сам всё прекрасно знаешь.

— Может и знаю, — снова на автомате киваю я. — А может и нет. Твои предложения?

— Всё, ищи яйца и то, что покажется целым, — фей показывает на кучи. — а потом, на выход.

— Дельно, — хмыкаю. — Но это очевидно.

— Ну раз так, думай, что делать, если не найдем, — ворчит мужичок. — И валить надо отсюда скорее.

— Согласен, — киваю. — Место все ж не самое приятное.

Мы расходимся в разные стороны. Моя первая цель — остатки небольшого загона у стены. Оттуда посмотрю куда дальше.

Загон, как и все здесь, пахнет. Так сильно, что слёзы на глаза наворачиваются.

— Слушай, Феофан! — громко говорю. — А нам очень эти яйца нужны?

— Да не очень! Они просто денег стоят. У гоблинов все равно ничего другого и нет. Яйца и эссенция. Да им больше ничего другого и не надо. Кроме них никто с крокодилами дел не имеет. А нам с тобой все равно через Крайний топать. Хоть денежкой разживемся. Но лучше фиал всё же найти.

Откашливаюсь.

— Я нашел фиал, да и яйца, скорее всего, тоже.

— Где, где, где⁈ — бежит ко мне фей, смешно подпрыгивая.

— Вон там, — показываю рукой на остатки загона.

Фей торопится в сторону проема, но застывает на входе. Разворачивается и так же быстро бежит обратно.

Шумно выдыхает.

— Не смешно, блин. — Бурчит. — Мне — не смешно. Да там даже капли не осталось! А летающие смятые яйца у нас никто покупать не будет. Даже как диковинку. Нахрена они нужны? Нет, ну вот ты мог бы аккуратнее, что ли? Ну мог бы не всю, хоть половину разлить, а? — фей говорит с обреченностью, даже с фатализмом. — Все равно нам теперь в Крайний. Может на аукционе чего найдем? Не, ну а вдруг?

— Там можно купить эссенцию? — уточняю. — А чего мы сюда пошли?

— Там можно купить эссенцию⁈ — кривляется фей. — Понятия не имею! Но если и да, то раза в три дороже чем тут. Или в десять. Но обычно, у гоблинов эссенцию выкупает Академия. Случаи, когда это было невозможно сделать — по пальцам руки пересчитать. Ну вот наш еще теперь запомнят.

— То есть, получается, кто-то еще собирает это вещество?

— Да все гоблины собирают, я ж говорил, просто сюда идет одно племя. То, что выиграло ежегодную битву.

— А на аукцион кто поставляет? — пытаюсь все-таки понять я.

— А я разве сказал, что эссенция там есть⁈ Может да, а может и нет. Но хоть узнаем, где она ещё бывает. До Гиблых болот идти — все же самоубийство. Ладно, пошли, здесь теперь делать нечего.

— Пошли, — соглашаюсь я.

Пробираемся через кучи мусора к выходу. Чем он ближе, тем дышать становится легче.

Шагаю в проём, порыв ветра чуть не сбивает меня с ног. Сладкий запах леса кружит голову. Только вот фиолетовые сосны — не то, что я ожидал бы увидеть.

Сквозь пальцы смотрю на лазурное чистое небо, посреди которого сверкает солнце. Под небом шевелится фиолетово-зеленое море леса. Оно кажется бесконечным. Цвета слишком яркие, насыщенные. Несколько секунд привыкаю к такому контрасту.

Шумно выдыхаю. Слегка подташнивает, думаю, это последствия посещения пещеры. Последние несколько метров даются нелегко. Словно гоблины используют запахи как одну из линий защиты. И ведь у них получается.

Фей громко кашляет. Похоже, он сейчас испытывает примерно те же ощущения. Тяжко мужичку. Но сундучок он не бросает — тянет за собой по всей пещере.

— А чего сундук не бросил? — киваю.

— Издеваешься? — фей подгребает сундучок поближе к себе. Потом думает, сплевывает и толкает его ко мне. — Сам тащи. Единственный артефакт оставил целым. Даже у гоблинов я ничего не нашел. Всё в пыль, ну вот вообще всё. Кто так научить-то тебя мог, а?

— Это артефакт? — удивляюсь.

— А, обычный морозильный шкаф, небольшой только, для фиала брали. Черт! — судорожно лезет под свою тогу, быстро перекручивается в ней. — А нет! Моя сумка не пропала! — радостно выдыхает. Потом опять морщится, до него с порывом ветра, тоже долетают запахи из пещеры.

— Говорят, если пробыть в гоблинской пещере несколько суток, можно заработать отравление и галлюцинации, — откашливается фей.

— А чего раньше-то об этом не сказал? — недоумеваю я.

— А зачем? Что бы это изменило? Мы же не собирались там ночевать. Просто задержались чуток, благодаря кое-кому. Но так-то у меня этого в планах не было. — Фей по-хозяйски обходит меня сначала с одной стороны, потом с другой.

Делаю пару шагов вперёд и замираю перед обрывом.

— Эй-эй, ты куда? — фей, подпрыгивая, оббегает меня, и ручками останавливает за пару шагов до обрыва. — Спускаться лучше не здесь. Здесь крокодилы стартуют, — опять поправляется. — Стартовали.

Действительно. Не замечаю, как прохожу маленькую каменную площадку. Бросаю взгляд вниз. Фей-то вовремя меня останавливает.

Вытягиваю шею и смотрю вниз с обрыва. — если сделаю еще пару шагов, то лететь мне примерно с высоты пяти-шести этажей. Не меньше.

Буквально под ногами вижу густой лес. Деревья качаются, словно перешёптываются друг с другом. Там же, внизу, замечаю отблеск воды.

— А куда идти? — спрашиваю. — Ты знаешь дорогу?

— Конечно. Её тут нет, — фей ухмыляется. — Просто спускаться лучше с той стороны, — машет рукой, — там хоть ногу поставить можно.

— А как гоблины сюда залезали? — удивляюсь. Нет, ну правда, склон, на который машет фей, не то чтобы пологий.

— Так на крокодилах же! — делает шаг ко мне Феофан и тычет пальцем. — Отсюда стартовали вниз, по склону залетали наверх. Чему ты удивляешься?

Вопросительно на него смотрю. Фей переминается с ноги на ногу и показывает мне на грудь:

— Ты, это… Может, посадишь меня в переноску?

Следую за взглядом своего попутчика и замечаю, что у меня за пазухой убрана тряпка, похожая на кенгурятник для младенцев. Она, кстати, единственная остается почти чистой после неожиданного взрыва крокодила.

— Сюда? Ты прикалываешься? Ты же, типа, летающий! — Оттягиваю тряпку и вижу две прорези под ножки.

— Типа, да, но тебе что, сложно, что ли? — настаивает фей. — Думаешь, тряпка просто так у тебя болтается, для красоты? Не трать время, закидывай, нам надо торопиться, — дребезжит фей и хмурит брови.

Затаскиваю его в переноску. Что удивительно — вес практически не ощущается, с таким же успехом я мог бы поднять котёнка. Тряпки тоже практически не оттягиваются. Либо он невесомый, либо я чего-то еще про себя не знаю.

— Говорят, путь чист, — торжественно провозглашает фей.

— Кто говорит? — не понимаю я.

— Да Лес-же. Кто ж ещё? Ты уже спрашивал меня об этом, когда сюда шли. Сейчас спустимся к озеру и ещё раз прислушаюсь, — фей утверждает это с такой уверенностью, что переспрашивать не хочется.

Ладно, пусть пока повисит. Правда относиться к нему я все же буду с некоторым предубеждением — больно странный тип. Плюс, никто не гарантирует, что мы с феем друзья. Враждебности я от него не чувствую, разве только секундное раздражение и то периодически. А своему мнению я почему-то доверяю абсолютно.

Фей вцепляется в лямки и недовольно сопит, когда его переноска касается моей грязной одежды. Да и самому мне неприятно, чего уж там. Пропотевшая рубаха, перепачканная чужой кровью, пеплом и грязью, прилипает к телу. В сапогах хлюпает неизвестная жижа. Даже не хочу знать, что это. Хочется поскорее ополоснуться и переодеться. Но если фей не врёт и внизу озеро, то мы сможем сделать это совсем скоро.

Подхожу к обрыву и ещё раз смотрю вниз. Деревья вырастают примерно до половины скалы, их верхушки я вижу отчетливо.

Для прыжка, конечно, высоковато и смертельно опасно, а вот спуститься вполне реально. На лице сама-собой появляется улыбка, когда замечаю сверкающий небольшой водоём. Вот там и отмоюсь. А если потороплюсь, то можно ещё и успеть просохнуть под жаркими лучами. Издалека кажется, что вода чистейшая. Ну, либо мне очень хочется так думать. Кстати, раз уж фей там у кого-то спрашивает…

— А вот там, мы, наверное, можем помыться? — уточняю у фея и киваю в сторону озерца.

— Наверное, иногда там можно мыться… Если поторопимся, рискни, конечно, — неуверенно отвечает он.

Оглядываюсь в поиске тропинки, но никак не могу понять, куда идти. Сразу после длинной площадки, крутой спуск. На его склоне, по идее, должна быть тропка, хотя бы небольшая. Гоблинам же нужно хоть иногда выходить из пещеры. Ну не верю, что они крокодилами только обходились. Хотя, судя по запаху в пещере, могли и не особо стремиться наружу.

— Пойдем, Вить, а? — просит фей, так и не убирая зубочистку из зубов.

Подхожу чуть ближе к зарослям, пробую спуститься. Камни скатываются, сапоги скользят, чудом удерживаюсь на ногах. Да еще чертов сундучок в другой руке постоянно бьёт по ногам. Несколько раз опасно скольжу по камням. Передо мной моргает радужное марево. Пока лечу по склону, успеваю подумать, что это в глазах мутнеет. Но как останавливаюсь — все пропадает. Второй раз марево появляется, когда поскальзываюсь на склоне. Хорошо, успеваю остановиться перед крупной сосной, а то впечататься в ствол было бы неприятно. И опять марево исчезает. Странный эффект.

Фей болтается в кенгурятнике и не к месту подсказывает, куда наступать. Но когда я смотрю вниз, вижу разве что его залысины. Постоянно борюсь с желанием вытащить его и пустить своим ходом.

— Аккуратнее, ты ж мне так глаза выколешь! — реагирует он, как только я прибавляю шаг.

Резко останавливаюсь возле огромной раскидистой ели, чтобы перевести дух.

— Не дрова несёшь, Витя! Давай спокойнее, — возмущается фей из переноски.

— А зачем ты мне вообще нужен? — задаю вопрос, который терзает меня большую половину пути. — Дорогу до озера я найду, помыться тоже сумею.

— А защищать тебя кто будет? — чуть ли не с наездом спрашивает фей и задирает голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Каждому магу положен свой фей, мы защищаем и предостерегаем. Без защитной магии тебе крышка. Понимаешь?

Ни черта я не понимаю. Именно это хочется сказать вслух, но губы сами отвечают:

— Понимаю.

«Скоро ты всё узнаешь. Не торопись» — возникает в голове давишний голос. Не дело конечно, голоса-то в голове. Но, похоже, сделать сейчас с этим ничего не могу.

Продолжаю путь и перебираю в голове вопросы. Некоторые из них даже удается произнести вслух:

— То есть каждый маг вправе выбрать себе фея?

— Ага, сейчас, разбежался. Мне тебя выдали на месяц. Нужно, значитца, защищать. Вернемся — может, другого мага получу. Но каждый фей должен своего мага довести. Ты лучше судьбу не испытывай и от меня не отмахивайся, — бубнит фей и одновременно отбивается от проворных веток.

— В каком смысле довести? Ааагх! — хватаюсь за особенно смолистую ветку, подскальзываюсь опять.

— А в любом, — хихикает Феофан, когда я восстанавливаю равновесие. Потом прокашливается. — Шучу! Обычно задание выдают студенту после третьего курса, как практику. Точнее фею. Если маг фею подходит, то оставляют напарниками, нет — выдают нового мага. Вот и ведем.

— Ты уверен, что мага выдают фею, а не наоборот? — цепляюсь за некоторое несоответствие в словах мужичка.

— Конечно! — слишком быстро говорит Феофан. — А как же иначе? Вы ж без нас сгинете.

Пока спускаюсь, раздражаюсь всё больше. На фея, на гору, на камни и сундучок в руках. Да ещё чувство голода настроения не добавляет.

«Скоро ты все поймешь! — снова этот голос. Но теперь он сопровождается странной картинкой, которую пару секунд я практически проживаю. Как будто я болтаю в воздухе ножками и ручками, как у младенца. — Просто дождись. Все нормально. Ты в порядке!»

Опять? Да какой, блин, порядок⁈ Снова слегка вскипаю. Я в пепле гоблинов и какого-то крокодила, грязнющий, спускаюсь в зелено-фиолетовый лес в компании странного типа мне по колено! Какой нафиг, порядок⁈ А еще я почти ничего по этому поводу не чувствую, кроме раздражения.

Почти падаю, задумавшись. Поднимаюсь, и, наконец, скатываюсь к озеру.

Озерцо — небольшое, как с картинки. В свете солнца — голубая-голубая вода, рядом удобные спуски. От воды веет приятной прохладой. Я чувствую приятное спокойствие от картинки.

Не спеша снимаю прилипшую мокрую одежду. Захожу в водоем по колено, а фей почему-то остаётся на берегу. Возможно, не очень любит мыться? Кто ж его знает. К воде он даже не прикасается.

— Давай быстрее, — торопит меня фей.

Я не реагирую и тщательно отмываю грязь, перемешанную с кровью и пеплом. В данный момент на мне только сапоги. Снимать их нет никакого смысла — они и до этого вымокли насквозь. А так хоть защитят ступни от острых камней и мусора, если такой имеется на дне. А заодно ещё и прополощутся.

— Ты можешь намываться быстрее? — нервничает фей и почему-то оглядывается.

Мне торопиться особо некуда, поэтому снимаю с плеча висящую полотенцем рубаху и спокойно застирываю. Переноску замачиваю рядом и на всякий случай цепляю за руку, чтобы не уплыла и не утонула.

— Ты тут прачечную решил открыть? Совсем с ума сошел? Сейчас же рассвет! — практически кричит в мою сторону фей и отходит от берега.

— Кто ещё из нас сошел с ума? — ухмыляюсь и показываю рукой на ярко светящее солнце. — Какой ещё рассвет?

Фей не успевает ответить на мой вопрос, только пялится вглубь лазурного неба. Поднимаю голову и слежу за его взглядом — из-за горы показывается синеватый диск ещё одного солнца или спутника. Недоуменно смотрю на небо. Мне кажется, тут что-то неправильное. Уверен, что солнце должно быть одно, и вот такой синеватый круглый диск явно лишний… Хотя, да. Мир-то другой, это я уже понял. Небо тоже меняет цвет, становится глубоким и более ультрамариновым. Да и у деревьев вокруг появляются вторые тени. Меня словно касается тревожность. Становится как-то…более опасно, что ли. Но ненадолго. Вдох, и чувство опасности словно смывает светло-голубой водой. Ведь что может случиться в этом замечательном месте, да?

— Синий рассвет. Замри, приготовься.

Глава 3

Суп из осьминога заказывали?

Фей чуть подлетает над землёй. Стрекозиные крылышки едва шевелятся.

Они двигаются так лениво, что вывод напрашивается сам собой: магия. Сами такие крылья фея бы даже над землей не подняли бы. Феофан ведет себя предельно странно, поэтому особого внимания на его выходки не обращаю.

— К чему приготовиться? — на всякий случай переспрашиваю, так, для очистки совести. Мысли лениво перекатываются на волнах озерка.

— Пока не знаю, но опасность! Вокруг, здесь, там, не знаю! — Феофан кружится на месте. — Лес говорит — бегите!

Поворачиваюсь, но неподвижная гладь озера ничего плохого не предвещает. Да и разве может ли в таком месте что-то произойти? Так, я эту мысль только что думал. Секунду!

Нет. Спокойные воды озера. Голубые. Деревца, будто нарисованные, обступают водоём по кругу. Высоченные скалы закрывают местность от ветра, а солнце приятно пригревает. В тени деревьев можно даже вздремнуть. Опасностью и не пахнет. Все хорошо.

Фей нервно перетаптывается, вздрагивая, на песчаном участке.

— Да замри ты, ссс…собака! — Фей сильно беспокоится и жестами меня останавливает.

Не реагирую на его крики. Мой напарник подбегает к воде, но резко тормозит у самого берега. Бегает по краешку водоёма, не касаясь воды. Не понимаю, чего он так суетится? По-моему, райское место.

Будто подтверждая мои слова, под водой меня слегка поглаживает водоросль. Я стою в одних сапогах и чувствую под коленками едва заметную щекотку. На всякий случай сжимаю покрепче рубаху и разворачиваюсь к берегу.

— Медленно и плавно выходи на берег! — с ужасом шипит Феофан. Он перестает бегать по берегу и делает шаг назад. Бледнеет прямо на глазах.

Ну чего он боится? Здесь такое классное место. Можно целый день купаться и отдыхать. Заплыть поглубже, например.

Но это неважно, потому что щекотка поднимается от колен всё выше. Какое доброе озеро, оно хочет помочь мне помыться. Меня обволакивает нежное и заботливое тепло, хочется остановиться и полностью уйти под воду, мешают только нервные выкрики фея:

— Даже не думай! Не слушай его! Не ведись! Иди на берег. Медленно.

Я погружаюсь в некоторого рода блаженство и спокойствие. Страха или опасности не чувствую. Внутренний голос будто немного приглушен. Неторопливо делаю шаг к берегу.

— Вот так. Не торопись, — фей ладошками зовет к себе. — Еще шажок. Пожалуйста!

— Зачем? Здесь так хорошо! — зачерпываю воду и плескаюсь в фея.

Тот чуть морщится как обиженный карапуз.

От этой мысли я захожусь смехом, ведь он так забавен в своем странном беспокойстве! Перевожу дух и на секунду открываю глаза. От светло-голубой глади озера не остается и следа. Её сменяет бесконечное число тёмно-синих щупалец вокруг и огромные такие пузыри. Щупальца как в замедленной съёмке выползают на поверхность, а вода между ними в прямом смысле слова кипит.

Резко оборачиваюсь — озеро почти полностью превращается в кашу щупалец. Всего несколько десятков метров от берега остаются свободными, но и эта зона быстро сокращается.

То, что я принимал за нежные водоросли — тоже тоненькие щупальца. Они пытаются ухватиться за сапоги, но соскальзывают. За ноги зацепиться у них тоже не получается.

Меня будто выворачивает омерзением. Рвусь в сторону берега в облаке брызг.

Толстые щупальца явно тут же понимают, где я нахожусь. Прицельно выстреливают в погоню и почти успевают меня схватить.

Выбрасываюсь на берег, отталкиваясь от шевелящейся массы. Чувствую ее ногами. В полете переворачиваюсь, и это чувство омерзения пополам с ужасом, выплескивается из меня. Я отталкиваю и проклинаю руками все озеро огненными росчерками. Меня снова накрывает опустошение. Я успеваю прочувствовать каждый миг падения.

Запоминаю это, пока лечу, да и то как набор картинок в калейдоскопе. Все сливается в одно. Темнота.

* * *

— Дорогая графиня, я осмотрел вашего наследника, — разговаривают два огромных человека. Обоих я вижу плохо, словно сквозь мутное стекло. Двигаться и говорить тоже не могу. Только мычу и агукаю — язык просто не повинуется. Руки и ноги тоже как-то странно отзываются, будто я их дергаю за ниточки. Но эта загадка пропадает сразу же. В поле зрения попадает моя ладонь — она совсем маленькая и пухлая как у ребенка. Размер людей тоже находит свое объяснение. Это не они большие, это просто я маленький.

— Да, Генрих? — отвечает теплый и родной голос. — Я только вам доверяю. Что же делать?

— Жаль, что ваш отец и мой друг не дожил до этого момента. Он бы объяснил вам сам — все же в нашей среде он долго крутился. В вашу семью пришла радость — родился маленький маг, а то что вы наблюдали — это пробуждение его сил.

— Ох, Генрих, — женщина заламывает руки. — Мы же едва спасли нашего мальчика!

— Да, дорогая, но есть и иная сторона медали. Он первый в вашем Роду маг. И Сил ему дано очень много. А вы же помните, что у нас делают с очень сильными, но не умеющими себя контролировать детьми, правда?

— Что же делать⁈ Что же делать⁈ — женщина в отчаянии.

Хочу ей сказать, что я-то магию контролирую! Она как мягкий и тёплый котёнок ластится ко мне глубоко в груди. Я ее чувствую как себя, и ничего страшного произойти больше не может. Просто магия испугалась сначала, а теперь мы вместе и все будет хорошо. Чувство непередаваемо.

Я все понимаю, но говорить еще не могу. И только руки и ноги двигаются все более и более хаотично.

— Видите, графиня, ему больно! И если мы не поступим как я предлагаю, он сожжет себя изнутри! Я ограничу его возможности. Сил мальчику хватит на то, чтобы закончить Академию и попасть в лейб-гвардию. А когда он станет старше, мы с ним постепенно снимем все печати с души. Он сможет прожить полноценную жизнь, а не сгорит, как крыло вашего замка.

— Почему же другим такие печати не ставят, Генрих?

— Наличие таких печатей это секрет, только вам его открываю, как дочери моего друга. Да и почти бесплатная зарядка кристаллов королевству никогда не помешает. Так что просто невыгодны никому такие исследования. Не скрою, что ритуал очень опасный. Но больше для меня. Минусом для вашего сына будет только небольшой откат в развитии. Он начнет все заново, но я уверен — быстро нагонит своих сверстников.

— Ах, как же мой муж, Бастиан⁈ Он так гордится, что его сын опережает других детей! Виктóр почти разумно угукает в нужные моменты, словно понимает нашу речь!

— Ну милая моя, решайте сами, что вам важнее: здоровье ребенка, или восхищение мужа. И решайте быстрее.

— Делайте, Генрих! Не могу видеть как мой мальчик мучается!

— Ну вот и отлично, дорогая моя девочка! — убаюкивающим голосом наговаривает мужчина. — Ну вот и отлично. Все будет теперь хорошо! А когда Бастиан вернется с границы — я сам с ним поговорю, не переживайте. Тут я вам помогу.

— Ах, Генрих! Если бы не вы, я бы даже не знала к кому обращаться!..

* * *

Прихожу в себя, словно выныриваю из глубины. С этим придется разбираться. Да и с прошлой картинкой тоже: она неплохо дополняет предыдущую.

Удивительно, но мужчину из воспоминания я не воспринимаю как доброго человека. На мгновение мне кажется, что за его добродушным лицом скрывается злобная маска, хотя никаких предпосылок нет. Вроде бы полезное дело этот Генрих делает.

Кстати, теперь становится немного понятнее, что со мной не так. Ведь это было воспоминание, очевидно. Там я чувствовал себя так же как сейчас. И мыслил так же. То есть я, кажется, понемногу начинаю возвращаться к себе? Наверное так. А то, что эмоций и удивления пока не густо, спишу на постепенное снятие этой самой печати, про которую говорил человек из сна.

Теория так себе, но в комплекте с недавним феем и крокодилом уже может считаться близкой к реальности. Принимаю за начальную точку.

Да и вот того ощущения ластящейся магии у меня сейчас нет. Только отзвуки, не больше. Но хотя бы знаю, к чему теперь идти.

С трудом разлепляю глаза. Вижу как тот самый фей бегает по берегу озера и собирает камни. Или вовсе не камни? Приглядываюсь и понимаю, что в руках у моего попутчика самые настоящие куски щупалец.

Оборачиваюсь на озеро. Синее озерцо становится больше похоже на огромную тарелку супа из осьминога. По всему зеркалу озерца, тут и там, плавают куски разорванного чудовища, или чего там жило в озере, пены и водорослей.

Внутри полное опустошение. Бездумно смотрю на остановившегося фея.

— Живой? Тогда чего разлёгся⁈ Давай помогай! Я же чувствую, что с тобой всё в порядке! — фей опирается ручками на коленки, чтобы перевести дыхание. — Я, знаешь ли, зарядку на сегодня не заказывал.

— А что ты делаешь? — спрашиваю не без интереса.

— Как что? Тебе деньги не нужны? Мне вот нужны, — фей брезгливо оттягивает полу тоги. — Ты посмотри во что моя одежда превратилась! Да и перекусить не помешает, а то завтрак в желудке давно закончился. Хоть надолго этого деликатеса и не хватит.

Не сразу понимаю, о чем говорит фей. Подхожу к камням, куда он постоянно бегает, и вижу горку аккуратно нарезанных нежно-розовых кусочков. Поднимаю один. Выглядит довольно съедобным.

— Мы их прямо так есть будем? — спрашиваю на всякий случай.

— Если хочешь навсегда остаться тут, ешь. А я пожарю, — ухмыляется фей и садится под ближайшее дерево. — Ну, а что? Место красивое. Посетители каждый год новые. Скучно под ивами не будет.

— Шутник, — ухмыляюсь. — Мог бы просто сказать, что без обработки несъедобно. Чего развёл-то? Да и куда ты спешишь-то так?

— Дальше сам. — Фей глубоко вздыхает и вытягивает ноги. — Тебе будет попроще набить холодильник. Я слышал про такого монстра, к нам на кухню иногда его щупальца попадают. Если их не бросить в ближайшие четверть часа на лед, то все, что не обработано или не положено в холод, просто пропадёт. И не беспокойся, теперь это место совершенно безопасно, я чувствую. Так что можешь спокойно заходить в воду. А я пока эти кусочки пожарю.

— Где дрова возьмём? — осматриваю деревья, но сухих ветвей и листьев, как назло, не вижу.

— Какие дрова? А я тебе на кой? Сколько раз тебе говорить, что феи — лучшие кулинары во вселенной? — мужичок задирает подбородок и закидывает ногу на ногу.

Вот так новость! Но не успеваю я как следует обрадоваться, фей добавляет:

— Правда, я ещё не всем фокусам обучился у матушки, — опускает голову и водит пальцем по земле. — Умею только разогревать и поджаривать, — поднимает взгляд. — Но делаю это в лучшем виде!

Так и знал, что где-то кроется подвох. Через несколько минут становится ясно, что фей еще и несколько оптимистичен, когда говорит об идеальной прожарке.

Мужичок кладёт руки на небольшой плоский камень. Буквально через пару десятков секунд на нём уже шипит вода. Феофан быстро бросает кусочки щупалец на импровизированную сковородку.

Я же, как раз, пока он готовит, достаю из озера несколько длинных кусков монстра и почти набиваю сундучок.

Снова сажусь к фею. Есть чего-то очень хочется, скорее всего от переживаний, или просто время подошло, не знаю. Один кусочек у повара практически превращается в уголёк, а второй по-прежнему отдаёт сырой водой. Его, пожалуй, есть не буду. Выбора особого нет, поэтому пробую, что дают.

Нет, это не съедобно.

— Почти как у матушки! Скажи, вкусно? — обращается ко мне фей и незаметно откладывает свой кусок в сторону.

— Очень, — сдержанно отвечаю я, чтобы не обидеть Феофана. — Но если бы к нему еще соус какой-нибудь солёный…

— Так есть у меня соус! — Феофан быстро вытягивает из-под тоги поясную сумку и запускает туда руки по локоть. Вытягивает оттуда небольшую посуду с чёрным соусом. Как она туда поместилась — непонятно. Но на ум приходит фраза, сказанная глубоким голосом: «Это Магия, Гарри!». Кто этот Гарри, и причем тут совы я не понимаю. Точнее, не помню. Но пусть. Это Магия, Витя.

Хм, какой-то знакомый запах. Слегка макаю пережаренное щупальце в эту жижу. Откусываю. А съедобно. Не сказать бы, что очень вкусно, но вполне съедобно.

— Так, Феофан, ножик дашь?

— У меня нет! А тебе зачем? — нелогично уточняет фей.

— Да вот эти две палочки срезать. — Показываю на два прутика рядом с камнями.

— На! — тут же протягивает фей мне срезанные палочки. — А зачем тебе они?

— Ну смотри, так-то ты идеальный повар, вот только сковородка тебя подводит. — Показываю на горячий камень. Ерунду, конечно, говорю, но пробовать готовку фея чего-то больше не хочется. — Видишь, камень нагревается неравномерно, поэтому так странно и прожариваются кусочки. Давай, ты будешь следить за камнем, а я палочками попереворачиваю кусочки еды. Просто чуть-чуть помогу.

— Точно! Сковородка виновата! А я-то все думаю… — Фей радуется простому объяснению. — Ты это хорошо придумал! Давай!

Быстро обжариваю кусочки щупалец. С фейским соусом это даже почти вкусно. Более того, получаю второе дыхание. С каждым кусочком у меня появляется все больше сил — я восстанавливаюсь на глазах.

— Странная еда! — смотрю на очередной кусочек. — Я быстрее прихожу в норму, что ли?

— Ещё бы, это ж вроде местный деликатес — я его сразу узнаю. На кухне часто встречал — он для магов полезный. Вроде помогает восстанавливаться после серьезных трат. Может и отсюда привозят, — улыбается фей. Правда, недолго. Бросает взгляд на суп из осьминога в озере и тут же отворачивается. — Только теперь и не знаю, может больше привозить не будут.

Быстро дожевываю куски так называемого деликатеса и проверяю наполненность сундучка.

— Закинь в холодильник ещё несколько штук и пойдём, — тихо предостерегает фей. — Не стоит тут надолго оставаться, а то мало ли, местные нас тут заметят, вопросы начнут задавать… Что с озером? Что с животиной? Да и зачем нам сейчас новые знакомства? Тревожно что-то мне.

В этот раз я решаю к нему прислушаться.

Холодильник почти полон, но еще несколько кусочков щупалец туда я все же утрамбовываю. Все-таки, по словам моего попутчика, щупальца можно обменять на деньги или одежду. Да и нормально поесть потом тоже не помешает. Деликатес, действительно, будто испаряется изо рта и желудка. Даже привкуса не оставляет — только силы.

Смотрю на битком набитый сундучок и представляю, как потащу его сейчас до ближайшего посёлка. Но ошибаюсь. Артефакт неожиданно, даже полный, почти ничего не весит. Удобно, что уж тут.

Рубашка и штаны на мне успевают почти высохнуть, так что к людям я выйду во вполне себе приемлемом виде, и это хорошо.

— Часа за три дойдём, если тормозить не будешь, — правильно понимает мой взгляд фей.

Сажаю мужичка в переноску. Так как идти далеко, то проще будет, если я его все же понесу, благо, он всё такой же невесомый.

Фей прикидывает примерное нахождение поселка и показывает пальцем в сторону еле заметной тропинки. Не переспрашиваю. После истории с щупальцами, решаю довериться — он всё-таки в этом мире местный.

Фей мирно сопит в переноске, а я иду по тропинке и наслаждаюсь дорогой. Как только редеет лес, вдали синей дымкой виднеются горы. Тропинка тоже вливается в вымощенную камнем дорогу. И идти сразу становится намного легче. А после густого леса, меня встречает огромное пшеничное поле. Золотистые колосья наклоняются под тяжестью созревших зёрен. Интересно, почему их никто не убирает? Пшеница ведь точно уже созрела, а поле — тоже не само выросло.

Синий диск второго светила встаёт в зенит. Фиолетовые тени почти полностью исчезают. Иду и не сразу замечаю плывущий навстречу силуэт со стороны поля.

— Здравствуй, гость добрый! Отдохнуть не желаешь? Шанежки* подошли, молоко свежее, только сегодня из-под коровы, — приветствует меня девушка. Её золотистые волосы заплетены в косу и отливают медовым цветом на солнце. Девушка приятная, с мягкими чертами лица и румянцем. А голубые глаза смотрят с дружелюбным интересом. В руках девчонка держит большую плетёную корзинку с крышкой.

Колосья расступаются, пропуская вперёд красавицу. Светлое ситцевое платье с длинными рукавами развевается на ветру.

«Хороша, » — Отдаю должное барышне про себя. Да и отказываться от приглашения не тороплюсь — одними щупальцами сыт не будешь.

— Дорога-то дальняя, устал поди? — Девушка приглашает к себе в пшеницу.

Я просто радуюсь такому гостеприимству. Вот с чего нужно начинать знакомство, а не с пещер, крокодилов и щупалец!

* * *

*шанежки — круглая дрожжевая выпечка, напоминающая открытые пирожки, подобие лепешек из дрожжевого или песочного теста.

Глава 4

До Крайнего подбросишь?

Девушка широко улыбается, а в глазах у неё мелькают озорные искорки. Вот только на фея она не смотрит, будто не замечает. Может, оно и к лучшему.

Иду за барышней к небольшой утоптанной полянке на краю поля.

— Эй, просыпайся, есть будешь? Нам шанежки предлагают. — Всё-таки решаю легонько толкнуть фея в плечо. Напарник-то тоже особо не обедал. Фей давно уже дремлет и почти весь путь слегка похрапывает.

Феофан нехотя тянет, разминает шею и просыпается. Слышу, как причмокивает.

— Шааанежки? — тянет хриплым сонным голосом. — Конечно буду!

Потом, видимо, открывает глаза.

— А кто предлагает? — спокойно спрашивает фей. — Вот эта вот мертвячка?

— Ты чего несёшь? Какая мертвячка? — не скрываю удивления и перевожу глаза на девушку.

Она ведёт себя так, будто ничего не происходит.

— Так она ж мертвячка, ты что, не видишь? — как-то грустно похохатывает фей.

С меня глаз будто спадает пелена. Вместо яркого жизнерадостного взгляда девушки на меня направлены пустые черные глазницы. Приятные румяные щёки превращаются в кости, обтянутые прозрачной кожей. Идеально белые зубы расшатываются и выпадают изо рта на землю. Седые космы расползаются как змеи, а светлое платье истлевает прямо на глазах.

— Жалко девчонку, просто так полуденницы не появляются, — вздыхает фей.

Мертвячка тут же понимает, что я вижу ее реальный облик и начинает кружить вокруг, но не нападает.

А мне все равно кажется, что за этой страшной внешностью проглядывает та золотоволосая смешливая девчонка. На секунду, наверное, но всё же.

— Ну вот, уже сон на нас навевает, ты бы её остановил, что ли, — говорит фей и легонько бьёт меня локтем под рёбра. — И давай побыстрее, а то мы можем не успеть.

Та, что недавно превратилась из прекрасной девушки в подобие смерти, не смотрит на нас. Она поворачивается спиной и машет руками. Золотистые колосья вокруг образуют воронку.

— Полуденница сейчас тебя угробит, пока ты думаешь, — чуть раздражается фей и возится в переноске.

Я подавляю зевок и пытаюсь собраться с мыслями.

— Надо что-то с этим делать. Что против них работает? — на всякий случай уточняю у фея, пока тело само не решило, что делать. В предыдущие пару раз всё заканчивалось, мягко говоря, не очень.

— Это дух убитой девушки. Вроде как, на этом поле её, получается, и убили. Где-то рядом должны быть кости. Может, обманул и убил из приезжих кто-то, но разве её это теперь волнует? Мстить-то она всем подряд должна. — Фей широко зевает. — Нужно просто найти кости и сжечь их. Может, там же и предмет какой найдем, к которому она привязана — так тоже бывает. Ты же её обидчика не пойдёшь искать? Ну, ты это всё и так должен знать. Наверняка читал же в библиотеке. На границе нежити-то прилично еще.

— Не помню я, — отвечаю фею. Почему-то сонливость отступает. А вот Феофан почти засыпает. Снова обращаюсь к мертвячке. — Как звать тебя, красавица?

Мёртвая девушка аж замирает. Оборачивается.

— Алена, — отвечает не торопясь. Кажется, что истинный облик слегка проглядывает через страшную картинку.

— Слушай, ну уничтожить-то тебя я, скорее всего, смогу без проблем, — зажигаю на правой руке огненный шар. Мне хватает только подумать об этом заклинании, как о стандартном для мага, как шарик тут же наливается у меня на руке.

— Маг⁈ — кричит девушка, и отлетает на пару метров.

— Ну маг, ну и что? — переспрашиваю.

— Ты меня понимаешь⁈ В этом обличии⁈ — мертвячка повисает в воздухе, и словно колышется на ветру.

— Понимаю. — Спокойно говорю. — Я почему-то думаю, что ты пока что ещё больше девушка, чем неупокоеный дух.

— Я-а-а стра-а-ашная! — соглашается со мной девчонка.

— Ну в таком виде — да. Но я же видел и другое твое обличье.

— Я-а-а другой могу быть недолго. Си-и-ил мало.

Седые космы девушки меняют цвет на нормальный и заплетаются в тугую косу. Невооруженным взглядом видно, что Алена хочет принять человеческий облик.

— А тебе обязательно убивать именно людей? — Уточняю.

— Не знааю… Я пока людей не убивала… — голос мертвячки скрежещет, интонации скачут.

— Вот и хорошо, может, не придется? — усмехаюсь.

— Ты-ы-ы странный. — Девушка облетает вокруг меня. — Но я тебя боюсь. Никто меня в этом обличии не понимает. Даже мои родичи. Убе-е-ега-а-ают.

— Ты на вопрос ответь! — Спокойно жду. Очевидно, что мертвячка отлететь отсюда далеко не может. А, значит, у неё нет особого выбора.

— Не-е-ет, не обязательно. — Понимает это и девушка. — Но животные убегают сразу. Мне нужно много силы их душ. Человек, думаю, насыщает лучше.

Кидаю быстрый взгляд на Феофана, он спит в переноске без задних ног.

— Ну, это понятно. Но если ты можешь разумно со мной разговаривать, может быть, ты можешь и заключать договора, которые не нарушишь? — захожу издалека.

— Наверное… Я не хочу исчезать. А ведь ты меня убьешь? — Алена снова облетает вокруг меня, её страх чувствую кожей.

— Пока не знаю. Почему-то мне кажется, что есть и другой выход, — успокаиваю девушку. Мне на самом деле так кажется. Сквозь ужасную оболочку действительно на мгновения проглядывает та девчонка. А еще, мне кажется, что в её глазах стоит надежда. — Ты можешь уйти с этого поля?

— Только если перенести мой браслет. Я к нему привязана и в нём живу, — поясняет девушка, а её волосы опять расплетаются и меняют цвет. Видимо, её силы совсем на исходе.

— Хм. Так это же отлично! — не скрываю радости. Вообще, похоже, это идеальный охранник. — Так что насчет договора? Есть ли такой, какой ты не нарушишь?

— Мне кажется, обещание тебе я нарушить вообще не могу, — с легкой ноткой удивления в голосе заявляет мертвячка. — Твои слова словно камни — не сдвинуть. Я не знаю — почему.

— Здорово, тогда предлагаю тебе договор на охрану меня и моего напарника, — чуть останавливаюсь и слежу за реакцией девушки. Она внимательно слушает. — Сможешь питаться бандитами, хищными животными, в общем, всеми, кто на нас нападёт. А нападать, похоже, будет кому. Договор?

— Договор, — девушка без промедления произносит эти слова. В ту же секунду она втягивается в свою руку и оставляет на земле небольшой костяной браслет. Причём, я начинаю чувствовать сродство с этим браслетом.

Поднимаю браслет и кладу к себе в карман. Странное ощущение, будто теперь я точно знаю, где он всегда находится.

Оглядываюсь — фей говорил, что поблизости должны быть кости. Наверняка, где-то здесь, на утоптанной полянке. Не зря же звала именно сюда.

Хожу кругами. Так и есть: натыкаюсь на выглядывающие из земли белеющие куски остова. Ну, вот сюда огненный шар пристроить — милое дело. Сбрасываю каст с руки.

Кости занимаются как облитые бензином. Я отшатываюсь.

Останки сгорают в пепел за считанные мгновения, земля проваливается и чернеет. На месте импровизированной могилы замечаю мгновенно проклюнувшиеся ростки.

Тут же просыпается Феофан.

— О, кажется, ты с мертвячкой-то справился! — протяжно зевая, говорит фей.

— А ты, похоже, особенно-то и не переживаешь?

— А мне-то чего переживать? — ухмыляется Феофан. — Нам мертвяки не страшны. Феи для слабой нежити не видны, а сильной — не интересны. Ну, заснул бы я рядом с нежитью, не страшно.

— А я?

— Ну, я же тебя предупредил. Какое-то время тебе дал. Ты бы справился. С полуденницей-то даже крестьяне справиться могут, — объясняет фей и призадумывается. — Ну, может, не всякие только.

Возвращаемся с поля обратно на дорогу. Поесть, конечно, не получилось, но приключение вроде бы даже с прибытком.

С поля я иду, ориентируясь на повторяющийся скрип.

— О, ездовые кролы! Нам туда, туда! — командует фей и подпрыгивает от нетерпения в переноске.

— Ты уверен? — переспрашиваю я. Смотрю на флегматичных животин, тянущих по дороге телегу с седым мужиком за вожжами.

Внешне животные напоминают огромных кроликов, вот только размер, мощные лапы и длинная шерсть отличают их от привычных грызунов.

Вываливаюсь почти под лапы этим странным животным.

Старичок реагирует мгновенно. Тут же натягивает вожжи. Одним движением переваливается через борт телеги и прячется под ней. Кролы дисциплинированно встают на месте.

Один из них оглядывается, вытягивает из-за спины огромную морковь и флегматично жуёт. Второй на него вовсе не реагирует.

Подходим ближе. Фей по-свойски спрашивает:

— Дед, ты чего? Мы свои.

— Чур меня, мертвяк, чур! — кричит старик и закрывает глаза, делая странные жесты пальцами.

— Молитва тебя не спасёт, дед. Живые мы, — снова обращается к старику фей.

Из-под телеги на нас глядят испуганные огромные глаза.

— Чур меня! — как заклинание, но уже не очень уверенно повторяет дед.

— Я маг из Академии, — вмешиваюсь с пояснениями.

— Не врёшь? — дед вцепляется в собственную бороду, будто пытается ею укрыться. — Чем докажешь?

— Ничем, он жетон потерял, — фыркает фей из переноски.

— Зато фей есть, могу показать! — беру фея подмышки и вытягиваю перед собой. — Вот смотри.

— Тьфу ты! Что ж сразу не сказал. Чуть ноги не отбросил с вами, — причитает дед и, кряхтя, выбирается из-под телеги.

— Ты чего так дёргаешься, отец? — максимально дружелюбно обращаюсь к старику и опускаю фея на землю.

— Так я видел, как вы с поля вышли, — заявляет старик. — На поле только мертвяки живут, туда нормальные люди не заходят!

Один из кролов медленно вытягивает ещё одну морковку из телеги и с хрустом откусывает. Дед пытается забрать у грызуна еду со словами:

— Я же сказал, тебе на сегодня хватит! Ать сюда! Ах, ты ж безмозглая животина!

Подхожу ближе к старику и одним движением руки выдергиваю морковку прямо изо рта крола. Тот никак не реагирует, будто ничего не происходит.

— Али вы мертвяков не встретили? — запыхавшись, продолжает старик.

— Только одного, — честно отвечаю.

— Но уже всё, — добавляет фей и проводит рукой по лапе крола.

Тот жуёт невидимую жвачку и ему на фея совершенно наплевать, как и, вообще, на все вокруг, похоже.

— Как всё? — дед хватается за бороду и таращит глаза.

— А вот так, дед! — Киваю я. — На поле, если там был только один мертвяк, теперь можно ходить. Ну, и убирать тоже.

— Радость-то какая! Расскажу в деревне, не поверят! — Дед от радости хватается за голову.

— Так всегда проверить можно. Если собака с поля не сбежит, то и нежити там нет, — подсказывает Феофан.

— Это ты, малец, хорошо придумал. Так и сделаю. — Старик чешет в затылке. — Или, вон, кролов запущу. Потравят пшеницу, конечно, зато точно узнаем.

— Да как хочешь, отец. Хочешь кролов, хочешь собак. Ты лучше скажи, куда путь держишь? — уточняю, пользуясь случаем.

— Так в городок Крайний, на ярмарку. До неё ещё пять дней, как раз успею раза три туда-сюда обернуться. А там и расторгуюсь, — поясняет дед, указывая сухой рукой на телегу.

Переглядываюсь с феем.

— С собой возьмёшь? Мы-то тоже туда идём, — спрашиваю старика.

— Конечно-конечно! Помогу, чем смогу. Радость-то какая! — не успокаивается дед.

— До городка нам пешком день топать, — сообщает фей как бы невзначай и оглядывает повозку.

— Садитесь-садитесь, подвезу! — оживляется дед, и я помогаю ему залезть обратно на козлы. Сам усаживаюсь рядом. Фей тоже забирается в телегу. — Ну, — Перетягивает свободным концом вожжей по спине обоих кролов. — Трогай!

Кролы плавно трогаются с места. Телега, слегка покачиваясь, медленно двигается вперёд. Каменную брусчатку, конечно, чувствую другими частями тела, но все же лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Да и на козлах у старика навалено мягкой одежды, так что небольшая тряска ничем не мешает. Фей же и вовсе не замечает неровности дороги. Как только он переваливается в телегу, Феофан замирает и к чему-то принюхивается.

Старик оглядывается на фея, усмехается, отдает вожжи мне.

— Подержи!

Забираю кожаные ремни. Кролы начинают вертеть головами в разные стороны.

— Крепче держи! — Усмехается дед. — Щас заберу. Умные животины, понимают чужую руку-то.

Наклоняется в телегу и развязывает один из пары десятков мешков. Достает оттуда синеватую репу, размером, наверное, почти с мою голову. Фей тут же тянется ручками к этой брюкве.

— Давно не видал таких как ты. С тех пор как служил в пограничье. Но наслышан. — Старик по-доброму усмехается. — Вижу, знаешь, что это.

— Знаю-знаю! — Фей тянется руками к неподъёмному для него клубню. Выглядит как ребёнок, выпрашивающий любимые конфеты.

— А это что? — интересуюсь как бы между прочим.

— Так репа. Феи на такую что угодно готовы обменять. Это я точно знаю! — рассказывает старик. — Их предки вредителями были.

— И ничего не вредителями! — Феофан поднимает палец вверх. — Это вы люди здесь пришлые. Мы-то тут с начала веков живём. Кто вас, людей, заставлял такую вкусноту выращивать? Мы-то сначала вообще не понимали идею владения полем. Растёт, вкусная — значит, наша! А от вас мы просто отбивались. Ведь как считалось: если нашли такую вкусноту — это мы нашли добро, а тут приходят наглые дылды и пытаются нас от него отогнать. Конечно, мы были против!

— Да не обижайся! — Старик успокаивающе машет рукой. — На лучше, поешь! Мытая, старуха моя мыла. На ярмарку везу, а выращиваю сам.

Старик выдает репу фею, и тот буквально вгрызется в овощ. Похоже, мир на полчаса перестаёт для него существовать. А, скорее, на десяток минут, судя по скорости поглощения.

— Весь урожай забирают. Скорее всего, в Академию-то и забирают. Феи-то как не в себя жрут. — Кивает на максимально сконцентрированного Феофана. — В глубине королевства она ж не растёт. Только на границе. Говорят, как-то с магией дикой связано. Так что, зарабатываю, и неплохо. Главное, его диких соплеменников отвадить. Ну, так кролам это легко. Не смотри, что они такие спокойные: за свою жратву кого хочешь порвут. Вот я и сажаю репу посреди их морквы. — Достает из соседнего мешка длинную, почти в полметра, жёлтую морковь. Кролы поводят носами и тянутся головой назад. Старик, натягивая вожжи, делать им этого не дает.

Дед пару секунд на них смотрит, а потом ломает морковь на две части и бросает перед кролами вперёд. Животины ловко ловят куски морквы в воздухе и опять становятся спокойными флегматиками.

— Так что если соберешься сажать репу, то сначала обзаведись ездовыми кролами, — советует старик.

— Конечно, отец! Если соберусь сажать, то обязательно. А ещё лучше, к тебе обращусь, — обещаю в шутку. Хотя, чего только не приходится иногда делать.

Дед спокойно кивает, слово так и надо. А может, действительно считает, что выращивание репы на границе — очень хорошее дело жизни.

— А ты про мертвячье поле совсем ничего не слышал? — на этот раз старик обращается ко мне.

Мотаю головой.

— Да откуда? Мы тут по делам Академии были.

— А! Понимаю, вы к гоблинам ходили! Вот ещё те твари! — Старик в порыве эмоций ударяет рукой воздух. — Нет, ничего не могу сказать, так-то их на горячем не ловили. Но всё равно, неладное что-то придумали маги. Гоблины и люди завсегда воевали. Мы тут, как едем, всё равно сторожимся. А неровен час, они про договорённости забудут? Маги-то что? Они в столице! А мы-то здесь!

— Ну, на ближайшие полгода, можешь не сторожиться дед. Что там произошло — не знаю, но ни гоблинов, ни их крокодилов в живых не осталось.

— Вот ведь какой хороший вестник-то ты студент! В пещере, никак, побывал? — любопытствует старик.

— Да, дед, Побывал. — Грустно тяну я.

— Ага, — внезапно включается в разговор Феофан. — Мы им такие договора принесли! Закачаешься! Банковские чеки на сумму на треть больше, чем обычно! Академия хотела чаще их эссенцию покупать.

— Вот, о чем я и говорил! — Смеётся старикан.– Все что угодно за репу выдаст! Ничего в них не держится. — Потом внезапно что-то вспоминает и заливается смехом ещё больше. — Я не ослышался, вы гоблинам чеки привезли⁈ Аха-ха! Как вы ещё живы-то? Точно в пещерах никого не было.

— А что не так-то, отец? — уже начиная о чем-то догадываться, спрашиваю старикана.

Глава 5

Секрет расскажешь?

Старикан заливается хохотом.

— Так они читать не умеют! Договора, да и любую письменную бумагу личным оскорблением считают! Это же всем воевавшим с ними известно! У них даже договора на узелках заключаются. Такие они не нарушают. — Смеётся. Смахивает слёзы, выдыхает. — А с чеками там вообще история была. Они как-то резались между собой год ради такой бумаги. А потом, выигравшее племя пошло в город. Куда их, естественно, не пустили. Это-ж анекдот был в Пограничье лет тридцать назад. Гномы-то, тоже не дураки. Вклад-то им открыли на эту сумму. Вот только получить назад может его только гоблин, да еще и со знаками кагана. А гоблинов в города не пускают. Вот и получается, что гномы честные — вклад-то открыли, люди тоже честные — заплатили честь по чести. Только гоблинам ничего не досталось. Гномы их деньгами до сих пор ворочают.

— А вклад большой? — Феофан снова влезает в разговор. Видимо, у него закончилась репа.

— Так сумма приличная очень накопилась по слухам, — усмехается дед. — Кто-то гоблинам тогда идею вклада под проценты успел подкинуть. Они туда все свое золото и ухнули. За это время уже с десяток каганов сменилась. Но с тех пор они торгуют по старинке только за золото. И договоров с людьми на бумаге не заключают. Хотя, если вы в пограничье не были, то эту историю могли и не слышать. Это ж было, когда я только туда на службу перевёлся. Королевство тогда знатно наступало, при прошлом-то государе. — Дед углубляется в воспоминания.

Переглядываемся с феем.

— Отец, а это в каком городе было? — спрашиваю старикана.

— Так Лютинск же, по-модному — Лютеция, это уже и не пограничье давно. Да это неважно, филиалы-то Гномского банка в каждом городке есть. Надёжный он очень. Честный! — Старик опять заливается смехом. — Так что хорошо, что никого не застал. А то бы они тебя живым не выпустили. Крокодилам бы своим скормили.

— И чего? Их же потом вырезали бы всех! — удивляюсь я.

— А тебе тогда какое дело бы было? Ну, вырезали бы, так гоблины к этому привычные. Плодятся, что тебе кролы. У них смерть как у нас обед. Был гоблин, нет гоблина — никому до этого дела нет, даже самому гоблину. Нам их не понять.

Старик ненадолго замолкает.

Неожиданная информация.

— Ну я так просто не дался бы, — хмыкаю. — Я все же маг.

— Маг, маг, не спорю. Вот только шаманы гоблинов, на границе, опытных магов спокойно разбирали. — Старик грустно задумывается. — Да, с перевесом, один к трём, один к пяти, но разбирали же. Сложно вашему брату против духов. — Кивает на Феофана. — Твой-то правильно сказал, мы здесь пришлые. Пусть уже и давным-давно. А вот гоблины, феи, нечисти разные, да даже вон те же мертвяки — они все здесь жили изначально. Просто мертвяки были другие.

— Но ведь гоблины теряли, получается, десятки своих шаманов? — удивляюсь. Феофан кивает.

— Ну и что? — старик пожимает плечами. — Для племени потерять пяток шаманов, но забрать с собой человеческого мага — это выигрыш. Гоблинов родится много. И среди них часто попадаются те, кто говорит с природой, с духами, силами. Все их привыкли презирать, кроме тех, кто с ними воевал. Они просто другие. И хорошо. Иначе, если они были бы умнее, то устроили бы нам похохотать.

— То есть, ты, отец, думаешь, что мне повезло не встретиться с гоблинами? — Закрываю ладонью рот Феофану. Тот протестующе дергается. Похоже, после репы очень хочет рассказать и о нашем подвиге. Но я не думаю, что старику об этом нужно знать.

— Ну, сам подумай, не любое же племя может прийти в человеческие государства. Так что сильные шаманы, а может даже гоблины-чемпионы, в этом племени жили. Стало быть, повезло.

Феофан понимающе кивает и больше не пытается влезть в дальнейший разговор. Я опускаю ладонь.

— А что с мертвяками, отец? Часто вас беспокоят? — интересуюсь и поглядываюна дорогу. Едем ровно, с одной стороны пшеничное поле, с другой деревья.

— Так по границе же, почитай постоянно. Но таких сильных, как на поле, мы нечасто видим. Обычно, что там за мертвяк? Идет, качается. Его в четыре руки уронил, сжег — да и вся недолга. А тут дух неупокоенный. Мы с такими воевать непривычны. — Старик вздыхает. — А из городка мага вызвать дороговато получается. Весь урожай поля этого не стоит. Мало тут у нас магов-то, всего-то двое на весь городок. Да ещё военные, конечно. Но у тех присказка — как убьют, так приходи, и ржут, как кони. Это понятно, я-ж помню, они только по приказу работать могут. А какой приказ, если наш старый барон помер, а нового пока нету? Так что сами, все сами.

— А как же ты один в городок рискнул поехать? — подкидываю старику еще тему. Видно, что он истосковался по собеседнику.

— Так я и не один! У меня вон, кролы. Были бы вы мертвыми или гоблинами какими, они бы себя показали. — Дед потряхивает рукой, примерно показывая, как именно всем эти кролы показали бы. — Да и с дороги если не сходить, то опасности особой нет. Нечисть дороги человеческие не любит. Вот в деревне посложнее, конечно. Но тын срубили, рогаток понаставили — отбиваемся. Старый-то барон не дурак был. Он бесплатно военным часть земли выделил. Аккурат между границей и деревнями. Мы военных подкармливаем, а они большую часть всяких страхолюдин на подходах ещё уничтожают. И все довольны. У барона меньше денег на дружину уходило, к нам страшилища разные не приползали, вояки лёгкий опыт и свежую еду всегда имели. А их командиры и ещё кое-чего от барона. Что сейчас будет — я даже не знаю. Скорее всего, объявят нас внутренним баронством, наладят кого из столицы, и придётся платить мзду.

— А уехать? — предлагаю самый очевидный вариант.

— Так куда-ж мы уедем? Привыкнем и к новому барону. За службу землю здесь же выделили, я её своими руками поднял и никуда уже не уйду. — Старик показывает руки и горестно выдыхает. — Прикипел.

Мерный речитатив старика одновременно утомляет и убаюкивает. Веки слипаются, сном накрывает резко и тепло, словно пледом. На очередной кочке нас слегка подкидывает. Сквозь сон оцениваю обстановку. Вокруг тишина, даже ветра не слышно, только мерный стук колёс. Кролы идут сами по себе, старик тоже дремлет. Сначала немного напрягаюсь, но тут же успокаиваюсь. Если так рассудить — дорога одна, опасности вроде никакой. Старик слегка подергивает поводья — по привычке контролирует кролов, сон ему не мешает управлять. Успокаиваюсь и тут же возвращаюсь под тёплый плед сна.

* * *

— Виктор Петрович! — отвлекает меня от сборов домой Настя. — Виктор Петрович!

— Да, Настенька. — Улыбаюсь барышне. Хорошая девочка-практикантка. Горит на работе.

— У нас бегунки от бригады электриков на подпись. Задержитесь?

— Нет, — отвечаю девушке. — Попробуй к Маше обратиться.

Из-за соседнего компьютера вздыхает очень уставшая женщина лет сорока. С укором смотрит на меня. Ну извини, извини. Знаю, что документооборот и, вообще, весь отдел на тебе, знаю. Но пока помочь не могу.

Молодец баба, конечно. Сама тянет и двух пацанов, и отдел, и ведь еще успевает рисовать. Даже про фикус знаю. Кстати.

— Мария Семеновна, я ж вашему фикусу подкормку купил. — Достаю небольшой пакетик. Мелкий знак внимания, но женщина тут же смягчается.

— Вы такой внимательный, Виктор Петрович. Давайте сюда, я полью.

Я точно знаю о ней все. Могу составить досье. Но зачем? Рекомендация на должность начальника отдела Куратору уйдет вместе со всем пакетом документов.

Почему знаю? Да потому что это моя работа. Я узнаю о людях разное, даже то, на что они сами внимания не обращают. Вот тот же фикус. А ведь после потери мужа он ей не дал сорваться. Маша ухаживала за растением, отвлекалась, и вроде пережила. Хоть и было год назад, а я знаю. Делятся со мной. Контора научила. Вот после ранения и научила. Сначала, конечно, вытащила. Отмыла, дала новую цель, которая неожиданно мне понравилась.

А вот теперь я ее меч. Пусть и невидимый.

Неожиданно много открывается простому кадровику на испытательном сроке. Аккуратно меня сюда пристроили. Никаких подозрений. Я же неприметный винтик. Тихий, спокойный. Всегда вовремя прихожу и ухожу. Все привыкли. И те, кто готовит слив технологии нашим заклятым партнерам тоже привыкли. Хотя, нет, они даже не знают о моем существовании. Пересекаюсь я только с их наместником на Земле — Ольгой Федоровной. Двадцати шести неполных лет.

Вот, легка на помине. Ольга по-хозяйски заходит в кабинет.

Чуть прищуренные глаза, опущенные уголки губ, слегка отталкивающие движения рук. Презрение сложно утаить. Человек воспринимает доли миллиметра изменений мимических мышц. Можно улыбаться, но лицо все равно скажет за тебя все. Презирает. Всех, кто не столь умел в карьерных играх. Но вот тут Олечка промахнулась. Директор Игорь не возьмет ее с собой, куда они так все хотят. Точнее, возьмет, но совсем не туда, куда бы девушка сама пошла. Пансион на пару тройку лет? Вряд ли больше. Именно за этой дамой грехов-то немного. Воровство и глупость. Все посчитано и измерено. Это наказывается, но несильно. Игорю же повезет меньше.

— Виктор Петрович, срочно ко мне в кабинет! — не терпящим возражений тоном требует дама.

— Ольга Федоровна, не могу, — улыбаюсь девушке. — Мой рабочий день закончился ровно полторы минуты назад. Сожалею, тороплюсь домой, я старенький, у меня режим.

Губы дамы гневно поджимаются, но она сдерживается. В ее глазах мой возраст под полтос действительно уже преклонный. Столько не живут.

Вот Мария Семеновна не согласна с моими словами, это я читаю в ее глазах. Улыбаюсь про себя. Может, как закончу с этой гидрой, взять, и… Нет. Гоню пока от себя нескромные мысли. Сейчас на меня ни надавить, ни напугать. Пока важно, чтобы так и оставалось. Мы почти накрыли их группу. И недавний визит связного с лаймами на секретное производство очень неплохо помог в определении полного состава гидры. Кто же мог знать, что главный технолог тоже пошел за длинным…фунтом, наверное? Чем там сегодня платят за предательство? Какой курс у банки варенья и корзины печенья?

И ведь почти в цеха отвели. Ну, ничего святого у людей. Усмехаюсь про себя.

Но! Родина видит. Родина знает. Я, как раз, ее глаза и есть.

Все, сегодня у меня последний рабочий день. Куратор ждет оригиналы документов. Но лично, пожалуй, не повезу. Все уже подготовлено. Так-то он по хлебным крошкам и сам найдет, но лучше кое-что обсудить наедине. Ладно.

— Завтра зайдёте в мой кабинет, с самого утра! Это понятно⁈ — Олечка разворачивается и уходит.

Соглашаюсь. А чего бы не согласиться? Завтра я точно зайду в ее кабинет. Только вполне возможно с удостоверением и вместе с добрыми молодцами в балаклавах. Все же я тут ориентируюсь получше, чтобы не успели слить, могу понадобиться. Улыбаюсь вслед.

Вижу подрагивающие уголки губ Маши, Марии Семеновны, если уж официально. Подмигиваю. Может быть. Завтра.

* * *

Медленно ворочаются мысли после сна.

Хм. Кажется, до куратора я не дошел. Или дошел? Не помню. Включаю свет в квартире и обрыв памяти. Что ж, почти умно — взрыв газа в квартире. Простая бытовая трагедия. Было бы умно, если б документы хранились дома. Так ведь нет, из-за моей смерти эти мальчиши-плохиши сухими из воды уже не выйдут. Все. Я успел первым и, вам, ребята, не отвертеться. Хотя, конечно, то, что они меня тогда нашли — удивляет. А может и нет, лаймы — же. Эти собаку съели на шпионаже. Теперь это уже не так важно.

Вот почему я спокоен — играть чужую роль мне не впервой. Что же, прощай, прошлая жизнь. Теперь определенно.

Второй раз просыпаюсь от солнца. Лучи ласково касаются кожи и немного щиплют глаза. Вдыхаю полной грудью, и свежесть расходится по организму. Сил — хоть отбавляй. С удовольствием потягиваюсь. Не так уж далеко вижу проступающий контур города, окруженного стеной. Слышится только громкое сопение фея и слабое пение старика. О, проснулся.

— Мы уже приехали? — спрашиваю, пользуясь случаем.

— А то, — довольно отвечает старик.

Кролы не доходят до поселковых ворот буквально метров двести. Озадаченно смотрю на деда. Тот их не трогает и не подгоняет.

— Дальше они не пойдут, — объясняет старик. — Я же их не сам выращивал, так, перекупил по дешёвке. Видно, били их стражники, боятся ворот теперь. Ты иди, неча меня старика ждать. Я теперь долго.

С пониманием киваю. Мысленно делаю пометку, что у местной охраны нравы простые.

Спускаюсь с козел и выслушиваю в очередной раз все благодарности старика:

— Хорошее ты дело сделал, маг. Кому расскажу — не поверят. А будешь в нашей деревне, скажешь от Михая — это я, стало быть. Любой приютит. Гостем будешь у нас.

Дед утирает слезящийся глаз и достаёт из мешка ещё одну репу, только чуть меньше предыдущей.

— На, фей, подарок. — Видно, что старик заставляет себя отдать овощ. — Будешь в гостях, угощу.

Феофан жадно выхватывает клубень.

— Да у нас таких в жизни не купишь! — бормочет себе под нос, прижимая репу к себе. Поглядывает на меня. — Спасибо!

В переноску забирается как к себе домой. Прямо с борта телеги. Складывается впечатление, что фей даже не рассматривает вариант ходить самостоятельно. А уж тем более летать! Крылышки за его спиной — не более, чем декор. И как только фей устраивается поудобнее, сразу начинает точить свою вкуснятину.

Подхожу к главным воротам городка. Каменные стены относительно невысокие, но очень крепкие. Камни сплавлены друг с другом. Думаю, что здесь работали маги. Так же как и с дорогой. Очень похожая работа.

Широкие ворота сейчас открыты. Но решетка опущена. Стража ходит по обеим сторонам решетки и не отвечает на вопросы. Перед воротами уже образовалась небольшая очередь из телег, запряженных кролами. Пешие путники сидят по обочинам и тихо переговариваются. Есть даже всадники на лошадях. Но их тоже не пускают. Все спокойно стоят, чего-то ждут.

Медленно иду в сторону маленькой калитки сбоку от основных ворот. Туда, как раз, стражник пускает, пусть по одному и не всех. Одного стражника вполне хватает — спорить охотников нет, что и хорошо. Мужик аж покраснел от жары, и на рыхлом лице выступил пот. Он бы рад, наверное, снять коротковатую кольчужку, что еле прикрывает объемный живот, да и поддоспешник тоже. Но кого-то стража, очевидно, ждет. Видимо, нужно быть при параде.

— Кто такие? — низким голосом спрашивает мужик, не отрывая взгляд от фея.

— Не видишь, что ли? Я — фей. А это маг из Академии, — Феофан тут же использует лучшую защиту — нападение. — Чего вылупился, магов никогда не видел? Он с нечистью воюет. — Фей указывает пальцем вдаль.

— Прямо-таки с нечистью? — не верит стражник.

— С ней самой! — удачно вспоминаю, что в города маги Академии имеют беспрепятственный доступ. Даже документы у них проверять может только начальник караула, не меньше. Зажигаю на одной руке огненный шарик. Народ тут же отступает на шаг. Все, кроме стражника. — Доказывать надо?

— Никак нет, ваше магичество! — Пытается изобразить улыбку уставший мужик. — Добро пожаловать в город Крайний! Будьте как дома.

Открывает калитку рядом с решеткой, и мы с Феофаном попадаем в город.

На минуту я задерживаюсь неподалеку от входа. Словно деревенский житель, первый раз входящий в город. С другой стороны, в такой город я и вправду попадаю впервые. Этакий знакомо-незнакомый городок, получается.

Пару раз глубоко вдыхаю городской воздух. Вроде бы, какая разница? Всего-то пройти под стеной пару метров, но нет. Внутри город пахнет совсем по-другому. Нагретым камнем, муксусом, кислым запахом пива и свежей выпечкой. Это все перемешивается, проникает друг в друга и образует плотную такую смесь, которая висит в воздухе. Не плохую, нет, просто четко проводящую черту между городом и Миром за его стенами.

Желудок пару раз громко заявляет о себе. Ну да, понимаю. Запах выпечки отлично работает. Оглядываюсь.

— Куда дальше? Есть идеи? — обращаюсь к фею. — Ты говорил, что щупальца можно на что-то обменять. Думаю, самое время это сделать.

— Не, нормальную цену у ворот не дадут, — фей чешет затылок, — но ты прав, искать долго. Часть обменяем!

Феофан осматривается в переноске.

От площади, неподалеку от ворот, вытекают улочки с трех-четырех этажными домами из серого камня. Этим же камнем, похоже, замощены и сами дороги. Только на дороге камни словно слеплены друг с другом в одно целое, а вот дома — строились не магами, и кладка у них более неказиста.

В глаза бросается вытянутая невысокая башенка с покатой крышей в начале двух улиц. Таверна, а судя по висящей пивной кружке из жести — это именно она, удачно располагается выходами на обе улочки. Наверняка её часто посещают стражники и приезжие. Вывеску прочитать не получается — буквы наполовину стёрты.

— А вот туда и пойдём. — Как раз на неё указывает фей. — У меня желудок скоро сам себя переварит. Готовь щупальца.

Перехватываю ящик поудобнее и через пустую площадь иду ко входу.

Резкий звук поднятой решетки за спиной заставляет обернуться. Открывают ворота, но стража сдерживает желающих пройти. Отступаю на пару шагов ко входу в таверну и делаю это очень вовремя, так как в ворота залетает легкая карета, запряженная четверкой лошадей.

Карета проносится через площадь, почти задевая меня. Только и успеваю заметить радужную пленку перед собой, как воздушная волна от кареты меня чуть ли не впечатывает в дверцы заведения. Замечаю только синие цвета герба на карете. Но, думаю, что еще на них насмотрюсь — на входе в город, кажется, висел такой же. Скорее всего, промчался губернатор или кто-то посерьезнее. При этом, на улицах больше ни одного ездового крола, телег или лошадей. Ладно, пока не до него этого.

— Доброго денёчка, проходите, располагайтесь. — Встречает нас тощий мужичок в просторной рубахе. Улыбка растягивается на всё лицо. — У нас лучший выбор пива в городе!

— То, что нужно, только у нас денег нет, — в лоб сообщает фей.

Улыбка на лица мужичка превращается в оскал. Взгляд тут же становится равнодушным.

— Но у нас есть щупальца осьминога. Как их там? Аль денте! — ни на секунду не унывает фей и поднимает голову. — Витя, покажи ему.

Открываю замок и демонстрирую мужичку сундук с бледно-розовыми кусочками. Оскал на худощавом лице перетекает в ухмылку. Тавернщик бросает взгляд на только открывшиеся ворота города и втекающую туда небольшую речку путников.

— Да с такими кусками тут каждый второй ходит. Удивили, тоже мне. Денег не дам, — обрубает мужик, но тут же добавляет. — Могу только на вес еды обменять один к трем. Вес щупалец, на три веса готового, что есть. Пойдет?

Фей мнётся, но голод берёт своё. Я в обмене не участвую. Идея фея — ему и воплощать.

— Пойдет!

Обмениваем почти треть ящичка с деликатесом на варёную картошку, два куска мяса и свежие лепёшки.

— Морс в подарок, — махнув рукой, сообщает вроде не особо довольный хозяин таверны. — На пиво вам не хватает.

Меня же его настроение сейчас волнует меньше всего — еда пахнет одуряюще. Все действительно только что из кухни.

На пару минут просто выдыхаю. Время пока есть, в обоих смыслах.

— Слушай, Феофан. — Утолив первый голод, решаю, что сейчас самое время обсудить один жирнючий вопрос. Его игнорировать не получается, как не посмотри. — Ты же понимаешь, что нас подставили?

— Нет, — неуверенно оправдывается фей. — Фиона не могла, она добрая. Никогда бы так со мной не поступила. Может, она ошиблась просто?

— Прости, но придётся тебя огорчить. — Недолго подбираю слова. — Бумаги готовила она? Она. Хочешь сказать, что Фиона не знала, как гоблины относятся к документам? Знала. Академия не в первый раз направляет людей выкупать эссенцию. Ты сам говорил — каждый год. Возможно, она верила, что ты пересидишь атаку под щитом, а меня сожрут крокодилы, как тот которого мы встретили.

Информации для нехитрых выводов мне вполне хватает.

— Вряд ли. — Феофан мрачнеет на глазах. — Вот умеешь ты аппетит испортить, Вить. Гоблины — наши злейшие враги. Они чуть ли не единственные, кто могут и умеют вскрывать нашу защиту.

Пододвигаю к фею свою нетронутую лепёшку. Он тут же отламывает огромный кусок и запихивает его в рот.

— Больше не буду, — сообщает он.

Видимо, и правда сильно расстраивается. Чуть подумав, добавляет:

— Хочешь-не хочешь, а эссенцию искать нам придется, — тяжело вздыхает. — Магический контракт нарушать нельзя. Да, он только твой, но мы с тобой в одной лодке. По крайней мере, до исполнения договора. — Феофан разводит ручками. — Мы обязаны вернуться в Академию с фиалом.

— Это понятно и так. — Киваю головой. — Ты говорил, что есть вариант…

— Есть, как не быть. — Феофан тихо что-то прикидывает. — Эй, хозяин, — через пару мгновений кричит фей через всю таверну. — Где тут у вас аукционы проводят?

Глава 6

Вам только спросить?

— Аукцион, как обычно, на площади возле ратуши, — неохотно отвечает тавернщик. — Только я бы на вашем месте поспешил, они сегодня рано закрываются.

— Нам туда надо, — Феофан оглядывает стол. И почти с болью восклицает. — Мы ж не доели!

Похоже, аппетит у фея портится ненадолго.

— Ну, пара минут есть, думаю. Так? — смотрю на тавернщика.

Тот пожимает плечами.

— Вообще, не знаю, это как вы бежать будете. Быстро — так есть, а обычно — так, может, и нет. Ваши проблемы, — отворачивается к стойке.

— Постараемся успеть, — воодушевляюсь и поторапливаю фея. — Лучше бы нам сегодня с этим разобраться. Быстрее поймем, что делать дальше.

Феофан быстро собирает в лепешку недоеденное мясо и вздыхает:

— Вить, ну я ж не обещал тебе, что там будет эссенция. «Посмотрим» — это все-таки, не «точно есть». Не факт, что на аукционе будет то, что нам нужно. А если будет, то цена нас может очень сильно удивить.

Тавернщик не спешит уходить и явно подслушивает. В зале кроме нас никого пока нет, так что мы — его единственное развлечение в это время.

— Где, говоришь, ратуша? — обращаюсь к мужичку, раз он не торопится отходить.

— Вон там, — указывает он сквозь заднюю стену таверны. — Прямо до площади, а там уже не ошибетесь.

Благодарю мужика. Не, ну а что? Для человека, который не получил живых денег, хотя на это рассчитывал, тавернщик вполне неплохо держится.

Выходим на улицу и быстрым шагом идём в указанном направлении. Феофан на ходу доедает остатки лепёшки. Непонятно, куда исчезает еда в этом маленьком существе? Магия — не иначе.

Пока идем, стараюсь смотреть на город. Откуда-то помню совет — почувствовать его. Хотя, получается из рук вон плохо. Городок небольшой. Внутри его стен — дома, в основном, каменные. А вот снаружи города — только деревянные. Видимо, чтобы проще было отстраиваться.

Дома небольшие, первый этаж у всех из того же серого камня, что и дорога. Все построено единообразно, а вот выше первого этажа — начинаются варианты. И деревянные, и из белого камня, похожего на песчаник, и даже из кирпича вижу пару домов. Но почти все покрашены в белый или бежевый цвет. Вместе город смотрится довольно светло и почти празднично.

Народ, который мы встречаем по пути, не сказать, что обременен думами о будущем. Не, может, обременен, конечно, но точно не поисками куска хлеба. Люди выглядят довольно зажиточными. Особо никуда не спешат. На нас смотрят с интересом, но не удивляются.

Ратушу узнаю сразу — белое здание с лепниной за высокими воротами. Оно бросается в глаза — слишком уж отличается от местных небольших довольно-таки домиков. Здание аукциона, судя по всему, располагается рядом — оно тоже отличается от местной архитектуры, но уже в другую сторону. Сильно приземистое, с крепкими толстыми стенами. Окна больше похожи на бойницы, а узкие двери входа выглядят не очень дружелюбно. Стеклянные двери из мутного стекла ситуацию не спасают. Они, скорее, создают ощущение бронированности, чем воздушности. Хотя, может, цели в красоте и не стояло, и местные просто запускают сквозь них больше света.

В общем, здание аукциона создает ощущение крепости внутри крепости. Охраны рядом не видно.

Низкий темноволосый парень с трудом закрывает стеклянную створку, а я успеваю вмешаться:

— Уважаемый, — обращаюсь к служащему. — Разрешите, мы зайдем?

— Приходите завтра, — коротко бросает парень и тянет на себя дверь. Ставлю в проем ногу.

— Как завтра? Люди еще внутри есть, я же вижу. — Показываю рукой на тесноватый, в общем-то, холл.

Десяток человек толпится возле окошек служащих. Некоторые смотрят на противоположную стену — там располагается огромная картина с движущимися строчками. Все люди с бумагами и свитками. Служащие жестами показывают им отойти и успокоиться.

— Так это те, кто дождались своей очереди, но не успели. Не советую ждать, только время потеряете, — без особых эмоций советует парнишка. — Приходите завтра.

— А в какое время? — вмешивается фей со знанием дела. — Часы приема? Талоны?

— Официально мы открываемся с первыми колоколами. Но когда начнем работать— предполагать даже не буду. Сложный завтра у всех день. — Парень шумно выдыхает.

— Тогда нам точно нужно сегодня. — Не убираю ногу. — Ну, послушайте, нам только цену узнать, и спросить наличие. Все. Даже покупать сегодня ничего не будем — у нас денег пока нет, в банк надо еще.

— Много вас тут, «только спросить» заходят. Но раз денег нет, — парень задумывается, и принимает максимально нелогичное решение. — Раз нет денег — то проходите. — Усмехается и запирает за нами вторую тяжелую створку. — А я свою смену отработал. Дальше сами! — показывает на слегка волнующихся людей в зале. Уходит.

— Куда теперь? Идеи есть? — спрашиваю фея.

— Нам к главной деке. Все ресурсы там пишут. — Кивает на живую картину в противоположной стороне зала.

Там, во всю стену, десятки, а может, даже и сотни строчек неспешно перемещаются. Строчки написаны часто курсивом, с завитушками, разным цветом — наверняка, это что-нибудь означает. Но мне просто нравится картина. Это красиво.

Скептически смотрю на вполголоса ругающихся людей. Ладно. Не хочется, а нужно.

— Я только спросить! — громко скандирую и врубаюсь в толпу с грацией носорога.

— Да все тут сначала спросить! — натыкаюсь на объемного мужика. — А закроются? Нет! После меня будешь!

— Мужик, мне даже не к окошкам!

— Да мне по барабану! Время займешь, а ну как не примут? Не, через мой труп!

— Легко! — зажигаю уже выручавший меня шарик огня.

Народ отшатывается. Реакция вообще такая же, как на входе в город.

— Охрана! У вас тут маг психованный! — вскрикивает тот же мужик.

— Да я ж тебе говорю, мне вообще твоя очередь не нужна! — обхожу по дуге объемного. Вот теперь появилось место, и меня спокойно пропускают к главной деке. Гашу шар. И ведь, что характерно, там, кроме одинокого служащего за стойкой, вообще никого нет.

— Охрана! — уже чуть тише доносится из-за спины.

— Слыш, дурной! — пинает по ноге мужика, быстро догоняющий меня от входа, фей. Мужик пытается согнуться, чтобы увидеть, кто там ему что говорит, но за пузомслышит только голос. — Тебе ж сказали — маг, по надобности Академии! Чего тебе еще надо⁈ Твою очередь никто не занял, а был бы ты поуже, так и вообще обошли бы. Вон, там окошко открылось. Не пропусти!

Мужик тут же оборачивается и, совершенно забыв о нас, резво бежит к окошку.

— А вот теперь. — Феофан догоняет меня у деки. — Теперь твои переговоры мне нравятся. Словно тебя подменили.

Качаю головой.

— Уважаемый! — обращаюсь к клерку за стойкой. — Уважаемый!!!

Клерк поднимает руку. Делает знак чуть подождать. Он очень сосредоточен.

