Вырвавший победу

Предисловие

Всё это началось с мини-рецензии на блокбастер Роланда Эммериха «Мидуэй» 2019 года, написанной когда-то для одного популярного ресурса. В ней, кроме всего прочего, были следующие строки:

«Но гораздо хуже с главным героем – Диком Бестом. Дело даже не в том, что в реальности он был тем ещё героем и сделал всё от него зависящее, чтобы провалить как атаку на японские авианосцы, так и всё сражение целиком – именно благодаря его гениальному командованию «Акаги» атаковало всего три пикировщика. И только случайная удача, пресловутая «серебряная пуля» в виде единственной крайне удачно попавшей бомбы спасла ситуацию. Причём есть серьёзные сомнения, что это была бомба Беста, а его заявка на попадание затем ещё и в «Хирю» вызывает не меньшие сомнения. […]

Авторы фильма не смогли удержаться от сведения сюжета к примитивному и заезженному киноштампу о «hotshot» – одиночке-сорвиголове, «яркой индивидуальности», что «вырывает победу из лап поражения» исключительно благодаря своей безбашенности. Но то, что нормально смотрится в обычных боевичках, здесь выглядит издевательством над вполне реальным подвигом вполне реальных людей. Многие из которых заплатили за это своими жизнями.»

После чего автора неоднократно спрашивали о причинах столь скептического, мягко говоря, отношения к данному персонажу. А именно не к киношному, а реальному командиру 6-й бомбардировочной эскадрильи авианосца «Энтерпрайз» капитан-лейтенанту Ричарду Бесту. Который, если верить фильму – да и не только фильму – чуть не в одиночку выиграл соответствующее сражение, лично потопил два японских авианосца, и вообще молодец, особенно на фоне своих криворуких коллег. Так что давайте попробуем разобраться.

1. «Сухим языком документов»

Для начала, просто для того, дабы напомнить о чём вообще речь, цитата из работы, благодаря которой большинство отечественной публики вообще могло знать о данном эпизоде до появления фильма. Это, конечно же, «Невероятная победа» Уолтера Лорда, написанная в далёком 1967 году. Причём цитата совершенно сознательно приведена в крайне своеобразном переводе И. Бунича из русского издания 1993 года. Потому как именно из него оная широкая публика все свои познания только и могла почерпнуть – других переводов нет.

«Теперь капитан 3-го ранга Макклуски уже хорошо видел все соединение про тив ника. Оно шло строем огромного круга с четырьмя авианосцами в центре. Два из них были достаточно близко друг от друга... третий – восточнее... четвертый – далеко от них, в северной части горизонта. […]

Такой момент упустить было нельзя. Макклуски, нарушив радиомолчание, доло жил о контакте на «Энтерпрайз» и распределил цели между своими двумя эскад рильями. 6-я разведывательная эскадрилья лейтенанта Эрла Галлахера шла спра ва, немного выше его, а 6-я бомбардировочная эскадрилья лейтенанта Ричарда Беста – немного ниже, сзади. Приближаясь с юго-запада, Макклуски имел два ави а носца противника прямо по курсу своего движения. Ближайший из них – тот, что был слева, – он решил атаковать вместе с эскадрильей Галлахера. Второй же, что был справа, – отдать Дику Бесту.

Однако по каким-то причинам Бест не услышал приказа командира и, будучи за мы кающим строй, он полагал, что его эскадрилья должна атаковать ближайшую цель, как обычно практиковалось. Приняв такое решение, Бест отдал соот вет с т вующий приказ своей эскадрилье. Но теперь Макклуски не услышал этого сообще ния. Обе эскадрильи приближались к точке выхода в атаку, готовясь нанести удар по одному и тому же авианосцу.

Когда серией сверкающих молний самолеты лейтенанта Беста ринулись вниз, Мак клуски с 6-й разведывательной эскадрильей вначале последовал за ними, но, по няв, что его план атаки нарушен, вышел из пике и просигналил самолетам Га л лахера, чтобы они сделали то же самое и шли на следующий авианосец, который был восточное. Однако сигнал Макклуски приняли и летчики эскадрильи Беста. В итоге 2-е и 3-е звенья этой эскадрильи также последовали за командиром авиа группы, оставив в распоряжении Ричарда Беста всего 5 машин, в то время, как за стремительно спикировавшим вниз Макклуски шло 25 пикировщиков. […]

В этот же момент Дик Бест атаковал второй авианосец. За ним шли только пя ть самолетов его собственного звена, но сделать уже ничего было нельзя. «Ребя та! Не дайте этому авианосцу уйти!» – крикнул Бест по радио и кинул машину в крутое пике. […] На высоте 3 000 футов он заметил, как в линзе прицела проско чил самолет – взлетающий внизу истребитель. За Бестом неслись в атаку 4 само лета его звена.

Позднее его летчики рассказывали, что никогда не видели более стремительного и крутого пикирования, чем то, что демонстрировал тогда Дик Бест. Они даже бе с покоились, сможет ли Бест вывести машину из такого пике. Но Бест про дол жал пикирование, пока точно не понял, что не промахнется. Тогда, в последнюю секун ду, он сбросил бомбу. Затем лейтенант резко, со скольжением и сносом в сторону, начал выводить машину из пике, чтобы иметь возможность наблюдать за проис хо дящим внизу. Он всегда мечтал, что не пропустит момент попадания своей пе р вой бомбы, и увидел, как сброшенная им бомба разорвалась на полетной палубе рядом с островной надстройкой. Две другие попали в корму авианосца, одна разор валась рядом с бортом. Бест ясно видел, как на охваченных пламенем самолетах, стоявших на полетной палубе авианосца, начали рваться подвешенные бомбы и бензобаки. Это было фантастическое зрелище, подобное извержению вулкана.»

В общем, тут Бест действительно выглядит вполне себе героем – купировал ошибку неопытного командира (что не так давно перешёл из истребителей в бомбардировщики) и вырвал-таки победу из лап поражения. Самое время посмотреть, как всё то же самое описывалось «сухим языком документов».

Для начала, кусок из «рапорта здорового человека», то бишь коллеги Ричарда Беста – также упомянутого в цитате капитан-лейтенанта Эрла Галлахера, командира 6-й разведывательной эскадрильи «Энтерпрайза».

ШЕСТАЯ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНАЯ ЭСКАДРИЛЬЯ

20 июня 1942 г.

СЕКРЕТНО

От: Командира 6-й разведывательной эскадрильи.

Кому: Командиру АВ «Энтерпрайз».

Через: Командира авиагруппы АВ «Энтерпрайз».

Тема: Рапорт о боевых действиях, 4-6 июня 1942 г.

[…]

А. Четверг, утро и день

1. В четверг, 4 июня 1942 года, 6-я разведывательная эскадрилья участвовала в атаке на японские силы, состоящие из четырех авианосцев, нескольких линкоров и тяжелых крейсеров, и большого количества эсминцев, примерно в 150 милях [278 км] к северо-западу от острова Мидуэй. Ударную группу возглавлял командир авиагруппы АВ «Энтерпрайз», она состояла из тридцати двух пикирующих бомбардировщиков «SBD» – пятнадцати из 6-й бомбардировочной, вооружённых одной 1000-фн бомбой каждый, шестнадцати из 6-й разведывательной, вооружённых одной 500-фн и двумя 100-фн бомбами каждый, и самолёта командира авиагруппы с одной 500-фн и двумя 100-фн бомбами.

2. Ударная группа вылетела в 09:30 [07:30 по времени Мидуэя] и по пути к цели поднялась на эшелон 20 000 фт [6100 м]. Не долетев до цели, самолёт номер 6-S-9 был вынужден вернуться на корабль, так как пилот не смог переключить нагнетатель на высотный режим.

3. (a) Примерно в 12:05 [10:05 по времени Мидуэя] было обнаружено японское соединение, состоящее из 4 АВ, 4 ЛК или КРТ и 8-10 ЭМ. Погода была ясной, видимость отличная. На высоте от 1500 до 2500 фт [450-750 м] рассеянные кучевые облака, потолок неограниченный. Ветер у поверхности юго-восточный, от 5 до 8 узлов [2,6-4 м/сек]. Командир авиагруппы АВ «Энтерпрайз» по голосовой радиосвязи назначил один АВ в качестве цели для себя и 6-й разведывательной, другой АВ – для 6-й бомбардировочной.

