К.О.В.Ш.

Виноват кофе

Виноват кофе

Во внутреннем оформлении использована иллюстрация:

© Usni / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

Иллюстрация на переплете XINSHI麻雀

© К.О.В.Ш., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Глава 1 Я оплачу химчистку!

Ноябрь. Темновато, мрачновато и неожиданно адски холодно: одним словом, отстой. И еще больший отстой, если это раннее утро воскресенья, в универ не надо, и вроде бы можно давить подушку до полудня, но нет.

Кристина проснулась от того, что ее деятельная мама пылесосила. Причем по уровню шума казалось, что пылесосит она не квартиру, а Кристинину голову. Девушка застонала, накрыв голову подушкой, но это не помогло заглушить внезапный стук в стену. Кажется, папа наконец-то собрался с духом, чтобы прибить полку. Конечно, а когда еще, как не утром в воскресенье?

Можно подумать, эта несчастная полка, которая три недели ждала своего звездного часа, не полежала бы еще часок-другой! Кристина заурчала, как вурдалак, надеясь, что какофония скоро прекратится, но стоило папе забить последний гвоздь, как зазвонил будильник.

Кристина прокляла себя за то, что повелась на акцию и записалась на маникюр в получасе езды от дома, да еще и на утро выходного дня.

– Кто рано встает, тот идиот, – резюмировала она, выползая из-под одеяла.

А тот, кто начал в одиннадцать вечера смотреть новый сериальчик, идиот в квадрате. Знала же, что не сможет остановиться, пока не посмотрит весь сезон, а потом не выспится.

Собиралась Кристина медленно и сонно, так что времени на завтрак не оставалось. Зная, что мать опять будет ворчать, что она ничего не ест, Кристина попыталась как можно незаметнее прокрасться в прихожую, но ее план провалился: мама надвигалась на нее со шваброй наперевес.

– Ты не позавтракала.

– Ма, я опаздываю на маникюр, куплю чего-нибудь в торговом центре.

– Есть на бегу вредно, – поджала губы мама, внимательно наблюдая, как Кристина застегивает пуховик. – Не забудь шапку и шарф, там минус.

– Ма-а-ам, мне не пять лет!

– Переохлаждение головы в любом возрасте приводит к снижению иммунитета и создает условия для проникновения в организм инфекции, что приведет как минимум к простуде, а в худшем случае к менингиту, – заметил папа, выглядывая в коридор.

– А еще это вредно для волос, – добила мама, всовывая в руку дочери первый попавшийся шарф и дурацкую вязаную шапку.

– Как тяжело жить в семье врачей, – простонала Кристина, выбегая из квартиры и на ходу накручивая на шею шарф.

Автобус, конвульсивно дергаясь, толкался в пробке из-за аварии на перекрестке, а Кристина нервно поглядывала на экран телефона. Время тикало, а торговый центр, где располагалась студия маникюра, был еще далеко. Пунктуальность, которую привила ей педантичная мать, толкала в спину. Понимая, что не в ее силах заставить пробку рассосаться, а автобус ехать быстрее, Кристина выскочила на ближайшей остановке и зашагала вперед. Мороз щипал щеки и кончик носа, а лоб чесался под дурацкой шапкой с оленем, которую Кристина не выкинула только потому, что ее подарила любимая бабуля.

Ворвавшись в торговый центр, Крис была красной в цвет своей шапки – под конец она почти бежала. Зато опоздала всего на одну минуту.

– Здравствуйте! Я на маникюр, – улыбнулась Кристина, выпутываясь из шарфа, который грозился ее задушить.

– Ой, простите, ваш мастер опаздывает, – виновато развела руками немолодая, но очень ухоженная администраторша и виновато улыбнулась. – Можете, пожалуйста, подождать двадцать минут?

Первым порывом было возмутиться, но потом Кристина вспомнила, что вообще-то она так и не выпила утреннюю чашечку кофе, так что может взять его в кофейне на первом этаже. Настроение сразу поползло вверх, и она кивнула администратору, сказав, что без проблем подождет.

Спустившись на первый этаж, Кристина стянула ненавистную шапку и сунула ее в сумку. От шарфа избавиться было не так просто – он был длиннющий и в сумку не помещался, так что Крис оставила его нелепо свисать вдоль темно-синего пуховика. Внимательно рассматривая витрину с закусками и десертами, она от души почесала лоб.

– Дурацкая аллергия на шерсть, – пробурчала она, чувствуя облегчение.

– Вы что-то сказали?

Молодой парень в фирменном фартуке кофейни и бейджиком «Денис» посмотрел на нее и широко улыбнулся. Кристина смутилась – Денис был очень симпатичным. Высокий, подкачанный, с пронзительно-голубыми глазами…

– Кофе латте, пожалуйста, – пролепетала Крис, отводя взгляд в сторону.

Почему-то показалось, что Денис смотрит как-то по-особенному. Он даже кофе варил с улыбкой, то и дело посматривая на нее. Кристина подумала, что приглянулась ему, и, окончательно засмущавшись, отвернулась в сторону витрины с чашками и пакетами с кофе.

Увидев свое отражение, она впала в ужас. Волосы были взлохмаченными и разве что не стояли дыбом, шарф сбился в какой-то неряшливый клубок, а лоб был в красных пятнах то ли от аллергии, то ли от ее ногтей. Стало понятно, почему Денис так улыбался – она выглядела как посмешище!

Захотелось провалиться под землю от стыда. Едва Денис вручил ей кофе в большом стаканчике, Кристина схватила его и резко развернулась на выход, с размаху врезавшись в посетителя, который стоял прямо за ее спиной. Неплотно закрытая крышечка слетела со стакана, и Кристина вылила горячий кофе на парня перед собой.

– Черт! – выругался он, прижимая руку к обожженной ноге.

Оцепенев от ужаса, Кристина смотрела на огромное мокрое пятно на джинсах и коричневые разводы, проступающие на его светлой куртке.

– О боже, простите! – охнула она, пытаясь нашарить в кармане пуховика бумажные платочки, но те, как назло, остались в другой куртке. – Простите, я случайно.

– Ты идиотка! – рявкнул парень, хватая со стойки салфетки, порывистыми движениями пытаясь очистить куртку.

– Я оплачу химчистку! – выпалила Кристина, даже не пытаясь спорить с ним.

На входе в кофейню толпились посетители, которые не могли пройти к кассе, потому что Кристина и парень, которого она облила, перекрыли проход, и от нечего делать глазели на них. На заднем фоне бормотал бариста, предлагая влажные салфетки и вежливо прося отойти в сторону, чтобы он мог протереть пол.

Кристина краснела, мечтая самоуничтожиться, не зная, куда ей деться. Она не знала, чем помочь взбешенному парню. Внутренний голос советовал сбежать, пользуясь тем, что он озабочен своей курткой, а совесть противно пищала, что она должна ему как-то помочь, раз заварила такую кашу.

Дурацкий маникюр, дурацкий кофе, дурацкая неуклюжесть!

– Простите, но мне нужно убрать, – в третий раз повторил Денис, нервно постукивая пальцами по ручке швабры.

Кристина хотела извиниться перед ним за то, что создала столько проблем, но ее опередил парень в облитой кофе куртке. Он швырнул грязные салфетки в мусорку и резко повернулся к Кристине.

– Пойдем выйдем, – грубо сказал он, в упор глядя на нее.

Кристина потеряла дар речи – над ней возвышался сам сатана. Взгляд невольно зацепился за шрамы, расчертившие его лицо. От правого виска до линии челюсти тянулся зигзаг рубца, на левой щеке были три короткие полоски шрамов, и еще одна пересекала бровь. Сразу догадавшись, на что именно смотрит Кристина, парень зло прищурился.

Глаза у него были серые и холодные, как ветер в ноябре. По спине Кристины пробежали мурашки от страха. А парень, заметив ее испуг, криво усмехнулся, и Кристина увидела небольшой шрам сбоку на нижней губе, который кривил рот, придавая сходства с героем ужастика.

– Пойдем, – повторил он приказным тоном и вышел из кофейни, задев плечом одного из зевак, что стоял у двери.

– Девушка, – окликнул Кристину бариста, наблюдая эту сцену, – никуда не ходите!

Кристина посмотрела на Дениса, задумавшись, но все же пошла на выход. В голове скорым поездом неслись мысли одна ужаснее другой. Зачем он велел ей идти за ним? Чтобы еще поорать на нее без свидетелей? Стрясти побольше денег за испорченные вещи? Или он ее ударит?

Кристина вспомнила, как к ее подружке Ирке пристал сумасшедший мужик в метро и начал толкать на перроне, потому что ему показалось, что она толкнула его первой. Мало ли что у этого парня в голове! Вдруг он агрессивный и неуравновешенный?

Кристина смотрела, как парень выходит через вращающиеся двери. Мелькнула шальная мысль свернуть в сторону и затеряться в каком-нибудь магазине, но Кристина строго отогнала ее. За свои поступки надо отвечать.

– П-последствия, – пробормотала она, выходя на улицу.

Парень в шрамах стоял под знаком «Курение запрещено» и затягивался сигаретой. Кристина опасливо шла в его сторону, заодно оценивая нанесенный ею ущерб. Сердце ухнуло куда-то вниз, пробивая обледенелый асфальт.

Вся левая штанина была мокрой от кофе, но это решалось одной стиркой. Хорошо хоть, джинсы были темные. А вот куртка… Ее нужно было срочно нести в химчистку. Если медлить, пятна могут не вывести.

Когда она подошла совсем близко, парень посмотрел на нее с такой злостью, что Кристина прокляла себя за то, что вышла этим утром из дома.

– Про… простите, – пролепетала она, старательно глядя на куртку, а не на его лицо. – Давайте я дам вам денег на химчистку или…

– Эту куртку теперь только в помойку! Ты не спасешь «это» в химчистке!

Скорее всего, он был прав. Если бы куртка была черной, можно было бы незаметно очистить ее, но тонкая, мягкая кожа, выкрашенная в песочный цвет, была такой необычной, что даже профессиональная химчистка могла не справиться.

– Простите, – повторила Кристина. – Я заплачу.

– Денег не хватит, – усмехнулся парень, глядя на нее сверху вниз.

Кристину охватило раздражение. Кто он такой, чтобы так надменно говорить, хватит ей денег или не хватит? Может, она и стоит перед ним с дурацкой аллергией на лбу, сжимая в руках смешную вязаную шапку с оленем, в старом пуховике, потому что не собиралась наряжаться на маникюр, но это не значит, что она какая-то нищая, неспособная возместить средства за испорченную вещь.

– Скажите, где найти такую же. Я куплю вам новую, – гордо вздернула подбородок Кристина, чем явно позабавила парня.

Он едва сдержал едкий смешок, продолжая смотреть на нее сверху вниз.

– Я купил эту куртку в Милане у местного дизайнера. Второй такой нет. По старому курсу она стоила тысяч сто двадцать, – язвительно ответил он, наслаждаясь тем, как самоуверенность сползает с лица Кристины.

– Если второй такой нет, дайте мне хотя бы попробовать спасти эту, – попросила она, снова опуская глаза.

Хотелось позорно расплакаться от досады. Ну она же не специально! И что теперь делать? Такой суммы у нее не было. У родителей просить тоже не вариант – отец только на прошлой неделе оплатил путевки в Таиланд. Да и как такой абсурд рассказать родителям? Мама ее убьет, если узнает.

Парень тоже молчал, отчего-то не соглашаясь дать ей куртку, чтобы почистить. Кристина заметила, что на холоде его шрамы становились багрового оттенка и смотрелись пугающе. Хотя злая усмешка выглядела куда более жутко.

Хотелось уйти, но ноги словно примерзли к асфальту. Кристина дышала коротко, через раз, не представляя, как с ним мирно разойтись и что делать.

– У меня есть идея получше, – вдруг усмехнулся парень, что-то прикидывая в уме. – Я только что переехал, и мне нужна домработница. Будешь приходить через день по вечерам и убирать мою квартиру… скажем, до января.

– А… – Кристина так опешила, что все слова застряли в горле. – В смысле…

– В прямом, – закатил глаза парень, решив, что, мало того, что она неуклюжая, невоспитанная идиотка, которая пялится на его шрамы, так еще и дура. – Давай свой номер телефона.

Кристина от страха продиктовала свой настоящий номер, и он тут же сбросил ей звонок, проверяя, не обманула ли она.

– Стойте! – Перспектива быть уборщицей у какого-то ненормального совсем не прельщала, как и то, что он знал ее номер телефона. – А если я смогу почистить куртку?

К ее удивлению, незнакомец опустошил карманы от мелочей, резко сдернул с себя куртку и грубо пихнул ей в руки.

– Удачи. Завтра в шесть, и чтоб не опаздывала. Либо чистая куртка, либо первая уборка.

Парень развернулся и, не прощаясь, пошел к парковке.

– Подождите! – Кристина вдруг поняла, что не знает его имени. – Как вас зовут? И вы не сказали адрес… Куда ехать?

Парень обернулся так, что она увидела большой шрам на правой щеке во всей красе. Стало не по себе.

– Адрес скину вечером, зовут меня Илья.

Кристина так и продолжила ошарашенно стоять с его грязной курткой в руках и ощущением полной паники. Из транса вывел, как ни странно, тот же Илья, который через пять минут проехал мимо нее на черном внедорожнике, на прощание окинув ее высокомерным взглядом из открытого окна. И только когда он уехал с территории парковки, Кристина смогла выдохнуть комок ужаса, который охватил ее еще в кофейне.

Продышавшись, она внимательно осмотрела дорогущую куртку со всех сторон. Илья не соврал – от куртки веяло эксклюзивом. Кристина не сомневалась, что не стоит и пытаться искать такую же. Мягчайшая кожа, выкрашенная в невероятный цвет, тонкая меховая подкладка для утепления, стильные карманы и идеальные швы, а еще отсутствие логотипа бренда. Вещь была уникальной.

Нужно было что-то с ней делать. Крис позвонила в студию маникюра, извинилась, отменила запись, а потом стала гуглить ближайшие химчистки.

Илья снова оказался прав. В трех сетевых химчистках ей отказали, боясь испортить. В четвертом месте решились взять, но предупредили, что могут не только не вывести пятна, но и испортить куртку окончательно. Кристина подумала и все-таки отказалась сдавать ее.

– Похоже, все же придется стать его уборщицей, – простонала Крис, вынимая из кармана телефон.

Ей звонила Ира, ее подруга и по совместительству одногруппница.

– Кристи, привет! Как твой маникюр? – затараторила Ирка. – Кстати, ты не забыла, что я…

– Ир, у меня жесть, – перебила Кристина.

Она вкратце пересказала подруге свое ужасное утро и эпопею с химчистками.

– Чего, блин?! – возмущение рвалось из Иры вперемешку с истерическим смехом. – Чего ты паришься вообще? Ну знает он твой номер телефона, и что? Ничего он тебе не сделает. Выкинь куртку и приходи ко мне в гости. Нашла из-за чего переживать! Пф!

– Ир, я так не могу!

Кристина поразилась словам подруги. Ей и в голову не пришло, что можно просто выкинуть испорченную куртку Ильи и забыть об инциденте. Пусть он и пугает ее, но нельзя же просто взять и сбежать. Она же виновата перед ним.

– Крис, ты сама сказала, что он наорал на тебя и выглядит как бандит. А еще он точно псих – что еще за уборки у него дома в качестве компенсации?! Ты в своем уме?! Может, он маньяк?! Не будь дурой и даже не думай ехать к нему!

– Да, я понимаю. Он максимально странный и жуткий тип. Но я не могу, понимаешь, не могу выкинуть его куртку и просто сбежать. Это неправильно!

Кристина понимала и отчасти разделяла опасения Иры, но испорченная куртка обжигала руки. Ей отчаянно хотелось извиниться за свою неуклюжесть перед Ильей и спасти эту вещь.

– Ладно, давай так, моралистка сумасшедшая, – сдалась Ира. – Я знаю одну химчистку, там чудесная женщина работает, она спасает все. Помнишь, я томатный сок на шифоновое платье в клубе пролила? Она все почистила. Ща кину адрес. Только она дорого берет, – предупредила подруга.

– Да плевать! Лишь бы вывела эти пятна… – вздохнула Кристина.

– Меня вот больше беспокоит, что ты попрешься к нему домой, – продолжила возмущаться Ира. – Давай так, когда соберешься ехать к этому полоумному придурку, напиши мне адрес и скинь номер его телефона.

– Я так и хотела. А еще я буду каждые пятнадцать минут писать тебе, что жива.

– Вот и молодец, – одобрила Ира. – И вообще, сразу с порога скажи ему, что, если он что-то тебе сделает, я его найду. А еще лучше – куртку в помойку и забудь как страшный сон. Как вообще можно было отменить из-за этого маникюр? Почему меня там не было?! Я бы ему эти уборки засунула в…

– Я надеюсь, ее почистят, – перебила разбушевавшуюся подругу Крис. – Про уборки даже думать не хочу.

Если куртку не спасут, она придет к Илье, еще раз извинится и попросит отдавать долг частями вместо уборок.

– Ладно, будем верить в лучшее, – оптимистично сказала Ира. – Дуй в химчистку. А потом приезжай ко мне, будем выбирать платье на свидание с Никитой.

– Погоди, какое свидание? У вас же встреча по универской самодеятельности?

– А вот надену платье – будет свидание, – захихикала Ирка и сбросила звонок.

* * *

Весь следующий день Кристина была сама не своя. Ей всю ночь снился Илья, который то кричал на нее, то выливал кофе ей на голову. А в универе выяснилось, что Ира обиделась, потому что Кристина мало того что не пришла выбирать платье, промотавшись в химчистку, так еще и про встречу с Никитой слушала вполуха.

После пар Крис убежала домой, чтобы пообедать и переодеться. Мама что-то опять говорила насчет простуд и бегала за ней с шапкой.

– Мам, прекрати! – не выдержала Кристина. – Я взрослая! А от этой шапки у меня аллергия! – крикнула она, выбегая из квартиры.

На улице было свежо и ветрено. Кристина на мгновение пожалела, что не послушала маму. Но, вспомнив о своем вчерашнем позоре, она нахмурилась и решила, что больше никаких шапок в ее жизни не будет. Уже вечерело. Нужно было забрать куртку, а затем звонить Илье. Он так и не скинул адрес.

Кристина гадала: он забыл? Передумал? А может, проверяет ее и ждет, что она сама ему позвонит?

Но сколько бы она ни думала об Илье, все равно приходила к одному и тому же выводу. Плевать, что он думает, плевать, что скажет Ира: когда она заберет куртку, то позвонит ему и спросит адрес, чтобы либо вернуть вещь, либо предложить отдать деньги. Кристина очень надеялась на первый вариант.

Но когда она зашла в химчистку и взяла в руки куртку, ее постигло разочарование. Пятна до конца не вывели, да еще и кожа в этих местах стала какой-то жесткой.

– Это все, что мы могли сделать, – виновато сказала женщина за стойкой. – Здесь нужен специальный раствор, у нас в наличии его нет. Мы заказали, но не знаю, когда его доставят. У поставщика его пока тоже нет.

– Но это же нельзя носить, – простонала Кристина, едва не плача.

– Я понимаю, но уверяю, в других салонах вам тоже не помогут. Тут нужен определенный раствор, сейчас его нигде нет. Вы можете оставить телефон, и я вам позвоню, когда он появится. Принесете, и мы сделаем все бесплатно.

– И когда это будет?

– Зависит от поставщика. Может, через месяц, может, после Нового года… Я вам позвоню.

Кристина забрала пакет и вышла на улицу. На часах было пять вечера. Она не может вернуть «это» Илье. И идти убираться к нему не хочет. Но пакет с курткой продолжал оттягивать руку, как камень на шее утопленника.

– Из Милана, – простонала Кристина, вспоминая слова Ильи.

Быстро отыскав его номер в списке контактов, она нажала на вызов и зачем-то затаила дыхание, надеясь, что он не ответит.

– Слушаю.

– Это Кристина, – неловко пролепетала девушка и тут же вспомнила, что она-то ему так и не представилась. – В смысле, девушка с кофе… и вашей курткой, – окончательно смутилась Крис, снова чувствуя себя ужасно глупо.

– А-а-а, – ехидно протянул парень. – И как успехи?

– Вы не скинули адрес, куда привезти куртку.

Кристина перевела тему, решив, что объяснит ему ситуацию с курткой лично и заодно предложит вернуть деньги частями.

– Ты смогла ее почистить? – не сдержав удивления, спросил парень.

– Да, – зачем-то соврала Крис.

– Ладно, сейчас скину адрес. – Не дожидаясь ее ответа, он сбросил звонок.

– Что ж я делаю? – ужаснулась Кристина.

Она посмотрела на сообщение с адресом, которое скинул Илья, и переслала его Ире, как они и договаривались. Кристина была уверена, что убивать ее никто не будет, но мало ли. Так спокойнее.

Ирка тут же прислала кучу недовольных смайликов и написала, что Кристина – сумасшедшая.

Поспорить было трудно. Единственное, что радовало, так это то, что Илья жил всего в трех станциях метро от ее дома. Мелочь, а приятно.

– Спасибо, что не на другом конце города, – буркнула она, накидывая капюшон.

Уши мерзли, а мама, как всегда, была права – в ноябре уже нужна шапка. Только вот если она будет отдавать долги за куртку, новая шапка будет не по карману, придется искать старые на антресолях. Или обматываться шарфами, лишь бы не надевать шапку с оленем.

Кристина всю дорогу пыталась думать о шапках, о зимней сессии, об Ирке и ее дерзких попытках заарканить одногруппника Никиту – о чем угодно, только не о предстоящем разговоре с Ильей. Но неизбежное приближалось, а заготовленная речь казалась бредом.

– Ты не можешь стоять тут вечно, – сказала сама себе Кристина, набирая номер квартиры на домофоне.

Дверь запищала и открылась. Кристина решила не ждать лифт и пешком поднялась на третий этаж. Дверь в нужную квартиру уже была приоткрыта, но она все равно тихонько постучала.

– Входи. – Илья удивленно посмотрел на застывшую в дверях девушку. – Я думал, ты не придешь.

– Вы же не думали, что я украду ее?! – возмутилась Кристина.

– Я был уверен, что куртку ты выкинешь, а меня закинешь в черный список, – усмехнулся Илья, буквально слово в слово цитируя совет Иры.

– Ну спасибо.

– Так ты отдашь мне куртку?

Илья прислонился к стене и скрестил руки на груди, кивнув в сторону пакета. Его забавляло то, как девушка переминалась с ноги на ногу, изо всех сил стараясь не смотреть на него.

– Тут такое дело…

Кристина замялась, покраснела как рак, а потом быстро-быстро заговорила, пересказывая все свои приключения с химчистками.

– То есть ты ее не почистила? – подытожил ее рассказ Илья.

Кристина кивнула и протянула ему пакет. Илья вытащил куртку, оглядел, фыркнул и засунул обратно.

– Нужно просто подождать средство, – снова начала оправдываться Кристина, глядя на мыски своих ботинок.

– Зачем тогда ты приехала сюда?

– Вы же сами сказали: либо куртка, либо уборка. Я хотела лично рассказать про куртку и вместо уборок предложить отдать деньги. Ничего, если по частям?

Кристина смущенно полезла в карман, где заранее приготовила часть суммы, чтобы не лазить перед ним в кошелек.

– Оставь свою стипендию себе, – закатил глаза Илья.

– Я просто хотела извиниться и как-то исправить ситуацию, – жалобно сказала девушка, все еще протягивая ему руку с деньгами, на которые он даже не посмотрел.

Илья вздохнул, не в силах сопротивляться ее несчастному взгляду.

– Можешь помочь мне донести коробки до мусорного бака на улице. Деньги оставь себе.

Кристина неловко запихнула деньги обратно в карман и осмотрелась. Она так боялась Илью и нервничала, разговаривая с ним, что только сейчас заметила коробки, строгими рядами стоявшие в просторном светлом коридоре. Большая часть была еще запакована, но некоторые были пустыми и валялись неряшливой кучей в двух шагах от нее.

Кристина потянулась за пустой коробкой, что стояла ближе всего, и едва не подскочила от неожиданности, услышав собственный рингтон. Илья насмешливо наблюдал, как она роется в кармане в поисках телефона, думая о том, что еще никогда не видел более нелепого создания.

Выхватив надрывающийся телефон из кармана, Кристина едва не выронила его, а потом все-таки ткнула в экран, принимая вызов.

– Ты чего так долго не отвечаешь? Я уж подумала, что этот гоблин тебя…

Кристина в ужасе сбросила звонок, который случайно поставила на громкую связь. Руки затряслись от страха, сжавшего внутренности.

– Простите, я… Простите, – задушенным голосом сказала она, заставляя себя поднять глаза и посмотреть на Илью.

Он смотрел на нее так же зло, как и вчера у торгового центра, а на губах была уже знакомая недобрая улыбка.

– Я думаю, – начал он, толкнув ногой пару пустых коробок в сторону двери, – сегодня ты выкинешь мусор, а завтра придешь на генеральную уборку. Часов в семь вечера.

Кристина кивнула, дрожащими руками хватаясь за коробки. Она прикончит Иру! Если, конечно, Илья не убьет ее раньше. Судя по его интонации, ее шансы на выживание стремительно таяли.

– И это выброси. – Илья кинул пакет с курткой в коробку в руках Кристины.

Она попятилась, выйдя в подъезд. Пока она ждала лифт, Илья выставил у двери коробки и мусорные пакеты, явно намекая, что сегодня больше не хочет ее видеть.

– Завтра в семь, и не опаздывай, – бросил Илья и захлопнул за ней дверь.

Кристина молча стала затаскивать в лифт коробки, обдумывая свое положение. В какой-то момент ей показалось, что конфликт решен и Илья сменил гнев на милость, но после звонка Иры, а точнее, после того, что он услышал, рассчитывать на амнистию не приходилось.

Он явно пойдет на принцип и точно не возьмет у нее деньги. Значит, придется убираться у него, хотя больше всего на свете Кристине хотелось никогда с ним не встретиться снова.

Но это уже ее принцип. Куртку она возместит.

Глава 2 Синдром хорошей девочки

– Это позор!

У Игоря Евгеньевича, гневно размахивавшего перед студентами стопкой проверочных работ, разве что пена изо рта не шла.

– Вы худший курс, который у меня был! Если вы называете это латынью, то я прима Большого театра!

Пухленький низенький старичок едва ногами не топал от злости, вызывая смешки на задних рядах.

– Нечего ржать, как кони. Козлов, твоя проверочная похожа на попытку призвать дьявола. Киселев, твои каракули я не разобрал даже с лупой, но предчувствую, что там нет ничего хорошего. Всем неуд! Будете переписывать с понижением на балл. И только попробуйте не сдать, всех вышибу! Горе-медики!

– Блин, ну чего он такой душный? Это всего лишь латынь, – простонала Ирка на ухо Кристине.

– Вообще-то, латынь – это важно.

– Зануда краснодипломная, – миролюбиво фыркнула соседка по парте. – Вангую, у тебя, как обычно, будет «отлично».

– Переписываете сегодня после шестой пары. Жду в этой аудитории всех, кроме Вороновой. Похоже, одна только Кристина учит латынь и имеет шансы окончить это учебное заведение. Остальные – бестолочи! – продолжил возмущаться Игорь Евгеньевич.

– Кто бы сомневался, – шикнула Ира немного повеселевшей Кристине. – Как ты это делаешь? Я бы не сказала, что ты зубришь.

– Моя бабушка окончила этот вуз с красным дипломом, мой отец окончил этот вуз с красным дипломом, моя мама окончила этот вуз с красным дипломом. Латынь у меня в крови, – отшутилась Кристина.

На самом деле у нее просто не было выбора. Расти в семье медиков – то еще удовольствие. Бабушка учила ее латыни с шести лет, а биология и химия появились в ее жизни гораздо раньше, чем предусматривала школьная программа.

– Чокнутая семейка.

Кристина не стала спорить, потому что считала так же. Но, с другой стороны, учеба давалась ей гораздо легче, чем остальным ребятам с курса. И она была благодарна своей чокнутой семейке за это.

– Игорь Евгеньевич, у нас сегодня седьмой парой физкультура! – заметил староста группы.

– Толик, блин, лучше б молчал, – покачала головой Ира.

Игорь Евгеньевич, ожидаемо, стал возмущаться еще громче, потому что латынь – самый важный предмет в мире.

– Молчать – не самая сильная сторона Толика, – улыбнулась Кристина, наблюдая, как упрямый староста вступил в провальные дебаты с преподом, а его друг Никита попытался его поддержать. – Кстати, что у тебя с Никитой?

– Ничего. Он полный тормоз. Я надеялась, он позовет меня в кино, а он после универа сразу убежал по делам. Короче, зря я мерзла в платье.

Ира поджала губы, бросив на Никиту испепеляющий взгляд. Никита, увлеченный спором с преподом, ничего не заметил.

– Ладно, мы еще посмотрим, кто кого, – фыркнула она, а потом посмотрела на Кристину. – Кстати, ты не передумала идти сегодня к своему маньяку?

Кристина выразительно посмотрела на подругу.

– Извини за вчерашнее, – миролюбиво сказала Ирка, протягивая ей конфетку. – Но ты, блин, тоже хороша, с этой громкой связью… какой-то сюр.

Кристина вздохнула и сунула в рот конфетку. Комментарии были излишни. Они обсуждали ее позор вчера, когда она ушла от Ильи, они обсуждали этот позор перед первой парой и сейчас опять вернулись в «квадрат один».

Чертов Илья вторую ночь снился в кошмарах, от которых Кристина просыпалась среди ночи. Она зевала на парах, заливая в себя крепкий кофе из термоса, снова и снова прокручивая в голове вчерашний вечер и переживая, как все пойдет сегодня.

Голова гудела от нервов и недосыпа. Радовало только «отлично» за латынь.

– Знаешь, я поняла, в чем твоя проблема! – неожиданно выпалила Ира, когда они выходили из аудитории после пары.

– В том, что я неуклюжая тупица и позорные ситуации идут впереди меня? – ехидно спросила Крис, снова прикладываясь к термосу.

– Помимо этого, – отмахнулась Ирка, – у тебя комплекс! Комплекс хорошей девочки!

– Что? – Кристина опешила, не понимая, в чем ее обвиняют. – Это как?

– Тебе все надо сделать хорошо, а лучше идеально! И при этом чтоб правильно, честно и по совести.

– Мне кажется, это хорошее качество поступать честно и по совести, разве нет? – удивилась Крис.

– Не всегда, – возразила Ира. – Иногда надо хитрить, быть эгоистом и делать, как надо тебе.

– Ты смешиваешь совершенно разные вещи. И я не совсем понимаю, к чему это?

– Да я все про гоблина этого. Вот кому и что ты доказываешь? Ему не нужна куртка, не нужны деньги, уборки эти похожи на издевку. Зачем ты это делаешь? Зачем усложняешь себе жизнь? Просто не ходи. Кинь в черный список и забудь.

– То есть ты думаешь, я делаю это, чтобы показаться хорошей? – возмутилась Кристина. – Что за бред? Я испортила вещь – предложила варианты решения проблемы. Он предложил свой вариант, я согласилась. Меня учили отвечать за свои слова и проступки. И я не буду добавлять его в черный список. Как минимум приду и уберусь хотя бы один раз. Попытаюсь сгладить конфликт, а там, может, он простит меня и не придется ходить до января. И я не пытаюсь показаться хорошей девочкой! – разозлилась Кристина.

– Ну чего ты бесишься? Я просто волнуюсь, потому что ты опять собираешься идти к этому гоблину. И не смотри на меня так, я останусь при своем мнении: он псих. А ты просто слишком добрая и ответственная… и ты хорошая девочка.

Ирка беззлобно захихикала, а потом потащила Кристину в сторону столовки, жалуясь на Никиту, который по-прежнему не обращал на нее внимания. Кристина слушала вполуха, думая, что Ира не права.

Мама всегда говорила, что она упертая как баран. И именно из-за своего упрямства Кристина пойдет к Илье сегодня. А если понадобится, будет ходить хоть до Нового года, но она ни за что не проиграет в эту дурацкую игру «на слабо».

– Эй, ты чего зависла? Все хорошо?

Ира помахала рукой перед лицом Кристины, которая так углубилась в свои мысли, что совсем перестала слушать подругу.

– Прости, задумалась.

– Интересно, о чем? – спросила Ира, всем своим недовольным видом показывая, что и так знает, о чем, а точнее, о ком думает подруга.

У Кристины язык не повернулся признаться, что она вчера не выкинула куртку, а утащила к себе домой и спрятала в комнате. И что Ира в корне не права – дело не в синдроме хорошей девочки или желании быть идеальной.

Все дело в принципе.

* * *

Илья отвлекся от презентации, которую дорабатывал по просьбе начальника, и уставился на вибрировавший телефон. Звонил его двоюродный брат Антон. Он несколько секунд гипнотизировал телефон взглядом, а потом все-таки ответил на звонок, зная, что если Антон хочет поболтать, то будет звонить до тех пор, пока он не возьмет трубку.

– Илю-ю-юш, поздравляю! Мама сказала, ты закончил ремонт. Я уже думаю, что дарить тебе на новоселье. Недавно увидел такую классную картину, знаешь, почувствовал в ней какую-то глубину. Мать сказала, что она жутко мрачная, но мне кажется, тебе бы понравилась. Единственное, я не уверен, что она впишется в интерьер. Может, пришлешь мне фотки, чтобы я мог подобрать что-то…

Антон, как обычно, был полон позитива и выстреливал по триста слов в минуту.

– Тох, тормозни. До новоселья еще далеко: я сижу в разрухе, дышу пылью и второй день разбираю коробки.

Илья встал из-за стола, выбил из пачки сигарету и пошел на балкон. На полпути он споткнулся о коробку, смачно выругался и отпихнул ее в сторону.

– Этот переезд меня доконает.

– Ну что ты вечно такой недовольный? – возмутился Антон. – Ты переехал в свою квартиру! В двадцать четыре года у тебя своя двушка в хорошем районе.

– Ага, а еще ипотека, – фыркнул Илья.

– Какой же ты душный.

Илья буквально видел, как Антон закатывает глаза.

– Да я просто устал. На работе завал, дома погром, барахло не разобрано… Вот разгребусь чуть-чуть и буду радоваться.

Чтобы перевести тему, Илья сдуру спросил, как дела у брата, и следующие десять минут Антон трещал в режиме нон-стоп: жаловался на универ, зазывал в кино или в клуб, хвастался новыми шмотками и рассказывал истории из жизни людей, которых Илья в глаза не видел.

Илья ощущал, как его мозг скукоживается под напором бесполезной информации, вываливающейся на него, но терпеливо слушал.

– И вот я говорю ей, Лиз, оптимизм – выбор сильных людей. Ну, скажи, я прав?

– Ага.

Илья не стал говорить, что порой не задушить Антона – уже подвиг. Он смотрел в окно, размышляя о том, что брат в чем-то прав. Наконец-то он въехал в свою квартиру, которую выбрал и обставил сам. И хотя она была полупустой и грязной, она ему нравилась. Единственное, хотелось бы этаж повыше, но третий стоил намного дешевле, и Илья предпочел не увеличивать долг перед банком из глупой прихоти.

Взгляд вдруг зацепился за знакомый красный шарф – Кристина семенила к его подъезду. Все-таки пришла. Удивительно.

– Тох, перезвоню, у меня вторая линия, – соврал он, наспех прощаясь.

Прижавшись лбом к стеклу, он смотрел, как Кристина переминается с ноги на ногу, не решаясь позвонить. Один ее вид вызывал раздражение. Мало того, что испоганила его любимую куртку, глазела, как дикая, на его лицо, так еще и обсуждала его с кем-то! До этого момента он был готов поднять белый флаг, но теперь нет.

«Гоблин», – пронеслось в голове обидное слово, которое вчера ударило под дых.

Услышав наконец звонок домофона, он пошел открывать. Стоя в дверях, он слушал, как Кристина поднимается по лестнице, и закипал все сильнее.

– Добрый вечер, – промямлила она, замерев в двух шагах от него.

Она снова смотрела на него глазами испуганного олененка, приводя в бешенство. Как будто мало того, что невоспитанные людишки постоянно пялятся на него, как на циркового уродца! Теперь эта стоит у него на пороге и едва ли не трясется от страха, лишний раз напоминая о том, как он выглядит.

Гоблин! Интересно, это она придумала так его обозвать?

Илья поморщился, подумав, что лучше бы Кристина не приходила. Сначала он хотел было выгнать ее, но потом вспомнил про завал на кухне и остановился. Все равно он еще не нашел новую уборщицу, а предыдущая отказалась от работы после переезда Ильи, потому что теперь ей стало далеко ездить. А еще очень хотелось преподать Кристине урок. Если прогонит ее, то, по сути, окажет услугу.

Раз она так хочет доказать ему, какая она честная и хорошая, он предоставит ей эту возможность.

– Заходи.

Илья подвинулся, пропуская ее в квартиру. Кристина проскользнула мимо и сразу заметила, что коробок в коридоре стало намного меньше. Правда, было все так же пыльно, а в нос ударил характерный запах свежего ремонта.

– Раздевайся.

– Что?

Кристина так вытаращила глаза, что ему стало смешно. А когда она начала краснеть, он едва не расхохотался. Неужели она решила, что он сейчас начнет ее домогаться? Идиотка.

– Пуховик снимай, – медленно, как будто разговаривал с умственно отсталой, сказал Илья, открывая шкаф.

Кристина неловко стянула с себя пуховик и сунула ему в руки. Пока он убирал его в шкаф, она собрала длинные волосы в хвост и быстро вытащила из своего шопера коробочку с эклерами.

– Что это?

Илья скривился, глядя на масляные бомбы в бледно-розовой коробочке.

– Это вам. К чаю.

– Оставь себе. Чай не пью, сладкое не ем, – отрезал Илья, всем своим видом показывая, что думает о ней и ее эклерах.

Кристина затолкала пирожные обратно в шопер. Илья наблюдал за ее резкими движениями и недоумевал. Неужели она правда думала, что сможет задобрить его эклерами?

– Итак, с чего мне начинать? – хмуро спросила девушка, не пытаясь скрывать, что он ее обидел.

– С кухни, – бросил Илья, не обращая никакого внимания на ее недовольное лицо.

Он развернулся и пошел по коридору. Кристина последовала за ним. Чтобы отвлечься от охватившего ее раздражения, она с интересом рассматривала стены, выкрашенные в необычный цвет. То ли серый, то ли голубой. Легкий и прозрачный, он ассоциировался с воздухом. В стенах были сделаны ниши с подсветкой, в которых, очевидно, должны были стоять какие-то декоративные штучки, но пока что там была только белая строительная пыль.

Кухня Ильи была как со страниц журналов про дизайн интерьера. Просторная, с большим окном и очень стильная. Основным цветом был белый, красиво разбавленный элементами из светлого дерева и стекла. Зона готовки располагалась по одной стене, до самого потолка закрытой шкафами. Вместо стола посреди кухни был остров с деревянной столешницей, вокруг которого стояли барные стулья.

– Начни со шкафов, – решил Илья. – Их надо протереть изнутри и снаружи, разобрать посудомойку, а потом вместе разберем коробки. Сегодня разберемся с кухней, остальное в следующий раз.

– Ладно. Где лежат тряпки? И еще понадобится стремянка.

Илья кивнул в сторону острова, на столешнице которого лежали упаковка тряпок для уборки, набор губок для посуды и моющие средства. Пока Кристина распечатывала тряпки, он принес ей стремянку, поставил возле шкафов, а сам уселся на высокий барный стул и раскрыл ноутбук.

– Скажи, если что-то понадобится.

На всякий случай он сказал это максимально неприятным тоном, чтобы она не вздумала начать с ним болтать без дела. Надо было написать несколько писем по работе и делать презентацию, да и говорить им не о чем.

Но, как бы ни старался Илья сосредоточиться на проекте, он то и дело поглядывал на девушку. Она убиралась гораздо быстрее, чем та девица, которую три дня назад ему прислала именитая клининговая служба.

И будто мало того, что она еле-еле ползала с тряпкой по дому, так еще и попыталась стащить у него браслет, который он небрежно бросил в прихожей. Эта ситуация так его возмутила, что он позвонил в поддержку, а на следующий день поехал в их офис, чтобы лично передать свою жалобу.

Менеджер по работе с претензиями оказалась хамкой и вымотала ему все нервы, и, когда он решил выпить чашечку американо, чтобы хоть как-то успокоиться, дура Кристина облила его кофе. Наверное, он изначально предложил ей убираться именно потому, что голова была забита клинингом. И хотя она была раздражающей и странноватой, Илья был уверен, что она ничего у него не стащит. И не важно почему: потому что боится его или потому что честная. Главное ведь – результат.

А убиралась Кристина хорошо. Быстро управилась со шкафами и уже расставляла по полкам посуду. Только Илья мысленно ее похвалил, как услышал звук бьющейся посуды и сдавленный вскрик Кристины, с ужасом смотревшей на черепки под ногами.

– На счастье.

От того, как едко он это сказал, Кристина вся съежилась, став маленькой и какой-то совсем жалкой. Илья испытал чувство дежавю и усмехнулся, решив про себя, что она будет ходить к нему еще очень долго. Как минимум пока не отмоет квартиру после ремонта. Лишь бы не разнесла ее в процессе.

– Простите, простите, я…

– Случайно, я понял.

Он вышел за веником и совком, а когда вернулся, обнаружил, что Кристина уже собирает руками осколки большой кружки.

– Скажите, где купить такую же, и я…

Кристина выглядела так, будто вот-вот грохнется в обморок. Руки у нее тряслись, лицо побледнело. Надо было как-то ее успокоить хотя бы для того, чтобы больше не слушать ее раздражающее лопотание о том, что она купит ему новую чашку. А еще очень хотелось, чтобы она была в состоянии закончить уборку.

Илья вздохнул и присел на корточки рядом с ней и впервые обратился по имени.

– Кристина, забей, – сказал он, забирая черепки из ее рук. – Эту кружку мне подарила бывшая, и она никогда мне не нравилась.

Кристина уставилась на него, усиливая раздражение, которое он с таким трудом сдерживал. Он терпеть не мог, когда на него смотрят в упор. Неужели она не понимает, как это неприятно? Или она делает это ему назло?

– Спасибо, – робко улыбнулась Кристина.

– Не обольщайся, – нахмурился Илья, бросая черепки в мусорный пакет. – Если разобьешь что-то отсюда, – он указал на небольшую коробку, – к уборкам добавится глажка.

– Серьезно?

– А похоже, что я шучу?

Кристина испуганно замотала головой, и Илья с удовлетворением заметил, как улыбка сползла с ее лица. Оставив девушку разбирать оставшуюся посуду, он вышел на балкон.

Илья выдыхал дым в холодную ноябрьскую темноту и думал, как дальше быть с Кристиной. Она хорошо убиралась, даже придраться не к чему, но при этом она его бесила одним своим видом. А с другой стороны, он ей не платит, так что вполне может смириться с небольшими неудобствами.

– Я все, – объявила Кристина, выглядывая на балкон.

Илья вернулся на сверкавшую чистотой кухню. Все было расставлено по местам, а пустые коробки Кристина отнесла в коридор.

– Неплохо, – кивнул Илья.

Кристина как-то странно на него посмотрела, а потом поджала губы.

– Надеюсь, послезавтра у меня получится лучше.

Илья смотрел, как она заворачивается в свой дурацкий шарф, и чувствовал, как его совесть протестует против того, что он собирался сказать.

– Посмотрим. Жду тебя послезавтра в семь.

Он захлопнул за ней дверь, радуясь, что наконец остался в одиночестве. Оглядывая кухню, он на мгновение пожалел, что не похвалил Кристину, – было заметно, что она действительно старалась.

«Гоблин».

Сожаления испарились без следа, уступая место злости. Пусть разыгрывает представление, какая она хорошая, перед кем-нибудь другим. За «гоблина» придется ответить.

Глава 3 Уборки и разборки

– Чувствуешь напряжение в ягодице?

– Я чувствую, что сейчас умру, – пожаловалась Ирка, пытаясь не заваливаться вбок. – Почему мы не занимаемся на тренажерах, как нормальные люди, а корячимся у стены?

– Потому что ты никогда не занималась спортом, например, – терпеливо объяснила Кристина. – Нагрузку надо увеличивать постепенно, для начала тебе хватит работы с собственным весом.

Ира скривилась – не так она представляла себе поход в спортзал. Вообще-то она решилась на это только потому, что Кристина сказала, что стала часто видеть здесь Никиту. Представив, как шикарно она будет смотреться в своих новеньких ярко-розовых лосинах, Ира сразу же купила абонемент, нашла на антресолях кроссовки, в которых ходила на физру в школе, и заявила подруге, что теперь будет тренироваться вместе с ней. Она воображала, что они, такие красивые и яркие, будут гулять по беговой дорожке и сплетничать. Но ее ожидания разбились о суровую реальность.

После десятиминутного кардио Кристина отогнала ее от тренажеров в какой-то угол, где стала накидывать странные упражнения. Ира пыхтела, потела и мечтала, чтобы этот кошмар поскорее закончился. От позорного побега ее останавливало то, что она все еще не увидела Никиту. А еще очень мотивировала Кристина. Точнее, ее фигура.

Впервые увидев ее в черных велосипедках и коротком топе, Ира поняла, что хочет выглядеть так же. У Кристины было стройное, подтянутое тело с красивым прессом и в меру выделяющимися ягодицами. Ради такого результата Ира была готова потерпеть усталость и жжение в мышцах.

– И сколько времени у тебя ушло, чтобы так подкачаться? – спросила Ира, когда они сделали короткую паузу, чтобы восстановиться и попить водички.

– Около года, – пожала плечами Кристина. – Но первые результаты, конечно, будут раньше, – добавила она, увидев, как вытянулось лицо Ирки.

– Серьезно? – возмутилась Ирка.

– А ты как думала? – хихикнула Крис. – Поприседаешь разок, и все, попа как орех?

Ира надулась, из чего Кристина сделала вывод, что именно так она и считала. Ничего удивительного – девяносто процентов новичков именно так и думают и, не видя изменений, бросают занятия. Кристине было проще, она изначально пошла в зал «для души», мало заботясь о конечном результате. Для нее это был отличный способ сбросить эмоциональное напряжение, отвлечься от сложной учебы и личных проблем.

Например, от одного типа с вечно хмурой рожей, от вида которой Кристину уже подташнивало.

– Крис, ахтунг! Пошли на беговую дорожку.

– Что? Зачем? – опешила Кристина. – Нам еще надо сделать растяжку и…

– Какая, на фиг, растяжка? Никита прямо по курсу, – зашипела Ира и потянула ее в зону кардио.

Кристина тяжело вздохнула, пожалев, что ввязалась в эту авантюру, и пошла за подругой. Ирка затормозила возле ростового зеркала и скривилась.

– Фу! Я красная и потная. Еще и тушь посыпалась, – причитала Ирка, пытаясь стереть черные точечки под глазами. – Спортзал – худшее место для флирта!

– Мы все еще можем заняться растяжкой, – с надеждой предложила Крис.

– Нет! Надо помнить, зачем мы здесь, – решительно сказала Ирка. – Идем к Никите. Пусть любит меня такой.

Ира подтащила Кристину к беговым дорожкам и заняла одну из них справа от Никиты. Кристина пристроилась на соседней, надеясь, что это ее первая и последняя тренировка с Ирой и дальше подруга будет охотиться на Никиту без нее.

– О, привет. – Никита повернулся в их сторону. – Ир, не знал, что ты тоже в этот зал ходишь.

– Я в первый раз, – улыбнулась Ира, неторопливо шагая по дорожке. – Никогда раньше на тренажерах не занималась, даже не знаю, какой для чего.

– Кристину спроси, – предложил Никита.

Кристина усмехнулась, мысленно соглашаясь с Ирой. Никита – полный тормоз.

– У нее своя программа, она не хочет со мной возиться, – нагло соврала Ирка и перешла в открытое наступление: – Может, ты мог бы как-нибудь провести со мной тренировку?

Кристина еле смогла сдержать смешок. Ее умиляло то, как вполне себе адекватная и умная Ирка превращалась рядом с Никитой в блондинку из анекдотов. Она смешно растягивала слова и так хлопала ресницами, что казалось, вот-вот взлетит.

– Да без бы! Могу тебе программу расписать, чтобы массу нарастить, а то совсем тощая.

Кристина буквально слышала, как внутри Иры что-то лопается от злости. Никита же, словно не замечая, что провоцирует девушку на убийство, продолжал рассуждать на тему ее худобы:

– Еще распишу тебе рацион. Обязательно надо есть больше белка, а не всякую фигню типа шоколадок или что вы там, девчонки, любите.

Кристина из последних сил сдерживалась, чтобы не посоветовать Никите заткнуться. Она заметила, как крепко Ира вцепилась в поручни беговой дорожки. На свое счастье, Никита закончил разминку и ушел в сторону тренажеров, пообещав напоследок прислать Ире видеолекцию на тему правильного питания.

– Придурок! – возмутилась Ира. – Тощая! Слышала, он назвал меня тощей!

– Восприми это как комплимент, – посоветовала Кристина. – А вообще да, он какой-то дурак.

Она была почти уверена, что Никита сказал это не для того, чтобы ее обидеть, а из самых лучших побуждений, но все равно было обидно за Иру.

– Тупой качок! Себе пусть рацион пишет! – передразнила Ира, показав Никитиной спине язык.

– Посмотри на это с другой стороны, – улыбнулась Кристина, прибавляя скорость на дорожке. – Ты можешь начать задавать ему вопросы, завязать беседу, а там – кто знает…

– Скорее, уж ты со своим гоблином замутишь, чем я с Никитой.

– Чего? При чем тут Илья?

– А кто сказал, что у него хороший вкус? По-моему, так и начинается…

– Начинается только мой нервный срыв, – перебила Кристина. – И то, что у него красивый ремонт, не отменяет того факта, что он хамло!

От одной мысли об Илье у Кристины закипала кровь. Она приходила к нему уже шесть раз, и каждый раз было одно и то же: его хмурая рожа в дверях, короткие инструкции, два часа уборки и равнодушное «неплохо» в конце.

Кристине казалось, что у нее скоро начнется тик от этого «неплохо». Она сама не понимала, зачем лезет из кожи вон, пытаясь выбить из Ильи одобрение, но она не могла остановиться.

– Я все равно не понимаю, почему ты продолжаешь к нему ходить, – брюзжала Ирка. – Ты ему перемыла всю хату после ремонта, две недели туда как на работу ходишь, сколько можно? Тебе не кажется, что он тебя просто внаглую эксплуатирует?

– Вообще-то нет. Я все посчитала, – тоскливо сказала Кристина.

– В каком смысле посчитала?

Кристина поняла, что пробежка не удастся. Убавив скорость на беговой дорожке, она перешла на спокойный темп.

– Я посмотрела, сколько примерно стоит клининг такой квартиры. Даже с учетом генеральной уборки после ремонта мне придется ходить к нему минимум до конца года, чтобы отработать сто двадцать тысяч.

– Тебе не кажется, что он наврал про цену, чтобы получить себе бесплатного раба? – подозрительно прищурилась Ирка.

– Нет, – помотала головой Крис. – Я уверена, он не врет. Да и зачем?

Илья был грубым и каким-то злобным, но явно не врал ей про цену куртки.

– У тебя стокгольмский синдром, – авторитетно заявила Ирка. – Ты привязалась к агрессору и теперь оправдываешь его.

– Нет, просто я видела, какие шмотки висят в его шкафу. Все куртки, плащи и пальто сплошь брендовые и дорогущие. И обувь тоже.

– О-о-о, так твой гоблин – шмоточник? Интересно…

Кристина хитро прищурилась, размышляя, стоит ли делиться с Ирой еще одним внезапным открытием, но потом не сдержалась и решила рассказать.

– Знаешь, что интересно? У него есть комната, куда он меня не впускает.

– Чего?

– Того! У него в спальне есть дверь, она всегда закрыта. Я думаю, что это гардеробная, но странно, что он ее запер.

Кристина вспомнила, как подергала ручку, а Илья сказал, что там убираться не надо. Никогда. Она не стала спрашивать почему, но это показалось ей очень странным.

– Может, он извращенец и у него там всякие штучки для секса? Типа красная комната боли, – захихикала Ирка.

– Я ничего не хочу об этом знать, – скривилась Кристина. – И вообще, не похож он на извращенца.

– Тогда что? Может, он маньяк и хранит там расчлененные тела своих жертв?

– Ира, ну какие тела? Они бы разлагались и воняли, – закатила глаза Кристина.

– А может, он их бальзамирует? – парировала Ирка.

– Чушь! – отмахнулась Кристина. – Никакой он не маньяк.

– Да? А зачем тогда запирать комнату?

– Не знаю. Может, прячет от меня золото и бриллианты?

– У него есть бабки на хату в твоем районе и нет денег на сейф?

Кристине было нечего сказать, аргумент Иры был вполне логичным. С другой стороны, черт его знает, откуда у него эти шрамы. И деньги на такую квартиру. Кристина не знала, сколько ему лет, но выглядел он достаточно молодо. И при этом достаточно пугающе, чтобы она обращалась к нему на «вы». Может, он занимается чем-то сомнительным и действительно хранит в кладовке деньги, добытые незаконным путем?

– В любом случае иметь закрытую комнату – странно, – протянула Ира. – Я бы на твоем месте узнала, что там. А еще лучше прекратила бы ходить к нему. Мало ли что.

Кристина покачала головой. Она решила, что будет убираться, пока Илья сам не скажет, что хватит. Но, несмотря на то что он не слишком высоко оценивал качество ее уборки, прощаться с ней почему-то не спешил, продолжая использовать в качестве бесплатной рабочей силы. А Кристина уже сто раз прокляла себя за принципиальность.

– Слушай, если бы он хотел сделать мне что-то плохое, то уже давно сделал бы. А закрытая комната – не мое дело.

– Это да, но мне теперь жутко интересно, что там.

– Мне тоже.

* * *

– Нет, Алексей Геннадьевич, это принципиальный вопрос. – Илья так возмутился, что вскочил с дивана, едва не споткнувшись о провод от рабочего ноутбука. – У нас были договоренности!

Илья разрывался между желанием бросить трубку и высказать шефу все, что он думает о немцах, которые приедут только через три недели, а уже выпили мозги через трубочку. И по поводу самого шефа тоже.

– Илюх, ну что ты такой упертый, – журчал Алексей Геннадьевич, не обращая никакого внимания на его возмущения. – Кабинет шикарный, сидеть будете вдвоем с Яшкой Лукиным, никто не будет мешать. Я считаю, что на финальной стадии проекта нам нужно чаще проводить живые совещания.

Илья сделал круг по гостиной, как заключенный на прогулке, и пошел на второй заход, обходя Кристину со шваброй, как препятствие на пути. Как будто он не знал, чем заканчиваются офлайновые встречи с Алексеем. Шефа хлебом не корми, дай повод что-нибудь обмыть коньячком. Он слышал об этом не раз от старших менеджеров.

– Алексей, – Илья перешел на полуофициальный тон, который босс всячески поощрял, – я не буду ходить в офис пять дней в неделю, хоть увольняйте. Мы с вами еще на собеседовании оговаривали, что работать я буду удаленно, а в офис ездить в случае крайней необходимости. Вы согласились. Тем более я работаю из дома не хуже тех, кто сидит в офисе.

«Если не лучше», – добавил про себя Илья, когда он в третий раз обошел гостиную, лавируя между диваном и Кристиной, которая бросила на него недовольный взгляд.

«Ее-то что не устраивает?» – подумал он.

– Илюха, вот она – крайняя необходимость! Немцы на носу! Вы с Лукиным возглавляете проект, и должны оба быть в офисе.

Илья чувствовал, что шеф начинает закипать, но уступать не собирался. Они договаривались, что он будет работать удаленно, и никакие немцы не заставят его передумать.

– Нет, – отрезал он.

Пусть Алексей взбесится, но он будет стоять на своем. Они оба понимают, что стоит Илье уволиться, как сразу же конкуренты заберут Илью себе. В их сфере хорошие менеджеры всегда нарасхват, а после того, как Илья весной выиграл крупный тендер, его заметили и даже выдвинули несколько интересных предложений. И Алексей об этом знал. Ему придется уступить.