— Три да пять, восемь тысяч, да еще три сотни, итого — двадцать восемь тысяч триста сорок четыре доли. Семьдесят золотых, восемьдесят шесть серебра. Чего хотели? — монотонно спрашивает. Даже не сразу понимаю, что он обращается ко мне.

— Я? — уточняю.

— Ну не я же! Хотели-то чего? — не поднимая взгляда, продолжает считать клерк.

— Маг из Академии, по служебной надобности, — влезает фей.

— Так. Маг, маг, маг… — Что-то ищет клерк. — Нет, магов нам не завозили. — Потом на секунду замирает. — Тьфу ты, — поднимает взгляд. Слегка извиняясь, произносит. — Совсем заработался, но сдать отчет надо сегодня. А вы отвлекаете. Что надо?

— Эссенцию крови крокодила гоблинского купить. У вас найти можно? — спрашиваю.

— Эссенцию? Можно, — кивает головой клерк. Возвращается взглядом в бумаги.— В следующем году приходите. За месяц до ярмарки на нее торги начинаются.

— То есть эссенция у вас есть?

Клерк снова поднимает усталый взгляд на меня.

— Я же сказал, в следующем году. В этом ваша Академия все еще на прошлой неделе выкупила. Мы уже поставку организовали. Всё.

— Академия? — удивляется фей.

— Вы плохо слышите? — переводит взгляд на Феофана клерк. — Академия. Все, этот товар закончился.

— А… — начинает фей, и я опять ему затыкаю рот.

— Благодарю вас, а не подскажете, где еще можно купить этот товар?

— У гоблинов, — пожимает плечами клерк. — Недалеко племя стоит, в пещерах, попробуйте там. Но вряд ли вам повезет. У них ваша же, кстати, Академия выкупает обычно по договору. И в Гиблых Топях. Там, говорят, её можно легко купить, было бы кому. Ну, если повезет, торговый поезд на ярмарку придет — у них спросите. Но они обычно этот товар не берут. Его продать сложно — ограниченное предложение, ограниченный спрос. Еще вопросы есть?

— Нет, вы нам очень помогли. — Остаюсь вежливым, несмотря на внутреннюю бурю. Поднимаю фея и иду на выход.

А вот на выход нам никто дорогу не заступает. И выпускают нас довольно легко.

На площади оглядываюсь. Ставлю фея на брусчатку.

— Ты чего мне рот заткнул⁈ — обиженно произносит фей. — Я бы ему рассказал, как шутить с посланцами Академии. А то «слышу я плохо»!

— Вот поэтому и заткнул, — флегматично говорю фею. — Чего бы ты этим добился, а? А так он нам в двух фразах описал нашу проблему. О! Нам туда! — делаю пару шагов к присмотренному заведению.

— Эй! А я⁈ Что значит описал⁈ А? Какую проблему? Да стой же ты, дылда! — фей нагоняет меня у недавно открывшейся таверны. Это чувствуется по свежему запаху стружки и очень чистым стенам. У остальных заведений на площади все не так.

— Ну, куда ты суёшь её? На видное место манстрячь! Выше, ещё выше! — командует усатый мужик в круглой смешной шапке.

С нескрываемым интересом рассматриваю его. На вид лет сорок. Борода выбрита острым треугольником, усы длинные и подкрученные. Кожаный жилет чуть топорщится на животе в попытках разойтись. Видимо, раньше мужик был слегка постройнее.

— О, парень, помоги! — Не сразу понимаю, что усач обращается ко мне. — Подержи табличку с другого бока, пока этот криворукий её прибивает, а? Он же всё дело испортит!

Киваю. Придерживаю табличку одной рукой, пока мужик в шляпе продолжает командовать:

— Выше, ещё выше!

Задираю табличку до тех пор, пока парнишка, на которого свалились все проклятия, не перестаёт до неё доставать. Забираю молоток у пацана и сам прибиваюдощечку с еле понятными буквами «Таверна Мухи».

— Неровно, — подключается к командованию фей. — Чуть левее.

Кидаю на Феофана такой взгляд, что тот сразу замолкает. Мужик оценивающе смотрит на результат. Кивает, поправляет шляпу и протягивает руку:

— Мухаммед Али. Можно просто Муха. Проходи, дорогой. Гостем будешь. Гость в дом — бог в дом, как говорила моя прабабка. А ты еще и хороший гость, я вижу. — Усач гостеприимно указывает открытой ладонью на вход в таверну.

— Виктор, — представляюсь и пожимаю крепкую мозолистую руку.

Фей прокашливается, намекая на свою персону.

— А это Феофан, — представляю своего попутчика.

— Вы проходите-проходите, в ногах правды нет. Вижу, вы тут недавно совсем, на ярмарку приехали? — Муха пропускает нас вперёд и заходит следом.

В таверне пахнет травяными отварами, печёным тестом и слегка, почему-то, скисшим пивом. По идее не должно, мужик точно только открылся — лавки все новые, стойка еще ни с кем не встречалась. Столы чистые совсем. Все целое.

Живот сразу подаёт сигнал тревоги. Неожиданно, но, вообще, возможно. За всеми этими пробежками часа два-то мы уже потеряли. Хорошо, еще сюда зашли до темноты.

Тавернщик с пониманием кивает парнишке в дальнем углу. Тот сразу же скрывается в одной из нескольких дверей рядом с лестницей на второй этаж.

— Проездом? — снова спрашивает Муха и осматривает нас с не меньшим интересом, чем я его.

Я киваю, а фей в это время обследует таверну, будто пришел к себе домой. Неспешно ходит с задранной головой между огромными деревянными столами на толстых ножках.

Глубоко вдыхаю приятный запах отваров, еды и свежего дерева. Таверна сама по себе небольшая: четыре стола, низенькая барная стойка с парой табуретов и несколько бочек возле небольшого занавешенного окошка. Ещё часть пространства занимает лестница на второй этаж с широкими ступенями и резными перилами.

— Это я сам сделал, — с нотками гордости в голосе поясняет тавернщик. Он продолжает следить за моим взглядом, а я с восхищением киваю. Вполне достойная вещь.

— На днях закончил. Только переехали. Раньше таверна на отшибе была, и та в аренде, а на эту вот скопил, — делится своей историей Муха.

Выправка у мужика явно военная. На шее в тусклом свете ламп виднеются несколько шрамов. Муха замечает, на что направлено мое внимание, и поправляет ворот рубахи.

К нам подходит тот самый парнишка, который не мог прибить вывеску. У него в руках поднос с толстыми высокими кружками и тарелки, от которых исходит аппетитный запах.

— Ммм, лепёшки из тыквенной муки! — облизывается фей. — Дёшево и сердито. Но у нас только полуварёные щупальца в обмен.

— Идёт, — не торгуясь, соглашается тавернщик.

Молодой парнишка шепчет ему на ухо пару фраз. Муха жестом извиняется, быстро вылезает из-за стола и скрывается за стойкой. Оборачивается, показывает рукой, мол, сейчас вернётся и исчезает за дверью.

— Не очень процветающий бизнес? — со знанием дела спрашивает фей паренька, а я немного удивляюсь его наглости.

— Чтобы бизнес процветал, надо людей обманывать и цены накручивать, а господин Мухаммед такому не обучен. — В голосе юнца слышится некоторое разочарование.

Кажется, парнишка уже пару раз успевает получить обучающих люлей за обсчет покупателей. Откуда-то я это точно знаю, хватает одного взгляда на мимику и руки. А ведь таверна только открылась. День, может два. Качаю головой.

Но парнишка вроде не вор, да и не со зла это делает. Просто по-другому жить не умел раньше, а вот здесь выправляется понемногу. Муха должен справиться.

Необычное знание тоже приходит практически без усилий с моей стороны. И я, замечая это, вообще не удивляюсь.

Тарелки с лепёшками и кружки с ягодным отваром перемещаются на стол, и парень снова исчезает за дверью.

Фей удачно устраивается за столом, и первая лепешка проделывает свой короткий путь.

— Так чего тебе этот клерк такого разъяснил? — жуя, спрашивает фей. — Он вроде ничего такого и не сказал.

— Ничего, — киваю, соглашаясь. — Кроме того, что нам теперь в сторону ГиблыхБолот, и вариантов нет. А варианты у нас забрала как раз наша Академия. Они же скупили эссенцию еще до того, как нас сюда направили, неделю назад. Или, скажешь, мы сюда больше недели добирались?

— Нет, два дня, на дирижабле.

— Ну, вот видишь, — вздыхаю. — То есть в ректорате точно знали, что эссенция уже куплена. Фиона тебя обманула, Феофан.

Фей мрачнеет. Потом тоже вздыхает.

— Да я верю, что уж. Я толстый и страшный. А она красавица. Конечно, обманула. Извини, Вить. За контракт, — добавляет потупившись. — Я ж последние мозги теряю, когда она улыбается.

— Да это понятно, — понимающе киваю. — Но что б больше мне не врал! Договорились?

— Вить, ну конечно! — фей словно расцветает. — Общее ж дело делаем!

Тавернщик возвращается за стол слегка запыхавшимся, и сразу же поясняет причину своего отсутствия:

— Бочка в погребе взорвалась, никак не могу настроить нужную температуру. Кристаллы совсем не холодят. Вы же маг, если я правильно понимаю? — спрашивает меня и кивает на фея.

— Нет, блин, он меня украл. Конечно маг, — тут же приободряется Феофан и запихивает в рот огромный кусок лепёшки.

— Мне бы кристаллы зарядить, и, может, артефакт посмотреть, — чуть извиняясь, говорит тавернщик. — На весь городок два мага всего, они ко мне в последнюю очередь заходят, и то, если время остаётся. Сижу то без света, то без тепла, все время пока строился, открывался. — Рассказывает усач, но тут же спохватывается. — Но если у вас срочные дела, то я всё понимаю.

А этот мужик действительно такой честный. Зато подвоха от него не ожидаю от слова совсем.

Киваю.

— Давай мы тебе кристаллы, а ты нам место в своей таверне? — фей не намерен терять времени даром и по горячим следам пытается договориться с хозяином.

— Во время ярмарки тут место на вес золота, — произносит усач и снимает свою шапку.

Видно, что каждое слово ему даётся тяжело, он вроде и отказывать не хочет, но и на деньги за место в таверне в дни ярмарки у него планы точно есть.

— А если целый холодильник щупалец и зарядка кристаллов? — а вот фей торгуется так, будто это у него в крови.

— Согласен, — задумывается на пару секунд хозяин таверны. — Пять дней можете жить в комнате на втором с половиной этаже. Юрий принесёт вам чистое постельное бельё и полотенца, — мужик возвращает свою смешную шапку на голову.

Прикидываю, что за пять дней можно попробовать заработать зарядкой кристаллов. Раз уж они так востребованы. Единственный момент — я ещё ни разу не пробовал этим заниматься. А вот фей уже договорился, ничего не подозревая. Ладно, разберёмся.

— А у вас никто не идёт в сторону Гиблых болот? — Задаю Мухе важный, в принципе, вопрос. Теперь даже жизненно важный.

— Ну, тут ты дал маху, парень. Пешком туда можно идти месяцами. Ещё не факт, что живым дойдёшь, — тавернщик грустно растягивает рот в подобии улыбки. — Лучше дождаться торговцев или циркачей и купить место у них в караване.

— А с кем лучше? — вставляет свои пять копеек фей.

— С торговцами быстрее, с циркачами веселее, смотря, какую цель преследуете, — поясняет Муха. — Караван в любом случае доставит быстрее.

— А что по пути? Есть чего бояться? — спрашиваю на всякий случай.

— Так у них высокие технологии, паровые двигатели, вычислители. Чего им бояться? — со знанием дела говорит Муха.

Удивительно, но усач вообще ничего не скрывает. Все эмоции тут же появляются на лице и отражаются в голосе.

— Забыл сказать, места у них дорогущие, — спохватывается мужик и задумчиво трёт треугольную бороду. — Тридцать золотых за место, итого, шестьдесят за два.

— Кхм, тридцать за два. У меня детское, — немного смущаясь, поясняет фей.

Мы с Мухой не сдерживаем смех, а через несколько мгновений, Феофан не выдерживает и тоже хохочет.

Глава 7

Как заряжать кристаллы?

— Ну, парни, хоть душу с вами отвёл. — Муха благодарно хлопает меня по плечу. — Сто лет так не смеялся, всё дела-проблемы. Навалились так резко, будто проклял кто. — Тавернщик ненадолго задумывается, будто прикидывает, кто мог его проклясть.

— Зато лепёшки у тебя отменные, — хвалит фей, дожёвывая. — Вроде еда простейшая, а у тебя всё равно по-особенному как-то.

— А у меня хитрость есть, — расплывается в улыбке Муха. — Моя прабабка с ней готовила — собственные уши отъесть можно. Я потом покажу. Знаю ж, что вы, феи, хоть готовить и не умеете, но до рецептов жадные.

Фей то ли серьёзно, то ли в шутку проверяет сохранность своих ушей, и только открывает рот возразить, как я его перебиваю:

— Кстати, про готовку, — словно спохватившись, достаю из-под стола холодильник с щупальцами. — Вот. — Демонстрирую почти полный сундучок, оставшийся после нашего первого обеда в городе.

— Вот жеж, а чего раньше не сказали, что у вас их так много? Я бы комнату вам поприличнее выделил на втором этаже. — В голосе тавернщика чувствуются виноватые нотки.

— Может, усиленный паёк? Мы не откажемся, — тут же продвигает любимую тему фей. — Ужин там, пива стаканчик дополнительный…

— Не вопрос! Трехразовое питание, я Юру предупрежу. Но с пивом сложнее — бочка ещё одна взорвалась, прямо напасть. Но как только разберёмся с охлаждением — пренепременно! — Муха искренне радуется такой сделке.

Видно, что усач ничего не выгадывает и не пытается сэкономить.

— А что, щупальца так дорого стоят? Мы в кабаке у дороги обменяли три к одному на вес еды, — на всякий случай проверяю информацию, раз уж наткнулся на честного человека. Видно, что он разбирается.

— Что ты! Щупальца — это же деликатес. Такого днём с огнём не сыщешь. Все в столицу уходит. Мне вас не просто так послали, точно знаю! — продолжает радоваться тавернщик.

— Никто нас не посылал, мы сами пришли, — ухмыляется фей.

Прикидываю про себя, как сильно нас обманули с обменом.

— А щупальца приготовлю вам завтра как прабабка мясо делала. Лучше, чем у меня — никто не умеет. Ко мне за крольчатиной по рецепту от Самого приходили! — поднимает палец вверх Муха. — А щупальца вообще шикарно получатся. Их только замариновать хотя бы на часок на холоде надо. Так что пусть пока у тебя полежат, парень. Хотя, если кристалл сегодня наладить успеете, то к позднему вечеру с пивом сделаю. Лучше — не пробовали, точно! Я вам выделю чуток.

Вторя словам Мухи, в таверне моргает свет.

— Ну вот, ни минуты покоя! — расстраивается мужик, да так искренне, что я решаю не откладывать зарядку магией на завтра.

— Ладно, показывай, что там у вас с кристаллами, — вздыхаю и поднимаюсь из-за стола.

Муха радостно ведет меня с собой за стойку. Фей остается за столом, оторваться от еды у него так сразу не получается. Но вообще, пока что нужно посмотреть — может, придет чего в голову. Не говорить же Мухе, что у меня амнезия практически.

Спускаемся в подвал. Пахнет там, конечно, очень не очень. Похоже, я как раз нахожу источник кислого запаха наверху. Вентиляция, конечно, есть, и ток воздуха чувствуется, но, видимо, не спасает.

Подвал на удивление просторный, более того, такое ощущение, что он раза в два больше, чем вся таверна. Думаю, это из-за того, что я вижу, дай бог, половину всего дома. По одной стороне стоит десяток бочек почти в человеческий рост на небольших подставках. С другой стороны стены висят мясные заготовки, но их тоже немного. У входа, на стеллажах, стоит десяток коробов с крупами. Им как раз без разницы температурный режим. Думаю, поэтому там и стоят. Стены обшиты камнем, на нескольких полках, в самом углу, стоит пара десятков баночек с соленьями или вареньем.

Муха откуда-то знает, куда я смотрю, и тут же оправдывается:

— Нет смысла закатывать больше: пропадут или взорвутся. Сам видишь.

Показывает рукой вглубь подвала. Приглядевшись, замечаю пару крышек от бочек, прислоненных к стене. Похоже, это как раз те бочки, что взорвались.

Идём дальше. Чем ближе я подхожу к пивным бочкам, тем больше ощущаю прохладу.

Кажется, что подвал раньше делился на зоны, и каждой зоне соответствовала своя температура. Похоже, весь подвал — один большой амулет. Сейчас, судя по изморози, холодит только в дальней от нас части подвала.

Ближайшие же бочки на ощупь тёплые.

— Да, — говорит Муха. — Когда я покупал само место, тут все работало. Это же, в принципе, холодильник. Но почему-то, сейчас как холодильник работает только дальняя часть. Ну, вот эти бочки, которые ты сейчас проверил, они пустые. Потому что закупатьвино в них — бессмысленно. Думаю, справлюсь постепенно. Сейчас немножко люди пойдут, приглашу кого из магов посмотреть, почему у меня прекратило работать хранилище.

— Понятно, — тяну я. — А где кристаллы?

— Так вот тут! — Муха возвращается ко входу и открывает небольшую нишу рядом. В нише светятся всего два кристалла, хотя посадочных мест под них тут целых шесть. Сейчас они пустые.

— А чего не купишь ещё четыре? — спрашиваю я тавернщика. — Может, у тебя не холодит просто, потому что кристаллов не хватает?

— Так покупал уже, и не раз! — Качает головой товарищ. — Они проработают полчаса и взрываются гады! Хорошо ещё сам артефакт из металла сделан, ни разу не пострадал. А то бы я вообще не знал, что делать! И ведь, когда покупал, точно все работало.

— А кто в подвал спускался вместе с тобой? — Рассматриваю артефакт. Посадочные места под кристаллы действительно обуглены.

— Ну, я технику безопасности-то знаю! Сюда только я спускаюсь, иногда Юру отправляю. Но Юра тут точно ни при чём! Он беспризорником прибился ещё к моей старой таверне на окраине. В своем доме гадить бы не стал. Да и он нормальный, не смотри, что к деньгам неровно дышит.

— Не поверишь, вот на него я как раз меньше всего бы думал, — соглашаюсь с Мухой. — Ну, вспомни, может, кто ещё спускался вместе с тобой. Или когда ты не видел? В принципе, мне все равно. Просто это может натолкнуть меня на какие-нибудь идеи.

— Да не, Вить. Я тут с чужим был только когда покупал таверну. Ещё до ремонта. На время ремонта все заперто было. Никто вниз точно не спускался, ключ только у меня. Да и проверял я все вместе с продавцом. У продавца ещё две таверны в городе, сказал, не справляется, потому мне и продал. Место больно активное.

Удивительно, мне вообще всегда думалось, что чем активнее место, тем оно ценнее для держателей кабака. А тот вот продал. Не, не верю. Но Мухе пока говорить не буду.

— Ну что, Вить? Тебе чего-нибудь нужно?

— Пока — только осмотреться. Потом, может, чего попить. Я когда пью — думаю легче. — Пристально осматриваю подвал.

Пока ничего такого, что меня могло бы натолкнуть на мысли, не вижу. В подвале — полутемень. Работают всего две лампы и те не в полную силу. Муха, чтобы показать мне артефакт, спускается с переноской в руках.

— Свет оставь, — говорю Мухе. — Я полажу тут, посмотрю, хорошо?

— Да смотри, конечно. Я за этим и позвал. Мне уже терять особо нечего. Кристаллы тоже постепенно начали взрываться — сначала один, потом рядом с ним другой. Если сейчас ничего не сделать, то дня через два взорвутся и последние. Как-то быстро всё происходит. Мага раньше конца ярмарки не приглашу. Так что, если ты сейчас не поможешь, мне придётся перейти на дневные закупки. Да ещё и у того же тавернщика, что продал мне это место. Прибыли, конечно, никакой, но протянуть до визита мага смогу. Так что я особо ничем не рискую.

— Слушай, а у тебя запасные кристаллы ещё есть?

— Есть, как не быть.

— Оставь один на всякий случай, если вдруг найду поломку, то смогу проверить пазы.

— Ну, на. — Отдает мне один небольшой кристалл. — Но, честно говоря, я не особенно в это верю.

Киваю, забираю кристалл и откладываю его в сторону.

— Я, в общем-то, тоже, — отвечаю Мухе. — Всё-таки я артефактами не занимался. Но это же мы на всякий случай. А так, давай пустые заготовки. Пока буду смотреть, заряжу тебе кристаллов.

Муха отдает десяток тусклых кварцевых пирамидок.

— Вот, все, что есть. Я ещё чем-то могу помочь?

— Ну, только попить.

Слышу, как вниз, ругаясь под нос, спускается Феофан. Он летит над ступеньками низко-низко, почти их касаясь. Удивляюсь, я уж и забыл, что фей может слегка подлетать над землёй. Следом за феем спускается и Юра. Он держит в руках недопитое ароматное варево и накрытый поднос с едой. Думаю, что это фей озаботился.

— А, нет, попить наверно уже и не надо.

— Я тогда пойду, Вить, — говорит Али. — Сейчас народ будет приходить понемногу. Юра иногда будет спускаться вниз — пиво набирать. Он же тебе не помешает?

— Думаю, что нет.

Муха забирает парня и поднимается наверх.

— Вить, ты ж на самом деле артефактами не занимался. Я часть твоего разговора слышал. Как ты ему чинить-то собрался? — интересуется фей.

— Понимаешь, а я не собрался. Тут, вообще, может быть всего два варианта. Первый — где-то поломался сам артефакт, которым является этот подвал. В таком случае, мы точно ничем не поможем. Но тут, скорее всего, и оба мага помогать ему не будут.

— Почему? — Фей даже отвлекается от затачивания куска мяса. — Он же реально денег заплатит?

— Слушай, я не знаю, конечно, местных магов. Но вся эта схема, прямо-таки смердит обманом. Я это чувствую. Ну, вот, гляди, давай подумаем вместе, — фей кивает. — Мужик, скорее всего, из бывших военных. Ну, выправка там, манера общения. Согласен?

— Наверное, — фей пожимает плечами. — Я вообще в этих ваших человеческих делах плохо ориентируюсь. Тебе виднее.

— Ну, допустим, что я прав, хорошо? — Феофан кивает. — Ну, вот, отслужил, значит, мужик свой срок. Дали ему на выбор — денежное пособие по выходу или землю. Пособие, скорее всего, маленькое, да и земля где-нибудь на границе. И тут зависит от человека. Если вот как наш знакомец недавний Михай, то можно выбрать землю. Тоже неплохо. А вот Али выбирает, скажем, денежное пособие. Идёт, арендует сначала таверну где-нибудь на отшибе. Ну, собственно, как он и говорил. Работает, значит, работает. И, наконец, денежной выплаты, сэкономленного за службу, ну и ещё заработанного в арендованном месте, хватает ему на свое дело. И вот, смотри же, как ему везёт сразу. Появляется хозяин нескольких таверн, который готов уступить ему центровое место по вполне надуманному предлогу. Не справляется он, видишь ли. Как думаешь, насколько это реально?

— Ну, вам людям везёт. — Фей пожимает плечами. — Всякое у вас бывает.

— Согласен. Иногда везёт. Но вот маги почему-то не идут нашему знакомцу на помощь. А ведь таверна напротив ратуши стоит. Они мимо наверняка каждый день раз по пять проходят или десять. Я, конечно же, буду рад ошибиться. Но что-то мне подсказывает, что здесь простая схема по вытаскиванию денег из не очень хитрого вояки. Цену не накручивает, не обманывает — это всё штрихи в портрет.

— Ну, и что тогда, с твоей точки зрения получается? — Феофан не понимает.

— А получается простая вещь, либо сломан весь подвал, и тогда я сильно неправ в своих предположениях. И маги не идут к Али, потому что они сильно заняты. Либо поломка какая-то очень простая. Что-то, что можно поправить почти мгновенно. Иначе в комбинации смысла нет — продавать, а потом ломать то, что потом выкупишь и наладишь — дураков мало. Еще бы посмотреть, как давно работает таверна, а то может эту схему не в первый раз проворачивают. Я бы не удивился, что бывший хозяин новые заведения так и ставит. А маги тогда не идут по сговору с тем же, кто продал Мухе таверну. Мне почему-то кажется, что этот вариант более реален.

— Ты злой какой-то стал. Людей подозреваешь. В бумаги не лезешь. Мне таким ты нравишься больше! — Фей ухмыляется. — Тот камень, что тебе по голове прилетел в пещере, да кто бы знал бы, что это так поможет! Знал бы раньше, сам бы тебе что-нибудь подобное организовал.

— Ладно, — улыбаюсь. — Лирику побоку. Давай к делу. Напомни, как кристаллы заряжать?

Фей подносит лампу к своему лицу, чтобы я видел его эмоции.

— Тебе после еды совсем плохо? Ты меня так не пугай. Круг делай, — командует Феофан с таким недоумением, будто я забыл, как держать ложку.

— Круг? — переспрашиваю и силюсь вспомнить хоть какую-нибудь подсказку.

— Круг, овал. Откуда мне знать? Я фей, а не маг, — отмахивается Феофан, Забирает окончательно лампу.

Беру разряженный кристалл в руки. На ощупь он напоминает холодный камень. Я бы даже сказал, кусок ледышки. Но как только он оказывается у меня в руках, возникает ощущение, что я десятки раз пальцами касался таких же холодных ледышек. Даже захотелось сделать следующий шаг. На секунду замираю, и перед глазами мелькает страница из учебника. Мысленно хватаюсь за неё и пытаюсь остановить видение. У меня получается.

Первое. Рисуем круг.

— А у тебя случайно нет… — обращаюсь к фею.

— Ах да, держи, — Феофан не даёт мне договорить и вытаскивает из кармана невзрачную штуковину, больше похожую на кусочек мела. От него исходит слабое голубоватое свечение.

— Только он почти закончился, — предупреждает фей. — Но раньше тебе это не особо мешало.

Киваю. Рисую вокруг себя круг. Сажусь на землю. И тело почти автоматически занимает немного странное положение. Сам бы я так, с полувытянутой ногой и перевернутой рукой, в жизни бы не сел.

— Кажется, кристаллы я заряжал часто, — бормочу себе под нос. Меня подхватывает поток ощущений. На секунду.

Но фей слышит.

— Конечно! Ты же, как напишешь докладную, тут же по странному стечению обстоятельств, сразу в карцер попадаешь. А там, кроме как заниматься зарядкой кристаллов и чтения, делать-то нечего. Но зато, если кристалл зарядишь — тебе книгу выдают. А много зарядишь — так и доступ в библиотеку продляют. Лепота. Не, для других, конечно, студентов — это два наказания в одном: и читать заставляют, и в карцере закрывают. Но вот ты как-то даже стремиться туда стал.

— Да ладно? Ты-то откуда знаешь?

— А я на тебе два обеда поднял: мы ставки делали на скорость твоего попадания обратно. Ты ж местная знаменитость. Вот, на последний раз я сделал, что в тот же день вернешься, и не прогадал. — Феофан пыхтит откуда-то из-за больших бочек. — Я просто слышал, как ты докладную в день предпоследнего выхода понес. Там ты решил, что у Академии система наказания неправильная. Она, типа, дает в полтора раза большие коэффициенты к стоимости пользования библиотекой, чем прямая покупка. Дескать, выгодно нарушать правила Академии.

— Понятно. — Забавная история, хоть я ее и не помню.

— А тебя мне выдали уже потом. Кто же знал-то. — Фея слышу уже от стеллажей.

Закрываю глаза. Потрясающе. Я с закрытыми глазами вижу вокруг себя текущую радугу. Причем, каждый цвет течет с разной скоростью. И все это проходит через середину груди.

Открываю глаза. Нет, все обычно.

Закрываю — снова радуга. Более того, чувствую, что она наполняет тело, перемешивается с моим цветом и становится более управляемой. Я знаю, как заряжать кристаллы!

Меняю позу. Ради эксперимента, конечно. Ага, потоки тут же бледнеют. Но плотность остается той же.

— Интересно ты сидишь. — Проходит фей мимо. — Никогда такого не видел. Это новые веяния, или у тебя спину свело?

— А разве маги не так кристаллы заряжают? — удивляюсь. Реально поза очень неустойчивая, но невероятно привычная телу.

— Не знаю, — пожимает плечами фей, наклоняется и лезет под первую огромную бочку. Оттуда глухо доносится его голос. — Может где есть и такие гимнасты как ты. Но обычно, маги просто в руку кристалл берут, чего-то там бормочут, а потом через полчаса, отдают заряженный.

Хм. Полчаса? Смотрю на светящийся от переполняющей его энергии кристалл в руке. Сколько прошло времени? Точно не полчаса. Похоже, прежний Витя действительно был фанатиком обучения и не гнушался использовать нестандартное. Наверное, и это прочитал где-нибудь.

Тут же память подбрасывает запах плесени, ощущение склизкого от времени, старости и воды манускрипта. Как он буквально рассыпается в руках. И кучу картинок, как раз сильно напоминающих ту позу, в которой я сижу сейчас.

— Феофан, а затопления в библиотеке Академии не было недавно?

— Как же? Было. Нижний подвал залило, тебя, кстати, почти сразу на разбор поставили. Там старье одно лежало, расчищал вместо карцера. Это еще полгода назад было, а чего ты спрашиваешь?

— Да вспомнилось что-то. Откуда ты знаешь, что меня туда отрядили?

— Так меня туда направили следить, чтобы ты не убился — нижние этажи все же. Разная гадость иногда вылезает. Там я с тобой, можно сказать, и познакомился. Так-то, какое мне дело было бы до тебя, а?

— Ну, логично, — откладываю четвертый кристалл. Беру следующий.

Пробегаю расфокусированным взглядом по помещению подвала. Пересечение кривых потоков царапает взгляд. Хм. Возвращаю взгляд обратно. Так. Медленнее.

Потоки закручиваются глубоко под бочками, ближе к дальней стене.

— Феофан! — зову фея.

— Че⁈ — удивленный фей выглядывает из-под первой бочки. Залезть далеко он еще не успел.

— Посмотри под четвертой бочкой, ближе к стене.

— Я там уже проходил. — Машет рукой фей.

— Да? — чуть разочарованно спрашиваю. — И под бочку там залезал?

— Нет. Щас, схожу. — Фей вылезает из-под первой и идет к четвертой. — Здесь?

Смотрю на Феофана все тем же расфокусированным взглядом. Почему-то, как только собираю глаза в кучу, видеть непорядок перестаю.

— Еще метр к стене. Да. Стоп. Теперь рукой пошарь справа от себя. Ага. Примерно здесь. Ну что?

Фей задумчиво произносит:

— Знаешь, Вить. Ты предупреждай, а? А если б долбануло?

Глава 8

Может, сделаем мост?

Фей вылезает весь в пыли и паутине. И тянет за собой массивный амулет на цепочке. Как только фей поднимается на ноги, в подвале на секунду гаснет свет, и включается уже яркий. Становится светло, а от стен начинает чуть-чуть тянуть холодом.

— И ведь какая зараза. — Феофан качает головой. — Я ж там проходил, а его не видно было. Как ты только понял, что там что-то есть! На! — Дает мне амулет. — Фиг его знает, что это такое!

Амулет на ощупь довольно холодный, только в центре очень ярко светится кристалл.

— А не долбанет, действительно? — уточняю у фея.

— Точно нет. Мог бы — уже бы бахнул. Не, какая-то хитрая штука. Завтра в ювелирку, может, зайдем? Пару монеток точно получим.

На лестнице слышу торопливые шаги.

— Витя⁈ С тобой все нормально⁈ — врывается в подвал Муха. — В таверне свет сильно моргнул… Да не может быть! Витя!

К чести трактирщика, он переживает, кажется, именно за меня.

— Да, Муха, смотри. — Открываю распределительный щит в стене и вставляю в пустые пазы четыре полных кристалла.

В помещении становится холоднее.

— Да как так-то? Вить, да я, да тебе…

— У тебя под бочками вот эта штука лежала. — Отдаю амулет Мухе. Фей провожает его недовольным взглядом. — Она перекрывала ток по магистрали, и, тем самым, перегружала сеть подвала. Муха, тебе ее подложили. Это прям точно. И я думаю, очень с дальним и неприятным для тебя прицелом. Ее не обронили.

Али мрачнеет.

— Никогда такого не видел. — Муха осматривает амулет в руках. — Знаешь, что?

— Да?

— Забирай его себе. — Муха протягивает амулет обратно мне. — Внутри накопитель, он маленький. А мне обычные большие по золотому обходились. Так что этот точно дороже. Хоть так тебе отплачу. — Виновато пожимает плечами. — Нет пока денег, и до ярмарки не будет. А ты очень важное дело для меня сделал, и я не про подвал говорю, Вить. По некоторым причинам я не могу потерять таверну. До последнего бы цеплялся. И еще немножко потом. — Али сразу же понимает, куда неизвестные доброжелатели его толкали. С логикой у тавернщика все в порядке. — Твердо уверен, что ты в городке не в последний раз. Давай так. Ты всегда здесь найдешь стол и кров, пока я тут хозяин. Хоть так отплачу тебе, парень.

— Благодарю. — Недоуменно качаю головой. — Неожиданно…

— И нам подходит, уважаемый, — фей быстро забирает амулет из рук тавернщика. — Мы и кристаллы позаряжаем вам…за полцены. — Феофан бросает взгляд на щит с заполненными кристаллами. — Можем еще кому зарядить, но только если ты их рекомендовать будешь.

— Вить, я поспрашиваю. — Муха кивает Феофану, но отвечает мне. — Кристаллы много кому нужно зарядить. Наши маги справляются, конечно, но уж очень они дорого берут. А за полцены — много охотников будет.

— Муха, давай, все же возьмем только тех, кого ты лично знаешь, и за кого можешь поручиться, — поддерживаю фея. — Магов я ваших не знаю, зачем мне с ними конфликтовать?

Мухаммед понимающе кивает головой.

— Ты лучше скажи, вот что. Судя по всему, нам нужно в сторону Гиблых Болот. И про билет придется договариваться на ярмарке. Не знаешь, может, у кого похожая на твою ситуация есть, по магической части? В смысле, до которой у местных магов не доходят руки, а деньги люди предлагают? Есть у меня надежда на то, что с некоторыми вызовами я справлюсь.

— Мы справимся! — поддерживает фей.

— Я поспрашиваю. — Муха серьезно кивает. — Вроде что-то такое недавно слышал, но пока кроме ратуши посоветовать ничего не могу. Там всегда работа есть, городку-то положена пятерка магов, а у нас всего двое. — Прислушивается к колокольному звону за окном. — Только сегодня они почти закрылись. За сорок минут вряд ли успеете.

— Успеем, — уверяю я и быстро направляюсь к выходу.

— А как же ужин? — Фей на минуту задерживается у стойки.

— Потом, когда вернемся, — выдаю очевидный ответ, но Феофан с ним категорически не согласен.

— А на ужин, получается, будут щупальца? — еще успеваю услышать в дверях вопрос Феофана.

— Конечно! — в голосе Мухи слышится улыбка. — Прямо сейчас поставлю! Через часа полтора подходите, угощу!

Выхожу из зала. Времени действительно нет, получается. Да и фей постоянно пытается меня использовать. Очевидно, не со зла. Я это понимаю. Но и как себя с ним вести только начинаю осознавать. Даешь слабину — садится на шею и ножки свешивает. Причем, в прямом смысле слова. Интересно, остальные феи также себя ведут?

— Да подожди ты! — через несколько секунд рядом возникает запыхавшийся Феофан с переноской в руках.

— Догнал? Молодец! — подхватываю за шкирку фея. Тот немного дергается.

— Поставь, Вить, ну ладно, понял я. Тут действительно рядом. — Ставлю на брусчатку. — Да какая муха тебя укусила? — удивляется фей, но больше не пытается диктовать свои правила.

— Время, Феофан, время! — Киваю на ратушу. Внутри здания море огней, но народ больше выходит оттуда, чем заходит. — Мы решили вопрос с едой, теперь нужно быстро решать вопрос с дорогой. У тебя-то время не ограничено. А вот у меня, по твоим же словам, всего четыре декады. Потом меня порвет? Так?

— Ты не так все понял. — Бегает глазами фей. — Ну, или не совсем. Тебя через четыре декады из Академии начнут исключать, если мы не вернемся. До экзаменов не допустят, а потом еще через три декады — исключат. Но если все же эссенцию принесем, то договор нарушен не будет.

— Так. — Останавливаюсь. — Не понял. Время у меня не фиксировано? — Тут же примерно прикидываю варианты. — То есть, теоретически, я могу выкупать эссенцию хоть всю жизнь?

— Ну да, — мнется фей. — Только тебя из Академии выпрут, и придется либо до следующего года Королевству отдавать долг за обучение, а там много. Либо на границу ехать — заряжать кристаллы и отбиваться от орков постоянно. Лет двадцать, наверное.

— Так! — опять повторяю я. — Почему же ты настаивал на срочном выполнении подпункта? И давай правду, а?

— Ну, Вить. Мне же придется с тобой ехать. А в Академии кормят хорошо. Праздник скоро, — сильно смущаясь, говорит фей. Тише добавляет. — Опять же, лифани привезут.

— Так! — в третий раз произношу это междометие, хотя на язык просится что-то другое. Прямо крутится, но не могу вспомнить слово. — Это требует времени на подумать, Фео. Как-то у нас с тобой цели разные местами, не находишь?

Разворачиваюсь и успеваю пройти в двери ратуши. Фей, невысоко подлетая, успевает за мной. Охранник у дверей не успевает или не хочет нас останавливать.

Отлавливаю пробегающего клерка.

— Уважаемый, с кем можно парой слов перекинуться по поводу магических контрактов?

Клерк останавливается, пару секунд пытается понять, кто его остановил. И только потом до него начинает доходить вопрос. Кажется, я сильно не вовремя. Здесь, как и в аукционном доме, всё сложно. Вроде конец дня, но люди все еще на местах и лихорадочно что-то делают, пишут, бегают. Вообще, внутри ратуши довольно нервно и мрачно.

— Вы маг?

— Да. — Киваю. — Вот мой фей. — Показываю на Феофана, который меня как раз догоняет.

— Видите вон ту конторку? — Указывает пальцем. — Вам туда. Все магические контракты через неё.

Благодарю. Хотя клерку уже все равно — он тут же уносится дальше.

Дохожу до конторки. Тут сидит, кажется, единственный служащий, абсолютно довольный жизнью. Он никуда не спешит.

Сажусь на неудобный стул со сломанной спинкой. Облокотиться не получается — можно улететь на пол.

— Мы уже закрываемся, — произносит мужчина холодным тоном.

— Так ещё десять минут! — подсказывает фей снизу.

— Вы маг! — почти обвиняюще говорит мне клерк.

Киваю.

— Хорошо, — неприязненно бросает взгляд вниз в сторону фея, и тут же возвращает на меня. — Жетон? — протягивает руку.

— Я маг, — стараюсь объяснить ситуацию и вижу, как служащий замирает и прислушивается. — Но у меня нет жетона, поэтому…

— Поэтому приходите завтра, рабочий день закончен, — объявляет клерк, убирает стопку бумаг в ящик и протирает стол тряпкой.

— Ладно, жетон уничтожен, — спокойно говорю. Понимаю, что именно тут, после этих слов, нормально оплачиваемого контракта я точно не получу. Легкой радости в глазах служащего достаточно.

— Восстановить можете? — уточняет клерк.

— Не скоро. Я по делам Академии у вас в городе. Неудачный магический эксперимент.

Клерк задумывается.

— Вот что, маг без жетона. Был бы у нас в городе полный комплект магов, работы бы не было. Но. Тебе повезло. Вот. — Копается в конторке. Подает мне две бумаги. — Здесь описание двух контрактов. Они открытые, лежат уже года полтора. Выполняешь, визируешь своей магией, несешь сюда — я выплачиваю деньги. Всё. — В подтверждение клерк с шумом закрывает свою конторку, встает и уходит.

То, что я еще сижу, читаю описание, его совсем не волнует.

— Ну что там? — нетерпеливо спрашивает фей.

— Спуститься в канализацию, — читаю вслух начало задания…

— Фу, а ничего менее гадкого не найдётся? Мне даже первый пункт не нравится абсолютно. Я не хотел бы перед ужином опять лезть в зловонные пещеры.

И без фейских слов прекрасно понимаю, что канализация в качестве первого задания — это слишком. Недавние пещеры показали, что я все же кое-что могу, пусть и не понимаю как.

— В канализацию завтра утром или днем, а, может, просто обменяем на другое задание? — Откладываю лист. Там еще пяток пунктов, но даже увиденного «очистить водостоки» мне как-то хватает.

— У кого? — вздыхает фей. — Ты же слышал клерка, за эти задания никто не брался несколько лет. Обратно их сдать не получится — они открытые. Хочешь, выполняй, хочешь — не выполняй. Всем без разницы. А что по оплате?

Снова беру лист.

— Пятнадцать золотых. Цена поднималась четырежды. Видимо, сильно нужно.

— Половина билета, получается?

— Вроде того, — читаю контракт внимательнее. — Мелкого шрифта нет, критерии выполнения четкие. Выплата сразу. Можно попробовать. Только грязно, и если уже полтора года никто не берется, то либо цена занижена, либо работы сильно больше, чем тут написано.

— Цена шикарная, — вздыхает фей. — Можно домик в этом городке купить. Зря думаешь Муха сказал, что билеты дорогие? Они прямо сильно дорогие. Но да, тебе-то без разницы. Вы в Академии на готовом сидите. А второй?

— Карта какая-то. — Открываю контракт. Пока оставляю комментарий Феофана без внимания. Но вернуться к нему надо бы. Понимать: золотой — это много или мало, нужно.

Лист на глазах превращается в плохо прорисованную карту города. Изучаю рисунок, Феофан нетерпеливо поднимает на меня голову:

— Ну, что там?

— Карта города с пометками, — отвечаю и разворачиваю карточку рисунком кфею.

— Строительство дороги, кто бы сомневался, — ворчит Феофан и тяжело вздыхает. — Понятно, почему никто за это уже больше года не берётся.

— Почему? — переспрашиваю.

Как фей понял, что нужно делать, остаётся загадкой. На карте вижу разве что пяток красных черточек и неизвестный знак на главной дороге.

— Потому что затратно это. Сил много надо или накопителей. А платят обычно… Кстати, а сколько платят?

— Два золотых за каждый ремонт. Можно фиксировать отдельно. А вот за этот, — показываю на карте фею. — Аж три.

— Что там, интересно. Овраг внезапно появился? Или гора выросла? Деньги прямо приличные за такую работу. Возьмемся?

— Хм. Считаешь надо? Тоже полтора года уже лежит.

— Да, это понятно. Если накопитель в городке стоит золотой, а маг такой заряжает за час…— фей бросает на меня взгляд. — А некоторые за пять минут. Ну плюс, может кристалл подготовить — еще полчаса, то понятно, почему желающих нет. Цена за ремонт по внутренним расценкам, больше не поставишь — дороги-то королевские. А магов в городке всего двое. Так что им просто не до этого. Пока совсем не развалятся. Тогда пришлют, может, кого, или бургомистр накопители выделит.

— Так браться будем? Как думаешь?

— Ну, до ужина еще час, давай попробуем, тем более самая дорогая точка тут рядом. Около моста у реки прямо. Тут идти — минут пять, даже мне.

— Ну, пойдем. От меня там что потребуется?

— Да увидишь, — пожимает плечами фей. — Что-то вроде зарядки кристаллов. Тебе — привычно будет.

Киваю. Ладно. Какую-никакую наличку все же хотелось бы иметь. Начнем с дороги. Пусть.

Выходим из ратуши.

Народ по улицам идет все больше радостный. Но это и понятно. День рабочий теперь официально закончен. Начинают бить колокола.

Я сразу понимаю, когда мы доходим до места, указанного на карте огромной красной точкой и знаком. Смотрю на дорогу. Ощущение такое, будто посреди главной улицы выкопали пруд. Ещё бы лебедей запустили — и вообще красота.

— Может, сделаем мост? Это чуть проще, чем наладить такую дыру, — обращаюсь к фею, но тот только пожимает плечами.

— По поводу строительства ты у нас профи. Как сделаешь, так и будет, — фей стоит на другой стороне этой лужи и с интересом кидает в нее камешки. Звук, ближе к середине, говорит об изрядной глубине этого образования.

Начинает накрапывать мелкий дождь. Ежусь. Под накидкой Академии, конечно, тепло — все ж магическая. Но морось забивается в открытые участки, попадает внутрь, и о магии чуть забываешь.

Вздрагиваю от громкого стука копыт. Из-за поворота, со стороны ратуши, вылетает знакомая карета, запряженная четверкой лошадей. Я полностью уверен, что она остановится и развернется, ибо ехать по огромной луже — это верх слабоумия и отваги. Но у кучера имеется как первое, так и второе в полном достатке, так как буквально через несколько мгновений меня окатывает волна воды и грязи. Лужа выходит из берегов.

Первым делом пугаюсь за Феофана — его ведь могло накрыть с головой или снести волной.

Но фей стоит как ни в чем ни бывало сухой и здоровый. Его закрывает щит.

— Ты мог бы и меня прикрыть? — возмущаюсь.

— Был бы ближе — прикрыл бы. — Фей пожимает плечами. — Вить, ну я ж тебе говорил, что меня надо держать поближе к себе. Извини, не дотянулся.

— Черт! — оглядываю себя. С меня практически отваливаются куски грязи.

— Вот они! Днём с огнём вас не сыщешь! Сколько бумаг накатала, сколько жалоб. Сколько лет ещё вас ждать⁈ — мимо проходит сварливая бабка, потрясывая клюкой.

Я не вступаю в разговор, хожу вокруг лужи, стараясь понять, что с ней делать.

— Прочувствовал всю глубину наших глубин? — не успокаивается женщина, показывая на мою одежду пальцем. — То-то же! А мы каждый день тут катаемся. Не разгонишься — не проедешь. А потом сушишь-сушишь все вещи дома.

— Бабуль, не суети, — фей как раз в разговоры вступает с удовольствием. Он тоже выглядит сосредоточенным, будто это ему прямо сейчас нужно придумать, как высушить озеро и срастить два участка дороги. — Сейчас придумаем, что с этим делать и сделаем.

— Что делать, что делать. Тьфу! — сплевывает бабка. — Руки вон на статую наложи. Года два как такой же магик как твой делал. Чуть пуп себе не надорвал. Я его еще чаем поила. И что ты думаешь? Всего на полгода хватило магика-то того! Хиляк! Присылают не пойми кого, а потом делай снова. Тьфу на вас, только деньги воруют! — проходит мимо и заходит в соседний дом.

А совет-то неплох, прислушиваюсь к ворчанию. У тротуара вижу небольшой камень необычной формы. Больше напоминает скульптуру руки. Кладу руку и она словно примагничивается. А я начинаю чувствовать кусочки целого. Ага. Снимаю руку. Все наваждение сразу же пропадает. Снова кладу. Снова чувствую множество кусочков целого в разных сторонах.

Подаю чуть магии в статую. Интересно — один из кусочков зашевелился. А если так? Чуть меняю позу. Вспоминаю ощущение при зарядке кристаллов и мгновенно, словно переключившись, начинаю видеть потоки, как в подвале. Ну, может, чуть побледнее. Хм. Значит, круг и специальная поза нужны только для настройки. Ну, и, может, для более полного контроля. Отличненько. Сейчас это и проверим.

Подаю магию в статую-амулет широким потоком.

Камни вокруг начинают быстро шевелиться и катиться в лужу. Замечаю, что это делают далеко не все камни, а только те, которые я ощущаю частицами целого. Камни быстро падают в прудик, и лужа выходит из берегов. Фей тут же ставит щит на себя и на меня.

Оглядываюсь. Немного испуганный фей отбивает щитом летящие мимо нас камни.

— Ты не отвлекайся, пожалуйста! Делай!

Возвращаюсь к ощущению целого, и теперь стараюсь контролировать летящее в нас.

— Да, — слышу голос Феофана. — У тебя получается!

Нормально. Концентрируюсь на задаче.

Камни падают в этот небольшой прудик, цепляются друг за друга, но все равно остаются пустоты. Не хватает прямо больших основных кусков.

Может поэтому, у мага года два назад не получилось?

Большую часть камней собираю минут за двадцать. Куча ответов от недостающих кусков дороги. Вот просто много. Причем, камни вроде пытаются ползти, но что-то их держит.

Подаю поток еще сильней.

Подкатываются оставшиеся свободные камни, некоторые, судя по изначальному ощущению, вообще были в реке. Но не все, не все.

Точечно подаю поток к тем камням, которые я просто чувствую. Убираю магию из ямы и максимально концентрируюсь на застрявших камнях. Я же чувствую, что еще чуть-чуть, и все сложится!

Камни начинают вибрировать, я это просто ощущаю. Скорее всего, даже нагреваются, и в момент вылетает сначала один, потом, почти как пуля, другой. И чуть позже ссыпаются в яму остальные.

Я максимально концентрируюсь на дороге. Камни вылетают и как в мозаике занимают свои места. Секунда, две, может, пять, и все куски целого срастаются в одно. Открываю глаза.

Ничего не напоминает о бывшем здесь пруде. Даже вода, видимо, сливается в реку.

Фей требовательно теребит меня за штанину.

— Что? — довольно спрашиваю Феофана.

Дорога выглядит идеально: почти сухая и абсолютно целая. Гладкая и, вроде как, новая.

— Витя, нам бы надо отсюда уходить. Вот правда!

— Почему? — удивляюсь.

— Оглянись, пожалуйста.

Оглядываюсь.

— А. Вот почему камни не хотели в дорогу ложиться! Местные их на свои постройки разбирали, и как бы не один год. Ага. Королевскую дорогу. На свои нужды.

— Архитекторы, топчись оно кролом! — фей сплевывает.

В голове мгновенно всплывают пункты законов.

— Это ж каторга, не меньше, — поражаюсь смелости местных. — Они же сами ремонт постоянно заказывают.

Рядом стоящие дома сейчас словно после бомбежки. Крупные дыры почти во всех строениях. Швы расходятся, а камни вырываются из кладок.

Сзади рушится здание. Разворачиваюсь. Каменно-деревянный двухэтажный сарай вообще складывается внутрь самого себя. Туда, видимо, камней дороги много ушло.

Сквозь одну из дыр наблюдаю давешнюю бабку, что пока не понимает, почему рухнуло полстены у нее на кухне. Выглядывает на улицу сквозь дыру.

— Да, кажется, ты прав. Пожалуй, мы пойдем. Контракт завизирую только. — Прикладываю контракт к очевидному месту в статуе и подаю магию.

Глава 9

Давай только без ненужного героизма?

— Слушай, — вспоминаю недавние слова фея. — Мы ж сюда на дирижабле прилетали, так?

— Да.

— Их порт далеко?

— Да здесь все близко, — пожимает плечами фей. Сейчас он болтается в переноске. Я его сам сажаю туда во избежание, так сказать. — Твоими шагами, если продолжишь идти в ту же сторону, минут десять.

— Продолжу.

— А ужин? — Феофан пытается извернуться в переноске, чтобы на меня посмотреть. — Мы же на ужин шли⁈

— Не совсем. — Качаю головой. — Не суетись. Нам, до объявленного Мухой, еще полчаса, как минимум. Так что успеем.

— Эй! Но можно же было пока торт съесть, или два! Я ж видел, у него стояли. Когда еще так спокойно можно будет поесть, а?

— Слушай, мы-ж только что из-за стола! Вот часа не прошло!

— О еде думать вообще никогда не поздно! Проблемы никуда не убегут, а вот еда может закончиться. Давай в таверну? А? — Мы как раз пересекаем центральную площадь возле таверны.

В таверну к Мухе тянется народ. Даже на улицу наш знакомец умудряется выставить пару столов, но и они уже заняты. Похоже, действительно очень проходимое место. Просто с неработающим всем бороться за увеличение посетителей не было смысла. А вот сейчас таверна, в первый же день своего открытия, становится популярным местом у местных.

— Тебя из переноски вытащить? — спрашиваю фея. — Может сам пойдешь? В таверну вернешься, опять же? Сам.

Феофан неожиданно ничего не отвечает. Хм. Интересно.

Иду довольно быстро и, вроде бы, в правильном направлении. Фей тоже тут, по идее, ориентироваться не должен. Но молчит.

Почти пересекаю городок. Хотя почему почти? Подхожу к стене — значит пересекаю. Просто немного в другую сторону.

Дорога приводит к еще одним воротам. Сейчас они закрыты, но это не мудрено — сумерки уже. Открыта только калитка, у которой стоит стражник. Причем, такое ощущение, что это практически брат-близнец того, с входа в город. Такой же краснолицый и толстый. Разве что, без кольчуги и сидит, прислонившись к стене.

Сквозь открытую калитку вижу, что пришел я, кажется, вполне туда, куда надо. За воротами приличных размеров поле, на котором вдалеке стоит огромная белоснежная туша дирижабля.

Из переноски доносится всхрап. А, понятно, почему фей молчит. Ладно.

Подхожу к стражнику. Тот дремлет, вообще не заботясь ни о чем. Видимо, особо желающих пройти на поле не наблюдается.

— Уважаемый. — Трогаю его за плечо.

Мужик дергается и порывается встать.

— А, это ты… — откуда-то узнает меня и снова садится на место. — Что тебе нужно, маг без жетона?

Неожиданно.

— Откуда вы знаете? — удивляюсь вслух.

— Так, это… ты ж фигура, за которой приглядывать надо. Третий маг в городе. Нам уже сообщили. Да еще приметный — с феем на шее и патлатый. Не перепутать. Так чего тебе надо?

— Клерк в ратуше сообщил, похоже. — Просыпается фей. — Быстро он.

Стражник кивает, соглашаясь.

— Это его работа. Он же у нас по магической части. Так что хотел, маг без жетона? Сразу скажу, на поле не пущу — у тебя ж документов нет. Фей — это не документ.

— К кому обратиться, чтобы спросить про места в дирижабле?

— Тебе? — краснолицый добродушно усмехается. — Ни к кому, парень.

— То есть? — удивляюсь.

У меня в голове опять всплывают пункты и подпункты Устава Академии, где как раз четко указано, что «услуги передвижения любым видом транспорта, преподавателю Академии и ученикам, следующих по служебной надобности…» предоставляются бесплатно. Я практически вижу этот кусок текста.

— Никого нет сейчас?

— Никого нет сейчас для тебя, — соглашается и чуть дополняет мою фразу мужик. Впрочем, вполне добродушно. — У тебя же жетона нет, чего ты от них хочешь? Нет жетона — нет поездки.

— Но я маг! — Зажигаю огонек у себя на руке.

— Маг, — соглашается стражник, бросает спокойный взгляд на руку. — Мы уже и подтверждение из Академии получили. И если мы тебя на чем-нибудь поймаем, судить тебя будут как мага. Хочешь? — усмехаясь, кивает на файрболл. — Ты огонек-то погаси. Запалишь чего случайно.

— Так. Если я маг, то пользоваться дирижаблем могу бесплатно, верно?

— Да. — Кивает стражник. — Можешь.

Разговор определенно развлекает мужика.

— И вы про меня получили подтверждение?

— Да, получили. — Кивает стражник снова. — Еще час назад. Я ж сказал уже. Знаем, что ты у Мухи остановился. Молодец, хороший мужик. А мясные полоски к пиву у него…ммм… лучшее. Вот как на духу. Не прогадал ты, парень.

— То есть, у вас есть подтверждение, что я из Академии, — продолжаю гнуть свое.

— Есть, — соглашается стражник.

— Так почему не пустишь?

— Нет жетона, нет поездки, парень. — Пожимает плечами стражник. — Тебе вообще, куда?

— Поближе к Гиблым Топям.— Задумываюсь я. — Пешком, говорят, мне туда не дойти.

— Пешком-то да, — стражник снова соглашается. — Ты вот что, парень, на этих, — кивает на вход на поле, — зла не держи. Сейчас все равно городского дирижабля на месте нет, а тот, что на стоянке…

— А что с ним? — спрашивает фей из переноски.

— Ну. Скажем так, вертели они и меня и тебя на одном месте. И твои постановления заодно. Это королевская служба, и они тут надолго, похоже. Так что забудь пока. Но и когда городской прибудет, тебе его для этой цели подрядить не дадут — опасно это. Никому лишний раз летать туда не хочется, а ну как на виверну нарвешься? Редкий, конечно, случай, но и одного раза в таком деле достаточно. Нет, если ты с жетоном придешь, тут вопросов нет, все расстелются и организуют тебе дирижаблю до гор, а там до Топей рукой подать. Но это если ты с жетоном. А вот без — иди-ка ты дальше, парень. Слушать тебя не будут.

— А в Академию нам…

— По земле? — прикидывает фей. — Декады три. Но, ты помнишь…

— Помню, — вздыхаю.

Жаль, идея была неплохая. Похоже, в канализацию лезть все-таки придется.

— Парень, подожди ярмарки, — останавливает меня стражник. — У нас она в этом году большая. Там поспрашиваешь. В крайнем случае, в караван попросишься. Они точно будут, да и возьмут тоже точно.

Киваю стражнику. Разворачиваюсь.

— Куда теперь? — фей чувствует настроение и ни на чем не настаивает.

— В таверну. Нужно подумать.

— Вот! — воодушевляется Феофан. — Утро вечера мудренее. И щупальца как раз подошли. Правильно! Пойдем, а то уже сумерки, скоро вообще темень будет.

Идем в сторону площади. Народ гуляет и вообще никуда не спешит. Разве что, в небольшие едальни. Да и тут есть местная таверна, вокруг которой толпится народ. Решаю чуть срезать путь, тем более, что вижу прямой переулок как линейка. И не особо длинный, только узкий и пустой. Нужно по лестнице спуститься вниз, потом через горбатый маленький мост — и вроде бы как раз будет площадь. Что и делаю.

— Добрейший вечерок, — доносится сзади. Спереди переулок перекрывает крупная фигура. Разворачиваюсь на голос. Хм. Брат-близнец практически. Такой же крупный, улыбающийся мордоворот. Вот и ответ, почему переулок пустоват. Местные не ходят, а те, кто не местный — тот я.

— И вам. — Спокойно киваю.

— Парень, давай только без ненужного героизма. Проход по короткой дороге — платный. Ты же знаешь, короткие дороги они не самые простые, — добавляет этот бандит-философ.

— Да ты что? — хмыкаю. Ситуация не беспокоит вот совсем. — И что же вы хотите от меня получить?

— А всю денежку, что у тебя есть, парень. — Подходит улыбчивый. Второй тоже приближается, но чуть меньше, видимо, граждане бандиты давно в этом бизнесе, и подходы перекрывают грамотно. Но опять же, есть нюанс. Зажигаю огонек на руке, и улыбчивый тут же словно натыкается на стену. Улыбка чуть тускнеет. Делает шаг назад.

— Извиняйте, ваше магичество, попутали мы немного с братом, для магов проход всегда бесплатный, что вы! — Делает попытку отойти еще на шаг.

— Стоять! — говорю бандиту. Сзади шорохи говорят об одном, что второй очень быстро удаляется. Бегом.

Первый бандит останавливается и с легкой тоской смотрит на шарик огня.

— На вопрос ответь, — продолжаю. — Где тут в городке можно амулет сдать-купить?

— Так, это, — внезапно становится косноязычным бандит. — У старого Нила можно.

— Рассказывай, рассказывай, — поторапливает бандита фей. — Где найти, что спросить…

— Да, туточки, вон, рядом с площадью же. Он там один, не ошибетесь, господин маг. — Бандит со страхом смотрит на фея в переноске. — А говорить ничего не надо, он сам все знает, не беспокойтесь. — Мужик немного запинается, но пытается отступать.

Секунду раздумываю сдать мужика страже, но все решается за меня. В переулке, оттуда же, откуда пришел я, появляется стражник. И спускается к нашей небольшой группе. Стражник оказывается тем самым, с которым я только что говорил. Похоже, у него пересменка.

— А вы что тут, господин маг? — картинно удивляется.

— Да вот, разговорились мы с желающим мне помочь найти лавку ювелира.

— С каким? — делает круглые глаза стражник. А бандит по стеночке сбегает за спину стражника и вылетает из переулка. Хмыкаю про себя. Я думаю эту фразу медленнее, чем реагирует бандит. Ну, повезло ему, значит. Стражник точно в курсе, вон, смотрит на местного как на знакомого. Но это и не удивительно — городок-то небольшой. Растут все рядом. Что ж. Это их дела, я тут гость.

— Да нет. Показалось, наверное, — смеюсь.

— Это ты, парень, от переутомления! — Кивает довольный стражник. — В таверну, наверное, идешь. Давай провожу?

— А почему нет? — соглашаюсь. Тем более, по моим подсчетам, тут идти полсотни метров, не больше.

Стражник молча провожает нас до входа в таверну. Все уличные столы заняты людьми. Когда я открываю дверь, слышу последние слова круглолицего:

— Впервые вижу столько народа тут! Видимо, ужин у вас будет очень поздний.

Фей недовольно фыркает, и я пропускаю его вперёд.

Таверна и правда набита людьми битком. Запахи жареных овощей смешиваются с мясными.

Феофан с предвкушением облизывается, а я оглядываюсь. У дальней стены слышится пока что сдержанная ругань:

— Слушай, ну столик же пустой. А мы первые в очереди. Посади, будь человеком. На чай отсыплю, зуб даю.

Проталкиваюсь к стене и вижу, как возле небольшого стола Муха объясняет двум работягам:

— Приходите завтра чуть раньше или позже. Сегодня все столы заняты.

Тавернщик замечает меня и взглядом указывает на свободный стол.

— Дак чего нам завтра, мы сейчас жрать хотим! Тем более, вон, никого нет… — возмущается второй работяга, но прекращает, как только мы с Феофаном садимся на это место.

Два здоровенных детины пялятся на нас ошалевшими взглядами. Судя по их комплекции и выражению лиц, либо грузчики, либо строители.

— Вот те нате, это как понимать? Какого-то пацана с карликом посадил, а нас отбрил! — Слышу над головой негодующий голос.

Почти сразу подбегает Юра и резво объявляет:

— Сейчас всё будет, буквально пара минут!

Феофан довольно потирает руки и расстилает салфетку на коленях. Полная боеготовность.

А вот Юре, кажется, впервые приходится обслуживать такое количество народа. Хотя, между столами мелькают несколько новых резвых парней. Видимо, Муха вовремя подсуетился и нанял ещё пару человек. Мои размышления прерывает один из работяг. Он нависает надо мной и недовольно рычит прямо в ухо:

— Вот, пацан, ты охамел в корягу!

Спокойно его выслушиваю. И второй раз за вечер удивляюсь непосредственности местных. Смотрю в налитые кровью глаза и не понимаю, на что рассчитывает здоровяк.

А мужик ни на что не рассчитывает и не задумывается о последствиях. Просто берёт меня за ворот и приподнимает над столом. Рядом слышится женский вскрик.

— Галя, отойди, зашибу! — командует работяга и не торопится меня отпускать.

Ощущение, словно в этот момент тело начинает жить своей жизнью. И жизнь эта совсем не магическая. Будто настоящее смешивается с прошлым. Руки наливаются железом и тяжелеют. Оторвать от ворота пальцы детины мне ничего не стоит. Но не делаю этого. Тело использует инерцию подъема вполне самостоятельно.

Носок ноги сам по себе с размаху втыкается под коленную чашечку здоровяка, а левая рука — точно под ребра, в печень. Мужик охает и выпускает меня из захвата. Бью руками-лодочками по ушам. Это больно. Детина покачивается и теряет равновесие. Чтобы не упасть, опирается руками на стол. Пользуясь моментом, подбиваю их тоже. На все про все секунды две или три. Мужик падает лицом в деревяху.

— О, я спешил со всех ног, но вижу, что и сам управился. — На грохот прибегает Муха. Помощники замирают чуть поодаль, наблюдают, и через секунду бегут дальше с заказами.

Тавернщик с легким уважением ухмыляется.

— Вить, а я вот в тебе ни секунды не сомневался, — подбадривает Феофан, не отрываясь от еды.

Кажется, всё это время он спокойно уминал, принесенные Юрой щупальца. А вот в таверне народ с интересом смотрит на представление. Все же внутренний зал у Али невелик.

В руке сам по себе зажигается фаербол и тут же разряжает обстановку.

— А, маг, вон оно как! — слышится голос из-за соседнего столика. — Повезло мужику, что живой остался. Нормально, по-свойски разобрался. А мог бы и…

— Тссс. Ты чего? — вставляет второй. — И что должно быть в голове, чтобы рыпнуться на мага?

Мужик приходит в себя. От него пахнет уютом и домом. Так. Булочки, корица, тесто. Хм. Пекарь, что ли?

— Ваше магичество, просим прощения. — Подбегает друг здоровяка и утягивает его на улицу, взвалив на себя. Пожимаю плечами. Бывает.

Сажусь за стол и брови сами ползут вверх от того, что я вижу. Пока я отбиваюсь от самоубийцы, мой фей уминает добрую половину щупалец. И даже не лопается, зараза! «Так, стоп, я сказал мой фей?»

— Ну, что там, Вить? По деньгам у нас схлопывается? — как ни в чём ни бывалоинтересуется Феофан.

— Если выполним зачистку канализации, получим половину билета, — прикидываю вслух.

— Ну, это понятно, не надо про грустное, я же ем. — Указывает куском еды на соус Феофан. Чем меньше щупалец остается на тарелке, тем больше веселья в действиях фея.

— За ремонт всех участков дороги — одиннадцать, если сдадим кулон старому Нилу — ещё пару монет получим, — перечисляю дальше.

— Да-да, обязательно получим. — Кивает Феофан, и последнее щупальце звучно исчезает у него во рту.

Тут же к нам подскакивает Юра и меняет пустую тарелку на полную. Сразу пододвигаю её к себе.

— А мне десерт принеси, будь так добр! — успевает крикнуть фей вдогонку парню.

— То есть у нас получается что-то около двадцати семи золотых на всё про всё? — возвращаю к разговору Феофана. — Где нам брать ещё около пяти — вопрос.

— Нам же тридцать надо, я кулон сторгую так, что нам на всё хватит, — самодовольно заявляет фей и гладит себя по животу.

На это сильно не рассчитываю. Нужно искать варианты.

К нашему столу быстрым шагом подходит Муха. Народ потихоньку рассасывается, воздуха становится чуть больше. На стол опускаются два бокала с воздушными шапками пены, а сам трактирщик подсаживается к нам сбоку.

— В общем, у меня есть десяток кристаллов на зарядку, — без прелюдии переходит к делу тавернщик. — Не спрашивайте, кто их дает. Зарядите все десять, получите три монеты. Все, как вы просили.

— Мы-то, конечно, зарядим. Вот только помнится, за кристалл дают один золотой.

— Ага, но это за новый кристалл. А зарядка — половину золотого, — сразу же отвечает Муха. Судя по реакциям мужика, обмануть нас он не старается. Говорит всё как на духу.

— Всё равно не сходится, — продолжает Феофан. Он уже вытащил из сумки клочок бумаги и карандаш. — Десять кристаллов по половине золотого — это пять золотых! Ну никак не три. Я в столбик считал!

Не знаю, что он там считал в столбик, но с расчетами я полностью согласен.

— Ну так ты ж говорил — полцены. Так что еще ползолотого я накинул, — говорит тавернщик фею. — Я и так выбил, сколько смог.

— Сорян, — расплывается в улыбке фей. — Уболтал.

— Зарядим без проблем. Десять, так десять. — Не вижу смысла спорить о цене с Мухой, нам и так практически хватит на билет.

Но от канализации отвертеться никак не получится. Самый большой улов с неё — как ни крути.

— Есть ещё вариант. — В голосе тавернщика слышится сомнение. А у нас загорается надежда на заработать и не вляпаться в грязь. Или еще чего похуже.

— Есть возможность помочь со складами, — неуверенно замечает Муха.

— Мы в деле! — радостно выкрикивает Феофан и чуть ли не пританцовывает. Ему как раз принесли десерт из свежих ягод.

— Только там хозяин очень скользкий… — тавернщик не успевает закончить, Фей его прерывает.

— И не таких видали.

— Ну, вам с ним…кхе. Но я предупредил, он тот еще жук, — подводит итог Муха. Удивленно смотрит на пустую тарелку фея и переводит взгляд на меня.

Пожимаю плечами, мол, тоже не знаю, как так быстро и, главное, куда?

— Располагайтесь в комнате. Если что нужно, зовите Юру. Второй с половиной этаж, не перепутайте, — напоминает Муха и выходит из-за стола.

— Ну, пошли, посмотрим наши хоромы, — радостно провозглашает фей и идет вперед, слегка подлетая на ступеньках. Вот сил у существа! Я к ночи едва переставляю ноги. Да еще и голова гудит колоколом. Съел, похоже, чего-то не того. Что странно, все у Мухи было точно свежее. Может, реакция на щупальца?

Ключ в замке проворачивается с громким скрежетом. Мне словно царапает голову изнутри.

Дверь распахивается, а из комнаты нас приветствует тихий голос:

— Добрый день…

Глава 10

При чем тут львы?

Из комнаты слышится голос:

— Добрый день!

Фей мгновенно оказывается передо мной и разворачивает радужную пленку щита. Время Феофан чувствует идеально. Вообще, получается, что от опасности он меня защищает всегда. Разве что, кроме момента в озере, когда он физически не мог ко мне попасть, да и то, функцию свою выполнил. Так что реакция у него вполне на уровне. Ну, может, слегка своеобразно, как в случае с полуденницей или в пещере той же. Тем более, в пещере были гоблины, а это не просто встреча для фея. Ладно.

У письменного стола, не шевелясь, стоит невзрачная фигура. Тёмно-серый плащ с капюшоном, ботинки и такие же серо-черные штаны. Человек оборачивается, из-под капюшона слышатся слова:

— Не переживайте, я уже ухожу, всего доброго.

Мужик перемещается быстро и тихо. Со стороны кажется, что он и вовсе плывёт по воздуху.

Серый, не поднимая головы, быстро просачивается между дверным косяком и щитом. И исчезает.

— Что это было? — задаю риторический вопрос.

Фей, судя по его виду, тоже ничего не понимает. Останавливаюсь. Осматриваю комнату и стараюсь понять, что, на минуточку, в закрытой комнате делал этот серый человек. И как он тут оказался? Замок-то без скрипа не открыть.

Небольшая комнатка изнутри обшита деревом, потолки низкие, по двум сторонам приютились две деревянные кровати. Матрасы, на взгляд, мягкие, но подушки маленькие. Возле незанавешенного окна стоит квадратный стол на толстых круглых ножках. Больше-то ничего и не надо, тем более, это не полноценный этаж.

Феофан тут же забирается на стол и плюхается рядом с массивным чугунным подсвечником.

— Тут письмо, — икая, говорит фей… Недолго молчит и добавляет. — Но я бы читать не стал. Когда письма доставляют ТАК, в них редко бывает хорошее.

Феофан машет письмом в воздухе и, на первый взгляд, на нём нет никаких печатей, марок или подписей. Конверт из пожелтевшей бумаги — самодельный.

— Да ладно тебе, человек заморочился, письмо принес. Не ищи подвохов раньше времени. — Отдаю фею прихваченный со стола в таверне кувшин. Забираю конверт и кручу его в руках.

Фей икать перестает почти сразу. Правда и отвара в кувшине остается вполовину меньше. Ну, и ладно.

Действительно, ни одной буковки, ни одной циферки. Плотная бумага. Да и конверт даже не потрудились заклеить.

Из конверта прямо в руку выпадает такая же плотная бумага, ещё более жёлтая и шершавая. Пергамент, что ли? Лист сложен вдвое.

Быстро проскальзываю взглядом полторы строчки. Витиеватый почерк, крупные разборчивые буквы:

«Дорогой друг, когда ты пойдешь в канализацию, не забудь зайти к двум львам, сидящим под сияющим солнцем».

Так, стоп. А откуда отправителю это известно? Хотя, чего я. Контракт уже полтора года висит в ратуше. Логично, наверное.

Не успеваю подумать о дальнейшей судьбе письма, как оно вспыхивает. В моих руках остаётся только пепел.

— Во дела! — удивляется фей и чешет затылок. — А ведь я тебе говорил!

— Тсс, — успокаиваю Феофана и стряхиваю остатки письма на стол. Вглядываюсь в крупицы.

— Это обычный пепел, не старайся. Что там хоть было написано? Только не говори, что не успел прочитать. — Фей хмурится и подергивает ножкой.

— Что-то про канализацию, двух львов и солнце, — передаю я содержание. Шум в голове усиливается.

Начинаю сомневаться, правильно ли понял смысл строк? Хотя, кого я обманываю? Ни черта я не понял. Львы? При чем тут львы?

Фей отвечает, но звук его голоса одновременно громкий и непонятный. Одно слово накладывается на другое, интонации сливаются в одну. В глазах двоится, на ощупь добираюсь до кровати. Падаю. Не удивлюсь, что всё происходящее мне просто привиделось.

Нужно немного отдохнуть.

— … И денег с него стрясти! — слышу сквозь пелену сна вполне разборчивый голос фея.

Это последнее, что я воспринимаю, перед тем как провалиться в глубокий сон.

Наваливается кошмар. Меня пытаются достать воспоминания из прошлой жизни. Иду им навстречу, но мы никак не встретимся. Подсознание полностью заполнено осколками памяти, а я собираю из них мозаику.

Осколок за осколком. Режусь одним из таких и мгновенно просыпаюсь.

Фей недовольно на меня поглядывает.

— Сколько можно дрыхнуть? — спрашивает он и потягивается.

На нём смешные пижамные штаны и кофта с непонятным рисунком.

— Ты это с собой притащил? — не скрываю своего удивления.

— Естественно! Как можно путешествовать без пижамы? Тело должно отдыхать как и разум, — без смущения объясняет Феофан.

— Сколько я спал? — всё ещё пытаюсь сориентироваться во времени.

Фей пожимает плечами, и отвечает, одновременно зевая:

— Так утро уже, Вить! Завтракать пора.

Сажусь на кровати. Неожиданно. Вчерашней головной боли нет, как и не было. Тело словно обновилось. Вот только что-то у меня во сне случилось важное. Я точно знаю. Что-то почти упускаю, но надо вспомнить. Срочно!

Несколько глубоких вдохов. Закрываю глаза и тянусь к своему сну, как будто я еще сплю. И тут же проваливаюсь в…

* * *

…Огонь!

Где я⁈ Вокруг пылает пламя, а я не могу пошевелиться. Последнее, что я помню — взрыв в собственной квартире, когда включаю свет. Вряд ли я в нем выжил. А для полиции — взрыв бытового газа. Умно. Было бы, если б я подстраховку для куратора на электронке не оставил. По хлебным крошкам найдут оригиналы документов и на этих людей, и на эту схему. Жаль, что для меня это точно последнее дело.

Пламя вокруг полыхает, но мне не жарко. Оно словно меня не касается…

Предателей накажут. Пусть и чуть позже. Но что ж, я уже пожил. Но завершить свой путь вот так, в пламени — есть в этом даже какая-то высшая справедливость. Воину — огненное погребение и в Ирий. Или нет? Я не шевелюсь.

Пламя накатывает волнами, но я его не чувствую. Скорее, с интересом смотрю на его языки. В них словно на мгновение появляются фигуры животных и я…

…Я счастливо смеюсь, смотря, как красивые красные лошадки пожирают портьеры. Как гигантские желто-белые птицы перелетают с потолковой балки на балку. Как те мгновенно превращаются в пепел и красивыми искрами уносятся в звездное небо!

Мои друзья радуются и пляшут вокруг меня свой танец, стараясь порадовать. Вокруг воет пламя! И в нем слышу музыку огня. Мне весело!

…Кто я? Это очень яркое, детское, что это?

…Ой, а вот это беспокойный голос папы:

— Виктор, ты где! Я иду к тебе!!!

Чувствую, как папа пытается прорваться ко мне сквозь языки пламени. Огонь хочет его сожрать. Но, НЕТ! Я запрещаю! Пламя расступается перед папой!..

Все это переживается одновременно, только одна часть осознанно:

…Я живу жизнь старого кадровика, засланного куратором в проект. Ну кто во мне распознает аналитика Конторы? Мне уж и лет-то прилично.

А другая состоит из образов и чувств:

…Я маленький ребенок, и я теперь дружу с лошадками и вот этой птичкой, и вот этой… Ну им тоже нужно что-то есть.

…Всем нужно что-то есть.

Пазл складывается из разных осколков и я теряюсь среди них. Тут и сверхсрочка, забросы. А потом и спокойная работа с документами, после ранения, в которой неожиданно нахожу себя. Это чуть припорошено пеплом.

Но тут же и яркая радость от появившихся друзей! Желание ими поделиться с папой и мамой, ведь они такие красивые!

— Виктор! — Сквозь огонь прорывается огромный человек, в старомодных доспехах. От него идет дым, но он точно не пострадал. Потому что… Потому что Я ТАК ХОЧУ!

И пламя на секунду притихает, а фигуры становятся даже чуть менее осязаемыми.

— Виктор! Ты в порядке! — Огромный человек берет меня на руки. Я это вижу и не вижу. Но чувствую прекрасно. Тянусь к отцу руками. Я малыш. — Все, все. Теперь точно все будет в порядке. — Отец укутывает меня в плащ. И снова влетает в пламя.

Я заставляю огонь расступиться перед ним.

— Пока, лошадки! Еще поиграем! Пока птички! Увидимся! — я отвечаю на немой вопрос пламени.

— Все! Выбрались, Вит! Теперь все будет хорошо! — слышу голос отца. — Обещаю, Вит!

… А еще — это знакомый голос! Я его помню! Это же тот же голос, что говорил недавно со мной, внутри меня же.

* * *

Ааххх! — буквально со свистом втягиваю в себя воздух и захлебываюсь в кашле.

— Ну ты че, Вить? Не проснулся еще? — Феофан заботливо толкает меня в плечо. — Водички может? Или на завтрак, а?

— Слушай, Фео. А я какой дворянский титул имею? Ты же про меня знаешь больше, чем я сам про себя, кажется.

— Какой титул? Ты чего, вчера щупалец объелся? Так они вроде никаких приходов не вызывают. А пиво ты и не пил совсем. — С тревогой смотрит на меня фей.