Ну а теперь дадим слово самому капитан-лейтенанту Ричарду Бесту. В своём рапорте, написанном не через две недели, а всего через три дня после событий, он описывал их следующим образом:

ШЕСТАЯ БОМБАРДИРОВОЧНАЯ ЭСКАДРИЛЬЯ

7 июня 1942 г.

СЕКРЕТНО

От: Командира 6-й бомбардировочной эскадрильи.

Кому: Командиру АВ «Энтерпрайз».

Через: Командира авиагруппы АВ «Энтерпрайз».

Тема: Рапорт о боевых действиях, 4-6 июня 1942 г.

[…]

А. Четверг, утро и день

1. В четверг, 4 июня 1942 года, 6-я бомбардировочная эскадрилья участвовала в атаке на японские силы, состоящие из четырех авианосцев, нескольких линкоров и тяжелых крейсеров, и большого количества эсминцев, примерно в 150 милях [278 км] к северо-западу от острова Мидуэй. Ударную группу возглавлял командир авиагруппы АВ «Энтерпрайз», она состояла из тридцати двух пикирующих бомбардировщиков «SBD» – пятнадцати из 6-й бомбардировочной, вооружённых одной 1000-фн бомбой каждый, шестнадцати из 6-й разведывательной, вооружённых одной 500-фн и двумя 100-фн бомбами каждый, и самолёта командира авиагруппы с одной 500-фн и двумя 100-фн бомбами.

2. Ударная группа вылетела в 09:30 [07:30 по времени Мидуэя] и по пути к цели поднялась на эшелон 20 000 фт [6100 м]. Незадолго до обнаружения цели несколько пилотов 6-й бомбардировочной столкнулись с трудностями в снабжении кислородом. Заметив проблемы с кислородом у своих пилотов, командир эскадрильи снял свою кислородную маску, чтобы иметь такую же реакцию, как и другие пилоты, и вывел эскадрилью на позицию непосредственно под остальной ударной группой на эшелоне 15 000 фт [4600 м].

3. (a) Примерно в 12:05 [10:05 по времени Мидуэя] было обнаружено японское соединение, состоящее из 4 АВ, 4 ЛК или КРТ и 8-10 ЭМ. Погода была ясной, видимость отличная. На высоте от 1500 до 2500 фт [450-750 м] рассеянные кучевые облака, потолок неограниченный. Ветер у поверхности юго-восточный, от 5 до 8 узлов [2,6-4 м/сек]. […] Командир авиагруппы АВ «Энтерпрайз» по голосовой радиосвязи назначил один АВ в качестве цели для себя и 6-й разведывательной, а другой АВ – для 6-й бомбардировочной. Командир 6-й бомбардировочной эскадрильи понял это так, что его целью является «левый АВ». Он отдал сигнал к атаке, предоставив командирам двух других дивизионов эскадрильи свободу индивидуального маневрирования, а сам повел свой (первый) дивизион к «левому АВ». Почти сразу же он увидел, что 6-я разведывательная тоже пикирует на «левый АВ», и поэтому направил свой дивизион к «правому АВ» типа «Кага». В момент атаки он поднимал в воздух самолеты. В эту данную цель попали по меньшей мере три 1000-фн бомбы, и она превратилась в массу пламени и дыма. Первое звено первого дивизиона присоединилось к командиру сразу после выхода из пикирования.

Думаю, многие уже заметили существенную разницу с изложенным у Лорда (про некоторые важные нюансы, на которые вы, возможно, не обратили внимания, я напишу позже). А пока продолжаем цитировать Ричарда Беста. Это уже будут его «устные воспоминания», записанные значительно позже. Как гласит главное правило мемуаров: «чем больше времени прошло, тем больше подробностей внезапно вспоминает мемуарист».

«Набрав высоту 14 000 фт [4300 м], мы перешли на кислород, и я обнаружил, что у меня неисправен кислородный баллон. Поскольку в запасе оставался лишь один, я был вынужден дышать из неисправного около пяти минут. К тому времени он уже очистился от пыли каустической соды, а я – нет.

Чуть больше часа спустя мы пересекли линию японского курса. […] В этот момент мы должны были повернуть на курс 315°, но командир авиагруппы следовал преж ним курсом еще 15-20 минут. Затем мы повернули на северо-запад, и, когда он за метил кильватерный след японского эсминца, на большой скорости идущего на се веро-восток, он правильно лёг на параллельный курс, предположив, что тот на п ра вляется к японскому ударному соединению.

Примерно в это время у моего левого ведомого закончился кислород, о чем он со об щил мне жестовой азбукой Морзе. Я начал снижение до 15 000 фт [4600 м], где он мог чувствовать себя комфортно без использования кислорода. В результате я оказался намного ниже и впереди командира авиагруппы, так что, когда мы уви де ли японские авианосцы, я был на 5000 фт [1500 м] ниже него.

Он распределил цели по радио, но я этого не услышал. Когда я оказался поблизости от ближайшего авианосца, я вызвал его, чтобы сказать, что атакую в соот вет с т вии с наставлением (т.е. передняя эскадрилья работает по дальней цели, а зад няя – по ближней) с тем, чтобы обеспечить одновременную атаку и внезапность.

Я повернул к ближайшему авианосцу («Кага), распределив второй и третий ди ви зи оны эскадрильи по обе стороны от себя. Я был уже почти над целью, с моим пер вым дивизионом, летевшим уже строем колонны, и начал открывать воздушные тор моза, когда прямо передо мной на ту же цель спикировали командир авиагруп пы и 6-я разведывательная. Разъяренный ошибкой, я попытался собрать эскад ри лью, но, не добившись успеха, повел лишь своё первое звено из трех самолетов в сторону следующего авианосца («Акаги»).

Я снижался на полной тяге, поэтому, когда я приблизился к точке входа в пики ро вание, скорость была слишком высока, чтобы открыть воздушные тормоза. Мне пришлось набрать 14 000 фт [4300 м], прежде чем самолёт достаточно замед ли л ся, чтобы открыть воздушные тормоза. Несмотря на все эти маневры, мы так и не были обнаружены – не было ни зенитного огня, ни каких-либо других признаков, что нас видят.

Мы спикировали под углом 70°, сбросили бомбы с 2000 фт [610 м], после чего на ча ли крутой набор высоты, чтобы наблюдать за результатами бомбометания. Пе р вая бомба попала перед надстройкой и пробила палубу. Вторая попала в ве ду щий истребитель позади группы из шести или семи «Зеро», которые находились в про цессе взлёта (первый «Зеро» прошел через мой телескопический бомбовый при цел, когда я был на высоте 3 500 фт [1070 м]). Третья бомба попала в группу «Зе ро» на корме, и, вероятно, именно она заклинила руль, из-за чего «Акаги» про дол жил бес смысленную циркуляцию, пока корабль оставался на плаву.»

Особо внимательные, наверное, уже заметили некоторые, мягко говоря, расхождения с тем, что было написано в его же рапорте по горячим следам. Но об этот мы тоже поговорим позже, а пока последние цитаты, на этот раз уже из рапорта 1-го Мобильного соединения японцев.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

ПЕРВЫЙ ВОЗДУШНЫЙ ФЛОТ

Секретное сообщение №38, 15 июня 1942 г.

Мобильное соединение, подробный боевой рапорт № 6

Первый воздушный флот, подробный боевой рапорт № 6

Мидуэйская операция, 27 мая – 9 июня 1942 г. [...]

ЧАСТЬ III. ОПИСАНИЕ ХОДА ОПЕРАЦИИ […]

(а) «АКАГИ»

Внезапно, в 07:26 [10:26 по времени Мидуэя] среди облаков были замечены пи ки ру ющие бомбардировщики противника. Корабль использовал манёвры уклонения, были предприняты все усилия, чтобы избежать попаданий бомб. Но одно прямое попадание пришлось на кормовой срез платформы центрального самолёто подъ ём ника, а другое – на ограждение кормовой части полётной палубы по левому борту. […]

1. ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТИЙ (Выдержки) […]

07:26. Три пикирующих бомбардировщика атаковали «Акаги» с пеленга 80° по ле во му борту с высоты около 2000 м (угол пикирования около 50°). Бомбы сброшены с высоты около 500 м. Первая бомба – близкий промах примерно в 10 м от борта на траверзе мостика; вторая попала в центральный самолётоподъёмник (фаталь ное попадание); третья – в кормовую часть полётной палубы по левому борту (по вреждения: несколько пробоин в кормовой части палубы, погиб 1 человек из со с тава подразделения борьбы за живучесть).