– Смирнов, вот чего ты уперся как баран? – психанул Алексей.

Несколько мгновений в трубке висела напряженная тишина, а потом шеф снова заговорил, но уже гораздо спокойнее:

– Хорошо, предлагаю компромисс: до встречи с немцами я хочу видеть тебя в офисе два-три раза в неделю, после заключения сделки будешь работать один день в офисе, остальные дома. И это мое последнее предложение.

– По рукам, – хмыкнул Илья, скрепя сердце соглашаясь на условия шефа.

– Прекрасно! Тогда завтра жду в офисе, – сказал шеф и сбросил звонок.

Илья с запозданием понял, что хитрый плут Алексей добивался этого с самого начала. Он знал, что Илья скорее съест свой ноут со всеми презентациями, чем выйдет на постоянку в офис, поэтому сначала предложил то, от чего он точно отказался бы, а потом «компромисс». Обвел его вокруг пальца, как сопливого школьника! Вот же…

– Извините, – громкий голос Кристины заставил Илью резко обернуться и вытащить наушники из ушей. – Можете десять минут посидеть на кухне? Вы ходите по мокрому полу и оставляете следы.

Илья проследил за ее рукой, но не заметил каких-то ужасных последствий от своего топанья по мокрому полу. А вот Кристина смотрела на него с нескрываемым раздражением. В последнее время она стала слишком часто на него пялиться, не скрывая недовольства.

– Буду на кухне, – бросил Илья и, прихватив свой ноут, пошел доделывать работу.

Илья с ненавистью смотрел на презентацию, которая за последние две недели вытрясла из него всю душу. Шеф постоянно предлагал изменить то одно, то другое, желая произвести впечатление на иностранных партнеров, а Лукин заимел привычку присылать обновленные данные к ночи, поэтому Илья уже дней десять спал по пять часов. Сил у Ильи уже не оставалось, и только обещанная крупная премия за удачную сделку грела его душу.

Зря, что ли, он вкалывает как проклятый?

Илья вышел на балкон покурить и проветрить мозги. По идее, рабочий день закончился уже час назад. Может, хватит на сегодня? И надо что-то уже решить с Кристиной. С одной стороны, Илье нравилось, что дома чисто и приятно, что Кристина не задает лишних вопросов, никогда не опаздывает и делает все быстро и качественно. Но, с другой стороны, ему было немного стыдно. Пусть она и пялится на него, как на монстра, обсуждает с кем-то, что он гоблин, и дает другие противные прозвища, но пора остановиться и попрощаться с ней. Хватит. Это все как-то неправильно.

Парень вернулся на кухню и включил кофемашину. Кофе тоненькой струйкой лился в чашку, а он все думал, как быть с Кристиной. В дверь позвонили как раз в тот момент, когда Илья сделал первый глоток ароматного горячего кофе. Он нахмурился, пытаясь понять, кого там принесло поздно вечером. Вообще, доставку он ждал завтра утром, но, может, курьер что-то перепутал.

Илья распахнул входную дверь и сразу же пожалел, что не имеет привычки смотреть в глазок. Это был не курьер, а его бывшая. Да еще и в весьма интересном виде, от которого перехватило дыхание.

Лена стояла перед ним, распахнув длинное черное пальто, под которым не было ничего. Илья невольно залип, рассматривая ее тело. Пышная грудь, тонкая талия и умопомрачительно длинные ноги на высоченных каблуках.

– Я войду? – игриво спросила она, делая шаг ему навстречу.

– Нет, – отрезал Илья, не сдвинувшись с места.

Первый шок прошел, и теперь он пытался понять, откуда она знает его новый адрес. Наверное, Игорь сказал. А ведь Илья с самого начала знал, что встречаться с лучшей подругой девушки друга – так себе затея.

Интересно, Игорь сказал бы Ленке адрес, если бы знал, почему они расстались?

– Илюша, ты все еще дуешься? – промурлыкала Лена, проводя пальцами по его шее. – Я соскучилась.

Она выдохнула это ему в лицо и уже потянулась за поцелуем, но Илья отступил назад. Два месяца назад он был бы в восторге от подобного сюрприза, но все, что он ощущал сейчас, – это отвращение и закипающий в груди гнев. Она еще посмела заявиться к нему домой!

– Пошла вон, – решительно сказал Илья, с трудом сдерживаясь, чтобы не выпихнуть ее за порог.

Его сдерживало только то, что он в жизни не позволил бы себе поднять руку на девушку, хотя впервые в жизни очень хотелось. Он тяжело задышал от злости, прищурил серые глаза, вспомнив, как невольно подслушал ее разговор с сестрой, суть которого сводилась к тому, что он «стремный, как Квазимодо, зато хорошо трахается и дарит дорогие подарки». А еще она почему-то решила, что он чуть ли не миллионер и обязательно вложится в ее загибающийся маникюрный салон. И в качестве вишенки на тортик она поделилась с сестрой тем, что у нее появился новый ухажер на «Мерседесе», с которым «не стыдно выйти в люди».

Илья едва ли не рычал от бешенства, а Лена, словно не замечая этого, прильнула к нему и положила руку на его пах.

– Разве ты не соскучился? – выдохнула она, чуть сжимая ладонь.

– Не имею привычки скучать по дешевым шлюхам, – тихо, но жестко сказал Илья, скидывая ее руку. – Проваливай.

Только присутствие Кристины в его квартире и открытая входная дверь сдерживали от того, чтобы не начать орать. Он расстался с Ленкой по-тихому, без скандала, потому что было противно копаться в грязи и что-то выяснять. Она восприняла это спокойно, едва ли не с радостью. Так какого черта приперлась сейчас, спустя месяц? Ухажер на «Мерседесе» слился и акции Квазимодо резко возросли?

– Ты охренел?! – взвизгнула Лена, вытаращив глаза от неожиданности и возмущения.

Она отшатнулась, запахнула плащ и завязала пояс.

– Это ты охренела! – не выдержал Илья. – Гульнула со своим красавцем на «мерсе» и решила вернуться к Квазимодо, с которым стыдно в рестик сходить?! На хуй ты мне сдалась!

Лена растерянно захлопала ресницами, вдруг осознав, почему именно Илья с ней расстался. Поняв, что терять уже нечего, противно улыбнулась:

– Так вот в чем дело. Пф… ты не только урод, но еще и дурак. Будь благодарен, что вообще обратила на тебя внимание. С такой-то рожей…

– Пошла на хуй отсюда, – едва не прорычал Илья, чувствуя, как челюсть немеет от бешенства, а кулаки непроизвольно сжимаются.

– Да ухожу-ухожу, – издевательски пропела она, наслаждаясь тем, как на его лице ходят желваки от злости. – Будешь потом локти кусать, что упустил свой шанс, Квазимодо.

– Убирайся, пока я… – Илья из последних сил сдерживал рвущуюся наружу ярость.

– Пока что? Ударишь меня?

– Я тебя сейчас ударю, если рот не закроешь!

Илья резко обернулся назад и увидел Кристину, которая стояла посреди коридора, скрестив руки на груди. Она так злобно смотрела на Лену, что даже Илье стало как-то не по себе.

– Илья?! – Лена так обалдела, что забыла, что хотела сказать.

От того факта, что уродец Илья за месяц нашел себе новую девушку, которая уже хозяйничает у него дома в спортивных штанах, ненакрашенная и с нелепым пучком на голове, Лена выпала в осадок.

– Извинись и вали отсюда, чувырла, – грозно сказала Кристина, глядя на Лену в упор.

– Ты пожалеешь, Смирнов! – взвизгнула Лена и, не дожидаясь лифта, зацокала каблуками по лестнице.

Илья закрыл дверь и медленно повернулся к Кристине.

– Ты сказала «чувырла»? – переспросил он, чувствуя какое-то дурацкое дежавю.

Редкое слово. Так никто не говорит, но почему-то в голове словно щелкнуло. Как будто он где-то когда-то слышал это слово, только в других интонациях. Какое-то мутное, смазанное воспоминание. Странно.

Бравада Кристины таяла на глазах. Плечи поникли, а по щекам пошли красные пятна стыда.

– Мама так говорит про размалеванных девушек с накачанными губами, – выдавила она, стараясь на него не смотреть. – Простите, я не должна была лезть не в свое дело.

Илья кивнул, чувствуя, как кровь отливает от лица. Было ужасно противно от того, что Кристина не только слышала эту грязь, так еще и полезла за него заступаться. Как будто ему нужна ее защита.

– Я бы разобрался сам.

– Да я просто…

Кристина смущенно замолчала, не зная, как лучше выразить свои чувства. Она не хотела слышать то, что Илья и Лена говорили друг другу, не хотела оказаться впутанной в чужую ссору и знала, что не должна была вмешиваться. И все же она не могла сдержаться, когда услышала, как Лена поступила с Ильей, а потом еще и обозвала уродом. Кристина ощутила такую злость, что просто не могла промолчать.

Может, у Ильи на лице и были шрамы, но уродом был не он, а Лена.

– Решила заступиться за гоблина? – ехидно спросил Илья.

Кристина окончательно залилась краской, вспомнив свой косяк с громкой связью. Илья попал в точку. Еще одна причина, почему она все-таки вмешалась. Ей до сих пор было жутко стыдно за тот эпизод.

И все же Илья бесил. И был гоблином. Но не из-за шрамов, а из-за гадкого характера.

Кристина не могла ему этого сказать и решила, что безопаснее всего будет перевести стрелки.

– Знаете, я подписалась на уборки, а не на разборки. Семейную поножовщину устраивайте, пожалуйста, в мое отсутствие, – выпалила она, гордо вздернув подбородок.

Она каждой клеточкой своего тела ощущала, что несет все большую чушь, но, к ее удивлению, Илья насмешливо хмыкнул.

– Как скажешь. Никакой поножовщины, – пообещал он, кривя губы в усмешке.

– Я, кстати, закончила.

– Ясно.

Это «ясно» стало последней каплей в озере терпения Кристины. Даже не «неплохо», а просто «ясно». Она, конечно, не ждала благодарности за помощь в выдворении бывшей, но можно же было относиться к ней хоть немного добрее.

– Ну, тогда я пойду.

– Да, иди.

Кристина обувалась, чувствуя на себе его взгляд, и злилась все сильнее. Он явно над ней издевался. Или насмехался. Или все вместе. Она торопливо надела пуховик, прихватила сумку и выскочила в подъезд.

– До послезавтра, – не оборачиваясь, бросила она, сбегая по ступенькам.

Глава 4 На вершине моральных устоев

Кристина в третий раз перечитала сообщение, которое отправила утром Илье.

«Добрый день! Сегодня не приду, заболела. Извините».

Илья ответил коротко: «Ок», и вроде бы все было нормально, но стыд тугой удавкой затягивался вокруг горла – Кристина ненавидела врать. Во-первых, потому, что считала, что это плохо, а во‑вторых, боялась попасться на своей лжи.

Один раз она получила в школе трояк за контрольную и соврала матери, исправив оценку в дневнике на пятерку. Казалось бы, ничего такого, но мама узнала про тройку на родительском собрании и устроила ей выволочку за вранье. С тех пор Крис всегда старалась либо говорить правду, либо аккуратно недоговаривать, но сегодня поддалась на уговоры Иры и отделалась от очередной уборки у Ильи.

Если бы он был с ней чуть-чуть помилее, она бы так не сделала. И все же ей было как-то не по себе. Надо было поговорить с ним, а не прятаться.

Кристина нахмурилась, а потом быстро набрала сообщение.

«Я вас раздражаю, моя уборка вам не нравится! Так на кой черт я вообще к вам хожу?!»

Перечитав его несколько раз, она стала удалять по одной букве, пока поле для текста не стало совсем пустым. Ничего подобного она ему не отправит и тем более не скажет в лицо.

– Хорошая девочка, – пробурчала Кристина, вспомнив слова подруги.

Та, в отличие от нее, всегда поступала так, как ей хотелось, и активно пропагандировала здоровый человеческий эгоизм. Кристина слушала ее, вздыхала, а потом все равно поступала по-своему. Но не сегодня.

Конечно, бросить уборки полностью не получится – все-таки она должна Илье за куртку, но хоть раз в жизни она может позволить себе пойти на поводу у собственных желаний и провести этот вечер не в логове гоблина с тряпками наперевес, а на катке, про который Ира прожужжала ей все уши.

– Кристи, иди ужинать. – Мама открыла дверь и заглянула в комнату. – Папа сегодня на дежурстве, так что мы с тобой вдвоем. О, ты собралась на каток?

Она удивленно разглядывала коньки, которые подарила дочери еще в девятом классе и которые никогда не вызывали у нее особого интереса.

– Ага, Ирка позвала, – улыбнулась Кристина, натягивая джинсы поверх теплых колгот.

– Зачастили вы с Иркой тусоваться, – немного укоризненно сказала мама. – Учиться-то успеваете?

Кристина только закатила глаза, пользуясь тем, что мама идет впереди и этого не видит. Снова старая песня о главном. Учиться, учиться и еще раз учиться.

– Мам, все успеваю, на учебе все супер, – отрапортовала она, расставляя на столе тарелки. – Чтобы хорошо работать, надо хорошо отдыхать. И ты сама говорила, что нужно чаще бывать на свежем воздухе.

– И то верно, – улыбнулась мама. – Но все равно, учеба должна быть…

– На первом месте, я помню, – закивала Кристина, раскладывая салат.

Чтобы избежать продолжения разговора про учебу, она спросила у мамы про работу. Та могла бесконечно рассказывать про пациентов, потому что действительно очень любила свою работу. А еще надеялась, что Кристина пойдет по ее стопам и выберет ту же специальность, что и она.

Кристина краем уха слушала маму, думая то об Илье, то о подруге, то о предстоящем походе на каток. Было немного обидно, что мама упрекает ее за то, что она много времени тусуется с Иркой. Знала бы она, где ее дочь проводит три вечера в неделю!

«Она бы меня убила», – подумала Кристина.

– Кстати, Кристи, у меня для тебя кое-что есть, – вдруг улыбнулась мама.

Кристина помыла тарелки, и они с мамой вышли в коридор, где мама вручила ей объемный пакет. Там обнаружилась горчичная шапка, такого же цвета шарф и варежки.

– На эту аллергии не будет, – заверила она. – Не могу смотреть, как ты ходишь в декабре с голой головой.

– Спасибо.

Кристина примерила обновку и заулыбалась. С ее зеленой курткой комплект смотрелся просто отлично.

– Будешь на катке самая красивая.

– Ага, буду красиво ползать вдоль борта, – хихикнула Кристина.

– Ну, может, какой-нибудь симпатичный молодой человек научит тебя кататься, – подмигнула Марина Максимовна.

– Ма-а-ам…

Кристина вышла из дома под звонкий смех матери. Настроение было отличное – недавние переживания из-за вранья Илье улетучились, освободив место радостному предвкушению.

На улице уже была самая настоящая зима. Крупные хлопья снега кружились в воздушном танце в свете желтых фонарей и ложились на асфальт, превращая серый город в зимнюю сказку. Кристина улыбалась, бодро шагая в сторону катка, наслаждаясь прогулкой. В последнее время она постоянно куда-то бежала, и у нее не было времени остановиться и осознать, что пришла зима.

– Крис, ты чего плетешься? – Ира выскочила, как маньяк, из-за угла проката. – Я уже купила нам билеты и взяла тебе наколенники.

– Спасибо, Ир.

Через десять минут Ира выпорхнула на лед, сразу же влившись в ряды катающихся. Кристина на коньках не стояла года два, да и до этого не то чтобы уверенно каталась, поэтому неловко выползла на лед и стала осторожно перебирать ногами, цепляясь за борт.

Поначалу было боязно, но с каждым движением Кристина чувствовала себя все увереннее. Когда она набралась храбрости и отлипла от борта, к ней подкатила Ирка и взяла ее за руку, чтобы поддержать.

– Так, я провела разведку…

– Чего-чего ты провела?

Кристина заподозрила неладное. Неужели где-то в толпе она обнаружит Никиту? Так и знала, что неспроста Ира внезапно загорелась катком.

– Так, каковы шансы, что мы «случайно» встретим на катке Никиту? – прищурилась Крис.

– Шансы пятьдесят на пятьдесят, но! – Ира сделала серьезное лицо и подняла руку вверх, словно собиралась дать присягу. – Если мы и встретимся, это будет совершенно случайно, потому что я подслушала, что они с Толиком ходят на этот каток, но не знаю, в какие дни.

– Ира, ты неисправима.

– Вижу цель, не вижу препятствий, – самодовольно заявила Ирка. – В любом случае на Никите свет клином не сошелся. Тут куча симпатичных парней.

– А я, наивная, думала, мы кататься идем, – хихикнула Кристина.

– И это тоже. А еще на других посмотреть, себя показать и, возможно, с кем-нибудь познакомиться.

Кристина не стала говорить, что пока что ее главная задача – не познакомить свое лицо с катком. Она не особо уверенно чувствовала себя на льду, и спасало только то, что Ира держала ее за руку.

– Ты же не зря так наряжалась, – поиграла бровями Ира. – Тебе идет горчичный цвет. А еще ты очень выделяешься – тебя с другой стороны катка видно.

– Я не наряжалась, – возмутилась Кристина. – Это мама никак не может пережить, что я без шапки хожу зимой, вот и купила новую.

– Мама молодец, а ты бестолочь, – решительно заявила Ира. – Сколько ты уже одна? Год?

Кристина задумалась, подсчитывая, сколько времени прошло с ее расставания с Артемом. Когда они расстались? Кажется, в феврале или в начале марта.

– Ага, считаешь! – уличила ее Ира. – Плохой признак, если ты не помнишь, когда была в отношениях!

– Ир, да не хочу я никаких отношений! Хватит с меня Артема.

– Да ладно, если у тебя не было придурочного бывшего, считай, жизни не нюхала, – авторитетно заявила Ира. – У меня Женя, у тебя Артем. Теперь мы готовы к нормальным парням.

– Ты бы так к сессии готовилась…

– Ой, сдам я эту сессию, фигня вообще.

– Поговорим ближе к зачетной неделе, – скептически сказала Кристина.

Ира показала ей язык и укатила вперед высматривать жертву. Кристина, чуть осмелев, тоже немного набрала скорость и объехала красивую елку, которая стояла в центре катка, весело подмигивая разноцветными огнями. На катке играла новогодняя музыка, и мысли Кристины потекли в сторону предстоящих праздников. А еще вдруг захотелось какао и мандаринов.

Мимо пролетела Ира в своей кислотно-розовой куртке, которая не то что выделялась, а врезалась в глаза. Проследив за ней взглядом, Кристина увидела высокого парня в черном пуховике с салатовыми надписями на спине. Пуховик показался знакомым, и Кристина подумала, что точно его где-то видела. Наверное, в универе.

Но ее внимание привлек не пуховик, а черная балаклава, полностью закрывавшая лицо парня. Кристине подумалось, что в такой штуке нос точно не замерзнет, и даже чуть-чуть позавидовала обладателю балаклавы, который, ко всему прочему, еще и круто катался.

Кристина чуть залипла, глядя, как он скользит по льду то на одной ноге, то на другой.

– Я все вижу, – весело сказала подруга, подъезжая к Крис. – Как думаешь, он симпатичный?

– Не знаю, но катается классно.

Кристина подтянула шарф повыше, чтобы согреть кончик носа, невольно продолжая смотреть на парня, который вытащил из кармана телефон и на ходу печатал сообщение.

– Может, тебе стоит взять у него пару уроков? – хихикнула Ира. – Кстати, видишь того в серой крутке и дурацкой ушанке? Он катается вдвоем с другом. Я ни на что не намекаю, но…

– Намекаешь, – хихикнула Кристина. – Что предлагаешь? Упасть им под ноги?

– Как вариант. В любом случае поехали поближе к ним.

Кристине не хотелось спорить, поэтому она позволила подруге потащить ее в сторону парней. В конце концов, если Ире хочется, пусть знакомится, может тогда перестанет настигать Никиту в тренажерке.

– Так, давай еще кружок проедем, дадим им шанс самим сделать первый шаг, – решила Ира.

– Ага, покружим вокруг, как стервятники, – проворчала Кристина, не пытаясь сопротивляться.

Все равно это бесполезно.

Они с Ирой взяли чуть правее, намереваясь объехать елку, как вдруг услышали громкий звук торможения прямо рядом с собой. Кристина от испуга дернулась, потеряв равновесие, и устояла только благодаря тому, что держалась за Ирку. Обернувшись, они увидели парня в шапке с нелепым помпоном.

– Смотри, куда прешь! Ты нас чуть не сбил! – возмутилась Ира. – Крис, ты как?

– Ир, все хорошо, – отмахнулась Кристина, смущаясь того, сколько внимания привлекли крики подруги.

– Ничего не хорошо! – возмутилась Ира, сердито глядя на парня. – Ты…

– Саша, – нагло улыбнулся парень.

– Что? – Ира на мгновение растерялась, но ее было не так легко сбить с толку. – Саша, ты чего творишь?!

– Хотел обратить на себя твое внимание. Кажется, получилось, – сказал Саша Ире, а потом повернулся к Кристине: – Позволишь украсть у тебя подругу?

Ира даже поперхнулась от такой наглости, а Кристина восхитилась, оценив подкат, и посмотрела на подругу, пытаясь понять, хочет ли она быть украденной. Та сначала придирчиво оглядела Сашу и явно пришла к выводу, что он очень даже ничего.

Кристина с трудом сдерживала смех, наблюдая, как Ира спешно переобувается из образа разъяренной львицы в милую кошечку. Когда ее ресницы захлопали в режиме нон-стоп, Кристина поняла, что это – match  и третьей лишней пора валить.

Выпустив руку подруги, она поехала вперед. Нарезав несколько кругов, Кристина остановилась у борта, чтобы чуть-чуть отдохнуть. Где-то в другом конце катка Ира с Сашей уже держались за руки. Кристина улыбнулась, подумав, что это очень романтично.

Почему-то казалось, что воздух наполнен волшебством. Наверное, все дело было в крупных белых хлопьях, круживших на ветру, новогодней музыке и улыбках на лицах людей. Такие разные, они проезжали мимо: кто смеясь, кто смешно размахивая руками.

Когда мимо нее пронесся парень в балаклаве, Кристина едва не присвистнула, так круто он катался. Она залипла, глядя на его ноги, которые словно сами собой скользили по льду, а потом он вдруг резко развернулся и поехал вперед спиной. Казалось, что он смотрит прямо на нее. Она даже зачем-то огляделась, но по обе стороны от нее никого не было.

Парень проехал полный круг и снова оказался рядом. На этот раз она убедилась, что он смотрит именно на нее, и робко улыбнулась.

На третьем кругу парень отклонился от своей привычной траектории и поехал к ней. Он до последнего не сбавлял скорости, и за пару мгновений до, как казалось Кристине, неминуемого столкновения затормозил, высекая коньками ледяную крошку. Кристина взволнованно ждала, что он снимет маску и заговорит, но он лишь протянул руку.

Чувствуя себя крайне странно, Кристина вложила свою руку в протянутую ладонь. Парень чуть сжал ее и мотнул головой в сторону, явно приглашая покататься. Кристина кивнула в ответ, и они поехали в сторону елки.

Она смотрела прямо перед собой, цепляясь за крепкую мужскую ладонь. Он ехал быстрее, чем Ира, не подстраиваясь под Кристину, а увлекая ее за собой.

В голове был хаос из мыслей. Зачем он позвал ее кататься? Просто так или хотел познакомиться? И если второе, то почему молчит? Должна ли она проявить инициативу и первой представиться и заговорить с ним, если он уже сделал первый шаг, или помолчать и подождать, пока он снимет балаклаву и сам заговорит? А может, он просто так катается со всеми от нечего делать?

Последнюю мысль Кристина отогнала сразу же – все время, что они с Ирой были на катке, парень в балаклаве катался один. Значит ли это, что она ему понравилась?

Кристина задумалась обо всем этом и не заметила, что справа к ней стремительно приближается мальчишка лет десяти. Когда она выхватила его боковым зрением, то уже не успевала увернуться и смогла только пронзительно вскрикнуть.

Парень в балаклаве вдруг резко перехватил ее руку ближе к локтю и дернул на себя. Кристина потеряла равновесие, коньки боком заскользили по льду, не находя упора, и девушка начала заваливаться назад.

Кристина зажмурилась, готовясь шмякнуться попой об лед, но вдруг сильная рука обхватила ее талию, возвращая в вертикальное положение. Забыв, как дышать, Кристина уставилась на парня в балаклаве, который сначала не дал ей упасть, а теперь почти обнимал ее посреди катка.

Сердце билось часто-часто: то ли от адреналина, то ли от его близости. А когда парень склонился к ней так, что их лица оказались на одном уровне, оно уже почти выпрыгивало из груди.

– Врать нехорошо, – шепнул он, а потом тихо рассмеялся.

Кристину будто током ударило, когда она узнала этот голос. Она дернулась назад, снова едва не упав, но руки Ильи все еще крепко держали ее. Так вот где она видела эту куртку! В его шкафу!

Она посмотрела на его глаза в прорези черной ткани, отметила шрам на брови и в очередной раз убедилась, что она непроходимая идиотка. Как она могла его не узнать?

– Смотрю, ты выздоровела, – ехидно пропел Илья.

Он отпустил ее, отъезжая чуть-чуть назад. Кристина униженно смотрела, как он нарезает вокруг нее круги, явно упиваясь своей выходкой.

– Выздоровела, – процедила Кристина, злясь на его шутку и на себя за вранье и очередной позор.

Илья качнул головой в сторону, словно обозначая, что спектакль окончен.

– Жду послезавтра в семь, – бросил он, а потом уехал, не попрощавшись.

Кристина медленно отъехала к краю катка и вцепилась в борт, пытаясь успокоиться. Сердце заходилось от злости, а на душе было паршиво, как никогда.

А еще было так обидно, что маленькое, почти романтическое приключение оказалось издев- кой.

– Накаталась? – Ира затормозила рядом с Кристиной и, увидев побелевшее лицо подруги, сразу сообразила – что-то случилось. – Ты в порядке? И где твой фанат в балаклаве?

– Ира, он не мой фанат! – Кристина с трудом сдерживала подступающую к горлу истерику. – Парень в балаклаве оказался Ильей! Тем самым Ильей!

– Гоблином?! – округлила глаза Ирка. – Да ладно?! А зачем… А что это вообще тогда было?

Ира растерянно посмотрела на Кристину, которая нервно кусала губы, а потом потащила ее к выходу, решив, что хватит с них катаний на сегодня.

– Так что случилось?

Кристина вкратце пересказала, как Илья подъехал к ней, как протянул руку, и даже поделилась тем, что на мгновение допустила мысль, что парень с ней заигрывает. И ей ведь понравилось.

– Вдруг Илья это заметил?! – ужаснулась Кристина. – Двойной позор!

– Ничего не позор, – отмахнулась Ира. – И вообще, не о том думаешь. Лучше скажи, с чего бы Илье звать тебя кататься?

– Очевидно, что он хотел проучить меня за вранье. И, хотя мне неприятно это признавать, я заслужила.

– Ой, Крис, тебе там не дует на вершине твоих моральных устоев? – саркастично спросила Ирка. – Ну соврала, чего такого? Да и вообще, если бы он разозлился, то устроил бы тебе показательную порку, а не романтичное катание. Может, ты ему нравишься?

– Чего?!

– Того! Знаешь, я начинаю смотреть на эту историю под совершенно неожиданным для себя углом, но… А вдруг гоблин на тебя запал? Поэтому и заставляет убираться и…

– Ира, это звучит как бред!

– Не больший бред, чем ходить убираться к какому-то психу, потому что облила его крутку кофе. В любом случае я бы присмотрелась к его поведению во время следующей уборки.

Кристина тяжело вздохнула, неуверенная, что вообще осмелится когда-нибудь посмотреть на Илью. Давно ей не было так стыдно за себя. А в глубине души занозой сидела обида за его выходку. Илья просто поиздевался над ней, и все.

– Я больше не буду к нему ходить, – вдруг решила она. – Хватит с меня!

– Ну нет, даже не думай! Ты не можешь дать заднюю. Не теперь, когда он обратил на тебя внимание!

Кристина вытаращила глаза на подругу, не понимая, шутит она или говорит серьезно.

– Внимание?

– Именно! Прекрати спорить и подумай. Пялился на тебя? Да. За ручку катались? Да. Наорал? Нет.

– Ты бредишь, – закатила глаза Крис, старательно отгоняя от себя теорию о том, что понравилась Илье. – Кстати, а где Саша?

– Надеюсь, в школе, где ему и место! – тут же озверела Ира, забыв обо всем. – Нет, ты представляешь, он был такой дерзкий, как пуля, резкий, мы так круто катались и болтали, а потом он спросил, в каком я классе! Классе! Крис, он девятиклассник!

– Оу-у! Ему хоть шестнадцать есть? – засмеялась Кристина.

– Знать не хочу! Малолетка несчастный! Мне девятнадцать, я не буду с какими-то школярами кататься на коньках!

– Ты просто выглядишь младше, – попыталась утешить ее Кристина.

– Ой, все! Вечер насмарку: Никита не пришел, меня клеил малявка, ты встретила гоблина – жизнь несправедлива.

Глава 5 Баран в квадрате

Илья уже сто раз пожалел, что пошел на каток пешком. Когда он выходил из дома, погода была очень приятной и располагала к прогулке, к вечеру же резко похолодало, а противная ноющая боль в плече окончательно испортила настроение.

За последние два года он хорошо выучил правила, помогающие избегать боли: не поднимать тяжести и не совершать резких движений. Ради Кристины пришлось сделать исключение и нарушить оба – не мог же он позволить ей упасть.

А может, и стоило. Мало того, что она наврала ему про болезнь, чтобы увильнуть от уборки, так еще из-за нее он чувствует себя старым дедом, рассыпающимся на куски. Ему всего двадцать четыре, а он не может без последствий поддержать на катке хрупкую девушку!

В голове по кругу проносились советы его врача, неизменно вызывавшие приступы раздражения. «Вам надо беречь себя». «Старайтесь не перегружаться и не переохлаждаться». От них было тошно тогда и по сей день.

Илья замер у перехода, ожидая зеленого сигнала, и прищурился, защищая глаза от бившего в лицо ветра. Все-таки балаклава была его лучшей покупкой за последнее время. Лицо в тепле, плюс никто не пялится. А еще без нее он не смог бы приколоться над Кристиной.

Вспомнив выражение ее лица, когда она поняла, с кем каталась, Илья улыбнулся, решив, что ради этого стоило потерпеть боль в плече. Лишь бы завтра не разболелось сильнее.

И все-таки забавно, что они встретились на катке именно сегодня. С чего ее вообще туда понесло – видно же, что кататься толком не умеет. Стоило ему чуть-чуть разогнаться, вцепилась в его руку, как клещ. Интересно, что она думала о нем до того, как узнала?

Илья не успел додумать эту мысль, потому что в кармане зазвонил телефон. Он посмотрел на него, надеясь, что это не Лукин с очередными обновлениями. На экране появилось фото довольной рожи Игоря в клубах кальянного дыма.

– Здорово, – улыбнулся Илья.

– Здорово, – повторил за ним Гоша. – Чего пропал? Я тебе пишу, молчишь второй день.

– Слушай, я вторую неделю в огне, – честно ответил Илья. Он так заработался, что уже даже и не помнил, что там ему писал Игорь. Наверно, поэтому и пошел на каток хоть немного расслабиться. – Алексей всю душу вытащил. Еще и в офис приходится мотаться теперь.

– Дожал-таки тебя? – заржал Игорь, который привел Илью на собеседование к Алексею. – Ну не любит он удаленщиков, что поделать. А я предупреждал, что он специфичный мужик.

– Специфичный – не то слово. Второй год с ним работаю и никак не привыкну к его выкрутасам, – беззлобно усмехнулся Илья. – А еще его реально клинит на корпоративах. На прошлой неделе на полном серьезе сказал, что, если пропущу зимний сбор, срежет мне премию.

– Да ладно? Хотя я не удивлен. Алексей считает, что корпоративы сближают коллектив, а кто не ходит, тот предатель. Значит, в этом году пойдешь на тусовку?

– Надеюсь отмазаться. Хотел взять отпуск в день корпоратива, но Алексей не признается, какого числа хочет его проводить, – обреченно сказал Илья.

Игорь продолжил угорать, сквозь смех утешая друга, что тот не пожалеет. На корпоративах компании всегда весело.

– Илюх, давай в баре зависнем? Рожу твою хмурую давно не видел, да и сплетни с работы послушать хочу.

– Ну не знаю, ты полгода назад уволился, – с наигранным сомнением протянул Илья. – Стоит ли посвящать тебя в тайны компании…

– Слышь, давай не нуди. В пятницу встретимся?

– Лучше в субботу.

– А чего у тебя в пятницу? Свидание? – заинтересовался Игорь.

– Ага, с Алексеем, – съехидничал Илья. – У нас сроки горят – какие свидания?

Он не стал упоминать о том, что в пятницу к нему придет Кристина. Если, конечно, не струсит после фейла с «болезнью».

– Ой, хорош заливать. Мне Анька все уши прожужжала, что у тебя новая девушка. Давай, рассказывай!

– Чувак, серьезно?!

Это было неожиданно и неприятно. Илья, хоть и общался довольно плотно и близко с Игорем и его приятелями последние два года, никак не мог привыкнуть, что друг сильно изменился с тех пор, как начал жить со своей девушкой. Не то чтобы она была неприятна Илье, но последнее время все чаще казалось, что Анька сует нос куда не надо, обсуждает какие-то сплетни с Гошей и вьет веревки из него. Если подумать, в историю с Ленкой он тоже вляпался с подачи девушки Гоши. Сначала Анька промыла мозг Игорю, что Илья один, а у нее есть замечательная подруга Лена, потом Гоша втянулся в эту историю и стал аккуратно звать Лену на общие мероприятия. Потом все вообще потеряло всякий контроль.

– А че? К нам вчера прикатила Ленка, устроила мне скандал, что я дал ей твой адрес и не предупредил, что у тебя девушка появилась. А я и сам не в курсах. Так они на меня потом вдвоем накинулись, – тут же стал оправдываться Игорь.

– Гоша, а на фига ты вообще сказал Ленке мой новый адрес?! – не выдержал Илья.

Что и требовалось доказать. Определенно, Анька плохо влияет на Игоря. Раньше он не был ни таким каблуком, ни таким сплетником. А сейчас, видите ли, Аньке надо знать, и Игорь тут как тут.

А ей на пару с Ленкой, конечно, обязательно надо выяснить, как так вышло, что у «Квазимодо» появилась личная жизнь. А ведь Аня по-любому должна быть в курсе настоящей причины их с Леной расставания. Они ж подружки. И все равно лезет.

– Илюх, ну Ленка переживала, что вы расстались, хотела помириться. Я думал, что ты обрадуешься, – как вы с Ленкой разбежались, ты совсем сник.

Илья с трудом сдержался, чтобы не заржать вслух. Может, радоваться надо было, что ему не только рога наставляли, но еще и с гордостью докладывали об этом всем окружающим? Хотелось посоветовать Игорю вылезти из-под Анькиного влияния, а еще лучше присмотреться к ее лучшей подружке. Дружат обычно по интересам.

– Гош, с Леной все. Мы расстались, тут без вариантов. А Аньке своей передай, чтобы занималась своей жизнью и не лезла ко мне, – терпеливо, как мог, сказал Илья.

– Да я так и сказал. Ладно, проехали. Ну, в субботу-то встретимся? В нашем подвальчике?

– Где мне понравилось вишневое пиво? – Илья припомнил интересное заведение с хорошей кухней и алкоголем.

– Оно самое. Ну ладно, между нами, скажи хоть, что за новая девчонка у тебя? Ленку аж колотит от ревности. – Игорь даже не пытался скрыть собственное любопытство.

– Девчонка новая – огонь, – соврал Илья, прекрасно зная, что болтун Гоша – находка для шпиона, все слово в слово перескажет Аньке и Ленке. – Умная, интересная, веселая. С переездом мне помогла.

– Ни фига себе, – присвистнул Игорь. – А где познакомились-то? Чего не рассказал про нее?

– В кофейне, – небрежно бросил Илья. – Рассказывать особо нечего – у нас пока все только начинается. Да и вообще, не люблю о личном, ты же знаешь.

– Смирнов, ни капли со школы не изменился – вечно скрытничаешь! – возмутился Игорь. – Ну ничего, в субботу встретимся, и все мне расскажешь про свою новую девчонку.

– Ага, разбежался, – фыркнул Илья. – Пока.

На душе было противно. Илья опять вспомнил, как Анька с Гошей позвали его в кино, и они «неожиданно» встретили Лену. Ленка была веселой, забавно шутила и не навязывала свое общество первые несколько встреч. Как он позорно повелся на ее пустые речи о том, какая она независимая, гордая и крутая. Как сама салон красоты держит, как не нуждается в мужиках, как она сделала себя с нуля. И как с ней было легко вначале. Он стал подвозить ее до дома, проводить время с ней наедине, а не в компании. А потом взял и заказал для нее доставку цветов в салон. И закрутился роман.

А потом этот воздушный шарик стал медленно и противно сдуваться, и оказалось, что Лене нужны подарки, деньги на загибающийся салон, который они с подружкой открыли на финансы родителей, рестораны, клубы и спа. И Илья ни разу не пожалел денег на нее, хотя делал ремонт в квартире и встречался с ней всего несколько месяцев, старался уделять ей внимание и даже ходить на светские мероприятия, которые последние годы терпеть не мог. Но когда она буквально потребовала у него огромную сумму на салон, зная, что он взял ипотеку и готов полностью оплатить их путевки в горы зимой, случился скандал, в котором его обозвали меркантильным жлобом. А буквально через несколько часов он услышал ее разговор с сестрой. И от слов Лены до сих пор пекло в груди.

Илья запомнил тот день так отчетливо. Он оплатил заранее отдых в отеле в горах, куда хотела Лена. И шел мириться. Думал, как помочь ей с салоном, размышлял, что может дольше делать ремонт, но как-то помочь ей… А потом с трудом сдал билеты и путевки обратно, возвращая деньги и ругаясь с менеджером. Всю сумму так и не вернули. Впрочем, доверие к женщинам тоже подорвалось безвозвратно, а оно и до этого было не на высоте.

Илья подошел к дому и остановился, глядя на темные окна своей квартиры на третьем этаже. Было холодно, но идти домой все еще не хотелось. Правильно ли он сделал, что наврал Гоше, что Кристина – его девушка, чтобы взбесить бывшую? Не проще ли просто послать ее подальше и забыть?

Нет, не проще. Пусть эта стерва хоть немного побесится из-за того, что делала ему рога.

* * *

– Ну вот не зря ты родилась в год Козы, а по гороскопу овен. Баран в квадрате! – сокрушалась Ирка.

Кристина только глаза закатила, желая поскорее попрощаться с подругой и отключить телефон. Голова и без того была тяжелой, еще и Ирка сверлила мозг пострашнее ее матери.

– Не начинай, – шмыгнула носом Крис, сворачивая в знакомые дворы. – Я не могу пропустить и эту уборку. Особенно после того, как облажалась на катке.

– Кристина, я сейчас буду кричать! Матом! – взвыла подруга. – Или пожалуюсь на тебя тете Марине! Ты простывшая со вчерашнего дня. Я могу понять, почему ты не хочешь пропускать универ, скоро зачеты. Но уж несчастную уборку могла бы отменить и спокойно отлежаться дома.

– Так, во‑первых, маме ты пожаловаться не сможешь – она уехала в Подмосковье к бабушке. Ба приболела, и там без меня хлопот хватает. А во‑вторых, я не могу опять сказать Илье, что заболела!

– Вот же ж! Тогда ты соврала, а сейчас действительно болеешь. Я даже по телефону слышу, как ты шмыгаешь носом!

– Да не поверит он мне! Сама же слышишь, голос у меня вполне нормальный. Это просто насморк, – покривила душой Кристина, ощущая, что ОРВИ прогрессирует и у нее явно поднимается температура. – У меня будут все выходные, чтобы валяться дома и выслушивать от отца, что у меня слабый иммунитет.

– Ты загонишь себя в гроб, – резюмировала Ира, понимая, что спорить с бараном Кристиной выше ее сил. – Если бы я плохо тебя знала, подумала бы, что ты на него запала, раз так остервенело к нему прешься. Но нет, ты просто сумасшедшая! Давай, иди, умри ради своих дурацких принципов.

Кристина с трудом сдержала чих и не созналась в том, что на самом деле немного боится Илью, и решила, что проще будет убраться, чем доказывать, что она действительно болеет. И принципы тут ни при чем.

– Кстати, я все еще рассматриваю версию, что гоблин подзапал на тебя, – напомнила Ира.

Кристина подумала, что если кто из них двоих и сумасшедший, так это Ирка. Уже плешь ей проела с Ильей, который якобы влюбился в нее. Но самое ужасное было то, что Кристина никак не могла перестать об этом думать.

Все из-за идиотского катания!

Она наспех попрощалась с Ирой, пообещав набрать после уборки, и позвонила в домофон. Последние слова подруги все еще крутились в голове. Как бы Кристина ни отпиралась, в душе поселились смутные сомнения. Зачем Илья катался с ней на катке? Мог же сразу уличить ее в том, что она наврала про болезнь?

Эта дурацкая мысль не отпускала второй день, как и насморк. И если сначала она была уверена, что Илья просто хотел посмеяться над ней, то потом стала допускать мысль, что Ира может быть права. Вдруг она ему интересна? Бред, конечно, но вдруг?

Как бы она к этому отнеслась?

* * *

«Никак я к этому не отнесусь, потому что этого просто не может быть!» – раздраженно думала Кристина часом позже, драя его ванную. Едва она переступила порог его квартиры, Илья сразу же отпустил пару ехидных шуточек на тему ее болезни и лечения коньками и попросил начать с кухни. А потом воткнул наушники в уши и ушел разговаривать по телефону в спальню.

Кристина тяжело вздохнула и продолжила уборку, в очередной раз укрепляясь в мысли, что этот Илья – весьма странный тип, а она дура. Ее знобило, а в теле была противная ломота. Голова раскалывалась – дышать моющими средствами, то и дело наклоняясь, было так себе идеей. Ирка, как обычно, была права, нужно было отменить эту уборку, а не геройствовать.

Очистив всю ванную комнату до блеска, совсем обессиленная Кристина вышла в коридор. Нужно было еще протереть пыль в коридоре и помыть везде полы, но она не могла заставить себя пошевелиться. Так и стояла, привалившись к стене, жалея, что не зашла в аптеку за таблетками.

Состояние было совершенно пакостным.

Глаза резало от яркого холодного освещения, и Крис прикрыла их, надеясь, что в голове чуть-чуть прояснится, но в итоге едва не получила сердечный приступ, внезапно услышав голос Ильи прямо рядом с собой.

– Ты в порядке? – с сомнением спросил он, пристально глядя на нее.

– Да, – максимально бодро выпалила Кристина и оглушительно чихнула.

А потом еще раз.

Илья нахмурился и подошел к ней вплотную, отметив, что у нее какое-то слишком уж красное лицо.

– Ты заболела, – констатировал он, а затем бесцеремонно коснулся ее лба тыльной стороной ладони.

Кристина с наслаждением ощутила приятную прохладу, а Илья нахмурился еще сильнее – судя по всему, температура у нее была достаточно высокой. Он убрал руку и плотно сжал губы, выражая свое недовольство.

Кристина с трудом сдержала неуместный смешок, вдруг подумав, что, как бы она ни поступила, итог всегда один – Илья недовольно пырится на нее.

«Гоблин», – пронеслось в затуманенной жаром голове.

– Почему не сказала, что болеешь, и не осталась дома?

– Вы не поверили бы.

Кристина покраснела еще сильнее, теперь уже от стыда.

Илья хотел возмутиться, но промолчал. В кои-то веки Кристина была права: он действительно не поверил бы.

– Если бы в первый раз не наврала, поверил бы.

– Да, у кармы есть чувство юмора, – невесело пошутила Кристина.

– Сядь на диван, – сказал Илья, а сам ушел в спальню.

Большую коробку-аптечку он хранил в гардеробной. Быстро перерыв ее, Илья нашел последний пакетик хорошего немецкого жаропонижающего и таблетки от простуды. На всякий случай он проверил срок годности обоих препаратов, все-таки они достаточно давно валялись в аптечке – сам Илья болел редко. Нарыв на дне ящика градусник, Илья прихватил и его и вернулся к Кристине, которая послушно сидела на диване.

– Измерь температуру, я сейчас разведу тебе жаропонижающее, – пояснил он и пошел на кухню.

Эта Кристина была настоящей занозой в пятой точке. Что ни день, то приключение! Пора было заканчивать этот балаган. Он еще в прошлый раз хотел сказать ей, чтобы она больше не приходила, но там случилась Лена со своим «сюрпризом», потом Кристина наврала про болезнь, и ему захотелось ее проучить. И вот теперь она действительно заболела и пришла больная к нему убираться. Ну что за идиотство?

Илья вернулся в гостиную с двумя стаканами. В одном он развел жаропонижающее, а во второй налил теплой воды, чтобы запить таблетку.

– Ну что там? – спросил Илья, ставя стаканы на журнальный столик.

– Тридцать восемь и два, – тихо сказала Кристина. – А что это?

– Отрава, – съехидничал Илья. – Решил от тебя избавиться, чтобы с ума не сводила.

– Как-то долго вы терпели, – бесцветно и без толики веселья сказала девушка.

– Это жаропонижающее и хорошее противовирусное, привез из Германии. Мне помогает. Пачку таблеток возьми с собой и пей по две штуки в день, – пояснил Илья, усевшись в кресло напротив, и вытащил из кармана телефон.

– Спасибо большое.

Кристина приняла таблетку и взяла в руки стакан с жаропонижающим. Вообще-то она всегда читала инструкцию ко всем лекарствам, но сейчас было так плохо, что даже спорить не хотелось.

Она дула на горячую прозрачно-розовую бурду в стакане, а Илья отложил телефон в сторону и снова уставился на нее. От ее жалкого вида внутри что-то дрогнуло.

– Знаешь, если ты хотела на каток, могла так и сказать. Перенесли бы уборку на другой день.

– Я думала, вы разозлитесь, – неловко сказала Кристина и снова чихнула, едва не пролив лекарство. – Извините.

– Будь здорова. Если ты будешь спокойно говорить, что и как, а не врать и заикаться, то проблем не будет. В первую очередь у тебя.

– Хорошо, – совсем сникла Крис.

Она сделала глоток и поморщилась – было невкусно. И снова стыдно перед Ильей, который опять стал копаться в телефоне, протирать камеру и что-то там листать.

Кристина тоже отвернулась и посмотрела в окно, за которым было темно и, очевидно, очень холодно, потому что ветер буквально выл в окна, как привидение из мультика.

– Я отвезу тебя домой.

Кристина встрепенулась и повернулась к нему. Илья пристально смотрел на нее. Взгляд был странный – она не могла понять, о чем он думает, но серые глаза так внимательно за ней наблюдали, что стало не по себе. Крис сделала еще пару глотков. Все еще было противно. И горячо.

– Спасибо, но я лучше такси возьму.

– Я отвезу, – настойчиво повторил Илья. – Пей лекарство, я сейчас.

Илья ушел в спальню переодеваться. Наспех скинув с себя домашние штаны и футболку, он прыгнул в черные джинсы и натянул свободную кофту с маленьким логотипом любимого бренда на нагрудном кармане. Ему хотелось скорее доставить Кристину домой. Выглядела она ужасно. Ей срочно нужно было лечь в постель, пить чай с лимоном, а лучше спать. И зачем эта бестолочь усложняет себе жизнь?

Чокнутая.

И все же стало немного ее жалко. Не сильно, но шутить про каток больше не хотелось.

– Ты допила лекарство? – поинтересовался Илья, выходя из спальни.

– Да, спасибо. – Кристина неловко встала с дивана и пошла в коридор, собираться на выход. – Я правда могу вызвать такси. Вам не нужно меня подвозить.

Парень сделал вид, что не услышал ее, и положил в карман своей куртки ключи и документы от машины.

– Илья. – Кристина впервые позвала его по имени, постаравшись вложить в свой голос уверенность, но позорно расчихалась.

– Мне повторить еще десять раз, что я тебя отвезу? – изогнул бровь парень, раздражаясь из-за ее упрямства.

Кристина отметила, что раньше не обращала внимания на то, что у этого парня явно есть диктаторские замашки.

– Я не хочу вас утруждать и доставлять неудобства, – продолжала настаивать на своем девушка.

Ей и так было стыдно за то, что он бегал вокруг нее с лекарствами, еще домой ее везти собрался. И что-то подсказывала ей, что дорога будет такой же неловкой и напряженной, как и все их общение.

– Кристина, – терпеливо, как с маленькой, заговорил Илья, – мне доставляет неудобство, когда ко мне в двадцать четыре года обращаются на «вы» и переспрашивают одно и то же по пять раз в течение двух минут. Смекаешь?

Почему-то слово «смекаешь» Илья произнес с интонацией Джека Воробья.

– Смекаю, – в тон ему ответила Крис, пряча в шарфе улыбку.

– Вот и отлично. Давай без выканья уже.

Когда Кристина с Ильей вышли из подъезда, ледяной ветер так резко дунул в лицо, что девушка инстинктивно съежилась от холода.

– Машина рядом, идем.

Илья быстро завел свой внедорожник, включил Кристине подогрев сиденья и врубил печку на максимум. Снег валил с обеда, и машина напоминала сугроб. Илья расчистил Кристине пассажирскую дверь, усадил ее в машину, а потом принялся счищать снег с крыши машины и лобового стекла, запоздало сообразив, что не спросил адрес. Хотя он все равно повез бы ее сам. Никакого такси, тем более что час пик позади и пробок быть не должно.

Он чистил лобовое стекло, ощущая на себе ее взгляд. Почему она стала так откровенно на него пялиться? Раньше она такого себе не позволяла. Илья стал активнее работать щеткой, стараясь не представлять, что она думает, когда так на него смотрит. Жалеет, что пролила тот кофе на него, или думает о том, что он мог бы играть Фредди Крюгера без грима? Да и к черту ее. Довезет до дома и распрощается.

– Ну, говори адрес, куда ехать? – Илья сел в машину и сунул девушке телефон с открытым приложением навигации.

Кристина быстро вбила улицу и дом. Илья с радостью увидел, что жила она совсем недалеко, по меркам Москвы, – время в пути всего-то двадцать минут. И что удивительно, несмотря на вечер пятницы и снегопад, почти не было пробок.

– Жива? – не выдержал Илья после серии оглушительных чихов.

– Кажется, я не успею выздороветь к следующей уборке, – шмыгнула носом Кристина.

– Да что ты, – саркастично заметил Илья. – Я думаю, тебе ближайшую неделю из дома лучше не выходить.

– Нельзя, – шмыгнула носом девушка. – К понедельнику надо встать на ноги – у меня итоговая работа по латыни. Если сдам, экзамен автоматом будет.

– Латынь? – удивился Илья. – Ты в меде, что ли, учишься?

– Да, на втором курсе.

– Неплохо, – хмыкнул Илья. – Сколько тебе лет? Девятнадцать-двадцать?

– Девятнадцать, – чихнула Кристина.

– Ясно.

Илья продолжил вести машину, думая, что с детства умел безошибочно определять возраст человека на глаз. Даже если кто-то выглядел внешне младше или старше. И в этот раз чутье не подвело. Кристина выглядела лет на семнадцать, но он сразу решил, что она студентка второго-третьего курса. И не ошибся.

– А вы… то есть ты, на кого учился? Если не секрет, – робко спросила Кристина.

– Маркетинг, – коротко ответил Илья.

И хотя он не стал вдаваться в лишние подробности, в памяти всплыл колледж в Германии, который он еле окончил, потому что вечно пропускал занятия. Если бы не связи матери, его б вышибли оттуда, а ему было плевать. Тогда он считал, что эта бесполезная корка со скучной специальностью ему на фиг не пригодится. Знал бы тогда, как все обернется, может, по-другому бы что-то делал.

– Тоже неплохо, – вежливо сказала Крис.

Они остановились на светофоре, и Илья снова почувствовал на себе ее взгляд. Он смотрел на заснеженную дорогу перед собой и старался не злиться из-за ее повышенного внимания к своему лицу. Инстинктивно хотелось поднять ворот куртки, чтобы как-то скрыть мерзкий зигзаг от виска до челюсти, но Илья вцепился в руль и принципиально не стал этого делать. Если так хочется, пусть разглядывает.

– Приехали, – коротко сказал Илья, останавливаясь перед ее домом. – Какой подъезд?

Дом был длинный, и, хоть Кристина бесила, ему не хотелось, чтобы она топала лишние сто метров по холоду.

– Первый, – сипло ответила Кристина и стала рыться в сумке на коленях. – Эм, возьмите. У вас грязь на щеке.

Илья остановился и тупо посмотрел на пачку влажных салфеток в ее руках, а затем медленно перевел взгляд в зеркало в машине. На правой щеке и правда было какое-то пятно. Похоже, он так рьяно чистил машину, что махнул на себя грязной щеткой и не заметил.

– Спасибо, – пристыженно буркнул Илья и потер щеку салфеткой.

Похоже, она пялилась на грязь на его лице, а не на шрамы. Или и на то, и на другое.

– Спасибо, что подвезли… то есть подвез, – поправила себя Крис, стараясь обращаться на «ты».

– Не за что. Выздоравливай, – ответил Илья. – Удачи с латынью.

– Спасибо.

Кристина ушла, напоследок чихнув у него в машине и забыв спросить, когда теперь ей приходить на уборку. А Илья с этой салфеткой и грязной щекой забыл сказать, что списывает с нее долг и убираться больше не надо.

В спину начали сигналить, потому что, высаживая девушку на узкой дорожке у дома, Илья перекрыл путь. Спеша выехать из двора и не создавать пробку, он решил, что напишет ей позже. Все равно она сильно заболела и долго не появится у него на пороге.

Обратно он доехал еще быстрее. Машин почему-то было немного, или он так задумался, что время пронеслось галопом. Приехав на парковку, Илья закурил в открытое окно, не спеша идти домой. Телефон стал пиликать, оповещая о входящих сообщениях в социальных сетях то от Игоря, то от Антохи. Оба жаждали встречи в субботу. Игорь ждал подтверждения от Ильи, что он не сольется завтра. А Тоха давил на жалость и обижался, что двоюродный брат его избегает, не любит и вообще сволочь последняя. Илья только глаза закатил от театральной постановки Антона и отправил ему веселый, но нецензурный стикер.

А затем он открыл галерею фотографий на телефоне и посмотрел последнюю, которую сделал буквально полтора часа назад. Фото получилось немного смазанным, но оттого еще лучше. Словно композиция была так и задумана.

На диване сидела девушка в светлой футболке с длинным рукавом, обхватив руками темный, под цвет дивана, стакан, но при этом с белыми, в тон кофты, ногтями. У нее был высокий хвост длинных волнистых волос каштанового цвета и бледная кожа. На лице яркими пятнами выделялись порозовевшие от болезни щеки и красные губы. Она сидела вполоборота от него, повернувшись лицом к окну. Камера поймала задумчивый, даже немного романтичный взгляд вдаль. Удивительно. Быстрое, неожиданное фото получилось так удачно, что Илья немного залип, рассматривая фотографию и думая о том, что Кристина выглядела очень симпатичной.

Глава 6 Разбуди совесть

Илья поморщился, когда Игорь выпустил колечки кальянного дыма в его сторону.

– На грейпфруте? – изогнул брови Илья, взглядом показывая, что это не цитрусовый кальян, а вонючка.

– Ну, повкуснее твоих папирос, – хохотнул Гоша. – Когда бросишь? Это вредно, между прочим.

– Это, – Илья кивнул в сторону кальяна, – тоже неполезно. Вообще, да, думал бросить. Может, после Нового года.

– Нужна памятная дата? – улыбнулся Игорь.

– Типа того.

– Я тогда с Нового года в тренажерку пойду. Стану качком. – Игорь шутливо поднял руки, изображая бодибилдера.