— Фео. — Поворачиваюсь к фею. — Ты на вопрос ответь, а?

— Да с чего бы у тебя титул был? Ты маг! А титул — ну откуда? Ты-ж подкидыш в Академию. И живешь там уже лет пятнадцать. Ты чего? Не пугай меня так.

— Подкидыш, значит. Пятнадцать лет, значит. Понятно.

— Эй, Витя, ты чего? Ты прям почернел весь. Ну, приснилось тебе что! С кем не бывает, пойдем лучше на завтрак, а? Там Муха уже точно расстарался.

— Да, ты прав. — Нахожу в себе силы улыбнуться. — Пойдем на завтрак.

А ведь у меня была семья. И кто-то ее меня лишил. Как и памяти.

— … А там может и денег придумаем как набрать. Пока негусто конечно идей, — фей резко меняет тему, а я вспоминаю вчерашний день. А. Контракт же еще. Да, нужно его отработать, и, желательно, из Академии не вылететь. Я слишком многого не помню в своей этой жизни, а вспомнить проще там, где я жил долго. Да и прошлая как-то вспоминается кусками. Но теперь становится легче. Так. Ладно. Тру руками лицо.

— Ну, то есть, вариантов у нас немного? — Поворачиваюсь к фею. — Или в канализацию, или денег не набираем. Так?

— Ну что ты заладил, много-немного, — фей опять ворчит. — Утро чудесное испортил. Вот как после твоих слов завтракать, а?

— Предлагаю — никак. — Тоже встаю с кровати. — Все утро прикидываю, но с их ценами за мою работу либо в канализацию спускаться, либо на бандитов батрачить. А этого я даже касаться не хочу — от канализации хотя бы отмыться можно.

— Нет! Ты что! Как можно без завтрака⁈ — Феофан с ужасом смотрит на меня. — Не можно! — сильно мотает головой. — Тьфу, нельзя! Мы до канализации еще столько идти будем. Успеем еще раз проголодаться. Тем более, оплачено! Ты что⁈ Нашего хозяина расстроить хочешь?

— Ну-ну. Он, наверное, всю ночь не спал, думал, чем тебя с утра угостить, — поддеваю фея.

— Вот! Ты понимаешь! — не поддевается Феофан. — Сейчас поедим. Говорят же — утро, после завтрака, мудренее. Там и подумаем. Еще ж три дня минимум. Может и наберем чего? — Фей уже переоделся и убирает пижаму. Он по плечи заныривает в свою сумочку, и это смотрится донельзя странно — уже в который раз хочется понять объем его вроде как маленькой поясной сумки.

— Мне кажется говорят как-то иначе. Но ты прав. Позавтракать не помешает, а в канализацию все равно дойдем только к обеду. — Киваю, и резко поднимаюсь с кровати.

Спускаемся вниз и занимаем вечерний столик. Мухи нет в зале, но почти мгновенно появляется помощник тавернщика с корзинкой хлебцев.

— Доброе утро, — здороваюсь. — Мы позавтракаем, и, наверное, сразу уйдем. Если вдруг у твоего патрона появились какие заказы для нас, мы бы рады были его увидеть.

— Я передам, — кивает парнишка. — Муха сейчас на заднем дворе, бочки принимает. Освободится — придет. Вам быстро, или подождете? — оглядывает меня и фея.

— А можно что-нибудь сразу, а потом уже и остальное постепенно? — Феофан не разочаровывает.

— Можно, но будет холодная каша с колбасой. Ее можно жаренную — это быстро. И квас, он теперь холодный. Могу пиво еще, — парнишка кивает. — А потом и яичницу принесу.

— Попадешь к вам в дом, научишься есть всякую гадость. — Машет рукой Феофан.

— Почему гадость? — обижается парень. — Колбаса свежая, я вчера закупал. Вкусная. Чего сразу обижать-то?

— Извини его. Он на разносолах вскормленный, — извиняюсь за фея. — При кухне всю жизнь жил.

— Да, — кивает Юра. — Я так и подумал, — немного двусмысленно хмыкает себе под нос. Добавляет чуть громче. — Сейчас все будет.

Фей уже не обращает внимание на парня. Он добирается до горбушки черного хлеба, увлеченно посыпает ее солью и начинает точить, не обращая внимание не происходящее вокруг.

— Я, пожалуй, потороплюсь, — добавляет парень, кидая взгляд на Феофана.

Муха действительно появляется нескоро. Мы уже успеваем и дождаться весь завтрак, и съесть его тоже успеваем.

— Утро доброе! — здоровается тавернщик. — Как спалось?

— Спал как убитый, — откликается фей. — А что там со складами? Кому помочь надо?

Устремляю на фея вопросительный взгляд. Мы ещё не успели обговорить этот момент.

— Вить, ну что? Тебе так хочется в канализацию прыгнуть? Мне как-то не очень. Есть вариант отсрочить — чего бы нет? Вдруг, само потом как-нибудь образуется, — оправдывается фей, и в его словах есть доля правды.

В канализацию нырять совсем не хочется. Особенно после вкусного завтрака. А завтрак хоть и простой, но неожиданно вкусный. Муха на самом деле расстарался, получается.

— Гражданин, так сказать, не из простых… — аккуратно начинает Муха.

— А мы любим сложных, — подпрыгивает фей. — Куда идти?

— Вы бы с ним поосторожнее, что ли. Не лежит у меня к нему сердце, скользкий он гражданин, — ещё раз предостерегает Муха.

Что ж, не всем быть хорошими и правильными. А деньги на дороге не валяются. Да и предложений, где можно обзавестись серьезной суммой за небольшое время у меня что-то негусто. Главный вопрос в складах, а не в отношениях и людях. Ладно, посмотрим.

Выходим из таверны. Особенно торопиться некуда, город небольшой, и до складов у стен идти все те же полчаса. Да и то, потому что это дальняя часть городка.

На полпути чувствую знакомый запах. Выпечка и… не могу определить, что ещё. Хочется, чтобы он не заканчивался. Останавливаюсь буквально на мгновение. Осматриваюсь. Иду дальше, но запах никуда не уходит, словно следует за мной. Помимо звуков улицы слышу ещё один — смачное чавканье. Фей жрет булку. Где только взял?

— У нас же еще денег нет! Ты что, украл её? — озвучиваю первое, что приходит мне в голову. На всякий случай снова озираюсь по сторонам.

— Да ну, перевстань, — отвечает Феофан с набитым ртом. — Всегда нужно иметь невмного меввочи на такой свучай.

Фей стучит себя по карману и откусывает большой кусок булки. Крошки падают на брусчатку, а я провожаю их голодным взглядом.

— А почему мне тогда не купил? — задаю логичный вопрос. Раз уж мы что-то вроде команды.

Феофан дожевывает булку, глотает и резво отвечает:

— Если бы я купил, то у меня бы не осталось мелочи на другой такой же случай. — Феофан немного мнётся и добавляет. — Поедим после похода в ратушу, сам же сказал.

Вздыхаю. Фей в своем репертуаре.

Возле небольшого дощатого здания у дороги трётся патлатый тощий мужик.

— Может, нас ждёт? — спрашиваю у фея, но тот качает головой.

— Больше на щипача похож, чем на хозяина склада.

Тут он, конечно, прав. Но не до конца. Неухоженные волосы и клетчатая кепка несколько удивляют. Но стоит опустить взгляд на брюки и обувь — сразу понятно, что мужик состоятельный. И этот диссонанс как раз настораживает. Зачем казаться беднее, чем есть, тем более так неумело?

Возраст до пятидесяти, может, чуть старше. Морщин много, но явно не от особенно праведной жизни. Многоуровневые мешки под глазами говорят о том же.

— Вы от Мухи? Точно вы: фей и маг. Идите быстрее, выручайте. Крысы размером с собак. Мешки прогрызли, бочки попортили, нет на них никакой управы. Ничего не берёт: ни сила, ни яд. Маги не хотят помогать, отмахиваются, бездушные черти. Так я охранников нанял, но крысы и этих выжили. — Без слов приветствия накидывается на нас патлатый мужик.

— Погоди-погоди-погоди. Мужик, не гони кролей. Я — Феофан, а это мой маг — Виктор. Ты кем будешь? Под кем ходишь? Зуб даешь, что заплатишь за работу?

— Какие гарантии⁈ Крысы уйдут — деньги ваши. Мешки и бочки целые, там сочтёмся. Зовите меня как все в городе — Гражданин.

А вот теперь понятно, почему именно Гражданином называл его Али. Странное погоняло. Да еще теперь понимаю, почему Муха назвал его скользким — дело без договора не способствует доверию. Но, конечно же, всегда есть нюанс…

— А откуда у тебя на винном складе мешки? — не успокаивается фей.

— А с какой целью интересуешься? Ты сюда вопросы пришел задавать или дело делать? — шипит Гражданин, и мне это не очень нравится.

— Мы и отказаться можем, — пожимаю плечами.

— Ой-ой-ой! Дорогой друг, ну не откажи в помощи! — у мужика резко меняется поведение. Какой-то он…непостоянный, что ли. Словно джокер, меняющий маски, которые еще и контролировать не умеет. — У меня ведь сплошные убытки из-за этих тварей. Смерть мне без вас. Долгая и голодная. Выручайте, парни! — на лету переобувается Гражданин и смотрит умоляющими глазами прямо в душу.

Взгляд мне его тоже не нравится. Двоякодышащий такой мужичок.

— Давай тогда за склад — три золотых, — предлагаю свой вариант.

— Дам семь золотых, но за два склада! Делай что хочешь, лишь бы хвостатые ушли! — ни секунды не спорит патлатый.

Странно. Впервые с нами никто не торгуется в этом городе. Да и с двумя складами особо не обеднеешь. Даже, если придут монстры размером с гоблинских крокодилов. Ну и задачка.

Глава 11

Ты крыс видишь? А они есть

На склады спускаемся в полной темноте. Гражданин даже не удосуживается нам выдать лампу. Действительно, что это я. Маг же — значит, справится.

Лестница угрожающе скрипит и хрустит. Сам мужик за нами не идёт.

— Давайте, удачи вам, и не попортите мне там ничего! — слышу его голос за спиной.

Зажигаю на руке фаербол уже внизу.

Огромное полупустое помещение озаряется дрожащим светом. Никаких крыс не видно и не слышно — тишина и покой. Зато стеллажи и полки забиты до отказа. Рядом с входом целый подвес забит длинными тонкими кусками сухого мяса. Рядом — такой же, но там уже плотно стоят короба. Помимо бочек с вином, в углах валяются серые набитые мешки. Только один прогрызен — из него на пол ссыпается горка пшена.

Все навалено довольно бессистемно. Словно внутрь заходили, находили место, примерно с похожим товаром, и запихивали туда же.

Больше криков и причитаний было, чем проблем.

— Ты крыс видишь? — задаю риторический вопрос.

— Вижу только много продукции, которой тут быть не должно. А больше ничего, — ухмыляется Феофан и разворачивается обратно к лестнице.

— Ты куда? — удивляюсь и чуть притормаживаю его.

— Как куда? Наверх. Нет крыс — нет проблем. Всё, считай сами сбежали. — Феофан пожимает плечами.

— Так не пойдет. Нет проблем — нет денег, — парирую и думаю на ходу, как найти вредителей. — Идеи есть, как понять, куда делись крысы? Следы-то, — киваю напогрызенное, — есть.

— Откуда? Ты же маг. Ну, можешь вызвать кого-нибудь.

— В смысле — вызвать? Кого?

— А я откуда знаю, Вить? Ты постоянно это делал, когда тебя в подземелья Академии отправляли. Так что и сейчас — сделай, да и пойдем.

— Так, давай поподробнее, Фео, пожалуйста.

— Ну тебя в подземелья библиотеки разбирать старье отправляли, пока это самое старье не закончилось, и вода подземельями не пошла. Я ж тебе рассказывал.

— Эээ, нет. Ты говорил, что со мной познакомился, когда я разбирал завалы.

— Ну вот, я про это же, — пожимает плечами фей. — И вообще, может, свет включишь?

— Хм. Не могу, с темы не уходи, пожалуйста. И как часто я, так сказать, разбирал завалы?

— Так, наверное, последний год и разбирал. Кроме тебя никто не соглашался. — Фей ставит свой щит, и сильно увеличивает его яркость. На складе словно загорается солнце. Маленькое только. — А ты спускался и разбирал. Ну, а меня к тебе пристраивали, чтоб не убился. Там же разное из подземелий лезет. Крысы, в основном, но пару раз и слаймы вылезали. Я ж говорил уже, Вить.

— Так. И что я делал?

— Сначала — ничего, а потом как-то начал кляксу какую-то вызывать, и все как отрезало. Больше нас не беспокоили. Я тогда даже полюбил к тебе ходить. В тишине можно было пирожки есть, столько, сколько хочешь. И никто над душой не стоял… — Фей мечтательно закрывает глаза. — Вот и сейчас — вызови своего духа. Да и пойдем, — говорит фей так, будто это будничное дело.

Так. Неожиданно. Но, похоже, есть надежда на автоматизм. Так же как с зарядкой и файерболом — частое использование может оставить след. А ручки-то зачастую помнят.

Расслабляю кисти и представляю ритуал, как это могло бы быть. Результат нулевой. Задаю себе самому вопрос про ритуал вызова, представляю, что я читаю инкунабулу про ритуал. Нет. Результат не меняется.

Нет. Я не так подходил к тем вещам, что всплывали недавно. Я просто их начинал делать — и они подхватывались телом и потом уже сознанием.

— Феофан, не помнишь, а с чего я начинал вызывать, ээээ, того духа? — снова обращаюсь к фею.

— Не, ну откуда? Я за тобой не следил особо. — Фей чешет голову и пожимаетплечами. — Нужен ты мне больно был. Ну, разве что, ты всегда разминал пальцы вот так. — Фей показывает сцепленные в замок руки и выворачивает их ладонями наружу. — Кстати, действительно, очень помогает, когда руки устают.

— Спасибо, — задумчиво говорю. Значит, руки. Сцепляю в замок кисти и даю телу самому вывернуть их. Потянуться чуть. А потом…потом правая рука сама делает сложный жест, и на полу очерчивается круг из фиолетового огня. В голове снова на секунду появляется страничка, и словно расползается от времени. Похоже, я довольно много интересного в этой куче макулатуры прочитал. Не зря занимался разбором. Экий я продуманный парень был.

«Привет, Витя!» — в кругу появляется бесформенная клякса.

«Привет!» — пытаюсь также без слов ответить Этому в круге. То, что первая мысль — не моя, очевидно.

«Сказал же. Вслух говори. Мысленно я тебя вообще не понимаю. Как жизнь? Все еще поговорить не с кем?»

— По-разному, знаешь ли, по-разному, — аккуратно говорю кляксе. Фей удивленно переводит на меня взгляд и делает шаг от круга, ближе ко мне.

«Ну, что сегодня? Опять грызунов погонять? Хорошее дело, они у тебя вкусные. Только у тебя в последний раз сил было мало, чтобы я подольше в твоем мире побыл. Может, все же согласишься на мое предложение, а?»

— Сегодня также. Два соседних склада, соединенные между собой. Нужно защитить сохраняемое здесь от всех вредителей, — формулирую задание.

«Формулировку сменить не хочешь?» — чувствую, как клякса усмехается.

— Нет. Специально так сказал.

«Значит от ВСЕХ вредителей? Кроме времени — тут я не помощник».

— Да. От всех, кто решит поживиться содержимым склада.

«Какое хорошее задание. А энергии хватит меня столько тут держать?»

— А можешь посмотреть самостоятельно? Хватит ли?

«Легко. Разрешишь? Только сначала смотри, как я теперь умею!» — клякса собирается в маленького черного котенка с красными глазами, и, кажется, с маленькими кожаными крыльями за спиной. Хотя, нет. Крылья вроде привиделись…или нет?

— Красивое существо, — наклоняю голову. Не, ну на самом деле, красивое.

— Вить, а Вить, — фей делает еще шаг назад. — Только имя ему не давай, пожалуйста.

«А как бы ты меня назвал?» — Со сдержанным интересом спрашивает котенок. Очевидно, что фея он не слышит.

— Пока не знаю, — спокойно пожимаю плечами. — Так что по поводу сил?

«Да хватит. — Котенок разочарован, но не сильно. — С последней нашей встречи ты как-то в силах подрос. Может, даже на порядок. Сейчас ты эту мою форму в Мире сможешь держать без ограничения по времени. — Котенок садится у края круга и начинает вылизываться. — Мне матрица существа очень понравилась. Самодостаточный, красивый, умный… ну и так далее. Я решил, что мне подходит».

— Похоже, — согласно киваю я. — сколько времени тебе нужно, чтобы вычистить оба склада?

Котенок перестает вылизываться и неотрывно смотрит на меня.

«Час вашего времени. Но ты говорил, что склад нужно будет охранять. Я буду потом возникать, когда появится любой вредитель. Пока ты даешь энергию, конечно же. Договор? Он честный».

— Да, я вижу. — Усмехаюсь. Второй смысл считываю сразу, я ж сам его в формулировку закладываю. — Договор.

Фиолетовое пламя опадает. Котенок делает пару шагов ко мне, а потом сворачивается в точку и исчезает. А я начинаю чувствовать, где находится это существо. Что оказывается довольно неожиданным для меня. Вот прямо как с браслетом. Только с этим котенком я именно чувствую его перемещения, а не точку привязки. Словно на чуть-чуть я сам становлюсь этим существом.

Котенок молнией проносится по складам. И я даже смогу показать точно те пару-тройку мест, где были мыши. И что-то неуловимое еще. Поймать образ уничтоженного мне не удается. Только удовольствие монстрика. Словно он облизывается.

А потом котенок исчезает в мелких проходах под складами.

— Вить, мы, кажись, не того призвали. Давай по-быстренькому отсюда свалим. — Глаза Феофана сверкают в темноте.

— Почему ты так считаешь? — уточняю.

— Потому что у ЭТОГО есть форма. А, значит, и сознание, — фей дергает меня за штанину. — Слушай, пойдем, а? Он же с тобой говорил, мне же не показалось?

— Говорил. Мы даже заключили договор. На эти конкретно склады.

— Да? — Фей аккуратно выкладывает кусок копченого мяса, что мы видели у входа. — Это хорошо. Может пойдем?

— Дожидаться результата не будем? — удивленно смотрю на фея.

— А что, есть сомнения? — Фей делает еще шаг к лестнице. — Пойдем, а?

— Да, вообще-то нет. Действительно, пойдем. — Мысленно привыкаю к монстрику, который под складами разворачивает прямо войну против кого-то. Ну, за час точно справится.

На выходе нас встречает все тот же патлатый мужик.

— Ну что? Получилось? — спрашивает с надеждой.

— Получилось-получилось. Давай деньги, да мы пойдем. Нет там больше крыс. И не будет, — торопит фей мужичка.

— Это сейчас крыс нет, а ежели вернутся? Поживем-посмотрим. Если через месяц не придут, вам заплачу. Но заплачу три золотых, — фальшивая улыбка на лице мужика сменяется недоброй усмешкой.

— Тогда шесть за два? Но нам через месяц уже не надо, нам сейчас надо, — Феофан вступает в спор, а я просто получаю подтверждение своему предчувствию. Даже слегка киваю сам себе головой.

Обманул нас мужик. Ну, ему так кажется. Усмехаюсь про себя.

— Ага. Три золотых за два склада. Так как жетона нет, — лениво сообщает мужик и видно, как внутри радуется удачной сделке.

— Мы так не договаривались, — спокойно говорю и наблюдаю реакцию патлатого.

— А мы вообще никак не договаривались. Бумаг нет, ничем не подтверждено. А будешь препираться, и через месяц не заплачу.

Здесь у меня закрадываются большие сомнения. Уверен, через месяц он тоже не предполагает оплачивать работу.

— Не буду, — хмыкаю. Поднимаю фея в переноску. — Мы у Мухи остановились. Как поймешь, что крыс на складе нет — добро пожаловать. Мы там еще два дня.

— Обязательно приду, господин маг, — чуть кланяется патлатый. — Обязательно. Ждите с нетерпением.

Ухожу.

— Вить, ну ты чего⁈ — фей пытается развернуться в переноске. — Он же не придет! Вот как есть не придет! Вжарь ему молнией промеж глаз — сразу заплатит! Ты ж маг!

— Ага, а вон те трое стражников, — киваю на противоположную сторону улицы, — очевидно просто так здесь остановились. Просто постоять, поговорить о жизни.

— Какие? — фей дергается.

— Ну сейчас их проходить будем — увидишь. — Хмыкаю.

— Ну и что, это же просто стражники, а ты маг!

— Я маг без жетона, Фео, — улыбаюсь. — Нас же охранник у поля дирижаблей прямым текстом предупреждал. Помнишь? А бесплатная магическая сила городку Крайнему очень нужна. Я даже могу тебе процитировать положение о «неспровоцированной агрессии со стороны господ магов, в сторону купцов, мастеровых, солдат и иных неодаренных, находящихся при исполнении их обязанностей, за исключением трактирщиков, и иного разбойного люда». Хочешь?

— Верю, верю! — отмахивается фей. — Ты по памяти весь этот Кодекс прочитать можешь. Но жалко-то как! Какой-то плешивый торговец…

— Да придет он к Мухе, придет, — спокойно прерываю фея, — лучше скажи, как нам к ратуше пройти. Я немного заблудился.

— Зачем нам туда?

— Эй, ты чего? Мы ж вчера работу выполнили, а немного денег нам очевидно не помешают!

— Точно! Как я забыл? И к Мухе потом зайдем. Перекусим, да?

— И к Мухе, да. Так куда? Как думаешь?

— Так, — фей осматривается. — В соседний переулок налево ныряй, и где-то там должна быть центральная улица — видишь, народу сколько оттуда идет. А по улице мы на площадь быстро дойдем. И получаса не пройдет.

От складов до ратуши идти оказывается прилично. Хорошо, хоть городок маленький и по нему пешком вполне реально ходить. Был бы больше — рехнулись бы.

Переулками весь путь пробегаем минут за пятнадцать.

По пути к нам пристаёт чумазый пацан. Рядом с ним трётся еще более маленький и не менее чумазый щенок. Вижу, как фей достаёт из сумки запасы еды и дает бродяжкам. Пацан улыбается и кидает пару слов Феофану, но я их не слышу. Кажется, поделился важной информацией. Ну, или просто поблагодарил.

— Хорошая примета — сделать добро перед важным делом, — гордо поясняет фей. — Глядишь, плюсик в нашу карму заработал. Может, денег чуть больше дадут или дельце какое выгодное подкинут.

Усмехаюсь. Этот малый ничего просто так не делает.

— Ну что, предлагаю забрать честно заработанные, — обращаюсь к фею, перед входом в ратушу.

— Почему бы и нет. Одна гнилая тыква в кашу дважды не попадает, или как там говорят? В общем, денег должны выплатить. Дорогу мы сделали как-никак. Про разобранные дома в контракте ни слова не написано, — вслух размышляет фей.

— Давай про дома ты упоминать не будешь, ладно? — хмыкаю я. — Если клерк сам заговорит, тогда да, а так — пусть между собой сами разбираются. Мы тут с тобой гости.

Фей кивает.

Перед ратушей небольшая, но довольно плотная толпа контролируется всего одним охранником.

Удивляюсь, но иду к входу.

— Куда прешь, — привычно уже говорит охранник, даже не поворачиваясь. — Не видишь? Пока закрыто! В очередь!

Люди в толпе немного волнуются, но в принципе, с пониманием относятся к действиям охраны.

Сквозь большие двери вижу, что действительно, никого из посетителей внутри нет. Но вроде бы вчерашний клерк на месте. Касаюсь плеча охранника.

— С магическими контрактами тоже сюда же? Тоже не пускают?

Тот с удивлением разворачивается. И тут же расплывается в улыбке.

— А, нет, конечно, господин маг. Вам же отдельно. Проходите, — машет рукой. — Извините, что не признал.

Пожимаю плечами и прохожу с феем в зал. Еще успеваю услышать как охранник с кем-то вяло переругивается:

— … Так маг же, у них свой отдел. Станешь магом, Матеус, и тебя пущу. А пока стой. Они никак открыться не могут. Как скажут, так я и открою. Жди.

За конторкой снова сидит тот самый мужик, который занимается магическими контрактами. Создается ощущение, что с прошлого раза ничего не изменилось. Суета вокруг его совершенно не касается. На лице мужичка то же спокойствие, движения плавные и неторопливые.

Чего не скажешь обо всех остальных в здании.

Работники бегают туда-сюда с большущими глазами, в которых читается страх. Процесс кипит, но всё выглядит довольно сумбурно.

— Говорил, же, благодаря мне удача на нашей стороне! — радуется фей и тычет на единственную открытую конторку.

Остальные окошки, где обычно сидят клерки, закрыты. Зато нужный нам конторщик сидит вполне расслабленно и в ус не дует. Складывается ощущение, что к общему делу он не имеет никакого отношения. Он тут сам по себе.

— Сегодня пока всё закрыто! — скучным тоном сообщает охранник внутри зала.

— А мы не совсем в ратушу. Нам вон к тому человечку. — Показывает фей на конторщика.

Охранник будто загружает файлы в голове и медленно переваривает информацию.

— Дак это ты, маг без жетона! — мужик поворачивается теперь ко мне. Видно, как он доволен сказанным. — Давай, проходи. И фей пусть сам летит. Не положено у нас, — словно извиняясь, кивает на переноску.

Прохожу. Вытаскиваю фея из переноски.

— Ничего, это обычное дело, — кивает фей вообще не пытаясь протестовать. — А что охрана узнает, это нормально. Охранники те ещё сплетники. Они на час пересекаются со вчерашней сменой и успевают обсудить всё. Вообще всё на свете, вплоть до сапог, в которых приходят видные люди. А маги тут все же редкость. А ты еще и новый. — Феофан похохатывает и целеустремленно шагает впереди, иногда подлетая на шаг-два.

Клерк замечает нас, и его спокойное лицо принимает заинтересованный вид.

— Здрасте-здрасте. Уже что-то выполнили? Если пришли сдать задания обратно? Так просто не выполняйте и все, я отчетность переделывать не буду! Просто через месяц новую карточку заведу. — Клерк будто готовится к защите, но я успеваю его заверить.

— Выполнили. Ничего возвращать мы не собираемся. Вот, дорогу немного починили. — Протягиваю мужичку контракт.

Клерк быстрым взглядом пробегается по бумаге. Его брови поднимаются в удивлении и опускаются.

— Глазам своим не верю! — Ровный тон клерка меняется в сторону восхищения. — Эту дорогу уже несколько лет чинят, и всякий раз не до конца. А у вас тут отметка о полном соответствии. То есть, следящий амулет признал дорогу годной к эксплуатации даже не на восемьдесят процентов. А на девяносто девять! Отлично! Почините остальную так же — добавлю золотой!

— С чего такая щедрость? — удивляюсь.

— Так премия же, — в свою очередь удивляется клерк. — За нее не брался никто давно, и всё тут. Так что снять долгострой с баланса это важно!

Феофан не успевает открыть рот, опережаю его:

— Просто нужно было найти первоисточник проблемы — дорога как новая, можете убедиться. Контракт заверен.

Конторщик снова проверяет контракт, смотрит печать на свет и достаёт из ящичка на столе три монеты. Теперь настало моё время удивиться. На ящике нет ни замка, ни защиты. И как он только не боится хранить деньги таким образом?

— Остальные участки дорог точно оставлять за вами? — еще раз уточняет конторщик с надеждой. — Ну, хорошо, два золотых дополнительно?

— Оставляйте, — вздыхаю. — Попробуем починить.

— Тогда два золотых дополнительно, — вносит правки в контракт клерк, — если закончите в ближайшие пять дней.

— Договорились.

Глава 12

Откуда кости?

Из ратуши мы выходим почти к полудню. Очень легко определяю этот момент по синему светилу. Оно восходит позже — это я надолго запомнил, благодаря озеру с монстром. Так что опять замечаю эти полчаса, когда пропадают тени и становится тревожно. Но местные совершенно не обращают на это внимание. Да что местные, фей тоже в этот раз совершенно не беспокоится. Хотя за городом в это время, он заметно нервничает.

Но нет худа без добра: щупальца не только пригодились для обмена, так ещё и вкусными до чертиков оказались.

— Ладно, сначала разберёмся с дорогой, потом двинем дальше, — прикидываю будущие планы.

— Вить, ты поесть обещал. Работа без еды не клеится совсем. Мне как защитнику нужно больше, чем тебе, — принимается за своё фей.

— Мы же только недавно завтракали! — удивляюсь я.

Да и завтрак сытный. Муха не пожалел.

— Это был первый завтрак. А как же второй? А полдник? — перечисляет Феофан.

— А после ужина, стало быть, паужин, обязателен? — подначиваю мужичка.

— А как без паужина? На голодный желудок спится плохо, кошмары снятся. Вить, ну ты совсем себя не бережешь, да и меня заодно. Не надо так. Пошли, перекусим. — Фей кивает в сторону таверны. — Тем более, тут два шага всего.

Ладно. Проще согласиться, чем дальше спорить с феем. Да и карту с заданием развернуть удобнее на столе, чем стоя на улице.

Таверна встречает нас аппетитными запахами выпечки.

Юра появляется из неоткуда и спрашивает:

— Чем могу помочь? У нас пирог тыквенный почти готов, и гороховая похлёбка уже настоялась. А какой завезли эль в новых бочках! Ух! А пока никого нет, я быстро обернусь.

— Всё неси! — У фея загораются глаза. — Эля две кружки.

— Мне лучше ягодный морс, пиво с утра не пью, — отказываюсь я от второго эля.

— Так я тебе и не беру. Юра, две кружки эля и по порции всего, что ты там перечислил из еды, — повторяет фей, а потом кивает на меня. — И один морс.

Никак не привыкну, что он столько ест. Вот куда?

Пока фей раскладывает салфеточку на коленях, разворачиваю карту с заданием.

— Предлагаю уже сделать грязное дело и успокоиться, — озвучиваю своё предложение вслух. — Избежать чистки канализации не получится так и так. — Прикидываю суммы. — Ладно, на билет мы заработаем, кажется. С учетом складов, правда. Без них — восемнадцать-двадцать золотых наш предел.

— Вить, ну ты опять за столом решил это обсудить? У нас же еще четыре участка дороги и премия. Зачем нам это гиблое место? — возмущается фей.

— Чтобы поехать в другое гиблое место, забыл? Да с тобой мы всегда за столом, — смеюсь. — Вариантов-то нет! Если хотим попасть в Академию, конечно. Так-то да, можно, вон, зарядкой зарабатывать. Через месяц домик купим, или нет. — качаю головой. — Думаю, через месяц мы куда-нибудь в другое удобное помещение переедем. С решетками на окнах и едой по часам. А повод нам организуют. Вон, сегодня уже первые звоночки пошли.

— Витя, ты перегибаешь. Маги нужны в Крайнем, не будут нас так подставлять.

— Нет, фей, он не перегибает. Привет, Вить. — С двумя кружками эля и ягодным морсом к нам подсаживается Али. — Наши маги в конкуренции не нуждаются. Это пока им не до вас, да может и потом не будет. Но если надолго задержитесь, они точно поинтересуются, куда исчезают дорогие контракты. Нет, фей, городок это их коза, и они ее доят. Даже не сомневайся. — Обращается ко мне. — Как склады?

— Пока так себе, — усмехаюсь. — Гражданин себя самым умным назначил, ну пусть пока.

— Не связывайся, парень. Говорил же, что он скользкий тип. С другой стороны, вперед он вам денег и не дал бы, точно. Ну, в следующий раз, если будешь с ним работать, за этот заказ денег стрясешь. Не переживай особенно. Он жадный хмырь, опять к тебе прибежит. Ценник-то в половину от городских магов. Сейчас подумает-подумает, и прибежит.

Киваю, но тему не продолжаю.

— Мы хотим закончить ремонтировать дорогу. Это вот тут. — Показываю пальцем на карту. — Еще два места тут, и неподалеку от твоей таверны, кстати, кусок еще.

— Хм, вот эта точка у Восточных ворот будет? — показывает на карте Муха.

Киваю. С интересом жду.

— Хотел вас попросить об одном маленьком одолжении. Можете захватить с собой небольшой сверток? У меня знакомец один рядом с воротами живет, трактир держит. Ему нужно передать, — выкладывает свою просьбу Али.

— Захватим! Чего бы не захватить! — Феофан немного на кураже, но я с ним полностью солидарен.

— Вот спасибо! Выручили! — Тавернщик подаёт знак Юре, и тот приносит небольшой свёрток.

Коричневая бумага громко хрустит в руках Феофана, пока тот прощупывает, что внутри.

— Колбасу на пробу отправляю. Я с охотниками еще со времен таверны в пригороде работаю. Плюс мой рецепт мяса. Думаю, ребятам предложить, может, у них тоже пойдет?— Муха ухмыляется. — Вот сейчас и вам настругаю. Юр, сделай, хорошо?

Парень быстро бежит на кухню и через минуту возвращается с разрекламированной едой и с тарелками разного мяса.

— Ммм, вот это я понимаю, — причмокивает фей и добреет на глазах. Пока я кручу в руках неизвестный сверток, Феофан придвигает к себе мою тарелку и поднимает умоляющие глаза. — Ты же вроде как не любишь такое?

— Эй-эй, куда разошёлся? С чего бы? — Чуть тяну тарелку на себя. Придерживаю на всякий случай её рукой. — У тебя, вон, обед стынет.

Муха посмеивается.

— Самоё тёмное — это медвежье мясо, оно всегда темнее кролятины. Волокна немного рыхлее и грубее. Само мясо мягкое и немного сладковатое, — рассказывает тавернщик перед тем как угостить нас аппетитными кусочками. — Также его можно узнать по характерному запаху: мускусный и сладковатый. Этот медведь питался растительностью, кореньями и ягодами — сам его видел. Вот теперь пробуйте.

Слова Мухи меня интригуют. Наверняка он в тесной связи с охотниками, раз так много знает о мясе. Ещё и медведя видел. Надо иметь это в виду.

— А вот лосятина. — Тавернщик протягивает вторую тарелку, и мы с Феофаном берем ещё по кусочку. — Тоже отдаленно напоминает кролятину, однако, можно почувствовать характерную кислинку.

— Кислинки у клюквы. А это мясо как мясо, — тщательно пережевывая, подытоживает фей. — А это что такое? — Феофан показывает пальцем на розоватые кусочки.

— Кролы. — Пожимает плечами тавернщик. — Так, отнесете?

— Конечно, — соглашаюсь. — А чего не сам?

— Да когда? — качает головой Али. — Даже Юрку не пошлю. Некогда совсем, это сейчас никого нет, а вот еще пара десятков минут, и после вторых колоколов как на обед все пойдут! Тут присесть даже не успею. Да и колбаса как раз поспела, а тут вы в те же места идете. Ну вот, сглазил…

В таверну заходит компания работяг, и Али сразу же возвращается за стойку…

Фей быстро приканчивает обед: обе тарелки мяса и обе кружки эля. Начинает нездорово посматривать на сверток.

— Фео, к тебе в сумку влезет? — переживаю за собственность трактирщика.

— Конечно, — вздыхает. — Давай положу.

— Забирай. — Пододвигаю сверток. — Ты готов?

— Да, Вить. Пойдем, — поднимается фей. — Нас ждут великие свершения.

Из таверны выходим неспешно. Складывается ощущение, что после второго завтрака фею положен ещё и второй сон. Настолько неохотно, нога за ногу, ползёт фей. Он и так росточку-то небольшого, а в таком темпе мы вообще никуда не придем.

Да и, к сожалению, дорога сама не починится.

— Вперёд, Феофан! Первая часть дороги совсем рядом с таверной. Кажется, где-то здесь. — Я останавливаюсь и собираюсь свериться с картой.

Фей отлетает на пару метров за угол таверны. Видимо ногами идти — совсем лениво.

— Я нашёл! Нашёл! — появляется фей из ближайших кустов.

Смотрю на него и совсем ничего не понимаю.

— Здесь раньше проезд был на соседнюю улицу. Потом ливень, ветра, непогода. Завалы разбирать не стали, а участок дороги со временем зарос, — рассуждает фей. — Жителям приходится пол-улицы объехать, чтобы попасть в соседнее здание, считай.

Заглядываю. Ну да — кусок брусчатки словно разбомблен. Да там и дороги-то нет. Не знаю, что здесь происходит, но вместо проезжей части тут заросший бурьяном участок сзади таверны. Удивительно. Ведь центр города все же. С другой стороны, место тут действительно неприметное.

Разворачиваюсь к напарнику. А тот сидит прямо на брусчатке и тяжело дышит.

— Ты чего? — спрашиваю фея, который в ответ только кривит лицо.

— Чет живот разболелся, Вить. Ух, больно как. Вечно халявное мясо боком вылазит… Всё, не могу идти, — отдувается фей.

— С чего, Фео? Я же вместе с тобой ел, столько же. — Прислушиваюсь к ощущениям. Лёгкая тяжесть и больше ничего. Хотя, фей молотит как бы не вчетверо против меня. Не мудрено, что его немного припирает. Но вообще, я удивлен, конечно. Думал, жрать он может всегда. А оказывается какой-то предел все же есть.

— Ладно, залезай, — протягиваю Феофану переноску, тот на мгновение забывает обо всех недугах и радостно засовывает ноги в отверстия. — Пойдем искать управляющую статую этого участка. Она как раз на соседней улице должна быть.

— Вот это ты человечище, Витя! А ведь я знал, что на тебя можно положиться, — благодарит фей.

Ладно, пусть висит.

Так я думаю ровно до внезапной, но вполне ожидаемой встречи.

Навстречу, уверенной походкой, идёт мужчина. Идет он, словно ему принадлежит улица, ну, как минимум, эта часть. Мужик хорошо выглядит. Очень аккуратно подстрижен, ухожен, в костюме с иголочки. Но главное — он идет не один. Вокруг человека порхают феечки. Сразу три штуки.

— Ой, давай в другую сторону, — просит Феофан и чуть пихает меня в ребро.

— Зачем? — успеваю удивиться, как мужик нас замечает.

— Я смотрю, в нашем городе новый маг! Неужто молодняк направили на практику? — громко со смешком спрашивает мужик в костюме.

— Иди с миром, добрый человек, не до тебя сейчас, — несколько злобно отвечает фей, пытаясь выбраться из переноски.

Мужчина подходит ещё ближе и останавливается напротив меня, будто оценивая. Вокруг щебечут целых три феечки с разным цветом волос. Феофана, собственно, как и своих феечек, мужик полностью игнорирует.

— Ой, девочки, смотрите, какой пухляш! — тоненьким голосом сообщает блондинка.

Пока остальные феи смеются, Феофан выпрыгивает из переноски.

— У меня просто кость широкая! — парирует он и тут же достаёт из кармана зубочистку.

— Крылышки не выдерживают новую диету? — поддевает рыженькая феечка.

Фей жуёт зубочистку и надувает щёки. Лицо краснеет, а в голосе проскальзывают недобрые нотки:

— Если это такие заигрывания, то у меня уже есть дама сердца, — вместо взаимных оскорблений выдаёт Феофан. — И, вообще, у меня крыло сломано.

Я удивляюсь, но не вмешиваюсь пока. Меня больше интересует уверенный мужик. Ведь, судя по феям рядом, он маг — первый маг, которого я встречаю в этом Мире.

— Где же ты так своего защитника покалечил? Хотя, выглядит он довольно здоровеньким, — смеётся маг, а феечки хором подхватывают его шутку.

— И упитанный! — выкрикивает русая феечка с двумя косичками и прячется за спину хозяина.

— В каком-то смысле, это так, — соглашаюсь с первым вопросом мага. В принципе, он имеет право спрашивать кто я такой. — А какая цель вашего вопроса?

— Что ж ты такой ершистый, — усмехается. — Время есть?

— Не сейчас, — слегка улыбаюсь. — Приходите в таверну Мухи, завтра с утра — тогда точно будет.

— Договорились, маг без жетона, — хмыкает мужик. — Только ты тоже не убегай, хорошо?

— Вот точно не собирался, маг с жетоном, — усмехаюсь в ответ. Негатива к мужику у меня нет, несмотря на поддевки феечек, а вот вопросы — точно есть.

— Бери выше, парень, — смеется в ответ. — Маг по распределению. Но я подойду, до встречи.

Раскланиваемся.

Маг, посмеиваясь, идет дальше по своим делам. Феечки, щебеча, вылетают из-за спины мага, куда только что прятались, и начинают кружиться вокруг.

Феофан раздраженно выдыхает.

— Мда, мне срочно нужно заесть стресс, — фей лезет в сумку и достаёт сверток Али.

— С ума сошел? Нам нужно передать колбасу тавернщику. Забыл? — стараюсь отобрать сверток, но Феофан ловко уворачивается.

— Это ты с ума сошел. Назначаешь встречи непонятно кому. Ты хоть видел, сколько у него фей? — отвечает запыхавшийся Феофан.

— Мы просто поговорим.

— Ну-ну, — хмыкает фей и подлетает на небольшую высоту, чтобы уберечь колбасу.

— Ты же говорил, у тебя крыло сломано? — замечаю я.

— Где⁈ — удивляется и пытается обернуться Феофан.

Выхватываю свёрток.

— Фео, это не наше! Мы подрядились доставить его в целости и сохранности. — Тыкаю пальцем фея в лоб. Феофан сводит глаза в одну точку на палец. — И крылом займись, раз сказал, — хмыкаю, я.

— Да преувеличил чутка, с кем не бывает. А чего они доколупались? — в голосе фея звучит неподдельная обида.

— То есть в переноске катаешься только ты? Не так ли? — уточняю сразу же один момент. Что-то я не заметил у мага никаких таких приспособлений.

— Что ты хочешь услышать? Да, я боюсь летать! Это⁈ Или может тебе всю историю рассказать, как я в детстве с высоты навернулся⁈

Стараюсь подобрать слова, чтобы сбавить напряжение, но не успеваю. На тротуар с характерным звуком падает то ли монета, то ли жетон. Тяжелый. И, кажется, золотой. А падает он точно из свёртка.

— Так, — серьезно смотрю на фея. — Жетон подобрал, и в сверток. На. Убираешь в сумку и не достаешь без моего разрешения. Вопросы?

Фей тут же пикирует за жетоном, и выполняет весь проговоренный алгоритм.

— Ну что ты, что ты. Ну пошутил я. Пошутил. — Приземляется на брусчатку. — Может сначала к Старому Нилу зайдем, а?

— К старому Нилу зайдем сразу как работу сделаем. — Не поддаюсь я на предложение. — Никуда он не денется. А лавку я тоже вижу.

Проходим мимо лавки ювелира.

Каменную статую находим сразу же. Она зарасти не успевает, и на фоне зелено-фиолетового бурьяна вполне себе выделяется.

Кладу руку на статую-амулет.

Тут же понимаю объем работы. И совершенно ему не удивляюсь. Намного меньший, чем недавно с прудиком.

В щит втыкаются несколько десятков иголок. Стоп, в щит? Удивляюсь. Отдергиваю руку.

Передо мной, в радужном щите фея, висят десятка полтора длинных древесных игл. Хм. Очень вовремя. Непонятно, что делает эта агрессивная флора в центре города. А ведь в зарослях нет никакой живности. Статуя точно бы показала.

— Ну, как бы причину, почему тут никто не ходит, мы нашли. А вот почему ее никто не убирает — нет. — Задумываюсь на пару секунд. Ладно, но вопрос к местным магам у меня добавляется — это же опасная штука вроде бы.

— Вить, ты бы убрал заросли сначала. — Фей серьезен. — Нет, держать щит я не устану, но а вдруг кого заденут, пока ты чинить будешь?

— Согласен. — Кидаю в заросли файербол.

Каст мгновенно проделывает просеку в бурьяне. Но ничего не загорается. Только осыпается пеплом.

Создаю огонек побольше, задерживая его на руке и накачивая магией.

В этот раз просека становится больше, а щит сереет от числа иголочек. Передергиваю плечами. Хорошо еще напрямик недавно не пошел.

Дальше кастую непрерывно. Шарики огня из заросшего участка дороги создают недавно оставленное поле боя. Оно покрывается пеплом, в который превращается бурьян. Нудно, но других огненных техник я не помню. Работаю этой. Тем более, что результат вполне приемлемый, а я даже не устаю.

Первые пару минут ползучая флора еще сопротивляется, словно у нее есть разум. Но время работает в данном случае на меня, так что вскоре в проходе не остается целых растений. Только тлеющие комели кустов и запах гари.

Кладу руку на статую и снова подаю магию. В этот раз даже нет смысла сильно концентрироваться, и так вижу подпрыгивающие камни. Быстро, спокойно. Дорога превращается в кипящую каверну. Миксер из камней в секунды перемалывает огромный корень под дорогой, и выдавливает все лишнее из под брусчатки наверх.

На поверхности брусчатки остаются куски костей и черепов, одежды, да даже ржавые остатки лезвий поднимаются со дна ямы. Интересно, Али знал о могильнике на своем заднем дворе? Вряд ли, думаю. Недавно же открылся.

— Фео, позови Муху, хорошо? — Фей молча кивает и низко-низко летит над еще шевелящейся брусчаткой. Благо, тут лететь напрямую метров тридцать, не больше.

Камни ровными рядами почти встают на свои места, когда на зады своей же таверны, торопясь, почти выбегает Муха.

— Вить, что случилось? — удивленно осматривается. — А где заросли? И откуда тут такая груда костей?

— Вот именно эти вопросы задай, пожалуйста, страже, ладно? Мне еще три адреса сегодня чинить, — говорю Мухе, визируя на дорожной статуе контракт. Артефакт опять подтверждает девяносто девять процентов готовности дорожного полотна. Вот и отлично.— Если я останусь, меня замурыжат всяким ненужным, а у меня времени в обрез. Тут довольно очевидно, что кости не один месяц в этих зарослях лежали. Так что к тебе вопросов немного должно быть. И заросли я сжег, поэтому тут такой запах гари. — Дополняю Мухе картину. — Все, мы пошли. Если страже будут нужны мои показания, пусть вечером ловят меня в таверне. Сейчас не до них вот вообще.

— Хорошо, Вить, скажу, — вздыхает тавернщик. Видимо, опытным взглядом прикидывает количество костей. А тут человек восемь-десять лежит. Муха понимает, что скорее всего, ему подкинули долгое такое разбирательство.

С другой стороны, после разбирательства тут откроется проход. Я уже вижу, как Али сразу прикидывает, как сделать из выхода на задки таверны летнюю веранду. Это же дополнительные посетители. Понимаю.

— Фео, давай быстренько к Старому Нилу, и потом по остальным адресам пробежимся, ладно?

— Вить, я только за! — Фей легко перелетает новую дорогу и пристраивается сбоку.— Ювелирную ты же видел, да?

— Да, да, пойдем уже, — соглашаюсь с феем, разворачиваюсь и быстро иду в сторону ювелирной лавки.

— Наконец-то, — фей потирает ручки, — поторгуюсь!

Глава 13

На каторгу хотите?

— Да им при желании можно как кистенём работать. — Взвешиваю амулет в руке.

Фей достает его из сумки перед входом к старому Нилу.

Ювелирная мастерская так зажата между соседними домами, что на центральную улицу выходит только дверь. Над дверью вывеска, а на самой двери вырезано «круглосуточно». Слово вырезано навсегда, и сменить его можно только вместе с самой дверью, что, в общем, говорит о хозяине данного заведения.

— Нормально, заходим, — говорю выжидающему фею и стучу в дверь.

Она тут же гостеприимно распахивается, несмотря на свою тяжесть. Внутри домика темно и пахнет кожей и парфюмерией. Также чувствуется едва заметный металлический привкус. Помещение изнутри кажется больше, чем снаружи. Хотя нет, не кажется — она от двери как раз расширяется в обе стороны, вплоть до довольно низкой стойки поперек всей комнаты.

В углу небольшая артефактная печка, которая работает, несмотря на теплую погоду на улице. Хотя, конечно, в самой мастерской довольно промозгло. Контраст с улицей хорошо заметен.

Над прилавком горит яркая лампа. А в самом помещении никого нет.

— Нет никого, — удивляюсь я и разворачиваюсь обратно к двери.

— Да погоди ты, — останавливает меня фей и чуть громче говорит. — Хозяин, ты где⁈

— Да рядом, я, рядом. — Из неприметной двери выходит вполне узнаваемое мною существо. Не больше полутора метров в высоту, но зато в ширину тоже примерно с метр. Очень крепкого телосложения. Густая борода заплетена в косички и украшенаразноцветными камушками. Судя по всему, драгоценными. Волосы тёмные, а морщинистое лицо в свете лампы выглядит старческим и сморщенным. Зато сразу понимаю, что если ему выдать латы, щит и молот, то получится идеальный гном как в сказках. Хотя не факт, что эти девайсы у существа где-нибудь не висят, ожидая лучшего случая.

— Таки здравствуйте, путники, — обращается к нам гном и быстро поправляет кожаный жилет. На его одежде так много карманов, что я даже примерно не могу их сосчитать.

— И вам не хворать, — сразу же вступает в разговор Феофан и без прелюдий выкладывает на прилавок амулет.

Гном откашливается, надевает подобие перчатки и через ткань трогает вещицу.

— Доброго утра, мы бы хотели, по возможности, определиться со стоимостью кулона, — объясняю ситуацию гному, но тот только поднимает вверх указательный палец.

— Слышишь, волны? — спрашивает старый гном и ждет, пока мы оба прислушаемся.

Быстро понимаю, что ничего не слышу, зато фей кивает, якобы со знанием дела.

— В общем, цепочка ничего не стоит — это латунь. А вот за амулет… — гном замолкает, мысленно прикидывая.

— Он нам по случаю достался, — уточняет фей. — Работает, волны испускает и вот это всё, сами видите.

— Ну да, ну да, — оценщик пристально смотрит на меня, потом на фея. — Уважаемый, я-таки не спрашиваю, где вы взяли столь редкий на сейчас артефакт. Старому Нилу это совсем неинтересно.

Бросаю взгляд на фея: тот аж подпрыгивает от нетерпения узнать, сколько мы можем заработать.

— За накопитель в нём, не скрою, полный и очень качественный, могу дать два золотых. И это только за уважение к вашей форме ученика Академии. Ведь в такую Академию простых засранцев не берут. А, значит ви — сложный засранец. А вот за сам амулет, могу сказать, — гном чешет голову. — Что-таки за него могу предложить только срок.

— Срок чего? — переспрашиваю.

— Ну не знаю. — Старый Нил разводит руками. — Каторги, возможно? Могу точно сказать, что это один из видов прерывателей маг-линий. Их пользуют всякие шлемазлы, чтобы мимо сигналок честных богатых людей ходить. Честные люди, кхм, — прерывается оценщик, глядя на фея. — Честные и умные существа такие вещи с пола не поднимают.

Фей округляет глаза, и его ангельско-честный взгляд снизу вверх устремляется на гнома.

— Это наш амулет! От дядюшки достался.

Судя по перчаткам на руках гнома, он не привык верить ни честным людям, ни существам.

— Ну да, ну да, все так говорят Старому Нилу. Только учтите, этот амулет старый, уже лет десять с таким работать опасно для здоровья. Дядюшка вам не то что-то оставил, знаете-ли. Вы же не будете им пользоваться? Правильно? — оценщик смотрит сначала на фея, потом переводит взгляд на меня. — Правильно? Я же вижу, что вы-таки честный фраер, а не грязный шлемазл с Портовой.

Гном в очередной раз намекает либо на то, каким образом мы добыли амулет, либо на то, что мы с его помощью сами работаем. Что вообще ни в какие ворота — мага-то он во мне сразу опознает.

— Давайте так. Вы зовёте сюда стражу. Пойдём в таверну напротив, а хозяин расскажет, где и при каких обстоятельствах мы его нашли, — без тени сомнения предлагаю оценщику. — А я расскажу, как мы его нашли, и кого, заодно, подозреваем, так что зови. Приобретен законно. Доказать сможем. Вон, Муха и есть тот дядюшка, от которого нам достался накопитель.

Фей активно кивает, полностью соглашаясь. Старый Нил надевает пенсне и ещё раз внимательно нас изучает.

— Закон, значит, закон. Накопитель я заберу, а то, что вокруг и цепочку — можете выкинуть, — кряхтя снова смотрит на амулет Нил. — Если бы не его емкость — смотрите как играет, то и его бы не взял. Но вам-таки везет. Старому Нилу нужен накопитель. У Старого Нила заказ почти под такую цацку.

— Десять золотых, — обретает смелость Феофан и залазит в переноску, чтобы лучше видеть гнома.

— Что вы такое говорите! Старому Нилу такие числа даже слышать больно! — Гном театрально хватается за голову, будто не может поверить в услышанное. — Без ножа меня прямо-таки режете! И деток моих без еды оставляете. Максимум три золотых и это за цепочку и металл вместе с накопителем.

А вот это уже интересно. Значит, цепочка всё-таки чего-то стоит. Я оглядываю хижину гнома в поисках семьи.

— А дети отошли на прогулку? — с ухмылкой спрашиваю я.

— Одному шестьдесят, другому восемьдесят. Они совсем ещё неопытные в торговле, я им помогаю, чем могу, — тут же уточняет Старый Нил. — Молодежи погулять всегда интереснее, чем за стойкой стоять.

Да уж. Видимо, у гномов время идёт слегка по-другому. Решаю не углубляться в эту тему.

— Пойдем, — обращаюсь к фею. — Тут мы нормальной цены не получим. Подождем ярмарки, там спросим. — Я пожимаю плечами и направляюсь к выходу.

— Ой, ну подожди, — останавливает меня фей. — Старый Нил сейчас внимательнее амулет посмотрит и нормальную цену даст, да?

— Да уходите! Оставляйте Нила без дела его жизни! Разоряйте! Конечно, ярмарка! Приедут другие торговцы, из других городов! А у других торговцев есть мастерская⁈ Таки нет! Ходют как перекати-поле. А Старый Нил может и скидочку вам дать, если что закажете потом, а они могут? Нет. Продали, и только вы их и видели! Четыре, четыре золотых!

— Уходим, — разворачиваюсь. Гном уже завладевает моим рукавом, так что вывернутся не получится.

— Подожди, хорошо? Молодежь, все время торопитесь. Гость же, первый за сегодня, давай четыре с половиной?

— Давай семь золотых или мы уходим, — предлагает фей новую цену и кивает головой на дверь.

— Семь⁈ — старый гном аж крякает. Молча шевелит губами. Потом шумно спрыгивает со стульчика. Берёт кошелёк и достаёт монетки.

— Вот, — двигает в нашу сторону кучку золота и серебра.

— Тут всего пять золотых, — хмурится фей перебирая кругляшки.

— Правильно. Больше вам никто в округе не даст, — сердито поясняет оценщик.

Но в воздухе висит неуверенность и предвкушение. Кажется, нас снова пытаются чуть обмануть.

— Пошли, проверим, кто ещё готов посмотреть амулет, — снова предлагаю фею, пока тот сгребает монетки в горсть.

Наблюдать, как они торгуются с гномом, конечно, интересно. Но отдавать вещь за бесценок тоже не хочется.

Гном будто раздувается от напряжения и достает из аккуратно сшитого кожаного кошелька ещё одну монету. Золотую.

— Забирайте или идите в другое место. Последняя цена, — Старый Нил буквально готов взорваться.

— Но цепочка наша! — не успокаивается фей.

Мне кажется, что оценщик сейчас выгонит нас из хижины, но вместо этого он говорит:

— Забирайте цепочку и уходите! И таки не приходите больше. Без заказа. Или до завтра. А то я за себя не ручаюсь!

Фей цапает с прилавка цепочку и тут же надевает её на шею. А я забираю шесть золотых в руку. Накопитель и металл остаются у оценщика.

— Вот это я понимаю. Кто молодец? Я молодец! — нараспев произносит фей, как только дверь за нами закрывается. — Теперь хоть одежду сменим, чтобы прохожие так не пялились.

Фей указывает на очередного зеваку, повернувшего на нас голову.

— Обязательно, — соглашаюсь. — Только с грязными работами закончим — и сразу. Сейчас — не вижу смысла. Наша одежда пока еще вполне рабочая.

— А ты, кстати, чего деньги все себе заграбастал? У тебя даже карманов нет. Давай сюда, — командует фей и раскрывает поясную сумку.

Действительно, не буду же я носить золотые в кулаке всю дорогу.

— А накопитель и правда столько стоит? — уточняю у Феофана, пока ссыпаю мелочь.

— Да откуда мне знать? Но Муха говорил, что обычно меньше. Один золотой. Но этот шибко навороченный, видимо. Везёт нам, Вить, везёт! — Фей радостно трясёт сумку и слушает звон золотых. — Вывозит доброта-то!

— А волны ты правда слышал? — задаю ещё один волнующий меня вопрос.

— Волны? — не сразу понимает фей. — Ааа, волны. Нет, конечно. Я же не оценщик. Я только торговаться умею. Ну, ты видел.

«Примерно также, как готовить», — проносится в голове, но вслух не говорю.

Остальные повреждения брусчатки чиним вообще без проблем. Совершенно непонятно, почему они столько времени не чинились. Разве что ратуша отдает одним заказом, тогда да. Только приходится побегать по городу. Так что к Восточным воротам приходим сильно после обеда.

Фей умоляюще на меня смотрит.

— Полдник же, Вить.

Машу рукой. Оглядываю нужную нам таверну.

— Остаемся на полдник.

Таверна тут сильно попроще, конечно. Но и народ вроде как победнее. Если у Мухи всегда пахнет так, что сразу просыпается аппетит, то тут несколько иначе. Не сказать, что отвратительно, но как-то не гостеприимно. А ещё окна меньше: из-за этого солнечный свет почти не проникает внутрь помещения. Внутри полумрак, и сидят какие-то потасканные личности с кислыми лицами. Если бы не дело и не фей — не остался бы.

— Кого тут попросить? Усталых путников у вас кормят? — голосит фей на всю таверну.

— Чего раскричался, малой? Сейчас подойду. — К столу не торопясь ковыляет дородная женщина в фартуке.

— Приветствую, нам бы перекусить чего, — прошу и продолжаю осматриваться. — Из чего можно выбрать? И с хозяином поговорить.

— Выбрать? — переспрашивает женщина. — У матери дома будешь выбирать, тут только один набор. Вот выпить — можешь выбрать.

Фей уже второй раз готовится высказать всё, что думает, но я его останавливаю.

— Мне морс, а моему фею две кружки эля, — применяю хитрую тактику. Знаю, чем подкупить Феофана.

— Две не положено, — кидает нам помощница, чуть более спешно удаляясь.

— Ну и местечко! — в этот раз не сдерживаюсь уже я.

И если в таверне у Мухи Юра прибегал с заказами почти тут же, то сейчас мы теряем прилично времени.

В конце концов, женщина приносит нам по две тарелки с непонятным варевом.

— Это че? — принюхиваясь, узнаёт фей.

— Суп харчо. И гречка с мясом. Миски потом на стойку поставите, — без лишней доброжелательности говорит помощница тавернщика. — Эль сейчас Седой Крол принесет.

Зачерпываю ложку. Каша во рту разваливается: похоже, гречку переварили сильно, а вот мясо почти не жуётся. Резиновое совсем. Но мне нравится. Отдает каким-то старым воспоминанием. Я даже почти успеваю его схватить, как начинает выступать фей. Вздыхаю. Ничего, потом вернется.

— Разве можно добрых людей кормить неизвестно чем? Да у нас в Академии свиньи питаются лучше! — Фей багровеет на глазах. Он не доедает кашу. Первый раз вижу, чтобы он чего-нибудь да не доел. — Ты как хочешь, Вить, а я сюда больше ни ногой. И тавернщику скажу, что это ни в какие ворота, — раздражается полуголодный фей, разве что ножкой не топает.

— Фео, расслабься. Вполне съедобно и очень сытно. Каша, если ее правильно есть— энергией на весь день заряжает, а у нас с тобой, напомнить, сколько еще сегодня запланировано?

— Слова не мальчика, но мужа. — К нам подходит хозяин таверны. Действительно чем-то неуловимо напоминающий седого кроля. Матерого такого, со шрамом через глаз, половиной оторванного уха, в общем, боевого такого крола. Ставит на стол кружку эля мне и морс фею.

— Наоборот — мне морс, — хмыкаю. — Нам еще работать.

— Ты это, — чуть поводит головой. — Не балуй своего, — кивает на фея. — Но ладно, не мое это дело. Че хотел-то, мажонок?

— Муха передал сверток, — киваю фею. — Доставай давай.

Фей достает колбасу с него самого ростом. Она словно выдвигается из поясной сумки.

— О, безразмерный карман? — флегматично удивляется старый солдат. А никем иным мужик быть не может. Это я тоже чувствую практически сразу.

— Не безразмерный, — сконфуженно уточняет фей. — Мне безразмерный не дали.

— Ну тоже неплохо, — понимающе кивает тавернщик. Забирает колбасу.

Тут же разворачивает. Непонимающе смотрит на меня.

— А. — Киваю фею. — И жетон тот давай, доставай.

— Да, вот так с ними и надо! — одобрительно говорит солдат. — Иначе на шею сядут и ножки свесят. Тот еще народец.

Начинаю что-то подозревать. Феофан прячет глаза за кружкой эля, делая вид, что не слышит. Но я запоминаю. Ладно, по результатам завтрашнего разговора буду думать. Пока фей очевидно полезен.

— Хорошо! Спасибо, за помощь и за порядочность. — Хозяин таверны забирает колбасу и драгоценный значок. А дальше говорит непонятные пару слов. — Вас я запомню. А на Нюрку не серчайте. — Кивает на помощницу. — Она тут целыми днями как пчёлка, а от работяг на окраине разве доброго слова дождешься? Вот и огрубело девичье сердце.

— Да нормально, — успокаиваю тавернщика. Девичье? Что ж, пусть так. — Мы вот точно не в обиде.

Тавернщик уходит.

— Вот, Вить, умеешь ты испортить настроение.

— Ладно, закончим главное дело, — хмыкаю, — и обещаю, закажем у Мухи всё, что только захочешь!

— И блинчики? — уточняет Феофан.

— Их тоже, — уверяю Фея.

Оставляем на столе несколько монет и уходим из таверны.

Иду по улице чуть прибавив темп, до входа в канализацию под городом вполне себе еще прилично топать. Все же туда спуститься можно только у стены, почти рядом с выходом из города. Так что спешу.

Пробегаю опять центр. Теперь даже понимаю, почему маги туда-сюда по главной площади рассекают. Так и не получится никак по-другому! Городок-то небольшой, и все больше пешеходный. Карету я тут за эти сутки видел два раза, и еще пару раз всадников. Хотя дороги, вообще-то, вполне для экипажей предназначены. В общем, не знаю, с чем оно связано. А вот около стен, там да, там и загоны есть, и кролов много ездовых, и от телег не протолкнуться местами.

Углубляюсь на север городка. По идее, чуть дальше и влево уже начинается довольно богатый район, судя по домам. Но мне туда не надо. Сворачиваю на серую улицу по краю этого квартала.

Среди серых домов в глаза бросается золотистое одноэтажное здание с куполом. Возможно, местная часовенка или храм какой. Перед входом две фигуры львов, слега потерявшие очертания. Что-то они мне напоминают.

Сразу под куполом вижу изображение солнца.

Ну, конечно!

«Дорогой друг, когда ты пойдешь в канализацию, не забудь зайти к двум львам, сидящим под сияющим солнцем».

Однако, ноги сами привели.

Дверь в часовенку приоткрыта, будто приглашает войти.

— Уверен, что это хорошая идея? — подаёт голос фей.

— Вот сейчас и узнаем, — отвечаю я и тяну дверь на себя.

Глава 14

Может, не полезем?

В часовенку захожу немного пригибаясь. Низковатые двери. Хотя, может так и задумано.

В помещении царит полумрак, на стенах разные фрески и надписи, причем, не все понятные. По углам стоят длинные зажженные свечи.

Но я больше интересуюсь фресками. Просто потому, что там я замечаю интересные сцены. На них маги и люди в доспехах побеждают врагов. Утрированные фигуры гоблинов на крокодилах, разная нежить, и еще десятки всяких тварей нападают со всех сторон. И гоблинов и нежить я уже встречал, хорошо. Только вот на тех же фресках я вижу еще огромных драконов, фигуры с щупальцами вместо подбородка, зеленых силачей, кидающих громадные камни, идущие деревья. И что — все это тоже встречается где-то там? Я чуть-чуть начинаю беспокоиться.

— Это время Исхода, — доносится голос из глубины помещения. Он словно отвечает на мой незаданный вопрос. — Все, что ты видишь, было в этом Мире. И если поискать, где-то еще можно найти. Люди побеждают, и побеждают везде. Но Мир был таков, каким ты его можешь видеть на фресках. Мы тут пришлые. И, хотя, смогли прогнуть Мир под себя, но он постоянно об этом напоминает. Я ждал тебя, гость. Как насмотришься — проходи к огню.

Интересно, тут я не вижу ни светильников, ни ламп. Только свечи, факелы, вот, еще голос что-то про огонь говорит.

На полу расстелен ковер, больше похожий на тряпку с замызганными кисточками.

Иду по ковру между довольно узких стен. Прохожу сквозь потертые занавеси. Фей беззвучно следует за мной.

По двум сторонам от входа стоят две стеклянные фигурные вазы. Стекло тонкое и переливается разными цветами даже в темноте. Отблески огня, горящего в центре небольшой комнаты, отбрасывают неровные тени. Колыхание света от свечей на стенах добавляет тревожности.

Пляска теней отражается друг от друга и завораживает.

На ковре мужская фигура, стоящая на коленях. Подхожу чуть ближе и откашливаюсь, чтобы привлечь внимание.

Рассматриваю фигуру со спины: спина крепкая, на голове повязка, из-под неё спадают на плечи седые длинные космы.

— Здравствуйте, — ещё раз пытаюсь привлечь внимание.

Мужчина поворачивается к нам и понять, куда он смотрит просто-напросто невозможно. У него завязаны глаза.

— Ты не слышал обо мне, путник. Меня называют Слепым Пророком. Давно называют, и я имя свое уже забыл.

Пророк, значит. На широком лице мужчины короткая ухоженная борода, сплошь седая. Тело же рассмотреть не получается — оно скрыто под плотной серой тканью мантии.

— Мы тут мимо проходили, — делаю попытку объяснить цель визита, но если бы я сам ее до конца понимал, было бы проще.

Вместо ответа пророк щёлкает пальцами, и из неоткуда вырастают две женских фигуры в длинных закрытых платьях. Они подхватывают мужчину под руки.

Похоже, мужик не особенно хорошо ходит, так что девушки быстро помогают ему сесть на место у огня и исчезают.

— Подойди ко мне, Странник.

Качаю головой. Подхожу.

Руки пророка дотрагиваются до моего лица, потом проводят по лицу фея.

— Садись, я знал, что ты придёшь, — продолжает пророк и указывает рукой на деревянную лавочку, непонятно откуда взявшуюся.

Дверь в помещение захлопывается, девушки бегают вокруг, одна приносит ароматный чай, другая подушки.

— Мы получили письмо, — начинаю я издалека, чтобы хоть в чем-то разобраться.

В отличие от фея, к чаю и угощениям не прикасаюсь. На всякий случай.

— Да. Письмо. Это только чтобы подтолкнуть. Я не вижу тебя в ткани Мира, и это проблема. Но я вижу последствия твоих действий. Письмо оставили тому, кто будет жить в комнате. Это возможная точка. Ты пришел — хорошо, значит, мы немного повернули историю.

— Зачем я вам? Не просто же познакомиться вы позвали. — Не люблю этих всех пророков. Да и сейчас, вон, на фея все это действует угнетающе. А по факту, чего сказал старик? Только то, что он оставил письмо, и мы сюда зашли. Он же не утверждает, что именно нас ждал. А вот эти фразы можно притянуть к любому случаю. Ну ладно. Жду ответа.

— От твоего решения, возможно, зависит судьба посёлка, но какое решение правильное, я тебе подсказать не могу. Мне город этот близок, поэтому ты здесь. Но, по большому счету, поступай так, как подсказывает сердце, — пророк говорит загадками, а Феофан перестает прихлебывать из кружки чай и прислушивается. — Там, куда ты идешь, может воспарить птица, или наоборот — упасть в пропасть. Не так важно, какой выбор ты сделаешь, странник. Я прошу только, чтобы в точке выбора ты подумал о городе и его жителях.

Угу. Птица. В канализации. Ну, посмотрим, где там что воспарит. Разговор меня порядком утомляет, эти мутные разводы я и сам составлять умею. Даже лучше, потому что законы знаю, и не нарушу ни один.

— Понятно, старик. — Киваю головой. Фей удивленно на меня смотрит, но молчит.— А что за точка выбора? — спрашиваю я и едва прикасаюсь губами к кружке.

Ощущение, что слепой пророк, на самом деле, следит за всеми моими действиями, не покидает.

— Городок наш не так плох, как кажется. Просто все мы тут живем в тяжелых условиях, поэтому заметно огрубели. Но не нужно смотреть на оболочку. Главное — внутри, — немного патетично продолжает свою речь пророк.

— Так, я понял, ты за жителей беспокоишься. Хорошо, обещаю подумать. Так что за точка-то?

— А я не знаю, — внезапно обычным нормальным голосом замечает мужик. — Я вообще тебя не вижу, Странник. Только последствия действий. Будешь думать только о себе — один вариант, о городе — другой вариант. Понятное дело, второй меня устраивает больше.

— А меня?

— А я не знаю, — снова, уже как нормальный человек усмехается Пророк. — Знаю, что награда в обоих случаях тебя найдет. Отзвуки ее я слышу. Но в первом случае— в городке через десяток-другой лет появятся гоблины, орки и тролли. А во втором — только люди.

— Извини, а в первом случае — гоблины и тролли только? Или все же с людьми?

— А я не знаю, но если бы ты знал этих тварей, то не спрашивал. Люди с ними не уживутся.

— В общем, понятно. Я подумаю. Спасибо за гостеприимство. — Встаю из-за стола. Касаюсь плеча фея. — Пойдем.

Я медленно направляюсь к выходу, так как разговор подошел к логическому завершению. Поворачиваюсь, чтобы попрощаться, но мужчина меня перебивает:

— А за вазу не переживай, она мне всё равно не нравилась*.

— Очередная загадка, — хмыкаю.

Разворачиваюсь, и немного неуклюже покачиваюсь, задевая огромную вазу. Раздаётся оглушительный звон стекла. Успеваю облокотиться на стену, не сразу понимаю, что помогаю разбиться одной из огромных ваз на входе. Стекла водопадом обрушиваются на пол.

— Возьми то, что было в вазе. Это тебе пригодится, — подсказывает пророк и устраивается на ковре. — Вот тоже вопрос, разбил бы ты вазу, если бы я тебя не окликнул?

— И каков ответ? — усмехаюсь, разгребая сапогом довольно острые осколки.

— А я не знаю, — опять смеется старик. — Важно, что происходит, а не то, что может. Там лишь варианты.

Киваю. Подбираю обнаруженный тонкий стилет. Ну, в принципе, эта штука точно может пригодиться.

Немного кружится голова. У Пророка в гостях душновато. Причем, в обоих смыслах. Хмыкаю про себя. Вот не люблю пророков. Теперь, что бы ни произошло — сова на глобус легко натягивается. Ладно. Зачем только ему я? Это пока непонятно.

Выходим наружу.

Судя по всему, голова кружится только у меня. Фей преспокойно ходит туда-сюда и шутит:

— А что, вторая ваза осталась глаза мозолить? Надо было и её расфигачить. Ты у нас вообще любишь всё громить.

Толстый намёк на крокодильи яйца и гоблинов я улавливаю. Ответить не получается: голова словно ватой набита. Хочется проветриться, но ноги почти не слушаются. До канализации дохожу как в тумане.

Феофан пользуется случаем и запрыгивает в переноску. Всю дорогу он рассказывает истории, которые я не пытаюсь запомнить. Вырываю только пару фраз из контекста:

— Эти пророки всегда так, наговорят с три короба, а толку ноль. Только еду свою зря едят. Ну ладно, нас попросили, мы зашли.

Благо, метров через двести я прихожу в себя. А после трёх огромных глотков воды из фонтанчика на углу голова светлеет, и я прислушиваюсь к словам фея.

— А может и не нужно нам туда идти, а? Не самое дружелюбное место. Давай просто поедем в другой город? Зато живы-здоровы будем, — Феофан начинает давать заднюю.

Смотрю на карту. Мы, в принципе, практически пришли. Вход в коллекторы где-то рядом. Осматриваюсь. Перед нами ручеек, забранный в камень. Даже речушкой это назвать — значит польстить. Но через нее все равно перекинут небольшой каменный мост. В общем, маги работали с удовольствием в свое время.

С речушкой понятно, она должна где-то втекать в коллекторы. Служить, так сказать, основой для всего того, что внутри. Но я все равно не вижу где. Хотя… Перегибаюсь через перила. Да. Вход стеснительно спрятан под мост. Довольный своей смекалкой спускаюсь вниз и подхожу к небольшим дверям канализации, как помечено на плане.

— Нет уж, Фео, — вытаскиваю фея из переноски. — Включай щит и пошли.

Заглядываю в приоткрытую дверь канализационного коллектора.

К горлу подкатывает тошнота и мне приходится сесть на корточки, чтобы не упасть. Это проходит быстро, но все же запах такой, комары, скажем, на лету бы дохли. Хотя мухам, наверное, зашло бы.

— Ты бледный какой-то. Чай не пил у пророка, что ли? Зря не пил, вкусный чай и полезный. Плюс от головокружений помогает, да еще может чего вылечит!

— А раньше сказать не мог? — спрашиваю я с нескрываемым раздражением.

— Я думал, ты знаешь. — Феофан пожимает плечами и обходит вход с другой стороны.

Дверь открывается с легким скрипом. Ступени тянутся прямо от входа и довольно полого продолжаются вниз. Спускаться приходится в полную темноту и неизвестность. Единственный свет — от входной двери, хотя на плане обозначены лампы. Так что, может, чуть позже будет светлее.

Феофан перед спуском предусмотрительно затыкает нос ватой. И в какой-то момент я начинаю ему завидовать.

— Ты свышал? — вздрагивает фей, глотая звуки.

И да, я слышал. Как обваливается земля, как пробегает довольно крупное существо в темноте и как капает вода. Я считаю лестничные холодные ступени, чтобы побороть неприятное предчувствие. Восемнадцать. Девятнадцать.

— Ах втыж ёвки! — ругается фей, соскальзывая одной ногой со ступени.

Я вовремя реагирую и придерживаю его. Если бы Феофан спускался первым, то вряд ли мы бы сейчас разговаривали.

— Спафибо, — говорит Феофан, но в его голосе слышатся нотки страха.

Когда фей поскальзывается, щит, окружающий нас, тут же моргает. Звуки становятся значительно громче, и я слышу гул сточных вод. Когда я мысленно произношу цифру сорок, ступени заканчиваются и ноги погружаются во что-то липкое.

Щит слегка светится в темноте, благодаря ему можно разглядеть стены, покрытые слоем грязи и плесени. В воздухе витает запах какой-то химии и гнили.

— Можешь прибавить освещение щита? — на всякий случай прошу я.

— Севчас, — отвечает фей, и щит вокруг нас загорается теплым светом. Фей стоит на последней ступеньке лестницы и не решается сделать шаг в темную жижу, в которую я уже спустился. Но это и понятно — ему-то она будет почти по пояс.

Неглубоко вздыхаю, беру фея опять на руки и сажаю в переноску.

— Шпасибо! — гнусаво благодарит Феофан.

Я смотрю на вату в его носу и не верю, что она может спасти от незабываемых ароматов этого места. Щит прибавляет яркость, и видимых деталей становится заметно больше.

По полу стекает мутная вода, в ней плавают обломки мусора и узнаваемые вещи. Тряпки, бутылки, остатки еды и обёртки от конфет.

— О, эвто мои любимые! — Феофан подпрыгивает в переноске от удовольствия.

Даже тут фей умудряется думать о еде.

Мы почти сразу же подходим к своеобразному распутью: перед нами два туннеля. Жаль, что канализации не додумались оборудовать указателями и подсветкой.

— Нам кувда? — фей пытается повернуться ко мне.

— А без разницы. — Сверяюсь с планом. — Тут куда не пойди, все равно к узлам придешь. А нам их почистить и надо.

— Тогда направо? — фею не терпится зачистить все тут, и уйти уже из этого места. Прекрасно его понимаю и поддерживаю.

— Не, мне левый тоннель нравится больше, — не соглашаюсь.

— Чвем? — не понимает фей.

— Оттуда сквозняком тянет, соответственно, и запах меньше. Туда пойдем.

Фей из переноски еще раз меряет меня взглядом сверху вниз. Потом лезет в сумочку.

— Аггумиент желевзный! — протягивает мне две ватки. — Всаавь в нгос, это ковнечно не жигг егигогога, но хоть таг.

Неожиданно. От такого напарника вот не ожидаешь такой благотворительности. Забиваю ноздри ватками, смоченными в чем-то пихтовом. Ну, хорошо, канализация теперь приобретает пикантный пихтовый оттенок в запахе. А я приобретаю такую же гнусавость как фей. Ладно.

Делаю шаг в левый коридор и чувствую легкие удары сзади. Словно по воздуху тихо щелкают. Резко оборачиваюсь.

Сзади с десяток крыс — каждая размером с небольшую собаку. Они упорно пытаются прокусить щит Феофана. Это вообще не удается никак, но крысы не оставляют попыток. Очень упертые создания.

— О как! — резко оборачиваюсь на новый звук из левого тоннеля.

Из темноты, мерзко попискивая, бежит еще стая. И тоже мгновенно присоединяется к нападающим.

Стоим окруженные шевелящейся кучей. Те, кому не досталось места перед щитом, сидят и просто наблюдают за нами. Но это, скорее всего, оттого, что большой размер не позволяет пройтись по головам. Так что просто сидят и злобно пялятся красными глазками.

— Вот они какие въедители со сквада, — говорит фей.

Я его уже понимаю, несмотря на гнусавый акцент. Даже привыкаю. До этого непонятные слова приобретают первоначальный смысл.

— Не, это местные, канализационные. Но они тут точно не одни. Даже в сопроводиловке три вида монстров. — Показываю фею. — Вот смотри, написано — «Крысы, слаймы, встречаются призраки».

— Призраки⁈

— Ну да, — пожимаю плечами. — Но в сопроводиловке написано, что атака только «испуг». Вредить не могут. Могут еще покричать. Потусторонне так, ну и все.