Можно было бы, конечно, привести ещё и цитаты из серьёзных исследований на эту тему. В частности, из «Чуда при Мидуэе» Гордона Пранджа, 1982 г., или «Первого состава» Джона Ландстрома, 1984 г. Но это всё же не источники , а ис следования . Не более, чем реконструкции событий, пусть и созданные глубоко разбиравшимися в данном вопросе авторами, имевшими ещё и возможность лично опросить ряд участников. Так что давайте попробуем сами проанализировать приведённые выше первичные источники.

2. Бардак в воздухе

Проблемы с кислородом

1. В рапорте Ричард Бест ничего не говорит о собственных проблемах с кислородной маской. Только в воспоминаниях он вдруг припомнил, что в самом начале вылета, ещё во время набора высоты хватанул каустической соды (гидроксид натрия использовался в качестве поглотителя выдыхаемого углекислого газа). Дальше следовало почти два часа полёта на 6000 м и, судя по всему, без каких-либо проблем с кислородной маской.

2. В рапорте он пишет, что «несколько пилотов 6-й бомбардировочной столкнулись с трудностями в снабжении кислородом». Однако в воспоминаниях уточняет, что на самом деле речь шла лишь об одном и вполне конкретном пилоте – ведомом из его звена (что тоже не совсем точно, кстати).

3. И наоборот, в воспоминаниях он опускает, что «командир эскадрильи снял свою кислородную маску, чтобы иметь такую же реакцию, как и другие пилоты», о чём написал в рапорте.

Итак, что мы имеем. Собственных проблем с кислородом у Беста в решающий момент судя по всему не было. Таковые проблемы возникли лишь у одного его подчинённого, причём на самом деле даже не у пилота, а у стрелка-радиста из экипажа старшего лейтенанта Эдвина Крюгера (самолёт 6-B-2). Что сделал в подобной ситуации его коллега, командир 6-й разведывательной капитан-лейтенант Эрл Галлахер, чей подчинённый тоже не мог лететь на заданном эшелоне пусть и из-за других проблем (с нагнетателем)? Отправил его обратно на авианосец. Что же делает Дик Бест? Сначала, если верить рапорту, он сам снимает кислородную маску.

То есть, опытный пилот с налётом в несколько тысяч часов не знал, как дышится на 6000 м без маски? Причём «рывком», без хотя бы минимальной адаптации в ходе набора высоты. И если на высотах 2000-3000 м и без адаптации разреженный воздух лишь налагает некоторые ограничения на физические нагрузки, то на 6000 м из-за недостатка кислорода ещё и мозг начинает гораздо хуже работать, хотя жизни это ещё напрямую не угрожает. Но Бест был вообще-то не просто пилотом пикировщика, а командиром целой эскадрильи, и мозги – его главное оружие. Крайне странное решение. А ещё странней то, что в своих воспоминаниях он об этом почему-то забыл.

Ну да ладно, было – не было, тут вопрос доверия… гораздо интересней, что командир 6-й бомбардировочной эскадрильи делает далее, и в чём никаких сомнений нет. Он мог бы тоже отправить проблемного подчинённого до дому, до хаты. Или хотя бы приказать ему одному снизиться на те же 1500 м и держаться за эскадрильей, поглядывая вверх. Но нет, полумеры не для нас, и капитан-лейтенант Бест решает покинуть строй ударной группы всем своим подразделением. Из-за проблем одного-единственного стрелка-радиста. Жизни которого, повторю, ничего не угрожало, особенно в считанных минутах до цели, а значит и снижения до нормальной для свободного дыхания высоты.

Покинутый строй

1. В рапорте Бест не указывает, когда именно он снизился на 1500 м, однако это подано так, что это произошло до обнаружения противника. Но в воспоминаниях уточняет, что это произошло «примерно в то же время», когда капитан 3-го ранга Маккласки обнаружил эсминец противника и развернул ударную группу на параллельный с ним курс.

2. В рапорте указывается, что после снижения 6-я бомбардировочная оказалась «непосредственно под» 6-й разведывательной. Однако в воспоминаниях уже «я оказался намного ниже и впереди командира авиагруппы».

Если кто запамятовал, самолёты летали тогда достаточно плотными построениями – а вовсе не живописными стадами, как в упомянутом в начале фильме – не только для красоты, или чтобы не потерять друг друга. Общий строй ещё и позволял гораздо эффективней обороняться от вражеских истребителей. Особенно, когда своих поблизости нет – а в данном случае их не было. Так что своим гениальным манёвром Бест вдвое уменьшил оборонительные возможности ударной группы в целом, если б их вдруг атаковали «Зеро». А поскольку это было сделано после обнаружения направлявшегося к японскому соединению корабля – такой вариант развития событий уже перешёл из разряда гипотетических в разряд вполне ожидаемых.

Отдельно умиляет, что ни в рапорте Беста, ни в его воспоминаниях честно не упоминается , что командир 6-й бомбардировочной спрашивал у своего непосредственного командира разрешения на данный манёвр. Более того, судя по всему, он даже не удосужился его об этом хотя бы проинформировать– ни по радио, ни просто визуально, той же жестовой азбукой Морзе. А теперь представим себя на секунду командиром авиагруппы «Энтерпрайза» капитаном 3-го ранга Уэйдом Маккласки, половина ударной группы которого внезапно исчезает в неизвестном направлении. Причём в тот момент, как он, наконец, получил «наводку» о местонахождении целей и лёг на ведущий к ним курс…

И ещё один важный нюанс – где именно оказалась 6-я бомбардировочная эскадрилья после снижения на 1500 м? В рапорте написано, что «непосредственно под», а вот в воспоминаниях уже «намного ниже и впереди». Может показаться, что это мелочи, но на самом деле разница важная. Представьте себе обзор из кокпита SBD-3 «Донтлесс». В случае «ниже и впереди» командир авиагруппы хоть и с трудом, но мог бы увидеть, куда делась его внезапно исчезнувшая эскадрилья, а вот в случае «непосредственно под» – уже нет. Посмотреть прямо вниз ему мешают плоскости самолёта, да и у его стрелка-радиста обзор в этом направлении немногим лучше.

Распределение целей

1. Командир авиагруппы по голосовой радиосвязи распределил цели обеим эскадрильям, и командир 6-й разведывательной Эрл Галлахер данный приказ благополучно принял.

2. Командир 6-й бомбардировочной Ричард Бест в рапорте пишет, что неправильно понял данный приказ, а в воспоминаниях – что вообще его не слышал и принял решение самостоятельно.

3. Командир 6-й бомбардировочной Ричард Бест наконец-то соизволил хотя бы проинформировать непосредственного командира, какую именно цель он решил атаковать.

Для начала, зачем капитану 3-го ранга Уэйду Маккласки вообще понадобилось распределять цели по радио? Соответствующее Наставление прямым текстом это не рекомендовало. Согласно ему, звено командира авиагруппы должно было возглавлять строй, а составлявшие группу подразделения лететь за ним на том же эшелоне, с тем, чтобы командиры эскадрилий могли видеть команды, подаваемые как эволюциями его самолёта, так и жестами. Вариант, что один из этих командиров вдруг решит куда-то погулять – Наставлением почему-то не предусматривался.

Так что Уэйд Маккласки был вынужден распределять цели не штатно жестами, а по радио: ближний (и левый по курсу) 6-й разведывательной эскадрилье, а правый или более дальний – 6-й бомбардировочной. Причём его прекрасно услышали как командир 6-й разведывательной, так и на находящемся в сотне с лишним миль «Энтерпрайзе» (а заодно и все японские корабли в округе). Ну а дальше опять разночтения. То ли Бест действительно перепутал такие ну очень похожие слова, как «left» и «right» , то ли почему-то не услышал команду, хотя никаких нареканий на исправность радиостанции он не приводит. Ну а вариант, что услышал, понял, но проигнорировал и решил просто поставить командира перед фактом – мы с негодованием отвергаем.

И только в своих воспоминаниях он вдруг припоминает, что всё же решил проинформировать командира о самостоятельно принятом решении. Но ни командир авиагруппы, ни командир 6-й разведывательной, ни командование авианосца, это сообщение почему-то не услышали. Дополнительные сомнения в том, что он что-то пытался сообщить командиру авиагруппы вызывает ещё и содержание данного сообщения. Сложно поверить, что вместо простого и понятного «атакую левый авианосец» человек в боевой обстановке скажет «атакую согласно Наставлению» – и гадай, что он имел в виду. А ещё уж очень это в тему придуманной затем отмазке, о которой чуть позже. Ну да ладно, презумпцию невиновности никто не отменял – сообщил, так сообщил.