– Удачи, – усмехнулся Илья, с сомнением оглядывая друга.

Игорь был не тощий, не жилистый и не на массе. Скорее, он был весь угловатый, чем-то напоминая краба с узкими худыми плечами, длинными руками и короткими ногами. Но краба харизматичного и вечно давящего лыбу до ушей.

– Это получается, если вы сделку с немцами закроете, бабки рекой польются. Расширяться будете, – задумчиво протянул Гоша.

– Вполне возможно, – пожал плечами Илья, которому говорить о работе не особо хотелось. Утром вместо будильника его разбудил Лукин в истерике с новыми замечаниями от шефа. Работой он был сыт по горло. – Хочешь вернуться под крыло к Алексею?

– Да не-е-е, – подумав, сказал Гоша, задумчиво разглядывая кальян. – В свободном плавании сложнее, конечно, но мне пока нравится. Плюс я нашел нормальных подрядчиков, дела скоро пойдут в гору.

– Тогда круто. – Илья искренне был рад за друга, который решил рискнуть и работать на себя. И вполне неплохо крутился. – Но если что, Алексей будет рад, если вернешься. Постоянно спрашивает про тебя, говорит, если что, обращайся.

– Да, Алексей четкий мужик, таких сейчас мало. Если б еще не постоянные переработки и бесконечные корпоративы, вообще был бы огонь. Помню, года три назад он потащил весь офис на турбазу на шашлыки, в итоге все смогли расползтись только к вечеру понедельника. – Игорь усмехнулся, вспомнив веселые деньки. – И теперь тебя тоже это ждет.

Илья поморщился и промолчал, вспомнив, как Алексей развел его на стабильные походы в офис.

– Кстати, чувак, мне утром Ленка звонила, – вспомнил Гоша, когда официант принес закуски.

– Чего ей надо?

Илья спросил это с деланым безразличием, но в душе немного злорадствовал. Конечно, дело было в Кристине. А точнее, в его вранье про то, что она его девушка.

– Ну, я же сказал Аньке, что у тебя девушка и чтобы Ленка отвалила, а та, конечно, растрепала все Ленке. – Игорь развел руками, словно снимая с себя ответственность за поведение своей девушки. – В итоге Ленка мне позвонила, стала расспрашивать, че там у тебя, я сказал, что все серьезно, ну и она сказала, что ты козел, и бросила трубку. Я аж офигел.

– Шикарно, – саркастично заметил Илья. – Только из нас двоих козел-то не я.

Он немного подумал, а потом все-таки рассказал Гоше все как есть: и про причины расставания, и про то, как Лена заявилась к нему домой. Он обошелся без лишних подробностей типа криков про Квазимодо, но Игорь все равно выглядел шокированным.

– Да ладно? Изменяла?! – опешил Игорь, искренне считавший Лену вполне приятной и порядочной девушкой. – Вот ведь прошмандовка! Интересно, а Анька в курсе? – нахмурился он.

Илья почти на сто процентов был уверен, что Аня в курсе, но не стал говорить об этом, и посоветовал другу не забивать голову и ничего не выяснять.

– Было и было, – отмахнулся Илья. – У меня все окей, а Ленка пусть катится к черту.

– Точно. Ты же говорил про новую пассию, – хитро прищурился Гоша. – И че там за красотка? Давно мутите? Все серьезно или так, просто секс?

Илья уже не удивлялся любопытству Гоши. Особенно после разговора в пятницу.

– Я как-то давно перерос просто секс. Это скучно. Так что да, думаю, все серьезно. Мне с Кристиной очень комфортно.

Сказав последние слова, Илья едва не прикусил язык от досады. Что еще за «комфортно»? Разве так говорят про девушку, которая нравится? Но слово не воробей, уже улетело. Илья посмотрел на Гошу, но тот, кажется, вообще не обратил на это внимания.

– О, Кристина, значит. – Игорь от любопытства подался вперед, забывая про гренки, которые заказал к своему темному элю. – Когда ты успел? И где? Ты ж дома сидишь целыми днями?

– Стал выбираться в свет, – продолжил врать Илья. – В кофейне познакомились, ну и завертелось. Она еще на каток любит ходить, как я. Недавно вот вместе катались.

– Е-мое, ну клево, чувак, – хлопнул в ладоши Игорь. Сунув в рот гренку, он задумчиво ее пожевал, а потом все-таки спросил: – А че, Ленка реально к тебе приперла и увидела Кристину?

– Да, забавно получилось.

Хорошо хоть, Кристина не увидела голую Лену, был бы вообще кошмар. Интересно, почему она тогда так разозлилась? Хотела заступиться за «гоблина» перед его бывшей? Зачем? Как будто сама не обсуждала его внешность с кем-то. Совесть, что ли, взыграла?

Вполне возможно.

– Кристина тебе разнос не устроила за бывшую на пороге? Я вот как-то пересекся случайно с Оксанкой. Ну, помнишь, с которой встречался до Аньки? Так вот, Анька узнала и потом месяц выносила мне мозг. Месяц, чувак! А я реально с Оксанкой случайно встретился! – возмутился Гоша, хотя по довольной улыбке было видно, что он горд тем, что Аня его ревнует.

А еще Илья понял, что друг не успокоится, пока не вытянет из него хоть какие-то подробности, которые потом передаст своей девушке. Но в этот раз Илья не злился, а, наоборот, хотел дать ему пищу для сплетен и продолжил врать:

– Спросила, что за дура пришла… Мне показалось, немного приревновала. Хотя ей-то точно ревновать не надо.

– Даже так? – Гоша хмыкнул и покосился на телефон Ильи. – Это она у тебя на заставке?

Илья мысленно ухмыльнулся. Не зря положил телефон на стол экраном вверх, предусмотрительно поставив фото Кристины на заставку. У Гоши не было шанса не заметить. Учитывая, что Антоха со вчерашнего вечера закидывает его сообщениями, на которые он упорно не отвечает, плюс Лукин со своими истериками в мессенджере – телефон без конца подсвечивался от входящих.

– Да. – Илья подавил дурацкую улыбку, разворачивая телефон к Гоше.

Игорь внимательно посмотрел на фото. Илья немного отретушировал его, и оно, как ни странно, действительно удачно вписалось в заставку телефона. И Кристина смотрелась круто.

– Симпатичная, – одобрил Игорь и выпустил вверх колечко кальянного дыма. – Теперь понимаю, почему Ленка так бесится.

Илья только довольно усмехнулся – план удался. Гоша сто процентов расскажет все в мельчайших подробностях Аньке, а та Ленке. И они будут визжать и беситься, потому что Илья был явно не из тех парней, что ставят фотографию своей девушки на заставку в телефоне, а для Кристины сделал исключение.

И от мысли, что Лена будет вне себя от ярости, узнав, что у него появилась девушка, которая убирается у него дома, ходит на каток и с которой у него все серьезно, Илья испытал моральное удовлетворение. В конце концов, это небольшая компенсация за то, что она сделала.

Проболтав еще час, парни начали собираться по домам. Игорь звал Илью в кино вместе с ним и Аней, но Смирнов вежливо отказался.

В метро прыгать не хотелось, и Илья неспешно побрел по заснеженным улицам в сторону дома. Было свежо, но не так холодно, как в пятницу. Настроение было приподнятым. И ему даже подумалось пойти на каток, все-таки на часах всего восемь вечера – детское время.

Телефон вдруг зазвонил, и Илья подумал, что надо бы удалить фото Кристины с заставки.

– Привет.

– Засранец ты, а не брат, – вместо приветствия сказал Антон. – Где тебя носит? Я уже двадцать минут звоню тебе в дверь, в «телеге» сообщениями закидываю. Стою тут, как бедный родственник, у подъезда и, чтоб ты знал, замерз, как собака.

– Что ты делаешь у моего подъезда? – Илья настолько растерялся, что даже не смог как-то ответить на Тохин наезд. А еще он не понимал, почему все вокруг ходят к нему, когда им вздумается, без всякого предупреждения. Не дом, а проходной двор.

– Я тебе вчера написал, что приеду! Если бы ты читал мои сообщения…

– Тох, сорян, замотался.

– Это я уже слышал, – обиженно сказал брат. – Ты скоро дома будешь?

– Минут через двадцать, – прикинул Илья. – Пятнадцать, – решил он, ускоряя шаг. – Я тебе сообщением скину код от двери, поднимайся на третий этаж, не мерзни.

По-хорошему, братца бы проучить, но Илью терзала совесть. Мало того, что он так и не перезвонил Тохе, хотя обещал, он еще и игнорировал его второй день. Даже уведомления не просматривал. А с другой стороны, теперь он будет знать, как приезжать без приглашения.

И все же Илья торопливо шагал в сторону дома. Некстати вспомнилось, как Антон отказался лететь с родителями кататься на лыжах и остался в Москве, чтобы через весь город кататься к нему в больницу. Не то чтобы Илья тогда нуждался в компании, он даже не слушал то, что Антон ему рассказывал, но было приятно, что он рядом. Что он не один.

Мама прилетела позже, а отец… Илья скривился – единственный визит отца в больницу до сих пор вспоминать было тошно. Лучше бы вообще не приходил. Козел.

Илья посмотрел на высокий дом и улыбнулся. Что же, приятно, что вопреки словам отца он не приполз к нему с просьбами о помощи, а справился сам. Может, не приди он тогда, Илье бы так и не хватило духу перейти последнюю черту и прекратить их общение, а сейчас он был свободен, и его жизнь зависела только от него самого.

– Чего такой радостный? – проворчал Тоха, увидев, как он, улыбаясь, поднимается по лестнице.

– Соскучился, братиш.

Только увидев нахохлившегося Антона, с красным от холода носом, Илья понял, как сильно скучал по нему. Не сдержавшись, он, как когда-то давно, взъерошил блондинистую макушку брата, отметив, что Антон высокий, почти с него ростом. И почему он заметил это только сейчас?

– Так соскучился, что на сообщения не отвечаешь, – завредничал Антон, уворачиваясь от его руки и проскальзывая в квартиру.

Он продолжал брюзжать, раздеваясь, а Илья пытался вспомнить, когда они виделись в последний раз. Кажется, тогда было еще лето. Он наблюдал, как Антон выпутывается из модного пальто оверсайз, и думал, что брат прав. Последние два года они мало общались, и это была его вина.

После ссоры с отцом он отдалился от всей семьи, в том числе и от Антона, хотя ни к нему, ни к дяде с тетей у него никаких претензий не было.

Он снял с себя куртку и уже собирался повесить ее в шкаф, но Антон перехватил ее и тут же натянул на себя.

– Блин, какой шикарный цвет, – завистливо вздохнул он, рассматривая себя в зеркало. – Классная. Кстати, на мне тоже ничего так сидит.

– В плечах велика, – хмыкнул Илья, кивнув в сторону шкафа. – Хорош с ней обниматься, пошли кофе пить.

– Жлоб, – буркнул Антон, убирая куртку.

Илья выразительно посмотрел на него, без слов напоминая о том, что в свое время добрая половина его гардероба утекала именно к Тохе. Тот если и смутился, то виду не подал. Одернув кардиган, который весной выклянчил у Ильи, он залез в рюкзак и вытащил оттуда подарочный пакет.

– На.

Илья заглянул в пакет, а потом с недоумением посмотрел на брата. В качестве подарка на новоселье Антон преподнес ему вазу в виде половины мужской головы. Выглядело, мягко говоря, странно.

– Это могла быть прекрасная картина, но ты же не соизволил прислать мне фотки, – напомнил Антон. – Так что вот тебе пустая голова. Будет стоять на полке и с молчаливым укором взирать на тебя за то, что забыл про братишку. Вот так вот. А еще она белая, в любой интерьер впишется.

– Язва, – усмехнулся Илья, решив, что ни за что этот ужас держать в доме не будет.

– И я хочу увидеть место, которое ты ей отведешь, – тут же сказал Антон. – Что-то достойное любимого брата.

Он противно захихикал, наслаждаясь выражением лица Ильи, а потом случайно смахнул со столика в прихожей декоративное блюдце с ключами и прочей мелочовкой. Благо оно было металлическим и не разбилось. Теперь смеялся уже Илья, глядя, как Антон ползает по полу, собирая рассыпавшиеся ключи, карточки и монетки.

Некоторые вещи не меняются. Тоха был одинаково неуклюжим что в пять, что в двадцать лет.

– О, а это че такое?

Антон отодвинул от стены пуфик и вытащил знакомый Илье нежно-розовый шопер. Бесцеремонно заглянув внутрь, он с удивлением уставился на Илью.

– С каких это пор ты учишь латынь? И главное, зачем?

– Это не мое.

Илья забрал у Антона шопер и тоже заглянул внутрь. Учебник, пара тетрадей и какая-то фигня типа ручек и прочего. Наверное, он вчера завалился за пуф, а Кристина так плохо себя чувствовала, что даже не вспомнила про него. Вот балда! Ей же к контрольной готовиться. Странно, что она до сих пор не написала и не позвонила ему. А может, ей настолько плохо, что она еще не заметила пропажу?

В любом случае это ее проблемы.

– А чье? – подозрительно спросил Антон. – Ленка-коленка решила призвать дьявола в надежде, что он даст ей мозги?

Илья прыснул, услышав прозвище, которое Антон с лету дал его бывшей, отыскав ее профиль в «инсте»  и выяснив, что у нее фамилия Коленина. Забавно, что, изучив всю ее страничку в соцсетях вдоль и поперек, Антон пришел к выводу, что она самовлюбленная дура. Илья тогда не обратил внимания на его слова, а зря. Брат мог казаться нелепым и даже поверхностным, но было у него какое-то чутье на людей. Он безошибочно определял «свой» или «не свой» и легко мог найти подход к кому угодно.

– Я расстался с Ленкой. Еще два месяца назад. – Илья вдруг сообразил, что так и не сказал об этом Антону.

– И ты молчал?! Я бы взял шампанское! – Антон едва ли не подпрыгнул от радости. – А я тебе говорил, что эта швабра провинциальная тебе не ровня! У тебя есть что выпить?

– Кофе, – подмигнул Илья.

– Пойдет.

Антон протиснулся мимо брата и пошел искать, куда бы ему пристроить вазу, которую он трепетно прижимал к груди.

– Хорошо, что картину не купил, она бы не вписалась, – похвалил себя парень, водружая голову на книжную полку напротив дивана, где Илья обычно работал. – Будешь сидеть на диване и думать обо мне. А теперь проведи мне экскурсию и расскажи уже, откуда у тебя дома учебник по латыни. Да еще и такой откровенно девчачий шопер? Завел роман со студенткой? Надеюсь, ей есть восемнадцать?

Илья провел брата по квартире, параллельно рассказывая ему про их с Кристиной знакомство и эпопею с уборками. Антон то восхищенно разглядывал его спальню, то возмущался, что Илья грубиян.

– Я бы на ее месте послал тебя, – вынес вердикт Антон, когда они уже сидели на кухне, попивая кофе. – Нет, серьезно, мало того, что наорал на нее ни за что ни про что…

– Она испортила мне куртку, – напомнил Илья.

– Ну так случайно же! Она же не сидела в засаде в ТЦ, высматривая самого модного парня в районе, чтобы облить кофе его любимую, – он противно выделил голосом последнее слово, – курточку. А тебе еще хватило наглости требовать с нее деньги! Иля, так нельзя!

Илья поморщился от ненавистного «Иля». Антон называл его так с того самого момента, как научился говорить. Причем заговорил он поздно, в четыре года, но с тех пор его было не заткнуть.

– Не называй меня так, – напомнил он в миллионный раз. – И я не просил у нее денег!

– А, точно, ты заставил ее отрабатывать натурой, это, конечно, гораздо лучше. Не стыдно тебе? Куртке этой сто лет в обед, ты ее купил на первый серьезный гонорар и вообще уже давно мог бы выкинуть. Ну, или мне отдать. Знаешь, это карма. Вот если бы ты прошлым летом отдал ее мне…

Илья отключился от ворчания братца, погрузившись в мысли о Кристине и куртке, которую заставил ее выкинуть. Он не стал рассказывать Антону про мерзкое прозвище, которым обозвала его Кристинина подружка, или с кем она там болтала, да и он все равно не понял бы. Во-первых, Тоха был самым отходчивым и беззлобным человеком, какого только встречал Илья. Да, много жаловался, но на самом деле никогда ни на кого серьезно не злился. А во‑вторых, откуда ему было знать, каково это жить с ощущением, что на тебя постоянно смотрят с жалостью или сочувствием. Или, в случае с Кристиной, с испугом.

И все же Антон был прав, он явно переборщил.

– Да блин, Тох, тупо вышло. Я поругался с клинингом, думал, где найти уборщицу. А тут Кристина и…

– Ты просто воспользовался бедной девочкой, напугав ее своей злобной рожей, – подвел черту Антон. – И нечего так на меня смотреть, на меня это не действует.

– Слушай, я не виноват в том, что мое лицо…

– Да я не про твои шрамы! – отрезал Антон. – Я про то, что ты вечно пыришься, как маньяк. Кстати, я заметил, что у некоторых людей с серыми глазами взгляд как будто стеклянный иногда, и это прям бр-р-р… у меня препод в унике как зыркнет, сразу сердце в пятки. – Антон передернул плечами. – Короче, надо тебе извиниться перед этой Кристиной, вот что.

Илья чуть кофе не поперхнулся. То, что он признал, что слегка перегнул палку, не означало, что он будет извиняться. Если кому и извиняться, так Кристине, которая сплетничала про него и обзывалась за глаза.

И вообще, он вчера пожалел ее и отвез домой. Хватит с нее и этого.

Он хотел было уже начать спорить с Антоном, как вдруг телефон буквально разорвало от сообщений. Сообщения от Лукина сыпались одно за другим, экран лежавшего на столе телефона загорался, а Антон, вытаращив глаза, смотрел на заставку на его телефоне. Илья выругался про себя. Как он мог забыть убрать фотку Кристины с заставки?!

– Я так понимаю, это и есть Кристина, – многозначительно протянул Антон. – Интересные у тебя техники соблазнения, братиш. Перемой мою хату и влюбись?

Илья вздохнул, осознав, что теперь ему не отвертеться и придется рассказать про визит Ленки со всеми вытекающими, иначе брат не отстанет. Заодно он рассказал про то, как Кристина пришла к нему больная и он отвез ее домой. В итоге получилось, что Тоха узнал все, кроме истории про каток.

– То есть няшка-милашка Кристина заступилась за тебя перед Ленкой-коленкой, а ты в качестве благодарности пригнал ее на очередную уборку и исподтишка сфотографировал, чтобы использовать не только ее рабский труд, но и ее лицо в своих грязных целях?! Илья, разбуди совесть! Теперь мы просто обязаны отвезти ей учебник.

Илья нахмурился, переваривая обличительную речь брата. Почему-то в его собственной голове все выглядело не так неприятно, а теперь совесть противно шебуршилась где-то внутри, противным голосочком нашептывая, что Тоха прав, а он, Илья, ведет себя как самый настоящий засранец. Но признаваться в этом он не собирался.

– Я выпил, – наконец сказал он.

– Я отвезу, – парировал Антон.

– Я не дам тебе свою машину, даже не мечтай.

– Ой, да кому ты нужен, я каршеринг возьму, – отмахнулся Тоха. – Батя тоже мне машину не дает после того, как я дверь помял, так что я уже полгода на карше катаюсь. Короче, пиши Кристине, что привезешь ей учебники.

Илья хотел начать спорить, но не стал. Антон был прав – он некрасиво вел себя с Кристиной, и даже если она уже обнаружила пропажу учебника, могла не решиться ему написать. Дура.

– Ладно, – согласился Илья, быстро набирая Кристине сообщение.

«Привет. Нашел у себя твой учебник. Завезу через полчаса».

– Илья, ну фу. – Антон заглянул через плечо в его телефон. – Что за приказной тон? Не завезу, а удобно будет, если завезу?

Илья не стал ничего исправлять и отправил так, щелкнув любопытного братца по носу.

– Ты так никогда себе нормальную девушку не найдешь, – вздохнул Антон. – Хамло.

* * *

Илья усмехнулся, глядя на то, как Антон криво паркуется в трех метрах от подъезда Кристины, пытаясь впихнуться в узкий зазор между двумя машинами. Чуть дальше было прекрасное широкое место, но любопытный братец во что бы то ни стало хотел увидеть Кристину. Которая, кстати, больно долго спускалась.

Илья недовольно цокнул, потянувшись за сигаретами, но тут дверь подъезда запищала и открылась.

– Здрас… – Кристина поморщилась и исправилась: – Привет.

– Привет. – Илья вспомнил напутствия Антона и улыбнулся краешком губ.

Кристина неловко переминалась с ноги на ногу, кутаясь в огромный шарф, которым замоталась едва ли не по глаза, пряча облезший и покрасневший от бесконечного сморкания нос. Она смотрела то на Илью, то на розовый шопер, висевший у него на плече, но ничего не говорила. Неужели Антон прав и он так сильно ее запугал?

– Как себя чувствуешь?

Кристина явно не ожидала, что он будет справляться о ее здоровье. Она удивленно посмотрела на него, а потом чихнула так звонко, что Илья вздрогнул.

– Я так понимаю, что не очень.

– Нет, мне уже лучше, – замотала головой Кристина. – Правда. Спасибо за лекарства и за то, что привезли учебник. Простите за беспокойство и…

– Все в порядке, я все равно ехал мимо, – соврал Илья, отмечая, что она опять «выкает».

Вдруг Илью охватила несвойственная ему неловкость. Илья не знал, в том ли дело, что за ним следит Антон, или во взгляде Кристины. Она смотрела на него с таким восхищением в лихорадочно блестящих от температуры глазах, что чувство вины, до этого чуть покалывающее изнутри, стало буквально пинать его в ребра.

Он стянул с плеча шопер и протянул Кристине. Она перехватила тряпичные ручки, задев его холодные пальцы своими обжигающе горячими. У нее все еще была температура. Она опять уставилась на него каким-то странным взглядом, который Илья не мог расшифровать. Раньше она так на него не смотрела.

– Спасибо, – улыбнулась девушка. – Насчет следующей уборки…

– Поговорим, когда выздоровеешь, – перебил Илья. – Иди домой и лечись.

– Ладно. Еще раз спасибо.

– Не за что, – отмахнулся Илья, разворачиваясь к машине. – Удачи с латынью, – бросил он, не глядя на нее.

Идя к машине, из окна которой на него пялился Антон, Илья думал о том, что снова говорил с Кристиной в приказном тоне. Не вовремя проснувшаяся совесть скрутила желудок, подсовывая мысли о том, что надо быть добрее к людям. Может, не ко всем, но к Кристине точно.

– У тебя что, несварение от добрых дел? – съехидничал Антон, когда Илья сел в машину. – Что за кислая рожа?

– Не хочу признавать, что ты прав, – сознался Илья, глядя прямо пред собой.

Антону хотелось сказать что-нибудь насмешливое и насладиться своим триумфом, но он сдержался. Главное, что он, кажется, достучался до брата, который становился все более мрачным и замкнутым. Антон думал, что со временем это пройдет само, но Илья как будто все глубже уходил в себя, становясь все более враждебным по отношению к окружающим. Поэтому Тоха молча вел машину, стараясь даже не смотреть на брата, который явно задумался о чем-то своем.

– Ну, я поеду? – улыбнулся Тоха, когда они остановились у дома Ильи.

– Может, по кофе? – вдруг предложил Илья.

Глава 7 До встречи с тобой

Кристина сидела на стуле в коридоре, быстро печатая Ирке ответы. Как она и предрекала, подруга не подготовилась к контролю, и теперь вся ее надежда была на Крис, которая самой первой сдала работу и была отпущена домой с пожеланием поскорее выздоравливать.

Натянув повыше маску, которую надела, чтобы не заражать окружающих, Кристина уткнулась в телефон, мечтая поскорее решить Иркин вариант и свалить домой. Температуры уже не было, но нос был забит так, что дышать получалось только ртом, да и в целом состояние было какое-то разбитое. Прав был папа – надо было вчера отлеживаться, а не готовиться к дурацкой латыни. Даже если бы она написала недостаточно хорошо, можно было бы забить на автомат и прийти на экзамен. А с другой стороны, очень не хотелось расстраивать Игоря Евгеньевича – почему-то Кристине казалось, что если она напишет не на «отлично», то разочарует старенького преподавателя. Этого ей не хотелось.

– Ты еще не ушла?

Кристина едва ли не выронила телефон от неожиданности. Вскинув лицо вверх, она увидела Толика, который весело ей улыбался.

– Помогаю Ирке, – созналась Кристина. – Сейчас уже пойду, три вопроса осталось.

– Помочь? – Толик присел на соседний стул. – Какой у нее вариант?

– Третий.

– О, давай я сделаю, у меня как раз третий был.

Кристина засомневалась всего на мгновение, а потом отдала телефон Толику. Во-первых, у нее уже резало в глазах от напряжения, а во‑вторых, после провала на последней контрольной Толик зубрил латынь, как маньяк. Он тоже метил в краснодипломники и был вторым на курсе после нее. Откинувшись назад, Крис привалилась затылком к стене и закрыла глаза, давая им отдых.

– Кстати, спасибо за учебник, – поблагодарила она.

– Не вопрос, – отозвался Толик.

Кристина улыбнулась – у Толика на все один ответ. Классный он парень: открытый, добрый, всегда готовый прийти на помощь. В общем, рубаха-парень, как сказала бы ее мама. И идеальный староста.

Когда она поняла, что забыла учебник по латыни у Ильи, то запаниковала и начала искать в интернете, где его, конечно же, не было. Тогда она долго решалась написать Илье, но потом поняла, что все равно слишком плохо себя чувствует, чтобы ехать к нему. Можно было, конечно, попросить папу ее отвезти, но он тут же стал бы выяснять, как так вышло, что ее учебник оказался у этого странного типа. Она отбросила эту идею и написала в чат группы.

Толик тут же вызвался прислать ей сканы нужных страниц, за что Кристина была ему очень благодарна. Но на этом приятности не закончились – вечером Илья сам написал ей, что завезет учебник. Это было так мило и неожиданно, особенно после того, как он дал ей лекарства и отвез домой, что Кристина совсем растерялась.

С чего вдруг такая доброта? Может, теории Иры не такие уж и бредовые и она нравится Илье? Можно было бы списать все на банальную вежливость, но Илья явно ею не отличался. По крайней мере, до встречи на катке он только и делал, что грубил. А тут такое. Отчаянно хотелось обсудить это с Ирой, но Кристина пока сдерживалась.

Скорее всего, это просто ее больные фантазии и Илье она не нравится. Наверное, он просто пожалел ее, и все. А она тут уже выдумала себе бог знает что.

И все же Ира права – она обязательно должна пойти к нему на уборку и присмотреться к его поведению. Надо скорее встать на ноги. А еще сделать питательную маску, чтобы убрать шелушение на носу.

– Я все.

Кристина открыла глаза и улыбнулась Толику, который протягивал ей телефон.

– Ну что, пошли? – Он встал и подал ей руку, помогая встать. – Ты до метро?

– Не, – помотала головой девушка. – Папа сказал не мотаться по улице и вызвать такси.

– Ну и правильно, – согласился Толик. – Там холодно, еще и ветер жуткий.

Они вместе вышли из универа, обсуждая предстоящие зачеты, и как-то незаметно Толик пошел вместе с Кристиной ждать такси.

– Кстати, во втором семестре будет конкурс научных проектов… не хочешь вместе поучаствовать? – вдруг сказал парень.

Кристина задумалась. Она слышала про конкурс и собиралась в нем поучаствовать. Ира, скорее всего, откажется либо будет пытаться набиться в пару к Никите, так что Толик был для нее лучшим партнером.

– Я спрошу у Ирки, и если она не будет участвовать, то давай вместе, – сказала она наконец.

– Просто подумай о том, что со мной будешь работать пятьдесят на пятьдесят, а с Иркой тебе придется все делать за нее, – хитро подмигнул Толик. – Как партнер по проекту я сто процентов выигрываю.

– Знаешь, чем заманить ботанку? – хихикнула Кристина.

– Ты не ботанка, – отмахнулся Толик. – Просто ответственная и старательная. Мне было бы приятно поработать с тобой.

– Ладно, я подумаю, – пообещала Кристина, сверяя номера подъезжавшей машины с данными из приложения.

– Ловлю на слове! – Толик помахал ей рукой, наблюдая, как она садится в такси, а потом пошел в сторону студгородка.

Кристина растеклась на заднем сиденье, радуясь, что ехать недолго – пробок еще не было, да и жила она недалеко от универа. Девушка уже почти провалилась в какое-то забытье, когда в кармане пикнул телефон.

Она глянула на экран, и сонливость как рукой сняло. Ей писал Илья.

«Ну что, сдала свою латынь?»

* * *

Василий Дмитриевич с улыбкой наблюдал за перуанскими плясками своей дочери.

– Кто красавчик? Я красавчик, – пританцовывала Кристина, сжимая в руке телефон. – Минус один экзамен, парам-пам-пам!

– Молодец, доча, – похвалили отец.

– Ой, порадую бабулю, – тут же отозвалась мама, вытаскивая телефон. – Мам, привет, а Кристи…

Девушка пошла на кухню, решив отметить свой триумф булочкой с маком. Она перебрасывалась сообщениями с Иркой, которая засыпала ее благодарностями за помощь с контрольной. Никита жаловался в групповом чате, что написал на хилую тройку и что Игорь Евгеньевич явно занизил оценку. Ирка тут же яро бросилась его поддерживать, а Кристина только тихо посмеивалась, удивляясь тому, как легко не замечать недостатков человека, который тебе нравится. Никита не особо заморачивался с учебой, куда больше времени уделяя тренировкам и подбору спортивного питания. Ира же бессовестно его идеализировала, и доводы Кристины были ей по барабану.

Хотя сама она делала так же. Ира в свое время говорила ей, что Артем со странностями, но она не слушала. Он казался ей таким хорошим и порядочным, надежным. А еще очень красивым. Надев розовые очки, Крис не замечала, что он частенько врет по мелочам, и, уж конечно, не предполагала, что он способен на подлые поступки.

Девушка залипла, глядя на булку в своих руках. Временами ей казалось, что она уже отпустила ту историю. Но нет. Аппетит пропал, а желудок сдавила старая обида то ли на Артема, то ли на себя за то, что была такой наивной дурой. Кристина убрала булку обратно в бумажный пакет и пошла в гостиную к родителям, надеясь, что разговоры с ними отвлекут от неприятных мыслей.

Телефон в кармане пикнул. Крис глянула на экран и увидела уведомление о зачислении средств с коротким сообщением: «Побалуй себя». Бабуля была в своем репертуаре.

– Ба опять кинула в меня деньгами, – пожаловалась она родителям. – Мам, скажи ей, чтобы прекратила, мне неловко, что меня спонсирует пенсионерка.

– Я уже говорила ей, что она тебя слишком балует, – поджала губы мать. – Она не слушает.

– Интересно, и в кого она такая упрямая? – хохотнул отец, похлопывая маму по плечу. – Да ладно тебе, Кристи, старушка просто хочет порадовать тебя. Сходи с подружкой в кафе или купи себе чего-нибудь.

– Пусть долечится сначала.

– Раз скачет, значит, уже не болеет, – подмигнул Кристине папа. – Нечего дома киснуть.

Родители начали спорить, а Кристина ретировалась к себе. Папа был прав – дома сидеть сил уже не было. Кристина решила, что завтра пойдет в универ. Во-первых, семинар по анатомии, а во‑вторых, вечером она собиралась пойти на уборку к Илье. С самого понедельника, когда он написал ей про латынь, она не находила себе места, пытаясь понять, с чего это вдруг Илья интересуется ее учебой. Точнее, как сказала Ира, не учебой, а ею.

Взгляд девушки зацепился за противовирусное, которое она допила еще вчера, но так и не выкинула пустой блистер из-под таблеток. Интересно, откуда у Ильи таблетки из Германии? Он там отдыхал? Или ездил по работе? А может, у него там родственники?

Чутье подсказывало Кристине, что спрашивать об этом не стоит – все равно не ответит. Максимум зыркнет на нее как обычно. Девушка улыбнулась этой мысли. Илья мог сколько угодно злобно смотреть на нее, но она уже выяснила, что он не такой гоблин, каким пытается показаться. Будь он совсем злобным, разве стал бы кормить ее лекарствами и подвозить до дома? А потом еще и сумку возвращать.

Кристина плюхнулась на кровать, продолжая думать об Илье. Она снова вспомнила дверь в спальне, которую он так ни разу при ней и не открыл. Интересно, что там? Может ли там быть что-то такое, о чем ей не стоит знать? Что-то противозаконное, например. Эта идея ей не понравилась, и она решила, что он прячет там что-то суперличное.

Кристине теперь хотелось узнать об Илье все, и она решила, что во время следующей уборки будет внимательнее. Вдруг заметит что-то необычное? Хотя у Ильи в квартире не было вообще ничего, что могло бы рассказать о нем как о человеке. Ни фоток, ни наград, ни дурацких магнитиков на холодильнике.

– И все же… что-то должно быть…

Кристина изо всех сил напрягала память, пытаясь вспомнить все мелочи, которые могли что-то рассказать об Илье.

В шкафу в прихожей висит дорогущая брендовая одежда, раз. Он хорошо катается на коньках, два. Не пьет чай, не ест сладкое, три. Питается в основном доставками – в холодильнике почти нет еды, только какие-то овощи и зеленые яблоки, зато в мусорном ведре часто бывают лотки из доставки. Работает явно из дома, возможно, что-то связанное с маркетингом. Опять же, если он работает по специальности.

Из необычного: он никогда не пьет дважды из одной чашки. Это она вычислила по тому, что за два дня между уборками у него всегда набиралась полная посудомойка чашек.

– Странный тип, – подытожила Кристина.

С самой первой их встречи ничего не изменилось. Она почти ничего не знала о нем, но была полна решимости это изменить, а заодно разобраться, с чего это вдруг Илья сменил гнев на милость. Она быстро напечатала сообщение.

«Привет. Я выздоровела. Завтра готова прийти. В 19, как обычно?»

«Привет, да».

Кристина закусила губу. Немногословен, как всегда.

– Гоблин, – весело фыркнула она, убирая телефон.

* * *

Кристина оторопело смотрела на безголовую вазу, появившуюся в гостиной за ту неделю, что она болела, и пыталась понять, что все это значит. У Ильи явно специфические вкусы, раз он выбрал нечто подобное в качестве декора, да еще и поставил прямо напротив своего рабочего места, будто для того, чтобы наслаждаться. Некстати вспомнились теории Ирки, что в запертой комнате Илья хранит части тел своих жертв.

С трудом сдержав смешок, Кристина сняла вазу с полки, чтобы протереть пыль.

– Буду премного благодарен, если ты ее «случайно» разобьешь.

Кристина обернулась на голос Ильи. Он уже привычно сидел на диване в обнимку с ноутбуком, но сейчас не печатал, а смотрел на нее.

– Тоже подарок от бывшей? – с сомнением спросила Кристина.

– Хуже. От любимого брата. Так что можешь с ней не церемониться.

Кристина хмыкнула, аккуратно водружая вазу на место. Теперь она знает, что у Ильи есть брат. Неплохо. Жутко хотелось расспросить про него, раз уж Илья сам о нем упомянул, но было как-то боязно. А с другой стороны, кто не рискует, тот так себе сыщик.

– А брат младший или старший? – робко спросила она.

– Младший, двоюродный и совершенно чокнутый.

Илья вспомнил, как Антон чихвостил его за то, что он эксплуатирует Кристину, и настаивал на том, что Илья просто обязан ей платить. Илья упирался больше из вредности, потому что на самом деле всегда придерживался мнения, что любой труд должен быть оплачен. А еще ему до сих пор было не по себе от того, что она пришла к нему больной, потому что испугалась сказать, что простыла.

Если Кристина продолжит убираться у него, то только на добровольной основе и за достойную плату. Хотя на кой черт ей это нужно? Она студентка, ей девятнадцать, наверняка у нее на уме одни тусовки да пацаны.

Илья с ноткой самодовольства вспомнил, как взволнованно Кристина смотрела на него на катке до того, как он снял балаклаву. Наверняка думала, что он к ней подкатит. А ведь если бы его лицо было прежним, она бы точно не устояла, как и другие.

Воспоминания о прошлом привычно обожгли что-то в груди, и Илья напомнил себе слова врача, которые она так часто ему повторяла: «История не терпит сослагательного наклонения». Нельзя думать «а что, если…». Есть как есть, надо оперировать фактами. А факт в том, что он настолько стремный, что Кристина ходит к нему из страха. И если он сейчас скажет ей, что долг списан, она свалит в закат. И правильно сделает.

Давно пора было.

– Эм, – тихо кашлянула Кристина, вдруг оказавшись совсем рядом. – Можешь, пожалуйста, убрать ноги – я хочу протереть стол.

Илья с удовольствием отметил, что она впервые без запинки заговорила с ним на «ты». И глаза не бегают, смотрит на него спокойно. Мелочь, а приятно. Он послушно опустил ноги на пол, делая вид, что высматривает что-то на экране ноута, незаметно поглядывая на девушку.

Сегодня она пришла с распущенными волосами, хотя до этого постоянно собирала их в высокий хвост. Они красивыми волнами рассыпались по плечам, доходя до середины спины. Илья засмотрелся на них – ему всегда нравились девушки с длинными волосами натурального цвета. В его прошлом окружении это была редкость, а сейчас у него вообще никакого окружения не было. Ленка красилась в холодный, как ее сердце, блонд, а девушка Гоши была крашеной рыжей. Причем рыжий ей совсем не подходил.

Кто-то умный сказал, что лучше всего смотрится натуральный цвет. Типа природе лучше знать. Илья раньше частенько спорил насчет этого, но сейчас, глядя на Кристину, не смог не согласиться. Темно-каштановый цвет красиво и даже как-то благородно контрастировал с бледной кожей. Наверняка летом у нее появляются веснушки, придавая лицу задорный вид.

Илья переместил взгляд ниже, зацепившись за кисти рук. Кристина явно недолюбливала перчатки – кожа на руках была чуть обветренной, но зато какие у нее были пальцы: тонкие, изящные, с аккуратными короткими ногтями.

Девушка чуть подалась вперед, пытаясь дотянуться до середины большого журнального стола, и Илья с интересом посмотрел на ее пятую точку. Либо Кристина крепко дружит с залом, либо выиграла генетическую лотерею – фигура у нее была что надо. Да и на лицо она была очень симпа- тичной.

Илья отвел взгляд, чувствуя, что его несет совсем куда-то не туда. Разозлившись на себя за то, что пялится на Кристину, парень вскочил с дивана и прошелся по комнате. Наткнувшись взглядом на вазу – подарок Антона, он в очередной раз подумал, что она его бесит. Чем дольше он смотрел на нее, тем больше смысла видел в отсутствии головы.

– Я все.

Илья резко обернулся и пристально посмотрел на Кристину. Согласится или нет?

– Хочешь кофе? – выпалил он, не оставляя себе времени передумать.

– Да, можно, – немного нервно улыбнулась Кристина.

Внутри все затрепетало от радости – она даже не мечтала о таком. Илья зовет ее пить кофе, вместо того чтобы просто попрощаться, как обычно. Она пошла за ним на кухню, а потом, окончательно осмелев, спросила:

– Тебе нравится, как я убралась сегодня?

Илья ткнул в кнопку на кофемашине, а потом повернулся к ней.

– Да. – Он хитро прищурился. – Неплохо.

Первый раз это «неплохо» не разозлило Кристину, потому что Илья явно подшучивал над ней. Было даже как-то приятно. У них появилась своя шутка.

– С молоком или без?

– С молоком.

Илья отвернулся, чтобы взбить для нее молоко, а она рассматривала его спину. Он был высоким, широкоплечим, но каким-то худоватым, телосложением напоминая эльфа из фэнтези, которым Крис зачитывалась лет в пятнадцать. Она обратила внимание на шрам, выглядывающий из-под края рукава футболки. Очевидно, он тянулся вверх к плечу. Стало не по себе. Сколько же у Ильи шрамов?

– Почему ты продолжаешь ходить ко мне убираться?

Кристина вся обмерла от этого внезапного вопроса.

– Мне все еще стыдно, что я испортила твою куртку, – сказала она наконец правду.

Илья вылил шот кофе в высокий стакан со взбитой молочной пеной и протянул ей. Кристина неловко пристроилась на высоком стуле и обхватила руками стакан.

– У меня нет сахара, ничего?

Илья вспомнил, как Антон ворчал, что купит ему мешок сахара для гостей.

– Ничего, кофе и без него вкусный, – улыбнулась Кристина, делая большой глоток. Крепкий, вкусный, с нежной молочной пенкой – просто идеальный.

– Насчет куртки… я тогда психанул, потому что день с самого утра пошел по одному месту, а еще я сразу понял, что ее не спасти. А это была моя счастливая куртка, – признался Илья. – Совпадение или нет, но каждый раз, когда я ее надевал, она приносила мне удачу. До встречи с тобой.

– Прос…

– Прекрати извиняться, – отмахнулся Илья. – Ты уже три недели драишь мою квартиру, мы явно в расчете. Плюс, судя по тому, что куртке пришел конец, вся удача из нее вышла.

Кристина потупила взгляд, все равно испытывая смущение, и выпила еще кофе. Он приятно согревал изнутри, как и то, что Илья явно больше на нее не злился. И все же было неловко.

– Спасибо за кофе.

Кристина кинула на него взгляд из-под ресниц. На самом деле когда он не смотрел на нее, как на дуру, то казался очень даже симпатичным, несмотря на шрамы. Она даже как-то привыкла к ним и особо не обращала внимания, зато отметила, что взгляд его стал немного теплее.

Кристина спряталась за стаканом с кофе, боясь, что покраснеет и выдаст себя с головой. Ее отношение к Илье как-то резко вышло за рамки «он неприятный тип, у которого я убираюсь, потому что боюсь, что он меня убьет», сменившись повышенным интересом к его неприветливой персоне.

Стыдно было думать о том, что, убираясь в его спальне, она перенюхала все его духи – и они пахли обалденно. А она больная фетишистка. Чувствуя, как кровь приливает к лицу, Кристина попыталась переключиться на более безопасные мысли и мысленно вернулась к словам Ильи про «мы явно в расчете».

Значит ли это, что ей больше не надо приходить к нему? Мило, конечно, но почему так не вовремя? Только она решила, что хочет узнать его получше, как он решил освободить ее от трудовой повинности?

– Я тут подумал, – начал было Илья. – Не хочешь продолжить убираться у меня за деньги?

Это предложение застало Кристину врасплох. Она уставилась на Илью, пытаясь понять, почему он ей это предложил? В душе шевельнулось безумное предположение, что он тоже не хочет с ней расставаться, потому что она ему симпатична.

– А я думала, тебе не нравится, как я убираюсь, – пролепетала она, смутившись собственных безумных фантазий.

Илья понял, что она явно напрашивается на комплимент, но решил не поддаваться на провокацию.

– Не люблю посторонних в доме. Не хочу связываться с клинингом.

– А я…

– С тобой я уже смирился.

Глава 8 Хрупкие ростки симпатии

– Кристина, сделай что-нибудь, – шипела Ирка, едва ли не перепрыгнув на беговую дорожку подруги.

Она недовольно смотрела на Толика, который хвостом ходил за Никитой, нарушая уже привычный распорядок, где Кристина тренировалась сама по себе, а Ира ходила за Никитой, скорее болтаясь рядом, чем реально что-то делая.

– Что я, по-твоему, должна сделать? – весело спросила Кристина, ускоряясь.

– Забери Толика под свое крыло, чтобы не отсвечивал! С чего его вообще в зал принесло?

У Кристины был тот же вопрос. Ее походы в зал постепенно превращались в балаган. Сначала за ней бегала Ира, потом Ира стала тренироваться с Никитой, но они все равно болтали с ней, пока она пыжилась, пытаясь добить себя выпадами. Теперь, спустя неделю ее болезни, когда она наконец пришла в зал, выяснилось, что Толик тоже сюда ходит. Скоро весь универ начнет ходить в этот зал.

«Кажется, пора покупать абонемент в другое место».

– Ир, я хожу сюда тренироваться, – пропыхтела девушка.

– А вот Толик явно пришел покрасоваться перед тобой, – ядовито заметила Ира. – И растоптать хрупкие ростки нашей с Никитой симпатии.

Кристина не сдержалась и рассмеялась в голос, а потом резко замолчала и уставилась на подругу.

– В смысле покрасоваться передо мной?

– Крис, вот вечно до тебя доходит, как до жирафа, – закатила глаза Ирка. – Толик пялится на тебя на каждой паре. На твои сообщения в чате отвечает со скоростью Флеша, теперь вот решил в твой зал пойти, хотя тяжелее ручки ничего отродясь не держал. Слепой бы заметил, что он запал.

Кристина с сомнением посмотрела на Толика, который с трудом поднимал штангу с двумя тонкими блинами.

– Может, просто подкачаться хочет? – предположила она.

Ира выразительно на нее посмотрела, а Кристина вдруг вспомнила, как Толик предложил ей вместе делать проект. И вообще, он действительно всегда ей помогал.

– Да ну нет, на фиг я ему сдалась, – помотала головой девушка. – Тебе просто везде романтика мерещится.

– Ой, я это насквозь вижу, – начала спорить Ира. – Вот Никита, например, явно мной заинтересовался.

Тут Кристина поспорить не могла: за последние недели общение Иры с Никитой вышло с уровня «привет-пока» на приятный треп после пар по дороге до общаги и в зале. Ира использовала ее болезнь как повод тренироваться вместе с Никитой, и ее настойчивость дала свои плоды. А теперь внимание Никиты захватил Толик, которого невесть зачем принесло в зал.

– А может, Толик знает, что ты нравишься Никите, и просто хочет подружиться со мной, потому что…

– Я не верю в дружбу между парнем и девушкой. Крис, не тупи! Толик явно запал, – продолжила напирать Ирка.

Кристина мысленно подбирала контраргументы, но пустить их в дело не вышло, так как предмет их горячего спора подошел к ним вплотную, облокотившись на дорожку Кристины. Никита заулыбался Ире, а Крис почувствовала себя окруженной со всех сторон.

– Приветики. – Никита широко улыбнулся девушкам, а Толик махнул рукой. – Уже заканчиваете?

– Нет, мы только разминаемся, – мило ответила Ира, расправляя плечи. – Никит, а ты покажешь мне то упражнение, про которое говорил в прошлый раз?

Кристина смутилась от того, как Ира беззастенчиво флиртует с Никитой, и внимательного взгляда Толика, изучавшего то цифры на дисплее ее беговой дорожки, то ее саму. Еще три минуты, и она сбежит на тренажеры. Всего три минуты.

– Девчонки, у метро новый бар открылся, там скидки для студентов. Мы с Толяном хотим группу собрать на тусич, вы как? Пойдете?

– Да, – не задумываясь, выпалила Ира. – Мы пойдем, да, Крис?

– Э-э-э, смотря когда, – уклончиво ответила Кристина. – На следующей неделе коллоквиумы будут, к анатомии еще готовиться и…

Не то чтобы ей не хотелось повеселиться, но кто ж устраивает тусовки, когда на носу зачетная неделя? Последние две недели декабря обещали быть очень напряженными, и бары туда явно не вписываются.

– Давайте в эту субботу? – поддержал Никита. – Чтобы не перед зачетной неделей, а пораньше.

– Супер! Толик, напишешь в чат группы? – предложила Ира.

– Конечно. – Староста улыбнулся, тут же вытаскивая телефон и набирая сообщение.

Кристина смотрела на него и думала, права Ира в своих предположениях или нет. И если права, то как быть с Толиком, который, откровенно говоря, мало ее волновал? А еще надо было как-то соскочить с намечавшейся вечеринки, потому что ей надо готовиться к учебе, на которую по будням оставалось совсем мало времени из-за уборок у Ильи.

И отказываться от них она точно не станет. И дело было вовсе не в деньгах, а в том, что после ее болезни он стал относиться к ней совсем по-другому. Так, как будто она ему нравится. Интересно, какой вердикт бы вынесла Ирка со своей чуйкой на романтические симпатии?

Кристина покосилась на подругу и решила, что пока ничего не расскажет. Ей хватало того, что теперь Илья мило с ней разговаривал. А еще был каток, его предложение убраться за деньги и вкуснейший кофе. Если это не первые «хрупкие ростки симпатии», как говорит Ира, то что тогда?

* * *

Кристина с ужасом посмотрела на экран мобильного. Больше ста сообщений в чате группы и штук двадцать от Ирки, которая не сдавалась, пытаясь затащить ее в новый бар, где помимо скидок для студентов был еще и танцпол. Кристина же хотела выспаться и сделать все дела по учебе, чтобы по максимуму разгрузить следующую неделю и успевать ходить к Илье.

А еще она не хотела болтаться рядом с отчаянно флиртующей Ирой, которая во что бы то ни стало решила окрутить Никиту, который был очень даже «за». А еще ее немного смущал повышенный интерес Толика, на который она не могла закрывать глаза после слов Ирки. Очень не хотелось, чтобы в баре случилось что-то неловкое. Что, если Толик выпьет, осмелеет и начнет подкатывать? А может, она слишком много о себе думает?

Кристина покачала головой, отгоняя эти бредовые мысли, и полезла в чат с Иркой.

«Ир, я пас, сорри. Развлекись за нас обеих))».

Вместо ответа Ира прислала злобный смайлик, без слов обозначив свое отношение к решению Крис. Оставалось надеяться, что в баре все пройдет хорошо, их с Никитой ростки любви превратятся в самые настоящие бамбуковые стебли и она забудет, что обижалась.

Спрятав телефон, Кристина взялась за пылесос. Она таскалась с ним по квартире, думая, как бы ей завести разговор с Ильей. Хотелось снова выпить с ним кофе и немного поболтать, хотя ему явно было не до этого. Он опять спорил с кем-то по телефону.

Кристина никогда не подслушивала намеренно, но иногда Илья так кричал, что до нее доносились обрывки фраз про каких-то немцев, сделку и Лукина, который его достал. Вот и сейчас он был на балконе за закрытой дверью, а у нее рядом гудел пылесос, но она все равно слышала его голос.

– Алексей, я больше не могу по кругу… да, я понял, но… да, хорошо, я сделаю. Да-да, сегодня скорректирую до полуночи.

Илья вылетел с балкона и громко протопал в гостиную. Там он позвонил кому-то еще и потребовал прислать ему последние обновления. Кристина задержалась с пылесосом в прихожей, чтобы не мешать ему разговаривать.

– Хочешь кофе? – вдруг спросил Илья, выходя к ней в прихожую.

– Да, но я еще полы не помыла, – неуверенно сказала девушка, смущаясь.

– Тогда заканчивай и приходи на кухню, – сказал Илья, собираясь включать кофемашину.

Илья ушел на кухню, а Кристина со скоростью звука убрала пылесос и помыла полы с бешено колотящимся сердцем. Он позвал ее пить кофе! Тут и без Ириного чутья очевидно, что он проявляет к ней интерес.

Забежав в ванную, чтобы убедиться, что волосы не растрепались, а лицо не красное, Крис рассматривала свое отражение в начищенном зеркале, радуясь, что стала чуть-чуть подкрашиваться на уборки. Совсем незаметно, чтобы это не выглядело странно, но все же хотелось быть красивой.

От этой мысли щеки стали стремительно розоветь, и Кристина замотала головой, прогоняя ее. Шумно выдохнув, она вышла в коридор и пошла к Илье на кухню. Едва переступив порог, она застыла. На столе стоял стакан с латте и коробочка из ее любимой кондитерской. Кристина оторопело посмотрела на нее, а потом уставилась на Илью.

– Ты же не ешь сладкое, – зачем-то сказала она.

– А ты ешь, – кривовато улыбнулся парень, окончательно повергнув ее в ступор. – Хотел поблагодарить за работу.

Кристина спряталась за стаканом с кофе, чувствуя, что неумолимо краснеет. Это было слишком неожиданно и мило. Он не просто купил эклеры, он купил их в той самой кондитерской. Сердце тяжело стучало в груди от волнения. А когда она осмелилась взглянуть на Илью, то обнаружила, что он очень странно смотрит на нее. Почти не мигая.

Встретившись с ней глазами, он подтолкнул к ней эклеры. Кристина неловко потеребила ленточку, не спеша их открывать. Интересно, это считается свиданием? Если да, то какое-то оно странное. Сидят, молчат и смотрят друг на друга.

– Спасибо, – выдавила она, отпивая кофе. – И за кофе, и за…

– Кристина, я бы хотел тебя кое о чем спросить, – перебил Илья. – Точнее, попросить.

Кристина замерла, так и не открыв коробку с пирожными. Внутри все затрепетало от волнения.

– Тут такое дело. – Илья замялся и не знал, с чего начать. – Помнишь, недавно приходила моя бывшая?

Кристина опешила от постановки вопроса. Как-то не так люди начинают признаваться в чувствах и звать на свидания.

– Да, помню, – осторожно сказала она.

Девушка впервые видела, чтобы Илья мялся и нервничал. Какое-то шестое чувство подсказывало, что он сейчас скажет что-то очень неромантичное.

– В общем, – Илья резко встал из-за стола, а затем снова сел и уставился на Кристину, – у моего друга день рождения двадцать восьмого декабря. Ты можешь пойти туда со мной и прикинуться моей девушкой? Ненадолго! На часик. Я готов тебе за это заплатить.

– Зачем? – сдавленно икнула Кристина, чувствуя, как ее сердце со всеми ее глупыми ожиданиями и фантазиями падает куда-то на дно желудка, захлебываясь в едком соке разочарования и рухнувших надежд.

– Моя бывшая решила, что мы с тобой встречаемся, – продолжил Илья, не замечая, как лицо Кристины побледнело, а глаза наполнились тоской. – И растрепала об этом моим знакомым. А я не стал их разубеждать, потому что, – парень немного смущенно отвел взгляд в сторону, – потому что она меня бесит. И теперь меня очень ждут с тобой на дне рождения. Извини, глупая ситуация… Сможешь выручить? – спросил Илья, с трудом скрывая огромную надежду на помощь Кристины.

– Прости, но у меня уже есть планы на двадцать восьмое. Не получится, – сказала Кристина и тоже отвела взгляд в сторону. – А вообще, это максимально странная ситуация. Попроси кого-нибудь другого.

– Лена, моя бывшая, – пояснил Илья, – видела именно тебя. Поэтому тебя и прошу. Но если не можешь, ок. Ты права, ситуация глупая.

Илья еще продолжал что-то говорить, а Кристине казалось, что в ушах вата, и она слышала его через раз. Сердце все еще ныло от обиды то ли на себя, то ли на Илью. Робкий голос совести шептал, что надо ему помочь. Не стал бы он к ней обращаться, если бы это не было действительно важно. Но только ее взгляд падал на дурацкие эклеры на столе, как внутри все закипало. И она решила, что пусть Илья сам разбирается со своими бывшими.

Она ему не нравится. И глупо было думать, что может понравиться. Он был мил и вежлив, потому что ему нужна была от нее услуга. И кофе предложил тоже из личной выгоды.

Демонстративно съев один эклер, который чуть поперек горла не встал, Кристина мило улыбнулась и пошла собираться домой, решив, что ничего не скажет Ирке. Отчего-то было стыдно. Возможно, от своей глупости и наивности.

Кристина шла через двор Ильи, кусая губы от досады. В голове по кругу крутилась фраза Ильи про «прикинуться его девушкой». Почему это так задело ее? Не так уж и сильно он ей приглянулся, чтобы обижаться. Но в душе все равно противно свербело.

Девушка остановилась, пытаясь найти в сумке гигиеническую помаду до того, как она окончательно сгрызла свои губы, и взгляд упал на красивую вывеску справа. Кристина медленно моргнула и повернулась всем телом к ярко-розовой витрине. И как она раньше ее не замечала? Новая волна обиды накрыла, как цунами, – Илья не искал специально ее любимые эклеры, которые она принесла в первую встречу у него дома. Не было никакого подтекста. Он случайно купил эти эклеры, потому что кондитерская рядом с его домом. А то, что это оказались те самые эклеры, – дурацкое совпадение.

– Ду-у-ура, – медленно протянула Крис. – Наивная дура.