Смотрим друг на друга.

— Вить, — наконец фей отмирает.

— А? — краем глаза слежу за шевелящимся ковром. В принципе, если бы не легкие толчки, было бы и непонятно, что эти существа нас атакуют.

— Сделай что-нибудь. — Фей кивает на крыс. — Мы так можем долго стоять.

— Насколько долго?

— Пока не проголодаемся. Ну, больше, чем сейчас. — Фей пожимает плечами. — У них слабая атака. Или пошли наружу?

— После того, как мы более-менее справились с запахами? — удивляюсь. — Ни за что! Мы второй раз сюда не придем! — зажигаю файербол и кидаю в крысиный ковер под ногами.

Каст прожигает небольшую просеку в телах, которая мгновенно затягивается новыми крысами.

— Это будет долго, — вздыхаю. Обращаю внимание на браслет. Последние пару минут его чувствую очень отчетливо. Он мелко вибрирует, словно полуденница очень, очень-очень просит выйти наружу. Пожимаю плечами. А почему нет? Даже к месту. Ну а что, непривычное для нее окружение, так и она уже не совсем полуденница. Дернув рукой, выпускаю неупокоенного духа.

Крысам хватает секунды на анализ изменившейся ситуации. С мерзким писком они прыскают в темноту. Только вот полуденница с потусторонним скрипом летит за ними. Она отпускать добычу не намерена.

— Вить, а ты мне ничего сказать не хочешь? — зевает фей. Но даже на секунду не засыпает.

— Неа, Фео. — усмехаюсь. Понятное дело, по поводу полуденницы удивляется.

Хотя, какая она уже полуденница? Этого духа выпускаю совсем не в положенное время. Да и сама она прямо рвется на охоту. И ничего. На первые минуты ей энергии хватает, а потом она и сама о себе позаботится, кажется. Крыс должно хватить.

— Алёна — девушка хорошая, — смеюсь, — а если на тебя бессонница нападет— то буду выпускать — наверняка поможет.

* * *

*да, да, это отсылка.

Глава 15

Жги?

Идем вслед за улетевшим духом.

Очень голодным духом. По крайней мере, ссохшиеся трупики крыс устилают пол коридора. Сначала они встречаются редко. Но буквально через десяток метров дух, кажется, пошел питаться в полную силу. Видно, путь отступления у крыс был чем-то прегражден, и они успели тут накопиться на свою беду.

Трупики сухие до хруста. Собственно, мы и идем, похрустывая при каждом шаге. Но есть и плюсы, идти по тушкам легче, чем по грязище у входа.

— И это называется «встречаются крысы»? — удивляюсь. — Да тут этих тварей сотни, если не тысячи. Как они еще жителей не жрут?

— Да, может, и жрут, — флегматично замечает фей из переноски. — Кто же людей в предместье считает? Они приходят и уходят. Кто-то остается в городке, а кого-то, может, и жрут.

— Ну, теперь не будут, — пожимаю плечами. — Похоже, дух разбирается в тонкостях приготовления крысятины. — Поддеваю высохшую мумию крысы ногой. Та разлетается в прах почти сразу же.

— Не, крысы больно большие, тут нужно крысиного короля убивать, а с этим дух вряд ли справится, — все также спокойно замечает фей. — Не убьем, так крысы снова заведутся. И довольно быстро станут такими же большими.

— Только не говори, что нам обязательно придется это делать.

— Не скажу, — фей пытается вывернуть голову в мою сторону. — Я бы даже сказал, что не нужно. Нам за это не заплатили. Вот если бы заплатили, тогда да. А так… По своему желанию… Я бы не хотел.

— И только это тебя останавливает — «не заплатили»? И все?

— Вить, чего ты удивляешься? Сделаешь, как тогда с крокодилом — ап! И он разбрызган по стенам.

— Еще бы я помнил, как у меня это получилось.

— Да, ну брось. Вспомнишь, если понадобится, я в тебя верю.

Покачиваю головой. Верит он, надо же. Да если бы не его защита, я бы в жизни не спускался в это место. А так — хоть посмотрим, с чем надо разбираться.

Идем долго, с каждым шагом я понемногу устаю. Потеки по стенам, капающий звук со всех сторон и звуки пищащих крыс. Где-то там. Не близко. Где проходим мы — мертвенная тишина и хруст тушек. Любой, даже самый тихий звук, разносится далеко. От стен эхо отражается хорошо. Вот только не видно ничего вокруг.

Шорох. Мгновенно разворачиваюсь к источнику, и об щит бьется большая черная крыса. Одна. Видимо, отстала от своих серых собратьев.

Огненный шарик на этом расстоянии находит животное мгновенно, и ему хватает. Тварь тут же с визгом исчезает во тьме. Несколько секунд виден тлеющий огонек, бьющийся в разные стороны по коридору, но визг прекращается, и огонек замирает.

— Минус один, — комментирует фей. — Ну, мы хоть счет открыли.

— А около входа что было?

— А там мы не знаем, сколько и кого погибло, так что счет не открывали. Но Вить, пока в любом случае, этот дух тебя опережает. Ты вообще, как его получил?

— Мы договор заключили. Мне кажется, девушка умерла недавно, и в ней осталось многое от человека. Так что договорились. Мне это кажется хорошей идеей.

— Договорились? С мертвячкой? — удивляется фей. — Нет, ты серьезно?

— Да, а что?

— Ну, доказано же, еще лет сто назад, что у мертвяков только высшие имеют разум. Да и тот абсолютно рациональный, так что с ними договоров толком не заключить. Так как честь или там совесть — это не про них. Есть только их выгода, и все. Если договор им начинает мешать — они его сразу игнорируют. Правда, про него помнят. Но применяют разве чтобы ограничить людей. А твоя мертвячка — она ж, по идее, не высшая. Откуда? Дух обычный, неупокоенный.

— Слушай, я не знаю, но мне она больше девушкой показалась, чем умертвием. А откуда ты знаешь про доказательства?

— Ну я ж фей в самом расцвете сил. В Академии уже очень давно живу. Не знаю, сколько это будет на ваши годы, но предыдущего ректора я застал. Вот и слышал. Одно время с идеей неупокоенных войск Академия прямо носилась — самоподнятия по границе везде случаются. Вот и хотели использовать. Ни черта не вышло, насколько я знаю. Идея-то хорошая, кажется — есть не хотят, на марше медлительны, но неутомимы. Идеальные массовые солдаты. Но нет, не стали.

— И как с этими поднятиями борются?

— Сжигают трупы, в основном. Но не везде получается, и не везде так делают. Вон, ты сегодня с десяток откопал. Если бы не куст — ведь могли и подняться. Внимательнее, Вить!

Из темноты вылетает небольшое копье, бессильно втыкается в щит и тут же падает на землю.

Поднимаю метровую палку. Интересная штука, конечно. Наконечник сделан из ржавого ножа, но вроде довольно умело. Отполированное. То есть, не расходник. Качаю на пальце — уравновешено. Значит, есть культура производства — на интуиции такое не вывезешь.

— Чье такое, как думаешь? — спрашиваю внимательно следящего за темнотой фея.

— Не знаю, Вить. Давай аккуратнее пойдем. Не нравится мне это.

— Щит выдержит, скажем, залп из десяти таких?

— Конечно, — пожимает плечами фей. — Это даже не нагрузка. Но все равно, подставляться не надо. А вдруг гоблинские амулеты тут есть — тогда щит и пробить могут.

— Вот ты сказал, — качаю головой. — Не подставляться. Да тут не видно ни зги. Хотя, кстати, да. Подержи, — даю копье фею. Оно ему оказывается как раз по росту. Феофан тут же начинает фехтовать с невидимым противником. И скорее всего, его побеждает.

Достаю карту ходов.

— Так, нам нужна первая же новая развилка, там управляющая комната будет. Может, получится свет зажечь. А то дальше, чем на десяток метров и не видно ничего.

Из темноты, дробно перестукиваясь, вылетает еще несколько копий. И тоже падают к ногам. Поднимаю. Те же отличительные признаки — хорошая обработка, полировка. Ни слаймы, ни крысы, и ни, тем более, духи, такое сделать не могут. Что-то в администрации не досмотрели в этом контракте.

Дергаться смысла нет. Все равно, по словам фея, это мелочь. Но стук по щиту, конечно, неприятен, отвлекает.

Атаки с расстояния говорят о том, что противник боится близкого боя. Оно и понятно: судя по размеру копий тут какие-то пигмеи живут. Но обратно уже не повернем. Идем дальше.

Буквально через минуту доходим до провала в стене. Похоже, это как раз та развилка, что нам нужна, с плана. В темноте очень кстати проступают очертания двери. Дверь вроде бы железная, или оббитая железными листами — просто полностью ржавая. Даже прикасаться неприятно.

Толкаю. Ничего неожиданного — дверь не шевелится.

— Ты можешь её открыть? — обращаюсь за помощью к фею.

Сам несколько раз дергаю металлическую пластину на стене — безрезультатно.

— Я⁈ — картинно поражается фей. — Я вроде никогда взломом не занимался.

Кто бы сомневался.

— А отмычки? — набрасываю варианты, а к нашим ногам падают ещё несколько копий.

— Отмычки есть, конечно. Универсальные, любых размеров, — хвастается фей, а я выдыхаю.

Ещё раз дергаю дверь, но она заржавела и будто прикипела к стенам.

— Давай любую, будем пробовать, — протягиваю руку, но фей не торопится.

— А ты умеешь? Вить, давай аккуратнее, ладно? Мне под счет их дали. За каждую же отчитаться придется. Да и замка я что-то не вижу — куда ты ее вставлять собираешься? — фей дает мне одну, осматривается, не опуская щит.

Хм. А ведь умею. Это я понимаю, получая в руки отмычку. Может, не как профессионал, но понимание, чего делать этими двумя железяками вполне имеется. Вот только фей прав. Замка я не вижу. Отдаю отмычку назад. Еще раз ударяю в дверь плечом.

Оп-па. А, похоже, подается. Просто ее заклинило. Осматриваю стыки. Нужно что-то длинное и тонкое.

— Фео, — начинаю я, а потом вспоминаю про подарок Пророка. А подойдет! Пусть этот товарищ имел в виду, очевидно, другое, но сейчас мне его стилет прямо в тему.

Достаю оружие.

Быстро провожу по стыкам лезвием, и в паре мест стилет проваливается внутрь на всю глубину.

А ещё мне слышатся взмахи маленьких крыльев.

Проковыриваю почти всю одну сторону двери. Теперь должно помочь. Убираю стилет, пока что.

Чуть отступаю. Резкий подшаг!

Ага! Дверь с резким скрипом вбивается внутрь комнаты и замирает в полуоткрытом виде. Из-за двери вылетают клубы светящийся пыльцы и магнитятся к щиту.

Оттуда же, следом, пикирует стая каких-то мелких монстриков. Я не успеваю их разглядеть. Некоторые чиркают по щиту, и вся стая скрывается в темноте.

Копья с завидной периодичностью втыкаются в щит и падают к нашим ногам. На полу валяется уже не меньше дюжины. Щит мигает, а глаза фея вылезают из орбит.

— Витя, сделай что-нибудь! Эта сволочная пыльца жрет мою магию, как конфетки. Я почти слышу, как она причмокивает! Огнем ее! Витя!!! Быстрее!!! — Фей встревожен не на шутку.

Зажигаю файербол и почти нежно провожу огнем, где пыльца касается нашего щита. Щит мигает.

— Это лишайник, он жрет мою магию как не в себя. Из-за этого мне сложно удерживать щит, — фей заметно нервничает и напрягается всем телом.

Радужная пленка в доказательство ещё раз мигает и почти гаснет.

— Вить, давай назад, и приготовь свой шарик огня и побольше. Ничто другое его не возьмет. А огонь берет любую растительность. — Феофан изо всех сил пытается удержать остатки магии в щите.

Через вату пробивается запах земли, гари и сточных вод. В щит опять стучатся копьями, и это сейчас несколько неприятно. Сбрасываю шарик наугад в темноту.

Резкий писк и куча неровных теней отбегают в разные стороны. Но получаем секундную передышку.

Фей перезапускает защиту. Становится чуть спокойнее.

Оборачиваюсь. В комнату заходить нам пока не следует. Пока там такая гадость.

— Чего думаешь? — спрашиваю Феофана.

В щит опять долбятся короткие копья.

— А чего тут думать, выжигай все, Вить. — Пожимает плечами напарник. — Вряд ли там что-то нужное осталось. Магию этот лишайник уже сожрал. Управление и защищено и дублировано, наверняка, а огонь сам себя прекрасно поддержит лишайником, и как он закончится — погаснет, — смотрит на меня из переноски. — Так что, жги Витя! Вот прямо от души!

Слова фея задевают знакомые струнки в глубине меня. Меня словно на секунду возвращает в детство, когда магия вопросительно мурлычет глубоко внутри. Это ощущение выбивает из спокойствия.

— Жечь, говоришь, это мы можем, — нагнетаю шарик огня на руке. Пламя сразу же отзывается на зов. Но чувство «понимания» не возвращается. Эх. Показалось, похоже. С разочарованием бросаю приличный такой шар внутрь комнаты управления.

Полыхающий мяч неспешно пролетает сквозь полуоткрытую дверь, освещая заросли лишайника. Кислотно-зелёный цвет растений не предвещает ничего хорошего.

Растения шевелятся в отблеске шара или кружится голова?

На мгновение все замирает, и мне кажется что пламя гаснет.

Из-за двери вырываются языки огня, и нас отталкивает на шаг ударной волной. Звук взрыва только слегка приглушается щитом и я ненадолго теряю слух.

— Вот это бабахнуло! — радостно подпрыгивает в переноске фей. — Вот если бы маги вовремя зачищали эту гадость — всё бы работало. Этому лишайнику только дай волю — всю магию сожрет.

Пламя полыхает так, что жар дотягивается и до нас. И гаснет, как только заканчивается чему гореть.

Заходим в комнату. Закопченные стены без сорняков создают мрачноватое ощущение. Недавний пожар дает о себе знать: вокруг сплошь пепел и серо-черные разводы. Посреди левой стены выпирает обугленный щиток очень знакомого вида. Думаю, это что-то стандартное. Подхожу к нему, открываю — так и есть. Те же шесть пазов под кристаллы, и заполнено всего два. Кристаллы прозрачные, совершенно пустые.

Беру один в руку. Магия послушно устремляется в накопитель. Хорошо, работает.

Заряжаю и второй.

— Этот лишайник на маг-линиях живет, — замечает фей. — Мерзкая вещь. Когда в городах появляется, так вызывают чуть ли не армию. Это же угроза городу. Местные маги вообще обнаглели. Мышей не ловят, лишайник в городе допускают. Запустили это место до ужаса, теперь придется все комнаты выжигать. Вряд ли эта гадость только здесь. Вон посмотри. — Указывает на отверстие вентиляции. — Наверняка оттуда прилетело, хорошо еще, что эта хрень сама не появляется. Она сильно от фона зависит и без повышенного дохнет быстро. — Фей кряхтит от натуги, но дверь так и не поддается. Возвращается в комнату.

Через пару минут в приоткрытой двери, мигая, разгорается тусклый свет. Кажется, весь коридор теперь освещен.

Выходим из комнаты управления. В коридоре, не двигаясь, стоят ошалевшие крысы. Точнее, нет, это не крысы, это какая-то помесь крыс с пигмеями. Такие себе крысолюды. Кажется, они за всю свою жизнь не видели ничего, кроме кромешной темноты. А такой неровный, но постоянный свет заставляет их застыть столбиками.

— Жги их, Витя! — Фей шепчет и теребит меня за отворот жилетки.

Крысолюды, ослепленные светом, только нюхают воздух и шевелят длинными усами. Они совершенно не в себе.

Бросаю огненный шар в самое большое скопление. Шар похож на тот, который недавно выжег целую комнату сорняков.

Пока файербол еще летит, успеваю заметить каждое движение этих мутантов. Они словно чувствуют летящую смерть. Как в замедленной съёмке, падают, дергаются в сторону от огня, но не успевают. Шарик хоть и медленный, но за пару секунд он разрывается огромным цветком внутри стоящей кучи тварей. Фигуры просто рассыпаются на глазах. Остаются горстки пепла, разве что, чуть больше, чем от растений.

Шар уничтожает большую часть мутантов, но другие бестолково мечутся, слепо натыкаясь на стены: похоже, на свету они вообще почти беспомощны. Некоторые все же успевают укрыться в темные отнорки, а другие попадают в еще горящие очаги и вспыхивают, добавляя своими метаниями паники. Ну, что ж, земля им глиной. Идем дальше.

Вокруг темнота борется с тусклым светом. Редкие лампы мигают и кажется, что они вот-вот потухнут. Если вспомнить карту, вдали будет как раз первый распределительный узел. Он-то нам и нужен.

— Может, пойдём отсюда? — канючит фей. — Мы же комнату управления починили, на первое время хватит. В ратуше доложим, пусть разбираются сами, а? Потом из города уедем.

— Фео, возьми себя в руки. Если мы сейчас уйдём, то всё придётся начинать сначала. Эта гадость точно разрастется. Надо проверить все места, где были артефакты, или подпитка от города идет. И нам придется сделать это сейчас. Извини. Мы все же не особо то и рискуем, ну, согласись, — размышляю вслух. — Понимаешь, мне кажется почему-то, что лучше бы нам закончить то, что начали.

Не буду же я говорить фею, что на мгновение снова ощущаю мурлыкнувшую магию. И этот шар, что я только что послал в крысолюдов расплескался напалмом, как я этого хотел, а не просто взорвался, как должен был. Не надо ему этого знать.

Свет, будто в подтверждение, ещё несколько раз мигает и резко тускнеет.

Узел закрывает хлипенькая решетка. Она еле виднеется под зарослями лишайника и других сорняков. Ага, крадут магию.

Что с этим делать я уже знаю!

— Подстрахуешь? — обращаюсь к фею.

Феофан понимает, что придется работать дальше и, вздохнув, обновляет щит.

Очередной фаербол отправляется в сторону заросшей решетки. На мгновение та вспыхивает огнем, и тут же резко выключается свет.

— Вить, ты, кажется, напутал чего-то, — подсказывает Феофан.

Ага. А то я сам не вижу. Непонятные звуки рядом заставляют насторожиться. Оживленное чавканье ничего хорошего не предвещает.

— В щит света добавь. — Оглядываюсь. — Ты слышишь? —

— Свышу, — отвечает фей. — А фто?

Свет снова разгорается, и лампы светят чуть ярче, чем до этого.

— А, ну конечно. — Смотрю на фея. Тот достает очередную зубочистку и остервенело ее грызет. Нервничает, похоже.

Вата в носу, на удивление, почти не мешает дышать. Кожей чувствую легкий поток воздуха со стороны решетки. Видимо, прочистив засор, мы запустили нормальную вентиляцию. Что ж, это хорошо. Раз в городе не бьют панику, то напрямую вентиляция с городом маг-линией не соединена. Значит, только канализация.

— Ещё немного и тут можно будет жить! — смеется фей и засовывает зубочистку за ухо.

— О, тут ещё наверху эта гадость! — Феофан поднимает голову и указывает на решетку под потолком.

Кажется, лишайник можно выжигать вечно. Помимо растений, в решетки забились тряпки и всякий мусор. Без лишних слов фей обновляет щит, а я формирую пару огоньков.

Снова по коридору растекается запах гари, а пепел сыпется с потолка на щит. Вот, кажется, теперь все сделал правильно.

Запах дыма улетучивается, а из канализации выветривается неприятный запах.

Краем глаза ловлю быстрое движение — небольшая крыса тащит в пасти пучок лишайника. Непорядок. Эти твари, похоже, его и распространяют. Придется еще потом по новой проходиться огнем.

— Лишайник для крыс, как морковка для кролов, получается? — Феофан не упускает случая поговорить о еде.

— Типа того, кажется, — подтверждаю я. — Предлагаю проверить все остальные залы. — Разворачиваю карту под самой яркой лампой.

— Нам либо по светлу, либо в темноту, — показывает фей на разветвление коридоров.

Хм. Если полагаться на карту, то темный коридор короче, светлый длиннее.

— По большому счету, мы все равно выйдем в центральную залу. — Показываю на карте. Вздыхаю. — А нам она как раз и нужна.

— По светлому пойдем?

Глава 16

Куда делись крысолюды?

Центральный зал встречает просто эпическими зарослями лишайника, шевелящимся ковром из крыс и очень слабым, подрагивающим светом. Да и свет добивает из двух коридоров только. Вздыхаю. Работы, кажется, еще очень и очень много.

Смотрю на легкую суету внизу с высоты трех-четырех этажей. Светлый коридор выводит в главный зал коллектора, это да. Но про высоту десяти-пятнадцати метров на плане указать забыли немного. Может и к лучшему, кстати. Так что сейчас смотрю на шевеление внутри зала сверху. И тут вопрос про спуск немного не актуален. Меня даже не замечают.

Вроде бы, неупокоенный дух сюда не добиралась, иначе суеты было бы побольше. Или поменьше — в зависимости от результатов визита. Так что примериваюсь, нагнетаю шарик огня сильно пообъемнее, чем теннисный, и запускаю в самые крупные заросли лишайника. Хотя какой это уже лишайник? Там почти деревья на магии вырастают мертвенного зеленоватого цвета. И тут же делаю пару шагов от края.

Вовремя, так-то. Замечаю несколько языков пламени, дотянувшихся до края выхода. А взрывная волна чуток касается щита. Фей не снимает его всю дорогу. Основная волна уходит вверх, выбивая забитые решетки вентиляции. Через секунду ее нагоняет волна пламени снизу.

— Вот это долбануло! — уважительно поворачивает ко мне голову Феофан. — Взрыв в управляющей этому и в подметки не годится.

— Сам дивлюсь, — с опасением вглядываюсь в края обрыва. — Так, тут должна присутствовать лестница.

— А мы, чего, туда пойдем? — удивляется фей. — Зачем? Там же ничего целого?

— Там управляющая комната всей этой богадельней. — Не соглашаюсь с феем. — Сейчас ее не видно, но она там точно есть. На плане отмечено.

Фей тихо ругается про себя. Но я его чуть-чуть слышу.

Нахожу глазами лестницу.

На самом деле, хоть Феофану и кажется, что я слегка поехал крышей, это не так. Примерные характеристики щита стали понятны еще в начале пути, критическая уязвимость реципиентов к огню — тоже. Так и чего бы не закончить дело? Мы пока особо даже не рискуем. Риск был, когда нам щит пыльцой почти отключило. Но и тогда, вроде оперативно решили. Так что нет. Пока, получается, и не рискуем практически. А запустить канализацию надо, не очень городу без нее. Даже непонятно, как это все еще функционирует.

Нахожу такую же ржавую железную дверь без замка. Заржавело. Что ж, ожидаемо. Ничего, алгоритм мы уже опробовали. Достаю стилет.

— Внимательно, Фео. Думаю, там тоже есть пыльца.

— Да понял я, — кивает. — Тут же обновлю щит, как выжжешь.

Удар. Еще раз. Сейчас решил не вбивать в дверь плечо. Оно и так уже постанывает от предыдущей. Так что бью ногой, и не сильно тороплюсь.

Ритмичные удары по железу гулко разносятся по подземелью. Но вроде дверь понемногу поддается. Буквально по сантиметру, но поддается.

В первую же секунду, когда дверь отходит от стены на сантиметр, изнутри помещения вылетает небольшое облако пыльцы. Ну, мы готовы. Сжигаю облачко практически сразу же. Фей быстро перезагружает щит.

Спустя десяток-другой ударов, в дверь можно будет протискиваться. А зеленоватый свет из помещения буквально напоминает об осторожности.

Ладно, меня подряжали на очистку стоков и ничего больше. Если там есть нужное администрации, то это их проблема — мне же они не сообщали. С этой мыслью кидаю внутрь комнаты большой мячик огня.

Ударная волна захлопывает дверь обратно. В этот раз мы не успеваем ощутить взрыв внутри помещения. Только редкие и тонкие языки пламени пробиваются сквозь щели.

Сильно толкаю дверь. Сейчас она распахивается почти наполовину. Ничего нового я тут особо не вижу, кроме пульта управления и нескольких распределительных щитов. Пульт вроде каменный, так что думаю, не пострадал. Только проверить это сможем только после подключения энергии.

Алгоритм простой — также открываем распределительные щитки, и…ничего в них не находим. Ни в первом, ни во втором. Немного удивляясь, открываю третий. Ну что сказать, повезло. В третьем щите сохранились четыре кристалла. И все, естественно, полностью пустые. Заряжаю. Вот интересно, если на моем месте был бы обычный маг, который заряжает кристаллы по часу, что делал бы он?

— Да дома уже был бы! Спал бы! И наверняка не голодный! — Отвечает мне на мои мысли фей.

— Я что, вслух это спросил? — ухмыляюсь.

— Вслух, вслух, — ворчит фей. — Вить, ты же понимаешь, что нам могут не заплатить за это всё. Вот честно, скажут, что мы все придумали. И не заплатят.

— Уверен, что так и будет. — Пожимаю плечами, хоть фей этого видеть не может. — Ну, по-честному, уйти, и оставить всё как есть… Особенно, если наведение порядка мне стоит только времени, я тоже не могу. В принципе, здесь всего два коридора ещё осталось. Одна управляющая комната и отстойник. Если все будет так же как и раньше, то это ненадолго.

— Всё-таки, припрягли тебя власти города на бесплатную работу.

— Ну, слушай, пятнадцать золотых нам все же нужны. И взять их нам неоткуда. Так что зачищать канализацию все же придётся. А то, что нам недоплатят, ну так это риск. Очевидно, что местные маги, об этом риске знают, поэтому и не спускаются. Контракт уже полтора года лежит. Они же не дураки.

— А мы такие, да. Пришли, добрые, и всем напомогали. — Феи бурчит себе под нос. — Вить, Ну нельзя же так.

— Ну а как, Фео? — Заряжаю последний кристалл. — Деньги нам нужны — нужны. Взять мы до ярмарки больше нигде не можем — не можем. Придётся пока так.

Вставляю два кристалла в первый распределительный щиток, один во второй и последний кристалл вставляю в третий. Как и что здесь работает — понятия не имею. Полагаюсь на автоматику. Вряд ли в маленьком городке маги, которые строили это всё, рассчитывали на большой обслуживающий персонал. Канализация, в принципе, если слегка подумать, небольшая. Но очередной раз поражаюсь мощи магов земли. Даже если считать, что это стандартное сооружение — все равно работы, как мне кажется, здесь вложено очень много.

— Ну что, ставь снова щит, выходим. — Разворачиваюсь к выходу и тут же останавливаюсь.

В неверном свете ламп, которые зажглись, как только мы ставили кристаллы, мне открывается безрадостная картинка. По всему помещению центрального зала ползают полупрозрачные куски студня.

— О, слаймы. — Оживляется фей. — По ним не вздумай долбить огнём. Их лучше в воде растворить.

— Слушай, с водой, мне кажется, у меня не очень.

— Так я тебе и не предлагаю, — ворчит фей. — Они же, в принципе, довольно безобидные. Главное — не спровоцировать. Постарайся аккуратно обойти. Нам же тут делать нечего?

Я выглядываю из-за двери. В темноте было незаметно, что пол центрального зала весь покрыт несгоревшими трупиками крыс. Слаймы как раз это всё подъедают. И очень быстро. Они буквально наползают на любой мусор. И за какое-то мизерное время, прямо на глазах его утилизируют.

— Хм. А ведь это идеальные уборщики.

— Так их для этого и используют. — Феи поднимает голову. Смотрит на меня. — Ты что не помнишь? А когда они разжираются, чтобы могли представлять опасность, их просто водой смывают.

— Откуда я должен помнить?

— Ну так в подземелье Академии, пока их не затопило, всякий мусор как раз слаймыжрали. Да и когда ты завалы разбирал. Куда ты ненужное сбрасывал? Вспомнил?

— Не очень. — Развожу руками. — То есть, главное их не задевать, правильно?

— Правильно, — подтверждает фей. — А то без ноги останешься. Ну или без сапога. Они ж липкие. И растворяют все сразу же. Так что ты это, поаккуратнее пробирайся.

Киваю головой. Замечаю, как фей максимально уменьшает щит, так, что он практически касается тела. Аккуратно пробираюсь между еле двигающихся слаймов. Когда ещё успели наползти? Заглядываю в главный колодец. Внутри колодца пару слаймоввбирает в себя огромные кучи мусора.

— Видишь, — говорю фею. — Не все придётся делать нам. Скорее всего, этот мусор слаймы переварят. А потом, когда пойдёт вода сильнее. — Киваю на тонкую струйку воды по стене. — Их и растворит. Очень продумано.

Фей ничего не отвечает. Только сосредоточено поддерживает щит.

Пробираюсь в нужный коридор. Их осталось всего два. Решаю зачистить тот, который круговой. А тот, который идёт к отстойнику, оставить на потом. Сказано — сделано.

По коридору прохожу довольно быстро. Ну а что? Он полностью пуст. Не считать же за препятствия небольшие баррикады, ссохшиеся трупики крысолюдов рядом, да и просто крыс. Похоже, тут проходила наша полуденница. Комната управления ничем не удивляет. Точно такие же заржавевшие двери. Точно также заросшее лишайником помещение. Алгоритм отработан, ничего нового мы тут не делаем.

После установки кристалла, в канализации чувствуется ток воздуха. А ещё изменяется звук воды. Кажется, его слышно теперь сильнее.

— Ну что, остался только отстойник, — говорю фею.

— Мы ещё не встретили Крысиного короля. — Фей задумчиво чешет голову. — А он точно тут должен быть.

— Так, а чего нам ожидать? — Уточняю.

— Понятия не имею. — Фей машет рукой. — Просто знаю, что с таким размером крыс, он должен быть точно. Вить, а, Вить, может всё-таки вернёмся? Ну не подряжались мы ни на что такое.

— Фео, у нас вроде бы все пока получается. С чего нам бежать обратно?

— Вить, я начинаю чувствовать опасность.

— Сильнее или слабее, чем тогда, около озера?

— Слабее, естественно. Тогда я вообще ничего не соображал. А сейчас, скорее, некоторое направленное внимание чувствую.

— Ну, значит, тут у нас есть шансы спокойно вернуться. Тем более, мы пока нашего духа так и не встретили. А местные с огнём не очень. Значит, дух ещё где-то охотится. Убить им его нечем, получается.

— Ну вот ещё и мертвячка. А ты вообще уверен, что она на тебя не нападёт?

— Ну, слушай, браслет-то у меня. Её останки я уже сжег. Значит, разрушение браслета — скорее всего, смерть для неё. Но проверять не буду.

Фей вздыхает так громко, что это отчётливо слышно.

За нашим разговором мы спокойно доходим до последнего коридора. В канализации светлеет. По внутренней канаве вода потекла значительно резвее. Кажется, большую часть засоров то ли мы, то ли слаймы уже уничтожили.

Перед входом в отстойник немного притормаживаю и аккуратно выглядываю из-за угла. Тут же получаю несколько копий в щит. Ну нет, это даже не опасность. Спокойно вхожу в отстойник. Свет здесь теперь присутствует. И, в принципе, крысы и крысолюды, к моему появлению, уже справляются со своей реакцией на него. С чем они не справляются, так это с кружащей вокруг большой крысы, нашей девушкой. Причём, сейчас она выглядит именно как девушка. В светлом сарафане, с золотыми волосами уложенными в косу. Видимо, сил хватает, а выглядеть как нежить ей не нравится.

Я буквально вижу, как она вытягивает что-то прозрачное из собравшихся здесь сотен более мелких тварей. Вокруг все пищит, кричит. Твари, сразу после её пролёта, качаются на месте и, такое ощущение, что даже лапы поднять не могут. Но Крысиный король, а это, скорее всего, он и есть, почти сразу же испускает полупрозрачную волну, и животные, и крысолюды снова стараются атаковать духа.

Не сказать бы, что у них получается, но и наша полуденница, атаковать большую крысу не может. Крысиный король изредка чем-то попадает по духу. И тогда полуденницакружится на месте секунду-две. В этом бою сохраняется некоторый паритет. Ни дух не может нанести серьезного ущерба, ни крысы. Хотя, конечно неизвестно, сколько сил у этого короля. Скорее всего, ну очень много. Так что это кружение может продолжаться долго.

— Ну, что? Так и будем стоять? — зевает Феофан. — Они твою мертвячку на короля-то загонят, а тогда ей точно кранты!

— Да не, она вроде справляется. Только поторопиться все же стоит.

Выпускаю шарик огня по большой крысе. Собственно, а чего мне остается? Крыса даже не уворачивается, не пытается отпрыгнуть, огонёк лишь слегка подпаливает её шерсть. Тут же меня атакуют все рядом стоящие животные. Ну это мы уже проходили. Накачиваю магией шарик огня. Также внутренне хочу чтобы он расплескивался и горел как напалм. Атаки крыс я игнорирую. Они все равно не наносят ущерба. Запускаю шарик. Тот медленно плывет к королю.

Не успеваю среагировать. Большая крыса атакует меня, а не духа. Серый росчерк прошивает щит насквозь. Тот моргает, и я едва успеваю отпрыгнуть от щелкнувших челюстей крыс рядом. Фей мгновенно ставит щит снова.

А вот это было опасно. Теперь на месте стоять совершенно не стоит. Быстрым шагом обхожу по краю большую крысу. Хочу зайти к ней в спину. Но сделать это не получается. Морда Крысиного короля словно раздваивается, и за каждым из нас тварь теперь следит отдельно. За духом одна голова, а за мной другая.

И атакуют, зараза, тоже каждого отдельно. Уворачиваюсь от очередного «подарка» Крысиного короля.

— Витя, Вить, придумай уже что-нибудь. — Фей беспокоится в переноске. — Последний шарик вроде бы нанёс неплохой урон. Но, если мы сейчас хоть один однуатаку пропустим, не факт, что я успею восстановить щит. А гадов тут слишком много.

— Фео, не отвлекай меня, пожалуйста, — сквозь зубы обращаюсь к фею. — Я и сам это понимаю. Следи за щитом! Будь готов сразу же ставить второй близко к телу.

Уворачиваюсь от серой хмари. Отправляю очередной файербол в большого крыса. Вокруг твари с моей стороны образуется выжженное полупустое пространство. Стараюсь обойти монстра. Поднимаюсь на небольшое возвышение. Отсюда чудовище видно чуть лучше. И сразу становится понятно, почему эта тварь не двигается с места. Её нижняя часть жутко изменена. Словно живое тело слито с камнем пола.Тварь просто не может никуда деться.

Накачиваю шарик сознанием того, что нужно концентрировать пламя. Шарик уменьшается и сильно изменяет цвет. В какой-то момент на него становится больно смотреть. Ну и размером он теперь меньше маленькой монеты. Кидаю его в тварь.

Файербол попадает именно туда, куда я и целюсь. В то место, где соединяется живая плоть и камень.

Камень трескается и Крысиный король сбивается с постамента. Мгновенно кидаю в его сторону еще один файербол. И вот теперь он наносит урон. Крысиный король визжит и крутится на месте.

— Кидай ещё один! — кричит фей под руку.

Окружающие крысы и крысолюды перестают сопротивляться духу. Тот высасывает их прямо на глазах.

Закидываю фаерболами визжащую тварь.

Крысиный король дёргается несколько раз и затихает.

Подхожу ближе. Сквозь лежащее тело пробивается пульсирующий красный свет изнутри. Достаю стилет и вскрываю грудную клетку животины. Внутри существа пульсирует живое сердце.

— О! Я о таком только слышал! — Фей потирает руки. — Знаешь, сколько денег за это сможем взять⁈

— Сколько?

— Понятия не имею! Но много! — Фей чуть ли не облизывается. — Это редкий ингредиент.

Дух летает вокруг и тоже голодными глазами смотрит на сердце.

Вырезаю хреновину. На удивление штука чистая и без крови. Только стучит сама по себе.

— Тебе зачем? — спрашиваю у духа. — Ты и так сил сегодня набрала. Тебе бы с этим справиться.

— Сил много не бывает, — вздыхает девушка. — Но ты прав, это просто жадность.

Отлетает в сторону.

Оглядываюсь. Вокруг капает вода. Свет всё также мерцает. Но теперь уже нет ощущения, что он вот-вот погаснет. Видимо, Крысиный король как-то влиял на сознание. Вокруг становится ощутимо легче.

Единственное, что непонятно, почему сюда не попадают слаймы? Всё же в отстойник ведёт прямой коридор. Выглядываю в него. И ведь в самом коридоре слаймыуже есть. А вот сюда они не заходят.

Внимательно осматриваю вход. Над входом замечаю пару камней. Они словно раскрашены раскрашены ребенком.

Кажется, ответ я нахожу. Но пока трогать ничего не буду.

Осматриваю помещение. Ничего из того, что здесь есть, мне не нужно. Разве что собрать все копья — может они чего-то стоят. Их тут много. Поднимаю одно, иду к тому месту где сидел Крысиный король. Очевидно, что не просто так он там находился.

После смерти короля, каменное основание трескается. Становится похожим на высохшую глину. Разбиваю её парой ударов копья. И под этим пьедесталом обнаруживаю крышку. И опять без замка.

Что ж, похоже, пророк был прав. Стилет-то постоянно нужен. Усмехаюсь про себя.

Ковыряю края крышки. Поддеваю её и слегка отшатываюсь. Внутри лежит существо. Оно раньше, скорее всего, было птицей. Крылья прибиты к полу металлическими скобами и такими же скобами прибиты шея и лапы. Сейчас вообще непонятно: ни что это за птица, ни какого она была размера. Животина абсолютно лишена перьев. Очень худая. То, что она жива, я понимаю только по тому, что у неё слегка двигаются глаза под закрытыми веками.

Понятно, что это какое-то магическое существо. Похоже, даже идею я понимаю. Раз сердце Крысиного короля редкий ингредиент. Вполне может быть, что вся эта история с канализацией, сделана для того, чтобы получить это сердце. Ну, вроде как, взять распространённую магическую животину, и на её магии вырастить вот эту тварь. Судя по скобам, ящику и очевидно сознательным приготовлениям, это дело рук разумного существа. Точно не доброго, но разумного.

Дотрагиваюсь до птицы.

— Витя! — Одергивает меня фей. — Ты что делаешь⁈ Кто ж тянет руки непонятно к чему!

А вот мне не по себе. Я почти не обращаю внимания на слова фея. Потому что я словно прикасаюсь к своему прошлому. Птица открывает огненные глаза. По ней, как по углям, проходит волна искр.

— Сейчас, сейчас… Потерпи…– Я поддеваю металлические скобы все тем же стилетом. Они выходят легко. Думаю, основное их предназначение вовсе не удержание. Да, скорее всего, так и есть. На скобах мелким шрифтом выдавлены непонятные надписи.

Когда я поддеваю последнюю скобу, птица с трудом поднимается. Тяжело садится на лапы.

Смотрит на меня, а я в её глазах вспоминаю свой недавний сон.

— На! — Отдаю птице сердце Крысиного короля.

Глава 17

Тебе не надоело этим дышать?

— Витя! — Фей ручками провожает сердце. Он бы точно не отдал. — Ты что делаешь? Эххх!

Птица мгновенно поглощает сердце. Замирает, и сквозь тщедушное тело пробиваются тонкие короткие лучики света. Мгновение, и на месте тощей курицы сидит маленькая огненная птица из сна. Пусть и полупрозрачная и не такая яркая. Она слегка касается клювом моих пальцев. Взмахивает крыльями. Взлетает. Делает круг над нашими головами и с криком улетает, выбивая решетку вентиляции.

Подумать о городе, как просил Пророк, я не успеваю. Да и, вообще, не до этого оказывается. Сама встреча с птицей из сна выбивает из колеи. Так что я думаю о ней, а не о каких-то абстрактных проблемах, которые еще и не мои.

— Витя, ну Витя же! — теребит меня фей.

— Чего? — выхожу из созерцания выбитой решетки.

— Ты хоть примерно понимаешь? Это же феникс был и сердце Крысиного короля. Ну что ж ты наделал, а? — Феофан чуть не плачет. — Мы бы их продали, и на домик с садиком точно хватило бы в столице. Скорее с сердца, конечно же, но и фениксы в центре королевства редкие гости.

Хотел бы я сказать, что друзей не продают. Хотел бы. Но как? Это просто воспоминания. И так-то фей прав, вроде бы. Неразумная тварюшка и редкий ингредиент, против своего домика и сада, как мечтает фей. Прав, наверное. Только вот я не согласен. И второй раз поступил бы также.

— Давай собираться, — отдаю фею скобы. — Спрячь, и в городке даже не вздумай доставать. Нам с ними еще разбираться.

— Даже их не продадим⁈ — у фея почти наворачиваются слезы.

— Даже их. — Киваю. — Не нравится мне это все, Фео. Ладно, собирай копья, и все, что целого тут есть. Может нам это принесет монетку-другую. Ты же больше опасности не чувствуешь?

— Нет, пока нет.

— Ну, вот и хорошо. — Снова киваю я. — Теперь с тобой. — Оборачиваюсь к нежити.

Та словно просыпается, смотрит на меня.

— Ты как себя чувствуешь?

— Прекрасно, маг! — улыбается девушка Алёна. — Сил в этих существах было немного, но их самих зато… Мне хорошо.

— Она еще и духов подчистила, — ворчит фей.

— Ну и что? — обращается к нему девушка. — Они вкусные были.

— Ты меня видишь? — фей тут же отпрыгивает ко мне.

— Дааа, а что? — кокетливо спрашивает девушка.

— Вить, твое дело конечно, но сил эта мертвячка набрала очень много. Может стать кем-то из сильной нежити. Ты поосторожнее с ней. Она же со мной теперь говорит! Значит, стала обращать внимание.

— Что скажешь? — обращаюсь к Алёне.

— Я не знаю, Витя? Витя, Виктор, наверное? — склоняет набок голову девушка. — Какое красивое имя. Мне хочется спаать. Можно я пойду?

— Конечно, — пожимаю плечами. Девушка и так львиную долю работы сделала. Хочет спать — да, отлично. Скорее всего, фей прав, ей как раз для своего изменения нужно отключиться. Это логично, да. Интересно, какой она в следующий раз выйдет?

Дух, после разрешения, сворачивается в браслет. Очень быстро.

— Видишь? Спит, — обращаю внимание фея.

— Сейчас спит, потом проснется. Ты сам не знаешь, о чем говоришь, парень. — Отворачивается от меня фей и уходит на поиски чего-нибудь целого.

Я не очень верю, что тут есть что-либо кроме копий, но фея отпускаю. Чем бы он не тешился, лишь бы отвлекся.

Сам возвращаюсь ко входу. Два камушка наверху не дают мне покоя. Тем более, что слаймы ползают ровно по краю входа, и не могут войти.

Присаживаюсь на относительно чистое место у стены. Ладно. Неплохо повоевали. Чуть дремлю, жду, когда фей закончит обшаривать отстойник. Каких-либо сундуков или сокровищ я тут точно не найду. Ну, в самом деле! Это же канализация, зачем крысам золото? Или крысолюдам? Что они и у кого, главное, покупать будут? Не, нет тут ничего. Но фей пусть побегает, ему полезно.

— Вить, просыпайся! — фей дергает меня за полу одежды. — Пойдем. Ничего тут нет, у этих крысиных нищебродов. Только копий набрал. Всю сумку ими забил. Или невсю?

— Хорошо, — киваю. Быстро растираю себе уши, чтобы проснуться.

Вытягиваюсь над входом и забираю оба камня. Тоже может пригодиться. Сначала запоминаю, как они стояли, а потом — забираю.

— Пойдем, — довольно киваю на тут же вползающего в зал слайма.

Похоже, я прав. И именно эти камни являются каким-то отпугивателем для таких существ. Подбираю еще и третий похожий камень, тот, видимо, падает чуть раньше, во время боя. Раскрашен он так же убого.

— Не знаю, что это, но слаймов отпугивает хорошо. — Отдаю камни фею. — Спрячь у себя. Вдруг пригодится?

Фей кивает, и мы, аккуратно обходя слаймов, идем к выходу.

При выходе из канализации снова считаю ступени. Феофан поднимается первым и гнусавит под нос песенку.

— Ну и запашище! Лет сто его помнить буду! — не сдерживаю эмоций. Все же выход я почти уже вижу. Хоть на улице и очевидно уже темно. Пытаюсь поторопить до ужаса медленного фея. — Давай скорее, неужели тебе не надоело этим всем дышать?

— Чвем? Я не чувствую ничего. — Доносится сверху голос, а я от этой новости приостанавливаюсь посреди лестницы.

О как. Интересное кино. Я-то даже сквозь вату с этим пихтовым запахом чувствую непередаваемое, хоть теперь и меньше. Так что выйти на улицу хочется уже неимоверно. Что ж, везет напарнику. Продолжаю путь.

На выходе фей достаёт затычки для носа и делает глубокий вдох:

— Святой человек изобрёл жир единорога! — Он полной грудью вдыхает уличный воздух и разворачивается ко мне. — Пойдём, а то к ужину опоздаем.

— Погоди, что такое жир единорога? — не скрываю своего удивления.

— Мазь. Она напрочь блокирует все запахи, а еще полезная очень. Через пару минут обоняние у меня вернется, — отвечает фей так, будто это и младенцы знают.

— А чего мне не смазал? — У меня внутри борются адекватность и очень неприятные вопросы. — И почему не смазал в пещере гоблинов?

— А жир единорога у тебя есть? Нет. — Без капли сожаления отвечает фей. — Вот и не смазал. А у гоблинов оно бы не помогло. Перевод продукта, Вить. А мазь — вещь дорогая, ее экономить надо.

Смотрю на фея как на врага народа.

— Всё-всё, ладно, в следующий раз, когда пойдём в канализацию, и тебе намажу. — Поднимает он руки, будто сдаётся.

— Сплюнь. Мне одного раза вполне хватило. Пошли лучше помоемся, что ли где-нибудь. А то нашим запахом только тараканов травить. Народ вон отшатывается.

Редкие в такое время прохожие действительно обходят нас по дуге.

— Слушай, ещё не полночь, а, следовательно, кое-что работает. Можно попробовать туда. — Фей показывает пальцем в темноту. — Там основные бани закрыты, конечно. Но в мыльню нас должны пустить, туда все работяги после смены ходят.

— Помыться-то мы помоемся, конечно, — вслух размышляю я. — Только толку? У нас вся одежда в грязище.

— Тоже мне проблема. Главное, чтобы нас встретил кто-нибудь, а дальше уже разберёмся, — успокаивает фей. — У банщиков обычно есть возможность оперативно почистить клиента.

Проходим до конца улицы, куда махал фей. Кажется именно здесь, на краю города и логично устраивать банные комплексы. Невысокие сооружения. Тут вообще не одна баня, кажется, но свет горит только в одной. Несколько небольших домиков в ряд за оградой, и один чуть побольше.

— Нам туда, — показывает на свет фей и подходит ко входу.

Тусклые лампы освещают деревянную дверь. Одежда Феофана выглядит не такой грязной как моя. Но это в сравнении. Просто фей меньше меня ростом, и грязи на себе может утащить тоже меньше. Но огромные пятна и разводы на ткани все равно бросаются в глаза.

За дверью нас встречает уставший паренёк. Увидев нас, подскакивает с места и засыпает вопросами:

— Где вы так извалялись? Как угораздило? Одежду снимайте на пороге, сейчас дам кадушку, туда всё.

— А сейф есть? Мне надо особо ценные вещи оставить, — серьезно спрашивает фей. — Снимает сапог и выливает остатки сточных вод за порог.

Повторяю за ним эту же процедуру.

— Вон та скамейка — наш сейф. На ней всё оставляйте. Кроме меня тут всё равно уже никого. Хотел пораньше уйти, а тут вы, — под нос ворчит парнишка.

Фей нехотя оставляет поясную сумку на скамейке, и мы оборачиваемся в полотенца.

Мыться приходится быстро: вода в ведрах еле теплая. Зато пены столько, что можно строить замки. Мыло душистое, а жидкость для ополаскивания тела пахнет пихтой. Вот только последнее ведро оказывается самым холодным. Да и пихта теперь ассоциации вызывает не слишком приятные.

— Бррр, — отзывается фей в такт моим мыслям. — Пойдем, Витя, а то обморожусь совсем. Останешься без напарника.

Одежда уже ждёт нас на той же скамейке «для особо ценных вещей». Торопимся нацепить всё на себя. Да, на вид те ещё лохмотья, зато чистые и теплые. Тут же немного согреваюсь.

— Оставь пареньку чуть побольше денег. Все ж дождался, — довольно говорю фею.

Феофан недовольно смотрит на меня, но все же кивает. Кажется, и ему настроение эта передышка поправляет.

Фей оставляет несколько мелких монет пареньку, а мы снова выходим в ночь.

По пути напарник вертит в руках небольшую веточку. Видимо, забрал еще в бане. Очистив от единственного листка, он запихивает её в рот и жуёт.

— Горькая, зараза. — Фей морщится и продолжает жевать ветку.

— А зачем ты это делаешь? — задаю самый очевидный вопрос.

— Курить бросил, — отвечает фей и высовывает язык. Видимо, ну совсем горько. — Теперь вот страдаю.

— А чего бросил? — не то чтобы мне интересно, но все же.

— Я однажды, пока перекурить отошел, моего мага убили. И ведь рядом был, но подгадали гады. Ну, как убили, он в коме сначала лежал…

— Так тебя поэтому отправили вместе со мной? — догадываюсь я. — Типа в наказание?

— Ты не так понял. Я же говорю, мы сами выбираем, к кому прикрепляться. Просто мне выбор ограничили… — оправдывается фей.

Что ж, если от меня в Академии хотели избавиться, то отдать меня под защиту фея, который угробил предыдущего мага — хороший ход. А в том, что хотят, я уже особенно не сомневаюсь.

После истории с переноской каждое слово Феофана нужно делить на два. Но с другой стороны, щит фей ставит, а за свою жизнь я отвечаю сам.

— Слушай, Вить, — фей следит взглядом за вывеской с платьем. — Давай зайдем, а?

Одежда чистая, конечно, но уже походит на обноски. Вот посмотри! — отодвигает полу своей тоги. А у тебя форма Академии и вовсе скоро перестанет быть узнаваемой.

— Пойдём-пойдём, — вздыхаю. Сам же вроде обещал.

Заходим в небольшое длинное помещение с ящиками и коробками. Воздух затхлый и спёртый. Нас никто не встречает. Беру первую попавшую в руки накидку и расправляю. В глаза сразу же бросаются небольшие прорехи в ткани. Следующая вещь тоже повреждена. Светлая рубаха и вовсе с каплями засохшей и застиранной крови. Видимо, какая-то воровская скупка.

— Нет, слушай, не хочу. Не будем тут ничего брать. — Откладываю вещи и поворачиваюсь к выходу.

— А ты чего хотел? Это же не портной. — Фею, очевидно, нормально. Он даже как раз находит себе отрез ткани на тогу. Только отрез коротковат, кажется. — Порыться надо, можно найти годноту, — спокойно отвечает фей и продолжает перебирать вещи в одном из ящиков. — Плащ, кстати первый очень даже ничего. Застирать, пару стежков наложить — и, считай, новьё. А пятна отмыть лимонным соком и содой можно. Матушка моя так делает.

— Фео, я всё понимаю, но это слишком. — Обвожу рукой помещение. — Деньги есть, пошли, спросим, сколько стоит пошив у местных. Я видел лавку около площади.

Фей непритворно расстраивается, но со мной идет. Но тут я, пожалуй, настою. Просто потому, что если мы будем в обносках, то никакой караван нас с собой не возьмёт. Я в этом даже не сомневаюсь. Ну, или возьмёт, но за повышенную цену. Вид нужно иметь не бедный, но и не богатый для наших целей. Тогда и отношение у всех будет ровным.

По ночному городу идём быстро. Собственно, лавку я замечаю и издалека. Над ней горит фонарь, который освещает вывеску — иголку с ниткой.

— Это же портной? — на всякий случай уточняю у фея.

— Ну, портной, да, — чуть обиженно отвечает Феофан.

Киваю. С лёгким удивлением, смотрю на знакомую тяжелую дубовую дверь. На нейвырезано слово «круглосуточно».

Толкаю такую знакомую дверь.

Помещение точно такое же как и в случае с ювелирной мастерской. На улицу выходит только дверь. Сама комната также расширяется от входа, и точно так же как и ювелирная мастерская, перегорожена стойкой.

— Таки здравствуйте молодые люди! — Слышу голос снизу.

В этот раз ожидать хозяина мастерской не приходится. Старый гном, очень похожий на владельца ювелирного мастерской, зевая, вылезает из-за стойки.

— Вы-таки зашли на огонёк к старому Аарону? За платьем, правильно? — Гном окидывает нас оценивающим взглядом и, не дожидаясь ответа, продолжает. — Платья у старого Аарон лучшие в Крайнем. Да что там, в городке! К старому Аарону приезжают вКрайний аж со столицы. Такого платья вы нигде не купите, и не построите.

Маленький мужичок — копия Старого Нила.

— Смотрите, я маг, и мне нужна повседневная рабочая одежда, — обращаюсь к гному.

— Ну да, ну да, я вижу, — тут же отвечает старый Аарон. — Я такие знатные костюмы строил и не раз.

— Тут такая история. — Поворачиваюсь вокруг своей оси, чтобы гном оценил величину работы. — Нужно ещё что-то с этим сделать. Всё потаскалось, порвалось, а новую форму еще ждать и ждать.

— Таки сделаем, — без колебаний соглашается старый Аарон. — Десять дней, пять золотых. У вас будет лучше нового!

— Старый, ты что, упал? — срывается фей. — За пять золотых я себе смокинг построю.

— Таки стройте, только не у меня. У меня пять золотых, — уверенно отвечает Аарон и мгновенно теряет к нам интерес. — Мне старому много не надо.

Заскакивает на табурет у дальней стены и принимается громко строчить на машинке.

— Погоди, старик, ты что, даже торговаться не будешь? — подхожу к стойке, тот сразу перестает строчить.

— Дорогой мой человек, торговаться надо тогда, когда есть выбор. А в этом городке с магическими тканями только я дела имею. Так что пять золотых, дорогой мой. Но-таки ты мне понравился. Чем-то напоминаешь сына Изи. Такой же оболтус. Я добавлю-таки тебе сапоги, и всего только за один золотой. Сносу им не будет. Ещё твои внуки будут помнить старого Аарона.

— Да, предложение, наверное, хорошее, но сейчас, мы пока не при деньгах. Может что-то можете предложить как временное решение?

— Таки–да, молодой человек. Вы можете взять у меня накидку путешественника за один золотой. Она согреет в холод защитит от ветра. Почти нет зачарований. Но она очень удобна. Берёте?

— Если мне отрез ткани на тогу дашь, — торгуется фей.

— Отрез ткани? — флегматично говорит гном. — Отрез ткани это можно. Дам.

— Берём.

Фей вытаскивает из своего кошелька золотую монету.

Гном почти мгновенно достает из-под прилавка очень длинную тканевую накидку и небольшой свёрток. Беру её в руки. Действительно, ткань такая мягкая, что не хочется её отпускать. Мгновенно укутываюсь в неё.

— Спасибо, — благодарю гнома. — Рад, что мы застали вас в работе.

— И не за что. Таки заходите снова. Мы работаем круглосуточно. Деньги часов не знают.

Усмехаюсь.

Прощаюсь с гномом. Фей тоже уминает свёрток внутрь своей сумки.

Снова выходим в ночь.

Тавернщик встречает нас встревоженно и немногословно. Непохоже на него. Почти сразу понимаю, что дело нечисто. Так и есть — за накрытым столом нас поджидают стражники. Похожи на тех, которых мы уже встречали, но более смурные и мрачные. На столе четыре полных тарелки куриного бульона и огромный пирог. Судя по запаху, с мясом.

Фей кивает стражникам и сразу выбирает себе свободное место. Черпает суп ложкой и закусывает пирогом. Мне бы его непосредственность!

— Прошу прощения, мы только после работы, — указываю на фея. — Чем обязаны?

— Мы по поводу дороги, — первый стражник сразу переходит к делу.

Они как два брата-близнеца. Только у одного щетина на подбородке плохо выбрита.

— Откуда у вас полномочия на ремонт дороги? — спрашивает второй.

— В ратуше взяли задание. Оно больше года лежало, — честно отвечаю я.

В голове перебираю причины, почему к нам пришли.

— Прошу в деталях рассказать, как вы это сделали, — продолжает допрос первый.

Набираю в легкие побольше воздуха, чтобы поведать всю историю. Не успеваю начать, как второй стражник спрашивает:

— И прошу предъявить жетон. Которого у вас нет, — видно, как ухмыляется.

Эту песню мы уже слышали много раз. Лады. Можем и по-другому.

— Феофан, покажи господам контракт. Пусть задают все вопросы в ратушу, — обращаюсь к фею. — Ратуша дала добро, вот с ними и выясняйте можно ли мне работать. А я свою работу сделал.

Присоединяюсь к фею, чтобы поужинать. Действительно, как-то проголодался.

Феофан спокойно уминает второй кусок пирога. Вытирает руки о салфетку и выуживает из сумки свиток.

— Мне воспитание не позволяет решать важные вопросы до ужина, — усмехается фей и показывает стражникам контракт. — А чего случилось-то? Дорогу починили, все довольны.

— А скелеты откуда взялись? Вы знаете, кто это такие? — первый стражник мрачнеет на глазах. — Были. — Добавляет он.

— И чего шуметь? — отвечает фей. — Понятия не имеем. Выпали там какие-то кости во время ремонта. Мы их на дороге и оставили. Вопросы погребальных обрядов не к нам.

Я киваю, подтверждая слова фея. Доедаю пирог.

— У вас к нам еще вопросы есть? Может, обвинения?

— Нет. — Стражник останавливает своего небритого напарника, который хочет выступить. — То есть вы утверждаете, что этот десяток скелетов рядом, — кивает в сторону прохода. — Находился в зарослях плюющегося терновника?

— Я? — удивляюсь. — Ничего я не утверждаю. Это ваша работа, не моя. Я чинил дорогу. Сжег этот ваш плюющийся терновник. Потом закрыл провал. Все, что было лишнее, ну вот вообще все, что попало в яму сломанной дороги, осталось на поверхности. Что там было и в какой сохранности, я понятия не имею, даже не подходил. Это решайте сами, не привлекая меня. Вопросы, обвинения?

— Нет, господин маг. Я прошу вас не уезжать из города, пока мы не закончим расследование.

— Это просьба или приказ? — флегматично спрашиваю стражника.

Глава 18

Где.Моя.Семья?

— Это…просьба, — нехотя озвучивает служивый.

— Ну, раз просьба, то я ее услышал. — Киваю страже. — Хорошего вечера, господа.

Стражник пару секунд хочет ещё что-то сказать, но не находя слов молчит. Разворачивается, забирает своего напарника, и служивые уходят.

Муха качает головой. Но мне неожиданно на это попросту наплевать. Спать хочу неимоверно.

— Так, все. Я спать. — Поднимаюсь из-за стола.

Ночь проходит тяжело. Я просто проваливаюсь в темноту сна и выныриваю на следующее утро сильно разбитым. Так что к завтраку мы спускаемся в разном настроении. Фею все прекрасно. Но это и понятно — у него довольно простая жизнь. Убьют меня — доберется до Академии или пойдет на поля репу тырить. Всё — простые желания.

А вот у меня все несколько сложнее. В первую очередь из-за семьи. Нет, я могу и дальше не замечать огромного слона, водящего хороводы вокруг моей головы, могу. Но вот именно сегодня уже не хочу.

Думаю, на это как раз влияет то, что к поездке мы, все же, худо-бедно вроде бы подготовились. А, может, играет то, что я вчера встретил буквально привет из прошлого.

Не знаю. Но не думать про семью я не могу. Я хочу узнать, что произошло с той, кого называли в моем сне графиней, а я называл мамой. И с тем, кто спасал, как ему самому казалось, меня мелкого из огня. Которого графиня называла Бастианом, а я, соответственно, папа.

И это первый и очень важный вопрос, ответ на который я хочу узнать. Где. Моя. Семья. Почему я в Академии — подкидыш? Точно не из-за родителей. Не бьются сроки. В Академии, со слов Феофана, я появляюсь года в два. Так и оба моих сна относятся примерно к этому же времени. Ну, может, чуть пораньше. Но не намного. И в них у меня была любящая семья. И второе.

Где, чёрт возьми, моя Магия? Я же прекрасно помню ощущение. Качаю головой. Да, судя по всему, ритуал у того недоброго старикашки удался. Вот только я хочу вернуть, как было.

Ну а третий вопрос уже теряет свою актуальность. Хмыкаю про себя. Хороший совет из прошлой жизни — проверить проблему углублением в работу, в любую. Совет проходит проверку временем. Меня эта проблема больше не колышет. Я попал в другой Мир? Ну, и что теперь? Это уже произошло. Все. Эту проблему можно просто игнорировать. Тем более, что из снов очевидно — не попал, а переродился. А память мне просто попытались заблокировать. Точнее, не так, ее заблокировали наглухо вместе с моей мурлыкающей огненной магией. Вот только она пробудилась. Отодвинув, что надеюсь временно, память меня-Виктора, памятью меня-Виктора Петровича. Тоже, кстати, Вити.

Понимаю, что я жую. Своеобразный вкус. Видимо, очень основательно задумываюсь. Фей подкладывает мне разное и наблюдает. Причем, сейчас я ем кашу. Смотрю на ложку — гречневую. Внезапно политую вареньем и посыпанную сыром.

— Твоих рук дело? — удивляюсь на странное, хотя, неожиданно вкусное сочетание.

— Вить, ты на слова не реагировал! — фей вообще не испытывает ни малейшего раскаяния. Пожимает плечами. — Вот, только отошел. Я просто попробовал вывести тебя из задумчивости. Что-то случилось?

— Нет, не думаю, — качаю головой. — Точнее, случилось, но очень давно. И нам все же нужно вернуться в Академию. Бросать обучение я не намерен.

— Как скажешь, Вить. Ты же маг, — выдыхает фей. — Как скажешь, так и будет.

Потом видит нечто неприятное за моей спиной.

— Ну вот, весь аппетит испортили, — тут же ворчит.

— Привет, маг без жетона! — весело говорит подошедший с иголочки одетый мужик. Из-за его спины вылетают три феечки.

— Ой, смотрите, и этот ничего! Лучше нашего! — щебечет одна.

— Тс. Не лучше, а просто неопытнее, — отвечает другая.

— Не неопытнее, а просто новее. Еще срок годности не вышел! — серьезно говорит третья.

— О! И пухляш тут! — тут же забывают прошлую тему феечки.

— А куда он денется от своего мага? — резонно замечает вторая.

Маг вообще не обращает внимание на щебет феек.

— Приветствую, меня зовут Виктор, — слегка привстаю и протягиваю руку. Чуть ухмыляюсь. — Маг по распределению!

— О! Ты запомнил! Молодец! Александр! — Пожимает руку маг и садится напротив. Зовет Али. — Хозяин, нам пару пива и мяско свое принеси!

— Минуту, господин маг! — отзывается Муха, впрочем, без особой теплоты.

— И нам, и нам! — щебечут феечки. Только Александр отмахивается от них рукой. Феечки обиженно отлетают за спину мага.

— Вить! — тихо спрашивает меня Феофан, дергая за рубаху. Фей с легким опасением поглядывает на наблюдающего за ним мага.

Понимаю мужичка сразу же.

— Угощай, — киваю.

Феофан тут же отлетает к хозяину и тихо делает ему заказ. Впрочем, от меня он не отходит дальше метра и все равно одним глазом поглядывает на Александра.

— Зря ты ему столько воли даешь, — спокойно констатирует маг. — Сядет на шею. Но это твое дело.

— А ты, — перенимаю его манеру общения, — на то, что щебечут твои феечки внимания не обращаешь?

— А, — пренебрежительно машет рукой маг. — Что они там умного сказать могут? А когда еще на свою речь переходят, так и вообще ничего не понятно. Пищат чего-то, зачем мне прислушиваться? Это твой на всеобщем хорошо навтыкался говорить. В библиотеке взял?

Переглядываемся с феем. Я отрицательно качаю головой, а фей закрывает ладошками рот. Впрочем, Муха уже приносит еду и феям тоже. Так что Феофан, как хозяин, делает приглашающий жест фейкам мага. Этим его акции в их глазах резко пробивают потолок. Фейки мгновенно подлетают, хватают по булочке и начинают хомячить, словно их не кормят вообще.

— Не поверишь, — усмехаюсь. — На кухне.

— Надо же. Как сил хватит, тоже на кухню зайду. Хороший защитник нужен. Мои две только по нападению и природница.

— Защитник?

— Вон какой он у тебя плотный — сразу видно, щитовик. Сколько щит может держать? — оглядывает меня маг. — Ты на третьем курсе ведь?

Я киваю и боюсь спугнуть такую гору информации.

— Да.

— Ну, на третьем, наверное, — маг задумывается. — Ты выдержишь минут пять, не больше. Этого тебе не хватит.

Фей опять порывается что-то сказать, но я ему исподтишка показываю кулак, и он опять закрывает себе ладошками рот.

— На что мне не хватит? — уточняю.

— Ты же взял контракт на очистку канализации, — пожимает плечами маг. — Мы заглядывали туда с Карлом. — Поясняет. — Это второй городской маг. Так вот, мы туда заглядывали, там группа нужна, полноценная, поддержка, пехота, вот это вот все… Мы в столицу запрос послали. Но дело не быстрое. Так что не ходи. Сгинешь ни за грош, — отхлебывает из кружки. — Ты тавернщику холодильник починил, что ли? — Смотрит на пиво. — Хорошее пиво у него теперь. Холодное.

— Да, починил.

Маг кидает быстрый взгляд на меня.

— Ну, дело твое. Молодец…наверное, — потом добавляет, вроде как про себя. — Хотя я бы договорился.

— Так что там с канализацией?

— Я все тебе сказал, маг без жетона. И вот еще, парень. Ты надолго в городе?

— Надеюсь, нет. Я тут по делам Академии. Кстати, у тебя эссенции на продажу не будет?

— Крокодильей, что ли?

— Ну да. — Киваю.

— Нет, сейчас нет. Я каравану заказал. Привезти должны со дня на день. — Ухмыляется. — Если не забудут, конечно. Она у них не каждый раз бывает. А тебе-то зачем? Ты ж в силу возраста серьезные исследования не потянешь?

— Меня Академия за ней послала, — объясняю я.

— Ха-ха-ха! — смеется маг. — Так у Академии и фиал — академический! Того, что я заказал тебе даже близко не хватит. У них объемы совсем другие.

— Да? — озадачиваюсь. — Ну, я спрошу у караванщиков.

— Вот что, парень. Я так понял, что тебя тут только эссенция держит, правильно?

— Да, так и есть, — соглашаюсь.

— Если караванщики привезут — забирай. Откажусь в твою пользу. Но постарайся из городка уехать в ближайшие дни, хорошо?

— Почему? — удивляюсь я.

— Потому что я так сказал, — настаивает маг. Потом видит мою усмешку и решает объяснить. — Ладно, ладно. Пошутил. Потому что ты нам все дело портишь. Мы же зарабатываем на городе, а ты ломаешь цены. Понимать надо. Вот, например, зарядка кристаллов, хотя, ладно, десяток-другой накопителей — это мелочь. Не стоит того, чтобы портить отношения с будущим возможным напарником. А вдруг тебя через пару лет по распределению сюда же засунут. А тут совсем не курорт, знаешь ли.

— А что стоит? — во мне просыпается профессиональное из прошлой жизни.

— Ну, вот, смотри. Дорогу ты починил, молодец, — усмехается маг. — Получил золотых шесть, наверное. Какие там расценки? Только вот она бы еще годик постояла, и Королевство нас заставило бы чинить приказом. А по приказу расценки почасовые. Мы бы на двоих с Карлом примерно раз в пять против твоего подняли бы денег. То есть, ты нам не дал заработать.

— Но ведь вы сюда назначены именно решать проблемы города, нет?

— Хах, — горько смеется маг. — Да, мы тоже так раньше думали. Но, знаешь, Вить, — отхлебывает из кружки. — Это дыра. Почти пограничный городок. Нас тут меньше, чем нужно, просто для работы систем города. Времени не хватает не то, что на развлечения — на личную жизнь! Одна радость — раз в полгода ярмарка. И за все это жалованье на уровне капитана стражи. И крутись как хочешь. Вот мы и крутимся.

— Но ведь вы согласились. Зачем?

— После Академии, если долг не отдаешь — идешь, куда направят. Имей ввиду. Раньше, говорят, было по-другому. Но последние несколько пятилеток как есть. Ладно. Извини. Нашел просто новые уши. В общем, так. В этот городок направили нас с Карлом. На небольшие заработки мы, конечно же, закроем глаза — сами были молодыми, понимаем. Но если ты тут надолго застрянешь, извини, ничего личного — Указ об оказании магических услуг все еще действует. Мы тебя сдадим.

В памяти тут же возникает текст этого указа. Да, он никогда не применялся в полном объеме. Это так. Но был прекрасной страшилкой для «диких» магов. А так же хотя бы отчасти способом контроля студентов Академии и различных магических училищ. А вот если его применять дословно, то у меня образуется просто ворох проблем.

Но самое смешное, что маг даже не понимает, что наши интересы сходятся. Поэтому тут и угрозы, тут и давление. Смешно.

А вот понаблюдать за магом мне было интересно. В отличие от фея, которого дословно прочитать я не могу, людей я «читаю» последние сутки после Сна: все лучше и лучше. То, что совсем недавно было просто убеждением, сейчас внезапно, превращается в навык. Притом многолетний.

Бегающие расширенные глаза, легкая бледность, короткие суетливые движения. Кто бы мог подумать, что этот вальяжный вчера человек будет сегодня испытывать тревогу и страх. Хотя, вчера, вспоминаю я, он шел на какую-то встречу. Причем точно не опаздывал, шел заранее, и вроде бы направлялся в ратушу.

На секунду прикрываю глаза, вспоминаю и да. Тревога у него была уже тогда. Видимо мое появление совсем не причина, да и с чего бы. Просто сейчас это стало более выпуклым. Ладно.

— Да клерк знает, что у меня нет жетона, и старые контракты взять разрешил, — спокойно говорю. — Да и с Академии тут мою личность подтвердили, я знаю. — Маг слегка усмехается. — Но это лирика. Я на самом деле вам переходить дорогу и не собирался. Постараюсь уйти вместе с караваном, если договорюсь о месте.

— Вот и славно, Витя! — достает пару монеток. — Спасибо за разговор. — Встает из-за стола.

— И вовсе он не пухляш, просто крепкий! — феечки внезапно меняют мнение по поводу Феофана.

— Да, да! Кость широкая! Но он такой милый!

— И мягкий, девочки!

Маг уходит, а фейки вьются вокруг, и щебечут.

Смотрю на Феофана. Фей после такой строенной атаки совершенно потерян.

— Эй! — щелкаю пальцами. — Ээй!

— Я милый, — бормочет про себя фей.

Так. Тут нужна тяжелая артиллерия.

— Фео, Фиона!

— Где⁈ — подпрыгивает фей.

— В Академии, Фео. В Академии. А теперь, когда ты вернулся, у меня к тебе несколько вопросов по результатам разговора с магом. Но чуть позже. Сейчас главный. Сосредоточься, Фео.

— Да, Вить? — соглашается фей и даже глаза выпучивает от напряжения.

— Вспомни контракт. В дополнении был ли прописан объем фиала. Или специальное его название. Сосредоточься. Это важно.

— Точно не было. — Пожимает плечами фей. Юра приносит рыбный пирог, а фей, провожая его взглядом, добавляет. — Там, вообще, всего строчку добавили, если бы вставляли цифры или специальные наименования, то ты бы заметил.

— Точно?

— «Обязуюсь без фиала с эссенцией в Академии не появляться». Вот тебе точная формулировка. Просто подразумевается фиал договора.

— Э-э-э нет. — С шумом выдыхаю. Я, кажется, даже дыхание задерживаю, на время. — Это кардинально меняет смысл. Идеально!

Фей не успевает разрезать рыбный пирог, как на входе в таверну появляется знакомая фигура. Клетчатую кепку и жиденькие длинные волосы узнаю сразу. Тех, кто кидает меня на деньги — нужно знать в лицо. Маленькие глазки хозяина складов быстро находят нас среди немногочисленных посетителей.

— Сейчас начнется, — с хитрой улыбкой произносит фей и торопится положить несколько кусков пирога на тарелку.

Тощий мужик быстрым шагом направляется к нашему столу.

— Вы что наделали? Я вас просил с крысами разобраться. А вы что? — разоряется тощий. Он машет руками, а на лбу выступают капли пота. — Мои работники не могут забрать бочки со склада. И ладно бы забрать, они и поставить туда ничего не могут! Мешки валяются прямо на улице! А если дождь?

— Но на склад вы, в принципе, можете попасть? — задаю встречный вопрос.

Фей, не стесняясь, запихивает огромный кусок пирога в рот и шумно жует. Только успевает переводить взгляд от хозяина склада на меня и обратно.

— На склад попасть можем, но… — хозяин складов не успевает продолжить.

— Воот, — подытоживаю я. — Там ведь крыс нет?

В таверне повисает полная тишина. Складывается ощущение, что все присутствующие следят за ходом нашего разговора. Только фей громко прихлебывает из кружки.

— Крыс — нет, но… — соглашается мужик и снова пытается продолжить.

— А ни на что другое, мы с вами не договаривались, — напоминаю я и смотрю на Феофана, тот активно кивает с набитым ртом.

Спесь с нежданного гостя слегка спадает. Он выглядит как обезоруженный боец. Если бы он не поступил как кидала, то вполне мог бы вызвать жалость.

— Так ведь страх какой на складе теперь! — в нотках его голоса сквозит мольба.

— Ещё бы! — веселится фей, уничтожая всё, что осталось на тарелке. Я успеваю ухватить себе последний кусок.

— Я принесу ещё, — отзывается Юра где-то сбоку. Видимо, всё это время слушал наш разговор.

— Обратитесь к местным магам, если страх и ужас, — советую как бы между прочим. — Это отдельный контракт, — объясняю ошарашенному предложением мужику. — Забрать страх и ужас с вашего склада.

Все, конечно же, понимают, что это очередной ход. Что бы сейчас не ответил мужик — он проиграл.

— Ты наглый вредитель! Специально так сделал, чтобы нажиться на моих бедах! — мольба в голосе мужика быстро сменяется на негодование и ярость.

Смеюсь во весь голос. Никогда не понимал таких людей.

— Наживаются, когда получают выгоду. А мы от вас ни монетки не увидели, — разворачиваю ситуацию другим углом.

Тощий долго не может подобрать слова. Он повторяет и выкрикивает оскорбления и ругательства:

— Паразит! Хулиган! Злодей!

— Доказать можете? Не можете, — останавливаю поток ненависти хозяина складов. — Значит, это отдельный контракт.

В таверне чувствуется максимальное напряжение. Юра приносит ещё один пирог с рыбой, а Феофан восторженно вздыхает. Кажется, нужно заканчивать разговоры и приступать к завтраку.

— Допустим, — соглашается взмокший мужик. — Сколько будет стоить ваш контракт?

— Возьмём по-божески, — тут же подключается Феофан. — Семь золотых. За страх и ужас.

По таверне прокатывается шепот посетителей.

— Хорошо, хорошо! Делайте, — хозяин склада запрокидывает голову и соглашается.

— Только деньги вперёд, — напоминаю я. — И за предыдущий заказ тоже.

— С ума сошли, у меня с собой нет столько! — ужасается мужик и достаёт из кармана платок, чтобы стереть пот со лба.

— Брешет как дышит, — подсказывает фей.

Перевожу взгляд на хозяина склада.

— Говорят, маги особо не торопятся помогать по хозяйству. Да и дельце тут не типичное, честно говоря, — напоминаю тощему мужику. — Но дело ваше.

— Черт с вами, — бурчит под нос хозяин складов и достаёт ещё один платок, но на этот раз туго завязанный.

Отворачивается и отсчитывает оттуда десять монет. Нервно кидает на стол. Монеты с глухим звоном падают на деревянную столешницу.

— Ещё четыре, — подсказывает Феофан, не прикасаясь к деньгам.

Мне кажется, что ещё немного и мужик зарычит. Свои четырнадцать монет мы забираем. На этот раз авансом.

— И только попробуйте меня обмануть! Найду управу! — угрожает тощий, перед тем как хлопнуть дверью.

— Кто бы говорил, — бодро отвечает фей уже закрытой двери.

Какое-то время я молча доедаю свой завтрак, пока Феофан полулежит на стуле и держится за живот.

— Канализацию сдадим чуть попозже, перед самым отъездом, — предлагаю я. — А вот сделанные дороги нужно сдать как можно скорее, пока стражники не очухались.

— И премию заберем, — радуется фей и делает попытку вылезти из-за стола. У него решительно ничего не получается. Налопался.

— Да, а пока, давай-ка разберемся со складами.

— Что, прямо сейчас, после еды?

— Ну а что? — пожимаю плечами. — Какая разница когда.

Подхожу к тавернщику за стойкой.

— Муха, можно тебя попросить?

— Конечно дорогой, для тебя — все что в моих силах! — Али радуется, что может помочь.

— Разреши твоим подвалом воспользоваться? Кристаллы тебе зарядить, да и вообще…

— Конечно, дорогой! Только прошу, ничего не сломай. Заряжай там, где ничего съедобного нет, чтобы случайно не попортить.

— Не сломаю, — говорю Мухе. — Пойдем, — киваю фею. — Нам нужно очень серьезно поговорить.

Глава 19

Зачем нам феи?

— Фео, скажи что-нибудь на фейском, — прошу Феофана, как только мы остаемся одни.

— А что тебе сказать? — удивляется фей.

— Да все, что угодно, — говорю я. — Мне очень нужно проверить одну догадку.

— Так вот я сейчас с тобой говорю на нашем языке, на котором я с феечкамиболтал, — отвечает фей. — По мне, так нет никакой разницы.

— Для меня — тоже, — задумчиво замечаю. — Я прекрасно понимаю, что говорят феечки. А так же, что говорят духи. И что говорят демоны, я тоже понимаю. По крайней мере, того котенка, который сейчас на складах сидит. Догадываешься, что это значит?

— Не очень, — растерянно говорит фей.