А вот железный факт состоит в том, что обе эскадрильи плюс командирское звено – в сумме 32 пикировщика – начали выполнять заход на одну и ту же цель, ближний (левый) авианосец, то бишь «Кага». Причём это чуть не привело к столкновениям в воздухе – часть самолётов 6-й разведывательной проскочили буквально через строй 6-й бомбардировочной. Похоже, они действительно не представляли где та находится, пока не начали резкое снижение до высоты входа в пикирование и смогли, наконец, их увидеть. То самое Наставление опять же не предполагало, что эскадрильи пикировщиков из одной ударной группы могут лететь друг над другом.

Нетрудно представить, чем мог закончиться этот бардак. Случайно получившаяся почти синхронной атака трёх эскадрилий пикировщиков – двух с «Энтерпрайза» и одной с «Йорктауна» – могла запросто привести к поражению не трёх из четырёх японских авианосцев, как это случилось в реальности, а лишь двух – «Кага» и «Сорю». В этом случае уже через полчаса с оставшихся в строю «Акаги» и «Хирю» поднимаются эскадрилья торпедоносцев, эскадрилья пикировщиков, плюс полноценный истребительный эскорт. А дальше они гарантированно выносят «Йорктаун» с одного комбинированного удара, а не с двух, как оно случилось в реальности при атаках порознь.

Ещё через час в воздухе «вторая волна», ещё по эскадрилье торпедоносцев и пикировщиков, правда, на этот раз слегка потрёпанных и неполного состава. Но и в таком виде они столь же гарантированно как минимум выводят из строя уже «Энтерпрайз» или «Хорнет». При этом поднять свои пикировщики для ответного удара американцы никак не успевают. Благоразумному контр-адмиралу Рэймонду Спрюэнсу ничего не остаётся, кроме как попытаться увести свой последний авианосец и корабли эскорта от неминуемого полного разгрома. И не факт, что ему бы это удалось. Сражение при Мидуэе проиграно. Занавес.

К счастью, этого не случилось, удача в тот конкретный момент была на стороне американцев. Но тут начинается самая неблаговидная часть данной истории.

Read This Fucking Manual!

После сражения командование попросту замело этот факап под ковёр. Во-первых, там хватало не менее серьёзных косяков – достаточно вспомнить то же выступление пикировщиков и истребителей с «Хорнета», что ладно бы просто не нашли противника в решающий момент, но ещё и ухитрились потерять при этом более десятка самолётов (это, кстати, тоже замели туда же). Во-вторых, «победителей не судят», а Бест, как ни крути, хотя бы смог в последний момент решить проблему, которую сам же и создал. Пусть во многом благодаря той самой пресловутой удаче, но смог ведь. Ну а в-третьих, наш герой сразу же загремел в госпиталь, причём с таким диагнозом, что было ясно – больше так косячить у него просто не будет возможности.

Однако кавалер высшей награды ВМС капитан 3-го ранга в отставке Ричард Бест прожил затем очень долго – он умер в 2001-ом, на 92 году жизни. И уже будучи в отставке неоднократно излагал свою версию тех событий. Причём не только в различных выступлениях и интервью, но и в беседах с опрашивавшими его исследователями. Избранная им тактика не отличалась оригинальностью: «лучший способ обороны – это наступление», а простейший способ оправдать собственный косяк – это «перевести стрелки». А на кого ещё, если не на любимого командира?

В результате во многих работах и статьях со временем утвердилась именно версия Беста. Она заключалась в том, что грозивший проигрышем всего сражения бардак в ходе удара по «Акаги» и «Кага» возник из-за «неопытности» командира авиагруппы «Энтерпрайза» капитана 3-го ранга Уэйда Маккласки. Дескать, он, конечно, хороший парень, но до этого летал исключительно на истребителях и потому ничего не понимал в тактике пикировщиков. В то время как Бест действовал строго по Наставлению – помните это его внезапно возникшее в воспоминаниях сообщение командиру авиагруппы, которого никто почему-то не услышал? В наиболее концентрированном виде эта версия изложена в нашумевшей в своё время работе Джона Паршалла и Энтони Талли «Сломанный меч»:

«Наставление предусматривало, что в случае атаки двумя эскадрильями, ведущая должна была атаковать более дальнюю цель с тем, чтобы замыкающая могла по разить ближнюю цель примерно в то же время. […] Однако Уэйд Маккласки, нес мо тря на то, что был отличным командиром авиагруппы, был прежде всего пи ло том-истребителем и лишь недавно перешел на пикирующие бомбардировщики. Неудивительно, что он не был так же хорошо знаком с принятой у пикировщиков тактикой, как его подчиненные, и в результате упустил это важное правило, что привело к впечатляющим последствиям. […] Как опытный пилот-пикировщик, ка питан-лейтенант Бест ни на секунду не сомневался, что цели будут распреде ле ны в соответствии с Наставлением.»

Ричард Х. Бест и Уэйд К. Маккласки

В общем, почти дословный пересказом причин, изложенных Ричардом Бестом в своих воспоминаниях и прочих интервью. И что странно – без каких-либо попыток критического анализа. А начать можно было хотя бы с самого очевидного и не требующего особых познаний: «задней» 6-я бомбардировочная была лишь пока летела в общем строю. Но после того, как Бест этот строй покинул, его эскадрилья, если верить ему самому, оказалась не только ниже, но и впе ре ди 6-й разведывательной. Так что он немножко противоречит самому себе. Не говоря уж о том, что устроенный командиром 6-й бомбардировочной воздушный бардак никакое Наставление попросту не предусматривало.

Кстати, о Наставлении. Это слово уже столько раз поминалось, что пора, пожалуй, объяснить, что имеется в виду. В данном случае речь идёт об актуальной на тот момент версии документа под названием «Current Tactical Orders and Doc tri ne, U. S. Fleet Aircraft — Volume I, Carrier Aircraft, USF-74 (Revised), March 1941.» Наставлением я называю это исключительно для краткости, в оригинале это тоже принято сокращать до просто «Doctrine» . В переводе «на наши деньги» это фактически Боевой устав морской авиации США. Конкретно данный том – авиации палубной. Как и аналогичные отечественные документы он регламентирует основные принципы и приёмы боевой деятельности авиационных формирований различного уровня, в данном случае – от отдельного самолёта и звена до авиакрыла включительно. Это важно.

И что больше всего удручает, так это то, что, судя по всему, большинство авторов, бездумно пересказывавших данную версию событий, этот документ даже не открывали. А зачем, если сам Ричард Бест утверждал, что там такое точно есть. И кто мы такие, чтобы не верить на слово такому уважаемому и несомненно знающему предмет человеку? Автору известен лишь один случай, когда была приведена ссылка на конкретный пункт Наставления, где якобы содержится это правило – а именно пункт 2-218. А там написано следующее:

НАЗНАЧЕНИЕ ЦЕЛЕЙ

2-218. Назначение целей производится в соответствии со следующей таблицей, все самолёты звена бомбят одну и ту же цель, независимо от того, производится ли пикирование звеньями или одиночными самолётами. Цель № 1 – самая дальняя:

Как следует из второй строки таблицы, в случае двух целей три первых звена эскадрильи действительно должны атаковать дальнюю, а три замыкающих – ближнюю. Однако, как нетрудно заметить, речь тут идёт о распределении целей между звеньями при атаке силами однойэскадрильи . Потому этот пункт и находится в разделе, посвящённом действиям эскадрильи. И какое отношение это имеет к нашему случаю? Поэтому не поленимся и откроем раздел, посвящённый действиям уже более крупных формирований – авиагрупп и авиакрыльев:

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ЦЕЛЕЙ

3-207. (a) Во всех вышеперечисленных вариантах атаки командиры авиагрупп определяют и направляют распределение целей между эскадрильями своих со от ветствующих авиагрупп. Это распределение в определенной степени будет за висеть от того, какие цели уже были атакованы авиагруппами перед ними .

Как видим, никакой «автоматики» и прочих «правил» в распределении целей. И даже объяснено почему. В условиях быстро меняющейся боевой обстановки и наличия над «полем боя» других частей соединения никакой «автоматики» не может быть просто по определению. Это даже не говоря о том, что целей может оказаться и больше двух, и что тогда? Именно поэтому цели эскадрильям назначает командир авиагруппы и только он. Что капитан 3-го ранга Уэйд Маккласки собственно и сделал. Ну и кто лучше знал ту «доктрину» – весь из себя крутой пикировщик или всё же «ламер-истребитель»?