Руки нашарили телефон в кармане. На фиг эту гигиеничку! И Илью на фиг! Хотелось позвонить Ирке и поплакаться, какая она тупица. Но едва подруга ответила, как вместо жалоб Крис выдала совсем другое.

– Я передумала. Пойдем в бар.

* * *

– Кристина, пойдем танцевать? – натянуто улыбнулась Ирка, отпивая от третьего по счету коктейля.

Кристина с готовностью согласилась, мечтая хотя бы на десять минут отделаться от Толика, который весь вечер ходил за ней как приклеенный. Она шла на танцпол вслед за Ирой, жалея, что поддалась импульсу и выбралась в бар. Из всей группы пришло всего семь человек, остальные посливались в последний момент, и теперь она проводила вечер в компании Иры, Никиты, Толика, противной Надьки и Сашки с Катькой. Причем последние зажимались по углам, как малолетки, с того самого момента, как переступили порог бара.

– Как же меня бесит эта рыжая дрянь, – прошипела Ирка, прижимаясь губами к уху Кристины. – Она разве что на колени к нему не села.

– Может, тебе стоило пригласить Никиту танцевать, а не бросать его на съедение хищнице? – хихикнула Кристина, пригубив «Мохито», который тянула уже второй час.

– Ну, нет! Сам пусть зовет, – скуксилась Ирка.

Кристина вздохнула. Ей было обидно за подругу, которая весь вечер отчаянно флиртовала с Никитой, вокруг которого бессовестно вилась рыжая Надя, которая положила на него глаз еще в прошлом году. Кристине она никогда не нравилась, потому что вечно была чем-то недовольна и устраивала конфликты в чате группы. А сегодня она максимально раздражала тем, что планомерно влезала между Ирой и Никитой, который осоловел от пива и женского внимания.

– Давай вместе позовем парней танцевать? – жалобно попросила Ира. – Ты – Толика, а я – Никиту?

Кристина хотела ответить категоричным отказом, но потом посмотрела на столик, где наглая одногруппница уже вовсю щупала бицепсы Никиты, и сдалась. Ира такие надежды возлагала на эту тусовку, так готовилась. Интересно, если бы парни знали, сколько сил девушки ради них прикладывают, это что-то изменило бы?

Вряд ли.

– Все парни – козлы, – резюмировала Ира, опрокидывая в себя остатки коктейля. – Кристи, давай, сейчас или никогда.

– Только ради твоего нового платья, – улыбнулась Кристина, вспомнив, как утром они вдвоем носились по ТЦ, выбирая Ире наряд на вечер.

Ирка и правда отлично смотрелась в кислотно-желтом платье, которое выгодно подчеркивало все достоинства ее фигуры. А короткая стрижка и яркие цветные смоки добавляли образу задора. Сама Кристина оделась попроще: джинсы, топ и удлиненный оранжевый пиджак, который она оставила на стуле, потому что в баре было очень жарко.

– Мейк на месте? – спросила Ира, поворачиваясь к Кристине то правой, то левой стороной лица. – Волосы в порядке?

– Ты богиня, – заверила ее Крис.

Ира довольно заулыбалась, взяла ее за руку и потащила к столу. Толик, увидев их, сразу вскочил на ноги и уставился на Кристину. Ей стало не по себе, потому что на его месте она бы рассматривала Иру, а не себя. Но его голубые глаза жадно впивались в ямку между ее ключицами, точно так же, как недавно в спортзале, только еще откровеннее. Он смотрел на нее, как вампир на каплю крови, и это немного напрягало.

– Мальчики, пойдемте танцевать?

Голос Иры прозвучал немного визгливо, видимо, от возмущения на бесстыдную Надю, которое она изо всех сил пыталась скрыть.

– Я бы еще выпила, – протянула Надя, очевидно рассчитывая на то, что Толик сейчас свалит и она останется с Никитой вдвоем.

Кристина заметила, как Никита с Толиком переглядываются, будто договариваются о чем-то без слов. Она знала, что пожалеет об этом, но Ира была такой расстроенной, что она не выдержала и сделала шаг к Толику.

– Пойдем, – весело улыбнулась она, обхватывая его запястье. – Чего киснуть за столиком? Никит, ты с нами?

Никита посмотрел на нее, потом на Толика, а потом на Ирку, которая покачивала бедрами, допивая коктейль Кристины, и встал из-за столика. Надя хотела было последовать за ним, но остановилась, когда он обхватил Иру за талию, увлекая в сторону танцпола.

– Я тебя обожаю, – одними губами сказала Ирка, обернувшись на Кристину.

«Я тебя убью», – мысленно пообещала Кристина, выходя на танцпол с Толиком.

– Я ужасно танцую, – сознался парень, нелепо покачиваясь в полушаге от нее.

– Все не так плохо, – ободрила его Кристина. – Вон, видишь парня в красной рубашке? Вот это жесть.

Толик проследил за направлением ее взгляда и рассмеялся. Парень действительно танцевал очень забавно. Толику сразу стало как-то более спокойно, и он чуть приблизился к Кристине. Теперь, когда он не разглядывал ее, девушке казалось, что все вернулось на круги своя, и она тоже расслабилась.

Они танцевали рядом, не касаясь друг друга, и Крис была очень признательна Толику за то, что он не вторгался в ее личное пространство. Она то смотрела на парня, который неожиданно начал подпевать попсовой песне, то поглядывала на Ирку с Никитой, которые танцевали чуть в стороне. Ирка выглядела такой довольной, что Кристина тут же забыла, что вообще-то не особо хотела находиться в баре. Кинув взгляд на угрюмую Надьку, девушка мелочно позлорадствовала – нечего вешаться на Ириного Никиту. И пусть Никита еще не в курсе, что в Ириных фантазиях они уже почти встречаются, Кристина была уверена, что с таким напором Ира в пролете не останется.

– Кристин, не хочешь выпить шотов? – вдруг предложил Толик, которому было явно не слишком уютно на танцполе.

– Пожалуй, воздержусь, – помотала головой Кристина. – Завтра к коллоквиуму готовиться. «Ответственная и старательная» – помнишь?

Толик улыбнулся, когда она процитировала его же слова.

– И совсем чуть-чуть ботанка, – хихикнул он, показывая пальцами малюсенькое «чуть-чуть».

– Именно. Если хочешь, выпей и возвращайся танцевать, – предложила девушка. – Я подожду.

– Ловлю на слове, – воодушевился Толик, направляясь к бару.

Кристина заметила, что идет он неровно, пошатываясь и задевая людей плечами. Видимо, сказывались шоты, которыми он как-то слишком увлекся. Она прикинула, сколько он выпил, потом вспомнила, как его унесло с двух бокалов шампанского на посвяте, и пришла к выводу, что с таким телосложением его должно было вынести еще час назад. Он уже трижды заказывал сет из трех шотов. Эту партию он не вывезет.

– Толик, Толик, – покачала головой Кристина. – Что ж ты творишь?

По-хорошему надо было сказать Никите, чтобы приглядел за другом, а еще лучше – увел домой, но они с Иркой так задорно плясали, что Кристина заткнула свою совесть и просто расслабилась. Ира получила Никиту, Толик заливает в себя шоты, Надька грызет локти, а она просто танцует одна, и это безумно хорошо.

Было бы здорово выпить еще один «Мохито», но Кристина заметила, что алкоголь усиливал противное чувство обиды на Илью, которое так и сидело внутри. Вчера перед сном она вспоминала их разговор и то ругалась на себя за то, что отказалась, то злилась на Илью за то, что он хотел втянуть ее в свои игры с бывшей.

Она лежала в кровати, смотрела на потолок и думала, почему Илья хочет насолить этой Ленке. Из-за того, как они расстались, или у него все еще есть чувства к ней? В любом случае ему явно было не плевать на ее мнение. А это уже определенные эмоции.

Другой вопрос, почему она сама второй день думает об этом? Значит ли это, что Илья нравится ей больше, чем она могла подумать? Да и нравится ли он ей?

Кристина с каким-то стыдом призналась сама себе, что «да». Совсем чуть-чуть, но все же достаточно, чтобы представлять, как было бы здорово, если бы он, а не Толик танцевал с ней. Хотя сомнительно, что он ходит по барам. Интересно, каким было его лицо без шрамов? Как выглядела его улыбка? Была такой же кривой и едкой, больше напоминая усмешку, или открытой и доброй?

Как Кристина ни старалась, она не могла вообразить себе Илью без этой его ехидцы и шрамов, которые уже стали для нее незаметными. Если сначала они напрягали и постоянно притягивали взгляд, то сейчас она все чаще ловила себя на том, что смотрит на глаза Ильи. Яркие, прозрачно-серые, они приковывали ее взгляд. Холодные и красивые. Как и сам Илья.

Кристина покраснела от этой мысли, а потом едва не подпрыгнула, когда чья-то рука сжала ее плечо. Обернувшись, она увидела Толика, который, кажется, совсем окосел и едва стоял на ногах.

– Кристи, я принес тебе коктейль, – промямлил он, пытаясь всучить ей высокий бокал.

– Э-э, спасибо.

Толик пошатнулся, расплескав по ее руке прохладный напиток, и Кристина поспешила забрать у него коктейль до того, как он выронит его или опрокинет на нее.

– Ты в порядке? – глупо спросила она, понимая, что Толик не в порядке.

Он сильно перебрал. Она стала искать глазами Никиту и Ирку, но они растворились в толпе танцующих. Тогда она взяла Толика на буксир и повела в сторону стола. Надо было срочно отправлять его домой, пока он еще стоит на ногах.

– Давай я вызову тебе такси и…

– Нет, я… – Толик вырвал у нее свою руку так резко, что Кристина пролила коктейль и на себя, и на него, а потом рванул в сторону туалета.

Кристина провожала его беспомощным взглядом, чувствуя, как промокает топ. Огромное пятно расползлось под грудью, мерзкое и холодное. Она раздраженно пошла к столу под насмешливый взгляд Нади, схватила свой пиджак и сумку и пошла в туалет. К счастью, он оказался раздельным и на удивление пустым. Кристина воровато огляделась, стянула с себя липкий топ, намочила под водой несколько бумажных полотенец и стерла с себя сладкий коктейль. Вытеревшись насухо, она надела пиджак прямо на лифчик, радуясь, что на пиджаке целых три пуговицы и она разве что совсем чуть-чуть похожа на девушку облегченного поведения. Край кружевного бралетта игриво выглядывал из-под пиджака, но все лучше, чем ходить в мокрой тряпке.

– Больше никаких баров, – пообещала Кристина своему отражению в заплеванном зеркале.

Она придирчиво осмотрела свой макияж, чуть подправила правую стрелку и немного освежила помаду. Потянув вниз края пиджака, глубоко вздохнула, собираясь с духом, – несмотря на то что внешне все выглядело вполне прилично, она чувствовала себя голой. В туалет вошла девушка, топ которой был более откровенным, чем ее бралетт, и это как-то успокоило Крис. Сунув мокрый топ в сумку, она вышла из туалета с четким намерением немедленно уехать домой, подошла к столу и увидела, что там уже никого нет. Вещи тоже куда-то пропали. Кристина растерянно полезла в сумку за телефоном, чтобы вызвонить Ирку.

К ее изумлению, на экране висели три пропущенных звонка и два сообщения.

«Крис, Толик нажрался, везем его в общагу. Надя сказала, ты уехала домой, напиши, как доберешься».

«Кстати, могла бы предупредить!»

– Да вы издеваетесь!

Глава 9 Вторжение в личное пространство

Кристина растерянно оглядывалась, пытаясь найти Сашку и Катьку. Они, конечно, весь вечер были сами по себе, но все же надо было предупредить, что она уезжает. Она прошла по танцполу, но их нигде не было. Очевидно, ушли вместе со всеми. Обида комком встала в горле, было ужасно неприятно, что они просто бросили ее здесь.

А ведь виновата во всем Надька, которая зачем-то сказала, что Кристина уехала, хотя прекрасно видела, что она ушла в сторону туалета, а не на выход. Дрянь! Решив, что обсудит это с ней завтра, Кристина написала Ире, что никуда не ушла, а была в туалете. Не хотелось, чтобы подруга думала, что она вот так просто свалила от всех в закат.

– Малышка, потанцуем?

Кристина не знала, от чего ее передернуло: от пошлого «малышка» или резкого запаха алкоголя, которым на нее дохнул высокий, угловатый парень. Он возник будто из ниоткуда, преграждая дорогу и нагло нависая над ней. Вдоль его лица свисали пряди не слишком чистых волос, а на тощих плечах болталась широкая черная футболка.

– Нет, спасибо, – вежливо улыбнулась Кристина, пытаясь ускользнуть вправо. – Я уже ухожу.

– Да ладно, давай повеселимся. – Парень тоже сделал шаг в сторону, снова вставая перед ней. – Выпьешь со мной?

Он потянул к ней руку с коктейлем, а она отшатнулась назад, вспомнив, чем закончилась прошлая попытка угостить ее. Не хотелось остаться еще и без пиджака. И вообще, хотелось сбежать.

– Спасибо, я домой, – решительно заявила Кристина, делая шаг назад. – До свидания.

– Какая ты вредная, – вдруг хохотнули у нее за спиной. – Если тебе Костян не нравится, то…

Кристина испуганно оглянулась и увидела перед собой второго парня, который явно был знаком с патлатым. Он выглядел более опрятно и мило, но несло от него точно так же. Она знала, что с пьяными спорить себе дороже, поэтому мило заулыбалась, лепеча какие-то извинения, бочком отступая в глубь танцпола.

– Извините, но мне пора домой, меня уже такси ждет, – врала она, продвигаясь глубже в толпу, надеясь, что сейчас откуда-нибудь вынырнут Сашка с Катькой и отгонят от нее этих прилипал.

Она была уверена, что ничего плохого парни ей не сделают, тем более на людях, но все равно было противно от того, что она такая беспомощная. Ком в горле разрастался, ведь, если бы она была с друзьями, эти двое и не подумали бы к ней приставать.

В какой-то момент резко заиграл взрывной трек, и все на танцполе стали скакать как бешеные. Кристина воспользовалась этим и прошмыгнула к выходу, на ходу натягивая на себя пуховик. Пробегая мимо охранников, она подумала о том, чтобы пожаловаться им на приставал, но потом решила, что лучше побыстрее вызовет такси и уедет.

Морозный воздух ударил в лицо. Кристина сразу как-то успокоилась, обошла курившую у входа компанию девчонок и остановилась в проулке в паре метров от высокого парня в белоснежном пуховике. Он болтал с кем-то по телефону, время от времени затягиваясь сигаретой, и выглядел вполне безобидно. Кристина заказала такси и выругалась себе под нос – машина будет ехать аж двенадцать минут. Долго.

Тогда она попыталась дозвониться Ире и узнать, что у них там происходит, но подруга не отвечала. От нечего делать Кристина стала рассматривать парня в белом. У него на голове была нелепая короткая шапочка, которая даже не прикрывала уши, на ногах огромные цветные кроссы, а на плече болталась безразмерная сумка. Выглядел он нестандартно.

– Так я ей так и сказал, бросай его! На фиг тебе этот абьюзер! – возмущался парень в трубку. – А она мне такая, ты не понимаешь, он запрещает мне ходить по барам, потому что любит меня. – Парень заговорил тонким голосом, явно кого-то пародируя. – А я ей говорю: у него просто самооценка на дне, вот и все. Любовь, блин, она придумала.

Кристина прыснула, слушая его возмущения, а потом снова уставилась на приложение с такси. Десять минут. Таксист явно не слишком торопился на вызов, а она ощущала, как холодный воздух пробирается под пуховик и ползет по коже. Все-таки хорошо, что она сняла мокрый топ, а то промерзла бы насквозь, прыгая на улице. Она совсем недавно болела, иммунитет еще ослаблен, надо поберечься.

«Господи, я рассуждаю, как мама. Кошмар!»

– О, какие люди! Малышка, ты чего скучаешь?

Кристина похолодела, услышав знакомый голос. Не оборачиваясь, она уже знала, кого увидит. Вот не мог чертов таксист ехать побыстрее?

– Я не скучаю! – взвизгнула Кристина, когда тяжелая рука легла ей на правое плечо. – Уберите…

– Тихо, не шуми, – весело заговорил парень, едва ли не ткнувшись своим лицом в ее. – Все будет ровно. Давай мы проводим тебя домой, а?

Кристина обмерла, почувствовав, как слева от нее встал второй парень. Сердце забилось быстро-быстро, мысли в голове заметались. Нужно было вырваться и бежать так быстро, как она только может, они пьяные, не догонят. Но тело будто парализовало от страха так, что она не могла шевельнуться. Оставалось только кричать.

Она зажмурилась, собираясь завизжать так громко, как только может, надеясь, что это привлечет внимание охраны или других людей.

– Кристи, детка, вот ты где. Я тебя заждался.

Кристина распахнула глаза и уставилась на парня в белом пуховике, не понимая, откуда он знает ее имя. Они точно были незнакомы – такого колоритного персонажа она бы запомнила.

– Э-э, вот она я, – просипела она, хватаясь за протянутую ей руку.

Вырвавшись из ослабевшей хватки приставал, она прижалась к парню в белом, решив, что, кем бы он ни был, сейчас он либо ее спаситель, либо наименьшее из зол. Хотя бы потому, что он один. И явно потрезвее, чем эти двое.

– Че, она с тобой? – сплюнул под ноги патлатый парень, недобро глядя на них.

Глаза его были настолько пьяными и злобными, что Кристине стало совсем страшно.

– Со мной, – дерзко сказал парень в белом, потихоньку пятясь вместе с Кристиной. – Девушка моя.

– Че-то не похоже, – прищурился второй парень, который был потрезвее товарища.

– Больно красивая для такого дрыща, – решил вдруг патлатый, который и сам-то был не то чтобы на массе.

Они с другом переглянулись и, мерзко улыбаясь, пошли к ним.

– Меня, кстати, зовут Антон, – зачем-то представился парень. – И, между прочим, вы вторгаетесь в наше личное пространство, а это невежливо и…

– Завались! – резко бросил патлатый, который явно был наиболее агрессивным.

Он толкнул Антона в грудь, и тот пошатнулся. Кристина ухватила его за пуховик, не дав упасть, а потом ее саму дернули в сторону. Ощутив, как грубые руки обхватывают ее талию, она вскрикнула и принялась размахивать руками, пытаясь попасть по лицу тому, кто ее держал.

– Да не ори ты! – гаркнули ей в ухо, сильно тряхнув.

– Отцепись от нее! – закричал Антон, а потом замахнулся своим баулом и стал колотить патлатого парня, который от неожиданности скрючился, закрывая голову руками.

Некоторое время Антон успешно теснил его, но потом тот все-таки ухватился за его сумку, вырвал ее из рук Антона и так сильно пнул его, что парень шлепнулся на асфальт. Кристина закричала, с новыми силами пытаясь вырваться, и удачно зарядила локтем под ребра парню, который ее держал. Тот чуть ослабил хватку, а Кристина, воспользовавшись этим, выскользнула из его рук и сразу же кинулась к Антону, который лежал на грязном снегу, хватая ртом воздух.

Она плюхнулась коленями в снег рядом с ним, дрожащими руками ощупывая затылок парня, когда в глаза ударил ослепительно-белый свет, сопровождаемый визгом шин. Кристина уставилась на черный внедорожник, из которого выпрыгнул Илья. Выглядел он еще более взбешенным, чем в их первую встречу, когда она облила его кофе. Судя по всему, он видел, как Антона сбили с ног, поэтому без лишних слов кинулся к патлатому.

Схватив его за ворот куртки, он встряхнул его, а потом от души вмазал по лицу. А потом еще и еще, не обращая внимания на кровь, которая текла по разбитому лицу и размазывалась по его кулаку.

– Ну наконец-то, – проворчал Антон, который уже успел испугаться, что его убьют раньше, чем брат приедет.

– Ты как? Сильно ударился? В глазах не двоится? Сколько пальцев я показываю?

– Все в порядке, – отмахнулся Антон. – Иди сядь в машину, сейчас Илья все разрулит и…

Илья издал странный гортанный звук, едва не задохнувшись, когда на него со спины налетел второй парень и обхватил за шею, оттягивая назад голову. Патлатый, воспользовавшись этим, стал бить Илью кулаками куда придется. По животу, по груди и даже один раз по лицу. Илья был крупнее, трезвее и явно сильнее, но мало что мог сделать, когда его душили со спины.

Кристина попыталась закричать, позвать на помощь, но из горла не вырвалось ни звука, его как будто сдавили рукой, перекрывая голос, – так дико и по-животному это выглядело. Она стояла на коленях на асфальте, замерев от шока, прижимая ладони к щекам, по которым катились слезы.

Антон вскочил на ноги и кинулся на парня, который душил Илью. Ухватившись пальцами за короткие волосы, он стал дергать изо всех сил, параллельно пиная парня по ногам, надеясь, что он отцепится от Ильи.

– Отвали! – заорал парень, все-таки отпустив Илью.

Оказавшись на свободе, Илья вздохнул полной грудью, а потом криво усмехнулся, чувствуя, как из разбитой губы сочится кровь. Перехватив очередной удар патлатого, он вывернул ему руку, дернул вниз, а потом приложил коленом по лицу, вымещая всю злость, что кипела внутри.

Он был на полпути сюда, собираясь зацепить братца после тусовки с друзьями, стоял на светофоре, слушал музыку, наслаждался вечером субботы. На заднем сиденье был пакет с теплой едой, за которой он заскочил по пути, потому что за самовывоз давали скидку. Все было отлично до того момента, как Антон прислал ему сообщение, написанное капсом.

«КРИСТИНА У БАРА, ТУТ РАЗБОРКИ, ИЛЮША, ХЕЛП!!!»

И Илюша рванул на красный, благо перекресток был пустым. Ему оставалось ехать каких-то семь минут, но он домчался за четыре. Он гнал, стараясь не представлять, что может произойти с Кристиной и Антоном, предпочитая строить догадки на тему того, как его брат и домработница оказались в одно время в одном баре. Хотя чему удивляться после встречи с ней на катке?

Увидев, как Антон мешком падает на асфальт, и услышав пронзительный крик Кристины, Илья взорвался так, что забыл про все советы врачей и про то, что толком никогда не дрался. Он бил патлатого хмыря, чувствуя, как каждый удар отдается болью в плече, а потом трансформируется в чистую ярость. А потом били его, низко напав со спины, вдвоем одного. Завтра будет плохо, но сейчас ему хотелось выбить из этих мудаков всю дурь, что он и делал.

И остановился только от жалобного крика брата.

– Илюша!

Обернувшись, он увидел, что Антон снова сидит на асфальте, зажимая руками нос, из которого льется кровь. Швырнув патлатого на асфальт, он кинулся к его дружку, который замахивался, чтобы пнуть Антона, но так и не успел. Илья сбил его с ног, а потом, особо не церемонясь, прошелся башмаками по его ребрам. Лежачих, конечно, не бьют, но и со спины душить тоже нечестно.

– Ты, тварь, будешь лежать тут, пока мы не уедем. Понял?! – рявкнул он, присев на корточки рядом со скорчившимся от боли парнем. – И ты тоже! – Он обернулся к прижавшемуся к стене патлатому.

Патлатый начал мямлить что-то про полицию, но, увидев покрытое шрамами, перекошенное от злости лицо Ильи, предпочел заткнуться. Илья удовлетворенно хмыкнул и повернулся к Антону, рядом с которым уже суетилась Кристина.

Она смотала с шеи свой шарф и сунула Тохе, чтобы он прижал к носу и не заливал кровью белый пуховик. Потом дошла до ближайшей машины, нагребла немного чистого снега и, уплотнив его пальцами, подала снежок Антону и сказала прижать к переносице.

Илья закурил, не обращая внимания на металлический привкус крови во рту, и осмотрелся. Они стояли в проулке, он еще и машиной перекрыл часть дороги так, что их особо не было видно. И все же надо сваливать побыстрее. Илья посмотрел на Антона, который продолжал причитать, а потом на Кристину, которая стояла рядом с ним.

Девушка, словно почувствовав, что он на нее смотрит, резко обернулась. По щекам катились слезы, и то, что еще недавно было вечерним макияжем, некрасиво размазалось вокруг глаз. Она стояла, обхватив себя руками, и мелко дрожала то ли от холода, то ли от пережитого стресса. В груди что-то сжалось, а потом Илья отшвырнул окурок с кровавым отпечатком губ и в три шага приблизился к ней.

– Все хорошо, – сказал он, глядя ей прямо в глаза. – Не плачь.

Кристина вскинула глаза наверх и уставилась на его спокойное, не выражающие никаких эмоций лицо. Она заметила ссадину на губе, намечающийся синяк под глазом и подумала, что Илье тоже надо приложить что-то холодное, а потом неожиданно для себя разрыдалась в голос, спрятав лицо в ледяных ладонях.

– Кристина… – Илья запнулся, услышав, как пикнул ее телефон.

Девушка уставилась на экран мобильного и зарыдала еще громче.

– Таксист отменил заказ, – сквозь слезы жалобно сказала она.

Илья неожиданно для себя самого порывисто ее обнял, стараясь не испачкать своими сбитыми в кровь руками.

– Я отвезу, поехали домой, – мягко сказал, подталкивая ее в сторону тачки. – Тоха, хватит умирать, живо в машину.

Кристина кивнула и позволила Илье отвести себя к машине и усадить на заднее сиденье. Переднее уже занял Антон, которому не терпелось поскорее добраться домой, умыться и осмотреть свой несчастный нос.

Ехали все трое в тишине, нарушаемой только щелчками поворотника, шелестом шин по асфальту и прерывистыми вздохами Кристины, пытавшейся успокоиться после истерики. Ей было жутко стыдно за то, что из-за нее случилась драка, что Илье и Антону перепало, а больше всего за саму себя.

Ей всегда казалось, что пристают к девушкам, которые вызывающе себя ведут, как-то провоцируют или сами заигрывают, а потом дают заднюю. Она вспомнила, как спорила об этом с подругами, доказывая, что к приличным и скромным девушкам никто приставать не станет. А в итоге сама попала в такую ужасную ситуацию, хотя не сделала ничего предосудительного. Одета она была просто, не танцевала и даже не пила, а все равно попала в такой переплет.

От мысли, что, не окажись рядом Антона и Ильи, все могло бы закончиться гораздо хуже, к горлу подступала тошнота.

– Спасибо.

Голос ее прозвучал сипло после недавних слез, но парни ее услышали. Илья бросил взгляд в зеркало заднего вида, встречаясь с ней глазами, а Антон обернулся.

– Честно говоря, я думал, что они убьют нас обоих, – признался он, весело глядя на Крис. – Я ж не дрался никогда. А ты, братец, – он укоризненно посмотрел на Илью, – мог бы ехать побыстрее.

Если бы взглядом можно было сжечь, от Антона осталась бы жизнерадостная кучка пепла. Илья посмотрел на него таким взглядом, что даже Крис стало не по себе. А Антон даже внимания на это не обратил, жалуясь, что его пуховику конец.

– В среду только купил его в ЦУМе, – бормотал он, рассматривая залитый кровью ворот. – Шарф хотел к нему какой-то яркий найти… Теперь только в помойку. Хорошо тебе, твой из позапрошлогодней коллекции, его не жалко, – заявил он Илье. – Илюша, а ты не подаришь мне свой черненький, который…

– Нос не дорос еще Givenchy носить, – отрезал Илья.

Антон вздохнул, растекаясь по сиденью, а Кристина вдруг поняла, что это и есть тот самый младший, двоюродный и совершенно чокнутый брат, подаривший Илье стремную вазу. Интересно, откуда он знает, как ее зовут и как она выглядит? Неужели Илья рассказал о ней? А если рассказал, то что? И это все равно не объясняло того, что Антон узнал ее. Неужели Илья нашел ее в соцсетях? Но он же даже фамилию ее не знает.

Любопытство разгорелось так, что она не смогла удержаться и спросила напрямую:

– Антон, а как ты… Откуда ты знал, как меня зовут?

– Я подвозил Илью, когда он возвращал тебе учебник. Видел тебя у подъезда, у меня отличная память на лица, особенно на симпатичные. – Антон решил не упоминать про тайную фотку, которую Илья поставил на заставку, чтобы поддразнить бывшую. – Кстати, ты ж вроде на врача учишься, да? – ловко сменил тему он.

– Ага.

– Отлично, посмотришь дома мой нос, – решил Антон. – Знаешь, красивые носы – это у нас семейное, не хотелось бы, чтобы какой-то там перелом превратил мой чудесный благородный профиль в…

– Антон, она второкурсница, – напомнил Илья, сворачивая во двор.

– Хорошо, тогда вези меня в травму, – капризно потребовал Антон.

– Я посмотрю, – пообещала Кристина. – Я, конечно, еще не врач, но смогу понять, если все плохо, – заверила она. – А еще я могу отстирать твою куртку. Кровь хорошо отмывается, если пятно свежее.

– Кайф! – обрадовался Антон. – Кстати, Иля, а у нас будет что-то на ужин?

Илья кивнул, вспомнив о пакетах с едой на заднем сиденье. Паркуясь у подъезда, он думал, что не прибил братца за «Илю» в присутствии Кристины только потому, что ему уже досталось. Ну и за то, что он догадался не растрепать про ее фотку на его телефоне, хотя обычно Антон выстреливал всяческие сплетни быстрее, чем успевал подумать.

Когда он заглушил машину, Антон выпрыгнул на улицу и тут же схватился за сигарету, а Илья помог Кристине выйти из машины и взял пакеты.

– Может, мне вызвать такси? – вдруг оробела Кристина, подумав, что ей как-то неловко напрашиваться к Илье.

– Никакого такси, я сам тебя отвезу, – качнул головой Илья. – Хватит приключений на сегодня. А еще ты обещала Тохе отстирать его куртку… Так сказать, дубль два.

Привычная уже усмешка скривила его рот, но в этот раз она была не такой, как обычно, а искренней и доброй. И хотя сейчас Илья выглядел как самый настоящий бандит со своими шрамами, ссадинами и кровью на губе, почему-то от его улыбки у Кристины екнуло сердце.

* * *

Следующие полчаса были похожи на дурдом. Парни толкались у раковины на кухне, смывая с себя кровь, Кристина полоскала пуховик Антона в холодной воде в ванной, а потом отмывала с лица размазанный макияж и осматривала нос Антона. Убедившись, что у него нет перелома, парень объявил себя героем этого вечера, утащил с кухни лоток с едой, улегся на диван в гостиной и принялся записывать видеосообщения друзьям, рассказывая о своих злоключениях. Кристина на всякий случай попросила его еще подержать лед, но он отказался от него в пользу вина, раздобытого в холодильнике.

– Кофе будешь? – буднично спросил Илья, когда Кристина проскользнула на кухню.

Для кофе было откровенно поздно, но Кристине не хотелось отказываться. Она кивнула, присев на край барного стула, стараясь не думать о том, что она сидит в пиджаке на почти голое тело. Оставалось только надеяться, что Илья не обратит на это внимания и не подумает, что она какая-то профурсетка.

Когда она подал ей стакан, взгляд зацепился за сбитые костяшки на правой руке.

– Болит? – виновато спросила она, не глядя на него.

– Нет, – соврал парень.

– Илья, спасибо за…

– Забей.

Кристина была с ним не согласна, но спорить не стала. Она все смотрела на его руки, сжимавшие чашку, и едва ли не задыхалась от чувства вины за то, что к шрамам на его ладонях добавились ссадины.

А Илья вдруг обратил внимание на ее пиджак. Точнее, заметил соблазнительный вырез декольте и подумал, что вид достаточно горячий. Особенно для пьяных парней в баре – неудивительно, что эти пьяные свиньи к ней пристали.

– Слушай, не мое дело, – хмыкнул Илья, вспоминая некоторых старых знакомых девушек. – Но ты лучше не ходи в бары одна с таким вырезом.

Кристина покраснела как рак, тут же поправляя пиджак.

– Не так все было, – пробормотала она, а потом вдруг затараторила быстро-быстро, будто оправдываясь: – Я была не одна. Точнее, я пошла с одногруппниками в бар, а мой староста перебрал и облил меня коктейлем, пока я стирала топ в раковине в туалете, мои друзья свалили, решив, что я уехала раньше. Я уже вызывала такси, а эти двое ко мне пристали. Я была не одна, и я не хожу полуголой в бары. Я вообще больше не пойду в бары. – Кристина снова позорно расплакалась, думая, что Илья решил, что она девушка легкого поведения.

– Эй-эй, – замахал руками Илья, растерявшись от ее новых рыданий. – Я не так понял, не плачь. Э-э… погоди.

Илья спрыгнул со стула и скрылся в своей комнате, а затем пришел с чистой кофтой с длинным рукавом.

– Надевай, – в своей обычной полуприказной манере сказал он, положил перед ней кофту, а сам пошел курить на балкон.

Кристина схватила ее, пока он не передумал, и убежала переодеваться в ванную.

– То есть ей ты дал кофту Calvin Klein, а мне старую футболку без бирки, без имени?! – возмущался Антон, увидев Кристину в одежде брата.

– Антон! – прищурился Илья, не оценив шутки. – Ты вынес три Calvin Klein из моего дома за последний год.

– Я верну, – жалобно пробубнил Тоха. – Но мне они больше идут.

– Господи, оставь себе, – закатил глаза Илья. – Но прекрати шариться в моих шкафах.

– У тебя поэтому замок в гардеробной? – оживился Тоха. – Что ты там прячешь? Новый плащ Burbеrry?!

– Не твое дело, что я там прячу! – рявкнул Илья.

– Не ори на раненого!

Кристина почувствовала себя лишней в этой картине милой домашней ссоры братьев. Хотелось одновременно уйти и послушать еще. Почему-то в компании Антона Илья был совсем не такой, как обычно. Несмотря на возмущения, он выглядел веселым и живым.

– Я, наверно, пойду домой, спасибо еще раз, – нехотя сказала Крис. – Кофту верну в следующий раз. Спасибо.

– Не возвращай, у него много вещей, – ухмыльнулся Антон и получил еще один яростный взгляд в свою сторону.

– Я тебе доломаю сейчас нос.

– Не надо! – хором сказали Тоха с Кристиной.

– Тох, я отвезу Кристину домой, скоро буду.

– Хорошо, я буду лежать и прикладывать лед к боевым ранам. Если я умру, проследи, чтоб на памятник поставили фото из «инсты», а не из паспорта, – театрально вздохнул Антон.

Кристина засмеялась от его шутки, а Илья снова стал мечтать придушить полудурка.

– Тох, просто замолчи.

* * *

– Уже четыре утра… Тебя дома не потеряли?

– Папа на дежурстве, а мама спит, иначе бы уже позвонила, – нервно хихикнула Кристина. – А мои друзья не отвечают.

Она поджала губы, думая о том, что Ирка могла хотя бы спросить, как у нее дела и добралась ли она до дома. В горле снова встал ком от мысли, что, если бы не Антон и Илья… хотя, если бы Илья вовремя не приехал, Антона точно закатали бы в асфальт. И все же было приятно, что он за нее заступился.

Она посмотрела на Илью, чувствуя, что эмоции, переполнявшие ее, грозятся снова вылиться слезами. Кристина с трудом сдержала их, решив, что плакать третий раз за вечер – это перебор, а потом тихо заговорила:

– Илья, я знаю, что тебе было ужасно обидно за испорченную куртку, но я рада, что так получилось. Если бы мы не познакомились, ты не спас бы меня сегодня. Спасибо тебе.

Она очень хотела взять его за руку без всякого подтекста, просто из благодарности, но не осмелилась. Илья остановился у ее подъезда и странно на нее посмотрел.

– Я бы тебе в любом случае помог, даже если бы мы были незнакомы, так что не говори ерунды. И забудь ты уже про куртку. – Он замолчал на мгновение, а потом добавил: – Если будут какие-то проблемы, можешь мне звонить. Я помогу.

Сказав это, он вдруг четно осознал, что так и будет. То ли дело было в том, что она выглядела, как беззащитный олененок, то ли он ею проникся, то ли она напоминала мелкого Тоху с тягой к приключениям, но Илья понял, что не оставит эту тупицу в беде.

– Спасибо и… – Кристина все никак не могла уйти домой. Очень хотелось как-то отплатить за то, то Илья для нее сделал. – Я могу помочь двадцать восьмого. Ну, я про день рождения твоего друга, где надо прикинуться твоей девушкой перед бывшей, – выпалила она.

Илья улыбнулся и не стал спрашивать, почему планы изменились.

– Спасибо. А теперь иди спать. И мне пора.

– Спокойной ночи.

Кристина ушла, а Илья взглядом проводил ее до подъезда. Мало ли.

Двор был пустым, темным и тихим. На душе было как-то странно. Илья зачем-то посмотрел на сбитые, ободранные костяшки и прикрыл глаза. Вспомнилось, как пять лет назад он был с компанией приятелей в мюнхенском баре, и на них наехали пьяные немецкие ребята. Потасовки не было – компания Ильи просто ушла под улюлюканье немцев. Им не нужна была драка. Им казалось, они выше этого, а работа важнее мужской гордости. А может, его друзья были трусами? Может, он сам раньше был трусом, сжимавшим кулак только в спортзале с тренером?

Илья резко открыл глаза и посмотрел на себя в зеркало в машине – от прошлого Ильи ничего не осталось. В зеркале был стремный парень в шрамах, ссадинах и синяках. И все же сегодня он впервые за последние два года видел не лицо чудовища, а парня, который заступился за девушку. От мысли, что он смог защитить Кристину, внутри разливалось приятное тепло, и он не жалел ни об одном ударе, который получил. И знал, что не будет жалеть завтра, когда все тело будет ныть от боли.

Сегодня он поступил правильно и по-настоящему гордился собой.

Глава 10 Искушение

Кристина уже минут десять топталась у кафешки, где они договорились встретиться с Иркой, не спеша заходить внутрь. Во-первых, она терпеть не могла сидеть в одиночестве за столиком, а во‑вторых, погода была прямо-таки пушкинской: мороз и солнце. Настроение было прекрасное, несмотря на то что она совершенно не выспалась, потому что долго не могла уснуть, снова и снова прокручивая в голове события вечера, а утром ее разбудила мама, которая не спалила, что Кристина вернулась домой в начале пятого, и очень хотела ее участия в воскресной уборке.

Кристина драила ванну, думая о том, что завтра пойдет убираться к Илье. И эта мысль вызывала какое-то радостное возбуждение, потому что теперь между ними точно все изменится.

А точнее, уже изменилось.

– Ты чего такая довольная? – подозрительно спросила Ирка, подходя к подруге. – Сорри, что опоздала, двадцать минут ждала автобус. Воскресенье, что б его!

Ира выглядела помятой и немного опухшей. Крис знала, что и сама выглядит не лучше – она так много плакала накануне, что утром едва ли открыла глаза. Легкий самомассаж и холодные патчи чуть-чуть улучшили ситуацию, но мама все равно шутливо обозвала ее дочерью-алкоголичкой, погрешив на то, что Крис перебрала коктейлей.

Маме она ничего рассказывать не стала, но вот Ире собиралась выложить все во всех подробностях. А заодно узнать, чем закончился ее вечер. Когда они сели за стол и заказали кофе, Ира вдруг обратила внимание на кофту Крис.

– Откуда у тебя «Кляйнян»? – удивилась она, пытаясь припомнить, видела ли у Крис нечто подобное. – Великовата, по-моему.

– Долгая история. – Кристина покраснела, чувствуя себя идиоткой.

Она и сама не понимала, зачем напялила на себя кофту Ильи – она никогда не носила вещи парней. Илья, конечно, ее парнем не был, но после вчерашнего Кристина вообще ни о чем, кроме него, думать не могла. Она раскраснелась еще сильнее, вспомнив, как утром вытащила из-под кровати его куртку и уткнулась в нее лицом, вдыхая легкий запах мужского парфюма, который не выветрился даже после химчистки, а потом спрятала обратно и надела его кофту, решив, что вечером постирает и завтра вернет.

«Больная фетишистка», – мысленно выругала себя Кристина, сжимая пальцами рукав кофты.

– И-интрига? – хмыкнула Ирка, отпивая капучино из большой чашки. – Тогда я начну первая, потому что моя история будет короткой, жалкой и печальной.

Она шумно вдохнула, громко поставив чашку на стол и скривилась, вспомнив, как противно закончился вечер. Когда они с Никитой танцевали, все было так волшебно, как будто они уже пара. Она видела, как он смотрит на нее, и была уверена, что он вот-вот решится ее поцеловать. А потом вдруг к ним подбежала Надька.

– Этой стерве покоя не давало, что у нас все хорошо! Прибежала, едва ли не втиснулась между нами и стала плакаться Никите, что Толик чуть ли не умирает. Я ей сказала, что Толик был с тобой, а Надька такая «ничего не знаю, Кристина вообще свалила домой». Я была в шоке и, честно говоря, немножко разозлилась, что ты ничего не сказала и…

– Ир, ты же знаешь, что я бы так не сделала, – возмутилась Кристина.

– Конечно, знаю, но я была пьяная, ты не брала трубку, а рыжая стерва повисла на Никите – короче, все по одному месту пошло, – поморщилась Ирка. – Никита побежал в туалет, нашел там блюющего Толика, и мы быстро-быстро вызвали такси. Надя поехала с нами.

– Естественно, – закатила глаза Кристина. – Куда ж без нее.

– Ну, мы ж все с общаги, так что нам в одну сторону, – неохотно признала Ирка. – И все равно она дрянь.

– Стопроцентная, – согласилась Кристина, делая глоток сладкого латте с ореховым сиропом.

– В общем, такси приехало, мы затолкали туда Толика, чудом доехали – он прям в хлам был, постоянно порывался блевать. А там до общаги-то ехать десять минут. – Ира снова вздохнула, переходя к самой неприятной части. – Крис, дальше просто треш. Надя выходит из такси, снова виснет на Никите, типа ей скользко на каблуках, он хихикает, как дурачок, а я помогаю вылезти Толику. И тут этот паршивец тошнит мне на ботильоны! Меня саму там чуть не вывернуло!

Ира так скривилась, как будто вот-вот заплачет, и Кристина накрыла ее руку своей, успокаивая.

– И что дальше? – спросила она, догадываясь, что ничего хорошего.

– Никита повел Толика в общагу. Ну, как повел, на себе понес, а Надя побежала за ними, типа сейчас дам уголек, у меня дома таблеточки, и пук-пук-пук. И вот я стою в луже блевотины и смотрю, как они уходят. Я знаю, что они все живут в одном корпусе, но так обидно, что Никита даже не попрощался и ничего не сказал и… Я расплакалась, как маленькая девочка, – призналась Ирка, шмыгнув носом. – Хотела тебе позвонить, а у меня телефон на морозе сдох, ты знаешь, мой старичок уже давно чудит, и…

Ира вытерла рукавом пушистого розового свитера одинокую слезинку, скатившуюся с уголка глаза. Внутри все сжималось от обиды и унижения, стоило вспомнить, как она шла к своей общаге, стараясь не думать о том, как будет отмывать сапоги и что Никита – говнюк.

– Самое обидное, что он так и не написал. Ни вчера, ни сегодня, как будто ничего не было, – пожаловалась она. – Прям какой-то плевок в душу. Я так стараюсь, так…

– Ир, а ты не думала, что хватит уже стараться? – вдруг разозлилась Кристина. – Ты прыгаешь вокруг Никиты, записываешься в зал, бегаешь за ним – а что в итоге? Он даже не узнал, добралась ли ты домой!

Ира сердито сопела, зная, что Кристина права. И как бы она ни убеждала себя, что Никита откачивал умирающего Толика, обе догадывались, что дело не в Толике, а в Наде, которая точно не упустила такую возможность. Она, как могла, отгоняла от себя эту мысль, но образ Нади на коленках у Никиты стоял перед глазами, и Ира уже почти поверила, что так все и было.

– Ириш, ты красивая, веселая, яркая, на фиг тебе этот идиот, который ведет себя как… как свинец!

– Как кто? – Ира рассмеялась, услышав интересное слово. – Ты, Кристи, иногда как скажешь… – Она покачала головой, радуя подругу слабой улыбкой. – А вообще, ты, конечно, права, Никита полный придурок. Я тут из трусов выпрыгиваю, чтобы он на меня внимание обратил, а он…

– Да в жопу твоего Никиту, найдем тебе парня получше, – решительно сказала Кристина.

Почему-то вдруг подумалось, что Никита совсем ненадежный товарищ. Антон, с которым они даже не были лично знакомы, не прошел мимо и сразу вписался за нее, хотя защитник из него был явно так себе. И все же он бросился ей помогать.

– Согласна. Присмотрюсь к третьекурсникам, – пообещала Ира, постукивая короткими ярко-салатовыми ноготками по столу. – Кстати, а Толик-то хоть не зря накидался? Подкатил в итоге или…

– Или, – фыркнула Кристина. – И слава богу, еще подкатов Толика не хватало. Он облил меня коктейлем и побежал в туалет.

– Облил? Сильно?

Кристина покачала головой, а потом пересказала Ирке все, начиная с момента, где Илья предложил ей пойти на день рождения друга с ним, чтобы прикинуться его девушкой, и она разозлилась, послала его и решила идти в бар. Потом рассказала про топ, который пришлось снять, про придурков, которые к ней пристали, про Антона и Илью и как Илья подвез ее домой. Ира слушала молча, и только выражение ее лица и брови, которые то взлетали вверх к линии роста волос, то встречались на переносице, выдавали ее эмоции. Она то пыталась вообразить себе, что Крис чувствовала, когда к ней стали приставать какие-то левые парни, то восхищалась Антоном и Ильей, а когда Крис сказала, что черная кофта принадлежит Илье, едва не подавилась пирожным.

– Так, я правильно поняла, что вы спелись? – только и смогла спросить она, когда Кристина закончила свой рассказ.

– В смысле «спелись»?

– Ну, ты в его кофте, раз, он заступился за тебя… Кристин, за меня никогда никто не дрался! Ну, детский садик не в счет, был там один парнишка, но не суть. Он подрался за тебя! Его отлупили, а он еще и домой тебя повез и… Господи, а ты его даже не поцеловала!

– Чего?! – вытаращила глаза Кристина. – А должна была?

– Я б поцеловала, – решительно сказала Ира. – Он повел себя как настоящий рыцарь, а ты могла бы его «отблагодарить».

– Ир, я не уверена, что он хочет, чтобы я его целовала, – созналась Кристина.

– Да даже если бы была уверена, все равно бы не осмелилась, – категорично заявила Ирка. – Ты слишком нерешительная. Кстати, уже решила, в чем пойдешь на вечеринку?

– Что? Какую вечеринку?

– Ту, на которой ты якобы должна изображать его девушку, – нетерпеливо пояснила Ирка. – А мы должны сделать все, чтобы ты ею стала. Я же правильно понимаю, что ты втюрилась в этого своего гоблина?

– Он не гоблин, – отрезала Кристина, втыкая вилку в кусочек торта. – И я не втюрилась, – добавила она уже менее уверенно.

– Ой, хорош заливать, все к этому и шло. Он с самого начала тебе понравился.

Кристина хотела было начать спорить, а потом так и застыла, не донеся вилку с тортом до рта. Слова Иры, звучавшие совершенно бредово, вдруг показались вполне себе логичными. А что, если она с самого начала чувствовала что-то…

«Нет! Это чушь! Он пугал меня до дрожи в коленях, – напомнила себе Крис, положив вилку на тарелку. – И все же я продолжала к нему ходить, хотя… нет, слишком сложно».

– Не знаю насчет «с самого начала», но да, ты права, он мне нравится. Очень.

– Это заметно. – Ира насмешливо кивнула на ее кофту. – Кстати, о шмотках: тебя не смущает его повышенный интерес к тряпкам? И он все еще держит свою гардеробную закрытой? Как думаешь зачем? Боится, что ты сопрешь что-нибудь дорогое и брендовое?

– Скорее, боится, что я опять что-то испорчу, – хихикнула Кристина. – А вообще, у всех свои секреты, и, если он не прячет там трупы, мне все равно.

– Крис, хорош заливать! Давай представим, что он оставил бы дверь открытой… через сколько секунд ты засунула бы туда свой длинный нос?

– Ничего не длинный!

Кристина на всякий случай коснулась кончика носа, словно убеждаясь, что он такой же, каким был, когда она в последний раз смотрелась в зеркало, а потом задумалась. Она была уверена, что смогла бы противостоять искушению, но проверять этого не хотелось. Мало ли.

* * *

Илья толкался в пробках, думая о том, что понедельника хуже у него не было: он катастрофически опаздывал в офис и материл про себя Алексея, который хотел непременно воочию созерцать своих подчиненных. Парень надеялся отмазаться от собрания, сославшись на плохое самочувствие, но шеф упирался и орал в трубку, что это совещание пропускать никак нельзя – сегодня будет важное заявление, плюс вся команда и руководство в полном составе соберутся обсуждать финальные правки по немцам. И даже если у Смирнова сломаны обе ноги, он должен доползти до работы.

– Сам напросился, – буркнул Илья, паркуясь на служебной стоянке бизнес-центра.

Кинув взгляд в зеркало заднего вида, Илья криво усмехнулся.

Мало того, что его лицо «украшали» шрамы, так еще на скуле всеми оттенками красного и фиолетового переливался синяк, плавно перетекающий в нежно-сиреневый фингал, а губам позавидовал бы Джокер. Шрам с одной стороны рта, а с другой – царапина с содранной кожей.

«Красавец».

Тем не менее Илья расправил плечи и вошел в офис, привычно ловя на себе заинтересованные взгляды окружающих. Подумалось, что одно осталось неизменным – на него всегда обращали внимание, только раньше смотрели с восхищением, а сейчас со смесью жалости и отвращения, и еще непонятно, что было хуже.

– Смирнов, как приятно, что вы решили нас навестить, – ехидно бросил Алексей, когда Илья, извинившись, вошел в малый конференц-зал.

Десять человек уставились на него во все глаза. Два зама Алексея, с которыми он раньше общался только по телефону или в переписке, стали рассматривать его с неподдельным интересом, остальные тоже вовсю разглядывали последствия недавней потасовки на его лице, Алексей же буднично кивнул в сторону единственного пустого кресла с таким видом, словно ничего особенно не произошло.

– Смирнов, успели на самое интересное. Мы вчера беседовали с Артуром, будут кое-какие корректировки. Первое…

Илья слушал Алексея вполуха, мечтая треснуть его замов, которые откровенно пялились на него, как на зверушку в зоопарке, и перешептывались, как первоклашки. Идиоты.

– Артур и его партнеры попросили перенести встречу с конца декабря на начало января, – закончил свою речь Алексей.

– Они передумали? – тут же вырвалось у его зама, который наконец отвлекся от лица Ильи.

Илья по голосу определил, что это тот самый Степан, который вечно задавал ему уточняющие вопросы, словно пытаясь уличить в том, что он чего-то не знает. Илья же, к своей гордости, еще ни разу не попался на этот трюк: то ли все знал, то ли везло, но Степана это явно раздражало, как и то, что Алексей позволял Илье больше остальных. Например, он редко появлялся на общих совещаниях вживую, предпочитая подключаться онлайн, несмотря на то что стал чаще бывать в офисе.

– Нет, у них технические накладки. Они приедут, волноваться не о чем, – спокойно пояснил Алексей. – Это даже к лучшему, потому что у наших разработчиков все еще недоделано приложение, да, Юдин?

– Алексей, мы почти все сделали. – Главный разработчик задергал пышными усами, барабаня пальцами по столу. Илья был уверен, что если кто и рад переносу, то это Юдин, потому что его отдел как обычно не успевал. – Мы к концу недели покажем демоверсию.

– Нормальную версию подготовьте в срок. Но это еще не все новости, – усмехнулся Алексей и лукаво посмотрел на Илью. – Было принято решение, что Артура и его партнеров встречает и сопровождает Смирнов. Ну и я, разумеется.

Илья почувствовал, что стул, на котором он сидит, резко стал горячим, как уголь, да и атмосфера явно накалилась. Тяжелый взгляд Геннадия Михайловича – финдира и по совместительству близкого друга Алексея – впился в Илью, но обратился он к шефу:

– Алексей, Смирнов и так ведет проект на пару с Лукиным. Теперь ты хочешь, чтобы он занимался организацией встречи?

По его тону было очевидно, что именно он собирался встречать немцев. Илья смеялся в душе, сохраняя на лице бесстрастное выражение. Единственная польза, которую Геннадий мог принести проекту, – это распитие шнапса с Артуром, не больше. Он слабо разбирался в теме, плавал во всех тонкостях, что становилось очевидно, стоило только копнуть чуть глубже того, что было в материалах презентаций. И вообще, Илья считал его нулем без палочки и без дырочки. Будь его воля, он бы давно выкинул из проекта и Геннадия, и его непомерное эго.

– Гена, теперь за немцев полностью отвечает Смирнов. От встречи в аэропорту до проводов после сделки, – миролюбиво улыбнулся Алексей.

– Представительное лицо ты выбрал, ничего не скажешь, – только и фыркнул Геннадий, отрывая взгляд от лица Ильи, который начал закипать от пренебрежения в голосе зама.

Да, он пришел побитый, хотя и без этого красотой не отличается, но у него хотя бы мозги на месте и работают!

«Тупой индюк с раздутым самомнением», – решил Илья, переводя взгляд на Алексея. Было интересно, что он ответит на этот язвительный комментарий финдира.

– Вообще-то выбирал не я, – развел руками Алексей, – а Артур. Ему и его команде комфортно общаться с Ильей, и они хотели бы, чтобы он присутствовал на всех этапах сделки. Плюс, по его словам, он говорит как чистый немец, и это упрощает коммуникацию.

На собрании начался галдеж. Геннадий, который два месяца занимался немецким, подтягивая забытые со школы знания, негодовал громче всех, Степан что-то говорил о том, что нехорошо все делегировать одному только Илье, остальные просто наблюдали перепалку замов с шефом, а сам Смирнов пребывал в шоке от того, что Артур так им проникся.

Может, его подкупило то, что Илья несколько лет прожил в Германии? Им было легко общаться, потому что Илья свободно владел немецким, а еще разбирался в культурных тонкостях и мог поддержать разговор на разные темы. А Артур любил иногда поболтать о чем-то стороннем. И все равно было удивительно. Даже перенос встречи не удивил так сильно – Илья был уверен, что сроки съедут. Немцы чересчур щепетильны. Пока не согласуют все мелочи, шагу не сделают.

Он снова посмотрел на замов, которые убеждали Алексея, что Илья распугает немцев своим видом, что он не формат для таких встреч. Илья же поражался их грубости и хамству, приятно удивляясь стойкости, с которой Алексей не сдавал своих позиций.

– Решение принято, – отрезал он. – Собрание окончено. Смирнов, задержись, Гена, Степа, с вами встречаемся в два часа.

Когда конференц-зал опустел, Алексей откинулся на спинку кресла и лукаво посмотрел на подчиненного.

– Удивлен?

– Нет, – смело ответил Смирнов, решив, что большей частью говорит правду. – Мы с Артуром как-то сразу нашли общий язык.

– Я тоже так подумал, – хмыкнул шеф. – А еще после весеннего тендера я уверен, ты справишься лучше Гены.

Илья поднял глаза на шефа, пытаясь прочитать мысли старого плута, но Алексей, как всегда, только загадочно улыбался. Часто казалось, что шеф мог бы быть идеальным политиком – никто никогда не понимал, о чем он думает на самом деле.

– Спасибо, – зачем-то сказал Илья. – Я не подведу.

– Я знаю, но ты как будто не рад этому.

Если мысли шефа прочитать было невозможно, то мысли других Алексей щелкал на раз-два.

– Геннадий прав, я могу отпугнуть немцев. Недостаточно представительно выгляжу, плюс самый молодой в команде, – дипломатично ответил Илья, внутри почти крича, что только сумасшедший поставит Джокера вести переговоры вживую.

По телефону, по почте – в любом онлайн-формате он заболтает и уговорит кого угодно на что угодно, но не вживую. Не сейчас. Люди смотрят на внешность, и когда она отталкивает, они подсознательно предвзято относятся к тому, что им говорит ее обладатель.

– Илья, не говори глупостей, – отмахнулся Алексей. – Но на встречу давай все-таки без синяков. Хорошо выходные прошли?