— Как минимум, что мне нужно проверять эту способность. Скажи мне, все ли люди понимают феев?

— Нет конечно, они же невнимательны. А ты внимательный. Ты столько книжек читаешь. Они просто не сосредоточенные. — Фей слегка задумывается. — Знаешь, а я ведь действительно не знаю других людей, которые бы понимали обычную бытовую нашу речь. Просто у нас разделения, как такового, на язык фей и язык людей нет. Мы все говорим на общем языке. Иногда просто переходим на бытовой. Ну, он несильно-то, и отличается от общего.

— Я понял. Теория нуждается в подтверждении. Но я бы хотел встретить другие разумные расы, чтобы подтвердить или опровергнуть свою догадку, — задумчиво проговариваю я.

Появляется у меня подозрение, что всё не так просто. Но это действительно можно отложить. А вот поставить заметку очень даже стоит.

— Ладно, подскажи мне, пожалуйста, что это Александр-маг говорил о своихфеечках?

— А чего он говорил? — Фей с опаской смотрит на меня. — Ничего он такого не говорил.

— Я не про то, что маги выбирают себе феев. То, что вы симбионты, я уже догадался.

— Какие такие симбионты? — Феофан совершенно не понимает.

— Ну, то есть, вы что-то берёте от мага, а маг что-то берет от вас.

— Ну да. Мы защищаем, оберегаем…

— Фео, я это уже слышал. Помню прекрасно. Только это же не вся правда, правильно?

— Ну да, не вся. Но я просто больше ничего не умею. Только защищать и слушатьлес. — Фей ковыряет носком сандалии пол. — Ты теперь от меня откажешься?

— С чего бы? Щит ты держишь никак не пять минут, как предполагал Александр, — успокаиваю фея. — Или мне ещё что-то нужно знать? Что ты боишься мне сказать? Лучше сейчас, Фео. Иначе, когда я узнаю сам, последствия будут хуже.

— Вить, я действительно долго держу щит. Я умел в этом. Но магию на это даешь ты. Без тебя я могу защитить только себя, и то недолго. С вами магами-людьми мы намного сильнее. С вами — безопаснее.

— Фео, поправь меня, если я ошибаюсь. Вы берёте у нас магию, и можете защищать, а можете нападать, исходя из своих умений? То есть, вы не используете какие-нибудь формулы, теорию или ещё что-то такое?

— Нет! Вить, нет конечно! Мы просто умеем это делать. Лучше, чем вы, со своими формулами и всякими теориями. Теории магии — это ваше, людское. Помнишь, мы уже говорили, вы — пришлые. И если сравнивать, то вы можете много, но слабее, чем мы. А мы просто что-то умеем, но сильнее, чем вы, люди.

— И что могут феи?

— Ну, каждый фей может что-то свое очень хорошо, и что-то от папы с мамой, это чуть-чуть похуже. Я вот могу говорить с Лесом, но это все феи могут. Могу защищать, это у меня получается очень хорошо. Ещё, могу нагревать, но это от мамы. А что мне от папы досталось я пока не знаю. Я его не помню. А мама рассказывать отказывается.

— Интересно, а как же я умудрился с гоблинами-то справиться? И крокодила тоже, и озеро. Если мы, люди, слабее.

— А я не знаю. Я тоже удивился. Но, во-первых, ты молодец, а во-вторых — щит я могу держать очень долго. То есть, у тебя очень много магии. Я никогда не был знаком с таким человеком. Даже у ректора намного меньше. И у предыдущего. И у их замов. И у…

— Всё, всё, я понял. — Улыбаюсь на слова фея. Сильный, значит. Ну, хорошо.

Тогда появляется вопрос: нужно выяснить, куда пропадают сильные дети, которые не могут контролировать магию. Я же помню это из сна. Это нужно понять. Чтобы хотя бы примерно представлять, какие у меня могут возникнуть риски, если узнают про то, что во мне снова много магии. И, вообще, возникнут ли такие? Может быть, это риски только для детей? Опять-таки, нужно попасть в библиотеку Академии.

Ладно. Это дело будущего.

— Слушай, Фео, а что маг говорил про еду для феек, он что их совсем не кормит?

— Вить, я не знаю. Ну, наверное. Видел, какие они у него худые? Точно голодом морит. — Фей с опаской смотрит на меня.

— Хм. А, скажи мне, Феофан, насколько вы нуждаетесь в человеческой пище? — что-то я стал забывать, что фей и не человек вовсе.

— Мы… Не нуждаемся, Вить. Мы больше корнеплоды едим, фрукты там всякие. Но ваша еда такая вкусная! Как отказаться⁈

— Ладно. Я понял. — Мысленно машу рукой.

Нет, на самом деле понял. Эту вещь лучше выяснять не у Феофана. Пожалуй, ещё одна заметочка к тому, что мне нужно узнать. Кроме того, на прямые вопросы фей тут же отвечает. А прямые же приказания сразу исполняет. То есть, он в зависимом положении. Причем, он это даже не осознает. Понятно. Запомню.

— Давай, что ли, делом займёмся? — заканчиваю разговор.

— Что от меня требуется, Витя?

— Поищи опять тот мелок, что в этом же подвале мне давал. С ним мне проще концентрироваться.

— На. — Протягивает мне тот же кусок мела.

Очерчиваю вокруг себя круг. На самом деле, почему-то, внутри ограниченного мелком пространства, проще концентрироваться, хотя можно и без него, конечно же.

Вспоминаю, как я вызывал то существо, что оставил на складе. Вспоминаю его и делаю такой же жест рукой.

«О, привет, Витя! Уже соскучился?» — Внутри фиолетового круга появляется маленький чёрный котёнок.

— Не очень, — усмехаюсь. — Я по делу.

«Договор не устраивает?» — мысленно смеется котенок. Начинает умываться, сидя в кругу.

— Почему? Договор исполняется, как я и задумывал. Все верно.

«Тогда зачем позвал?» — Котенок начинает вылизываться еще активнее.

— Тебе на складе скучно не будет? — спрашиваю.

Демон перестает намываться и смотрит на меня светящимися красными глазами.

«Вить. Ты решил все ж принять договор?» — удивляется существо.

— Давай сначала его формализуем.

«Договор простой. Я смотрю иногда на Мир твоими глазами. Никак не влияю, никак ты меня не чувствуешь. Но всегда смотрю, когда ты что-то делаешь в первый раз. В некотором роде, я буду всегда рядом с тобой. За это ты меня можешь призвать три раза».

— Так. То есть ты хочешь прожить мою жизнь наблюдателем, ведь всегда можно сказать, что каждый новый миг — это в первый и последний раз. То есть новое. И за это ты появишься три раза? Причем даже без формального обещания, что что-то сделаешь. Я правильно понял? Кстати, что ты можешь?

«Ну а что? Я же влиять на тебя не буду».

— И чего? Ты хочешь многое за ничего. Так не работает. Давай договор делать более реальным. Например, для начала определим сроки.

«Двадцать лет!» — тут же уточняет демон.

— Год. Потом договор пересмотрим, в зависимости от твоей пользы. Ты же так и не сказал, что можешь делать.

«Точно могу любого заставить сказать правду, он даже не заметит. Не в вашем Мире. Могу зафиксировать договор так, что нельзя разорвать. Очень полезное свойство, правда, тебе — ограниченно. По мелочи могу, вон, крыс жрать, в удовольствие. Людей пугать, но это я могу делать бесплатно из твоих глаз: у вас вкусный страх. А, вообще, я не всегда знаю, что могу. Меня лучше спросить заранее».

— Все равно, год. И смотрим на пользу. Десять призывов.

«Мне так выгоднее разную работу выполнять».

— Неа, тебе скучно на складе станет, а в другое место я тебя не переведу.

«Ладно, уже стало. Пугать совсем некого. Семь».

— Идет, семь призывов и год наблюдения. При этом не вредишь, не влияешь и тому подобное?

«Пойдет. Но если мне скучно, я могу с тобой говорить».

— Хорошо, но не когда я сплю или засыпаю. Идет? Договор?

«Идет. Договор».

Маленький котенок мгновенно исчезает, и черной молнией падает мне на запястье. На руке проявляется стилизованная маленькая татуировка кота.

Задерживаемся в подвале на зарядку кристаллов для Али. Но я задумавшись или на автомате наполняю все десять как бы не за полчаса.

Почти механически отдаю кристаллы Мухе и выхожу из таверны.

— Ну, зато проблему со складом мы решили, — улыбаюсь, в конце концов. Все же котенок не то чтобы демон. Так что, это просто договор с сильным духом — и не более того.

«Ну а я тебе чего говорил? Я ж не душу твою жру. Мне новое всякое интересно. Но, Вить, все-таки ты жук».

Усмехаюсь. Ну, может быть.

Фео всю дорогу молчит, и после разговора так и продолжает посматривать с легкой опаской, но очень быстро оттаивает.

Выхожу из таверны первым, сажаю Феофана в переноску. Так просто быстрее получим деньги.

В ратушу путь уже нахожен за эти пару дней. Благо, недалеко. Иду как в знакомое место.

Очереди в окно клерка по магии как обычно нет. А вот в остальные — опять толпятся. Но сейчас первый раз вижу клерка ну не обеспокоенным, нет, скорее — сосредоточенным. Видимо, волна общего психоза его тоже слегка задевает.

— Приходите, как закончите сразу все участки дороги или одно большое задание, — не отрываясь от бумаг, цедит сквозь зубы клерк.

Он сегодня не в духе, но это мы сейчас поправим. Премия, все дела.

— И вам доброго дня! — вежливо приветствую. — Так мы уже.

Фей достаёт из сумки завершенный контракт, и я передаю его мужчине. У того сразу меняется настроение.

— Ну и ну! Это вы, ребята, удачно зашли. Мы сегодня отчетность сдаем. Теперь всё бьётся. Спасители, ей богу! — клерк не скрывает радости. — И премию теперь выбью. Молодец, маг без жетона! Держи!

Быстро отсчитывает по два золотых за каждый из участков дороги и сверху кладет еще два дополнительных. Я в который раз удивляюсь ящику без замка. Столько денег и без защиты — рискованно, наверное. Но это не мое дело.

Фей открывает поясную сумку, и я ссыпаю золотые туда.

— Еще раз, от всего сердца! — клерк очень быстро восстанавливает свое душевное равновесие. Радостно добавляет. — Приходите еще.

— Всегда пожалуйста! — прощается фей с конторщиком, и мы выходим из ратуши.

Что же, теперь нам прекрасно хватает и на нормальную дорожную одежду. Благо, все рядом и круглосуточно. Через пару минут толкаем дверь с вырезанной надписью.

В мастерской у Аарона тихо и пахнет кофе.

— Знакомый запах, — говорю вслух, чтобы объявить о своём присутствии.

— Таки снова здравствуйте, — выглядывает Аарон из-под прилавка. — Это для бодрости.

После бодрого начала гном зевает. Да уж, работать круглосуточно, когда ты один в мастерской — задача не из легких.

— У нас есть пять золотых, — сразу же объявляю я. — Нам нужно два комплекта одежды. Один взрослый, другой…эээ…

— Фейский, — подсказывает Феофан.

Гном понимающе кивает.

— По пять золотых за каждый. Старому Аарону много не надо.

Ощущение, что мы попадаем во временную петлю. В мастерской ничего не меняется.

— Так расход ткани разный! — возмущается фей, и я с ним полностью согласен.

— И это верно. — Аарон протирает глаза. — Семь с половиной за новые комплекты для тебя и твоего фея.

— А если переделать что-нибудь? — предлагаю гному вариант. — Но только нам одежда нужна не за десять дней, а за два.

— Это всё? — уточняет гном.

— И сапоги, — добавляю. — Всё вместе за шесть золотых.

— Таки грабеж средь бела дня! — возмущается Аарон больше для приличия, в голосе слышится легкое удовлетворение. — Заходите через два дня, будет готово.

— А мерки? — удивляюсь.

— Мерки… — хмыкает гном. — Я в этом деле лет больше, чем вам с рождения, молодой человек. Мерки ваши я вижу, как вы-таки изволили переступить порог мастерской старого Аарона. Деньги вперед, и приходите через два дня. Таки все приличные девушки скажут за ваш вид «ой!». Вспомните тогда старого Аарона, и поймете, что вы мне не доплатили. Тогда возвращайтесь и доплатите!

Внутренне усмехаюсь. Забавно, но гномский акцент мой разум воспринимает вот так. Даже без малейшей фальши. А ведь миры абсолютно разные.

— Уважаемый Аарон, а насколько возможно сделать одежду к завтрашнему дню? Раз вы все равно будете её делать не с нуля.

— Таки да. Добавляйте монетку. И я сделаю завтра. Старый Аарон не будет спать ночь, не будет спать день, но построит-таки вам хороший костюм.

Переглядываемся с феем. Феофан с глубоким вздохом лезет в кошелёк и достает ещё одну монетку.

— Я знал, что вы не босота. Хоть и выглядите так. Сразу видно серьезных клиентов. Приходите завтра. Костюм будет готов. Хотя, нет, как будет готов, я младшенького к вам в таверну пошлю.

— А вы знаете, где мы остановились?

— Конечно. Кто из серьезных людей не знают мага без жетона? Не переживайте, старый Аарон сделает всё от него зависящее, чтобы вы-таки могли и дальше заряжать кристаллы в половину стоимости. Конечно же, я постараюсь сэкономить вам время. Чтобы вы как можно дольше могли спокойно и комфортно заряжать кристаллы. Время моего внука, шлемазла, каких мало, стоит намного меньше вашей пользы.

— Так может скидочку какую для такого полезного мага? — Сразу же вступает Феофан.

— Конечно, — кивает в такт своим словам старый гном. — Это уже со скидкой.

Феофан буквально проглатывает следующую фразу.

— Спасибо, уважаемый. — Киваю гному, и увожу с собой фея.

— Витя! Ну, Витя, же! — Фей порывается вернуться в лавку. — Ну, нельзя же так!

— Фео. Успокойся. Портных мы в городке действительно больше с тобой не видели. Ты уверен, что хочешь испортить отношения с единственным? Да и, честно говоря, он в своем праве. Было бы их хотя бы трое, можно было бы о чем-то говорить. Оставь. — Смотрю на людей, которые все направляются в одну сторону. Очень целенаправленное движение. — Пойдем лучше посмотрим, куда все собрались.

Феофан вздыхает и кивает.

Народу на улицах и правда становится сильно больше. Тут не нужно даже уметь считать. Мы пробираемся через толпу к въезду в городок. Главные ворота нараспашку, стража в парадной форме. Над воротами почему-то снимают синий герб и вешаютзеленый щит.

— Во дела! Пойдём, уточним. — Тяну фея к ближайшему стражнику.

У ворот опять людно. Только теперь в обратную сторону. На выход. На удивление все смеются и перешучиваются. Обычно люди в очередях себя ведут немного иначе.

— А что происходит? — спрашиваю стражника, как бы невзначай.

Стражник слегка вытягивается.

Видно, что меня теперь в городке не знает только глухой или слепой. Хотя, Слепой Пророк и тот в курсе.

— Так праздник, выше магичество. Ярмарка завтра. Вот, готовимся, — кивает на выход из города. — А жители? Так они завсегда на прибытие каравана смотреть идут. Оно действительно интересно. Они ж по часам всегда. Минутка в минутку. Вы бы и сами сходили. Не пожалеете.

— А с гербом что случилось? — киваю на мастеров снимающих синий щит.

— А что с ним не так? — не понимает стражник.

— Ну, снимаете и зеленый вешаете. Власть в городе поменялась за два дня? — чуть улыбаюсь, давая понять, что это шутка.

— Не дай боги! Что ж вы такое говорите, господин маг! У нас хороший бургомистр. — Стражник мотает головой. Потом понимает. — Вы, наверное, кроме столицы и не были нигде, да?

— Да, — соглашаюсь со стражей.

— Так во всех не столичных городах, когда нужно, перекрывают движение сквозь сам город. Тогда вешают красный щит на входе. И все знают, что пока через город в повозках или верхом нельзя. А когда с гербом, значит, ждем кого-то конкретного, вот как сейчас — королевского посланника. И вот только он или курьерская служба могли через город переезжать. А с обеда, город опять открыт — вот, вешаем зеленый щит. Потом можно будет и верхом, если надо. Дорога открыта всем. Во второй половине дня смотрите по сторонам чаще: движение обещает быть бурным.

Киваю. Интересные порядки. Щит вешают и открывают основные ворота. Толпа тут же рассасывается.

— Вы сходите, правда интересно. Там уже перекусить можно.

— Перекусить? — фей тут же делает стойку. — А фургон с ягодными вафлями уже приехал?

— Может и приехал, сходите, господин маг, не пожалеете!

Согласно киваю головой и иду за ворота.

За поселком, на огромном скошенном поле уже разбивается палаточный городок. Стучат топоры, видны деревянные остовы больших тентов.

Размером этот временный городок примерно тоже как Крайний. Теперь понятно, почему пускают не всех. А ещё нам, кажется, крупно повезло с комнатой. Если бы не Муха, пришлось бы жить как все — в палатках.

И как они только успели так отстроиться за два дня? Когда мы приехали сюда с дедом Михаем, постройками тут даже не пахло. Теперь же, помимо палаточного жилья, люди активно огораживают загоны с животными, ставят навесы над мешками. Просто возводят деревянные заборы.

Но все делается по плану. Это заметно сразу. Кролы рядом с кролами, мешки, рядом с мешками.

И над всем этим стоит этакая атмосфера радостного ожидания. Ярмарка.

— А этот пустой загон для кого? — спрашиваю фея, когда подходим к тщательно вытоптанной площадке, окруженной штакетником.

— Для людей! — говорит молодой взлохмаченный парень. Судя по виду, деревенский.

Он бросает на землю ещё несколько штакетин и берется за лопату.

— Шутишь? — переспрашиваю и оцениваю величину загона.

Людей сюда войдет прилично. Вот только зачем?

— Нет, на ярмарке завсегда бои. — Объясняет парнишка и втыкает лопату в землю. — Кулачные. Победитель забирает главный приз.

— О, нам надо! Запиши! — оживляется фей.

— Куда тебе? — предостерегаю напарника. — Пошли лучше вагон с вафлями найдем.

— А при чем тут я? — удивляется фей. — Тебя записываем. Так и запиши «Виктор, точка. Маг без жетона», — обращается Феофан к парнишке.

— Записал. При себе иметь золотой — вступительный взнос. — Кивает тот.

— Я же маг, кто меня пустит? — задаю вполне резонный вопрос.

— Маги у нас редкость, а народ их жуть как любит. Зрелищно и красиво, — восторгается парнишка и ловит на себе взгляд пузатого мужика. Видимо, главный. Парень тут же замолкает и уходит с головой в работу.

Ладно, с этим разберемся позже. В крайнем случае, можно же и отказаться от участия, денег мы заплатить не успели. Вечно фей придумывает всякое.

— Витя что-то бесплатное раздают! — фей отвлекает меня от мыслей.

— С чего ты взял? — не понимаю, но слежу за взглядом Феофана.

Бесплатно и много — не иначе. Ибо зачем все люди, толпившиеся у ворот высыпали обратно на поляну и выстроились шеренгой? Интересное. Туда же торопится стражник. В тот момент, когда он проходит мимо нас, спрашиваю:

— А чего все ждут?

— Как чего? — стражник останавливается и недоумевает. — Караван же сейчас приедет!

— Это нам тоже надо, — зазывает меня фей. Да я и не против.

Ладно, время у нас есть, поэтому соглашаюсь дождаться. Только в толпу мы не торопимся, выбираем возвышенность неподалеку и устраиваемся поудобнее. С холма видно ничуть не хуже. И воздуха больше.

Ждать нам приходится недолго. Внезапно в воздухе сверкают молнии, некоторые из них взрываются снопом искр.

— Кажется, началось! — фей восторженно замирает и задирает голову.

Молнии образуют огромный круг, в диаметре метров двадцать. Люди завороженно ждут продолжения.

Глава 20

В Гиблые топи поедешь?

Каждая новая молния становится больше предыдущей. Разряды стучат всё чаще и чаще. Круг молний над полем превращается в огромную зеркальную поверхность, больше похожую на ртуть: такую же живую. Зеркало выгибается вглубь пространства и выплевывает игрушечный караван.

— А чего он маленький такой? — спрашиваю примолкшего Феофана.

— Тсс, — фей огромными глазами показывает на портал.

За секунду вроде как игрушечный поезд увеличивается до нормальных размеров. И на поле из ртутного окна выезжает пыхтящий паром караван. Десятка полтора сцепленных между собой вагончиков везет огромный медного цвета паровоз.

Ничего так. Словно в фантастическом фильме. Только вместо космических кораблей из зоны перехода появляется вот такой караван: смесь поезда и крепости.

Караван выезжает на поле, предназначенное точно под него. Закручивается против часовой стрелки. Пару секунд стоит лязг. Домики опускаются на землю, пряча колеса под медные юбки, и через минуту на поле возвышается вполне себе укрепленный форт. Со сплошными металлическими стенами.

На поле опускается тишина ожидания, и вдруг караван разражается фейерверком в небо!

Публика взрывается аплодисментами. Фей тоже подпрыгивает на месте и хлопает в ладоши.

Караван выдает клубы пара и замирает окончательно. Люди вокруг возбужденно переговариваются, показывают на караван руками, обсуждают фейерверк, и, в принципе, начинают расходиться.

— Ну, мне кажется, что мы тоже можем пойти посмотреть, что тут есть на поле, — говорю фею.

— Да, Вить, ты прав. Пойдём, может, фургон с вафлями привезли. — Фей готов идти своими ногами.

Ну, кто бы сомневался: кто о чем, а фей о еде.

Подготовка к ярмарке кипит вовсю. По двум сторонам от нас собираются прилавки, стучат молотки, и переговариваются торговцы. Каждый выбирает себе место потеплее. Некоторые уже управились с обустройством и вовсю торгуют едой. Невероятные запахи выпечки разносятся по всей поляне.

— На природе оно всегда вкуснее, — радуется фей и глазеет по сторонам.

Я-то наивно думал, что он побежит к первой попавшейся лавчонке, но нет. Феофан тщательно ищет желаемое.

Ненавязчиво играет музыка. Я не сразу замечаю самодельный помост. Возле него собирается небольшая толпа. А на самом помосте сейчас выступают музыканты.

Вроде даже похожие на сборные группы. Вот сейчас, например, под задорный бой небольшого барабана, играет лютнист и чего-то даже поет. Отсюда не разобрать слова, но народу вокруг нравится. Тем более, под этот аккомпанемент на том же помосте выплясывает красивая девишна. Так что, вполне может быть, что вопли восторга и свист больше относятся к ней, чем к этим музыкантам.

— Фальшивят, — замечает фей и продолжает поиски фургона.

Почему-то ему важно казаться самым умным в любом вопросе. По мне, так мелодия льётся ровно и вполне приятна на слух. Несколько человек из толпы активно пританцовывают, другие прохожие бросают монетки в шляпу на полу.

— Фургон! — радостно вопит фей и кидается к своей находке.

Все время забываю, что он может быть таким прытким. Видимо, мотивация многое решает.

Возле ярко-фиолетового фургона всего один деревянный стол. Фей бежит так, будто участвует в конкурсе. На место никто не покушается, но Феофана это мало волнует.

— Успел, — выдыхает он, когда плюхается на стул. — Закажи мне большую вафлю с малиновым вареньем и вяленой грушей. И яблоками. И… — фей не успевает закончить.

Я снимаю накидку и надеваю на стул.

— Теперь твое место никто не займет, заказывай спокойно. Дай сюда пару монет. Пойду, поищу что-нибудь посерьезнее. — Хмыкаю на выражение лица напарника. Сосредоточен как никогда.

Пока фей выбирает лакомство возле фургона, иду на запах мяса. Вроде и есть не особо хочется, но запах! Он не оставляет меня. Решаю поддаться.

— Доброго денёчка, не проходите мимо! — Слышу голос из ближайшей лавки. — Шашлычок, вкусный, сочный.

О, то, что нужно!

— Это у вас какое мясо? — уточняю у торговца.

— Крол, молодой, два года от роду, наисвежайший! — сообщает дородный шашлычник.

— Есть ещё что-то? — уточняю.

Мимо проходит молодой паренек в костюме шута. За ним бегут мелкие ребятишки. Вокруг все готовятся к завтрашнему празднику.

— Свиньи академические, но это в два раза дороже, — сообщает торговец, а я удивляюсь.

— Это животные, надеюсь? — Немного смущает меня такое название мяса.

— Да! И отличные! Но дорогие, конечно. Редкий гражданин может отведать такое дорогое мясо! — поясняет мужичок. — Кролятины на эту же сумму можете купить столько, что хватит на двоих! А тут — только для вас! — по слогам выговаривает сложное слово. — Эксклюзивно!

При слове «гражданин» меня передергивает. Вспоминается хозяин складов.

— Ничего, я беру, готовьте. И, если можно, поострее. И лепешки кукурузные, если есть, — полностью озвучиваю заказ.

— Положу! Все положу, даже не беспокойтесь!

— Я буду ждать вон за тем столиком. — Киваю и показываю на фиолетовый фургон, расплачиваюсь.

— Вкуснее мяса вы в жизни не ели, уверяю! — радуется удачному открытию торговли шашлычник. — Еще не раз сюда придете!

Возвращаюсь к Феофану. Тот сидит с тарелкой, на которой еле помещается сразу несколько вафель.

— Я смотрю, ты не мелочишься, — поддеваю фея.

Тот спокоен как самурай. И путь свой явно знает.

— Никак не уговорил их все эти фрукты и варенье положить в одну вафлю. Разные, говорят, вкусы. Перебьешь, говорят, основной вкус! — ворчит Феофан, уминая вафли за обе щеки.

Место у нас удобное. Прохожие не задевают и не толкаются, да и видно всё, что происходит возле каравана. Он уже развернулся, открыл входы, но гостей пока не принимает. По крайней мере, я не вижу, чтобы хоть кто-то туда входил. Зато небольшая толпа уже собирается рядом.

— Свинина академическая! — слышу уже знакомый голос торговца.

— Сам такой! — не медля отзывается фей. — А, ты мясо заказал? — тут же меняется в лице фей. — Витя! Ну, хоть бы посоветовался. Оно же стоит как дирижабль. Я бы тебе такого в Академии столько наготовил. И, главное, за бесплатно почти!

— Фео, не переживай, успеется, — успокаиваю Феофана и забираю блюдо с мясом.

На тарелке еще скворчат большие куски свинины, нанизанные на шампур. Покрытые золотистой корочкой, они просто пахнут отдыхом, какой-то беззаботностью. Соскучился, я, похоже, вот именно по такому.

На шампуры мангальщик цепляет еще и овощи. Вот тоже к месту. Да и кукурузная лепешка под шампуром, как и обещано. Все вместе — отличная композиция. Почти художественная.

— Вить, дай, кусочек. Я уже наелся, конечно, но знать, как готовят тут нашу свинину — просто обязан, — оправдывается Феофан и пододвигает ко мне свою пустую тарелку.

— А почему «нашу»? — уточняю. Не то чтобы мне было интересно, но пока слежу за фортом. Никто не выходит.

— Ну как? У нас хозяйства при Академии выращивают. Свиньи без пригляда магов-природников быстро дохнут. Так что их академическими и зовут. А нашиприродникивсегда обеспечены хорошей, пусть и духовитой работой.

Откладываю немного фею — этого стоило ожидать, я уже даже не удивляюсь.

— С шампура оно вкуснее, конечно, — слышу тихое ворчание. Сколько фея не корми — ему всё мало.

У ворот каравана вижу определенное движение. Выходит и заходит обратно в темноту охранник.

— Кажется, нам скоро пора. — Показываю головой на открытые ворота. — Будь готов. Надо внутрь сходить и найти кого-нибудь пообщаться.

Из железного нутра поезда появляется длинный человек. Даже излишне, наверное. Хотя, это особенно заметно из-за его худобы.

— Весь товар завтра! Повторяю, сегодня входа нет! — поставленным голосом ведущего объявляет длинноногий. — Уважаемые, мы тоже рады вас видеть! Приходите завтра!

Народ вразнобой гудит, но на приступ никто не поднимается. Все всё понимают. Ярмарка завтра — товары завтра. Все логично. Расходятся.

Человек заканчивает свою речь и спускается по ступеням. Следом за ним спускается и женщина в накидке с капюшоном на голове. Мужчина подает ей руку, и парочка сквозь толпу быстро направляется в сторону городка. У входа снова появляется охранник.

Одежда на громиле обычная, но обхват рук и шеи не оставляют сомнений о его занятии. Хотя, парень выглядит расслабленным и веселым. А главное — доброжелательным. Ну, вот к нему и иду.

— Подскажите, мне бы поговорить с кем по наличию товара одного, и возможно приобрести проезд? — озвучиваю просьбу охраннику.

— Вон, видишь, мужика? — охранник указывает на длинноногого. Тот почти уже успевает пересечь ярмарочное поле, и сейчас подходит к самому входу в город.

— Кто ж его не видит! — усмехаюсь я. Мужик, на самом деле, на голову выше любого местного жителя.

— У него и узнавай, он к вашему бургомистру идёт. А я охранник, моё дело простое — охранять вход. Вот я его и охраняю, — усмехается. — Но лучше поспеши. Он в караван возвращаться до завтра не планирует — это точно.

Оглядываюсь. Пока разговариваю с охранником, высоченный человек скрывается из виду.

— Вить, если быстро пойдем — успеем. — Фео кивает на город. — Перехватим в ратуше. Потом по тавернам его искать — долгое дело.

— Да уж. — Соглашаюсь. Сажаю фея в переноску, и быстрым шагом через ярмарку возвращаюсь к воротам.

— Билет внутрь каравана надо бы купить, — размышляет фей, пока я тороплюсь догнать представителя этого железного форта. — Там лакомства заморские бывают и сувениры красивые. Если я Фионе достану хотя бы один — она точно будет со мной.

Видно, что эта тема никак не дает ему покоя. Вздыхаю. Если бы всё работало так просто.

— Нам бы для начала длинного найти. Билеты мы и завтра купим, — замечаю. — Сначала дело.

Фей немного приходит в себя.

— Так в ратуше его все равно задержат минимум на полчаса, перехватим на выходе, — говорит Феофан. — Вроде успеем.

Звучит логично. Выходим на центральную площадь, Фей косится на таверну. Я его мысли ловлю в воздухе.

— Сначала в ратушу, — на всякий случай произношу вслух.

Передвигаемся всю дорогу мы медленно. Город наполняется движением. Улицы забиты всадниками и запряженными кролами повозками. Начинаю скучать по предыдущим двум дням. Город уже не кажется таким уютным и спокойным.

— Таки здравствуйте, господин маг! — слышу незабываемый гномий акцент. — Я третий внук своего дедушки Аарона, принес вам послание от него.

На внука гном похож слабо. Всё те же морщины в уголках глаз, взрослое лицо, громкий голос. Но кто же разберет, сколько на самом деле лет этим существам?

— Костюмы готовы? — догадывается фей.

— Не знаю, — отзывается гном. — Я просто внук своего дедушки портного Аарона. Младшего Рупи отправили только найти вас и передать просьбу зайти.

После этих слов гном откланивается и исчезает в городской суете.

— Как удачно! — Феофан вертится в переноске. — Надо зайти.

— Да уж, — соглашаюсь я и поворачиваю в сторону мастерской старого Аарона. — Дел на минуту, а отнесутся к нам уже по-другому.

Домик портного встречает нас привычным запахом кофе.

— Ммм, — протягивает фей, явно намекая на угощение.

— Таки приветствую вас, хорошие клиенты, — здоровается старый Аарон. — Вижу, младший Рупи вас-таки отыскал. Старый Аарон ночь не спал, день не спал, но костюмы ваши построил, — довольно произносит гном. — Им сносу не будет, это вам любой подтвердит, кто хоть раз имел дело со старым Аароном.

Гном достаёт из-под прилавка два свертка: один побольше, другой чуть поменьше. Я передаю маленький сверток фею.

Старый Аарон протягивает мне сапоги. Хмыкаю. Прямо мечта престарелого рокера. Казаки за мильон, не меньше. Выглядят они шикарно, конечно. Тёмно-коричневая кожа приятно блестит на свету. Носки сапог слегка заострены и оббитыблестящим металлом. Голенище обвивает ремешок с фигурной пряжкой. Просто бурлеск какой-то. Но в местном обществе, похоже, зайдут идеально.

Но настоящее чудо происходит, когда я одеваюсь, а потом обуваюсь. Ощущение, что костюм садится как вторая кожа, а ноги погружаются в мягкие домашние тапочки.

— Как вы это сделали? — единственное, что я могу произнести.

— Хе-хе. Нравится? — Гном потирает ладошки. — Таки я говорил. Вы теперь очень представительный молодой человек. Пользуйтесь на здоровье. И не забывайте старого Аарона.

— Ага, улёт! — Фей тоже полностью одевается.

— В моем костюме вам не будет жарко летом, и не будет холодно зимой. Небольшие зачарования на комфорт в костюм включены. Но вы же маг, сами знаете. Все также, как и в ваших форменных обносках. Могу восстановить и этот комплект — всего золотой. И завтра будет готово. Будет у вас две дорожных одежды. Вот эта — если нужно делать лицо и жить лучшую жизнь, и обычный форменный — если нужно поработать. Смотрите.

— Делайте. Все равно из города еще пару дней не уйти.

Гном кивает.

— Я знал, что вы разумный человек. И знаете цену хорошим вещам. Завтра заходите — готово будет.

Прощаемся и уходим.

Как раз успеваем перехватить караванщика со спутницей на выходе из ратуши.

— Здравствуйте уважаемый! — подхожу к длинному. Встречаюсь взглядами с его спутницей, чуть киваю.

— И вам не хворать, — караванщик не удивляется. Понятное дело — его тут останавливает, поди, каждый встречный.

— Нам бы обсудить одно дело, — захожу издалека, но мужик не напрягается.

— Да хоть два, — хохотнув, отвечает он. — Только сначала надо харчевню годную отыскать. — Я голодный как только очнувшаяся нежить.

Женщина хихикает. Я только уважительно улыбаюсь. Чувство юмора у мужика специфическое.

— Дела на голодный желудок решать — плохая примета, — поддакивает фей.

— К Мухе. — показываю рукой. — Лучшая таверна в городе, её наш знакомый держит, — объясняю. — Мяса возьмём. У него свой рецепт.

— И пива! — поддерживает фей. — Вот такой эль. — Поднимает большой палец вверх.

Мужика явно забавляет мой напарник, да и настроение у него хорошее. Это нам на руку.

— Если лучшая, тогда ведите. Меня, кстати, Иваном звать, — представляется худощавый.

— Виктор. — Протягиваю руку.

— Катрин, — тянет руку женщина. Пожимаю. Дама слегка удивляется. Но ей нравится. — Можно просто Катя.

В таверне садимся за самый большой стол и подзываем Юру. Парень внимательно слушает наш заказ и переключается на караванщика.

— А принеси всего помаленьку, — заказывает Иван. — А что понравится, с собой закажем. А то приезжие дерут втридорога, по себе знаю. — переводит взгляд на нас. — Так о чем хотели поговорить?

— Меня интересует гоблинская эссенция. Александр, маг из Крайнего, говорил, что вы ему можете ее привезти, вроде как, заказывал. Он в мою пользу от фиала отказался. Или билет к Гиблым топям. Это тоже вариант, — сразу перехожу к делу.

— Хм, парень. Тут я тебя особо не порадую. — На лице Ивана проступает серьёзность. — Эссенцию мы не брали в этот круг. Так получилось. Проезд же караваном у нас несколько дороговат для, — придирчиво осматривает меня Иван, — студента магической Академии. Мы не подпадаем под ваш закон о бесплатном проезде.

— Я понимаю, — киваю. — Что нет фиала, жаль, конечно. Значит придется искать эссенцию в Гиблых топях. А проезда бесплатного и не ожидал. Назовите цену.

— Хм… — опять задумывается перевозчик. — Как-то сильно тебя приперло, парень. Тебе зачем это все? Гиблые топи они, в общем-то не зря так названы.

Юра приносит еду и кружки с разным.

— Да, это вкусно, — довольно замечает караванщик после пробы. — Не зря посоветовал. Парень, — окликает Юру. — Нам вот этого вашего мяса, человек на десять нарежешь? И малый бочонок пива сможешь организовать?

— Сделаю. — Кивает парень. — Вам же с собой?

— Точно! — подтверждает караванщик. Юра убегает. — Смышленый, не везде так. Ладно, с тобой, — оборачивается ко мне. — Так зачем тебе Гиблые топи?

— Мне нужен фиал с эссенцией, — пожимаю плечами. — Так получилось. И желательно не позже семи-восьми декад с ним оказаться в Академии. Караван, как мне сказали, самый быстрый вариант.

— Нуу, не совсем. Самый быстрый из доступных — дирижабль, очевидно. Но ты его арендовать не сможешь, а государственный тебя до самих Гиблых топей не добросит. Хотя близко. Кстати, а чего государственным не воспользуешься? Тебя до гор должны подбросить.

— У меня жетона нет. Я его уничтожил.

— Как? — опешивает мужик. — Он же не убиваем, говорят.

— Не знаю. — Чуть смущаюсь. — Так получилось. Случайно.

— В пепел сжег, — влезает фей. Я быстро знаком ему запрещаю говорить.

— Хм, — оценивающе смотрит. — А повторить сможешь?

— Вряд ли. — Сомневаюсь. — Хотя пару раз уже получалось. Но как я это делал, не знаю. Знаю, что в эту сторону со мной происходило странное при возникновении смертельной опасности.

— Нам это интересно. — Переглядывается с Катрин караванщик. Та кивает. — Так, ладно. Смотри, что я хочу тебе сказать. Первое. За семьдесят дней ты не обернешься до Гиблых топей и обратно. Только с караванами, и точно подгадывая к ним выход. Тогда да. Но в этих болотах гоблины на месте не сидят. Тебе еще их найти надо и купитьэссенцию. Это не быстро, и не дешево. Короче, ты точно не успеешь.

— Пробовать мне придется, — упрямо качаю головой. — Выбор небольшой.

— Вот, кстати, о выборе. — Слегка задумывается караванщик. — Ты кристаллы заряжать умеешь? Хотя, да, что это я. Если с феем, то умеешь. Короче, нам на перегон нужен маг. Хотели местного нанять, но ты нам обойдешься, очевидно, дешевле. Местных всего двое и они бы заломили кролскую цену. — Обескураживающе честно говорит караванщик. Катрин изумленно смотрит на мужика.

«Вот примерно так это работает. Что б ты знал! — в голове раздается голос котенка. — А сейчас он еще себе сам объяснит, чего он так с тобой откровенно».

— Я специально тебе это говорю, потому что если ты так ограничен и настроен, то выбора у тебя как такового и нет. Так что мое предложение будет из разряда тех, от которых нельзя отказаться. — Иван на секунду задумывается. — Но при этом я хочу, чтобы ты честно отработал смену.

— Мне нужен фиал эссенции, а не работа, — усмехаюсь.

— Да, я тебя услышал. — Пожимает плечами караванщик. — Короче. Эссенция точно есть у наших друзей, с которыми мы на соединение едем. Как раз следующая остановка через декаду примерно. Сколько там у них — я не знаю. Но точно есть. Купишь у них, скажем, по внутренней цене, плюс шестая часть, это задаром, если что. А потом либо на дирижабле до Академии, либо еще пару перегонов с нами до столицы. Ну, и там — сам ногами дойдешь.

— Цена вопроса? — усмехаюсь про себя. — И обязанности.

— Обязанности простые. Зарядка кристаллов. Мы академическую вилку знаем, так что там посильно. И участие в обороне каравана на марше. Такое тоже бывает. Более того. Этот перегон будет одним из таких, где участие было бы важно. Там тролли и оркоиды. Видишь, я даже не скрываю сложностей.

— Я это ценю. — Киваю головой.

— И по цене. Цена на билет у нас всегда одна. Тридцать золотых. Это политика караванов. За защиту, за гарантию, что ты достигнешь конечной точки. Но за десять мы хотели нанять мага тут. Так что скидка в десять золотых. Кстати, твой фей тут остаётся? Ты без него поедешь? — интересуется караванщик.

Его спутница молча пьёт уже принесенный эль.

— Без меня нельзя, — фей берет ещё горячий пирожок с тарелки. Обжигается, но ест. — Как же магу без фея?

— Со мной.

— Тогда ещё тридцать золотых, — говорит Иван.

— Ребят, погодите, я же маленький. Места не занимаю, — протестует фей, но пирожок из рук не выпускает.

— Зато жрёшь много. Это мы знаем и, собственно, видим, — ухмыляется караванщик.

— Нет. Я предлагаю доплатить максимум десять золотых.

— Пфф, — караванщик резко давится пивом.

— Но обязуюсь зарядить кристаллов, как два мага. У вас наверняка болванок в достатке. С остальным — согласен. И что бы особенно в торг не углубляться, я знаю ситуацию в этом городке. За десять золотых оба местных мага даже не почешутся с выездом из города на декаду плюс обратная дорога. Думаю, вам контракт встанет в полсотни, не меньше. То есть в стоимость декады, плюс аренда дирижабля обратно в город.

Иван задумчиво откидывается на стену. К нему наклоняется Катрин. На пару минут они отгораживаются возникшей пленкой, похожей на щи, за которой не слышно их разговора.

А я переключаю внимание на вошедший в таверну наряд стражи. Очевидно, они сюда зашли не просто так. Как раз двоих из трех стражей я тут уже видел недавно, когда меня спрашивали о ремонте дороги.

Стражники рассматривают посетителей, и, увидев меня, довольно переглядываются. Кивают друг другу.

Наряд подходят к столику.

— Виктор, маг без жетона? — с удовольствием спрашивает недобритый.

— Ну, мы же уже знакомы, — киваю. — Чем обязан?

Караванщик уже наблюдает за происходящим. Видимо, обсуждение не затягивается.

— Пройдемте с нами. Вас желает видеть представитель короля.

— А если я не хочу? — уточняю у представителей города.

— Виктор, если свои проблемы решишь, — кивает на стражу. — В течении пары дней ярмарки, пока мы не расторгуемся, найди нас. Нет — наймем местного.

Я киваю Ивану, не отрывая взгляд от стражника. А тот с радостью уточняет:

— А в этом случае, нам предписано применить силу. Применять?

Глава 21

Откуда столько знаешь?

— Здесь подождите. — Караул приводит нас опять в ратушу. Заводит в большой зал. Видимо, обычно, это зал собраний, но не сейчас. Во всяком случае, довольно большое помещение сейчас разделено на сектора, между которыми носятся курьеры.

В правой части зала стоят несколько больших столов с бумагами, которые изучают невозмутимые люди в синих форменных кителях. Они спокойно переговариваются, между ними помощники перекидывают кучу бумаг. Я даже немного ностальгирую. Примерно так выглядит внезапный аудит на проворовавшемся предприятии. Когда останавливают делопроизводство, кроме текучки, и жестко, командой, вытаскивают все несостыковки по смежным направлениям.

В другой части зала десятка полтора лучших людей города, обливаясь потом и жутко нервничая, слушают тихую речь невысокого худого мужчины. Тот тоже в форме, только уже в белой. Видно, что в такой ситуации он не в первый раз, и не впоследний. Ему это все, скорее, смертельно надоело, но как говорится — кто кроме него?

Меня усаживают неподалеку у стены, причем, очевидно, мужику в белом пока не до меня. Ну, поскучаем.

Фей вообще не заморачивается. Он успевает прихватить со стола пару кусков мяса, и сейчас понемногу их точит, посматривая на народ вокруг.

— Господа, — тихо говорит посланник, а это именно, что он и есть, я просто уверен. — Я пригласил вас сюда, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие.

— А? Что? Проверка? Но ведь только банк и ратуша, говорили… — шепчутся вполне представительные люди. Голос не повышают, но акустика в зале прекрасная. Мне слышно практически каждое слово.

Кажется, мне придется поскучать несколько дольше, чем хотелось бы. С другой стороны, это даже лучше театра.

— Нет, ревизор к вам уже приехал. — Мужик показывает на трех своих помощников, которые сортируют документы. — Банком и проверкой администрации мы уже обойтись не можем. К сожалению, вскрылись широкие нарушения. Например, в городе отсутствуют маги. Две единицы на город — мало, согласен. Нужно ведь требовать, писать бумаги, а не пускать судьбу родины на самотёк! Как это называется? А я вам скажу, как это называется: никому, ни до чего нет дела. Как часто вы помогаете городу? — мужчина в белом спрашивает плотного господина в возрасте. — Да-да, вот вы. Как часто, спрашиваю?

— Ка-каждый день, — заикаясь, отвечает мужик и сразу же протирает лоб от испарины.

— Это всё пустые слова. Если бы каждый из вас помог городу хоть одним кирпичиком, хоть парой минут, мы бы сейчас такое не наблюдали. Почему в Академии нет запросов от города по поводу магов?

— Ну, нам постоянно их обратно отправляют. Говорят, нет доступных. Мы каждый год посылаем… — лишь чуть-чуть неуверенно отвечает мужчина с лентой через плечо. Кажется, это и есть бургомистр. — Я и так делаю что могу.

Сижу неподалёку и слушаю, как происходит разбор полётов. Меня долго не замечают. Радует одно — речь мужичка четкая и приятная на слух. Он произносит речь вынужденным голосом, но очень спокойно. Я точно знаю, что такие крупные проверки никогда добром не заканчиваются.

— Покажите мне ваши честные глаза. Да-да, каждый посмотрите на меня. С этой минуты мы все делаем одно дело. Кого нужно мы поймаем и накажем, ваша задача — не допускать оплошностей в таком неприкрытом виде!

Лучшие люди города кивают как один. Видно, что мужчина в белом пользуется авторитетом. И не просто пользуется, а его в прямом смысле слова боятся.

— Вы урезаете военные расходы и расходы на стражу! — сразу же жалуется лысый, подтянутый дядька. Похоже, главный стражник тут.

— Вы съедаете почти треть бюджета! — повышает голос бургомистр. — На вас мы все…

За секунды тихий разговор превращается в свару. Все «лучшие люди» почти перекрикивая припоминают друг другу какие-либо проблемы.

И только мужик в белом внимательно наблюдает за происходящим. Вот уверен, что он сам это все провоцирует. А сейчас еще и миротворцем выступит.

— Тихо!!! — рявкает белый, когда чиновники, похоже, уже совсем на личности переходят.

Пробегающий рядом курьер рассыпает очередную кипу отчетов.

Поднимаю пару листиков. Бросаю короткий взгляд.

… Предоставить в безвозмездное пользование кролов жителям деревень…

Что⁈ А кто выпустил? Переворачиваю листок.

Военный комендант…

Да ладно! Быть не может! Чтобы военные и населению что-то в безвозмездное пользование предоставили? Так. Быстро нагибаюсь и подхватываю еще несколько листиков из той же папки.

У меня просыпается азарт из прошлого, но я даже не замечаю.

Ага. Вот тут стоят крестики крестьян, что они получили кролов. Вот даже кривая подпись тех, кто более-менее грамотен. Пара сотен подписей. Быстро пробегаю глазами и даже не удивляюсь, криво написанному «Михай». Не зря он тогда говорил, что кролов стражники били.

Ну-ка, ну-ка… Хватаю еще пару листков. Курьер уже почти заканчивает собирать остальное. Хе, тут еще и еды им ежемесячно отгружают, за подписью…переворачиваю… опять-таки военного коменданта. Ржу в голос. Это так… по-детски и наивно, что просто диву даюсь.

Меня за штанину дергает фей.

— Вить, а Вить! — отвлекаюсь на фея. И замечаю, что вокруг тихо-тихо. Поднимаю голову.

Рядом стоит седой мужик в белом.

— Ты в этом разбираешься? — спрашивает у меня.

— Господин королевский представитель, доставленный нарушитель, семнадцати полных лет от роду… — начинает докладывать вытянувшийся во весь рост стражник.

— Шшш…– Поднимает руку седой. Обращается ко мне. — Я задал вопрос.

— Конечно! — пожимаю плечами. — Тут же простое делопроизводство. Даже воровать не умеют.

— Так. Что смешного ты увидел в бумагах?

— Тут случайность. Я как раз вот судьбу этих двух сотен, примерно, кролей знаю почти точно. Их жителям деревень вполовину стоимости продавали. А по бумагам они поставлены безвозмездно, то есть даром. Да еще их едой снабжают, ежемесячно. Это, кстати, тоже легко проверяемая ложь. Вот я и смеюсь — это же легко вскрывается. На что рассчитывал… — Переворачиваю документ. — Господин Клеменс? Тут даже поверхностная проверка легко все вскроет.

— Вот и я думаю, — тянет седой, смотря на подтянутого дядьку. — На что рассчитывал господин Клеменс?

— Э, я, да кто он такой⁈ Обвинять меня!!! Я верой и правдой!..

— А я вас пока не обвиняю, господин Клеменс. Сержант? — тихо добавляет седой.

— Я здесь! — гаркает начальник караула.

— Под стражу господина Клеменса. До окончания разбирательства.

— Но он же начальник стражи… — растерянно произносит сержант.

— Я непонятно выразился? — тихо, но как-то опасно произносит седой. — Какие-то препятствия?

— Никак нет! Есть принять под стражу! — сержант, чеканя шаг, подходит к своему начальнику, теперь, правда, я уверен, что бывшему. — Разрешите сопроводить вас под стражу!

— Так, теперь с тобой. Ты кто, и откуда про документы столько знаешь?

— Витя у нас читает столько, что вот эти ваши бумажки ему тьфу и растереть! — влезает фей. Седой с удивлением смотрит на Феофана, как смотрят, ну не знаю, на заговоривший стул. — Он в Академии все пункты уложений знает!

— Это правда? — уточняет седой.

— В какой-то степени, — пожимаю плечами. — Виктор, маг третьего курса из Академии. Сейчас направлен на практику с заданием в ваш город.

— Каким?

— Я должен был выкупить эссенцию у гоблинов, но в результате магической аномалии утеряны документы, жетон и чеки на необходимые суммы. Уверен, что данные чеки предъявить будет некому, так что необходимая сумма, по истечению контрольного времени, вернется на счета Академии.

— Так. Зачем ты здесь?

— По вашему приказанию доставлен нарушитель! — рапортует один из стражниковиз-за моей спины.

— А что он нарушил?

— Он чинил королевскую дорогу не имея жетона Академии! — рапортует опять тот же стражник. — Оказывает магические услуги населению, не имея подтвержденной квалификации!

— А вы откуда это знаете? — Переводит взгляд на стражника.

— Э…- мнется тот. — Сигнал был, от неравнодушного населения. Вы приказали привести!

Вот ведь Гражданин! Усмехаюсь про себя.

— Что скажешь? — обращается ко мне седой.

— Дорога починена согласно контракту с городом. До состояния почти новой, — пожимаю плечами. — Контракт закрыт в ратуше. Вполне официально. Мою личность Академия подтвердила. А по второму вопросу хотелось бы видеть доказательства противозаконной деятельности. — Улыбаюсь.

Седой смотрит на стражника.

— Ну, доказательства будут. Потом. Да он признается сам!

— То есть, нет? — кивает своим мыслям седой. — Так, — обращается к страже. — Вы свободны.

— А я? — усмехаюсь.

— А ты поступаешь в мое распоряжение. Маг третьего курса Виктор. До разбора ситуации в городе. А потом сопровождаешь меня в столицу. Практика тебе зачтется.

— Не могу, — улыбаюсь. Работать бесплатно и за спасибо мне совсем не улыбается.

Мужик в белом очень сильно удивляется. Судя по реакции лучших людей, ему редко кто перечит.

— Что значит «не могу»? — всё так же спокойно и тихо продолжает он диалог.

Кажется, терпения у него навалом. У меня, кстати, тоже.

— А у меня контракт с Академией, — объясняю мужику. Конвоир не лезет, ждет, опустив голову. — Если я без фиала там появлюсь, то лишусь магии. Таковы условия.

— Его порвет просто-напросто, — шепотом добавляет фей, подставив ко рту ладошку.

Мужчина в белом хмыкает и задумывается. После чего уточняет:

— Так. И что ты предлагаешь? Ты мне нужен в столице как свидетель. Ты чинил дорогу. Да-да, чинил, знаю. Плюс обнаружил скрытые злоупотребления. Нужен свидетель. Это раз. Мне нужен помощник с этим, это два. — Показывает на кипы документов на столах ребят в синем. — Понимающий помощник. Ты спрашивал, на что он рассчитывал? — кивает в сторону ушедшего с конвоем военного коменданта. — Так на то, что никто это смотреть не станет. Просто не успеет. Проверка по закону не более пяти дней. На это и расчет.

Киваю.

— Караванщик сказал, что у соседнего каравана есть фиал. Мне нужно попасть на место их встречи и выкупить его. После того, как выкуплю, в принципе, я могу быть в вашем распоряжении.

Феофан кивает в такт моим словам, а стражник поднимает голову и наблюдает за мной удивленным взглядом.

— А, тогда все нормально. — Тон мужика снова обретает безучастный оттенок. — Езжай караваном, я знаю, куда он пойдёт дальше. Мы как раз пересечёмся через пару недель. Я успею ещё в один город заехать. Так что, когда купишь фиал, дождешься меня. А сейчас. Хм. Сколько будет ярмарка в этом городе идти? — спрашивает в воздух.

— Еще два дня, Ваше Сиятельство.

О. Целый граф. Интересно.

— Вот, на два дня поступаешь в мое распоряжение. — Это уже ко мне.

— На каких условиях, Ваше Сиятельство?

— Хм. Смелый. И точно знаешь, что на тебя доказательств нет. — Пристально смотрит на меня седой. — И не боишься открытого дела.

Усмехаюсь.

— Магов можно привлекать к административной деятельности только в качестве вольнонаемных, исключая службу в пограничных войсках. Опять-таки, то же самое «Уложение о магических услугах», — пожимаю плечами. — Если надо, я и параграф процитирую. Так что за деньги — да! А вот в качестве обязанности — ну, нет, пожалуй. Но вот это вот все, — я показываю три стола заваленные бумагами, я вам ополовиню за эти пару дней, если по полдня впрягусь. На целый, извините, не пойду.

— Ты так в себе уверен? — удивляется седой.

— Ну а почему нет? — усмехаюсь. — Если вся отчетность прямого типа, вот как эта, — киваю на бумаги. — То не вижу препятствий. Тут работы немного.

— Хорошо, ты с кем-нибудь связан в городе родственными связями?

— Я название города-то узнал пару дней назад. — Пожимаю плечами. — Вряд ли. Я подкидыш в Академию.

— Хорошо. — Седой задумывается. — Ну, давай попробуем по ставке вольнонаемного мага-охранника. Пять золотых в день. Но заплачу я тебе, если на самом деле ополовинишь эти кипы.

Хм… А караванщик прямо максимально жук. Запомню. А я, получается, почти попал в нормальную цену дня.

— Плюс пять процентов от выявленных нарушений. Чтобы мне было интереснее.

— Десять, но если ты находишь железные доказательства и оформляешь их мне. — Протягивает руку седой.

— Идет! — пожимаю. — Приступаю завтра после обеда. Хорошо?

— Договорились. — С усмешкой кивает седой.

Оглядывается на стражу.

— А вы что, все еще здесь? Свободны! — кажется это было адресовано всем. И «лучшие люди», и стража исчезают почти мгновенно.

Из ратуши выходим в закатные сумерки.

— Жалко, что столько времени прошло, — Феофан расстраивается. — Сколько всего можно было на ярмарке попробовать!

— Ох, Фео. Чувствую я, что завтра мы развернемся на полную. — Я даже потягиваюсь от азарта. — Так что все успеем нагнать — и ярмарку, и еду. Не переживай.

Вопрос об ужине даже не встаёт. Мы быстро перехватываем на первом этаже таверны котлеты из дичи и печеную картошку. Фей не перестает удивлять меня скоростью поглощения пищи.

Мы поднимаемся в нашу небольшую комнатку, и я быстро засыпаю под монолог фея о ярмарке.

— Вить! Витя! Вставай! — голос фея выдергивает из крепкого сна. — Опоздаешь!

— Фео, куда? Нам сегодня до обеда никуда не надо, — отмахиваюсь от Феофана одной рукой, а другой подминаю подушку под себя.

— Как никуда? А соревнования? — жужжит фей над ухом.

— Ну, вот какие соревнования? Ты белены объелся? Или приснилось чего? — стараюсь ухватить остатки сна и остаться в царстве Морфея подольше.

— Как какие? Те, которые ярмарку открывают. У тебя же бой кулачный. Помнишь? Я записал тебя, — фей не успокаивается и расталкивает меня. — Давай-давай, быстрее, пойдём.

— Так зачеркни, не пойду я никуда. Блин, Фео, ну какие бои? — бубню уже в подушку.

— Кулачные, — ещё раз напоминает Феофан. — Соперники там будут так себе, зуб даю, — фей издаёт громкий звук ртом. — А лишняя копеечка нам никак не лишняя. Пойдём-пойдём-пойдём.

— Фео, а как же завтрак? — пытаюсь любыми способами притормозить напарника.

— А я уже позавтракал. А тебе перед боем рисковать нельзя. Максимум — морс. А то вдруг несварение? И накроется наша копеечка.

С другой стороны. Тело хочет действия, и несложное рукомахательство, как я помню из прошлого — вполне способствует хорошему настроению на день. А будет сложно — просто сойду с дистанции. Теперь золотой потерять мне не жалко.

А настроение мне понадобится. Предвкушающе ухмыляюсь.

— А пойдем! — Резко поднимаюсь с постели. — Посмотрим на противников, а решать буду уже по месту!

Фея устраивает любой вариант, лишь бы я быстрее вышел из таверны.

— А ещё на голодный желудок магия сильнее, — всю дорогу оправдывает фей мой вынужденный голод.

Видимо, одного взгляда на мое лицо хватает, чтобы понять, что я шутку не оценил.

— Так почему ты не практикуешь усиление магии? — цепляю Феофана, раз уж сам напросился.

— Вить, я же не маг. Я — фей. У нас по-другому все работает, — серьезно объясняет фей и тут же меняет тему. — Вон, смотри, здоровый — это твой первый противник.

— Как ты понял? — спрашиваю у Феофана.

— Да потому что он пока один возле загона. Он подтвердил запись, сейчас ты подтвердишь. На золотой, иди, — фей достает мне монету из сумки, а сам взлетает на ограду.

Интересное кино.

Пока иду к загону, наблюдаю за здоровым мужиком. Неуклюжий и неповоротливый какой-то, но точно очень сильный. Значит, никаких захватов. Ладно.Просчитываю каждое его движение уже сейчас. В принципе, если все противники подбираются подобного плана — деньги выйдут легкие. Да и разомнусь от души. Тело словно просит действия.

Из небольшой деревянной будки сразу же выбегает уже знакомый парень. Именно он устанавливал этот забор.

— Вы пришли! Здорово-то как! Силя, разнеси по улицам! — Паренёк выхватывает у меня из рук золотой и кричит, что есть мочи. — У нас маг в боях!

Глава 22

Что купим?

Снимаю верхнюю одежду и посматриваю на силача. Ну да. Первое впечатление не обманывает — парень спокойно гнет подковы. И делает это, поглядывая на меня. Ну, нормально. В руки я ему попадать и не планирую. Мне, скорее, нужно размяться на ярмарке. Проверить тело, чем всерьез пытаться выиграть приз. Деньги-то мы уже заработали, что бы там фей не говорил.

А вот проверить себя в контролируемом адреналиновом шторме очень даже стоит. За все время пока не было ни одной возможности. Только неконтролируемые. И бой, вот такой, кулачный — очень неплохая проверка. Главное — не подставиться.

Смотрю на противника. Так. Ноги слабые. Это заметно. Более того, парень довольно неуверенно перемещается. Землю ногами не чувствует. Это хорошо. Похоже, кто-то из работяг, причем, работающих руками.

— И в красной стороне Ивар-кузнец из Горок! — Кричит парнишка распорядитель.

Ну вот, что я и говорил. Кузнец. Ногами максимум меха качает, то есть, по логике, должна быть слегка переразвита левая нога.

— В синей стороне! Внимание! Редкий гость! Мааааг Виктор! Сегодня без магии! Делайте ставки! — парнишка надрывается.

Я разминаюсь. Тело очень гибкое и быстрое. И сильное, что показала микростычка в таверне. Если бы не она, я бы даже не стал поддерживать идею фея. Но к телу я все еще привыкаю. И сегодняшний выход может вполне этот момент и ускорить.

— Ставки сделаны! Больше не принимаем! Начинаем! — раздается колокольный звон.

Парень, мявшийся со своей стороны загона, раскидывает руки и быстро бежит в мою сторону.

Ну как быстро, быстро для него. Я довольно спокойно наблюдаю эту попытку поймать меня в объятья. Да и реакция у меня такая же, как при детской игре. Чуть отклоняюсь от рук, подшаг. Быстро оказываюсь за спиной парня и аккуратно, почти нежно придерживая его за плечо и шею, сопровождаю по окружности в сторону от себя. Парень бороться с центробежной силой не может, так что летит с ног и спиной вбивает себя в ограду*. Меня передергивает. Я подбегаю к парню.

— Эй, ты в порядке? — слегка хлопаю парня по щекам.

Кузнец складывается в полете в два раза, и сейчас, кажется, теряет сознание на пару секунд. Хорошо еще, ограда из нетолстых досок, и от веса мужика легко трескается.

Парень приходит в себя и медленно пытается схватить меня за шею. Уклоняюсь и тут же встаю.

— Победитель — маг Виктор! — кричит парень.

Взмахиваю рукой, как зрители награждают уходящего меня из загона аплодисментами.

— Дай! — тянусь к кульку фея. Тот сидит не ограде и опять жрет что-то вкусное. Кажется, нечто похожее на чипсы, только большего размера.

— Нет! Нельзя тебе! — фей отлетает на метр. Обычно летать мы, значит, боимся, а вот чтобы сохранить кулек — можем. Ну, припомню. — У тебя еще один бой! Нужно, чтобы ты злой был!

— Я уже, чем дальше, тем больше таким становлюсь, — усмехаюсь. — Не забывай, что я еще не завтракал!

— А я помню. Вот сейчас бои претендентов пройдут, и можно будет покушать!

— Не, мне не нравится эта идея, Фео. Давай-ка по-другому. Иди сюда.

— Ну что ты, Вить. — Подлетает фей. — Тебе же самому биться будет сложнее.

— Я не ради денег вышел в загон, — пожимаю плечами.

— А ради чего? — удивляется фей. — Я уже два золотых нам заработал на ставке. Ради чего можно еще драться?

— Проверить себя, — ухмыляюсь. Не говорить же фею о том, что тело я чувствую плохо. — Посмотреть, на что способен без магии. Не более того. Так что я планирую посетить один-два боя.

— Витя, ты что! Ты видишь, они тут все тебе в подметки не годятся! На тебя коэффициент один к двум был. Сейчас поменьше уже, конечно же. Но все равно, нельзя отказываться!

— Посмотрим, — хмыкаю. Забираю из кулька половину вроде-как чипсов. Хм. А вкусно. Перебиваю аппетит, запивая чипсы морсом. Вполне неплохо, можно жить дальше.

Пока перекусываю, слежу еще за тремя боями. Ну, нет. Все из серии «раззудись плечо, размахнись рука». И даже очевидно военный дядька в возрасте, ничего нового показать не может. Все тоже самое. Бьются, кто первый упадет. Видимо, в строевых частях все же нет рукопашного боя**.

Вызывают в новый бой. Встречаюсь в промежутке не с военным — там было бы сложно, несмотря даже на отсутствие минимальной техники.

После сигнала бежать с распахнутыми объятиями ко мне, основательно побитый в предыдущем бою победитель, не хочет.

Медленно приближается, замахивается, и закономерно промахивается мимо меня — встречать его кулак своим лицом, как делал предыдущий оппонент, у меня нет никакого желания.

Бью ногой по внешней стороне бедра мужика и отскакиваю. Такой себе, кривой лоукик получается. Удар несильный, вот совсем. Но у меня и цели такой нет — выиграть бой с одной схватки.

Оббегаю вокруг мужика. Тот разворачивается и опять пытается зажать меня у забора.

— Виктор! Виктор! — краем уха слышу нестройное скандирование. Все же несоответствие габаритов моих и обоих противников дает мне некоторые очки симпатии у местных. Подпускаю на дистанцию, легко ухожу от удара, и наношу свой примерно туда же. Опять несильный. Главное быстрый.

В удовольствие. Снова перемещаюсь вокруг мужика.

Спустя еще пять таких же несильных, но теперь уже очень болезненных удара, мужик просто садится на землю, признавая поражение.

— Как же я теперь ходить-то буду! — мужик чуть не плачет. Я его понимаю. Это реально очень болезненная точка даже для не очень сильных ударов. Главное тут — точных.

Подхожу к нему.

— Пойдем, помогу до ограды дойти, — предлагаю. — Не бзди. Ноге за неделю максимум полегчает. Там непоправимого ничего не случилось. Все с ней нормально. А то, что ходить отказывается — так это очень временно. Уже сегодня будешь только хромать.

— Внимание! Внимание, все-все-все! — подскакивает с места активный паренёк. — Не пропустите завтрашние бои! Битвы претендентов! И финаааааал! Самое зрелищное событие на ярмарке!

К деревянному загону подходят новые и новые люди.

— Запоминайте! Не пропустите! Расскажите соседям! Бои завтра в это же время!

Толпа недовольно гудит. В паренька даже прилетает тяжелый красный фрукт. Но парень прытко перехватывает его налету. Откусывает и жуёт. Видно, как он доволен своей работой.

— Это нам надо, — заключает фей и вздыхает. — Опять завтра тебя будить.

— Можешь и не будить, невелика потеря, — смеюсь я.

По телу растекается легкая усталость. Тело приятно побаливает, будто благодарит.

— Как невелика? Ты про призовой фонд слышал? — спрашивает фей и смотрит, как я отрицательно мотаю головой. — Я тоже не слышал. Но наверняка он большой.

— Ладно, пошли, у нас еще встреча, — сразу же, облившись водой после боя и одевшись, ухожу в сторону форта.

Там уже столпилось довольно много нетерпеливых посетителей.

Вход открывают прямо к тому моменту, как мы подходим к форту, словно по заказу.

Охранник, приметив меня, кивает. Похоже тот же, что и вчера. Здороваюсь кивком головы.

Спокойно прохожу внутрь и озираюсь по сторонам. Сквозной коридор ярко освещен, на потолке довольно большие встроенные лампы. Они добавляют света, несмотря на солнечный день и большие окна по двум сторонам.

Мы быстро проходим сквозной коридор и попадаем на внутреннюю площадь. Она как раз ограничена этим свернувшимися в круг вагонами-домами и полностью забита людьми.

— О, смотри-смотри! — Показывает фей сначала в одну сторону, потом в другую.

Повсюду небольшие лавчонки, и глаза действительно разбегаются. Каждый торгует привезённой издалека экзотикой. Фей кидается к одной из лавочек и, можно сказать, тонет в толпе.

Нахожу его быстро, хоть и не сразу. Феофан один за другим закидывает в рот маленькие разноцветные кусочки.

— Фео, ты чего убежал? — наигранно сержусь.

— Так дегустацию чуть не пропустил! На всех не напасёшься. На меня, вот, напаслись, видишь? — Феофан демонстрирует яркий желтый очищенный фрукт. Он тут же пропадает у фея во рту.

— Что брать изволите? — услужливо обращается торговец. — Свежие заморские фрукты! Вы такого не пробовали! — тут же кричит проходящей компании.

— Ничего не изволим, — спокойно отвечает Феофан. — Не понравилось, пошли, Вить. — Фей снова ныряет в толпу.

Усмехаюсь и развожу руками.

Проталкиваемся между рядками, но моё внимание занимает одна маленькая лавчонка.

— А это что такое? — спрашиваю Феофана, показывая на небольшие фигурки.

Каждая фигурка как живая, искусно выполненная из серебра.

— Амулеты, для дома, для семьи. Что-то для силы, наверное, что-то для порядку, так? — спрашивает торговца фей.

— Так, маленький человек. Вот, — обращается ко мне торговец, — возьми, маг, один золотой, не пожалеешь.

Сморщенный старик с внимательным взглядом протягивает мне небольшой тканевый мешочек.

— Что там? — спрашиваю.

Смахивает на легкую наживу. С другой стороны — привезти сувенир на память, почему бы и нет?

— Придет время — узнаешь, — слышу слова, но уже не вижу того, кто их говорит.

Тут же вспоминается Слепой Пророк. Может, опять чего не выпил вовремя или не съел?

— Ладно, оставь золотой и спрячь мешочек, — говорю фею. Спонтанные покупки — это весело. Да и вещицы у старика крайне любопытные.

— Переплатил, Вить, — замечает фей, как только мы отходим от лавчонки. — А мне надо Фионе купить безделушку, чтобы она ахнула. Но сначала лифани.

— А они тут есть? — удивляюсь. По словам фея — редкое угощение.

— Это мы сейчас и узнаем! — Феофан облизывается и расталкивает людей, создавая живой коридор.

Оттуда, куда прорывается фей, доносятся аппетитные запахи. Кажется, найдено лучшее место для позднего завтрака. На прилавке рядами стоят тарелки с ароматными пирогами.

— Конверты с картошкой, яблоком, маком! — озвучивает круглолицая продавщица с румяными щеками.

Пироги и, правда, напоминают конверты. Огромные и, судя по всему, вкусные.

— А лифани? Лифани привезли? — Подпрыгивает рядом Феофан.

Видно, что фей ждёт лакомства больше, чем чуда. Разве что репа от Михая могла бы с ними конкурировать.

— Что ты, милок! Лифаням ещё не время. Ягода только-только зреет! — добродушно обращается к фею торговка. — Ты через три декады их ищи, тогда будут.

Разочарование на лице фея не описать словами. Он с траурным видом берет сразу несколько конвертов.

Перекусываем на ходу. Конверты с хрустом перемалываются нами. Но они такие большие, что доедаю свой к тому моменту, когда мы проходим весь рынок. Несколько раз оттаскиваю Феофана от ларёчков с мармеладом и пастилой. Фрукты мы тоже не дегустируем.

— Ну почему? Бесплатно же! — Феофан надувает щеки и скрещивает руки на груди.

«По кочану и по капусте», — собираюсь ответить я, но вовремя останавливаюсь.

С другой стороны рынка возле двустворчатых дверей нас снова встречает охранник. Он окидывает нас изучающим взглядом, но первым разговор не заводит.

— Нам нужно внутрь форта, — сообщаю ему. — И подскажите, где найти Ивана и Катерину?

— Иван предупреждал о тебе, проходи, — отвечает охранник и отходит от дверей. — Направо, подожди, он подойдет.

Феофан проходит первым, я следую за ним. Слышу, как сзади охранник останавливает кого-то из толпы со словами:

— А про тебя не предупреждали!

Видимо, один из смельчаков попытался просочиться за нами.

Внутри вагон просто красив. Той красотой, которая вдохновляла Жюля Верна с его «Наутилусом». Что-то в этом поезде есть от этой книжной подводной лодки. Вагон обшит медными пластинами. По сторонам вагона кожаные сидения, даже на вид слишком мягкие для деловых встреч. Чувствуется запах кожи и листового чая.

На небольших столах наполовину полные бокалы в подстаканниках. Чувство легкой ностальгии не покидает всю дорогу.

Моё внимание привлекают необычные машины с рычагами и кнопками в двух концах вагона. Они стоят на металлических тумбах с дверками. Только принимаюсь их рассматривать, как в двери напротив входят те, кого жду.

— Виктор! Добрейшего дня! Какими судьбами? — спрашивает Иван так, будто не догадывается, зачем я тут. Охрану предупредил, значит, догадывается. Да и сам подошел сразу же. Значит, ожидает.

Катрина протягивает руку, и я пожимаю ее. Женщина снова расцветает.

— Да вот, мимо проходил, решил сообщить, что мои проблемы и не проблемы вовсе, так что после ярмарки буду в вашем распоряжении на десять дней, — отвечаю караванщику.

— И я с ним, — напоминает о себе фей.

— Вот и здорово. Мы рады рассчитывать на тебя, Виктор! — Иван не скрывает радости.

Катерина шепчет ему что-то на ухо. Караванщик ухмыляется, но ничего не говорит.

— Конечно же, рады! — ворчит фей. — Мы немного в курсе, что ежедневный контракт мага на сопровождение каравана не меньше пяти золотых. А в нашем случае, может быть, и больше! Боевые, там, оплата за вредность.

— Договор — есть договор, ребят! Но вам надо, нам надо, да и маг ты, Виктор, все же не полноценный, — ухмыляется Иван. — А за вредность можем молоком компенсировать. Но если будут нападения на караван, то будем делить на условиях ватаги. Тебе, маг, три доли достается. — Обращается уже ко мне.

— Да и не спорю, — ухмыляюсь. — Договорились, значит договорились. Тем более, сам принял условия. А что по поводу опасностей говорили? Можно подробнее?

— Ты присаживайся, Виктор, правды в ногах нет. — Караванщик указывает на кожаные кресла. Они с Катериной садятся напротив.

Женщина продолжает молчать, но меня изучает, и выводы делает. При этом на фея не кидает даже самого короткого взгляда. У нас обычно, вроде как, наоборот. Но, ладно.

Кресла оказываются мягкими не только на вид. Тону в огромной подушке, будто она набита пухом.

— Опасностей на этом перегоне будет несколько. По крайней мере, из тех, что мы ожидаем, — уже серьезнее обозначает Иван. — Самое главное — мосты. Их контролируют тролли, и хотят они всё время разного, кроме меха. Его хотят постоянно. В прошлый раз откупились тремя мешками на мост.

— Мехом? — переспрашиваю.

— Ну да, мы для этого кролов чешем, да и закупаем тоже. А из меха потом делают теплые вещи. Носки, шапки, варежки. Троллям они, в общем-то, не нужны, но вот ледяным людям… Те науськивают, поганцы, троллей на нас. А прямой торговли с этими людьми нет.

— И всегда откупиться получается? — уточняю.

— Нечасто, я бы сказал, — честно признается караванщик. — Заранее подготовиться не получается. Поэтому, нет в караване нужного, кроме меха — воюешь. Есть нужное — считай, повезло. А понять — есть ли нужное заранее, мы не можем. Выкладываем на обмен — повезет-не повезет.

— Если бы я был троллем, то попросил бы огромный противень лиф… — мечтательно произносит фей, но договорить не успевает.

— Фео, не сейчас, — прерываю его сладкие размышления. — Я так понимаю, тролли — это не все сложности? — переключаю внимание на Ивана.

— Верно. Мосты соединяют территорию орков. Здесь без нападения не обойтись. Вот, никак. Обязательно придётся драться, — объясняет караванщик. — Это обычно большие зеленоватые дылды. Ещё и к магии плохо уязвимы. — Караванщик перестает смеяться. — Нам нужно будет в темпе заряжать кристаллы. Чем быстрее — тем больше шансов на победу.

— Какие риски? — Собираю всю важную для себя информацию.

— Можем нарваться на шамана. Тогда придется отбиваться от духов. — Иван вздыхает так, будто вспоминает одну из битв. — А это сложно. Иногда с потерями.

— Как раз от духов есть у нас одно лекарство, — закидывает интригу Феофан и тут же закрывает ладошками рот.

— А зачем вы едете через такие опасные места? — спрашиваю одновременно Ивана и Катерину. — Вы же телепортом ходите.

Я так понимаю, женщина — правая рука Ивана. Оценивает обстановку, молча анализирует, советует ему на ухо.

— А у нас выбора особо нет, — аккуратно объясняет караванщик. — Так работают порталы. Мы же ими пользуемся, а вот как они работают — мы не знаем. Порталы стационарны. Поэтому между ними нужно зачастую перемещаться по диким землям. А еще после драки с местными можно поторговать нормально. Они становятся вменяемыми, как и их цены.

— А какое лекарство у вас есть от духов? — вступает в разговор Катерина.

* * *

*классический прием из айкидо. Наверное, самый известный. И который можно применить разве что вот в таких боях. В реальной жизни практически неприменимо. Любой боксер спокойно дистанцию держит и не «проваливается». Про борцов даже говорить нечего.

**на самом деле так. В нашей истории тоже рукопашный бой, в армии это все же изобретение относительно нового времени.

Глава 23

Кто объедает кролов?

— Сложно это назвать лекарством. — Недовольно смотрю на фея. — Если будет нужно — мы воспользуемся, а если не будет — то и не надо. Есть у нас амулет… хм… от духов помогает, наверное. Но полагаться на него не стоит.

— Поточнее можете сказать? — Катерина смотрит с ожиданием.

— Не уверен. Я просто не знаю, какие духи были уничтожены. Ни по силе, ни по виду. Так что пока без комментариев. — Пожимаю плечами. — Но вы на это же и не рассчитывали в свое время, правильно? Так что пока — выносим за скобки. Лучше скажите, сколько вы будете собираться? Через сколько выступаем? Что стоит здесь купить из снаряжения?

— О снаряжении не стоит беспокоиться. Все у нас для перехода есть, да и в городке особенно нечего приобретать. Тем более, к гному-портному вы уже заходили. Я вижу. Здесь можно было бы приобрести защитные или атакующие амулеты — все же почти фронтир. Но вы сами маг, да и фей у вас есть, так что, наверное, и не надо. Все остальные расходники караван предоставит.

— Тогда к концу второго дня ярмарки здесь? — на всякий случай уточняю.

— Только не опаздывайте, — расплывается в улыбке Иван и протягивает руку.

Выходим из форта

— Продешевил ты, Витя. Ой, как продешевил, — высказывает мне фей, как только нас никто не слышит.

— А раньше ты где был, когда мы только обговаривали контракт? — задаю резонный вопрос.

— А я не имею дурной привычки — в чужие разговоры лезть, — с честными глазами оправдывается фей.

Усмехаюсь про себя. Думаю, он немного себя переоценивает.

— Лучше посмотри, какую я цацку для Фионы урвал! — быстро меняет нежеланную тему Феофан.

Он выуживает из поясной сумки небольшое зеркальце на ручке. Красивое, но немного аляповатое, как по мне. Золотое или позолоченное, с кучей камешков по периметру.

— Не слишком старомодно для фейской красавицы? — поддеваю его я.

Фей сохраняет невозмутимый вид.

— А это необычное зеркальце. Заколдованное. Как только она в него посмотрится, сразу вспомнит обо мне. И не просто вспомнит, а хорошим словом! Даже если сама того не желает.