А если без ёрничества, то скорей всего капитан-лейтенант Ричард Бест то Наставление действительно знал. Но только в пределах своей компетенции – на уровне эскадрильи. Но не выше. Иначе нам придётся предположить невероятное – что он сознательно лгал и передёргивал, пытаясь оправдать свои грубые ошибки, что чуть не привели к крайне серьёзным последствиям. Не знаю, как вы – я в такое верить отказываюсь.

3. Кто потопил «Акаги»?

Дивизион или звено?

1. В своём рапорте Ричард Бест утверждал, что атаковал авианосец противника силами 1-го дивизиона своей эскадрильи, но в воспоминаниях эти силы сократились уже до одного звена.

Эскадрильи палубных пикировщиков (официально – разведчиков-бомбардировщиков) ВМС США штатно состояли тогда из восемнадцати SBD «Донтлесс», разбитых на шесть звеньев по три самолёта. Поскольку в одиночку управлять такой толпой достаточно сложно, то существовал промежуточный уровень – эскадрилья делилась на три дивизиона , по два звена в каждом. В интересующем нас вылете 6-я бомбардировочная эскадрилья авианосца «Энтерпрайз» задействовала 15 машин, то есть состояла из трёх дивизионов не по шесть, а по пять «Донтлессов» каждый.

Когда капитан-лейтенант Бест решил, какую цель он предпочитает атаковать, он указал на неё командирам дивизионов и дал команду на разделение эскадрильи на дивизионы, которые должны были работать самостоятельно. Они успели разделиться и перестроиться из общего походного строя в боевые (об этих нюансах позже) когда мимо них (а местами и через них) к той же цели промчались «Донтлессы» 6-й разведывательной. В возникшем бардаке командиры второго и третьего дивизионов 6-й бомбардировочной вполне логично продолжили выполнять полученный приказ и полетели вслед за коллегами. Капитан-лейтенант Бест не смог ничего с этим поделать и остался с…

А с кем остался? В рапорте он утверждал, что сохранил контроль хотя бы над всем своим первым дивизионом, то есть за ним шло ещё четыре машины. А затем: «Первое звено первого дивизиона собралось немедленно после выхода из пикирования». Напомню, что никакие вражеские истребители их во время сближения и пикирования не атаковали, зенитного огня с корабля тоже не было, но второе звено из двух самолётов просто куда-то загадочным образом испарилось, благо обе машины данного звена из вылета не вернулись.

Однако уже к концу 1945 года в распоряжении американцев оказались как «подробный рапорт» Мобильного соединения японцев, включавший достаточно детальное описание атаки на «Акаги», включая схему попаданий, так и материалы допросов офицеров авианосца, включая его командира. А ещё через пару лет всё это было опубликовано уже безо всяких грифов секретности. И из всех этих источников следовало, что «Акаги» атаковали всего три самолёта, а никак не пять. Так что в последующих рассказах Беста «дивизион» ненавязчиво сократился до «звена».

А ведь он далеко не сразу ушёл в пикирование на цель, когда и вправду можно было не знать, кто там за спиной. Напомню, что сначала Бесту пришлось сложить уже открытые тормозные щитки, долететь до «правого» авианосца, набрать высоту, чтобы погасить скорость, опять открыть щитки… Это несколько минут. Так что он не мог не знать, сколько самолётов последовало за ним на самом деле. Но всё это, по большому счёту, несущественные детали, просто дополнительные «штрихи к портрету героя». Ну а мы приступаем к самому интересному.

«Серебряная пуля»

1. В рапорте говорится «о по меньшей мере трёх прямых попаданиях», то есть «возможно были ещё, но я их не видел». В воспоминаниях по понятным причинам уже только о трёх, причём они подробно расписаны.

На момент написания рапорта Беста никто не ставил под сомнение заявленные им «минимум три попадания». Хотя бы потому, что по большому счёту ни количество попаданий, ни их «авторство» никого и не интересовали, главное – цель в результате уничтожена. Так что и Бест, и оба его ведомых получили заслуженные Военно-морские кресты – высшую на тот момент награду ВМС США. Причём, судя по наградным листам, не конкретно за «Акаги», а, что называется, «по совокупности» – за все их действия в ходе сражения.

Однако спустя три с небольшим года из японских документов и допросов японских офицеров стало известно, что из трёх сброшенных на «Акаги» бомб одна была близким промахом, а другая нанесла лишь несущественные повреждения в корме. Таким образом огромный авианосец водоизмещением более сорока тысяч тонн получил фатальные повреждения от одной-единственной фугасной авиабомбы Mk 13 калибра 1000 фунтов (общий вес 463 кг, заряд ВВ – 243,5 кг). Она просто попала в правильное место – взорвалась в шахте самолётоподъёмника – и, что немаловажно, в правильное время – вызвала пожары сразу на обеих ангарных палубах, забитых заправленными и перевооружаемыми самолётами. Та самая «серебряная пуля».

Но и тогда «авторство» этого фатального попадания никого особо не заинтересовало. Попали – и слава богу. А спустя ещё двадцать лет – это попадание было окончательно зафиксировано за Ричардом Бестом. Прежде всего благодаря и по сей день самой популярной работе о Мидуэе – «Невозможной победе» Уолтера Лорда, с которой мы и начали. Прежде всего потому, что автор описывал этот эпизод со слов сами угадайте кого.

Тем более, что один его ведомый, лейтенант Фредерик Уэбер погиб несколькими часами спустя, в ходе удара по «Хирю», а у другого, старшего лейтенанта Эдвина Крюгера была, в отличие от списанного по здоровью Беста, куча и других подвигов. Он окончил войну командиром авиагруппы авианосца «Хорнет» и вышел в отставку в 1962 году с должности начальника Управления военно-морской разведки. В звании капитана 1-го ранга и с внушительным «иконостасом» боевых наград.

Однако время шло, и в конце XX века в США – как и в краю родных осин – случился ренессанс интереса к истории Второй мировой. И так же, как и у нас, всё больше людей интересовались не только своими, но и вражескими источниками. В том числе и по сражению при Мидуэе. И всё больше из них задавали бестактные вопросы. Например, как так получилось, что, согласно японским данным, первая из трёх сброшенных на «Акаги» бомб была промахом, но при этом «потопившим «Акаги» почему-то считается возглавлявший эту атаку капитан-лейтенант Бест, который должен был сбросить именно первую бомбу?

Апологетам устоявшейся точки зрения пришлось придумать по этому поводу целую теорию, что лучше всего изложена во всё том же «Сломанном мече» Джона Паршалла и Энтони Талли. Хотя в примечании честно указано, что автором данного сценария был известный американский исследователь Марк Хоран:

«У группы Беста не было времени делать все «по уставу». Стандартной практикой был строй для последовательного пикирования, но вместо этого звено Беста ата ковало в строю «V», в котором они всё ещё находились. Бест летел в центре, его ве домые – в 75-100 футах [25-30 м] по обеим сторонам. […] Первая и третья бом бы были промахами, и только вторая бомба, попавшая в кормовой срез централь ного самолётоподъёмника, обрекла «Акаги» на гибель. Почти не вызывает сомне ний, что сбросил её именно Бест. Он был известным пилотом-пикировщиком и имел репутацию не только храброго человека, но и непревзойденного профес си о нала. […] Учитывая, что звено Беста пикировало в форме буквы «V», практически невозможно представить, что траектории бомб могли пересечься в воздухе. А из того, что мы знаем о том, как бомбы попали по отношению к кораблю и друг к другу – в форме буквы «V» – также почти наверняка следует, что бомбу, которая попала в центр палубы «Акаги» сбросил центральный самолет в «V». А его пило ти ровал капитан-лейтенант Бест. »

Мнение специалиста

На первый взгляд вполне убедительно. Однако всё строится на предположении, что атака проводилась в строе звена. Но вот что думал об этом ветеран Второй мировой и Корейской войн, капитан 3-го ранга в отставке Джордж Уолш, воевавший именно на палубных пикировщиках:

«Автор приводит сценарий, в котором самолёты 6-й бомбардировочной атаку ют «Акаги» строем звена, в форме буквы «V», а не как обычно, когда ведомые сле дуют за командиром в строю колонны или эшелона. Но на схеме, что он приводит, изо б ражена атака с горизонтального полёта, максимум – с пологого пикирования. На с колько мне известно, наша палубная авиации никогда не использовала подоб ный строй в случае полноценного пикирования, даже на учениях. »

Объясняется это достаточно просто. Одним из самых сложных элементов атаки с пикирования является выбор точки входа в это самое пикирование. Приходится одновременно учитывать высоту, собственную скорость, скорость цели, её манёвры, силу и направление ветра и много чего ещё, чтобы выйти в точку сброса бомбы под нужным углом, нужным курсом и на нужном расстоянии от цели. Поэтому самолёты звена или дивизиона перестраиваются из походного строя в виде «V» в строй колонны или эшелона с тем, чтобы выбор производил наиболее опытный пилот подразделения – его командир.