Шеф насмешливо смотрел на него, явно желая услышать историю. Илья немного смутился, но у них с Алексеем были достаточно теплые отношения, которые с самого начала вышли за рамки «начальник – подчиненный». Алексей вообще на том самом вертел корпоративную этику и обожал поболтать по душам с сотрудниками, которые ему нравились. Илья без лишней скромности относил себя к таковым.

– Девушку с братом защищал, – сказал Илья, решив не вдаваться в путаные объяснения на тему того, кем ему приходится Кристина.

Алексей, вечно переживавший за чужую личную жизнь больше, чем за свою собственную, тут же загорелся.

– Девушка? – прищурился он. – Отбить, что ли, пытались?

– Типа того, – дернул плечами Илья. – Пьяные уроды привязались и… ну, в общем…

– Навалял им? – подсказал Алексей. – Ну и молодец, девушку и брата надо защищать. Но в начале января сидите, пожалуйста, дома, чтоб без приключений. Ты мне с немцами живым нужен! Кстати, на корпоратив-то придешь в пятницу?

– А он уже на этой неделе? – Илья сделал вид, что не думал о том, что его синяки – отличный повод не ходить на дурацкий корпоратив.

– Да. И если бы ты приходил на совещания вовремя, ты бы это знал! Смирнов, клянусь, еще раз опоздаешь – удавлю, – строго сказал Алексей, хотя глаза его смеялись. – Все, иди домой и не беси меня. На корпоратив, так и быть, можешь не приходить, но со следующего понедельника каждый день в офисе будешь с утра, понял?

– Спасибо. – Илья схватил сумку с ноутом и быстро ушел.

Остаток дня в голове была какая-то каша, а в душе сумбур. Он то радовался, что его назначили встречать немцев, то переживал, что все испортит, то думал о недавней драке и Кристине, которая должна прийти вечером, то об Антоне, который закидывал его фотками с припухшим носом и переживал, что отек никогда не сойдет, хотя прошло всего два дня.

Илья не заметил, как поток писем иссяк и рабочий день закончился. Только он собирался закрыть комп и сделать себе кофе, как ему стал названивать Лукин.

– Илья, ты ничего не сказал про документы, которые Геннадий Михайлович передал тебе через секретаря, – недовольно сказал он, не здороваясь.

Илья растерянно моргнул, пытаясь понять, о каких документах и о каком секретаре идет речь. Несколько секунд он пытался вспомнить, может, что-то упустил, а потом все-таки уточнил:

– Что за документы?

– Я сегодня сбежал сразу после собрания, Алексей в курсе, отпустил меня по личным делам. Я завис у нотариуса, поэтому дорабатывал из дома, а Геннадий Михайлович хотел мне срочные доки передать. Ты его знаешь, я лишний раз не хотел с ним связываться и говорить, что я не в офисе, его и так колбасит, что Алексей нам с тобой поблажки дает, вот и сказал, чтобы передал на твое имя в наш кабинет. Ты получил?

Илья напряженно думал о том, как ему быть.

– Насколько срочные документы? До завтра терпит?

– Не особо, – вздохнул Яшка. – А что, ты уже не в офисе?

– Меня Алексей тоже отпустил после совещания, – признался Илья. – Но, если срочно, давай сгоняю, заберу. Мне недолго ехать.

Лукин, который жил в Подмосковье, вздохнул с облегчением.

– Спасибо, Илюх, – горячо поблагодарил он. – И, кстати, поздравляю тебя.

Илья знал, что Яшка и сам с радостью встретил бы Артура, но с немецким у него не сложилось. Но сам факт, что выбрали кого-то из менеджеров, а не противного финдира, радовал обоих.

– Спасибо, Яш. Так, я думаю, за час-полтора туда-сюда сгоняю, плюс пока все изучу…

– Пиши в любое время, – перебил Лукин. – И сканчики мне пришли, ок?

Илья кивнул, забыв, что собеседник его не видит, сбросил звонок и побежал переодеваться – не мог же он поехать в офис в спортивках: некоторые его коллеги любили засидеться допоздна. Забежав в гардеробную, он натянул на себя темно-синие джинсы и схватился за фиолетовый пуловер, как позвонили во входную дверь.

– Черт!

Илья натянул пуловер и побежал открывать Кристине, на ходу натягивая носки.

– Ого, – выдохнула девушка, увидев синяки на его лице.

Илья по выражению ее лица догадался, что сейчас на него обрушится новая порция извинений, и улыбнулся.

– Привет. – Он отошел в глубь коридора, пуская девушку в квартиру. – Все хорошо.

Кристина стаскивала с себя пуховик, задумавшись о том, что в исполнении Ильи слова «все хорошо» обладали каким-то магическим успокаивающим эффектом. Беспокойство и вина, всколыхнувшиеся внутри при виде его боевых ран, сразу утихли, стало спокойно. Раз он так говорит, значит, так оно и есть.

Расстегивая сапоги, она второй раз за два дня подумала, что их отношения действительно изменились. Интересно только, насколько далеко могут зайти эти изменения. И с чего это он вдруг не в домашнем?

Мысли Кристины уже круто разогнались, что Илья так нарядился для нее и что вечером у них точно состоится кофепитие, а парень вдруг стал обуваться.

– Мне нужно отъехать на час-полтора, – сказал он, вытаскивая из шкафа куртку. – Ты обычно убираешься часа два, так что я успею до того, как ты закончишь.

Кристина растерянно хлопала ресницами, а Илья все продолжал улыбаться, думая, что она очень милая, когда не пялится на его шрамы и не сжимается в комок от его взгляда.

Хотя, возможно, Антон прав, и ему следует быть добрее. Если не со всеми людьми, то с ней точно. В конце концов, он никого не оставил бы в своей квартире, а ее мог, к тому же со спокойной душой. Это дорогого стоит.

– Закройся изнутри и, если что, звони, – напутствовал он, хватая ключи и документы от машины. – Скоро вернусь.

Кристина так и стояла в коридоре, слушая топот ног по лестнице. Интересно, куда он спешил в такое время, да еще и в таком виде? Не на свидание ли?

Заперев дверь, она сунула в уши наушники и набрала Ирке, чтобы обсудить странную ситуацию.

– Я думаю, он ушел на свидание, – подвела итог Кристина. – Пока я убираюсь у него в квартире, он…

– Кристина, за час-полтора можно устроить свидание разве что с проституткой, и то при условии, что она уже ждет его у подъезда. Что за бред?

– Ну, ладно, но все равно…

– Используй это как повод осмотреться, – тут же нашла плюс в ситуации Ирка. – Ты впервые осталась одна в его квартире.

– Да не на что тут смотреть, – проворчала Крис, открывая дверь в спальню.

– Ну как же? На каком постельном белье он спит? Может, на черном шелке, как темный властелин, или на желтом с пчелками, как…

– Как пасечник? – захихикала Крис, протирая подоконник пушистой тряпкой. – Он всегда заправляет кровать, в отличие от меня. Его мама явно может им гордиться.

– А ты можешь приподнять край покрывала и удовлетворить мое любопытство, – захихикала Ирка. – Ну что, мамкин пасечник или…

– Ни то ни другое, просто белое белье, – перебила Кристина, заглянув под серое покрывало. – Как в отеле.

– Эстет, – резюмировала Ирка. – Ладно, а теперь…

– Ира, она открыта! – придушенно прошептала Кристина, глядя на приоткрытую дверь гардеробной.

Видимо, Илья очень спешил, раз не то что на ключ ее не запер, но даже до конца не захлопнул. Любопытство свербело внутри, толкая навстречу двери, из-за которой пробивался холодный белый свет.

– Зайдешь? – шепотом, как змей-искуситель, спросила Ира.

– Нет. – Кристина зажмурилась, охваченная искушением.

– Уверена?

Глава 11 Неловкий момент

Кристина едва ли не впервые за полтора года не конспектировала лекцию, витая в облаках, а точнее, в мыслях об Илье. Вчера он вернулся под самый конец уборки, извинился за то, что отлучился, и сразу стал названивать какому-то Яшке. Кристина намывала полы, вполуха слушая, о чем он разговаривает. Было непонятно и, честно говоря, не очень-то и интересно, но она выяснила, что Илья мотался в офис, а не на свидание, и это радовало.

Она понимала, что влипла по уши, потому что с Ильей ей не светит, а очень хотелось бы. А Ирка со своими домыслами без конца подливала масла в огонь, разжигая в Кристине нелепые надежды.

– Вот зачем ему малолетняя домработница? – простонала она, пряча лицо в ладонях.

– Во-первых, уборки – это только предлог, надеюсь, он это понимает…

– Если бы понимал, то уже, наверное, что-то бы сделал?

– После того, как узнал, что мы называем его гоблином? Да его нежное мужское самолюбие небось еще до конца не восстановилось! Во-вторых, ты не подаешь ему сигналы.

– Какие еще сигналы?

– Кристи, вспомни биологию. – Ирка мотнула головой в сторону соседней парты, где сидели Надя и Никита. – Низшие приматы проявляют интерес, ухаживают, блох друг у друга вычесывают, например. – Ира скривилась, глядя на парочку, которая явно спелась.

Второй день они сидели вместе на всех парах, то и дело перешептываясь, и Ира была уверена, что у них роман. Кристина пока не особо в это верила, но выглядело все так, будто к этому все и идет. Было ужасно обидно за подругу, которая второй день была сама не своя, впадая то в несвойственную ей меланхолию, то в какое-то странное возбуждение.

– Давай проследим за ними после пар? – вдруг предложила Ира.

Кристина заключила, что сейчас она в фазе возбуждения, и кивнула, решив не спорить. Если ей так хочется, то почему бы и нет? Плевать, что это глупо, а Кристина собиралась готовиться к первому зачету. В конце концов, зачетов много, а подруга у нее одна. Ирка вот всегда находила время на ее проблемы, вспомнить того же Артема!

Она всегда была рядом, пыталась подбодрить и как-то отвлечь. Теперь ее очередь.

– Кстати, можем заодно подумать, как ты будешь очаровывать Илью на вечеринке. Он еще не сказал, куда вы пойдете?

Кристина помотала головой. Илья пока не сказал ей ничего, кроме даты. Она рассчитывала, что они обсудят это вчера, но он уехал, а когда вернулся, ему явно было не до нее. Пока он говорил по телефону, она украдкой поглядывала на него, восхищаясь тем, как уверенно и напористо Илья ведет разговор. Сама она вечно терялась и не могла вот так твердо выражать свою позицию. Было даже немного завидно.

Когда они прощались, он так мило ей улыбнулся, что сердце сжалось, как будто эта улыбка была особенной, хотя, конечно, это был обыкновенный знак вежливости. С другой стороны, раньше Илья запросто этой самой вежливостью пренебрегал, по крайне мере, с ней. Значит ли это, что она ему хоть чуть-чуть нравится?

– Тогда спроси у него завтра, – решительно сказала Ирка. – Нам надо подготовиться.

– Вообще-то я хотела попросить у него отменить уборки, пока у нас зачеты. Хотя бы в рабочие дни. Еще вчера хотела, но как-то не до этого было.

– Нашла время думать об учебе, – закатила глаза Ирка. – У тебя роман наклевывается, а ты… Даже в гардеробную не заглянула! Как ты могла? Не ради себя, так ради меня, мне ж интересно!

Кристина пожала плечами – не хотелось объяснять Ире, что она уже держалась за дверную ручку, готовая поддаться любопытству, но ее остановили две вещи. Во-первых, то, что это наглое влезание в личное пространство Ильи, а во‑вторых, она испугалась, что, когда Илья поймет, что дверь была открыта, может спросить ее, не заглядывала ли она туда, а она не сможет убедительно соврать, и он все поймет. И опять разозлится на нее.

– Трусиха, – фыркнула Ирка. – Короче, тебе надо завтра пойти к нему и…

– Ир, послезавтра первый зачет, мне надо готовиться.

– Может, тогда пропустишь спортзал сегодня? – прищурилась Ирка.

– Не буду я отменять зал, – начала сопротивляться Кристина. – Илья мне нравится, но я что, должна теперь все бросить и…

– Именно это ты и должна делать, – закивала Ира.

Кристина насупилась, но промолчала. Не хотелось обижать Ирку словами о том, что унизительно бегать за кем-то. А еще, как показала практика, совершенно нерезультативно. Словно прочитав ее мысли, Ира как-то пригорюнилась, снова посмотрев на Надю и Никиту. Кристина тоже взглянула на них, думая о том, что сидят они как-то слишком близко, соприкасаясь плечами, а волосы Нади падают Никите на лицо.

– Рыжая шлю…

– До встречи на зачете на следующей неделе, – закончил занятие преподаватель, собирая портфель.

– Так, ждем, пока они выйдут, и сразу за ними, – зашипела Ирка, закидывая в сумку учебник. – Ты со мной?

– Естественно.

Спустя пять минут они с Ирой неспешно шли за Никитой и Надей, которые направились в сторону общаги. Кристина радовалась, что Ира тоже живет в общежитии и, если ребята их заметят, это не покажется им подозрительным. И все равно было как-то не по себе.

– Вообще они просто идут, – сказала она, когда Никита с Надей завернули за угол. – Ничего предосудительного не…

– Я так и знала, – дрогнувшим голосом сказала Ира, замерев на месте.

Едва свернув с дорожки, которая вела ко входу в универ, Никита положил руку Наде на талию. Это было очень красноречиво, как и поцелуй, который случился буквально через пять шагов. Кристина и Ира переглянулись, а потом синхронно пошли вправо, надеясь, что их не заметят.

– Ир, ты как? – осторожно спросила Кристина.

– Хочу убить их обоих! Я окучивала Никиту почти месяц, а эта паршивка просто взяла и… Да как они это делают?! Кристи, что со мной не так?

Кристине хотелось сказать, что не так что-то с Никитой, который повелся на Надю, но Ира продолжала ругаться, и она не стала перебивать. В конце концов, она действительно не знала, почему все вокруг так запросто начинают отношения, а они с Ирой вечно за бортом. Причем если она ничего не делала, то Ира из кожи вон лезла, но результат всегда был один.

– Мы прокляты, – резюмировала Ира. – Я вечно выбираю не тех, ты… – Она посмотрела на Кристину и вздохнула. – Ты тоже. То майнер Артемка, то гоблин Илья. Один другого краше.

– Зато Илья точно не сопрет мои сбережения на летний отпуск, – нервно хихикнула Кристина.

Вспоминать про Артема и его развод до сих пор было мерзко. Она давно закрыла для себя эту историю, но все равно было стыдно за то, какая она доверчивая дура.

– Он тебе поможет на него заработать, – хмыкнула Ира. – Кстати, он тебе уже платил?

– Пока нет.

– А собирается?

Ира выразительно на нее посмотрела.

– Думаю да, иначе бы не предложил, – лаконично ответила Кристина. – Может, у него зарплата не пришла или еще что-то, и…

Она осеклась, поймав себя на том, что оправдывает Илью так же, как и Артема в прошлом году. И хотя у парней не было вообще ничего общего, стало как-то не по себе. Прошло уже почти две недели с тех пор, как Илья предложить ей убираться за деньги и пока еще ни разу не заплатил. А она, честно сказать, особо об этом и не думала, потому что радовалась, что у нее есть повод с ним встречаться.

– А вы обсуждали, сколько он будет тебе платить?

– Нет, но…

– Ага, тебе, как всегда, неловко говорить о деньгах?

– Нет, просто он мне нравится, и мне плевать, заплатит он или нет…

– Потому что в тебе не осталось ни капли гордости.

– Кто бы говорил! – возмутилась Кристина.

– Вот поэтому и говорю, – нисколько не обиделась Ира. – Никто не ценит нашего хорошего отношения, мужики кидают на бабки и западают на всяких рыжих мымр, а мы с тобой болтаемся на обочине жизни.

Драме, прозвучавшей в голосе Иры, позавидовал бы сам Шекспир. Она прищурилась, а потом очень серьезно сказала:

– На твоем месте я бы подсуетилась и завтра пошла к Илье. Как знать, может он сам свозит тебя в отпуск?

– Не говори ерунды!

– Кристи, у тебя на руках отличные карты! Ты собираешься их разыграть или так и будешь сидеть и хлопать глазками? Завтра иди к Илье и узнай либо про день рождения его друга, либо выбей из него бабки, потому что ходить убираться задарма – так себе времяпрепровождение. Не будь как я и не трать время на идиота, который этого не стоит. Все, иди готовься к зачету.

– Но я думала, что мы потусуемся вместе, – растерянно протянула Кристина.

– Я освобождаю тебе время, скажи спасибо, обними меня и вперед. Будем штурмовать Илью!

* * *

Несмотря на негодование Иры, Кристина все же отменила уборку в среду и договорилась с Ильей на субботу. Хотелось нормально подготовиться к зачету, а заодно оттянуть разговор о деньгах. Ира наседала, настаивая, что сегодня-то она точно должна спросить Илью об оплате, но Крис не представляла, как к этому подступиться.

Не то чтобы она много об этом раздумывала – все ее мысли были о зачетах. Но, оказавшись у Ильи на пороге, она вспомнила слова Ирки, и все два часа, что убиралась, девушка думала, как начать разговор. Светлых идей не было, только неловкость от самой мысли о том, чтобы просить у Ильи деньги. Все-таки она ходила к нему не столько ради денег, сколько ради…

«А ради чего?» – спросила сама себя Крис.

Ради своих безумных фантазий о том, что нравится ему. И чем дальше, тем более нелепыми они ей казались. Как и идеи Иры о том, что ей надо себя проявить на дне рождения, о котором Илья так ничего и не рассказал, зато они с Ирой уже все придумали. Они долго обсуждали, как может отмечать день рождения ровесник Ильи, и решили, что клуб и бар – точно мимо: клуб не солидно, бар не празднично. Значит, либо ресторан, либо домашняя вечеринка. У обоих вариантов были свои плюсы и минусы.

В ресторан можно нарядиться и показать себя во всей красе, а дома можно понаблюдать за Ильей в спокойной обстановке в окружении друзей. На самом деле Кристине было жутко любопытно, какой он с другими людьми. Жалко, что она больше не видела Антона, с ним Илья был каким-то другим, словно становился мальчишкой. Хотя он старше ее всего-то на пять лет.

Кристина как раз снимала тряпку со швабры, когда в кухню вошел Илья. Пока она убиралась, он работал, впрочем как обычно. Девушка уже давно поняла, что он законченный трудоголик, который готов работать вечером, в выходной и когда угодно. Возможно, именно поэтому он может позволить себе дизайнерские шмотки и «двушку» в новостройке?

– Кристина, как насчет кофе? – улыбнулся Илья, наблюдая, как она закидывает тряпку в ведро.

– С удовольствием. Я тогда отнесу все и…

– Ага, приходи на кухню, – кивнул Илья. – Заодно обсудим график на следующую неделю и день рождения моего друга.

Кристина обрадовалась, что он помнит о ее просьбе перенести уборки на следующей неделе из-за зачетов. Через пару минут они снова сидели на кухне друг напротив друга, как в тот раз, когда он попросил ее об услуге. Почему-то опять было не по себе, и она сосредоточилась на кофе, который у Ильи получался просто божественно вкусным.

– Значит, следующая неделя у нас полностью выпадает, потому что на буднях у тебя зачеты, а в субботу у нас выход в свет, – протянул он.

Кристина кивнула. Илья мучительно медленно пил кофе, а она не могла дождаться, когда он озвучит, куда же они пойдут.

– Думаю, нам стоит придумать убедительную историю знакомства, – вдруг сказал он. – А еще нам надо узнать друг друга чуть-чуть получше, чтобы не было этих неловких моментов, ну, знаешь, как в комедиях, где кто-то притворяется парой.

Илье было максимально неловко говорить это, но он знал, что оттягивать дальше некуда. В следующий раз они встретятся уже в субботу и должны быть готовы к навязчивым расспросам Гоши и Ани. Да и Ленка по-любому в стороне не останется и вставит свои пять копеек. Они с Кристиной не могут облажаться, иначе вместо того, чтобы заставить Ленку ревновать, он выставит себя жалким идиотом.

Хотя подговорить Кристину изобразить его девушку и есть жалко. Хорошо еще, что она не знает про фото в его телефоне, которое он убрал с заставки, но почему-то так до сих пор и не удалил. Лишь бы Гоша не сболтнул ничего.

«Во что я ввязался?! Идиот!»

– В общем, концепция такая: я увидел тебя в кофейне, мы разговорились, я подвез тебя до дома, и там закрутилось-завертелось.

Кристина с сомнением посмотрела на Илью, думая, как бы помягче сказать, что его версия звучит максимально неправдоподобно. Он не похож на парня, за которым девушки бегут после пяти минут знакомства, да и вся история в целом выглядела глупо.

– Я бы не поехала в машине с незнакомцем. – Кристина как могла осторожно сгладила критику.

– Ты пришла к незнакомцу домой, – напомнил Илья.

Кристина упрямо смотрела на него, не собираясь отступать. Раз уж впутывает ее в какую-то мутную историю, пусть она будет хотя бы продуманной.

– Ладно, и что ты предлагаешь? – сдался Илья.

– Для начала нужно придерживаться реальных событий, чтобы не запутаться в деталях.

– То есть мы скажем, что ты облила меня кофе, я на тебя наорал, а потом ты решила сдать мою куртку в химчистку? – вскинул брови Илья. – По-моему, звучит так себе.

– Именно. Но в жизни обычно все так и бывает, мы ж не в кино, где герои влюбляются с первого взгляда, а на заднем фоне играет лиричная музыка, – пожала плечами Кристина. – В любом случае, чем больше правды мы скажем, тем лучше.

– Принято. Но я предлагаю опустить часть с уборками, – хмыкнул Илья. – Лучше так. Ты вернула мне куртку. – Он задумался, а потом улыбнулся. – В угоду жанру добавим розовых единорогов и скажем, что ты ее почистила. Меня очаровали твои честность и доброта, и я позвал тебя на свидание.

Кристина знала, что все это просто легенда для его друзей и бывшей, но все равно поплыла в страну грез, где все могло быть именно так. Не уборки, а свидание, и…

– Какие цветы я принес на наше первое свидание?

– Розовые розы. Угадал, что они мои любимые, – робко улыбнулась Кристина.

Илья вдруг засмотрелся на девушку. На ее щеках проступил легкий румянец, и он представил, как восхитительно красиво она смотрелась бы с букетом розовых роз в руках. У нее было очень нежное лицо, на которое хотелось смотреть. Илья с удивлением вспомнил, что не так давно она раздражала его одним своим видом, а сейчас все было по-другому. То ли он привык к ней, то ли все дело в чувстве благодарности, но сейчас ему было вполне приятно находиться в ее компании. Даже недавняя неловкость куда-то исчезла.

Кристина, наоборот, смущалась все сильнее. Она не могла перестать представлять, что было бы, если бы Илья позвал ее на свидание. Какие цветы он ей принес бы, куда бы они пошли. Мысли носились в голове под бешеный стук сердца, а она упрямо пялилась в чашку с недопитым кофе.

«Ошибка. Это все безумная ошибка. Мне не надо было соглашаться!»

– И куда я тебя пригласил? – весело спросил Илья.

– На каток? – выдохнула Кристина, проводя пальцем по ободу чашки.

Внутри все сжалось от воспоминания о том, как крепкие руки Ильи удержали ее от падения. И пусть он тогда всего лишь хотел ее проучить, этот момент четко врезался в память, вытесняя всю злость, что была после.

Она вообще заметила, что стала забывать негатив, а все хорошее, что было связано с Ильей, разрасталось, распирая грудную клетку каким-то щемящим, непонятным чувством.

– На каток? Ты же ужасно катаешься, – напомнил Илья. – Неужели согласилась бы?

– С тобой хоть на край света, – хихикнула Кристина, делая вид, что подыгрывает ему.

На самом деле, если бы Илья по-настоящему позвал ее на свидание, ее устроил бы любой вариант. Она согласилась бы даже на прогулку в парке в минус двадцать.

– Тем более ты обещал научить меня кататься. По-моему, очень романтично.

– Действительно.

Илья резко встал, со скрежетом отодвинув стул, и запустил кофемашину. Не то чтобы ему хотелось еще кофе, но надо было как-то оторваться от разглядывания Кристины, которая выглядела слишком мило в этом бежевом плюшевом свитере.

«Интересно, что она наденет на день рождения Игоря? Обсудить это с ней и предложить одеться в одной цветовой гамме или уже перебор?»

Илья встряхнул головой, отгоняя от себя бредовую идею. Кристина и так делает ему одолжение, он не может требовать от нее еще и соблюдения какого-то дресс-кода, который он сам себе придумал.

– Сделать тебе еще кофе?

Илья обернулся к ней, сталкиваясь с ее изучающим взглядом. Кристина помотала головой, снова уставившись в чашку, а Илья понял, что его впервые не бесит, что она пялится на него.

– Мне кажется, настало время для самого дебильного в мире вопроса. И все же… расскажи мне о себе. Я знаю, что ты учишься в меде и… и все.

Илья снова уселся напротив нее и улыбнулся, подталкивая начать рассказ.

– М-м… – Кристина нахмурилась, обдумывая, что сказать ему.

– Вот и настал тот самый неловкий момент? – усмехнулся Илья. – Ладно, давай я, как джентльмен, возьму удар на себя и начну первым. Так, ты знаешь, что мне двадцать четыре и я работаю менеджером по проектам. Немного расскажу о работе, потому что Игорь – мой друг детства и по совместительству бывший коллега. По факту именно он привел меня в эту компанию. Если без подробностей, то все время, что мы с тобой встречаемся, – он изобразил пальцами кавычки, – я занимаюсь подготовкой к сделке по расширению бизнеса с немцами, которая будет в январе. Кстати, можешь мной гордиться, я теперь веду проект, – с легкой ноткой самодовольства сказал парень.

– Ого, круто, – восхитилась Кристина. – Поздравляю.

Она шутливо стукнула своей чашкой о его, словно это был тост, и пригубила кофе. Илью приятно удивила ее реакция, особенно на фоне того, что Ленке вообще были по фигу любые его достижения, а ведь они встречались без кавычек.

– Спасибо. – Илья приподнял свою чашку, улыбаясь ей. – Кстати, тебе стоит знать, что я наврал Игорю, будто ты помогала мне с переездом.

– Ну, это не совсем вранье.

– Так-то да, – улыбнулся Илья. – Что еще важного тебе следует знать обо мне, учитывая, что мы встречаемся около месяца? Я несколько лет жил в Германии, окончил там школу и колледж. После аварии, – он резким движением провел по лицу, пальцами очерчивая шрамы, обозначая, что они появились у него после аварии, – решил остаться в России.

– Аварии? – эхом переспросила Кристина.

– Да, ехал в новогоднюю ночь на такси, и вот. – Илья развел руками, показывая, что развивать тему не собирается. – К слову, с тех пор на такси я не езжу.

Кристина вдруг вспомнила, как он повез ее домой, когда у нее поднялась температура, и не позволил вызвать такси. Видимо, после такого потрясения у него появилась фобия. Неудивительно.

– А почему именно Германия?

Кристина решила сменить тему, видя, что Илье не особо хочется говорить об аварии. Хотя у нее были вопросы. Например, стало интересно, почему он не свел шрамы, видно же, что он стесняется их, и вообще, они влияют на качество его жизни.

– Мама переехала туда после развода, я поехал с ней. Кстати, с отцом я не общаюсь, – мимоходом признался Илья. – Ну, это так, на всякий случай, вряд ли об этом зайдет речь, но стоит перестраховаться. Мою маму зовут Наталья, она живет и работает в Германии. Я единственный ребенок в семье, Антон мой единственный двоюродный брат. Люблю кататься на коньках, серый цвет и фильмы, основанные на реальных событиях. Твоя очередь.

Кристина вдохнула, собираясь с мыслями, которые разбегались, как тараканы. Она пыталась запомнить все, что ей сказал Илья, а еще сдержаться и не задавать неудобных вопросов, которые роились у нее в голове. Чем больше он рассказывал о себе, тем больше ей хотелось узнать о нем.

– Я учусь в меде, но это ты уже знаешь, – неловко начала она. – Я тоже единственный ребенок в семье, мои родители врачи. Хочу стать хирургом, как папа, но это не точно.

Она нервно рассмеялась, не зная, что еще добавить. Почти все свободное время она учится, ходит в зал и тусуется с Иркой. Вот и все, даже рассказать нечего.

– Хирург? – удивился Илья. – Неплохо. А как с учебой, справляешься?

– Ну, я надеюсь получить красный диплом. – Кристина не стала говорить, что у нее нет морального права получить синий, иначе мать закопает ее в бабушкином огороде.

– И как перспективы?

– Пока неплохо. Я отличница. И ботанка, – призналась Кристина. – Почти все свободное время учусь. Еще в спортзал хожу, ну и с подружкой гуляю.

– Это она тебе звонила, когда ты первый раз пришла ко мне домой? – ехидно уточнил Илья.

– Угу.

Кристина испугалась, что он снова разозлится, но он продолжал улыбаться.

– Значит, учишься постоянно? – сменил тему Илья. – Почему тогда согласилась убираться у меня, если времени и так ни на что не хватает?

Кристина шумно вздохнула, а потом опустила глаза в стол. Такого поворота она не ожидала и теперь не знала, что и сказать. Не могла же она признаться, что согласилась, потому что он ей нравится!

Илья по-своему истолковал ее молчание и смущение, решив, что у нее финансовые трудности, и тут же пожалел, что вообще задал этот дурацкий вопрос. Ясное дело, что не от хорошей жизни девочка-студентка согласилась быть у него уборщицей.

– Кстати, я совсем забыл обсудить с тобой оплату, – спохватился он. – Я все посчитаю и сегодня-завтра переведу за две недели. Просто с предыдущей уборщицей я рассчитывался дважды в месяц и на автомате как-то решил, что у нас такая же система. Тебе так нормально или лучше после каждой уборки?

– Как тебе удобно.

Кристине было как-то стыдно говорить о деньгах, хотя ей стало приятно, что Илья не забыл о своем намерении платить за уборки. Особенно приятно в преддверии Нового года и неизбежной покупки подарков.

– У тебя карта к телефону привязана? Или лучше наличкой?

– Как удобно, – повторила Кристина.

Илья понял, что ей не по себе от этого разговора, и вернулся к предстоящему мероприятию:

– Так, день рождения будет у Игоря, который друг детства и бывший коллега. Там будет его девушка Аня, ее подруга и по совместительству моя бывшая, Ленка. Еще будет Леха, друг Гоши по универу, и его жена Жанна. Я их видел несколько раз, они нормальные ребята. А еще будет какой-то Дима, про него ничего сказать не могу, мы незнакомы. Вот и все, с нами восемь человек получается.

– А куда мы идем? – решилась-таки спросить Кристина.

– В боулинг.

Мечты Кристины о нарядном платье и тех сногсшибательных сапогах, которые ей обещала одолжить Ирка, разлетелись с таким звоном, что казалось, Илья тоже мог его слышать. Но он сидел и как ни в чем не бывало улыбался, а Кристина напряженно думала о том, что шансы очаровать его стремятся к нулю. Как вообще можно кого-то очаровать в клоунских башмаках для боулинга?!

– Я не умею играть. И в боулинге была всего раз, – тихо сказала Кристина, понимая, что выставит себя на посмешище.

– Я тоже, – подмигнул Илья. – Будем учиться вместе. Говорят, новичкам везет.

Он тихо рассмеялся, и Кристина подхватила его смех. Несмотря ни на что, она все равно очень ждала день рождения Игоря. Может, ей и не продефилировать перед Ильей на шпильках, но все лучше, чем бегать со шваброй наперевес.

Вдруг, увидев ее не у себя дома в качестве уборщицы, он взглянет на нее по-новому?

Когда она уже собиралась уходить и они с Ильей стояли в прихожей напротив зеркального шкафа, он вдруг повернулся к ней и уставился немигающим взглядом.

– Кхм, Кристина, когда мы пойдем на тусовку, все должно выглядеть правдоподобно и… – Илья вдруг оробел, чувствуя себя глупым пацаном, который стесняется взять девчонку за руку. – Могу я?..

Он осторожно протянул руку в ее сторону. Кристина тяжело сглотнула, не совсем понимая, что он собирается делать, и кивнула. Кровь отлила от лица от волнения и какого-то странного трепета, а сама девушка замерла, боясь и шелохнуться.

Илья осторожно, почти невесомо, положил свою руку ей на талию, словно боялся, что она отшатнется, но Кристина не шевельнулась, продолжая смотреть на него, ожидая, что он сделает дальше.

Илья придвинулся к ней, чуть сжимая руку на ее талии и пытаясь расслабиться. Они должны выглядеть естественно, а не двумя застывшими статуями. Он неуверенно улыбнулся ей, без всяких слов понимая, что Кристине максимально неловко.

Как и ему самому.

– А неплохо смотримся, – заметил он, глядя в зеркало.

Кристина последовала его примеру и тоже посмотрела на их отражение. Илья явно пытался ее приободрить, потому что она выглядела, как перепуганный зверек. Она выдохнула, отпуская напряжение, и робко улыбнулась, встречаясь в зеркале взглядом с серыми глазами Ильи.

– Мне кажется, так будет лучше, – еле слышно сказала она, неуверенно прижимаясь щекой к его плечу.

Теперь было вполне похоже на пару. Еще бы лица попроще, и было бы вообще прекрасно. Утешало, что Илья выглядел таким же смущенным, как и она.

– Кристина, – хрипло спросил Илья, – ты не против, если я буду трогать тебя?

Она уставилась на него во все глаза, а он поморщился, осознав, как странно это прозвучало.

– Я имел в виду, приобниму или что-то вроде того, без всякого… ну, короче твоему парню не придется ревновать. У тебя есть парень? – Едва озвучив это, он пожалел, что не родился немым.

Он прекрасно умеет проводить переговоры, уламывать партнеров на свои условия, иногда ему даже удается переубедить Алексея, так с чего сейчас блеет, как овца, и несет дичь?

– Парня нет, – покачала головой Кристина. – И да, можешь меня трогать, я не против.

Почему-то эти слова обожгли что-то внутри. Илья снова повернулся к Кристине, остановив свой взгляд на ее губах. Может, на тусовке у Игоря им придется поцеловаться. Интересно, она хорошо целуется или этому ее нужно научить?

Пока он думал об этом, Кристина вдруг перевела взгляд на его скулу, где еще оставался желтый синяк. Быстрее, чем подумала, что делает, она прикоснулась к нему пальцем, медленно проводя по его контуру.

– Болит? – отчего-то шепотом спросила она.

– Нет.

– Извини, что из-за меня…

– Все нормально, я знал, что делаю, – соврал Илья.

Конечно, он не знал, что пара пропущенных ударов обернется настолько неприятными ощущениями и тесной дружбой с обезболивающей мазью, которую он тщательно втирал утром и вечером. Давненько он не пользовался ею, но тем не менее ни о чем не жалел. Если бы пришлось, он бы это повторил, потому что восхищенный взгляд Кристины того стоил.

– Спасибо, – сказала она, опуская глаза.

Рука Ильи все еще лежала на ее талии, обжигая даже через свитер. Ее окутывал запах его парфюма, его теплое дыхание щекотало ее щеку. Его близость была непривычной и безумно волнительной. Сердце колотилось в груди со скоростью миллион ударов в минуту, а по телу бежали мурашки.

– Тебе спасибо, что согласилась на мою авантюру. И да, если хочешь передумать – это последний шанс.

Его голос был мягким и почти ласковым. Как будто он правда ее парень. Кристина резко вскинула лицо, увидела его кривоватую улыбку и с ужасом поняла, что влюбилась в него бесповоротно и окончательно. Настолько, что впишется в любую мутную затею, что он предложит.

Глава 12 Страйк 3

Неделя так быстро пролетела, что Илья опомнился, только когда наступила суббота. Открыв глаза, парень привычно потянулся и сонно посмотрел на время. На экране телефона было девять утра и куча сообщений от Игоря с требованием перезвонить. Илья хмыкнул и набрал номер друга.

– С днем рождения, придурок, – ласково сказал Илья вместо приветствия.

– Чувак, я убью тебя, серьезно! – заржал Гоша в трубку. – Кто устраивает сюрпризы в семь утра?!

– Я, – самодовольно сказал Илья. – Ты оценил мой подарок?

– Я тебе отомщу! – Гоша сквозь смех стал пересказывать, как подскочил в семь утра от звонка в дверь и встретил в одних трусах толпу мексиканцев в национальных костюмах и сомбреро, которые под гитару и трясущиеся маракасы спели ему пару песен, поздравляя с днем рождения. – Анька сначала испугалась, потом стала их на камеру снимать. Капец ты чокнутый.

– Погодь, там нормальный подарок еще должен подъехать через час, – хмыкнул Илья, поднимаясь с кровати. – Мы с Лехой нашли то, что ты хотел.

– Да ладно?! – Восторг Гоши вперемешку с удивлением Илья уловил, даже не видя лица друга. – Вы нашли аудиосистему в мою тачку? Ту самую?!

– Естественно.

– Капец! – взвизгнул от радости Гоша. – Спасибо, чуваки! Ты, кстати, че, все в силе? Приедешь со своей в боулинг?

– Да, будем в четыре.

– Класс, ничего, что Ленка тоже прикатит? – смущенно уточнил Игорь. – Я как-то не подумал…

– Нам с Кристиной пофиг, твоя днюха, зови кого хочешь, – отмахнулся Илья.

– Супер, жду вас.

Илья сбросил звонок и побрел на кухню, размышляя о предстоящем вечере. Его охватило несвойственное ему волнение: может, зря он втянул в это Кристину? Все это напоминало бредовую американскую комедию начала нулевых. И по сюжету сейчас они должны прикинуться парой для дела, а потом будут так хорошо играть, что влюбятся друг в друга без памяти, потом произойдет какая-то фигня, они все испортят, а потом он побежит за ней на закат.

«И в конце мы поцелуемся, переспим и поженимся, как в кино», – усмехнулся сам себе Илья, вспоминая кучу низкобюджетных киношек, которые были в моде в период его школы и колледжа.

Все это было диким бредом. И с чего он вообще думает об этом с утра? Наверно, подсознательно переживает, что что-то может пойти не так. Позориться не хотелось бы.

Большая чашка черного кофе и зерновой тост с авокадо и вяленым помидором немного развеяли сомнения. Почему-то он стал чувствовать себя увереннее. Настолько увереннее, что посчитал, что переживать не о чем – Кристина его не подведет. Они будут настолько тошнотворно-милой парочкой на этой тусовке, что Ленка с Анькой раздуются от злости и сами станут как шары для боулинга.

Обдумав эту мысль, Илья схватил чашку с недопитым кофе и телефон и вышел на балкон, набирая номер Кристины. Она так долго не брала трубку, и он решил, что она еще спит, но Кристина ответила после пятого гудка вполне бодрым голосом.

– Привет, ты как? Готова к боулингу?

Илья закурил, осматривая заснеженный двор за окном и свою машину, которая опять напоминала сугроб. Похоже, снег валил всю ночь.

– Привет, собираюсь с духом, даже открыла правила в «Гугле», – хихикнула Кристина. – Это ничего, что у меня нет подарка для твоего друга? Как-то неловко приходить просто так.

Илья чуть не поперхнулся кофе от удивления. Кажется, он никогда не привыкнет к ее причудам.

– Я уже подарил от нас подарок, не парься, – наконец сказал он, думая, что в ее «причудах» есть что-то милое.

– Ладно, тогда еще вопрос, – опять замялась Кристина. – Мы только в боулинг пойдем или… Я просто думаю, какой дресс-код мероприятия. Ну, точнее, что уместнее надеть?

Илья вдруг подумал, что до этого как-то не обращал внимания на то, какая Кристина невероятно чуткая и воспитанная девушка. Подмечает все мелочи и переживает, чтобы все было идеально. Кажется, у них есть что-то общее.

– Надевай что хочешь, – решил не напрягать ее еще больше Илья. – Или, если хочешь, можем одеться в одном стиле…

Втайне он так и хотел, но неделю назад не решился предложить.

– В одном стиле было бы круто, – оживилась Кристина.

Илья едва не подпрыгнул от радости, услышав эти слова, и сразу стал расспрашивать Кристину, какие образы и цвета есть у нее в гардеробе и что бы ей хотелось надеть с учетом того, что они идут в боулинг. Попутно Илья отпускал шутки насчет того, что с обувью можно не заморачиваться – там выдадут мерзкие клоунские ботинки. Кристина тоже смеялась и говорила, что они должны быть самой модной парой на этом вечере, чтобы у его бывшей в глазах рябило от их сияния и обаяния. Вместе они выбрали, как показалось Илье, идеальное сочетание фасона и цвета.

И он даже не понял, как так вышло, но проболтал с ней почти сорок минут и опомнился, когда выпил вторую чашку кофе, а Антон пытался дозвониться ему в четвертый раз. Попрощавшись с Кристиной, Илья в приподнятом настроении перезвонил брату. Предстоящий вечер в компании бывшей перестал казаться каторгой.

– Господи, Илюша, президенту дозвониться легче, чем тебе! – возмутился Антон. – Я выбираю тебе подарок на Новый год, и, если не скажешь, что хочешь, получишь вторую вазу без головы!

– Ищи синий кожаный ремень, заодно проверим твой вкус, – тут же нашелся Илья.

– Отлично, я приеду к тебе тридцатого, надеюсь, ты не против, – нагло заявил Антон.

– Вообще-то я…

– Ой, Илюш, у меня вторая линия, пока-пока!

– Антон! – В трубке уже были короткие гудки.

Илья только глаза закатил – братец был в своем репертуаре. Впрочем, он был не против, чтобы Тоха завалился к нему на день раньше. Правда, тридцатого Кристина придет на уборку, и очень хотелось, чтобы брат держал себя в руках и не болтал всякую чушь.

Парень пошел в ванную и посмотрел в зеркало. Настроение всего на мгновение поползло вниз, но он отбросил эти мысли: злись не злись, а реальность от этого не изменится. Некоторые вещи нужно просто принять, а к некоторым нужно изменить отношение, чтобы легче жилось. Но Илье пока это плохо удавалось. Бреясь перед зеркалом в ванной, он довольно отметил, что от синяков не осталось и следа, да и плечо благодаря мазям тоже пришло в норму.

Илья скинул остатки пены для бритья в раковину и умылся. Затем разделся и посмотрел в зеркало на плечо. Выглядело, как обычно, жутко. Парень как-то запоздало подумал: а хорошая ли идея играть в боулинг? Если перенапрячься, плечо может снова заболеть.

Илья так разозлился от этой мысли, что аж дыхание перехватило.

– Все будет нормально, – решительно сказал он своему отражению.

Это всего лишь боулинг, а он сам не какая-то развалина.

* * *

– Кристи, солнышко, попробуй! – Мама Кристины ураганом ворвалась к ней в комнату с куском яблочного пирога на тарелке. – А что ты делаешь? – Марина Максимовна забыла на секунду про пирог и стала рассматривать дочь в одних трусах и лифчике и гору разбросанной на кровати одежды.

– Выбираю межкомнатные замки на маркетплейсе, – недовольно проворчала Крис.

– Зачем тебе замок? – не поняла шутку мама.

– А чего шумите? – в дверной проем просунулась голова Кристининого отца и тут же тактично исчезла.

– Вот затем и нужен замок! Что за привычка врываться ко мне в комнату? Вдруг я тут смотрю запрещенные каналы по телевизору? – съехидничала дочь.

– Да ради бога, срач только прибери и смотри порно сколько влезет, – тут же парировала Марина Максимовна. – Так пирог есть будешь?

Кристина закатила глаза – ну что за чокнутая семья! Секс они обсуждать могут, шутить по-черному только в путь, а кофты по кровати раскидывать нельзя. Кофты должны лежать только в шкафу.

Зная, что спорить с матерью бесполезно, девушка откусила большой кусок еще теплого пирога.

– Ошень фкусно, – сказала она с набитым ртом.

– Так куда собираешься? Свидание? – из-за двери спросил отец.

– Иду на день рождения, – буркнула Кристина, прожевав пирог.

– Ой, ну раз на день рождения. – Марина Максимовна умчалась из комнаты и снова прибежала уже с отцом, когда дочь накинула халат. – Ранний подарок на Новый год.

– И презент в честь сдачи всех зачетов, – добавил папа.

Кристина радостно открыла коробку с духами, на которые положила глаз еще месяц назад, а заодно взяла конверт с деньгами.

– Спасибо, а ваши подарки под елкой, и раньше тридцать первого не открывать! – весело заявила она.

Дав дочери напутствие много не пить и возвращаться домой на такси, а не мотаться на метро, родители ушли на кухню есть пирог, а Кристина продолжила сборы, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

С одной стороны, было страшно изображать девушку Ильи перед его друзьями и вообще с ними знакомиться, а с другой – она так ждала этот день, думала об этом едва ли не каждую минуту. Удивительно, что она вообще сдала зачеты, потому что все ее мысли были об Илье. А этот его утренний звонок с предложением одеться в одной цветовой гамме! Они так долго и весело болтали, что ей было совсем не жаль отказываться от того образа, что они так старательно выбирали с Иркой еще в начале недели.

Кристина упала на кровать прямо в гору своей одежды и блаженно улыбнулась. Вот было бы круто, если бы Илья влюбился в нее, как в кино. Ирка права, ей надо себя проявить, потому что второго шанса может и не представиться.

Девушка посмотрела на часы и вскочила с кровати – шанса не будет, если она не соберется вовремя. Илья сказал, что заедет за ней на машине в половине четвертого. Время тикало, а она все еще не уложила волосы, не накрасилась и не выбрала украшения.

Время полетело еще быстрее, но Кристина все же успела собраться и, довольно улыбнувшись своему отражению, пошла к выходу, столкнувшись в коридоре с мамой.

– Кристи, ты такая красивая, давай я сфотографирую тебя у елки?

– Ма-ам, я опаздываю.

– Одно фото! Отправлю Любаше, а то она обижается, что ты не звонишь и не заходишь.

Чертыхаясь, Кристина наконец вышла из подъезда, с неудовольствием отмечая, что Илья прождал ее десять минут, зато тетя Люба получила десять фотографий в «Ватсапе» от мамы.

– Привет, прости, пожалуйста. – Кристина хотела оправдаться, но прикусила язык.

Незачем Илье знать о безудержном желании ее матери пересылать тонны фотографий Кристины всем родственникам.

– Все нормально, – улыбнулся Илья, мельком осматривая ее и выезжая из двора. – Отлично выглядишь. Классная у меня девушка, – весело хохотнул он.

– Конечно, тебе вообще повезло, – в тон ему пошутила Крис, хотя внутри все переворачивалось в неожиданной радости от его комплимента.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Илья. – Ты как, готова?

– Ага, готова, – выдавила улыбку Кристина, думая, что ни черта не готова.

– Главное – расслабься и веди себя естественно, у меня нормальные друзья. Если что… – Илья запнулся, не зная, как помягче предупредить Кристину о возможном нападении двух мегер в лице Аньки и Ленки. – Короче, ни о чем не волнуйся, все будет хорошо. Я с тобой.

Эти слова придали храбрости Кристине, и всю оставшуюся дорогу до боулинга она думала о них, а не о том, как бы правдоподобно сыграть свою роль. Когда Илья припарковался, она вдруг оробела и испуганно уставилась на него.

– Не забудь, что сегодня мы пара, ладно?

Судя по голосу, Илья нервничал не меньше, чем она. Кристина кивнула, и они вышли из машины. Уже у самого входа в боулинг Илья осторожно взял ее за руку и чуть-чуть сжал ее ладонь в своей.

– Все будет хорошо, – как мантру, повторил он, толкая тяжелую дверь.

В боулинге было много людей, и Кристина не сразу поняла, что невысокий парень со щетиной и радостной улыбкой, который подбежал к ним, и есть Гоша.

– Привет! Опоздали на две минуты, будете пить штрафную, – весело сказал он, пожимая Илье руку.

– А все уже в сборе? Кстати, знакомьтесь, Кристина, Игорь, – представил он девушку другу.

– Привет! С днем рождения!

Кристина так очаровательно улыбнулась, что у Ильи перехватило дыхание от удивления. Вот же актриса, кто б мог знать. Гоша расплылся в ответной улыбке, не той отработанной, что выдавал коллегам и партнерам, а той самой, которую Илья помнил с детства. Кристина ему явно понравилась.

– Привет-привет, спасибо! Рад наконец познакомиться, а то Илья все уши прожужжал, какая у него замечательная девушка.

Кристина с любопытством посмотрела на Илью, а тот только глаза закатил – Гоша был в своем репертуаре и, как обычно, преувеличивал.

– Кстати, все опаздывают, кроме Димы. Леха с Жанной завозили ребенка к свекрови, а Ленка катится где-то на такси, – тараторил Гоша, утаскивая их в сторону гардероба. – Ну и фиг с ними, пошли пить виски за мое здоровье. – Именинник нетерпеливо ждал, пока ребята переобуются.

– Я за рулем, – напомнил Илья, шнуруя дурацкие двухцветные туфли.

– С тобой все понятно. Кристина, ну ты-то выпьешь? У них в баре офигенные коктейли, – хитро подмигнул Гоша.

– Если у них есть «Апероль», я за, – улыбнулась девушка.

– Наш человек.

Кристина хотела было пойти за Гошей к их дорожке, но повернулась к Илье. Сердце опять неловко подпрыгнуло в груди – он был невероятно красив сегодня. В черных штанах, болотного цвета футболке и стильной удлиненной кожаной жилетке. На красивой кисти болтались черные кожаные браслеты. Сама Кристина по их утренней договоренности надела черную кожаную юбку-трапецию, болотного, как его футболка, цвета водолазку и черные колготки. Образ портили только дурацкие туфли для боулинга, но было плевать. Она бросила взгляд в ростовое зеркало и решила, что они с Ильей шикарно смотрятся.

– Я не нашла черные украшения, – шепнула она Илье.

Парень молча снял один из своих браслетов и надел на ее левую руку.

– Великоват. У тебя тонкие запястья, – улыбнулся он.

Кристина покраснела и приоткрыла губы от удивления, не понимая, почему он так нежно ей улыбается. Все дело в их спектакле или все-таки в ней? Волнение охватило ее, мурашками бегая по запястью, которое легко сжимал Илья.

– Тогда лучше пусть будет у тебя.

Кристина решила, что обо всем подумает завтра, а сегодня будет его девушкой. Счастливой и влюбленной девушкой, пусть и понарошку. Она так же нежно, как он, надела браслет ему на руку.

– Привет, Илья.

Улыбка сползла с лица Ильи, когда он услышал голос Ленки. Они с Кристиной синхронно обернулись. Ленка уже успела скинуть шубу и стояла перед ними в сексуальном обтягивающем красном платье, коротких сапогах на шпильках и с маленькой сумкой в руках.

– Переобуйся, Лен, на шпильках в боулинг не играют, – хмыкнул Илья и отвернулся от нее.

А вот Кристина едва сдерживалась от того, чтобы совсем откровенно не пялиться в декольте его бывшей. Бюст Лены рвался из платья и был размера четвертого, в то время как у Кристины была твердая двоечка. Девушка невольно задумалась: Илье нравятся женщины с пышными формами или просто с Леной так повезло? И что делать ей, если в этой водолазке ее грудь как за бронежилетом?

– Жаль, я бы смогла и на шпильках сыграть.

Лена пошла за обувью, бросив в сторону Кристины недовольный взгляд, от которого девушке стало как-то не по себе.

– Пойдем к ребятам. – Илья взял Кристину за руку и повел к Гоше.

Когда они подошли к столу, Кристина окончательно убедилась, что вечер будет непростым. Девушка, которую обнимал Гоша, очевидно Аня, уставилась на нее с таким пренебрежением, что захотелось съежиться и сбежать. И даже крепкая ладонь Ильи отчего-то не успокаивала, а лишь сильнее нервировала.

– Привет, Дима, – представился друг Гоши ребятам.

Он пожал руку Илье и тепло улыбнулся Кристине. Она чуть расслабилась, ощутив, что хоть кто-то тут им рад.

– Чего вы так долго? Я уже заказал тебе «Апероль», – улыбнулся Гоша. – Что будете есть? Кристина, советую попробовать местную пиццу – она просто топ, прям как в Италии.

– Можно сравнить с Италией, только если была в Италии, – самодовольно заметила Аня, снисходительно глядя на Кристину.

– Полностью с тобой согласна, – кивнула Кристина, пригубив коктейль. – Если здесь готовят так же, как в пиццерии у фонтана Треви, я съем пару пицц. Там было такое уютное местечко на какой-то узенькой улочке, не помню название, но до сих пор вспоминаю пиццу, ммм…

Аня прикусила язык, осознав, что ее колкость не удалась, а Илья восхитился, как ловко Кристина ей ответила. Этот вечер начинал ему нравиться, а Кристина стала открываться с новой стороны. Он переживал, что она будет краснеть и бледнеть как при знакомстве с ним, а она могла не только постоять за себя, но еще и ненавязчиво отшить, при этом мило улыбаясь.

– Ты не рассказывала мне, что была в Италии, – улыбнулся он, подвигаясь к ней ближе.

– Мы с мамой фанаты римской истории и очень хотели посетить Колизей. Я тебе потом расскажу про поездку, – пообещала Кристина, прячась за бокалом и молясь, чтобы Илье не пришло в голову развивать тему Италии, в которой Кристина никогда не была и ничего не знала, кроме Колизея и знаменитого фонтана.

– С мамой путешествуешь? – снова оживилась Аня. – Живешь тоже с мамой?

Она насмешливо смотрела на Кристину, а та следила глазами за Ленкой, которая уселась напротив, соблазнительно качнув своей четверочкой. Нужно было как-то угомонить этих змей, иначе вечер закончится для нее нервным срывом.

– Уже нет. – Кристина легкомысленно хихикнула, пародируя Иру, и даже захлопала ресницами, точь-в-точь как подруга. – После переезда Илья предложил переехать к нему… Понимаю, что быстро, но разве я могла ему отказать?

Кристине не пришлось даже притворяться, что она смущена. Она сделала еще пару глотков, осушая свой бокал, а потом, окончательно осмелев, положила голову Илье на плечо.

Это был занавес. Илья в душе ржал в голос над актерским мастерством Кристины. Она была неподражаема в своей легкой, ненавязчивой игре. Анька с Ленкой позеленели от злости, а Гоша едва не присвистнул от серьезности отношений друга. Единственным, кто никак не отреагировал на новость о том, что Илья и Кристина съезжаются, был Дима, который пил виски и думал заказать пиццу, которую так хвалил Гоша.

Минутка выразительных взглядов прервалась с появлением на сцене новых лиц. К столику семенили запыхавшиеся Леха и Жанна, которые, став родителями, постоянно спешили и опаздывали.

– С днем рождения! – заорал Леха и плюхнулся на диван к Гоше. – Заводи детей, говорили они, будет весело, говорили они.

– Сорри, что опоздали, кто-то обкакался перед выходом. – Жанна тоже села на диван.

– Надеюсь, Машуня, а не Леха, – хохотнул Дима.

– Фу, отсядь от меня, – тут же заржал Гоша.

– Очень смешно. Просто налейте виски молодым родителям. Гоша, дорогой, пьем за твое здоровье.

Почему-то пара Жанны и Леши сразу понравилась Кристине. Они были простые и смешные, а Жанна чем-то еще напоминала ей Иру, только волосы были длиннее и кудрявее. Вдобавок Жанна без конца забавно шутила и подтрунивала над Гошей и Аней, так, что все смеялись. Даже Лена перестала кидать недовольные взгляды и стала будто специально флиртовать с Димой, который был явно не против. А еще было приятно, что Илья совсем не обращал внимания на Лену, зато сидел совсем вплотную к Кристине и в какой-то момент ненавязчиво ее приобнял.

Кристина тут же поплыла от его приятного парфюма и «Апероля», согревающего тело. Сердце перестало стучать в ужасе, а мозг перестал лихорадочно обдумывать каждую фразу, и она немного расслабилась, представляя, что они настоящая пара. Было так прекрасно просто сидеть рядом с Ильей и чувствовать его руку на талии, что она не сразу вклинилась в беседу об игре.