— Фео, это же самый настоящий приворот! — удивляюсь.

— Ну, нет, Вить. Это просто магия. В лёгкой форме. Зато у меня шансик появится вот такусенький. — Феофан показывает пальцами свои шансы, а я чуть закатываю глаза.

— А контракт у нас не самый плохой, — возвращаюсь к исходной теме. — Доедем, считай, за так. Всё необходимое купим. Ну, тролли-орки — думаю, разберемся. Крокодил страшнее был.

Феофан меня почти не слушает: зеркальце поглощает внимание фея почти полностью. Мда. Похоже, Феофан в свою сторону мало хороших слов слышал. Ладно, пусть играет.

Через ярмарку иду в приподнятом настроении. Фей без умолку обсуждает прошедшие бои. Тело размялось, и каждое движение отзывается приятным покалыванием. Мне кажется, что я чувствую, как кровь течёт по жилам. Да и, похоже, своей цели я уже достигаю. Всего-то пара боев, а даже мимолетные ощущения чуждости тела тают как дым.

— Нормально ты его уложил. Нет, правда. Быстровато, на мой взгляд, но эффектно. Некоторые зрители немного расстроились, думали, мага размотают. А тут нате вам! — Фей дерется с невидимым противником голыми руками.

— Да ладно тебе, Фео. Повезло, скорее, с оппонентами.

— Ой, будто тебе выбор давали! — Феофан смеется.

Проходим ворота, и уже в городе слегка удивляюсь.

Идем к ратуше, и неожиданно передо мной появляется пленка щита. Встреченный неприметный, в общем-то, мужик, начинает суетиться, оглядываться, роняет шило. На него, захлёбываясь лаем, набрасывается шавка из подворотни. А за лайкой оттуда же выбегает парень, и как бы не тот же, с которым фей недавно пересекался.

Неприметный мужик дергается в разные стороны, и, так и не приняв решения, сбегает в подворотню.

Действо происходит вполне себе одновременно и занимает от силы секунд десять.

Всё это время Феофан держит щит. С легким недоумением осматриваюсь.

— Забавно, — поднимаю шило. — Как звать-то тебя, парень?

Собака, виляя хвостом, садится рядом с нами. А за ней, постоянно озираясь, подходит парнишка лет десяти в старой потасканной рубахе и таких же штанах. Вообще, это пока чуть ли не первый человек в этом городе, одетый откровенно бедно.

— Коська я, — шмыгает носом беспризорник.

— Вот что, Коська. Денежку хочешь?

— А не обманешь? — сомневается парень.

— Зуб даю. — Показываю жестом. Парень кивает. Такой клятве он верит. — Помоги-ка мне. — Отдаю шило в руки пацану. — Возьми шило и нанеси мне пару медленных ударов. Мне кое-что проверить надо. Медленно только, хорошо? А до лезвия не дотрагивайся.

— Зачем? — парень делает попытку вернуть шило.

— Надо, — усмехаюсь. — Не всерьез.

Обращаюсь к фею.

— Фео, а ты ставь щит снова.

— Как скажешь. — Феофан пожимает плечами и разворачивает радужную пленку.

— Давай парень, только не торопись, — командую пацану.

Парнишка осторожно, всего опасаясь, тыкает шилом пленку, и на четвертый легкий удар щит на секунду гаснет. То есть, он практически сразу же восстанавливается, но секундной задержки хватает, чтобы рука пацана провалилась за щит.

— Вот! — Мягко перехватываю руку парня. — Вот про это я и подумал с первого же удара! — Обращаюсь к пацану. — Все, спасибо. Сейчас монетку дадим.

— Как же так, Витя! Как же так⁈ — Феофан не может поверить своим глазам.

— Не бери в голову. — Беру из руки Коськи шило. — Мне сразу ручка показалась знакомой — узоры на шиле очень похожи на картинки из пещеры гоблинов. Именно из-за этого я захотел провернуть эксперимент. И не ошибся. Тут, похоже, что-то вроде гоблинских стрел, как ты рассказывал.

— Господин маг, — козыряет незаметно подошедший стражник. — Вам докучает этот воришка? О, да вы его сами поймали! Мы его сейчас в отделение определим!

Парень дергается как от удара. Пытается вырваться из руки. Но не получается. Мал еще. Тут же закусывает губу, не сдаваясь судьбе.

— Отставить, мы эксперимент проводим. — Киваю я страже. Где он был, когда на меня посреди города покушались? — Не задерживаю.

Стражник пожимает плечами и тут же уходит.

— Дяденька, пустите меня! — тихо просит парень.

— Спокойно, не убежишь? — спрашиваю. Коська мотает головой.

— Вы же монетку не дали еще!

— Правильно. — Киваю я. Обращаюсь к фею. — Дай монетку парню.

— У меня только золотые, — ворчит фей.

— Ну вот такую и дай, — соглашаюсь я. Отпускаю парня. Ну так-то он хотел сбежать, и мне это было даже понятно, но ради монетки задерживается.

— Ты откуда пацан?

— Из деревни я, — показывает в сторону ворот парнишка. — У нас мертвяки поднялись, и я вот один остался.

— Грустно. Работать хочешь?

— Не очень, ваше магейшество. Но если надо, то буду.

— Надо, — отвечаю я парню. — Пойдем, в таверну к Мухе тебя попробуем пристроить.

— В таверне — буду. Но меня Юрка выгонит.

— Ты его знаешь? — уточняю, пока идем по дороге.

— Не очень, — простодушно пожимает плечами парень. — Он меня гонял, побираться не давал.

— Ну, наверное, правильно делал. Но ты сейчас на работу идешь. Так что не боись, может и не прогонит. Или хотя бы накормит. — Отдаю монетку. Держи.

Парнишка веселеет на глазах. Не верит своему счастью.

Доходим до таверны.

— Муха, принимай пополнение. А то я видел, как ты нанимаешь людей. Этот тебе точно подойдет. — Обращаюсь к Али. Тот кивает, оценивает парня.

— Юра, направь бойца мыться, — говорит своему помощнику.

Парни быстро уходят.

— Вить, и зачем мне этот шкет? — Уточняет тавернщик. — Я вроде помогайку не искал. Тем более такого.

— Да, Вить. Зачем нам этот шкет? — влезает фей. — Монетку отдал, и хватит с него.

— На меня только что покушались, — показываю на дорогу к воротам. — И вполне могли убить. Но собака парня спугнула нападавшего. А я на него смотрю и понимаю, что честный пацан. Тебе такой пригодится, я уверен.

— Ну пусть, не объест, — говорит Али. — А что за покушение?

— Это называется прерванное покушение, Муха, — отвечает Феофан, зевая.

— На кого? — не понимает тавернщик.

— Так на Витю же. Ты разве не понял? А. Забываю, что только у меня есть чуйка на опасности, — заявляет фей и приосанивается.

— Сначала хотелось догнать человека в сером и спросить, что ему надо, — замечаю я. — С другой стороны, ну, догоню я его сейчас. Поймаю. И что? Нападения нет — нет. Доказать ничего не смогу. Чуйку фея, к сожалению, не распечатаешь на бумаге и в качестве доказательства не приложишь.

— Так, ребят, давайте сначала. — Али чуть путается. — Что случилось?

— Вите шило такое маленькое в бок воткнуть хотели. — Фей показывает ручками, а я выкладываю на столик оружие.

Али берет шило в руки и внимательно осматривает.

— Знаешь, парень, а ты кому-то здорово насолил, — усмехается. Кивает на Феофана. — Причем, этот кто-то прекрасно осведомлен, что у тебя фей-щитовик есть. Это ж гоблинский пробойник. В таком варианте я ни разу не видел. Его обычно на стрелы лепят. Когда легион наступает, то оркоиды вот такую же ерунду для снятия щита с «черепахи» используют. А чтобы совсем хорошо было, сам наконечник смазывают дрянью какой-то. Чуть задевает — и почти сразу гноится.

— А почему не обычные наконечники? Ведь этот вряд ли даже кожаные доспехи пробьет, а у легиона наверняка как раз не кожаные. — Мне интересно. Тем более, про орков караванщик недавно говорил. Это может быть важным.

— А на обычные стрелы их шаманство не ложится, обязательно вот такая игла должна быть. Я вообще про что? Тут такую иглу достать сложновато. Последние годы и граница от нас отодвинулась, да и, вообще, как таковой войны уже давно нет. А эти вещи. — Муха кивает на шило, хотя какое шило? Наконечник стрелы. — Они нестойкие. Ну месяц, ну два. И все. Старый найдешь, так там уже смазался рисунок, и как пробойник он не работает. Кроме гоблинов никто такое не делает, а достать новое… ну это проблема. А тут — новое.

Хм. Опять гоблины. След-то не из городка, как можно было бы подумать сначала. Но ладно.

Хотя, кажется, слишком много совпадений на единицу времени. Так что, человек в сером только усиливает мою мотивацию пересмотреть груду дел в ратуше. Теперь ещё более тщательным образом. Что-то нечисто тут: нападать средь бела дня ради демонстрации — бессмысленно. Ждать пару дней, а потом подловить? Тут наоборот, выгоднее было меня в первые же дни сбросить с доски. Но нет, чего-то ждали.

Да и исполнитель… Ну местный же, наверняка. Не местному выгоднее было бы подловить меня на ярмарке — там и заметили бы не сразу, и затеряться легче. А тут, на главной улице, демонстративно. Нет… Не складывается…

Прощаемся с Али, и через площадь проходим без происшествий. Фей больше не возвращается к теме о сером человеке.

Нас встречает полностью седой, уже знакомый нам мужчина.

— Всё в порядке? — спрашивает он, глядя на моё озадаченное лицо.

— Это он на работу настраивается, — выручает меня фей и расчищает себе место среди документов.

— Вот, это всё на проверку, — седой показывает на два стола с пачками бумаги.

Со вчерашнего дня их количество увеличилось раза в полтора.

— И это, — мужик показывает на еще один стол, полностью заваленный бумагами и коробками. — Всё разложено по месяцам и по направлениям. Фронт работы понятен? — седой задаёт вопрос для приличия. Я также для приличия киваю. — Тогда работай.

— Работайте, — поправляет фей, когда его уже не слышат. — Будто я тут просто так прохлаждаюсь.

Пока Феофан нагоняет на себя важность и устраивает себе лежбище среди бумаг, выбираю первых жертв. Руки сами тянутся к толстой стопке полностью исписанных листов. Кажется, о печатной машинке в Крайнем не слышали.

Почерк в бумагах разный, заполняли два-три человека. Но записи однотипные — это задачу упрощает. Даты написаны разборчиво. А вот подписи в бумагах, кажется, ставили сразу сами работники. Цвет чернил, наклон, манера письма — всё указывает на это.

Быстро нахожу график поставки еды для кролов. График доставки плановый, тут же прикреплен фактический. План с фактом не бьётся в несколько раз. И если плановая поставка корма — раз в неделю, то по факту выдали всего два раза. А остальные бумаги в один день заполняли, судя по одному и тому же почерку. Непорядок. И адрес по факту один единственный — забавно.

И ведь, главное, оформлено всё. Не побоялись же. В конце стопки итоговая стоимость корма и количество кролов. Комендант уже три месяца получает норму на почти две сотни голов! А потом продает в деревню.

— Вить, а в ратуше буфет предусмотрен? — спрашивает фей.

— Хороший вопрос! Сейчас будем разбираться, что у них, вообще, в городке предусмотрено.

Вокруг нас аккуратно проходят служащие, кидают опасливые взгляды. К столам никто не приближается, видимо, предупреждены.

Почти сразу нахожу счета на продажу кролов. Два служебных и двадцать восемь голов на продажу. Дата выскоблена булавкой или бритвой, ещё и не так давно. Повреждения свежие. Всё-таки следы замести пытались, хотя чувствуется неопытная рука. Показываю фею. Остальных, похоже, толкнули вообще без документов. Но и на этих расходные ордера не оформлены — только квитанции об оплате. Забыли, что ли?

— Выкрали бы на худой конец, зачем портить бумагу? — удивляется Феофан.

— А ты не заметил? На выходе всех клерков проверяет охрана. Они на работу ходят без сумок, либо оставляют их на входе. Что тут работает как часы — так это стража! — искренне оцениваю и продолжаю листать чуть пыльные документы.

Кстати, о страже. Беру следующую стопку бумаг, только с соседнего стола. Как по наитию. Мне кажется, что они чуть отдают теплом.

— А вот и наша уважаемая стража! — победно объявляю я.

— Что там? Что там? — фей подскакивает со своего места и засовывает голову в бумаги.

— Охрана в Крайнем подавала на усиление дважды. Видишь, согласовано и в этой и в прошлой декаде. А что по факту? — задаю риторический вопрос.

— Что? — спрашивает фей. — Деньги на корм кролам?

— Если бы, — смеюсь. — А по факту у нас как стояли два стражника у восточных ворот, так и стоят. И на западных воротах та же петрушка. А по документам их там стоит четыре! А перед ярмаркой вообще все шесть. Усиление вроде как. И вот выбиты средства на это.

— Не зря тебе хотели иголку в бок воткнуть, — делает вывод фей. Тут же поправляется. — В смысле, ты реально крутой, Вить. И проблем у них будет вот столько. — Феофан максимально разводит руки в стороны.

— Смотри, а снаряжение они закупали на якобы фактическое количество стражников. Умно! На балансе города числится полное обмундирование для тридцати воинов. А мы сколько встречали, напомни?

— Ммм, — вспоминает фей. — Десять максимум.

— То-то и оно. И это я не учитываю усиленное патрулирование города к началу ярмарки.

— Понятно теперь, почему стража в обносках ходит, — грустно усмехается фей. — Благое дело делаем, Вить. Но про буфет-то есть что-нибудь?

Толстые намеки Феофана не заметить сложно. Делаю нужные пометки в листе для проверки. Обмундирование страже — не завезено. Крайняя дата — месяц назад. Кролы — распроданы жителям деревни. Нелегально. Корм кролам — не доставлен. И самое забавное. На всех бумагах всего две подписи. Одну я уже видел — комендант, а вторая точно не бургомистра — его завитушки уже примелькались. Так что военный работает вдвоем с кем-то. Но ладно, дело будущего.

— Пошли, поищем твой буфет, — говорю фею и забираю бумаги для отчетности. — Думаю, для начала более, чем достаточно.

— А что, если это черновики документов? — спохватывается фей. — Смотри, сколько тут бумажек, вдруг это не официальные?

— За подписью коменданта? Фео, ты такой большой, а в сказки веришь. Если документы неверные — их рвут. А ещё лучше — сжигают, — поясняю фею, и тот отключает панику. — А бумаги прибери к себе в сумку. В номере поработаю еще перед сном. Мне даже интересно.

— А меня выпустят? — фей недоверчиво смотрит на подготовленную кипу бумаг.

— Ну, а мы спрашивать особенно не будем. Ты в свою сумку запихни. Там у тебя копья крысолюдов лежат, амулетное шило гоблинов — тоже. А защита ратуши на это — не полслова. А ведь должна реагировать, по идее. Городок же почти пограничный. Вот, кстати, еще и этот момент надо проверить.

Оглядываю кипу бумаг. Прохожусь по верхним. Я же только что видел про стену. А вот.

Нахожу тонкую папку с расходами на магическую оснастку. Тоже момент, который нужно проверить. В той же канализации должны были существовать хотя бы сигналки. Это же вход в город. Пусть и не очевидный.

Отдаю фею.

— Вить, а мы не боимся? — слегка нервно спрашивает фей.

— Мы — нет, а вот комендант точно уже да. Завтра как раз и посмотрим — насколько.

Звон колоколов объявляет о конце работы, и клерки как один покидают рабочие места и толпятся на выходе. Ни минуты лишней не проводят в ратуше — очередь им милее.

— Фео, походу, в буфет мы уже не попадаем. — Киваю на толпу.

— Нам за переработку не доплачивают, — напоминает Феофан. — Вить, пошли уже тогда в таверну. Ужин стынет.

— Тут никому не доплачивают. Но мы переработаем. Мы же не на зарплате. — Кидаю взгляд на очередь. — И, вообще, твою сумку на входе не видели, давай убирай бумаги. Раз уж тут все такие не пуганные. А ратуша закроется, — чуть повышаю голос. — Только постарайся не помять!

— Как много пожеланий. Тут уж не обещаю, — ворчит Феофан себе под нос, но документы прячет.

Ничего, разберемся. Времени еще вагон. А столов, заваленных папками, целых два остается.

Стража бегло осматривает нас и без вопросов выпускает из здания ратуши. Толпа быстро рассасывается, люди спешат по своим делам. Вечер теплый и безветренный, хочется пройтись по улочкам, просто прогуляться.

— Вечерня ярмарка, говорят, особенно интересная. Огненные шоу всякие, — будто читая мысли, мечтательно произносит фей.

— Фео, я тебе в любой момент шоу с огнём могу устроить, — хмыкаю я. — А вот отчеты сами себя не посмотрят.

— Работа не волк, Витя! Мешай дело с бездельем, проживешь век с весельем! А от работы кони дохнут, — продолжает уговоры фей.

— Ладно, пойдем. — Выходим из дверей ратуши.

И тут же вокруг нас снова зажигается радужный щит.

Глава 24

Кто победил?

С шумом сверху падает несколько крупных камней. Инстинктивно выпрыгиваю из-под обвала.

— Что это⁈ — фей смотрит наверх.

— Не знаю… — Мне кажется, что я вижу мелькнувшую тень, но сказать об этом уверенно в сумерках не могу.

Часть фронтона крыши ратуши, как раз над входом, обваливается прямо на нас. В полутьме видно, что не хватает пары скульптур и куска декоративного козырька прямо над нами.

— Не повезло! Хорошо, что у тебя есть такой полезный я! — заявляет фей. — А то бы целителей сейчас искать или служителя, чтобы твоё мёртвое тело сжигать — сложно это все.

— Повезло? Хм. Я не уверен, — с сомнением говорю фею. — Не то чтобы тут вопрос везения. Я почти уверен, что нас ждали, слишком всё совпало, да еще и не первый раз за сегодня. Но да. Уверен, если залезть на крышу, то оттуда покажется, что просто камни расшатались. Вроде как давно ремонт не делали. Но, знаешь, вечером мы, пожалуй, на ярмарку не пойдем. — Качаю головой. — Завтра с утра еще туда-сюда. Хватит с меня на сегодня совпадений. В таверну.

— Да ладно тебе, Вить! — Феофан довольно беспечен. — Это же просто случайность! А там огненное шоу обещали! Сегодня же первый день!

— Мы же с караваном в другой городок поедем. Еще увидишь. А вот эти совпадения… Да и поработать надо. Нет, Фео. В таверну, к Мухе.

Фей картинно вздыхает и медленно-медленно летит над землей впереди меня через площадь.

За спорами про вечерние планы входим в таверну. После работы тут не только мы. Наш столик на удивление свободен, хотя я об этом Муху не просил.

— Точно для нас? — задумываюсь вслух.

— А для кого же ещё? — Феофан занимает место и машет Юре.

Парень быстро подходит с кувшином ягодного морса.

— Сегодня со льдом, — поясняет.

— Мне двойную порцию всего! Завтра финальный бой! — громко говорит фей, будто хочет, чтобы его услышала вся таверна.

— Не у тебя же, Фео, — ухмыляюсь.

— Думаешь болеть на трибунах так легко? Да там еще сложнее, чем в самом загоне! — выдаёт надутый фей. На ярмарку ему очевидно хочется.

Не спорю. Мне на его месте быть пока не приходилось. А вот подкрепиться перед боем — идея неплохая.

— Слушай, а кольчуги дорогие? — после долгой задумчивости интересуется Феофан.

— Те, что по бумагам — два золотых комплект. А что? — отвечаю.

— То есть они только на этом сделали кучу золотых. А еще видел, в чем тут стража ходит? У них же даже пузо не прикрывает вся эта «защита»! — фей, конечно же, считает чужие деньги.

Смеюсь про себя.

— Я видел, сегодня поглубже в бумаги залезу. Но при беглом взгляде — там хорошая сумма набежала. Но тут проверка нужна по фактическому наличию, — задумчиво замечаю. — Надо бы не забыть указать на это графу. А то вдруг на складах всё есть в наличии? Так что на эти деньги лучше пока не рассчитывать.

Фей слегка приунывает.

Но вкусная еда быстро возвращает ему хорошее настроение.

— Тем, кто придумал люля из кролов, хочется пожать руку! — говорит Феофан, откусывая кусочек.

— Согласен. — Я ужинаю с не меньшим удовольствием. — Только давай все же поспешим. Я бы хотел ещё выспаться. А работы у нас с тобой очень даже прилично.

Фей сразу сбавляет темп поглощения еды. Правда, даже в этом случае, он точит вкусняхи значительно быстрее, чем я. Отчётливо видно, как ему не хочется возвращаться за работу. Хоть из всей работы он только бумаги и подает.

— Понимаешь, они же в ратуше даже не скрываются! Всего двое-трое человек, явно все между собой повязаны. Останется только почерки сравнить.

— А если нам причитается десять процентов от раскрытого, это же целое состояние! — приободряется Феофан.

— Только чтобы эти десять процентов получить, нужно посчитать точные убытки, — напоминаю фею.

Тот нехотя допивает морс и вылезает из-за стола.

Поднимаемся на второй с половиной этаж, заходим в прибранную комнату. Муха, конечно, максимально гостеприимный. В такое место хочется обязательно вернуться, хотя еще никуда не уезжал.

Фей достаёт чуть помятые бумаги из сумки.

— Не смотри так, я ничего не обещал. Хорошо ещё, что не пролилось ничего на них, — поясняет Феофан.

Я удивляюсь:

— Там есть ещё, чему проливаться? Ты бы хоть предупредил.

— А никто не спрашивал. — Феофан пожимает плечами и достает следующую стопку.

Размещаю бумаги на столе по периодам и датам, чтобы понимать, как часто подписывались подобного рода документы.

— Вот, смотри, прошлый период, все бумаги по стражникам заполнены одним почерком. — Показываю фею. — Сильный нажим на перо, округлые буквы и завитки. А вот бумаги по кролам заполнял уже второй человек, он и расписывался в предыдущих.

— Ага, цвет чернил другой. И наклон. И буквы более колючие и резкие. О, и приписка «усушка» после каждого предложения, — Феофан тут же становится мастером в разборе почерка.

— Думаю, это мужчина. А приписка «утруска», скорее всего, принадлежит его сообщнице. Третий человек просто расписывал условия соглашений, может, это военный комендант и есть. Подписи везде его, — делаю вывод.

Ещё пару часов сижу над бумагами. Феофана надолго не хватает, через четверть часа он уже ёрзает на столе и вовсю скучает.

— Фео, сходи на своё шоу, раз уж так хочется, — предлагаю фею.

— Ага. Только я уйду, дверь откроется, на тебя нападёт стая призраков или ещё какой нежити, а виноват Феофан. Нет уж, мы это проходили. Ещё одного мага потеряю — мне больше никого не доверят. И на кухню не пустят, — рассуждает вслух фей.

Последняя причина, конечно же, самая, что ни на есть основная.

Ещё через две четверти часа я полностью понимаю всю картину. Разобраться в этом деле не составляет особого труда. Когда искать нужно на самом видном месте — всегда сложнее, конечно. Но не в этом случае. Скорее всего, эти ребята не первый год проворачивают подобные делишки и совсем ничего не боятся.

— Финал завтра, Вить, — напоминает Феофан, забравшись под одеяло на своей кровати. И мгновенно засыпает.

Я же заканчиваю с документами, ложусь на мягкую перьевую подушку и долго не могу уснуть. Занятие делом прошлой жизни пускает по телу огромный поток энергии. Сна ни в одном глазу. Перебираю отчеты из ратуши по памяти, прикидываю, какие завтра нужно перепроверить.

— Витя! Подъём! Время зарядки! — просыпаюсь под громкие крики Феофана.

Неожиданно. Кажется, я вчера заснул, даже не понимая этого. Зато сегодня у меня складывается вся схема. Она простая, на самом деле. Да и моменты доказательств, которые точно не спрячешь, тоже словно подсвечиваются моим мозгом.

Фей возбужденно прыгает вокруг, пока я собираюсь. Он предполагает с какого удара я завалю противника, и как долго его будут приводить в себя. Тело просыпается медленно, зарядка и правда не повредит. На столе уже стоит кувшин с ягодным морсом.

— А ты не хочешь со мной размяться? — обращаюсь к фею.

— Не, Вить, спасибо, я только поел. А для тебя попросил замешать в морс лесную смородину и этот, как его… лазурный мёд.

— Ценю, — отвечаю я, поднимаясь на ноги и медленно потягиваясь. — А он зачем?

Фей забирается на стол и садится рядом с кувшином.

— Как зачем? Тебе сегодня надо быть ловким, сильным и бессмертным, — объясняет фей и двигает кувшин к краю стола.

Еле успеваю его перехватить. Да, времени у нас и правда не очень много.

— А стакан? — спрашиваю, оглядывая комнату.

— Так пей, все свои. — Фей машет рукой.

Да уж. Неприлично как-то. Да и не выпью я полный кувшин. Думаю так ровно до тех пор, пока не делаю первый глоток чуть голубоватой жидкости.

Ого. Ощущение, что я только что подкрепился вкуснейшим сбалансированным завтраком. Голова проясняется, а энергии в разы прибавляется.

— А чего мы раньше такое не заказывали? — с восторгом обращаюсь к фею.

— Чтобы организм не привык. Ну, и дорого это, Вить. Лазурный мёд не каждому по карману. Шутка ли, золотой, за порцию. И это здесь, где его собирают. В столице он раза в три дороже. Но он сегодня окупится — в этом я почти не сомневаюсь, — ещё раз подбадривает меня Феофан.

Выдвигаемся к месту боев. Как-то даже заряжаюсь. Вообще ощущения странные. Но очень неплохие.

К загону подхожу готовым сразу же вступить в битву.

На меня поглядывают два рослых мужика: один помладше, другой постарше. Судя по их оценивающим взглядам, биться придется именно с ними. С одним за третье место, с другим за первое. Постарше — это тот, что военный. Уверен, что в полуфинале он пройдет дальше. Просто за счет уверенности.

Подходит еще один парень. Ну, точно молодой из разряда «первый парень на деревне». Военному они оба не соперники. Да и мне, кажется, тоже. Так что если жеребьевка не выдаст мне в противники военного, то как раз с ним я встречусь в финале. Ну, а если выдаст — то раньше. Остальные не вызывают опаски.

— Фео, ты ставки делать будешь? — тихо спрашиваю фея. — У тебя же принимают, правильно?

— Конечно! Но на тебя, скорее всего, будут небольшие.

— Значит, смотри, оба деревенских — не соперники, а вот военный — вопрос. Он свою правую сторону меньше защищает, судя по прошлому бою. Привык, кажется, на щит полагаться, но мне это не поможет — жилистый очень. Так что я сходу его мышцы не пробью, и если попаду под его удар или захват — будет сложно. Так что этот результат не очень прогнозируем, а вот остальное — свободно. Средств много не ставь. Из расчета, что у нас еще пятнадцать золотых остается в ратуше за канализацию.

— Вить, ты что? Это ж не турнир в столице! Тут ставка в золотой — это большая! Так что по мелочи, по мелочи ставлю!

— Хорошо. Это радует.

— Мааааг Виктор! — объявляет первый бой давешний парень. В противники мне достается молодой, недавно подошедший боец. Что же, пусть. Хоть не военный.

Спокойно разминаюсь и наблюдаю за парнем. Вот странно, но ощущение тревоги он у меня вызывает.

Парень спокойно разминается, а потом делает пару шагов в сторону своего угла. Оппа, а вот это очень интересно! Противник двигается скупо, но в загоне он словно меняется. Успеваю заметить это аккуратное отношение к передвижению и его контроль. Парень двигается тихо-тихо, будто по болоту. Похоже, этот товарищ что-то вроде охотника. А значит очень опасный противник. В этих лесах, как раз-таки, где без защиты прожить сложно, быть охотником — значит, вовремя отступать, но в тоже время быть наблюдательным, быстрым и ловким. То есть тут — только болевой. И вдолгую он меня разделает под орех. Так что надежда только на отсутствие школы боя.

После сигнала спокойно двигаюсь к парню. Обычно, словно иду по дороге. Парень очень напряженно смотрит на меня. Кажется, он отсмотрел оба моих предыдущих боя. Мое поведение не понимает, но опасается заранее.

Выхожу на дистанцию удара. Но тот не бьет, зато готов в любой момент отскочить. Про удары ногой, очевидно, помнит. Да и взгляд постоянно на ноги и обратно улетает.

Почти неторопливо тянусь к его вороту, и парень ловится на эту провокацию. Он не сбивает руку, так как там особой угрозы нет, а хватает меня за запястье. Идеально.

Провожу «бабочку» — очень простой в исполнении болевой на кисть и локоть. Вывернуться — очень сложно, если не знаешь как. Просто делаю круговое движение кистью, второй рукой мягко придерживаю пальцы противника, а запястье увожу под локоть. Все занимает три секунды, а парень, не осознавая приема, внезапно чувствует в кисти и локте острую, почти необоримую боль. Контроль. Все. Весь бой.

Повезло, если честно. Такое второй раз мне провести не дадут. Очевидно.

Еще десяток секунд на осознание, что я контролирую любое движение бойца, и парень сдается. Сложно сражаться с постоянной острой болью в руке.

— Молодец! — довольно замечает фей. — Еще одна победа, и мы заберем приз!

— Ты хоть узнал, какой он? — уточняю. Хотя, если по-честному, мне все равно. Просто потому, что забытое наслаждение собственным телом забивает вопросы выгоды. Кажется, нормально заработала гормональная система. Нормально для моего возраста нынешнего, понятное дело. Так-то умом понимаю прекрасно, но тело… тело рвется в бой. Сложно будет. Но тут пока безопасно вроде бы. Так что можно попробовать и дальше играть на своих нервах.

— Нет, конечно! Кто ж мне скажет? Деньги берут, выигрыш отдают, но разговаривать с феем особенно не рвуться.

— Ну, хоть так. — Пожимаю плечами. Смотрю за боем военного и второго «деревенского». Бой тоже проходит быстро. Военный берет парня за грудки и ударом головы отправляет его в нокаут. Первый бой, кстати, он проводит точно также. Отлично. Хороший рисунок.

— Маааг Виктор! Капитааан Сизый! Финал!!! — надрывается парень у забора.

Как раз отдыхаю пару минут. А капитан, кажется, и не запыхался. Прохожу в загон.

После сигнала капитан приставным шагом, словно на тренировке по слаживанию, приближается ко мне. Вроде пытается схватить руки, я вроде отбиваю. Он старается меня сбить, делает обманное движение корпусом, а я «ловлюсь» на него. Капитан радостно хватает меня за рубаху на груди. Ага! Попался! Я именно этого и жду.

В тот же момент, прихватываю руки военного, ныряю вниз, и разворачиваюсь в этом нырке*. Тяну за кисти капитана за собой. Секунда, не больше. Военный, через свои скрученные руки и через меня, неожиданно для себя, ныряет вниз и падает своим немалым весом на голову и спину.

Добиваю мужика ударом в челюсть. Нокаут.

— Победитель, Виииктор!!! — тишину прерывает голос распорядителя.

Проверяю пульс у мужика. Все же падает он не очень хорошо. Но вроде бы все неплохо.

— Он жив⁈ Помощь нужна⁈ — кричит распорядитель.

— Жив! — отвечаю, — но помощь все равно нужна. Ему не очень хорошо!

Интересно, что народ военному не сочувствует. Просто оказывается, что последнего парня никак не могут привести в чувство после него, а вчерашние его противники особенно радуются проигрышу капитана.

— И наш прииииз! За выигрыш в боях! Достаётся магу Виктору!!! Это прекрасные… красные сапоги! В них не страшно ни в жару, ни в холода! Покупайте сапоги-самоходы в нашей передвижной лавке!!!

— Витя! Я не знал! — громко шепчет мне фей.

— Вообще все равно, — усмехаюсь. — Приз и так мне был без пользы, и эдак — вообще безразличен. А что у тебя с тотализатором?

— Не, с ним все хорошо. Мы свои семь золотых тут заработали. Все уже выдали. На тебя никто почти на последний бой не ставил. Так что я поставил четыре золотых, на один к полутора. Мы ж как раз их выиграли, и шесть мне отдали. Так что тут все хорошо.

— Ну вот и ладно, — обливаюсь холодной водой. — Нам и этого вполне хватит.

— Ну, Вить, а как же приз, а как же главный⁈ Это же просто сапоги!

— Не просто! А красные сапоги победителя турнира! Таких почти ни у кого нет. Владей маг Виктор! — с гордостью выдает мне сапоги организатор.

— А они что-то могут? Это амулет или как? — интересуюсь. Ну очень гордится распорядитель.

— Нет, — удивляется парень. — Просто сапоги, только красные. Владей!

Первые эмоции после боя только проходят. Принимаю поздравления местных жителей, слышу обсуждения со стороны. Когда твоим победам радуются не все без исключения — это нормально. Я бы сказал, привычно. С этим чувством я точно сталкивался в прошлой жизни, слишком уж оно знакомое.

Звуки колокола прерывают мои мысли. Толпа возле загона замирает и прислушивается. Колокол бьёт как заведённый. Не размеренно, предвещая обед, а примерно раза в три чаще. Такого мы тут ещё не слышали. Люди перешептываются и оглядываются.

— Пожарная тревога! Ратуша! Ратуша горит! — Последние слова разносятся над полем эхом.

* * *

*использованы совершенно реальные приемы. Очень опасные против тех, кто их никогда не видел. Очень неожиданные. Но если про них знаешь — поймать на эти приемы очень сложно — дураков нет.

Глава 25

Горим?

А нормальное развитие, так-то. Очень, знаете ли, правильное. Что там нужно делать, если на склад приезжает неожиданная проверка? Правильно, проводкой плохой воспользоваться. Так, что бы дотла. Тут, конечно, не склад, но вот золотой за два даю — горит зал, где документы.

Подхватываю фея и быстро иду в сторону ворот. В тушении пожаров я не разбираюсь, но вот поближе к ситуации находиться не помешает. А то пропадет наша работа — я как-то уже начинаю получать удовольствие от разбора документов. Правда, больше в плане юмора, но все равно.

Иду быстро, почти бегу. Полезный какой допинг. На движение и на реакцию — восприятие немного растягивается, прохожих вижу как медленные препятствия. Видимо, лазурный мёд нам ещё не один раз пригодится, надо запомнить. Только время, когда он начинает действовать, стоит подкорректировать. После выпитого кувшина проходит почти час, а заметное воздействие только началось.

Центральную площадь миную за считанные секунды. Возле ратуши вижу седого графа, мага Александра и второго, ещё незнакомого мага — Карла, кажется.

Десятки людей в форме суетятся вокруг главного зала, очевидно, что огонь только там, как я и думал. Ратуша дымится только этим крылом, каменные стены покрываются копотью. Маги быстро сбивают огонь, народ с водой заливает мелкие очаги, но невооруженным взглядом видно, что целого внутри почти ничего не осталось.

Зато остальные служащие, а также еще куча зевак, с удовольствием стоят на улице. Они наблюдают за идеальным зрелищем: вода, огонь и суета стражников и, скорее всего, пожарных, отлично сходятся в этом действе.

Седой граф замечает нас. Подходит. Видно, что он сильно волнуется, но вида не показывает.

— Что произошло? — интересуюсь у графа, пока маги заканчивают работу.

Помочь им уже ничем не могу. Не умею, да и вряд ли бы успел. Вот если бы надо было зажечь — то да. Тут я мог бы проявить себя.

— Кажется вы свои деньги не получите, — слегка флегматично кивает мужик на пожар. — Выдам вам пять золотых за работу, и, боюсь, это все. — Граф либо уже давно привык к таким совпадениям, либо перегорает вместе с пожаром. Держится почти хорошо. — Теперь привлечь коменданта и этих работяг будет сложновато.

Ситуация, кстати говоря, знакомая, даже по легким воспоминаниям моего нынешнего тела. Вот только в этот раз виноват точно не я. У меня и алиби есть — кулачные бои. А свидетель сидит в переноске и с любопытством изучает происходящее.

— Тут пахнет поджогом, — объявляет Феофан.

— Пфф, это очевидно, — хмыкает седой. — Только доказать я ничего не смогу. Спишут все на ветхость. Вон, вчера ко мне уже подходили с разрушающейся балюстрадой.

— Да, да… Мы как раз под ней проходили. Удивительнейшее совпадение. — Усмехаюсь. — Но тут вы не совсем правы.

— Да? — спокойно оборачивается к нам. — В чем я…ммм… не прав?

— В том, что привлечь коменданта будет сложно. И раскрутить всю его цепочку. — Пожимаю плечами. Вокруг нас никого нет, говорим тихо, интереса разговор не представляет — не чувствую внимания ниоткуда. — Да уж, отчеты из огня мы уже не восстановим…

— Того, кто устроил этот поджог мы безусловно найдем. — Кивает своей догадке седой. — Но он напрямую вряд ли связан с комендантом. Наверняка какой-нибудь одиночка. Так что это ничего не даст, если вы это имели ввиду. — Отворачивается. — Ваш отчет, даже если он готов, без подтверждающих бумаг я в работу не пущу. Клеменса придется выпускать.

— Слушайте, не так всё плохо. Я как знал: забрал вчера несколько любопытных папок, чтобы ночью поработать. Не зря, кажется, — уточняю седому.

Тот не скрывает удивления, но и не спрашивает, почему нас выпустила стража. Какая теперь разница? Главное, что часть доказательств у нас на руках. Точнее, в нашей комнате на втором с половиной этаже.

— Пойдемте. — Тут же увлекает нас за собой седой граф. — Вы же в той таверне остановились, правильно?

— Да, — киваю на его указание. — У Мухи.

Седой очень быстро пересекает площадь.

— Уважаемый, таверна закрывается на час. — Не терпящим возражений тихим голосом обращается к Мухе седой. — Пошли своего мелкого мальчишку за моими ребятами. Узнать их легко, они в синих мундирах, на пожаре командуют. Пусть скажет от графа Беннинга. Мне нужна охрана на входы на этот час. Помощь будет оплачена.

— Сделаем, Ваше Сиятельство! — тут же подбирается Али. — На входы я и сам встану.

— Нет, боец, — теплеет голос седого, кажется, с военными ему разговаривать привычно. — Нам помощь внутри тоже будет нужна. Но, смотри по обстановке. Теперь к вам. — Оборачивается. — Несите отчет и бумаги.

Киваю и прохожу наверх. По пути только и успеваю услышать, как Али отправляет Коську с миссией. Думаю, теперь разговоров будет много. Для городка подобное — просто выдающееся событие.

Забираю бумаги. Благо, никому до моей каморки дела нет — все папки так и остаются разложенными. Спускаюсь.

В зале сидит только седой. Граф Беннинг, как я теперь знаю. Так-то он мне не представлялся. Видимо, его узнают все.

Спускаюсь с папками. Фей аккуратно, не отсвечивая, летит вслед за мной.

— Вот отчет, вот выводы. — Показываю работу. — Вот это доказательства. В принципе, немного за пару месяцев доступных документов. Исходя из средних цен закупки, мы нашли еле потертых нарушений на семь с половиной сотен золотых. Это то, что доказывается безусловно, с документами, и очень легко. И еще около двух с половиной тысяч, но тут нужны экспертизы — почти все они проходят по строительному ведомству. Выделение земель, ремонт и строительство военных сооружений требуют дополнительных проверок и не по этим документам. Свои рекомендации я написал вот тут. Среди этих документов только косвенные свидетельства, да и они обращают на себя внимание только потому, что кроме знакомых уже трех подписей этих документов ничья другая рука не касалась. Несостыковки есть, но я уточняю, что нужна дополнительная экспертиза.

Седой забирает у меня отчет и бегло его просматривает.

— Михаил! — громко зовет.

В таверну заходит сотрудник графа в синем мундире. Видимо, Коська успевает очень быстро сбегать, а сотрудники седого его распоряжения тоже выполняют мгновенно.

— Берешь Валентина и дуешь по адресам заместителя коменданта и делопроизводителя. Обоих под стражу и сразу же в казематы. Развести по разным камерам. Палачей вызываешь с выходного дня. Поставишь двойную оплату. Они нужны. Стражу в усиленный режим. Каждому из фигурантов стражника. Лично отвечающего. Никого внутрь не пускать. Так. Коменданта с домашнего ареста туда же. На тех же условиях. Вопросы?

Михаил отрицательно качает головой.

— Выполняй, — спокойно добавляет седой. Сотрудник седого разворачивается и быстро уходит. — Семьсот золотых — это, конечно, мелочь в масштабе города, но по закону за это уже можно зацепиться. А остальное мы уже раскрутим признаниями.

Пожимаю плечами. Судьба совершенно незнакомых мне людей, да еще которые имеют отношение к покушениям, меня волнует не сильно.

Подходит Али, ставит перекус, что безусловно радует фея. Но радость тот проявляет очень тихо.

Погружаемся с седым в работу над документами и не вылезаем оттуда еще час. Тавернщик неоднократно сменяет еду и кружки, прежде чем мы заканчиваем с бумагами.

— Виктор, ко мне пойдешь? Подумай, — спрашивает седой. — Видно, что ты человек с холодной головой и горячим сердцем. Нам такие люди нужны.

Оно и понятно: работы проделано ну очень прилично.

— Предложение заманчивое, конечно. Спасибо, но я вам помогал за обещанное вознаграждение. Десять процентов, помните? Нам дорога предстоит дальняя, к ней подготовиться необходимо, — честно отвечаю.

Да, дело мне практически ничего не стоило, кроме потраченного времени. Но вот время — деньги. И я жду обещанную выплату.

— Виктор, вы же понимаете, что у нас сейчас в распоряжении нет такой суммы. Она, по сути, заморожена. Сначала нужно наказать виновных, вернуть краденое, а потом уже… — видно, что седой тщательно подбирает слова.

Разговор этот меня несколько беспокоит. Несильно, но заметно. В упор смотрю на седого, ну не похож он на человека, который слово не держит.

— Не переживай ты так. Деньги выплатим, просто не сегодня. Мы с тобой в любом случае пересекаемся на встрече двух караванов. Ты уже договорился с Иваном? — обещает седой. — Давай сюда бумаги с доказательствами нарушений, а я дальше это дело закончу. Получишь свой процент.

— Нынче слово — слабая гарантия, — спокойно замечаю. У меня пиетета перед седым нет вообще — я-то его не знаю. — Обещания в этом городке нам уже давали.

— Виктор, прощаю в первый и последний раз, — усмехается седой. — Я вижу, что ты не понимаешь с кем сейчас разговариваешь, но только поэтому. Ладно. — Седой достаёт бумагу и пишет на ней ровным каллиграфическим почерком несколько предложений. После чего подписывает. — Мне с тобой работать нравится, держи обязательство.

Беру бумагу из рук мужика, фей с любопытством пробегает по строчкам взглядом. Видно, что мою затею он одобряет. В бумаге сумма выплаты прописана от руки, всё как полагается. Кладу руку на лист, строчки чуть подсвечиваются. Убираю пальцы, на бумаге остается небольшой штамп. Кажется, контракт вступил в силу.

В таверну заходит виденный недавно Михаил.

Седой поднимает на него взгляд.

— Сделано? — спрашивает. Его помощник кивает. — Ну вот, мне пора. Но ты подумай хорошенько про мое предложение. Мы тебя местом и жалованьем не обидим, — на прощание говорит граф. — Встретимся в Курортном. Меня дождись, там продолжим разговор про местных умельцев. Может быть, у меня появятся вопросы. Хотя, сомневаюсь, конечно. По моей бумаге тебя бесплатно и поселят, и кормить будут. Если задержусь, то не больше чем на пару дней. Все, удачно добраться, маг Виктор.

После разговора с седым, фей пребывает в задумчивости. Да и я безучастно ковыряюсь в принесенной еде.

— Вить, вот кому могли помешать эти бумажки? — спрашвает Феофан.

— В том-то и дело, много кому, Фео. Но эти несколько человек в отчетах отличились особенно, конечно.

— Но ратушу поджечь — это же прямой путь в тюрьму! — фей на самом деле ужасается. — Там же кормят плохо.

Муха приносит фею сразу две кружки эля, а мне целый графин морса.

— Пожар сильный? — обеспокоенно спрашивает.

— Как сказать, — прикидываю в голове ущерб от возгорания. — Центральная комната выгорела, остальное почти потушили.

— Ну, слава стихии! — сам себе говорит тавернщик и подзывает Юру.

Тот подходит с большим свертком.

— А это вам в дорогу. — Протягивает этот увесистый сверток мне. — Там мясо и пара видов колбасы. — Куда дальше, решили уже?

— В столицу, в Академию, скорее всего. Останавливаться будем в городке Курортный, — спокойно рассказываю о наших планах.

— Знаю такой, знаю. Ты не смотри на название: в Курортном вечно дожди и ветра. Просто аномалия какая-то. Мне даже кажется, что они так город назвали, чтобы не знающих туристов и торговцев привлечь. — Муха качает головой. — Но это ничего, если проездом. На, возьми значок, покажешь в городе. И когда в столицу приедешь — точно также найдешь таверну, на которой такой знак нарисован. — Показывает на стилизованное изображение вепря. — Тут может быть медведь, или волк, или еще какой хищник. Это обычно прозвища легионов.

Я отодвигаю бумажный пакет с гостинцами на край стола и забираю значок у Мухи. Отдаю Феофану. Мясо, завернутое в бумагу, попадает ему же. И как он ориентируется в этой огромной сумке?

— Спасибо тебе, — сердечно обнимаю Али.

— Примут как дома, я договорюсь! — последнее, что слышу перед выходом из таверны.

Юра машет из-за стойки рукой. Видно, что парень порывается подойти, но всё время возвращается к работе. Оно и понятно: на входе в таверну толпятся люди, пообедать в хорошем месте — святое.

Да и Коська на секунду успевает подбежать и по-взрослому пожать руку на прощание.

— Ну что, — обращаюсь к фею. — Пойдём последний контракт закроем?

Пока мы заходили в таверну, маги закончили тушить пожар. Только тоненькие струйки дыма и запах гари напоминают о произошедшем.

Ратуша снова открывает свои двери, что в общем-то и не удивительно — середина дня. Да и пожар — пожаром, а проверка — проверкой. А, судя по разговорам вокруг, как я и думал, выгорел только зал для торжеств.

Заходим в холл. Кажется, будто и не было никакого пожара. Только запах дыма упорно забивается в нос. В окошки в считанные мгновения выстраивается очередь — будто и не расходились. А наш знакомый клерк в конторке со скучающим видом перекладывает бумажки. Кажется, он не очень рад, что выгорел только зал для торжеств. Идеально, с его точки зрения, чтобы и этот зал захватило.

— Приветствую, — говорю. Присаживаюсь за стол.

Клерк не поднимает на меня взгляд, вздыхает и продолжает заниматься своим делом. Фей чуть подлетает над полом и забирается на соседний стул.

О, а это что-то новенькое — второго места тут раньше не было. Сама конторка испытывает определённые изменения — это я понимаю по удобству. Сломанный стул убрали, теперь можно вполне выносимо вести разговор, сидя на новом кресле. Хотя, нам это приходится делать в последний раз, скорее всего.

— Уважаемый, — отвлекаю клерка от его безумно интересного занятия. Тот что-то внимательно рисует на бумажке.

— А! — Дёргается служащий и будто приходит в себя. — Это вы! Если пришли вернуть задание, то я ничего о крысолюдах не знал. Просто не выполняйте его! Никаких штрафных санкций не будет! Я уже говорил!

Фей морщится. Видимо, как и я вспоминает наш недавний поход в канализацию.

— Интересно, а почему вы заговорили о крысолюдах? — Внимательно смотрю на мужика.

— Я? — переспрашивает клерк и нервно переставляет вещи на столе. — Я не говорил! Просто к слову пришлось!

— То есть, вы хотите сказать, что вы нас хотели послать именно в то место, которое на порядок более опасно, чем было описано в контракте? — помогаю служащему договорить.

— И за особые условия у вас, получается не доплачивают, — добавляет Феофан.

— Я же сказал! Ничего о крысолюдах не знаю! — неуверенно оправдывается клерк.

— А сейчас вы откуда узнали, что они могут там встретиться? — продолжаю наседать с вопросами.

— Не знаю! — Идёт в отказ мужик. — Я же сказал, что можете не выполнять задание. Просто забудем об этом и всё.

— Замечательно, — обращаюсь к фею. — Мне кажется, граф Беннинг должен узнать и о нашем контракте.

Клерк мгновенно бледнеет и незамедлительно реагирует так как нужно:

— Не надо! Ну знал я, знал. Но вы же все равно не пошли! — Видно, что мужичок пытается замять ситуацию и осознает, что получается у него так себе.

— Ну, как же. Пошли, — честно говорю я. — И крысолюдов встретили. И вернулись, что характерно. А самое интересное, что теперь мы ещё и знакомы с вашим проверяющим.

— Не надо проверяющего. Две цены, — тихо говорит клерк. — Но это если выполните. А так я могу дать вам пять золотых и забрать контракт. У меня есть фонд на такие случаи.

Мужичок показывает взглядом на уже знакомый незапертый сундучок. Неужто у него там все сбережения и выручка конторки хранится? Ненадежно, так-то.

— То есть, этот случай ещё и не первый. — Удивляюсь я. — И сколько команд уже сгинуло? — задаю резонный вопрос мужику.

Выводы напрашиваются незамедлительно. Кажется, у седого появится ещё одно любопытное дельце.

— Нисколько, — ругается про себя клерк. — Никто просто не взялся. Две команды хотели, но вернулись. Ждём теперь группу из центра. Чтобы было как на войсковой операции.

— А зачем нам дал контракт?

Глава 26

Как слышно?

— Ну, я же не знал, что вы туда все-таки полезете, — говорит клерк. — Обычно все после первого же зала сбегали. А мне нужна отметка, что по контракту работают. Так что, заберете пять золотых? И давайте без проверяющего, пожалуйста.

— Да нет, — говорю. — Принимай контракт. Канализация очищена. Необходима только регулярная зарядка магических кристаллов, и, возможно, регулировка работы. В регулировке я не понимаю, и делать это естественно не стал.

Фей достаёт из сумки свиток. Передаю его клерку.

— Вот заверенный контракт.

Клерк крутит бумагу в руках, смотрит на свет, будто не веря глазам.

Пару раз косится то на контракт, то на меня. Потом молча лезет в ящик и выставляет три мешочка.

— И за беспокойство! — возникает фей.

Клерк так же молча отсчитывает пять золотых.

— Вот и славно. Рады были с вами поработать. — Усмехаюсь. — Если что — зовите еще.

Клерк мотает головой, словно хочет ее оторвать. Но молчит.

— Ну, это решайте сами. — Забираю деньги. — Фео, нам пора, — говорю фею. Тот головой почти залезает в ящик к служащему. Клерк же боится хоть что-то сказать беспардонному существу.

— Фео! — одергиваю фея, — так нельзя. Прощайся с господином клерком. Нам пора!

Фей кивает клерку и спрыгивает на пол.

— Представляешь⁈ У него там почти такая же штука как у меня. Только у меня сумка, а у него стол! Редкая вещь! Если не знаешь, что лежит в сумке, достать не можешь.

— Теперь представляю.

Идем к выходу. Одной тайной меньше.

Громкий звон колокола заставляет поторопиться. Работа ратуши заканчивается, а мы собираемся и очень быстро идём на выход. Через пару часов заканчивается ярмарка, а это значит, что нам нужно успеть погрузиться в караван.

У входа в железный поезд нас уже ждет Иван.

— А вы вовремя, — встречает нас караванщик. — Последние приготовления, и отправляемся. Пойдемте, покажу ваше рабочее место.

Следуем за караванщиком в незнакомый вагон.

— Удобное кресло, Вить! — Феофан прыгает в указанное Иваном место.

На разложенной столешнице замечаю много пустых кристаллов. Видимо, нам на подзарядку. Из окна открывается хороший обзор, можно одновременно заряжать кристаллы и следить за дорогой.

— Начинай работать, Виктор. От тебя требуется одно — поддерживать энергию на нужном уровне. С нами едет еще два мага, но потом с ними познакомитесь. Сейчас самое главное подготовиться к работе — у тебя примерно час. Если что-то нужно — вызывай вот сюда. Принесут. — Иван показывает на медную трубу. — Оставляю тебя — слишком много суеты, в связи с отбытием.

Осматриваю рабочее место. Иван оставляет меня в вагоне и уходит заниматься подготовкой каравана к отправке. Рассказывать-показывать мне, очевидно, никто ничего не собирается. Разберусь сам. Сажусь в огромное мягкое кресло за тяжелый деревянный стол. Феофан подлетает и устраивается на столешнице.

— Вить, а чай тут приносят магам? Важным же делом занимаемся — без нашей энергии караван не поедет. А на голодный желудок так себе работается, — рассуждает фей.

— Мы пока и не работаем, — ухмыляюсь. — Тебе там удобно?

Феофан ёрзает на каменном импровизированном стуле.

— Подушку бы, — замечает он. — Но пока и так сойдёт.

Судя по выемке, расположенной в центре этого трона, туда вставляется заряженный кристалл. С противоположной стороны стола точно такая же штуковина. Пока фей изучает стол на наличие перекуса, кладу руки на каменные подлокотники. Пальцы сами опускаются на прохладные плиты с отпечатками ладоней. Поток энергии пробегает по телу, и напротив меня оживают приборы со стрелочками. Бронзовые, поблескивающие и не совсем понятные в предназначении.

Поднимаю руки и снова опускаю. Подаю магию. Одна из стрелок резко оживает и отклоняется. Стрелка на соседнем приборе только чуть меняет свое положение, почти незаметно. Понятно, все три прибора реагируют на магию. Один на постоянный поток, второй, раз стрелочка не уходит обратно — скорее всего, на какой-то объем. Ладно, сейчас разберемся — на циферблатах красные зоны есть, значит, и максимальный объем тоже предусмотрен.

Рядом еще один круглый циферблат, на нем не наблюдаю никакой стабильности, два указателя гуляют в разные стороны и только иногда совмещаются. При недолгом совмещении стрелка накопителя чуть дергается вверх. Ага, равномерность подачи магии ускоряет процесс зарядки. Третий прибор, кажется, про равномерность. Ладно.

С потолка спускаются две блестящих трубы. Фей осматривает трубы, выходящие из крыши вагона. Если чуть повернуться на кресле, то одна из них расположена на уровне рта, другая ближе к уху.

— У! — угукает в трубу.

— Кто это⁈ Немедленно перестаньте! — доносится из раструба. Фео тут же отлетает, пугаясь.

— Неплохое место, и оборудовано достойно! — оценивающе говорит фей и поджимает губы.

— Я бы сказал, даже хорошее, мне удобно! — не скрываю своего хорошего настроения.

Ещё бы. Не припомню, чтобы хоть в какой-то компании так заботились о комфорте сотрудников. Чем дольше нахожусь в кресле, тем удобнее себя ощущаю. Хочется разуться. Снимаю сапоги и отставляю в сторону. Ноги опускаются на тёмно-рыжий ковер с толстым ворсом.

И это я ещё нештатный маг у них в караване.

— И мне нравится, — отвечает фей, раскачиваясь на кожаных лямках.

Фей создает самый настоящий гамак из непонятных свисающих ремней.

— Фео, это что? — Рассматриваю приспособление. — Ты уверен, что на них можно качаться?

— А почему нет? — Феофан приподнимает брови. — Никто же до сих пор не пришел и не запретил, значит, можно.

Логично. Всё непоправимое сможем исправить магией.

— Раз, раз! — из переговорной трубы слышится глухой звук. — Меня слышно?

Поворачиваюсь к трубе для переговоров, прокашливаюсь и отвечаю:

— Да, слышно. Добрый день. — Из трубы не доносится ответа, поэтому добавляю. — Вы кто?

— Это капитан, — звучит ответ из трубы. — Когда спрошу: «Резервному посту слышно?», вам нужно ответить: «Резервный пост на месте». Хорошо?

— Да, конечно, — подхватываю я. Значит, я резервный пост. Неплохо так. — Резервный пост на месте.

— Разобрались с функционалом? — задаёт следующий вопрос капитан.

— Наверное. Кажется, более-менее, но точно — не знаю, — честно отвечаю. — Моя магия сейчас нужна? — Наблюдаю за стрелками на приборах, они останавливают движение, как только убираю руки с подлокотников.

— Контуры перед стартом в норме, падение незначительное. Можете пока что не перенапрягаться. Подавайте магию по возможности. — Капитан говорит четко и серьезно. — Но, если готовы прокачивать магию более плотным потоком — действуйте. Излишки отправятся в накопители.

— Вас понял, господин капитан. — Еле сдерживаюсь, чтобы не отдать честь. Хмыкаю про себя. Чувствуется в капитане военная косточка.

Фей наблюдает за разговором не отрываясь. Кажется, он слышит весь разговор целиком, и трубы, очевидно, не подразумевают анонимности.

— В моменты боя следите, чтобы стрелка на третьем приборе находилась в красной зоне. Будут нужны пиковые значения, — поясняет голос.

Перестаю крепко прижиматься к раструбу и слышу легкое эхо.

— Вас понял, — ещё раз повторяю.

Голос молчит примерно минуту. Видимо, конец связи в караване обозначать не принято.

— Витя, ты с кем это? — спрашивает фей, не скрывая интереса.

— Ну, ты же слышишь, — улыбаюсь. — С капитаном каравана.

— А он где? — Феофан округляет глаза.

— Скорее всего, где-то в рубке. Думаю, она ближе к началу поезда. Мы примерно в середине, а это. — Киваю на латунные трубки. — Очень интересная конструкция для переговоров.

— Ааа, — тянет фей и проводит пальцами по металлу. — Я такой не видел никогда. В Академии у всех ученические амулеты. А если ты понадобишься преподавателю или декану — найдут и с помощью них. Интересная конструкция. — Чуть стучит по блестящей поверхности, и тут же отлетает, как из нее доносится окрик.

— Стучать тоже нельзя!

— Хм. Тут магии ни на грош. Я не чувствую. Интересная штука. — Снова заглядывает головой в раструб. Набирает воздух чтобы угукнуть, но я замечаю это раньше и оттаскиваю фея от трубы.

— Не надо, Фео. Люди работают, а ты их отвлекаешь. Подожди, потом разберемся. — Показываю на десяток рычагов связанных с трубами. — Вот это, видимо, переключать адресата, с кем хочешь поговорить. Но мы пока это трогать не будем. Видишь, сейчас установлено на контакт с капитаном, получается. А он точно перед стартом занят. Так что не мешай.

Надо потом спросить у Ивана, почему они амулеты не используют.

— Всем приготовиться к движению. Пристегнуть ремни, — снова раздается голос из медной трубки.

Быстро осматриваю кожаное кресло и довольно быстро нахожу широкие ремни безопасности. Пристегиваюсь. Феофан оглядывается, но ничего подобного найти не может.

— А как же я? Сейчас же движение. — Фей мечется по столешнице

Из необычных приспособлений — только самодельный гамак. Распутываю кожаные лямки. Действительно — если посадить сюда сразу несколько феев — все сходится.

— Возьми два ремня, остальные не трогай, — успеваю распорядиться и помочь фею. — Это не гамак, увы.

— Жаль, конечно, — вздыхает фей и ещё раз проверяет, насколько крепкие лямки.

За окном раздаются громкие звуки. Кажется, что огромным молотком бьют по железу. При этом вагон ходит ходуном.

— Вовремя пристегнулись, — замечает фей и тоже смотрит в окно.

Пока мы изучали рабочее место, все прилавки собрали, и внутри форта никого не осталось, зато снаружи толпа людей увеличивается на глазах. Все расселись и ждут, когда караван тронется. Видимо, очередному представлению на публике быть.

— Готовность номер два, — командует капитан.

После этого почти сразу чувствую легкое покалывание.

— Ай! — вскрикивает фей.

Рядом проскакивают болючие молнии. Статическое электричество? Караван набирает ход. За окном пролетают деревья. Цепляюсь за обивку сидения и поглядываю на Феофана. Из-за мерцания и маленьких взрывов его почти не видно и не слышно. Караван разворачивается, ускоряется.

Маленькие разрядики проскакивают уже по всем приборам, трубам, мне. Волосы встают дыбом.

Краем глаза успеваю увидеть окно портала, как поезд ускоряется еще сильнее и…

Светлый день за окнами сменяется фиолетовым расплывчатым хаосом. Ощущение, будто переживаю одновременно торнадо и землетрясение. Почему-то мне кажется, что они именно так и проживаются.

Мы ныряем в портал.

Время за порталом будто спрессовывается. Сколько проходит минут или часов — вообще непонятно. В какой-то момент кроме гуляющих на циферблатах стрелок и прокачиваемой магии я не чувствую ничего. Пространство вокруг перестаёт существовать.

Странным ощущениям приходит конец, только когда мы вылетаем из портала. Фиолетовые всполохи хаоса сменяются унылыми равнинами болот. Будто меня пережевали, переварили, а потом заново собрали по частям.

— Ага, — соглашается голос фея одновременно близко и далеко.

Кажется, я высказал размышления вслух. Голос капитана резко возвращает в реальность:

— Магам приготовиться. Доложитесь.

Слова вылетают из раструба очень быстро, еле успеваю сосредоточиться. Благодаря им заочно знакомлюсь с первым магом:

— Первый пост на месте. Показатели в норме.

— Да чё ты, кэп! Всё в норме! Показатели по фэн-шую, — второй голос более расслабленный и дерзкий.

Образ второго мага совершенно не бьётся с общим настроением команды и капитана.

— Иннер! Доложись по форме! — доносится голос капитана. Слышно его недовольство. — Не доложишься — не получишь денег за перегон.

— Ну что ты сразу денег. Я же так… Показатели в норме, второй пост на месте, — выдавливает из себя Иннер.

— Резервный? — всё также на взводе спрашивает капитан.

— Резервный на месте, — отчитываюсь. Фей показывает на приборы. — Про показатели не знаю, стрелки в красную зону не заходят, — говорю, как есть.

— Так, почему резервному не расписали показатели? Почему мага не поставили в известность? Кто проводил инструктаж? — свирепствует капитан, в ответ повисает тишина. — Понятно. Первый пост, вы сможете?

— Говорит первый пост, — слышится из трубы. — Господин капитан, я никого не могу учить, вы же знаете.

— Знаю, — уже спокойнее отвечает капитан. — Но спрашивать обязан по старшинству. Иннер! Расскажешь новичку, что к чему. Про защиту, показатели и всё, что нужно знать на один перегон. Иннер! Как слышно?

— Слышно! — отзывается жующий Иннер. — Точнее, второй пост задание получил! Пошёл выполнять!

Конец связи снова никто не обозначает. Успеваем только переглянуться с Феофаном. Дверь в вагон распахивается. Вваливается худой высокий парень. Расхлябанной походкой направляется к нашему столу, рядом летит светленькая феечка.

— Кэп у нас редкостный зануда, — вместо приветствия сообщает парень. — Если бы не отец, ноги бы моей тут не было. Сначала, говорит, Академию закончи. Закончил. Теперь вот эта работа тупая. Тебя тоже отец заставил?

— Не, я сам, — отвечаю парню. Протягиваю руку. — Виктор.

— Иннер, парень вяло пожимает мою руку. — А это моя фейка — Вася.

— Василиса, — тонким голосом поправляет феечка. Маг её игнорирует. Она тут же переключается на Феофана.

— Ой, неужели теперь будет с кем пообщаться. А то у Ника такие фифы. Они меня не принимают, видите ли, слишком элитарного происхождения. А я что? Я самая обычная, самая простая, вот платье в горох. Они говорят, безвкусица. Сами они безвкусица, меня мать одна вырастила. Зато я готовлю вкусно, — Василиса рассказывает за минуту всю свою жизнь.

— Ты что дурак за семь золотых в день работать? — удивляется Иннер. — Ты же маг!

— За семь? — шепотом удивляется Феофан.

— А я вот первый раз из Академии выбралась. Эти фифы с Ником уже объехали столько городов. Ну, ничего, я тоже объеду. Всем им докажу, — Василиса продолжает вещать, а глаза Феофана сходятся в одной точке.

— Витяя, — поднимает он на меня умоляющий взгляд.

— Короче, тут все просто, — обращается ко мне Иннер. Три прибора, кладешь руки вот сюда. — Показывает на подлокотники. — И следишь за стрелками. Подаёшь магию до красной метки, сильно не жести. Но если хочешь побесить кэпа, можно. Только он денег может лишить. Но разве это деньги?

— Со стрелками понятно, дальше чего? Капитан про защиту говорил, — напоминаю.

— А, это я к тебе перед стартом должен был заглянуть? Извиняй, забыл. Тут есть под столом плитка, надо её сдвинуть, чтобы магия чуть в разрезе подавалась. Иначе при перемещении в портале разорвать может. Ну, или просто больно будет — тут как повезет. — Иннер чешет голову и добавляет. — Но, если вы всё ещё тут, значит, обошлось.

— Ладно, проехали, магию подавать умею, дальше что? — спрашиваю.

— Пока магия переходит в накопитель, есть время зарядить кристаллы. Они вставляются вот сюда. — Иннер небрежно сгоняет фея с импровизированного стула.

— Ты это, полегче, — предупреждаю парня.

— С паразитом дружишь? Ладно, дело твоё. Мне в своё время выдали эту вот, — показывает на Василису. — Толку с нее ноль, трындит только без остановки.

— И ничего не ноль, — тут же хныкает фея, — я ему постоянно удачки подбрасываю, а он даже не замечает. Сколько раз бы его уже бы обманули-обидели… — обижается феечка почти до слез. Садится на ремни безопасности наверху и надувается.

Фео подлетает к Василисе и садится рядом на качели. Обнимает феечку за плечи и вытаскивает из сумки какую-то заныканную вкусняшку.

Фея тут же переключается на угощение, мгновенно забывая свою обиду.

— Так, — тем временем продолжает Иннер. — Вот рычаги переключения вызовов. Правый — к кэпу напрямую. Вот эти два — к нам. Во, а вот этот самый важный. Этот на кухню! Чаю захочешь — вот так переключаешь, — Иннер опускает рычаг капитана, поднимает кухонный. — И в дыру вон говоришь: Два чая! Срочно! Сладкого! Магу плохо! — опускает рычаг и ржет в голос. — Ща прибегут! Нам чай крепкий нужен. Иногда на перегонах без него как без рук. Все понял?

Глава 27

О чем говорят… тролли?

— Да вроде ничего сложного, — пожимаю плечами.

Открывается дверь и вбегает дородная такая девчонка в форме, с надетым передником.

— Опять ты, Иннер! Тьфу на тебя! — ругается девушка.

Маг ржет в голос.

— Пока ты бежала все уже выздоровели!!! — закатывается.

— Извини его, — улыбаюсь девушке.

— Как звать то вас?

— Чегой-то на вы-то? — тут же смущается девица. — Мы-то, тьфу, Анной меня звать, господин маг. Вы паразита этого не слушайте, он, чтобы посмеяться, вас под монастырь подведет. Или слушайте, но делите на четыре. Он всем всякое обещает. — Ставит чай на стол. — Вот сладкий чай, господа маги! Я сразу пару стаканов принесла. Зовите если что.Разворачивается и уходит.

Иннер отсмеивается.

— Ну, вот так и живем! Скучно в караване. Тебе хорошо, десяток дней с нами, а потом домой или в Академию. А тут даже поговорить не с кем. Вон, даже с Анютой…

— Обещал чего? — усмехаюсь.

— А, — машет рукой. — Ну не всерьез же она подумала. Я ж маг, а она из простых, нам жениться нельзя. По эдикту еще.

Тут же всплывает текст. Вот это совсем не вовремя. А ведь и точно. Нельзя. Не врет Иннар.

— Так, ну вроде я тебе все сказал, — говорит Иннер. — Я возвращаюсь на свой пост. Мы ж ещё не добрались до стандартной стоянки.

— А что за стандартные стоянки? — спрашиваю, пользуясь случаем.

Брови Иннера изгибаются дугой.

— Места, где мы отдыхаем, и ведём переговоры с местными. — Иннер пожимает плечами и спокойно поясняет. — Это уже годами выверенные места. Они безопасны. Никто не потревожит, не нападёт. И первая такая точка будет часа через два.

— И часто у вас, точнее, у нас, перерывы? — интересуется фей.

— Несколько раз в день, иногда всего один, зависит от участка дороги. Иногда лучше долго ехать, чем потерять время в боях.

— Так часто нападают на караван? — удивляюсь.

— А то! Мы ж везём разного и на любой вкус. Какой дурак откажется? Точнее, дураков много, а самые отпетые нападают, не обращая внимания на магов, — Иннер усмехается.

— Второй пост! У тебя ровно две минуты, чтобы занять исходную позицию! — раздаётся голос капитана из раструба.

— Зануда редкостный. — Иннер кивает на голосящую трубу. — В общем, работай, на стоянке ещё поболтаем.

Фейка, парящая рядом, кажется, не замолкает ни на секунду. Феофан выглядит так, будто он таскает всё это время тяжеленые мешки. Девчонка его знатно уматывает и совсем этого не стыдится.

— Классно, что ты теперь с нами! — пищит Василиса. — В следующий раз расскажу, как мы встретили мою троюродную сестрицу. Ну и характер у неё! — фейка договаривает, уже улетая вслед за магом.

Феофан только поднимает руку вверх и смотрит на меня взглядом побитой собаки.

— Давай на стоянке без них, Вить, — больше утверждает, чем просит фей.

— Тут как получится, Фео. Ты ж сам ее утешал. — С пониманием киваю.

— Ну я ж не знал, что оно так.

— Она «удачку» приносит, слышал же. Подумай, как бы нам такую фейку в команду взять. Постоянный модификатор к деятельности — всегда хорошо.

— Ты сейчас что сказал? Сам-то понял? — фей удивляется.

— Если будет везти постоянно, хоть немного больше обычного, то на долгой дистанции это очень выигрышно. Как думаешь, она врала?

— Не, вряд ли. Мы не врем про свои таланты. Не говорим часто, это да, но никогда не врем. Так что если сказала про удачки, значит приносит. — Задумывается фей. — А можно взять ее в команду?

— Понятия не имею, — пожимаю плечами. — Надо будет расспросить магов. Но если можно — нужно обязательно подумать. Это нам было бы полезно.

Приступаю к работе. Начинаю, естественно, со знакомого — заряжу пару кристаллов. Устраиваюсь в кресле поудобнее, беру в руки пустой кристалл. Фей почти без сил висит в импровизированном гамаке.

— Если что, зови, — предупреждает он и прикрывает глаза.

Первый кристалл наполняется энергией быстрее, чем рассчитываю. Голубоватый свет перетекает в ярко-синий и снова тускнеет, смешиваясь и переливаясь. Магия внутри поезда течёт очень легко и контроль за ней почти не забирает сил. Вставляю кристалл в предназначенное для него место на столе, беру следующий. Проделываю всё то же самое.

Наблюдаю за стрелками на приборах, они почти касаются максимальных значений. Как только второй кристалл занимает своё место на столе, поезд останавливается. Караван переживает уже знакомые изменения, и опять прямо на глазах превращается в железный форт.

— Предлагаю всем незанятым помочь выгрузить обменный товар за проезд! Резервный маг, как слышно? — голос капитана как всегда, без предупреждения, врывается в каюту.

— Я на месте, — отзываюсь.

— Виктор, вы поддерживаете силовой щит над группой переговорщиков, выдвигайтесь — распоряжается капитан.

— Кэп, ну к чему вся эта перестраховка? Столько раз справлялись, — слышу голос Иннера.

— Хорошо, а почему я? — задаю вопрос. — Я же не умею ничего такого.

— Дурной пример заразителен, Иннер? — выходит из себя капитан. — Тут ещё у кого-то есть фей-щитовик?

— Щитовик-то у нового так-то посильнее будет, чем у нашего старикана, — подливает масла в огонь Иннер.

— Выполнять! — рявкает капитан. — Потом лясы почешете!

На выходе из каравана меня встречает Иван. По его кивку сразу понимаю, что он слышал разговор с капитаном.

— Держи. — Иван протягивает мешочек. Внутри на ощупь — твердый круглый, почти как монета, предмет. — Передай фею, что нужно держать индивидуальный щит, но чуть шире. И через амулет. — Показывает на мешочек. — Не дрейфь, всё уже давно учтено, кристаллы тебе дадим.

— Те два, что я зарядил? — переспрашиваю.— Что? Уже? — удивляется Иван. — Ты об этом капитану пока не говори. А то он быстро Иннера сменит. Эти кристаллы и бери. И передай фею…

— Я вообще-то тут, — обиженно ворчит Феофан, но Иван его игнорирует.

— Передай фею, что щит нужно развернуть по моей команде, — заканчивает мысль караванщик.

Возвращаюсь в наш вагон за кристаллами, передаю фею вместе с амулетом. Феофан крутит поочередно все предметы в руках.

— Так-то принцип понятен, — неуверенно произносит фей. — Но я ни разу не пробовал.

— Ну вот и попробуешь, пойдем. — показываю на выход.

Екатерина проходит мимо и не отрывает от нас взгляд.

Через несколько минут она возвращается и приносит мне древко с табличкой наверху. Похоже на штандарт римских легионов.

Вокруг быстро собирается группа народа.

Все вместе мы доходим до моста.

Щит разворачивается стремительно. Не успеваю понять, откуда поступает команда Ивана.

На мосту навалена куча камней. Да и сам мост предупреждающе ходит ходуном. Из-под него на нас смотрят большие желто-зелёные заплывшие глазки. Глазки медленно моргают, а из-под моста поднимается бугристая куча плоти.

— Ну и запашище, — успевает заметить Феофан перед тем как усилить щит. Тот становится ещё более цветным.

Люди вокруг не реагируют, будто привыкли к подобным встречам. Масса складывается в человекоподобное существо и недобро на нас рычит. Совсем рядом появляется ещё одна куча плоти с глазками. И ещё одна. Да это же те самые тролли, о которых нас предупреждали. Между ними завязывается диалог.

— Человеки пришли, — слышу приглушенно, но вполне отчетливо.— Опять принесли фигню. А нужного не принесли. Ну, хоть шерсть — и то хорошо, — бурчит первая куча с глазками.

— А варенья уже два года не дают, — поддерживает второй тролль. — Сладкого хочется. Клубничного. Скажи, что нам нужно красное варенье.

Самый большой тролль поворачивается к нам и показывает на красный плащ караванщика и на болотистого цвета лужу под мостом. Переговорщики проверяют наличие щита и не понимают троллей от слова совсем.

— Говорят, что им сегодня вино нужно, — посовещавшись, заключают переговорщики.

— Тащите вино! — слышу команду.

Из каравана прикатывают большую винную бочку. Тролли в ответ гудят и рычат.

— У меня башка болела от такой бочки, — жалуется тролль поменьше и хватается за лысую голову.

Второй тролль опять показывает на красный плащ и лужу. Даже бьёт огромной ножищей, чтобы получить брызги.

— Ещё вина! И принесите тот красный химический отвар от насекомых!

Из каравана прикатывают ещё одну бочку и приносят кастрюлю с красной жижей. Тролли снова отказываются. Они ругаются, машут руками и прыгают на месте как гориллы.

Прислушиваюсь к словам. Огромные тролли переругиваются и орут, как будто они разговаривают с иностранцами. Слова произносят громче, но люди лучше понимать их от этого не начинают.

— Варенье! Красное! Клубничное!!! Бочку!!! — все три тролля вступают в контакт.

— Прямые угрозы. Готовят нападение! — слышу распоряжение от главного переговорщика.

— Стойте, — предпринимаю попытку остановить почти неизбежное. — Что ещё красного у вас есть из жидкостей в караване? Они же ясно показывают жидкое и красное.

— Слушай, не мешай, — обрубает меня караванщик. — Много знаешь.

— Ладно вам, — говорю. — Давайте хоть попробуем. Есть у вас какое-нибудь варенье?

Толпа рядом переговаривается. Тролли без агрессии наблюдают за происходящим.

— В прошлый раз они так просили вино! — заявляет один из переговорщиков.

— Ладно, тащите варенье, — сдаётся караванщик и недобро на меня посматривает. — Убытки запишите на мага Виктора. Боевую готовность сохранять!

— Вить, ты уверен, что понимаешь этих громил? — спрашивает фей. Видно, что так долго держать расширенный щит ему сложновато, но пока справляется.

Полностью обретаю уверенность, когда вижу большую банку клубничного варенья. Точнее, когда вижу глаза троллей. Банку они выхватывают сразу же. Конечности тут же исчезают в сладком варенье.

— Угу-угу, — слышится в перерывах между поглощением волшебной сладости.

— Посмотрите на них, банки им на один зубок. Бочка есть? Перелейте варенье в бочку и катите сюда, — распоряжаюсь.

— Готовность к бою сохранять! — менее уверенно повторяет караванщик.

Один из переговорщиков чуть ли не хлопает в ладоши.

— О, точно! Витя, где ты раньше был? Варенье подходит. Молодец! Тащим бочку, парни. Скорее! — радуются переговорщики.

С кухни каравана два парня катят бочку.

Тролли переговариваются, и я их всё так же немного понимаю. Самый большой тычет пальцем в небо, а потом снова ударяет ногой по луже. Брызги разлетаются в разные стороны.

— В следующий раз везите им варенье из голубики, — перевожу. — А через полгода зелёное, яблочное — добавляю, когда вижу, что тролли показывают на листву. — Они, кажется, на будущее пытаются вам сказать, что им нужно.

— А ты их понимаешь, что ли? — не скрывает удивления караванщик.

— Ну как бы почти, — говорю честно. — Через слово. Они ж рычат, как тут понять?

— О! Ваня! Нам этот маг нужен! — слышится голос главного переговорщика. — Торговать проще, чем воевать.

Подхожу к троллям, показываю на бочку, те активно кивают. Показываю на следующий мост и поднимаю палец вверх.

— Угу-угу, — звучит в ответ.

— Нас пропустят по всем мостам, — подытоживаю. — На каждом нужно отдать бочку варенья. Здесь оставляем только шерсть, свою долю они уже съели.

Смотрю на троллей, измазанных клубничным вареньем и понимаю, что эксперимент удался. Я понимаю почти каждое их слово.

Громилы, не оборачиваясь, утаскивают оставшиеся две трети бочки под мост. Где раздаются еще угукающие звуки потоньше. То ли дети, то ли жены, кто знает, как эта живность живет. Почти сразу вижу, как они тягают наваленные на мосту камни. Может, варенье для них — своеобразный допинг?