Определив эту точку, командир вовсе не делает просто «ручку от себя», опуская нос вниз (это делается лишь при пологом пикировании). Вместо этого машину «заваливают на крыло» и входят в пикирование в таком положении. Это убирает подъёмную силу плоскостей и позволяет гораздо точней войти в пикирование именно в выбранной точке. Плюс в таком положении значительно улучшается обзор на расположенную снизу цель – капот её больше не закрывает. И только выйдя на нужный угол пикирования пилот возвращает машину в условно «горизонтальное» положение.

Следующие за ним самолёты подразделения один за одним долетают до той точки, откуда командир вошёл в пикирование и повторяют его манёвр. Думаю, многие видели это в кинохронике, посвящённой атакам тех же немецких Ju-87 «Штука», когда пикировщики один за одним сваливаются к земле. А теперь попытаемся представить, как бы выглядел подобный вход в пикирования звена, идущего строем «V», когда находящиеся в «25-30 м» друг от друга по фронту самолёты одновременно заваливаются на крыло, как предлагают нам Марк Хоран сотоварищи.

Последний гвоздь

Но это опять лишь теоретические рассуждения, пусть и подкреплённые мнением профессионала с богатым боевым опытом. Однако данный сценарий опровергает ещё и никто иной, как сам Ричард Бест, который в одном из своих интервью чётко говорит:

« Я был уже почти над целью, с моим первым дивизионом,летевшим уже строем колонны, и начал открывать воздушные тормоза, когда прямо передо мной на ту же цель спикировали командир авиагруппы и 6-я разведывательная. »

Как-то сложно предположить, что они перестроились обратно в строй «V» для того, чтобы пролететь несколько миль до другого авианосца…

Ну а последний гвоздь в крышку гроба этой теории забил (причём тоже задолго до её появления) первый ведомый Беста – старший лейтенант Крюгер. В своём рассказе тому же Уолтеру Лорду в 1966 году (и не только ему) он упоминал, что они пикировали настолько плотно, что, когда он сбрасывал бомбу, в его прицеле всё ещё маячила машина командира. То есть она находилась прямо перед ним, а никак не сбоку. Но авторы теории об «атаке строем звена» предпочли об этом «забыть».

Если вы вдруг думаете, что всё это не более, чем «ревизионизм» выжившего на старости лет из ума ветерана и примкнувшего к нему вашего покорного слуги, то это не совсем так. Над придуманным «диванными пилотами» совершенно нереалистичным с точки зрения профессионалов сценарием оттопталось достаточно много народу, прежде всего лётчиков. Так что неудивительно, что в издании ассоциации ветеранов авианосца «Мидуэй», командиром авиагруппы которого какое-то время был тот самый Эдвин Крюгер, данный эпизод описывается следующим образом:

« Хотя бомбовые удары всех трех пилотов привели к повреждениям вражеского авианосца, именно сброшенная второй 1000-фунтовая бомба Бада [прозвище-позывной Эдвина Крюгера] нанесла самые катастрофические разрушения – она пробила палубу авианосца в районе центрального самолётоподъёмника корабля, тем самым обрекая его на гибель. »

4. Последний вылет Беста

Сборная солянка

Из пятнадцати «Донтлессов» Ричарда Беста, участвовавших в этой атаке, на «Энтерпрайз» вернулись лишь пять. Один из них был сразу признан небоеспособным. Состояние 6-й разведывательной было немногим лучше – вернулось восемь пикировщиков, один из которых также не мог принять участие в следующем вылете. В сумме на «Энтерпрайзе» осталось лишь одиннадцать собственных боеспособных «Донтлессов». К счастью, 3-я бомбардировочная с «Йорктауна», атаковавшая третий японский авианосец «Сорю», не потеряла ни одной из своих семнадцати машин, и пятнадцать из них сели на «Энтерпрайз», так как их корабль в момент их прибытия был уже под атакой. Но и у них один самолёт был серьёзно повреждён.

Таким образом, для удара по четвёртому японскому авианосцу «Энтерпрайз» смог выставить 25 пикировщиков. Командир авиагруппы корабля капитан 3-го ранга Маккласки был не в состоянии возглавить эту сводную ударную группу из-за ранения, поэтому командовать ей было поручено… Нет, не угадали. Это был командир 6-й разведывательной эскадрильи капитан-лейтенант Эрл Галлахер, а «непревзойдённому профессионалу» Бесту доверили командовать целым звеном – четвёртый из оставшихся от его эскадрильи «Донтлессов» передали «сироткам» с «Йорктауна» чтобы добить до штатной численности их пятое звено. У одной машины сразу после взлёта возникли проблемы с двигателем – и их осталось 24. Истребительного эскорта не было от слова совсем – цели находились за пределами сильно просевшего боевого радиуса «Уайлдкэтов» четвёртой модели.

Ну а теперь опять цитата из рапорта Ричарда Беста:

ШЕСТАЯ БОМБАРДИРОВОЧНАЯ ЭСКАДРИЛЬЯ

7 июня 1942 г.

СЕКРЕТНО

От: Командира 6-й бомбардировочной эскадрильи.

Кому: Командиру АВ «Энтерпрайз».

Через: Командира авиагруппы АВ «Энтерпрайз».

Тема: Рапорт о боевых действиях, 4-6 июня 1942 г.

[…]

B. Четверг, день и вечер

3. Ударная группа набрала высоту 19 000 футов [5800 м] и заняла позицию со стороны солнца. Атака началась примерно в 19:05 [17:05 по времени Мидуэя] со скоростного снижения. По меньшей мере четыре истребителя «Зеро» атаковали нас прямо во время пикирования, и самолёт 6-B-3 был сбит. 6-я разведывательная эскадрилья [шесть машин] пикировала первой, выбрав в качестве цели авианосец. Наблюдались промахи, и командир 6-й бомбардировочной [Бест] решил также атаковать авианосец. Первое звено 3-й бомбардировочной спикировало прямо перед нами, также на авианосец. Наблюдались два прямых попадания. Затем пикировала 6-я бомбардировочная, добившаяся одного прямого попадания. Было видно, что авианосец горит на две трети своей длины от кормы вперёд. Также наблюдалось прямое попадание в линкор. Отход от цели выполнялся на высокой скорости и малой высоте.»

И всё то же самое, но уже глазами командира сводной группы и 6-й разведывательной эскадрильи капитан-лейтенанта Эрла Галлахера:

ШЕСТАЯ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНАЯ ЭСКАДРИЛЬЯ

20 июня 1942 г.

СЕКРЕТНО

От: Командира 6-й разведывательной эскадрильи.

Кому: Командиру АВ «Энтерпрайз».

Через: Командира авиагруппы АВ «Энтерпрайз».

Тема: Рапорт о боевых действиях, 4-6 июня 1942 г.

[…]

B. Четверг, день и вечер

3. Ударная группа набрала высоту 19 000 футов [5800 м] и заняла позицию со стороны солнца. Атака началась примерно в 19:05 со скоростного снижения. Четыре или пять истребителей «Зеро» атаковали нас прямо во время пикирования, но ни один самолет 6-й разведывательной эскадрильи не был сбит. 6-я разведывательная пикировала первой, и первые два самолета промахнулись с недолётом в корму, когда авианосец сделал резкий разворот на 180° в сторону от направления пикирования. Третий пикировщик звена добился прямого попадания, и по крайней мере ещё одного попадания добился один из самолётов второго звена. Три самолета 6-й бомбардировочной и большинство самолетов 3-й бомбардировочной также атаковали авианосец и добились ещё нескольких попаданий, в результате авианосец был охвачен огнем от носа до кормы. Несколько самолетов 3-й бомбардировочной атаковали линкор, и добились минимум одного прямого попадания. Отход от цели выполнялся на высокой скорости и малой высоте.