– Именинники идут на дорожку первые. Анют, мы должны победить! – азартно заявил Гоша и пошел к дорожке для боулинга со своей девушкой.

– Ну, вот еще! Мы поддаваться не будем, да, Лен?

– Тебе придется тащить нашу команду, я совсем не умею играть, – глупо захихикала Лена, строя глазки другу Игоря. – Хотя, судя по нашим соперникам, мы вне конкуренции. У Ильи же что-то с плечом… Шар-то поднимешь, Илюш?

Илья прищурился, тут же вспомнив, как отказался двигать мебель в Ленином салоне красоты, обосновав это тем, что ему нельзя поднимать тяжести. Она тогда еще надулась, как рыба фугу, и два дня ныла, что он не хочет ей помогать.

Кристина даже кожей ощутила напряжение и бешенство парня. Она не знала предысторию этой фразы, но поняла, что если ничего не сделает, то в лучшем случае Илья пошлет Лену, а в худшем будет скандал.

– Не знаю, что там у него с плечом, но раз меня на руках носит, то шар точно поднимет. – Кристина выпалила это и покраснела от стыда.

– Оставь подробности вашей личной жизни при себе. Это никому не интересно.

Лена фыркнула и потянула оробевшего Диму к дорожке, где Гоша с Анькой спорили, как правильно кидать шар.

– Извини, я…

Кристина посмотрела на Илью, показывая ему красное от смущения лицо. Она думала, что Илья разозлится на нее, как в тот раз, когда она назвала Лену чувырлой и влезла за него заступаться, но он почему-то, наоборот, успокоился и резко склонился к ее уху, опаляя горячим дыханием.

– Спасибо, – едва слышно прошептал он. – Если бы не ты, я б ее послал и испортил Игорю днюху.

Парень резко отстранился от нее и уже нормальным голосом продолжил:

– Не обращай внимания на эту курицу. Кстати, с плечом все нормально, – усмехнулся Илья, всеми силами усмиряя гнев, кипевший внутри от слов бывшей. – Кажется, наша очередь. Пойдем выбьем страйк.

Кристина тепло улыбнулась и пошла за ним на дорожку, с удовольствием отмечая, что и Гоша с Аней, и Лена с Димой выбили только половину кеглей.

– У меня была пятерка по геометрии, сейчас я рассчитаю траекторию, – воинственно сказала Кристина, пытаясь схватить огромный шар, который был явно слишком тяжелый для нее.

– Успокойся, геометрия, – искренне засмеялся Илья. – Шар поменьше возьми. Давай я тебя научу.

– Ты же сказал, что не умеешь играть? – изогнула брови Кристина.

– Я тоже погуглил и глянул пару видосов, – подмигнул Илья, и они оба рассмеялись.

То ли новичкам везло, то ли пьяненьким море по колено, но Кристина выбила страйк и радостно вскрикнула под аплодисменты Гоши и Димы, наблюдавших с диванчиков. Улыбка не сползала с лица, а пара коктейлей окончательно ударили в голову. Еще и смеющийся Илья быстро наклонился и чмокнул ее в нос, отчего Кристина глупо захихикала, замечая недовольные взгляды Лены и Ани.

– А вы куда убегали? Ваша очередь! – Гоша кивнул Лехе и Жанне на дорожку.

– Я говорил с матерью, – закатил глаза Леша. – Машуня устраивает концерты, но пока все под контролем.

– Я пудрила нос. – Жанна деловито схватила желтый шар и походкой от бедра пошла к дорожке. – Расступись перед мастером спорта, – улыбнулась она и выбила две кегли.

– Я бы пошутил, но не буду, – хмыкнул Илья.

– Ой, Илюх, вот и молчи, – весело показала язык Жанна. – Леша, я хочу ударить еще раз.

– Да, дорогая. – Леша послал воздушный поцелуй и продолжил пить виски и обсуждать с Димой последний футбольный матч.

С игрой вечер пошел еще бодрее. Лена еще пару раз пыталась укусить Илью с Кристиной, но в итоге сдалась и стала флиртовать с Димой, который был вроде за, а вроде и не проявлял должной заинтересованности. А услышав, как Илья сказал Гоше, что Кристина учится на врача, тут же стал расспрашивать ее про учебу и преподавателей, потому что год назад он окончил тот же мед, что и Крис. Лена откровенно скучала, а Илья восхищался тем, как живо и легко Кристина болтает с Димой, который рассказывал про какую-то статью, обильно пересыпая речь медицинскими терминами, и, кажется, вообще забыл о том, что вокруг есть еще люди.

– Так и на каком ты, говоришь, курсе? – вдруг спросил он.

– На втором, – выпалила Кристина, прежде чем сообразила, что может выставить Илью в некрасивом свете.

Вдруг ему станет неловко, если его друзья подумают, что он встречается с малолеткой? Первым делом она посмотрела на Илью, лицо которого не выражало вообще ничего, а потом скосила глаза на Лену, которая ехидно улыбнулась, явно готовясь к «броску кобры».

– Юная леди, вы меня поражаете, – восхитился Дима. – Это у нас так хорошо преподавать стали или просто ты такая одаренная?

Кристина смутилась и ничего не ответила, а Дима повернулся к Илье.

– Повезло тебе, красивая, да еще и умная – редкое сочетание. Я б женился, – заявил он, опрокидывая в себя виски.

Илья с Кристиной, оба смущенные донельзя, переглянулись, а потом сбежали на дорожку под оглушительный хохот пьяненького Гоши.

– Ну и как тебе жених? – хихикнул Илья, пока Кристина выбирала шар.

– Не в моем вкусе, – призналась Кристина. – Но я хотела бы прочитать статью, о которой он рассказывал.

– Да ладно, так и скажи, что запала на этого горячего рыжего парнишку, – подначивал Илья.

Кристина показала ему язык и выбила семь кеглей. Илья стоял у нее за спиной, близко-близко, шепча на ухо, как дьявол.

– Красивая, умная, да еще и в боулинг хорошо играет, – спародировал он Диму. – Юная леди… Ой, не могу.

Илья захохотал, едва ли не уткнувшись лицом в ее волосы, а Кристина заметила, как злобно смотрит на них Ленка, стоявшая чуть в стороне в ожидании своей очереди. Перехватив взгляд Кристины, Лена прищурилась и отвернулась, гордо вздернув подбородок.

А до Крис вдруг дошло, что, невольно захватив внимание Димы, она заставила ее ревновать по-настоящему, и внутри нее все заликовало от гордости за себя и радости за своего «парня».

– Я считаю, это был страйк, – усмехнулась она, оборачиваясь к Илье.

– Однозначно.

* * *

Илья с Кристиной с трудом смогли отбиться от приглашения Игоря продолжить банкет у него дома. Тем более Жанна с Лехой спешили и уехали первыми, а устраивать посиделки с Аней и Леной ребята совсем не хотели. Гоша был пьян, но тоже уловил их настроение и отпустил домой, напоследок крикнув, что он еще устроит «чисто мужскую» тусовку в январе.

– Кажется, все прошло хорошо, – весело сказала Кристина, растекаясь по пассажирскому сиденью.

Третий бокал явно был лишним – она плыла на волнах «Апероля» и внимания, которым весь вечер окружал ее Илья. Его взгляды, шутки, осторожные прикосновения и милый чмок в кончик носа – все это было похоже на сказку, и ей совершенно не хотелось возвращаться в реальность. Она никак не могла сложить в своей голове вечно хмурого и недовольного Илью, которого она знала, с тем веселым, громко хохотавшим и обалденно шутившим Ильей, которого увидела сегодня. Он был совсем другим. Абсолютно потрясающим.

Кристина закрыла глаза, мечтая, чтобы этот вечер не заканчивался. Так хотелось побыть девушкой Ильи хоть еще пять минут.

– Кристина…

Она распахнула глаза и увидела перед собой лицо Ильи. Совсем близко – между их носами было каких-то несколько сантиметров. Кристине показалось, что воздух резко накалился, а дышать стало трудно, будто на грудь упала бетонная плита. Она не успела ничего сказать, как губы Ильи накрыли ее губы.

Они были мягкими и теплыми, до мурашек нежными. Одна рука Ильи опустилась ей на плечо, а вторая легла на талию, и Кристина задрожала от охватившей ее страсти. Ей казалось, что ее губы горят, а сама она плавится в руках Ильи, словно пластилин, готовая принять любую форму от его рук и губ.

Сердце колотилось как сумасшедшее, и до безумия хотелось большего, чем просто мягкий поцелуй одними губами. Набравшись храбрости, Кристина резко, словно прыгнув с обрыва, ответила на поцелуй и подалась вперед, жадно целуя Илью. В груди стало тесно, а тело будто искрило. Илья стал целовать ее так страстно, что она забыла все, о чем думала минуту назад.

Весь ее мир сжался до Ильи, а единственным желанием было, чтобы этот вечер никогда не заканчивался.

Когда Илья отстранился так же резко, как и поцеловал ее, Кристина ощутила себя выброшенной на берег рыбой. Жадно хватая ртом воздух, она проследила за взглядом Ильи, который смотрел куда-то в окно, и ей показалось, что она рухнула со скалы и разбилась об асфальт, словно хрустальная ваза. Дзинь.

Она увидела, как Лена торопливо семенит в сторону бара, и поняла, что этот поцелуй для Ильи ничего не значит.

– А вот это явно был двойной страйк, – весело сказал он.

– Однозначно, – блекло сказала Кристина, вспомнив, как пошутила в боулинге.

Илья усмехнулся, трогаясь с парковки. Бросив быстрый взгляд на Кристину, он вдруг спохватился:

– Ничего, что я поцеловал тебя?

Кристина выдавила из себя улыбку. Сказка закончилась, а американские комедии нулевых врут.

Глава 13 Заботмен

Кристина дрожащими от волнения руками сжала кисточку, собираясь чуть-чуть подкраситься, а потом со злостью уставилась на нее.

– Боже, чем я занимаюсь? – простонала она, заталкивая кисточку в косметичку.

Зачем краситься перед тем, как идти убираться? Илье все равно, как она выглядит, – она для него всего лишь повод заставить бывшую поревновать, не более. И она знала это с самого начала, но почему тогда на душе так погано? Почему внутри все сжимается от тоски о поцелуе, который был чистой воды спектаклем? Хорошо еще, Илья подумал, что она подыграла ему, и не понял, что для нее этот поцелуй был настоящим.

Ведь ей казалось, что в тот вечер между ними пробежало что-то… какая-то искра.

– Убожество, – бормотала Кристина, снимая с себя нарядный новогодний свитерок и меняя его на затрапезную толстовку. – Какое же ты убожество, – сказала она своему отражению в зеркале, висевшем на шкафу.

Собрав волосы в тугой хвост, она натянула на себя первые попавшиеся джинсы и вышла из комнаты. Родители работали, так что никто не стал спрашивать, куда она идет. Кристина оделась и вышла из квартиры, сердито хлопнув дверью.

Она нарочно медленно плелась по улице, то и дело скользя ногами по снежной каше и ругаясь себе под нос. Не радовали ни яркое солнце, ни пушистые хлопья, кружившие в воздухе, на душе было крайне паршиво. Она даже хотела позвонить Ирке, но поняла, что не готова в третий раз обсуждать, что Илья – засранец, который просто использовал ее и все.

А с другой стороны, разве она имела право на него злиться? Он сразу сказал, что это спектакль, а все остальное – ее нездоровые фантазии, в которых Илья осознает, что она лучшее, что могло с ним случиться, и уносит на руках в закат. И за это было стыдно. Как и за то, что у нее остановилось сердце, когда губы Ильи нежно прижались к ее. И особенно за то, как она жадно ответила на его поцелуй.

«Как мне ему в глаза теперь смотреть?»

Впервые за все время, что она ходила к Илье, Кристина воспользовалась лифтом, в глубине души надеясь, что он застрянет, уборка отменится и ей не придется встречаться с Ильей. Да и на кой ей сдались эти уборки, если у нее нет ни единого шанса ему понравиться?!

Она обреченно вышла из лифта и нажала на кнопку звонка, непроизвольно затаив дыхание.

– Привет!

Кристина уставилась на жизнерадостно улыбающегося Антона.

– Привет, – растерянно протянула она, входя в квартиру.

– Илья забыл, что Новый год уже завтра, и укатил за подарками, – хихикнул Антон, закрывая за ней дверь. – Мне кажется, если бы я не приехал к нему с елкой и новогодними украшениями, он бы так и сидел на диване в обнимку с ноутом.

Кристина была уверена, что так бы оно и было, и не стала спорить. Повесив пуховик в шкаф, она собиралась было прошмыгнуть в чулан за средствами для уборки, но Антон ее остановил:

– Слушай, я хочу немного нарядить эту берлогу… Поможешь?

– А давай.

Кристине понравилось его предложение. Во-первых, она обожала Новый год и все, что с ним связано, особенно наряжать елку, а во‑вторых, убираться лучше, когда возня с украшениями закончена, а то повсюду будут блестки и мишура.

– Я купил елочку, – похвастался Антон, показывая Кристине коробку с искусственным деревом. – Маленькая, но Илья уперся, что не хочет большую. Он вообще отмечать не хотел, но я навязался, – с гордостью сообщил парень, затаскивая Кристину в гостиную. – Елку поставим на стол, туда, – он ткнул пальцем в книжные полки, – можно повесить мишуру, а на кухню я купил занавес, чтобы все окно светилось.

– Круто, – улыбнулась Кристина. – А почему гирлянда пятиметровая? Не многовато для такой елочки?

Антон нахмурился:

– Я не смотрел на длину. Ну, ничего, намотаем в три слоя, зато будет ярко.

Следующие полчаса Кристина и Антон возились с елкой.

– А ты не спешишь никуда? Ничего, что я тебя задерживаю? – вдруг спохватился Антон.

– Не, учеба закончилась, так что теперь до середины января никуда не тороплюсь, – заверила его Кристина.

– Как зачеты прошли?

– Нормально. У меня половина автоматом была, – пожала плечами Крис, наматывая на елку голубую мишуру.

– Везет, – скривился Антон. – А у меня один незачет, мать так орала, что я решил сбежать к Илюше. А вообще, я говорил, что хочу быть дизайнером, а не вот это все экономическое фуфло.

– Понимаю, – поддержала Кристина.

Не то чтобы на нее давили с выбором образования, но у нее всегда было ощущение, что не она выбрала медицину, а вся ее жизнь, включая родителей, вели ее к поступлению в мед. Откровенно говоря, другие варианты особо не рассматривались.

С другой стороны, ей нравилось то, что она изучала. Ей было интересно, как устроен человек, как функционируют те или иные системы, и она получала самое настоящее удовольствие от учебы. В те моменты, когда не хотелось застрелиться от объема информации, которую приходилось впихивать в свой несчастный мозг.

– Кстати, а Илья всегда закрывает гардеробную или только когда я прихожу? – неожиданно спросил Антон.

– Всегда.

Кристина не стала упоминать про тот случай, когда почти заглянула в святая святых, и с интересом посмотрела на Антона, надеясь, что он прольет свет на тайну гардеробной, но тот сосредоточенно развешивал на елке шарики, от усердия смешно высунув язык.

Она смотрела на него и удивлялась, насколько братья не похожи. Из общего только блондинистые волосы, и все. У Антона были ярко-зеленые глаза, какие-то теплые и добрые, Илья же чаще всего хмурился, а глаза цвета штормового моря придавали лицу строгости. Черты лица у Ильи были острыми, как будто высеченными, у Антона, наоборот, сглаженные и плавные. И все-таки какое-то семейное сходство проскальзывало.

– Как будешь отмечать? С семьей или с друзьями?

– Друзей у меня немного, и все разъезжаются на праздники, так что посижу с родителями, посмотрю «Голубой огонек», поем салатиков. А ты? Точнее, вы с Ильей. Вдвоем или еще кто-то будет?

– Вдвоем. Вообще-то меня звали на пару тусовок, но не хочу, чтобы Илюша тух дома один, – признался Антон. – Только ему не говори, а то он взбесится. Официальная версия такая – я поругался с маман из-за зачета и сбежал к нему просить политического убежища.

Кристина улыбнулась, оценив уровень заботы: Антон не только не оставил Илью в одиночестве, но еще и обставил все так, чтобы он не думал, что это из-за него. Сильно.

– Мило, – сказала она.

– Вот-вот, а этот вечно говорит, что от меня одни проблемы, – пожаловался Антон. – А что я? Я просто всегда рядом, как верный Хатико, даю ценные советы, которые он все равно не слушает. Вот я говорил, не связывайся с этой Ленкой-коленкой, и что? Он не послушал!

– С кем, с кем?

– С бывшей его, – скривился Антон. – Ты ж ее видела, да? Когда она приперлась к нему в пальто на голое тело.

Кристина закашлялась. Голого тела Лены она, слава богу, не видела, но отчего-то покраснела. А еще в груди противно запекло от ревности при одной только мысли, что Илья и Лена спали вместе.

Перед глазами снова пронеслось перекошенное от злости лицо Лены в лобовом стекле и довольная улыбка Ильи. Чертов поцелуй, от которого у нее свело все внутренности, был дешевкой, а с Леной у него все было по-настоящему.

Стало так обидно, что в глазах защипало от непрошеных слез и стыда за свои мысли.

Илья ей никто, как и она ему. У них сугубо деловые отношения, а то, что у нее при виде него все дрожит внутри, к делу не относится.

– Так, я, наверное, займусь уборкой, – решила она. – Справишься сам с гирляндой на кухне?

– Да без б, – фыркнул Антон, вытряхивая из коробки провода с лампочками. – Если упаду со стремянки и убьюсь, скажи Илье, что я погиб во имя духа Рождества.

Кристина захихикала, провожая его взглядом. Все-таки Антон был очень чудным, но милым. Она все еще была безмерно благодарна ему за то, что вступился за нее тогда у бара, да и вообще, она уже сто раз подумала, что, если бы не та ситуация, она, возможно, никогда бы не взглянула на Илью под другим углом.

А с другой стороны, много ей радости от этого, другого, угла? Ей ничего не светит, это так же очевидно, как и то, что у Ильи явно остались чувства к этой чувырле Лене. Чтобы он там ни говорил, если бы было все равно, то он не стал бы устраивать этот цирк с ревностью.

Убиралась Кристина так остервенело, что управилась быстрее, чем обычно. Хотелось уйти до того, как придет Илья, и не травить себе лишний раз душу. И без того тошно.

– Ого, красота, – ахнула Кристина, войдя в кухню.

Когда она там убиралась, Антон еще прыгал по подоконнику, чертыхаясь и клея на окна специальные пластиковые крючки, а сейчас в кухне был выключен свет, а все окно весело мигало желтыми огоньками.

– Я варю какао, – заговорщицки подмигнул Антон. – Любишь какао?

Прежде чем Кристина ответила, что какао она любит, но ей пора домой, он жестом фокусника вытащил сладкий подарок в виде домика.

– С наступающим! – широко улыбнулся парень, протягивая ей коробочку.

– Ой, спасибо, – смутилась Крис. – А у меня… прости, я не знала, что ты будешь.

Это было идиотской отговоркой, потому что она в любом случае не подумала бы что-то ему подарить. И от этого было так неловко, что она раскраснелась, как спелая редиска. Антон беззлобно рассмеялся, всучив ей коробку с конфетами, а потом пошел разливать какао по чашкам.

– Не кипишуй, слопаем вместе с какао, – успокоил он девушку, которая все еще стояла посреди кухни. – Этот зануда не ест сладкое, так что я приношу свое. Садись давай.

Антон махнул в сторону острова, и Кристина села на привычное уже место. Антон поставил перед ней две чашки, а потом уселся на соседний стул и снял крышку с картонного домика.

– Что будешь? Я хочу вот эту с нугой.

Он зашуршал фантиком, а потом сунул в рот конфету и сразу потянулся за второй.

– Кстати, я рассказывал, что прохожу курсы стилиста? – как обычно невпопад сказал он. – Родителям пока не говорю, а то они орать будут, но мне очень нравится. Гораздо интереснее того, что нам втирают в универе.

Кристину и смешило, и изумляло то, как запросто Антон рассказывал о себе все подряд, хоть они были едва знакомы. А самым странным было то, что говорить с ним было очень легко и приятно.

– Нет, не рассказывал.

Антон заметил интерес в глазах Кристины и, восприняв это как зеленый свет, принялся рассказывать ей о своем обучении, а потом стал показывать фотки из соцсетей своих знакомых, которым он сделал разбор.

– Они, конечно, не просили, но мне несложно, – самодовольно сказал парень. – Расписал им все, потому что нельзя вот так одеваться. Ты посмотри, на ней все в облипку, привет из нулевых! Спасибо, что штаны не на низкой посадке, но скинни – это фу.

– Я люблю скинни, – робко сказала Кристина.

Антон посмотрел на нее едва ли не с жалостью, а потом заявил:

– Если хочешь, проведу тебе бесплатный разбор гардероба. Я сейчас собираю портфолио и… – Он критично посмотрел на девушку, а потом хмыкнул. – Ладно, с твоим ростом и ногами скинни – ок, но вообще, это колхоз. Просто знай.

– Вот спасибо, – фыркнула Кристина, откусывая от шоколадного батончика. – Кстати, спасибо за какао, очень вкусное.

– Еще бы было не вкусное, там маршмеллоу! – возмутился парень. – Смотри, я тут прикола ради разобрал Ленку-коленку, ну, она через раз ничего одевается, а через раз прям чистая эскортница. Хотя, как по мне, так она и есть эскортница, – трещал Антон, подсовывая Кристине фотки бывшей Ильи. – Как только он на нее посмотрел? У него вроде хороший вкус всегда был. Хотя после аварии он стал не таким стильным, как раньше, но все же старается как-то прилично одеваться. Мне очень понравился его лук с теми темно-синими…

У Кристины голова пошла кругом от информации, которой щедро осыпал ее Антон. В какой-то момент она буквально перестала слышать его, зациклившись на мысли о Лене. В конце концов она не выдержала и спросила:

– Как думаешь, Илья хочет с ней сойтись?

Если ее вопрос и удивил Антона, то виду он не подал, скорее всего, вообще не удивился, потому что сам говорил первое, что придет в голову, мало заботясь о том, чтобы это вязалось с темой разговора.

– Ты чего?! Побесить – да, но потому что она дрянь и… ну, ты в курсе. Ни за что он с ней не свяжется, особенно после такого.

Эти слова подарили Кристине такое облегчение, что она едва не обняла Антона, но сдержалась и вместо этого сунула в рот конфетку. Парень же снова вернулся к теме шмотья, а Кристина сидела и улыбалась как идиотка, чувствуя, как во рту тает карамелька.

«А вдруг шанс есть?»

Дверь хлопнула, и она уставилась в темный коридор. Щелкнул выключатель, загорелся свет, а потом она увидела Илью, который заглянул на кухню прямо в пуховике.

– Привет.

Он недоуменно смотрел то на Кристину, то на Антона, которые сидели за островом, причем так близко, что их плечи соприкасались. Первой мыслью было, что это странно, а второй, что они неплохо смотрятся вместе. И им явно весело, потому что, когда он вошел, услышал их смех. И сидят они слишком близко, а на кухне еще какой-то интимный полумрак.

Особенно странным это казалось на фоне того, что во время его с Кристиной кофепитий они всегда сидели по разные стороны острова под холодным светом потолочных светильников-прожекторов, сохраняя дистанцию. А они, между прочим, знакомы гораздо дольше. А с Антоном она виделась всего два раза.

– Илюш, будешь какао? – как ни в чем не бывало спросил Антон, с улыбкой глядя на него.

Илья брезгливо скривился, глядя на плавающее в чашках маршмеллоу – в жизни такое в себя не зальет.

– Спасибо, воздержусь, – буркнул он, возвращаясь в коридор.

Стягивая с себя пуховик, он все думал, когда эти двое успели сблизиться. За те три часа, что его не было дома? Оставалось надеяться, что Антон не ляпнул ничего такого, что Кристине знать не стоило.

«Так и знал, что оставить их вдвоем – плохая идея. И над чем это они там опять хихикают?»

Почему-то Илье упорно казалось, что над ним.

Он вернулся на кухню и подозрительно уставился на брата, который налил добавку какао в свою чашку, а потом щедро присыпал все это безобразие маленькими зефирками. У Ильи аж челюсть свело от того, как сладко это выглядело.

– Налить тебе еще? – спросил Антон у странно притихшей Кристины.

– Да нет, не стоит, я пойду…

– Да ладно, тут как раз еще на одну чашку, – стал уговаривать Антон. – Третью я не потяну. Илюш, кофемашинка нагрелась, тебе сделать американо, как обычно?

– Угу.

– Тебе понравилось, как мы украсили квартиру? – Антон махнул рукой в сторону окна.

– Нормально, – безразличным тоном сказал Илья, отчего-то немного злясь, что они украшали дом без него.

– Зануда, – фыркнул беззлобно Антон.

Илья уселся на свое привычное место напротив Кристины и стал рассматривать гирлянду на окне. Не хотелось признавать, что стало симпатично и как-то уютно, и даже какао вдруг показалось каким-то атмосферным.

Антон возился с кофе, а Илья смотрел на Кристину. Он зацепился взглядом за какао в уголке ее губ и почему-то вспомнил, как страстно она ответила на его вполне невинный поцелуй. Он и не ожидал, что она так может. Было горячо.

Кристина чувствовала, что Илья смотрит на нее, но упорно продолжала пялиться на спину Антона, который продолжал журчать что-то про безвкусную Катьку из третьей группы. По сути, только его непрекращающаяся болтовня хоть как-то разряжала напряжение, повисшее в воздухе с приходом Ильи.

Кристине хотелось поскорее уйти домой, лишь бы не ощущать на себе его пристальный взгляд и не вспоминать без конца этот дурацкий поцелуй. Просто сбежать в свою нору, завернуться в плед и прекратить уже воображать, что Илья мог бы пить с ней какао и болтать обо всяких пустяках, как Антон.

Он мог, но только ради представления, а не потому, что ему этого хочется. Эта мысль вонзалась в нее как нож и резала так больно, что хотелось закричать.

Крис жадно пила какао, глотая маршмеллоу, которые склизкими комками проскальзывали по горлу, стараясь как можно скорее опустошить чашку, и закончила еще до того, как Антон поставил перед Ильей кофе.

– Спасибо за какао, но мне все-таки пора домой, – сказала она, нервно теребя край толстовки под столом. – Надо еще дома убраться до Нового года.

Она глупо хихикнула, неловко спрыгивая с барного стула, и подумала, что больше ни за что не придет к Илье. Сразу после праздника, числа второго или третьего, напишет ему, что ей сложно совмещать с учебой и все, хватит с нее. Никакие деньги не стоят того, чтобы так себя мучить, а Илья не стоит того, чтобы о нем мечтать.

Еще недавно она поучала Ирку, рассуждала, что не надо ни за кем бегать, и посмеивалась над тем, как она таскается за Никитой, а что сама? Носится за Ильей, убирается у него.

«Жалкая, жалкая, жалкая», – по кругу проносилось в ее голове, пока она шла по коридору.

– Спасибо, что помогла Антону с елкой, – выдавил улыбку Илья, выходя за ней, чтобы проводить. – Получилось неплохо.

– Это почти всецело его заслуга, я только намотала мишуру.

– Как скажешь, – не стал спорить Илья, хотя был уверен, что в одиночку Антон бы скорее разнес его квартиру, а не украсил. – Спасибо. И с наступающим.

– И тебя.

Кристина выдавила из себя улыбку, отгоняя грустные мысли. Не хотелось, чтобы Илья о чем-то догадался.

– Если что, я на праздниках в городе, так что, как будешь готова прийти, дай знать.

Илья сказал это и понял, как странно прозвучало. У них же вроде как рабочие отношения, а он как будто в гости ее зовет.

«Идиот!»

– Давай спишемся второго или третьего, – предложила Кристина, мысленно уже продумывая извинительное сообщение, в котором скажет, что больше не придет.

– Хорошо, – кивнул Илья, представляя, как она отреагирует на подарок, который он ей приготовил.

Почему-то был уверен, что ей понравится, но она начнет отказываться. А еще ему не хотелось дарить его при Антоне, поэтому он решил отложить это до следующей встречи.

– Пока. – Кристина махнула рукой, выскальзывая за дверь.

– Пока, – эхом повторил Илья, запирая ее на замок.

Он вернулся на кухню, где Антон все еще цедил свое какао и залипал в соцсети.

– А она ничего такая, – вдруг сказал он.

– В смысле ничего? – напрягся Илья.

Он так крепко сжал чашку с недопитым кофе, что пальцы побелели, и напряженно уставился на брата. Ему приглянулась Кристина? Неудивительно. Да и смотрятся они мило. Но Илье это не нравилось. Совсем.

– В смысле она симпатичная, вроде не тупица и с хорошим чувством юмора. Я бы присмотрелся на твоем месте, – выдал Тоша, не глядя на него.

– Как хорошо, что ты не на моем месте, – зачем-то съязвил Илья.

– Вот ты все ехидничаешь, а я ведь о тебе забочусь, – запричитал Антон. – Пока ты западаешь на всяких эскортниц, у тебя дома настоящий неограненный алмаз. Кристина и убирается хорошо, и одевается ничего так. Есть, конечно, над чем поработать, но с этим я разберусь. На врача учится, опять же, тоже плюс. У нас в семье медиков нет, а тебе, кстати, пригодился бы свой личный…

– Антон, – предостерегающе сказал Илья.

– Ой, все, слова больше тебе не скажу. Но чтоб ты знал, она еще и готовит. Не пойму, почему ты все еще держишь ее в уборщицах, а не зовешь на свидание?

– Антон!

– Ой, все! Научись уже быть благодарным, когда о тебе заботятся! – заявил Тоха, залпом допивая какао и гордо выходя из кухни.

– Заботмен, – закатил глаза Илья, все еще не понимая, с чего это Антон вдруг стал продавать ему Кристину, словно торгаш персики на рынке.

Она ему что-то сказала? Вряд ли. Скорее, Антон в очередной раз решил наладить его жизнь. В этот раз личную. Время от времени на него находили какие-то странные порывы, и он начинал учить Илью жизни. Обычно это его веселило, но в этот раз брат почему-то разозлил. А может, дело вовсе не в Антоне? Может, он просто устал?

Зацепившись за эту мысль, Илья допил свой кофе и пошел мириться с Антоном, который явно надулся. Примирение заключалось в том, что он согласился посмотреть трехчасовой показ, о котором тот прожужжал ему все уши, и заказать суши.

Уже засыпая, Илья вдруг снова вспомнил, как Кристина и Антон сидели рядышком на кухне, а потом решил, что смотрятся они не очень.

Глава 14 Ядерные бабочки любви

Илья бездумно пялился в экран, где выступали какие-то звезды эстрады. Он с подросткового возраста не слушал русскую музыку, так что почти все песни были ему незнакомы, но смотреть на разряженных в пух и прах отечественных исполнителей было забавно. А еще это был приятный массаж для мозга, который так нуждался в отдыхе после долгих месяцев напряженной работы.

Все еще не верилось, что Алексей поручил ему полное сопровождение сделки и общение с немцами. Лукин по секрету шепнул, что финдир потом еще пару раз пытался переубедить шефа, но тот стоял на своем, хотя они с Геннадием были хорошими друзьями и Алексей всегда к нему прислушивался.

Было безумно приятно, что шеф так в него верит, но одновременно это очень нервировало. Илья то и дело мысленно прокручивал в голове презентацию, которую знал уже наизусть, и никак не мог отвлечься. Хотя они с Яшкой условились, что отдыхают с тридцатого до третьего января, а четвертого с новыми силами врываются в работу. Срочно нужна была перезагрузка.

Он потянулся к тарелке с канапешками и сунул одну в рот, запил шампанским, а потом его взгляд упал на ноутбук, который он не включал уже сутки. Илья потянулся к нему, и тут же услышал недовольный возглас Антона.

– Илюша, фу! Ты обещал не работать до четвертого, помнишь?

Илья взял еще канапешку и откинулся на спинку дивана, не понимая, как Тоха, бесконечно строчивший сообщения, умудрялся еще и за ним следить.

– Если не будешь отдыхать, доведешь себя до выгорания, – нравоучительно сказал он, забирая ноут и пряча в шкафу. – Получишь в следующем году.

– Если бы ты не был моим братом, я бы тебя убил, – сообщил Илья, допивая шампанское.

– Я в курсе, – подмигнул Тоха, плюхаясь на диван рядом с ним. – Никогда бы не подумал, что ты такой трудоголик.

– Я всегда им был, – фыркнул Илья. – И мне правда нравится эта работа.

– А мне не нравится, что ты похоронил себя в ней! Почти не выходишь в люди и стал меньше за собой следить. Того и гляди начнешь ходить по барахолкам, – фыркнул Антон. – Я посмотрел твои вещи – почти все старье, ничего нового.

– В смысле ничего нового? – возмутился Илья. – То, что я пришел к осознанному потреблению и больше не скупаю вещи пачками, еще не значит…

– Раньше тебя из бутиков было не вытащить, а сейчас у тебя один портфель на все случаи жизни и две банки в ванной: шампунь и гель для душа!

– Раньше на мне не висела ипотека, – огрызнулся Илья. – А еще у меня не было мозгов, и я тратил бабки быстрее, чем успевал зарабатывать.

И в итоге оказался на больничной койке, весь в долгах. Хороший стационар стоил денег, кинезитерапия стоила денег, лекарства, которые он пил пачками, тоже стоили денег, которых у него не было, потому что он никогда не имел привычки копить, зная, что легко заработает еще. У него были контракты на годы вперед, но после аварии это все стало неактуально: никому не нужен был урод в шрамах, который едва-едва мог поднять руку и ногу. К отцу идти после ссоры не позволила гордость, мама и без того заплатила за все, что только можно. Так что Илья обратился к Игорю, который внезапно ринулся ему помогать, хоть они почти не общались все то время, что Илья жил в Германии. Он не только занял ему достаточно крупную сумму, так еще и помог устроиться на хорошую работу, поддерживал морально, вытаскивал его гулять и никогда не рассматривал его лицо. Как и Тоха.

– Я не вижу смысла заниматься украшением того, что в любом случае выглядит фигово, – сказал он наконец.

Антон был прав. Илья почти не покупал вещи с тех пор, как ему стало некуда в них ходить. А если и покупал что-то брендовое, то только по привычке. И еще потому, что в люксовых магазинах было мало людей, и вышколенный персонал не позволял себе пялиться на него. Можно было, конечно, заказывать в интернете, но Илье всегда нравилось трогать вещи. Примерять, ощущать пальцами фактуру ткани, видеть живой цвет, смотреть, как он играет в разном освещении. Даже сейчас это все еще оставалось чем-то особенным, хотя и не имело ровным счетом никакого смысла.

– Прикинь, начальник попросил меня, понимаешь, меня, встречать немцев, – вдруг сказал он. – С моей-то рожей.

– Нормальная рожа, – отмахнулся Антон. – Илья, нормальные люди, к которым Ленка-коленка, кстати, не относится, не судят о человеке по внешнему виду.

– А кто говорил, что встречают по одежке, – напомнил Илья любимую присказку Антона.

– Вот именно! А ты выглядишь, как типичный офисный планктон. Где тренды? Где яркие цвета, где фактуры…

– Мне это больше неинтересно, – категорично сказал Илья.

– Ну-ну, – поджал губы Антон. – Я же видел, какими глазами ты смотрел вчерашний показ.

– Полными ужаса, – фыркнул Илья. – Коллекция – фуфло полное, да и показ так себе.

А еще там была его знакомая. Вышагивала, гордо подняв голову, глядя в камеру так, будто могла видеть его по ту сторону экрана и пыталась заглянуть в самую душу. Он знал, что так и было задумано, но все равно стало как-то не по себе.

– Согласен, – не стал спорить Антон. – Видал показы и получше, но все равно не ври, что тебе было неинтересно.

Илья не стал врать и промолчал, снова уставившись в телевизор.

– Лизка все-таки решила ехать к Олегу, дура, – пробурчал Тоша. – Так, я пойду позвоню ей, а ты наливай шампанское. Вернусь к бою курантов.

Оставшись наедине с шампанским и российской эстрадой, Илья наполнил два высоких узких бокала и залип, глядя, как за стеклом лопаются пузырьки. Взяв в руки телефон, он пролистал кучу скриншотов с рабочими моментами и остановился на фотографии Кристины, которую все еще не удалил. Уставившись на ее лицо, он задумался о том, как она празднует. Либо с друзьями, либо с семьей. Третьего не дано. Парня же у нее, как выяснилось, нет. И эта мысль почему-то приятно согревала.

– Это все шампанское, – сам себе сказал Илья, а потом быстро напечатал.

«С Новым годом!»

Несколько раз перечитав сообщение, он поморщился и удалил его. Глупый повод завязать беседу – он же вчера ее поздравлял. Да и вообще, ни к чему это все. Что бы там ни говорил ему Антон, другие люди не такие, они не знают его и судят именно по его лицу. И Кристина такая же. То, что она перестала его бояться и заикаться в разговорах с ним, еще не значило, что он ей нравится.

В любом случае даже думать об этом бессмысленно. На кой черт ей сдался гоблин, когда вокруг куча нормальных парней? Тот же Антон или парнишки-однокурсники, да кто угодно лучше, чем помешанный на работе тип со шрамами на все лицо, у которого ничего, кроме этой проклятой работы, и нет. Вот в чем секрет его стремительного карьерного роста и того, что он быстро расплатился с долгами и даже умудрился взять ипотеку.

Он работал день и ночь, как каторжник, лишь бы не думать о прошлом, лишь бы не думать о том, как жить дальше. Работа-работа-работа, кривой оскал в зеркале, работа-работа-работа, разорванные в клочья журналы и фотографии, работа, сочувствующий взгляд мамы по видеосвязи, работа.

Врачи говорили, что, если соблюдать правила, боль пройдет. Так и было – плечо его не беспокоило, если не считать двух последних случаев, а для них была обезболивающая мазь. Переломы в ноге вообще отлично срослись, без последствий. Но не было лекарства от чувства отвращения, которое он испытывал, когда на себя смотрел. Со временем оно притупилось, уже не резало, а только время от времени ныло где-то внутри, но сейчас, когда он смотрел на фотографию Кристины, Илье почему-то казалось, что каждый шрам на его лице и теле горит огнем.

– Илюша, я принес нам бумажечки! Ты готов?

Антон вихрем ворвался в гостиную под речь президента, потрясая двумя ручками и порванным пополам тетрадным листом.

– Я этой фигней заниматься не собираюсь, раз. Такая огромная бумажка не сгорит до конца, два. Подавишься.

– Я все продумал, – заявил Антон, сунув в рот кусок ананаса. – Я напишу желание на углу, сожгу его, пепел свалится в бокал, а я не обожгу пальцы. Как тебе такое, Илон Маск?

– Глупое ребячество, – усмехнулся Илья.

– Когда еще вернуться в детство, как не в новогоднюю ночь? – задорно крикнул Тоха, всовывая ему бумажку. – Давай подумай о том, чего бы ты хотел больше всего на свете, а потом напиши это на долбаной бумажке и не порть мне праздник!

Илья смирился с тем, что отвертеться от жевания бумаги ему не удастся, и положил листочек перед собой. Тоша что-то яростно строчил, пытаясь уместить все свои хотелки в одно желание, а Илья все гипнотизировал ручку, не зная, что написать. А потом вдруг быстро вывел: «Хочу быть счастливым» – и сам удивился тому, что написал.

Быстро скатав бумажку, чтобы Антон ничего не увидел, он вытащил из кармана зажигалку и чиркнул ею под первый удар курантов. Он смотрел, как пепел от бумажки падает в бокал, и с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.

Чем он занимается?!

– С Новым годом! – завопил Антон, чокаясь с ним и залпом опрокидывая в себя шампанское вместе с недогоревшей бумажкой. – Пусть все сбудется.

– С новым счастьем, братиш.

Илья обнял брата, без слов выражая ему благодарность за то, что он рядом. Как бы они иногда ни собачились, Антон был одним из самых любимых и дорогих ему людей.

– Ты все-таки съел бумажку, – хитро улыбнулся Тоха. – Че загадал? А нет, не говори, а то не сбудется. Давай лучше слопаем по тарталетке и пойдем на каток? Юлька сказала, что где-то в районе есть коробка, там можно кататься круглосуточно. Лед, конечно, не такой классный, как…

– Да, все, уговорил, – улыбнулся Илья. – Ты же знаешь, что от катка не откажусь, да и телик смотреть надоело.

– Заодно растрясем тарталетки и салатики, – обрадовался Антон. – Кстати, может, позвать с нами Кристину? – как бы между прочим спросил он, натягивая на себя толстовку.

– Что? Зачем нам звать Кристину? Да и она, наверное, отмечает с друзьями и ей не до катка.

«А еще она отвратительно катается и точно не согласится», – подумал Илья.

– Она отмечает с родителями. Наверняка ей ужасно скучно. Давай позовем. Напиши ей!

Илья замешкался на мгновение, а потом все-таки написал Кристине, что они с Антоном идут на каток и предлагают ей присоединиться.

«С радостью присоединюсь. С меня шампанское)».

* * *

Когда Кристина вышла из подъезда с бутылкой шампанского в руках, Илья замер, не зная, что делать: улыбаться, помахать рукой, обнять ее? Он уже это делал, но тогда было для дела, а сейчас вроде как праздник, и она такая радостная и милая в шапке с помпоном и…

Он так и стоял на месте, а Антон уже обнимал Кристину, выкрикивая поздравления. Когда Антон отступил, Илья неловко шагнул к девушке, а потом остановился, не зная, что делать. И она сама сделала шаг ему навстречу и порывисто обняла.

– С Новым годом! – улыбнулась Кристина, сказав это куда-то ему в шею, согрев теплым дыханием.

– И тебя. – Илья неловко приобнял ее, а потом отстранился.

– Спасибо, что позвали на каток.

Счастье переполняло ее, взрываясь внутри, как пузырьки шампанского, которое ловко открыл Илья. Она смотрела на него и думала, как волшебно начался новый год. Пойти на каток с Ильей – похоже на чудо.

– Кристи, ты прелесть, – сказал Антон, забирая у нее бутылку и делая пару глотков. – Ну, что, айда на каток? Только мне надо позвонить, выяснить, что там с этой бестолковкой, но я скоро вернусь. Нет, вы представляете, она все-таки поперлась к этому дебилу!

Он вырвался вперед, так и не вернув бутылку, а Илья с Кристиной пошли за ним.

– Я думал, ты не согласишься, – вдруг сказал Илья.

– Родители работали до последнего, так что мы очень недолго посидели, и они сразу ушли спать, – соврала Кристина, жутко смутившись.

Она так и знала, что Илья может подумать что-то не то после их разговоров про «первое свидание», и даже немного пожалела, что согласилась. Вдруг он обо всем догадается? Вдруг заметит, как у нее сбивается дыхание, когда он на нее смотрит?

– Нельзя скучать в Новый год, – процитировал Тоху Илья, улыбаясь ей. – Хорошо, что мы тебя позвали.

– Ага.

Они дошли до катка буквально за десять минут, особо не разговаривая, больше подслушивая Антона, который раздавал какие-то любовные советы.

– А у него есть девушка? – спросила Крис.

Илья помотал головой, крайне озадаченный повышенным интересом Кристины к личной жизни Антона.

– Вообще не помню, чтобы он с кем-то встречался, – сказал он наконец правду.

– А чего тогда советы раздает? Я-то подумала, что он эксперт, – хихикнула Кристина.

– Я заметил, что чем меньше человек в чем-то разбирается, тем активнее раздает советы. У меня на работе половина таких советчиков. Все знают, как надо, но никто не может сделать нормально, – хмыкнул Илья, выбивая из пачки сигареты. – Но у Тохи есть какая-то чуйка на людей и вообще. Вот бывшая моя ему сразу не понравилась.

Кристина очень хотела спросить, не говорил ли Антон что-нибудь и про нее, но постеснялась. Вместо этого она посмотрела на профиль Ильи, в который раз восхищаясь тем, какие у него красивые черты лица. Пушистая снежинка упала на его лицо, зацепившись за край ресниц. Он сморгнул ее, и она тут же превратилась в каплю, сбежавшую по его впалой щеке.

Осознав, что опять пялится на него, Кристина стала с нездоровым энтузиазмом проверять чехол с коньками. Илья это заметил, но ничего не сказал и пошел переобуваться. Антон на каток не спешил, продолжая с кем-то трещать по телефону, а Илья вдруг задумался: у него был план спихнуть его Кристине и спокойно болтать по телефону, или он, наоборот, трепался по телефону, чтобы они с Кристиной остались вдвоем?

– Так, поберегись, я выползаю на лед! – объявила Кристина, неловко переступая через деревянный порожек коробки.

Напряжение сковало все тело, и ноги стали будто деревянные. А ведь с Иркой она каталась вполне сносно. Но под взглядом Ильи Кристина опять чувствовала себя неуклюжей и неповоротливой. Вдобавок на катке была шумная компания молодых ребят, которые с интересом уставились на их троицу.

Илья с Антоном, наоборот, будто рисуясь, сделали дерзкие развороты и быстро помчались по льду, догоняя друг друга. Кристина с улыбкой отметила, что Антон тоже хорошо катался, но за братом угнаться не мог.

– Так, у меня есть план. – Антон подъехал к Кристине и вручил ей недопитую бутылку шампанского. – Я его отвлеку, а ты стяни с него шапку! – азартно предложил Антон.

– С ума сошел? – засмеялась Кристина. – Я еле стою.

– Ну, хоть снежком в него кинь. Че он выпендривается? Овечкин на минималках! – задорно прищурился Антон и снова помчался за братом.

Илья, смеясь, нарезал круги вокруг Кристины и Антона, а девушка, уже не стесняясь, наблюдала, как классно он катается.

Быстро устав от погони, Антон отъехал к борту и снова стал трещать по телефону с друзьями. Илья тут же подъехал к Кристине, взял у нее шампанское и допил его.

– Давай покатаю? – вдруг весело предложил он, ставя пустую бутылку к борту.

– Как? В смысле… – Кристина испуганно пискнула, когда Илья взял ее за руку и быстро поехал, то перехватывая за талию, то кружа, будто они в ледовом шоу.

– Я умру, я сейчас точно умру! – кричала девушка вперемешку от ужаса и дикого восторга. – Я врежусь в борт!

Сердце выпрыгивало из груди от возбуждения, а Илья продолжал издеваться, мастерски катая ее и не давая упасть.

– Ты чокнутый!

Кристина думала, что встреча их тел с бортом на полном ходу неизбежна, но Илья ловко затормозил вместе с ней едва ли не в пируэте и остановился в шаге от столкновения.

– Понравилось? – нахально спросил он, улыбаясь до ушей.

Кристина едва не ляпнула, что нравились ей его улыбка и ее рука в его руке, а не бешеная скорость и страх поцеловать лед, но промолчала.

– Где ты научился так кататься? – восхищенно спросила она.

– Отец и дядя в молодости занимались любительским хоккеем. – Илья немного поморщился, признавая, что любовь к конькам – единственная общая черта с отцом. – Не люблю хоккей, но кататься на коньках обожаю с детства. В младших классах долго в секцию ходил.

– Круто, – только и могла сказать Кристина и тут же вздрогнула от неожиданности.

Кто-то во дворе рядом запустил салют, а компания ребят в коробке стала выкрикивать поздравления и открывать шампанское. Кристина подняла лицо вверх, рассматривая яркие огни в небе.

– Как красиво, – тихо выдохнула она, улыбаясь самой себе.

Илья вздрогнул и замер на месте. Слова потерялись где-то в горле, а воздух застыл в легких – его резко и неожиданно ударило под дых, колко и рвано, и внутри словно что-то застряло. Он смотрел не на салют, а на Кристину и медленно и глупо растягивал рот в дебильной улыбке. В животе вспорхнула бабочка, а потом еще одна, и еще одна, и еще. И их там был целый рой. Они трепетали под кожей, летали и кололи, как мелкие иголки с током. И это дурацкое свербящее чувство становилось все больше, все сильнее и отчетливее. Ему было так не по себе и одновременно так хорошо.

Илья залип на профиле Кристины и впервые рассмотрел внимательно. Нос у нее был чуть вздернут, смешно и мило. Ресницы длинные… красивые. Глаза выразительные карие, ему всегда нравились кареглазые девушки. Подбородок небольшой, острый, по линии челюсти небольшая родинка. Сейчас, когда Кристина подняла лицо вверх, ее видно, а если девушка нахохлится, спрятав пол-лица за шарфом, то родинка скроется.

Кристина стояла перед ним и не догадывалась, что в голове Ильи взрывался целый космос, рождая новую вселенную, и он не знал, что теперь делать. Шампанского в крови было недостаточно, чтобы толкнуть на глупость, а бабочки в животе так вообще заморозили язык.

Он не представлял, что должен делать, что он может сделать. Раньше склеить девушку было как щелкнуть пальцами, они сами вешались на него. А сейчас он урод в шрамах. Но ведь Кристина не как Лена.

К Илье вдруг пришло еще одно осознание: Кристина была совершенно не похожа на других девушек и тем более на его бывших. И он был рад этому, но в то же время растерян.

Может ли он позвать ее на свидание? Или не стоит? Что она вообще думает о нем на самом деле? И каковы его шансы? И есть ли вообще какие-то шансы, учитывая, что какой бы классной она ни была, но даже она назвала его гоблином?

– Я рад, что встретил тебя, – вдруг выдал он, а когда до него дошло, что именно он сказал, зачем-то добавил: – Пусть даже и ценой моей счастливой куртки.

Кристина отвлеклась от салюта и растерянно посмотрела на него, словно не поняла, что он только что сказал.

– Почему ты вспомнил о ней сейчас? – смущенно спросила Крис, подумав о том, что надо бы позвонить в химчистку и узнать насчет чудо-средства, о котором ей говорили.

– После праздников будет очень важная встреча с партнерами из Германии. Если все пройдет хорошо, то я получу премию, а если нет… – Илья провел пальцем по горлу, показывая, что будет, если сделка с немцами сорвется. – И я, с одной стороны, уверен, что все будет отлично, мы работаем как черти, а с другой… хотелось бы надеть свою куртку. Тогда бы точно ждал успех.

– Сомневаться – это нормально, – приободрила его Кристина. – Я тоже волнуюсь перед каждым экзаменом, хотя еще ни разу не проваливала. Моя подруга Ирка говорит, что я чокнутая, а мама – что во всем уверены только дураки.

– А я просто невротик.

Илья улыбнулся ей, и когда губы Кристины тронула ответная улыбка, решил, что позволил бы ей испортить хоть десять курток. А она вдруг осторожно взяла его за руку и легонько сжала, пуская ток по коже.

– Я все придумала! Раз я испортила твою счастливую куртку, теперь я буду приносить тебе удачу.

Она сказала это быстрее, чем успела подумать, смутилась, как-то нелепо дернулась и чуть не навернулась. От падения пятой точкой на лед ее спасла рука Ильи, удержавшая на месте.

– Так себе из тебя талисман, честно сказать, – поддразнил Илья.

В его серых глазах плясали смешинки, а Кристина покраснела от глупости ситуации и своих слов. И все же отступать было поздно – выпитое шампанское весело булькало внутри, подгоняя говорить глупости.

– Вот увидишь, я принесу тебе удачу, как лепрекон.

Илья не стал спорить, засмотревшись на ее широкую улыбку, только подумал, что сейчас она напоминает сказочного эльфа. Интересно, что бы она ответила, если бы он все-таки позвал ее на свидание?

– Сколько я вам буду кричать, глухие? – Антон резко подъехал к ним, едва не врезавшись.

– Откуда у тебя шампанское? Мы же допили. – Кристина уставилась на Антона с открытой бутылкой в руке.

– Мне дала его та компания. – Тоха кивнул в сторону пьяных ребят, которые призывно махали их троице, приглашая к себе. – Они зовут нас кутить у них дома. А вон тот низкорослик в растянутых трениках, которые он снял со своего деда, пялился на тебя, – затараторил Антон, склоняясь к Илье и Кристине поближе. – И вот я ему сказал, что я тут с влюбленной парой. Илья, не пырься на меня! Изображай влюбленную пару, быстро! А то Кристину на руках унесет тот гном.

– Антон, что ты несешь?! – прошипел Илья, злясь на брата и компанию рядом.

– Антон? – Кристина растерянно хлопала ресницами, не зная, как реагировать на поток его речи.

– Короче, я предлагаю нам быстренько валить отсюда, – продолжил Антон, игнорируя бешеный взгляд Ильи в свой адрес. – Те ребятки всерьез звали нас бухать с ними. Кристина, я считаю, гном в спортивках не наш вариант. Так что сматываемся.

Кристина с готовностью кивнула и хотела поехать на выход, но Илья взял ее за руку и поехал вместе с ней. Напоследок он бросил злобный взгляд на компанию, чувствуя, что недавний рой бабочек превратился в рой разъяренных ос – ему не понравилось, что на Кристину смотрели другие парни.

Антон же развел руками в сторону компании, как бы извиняясь, что его друзья не хотят тусоваться, и быстро ретировался вслед за Ильей и Кристиной.

– Нечего было вообще с ними разговаривать и брать шампанское, – продолжал возмущаться Илья, пока они провожали Кристину до дома.

– Ой, не нуди, они нормальные. Просто пьяные и любят треники. Шампанское, кстати, вкусное у них. О, итальянское! Они богатые.

Антон снова приложился к бутылке, а Илья сильно захотел треснуть его этой самой бутылкой. Но, все же решив, что начинать новый год с братоубийства – плохая идея, он забрал у Тохи бутылку и выпил.

– Они, кстати, нам новую дали. Их слюней там нет, – засмеялся невпопад Антон.

Илья с Кристиной синхронно переглянулись и мысленно решили, что Тоха напился и несет чушь.

– Спасибо за каток и что проводили, – улыбнулась Кристина, уже стоя у подъезда и стараясь не слушать, как Антон что-то опять вопил кому-то в телефон про отношения.

– Было весело. Эм, извини за Тоху, – смутился Илья.

– Все в порядке.

Илье хотелось сказать, что не в порядке. Все совсем не в порядке, ни в голове у него, ни в сердце.

– Ну, пока тогда. – Кристина еще раз тепло улыбнулась и неловко пошла в подъезд, помахав Антону рукой.

Илья поправил сумку с коньками на плече и достал пачку сигарет. Руки немного тряслись, но не от холода. Кристина ему нравилась – отрицать было глупо. Он ей не пара. И отрицать это тоже глупо.

Нужно выкинуть эти бредовые мысли из головы.

Глава 15 Загляни в свою душу

– Ир, умоляю, скажи, что ты это не всерьез, – взмолилась Кристина, выслушав исповедь подруги.

– Кристи, не ворчи, – виновато сказала Ирка. – Но если это не новогоднее чудо, то что тогда?

– Говно это, Ир.

Кристине хотелось орать от злости и рвать на себе волосы. Не для того она почти целую неделю убеждала Иру, что Никита – объект презрения, а не симпатии, чтобы теперь она ввязалась с ним в какую-то мутную флиртовую переписку после первого же сообщения.

На кой черт Никите понадобилось писать ей вечером тридцать первого? Надя нашла себе кого-то получше? Или дело в том, что Ира перестала проявлять к нему интерес?

– Кристи, ну блин, он такой милый, – с придыханием сказала Ира. – Он уже четыре дня постоянно мне пишет, шутит, рассказывает, как проводит время, а мы вчера даже кино вместе смотрели…

– В смысле кино смотрели? Ты же у родителей в Рязани?

– По видеосвязи. Включили один фильм каждый на своем ноуте и… Кристина, он все время смотрел только на меня, на киношку вообще внимания не обращал.

Пока Иру переполняли восторги, Кристина едва сдерживала рвотные позывы. Все это было странно, подозрительно мило и внезапно. С чего вдруг Никита так активизировался? Ему что-то нужно?

Кристина с болью вспомнила, каким милым и обходительным был Артем, как он красиво ухаживал и тонко давил на жалость. Как легко было поверить в его историю про украденные деньги на учебу и отдать всю свою зарплату за летнюю подработку, которую она отложила на поездку на море.

– Мне все это не нравится, – честно сказала она. – И вообще, а как же Надя?