— Всё теперь здесь безопасно, — говорит Иван. — Если хочешь, можешь прогуляться по окрестностям. Сегодня мы здесь на дневку. Это последнее спокойное место между островами.

Осматриваюсь, но пока что ничего не цепляет моё внимание. Но прогуляться по новой местности все-таки не терпится.

— Только далеко не уходи, — вкрадчиво добавляет Иван. — И ещё, Витя, нам стоит с тобой поговорить, как только я закончу.

Поезд неспешно превращается в железный форт. Видно, что это делается скорее по привычке, чем по необходимости.

— Да, пожалуйста. — Киваю.

С удовольствием пользуюсь предложением караванщика по поводу прогулки. Вместе с феем идём к мосту. Чем ближе мы подходим, тем отчётливее видно, что мост соединяет две стороны очень глубоко провала. Где-то там, в глубине, видно блеск воды. На самом дне — течёт река. Почти отвесная стена провала исключает возможность перебраться через него не по мосту. На самом деле, не будь здесь этого каменного перехода, попасть на другую сторону было бы практически невозможно.

Фей прижимается к моей ноге, и я сразу же чувствую его страх. В один момент думаю испугать его, но замечаю еле заметное дребезжание крылышек. Не буду.

— Может, вернёмся обратно, Вить? Уедут без нас, забудут? — перечисляет всевозможные причины возврата Феофан.

— Тсс, — смотрю на фея и приставляю палец к губам.Мы как раз проходим мимо троллей, и я слышу их разговор. Существа очень довольны клубничным вареньем.

— Вкусно! — Сладко!

Сначала различаю только эти два слова, но потом слова будто обрастают смыслами и превращаются в предложения.

— Ты чувствовал этот мягкий, слегка вязкий вкус? А потом кислинку в сердцевине вкуса? — говорит один из троллей.

— А как она прекрасно сбалансирована, — добавляет второй.

— Никто не почувствовал этот ванильный оттенок? Да, он слабый, но неужели вы не почувствовали? А какую глубину вкусу он добавляет! — ещё один голос.

На мгновение мне кажется, словно я попадаю на совет гурманов или ценителей хорошего вина. Примерно в таких же терминах между собой тролли обсуждают клубничное варенье. В голову тут же приходит идея: нужно договариваться, когда выдавать бочки по времени года. Узнать конкретные ягоды и места, где их собирают, может, найти древние рецепты варенья у тех же феев. Если тролли так разбираются во вкусах, очевидно, они настоящие ценители. Усмехаюсь. Только рынок маловат для такой работы. Сколько там этих троллей? Хотя, смотря что эта живность может на обмен предложить. Вот, кстати, можно и поспрашивать, раз я все равно здесь.

— Витя, смотри! Там! Там! — Фей показывает на горизонт.

Мне хочется поделиться своими открытиями, но я замечаю вспышки. А среди ярких огоньков маленькую птичку.

— На что смотреть-то? — обращаюсь к фею.

— Не видишь, что ли? Виверна с фениксом бьются. — Показывает головой фей. — Такое редко теперь увидишь. Вот если фениксов ещё пока встречают, и не так как ты, Витя, — глядит на меня фей, напоминая о том, что я отпустил птицу. — То виверна в этих краях редкий гость. Но как доберёмся до болот, может быть увидим. Если будем мимо проходить. Но лучше бы не надо. Это если мы к болотам поедем.

— К болотам, к болотам. Краем их заденем. Но, тьфу на тебя, мелкий! — слышу за плечом. К нам подходит Иван. — Накличешь беду, — обращается дальше ко мне. — Нам с виверной особенно нечем воевать. Магострелы ее не возьмут, да и попробуй попасть еще. Вот кстати, Иннера попроси, пусть еще пост стрелка покажет. Он у тебя там же, на резервном посту, просто надо рычаги опустить. Иногда нужно и туда. Редко, конечно, но все же. Ну что, посмотрели на провал?

— А дальше будет также? — спрашиваю, кивая в глубокую пропасть.

— Не, вряд ли, — не очень уверено говорит Иван. — Если порталы не засбоят, то дальше будут только реки и топи. Так-то мы в речную страну входим. Кусок провала, скорее, местная аномалия. В неё даже река только одна впадает. Мы в своё время исследовали, ходили в разные стороны. Ничего не добились. Чтобы провал пересечь, нужно пару дней обходить. Невыгодно. Пробовали воздушный шар запускать — тут же виверны появляются. Так что только по земле. — Вздыхает Иван. — Пойдём, сейчас ужин будут давать.

— О, ужин, ужин, — фей активизируется и даже забывает про боязнь высоты. — Витя пойдём. Это важно!

Пожимаю плечами, соглашаюсь и следую за караванщиком.

Глава 28

И как тут все устроено?

Пока мы ходим к провалу, поезд каравана претерпевает некоторые изменения. Он сворачивается в форт, и опускает медные листы на колеса. Снова превращается во вполне себе маленькую крепость. Проходим вовнутрь.

Тут уже накрыты длинные столы. По периметру установлены фонари, на столах горят свечи.

— Всего лишь ужин и почти никакой магии, — объявляет Иван, замечая нашу радость. Точнее, радость фея. Я немного задумываюсь. Идея расспросить троллей уже не кажется мне дурацкой.

Иван подходит к самому большому и богато накрытому столу. Вот только все блюда немного погружены в стол и накрыты прозрачными крышками.

— Присаживайтесь, — приглашает караванщик. Тут же появляется и Катерина. Устраивается рядом с ним. — Выбирайте угощение.

Под крышками можно различить салаты, овощи и запечённую курицу, другиевиды мяса. Фей принюхивается, но не решается поднять крышку. Запахов я не чувствую — и это удивляет ещё сильнее.

— Выбирайте тарелку. Время пойдёт после поднятия крышки, — объясняет Иван.

Катерина как обычно улыбается и первой подтягивает к себе тарелку с салатом. Стоит ей поднять крышку, как листья расправляются, и вдыхают воздух, будто живые. Судя по всему, вся еда находится в стазисе. Замечательное изобретение. Можно наготовить где-нибудь в безопасном месте и сохранять. А по пути просто вытаскивать со склада.

Оглядываюсь. В принципе, судя по тому, что я вижу, в караване не так чтобы и много людей живут. Публика довольно разношерстная, детей нет, но это понятно — опасное торговое предприятие. Практически все — люди. Гномов, кстати тоже, нет. А то я начал уже задумываться, что эти существа подминают под себя любые денежные потоки.

— А чего гномов нет? — в лоб спрашиваю Ивана.

Тот слегка смущается.

— Тоже заметил? — усмехается. — Это политика семей. Караваны — семейные предприятия, мы со стороны редко кого нанимаем. Но сам видишь, нас немного. Семей и младших семей хватает.

Это заметно. В караване путешествуют и торгуют человек шестьдесят, если считать разными сменами. Сейчас ужинают около половины, человек двадцать спят, остальные на страже. Не сказать, что много, так-то. И три мага всю дорогу. Ну, в общем, если учитывать очевидный разрыв в технологиях, то, скорее всего, так оно и надо.

— А можно несколько тарелок? — спрашивает меня Феофан, так как остальные на него реагируют с опозданием.

— Погоди, Фео, возьми пока одну, — отвечаю фею. Мало ли. Хотя, если так посмотреть, еды значительно больше, чем людей в караване.

— Главное, что бесплатно, — заключает фей и берёт себе тарелку с запеченной целиком курицей.

Вижу, как в нашу сторону направляется Иннер и ещё один пожилой мужик. Судя по двум феечкам в его сопровождении — маг с первого поста.

Первой нас замечает Василиса и предпринимает попытки тянуть мага к столу. Феофан в ужасе округляет глаза и утыкается в тарелку.

— Вить, скажи, что я ем, мне некогда, — просит меня Феофан и жуёт при этом так, будто от этого зависит его жизнь.

Феечки возле пожилого мага, напротив, задрав носы, делают вид, что абсолютно никого не замечают. Но я кожей чувствую редкие косые взгляды. Понятно, почему Василиса не особо лестно отзывалась о них.

Оба мага подходят к нашему столу. Пожилой вместо приветствия осматривается и спрашивает сразу у всех:

— Я не понял. Кто пустил фея за общий стол?

— Ник, не кипятись, это друган нашего резервного, — поясняет Иннер и подмигивает мне.

— Ты Виктор? — обращается Ник уже ко мне. Не дожидаясь ответа, продолжает. — Не думай, что у нас тут только пирушки и развлечения. Серьёзнее к работе нужно относиться и к своему окружению.

Намёк мага улавливаю, но никакого желания отсаживать фея за отдельный стол в себе не наблюдаю.

— Какие-то проблемы? Нарушаю закон? — перехожу на знакомый язык, но стараюсь не грубить.

— Нет, ни в коем разе, — смягчается Ник. — Свои причуды можешь оставить при себе. Как поужинаешь, подойди ко мне, общий сбор магов примерно через полчаса.

— Конечно! — слегка кланяюсь в знак того, что я понял. Никакой конфронтации я не чувствую, просто этот маг точно за порядок. Только порядок должен быть строго его. — Я буду обязательно.

Пожилой довольно кивает головой.

— Ой, не обращай внимания на этого душнилу, папаня попросил его приглядывать за мной. А заодно и со всеми, с кем я якшаюсь. Разобрался, что тут, да как? — Иннер присаживается рядом и разбавляет весельем легкую напряженность.

— Иннер, к тебе это тоже относится! — повышает голос маг, перед тем как уйти за противоположный край стола.

— Да понял, я! Понял! Ник, ну куда я денусь-то отсюда⁈ — обводит руками форт.

Разговоры за столом резко стихают, когда появляется высокий мужик в строгом кителе. Плотная ткань туго обтягивает практически необъёмное пузо. Фуражка, внимательный взгляд и густые усы — без сомнений, к нам вышел сам капитан. Все учтиво встают, я следую примеру.

— Доброго вечера, команда. Не надо — не надо, садитесь, — капитан показывает ладонью на стулья и скамейки. — Всем приятного аппетита!

Только сейчас замечаю, что люди за столами ждали команду, чтобы приступить к еде. До этого только открыли крышки и не прикасались к приготовленному. Мы с феем, кажется, поторопились, но нам никто и слова не говорит. Видимо, свои традиции.

— Резервный маг? — капитан подходит ближе и пожимает мне руку.

— Так точно! — Ощущаю себя как минимум в армии.

Капитан осматривает меня пристальным взглядом.

— Не надо-не надо. Расслабьтесь и чувствуйте себя как дома, — он говорит так, будто проверяет мои реакции.

— Но не забывайте, что вы в гостях? — поддерживаю доброжелательную нотку.

Капитан тут же проникается ко мне симпатией — его лицо расплывается в добродушной улыбке, и суровость полностью пропадает.

— Юлий, капитан этого безобразия. Кхм… в смысле каравана.

Он самодовольно раскидывает руки и показывает на магов и всех остальных людей вокруг.

— Иван, Катерина, чего как не родные? Двигайтесь ближе, рассказывайте по первой точке. — Юлий подзывает рукой караванщика и его помощницу, и пока те перемещаются поближе, переключается обратно на меня. — Как устроились? Каютой довольны, места хватает?

— Каютой? — переспрашиваю и кидаю быстрый взгляд на фея.

Тот под шумок пододвигает ещё одну тарелку и полностью теряет интерес к нашему разговору.

— Иннер! Черт тебе под ребро! — негодует капитан. — Магу каюту не показывал⁈ Проводи его после ужина. Будь добр!

— Сделаем, кэп! — отзывается Иннер из дальней части стола.

— Виктор помог заключить нам договор с троллями, — подаёт голос Катерина, но ловит недовольный взгляд Ивана и замолкает.

— Ты ещё и тот самый переводчик? Аки нам с тобой фартануло. Несколько раз нам ещё точно пригодишься. Вести беседы с троллями — та ещё задачка, — хмыкает капитан. — Молодец, Виктор, сработаемся. Будешь переводчиком на мостах. Доплачу тебе два золотых. За каждый день.

— Ну, наконец-то, будем теперь получать как все остальные, — говорит Феофан и отодвигает пустые тарелки.

— А с этого момента поподробнее, — настораживается капитан и окидываетвзглядом всех присутствующих.

— Фео, мы и так всего десять золотых доплачиваем за проезд, — обращаюсь кфею, а сам наблюдаю за реакцией Юлия.

Изначально чувствовал, что караванщик пытается получить с нас выгоду по максимуму. Но оно и понятно — нутро торговца никуда не выкинешь.

— В каком смысле доплачиваешь? — Капитан переводит взгляд на Ивана. — Ничего не хочешь объяснить?

Иван откашливается и на пальцах объясняет капитану:

— Ну, два билета по тридцать золотых — это у нас стандарт. Их двое: маг и фей. Вот и получается шестьдесят золотых. Вычитаем пятьдесят за десять дней работы…

— Так. — Капитан не даёт договорить и снова обращается к Ивану. — Пять золотых в день — это стоимость мага в городе. Ты задрал меня своим желанием сэкономить. Сколько раз объяснять? Мне нужны заинтересованные работники. От них твоя жизнь в том числе зависит.

Иван хмурит брови и тут же шепчет на ухо Катерине, она незамедлительно ему отвечает.

— Больше двух говорят вслух! — тихо шепчет фей.

Юлий усмехается. Сразу же разворачивается ко мне.

— Получается, мы тебя наняли на десять дней, правильно?

— Да, всё так, — подтверждаю. — Мне нужно доехать до вашего встречного каравана и купить там эссенцию.

Фей тоже согласно кивает.

— Это мне не так важно, — говорит капитан. — Мое дело — вести корабль. А по вопросам торговли у нас Иван. Мне важно, чтобы ты был заинтересован в работе и понимал, что мы тоже зависим от твоих талантов.

— Прикажешь всю смету переделать? — Видно, что Иван негодует и вообще не ожидал, что правда вылезет наружу. Да ещё в таком виде.

— Не просто переделать! — капитан поворачивается к Ивану. — А доплатить, сколько положено.

— Но он сам согласился с ценой, — делает последнюю попытку караванщик.

Понимаю, что дело пахнет жареным. Портить отношения с Иваном мне не улыбается. Тем более, других вариантов покинуть Крайний у нас не подворачивалась. Да еще эссенцию покупать. Денег-то уже хватит. Но если его соратник ценник решит выкрутить, мне будет не особо весело. И ехать тогда нужно будет до самых ГиблыхТопей.

— У меня есть предложение. Давайте, я просто не буду доплачивать за проезд. А на перегоне участвую в переговорах, тут без проблем.

Этот вариант, как мне кажется, прекрасно устроит всех. Иван ожидающе смотрит на капитана. Юлий переводит взгляд с караванщика на меня, после чего громко хмыкает.

— Ладно, пойдёт. Если тебя это не смущает, то пусть. — Капитан ещё раз пристально смотрит на Ивана.

Меня всё более, чем устраивает. Вижу, как караванщик чуть выдыхает, будто с его плеч свалился огромный груз.

— Ладно. — Юлий поднимается из-за стола и отодвигает полупустую тарелку. — Ужинайте, а мне достаточно.

— На диете, что ли? И чего он такой нервный? — говорит еле слышно фей.

Вижу, как он пододвигает к себе очередную тарелку. Снимает крышку и, не стесняясь, громко вдыхает носом аромат.

— Пирог! — объявляет Феофан. — Черничный!

— Не лопнешь? — подшучиваю я.

Катерина громко смеётся, думаю, вполне от души. Ей, в отличии от всех остальных, грубоватый юморок фея очевидно нравится.

— Если есть всего по чуть-чуть, не лопну, — вполне серьезно отвечает фей. — Эти слухи про нас распускают недоброжелатели. Не лопаемся мы.

Тут мы смеёмся уже всей компанией.

— Хороший ты парень, маг Виктор, — оценивающе говорит караванщик. — С тобой можно иметь дело.

Видимо, это у него вместо извинений.

Катерина согласно кивает. Улыбается и едва заметно мне подмигивает.

Отодвигает тарелку и тоже покидает наше общество вслед за капитаном.

У входа в поезд оборачивается и бросает на меня немного странный, задумчивый взгляд. Просто улыбаюсь в ответ.

— Без обид, парень, сам понимаешь: медяшка к медяшке — и вот уже целый золотой, — продолжает Иван.

Видно, что для караванщика важно сохранять хорошие отношения внутри команды.

— Да я не обижен, — честно говорю. — Тем более, ваш караван — это единственный способ добраться до эссенции. В Крайнем такими предложениями никто не разбрасывается, — свожу всё в шутку, и мы с Иваном пожимаем друг другу руки.

С этим товарищем нужно быть настороже. Особенно во всех моментах, которыетак или иначе касаются денег.

— Иннер! — зовет парня караванщик.

Парень оборачивается, вылезает из-за соседнего стола и идет к нам.

— Покажешь нашему магу каюту? — спрашивает.

— Базара ноль! — Иннер подскакивает с места, не успев приземлиться на скамейку. — Пошли, Вить. Тут рядом. Да, в принципе, тут все рядом.

К моему приятному удивлению каюта располагается около резервного поста.

— Чтобы далеко не бегать, — поясняет Иннер, открывая небольшую дверцу, соседнюю с рабочим местом. — Тут вот две кровати, маленький туалет. — Парень открывает еще одну небольшую дверь сбоку.

— Мне хватит, — заключает фей.

Да уж, санузел почти под его размеры, может, чуть больше.

— На размеры не смотри. Зато свой и закрывается изнутри! — воодушевленно комментирует Иннер. — У некоторых и такого нет, приходится в общественный бегать.

Прохожу вглубь каюты и присаживаюсь на кровать. Фей плюхается на свою.

— Удобно, Вить! Кажется, я придумал себе отличное занятие на после ужина. Надо проверить, какие на ней сны снятся! — радуется Феофан.

Кровать, хоть и маленькая, но удобная. Глаза слипаются и я прощаюсь с Иннером.

— Если что, мой пост через пару вагонов. А с другой стороны — первый, — говорит парень перед тем, как выйти из каюты. — А, чуть не забыл, общее собрание магов на завтра перенесли, так что, отдыхайте.

А вот это нам сейчас на руку.

— Спасибо, — прощаюсь. На сегодня и без того получаю переизбыток впечатлений. Хватит уже. Нужна спокойная ночь.

Дверь закрывается, и я почти мгновенно засыпаю. Феофан ничего не спрашивает, видимо, успевает меня опередить.

Наутро просыпаюсь от громких скрежещущих звуков. Фей пытается опустить переговорную трубу.

— Она рычагом опускается, — зеваю и показываю пару рычагов, похожих на те, что на рабочем месте.

— О! Точно! — Фео мгновенно подлетает и с усилием опускает рычаг с пиктограммой «кухня». Как еще запоминает?

— Сладкий чай в каюту к магу! Два! Нет, три! И пожевать! Принесите печенье! У меня боязнь высоты, — добавляет он, картинно хватаясь за голову.

— Фео, к нам так перестанут ходить, — предостерегаю я.

— Ниче не перестанут! — фей спускается на стол. — Мы же по делу!

Открываю дверь на легкий стук. Анечка слегка вразвалку заходит в крошечную каюту и ставит на стол три кружки чая.

— Доброе утро! Благодарю вас! — отвечаю за фея.

— Утро доброе, маг Виктор, — здоровается девушка, чуть кланяется и тут же выходит.

Ответить не успеваю, но успеваю удивиться. Девушка не раздражается, а, наоборот, будто бы рада зайти.

Долго смотрю на провал за окном. После легкого завтрака занимаю резервный пост, проверяю зарядку кристаллов и основного накопителя.

Ставлю новую пару и быстренько выполняю дневную норму. А заодно и накопители основные, что завязаны на мой пост, привожу в рабочее состояние.

— Капитан? Это резервный пост. У меня есть час? — вызываю рубку.

— Кэп еще спит, — отзывается рубка девчачьим голосом. — Я зам. Не парься, час точно есть. Дед раньше полудня в спокойном месте не просыпается. Гуляй. Все в курсе. Показатели твои вижу. Пост можешь оставить.

Однако. Молодежь тут поближе к Иннеру по общему стилю, похоже. Жалко, что той молодежи я вчера и не видел вовсе — кажется, из нее ночная смена и состоит. Надо будет напроситься в гости на чай, что ли.

— Фео, готовься, — встаю с кресла. Для этого приходится мобилизовать всю силу воли. Уж больно удобное. — Нас ждут великие дела!

— Что? Опять⁈ Может, займемся чем-нибудь менее великим, а?

— Поедим? — смеюсь. — Нет, пойдем, с троллями пообщаемся. С ними никто договориться не пытался, кажется, мы можем быть первыми. Хочу понять, чем живут.

— Зачем? Они ж нищие все. — Фей недоволен.

— Может и так, но я хочу посмотреть на них. Фео, мне тупо интересно! Я никогда не видел троллей. А с твоим щитом, это еще относительно безопасно.

— Да! Я сильный. Точнее ты, но я умелый! — фей лезет в переноску. — Только ты меня тащишь! Я без завтрака не могу.

— А это что было? Только что?

— Ну какой же это завтрак? Так, печенки. Маленький перекус.

Качаю головой.

Спокойно выхожу из форта и иду к мосту. Тролли разгребли все камни еще вчера в две кучи по сторонам. Видимо, чтобы потом снова набросать для новых клиентов. И сейчас у моста стоит только один. Остальные куда-то подевались.

— Уважаемый, — окликаю существо. — Эй! Уважаемый!

— Ы⁈ — с невероятным изумлением разворачивается ко мне монстр. Рычит. — Это ты мне, человечек?

Глава 29

А это честно?

— Тебе, тебе, — отвечаю. — Меня понимаешь?

— Конечно! — рычит тролль. — Ты же тот человечек, что клубничное нам добыл! Знаю. Чего хочешь, человечек?

— Хочу узнать, вдруг у вас чего интересного есть меняться. Вдруг мне что нужно?

— Мы все «меняться» волосатым людям отправляем, — рычит монстр. — Но иди сюда. Покажу.

Тролль ковыляет к провалу.

— Вить, может, не надо? Ты смотри, куда он идет. — Фей ручками хватается за мою штанину. — Тебя сбросит, и скажет, что так и было.

— Да не, не сбросит. Караван не первый день с ними общается. Наверняка знает, как они себя ведут. Говорит — безопасно, значит, можем общаться.

— Они с ними не разговаривали! Вить! Они только переговоры вели, а, следовательно, к ним не ходили!

— Бывает, — пожимаю плечами. — А мы сходим. Ты же щит поставишь, если что? Правильно?

— Конечно! Но…

— Вот, и он один-два удара выдержит?

— Да, но…

— Вот. Значит, убежать оттуда мы точно успеем, а еще я где-то слышал, что тролли уязвимы к огню. Как думаешь, это так?

— Некоторые, уязвимы, но я же не специалист по троллям, Вить! Откуда же мне знать? — всеми силами отнекивается Феофан.

— Ну, будем считать, что уязвимы, — хмыкаю. — Не бойся, мы далеко не пойдем, и, если что, сбежим. Они, видишь, как неповоротливы? Мы тут точно выиграем.

— Ну, разве что так, — с большим сомнением замечает фей. Вздыхает. — Но только сразу, ладно? Не так как тогда, в пещере?

— Конечно, — отвечаю. Еще бы мне помнить, что там, в пещере происходило. Но ладно.

Доходим до аккуратно вырубленного в скалах спуска под мост. В принципе, если не обращать внимание на грубость работы — довольно удобный.

— Главная! Тут человечек меняться хочет! — рычит тролль в огромную дыру под мостом. — Че у нас есть-то?

Из дыры выглядывает бормочущий тролль, и огромной лапой высыпает на землю какую-то мелочевку. Подхожу поближе.

Разноцветные мутные кристаллы. Скорее, куски серых камней с вкраплениями красного и синего цветов. Крупные, с палец величиной. Забавные штуки.

— А целой такой нет? — показываю на битые камни.

— Целой? А зачем? Ну, вообще, на, — мирно рычит голова в дыре, а лапа вытягивает на свет круглый серый камень, величиной с кулак. — Разобьешь, а там красота. Или нет.

— Что хотите за это все? — спрашиваю.

— Волосатые люди нам оленей привозят, зернышки, а у тебя клубника есть. Вот.

— Фео, что у нас ненужного есть? — обращаюсь к фею.

— Только копья мелкие, камни-отпугиватели, два комплекта, летающее яйцо из гоблинской пещеры, я забрал одно, но пока не пригодилось, кусок репы, но это не отдам, ткани два куска от Аарона, цепочка — мне велика, пусть забирают, — методично перечисляет фей по мере выкладки. Он ныряет в свою котомку и просто вытаскивает все наружу. Удивительно много ерунды у него помещается в маленькой поясной сумке. — О! Крокодилий коготь! Я только один нашел тогда! Все, больше ничего нет.

Тролли сильно возбуждаются. Угукают, но на речь не переходят. Второй тролль ныряет в дыру и исчезает.

— Ну, и еще варенье я вам найду. Думаю полбочки точно. Что на что меняем?

— ААА, человечек! — тролль тяжело бегает вокруг дыры. — У нас нет достойных даров за это!!! Недостойные нельзя, бить нельзя… ААА!!!

— Эй! Успокойся. Порешаем, мне эти камешки нравятся. — Киваю на россыпь мутных кристаллов. Черт знает что это, я не разбираюсь. Но даже если шпинель какая или гранат — обменяю кучу нашего ненужного барахла.

Из дыры высовывается заросший мхом, видимо, очень старый тролль.

— Человечек нас понимает⁈ — рычит на тролля снаружи.

— Да! — кивает тот так, что я опасаюсь за его голову

— Человечек! — старый тролль высовывается из дыры на половину тела. — Мы не дадим тебе справедливой мены. Это все нам надо. Но у нас только камни, а камни есть нельзя. Надо оставить на мену волосатым. Мы может дать вот это все и еще четыре раза по столько. И заберем половину зубочисток — нам очень нужно. Болят зубы. Вот эти крысолюдские камни — я знаю что это, нам надо перекрыть ход. И платочки. А эту свою цепочку обменяешь на последнем мосту. Они прозрачные камни у себя находят. Нужные. И зубочистки им нужны. Идет?

— Идет. Сами выбирайте что нужно. — Пожимаю плечами.

— Ты не такой как те, человечек. Это хорошо. — Тролль с довольным видом отбирает половину копий и один каменный комплект. — С теми мы меняться не будем. И не зови. Они больно бьются. А ты не хотел. С тобой — зови. Варенье хотим, но у нас нечего тебе дать.

— Я спрошу, если будет в караване, просто подарю банку, — обещаю я.

— Дар? Нам⁈ — старый тролль замирает. — Мы тебя запомним человечек с летучкой.

Тролль забирает половину копий, ткань и амулеты и исчезает в дыре. Через минуту появляется второй тролль, вываливает вразнобой камни: синие, красные, попадаются мутные зеленые. И еще два круглых серых камня размером с кулак взрослого мужчины. По краям из них выпирает десяток синих мутных кристаллов. И тяжелых.

— У тебя три камня с красивыми камушками, разобьешь — может, внутри еще больше красивые, — рычит второй тролль.

Фей лихорадочно прибирает в сумку россыпь кристаллов. Запихивает серые кругляши туда же. Я в который раз удивляюсь, как это все в нее влезает.

— Ладно, я пошел, — хмыкаю. — Если найду варенье — передам вот ему. — Киваю на первого тролля.

Уходим по склону. И как раз на вершине около моста у сапога отваливается часть подошвы. Черти что.

— Тааакие хорошие сапоги получились. Им сносу не будет! — передразнивает Старого Аарона Феофан. — Еще внуки в них ходить будут…

В кои-то веки готов согласиться с феем. Усмехаюсь. Ну ладно. Земля круглая, за углом встретимся.

Возвращаемся в форт. До полудня время еще есть. Синего рассвета не было, я бы заметил.

Быстро нахожу варенье — кухня как раз раскочегарена: варят на следующие переходы, и мне наливают большую банку варенья, даже на спрашивая, зачем.

Там же и перекусываем, но фей, очевидно, рассчитывает на что-то более существенное.

Варенье отдаю троллю и тот исчезает под мостом. Хорошо. Возвращаюсь на свой пост.

— Мясо, что Муха дал, отрежь себе, и мне немного, — говорю фею.

Фео мгновенно достаёт и пластает колбасу. Забираю один бутерброд. Выставляю рычаг.

— Иннер, утро доброе! Есть вопрос. Даже два.

— Счас зайду. — Доносится в ответ.

Через пару минут встречаю мага-раздолбая.

— О! Мяско! — цапает бутерброд со стола Иннер, фей провожает его взглядом и нарезает еще один.

— Не надо так. — Качаю головой. — Спроси, я угощу.

— Ну, ты чего душнишь, хуже Ника, чес-слово! Ну ладно, в следующий раз спрошу. Че хотел-то?

Фей угощает прилетевшую с Иннером фейку кусочком мяса. И тем самым нейтрализует девчонку.

— Когда собрание? — спрашиваю. — Вчера Ник говорил.

— Забей, он часто говорит, но до дела не всегда доходит, — беззаботно отвечает Иннер. — Отложил на завтра. Пока ничего срочного нет.

— Отлично. Слушай, второй вопрос — я тут сапоги порвал, — перехожу к делу. У нас в караване кто-нибудь починить сможет? Сапоги — амулет, по идее.

— Сможет, сможет. Ивану отдай, он отнесёт починить, — отвечает Иннер и оглядывает стол в поисках ещё одного бутерброда. — Слушай, отрежь колбасы, а. Вкусная. Нигде по пути ничего похожего не будет?

— Не вопрос. — Даю отмашку фею. Тот вздыхает, но колбасу режет.

— Отлично! — веселеет Иннер. — С тобой можно иметь дело.

— Внимание! Магам занять свои места. Мы начинаем движение через пять минут, — раздается оповещение.

— Слушай, а чего у вас переговорных амулетов нет? — спрашиваю.

— В порталах нестабильно все — ломаются. Мы привыкли. — Иннер хмурится, но почти сразу же натягивает на лицо улыбку. — Ладно, я побежал, а то душнила номер два сегодня что-то пораньше встал. Даже без завтрака едем.

Киваю с благодарностью.

Через провал по мосту едем крайне медленно: в час по чайной ложечке. Но провал пересекаем.

А вот после моста и после небольшого холма, по двум сторонам дороги, раскидывается заболоченная равнина. Повсюду заросли вереска и никакого движения. Интересно, как они умудрились так вымахать? Не видно ни птиц, ни зверей — ничего в этой грустной пустоте.

Тревожно как-то, да еще синий рассвет.

В какой-то момент мне даже кажется, что слышу отчетливый звук взрыва вдалеке. Или сильного резкого скрипа.

— Ты слышишь? — спрашиваю фея.

Он не успевает ответить, ещё один взрыв раздаётся прямо перед колёсами поезда. Караван сотрясается и встает. Заросли вереска словно взрываются, и на нас бегут тысячи орков.

Точнее, так кажется только сначала. Потом понимаю, что их все же не тысячи. Несколько сотен, а то и меньше.

Вокруг поезда мгновенно образуется мутная пленка щита.

— Внимание, боевая тревога! Повторяю. Боевая тревога! Всем занять места по расписанию.

Быстро прыгаю в кресло и подаю магию. Через окна видно, как набегает волна орков. И… тут же откатывается, так как по ним начинают работать магические всполохи разного вида. И молнии, и огненные залпы.

— Отбой! Это наши партнеры. Молодняк натаскивают, — объявляет голос капитана. — Уровень понижается до среднего. Иннер! Зайди к подменному магу, покажи, где пункт стрельбы. Пусть тренируется. Все равно полсотни особей выбить нам надо.

— Канешн, Юлий! Щас зайду! — соглашается парень.

— По форме, Иннер! — бушует капитан. — Боевых лишу!

— Есть зайти к Виктору. Выполняю, — со вздохом отвечает маг.

Через те же пару минут парень снова появляется у меня.

— С ними мы торгуем, — пренебрежительно отмахивается от картины за окном маг. — Это не настоящее нападение.

— А смерти там настоящие? — киваю за окно, где раздаются разряды молний, а орки горят и падают в вереск.

— Смерти-то? — маг смотрит за окно. — Настоящие. И пока мы не выбьем четверть новой популяции, орки молодняк не отведут.

— То есть? — удивляюсь.

— Ну смотри! — Маг поднимает все рычаги вверх. С потолка опускается ажурная лесенка. — Лезь! Это твой стрелковый пост.

— А стоит? — уточняю.

— Стоит, стоит, это твоя обязанность. Лезь давай. Когда еще попробуешь? — настаивает Иннер.

Залезаю. Сверху небольшое подвешенное сидение прикрывает прозрачный купол.

— Видишь там ручки⁈ — доносится голос снизу. — Берись за них.

— Угу. — Берусь за ручки. Купол сразу же расцветает десятками значков и картинок.

— Вот все, что видишь, игнорируй, — предупреждает Иннер. — Тебе сейчас это не надо. Крестик видишь?

— Да, — отвечаю.

— Перемещаешь ручки — перемещается крестик. Попробуй.

Двигаю ручки, и купол внезапно приходит в движение.

— Ахаха! — ржет Иннер. — Не так резко!

Плавно останавливаю кручение купола.

— Насмешил, — все еще ухахатывается Иннер. — Давай, крестик куда-нибудь направь и нажми кнопки на ручках.

Направляю крестик мимо бессмысленно и безнадежно атакующей толпы, и нажимаю на гашетки.

Раздается тяжелый звук разряда, и толстая молния попадает в место, куда направлен крестик.

— Ну, вот. Теперь ты знаешь, как. Там у тебя еще тумблеры на панели — это чем атаковать. Вода, огонь, молнии, короче… Вот это все.

— Интересно. — Продолжаю изучать приспособление.

— Да не особо. Обычный крепостной магострел, — сквозь смех объясняет маг. — Накопители только нужны большие. Ну, охоться, а я посмотрю.

Я немного двигаю стрелковой позицией. Но стрелять особенно не хочу. Смысла уже нет. На глаз, как раз уже четверть нападающих выбили.

— О, смотри, орки выкинули белый флаг. — Показывает Иннер в ближайшие заросли. Там еле виднеется белая, ближе к серому тряпка в разводах. — Этому они у нас научились, — поясняет парень. — Не успел ты пострелять. Ну, ничего, еще успеешь. Ща, капитан объявит.

— Внимание! Говорит капитан. Прекратить огонь! — слышу голос Юлия, и грохот вокруг постепенно замолкает.

— Есть прекратить огонь! — доносится из разных мест.

— Ну всё, — говорит Иннер. — Можешь спускаться. Больше ничего интересного не будет. Теперь только торговля. — Недолго думает и добавляет. — Ну, ещё ритуальные поединки, но это не про тебя. Да и дерутся там не до смерти. Неинтересно.

— Да уж, — поддерживаю разговор. — А как скоро починят мой сапог, не знаешь?

Иннер смотрит на меня так, будто я сморозил великую глупость.

— Ну ты даёшь. Артефакт порвал и спрашиваешь, сколько будут чинить? Это дело небыстрое и нелегкое, — поясняет маг. — В идеале нужно связываться с портным, который сшивал магические связи. Восстанавливать — больше мороки.

— Так это родственник Старого Аарона, буквально перед поездкой покупали, — сообщаю безумно ценную на мой взгляд информацию.

— Ты с этим к Ивану. Он поможет точно. Я-то тут причем?

Спускаюсь. Буквально на десяток секунд пересекаюсь с Иваном — он просто пробегает проверить, все ли у меня нормально. Говорю про сапог, недовольный караванщик тут же решает проблему и убегает. А через пять минут заходит такой же недовольный работник поезда с ботинками в руках, отдает их мне и забирает сапог. Удобно.

Мне, конечно, выдают временную замену обуви, вот только ботинки очень жесткие, и, кажется, на размер меньше, чем надо.

— Магу Виктору приготовиться на выход. Вы отвечаете за щит в группе торговцев. — Раздаётся голос капитана. — На всякий случай. Резервные кристаллы возьмёте у начальника каравана, не забудьте своего щитовика.

Феофан смотрит на меня невинными глазами. Ага, про него забудешь.

— Ну, понеслась, — тянет Иннер. — Хотел бы я также ходить. Это хотя бы не скучно. Эх, взял бы себе щитовика в Академии, но тогда денег не было. А сейчас уже заработал на него, но пока не раскачаюсь на второго фея — с этой ходить. — Кивает на феечку. Та сразу же ударяется в слезы.

— А сменить? — предлагаю.

— А кому я ее сдам? — спрашивает маг. — Дураков нет, а вторую фею с умом берут. Это первую, что выдали — то выдали. Эх.

— Я мог бы забрать, — закидываю удочку. — Ты чел классный, могу помочь.

— Да ладно⁈ — удивляется маг. — Так, про это не забываем. Вечерочком перетрем. Мы в столице через месяц будем — можно будет обкашлять вопросик и привязку перекинуть. Так. Слушай, только я тебе много денег дать за это не могу. Мне отец не выделяет больше. Говорит, ты теперь взрослый, сам зарабатывай. А я пока только сезон с караваном хожу, на дом еще не собрал. Они же за все вычитают, — жалуется Иннер. — Так что, ну, десять. Нет, ну, пятнадцать золотых — это почти за два дня работы. Согласен, а? Не передумаешь?

Фейка надрывается от рыданий. Феофан роется в сумке в попытках подобрать вкусное успокоительное. Но у него решительно ничего не получается.

— Конечно. — Пожимаю плечами. — Тебе помогу, в караване связи опять-таки. Нормально. Сделаем.

— Так, я побежал. Сейчас кэп тебя кошмарить будет, — предупреждает Иннер. — Но про обещание не забудь!

Радостно выбегает. Фейка размазывая слезы летит за ним, оборачивается, и я успеваю ей подмигнуть. Девчонка так удивляется, что не вписывается в проход и слегка ударяется об косяк. Зато плакать перестает. В последний момент замечаю у Василисы в руке кусок репы. Маленький, правда, но всё же.

— Фео? — Всем видом показываю, что жду объяснений.

— Ой, Вить, только не сыпь мне соль на рану. Ничего не работало, даже не начинай. — Отмахивается фей и удивленно смотрит вслед Иннеру. — Не, он же реально не ценит свою фею, — говорит после недолгих размышлений.

— Именно. Мне кажется, он будет счастлив, поменяв ее на что-то более полезное, по его мнению, в караване. А вот нам приносящая удачу очень, знаешь ли, пригодится.

Фей чуть морщится, но кивает.

Собираемся на выход. Вот только идти в ботинках нет никаких сил. Сапоги починить не успеют точно. Верчу ботинки в руках.

— На, Вить, парадные тогда. — Феофан протягивает красные сапоги, выигранные на кулачных боях.

Глава 30

Без меня справитесь?

Красные сапоги обувать мне не особо хочется — слишком уж они аляповатые и приметные. Штанами тоже не прикрыть. Но из двух зол приходится выбирать меньшее.

Выдвигаемся на встречу с орками. Феофан всю дорогу молчит — я даже начинаю переживать.

Опять выдают штандарт, амулет, кристаллы. Все, как и в прошлый раз.

Выдвигаемся к группе орков в круге камней. К нам навстречу из толпы выходят три взрослых орка и несколько молодых. Самый большой в мехах и с рогами на голове — очевидно, главный. Низенький в военной экипировке — его стража или защитник. А вот орк в странных одеждах с тотемом в руках — местный шаман. Это чувствуется без пояснений. Молодые без конца переговариваются и поглядывают в нашу сторону.

Наш худой парнишка-толмач безуспешно объясняет, чего мы хотим. Несколько наших воинов в кольчуге со скучающим видом ждут окончания переговоров. Им все едино. Да и результаты предопределены — битвы больше не будет, а дальше — либо торгуем, либо нет. В обоих случаях это уже не их работа.

Наше посольство, так сказать, полностью укрыто щитом Феофана. Это вроде как знак, что мы не относимся к племени с пренебрежением, считаем их опасными и так далее. Примерно в этом стиле выражается наш переговорщик. А наш же толмач рычит на орочьем. Правда, нашего толмача я совсем не понимаю. А вот орков, которые переговариваются между собой, на удивление понимаю отчетливо. Молодые орки, например, вообще не слушают, что им говорит толмач.

— У этого тщедушного красные сапоги. Значит, он заслуженный воин? — слышу вопрос молодого орка.

— Да не может быть. Он же бледная поганка, ты посмотри. Его соплёй перешибить можно.

— Вот и я говорю, все люди — воры. И врут постоянно. Он их украл, сразу понятно. И договариваться с ними нельзя, — прилетает ответ от второго. — Воры, обманут.

В этот раз понимаю каждое слово.

— Эй, молодежь! — порыкивает вождь. — Совсем охамели? Это людские традиции, их дело.

— А чего наши все испугались? Мы ж до каравана почти добежали. Почти продавили их защиту! Надо было нападать, а не сопли жевать. О чем с ними договариваться? Смотри, какое маленькое существо, его на руку положить, и другой прихлопнуть! — мелкий орк показывает на Феофана. — Мы бы сейчас и караван взяли, и торговать ни с кем бы не пришлось.

Шаман монотонно шепчет себе под нос, только его слова разобрать не получается. Всех остальных понимаю полностью.

— Ну-ка замолчали все! — Шаман бьёт посохом и снова погружается в себя.

Орки продолжают перерыкиваться между собой, но уже почти неразборчиво и ощутимо тише.

Вождь вздыхает, поправляет рога на голове и обращается к нашему толмачу:

— Мы хотим, чтобы в ритуальном бою вы выставили его. — Показывает орк на меня. — Мы не верим, что этот тщедушный малый победил в поединках. А, значит, не верим и вам. Докажите.

— Нам нужно посовещаться. Он не наш поединщик. — Торговцы оборачиваются ко мне.

— Совещайтесь, — рычит вождь. — Но в одном из трех поединков должен быть он. Не будет его — не будет торговли.

— Вить, это афёра какая-то, — тихо беспокоится фей, продолжая удерживать щит. — Не нравятся мне эти парни. — Кивает на орков.

— Ты можешь отказаться, — обращается ко мне один из торговцев. — В твоем контракте ничего подобного не прописано.

— Только тогда у нас не будет торговли, — подсказывает второй торговец.

Отходим от посольства орков. Те остаются на месте.

До меня быстро доходит текущее положение каравана. Смеюсь.

— Ну, раз у вас не будет торговли, тогда я хочу процент, — перевожу разговор ближе к делу. — Какой оборот вы планируете с этой остановки?

Оба торговца мнутся и переглядываются. Видно, как они оба мысленно подсчитывают деньги. Хором ответить не могут — оба соврут.

— Нам нужно позвать Ивана! — наконец говорит один.

— Зовите, — пожимаю плечами.

Но, вообще, ощущение странное. Тело будто рвется в бой. А ведь я почти уверен, что до моего пробуждения Витя мало что делал руками. И, тем более, вряд ли участвовал в боях. Но, видимо, благодаря постоянным упражнениям, тело идеально сбалансировано. Это плюс. Но вот почему меня так тянет поучаствовать… С другой стороны, меня не тянет поучаствовать в любом бое. А вот с этими молодыми почти людьми — да.

Орки недовольно наблюдают за нашим небольшим совещанием.

— Просто так выступать на потеху не буду, — уточняю торговцам, пока они ждут Ивана. — Мне не это надо. Вон они, какие здоровые. — Показываю на самого внушительного, тот озлобленно рычит. — А я просто маг — не кулачный боец.

— Так они предлагают битву не на кулаках. На кулаках они не умеют, — торопливо поясняет торговец.

Фей озадаченно поглядывает на нас. Во взгляде читается беспокойство.

— То есть? — удивляюсь я. — Объясняйте.

— Оружием можно пользоваться, — говорит второй торговец. — Мы тебе меч дадим или шест. Что захочешь, то и дадим. Только выиграть надо. Или хотя бы не проиграть.

— А смысл? — спрашиваю. — Если я ни тем, ни другим пользоваться не умею? — уточняю ещё раз. — И получается, что выходить придётся против бойца с оружием, который умеет. А сам при этом пользоваться оружием не смогу. Зачем мне это?

Один из молодых орков показывает на мои сапоги и заявляет:

— У него красные сапоги победителя турнира.

Говорит он на орочьем, но я понимаю каждое слово.

— Ну и что? — тут же отвечаю ему и не узнаю свой голос. Интонации рычащие и грубоватые. — Турнир был на кулаках. Вот вы бьётесь на кулаках?

— Витя, ты что, понимаешь его? — Удивляется торговец.

— Чуть лучше, чем троллей. Понимаю. — Вздыхаю я. — Короче, рассматривать буду только кулачный бой. — И просто так против этих здоровяков выходить не буду.

Кажется, меня понимают одновременно и торговцы и орки.

— Да я тебя и без оружия заломаю, — выкрикивает здоровенный молодой орк и бьёт себя в зелёную грудь огромной лапищей. — Вы все лживые и слабые людишки!

Шаман шипит на него и пристукивает посохом.

— Молчать!!! — он громко рычит и смотрит сразу на всех присутствующих орков. Мол, ко всем относится.

После чего оборачивается к торговцам и сбавляет тон. Видно, что ему это даётся с большим трудом:

— Мы не можем вам верить. Вы все время разные. Только бой может проверить вашу честность. Мы выставим своего воина без оружия. Выставляйте своего. И как обычно еще двух других поединщиков. Три боя. Три правды.

— Опять просят троих, вечно им крови мало, — кидает первый торговец необдуманную фразу, второй одаривает его недовольным взглядом.

Видимо, орки в чем-то правы. Люди в караване привыкли обманывать ради своей выгоды и создали себе не лучшую репутацию.

— Витя, — уже мягко обращается ко мне второй торговец. — Вон, Иван машет, пойдем, будем договариваться.

— Куда ж мы пойдем? А щит кто будет держать? — смотрю на торговца с удивлением.

— А, щит. Точно! — словно вспоминает мужик. Ладно, сейчас позову сам. — убегает к Ивану.

Феофан выглядит уставшим и полностью погруженным в свои мысли.

Торговец приводит Ивана и приносит пару стульев.

Караванщик жестом приглашает меня сесть. И как только это делаю, вокруг нас поднимается марево.

— Не беспокойся, твоему фею держать щит это не помешает. А так нас не услышат.

— А зачем? — удивляюсь.

— У стен есть уши, — предупреждает. — Не стоит кому-то знать о наших с тобой взаимоотношениях, особенно оркам.

— А для чего вам вообще торговаться с орками? Неужели нет ребят посговорчивее и подружелюбнее? — задаю очевидные вопросы.

Иван ухмыляется, будто изначально знал, что этот разговор состоится.

— Конкретно эти орки поставляют очень редкие вина, — объясняет караванщик, проговаривая каждое слово. — А ещё горные травы для лекарей в столицу.

— Допустим, — соглашаюсь. — Но бой зачем?

— Если мы выигрываем, то у нас половина цены за весь товар. — Караванщик не мнётся, отвечает сразу. Его ответы выглядят отрепетированными. — Если проигрываем, такая же наценка. Если не выходим на бой — вообще торговли, как ты понимаешь, не будет. Короче, это важная торговля на перегоне.

Фей внимательно слушает. После разговоров с орками он теряет хорошее настроение, несмотря на всю свою любовь к торгам. В этом я его понимаю. Довольно неприятные товарищи.

— А как часто выигрывают или проигрывают? — уточняю.

Очень уж мне не понравились слова торговца «оркам мало крови». Судя по реакции, к этому вопросу Иван не готов.

— Иногда проигрывают, иногда выигрывают. Все время по-разному, — отвечает расплывчатой формулировкой. — Но чаще проигрываем.

Последняя фраза удивляет.

— Какой в таком случае мой интерес? — спрашиваю.

— Что ты хочешь? — Караванщик сразу переходит к делу.

— К сожалению, я не знаю, что у вас имеется, — говорю как есть. — Давай от оборота считать, не от прибыли.

— Чего? Это же просто бой! — восклицает Иван.

Вижу его неподдельное удивление. Такого поворота событий в его невидимом плане не прописано.

— Не-а. — Мотаю головой. — Это бой, без которого у вас не состоится торговля. И на него могу выйти только я.

— И ещё два человека, — напоминает Иван. — Наш караван — это же практически большая семья. Мы тут все помогаем и поддерживаем друг друга, — караванщик нащупывает точки, на которые можно надавить.

— Пусть, — подтверждаю. — Но это ваша семья. А я не обязан, так что, извини, а все эти рассказы про то, что мы семья и это наш общий бизнес — не ко мне. Я не семья. Я — наемник за деньги.

— Чёрт с тобой, — недовольно выдыхает Иван. — Решим вопрос.

И я и караванщик прекрасно понимаем, что другого исхода у этого разговора и быть не могло. Иван попытался опять положить медяшку себе в карман — не вышло.

— Тогда мне нужно точно знать, отличаются ли орки от людей? В плане тела. Ну, там, где у них сердце, почки, печень? Там же, где и у людей?

— Да, в принципе, орки — это те же люди, просто из-за жизни в равнинах, за чертой людей, они стали зеленоватыми и очень крупными. Где магия дикая — такое случается, — объясняет Иван. — Но у нас с ними даже потомство общее может быть.

Да уж. Важная информация, на самом деле. Про потомство — вряд ли пригодная к нынешним реалиям. Хотя, это гарантия, что они все же люди*.

— Отлично. Я выйду на бой, — соглашаюсь. — Но нужно обсудить условия. Про десять процентов от оборота. Просто, если у тебя в цену в столице заложена практически стопроцентная дельта, а именно это я понимаю из твоих слов…

Караванщик внимательно слушает. И ему не нравится, как быстро я провел параллели с ценой. Но заработать на мне он из без того успел, хватит. Я тем временем продолжаю:

— Сам говоришь, что иногда проигрываете, а иногда выигрываете. Значит, пятнадцать процентов, или шестая часть — это лучше, чем вообще не получить ничего.

— Черт с тобой Витя, будут твои десять процентов. Будут, — соглашается Иван. — На бой ты выйдешь последним. Первые два поединка у нас более-менее прогнозируемые. Выиграть особо не пытайся. Скорее всего, первые два мы вытянем. Если что, любую травму мы починим за день.

— Пятнадцать! — улыбаюсь.

— Ну одиннадцать, не больше. — Подсчитывает Иван.

— Пятнадцать при выигрыше, и двенадцать при проигрыше. — Ставлю точку. Уточняю. — Каким образом, почините?

В моих же интересах прикинуть все возможные расклады. Орки сами по себе с виду простые, но кто знает, чего ожидать от них в ярости.

— У нашего старикана две феечки, — объясняет Иван. — Одна обеспечивает защиту, другая лечит. Повезло ему в свое время. Да и нам повезло тоже.

Ага. Ещё один кусочек мозаики встаёт на место.

— И что лечат чаще у бойцов после поединков? — снова уточняю.

— В основном, проникающие и переломы, — говорит Иван, поморщившись.

Прикидываю. Это все более-менее нормально. Протягиваю руку.

— Годится. Договор?

— Договор! — улыбается караванщик и пожимает мне руку.

Обе руки на секунду связывает темная нить, которая мгновенно словно впитывается в руки.

— Что это было? — вторит моим мыслям караванщик.

«А это чтобы у него желания тебя кинуть не появилось. Последствия нарушения договора ему не понравятся, — возникает у меня в голове голос котенка. — А то больно уж тут все хитровыкрученные».

— Наш с тобой договор скрепили. Будут следить за выполнением, — задумываясь, произношу я.

— Кто? — удивляется Иван.

Пожимаю плечами. Отвечать ему я не хочу.

— Если не нарушим, то и соблазна узнать, кто это был, не появится. Я не нарушу.

— Я тоже, — поспешно отвечает караванщик.

— Ну вот и славно. — Задумчиво киваю.

Все вместе возвращаемся к оркам. На улице поднимается сильный ветер, будто сама погода предвещает неладное.

— Мы выставим поединщиков, — говорит Иван.

Орки его хорошо понимают. Их лица расплываются в предвкушающих улыбках. Только уже знакомый молодой орк смотрит на меня и проводит под шеей большим пальцем. Международный такой жест. Кажется, мало я запросил. Ладно, посмотрим.

Караванщик со вторым торговцем заканчивают обсуждать с орками поединки, после чего они разворачиваются и уходят.

— Куда это они? — удивляюсь.

— У них сейчас война по расписанию. Поэтому здесь на обсуждения собирались только мужчины. Стоянка у орков сильно дальше. Ритуальные бои для этого племени семейный праздник. Теперь им жёны мозг чайной ложечкой съедят, пока они не перенесут стоянку. Они любят такое смотреть вместе с детьми, — рассказывает Иван.

— И надолго это? — уточняю.

— Ещё на полдня задержимся. Надеюсь, дальше быстрее пойдёт, — говорит Иван, вздыхая. — Зато мяса пожрём от души. Они в честь праздника устраивают пиршество. Несколько кролов зажарят целиком.

На улице из-за ветра находиться практически невозможно. Холодные порывы сдувают с ног. Возвращаемся.

В караване нас встречает капитан. Он шагами измеряет коридор и сразу же задаёт главный вопрос:

— Ну, какие условия? Воюем или дальше едем?

— Остановка, торгуем, ставим форт, — обрубает Иван.

Видно, что когда дело доходит до торговли, главный — он, и капитан с этим полностью согласен. Очень чёткое разделение обязанностей.

Поезд снова сворачивается в кольцо и превращается в форт. Договора-договорами, а доверять на слово никому не собираются.

— Надо подготовить место для поединка, — командует Иван. — Иннер, — обращается к подошедшему магу. — Принеси амулеты и один кристалл!

Площадку для боя готовят недалеко от форта. Деревья и кусты вырубают и выкорчевывают, а траву укатывают здоровенной бочкой. По углам поля укладывают амулеты.

— Я о таком раньше только слышал! — восхищенно делится Феофан. — Ходили же слухи, что тот, кто обувает красные сапоги, тут же находит нового поединщика. А ведь у нас так и получилось, Вить!

— Фео, не думал, что ты такой суеверный, — смеюсь я. А потом немного ворчу. — Но вообще, о таком предупреждать надо. В жизни бы не обул — на сотню метров и в тесных ботинках бы сходил.

А вот столы в этот раз выносят за стены форта, но в пределах щита поезда, если вдруг что. Кажется, у нас все же будет завтрак. Пусть и поздний. Да еще и с видом. Но подкрепиться точно не помешает.

Феофан без лишней скромности хватает сразу несколько тарелок. Капитана как все остальные не ждёт — не его традиция. И я с ним отчасти солидарен. Выдерживаю этикет только ради уважения к попутчикам. Все встают, чтобы поприветствовать капитана, он произносит своё фирменное:

— Не надо, не надо.

После этого все мгновенно приступают к завтраку. Голоден народ — всё-таки поехали рановато.

Орки-же неподалёку быстро раскидывают временный лагерь.

Прямо на наших глаза воздвигаются шатры и маленькие хижины. Длинноволосые женщины орков со спины выглядят невероятно: фигуристые, подтянутые и высокие, только оливковый цвет кожи указывает на истинное происхождение красавиц. Хотя, он придаёт некой экзотики образу.

— Ну и зубищи, — комментирует фей в такт моим мыслям.

Когда одна из девушек поворачивается, в глаза сразу же бросаются огромные выпирающие резцы из-под нижней губы. Из-за этого челюсть кажется шире, чем есть на самом деле.

Едим долго. Складывается ощущение, что все сидящие за столом наблюдают за бытом племени. Для кого-то такое в диковинку, как и для меня.

Примерно через час возле места для поединка начинают собираться орки. Слышно, как они переругиваются и обсуждают грядущие бои. Женщины ходят рядом, некоторые с грудными детьми. Судя по всему, смотреть бои им это никак не помешает.

Люди форта встают с противоположной стороны поля. Мы с Феофаном присоединяемся к толпе.

Группа орков расступается, и на поле появляется уже знакомый нам шаман.

Он нашептывает молитву, и стихия будто слышит его голос. Снова поднимается пронизывающий ветер и почти тут же затихает. Вдалеке гремит гром, хотя небо ясное и без туч.

— Земля готова к бою чести! — объявляет шаман на своем языке.

* * *

*это критерии вида. Определение, можно сказать. То есть, пока особи, даже абсолютно друг на друга непохожие могут давать общее потомство — это подвиды одного вида существ. Если же потомства не дают или оно стерильно — это разные виды. Даже при внешней похожести. Типа лошади и осла или курицы и фазана.

То есть в применении к ситуации: вся архитектура поединка, болевые точки и приемы — это применение на большом человеке, а не на горилле, например, где это тупо не сработает из-за несколько другого строения тела и других реакций.

Витя четко это понимает. И именно поэтому в конечном счете соглашается.

Глава 31

Чья игла?

В круг входят три молодых орка. Их я уже видел. Собственно, здесь вообще без неожиданностей. Набор вооружения стандартен, что у первого, что у второго.

Первый — традиционный мечник без строя, то есть, круглый щит в полроста и меч средней длины. Кожаные полудоспехи с нашитыми костяными бляхами. Все совершенно обычно, в пределах моих представлений об обмундировании нерегулярных войск. Самое дорогое тут меч. И то, если с металлом у орков плохо. Все остальное — легко зарабатывается и создается усилиями племени.

Кстати, костяные бляхи неплохая защита, на самом деле. Металл вязнет в них и пружинит. Заменяются легче, чем металлические. Так что доспех примерно на уровне бахтерца.

Второй боец ожидаемо вооружен топором. Правда только им. Оружие на длинном топорище, примерно в три четверти роста. Но, вообще, этим инструментом тут многие орудуют.

Третий — мой соперник. Он доспехом себя не обременяет. Парень оказывается неприятно легким в движении и быстрым. А еще сильным и ловким. Рисунок боя с такой горой мышц пока у меня не складывается. Разве что, я чуть-чуть быстрее его. Просто из-за разницы пропорций.

Орк не отрываясь смотрит на меня, словно ждет, что я прямо сейчас убегу. Но нет. Это вряд ли. А вот с желанием участвовать в таких странных мероприятиях надо что-то делать. К целительнице зайти, что ли, как в столице будем?

Нет, конечно же, я вполне могу объяснить разумность поступка. Притянуть, так сказать, за уши. Поскольку, раз караван задерживается, прибыль должна быть адекватна. То есть, оборот компенсирует задержку. Так что сумма, которую составит шестая-седьмая часть от этого ожидается приличная.

Но, вообще, такое желание все равно ненормально. Я же сначала хочу подраться по факту, а только потом подтягиваю разные логические соображения.

Ладно. Это может подождать.

На арену спокойно выходит первый поединщик от орков. А от нас довольно пожилой мужик из каравана с копьем. Удивительно, но тут результат боя для меня очевиден. Ну не играет меч со щитом против опытного копейщика. А возраст мужика намекает именно на это. Тем более, что наш поединщик не стал надевать ни кольчугу, ни более тяжелый доспех, сделав ставку на мобильность.

В принципе, поединок прекрасно доказывает мою точку зрения.

Копейщик держит длинное копье двумя руками. Занимает устойчивую стойку.

Мечник, вооруженный средним мечом и круглым щитом, двигается уверенно, прикрываясь щитом и готовясь к атаке. Парень опытен, но именно с копьем он проводит мало боев. Это очевидно, так как слишком высоко поднимает защиту.

После сигнала орк сразу же пытается сократить расстояние, но тут же напарывается голенью на жало копья. Копейщик лишь чуть-чуть докручивает конец оружия. Все, с этого момента вариантов и нет. Но мужик в возрасте не дает и доли шанса.

Подшаг, мгновенный разворот оружия, и пяткой копья поединщик каравана подбивает ноги орка, пока тот только осознает свое предыдущее ранение.

На все про все секунд десять.

Зрители в восторге, даже орки. Те гортанно кричат и радуются красоте поединка. И это правда. Действительно, красиво. И в данном случае опыт бьет молодость.

Второй орк впрыгивает в круг практически сразу. Да и от нас, не задерживаясь, выходит поединщик. Тоже выбирает копье. Так-то правильно, но мне не дает покоя уверенный вид противника.

Длина рук орка, плюс длинное топорище практически нивелируют выигрыш в дистанции у копья. А еще орк с топором словно родился. А наш парень копье знает совершенно не так как предыдущий боец. Зря их не поменяли местами, конечно. Тут нужен хороший опыт. Копье, все же, не самый простой вид оружия.

Орк прекрасно подтверждает мое мнение. Парень из нашего каравана атакует красиво, быстро, но, по больше части, бесполезно. Потому что атаки наталкиваются на сбивы топорищем. Ни одна из них орка не задевает. А вот сам орк не атакует, изучая поединщика. И тут проявляется разница с предыдущим. Этот орк грамотнее. Что он и доказывает, уходя от слишком длинного укола копье, сближаясь в секунду с нашим поединщиком. Дальше все прогнозируемо — удар топорищем под колено и обухом по голове. При этом у орка никакого азарта. Только раздается звук окончания поединка, он тут же одергивает оружие, вонзая его рядом с головой противника.

Хм. А не такое тут безопасное действо. От подобного удара никакая фея не спасет. Ну и мне нужно поберечь себя, очевидно.

Выхожу на бой. Спокоен. А мой противник не очень. Он подпрыгивает и пытается что-то говорить. Только я его не слышу. Все внимание переключаю на его манеру двигаться.

— Вить. Сдавайся сразу же, если вдруг что, — шепчет мне фей. — Я, конечно, успею щит поставить, если станет совсем опасно, но не от всего спасет ведь.

О, еще и щит. Хорошо. Но я надеюсь только на себя.

Киваю.

Звук начала поединка почти пропускаю. Время словно чуть замедляется. Есть только я и он. Всё остальное пока не имеет значения.

Орк, расставляя длиннющие руки, бежит ко мне, нарываясь практически на классический фронт-кик*. Мне даже делать ничего не приходится, как парень отскакивает, согнувшись в три погибели. Кажется, попал куда-то в нужное место. Странно, все же удар не проходит куда планировал.

С поднятыми руками в классической защите мелкими шагами подтягиваюсь к орку. Тот откатывается от меня больше, чем на расстояние уверенного удара. Зрители, негодуют. Но что мне, что парню глубоко поровну на звуки за кругом.

Орк, наконец, уверенно разгибается и встает в стойку, похожую на мою. А вот это ошибка. Он же не знает, зачем предназначены тут руки, и стоит в удобной, а не в правильной стойке. За что я его и наказываю. Слишком высоко поднятые руки — это минус к обзору, раз, и открытая печень — два. Куда и прилетает удар ногой.

Парень не успевает среагировать. Наношу-то я удар из неудобного положения, да еще отвлекая его работой рук. И орк не понимает, что соревноваться в длине конечностей я точно не буду — он тут меня сделает быстрее. Так что пока парень ловит мои руки, ему в печень прилетает прямой удар носком сапога. И это очевидно больно.

Раз. Парень почти сгибается, и не успевает откатиться, как в челюсть приезжает второй удар с колена. Кулаком даже не пытаюсь — точно не найду ту точку, чтобы вырубить такого бугая. А вот колено уверенно крушит челюсть. Но орк этого уже не чувствует.

Зрители замирают.

Я тут же нащупываю сонную артерию. Не, показалось. Жив вполне. Да и челюсть все же не сломана. Трещина от силы. Хотя, клык он теряет. Себе заберу. Трофей.

— Целителя! — громко говорю в тишину вокруг. Со стороны орков срываются двое. Киваю и ухожу с арены.

— Честно он победил, честно! Не зря у него красные сапоги! — рычат молодые орки по ту сторону арены.

— Нечестно! Нечестно! — скандирует другая часть толпы.

Только после моего ухода шаман объявляет окончание поединка в мою пользу. Ну, по-другому и не получится. Парень вряд ли приходит в себя. Я его качественно приложил.

К черту красные сапоги. Теперь каждый встречный к ним будет цепляться.

— Пойдём, — зову фея.

— Вить, куда? А награждение? — волнуется Феофан. — Вдруг полезное что-нибудь дадут?

— Нам уже один раз дали. Полезное. — Показываю на красную причину всеобщего негодования. — Пошли к Ивану.

Караванщика нахожу внутри форта.

— Как бой, маг Виктор? Вижу, вы живы, значит, успешно? — Иван искренне улыбается.

Ага. Так и думал, что вот это их «без смертей» не совсем достоверное.

— Можем спокойно торговать, — сообщаю. — А мне не терпится получить обратно мои сапоги. Когда их починят?

Иван жестом приглашает пройти за ним и провожает нас в дальний вагон.

— Мастер работает здесь, — указывает на дверь караванщик. — Спросите у него. Я заходить не буду, у нас с ним старые счёты.

Заходим с Феофаном в довольно просторный вагон. Очень напоминает мастерскую портного в Крайнем, но более современную. Несколько видов швейных машинок, катушки с нитками, на стене стенд с ножницами и другими швейными принадлежностями. На столах разложены выкройки и лекала.

— Есть тут кто живой? — спрашивает фей.

— Таки-здравствуйте, — отвечает мастер, и мне становится не по себе.

Снова гном, получается. Раз они все родственники, нужно разъяснить ему, что обманывать добрых людей нехорошо. А за пошив некачественных сапог придётся ответить. Жду, пока из-под прилавка покажется уже знакомое существо. Мои ожидания не оправдываются. Из-за портьеры выходит тот же человек, что принёс мне ботинки.

— Простите, по долгу службы приходится часто иметь дело с господами гномами. Хочешь — не хочешь, а невольно перенимаешь их говор, — поясняет мастер. — Только закончил чинить ваш артефакт, сейчас принесу.

Мужик выносит обувь.

Сапоги выглядят как новые. Начищенные, блестящие, обуть одно удовольствие.

— Только они не сами по себе порвались, — добавляет мастер. — Недоброжелатель у вас есть, маг Виктор. Там амулет-иглу с разрывом вам в подошву воткнули. По идее, когда срабатывает такой амулет, ногу может и оторвать. Почему он разрядился — не знаю. Но хватило только на подошву. Я бы на вашем месте поостерегся. Ступайте осторожнее.

— А вот это уже интересно, — тревожится фей. — Гномы не виноваты, получается. Вон, почему оторвало подошву.

— Разберёмся, — отвечаю, раздумывая, кто мог до сапог добраться, пусть даже и на пару минут. И понимаю, что если иглу воткнули в городке, то амулет разрядился в портале. И тогда, слава богам, что мы не поставили, защиту.

Но Иннеру все равно нужно при случае припомнить, конечно, его лень. Хотя, ему пока везет. Усмехаюсь про себя. Сам виноват, что хочет это изменить.

А вот если воткнули в поезде — то доступ был ночью у любого, но почему разрядился тогда — вопрос.

Да уж. Не хватает мне, конечно же, информации. Не хватает. И по разрядке амулетов Фео мне не помощник. Ладно. Попозже попробую попытать Иннера. Ну, а вдруг.

Выхожу на улицу и чувствую себя человеком. Никто больше не тыкает в красные сапоги, всё возвращается на круги своя. Торговцы обмениваются товарами с орками, торговля идёт полным ходом. Как такового рынка нет, все разбились на точки. Вокруг временных шатров бегают орчанки. У них в руках каменные горшочки с ароматным варевом. Вся стоянка укутана дымом, везде пахнет жареным мясом. На обеденных столах рядами стоят напитки и закуски. Все готовятся к вечернему празднику. И ведь до него не то чтобы долго. Сумерки наступают довольно быстро.

Темнеет на глазах. На столах зажигаются теплым светом амулеты. Становится довольно уютно.

На стороне орков зажигают десятки факелов.

Сегодня освещение более яркое, чем обычно. Наверное, в честь праздника. Столы уставлены свежей едой и блюдами без крышек. Видно, что приготовлено только-только и на костре. Запах невероятный.

Неподалеку с ареной несколько акробатов показывают небольшое шоу. Репетируют, наверное.

За стол садится компания. Все ребята незнакомые. Кажется, сегодня мы все-таки пересекаемся с ночной сменой.

— Маг Виктор, — представляюсь.

Как только ребята слышат моё имя, наперебой начинают поздравлять с удачным боем. Смотрю на них и удивляюсь — совсем юнцы. Шумные и весёлые. Им лет пятнадцать — шестнадцать от силы.

— А вы тут чем занимаетесь? — спрашиваю самого громкого парня.

— Да, чем придётся. Мелкие задания выполняем, порядок наводим, ящики таскаем. Некоторые на ночной кухне трудятся. Что скажут — то и делаем, — с удовольствием делится парень. — Нас на полставки взяли, чтобы мы опыта набрались. Это наша первая долгая поездка. Лучших заберут в основной состав.

Видно, что парень считает себя одним из этих лучших. Он гордо задирает подбородок и успевает утихомирить товарищей, когда те чуть перегибают.

Не замечаю, как проходит время. Приятная болтовня расслабляет, а фей успевает налопаться до отвала.

— Вить, я больше не могу. — Феофан еле дышит и держится за живот.

— Так не ешь, — смеюсь.

— Как не есть? Вкусно же, — протестует фей и посматривает на последний кусочек мяса на тарелке.

— Ладно, молодежь, приятно познакомиться, мы спать. — Выхожу из-за стола, а ребята почти сразу расходятся по ночным постам. Интересные и совершенно непосредственные. Но получить от них какую-либо информацию не получается. За языком следят. И это понятно, раз все хотят в караван.

Зато время провожу отлично. И даже немного отдыхаю душой. Забавные.

В каюте отрубаюсь, стоит только коснуться подушки. И такое ощущение, что тут же оказываюсь в отличном сне.

Кажется, что по моему телу с нежностью скользят тёплые женские пальцы. Кое-где царапают кожу, но несильно. Вот только момент: похоже, это вообще не сон.

В лунном свете получается разглядеть силуэт. Катерина⁈ Не успеваю произнести вслух, женщина легонько касается пальчиком моих губ. Ну а что, Катерина очень красивая и эффектная, так что опробовать кровать в поезде вполне имеет смысл.

За всю ночь я не разу не жалею об этом решении. Видно, что Катерина знает, чего и сколько хочет. И так во всём. Оставив все силы, к утру я засыпаю, а Катя, кажется, так и остается на мне.

Просыпаюсь от хлопка. Меня будит закрывшаяся дверь каюты. Женщина оставляет после себя приятный аромат и очень хорошее настроение.

Феофан спит без задних ног. Посетительницу он, походу, даже не замечает. Думаю, амулет сокрытия звуков есть не только у Ивана. Вот и славно, решаю ещё немного вздремнуть.

Меня будит лязг защитных кожухов колёс. Форт собирается и готовится к дороге. Смотрю в окно. О празднике совсем ничего не напоминает. Все орки покинули место стоянки, оставив только укатанную боевую арену.

Торопиться особо некуда. Медленно потягиваюсь, чувствую после боёв лёгкую боль в мышцах. Она скорее приятная. Умываемся, после чего занимаю место резервного мага.

— Вить, ну, во-первых, без завтрака, а, во-вторых, приказа работать не поступало, — ворчит фей.

— Так я выспался, чего бы не поработать в удовольствие? — отвечаю как есть.

Погода за окном солнечная, силы прибавляются с каждой минутой. Хочется скорее заняться делом. Феофан прислоняется к трубке и тянет нужный рычаг на себя.

— Кухня? Говорит пост резервного мага. Нужен завтрак, — деловито заказывает фей. Перевожу на него взгляд, он без слов понимает мой вопрос. — Два завтрака!

Аннушка заходит минут через пять. Довольно быстро.

— Доброго утра, маг Виктор! — Кланяется девушка и выставляет на стол две тарелки с кашей и две кружки с чёрным чаем.

— А печеньки? — незамедлительно реагирует фей.

— Простите, я сейчас принесу! — Девушка снова кланяется, и тут же вздрагивает. — Ой, у меня же с собой немного есть.

Аннушка выкладывает из фартука несколько крупных галет.

— Но вы потом все же занесите, — настаивает фей, засовывая одну из галет в рот.

— И не извиняйтесь, нам всего хватает, — успокаиваю девушку.

Та, смутившись, выходит.

Поезд-караван набирает ход. Чем дальше мы едем, тем больше нам встречается заболоченных мест. Заросли вереска переплетаются красивыми стенами кустов, а потом резко пропадают. По обе стороны дороги простираются сплошные моховые пространства. Изредка мелькают деревья, похожие на осины. Кривые деревца только дополняют заунывность и одиночество пейзажа. Они выстраиваются рядами, перетекая в неприятный лесок.

Поднимаю кружку, чтобы сделать глоток, но не успеваю. Весь чай выплёскивается на одежду и стол, а я больно ударяюсь головой. Феофан хватается за лямки и быстро машет крыльями. Вижу, как сразу загорается щит по военному расписанию.

По поезду разносится голос капитана:

— Внимание! Всем занять свои места по расписанию!

Всматриваюсь в окно и пытаюсь понять, что происходит.

— Угроза нападения! — объявляет капитан. — Магу Виктору с феем-щитовиком приготовиться. Понадобится усиленная защита. — Это уже лично нам.

Пожимаю плечами: это логично. Я всё-таки наёмник. Беру по привычке пару кристаллов, заряженных под завязку, и выхожу в тамбур. Там уже толпится народ. От толпы быстро отделяется бригада из шести человек, в её составе и выходим из поезда. Фей сразу раскрывает над нами щит. Идём первыми. Вокруг тишина, и ничего не происходит. Это настораживает.

Дорогу преграждает завал бревен.

Идём к этому завалу с деревьями. Объехать его почти невозможно, справа и слева очевидная трясина. Так что место под завал выбрано идеально. Не сомневаюсь, что стихия здесь ни при чем. Тем более, ну неоткуда взяться тут таким, пусть и небольшим бревнам. Очевидно, перекрытая дорога — дело лап живых существ.

Феофан, кажется, думает также, и щит становится еще более плотным, а я чувствую легкое подсасывающее ощущение в груди.

— Вить, извини, но мне не по себе как-то, — фей тихо летит рядом. — Лучше я перебдею, чем нет.

Осматриваем завал. Все деревья подрубленные и сваленные. Отличное подтверждение моих мыслей. Они не упали сами по себе, их уронили.

Постоянно оглядываемся. Тишина. Пришедшие со мной работники очень споро прикрепляют цепи к стволам крупных деревьев. Это нужно, чтобы убрать поездом кучу стволов с дороги, а потом отбойник их вытолкнет совсем.

Именно в этот момент рядом с нами в дерево втыкается стрела.

* * *

*удары ногами, на самом деле, для крупных и высоких северян долгое время были экзотикой. И некоторое время даже считались нечестными в поединке. Но прямых запретов никогда не было. Считалось, что на земле нужно уверенно стоять, и кто будет более неустойчив — тот проиграл в конечном счете. Но практика показала, что все-таки нет.

Глава 32

Как правильно охотиться?

— Нападение! — ору я. — Отступаем!

— Мы не можем! Цепи не все прикрепили! Минуту еще! — кричит мне в ответ бригадир работников.

— Фео! Минуту обеспечим? — спрашиваю фея.

— Минуту? Да! Если ты кристалл в руку возьмешь! — пищит фей, взлетая на гору стволов рядом. — И если гоблинских стрел не будет! — Показывает на десяток здоровенных стрел с острющими наконечниками. Они отскакивают от щита. Гоблины такие использовать не смогли бы. Дальнобойное оружие. Никого же не видно.

Иллюзия, покрывающая дальние заросли разом спадает, и из чахлых лесков выбегают десятки разбойников.

Я оглядываюсь. Да нет, какие десятки. Да их, похоже, не одна сотня! И здесь они будут минуты через две.

— Сколько еще⁈ — ору на бригадира. Стрелы стучат по щиту все быстрее и чаще, как град.

— Почти!!! — Бригадир вбивает крюк. — Все!!! Отступаем!

— Фео, медленно отступаем к поезду, — говорю фею. — Щит держи. Без него нас нашпигуют за пару секунд.

Редкий лес издалека выглядит сплошным серым пятном. Между одиноких деревьев снуют орки. Они не заканчиваются. Заросли волна за волной выпускают нападающих. Часть из них нападает на форт, остальные ждут.

— В темпе! Со мной! — Машу работникам возле завала, как только мы достигаем зоны щита поезда.

Шесть фигур безоговорочно следуют за мной. Феофан держит щит вокруг группы, хоть поезд уже нас и прикрывает.

Браслет на руке вибрирует.

Перед поездом вижу ожесточенную схватку: два огромных орка долбятся в щит поезда. А со стороны каравана отбивается копьем знакомый мужик. И орки почти прорываются — не иначе у них специальные амулеты есть.

Кажется, первые «ласточки» подтягиваются. Ускоряемся.

Тут браслет снова о себе напоминает. Он настойчиво вибрирует. А ведь девчонка как всегда вовремя! Одним незамысловатым движением руки выпускаю неугомонного духа.

На удивление никто из бегущих рядом не реагирует. В свете дня Алёна довольно незаметна. Я вижу только слабое мельтешение в воздухе. Оно движется в сторону нападающих. Лёгкая вибрация в воздухе и правда вряд ли обратит на себя внимание, если не знать.

До поезда рукой подать. Быстро открывается люк. Шестеро работников запрыгивают в поезд, а за ними запрыгиваем и мы с Феофаном. За нами успевает вооруженный копьем боец. Он как раз успевает расправиться с двумя громилами, те почти прорвались ко входу.

Поезд изнутри гудит сигналом тревоги. Голос капитана успокаивающе проговаривает:

— Внимание! Это не учебная тревога. Нападение! Готовим защиту, все спокойно занимаем свои места согласно штатному расписанию. Повторяю! Это не учебная тревога. Занять позиции.

Видно, что ему эта ситуация не впервой, и он подустал от подобных вещей.

Я как раз добегаю до места подменного мага. Фей отдувается и садится рядом с заряженным кристаллом, чуть облокотившись на него локтем.

Рычагами вызываю капитана:

— Приём! Куда мне? Говорит подменный маг!

— Подменный на стрелковый пост. Энергии пока много. На этот бой точно хватит, — доносится голос капитана из раструба. — Иннер, страхуешь Ника.

— Оки-доки, кэп, — отзывается Иннер. — Точнее, второй пост принял. Страхую Ника.

— Подменный принял, — успеваю ответить в трубу и хватаю фея.

Быстро поднимаюсь в стрелковое гнездо.

В коридоре вижу небольшую толпу. Опытные стоят вперемешку с молодыми.