На этот раз у нас есть ещё и третья точка зрения, от командовавшего в этом вылете самолётами 3-й бомбардировочной «Йорктауна» капитан-лейтенанта Деуитта Шамуэя (штатный командир эскадрильи сел на авианосец «Хорнет» и в этом вылете не участвовал):

ТРЕТЬЯ БОМБАРДИРОВОЧНАЯ ЭСКАДРИЛЬЯ

10 июня 1942 г.

СЕКРЕТНО

От: Командира 3-й бомбардировочной эскадрильи.

Кому: Командиру АВ «Энтерпрайз».

Через: Командира авиагруппы АВ «Энтерпрайз».

Тема: Рапорт о боевых действиях за период 4-6 июня 1942 г. включительно.

[…]

B. Первый день, 4 июня 1942 года. Вторая фаза [...].

К 18:58 группа находилась в атакующей позиции, на высоте 19 000 футов, приближаясь к противнику на большой скорости со стороны солнца; дивизионы и звенья перестроены в колонны. Командир 6-й разведывательной эскадрильи по голосовой радиосвязи приказал самолетам «Энтерпрайза» атаковать единственный авианосец, предположительно класса «Хосё», а 3-й бомбардировочной – ближайший линкор. […]

В 19:05 под сильным зенитным огнем 6-я разведывательная эскадрилья отвернула для атаки. Во время их пикирования вражеский авианосец резко повернул на юг. Не заметив прямых попаданий 6-й разведывательной, 3-я бомбардировочная сменила цель с линкора на авианосец, что, согласно предварительным приказам, был главной целью, и тоже начала атаку. 6-я бомбардировочная пикировала последней. […]

Самолёты 3-B-12 и 3-B-16, по сообщениям, были атакованы истребителями и считаются сбитыми. Предполагается также, что это произошло уже после сброса бомб. Самолёты 3-B-4 и 3-B-6 атаковали линкор в соответствии с ранее полученным приказом, добившись близкого промаха и прямого попадания, от которых начался пожар. Остальные самолёты 3-й бомбардировочной добились четырех прямых попаданий по всей длине авианосца, и он яростно горел. Отход от целей проводился путем радикального маневрирования на высокой скорости у самой воды на восток и юго-запад, сквозь сильный зенитный огонь и атаки истребителей.

И наконец, фрагмент из послевоенного интервью Ричарда Беста:

«На этот раз мы прибыли прямо к цели, к «Хирю». В воздухе было шесть или более «Зеро», которые направились к нам, как только нас заметили. Одновременно с этим зенитки «Хирю» начали ставить неподвижный, судя по всему, барраж на высоте 20 000 футов [6100 м]. Но ни то, ни другое им не помогло. Мы зашли с левого и правого бортов и оставили авианосец в огне и без управления. […] На этот раз я не рискнул наблюдать за падением бомбы. Я яростно уклонялся, пока не оказался вне зоны действия зениток, к западу от японского соединения.»

И как обычно, завершаем подборку источников сведениями от противника:

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

ПЕРВЫЙ ВОЗДУШНЫЙ ФЛОТ

Секретное сообщение №38, 15 июня 1942 г.

Мобильное соединение, подробный боевой рапорт № 6

Первый воздушный флот, подробный боевой рапорт № 6

Мидуэйская операция, 27 мая – 9 июня 1942 г. [...]

ЧАСТЬ III. ОПИСАНИЕ ХОДА ОПЕРАЦИИ […]

(с) «ХИРЮ»

В результате атаки с пикирования 13 вражеских пикирующих бомбардировщиков в 14:03 [17:03 по времени Мидуэя] на корабле начался пожар. […]

2. ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТИЙ (Выдержки) […]

14:01. «Тикума» обнаруживает группу вражеских самолетов, пеленг 40° по левому борту, прямо над «Хирю». «Хирю» открывает огонь. Вражеские самолеты пикируют на «Хирю».

14:05. «Тонэ» открывает огонь из орудий, пеленг 70° по левому борту. Вражеские самолеты бомбят «Хирю», добиваются нескольких попаданий. На борту «Хирю» возникает пожар. «Тикума» открывает огонь из главного калибра и зениток.

14:07. Вражеские самолеты бомбят «Харуна» с пикирования. Вражеские самолеты направляются к «Тонэ». «Тонэ» ведёт огонь орудиями правого борта. Три вражеских самолета над «Нагара». Корабль открывает огонь из главного калибра и зениток по самолетам на пеленге 90° по левому борту.

14:10. «Тонэ» начинает маневр уклонения от бомб на максимальной боевой скорости.[…]

F. ПОВРЕЖДЕНИЯ, ПОЛУЧЕННЫЕ В РЕЗУЛЬТАТЕ ДЕЙСТВИЙ ПРОТИВНИКА:

(3) «ХИРЮ»

Так кто попал в «Хирю»?

Ну а теперь, как говорится, попробуем со всем этим хозяством взлететь разобраться. Итак, согласно схеме из японского рапорта, «Хирю» получил четыре прямых попадания плюс столько же близких промахов. При этом они сообщают лишь о тринадцати атаковавших корабль пикировщиках. Однако, как мы знаем, в атаке участвовало 24 «Донтлесса», из них один был сбит истребителем ещё во время пикирования – то есть до сброса бомбы – и ещё два атаковали ближайший линкор (это был «Харуна», что на самом деле отделался двумя близкими промахами). Итого остаётся 21 пикировщик, восемь из которых японцы почему-то даже не заметили.

Тут несколько вариантов – либо они настолько сильно промахнулись, либо из-за начавшихся вторичных взрывов и задымления на «Хирю» там уже не видели последние восемь атаковавших. Либо американцы действительно атаковали не два корабля – авианосец «Хирю» и линкор «Харуна» – а ещё и крейсеры «Тонэ» и «Нагара», как это написано в «Хронологии событий» из японского рапорта. Но здесь возможна ошибка во временных метках, и речь идёт о немного более поздних событиях – атаке прибывших вскоре пикировщиков с «Хорнета». В данном разделе рапорта, состоящем из необработанных «черновых данных», собранных с различных кораблей, это явление достаточно распространённое.

Далее у нас порядок пикирования, и опять более одного варианта. Все сходятся на том, что первыми пикировали шесть «Донтлессов» 6-й разведывательной, а дальше начинается разнобой. Бест утверждает, что следом за этой шестёркой спикировало лишь одно звено 3-й бомбардировочной, а его звено атаковало сразу за ними. В сумме это, кстати, даёт двенадцать машин, что неплохо стыкуется с японскими данными. Но при этом он ничего не говорит о том, что случилось дальше, ибо просто не видел. Ну а ИО командира 3-й бомбардировочной утверждает, что следом за 6-й разведывательной на авианосец спикировала вся его группа за исключением двух, атаковавших линкор «Харуна». И только следом за ними, последним, последовало звено Беста.

Теперь о заявках на попадания. Эрл Галлахер утверждает, что его шесть машин добились минимум двух прямых попаданий. Деуитт Шамуэй заявил о четырёх прямых попадания «по всей длине корабля» его пикировщиков с «Йорктауна». И, наконец, Ричард Бест пишет об одном попадании у своего звена, сократившегося к тому моменту до двух машин. При этом он же в своём послевоенном интервью говорит, что у него на этот раз не было возможности посмотреть, куда упали их бомбы, так как сразу после выхода из пикирования он стремительно делал ноги от зенитного огня и вражеских истребителей, маневрируя над самой водой. Итого в сумме мы получаем семь заявок на прямые попадания. При том, что реально в «Хирю» попали четыре бомбы, причём все в носовую часть корабля.

На этом, пожалуй, и завершим. Предлагаю вам самим попытаться понять, кто кого атаковал, и кто куда попал – все имеющиеся исходные данные предоставлены выше, и других просто нет. А пока предлагаю лишь восхититься оптимизмом отдельных американских исследователей, почти однозначно указывающих «авторство» всех четырёх попаданий. И среди них под третьим номером числится сами понимаете кто, куда ж без него. Но, в любом случае, всё это мало напоминало показанную в фильме «Мидуэй» душераздирающую сцену, где героический Ричард Бест поражает целёхонький ещё «Хирю» с высоты плевка. Этот кадр вообще возглавляет мой личный хит-парад околовоенной киноклюквы.