– Надя в прошлом, – уверенно сказала Ирка. – Никита понял, что все это ошибка и ему нравлюсь я.

– Быстро он, однако, – нахмурилась Кристина. – Ир, ну мутная же история, сама подумай.

– Кристина, мне девятнадцать, я не хочу думать, я любви хочу, – завыла Ирка.

– А кто говорил, что мы выбираем не тех?

– И что? Это остановило тебя от того, чтобы пойти с Ильей на каток после того, как он использовал тебя для мести бывшей?

Кристина молчала – обвинение было справедливым и прямо в точку. Сразу же захотелось сказать, что Илья – это другое, что он точно не такой, как Артем, и уж точно не как Никита, но она молчала, потому что на самом деле она не могла знать наверняка.

– Любовь – это всегда прыжок с крыши, и никогда не знаешь, что там внизу: асфальт или батут, – глубокомысленно сказала Ирка. – Но я готова рискнуть и, когда вернусь в Москву, пойду с Никитой на свидание. А ты?

– А что я? Меня на свидания не зовут, только на уборки.

– А каток?!

– Сто процентов это была идея Антона. Я говорила ему, что буду дома.

– Даже если и так, какая разница? Главное ведь результат!

– Да нет никакого результата, Ир, – устало вздохнула Кристина. – Была я у него вчера, он опять работал, я прибралась, и все.

– Работал третьего января? – спросила Ира, не скрывая скепсиса в голосе.

– Угу. Ну, или делал вид, что работает, чтобы не общаться, – окончательно раскисла Кристина. – Ир, я для него всего лишь уборщица, но уж точно не девушка, в которую можно было бы влюбиться.

Ира не знала, что и сказать. Голос Кристины был полон такой безнадеги, что стало ужасно обидно за подругу. Несколько секунд они молчали, а потом Ира вспомнила, ради чего, собственно, звонила.

– Крис, Никита спрашивал, пойдем ли мы с тобой на тусу к Ваньке. Будут все наши и еще кое-кто из других групп.

– Когда? – без особо интереса спросила Кристина.

– Десятого января.

– Ир, так у нас экзамен двенадцатого, – возмутилась Кристина. – Когда готовиться будем?

– Кристина, ты всегда готова, – хихикнула Ирка. – Давай, нам нужна тусовка, чтобы нарядиться, повеселиться и чтобы ты забыла о своем гоблине. Пора сменить фокус и присмотреться к кому-то еще. Как показала практика, стоит перестать бегать за парнем, как он сам побежит за тобой.

Кристина почему-то была уверена, что с Ильей это не сработает. А еще ей по-прежнему не нравилась мутная история с Никитой, но мысль о том, что Ира пойдет на тусовку одна и, вполне возможно, наделает глупостей, нравилась еще меньше. В конце концов, она может подготовиться к экзамену заранее и позволить себе немного расслабиться.

– Ладно, я в деле, – согласилась Кристина. – Тусовка так тусовка.

* * *

Новогодняя ночь. Пустая дорога. Илья со злостью смотрит в окно, прижимаясь лбом к чуть запотевшему холодному стеклу, слизывая кровь с треснувшей губы. От каждого выдоха в нос бьет перегаром, по радио играет какая-то восточная музыка, а лицо горит от оплеухи, что отвесил отец.

В желудке протестно плещется литр шампанского и бог знает сколько виски, в голове все еще звенит, но не от пощечины, а от злости и стыда. Сколько бы он ни пытался, как бы ни старался, он не смог заслужить от отца ни любви, ни одобрения. Только насмешки и уничижительные высказывания по поводу его карьеры.

И сегодня он не выдержал, сказал ему, что он чего-то стоит. Что он лицо бренда, что у него контракт на три года. Надеялся на похвалу. Куда там.

Илья смотрит на часы – почти полночь. Чуть-чуть не дотянул до боя курантов, испортил всем праздник. Жалко тетю Аллу и Антона – они не заслужили этой сцены. Надо было промолчать, как всегда, но он не смог. Выкрикнул все, что думал, все, что столько лет не решался озвучить, то ли боясь, то ли на что-то надеясь.

За окном мелькают яркие вывески, тут и там видны елки, гирлянды, подвыпивший счастливый народ, а Илью едва ли не трясет. По навигатору таксиста до клуба минут пятнадцать по пустым заснеженным проспектам. Ему просто нужно выпить, дойти до легкого головокружения и улететь, забыться.

Илья смотрит на таксиста в нелепой среди зимы кепке, потом прямо перед собой. По спине холодными змейками ползет страх – на дороге одни желтые такси. Спереди, справа и слева – повсюду желтые машины с шашечками. Желудок сжимается от ужаса, Илья смотрит на таксиста и хочет попросить остановиться. Немедленно.

У таксиста лицо его отца. Он смотрит на него пустыми рыбьими глазами и усмехается. Открывает рот и что-то говорит, но Илья не слышит ни звука. Только видит движение черного, как бездна, рта. Он притягивает взгляд, внушает ужас, который вонзается в тело ледяными иглами.

Илья с трудом отрывает взгляд и смотрит перед собой на вереницу желтых такси. Они начинают хаотично двигаться по дороге, нарушая все правила дорожного движения. Илья кричит, но не слышит сам себя, только визг тормозов и надрывный гудок.

– Тормози, тормози! – беззвучно кричит Илья, дергаясь назад, зная, что будет. – Мы разобьемся! Тормози!

Скрежет металла распарывает воздух так же, как осколки лобового стекла вспарывают кожу на его лице. Боль разрывает плечо, и Илья кричит-кричит-кричит, чувствуя, как на губах пузырится горячая кровь, а перед глазами только желтые такси, что несутся по проспекту.

Илья проснулся от собственного крика. Плечо горело огнем, и он с ужасом обнаружил, что не может шевельнуть рукой. Он снова закричал, на этот раз хрипло и сдавленно, отчаянно, боясь, что все придется начинать сначала.

Реабилитация, упражнения, боль.

– Это просто сон, – просипел Илья, ощупывая онемевшее плечо.

Все лицо и спина были в холодном поту. Тяжело хватая ртом воздух, он стал считать про себя, пытаясь перевести дух и успокоить бешеное сердцебиение. Дойдя до семидесяти, Илья чуть успокоился и встал с кровати, чувствуя, как его ведет, словно пьяного. Посмотрев на время, он понял, что спал не больше часа, и пошел на кухню.

Налил в стакан молоко, добавил пару ложек засахарившегося меда и сунул в микроволновку. В детстве дедушка давал ему молоко с медом на ночь, чтобы он лучше спал. А еще дед любил черный кофе с медом и лимоном, заразив внука страстью к кофе. Дед давно умер, а привычка хранить мед дома осталась, хоть он его почти и не ел.

Илья вышел на балкон, распахнул окно, подставляя голое тело холодному ветру, и закурил. Сочетание молока и сигарет было отвратительным, но он упрямо пил, надеясь, что это прогонит липкий ужас, который остался после сна. Хотелось пойти в душ и смыть с себя то, что приснилось, а заодно и все воспоминания. Прикрыв глаза, парень, как наяву, снова увидел желтое такси, и по телу прошла дрожь.

Ему почти никогда не снилась авария. Ему вообще редко снились сны, обычно он так выматывался, что просто падал в темноту и просыпался от звонка будильника. Почему сегодня приснилась эта чертовщина?

Выкинув окурок, Илья пошел в ванную. Щелкнул выключателем и поморщился, в который раз пожалев, что позволил приятелю-дизайнеру установить в ванной большое зеркало. Сегодня он ненавидел его, как никогда раньше, и смотрел на свое отражение, будто не узнавая себя.

Бледный, взъерошенный, изуродованный. В первую очередь взгляд цеплялся за лицо, которое когда-то считалось признанным эталоном мужской красоты и должно было появиться на обложке. Но шрамы на лице, хоть и бросались в глаза в первую очередь, были не самыми страшными. А вот правое плечо было одним уродливым увечьем. Там были даже не шрамы, а рубцы, красные и толстые, словно канаты. Особенность организма, как объяснил врач, осыпая Илью умными словами, из которых он уловил только одно: шрамы останутся. И лучше не пытаться их сводить – может стать только хуже. Илья, помнится, хохотал как безумный, решив, что врач – идиот. Не может быть, что в двадцать первом веке нельзя удалить какие-то там рубцы. Чушь!

Оказалось, врач был вовсе не идиотом. Первая и последняя попытка свести шрам на ноге обернулась тем, что он деформировался и стал еще больше, и Илье пришлось смириться со вздутыми полосами, тянувшимися по спине и ногам. И если шрамы на лице со временем побледнели, став менее заметными, то те, что на теле, остались ярко-розовыми, как будто появились не два года назад, а совсем недавно.

Илья сжимал и разжимал кулак, мечтая разбить зеркало, но сдержался. Снова вспомнил, как врачи собирали его плечо по частям, как было больно от сломанных ребер и двойного перелома ноги, как родители впервые за шесть лет увиделись, навещая его в больнице.

Он был в полусне под сильными обезболивающими и не видел маму, но слышал, как сквозь вату, ее тихие всхлипы. От этого тоже было больно. Хотелось сказать, что с ним все в порядке, но он не мог издать ни звука, прямо как в своем кошмаре.

– Наш мальчик, Николай, посмотри на нашего мальчика… – по кругу, словно заевшая пластинка, повторяла мать.

Илье казалось, что она держала его за руку, хотя он не был в этом уверен – обезболивающее, которое вливали ему через капельницу, притупляло не только боль, но и вообще все ощущения.

– Наташа, прекрати истерику, врачи сказали, жить будет, – спокойно сказал отец.

– Николай, его лицо… господи, Илюша, как же так… его карьера… как же он теперь с таким-то лицом? Бедный мой мальчик.

– Будет ему урок, что надо слушаться меня и учиться, а не надеяться на смазливую мордашку, – только и сказал отец.

– Николай, что ты такое говоришь? Как ты можешь?

– Как я могу? Это он меня позорит, кривляется на подиуме, манекенщик, мля. Сказать кому стыдно, что единственный сын…

– Твой сын мог погибнуть, а все, о чем ты думаешь…

– Натка, успокойся, не помер, оклемается. А что изуродовался, так это ничего – мужиков шрамы украшают. Правда, в гордость теперь уже не поиграть. Кому такой урод нужен? Вот и приползет к папке за помощью.

– Единственный урод тут – это ты! Пошел вон, чтобы я тебя не видела! И деньги свои с собой забери!

Мамин крик, звонкий хлопок, гроханье двери, голоса каких-то людей. Отца Илья больше не видел и не слышал. Единственный приятный бонус.

Илья закрыл глаза, делая серию глубоких вдохов-выдохов. Он смотрел, как вздымается и опускается его перетянутая шрамами грудь, и улыбался своей кривой улыбкой, представляя, как разочаровался отец, когда его прогнозы не сбылись. Как он, должно быть, взбесился. Эта мысль принесла какое-то умиротворение, и Илья пошел в душ, включив ледяную воду. Он где-то прочитал, что после холодного душа человеку проще заснуть, нужно было попробовать.

Когда зубы стали стучать друг о друга, Илья вышел из душа, обтерся полотенцем и пошлепал в спальню. Завернувшись в одеяло, он закрыл глаза, но тут же их распахнул, потому что стоило сомкнуть веки, как перед глазами проносились десятки желтых такси.

Илья всю ночь то проваливался в очередной кошмар, то просыпался в поту. Под утро он был так измучен, что даже не мог встать с кровати. Он просто лежал, смотрел в потолок, а в голове звучали слова отца, скрежет сминаемого металла и старая глухая злость на себя за то, что был не пристегнут в ту ночь.

Очухался он после звонка Яши, который хотел что-то срочно с ним обсудить. Сварил себе кофе, сунул в уши наушники и сел за работу. Подсветка экрана резала глаза, Илья то и дело зевал, мечтая только о том, чтобы растянуться на диване и уснуть, но его подгоняли бесконечные сообщения Лукина и письма от Алексея, который шестого тоже решил включиться в работу и даже предлагал устроить совещание в офисе. Илья предложил провести очную встречу девятого, накануне прибытия немцев.

– Яш, смотри, я составил расписание, – бормотал он, сверяясь с записями. – Десятого прибудет Артур с партнерами, я их встречу, заселю в отель и повезу на обед с Алексеем и Геннадием. Тебе тоже надо поприсутствовать.

– Естественно. Правда, проку от меня с моим хромым немецким, – фыркнул Лукин.

– Будешь моей моральной поддержкой, – нервно пошутил Илья.

– А как же, – заверил его Яшка. – Возьму на себя финдира, чтобы не вмешивался.

– Спасибо, Яш. Короче, после обеда, который, зная Алексея, по-любому перейдет в ужин, я возвращаю Артура и компанию в отель, чтобы они отдохнули, а одиннадцатого у нас будет презентация в офисе. Я забронировал большую переговорную, обо всем распорядился, материалы и все прочее подвезу в офис с утра. Немцев привезет трансфер к часу, пока туда-сюда, обзорная экскурсия и чай-кофе, будет ближе к двум, так что давай ориентироваться на это время.

– Короче, начинаем презентацию в два? Верно? – переспросил Лукин, явно делая себе пометку.

– Да-да, я согласую с Алексеем и поставлю встречу, приглашение тебе пришлю, не переживай. В общем, нам с тобой надо сворачиваться, на правки времени особо нет, девятого надо показать финальную версию. Кстати, ты у Юдина не уточнял, что там по приложению?

– Говорит, что все огонь, они тоже с третьего числа в работе, – успокоил Илью Лукин. – Илюх, не дергайся, все будет чики-пуки.

– Мне бы твое спокойствие, – вздохнул Илья, откидываясь на спинку дивана.

– Я просто уже тертый калач, – фыркнул Яшка. – А у тебя это первая крупная сделка, так что все в пределах нормы. Я так волновался в свой первый раз, что проспал и опоздал, так что меньше психуй и больше высыпайся.

Илья нервно хохотнул, вспомнив бессонную ночь. Оставалось надеяться, что сегодня будет лучше.

– Короче, Смирнов, если нужна помощь, обращайся, – сказал на прощание Яшка.

Илья поблагодарил его и растекся по дивану, думая, что готов прикорнуть на часок-другой, а потом с новыми силами вернуться к работе, но незаконченный слайд светился на мониторе, напоминая о том, что работы еще выше крыши.

Илья так и не лег спать, а заливал в себя кофе, опомнившись только, когда до прихода Кристины оставалось минут пятнадцать, а его желудок заурчал от голода. Настроения есть не было, и Илья вяло пожевал сыр с орехами, закончив с ужином как раз одновременно со звонком Кристины.

Сердце пропустило удар и ухнуло куда-то в желудок. Илья шел к двери, думая о том, что тогда, в новогоднюю ночь на катке, все изменилось. Когда Кристина пришла третьего января, он какого-то черта занервничал, невпопад пошутил и скрылся за рабочим ноутом, чтобы только не думать о ней и не нести дальше ахинею. И теперь она пришла, еще стоит за дверью, а он уже нервничает. Как будто с немцами мало нервов. А что будет, когда сделка закроется и у него появится больше свободного времени? Сейчас хотя бы завал на работе отвлекает от бабочек в животе.

– Привет. – Илья чуть улыбнулся при виде ее и отступил назад, в глубь коридора.

– Привет, – эхом отозвалась Кристина и странно посмотрела на него.

Илья хотел провалиться под землю от собственной тупости. Язык примерз к нёбу и не шевелился. А ведь все на работе и по жизни считали, что он красноречив и за словом в карман не полезет. А теперь стоял, как баран, смотрел на Кристину и не мог сказать ни слова.

Кристина внимательно посмотрела на него и отвернулась, стягивая пуховик и новые ботинки. Она тоже ничего не говорила. А Илья снова думал о том, какой он идиот. И раньше такого с ним не было. Даже с Ленкой, которая встречалась с ним уже после аварии. Но такие ядерные бабочки любви накрыли его впервые.

Илья даже не мог решиться вручить Кристине новогодний подарок, который купил еще тридцатого числа. И хотя тогда он покупал его больше из благодарности за помощь с днем рождения Игоря, решил, что отдаст потом, когда дома не будет Антона. Не хотелось говорить брату, что он купил Кристине стильную брендовую сумку, довольно лаконичную, красивого пудрового цвета.

Тридцать первого Илья решил, что тащить сумку на каток – глупо. Когда Кристина пришла третьего, он вдруг подумал, что сумка может ей не понравиться или Кристина подумает что-то не то и перестанет к нему ходить. И вместо подарка просто заплатил ей больше, чем обычно. Идиот.

И сегодня было уже шестое число, а сумка так и лежала в гардеробной под тонной его страхов.

– Ладно, зови, если что. Мне нужно поработать.

Илья трусливо спрятался за ноутбуком, решив, что подарит сумку после уборки. Сегодня. И попьет с ней кофе.

Кристина проводила его взглядом и пошла мыть кухню, решив, что она быстро закончит и пойдет домой дальше готовиться к экзаменам. Или досмотрит сериал. Или будет плакать в подушку, потому что Илье на нее плевать, а она мазохистка. И еще смеет поучать Ирку. У самой крыша поехала на Илье.

Кристина убралась даже быстрее, чем думала. Оставалось только помыть пол в гостиной, где сидел Илья. Набрав в грудь воздуха, она решила, что хочет хоть немного поболтать с ним и надо как-то начать разговор. На ум ничего не приходило, и она решила спросить про работу, но, войдя в гостиную, осеклась и замерла на месте, боясь шелохнуться.

Илья спал на диване. Его лицо было безмятежным и очень красивым. Настолько, что она осторожно приблизилась к нему и стала жадно рассматривать бледные шрамы и впалые щеки, красивые губы, высокий лоб, длинную шею и брови вразлет. До смерти захотелось коснуться его губ пальцами, а еще лучше поцеловать, но Кристина мысленно одернула себя. Стало стыдно.

Будто она какая-то сумасшедшая и помешанная на нем. По-хорошему, надо было бы укрыть его пледом и дать поспать. Пол в гостиной можно помыть и в другой раз. Но вместо поиска пледа она тихо подошла к нему вплотную, не в силах уйти. Он так сильно притягивал ее к себе, что она невольно покраснела от своих глупых девчачьих грез. Кристина знала, что у нее нет шансов понравиться Илье, но при одной мысли перестать с ним общаться ее сердце обливалось кровью.

Илья тем временем стал как-то часто дышать и хмуриться во сне, будто ему снилось что-то плохое. Кристине даже послышалось, что он тихо застонал во сне, начав ворочаться на диване. Но не успела она что-то сделать, как Илья закричал и распахнул глаза.

– Тормози, мы разобьемся! – в полубреду крикнул он и схватил себя за плечо.

– Илья! – испуганно позвала Кристина, осторожно коснувшись его руки, сжимавшей плечо.

Илья дернулся, не узнавая ее, и подскочил на диване. В глазах были страх и какая-то пелена, будто он был не здесь, а сами глаза были красные и воспаленные. Кристина заметила, что он выглядит совсем бледным и замученным, еще когда только пришла, но решила, что это из-за работы.

– Илья, все хорошо, – тихо, но отчетливо проговорила она. – Тебе приснился кошмар.

Парень наконец сфокусировал на ней зрение, а потом побледнел еще больше, хотя Кристине казалось, что это было невозможно.

– Это был не кошмар, – вдруг сказал он, протирая рукой заспанные глаза. – Это правда.

– Что случилось? – Кристина села рядом на диван, оказавшись с ним на одном уровне.

– Два года назад… – Илья говорил хрипло, слова давались с трудом, а взгляд блуждал по лицу Кристины, но он смотрел словно сквозь нее и сквозь время. – Я ехал в такси пьяный, непристегнутый, я был злой на отца. Таксист стал играть в шашечки с парнем, что его подрезал. Сказал мне пристегнуться. Я не стал. Я смеялся. Я по жизни много смеялся. – Илья замолчал, говорить было тяжело. – Дорога была обледенелая. Нас вынесло на встречку и задела машина, тоже такси, а затем унесло в ограждение. Таксист выжил. Ремень спас, но ребра почти все сломал. Я… я теперь такой. – Илья не знал, зачем все это рассказывает, но стало немного легче.

Он закрыл лицо руками – не хотел смотреть на Кристину. И видеть кошмары больше не хотел. Было страшно. С каждым сном он проживал это заново. И казалось, что во рту вкус крови и стекла.

– Все хорошо, – нежно сказала Кристина, а потом вдруг порывисто его обняла, прижимая к себе. – Все в прошлом. Это просто кошмар.

Илья позволил ей обнимать себя дальше, не решаясь обнять в ответ. Стало тепло, а сон начал растворяться в воздухе и уходить прочь. От Кристины шел приятный аромат: нотки жасмина и каких-то других цветов. На душе стало спокойно.

– Я могу как-то тебе помочь? – обеспокоенно спросила девушка.

– Нет, все в порядке. Спасибо.

Ему не хотелось, чтобы Кристина беспокоилась. Но и не хотелось, чтобы она уходила.

– Когда мне снятся кошмары, я включаю старые диснеевские мультики, – вдруг вспомнила Кристина, смущенно улыбнувшись и отстранившись от Ильи. – Ты тоже можешь попробовать.

– Хорошо, потом попробую. Кристина, могу я… – На ум пришла сумасшедшая мысль. – Могу я полежать на твоих коленях пять минут?

– Д-да, – удивленно ответила она. Илья тут же положил голову ей на колени и закрыл глаза.

Это было так неожиданно, приятно и странно, что у Кристины тут же участился пульс, и она испугалась, что Илья услышит ее сумасшедшее сердце даже через коленки. Но он мгновенно стал то ли дремать, то ли делать вид, что дремлет. Ей было его искренне жаль. Она и представить не могла, в какую передрягу он попал. И так хотелось помочь ему.

– Я боюсь желтых такси, – прошептал Илья с закрытыми глазами. – Глупо, да? Дело же было совсем в другом.

– Не глупо. Это напоминает тебе пережитый ужас. Так и появляются фобии.

– И что делать, док? – улыбнулся Илья с закрытыми глазами, все еще лежа головой на ее коленях.

– Ну, ты понимаешь, откуда страх, осознаешь, что это проблема, мешающая жить, и хочешь от нее избавиться, верно? Значит, ты уже на пути к выздоровлению, – назидательно проговорила Кристина голосом заправского мозгоправа. – Дальше нужно разобраться, чего именно ты боишься. Что все повторится? Что все таксисты плохо водят? Что желтый цвет – к беде?

– Нет, конечно. Глупости, – встрепенулся Илья и открыл глаза.

– Когда честно ответишь сам себе, чего именно боишься, бороться с фобией будет легче. Загляни в свою душу, – мягко сказала Крис. – Хоть это и нелегко.

– Жесть, – засмеялся вдруг Илья. – Ты не просто смотришь диснеевские мультики, ты еще и говоришь, как диснеевский персонаж. Что еще за «загляни в душу»?

– Ой, все, – возмутилась картинно Кристина. – Пошел вон с моих диснеевских коленок, неблагодарный, – потрясла маленьким кулаком она.

– Я благодарный, не надо тут. Кстати. – Илья решил, сейчас или никогда, и ушел в гардеробную.

– С наступившим новым годом, – улыбнулся он и протянул ей подарок.

– Илья, я… я… – Кристина стала заикаться от неловкости, ведь сама так и не решилась принести ему подарок.

– Просто скажи спасибо и не нуди, что ты без подарка, – даже без ее оправданий догадался он. – Надеюсь, понравится.

Покраснев как рак, Кристина открыла фирменный пакет и достала из бархатного мешка сумку.

– Какая красота, – восхищенно выдохнула она.

Илья молча улыбнулся, подумав, что красота стоит перед ним.

Глава 16 Эльфийская удача

Илья нервно постукивал ногой под столом – обед, плавно перешедший в ужин, непомерно затягивался, и парень переживал, что не успеет приехать домой до того, как Кристина придет на уборку. Проще всего было бы написать ей и все отменить, но он ужасно хотел снова ее увидеть. Глупо и иррационально, но даже немцы отошли на задний план, как и невроз. И ночью он спал как младенец. А утром, вместо того чтобы в сотый раз перечитывать речь, вспоминал, как приятно было лежать у Кристины на коленях.

Как ему вообще в голову пришло попросить о таком? И почему она согласилась? Значит ли это, что он ей нравится?

– Илья, подскажите, а завтра на презентации…

Илья уставился на финдира, который все обеденное время мотал ему нервы, доставая каверзными вопросами. Яшка, как и обещал, брал основной удар на себя, но Геннадий все равно умудрялся вставить свои пять копеек.

– Гена, хватит уже о делах, – добродушно сказал Алексей, подливая Геннадию коньяк. – Все рабочие моменты обсудим завтра на трезвую голову.

Илья со скепсисом посмотрел на коньяк, но ничего не сказал. Радовало только то, что присутствие Алексея хоть немного сдерживало финдира, который из кожи вон лез, пытаясь выставить Илью некомпетентным идиотом.

Глянув на дисплей телефона, Илья понял, что надо отменять уборку – он не успеет до семи. Он уже открыл было переписку с Кристиной, как вдруг вспомнил, что Антон после праздников утащил у него комплект ключей. И если у него нет своих планов, то он может впустить Кристину.

Илья быстро написал брату сообщение с просьбой впустить Кристину в квартиру, пообещав в награду накормить его ужином. Тоха попричитал, что у него совсем нет времени на сбор и что Илья вечно как снег на голову, но согласился.

Илья расплылся в довольной улыбке как раз в тот момент, когда Артур шепотом пригласил его выйти на перекур. Илья удивился, что он не позвал Алексея, но тот был увлечен беседой с Хансом, так что парень последовал за Артуром.

– Илья, вечер прекрасен, но мы с Хансом устали после перелета и хотели бы отдохнуть, – дипломатично сказал Артур, когда они с Ильей оказались вдвоем на улице. – Вас не затруднит отвезти нас в отель? Желательно в ближайшее время.

– Конечно, – кивнул парень, представляя, как трудно будет объяснить Алексею, что вечеринку пора заканчивать.

Артур коротко улыбнулся, выпуская в морозный воздух сизый дым. Илье он нравился – немногословный, спокойный и очень деловитый, но при этом лишенный чувства собственной важности, которым отличался финдир.

Докурив, они вернулись в зал ресторана как раз в тот момент, когда Алексей заканчивал рассказывать какой-то анекдот и все стали дружно хохотать.

– Алексей, на минутку.

Илья отвел шефа в сторонку под недовольным взглядом его замов, которым это явно не понравилось.

– Илюх, че случилось? – напрягся Алексей.

Парня поразило то, как с начальника слетел образ весельчака и балагура, а взгляд стал острым и сосредоточенным, будто он и не пил вовсе.

– Немцы все, сдаются, – хмыкнул Илья. – В отель хотят.

– Тьфу, слабаки, – добродушно бросил Алексей, сразу же расслабляясь. – Смирнов, ты так не пугай больше, я уж подумал!

– Нет, нет, все хорошо. Уверен, им все нравится, просто они с перелета и…

Алексей только глаза закатил, показывая все, что думает о немцах и их способностях выдерживать настоящие русские застолья, а потом дал Илье добро на то, чтобы он лично отвез Ханса, Артура и Даниеля в отель.

– Давай, Смирнов, ты тоже готовься к презентации. Если завтра все подпишем, я тебя повышу, – вдруг выдал Алексей.

Илья замер, услышав эти слова, не веря, что Алексей это всерьез. Он во все глаза смотрел на начальника, а тот весело улыбался.

– Я ж сказал, будешь хорошо работать – не обижу, – напомнил он слова, с которыми принимал его на работу. – А теперь давай, увози этих доходяг.

Минут пятнадцать все прощались и курили, и в половине седьмого Илья все-таки загрузил иностранных партнеров в машину и повез в отель. Артур задремал на переднем сиденье, а Ханс и Даниель тихо говорили о своем.

Илья ехал и думал, как ни странно, вовсе не о словах Алексея про повышение, а о Кристине, которая обещала приносить ему удачу. И, кажется, у нее получалось.

«Вот увидишь, я принесу тебе удачу, как лепрекон».

Впервые за много-много лет Илья поймал себя на том, что у него на передний план вышло что-то кроме работы. Не важно что – подиум или тендеры – работа всегда была превыше всего. А сейчас, когда он был на грани карьерного прорыва, все, чего ему хотелось, – успеть выпить кофе с Кристиной. Забавно.

Домой он добрался ближе к девяти, протолкавшись во всех пробках, уставший, но охваченный радостным предвкушением. Взлетев по ступенькам на третий этаж, он зачем-то воспользовался звонком, вместо того чтобы открыть дверь ключом.

– Привет. – Кристина так тепло ему улыбнулась, что внутри все оборвалось.

– Привет, – эхом отозвался он, проходя в квартиру и медленно расстегивая пуховик.

Кристина выглядела невероятно мило. С цветастой повязкой на голове, в свободных спортивках и просторной футболке, она показалась уютной и неожиданно родной. Илья смотрел на нее, задыхаясь от бабочек, что сбивались в комок у самого горла, не давая сказать и слова.

– А я как раз заканчиваю, – сказала Кристина, забирая у него крутку и вешая в шкаф.

– Здорово. Как насчет кофе?

– Сегодня пас, – развела руками Кристина. – Меня уговорили пойти на вечеринку.

– Я смотрю, тебя жизнь ничему не учит? – фыркнул Илья, пряча разочарование за насмешкой.

– Нет-нет, никаких баров, – замотала головой Кристина. – Домашняя туса с одногруппниками. Послезавтра экзамен, так что все будет спокойно. Наверное.

Илья не знал, как рядом с ней может быть спокойно. От одного ее вида внутри все взволнованно переворачивалось, а сама Кристина была антиподом спокойствия. Вечно влипала в истории.

– Можно я переоденусь у тебя? – робко спросила Кристина. – Чтобы не забегать домой, я вещи с собой взяла. Можно воспользоваться ванной и переодеться? И оставить пакет, в следующий раз заберу. Если не сложно…

– Да, конечно, без проблем.

Илья пошел на кухню, а Кристина в ванную, прижимая к груди пакет с вещами, словно надеялась, что он заглушит биение ее сердца. Илья был такой красивый в костюме и рубашке, что она порадовалась, что не стала отменять эту уборку. Конечно, проще было перенести на завтра, но ей очень хотелось, чтобы Илья увидел ее в сногсшибательном платье, которое она так тщательно выбирала.

План родился сам собой, когда они с Ирой обсуждали, что наденут на вечеринку. На самом деле Кристина вполне успевала собраться дома, но ей очень хотелось показаться перед Ильей в новом платье. Когда двери открыл Антон, она расстроилась, но потом намеренно стала убираться медленно, оттягивая время и надеясь, что Илья все-таки успеет приехать до ее отъезда. Так и вышло.

Кристина подмигнула своему отражению в зеркале, распуская волосы, которые она предусмотрительно уложила еще дома и аккуратно собрала на голове, чтобы они не растрепались, пока она будет убираться. Легонько прочесав крупные локоны пальцами, Кристина надела новое платье и чуть-чуть подкрасилась.

– Что ты творишь, сумасшедшая? – спросила она у своего отражения.

С одной стороны, она все еще злилась из-за того, что Илья поцеловал ее назло бывшей, а с другой – после сумки и того, как он попросил полежать у нее на коленках, она решила, что точно ему нравится. И если сумку еще можно списать на благодарность, то коленки… это было настолько интимно и лично, что она даже Ирке об этом не рассказала. Просто решила, что забьет на все, что было «до», возьмет за точку отсчета шестое января и даст Илье возможность взглянуть на нее другими глазами. Может, теперь ему удастся разглядеть в ней не только домработницу или друга, но еще и девушку.

Надев на запястья браслеты и пшикнув на шею духами, Кристина быстренько сложила вещи, вышла из ванной и прошла на кухню, где сидели братья.

– Пресвятые Armani, что за роскошная женщина! – восхитился Антон. – Девять из десяти, Крис, минус балл за то, что оставила шею без украшения.

Кристина рассмеялась, а Илья с трудом сдержался, чтобы не сказать Тохе, что он идиот и у Кристины такая красивая шея, что никакие украшения не нужны. Взгляд чуть задержался на тонких ключицах, которые так и манили прикоснуться, и Илья медленно заскользил глазами выше, пока не остановился на чуть тронутых помадой смеющихся губах.

Подумалось, что это как-то слишком для домашней тусы, но он сдержался от комментария. На самом деле просто бесило, что Кристина нарядилась не для него. И что она дьявольски красивая в этом темно-зеленом платье, которое вдруг захотелось снять.

Илья смутился собственной мысли и резко встал, типа чтобы сделать кофе, а на самом деле чтобы прекратить пялиться на Кристину, которая стояла на пороге кухни и выжидающе на него смотрела.

Чего она ждет? Чтобы он оценил уборку? Или ее платье? Возможно ли, что он тоже ей нравится?

«Никому не нужен такой урод», – пронеслись в голове хлесткие слова отца. Илья вцепился пальцами в кружку так, что побелели костяшки, и сосредоточился на тонких струйках кофе, которые разбивались о белый фарфор.

Бабочки колотились о ребра, пытаясь вырваться наружу, а Илья старался не слушать милое воркование Антона и Кристины, обсуждавших оттенок ее платья и то, что она, как Золушка, сбегает с уборки на бал. Мысль о том, что из этих двоих могла бы получиться хорошая и красивая пара, а он совсем не похож на принца из сказки, в клочья рвала бабочек, витавших в животе. Илья до боли закусил губу, напоминая себе, что его отец – придурок, а он, Илья, смог все сам. И раз ему так нравится Кристина, то надо прекращать сомневаться и начать уже действовать.

Он решительно обернулся к ней и тут же оробел, встретившись с ней глазами. Она все еще смотрела на него с затаенным ожиданием, а он не знал, что именно должен сказать.

– Ну, я пойду, – тихо сказала девушка, едва скрывая обиду.

Она резко развернулась и пошла в коридор. Сердито распахнув шкаф, едва ли не сорвала с вешалки пуховик, резкими движениями натягивая его на чертово платье. Ей так хотелось, чтобы Илья сказал хоть что-то, сделал хотя бы крошечный комплиментик. А он просто посмотрел и пошел делать кофе!

Она уже обувалась, когда в коридор вышел Илья с чашкой в руках.

– Мы с Тохой планируем посмотреть кино, а потом я хочу отвезти его домой. Если хочешь, могу забрать тебя с вечеринки, – безразличным тоном сказал он, не глядя на нее.

Кристина удивленно уставилась на него, не совсем понимая, почему он вдруг сделал такое предложение. Тем более Антон успел ей сказать, что завтра у Ильи важная встреча. Видимо, та самая, про которую он говорил на катке. Почему он решил не работать, а провести время с ней?

«По той же причине, по которой хотел полежать у тебя на коленках», – ехидным Иркиным тоном пронеслось в голове.

Сердце ухнуло вниз от восторга, а потом Кристина заулыбалась, как дурочка, и кивнула.

– Это было бы замечательно. Только я с подругой буду, – спохватилась она.

– Подругу тоже подвезем, – заверил ее Илья.

* * *

Кристина удивленно смотрела на Иру, в гордом одиночестве ожидавшую ее посреди станции метро.

– А где Никита? Только не говори, что вы поругались, – озадаченно спросила девушка.

– Кристина, это треш, – затараторила Ирка, затаскивая ее в вагон. – Я спихнула его Толику, сказала, что у нас с тобой женские секретки и все такое.

– В смысле спихнула?

– Он меня достал, – простонала Ирка, заламывая руки.

– Так, стоп, все же хорошо было? Не? Вы же ходили в кино и…

– И там он молчал! Кристи, он тупой качок! Ни о чем, кроме протеинов и зала, говорить не может. Я поняла, почему они с Надей целовались – это единственный способ заткнуть его фонтан мудрости. Вчера, когда мы гуляли, я еще подумала, ну ладно, может, волнуется и поэтому чушь несет, но сегодня мы вместе обедали, и у меня мозг взорвался от количества бреда, что он выдает. Как он вообще учебу тянет? Он тупой как пробка! Если бы не Толик, вылетел бы еще в первую сессию, сто процентов.

– Ни фига себе, – только и смогла выдать Кристина. – Ну, погоди, вы же переписывались и все «ок» было?

– Кристина, я не знаю, как я могла сразу не заметить, что Никита – ни о чем. Розовые очки, химия – не знаю, но я как будто протрезвела сегодня. Вот просто: пам, и отсекло. В общем, «Галя, отмена, заносите следующего». Не о чем страдать было.

Кристина ехидно улыбнулась, с трудом сдерживаясь, чтобы не озвучить любимую женскую фразу.

– Ой, ну давай уже, – закатила глаза Ирка, – я же вижу, тебя распирает.

– А я говорила! – торжествующе выкрикнула Кристина.

– А ты говорила, – согласилась Ирка. – Что ж, не ошибается тот, кто ничего не делает, а любой опыт – бесценный урок. Теперь новый вопрос на повестке дня: что мне делать с этим идиотом? Он прицепился ко мне, как клещ. Может, вернуть Наде? Хотя, сто процентов, она уже поняла, что из хорошего у него только пресс, и не позарится на него снова.

Кристина хихикала, слушая подругу, в душе радуясь, что ей все-таки удалось на собственном опыте убедиться в том, что Никита не стоил ее внимания, и сдвинуть его с пьедестала. Давно пора.

Дорога до дома Вани прошла весело: девчонки обсуждали варианты избавления от Никиты, а Ира параллельно отбивалась от его настойчивых попыток выяснить, почему она все еще не на вечеринке. Они с Толиком уже были там и ждали ее с Кристиной.

– Может, ну ее к черту, эту вечеринку? – вдохнула Ира. – Не хочу ничего выяснять с этим душнилой. Пошли лучше по бургеру съедим?

Кристина замялась, а потом почему-то шепотом созналась подруге, что Илья обещал забрать ее с вечеринки. А потом, совсем засмущавшись, показала сумку, что он ей подарил.

– И ты молчала?! – Ирка подпрыгнула от восторга и неожиданности, увидев красивую брендовую сумочку. – Кристина, что ты сделала за это чудо? Насколько далеко вы зашли в ваших отношениях? Сколько лет я спала?

– Так, спокойно, Ира, дыши. Нет никаких отношений, а это просто подарок на Новый год.

– Нет-нет-нет! Кристина, очнись и протрезвей! Это не просто дежурный подарок, тогда бы подарил набор кремов для рук или мыло ручной работы в виде мандарина! Это подарок девушке! Любимой!

Ира едва ли не бегала кругами вокруг Кристины, охая, ахая и хватаясь за голову.

– Ира, прекрати взращивать во мне надежды…

– Кристина, господи, ты тормоз самый натуральный! Эта сумка говорит, нет, она кричит: «Я хочу тебя!» А ты мне ничего не рассказывала! Как ты могла? Я убью тебя!

– Я не… я не знаю.

Кристина покраснела, а потом рассказала Ире про то, как Илья попросил полежать у нее на коленках. Ира так уставилась на Кристину, что ей стало страшно.

– Так, Кристи, собери булки и действуй! Немедленно!

– А кто говорил, что не надо ни за кем бегать и…

– И что я получила? Душного Никиту? Не бери с меня пример, я снимаю корону эксперта по отношениям. Но одно я могу точно сказать: твоя очередь что-то сделать, потому что… блин, если бы он не услышал, как я назвала его гоблином…

– Ну, он вел себя как гоблин, – хмыкнула Кристина, успокаивающе погладив Ирку по плечу. – Не грузись, я думаю, он забыл об этом.

– Зря. Не стоит недооценивать силу комплексов. Я вот до сих пор помню, как Никита назвал меня тощей, – поджала губы Ирка. – Кстати, вот и отличный повод для расставания.

– Ты серьезно?

– Лучше, чем ничего, – фыркнула Ирка, набирая код домофона. – Ладно, разберемся по ситуации, а теперь пошли. Надеюсь, Ваня нальет мне чего-нибудь белого и полусладкого.

* * *

С Никитой Ира разобралась быстро, закатив истерику на пустом месте, и тот сразу же побежал утешаться к Наде. Кристина окончательно убедилась, что на роль парня он совершенно не годится, и с улыбкой наблюдала, как Ира с Ваней взрывают импровизированный танцпол.

Сама она сидела на диванчике, потягивая разбавленное водой вино – хотелось, чтобы встреча с Ильей прошла на трезвую голову. Она болтала с одногруппниками, играла со всеми в шарады, но мысли ее были далеко-далеко. Она то и дело поглядывала на часы, не зная, стоит ли написать Илье или дождаться, пока он сам ей напишет.

Волнение узлом закручивалось в животе, и Кристина изо всех сил старалась переключиться на веселье вокруг, но получалось так себе.

– Кристина, привет.

Она обернулась на знакомый голос и увидела Толика, который сел на диван рядом с ней. В руках у него был почти пустой бокал красного вина.

– Забавная рокировка, однако, – заметил парень, кивнув в сторону Иры и Вани.

– Никита тоже не теряется, – хмыкнула Кристина, кинув быстрый взгляд на обнимающуюся в углу парочку.

– Один – один, – согласился Толик. – И все-таки это не мое, ну, когда все так быстро.

Кристина покосилась на него, нутром чуя, что разговор сворачивает куда-то совсем не туда.

– Знаешь, я однолюб, – вдруг выдал Толик. – Понимаю, что это немодно и даже как-то странно, но, знаешь, мне плевать. Я считаю, что если уж тебе кто-то понравился, то надо идти до конца.

Он чуть подался в сторону Кристины, обдавая ее запахом вина, которое только что выпил, а она отпрянула назад, вжимаясь в спинку дивана, надеясь, что Толик не пойдет дальше.

Он остановился, глядя ей прямо в глаза:

– Кристина, ты мне очень нравишься.

Кристина закашлялась, не зная, что и ответить. «Спасибо, а ты мне нет»? Она покосилась на Ирку, глупо надеясь, что та обратит внимание на выражение ее лица и придет на помощь, но Ирка была увлечена танцами с Ваней.

– Толик… – Кристина замолчала, виновато глядя на парня. Он не был глупым или некрасивым, но он не цеплял и был каким-то не таким. Он просто не был Ильей. И он был в этом совсем не виноват. – Прости, но мне нравится другой парень.

Толик нахмурился, а потом допил то, что было у него в бокале, пожал плечами и ушел, оставив Кристину наедине с противным ощущением, что она сделала что-то плохое. Она сразу стала представлять себя на его месте, думать, что будет, если она признается Илье, а он ее отошьет. Вдруг эта сумка ничего не значит? Может, они с Ирой выдумывают то, чего нет? А подвезти ее он предложил просто из вежливости.

Она посмотрела на Толика, который налил себе полный бокал вина и почти сразу опустошил его, стараясь не смотреть в ее сторону. Сердце сжималось от жалости, но что она могла сделать, если он действительно ей не нравился?

В сумочке, которую она сжимала в руке, завибрировал телефон. Она посмотрела на сообщение от Ильи, не в силах сдержать глупую улыбку.

«Как там твоя тусовка, Золушка? Я выдвигаюсь в сторону дома».

«Скучновато, да и время почти к полуночи, так что Золушка готова сбежать», – улыбаясь, написала Кристина.

Было приятно, что Илья все-таки слушал их с Антоном разговор. А еще он очень вовремя – ей действительно было скучно, да и как-то не по себе после признания Толика. Отправив Илье сообщение с адресом Вани, она пошла в ванную, чтобы посмотреть, не надо ли поправить макияж.

Выглядела она на удивление неплохо, хотя чувствовала себя так, словно превращается в тыкву. Теперь оставалось только оторвать Иру от Вани и сказать, что им пора ехать. Ира отрываться от Вани отказалась.

– Кристи, пупсик, проведи время с пользой, – попросила она, подмигивая. – А я останусь и еще повеселюсь.

– Ир, ты уверена, что это хорошая идея? – нахмурилась Кристина, пытаясь определить, Ирка пьяная или просто веселая.

Ира закатила глаза, а потом отвела Кристину в сторону, чтобы их никто не слышал.

– Это отличная идея, – зашипела она ей на ухо. – Ваня няш-обояш, а тебе надо побыть с Ильей наедине. Я вполне могу вызвать себе такси. Кстати, чего хотел от тебя Толик?

– Да так, – дернула плечами Кристина, решив, что не стоит обсуждать это на вечеринке. – Потом расскажу. Ты точно остаешься? Ты не пьяная?

– Стекла, как терзвышко, – хихикнула Ира. – А если серьезно, я выпила всего бокал, и тот весь выветрился, пока плясала. Не парься. И давай уже, действуй, пупсик!

Прежде чем Кристина что-то ответила, Ира поцеловала воздух у ее щеки и вернулась к Ване. Кристина на всякий случай пару минут понаблюдала за ней и, убедившись, что все в порядке, пошла на выход.

Она вышла на улицу и сразу увидела Илью. Он стоял рядом с машиной и курил. Заметив ее, он улыбнулся, подошел к пассажирской двери и открыл ее для Кристины. Она растерянно посмотрела на парня, а потом улыбнулась, забираясь в авто.

– Спасибо.

– А где подруга? Потеряла?

– Типа того. Она решила остаться подольше.

– А ты чего не осталась?

– Послезавтра экзамен, – пожала плечами Крис, чувствуя себя немного неловко.

Она сжимала в пальцах сумочку – подарок Ильи, а он с удовольствием отметил, что она ее носит. Почему-то, когда она уходила, он не обратил на это внимания. Внутри разлилось приятное тепло – не зря выбирал.

– И ты вместо того, чтобы готовиться, по тусовкам ходишь? – хмыкнул он.

– А сам-то? У тебя же завтра встреча, а ты меня катаешь, – не удержалась Крис.

– Поймала, – не стал отпираться Илья. – Я, может, решил проверить твои силы лепрекона? Ну, или кто ты там?

– Перекладываешь ответственность? – хитро прищурилась Кристина.

– Ага, если сделка сорвется, скажу, что ты виновата, – в тон ей ответил Илья.

Девушка тихо рассмеялась, глядя на него, а Илья вдруг поймал себя на мысли, что его больше не раздражает, когда Кристина смотрит на него. Наоборот, даже нравится. Он старался смотреть на дорогу, отчего-то боясь, что, если она увидит его глупое и счастливое лицо, сразу обо всем догадается.

Дорога до ее дома заняла всего пятнадцать минут. Пробок не было, и все светофоры, как назло, горели зеленым.

– Волнуешься? – вдруг тихо спросила Кристина, когда он припарковался у нее во дворе.

– Есть немного, – признался парень.

– Илья…

Тонкая, как веточка, прохладная ладонь, словно в замедленной съемке, легонько коснулась его подбородка, разворачивая к себе. Илья непонимающе подался вперед, изумленно глядя на Кристину, а она обожгла его пересохшие от волнения губы быстрым поцелуем и тут же отстранилась.

– Эльфийская удача, – глупо улыбнулась Крис, хватая сумку и выбегая из машины раньше, чем Илья смог бы что-то ответить или остановить ее.

Девушка с безумно колотящимся сердцем почти добежала до подъезда, но Илья схватил ее за руку, не пуская в дом.

– Ты оставил машину открытой. – Красная как рак, Кристина не знала, что еще сказать, мысленно готовясь к казни.

– Мне нужно больше эльфийской удачи, – прошептал Илья, склоняясь к ее губам.

Глава 17 Деловое предложение

Гоша нетерпеливо барабанил пальцами по рулю, поглядывая на часы. Он специально опоздал и приехал за Ильей на двадцать минут позже назначенного времени, но все равно ждал уже полчаса. А друг все не выходил.

Парень только беззлобно усмехнулся – а то он не знал, как бывший шеф умел гулять. Предупреждал же Илюху, что рано или поздно придется и ему пройти обряд посвящения коньяком.

И все же хотелось напомнить о себе. Игорь уже достал телефон, собираясь позвонить, и увидел, как из ресторана буквально выполз вусмерть пьяный Илюха, которого, приобняв, как любимую женщину, поддерживал Алексей, что-то шепча ему на ухо.

Заржав в голос от этой картины, Гоша заглушил мотор и вышел на улицу, готовый снимать компромат – он в жизни не видел друга настолько пьяным. Илья, когда просил его забрать, предупредил, что будет подшофе после сделки с немцами, но чтоб настолько…

– О, Резников! Здорово. – Алексей выпустил из медвежьих объятий Смирнова и пожал руку бывшему сотруднику, одновременно закуривая. – Пришел устраиваться обратно? Я согласен, выходи в понедельник.

– Привет, Алексей! – Гоша радостно поприветствовал бывшего шефа. – Не, я пока в свободном плавании. За Илюхой приехал.

– Тю, а я-то надеялся. – Алексей выпустил колечко дыма. – Между прочим, Резников, твой друг теперь руководитель группы менеджеров по спецпроектам, – горделиво похвастал Алексей. – Гоша, давай тоже к нам. Немцы наши с потрохами, будем расширяться! Занимаем еще два этажа в бизнес-центре, сделаем ремонт, обороты будут бешеные…

Гоша восхищенно слушал Алексея, у которого дела реально шли в гору. И за Илюху было радостно, правда, сейчас в глазах Смирнова читалась только пьяная мольба забрать его отсюда.

– Алексей, от души поздравляю, – улыбнулся Гоша. – Извините, но нам бы ехать надо.

– Молодежь! Что-то слабые вы пошли, всего час ночи, – возмутился шеф. – Ладно, Игорек, давай не пропадай. Приходи на мой день рождения первого февраля. Илюха тебе адрес и время потом скинет. Илюха, чтоб пришел с другом. Можно с дамами.

Смирнов только кивнул, согласный на что угодно, лишь бы уползти от этого ресторана. Алексей и дальше бы болтал, но ему кто-то позвонил, и, воспользовавшись паузой, Гоша буквально утащил Илюху в машину, чтобы отвезти домой.

– Ты сколько выпил? – заржал друг. – Пакетик дать? Блевать не будешь?

– Отвали. – Илья схватился за голову, которая шла кругом, а пейзаж за окном троился и плыл.

– Ладно, держись. Я говорил, что Алексей доберется до тебя. Кстати, с повышением, дружище.

– Спасибо, – заплетающимся языком ответил Смирнов. – Я больше не буду пить коньяк. Никогда.

– Ну, знаешь, после обряда посвящения с Алексеем все потом еще долго не пьют коньяк, – засмеялся Гоша, вспоминая, как после одной из первых пьянок заполз в квартиру на четвереньках.

– Яшка, бедный, все еще там. – Илья поведал Игорю, что бедный Лукин под конец пил с замом из одной стопки, обсуждая, как правильно мариновать ребрышки. – Хорошо, что немцы уехали еще два часа назад, – подытожил он.

– Слабаки, не выдержали Алексея, – засмеялся Гоша.

– Он их завтра еще на самолет провожать будет, – пьяно засмеялся Илья.

– А ты?

– А мне с Лукиным дали два дня выходных за кучу сверхурочных.

Илья подумал, что эти два дня – просто подарок судьбы. Он наконец с чистой совестью будет спать без будильника, а еще встретится с Кристиной. Хорошо, что он еще днем написал ей на трезвую голову, поделившись радостной новостью об успешно закрытой сделке, и предложил встретиться завтра. Сейчас он не смог бы ничего напечатать: голову вниз опускать было страшно, тут же начинало тошнить, и перед глазами с каждой минутой плыло все сильнее.

– Чего лыбишься? – весело спросил Гоша, подвозя его к подъезду.

– Я люблю Кристину, – пьяно выпалил Илья, потеряв всякий контроль над своей речью.

– Вау, круто же. – Гоша впился в него взглядом, как пиранья, ожидая подробностей.

– А вдруг она меня нет? Я же… – Илья неопределенно взмахнул рукой у своего лица, намекая на шрамы.

– Не говори ерунды! Ты красавчик, я серьезно. И завидный во всех планах жених. Теперь еще и молодой начальник большого отдела, – заметил Гоша.

– Это все не важно, – отмахнулся Илья.

– Я уверен, она тебя любит, хватит загоняться. Иди спать, пьяница. А еще лучше скажи ей, что любишь, а потом иди спать.

– Завтра скажу. Меня тошнит.

Илья вылез из машины и, шатаясь, пошел домой под пристальным взглядом друга.

* * *

Илья мягко вел машину по заснеженной дороге, пролегающей через лес. Ночь уже укутала все покрывалом тьмы за окном, вызывая смутную тревогу. Кругом мелькали мрачные тени деревьев, чуть подсвеченные белыми сугробами. Фонарей в глуши Подмосковья не было, только едва уловимый тусклый свет полной луны и редкие огни деревень вдали от дороги освещали извилистый путь на пару с фарами. По радио, которое на удивление неплохо ловило волну, доносилась какая-то незатейливая попса. Иногда к звонкому голосу исполнителя присоединялась Кристина, и Илья еле заметно улыбался, чуть крепче сжимая руль. Ему нравилось, как поет Кристина – тихо и нежно или, наоборот, весело и совсем не в такт, но неизменно с душой.

– Долго еще? – вдруг спросила девушка.

В полутьме машины он почти не видел ее лица, только слышал приятный голос.

– Да, прилично. Но меня больше беспокоит отсутствие заправок – дизель почти на нуле. – Илья с тоской посмотрел на красный значок, указывавший на очень низкий уровень топлива в баке. – Надо было заправиться в городе.

Кристина молчала, Илья тоже. В воздухе повисло напряжение, сначала едва уловимое, но нарастающее с каждой секундой. Воздух будто накалялся от их молчания, словно они оба хотели что-то сказать или сделать, но ни он, ни она не могли решиться.

Илья шумно втянул носом воздух. В груди давило, а в носу слегка щекотало от легкого манящего парфюма Кристины, которая больше не пела, а сосредоточенно смотрела прямо перед собой. Он был готов поклясться, что она тоже это чувствует.

Пейзажи за окном не менялись, и лес с двух сторон по обочинам давил, заставляя нервничать. Илья чувствовал кожей напряжение в салоне. Как затишье перед бурей, как ожидание чего-то, чего он не мог объяснить, но знал, что это точно произойдет. Радио, как назло, замолчало.

– У тебя красивый голос, – не выдержал тишины Илья, выключая шипящие звуки вместо песен.

– Спасибо, – тихо и немного напряженно ответила Крис.

Парень догадался, что она это тоже чувствует. Пальцы вцепились в руль, как утопающий цепляется за спасательный круг в открытом море. Костяшки побелели, все больше хотелось чего-то – но явно не курить. Илья мельком глянул на Кристину. Распущенные волосы струились по плечам, рукава теплого вязаного платья чуть подогнуты, обнажая тонкие запястья с поблескивающим серебряным браслетом. Подол, заканчивающийся на середине бедра, открывает острые коленки в светлых колготках.

– Тебе не холодно?

Голос от долгого молчания прозвучал чуть хрипло и нервно. Илье это не понравилось. Он не привык нервничать или беспокоиться, у него всегда все под контролем.

– Нет, очень жарко, – ответила Кристина, облизнув пересохшие губы.

Илья схватил телефон свободной рукой, на всякий случай проверяя наличие сигнала.

– Даже навигатор не могу включить, – хмыкнул он, прикидывая, на сколько еще хватит топлива.

Кристина отреагировала на это совсем странно – вдруг потянулась к нему левой рукой и мягко взяла его свободную правую ладонь в свою, переплетая их пальцы. Илью словно током ударило. Внутри стало горячо от ощущения ее узкой ладони в своей руке, от понимания, насколько ее пальцы маленькие и тонкие. Все внутри скрутило узлом. Не понимая, что делает, он просто свернул к обочине, заезжая двумя колесами в небольшой сугроб. Он резко притянул Кристину ближе и впился в ее губы настойчивым поцелуем. Она будоражила его кровь, ее мягкие губы сводили с ума, а неловкий ответ на поцелуй вколачивал гвозди в крышку гроба его ледяного спокойствия.