Первые быстро инструктируют молодежь:

— Вы двое остаётесь в поезде, носите боеприпасы и оружие. Остальные помогают отстреливаться. В ближний бой не лезем, смотрим и запоминаем. Вопросы зададите позже на разборе, — наставляет громкий голос.

— Если будет, кого разбирать, — раздается смешок.

Чувствуется, что страх присутствует, но пока что в минимальных количествах. Молодежь дерзко рвется в бой, и большинство из них не боится опасностей.

— Будет, будет. Каждые три-четыре перегона одно и то же. Еще насмотритесь. — Качают головами опытные. — Не суетимся, спокойно занимаемся своим делом.

Разворачиваю гнездо от ребят. У меня своя задача.

На этот раз, совершенно не сдерживаясь, принимаюсь гвоздить по скоплениям нападающих. Совмещаю крестик и противника. Получается так, будто я научился стрельбе не на днях, а лет эдак десять назад, да ещё практикуюсь через день.

Осматриваюсь. Насчитываю всего около трёх или четырех сотен человек и орков. Когда появляются гоблины, слышу, как хмыкает Феофан:

— Щит не пробили. Повезло им.

Да уж. Скорее, повезло нам. Не отвечаю, чтобы не терять драгоценные минуты.

Толпы разбойников уменьшаются, и чуть вдали, около кривого леса обращаю внимание на силуэты. Они слегка отличаются ото всех. Орки, а это именно они, раскиданы по полю так, что проведи линию между разбойниками — и получится фигура. Похожая на звезду, но более мудрёная. Нам ничего хорошего это точно не принесет. Паразиты встают так, что из магострела до них не добить. Стреляю более прицельно, но расстояние приличное. Попадаю мало.

Шаманы неведомым образом координируют действия нападающих. От них чувствуется мощный поток энергии к атакующим. Я его почти вижу. Именно его нужно заглушить любыми способами.

— Вить, браслет, — подсказывает фей и кивает на штуковину.

На запястье серый браслет наливается чернотой. Пытаюсь стрелять и одновременно настроиться на Алену, чтобы сориентировать. Шаманы либо используют защиту и отбивают заряды, либо стоят слишком далеко. Подсказываю Алёне их примерное местонахождение. Мысленно передаю куда лететь поточнее.

Отстреливаю скопления орков, чтобы они не тормозили духа. Саму девушку не чувствую, но вроде какое-то мысленное взаимодействие наладить получается. По крайней мере, фигуры хватаются за уши и падают как раз примерно в сторону шаманов. А некоторые фигуры вообще сереют и усыхают на глазах. Я пока что могу это отслеживать.

Алёна разделывается со всеми, кто попадается на пути. И дальше — больше: с каждым усушенным она только входит во вкус. А остальные, кому везет, падают на землю, будто потускневшие и обескровленные.

Дух добирается до первого шамана и высушивает его, и дальше бой идёт легче.

Магическая поддержка поля рвётся, ослабляя защиту. Бои теперь ведутся точечно, но от этого не становятся менее напряженными. Оставшиеся шаманы прерывают завывания и подступают ближе к форту. То, что нам нужно.

Алена охотится четко за шаманами. Правда, вот так с наскоку, как с первым, у нее уже не получается. Как-то эти товарищи ее чуют.

Но следить за девушкой я перестаю.

— Смотри, Витя, близко! — Фей показывает пальцем на пробившихся к поезду гоблинов.

За ними продвигаются орки. Ага, гоблины пробивают защиту. Вскрывают поле поезда и стараются пропустить здоровяков вперёд. Так не пойдёт. Стараюсь выцеливать группы взломщиков. Орки вместе с немногочисленными людьми защищают мелких паразитов. Понимают, что они — ключ к взятию поезда.

Стрелять по ним сложно — слишком уж близко подходят. И хотя их намного меньше, чем раньше, разбойников атакует все равно прилично.

Приходит черед прямых схваток. Из поезда работники отбиваются через предусмотренные щели. Бьются насмерть: видно, что отступать ни одна сторона не собирается. Сдаваться в плен тоже никто не планирует.

Дух долетает до еще одного шамана, и тот падает на землю. Это вызывает серьезные спецэффекты. Не знаю, за какую часть боя отвечал погибший, но по полю проходит за секунду вал огня.

С каждым высушенным шаманом, наше преимущество возрастает. Замечаю, как орки утаскивают потерявших сознание шаманов в лес. Видимо, напряженная у них работа. И не принято оставлять их на поле боя. Традиции вполне человеческие, отношусь с пониманием. Все равно магострел не достает.

Немного успокаиваюсь, когда замечаю видимое преимущество. Мы ощутимо побеждаем.

Оглушительные хлопки сверху морозят сражение. Все замирают и смотрят вверх. А через секунду с криками разбегаются.

— Ну, вот и всё, — трагично произносит Феофан.

Огромное существо со змеиным хвостом и парой лап кружит над поездом. Видимо, звуки боя привлекают этого монстра прямо с болот.

Сражение превращается в беспорядочный бег по полю. Виверна охотится на всех подряд. Орки, люди или гоблины — у неё свободный рацион. Мои выстрелы воспринимает как укусы сонных комаров. Существо не реагирует ни на стрелы, ни на огненные залпы. Кислотным дыханием монстр просто поливает поле боя.

— Внимание! Говорит капитан! — голос Юлия уже не такой спокойный как прежде. — Приготовиться к движению.

Караван дергается и скрипит. Ну вот, оказывается, так можно было. Уехать от свирепствующей виверны — не самое плохое решение из всех имеющихся.

— Отмена! Внимание, отмена движения! — снова слышим голос капитана.

Фей задирает голову и прислушивается.

— Повреждены передние колёса. Первый пост, нужно разобраться, — просит Юлий. Повисает тишина. Ответа не поступает. — Первый пост? Иннер, проверь первый пост и займись проблемой.

Снова ничего.

— Есть кто-нибудь⁈ Резервный, хоть ты тут? — голос капитана остаётся ровным. Тревогу он скрывает профессионально.

Замечаю небольшой раструб совсем рядом, отвечаю:

— Резервный пост на месте, принято.

Караван стоит без движения. Видимо, нападение не прошло бесследно, раз повреждены передние колёса. Чинить придётся снаружи.

Разъярённая виверна переключает внимание на поезд.

— Кажется, наружу мы выйти пока не можем, — подсказывает Феофан.

Рано мы отпраздновали победу. Ремонтом колёс займемся чуть позже, тут проблема побольше. В прямом смысле слова.

Шаманы пропадают с поля, будто их ни бывало. Направляю сразу несколько стрел в голову существа. Виверна сжигает их кислотным дыханием. Не остается даже следа. Не вовремя повернулась.

— Надо целиться в глаз! — Феофан подпрыгивает от своей же идеи.

Ага. Попробуй тут попади. Своё местоположение существо меняет стремительно. А вот подумать про слабые места — идея хорошая.

— Где болевые точки у этой пташки? — спрашиваю фея. — Думай, ты должен знать.

Феофан натужно думает.

— Ну, есть большие открытые артерии на крыльях. Тонкая кожица на венах легко рвётся, — рассказывает фей.

«О-о-о. Какая мощь! Хочу!» — тихо шелестит у меня в голове голос. Смотрю на руку — на ней темная татуировка кота меняет форму. Котенок умоляюще смотрит на меня с руки.

— Это не в формате договора. — Вспоминаю я как клякса расправлялась с крысами в подвале. Такая помощь точно пригодилась бы сейчас. Хоть немного, но, может, и замедлит. Наши-то пукалки виверне практически не наносят урона. На поезд она еще не обращает внимание. Нападающие на поле боя не закончились, так что гоняться есть за кем. Но их осталось мало, так что на очереди, стало быть, мы.

«Конечно! — шелестит голос. — Это взаимная помощь! Ты мне ничего должен не будешь, только выпусти, а?»

— Хорошо, иди. Охоться, — отвечаю.

Татуировка исчезает с руки.

Сам не теряю ни минуты — целюсь в расправленные крылья. После многочисленных попаданий видно, как виверна теряет высоту. Но тут сказывается именно число попаданий. Мне кажется, что одиночные просто мгновенно зарастают. Я продолжаю, и в какой-то момент монстр касается земли, неподалеку от поезда. Мне кажется, что я вижу два силуэта — прозрачный и темный. Они успевают запрыгнуть на тварь. Но, может, мне просто кажется.

Монстр снова взлетает, но теперь он летит очень тяжело. Словно теряет силы с каждым взмахом. Слишком быстрый результат, удивительно даже.

— Ну, вот, значит, всё-таки крылья, я угадал, — радуется Феофан, когда существо почти падает в болото.

— Глубоко сомневаюсь, — отвечаю, продолжая обстрел.

Кажется, я знаю, кто нашел слабое место виверны. И это, к сожалению, не Феофан.

Топи пытаются поглотить огромную тушу. Но монстр сопротивляется, и выбирается на устойчивую землю. Виверна резко взмахивает крыльями, резко поворачивается, словно пытается найти, кто ее кусает. Из пасти существа вырывается кислотное дыхание, но оно уже никому напрямую не угрожает.

Тварь реагирует на очередной залп из поезда. Их пару минут назад она просто игнорировала. Сейчас же залпы оставляют на слегка посеревшей коже уродливые подпалины. Виверна издает крик и разбегается, атакуя поезд. Но не добегает и со скрипом вытягивается в попытке достать ненавистное железное существо. Пару раз вздрагивает и издыхает.

Над полем боя повисает тишина.

— На разделку третья бригада, — недоверчиво говорит капитан. — Виктор, присмотри за ними. С первого поста сигналов не приходит.

— Принято, капитан.

Спускаемся с феем из стрелкового гнезда.

Выходим на улицу, орков нигде не видно. На поле остаются только поверженные. Работники каравана суетливо разматывают верёвки и направляются к болоту. Наблюдаю, как существо вытаскивают крюками поближе к поезду.

— Где маги? — слышу голос капитана. — Почему весь караван должен пахать без продыху?

Иннер и Ник появляются неизвестно откуда. По крайней мере, момент их возвращения я заметить не успеваю.

Подхожу ближе к толпе работников. Они вытягивают здоровую тушу и принимаются её разделывать. Смотрю на это всё не скрывая удивления. Все же только что бой закончился. Еще неизвестно, кто из разбойников живой, а кто нет. Но Фео прекрасно проясняет ситуацию.

— Сердце виверны — дорогущий ингредиент, — поясняет Феофан. — Из него варят сложные зелья. Из крыльев делают обувь и сумки. Когти и зубы годятся для грубых защитных изделий, ножей, колючих щитов. Да тут она вся — это большая денежка.

Ну, понятно, вряд ли часто виверна попадается на разделку каравану. Слишком у поезда слабая огневая мощь. Пока теперь не раскидают на запчасти, никуда никого проверять и не подумают. С другой стороны, кажется, караванщикам до нападавших дела нет. Особых трофеев после виверны с ее кислотным дыханием тут уже и не получишь, а нарваться на какую-нибудь стрелу или нож в бок от замаскировавшегося под труп врага — дураков нет.

Смотрю на браслет — он снова принимает привычный серый цвет. Значит, Алена успевает вернуться в браслет, причем довольно незаметно для окружающих. На её счету достаточно много орков и гоблинов, да и людей на поле боя усохло довольно много. Что ж, тоже неплохо. Со стороны браслета просто чувствую сытую негу. Кажется, обожралась Аленушка.

«Наверняка! — раздается тихий голос в моей голове. — Извини, что сам предложил контакт, хоть и обещал. Но ты не отказался от помощи! А мне, — котенок икает. — Эта Сила прямо толчок даст. Какие интересные твари у вас тут водятся. Ты, случайно, охотником на таких не хочешь стать? А я тебе помогать буду!» — мяукает голос в голове.

— Нет, не планирую! — тихо говорю. — Но в следующий раз, если угрожает опасность, и ты меня явным образом не отвлечешь — можешь говорить.

Мимо проходит Ник. Довольно злобно поглядывает на меня. Интересно. Где этих двоих носило? Почему они только сейчас появляются? Бой то был довольно долгий. Хотя, конечно, может в бою-то мы все участвовали. Не до того было, чтобы анализировать вклад в победу.

«Ой, как хорошо! — появляется образ облизывающегося котенка. — А можно, если тебе будет угрожать смертельная опасность, выходить без твоего явного разрешения? А? Не хочу терять такого перспективного носителя».

— Если я потеряю сознание, то все равно сначала честно пытаешься привести меня в чувства, и вот только если не получится, — соглашаюсь. — Только тогда. В любых других случаях — спрашивать разрешение.

«Ахой, капитан! — передразнивает внутреннюю коммуникацию котенок. — Не извольте беспокоиться!»

— Изволю, — ворчу. — Мне сюрпризы настроения не добавляют. То Фео забывает сообщить мелочь про сапоги, то ты еще отжигаешь. Непорядок.

«Все, все. Осознал, понял, принял!» — Исчезает из моего сознания котенок.

Ник недовольно обходит существо и встает напротив работника, который пытается вскрыть грудную клетку твари. Она хоть и летающая, но больно крупная.

— Осторожно пили! Сердце не повреди! — наставляет маг работника. Обе феечки мага, поджав губы и сложив руки на груди, зависают над работником неподвижно. — Надрез ровнее веди.

Видно, что Ник вроде бы и сам не прочь добраться до сердца, но очень не хочет пачкаться.

И он, скорее всего, прав. Работник задевает сосуд и землю окатывает кровью. Она даже шипит. И от мест, куда попала кровь существа, поднимается дымок.

Ник наклоняется к пропиленной дыре, поднимается и злобно смотрит на окружающих. Кидает выразительный взгляд на меня.

— Сердце сожрали, — подытоживает маг.

Глава 33

Что же я делаю не так?

Работники с опасением осматриваются.

— Ну, я пойду, раз теперь есть кому щит держать. — Мне буквально на мгновение обжигает предплечье. Боль проносится по телу и испаряется. Возможно, сказывается моральное напряжение и усталость. А может котенок вернулся. Но проверять, пожалуй, не буду.

— Виктор, подождите, — Ник, несмотря на взгляды, все же довольно корректен. — Вы знаете, кто сожрал сердце виверны?

— Я думаю, — глубокомысленно заявляю я, — тот, кто ее убил, тот и сожрал. Надеюсь, мы не входим в его рацион, если что. Но я всё-таки пойду. Колеса сами себя не починят. Вы люди более опытные, прикроете работников, если что.

Ребята, что потрошат виверну мгновенно отпрыгивают от туши.

— Назад! — орет Ник. — Виверна уже мертва, работайте, я прикрою.

Провожает меня злобным взглядом. Вот с чего бы? Неприятно он смотрел уже до моей, в сущности, безобидной шутки. Хотя работники теперь особенным энтузиазмом в разделке не пышут.

— Виктор, — доносится в спину уже. — А все же, кто её убил?

— Понятия не имею, — даже не останавливаюсь. — Я только на землю ссадил, да и то, с трудом.

Несколько молодых пареньков стаскивают ингредиенты в поезд, остальные разбредаются по делам.

Спокойно принимаюсь за распоряжение капитана, подхожу к передним колесам. Дорогу чинил — тут должно быть ещё легче.

Иннер поднимается вслед за недовольным капитаном в поезд.

С колёсами действительно разбираюсь быстро. Вытаскиваю огромные булыжники и палки, которые их стопорят. Подаю магию и восстанавливаю железные пластины. Проверяю весь поезд на повреждения. Даже простукиваю. Это оказывается быстрее, чем рассчитываю. Убираю лишнее, латаю дыры в защитном покрытии.

Фей летит рядом со мной.

— Вить, — подаёт голос Феофан. — Про нас, кажется, забыли.

— С чего ты взял? — удивляюсь.

Но, оглядевшись, не вижу ни одной живой души вокруг. Все разместились внутри поезда и ждут отправления.

— Не кормят, — приводит самый веский аргумент фей.

И то верно. После такой заварухи я готов проглотить зажаренного крола целиком.

Доползаю до входа, поднимаюсь к себе и отчитываюсь о выполненном задании в трубу. Облокачиваюсь на мягкое рабочее кресло.

Судя по показаниям приборов, в накопителях магии заметно поубавилось.

— Принято, резервный пост, — устало говорит Юлий.

Кэп доволен, что мы отбились, причем по поводу нападающих разбойников он даже не беспокоился. А вот виверна капитана из обычного состояния, очевидно, выбивает. Ну, и примешивается немного разочарования, но именно что немного — он же торговлей не занимается. Просто ребята хоть и обдирают монстра до скелета, самое ценное, а именно сердце, добыть не смогли. Хотя, череп забрали.

Трогаемся с места без происшествий. Починил я колеса качественно. Кажется, здесь весь поезд существует на тех же амулетных принципах, что и дорога. Иначе они бы уже где-нибудь давно остались. А так, главное, иметь мага или запас кристаллов, и весь караван со временем восстановится. Шикарная придумка, на самом деле. Очень мне хочется подобную схему где-нибудь найти.

«А я помогу тебе ее быстро запомнить. Ты главное найди. Мне уже очень интересно», — раздается голос в голове, а предплечье чуть тянет в месте татуировки.

Ну-ну.

Дальнейший путь проходит довольно спокойно.

Дверь распахивается, и к нам врывается Иннер.

— Спасибо, что прикрыл с ремонтом. У нас там дельце одно важное было в орочьих лесах, — заговорщицки начинает маг.

Никаких вопросов не задаю. Захочет — сам расскажет.

Феофан который раз тянется к трубе и рычагу кухни.

— Не напрягайся, сейчас всем разнесут ужин, — объясняет Иннер. — У нас после боёв не принято накрывать столы. Тут ещё потери, если есть — поминаем наедине.

Понятно. Традиции.

— Но вроде сегодня спокойно прошло, — продолжает маг. — Только один пацан под дыхание подставился, но там только кислотный ожог, переживет.

— А что у нас дальше по плану? — спрашиваю.

— Дальше? Да ничего особенного. Бесплодные и сухие земли три дня, если без поломок и при поддержки необходимого уровня магии. — Иннер потирает плечо. — Ладно, не забудь поставить защиту, когда нырнём в портал.

Маг идёт к двери, а я замечаю, что он чуть прихрамывает. Ладно, не моё дело.

Аннушка тихонечко стучит в дверь, перед тем как войти.

— Не стесняйтесь, — подбадриваю девушку.

Она заносит две тарелки с небольшими кусками мяса и гречкой. Как всегда, на стол опускается две чашки черного чая.

— Это на десерт, — произносит девушка и вытаскивает из фартука мешочек. — Сама пекла.

Фей хватает мешочек и прижимает к себе, а я благодарю сквозь смех:

— Спасибо, с вами не пропадешь.

— Обращайтесь на кухню в любое время, маг Виктор. — Аннушка кланяется и выходит.

— Вить, закажи ещё чаю по блату, — просит фей.

— Ты этот ещё не выпил. — Киваю на полную чашку.

Мясом, как ни странно, наедаюсь, не смотря на небольшие размеры порции. А выпечка Аннушки заставляет ностальгически улыбнуться. Я совсем не помню своего детства, но чувствую, что уже пробовал подобное. Когда-то совсем давно.

После ужина тянет задремать, делаю над собой усилие. Нужно закончить с зарядкой кристаллов. Энергия идёт медленно. Фей усилие делать над собой не собирается и растягивается в гамаке.

— Внимание постам! Приготовиться к проходу в портал! — Из раструба раздается голос Юлия.

Нащупываю под столом пластину и сдвигаю её, как рассказывал Иннер. Фей не просыпается от громких звуков. Зрительно ничего не меняется, но внутренне проход в портал совершенно не заметен.

В этот раз при перемещении молнии не бьются. Никакой боли и ярких вспышек.

Кажется, будто караван — подводная лодка, и мы медленно погружаемся под воду. Единственное, что происходит — чуть закладывает уши.

Смотрю в окно и жду, пока неразличимые мазки превратятся в четкую картинку. Через несколько минут понимаю, что мы едем через пустыню. Небо синее, с примесью фиолетового. Звёзды — одна ярче другой. Хорошо просматриваются различные созвездия, как на специальной карте.

По этой местности мы едем круглосуточно, без задержек и остановок. Ужины приносят в рабочий кабинет, а обедаем группами в вагоне-ресторане. И очевидно, что так караванщики и проводят свои дни. Как раз городки и торговля, это все же исключение, ради которого они вот так едут, и долго. Не удивительно, что тот же Иннер тут на стенку лезет от скуки, его ж правильно никто использовать не хочет… Ну, кроме меня, конечно. Хе-хе.

Первая рабочая смена в в этом месте проходит неожиданно сложно. Качать магию тяжело — источников почти нет. Я на время встаю в ту странную стойку, чтобы увидеть потоки. И увиденное мне не нравится — лей-линии, конечно, и в пустыне есть. Магия есть везде. Но. Основные только высоко в небе, и, кажется, очень глубоко под нами. А второстепенные высушиваются почти полностью. Живность и тут есть, и почти вся она приспособилась потреблять магию. Иначе — сложнее выживать.

Фон магии довольно пустоват. Но на прокачку через меня и наполнение камней и накопителей поезда в принципе хватает. Пусть и с трудом. Думаю, что будь нападение где-нибудь такой местности, караван мог бы тут и остаться. С другой стороны, нападающим тоже нужно как-то дождаться поезда. Вряд ли капитан едет одной и той же дорогой. Не в первый же раз. Это в болотах особо свернуть некуда, а тут пустыня, от горизонта до горизонта. Так что бедновато, неприятно, но очень спокойно.

Всё высушено. Больше приходится использовать свою энергию, и уже с утра я обычно выгляжу не очень. Да и чувствую себя примерно также. Радости добавляют только визиты Катерины, больше похожие на сон. Но и они дефицит энергии не восстанавливают. Так что к началу третьего дня пути я себя в зеркале узнаю с трудом. Усмехаюсь. Зато довольный.

— Выглядишь так себе, — подмечает Феофан.

Стрелки на приборах держатся на среднем уровне. Поднимаю показатели ещё на несколько делений, только после этого соглашаюсь сходить на обед.

— Не бережёшь себя, — фей ещё раз пробует завязать разговор.

— Пойдем — пойдём, — на этот раз соглашаюсь на намек.

Предобеденные намёки на вагон-ресторан — это уже почти добрая традиция.

Проходим по светлому коридору и попадаем в комфортное широкое помещение. Столы возле окон частично свободны и украшены скатертями и салфетками, расстояние между ними довольно большое. Рядом кожаные сидения и удобные диваны. Ходить между ними можно свободно, да и разговор соседей вряд ли услышишь. Возле стены барная стойка, сразу за ней дверь на кухню. Оттуда обычно выходят официанты с уже готовой едой.

— Хочу сюда! — Фей плюхается на мягкое сидение.

Столик небольшой, на два-три человека. На белой скатерти для нас приготовлены комплекты приборов по обе стороны салфетки. Здесь можно найти даже десертную ложечку и щипчики. В общем, полная сервировка к нашим услугам.

Еду приносят сразу, без выбора по меню. Для меня это только на руку, выбирать ничего не хочется. Вкуса еды тоже особо не ощущаю. Ем больше на автомате. Хотя, выглядят блюда вполне аппетитно.

Периодически к нам подходит молодой парень и меняет тарелки. Мы с ним вместе сидели за столом на ужине после боёв. Как зовут — не помню, но парень на разговор и не напрашивается.

После подачи основного блюда, к нам за стол подсаживается Иннер.

— Не передумал? — спрашивает маг с беспокойством.

Феечка держится отстраненно и молчаливо, только хлюпает носом. Феофан сразу же уводит её за другой столик и увлеченно показывает на пейзаж снаружи. Не знаю уж, что он ей так увлеченно рассказывает про пустыню, но, главное, чтобы помогло отвлечься.

— Нет не передумал, — отвечаю. — Видишь, они как-то подружились. — Киваю на Феофана и Васю. — Но только ты мне будешь немножко должен. И я сейчас не о деньгах. Мне нужен свой человек внутри каравана.

— Лады, — соглашается Иннер. — А ты потянешь второго паразита? — спрашивает маг. — Это не так просто!

— Мой фей говорит, что потяну, — сообщаю. — Думаю, в этом вопросе ему можно доверять.

— Доверять или нет — твоё дело, — уклончиво говорит Иннер. — Но не суть. Отлично, тогда вот договор. — Парень вытаскивает скрученную в рулон бумагу из нагрудного кармана.

Расправляю и приступаю к чтению. Никаких подводных камней на первый взгляд. Если в двух словах: получаю деньги и феечку по приезду или по требованию. Пристально смотрю на мага.

— Мне это для отчётности нужно. — Иннер виновато прячет глаза.

Ага, для отчётности. На самом деле, маг приносит подписывать бумагу, чтобы я не соскочил. Ладно, поддержу.

— Ну тогда при заключении договора деньги вперёд, — обращаюсь к парню. — И добавь пункт, что фея была без повреждений.

— Каких повреждений? — не понимает маг. — Они ж волшебные все. Сами лечатся, если магия есть. А у меня — есть. Да и ты прямо сейчас ничего не забираешь? Мы же только в столице увидимся. Да и зачем она тебе без привязки? — Суетится Иннер.

— А вот тут поподробнее.

Феофан уже вовсю болтает с Василисой. У них на столе раскрытый мешочек. Видимо, подобрал путь к сердцу феечки.

— Феев привязывают либо в Академии, либо подпольно. Лучше, конечно в Академии. Это, так сказать, лицензия и гарантии, — рассказывает маг. — Но денежку тоже придётся заплатить, что там, что там. Подпольно иногда дороже выходит.

— А ты откуда знаешь? — удивляюсь.

— Мне… это… рассказывали, — уклончиво отвечает Иннер. — В общем, в Академии можно взять нового фея. Любого, какого захочешь. Но это только в том случае, если фей будет в наличии, не всегда в Академии есть то, что нужно — маг рассказывает о феях как о товаре.

— А если не будет конкретного? — уточняю.

— Тогда, господин рандом, — грустно смеётся Иннер. — Как у меня. Но я думаю, что мой папуля замешан в этом. Только он мог дать эту бесполезную, кхм, — парень замолкает и косится на договор.

Иннер, видимо, не догадывается, что отец хотел ему помочь. Доверие в семье у них, конечно, на уровне. Но это не моё дело.

— А какие, вообще, преобладают способности у феев? — спрашиваю.

— Щитовика ты уже видел, фею-талисман как у меня — тоже. У

Ника целитель и тоже щитовик, но у нее там это идёт вторым умением, так что твой посильнее будет, конечно. Есть природницы, очень, кстати, полезные. Они с растениями говорят на каком-то запредельном уровне, и они получаются более универсальные, чем стихийницы, например. Феев-мальчиков, кстати, немного. И они в фейских общинах дома сидят обычно. У тебя уникум, если что. Правда и выглядят они несколько по-другому… кхм. Извини. — Смущается маг. — Остальные более редкие.

— А чего извиняешься? — удивляюсь.

— Ну вдруг ты обидишься. Твой — странный. Так-то они красивые все, а твой, ну так… ладно. Не мое дело. Извини еще раз.

— Понял. — Пожимаю плечами. Киваю. — Но договор не обязывает меня забирать фею до привязки? И нарушать его я не могу, правильно?

Иннер озадаченно смотрит на меня.

— Значит, могу потребовать деньги вперед, — делаю вывод. — Что я, собственно, прямо сейчас и делаю.

— Ну, хорошо, — мнется маг и достаёт заранее собранный кошелёк.

Размером он чуть больше, чем стандартный на десять золотых.

— Здесь пятнашка, — отчитывается Иннер. — Как и обещал. Ладно. — Смотрит на мой ожидающий взгляд. — Добавлю пункт, чтобы без повреждений. — Дописывает и прикладывает свою руку.

— Отлично, — говорю ему и подписываю договор.

Маг заметно выдыхает. Глаза радостно блестят.

— Последний штрих, — киваю.

Кладу ладонь на бумагу и подаю магию. Вижу же, что договор на толстой магической бумаге написан. Не просто так ко мне Иннер заходит. Строчки загораются синим и гаснут.

Маг теперь не скрывает довольную ухмылку и забирает пергамент. Подталкивает ко мне кошелёк. Открываю — внутри действительно пятнадцать золотых.

— Знаю, что это мало, но я ничего больше наскрести не смог, — говорит Иннер. — На самом деле, будет у меня больше, будет. Но после полного круга основной расчет. А это чуть ли не год еще с караваном идти. Так что щитовик мне прямо очень поможет, боевые начислять будут, опять же.

Судя по всему, про отца он говорит правду. Никакой финансовой поддержки предок ему не оказывает. Зато пытается помочь другими способами, вот только сын не понял и не оценил. Бывает. Если я не заберу Васю, маг наверняка вернет её в Академию, если это возможно, или обменяет вчерную. Раз и такая возможность существует. А так — хорошая гарантия, что фея до столицы доедет.

— Ну, мне хватит. — Кидаю взгляд на кошелёк. — Скорее, я считаю, что ты будешь моим должником, — напоминаю магу.

— Конечно, — соглашается Иннер.

Когда прощаемся с магом и феечкой, Вася уже не хнычет. Она смотрит на Феофана широко распахнутыми глазами. Тот машет рукой. Видимо, как-то договорились.

Караван находится в движении круглосуточно. Никаких пиршеств, боёв и торговли. За окном только высушенная природа и жаркая пустыня. Работать приходится больше, чем обычно.

Поезд потребляет энергию в несколько раз быстрее. Пустыня не даёт сделать хороших запасов. С магией приходится экспериментировать. Смотрю, как меняются индикаторы при последовательной и прерывистой подачах. Можно сказать, вырабатываю собственную методику зарядки кристаллов.

Фей же, в основном, спит. Его главная задача — следить за режимом питания. Иногда он заказывает на кухне сладкий чай — и это действительно спасает.

На очередном обеде ко мне подходит Капитан в компании Ника. Две его феечки без конца разговаривают и не замечают происходящего вокруг.

— Не знаю, что ты там делаешь, но для резервного мага — совсем неплохо, — хвалит меня Юлий. — Я переживал, что поход через пустыню нам дастся на последние, но мы вроде очень хорошо справились.

Ник нехотя кивает.

— В общем, есть мнение, что мы хотели бы предложить присоединиться к нам на постоянной основе. Не просим ответа сейчас. Но ты подумай. — Капитан доволен и говорит, как есть. А вот Ник кривится, словно жует лимон.

— Я подумаю. — Киваю, но больше, конечно, жду реакцию пожилого мага. Того почти перекашивает. — Но пока я не могу. Я же еще учусь. — Ник очевидно выдыхает.

— Мы подождем, — пожимает плечами капитан. — И да. Предложение почти бессрочное, имей ввиду.

Видимо, я все-таки что-то делаю сильно не так, раз впечатляю руководство каравана. Хорошо, что мы уже скоро приедем.

К концу очередного дня караван подъезжает к последнему мосту.

Глава 34

Мы точно на курорте?

Поперек моста опять навалены огромные булыжники. Все, как и в предыдущие разы. Не доверяют тролли караванщикам, да и правильно делают. Я уже пару раз в этом убедился.

Издалека камни напоминают военное укрепление. Разве что без охраны. Но тут и понятно — такие камни просто так не сдвинуть, зачем тут охрана. Кому нужно — сам пойдет искать троллей. А каравану нужно.

Капитан со вздохом объявляет по общей связи:

— Каравану приготовиться к остановке! Переговорщикам ждать команды. Кухня, подготовить бочку клубничного варенья!

Наблюдаю за слаженными действиями команды. Молодые парни выкатывают бочку, потом выходят переговорщики. Наше место сразу за ними.

Ставим щит на всех и пошли. Торговля-торговлей, а даже случайно упавший камушек будет для нас крайне неприятным исходом. Проще говоря, тут такие булыжники, что всмятку раздавят.

Почти доходим до моста, когда рядом с наваленной кучей камней вырастает антропоморфная фигура.

— Вот как хочешь, Вить, но с прошлого раза тролли красивше не становятся. — Фей морщится. — Вот как с ними разговаривать?

— А с чего им становиться красивше, как ты говоришь? Какие есть — такие есть, они сами по себе, мы сами… Нам еще привет с первого моста нужно передать, помнишь?

— Да тут забудешь… — ворчит фей.

— А. Гладкокожие! Человеки! — негромко рычит тролль. Потом опасно свешивается вниз под мост. — Тама человеки пришли меняться! За проезд!

— А с ними мелкого такого нет? С летучкой? — слышится рык.

Тролль вылезает обратно на мост. Стоит, пучит глаза, вглядываясь в каждого подходящего человека из толпы. Наконец, замечает нас и радостно свешивается обратно под мост.

— Есть! Есть такой! С летучкой! — объявляет, судя по всему, своим собратьям.

— А, это варенье принесли! Мы им проезд — они нам клубнику. Не бей их! — рычат из-под моста в ответ.

— Я и не хотел, те в прошлый раз злые были! Я полруки себе отращивал долго! — обиженно ворчит тролль.

— Чего говорят-то? — спрашивает меня один из переговорщиков. — Варенья им хватит? Ничего не поменялось?

— Не. — Качаю головой. — Рычат, что сейчас вылезут за вареньем.

— О, дело! А то с этими воевать прям нехорошо. Их и не убьешь толком, они восстанавливаются из почти раздавленного тела, прикинь. Вроде в лепешку раскатал, а, глядишь, она куда-то уползла, а потом еще и припомнит тебя. Хорошо, когда вот так. Без проблем. Наварить варенья проще. Хороший перегон, если что, Витя. Тебе Иван не скажет, но от нас — большое человеческие! — тихо, как бы между делом, говорит переговорщик. Второй ему кивает. — Нам бы тебя в толмачи, мы бы все ветви караванов за пояс заткнули. Эх! Вот куда смотрят старшие⁈

— Тсс. Молчи. — Локтем толкает его второй. Опасливо оглядывается на меня. — Штрафов на тебе мало что ли?

— Я ничего не слышал. — Киваю.

— А чего я такого сказал? — Удивляется первый переговорщик. — Я и Ване это говорил.

Доходим до тролля.

— Человеки. Ждите! Щас камни таскать лезут, — рычит тролль, поглядывая на нас.

— Что он говорит? — С легкой тревогой оборачивается переговорщик.

— Что лезут камни таскать. Они вроде мирно настроены. Клубнику свою ждут, — отвечаю.

— Так, выкатывайте бочку, — распоряжается второй переговорщик нашим грузчикам. — Ставьте вот сюда.

Тролль заинтересованно мнется на месте. Немного вытягивает уродливую голову, внюхивается. Но не приближается.

— Так. Теперь пару шагов назад. Пусть забирают! — говорит второй переговорщик. — Посмотрим, как оно сработает.

Тролль аж подпрыгивает от возбуждения.

— Там варенье! Я чую! Клубнику привезли! — рычит.

— Не жрать! — рычат из-под моста.

Тут под мостом будто взрывается бомба, вылетают камни и оттуда же лезут штук пять-шесть похожих друг на друга монстров. Сложно понять, сколько их в этом клубке. Он, рассыпаясь на отдельные фигуры, вываливается к мосту, а мы отступаем еще на шаг.

Тролли сразу же раскупоривают тару и лезут в неё чуть ли ни с головой.

— Клубничное! — двое вместе со стоявшим рядом только что существом, подхватывают бочку и тянут вниз. Остальные быстро, но аккуратно раскидывают камни. Видно, что торопятся. И не лень им заниматься такой тяжелой работой каждый раз? Но смысл в этом есть. Просто избыточный. Мне кажется, хватило бы и пары-тройки камней такого размера. Их и поездом не сразу сдвинешь.

Переговорщики видят, что дело делается, кивают мне и отходят в поезд вместе с носильщиками и охраной.

Мы с Феофаном подходим к довольным монстрам. Первого тролля среди них нет.

— Клубничное. Вкуусно. Не бодяга, — слышу довольные рыки.

— Мне ваши собратья с первого моста сказали, что у вас есть обмен, — сразу вступаю в разговор.

Тролли тревожно оборачиваются.

— А, это ты маг с летучкой, у которого есть твёрдые зубочистки. — Тролль показывает на фея.

— Точно, именно они у меня и есть, — отвечаю.

Фей с паникой в глазах посматривает то на меня, то на троллей.

— Вить, чего он в меня тычет? Не обменивай меня, у троллей кроме варенья нет ничего вкусного. Я тут не выживу, — немного суетится Феофан.

— Не боись, Фео, ты слишком полезный, чтобы тебя обменивать, — в шутку успокаиваю фея.

— Это правда. — Он гордо выпячивает грудь. — Куда идём? — спрашивает.

Тролль смотрит на Феофана как на необычную зверушку.

— Мы ждали тебя! — снова обращается ко мне. — Пойдём за мной.

Проходим мост и булыжники. Несколько троллей разгребают завал и двигают камни. Подходим к здоровому троллю, примерно на голову выше того, что нас привел.

— Пришел тот, кого мы ждали, — рычит тот, что поменьше.

— Вот, у нас на обмен, — говорит большой тролль и высыпает горку прозрачных кристаллов.

Время не тяну, сразу приступаю к делу. Кристаллы все примерно одинаковой величины. Что-то они мне напоминают. Хотя чего это я? Накопители почти также выглядят, когда пустые.

Фей стоит рядом и роется в другой кучке кристаллов поменьше.

Надо проверить. Один из кристаллов беру в руку. Сразу понимаю, что даже в таком виде он принимает магию. Подаю немного энергии, накопитель сразу наполняется голубоватым светом. Скорее всего, шлифовка и обработка накопителей меняют скорость поступления или отдачи магии. И вполне возможно уменьшают паразитные потери. Так что это почти не обработанные накопители. Сто процентов. И тут их золотых на тридцать, скорее всего. Но обработка тоже денег стоит, так что, кто его знает, сколько возьмут за исходный материал. Ладно, все равно дороже чем крысолюдские копья, однозначно.

Феофан отвлекается от горки кристаллов и выворачивает поясную сумку. Тролли таращатся на вещички как на чудо. Большой тролль подаёт знак, и нам приносят еще пару горстей этих прозрачных кристаллов. Только горсти — троллиные, и мутных кристаллов образуется горка, как бы не такая же, как в прошлый раз, с разноцветными камнями. Шикарно. Тут материала на приличную сумму. Зря не торгуют караванщики, конечно, с ними. Но тут сами виноваты. Тролли зло помнят, а поезда, очевидно, силой часто пробиваются. Так что мне просто повезло.

Камней у меня теперь много. Хоть свою ювелирную мастерскую открывай.

— Красиво. — Показывает большой тролль на голубоватый кристалл у меня в руке.

Магии в нём немного, от этого легкое свечение переливами гуляет по оболочке.

— Подарок. — Протягиваю троллю.

— Нам? — удивляется, но кристалл забирает. Рычит. — Мы запомним.

А вот в этом даже не сомневаюсь. Тролли, похоже, не то чтобы туповатые, нет. Они просто думают совсем по-другому. Настройки изначально другие, альтернативные, так сказать. А вот память у них длинная, это точно.

В обмен также отдаю копья крысолюдов и тяжелую цепочку. Троллю она как браслет — как раз налезает на руку. Помогаю собрать Феофану в сумку все пустые заготовки под накопители.

Возвращаемся в поезд.

Монстры уже заканчивают разбирать завал, и, в общем, успеваю до начала движения дойти до своего места. Удивляет то, что всем почему-то плевать, что я там делал под мостом у троллей. Вот даже любопытства никакого. Высокие у них между собой отношения, конечно. Странно с таким отношением преуспевать в торговле. Хотя, конечно, если нет альтернативы, то, может, так и прокатывает.

Проезжаем мост, и почти сразу раздаётся голос Юлия:

— Внимание! Приготовиться к переходу через портал.

На автомате снимаю сапоги и устраиваюсь на рабочем кресле. Двигаю под столом пластину, чтобы активировать защиту. Перемещения без молний безболезненные, а в окно сразу же становится интересно смотреть. Очень там неожиданные цвета.

Внутри портала снова наблюдаю смазанную картинку. Цветной калейдоскоп сменяется серым, и мы словно выпрыгиваем под водопад. За окном даже не ливень. Там просто поток льющейся воды. Видимость метра на два от стенки поезда.

Снаружи на мгновение все освещает молния. Начинаю считать по старой привычке. Один… Два… Три… Четыре… Пять… Шесть… Удар Грома. Значит, гроза в паре километров от нас. Близко.

Снова всё вокруг освещается молнией. Теперь удар грома проходит секунды за три. Потом за семь.

Похоже, мы внутри грозового фронта. Снаружи, скорее всего, даже красиво, если со стороны смотреть. А вот внутри — не очень комфортно.

Налетает порыв ветра. За окном, похоже, веселее, чем я думаю — там шторм и апокалипсис. Меня передергивает. А ведь если это был последний переход, то мы, вроде как, рядом с местом прибытия. Мда.

Тут просто постоянно льёт дождь.

— Если кому-то интересно, я в порядке, — отчитывается Феофан.

Вижу, что он слегка запутался в ремнях. Помогаю фею выбраться.

— Напридумывали приблуд, знаете ли, — ворчит Фео.

— Зато ты цел, и не обо что не ударился. — Пожимаю плечами. — В первый раз-то сложнее было, помнишь?

— Ну, то в первый! Я теперь бывалый путешественник! — Слегка надувается от гордости фей.

Как кэп там ориентируется в таком дожде — я не представляю. Но вроде бы едем не просто так, не наобум.

Караван выезжает на поле перед небольшим городком. Дверь в наш вагон распахивается.

— Ну, что, маг Виктор, вот мы и добрались до Курортного, — объявляет Иван, присаживаясь на кресло возле стены.

— Кажется, сегодня тут не сезон, — замечаю, кивая на погоду за окном.

— Да тут каждый день не сезон, — смеется караванщик. — Ты доволен сотрудничеством? Всё хорошо?

Поезд сбавляет скорость, а капитан объявляет:

— Внимание! Приготовиться к остановке.

Караван полностью останавливается, лязгает и подготавливается к превращению в форт. А я тем временем отвечаю на вопросы Ивана:

— Да всё замечательно, на самом деле. Из сложностей только пустынные земли, но это всего лишь часть пути. Терпимо. В принципе, за семь золотых — работа наиприятнейшая.

— Так, может, поработаешь дальше с нами? Отдашь в Академию свой фиал и в путь? Мы как раз в столице проездом будем через месяц. Айда с нами? — предлагает караванщик.

— Спасибо за предложение. — я реально раздумываю.

Есть у меня некоторое предположение, что, пройдя с караваном круг я стану неприлично богатым товарищем. Если круг у них года полтора по обмолвкам… а я за каких-то десять дней уже монет под двести поднял. Просто такая поездка очевидно будет единственная. Если решусь, конечно.

— Только мне надо дождаться графа Беннинга, — поясняю. — Так что сможем вернуться к этому вопросу сильно позже.

— Не беда. — Улыбается Иван. — Вот твои деньги, как договаривались.

На стол приземляются несколько мешочков с золотыми.

— Это всё? — спрашиваю.

Фей достает лист бумаги и подсчитывает.

— Ну, конечно, — отвечает Иван и делает честные глаза. — Шестая часть за торговлю с орками на перегоне.

— Погоди, — останавливаю караванщика. — Мы же договаривались не про торговлю, а про оборот от торговли, — напоминаю.

— Слушай, про оборот я пока что ничего не могу сказать. Вот совсем ничего, — оправдывается Иван, активно жестикулируя, но вдруг останавливается. С ужасом смотрит на свою руку. Я замечаю, как чернота расползается по его коже и отшатываюсь от караванщика. У мужика прямо на наших глазах чернеет рука.

— Ой-ой, что происходит? — не на шутку пугается Иван.

— А-а-а! — честно отвечаю. — Первый раз такое вижу! Сходи к лекарю.

Караванщик выбегает из вагона и исчезает на полчаса, не меньше. Мы с феем успеваем выпить по чашке крепкого сладкого чая и обсудить произошедшее.

— Ты, главное, протри стол за ним, а то мало ли какая хворь. Ещё подцепим чего. — Чешет голову Феофан.

— Слушай, да это же очевидно магическая дребедень: больно быстро всё происходит, — отвечаю.

В дверях снова появляется Иван. Он слегка бледен, но выглядит лучше, и про руку ничего не говорит.

— Извини, дорогой, я всё выяснил, всё учёл. Вот держи. — Иван вытаскивает на стол еще один увесистый мешок с деньгами, но искоса на руку все же посматривает.

Ничего не меняется, она по-прежнему чёрная. Тогда он высыпает на стол ещё горку золотых. Фей в это время развязывает мешок и проверяет. После чего прибирает в поясную сумку.

Как только горка поменьше оказывается у него, рука Ивана перестает чернеть и постепенно принимает привычный вид. Ваня с шумом выдыхает, и, даже не прощаясь, исчезает из нашей каюты.

— Опять хотел нас нагреть, — констатирует фей.

— Не без этого, — соглашаюсь.

Форт разворачивает шатры, чтобы защититься от дождя. Тот не прекращается ни на минуту. Серое небо полностью затянуто тучами, просвета не видно. Но идти надо.

— Для перехода в соседний караван для обмена, скорее всего, придётся немного намокнуть, — смотрю в окно. — Хотя, если сейчас натянут общий тент — может, и не сильно, — предупреждаю Феофана.

Расстояние небольшое, дождь тут, кажется, горизонтальный. А, может, и вовсе от земли отскакивает.

Фей раскрывает щит.

— Пошли, — командует он, — попробую дождь не пустить. Воду же не пускал, тогда, в городе. Только держись поближе. Помнишь ведь.

Видно, как Феофана распирает гордость. Киваю. Задумка и впрямь неплохая. При переходе сапоги почти не успевают намокнуть и тут же самоочищаются.

— Смотри-ка, не обманул старый Аарон! — радуюсь вслух.

Во втором караване нас встречает сбитый темноволосый мужичок. Провожает в нужный вагон.

Второй поезд чем-то неуловимо отличается от первого. Он такой же, но материалы побогаче или просто подобраны с большим вкусом. Вообще, ощущение, что этот поезд чуть старше нашего. И мудрее, что ли. Словно тот, в котором я нанят — подросток, а здесь мы имеем дело со взрослым и вполне состоявшимся торговцем.

Не знаю. Ощущение приходит именно от машины. Словно она живая.

— Вам к мастеру каравана, — коротко кидает мужичок на дверь и уходит.

Остаемся у входа в большую каюту. Стучусь и захожу.

— А, маг без жетона… — по-доброму улыбается, сидящий за столом, сухонький старичок в возрасте. Чем-то напоминает Суворова из моей прошлой жизни. Я на секунду останавливаюсь. — Проходи-проходи, я сейчас закончу.

На огромном тяжелом столе лежат стопки бумаг. Видно, старичок говорит про занятость не для красного словца. Кроме бумаг мерцает амулетное панно, вроде такого, что я видел на бирже: во всю стену, только тут оно меньше в разы, естественно. Интересно-то как. Отмечаю себе.

Прохожу, сажусь.

— Ну вот. — Отрывается от бумаг старичок. — Виктор, ведь, правильно?

— И Феофан! — пищит фей, но на него старичок даже внимания не обращает.

— Да, — соглашаюсь. — Я к вам с просьбой.

— Ой, да знаю я твою просьбу. — Машет на меня рукой старичок. — Выполним, не переживай. Что непутевого Ваньку прикрыл — молодец. Если после своей Академии решишь к нам податься — мы тебя возьмем. Даже несмотря на то, что не наш. Предложение бессрочное. Любой караван будет о нем знать. Ну и, знаешь, я ознакомился с отчетом. Чтобы не было между нами непонимания… — Достает из шкафа увесистые колбы толстого стекла с синим содержимым. — Вот то, что ты просил. Это все фиалы, которые мы забираем в Топях. Товар редкий, берем обычно под заказ. Но тебе повезло. Эссенция — заказ магической мастерской. Только вот пока мы ехали, они уже разорились. Смыло их совсем. Так что, если мы продадим тебе эти фиалы, наша репутация не пострадает.

— Что по цене? — спрашиваю.

— Отдадим по внутренней. Даже без наценки. Шестьдесят золотых за оба фиала. — кивает в такт словам дедок. — Просто, чтобы ты понял. Мы, на самом деле, взвесили твой вклад в прибыль каравана на перегоне и сочли его большим. А Ваня, ну, что Ваня, научится ценить работников — молодой он еще. Тебя же взять захочет любой караван. Начальная цена контракта будет двенадцать золотых в день. Это если прямо сейчас. Что там будет после твоей Академии — не знаю. Хотя, конечно, всякое бывает. Подумай, маг Виктор.

— Спасибо! Это, скорее всего, прекрасное предложение, — отвечаю. Старичок подтверждающе кивает. — Но мне, на самом деле, нужно дождаться графа Беннинга, — объясняю. Старичок чуть мрачнеет, но тут же снова улыбается как добрый дядюшка. — Я слово дал.

— Ну что же. Слово — это серьезно, — вздыхает мастер каравана. — Я понимаю. Но предложение мое не забывай. Все, маг Виктор. Не задерживаю. Если соберешься — ты знаешь, где нас найти.

Глава 35

Курс на столицу?

— Что ж они все мне работу предлагают, а? — Покачиваю головой.

— Но лучше пусть предлагают, чем нет? Как думаешь? — Фео, в принципе, все равно. Он просто поддерживает разговор. — Я не очень понимаю эти ваши человеческие вещи. Главное ведь, чтобы кормили и деньги давали, разве нет?

— Ну, в каком-то смысле… — хмыкаю.

Выходим с феем из второго поезда. На пару минут останавливаемся у выхода.

Между караванами уже накинули тент, и вроде бы сейчас передвигаться намного легче. Разве что под тентом жуткая толкучка, такое ощущение, что сюда собрался весь город.

Лавки, несмотря на поздний вечер и жуткую погоду снаружи, работают. Вокруг все звенит, где-то рядом ведётся яростный торг, чуть дальше слышатся крики радости. Ощущение, будто я нахожусь в филиале казино с включенной вокруг столов ярмаркой.

— Чего они все сюда набились-то? — удивляюсь. — Завтра день будет. В такую погоду дома надо сидеть. Да и нам, кстати, пора поискать место.

— Да, Вить, — соглашается фей.

— Что, и даже не будешь проситься в ларек поесть?

— Да чего я там не видел, Вить? Тем более, Аннушка мне пирожков в обед положила, — расплывается в улыбке Феофан.

— А! Вот они куда делись! А я-то думал, как так быстро схомячил! — смеюсь. — Отвернулся — и нет ничего. Отлично! Поддерживаю. Пошли искать таверну.

Проталкиваемся сквозь толпу к выходу из-под тента. Сложно, да и усталость не добавляет добродушия.

У широкого выхода практически никого нет. Не удивительно: поток воды с неба такой, что кажется, будто иногда он льет горизонтально. Вот и нет никого поблизости. Все пытаются уйти туда, где огни и радость, а не серая мокрая стена воды.

Феофан снова разворачивает щит, но это никак не влияет на настроение. Когда вокруг сырость и постоянный дождь, хочется только спать. Желательно, в удобной мягкой и теплой кровати.

— Курс вон на те огни, — показываю на плохо видимые мутные огоньки метрах в пятидесяти. — Кажется, это ворота города.

Фей молча кивает, и щит сразу же обретает почти боевую плотность.

До городка доходим молча.

Усталость наваливается всё сильнее. Охрана не покидает башни, и мы заходим в Курортный через малые ворота.

За воротами под крышей стоит всего один стражник. Выглядит он вполне расслабленным. Очевидно, что городок внутри королевства не является пограничным. Народ на улицах не торопится и не обращает внимания на дождь. Немного странно, но ладно.

— На ярмарку сходим завтра, — говорю фею, и тот согласно кивает.

Оба осматриваемся в поисках подходящего для ночевки места. Поесть и ночлег — запрос вполне прост. Кровать в поезде, конечно, удобная, но хочется более по-домашнему, что ли. Благо, деньги нам такое удовольствие позволяют.

— И все же мы переплатили, — бурчит фей.

Он мысленно подсчитывает деньги и не особо радуется. Кажется, Фео не ожидал заплатить огромную сумму за эссенцию, но что сделано — то сделано. Теперь только бурчать.

Просто игнорирую, и постепенно фей замолкает.

Идём по улице мимо кабаков и различных таверн. Желания зайти они не вызывают. Какое-то все унылое тут. Хочется зайти в первую попавшуюся, но двигаемся ближе к центру.

— Смотри, медведь! — вскрикивает фей, и я вздрагиваю от неожиданности.

Мысленно готовлюсь к битве. Это происходит уже на автомате. Почти сразу понимаю, что медведь ненастоящий. Муха рассказывал про эмблемы на тавернах. Феофан указывает как раз на одну из таких. Отлично. Незапланированный бой с хищником отменяется.

Стилизованный рисунок нанесен на небольшой, но крепкий деревянный дом. Первый этаж каменный как и у всех, а вот второй очень основательный, хоть и деревянный. Не раздумывая, подходим. Рекомендации Мухи как нельзя к месту. Открываю тяжелую деревянную дверь с железной ручкой.

В глаза сразу бросается камин. Над ним растянута шкура медведя. Переглядываемся с феем. Нам точно сюда. Помещение больше напоминает гостиницу. Зал для еды находится отдельно, и вроде бы, вдалеке. По обе стороны возле камина располагаются двери. Наверх уходит деревянная лестница.

Низкорослый мужчина в белой рубахе и фартуке протирает стойку администратора. Подхожу.

— Мне нужен хороший номер, — начинаю разговор.

Видно, что мужик услышал, как мы вошли. Вот только голову от стойки не поднимает. Отвечает грубовато:

— Мы номера не сдаём. — Хмурится и убирает невидимый мусор с бороды.

Волосы чуть с проседью, брови густые.

— Ну, вы же гостиница, — пробую ещё раз.

— Сказал же, не сдадим. Не нравитесь вы мне, проблемами за версту несет, — доброжелательности в тоне нет совсем.

— Нам ненадолго, — не сдаюсь. — На один — от силы, два дня. — Кладу жетон с изображением вепря. Нам его перед отъездом дал Муха.

Седоватый товарищ тяжело вздыхает и поджимает губы. Видно, как скрепя сердце достает ключ с массивным деревянным брелоком.

— Не знаю, где вы его раздобыли, но дело не моё. — Протягивает ключ. — Второй этаж, после лестницы налево.

Номер превосходит все мои ожидания. Огромная ванная, две кровати с пушистыми покрывалами и на каждой по паре подушек. Фео даже подлетает от радости.

— Витя! Это всё наше! — в его голосе слышится неподдельное счастье.

Первым делом Феофан падает на кровать и проверяет матрас на мягкость.

— Фео, а как же помыться после дороги, привести себя в порядок? — говорю сквозь смех.

— А я всегда в порядке, — бурчит фей, уткнувшись в подушку.

После долгого дня и теплого душа с удовольствием зарываюсь в мягкое одеяло. Проваливаюсь в сон без лишних мыслей и планов. Утром просыпаюсь как новенький. Вдыхаю легкий запах йода. Странно.

Встаю на прохладный деревянный пол и открываю тяжелые ставни. Замираю от неожиданности. В нескольких сотнях метров раскинулось неспокойное море. Вчера за стеной дождя мы его просто-напросто не увидели. Сейчас же моросит мелкий дождь, и порт предстает во всей красе. Оказывается, мы провели ночь в портовой таверне.

Феофан уже успевает метнуться за завтраком и даже оставить одну порцию мне. Лепёшка, разрезанная пополам с двумя видами мяса и тягучим сыром. Плюс стакан брусничного морса.

Еда вкусная и сытная. Спускаться в общий зал нам действительно лишний раз не стоит. Слишком уж недоброжелательно тавернщик отнесся к нам при первой встрече. Оно и понятно: порт — место проходное. Мало ли кого принесло.

Выходить на улицу не хочется до последнего. Погода за ночь не сильно поменялась. Разве что туман почти исчез, и дождь льёт не стеной, а только мерзко моросит. Небольшие порывы ветра заставляют укутаться в плащ потеплее. Феофан раскрывает щит, но батареи в него, увы, не встроены.

Снова доходим до ворот. Людей сейчас на улицах намного больше. Все укутанные, но это и понятно. Дождь не прекращается. Просто становится послабее. Выходим из города. Мда. Неожиданно. От караванов не остается и следа.

Подходим к вытоптанному полю. Прощаться у них, судя по всему, не принято. Не беда. Есть у меня подозрение, что мы еще обязательно свидимся.

Дождь усиливается, как и порывы ветра. Поднимаю голову к небу в надежде увидеть хотя бы небольшой просвет. Просвета не вижу, зато моё внимание цепляет белое пятно.

— Вить, Вить, смотри, это же дирижабль, — Феофан тоже стоит с задранной головой и бьёт меня локотком в бок.

Белое пятно освещается вспышкой яркого света. Видимо, вдалеке сверкает молния. Довольно резко дирижабль старается идти на посадку совсем близко к городку. Его сбивает с курса порывами ветра, но белый воздушный корабль упрямо снижается. Вокруг него мерцает корона из мелких вспышек, они, похоже, защищают корабль от больших разрядов. В корабль бьют молнии, но он упрямо продирается сквозь грозовой фронт. Ничего себе корабль у Беннинга! Наверняка зачарован снизу до верху. Молнии бьют в дирижабль не переставая. Зрелище фантастическое.

— Надо найти ратушу, — сообщаю фею. Тот, не отрываясь, следит за кораблём. — Наверняка это корабль графа. — Показываю на дирижабль.

— А зачем её искать? Как везде, в центре города самое старое и заметное здание. — Пожимает плечами Феофан и разворачивается в сторону ворот.

Быстро добегаем до ратуши. Никто, слава богам, в этот раз не оказывает нам даже минимального внимания. Так что до ратуши добираемся за четверть часа, не больше. Кажется, все городки строятся примерно по одному лекалу. И теми же самыми или похожими магами. Если бы не дождь, я бы решил, что мы все еще в Крайнем, настолько все похоже. Я даже на мгновение поднимаю взгляд на баллюстраду ратуши. Нет, тут она целая. Вот ведь, наваждение.

На посту охраны нас тщательно обыскивают, будто немного напоказ.

— Нам бы дождаться одного человека, — поясняю.

Стражники смотрят на нас с некоторым недоверием, но в ратушу пропускают.

Когда в зал через какие-то полчаса заходит Беннинг, встаю, чтобы поздороваться. Охрана молча расступается и пропускает седовласого мужчину.

— Маг Виктор, здравствуйте, присаживайтесь. — Граф пожимает мою руку и указывает на большой стол с мягкими креслами.

Кажется, его приготовили специально для нашей встречи.

— Как дела в Крайнем? — спрашиваю. Мне это действительно интересно.

— Всё обычно. Как полагается. Тем троим, что подделывали подписи — отрубили головы. Остальные сосланы на каторгу. Как говорится, получили по заслугам, — вполне спокойно рассказывает Беннинг. — Хорошее расследование провёл ты, Виктор, хорошее.

Фей смотрит удивленно, но звуков не издаёт.

— Рад быть полезным, — искренне отвечаю. Чувствовать удовлетворение от проделанной работы действительно приятно. Давно забытое ощущение будто посещает из прошлого.

— Имущества перед казнями и массовой ссылкой изъяли много. Тайники нашли тоже достаточно легко. Кролов оформили, как полагается — деревенские не должны страдать, стражу наняли в нужном количестве, экипировкой всех обеспечили, — самодовольно перечисляет граф. Видно, что дело принесло ему не меньше удовольствия. — Вот, кстати, твои десять процентов, как и договаривались. — Достаёт бумагу.

По ней мы получаем в столице в банке чуть меньше двухсот девяноста золотых. Бумага аж светится от печатей. Отдаю ее Феофану. Тот мгновенно прячет ее в своей сумке.

— А это от меня. Я счел правильным включить в твои десять процентов еще и содержимое тайников. Без тебя мы бы на них не вышли. А долги лучше платить, чем нет. — Достает сначала один кошелек с золотом, потом второй и третий. — Пересчитывать будешь?

— Верю на слово, — отвечаю, пока фей сразу же запихивает их в поясную сумку. Видимо, он тоже верит на слово. Тем более, мы даже примерно не знаем, на какую сумму выявлено недостач. Мои-то выводы были только начальные, судя по сумме.

— Мне понравилось с тобой работать, — продолжает граф. — Буду и дальше тебя привлекать по таким вопросам, если ты не против. Ни один маг столько не зарабатывает, если что. — Усмехается Беннинг. — Но ты стоишь каждого золотого.

— Лестно слышать, — отвечаю.

— Со мной в столицу поедешь? — спрашивает граф.

— Не откажусь, — соглашаюсь подвернувшейся возможности. Я, в общем, еще в Крайнем на это рассчитывал. Так что повторное предложение принимаю с радостью.

Беннинг забирает в конторке подготовленные бумаги, спешно их пролистывает.

— Без серьезных нарушений. А список не состыковок я приложил к отчету.Поправить до следующей проверки, и проблем у нас с вами не будет, — слышу разговор графа и служащего.

Видно, как все вокруг расслабляются и выдыхают. Проверки — дело серьезное и нервное.

Вместе с Беннингом идем к дирижаблю. Феофан раскрывает над нами щит.

— Я очень рад, Виктор, что вы нашли меня раньше. В этом городке оставаться не хочется ни на одну лишнюю минуту. Ненавижу эту погоду. Вам нужно забрать свои вещи? — спрашивает граф.

— Пожалуй, у нас все с собой. — Пожимаю плечами.

За гостиницу Феофан расплатился ещё утром. Возвращаться туда великой нужды нет, поэтому иду с графом к дирижаблю, захожу в эту великолепную машину и готовлюсь к путешествию.

— Располагайся, — кивает граф на кают-компанию. А сам уходит на мостик к капитану корабля.

В кают-компании очень просторно. Удобные кресла, диван. Даже есть бильярдный стол. Просто, кажется, довольно легкий. И сейчас на нем нет ничего.

С комфортом летает Беннинг.

Корабль слегка дрожит, и через мгновение город за стеклом иллюминаторов уходит глубоко вниз. Кажется, мы начинаем путешествие.

Сразу после взлёта фей выглядит пришибленным. Смотрит в одну точку на полу, не поворачиваясь к узким окнам. Но когда он понимает, что машина просто летит повоздуху, ничего не меняется, а стекла крайне крепкие — довольно быстро осваивается. Подходит к окну и буквально прилипает к нему, смотрит за проплывающим внизу пейзажем.

Почти сразу же после взлета граф возвращается в кают-компанию.

Тут же уточняю:

— Сколько лететь до столицы?

— Не больше тысячи миль. По времени — от половины дня до двух полных, всё зависит от циклона, — поясняет Беннинг. — Но не переживай, нам будет, чем заняться. Каюту тебе капитан выделит, бумаги сейчас принесут. — Тут же кивает помощнику и показывает мне на стул. — Садись, Виктор, ближе. Поможешь мне разобраться с отчетами, не бьётся кое-что. С Крайним и Курортным всё понятно, а вот Рыбный и Охотничий явно мухлюют.

— Разберемся, — соглашаюсь я.

Фей довольно ухмыляется и выбирает место поудобнее с лучшим обзором. От окна его теперь не оторвать. Когда приносят обед, Феофан сметает всё со скоростью света. Кажется, он боится пропустить что-то интересное за бортом. К тому же, его больше не беспокоит боязнь высоты, а даже наоборот — завораживает.

Не глядя, запихнув в себя всё, что приносят на тарелке, Феофан возвращается к наблюдениям.

— Прирожденный летчик — не меньше, — смеется Седой. — Вон как к высоте относится.

После обеда на всякий случай просматриваю отчёты Курортного городка.

— Странно, они почти не воруют, несмотря на название, — подытоживаю. — Самое большое отклонение в пятьдесят золотых, вот тут. — Показываю на бумаге. — Но особой роли оно не играет. Смею предположить, что это просто неудачная запись или позабыли скорректировать в конце учетного периода. В общем, ничего критичного.

— Курортный — это тебе для тренировки, — довольно отвечает седой. — Молодец, кстати. Но вот тебе бумаги повеселее. Поймешь ли, где они тут воруют? Даю подсказку, мы их за это привлекать не будем, даже несмотря на суммы.

Хм. Кажется, седой мне устраивает экзамен по пути в столицу. Ну, я и не против. Все же на сотрудничество с графом у меня большие планы. Особенно за десять-то процентов.

Быстро разбираю бумаги Охотничьего городка. Здесь всё довольно очевидно. И по названию и по схеме.

— Тут картельный сговор между гильдиями. Охотники завышают цены на меха, ингредиенты и мясо магических и обычных животных. Перекупщики поддерживают. Навскидку, если брать цены каравана, то тут завышение раза в три. Почему вы не будете их наказывать? Суммы приличные.

— Молодец, — довольно говорит граф. — Правильно увидел. — Потом объясняет. — Туда караван не ходит, соответственно, цены им не уронит, и там есть эксклюзивы, нужные магам Академии. Охотники кроме всего прочего следят за популяцией. Так что залезать туда не выгодно, а эксклюзивы это проблема магов, мы ее решать не собираемся. Политика, парень. Давай следующий.

Просматриваю отчеты из Рыбного. В принципе, у них та же схема, и я почти сразу понимаю почему — только одна гильдия рыбаков. Свои цены, город под их контролем, остальные гильдии обслуживают фактически градообразующий механизм.

— Тут тоже понятно. Если наказать гильдию, город вымрет — там все производство завязано на одну гильдию.

— Правильно. Ну, и кроме того, они ловят единственную промышленную рыбу в королевстве. Остальные — слишком мелкие партии. И не наглеют. Так что туда ездим договариваться обычно. Что ж. Экзамен, считай, сдал, парень. Я доволен. Давай, сделай еще предположение. Исходя из того, что я был в этих городах пару лет назад. И тогда тамошняя ситуация нас тоже не устраивала.

Немного катаю в голове историю Крайнего и скорость расправы при наличии доказательств.

— Думаю, вы там сменили всю верхушку, и поставили тех, кто выполняет указания короля или ваши.

— А, молодец, опять же. Да, там теперь военные губернаторы, как и в твоем Крайнем с недавнего времени. Мэра я оставил, просто он теперь подчиняется моему человеку. Да. Так и есть. Боишься?

— С чего бы? Я маг, с заработком от вас не завишу. Да и я же не глава города, — усмехаюсь.

— Правильно. Но так считают далеко не многие. Я рад, — говорит граф.

— Повторюсь. — Я просто вижу куда клонит мужик. — За деньги, за процент — располагайте моим временем. Мне понравилась работа. Но в качестве служащего? Увольте! Я маг. И именно это на ближайшие несколько лет будет моим главным интересом, знаете ли, — объясняю. Беннинг с пониманием кивает, хоть и не сильно доволен моим ответом.

А еще мне кое-что нужно выяснить, кое-кого наказать, и кое-кого найти. Но это знать седому графу вообще не нужно.

— Я понимаю, — усмехается граф. — Ничего. — Кивает на бильярд. — Партеечку?

За игрой до столицы мы добираемся незаметно. Обеды графу на дирижабле готовят вполне себе ресторанного уровня, но фея даже они не впечатляют. Феофан сидит у окна вплоть до посадки перед огромным белым городом. Столица прекрасна с высоты, заметно, что в этом городе маги-архитекторы сильно отходят от функциональности в пользу красоты.

Тонкие башни соединяются ажурными мостами. Весь город разбит маленькими речушками и ручейками на кварталы. Почти все здания, те, что можно различить с высоты, совершенно друг на друга не похожи, но в то же время есть в них что-то общее. Неуловимая общая черта.

Кажется, в этот город я скоро влюблюсь.

Мы садимся в порту за стенами.

Но сначала мой путь лежит в Академию, главное здание которой узнаю практически сразу. Меня просто тянет туда.

— Это контракт, Витя, — тихо говорит фей. Видимо, он прекрасно понимает, что со мной происходит.

— Что же, контракт, так контракт. Надо идти закрывать, как думаешь? — спрашиваю.

— Конечно. — Кивает фей. На секунду на его лице мелькает хищная улыбочка. — Только ты, Вить, от меня не отказывайся, хорошо?

— Даже не думай, — усмехаюсь. — Ты ж мои деньги носишь!

— И то верно, — ухмыляется фей. — А скоро мы и Академию платить заставим. — Потирает руки.

— А проверять контракт на соответствие буквы договора его смыслу нам все равно когда-нибудь придется. Думаю, меня откатом не порвет.

— Вить, ну точно не порвет — мы же уже обсуждали. Я-то контракт помню наизусть! — Морщится Феофан.

— Я не помню — в этом риск. Но уверен, что нормально закроем. Пойдем.

Прощаемся с графом. Для него наш разговор секретом не становится, и Беннингс пониманием нам кивает. Кажется, он собирает обо мне чуть больше информации, чем я бы сам хотел. Но это его право. Понимаю.

Буквально четверть часа, и мы притормаживаем у белых стен моей Альма-матер. Причем, кажется, в прямом смысле.

— На. — Фей достает фиал. — Принцип должен соблюдаться.

Киваю. Беру фиал с эссенцией.

— Ну, уверен, что боги хотят досмотреть историю. — Говорю, и делаю шаг за границу Академии.

— Я с тобой, Вить! — Летит за мной фей.

* * *

Дорогие читатели, это последняя глава тома. Мы работаем над второй книгой, и для вашего удобства статус «завершен» поставим тогда, когда начнем ее выкладывать (вам придёт уведомление). Это недолго. Может, неделю-полторы. Здесь будет еще мини-глава. До встречи! Спасибо, что присоединились к путешествию! Нам понравилось рассказывать вам эту историю:)

Глава 36

Эссенцию заберешь?

Заходим с фиалами на территорию академии. Ноги как-будто помнят камни брусчатки плаца перед главным зданием. Шаг, ещё шаг. Бьюсь об заклад: я тут далеко не в первый раз.

— Куда идём? — спрашиваю фея.

— Сначала, видимо, к ректору. — Фей довольно потирает ручки. Резко останавливается. — Ты ничего не чувствуешь, Вить?

Прислушиваюсь к себе. Ничего необычного. Магия на месте, силы тоже. Разве что небольшая усталость. Её можно списать на дальнюю дорогу. Критичных изменений, в любом случае, не ощущаю.

— А ведь должен почувствовать, — объясняет фей. — Особенно, если мы вошли на территорию Академии с нарушением контракта.

— Так, продолжай. — Внимательно смотрю на Феофана.

Фей пользуется минутой славы и нарочно растягивает резину.

— Значит… — он выставляет вперед указательные пальцы, изображая барабанные палочки. — Магия твой контракт приняла.

— Стой. Так ты что, не был уверен в формулировках? — проясняю ситуацию.

— Что ты, что ты, Витя! Уверен. Ещё как! — убеждает меня фей. — Ну, ты же сам говорил, в контракте присутствует риск. В контракте фиал никак не обозначен, а его объем тем более.

— Давай ближе к делу, — тороплю Феофана.

— Ладно-ладно. Раз ты себя нормально чувствуешь на территории Академии то… — Феофан снова замолкает.

— Фео, не томи.

— В контракте прописана фраза «Запрещено появляться на территории Академии без фиала», — самодовольно продолжает фей. — Мы на территории Академии? Да. А санкций никаких нет. Значит, контракт выполнен.

Ничего нового, собственно, не узнаю. Феофан из всего пытается сделать событие. Что ж, занимательная и безобидная викторина получилась. Напряжение из тела исчезает до последней капли.

— И я про то же. Уверен, что всё так и есть, — спокойно говорю фею.

Тело не чувствует опасности. Внутри гармония и тишина, несмотря на то, что ещё пару секунд назад мы действительно сильно рисковали перед входом в Академию.

Доходим до главного корпуса через ветвистый сад. Выглядит ярко и красиво, правда, не совсем натурально.

— Ничего они не понимают в садоводстве, — ворчит Феофан.

На проходной нас встречает сгорбившийся пожилой мужчина. Не такой уж и пожилой, если присмотреться получше.

— Жетон! — говорит вахтёр.

Удивляюсь. Остановивший нас человек точно меня узнал. Его брови ползут вверх, и мимика выдает все эмоции мужичка. Странно Узнал, но жетон спрашивает.

— Извините, — отвечаю. — Мой жетон утерян.

— Тогда не пущу. — Вахтёр всем видом показывает серьезность намерений.

Феофан молча наблюдает за нашим разговором и достает из сумки съестное.

— Мне к ректору, — уточняю.

— А я знаю. — Улыбается мужичок. — Без жетона всё ранво не пущу. Да и распоряжение у меня есть. Так что гуляй, парень, до дня посетителей.

— Это же через целую неделю! — Удивляюсь.

— А мне без разницы! — восклицает вахтёр. — Живи на что хошь и где хошь! А к ректору я тебя не пущу!

Фей дёргает меня за штанину и делает большие глаза.

Отходим от входа в главный корпус.

— Чего? — спрашиваю у Феофана.

— Он же терпеть тебя не может! — Фей снова делает большие глаза. — Ты про окрашенную траву на него докладную написал. Его премии лишили.

Да уж. Феофан сообщает важную информацию как всегда своевременно. Но я, кажется, к этому уже привык.

— Ага! — Задумываюсь. — А кто в Академии ко мне не нейтрально относится?

— Ну, поварихи точно, — отвечает фей. — Они же не просто так тебя постоянно подкармливали. Ты очень худой был. О, ещё кладовщик. Но он ко всем относится индифферентно. Главное для него — это бумажка. Преподы тебя любят, но не все, только те, которые дополнительные дисциплины вели. Ты за знаниями очень к ним тянулся. Ещё…

— Ещё не надо, — останавливаю Феофана. — Кладовщика хватит. Пошли быстрее.

Торопливо идём к складу. Ноги несут сами, будто знают дорогу.

— Напомни, как его зовут? — спрашиваю фея.

Тот ошеломленно смотрит на меня. Вопросов не задает, списывает все на происшествие в пещере.

— Геннадий Петрович, — отвечает запыхавшийся Феофан. — Погоди, Витя, я за тобой даже лететь не успеваю.

Забегаю на склад.

— Здравствуйте, Геннадий Петрович, — здороваюсь с полностью седым плотным мужичком с хитрым глазками.

— И тебе, ученичок, не хворать, — отвечает кладовщик. — С чем пожаловал? Новую мантию не дам, и не проси. Ты ещё прошлогоднюю не сносил. У нас все под счёт. А сейчас, вон, в неуставном ходишь. Смотри, накажут.

— Да не, Геннадий Петрович. Мне сдать ценности, а то я вернулся, мне их хранить негде, — объясняю на ходу ситуацию. — Академия заказывала. Ректор сейчас принять не может, не в общаге же их оставлять!

— Да это ты правильно пришел, — искренне хвалит кладовщик и поглядывает на фея. Тот делает самые честные глаза. — Давай сюда.

Выкладываю один средний фиал.

— Вот. Это эссенция из крови гоблинского крокодила, — объясняю на всякий случай.

— Да, в курсе, — усмехается кладовщик. — У нас в этом году её в избытке. Не иначе эксперименты какие задумали. Подожди, сейчас посмотрю приходные ордера.

Геннадий Петрович пролистывает толстую книгу, исписанную от руки.

— Ага, вот, нашел. — Ведет пальцем по странице. — Маг Виктор третьего года обучения, фиал эссенции. Тебя где носило⁈ — меняет тон. — Ты должен был ещё декаду назад её сдать!

— Извините, Геннадий Петрович еле добрался! — объясняю. Фей кивает в такт каждому слову, хоть кладовщик на него и не смотрит. — Пришлось пользоваться перекладными.

Смотрю как меняются эмоции на лице Геннадия Петровича. Тот оттаивает прямо на глазах. Выдыхаю. Так и думал, что у кладовщика формулировка материала должна быть такая же как и в магическом договоре.

— Давай скорее, — торопит мужичок.

Отдаю средний фиал. Кладовщик протягивает мне корешок от ордера. Бумажка переливается всеми цветами радуги.

— Спасибо, Геннадий Петрович! — благодарю. — Вы мне так помогли! — И тут я вообще не кривлю душой. Кладовщик действительно нас сильно выручает.

— Ну, ты, Вить, даешь! — говорит фей, когда мы только выходим со склада. — Так всё раскидал ему, что я сам в какой-то момент поверил.

— Фео, ты чего? Всё именно так и было. — Подмигиваю фею.

— Да-да, точно. — Феофан аж подпрыгивает. — В общагу?

— Не думаю, — отвечаю. — Меня сейчас с территории Академии сто процентов турнут, как только ректор узнает, что я тут.

Феофан огорчается и опускает голову.

— Перестань, пойдём лучше искать новый дом, — приободряю фея.

* * *

Граф Беннинг перебирает кучу бумаг на столе. Зачесывает пальцами седые волосы и хмыкает. Некоторые папки просматривает не отрываясь. Некоторые откладывает в сторону и снова хмыкает.

— Ну вот как он мог узнать⁈ Как⁈ — восклицает и не верит своим глазам. — Это же абсолютно не видно! Нет, такой уникум нам нужен. Отпускать его на сторону никак нельзя!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Кадровик

Content

Кадровик

Глава 1 Летают ли крокодилы?

Глава 2 Купаться запрещено?

Глава 3 Суп из осьминога заказывали?

Глава 4 До Крайнего подбросишь?

Глава 5 Секрет расскажешь?

Глава 6 Вам только спросить?

Глава 7 Как заряжать кристаллы?

Глава 8 Может, сделаем мост?

Глава 9 Давай только без ненужного героизма?

Глава 10 При чем тут львы?

Глава 11 Ты крыс видишь? А они есть

Глава 12 Откуда кости?

Глава 13 На каторгу хотите?

Глава 14 Может, не полезем?

Глава 15 Жги?

Глава 16 Куда делись крысолюды?

Глава 17 Тебе не надоело этим дышать?

Глава 18 Где.Моя.Семья?

Глава 19 Зачем нам феи?

Глава 20 В Гиблые топи поедешь?

Глава 21 Откуда столько знаешь?

Глава 22 Что купим?

Глава 23 Кто объедает кролов?

Глава 24 Кто победил?

Глава 25 Горим?

Глава 26 Как слышно?

Глава 27 О чем говорят… тролли?

Глава 28 И как тут все устроено?

Глава 29 А это честно?

Глава 30 Без меня справитесь?

Глава 31 Чья игла?

Глава 32 Как правильно охотиться?

Глава 33 Что же я делаю не так?

Глава 34 Мы точно на курорте?

Глава 35 Курс на столицу?

Глава 36 Эссенцию заберешь?

Nota bene