Конец карьеры

По возвращении на «Энтерпрайз» у Ричарда Беста начался кашель с кровью. То ли из-за его экспериментов с кислородной маской на 6000 м, о которых он писал в рапорте, то ли из-за того, что он хватанул каустической соды, о чём он вспомнил лишь в послевоенных воспоминаниях. Так или иначе, вскоре имевшаяся у него скрытая форма туберкулёза перешла в открытую. Так что свой рапорт он писал уже в лазарете авианосца. Затем последовало долгое лечение в госпиталях, а затем отставка по состоянию здоровья в 1944 году.

Эпилог

Много лет спустя, во время праздничных мероприятий, посвящённых очередному юбилею сражения при Мидуэе, Ричарда Беста попросили сфотографироваться в кокпите музейного пикировщика SBD «Донтлесс» – просто чтобы добавить эту фотографию в экспозицию музея. Знаменитый ветеран отказался со словами: «Зачем превращать это в балаган? В тот день, когда я в последний раз сидел в подобном кокпите – я потопил два вражеских авианосца. Пусть так и останется.»

Ричард Х. Бест у мемориала сражения при Мидуэе в военно-морском училище в Аннаполисе

Судя по тому, что Ричард Бест дослужился до должности командира эскадрильи – он действительно был, как минимум, хорошим пилотом. Но в ходе сражения при Мидуэе он совершил ряд очень серьёзных ошибок, что могли крайне негативно повлиять на ход всего этого действительно важного сражения, поражение в котором могло изменить ход всей Второй мировой на Тихом океане. Но, как говорится, с кем не бывает.

Нет к нему претензий и за то, что он всю свою долгую жизнь пытался выставить себя главным героем и переложить ответственность за собственные косяки на своего командира. Тоже дело житейское и вполне по-человечески понятное. Особенно на фоне его резко оборвавшейся военной карьеры. Кстати, Уэйд Маккласки, как и положено приличному командиру, ни разу публично не обвинял своего подчинённого в создании того бардака, что чуть не сорвал выполнение боевой задачи.

Словом, как принято у них говорить: «Покойся с миром»… Так что сейчас единственные, к кому действительно есть претензии – это некоторые ныне живущие исследователи, что вынуждены придумывать завиральные теории, дабы впихнуть неудобные факты в прокрустово ложе давно протухших мифов. Ну и кинематографисты, что снимают свои блокбастеры на базе оных мифов. Но это вообще, увы, неистребимо.

И дело даже не в создании дутых героев – бог-то с ними. Но за этим слишком часто теряются герои настоящие. В данном случае тот же капитан 3-го ранга Уэйд Маккласки, один из тех, кто действительно спас это это сражение на тактическом уровне.

И о персоналиях

Возможно, это лишнее, но от «волшебной силы искусства» никуда не денешься. Так что боюсь, у многих образы наших двух героев сформированы – пусть частично и подсознательно – тем, как они были представлены в блокбастере Рональда Эммериха, с которого мы начали. Опытный, крутой и харизматичный Дик Бест и его примерно одногодок, скучный мямля Уэйд Маккласки, непонятно как ставший командиром такой яркой индивидуальности. И которого Бест непрерывно шпыняет и учит правильно воевать, причём в присутствии их подчинённых, что особенно умиляет. Поэтому позволю себе короткие биографические справки.

БЕСТ, Ричард Хэлси (BEST, Richard Halsey) 1910-2001

В 1932 г. закончил военно-морское училище в Аннаполисе. В 1934 г. закончил лётную школу ВМС в Пенсаколе. В 1935-1938 гг. служил в составе 2-й истребительной эскадрильи авианосца «Лексингтон». В 1938-1940 гг. инструктор в лётной школе ВМС в Пенсаколе. В мае 1940 г. переведён в 6-ю бомбардировочную эскадрилью авианосца «Энтерпрайз», командир дивизиона. С мая 1942 г. командир эскадрильи. После сражения при Мидуэе оказался в госпитале в связи с обострением туберкулёза. Уволен в отставку по здоровью в 1944 г. в звании капитана 3-го ранга.

МАККЛАСКИ, Кларенс Уэйд, мл. (McCLUSKY, Clarence Wade, Jr.) 1902-1976

В 1926 г. закончил военно-морское училище в Аннаполисе, лейтенант. В 1929 г. закончил лётную школу ВМС в Пенсаколе. В 1929-1931 гг. служил в составе 1-й истребительной эскадрильи авианосца «Саратога». В 1931-1935 гг. в различных патрульных и разведывательных эскадрильях берегового и корабельного базирования. В 1935-1938 гг. на штабных должностях в авиационном командовании ВМС США. В 1938-1940 гг. преподавал в военно-морском училище в Аннаполисе, кафедра судовождения и навигации. В мае 1940 г. переведён в 6-ю истребительную эскадрилью авианосца «Энтерпрайз», командир дивизиона. С апреля 1941 г. командир эскадрильи. С апреля 1942 г. командир авиагруппы авианосца «Энтерпрайз». После сражения при Мидуэе на различных штабных должностях, включая Генштаб ВМС США. С августа 1944 г. командир эскортного авианосца «Коррехидор», на котором и закончил войну в звании капитана 1-го ранга. Далее служил на различных командных и штабных должностях, участвовал в Корейской войне и вышел в отставку в 1956 г. в звании контр-адмирала. В 1982 г. его именем был назван фрегат FFG-41 типа «Оливер Хазард Перри».

* * *

Таким образом Уэйд Маккласки был не только старше Ричарда Беста на восемь лет, но и на пять лет раньше него получил пилотские «крылышки», не говоря уже о разнице в званиях. Здесь нужно заметить, что, в отличие от программы лётных школ, где готовили пилотов резерва «с нуля», курс лётной подготовки кадровых офицеров не был специализированным, заточенным под конкретный тип самолётов. Они готовили универсалов, способных впоследствии командовать как подразделениями любых типов самолётов, так и частями и соединениями смешанного состава. Так что для кадровых офицеров морской авиации было нормой за свою карьеру поменять несколько типов самолётов.

Оба лётчика начинали, как пилоты истребителей, после чего оба, хоть и по-разному, получили практический опыт пилотирования самолётов различных типов, но у Маккласки к этому добавлялся ещё и опыт штабной и преподавательской работы, причём в преподавании такого актуального предмета, как навигация. Кроме того, он принимал непосредственное участие в создании того самого Наставления (или Боевого устава морской авиации) который мы так часто поминали. Боевой же опыт у обоих был совершенно одинаковым – оба с начала войны служили на одном и том же авианосце и участвовали в одних и тех же операциях. Ну и вишенкой на торте – к моменту Мидуэя крутой пикировщик Бест на самом деле летал на этом типе самолётов всего два года, пилотом-истребителем он прослужил несколько дольше.

Фрегат УРО «Маккласки» (FFG-41)

Библиография

Использованные документы:

Commander Aircraft Battle Force. Current Tactical Orders and Doctrine, U. S. Fleet Aircraft – Volume I, Carrier Aircraft, USF-74 (Revised). March 1941 .

CO U.S.S. Enterprise. Air Battle of the Pacific, June 4-6, 1942, report of . June 13, 1942.

Commander, Bombing Squadron Six. Report of action June 4-6, 1942. June 7, 1942.

Commander, Scouting Squadron Six. Report of action June 4-6, 1942. June 20, 1942.

Commander-in-Chief, First Air Fleet. Detailed Battle Report No. 6. June 15, 1942.

IMMF. A Narrative from Battle of Midway Veteran, LCDR Richard H. Best, USN (Ret.)

Использованная литература:

Walter Lord “Incredible Victory” , 1967. – Уолтер Лорд «Невероятная победа» , 1993.

(戦史叢書) ミッドウェ—海戦, «(История войны) Морское сражение при Мидуэе» , 1971.

J. B. Lundstrom “The First Team: Pacific Naval Air Combat from Pearl Harbor to Midway” , 1984.

J. B. Parshall, A. B. Tully “Shattered Sword: The Untold Story of the Battle of Midway”, 2005.

George J. Walsh “The Battle of Midway: Searching for the Truth”, 2017.

The USS Midway Veterans Association, “Station Ship News“ , Issue 47, 2023.

Content

Вырвавший победу

Предисловие

1. «Сухим языком документов»

2. Бардак в воздухе

3. Кто потопил «Акаги»?

4. Последний вылет Беста

Эпилог

Библиография