Губы Кристины были невероятно теплыми, податливыми, манящими. Она страстно отвечала на поцелуй, сама подаваясь вперед. Тонкие пальцы со щелчком отстегнули ремень безопасности, и она теснее прижалась к Илье. Он, дрожа всем телом, чувствовал, как от этих ласк и поцелуев внутри разгорается настоящий пожар. Мысли одна за другой потихоньку стали отступать куда-то на задний план. Крупные сильные ладони обхватили лицо Кристины, ощущая подушечками пальцев нежность и тепло ее кожи. У самого внутри уже полыхал костер от желания прижать хрупкое создание еще ближе, ворваться языком меж ее приоткрытых губ, целовать и подчинять своей воле. Он чувствовал, как нервно вздымается ее грудь, как гулко бьется сердце, слышал позвякивание серебряного браслета на ее тоненькой руке, которой она смущенно гладила его плечо.

Илья вдруг отчаянно, до сумасшествия захотел ее, прямо здесь, ночью в машине на пустынной дороге вдали от цивилизации. Он с каждым мгновением все яснее понимал, что не может остановиться, не может прекратить ее целовать, не в силах больше сдержаться. Он стал целовать ее дико и властно. В одежде было неудобно, а внутри все горело от желания обладать Кристиной.

Руки Ильи настойчиво потянулись вниз, поглаживая нежную шею, пальцы коснулись тоненьких выпирающих косточек ключиц – и по всему телу девушки прошла легкая дрожь, а кожа покрылась мурашками. Илья усмехнулся сквозь поцелуй, снова проведя длинными пальцами по ее ключицам. Кристина, не сдержавшись, едва слышно застонала в его приоткрытый рот, сводя этим Илью с ума.

– Чувствительное место? – полушепотом лукаво спросил он, оторвавшись от ее губ.

Глаза девушки лихорадочно блестели, губы были развратно распухшими и красными от поцелуев, а щеки алели то ли от стыда, то ли от возбуждения.

– Да, – едва слышно, смущенно ответила Кристина, мило отводя глаза в сторону, – не делай так.

– Вот так? – Илья, улыбаясь, провел дрожащими пальцами по ее шее, вниз, почти невесомо трогая впадинку между ключицами и в сторону по ним к плечу.

Кристина закусила губу, чтобы снова не застонать. Ее дыхание непроизвольно участилось, и Илья потянулся к ее губам за новым поцелуем, влажным и распаляющим.

– Или, может, так? – прошептал Илья в ее губы, а затем стал спускаться поцелуями вниз, остановившись долгим засосом где-то между ключицей и шеей.

В этот раз Кристина снова застонала, впиваясь пальцами в его плечи, сжимая их, словно чего-то испугавшись.

– Это нечестно, – на выдохе просипела она, растворяясь в наслаждении.

– Давай сядем назад, покажешь, как честно, – усмехнулся Илья, думая, что на заднем сиденье куда удобнее заниматься неприличными вещами.

Кристина широко распахнула глаза в удивлении, но последовала за ним назад, не сказав ни слова.

Едва двери машины захлопнулись, Илья нагло притянул Кристину, усаживая ее себе на колени так, чтобы они оказались лицом к лицу. Кристина ахнула от неожиданности, но Илья не оставил ей шанса что-то сказать, запечатав рот поцелуем.

Руки Ильи скользнули под платье, оглаживая кожу бедер, обтянутых колготками. Поднимаясь выше, он очерчивал пальцами изгибы ее тела, заставляя Кристину вздрагивать от удовольствия. Ее плоский живот с хорошим прессом, чуть выпирающие ребра, теплая нежная кожа распаляли его все сильнее. Грудь Крис неровно вздымалась от желания, а поцелуи становились все более глубокими и манящими.

Илья продолжал ласкать ее тело, подбираясь к груди. Сначала нежно, а затем все более нагло и настойчиво он трогал, легко сжимал и гладил ее аккуратную грудь. Девушка, сидя на нем, ерзала от возбуждения, уже не скрывая свои тихие, волшебные для его слуха стоны. Оторвавшись от губ Ильи, Кристина уткнулась носом в его шею, опаляя горячим дыханием, обжигая невесомым поцелуем.

Кровь зашумела в ушах, и Илья одной рукой задрал ее платье вместе с лифчиком вверх, обнажая грудь, а второй соскользнул вниз, пальцами оттягивая резинку колготок. Одновременно с этим он ощутил одуряющий приятный укус в шею. То ли от неожиданности, то ли от страсти, Крис укусила его, а затем стала влажно целовать, оставляя легкие засосы.

Илья сам был готов застонать, чувствуя пальцы, которыми она зарывалась в его волосы, гладила плечи через тонкую куртку и сжимала его спину. Он продолжил поглаживать и мягко сминать ее набухший сосок одной рукой, одновременно опускаясь все ниже другой. Колготки и нижнее белье чертовски мешали, а машина была не самым удобным местом для этого, но терпеть больше не было сил. Неожиданно для Кристины пальцы Ильи проскользнули под кружево трусиков. Девушка инстинктивно попыталась сжаться, но, сидя на Илье, сделать это было проблематично – к тому же он, хитро усмехнувшись, расставил свои ноги шире. Она хотела что-то сказать, но с губ слетел только полустон-полувсхлип: от прикосновений Ильи внизу живота девушки словно вспыхнул огненный шар удовольствия. По телу скачками стали разливаться волны все большего возбуждения, а внутри все скручивало от сумасшедшего желания.

Илья, не моргая, смотрел на нее, улавливая любую перемену в лице. Он с наслаждением чувствовал, как пальцы становятся влажными, видел, как она возбуждается и стонет все громче, как сама начинает двигаться навстречу ему.

Илья растворялся вместе с Кристиной в этой ночи во тьме салона. Он слышал только вздохи, горячее дыхание, ощущал близость девушки, жар между ними и волны безумия. Подавшись вперед, он снова впился в ее мягкие губы, сминая их и подчиняя. А затем в какой-то момент стал настойчиво срывать с Кристины платье, колготки – всю одежду к чертям. Илья не мог больше терпеть и знал, что она тоже. Кристина помогала ему, сама стягивая с него куртку, путаясь дрожащими тонкими пальцами то в своей, то в его одежде.

Она вся была горячей, как пламя, и лед души Ильи таял для нее.

Разбросав одежду по всей машине, Илья обомлел от вида обнаженного тела Кристины. Стройное, идеально сложенное, с белоснежной, словно дорогой фарфор, кожей, которая покрывалась мурашками, когда он проводил по ней пальцами. Длинные, темные, чуть растрепанные волосы только добавляли сексуальности. Кристина была прекрасна.

Вдруг Илья вспомнил, как выглядит он сам. Избавляясь от одежды в пылу страсти, он забыл, что весь покрыт шрамами, что его лицо как у чудовища из страшной сказки.

Он хотел сказать, чтобы Крис не смотрела на него так пристально, так изучающе, но язык не слушался. Он молчал.

– Я хочу тебя, – вдруг совсем тихо прошептала Кристина в полутьме.

И Илья сорвался. Набросился, словно голодный на кусок хлеба. Он обнимал хрупкую Кристину до синяков, целовал, оставляя засосы, пробовал на вкус ее кожу, проводил дрожащими пальцами по каждому изгибу манящего тела. Он гладил и трогал ее между ног все откровеннее, выбивая громкие гортанные стоны, целовал ее грудь и шептал пошлости вперемешку с комплиментами.

Он не мог сказать, не мог думать, только чувствовал, что она предугадывает его желания, знает его, словно они единое целое. Горячие тела, соприкасаясь, обжигали друг друга. Илья не выдержал, усадил Кристину на себя и сразу стал двигаться. Девушка подхватила его бешеный темп, двигаясь ему навстречу. Капля пота хрусталинкой скатилась вдоль виска Ильи. Кристина раздвинула ноги шире, двигаясь быстрее и насаживаясь все глубже, а он сжал пальцами ее упругие ягодицы, стараясь притянуть ее еще ближе.

– Не останавливайся, – прохрипела Кристина сорвавшимся голосом, снова застонав.

Это было пошло, развратно, неправильно. Это было лучшее, что случалось с Ильей за последнее время. Это было в десятке лучшего за всю жизнь.

– Я словно сплю, – прошептал Илья и вдруг почувствовал, как все падает во тьму, а образ Кристины стал гаснуть и отдаляться. Невидимая рука выдернула из самого лучшего в жизни сна.

Илья широко распахнул глаза, первое время ничего не осознавая. Он все еще был то ли пьян, то ли в том сне. Голова гудела. На часах было пятнадцать минут пятого утра, а вокруг стены его спальни. Кристины рядом не было. Машины, загородной дороги, сумасшедшего секса – тоже.

– Приснилось же, – пробормотал он.

Сердце все еще бешено стучало в груди. Сон ушел, а желание переспать с Кристиной – нет. Илья повернулся на бок и уставился на пустую половину большой кровати. Очень захотелось, чтобы Кристина занимала сейчас вторую половину. А еще лучше – лежала прямо на нем и без одежды. От этих мыслей Илья дико возбудился. Ощущения были странные: он одновременно хотел и Кристину, и спать, и тошнить проклятым коньяком.

Решив, что надо все-таки признаться Кристине в чувствах, когда протрезвеет, Илья снова вырубился, на этот раз без странных снов, и проспал без будильников до двух часов дня. С трудом разлепив веки, он едва сдержал болезненный стон – голова болела беспощадно, словно его били кувалдой.

Осыпая проклятиями и Алексея, и его коньяк, парень с трудом встал с кровати и открыл телефон. Сообщений и пропущенных звонков была тьма. Высвечивалась куча незнакомых номеров, но Илья решил, что перезвонит позже. Сообщения от Игоря искрили насмешливыми смайликами и вопросами, жив ли он после грандиозной попойки. Алексей тоже не остался в стороне и написал два коротких сообщения. Первое с поздравлениями с повышением и датой выплаты премии, второе с коротким приказом прийти послезавтра в офис. Илья ответил и открыл еще одно сообщение. От Кристины.

Внутри тут же потеплело.

«Привет, ты вроде хотел встретиться сегодня. Мне зайти вечером на уборку?»

Илья хмыкнул и написал первое, что пришло в голову: «Привет, могу заехать за тобой в 7? Уборки больше не нужны».

Отложив телефон, Илья потянул затекшую спину. Голова заболела еще сильнее, а все кости захрустели. Хотелось застрелиться. Давно у него не было такого беспощадного похмелья. Последний раз его так трясло, когда он с приятелями напился шнапса на совершеннолетие. Сможет ли он вообще к вечеру сесть за руль и доехать до Кристины? Телефон пикнул от входящего сообщения.

«Да, давай, – прочел Илья и улыбнулся.

Кристина его ждет – значит, придется как-то воскреснуть. Он должен сказать ей, что больше не хочет, чтобы она у него убиралась, а хочет, чтобы встречалась с ним. И он очень боялся, что она откажет. Было странно, но даже после того поцелуя с эльфийской удачей он переживал, что ей не нравится.

– Плевать. Значит, понравлюсь, – пробубнил себе под нос Илья и поплелся в ванную.

Душ немного отрезвил, и голова стала болеть меньше. Илья даже решился заказать доставку еды, а сам пошел делать крепкий кофе в ожидании позднего завтрака. Но не успел он выйти на балкон и перезвонить на незнакомый номер, который трижды ему звонил, пока он сидел в ванной, как в дверь настойчиво позвонили.

Илья пошел открывать дверь, не понимая, как курьер мог так быстро приехать, если он сделал заказ всего десять минут назад? Антон вроде тоже не собирался к нему, хотя кто его знает.

Молясь, чтобы за дверью стоял кто угодно, но не Тоха, болтовню которого он не сможет вынести с похмелья, Илья распахнул дверь и остолбенел. В голове даже мелькнула шальная мысль, что он допился до зеленых чертей, точнее до Катьки. Потому что его подруга-модель из Мюнхена, которую он не видел два года, могла привидеться ему только миражом в пьяном угаре.

Мираж, однако, стоял на пороге и обиженно поджимал губы. На плече у миража болталась дорожная сумка, а чуть в стороне стоял огромный брендовый чемодан.

– Какого черта ты мне не отвечаешь?! – Для видения Катька была слишком живой, громкой и злой. – Мне пришлось все узнавать через твою маму! А ты просто меня игнорировал! Я думала, ты вернешься в Германию после реабилитации, а неделю назад узнаю, что ты квартиру купил в Москве и в Мюнхен не собираешься! И ты не приехал на мою помолвку с Пьером, козел!

Катька так громко кричала на весь подъезд, мешая от злости немецкий с русским, пересыпая все это ругательствами на французском, что у Ильи взрывался мозг.

– Катька, ты как тут оказалась? – только и смог спросить он.

– Как?! Я спросила адрес у твоей мамы, тебе не могла два дня дозвониться. Я летела в эту проклятую Москву с тремя пересадками, а ты! Ты!

Катька вдруг вся ссутулилась, уронив вниз худые плечи в стильной тонкой куртке, которая явно не была рассчитана на суровую русскую зиму, и стала рыдать.

– Катька, ну хорош слезы лить. – Илья окончательно растерялся – он уже и забыл, какой эмоциональной может быть Катя.

Она стала рыдать еще громче, бросила чемодан и сумку на пороге и кинулась ему на шею, обнимая тонкими руками, одновременно стуча ладонями по спине. Илья обнял ее в ответ и осознал, что жутко по ней скучал.

После переезда в Германию мать отдала его в международную англоязычную школу для иностранцев, и в свой первый день он сел за парту к высокой, как он сам, Катьке, которая тут же похвасталась разноцветными брекетами и сказала, что с его ростом и фигурой нужно идти в модели.

Илья вспомнил, как начиналась их дружба, как они бегали по кастингам. Как впервые работали вместе на съемках рекламы шоколадок. Как получили первые небольшие деньги, как на волне успеха залетели в классное агентство. Катька стала сниматься в рекламе спортивной одежды, а он участвовал еще в нескольких рекламных роликах, прежде чем его заметили и позвали для съемок в журналы одежды.

Илья вдруг перехватил руку Катьки, уворачиваясь от очередного тычка, и заметил кроме помолвочного кольца с бриллиантом еще одно. То самое. Ободок из белого золота с россыпью крошечных сапфиров.

– Еще носишь? – невпопад спросил он.

– Оно же на удачу, – всхлипнула Катька, успокаивая истерику и затаскивая в квартиру чемодан.

Илья со смесью радости и тоски по прошлому вспомнил, как они в девятнадцать впервые получили по-настоящему крупные гонорары за показ зимней коллекции одного модного дома. Съемки были в Италии. Они с Катькой и еще парой приятелей были счастливы, юны и пьяны от успеха и решили, что должны это отметить. Катька купила себе дорогущее кольцо на удачу, а Илья куртку у миланского дизайнера.

– А где твоя куртка? – улыбнулась Катя.

– В прошлом, как и другие вещи, – безразлично ответил Илья, убирая ее вещи в шкаф.

Внутри что-то кольнуло старой болью. Он был влюблен в Кристину, он был рад повышению, ему нравилась зима в Москве с тонной снега и катком больше, чем в Мюнхене, но Катька приехала и олицетворяла собой то, что ему пришлось похоронить два года назад не по своей воле. Фотографии в журналах, крутые рекламные ролики, выходы на подиум, одежда, которая появлялась у него в шкафу раньше, чем в фирменных магазинах, закрытые вечеринки со знаменитостями и премьеры фильмов. С девятнадцати до двадцати двух лет он был на пике славы, живя так, как многим и не снилось. С другой стороны, дерьма в том мире тоже было много.

– Илья, – позвала Катька, возвращая его в реальность, – как ты?

– Отлично, – тут же ответил он, приглашая ее на кухню.

– Почему не вернулся в Германию? Твоя мама, я, Пьер – мы…

– Кать, – перебил ее Илья, тяжело вздохнув, – Германия в прошлом. Я не хочу видеть бывших коллег и друзей.

– Мы с Пьером тоже в прошлом? – поджала губы Катька, готовая снова расплакаться. – Тоже бывшие друзья?

– Нет, не бывшие. – Илья отвернулся к кофемашине, чтобы сделать ей американо. – Мне просто было тяжело. Я не хотел общаться даже с тобой. Прости.

Катька замолчала, убеждаясь, что не зря приехала именно сейчас. Ей казалось, Илья несчастен и, что бы он ни говорил, он не забыл прошлое. Он хотел вернуться, просто боялся. Но она здесь, и она поможет ему.

– Я не злюсь, – улыбнулась Катя, забирая у него из рук чашку с кофе. – И ты меня прости, не надо было мне слушать твою маму. Я хотела приехать раньше, но тетя Наташа настойчиво просила не доставать тебя, хотя она мне стабильно рассказывает о твоей жизни, – хихикнула Катька, а Илья только закатил глаза, узнавая сплетницу-мать. – Да, и работы у меня тоже до фига. Тот контракт, – Катька осеклась, – только закончился, и у меня короткая передышка.

Илья понял, о каком контракте говорит подруга. Перед аварией они оба заключили договор на один известный бренд, только Катька два года была его лицом, а Илья нет.

– Все нормально, Кать. Итак, что тебе растрепала моя мамуля?

– Ой, она тобой очень гордится. И мы с Пьером тоже. Ты уже больше года работаешь в крутой фирме, смог взять ипотеку. Кстати, квартира огонь, проведи мне потом экскурсию. Еще она сказала, что ты полностью восстановился, если не считать шрамов, но, кстати, они тебе идут. Ты такой брутальный.

Если бы Илья не знал, что Катька всегда искренне говорит то, что думает, не особо переживая, пойдет ей это на пользу или во вред, решил бы, что она издевается. Но она смотрела на него так, словно он нисколько не изменился с их последней встречи. Стало приятно и даже немного смешно.

– Ты чокнутая, а мать в своем репертуаре, – вздохнул он, выходя из кухни, чтобы встретить курьера, трезвонившего в дверь. – Как там Петруха? – спросил он, возвращаясь на кухню и распаковывая пакеты с едой.

– Хватит называть Пьера Петрухой, Илья! – возмутилась Катька, нагло отбирая у него коробочку с салатом.

– Да ладно, смешно ж, – усмехнулся Илья, вгрызаясь в тост. – Как там пишут: Пьер Лазарь, французский фотограф мировой величины… давно ли был Петьком из Тюмени с адским акцентом?

– Илья! Он давно говорит без акцента! – ощерилась Катька, защищая честь жениха.

– Ладно, не дуйся, – миролюбиво сказал Илья.

Почему-то он всегда был уверен, что они разбегутся. Катька была слишком эмоциональной и взрывной, Пьер обожал драматизировать и впадать в крайности, да и не верил Илья в юношескую любовь. И все-таки они были вместе без малого восемь лет. Мощно.

– А я буду дуться! Ты пропустил мою помолвку и даже не поздравил нас. Надеюсь, соизволишь хотя бы на свадьбу приехать.

– Только если она будет в родовом гнезде Пьера в Тюменской области, в деревне Новые Юрты, – не удержался от подколки Илья.

На самом деле он не имел ничего против деревни Новые Юрты, просто его забавляло то, с каким упорством Пьер убеждал всех вокруг, что он если не наполовину чистокровный француз, то на четверть точно. А с другой стороны, парень он был хороший, а творческие люди все с прибабахом.

– Я тебя убью, – пообещала Катька. – А свадьба будет в Италии. Ты приедешь.

Илья кивнул, и от этого движения голова, казалось, треснула пополам. Он пошел в гардеробную за еще одной таблеткой обезболивающего. Чертово похмелье не проходило.

– Ты что, пил вчера? – догадалась Катя, сопоставив его помятое лицо, легкий шлейф перегара и блистер таблеток в руке, когда он вернулся на кухню.

– Не пил, а нафигачился до потери пульса.

Илья коротко рассказал Кате о своих делах на работе, потом показал квартиру и не смог остановить любопытную подругу, которая шмыгнула в гардеробную и перерыла его вещи.

– Давно не в деле, а вкус хороший. Этот тренч шикарен. – Катя рассматривала его вещи, а затем обратила внимание на открытые полки с журналами и фотографиями.

Догадываясь, что в них, она перевела взгляд и увидела в углу небольшую фотокартину – одну из лучших фотографий Ильи. Черно-белая, он в костюме, как гангстер, подбородок вздернут вверх, волосы словно мокрые, а взгляд полон страсти. За ту фотосессию для журнала он получил в подарок шикарный костюм со съемок, толпу фанаток среди коллег и хороший гонорар.

– Мать привезла часть моих вещей из Германии. – Илья заметил, куда смотрит Катька. – Я не ездил за ней специально, но решил оставить на память. Кучу других фотографий порвал, – зачем-то сказал он.

– А у меня для тебя подарок, – тактично вспомнила Катька и поспешила уйти из его гардеробной.

– Не стоило, – сказал Илья.

– Ты посмотри сначала! – Катька протянула ему бархатный мешочек. – От нас с Пьером.

Илья аккуратно достал из мешочка коробку с часами.

– Кать, с ума сошли, они сейчас состояния стоят! – Он достал фирменные часы.

– В качестве ответного жеста можешь приютить нас с Пьером на пару дней у себя дома, – хихикнула Катя.

– Петруха тоже прилетел? – изогнул брови в удивлении Илья.

– Илюша, хватит называть его Петрухой! Пьер прилетит в семь вечера. Может, встретим его, а потом посидим в ресторанчике? Я решила, что в отпуске буду есть после шести.

– А чего это вы вдруг вдвоем в Москву? – подозрительно прищурился Илья.

– Надо кое-что уладить с документами. А еще у меня к тебе деловое предложение.

Глава 18 Тьма в центре объектива

Илья с легкой завистью смотрел, как Катька прямо на выходе с зоны прилета виснет на Пьере, который выглядел до безобразия счастливым. А ведь у Ильи тоже могло быть свидание с Кристиной. Прямо сейчас.

Он снова открыл ее ответ на его просьбу перенести встречу.

«Без проблем», – интересно, она обиделась, или ей просто все равно?

Илья сжал телефон, убеждая себя, что Кристине не может быть все равно. Вчера, целуя ее у подъезда, ощущая ее горячие пальцы на своих холодных щеках, он был уверен, что чувства взаимны. Его настолько переполняли эмоции, что он и слова из себя не смог выдавить, когда наконец оторвался от ее губ, а Кристина тоже молчала. Смотрела своими карими глазами, вытягивая душу, и так нежно улыбалась, что сердце заходилось в груди. «До завтра», – шепнул он, легко поцеловал ее напоследок и едва ли не сбежал к машине, чувствуя, как она сверлит взглядом его спину.

Получается, он перенес их встречу уже во второй раз. В первый раз он стараниями Алексея напился после презентации, сегодня второй. Нехорошо. Но Катя права – они не виделись два года, так что можно перенести личные дела.

– Илюха, чего стоишь как неродной? – Пьер обхватил его рукой за плечи. – Катя сказала, ты в деле.

– Катя преувеличивает, – тут же нахмурился Илья. – Я сказал, что подумаю.

– Некогда думать, Илюх! – в свойственной ему эмоциональной манере замахал руками Пьер. – Прислали уже кучу портфолио, но ты заинтересовал, так что надо подсуетиться. Лучшего момента вернуться уже не будет.

– А мы можем обсудить это в рестике? Я готова есть после шести, но не ночью же. Илья, вези нас в место с самыми вкусными в Москве десертами! Хочу круассан… Нет! Торт!

Илья не стал напоминать подруге, что никогда не любил сладкое, а уж когда стал моделью, так вообще забыл его вкус. Катька же, обладательница прекрасной от природы кожи и какого-то бешеного метаболизма, обожала навернуть пироженку или съесть пару конфет, оставаясь при этом тощей, как жердь.

В итоге он помог Пьеру затолкать его чемодан и три сумки в багажник, усадил ребят на заднее сиденье и повез их в любимую Тохину кофейню. Он заверял, что там отличные десерты.

По дороге Илья снова стал думать о предложении Кати. Она перешла в новое агентство, и там требовались парни-модели его типажа, как сказала Катька, брутальные. Илья подумал, что в эпоху бодипозитива пережеванная в автомобильной аварии модель могла поднять рейтинг, плюс сейчас это тренд. Было в этом что-то неправильное, ненастоящее. Казалось, что его зовут не ради него, а ради его шрамов.

Почему-то это его смущало, хотя в этом не было ничего нового. Когда он впервые пришел в модельную школу, ему сказали, что он типажный и ему будет легко пробиться, а когда все поняли, что он работоспособный, как черт, то стали прочить ему быстрый и мощный взлет. Так и вышло.

И вот сейчас у него есть шанс вернуться. Доказать всем, что его зря сбросили со счетов, снова стать востребованным, популярным, чтобы его отец, Ленка, бывшие коллеги – все, кто насмехался или приторно сочувствовал, увидели, что он не урод, а чудовище в тренде.

Эта мысль вызвала неконтролируемый приступ смеха, который заглушил возмущенный голос Катьки:

– У меня остался час, чтобы поесть. Илья, нам еще далеко ехать? И над чем ты там ржешь?

– Я не смеюсь, меня просто тошнит от того, какие вы милые, – весело откликнулся Илья, паркуясь возле кафешки. – И мы приехали.

Катя с радостным возгласом выбралась из машины, Пьер последовал за ней, причитая, что отвык от морозов, а Илья наблюдал за ними и думал, что они классная пара. Сколько он помнил, Катя и Пьер всегда были вместе.

– Илья, ты подумал над моим предложением? – накинулась на него Катька, едва они сели за столик. – У нас очень мало времени, мы в Москву буквально на несколько дней, уладим все с документами и назад.

– Кать, мне надо…

– Я связался со знакомым фотографом, он посоветовал классную студию. Мне удалось выбить время на завтра в час, – перебил его Пьер. – Я уже обо всем договорился.

– Я вообще-то работаю, – напомнил Илья, переваривая слова ребят.

Вообще-то завтра у него выходной, но он еще не был уверен, что готов подписаться на Катькину авантюру и предусмотрительно оставил себе путь к отступлению. Все слишком неожиданно. И быстро. Лодка его жизни слишком долго шла по течению, а теперь ему казалось, что его засасывает в какой-то безумный водоворот.

– Илья, ты серьезно? Менеджер по проектам? – вскинула широкие брови Катя. – Ты модель, а не какой-то там клерк!

Она сказала это так громко, что девушки за соседним столом обернулись и с интересом посмотрели на них, и впервые за несколько лет Илья не увидел в их глазах привычного уже сочувствия. Неужели ярлычка «модель» достаточно для того, чтобы люди стали смотреть на тебя по-другому?

Илья закрыл глаза, на мгновение отвлекаясь от Кати, размалывающей десерт на атомы, чтобы есть его как можно медленнее, от Пьера, который крутил в пальцах бокал, придирчиво рассматривая его содержимое.

– Илья, они готовы тебя взять, – продолжала напирать Катя. – Я показала твою актуальную фотку, и они тебя хотят. Портфолио – это формальность, считай, контракт у тебя в кармане. Ты будешь лицом бренда.

Когда она это сказала, Илье показалось, что он падает куда-то в пропасть. Хитрая Катька придержала козыри, решив добить его, если начнет упираться, и не прогадала. Его мечта, которая так и не осуществилась, мечта, к которой он так упорно шел, маячила на горизонте, а он о чем-то думал.

– Ладно, давайте отснимем портфолио, – выпалил он, цепляясь пальцами за чашку с кофе, словно пытаясь удержать в руках ускользающую реальность.

– Я знала, что ты не устоишь, – довольно улыбнулась Катька, отправляя в рот невразумительную крошку торта. – Тост за новое начало!

Она подняла свой стакан с водой и стукнулась им о бокал Пьера и чашку Ильи. Пьер довольно улыбался, а Илья тупо смотрел перед собой, не в силах переварить происходящее.

– Кстати, Катюх, а откуда у тебя моя актуальная фотка? – вдруг спохватился он.

– Твоя мама прислала. И не смотри на меня так, она знала, что ты захочешь вернуться.

Илья вспомнил фотографию, которую мама сделала во время своего последнего визита в Москву. Она щелкнула его исподтишка, так же как он Кристину. Парень усмехнулся, подумав, что творить дичь – это семейное. А еще он решил, что завтра вечером после съемок точно встретится с Кристиной.

Должен же он отблагодарить ее за эльфийскую удачу.

* * *

– Илья, ты чего такой кислый? – весело спросила Катя, обхватывая его руку и затягиваясь его сигаретой, как когда-то давно во время перекуров на съемках.

Илья пожал плечами, не желая признаваться, что мандражирует. С самого утра он был сам не свой: любимый кофе казался горьким, кусок не лез в горло, и даже сигареты были странными на вкус. Катина затея казалась бредом, и он не понимал, как вообще вчера на это согласился.

– Я не могу, – наконец сказал он.

Катя сразу посерьезнела, вспомнив, как впервые попала в объектив камеры Пьера. Тогда она не знала, что он профессиональный и даже известный в определенных кругах фотограф, училась в школе и считала себя некрасивой девочкой. Она помнила, как страшно, когда на тебя наводят объектив, будто целятся из какого-то диковинного оружия. А еще она хорошо знала, как умелый фотограф может разглядеть в тебе то, чего ты сам в себе не видишь. И она знала, что Илье это нужно. Здесь. Сейчас.

– Доверься Пьеру, – попросила она, нежно сжимая руку Ильи в своих ладонях. – Не думай о контракте, не думай о портфолио, забудь обо всем и просто будь собой. Будь тем Ильей, которого я знаю.

Илья дернулся было возразить, что того Ильи давно уже нет, но потом коротко кивнул. Он уже в студии, в образе, который подобрала ему Катя, Пьер ждет его с камерой наперевес, а он мнется, как испуганный ребенок.

Илья ткнул окурком в банку, заменявшую пепельницу, вышел с балкона и пошел вперед, под свет софитов, что с непривычки ослеплял. Он прищурился и услышал щелчок камеры – Пьер уже начал. Хотелось сказать ему, что он не готов, что он передумал, что у него болит голова от яркого света и духоты, но он молчал.

– Илья, – позвал Пьер, – два шага вправо.

Илья послушно шагнул в сторону, а потом заставил себя посмотреть в пасть объектива. Бездушная черная дыра затягивала его, перемалывая душу, как авария перемолола его тело и жизнь. Он смотрел в нее и видел только боль. Его прошлое, которое когда-то казалось сказкой, рушилось перед его мысленным взором, словно песочный замок. Все то, что раньше казалось значимым, вдруг оказалось маленьким и искусственно раздутым, как и его эго, раскормленное всеобщим восхищением. Он смотрел в черную точку в центре объектива, не замечая Катю и Пьера, словно заглядывая в самого себя, того, которым был два года назад.

Дым, алкоголь, таблетки. Нервные срывы, истерическое веселье, бессонница. Многочасовые съемки, перелеты, новые шмотки пачками, какие-то подружки. Ссоры на площадке, забитое расписание, голодный обморок в тренажерном зале.

Илья сунул руку в карман кожанки, надетой на голое, сбрызнутое маслом тело, и выхватил пачку сигарет.

– Тут нельзя… – предостерегающе начала администратор студии.

– Я оплачу штраф, – перебил Пьер, кружа вокруг Ильи. – Пусть делает что хочет.

Илья закрыл глаза и увидел себя таким, каким был на тех снимках, которые были спрятаны в его гардеробной. Надменный мальчишка, мечтавший стать лицом бренда, чтобы удовлетворить свое тщеславие и кому-то что-то доказать. Он не понимал, что бежит в никуда, во тьму в самом центре объектива.

Илья резко распахнул глаза, как раз когда Пьер щелкнул затвором, ослепляя его вспышкой. Перед глазами заплясали яркие круги, и Илья вдруг понял, что ни одна из тех вещей, что раньше казались ему важными, не делали его по-настоящему счастливым. Деньги, слава и успех заставляли его сердце рваться из груди, но никогда не дарили того спокойного тепла, которое окутало его, когда Кристина поцеловала его в машине.

* * *

Кристина с Ирой сидели в кафе, отмечая успешное начало сессии и обмениваясь последними новостями.

– Меня Ваня позвал вместе готовиться к экзамену, – улыбнулась Ирка.

– Наденешь платье и будет свидание? – подмигнула Кристина.

– Нет, пойду в джинсах и с хвостом, а вот когда позовет на свидание, тогда будет платье, – неожиданно серьезно сказала Ира. – У меня новые правила: больше ни за кем не бегать и не бросаться в мутный омут с головой.

– Хорошие правила, одобряю, – кивнула Кристина. – Предлагаю правило номер три: никогда не западать на придурков!

– Поддерживаю.

Девчонки рассмеялись, а потом Ира внимательно посмотрела на подругу.

– Кристи, а ты уверена насчет всей этой истории с… – она с трудом проглотила привычное «гоблин», – с Ильей?

Кристина покраснела, глупо заулыбалась, а потом кивнула. При одной мысли об Илье внутри что-то взрывалось фейерверком, обжигая сердце.

– Кто бы мог знать, что нелепое знакомство, начавшееся с пролившегося кофе, выльется в самую настоящую историю любви, – восхитилась подруга. – А говорила, тебе не нужны отношения!

– Раньше были не нужны, – окончательно смутилась Крис, подумав, что отношения ей по-прежнему не нужны. Ей нужен Илья. – И не забегай вперед, никто не говорил ни про какую любовь.

– То есть тебе недостаточно того, что он выбежал за тобой из машины, чтобы страстно поцеловать у подъезда?

– А потом дважды перенес встречу, – поджала губы Кристина.

– Детка, он не мистер Грей из «Пятидесяти оттенков» , ему денежку зарабатывать надо, – фыркнула Ирка. – Ты что думала, он будет с тобой круглыми сутками сидеть? Он же не студент-бездельник вроде нас.

– Ага, он заядлый трудоголик, – вздохнула Кристина. – В контексте отношений со студентами проще.

– Крис, вспомни Артема! После придурка, который обманом вытащил из тебя бабки на майнинговую ферму, которую залило дождем на балконе…

– Ты до старости будешь мне об этом напоминать? – простонала Кристина, обхватывая голову руками.

– Нет, просто говорю, что лучше пусть будет трудоголик, чем идиот и лжец! – назидательно сказала Ирка.

– И не поспоришь с тобой. А вообще, давай не будем спешить, нет еще никаких отношений, и вообще ничего не понятно, и…

– Ой, не жужжи, у вас вечером свидание, все понятно, – отмахнулась Ирка. – Что наденешь? Волосы накрутишь или вытянешь? Куда идете?

– Ир, пока ничего не знаю, – замотала головой Кристина. – Илья написал, что заедет за мной в восемь.

– О боже, что-то на мужском, – восхитилась Ира. – Решительно и четко, без всяких там «выбери куда пойти и бла-бла-бла»… Кристи, я тебе завидую. Вот это я понимаю, наубирала!

Они снова стали хихикать как припадочные, не обращая внимания на странный взгляд официанта, который явно решил, что они не в себе. А потом у Кристины пикнул телефон, и она, открыв сообщение, не смогла сдержать радостный визг.

– Илья? – заинтересовалась Ирка.

– Нет, лучше! – Прежде чем Ира успела спросить, что может быть лучше сообщения от любимого парня, Кристина сунула ей под нос телефон с фотографией куртки. – Ты была права, эта тетка – волшебница!

– Что? Какая тетка?

– Тетка из химчистки! Помнишь, про которую ты говорила? Я позвонила ей позавчера, у них пришло то чудо-средство, еще до Нового года, но она не нашла мой телефон и…

– Так, стоп! Ты же говорила, что выкинула куртку?

– Ничего я не выкинула, я надеялась, что ее удастся спасти, – созналась Кристина. – И не зря! Смотри, все очистилось, на фото вообще незаметно. Надеюсь, в жизни будет так же.

– И теперь ты подгонишь ее Илье? На вашем первом свидании?

– Я не могу ждать так долго, – замахала руками Кристина. – Пойду и заберу ее прямо сейчас, а потом отнесу Илье.

– Но он же собирался заехать за тобой? Не обламывай себе кайф и…

– Ира, ты только прикинь, как будет круто, если на наше первое свидание он придет в той самой куртке, из-за которой мы и познакомились! – возбужденно тараторила Крис. – Не зря встреча переносилась два раза, это судьба!

– А если его не будет дома?

– Если он ко мне к восьми, то явно планировал заскочить домой. И вообще, я чую, что застану его дома.

– Ты чокнутая, – фыркнула Ира. – Но всякий влюбленный немножечко псих, так что даю тебе свое благословение. Беги за курткой.

Кристина улыбалась во все тридцать два зуба, не зная, как успокоить обезумевшее от восторга сердце. Они с Иркой попросили счет, расплатились, а потом она понеслась в химчистку, окрыленная и счастливая, не замечая противной метели, хлеставшей по лицу колючим снегом. Она семенила по обледенелому асфальту, представляя выражение лица Ильи, когда он увидит куртку, и ее сердце билось все сильнее от предвкушения.

Все складывалось идеально: в химчистке не было очереди, автобусы не застревали в пробках, и даже удалось проскочить в подъезд следом за какой-то бабулькой, тащившей на поводке заупрямившуюся собачонку. Ровно в семь Кристина стояла у двери в квартиру Ильи, восстанавливая сбившееся от волнения дыхание. Отдышавшись, она нажала на звонок и замерла, улыбаясь, как дурочка. Но стоило двери открыться, как улыбка медленно сползла с ее лица.

– Привет.

На нее удивленно смотрела девушка, возмутившая не только ее внезапным присутствием, но и внешним видом. Первым, что отметила Кристина, была ее одежда, а точнее, почти полное ее отсутствие. На девице была футболка, притом явно мужская, едва доходившая до середины бедра. А под футболкой совершенно точно не было лифчика. А на голове был пучок.

Кристина таращила на нее глаза, чувствуя себя Леной, которая приперлась к Илье и увидела на пороге ее. Только теперь она была по другую сторону баррикад и совершенно не понимала, что все это значит. Точнее, догадывалась, но упорно не хотела признавать. Мелькнула идиотская мысль, что Илья нашел уборщицу ей на замену, раз сказал, что уборки больше не нужны, но разве стала бы уборщица ходить полуголой.

Да и с каких пор уборщицы выглядят настолько шикарно?

Высокая, ноги от ушей, как у модели, лицо красивое, светлое и без капли макияжа. Эта незнакомка была намного красивее Лены. И, как показалось Кристине, красивее ее самой.

– Надо что-то оплатить? – спросила Катя, переводя взгляд с Кристины на пакет с логотипом химчистки.

Кристина едва заметно качнула головой, и тогда Катя протянула руку за пакетом. Неловкое молчание так и звенело в воздухе. Кристина не могла выдавить из себя ни слова, думая, что Илья не просто так перенес их встречу.

– Простите, у меня нет наличных на чаевые, – извиняющимся голосом сказала Катя, забирая пакет. – Хорошего дня.

Так и не дождавшись от девушки никакой реакции, Катя закрыла дверь и заглянула в пакет.

– В прошлом, значит? – усмехнулась она, вытаскивая крутку и накидывая себе на плечи. – Пьер, как тебе? – спросила она, игриво дефилируя по коридору.

– Обворожительно, Кати, как всегда.

Илья вышел из душа в одном полотенце и застал страстно целующуюся в темном коридоре парочку. Только он хотел пошутить, что они как Мартиша и Гомес Адамс, которые никак не могут отлипнуть друг от друга, как взгляд его зацепился за светлую замшу.

– Где ты ее взяла? – вмиг севшим голосом спросил Илья.

– Доставка из химчистки. Между прочим, сервис у вас так себе – эта девица даже не поздоровалась.

Илья в ужасе смотрел на Катю в одной футболке, на свою куртку, с которой исчезли все пятна, а потом схватился за телефон, набирая номер Кристины. В трубку полетели короткие гудки, Кристина не отвечала. Илья стал писать ей сообщения, но она не отвечала, и он догадался, что его отправили в черный список.

– Черт!

Глава 19 Красавица и Чудовище

– Илья, что случилось? – Катька бегала по квартире за полуголым другом, который на ходу одевался и хватал документы от машины и ключи.

– Ты в одних трусах встретила мою девушку и не пустила ее в квартиру! – резко обернулся и чуть не зарычал от злости Илья. – Идиотка!

– Илюх, не ори. Катя же…

Катя жестом остановила Пьера, и он резко замолчал, не договорив.

– Илюш, прости, я не подумала. Она ничего не сказала, и я, я…

Бледная от стыда Катя поморщилась, наблюдая, как Илья спешно накидывает на себя первые попавшиеся вещи. Ее поражали перемены в друге, у которого раньше не было «девушки», были только «подруги», спешно сменяющие одна другую. Илья оставался взрывным, как раньше, но все-таки стал другим. Что-то неуловимо изменилось, и ей вдруг показалось, что она не знает этого человека.

– Я все ей объясню, – наконец сказала Катя, надеясь, что это глупое недоразумение удастся замять.

– Я сам, – бросил Илья, обуваясь. – Буду позже.

Не глядя на друзей, он убежал вниз по лестнице. Пьер с Катей смотрели ему вслед и вдруг поняли, что он не вернется в Германию. У него появилось что-то важнее работы моделью.

Илья сел в машину и попытался позвонить Кристине еще раз.

– Ну же!

Он со злостью смотрел на телефон, упрямо выдававший короткие гудки. Позвонил еще раз. И еще. А потом сдался и набрал номер Тохи.

– Привет. – Антон ответил почти сразу.

– Позвони Кристине и узнай номер ее квартиры и этаж. И если она не дома, выясни, где она, – почти приказал Илья, без приветствий и объяснений. – Делай что хочешь, но узнай. Срочно! У тебя же есть ее номер?!

– Я понял, ща. – Антон бросил трубку.

Илья знал, что потом пожалеет, что втянул в это брата, – он из него душу вытрясет, чтобы узнать, что там случилось. Да и плевать, лишь бы сказал, где ему искать Кристину.

Илья не мог просто сидеть в машине, ожидая звонка Антона, и поехал в цветочный магазин. Может, пока Кристина будет бить его букетом, он успеет сказать, что Катька – дура, а он любит только ее.

Антон все еще молчал, хотя прошло полчаса. Илья уже покупал на кассе огромный букет нежно-розовых кустовых роз в крафтовой бумаге и нервничал все сильнее, решив, что в крайнем случае он просто поедет к ее дому и будет там стоять, как идиот.

В кармане наконец завибрировал телефон.

– Илья, что там у вас произошло? Что за голые бабы у тебя дома? – возмущался Антон в трубку. – Ты че, совсем опух?! Кристина плакала мне в трубку, что ты козел!

– Антон, все потом! Она сказала, где она? – нетерпеливо спросил Илья, стараясь не думать, что Кристина плакала из-за него.

– Она дома. Квартира пятьдесят девять, этаж пятнадцатый. Она очень расстроена, а я очень хочу знать, что ты натворил! И ты мне должен рассказать, что у вас случилось, и…

– Потом, – оборвал его Илья. – Спасибо.

Илья ехал быстро и нервно. Хотелось скорее увидеть Кристину и все ей объяснить. Он надеялся, что она все поймет правильно, ведь, если бы Кристина не хотела его выслушать, разве сказала бы Антону адрес? Значит, у него есть шанс, и он его не упустит.

Злость то ли на себя, то ли на Катьку, то ли на жизнь никак не отступала. Стоило ему на мгновение впустить в себя прошлое, и он почти лишился Кристины, зато понял, что на самом деле важно. Два года так глупо страдал по упущенным возможностям, а что это за возможности? Так ли они нужны?

Катя смеялась, что он стал клерком, но она его не понимала. Он и сам не понимал себя до этого момента – все смотрел на старые журналы со своими фотками в люксовых тряпках и думал, что настоящая жизнь осталась там. А жизнь была здесь и сейчас.

Настоящие друзья, типа Антона, который приезжал к нему в больницу, чтобы он не был один, или Игоря, который брал его на буксир и тащил гулять в парк, когда он еле переставлял ноги и садился на лавочку каждые сто метров. Настоящий шеф, который заметив, что он болен, давал выходной, а не гнал на съемку с температурой под сорок и жаропонижающим под язык. Настоящая девушка, которая видела в нем что-то большее, чем смазливую мордашку и отдых по системе «все включено» в Альпах. Настоящий дом, а не прокуренная гримерка.

Илья лавировал во все еще плотном потоке машин и думал об отце, который был с ним жесток, на которого он все еще злился, но не мог не признать, что в одном он был прав: та жизнь была не для него. Для кого-то другого – да, для Катьки и Пьера – да, но не для Ильи. Отец хотел чего-то большего для сына, чем подиум и софиты, но в силу сложного характера не мог сказать это по-человечески. Проще было орать.

Илья припарковал машину у подъезда Кристины и вдруг подумал, что похож на отца больше, чем ему хотелось. Он тоже взрывался и орал чаще, чем пытался нормально объясниться. При знакомстве с Кристиной он просто стал орать и унижать ее, совсем как отец. И Тоха был прав, когда сказал, что он мерзко вел себя с ней и ему пора разбудить совесть.

Он думал, что после аварии его жизнь разделилась на «до» и «после», но жизнь просто шла, и точки отсчета не было. И каждый день нужно просто выбирать: видеть чудовище в зеркале или быть счастливым. Выбор всегда был за ним.

Илья позвонил в домофон, одновременно печатая отцу первое за два года сообщение. Не важно, что он ответит и ответит ли. Важно, что Илья простил его и себя.

– Любаша, я выбегаю!

Илья отвлекся от мыслей об отце и с недоумением услышал не Кристинин голос в домофоне. Но дверь ему открыли. Лифт ехал долго. Илья взволнованно смотрел на букет в руках. Философские мысли перестали бить под дых, а вот подступающий страх, что Кристина выгонит его и больше не захочет видеть, сжал горло с новой силой.

Парень вышел из лифта одновременно с тем, как открылась дверь пятьдесят девятой квартиры. Только вышла оттуда не Кристина.

Илья резко остановился, перекрыв женщине двери лифта, и уставился на нее, как на привидение. Мама Кристины тоже удивленно посмотрела сначала на букет, а затем подняла глаза на Илью и охнула от удивления.

– Илюша?!

Она прикрыла рот рукой от удивления, едва не выронив огромную спортивную сумку.

– Марина Максимовна?! – Илья не верил своим глазам. – Что вы тут делаете?

– Я тут живу! Что ты тут делаешь?!

Марина Максимовна снова посмотрела на шикарный букет, а потом на Кристину, которая выглянула на шум и замерла на пороге.

– Мама? Илья?

Кристина покраснела, переводя взгляд с парня на мать, не зная, что сказать или сделать. Повисло неловкое молчание. Первым отмер Илья.

– Я… это… кажется, встречаюсь с вашей дочерью, – глупо промямлил он, теряя запал под заплаканным взглядом Кристины.

– А я говорила, найдешь нормальную, а не чувырлу разукрашенную, – вдруг засмеялась Марина Максимовна.

Илья не смог сдержать совершенно неподходящую к ситуации улыбку. Ну конечно! Вот от кого он впервые услышал забавное словечко – его первый реабилитолог, острая на язык, хохотливая женщина. Как он мог забыть?

– Мама, вы знакомы?

– Когда Илью привезли после аварии в больницу, твой папа как раз был на дежурстве, помнишь, его в последний момент вытащили на замену в новогоднюю ночь? Мы еще не смогли уехать к бабушке, года два назад это было, – припомнила женщина, с улыбкой глядя на Илью, не находя в нем того сломанного во всех смыслах человека, которым он был тогда. – Я начинала с ним работать, а потом его мама перевела в другую больницу. Я смотрю, ты разработал плечо, – с удовлетворением отметила она, видя, как он сжимает огромный букет в руке, которую тогда и поднять толком не мог. – А чего мы стоим? Заходите в дом. Жалко, Вася на дежурстве, он бы обрадовался. – Она вошла в квартиру с Кристиной и Ильей, решив, что Любаша немного подождет. – Ох, ты все такой же худенький. Опять ничего не ешь? Ты же не вернулся в модели?

Кристина вытаращила глаза, не понимая, о чем говорит ее мать. Что за модели? Что вообще тут происходит?

– Марина Максимовна, я… – Илья никак не мог посмотреть в глаза Кристине и не знал, что сказать ее матери. – Я приезжал год назад в больницу, хотел отблагодарить вас, но мне сказали, что вы оба уволились, и контактов не дали.

– Ой, придурки, – взмахнула рукой женщина. – Вася поспорил с главврачом, пришлось уйти. Но зато теперь он завотделением стал, а я за ним ушла в новую больницу. Но ты расскажи, как ты? Кристи, солнышко, ставь чайник. Почему ты не сказала, что встречаешься с таким хорошим парнем?

– Мама, мы не встречаемся! – выпалила Кристина, чувствуя, что у нее сейчас лопнет мозг от абсурда ситуации.

Марина Максимовна посмотрела на дочь и вдруг заметила то, что проглядела, второпях собирая сумки, чтобы поехать с Любой к маме. Кристина была опухшей от слез и совершенно потерянной, а Илья бледный, взволнованный и с цветами. Картинка сложилась, и Марина Максимовна решила, что Любаша не должна ждать ее под подъездом. Пора ехать.

– Так, какой чай, я же спешу! – Она протиснулась к двери, решив, что надо срочно обсудить все с мужем и сестрой. – Разбирайтесь, встречаетесь вы или нет, я уехала. Илюша, даже если она тебя отошьет, приходи в гости во вторник вечером.

– Мама!

– Ну, или в среду. – Мама Кристины подмигнула и ушла, шепнув дочери, что позвонит ей позже.

– Мама! – Кристина закатила глаза и закрыла за матерью дверь. – Зачем ты пришел? – Она повернулась к Илье, но смотрела куда-то мимо него, жалея, что сдалась и дала Антону свой точный адрес.

Илья все еще никак не мог прийти в себя от встречи со своим бывшим врачом и глупо молчал. Цветы показались лишними, и он почти пожалел, что приперся с ними.

– Я пришел, потому что люблю тебя, – выпалил он, крепко сжимая букет в руках. – И ты все неправильно поняла про Катьку. И Катька вообще идиотка.

Кристина не успела возразить и ответить на признание, как Илью прорвало. Он стоял на пороге и на одном дыхании рассказывал, как жил в Германии, как стал моделью, как дружил с Катькой и Пьером, как попал в аварию, как ненавидел отца, как с ним разорвали контракт, как Марина Максимовна заставляла его вставать и делать упражнения, как ее отец сидел в его палате после операции. Как позорно расплакался, когда ему сказали, что шрамы не свести из-за особенностей кожи. Как он замкнулся в себе и хотел всем отомстить. А потом появились один за другим Тоха, Игорь, Алексей, Кристина, и мстить больше не хочется. И возвращаться в модели тоже. Что ему нравится его новая жизнь. Наконец-то нравится.

– Я заглянул в душу, как ты и сказала. Там больше нет страха, – закончил он, едва ли не впервые за много лет краснея от неловкости и тех откровенных слов, что наговорил.

– Илья, ну какой же ты… – Кристина не знала, какое слово хочет сказать, и в итоге расплакалась, вырвала цветы из его рук, кинула их на пол и бросилась ему на шею. – Я тебя люблю, – выдохнула она ему в губы.

Илья накрыл ее губы поцелуем, обнимая за талию и прижимая к себе ближе, чувствуя, что не хочет ее отпускать. Больше никогда.

– Ты же и правда эльф. – Он влюбленно смотрел на нее, не зная, как словами выразить то, что чувствовал.

Она оказалась дочерью врачей, которые его спасли. Она вернула счастливую куртку. Она исполнила желание, которое он написал на бумажке в Новый год. Она делала его живым.

В кармане завибрировал телефон, и Илья догадался, что это ответ отца. На мгновение он стал серьезным и прочитал сообщение. Глупая улыбка расползлась по лицу. Он посмотрел на телефон, на Кристину и снова подумал: «Все благодаря ей».

«Я тоже тебя люблю, сын».

Илья сунул телефон в карман и прижался своим лбом ко лбу раскрасневшейся от чувств и поцелуев Кристины, думая, что, может, жизнь и идет своим чередом без «до» и «после», но в ней определенно есть поворотные моменты.

Месяц спустя

– Я знаю, что ты уже пять раз меня послал, но все-таки звоню потешить твое эго, – радостно кричала в трубку Катька сквозь помехи. – Они все еще надеются, что ты передумаешь и приедешь работать к нам. До весеннего показа осталось всего ничего.

– Катюх, пошли они в жопу, – хохотнул Илья, перепрыгивая ступеньки и мчась с работы пораньше.

Кристина пристрелит его за очередное опоздание. Почему-то в их паре вечно опаздывающим был он, но сегодня никак нельзя. Кристине подарили билеты на мюзикл, и она очень хотела пойти с ним, к тому же сегодня четырнадцатое февраля – День всех влюбленных.

Илья посмотрел на время, проклиная чертовых разработчиков. Если бы не они, он бы не бежал сломя голову. Еще и машину не взял, решив, что у них с Кристиной будет вечерний променад по набережной.

– Ладно, – сдалась Катька. – Но на свадьбу прилетишь? И Кристину возьми! Пожалуйста!

– Обещаю! – Илья наспех попрощался с подругой, попутно соображая, что делать.

Доехать на метро он не успеет: до него только бежать минут пятнадцать, а букет пионов в руке Ильи уже потрепало ветром. Взгляд зацепился за скучающего в машине водителя такси, который от нечего делать раскладывал пасьянс в телефоне. Прежде чем страх парализовал тело, Илья едва ли не бегом кинулся к такси, не оставляя себе шанса передумать, и постучал в стекло, привлекая внимание водителя.

– Свободен? – сконфуженно спросил Илья. – Довезешь в центр?

– Садись. – Мужчина разблокировал двери.

Илья сел назад, пристегнулся и проклял себя, что решился на это. В висках застучало от паники. Хорошо еще, машина была белой, а не желтой, он бы точно не пережил этого. Продиктовав водителю адрес, Илья порадовался, что по навигатору ехать всего двадцать минут. Он успеет вовремя, если не умрет от ужаса. Чтобы как-то отвлечься, он позвонил Кристине.

– Ты где? Пожалуйста, не говори, что опять опоздаешь! – взмолилась девушка.

– Я еду в такси, – выдавил из себя Илья. – Буду вовремя, если не умру от инфаркта.

– Илья… – Кристина прерывисто выдохнула в трубку. – Успокойся, все хорошо. Давай о чем-нибудь поговорим. Не думай о такси.

Илья закрыл глаза, слушая ее нежный и чуть взволнованный голос, стараясь думать о том, что она говорит, а не о том, что он едет в чертовом такси. Кристина стала рассказывать, как прошел день в универе, что преподы после каникул совсем озверели и закидывают их домашкой, а Ваня наконец-то позвал Иру на свидание.

– И вообще, опять я жду тебя, как Хатико. А на улице не май месяц, – наигранно пожаловалась Кристина.

– Я исправлюсь, – буркнул Илья. – Сегодня не опоздаю.

– Горжусь тобой, – мило хихикнула Кристина. – Прости, что я так пристала с этим мюзиклом. Ты же после работы едешь. Хочешь, не пойдем?

– Нет, хочу! Мы идем на мюзикл, тем более я уже подъезжаю.

Илья вышел из такси бледный, взъерошенный и до жути гордый собой, что смог. Но больше не хотелось.

– Ты смиришься, если эта фобия останется со мной до конца жизни? – Илья стоял рядом с Кристиной, все еще еле живой. – Я пока не готов настолько глубоко смотреть в свою душу, – весело сказал он, в очередной раз вспоминая ее слова.

– Все в порядке, ты молодец. – Кристина сжала его ладонь, по-настоящему восхищаясь и гордясь своим парнем. – Я с тобой. Всегда.

– Кстати, что за мюзикл-то смотрим? – Илья вспомнил, что Кристина что-то говорила про постановку, но он запомнил только, что это почти Дисней и труппа из Франции.

Девушка протянула ему билеты, а Илья, едва увидел название, засмеялся как сумасшедший.

– Ты чего? – встревоженно спросила Кристина.

Ей вдруг подумалось, что, возможно, поездка на такси не прошла для него бесследно. Может, это оказалось куда большим стрессом, чем она могла подумать. А Илья даже не смог ответить сквозь смех, только ткнул пальцем в билет, где на красивой бумаге витиеватыми буквами было написано название мюзикла: «Красавица и Чудовище».

Илья шутливо вынул из букета один пион. Оторвал лепесток и протянул Кристине.

– Белль, ты сделаешь меня вновь человеком? – улыбнулся он, заглядывая ей в глаза.

– А разве уже не сделала?

Content

К.О.В.Ш. Виноват кофе